Джульетто Кьеза

Цугцванг для человечества

Вместо консенсуса – дубина

– Господин Кьеза, вы многие годы работали в журналистике, сейчас занялись политикой, создав движение “МегаЧип” Почему?

– Две мои книги “Афганистан – год нуля” и “Супервойна” о ситуации в мире стали бестселлерами, это связано с тем, что начинается война. Люди увидели, что дело идёт к войне кавалерийскими темпами. Но большинство чувствует напряжение лишь подсознательно: испытывают страх, беспокойство, часто не понимая, чем вызван дискомфорт. В книгах я стараюсь, не поддаваясь эмоциям, дать логичное объяснение происходящему.

Люди многого не понимают. И это парадоксально: мы живём в обществе информации, но люди в основной массе понимают происходящее меньше, чем 30 лет назад.

Парадокс объясняется тем, что в последние 20 лет сформировалась такая система коммуникации, в которой всё централизировано и монополизировано. Раньше существовали разные идеологии, которые определяли уровень плюрализма. Отсутствие глобальной связи давало возможность разным группам в разных странах интерпретировать происходящее по-своему.

Всё идёт по существу от одного центра, распространяется по всему миру и даёт ложную интерпретацию происходящему, искажённую картину мира в пользу Америки. Американский образ жизни становится доминирующим для всего мира. Но люди понимают меньше, чем раньше, потому что меньше стало разнообразной информации, она унифицирована. Меньше диалектики, борьбы идей. Это приводит к уничтожению демократии: если люди не знают, какие могут быть иные варианты происходящего, то какой у них выбор? А нет альтернативы – нет демократии. Нас довели до этого. И такой мир начинает рушиться. Война – это последствие американской глобализации: вместо консенсуса – дубина.

– Недавно телевидение показало многочисленную демонстрацию итальянской молодёжи против планов войны в Ираке. Известно, что правительство Италии поддерживает эти планы американцев. СМИ выражают в основном позицию правительства. А кто доводит до молодёжи другую точку зрения на этот вопрос?

– Большой частью населения удается манипулировать, убеждать людей в правильности того или иного взгляда. В частности, мнения правительства по этому вопросу. Но не всеми. Европа долгое время жила в условиях демократии. Поэтому люди, так сказать, “вакцинированы”. Они понимают, когда власти врут. Это здорово, когда часть населения может защититься от навязываемого мнения собственным пониманием ситуации. В России большинство людей не в состоянии этого сделать, так как в стране не было демократии. В США большинство людей не в состоянии защититься от навязываемых властью мнений, ибо там давно и умело манипулируют сознанием граждан.

Большинство европейцев против войны. Правительство – это одно, а население – это другое. СМИ усиленно пропагандируют войну. В Италии ситуация примерно ничейная по этому вопросу. Власти ведут агитационную работу очень усиленно. Вполне возможно, что часть людей склонят на свою сторону. Поэтому надо организовывать информационное контрнаступление.

Лет 30–40 назад политика была борьбой идей. У тебя была программа, ты убеждал в ее правоте. Боролся с другими программами. Люди спорили, ходили на собрания… Была демократическая система обмена мнениями. Сейчас всё сконцентрировано на экране телевизора.

Без телевидения твои идеи не существуют, какими бы хорошими они ни были. Или они распространяются в тех кругах, которые никак не влияют на власть. Даже сотрясающие общество скандалы: если они дошли до ТВ – они есть, если нет – то и не существуют. Сейчас политика – это то, что прошло через экран телевизора.

Если политические силы понимают это, они выходят на поле боя с ТВ. Если нет, они проигрывают навсегда. Навсегда!

Через развлекательные программы распространяются многие идеи, аморальные в том числе. Человек, смотрящий неумные развлекательные программы снижает свой интеллектуальный уровень и уровень видения мира. Посмотрите, какое в России количество рекламы пива! И каждый ролик демонстрирует, как это хорошо, приятно – пить пиво. Миллионы подростков невольно воспринимают это. Им вдалбливают: лучше всего – пить пиво.

Виртуальная студия способна создать у зрителя особое настроение. Снимается уже много передач и фильмов, не имеющих никакой связи с действительностью, но убеждающих, что всё это реальность.

ТВ становится реальным центром общества, захватывающим всю политику.

Нашей демократии угрожает не Саддам Хусейн, а эта система СМИ и средств манипуляции сознанием.

– После прочтения ваших книг люди готовы действовать?

– Я часто говорю “Пусть сто капель станут рекой”. Пусть все люди, которые понимают происходящее, объединятся, создадут систему, способную противостоять системе глобальной коммуникации.

Прежние политические организации не умеют это делать, не знают как. Я создал организацию “МегаЧип” Мы стараемся действовать повсеместно: в университетах, институтах, школах, книжных магазинах… Все силы, группы, которые хотят этим заниматься, должны быть скоординированы, чтобы организовать контрнаступление.

Известно, что газеты часто врут. Но почему читатели не могут объединиться и потребовать у главного редактора давать правдивую информацию? Ведь газета зависит от читателей. И они, объединившись, могут на неё влиять, требовать объяснений: почему вы так поступаете, обманывая нас?

Есть много честных журналистов, желающих говорить откровенно. Но они должны чувствовать поддержку если не редактора, то читателей. Я не предлагаю цензуру, нет. Но все разумные взгляды и мнения должны иметь возможность быть представленными в СМИ.

Пусть сто капель станут рекой

Манифест ведущих журналистов Италии о создании организации MEGACHIP

Ситуация с информацией и коммуникацией в Италии и в мире стала весьма тревожной.

Плюрализм в информации уже скорее кажущийся, чем реальный. И тенденция ухудшается. То, что слушают, читают и в особенности видят миллионы людей каждый день, определяется узкими группами, решающими, что должна знать широкая публика, а чего ей лучше не ведать. Почти везде так называемая четвёртая власть уже настолько тесно переплелась с политической властью и настолько зависит от частных интересов, владельцев и контролёров СМИ, что уже практически отказалась от контрольных и критических функций.

Подавляющее большинство коммуникационных потоков производится или контролируется горсткой мировых гигантов. Это настоящая медийная олигополия…

Не стоит удивляться, что коммуникация стала продуктом, почти исключительно произведённым в развитых странах Запада и выражающим идеи, доминирующие в этой части мира. Остальные страны и народы планеты исключены с этого рынка, доступ на который им запрещён в силу структурной неконкурентоспособности. Они вынуждены довольствоваться ролью зрителей, и в этом качестве подвергаются бомбардировке новостей, идей, чуждого им образа жизни и потребления…Они подвергаются процессу стандартизации, который болезнен не только для его жертв, но и деструктивен по отношению к языкам, культурам, целым цивилизациям…

Поскольку становится всё очевиднее, что информация, массовые культурные процессы и развлечение стали по сути товаром, то эта область становится средством извлечения прибыли и в то же время “воспитания” потребителя. Система медиа становится, таким образом, основным инструментом организации власти. Проходящая в ней информация фильтруется, канализируется, контролируется определёнными интересами…Она становится какой угодно, но только не свободной и честной.

Глобальное общество, так называемое общество знания в действительности перешло в руки производителей гигантской “фабрики грёз” дочери и сёстры глобализации.

…Если нужно – а “фабрике грёз” это нужно всегда, – действительность можно существенно изменить в процессе её виртуального отображения. Её можно приукрасить или изуродовать. Это не важно. Важно то, что ею можно манипулировать соответственно потребностям рынка и – главное – власти.

…СМИ фабрикуют мысли и желания, узаконивающие их претензии на право представлять мысли и желания публики. Миллионы людей постоянно подвергаются (с чудовищным эффектом постепенного отложения в сознании) “фоновому шуму”, определяющему не только уровень информации общества и его коллективную культуру, но даже его эмоциональный и этический уровень. Немногие понимают, что и школа, и семья, и даже церковный приход – все эти институты уже опрокинуты мощью коммуникации, которой подвергается молодое поколение. Снижение умственного уровня, образованности, обесценивание нравственных и гражданских ценностей отмеряется ежедневными вердиктами рейтингов, ставших безапелляционными судьями нашей жизни, наших развлечений, нашего потребления. Они бесспорны и безапелляционны…

Всё это решается и создаётся за пределами демократической легитимности, но оказывает радикальное влияние на жизнь огромных человеческих масс. Всё это вредит демократии, гражданскому воспитанию и вообще психическому равновесию зрителей. Тем хуже для них, потому что бизнес нельзя остановить.

Почти никто не заботится о том, что появление homo videns, “человека смотрящего”, этого антропологического подвида, меняет общественную жизнь и саму форму использования демократических прав начиная с права на корректную информацию и воспитание. Современная “агора”, где протекает почти весь политический торг за поддержку, – это телевидение. Тот, кто контролирует эти СМИ – особенно если это монополия, – может нарушить основополагающие принципы любой демократии.

Современное общество – и наше не исключение – ещё сохраняет возможность ответить на этот вызов. Независимая информация, зачастую не производящаяся на продажу, то есть не являющаяся товаром, действует и соревнуется с медийной системой, помогая формированию и распространению критического духа, поощряя демократическое участие в формировании общественного мнения. Но мы не считаем, что надо запираться в «гетто меньшинства». Мы хотим заниматься подавляющим большинством пользователей СМИ и столкнуться с медийной системой на том поле, где она находит поддержку и жертвы…

Мы хотим наступать на медийную систему практической критикой, системной, многосторонней, распространяемой по всей территории, реально плюралистичной и открытой всему гражданскому обществу. Это движение фактически уже существует, но оно раздроблено на сто, тысячи капель, изолированных друг от друга. Капиллярная и важная работа, проведённая ими, не может, однако, достичь критической массы для того, чтобы бросить вызов всевластию – всего лишь кажущемуся – “официальной” коммуникации. Необходимо достичь широкой публики, сидящей перед телевизором, перейти границы, в которые заперта сейчас независимая информация. Нам представляется бессмысленным говорить тем, кто уже всё знает. Но необходимо бороться с механизмом, подчиняющим себе миллионы беззащитных телезрителей.

Предложение

MegaChip родился, чтобы дать ответы на эти проблемы. Мы убеждены, что на этой почве идёт решающая битва за спасение демократии, а не только за право на корректную информацию и достойную коммуникацию. Наше предложение обращено ко всей сети коммуникации и информации: журналистам и учёным, работникам шоу-бизнеса, креативщикам рекламы, студентам, пользователям, практически ко всем гражданам.

Мы предлагаем:

а) Создать независимую обсерваторию коммуникации. Существует настоятельная потребность знать и интерпретировать всемирную стратегию информационно-коммуникационных технологий, поведение национальных и зарубежных собственников, стратегии финансовых инвестиций, рекламные потоки и их развитие в национальном и международном плане. Во всех этих областях сейчас принимаются решения, которым суждено глубоко повлиять на будущее всей планеты. Не знать о них означает проиграть, ещё не начав войну.

б) Проводить мониторинг качества и количества продуктов национальной (и не только) медийной системы. Это необходимо как операторам профессионального рынка, так и гражданам, чтобы противостоять произволу и давлению, подрывающему свободу информации и достоинство публики, мешающему транспарентности и использованию своих прав. В связи с этим необходимо вовлечь, в первую очередь, сотни центров и групп независимой информации, университеты и исследовательские центры, а также профсоюзы всех профессиональных категорий, от журналистских до потребительских организаций.

в) Уровень подготовки операторов информации и коммуникации. Необходимо определить или выработать заново этические и деонтологические стандарты всей медийной системы, находящейся в процессе мощной трансформации. Это потребует прямого участия заинтересованных профессий, прежде всего, журналистов.

г) Уровень организации политической борьбы за демократию в коммуникации. На основе приобретенного ноу-хау необходимо провести учёт существующих сил, узнать их опыт, способствовать их распространению через сеть и координационную национальную организацию. Необходимая ударная масса может быть достигнута только одновременными и скоординированными акциями.

Неуязвимость власть имущих от информации объясняется только тем, что никто никогда не бросал им вызов.

Слабость журналистов и других операторов информации объясняется в том числе и их изолированностью и раздробленностью.

MegaChip хочет дать бой, заранее объявляя о своих целях – наступление на все компоненты медийной системы и достижение коммуникационной и информационной корректности. Мы прекрасно знаем, что это будет непростой бой, в котором власть имущие от информации прибегнут к мощи, находящейся в их распоряжении. Поэтому нам надо будет производить солидно обоснованное знание и безупречную информацию. Мы хотим слить тысячи капель в общий опыт и сделать из этого “новость” способную достичь широкой публики, политиков и институтов власти.

Наше предложение открыто для всех. Те, кто захочет его разделить и участвовать в нём, смогут увеличить (а не уменьшить) свою идентичность в более обширном и эффективном плане. Мы прежде всего намерены открыть дискуссию с теми – и их много, – кто осознает стратегическую потребность в создании новой организации для невиданной прежде борьбы. Это шаг решающей важности для победы в борьбе в защиту демократии, общественных, гражданских прав и мира.

Giulietto Chiesa, Arturo Di Corinto, Pino Di Maula, Massimo Loche, Vincenzo Maddaloni, Paola Manduca, Federica Morrone, Valentina Pascarelli, Rocco Rossitto, Francesco Ruggiero, Davide Sacco, Marco Sisi, Carola Spadoni, Gabriella Turnaturi, Maurizio Torrealta, Luca Valeri Curti, Roberto Vignoli, ZabrinskyPoint.org

«Литературная газета» № 42, 2002 года

Планета кривых зеркал

– Г-н Кьеза, чем вызван ваш нынешний приезд в Москву?

– Желание наблюдать ситуацию в преддверии выборов и смотреть, как все, что происходило, особенно в Ираке, отражается на нынешней внешней и внутренней политике России. Потому что я считал и считаю, что Россия должна быть большим игроком на мировой арене, несмотря на все переживаемые за последние 10–12 лет проблемы, она остается очень большим главным действующим лицом на мировой арене. Поэтому надо понимать, что происходит в России.

– О выборах 1996 года вы написали книгу «Прощай, Россия», где вскрыли механизм фальсификации, подтасовок, натяжек во время тех выборов. Какова ваша оценка предстоящих выборов? Будут ли они честными, видите ли вы равенство возможностей участников?

– Нет, считаю, что не могут быть нормальными выборы, когда существует монополия на средства массовой информации. Равных условий не будет. К сожалению, ситуация в России очень похожа на ситуацию в Италии, где один человек практически возглавляет и руководит прямым или косвенным образом всеми шестью каналами, государственным и частным телевидением. В таких условиях нельзя говорить о демократии, о нормальных выборах, о равных условиях. Их нет, поэтому нет нормальных выборов демократического порядка.

– А какую роль тогда играют иностранные наблюдатели? Они просто фиксируют это? Тогда зачем они нужны?

– Они не нужны. Все предыдущие выборы, которые состоялись в России после развала Советского Союза, были в разной мере сфальсифицированы, сфабрикованы, искажены.

А наблюдатели вообще не наблюдают ничего. Приезжают люди, которые не знают России. Ходят по избирательным участкам, не понимая ничего. Наблюдают. Я помню очень хорошо, что происходило на последних парламентских выборах. Приезжала делегация итальянских политических деятелей. Они уже собрались в итальянском посольстве до выборов, и посол им сказал, что выборы будут хорошие. Я возмущался, потому что как может быть до выборов решено, что они будут хорошими?

Вообще, это всегда было политическое решение, независимо от исхода выборов – поддерживать или не поддерживать победителей этих выборов. Европейское сообщество таким образом принимало участие в этой фальсификации. Надо сказать определенно и без всякого джентльменского договора, что европейцы принимали участие в лигитимированности сфабрикованных российских выборов. Так будет и дальше.

– Вы проработали в нашей стране 20 лет, приехав в СССР в качестве корреспондента газеты итальянских коммунистов. Как вы можете оценить степень свободы в современной России? Отмечу, что по данным организации «Репортеры без границ»,

Россия стоит на 148-м месте из 166 исследованных стран по этому показателю.

– Я был корреспондентом «Унита». Жил первые 8 лет в России именно как корреспондент коммунистической газеты. Но отличался от всех других корреспондентов, потому что и тогда честно говорил о том, что я видел. Здесь свобода слова сейчас – очень относительная идея. Есть определенные моменты: человек может писать вещи, которые раньше невозможно было писать, формально не существует никакой цензуры. Но существует фактически всеобщая цензура. Сам факт, что здесь уже нет прямых телевизионных передач, все записывается заранее – значит, контролируется до эфира – это уже очень серьёзный показатель.

И есть большая доля самоцензуры. Журналисты об этом знают: есть темы, которые лучше не затрагивать. Например, я был здесь во время выборов в Чечне. Выборы в Чечне были, по-моему, полностью сфабрикованы. Никаких сомнений по этому поводу у меня нет.

Но самое важное, что никто из журналистов не поднял проблему. Мне об этом не известно, по крайней мере. Все, что я видел, – это была единодушная тотальная позиция. А это ненормально. Потому что не может быть, что все одинаково думают в такой свободной стране, как Россия сейчас. Шучу, конечно.

– Будут ли иметь желаемый результат забастовки против увеличения пенсионного возраста, прокатившиеся по Италии?

– Забастовка была очень мощная. Но у нас тоже происходят странные вещи. Раньше, лет 20 назад, тоже были такие объединённые профсоюзами мощные демонстрации, всеобщие забастовки. Разные профсоюзы едины в резком отрицании этого проекта правительства. Когда такие сильные забастовки шли, была реакция и парламента, и политических партий, и правительства. Они должны считаться с этими манифестациями. А сейчас как будто ничего нет. Бастуют – ну и что? А правительство продолжает действовать, как и прежде. Значит, правила политической игры уже довольно глубоко изменились.

Я считаю, что это тоже эффект монополизации системы средств массовкой информации. Если допустим, целый день бастуют 2–3 миллиона людей, а вечером все теленовости об этом молчат, и никакой информации по этому поводу нет, значит, 30 миллионов остальных итальянцев не знают, что забастовка проходила, как она происходила. Поэтому политической эффект нивелируется. Не для тех, которые бастовали – их семьи знают, их друзья знают. Но остальное население изолировано от этого, не знает, не понимает.

Когда система массовой информации в руках правительства, когда нет возможности выражения разных позиций, нет плюрализма информации – это фактор искажения реального демократического процесса. Поэтому трудно сказать, насколько итальянские рабочие могут защитить право на пенсию.

– Согласны ли вы с тем, что социальные завоевания рабочих западных стран стали возможны благодаря нашей революции, образованию Советского Союза? Капиталистам Запада было, чего бояться. И не наблюдается ли наступления на эти завоевания после распада СССР? Может, именно потому правительство Италии решило наступать на права трудящихся, что уже им некого бояться?

– Связь между двумя явлениями, конечно, существует. И связь глубокая. Но не прямая. Конечно, после исчезновение Советского Союза все эти 15 лет мы наблюдали очень явно, что капитализм, особенно американский капитализм, стал более агрессивным, односторонним. Нет препятствий. Они считают себя не только победителями, но и что вправе делать всё, что угодно. Потому что нет противовеса внутри, во внешней политике то же самое. Это ясно ощущается.

Учёные разных взглядов, политических воззрений об этом пишут уже давно, что, конечно, всё время своего существования Советский Союз был не только сдерживающим фактором развития капитализма на Западе, но это был очень сильный притягательный пример социальной политики. Были искажения пропагандистские, мы не знали всего, что происходило внутри Советского Союза, было много идеологии, много пропаганды, даже откровенной неправды. Я жил здесь в 80-х годах и видел своими глазами всё, что было хорошо, и всё, что было абсолютно нехорошо. Поэтому не склонен идеализировать. Но тем не менее бесплатное образование, медицинское обслуживание действительно было. На Западе, особенно в Европе, многое сделано на базе этой модели. Надо обеспечить определённую часть населения, которая не может защитить себя этими системами.

А сейчас наоборот происходит всеобщая приватизация. Приватизация услуг населению, приватизация страхования, приватизация пенсий, так называемые фондовые структуры, которые тебе дают пенсию, только если ты заплатил лично. Это уже не государственная, а личная система. Мы видим, что безопасность людей и уверенность в будущем уменьшается с каждым годом, с каждым днём, можно сказать. И поэтому на Западе стало более дико, чем было раньше. Раньше на Западе – в Италии, Германии, во Франции – очень хорошими были системы социального обеспечения. И вдруг все меняется, Запад дичает. Слово «солидарность» исчезает из словаря. Это слово уже не понимают. Особенно молодое поколение.

Это я очень плохо и для социализма, и для капитализма. Плохо для жизни людей.

– Понимают ли на Западе, что проблемы, возникшие в мире после распада Советского Союза, несравнимо серьёзнее, их труднее разрешить, чем те, что были в то время между Западом и Советским Союзом и вообще в мире?

– Тогда западные люди сказали советским людям – освободитесь от коммунизма, у вас всё будет хорошо – будет свобода, будет рынок, будут товары в магазинах. Это было очень упрощенное, нереальное обещание. Ничего этого не произошло, потому что не могло произойти. Потому что социальные процессы намного сложнее и длиннее. Демократия не создаётся в один день. Демократии нужна подготовка, нужны века, по меньшей мере, поколения. А всё хорошее, что на Западе происходило в области демократии, было следствием создания гражданского общества. А гражданское общество не создаётся по декрету, по указу. Гражданское общество – это следствие развития культуры народа.

Конечно, надо было реформировать социалистические структуры. Это абсолютно необходимо. Но надо было реформировать, а не разрушать. Разрушение не производит ни демократии, ни порядка, ни рынка, ни свободы. Ничего этого не появилось. На место старых руководителей пришли новые, ещё более жёсткие, более непримиримые, чем предыдущие.

Это часть правды, которая относится к бывшей социалистической системе. А с другой стороны, и наша демократия, вытеснив этот противовес, стала хуже. Мы сами испортились. У нас во власти есть люди, которые ничего не боятся, они могут позволить себе нападки на демократические завоевания, на свободу, включая свободу слова.

Через 12 лет после падения Советского Союза получается, что демократии в западных государствах меньше, чем раньше. Вот результаты, которые мы получили.

– После распада Советского Союза Америка превратилась, собственно говоря, в мирового жандарма. И она развязывает войны под теми или другими предлогами, но действительная причина, по-моему, всем ясна. И мой вопрос связан именно с этим: разгромив Советский Союз, супердержава, Соединенные Штаты стали бесконтрольными. И мы видим, к чему это приводит.

– Это правда, я бы даже больше сказал. Американцы были жандармами мира уже давно. Даже когда существовал Советский Союз. Обвинение к ним более серьёзное, чем вы предъявили. Они стали не только жандармами, они стали империей. Я никогда не хвалил Запад как таковой, я смотрел реалистично как на его завоевания, так и на его недостатки и раньше. Но сейчас можно сказать, что Запад не существует больше как общая идея. Как общая идея он, и это одно из последствий, уже мертв. Империя не нуждается в союзниках. Зачем нужны союзники, когда я император? И американцы действительно ведут себя как императоры. Посмотрите на войну в Ираке.

Они действуют самостоятельно. Не требуют никакого разрешения ООН. Взяли в союзники наиболее сговорчивых, удобных, например, Великобританию. Остальные не хотели ввязываться. США сами сделали всё, что хотели. И в Афганистане по существу то же самое. И будут вести себя так же в дальнейшем. Эта империя больше, чем жандарм. Это “новый мировой порядок”.

– Вы стали инициатором создания общественного движения «Мега чип». В чём вы увидели необходимость его создания при изобилии общественных организаций?

– Итальянское демократическое движение ещё не поняло, что в последние 20 лет произошли изменения радикальных структур в политике западных государств. И здесь у вас тоже сейчас нет никакой разницы с этой точки зрения. У вас очень жёсткая монопольная структура. У нас тоже монополия в Италии очень жёсткая, практически всеобщая. В других странах более гибкая ситуация: в Германии, в Англии, во Франции, в Америке не так плохо.

Но и там произошли глобальные изменения. Состоят они в том, что система средств массовой информации стала самой мощной структурой власти. Четвёртая власть уже не существует, практически, нигде. Имеется в виду, что четвёртая власть независима от трёх других: исполнительной, законодательной, судебной. Она является частью власти, исполнительной власти. И поэтому не играет никакой роли в корректировке. Она не корректирует, не критикует. Она участвует во власти.

Итог происходящего – миллионы людей получают каждый день, каждую минуту, искаженную картину мира – посредством телевидения. Вот что происходит. Как можно говорить о демократии, когда миллионы людей не имеют необходимой информации, чтобы принимать решение? Как можно голосовать один раз в пять лет или четыре года, если у тебя нет реальной картины мира? Вся система средств массовой информации нам даёт искажённую картину. Возьмите телевидение. По сути мир – это то, что вы видите на ваших каналах. А там 50 % рекламы. Значит – полное искажение. Реклама – это фальсификация. В принципе! А потом тележурнал, новости: какие-то темы трогают, а какие-то не трогают никогда. Значит – тоже искажение. За нас решают всё, что мы должны знать и особенно всё, что не должны знать.

Плюс развлекательные программы. Также идеология. Через развлекательные программы идёт массовый поток идеологических представлений. Как показывают женщин, например? Фигуры женщин, которые сходит с экрана телевидения, это реальная фигура женщины России? Я думаю, что нет.

Подумайте о ваших детях. Я всегда, когда говорю об этих вещах, спрашиваю: кто из нас, выйдя из дома, доверил бы своего ребёнка первому встречному на улице? Никто. Каждый оберегает своих детей. Но мы делаем это каждый день. Миллионы людей каждый день предоставляют своих детей в руки совершенно не известных людей, между прочим, более подозрительных, чем прохожий на улице. Эти не известные люди делают программы, чтобы воспитывать ваших детей совершенно неправильно. Воспитанность ваших детей им безразлична. Их цели – продавать товар. Используют ваших детей, чтобы продавать. Потому что дети – самые хорошие тележки, на которых можно подвезти вам товар. Используют и ваших детей, и вас как потребителей. Вы к этому готовы?

Мы поняли, какие изменения в культурном смысле происходят таким образом? Не поняли.

Демократические силы и у вас, и у нас ещё этого не поняли. Они думают, что, как и раньше, достаточно создать хорошие платформы, развивать хорошие идеи, сделать хорошее предложение, как нужно жить и т. д. Но каждый из нас говорит что-то, его кто-то слушает. Я могу написать статью. Сколько человек её будет читать? Ну, 50, юо, 5000 человек. А одну передачу телевидения одновременно каждый вечер, каждый день, каждый час смотрят миллионы людей. Это несравнимо.

Таким образом мы реально теряем демократию. Это происходит во всём мире. И на Западе, и в России, и везде. Мы в результате действий средств массовой информации теряем подлинную демократию! Потому что лишаемся реальной информации, возможность критически оценивать ситуацию и т. д. Нас обманывают, нами манипулируют. И манипулируют не один день. Манипулируют в течение нескольких лет подряд. И это аккумулируется, это создает новую систему ценностей. Вот что происходит.

И пока ещё демократические силы не понимают, что здесь нужен поворот, поворот в мышлении, не знают, как защититься от этого, как организоваться, какие организации нужны, чтобы защититься коллективно. Получается, что каждый из нас сидит перед телевизором в полном одиночестве. Можешь просто выключить телевизор и все. Но это – не выход.

Вы спросили, зачем мы создали свою организацию? Я шутливо назвав «Мега чип». Мега – это большой. Проблема огромная. Это проблема современного мира. А «чип» – маленькая частица, которая создает телевидение и структуру передачи. Большая проблема и маленькая, как кажется, техника. Но это ключевой центр мировой политики в будущем. Или мы поймем это и на этом построим теорию и практику политической борьбы, или мы проиграем.

– В чём заключается деятельность вашей организации?

– Я резюмирую одним словом – альфабетизация населения. Это новый язык. Язык телевидения – это язык, который мы ещё не знаем. Есть люди неграмотные. Они могут говорить и слушать, но не умеют читать и писать. Мы безграмотны в отношении языка средств массовой информации, особенно, подчёркиваю, телевидения. У нас ошибочное представление. Нам кажется, что мы можем читать. Сидим – смотрим телевидение, и нам кажется, что мы понимаем. Ошибка. Мы не понимаем. Это очень сложный язык. Экран – это большой квадратный. Мы смотрим в центр экрана. А всё остальное, что находится в экране и движется, мы видим, но не контролируем.

Простой пример. Картина – это картина, которая движется. Это своего рода синтетическое оформление идеи. Мы всю эту идею видим, но не контролируем. Значит, мы думаем, что знаем этот язык. Но мы не умеем читать этот язык. И писать на нём не умеем. Кто из нас может сделать передачу на телевидении? Никто. Нужна специальная подготовка.

Единственное средство защититься – научить понимать этот язык и говорить на нём. Для этого нужна специальная подготовка. То же самое, когда вы изучаете иностранный язык. Это новый язык. И этим языком будут пользоваться и впредь, потому что мы перешли к обществу изображения, мы «хомо вилденс»: человек, который видит. Уже не «хомо летине», не человек, который читает. Это разные вещи. Совершенно разные.

Поэтому мы будем «овидинс», и мы должны уметь читать на новом языке.

Альфабетизировать население – значит включить в программу школы элементарный язык телевидения. Давать телекамеры детям, чтобы они с детства знали, что это значит. Что телевидение – это манипуляция. Что телевидение – это организация мысли. Ты можешь сделать интервью со своим дедушкой. Он может рассказывать, что угодно. А ты можешь смотреть на него снизу или сверху, ты можешь показать его в одном ракурсе или в другом. Это приводит к разным выводам. Мы эти эксперименты уже провели и видели тех ребят, которые начинали действовать таким образом: они развиваются очень быстро. Потому что это новый язык. Они по существу навсегда будут защищены от манипуляции.

Можно это сделать в массовом порядке. И даже нужно. Раньше и в Советском Союзе, и в нашем государстве мы что делали. Тогда решили, что всеобщее обучение шагом к цивилизации. А если вы хотите думать о шаге к будущей цивилизации, всеобщее обучение этому языку необходимо. Это буквально жизненно необходимая вещь. И я на это работаю.

Газета «Завтра» 49 (324), 3 декабря 2003 года

Америку ждет катастрофа

– Господин Кьеза, с развалом СССР кое-кто стал говорить о конце истории. Но как показывают события последнего времени, она бурно продолжается. И руководят ею из одного центра. На ваш взгляд, происходящее – это прогресс человечеству или его откат назад?

– Это серьёзный откат назад, потому что события прошлого века, несмотря на проблемы и трудности, по меньшей мере, означают, что государства могли договориться о чём-то без войны. А сейчас, после 50 лет «холодной войны» и падения Советского Союза, все эти правила практически уничтожаются, потому что единственная сверхдержава, оставшаяся на планете, которая превышает по мощности все государства вместе взятые, решила установить новую систему норм, которые сама диктует. Но получается, что это не новая система норм, а отсутствие их, подмена международных правил правилами империи. Это объявляется прогрессом, потому что считается, что Соединенные Штаты являются самой демократической страной мира. Но по существу это полное нарушение всех норм международного права.

Планируемые и ведущиеся войны – это элемент такой философии империи. Фактически все свободы и внутри Америки, и на международной арене уничтожаются. Это не только война против Югославии, Ирака. Эти войны – только часть данной политики. Это намного более весомое, значительное явление – это конец свободы внутри отдельных стран и свободы самих государств. Потому что если действует принцип, что Америка единолично диктует критерии демократии, то явно, что все страны, живущие внутри демократий, отличных от американской, включая европейские страны (подчеркиваю: включая европейские страны), оказываются вне закона.

Сейчас есть и экономические противоречия между Европой и Америкой. В Америке социальная система значительно отличается от европейской. А если при измерении демократии образцом брать Америку, то ясно, что некоторые страны Европы не соответствуют ему. Они не совпадают с правовым государством Америка. Например, итальянская конституция в значительной мере отличается от американской. И французская не совпадает. А где может остановиться претензия США диктовать своё понимание демократии? Это порождает невиданные противоречия.

Невозможно, даже при большом желании американцев, настаивать, чтобы миллиард 250 миллионов китайцев жили под девизом американской демократии. Это невозможно. Не может даже речь идти об оценках. И мы рискуем, что на этой почве начнется война.

– Понимают ли итальянцы, европейцы, что намерение США в отношении Ирака не имело ничего общего с желанием установить там демократию и обнаружить мифическое оружие?

– Общественное мнение в Европе намного более развито и разумно, чем в Америке. Почему – другой вопрос. По моему мнению, публика в Америке уже давно заманипулирована, общественное мнение уже давно затерроризировано агрессивными СМИ. В Америке порой не понимают то, что в Европе обычно понимается людьми. В Америке часто слепо верят всему, что говорит президент. И этот воинствующий президент (Джордж Буш), видимо, имеет определённый консенсус, если все опросы говорили, что многие готовы были аплодировать даже применению ядерного оружия против Ирака. Это означает, что миллионы американцев являются жертвами их системы информации.

Претензия экспортировать американскую демократию всему миру – страшная глупость. Это – система, делегирующая интегрализм. В этом кроется большая опасность.

– Каковой была реакция в Европе на слова американцев о её старости?

– Мы действительно старые, старше господина Рамсфельда. И это означает, что мы можем быть более мудрыми. Я горжусь, что часть Европы реагирует не положительно на решение американской демократии, поскольку на этот раз поведение американской администрации превышало все нормы допустимого, часть Европы считает необходимым реагировать. Я – представитель Запада, вырос на Западе, ценю свободу слова, высокий уровень жизни, чувство солидарности и уважения к разным культурам. Это всё я ценю. Но я не думаю, что это те же ценности, что исповедует и хвалит господин Рамсфельд. Мы – разные люди. Запад – это, слава Богу, не только Рамсфельд и Буш. Мы старые, да. Но, видимо, они слишком молодые и слишком амбициозно жаждущие власти во всём мире. На этот раз было бы хорошо, если бы руководители Америки слушались старших.

– Вы активно занимаетесь политической и общественной деятельностью, встречаетесь с людьми разных стран. Понимают ли люди, что нам всем грозит опасность?

– На нашей планете мы достигли уже определённого необратимого уровня развития, которое может привести к трагическим последствиям. Нужно справедливое распределение богатств. Это одна из проблем. Надо расширять другой тип развития, где должна соблюдаться справедливость и в отношении людей, и природы. Это трудный путь. Но иначе нельзя. Нельзя ни обойти эту проблему, ни уклониться от её решения. Надо пытаться решить современные проблемы мира. В одной стране решить эти проблемы нельзя. Все современные большие вызовы нашего поколения – это вызовы, которые нельзя решить внутри одной страны, если даже она огромна. Ни Америка, ни Китай, ни Россия не могут решить самостоятельно, в одиночку современные проблемы. Они могут быть решены лишь на международной арене международным консенсусом. Или посредством войны, когда самый сильный захочет решить с помощью силы. Я считаю, что мирно решить нынешние проблемы можно. Но вижу, что самый сильный – США – думает иначе. Они хотят решить эту проблему самостоятельно вопреки воле всего мира. И я вижу, что некоторые европейские политики понимают, что курс Америки на решение проблемы ведёт к трагическим последствиям.

– Чем вы объясняете ретивость некоторых бывших соцстран в военных походах на стороне Америки, против Ирака в том числе? Они хотят ухватить свой кусок нефтяного пирога или просто бескорыстно выслуживаются перед похваливающей их Америкой?

– Ясно было, что расширение Европы и включение бывших восточных соцстран будет очень плохо сказываться для демократической Европы. По той простой причине, что как только эти государства получили независимость от Советского Союза, сразу, немедленно продали независимость американцам. Это уже не независимые государства. Это государства, которые живут в системе ограниченного суверенитета. Это трагедия их истории, конечно, что их руководящие круги предпочитают быть вассалами Америки, чем равноправными партнёрами Европейского Союза. Жаль, жаль. Потому что они не получат Европейский Союз, который они знали. Европейский Союз будет слабее. Ясно, что этот манёвр Америки ведёт к расколу Европы. Она расколота на две части этой войной. Это уже первые плоды линии американской администрации. Так иногда случается, то люди и государства получают свободы и оказываются не достойными этой свободы.

– В книге Мишеля Коллона «Нефть, PR, война», вышедшей на русском языке, великолепно раскрывается механизм развязывания войн. Автор учит различать действенные цели и намерения политиков, прикрывающихся пафосной риторикой. Но книги читают не все. А как вы бы посоветовали людям выявлять суть за словесной завесой политиков?

– К сожалению, я этой книги не читал. Но если автор в ней образовывает людей по этому вопросу, очень хорошо. Всегда те, кто управляет, пытаются оправдать свои действия обманным путём – говорят одно, делают – другое. Это не ново. Новость в другом: в том, что мы стоим на грани трагедии. Большой трагедии, которая не сравнима даже с трагедией Второй мировой войны. Поэтому здесь нужен новый, смелый, тотально обновлённый подход. Прежние руководители не могут удовлетворить современные запросы. Они привыкли обманывать. А сейчас враньё немедленно приведёт к катастрофе. Мы находимся в этом смысле в большом дефиците: дефицит времени и дефицит руководителей. Чтобы спастись, нужен высокий уровень общественного сознания и высокий моральный уровень руководителей.

Одно из центральных полей сражения нашей эпохи – это информационное поле. И ранее владение информацией и её распространением было важно. Те, кто владел информацией, доминировал. Но сейчас есть особенность, которой раньше не было. Мы находимся внутри концептуальной революции, когда информация становится в прямом смысле политикой. И когда технический уровень манипулирования средствами массовой информации достиг такого уровня, такого масштаба, что можно обманным путем управлять миллиардами людей. Раньше этого не было. Раньше требовались огромные усилия политиков, чтобы обмануть людей и препятствовать развитию демократии. А сейчас можно довольно легко это сделать, используя мощнейшие средства манипуляции – ТВ. Поэтому демократические силы во всём мире должны делать все, чтобы препятствовать манипуляции нашего сознания, должны учить людей видеть правду.

«Завтра» № 45 (572), 5 ноября 2004 года

Кто решает судьбу России

Недавний нефтегазовый конфликт с Лукашенко, спровоцированный российскими властями, а по сути, российскими олигархами, стал большим подарком европейцам. Однако зачем было создавать подобную ситуацию?

Конечно, Лукашенко и его идеи многим не нравятся. Более того, многие в России видят Беларусь просто-напросто «большим куском мяса», от которого и хотят откусить. Почему? Да потому, что для них самих нет идеи государственности, они не думают о величии России и её будущем, а соответственно, у них нет и государственной стратегии, в частности по отношению к Беларуси. Они думают только о своей прибыли и больше ни о чём. Оценить же реально последствия того, что сделали, они сами не способны.

Может, кто-то хочет устранить Лукашенко, а потом присоединить Беларусь к России, но уже без Лукашенко, да и безо всякого сохранения ценностей социалистического государства. Просто как добычу. Как кусок мяса. Но, во-первых, Лукашенко – на своём месте. А во-вторых, какова будет дальнейшая стратегия?..

К слову, сейчас в России хотят скопировать систему эксплуатации природы, существующую на Западе. Но она там уже проваливается – на наших же глазах. Причём даже когда ваши политики в своё время копировали западную демократию, то и тогда не видели, что она уже отмирала. Сейчас они хотят внедрять и западную систему развития, когда она тоже уже буксует, останавливается и вообще ведёт к разрушению сферы обитания.

Зачем же тогда всё это копировать? Так могут поступать только безумные люди.

То и дело появляющиеся загадочные откровения российских олигархов объясняют технологию современной российской власти, и мы понимаем, как рассуждает российская власть. Оказывается, ни о какой демократии и речи не идёт. Оказывается, действовать надо жёстко и только в личных интересах…И такие люди решают судьбы России! И хотя они считают себя значимыми величинами в стране, у них даже не проглядывается никакого чувства государственности.

Это и есть циничная школа технологии власти.

И убеждаешься: всё, что мы думали плохого о «сильных мира сего», – правда. У них нет ничего святого, только свои личные интересы. Для них спасение России – вопрос второстепенный, но они хотят держать страну в своих руках как щит для сохранности собственных капиталов. При этом желают, чтобы их воспринимали мощными игроками. А без России это для них невозможно. Но так продолжаться до бесконечности не может. Из-за игнорирования тех противоречий и проблем, которые они не хотят видеть, кризис будет лишь нарастать. Правда, они думают, что смогут спастись. Да, в какой-то мере, если перебраться на жительство в бункер.

Они продали Россию, разрушили её. Но прошло уже десять лет, и сейчас эти господа не могут не понимать, что на Западе, в лучшем случае, им уготована роль слуг, абсолютно второстепенных персон, а далеко не главных действующих лиц.

Понятно, что для капиталистического мышления желание быть мощным игроком вполне естественно. А потому страна им нужна, чтобы сохранять свою мощь. Или они закрепятся в России и через защиту интересов государства станут защищать свои интересы. Или же без России они тут же лишатся своей значимости, поскольку на Западе они что-то собой представляют, лишь имея огромные российские финансовые и ресурсные возможности. Тем более что у российских олигархов все капиталы находятся в западных банках, да и их интересы – тоже на Западе.

Впрочем, не у всех из них наблюдается полное пренебрежение к судьбе своей страны. Но не потому, что последние – патриоты. А потому, что у них здесь есть свои интересы. Россия – это их площадка, здесь формируется их капитал. Они сильны, пока они в России. А значит, у них не только западные интересы. И эти нюансы очень важно понимать. В этом загадка и противоречие. Запад наступает, а они не знают – где сидеть и с кем строить альянсы. Их капиталы – там, и там же они могут быть заблокированы. Что делать?

По этой причине, кстати, надо развести политику и бизнес. Потому что капиталист думает только о деньгах, а не об интересах страны и её перспективах. Будучи, условно говоря, и министром, и поставщиком лекарств, он ради прибыли готов забыть об интересах миллионов человек…

А в итоге складывается впечатление, что у руководства России нет чётких стратегических целей. Что, например, ярко и продемонстрировал кризис с Беларусью. И здесь Запад может быть спокоен: от российских олигархов ничего плохого ожидать не стоит – они даже готовы подарить Европе Беларусь. Разве можно в таких условиях ожидать объединения с Россией? Ведь если Лукашенко проиграет, то на его место к власти сразу же придут прозападные политики, которые – как это было на Украине или в Грузии – заявят о стремлении в НАТО и в Европу.

«Литературная газета», июль 2005 год

Демократию нельзя экспортировать

– Не являются ли итоги референдумов во Франции и Голландии предтечей тотального разрушения единой Европы?

– Я не разделяю тревог относительно судьбы Европы и оцениваю голосование французов и голландцев положительно. В данном случае люди голосовали не «за» или «против» новой конституции. Проект евроконституции – 400 страниц. Миллионы людей во Франции и Голландии эту конституцию просто не читали. За что или против чего тогда они голосовали? В основном они голосовали «за» или «против» той Европы, которую они знают. Обыкновенные люди, простые граждане – это не специалисты, не политологи, они не разбираются в политических хитросплетениях. Да, во Франции, Голландии в СМИ была развернута широкая дискуссия по поводу конституции. И это – очень положительный момент. Господин Ширак, хотя он консервативный человек, сделал широкий и смелый шаг: он обратился к народу. Слава Богу. Молодец, что так поступил. А народ ему сказал: «Извини, дорогой, но нам не нравится то, что сделано». Такое обращение к мнению народа – большое продвижение вперед.

На сегодня во Франции и Голландии люди об общей Европе знают намного больше, чем в Германии, Италии, где договор по новой конституции был подписан парламентами. А во Франции, Голландии граждане читали, писали, рассуждали на эту тему.

В итоге решили: нет. Но это «нет» – не конституции, которую большинство голосовавших не читало, а той Европе, которая строилась все эти годы. Люди недовольны результатом. Если они отвечают «нет», это надо учитывать.

Чем люди недовольны? Ответ простой и ясный: европейцы старой Европы таким образом отвечают, что не хотят терять те завоевания, социальные в том числе, которые имели до сих пор. Между прочим, очень значительные завоевания, создававшиеся в течение целой эпохи. А все, что происходило в последнее время в Европе внутри Европейского союза, было борьбой между двумя тенденциями.

Одна тенденция – это построение мирным путем нового государственного союза, способного решить серьезные проблемы общества, которые нельзя решить на уровне национальных государств. Такие проблемы есть. Поэтому нужно создать государство на другом уровне. Но что это значит? Значит, что практически все институты демократии, которые существовали до сих пор, теряют влияние. Влияние поднялось на другой уровень, где демократии нет. Это серьезная проблема. При всей критике недостатков буржуазной демократии надо сказать, что в Италии была серьезная демократия, и она действовала. Но парламент Италии теряет влияние и делегирует решение на другой уровень, где никакой демократии нет. В результате власть переходит из рук народа в руки технократии. А там превалируют теневые интересы мощных структур: банки, финансы и так далее.

В результате создается Европа, очень похожая на Америку. Недемократичная, но конкурентоспособная. Вернее, которая хочет быть конкурентоспособной и которая поэтому отказывается от всех социальных завоеваний. Логика здесь проста: в Америке эффективная экономика, выше производительность труда и нет социального обеспечения людей. Давайте следовать Америке…А потом люди задумываются: подождите, мы не хотим лишиться бесплатного медицинского обеспечения.

Но в Америке нет бесплатного медицинского обеспечения. Ну что, вы хотите, чтобы мы были хуже? Ведь надо быть конкурентоспособными. Понятно, где здесь ловушка. Ловушка в том, что эти технократические круги хотят повторить американскую модель и перестроить Европу на американский манер. Но Европа не может быть Америкой, потому что у европейцев другая история, другие традиции. Поэтому и возникло очень сильное сопротивление американизации Европы.

То, что произошло во Франции и в Голландии, тормозит американизацию Европы. Такое голосование – это не плохо, а хорошо. Означает ли это, что Европа будет разрушена? Нет. Это означает, что в Европе усиливается борьба за сохранение европейских ценностей. Европа не умрёт.

Чем осложнялась ситуация? Тем, что в 2004 году, когда я избрался в парламент, произошло сильное расширение европейских границ. В состав Европы вошли 10 новых стран. Многие из них вышли прямо из советского опыта. Они вошли в Европу в определенном смысле не под эгидой Европы, а под эгидой Америки, особенно это касается трёх балтийских государств, Польши. Не случайно Америка настаивала, чтобы эти страны немедленно были включены в НАТО. И они действительно немедленно вошли в НАТО. Почему? Потому что НАТО живет под эгидой Америки. И Америка таким образом диктовала курс. Скажем откровенно: Америка завоевала руководящие слои этих государств, она управляла ими. И когда они вошли в состав Европы, они взяли с собой в багаже все американские идеи. Я по опыту работы в Европарламенте могу сказать: депутаты, которые представляют эти страны, имеют иное представление о Европе, нежели мы. В итоге Евросоюз очень сильно ослабел.

– Каковы шансы Сильвио Берлускони остаться у власти?

– Остаться у власти Берлускони сейчас очень сложно, невероятно сложно. Он уже исчерпал себя, и это видно: он сильно проиграл региональные выборы и находится в нелегком положении, тем не менее, здесь не всё так явно. Итальянские оппозиционные силы совершенно не подготовлены. У них нет идеи. И самый серьёзный риск, который мне видится, это то, что через год на выборах Берлускони потерпит поражение, но на его месте будет берлусконизм без Берлускони, чего я опасаюсь, поскольку Берлускони – явный противник для всех, население его не любит. Но когда придут к власти бывшие коммунисты, левые демократы – у них же нет другого видения ситуации. Мне кажется, они ничего пока не могут предложить.

Важно смотреть на ситуацию открытыми глазами. Сапатеро в Испании тоже социалист. Но Сапатеро сразу, с самого начала стал демонстрировать, что он может отстоять свои идеи, даже когда Америка очень сильно давит на него. Он принял решение после победы на выборах вывести своих солдат из Ирака. А в Италии коалиция левых сил не обещает, что после победы выведет войска. Вот в чём разница.

Они связаны между собой, они все принадлежат к одной партии – партии олигархии. Они создали мажоритарную бипартийную систему, когда между левыми и правыми больше сходства, чем разницы. Так пока не везде: во Франции ещё не видно этой тенденции, в Германии тоже нет, там сохранилась традиция значительного различия между двумя партиями, в Великобритании сходная ситуация. Но вот в Италии эта тенденция явно видна, в Америке тоже, где разделение на две партии производит одновременно сближение двух монументальных сил. Сближение к центру, все кошки – серые. Не видно никакой разницы. Всё в этой ситуации зависит от народов: захотят ли они, смогут ли сохранить свою власть или уже готовы делегировать её олигархии: правой или левой – не важно. В Италии такая опасная тенденция налицо, и я смотрю на это не без волнения. Кризис демократии на Западе сейчас очень силён. И особенно в Америке – самом первом в историческом смысле демократическом государстве, которое теряет все характеристики реальной демократии. Трудно определить будущее в таких условиях. Мы находимся в центре масштабного кризиса, какого не было в течение, наверное, трёх веков. В современном мире идёт борьба идей. Где, с одной стороны, есть идея построения новой международной демократической архитектуры через реформирование прежних институтов, а с другой стороны – явное давление недовольной Америки, которая говорит: «Мы не хотим никакой новой структуры. Мы сами являемся новой империей и будем диктовать правила игры всему миру».

Кто в этой ситуации выиграет? К сожалению, в нынешней ситуации у Америки больше шансов выиграть. Но в то же время она переживает глубочайший кризис, и глобальная ситуация может очень скоро развернуться на сто восемьдесят градусов. К сожалению, я не вижу в Америке президента, способного сказать правду своему народу. Выход из этого тупика в таком случае один – война. Америка будет начинать новую войну. Затем следующую. Если это не поможет – третью. И будет переходить из состояния одной войны в следующую.

– На чьей территории?

– Скорее всего, следующим объектом войны Америки будет Иран. Там война будет вестись по иной модели, нежели в Ираке. Иран в два раза больше Ирака, и вести там войну будут не так, как в Ираке. Даже господа Болтон и Вулфовиц, самые радикальные теоретики империи, не думают, что можно захватить Иран. Они хотят бомбить, сломать Ирану голову, и только после того, как он окажется в состоянии коллапса, они поставят в правительство там нужных им людей. Приблизительно так было в Югославии. А вот Ирак был ошибкой Буша и его соратников. Они думали, что всё там будет просто. Оказалось – нет. Так что модель войны в Иране не будет повторять иракскую.

Да, там погибнет 2–3 тысячи американцев. Ну что ж? Те, кто планирует и начинает войны, в их число не войдут. Иран нужен Америке надолго, возможно, навсегда. У них нет другого выхода: задолженность США такого порядка, что они никогда не смогут по ней рассчитаться, избежав войны.

Многие интересуются в связи с голосованием и разногласиями в Европе: умирает ли евро? Не умирает. Потому что даже Америка этого не хочет. Конечно, они хотят ослабить Европу, чтобы держать её в подчинении и пользоваться её ресурсами. Последние два года, когда доллар падал, евро был для США спасением. Доллар упал на 22–23 %, и американцы таким образом уменьшили свой внешний долг. Таково было соглашение с Центральным банком Европы.

А вот китайцы, например, не согласились ревальвировать юань. Девальвируете доллар? Пожалуйста, но не за наш счет. Видите, какая разница?

– В чём причины ненависти Запада к России – со стороны ПАСЕ, например?

– Это не вопрос ненависти. Помните, Бжезинский в 1987 году писал, что Россию надо убрать со сцены? Если Россия не сможет защитить себя, именно это и произойдёт. Американцы смотрят на мир другими глазами. Они считают себя хозяевами. Они видят, что единственный возможный противник – это Китай. Они сохранили разные варианты поведения. Один вариант – попытка захватить Китай и интегрировать его в мировой рынок. Но это невозможно – это не маленькая страна. Более того, это не культура, которая находится в состоянии шока, как это было в России. Россия колонизирована психологически. До того как была колонизирована экономически, она психологически была завоевана. А Китай – нет. Его не завоевали. И ошибочно даже думать, что можно колонизировать всех одновременно в XXI веке. Да, в своё время Англия колонизировала огромную Индию. Но это был совершенно другой исторический период. Индия была разделена разными внутренними силами: этническими, социальными, – которые ослабили страну. Поэтому колонизаторы её сумели завоевать.

Но сейчас в мире другая ситуация. Китай сам умеет развиваться. Страна ничего никому не должна. И это самое важное. Кто им что давал? Капиталы? Нет. Капиталы свои.

Говорят, что там нарушаются права человека – существует смертная казнь. Глупость! Смертная казнь существует и в Америке. Поэтому если китайцы не уважают права человека, то американцы не уважают их точно так же.

Там одна партия? Да. Но демократия не существует в единственном числе и виде. У каждого народа могут быть свои формы народовластия. А американцы хотят экспортировать собственную демократию, как они её понимают. Но можно экспортировать только тот товар, который у тебя есть. А у американцев демократии уже давно нет. Они экспортируют не демократию, а войну под видом демократии. Лучше сказать так: они экспортируют войну. А после говорят, что это – демократия. Так было в Ираке.

Повторю: в Америке очень глубокий кризис. Они покупают и потребляют намного больше, чем производят. По этой причине – в задолженности. Они не могут остановить этот процесс, потому что экономика Америки базируется на потреблении. Всё американское общество – это общество потребления сверхвысокого уровня. Китайцы повторяют эту модель. Тоже создают общество потребления. По-китайски. Но американцев – 300 миллионов, а китайцев – 1 миллиард 300 миллионов. И Китай развивается в 2 раза быстрее, чем Америка. Что делать? Использовать системы ограничения экспорта Китая нельзя, потому что если это сделать, то и ответно станут выстраивать систему ограничений. Самое уязвимое место Китая – энергия. На энергетический вопрос китайцы пока не нашли ответа. А когда Китай – 1 миллиард 300 миллионов человек – не будет иметь энергии, чтобы его заводы продолжали работать, что будут делать китайцы? Просить других: дайте нам. А те ответят: не дадим. И что будет? Простая ситуация с понятным ответом.

Вообще есть ещё один, главный, кризис, который все политические руководители мира стараются не замечать. Это – война, которую мы все вместе ведём против природы. Эта война – самая страшная. Поскольку мы находимся уже на такой фазе, когда под сомнением стоит существование природы, какой она была в истории человечества. Современная наука в широком смысле слова говорит, что если такое развитие мира будет продолжаться, то мы уже в середине этого века окажемся в ситуации, когда практически все фундаментальные экосистемы перестанут работать: это воздух, мировой океан, системы фауны и флоры. Такой угрозы не существовало никогда в истории человечества, и такой угрозы никто не предвидел.

Когда Америка и Китай вместе взятые будут потреблять 60 % энергии всего мира, что делать остальным? Если баррель нефти будет стоить 90, юо, по долларов, развитие остановится. А когда развитие остановится, будет война. Широкомасштабная, мировая, её сложно будет ограничить или удержать в рамках. Прогнозы говорят, что у нас есть не больше 25 лет, чтобы остановить это сумасшествие.

Поэтому уже сейчас надо серьёзно обсуждать эти проблемы. Америка, Европа, Япония, Россия, Китай, Индия должны сесть за стол переговоров и четко сказать: мы понимаем, что ресурсы ограничены, надо их разумно разделить. И надо думать о том, чтобы ограничивать потребление. Это означает гигантские изменения в жизни всего человечества. Придётся менять привычки, стиль жизни, досуг, даже система ценностей, от любви до ненависти – всё должно быть изменено. Как сегодня сказать человеку – не пользуйся автомобилем? Сказать миллионам людей в той же Москве – садитесь на метро. Такие изменения не могут произойти в один день – будет трагедия. Люди начнут убивать друг друга за право потреблять.

Здесь должны сыграть особую роль средства массовой информации, особенно телевидение. Но телевидение сегодня живёт рекламой и исполняет сейчас прямо противоположные функции. Оно внушает чуть ли не каждую минуту: «Потребляй это! Потребляй то!» То есть – двигайтесь дальше к всеобщему сумасшествию. Наши потомки наверняка будут смотреть на нашу жизнь как на жизнь сумасшедших. Это в случае, если нашими потомками не станут мухи, тараканы – лишь они способны выжить в такой экологии.

– Вы недавно были в Китае. Чем была вызвана поездка?

– Все дискуссии относительно глобализации до сих пор шли в Европе и Америке. Но если разговор относительно будущего планеты ведётся в Америке и Европе – значит это делается в интересах Америки и Европы. А остальные где? Их нет. Поэтому я посчитал, что надо включить в дискуссию и другие страны. Немедленно. Надо включить в это серьёзнейшее обсуждение Китай и Индию. Мы, по существу, не знаем их позиции. А они, более-менее зная наши позиции, не верят нам, потому что видят своими глазами, как мы себя ведём. Они грамотные люди и всё понимают. Вот и получается: мы их не знаем, а они нам не доверяют. И правильно делают, кстати.

Как изменить ситуацию? Начинать обсуждение. Поэтому я связался с вице-мэром Харбина. Там руководители – разумные люди, они хорошо прореагировали на мою инициативу, заинтересовались: давайте поговорим. В Харбине – 10 миллионов жителей, в городе видно гигантское развитие. Совершенно новый город отстроен. Регион стратегически очень важен: близко Россия – все ресурсы. Китай – 70 миллионов человек около границы. Северная Корея – атомная бомба. Японское море – граница с Японией. Там люди умные, знающие. Но их видение, знание мира ограничено. Поэтому, если смотреть на перспективу, то видно, что между нами нужен мост. Нужно садиться и обсуждать насущные проблемы. Начинать это постепенно и последовательно, потому что не существует одного-единственного решения. Каким бы умным ни был руководитель того же Китая, но он не может в одиночку решать судьбу i миллиарда 300 миллионов человек. И судьбу 143 миллионов русских нельзя решить одному человеку. Руководители, даже самые умные, не в состоянии этого сделать. Эта культурная революция должна быть миллионная, а не нескольких человек. Но для этого нужно всё начинать практически с нуля.

Газета «Завтра» № 24 (боб), июль 2005 года

Давление на Белоруссию усиливается

– Г-н Кьеза, возможна ли в России в данный момент «оранжевая революция»?

– В настоящий момент в России, на мой взгляд, население абсолютно пассивно и спокойно смотрит на подобные происходящие события. Причины пассивности различны. Одна из них в том, что россияне совершенно не информированы о состоянии дел в мире. Ваша пресса, СМИ в основном находятся ниже приличного уровня работы. Журналистский класс очень коррумпирован, очень послушен властям: в лучшем случае они замалчивают проблему, а в худшем подыгрывают властям. Я не говорю, что русские чего-то не понимают или не способны на действия. Я сам видел, как во время перестройки народ был очень сильно вовлечен в политику, миллионы людей были увлечены ею и действовали.

Но сейчас власти делают всё возможное, чтобы народ спал, был пассивным. И это удается. Поэтому положение будет оставаться таким, каково оно сейчас. Не видно ничего, что породило бы драматический кризис в стране, что привело бы к масштабным потрясениям.

Конечно, никакой «оранжевой революции» не будет, потому что в Америке и Европе нет достаточных сил для влияния на ситуацию в России в этом направлении. По крайней мере, в данный момент. Поэтому «оранжевой революции» России не будет.

Я с сожалением повторяю: с большим сожалением ожидаю потрясений в Белоруссии. И удивляюсь, что власть в России, Кремль ничего не делают, чтобы парировать все, что явно готовится в этом плане в Европе и в Америке. Значит, будет усиливаться давление на руководство Белоруссии, чтобы по тому или другому варианту устранить от власти господина Лукашенко. Такая пассивность Кремля способна привести к серьезным потрясениям в Белоруссии.

Газета «Завтра», 19 июля 2005 года

Смешно ли?

– Господин Кьеза, каково Ваше мнение по поводу скандала с карикатурами, опубликованными в Дании?

– Эти рисунки явились большим шагом в направлении столкновения цивилизаций. Ситуация была явно организована. Может, первый импульс – сам рисунок карикатуриста, которого я считаю просто кретином, расистом, был спонтанным действием. Есть некоторое количество кретинов во всех странах. В том числе в Дании. Он нарисовал. Но само рисование я ещё не считаю скандалом. У нас свобода, да. Но не все выражения её хороши. Ты свободен. Но если ты ведёшь себя неприлично, вульгарно, то с тобой прекращают общаться. Речь идёт не о свободе, а о приличии и уважении к другой культуре. Итак, карикатурист делает первый шаг – рисует. А второй человек решает, что эти рисунки очень важны и публикует их. Причём, везде. Это приводит к явному конфликту, который используют. Рисунки вызывают негодование с одной стороны, оскорблённых. А с другой, в частности, в Италии, люди думают: «Почему это запрещают? Это против свободы: свободы выражения, свободы слова.» И все встают на защиту и говорят: арабы не хотят, чтобы мы были свободными! Вы лишаете нас свободы.

Но у арабов, мусульман, есть свои правила, обычаи, культура, идеи, чувствительность, особое отношение к женщинам. Нам не нравится. Хорошо. Но это их история, а не наша. Какое право мы имеем диктовать им свои условия? В итоге что получается? «Мы, западные люди, очень хорошие, потому что мы свободные. А они – арабы, мусульмане – плохие, потому что они реагируют примитивно, сжигают посольства».

Конечно, это плохо. Я не одобряю такие действия. Но кто их спровоцировал?

Пункт, очень важный для меня – это этап истории, продвижение вперёд к оформлению столкновения цивилизаций. В этом столкновении цивилизаций Европа, которая всегда была в историческом политическом плане умеренна, и внешняя политика европейских стран Франции, Италии была в отношении мусульманских стран довольно верна, компромиссы искали, дискутировали, вели с ними бизнес, не обостряли ситуацию, и вдруг до крайней степени обострила ситуацию с арабскими странами. Европа оказалась на первом плане против ислама. А США могут смотреть издалека и делать вид, что они ни при чём. Значит, Европа потеряла ещё одну каплю своей свободы и движения на международной арене и оказалась не просто в центре ужасной провокации, но полностью замешанной в ней. А провокация была в политическом смысле организована. Кем? Ясно – Соединёнными Штатами и их европейскими союзниками. Они всё это организовали.

– В России всегда верили в доброго царя. Насколько добра в качестве всемирного императора Америка?

– Америка совсем не добра. Уровень жизни американского народа всегда был довольно высоким и не подлежит пересмотру и понижению. Они не готовы делиться ресурсами, которые они просто считают своими, хотя ни являются их и не находятся на их территории. Никто из американских президентов не способен сказать народу, что надо ограничить потребление. Американцы потребляют намного выше реальных возможностей и имеющихся у них ресурсов. Они находятся в долгу у всех государств мира. И никогда не будут этот долг отдавать, потому что нет средств. А зачем отдавать, если можно не отдавать, а начать войну против кредиторов? Они наоборот хотят продолжать такую политику и захватить все ресурсы мира, чтобы развиваться. Это происходит на протяжении всех лет после войны. Какой президент может иметь такую силу и авторитет, чтобы сказать американцам правду: или страшная война или снижение уровня потребления? Нет такого президента, нет такого руководителя в Америке.

Мы находимся на этапе глубочайшего кризиса капитализма, никто не имеет на сегодня рецепта, как этот кризис преодолеть. Этот кризис непременно ведёт к войне. Люди должны это знать, потому что речь ведь уже идёт не об обыкновенной войне, а о ядерной. Той ядерной войне, которой мы ранее избежали. Сегодня она угрожает миру опять. Это драматическая для мира и практически неизбежная опасность. Говорить в категориях хорошего и плохого императора не приходится. Нет хорошего царя. От этих иллюзий надо избавляться. Такого не было и не будет, как и императора. Царь – это царь. Империя – это империя. Это власть.

– Будучи депутатом Европарламента, вы можете на что-то повлиять в политике? Нет ли у вас чувства, что ничего нельзя поделать? Или просто можно хотя бы привлечь внимание к проблеме?

– На сегодняшний день через демократические институты очень мало можно решить. Не ничего, но мало. Какие-то глобальные, существенные действия провести практически невозможно. Это я хорошо почувствовал. И вижу что идеология здесь играет огромную роль. Мы последние 25–30 лет жили по определённой традиции. В определенном убеждении, что всё происходящее неизбежно, всё представляет естественный ход истории, что глобализация неизбежна и так далее. Общество – огромный корабль, и повернуть его сложно. Он идёт по инерции. Есть выражение «мы находимся под руководством обстоятельств…» Правда ли это? Неправда. Но эту идеологию диктовали последние 25–30 лет – нет альтернативы. Но если нет альтернативы, какая это демократия? Кому это нужно? Если нет альтернативы, значит, есть просто административное воплощение в жизнь закона природы, неотвратимого развития и хода событий. «Надо увеличить валовой национальный продукт – этому нет альтернативы». Значит, всеми способами надо увеличивать ВВП. Всё увеличили: товарооборот увеличили, ВВП тоже, в результате разрушили природу, всё умирает. Безальтернативный закон означает смерть. Физическую нашу человеческую смерть. И надо менять идеологию, идею. Работа должна быть глубокой, людей надо убеждать, что образ жизни должен измениться.

Я знаю и не раз убеждался, что идея – очень большая сила. Это всегда было, сейчас значение и сила идей ещё больше увеличилась. Мощная идея может породить мощную силу. Производить идею сейчас – это самое важное. Хорошую идею, осознанную, на базе анализа, с учётом ситуации в мире, соотношения сил, возможностей мира, взаимоотношения с природой, переоценка нашего предыдущего поведения. Без этого мы не выйдем из кризиса. Главное сейчас – эволюция мышления. Кто может это осуществить? Один человек не может. Много людей должны над этим работать. Я пишу книги и вижу что люди, прочитав, проникнувшись хорошей идеей, хотят действовать и, убеждённые, двигаются, распространяют идеи самостоятельно, создают организации.

Созрела необходимость создания новой партии. Это не может быть национальной партией, партией одной страны в одной стране. Это должна быть международная партия, в ней должны быть интеллектуалы, потому что они обладают знаниями. Нам предстоит гигантская коллективная работа. Понимание необходимости такой партии и объединения есть во всем мире. У многих разумных людей есть общее понимание задач. Совпадение идей начинает существовать, и уже есть идея, на базе которой возможно объединение, альянс. И я вижу, что фактически этот альянс уже существует. Беспокойство ситуацией в мире выросло, чего не было ещё 3–4 года назад. Надо начинать разговор об организации. Есть Интернет – это действенный инструмент организации. С ним надо работать, использовать, установить контакты, закрепить их. И начинать реальную международную кампанию. Профсоюзы и другие организации нужно использовать. Это не должно быть сектантством, здесь никто не может сказать: «У меня идея решающая». Никто – не мессия. Никто не может подчинить других не силой убеждения, а властью. Все могут участвовать в формировании идеи. Сейчас я наблюдаю высокий уровень понимания людьми, что мы – на переходном этапе.

– Выгодно ли было, на ваш взгляд, убийство Политковской властям, в чём прямо или косвенно Запад их обвиняет?

– Убийство Политковской даже на первый взгляд – удар по Путину. Это очевидно. Не знаю, кто его подготовил, но так своевременно, в такой момент, когда все отношения Путина с Европой были на грани сложностей, если не сказать – кризиса. Кризис с Грузией, кризис с Германией, кризис с большой восьмёркой… Путин столкнулся с Европой. И вдруг убивают Политковскую, рассчитывая, какой эффект это произведет на Западе. Не в России, нет. Расчёт был на реакцию Запада. Тот, кто убил, знал прекрасно о массовой реакции. На это и рассчитано. Это хладнокровно организованная провокационная операция против Путина. Это анализ.

А результат какой? Все газеты в Европе писали, что прямо или косвенно Путин причастен к убийству. Всем, с кем я разговаривал, предлагал ответить: извините, но хоть как-то это ему выгодно? Зачем ему это? Все смотрят удивлённо, только при вопросе задумываются об этом. Действительно, зачем ему? А сами люди не думают. У них нет анализа – только необдуманная реакция, на которую и был расчет: а, авторитарный режим! Поскольку она критиковала Путина из-за войны в Чечне, он её убил! Если не он, то дал согласие. Если не он дал согласие, то это Кадыров! Все три гипотезы совершенно беспочвенны.

Она имела здесь много врагов. Это ясно. Но почему её убили именно сейчас, в этот момент? СМИ играют решающую роль. Если СМИ были бы направлены на описание ситуации такой, какая она есть, итог смерти Политковской был бы другой. Это СМИ создали такую ситуацию и сформировали такую реакцию.

Когда Путин в Германии шёл, группа молодых людей показывала плакат «убийца». Он видел и был раздражён. Это провокация – данное убийство. Явная провокация. Он знает, что это провокация. На Западе всё подавали так, что он виноват. Я считаю, что это не так, а что это одна из провокаций, которую нужно ждать в любой момент. Их устраивает, чтобы создать образ его лично и России вот таким. И по моему мнению, люди, которые это продумывают и осуществляют – не внутри России. Даже вариант, предположение, что это сделано, чтобы ослабить Путина внутри, не очень разумно. Это извне задумано. Это идея родилась в другом месте, не в России. Не знаю, в каком, можно думать на эту тему, но не в России. Если бы СМИ действовали честно, открыто, объективно, если бы уровень профессионализма и чувство ответственности у журналистов был достаточный, настроение народов Европы по отношению к России был бы другим. Но это не так.

Здесь простор для раздумий, как можно увеличить демократический контроль над СМИ, как можно участвовать, как можно бороться, какие законы нужны, чтобы СМИ были реально свободны и какие вообще функции у государственных средств массовой информации. Информация – это права. Не информированные люди не обладают никакими правами. Право человека на информацию – одно из фундаментальных прав. А если это права человека, значит, должен быть государственный институт, который защищает эти права. Как всеобщее образование, например. Всеобщее образование требует государственного образования, наряду с частным. А всеобщая информация требует государственной информации. Пусть будут и частные каналы. Но функции государства информировать всех граждан – это элементарная вещь. Хорошая информация не означает правительственная информация. Четвёртая власть должна быть четвёртой властью, а не второй, не первой.

Невидимая война

– Господин Кьеза, куда движется человечество, покорно следуя требованиям политики глобализации и модели общества сверхпотребления?

– Сегодня в мире существует одна глобальная кризисная ситуация, которую все политические руководители мира стараются не замечать. Это – война, которую мы все вместе ведем против природы. Мы находимся уже в такой фазе, когда под сомнением стоит существование природы, какой она была в истории человечества. Современная наука в широком смысле слова говорит, что если такое развитие мира будет продолжаться, то мы уже в середине этого века окажемся в ситуации, когда практически все фундаментальные экосистемы перестанут работать. Такой угрозы в истории человечества не существовало никогда, и ее никто не предвидел.

– В чем вам видятся корни проблемы?

– Связана она прежде всего с моделью потребления, которая является движущей силой процессов глобализации. В этом смысле в очень глубоком кризисе находятся США. Они покупают и потребляют намного больше, чем производят. По этой причине находятся в задолженности. Они не могут остановить данный процесс, потому что экономика Америки базируется на потреблении. Все американское общество – общество потребления сверхвысокого уровня. Китайцы повторяют американскую модель. – Тоже создают общество потребления, но по-китайски. Не будем забывать, что американцев только 300 миллионов, а китайцев – один миллиард 300 миллионов. И Китай развивается в два раза быстрее, чем США. Что делать? Использовать системы ограничения экспорта Китая нельзя, потому что если это сделать, то и они в ответ станут выстраивать систему ограничений. Одно из уязвимых мест Китая – энергия. А когда Китай – миллиард 300 миллионов человек – не будет иметь энергии, чтобы его заводы продолжали работать, что будут делать китайцы? Просить других: дайте нам. Когда Америка и Китай, вместе взятые, будут потреблять 60 % энергии всего мира, что делать остальным? Если баррель нефти будет стоить 90, юо, по долларов, развитие остановится. А когда развитие остановится, будет война. Широкомасштабная, мировая, ее сложно будет ограничить или удержать в рамках. Прогнозы говорят, что у нас есть около 23 лет, чтобы остановить движение в этом направлении, не больше. Поэтому уже сейчас надо садиться за стол переговоров и серьезно обсуждать названные проблемы. Америка, Европа, Япония, Россия, Китай, Индия должны четко сказать: мы понимаем, что ресурсы ограничены, надо их разумно разделить. И надо думать о том, чтобы ограничивать потребление. Это означает гигантские изменения в жизни всего человечества. Придется менять привычки, свободное время, стиль жизни, систему ценностей – все должно быть изменено. Как сегодня сказать человеку: «Не пользуйся автомобилем»? Сказать миллионам людей в той же Москве – «Садитесь на метро»? Такие изменения не могут произойти в один день – будет трагедия. Люди могут начать убивать друг друга за право потреблять.

– Вы нарисовали самый пессимистический сценарий, когда никто и ничего не будет делать для противодействия разрушительным процессам. Но ведь наверняка мы можем и должны что-то делать…

– Здесь по идее особую роль должны сыграть средства массовой информации, в первую очередь телевидение. Но телевидение исполняет сейчас прямо противоположные функции. Оно внушает чуть ли не каждую минуту: «Потребляй это! Потребляй то!». Это – по сути дела, тупик.

– Как же все-таки изменить ситуацию?

– Начинать честное и открытое обсуждение. Все дискуссии относительно глобализации до сих пор шли в Европе и Америке. Но если разговор относительно будущего планеты ведется в Америке и Европе – значит, это делается в интересах Америки и Европы. А остальные где? Их нет. Поэтому надо включить в дискуссию и другие страны. Немедленно. Надо включить в это серьезнейшее обсуждение Китай и Индию. Мы, по существу, не знаем их позиции. А они, более-менее зная наши позиции, не верят нам, потому что видят своими глазами, как мы себя ведем. Они грамотные люди и все понимают. Вот и получается: мы их не знаем, а они нам не доверяют.

Если смотреть на перспективу, то очевидно, что между нами нужен мост. Нужно садиться и начинать обсуждать насущные проблемы. Начинать это постепенно и последовательно, потому что не существует одного – единственного решения. Каким бы умным ни был, допустим, руководитель того же Китая, но он не может в одиночку решать судьбу миллиарда 300 миллионов человек. И судьбу 143 миллионов русских нельзя решить одному человеку. Руководители, даже самые умные, не в состоянии этого сделать. Должна быть своего рода культурная революция миллионов, а не нескольких человек. Но для этого нужно все начинать практически с нуля.

Журнал «Государственное управление ресурсами»,

№ 5 декабрь 2003 года

Чужому диктату – отпор!

– Господин Кьеза, в российской политике нет никакой борьбы, оппозиция не играет существенной роли, все согласны с Путиным. Неподвижность, штиль – не накануне ли бури?

– Оппозиция задавлена, её фактически не существует, она не видна. Путин – хозяин. Но бури не будет в ближайшие годы. Я считаю, что Путин останется у власти.

– На третий срок?

– Не знаю как, каким способом, но он останется у власти. Готов спорить со юо% уверенностью, что он останется по существу у власти. Думаю, он ещё не решил, как, и ждёт. Инициирует борьбу между претендентами, чтобы посмотреть, как они будут вести себя.

– Спровоцирует их?

– В какой-то мере, да. Не будет бури внутренней, потому что, во-первых, у Путина ресурсов достаточно, чтобы удовлетворить не все, но главные требования народа. Цены на нефть и газ и в дальнейшем будут стремительно расти. Россия находится в очень выгодном положении в этом плане.

Второе. Надо признать объективно (я не даю оценки этические, а говорю как холодный аналитик), что ему удалось остановить разрушение страны. Здесь демократия ни при чем. Мы не о демократии говорим сейчас. Разрушение приостановлено, Россия сейчас сильнее, чем в предыдущие послеперестроечные годы, поэтому внутренней бури не будет. Но будут сильные столкновения с Соединенными Штатами. Политические столкновения. Запад разделён, он не един, у него нет единого мнения. Для американцев, я имею в виду администрацию, поведение Путина просто раздражительно. Они вдруг обнаружили, что Путин – не их союзник, и что Россия идёт своим ходом, как ей нравится, как ведёт её российский президент. Это недопустимо в эпоху единственной империи. Империя не может терпеть, когда один из вассалов начинает действовать не по её правилам. Поэтому будут его провоцировать в прямом смысле. Станут использовать для этого часть Европы. Будут провоцировать, как уже провоцировали с оранжевой революцией, как делали это, используя Грузию.

Поведение президента Грузии, по моему мнению, явно инспирировано извне. Он провозгласил, что возвратит Абхазию, присоединит Южную Осетию. Ему сделать это не удаётся по разным причинам. Форсировать ситуацию он не может. И всё, что он делает, это именно яростная провокационная операция, чтобы убедить европейцев, и натовцев особенно, что надо принять Грузию в НАТО. Таким образом он ставит Россию перед явным фактом в преддверии военной интервенции в Абхазии. Грузия ведёт очень опасную линию, желая форсировать ситуацию: войти в НАТО, потом атаковать и давить на Абхазию и Южную Осетию, имея за спиной НАТО. Это может привести к непредсказуемым трагическим последствиям, потому что это будет прямое столкновение между НАТО и Россией. Это может происходить именно в Грузии. Есть люди, играющие с огнём.

– Можно играть с огнём, находясь вне дома, как это делает Америка. Она вне этого дома. Но Саакашвили находится в доме.

– Я считаю его абсолютно несамостоятельной фигурой, его поставили. Не он играет с огнём, американцы играют с огнём, потому что считают, что могут делать всё, что угодно. Потому что они правы, имеют право, а остальные не правы и права не имеют.

– По опросам, большинство англичан, мексиканцев, канадцев, то есть даже союзников США, считают, что Буш сделал мир нестабильным. Каково отношение к Штатам в Европе?

– Общественное мнение считает, что Америка – источник опасности. Опрос был проведён полтора года назад. Думаю, сейчас мнение об американцах не лучше. Общественное мнение в Европе – это одно, руководящие слои – это другое. Надо прямо сказать, что правительства сегодня не представляют настроения населения. Абсолютно не представляют. Они с этой точки зрения малолегитимны. Есть более разумные политики, есть менее. Часть Европы не хочет быть под диктатом Америки.

Многие понимают, что Европа должна быть самостоятельной. У нас растёт настрой, что Европа – это уже большая страна, которая должна и будет влиять на политический мир. Зачем мы должны быть вторыми? Мы должны быть первыми, у нас большой рынок, наша система не хуже американской. Мы платим долги, а американцы не платят. И так далее. Такие настроения существуют. Было бы ошибкой их не учитывать.

Но есть и другие, проамериканские настроения. Очень сильно влияние системы массовой информации: это влияет на поведение правительства и части населения. Поэтому Европа для меня не едина. Это нестабильная ситуация. Ситуация стабильна сейчас. А если ситуация станет более напряжённой, она будет непредсказуемой.

Допустим, если американцы атакуют Иран, то реакция подавляющей части Европы будет отрицательной. Даже правительства будут возражать против этого. Но это будет происходить не в стабильной нормальной ситуации, а в условиях напряжённости.

Руководство Америки ищет предлог. Когда предлог появится: через провокации, инциденты, террористические акты, в которых они обвинят правительство Тегерана, – тогда неизвестно, какая будет реакция. Создастся давление эмоций, и в этом случае всё может произойти. Я уверен, что США уже готовят атаку против Ирана, могу представить такой сценарий. По Ирану наносится авиационный удар, спровоцированный какой-то ситуацией, в которой Америка обвинит Иран. Иран будет отвечать. Как? Стрелять по всем кораблям, идущим по Персидскому заливу. Сразу, дней через 15, стоимость нефти взлетит в 2–4 раза. Это будет кризис. Через пару месяцев Европа останется без бензина. В таких условиях трудно предсказать, как будут реагировать европейцы. Они могут закричать, что Иран оставил их без бензина. Неважно, кто в этом виноват: Иран оставил без бензина. Вот и всё.

Это как в ситуации с Украиной было: она перекрывает кран с газом. Россия хочет продавать Европе газ, Украина перекрывает кран, шантажирует. Вся Европа кричала, что это Россия виновата, она шантажирует. Совершенно нелогично. Но всё зависит от того, как СМИ подают эту информацию. В данном случае Россия была ни при чём. Россия сказала, и правильно сказала: хотите быть независимыми, платите за бензин и газ, как положено. А они отвечают: нас шантажируют, на нас давят. Нет, вас не шантажируют. Если хотите независимости – платите, как и остальные. Если вы не в состоянии платить, то вы не можете говорить, что вы независимые. Получилось именно так: Россия была здесь абсолютно не виновата: она не перекрывала, хотела поставлять газ европейцам, которые платят за него. Но вся Европа кричала: «Россия непредсказуема!» А в чем эта непредсказуемость? Где она? Кризис был связан с тем, что Украина, через которую идёт газ, украла его, перекрыла кран и не хочет платить.

Всё может повториться. Я считаю и повторяю это, написал и в недавно вышедшей моей книге «Война империй. Восток-Запад. (Раздел сфер влияния)», что группа, захватившая власть в Америке, это группа очень опасных авантюристов. Потому что они – религиозные фундаменталисты. Христианские религиозные фундаменталисты. Эти люди не идут ни на какие уступки. У них в голове есть идея, что они выполняют религиозную миссию. У них есть идея, что Бог с ними. В этом опасность. Потому что если мы рассуждаем и делаем политический анализ, то они не ведут себя так, не поступают по разуму. Они совершили несколько шагов совершенно безумных, как война в Ираке, например. А почему? Потому что они безумны? Нет. Потому что они – фанатики. И они считают, что Бог – с ними.

– Но они – прагматические фанатики. Они из своих кажущихся особых отношений с Богом извлекают материальную выгоду.

– Они умеют просчитать свою выгоду, интересы. По Марксу, идеология – это фальшивое самосознание. У них фальшивое самосознание: они считают себя правыми, что на их стороне правда, остальные олицетворяют зло. «Бог именно с нами, наши интересы совпадают с интересами мира, мы действуем во имя мира. Кто нас может остановить в таком случае?»

– У вас есть книги «Прощай, Россия», «Русская рулетка», новая книга «Война Империй. Восток-Запад», где под Востоком во многом подразумевается Россия. Почему Россия так часто фигурирует в ваших книгах: потому что вы знаете положение дел, или потому, что Россия является важным игроком на мировом политическом поле?

– Название новой книги – идея издательства. На итальянском название было «Марксианские хроники». Название обыгрывалось: хроники из Марса и Маркса одновременно. Но издатели сказали, что такое название на русском не пойдёт.

Я не описываю столкновение между Востоком и Западом. Всё намного сложнее. Да, там говорится о войне империй. Но я не считаю, что на сегодняшний день Россия – это самый большой игрок. Всё, что было реализовано за последние годы, начиная с и сентября 2001, символично и было связано с очевидным появлением на мировой арене Китая. Американцы считают, что Китай будет через 10 лет очень серьёзной опасностью для США. Не в том смысле, что Китай будет им угрожать войной, а в том, что Китай станет конкурентом на мировом рынке, а конкуренцию с таким соперником никто не сможет выдержать. Ведь Китай – мощная политическая, демографическая, коммерческая, технологическая страна. Как её остановить? Нет места на нашей планете для двух Америк! А сейчас уже три «Америки» появятся, может, и даже больше: Китай, Индия. 2,5 миллиарда человек, которые будут потреблять ресурсы планеты: воду, воздух, энергию. Станут поднимать своё потребление на уровень, который американцы не могут терпеть. Просто не могут допустить. Значит, они думают о Китае, об Индии как о конкурентах.

Ситуация с тех пор, как они задумались об этом, изменилась в корне. 10–15 лет назад до того, как началась перестройка в России, опасность представляла Россия – Советский Союз. Россия и Советский Союз – одно и то же. Это не была тогда борьба против коммунизма. Это была борьба против коммунизма и против России. Господин Бжезинский сказал чётко. Тогда была актуальна борьба именно протии России. Американцы были уверены, что они смогут поглотить Китай. Как? Китай входит в рынок, входит в ВТО. И они его захватывают натурально, поглощают: Китай оказывается внутри. И его интересы будут совпадать с нашими интересами. Вне остается только Россия. Значит, надо наносить удар по России. Расчленить, разрушить Россию, и затем доминировать. А Китай – не проблема. Это было в 1987 году.

После этого происходило то, что произошло. Но Штаты не поглотили Китай. Китай стал капиталистической страной. Но политически страна неуправляема извне. Она остаётся Китаем. Китай – единственная независимая большая страна в последние годы, с той поры, когда Ельцин сдал Россию, и она стала не опасна, стала несамостоятельной. А Китай был опасен своею самостоятельностью, не следовал указаниям руководства Америки, принимал решения самостоятельно и не подавал никогда никаких иллюзий на этот счёт: ни у кого нет сомнений, что Китаем никто не руководит, кроме китайцев.

То есть опасность была в одном месте, и вдруг она проявляется в другом – Китай. Россия в определённый момент стала неопасной. Но вдруг и Россия становится опасной, начинает действовать самостоятельно. Значит, возникает новый треугольник. Империя должна отвечать на две разные опасности, угрозы: одна – это Китай и Индия, а другая – это Россия, которая вдруг начала вести себя самостоятельно.

И это разные опасности. Они требуют разной реакции и разных действий. Россия не конкурирует в потреблении энергии. Наоборот, она – источник энергии. Китай конкурирует в потреблении. Россия – ядерная держава. Китай пока ещё нет, но будет. «Война империй» – потому что американцы сейчас хотят в спешном порядке поставить всех на колени. Немедленно! Сейчас! Иначе будет поздно по всем меркам. Поэтому обострение будет сейчас. В течение 4–5 лет нас ждут драматические события. Люди не понимают этого, потому что вся структура мира изменилась. Не отношения Восток-Запад. Изменения произошли во всех соотношениях мира. Потому что появляются и другие игроки: Бразилия, Венесуэла. Много сюрпризов появилось и ещё появится.

Когда говорят, что XXI век – американский век – это смешно. Так говорится для рекламы. Утверждение «XXI век – американский век» – чисто голливудская реклама. «Под ковром» они знают, что это не так. И из-за этого ускорят столкновение.

– А на кого они могут опираться в России в этих своих действиях? У них есть силы внутри нашей страны. Если есть, насколько они велики?

– Их опора в России незначительна. В этот момент опора Америки – только Европа. Если они сумеют склонить большинство европейцев на свою сторону, это будет серьёзное дело. А какие силы у них в России? Госпожа Хакамада или Гайдар? Это несерьёзно. Те не будут оказывать никакого влияния на ситуацию. Это ноль, совершенно незначительные фигуры, ни на что не влияющие, не имеющие поддержки в обществе. Сама идея устроить оранжевую революцию в РФ смешна. Так думать, ею бредить могут лишь люди, ничего не смыслящие в России.

Американцы не могут сейчас повторить идею расчленения России, потому что это было возможно, когда она шла к разрушению. А сейчас Путин приостановил это разрушение. По существу, идёт усиление центральной власти. Действительно намечается возможность управлять ситуацией. Не знаю, насколько вперёд можно заглянуть, но в ближайшем будущем не вижу других перспектив. Надо просто давать отпор чужому диктату.

Старые представления о Китае и России должны меняться в принципе. Когда я читал книгу Бжезинского, думал: вот умный, хитрый, дьявольский ум. Он всё сказал точно. Но то, что сказал Бжезинский о России в 1987 году, невозможно применять ныне. Реальная картина мира изменилась, ситуация изменилась, соотношения изменились. Вот Китай. Вот Россия. Вот Индия. Но они другие, не такие, как были тогда.

Нужно анализировать нынешнюю ситуацию. Но вместо того, чтобы сделать новый прогноз, американцы приняли решение: поскольку они не такие, как мы думали, надо форсировать ситуацию, заставить…

– Быть такими, как мы о них думали…

– Да. С Китаем они не знают, как действовать. Могут говорить на этот счёт, что угодно. Но в действительности не знают. И с Россией сейчас тоже не знают. Нужна новая стратегия. Вы видите новую стратегию? Я не вижу. Я вижу провокационные действия против России. Эти провокации не направлены на разрушение России, потому что это невозможно сейчас сделать, они направлены на отдаление её от Европы, чтобы изолировать Россию, установить новый кордон. Эти провокации действуют и дают результат.

– Как видится положение России из Европы? Была попытка прорыва в Германии…

– Трудно предвидеть дальнейшие события. Встреча в Лахти была неприятным моментом для Путина. Но это не всё. Борьба впереди. Не всё ещё предопределено. На этом действия не заканчиваются. И если Россия сделает хорошие предложения, то часть Европы может откликнуться. Более того, она нуждается в нефти. У Европы нет возможности найти другие источники энергии. Расчёты говорят, что в течение 20 лет 60 % энергетических источников будут идти в Европу из России. Изменить такую ситуацию фактически невозможно. Считаю, что сила реальности заставит Европу и Россию идти вместе. По этой причине я ожидаю провокаций. Логика показывает, что это практически неизбежно. Чтобы препятствовать нормальным бизнес-отношениям, когда всё хорошо складывается, надо создать чрезвычайную ситуацию, и кое-кто на это работает. Поэтому Россия должна быть внимательной, осторожной. Она может избежать этого, не реагируя на провокации.

– Что Путин может конкретно уже сейчас сделать для того, чтобы страна была демократической?

– Надо строить сильную функционирующую систему: например, парламент с реальными партиями. В нынешнем парламенте нет реальных партий. Все руководители должны быть избираемы, а не назначены. А при Путине здесь шаги назад сделаны значительные.

Судебные органы должны быть независимы. Должна быть чёткая система правил для всех. А те, кто у власти, могут гарантировать выполнение. Нужна его фраза о том, что он придерживается закона. Он должен чётко сказать: «Закон должен быть для всех. А я буду гарантом того, что закон будет действовать в отношении всех». У нас закон не действует для всех. У нас другая история. А здесь власть сильна. И она может гарантировать закон для всех. Но без независимой судебной власти, без свободной прессы сами руководители не могут иметь необходимой информации о положении дел в стране, что опасно для них самих, без этого невозможно управлять страной. Когда случилась авария в Чернобыле, три дня Горбачев не имел необходимой информации и не мог понять, что произошло, потому что все руководители ему врали. Если у тебя нет свободного сообщества, кто тебе даст объективную информацию? Секретные службы? Руководители должны знать, как живут люди.

– Буш говорил, что секретные службы вводили его в заблуждение относительно Ирака.

– Это Буш вводил в заблуждение секретные службы. Совершенно наоборот там всё было. Путин мог бы завтра-послезавтра, если он это понимает, начать серьёзный процесс, где он сам или его окружение, если он уйдет, могут быть гарантом этого развития. Это будет в пользу россиян, это будет в пользу величия России. Уверен, что будущее мира проходит через альянс между Европой и Россией. А как сейчас может быть альянс между Европой, которая ничего не понимает, и Россией, которая внутри себя закрыта? Никакой альянс реально в этих условиях нельзя создать. А нужна Россия, которая была бы разумно открыта, и Европа, которая была бы разумно открыта.

– Получается, Россия закрыта, заперта не изнутри, а снаружи. Ведь если даже евродепутаты не понимают простые ситуации: с Грузией, самоопределением Осетии и Приднестровья, то как население поймёт что-то?

– Простое население иногда понимает больше, чем депутаты. Источники информации – это СМИ. Люди, с которыми я говорю каждый день на собраниях, в основном это молодые люди, иногда задают совершенно глупые вопросы. Не потому, что они глупы, а потому, что дезинформированы через СМИ. Они смотрят на вещи наивно, может быть, но свободно. Они свободны с этой точки зрения – смотреть и воспринимать. А депутат, член парламента, министр не смотрят свободно. Они связаны определёнными позициями. И даже когда ситуация очевидна, они пытаются её искажать.

Если бы у нас была хорошая – динамичная и открытая – система массовой информации, то люди думали бы по-другому. И влияние ни ситуацию было бы другое. Я считаю, что у нас на Западе, кризис демократии. И кризис демократии в том, что верхи принимают решения, пренебрегая тем, что происходит в обществе. А средства массовой информации не дают обществу реальной информации.

Газета «Завтра» № 46 (678) от 15 ноября 2006 года

США готовятся к войне

– Как вы, господин Кьеза, рассматриваете шансы Берлускони на предстоящих выборах в Италии и что отражает расклад сил?

– На сегодня шансы Берлускони более-менее сравнимы с шансами его противников, есть баланс – 50 на 50. Опросы говорят, что левый центр имеет небольшое преимущество в 2–3 %. Но результаты могут быстро измениться. В последние 3 месяца Берлускони как никогда раньше использовал СМИ. У него всё в руках: каналы телевидения, печатные СМИ. И на его стороне к тому же нейтралитет многих. Более того, он говорит, что 83 % журналистов – это коммунисты. Наоборот, те, кто не с ним, его критикуют очень слабо или не критикуют совсем. Поэтому у него есть огромное преимущество, особенно в электронных СМИ, которые он использует на всю катушку. И не раз от раза, а постоянно: на телеэкране, по радио пять раз в день по всем каналам. А это – огромная сила.

Те, кто думают, что ТВ не так важно и что даже без телевидения можно выиграть, ошибаются или врут. Сейчас без ТВ политика не имеет смысла. И решение всех политических проблем находится там и только там. А такое положение – настоящий кризис демократии, который последовательно происходит последние 20 лет. Не понимать этого людям, занимающимся политикой, участвующим в выборах, – значит не понимать ничего. Лучше в таком случае идти на пенсию.

Берлускони захватил эти ресурсы, и его рейтинг начинает подниматься. Голосование – 9-10 апреля. За это время СМИ могут создать нужный психологический настрой. Неважно, что люди сейчас живут хуже, чем раньше, не это имеет значение. Надо учитывать, что большинство голосующих за Берлускони – бедные люди. Кажется, бедные должны голосовать за бедных. Почему они голосуют за Берлускони? Потому что он великолепно использует всю систему обмана. Точно так, как это делают в Америке. Кто там голосует за республиканцев? Средний класс? Конечно. Но и много бедных, совершенно неграмотных людей. Бедные люди не обладают достаточной информацией, они безграмотны по большому счёту. Они даже не знают, что происходит в мире, не разбираются и давно роботизированы. А живущие и действующие на левом фланге – как правило, очень информированные интеллигентные люди. Их уровень информированности во сто раз выше, чем представителей правых сил и тех, кто голосует за правых.

Создаются иллюзии, иногда специально, что политические аргументы, политическая платформа имеют особую важность, от них многое зависит. Но это не так: важно, чтобы в твоих руках были СМИ, способные изменить и сформировать настроение народа. Сейчас может происходить всё, что угодно: чрезвычайные ситуации, аресты, скандалы – уже на левом фланге. Это можно быстро сфабриковать. А если ты сфабрикуешь это за 10 дней до выборов в ситуации, когда преимущество левых 2–3 %, этого достаточно, чтобы изменилось сиюминутное настроение, что и определит исход выборов. Трудно предсказывать. Но при победе Берлускони в Италии демократия закончится, и на её месте будет жесткая тоталитарная система.

– Каково отношение к России в Европе, Италии?

– Отношение к России стремительно меняется к худшему. Я смотрю на ситуацию и из Италии, и с позиции международного наблюдателя как депутат Европарламента. Даже год назад ситуация была намного лучше. Против России идёт явная атака со стороны Соединённых Штатов. И это атака уже не против коммунизма, как было когда-то, а именно против России. Это видно давно, для меня это не сюрприз. Просто сейчас атака приобрела очень стремительный характер. Так называемые «оранжевые» или «цветные» революции были организованы, тщательно подготовлены, профинансированы. Россия и другие атакованные страны не могли защититься, не смогли это предвидеть и адекватно реагировать. Потому что считали США «империей добра». Есть много интеллектуалов в России, которые продолжают думать, что вся вина за нынешнюю ситуацию лежит на России и обвинения Запада в её адрес справедливы. Я далёк от защиты нынешнего руководства России. Очень далёк. Но не могу не замечать, что на Запад постоянно использует двойные стандарты. Это очень сильно огорчает, потому что двойные стандарты означают, что никаких стандартов нет. Сегодня один используем, потом другой. И по этому стандарту сделаем так, потому что это нам выгодно. А потом будем критиковать других, хотя они сделали то же самое.

– Несколько лет назад вы на своей пресс-конференции говорили, что российские власти сдадут Западу всё, что те потребуют в экономическом, геополитическом плане, но получат в ответ лишь похлопывание по плечу.

– Мне кажется, только сейчас господин Путин начинает понимать, что он ничего не получил в обмен, отдав много. Что получил? Ничего не получил.

– Почему США уверены, что им все должны?

– Право США – право сильного. Они овладели миром и доминируют в нем. После 11 сентября доминируют ещё больше, и это надо понимать. Роли в политическом театре мира меняются. Раньше другие силы – левые – были революционными, они хотели изменений, но сейчас они стали консерваторами. Что они хотят консервировать? Демократию. Реально получается, что единственные, кто защищают сейчас демократию и свободы – левые силы. Кто был консерватором, стал революционером, стремящимся дестабилизировать ситуацию. И наоборот. Ещё не все это поняли.

Такое положение формировалось давно, но после и сентября ситуация стала развиваться стремительно. Я писал несколько раз, что США готовятся к войне, они устами своих первых политических деятелей это сказали, провозгласили во всех областях. Только слепые не видят, что они делают всё, чтобы подготовить войну. Их не интересует сиюминутная победа, спокойствие в мире. Потому что, если мир пойдет в направлении стабильности, гонка вооружений будет немыслима.

По разным причинам, в том числе по экономическим, им нужна стремительная война, потому что Америка находится на грани провала. И единственная возможность спасения – изменить, переключить внимание мира в другом направлении: на терроризм, войну. Им нужно напряжение в мире. И они будут создавать все условия и использовать все возможности, чтобы это напряжение нарастало.

На горизонте у Америки стоит, и они это понимают, единственная настоящая опасность – Китай. Потому что Китай – страна, не управляемая никем, кроме китайцев. Это очевидно. У них есть сила экономическая, военная, демографическая. Единственное, чего у них нет, – энергии. Но это вопрос для всего мира: кто через 10 лет будет иметь контроль над источниками энергии, которой уже не будет достаточно для всех. В Америке это знают и понимают. В Китае тоже.

Второй год идёт подготовка к войне в Иране. Многие не верят: ах, как может быть, что президент Буш думает о следующей войне после такого положения в Ираке? Так думать – глупость.

Наоборот. У США нет цели захватить Иран физически. Они работают на уничтожение иранского руководства. Затем поставят другое руководство, которое будет подконтрольно им, как это уже произошло в Ираке. Там людей убивают, они умирают, голодают, страна падает в чёрную дыру, где погибнет ещё больше людей. Но американцам всё равно. Им не нужен никакой мир даже в Ираке. Да, там умирают американские солдаты. Но это бедные американские солдаты, они для Буша совершенно ничего не значат. А если даже Ирак распадётся на три части, тоже хорошо! Они будут захватывать и одну часть, и другую часть, и третью. Нефть их особенно интересует. На севере – их друзья и союзники – курды, а сунниты в центре будут уничтожены.

И если есть политики, не понимающие этого, то все политические разговоры бессмысленны. Американцы готовятся к войне. Это нужно ясно понимать.

Да, неважно, что даёшь американцам, они всё равно будут недовольны. В Горбачев-фонде была дискуссия по поводу «холодной войны»: как она началась и почему, когда закончилась. Один из выступающих, Уильям Тальман, сделал интересный доклад. Сказал, что есть три примера. Пример Хрущёва. Он блефовал с ракетами на Кубе и в ответ получил удар, почти войну. СССР убрал ракеты, а то бы началась война. Блефовал Саддам Хусейн. Он не сказал ясно и аргументировано, что у него нет средств массового уничтожения. И был уничтожен. Горбачёв не блефовал. Он сказал: давайте перейдём к разрядке, разоружимся оба. Что получил? Тоже удар, исчез с политической арены. Все, кто играют с США любым образом, всё равно получают похожий результат: неважно угрожают, молчат или сотрудничают. Потому что Америке, которая стала единственной державой, способной на сегодняшний день угрожать всему миру, реально угрожающей и развязывающей одну войну за другой, необходима война. Поэтому никаких сделок здесь не может быть – они просто не нужны, эти сделки, американцам, им нужно доминирование.

– С чем, на ваш взгляд, связана инициатива осуждения коммунизма в Европарламенте?

– Думаю, это остатки холодной войны. Люди, затеявшие это – невежественны в вопросах истории, не могут отличить нацизм от коммунизма.

– Или могут и специально смешивают эти понятия.

– Они думают категориями прошлого. Массы надо подготовить к войне, а коммунизм уже не является их врагом. Они не могут испугать массы людей красный флагом. Тогда у них находятся другие флаги, которые они великолепно подготовили для устрашения западных людей и половины мира: ислам – хороший флаг. Отличную идею выбрали, чтобы испугать массы. Другой флаг, который они могут поднять – свобода. Выступить, направить гнев против тех, кто хочет ограничить свободу: предпринимательства, например. Национализм они используют там, где нельзя насадить идеологию, которая разделяет, например, религия, там они будут поднимать вопросы национализма и действовать под этим флагом. Так поступят в отношении стран, которые имеют какую-то силу, против России, в частности.

«Россия – это плохо». Почему? Россия уже не коммунистическая, не социалистическая, социализмом здесь уже и не пахнет, и сейчас нельзя сплотить Запад в борьбе против России под флагом борьбы с коммунизмом, чтобы организовать недовольство западных людей. Тогда надо сказать, что россияне – националисты. «Россия – националистическая страна, там существуют русский шовинизм, ксенофобия, русские агрессивны». Это внедряется в массовое сознание западного человека.

Когда они пытаются ставить компартии вне закона, они продолжают думать категориями «холодной войны». Это поколение, которое жило в условиях холодной войны. Не значит обязательно, что они не поняли, что этого врага уже нет. Может, им нужен реванш. Личный реванш. Для себя. Но предпринимают такие шаги, как будто хотят окончательного поражения коммунизма. А это сейчас война против чего? Это отходы истории и остатки холодной войны. Сейчас Западу нужны другие опасности и угрозы, чтобы испугать массы, сплотить, направить их внимание на врага Запада. Например, на ислам.

Итак, после ислама врагами будут другие страны, чтобы организовать недовольство и возмущение западных людей теми странами, которые ещё сильны. Коммунизма нет, социализма нет, надо придумать что-то другое. Россияне – националисты. Против Китая нельзя использовать идею ислама. Но можно использовать другой способ: нагнетание национализма. Скажут: китайцы, россияне – националисты и хотят захватить весь мир. Это будет хорошая идея для достижения целей Запада и хороший план, когда настанет время. Пока оно не пришло. А всё идет по плану. Сейчас по этому плану идёт подготовка к войне в Иране. Это будет последняя большая война среднего масштаба.

Газета «Завтра» №и (643) от 15 марта 2006 года

Россия готова держать удар

– Господин Кьеза, как Вы считаете, почему Запад так нервно реагирует на заявления Путина о намерениях России отстаивать свои интересы на международной арене?

– Мировая пресса восприняла речь Путина в Мюнхене как серьёзный поворот к холодной войне, и это вызвало всеобщий испуг. «Новый виток холодной войны» – так пишут и об этом говорят. Ситуация в мире по существу обостряется. Против Ирана реально готовится война. Возьмите выступление Бжезинского в Сенате на комиссии по обороне, где он открыто сказал, что какие-то группы внутри США готовы организовать теракты внутри Соединённых Штатов, то есть против себя, чтобы был повод обвинить иранское правительство и начать войну. Речь идёт о намеренной провокации, которая станет поводом для «ответных действий» американцев. Тот же самый сценарий, что был и сентября. Бжезинский так заявил, потому что знает о подготовке такого сценария. Он прекрасно знает, как такие вещи делаются.

В условиях обостряющейся ситуации господин Путин предупредил: мы готовы держать удар. Но в результате – всеобщий испуг. А если все испуганы, то это не в пользу России.

Запад не един и не однороден. В Европе есть те, кто поддерживает любые инициативы, а то и провокации Америки. Но есть и другие. Нужно различать эти группы. И надо успокаивать европейцев. Надо им сказать: «Мы не имеем против вас ничего плохого, наоборот, мы с вами хотим сотрудничать, у нас есть, на какой почве это делать: у нас энергия есть, у вас её нету, мы можем договориться, потому что мы заинтересованы продавать вам газ и нефть. Правда, американцы хотят ставить ракеты средней дальности в Польше. Очень плохо. Но это не Европа, это Польша, это НАТО. Европа – это одно, НАТО – другое.»

Путин должен понять: не все на Западе одинаковы. И если он хочет обвинить Соединённые Штаты в том, что они разрушили договор о противоракетной обороне, то это не Европа сделала, а Америка. Ответы должны быть дифференцированы Польша решала разместить на своей территории ракеты, но Польша – это та часть Европы, которая следует указаниям Соединённых Штатов. Евросоюз такого решения не принимал.

Евросоюз как таковой не имеет армии, не имеет стратегического вооружения.

На сегодняшний день в мире четыре гиганта по размерам: Америка, Китай, Россия и Европа. Из четырёх три вооружены: Америка, Китай. Россия. Только Европа, действующая в определённом смысле как держава, не вооружена. Не вооружена как единое целое. Она вооружена как НАТО. Но опять-таки НАТО не так едино. НАТО как таковая не пошла в Ирак. Отдельные члены отправились туда: Италия, Великобритания, Польша, Венгрия.

– А что может успокоить испуганный Запад? Ведь российский президент говорил только о том, что мы готовы защищать свои интересы.

– Чтобы успокоить перепуганный Запад, Путин, Россия должны предлагать что-нибудь. В речи Путина не было предложений. Путин должен делать определенные политические шаги в направлении Европы.

Его риторика против Америки, на мой взгляд, вполне закономерна. И очень сильна часть выступления, где он говорит, что если вы попытаетесь, то мы будем реагировать.

Но не все в мире – американцы, и в Европе – не все проамериканцы. Значит, ваш президент должен делать определённые шаги. Например, он говорит: «Я готов приехать в европейский парламент, выступить и сравнить наши позиции».

Итак, Европа так таковая не вооружена. Европа как целое не представляет никакой угрозы для России. Поэтому разумно было бы сказать: «Дорогие друзья, вы для нас не представляете никакой угрозы. Если вы не будете следовать советам Соединённых Штатов, вы для нас союзники и друзья. И мы с вами готовы сидеть и разговаривать. И договориться долгосрочно. Мы готовы даже готовы подписать со всей Европой, в том числе с Польшей в составе Европе, договор о взаимном ненападении».

В политическом смысле эти жесты будут иметь огромное значение. Потому на это можно сказать: «Он не искренен.» Но никто, даже если они враждебно относятся к России – не сможет на это сказать: «Он угрожает». Можно говорить, что это хитрость, неискренность, критиковать в этом плане. Но сказать, что это – угроза, никто не сможет. И здесь создалась бы атмосфера неблагоприятная для позиции Америки. России надо постоянно демонстрировать миролюбие в отношении тех стран, которые ей не угрожают.

– Зачем вообще понадобилось размещать ракеты в Польше?

– Размещение ракет на территории Польши я расцениваю как провокацию. Тут у меня нет сомнений. Но повторяю: не все поляки поддерживают это решение, не все поляки входят в правительство, принимающее такие решения.

Америка явно идёт к войне. Надо предупредить США, что их действия встретят отпор, но не надо поддаваться на провокацию. Надо сказать открыто: если вы атакуете Иран, знайте, мы не с вами. Мы не будем воевать вами, но мы не на вашей стороне.

– В чём Вы видите истинную причину такого вызывающего поведения Америки по отношению к России?

– Ресурсы. Есть документы комиссии Европейского союза по поводу нефти. Там говорится, что у нас нет на сегодня даже технологии, чтобы производить альтернативные источники энергии. Есть надежда их получить, но никто не даёт гарантий, что они появятся. Более того, вложения в разработки производства альтернативной энергии недостаточны. Говорят, что нас спасут технологии. Но анализ показывает, что для развития технологий и техники нужны определённые капиталовложения. А таких вложений нет. По прогнозам, в Европе к 2020 году максимально будет 20 % альтернативной энергии. А 80 % – нефть и газ. Спрос на газ и нефть растёт на 45 %. Таким образом мы окончательно испортим уже испорченную природу. 20 % альтернативной энергии через 15 лет – это ещё оптимистический прогноз. А чтобы увеличить на 50 %, надо вложения в разработки увеличить в 8 раз.

Нужно организовать финансирование в масштабах всей Европы. Нужно договориться с Америкой, Россией, чтобы уменьшить выбросы в атмосферу и так далее. Огромная работа, которую необходимо делать уже сегодня, чтобы получить результат через 20 лет.

Единственное, в чем видят выход американцы – это война. «У нас не будет ресурсов? Тогда мы захватим все ресурсы у других».

Как уже сказано, в мире на сегодня существует 4 гиганта. Из них 3 вооружены и один не вооружён. Из четырёх три не имеют энергии: Америка, Китай, Европа. Только Россия имеет энергию. И вооружена, и имеет энергию. И ей надо разыграть эту карту: у нас есть энергия, мы готовы вести разговор.

Президент Путин, имея в руках такие рычаги, может сыграть величайшую политическую роль в мире. Сказать: мы готовы с вами сейчас сесть и рационально организовать распределение энергии. Потому что если мы будем продавать нашу энергию вам, то ничего не поменяется: в мире будет меньше энергии и больше денег. Но в таких условиях деньги не будут иметь никакого значения. Будут счета, но доллар падает, счета будут падать тоже.

Америка это понимает, поэтому говорит, что ресурсы (имея ввиду российские) принадлежат всем. Это заявления войны. Америка заявляет: «Мы будем брать, как нам нравится и сколько нужно, потому что не можем отказаться от нашего уровня потребления. А удовлетворить его у нас нет ресурсов.» Это признак полной близорукости.

– То есть неправильно себя ведёт как раз Америка.

– Да. Там в этом смысле абсолютные кретины. Но если они кретины, вы должны действовать как умные люди. Сказать: «Вы немножко не поняли. Мы сильны достаточно, чтобы дать отпор. Но одновременно предлагаем варианты». И предпринять решающие шаги, которые уже сегодня Россия может сделать. Пусть уже сегодня она играет самостоятельную роль с Китаем, Европой другими частями мира, ей надо расширить инициативу, создать условия для договорённости и с китайцам, и с европейцами. Рано или поздно Америка будет находиться в сложном положении в одиночестве, куда она сама себя своими действиями загоняет.

С этой точки зрения выступление Путина не совсем отвечает на вопросы времени. Да, его реакция и соответствующая риторика оправдана против сумасшествия, которое происходит в Соединённых Штатах. Действительно надо было сказать, что мы будем отвечать на угрозы, у нас есть силы для альтернативного отражения нападения. Но тут же успокоить, заявив, что готовы разговаривать, и у нас есть, что предложить.

Угрозы есть. Явно, что Америка будет противостоять всему миру, Россия вынуждена защититься, о чём и заявил Путин. Это правильно. И никто здесь ничего не может возразить. Но и надо сказать, в чем истинная причина разногласий и осложнения отношений, что проблема – нехватка ресурсов. Сказать: «Некоторые государства будут пытаться взять контроль над всеми энергетическими ресурсами, как уже происходит. Для остальных не будет никакой альтернативы, кроме сопротивления или смерти. У нас есть энергия. Мы будем последними, кто от этого пострадает. Но мы хотели бы решить проблему совместно с вами».

Это был бы важный политический шаг, высокий уровень государственности, который бы показал всему миру: мы, являясь монополистами, делимся со всеми. И Россия получила бы дивиденды уважения и понимания, благодарности.

Ваши олигархи держат все капиталы и интересы на Западе. Но тем не менее не все они испытывают полное пренебрежение к судьбе России. Это можно доказать от обратного. В СМИ прошла информация, свидетельствующая о большой схватке. На первой полосе «Файненшел таймс» вскоре после речи Путина в Мюнхене был опубликован материал о том, что 25 миллиардов долларов заблокировано в оффшорной зоне на Бермудских островах. Вдруг захотели очистить реноме этой зоны. Заблокирован счёт «Мегафона», российской компании. К кому она относится? Леонид Рейман, министр коммуникаций, говорят, очень близкий друг Путина. Случайны такие события вскоре после речи? Это первая полоса «Файненшел таймс», это не шутки.

Не сигнал ли это Путину? «Осторожно, дорогой, мы отбираем у твоего друга 25 миллиардов». Почему такая реакция? Значит, конфликт в действительности есть. И это не имитация шоу «мы поссорились».

Да, у ваших олигархов есть счета в западных банках, все интересы у них здесь. Но они не готовы разорвать с Россией. Это их площадка, они сильны, пока в России. Когда они все эмигрируют на Запад, Россия будет для них потеряна. Для других, возможно, это не так. Но те другие – здесь. Эти нюансы надо важно понимать. Эти ваши олигархи – россияне, и живут в России, и их капитал здесь формируется. Не надо думать, что они все готовы эмигрировать на Запад, потому что тоже понимают, что сильны, пока они здесь, в России. Значит, у них есть не только американские и вообще западные интересы.

Значит, борьба ведётся. Иначе почему не договориться сразу: «Давай, ты будешь что-то говорить, но я знаю, что в действительности ты имеешь в виду». Почему Путин реагирует, когда американцы намереваются ставить ракеты в Польше? Если он их полный союзник, было бы по-другому. Я считаю, что здесь нужно очень тонко смотреть на ситуацию. Правильно: олигархи продавали Россию, разрушили её и вытворяли с ней всё, что угодно. Но прошло 10 лет. И сейчас они понимают, что в лучшем случае они будут слугами на Западе, но не главными действующими лицами. Они зацепляются в России и хотят через защиту интересов страны защищать свои интересы. На западе они могут быть только абсолютно второстепенными персонами. Имея такие огромные финансовые и энергетические возможности, они не хотят быть несамостоятельными персонами, а хотят быть управляющими. Это естественно именно для капиталистического мышления: они мощны и хотят быть значительными персонами. И Россия им нужна, чтобы сохранять собственную мощь. Без России они её тут же лишатся.

Надо сказать, что планы ваших олигархов и планы американцев очень недальновидны. Потому что в течение десяти лет мы идём к драматическому кризису. Никакого величия нет ни у ваших олигархов, ни у Америки. Куда они идут? Они не видят, что развитие капиталистического строя, как оно сложилось в мире, дальше невозможно. Все мы находимся в глубочайшем кризисе. Здесь у них нет никакой перспективы. И в этой связи идея о необходимости мира становится как никогда важной просто для сохранения жизни на земле. Если мы подойдем к войне, все проблемы осложнятся до предела, а мы будем ещё и в конфликте с природой, будет трагедия: борьба всех против всех.

Нужно вместе говорить о подготовке в чрезвычайной ситуации. Но никто же этим не озабочен и не делает ничего в этом направлении.

Есть документы Европейского союза, европейской комиссии по поводу нефти. По ним видно, что у нас на сегодня даже нет технологии, чтобы производить альтернативные источники энергии. Только надежда на их изыскание. Но никто не даёт гарантий и уверенности, что они появятся. Более того, вложения в разработки производства альтернативной энергии недостаточны. Финансирование в этой области надо увеличивать в 5, 6 раз.

– Они недостаточны, потому что частные инвесторы в сомнительные разработки не будут вкладывать, это должны делать государства.

– Именно об этом я говорю: государства должны финансировать такие разработки, они более-менее понимают проблему. Частники ничего не делают, они думают только о быстрой выгоде и очень недальновидны по своей сути – искателя быстрой прибыли. Частник думает только о себе и своей прибыли. А государство должно думать о гражданах. Разница между вашими олигархами и нашими капиталистами становится очень небольшой: та же самая недальновидность и погоня за сиюминутной выгодой.

Но в правительствах есть люди, которые задумываются об этом и говорят о развитии общества. Проблема в том, что в обозримом будущем мы не сможем справиться с потреблением.

– Но ведь Запад упрекал Советский Союз в том, что это было общество ограничиваемого потребления. То есть не 20 пар сапог было у женщины, а две, чего и достаточно, в принципе. Нагрузка на природу сводилась к минимуму именно СССР строил рациональные отношения с природой, не перенапрягая её.

– Это действительно был правильный подход. Когда сейчас говорим, что нужно делать поворот к такой идее, это уже поворот истории.

– Они не подходят к этому вопросу рационально: если в подполье заканчивается картошка, а урожая не предвидится, то надо снизить потребление и не переводить её на крахмал для накрахмаливания занавесок.

– Они надеются, что нас спасут технологии. Но анализ техники показывает, что для развития технологий и техники нужны определённые капиталовложения. Есть такие вложения? Нету. По прогнозам в Европе в 2020 году будет максимально 20 % альтернативной энергии. В то же время 80 % – нефть и газ. А растёт спрос на газ и нефть на 45 %. Таким образом мы окончательно испортим и без того уже испорченную природу: парниковый эффект и так далее. 20 % альтернативной энергии через 15 лет – это оптимистический прогноз. А чтобы увеличить на 50 %, надо вложения в разработки увеличить в 8 раз. Но никто этого не делает.

Нужно организовать финансирование в масштабах всей Европы. Договориться с Америкой, Россией, чтобы уменьшить выбросы в атмосферу и так далее. Огромная работа, которую необходимо делать уже сегодня, чтобы получить результат через 20 лет. А мы ещё и не начали и завтра не начнем. Хотя все данные и вычисления у нас есть. Это абсурд, что мы не заботимся о себе и своих детях!

А какой выход из этого положения? Война. Единственное, в чем видят выход американцы – это война.

Они рассуждают так: у нас не будет ресурсов? Тогда мы захватим все ресурсы у других.

Вернёмся к теме, что в мире на сегодня существует 4 гиганта: из них 3 вооружены и один не вооружен. Из четырёх три не имеют энергии: Америка, Китай, Европа. Только четвёртый, Россия и вооружена, и имеет энергию. И ей надо разыграть эту карту. Здесь ваши олигархи не имеют никакой, никакой стратегии! Но Путин с такими рычагами на руках, как я уже сказал и повторю, может сыграть величайшую политическую роль. Сказать: мы готовы сейчас сесть и организовать распределение энергии рационально. Потому что если просто продавать нашу энергию вам, в мире будет меньше энергии и больше денег. А в таких условиях деньги не будут иметь никакого значения! Это надо понимать!

В этом вопросе я не вижу никакой реальной стратегии. Надо бы созвать конференцию, чтобы объяснить вашим олигархам и Путину, что это не перспективно ни для России, ни для кого.

Это очевидные вещи. Но они этого не понимают. Я много езжу по Италии вижу, что люди не сознают. Они не обладают информацией. Для них в магазине есть – значит нет проблем. А то, что завтра не будет, они не могут понять.

Правительства более-менее понимают такие вещи, если пишут такие документы. Они осознали. Но когда речь заходит о политических решениях в этой связи – они не решают и не принимают их, а закрывают глаза.

– Вы говорите об этом постоянно. Обращались ли к вам политические деятели, мол, давайте разработаем план, решим, что и как делать?

– Нет, у властей нет интереса к этим вопросам и желания их решать. На мои встречи в Италии приходят 200–500 человек послушать, они становятся информированными. Понимают и сознают, но это простые люди, которые на что не влияют, не играют самостоятельной роли. Эта идея не овладела массами настолько, чтобы понимали и осознавали все. В этом тоже проблема. Смотрите СМИ. Об этих проблемах говорят на первых страницах? Нет. Да, пишут о парниковом эффекте, но кто объясняет, почему он возникает и как его уменьшить? Где вы видите передовые статьи, где говорится: «Читатель, твоя жизнь должна измениться. Или война, или жизнь твоего сына. Это уже вопрос следующего поколения. А твоей. И твоих детей». Но кто об этом говорит? Никто.

Поэтому полная неподготовленность миллионов людей к происходящему.

Ясно, что нужна огромная культурная мировая компания. Если ты говоришь «наша жизнь должна меняться», ты должен готовить к этому миллионы людей. Не надо писать закон. Закон ничего не даст, если люди не понимают, что происходит. Учитывая, что все данные и расчёты у нас есть, надо принимать политические решения. И руководители должны играть решающую роль.

Можешь прогнозировать будущее России, не учитывая эти факторы?

Повторяю, из 4 стран, которые ожидают гигантские проблемы, поскольку они велики, у трёх нет никаких структур для производства альтернативной энергии, и энергии у них нет, значит, все производство в этих странах может остановиться. Что может произойти через 20 лет в Китае?

– Но Америка это понимает, поэтому говорит, что ресурсы принадлежат всем, они – общие. Заявляет об энергетическом шантаже со стороны России. Не являются ли такие заявления аннексией и контрибуцией победителей в холодной войне?

– Конечно. Это заявления войны. Америка заявляет: «Мы будем брать, как нам нравится и сколько нужно, потому что не можем отказаться от нашего уровня потребления. А удовлетворить его у нас нет ресурсов». Это признак полной близорукости. Они в этом смысле абсолютные кретины. Но если они кретины, вы должны действовать как умные люди. Сказать: «Вы немножко не поняли. Мы сильны достаточно, чтобы дать отпор. Но одновременно предлагаем варианты. Сейчас не надо кричать «Мы – мощны». Россия уже сегодня может предпринять и сделать решающие шаги, и пусть уже сегодня она играет самостоятельную роль с Китаем, Европой другими частями мира, она должна расширить инициативу, создать условия для договорённости и с китайцами, и с европейцами. Рано или поздно Америка будет находиться в сложном положении самостоятельно в одиночестве.

Америка, вероятно атакует Иран. Но сейчас надо сказать открыто: если вы атакуете Иран, – знайте, мы не с вами. Мы не поддерживаем эти действия. Мы не будем воевать с вами, но мы не на вашей стороне. Надо публично заявить Америке, что она не права.

Такая серия шагов со стороны России была бы убедительной. Для этого необходимо чувство государственной ответственности. С этой точки зрения ваши олигархи и наши капиталисты имеют общие свойства: они не способны далеко видеть, у них – политическая близорукость.

А выступление Путина слабое и недальновидное с этой точки зрения. Оно не отвечает на вопросы времени.

Только половина реакции оправдана против сумасшествия, которое происходит в Соединённых Штатах, это правда.

– То есть надо было сказать, что мы будем отвечать на угрозы. Но тут же успокоить заявить, что готовы разговаривать, у нас есть силы для альтернативного отражения нападения. Но мы готовы разговаривать, и у нас есть, что предложить.

– Да, я об этом писал в «Ла Стампа». Озаглавили так: «Вооружение Владимира: нефть и атомные бомбы». Заголовок нехороший, а содержание хорошее.

Угрозы есть. Явно, что Америка будет противостоять всему миру, вы вынуждены защититься. Это правильно. И никто здесь ничего не может возразить. Но он и говорит, что проблема – нехватка ресурсов. Он пишет: «Некоторые государства будут пытаться взять контроль над всеми энергетическими ресурсами, как уже происходит. Для остальных не будет никакой альтернативы, кроме сопротивления или смерти».

Россия может сказать: «У нас есть энергия. Мы будем последними, кто от этого пострадает. Но с вами хотели бы решить проблему одновременно».

Это был бы такой важный политический шаг. И получила бы дивиденды. Это был бы высокий уровень государственности, который бы показал всему миру: мы, являясь монополистами, делимся со всеми.

– Но во времена СССР соцстраны как раз получали ресурсы неограниченно от СССР, у тех стран и тогда их не было. Но что мы получил в знак благодарности? Какие дивиденды кроме упрёков? Соцстраны пошли к тем, кто готов нападать и отбирать, и пошли, кстати, сразу отбирать в Ирак, включившись в американский поход.

Если это новый виток, на что Россия может опереться в холодной войне? Россия сейчас не так сильна, как был силён СССР Видите ли в России союзников Америки, как это было во времена СССР, пятая колонна?

– На территории России союзниками Америки могут являться только недальновидные олигархи и Чубайс, он – всегда союзник Америки. Но эти люди живут, думая только на завтра и послезавтра, а дальше этого не видят или не хотят видеть.

– Может, и по этой причине надо развести политику и предпринимательство, потому что капиталист думает только о прибыли, и не думает об интересах страны и перспективах. Будучи, условно говоря, министром и поставщиком лекарств, человек готов уморить миллионы людей, чтобы получить прибыль в своем бизнесе, на который он очень влияет как министр.

– Да, это так. Поэтому на западе так следят за тем, чтобы бизнес и власть не были одним и тем же лицом.

– Какое у вас отношения к заявлениям Лукашенко?

– Европейцы официально не реагировали на них. Я писал, что Путин сделал этим огромный подарок европейцам, полякам. Но опять вернёмся к тому, что Путин ведёт себя так, будто он не имеет никакой идеи государственности. Зачем ставить Лукашенко в такую ситуацию?

Конечно, им не нравится Лукашенко и его идеи, более того, они видят Белоруссию как большой кусок мяса, который они хотят съесть. А стратегии государственной в отношении этой страны у них нет. У них в голове мозг малюсенький. Идеи государственности у них нет. они не думают о величии России и её будущем. Они думают о своей прибыли – и больше ни о чём. Оценить последствия того, что они сделали, они не способны. Это те же самые люди, которые разрушили Советский Союз.

Они на этой даче в Белоруссии, когда приняли Беловежские решения, что Советского Союза больше нет, эти люди – Ельцин, Шахрай, Бурбулис – знали, о чём идёт речь? Они не способны совершенно к стратегическим оценкам последствий, они ничтожны, эти люди. То же самое можно сказать о тех, кто принял данное решение. Они думают, что они – важные персоны: председатель Газпрома, заместитель председателя Газпрома, они принимают важные решения, считают себя крупными деятелями. Заявляют, что они принимают решения в интересах акционеров и в личных интересах. А каковы будут последствия? Они не способны оценить, потому что у них нет культуры государственности.

Другого объяснения нет. Может, кто-то хочет устранить Лукашенко, а потом присоединить к России Белоруссию, но без Лукашенко и без всякого сохранения ценностей социалистического государства. Как добычу просто. Кусок мяса. Но, во-первых, Лукашенко на месте. Во-вторых. Какая стратегия? Они только хотят скопировать систему идею эксплуатации природы, существующей на Западе, и которая там уже проваливается на ваших глазах. Запад уже видит, что его идея финансового развития и другое – это глубочайшее заблуждение. А ваши деятели не способны смотреть стратегически. Когда они в то время копировали западную демократию, и не видели, что она уже умерла. Отмирала, по крайней мере. Сейчас они хотят копировать и внедрять западную систему развития, когда она уже останавливается и видно, что она ведёт к разрушению сферы обитания. Зачем это копировать? Безумные люди.

Получается, что руководство России не имеет никаких стратегических целей, и эпизод кризис с Белоруссией это демонстрирует. В этом смысле Запад может быть спокоен: от этих людей ничего плохого не увидишь, они готовы подарить Европе Белоруссию.

Никакого соединения не будет таким образом. Потому что если Лукашенко проиграет, на его место к власти сразу придут люди, как это было на Украине или Грузии, которые скажут: мы хотим войти в НАТО, мы хотим войти в Европу.

Те, кто приняли такое решение из-за 2–3 миллиарда долларов – кто эти люди? Подумаешь, какая добавка Газпрому. А стратегия?

Там уместны другие вопросы и другие ответы. Это школа циничной технологии власти. Убеждаешься, что всё, что мы думали о них плохого, подтверждается: у них нет ничего святого, только свои интересы. Для них спасение России не интересно, но они хотят её держать в руках.

При этом деньги сами по себе ничего не делают. Они уверены, что в случае войны их будет защищать народ, который и служит в армии, к которому относятся даже не как к скоту, и внимание к которому не входит в их обиход. Это удивительно: они уверены, что они сами фактом своего существования важны и значимы.

Журнал «Валовый внутренний продукт» № 4 (26),

2007 года

Что дала Великая октябрьская революция миру?

Революция дала большие возможности альтернативного развития общества. Это был огромный скачок культуры рабочего класса. После восстания Спартака, через много веков, люди смогли думать о форме общественных отношений, в котором исключена эксплуатация человека человеком, мечтать об альтернативе капитализму. Это – самое важное. Важно, что революция дала надежду, в отличие от сегодняшнего времени, когда капитализм в современной разрушительной форме доминирует по существу во всём мире, надежды у рабочего класса, наёмного работника практически нулевые. И в этом плане по сравнению с тем временем мы, к сожалению, скатились назад – сегодня рабочие во всём мире находятся в худшем положении, чем сто лет назад. Это первое.

Второе. Тем не менее, нужно извлечь уроки из этого опыта. Надо признать, что мировой капитализм оказался сильнее рабочих и одержал победу. Сейчас требуются силы обновления, я не знаю, как их определить, какое дать название силе, на которой держится надежда на будущее. Невозможна надежда на движение капитализма как на вечное развитие. Нужно сейчас думать о выживании человечества как такового, как общего человеческого существа. То есть сейчас нам нужно думать о выживании как вида. Потому что капитализм победил во всём мире, но при этом он разрушает весь мир одновременно, среду существования человека. Идёт глобальное разрушение нашей среды обитания. Потому нужно сейчас думать о новой альтернативе, которая предусматривает и учитывает невозможность продолжения подобного развития. Сейчас время, когда надо думать об ограничении развития по капиталистическому принципу и о другом способе жизни и потребления. Новые способ жизни и потребления должны будут предусматривать другой ракурс, другую систему человеческих взаимоотношений, потому что капитализм как общество потребления губит попросту саму окружающую среду. Развитие, предлагаемое мировым капитализмом, не может продолжаться. Нужно жить в другом ракурсе, по другой схеме взаимодействия с окружающей средой. То, как мы ведем себя в обществе доминирующего капитализма – безумие.

«Российская Федерация сегодня», ноябрь 2007 года

Здравый смысл – «вне компетенции»

Таллинские события, спровоцированные демонтажем и переносом памятника советскому солдату – это только часть большой войны. Подобное антирусское поведение явно инспирировано из-за рубежа, где всё больше и больше концентрируются на провокационном поведении в отношении России.

Вспомните, как мы, европейцы, возмущались по поводу того, что Владимир Путин послал отряд милиции разгонять «марш несогласных» с участием Гарри Каспарова в Санкт-Петербурге. Но наше возмущение уже не было столь же сильным, когда правительство Эстонии послало тысячу вооружённых полицейских разогнать русских демонстрантов у памятника павшим советским воинам за освобождение Таллина от нацистской оккупации. При этом в Санкт-Петербурге никого не убили. А в Таллине есть трупы. Триста человек арестовано. Однако никто в Европе и в США особо не волнуется по этому поводу. Печать молчит, наше телевидение обходит события в Эстонии молчанием, зато тиражирует сюжеты из России в духе «несметные полчища ОМОНа против мирных демонстрантов». Но разве наши европейские принципы не универсальны? Причём здесь-то весьма уместно выражение «судить пристрастно».

Официальный представитель Европейской комиссии ограничился высказыванием, что это дело «вне компетенции Европы». Однако уполномоченный представитель Эстонии в Еврокомиссии господин Сьим Калас – как раз числится среди приверженцев идеи разрушить памятник павшим в борьбе против нацизма русским и эстонцам. И я хотел бы спросить Европейскую комиссию: так это или нет, что среди ценностей, на которых и зиждется Европа, есть антифашизм? Мне казалось, что – да, есть. Однако, возможно, я ошибаюсь. Почему получается так, что в европейской стране – в Эстонии – сносят антифашистский памятник, которому до сих пор отдают почести русские?

А разве не русские сыграли определяющую роль в разгроме нацизма? В то же время в Эстонии поставлены, по крайней мере, три персональных памятника эстонским гражданам, поступившим добровольцами на военную службу в 20-ю дивизию СС, воевавшую против коалиции демократических держав и СССР. То есть эти памятники – в честь эстонских нацистов!

И Европе нечего сказать? Любопытное молчание – перед лицом очевидной хладнокровной провокации эстонского правительства против живущих там русских (которых около 280 тысяч из совокупного населения в i миллион 300 тысяч человек). Но, может быть, всё это отражает желание большинства самих эстонцев? Оказывается, вовсе нет: проведённые опросы свидетельствуют, что за перенос Бронзового солдата проголосовало только 37 % граждан Эстонии.

Изумится, однако, только тот, кто не знает, что большая часть русских в Эстонии – не эстонские граждане, люди, не имеющие гражданства, люди без родины. Другими словами – европейцы, но не граждане Эстонии. Стыдно, что Брюссель продолжает терпеть такое положение. Мало того – теперь мы ещё и восхваляем нацизм. Да здравствует демократическая Европа!

Другой заранее подготовленный наглядный пример антирусской войны – решение польского и чешского правительств включиться в Программу противоракетной обороны США. Ракеты должны быть размещены на территории Польши с поддержкой радарной системы на территории Чешской Республики. Якобы эти системы будут действовать против стратегических ракет Ирана, которых, как всем известно, не существует. Оказывается, решение, самым удивительным образом согласованное между Вашингтоном, Варшавой и Прагой, не учло мнения Европы, с которой даже не консультировались. И никто с самого начала этого процесса ничего не говорил, ни о чём не сообщал. Выходит, о безопасности определённой части Европы заботятся США, а остальные европейцы не имеют к этому никакого отношения.

Это оскорбительно не только по отношению к России, которая, безусловно, не согласна с таким положением и недовольна им, но и по отношению к Европе, которая не была проинформирована, мнением которой даже не интересовались. Я участвовал в беседе группы членов Европарламента с господином Солана, якобы министром иностранных дел Европы. Он сказал: «Мы ни при чём, мы об этом ничего не знали». Официально – да, а неофициально – знали.

Добавлю, чтобы удивить наших читателей, что не только с Европой, но даже с НАТО не консультировались. Альянс, который по статусу должен заботиться о безопасности Европы, не был уведомлён по поводу решений, принимаемых в Вашингтоне, Варшаве и Праге. Получается, что силы НАТО, занятые войной против талибов в Афганистане, далеко от наших государств, не должны заниматься безопасностью Европы в целом внутри её границ. Это тоже очень удивительно.

Выступая в Европарламенте, я открыто сказал, что ракеты звёздных войн, которые изобретают в Вашингтоне, – это ракеты, направленные не против Ирана, они нацелены против Европы. Чтобы расколоть, разделить Европу. Поскольку это происходит по инициативе США, то очевидно, что Вашингтон не хочет единства на европейском континенте, не хочет Европы, которая действовала бы сообща, в том числе – обсуждая вопросы собственной безопасности.

Да, сейчас Европа разделена на разные группы, некоторые из них находятся под управлением и руководством Госдепартамента США или Пентагона.

В преддверии самарского саммита Россия-EC я написал статью в газете «Ла Стампа», где критиковал большинство Европарламента, поддержавшее поведение Таллина. Решение эстонских властей является явно провокационным. Поддержка же его европарламентским большинством показывает, что Европе не хватает здравого смысла и ума. Нынешняя ситуация развивается так, что положение будет лишь ухудшаться. А значит, будут ухудшаться и наши отношения с Российской Федерацией, что явно не в интересах и Европы, и России. Надо открыто сказать: кое-кто толкает нас действовать вопреки нашим же собственным интересам. Да и вообще – против мира и взаимопонимания.

«Литературная газета» № 22–23, 2007 года

Укрощение Европы

Решение о независимости Косово – это ошибочное решение для Европы, потому что оно будет иметь неприятные последствия для спокойствия и стабильности в Центральной Европе. Причина довольно проста: Запад в своих действиях в отношении Косово использует дорогу с односторонним движением.

Первой ошибкой было то, что НАТО начало бомбардировки Югославии. Вернее, это была не ошибка, а преднамеренная акция, организованная США, – чтобы наказать Милошевича за то, что Югославия оставалась последней европейской страной, где сохранились ячейки социализма. Причём Штаты заранее очень хорошо просчитали, что югославские кризисы могли бы послужить укреплению их позиции в центре Европы – за счёт сознательного подрыва позиций самой Европы. Американцы вооружали так называемую Армию независимости Косово, воюющую против Югославии. Они называли её Освободительной армией албанцев. Они организовали несколько провокаций, утверждая, что происходит геноцид албанцев. Это была сознательная ложь, необходимая для начала войны. После этого и начались бомбёжки.

Всё было подстроено. Об этом заявил итальянский министр иностранных дел Альберто Нини. Во время переговоров в Рамбуйе он рассказал, что госпожа Олбрайт и её помощники делали Милошевичу такие предложения, которые было невозможно принять. Это было специально организовано, чтобы загнать Белград в угол и найти повод для бомбардировок. Европа поддалась тогда на это давление, пошла на поводу у провокаторов. Последствием тех событий 1998–1999 годов стало то, что Европа шаг за шагом продолжает идти за Америкой, действуя не в своих интересах, а в интересах США. Впрочем, Европа разделена на две части: есть те, кто безоговорочно придерживается позиции Соединённых Штатов, и те, кто хотел бы, чтобы такое положение изменилось. Была Франция президента Жака Ширака, была Германия канцлера Герхарда Шрёдера. Сейчас Францию возглавляет Николя Саркози, который ведёт себя как откровенный вассал США. Английский премьер Гордон Браун продолжает политику Тони Блэра. Остальные же европейцы фактически пребывают в роли наблюдателей: смотрят на происходящее, но не могут ничего изменить.

Независимость Косово нужна американцам, а не европейцам. Некоторые официальные лица Европы говорят, что они не приверженцы идеи независимости Косово, но что можно сделать? Если мы не дадим независимость, как того требуют косовские албанцы, то произойдёт большое кровопролитие. Как будто ранее европейцы не знали, что нынешние руководители Косово – это криминальная банда головорезов, которых вооружили США. Впрочем, европейцы лишь делают вид, что уже не могут остановить процесс отделения Косово.

При этом США уже построили в Косово самую большую в Европе военную базу и сейчас возводят в Приштине самый большой в Европе американский университет. Косово фактически будет американской колонией. Конечно, под формальным руководством местных албанских властей и под покровительством Европы. Тем самым Европа увеличивает свою зависимость от Штатов и своё подчинение им.

Хотя совершенно очевидно, что США находятся в самом большом кризисе за всю их историю. Значит, это дополнительная глупость со стороны европейцев, по существу, поддерживающих доллар своими деньгами. Всё, что происходит в эти дни в банковской сфере, просто удивительно: банки Старого Света производят эмиссии, то есть печатают деньги, чтобы спасать ситуацию, сложившуюся после спекуляций на Уолл-стрит, после странных и опасных операций американского бизнеса. Это ещё раз подчёркивает зависимость Европы от воли империи – от США.

Ещё один пункт, на который хотелось бы обратить внимание в связи с вопросом независимости Косово – отношения между Европой и Россией. Для меня очевидно, что руководящие элиты США не могут терпеть, что в последние годы Россия постепенно, но неуклонно (во многом из-за высоких цен на нефть и газ и растущих в связи с этим проблем у Европы) начинает действовать самостоятельно на международной арене. В Америке были уверены, что уже колонизировали Россию, что процесс необратим. Но вдруг увидели, что Россия ещё не колонизирована, да и совсем не хочет превращаться в колонию США. Потому Америка начинает предпринимать меры: в последние два года оттуда исходит упорная систематичная политика оскорблений России и провокаций против неё.

Косово – один из показателей этого. Независимость Косово – это способ подчинить Европу Америке. А также вставить дополнительный клин между Европой и Россией. Многие, в том числе в Италии, задают вопрос: почему американцы заинтересованы в независимости Косово? Кроме военной базы, ихтам вроде ничего не интересует, а база уже построена. Что, они так любят мусульман вообще и албанцев в частности? Нет, очевидно, что это не так. Если дело не в этом, значит, надо найти другие причины.

А причины просты: независимость Косово поведёт за собой целую серию неприятных последствий. Потому что это начало процесса отделения территорий, населённых этническим большинством. Не надо забывать, что в нынешней Македонии большую часть (одну треть) составляют живущие там албанцы. Они потом потребуют также присоединения территорий, на которых проживают, к Албании. Это очевидно. Последствия этого процесса будут наблюдаться и в Боснии, где реакция сербов естественна и вполне предсказуема. Албанцы есть и в Черногории. Это третье место, где ситуация может довольно резко измениться к худшему. Потому в отношении Косово как опасного очага напряжённости принимать решения должна именно Европа, а не Америка.

Сегодня Европа находится в ловушке, это ясно. Причём отношения с Россией будут ухудшаться, потому что решение об отделении Косово, которое Европа поддержит, принимается против резолюции и воли ООН, вопреки международному праву. Думаю, что объявление независимости Косово произойдёт довольно скоро, в течение двух месяцев. Так что тактический план США, предполагающий увеличение разрыва и усиление напряжённости между Европой и Россией, успешно осуществляется. Мне кажется, что 2008 год будет сложным годом в отношениях России и Запада вообще и США в частности.

«Литературная газета» № 11, 2008 года

Член или не член Евросоюза?

По ряду причин приём новых членов в Евросоюз приостановлен. Процесс идёт, и это уже необратимый процесс, Европа будет расширяться дальше, но есть вопросы, которые надо решать. Например, некоторые страны – Франция и политические силы этой страны – не хотят вхождения Турции. В этой позиции есть опредёленная доля разумности, потому что один из нерешённых вопросов – идентичность: какая личность представляет Европу? Если Европа расширится, она потеряет свои особенности. Нужна какая-то гомогенность, сплочённость, а этого на сегодня не существует, и расширение на 25 и потом на 27 государств – уже очень сложно. Поглотить и сплотить все эти различи нелегко.

Один вопрос – идентичность Европы. Второй – способность Европы самостоятельно действовать, поскольку половина Европы больше выражает американские интересы, чем европейские. Некоторые государства являются по сути сателлитами, их руководители действуют по указаниям Америки. Некоторые из них слишком малы, чтобы защитить свои автономии. В ситуации с секретными тюрьмами ЦРУ и секретными полётами, мы видели, что секретные службы Европы (за исключением французской) находятся под влиянием ЦРУ. И не могут защититься и избавиться от этого: когда идёт указание, они выполняют его. Так что надо признать, что их суверенитет сильно повреждён.

Европа создавалась на принципах прав человека, личных прав, свободы слова. И вдруг оказывается, что эти принципы не выполняются внутри Европы. Возникает вопрос: как вы можете защитить других, если сами не можете обеспечить эти права?

Никто на сегодня не может предугадать исход европейского конституционного процесса. Нет единого мнения. Некоторые говорят, что нужна другая конституция, нужно писать новую. Другие считают, что нужно работать со старой, которая была отклонена во Франции и Голландии. Но если две страны сказали «нет», ты не можешь вновь ставить на повестку дня документ, ничего не изменив.

Есть определённые пункты, где суверенитет государства сохраняется. Поэтому Европа не имеет влияния на политику отдельных стран. Это уже проблема. Нельзя сказать: «Отказываетесь от своей самостоятельности в некоторых вопросах». Чтобы Европа действовала как единое государство, нужна большая доля государственности. Но каждое государство желает сохранить суверенитет и готово отдать лишь часть его: только в отдельных дефилированных, чётко обозначенных темах. Это тоже ослабляет силу Европы, потому что не даёт ей возможности действовать как единому целому.

Например, необходимо уменьшить парниковый эффект в Европе. Значит, надо соединить все финансовые силы, направлять капиталовложения для получения альтернативной обновляющейся энергии. Здесь каждое государство имеет свой план действий. А у маленьких государств нет никакого плана (имеются в виду три балтийских страны, Словения. Словакия). Европа должна действовать сплочённо. Но нет юридических структур для этих действий, нет органа, где бы принимались решения для всех. Есть комиссия, которая делает, что может. Но, например, есть страны, Италия среди них, которые категорически против постройки и эксплуатации атомных станций. То есть с ней говорить по этому вопросу нельзя. И таких вопросов много. Решение будет не скоро.

Или возьмите ситуацию с памятником советским воинам в Эстонии. Вообще, есть ощущение, что здравое решение эстонского президента было принято вместе с европейской комиссией. Потому что подход парламента Эстонии был воспринят отрицательно во многих странах Европы. И это понимают в эстонском парламенте: там голосование было 46 за, против 44. Значит, страна разделена надвое. И среди голосующих за такой закон есть откровенно провокационные действия в духе холодной войны. Они хотят воевать! И в этом реванше они готовы воспринимать фашизм как нормальное явление. Но разве в самой Европе нет таких стремлений? Есть правые в Италии, есть во Франции, в Германии и так далее. Кретины есть во всех странах, важен только процент. Когда эти проценты возрастают – это уже социальная проблема, значит, у этих государства что-то не то в воспитании людей, в СМИ что-то не то. Это болезнь. В Эстонии высок процент тех, кто сильно болеет национализмом, реваншизмом, холодной войной. Это повод для размышлений правительству, парламенту в самой Эстонии. Видимо, эстонский парламент не имеет ни малейшего представления о том, что это – Европа. Они часть Европы, в которой общество в целом осуждает такие настроения.

Я считаю, что ситуация по правам человека в Эстонии и Латвии не соответствует законодательству Европы и самому европейскому духу. Мы не можем им диктовать, но можем сказать: «Дорогие европейцы, ваши законы не соответствуют духу и букве европейской конституции. Каждый гражданин, кто живёт и работает в Европе, это европеец. Получается, что люди в Латвии и Эстонии являются европейцами, но не являются гражданами Латвии и Эстонии. Это противоречие».

Я хочу выступить с парламентской инициативой: те, кто не имеет гражданства отдельных государств, входящих в Европу, должен иметь европейский паспорт. Этот шаг необходим, иначе мы живём внутри неразрешенного противоречия. Думаю, эта инициатива найдёт поддержку, и Европа продемонстрирует, что она способна защитить и взять под свою опеку граждан, живущих на её территории. Это важно.

Посмотрим, каков будет баланс сил. Но совершенно очевидно уже сейчас, что Европа разделена на две части: одна часть настроена проамерикански, другая – проевропейски.

«Российская Федерация сегодня» № 18,

2008 года

США не могут погасить свои долги, но они продолжают потреблять

В международной жизни начинается сложный период. В экономике США все последние семь лет (после и сентября) надувался финансовый мыльный пузырь. Одно время даже создалось впечатление, что ситуация нормализировалась, кризис преодолён. Но пузырь лишь увеличился в размерах.

Однако в мире не заинтересованы, чтобы экономика США рухнула, чтобы произошёл обвал американской экономики и финансовой системы. Поэтому все будут пытаться спасти ситуацию, чтобы это падение шло медленно, под контролем, попытаются обеспечить «мягкую посадку» падающей системе.

Есть сомнения, что это удастся. Существуют довольно пессимистические прогнозы на сей счёт, которые подтверждаются некоторыми признаками. Свежий пример: недавно биржи Европы потеряли 450 млрд, евро, пытаясь спасти ситуацию. Но этого сделать не удалось. Так что, думаю, плавного падения не получится. Если Америка будет падать в панике, то удержать ситуацию под контролем будет сложно.

Говорят, кризис будет длиться не более 9 месяцев, а потом всё вернётся на прежние места. Но такие оценки – лишь предположение. Все крупные банки мира, в том числе UBS (Union des Banques Suisse – Союз швейцарских банков), все финансовые структуры мира оказались связанными с этими спекуляциями. А спекуляции имеют такие масштабы, что 400 млрд, евро из резервов Центрального европейского банка, брошенные на стабилизацию ситуации, оказались недостаточными для сдерживания кризиса.

Вся структура мировой финансовой системы не в состоянии вернуться к изначальной ситуации. Здесь надо внести уточнение. Основная причина этого кризиса – задолженность. Американская задолженность достигла такого невероятного уровня, таких размеров, что все понимают: США не могут её погасить и оплатить свои долги, рассчитаться по ним – ведь они должны всему миру 33 триллиона долларов. И эта задолженность увеличивается каждый год.

Доллар начинает падать, люди теряют веру в устойчивость и доходность американской валюты, значит, туда деньги больше не вкладывают. Но Америка продолжает потреблять огромное количество товаров, ещё увеличивая свою задолженность.

Чтобы хоть отчасти спасти ситуацию, американский президент, нынешний или будущий, должен сказать своим гражданам, что Америка не может потреблять по-прежнему, она не может себе позволить и впредь покупать за рубежом сколько угодно товаров, собственно, сколько привыкла потреблять, потому что не в состоянии за это платить. Она должна вернуться к более экономной системе жизни, ограничению потребления. Но ни у кого нет смелости сказать это трёмстам миллионам американцев-избирателей. Эта задолженность не компенсируется внешними поступлениями капиталовложений. Значит, она будет увеличиваться в течение этого кризиса, будет и дальше нарастать. Но 3,3 миллиарда из-за рубежа ежедневно поступать уже не будут, потому что внешние инвесторы испугались и потеряли доверие к американской валюте.

Всё это даёт повод для пессимистических прогнозов и размышлений о будущем, в том числе и нашем с вами, хотя речь идёт об Америке. Почему? Потому что если спрос на американские товары с американской стороны будет падать, спрос на китайские товары остановится, то и китайская экономика окажется в трудном положении, и европейская. Поэтому сейчас мы должны ожидать рецессионный период в развитии всей мировой экономики. Этот сценарий мне кажется самым вероятным.

Второе. Многие эксперты ожидают, что эта рецессия сопровождается и будет сопровождаться другими схожими неприятными моментами. Так, до сих пор растёт цена нефти. И даже если замедлится экономический рост внутренних валовых продуктов вообще и ВВП США в частности, тем не менее спрос на энергетические ресурсы будет возрастать довольно быстрыми темпами.

Результат американского падения не все почувствуют немедленно и одновременно. Эффект возникнет в виде финансового кризиса, и после этого через какое-то время, возможно, через год, произойдёт и производственный кризис. А в этот промежуток времени спрос на энергию также будет возрастать. По всей вероятности, цена нефти вырастет до 120 долларов за баррель, что приведёт к новому неутешительному итогу: одновременной стагнации и инфляции мировой экономики.

Уже сейчас видно, что существует разница в оценках ситуации, которые дают европейцы и американцы. Что касается последних, то первоочередная задача президента Буша – как можно больше увеличивать размер национального валового продукта. Из-за этого они снижают стоимость денег. А в Европе действуют наоборот: центральный банкир Трише сказал, что Европа больше боится инфляции, чем стагнации.

Таким образом, образуется огромная пропасть между необходимыми мерами преодоления кризиса, приостановки его со стороны США и теми мерами, которые предпринимает и будет предпринимать европейский финансовый мир. И это другая сторона данного кризиса – разрыв между интересами Европы и Америки. Это усиливает противоречие интересов и ухудшает ситуацию.

В подобных условиях увеличивается опасность того, что руководство США попытается выйти из кризиса, развязав войну. Тем более, я считаю, страной там руководят люди, не способные управлять ситуацией. Они попросту не знают, что делать. У них, видимо, будет сильное искушение выйти из сложного положения, напав на Иран. Поэтому нам всем надо быть предельно осторожными и в действиях, и в риторике. Необходимо осознать: мир опять стоит на пороге войны. Потому что кризисная ситуация будет возрастать, она может преодолеть финансовые границы, выйти за пределы и привести к началу военных действий. И такая угроза вполне реальна.

«Литературная газета» № 6, 2008 года

Сектор Газа

Совершенно очевидно, что война, проведенная израильтянами в секторе Газа – абсолютно незаконная кровавая провокация со стороны Израиля. Нет никаких сомнений, что сам Израиль создал такую ситуацию вокруг сектора Газа: сначала окружение, 18-месячная антигуманная блокада. После этого проведена масштабная атака против гражданского населения: почти около 1200 жертв, тысячи раненых. Более одной трети жертв – дети, женщины, старики. Это настоящий геноцид.

Кто виноват в произошедшем? Найти здесь глубокие, исторически отдаленные причины, можно бы было, но сейчас этим заниматься – потерять время. В настоящий момент самое важное – остановить военные действия, бомбардировки и атаки на гражданское население.

По моему мнению, ситуация после этой войны существенно изменилась. В сложившихся условиях говорить о двух государствах на одной территории, о создании Палестинского государства довольно сложно.

Сама выдвигаемая идея ситуировать ХАМАС через ФАТХ, через палестинского лидера Махмуда Аббаса – совершенно глупая и безответственная. Такая инициатива в данной трагической и сложной ситуации просто неуместна, потому что Аббас потерял весь авторитет среди палестинского народа. Абу Маз действует совершенно очевидно с согласия и в интересах Израиля и руководства США. Авторитет движения ФАТХ не только внутри сектора Газа, но на территории всей Палестины, среди большинства гражданского населения уже равняется нулю.

Восстановить доверие палестинского народа среди представителей разных течений будет очень сложно. Вероятно, Израиль данной атакой ставил целью именно полностью разрушить структуру взаимоотношений внутри палестинского народа и политических течений. Удалось добиться желаемого результата: этот результат исключает создание палестинского государства.

Из этого следует вывод: Израиль не хочет никакого мира, не хочет уходить с оккупированных территорий, не хочет уважать резолюции ООН и международное сообщество.

В результате война будет продолжаться в разных формах. Но безопасность Израиля в результате этой военной операции не только не улучшилась, но даже ухудшилась, и стратегически это приведет к трагедии для израильского государства и для израильтян.

Население Израиля в своем большинстве поддерживало эту войну. И за будущее трагическое положение они сами несут ответственность, так как их вина в том, что они подержали свое руководство в его агрессии.

Для израильтян исход войны не дал никакого результата. Вспомним только один момент – демографический. Когда 60 лет назад началась насильственная оккупация палестинской земли со стороны сионистских подразделений, там проживало не более 700 тысяч палестинцев. То есть около половины того, что на данный момент. Значит, демографическое развитие палестинского народа не остановить. Что делать? Убивать всех? Это невозможно. Согнать всех с этой территории тоже невозможно. Поэтому в конце концов или будут приняты мирные решения, или продолжится война. А руководство Израиля видимо, по-прежнему думает, как и господин Шарон, что единственным результатом должна быть победа. Победа же значит угон всех палестинцев с их территории или их порабощение, что-то похожее на апартеид или бандустанализацию Палестины.

Но очевидно, что это – не решение проблемы. Данная ситуация осложняет положение не только на Ближнем Востоке, но и в мире. Я считаю, что это большая трагедия не только для палестинцев, но и для всех: и для израильтян, и для всего мира, потому что откуда исходит большая опасность для международной жизни планеты.

Мне непонятна неопределенность позиции, которую заняла России. Ведь Россия – часть квартета, который должен управлять решением этой проблемы. Неясно, почему Россия вела себя по существу нейтрально: голос России в этой ситуации не был слышен. Я считаю, и по моральным причинам, и по стремлениям России, которая в последнее время хочет играть заметную роль на международной арене, она должна была активно действовать в данной ситуации. Но Россия ничего существенного не сказала, не взяла на себя инициативу по принятию шагов и решений, самоустранилась от влияния на ситуацию. Если Россия не осознает своей роли в данной ситуации и не поставит это для себя как одну из фундаментальных целей, это будет большой стратегической ошибкой.

Напряжение отношений

Нельзя не заметить, что напряжения в отношениях между Европой и Россией обостряются стремительно. Когда началась эта война Запада против России? И почему это происходит?

Есть те, кто заинтересован в создании враждебных отношений между Россией и Европой? Будем рассуждать логично. Растёт зависимость Европы от энергетических ресурсов России. Это факт. Европейцы рассчитали, что через 20 лет 60 % потребностей энергии Европы будут удовлетворены русским газом. Это логически и неизбежно создаёт практическое стратегическое партнёрство. Это такая необходимость и очевидность, что разумные руководители Европы должны думать над тем, чтобы отношения между Россией и Европой улучшались.

Сам этот факт для Европы может быть неприятным – Европа оказывается в зависимости. Но это не страшная и не угрожающая ситуация: энергоресурсы есть, Россия готова их поставлять, и построение хороших деловых, партнёрских, экономических, стратегических отношений между Россией и Европой способствуют безопасности. К тому же, это может уменьшить долю зависимости и увеличить долю партнерства, чтобы исключить положение, когда один из партнёров не равен по возможностям и способностям другому, и тот больше использует ситуацию и доминирующую позицию. Это в интересах Европы и России, потому что по мере увеличения энергетической зависимости и энергетического кризиса отношения будут предсказуемыми и хорошими.

Но надо понимать, что энергетический кризис в мире может привести к двум разным вариантам.

Один вариант – соглашение между всеми большими игроками мира. Это необходимый и разумный, единственно мирный вариант. Другой вариант – военный. Если нет соглашения, тогда тот, кто будет использовать энергетические ресурсы мира, будет самым сильным. Пока неясно, какой из вариантов будет превалировать. Но ясно одно: нынешняя администрация Соединённых Штатов пришла к власти с идеей абсолютного преимущества в военном плане, они предпочитают не договариваться, а использовать это своё преимущество.

На той картине борьбы, что видна на горизонте, соглашения между Европой и Россией – это ключевой момент. Если не будет соглашения, поворот на военную конфронтацию становится практически неизбежным. И не только поворот на конфронтацию между Европой и Россией. Но и между Китаем и Россией и Западом. Это объективно будет не региональный вопрос между Россией и Европой – это мировой вопрос. Поэтому надо следить за тенденциями очень внимательно, отслеживать те силы, которые хотят помешать заключить такое соглашение. Они есть, они действуют, чему все мы – свидетели.

Все действия вокруг Украины. Грузии, расширение НАТО и нагнетание страсти вокруг Белоруссии – всё идёт в направлении конфронтации. Что в центре внимания всех этих процессов? Обеспечение свободы этих государств от влияния России и включение этих государств и народов в сферу влияния Европы. Вот как идёт борьба.

Здесь появляются новые элементы, которые нельзя назвать добрососедскими. Потому что те в Европе, кто хочет нагнетать напряженность, рассуждают таким образом: мы имеем право на хорошие отношения с нашими близкими соседями. Грузия, Украина, Белоруссия – это наши близкие соседи.

На эту аргументацию нечего возразить, Европа действительно имеет право на это. Но эти страны – соседи и России. Россия тоже имеет право иметь хорошие отношения с граничащими с ней странами. Все имеют право. А кто имеет больше таких прав? Европейцы считают, что они, потому что они защищают универсальные права человека, а Россия эти права не уважает. По существу, вся борьба идёт, чтобы осложнять отношения между Европой и Россией, а на виду, как показуха, Европа хочет показать себя защищающей права человека и народов. Это совершенно разные вещи, когда Европа провозглашает идею, что она защищает права человека в Белоруссии, на Украине, в Грузии. А кто на Украине угрожает правам человека? В Грузии? Россия?

Иногда слышишь, что Россия хочет использовать нефть, газ, чтобы угрожать независимости Украины, например. Полная независимость, с которой я согласен, и все согласны, по западным меркам означает, что ты платишь. Не может быть попросту по-другому. А на Западе будто этого не могут понять. Словно Россия обязана давать газ Украине бесплатно, когда та объявляет полную независимость от неё. Пожалуйста, получай независимость, но заплати.

Возьмите события с полонием. Будто перед нами сложная картина, а все элементы это – составные её части. На первый взгляд ты можешь что-то не рассмотреть, не увидеть на втором плане или, слишком близко подойдя. А потом, внимательно рассмотрев со всех ракурсов, видишь, что это составные части одной картины. Фундаментальные моменты критики России – это несоблюдение прав человека, неуважение к ним внутри России: отсутствие свободы слова, что действительно, на мой взгляд, так, отсутствие полного спектра политических сил, ограничение свободы партий, демократия, дирижируемая из Кремля и т. д. Я не понимаю, почему нельзя действовать демократическими методами, не думать о развитии демократии? Понимаю прекрасно, что скорость нарастания и развития демократии никогда не будет одинаковой во всех странах. Отмечалось, что для становления демократии на Западе потребовалось 400–500 лет. Это было в средневековье с созданием городов. Западная Империя постепенно сама разрушилась с формированием феодальной системы. А где всё это в России или на пространствах Азии? Здесь это происходило иначе, сама идея власти была другая. Идея самоопределения общин была другая, идея предпринимательства была другой – вся история была другой. Нельзя думать, что эти разные истории, течение процессов внутри стран не имели последствий внутри психологии, не сказались на форме организации общества. Поэтому естественно думать, что процесс пути и время создания демократии в России будут другими. Нельзя ожидать и настаивать, что ритмы, скорость, формы этих демократий будут одинаковы. Они будут различны. Кто-то в Европе считают, что принципы демократии универсальны. Но если ты говоришь, что эти принципы универсальны, второй шаг означает, что все люди должны быть одинаковы. Но сказать, что они универсальны, не значит, что они должны быть одинаковы. Могут быть универсальны, но не одинаковы. Каждый народ должен создать свою культуру демократии. Конечно, я могу критиковать и Россию, и Путина, потому что они делают вещи, которые я считаю недопустимыми. Но должен сесть с ними за стол и сказать: вот мы делаем так, а как вы делаете? Нельзя в одностороннем порядке просто читать лекцию, как делаешь, ты и должен делать кто-то обязательно так, как ты.

Моральный авторитет имеет тот, кто не нарушает прав. Нельзя сказать, что только Россия нарушает демократию и правила. И Запад, и мы, европейцы, нарушаем постоянно. Единственный подход, чтобы договориться, а не ссориться, рассуждать наравне и каждую проблему ставить не как урок, а как диалог. Это можно делать без проблем. И уже делалось во время Хельсинского процесса. Когда во времена СССР Брежнев поехал в Хельсинки и подписал договор. С другой стороны, был Брандт. Это был откат Запада от демократии? Нет, это был шаг очень разумный, он способствовал укреплению развитию взаимоотношений, который улучшил положение Европы и России. Мы находимся в такой точке: если мы ошибаемся сейчас, то в итоге придём к конфронтации. И на этот раз это будет очень конкретный – уровень жизни людей, это состояние народов. И опасность будет высочайшая. Потому что мы находимся в состоянии, когда нет равновесия. Тогда мы находились в состоянии равновесия. Сейчас этого нет. Один самый сильный готов использовать это своё преимущество, поэтому опасность больше. Нельзя ошибаться сейчас, потому что через 5 лет будет уже поздно: мы будем находиться на таком витке конфронтации, когда ситуация быстро может стать неконтролируемой.

Политики есть разные. Есть два типа политиков. Это те, у кого высокий уровень понимания человека. Что такое идеология? Это ложное самосознание. Я считаю, что каждый раз, когда общество становится сильным, и ты хочешь считать, что оно – самое сильное, ты должен найти объяснение для твоего преимущества, правоты. Хорошо, ты самый сильный. Это идеология. Но тебе нужна хорошая аргументация. Это очень сложный процесс создания нового государства без войны и делегирования суверенитета. Европейские страны отказываются от суверенитета добровольно. Европа создавалась таким образом, что каждое государство считает: есть большие проблемы, которые мы не можем решать, мы поднимаем уровень, где эти проблемы решаются. И за это мы отдаём часть суверенитета. Это, конечно, рождает много проблем, демократических проблем, потому что непонятно, куда таким образом идёт демократия. Но до сих пор этот процесс шёл. Но начинаются проблемы по разным причинам, потому что стало очень комплексно, сложно, управлять никто не умеет сейчас, поэтому определённые сложности существуют. Тем не менее процесс шёл, и у руководителей создалось мнение «ах, как хорошо, как хороши мы, что такое сделали. Значит, сейчас у нас есть право всем остальным указывать». Начинается имперская амбиция управления другими. Это превращается в имперский, диктующий волю другим, стиль. Мы находимся в этой ситуации.

До сих пор я критиковал Европу, а теперь посмотрим на процессы со стороны России. Я не вижу здесь, в России, достаточного понимания этих процессов. Я рассматриваю эти процессы, ставя себя между двумя этими соперничающими структурами: Россией и Европой. Потому что я нахожусь в центре, потому что могу объективно находится в центре, равно удалённо от обеих сторон. Но если я начинаю двигаться со стороны России, то не вижу достаточного понимания этого процесса. И все эти годы тоже понятны. Но понятны – не означает хороши. Все эти годы Россия занималась только собой. Она решала внутренние проблемы, изнутри она пыталась преодолеть внутренний кризис. И не видела, что для этого процесса нужны обоюдные действия. Если смотреть со стороны Европы, то видно, что Россия остаётся, как она была. Нет попыток идти навстречу, нет попыток успокаивать. Надо учитывать, что Россию многие боятся. По историческим причинам. Особенно боятся в Восточной Европе – бывшие сателлиты. У всех такая истерика: «Россия нам угрожала и угрожает». И здесь американцы играют великолепно: они показывают себя как защитниками этих стран.

Расширение НАТО какой смысл имеет? Что давала Америка Польше, Венгрии, Словакии, Болгарии, Румынии? «Мы вас защитим. Никто, даже Германия, Франция вас не защитят». Получается сложная картина. И здесь Россия сама должна сделать очень значительные шаги самостоятельно, чтобы успокаивать, показать, что от неё никакая угроза не исходит. Чтобы избежать опасность конфронтации, нужно сейчас, чтобы Россия и наиболее разумная часть Европы, которая понимает опасность, вместе работали за создание совместной почвы для взаимопонимания. Это политика. Здесь нет ничего неизбежного: думаешь, работаешь над этим – и получится. Не думаешь, на работаешь – ничего не будет.

Но я вижу обратный процесс: есть силы, работающие на разрушение. Сознательно, организовано, систематично. Те круги, которые хотят опять вернуться к конфронтации, работают. Я вижу два вектора: один не движется, а другой очень сильно движется. Поэтому процесс меня беспокоит. Если будет продолжаться таким образом, то это будет не в пользу России и не в пользу Европы – начнётся новая конфронтация.

Мир многополярен

Депутат Европарламента, известный итальянский публицист Джульетте Кьеза был участником встречи членов дискуссионного клуба «Валдай» с руководителями нашей страны.

Хочу подвести итог впечатлениям, полученным в ходе прямого контакта с двумя «первыми номерами» русской политики, длившегося в общей сложности пять часов. Это общение проходило в рамках дружеской встречи членов дискуссионного клуба «Валдай» с первыми лицами руководства России. На встречу было приглашено и около 30 западных экспертов, среди которых был я.

Сначала три часа нам довелось общаться с председателем правительства Владимиром Путиным в Сочи; день спустя (11–12 сентября), более двух часов с президентом Дмитрием Медведевым.

Многие из присутствовавших на встрече попытались найти ответ на этот вопрос: кто командует в Москве? Если исходить из первоначального впечатления, мне кажется, что ответ можно найти в дате, которую оба главные действующие лица, без какого-либо страха или опасения, в быстрой последовательности друг за другом предложили тем же самым собеседникам.

Никто из них двоих не уклонился ни от одного вопроса. И если бы речь шла явно о дискуссии «при закрытых дверях», когда прямое цитирование было исключено, это было бы не так показательно, однако точный перевод ответов и вопросов передавался гласности почти что незамедлительно. При этом между ними противоречия не проявились, так же, как и отличия.

На мой взгляд, существует очень прочное двоевластие, основанное на согласии «длинного дыхания», с довольно четким разделением задач.

Стилистика и опыт у этих людей различные, но общей тональности они не изменили. Разве только, если позволено будет заметить, что глава правительства, которого охарактеризовали как человека холодного, оказался человеком даже более страстным, чем президент. Главу правительства можно было бы определить сейчас «стальной улыбкой», учитывая жесткую сухость его заявлений.

Кто принял решение ответить на агрессию Саакашвили? Путин сказал, что «ни одна боевая машина не продвинулась бы ни на метр, ни один солдат не сделал бы ни одного шага вперед, если бы решение не было бы принято Верховным главнокомандующим». И Медведев день спустя подтвердил это, рассказав во всех подробностях, час за часом о развитии событий в ту ночь между 7 и 8 августа. Он подчеркнул: «Если Грузия была бы в этот момент принята в НАТО, мое решение не изменилось бы ни на запятую от того, которое я принял. Только уровень опасности был бы на определённый порядок выше».

И именно Медведев фактически произнес окончательную эпитафию, которая закрепила радикальную перемену в отношениях между Россией и Западом: «8 августа ознаменовало конец наших иллюзий о том, что мир будет простроен на справедливой основе».

Вместе с другой эпитафией, которая последовала вслед за объявлением Путиным о прекращении сотрудничества с США в борьбе против международного террора: «8 августа равнозначно для нас так же, как и сентября для американцев».

И это после того, как были названы некоторые круги администрации США и инициаторы нападения Саакашвили, что равноценно, безусловно, обвинению их в терроризме.

Нынешняя архитектура мира «нас не удовлетворяет». Однополярная система умерла, двухполярная система не имеет перспективы, поскольку мир многополярен.

Но горе тому, кто попытается уничтожить международное право, «потому что без этого невозможно будет построить новую архитектуру».

И тот, кто хочет диалога с Москвой, будет его вести. Кто же хочет укрыться снова за железным занавесом, должен знать (это ответ обоих), что Россия сегодня и завтра является достаточно сильной, чтобы никого не бояться. Следовательно, будет лучше для всех преодолеть двусмысленное положение, от которого некоторые круги Запада не рискуют освободиться: «Россия не является Советским Союзом». Но кризис с Грузией «изменил все рамки внешних отношений России». «Мы не можем больше выносить складывающегося помимо нашей воли положения». Лучше не стоит культивировать дальнейшие сомнения.

Следовательно, закончилось тактическое и стратегическое отступление России. Если Запад хочет расширить ещё границы НАТО, то должен знать, что каждому действию будет соответствовать реакция, хотя и не в том же месте, но равнозначной силы. Это мнения и оценки, прозвучавшие как от президента, так и от премьер-министра.

И пусть не пытаются утверждать, говорил Путин, что мы не имеем права сделать все возможное, чтобы избежать вступления Украины в НАТО. Почему мы не можем сказать и сделать это в то время, как США, поддерживаемые некоторыми европейцами, делают все возможное, чтобы втянуть Украину в НАТО? Может быть, кто-нибудь знает разницу в расстояниях между Москвой и Киевом, и между Москвой и Вашингтоном? А к тому же на Украине проживает 17 миллионов русских. Как мы должны реагировать? Кроме того, и большинство украинцев не желают такого развития. Именно они и должны решать.

Санкции? Путин саркастически улыбнулся: «Разве ваши деловые круги поддержат это…» И с той точки зрения ответ России может быть достаточно болезненным для того, кто прибёг бы к этому.

Впрочем, Путин напомнил, что почему-то до сих пор, и 34 года спустя, конгресс США не отменил поправку Джексона – Веника (которая исключала СССР из категории «наций наибольшего благоприятствования»). Разве так относятся к партнеру?

Если попытаются еще так грубо действовать, то должны знать, что «мы повернёмся в другую сторону». В этой связи многозначительно прозвучало сообщение Путина об открытии терминала нового газопровода на Тихий океан.

И к удивлению присутствующих Путин «вытащил из комода» старую идею Горбачёва: отказаться от атомного оружия, уничтожив его. Он сказал: «Считаю эту перспективу совершенно реалистической. Это не неопределённая надежда. Я основываюсь на технологии, реализованной в рамках развития неядерного оружия, которая позволяет неядерным странам достигать неслыханной разрушительной силы. Тем более что увеличивается опасность распространения ядерного оружия. Следовательно, диалог возможен для каждого, но на равных условиях и без каких-либо скидок. Если Румыния предоставляет паспорта молдаванам, почему мы не можем предоставить это гражданам Южной Осетии и Абхазии?» Россия не имеет территориальных претензий ни в каком направлении. «В годы моего президентства, – сказал Путин, – я никогда не встречался с лидером Южной Осетии и Абхазии и, напротив, мы всегда их подталкивали в сторону Грузии». А по словам Медведева, признание их суверенитета является сейчас «необходимым и достаточным условием для их защиты» от дальнейших нападений.

Руководство России единодушно в высокой оценке линии поведения Европы в лице Николя Саркози, присутствие которого в зоне конфликта приветствуется сейчас с благодарностью, «чтобы избежать новой агрессии».

По славам Путина, внимание вопросу размещения ракет в Польше и радаров в Чехословацкой Республике основано на том, что России «заявляли, что это будет направлено против Ирана, но после Грузии США изменили прицел и заявили, что это будет адекватно новой ситуации. Следовательно, против нас, как это мы заявляли в самом начале».

Это чёткие рамки, которые свидетельствуют о радикальном и не импровизированном повороте, который назревал давно. Теперь первые лица России надеются, что Европа сделает свои выводы, учитывая, что Америка, кажется, не в состоянии этого понять и оценить истинное положение и расстановку сил в мире.

Южноосетинские события

Южноосетинско-грузинские события повлекут за собой серьёзные последствия и приведут к кардинальным изменениям международной панорамы. Россия приняла решение прекратить всякое сотрудничество с НАТО. Это очень серьёзный шаг к изменению всей геополитической ситуации в мире. Данное решение России ясно показывает, что уже нет никакого доверия между нею и НАТО, между Россией и Соединёнными Штатами. Можно констатировать это как свершившийся факт.

Этот поворот событий имеет не сиюминутный характер: он будет иметь очень серьёзные и тяжелые последствия для Европы, если европейцы в корне не поменяют свой подход к отношениям с Россией. А выбор в этой ситуации довольно ясный: или Европа продолжает действовать и дальше так, как она вела себя в предыдущие годы, то есть следовала стратегии Соединённых Штатов, или поменяет свой подход в отношениях с Россией.

Стратегия предыдущих лет заключалась в тотальном давлении на Россию во всех направлениях: и в вопросах безопасности, и энергетических, и геополитических, стратегических. Если Европа продолжит действовать так и дальше, действовать в интересах Соединённых Штатов, продолжать настаивать на включении Грузии и Украины в НАТО, это повлечёт за собой чрезвычайно серьёзный международный кризис, и обстановка в мире станет намного опаснее, чем в период холодной войны. Совершенно очевидно, что европейцы ошиблись в оценках того баланс сил, который складывался в течение последних 15 лет, и всей ситуации, поэтому должны серьёзно отнестись ко всему и заново выстраивать отношения.

Они недооценивали уровень изменений, которые произошли в России после Ельцина, во время руководства Путина и сейчас Медведева, и продолжали думать, будто Россия – это страна, управляемая извне. Они не рассчитали реальные и энергетические, и финансово-экономические силы России. Я бы отметил, что и интеллектуальный уровень России, уровень её руководителей изменился значительно.

У европейцев оставалась иллюзия полной и окончательной победы. Да, была победа, заключавшаяся в разрушении Советского Союза. Его добили и думали, что руководство России остается по-прежнему управляемым, как во время ельцинского периода. Но не учли, что управляемость России имела определенные и временные, и структурные границы.

Неожиданно для себя Запад обнаруживает, что Россия уже не находится в состоянии экономического, военного, политического кризиса, не испытывает кризис власти и управляемости регионами. Западные силы не учли, что сейчас Запад сам находится в глубочайшем кризисе, поэтому баланс сил изменился. И это случилось не вчера и не во время конфликта с Грузией, а давно. Уже 3–4 года назад эти признаки должны были быть замечены. Но Запад не хотел этого замечать, предпочитая питать иллюзии и соответственно вести себя так, будто ничего не изменилось.

Воспользовавшись определением Маркса, который называл идеологию искаженным сознанием, можно констатировать, что у западных руководителей искаженное сознание, они находятся в плену идеологии, которая породила эту трагедию.

Сейчас выбор очень однозначный: хочет Европа идти в направлении конфронтации с Россией, когда ясно, что Россия не будет уже больше отступать, или нет. У меня уже давно есть твердое убеждение, о чём я неоднократно говорил, что Россия не будет больше отступать, её отступление давно закончилось, просто это было недостаточно заметно.

А сейчас ясно, что отступление закончено, дальнейших отступлений не будет. Если продолжать провоцировать Россию, как это практиковалось в течение последних 15–17 лет, всякая такая попытка будет получать со стороны России отпор.

Россия в отношении Грузии и Южной Осетии все эти годы демонстрировала и проявляла огромное терпение, на что я также неоднократно обращал внимание. Россия не признавала суверенитет Абхазии и Южной Осетии. Это был показатель не слабости, а терпеливости.

Россия не сложила руки, она действовала: помогала, дала российское гражданство всем желающим этого жителям Южной Осетии и Абхазии. Это был политический акт. Но в дипломатическом плане Россия была очень сдержана. Она ничем не провоцировала другую сторону, и статус Южной Осетии оставался прежним: без формального дипломатического признания. Поэтому возможности продолжать переговоры с Грузией были открытыми. Но после того, что произошло, переговоры невозможны, это очевидно.

Президент Дмитрий Медведев и премьер-министр Владимир Путин очень определенно заявили, что после случившегося воля народов Южной Осетии и Абхазии будет услышана Москвой. И не только: Москва будет руководствоваться в своей внешней политике желанием и волей этих свободных народов.

Это означает, что Россия признаёт суверенитет Южной Осетии и Абхазии. Стало быть, господин Саакашвили совершил бесповоротную, роковую ошибку – потерял те объекты, которые хотел вернуть под власть Грузии. После агрессии Грузии Абхазия и Южная Осетия – это для агрессора иностранные государства, и скоро будут иностранными государствами, в отношении которых никакого нарушения суверенитета не может быть осуществлено любыми странами.

Прошло сообщение, что Россия не только выходит из всех форм партнерства с НАТО, но также и прекращает сотрудничество в Соединёнными Штатами в борьбе против терроризма. И я считаю этот шаг России правильным.

Моя позиция по поводу событий и сентября 2001 года известна. Я совершенно уверен, считал и считаю, что это была провокация, организованная криминальными силами, которые работают внутри американской элиты, используя при этом и международный терроризм. Эти силы сами создавали эту террористическую ситуацию, чтобы подмять весь мир, подчинить весь мир интересам Америки.

А сейчас Россия заявила, что впредь не будет никакого сотрудничества с США в борьбе против терроризма, учитывая, что американцы поощряли терроризм несколько раз в течение этих 15 лет: так было в Ираке, с американским оружием была развязана война и осуществлялся геноцид осетинского народа в Южной Осетии.

Определенно можно сказать, что сотрудничать с этими террористами невозможно. И Россия приняла правильное решение. Поэтому вся геополитическая обстановка изменилась в корне и будет продолжать меняться. Линия США, к сожалению, понятна: не видно никаких признаков оздоровления мышления со стороны американцев, они будут продолжать вести себя по-прежнему, поэтому нетрудно предвидеть сильное обострение международной ситуации.

Но я надеюсь, что Европа в этой ситуации будет, по меньшей мере, вести взвешенную политику. В Европе есть разумные силы, способные правильно оценить ситуацию и продумать свою линию поведения. Мы должны сплотить их, внести некоторые корректировки в предыдущие шаги. Думаю, это возможно, и если есть такая вероятность внутри традиционного Запада, то откроются перспективы для новой дискуссии.

Если же Европа, чего боюсь, но надеюсь, что этого не случится, будет продолжать действовать под руководством Соединённых Штатов в их интересах, это будет иметь серьёзные негативные последствия и для Европы, и для Соединённых Штатов, и для России – для всех.

Саакашвили без поддержки США совершить такой вероломный акт агрессии не мог бы. Кто-то дал ему добро на нападение на Южную Осетию. Совершенно очевидно, что Грузия при Саакашвили стала настоящим протекторатом Соединённых Штатов. Здесь вопрос стоит по-другому: кто в Соединённых Штатах? Не обязательно эти силы – непосредственно из администрации Буша.

Я твёрдо убежден, что внутри Соединённых Штатов действует в буквальном смысле слова криминальная безответственная группа людей, так называемые неоконы, которые в тесных отношениях с господином Саакашвили, и у которых хорошие связи с Пентагоном и со спецслужбами США. Я думаю, что это был заговор наподобие того, что и и сентября. Тогда некоторые силы Америки хотели обострить ситуацию в мире до предела. Эти силы не обязательно совпадают с администрацией как таковой. Обычно такие операции готовятся наполовину подпольно. Вероятно, они прекрасно знали, что задумал Саакашвили, они давали деньги, оружие, информацию, и они приняли непосредственное участие.

Учитывая все обстоятельства, я как европеец, как депутата Европарламента в данной ситуации никакого упрека адресовать России не могу. Россия подверглась агрессии! Не только Южная Осетия, но и Россия. На этот раз она действовала внутри страны в рамках закона. В данном случае дать никаких отрицательных оценок по поводу поведения и военных, и политических руководителей России не могу. Ни Медведев, ни Путин не управляемы извне, как был управляем Ельцин, они ведут политику страны адекватно складывающейся обстановке. Этот конфликт, поведение в данной ситуации России и военное, и политическое, и дипломатическое, со всей очевидностью это показало.

Кипящая планета

Человечество, столкнувшись с проблемами изменения климата, отчего напрямую зависит само существование людей, все больше внимания уделяет проблемам окружающей среды. Ныне экология является не только государственным вопросом той или иной страны. Экология – поистине глобальная проблема, касающаяся всего человечества.

С сентября 2007 года, с тех пор, как я являюсь членом комиссии Европарламента по проблемам изменения климата, мы, ведя обсуждение по поводу изменения параметров мирового климата, заслушали в рамках комиссии около 30 экспертов мирового масштаба. Комиссия заседала и в преддверии конференции на Бали, которая проходила в середине декабря 2007 года. Конференция проводилась в целях предварительного обсуждения аналога Киотских соглашений, теряющих свою силу в 2012 году. До того времени надо подготовить новую формулу договоренности среди всех стран мира о взаимодействии в вопросе выбросов в атмосферу отходов промышленных предприятий.

Новизна ситуации

Сложившаяся ситуация довольно нова для человечества: стремительно, практически на памяти одного поколения, меняется климат, а за ним и условия проживания. Есть определённая группа учёных, их количество невелико, утверждающих, что потепление климата происходит не по вине человека, от него не зависит, что это циклические природные явления, поэтому парникового эффекта избежать невозможно.

Но все данные, которыми мы располагаем, говорят о том, что «отопление» атмосферы – это эффект человеческой деятельности. Подавляющее большинство учёных утверждают, что к парниковому эффекту приводит в основном теплота, которую мы вольно или невольно вырабатываем, производя чрезмерное количество углерода. Он вбрасывается в атмосферу земли и остается там, не выходя за её пределы, в космос. И земля находится как бы под крышкой кастрюли. Это приводит к повышению температуры, что в свою очередь чревато драматическими последствиями.

Поэтому Евросоюз выступил на конференции в Бали с предложением: предпринять все меры для ограничения уровня температуры планеты в среднем на 2 градуса. Это означает целую серию структурных изменений в жизни нескольких миллиардов людей на планете, потому что необходимо изменение индустриальных процессов. Нужно радикальное реформирование транспорта всех систем: железнодорожного, авто-, авиа-, водного. Ведь все эти средства передвижения производят огромное количество выхлопных газов – углерода, а он является главным виновником парникового эффекта.

Для реформирования, перестраивания индустриальной структуры необходимы огромные капиталовложения: нужно строить менее энергоёмкие заводы и дома, машины, менее загрязняющие воздух. Такое глобальное реформирование – это индустриальная революция. И она остро необходима всему человечеству.

Прогноз ученых

Учёные прогнозируют такие последствия, как таяние льдов Арктики и Антарктиды. Льды там уже тают, и этот процесс идёт стремительными темпами. В результате поднимется уровень моря, что в свою очередь повлечёт за собой уменьшение уровня солёности воды. Химическое изменение состава воды приведёт к тому, что лёд будет формироваться на низких уровнях температуры. Значит, все течения мировых океанов изменят направление и характер своих курсов, за чем последуют глобальные изменения климата во всех точках планеты.

Когда уровень воды изменится, определённая часть Африки будет ещё засушливее, увеличатся площади пустынь. Значительные изменения произойдут и в южной части Европы: Италия, Испания, Южная часть Франции, Греция могут быть подвержены засухам.

В то же время на севере образуется зона мягких климатических условий.

Уникальное положение России

Мне довелось разговаривать с некоторыми российскими политологами, у которых свой взгляд. В ответ на мои рассуждения они говорили, что такой оборот для России по большей части выгоден. Объясняется это тем, что если так будут развиваться события, то в России увеличится территория плодородных земель. Значит, Россия может стать резервуаром мировых урожаев зерна и других культур, продовольственных ресурсов. В ближайшие 20–30 лет она станет житницей планеты. Также России придётся тратить намного меньше энергии для отопления и вообще жизни людей.

Ещё один плюс для России, по мнению моих российских собеседников, тот, что доступ к энергетическим ресурсам, находящимся на Крайнем Севере, будет облегчён, потому что будет не так холодно, и условия проживания на части севера и в Сибири улучшатся, тогда как в других частях света ухудшится. То есть в определённом смысле это хорошо для России.

Но я возражал своим оппонентам, считающим, что это проблема Америки, Европы, вот вы, мол, и договаривайтесь, а нам такое течение событий выгодно. Зачем, дескать, нам терять время на выработку новых Киотских соглашений, брать на себя какие-то обязательства, если нам выгодно.

Нет, вам не будет выгодно. Никому: ни Европе, ни США, ни России не выгодно. Здесь есть повод для серьёзных стратегических опасений, даже повод для военно-политических размышлений.

Глобальные миграции

Специальная комиссия ООН исследовала все варианты развития событий и пришла к удручающим выводам. Если ситуация продолжит развиваться в этом направлении, то около 200–300 миллионов человек начнёт мигрировать. Этому явлению нет аналогов в истории планеты. Как разместить такое количество людей? А поскольку это будет происходить в зонах наиболее бедных, где люди не имеют возможностей защититься, то последует широкомасштабный геноцид.

Куда направится такое число людей? Искать, где есть вода и еда, где можно жить. Кто будет управлять этими движениями людей? Никто не знает. У человечества нет системы управления этими процессами.

И не только это. Возьмём Китай. i миллиард 300 миллионов человек. Они тоже будут находиться в сложной ситуации. Как управлять таким количеством людей, когда нет продовольствия? Естественно, напряжение будет нарастать по всем направлениям на всех континентах.

Что будет происходить внутри России? Что значит «для нас эта ситуация выгодна», как полагают некоторые российские политологи? Если произойдет повышение температуры, то определённая часть вечной мерзлоты начнет таять. С точки зрения сельского хозяйства России выгодно, что определённая часть земли станет пригодной для земледелия. Но что будет с целыми городами, дорогами, в том числе железными, которые строились в условиях и для условий вечной мерзлоты? Всё растает, и целые системы инфраструктур полностью разрушатся. Для восстановления понадобятся огромные средства. Инфраструктуры, существующие на гигантских территориях России, нужно будет полностью перестраивать.

Другой аспект. Что произойдёт с газо – и нефтепроводами в арктических зонах? Практически все придут в негодность. В сжатые сроки нужно будет реконструировать все фундаментальные сети газо-и нефтепроводов в зонах, где находятся природные ресурсы России, которые практически полностью формируют бюджет.

К тому же все эти изменения климата приведут к изменению функционирования водной системы: будут другие климатические осадки, изменятся размеры и течение больших рек, основных водных артерий планеты. Российская академия наук моделирует данную ситуацию, и уже сейчас понятно, к чему это приведёт. Уже сейчас увеличилась частотность циклонов, они происходят чаще, чем раньше, меняется их направлении. И такое будет происходить повсеместно. У нас нет всеобщей модели новых климатических условий мира, поэтому приходится смотреть на вещи на базе национальной проблемы. Но это вопрос не одной страны, это не проблема, которая замкнута в границах отдельных государств. Атмосфера у земли общая. Например, в Китае велики темпы развития экономики, что влечет за собой интенсивное производство углерода. Но выбросы в атмосферу не ограничатся границами Китая, углерод китайских заводов распространяется по всей планете. Каждая тонна произведённых где бы то ни было выбросов произведена для всего человечества, а не останавливается над небом страны-производителя.

Необходимость нового мышления

В этих складывающихся условиях нужно новое мышление, нужно, чтобы русские не думали, что это их не коснётся, мол, пусть другие, кого касается, проблемы решают. Учитывая, что никто не способен решать эту проблему самостоятельно в рамках своей страны, нужно международное сотрудничество.

Если эта проблема не будет решаться совместными усилиями всех стран, а каждый будет противостоять проблеме в одиночку, очевидно, что те, кто окажется в худшем положении, начнут искать выход силовыми методами, тем более, если изменения будут происходить стремительно, не давая времени для размышлений и поиска разумных решений. В таком случае неизбежной будет реакция «иду, куда могу», туда, где есть ресурсы и возможно спасение. Речь пойдёт именно о выживании.

Можно предполагать с высокой степенью вероятности, что будет происходить в Средиземном море. Уже сейчас идёт поток нелегальных эмигрантов. Этот поток итальянцы, греки не в состоянии остановить, какие бы меры ни предпринимали. Тонут корабли, люди погибают в пути, но плывут к нам, в массовом порядке рискуя жизнью. 20–40 тысяч человек в месяц мигрируют в надежде.

А сколько миллионов людей будет передвигаться, если последуют такие изменения в климате, которые лишат их воды и еды? Где размещать тех, которые доплывут живыми? Где Россия разместит таких мигрантов? Россия будет в лучших условиях, поэтому поток хлынет сюда.

Если Россия хочет быть снова, как было не раз в её истории, в числе главных действующих лиц на международной арене, ей необходимо включиться в управление этих проблем на мировой арене.

Должно сформироваться новое видение мировой архитектуры. Нам нужна новая мировая архитектура. Нынешнее мировое устройство не способно решать возникшие задачи, попросту нет центров, где можно их решать. Совет безопасности ООН не в состоянии принимать такие решения: нет финансов, нет структуры.

Проводимые конференции, переговоры не имеют полномочий. Они лишь формулируют рекомендации, которые никто не обязан выполнять, а только принимать к сведению.

На международной конференции на Бали собравшиеся могут дойти до соглашения, даже самого оптимального и разумного, но нужны механизмы для его исполнения. Необходимы этакие судебные приставы. Нужны центры, где принимались бы решения, у этих центров должны быть полномочия заставить выполнить решения, чтобы государства и организации были бы вынуждены их принять. Где бы проверялось: выполняется ли решение, осуществляется ли оно? Если необходимо, то насильно заставить. То есть выполняешь добровольно принятое решение – хорошо, не выполняешь – тебя заставят. Кто-то живёт и без вмешательства милиции, а кто-то не сделает ничего, пока к нему не будут применены санкции.

Изменение климата, как мы видим, влияет на всю геополитическую обстановку в мире, и это проблема не только договорённостей баланса военных сил, как было во время холодной войны или есть сейчас. Уже возникают проблемы совершенно иные. Мы имеем дело с природой. Нельзя сказать, что она – наш противник, мы – её противник. Он вообще вполне обошлась бы без нас. Но она не реагирует на наши требования, мы не можем ожидать от неё сотрудничества. Она реагирует на нашу деятельность так, как реагирует, не слушая наши пожелания. Это глухой собеседник.

Есть анекдот. Встречаются две планеты, спрашивают одна у другой, как дела. Первая отвечает бодро: «Всё прекрасно, посмотри, какой у меня цветущий вид, у меня действительно всё хорошо, я полна сил, энергии, желания жить». А другая вся в фурункулах, чириях, оспинах, вид уставший, унылый, говорит: «Да как у меня дела, разве не видишь? Фурункулы на моём лице – это люди, они меня портят, не дают покоя, доставляют боль и страдание». Первая планета горит: «Да у меня было то же самое, но я от них избавилась».

Очень жизненный анекдот. Если посмотреть на нашу планету с самолёта, люди похожи на паразитов, разъедающих землю. Мы захватываем все, оттесняем животных, растения, вырубаем леса, делаем то, что считаем нужным нам, не считаясь ни с кем и ни с чем. Место природы уменьшается. Природа может сказать: зачем вы мне нужны? И избавится от нас.

Усиление роли России

Уверен, что роль России в ближайшие годы усилится. Должен измениться интеллектуальный уровень руководителей всех стран мира: их интеллектуальный потенциал будет проверяться через умение решить встающие перед миром новые проблемы. Те, кто желают управлять, должны понимать, что им нужно сменить стиль управления по сравнению с прошлым. Условия меняются кардинально!

Так сложилось, что Россия с этой точки зрения находится по сравнению с остальными гигантами (Америка, Европа, Китай, Россия, скоро к ним прибавится Индия) в самом выгодном положении, потому что имеет практически все ресурсы на своей территории. Она будет меньше зависима, будет меньше страдать от нужд и при изменении климата, то есть она находится в преимущественном положении. Поэтому от неё требуется большая дальновидность, чем у других, иначе она окажется в опасном положении, поскольку станет целью: нуждающиеся захотят захватить её ресурсы.

Всему мировому сообществу (мы сейчас действительно сообщество) действовать надо сообща, нужен новый уровень стратегического мышления, мы обязаны быть дальновидными ради наших детей. Даже не о внуках идёт речь, потому что речь – не об отдалённой перспективе. Этот разговор относится прямо к нам и нашим детям. Это не предвидение на долгосрочную перспективу. Это уже хроника, а не будущая история.

Раскрыть преступление

Документальный фильм «9/11. Расследование с нуля», посвящённый теракту в Нью-Йорке, создан группой энтузиастов под руководством депутата Европарламента Джульетто КЬЕЗЫ.

– Вы или ваши коллеги по ходу этого исследования подвергались какому-нибудь давлению?

– Нет, до сих пор я ничего в этом смысле не почувствовал, но сразу после этого лично против меня было несколько статей в газетах «Ла репубблика», «Делла серра». Статьи были направлены лично против меня, там утверждалось, что я негоцианист, антисемит. Это совершенно ничего общего не имеет ни с действительностью, ни с тем, что я делал. Такие атаки личного порядка показывают, что эта тема очень чувствительна.

– Кому был нужен такой теракт?

– Этот вопрос я слышу каждый раз, но ответ выходит за рамки нашего исследования. Вопрос, поставленный нами, это очень конкретная тема. Надо отвечать на поставленные вопросы, потому что на сегодняшний день этих ответов нету.

– Те события больше являются историей или современностью?

– Я считаю, что нынешний финансовый кризис – это продолжение «и сентября». Даже более точно сказать: и сентября было актом, с помощью которого некие силы попытались отложить нынешний кризис, произошедший финансовый взрыв. Они отложили взрыв на 8 лет. Он был неотвратим. И тогда был подготовлен другой взрыв.

11 сентября производило долгосрочный товар: это ненависть против ислама и арабов, это уже зафиксировано. Та операция породила чувство нового врага. Падение Советского Союза у определенных кругов Запада породило ностальгию по противнику. Противник позволяет объяснить всё: расширение НАТО, военные расходы. Противник исчезает, и нужен новый противник. Его создали. Новый противник – это арабы, мусульмане.

Сектор Газа бомбили американские самолёты, убив 1300 человек. Да, это были самолёты израильской армии, но американского производства. Такая маленькая страна как Израиль без помощи Америки не в состоянии иметь подобную армию, самые современные средства вооружения. Поэтому я и говорю, что американские самолёты бомбили Газу, и в это время средства массовой информации заявляли, что арабы очень плохие, что ХАМАС очень плохая террористическая организация, что она выиграла выборы и выиграет следующие, а это плохо.

Но почему она выиграла выборы? Что, все палестинцы так глупы, что раз за разом выбирают плохих людей во власть?

Несмотря на позицию СМИ, общественное мнение на Западе продолжает гуманно размышлять и старается понять, в чём дело.

11 сентября стал поворотным моментом развития человечества. Совершившие этот акт люди очень хорошо знали прогноз на будущее планеты. Они, зная уже тогда, что произойдёт в ближайшие годы, организовали драматический поворот всей истории, чтобы изменить курс планеты, и сентября я считаю переворотом не государственного, а международного масштаба.

На планете есть группа людей, которая обладает огромной, чрезмерной властью. Эти люди контролируют все средства массовой информации. Они, образно выражаясь, живут на высоких этажах башни и глядят на все сверху, поэтому видят больше, смотрят далеко в будущее, видят перспективу.

Еще в 2000 году в документах органов государственной безопасности США было написано, что ситуация в мире требует резкого, революционного поворота. Почему революционный поворот? Это было написано до 11 сентября.

Уже тогда они предвидели, что Китай будет представлять для безопасности США самую большую угрозу. Они даже определились со сроком: это произойдёт в 2017 году. Откуда эта мысль? Ведь в 2000 году Соединенные Штаты были ведущей, властвующей страной, не было никаких сомнений, что они будут доминировать и впредь. И неожиданно говорят, что нужен революционный поворот. А говорили так, потому что знали о будущем. Запасы энергии подходят к концу, ощущается дефицит нефти, потепление планеты тоже началось, международные финансы мира совершенно не регулируются.

То, что спасением американских банков «Фани Мэй» и «Фреди Мак» занялось государство, свидетельствует о том, что американское государство нарушает все правила рыночной экономики. Это значит, что они уже давно потеряли контроль над финансовыми рынками. А мы все потеряли контроль над мировой системой продовольствия. Кризис огромный, всеохватный. Как управлять миром в таких условиях? С помощью страха. Надо искусственно создать всеобщую всемирную боязнь. Как только я узнал о произошедшем 11 сентября, сразу подумал: «Вот начинается, они начали», 11 сентября это поворот истории, который служит сохранению власти тех, в чьих руках она сосредоточена.

– События в Южной Осетии, на ваш взгляд, являются локальным событием, или оно будет иметь последствия?

– Было очевидно с самого начала, кто напал: это господин Саакашвили. Но как реагировало на случившееся большинство средств массовой информации Запада? Они четко однозначно утверждали, что нападающие являются жертвой. Причины развязанной войны никто из западных обывателей, составляющих большинство телезрителей, не знает, мало кто знает, где находятся Южная Осетия, Абхазия, но шла одна только версия событий, которая стала мантрой: русские танки захватили Грузию. Эта война была выиграна в течение 2–3 дней. Но и по окончании повторяли одно и то же, что ещё раз показало, что средства массовой информации стали мощным оружием в руках небольшого числа людей, которые управляют общественным мнением всего мира.

Но внутри Евросоюза и Европарламента ведётся дискуссия. Силы разделились на 2 части. Есть те, кто осуждает агрессию Грузии против Южной Осетии. Это не большинство: приблизительно половина Европарламента и стран Европы более-менее признают, что атакующими были грузины. Но общая оценка тем не менее не правдива и не объективна.

Европа не хочет признать, что с самого начала сама поощряла амбиции и претензии Саакашвили. Некоторые резолюции, пролоббированные и утверждённые руководством Европейского союза гласят, что Грузия имеет право на целостность территории, при этом мнение и позицию Абхазии и Южной Осетии совершенно не берут в расчёт, как будто их не существует.

Именно с этой точки зрения Европа смотрит на сложившуюся ситуацию и её оценивает таким образом: не признаёт существование Южной Осетии, утверждая, что Грузия имеет право на захват этих территорий, даже если подавляющее большинство населения этих территорий не хотят жить под властью Грузии. Такая позиция, занятая некоторыми европейскими политиками, не помогает решить проблему, а лишь осложняет и без того непростую ситуацию.

Почему события 11 сентября имеют такое значение? Потому что это парадигма. То, что происходило – самый большой спектакль, который показали подавляющемучислужителей Земли, продемонстрировав, как можно управлять миллиардом людей.

Официальная версия смешна: 19 практически невооружённых террористов захватили 4 самолёта и добились почти юо% результата. Официальная версия вошла в сознание миллиардов людей, поверивших в чушь. Да, по прошествии лет мы изучаем события, находим нестыковки, опровергаем, но результат акции уже есть, он повлиял на жизнь миллиардов.

Так и в ситуации с Осетией: правда о тех событиях будет восстановлена, но в умах миллионов людей по всему миру все равно останется: русские танки захватили Грузию. Сколько надо приложить сил и потратить времени, чтобы вернуться к нулевой точке и восстановить правду: что русские танки не захватывали Грузию. А фальшивка ушла и делает своё дело.

– Достигнута ли цель, поставленная теми, кто устроил события и сентября?

– К сожалению, те, кто это задумал – выиграли. Тот факт, что по прошествии семи лет мы это обсуждаем, об этом свидетельствует. Все последующие после события годы мир находился в состоянии войны, в том числе психологической. Значит, они выиграли. Им нужна ситуация нестабильности, им нужна война и боязнь, чтобы люди в состоянии страха, парализованные им, не могли защититься и оказать сопротивление их замыслам.

Для новой гонки вооружений нужен всеохватывающий страх. Те, кому это нужно, получили зелёный свет для своих действий. Все документы Евросоюза начинаются с тезиса о необходимости борьбы с терроризмом. Неужели мир действительно находится в состоянии войны с терроризмом? Да, создана великолепная ситуация, когда они могут использовать любой способ, чтобы брать на испуг и дальше. И будут в дальнейшем так поступать.

Я уверен: и сентября – не последняя операция такого рода. Если потребуется тем, кто это делает, будут и ещё, и ещё. Потому что Америка находится в состоянии такой задолженности, которая сама по себе означает, что никогда не будет погашена. Америка платить никогда не будет – это невозможно. Может только и далее занимать. Долг «Фани Мэй», если не ошибаюсь, 15 тысяч миллиардов долларов. Можно такую сумму выплатить? Нет.

А если ситуация стабилизируется, кредиторы могут сказать: платите. А им скажут: мы защитили весь мир! От кого? От коммунизма. Но коммунизма нет. От кого они сейчас защищают? Взамен коммунизма создали систему международного исламского терроризма. Он существует, но великолепно управляемый.

Они создали однополярный мир, прекрасно себя в нем чувствовали, но сейчас однополярного мира уже не существует. Китай Россия, появляются как мощные игроки на мировой арене, их боятся те, кто создали однополярный мир. Он рушится!

Давно планируется нападение на Иран. Поскольку те, кто его готовит, продолжают работать над подготовкой, опасность новой войны высочайшая.

В связи с этим очень злободневна задача разобраться в том, что случилось и сентября, и это не историческая задача, а актуальная: надо вскрывать причины сейчас, чтобы в дальнейшем предотвратить действия тех, кто развязывает эти события.

Американцы слишком много потребляют, живут не посредствам, слишком роскошно для того, чтобы оставить другие страны в покое. Будущий президент Америки обязан обратиться к своим гражданам и сказать правду: дорогие соотечественники, мы жили последние 80 лет выше наших возможностей, продолжение американского образа жизни уже невозможно.

Будет ли это сделано? Думаю, кто бы ни был избран, не скажет правду американцам, что они должны умерить аппетиты. Потому что для этого нужны гигантские перемены всего образа жизни, к которым американцы не готовы. Не готовы к таким кардинальным переменам своего образа жизни и европейцы. Когда не будет нефти, вся наша жизнь будет иной, мы не можем себе представить, какой.

Когда потепление планеты увеличится на 3 градуса и произойдёт таяние ледников, льдов, усилится жара, что это за собой повлечет?

Нужна соорганизация всех стран. Нужна новая архитектура мира, нужно согласие. Ресурсы подходят к концу, и мы должны вместе решать, как быть.

Есть люди, которые хотят решить все силой и захватить ресурсы.

Западу в этой ситуации нужно не прекращать, а расширять отношения с Россией: и политические, и научные, потому что Россия является одним из центров мировой науки. Нам надо работать всем вместе, чтобы найти выход из ситуации.

Сила России должна проявиться в балансировании мира. В этом должна и быть сила Италии, и других стран. Нужно понимать, что однополярный мир опасен. Мы убедились в этом в очень короткие сроки очень наглядно.

Китай и Россия сейчас не управляемы со стороны внешних сил, поэтому могут и должны влиять на ситуацию в мире.

– По вашему мнению, какими санкциями для России может всё обернуться?

– Санкций потребовали некоторые страны, начиная с Великобритании и кончая правительствами Польши, Эстонии, Литвы, Латвии. Но не все стоят на этих позициях. Очевидно, что безответственная авантюра Саакашвили произвела определённый раскол внутри Европы. И в очередной раз высветила то, что все и без того знают: Европа не едина в оценке ситуаций. Ситуация является кризисной не только из-за сложных отношений между Европой и Россией. Но и внутри Европы нет единого мнения по поводу тех или иных событий или оценке ситуаций.

Сейчас самый важный пункт, на мой взгляд, продолжится ли со стороны Европы настаивание на включении Грузии и Украины в НАТО. Это самый важный пункт. Если будет сказано ясно и открыто, что на сегодняшний день ни Грузия, ни Украина не могут входить в НАТО, потому что это будет чрезвычайно осложнять кризис, если будет сделана пауза, то это будет хорошим знаком. Самое важное на сегодняшний день, чтобы никакое решение на этом направлении не было принято.

Но в Европе есть силы, которые хотят обострять ситуацию. Внутри Европарламента были дискуссии, многие представители правых сил требовали санкций против России, вплоть отказа от участия в Олимпийских играх в Сочи, настаивали на приостановлении переговоров о сотрудничестве с Россией итак далее.

Но в основном смысл ответа министра иностранных дел Франции Кушнера был отрицательным на эти требования. Франция, Испания, Италия явно не хотят идти на обострение ситуации и отношений с Россией.

Посмотрим, каков будет баланс позиций. Но совершенно очевидно уже сейчас, что Европа разделена на две части: одна часть настроена проамерикански, другая – проевропейски.

– Президент России Дмитрий Медведев обозначил пять ключевых принципов, которыми он будет руководствоваться во внешней политике. Какую бы оценку вы дали этим приоритетам?

– Эти принципы – не новость. Я считаю, что Россия действовала умеренно. Конечно, были жертвы и разрушения и со стороны Грузии. Я не могу дать всеобъемлющую оценку ситуации, потому что не видел и не знаю всей картины, чтобы судить. Но считаю, что Россия вела себя разумно и в рамках тех международных обязательств, которые действовали на тот момент.

Хочу привести в пример слова господина Берлускони. После встречи с советом министров Европы он сказал о том, что кто-то в выступлении оценил реакцию России как непропорциональную действиям Грузии. Берлускони сказал: «Кто оценил реакцию как непропорциональную, а избыточную, я задал вопрос: а вы можете определить, что такое умеренная реакция и в чём она могла выразиться? Никто на это не ответил и не смог сказать, что такое в данной ситуации умеренная реакция. Значит, они не могут обвинять в избыточных ответных действиях России, если не знают, что это такое и как может быть выражено. Значит, реакция напротив, умеренная. Это была война, были убиты русские солдаты, многие российские граждане погибли. Ате, кто задумал всю эту операцию, на что рассчитывал? Чего ожидал? Что Россия будет сидеть, сложа руки, и выводить свои миротворческие силы из Южной Осетии? Это было бы нереалистично и даже нечестно со стороны государства по отношению к своим гражданам».

Я считаю принципы президента Медведева разумными. Россия начала это наступление, вызванное необходимостью, закончила его. Грузия – свободная страна, в ней действует законное правительство, а не оккупационное.

СМИ Запада продолжают говорить, что Грузия оккупирована, обвиняя Россию. Но оккупации Грузии не существует. Она остается свободной, никто не угрожает суверенитету Грузии на территории Грузии. Те территории, которые принадлежат Южной Осетии и Абхазии, я уже не считаю грузинскими территориями, поэтому нет никакой оккупации Грузии, никакого нападения на Грузию. Она есть и остается независимым государством, которое может спокойно выбирать свой путь, если этого хочет.

Принципы президента Медведева считаю разумными. Можно, конечно, сидеть за круглыми столами и обсуждать наилучшую систему долгосрочного решения.

На этот раз Россия не отступила, и правильно сделала, что не отступила, действия с ее стороны были не покушением на мир, а защита мира. Реакция Запада на действия России объясняется не действиями России, а оценками со стороны Запада. Они недооценивали уровень изменений, которые произошли в России после Ельцина, во время руководства Путина и сейчас Медведева, и продолжали думать, будто Россия – это страна, управляемая извне. И что она будет вести себя так, как ожидает от нее Запад. Но не учли, что управляемость России имела определенные и временные, и структурные границы. Сейчас к ним подошли. Россия продемонстрировала, что не намерена отступать за эти границы.

Я считаю, что все действия, что исходили со стороны России, были законны.

11 сентября. Всё-таки заговор?

Мировая премьера документального фильма «9/11. Расследование с нуля», посвящённого теракту в Нью-Йорке, состоится 12 сентября в 21.25 наПервом канале в рамках программы «Закрытый показ». Фильм создан группой энтузиастов под руководством депутата Европарламента, нашего постоянного автора Джульетто КЬЕЗЫ.

– Чем была вызвана необходимость создания этого фильма?

– Желанием разобраться: а что же в действительности случилось и сентября в Нью-Йорке? Нам практически сразу после событий стало ясно, что те причины и те исполнители, о которых нам рассказывают, не являются настоящими причинами и исполнителями. Люди по всему миру, глядя на кадры атаки самолётами башен торгового центра, слушая последующие комментарии, думали, что им показывают правду и рассказывают правду. Но им показывали и рассказывали неправду. Было ясно, что произошедшее – отнюдь не дело рук горстки ужасных террористов. Конечно, те, кто планировал и осуществлял этот чудовищный акт, привлекал к своему замыслу и их, но, думается, те зачастую участвовали вслепую, и они нужны были, чтобы потом их во всём обвинить.

Ясно, что люди, спланировавшие и осуществившие это, хотели посеять страх во всём мире. Ужасный страх, охватывающий всю планету. И им это удалось.

Впервые в мире благодаря, в том числе новейшим технологиям, события, произошедшие в одной стране, в одном городе, задели миллиарды людей, повлияв впрямую на их жизнь, изменив её. У многих – самым трагическим образом.

По моему мнению, события 11 сентября стали результатом заговора неких сил. Они хотели парализовать мир страхом и в условиях этого оцепенения безнаказанно вершить задуманное ими. Когда я говорю «они», то не знаю кто; я знаю в принципе где. Я считаю и неоднократно об этом говорил, что в Америке действует криминальная безответственная влиятельная группа одержимых христианских фундаменталистов. Они в тесных отношениях с Пентагоном и со спецслужбами США. Эти силы необязательно совпадают с администрацией как таковой. С ними невозможно договориться, потому что они не хотят ни с кем ни о чём договариваться. Им нужна власть. И деньги, конечно. Они добиваются своих целей совершенно фанатично. Их не интересуют человеческие жертвы и разрушения.

Именно после этого теракта стали возможны военные действия в Югославии, Ираке, Афганистане, а сейчас и в Южной Осетии. Между прочим, то, что произошло в Южной Осетии, тоже является результатом заговора. И стало возможно именно после событий и сентября, которые кардинально изменили весь мир, как бы дали право Америке действовать так, как она и действует якобы в целях борьбы с террористами, взорвавшими башни торгового центра. Но если те взрывы были не делом рук пресловутых террористов, то Америка ведёт военные действия совершенно нелегитимно. В основе событий, развязавших Америке руки, лежат не те причины, которые она называет.

– Какие цели вы ставили, снимая этот фильм?

– Мы пытаемся вскрыть настоящие причины и доказать, что все эти годы некие силы в Америке врали всем, что они пострадали от действий исламских террористов, которые угрожают всему миру. Не они пострадали, а от них пострадали люди во всём мире и будут ещё страдать, если не назвать причины и не открыть людям глаза. А будут ещё миллионы жертв, если не остановить этих фанатиков. Речь идёт о спасении людей. Во всём мире. Невинных, ставших жертвой в этой игре на уничтожение.

Все, кто понимает, что творится, должен сделать всё возможное, чтобы предотвратить дальнейшие жертвы, избежать их. И своим фильмом мы пытаемся это сделать.

– Кто финансово поддержал ваш фильм?

– Никто. Фильм мы снимали на свои деньги, покупали плёнку, всё, что нужно. А работали бесплатно. Эту работу мы воспринимали как долг любого здравомыслящего человека, знающего о преступлении. Он обязан сделать всё возможное, чтобы помочь его раскрыть.

– На какую реакцию вы рассчитываете, показывая свой фильм?

– Россия – первая страна, где фильм будет показан по телевидению. У нас не взяли фильм для демонстрации по телевидению ни в Италии, ни в других странах. Хотя фильм был показан в октябре прошлого года на Международном фестивале в Риме и произвёл на всех неизгладимое впечатление. Но его никто не взял на телевидение! Мы самостоятельно показывали его в разных аудиториях, в итоге фильм увидели тысячи людей в разных странах – Бельгии, Голландии, Великобритании, Греции. И никого фильм не оставил равнодушным.

12 сентября его увидят миллионы зрителей в России и других странах, где есть Первый канал. И тогда уже тем, кто замешан в этом чудовищном преступлении и лжи, нельзя будет делать вид тем, что дело обстоит так, как они подают эти события. Они уже не смогут отмолчаться. И должны будут по крайней мере дать какие-то ответы на поставленные в той или иной форме вопросы. Для россиян это особенно актуально, поскольку события в Южной Осетии – это продолжение тех событий.

Цель создания фильма – предотвратить дальнейшие преступления и спасти жизни невинных людей, которые могут стать жертвами чьих-то преступных планов и амбиций.

«Литературная газета», сентябрь 2008 года

Цугцванг для мистера Обамы

Новоявленный президент США Барак Обама – человек более гибкий, более умный, чем его предшественник на этом посту господин Буш. Потому, полагаю, он пойдёт на определённые изменения во внешней и внутренней политике. Вероятно, Обама понимает, что престиж Америки в мире упал, а международный кризис очень глубок и серьёзен. К тому же весь мир понимает: самая большая ответственность за это лежит на руководстве США.

Есть надежда, что Обама в состоянии произвести определённые изменения. Я говорю о нём не просто как о человеке с каким-то набором личностных качеств. Сложилось впечатление, что Обама был кандидатом большинства американских элит. Много средств ему предоставили крупные корпорации. Почему они пошли на это? Потому что преобладающее большинство американских элит поняло, что надо менять образ политического руководства Америки. Поэтому и поставили на человека, который мог бы породить в мире такие надежды. Надежды на перемены.

Президент Барак Обама – результат слияния двух течений американской политической жизни. Одно – негодование и протест миллионов граждан. Другое – выбор правящих элит. Такие совпадения случаются редко. На сей раз причина совпадения – осознание того факта, что Америка не в состоянии вырваться из кризиса без помощи остального мира. Значит, по меньшей мере часть руководящих элит Америки понимает, что однополярный мир рухнул.

Из этого следует, что Обама в своих действиях будет очень сильно зависеть от планов и стратегий больших корпораций. Это уже происходит. Обама встретился в Белом доме с уходящим президентом Бушем, и что он хотел от него? Многомиллиардных займов предприятиям автомобильной промышленности. Спасение автомобилестроения Америки – самый первый шаг, который господин Обама предпринимает в условиях жесточайшего кризиса всей финансовой системы и экономики. Это свидетельствует о том, какое на него оказывается давление.

На сегодняшний день страна, которая наиболее адекватно реагирует на кризис, это Китай. Там не только стремительно создали план спасения своих производительных структур, но и выработали план интервенции государства в строительство различных инфраструктур. Железные дороги, школы, объекты здравоохранения – в центре внимания государства. То есть Китай отвечает на социальные требования народа в период мирового кризиса. i триллион долларов пойдёт на развитие инфраструктур и социальное обеспечение людей.

В Америке ничего подобного не предпринимается и непохоже, что будет предпринято. Несмотря на приход Обамы.

Будут ли улучшаться отношения между США и Россией? Тут трудно что-либо прогнозировать, потому что борьба внутри американской элиты на сей счёт идёт очень напряжённая. Победа Обамы эту напряжённость не сняла. Думаю, что он будет ограничен в своих действиях довольно жёстко. Тем не менее некоторые вопросы будут сняты. Надеюсь, что Обама не будет настаивать на немедленном вступлении Украины и Грузии в НАТО, вопрос будет отложен на неопределённый срок.

У меня есть ощущение, что и размещение ракет в Польше и радара в Чехии будет приостановлено. Наверное, Обама поймёт: если он будет настаивать на увеличении напряжённости с Россией, это будет воспринято подавляющим большинством европейских стран негативно, в результате начнёт возрастать отдаление Европы от США. Не в интересах Европы противостояние с Россией, и Европа может спорить тут лишь до определённого предела. Но когда речь идёт о конкретных делах, особенно об энергоресурсах, Европа отстаивает свои интересы, и они не совпадают с американскими. Быть заложником американской политики и американских интересов Европа не согласится. Речь тут даже не о том, хочет Европа этого или нет, а просто – не может.

И потому недавно на саммите министров иностранных дел Европы было принято решение, что диалог с Россией, приостановленный после атаки Грузии на Южную Осетию, будет возобновлён. Почему вдруг сейчас было принято такое решение? Потому что Европе нужна Россия. Тем более становится яснее для всех, что кризис на Кавказе был организован Грузией при поддержке Соединённых Штатов.

Не могу не сказать ещё об одном пункте, очень важном. Влияние израильского лобби в Америке очень сильно, а вопрос о развитии ядерного производства в Иране является ключевым моментом политики Израиля. Будет делаться всё возможное и невозможное, чтобы убедить Обаму: с Ираном надо вести себя самым жёстким образом. А в связи с этим вероятны кризисы в отношениях США и с Россией, и с Европой.

В течение нескольких лет первого срока президента Обамы эта проблема – что делать с Ираном? – будет становиться всё более серьёзной и угрожающей. Существует открытый силовой вариант. Сможет Обама отказаться от идеи военного удара против Ирана или нет? Если сможет, значит, у него достаточно прочная база для изменения политической жизни Америки и мира. Если не сможет остановить военную атаку против Ирана, значит, он обречён действовать под сильнейшим влиянием агрессивных сил внутри Соединённых Штатов. И развитие событий в таком случае затронет весь мир.

«Литературная газета» № 49, декабрь 2008 года

Российское одиночество на постсоветском пространстве

– Почему Запад не заметил агрессии Грузии и осудил только Россию?

– СМИ и правительства некоторых европейских стран полностью исказили ситуацию и давали ее описание таким образом, будто Россия была агрессором, а Грузия является потерпевшей стороной.

Евросоюз и Европарламент сейчас фактически разделены на две части, которые спорят между собой. Есть те, кто осуждает агрессию Грузии против Южной Осетии. Не большинство, но приблизительно половина Европарламента и стран Европы в той или иной мере признают, что нападающей стороной была Грузия. Но общая оценка ситуации все-таки необъективна. Европа не хочет признать, что с самого начала сама поощряла амбиции и претензии Саакашвили. Некоторые резолюции, пролоббированные и утвержденные руководством Европейского союза, гласят, что Грузия имеет право на целостность территории.

Именно с этой точки зрения Европа смотрит на сложившуюся ситуацию. Она оценивает ее так: не признает существование Южной Осетии, утверждая, что Грузия имеет право на захват этих территорий, даже если подавляющее большинство населения этих местностей не хочет жить под властью Тбилиси.

Такая позиция, занятая некоторыми европейскими политиками, не только не помогает решить проблему, а осложняет и без того непростую ситуацию.

– По вашему мнению, какими санкциями для России может обернуться нынешняя ситуация?

– Санкций потребовали некоторые страны, начиная с Великобритании и кончая правительствами Польши, Эстонии, Литвы, Латвии. Но не все стоят на этих позициях. Очевидно, что безответственная авантюра Саакашвили вызвала определенный раскол внутри Европы. И в очередной раз высветила то, что все и без того знают: Европа не едина в оценке последних событий, и сложившаяся ситуация является кризисной не только из-за сложных отношений между Европой и Россией. Внутри самой Европы нет единого мнения по поводу происходящего в мире.

Сейчас самым важным, на мой взгляд, будет то, продолжится ли со стороны Европы движение по включению Грузии и Украины в НАТО или нет. Это самый важный пункт и показатель “политической погоды”, своеобразный барометр. Если будет сказано ясно и открыто, что на сегодняшний день ни Грузия, ни Украина не могут входить в НАТО, потому что это чрезвычайно осложнит кризис, если будет сделана пауза, то это будет хорошим знаком. Самое важное на сегодняшний день, чтобы никакое решение на этом направлении не было принято.

Но в Европе есть силы, которые хотят обострить ситуацию. Внутри Европарламента велись дискуссии. Представители правых сил требовали санкций против России, вплоть до отказа от участия в Олимпийских играх в Сочи, настаивали на приостановлении переговоров о сотрудничестве с Россией и так далее.

Но в основном смысл ответа министра иностранных дел Франции Бернара Кушнера относительно этих требований был отрицательным. Франция, Испания, Италия явно не хотят идти на обострение отношений с Россией.

Посмотрим, каков будет баланс сил. Но совершенно очевидно уже сейчас, что Европа разделена на две части: одна часть настроена проамерикански, другая – проевропейски.

– Президент России Дмитрий Медведев обозначил пять ключевых принципов, которыми он будет руководствоваться во внешней политике. Какую бы оценку вы дали этим приоритетам?

– Эти принципы не новость. Я считаю, что Россия при решении данного конфликта действовала умеренно. Конечно, были жертвы и разрушения. Я не могу дать всеобъемлющую оценку ситуации, потому что не видел и не знаю всей картины, чтобы судить. Но считаю, что Россия вела себя разумно и не выходила за рамки тех международных обязательств, которые действовали на тот момент.

Хочу привести в пример слова господина Берлускони. После встречи с Советом министров ЕС он рассказывал о том, что кто-то в выступлении оценил реакцию России как непропорциональную действиям Грузии. Берлускони сказал: “Тем, кто оценил реакцию русских как непропорциональную, избыточную, я задал вопрос: а вы можете определить, что такое умеренная реакция и в чем она могла выразиться?

Я считаю принципы Медведева разумными. Россия начала это наступление, вызванное необходимостью, и закончила его в рамках закона. Грузия – свободная страна, в ней действует законное правительство, а не оккупационное.

СМИ Запада продолжают обвинять Россию в оккупации Грузии. Но никто не угрожает суверенитету Грузии на ее территории. Те территории, которые принадлежат Южной Осетии и Абхазии, я уже не считаю грузинскими. Они являются независимыми государствами, которые могут спокойно выбирать свой путь.

На этот раз Россия не отступила, и правильно сделала. Действия с её стороны были не покушением на мир, а его защитой. Реакция Запада объясняется не действиями России, а недооценкой уровня изменений, произошедших в стране после Ельцина, за время руководства Владимира Путина и ныне Дмитрия Медведева. В Европе продолжали думать, будто Россия – это страна, управляемая извне, и что она будет вести себя так, как укажет ей Запад. Здесь не учли, что управляемость России имела определённые временные и структурные границы. Сейчас к ним подошли. Россия продемонстрировала, что не намерена отступать за эти границы.

Я считаю, все действия, что исходили со стороны России в данном конфликте, были законными.

«Российская Федерация сегодня» № 18,

2008 года

Разный подход

– Господин Кьеза, как в Старом Свете оценивают ситуацию, сложившуюся с поставками российского газа в Европу через Украину?

– Надо понимать, что здесь, безусловно, существуют русофобские настроения, особенно распространённые в СМИ, в так называемом мейнстриме. Это обычно приводит к закономерному результату – СМИ навязывают гражданам мнение, что всегда и во всём виновата Россия. Мнение это искусно сохраняется и искусственно поддерживается. И потому всё, что происходит, особенно в области энергетики, обязательно трактуется как российский шантаж. Так что общее впечатление европейцев от январской «газовой войны» таково: Россия шантажирует и будет шантажировать Европу энергоресурсами и впредь. При этом подлинную суть данного конфликта, действительное положение дел в газовой сфере мало кто знает. Я участвовал в нескольких телепередачах, посвящённых данной проблеме. В них эксперты, люди, более-менее знающие ситуацию, признавали, что в интересах России спокойно продавать газ Европе, что незачем ей вредить самой себе, закручивая кран. Но этих экспертов мало кто слышит – их просто не приглашают в СМИ. Совершенно очевидно, что Россия и Европа зависимы друг от друга – Россия хочет продать газ, Европа хочет его купить. Поскольку 25 процентов потребляемого европейцами газа поставляет Россия, для нас это чрезвычайно важный партнёр. Без российского газа вся наша экономика остановится.

Производитель, Россия, не хочет никого шантажировать, как это навязчиво внушают европейские СМИ. Потребитель, Европа, заинтересован в том, чтобы всё шло слаженно, без проблем, препятствий, чтобы всё строилось на базе чётких договоров, отражающих взаимные интересы.

– Почему же тогда ситуация стала кризисной?

– Потому что есть посредник – Украина. Она нуждается в газе, но не производит его. И не является фундаментальным потребителем, как 500-миллионная Европа. Россия и Европа на сегодняшний день – заложники позиции, которую Украина занимает, постоянно требуя себе льготы и скидки, заложники внутриполитической ситуации в этой стране.

Почему Украина ведёт себя так? Есть два фундаментальных ответа.

Первый: руководство Украины действует не в одиночестве. Я считаю, что её агрессивное поведение инспирируют определённые силы в США. Цель их вполне ясна – осложнение отношений между Европой и Россией. Их специально сталкивают друг с другом, используя ложные аргументы. Всё это делается для того, чтобы американцы сохранили в Старом свете своё присутствие и влияние.

Существует и другая подоплёка январской газовой войны. Украина стремится быть проамериканской и прозападной. Конечно, это её право. Страна может вступать и в НАТО, и куда ещё только захочет. Если, конечно, примут. Но вступление в НАТО изменит политическое положение Украины в мире. Сделав такой шаг, нельзя уже будет рассчитывать на прежние отношения с Россией, потому что шаг этот несёт вполне определённую угрозу для России.

Отношения России и Украины значительно ухудшились в последнее время, особенно после оранжевой революции. Разумеется, Россия с полным правом может поставить вопрос так: если ты не друг, то почему к тебе должно быть особое отношение? Давайте строить отношения на базе взаимовыгодного интереса. И если ты покупаешь у меня газ, то должен платить по международным ценам. Так живут все страны. И непонятно, почему Россия должна делать исключение для Украины, власти которой всячески демонстрируют свою недружественность к ней?

Да, российский газ проходит через территорию Украины. Значит, нужно установить цену для транспортировки, подписать контракт. Но и платить за поставляемый газ нужно тоже по международной цене. Но Украина не хочет платить по международным ценам, она предпочитает красть газ, уже оплаченный европейцами. Всё больше людей в Европе, не говоря уже про экспертов и политиков, убедились в этом.

Не нужно забывать и то обстоятельство, что президент Ющенко в августе прошлого года летал в Тбилиси поддерживать грузинского президента Саакашвили, напавшего на Южную Осетию. Не нужно упускать из виду и то, что Украина продавала оружие Грузии ещё до нападения. И готова поставлять снова. Это всё надо брать во внимание, когда разбираешься в газовом конфликте.

Есть ли выход из сложившегося положения? Найти его довольно сложно, но можно. Нужен широкий договор между Россией и Европой, где было бы открыто заявлено, что каждая из сторон намерена уважать взаимные интересы.

Европа и Россия на переговорах с Украиной должны определить обязанности и права этой страны-транзитёра. На этом базисе может быть составлен и действовать трёхсторонний договор.

Конечно, внутри трёхстороннего договора должна быть ясность относительно платёжеспособности Украины. Потому что есть вопрос: а сможет ли Украина платить за газ? Если нет, надо, чтобы Европа понимала это, поскольку проблема эта европейская. Если у Украины нет таких средств, надо подготовить план реорганизации энергетической системы Украины. Надо определить, сколько газа, нефти нужно Украине, её населению, и предоставить Украине для этого кредиты.

Я говорю в данном случае как европейский гражданин. Европа должна определить, как на до действовать и направлять свои усилия на разрешение кризиса по существу. Стоять в стороне и обвинять во всём Россию просто неконструктивно и несправедливо.

Мне не очень понравилось, как вёл себя в драматической январской ситуации Мирек Тополанек, премьер-министр Чехии, страны, председательствующей сейчас в Евросоюзе. Он назвал ситуацию сугубо коммерческим делом. Но любой реалистично думающий человек никогда с эти не согласится. Нужна политическая воля Европы, чтобы чётко определить природу кризиса. И только на этой основе можно найти компромисс, установить чёткие правила поведения всех заинтересованных сторон. Не только Россия, но и Европа должны объяснить Украине, что тут общее дело, которое нельзя превращать в игрушку для политиканов.

– Убеждают, что расширение НАТО послужит стабилизации обстановки в мире. Ваше отношение к расширению НАТО, в частности, перспективе вступления Украины.

– Очевидно, что большинство украинского населения не хотят входить в НАТО. А если это так, почему руководство страны на этом настаивает? Украина – большая европейская страна, она могла бы спокойно жить независимо. У неё много проблем, но они могут быть решены. Непонятно, почему кто-то настаивает на том, чтобы расширить границы НАТО. Против кого это расширение? Я говорю определенно: эти границы расширяют против России. Кто это инспирирует постоянно? США. С помощью Польши и трёх прибалтийских государств.

Такая стратегия осложняет все европейские проблемы. Я говорил неоднократно, что мы, европейцы – заложники Украины, а не России. К сожалению, в нашей прессе пишут, что мы заложники России. Так утверждали и при первом газовом конфликте, и сейчас. Хотя очевидно, что Россия заинтересована продавать газ Европе. Конечно, если не нам, то можно продавать и в Китай. Но все равно осложнять ситуацию с Европой – не в интересах России.

Откуда источники осложнения? Из Украины. Инспирирует всё это определённый круг лиц Соединённых Штатов, тот же самый, который все эти годы осложнял ситуацию с Россией. Был период, когда Россия не обращала на это внимание. А сейчас Россия реагирует. И правильно делает, я согласен с этим – нельзя оставлять без внимания постоянные интриги и недружественные шаги. Я считаю, что интересы России и Европы сейчас совпадают на 99 %. У нас есть проблемы. Но они разрешимы.

Очередная попытка организовать столкновение между Европой и Россией в интересах Европы? Нет. В интересах России? Нет. Инспирирует это не Россия и не традиционная Европа, то есть Франция, Италия, Германия, а определенная группа восточноевропейских стран. Они, казалось бы, европейцы по географии, но ведут себя как американцы и даже больше, чем сами американцы. Такое поведение, а также размещение баз на своей территории – это провокация против Европы. Помимо того, что это провокация против России, это провокация и против Европы. Устанавливают новые системы ракет в Польше и радар в Чехии. Кому они там нужны? Американцам, но не европейцам.

Правительство Буша направляется прямо в Варшаву и Прагу и принимает там решения с этими двумя представителями новой Европы, не разговаривая с Европой. Когда в Европарламенте был посол Америки в Европарламенте, я спросил: «Почему вы не вели переговоры с нами, всеми представителями Европы, с Европарламентом, с Европейской комиссией? Если разговор идёт о безопасности Европы, то надо говорить со всеми нами. Мы должны такие решения принимать вместе – все 27 государств».

Разве не является политической провокацией против Европы, что наш главный союзник – Америка, не хочет разговаривать с нами всеми, а хочет отдельно говорить с Варшавой и Прагой? И это тоже является доказательством того, что есть силы, которые продолжают нагнетать обстановку, потому что они хотят контролировать Европу, иметь военное присутствие в Европе. Это явно не в интересах Европы, а в интересах США.

– Как вы оцениваете положение в Израиле и на палестинских землях?

– Я говорю сейчас от своего личного имени. На мой взгляд, Израиль превратился в самое опасное место в мире. Самая большая угроза миру исходит из решений израильского правительства. Давно и пристально наблюдая за их действиями, я пришел к выводу что эти люди готовы на всё. Если они потеряют монополию, силу, которой они сейчас обладают, в том числе информационную монополию и силу, это будет опасно для всех.

Выступление нового президента Америки вселило большие надежды. И вдруг Израиль почувствует, что США уже не готовы безоговорочно их защищать. Допустим, возникает новая ситуация, когда президент Обама разумно начнёт смотреть на ситуацию и искать возможность выхода из этого положения. Значит, Израиль должен будет отказаться от оккупации захваченных земель.

Допустим, Обама сделает то, что в этой ситуации и должен: начнёт переговоры с Ираном. За 3–4 дня до атаки Сектора Газа правительство Израиля требовало разрешения на атаку Ирана. Тогда Буш не пошел на это. Но эти планы готовы, к такой атаке все подготовлено. Вдруг Израиль, не чувствуя себя в безопасности, начнёт атаковать Иран? А что, Иран будет это молчаливо сносить? Не думаю. И в какой ситуации окажемся мы, европейцы?

Считаете, это нереалистично? Я ожидаю больших потрясений вокруг Израиля из-за поведения и убеждений израильского правительства. И это не только угроза жителям Газы.

Я считаю, что в этой ситуации должен быть слышен голос России. И это не только в интересах России, а общих интересах, интересах Европы.

На мой взгляд, присутствие России на международной арене недостаточно. Россия сейчас выступает так, как ей – мировой державе – и должно, она должна действовать, как большая мировая держава, которая имеет свои интересы и их отстаивает. Но если Россия не предпринимает действий, то лозунги о влиянии России остаются лозунгами.

– Есть ли ситуация, в которой к России относились бы если нехорошо, то объективно? Была холодная война – Россия плохая. Потом сдали все Западу, пошли на все уступки – все равно плохая. А ещё и слабая. Сейчас мы заявили о готовности отстаивать свои интересы – опять плохая. Есть ли ситуация, в которой Россия могла бы быть хорошей?

– Я не раз говорил, что это всё – продолжение холодной войны, её отголоски.

– Так она, получается, нужна, её подогревают искусственно?

– Русофобию? Конечно. Её всё время активизируют и поощряют. С другой стороны – это такое объективное явление, как остатки прошлого. Практически целое поколение журналистов, экспертов, политических деятелей жили во времена холодной войны, это была среда их существования. Они были переполнены ею.

– Мы тоже были в такой ситуации, но настроения холодной войны быстро сменились эйфорией: запад хороший, он всегда прав, пусть возьмет у нас, что хочет…

– Первые десять лет действительно была эйфория и проамериканские настроения всего народа, начиная с интеллигенции. Народ тогда хотел что-то нового, верил, что происходит то, о чём ему говорят. Да, кризис внутри СССР существовал. Было влияние извне, но были и глубокие внутренние проблемы, если бы страна была успешно развивающейся, то переворота не удалось бы совершить.

Интеллигенция хвалила Америку, хотела, чтобы Россия стала американской.

Инерция нынешнего недоброжелательного отношения к Росси идёт с холодной войны, но резкий поворот произошёл с приходом власти Путина. Сначала было видно, что Путин не очень осознавал положение дел, думал, что возможно равное сотрудничество и к нему стремился. Через несколько месяцев после его прихода к власти видно было, что направления интересов Запада и России не совпадают.

С и сентября положение стало проясняться. Потому что Америка потребовала от России помощи и подчинения, по существу. В категоричной форме «тот, кто с нами – с нами, кто не с нами – тот против нас». Буш эту фразу произнес несколько раз.

Путин тогда был слабым, не мог должным образом реагировать, и рассудил, что надо спокойно, не резко, чтобы при этом не оказаться в центре прицела, поворачивать в другую сторону в соответствии со своими интересами. Чтобы не оказаться в центре прицела, он тогда пошёл на условия американцев. Но этого было недостаточно – они требовали большего и начали строить базы в Средней Азии – Узбекистане, Таджикистане, попытались в Киргизии. Но в Москве поняли, что ситуация становится очень опасной, потому что Центральная Азия будет полностью потеряна. Поэтому началась реакция.

Реакция на размещение баз в средней Азии была первой. Вторая была на расширение границы НАТО. Третья – на размещение новых ракетных систем в Польше и Чехии. На тот момент уже прошли цветные революции, которые были организованы по одному сценарию: сначала в Белграде, затем на Украине, в Грузии.

Тогда уже было очевидно, что Путин и его окружение начинают понимать, что США – это нехороший партнер, это партнер, который диктует условия и требует беспрекословного подчинения, ничего не давая взамен.

Одновременно менялись настроения людей. В 2001–2004 годах стало очевидно, что простой народ потерял все преимущества социализма и не получил никаких преимуществ капитализма. Люди увидели: всё, что у нас было – социальная безопасность, спокойствие, равные права, бесплатное образование, медицинское обслуживание – ушло. А что взамен? Достаток для большинства населения? Нет. Унижения – да. Но не о них мечтал народ. У основной массы россиян произошел поворот от любви к Америке до ненависти. Это вина американцев, что их разлюбили, они должны нести за это ответственность и будут в той или другой форме эту ответственность нести.

Пока они не понимают, что дело – в них, и обвиняют Путина и Медведева, что те сменили свой курс. Но это не Путин и Медведев меняли направление, а люди изменили отношение. А Путин интерпретировал это изменение настроений народа в свою пользу. У него высокий рейтинг из-за чего? Потому что его ответ был очень резким, когда американцы требовали подчинения. Это был всеобщий консенсус: руководители в настоящее время интерпретируют чувства людей.

Третий пункт для меня очевиден: престиж Америки сейчас очень подорван во всем мире.

Давосские триумфаторы, которые всегда там с помпой выступали, сейчас оказались в сложном положении. Вся так называемая рыночная экономика никогда не была рыночной, это была иллюзия рыночной экономики, и эта иллюзия рухнула. Где? В Америке. Центр кризиса там. И они сейчас должны объяснить всему миру что происходит. Какие меры принимаются? Мер нет. И во всём мире видят, что у Америки нет никакого рецепта и плана выхода из положения. Они были достигнуты врасплох.

Была глобализация, настрой на бесконечное развитие, а вдруг глобализация рухнула, нет никакого развития, никакого рынка, национализируют всё. Но они не умеют национализировать, и сейчас дают деньги банкам. Те, кто ответственен за кризис, получают ещё больше денег. Пожар тушат бензином. Но это будет ещё более сильная вспышка – масса денег, которая циркулирует по всему миру без контроля, будет увеличена.

Я не исключаю, что доллар в качестве мировой валюты сменится. В таких условиях Америка не в состоянии управлять. Я не верю, что доллар устоит. Сейчас доллар немного поднялся. Это кратковременно. Вижу два кратковременных явления. Первое – новая неустойчивая сила доллара. По моему мнению, люди сейчас покупают доллары, потому что наивно считают, что Америка ещё сильна, и что рано или поздно она восстановит соотношение сил. Покупают доллар с надеждой.

Это ошибочное представление, потому что это не результат оздоровления, а результат спекулятивный: доллар поднимается, потому что спекулируют на этом и покупают доллар искусственно. Те, кто вложатся в доллар, сделают ошибку.

Второе. Доллар не сможет оздоровиться, если американцы не начнут опять копить капитал. У них нет капитала, а только потребление, которое увеличивает задолженность Америки. Если увеличивает задолженность, то доллар опять упадёт. Это снежный ком.

Обамы планов громадье

Первые предложения социального и масштабного государственного характера, высказанные президентом Соединённых Штатов Америки Бараком Обамой, на мой взгляд, демонстрируют решительный поворот во внутренней политике США по сравнению с той, что проводилась в последние 40 лет.

Чтобы понять, в каких масштабах он размышляет, надо вернуться к временам Кеннеди. Потому что все остальные президенты – и демократы, и республиканцы, все эти годы – почти 40 лет – регулярно делали только одно: снижали налоги на богатых. Богачи Америки получили невероятный простор для накопления денег, не уплачивая налоги государству. Эта тенденция была и во время Клинтона, и невероятных размеров достигла в последние 8 лет – во времена Буша.

Сейчас Обама заявляет, что будет установлена новая система налогообложения, при которой практически все высшие богатые слои американцев, составляющие около 5 % населения, будут платить значительно больше, чем семьи со средними доходами и малообеспеченные граждане. Это означает, что произойдёт перераспределение богатства страны. Не более, не менее: именно перераспределение богатств страны.

Конечно, это не меняет систему собственности, не меняет структуры и основы общества. Но есть ощущение, что Обама и его команда поняли необходимость того, чтобы значительная часть американского дохода поступала в руки менее обеспеченных семей.

Это, конечно, не благотворительная акция: здесь просматривается довольно явный расчёт. Если люди из простых семей, то есть подавляющее большинство американцев, не будут располагать деньгами на расходы, то вся машина американской экономики остановится.

Это решение продиктовано капиталистической логикой от начала до конца.

Тем не менее эта логика более разумна, чем предыдущая, исходя из которой невероятные богатства сосредоточили в руках очень небольшого количества людей. В итоге получалось, что у миллионов американцев нет денег, чтобы заплатить за самое необходимое: дом, электроэнергию, образование, лечение. В результате происходит сужение рынка. А сужение рынка катастрофически отражается на всём мире.

Эта мера, на первый взгляд кажущаяся внутренней, имеет международное значение. Ведь общеизвестно, что 300 миллионов американцев тратили так много средств на товары широкого потребления, что почти половина экономики мира шла на удовлетворение их потребностей. Взять Китай. Китай последние 20 лет работал, чтобы в основном удовлетворить потребительские требования американцев.

Если американцы перестанут покупать на международном рынке, это будет большой удар по всей коммерческой системе мировой экономики. Поэтому такой поворот социально-финансового характера интересен и важен для всех.

Второй поворот, который озвучил Обама, и который имеет большое значение и в экономическом, и особенно в социальном плане, это выстраивание государственного всеобщего медицинского обслуживания. До сих пор в Америке этого не существовало. Частично элементы такого подхода наблюдались во времена Рузвельта сразу после большой депрессии. Впервые в Америке начинает действовать план всеобщего бесплатного или малооплачиваемого медицинского обслуживания населения.

На эти цели в течение 20 лет планируется направить 738 миллиардов долларов. Деньги возьмут из повышения налогов на богатых. Это повлечёт довольно значительное увеличение уровня жизни малообеспеченных семей. Потому что до сих пор, чтобы получить медицинское обслуживание, гражданин Америки должен был платить свои деньги: в стране нет никаких социальных амортизаторов, обеспечивающих социальную защиту. Это будет очень сильный сдвиг.

Третий пункт, где, на мой взгляд, Обама показывает серьёзные намерения изменить государственный курс, это его планы в области энергетики и борьбе против потепления климата на планете. В этих вопросах планируется поворот на 180 градусов: буквально в противоположном направлении. Обама говорит, что в течение 10 лет Америка должна двигаться вперед, и большие средства нужно вложить в уменьшение парникового эффекта. А для этого все предприятия должны будут платить налоги на процент эмиссии парниковых газов. Ожидается, что в итоге государство получит около 130 миллиардов долларов, которые пойдут на социальные нужды и на финансирование исследований по производству обновляющихся энергетических ресурсов.

Это масштабный план. Я рассматриваю это решение с точки зрения европейских интересов. Впервые США включаются в международные инициативы по оздоровлению климата на планете, в которых Европа держит лидерство.

Если план Америки войдёт в действие в течение этого года, то появится возможность достигнуть очень важных согласований в этом вопросе на мировом уровне и принять стратегически важный документ в Копенгагене, в декабре 2009 году.

Китай заявил, что готов принимать участие в новой договоренности по выбросам в атмосферу после Киото, но поставил условие, что и США должны принимать участие. И если Обама следует в этом направлении, значит, будут созданы более благоприятные условия для достижения международных соглашений относительно климатических изменений. Все эти элементы дают надежды на оздоровление ситуации.

Но здесь не может не возникнуть некоторое сомнение и беспокойство. Все эти действия вновь идут в направлении старой модели капиталистического развития. Вновь предлагается потребительская модель. Многие эксперты ожидают, что экономическое оздоровление в ближайшие годы приведёт к возвращению к предыдущей ситуации: потребление, развитие ВВП Америки и всего мира и так далее.

Меры социального характера, предложенные господином Обамой, чрезвычайно правильны. Но все остальные меры имеют одну подоплеку: они рассчитаны на возвращение к предыдущей системе развития. Не просматривается никакой стратегической линии, которая позволит Америке смотреть на будущее как на ситуацию, в которой уровень жизни американцев не может быть слишком отличаться от того, что имеют 3 миллиарда людей на земле. Нужен радикально новый подход к самой идее развития. Пока его не видно.

В связи с этим совершенно ясным является то, что предложенный план оздоровления будет сталкиваться с лимитами, ограничениями. Человечество находится в фазе, когда лимиты более существенны и значимы, чем развитие: лимиты энергетические, природных ресурсов, лимиты на количество и качество отходов, включая атомные.

Новое общество требует новых радикальных подходов, потому что капитализм не может развиваться по-старому ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра, ни через 10 лет. Но нового плана еще не видно. Слабым местом Обамы является и то, что у него нет финансовых рецептов выхода из финансового кризиса. До сих пор он только старается спасти банки и большие инвестиционные компании, которые сами устроили этот кошмар, в котором находится Америка и весь мир. А без такого рецепта все остальные меры будут очень сиюминутными и не могут дать длительные знаки оздоровления, в результате они будут производить те же кризисы, что и раньше в течение последних 15 лет. Но уже в условиях нехватки природных ресурсов всех типов и при возрастании лимитов всякого рода. Нужно учитывать и то, что пока не ясно, на какие силы может рассчитывать Обама. Внутри Америки половина населения находится под влиянием старых концепций, очень примитивных и частично носящих религиозный характер. Идея миссии распространения американской демократии по всему миру продолжает действовать внутри американских элит. Это сплошная идеология, тем не менее она действует. Трудно избавиться от этого. И если Обама через год-два не выйдет из этого положения, искушение для определённой части американской элиты решать проблемы одним махом, организуя большую мировую провокацию, начиная новый виток гонки вооружений и открытой войны, остается, и эта опасность в силе.

Не надо забывать, что после депрессии 1929 года понадобилось 10 лет, чтобы оздоровить американскую ситуацию. Тогда подготовили войну. Война началась в 1939 году – через 10 лет после большой депрессии.

Сколько будет длиться нынешний кризис? Никто не знает. И опасность войны будет возрастать параллельно к углублению самого кризиса. Очевидно одно: не имеет никакие основы все заявления, которые предусматривают конец кризиса, выхода из туннеля в течение года-двух. Это опасная иллюзия, на которую не надо уповать.

Я вижу, что центр этой опасности находится сейчас в Израиле. Израиль в сложном положении. Политическая элита, управляющая страной, очень ориентирована на геноцид палестинского народа – надо называть вещи своими именами. Если в Израиле почувствуют, что поддержка Америки и исторически сложившаяся поддержка значительной части общественного мнения Европы может исчезнуть, то они станут предпринимать меры, не останавливаясь ни перед чем. Если Обама проведет переговоры с Ираном спокойно без всякого давления, без использования энергетического давления и военных средств, если договорится, тогда Израиль потеряет монополию власти атомной и ядерной. И в таком случае не исключено, что Израиль будут нагнетать ситуацию вплоть до атаки на Иран. Такая атака давно подготовлена. Все должны знать, но, к сожалению, не знают, что атака готова. Пентагоном во времена Рамсфельда все было подготовлено для стремительной атаки на Иран всеми силами. Атака не состоялась из-за неудачи иракской и афганской войны. Америка не осуществила атаку на Иран, где союзником у них бы был Израиль. Как только Израиль почувствует, что поддержка Америки может ослабиться, они сразу будут атаковать.

Это будет мировая трагедия, и последствия её будут непредсказуемы.

Я уверен, что часть американской элиты согласна с этими планами и будет использовать малейшие возможности их осуществить, включая организацию новых мировых широкомасштабных провокаций.

Власть американского президента ограничена. Не знаю, насколько он может управлять всей структурой, определенными службам, которые действовали и действуют самостоятельно практически вне контроля. И внутри Пентагона, о чем давно известно, есть такие силы и группы. В Америке действует гигантское израильское лобби, которое работает постоянно на нескольких направлениях.

На месте Обамы я был бы осторожен и смотрел бы, что происходит за спиной, потому что за спиной нынешнего президента могут вестись большие игры. Сейчас ясно, что президент Обама меняет вектор. Посмотрим, насколько у него есть силы, чтобы продолжать этот путь.

«Литературная газета» № 12–13 2009 года

Земля – в кастрюле и под крышкой

Сложившаяся ситуация для человечества довольно нова: стремительно, практически на памяти одного поколения, меняется климат, а за ним и условия проживания. Есть определённая группа учёных, их количество невелико, утверждающих, что потепление климата происходит не по вине человека, от него не зависит, что это циклические природные явления, поэтому парникового эффекта избежать невозможно. При этом все данные говорят о том, что «отопление» атмосферы – результат человеческой деятельности. Подавляющее большинство учёных утверждают, что к парниковому эффекту приводит в основном теплота, которую мы вольно или невольно вырабатываем, производя чрезмерное количество углерода. Он вбрасывается в атмосферу Земли и остаётся там, не выходя за её пределы, в космос. И Земля находится как бы в кастрюле, да ещё и под крышкой. Это приводит к повышению температуры, что, в свою очередь, чревато драматическими последствиями.

В конце прошлого года на конференции в Бали прошло предварительное обсуждение аналога Киотских соглашений, заканчивающих свою силу в 2012 году. Так что до того времени надо подготовить новую формулу договорённости среди всех стран мира о взаимодействии в вопросе выбросов в атмосферу отходов промышленных предприятий. В связи с этим Евросоюз выступил с предложением: предпринять все меры для ограничения уровня температуры планеты в среднем на два градуса. Это означает целую серию структурных изменений в жизни нескольких миллиардов людей на планете, потому что необходимо изменение индустриальных процессов. Нужно радикальное реформирование транспорта всех систем: железнодорожного, авто-, авиа-, водного. Ведь все эти средства передвижения производят огромное количество выхлопных газов – углерода, а он является главным виновником парникового эффекта.

Но для такой перестройки индустриальной структуры необходимы огромные капиталовложения: нужно строить менее энергоёмкие заводы и дома, машины, менее загрязняющие воздух. Такое глобальное реформирование – индустриальная революция. И она остро необходима всему человечеству.

Причём учёные прогнозируют и такие последствия, как таяние льдов Арктики и Антарктиды. Льды там уже тают, и этот процесс идёт стремительными темпами. В результате поднимется уровень моря, что, в свою очередь, повлечёт за собой уменьшение уровня солёности воды. Химическое изменение состава воды приведёт к тому, что лёд будет формироваться на низких уровнях температуры. Значит, все течения мировых океанов изменят направление и характер своих курсов, за чем последуют глобальные изменения климата во всех точках планеты. Когда уровень воды изменится, определённая часть Африки будет ещё засушливее, увеличатся площади пустынь. Значительные изменения произойдут и на юге Европы: Италия, Испания, южная часть Франции, Греция могут быть подвержены засухам. В то же время на севере образуется зона мягких климатических условий.

Мне довелось разговаривать с некоторыми российскими экспертами, которые смотрели на ситуацию другими глазами. И утверждали, что такой поворот для России по большей части будет выгоден. Что, например, увеличится территория плодородных земель, а значит, Россия может стать резервуаром мировых урожаев зерна и продовольственных ресурсов вообще. Причём в ближайшие 20–30 лет станет всемирной житницей. Зато энергии для отопления и вообще жизни людей придётся тратить намного меньше. Ещё один плюс для России, по мнению моих собеседников, тот, что доступ к энергетическим ресурсам, находящимся на Крайнем Севере, будет облегчён, потому что будет не так холодно, и условия проживания на части севера и в Сибири улучшатся, тогда как в других частях света ухудшатся. И зачем, дескать, нам терять время на выработку новых Киотских соглашений, брать на себя какие-то обязательства, если нам выгодно.

Нет, России всё это не будет выгодно. Никому – ни Европе, ни США не выгодно. Здесь есть повод для серьёзных стратегических опасений, даже для военнополитических размышлений.

Специальная комиссия ООН исследовала все варианты развития событий и пришла к удручающим выводам. Если ситуация продолжит развиваться в этом направлении, то около 200–300 миллионов человек начнут мигрировать. Этому явлению нет аналогов в истории планеты. Где и как разместить такое количество людей? А поскольку это будет происходить в зонах наиболее бедных, где люди не имеют возможностей защититься, то последует широкомасштабный геноцид. Что делать? Никто не знает. У человечества нет системы управления этими процессами. Или возьмём Китай – 1 миллиард 300 миллионов человек тоже будут находиться в сложной ситуации. Как управлять таким количеством людей, когда нет продовольствия? Так что напряжение будет нарастать по всем направлениям на всех континентах.

Что будет происходить внутри России? Что значит «для нас эта ситуация выгодна», как полагают некоторые российские эксперты? Если произойдёт повышение температуры, то определённая часть вечной мерзлоты начнёт таять. С точки зрения сельского хозяйства России выгодно, что определённая часть земли станет пригодной для земледелия. Но что будет с целыми городами, дорогами, в том числе железными, которые строились в условиях и для условий вечной мерзлоты? Вдруг всё растает, и целые системы инфраструктур полностью разрушатся? Для восстановления понадобятся огромные средства. Инфраструктуры, существующие на гигантских территориях России, нужно будет полностью перестраивать.

Другой аспект. Что произойдёт с газо – и нефтепроводами в арктических зонах? Ведь практически всё придёт в негодность. В сжатые сроки нужно будет реконструировать все фундаментальные сети в зонах, где находятся природные ресурсы России, которые сегодня практически полностью формируют бюджет.

Эти изменения климата приведут и к изменению функционирования водной системы: будут другие климатические осадки, изменятся размеры и течение больших рек, основных водных артерий планеты. Российская академия наук моделирует данную ситуацию, и уже сейчас понятно, к чему это приведёт.

Так что это – вопрос не одной страны, это не проблема, которая замкнута в границах отдельных государств. Атмосфера у Земли общая.

В новых условиях нужно и новое мышление. Учитывая же, что никто не способен решать эту проблему самостоятельно в рамках своей страны, нужно международное сотрудничество другого масштаба. Если этого не произойдёт и каждый будет противостоять проблеме в одиночку, очевидно, что те, кто окажется в худшем положении, начнут искать выход силовыми методами. Тем более если изменения будут происходить стремительно, не давая времени для размышлений и поиска разумных решений. В таком случае неизбежной будет реакция «иду куда могу», туда, где есть ресурсы и возможно спасение. Речь пойдёт именно о выживании.

Можно только предполагать с высокой степенью вероятности, что, например, будет происходить в Средиземном море. Уже сейчас идёт поток нелегальных эмигрантов, который ни итальянцы, ни греки не в состоянии остановить. Тонут корабли, люди гибнут в пути, но плывут к нам, массово, рискуя жизнью – 20–40 тысяч человек в месяц. А сколько миллионов людей будет передвигаться, если последуют изменения в климате, которые лишат их воды и еды? Где размещать тех, которые доплывут живыми? Где Россия разместит таких мигрантов? А Россия окажется в лучших условиях, поэтому поток хлынет сюда.

Но при этом должно сформироваться и новое видение мировой архитектуры. Нам нужна новая мировая архитектура. Нынешнее мировое устройство не способно решать возникшие задачи, попросту нет центров реальных решений. Совет Безопасности ООН не в состоянии принимать такие решения: нет финансов, нет структуры. Проводимые конференции, переговоры не имеют полномочий. Они принимают рекомендации, которые никто не обязан выполнять, а лишь принимать к сведению. Потому нужны центры, где бы принимались решения и контролировалось их выполнение. С возможностями насильно заставить выполнять такие решения. Кто-то живёт и без вмешательства милиции, а кто-то не сделает ничего, пока к нему не будут применены санкции.

Изменение климата, как мы видим, влияет на всю геополитическую обстановку в мире, и это проблема не только договорённостей баланса военных сил, как было во время холодной войны или сейчас. Уже возникают проблемы совершенно иные. Мы имеем дело с природой. Нельзя сказать, что она – наш противник, но мы – её противник. Она вообще вполне обошлась бы без нас.

Она не реагирует на наши требования, мы не можем ожидать от неё сотрудничества. Она реагирует на нашу деятельность так, как реагирует, не слушая наши пожелания. Это глухой собеседник.

Есть такой анекдот. Встречаются две планеты, одна спрашивает у другой: «Как дела?» Та бодро отвечает: «Всё прекрасно, посмотри, какой у меня цветущий вид, у меня действительно всё хорошо, я полна сил, энергии, желания жить. А у тебя?» И другая (вся в фурункулах, оспинах, вид уставший, унылый) говорит: «Да как у меня дела, разве не видишь? Это всё люди, они меня портят, не дают покоя, доставляют боль и страдание». Тогда первая планета говорит: «Да у меня было то же самое, но я от них избавилась».

Очень жизненный анекдот. Если посмотреть на нашу планету с самолёта, люди похожи на паразитов, разъедающих землю. Мы всё захватываем, оттесняем животных, растения, вырубаем леса, делаем то, что считаем нужным нам, не считаясь ни с кем. Место природы уменьшается. Природа может сказать: зачем вы мне нужны? И избавится от нас. Всему мировому сообществу (а мы сейчас должны стать действительно сообществом и действовать сообща) нужен новый уровень стратегического мышления. Мы обязаны быть дальновидными ради наших детей. Даже не о внуках идёт речь, потому что – не об отдалённой перспективе. Этот разговор относится прямо к нам и нашим детям. Это – не будущее, это – уже настоящее.

«Литературная газета» № 9, март 2008

Россия больше отступать не будет

Война в Южной Осетии повлечёт за собой серьёзные последствия и приведёт к кардинальной перестройке международной панорамы. Россия приняла решение прекратить всякое сотрудничество с НАТО – это радикальный шаг к изменению всей геополитической ситуации в мире. Данное решение ясно показывает, что между Россией и НАТО, между Россией и Соединёнными Штатами уже нет никакого доверия. Можно констатировать это как свершившийся факт.

Без сомнения, подобный поворот событий носит не сиюминутный характер и будет иметь очень тяжёлые последствия и для Европы, если европейцы в корне не изменят свой подход к отношениям с Россией.

Выбор же в данном положении остаётся довольно ясным: или Европа продолжает действовать и дальше так, как она вела себя в предыдущие годы, то есть следовала в фарватере политики и стратегии Соединённых Штатов, или же поменяет свой подход в отношениях с Россией.

Стратегия всех предыдущих лет заключалась в тотальном давлении на Россию по всем направлениям: и в вопросах безопасности, и в энергетических вопросах, и в геополитических, и в стратегических. Если Европа продолжит такую недальновидную проамериканскую тактику, продолжая, например, настаивать на включении Грузии и Украины в НАТО, тогда это повлечёт за собой чрезвычайно серьёзный международный кризис. И тогда ситуация во всём мире станет намного опаснее. Причём опаснее и напряжённее даже периода холодной войны.

Европейцы должны ответственно отнестись ко всему и начать заново выстраивать баланс сил, который складывался в течение последних 15 лет. Совершенно очевидно, что европейцы ошиблись в оценках этого баланса и всей ситуации. Они недооценивали уровень изменений, которые произошли в России после Ельцина, во время руководства Путина и сейчас Медведева, продолжая думать, будто Россия – это по-прежнему страна, находящаяся под «внешним управлением». Они не рассчитали реальные энергетические и финансово-экономические силы России, а также интеллектуальный уровень страны вообще и её руководителей, который значительно изменился.

Европейцы это не оценили, у них оставалась иллюзия полной и окончательной победы. Да, была победа, заключавшаяся в разрушении Советского Союза. Сверхдержаву добили и думали, что руководство России остаётся по-прежнему управляемым, как во время ельцинского периода. Но не учли, что управляемость России имела определённые и временные, и структурные границы.

Неожиданно для себя Запад обнаруживает, что Россия уже не находится в состоянии экономического, военного и политического кризиса. Запад не учёл, что сейчас сам находится в глубочайшем кризисе. И потому баланс сил изменился. Кстати, это случилось не вчера и не во время нынешнего конфликта, а уже давно. Но Запад не хотел этого замечать, предпочитая питать иллюзии и вести себя так, будто ничего не изменилось.

Воспользовавшись определением Маркса, который называл идеологию искажённым сознанием, можно констатировать, что у западных руководителей – искажённое сознание. Они находятся в плену у идеологии, которая породила и эту трагедию.

Сейчас выбор однозначный: хочет Европа идти в направлении конфронтации с Россией, когда ясно, что Россия не будет уже больше отступать, или нет? У меня давно есть твёрдое убеждение, что Россия не будет больше отступать, её отступление закончилось. Просто некоторым это было недостаточно хорошо видно.

Сейчас ясно: других подобных отступлений не будет. Если продолжать провоцировать Россию, как это практиковалось в течение последних 15–17 лет, ничего хорошего не выйдет. Всякая такая попытка будет получать серьёзный отпор.

Россия в отношении Грузии и Южной Осетии все эти годы демонстрировала и проявляла огромное терпение, на что я неоднократно обращал внимание. Россия не признавала суверенитет Абхазии и Южной Осетии. Это был показатель не слабости, а терпеливости. Россия не сложила руки, она действовала: помогала, дала российское гражданство всем желающим этого жителям Южной Осетии и Абхазии. Это был политический акт.

В дипломатическом же плане Россия была очень сдержанна. Она ничем не провоцировала другую сторону, и статус Южной Осетии оставался прежним: без формального дипломатического при знания. Поэтому возможности продолжать переговоры с Грузией были. Но после того, что произошло, переговоры невозможны, это очевидно. Президент Медведев и премьер-министр Путин очень определённо заявили, что после случившегося воля народов Южной Осетии и Абхазии будет услышана Москвой. И не только. Москва будет руководствоваться в своей внешней политике желанием и волей этих свободных народов.

Это означает, что Россия признает суверенитет Южной Осетии и Абхазии. Господин Саакашвили совершил бесповоротную, роковую ошибку – потерял те земли, которые хотел вернуть под свою власть. После грузинской агрессии Абхазия и Южная Осетия стали для агрессора иностранными государствами.

Моя позиция по поводу событий и сентября 2001 года известна. Я совершенно уверен, считал и считаю, что это была провокация, организованная криминальными силами, которые работают внутри американской элиты, используя при этом и международный терроризм. Эти силы сами создавали эту террористическую ситуацию, чтобы подмять весь мир, подчинить весь мир интересам Америки.

Сейчас Россия заявила, что впредь не будет никакого сотрудничества с США в борьбе против терроризма. Учитывая, что американцы сами поощряли терроризм в течение этих 15 лет, например, в Ираке. С американским оружием была развязана война и осуществлялся геноцид народа в Южной Осетии.

Определённо можно сказать, что сотрудничать с этими террористами невозможно. И Россия приняла правильное решение. Линия США, к сожалению, понятна: не видно никаких признаков оздоровления мышления со стороны американцев. Они будут продолжать вести себя по-прежнему, поэтому нетрудно предвидеть сильное обострение международной ситуации.

Но я надеюсь, что Европа в этой ситуации будет вести по меньшей мере взвешенную политику. Здесь есть разумные силы, способные правильно оценить ситуацию и продумать свою линию поведения. Мы должны сплотить их, внести некоторые корректировки в предыдущие шаги. Думаю, если есть такая возможность внутри традиционного Запада, то откроются перспективы для новой дискуссии.

Если же Европа будет продолжать тянуть лямку под жёстким руководством Соединённых Штатов в их же интересах (этого я боюсь, но надеюсь, что всё-таки не случится), это будет иметь серьёзные негативные последствия и для Европы, и для США, и для России – для всех.

«Литературная газета» № 33–34, август 2008 года

Выборные сюрпризы

Недавно делегация Европейского парламента побывала в косовской столице Приштине. Выводы, которые были сделаны после этой поездки, не только не утешительны, но и ставят европейцев в довольно сложное положение: даже парламентарии, люди, профессионально занимающиеся политикой, разбирающиеся в ней, не ожидали, что провозглашение в одностороннем порядке независимости Косово может привести к такой реально сложной и рискованной ситуации внутри Сербии.

Совершенно очевидно, что многие деятели Европарламента не осознавали всей опасности положения и не ожидали, что ситуация так обострится. Они серьёзно полагали, что со временем всё более-менее наладится. Однако вопреки таким прекраснодушным ожиданиям, положение не только не налаживается, но напротив: самый вероятный прогноз из возможных сценариев говорит о том, что ситуация будет и далее обостряться.

Парламентарии, встретившиеся в Приштине с руководителями Косовского края, посчитали, что провозглашённая Конституция представляет в данный момент отличную модель для соблюдения прав человека. Я бы назвал такое поведение добровольной слепотой: политики не желают видеть реальную ситуацию и заявляют, что Конституция после внесённых уточнений и дополнений, которые сделали представители Европы и ООН, в частности, бывший президент Финляндии Марти Ахтисаари, очень хороша. Они хотят сохранить эту Конституцию и уверяют, что все стороны будут уважать и соблюдать её.

Но на поле боя не существует никаких гарантий. Я намеренно употребляю словосочетание «на поле боя», потому что на сегодняшний день Косово – это, по существу, именно такое поле боя.

Как будет развиваться ситуация? Уже очевидно, что Белград стремится, чтобы парламентские выборы и мая проводились одновременно внутри сербских территорий Косово. И это оценивается в Европе как очень опасный шаг, потому что показывает, что Белград продолжает действия, направленные на отделение сербских территорий от Косовского края.

Уже можно констатировать: вероятность того, что победу на выборах в парламент одержат прозападные (проамериканские и проевропейские) силы, на сегодняшний день равна нулю. Такой вариант в нынешней ситуации попросту нереален. Наверняка эти выборы выиграют сербские радикальные партии – Демократическая партия экс-премьера Коштуницы и Социалистическая партия Сербии. Вот вероятная парламентская коалиция. Это будет означать, что отношения между Сербией и Европой станут ещё более прохладными. Также вероятно, что увеличиваются шансы улучшения и расширения отношений между Сербией и Россией.

Не исключено, что итоги этих выборов в какой-то мере будут способствовать увеличению противоречий внутри Боснии и Герцеговины, где Республика Сербска уже демонстрирует желание выйти из состава страны, обрести независимость от Боснии и присоединиться к Сербии.

Резюмируя, надо сказать, что поведение большинства стран Европы, поддерживающих провозглашение независимости Косово, было огромной политической ошибкой, которая будет иметь очень длительные и непредсказуемые последствия. Это во-первых. Во-вторых, Запад и Европа продолжают и далее действовать крайне ошибочным, саморазрушительным образом. Такое поведение не способствует улучшению европейской жизни. Одна из ошибок в том, что западные правительства и средства массовой информации продолжают поддерживать демократическую проевропейскую партию, что с учётом внутренней ситуации и общественного мнения Сербии может только подрывать влияние и силу Демократической партии Тадича. Это большая ошибка, подчёркивающая всю недальновидность европейской политики.

Думаю, что эта линия поведения, демонстрирующая, что Запад и Европа односторонне поддерживают прозападные силы и не учитывают эмоциональные составляющие, политические реалии и исторические корни сербского народа, будет и дальше ухудшать ситуацию.

К большому сожалению, Европа до сих пор не может вести себя независимо от США и не в состоянии проводить самостоятельную политику в своих собственных интересах. Ведь совершенно очевидно, что весь этот кризис был спланирован и организован Вашингтоном. А половина Европы так и не смогла ни понять, ни оценить, ни отреагировать по-европейски – то есть в своих интересах – на этот подрывной акт. А в результате оказалась в сложной и взрывоопасной ситуации, последствия которой непредсказуемы и чреваты неприятными осложнениями.

«Литературная газета» № 33–34 2008 года

Газолюбие и русофобия

Ситуацию, сложившуюся с поставками российского газа в Европу через Украину, в Старом Свете оценивают по-разному.

Надо понимать, что здесь, безусловно, существуют русофобские настроения, особенно распространённые в СМИ, в так называемом мейнстриме. Это обычно приводит к закономерному результату – СМИ навязывают гражданам мнение, что всегда и во всём виновата Россия. Мнение это искусно сохраняется и искусственно поддерживается. И потому всё, что происходит, особенно в области энергетики, обязательно трактуется как российский шантаж. Так что общее впечатление европейцев от январской «газовой войны» таково: Россия шантажирует и будет шантажировать Европу энергоресурсами впредь.

При этом подлинную суть данного конфликта, действительное положение дел в газовой сфере мало кто знает. Я участвовал в нескольких телепередачах, посвящённых данной проблеме. В них эксперты, люди, более-менее знающие ситуацию, признавали, что в интересах России спокойно продавать газ Европе, что незачем ей вредить самой себе, закручивая кран. Но этих экспертов мало кто слышит – их просто не приглашают в СМИ. Совершенно очевидно, что Россия и Европа зависимы друг от друга – Россия хочет продать газ, Европа хочет его купить. Поскольку 25 процентов потребляемого европейцами газа поставляет Россия, для нас это чрезвычайно важный партнёр. Без российского газа вся наша экономика остановится.

Производитель, Россия, не хочет никого шантажировать, как это навязчиво внушают европейские СМИ. Потребитель, Европа, заинтересован в том, чтобы всё шло слаженно, без проблем, препятствий, чтобы всё строилось на базе чётких договоров, отражающих взаимные интересы.

Почему же тогда ситуация стала кризисной?

Потому что есть посредник – Украина. Она нуждается в газе, но не производит его. И не является фундаментальным потребителем, как 500-миллионная Европа. Россия и Европа на сегодняшний день – заложники позиции, которую Украина занимает, постоянно требуя себе льготы и скидки, заложники внутриполитической ситуации в этой стране. Почему Украина ведёт себя так? Есть два фундаментальных ответа.

Первый: руководство Украины действует не в одиночестве. Я считаю, что её агрессивное поведение инспирируют определённые силы в США. Цель их вполне ясна – осложнение отношений между Европой и Россией. Их специально сталкивают друг с другом, используя ложные аргументы. Всё это делается для того, чтобы американцы сохранили в Старом Свете своё присутствие и влияние.

Существует и другая подоплёка январской газовой войны. Украина стремится быть проамериканской и прозападной. Конечно, это её право. Страна может вступать и в НАТО, и куда ещё только захочет. Если, конечно, примут. Но вступление в НАТО изменит политическое положение Украины в мире. Сделав такой шаг, нельзя уже будет рассчитывать на прежние отношения с Россией, потому что шаг этот несёт вполне определённую угрозу для России.

Отношения России и Украины значительно ухудшились в последнее время, особенно после оранжевой революции. Разумеется, Россия с полным правом может поставить вопрос так: если ты не друг, то почему к тебе должно быть особое отношение? Давайте строить отношения на базе взаимовыгодного интереса. И если ты покупаешь у меня газ, то должен платить по международным ценам. Так живут все страны. И непонятно, почему Россия должна делать исключение для Украины, власти которой всячески демонстрируют свою недружественность к ней?

Да, российский газ проходит через территорию Украины. Значит, нужно установить цену для транспортировки, подписать контракт. Но и платить за поставляемый газ нужно тоже по международной цене. Но Украина не хочет платить по международным ценам, она предпочитает красть газ, уже оплаченный европейцами. Всё больше людей в Европе, не говоря уже про экспертов и политиков, убедились в этом.

Не нужно забывать и то обстоятельство, что президент Ющенко в августе прошлого года летал в Тбилиси поддерживать грузинского президента Саакашвили, напавшего на Южную Осетию. Не нужно упускать из виду и то, что Украина продавала оружие Грузии ещё до нападения. И готова поставлять снова.

Это всё надо брать во внимание, когда разбираешься в газовом конфликте. Есть ли выход из сложившегося положения? Найти его довольно сложно, но можно. Нужен широкий договор между Россией и Европой, где было бы открыто заявлено, что каждая из сторон намерена уважать взаимные интересы.

Европа и Россия на переговорах с Украиной должны определить обязанности и права этой страны-транзитёра. На этом базисе может быть составлен и действовать трёхсторонний договор.

Конечно, внутри трёхстороннего договора должна быть ясность относительно платёжеспособности Украины. Потому что есть вопрос: а сможет ли Украина платить за газ? Если нет, надо, чтобы Европа понимала это, поскольку проблема эта европейская. Если у Украины нет таких средств, надо подготовить план реорганизации энергетической системы Украины. Надо определить, сколько газа, нефти нужно Украине, её населению, и предоставить Украине для этого кредиты.

Я говорю в данном случае как европейский гражданин. Европа должна определить, как надо действовать и направлять свои усилия на разрешение кризиса по существу. Стоять в стороне и обвинять во всём Россию просто неконструктивно и несправедливо.

Мне не очень понравилось, как вёл себя в драматической январской ситуации Мирек Тополанек, премьер-министр Чехии, страны, председательствующей сейчас в Евросоюзе. Он назвал ситуацию сугубо коммерческим делом. Но любой реалистично думающий человек никогда с эти не согласится. Нужна политическая воля Европы, чтобы чётко определить природу кризиса. И только на этой основе можно найти компромисс, установить чёткие правила поведения всех заинтересованных сторон. Не только Россия, но и Европа должны объяснить Украине, что тут общее дело, которое нельзя превращать в игрушку для политиканов.

«Литературная газета» №3–4, 2009 год

Куда девать квадриллион деривативов?

Сегодня уже можно говорить о фундаментальных изменениях мировой ситуации, произошедших в результате грандиозного экономического кризиса.

Первое. Совершенно очевидно, что кризис не просто не заканчивается, но только начинается. Реального рецепта выхода из сложившейся ситуации ни у кого нет. По той простой причине, что никто не знает реальных размеров деривативов, фантомных денег, распространившихся в течение последних 15–20 лет. Эта громадная масса виртуальных денег практически заблокировала функционирование финансовой мировой системы.

Второй пункт – политический. Уже ясно, что, несмотря на попытку президента США Барака Обамы возглавить мир, в нынешней ситуации Америка не в состоянии принимать решения, действовать, влиять на ситуацию самостоятельно, в одиночку. Она должна считаться с остальным миром, и в первую очередь – с Китаем. Это означает, что XXI век будет не американским, а, скорее всего, китайским.

Третий пункт – очень существенный. Для Европы сложившаяся ситуация означает окончательное крушение «лиссабонской стратегии», направленной на расширение и унификацию Евросоюза. Попытка Европы управлять ситуацией в мире по американскому примеру не удалась. Очевидно, что дальнейшее следование «лиссабонской стратегии» будет губительно для Европы. Из этого следует, что отныне стратегические интересы Европы и США не совпадают.

Четвёртый момент. Учитывая, что не случилось никакого реального соглашения внутри между Европой и США, между США и Китаем, следует сделать вывод: сейчас мир вступает в новую фазу, когда президент Обама будет в прямом смысле защищать интересы Америки. Значит, доллар будет девальвирован. Не знаю точно, на сколько, думаю, порядка 15–20 процентов. Для Китая, например, это означает простую вещь: он потеряет 20–25 процентов своих сбережений, которые хранились в американской валюте. Поэтому можно ожидать, что в ближайшее время наметившийся, по мнению некоторых наблюдателей, союз интересов США и Китая будет подорван из-за несовпадения стратегических интересов.

Ныне вообще все предыдущие альянсы ставятся под сомнение. Альянс между США и Европой тоже.

Помимо того, что никакого рецепта выхода из положения не существует, есть и иной камень преткновения. Никто не хочет осознать, что целая система международных финансовых отношений рухнула. Чтобы её возобновить, а не просто восстановить, нужны радикальные изменения структуры мирового управления. То есть нужна новая архитектура мира. Но всё происходившее в последний год показывает: единственные меры, которые Запад оказался способен принимать, это продолжение финансирования уже обанкротившихся банков. Одни большие инвестиционные банки в течение года исчезли с арены, остальные превращены в обыкновенные банки. Одновременно обанкротились самые бедные страны мира. Произошло цунами такого масштаба, что думать, будто достаточно изыскать триллион долларов и всё выправится, несерьёзно. Этот самый триллион – капля в море, которая ничего не решит.

Лидеры развитых стран – это собрание людей, которые своими руками сотворили весь этот кошмар. И надеяться, что они способны спасти нас, наивно. Это всё равно, что обратиться к поджигателям с просьбой тушить пожар. Нужно новое видение мира. Нужны люди, которые способны увидеть весь мир по-новому.

У меня нет готового рецепта выхода из кризиса. Чтобы его давать, нужно хотя бы знать, сколько тех же самых деривативов, не имеющих реального наполнения, накопилось в мире. По моим расчётам, по меньшей мере – их порядка полтора квадриллиона долларов. Квадриллион – это тысяча триллионов.

Виртуальной денежной массой такого размера нельзя управлять без радикального их замораживания на определённый период времени. Скажем, на 7-10 лет. Эти виртуальные деньги, грязные и опасные, будут губить все попытки оздоровить ситуацию. А решение о замораживании для очень многих выглядит слишком радикально. Я думаю, те, от кого зависит принятие таких решений, на это не пойдут.

Но если всем миром, согласованно не принять радикальных мер, наступят паралич всемирной экономики и всеобщая депрессия.

В сегодняшней ситуации, продолжая линию, которую вёл до сих пор Барак Обама, повторю, мы идём к девальвации доллара и большой инфляции. Перефинансирование обанкротившихся банков, оплата созданных ими долгов, покупка бывших «ценных» бумаг, которые не имеют никакой ценности, вот что делается сегодня.

А чем это всё оплачивать? Новыми деньгами. Как это можно сделать? Запустить печатный станок. Напечатают десятки триллионов новых долларов. Но в этом случае неизбежно будут защищаться и евро, и юань, и рубль, и иена. Грянут всеобщая рецессия гигантского масштаба и инфляция.

Опасность повторения трагической ситуации, которая предшествовала Второй мировой войне, очень велика. Чтобы измерить опасность, надо принять во внимание одно обстоятельство. Вспомним, что когда началась Великая депрессия времён Рузвельта, Америка была самым большим кредитором в мире, имела очень высокий уровень производства и экспортировала свою продукцию по всему свету. А сейчас всё наоборот. Самая большая держава мира, имеющая самые мощные военные структуры, является самым большим должником. Причём должна она всему мира. И долг этот такого размера, что Америка попросту не в состоянии никогда расплатиться.

По моему мнению, нынешний кризис намного серьёзнее предыдущего, который – не надо забывать! – предшествовал Второй мировой войне. Тогда депрессия началась в 1929 году и продлилась более 10 лет. В 1939 году началась война.

Приведу грустные размышления американского профессора, лауреата Нобелевской премии 2008 года в области экономики Пола Кругмана, который сказал после того, как стали известны итоги лондонской встречи лидеров двадцати самых развитых стран мира: к сожалению, уже очевидно, что «нас ожидают долгие мучительные годы» депрессии. Боюсь, данный прогноз как раз осуществится. К этому надо готовиться.

«Литературная газета» № 18, апрель 2009 год

Вне логики мести

6 июня пройдут выборы в Европарламент. Депутат Европарламента нынешнего созыва от Италии Джульетто Кьеза, принял решение баллотироваться на предстоящих выборах от…Латвии.

– Господин Кьеза, чем же было вызвано удивившее многих решение баллотироваться в Европарламент от Латвии, переживающей кризис острее многих других стран Европы?

– Откровенно говоря, моё решение продиктовано обстоятельствами. Я всегда был независимым человеком и политиком. В Европарламент нынешнего созыва я баллотировался как независимый кандидат. Хочу сохранить свою независимость и в дальнейшем.

Увы, сегодня в Италии нет партий, которые удовлетворяли бы моим политическим взглядам, поэтому я решил вообще не участвовать в предстоящих выборах.

И вдруг получил предложение от Татьяны Жданок, депутата Европарламента от Латвии, лидера партии «За права человека в единой Латвии» («ЗаПЧЕЛ»).

Предложение было неожиданным. Но я поразмышлял, взвесил ситуацию и решился. Шаг, конечно, необычный, но в своей жизни я сделал немало неординарных шагов.

Что же мною двигало? Во-первых, надо воплощать в жизнь идеи европейского гражданства. Я считаю и ощущаю себя гражданином Европы. Европейский парламент – законодательный орган, принимающим законы, рассчитанные на всех европейцев. В этом смысле для меня нет разницы между Италией и Латвией.

Опыт работы в Европарламенте у меня есть, так что, думаю, смогу быть полезен европейцам. Но не только им. Много лет я жил и работал в СССР и России, знаю русский язык, видел своими глазами, как трудно, порой трагически происходили перемены на постсоветском пространстве.

Так что я – человек, который оказался между двумя обществами, двумя образами жизни. Этот опыт важен для поисков взаимопонимания. Он может представить интерес для латвийского избирательного корпуса в целом, а не только для русскоязычного меньшинства.

– А удалось вам выполнить обещания, данные при избрании в нынешний парламент?

– Могу сказать уверенно: да. Во-первых, я был среди тех, кто систематически работал в парламенте. Особенно интенсивно я участвовал в работе двух чрезвычайных парламентских комиссий. Первая из них – это комиссия по изучению обстоятельств деятельности секретных тюрем ЦРУ в Европе. Я участвовал практически во всех заседаниях комиссии, на всех рабочих группах, ездил в Вашингтон, в Польшу и другие страны, встречался со многими свидетелями, очевидцами событий. Это очень кропотливая политическая и дипломатическая работа. По её итогам я написал книгу, в которой систематизировал результаты расследований, довёл их сведения до моих избирателей и широких кругов граждан. Значительная часть усилий была отдана реформе средств массовой информации. Демократия немыслима без свободы СМИ, без реального плюрализма. Голосование раз в пять лет ничего не значит, если избиратели не знают ситуацию, в которой они живут. Люди, которые избирают, должны иметь представление о будущем, которое их ждёт. В этой области ситуация совершенно не удовлетворительная в Европе в целом, в Италии особенно. Латвия в этом плане тоже не исключение.

Третье направление моей работы – деятельность Чрезвычайной временной комиссии по изучению причин, которые приводят к изменению климата нашей планеты. Здесь Европа проявила понимание ситуации. Нам надо знать, что будет происходить со всеми нами, если нам не удастся осуществить радикальное сокращение производства углеводородной кислоты и усиления парникового эффекта. Это один из вопросов, который отдельные государства не в силах решать самостоятельно, действовать можно только сообща.

– В Латвии и Эстонии существуют большие проблемы с правами человека…

– Для меня как гражданина Европы, верящего в принципы, на которых Европа была построена и продолжает развиваться, очевидно, что Эстония и Латвия являются исключениями, где права меньшинств, прежде всего русскоязычного, не уважаются в полной мере.

Но разве это проблема только Латвии и Эстонии? Не думаю. Это проблема всей Европы. Её надо устранить. А устранить её можно только в том случае, если руководство республики и большинство населения будут думать по-европейски, будут смотреть в будущее. Естественно, нельзя забывать прошлое, свою историю, но для наших детей важнее будущее.

Права человека – понятие неделимое, всеохватное. Если они нарушаются в одном месте, то это та самая ложка дёгтя, которая портит всю бочку мёда.

Вторая составляющая моего решения баллотироваться носит общеевропейскую направленность. Интересы Европы и России сегодня во многом совпадают. И будут совпадать чем дальше, тем больше. Это объективный факт. Поэтому надо делать всё возможное, чтобы отношения России и Европы складывались нормально. Очевидно то, что нынешнее положение дел даёт постоянный повод для напряжённости, которая отрицательно сказывается не только на двусторонних отношениях между Латвией и Россией, но и между Европой в целом и Россией.

Думаю, я могу выступать как человек, который способен внести свой вклад в процесс примирения во имя будущего Европы.

– Что конкретно вы предлагаете в своей предвыборной программе?

– То, что я сказал, и есть часть моей программы. Меня знают как пацифиста. Я выступаю против расширения НАТО, за новую всеобщую систему европейской безопасности, где безопасность одного государства нельзя осуществить за счёт другого. Считаю, что глобализация нанесла вред всем странам. Считаю, что нынешняя Европа должна быть ближе к интересам трудящихся. Считаю, что лиссабонская стратегия расширения Евросоюза была ошибкой. Убеждён, что социальная европейская модель намного более основательна и устойчива, чем американская. Ведь очевидно то, что причиной нынешнего финансового кризиса является гигантский пузырь, сформировавшийся в США.

На базе этих позиций надо формировать новую экономическую политику, в том числе и для Латвии.

Я не собираюсь приехать в Латвию, чтобы учить и поучать всех. Наоборот, буду изучать ситуацию, внимательно слушать. В случае избрания первым делом начну изучать латышский язык. Читать о стране материалы в переводах можно, но понять её таким образом нельзя. Когда меня назначили корреспондентом в Москву, я первым делом начал изучать русский язык.

Конечно, буду опираться на опыт партии «ЗаПЧЕЛ». Программу партии я разделяю. По мере возможности буду вести диалог со всеми теми, кто хочет цивилизованно, конструктивно разговаривать со мной. Думаю, что будущее Латвии, Европы, всей планеты очень тесно связано. Преодолеть кризис в Латвии будет невозможно, не учитывая черты всеобщего кризиса. С этой точки зрения ситуация в Латвии и Италии одинакова.

– Надеетесь ли вы выполнить обещания своим избирателям?

– Конечно, одно дело – программа и другое – её осуществление. Здесь многое зависит не только от меня, а от многих факторов и обстоятельств. Буду работать. Намереваюсь начать политический, культурный диалог со всеми интеллектуалами и людьми, с которыми буду встречаться. Я намерен общаться со всеми, не ограничивая себя лишь русскоязычным населением.

В моих планах в качестве депутата от Латвии – изменение местного закона о гражданстве. Твёрдо обещаю, что буду упорно работать в этом направлении. И в Латвии, и в Европе.

– Почему то, что вы намереваетесь сделать, не удалось депутатам от Латвии этого созыва? Или они просто не хотели этого делать?

– Очевидно, что многие из нынешних депутатов Европарламента от Латвии не были заинтересованы в решении проблемы уважения прав человека.

Инициативу в этом деле, по существу, проявляла только Татьяна Жданок. Она – единственный депутат от Латвии в Европарламенте, который постоянно занимался этими вопросами. И хотя мы принадлежали к разным политическим группам – я состоял в социалистической группе как независимый депутат, она была в группе зелёных, – когда речь шла об уважении прав человека, мы действовали сообща, у нас была единая позиция. Должен сказать, Татьяна работала в этом направлении очень самоотверженно и активно, но усилия одного депутата недостаточны. Внутри Европарламента действуют мощные лобби, которые, по существу, пытались, порой успешно, обелить, защитить нынешнюю ситуацию дискриминации русскоязычного населения в Латвии. Самое удивительное – очень мало депутатов Европарламента знают о реальном положении дел в Латвии и Эстонии. Правильнее сказать – почти никто не знает. Когда приводишь реальные цифры, говоришь, что в Латвии около 350 тысяч человек не имеют права голосовать не только на европейских, но и на местных выборах, это вызывает…удивление. Но ведь это – латвийская реальность. Огромное число людей, будучи гражданами единой Европы, не могут голосовать на европейских выборах. Полный абсурд. Такой аномальной ситуации нет ни в одной другой стране Европы. Когда разговариваешь с коллегами в Европарламенте об этом, они удивляются: как такое вообще может быть?! Одна из фундаментальных задач, которые я ставлю для себя, – сделать так, чтобы депутаты нового Европарламента знали о данной проблеме. Я уверен: если число людей, которые будут знать об этом, увеличится, приблизится и время, когда эта «аномалия» будет преодолена.

– Как была воспринята ваша кандидатура в Латвии?

– В целом, мне кажется, положительно. Это беспрецедентный случай: итальянский кандидат в Латвии. Читая прессу, вижу, что превалируют любопытство и интерес. Объективные рассуждения преобладают над нападками. Есть те, кто интерпретирует мой выбор как политико-технологический ход. Покажем им, что это не так. Конечно, понимаю, что не всем я буду нравиться. Но и в Италии я тоже далеко не всем нравился. Однако именно из-за этого меня избрали пять лет назад: я говорил правду, а она не всем по нраву.

Конечно, были и вопросы такого рода: разве в Италии нет проблем? Зачем вам решать наши проблемы? Но на эти вопросы я уже ответил.

Одна латвийская журналистка написала: если бы в Италию вошли миллионы оккупантов и поселились там на века? Она, видимо, думает, что я не знаю историю. Я знаю историю. И знаю, что это логика мести. Логика, против которой всем нам надо бороться. Логика, которая обрушивает на детей искажённую историю отцов. С этой логикой не было бы Европы. Не было бы воссоединения Германии. Не было бы мира между Францией и Германией. И так далее. В Латвии такое мышление не нужно никому – ни русскоязычному населению, ни латышам.

«Литературная газета», май 2009 года

Отложенная катастрофа

– Не так давно в России состоялась мировая телевизионная премьера вашего фильма «9/11» о событиях и сентября в США. Что-то произошло после выхода вашего фильма?

– Ни одна страна, кроме России, не рискнула продемонстрировать этот фильм по телевидению. В Америке он был показан только в небольших зрительных залах. Общественное мнение на Западе так и не знает, что же всё-таки произошло. В СМИ эту тему прекратили обсуждать. Уровень информации по данному вопросу нулевой.

– Те события ушли в историю или как-то связаны с современностью?

– Я считаю, что нынешний мировой кризис – это продолжение событий 11 сентября. Если ещё точнее: и сентября было актом, с помощью которого некие силы попытались отложить нынешний кризис. И они отложили взрыв на восемь лет. Но он был неотвратим.

11 сентября произвело долгосрочный товар: это ненависть к исламу и арабам. Операция породила чувство, что есть новый враг. Падение Советского Союза у определённых кругов Запада вызвало ностальгию по противнику. Ведь наличие противника позволяет объяснить всё: расширение НАТО, военные расходы. Если противник исчезает, нужен новый противник.

Газу во время израильско-палестинской войны бомбили американские самолёты. Да, это были самолеты израильском армии, но американского производства. Такая маленькая страна, как Израиль, без помощи Америки не в состоянии иметь подобную армию, самые современные средства вооружения. Поэтому я и говорю, что бомбили Газу американские самолёты. А средства массовой информации в это время твердили, что арабы очень плохие, что ХАМАС сугубо террористическая организация…Но, несмотря на СМИ, общественное мнение на Западе старается понять, в чём дело.

– Нас убеждают, что расширение НАТО послужит стабилизации обстановки в мире. Ваше отношение к этому вопросу, в частности, к перспективе вступления в атлантический союз Украины?

– Очевидно, что большинство украинского населения не хочет входить в НАТО. На этом настаивает нынешнее руководство страны. Украина – большая европейская страна, она могла бы спокойно жить независимо. Против кого направлено расширение НАТО? Я говорю определённо: против России. Кто инспирирует этот вопрос постоянно? США. С помощью Польши и трёх прибалтийских государств.

Такая стратегия осложняет все европейские проблемы. Мы, европейцы, в газовом конфликте заложники Украины, а не России. К сожалению, в нашей прессе пишут, что мы заложники России. Хотя осложнять ситуацию с Европой не в интересах России.

Где источник осложнений? На Украине. Инспирирует их определённый круг лиц Соединённых Штатов, тот же самый, который все эти годы осложнял ситуацию с Россией. Был период, когда Россия не обращала на это внимания. А сейчас реагирует. И правильно делает – нельзя оставлять без внимания постоянные интриги и недружественные действия.

Я считаю, что интересы России и Европы сейчас совпадают на 99 процентов. У нас есть проблемы, но они разрешимы.

Очередная попытка организовать столкновение между Европой и Россией в интересах Европы? Нет. В интересах России? Нет. За ними не Россия и не традиционная Европа, то есть Франция, Италия, Германия, а определённая группа восточноевропейских стран. Они вроде бы европейцы по географии, но ведут себя, как американцы. Даже хуже.

Новые системы ракет в Польше и радар в Чехии – провокация против всей Европы и против России. Кому они там нужны? Американцам, но не европейцам.

Я спросил посла Америки в Европарламенте: «Почему вы не вели переговоры со всеми представителями Европы, с Европарламентом, с Европейской комиссией? Если разговор идёт о безопасности Европы, то надо говорить со всеми нами. Мы должны такие решения принимать вместе – все 27 государств».

Разве не является политической провокацией то, что наш главный союзник – Америка – не хочет разговаривать с нами всеми, а хочет отдельно говорить с Варшавой и Прагой? Это тоже доказательство того, что есть силы, которые продолжают нагнетать обстановку, потому что они хотят контролировать Европу.

– Не звучат ли в ваш адрес упрёки, что вы защищаете интересы России?

– Конечно, они есть. Но когда я выступаю, трудно найти человека, который мог бы опровергнуть мои доводы. У меня сильные аргументы. Я говорю с позиций интересов Европы, и сейчас они совпадают с интересами России. На мой взгляд, присутствие России на международной арене недостаточно. Россия сейчас выступает так, как должна действовать большая мировая держава, которая имеет свои интересы и их отстаивает. Но если Россия не предпринимает действий, то лозунги о влиянии России остаются лозунгами.

– Во времена СССР, холодной войны Россия была плохая. Сейчас она переменилась, но остаётся плохой…Может ли Россия вообще быть хорошей для Запада? Или русофобию подогревают намеренно?

– Конечно. Её всё время поощряют. С другой стороны, здесь объективное явление, так как практически целое поколение журналистов, экспертов, политических деятелей сформировалось во времена холодной войны. Это была среда их существования. Это был их хлеб. В России первые десять лет после распада СССР была проамериканская эйфория, особенно среди интеллигенции. Поворот произошёл с приходом к власти Путина. Сначала было видно, что Путин не очень осознавал положение. Он думал, что возможно равное сотрудничество, и к нему стремился. Через несколько месяцев после его прихода к власти стало ясно, что интересы Запада и России не совпадают.

После и сентября положение прояснилось окончательно. Америка потребовала от России не просто помощи, но и подчинения, по существу. В категоричной форме: «Тот, кто с нами, – с нами. Кто не с нами, тот против нас». Президент Буш эту фразу произнёс несколько раз.

Путин тогда не мог должным образом реагировать и рассудил, что надо действовать спокойно, не резко. Он тогда пошёл на условия американцев. Но этого им было мало, они постоянно требовали большего и начали строить базы в Средней Азии – в Узбекистане, Таджикистане, Киргизии… В Москве поняли, что ситуация становится очень опасной – Центральная Азия будет полностью потеряна. Потом было расширение границ НАТО. Потом размещение новых ракетных систем в Польше и Чехии. К этому моменту уже прошли цветные революции, организованные по одному сценарию…

Путин и его окружение начали понимать, что США – это не добросовестный партнёр, а партнёр, который диктует условия и требует беспрекословного подчинения, ничего не давая взамен.

Одновременно менялись настроения людей в России. Им стало очевидно, что простой народ потерял все преимущества социализма и не получил никаких преимуществ капитализма. Социальная безопасность, спокойствие, равные права, бесплатное образование, медицинское обслуживание остались в прошлом. А что взамен? Достаток для большинства населения? Нет. Унижения – да. Но не о них мечтал народ. У основной массы россиян произошёл поворот от любви к Америке до настороженного отношения к ней. И здесь вина американцев, они должны нести за это ответственность и будут в той или другой форме её нести.

Американцы до сих пор не понимают, что дело в них, и потому обвиняют Путина и Медведева в смене «демократического» курса. Но это не Путин и Медведев сделали по своей воле, это люди в России изменили отношение к Америке, Западу.

– Отношение к США изменилось не только в России…

– Престиж Америки сейчас подорван во всём мире. Вся так называемая рыночная экономика никогда не была действительно рыночной. Это была иллюзия. Она рухнула. Где? В Америке. Центр кризиса там. И американцы сейчас должны объяснить всему миру что происходит. Какие меры принимаются? Их нет. США были застигнуты врасплох. И во всём мире видят, что у Америки нет никакого рецепта и плана выхода из положения.

Недавно была глобализация, был настрой на бесконечное развитие…Глобализация развалилась, никакого развития нет в помине, как и рынка, страны национализируют всё, что можно…Но они не знают, как правильно это делать, и дают деньги банкам. То есть те, кто ответствен за кризис, получают ещё больше денег. Пожар тушат бензином.

В таких условиях Америка не в состоянии управлять. Я не верю, что доллар устоит. Сейчас он немного поднялся. Это кратковременное явление. По моему мнению, люди сейчас покупают доллары, потому что наивно считают, что Америка ещё сильна и что рано или поздно она восстановит прежнее соотношение сил.

Это ошибочное представление. Доллар не сможет оздоровиться, если американцы не начнут опять копить капитал. Сейчас у них нет настоящего капитала, властвует только потребление, которое опять же увеличивает задолженность Америки. Это как снежный ком.

«Литературная газета» № 8, февраль 2009 года

Сферы единоличного влияния

Год, прошедший со дня нападения Грузии на Южную Осетию, к сожалению, не внёс существенных корректив в понимание европейцами действительных причин развязывания грузинской агрессии. Большинство европейцев – как простых граждан, так и политиков – не могут разумно посмотреть на произошедшее.

Независимая международная комиссия Евросоюза по установлению причин конфликта на Кавказе в августе 2008 года, целью которой было объективное выяснение причин и обстоятельств, приведших к возникновению грузино-югоосетинского конфликта, не единодушно и безоговорочно, но тем не менее пришла к выводу, что нападение было организовано Грузией. Со стороны России не было никаких провокаций, Россия ответила на нападение на её миротворческие силы и своих граждан в Южной Осетии.

Факты очевидны. Но европейские элиты никак не могут признать свою неправоту. Нельзя сказать, что абсолютное большинство, но всё-таки большинство лидеров европейской политики по-прежнему поддерживает и правительство Грузии, и руководство Украины, которые в атаке на Южную Осетию действовали совместно, о чём недавно заявил президент Дмитрий Медведев.

Уже точно известно, что грузинской стороной при нападении на российских миротворцев, на мирных граждан Южной Осетии использовалось оружие, которое поставляла Украина. Конечно, поставки были не только из этой страны. Но нельзя игнорировать тот факт, что оружием, которое поставляла Украина, были убиты жители Цхинвала и русские военнослужащие.

До сих пор не ясна позиция США по этому вопросу. К сожалению, президент Соединённых Штатов Америки Барак Обама и его администрация пока не определились. Поездка вице-президента США Джона Байдена в Киев и Тбилиси дала понять, что в Вашингтоне не расстались с прошлыми идеями, хотя во всеуслышание идут разговоры о перезагрузке отношений.

Одна из американских политических идей, тянущихся из прошлого, сформулирована Байденом: США не признают чужие сферы влияния. Хорошо, допустим, сфер влияния быть не должно. Суверенитет каждого государства должен быть неприкосновенным. Но тогда США должны объяснить, почему они стремятся всячески расширить свою сферу влияния. Получается, что за 10 тысяч километров от Вашингтона есть сфера влияния США, в которую входит Грузия, фактически существующая ныне за счёт помощи Америки. Очевидно, что президент Украины Виктор Ющенко – человек Вашингтона. То есть и Украина входит в сферу влияния США. Других объяснений этим фактам быть не может. То есть свои сферы влияния Америка расширяет, но при этом не допускает, чтобы такие сферы имели другие страны.

Такая позиция Вашингтона попросту неприлична. С одной стороны, президент Обама говорит, что он хочет перестраивать отношения с Россией. Но после этого вице-президент США Байден едет в Киев и Тбилиси и говорит вещи, противоречащие заявленной позиции своего президента. Более того, вещи, которые попросту не могут быть приняты Москвой даже при большом её желании, потому что противоречат логике и национальным интересам. Поэтому я боюсь, что отношения между Европой и Россией и Россией и США не улучшатся в ближайшее время. Перезагрузка может быть осуществлена в других сферах международной политики. Например, в области сокращения ядерного вооружения – традиционной сфере переговоров в области вооружений. Здесь уже есть некоторый прогресс. Но в области раздела сфер влияния у России, Европы и США есть большие противоречия, которые, что совершенно очевидно для меня, исходят не из Москвы, а из Америки и Европы. Прежде всего от тех сил, которые не могут расстаться с идеями холодной войны и с планами окружения России кольцом не вполне лояльных, а то и просто враждебных сил. Как иначе можно толковать стремление к дальнейшему расширению границ НАТО!

После нападения Грузии на Южную Осетию в Европе совершенно очевидно пошли на спад настроения присоединить Грузию к НАТО. Слава богу, не все политические лидеры неразумны, есть и такие, что понимают: Саакашвили не серьёзный политик, а безответственный авантюрист. Но это поняла пока лишь часть европейской политической элиты.

Решение о включении Грузии и Украины в НАТО было отложено на неопределённый срок. Однако это не означает, что данная идея окончательно отвергнута. Кризис вокруг Грузии используют до сих пор, чтобы сохранить живой идею включить Украину и Грузию в состав НАТО. Рано или поздно, но включить. Так что эта провокационная идея продолжает жить и будет продолжать отравлять всю европейскую и мировую ситуацию.

<Литературная газета», август 2009 года.

Монстр пожирает всех

– Господин Кьеза, то, что происходит в Италии, – это кризис или это временные трудности?

– Это большой кризис, и не только Европы, но всей мировой финансовой системы. Поскольку руководство нынешней Европы находится практически в союзе с Соединёнными Штатами Америки и Федеральным резервом, это означает, что налицо глобальный финансовый кризис, который будет сказываться на будущем всего мира, включая Россию.

– Почему у Италии накопились такие долги? Уход Берлускони что-то решает? Исправится ли положение в лучшую сторону?

– Нет, никакой лучшей стороны не будет. Конечно, правительство Берлускони было самым смешным и бездарным руководством послевоенного периода. Но решение, принятое президентом Наполитано, по существу, равно перевороту. Потому что президент Республики создал своими руками новое правительство, но не на базе интересов страны, а на базе интересов международного капитала, инвестиционных центров, которые хотят решить свои проблемы за счёт народов Европы. Поэтому уход Берлускони от власти означает приход к власти в прямом смысле слова финансовой структуры. Италия уже стремительно теряет суверенитет, находится под диктатом Международного валютного фонда и Центрального банка Европы. А оба эти финансовых инструмента работают на 9-10 крупнейших инвестиционных банков, которые на сегодня управляют, и плохо управляют, западным миром. Я давно говорю, что они потеряли контроль над движением капиталов, практически обанкротились в конце 2007 года, и уже три года пытаются воспроизвести предыдущее положение. Кризис Италии объясняется именно этими причинами.

Италия – не потерянная страна. Это большая держава и с точки зрения индустриальной структуры, и богатого интеллектуального и культурного потенциала. Всё, что происходит с итальянским долгом, – это прямое следствие атаки против нашего долга, организованной из-за рубежа.

Италия находится под серьёзной угрозой финансовой войны.

Вначале пробная атака была проведена против Греции. Затем атаковали Италию, использовав аномальную ситуацию: долг очень высок. Но есть данные, что экономика Италии здорова. Например, частный долг Италии (долг частных лиц) составляет лишь 42 % от ВВП, тогда как частный долг Франции намного выше, а частный долг Великобритании -103 % от ВВП. Если смотреть совокупность частного и публичного (государственного) долга, ситуация Италии намного лучше, чем ситуация Испании, Франции. Бельгии, Португалии, Греции и так далее. Единственная страна в Европе, которая с этой точки зрения находится в лучшей ситуации, – Германия. Поэтому манёвр, который направлен на формирование общественного мнения, будто Италия находится на грани банкротства, – это фальсификация.

Назначение Марио Монти главой правительства означает, что Италию хотят взять под свой контроль. Можно сказать, что правительство Марио Монти и Джорджио Наполитано – это, фактически, правительство «Голден Сакс» над Италией, управляющее страной. Значит, Италия сразу пойдёт по пути, когда приватизация будет проведена, как везде: Италия будет дёшево продана под предлогом оздоровления экономики. Хотя в этом нет необходимости. Будут уменьшены пенсии, зарплаты людей, произойдёт сокращение государственных и частных служащих, сокращение больниц, школ, всех социальных служб. И всё это делается на базе заявления, что, якобы, после этого произойдёт рост экономики. Но это полный абсурд! Потому что в таких условиях никакого роста экономики не может быть ни в Италии, ни в Европе. Все европейские данные говорят, что будет рецессия – откат назад не только в Италии, но и во всей Европе.

Мы находимся перед гигантским обманом. Кто организует этот обман? Я уже говорил – Международный валютный центр во главе с американским Уолл-стрит и другими финансовыми центрами, которые на сегодняшний день управляют миром.

А почему обманывают? Потому что обанкротились. Они, конечно, могут придумать новые искусственные фантомные деньги, которые не существуют в реальности. Они будут рекапитализировать все эти банки, как уже делали один раз в течение последних трёх лет. Не получилось. Они сейчас опять предпримут попытку рекапитализировать банки, чтобы народы Европы заплатили. Но не получится, как не получилось и в первый раз. Не получится во второй, потому что кризис имеет системный характер. Я думаю, что через год-полтора мы, западный мир, будем переживать самый большой кризис в истории капитализма, который будет намного драматичнее, чем кризис 1929 года.

Поэтому на весь этот манёвр, на ухищрения, надо сказать «нет». Я со своими союзниками организую движение «Альтернатива», главным лозунгом которого будет «Не надо платить этот долг». Мы будем призывать итальянский народ, работающих людей, не платить этот долг. И организовать, чтобы государство рухнуло немедленно, когда оно начинает осуществлять указы, поступающие из финансовых центров, из Франкфурта.

– Революции в арабских странах произошли по внешним или внутренним причинам? Когда бомбили Югославию, вы говорили, что при таком развитии событий могут начать бомбить и любое другое европейское государство.

– Бомбардировки Италии я не предвидел. Сейчас начинают другого вида бомбардировки – против наших социальных структур. Метафорически это можно назвать атакой и бомбардировкой. Не думаю, что эти волнения – следствие только внешних манёвров. Хотя попытки извне управлять данными движениями были, это очевидно.

Но события «арабской весны» имеют, прежде всего, внутренние причины – и особенно, я думаю, причины демографические. Посмотрите на возрастной состав в египетском обществе: там более половины населения – моложе 22 лет. Новое поколение не имеет опыта отцов, у которых, к тому же, не было телевидения. Молодое поколение смотрит телевидение и сравнивает свою жизнь с западной. Когда они живут менее чем на один доллар в день и видят, как живут в Лондоне, Риме, Москве и так далее – они хотят жить так же и возмущаются, что не имеют всего этого.

Нам рассказали красивую сказку, что эти молодые взбунтовавшиеся люди стремятся к западной демократии. Это смешно. Они не могут хотеть этого, потому что западной демократии не знают. Но они хотят наши товары, наш уровень жизни, который видят опять-таки по телевидению, наш люкс, наших полуголых женщин и так далее. Поэтому всё, что нам рассказывали о стремлении к демократии – ерунда. Но очевидно, что происходят кардинальные изменения в представлениях о жизни миллионов молодых людей. И события в арабском мире – это один из признаков, что империя не может управлять миром старыми методами.

Думаю, там быстро извлекли урок, что старые методы не годятся. И будут создавать новые системы, чтобы управлять миром, вероятно, насильственными методами. Предположение о том, что мы вскоре увидим большую войну, очень реалистично. Вероятно, в течение полутора лет, не более, начнётся война против Ирана.

Мы находимся на повороте истории, я давно предвидел этот драматический поворот – потерю контроля и попытку со стороны некоторых стран, определённых групп в этих странах, вновь захватить власть, которую они теряют. Но это иллюзия, напрасные надежды. Потому что такие страны, как Индия, Бразилия, Турция, уже живут, развиваются самостоятельно. И трудно будет ими управлять. Однако попытку, попытку кровавую, жаждущие реванша предпримут.

– В условияху когда Запад будет переживать такой кризис, как поведёт себя Китай: попробует себя обезопасить или воспользоваться моментом и прибрать к рукам экономику, которая рушится?

– Трудно предвидеть все возможные события. До сих пор Китай действовал очень осторожно. Он, конечно, будет защищаться. Но пока я вижу только стратегию Соединённых Штатов Америки, которые пытаются ограничить действия Китая. Хотя у американцев нет пока полномасштабной стратегии, как вести дела и китайцами. Потому что слишком стремительно и трудно происходит кризис на Западе. Такое впечатление, что они еще не сделали реального анализа ситуации и действуют по преимуществу панически: все действия, осуществляемые в Европе, – это эффект панического состояния.

Пока сложно предвидеть развитие событий, кроме одного: всё развивается стремительно, быстрее, чем я ожидал. Единственное, в чём я ошибся за последние десять лет, анализируя ситуацию в мире, это в том, что думал, будто у нас больше времени, чтобы подготовиться и защититься.

А ситуация ухудшается стремительно. Я думаю, этот грандиозный кризис произойдёт в ближайшие 3–4 года, максимум через 5 лет. Посмотрим. Вижу, что они ведут себя не только насильственно, предпринимают агрессивные шаги, но возможно, начнут воевать. Это очевидно, если в Америке выиграют республиканцы. Эти партии, движения – правый фланг республиканцев – сумасшедшие люди, от которых можно ожидать чего угодно. Они могут осуществить самые невероятные глупости в ситуации кризиса. Поэтому опасность войны очень высока.

– Призыв вашего движения «Не будем платить долг» перекликается с лозунгом «Хватит кормить Уолл-Стрит». Это скоординированные действия или глобализация такова, что в Америке и Европе одинаково чувствуют на себе диктат финансовых структур?

– Да. Люди понимают, но не на уровне объяснения, а на уровне беспокойства. Они осознают, что картина мира, которую они до сих пор видели, не соответствует реальности, что есть другие силы, которые играют в их карты. Они интуитивно сегодня – на первой реакции защиты, инстинктивно это ощущают. Необходимо организовывать движение, которое будет ставить вопросы, опираясь на реальные тенденции и события.

Один из таких реальных пунктов, что эта система рухнула, хотя её пытаются спасти. Она всё равно рухнула. Надо менять правила игры. Лозунг «Мы платить не будем» означает в первую очередь, что мы требуем новые европейские правила, новую европейскую конституцию, потому что действующая конституция была ориентирована на банки, а не на людей. И первый шаг изменения правил игры – не платить долг, выйти из зоны евро. Я предлагаю инициировать выход из евро, создать национальный банк, национализировать ведущие инвестиционные банки Италии. Не платить долг и начинать переговоры, как вести себя? Это модель Аргентины и модель Исландии. Можно и необходимо это сделать. Потому что, если мы пойдём в том направлении, куда нас толкают, мы лишимся не только нашего уровня жизни, но и всех наших свобод. Мы превратимся в рабов, рабов капитала. Более того, станем рабами сумасшедшего капитала, который ведёт мир к трагедии.

– В холодной войне победил Запад, но при помощи наших командующих, так сказать. Не была ли это «пиррова победа» Запада? Не показывает ли Китай, что социалистический путь более успешен?

– Социалистический путь тоже не привёл к благоденствию. К сожалению, не вижу альтернативы. Я бы не говорил о нынешнем пути Запада как пути капиталистическом, потому что в настоящее время ситуация другая. Это уже не капитализм, не рынок, это иная финансовая система. Можно это назвать капитализмом, но его трудно сравнить с тем, что существовал в Европе 50–60 лет назад. Это другая система, которая действует на уничтожение людей. И здесь не вопрос о терминологии, а о соотношении сил. Надо взломать этого монстра, который образовался на базе победы западного капитализма: из победы вышел монстр.

Когда капитализм существовал в борьбе с социализмом, он был совершено другим. Его возможности и амбиции сдерживал СССР, капитализм был вынужден бороться с социализмом. А когда рухнул Советский Союз, этот Левиафан, гигантский монстр, уничтожает всех. Я хочу бороться против монстров.

– Кто может стать победителями во время этой финансовой войны, кто может возглавить борьбу и повести к победе: экономисты, юристы, рабочие?

– Думаю, нужно соединение разного знания, не только по профессиям. Вопрос в том, что у нас, людей, исповедующих левые взгляды, нет теории состояния нынешнего общества. И у правых – тоже нет. У нас есть представление об обществе, которое давно не существует. Рабочий класс как таковой не существует. У рабочего класса уже нет психологии рабочего класса. Может, у китайских рабочих есть такая психология. А на Западе рабочими считают себя представители среднего класса, который не имеет вообще представления, в каком состоянии находится общество. Одно из достижений общества глобализации в том, что оно уничтожило все предыдущие социальные классы, изменив расклад сил. Нужно срочно формулировать теорию общества. Иначе создать единый народный фронт против этого монстра не удастся. Когда я говорю это, мне аплодируют не только выразители левых взглядов, но и правых. Потому что все понимают: этот монстр пожирает всех. Надо отложить старые идеологические представления и формировать единый народный фронт против монстра финансовой системы Запада.

Газета «Завтра» № 48 (941), 30 ноября 2011 года

Авантюристы на авансцене

– В настоящее время гудит вся планета. Природные катаклизмы, перемена климата, пересмотр границ государств, революции, войны… Это естественный ход или это чья-то злая воля? Ведь и в климатических изменениях видят чью-то руку.

– Нельзя всё это считать случайным совпадением. Это элементы кризиса, которые давно зреют. Наш мир находится в неустойчивости. В течение последних 50 лет планету сотрясают катаклизмы, потому что человек разрушил условия, которые обеспечивали планете устойчивость. С этой точки зрения то, что происходит, закономерно, ожидаемо. И человечество платит сейчас за свою активную деятельность, пожинает плоды того разрушительного процесса, который само и запустило. Последние поколения людей систематично разрушают природу. Всё, что происходит сейчас – результат дисбаланса: природный дисбаланс, социальный дисбаланс.

Этот дисбаланс – разрушение сложного организма. Земля – итоговый результат сложных циклических процессов, которые идут 5 миллиардов лет. Когда этот циклический процесс нарушили, то последствия проявляются в разных частях организма: и психологически, и экологически, и энергетически, и социально, и политически – одновременно. Ведь всё это взаимосвязано. Даже чувства, интеллектуальное состояние 7 миллиардов жителей планеты влияют на равновесие в природе.

Нынешнее нарушение баланса само по себе беспрецедентно в истории человечества. До сих пор никогда человек так отрицательно не влиял на окружающую среду. Наши экономическая и социальная структуры неустойчивы, чрезвычайно уязвимы. Поэтому когда в одном комплексе этого сложного организма происходит что-то деструктивное, это разрушает весь организма, сам ход его развития.

Есть ли здесь чья-то рука? Считаю, что есть. Так называемый хозяин вселенной (по определению лауреата Нобелевской премии по экономике Пола Кругмана). Хозяева вселенной, кто они? Это владельцы международной финансовой структуры.

Они в настоящий момент владыки мира, мира Запада, по крайней мере. Эти люди имеют не только богатство, но и власть. Деньги, которые они напечатали – 200 триллионов долларов – ничем не обеспечены, это пустышки – но они дают гигантские политические возможности.

Эти властители находятся в привилегированном мире, живут на высочайших этажах большой башни, у них обзор, оттуда видят, наблюдают лучше, чем мы. Они видят, что наступает гигантский кризис. Ищут выход. Но у них нет стратегии, нет понятия, а как строить мир? Сегодня мы живём в полном хаосе. Эти самые хозяева мира не знают, что делать. Они в положении человека, который находится на вершине вулкана. Да, они на вершине, на высоте, но это вулкан, который вот-вот начнёт извергаться. А у них нет возможности оттуда выбраться.

Чтобы скорректировать ситуацию в свою пользу, они действуют, как шаманы: не зная природы этого кризиса, пытаются изменить климат, например. Они создают новое оружие. Потому что они видят, что мир идёт к войне. Но новое оружие – это результат иллюзии, заблуждения, что с его помощью можно кардинально решить проблемы. Оружие, однако, готовят, в том числе климатическое. Этим занимаются Соединённые Штаты.

«Хозяева вселенной» по существу имеют в руках гигантские военные мощности Соединённых Штатов Америки. Они сами – не только американцы. Но государственная власть Америки – это самая гигантская концентрация военных сил. И они попытаются выходить из этого кризиса с помощью войны, ведя подготовку к ней. Думают, что смогут выйти из этой войны победителями. Это, конечно, полное сумасшествие. Потому что из этой войны и они тоже не смогут выйти победителями. Многие из них погибнут вместе с миллионами или даже миллиардами других людей.

«Рука» есть, но это рука слепых людей. Они не могут, не знают, как управлять ситуацией. Они предпринимают попытки управлять, но эти попытки очень опасны, они даже более опасны, чем сами катаклизмы.

– Ситуация на Украине инициируется причинами внутренними или внешними? Почему главы самых разных стран столь озабочены, что даже бродят по площадям и раздают пряники?

– Думаю, всё, что происходит на Украине и вокруг – это как раз подтверждение только что сказанного. Есть силы на Западе, в Европе в частности, которые считают, что сейчас как раз время, удобный момент, когда надо выступать против России и других стран. Это и есть подготовка к войне. Такое ускорение процесса захвата Украины, поспешность со стороны Европы диктуется не интересами Европы, которая здесь не при чём, не интересами Украины, она ничего хорошего получить от этого не может, это будет просто разрушение Украины. Что может быть результатом этих событий? Или победа Запада над Россией – расширение границ НАТО до максимальной близости к Москве. Или разрушение украинского государства. Инициаторы ситуации идут на это сознательно: или, или. Оба варианта их устраивают.

А кто эти силы? Европа? Нет, не Европа. Это прибалтийские государства, это Польша и это определенные круги – особо реакционные – Германии, Франции, Англии, Италии. Это лобби, что действует под диктовку части американской элиты. Это коалиция внутри Европы, которая не открыто провозглашает цели, но хочет создать перманентный очаг напряжённости, который разделяет Европу. Цель – увеличить напряжение между Россией и Европой.

А вторая цель этих кругов – связать Европу с Соединёнными Штатами Америки более тесно и бесповоротно. Они также боятся, что ослабление Соединённых Штатов как империи приведёт в потере доминирования над Европой. Они поступают таким образом, чтобы между Россией и Европой оставить очаг перманентного кризиса, конфликта, чтобы доминировать, чтобы Европа была привязана к энергетическим источникам, особенно к сланцевому газу, который США сейчас разрабатывают. Это игра ва-банк, которая ведётся ускоренными темпами.

Наблюдая поведение Европы в отношении Украины, задаю себе вопрос: почему такая спешка? Почему в данный момент Европа так ускоренно ведёт процесс разрушения Украины и слома отношений с Россией? Очевидно! Потому что кризис усугубляется быстрыми темпами. И заинтересованным силам необходимо сильно связать Соединенные Штаты с Европой, чтобы не упустить Европу, чтобы она не была потеряна, чтобы оставалась во власти и под влиянием Соединённых Штатов Америки. Это борьба за доминирование внутри западного мира.

– Но если это ведёт к потере Украиной целостности, расчленению, потере самостоятельностиу то все эти яценюки и кличко слепы или содействуют своему врагу сознательно?

– Они просто агенты Соединённых Штатов Америки и антироссийских европейских кругов. Они играют ту же роль, которую Гайдар и Ельцин играли во время разрушения Советского Союза. То же самое! Такие же люди, те же самые цели, стремления, финансирование. Никакой разницы! Гайдар, Ельцин, Бурбулис, Шахрай помогали разрушению Советского Союза, сейчас такие же люди действуют на Украине. Они попросту хотят разрушения, слома Украины. Не могут они быть настолько наивными, чтобы думать, что могут включить всю Украину в эту операцию. Значит, они служат функции так называемой Галиции, которая после пакта Молотова-Риббентропа включена в границы Украины. Они хотят, чтобы Украина как государство была разрушена. Или добиваются победы западной части Украины над Восточной частью. Это тоже означает разрушение украинского государства. Они против государства Украина как такового. Поэтому эти агенты идут ва-банк. Но они не самостоятельны, не действуют независимо. Они – агенты влияния, которые работают на тех, кто извне. У меня на это счёт нет никаких сомнений. Как ранее Ющенко, так же и они сейчас действуют.

– Люди во всём мире разочаровались в политиках: те погрязли в коррупции, аморальных скандалах. Но люди должны за кем-то идти, ориентироваться на некие идеалы. Кем могут быть эти идеалы? Церковь? Политики новой волны?

– Действительно политики потеряли доверие людей, и политика как таковая не имеет уже значения. Потому что и демократия как таковая уже не существует. Люди, не зная, потому что не имеют рационального объяснения, просто чувствуют, что нет никакой демократии. А всё, что они видят, что подают им как демократию – это фикция, церемониальное проявление демократии без содержания. Это относится и к американцам, и к европейцам – ко всем, кто экспериментировал с так называемой западной демократией. Глобализация по-американски практически умертвила демократию.

Люди понимают, что те, кто фиктивно ими управляют, не принимают решения. Они – не в центре власти. Центр власти находится в другом месте. Непонятно, где, может быть, виртуально, может быть, в Швейцарии или ещё где-то. Для меня очевидно, что эта власть имеет две столицы: Уолл-стрит и Лондонский Сити. Именно там – нынешняя мировая власть. Но никто этих людей никогда не избирал. Они назначены. Их назначило их богатство и инструменты обогащения.

Также очевидно, что эпоха потребления – количество товаров, услуг, машин, всего прочего – подходит к концу, истощается. И люди понимают, что их будущее находится в темноте, никто ничего не видит. В результате всего этого люди не знают, к кому обратиться не видят, кто может представить и защитить их жизненные интересы: работу, благополучие. Никто ничего не может гарантировать. Из этого беспорядка, на мой взгляд, самым печальным результатом будет то, что на авансцену выйдут авантюристы, которые скажут: у нас есть решение ваших проблем. И поднимется волна фашиствующих структур, которые будут создаваться везде. В Европе уже есть признаки нарастания нацистских, фашистских настроений.

Именно из-за отсутствия политического правления, политической оценки сегодняшнего реального кризиса. Фундаментальная проблема состоит в том, что даже руководители Запада не имеют реального представления о кризисе, не видят сложности этого кризиса из-за своей недостаточной культуры.

Считаю, что общие представления, знания, идеологические концепции, которые у человечества преобладали в течение XX века, не позволят выйти мирно из этого кризиса. Поэтому надо совершить огромный скачок в формировании сознания людей, скачок в представлении реальности. Нужна методологическая система использования современных знаний.

В настоящее время принимаются проекты, которые будут ещё и дальше ломать равновесие природы, потому что люди не имеют общего представления, нет обобщающего мировоззрения. Сейчас у всех – узкая специализация.

Даже руководители в научных сферах имеют высочайшую специализацию в одном лишь квадратном сантиметре знания, и не имеют представления обо всём остальном. Мы по существу находимся в пустыне, где каждый человек имеет представление об одном квадратном сантиметре. И не знает, что такое пустыня, не понимает, как действуют всеобщие законы, во всей природе. Вот какова ситуация: мы практически повернули вспять в постижении мира.

Ранее человечество было способно мыслить стратегически, а сейчас, в конце так называемой американской глобализации, мы находимся в примитивном состоянии. У нас есть прекрасные машины, компьютеры, технологии…И всё великолепное, изящное, но мы не знаем, как эти вещи функционируют, не можем их даже чинить. Мы – примитивные люди, которые не контролируют окружающую среду. В этом я вижу корни нашего нынешнего кризиса.

– В западных медиа – в частности, на ВВС – ведётся массированная пропаганда против России: взрывы, беспорядки, даже будущие Олимпийские игры преподносят в чёрных красках. С чем это связано, и кто заказчик этих страшилок?

– Это работа в одном направлении: изолировать Россию и поставить её в список виновных. Это продолжение «холодной войны» с использованием террористических актов и гигантских мощностей средств массовой информации, которые все находятся в руках так называемых «хозяев вселенной».

Эта вся операция направлена на изоляцию России и создание из неё мирового зла. Те, кто этим занимаются, знают, что ещё совсем недавно в мире оставалась единственная империя. И Россия после разрушения Советского Союза была колонизирована этой империей. Россия была колонизирована – сказать надо прямо, что Россия была превращена в колонию Соединённых Штатов Америки: и в духовом смысле, и в экономическом, в финансовом. И вдруг сейчас Россия подает признаки, что она не колония. Да надо уничтожить эту Россию! Если она может сказать: я этого не хочу и делать этого не буду, – она не нужна!

Атака на Украину и всё остальное – часть этой же борьбы. Цель которой – не дать России вернуть себе самостоятельность.

Самое страшное – то, что империя, которая ныне правит миром, уже умерла, но она не знает это, не желает с этим примириться. Она уже не империя. И Россия – часть неколонизированного мира. Ещё большая часть – Китай. Китай идёт своим ходом. Конец некогда единственной империи виден из Пекина.

Россия была колонизирована, сейчас она выбирается из этого состояния. Пока не совсем, и её не хотят выпускать. Китай не колонизировали и его не колонизируют, поэтому Китай – это большой враг на будущее. И готовятся с ним расправиться, идут в направлении Китая. Промежуточные шаги были продуманы: Сирия, Иран, потом – Россия. Но ситуация становится более опасной: ускорился кризис, поэтому надо немедленно и прямо вести действия против России. И мы видим, что действия такие ведутся. «Хозяевам вселенной» не нужны уступки со стороны России. Им нужна вся Россия.

Газета «Завтра», № 2 (1051) от 9 января 2014 года

Знаковый визит

– Господин Кьеза, на ваш взгляд, визит Путина в Китай, его договоренности с Си Цзиньпином – это рядовое событие или знаковое?

– Конечно, это событие не рядовое, а знаковое. Несомненно, знаковое. Потому что Россия, и это естественно, хочет показать Западу: если вы закрываете нам дорогу, то у нас есть выбор, есть другой путь. Я думаю, что это был, с одной стороны, шаг вынужденный, но с другой – показатель: смотрите, мы можем быстро, в течение пары месяцев, начать переориентацию нашего внимания, наших приоритетов. Если вы этого хотите – пожалуйста, мы уже идём туда, и нас там ждут. С нами готовы общаться на равных, без дискриминации, с уважением к нашей позиции.

Может ли Россия в сложившейся ситуации защититься от санкций Запада, сделать так, чтобы эти санкции не нанесли вашей стране неприемлемый ущерб? Думаю, что да. Но при этом со стороны Путина нужны очень решительные шаги, чтобы снять зависимость от международной финансовой системы. Какой-то серьёзный шаг необходим, чтобы Россия, хотя бы частично, преодолела свою зависимость от структур Запада, освободилась от них. Например, расчёты внутренние не могут быть зависимы от американского доллара. А сейчас они зависят от того, сколько у вашей страны долларов в запасе.

К тому же, все системы финансовых и информационных коммуникаций, которые действуют в России до сих пор, – американские. Такая ситуация не может сохраняться и дальше, иначе у американцев есть очень значительные рычаги для шантажа. Все годы «рыночных реформ» Россию включали в систему, которая по существу своему – западная. А сейчас вам надо вернуть себе самостоятельность, во многом это нужно делать срочно, иначе на вас могут влиять извне, попросту управлять.

Простой пример. «Газпром» и Роснефть – два гиганта, от которых зависит бюджет России, это достояние государства. И эти гиганты котированы на Уолл-стрит, в лондонском Сити, в Токио, во Франкфурте-на-Майне. Там продаются их акции, там много акционеров, которые могут сильно зависеть от США. И поэтому такой манёвр совершён – санкции. Санкции могут быть операциями по управлению, ведь акционерные российские общества можно подорвать извне. Поэтому надо срочно пересмотреть ситуацию. Россия может оказаться в трудном положении из-за этой зависимости.

Газета «Завтра», май 2014 года

Ключи от мира – в руках России

– Господин Кьеза, понимают ли западные европейцы процессы, происходящие вне Европы, – к примеру, на Украине? Хватает ли информации, чтобы разобраться?

– У европейцев нет никакой достоверной информации об украинском кризисе. Практические все каналы, я сужу по итальянским каналам, а везде в Европе более-менее всё то же самое, дают попросту ложь. В их интерпретации якобы всё происходит потому, что Россия оккупировала Украину. А Украина хочет быть независимой, свободно стать членом Евросоюза. Россия же препятствует, поэтому виновата, Путин виноват, он диктатор. Всё – в этом духе.

И как можно понимать что-то, если даже состав национальностей внутри Украины никто не знает? У меня есть интернет-телевидение, канал «Пандора ТВ», на котором я давал несколько комментариев в день, поскольку был единственным альтернативным информационным источником в Италии. И там я сказал, что в Донбассе русские люди защищаются от фашистского режима, созданного в Киеве. И несколько коллег-журналистов меня через СМИ атаковали: «А! Господин Кьеза, наёмник, признал, что Россия оккупировала Украину, поскольку сказал, что русские люди на Украине защищаются. А чего русские делают на Украине?» То есть даже журналисты, освещающие эту тему, не знают, что около 10 миллионов граждан Украины – русские по национальности.

Они, их предки там жили всегда. Идёт полное систематичное искажение реальности. А когда полностью замолчать трудно, как о трагедии в Одессе, дают информацию, которую понять невозможно. «Там было столкновение. Был пожар. Люди погибли. Надо провести расследование».

Непонятно, с кем и кого столкновение. Сколько жертв? И эта информация не имеет альтернативы, поэтому люди не знают истинной картины. У меня впечатление, что даже руководители не знают. Да нет, это не просто впечатление.

– Руководители стран?

– Да, руководители стран. Они читают те же самые газеты, смотрят то же самое телевидение и не имеют ни малейшего представления о том, что происходит. Поэтому принимаются решения на уровне незнания.

Даже прогрессивные люди, честные, открытые разным мнениям, не осведомлены. Я разговаривал с группой политиков – три депутата итальянского парламента и два сенатора. Слушая моё изложение ситуации, они изумлялись: «Не может быть! Не может быть!».

Но я всё аргументировал, с фактами. Эти люди не были настроены против России, у них нет предвзятости. Просто незнание! А это депутаты! Они голосуют, принимают решения! Я говорил с пятерыми. А остальные? Удручающая картина. Те, кто управляет средствами массовой информации, могут сделать что угодно, чтобы развитие шло по их сценарию.

– Получается, что четвёртая власть диктуету как вести себя первой власти?

– Да, диктует первой, второй властям.

Мой ресурс в фейсбуке популярен. Его посещают более юо тысяч человек. Но это не телевидение. В фейсбук люди заходят, смотрят 2–3 минуты – не длительно. Это видно и по посещаемости материалов. Если пишу комментарии в 3 или 10 строк, то в течение пары часов до 60 тысяч читателей. Но если статья, где излагается развёрнуто точка зрения, даётся анализ, число читателей вполовину уменьшается.

– Но на акции протеста против действий Киева на востоке Украины, инициатором которой были вы, у украинского посольства в Риме было немало людей.

– Было около 330 человек, которых я собрал через фейсбук, через «Пандору ТВ». Парадокс: было несколько каналов российского телевидения, снимавших эту акцию, но ни одного итальянского.

Тем не менее эффект был большой. Я получил десятки приглашений от разных общественных организаций приехать и объяснить, что же происходит в действительности. Но откликнуться на все эти приглашения не могу. Это неравная борьба. Все каналы ежедневно одно и то же пишут, показывают. А я один.

– Чтобы понять опасность фашизма на Украине, нужно лучше разбираться в истории или в современности?

– История и современность здесь тесно связаны. Много лет, и мне это точно известно, идёт подготовка русофобии. И не только на Украине. Это не делается в один день. Для этого необходимо не только доминирование в СМИ, но и в системе образования, обучения, выбор программ преподавания и так далее. Например, наши власти сделали всё, чтобы убедить, будто победителем во Второй мировой войне были США. Ещё внушено: Сталин и Гитлер равны, они диктаторы, построили тоталитарные общества. Эта кампания лжи и дезинформации продолжается и даёт плоды.

Происходящее на Украине – результат продолжительной подготовки молодёжи. В событиях участвовали десятки тысяч молодых людей. Значит, это действовало сильно и продолжительно. Это формирование нового поколения. То же самое было в Эстонии, Латвии, Литве, о чём я писал в книге «Латвийский кандидат, или Неизвестные приключения негражданина в Европе». Несколько глав книги посвящено описанию того, как были подготовлены руководители для этих государств. После падения Советского Союза руководителей трёх республик Прибалтики, Польши, да и Болгарии с Румынией подготовили в США. И не только подготовили, но и выбрали с помощью Америки. Это были дети нацистов, воспитанные в американском духе, но оставшиеся нацистами. Возьмите господина Ющенко, жена которого Катерина Чумаченко была создателем украинского информационного центра в Чикаго. Мы сейчас находимся в такой фазе, когда американская «демократия» в буквальном смысле слова возрождает в Европе нацизм.

– С какой целью?

– С целью сломать сопротивление европейцев. Сейчас не тот момент, чтобы быть слишком комплиментарным в отношении европейцев, но, тем не менее, Европа – это не Америка. Как нельзя окончательно колонизировать Россию, и Европу нельзя колонизировать полностью, потому что это другая цивилизация. У нас очень долгая история. У них – англосаксов, американцев – очень короткая история.

Они попытались все годы после Второй мировой войны духовно и организационно, экономически колонизировать Европу. Не получается. До конца не получается. Конечно, они продвинулись вперёд, захватили довольно большую часть умов. Но демократический опыт, опыт гражданского общества в Европе существует. Нельзя это вычеркнуть из жизни на протяжении одного поколения, нужно три, четыре, пять. А это время ещё не прошло.

Что американцы хотят сейчас? Продолжать бесконечно своё доминирование. Но поскольку это сложное дело в условиях хотя бы относительной демократии, они просто используют самый худший опыт Европы, чтобы ослабить возможность защититься демократической Европе. Нацизм – очень подходящий инструмент, он будет минировать, заложит бомбу под европейские структуры. А это нацизм (это мы видим в прибалтийских республиках), построенный руками американцев. И сейчас это делается на Украине, в Польше. «Правый сектор» – это польское детище, родился в Польше, а потом был экспортирован на Украину, На Украине была свобода! УНА-УНСО, Бандера! Но «Правый сектор» – это нацизм в прямом смысле.

– А что такое современный нацизм? Чего хотят американцы: расового превосходства?

– Нет, для американцев это не имеет значения. Это имеет значение для тех людей в Европе, которые были воспитаны в таком духе. Но здесь срабатывают две совпадающие тенденции: это антикоммунизм и антирусизм, русофобия. Это видно на Украине: антикоммунизм и антирусизм, русофобия одновременно действуют. Я сам, поскольку был коммунистом, корреспондентом во времена СССР в Москве, до сих пор получаю много оскорбительных писем. Говорят: ты друг Путина, потому что ты коммунист. Хотя в России давно не коммунисты у власти.

Когда я вступаю по телевидению, слышу даже от коллег, от оппонентов: ты коммунист, ты из Москвы. Они даже не знают, как сочинить такие вещи, и говорят это убеждённо и искренне. Их убедили. Это переплетено с фантазиями, мифами. И это тиражируется.

– Значит, это у них застой, остановка в развитии. И при свободе якобы слова как раз несвобода.

– Никакой свободы слова и информации уже нет. Был определённый момент, когда свобода слова была реальностью. После появления телевидения она исчезла. Сразу это не было заметно, а теперь видно. У нас – цензура в буквальном смысле слова, которая действует под видом свободы слова.

Процитирую замечательного философа-марксиста Ги Дебора, его книгу «Общество Спектакля», где содержатся вещи пророческие. Он предсказал в начале 70-х годов, когда телевидение было далеко не таким, как сегодня, это было начало информационной эпохи: Общество Спектакля – правда – это часть лжи, и ложь – это часть правды».

И свобода слова в таких условиях имеет только один эквивалент – манипуляцию. Свобода слова? Да, кажется, что ты свободен, но ложь и правда связаны. И человек, если он не профессионал, не может сопоставить одно с другим, отделить одно от другого. Он воспринимает всё вместе. Люди таким образом зомбированы.

Такова характеристика массового сознания на западе. Это виртуальное общество. И в этом виртуальном обществе живёт миллиард человек.

– Проводятся параллели между событиями в Испании в тридцатые годы и нынешней войной на Юго-Востоке. Станут туда приезжать добровольцами прогрессивно мыслящие граждане из разных стран?

– Там опасная ситуация, если она продолжится, трудно предсказать, что будет дальше. Потому что НАТО бряцает оружием и уже готово произвести интервенцию. Они могут на это пойти. Это безответственные люди, полные фанатики. Господин Обама – мелкий человек, фанатик. И он, между прочим, не очень влияет на события. Во главе всего стоят секретные службы. Ждать от них разумных решений не стоит.

Эти люди опасны, и нужно вести себя разумно, надо использовать их слабости. Но ни в коем случае не рассчитывать ни на один разумный шаг с их стороны. Если бы они были здравомыслящи, они бы не создали этот кризис. Они же сами, своими руками всё устроили. Это не случайность, не ошибка, это целенаправленное продуманное нападение на Россию.

Что, они не знали ситуацию, которая сложилась между Восточной и Западной Украиной? Знали. Посол на Украине не знал? Знал хорошо. А премьер-министр Польши не знал? Знал. Они всё делали систематично, последовательно и осмысленно, всё было организованно.

Я постоянно задаю себе и остальным вопрос: зачем это сделано в феврале 2014 года? Украина уже была в их руках. Они могли бы подождать год, новые выборы, Янукович был бы выброшен, они бы поставили Порошенко, Порубия – кого захотели бы, того и поставили. У них в руках были силовые структуры, все рычаги: министерство обороны, секретные службы. Так зачем сейчас? Почему такая спешка?

Видимо, они очень сильно торопились. Видимо, в Америке ситуация абсолютно неспокойная, кризис, особенно финансовый. Финансовый кризис – это взрывной шар, который может в любой момент вспыхнуть. Я убеждён, что ситуация намного серьёзнее, чем выглядит. Соединённые Штаты в очень плохом состоянии. Они говорят, что растут, но это неправда. Растут за счёт производства искусственных денег, которые ничем не подкреплены.

Долг американцев слишком велик. Кризис Америки и Запада вообще нарастает. И Вашингтон хотел бы провести операцию, которой одновременно ударить по России и по Европе. Если рассорить Россию и Европу, та окажется полностью и окончательно в американском лагере.

Получится – не получится. У меня мнение, что не получится. Но американцы всё равно играли ва-банк. Думаю, будут играть и дальше. Поэтому ситуация очень и очень серьёзная. Это не региональный кризис, это кризис, который был создан искусственно против России, чтобы ударить по России и особо подчеркну – чтобы ударить Путина лично. Они думают, что если уберут Путина, у них будут развязаны руки, чтобы действовать внутри России, используя «пятую колонну» и прочих.

Надо следить, получится ли операция, которую Путин ведёт, чтобы показать европейцам, что не в их интересах вести себя так и дальше. Есть ли такая возможность? Есть, потому что если внимательно посмотреть, то это не Европа приняла такое решение. Это была лишь часть Европы – Польша и три балтийских государства с помощью Германии. Но с помощью именно госпожи Меркель, потому что много людей недовольны такими действиями. Предприниматели недовольны. И то же самое в Италии и других странах. Например, с Италией, Грецией, Испанией никто не советовался. Значит, это не Европа решала. А некая кооперация внутри Европы: Америка плюс часть Европы. Поэтому попытка объяснить, что не всё идёт, как надо, имеет смысл. И может принести результат. Надеюсь, что так и будет. Но многое зависит от поведения американских руководителей.

– Российская так называемая элита – это союзник Путина и государства или она противник Путина и государства, поскольку связана с Уолл-стрит и от них зависит?

– Частично эти люди зависят от Запада, у них нам хранятся деньги в банках. Но эта ситуация двойственна: капитал там, одновременно он находится в серьёзной опасности. Если ты выбираешь доллар как единственную свою монету, ты можешь оказаться в трудном положении.

– Как на Кипре.

– Точно. А может быть, и намного хуже. Есть те, кто это осознают.

Всё, что я вижу – это возрождение русского духа. Это происходит! Крым – была волна, эмоции, но это очень глубокий фактор. Волна перешла на Юго-Восток.

После падения Советского Союза русские на Украине восприняли это как нормальное явление. Я сам помню, что было много русских, которые аплодировали этому событию. Независимость! И посмотрите, какая разница сейчас. Первый раз после развала СССР русский народ почувствовал свою идентичность, где бы ни находился.

После переворота волна пошла: Крым, Восточная и Юго-Восточная Украина, потом Россия в целом.

Я считаю, что это поворот. Неожиданный для американцев и, может быть, неожиданный для олигархической структуры в России. Сейчас они находятся в совершенно другой ситуации, чем, например, в конце 2013 года. И надо учитывать сложившуюся новую непредвиденную ситуацию, перестраивать мышление. Отступление России закончилось. Впервые за последние 30 лет Россия начинает осознавать, что она не может дальше отступать, что она – Россия. И Путин это понял.

– Как объясните это вы? Ведь все последние годы СМИ были в руках либералов, они вытравливали русский дух, зомбировали людей, мол, русским быть стыдно, мы виноваты перед всем миром за всё грехи человечества. А сейчас идёт возрождение. За счёт чего это произошло?

– Чувство опасности. Эта атака с самого начала была против русских. Именно против русских. Это, наверное, даже ошибка этих деятелей. Ведь первое их решение – запретить русский язык. Так ясно, открыто объявили! А люди в такой момент чувствуют себя в опасности. И самоорганизуются, чтобы защититься. Это единственный новый фактор, который по существу может сильно влиять на международные отношения.

К сожалению, голос России отсутствует на Западе. Это самое слабое место: точки зрения России на Западе не существует, она не представлена.

– Есть ли в настоящее время какие-то международные нормы, которые не были бы попраны? Мы наблюдаем даже не двойные стандарты, а международный произвол и абсолютная правота сильного.

– Да, произошёл слом всех политических норм. Мы находимся в фазе слома. Это пока не осознанно многими, но ситуация такова, что все правила уже нарушены, нормы сломаны.

И я понимаю поведение Путина и Лаврова, что они ведут себя так, будто правила ещё существуют. Это правильное поведение. Это единственный способ, чтобы управлять ситуацией, иначе скоро будет война. Их провоцируют постоянно. Россия отвечает: созвать Совет безопасности ООН, даже если совершенно очевидно, что они там повторят те же самые вещи. Но шаги такого рода в любом случае необходимы.

А атака против Путина? Санкции против всего его окружения? Это беспрецедентно! Даже неприлично, как атакующие ведут себя.

Основы безопасности – тоже все сломаны. После того, что происходит, европейской безопасности не существует. А если не существует европейской безопасности, то и мировой безопасности больше нет.

В Европе этого ещё не осознали. Потому что думают: мы хорошие, мы ничего плохого не делаем. Но что происходит? Украину захватило НАТО, и скоро Украина будет в НАТО. Без Донбасса или с Донбассом, но будет. После этого – безопасности в Европе конец. Поэтому нужны новые осмысления. Но и в Италии никто не осознаёт новой ситуации. Словно продолжается предыдущая. Нужно создать новую систему международных отношений.

– Но кто будет формулировать? Не могут же американцы открыто написать: всё, что делаем мы – правильно. А всё, что делают наши оппоненты – неправильно. А получается именно так. Кто будет писать и принимать правила, если единственный император – Америка? Она же не будет ни с кем советоваться.

– Во время Майдана Россия отсутствовала полностью. И вдруг!

Я был пессимистом и остаюсь. Но американская империя умирает, это моя теория: они находятся в положении, когда вернуться в предыдущую ситуацию в прежний расклад сил невозможно. Уже существуют гиганты, которые не будут зависимы от США. Китай – это Китай. А Россия – это в определённом смысле уже тоже Россия. Идентичность ею не потеряна.

Китай так вообще никогда не потеряет идентичность. Стал капиталистической страной, но мощная культура, мощные традиции, мощный язык. Это другой континент, другая планета. Поэтому вернуться в прошлую ситуацию невозможно. Американцы живут иллюзией, что они могут доминировать даже в этих условиях. Но это – война. Конечно, они самые вооружённые, и они это знают. Такое впечатление, что верхи Америки считают, что они могут уничтожить всех остальных. Это сумасшедшая идея. Это означает третью мировую войну.

Вот такой баланс ситуации. Американцы теряют реальную власть в мире. Они уже не империя. Не в будущем могут потерять власть, а уже не империя. Но у них немало денег, хотя и искусственных, чтобы развязать мировую войну. Насколько их стремления идут до конца – не могу сказать.

– А они не допускают, что эта война может перекинуться на их континент?

– Они не думают об этом. В этом и заключается наибольшая опасность. Это переплетается с мнением их и убеждением, что у них есть освободительная миссия. В это миллионы верят. Даже господин Буш, президент Америки, в это верил! Он говорил: я утром разговаривал с Богом.

– Сколько ещё нужно миру войн, развязанных Америкой, чтобы понять, каковы её истинные цели, что американцы не остановятся в своих безумных действиях?

– Мир в определённом смысле уже прозрел. Не в Европе пока. Признаки проявления реальности – в Латинской Америке. Это серьёзно – целый континент. Китай, Индия, Южная Африка и другие государства, которые на сегодняшний день не вполне определились.

Часть мирового порядка понимает, что Америка очень опасна. Но это только часть. А в Европе американцы пока держат политический контроль. Политический, не социальный. Социальный контроль они теряют. А политический и, конечно, военный, держат. Позиции НАТО там очень сильны.

Я убеждён: выход из НАТО – это предварительный шаг, чтобы избежать войны. И эта моя платформа набирает очки. Аудитория расширяется, и есть группа депутатов итальянского парламента, которые начинают выступать в этом духе. Я сейчас на это работаю. Хочу, чтобы появилась оппозиция внутри парламента, которая сказала бы: мы хотим быть нейтральными, вне НАТО, как Австрия. Австрийская ситуация в Европе: независимость, суверенность и нейтралитет.

– Вы решили стать членом Изборского клуба. Почему?

– Потому что считаю: Россия сегодня – это фундаментальная опора, чтобы сохранить мир во всём мире. Если Россия выдержит эту атаку для нас всех это будет спасением, без сомнения. Я так говорю не потому что я пророссийский, нет, я – проевропейский. Всё очень просто: я хочу жить. И сказал это в телеэфире: хочу жить. Мой сын и ваши дети должны жить. Для этого нужно избежать войны. Россия – опора сохранения мира фундаментальная, хотя не единственная.

И ещё. Россия и Европа имеют общие интересы. Это объективный факт. Россия – не враг, Россия – союзник всего человечества для выживания. У России есть все ресурсы, чтобы открывать дорогу переходному периоду к иному укладу жизни во всём мире. Для этого 30–40 лет необходимо. Россия нужна Европе. Американцы не могут нас ни защитить, ни давать ресурсы, которых, между прочим, всё меньше и меньше. Порассуждав здраво, взвесив все аргументы, вы и сами можете прийти к выводу, что это так. Но надо расширять аудиторию, чтобы всё это объяснять.

Недавно в городе Парма я выступил в лицее перед 17-18-летними учащимися. Я говорил 3 часа. И эти ребята прекрасно поняли меня. Это не был оптимистический разговор. Я говорил открыто: вам будет трудно. Но я вам всё говорю, чтобы вы могли защититься. Ответная реакция была столь положительной, что я был удивлён. Так что эту молодую публику надо расширять. У них просто нулевая информация. Они tabula rasa. Но они не глупые, они чувствуют ситуацию. Чувствуют, что их отцы были в лучшем положении.

– Думаю, что иностранному туризму в Россию организованно и продуманно препятствует западная сторона. И не только чтобы не было экономической поддержки за счёт туризма. Но чтобы люди, приехав, не увидели, что всё у нас совсем не так, как им рисуют.

– Действительно, если они приедут сюда, найдут совершенно другое положение, чем им рисуют.

– А почему вы считаете, что ключи от мира – в руках России? Почему в России вы видите фундаментальную опору всего мира?

– Бывают моменты, когда народы реагируют как люди. Могут болеть, могут быть психологически в подавленном или приподнятом состоянии… Или почувствовать опасность. Я вижу у русских рефлекс защиты. Это естественно. Они получили один удар за другим. Поскольку идеология «империя добра» была очень сильна, они считали, что все разговоры об опасности войны, агрессии со стороны Запада – это пропаганда Советского Союза. Преобладающая пропаганда, которая выиграла в их душах была такова: всё сказанное во времена Советского Союза было неправильно. И когда Рейган сказал – империя зла, даже русские думали, что их страна действительно была империя зла.

А сейчас, когда нет Советского Союза, на них всё равно нападают. За что? Тогда создаётся чувство опасности. «Нас били, пока мы были опасны. Но сейчас мы не представляем никакой опасности, но нас опять бьют. Почему они против нас?»

В Екатеринбурге я встречался с молодёжью, о чём написал статью, имевшую большой резонанс среди моих читателей в Италии. В этой статье я отметил, что по временам СССР есть определённая ностальгия у миллионов людей. Они потеряли много в духовном смысле, да и по конкретным условиям жизни, в которых они оказались, могли бы быть ностальгически настроенными. Но молодые ребята, с которыми я встречался, ностальгии не испытывают. Одна девушка задала мне прямой вопрос: «Мы родились в новое время, жили все эти годы в обществе, которое не имеет ничего общего с социализмом. Но нас всё равно не любят. Почему?»

Эти молодые духовно воспитаны в западном духе, и вдруг они осознают, что Запад их не любит. Это недоумение русской молодёжи.

Ребята, которые меня пригласили, очень творчески настроены, умны. Я спросил: кто вас финансирует? Они говорят: никто, мы всё делаем самостоятельно. Значит, это новая русская интеллигенция, инициативная, которая уже не размышляет категорией ностальгии, а категорией: в каком мире мы живём? Это вопрос открытый, у них ответа нет пока. Но сломано убеждение, что Америка – империя добра. Потому что они не чувствуют себя виноватыми. Ничего плохого не сделали. «Мы были ваши друзья, а видим, что нас не любят». А это слом старых представлений. Вопрос «почему нас не любят» – это ещё не ответ, но это слом идеи, что там, на Западе, обязательно хорошие. Нет, видимо, не такие уж и хорошие.

…Могут быть не правы в оценке. И если они не любят нас, хотя мы ничего плохого не сделалиу может быть, точно так же не любили СССР, хотя он ничего плохого не сделал.

– Да, именно так. От России сейчас очень многое зависит. Собственно, от неё зависит самое главное – мир.

Газета «Завтра», 5 июня 2014 года

Уверено вперед

Встреча в Милане создаёт впечатление, что Путин хотел показать всем присутствующим, что Россия очень уверенно держится и идёт вперёд. И это не понравилось некоторым присутствующим. Особенно госпоже Меркель. Выражение её лица было откровенно мрачным. И сразу после этого в прессе появились сообщения секретных служб Германии, что они обладают доказательствами, будто Боинг малазийских авиалиний был сбит ополченцами, которые захватили ракетную систему «Бук» у украинской армии.

Данная версия, конечно, на юо% фальшивая. И она неслучайно вдруг возникает именно в этот момент в Германии. Я считаю это реакцией Германии на встречу в Милане. Конечно, они, чем обычно и занимаются, подтасовывают данные. Но одновременно дают определённый отпор президенту России. Таково моё впечатление от всего этого.

Что создаёт впечатление, что Путин вёл себя на встрече в Милане довольно уверенно? Не только то, что он пришёл с опозданием. Но посмотрим на цифры, на факты. У Украины нет 4,5 миллиардов долларов, чтобы оплатить газовый долг перед Россией.

И Европа находится в сложном положении, потому что не может платить 4,5 миллиарда. Не потому, что нет денег. Деньги она может найти. Но у неё нет причин оплачивать эти долги. Почему Европа должна платить?

Поэтому возникает вопрос, как выйти и этого положения, которое европейцы и Америка создали.

Такова ситуация в октябре. А в ноябре и декабре она будет весьма непростой для Европы.

Россия, конечно, сможет выжить, даже если она получит определённый ущерб, потерпит убытки. Да, ущерб России будет нанесён. Но самая неприятная ситуация сложится для украинцев и для европейцев, которые обманули украинцев. Ситуация для Германии, которая вместе с Вашингтоном была в первых рядах этой провокации вместе, будет неприятной.

Встреча в Милане выявила очень интересные нюансы. Например, господин Ренцы заявил, что надо возобновить дискуссию с Россией, нормализировать отношения между Европой и Россией. Это свидетельствует о том, что не все европейцы поддерживают позицию по этому вопросу Германии и Польши. Потому что очевидно, что Германия с помощью Польши осуществила практически большую часть этой провокации.

Кроме этих двух стран, а также прибалтийский республик, остальным европейским государствам не очень нравится сложившаяся ситуацию. Вот это и свидетельствует, что Путин добился в Милане определённого результата. Если не политического, то в конечном итоге, безусловно, психологического.

Повторяю: есть два явных показателя, которые дают повод для такой оценки. Уже упомянутые «сенсационных» сообщениях секретных служб Германии. А в субботу Международное рейтинговое агентство Moody’s Investors Service заявило о понижении кредитного рейтинга правительства России. И тот, и другой признаки указывают, что на западе есть агрессивные политические круги, которые хотят продолжать линию конфронтации. При том, что в действительности определённая часть европейских государств недовольна происходящим.

Газета «Завтра» № 23 (1072), июнь 2014 года

Руководящие лица Европы находятся под шантажом

– Для кого всё множащиеся санкции в отношении России более болезненны: для Европы или России?

– Санкции в равной степени болезненны и для Европы, и для России. Это очевидно. Но вопрос в том, что американцы хотят идти и дальше. Я думаю, что есть предел, после которого Европа начнёт понимать, что это невыгодно. Но как, осознав это, будет действовать Европа, не знаю. Потому что руководящие лица Европы находятся под серьёзным шантажом. Под серьёзным шантажом! И всё зависит именно от влияния этого шантажа. Дело в том, что европейские руководители уже не связаны со своим электоратом, не зависят от него. Они потеряли связь, действуют, исходя из своих частных интересов. Они и не считаются с мнением народа, и не знают настроения и желания людей, потому что полностью оторваны от них. Им мнение людей безразлично, для них важнее личные интересы, которыми они и в малой степени не хотят рисковать.

И соотношение сил зависит от многих влияний, многих векторов. А поскольку события развиваются одновременно по многим векторам, ход развития трудно предвидеть.

Поэтому очень важно мобилизовать часть общественного мнения.

Я давно говорю, что решающий игрок – это средства массовой информации. Надо направлять протест народа против СМИ. Уже не руководители управляют общественным мнением, а этим мнением управляют СМИ, формируют его. Поэтому старые формы политической борьбы, которые были характерны для левых сил, устарели, не эффективны. Ты можешь выступать против руководителей, но это ни на что не влияет. Надо протестовать напрямую против сил, которые создают общественное мнение.

Это культурный поворот. Сейчас – переходный период, где ещё почти ничего не определено. И мы находимся в точке, в которой можно повлиять на будущее. А в связи с кризисом можно повлиять и на направления, которые раньше были полностью закрыты. Этот момент нужно использовать.

Газета «Завтра» № 43 (1092), октябрь 2014 года

Остановить безумие

– Господин Кьеза, взаимоотношения между Россией и Западом в целом, в том числе с ведущими европейскими странами, становятся всё более напряженными. А «кому выгодно»? Санкции, недопустимо требовательный тон, хамство со стороны ПАСЕ… И могут ли строиться нормальные отношения с Россией, если с ней разговаривают в таком тоне?

– Кому выгодна ситуация? Тем, кто эту ситуацию создавал. Для меня совершенно очевидным является то, что выступление против России было организовано заранее. И искусственное создание украинского кризиса было тщательно подготовлено американскими властями. Не знаю, насколько в этом направлении работал и участвовал лично господин Обама. Но совершенно ясно, что в Америке сейчас не управляет господин Обама. Управляют неоконы, управляет республиканская партия, управляет Пентагон, управляют секретные службы Соединённых Штатов Америки…

Руководящие элиты Соединённых Штатов Америки считают, что наступило то время, когда надо вступать в решительный бой с Россией. Пока этот бой – экономический, дипломатический, санкционный. Пока ещё не ядерная война. Но американские элиты идут на слом России.

Они считают, что Путин – человек, который не будет усугублять конфликт. Господин Путин защищается и не атакует.

И понятно, что поскольку он защищается, значит, это не он создал данную ситуацию. Он до сих пор, даже поставленный в чрезвычайно сложные условия, выступает очень осторожно и очень разумно. Но есть предел и его терпению. Этот предел ярко виден в ситуации с Донбассом. Путин не может позволить, что русское меньшинство на Украине будет уничтожено. Это не-воз-мож-но! Невозможно для России, для населения, невозможно для внутреннего психологического состояния самого Путина. Такое невозможно, недопустимо и потому, что нарушает все правила международной жизни.

И когда Путин говорит, что мы находимся в ситуации полного хаоса, и никакие правила не действуют, он говорит вещи очевидные.

Однако не он нарушил все правила поведения, не он их сломал. Его называют агрессором, хотя он никого не атаковал, он ни на кого не вёл наступления, ни на кого не нападал. Его поведение называют экспансионистским, хотя именно вокруг России накапливаются натовские вооружения, создаётся цепь объектов, границы НАТО расширяются. Всё это задумано и осуществлено Западом. В прямом смысле слова задумано Соединёнными Штатами Америки и осуществляется под их руководством.

Потому-то создавшаяся ситуация не может быть скорректирована, трагическое положение не может быть исправлено, если это не будут исправлять именно американские властители. Это от них зависит.

Самый большой вопрос – почему организаторы всего этого ускорили процесс и развивают ситуацию такими темпами? Вот вопрос, который стоит открыто. Мне кажется, что на Западе – и особенно в Европе – многие не понимают, не осознают, что происходит, в чём они вольно или невольно участвуют.

И ведут себя не так, как должны вести разумные политические деятели, а ведут как избалованные мальчики, которые хотели бы всех поучать и очень быстро сломать противника, одержать верх над ним. Почему? Потому что они недовольны нынешним курсом мира, ходом его развития.

Мир идёт своим ходом. А они хотят, чтобы 21 век был американским веком. Сама эта фраза об американском веке, которую они повторяют, обо всём говорит. Не может нынешний век быть американским! После действий в отношении Сирии мир изменился радикально. А эти капризные строптивые мальчики претендуют на то, чтобы и дальше управлять миром. Хотя эти их претензии очевидно неосуществимы.

И здесь лишь один выход: или они изменят свою политику, или потерпят поражение. Я думаю, что опасность войны (опасность большой войны) заключается именно в том, что мировые элиты играют ва-банк, чтобы получить сразу, немедленно нужный им результат – слом, поражение России. И они уверены, что после этого проблема будет решена, потому что станут самыми сильными, сохранят могущество за собой….

Но даже если России не выдержит этот удар и должна будет перед ними отступить (не знаю куда отступить, но отступить), сдать свои позиции, то после России объектом агрессии будет Китай. Однако Китай точно станет непреодолимой преградой. И без войны здесь уже не обойтись. Так что ситуация чрезвычайно опасна.

– Некоторое время назад власти Эстонии выслали вас из страны. То есть выслали из Евросоюза гражданина Евросоюза. Это глупость? Они, эстонские власти, может быть, не понимают, в чём принцип Евросоюза и не знают правил? Или это провокация?

– Я приехал в Таллин, чтобы выступить с очень актуальной лекцией на тему «Стоит ли Европе бояться России?» Я хотел объяснить, что Европе нечего бояться России, она не представляет никакой угрозы. Но власти Эстонии не хотят даже слушать об этом. Они не дали провести даже дискуссию на эту тему!

В отношении меня они действовали, нарушая правила Евросоюза, которые гласят, что гражданин Европы может по своему желанию передвигаться по Европе, если он не угрожает чьей-либо безопасности. Я никакой опасности ни для кого не представлял и никому не угрожал. Это очевидно. Я просто хотел выразить своё мнение и поделиться своей точкой зрения, о чём открыто заявил. Но мне не дали такой возможности.

Итак, во-первых, я не нарушил никаких европейских правил. А во-вторых, меня оскорбили. Обвинения, которые позже в отношении меня были сформулированы и предъявлены, надуманы. Мне приписывают высказывания, которые я никогда не говорил. Якобы я поощрял геноцид эстонского народа. Когда я это говорил? Никогда. В своё время я сделал интервью с Арнольдом Мери, и власти Эстонии утверждают, что этим я поощрял геноцид эстонского народа. Это оскорбительные для меня утверждения.

Я потребовал у эстонских властей, чтобы они принесли мне извинения. Они не извинились. Но если они так и не извинятся передо мной, я подам в Страсбургский суд по правам человека с требованием от Европы дать чёткую и ясную оценку действиям эстонских властей. Я потребую официального заявления со стороны Европы.

Это не мой личный вопрос. Это вопрос Европы. Потому что если Европа вынесет вердикт, что данные действия властей Эстонии были правомочными и законными, значит, Европа мертва. Значит, мертв Шенген, фундаментальные европейские принципы больше не существуют – они умерли.

В этом вопросе я намерен и попросту обязан идти до конца. Если извинения со стороны Эстонии не поступят, я доведу дело до конца. Надо дать ответ на вопрос: способна ли Европа влиять на недемократичное поведение одного из своих членов и вообще управлять? Может ли Европа призвать Эстонию, и добавляю – Латвию, Литву, к порядку, чтобы они действовали в соответствии с европейскими законами и подчинялись европейским правилам? Или нет?

И те, кто реально, не закрывая глаза, смотрят на данную ситуацию, на эти вопросы, понимают, что не случайно эти республики плюс Польша действуют так, как они вели себя во время кризиса на Украине, поддерживая киевские власти. Поведение Эстонии, которое мы сейчас обсуждаем, объясняет, почему такая связь Эстонии с нынешним правительством Украины. И если мы закроем глаза на происходящее и не остановим это безумие, то получим нацистские партии в составе Европейского парламента. Мы получим партии нацистов, которые будут открыто наступать на европейские структуры. Плюс, по всей вероятности, в НАТО входит страна, которая имеет такие же идеи, как нынешний Киев. Происходит в буквальном смысле слова нацификация Европы. А это – полное отрицание традиций и фундамента Европы. Речь идёт не только о расширении НАТО или включении в этот состав других государств. Это изменение сути и состояния политических и идеологических положений Европы и НАТО. И это означает резкий поворот в истории континента.

Откуда идёт наступление на наши принципы и основы? Европа несёт за это большую ответственность за то, что она не реагировала должным образом, не препятствовала развитию опасной ситуации. Напротив, она давала ход и даже ассоциировала себя с этим движением. Наступление начинается из Америки. И Европа несёт в этом смысле полную ответственность за то, что Западная Европа ничего не сделала, чтобы остановить это безумие.

– Как вы считаете, повлияет ли избрание нового президента Италии – Серджио Маттареллы – на отношения между Россией и Италией?

– Нет, на отношения между нашими странами избрание нового президента Италии не скажется. Новый президент будет продолжать прежний курс. Его влияние на характер отношений между Россией и Италией будет незначительным.

Газета «Завтра» № 6 (1107), февраль 2013 года

Аравийский плацдарм

Весь Аравийский полуостров сейчас охвачен войной. Саудовская Аравия в течение нескольких дней сумела создать союз десяти арабских (суннитских) стран, чтобы противостоять восстанию в Йемене. Характер этого восстания до сих пор неясен, но очевидно, что у него есть два составляющих элемента. С одной стороны, оно носит антиамериканский характер, и официальный Вашингтон вынужден был убирать свою военную базу, эвакуировать граждан США. А, с другой стороны, у этого восстания явно шиитский характер. Этим и объясняется союз суннитских арабских стран – Саудовской Аравии, Катара, Объединенных Эмиратов и т. д. – против него.

Еще неясно, кто противостоит Саудовской Аравии. В любом случае там царит полный хаос, и сейчас война уже практически захватила почти весь Аравийский полуостров.

Надо учесть, что на этой войне много фронтов, и не все они однозначны. Например, так называемое Исламское государство действует против Сирии и Ирака, это очевидно. Сейчас идёт новая война на юге полуострова, значит, по меньшей мере, часть этой войны – это борьба суннитов против шиитов.

Другой фронт – Турция на севере, которая имеет свои планы оттоманского расширения. Значит, Турция – это особый союзник Саудовской Аравии. Особый потому что они тоже хотят воевать против шиитов, учитывая, что они связаны с «Хезбаллой» в Ливане, Хамасом в Палестине. Поэтому Турция имеет свои планы, и одновременно она частично участвует в борьбе против Исламского государства.

Третий фронт. Соединенные Штаты Америки действуют практически хаотично и против Исламского государства, и против Сирии. Но в то же время секретные службы Великобритании явно оказывают помощь Исламскому государству военным вооружением, информацией и т. д.

Плюс курды в Ираке и Турции борются практически самостоятельно, и они готовы объединиться со всеми, кто им поможет в их борьбе.

С Египтом – тоже очень неоднозначная ситуация. Египет, с одной стороны, провозглашает солидарность с теми, кто выступает против Исламского государства в Ливии, а с другой – провозглашает солидарность с Саудовской Аравией в Йемене. Так что непонятно, что происходит в Каире.

Всё это позволяет понять, какой хаос царит на Аравийском полуострове. А кто создавал этот хаос? Без сомнения, в первую очередь – Соединенные Штаты Америки. И ещё обратим внимание на того, кто пока очень мало виден – Израиль. Израиль не только присутствует, задействован в этом хаосе, но это один из – возможно, самый важный – компонентов этого кризиса, этого кошмара.

Если посмотреть, куда летят бомбардировщики Израиля, на кого направлены их удары, то очевидно, что они воюют против Башара Асада. Это ясно. Но в то же время очевидно, что, как ни странно, секретные службы и военные Израиля помогают Исламскому государству.

Обратим внимание, как вёл себя в последнее время господин Нетаньяху. Его действия достаточно ясны и очевидны. Когда израильский премьер летит в Вашингтон и, минуя президента Америки, идет в Сенат и срывает там овации, то это факт не только беспрецедентный, но и ясно показывающий, что Обама – почти мертв как политический деятель, который уже не влияет на события, по меньшей мере, влияет только отчасти, и, по существу, потерял власть в Америке почти за два года до окончания президентского срока.

Значит, за спиной Исламского государства стоит Израиль, и одновременно стоят Саудовская Аравия, Катар. Они платят деньги, тогда как Израиль, вне всякого сомнения, дает практически все, что можно в техническом плане: и ноу-хау с точки зрения коммуникаций, электронного наблюдения и управления операциями.

Значит, Обама вне игры, но Израиль в игре. И в игре вместе с суннитами.

Говорят, что госпожа Нуланд, помощник госсекретаря США по делам Европы и Евразии, сказала несколько дней назад министру иностранных дел России Сергею Лаврову: «Вы еще не поняли, что в Вашингтоне руководит не Обама, а господин Дик Чейни». Я думаю, что это не «утка», а реальный разговор. Конечно, я не знаю наверняка, правда ли то, что она это прямо сказала Лаврову, но я считаю, что эту фразу она могла бы сказать, поскольку реальность именно такова.

И вот уже не предположение, а то, что писали в «Нью-Йорк таймс» и других газетах: что Израиль активно работал на подрыв переговоров между Западом и Ираном. Они активно действовали, шпионили, чтобы эти переговоры зашли в тупик, чтобы они сорвались.

Какой можно сделать вывод? Когда мы смотрим на хаос, который создавался на Аравийском полуострове и вообще в зоне Ближнего Востока, неважно, откуда ты смотришь на эту ситуацию, всегда Иран – это главная мишень. Почему? Потому что шиитский Иран – самый главный противник для суннитов, в первую очередь – для Саудовской Аравии и других стран Персидского залива. Но это одновременно самый главный враг Израиля.

И я подозреваю, что это – один из элементов, усиливающих позицию Израиля и Нетаньяху, который, между прочим, получил мандат на формирование нового правительства. Они просто считают, что если Америка и Запад дойдут до определенного соглашения с Тегераном, то военный зонтик США, который защищал и Саудовскую Аравию, и Израиль, может закрыться. Они боятся, что они потеряют это прикрытие со стороны Америки.

Более того, Америка в нынешнем состоянии, без руководства по существу, выглядит слабой. И с каждым днем все менее способна управлять ситуацией, держать ее под контролем. Поэтому и Израиль, и Саудовская Аравия ищут способы самостоятельно защитить себя. Найти другое прикрытие, защиту очень трудно. Но всё-таки лучше подготовить ситуацию, чтобы защититься. А Иран в любом случае и для Саудовской Аравии, и для Израиля – фундаментальный враг, смертельный враг. Поскольку Израиль боится, что Иран может просто разрушить государство Израиль.

И третий элемент этой ситуации – это американские «неоконы». На мой взгляд, они более фанатичны, чем все остальные вместе взятые. Иран для них – это последнее звено в цепочке тех войн, которые они спланировали и осуществили: сначала в Афганистане, потом в Ираке, потом в Ливии, потом в Сирии. Иран – конец этой операции, и он, между прочим, предопределён уже давно: ещё тогда, когда президентом США был Джордж Буш, а вице-президентом – Дик Чейни. И это было бы окончанием всей операции, смысл которой – практически тотальный контроль энергетических резервов «Большого Ближнего Востока», составляющих более половины мировых запасов.

Итак, есть альянс, трио. Один компонент – Саудовская Аравия и сунниты, второй – Израиль, третий – американские неоконы. Если все три компонента соединятся, появится серьёзная предпосылка для широкомасштабного наступления против России и против Китая. Так что положение очень серьёзно, поскольку мы находимся в решающей фазе подготовки к Третьей мировой войне.

Апрель 2015 года

Ни свободы, ни слова

– Господин Кьеза, в мире бушуют войны. В том числе война информационная, которую называют третьей мировой. И главные штыки в ней – идеологи, журналисты, потому что основная масса людей получают информацию и аналитические оценки через СМИ. Вы много общаетесь с коллегами-журналистами разных стран, в том числе с российскими. Что общего и в чём различия работников СМИ?

– Это зависит от того, о каких временах, о каком периоде идёт речь. Между сегодняшними российскими и западными журналистами разница не очень большая. Функция у тех и других одинакова. А вот идеология разная.

Российские журналисты недовольны своим положением, потому что считают, что они несвободны, как и прежде, в выражении своих идей и мнений. И фактически это так и есть, потому что действительно нет такой свободы, чтобы в любых СМИ высказать то, что думаешь. Поэтому они считают, что в России они не свободны, а на Западе все журналисты свободны. Это смешное и наивное мнение. Основа такого мнения – чувство неполноценности. Они думают, что в России люди никогда не были свободны. А на Западе все могут сказать, что угодно, могут раскрыть скандальные дела, огласить коррупционные махинации и так далее.

Да, был такой момент, когда на Западе – в разных странах – существовал плюрализм. В Америке, например, было время, когда пресса, радио были свободны. Вспомним знаменитый фильм «Четвёртая власть». Такое в истории информационного пространства Соединённых Штатов Америки действительно было, потому что шла конкуренция между реальными идеями. Информация была товаром, и чтобы получать прибыль, велась жёсткая борьба, чтобы сказать правду, чтобы раскрывать тайное, чтобы донести то, что знаешь ты.

Было такое? Было. Есть и сейчас? Нет. Этому пришёл конец. В разных государствах это закончилось в разное время – ведь история неодинакова.

В Европе тоже были моменты, когда пресса была свободна. Когда существовали оппозиционные партии – коммунистические, социалистические – они имели свои средства массовой информации. Поэтому могли производить альтернативную информацию, по меньшей мере, не идентичную информации властей. Это длилось по существу полвека. Была борьба идей и действительная борьба мнений. И не только в газетах и журналах, но и в кино велась борьба между разными тенденциями.

Но реальный плюрализм в западном обществе умер в начале 70-х годов 20 века. Тогда сложилась другая ситуация: пресса, телевидение стали частными. Ведь был период, когда все европейские каналы телевидения были государственными. Но, несмотря на то, что они были государственными, шла борьба идей внутри этих каналов. Были представлены разные люди, разные мнения, разные партии. И между ними шла реальная борьба. Идеи могут быть плохими и хорошими, но у людей была возможность узнать их и понять, в чём эти идеи заключаются. В принципе, демократия предполагает выбор: не нравится это, тогда можно выбрать вот то.

А в последние 40 лет на Западе идёт процесс унификации, и в результате сформировалось единое мышление. Власти имели власть, и информация была в их руках. Господство.

А оппозиционные партии – в то или иное время разные и в разных странах – исчезли, альтернативных источников информации не стало. Шло лишь умножение газет, телевизионных каналов. При этом все говорили одно и то же. Это не плюрализм, а фикция плюрализма, обман, иллюзия. Тебе как бы говорят: видишь, как много источников. Но по существу все говорят одно и то же. Именно это происходит сейчас, и на Западе никакого реального плюрализма нет.

Да, существуют определённые ниши для альтернативного мнения. Нет, мне не запрещают говорить то, что хочу. Но где я это могу сказать? В Интернете. А все газеты и телеканалы для меня закрыты, как и для всех остальных, кто имеет отличные от официальной или противоположные по отношению к информационной политике взгляды.

Парадоксально: чтобы сказать правду, я должен сесть на самолёт и прилететь в Москву. И я говорю своим коллегам в России: вы заблуждаетесь, что на Западе есть свобода слова. Никто не свободен!

– А люди не понимают, что их водят за нос?

– Никто не знает особенности тех народов, в жизнь которых активно вмешивались. Кто из европейцев, например, знал, какие настроения в ливийском государстве? Кто знал, что это иная цивилизация, где существуют племена, которые должны прийти к согласию, иногда и под политическим нажимом. А если ты внедряешься, ломаешь человека, который соединил страну, то ты ломаешь страну, разрушаешь её. Но кто имеет такую глубину анализа? Никто.

Это же вопрос не мнения и позиции тех или иных людей на улице. Речь идёт о журналистах, политических руководителях. Создают ситуацию одни, а последствия на себе испытывают другие – те самые люди на улице. Это манипуляция сознанием.

Что такое заговор, например? Это когда ты делаешь что-то, зная, что это приведёт к определённым результатам, но, зная в то же время, что большинство людей этого не понимает. «Я делаю так, я при этом знаю, что последствия будут тяжёлыми, но не для меня, а для них». Вот что такое заговор. И разве мы не свидетели заговоров, которые происходят повсеместно?

– Ну а если всё-таки журналист найдёт возможность и выразит свою точку зрения?

– Если неопытный журналист один раз написал то, что думал, второй раз – третий раз уже он или не пишет, или его не напечатают, он теряет работу. Автоматически! Потому что владельцы газет лояльны к власти или к тем, кто обладает финансами. Есть мощная, фундаментальная структура – реклама. От продаж газеты не живут. Реклама на сегодня определяет больше половины бюджета любого журнала или газеты – до 60–75 процентов. Значит, если у тебя есть 10 страниц и 5 из этих страниц – реклама, те, кто дают рекламу, платят. Они тебе жёстко скажут: против меня или того, что мне не нравится, ты не можешь писать ни одной строки. Если вы – любой из твоих журналистов – допустите хоть строку против меня, мы уходим в другую газету.

Политическое управление в больших корпорациях идёт двумя способами. Первое: покупают газеты.

Это их газеты, которые будут соблюдать интересы владельца. Главные редактора об этом прекрасно знают и подстраиваются. Журналистов, которые не подстраиваются, увольняют. Остальные говорят то, что хочет хозяин. Есть и непрямой хозяин – тот, кто платит за рекламу. И если что-то не по нему, он говорит: дорогой, ты меня не удовлетворяешь, я ухожу, рекламу тебе не дам. Вот и всё!

Так что свобода средств массовой информации исчезла. То же самое и на телевизионных каналах. В Италии 7 телеканалов – 3 частных и 4 государственных. Но на всех одна и та же информация, стиль одинаковый. В Германии немного лучше, во Франции – хуже.

В Англии Би-Би-Си врёт, я считаю, каждый день каждую минуту! Систематически. Не говоря о CNN. Это большие корпорации, которые принадлежат большим банкам. Банки владеют миром. Они фабрикуют и информацию.

Один простой пример. Всеобщая пропаганда показывает, что в США очень хорошо живут. Но! 30 миллионов американцев живут очень плохо! Ниже уровня бедности. А 30 миллионов – это больше, чем население всей Италии. Нам говорят: есть подъём экономики, Америка растёт! Рост – 3–4 процента. Это правда? Нет, неправда. Они дают цифры ложные. Я недавно в Греции встречался с двумя американскими профессорами, и один сказал: мне удивительно, как европейцы поддаются такому обману, который все ваши газеты принимают как истину о состоянии экономики Соединённых Штатов Америки, в то время, когда всё обстоит едва ли не наоборот. Информация противоположна истинному положению дел.

Он привёл в пример две цифры. Безработица в Америке более 12 %. А все наши газеты пишут – 5 %.

Снижают реальную цифру более, чем в два раза. Самое парадоксальное, что нет никакого указания обманывать, писать, что действительная цифра 12 %, но все убеждены: то, что идёт из Америки – правда, истина, и если там говорят 5 %, значит – 5 %.

Но когда лгут в таких масштабах, стоит вопрос: вы говорите, что у вас нет безработицы или, по меньшей мере, она всего 3–4 %, всё хорошо. И говорите нам: вы, европейцы, плохие, не можете справиться со своей проблемой. А получается, что положение в Европе лучше, чем у вас. А мы не знаем этого при нашей свободе слова!

Вторая цифра – инфляция. Нам говорят: в Америке очень стабильная ситуация. Практически процент кредита – ноль. Но оказывается, что в Америке инфляция очень высокая. Больше 20 %!

В чём эта инфляция выражается? Официальные цифры очень легко и просто можно фальсифицировать. А инфляция видна там, где речь идёт о покупке товаров народного потребления, особенно недорогих, и продуктов питания. А там в последние месяцы планка скачет: инфляция подскочила в 2,3. Но это не фигурирует, не включается в подсчёт. А включают цены на машины: они более-менее как раньше были. И так далее. Но истинные цифры никакой европейский журнал не приведёт. И у людей складывается впечатление, что в Америке всё хорошо. Это имитация. Вот какая мощная идеологическая установка – надо повторять всё, что говорит Америка.

– Америка всегда права?

– Нас пытаются в этом убедить. Но это иллюзия, обман. И у нас многие не понимают, каково истинное положение. Потому что опытные журналисты уходят в отставку или на пенсию, а газеты и журналы нанимают молодых ребят. Но те не имеют ни опыта, ни системы сравнения: как было раньше и как сейчас. Даже не думают, что надо усомниться и поразмышлять: так ли это.

Допустим, им говорят: дай хронику событий в Греции. Что они делают? Начинают смотреть в Интернете. Опыта у них нет, языка не знают. Поэтому читают в переводе, компилируют, компонуют. А те статьи, из которых они делают свои выводы, написаны теми, кто хотели бы, чтобы люди не знали истинного положения дел.

Молодые ребята воспринимают профессию журналиста как повторителя мыслей, которые высказывают другие. Не производитель информации, не производитель культуры, не производитель реальности, а транслятор того, что официально или полуофициально сказано.

И мы видим очевидное падение уровня профессии. Практически все опытные журналисты уже уволены, потому что они дорогостоящи. Сейчас не нужны люди, которые более-менее имеют свою точку зрения, не говоря, что это коммунисты, революционеры или анархисты. Просто люди со своей точкой зрения! Если человек сомневается и не соглашается с официальной точкой зрения, он не нужен. Например, он задумался: почему вы именно это говорите о сбитом малазийском самолёте? Попросту люди, задающие самим себе вопросы – исключаются.

Я не хочу обидеть или оскорбить женщин, это далеко от моих намерений, но сам факт, что в последние годы сильно увеличивается число женщин, которые работают в журналистике, показывает снижение уровня. Не потому, что женщины менее способны. А потому, что они, как правило, получают зарплаты меньше на 20–30 %. Поэтому выгодно убрать журналистов старой школы, журналистов опытных. Да даже и среднего уровня, и набрать неопытных и женщин, чтобы меньше платить.

Парадоксально ещё одно обстоятельство. У нас открылось много школ журналистики – каждый университет имеет данную специализацию. Есть «орден журналистов» – юридическая структура, которая защищает права именно журналистов. Но всё это – как воспоминания прошлого. Например, ребята, которые учатся журналистике, делятся: там нам говорят вещи, которые уже не существуют, описывают ситуации, которые были 30 лет назад. А когда молодые люди включаются в современные телеканалы, газеты, становится понятно, что преподаватели понятия не имеют о состоянии СМИ. Это отрыв, самообман. Мне это напоминает советскую эпоху, когда человек думал одно, а делал другое. Сейчас у нас то же самое: человек знает положение вещей, но говорит то, что должен сказать, порой, не соответствующее действительности.

Поэтому и ситуация комичная: покупаешь три газеты, открываешь и видишь практически одинаковые заголовки, содержание – лишь с небольшими различиями, люди одни и те же пишут. Включаешь телевизор, а на каждом канале – ток-шоу. И одни и те же фигуры на всех каналах! Днём они на этом канале, вечером на другом…Словно это театральная труппа гастролирует с канала на канал. Это так смешно, что даже простые люди не воспринимают их всерьёз, а как потеху.

Так что СМИ в массовом порядке – говорю это определённо – деградировали. Такое перерождение произошло и потому, что потребовалось превратить человека в потребителя. Исключительно! А для этого нужно использование в массовом порядке системы определённых приёмов. Потому и произошли изменения в духовном и интеллектуальном состоянии общества. И данные процессы рано или поздно приведут к окончательной деградации. Люди постепенно привыкли думать так, как все говорят, как сказали сверху.

И в жизни – повторение тех же самых процессов. Я решил сходить в кино. Сейчас повсюду мультизалы: кинотеатр с разными залами. Я сидел час, ждал свой фильм и смотрел публику. Людей было много. Все одинаково одеты! Женщины все одинаково накрашены. Волосы одинаково убраны. У молодых – одно, у тех, кто постарше – другое, но тоже одно. Удручающая картина!

– Глобализация, унификация личности.

– Именно. Какая там индивидуальность! Под лозунгом индивидуальности все одинаковы! Реклама предлагает сверхиндивидуальную причёску. А ты смотришь – тысяча человек, и все одинаково причёсаны. Представляете, какой уровень идеологизации общества произошёл? Это не карикатура, не гротеск, а реальная жизнь. Это касается всего. И это уже не вопрос журналистики. Журналист, живущий в такой среде, не может быть свободным.

– При свободе слова – нечего сказать.

– Да, нечего сказать, кроме того, что говорят все, что говорят власти. Ты должен попросту иметь определённую систему технических приёмов и ей следовать. Например, идёт война. Конечно, надо об этом сообщить. И можно кричать об этом быстро – один-два дня. А потом эту информацию убрать из эфира. Вот такие технические приёмы.

Война. Умирают люди. Я должен показать кровь. Надо человека, который смотрит информацию, возбудить. Но когда дело доходит до объяснений и комментариев – что и как – убрать. Не надо ничего объяснять. Это совершенно новое: драматические ситуации даются без всякого объяснения – никто их не комментирует. Это приём: я тебя хочу взволновать, но потом закрываю тему, чтобы ты не видел, почему и отчего ты волновался, и почему люди умерли. Должны все всё забыть. Это небывалый приём.

Да и сам разговор о свободе слова требует нового мышления, анализа. Потому что эти слова потеряли всякое содержание. Мы используем словарь, который уже не существует. Что, у нас свобода слова? Какая свобода слова? Нет ни свободы, ни слова.

– Как у вас, так и у нас?

– Я бы сказал, что у вас сейчас немного получше. Потому что Россия находится под давлением, её атакуют. А в этих условиях власть позволяет даже больше сказать, потому что люди возбуждены. Раньше не было волнения, а было лишь желание имитировать Запад. А сейчас идёт атака на русских, и русский человек говорит: не понимаю, почему нас атакуют? Что мы сделали плохого? Это поднимает уровень критики.

Ваше телевидение было очень скучным ещё несколько лет назад. Когда Россия европеизировалась, ваше телевидение было очень низкого уровня: с девяностых по двухтысячные просто имитировали Запад. А сейчас стало более живым. Начинаются дискуссии. А это положительный фактор. Войну показывают намного объективнее, чем в других странах. Ваши каналы единственные давали более-менее объективную информацию. Они посылали специальных корреспондентов, и те давали фактуру. Когда начались санкции против России, я видел, что со стороны вашей власти не было никакого стремления скрывать трудности. Это тоже положительный момент. Можно было повести себя так, словно ничего не происходит. Я думал, что так и будет. Мол, санкции? Они на нас не влияют. Мы сильнее.

Видимо, Путин дал указание объяснить, что санкции будут влиять. И решил, что лучше, если люди будут знать, что санкции дадут себя знать. Лучше, если люди будут понимать, что противоречия в обществе обострятся. Это давало определённый толчок свободе выражения. И журналисты почувствовали, что от них не требуется лишь повторение одной версии – официальной, но требуется анализировать: посмотрите, изложите свою точку зрения.

Не скажу о всех каналах. Но многие стали заметно интереснее. Я не утверждаю, что у вас нет пропаганды. Она есть, но и другие точки зрения не отвергаются.

И вот ещё в чём разница между западной журналистикой и российской: когда у вас есть пропаганда, она видна. А когда на Западе есть пропаганда, она не видна. Ваши журналисты и ваши руководители пока не умеют копировать Запад в этой части: сделать пропаганду незаметной. Западные журналисты могут пропаганду подать как естественную информацию, правдивую и искреннюю. В этом вам можно поучиться.

Газета «Завтра», сентябрь 2015 года

Решить или не решить?

– Господин Кьеза, насколько сложна и опасна в Европе ситуация с беженцами и можно ли её решить? Проблема беженцев в большей степени экономическая, криминальная? Какая?

– Криминальная проблема беженцев – очень маргинальная вещь, во всяком случае, в Италии, да и во Франции тоже. Что значит, криминальная ситуация? Большинство людей, например, в Италии, которые сидят в тюрьме, это да, мигранты. Но они там оказались потому, что у них нет работы, они не знают, чем заняться. У них нет культуры общения, взаимодействия в этом обществе. Они встречаются с цивилизацией, которая чужда им, в ней трудно адаптироваться. Не враждебная, а просто незнакомая. И возникает непростая социальная ситуация.

Но итальянцев, которые совершают преступления в отношении итальянцев, грабят, убивают, достаточно. Статистика не подтверждает, что большинство преступлений совершается мигрантами, или что среди них более высокий уровень преступности. Да, в тюрьме их – большинство. Но надо посмотреть, почему так. Это социально-культурная проблема.

А реакция такая на мигрантов потому, что население Италии – 60 миллионов человек, не привыкли к чужим вокруг, в таком массовом порядке, в таком количестве. Ещё 50 лет назад в Италии практически не было мигрантов из Африки. Тогда мигрантами были итальянцы, которые перемещались за рубеж или внутри страны: с юга на север. И до определённого периода, пока проходила адаптация, итальянцы севера не воспринимали южан. Были даже объявления о сдаче квартир: «только северным итальянцам». Тот же феномен, что сейчас в отношении африканцев.

– В Италии – внутренний расизм, если не сдавали квартиры уроженцам иных областей?

– Внутренний расизм был сильный. И до сих пор существует мнение, что южане иные, чем северные.

Нужна адаптация. Она длительна – десять лет пройдёт, пока человек встроится в эту социальную среду. А нынешним мигрантам адаптироваться намного сложнее, чем в прежние времена итальянцам, у которых был и общий язык, и культура, и религия, только обычаи разные. Так что со временем адаптация происходит, это не проблема.

Но ситуация осложняется, когда поток беженцев становится таким большим. Не организована система их приёма. Мы не знаем, где их разместить, хотя пока даже и денег уж очень больших не требуется. Пока! Когда поток достигнет ста тысяч человек в день – вот тогда усилия и траты будут огромны. И это будет. Это неизбежно! Потому что всё, что происходит в Африке и на Ближнем Востоке – это полное разрушение образа жизни. Люди вынуждены бежать. Они не хотят покидать родину, свой дом. Люди жили, это был для них нормальный образ жизни, а никакая не трагедия – жить в Африке. Трагедия же наступает, когда тебя убивают, и вся структура общества разрушается. Сенегал, Конго, Нигерия – полно стран, где уже попросту невозможно жить! И люди бегут туда, где есть вода, пища, где их не убивают.

И мы должны ожидать беспрецедентного потока мигрантов.

А чем всё это вызвано? 45 лет назад Запад провозгласил идею свободного передвижения капиталов. Казалось бы, при этом ничего страшного не происходит: один миллиард идёт из Италии в Бангладеш к примеру. Ну и что? Но свободное передвижение капитала означает, что рано или поздно и люди двинутся. Ведь если в результате такого движения наши заводы закрываются, значит, это движение значимо. И если в тех странах разрушают предприятия сельского хозяйства и люди не могут найти применения плодам своих рукам, они ищут такого применения. Так что миграция – прямое последствие наших решений.

Но кто понимает эту взаимосвязь? Те, кто принимали решение о свободном передвижении капиталов? Нет. Они сидели в университетах, высказали идею: о! Если будет передвижение капиталов, прибыли будут высоки, мы можем использовать дешёвую рабочую силу. Великолепно! Они видели только эту картину. А картина была шире. Если ты видишь только один квадратный сантиметр картины, ты не можешь составить целостное впечатление о ней.

Всё, что происходит, объяснимо, оно понятно, оно имеет причины, и они тоже понятны. И первое, что нужно сделать – немедленно остановить свободное передвижение капиталов, иначе произойдут катастрофические изменения. Социальное напряжение в мире может достичь уровня, который никто не в состоянии контролировать. Всё, что мы видим – это только начало процесса!

Европа должна подготовиться, не только остановив свободное передвижение капитала, но и установив новые финансовые правила, в корне отличающиеся от существующих. И нужно готовиться к худшему. Этого не избежать.

А ближайший план – спасать людей, чтобы они не погибли на море. Иное поведение с нашей стороны в этой ситуации – это нацизм и конец цивилизации. Средней перспективы план – пропорциональное распределение беженцев по территории Европы. Мы же говорим, что Европа едина? Значит, надо все проблемы решать сообща и пропорционально распределять нагрузку. Среднесрочный план – создавать условия жизни этим людям, строя дома, предприятия. Эти молодые люди – не только помеха. Они в состоянии работать, и траты на них – это инвестиции в наше будущее. Не секрет, что Европа стареет, и проблема рабочей силы стоит остро.

Долгосрочный план – инвестиции в тех странах, откуда прибывают беженцы: там надо развивать инфраструктуру, предприятия, чтобы люди не стремились уехать из своих стран. Строить дороги, жильё… И конечно, не создавать условия для войны. Устранять причины. А это зависит в основном от нас. По существу, всё, что происходит на Ближнем Востоке, в Северной Африке – мы, Запад, создали своими руками. Разумные политические лидеры могли бы, пусть и с трудом, решить эту проблему.

Конечно, это будет нелегко, потому что допущены такие большие ошибки, исправить их сложно. Тем не менее, это надо делать. Такой должна быть стратегия. Это очень реалистичный путь. А что мы видим? Повсюду лишь истерическое неприятие беженцев. Это примитивная реакция людей, очень упрощённый подход. В этом нет их вины: им никто не объясняет, почему такая ситуация создалась.

Например, в Италии движение «Северная лига» образовалось на базе отторжения эмигрантов. Это был основной фундамент создания Лиги. Недавно меня пригласили на их радио. Они меня знают, и сделали большую беседу со мной. Я высказал точку зрения, противоположную их. И мои аргументы были восприняты! Я спокойно объяснил свою точку зрения. И двое молодых людей, которые меня интервьюировали, были удивлены: первый раз они услышали нормальные, а не истерические рассуждения.

Позднее один из них мне сказал, что рейтинг передачи велик, отклики слушателей положительны. И есть просьба вновь сделать беседу. Я подчёркиваю: это на радио, аудитория которого самая реакционная, непримиримая, как считается. Но услышав нормальные аргументы, аудитория их воспринимает и готова разделить твою точку зрения. Поэтому всё зависит от системы обучения, от информационных подач, от умения построить разговор и аргументацию. Нельзя отвечать односложно, в двух словах.

Это непростая проблема – кардинальное изменение ситуации, что происходит на наших глазах. И тут нельзя обойтись двумя словами, потому что система причин и последствий очень сложна.

Газета «Завтра», август 2015 года

Россия защищает всех нас

– Господин Кьеза, недавно вышла ваша новая книга «Мир на пороге войны». На ваш взгляд, ситуация такова, что мировая война возможна?

– По-моему, название точно отражает нынешнюю ситуацию. Но когда говорю так, встречаю возражения и в Италии, и в России. Видимо, люди не хотят и боятся этому верить.

Вспомним обе мировые войны – они готовились долго. Первая началась в 1914 году, а готовилась 10 лет. Вторая мировая война тоже была подготовлена заранее. Сейчас видно, что мы накануне глобальной катастрофы. Ситуация без преувеличений в тысячу раз опаснее, чем была в канун предыдущих двух войн. Видим конец целой эпохи: впервые человечество на таком опасном повороте. Ранее было немало драматических, кровавых кризисов. Ныне не просто кризис, а радикальное изменение всех параметров жизни.

В последние годы мы пребывали в иллюзии о возможности бесконечного качественного и количественного развития. А это невозможно. И социально-экономическая модель, в которой мы живём, не может продолжаться долго: через 20 лет мир ощутимо изменится.

Несколько цифр. В начале прошлого века население мира насчитывало i млрд. 200 млн. человек, сейчас – примерно 7 млрд. Опираясь на политические системы прошлого, невозможно управлять таким миром. Единственная империя – американская – требует и хочет добиться любой ценой, чтобы XXI век был американским. Это невозможно, даже если Америка самая сильная. Всё происходящее говорит об этом.

До нас на Земле в согласии с природой прожили примерно 4000 поколений людей. Последние 4–5 поколений нарушили гармонию. Но мы продолжаем жить по инерции. Сегодня солнце встало и завтра встанет, а поелепослезавтра…Уже сомневаюсь.

В книге я предупреждаю: мы – первое поколение, которое будет жить в новых условиях. Насколько они будут драматическими, зависит от нашей дальновидности. Кризис приобретает характер, я бы сказал, этический, а не только политический. Это буквально: быть или не быть? Жить или не жить? И как жить, с какими ценностями? Массово убивая друг друга?

И неправда, что мы не можем предвидеть будущее, – у нас есть фундаментальные инструменты прогнозирования. Наши возможности гармонизировать отношения с природой высоки.

Но почему миллионы людей вокруг нас, и в России, и в Европе, и в Америке, имеют мало представления о драматизме момента? Причина – система информации полностью направлена на то, чтобы нас обманывать. Люди думают, что живут свободно. Но они в тюрьме.

Фундаментальный пункт для спасения человечества – создать новую систему массовой информации.

– Да, на людей обрушивается очень много искажённой информации вокруг, например, убийства Бориса Немцова, «исчезновения» малазийского «Боинга». События вроде бы мало связаны между собой, но…

– Чтобы понимать происходящее, следует осознать, что либеральной демократии, как мы её представляем, давно нет. Осталась обложка, церемониалы – без содержания. Например, кто убил Немцова? Это явно группа людей, которая прекрасно знала о функционировании средств массовой информации. Они понимали: реакция последует автоматически – все журналисты будут писать одно и то же.

Я не имею представления о том, кто реально убил, но совершенно точно те, кто организует эти убийства, прекрасно знают, как действуют средства массовой информации.

То же с «Боингом» в Донбассе. Я был в Риме, и через три минуты после сообщения о катастрофе все итальянские агентства, а также Рейтер, Ассошиэйтед Пресс сказали: «Русские сбили малазийский самолёт». Автоматически для десятков миллионов людей до того, как хоть что-то прояснилось о произошедшем, уже было как бы официальное заключение.

Работают квалифицированные специалисты. Думаю, они уже подготовили по меньшей мере 5–6 новых провокаций против русских.

Продолжается война на Украине. Те, кто её организовал и спровоцировал, подготовили новое напряжение в Приднестровье. Изолируют 150 тысяч русских, а также военных, которые находятся там законно, выполняя миссию миротворчества. А что может Россия? Даже если русские самолёты в случае необходимости должны будут проложить авиационный мост, они должны лететь над Украиной. Это ли не повод для новой эскалации? Я в Италии на конференции рассказал про Приднестровье. Никто даже не знал, что оно существует. Как никто не знает на Западе, что на Украине живут 10 миллионов русских.

Люди, которые организуют всё это, имеют громадные деньги, могут купить любое правительство. Украинское или итальянское, бельгийское – всех вместе взятых или по отдельности.

Их шантажируют. Каждый находится под наблюдением, все их контакты, счета в банках, с кем живут – всё под контролем. Все руководители правительств находятся в таком положении – не могут принимать решения самостоятельно. Значит, не только нет никакой демократии, но есть одна империя – американская – как инструмент. Империя – это не только Америка. Империя – это несуществующее государство, которым управляет группа людей. Пол Кругман назвал их «хозяевами Вселенной». Там не только американцы.

Нам надо предпринимать все меры, чтобы они нас не ввергли в войну.

– ДАИШ, или ИГИЛ (запрещённая в России организация), как известно, тоже во многом – детище Запада. Как вы думаете, не накачивают ли эту силу для того, чтобы создать управляемый хаос? Когда бы люди ради спасения, чтобы остановить хаос, даже ждали и просили своего рода мирового концлагеря?

– Да, они создали всё это. Ведь немыслимо кому-то создать армию в 70 тысяч штыков, если нет громадных средств. Они вооружены, организованы. Значит, надо найти, кто? Америка? Нет, не только. Это и Саудовская Аравия, и Катар…

В Викиликсе выложили документы о том, как велись переговоры, чтобы создать альянс, который сломает Сирию. Говорили открыто. Они давали деньги на «протесты» против Дамаска, Израиль давал технологические, коммуникационные ноу-хау. Значит, это альянс между Израилем и Саудовской Аравией. Значит, сунниты хотят не только создать хаос, они организуют войну, которая может стать началом третьей мировой войны. Америке это выгодно. Хаос заставит всех забыть, что настоящий центр мирового кризиса у них. Они сами на грани взрыва.

Война на Украине – показатель, что они спешат. Киев уже был в руках американцев в декабре 2013 года. Зачем устраивать такое невероятное побоище? Потому что они спешат.

В 1998 году группа «Неокон» писала, что в 2017 году Китай будет самой большой угрозой для безопасности США. Сейчас 2015 год, очень близко! Американцы рассчитывали: первый этап – сломать Россию. Ведь Россия – единственная страна, которая может остановить Америку. Россия имеет сдерживающую стратегическую силу. Китай – ещё нет, но через три-четыре года будет иметь. Значит, надо сломать первое препятствие. Поэтому так спешат.

Я как европеец считаю: Европа должна понимать, что надо иметь дело с Россией, поскольку именно она всех нас защищает от войны. Это вопрос уже не о том, нравится или не нравится…Россия – союзник против войны. Это самое важное. Россия – заслон военной операции. Если Россия не выдержит, будет очень плохо для всех. Тогда точно не избежать войны.

Если Россия будет сломлена (я не думаю, что так будет), Китай станет неуправляемым. Китай – другая цивилизация, которую Запад не в состоянии поглотить: 1 миллиард 400 миллионов человек с пятью тысячами лет истории и культуры. Те, которые полагают, что в состоянии одолеть Китай, могут сделать это одним способом – сломать. Но эта война будет последней для всех. Может, кто-то и выживет, но что будет вокруг?

– Вы резко критикуете власти, подчас независимо от направленности их идеологии и действий. Не страшно?

– Стоит ли всем этим заниматься? Стоит. Получаю отзывы: «Читал вашу книгу. Во многом разобрался и прозрел»…

В книге «Вместо катастрофы» я пишу как можно защититься. Главная территория, которую надо защитить людям, – интеллект. Человек, который защищает свой интеллект, очень силён и способен руководить другими. И конечно, защита нашего тела, самой жизни. Фундаментальное право человека – жить.

Это новая форма демократии – не либеральная демократия через представителей, но демократия, когда миллионы людей защищают себя, место, где они живут.

Мы не знаем, где находятся «хозяева Вселенной». Я не думаю, что Бильдерберг – место, где принимают решения. Слишком важные решения не принимаются даже при малейшей публичности.

Наша защита – это умножение пунктов сопротивления. Умножение до такого момента, когда они уже не могут преследовать всех нас…И для меня самая приятная вещь – этим заниматься. Если что-то знаю, молчать не могу.

– В каком состоянии левое движение в Италии? Может ли оно как-то противостоять глобализации и кровавым играм «мировых элит»?

– Левые силы в Европе уже не существуют как сильная оппозиция. Это одно из следствий крушения СССР. Я считаю, что в Советском Союзе не было коммунизма и социализма. Было формирование временное, которое не могло существовать долго, поскольку не смогло выстроить в полной мере систему сопротивления остальному миру. Но тем не менее миллионы людей видели, что есть альтернатива. Она исчезла.

Это одно. Другое – все социал-демократические, коммунистические партии на Западе поняли, что надо адаптироваться. И сейчас левые в Европейском парламенте голосуют вместе с правыми – создаются антинародные альянсы консерваторов и левых. Про таких «левых» забудьте – от них ничего хорошего ждать не стоит!

Есть другие силы. Мы видим политическую революцию, она проходит самостоятельно, без лидеров. По результатам последних выборов в Европе старые партии (и левые, и правые) теряют доверие. В Испании растёт новая политическая сила. Её представители ещё не в парламенте, но уже завоевали муниципалитеты в Мадриде, Барселоне…

Складывается революционная ситуация. Беспрецедентная, между прочим. В Великобритании были две партии – лейбористы и тори. В течение последних выборов одна партия, которой раньше не существовало, UKIP (United Kingdom Independent Party), взяла верх и стала первой. Беспрецедентный случай. То же и в Италии. На последних выборах новая партия «Движение пяти звёзд» получила 9 млн. голосов – 25 процентов. Во Франции партия Марин Ле Пен также на подъёме. Марин говорит: «Если буду президентом, поставлю вопрос о выходе Франции из НАТО». «Сириза» в Греции – тоже феномен. Если всё вместе взять, получается, что идёт настоящая политическая революция. Почему? Европа жила в течение 40 лет на базе одного социального пакта. Элиты сказали: «Голосуйте за нас, а мы вам дадим очень хорошую европейскую модель». Благосостояние, средние слои жили хорошо, бедных людей немного…

Но кризис всё меняет.

Думаю, левые силы не в состоянии быть серьёзной силой, поскольку уже потеряли всё. Коррумпировались. Нужно новое поколение, новые люди, которых нельзя шантажировать. С этой точки зрения я оптимистически смотрю на ситуацию: через два-три года, если мы переживём большой кризис, политическая география Европы станет неузнаваемой.

– Идёт информационная война. Россия тут подчас проигрывает. Что делать, чтобы не отступать по меньшей мере?

– Давно говорю, что Россия должна создать линейку телевизионных структур на Западе. Уже хотя бы потому, что многое из произведённого в Москве может содержать ошибки, поскольку ваши журналисты не знают в полной мере ситуацию у нас.

Прорывать информационную блокаду необходимо. Например, во время украинского кризиса почти все ТВ каналы на Западе скрывали истинную ситуацию. На севере Италии аудитории в 400 человек я задал вопрос: «Сколько людей погибло на Украине?» Молчат. Многие даже спрашивают: что, действительно погибли? Я сказал: «Да, погибли. Сколько, кто из вас знает?» Один поднял руку: «Тысяча человек». А есть информация секретной службы Германии -50 тысяч человек. Но публика не знает.

Поэтому очень важно, чтобы Россия инвестировала в информационные каналы.

Я, например, создал свой маленький телеканал «Пандора ТВ», его смотрят 80 тысяч человек в день. Но я уже давно говорю: готов работать над телевидением, даже если оно создано с участием России, но только чтобы вашу точку зрения слышали. В Италии есть десятки журналистов, которые не хотят делать пропаганду, готовы работать со мной. Но чтобы создать канал, нужны очень большие средства.

То же самое должно происходить во Франции, в Германии, Бельгии, Финляндии, Прибалтике. Пусть люди слышат и одну версию, и другую. Пусть сопоставляют.

– В Италии находится один из важнейших мировых источников влияния – Ватикан.

– Всё, что меняется с приходом нового папы, Франциска, – реальный сдвиг.

Католическая церковь находилась и находится в большом кризисе. Последние 50 лет по меньшей мере она идентифицировала себя с Западом. А нынешний Папа понял: если католическая церковь продолжит и дальше идти тем же курсом, она потеряет громадную паству. Все западные страны – это около 900 млн. человек, а остальные 6 млрд, населения не могут жить как подневольные. Франциск понял, что надо, чтобы церковь католическая могла бы жить и осуществлять новые принципы…А как ты их можешь распространить, если твоя вера против всех остальных? Ты потеряешь 6 млрд, человек, чтобы сохранить еле-еле i млрд.?

Сейчас в Ватикане всё больше священников из Индии, Латинской Америки… Происходит гигантский поворот – прямая атака против капиталистической системы. Заметьте: первая реакция США на заявления Папы была очень отрицательной. Но начинается борьба даже внутри католической церкви в Америке. Это серьёзно. Я читал энциклику папы римского, согласен на 90 процентов с тем, что он писал. Папа уже дважды говорил: «Осторожно, мы сползаем к третьей мировой войне». Ещё и поэтому считаю его большим союзником.

Путин встречался с ним, это был сильный политический шаг, который укрепил авторитет и Путина, и России в целом.

– Вы начали бороться с фальшью, в том числе Америки, в информационном поле. Вас в США явно не любят…

– Да, происходящее, может быть, и опасно для меня лично, но я смотрю на них и вижу, как они раздражены, как меня ненавидят. Тем не менее не могут остановить. И чем больше людей обо мне узнают, тем труднее им будет это сделать. Они не могут атаковать открыто, поскольку у меня есть своя история, также трудно сказать, что я сумасшедший, и т. д. Тогда они избрали другой путь – умалчивание. Меня игнорируют. Если я буду ещё более мощной фигурой, конечно, мне будет ещё сложнее. Но я получаю от своей деятельности только удовольствие. Менять мир в лучшую сторону – что может быть лучше?

Литературная газета № 49 (6535), 2013 года

Сбить цель или сбить с цели?

– Господин Кьеза, по вашему мнению, что или кто может стоять за крушением авиалайнера Airbus А321 российской авиакомпании «Когалымавиа»?

– Совершенно ясно, что пока никто не может точно назвать причину крушения этого самолёта. Надо рассмотреть все возможные варианты. Конечно, один из вариантов – это то, что могли быть технические неполадки. Самолёт довольно старый, несколько раз менял владельцев…И нельзя исключить плохого состояния машины. Но хочу обратить внимание на два обстоятельства.

Первое то, что другие авиакомпании, такие, как Lufthansa, Air France и Emirates, решили поменять маршруты своих самолётов, заявили, что будут выполнять свои рейсы в обход Синайского полуострова. Значит, они подозревают возможность террористического акта. Второе. Я не думаю, что самолёт сбили ракетой террористы. Он летел на большой высоте и на высокой скорости, так что вряд ли ракета террористов была причиной крушения. Но можно предположить, что самолёт был заминирован, когда он находился в аэропорту Шарм-аль-Шейха, откуда и вылетел. Ведь никто не знает, насколько надёжными были системы охраны в аэропорту. Для подготовленных людей это сделать несложно, и если нет достаточно охраны, безопасность не обеспечена должным образом, операция по минированию самолёта может быть проведена без проблем. Так что этот вариант никак нельзя исключить.

И обратите внимание: за день до этого Владимир Владимирович Путин созвал Совет безопасности России и очень чётко определил задачи, что надо увеличивать надёжность системы предупреждения аварий на ядерных объектах. Это означает, что у руководства страны есть большие и наверняка обоснованные опасения, что количество террористических актов будет увеличено. Совершенно очевидно, что кое кто очень болезненно воспринимает роль России и в Сирии, и в мире вообще. Поэтому велики попытки наказать и Россию, и Путина из-за того, что Россия начала проводить самостоятельную политику, выходит из-под контроля Запада. У меня нет сомнений, что есть силы, которые хотят и шантажировать Россию, и создать невыносимую ситуацию для безопасности российского государства. И поэтому я считаю, что существует абсолютно чёткая вероятность, что это был террористический акт.

Газета «Завтра», ноябрь 2015 года

Это только

Начало отрезвления

– Господин Къеза, после того, как Россия начала принимать прямое участие в событиях в Сирии, изменилось ли отношение к ней в Европе?

– Да, изменилось. Но и европейцы, и американцы запутались! Я бы сказал, что это был совершенно неожиданный сюрприз. Никто не ожидал!

– Не ожидали граждане или разведки тоже?

– Разведки тоже! И даже американцы, которые имеют такую гигантскую разветвлённую разведывательную сеть, были застигнуты врасплох. Потому что есть глубокое заблуждение относительно России, и этот фундаментальный момент надо учитывать. Надо понимать, что у Запада ложное представление о России.

Потому самое важное, что сейчас надо делать, – изменить ложное представление. Иначе непонимание будет постоянным. А это опасно. Если Запад не понимает, что такое Россия, то совершает большие ошибки в своих действиях относительно России. Что мы и видим.

Тот удар, что Россия нанесла по западному воображению, был для Запада оздоровительным, отрезвляющим и полезным. Но это только начало отрезвления.

Даже по поведению средств массовой информации было видно, что таких действий России не ждали! Поскольку американцы оказались застигнутыми врасплох, они не знали, как комментировать, и европейские СМИ не знали, что сказать, у них не было готовой интерпретации событий. Поэтому в течение недели были очень разноречивые оценки произошедшего: один говорил одно, другой говорил другое – что хотели! Возник парадоксальный момент, когда они были свободны в выражении своего мнения. Не было установок, указаний. И большая часть населения получила в некотором смысле правдивую, не ангажированную, по крайней мере, информацию.

И героем, победителем в этой ситуации в буквальном смысле слова стал Путин. Потому что они всё сваливали на Путина. Всё, что есть плохого, – это Путин, всё плохое исходит от него. И вдруг появляется что-то, чего они не ожидали, и это – Путин. А как ты можешь борьбу с террористами называть плохой? И что делать?

Так что очень противоречивое представление о происходящем. Но самый ключевой момент, что Запад не ожидал и не знает, что делать.

Однако трезвые наблюдатели поняли, что надо скорректировать ложное представление о России. Это хороший момент для вашей страны, и его надо использовать.

– Каким образом?

– Со стороны России нужна гигантская работа по улучшению своего образа в глазах западного гражданина. Попросту надо доносить правдивую информацию о себе. Я заканчиваю последнюю главу своей книги, которая называется «Русофобия 2.0». Ведь часто в основе русофобских настроений – незнание попросту. Поэтому надо сломать эти русофобские настроения. Для этого нужна инициатива со стороны России. Потому что со стороны Запада, того, который мы знаем, это исходить не будет. Запад хочет сохранить XXI век за собой, а потому не способен на такие инициативы. И здесь со стороны России нужна продуманная широкомасштабная стратегия. Надо, чтобы Россия создала свои рычаги влияния. Чтобы создала сеть телевизионных каналов. «Раша тудей» – хороший канал. Но есть один ключевой минус – это делается из Москвы. И по этой причине теряет на Западе значительную часть аудитории и силы. Потому что люди воспринимают её как голос России, как пропаганду. Даже когда «Раша тудей» делает объективную программу, пропагандисты Запада говорят: «Это же Москва! Значит, доверять нельзя.»

И единственный способ – это чтобы итальянцы делали итальянское телевидение о России, французы – французское, немцы – немецкое, американцы – американское. Но на какие средства? Неужели Запад профинансирует и подарит вам место в сетке каналов? Запад вам никогда ничего не подарит. Они нацелены на свои интересы. В определённом смысле слова, они – сумасшедшие, потому что их надежды на прежнее доминирование и однополярность мира совершенно невыполнимые, утопические. Но они не хотят понимать, что это нереально.

И нужно создать экспертный совет, специальную группу из числа людей, которые глубоко знают систему западных средств массовой информации. Эта группа должна подготовить для президента России план действий и бизнес-план, чтобы знать, сколько нужно средств, какие действия, какие люди могут за это взяться в разных странах.

И действовать решительно и быстро. Подчёркиваю: решительно и быстро. И у нас, и у вас времени немного. Ситуация совершено точно будет ухудшаться. Абсолютно точно Россия окажется в центре нападения, атаки, будет главной мишенью. После России мишенью будет Китай. И от иллюзий на этот счёт нужно избавиться. Потому что кризис Запада – это кризис руководства, это ничтожность руководителей, которые пропитаны русофобией, и, имея ложное мнение о России, идут ва-банк, не задумываясь. Посмотрите на Украину. На Украине они играли ва-банк! Для них неважно, что происходит, какие последствия. Погибло 50 тысяч человек? А им всё равно!

Общественное мнение Запада не верит, что руководители такого уровня могут принимать столь глупые и кровавые решения, даже не задумываясь.

– Вы думаете, что если будут созданы системы образования западных людей через СМИ, информационную работу провести по правильному освещению положения России и её намерений, это поможет изменить ситуацию? Люди будут протестовать против действий своих правительств или что?

– Надо понимать, что в Америке – другое отношение к России. И оно намного хуже, чем в Европе. Часть европейцев ещё не такая русофобская. Да, есть люди, которые ничего не знают и не понимают. Это не зависит от того, какая ситуация на дворе, и это не вина людей: они просто живут своими заботами. И вопрос – как им давать информацию, показать альтернативу. Одна часть будет отвергать эту альтернативу, другая её примет. Приведу свой пример. Я создал в Интернете телеканал Пандора-ТВ. Его смотрят практически все руководители Италии. Вообще, принято думать, что руководители – люди сверхинформированные, но это нет так. Они в основном смотрят те же передачи, читают те же газеты, что и рядовой гражданин. И верят этой информации! Поэтому им тоже нужна альтернатива. И те из них, кто хочет разобраться, смотрят мой канал.

И если даже небольшая часть общества, определённый уровень интеллигенции, элита, будет знать реальное положение дел, это может стать решающим моментом. Но, создавая такие СМИ, ты должен понимать, что надо выстраивать информацию, адресованную определённому руководящему кругу, интеллектуальной элите.

Есть люди, которые понимают опасность нынешней ситуации. Они могут быть вовсе не русофилами, совсем не прорусски настроенными. Но если они понимают опасность для себя, это сильно действует на их поведение.

И особенно хочу обратить внимание на то, что нужен интеллектуальный скачок со стороны России – на другой уровень разговора с миром. Россия должна начинать говорить в пользу всего мира, с заботой о человечестве. И не потому, что у неё – миссия. Я не верю, что у неё какая-то особая миссия. Просто Россия оказалась в такой ситуации, в таком месте мировой истории, где она стала объектом атаки. И должна защитить себя.

Но она пока, кроме нескольких выступлений Путина, никакого послания миру не сделала. Путин, есть впечатление, понял, что Россия должна взять на себя определённую роль. И он сейчас должен начать говорить во имя всемирных интересов. Сказать: «Мы защищаем не только себя. Мы защищаем и вас, ваше выживание. Россия выступает во имя человечества. Мы не заняты только тем, чтобы защитить свои границы – это лишь небольшая часть наших задач. Но Россия не может действовать в одиночестве, а должна со всеми вами решить эти задачи».

Если Россия будет адресовать такие послания миру это будет иной уровень послания. То, что Россия должна так повести разговор с миром, я заключил, изучая Америку. Одна из особенностей Америки, что она всегда выступает, как будто заботится обо всех. «Америка для всех». Она говорит: наши богатства – для всех. Это неправда, обман, но сильно действует. Конечно, она говорит имперским тоном: мы вам дадим, это необходимо, у нас миссия и так далее. Но всё-таки, говорит именно якобы во имя планеты.

И Россия должна говорить: мы вас защищаем. Путин это может сделать очень хорошо. Его слушают. Когда скажет один, два, три раза открыто «мы защищаем вас, защитим вас всех от безумия», его услышат. Конечно, надо сказать определённые вещи, например, что система ценностей, построенная на стремлении к богатству и изобилию, безвозвратно ушла. Надо учитывать, что изобилия для всех 7 или 8 миллиардов человек не будет, это нереально. И потому человечеству надо договориться: будем жить все, но скромно.

Я считаю, что такой разговор России с миром через выстроенную медиа-систему даст необходимый эффект.

Газета «Завтра», ноябрь 2015 года

Провокации на крови

– Господин Кьеза, совсем недавно вы говорили о том, что против России постоянно устраиваются провокации и что подготовлены очередные, которые и впредь будут регулярно проводить, что ситуацию в отношении нашей страны умышленно нагнетают и продолжат это делать и в дальнейшем. И вот – сбитый над Сирией российский самолёт. Кто и с какой целью нагнетает ситуацию? Выгодно ли это Европе?

– Конечно, ни одна из этих провокаций Европе не выгодна, потому что цель происходящего – создать барьер между Европой и Россией. Это очевидно. Для европейцев это ловушки, которые создаются одна за другой. И цель всего – что тоже совершенно ясно – что-то негативное устроить в Европе. Устроители всего этого хотели, чтобы нечто ужасное произошло в Европе! Так что такого рода события Европе невыгодны совсем. Это первое.

Второе. Уже давно подготовлено несколько операций, сценарии прописаны. Один из них – Украина. По моей информации, уже проложена линия фронта – около Харькова, в ста километрах от нынешней границы Донецкой Республики. Это расстояние может быть пройдено в течение двух часов. Большое скопление средств: тяжёлой артиллерии, живой силы. Это батальон «Азов», части расформированной Национальной гвардии, плюс по меньшей мере несколько тысяч наёмников: из Польши – большая часть, из прибалтийских республик, из Америки и других стран – по всему миру собирают. Это наёмники – хорошо оплачиваемые, готовые убивать.

– Кто им платит? У Украины денег нет.

– Платит Америка, без сомнения, большие корпорации, те, кто уже имеет финансовые интересы на Украине.

Ещё сценарий – Прибалтика. Ситуация такова, что три балтийских республики – это государства, оккупированные НАТО. Не просто колониальные, они превратились в губернии, которыми управляет НАТО. И там ситуация благоприятна для натовцев. Потому что в любую минуту при необходимости можно сбить натовские самолёты, в чём можно потом обвинить Россию – это будет самый желаемый вариант для этих провокаторов.

– То есть НАТО будет сбивать свои самолёты?

– Да. Иначе получается, как в случае с российском самолётом над Сирией: весь мир понимает, что это провокация против России. И её устроителям трудно оправдаться. Даже для европейцев, не то что для русских, эта ситуация неприемлема, они находятся в непростом положении. Это была операция предупреждения России, давления на неё. Это эффективно, чтобы нагнетать напряжение между Россией и Европой, но в то же время это невыгодно и неудачно с точки зрения пропагандистской. Это так называемая «операция под ложным флагом». Это второй сценарий.

Третий сценарий – очень удобный для оппонентов России – это Молдавия и Приднестровье. Умышленно создана такая ситуация, когда возможно всё: провокация в Приднестровье, в Молдове, против Румынии…Что угодно. В этих странах – Молдове и Румынии – внутриполитический кризис, ситуация неустойчива, а это создаёт очень большой простор для разного рода провокаций. Так, делегация иностранных наблюдателей, которые ехали в Приднестровье на выборы, была остановлена на границе с Молдовой и вынуждена была вернуться. Им не дали проехать. Чтобы потом сказать: на выборах не было наблюдателей, никто не может подтвердить, что они прошли честно…Или ещё хуже: кого-то из наблюдателей убить и потом сказать, что это сделали русские, которые не хотели, чтобы наблюдатели приехали и зафиксировали нарушения. Да что угодно. Вот среда, в которой возможны любые провокации. Ситуация действительно очень и очень неустойчивая. И я уверен, что два-три варианта уже готовы. Это не спонтанные события. То есть провокации не только задуманы, но есть исполнители, средства проведения, силы. Всё уже опробовано и прорепетировано. Ждут подходящего момента для подходящего сценария – и его активируют.

Надо учесть, что совсем не обязательно, что даже президент Обама знает об этом. Это вещи, которые проходят помимо него. Секретные службы великолепно работают – независимо от политического руководства. А Обама потом находится в сложной ситуации: если он говорит что-то против, то его назовут предателем. У меня впечатление, что он не может влиять на всё. Это другие люди.

Судя по интервью Путина на пресс-конференции после встречи с Олландом, он это знает. Путин сказал: мы информировали наших партнёров в США, они знали, когда, где, на какой высоте, в каких условиях полетят наши самолёты. Мы давали им информацию. А зачем? Чтобы они передали эту информацию их союзникам, чтобы избежать ошибки. Но кто-то использовал эту информацию, чтобы спровоцировать Россию. Путин сказал об этом открыто.

Он не мог сказать больше, но сказал достаточно, чтобы все поняли. Мы и поняли: Соединённые Штаты Америки знали всё. Поэтому атаковали. Этот удар в спину был нанесён не только Турцией. Турки – это исполнители. Удар в спину произведён из секретных служб Соединённых Штатов Америки, Пентагона и НАТО.

– Турки хотят войти в Евросоюз. Но если они подложили такую свинью Европе, могут ли рассчитывать на приём в ЕС?

– На приёме Турции в Евросоюз поставлена точка. В том числе из-за того, что сбили самолёт России. Конечно, европейцы не скажут об этом открыто. Но между собой они будут думать. Европа получила от Турции сильный удар и через мигрантов. Совершенно очевидная ситуация: Турция открыла границы. И после этого люди пошли по суше в Европу. Это намного легче, чем через Средиземное море, где гибнет много людей.

Так что открытие границ – это турецкая операция, которая сильно ударила по Европе. Европа получила сюрприз, и он не последний. Первый сюрприз – открыла двери на проход через свою территорию в Европу мигрантам: пожалуйста, проходите, проходите. И второй сюрприз – это сбитый самолёт. Все понимают, хотя кто-то делает вид, что не понимает, что это Турция вместе с Соединёнными Штатами Америки организовала провокацию. Поэтому получить такого союзника Европе – будет окончательным ударом по стабильности в Европе.

Более того, Турция – большая страна, 80 миллионов населения, и она будет иметь огромную парламентскую группу. И тогда равновесие в Европе будет сломлено. Сейчас есть определенный паритет между социал-демократами и христианскими демократами. Между Германией и Францией, которые, собственно, управляют процессами. А если появится такой неуправляемый монстр, как Турция, это будет конец Евросоюза. Уверен, что Турцию не примут. Будут делать вид, что размышляют, станут выставлять условия, но не пойдут на приём в члены.

У меня впечатление, что такая ситуация не предвиделась. И Запад находится в очень трудном положении. Каждый шаг оборачивается против. Цугцванг. И каждый действует сам по себе. Нет согласия, нет сплочённости, нет доверия.

Я считаю, что Россия ведёт себя совершенно разумно. Надо продолжать диалог с Европой в любом случае. Дипломатия – такая сфера, где ты не всё можешь сказать открыто, но все при этом понимают друг друга.

И надо ожидать провокаций. Даже более сильных и рискованных, чем уже были проведены. Они хотят поднимать планку. Пробные шары уже прокатили, будут более опасные ситуации создавать и смотреть: они надеются захватить инициативу. Думаю, Россия на провокации не пойдёт. Но сейчас ситуация в Сирии неясна. Потому что резолюция ООН – обоюдоострый нож. Резолюция хороша с точки зрения сотрудничества Франции и России. Но одновременно отрывает простор для других участников, которые могут действовать совершенно самостоятельно, а цели могут быть неясны. Не думаю, что французские самолёты сейчас пойдут на какую-либо провокацию. Это не в интересах Олланда. Но американцы могут пойти на провокацию – начать бомбить, например, правительство Сирии, используя резолюцию ООН, которая даёт им право.

Повторяю: это обоюдоострые ножницы.

– Отношения России и Европы можно назвать пульсирующими: напряжённые, затем близкие, затем опять напряжённость. Ещё вчера сильнейшая конфронтация, и вот опять напряженность пошла на спад. Кто эти пульсары запускает? Ведь никаких действительных причин для этого нет. Что вы, как европеец, можете сказать о наших отношениях?

– Думаю, что в Европе приходит осознание ситуации.

– Правительствам или народам?

– Народам в большей степени, чем правительствам. Но и внутри правительств есть понимание. Однако, они не свободны в своих выражениях. На пресс-конференции в Москве вы видели, что Олланд ничего не мог сказать. Люди более свободны, чем правители.

– Если провести кривую отношений между Россией и Европой, то они совпадают с какими интересами: финансовыми, политическими? От чего эти пульсации зависят?

– Организаторы всего этого не видят перспективу. Это профессионалы, которые видят лишь свою задачу. Задача – поднять напряжение, усилить конфронтацию. А там – посмотрим. У них нет стратегии и плана. Они просто хотят поднять планку. Уровень понимания у этих людей очень низок. Они продолжают думать в духе, как я назову, новой советологии. Эти люди считают, что Россия уже мертва. Вся их стратегия строится на этой базе. Они были уверены, что после Украины Путин сдастся. Уверены, что русский народ от него отступится. И они продолжают так считать.

Этого не произошло. И они думают: хорошо, не сейчас, но через пару лет Путин будет в таком состоянии, что не сможет защититься, не сможет отбиться от атак. И они идут напролом, без всяких расчётов. Линия была дана, цель поставлена. Они – это неоконы. Неоконы – люди неразвитые, они как бандиты – выполняют функцию. А те, которые руководят, стоят над ними – они сумасшедшие. И получается сочетание сумасшедших, которые дают указание, и бандитов. И чего от них ждать?

У меня такое сравнение: мы находимся в самолёте на высоте 7 тысяч метров, двигаясь со скоростью тысяча километров в час. Самолёт мотает из стороны в сторону, он делает непонятные виражи, мы пытаемся узнать, кто управляет. Стюардессы ничего не говорят, сами испуганы. Мы идём, стучим в кабину пилотов, нам не открывают, мы врываемся и видим, что в кресле пилота – обезьяна, которая и управляет самолётом. В этих условиях рассчитывать, что мы можем приземлиться удачно, не приходится, это исключено.

Не надо искать какие-то смыслы в действиях этих людей. Это настоящие бандиты, управляемые обезьяной. К сожалению, мы находимся в самолёте. Да, мы не умеем управлять. Но если мы оказываемся в такой ситуации, всё-таки лучше самим сесть за штурвал: лучше так, чем обезьяна.

– Зачем Эрдоган это сделал? Неужели он не понимал серьёзности последствий?

– Эрдоган получил указание. Он исполнитель. Идея не его. Но ему сказали: иди и дальше, делай другие шаги, а мы тебя прикроем.

Всё идёт из США. Говорю это с полной убеждённостью.

– Удастся ли избежать горячей войны? И что поможет её избежать: понимание европейцами, что они с нами на одной на лодке – на континенте. Они не за океаном, не за Ла-Маншем.

– Надо работать. Почва готова. Людей оболванили чрезвычайно. На Западе Россию считают агрессором. Но действуют факты. Их уже трудно скрыть, и все понимают, что против терроризма действует именно Россия, которая таким образом защищает Европу. И надо сейчас работать в этом направлении – формировать общественное мнение. Почва готова.

– Олланд прилетал. Меркель делает заявления едва ли не комплиментарные в адрес России – риторика поменялась. Это потому, что они поняли или вынуждены так вести себя под давлением общественного мнения, осуждающего, что они не взаимодействуют с единственным борцом с терроризмом – с Россией?

– Они вынуждены были сменить риторику под давлением интересов. Пока это – давление интересов. Потому что много предпринимателей получили удар в результате санкций. Народ же пока не имеет сил воздействовать на свои правительства. Он может наращивать силы, осознав, что и от него многое зависит. Но пока у него нет сил воздействовать.

Так что большие экономические интересы привели к такой реакции.

– Но санкции пока не отменили.

– Потому что ситуация ещё не изменилась в корне. Но уверен (решение будет приниматься в январе), что к началу января могут произойти серьёзные изменения.

Я организовал в Италии движение против НАТО. Для этого нужны серьёзные силы. Есть несколько фронтов на этом направлении. Есть фронт во Франции, Германии, Португалии, Испании. Это интеллектуалы, которые понимают: ситуация опасная, и опасность нарастает. Опасения смешанные. Есть опасения интеллектуалов из-за моральных принципов. А есть опасения людей из-за терроризма. Люди просто не могут соединить в сознании разные факторы, не могут понять, что это вещи взаимосвязанные. И ситуация такова: если Россия будет продолжать защищаться, твердо защищаться, это приведёт к изменению общественного мнения. В любом случае – большие, средние, небольшие – но эти изменения будут в пользу России.

Россия может показать, что она не несёт угрозу безопасности Европы, что это другие силы провоцируют и ведут к напряжённости ситуации. Такая линия победит.

Но я боюсь, что Украина пойдёт на провокацию. И когда опять начнётся убийство десятков русских, ситуация станет особо опасной. Но я подчёркиваю постоянно: пока они доминируют в средствах массовой информации и они все под американцами – на юо%, то даже руководящие элиты могут колебаться, интеллектуалы могут колебаться. Когда всё телевидение говорит одно и то же, находясь под руководством США, очень нелегко увидеть истинную картину.

Ключевой пункт – надо, чтобы голос России был слышен на Западе. Каждый шаг в этом направлении принесёт пользу России и миру.

Газета «Завтра», декабрь 2015 год

Сирийский перелом

Самая горячая точка на карте мира сегодня – Сирия. В буквальном смысле слова там решаются судьбы планеты. И главную роль играет Россия, которую совсем недавно, как казалось Западу, сбросили с шахматной доски. Мы видим положение в Сирии глазами наших российских журнали-стов, и кому-то это может показаться предвзятой точкой зрения. Но недавно в Сирии побывали иностранные корреспонденты, и один из них – итальянский журналист и политолог Джульет-то Къеза.

– Господин Кьеза, вы недавно побывали в Сирии на базе российских воздушно-космических сил. А чем была вызвана ваша поездка в Сирию?

– Я искал возможности побывать на военном аэродроме Хмеймим в сирийской Латакии и получил приглашение от Министерства обороны России посетить эту базу так что получилось совпадение интересов: и моего личного, и Министерства обороны РФ. Я хотел увидеть своими глазами, каковы истинные масштабы операции в Сирии. Посмотреть поближе, какими силами там располагает Россия и какие технологии, какие методики используются в этой операции. Конечно, у меня и до поездки было ясное представление о происходящем там, было понимание политической и стратегической важности этой операции.

Надо отметить, что организация поездки была блестящей. Доступ к информации в разумных рамках был широким. Мы многое видели. Конечно, не было возможности поговорить с пилотами. Потому что это вопрос безопасности. Но нам давали широкую информацию о ходе операции. Мы видели вблизи движение самолётов. Нам рассказали, как они выбирают цели, как взаимодействуют с сирийской армией. Была проведена пресс-конференция одного из руководителей, генерала, который объяснял суть операции, отвечал на вопросы.

Россия выполняет свои функции на основании договорённости с сирийским правительством. То, что мы видели, говорит о чрезвычайной интенсивности этой операции. В течение дня десятки полётов туда и обратно: 24 часа, круглосуточно, ваши самолёты поднимаются в воздух.

И в то же время мы увидели, насколько сложна эта операция с точки зрения безопасности ваших военнослужащих. Ведь линия фронта там довольно условная, пёстрая. Очень сложно определить, где находятся террористические формирования, если нет очень чёткой организации сбора информации. И этот сбор ведётся с использованием технической аппаратуры, которая находится в распоряжении российской армии, секретных служб и служб безопасности Сирии.

Было интересно смотреть на всю цепочку и систему мер. Многие думают, что достаточно прийти туда, доставить самолёты на взлётную полосу и летать. Но ведь чрезвычайно сложно обеспечить безопасность. Это сложнейшая комплексная операция, которая, на мой взгляд, даёт чёткую картину о технологическом уровне русской армии. Я не раз видел ваших военных в деле. В советское время много раз был в Афганистане, потом видел, к сожалению, и Чеченскую войну. И с точки зрения организованности, ответственности и порядка всё это несравнимо с тем, что было ранее. Безусловно, это совершенно другая армия. Очевидно, руководство России и лично Путин в последнее десятилетие уделили особое внимание армии и её оснащённости, подготовке.

– Европейские лидеры действительно не видят, кто террорист, а кто борец с террором, или не хотят этого видеть?

– Это просто комедия. Делают вид, что они делают одно, хотя должны прекрасно понимать, какова ситуация. Единственное, что может немного обелить их одежды, это то, что они действительно не знают, что происходит там, на поле боя, возможно, им не дают реальную информацию. Господину Обаме давали, вероятно, ложную информацию.

И все эти разговоры об умеренных террористах, умеренной оппозиции – полная фикция, лицемерные заявления, которые полностью не соответствуют действительности.

Сейчас несколько определённых групп, которые раньше воевали против правительства Сирии, после бомбардировок со стороны российских ВКС, изменили взгляды, позицию и сотрудничают, идут на взаимодействие. Но тут важно понимать, что каждый играет в свою игру. И не только большие державы, как США, Турция, Израиль, Саудовская Аравия. На поле боя есть и руководители, группировки, которые играют сами по себе. Поскольку ситуация и соотношение сил изменились после вмешательства России, очевидно, выбирать себе союзников теперь стали иначе. Видя, что Башар Асад не падёт и Сирия не будет сломлена, они смотрят на Сирию как на возможного политического союзника, поэтому начинают сотрудничать и с русскими военными.

– Думали ли вы, что переговоры по Сирии реально состоятся? Или понимали, что заинтересованные третьи стороны найдут предлог их сорвать?

– Думаю, в этой компании западной коалиции есть несколько сил, которые не хотят никаких переговоров. Думаю, даже Соединённые Штаты Америки ведут двойную игру: Обама говорит одно, а его сотрудники из Пентагона и ЦРУ работают иначе. Трудно разобраться, но совершенно точно есть силы, которые не хотят никакого примирения. Среди этих сил – Турция. Поэтому вряд ли состоятся широкомасштабные переговоры. По меньше мере, вряд ли такие переговоры будут проведены сейчас, где все участники этого процесса станут реально дискутировать о перемирии.

Я слушал интервью вашего министра иностранных дел Сергея Лаврова, который говорил, что сейчас не время для окончания русской операции, «мы дойдём в этой операции до конца». Значит, будут чистить сирийское поле боя. Почему министр так сказал? Потому что на Западе распространяются слухи, что Россия вот-вот, через пару недель заканчивает всю операцию, выходит оттуда…

И они рассчитывают, что тогда смогут поставить на колени Асада. Вот на что расчёт. Они думают, что Россия не может долго вести военные операции на территории Сирии. И они ждут этого – ухода России. И тактика будет такова: по мере возможности откладывать переговоры как можно больше. Но дело в том, что Россия на поле боя наносит очень сильные удары. И есть риск, что Россия самостоятельно, в одиночку сломает сопротивление. Тогда они будут выглядеть слабыми на переговорах, которые когда-нибудь всё равно начнутся. Оттягивание переговоров – это тактические операции, которые некоторые участники этого процесса осуществляют, чтобы выиграть время и позиции на поле. Но всё зависит от финансирования, которое эти «силы оппозиции» получают от Запада и от Турции. Без поддержки они ничего бы не смогли осуществить. На сегодня реального начала мирных переговоров я не вижу, их не будет.

– Вы оптимист или пессимист относительно операции в Сирии?

– Трудно сказать. Считаю, что на сегодня инициатива в руках Росси и Башара Асада. Если сирийская армия продолжит наступление против террористов, скоро они вынуждены будут сесть за стол переговоров. Именно такая ситуация: инициатива в руках России и Асада. Но «оппозиция» и силы, стоящие за ней, ищут предлоги для провокаций, которые, абсолютно очевидно, они будут осуществлять. А сейчас находятся на стадии подготовки этих провокаций.

Газета «Завтра», февраль 2016 года

Влиять на массовое сознание

– В Евросоюзе заявляют, что не требуется согласований по вопросу продления санкций против России. Так они будут всё-таки продлены?

– Я думаю, будут продлены. Ведь заявления такие, словно решение уже принято, хотя решения пока никто не принимал. Но политическую жизнь уже готовят на это продление. Почему? Запад, США играют в этом кризисе ва-банк, и они будут идти до конца. В таких действиях есть определённая доля сумасшествия. Потому что они сами создают ситуацию, которая может стать необратимой.

Но у них упрощённое представление о России. Они считают, что Россию можно сломать в любой момент. Один раз они уже сломали, могут и второй, третий, четвёртый раз – когда надо. Опасность именно в этом. Они идут ва-банк, потому что кризис на Западе тоже идёт ва-банк – против них. Они повернули проблему! Россия никого не атакует. Но на Западе создали образ России как агрессивной страны. А фактов этого нет. Ничего страшного – искусственно создают имидж России такой, как им выгодно. Образ России на Западе в данный момент – это проекция собственных чувств и соображений на противника: если ты враждебно относишься к оппоненту, то показываешь, что это он враждебно относится к тебе. Происходит поворот. Почему Запад так настаивает на санкциях? Рассуждения таковы: поскольку мы намерены идти до конца, чтобы окончательно победить, надо сломать Россию.

И неважно, что будет сейчас делать Россия, как себя вести, пойдёт она на уступки – неважно! Они решили её сломать и будут всё для этого делать!

Как это остановить? Надо их испугать. К сожалению, другого выхода нет. Ты должен показать, что в состоянии ответить и сделаешь это. Если человек сумасшедший, ты должен сказать: осторожно, если ты продолжишь так действовать, я буду отвечать на твои действия адекватно. И плохо может быть тебе!

Второй момент. Всё, что сейчас делает Россия, очень эффективно. И надо показать миру, именно широкому кругу людей, что Россия готова действовать в духе общего блага. Это будет очень сильным оружием. Посыл должен быть адресован не политикам, а именно людям. Госпожа Меркель знает прекрасно, что Россия не агрессор. И надо не её убедить, а человека на улице в Германии. Надо влиять на массовое сознание людей Запада.

Газета «Завтра», март 2016 года

Я – патриот Европы

– Господин Кьеза, Италия – страна, где всегда процветали искусства. И не являются ли для итальянцев деятели искусства авторитетом большим, чем политики? Каково их влияние?

– Интеллектуальный уровень среднего гражданина в Италии в настоящее время не очень высок и продолжает снижаться. И в России, как мне говорят люди, с которыми я общаюсь, тоже происходит спад интеллекта, даже в университетской среде. Снижается и моральный уровень. Между интеллектуальным и моральным уровнями есть взаимосвязь, поэтому и падают они синхронно.

И это очень важный вопрос. Это острая проблема цивилизации. Эти процессы идут и на Западе, и в России. Происходит ускорение нашей жизни. Время сужается. У людей остаётся мало времени, чтобы размышлять, чтобы углублять знания. Процесс этот объективный. Технологии ускоряют нашу жизнь во всех направлениях. Это массовое явление, гигантский разрушительный процесс, который охватил большинство людей в течение даже не поколения, а полупоколения. К сожалению, люди приучились смотреть на явления поверхностно. Нет времени, чтобы идти в рассмотрении вопроса дальше, глубже изучить явление: план первый, второй…Их тысячи. Если человек проницательный, дальновидный, он и видит далеко. Но сейчас человек – абсолютное большинство – останавливается всего лишь на упаковке, на обложке. Всё поверхностно! И культура, и информация – всё превратилось в товар. Но ты этот товар даже не знаешь, не видишь – только упаковка!

Происходит серьёзное изменение представления о реальности. Реальность становится непрозрачна. И ты не можешь ясно увидеть вещи, казалось бы, очевидные. Политика персонифицируется, сводится к лицу одного конкретного человека. Знание вообще, даже развлечение, превращается в лицо. Допустим, поэзия, искусство. Это развлечение, увлечение. Но чтобы понимать стихотворение, ты должен читать книги, а если не читаешь, то останавливаешься на обложке, на оболочке. У тебя книга в руках, но ты её не читал! В эпоху, когда всё поверхностно и всё сводится к оболочке, обложке, получается, что и искусство превращается в поверхность. И поэтому влияние авторитетных людей во всех областях «общества спектакля» становится ключевым.

Например, у нас много журналистов избирается в парламент, особенно тележурналистов. То есть не тех, кто пишет, а кого видят. Влияние этих людей на массы, которые не имеют другого доступа к информации, высочайшее. Обществу спектакля требуются лица. Поэтому на сегодняшний день тактически очень важно обратиться к людям, которые формируют спектакль.

– Когда эти люди попадают в парламент, продолжают ли они заниматься журналистикой, то есть информировать? И меняют ли они свои взгляды, позиции? Их избирали, потому что люди им верили. Попав в парламент, не стремятся ли они угождать и служить властям, а не народу?

– Они сами – уязвимые люди. В большинстве своём они и сами очень поверхностно что-то знают. Когда они попадают в политику, не могут продвинуться дальше. За редким исключением, как Рейган, который был актёром, а стал президентом. Но его актёрский стиль, по существу, не изменился. Он так и думал, что спектакль, игра – это всё. Он был хорошим актером на посту президента. Президент-актёр. Других примеров, чтобы журналист стал значительным политиком, и не приведу.

У журналистов нет автономии. Идя в парламент, они продолжают журналистскую деятельность. Они манипулируют и, в свою очередь, ими тоже манипулируют. Журналист – не профессиональный политик. Это не человек, который может написать, например, законы для всех. Политик в принципе должен иметь реальный высокий авторитет и ответственность. Знать, что каждый его шаг влияет на миллионы людей, что он формирует правила поведения для огромного числа граждан. Для этого требуется особое погружение, изучение вопроса. Он не может говорить только о себе, не может действовать только на основании собственного опыта и своих интересов. Он должен его преодолеть. Если ты не знаешь общества, как ты можешь управлять обществом? А те, которые останавливаются в изучении проблемы на поверхности, на обложке, они не знают содержания. Думаю, что такая тенденция повсюду.

– Раньше деятели искусства выступали против фашизма, были авторитетны в политике. Есть ли сейчас в Италии, в Европе люди, авторитет которых бесспорен?

– Пожалуй, в Италии нет деятелей искусства, которые имели бы серьёзное политическое влияние. Влияние имели университетские профессора, те, у кого научная подготовка: философы, математики. Например, большой философ Бенедетто Кроче был депутатом парламента, и он имел сильное политическое влияние. Среди министров юстиции, культуры, экономики были люди с хорошей профессиональной подготовкой. Но это уже не «люди спектакля», а люди культуры. Вообще, люди, которые управляют государством, должны быть высококультурными, это очевидно. Кухарка не может управлять государством.

– Фраза Ленина, которую любят всуе повторять, звучит так: «Мы далеки он мысли, что кухарка может руководить государством».

– Да, я знаю, и здесь я согласен с Лениным. Что касается участия в политике, возьмите «Движение пяти звёзд». С этой точки зрения интересно посмотреть на данное явление. Была идея: нужно продвинуть вперёд простых людей, народ в современном виде, всех профессий, этакий срез общества. И они должны сами управлять. Эксперимент продолжается три года, но ничего не получается: эти люди не понимают сложность государственной машины, которая работает по своим правилам. Если ты даже будешь сидеть в парламенте, это не означает, что ты досконально изучил законы и стал руководителем государства.

Они не могут понимать сложность структуры, юридические процессы, которые затрагивают людей. Ошибочно думать, что технически можешь изучить проблему – и этого достаточно. Потому что технически всё может быть хорошо, всё продумано и просчитано. Но потом ты переводишь своё решение на реальную жизнь, и получается, что это не работает.

Я не говорю, что раньше было лучше. Раньше было очень плохо. Потому что депутаты избирались на основе не их знаний и глубины понимания, а личных контактов. Но когда это охватывает все области жизни и становится правилами игры, получается, что руководящая элита попросту ломается и ломает государство своим падением. Реальный демократический процесс – это очень сложная вещь. И здесь люди должны быть высокоморальными, высоко этичными – помимо того, что должны быть профессионально безупречны. Это две составляющие, которые не могут одна без другой.

Люди искусства для влияния на массы очень важны. Но иногда они не хотят заниматься общественными делами, предпочитают оставаться лишь в профессии, будучи хорошими певцами, актёрами, театральными режиссёрами. Для меня очень важно иметь таких людей рядом, и я, например, их привлекаю к сотрудничеству. Потому что они интересны и могут очень помочь, особенно если они – люди, понимающие значение политической борьбы. Они могут стать мощным оружием. Простой человек, как я, может убедить словами. А певец, к примеру, осознающий опасность войны, очень мощно может повлиять на чувства людей. И поэтому станет хорошим инструментом. Или плохим. Поэтому я постоянно ищу людей, которые могут убедить большие массы людей.

Например, у меня возникла идея использовать на итальянском телевидении передачу Никиты Михалкова «Бесогон». Начну со своего канала «Пандора ТВ». Михалков – хороший актёр, и всё, что он говорит, очень убедительно. Форма его выступления – тон, интонации – убедительны сами по себе, они завораживает. Он – актёр. И даже когда просто разговаривает – актёр. Это очень тонкая вещь.

Михалков известен в Италии как режиссёр. Хотя раньше был намного более известен, чем сейчас. И можно его популярности придать новые формы. Это человек, который известен как интеллектуальный художник. И поскольку моя задача – установить мост взаимопонимания в Европе, это достойный человек.

Человек может что-то читать. Но это будет уныло, неинтересно. А есть люди, которые могут, читая то же самое, передать чувства. Михалков передаёт чувства. Это во-первых. Во-вторых. Почему мне это интересно? У западного читателя, телевизионного зрителя массовое представление о России не просто одностороннее, но ошибочное. У них ложное представление о вашей стране. Такой образ для них создали.

И вот Михалков поднимает очень высоконравственные темы. Я не говорю, что согласен с ним во всём. Но каждый аргумент он подаёт зрителю, предварительно изучив, это очень высоконравственно, возвышенно. Он поднимает духовные проблемы человечества. А у нас телевидение в основном работает на уменьшение интеллектуального уровня. Он же поднимает планку. Он говорит: сейчас речь пойдёт о важных вещах. А об этом людям даже не предлагали поразмышлять.

Я думаю, что найду зрителя для этой передачи. Раньше, возможно, это бы не сработало. А сейчас сработает. Потому что есть реальная публика – несколько десятков миллионов человек, которые ищут именно этой глубины. Хотят слушать что-нибудь более интересное, чем им предлагает ТВ. Когда Михалков – а это мировое, не только русское имя – объясняет Западу, что такое Россия в действительности, это хорошая идея. Ощущения и рассуждения русского человека – это интересно.

Если я скажу: читайте книгу Михалкова – это не так сработает. А если Михалков придёт к ним в дома на полчаса – это не вся жизнь – и начнёт поднимать планку общения, думаю, это захватит определённое количество людей. И уже будет продвижением вперёд. Я буду это использовать у себя как школу размышления, как воспитательный элемент. Даже не важно, согласен ты с тем, что он говорит, или нет. Но у него даётся высокий пункт обзора общества. Это словно подниматься на смотровую площадку, чтобы расширить панораму. Я знаю, что есть люди, способные это понимать. Да, произошло всеобщее интеллектуальное падение. Но есть немало людей, интеллектуальный уровень которых позволит понять и сделать выводы. К примеру, в течение одной только недели в Италии я участвовал в трёх конференциях. И на каждой из них моими слушателями были 500 человек. Почему эти люди пришли? Я тоже поднимаю планку, а не просто даю информацию. Предлагаю именно размышлять, поднимаю вопросы политики на высокий интеллектуальный уровень. И если они приходят слушать меня, значит, есть люди, которые хотят узнать и понять больше. Приходят не только на меня – и на других, которые тоже задают высокий тон дискуссии. Люди выходят из дома, где им спокойно и комфортно, идут на встречу, сидят часами, потом делятся в интернете своими мыслями. У меня на странице в фейсбуке 500 тысяч человек. Так почему эти 500 тысяч человек приходят на мою страницу?

Люди чувствуют, что им требуется, им надо давать пищу для размышлений. Ведь не всю пищу можно есть. Надо учитывать уровень падения и смотреть, какие у нас возможности и способы, чтобы поменять площадку политической работы.

Ведь происходит рост напряжения, а это базируется на русофобии. Но что такое русофобия? Это болезнь. Русофобы – больные люди, которые не могут рассуждать, мыслить свободно. Значит, надо побороть русофобию. Я только что закончил книгу, которая скоро выйдет на русском языке, книгу о русофобии. Русофобия всегда была, но иногда она была доминирующей. И были моменты, когда она была низкой. Запад каждый раз использовал русофобию, когда собирался атаковать Россию, нападать на неё. Русофобия каждый раз становится всеобщей среди тех, кто производит информацию. Но она не имеет всеобщего охвата. Ею не охвачены простые люди. Подчёркиваю: никакой враждебности населения Италии к России и русским нет! Напротив, преобладают взаимосимпатии – и в России, и в Италии. А где возникают ядовитые ситуации? Когда внедряют ложные представления об определённых фактах. Например, вбрасывают мысль: в России убивают журналистов. И люди верят: в России убивают журналистов.

Следующее: в России работает КГБ, которое убивает политических противников. И люди это слушают, верят. Смогут ли такие вбросы изменить общее представление о России? Нет. Но такие мысли – как составные ядовитые элементы сознания, которые распространяют в умах людей. И в определённый момент на этом играют. Этакие спящие агенты в голове. Если два-три таких элемента – не страшно, но когда такие мысли вбрасывают тысячами, и они в уме откладываются, это уже проблема. Человек будет действовать и реагировать на основе этих ядовитых представлений. Пока это не работает в массовом порядке. Но вбросы множат каждый день, закладывают стереотипы. Это определённая система упрощения реальности.

Поэтому нужно множить мосты взаимопонимания, которые могут сломать стереотипы. Например, такой, что Россию можно измерить и оценить нашими представлениями о жизни и её устройстве. Распространено представление, которое я слышу постоянно: русские – хорошие люди, но в России нет демократии. Это плохо.

Или хуже: у них нет демократии, значит, мы должны им показать, что такое демократия, и их научить. В ответ спрашиваешь: а у нас есть демократия? Многие начинают задумываться: да, и у нас не очень хорошо с этим.

– Ещё хуже то, как рассуждают американцы: мы думаем, что у них нет демократии, поэтому надо их разбомбить.

– Да, пока не поймут, будем бомбить! Потом они погибнут и уже ничего не смогут понять, но мы пытались! Именно так и происходит на уровне всех средств массовой информации.

Россия пока не имеет достаточных инструментов, чтобы влиять на массовое сознание людей на Западе. Эти инструменты в руках других людей, противников. И сейчас надо сделать всё, чтобы как можно быстрее влиять на сознание рядового гражданина Запада, где только можно. Строить эти мосты. Именно над этим я работаю. И повторяю всегда: я не патриот России. Я патриот Европы, патриот своей жизни. И знаю, что без взаимопонимания всё закончится очень плохо.

А от Запада надо ждать новых враждебных выпадов и атак на Россию. Нельзя думать, что атаки прекратились. Это иллюзия. Ни на Украине, ни в Прибалтике, ни в Сирии ситуация не даёт повода успокаиваться.

Всё, что делала Россия на протяжении последних двух лет, было позитивно: остановила кризис на Украине. Но там остаются силы, которые хотят войны. И в Америке есть силы, желающие продолжения конфликта. Перемирие в Сирии произошло потому, что Обама понял: всё приобрело угрожающий характер, надо садиться за стол переговоров. Но это не означает, что всё американское руководство согласно с тем, что перемирие должно наступить. Поэтому надо учитывать соотношение сил в Америке, в Европе. Понимать, насколько Россия может влиять из-за внутренних противоречий, которые там есть. Примирение сейчас – шаг, который влияет на ситуацию в Америке. Путин, Лавров работали, чтобы показать, что там есть разные силы. Не вся Америка агрессивна, есть разные силы. Да и агрессивные силы понимают опасность ситуации, поэтому сдерживаются.

Тем не менее санкции будут продлены, и будут новые провокации. Подготовка уже проведена. Провокации будут или в Сирии, или в Турции. На Украине или в Прибалтике. Плюс другие очаги, которые готовятся: Дальний Восток, Северная Корея, Китай. Всё направлено на подготовку провокаций против Китая, это очевидно. Но насколько агрессивные силы могут владеть ситуацией и ею управлять – не знаю. Потому что время играет против них тоже. Если кризис обрушит общую экономическую, социальную систему, и система рухнет – это будет очень сильный удар. Поэтому они хотят идти на опережение. В этом опасность настоящего момента.

– Понимают ли европейцы, итальянцы в частности, что именно благодаря России ситуация в Сирии стала меняться к лучшему? Или СМИ замалчивают это?

– Ситуация замалчивается. Людям не понятно, что и как. И потому они думают, что Россия играет хитро: она согласилась на перемирие, на прекращение огня, чтобы ударить ещё. Но против кого? СМИ говорят, что якобы Россия хочет играть против Турции. Людям не говорят, что Россия единственная бомбит ДАИШ. Рядовой человек на улице не может разобраться в столь сложной ситуации, когда ему не дают информацию. Разобраться трудно, но человек при этом чувствует, что ему врут.

Посмотрите на ваше телевидение. «Россия-24» сегодня, например, весь день давала информацию: сколько группировок в Сирии согласились на перемирие, кто подписал соглашение. Объясняют: есть разные группы, не у всех одинаковый взгляд и желания. Сообщается, что идут столкновения ДАИШ с разными группировками. Это полная картина! А у нас не дают никаких объяснений. Как будто Россия исчезла. Россия предлагала варианты, убедила Обаму в необходимости перемирия, Россия выиграла. Но всё это умалчивается. Поэтому люди не понимают, что происходит. Но, не понимая, ощущают, что Запад врёт.

Газета «Завтра», март 2016 года

Инструменты фашизации сильны

– Господин Кьеза, народная инициатива «Бессмертный полк» из российской превратилась в международную. Во многих странах мира люди идут с портретами своих воевавших во время Великой Отечественной войны родных и близких. Как вы считаете, это ответ на фашизацию Европы и мира или это просто дань памяти погибшим, и будет ли это движение расширяться и охватывать ещё большее количество стран?

– Трудно предсказать, какова судьба этого движения, будет оно распространяться или нет. Ведь мощность сил и инструментов фашизации людей в Европе и Америке намного сильнее, чем у сторонников этой совершенно правильной инициативы. Я считаю это движение достойным всяческой поддержки. Но требуются большие усилия и умножение инициативы по информированию людей о том, что это за акция, каковы её характер и цель. Потому что в Европе мало кто знает об этом, и немногие приняли участие. В Италии, например, это было несколько десятков человек. Это правильная пропагандистская идея, но это инициатива интеллектуального, а не массового характера. И не сопоставима с тем, как действуют фашиствующие силы, и что в результате этого происходит на Западе.

Газета «Завтра», май 2016

Трамп: Уотергейт или «Кеннедигейт»?

– Господин Кьеза, как вы считаете, в прошедшем году в мире было больше позитивного или негативного, угрозы нарастали или ослабели?

– Безусловно, угрозы нарастали, и нарастали серьёзно. Это тенденция, которая продолжается вот уже в течение трёх лет: с 24 февраля 2014 года, с момента известных событий на Украине. Я считаю, что именно тогда начался очень серьёзный поворот ситуации в мире к худшему, скажем так. С тех пор и до сегодняшнего дня угроза развязывания большой войны нарастает стремительным образом.

– Стало для вас что-то неожиданным в этом году? Или всё, что случилось, можно было спрогнозировать?

– Нет, не думаю, что можно было какие-то конкретные события спрогнозировать. Но у меня были определённые прогнозы, и они сбылись. И это естественно, потому что международный кризис нарастал, нарастал объективно. Кризис роста мирового валового продукта, кризис финансовый, кризис климатический и так далее. Все эти кризисы нарастали и усиливались одновременно, и к тому же ускорялись. И это само по себе влечёт определённые последствия. Поэтому я в какой-то мере предвидел ухудшение ситуации. И при этих своих ожиданиях остаюсь и сейчас.

– Что из произошедшего, на ваш взгляд, наиболее повлияло на события во всём мире? Что каждый человек ощутил, в какой бы точке планеты ни жил?

– Каждый ощутил, почувствовал более-менее три фактора. Положительным фактом было то, что на данный момент война в Сирии прекратилась, по меньшей мере, сильно ослабла, и есть надежда на временное оздоровление обстановки. Другой момент, отрицательный, – это продолжение обнищания людей и увеличение разницы доходов между богатыми и бедными слоями населения практически во всём мире, включая, в первую очередь, Запад.

Третий момент, который я считаю очень негативным, – нарастающее ухудшение климатических условий и отсутствие средств, чтобы эту тенденцию остановить. Нет даже планов, как это сделать. Конференция по изменению климата, проходившая в Париже в 2015 году, по-моему, закончилась реальным провалом, никаких решений принято не было. Мировая экосистема продолжает подрываться и ломаться, равновесие между человеком и природой стремительно ухудшается. Думаю, что именно эти факторы в прошедшем году были наиболее значительными и фундаментально влияли на мир.

– Брекзит – одиночное явление, или Евросоюз посыплется в дальнейшем? И причины этого явления чисто экономические или ментальные, политические?

– Я считаю, что причины этого в большей степени – политические. То, что происходит, – серьёзная политическая революция. Но никто не может предвидеть дальнейшее развитие этой ситуации. Более того, происходит всё больший разрыв между руководящими элитами и народом, потому что нынешняя политическая система уже не срабатывает. Она держалась в течение века, но сейчас она просто не сможет оставаться по-прежнему в том же виде. Поэтому на Западе нарастает кризис в управлении обществом в целом. Управляемость Запада очень сильно подорвана. Потому-то и трудно предвидеть, какой будет новая политическая система. Видно лишь, что есть факторы, которые действуют в одном направлении. Брекзит был первым сигналом. Второй сигнал – выборы в Соединённых Штатах Америки. И практически все политические структуры Европы подорваны. Средства массовой информации и коммуникации, которые были в руках руководящих элит, сейчас выходят из-под их контроля. Это, конечно, намного усложняет возможности руководящих элит управлять народом в Европе и на Западе в целом.

– Новый президент Соединённых Штатов Америки Дональд Трамп будет действовать только в интересах своей страны, попирая интересы других, или он понимает, что надо договариваться, учитывать интересы и остальных, что не всегда можно отсидеться за океаном, когда весь мир бурлит?

– Если господин президент Трамп останется на своём месте, что ещё под сомнением, Америка по-прежнему будет думать в основном о себе. Трамп не отказался от мысли о превосходстве Америки. Но, вероятно, он разумно считает, что пришло время договариваться с определёнными гигантами мира, и в первую очередь, с Россией. Видимо, он понимает, что надо сейчас отвести опасность столкновения мирового масштаба, обратить внимание на себя и заняться проблемами Америки. Эта его идея, которую мы все слышали, – конечно, очень положительный результат его размышлений. Но я не уверен, что эта пауза – когда он больше будет заниматься внутренними проблемами Америки – продлится более трёхчетырёх лет.

– Что вы имеете в виду, когда говорите «если выбранный президентом Трамп будет оставаться на своём месте»?

– В Америке сейчас развивается очень жёсткая внутренняя борьба между разными стратегическими идеями и направлениями. Американская элита разделена на две части. Одна – та, которая потерпела поражение, во главе с госпожой Клинтон. А другая – та, во главе которой новый президент Трамп. Конечно, между двумя этими частями есть схожие элементы. А разногласия носят в основном тактический характер. Но внутренняя борьба за власть между этими двумя направлениями тем не менее идёт. Эта борьба не закончена, несмотря на то, что президент уже избран. И поскольку Америка разделена, нельзя исключить определённый сюрприз. Потому что внутри Америки действуют разные силы, разные институты, которые сейчас не находятся под контролем одной из частей этой элиты. Например, ЦРУ, секретные службы, Пентагон действуют в определённом смысле самостоятельно и находятся под влиянием разных сил. Поэтому не обязательно они будут следовать указаниям президента.

– Это может быть сюрприз в стиле Уотергейта или того, что случилось с Кеннеди?

– Это трудно предвидеть, но все варианты возможны. Власти в Америке сейчас находятся совершенно в другой ситуации, чем двадцать лет назад.

– Убийство посла России Андрея Карлова в Турции – это действия одиночки-фанатика или государственный террор? И если да, то со стороны какого государства?

– Нет, это не действия одинокого фанатика. Я считаю, что это эффект действий Соединённых Штатов Америки против России, который продлевается до сегодняшнего момента. Чтобы пересмотреть возможность выбора господина Трампа. Это план. Это не случайно, не спонтанные действия одиночки. Ничего случайного в этом мире в данный момент не происходит. Ничего случайного нет, включая падение самолёта ТУ-154. Я думаю, что все эти элементы взаимосвязаны.

– Владимира Путина признают самым влиятельным политиком мира. Согласны ли вы с этим? А то, что он не выслал американских дипломатов в ответ на высылку из США российских дипломатических работников, – это показатель силы или слабости позиции Путина и России в целом?

– Это точно не показатель слабости, совершенно точно нет. Это признак ответственности. Господин Путин действует как человек, ответственный за судьбу не только России, но и всего мира. Он ведёт себя умно. И на этот раз, конечно, то, как он ведёт себя, – это большая психологическая и моральная победа.

Но это не значит, что он – самый влиятельный человек. Да, он ведёт себя как ответственный деятель на мировой арене, это очевидно, но не означает, что он – самый влиятельный человек. Такие заявления – обычное преувеличение со стороны средств массовой информации, журналистов, которые не понимают того, что происходит. Но они видят изменения, им это кажется экстраординарным, и они так интерпретируют то, что не могут понять.

– Довлеет ли страх над европейцами в связи с терактами? Они говорят, мол, нас не запугать. Но что испытывает рядовой европеец? И почему все теракты совершаются в местах, где нет сильных мира сего, все акты – в отношении людей небогатых и не могущественных, от которых мало что зависит?

– Терроризм действует, как и всегда действовал, но сейчас более коварно, чем раньше. В результате миллионы и миллионы европейцев ныне живут в ощущении террора, под его гнётом. И это уже успех организаторов террора, они достигли своей цели. Я считаю, что этот террор, безусловно, исходит от внутренних сил Запада. Это не исламский террор. Исламистов только используют, чтобы терроризировать Европу. Но не исламисты организуют такие нападения. Серия нападений, начиная с «Шарли Эбдо» и до недавнего теракта на рождественской ярмарке в Берлина, – это действия секретных служб Запада. У меня нет сомнений по этому поводу.

– Такие вещи трудно осознавать, насколько это ужасно. Есть ли у вас оптимизм относительно развития событий? Может быть, что-то заставит мир измениться к лучшему?

– У меня нет никакого оптимизма. Посмотрите: миллионы людей живут в атмосфере террора и не могут разобраться, потому что им предлагают абсолютно ложные версии происходящих событий. Цель этой операции – сломать все институты либеральнодемократического западного общества, сочетать эти институции с новыми авторитарными институтами, как это происходит в Европе – в Германии, Италии, Франции и так далее. Те, от кого это зависит, хотят уменьшать долю демократии и увеличивать долю авторитаризма. Всё, что делается, делается с этими целями. И это происходит не из-за действий исламистов, повторяю, которые не имеют для того, чтобы такое осуществить, никаких знаний и возможностей. Это стратегия Запада против Запада, конкретнее – стратегия руководящих элит Запада против Запада.

Часть этой стратегии – подготовка к войне, ассиме-трично к войне против остального мира. Всё, что происходит сейчас, – это не действия и инициатива населения мира, простых его граждан. Это инициатива западных руководящих элит.

– Наверное, поэтому теракты и не проводятся в местах, где обитают руководящие элиты. А чего они вообще хотят?

– Стратегического рецепта, как выйти из сложившейся в мире ситуации, у них нет. Руководящие элиты сами не знают, что делать и куда идти, они импровизируют. У них нет плана выхода. Они сами не знают! Потому что роста экономики не будет, как создать устойчивую надёжную систему управления финансовым миром, они не знают. Когда сам Рокфеллер, который, наверное, наиболее осведомлён, говорит, что надо заканчивать этот гигантский финансовый эксперимент в истории человечества, а после этого мы входим в воду, которую не знаем, – то что говорить? Вот самая оптимистическая нота! «У нас нет стратегии выхода из этой ситуации». Они мечутся, и взбудоражен весь мир.

– Что вы пожелаете нашим читателям?

– Желаю воспитывать ваших детей в духе сохранения ценностей духовных, исторических и подготовится к временам, когда средств существования будет меньше, чем сейчас. Все семьи, которые будут осознавать, что происходит, адекватно оценивать ситуацию, смогут лучше защититься, чем остальные. Те, кто не понимает ничего, да и не желает задуматься и разобраться, могут оказаться жертвами этой ситуации.

Чем Трамп не угодил

– Господин Кьеза, почему, на ваш взгляд, против вновь избранного президента Америки Дональда Трампа так в США все ополчились?

– Борьба против Трампа организуется той частью руководящей элиты, которая до сих пор была у власти. Это господин Обама и его союзники: госпожа Клинтон, Пентагон ЦРУ и прочее. Это руководящая элита Соединённых Штатов Америки. Дональд Трамп – новый человек в этой сфере, в этой среде. И он человек, не подконтрольный этой элите. Я не могу сказать, что он – реальная альтернатива ей. Но он, безусловно, выиграл у них, их обыграл. И они сделают всё, чтобы не пускать во власть тех, кто не будет к ним прислушиваться и следовать их указаниям. Эта коалиция: либералы-демократы, плюс ЦРУ, плюс Пентагон, плюс военно-промышленный комплекс, – составили союз с той целью, чтобы устранить от власти человека, которого не могут контролировать, которым не смогут управлять. Это фундаментальная причина.

Посмотрите – Трамп дал голос глубинной Америке. Это не Америка либералов – не так называемая либерально-демократическая, а это Америка, которая выражает истинные чувства американского народа. А элита, которая была у власти, боится той Америки, которая не соответствует их критериям управления государством. И появление господина Трампа похоже на большое землетрясение – политическое землетрясение внутри американской элиты. Кстати, не только американской, но западной вообще. Поэтому они будут пытаться всеми силами устранить Трампа от власти – всеми силами и всеми способами.

Ограбление по…

Буквально за несколько лет ситуация в мире кардинально изменилась. И происходит не эволюционное развитие мира, а революционное. Хотя в какой-то мере эта революция спонтанная, и происходит она из-за медленного, но устойчивого накопления причин, ситуация, которая привела к политической революции на Западе: в Европе и Соединённых Штатах Америки, – зрела давно.

На наших глазах происходит кризис цивилизации. Этот процесс, который начался тридцать лет назад, очень быстро развивался. Дело в том, что Запад пытался соединить западный и весь остальной мир в одном идеологическом, культурном и экономическом пространстве. Это не получилось и не могло получиться, потому что глобализация в том виде, в котором была задумана, невозможна в принципе, поскольку она перечёркивает историю разных народов, как бы отменяет её. Но это несовместимо с природой людей и попросту нарушает законы природы. Ведь человеку, как и народу, требуется определённое время, чтобы адаптироваться. Эволюция стала настолько стремительной, что не даёт времени приспособиться. Сегодня человек, сев в самолёт, всего за несколько часов может совершить кругосветное путешествие, обогнуть планету. А когда это могут сделать целые народы, начинается неизбежное столкновение между разными культурами, обычаями, религиями, что приводит к неразрешимым противоречиям.

Очень важный момент сегодняшней действительности – технологическая революция. Внутри неё действуют информационно-коммуникационные технологии, которые в течение одного поколения произвели столь глубокие изменения, что меняют все предыдущие отношения между людьми и народами. Технологическая революция, которая происходит так быстро, что люди не могут адаптироваться, производит антропологические изменения в самом человеке. Эти изменения поначалу кажутся приятными, но когда они накапливаются, то нарушают все принципы и даже законодательство.

Ведь всякое общество регулируется законами. Они распространяются на всех, то есть на каждого человека, независимо оттого, какие у него интересы. Но вот законы перестают работать, потому что условия самой среды меняются столь быстро, что люди не понимают, что делать. И тогда попросту происходит слом обычаев, традиций.

Мы сейчас находимся именно в такой ситуации и должны найти выход как можно быстрее. При этом надо понимать, что все проблемы разрешить попросту невозможно. Но можно и нужно, по меньшей мере, уменьшить скорость разрушения. Нужно немного притормозить и найти время для размышления. Иначе, если мы продолжим нестись на такой скорости, то провалимся в пропасть.

Все мы помним, как Фукуяма после падения Берлинской стены сказал, что история закончена. Но вот прошло совсем немного времени по историческим меркам, и забурлил весь мир. А дело в том, что такие слова – это совокупность всех иллюзий, которые питал и сам Фукуяма, и многие на Западе. Они наивно считали, что произошла окончательная победа одной системы. И то, что мы имеем на сегодняшний день, – это и есть результат данных иллюзий: «Мы победили, наш порядок будет доминировать, потому что наши конкуренты исчезли».

Но что означает конец истории? Это отсутствие столкновения интересов. Когда интерес один, управление одно, доминирование очевидно – вот и всё, история закончена. Но это очень наивное видение мира. Мир большой. И миллиарды людей невозможно свести к одной схеме, к одному знаменателю.

История не только не закончена, но сейчас интересы обостряются. Причём сталкиваются разные интересы: интерес экосистемы сталкивается с развитием человечества, как оно было задумано Западом. Александр Зиновьев давно предупреждал, что механизм развития Запада не может продолжаться в прежнем виде, потому что превращается в авторитарную систему. И слова о конце истории эквивалентны идее создания авторитарной мировой системы – и даже более жестокой, недемократической, по существу – системы насильственной.

Однако фраза, не имеющая под собой оснований, стала столь популярной, потому что система массовой информации была в руках тех людей, которые так думают. Вот наглядный пример доминирования одного мышления: эти люди распространяют те идеи, которые сами и придумывают. Это не реальная информация, а их мнение. Но поскольку они контролируют поток информации, то их мнение становится мировой доминантой. Хотя – относительно мировой, до тех границ, на которые распространяется их влияние. И это тоже показатель их интеллектуальной и идеологической ошибки. Ведь идеи не дойдут до всех. Например, полтора миллиарда человек на планете попросту не имеют доступа к электроэнергии. Многие идеи не распространяются из-за языковых барьеров. Полтора миллиарда говорят на китайском языке. Миллиард двести миллионов индийцев, миллиард африканцев. Да и вообще, глобализация и унифицирование идей могут распространяться лишь до некоторого предела. Но этот предел американская, англосаксонская культуры не видели, а потому и не учитывали. Ведь они доминировали в течение трёх с лишним веков, это долго, это выработало привычку: «Мы доминируем, мы – выше, лучше остальных». Это расистская идея, которая как раз и родилась потому, что мы, западные люди, доминировали веками. Остальной мир был ограблен Западом. Мы, западные люди, думали, что так будет бесконечно, потому что в течение трёх веков мы доминировали. Но вдруг в мире появляются гиганты, которые могут не только сказать «я не согласен» и защититься, но и дать отпор. И раньше были несогласные, но они не могли постоять за себя. Индия, например. Целый континент мы завоевали, забирали там всё и делали, что хотели. Но вот появляются такие политические силы, как Китай, Россия. И продолжение ограбления уже невозможно.

Газета «Завтра», февраль 2017 года

Пойманные в Сети

Одним из самых важных явлений, которое разворачивается на наших глазах и будет иметь весьма нерадостные последствия, если общество не обратит на это должное внимание, это открытая война против простых пользователей интернета, наступление на них, которое началось на Западе. Это вызвано тем, что руководство западных стран – представители парламентов и правительств – начинают волноваться из-за возрастающего влияния интернета и социальных сетей на формирование общественного мнения. И этому есть убедительные подтверждения.

Некоторое время назад произошло событие, которое не все даже заметили, а именно: впервые одну страницу американского фейсбука промаркировали как ложную информацию – фейкньюс. А это уже начало большой операции, которая будет проводиться в первую очередь именно через социальные сети. Фейсбук и Гугл – две самые большие международные структуры, которые по существу главенствуют в вэбе, и они начинают систематично не только критиковать, но и блокировать тех людей, которые пишут, размышляют по поводу так называемых фейкновостей. И вот вам первый пример: вынесено предупреждение, маркер, этакий штамп на странице фейсбука, сообщающий, что данная информация сомнительна.

То же самое происходит во Франции, в Германии, Италии. В Германии правительство не давало точных указаний, как блокировать людей, которые, по их мнению (именно по их мнению!) распространяют ложную информацию. Франция действовала более решительно: правительство заключило договор с самыми значительными газетами и журналами – это «Ле Монд», «Либерасьон» и другие – и они с помощью Гугл уже изучают систему ищут алгоритм, который позволит классифицировать ту или иную опубликованную в интернете информацию. Это пока что эксперимент, но очень серьёзный. Потому что уже спланировано создание комиссии журналистов, которые будут этим заниматься.

Приведу в пример Италию, где параллельно появились две очень серьёзные инициативы. Одна исходит из стен итальянского парламента. Группа депутатов представляла на обсуждение сената проект закона, который должен будет наказывать тех граждан Италии, которые на итальянском языке станут распространять ложную информацию. Данная инициатива уже вызвала общественную дискуссию.

И ещё момент, не менее важный – председатель нижней палаты парламента Италии Лаура Болдрини организовала комиссию экспертов, которые будут в интернете отслеживать фейковые новости. Не стоит преуменьшать серьёзность этих действий с политической точки зрения. Очевидно, что таким образом власти пытаются ввести цензуру, поставить Сеть под полный контроль. И это совершенно беспрецедентное явление. Реакция на это в Италии была очень бурной: блогеры, активисты вэба собрались в помещении сената Италии и решили объединиться, чтобы совместными усилиями противодействовать этому.

Вообще почему такое происходит? У меня нет чёткого представления. Но на Западе в последнее время произошло три важных события, которые со всей очевидностью показали, что влияние так называемого мейнстрима, то есть самых важных каналов телевидения и газет, сильно ослабло, они перестали влиять, как раньше, на общественное мнение, бесславно проиграли в борьбе за влияние на людей.

Первым из этих событий был Брекзит – голосование в Великобритании. Все без исключения газеты Англии, все телевизионные каналы агитировали за то, чтобы оставаться в Европе, чтобы люди сказали: мы не хотим выходить из Евросоюза. Но после столь яростной агитационной кампании большинство британцев проголосовали за выход! Второй момент – то, что мы видели в Америке во время выборной кампании сорок пятого президента. Практически все без исключения телевизионные каналы в Америке, все влиятельные газеты, начиная с «Нью-Йорк таймс», «Вашингтон пост», «Лос-Анджелес таймс», были за избрание госпожи Клинтон. Но, несмотря на сильное давление на избирателя, победил Дональд Трамп. И до сих пор руководящие элиты Америки и Европы пребывают в шоке от данного факта, не смогли прийти в себя, поскольку и все европейские газеты также уверенно предрекали победу госпоже Клинтон. Но общественное мнение Америки высказалось иначе. Это второе важное событие. То есть 300 миллионов американцев добавляется к 60 миллионам англичан, и это свидетельствует, что значительная мажоритарная часть населения западных стран потеряло доверие к СМИ собственных стран.

Третье событие – чисто итальянское. 3 декабря состоялся референдум «за» или «против» изменения конституции. И произошла та же самая ситуация: все телевизионные каналы поддерживали идею радикального изменения, по существу, уничтожения итальянской конституции. Тем не менее более 60 % избирателей сказали «нет» – не надо менять конституцию. И такое голосование привело к большому политическому кризису. Это тоже пример ошеломляющий, он показывает, что общественная система информации через традиционные каналы-телевидение, радио, газеты – не работает. Значит, общественное мнение формируется иначе. А как и где формируется? Безусловно, одно из мест, где формируется общественное мнение – это Сеть в широком смысле слова: Интернет, социальные сети… Но есть и жизнь, которая диктует свои правила. В Великобритании, в Европе. Америке, Италии – везде на Западе кризис. Это кризис нового характера. Люди живут хуже, чем раньше. Они ощущают на себе серьёзные трудности, которых раньше не было, чувствуют себя неуверенно, некомфортно. И при этом по телевидению слышат каждый день, что всё идёт хорошо, всё прекрасно. В этом случае доверие к средствам массовой информации безусловно будет подорвано. Совершенно очевидно, что система СМИ в этом плане не срабатывает.

Серьезным показателем понимания проблемы и ответственного отношения к происходящему было бы, если бы журналисты, представители СМИ в Америке, Италии, Великобритании стали размышлять, искать ответы, почему так происходит, в чем была ошибка, почему влияние потеряно. Но беда в том, что они предпочитают не задумываться над этим, а попросту обвинять кто-то в том, что подорвали их влияние. «И кто же это сделал?» – думают они. Это сеть, это интернет, это люди, которые думают по-другому. И значит, надо прекратить предоставлять им свободу высказывания!

И вот начинается борьба против интернета как причины падения доверия к мейнстриму, к традиционным СМИ. Я считаю, что у власти везде – в Европе, в Америке – стоят люди, которые считают, что надо ограничить свободу слова, возможность критических высказываний. Это очень серьёзный поворот событий, который, между прочим, связан с борьбой против России. Вспомним: во время американской избирательной компании Россию, русских хакеров обвинили во влиянии на исход выборной компании.

Это борьба против средств массовой информации России: их упрекают в том, что те – «Раша тудей», «Спутник» – ведут наступательную пропаганду на Западе, что якобы Россия влияет через социальные сети и интернет на формирование общественного мнения на Западе. Это не выдерживает никакой критики, потому что средства, которыми располагает Россия, незначительны в сравнении с теми, которыми обладает Запад и Америка в частности.

И нападки на Россию – это часть общей кампании по ограничению работы Сети. Кампания идёт и будет продолжаться. И мы столкнёмся с таким вопросом, как свобода средств массовой информации, свобода распространения и хождения информации на западе. Этот вопрос уже стоит остро.

Простые люди в Италии, Германии, Франции, которые справедливо считают, что у них есть зафиксированное в Конституциях их стран право на выражение своей точки зрения, неизбежно в полной мере ощутят на себе, что западная система уже не позволяет им это делать. У меня страница в фейсбуке, где 100–150 тысяч человек каждый день читают то, что я пишу. Я пользуюсь законным правом выражать свои мысли и идеи. Влияю ли я на аудиторию? Да. И хочу сохранить такое положение, сохранить прерогативы свободного человека.

Конечно, я не утверждаю, что в интернете публикуется только достоверная информация. Но то же самое касается и влиятельных газет, изданий. Там тоже есть люди, которые в своих материалах врут, оскорбляют, распространяют вредные идеи. Но это ее означает, что надо ввести запрет, что надо ломать конституционные принципы свободы слова, свободы личности, свободы распространения идей. Кроме, разумеется, чрезвычайных ситуаций, которые выходят за рамки разумного.

Данный кризис – часть большого кризиса Запада. И я не случайно привёл три примера: Великобритании, Америки и Италии. Это три значимые страны: большие государства, великие народы. И в этих странах предпринимаются попытки изменения самого принципа выражения свободы слова. Это наступление на свободу, по моему мнению, одно из самых важных явлений нашей сегодняшней жизни, и я думаю, что борьба будет сложной и продолжительной. Она только разворачивается. Начало 2017 года на западе – это начало борьбы против цензуры.

«Военный журнал», апрель 2017 года

Сильный ход

Российской дипломатии

– Господин Кьеза, вы приняли участие в VI Международной конференции по безопасности, которая прошла в Москве. Как вы оцениваете значимость этой конференции? Решила ли она какие-то вопросы?

– Инициатива проведения такой конференции очень нужна и важна. Это сильный ход российской дипломатии. Конференция проводится уже в шестой раз, но до сих пор носила, можно сказать, подготовительный характер и была не столь представительной. А на этот раз в Москве собрались политики и общественные деятели 80 государств, главы оборонных ведомств 20 стран. Как видите, представительство очень широкое, данная конференция – важное политическое событие мирового масштаба. Но Запад, за небольшим исключением, фактически отсутствовал. Из западных стран было несколько не столь значимых фигур. Но они не представляют Запад как таковой. И когда на Западе говорят, что Россия изолирована, то эта конференция продемонстрировала совсем иную картину: нет, Россия – не изолирована, вместе с Россией – пять миллиардов человек. Россия и остальной мир представляют реальный заслон агрессии, снижают напряжённость. И сильный, между прочим, заслон. За ним – реальная сила, а не только слова.

Этот широкий альянс предлагает диалог с Западом по существу, но очевидно, что Запад пока к этому не готов: Запад против конструктивного сотрудничества, против попыток договориться, это наглядно продемонстрировала и данная конференция, которую значимые фигуры Запада проигнорировали и тем самым продемонстрировали противостояние. Получается, что с одной стороны – страны Запада: США и их союзники. А с другой стороны – весь остальной мир, который был представлен на данной конференции: Африка, Латинская Америка, Азия – Китай, Индия, Пакистан, Иран. Широкий альянс народов, которые понимают опасность и выдвигают конструктивные предложения. И смысл этой конференции – как раз предложения. Не противостояние, не враждебность.

Хочу отметить, что все выступления российских руководителей были очень сдержанными. Выступления министра обороны Сергея Шойгу, начальника Генштаба Валерия Герасимова, министра иностранных дел Сергея Лаврова, главы ФСБ Александра Бортникова – все! И это было явно так задумано, согласовано.

Нужно понимать, что ситуация в мире до этого момента была не столь критической. Противостояние длится уже 15–20 лет, и оно держалось на определённом некритичном уровне. Но сегодня в мире сложилась драматическая ситуация, и она продолжает ухудшаться буквально на глазах.

Газета «Завтра», май 2017 года

Терроризм – это оружие Запада

– Господин Кьеза, вы принимали участие в прошедшей недавно в Москве Международной конференции по безопасности, в центре внимания которой были проблемы терроризма. Участники констатировали: мир находится в опасности, с терроризмом надо бороться. Об этом мы знаем. Шёл ли разговор о том, что нас ожидает, что можно предпринять в сложившихся условиях?

– В дальнейшем всё будет зависеть от происходящего в Америке и в Европе. В Америке на сегодняшний день царит неопределённости, идёт внутренняя борьба. В этой ожесточённой борьбе участвуют разные силы, однако в основном всё крутится вокруг одной идеи: как сохранить империю, продлить её доминирующее положение в мире? Я не вижу в США людей, которые готовы сказать, что имперское поведение должно быть прекращено, потому что невозможно дальше так существовать, это попросту опасно. Я не вижу таких людей. Вся борьба идёт между такими идеями: Америка – первая, лучшая, Америка искл ючител ьная…

Так что Америка находится в ситуации неопределённости. Поэтому диалог, который был здесь, в Москве, вопросы, которые остальной мир предлагал (а в конференции принимали участие представители 85 стран Африки, Азии, Латинской Америки), не могут быть решены, если Запад не согласен участвовать не то, что в принятии решений, а даже просто в диалоге. Доброй воли со стороны остального мира и в значительной мере – со стороны России – недостаточно, чтобы решить мировые проблемы. Это первое.

Второе. Америка управляет Западом в целом, как никогда ранее, несмотря на то, что Америка, объективно говоря, потеряла гегемонию в мире, поскольку есть такие гиганты, как Китай, Индия, Россия, Сирия. И хотя эти страны говорят: нельзя так дальше продолжать, вы не можете идти этим путём далее, тем не менее Америка управляет Западом сильнее, чем раньше. Европа полностью подчинена Америке.

Так что мы не можем предвидеть исход ситуации, покуда не знаем, чего хочет в конечном итоге Америка и чего хочет Европа. Европа очень тесно связана с Америкой во многих отношениях, зависима от неё. Я говорил неоднократно: у Европы нет лидеров в руководстве, способных анализировать, объективно оценить ситуацию. И положение в этом отношении остаётся прежним: лидеров таких нет.

В эти дни в Москве побывала госпожа Могерини, Верховный представитель Европейского союза по иностранным делам и политике безопасности, она беседовала с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым. Но её визит – это только жест, чтобы показать, что есть некий диалог, что Европа не отвергает сотрудничества. Но не надо обольщаться, потому что во время встречи между Лавровым и Могерини не было достигнуто никаких соглашений и договорённостей. Как не было никаких решений между Тиллерсоном и Путиным во время их недавней встречи.

Потому и остаётся осознание опасности у одних и желание продолжать вести себя так, как раньше, у других. Ситуация в итоге остаётся в подвешенном состоянии.

Есть определённые моменты дискуссии, что была в Москве, по которым все были согласны и имели общее мнение. Тема конференции – борьба против терроризма. И все говорили: можно договориться! надо договориться! терроризм – самая большая опасность, угроза нашего времени. Все это повторяли, и все в этом сошлись.

Но давайте посмотрим. Вообще, терроризм – что это? Разве кто-то попытался серьёзно проанализировать, откуда он идёт, кто его породил? А ведь терроризм – это порождение Запада. И ты не можешь бороться против терроризма, не сформулировав определение терроризма и не указав его истоки.

Терроризм – это оружие в руках Запада. А люди, которые пробуют вести диалог, питают иллюзии, что достаточно их доброй воли и что можно убедить противника не использовать его фундаментального оружия. Питать иллюзии в политических переговорах и баталиях недопустимо.

Возьмите Израиль, Америку, Европу. Эта часть мира не хочет положить конец деятельности террористов. Не хочет сдавать своё оружие, каковым является террор. Хотя они чувствуют опасность тоже, но сдаваться и упускать из рук это своё оружие не хотят.

То, что унифицирует обе стороны, – это боязнь. Та сторона тоже боится. И люди, которые собрались в Москве, – представители Латинской Америки, Азии, Африки – боятся. Это два мира, которые боятся друг друга, но их намерения совершенно противоположны.

Простой пример. В девяностые годы проводилась огромная работа по сокращению вооружения. Были переговоры, встречи…Этот процесс продолжался до конца века: Брежнев, Андропов, Горбачёв. И даже Ельцин подписал договор. А потом – всё! Прекратилось! Этот процесс практически был сведён к нулю. Никаких переговоров! В 2002 году был отказ от договора ПРО со стороны Буша, и после этого ситуация ухудшалась буквально с каждым годом, каждым днём. И последние 15 лет ситуация только ухудшается. Никаких переговоров по существу. Всё это было сломано, значит, Запад идёт своим ходом, как сам того хочет. Не имея желания ни с кем ни о чём договариваться.

Но сейчас возникают сложности, потому что они сами не знают, что делать, поскольку Россия, Китай – это противники, которые усиливаются и которых надо сломать.

Была дискуссия на конференции и о гибридной войне. Все говорят, и Лавров, Шойгу об этом сказали совершенно определённо: война уже идёт. Это не вопрос завтрашний. Война уже идёт в гибридной форме. И Америка имеет гигантское преимущество в одной из форм этой войны – войне технологического и информационного порядка. В этой сфере Америка практически монополист. Она что-то говорит, и средства массовой информации Запада повторяют всё дословно. Никаких поправок, корректировки, никакого сомнения в том, что сказала Америка. «Россия виновата во всём, каждый элемент кризиса в мире надо свалить на Россию». Вот их политика и установка!

Уже 3–4 года каждый день в адрес России следует одно обвинение за другим, озвучивается какая-то выдумка, порочащая Россию. Эта цепочка бесконечна. Олимпиада, малазийский лайнер, русские хакеры, Крым, запрет свидетелей Иеговы, гомосексуалисты арестованы и убиты в Чечне…Бесконечно! И если связать это всё вместе, выстроить ряд, то можно увидеть, что есть какой-то центр на Западе, который круглосуточно работает на то, чтобы придумать что-то и сказать миллиардам людей в мире, что Россия – это зло.

Непонятно, почему так делается. Или наоборот, очень хорошо понятно. И с людьми, которые предпочитают такую политику, вести диалог невозможно.

Я задал вопрос генерал-майору Игорю Николаевичу Дылевскому, заместителю начальника ГОУ Генштаба ВС РФ, который выступал по теме «Военнополитические вопросы обеспечения безопасности информационного пространства на современном этапе». Он предлагал систему возможных мер, чтобы уменьшить опасность, которая исходит от кибервойны, в пространстве интернета. Он сказал: можно действовать посредством ряда мер. Говорил: давайте создадим комиссию и будем работать совместно, искать точки соприкосновения, где можно договориться, чтобы уменьшить взаимную опасность. Он привёл целый список мер, которые дают возможность одной стороне смотреть, как обстоят дела на другой стороне, взаимно договариваться. Такие возможности есть.

Но я сказал: «Вы предлагаете – и правильно делаете – договариваться. Но на той стороне есть разные возможные субъекты этой договорённости. И это не только государства. Есть субъекты, которые имеют огромное влияние, огромные деньги. Это банки, международная финансовая система, и они сильнее, чем отдельные государства. Они работают самостоятельно, относительно независимо от государства, автономно». И генерал согласился, что я прав.

Хороший доклад сделала Ирина Яровая. Но в выступлениях российской стороны, некоторых её представителей, чувствуется наивность. Они думают, что достаточно быть хорошими, и с тобой та сторона наладит добрые отношения. Но это невозможно. На той стороне люди, способные и готовые на всё ради достижения своей цели – гегемонии. Дылевский, выражая позицию страны, очень позитивно настроен, выдвигает конструктивные предложения, говорит, что нужно договариваться. Но с кем? Достаточно будет встречи только между представителями Соединённых Штатов и России? Нет.

Яровая, отвечая на мой вопрос, сказала: «Да, вы правы, это действительно так, но мы говорим правду. А они не говорят правду».

Всё так и есть, но когда есть другие силы, которые ты не контролируешь и которые даже Америка не контролирует, – вот проблема! Твоя правда им не нужна!

Если вернуться к теме терроризма, то кто создаёт терроризм? Эти силы! Именно эти силы. И вот ты с самыми добрыми намерениями хочешь договориться. Но с кем?

Безусловно, это я хочу подчеркнуть, политическая, дипломатическая работа очень важна, иначе неизбежно будет война. И я очень поддерживаю идею проведения таких конференций, где люди находят точки соприкосновения. Когда весь мир – за исключением Запада – говорит одним языком, языком мира, согласия, языком предложения. Прекрасно! Но надо знать, когда ты делаешь такое предложение, что противник на сегодняшний день отвечать взаимностью не будет. Он в этом не заинтересован!

Блестящим было выступление руководителя одного из исследовательских центров Саудовской Аравии. Он сказал: кто такие террористы? Это люди, которые работают по заказу.

Это именно так! Я об этом неоднократно говорил. А кто заказывает? Разве Саудовская Аравия? Нет. Разве какие-то государства выступают заказчиками терроризма? Нет. Иначе все очень скоро узнали бы об этом. Так кто же это? Это организации, которые создавались в этом новом мире. Новый мир! В этом мире государства вообще исчезают, на их место становятся новые руководящие элиты. Надгосударственные! И они сильнее, чем государственные. Власть в их руках!

– И они не связаны никакими обязательствами.

– Не связаны! Не связаны даже с военными в прямом смысле слова. Это не генералы, которые планируют войны. Это они, эти новые надгосударственные силы, нанимают все нужные им структуры!

– К тому же, ты их не видишь.

– Конечно! На конференции все единогласно говорили, что терроризм – главная угроза. Действительно, терроризм бьёт по Великобритании, по Израилю, по Индонезии, по Пакистану, Афганистану, Парижу. Берлину. Он практически везде. И опасность исходит именно от него. Но главная опасность лежит в противостоянии двух противников, разных сторон. С одной стороны – Запад, который теряет свою власть, влияние каждую минуту, занимает всё меньше места. И остальной мир. Он объективно растёт. И теснит Запад. Китай не претендует ни на какую гегемонию. Китай развивается сам по себе: промышленность, население растут. Россия не претендует на господство, и это было сказано со всей определённостью. Россия не претендует на экспорт своего образа жизни, это было бы просто глупо, у России на сегодняшний день нет возможности продвигать и навязывать свой образ жизни.

Самое конструктивное было предложено на конференции представителем Китая, капитаном i ранга, профессором центра информбезопасности Академии национальной обороны НОАК Бэнь Байхуа. Он сказал: «Не спрашивайте меня, что нас ожидает в будущем, я не знаю. Но надо создать новое поколение, которое будет управлять инструментами гибридной войны. Они, возможно, смогут в дальнейшем найти какие-то решения. А что пока мы можем и что должны делать? Защитить наши суверенитеты».

Потому что Америка имеет полный контроль над всеми информационными процессами. Фильм Оливера Стоуна о Сноудене это хорошо показал. Америка контролирует всё! Америка контролирует интернет, диктует, кто может присутствовать в интернете, а кто нет. Потому что всё в их руках. А как ты сможешь защитить себя в условиях гибридной войны?

Возьмите хотя бы создание образа противника из России! Но как ты можешь защититься, если ты сам в этой системе, и ты ею не управляешь? Ты – подчинённый их системе контроля. Возьмите систему перевода денег SWIFT. Она в их руках полностью! И они посредством этого могут делать с тобой всё, что угодно: шантажировать, исключить из этой системы, то есть практически уничтожить.

И китайский эксперт верно говорит, что ключевой пункт – это суверенитет государства. Всё, что действует в духе суверенитета, – хорошо. То, что способствует подчинению, делает зависимым, – это плохо. Потому что ты не просто теряешь свой суверенитет, а становишься беззащитным перед новой – фундаментальной – угрозой. Поскольку у них полный контроль над ситуацией, новое противоборство будет на 90 % инициировано оттуда. Да они просто могут выключить ту или иную страну! Могут взорвать атомную станцию на твоей территории, могут изменить климат на твоей территории.

– И тебя же и обвинить.

– Вот именно! Так они и поступают: ты же ещё и виноват. Наталья Касперская, известный деятель в сфере информационных технологий, сказала: 95 % всех преступлений, которые совершаются через интернет, не раскрыты. И не будут раскрыты ни сегодня, ни завтра, как не были раскрыты вчера. Они просто не раскрываемы. 95 %! Но в таком случае как можно знать и утверждать, что хакеры – русские, о чём гудит весь мир? И не только это. Она сказала, что есть очень изящная система, о которой американцы давно, раньше, чем все остальные, знают. Система, позволяющая менять название, адрес, имена – заметать следы! Подставлять тех, кто невиновен.

Но что мы слышим? Беспрерывно звучат обвинения: «Русские хакеры – это такой дьявол, с которым нужно бороться». Но те, кто распространяет эти заявления, доподлинно знают, что байка о русских хакерах абсолютно фальшива. Обвинения, которые послужили основанием для информационной атаки на Россию, на юо% ложны и беспочвенны. И те, кто являются обвинителями, прекрасно знают, что они лгут. И знают это лучше всех остальных.

Но они контролируют все средства массовой информации. И даже не утруждают себя, чтобы предъявлять доказательства. Просто говорят: мы знаем это, и всё тут. Значит, так и есть. И все СМИ повторяют то, что они говорят. И ты не можешь защититься! Единственный способ, это сказать: вот черта. Здесь – моя власть, там, на той стороне – твоя. Скажи мне, будучи на своей стороне, всё, что хочешь. Но всё, что ты скажешь, я просто приму к сведению, но не обязан что-то предпринимать. Так, по крайней мере, можно вести диалог, понимать друг друга.

Телеведущий Владимир Соловьёв сказал правильно: невозможно быть приятным для них, потому что ваше желание слыть хорошим и заигрывание с ними не даст никакого эффекта. Тебя любить не будут в любом случае. Ты в любом случае противник и должен быть обезврежен, должен быть послушен, должен подчиняться. Или опять поставлен в ситуацию колониального положения. Другого тебе не предлагают. И иного быть не может пока. Пока! Такова ситуация.

VI конференция по международной безопасности, по-моему, сделала такой вывод: Запад не готов к диалогу. Остальной мир хочет диалога, выдвигает предложения. Но покуда кризис на Западе ещё не дошёл до такого момента, чтобы самому Западу стало ясно и очевидно, что мир изменился глубоко и бесповоротно.

Следующее – фактор времени. На сегодняшний день на Западе ещё не появились люди, понимающие ситуацию. У них тоже нет стратегии. Только кризис может подстегнуть найти ответ, привести к появлению новых левых мыслителей на Западе. И они появятся не потому, что хорошие и всё понимающие. А потому, что прагматики и реально осознают: опасность слишком высока.

Разница в том, что в России и Китае есть люди-мыслители, понимающие, какова ситуация. А на Западе нет таких мыслителей. В России есть Путин, который понял. Он повторяет постоянно: невозможно так жить и действовать дальше. Вы уже не можете делать то, что делали раньше. Потому что напротив вас стоит остальной мир. Мирным путём вы уже не можете доминировать по-прежнему. Единственный способ – уничтожить всех остальных. Разве вы готовы на это пойти?

И прошедшая конференция пришла к заключению: мыслители здесь, на этой стороне, есть, есть люди, которые понимают степень опасности. А Запад до этого понимания ещё не дошёл. Нужно, чтобы кризис достиг такой степени, что они уже не смогут руководить. Вопрос времени. Этот процесс развивается достаточно быстро.

У Запада сохраняется стремление к окончательной победе, полному доминированию. И если ядерное оружие было сбалансировано, то новая сила, которая особенно действенна сейчас, вся в руках американцев: коммуникационная, информационная система в широком смысле слова. В этой сфере нет никакого равновесия. А война идёт именно на том поле, где доминирование одной стороны. Поэтому повторю – вопрос времени: сколько времени потребуется, чтобы искушение победы взяло верх. Вот тогда будет война.

– Так благодаря чему всё-таки ещё нет глобальной войны?

– На сегодняшний день Китай и Россия заслоняют мир от войны. Это очевидно. Потому что финансовая система Запада находится в очень неустойчивом положении. И у них нет рецепта стабилизации ситуации. А в руках Китая и в руках БРИКС есть уже достаточно инструментов, чтобы влиять на кризис Запада, например, если Китай решил бы использовать долг Америки, который находится в его руках, он мог бы углубить кризис Америки очень быстро. Но он этого не делает. И Россия тоже этого не делает. Россия последовательно предлагает Западу договориться, она не хочет обострить ситуацию.

– Хотя «хорошими» мы всё равно не будем.

– Да. Именно так. Делайте что угодно, но в любом случае хорошими не будете. И с этой точки зрения и Россия, и Китай работают на то, чтобы замедлить, затормозить кризис, выиграть время, дать время образумиться воинственным силам. Иначе, если бы они были враждебно настроены, они могли сломать ситуацию очень быстро.

– Но Запад, тем не менее, всё время обвиняет Россию, что она враждебно настроена.

– Он просто поворачивает ситуацию на 180 градусов и обвиняет Россию в том, в чём сам виноват. Это очевидно. И надо определённо сказать, что против американской империи и в настоящий момент существуют силы, которые могли бы ей вредить, но не делают этого. Это и есть доказательство доброго отношения. Все знают, что Китай и Россия могут изменить ситуацию Запада к худшему. Но не делают этого. Почему? Потому что имеют чувство ответственности за мир и перед миром. Они поняли степень опасности. А другая сторона поняла опасность только в том смысле, что они могут потерять доминирование, лишиться гегемонии. И продолжают себя вести по-прежнему, увеличивая общую опасность в мире, напряжённость.

И если кризис не достиг уровня взрывоопасности, то только потому, что Россия и Китай сдерживают ситуацию. В этом – основное значение этой конференции. Но здесь тоже есть иллюзия, что достаточно показать себя хорошими, чтобы получить хорошее отношение в ответ. Нет. Не получите. Не нужно быть наивными.

– Оружие Запада – терроризм. А что он делает с помощью этого оружия?

– Терроризм – это во многом не третья сила, а часть подрывной активности западных держав. Терроризм существует, потому что Запад хочет завоевать мир. И терроризм – это оружие в руках Запада для завоевания мира, создания хаоса, смены режимов. Америка сейчас готовит систему противоракетной защиты. Когда это будет готово, тогда будет предпринята атака. Не раньше. А пока идёт гибридная война во всех тех областях, где Запад имеет преимущество. Поэтому конференции, встречи людей, понимающих что ситуация критична, готовых и имеющих возможность что-то предложить и предпринять, необходимы.

Газета «Завтра», май 2017 года.

Приватизация планеты

Сегодня мы являемся свидетелями того, как происходит гигантская концентрация материальных ресурсов мира в руках очень небольшой группы людей. По существу, идёт приватизация планеты. Вся западная экономическая и финансовая система действует как насос, который выкачивает у народов всех стран их природные ресурсы. Это касается и тех стран, в конституциях которых записано, что природные ресурсы принадлежат всем гражданам страны.

Механизмы, позволяющие относительно законно отнимать ресурсы у народов и присваивать чрезвычайно узкой группой людей, различные. Основной из них – это производство гигантского количества денег, которые не обеспечены ничем. Тысячи организаций – центральные банки разных стран, инвестиционные банки – печатают деньги и выпускают ценные бумаги, деревативы, на которые и скупают природные ресурсы. Земли, то есть в буквальном смысле присваивают планету, становятся владыками мира, хозяевами вселенной. Этот процесс идёт давно, и я уже 10 лет пишу об этом. Но в последние годы процесс развивается столь стремительно, что в мире начались катаклизмы, и мы их все наблюдаем, а кто-то вольно или невольно в них участвует. Ведь даже передел имущества, зон влияния сопровождается насилием и жертвами, а здесь – передел всего мира, и масштабы трагедий, жертвы имеют гигантские масштабы.

В результате появляется узкая олигархия, которая будет обладать такой властью, которой ещё никогда не было в истории человечества – обладать не странами, не континентами, а всем миром! Но если власть сосредоточена в руках столь узкой группы людей, обладающих такой финансовой мощью, то демократия в этом случае исчезает вообще! Демократии попросту приходит конец, поскольку демократия и единовластный хозяин вселенной – это вещи несовместимые.

К тому же эти люди осознают, что природные ресурсы не бесконечны, их не хватит на всех. Потому обязательно будут введены ограничения, и обществу потребления также приходит конец! А ведь система западного образа жизни вся построена на возгонке потребления! То есть ломается система мироустройства. Станут насильственно ограничивать рост населения. Введут авторитарное абсолютно недемократичное распределение ресурсов. Миллионы людей обречены на вымирание. И тот кошмар, что просматривается, похож не только Оруэлла, а на новый мир Олдоса Хаксли, на научную фантастику.

Реализация такого развития событий недопустима! Потому что, если человечество доведёт дело до войны, её исход будет трагическим. Ведь технологическая революция предполагает технологическую революцию оружия. А мы уже и без того живём в мире, где человечество может уничтожить всего себя несколько десятков раз. И потому самая главная задача, которая перед нами стоит – остановить, предотвратить это столкновение и решить противоречия. Иначе мы дойдём до столь апокалиптического развития событий. А даже те, кто выживут, будут жить в невыносимых, совершенно нецивилизованных условиях, возможно, близких к тем, в которых человечество жило в первобытные времена. Мы, люди, должны управлять процессами, которые, как мы видим, фактически уходят из-под нашего контроля. И это может привести к трагедии. Во имя жизни всех нас мы обязаны договариваться, совместно управлять процессами.

Вообще главная проблема современного мира – проблема управления. Кто управляет всеми нами? Или никто? Европой управляют европейцы? Нет, совершенно ясно, что европейцы не управляют своими странами. Если смотреть на события последних трёх лет, то совершенно очевидно, что европейцы были объектом манипуляции, поскольку получали фальшивую информацию о происходящем как в их странах, так и во всём мире. Достаточно посмотреть на украинский кризис. Весь западный мир, вся Европа уверена в реальности событий, которых в действительности не было. Пресса, политики, а за ними и граждане, виновными называют людей, которые в действительности не совершали того, в чём их обвиняют. А обвинителями выступают те, кто как раз всё организовал и совершил. Всё наоборот. И в этот обман введены не только простые люди на улицах -400-500 миллионов европейцев, но даже и сами руководители – они живут в этом мире иллюзий. И беда в том, что эти руководители принимают решения, исходя из виртуального мира. Такая ситуация далеко не безобидна. Потому что реальность одна, а представление о ней у людей другое. И они действуют, исходя не из реальности, а из своих иллюзий.

Посмотрите на ситуацию вокруг нового президента Трампа. Она развивается! Несколько человек что-то выдумали. Затем свои выдумки выдали за реальность, выдвинули обвинения, не имеющие под собой никакой почвы, в том числе про русских хакеров, якобы повлиявших на результаты выборов в Америке. Никаких фактов! Сплошные фантазии. Но в мире начался массовый психоз, и политика развивается на основе фальшивых данных.

Было время, когда российскими руководителями напрямую управляли из Америки. Все это знали, никакой истерики не наблюдалось по этому поводу, напротив, внешнее управление, прямое вмешательство во внешние и внутренние дела России приветствовалось всем прогрессивным сообществом. А сейчас всего лишь домыслы о влиянии России на политику в Америке, и мировая истерика не прекращается.

Соединённые Штаты Америки действительно реально управляли, и русские это мало даже осознавали, то есть не все понимали глубину внедрения. Американцы при этом попросту импровизировали. Но это была импровизация победителей. Они не боялись это делать, указывать, потому что знали, что не встретят сопротивления русского народа.

И вдруг всё изменяется! Потому-то они и не могут терпеть нынешнюю ситуацию. Она для них не переносима, потому что они понимают, что русский народ поддерживает своего руководителя. Тогда как ещё совсем недавно, ситуация была иной. Американцы были уверены, что они овладели сознанием русских, сманили их на свою сторону. В России все ждали Америку, как мессию, её уровень жизни. Это была иллюзия и американцев, и русских.

В Америке есть силы, которые с этим не примирятся, которые считают, что этот мир для них или для никого. И они пойдут в этом до конца. Не надо питать иллюзии, что с этими силами можно договориться. Нельзя. Они не примут другой расклад или они – избранные, и они в центре, они хозяева Вселенной. И не будут сдаваться. Пока у них есть силы даже для решения военным образом, они будут эту силу использовать.

«Военный журнал», май 2017 года

Ленин и революция

– Господин Кьеза, Великая Октябрьская социалистическая революция, 100-летний юбилей которой отметил мир, невозможна без фигуры Владимира Ильича Ленина. А что, на ваш взгляд, сделал Ленин главное в свершении революции? Почему другим политическим деятелям революция не удалась?

– Владимир Ильич Ленин сыграл ведущую роль в свершении Великой Октябрьской социалистической революция, потому что именно он понял не просто важность, а необходимость партии как организационной структуры, как инструмента в подготовке и осуществлении революции. Это его великое прозрение: без партии революция невозможна. И, безусловно, партия должна была соответствовать идеям и устремлениям, задачам того времени. И он занимался строительством партии, продумывал её структуру. Это была именно его идея.

Сама идея такой партии, партийной структуры родилась, когда, возможно, первый раз в истории народные массы могли играть ключевую роль в изменении ситуации в стране, могли изменить строй. Именно Ленин создал структуру, которая по существу изменила мир. Конечно, есть разница, например, между китайской революцией и вьетнамской, кубинской. Тем не менее, все они стали возможны потому, что существовала партия – организационная и идеологическая сила. При этом структура партии держала идеологию, и в то же время идеология питала структуру партии. Именно партия была фундаментальным инструментом свершения революции. Без партии революция была бы невозможна – ничего не смогли бы сделать отдельные революционеры, сколь бы пламенны, умны и самоотверженны они ни были.

Партия Ленина отличалась от других – социалистов, эсеров, от предшествующих революционных партий в других странах – тем, что у неё была идеология и чёткая структура. Можно вспомнить, что были ещё и Советы. И создание Советов – очень правильный, необходимый шаг. Но если бы не было партии, Советы не могли бы совершить революцию. И именно Ленин сформулировал идею партии как руководящей силы, как инструмент, который позволит совершить революцию.

Совершенно очевидно, что нельзя совершить никакую революцию, ни тогда, ни раньше, ни позже – без партии. И создание нового общества, которое стало возможно в результате революции, – это, несмотря на все противоречия, своего рода успешный эксперимент.

Советский Союз просуществовал 60 лет, но когда его не стало, не стало и партии – той партии, которая была построена и действовала именно под те задачи.

Партия создала культуру – структурную и организационную. Такую культуру, в недрах которой учили, как взаимодействовать с людьми, как, каким языком, с ними говорить, какие мероприятия проводить. Это была партийная работа. Ей учили! А с исчезновением партийной структуры исчезло и это всё – словно организм остался без скелета.

– А есть ли у компартий – европейских в том числе – будущее?

– Надо учитывать, что у нового поколения – свой опыт. В отношении партии этот опыт негативный.

Этому поколению никто не объяснил, какую роль играет партия, для чего она нужна. И сегодня молодые люди в России, в Европе считают, что партия – это плохо, партия не нужна, Подменой этому были движения: «оккупай Уолл-стрит», разного рода пацифистские движения. Но все эти эксперименты с подменой партии движениями оказались не состоятельны. Можно вспомнить ключевой момент -1968 год – революция в университетах Европы. Казалось, что оттуда могут прийти глубокие изменения. Это начало было бурным, массовым. В нём участвовали миллионы людей: не только студенты, но и рабочие. Однако ничего серьёзного, судьбоносного не вышло. Без организации всё рухнуло! Это ещё одно подтверждение, что без организационной структуры ничего реального не происходит, без организации все эти движения эфемерны, они могут просуществовать даже несколько лет, но потом умирают.

Можно ли повторить историю? Я считаю, что невозможно. Не только потому, что та партия рухнула вместе со страной (я имею в виду события 25-летней давности), не потому, что после этого не существовало никакого центра, способного возвратить её. В принципе, если бы были силы, способные формировать нечто похожее, возрождение было бы вероятно. Но не было такого движения. И сам факт, что это движение не родилось, не сформировалось и не преобразовалось из прежнего, означает, что идею уже нельзя было повторить. И люди понимали это. Даже те коммунисты, которые считали, что надо продолжать дело Ленина, осознавали, что повторить дело Ленина невозможно. По той простой причине, что в это время противники компартии, Советского Союза, уничтожили саму почву, фундамент. Ведь что было почвой компартии? Рабочий класс. Рабочий класс был! И базой формирования партии был именно рабочий класс. А когда рабочий класс исчез (не потому что не стало рабочих, они есть, но они не чувствуют, не осознают себя рабочим классом, монолитом), то и база формирования компартии исчезла.

Нельзя сказать, что это произошло одномоментно, это происходило постепенно.

И в то же самое время произошло изменение структуры капитализма. Сначала он строился по формуле: товар-деньги-товар. Потом это стало: деньги-товар-деньги. Потом товары исчезли, и их место заняли деньги: деньги-деньги-деньги. Деньги производят деньги. Произошло фактически превращение капитализма на юо% в финансовую структуру.

С этого момента влияние рабочего класса на все процессы в обществе и его психология изменились. Сами заводы исчезли, они были разрушены. Рабочие перестали быть подавляющим большинством и стали меньшинством. А потом исчезли как класс. Это исчезновение привело и к психологическому изменению людей. Восторжествовал индивидуализм! Люди стали все сами по себе, каждый отдельно. Экстремальный индивидуализм капитализма одержал полную победу.

А без организации постоянного, структурированного движения, со своим уставом и кадрами, очень трудно совершить преобразования, особенно революционные. Люди попросту не знают друг друга, о друг друге. К примеру, когда был завод, люди знали о существовании других, таких же, как они сами, людей, это был их коллективистский опыт. Сейчас этого опыта нет. Потому что произошло изменение структуры общества, а это неизбежно влечёт изменение системы формирования людей. Посмотрите: система средств массовой информации вычёркивает все встречи между людьми. Эти встречи заменены встречей между техникой и человеком: человек перед телевизором, компьютер и пользователь… И техника, её влияние на человека, очень сильны.

А все левые силы, поскольку не поняли суть этого изменения, продолжали повторять идеи, которые уже не могли существовать, а уж сегодня – тем более. Сегодня мы переживаем четвёртую индустриальную революцию. Хотя, точнее сказать, не индустриальная революция, а четвёртая структурная революция общества. Потому что в современном мире сформировались общества, где доминируют деньги. Только деньги! Капитал, но исключительно в виде денег: деньги как суть жизни. Поэтому у миллиардов людей в корне изменилось поведение, их видение мира. Конечно, речь не идёт о хозяевах вселенной. Те живут так, как им надо и хочется.

Говорят, что произошедшее привело к исчезновению идеологии. Нет, это не исчезновение идеологии, а формирование новой идеологии. А новая идеология называется деньги. Деньги, только деньги! Всё – ради денег! И конкуренция – ради денег. Сотрудничество было вычеркнуто. Солидарность вычеркнута полностью. И даже наш обыденный словарь изменён, изменены значения слов. Слово «демократия» не имеет того смысла, который имело прежде. Даже во времена Ленина идея демократии была привлекательной, это же большевизм: большинство должно решать. Это и есть форма демократии.

Либеральная демократия тоже существовала, но имела другое значение, другое наполнение и понимание.

Сейчас демократии на Западе нет. Она существует только как церемония, форма. Посмотрите последние выборы в Америке, во Франции. Что во всём этом можно понять простому человеку? Как сделать выбор? Ведь люди идут голосовать уже зомбированными, они реальность не знают, по существу, ими манипулируют. Поэтому формировать сейчас партию – субъективно и объективно – невозможно. Надо найти что-то другое. Надо сформировать другую мощную культуру.

– Но как это делать?

– Это как раз вопрос. Ведь тогдашнюю идеологию нельзя повторить. Люди тебя просто не поймут! Когда говорят лидеры левых сил, они повторяют те же мысли, что были раньше. Но кто слушает, и кто понимает всё это? Новое поколение даже этот язык не знает. Означает ли это всё мёртво, изменения, в том числе революционные, невозможны? Думаю, нет. Потому что нынешний кризис общества очень глубок, и требуется новая теория.

Прежнюю теорию вырабатывала партия, её формулировал Ленин. А сейчас эта теория не действует. Потому что структура общества (я размышляю в духе марксизма) сама давала определённую форму ответа. Но когда изменилась структура, эта форма под давлением противника стала нежизнеспособной. Чтобы начинать заново, нужно создать новую теорию развития человечества. А для новой теории развития человечества требуется очень большой интеллектуальный скачок.

Маркс и Ленин строили свои суждения на базе критики структуры капиталистического общества, изучали капиталистическое общество. Они видели, что по объективным причинам после капитализма будет начало социалистической революции, а потом коммунизм. Но эта схема была связана с теми, прошлыми условиями, в которых они сами жили. А сейчас капитализм уже не тот, что был во времена Маркса и Ленина. Структура общества совершенно другая. И теперь надо понять, почему предвидения марксизма не сбылись. Что касается всех революций, которые состоялись, то они были революциями в стадиях общества неразвитого капитализма, когда капитализм ещё не развился достаточно. Была единственная попытка революция в обществе развитого капитализма – это германская революция. Она не получилась.

Видимо, Ленин с его видением опередил время. И выиграл. И Мао Дзе Дун тоже выиграл. А сейчас повторить это невозможно, потому что для этого нет людей – люди совершенно другие, психология другая. И это является тормозом.

Это ограничение и было ключевым моментом стратегического поражения. Структура общества уже совершенно иная: прибыль получается не в результате работы людей, а из банковских операций, из финансовых спекуляций, через спекулятивные движения капитала. И для получения прибыли человек не нужен, он совершенно излишен. Более того: в течение 20–30 лет произойдёт полная роботизация. Миллиард 300 миллионов человек уже будут фактически излишни. Если не будет войны, если более-менее общество будет функционировать, произойдёт стремительная роботизация. А роботизация будет исходить из технологической революции.

Это совершенно другая глава истории человечества, и она требует нового осмысления, новой стратегии. Нужна новая теория общества, но этой теории пока нет ни у кого. Никто её не сформулировал даже в своих отдельных сферах, в своих областях: не имеют финансисты, не имеют коммунисты, не имеют социал-демократы. Поэтому общество живёт без стратегии. Нет никаких критериев, никакой теории революции, то есть теории изменения общества.

Надо отметить, что если бы не было Маркса, его теории, Ленин не смог бы придумать эти изменения общества. Маркс был не политический деятель, он – теоретик. Как и Энгельс. Сейчас такую теорию, не может создать один человек – нужна целая группа: нужны исследовательские институты, нужна команда людей, понимающих, что без нового видения кризиса общества и без понимания, что столкновения сейчас другого типа – это между природой и человеком, нельзя совершать изменения. Что касается столкновения между природой и человеком, то нужно осознать: это смертельная схватка.

Классовая борьба была не смертельной. Была борьба одной части общества с другой – выиграл капитализм. Но это была борьба не насмерть. А сейчас – более опасная борьба. Мы не можем выжить в этом мире, где победил капитализм. Роза Люксембург говорила: «Или социализм, или варварство». А сейчас «или жизнь, или смерть» – вот новое видение. На базе этого понимания можно создать новую партию.

Думаю, когда эта теория будет разработана, возникнет необходимость в партии. Нужны будут слова, язык, идеи, на базе которых надо будет формировать новое поколение «революционеров», которые будут не революционеры, а просто спасатели. Я предлагаю вместо слова «революционер» – спасатель.

Журнал «Изборский клуб», № 9 (55)

2017 год

Вопрос в лоб

– Господин Кьеза, в Евросоюзе заявляют, что не требуется согласований по вопросу продления санкций против России. Так они будут всё-таки продлены?

– Я думаю, они будут продлены. Ведь заявления такие, словно решение уже принято, хотя решения пока никто не принимал. Но политическую жизнь уже готовят на это продление. Почему? Запад, США играют в этом кризисе ва-банк, и они будут идти до конца. В таких действиях есть определённая доля сумасшествия. Потому что они сами создают ситуацию, которая может стать необратимой.

Но у них упрощённое представление о России. Они считают, что Россию можно сломать в любой момент. Один раз они уже сломали, могут и второй, третий, четвёртый раз – когда надо. Опасность именно в этом. Они идут ва-банк, потому что кризис на западе тоже идёт ва-банк – против них. Они повернули проблему! Россия никого не атакует. Но на Западе создали образ России как агрессивной страны. А фактов этого нет. Ничего страшного – искусственно создают имидж России таким, каким выгодно. Образ России на западе в данный момент – это проекция собственных чувств и соображений на противника: поскольку ты враждебно относишься к оппоненту, то показываешь, что это он враждебно относится к тебе. Происходит поворот. Почему Запад так настаивает на санкциях? Рассуждения таковы: поскольку мы намерены идти до конца, чтобы окончательно победить, надо сломать Россию.

И неважно, что будет сейчас делать Россия, как себя вести, пойдёт она на уступки – неважно! Они решили её сломать и будут всё для этого делать!

Как это остановить? Надо их испугать. К сожалению, другого выхода нет. Ты должен показать, что в состоянии ответить и сделаешь это. Если человек сумасшедший, ты должен сказать: осторожно, если ты продолжишь так действовать, я буду отвечать на твои действия адекватно. И плохо может быть тебе!

Второй момент. Всё, что сейчас делает Россия, очень эффективно. И надо показать миру, именно широкому кругу людей, что Россия готова действовать в духе общего блага для массы людей. Это будет очень сильным оружием. Посыл должен быть адресован не политикам, а именно людям. Госпожа Меркель знает прекрасно, что Россия не агрессор. И надо не её убедить, а человека на улице в Германии. Надо влиять на массовое сознание людей Запада.

Газета Завтра 10 (1162) 2016)

Безумие «хозяев вселенной»

7 ноября – годовщина Великой Октябрьской революции, которая ставила целью построение коммунизма. К сожалению, я не вижу никакой перспективы у коммунистического проекта. Я не вижу никакого реального движения к коммунизму, тем более в России. В ближайшие годы мир ожидают большие потрясения, но совершенно другого характера.

Это уже пройденный этап. Дело в том, что капитализм, как это было в XX веке, или во времена, которые люди вспоминают как коммунистические, был именно капитализмом, и тогда ещё на Западе существовал рабочий класс. А сейчас капитализма больше нет. Сейчас другая социально-экономическая и политическая система, которая совершенно не укладывается в понимание людей, живших и сформировавших своё мировоззрение в XX веке.

Капитализмом современную систему можно назвать только условно, потому что производство товаров, например, стало второстепенной деятельностью экономики. Фундаментальная активность в экономическом плане сейчас – это производство денег. А при производстве денег через деньги, посредством денег социальные классы ничего не значат, они попросту отсутствуют. Деньги создаются в других местах – вне всякой борьбы, усилий, потому что те, кто имеет возможность создать деньги из нуля, не нуждается ни в какой авторизации, ни в каком разрешении, ни в какой системе демократической организации общества.

Сегодня – время так называемых хозяев вселенной, которые определяют будущее миллиардов людей, и при этом речь о демократии уже не идёт. Потому что при ситуации, когда горстка людей управляет миром, о демократии речь идти уже не может.

Нет никакой демократии уже сейчас! Существует определённая церемониальная видимость: где-то можно ещё голосовать, например. Но голосование не имеет никакого значения, потому что люди, которые идут голосовать, не знают, за кого в действительности голосуют: кто стоит за ставленниками, за которых они отдают голоса. И это не демократия, а гигантский обман!

Уже есть такие новые инструменты влияния, как социальные сети, где, например, господин Цукерберг, имеет в своём распоряжении два миллиарда потребителей «Фейсбука». Два миллиарда! Это одна треть населения мира. И он может в значительной степени управлять поведением этих двух миллиардов, используя определённые цифровые системы. И ясно, что речь идёт о совершенно другой картине политической борьбы.

Я и не знаю даже, что ждёт в будущем наше поколение и следующее поколение. А уж дальше не могу и загадывать. И уже очевидно, что это будущее будет надвигаться так быстро, что тщетны все попытки его организовать. Оно идёт своим ходом: столь стремительно, что людской разум не будет успевать всё происходящее осознать.

И, учитывая всё это, должен прямо сказать, что никакого коммунистического будущего я не вижу.

Однако не утверждаю, что обязательно произойдёт третья мировая война. Ни я, и никто не может этого сказать. Но если трезво смотреть на факты и тенденции, которые есть в нашем распоряжении, и если суммировать эти данные, то видно, что самый вероятный исход из сложившейся ситуации – это третья мировая. Варианты её могут быть разные.

Сегодняшний мир совершенно несправедлив, и нельзя игнорировать это. (Я использую прежние моральные оценки.) Распоряжение ресурсами, их распределение – это же неправильная, неравная, абсурдная ситуация! Когда очень узкая группа людей фактически распоряжается подавляющей частью ресурсов мира уже сейчас. И примирение между богатыми и бедными может быть осуществлено только под всеобщим контролем народов и с согласия именно бедных, потому что именно они страдают от несправедливости. Но не будет этого примирения! И не только не будет примирения между богатыми, которые становятся каждую минуту богаче, чем вчера, и бедными. Не только об этом речь идёт. Если бы речь шла об этом, то не было бы никакой войны, мы бы просто все, кто не относится к хозяевам вселенной, были превращены в скот. Хозяева вселенной не стали бы с нами церемониться.

Непреодолимы противоречия между силами, которые сегодня существуют в виде таких государств, как Россия, Китай, Иран, и этими самыми хозяевами вселенной. Эти непреодолимые противоречия остаются внутри того короткого периода истории человечества, в который мы живём. То есть среди семи миллиардов населения Земли есть мощные гиганты, которые имеют стратегическое вооружение и высокоэффективные «неотчуждаемые» структуры. Их интересы объективно сталкиваются. А в определённый момент (это понимание придёт в мгновение ока) станет ясно, что ресурсов для всех не будет хватать. И сильнейшие будут стараться отобрать их у остальных.

А всё, что происходит в геополитике (всё, что я вижу), – это подготовка к войне, которая идёт уже сейчас. Чтобы не быть голословным: в Америке имеется достаточный военный потенциал, чтобы развязать войну. Правящая элита там достаточно безрассудна (чтобы не сказать безумна), чтобы это сделать. Они не считают нужным ни с кем договариваться. Они считают себя хозяевами мира и потому действуют так, чтобы это подтвердить и доказать. Я не думаю, что они будут здраво размышлять на эту тему и одумаются. Эти люди, по моему мнению, не способны ни на какую рефлексию.

Могут произойти, конечно, какие-то экстраординарные катастрофические изменения, которые обезглавят даже эти группы. Может быть. Но это будет не построение нового справедливого общества, нет, это исключено. Наоборот, вижу возможными ещё более гигантские потрясения типа создания суперчеловека. Развитие технологий происходит с такой скоростью, столь стремительно! Множество ускорений одновременно во всех областях технологического прорыва в настоящий момент: и цифровые коммуникации, и генетика, и нанотехнологии, и искусственный интеллект, – идёт необычайными темпами. И к чему это приведёт? Хозяева вселенной будут иметь и деньги, и силы, чтобы строить для себя мир – мир суперчеловека. А это означает гибель миллиардов. Может быть, и всего человечества.

Поэтому те, кто не сможет усовершенствовать себя, то есть не могут продлить свою жизнь до 200 лет, то есть нормальные, обыкновенные люди, будут обречены или, когда осознают происходящее, будут сопротивляться изо всех сил. Ведь для них такое положение означает конец. Роботизация означает конец миллиардам людей! Поэтому мой прогноз очень мрачный. Единственный вариант – это появление достаточных сил у кого-то, чтобы испугать этих безумцев. Но это сомнительно.

Недавно Владимир Путин сказал фразу, которая меня сильно впечатлила, меня попросту поразило это выражение: если Соединённые Штаты атакуют Россию, мы все умрём. Но мы умрём как жертва агрессии, как мученики, а они просто сдохнут, не имея даже времени, чтобы покаяться. Это удивительная фраза для такого очень осторожного человека! Видимо, он тоже думает, что такая опасность существует, предупреждает. Но предупреждение не означает, что те, кому оно адресовано, способны слушать и понимать.

Моя картина будущего именно такова. Но я не настроен тотально пессимистически, потому что история может нам подсказывать выходы, не очевидные сегодня. Интеллектуальные (теоретические) инструменты, которые нам позволили выжить в XX веке – не только политические, но и технологии повседневной жизни – не будут действовать в XXI веке.

Посмотрите на рабочий класс Европы, который уже не считается рабочим классом (то есть он и сам не считает себя рабочим классом), а считается так называемыми потребителями. Они не осознают, что они потребители, но ведут себя именно как потребители. Молодёжь уже не помнит, что было вчера, не знает, какова была жизнь вчера, не говоря уже об истории. Она смотрит только на экраны. И, значит, исчезает прошлое. А когда люди не имеют прошлого, как они могут думать о будущем? Если у них прошлое не существует в голове, в сознании, не будет у них и будущего. Они уже «отформатированы».

Вопрос в том, как можно спасти от «форматирования» как можно больше людей. Трудная задача, поскольку все средства массовой информации находятся в руках хозяев вселенной. И дойти до сознания, достучаться до двух миллиардов человек и объяснить им, что они находятся в опасности, очень-очень трудно. И моя мысль – нужно спасти хотя бы определённую, посильную вам группу людей, которые могут находиться в состоянии интеллектуальной активности самостоятельно и разумно. Вот задача.

Но это в любом случае требует нового накопления знаний. Ведь почти все существующие технологии, кроме тех, что находятся в руках России, Китая, в определённом смысле – и Ирана, принадлежат пока что им, этим самым хозяевам.

Газета «Завтра», № 44 (1300), 2018 год

Освобождение Европы

– Господин Кьеза, вы стали профессором Вятского государственного университета. Примите наши поздравления.

– Спасибо. Мне это важно и приятно. Интересно было посетить Вятский государственный университет и прочитать лекцию из цикла «Феноменология катастроф в XXI веке». Было любопытно осмотреть, как организован процесс обучения в российской провинции. Очень неплохой университет. Всё, что я там увидел, на высоком уровне: уважительное отношение к преподавателям, субординация, чистота. Воспитанные дисциплинированные студенты, и насколько я понял, когда шли вопросы – ответы, довольно живые и хорошо образованные. Состоялась конференция, в которой участвовало 200 студентов и преподавателей. В рамках конференции показывали фильм о событиях и сентября 2001 года «11/9 Расследование с нуля». И я получил очень интересный опыт: из 120 человек, смотревших фильм, только двое знали об и сентября. То есть новое поколение об этом ничего не знает. В то время нынешним студентам было по 3–4 года, и они не осведомлены о событии, у них нет мнений, эмоций по этому поводу. Для них оно совершенно новое. После просмотра фильма провели дискуссию. И это интересный эксперимент – этакая методика: как анализировать событие, о котором ни у кого нет интерпретации? Как строить интерпретацию? Ведь если у тебя есть позиция, ты можешь понимать другие события, их анализировать. А если нет позиции, то каждый будет оценивать одно и то же событие по-своему, будет импровизировать. Я говорю образно, что люди, у которых есть рельсы, имеют направление движения и прочные позиции, и они знают свой путь. А те, кто не имеют рельсов, не знают, куда идти.

Дискуссия была интересной именно потому, что велась о событии, с которым присутствовавшие только что познакомились.

– Совпадают ли ценности именно той, старушки-Европы, и нынешней?

– Нет.

– А кто проводит аудит, так сказать, и меняет вектор? Почему выбирают то или иное направление движения, развития?

– Я считаю, что всё происходящее в определённой степени продиктовано необходимостью. Есть мощные толчки, импульсы происходящего, и они не спонтанны. Это технология. В основном причины этой тенденции объективны. Но, конечно, есть люди, которые организуют изменение ценностей и установок общества. Кстати, эти люди, как правило, считают, что технология – вещь неизбежная и объективная. Они считают, что технология – это непременно положительное явление, это так называемый прогресс. Поэтому искренне полагают, что всё, что происходит, имеет законные основания уже по той простой причине, что происходит. Это Гегель в чистом виде: всё, что реально – рационально. Поэтому они уверенно идут в направлении происходящего, по течению, так сказать. А после ищут объяснение, толкование происходящему: поскольку это произошло в реальности, это надо оправдать, объяснить.

Если причин происходящего они не видят, то придумают. Процесс именно такой. И такое отношение имеет массовый характер.

– Предсказатели прошлого.

– Да, именно так. Здесь есть, о чём поразмышлять. Между прочим, все левые – люди такого рода. Это парадоксально: все прогрессивные силы 20 века, за редкими исключениями, полностью поддавались этому соблазну: считать, что всё происходящее – движение вперёд. Среди них и мои друзья, которых я знаю много лет, журналисты, с которыми я знаком. Был момент, когда они реально были прогрессивными, были искренни, свободны. Но вот я вижу, что они стали реакционными силами, но под прикрытием прогресса Прогресс для них – самое ценное. Самое главное, чтобы процесс шел. А куда?

Назрела необходимость создавать новый словарь, потому что слова, которые мы используем – это источник и причина большой путаницы. Мы разговариваем, и кажется, что говорим на одном языке. Но смысл, который один человек вкладывает в слово «прогресс», совершенно не соответствует тому, что другой человек вкладывает в это же слово.

– Тот случай, когда нужно «определиться с терминами». Потому что понятие «демократия», например, совершенно не соответствует определению в словаре. Вы – реалист и прагматик, но пожар в Нотр-Дам де Пари не трактуете ли как некий знак?

– Нет. Думаю, это случайность. По меньшей мере, всё, что мы видели, говорит о том, что пожар явился следствием халатности, технологической ошибки при реставрации.

Но, конечно, некоторые события получают эмоциональную окраску из-за обстоятельств. В моей книге «Русофобия 2.0» заглавие первой главы – «Когда собаки лают». Это лай собак. Миллионы людей чувствуют: что-то назревает, будет происходить. Они не знают того, что будет, но чувствуют, что это будет опасно, несёт угрозу. И по существу это лай миллионов людей, которые не имеют интерпретации о настоящем, потому что старые методы осмысления не работают, а новые никто не вырабатывает. Поэтому люди воспринимают события как предупреждение каких-то сил, сигнал нам от кого-то.

Вспомним Чернобыль. Намного более трагичное событие, чем пожар Нотр-Дам де Пари. И произошла авария не потому, что кто-то нам посылал предупреждение. А потому что попросту был кризис общества. А когда в обществе кризис, люди теряют ориентир даже в моральном смысле и в общении. Те, кто работали на станции, несознательно довели дело до аварии. Они попросту проявили халатность, безответственность. Трагедия была результатом социального кризиса.

– «У каждой аварии есть имя, фамилия и должность».

– Именно так. Но проблема в том, что сейчас такие явления имеют массовый характер. Раньше такие случаи были единичными: один плохо ведёт себя, другой, что приводит к беде. А сейчас и в Италии общее впечатление – общество разрушается. Люди не выполняют свои функции, каждый говорит, что это другой должен делать, и вина его, а не моя, меня это не касается. Даже если я вижу ошибку, то в мои обязанности не входит на эту ошибку указать, тем более, исправить.

В Риме ситуация доходит до абсурда. Никто не хочет работать, город грязный. Я римлянин и думаю: почему город такой грязный? Выхожу из дома и вижу человека, который должен убирать улицу. Но он не работает. Эти дворники видят, что в городе полно туристов, я бы постыдился, что из-за того, что я не делаю свою работу, город грязный. Я как-то сидел в кафе и наблюдал, как работают уборщики. Удручающее зрелище: курят, разговаривают, по телефону звонят. Результат – грязная улица.

И везде то же самое. Всеобщее ощущение, что уже нет солидарности в обществе. Социальная ответственность, чувство коллективной ответственности, что ты на своём месте должен делать то, что помогает людям, исчезает, и можно подумать, что это происходит с молодыми. Но от кого они получают ориентир и пример? Кто им указывает направление? Это всепоглощающий кризис, который абсолютно очевидно приведёт к нескольким Чернобылям. И ещё хорошо, если только такого рода авария произойдёт. Моя точка зрения – эта ситуация ведёт напрямую к войне. Потому что, когда мир несправедлив, происходят столкновения. Но каждый человек может думать, что его это не касается. Однако, если 10 тысяч или миллион человек думают, что это их не касается, то ситуация может обернуться весьма неприятными последствиями. Несправедливость и непорядок нельзя игнорировать. До определённой точки ты можешь не замечать, но вдруг произойдет крушение, которое не заметить будет невозможно. И исправить сложнее, если вообще получится исправить ситуацию.

– Переход количества в качество.

– В Кирове я говорил именно об этом – о переходном периоде. И своей лекцией я многих напугал.

Я попытался объяснить, что может нас ожидать, к чему мы идём. И преподаватели были обеспокоены, говорили: зачем пугать?

Но я не стращал никого, а просто объяснял, что мы находимся в переходном периоде. Привёл пример. Вот вода. Если температура воды держится порядка 60 градусов, вода остаётся самой собой. Но когда температура доходит до юо градусов, вода испаряется, становится паром, воздухом. Это другое качество. И законы, действия газа не те же, что у воды. Происходят структуральные изменения. А когда осуществляется переходный период общества, меняется качество и законы, поведение. Единственное, что мы не знаем, когда точно это осуществится, потому что это очень сложный, много векторный процесс. Парадоксально то, что у нас много инструментов, позволяющих предвидеть изменения и подготовиться к ним.

– У отдельных граждан или у общества есть эти инструменты?

– У общества. У нас много инструментов, посредством которых мы можем предвидеть, предсказать те или иные события. Намного больше, чем их было у предыдущих поколений. У тех было лишь приблизительное представление о том, что ожидает нас в будущем, в любой области. Простой пример: утром мы можем знать, какая температура будет в Москве после обеда и подготовиться: взять зонт или отложить прогулку. Это же тоже будущее, та или иная его часть. И таких примеров много. Мы может предвидеть ситуацию на 20 лет вперёд. Много говорят о роботизации. Уже сегодня ясно, что через 20 лет в мире будет несколько десятков миллиардов роботов. Какие это рабочие силы! Уже через 5–6 лет их будет несравнимо больше, чем сейчас. И картина общества будет совершенно иная. Мы это точно знаем! Можно даже построить график, на котором будет видна кривая: как этот процесс идёт, и что будет через 3 года, через 6, 10 лет. Такие прогнозы есть по всем областям. Я изучаю вопрос искусственного интеллекта и что вижу? Искусственный интеллект будет менять все отношения в обществе и между людьми, что были в первые 20 лет 21 века.

И третий элемент, который никто не учитывает, – фактор времени. Мы живём в обществе, которое меняется со скоростью геометрической прогрессии. Все думают: сегодня, завтра, послезавтра идёт с одинаковой размеренностью. Но это не так. Сегодня – так, завтра будет идти с ускорением, а послезавтра пойдёт с двойным-тройным ускорением. Это ускоряющийся в геометрической прогрессии процесс. Поэтому фактор времени – ключевой. Нельзя измерить будущее с установками, которые действуют сегодня. У будущего – другие измерения.

Я сказал: надо собирать силы, чтобы подготовить людей. Это самое простое. Почему я ездил в Киров, почему езжу по Италии и беседую с молодыми людьми? Потому что считаю, что единственная возможность защититься, противостоять разрушению общества – подготовить к этому изменению как можно больше людей. Те, что понимают скорость и суть этих изменений, будут сильнее с этой точки зрения, значит, будут готовы реагировать коллективно. Потому что если они понимают суть, то и осознают, что человек в одиночестве уже ничего не может делать. Это всегда было так, но сегодня – особенно, сегодня-как никогда.

В 20 веке были массовые партийные структуры, которые воспитывали миллионы, десятки миллионов людей, не всеохватно, тем не менее это было воспитание массового порядка. Сейчас никакого воспитания не ведётся. Думаю, что надо подготовить как можно больше людей. И я это делаю. Я не могу конкурировать с фейсбуком, где 2 миллиардачеловексо-брано. Но могу действовать через мой канал, чтобы подготовить юо тысяч человек. Это недостаточно, но очень важно, потому что это школа размышления, школа анализа и школа обобщения интеллектуального и духовного потенциала. Духовный потенциал на сегодняшний момент – самый важный, его не хватает. Вот мой план.

– У вас есть ученики, последователи? Те, кто смотрят ваш интернет-канал, становятся ли не только слушателями, но и апостолами, несут учение дальше?

– У меня уже много единомышленников. Поначалу было сопротивление, потому что я говорю вещи, которые трудно принять сразу. И многие это принимают в штыки: ты говоришь вещи, которые не совместимы с реальностью, ты – сумасшедший. Поначалу именно так воспринимали. А сейчас группа, которая не просто слушает меня, но и высказывает свои идеи, готова работать, насчитывает юо человек. Посмотрим, что получится. Я уже сейчас вижу, что начинают происходить изменения. Ускорение процессов производит другое ускорение, и люди, которые раньше не понимали, что происходит и к чему всё идёт, сейчас вдруг раскрывают глаза, говорят: я ещё 5 лет назад, читая то, что ты писал, считал, что ты сумасшедший, а сейчас вижу, что ты был прав. И процесс разъяснения, даже и не всеохватный, даёт эффект. А если было бы хотя бы по тысяче человек, таких, как я, в каждой стране, то результат был бы значительный.

Многие говорят: почему вы не собираете своих единомышленников?

Я бы этого тоже хотел. Но у меня не хватает на это сил. Если иметь силы, можно произвести гигантский скачок. Ускорение, которое происходит на наших глазах, просто грандиозно. И если раньше были средства массовой информации, которые диктовали в какой-то мере правильную линию, а мы были вне игры по существу, мы слушали и смотрели, сейчас уже доверие к газетам и телевидению рухнуло. Лишь смех и иронию вызывают ток-шоу, люди понимают, что это игра, трюк, и уже не смотрят.

Раньше я был депутатом Европарламента и имел более широкие возможности. Но сейчас действую, как могу. Власти боятся дать мне широкую аудиторию. Точно знаю, что в министерстве иностранных дел Италии анонимно смотрят моё телевидение, потому что я говорю вещи важные. Но цитировать меня они не могут, потому что я вне игры.

– Не цитируя, они, возможно, принимают к сведению и ориентируются в своей деятельности на ваши прогнозы, что тоже хорошо. Для чего-то они смотрят, не для развлечения же. Что касается собора Парижской Богоматери, то много говорят о восстановлении здания, а о восстановлении тех ценностей, для чего собор и был построен, речь не идёт. То есть важна форма, а не содержание?

– К сожалению. И удивительна вся та глупость, что я читал во французских и итальянских газетах: сколько стоит восстановление? Но как можно оценить бесценное? Что значит застраховать Нотр-Дам де Пари? Для этого надо три бюджета такого государства, как Франция. Это просто глупость и непонимание. Такие ценности нельзя измерить, разные системы координат – финансовая и духовная.

Вот хотят приватизировать Колизей. Это сумасшествие. Можно ремонтировать. Потом наградить за хорошую работу. Но приватизировать? Колизей – это достояние человечества, как и Галерея Уффици. Это не объект рынка. Рынок не всеохватен, он не может получить это.

Властелины мира считают, что рынок может диктовать всё, определять правила игры. Это иллюзия. Рынок не будет диктовать всем и всё. Но если будет всё диктовать рынок, то будет война. Видите, куда идёт дело.

Прочитал интересный материал одного американского футуролога. Он рассказывает о своей встрече с пятью богатейшими людьми Америки. Ему заплатили громадную сумму, чтобы он рассказал, как видит будущее. Он думал, что приглашён на многолюдную встречу, но присутствовало 5 человек. Это были люди, реально имеющие власть. И все вопросы были вокруг их личного выживания. Они озабочены, как будут выживать они, их жёны, дети, охранники. Вот фундаментальный вопрос, что их интересует в будущем: как пережить трагедию, наступление которой они чувствуют как неизбежность. Они чувствуют, что стабильность недолго будет продолжаться, и им сложно сохранить статус-кво.

Он им сказал: спасаться в условиях, которых вы справедливо опасаетесь, будет очень трудно и для вас. У вас будет охрана, допустим, 200 человек. А как вы защитите их? В какой-то момент они потребуют от вас, чтобы вы спасли и их семьи. А у вас есть возможности сохраниться самим и сохранить жизнь семей ваших охранников в каком-то ограниченном ареале? Эти богачи видят выход в том, чтобы нацепить охранникам электронные браслеты, чтобы знать, где они и что делают. Но это будет не жизнь, а тюрьма.

Те, кто считает себя хозяевами жизни, оказываются в тюрьме. Трагедия.

Атмосфера нестабильности достигла и «императоров вселенной». Думаю, из-за ускорения процессов недолго ждать развязки: в течение 5–7 лет все игры определятся.

– Когда вы прочитали эту лекцию, предложили студентам и преподавателям подумать, каким они видят мир и выход из очевидного кризиса? Поставили вы задачу думать, как спасти мир?

– Я сказал: вы услышали мысли, которые раньше не слышали. Не претендую на истину в последней инстанции, но давайте создадим группу из студентов и преподавателей, опорный коллектив для выработки инструментов преодоления кризиса.

Я встречался и с губернатором Кировской области, и с ректором университета и сказал: почему я приехал с этой лекцией? Потому что понял, что здесь есть думающие люди, способные размышлять и предлагать конструктивные идеи. И ректор, и губернатор, кстати, очень понимающие люди.

А я думаю, что Россия на сегодняшний день – единственная страна, которая по историческим причинам может взять на себя эту мировую миссию. Конечно, речь не о миссии Кировского региона, он – как часть России. Почему именно Россия? Потому что для решения задачи нужны сильная команда, средства, нужно сообщество представителей всех культур мира, учёных и всех религий мира. Одним махом ты не можешь решить проблему, но надо начинать разговор, потому что мир – в кризисе, и времени на раскачку нет. Нужно смотреть повестку дня и готовить доклады, которые могут давать ориентир не только России, а всему миру. Вот масштаб этой проблемы – не может одна страна продолжать вести прежний образ жизни, когда мир в кризисе. А Россия ещё со всеми её достижениями, их нельзя отрицать, остаётся до сих пор в логике: «Мы защитим себя. Мы сильны, способны противостоять». Но этого уже недостаточно. 7 миллиардов человек в мире ждут от кого-то ответ. И для России был бы невероятный шанс, и с политической точки зрения в том числе, который может показать Россию в очень возвышенном ракурсе: мы будем работать для всех, в интересах всех, для всего мира.

ООН это сделать не сможет, она сама нуждается в реформации. Надо создать новый центр мышления. А новый центр мышления требует капиталовложения, требует новый подход. В России есть для этого силы.

Исторически вашей стране посильна эта задача, потому что Россия – большая страна с огромными ресурсами, у неё большой научный потенциал. И между прочим, есть очень важная тонкость. Почему Россия, несмотря на все процессы глобализации, в которых она участвовала, осталась способна решить эту задачу? Потому что оказалась на обочине процесса глобализации. Она ещё не развращена окончательно этим процессом, только частично. Это первое.

Конечно, она технологически несколько отстала, и находится на 4 позиции в мире. Но она имеет такие гигантские преимущества, которые исторически позволяют ей брать на себя мировые миссии. Надо иметь в виду дух народа. Все народы обладают духом. Но не у всех он един. А Россия имеет единый дух народа до сих пор.

Китай намного быстрее России развивается. Он выходит на первое место в мире по многим показателям. Но у Китая нет исторического опыта мирового управления, он еще должен проити много этапов: их язык и история не позволяют им возглавить в культурном смысле слова мировые процессы.

Америка не может это сделать, потому что она – источник этой трагедии, этого заражения. Они не способны ни интеллектуально, ни физически, и между прочим, у них нет единого духа народа. Всё, что мы видели с избранием Трампа, это определённый дух, но очень примитивный, элементарный.

Индия сможет, но она немного позже выйдет на мировой уровень, а у мира нет времени, ждать, когда Индия разовьётся и возглавит эту миссию Европа находится в абсолютно беспрецедентном состоянии: она уже не имеет собственной точки зрения. В Европе большое население, высочайшие технологии, но интеллектуальный уровень Европы, по моему мнению, падает неуклонно. И поэтому трудно вытащить даже одну большую идею из этого болота.

Так что единственный, кто может сделать это для всего мира, и исторические причины для этого есть, это Россия. Она ещё имеет сильную структуру централизованной власти, у неё есть воля, технологически способна, интеллектуально, духовные возможности у страны есть. И конечно, нужен человек, кто это интерпретирует и покажет необходимость этой работы. Работу такого масштаба, большую беспрецедентную задачу – взять на себя ответственность за весь мир – может выполнить только государство. Раньше такая задача перед миром не стояла. Надо, чтобы люди это поняли. Думаю, рано или поздно, это осознание придёт. Я сейчас готовлю работу на эту тему.

– Вы говорите, что у Европы нет единой точки зрения. А есть ли единая Европа вообще сейчас? Есть ли единые цели у неё как таковой?

– Нет. В Европе по существу произошёл переворот – своеобразный, очень оригинальный государственный переворот. И первоначальные намерения инициаторов единой Европы поменялись на совершенно другие. В начале процесса стояли такие люди, как Гельмут Коль, Франсуа Миттеран. Они считали, что можно объединить Европу мирно, нужен большой процесс интеграции. Но после этого они были убраны, и на их место пришли другие. Почему я говорю «переворот»? Потому что правила нынешней Европы – уже не те, что были тогда. Правила нынешней Европы диктуются банками. А банки по определению не могут иметь общей линии. Банки – это структуры частного характера и не будут думать обо всех. У них есть Совет. В недрах банков нет никакой демократии, ею и не пахнет, это вне их понимания даже. Мы не можем требовать от кошки, например, чтобы она чувствовала себя членом общества. И они – вне общества. Совершенно явно, что нынешняя Европа не имеет ничего общего с прежними намерениями и целями, с самой собой, прежней. Нынешняя Европа может быть только союзником второго ранга Америки.

Раньше Америка доминировала, она давала указания. И европейцы были более-менее довольны. Сейчас Америка стала другой, во многом непонятной. Это новая Америка, которую мы не предвидели, она путанная какая-то. Нельзя сказать даже о существовании Америки. Существуют разные группировки в Америке. Одна – Трампа, другая – deep state – глубинное государство, третья – Пентагон, четвёртая – это Израиль. И идёт борьба между группировками, каждая из которых имеет свои цели. Поэтому нет управления, единого центра, всё непредсказуемо, хаотично. А Европа, которая привыкла иметь империальное управление, привыкла выполнять указы: делать так. И все выполняли. А весь Запад на сегодняшний день остался без управления. Поэтому конфуз громадный. Брекзит – это трагедия намного шире, чем просто выход Великобритании из Европы. Это показатель ситуации, что нет никакого управления, и опасность этой ситуации в том, что угодно может происходить. Из-за отсутствия управления.

Моя идея – использовать огромный потенциал Европы. Потому что там полно умных людей, которые чувствуют так же, как я. Если нам нужна большая Европа, Европа, которая возвращается к прежним намерениям, как она была задумана, надо добиваться самостоятельности общими силами.

– Но эти силы разобщены?

– Каждый сам по себе, пишет, говорит, высказывает идеи. Но соединить потенциалы не могут, потому и нет глобального видения всех этих проблем. Надо всё сложить, соединить потенциалы.

Если бы Россия приняла такое решение, это был бы шаг, который может послужить изменению политики Европы. Трудно изменить политику Америки, но политику Европы, в таких условиях, учитывая, что конфуз доминирует, изменить можно. Если есть трещины, противоречия, их надо использовать и искать союзников среди людей, которые пока сами по себе, действуют в одиночку.

– Беспрецедентное поведение «демократической» страны: США назначают президентов других стран, приписывают не свои территории. Европейцы наверное, понимают, что Трамп отсидится за таким укреплением, как океан. До него конфликт дойдёт не скоро, если вообще дойдёт.

– С трудом можно говорить об Америке, имея в виду ту страну, с которой мы имели дело раньше. А решение по поводу Голанских высот, Иерусалима и Гуайдо, запрета всем европейцам покупать нефть в Иране принимаются, словно это по-прежнему та Америка, которая была в состоянии диктовать. А эти решения принимает та часть Америки, которой управляет господин Трамп. Они искренне думают, что они продолжают руководить всем миром, что они – властелины. Но это иллюзии. Они питают иллюзии в отношении своего влияния на Китай, на Иран, на Россию в определённой мере. Поэтому, чтобы разобраться в ситуации, надо исходить из того, что ситуация нова. Америка уже не едина, и ещё долго будет не едина, особенно, если Трамп будет переизбран на второй срок.

И если бы у меня были полномочия принимать решения, я бы вёл с оппонентами открытый разговор, используя все трещины, которые они производят. Не мы производим трещины – это ваша работа и ваши трещины. Думаю, это было бы ясным, и между прочим, в этом стали бы помогать европейцы. Потому что европейцы сейчас не имеют руководства, прежней Америки уже нет. Америка не едина. Но они должны рано или поздно начинать учитывать свои собственные интересы, а собственные интересы противоречат нынешней ситуации. Германия не может быть под этим нажимом постоянно и непредсказуемо. «Фольксваген», «Дойче Банк» – всё это как дамоклов меч над их головой висит. Они не могут так жить, они должны принимать решения, и они принимают решения. Например, устроили встречу Макрона и Меркель, чтобы создать новую Европу, реформировать. Это уже будет франко-немецкая Европа по сути, а куда она пойдёт, трудно предсказать.

– Вы такое развитие событий предвидели, хотя у вас гораздо меньше возможностей – средств, сил, аналитиков, которые в распоряжении руководителей стран и государственных структур. Они думали, что пронесёт?

– Они боялись. Все эти годы никто не говорил на эти темы. Это форма самоцензуры. Каждый, кто хотел жить без хлопот, делать карьеру в газете, в научном центре – боялись сказать правду. Все, кто понимал, что происходит, чего ожидать, молчали.

– А разве руководители кого-то боялись?

– То же самое – боялись. Руководители были и остаются под угрозой шантажа. «Ваш телефон контролируется, все знают о ваших счетах, вы несвободны». В течение 30 лет идёт тотальная слежка. И целое поколение – руководителей в том числе – вышло из этой атмосферы. У нас нет свободы принимать самостоятельные решения. Европа не автономна.

И надо деамериканизировать Европу. Всем. Это сложно, но деамериканизация Европы должна стать лозунгом. Надо, чтобы Европа была свободна от Америки. Не против Америки, я не об этом говорю, но свободна: если вы не умеете руководить, тогда мы будем принимать решения, исходя из наших интересов.

И думаю, что идея о том, что надо выйти из НАТО – ключевая идея. Деамериканизация Европы означает конец НАТО. Надо внедрять эту идею как можно шире среди общественного мнения Европы, чем я занимаюсь уже давно.

Во Флоренции около тысячи человек из Америки, Бельгии, Франции, Германии полтора дня дискутировали на эту тему. Это ещё не массовое сознание, но уже шаг вперёд. Мы подписали декларацию об освобождении Европы, о выходе Европы из войны. Это сильная формулировка: выход из войны. Потом каждый может решать по-своему, как выходить. Но если мы согласны, что надо выходить из войны, надо не топтаться на месте, а начинать реальный разговор.

– Если руководители – под шантажом, но понимают, что их странам грозит опасность, а их уязвимое положение держит в заложниках и страну, надо сказать правду и отдать себя на суд народа, а то и застрелиться по кодексу чести. Благополучие одного не может стоить самого существования всех. Значит, для руководителей их собственная жизнь гораздо важнее и дороже, чем само существование страны и граждан. Значит, они – ничтожные люди.

– Абсолютно верно, это очевидно.

– Италия была бунтарём, звучали левые лозунги, в руководство пришли бунтари. Это настроение изменилось? Бунтарство замечено?

– Замечено. Для Италии метафора «собаки лают» очень сильно заметна. Люди год назад 4 марта в массовом порядке голосовали против элиты, против всех политиков. Новая партия «Движение пяти звёзд», совершенно новая партия «Лига» год назад получила 14 % голосов на выборах. В течение года наблюдаем интеллектуальный бунт, который никем не управляем. Надо понимать, что тогда тоже был крик, как на Украине во время последних выборов: «Не хотим больше! Не хотим!» Но, не имея руководства, не имея линии, рельсов, они импровизировали, и не могли действовать иначе, потому что интеллектуальный уровень этих людей – это уровень крика. А что оттуда могло идти? Новая политическая линия? Нет.

Они думали: мы будем революционизировать всё общество. Но это глупость. Они не знают, что такое революция общества, революция мышления. Они думали, что достаточно бороться против коррупции. Но это иллюзия. Коррупция – это производство определённой системы, а не импровизация нескольких человек. Поэтому у них нет плана. Но миллионы людей возбудились. И Италия сейчас в ситуации, когда страна – одна из трёх фундаментальных основателей Европы, находится на первом плане. Но у них пока нету видения будущего. Однако они будут идти в Европу и ломать всё, что можно. Крик и бунт.

Несколько лет назад я говорил, что ландшафт европейской политики скоро будет совершенно другим. После 26 мая мы всё это увидим. Италия – это своеобразная лаборатория. Франция тоже. Думаю, во многих европейских государствах происходят те или иные процессы, в Венгрии, в Голландии. Все признаки того, что ситуация в политическом плане нестабильна. Пока, по крайней мере, что будет в дальнейшем, не знаю. Могут быть драматические серьёзные столкновения. Потому что, когда ты выиграешь выборы, у тебя власть в руках. А ты не можешь её удержать, не можешь ею пользоваться, не знаешь, что делать, и совершаешь ошибку. После этого возбуждения, которое ты в людях зажёг, может наступить массовое разочарование. Процесс формирования новых политических партий требует определённого времени, и они появятся – и новые руководители, и новые партии. Поэтому надо подготовить себя к новым условиям.

Если кто-то думает, что отношения между Россией и Италией ведутся и должны вестись на базе предыдущих представлений, ошибаются. Ситуация находится в развитии.

И нужно деликатно пообщаться с этими людьми. Объяснить, дать им советы, потому что по многим вопросам у них нет ответа. Они очень примитивны. Новая политическая элита очень примитивна, поэтому во многих случаях они принимали и ещё будут принимать необдуманные решения, без реального знания ситуации.

А когда у тебя есть необходимость принимать решение, но нет времени, ты примешь решение. Потом поймёшь, что это ошибка, но решение уже принято, дан ход чему-то. Поэтому может быть немало неприятных моментов непонимания.

Например, премьер-министр Италии Джузеппе Конте прибыл в Китай и провёл разговор с Путиным по поводу Ливии. Оригинально, неожиданно. Видимо, человек понимает, что он не может поддержать силы, когда те уже проиграли на поле, и надо договориться. А поскольку Америка не сумеет помочь в этом деле, он принимает решение поговорить с Путиным, сильно рискуя при этом. Я приветствую это решение. Думаю, Путин хорошо его принял и правильно сделал. Это только один пример поведения. Надо ожидать подобных действий, шагов не только от итальянских, но и других европейских политиков. Эти неожиданные шаги могут создать непредвиденные ситуации. И будет много спонтанных реакций.

Есть основания для оптимизма, хотя бы потому, что ситуация в движении. Пять лет назад ситуация была полностью остановлена. А сейчас – в движении. Поэтому те, кто хочет изменить ситуацию, имеют возможность это сделать.

Газета «Завтра», май 2019 года

Об авторе

Джульетто Кьеза итальянский журналист и политический деятель, родился в Акуи Терме, провинция Александрия, Италия 4 сентября 1940 года.

Профессиональный журналист, в прошлом корреспондент в Москве таких газет, как «Унита» (1980–1990) и «Ла Стампа» (1990–2000). С 1967 по 1968 вице-президент студенческого объединения итальянского языка (Unione goliardica Italiana), затем руководитель Федерации Юных Коммунистов Италии (Federazione Giovanile Comunista Italiana). С 1970 по 1979 год руководитель Генуэзского Объединения Итальянской Коммунистической партии. С 1975 по 1979 год лидер Итальянской Коммунистической партии в Провинциальном Совете Генуи.

В 1989–1990 научный сотрудник Института Кеннана по перспективным российским исследованиям при Международном научном центре имени Вудро Вильсона в Вашингтоне.

Является автором колонки в российском деловом еженедельнике «Компания» и в «Литературной Газете». Также автор многочисленных книг о Советском Союзе и России, в которых сочетаются элементы исторического анализа, хроники и репортажа. Его первая книга посвящена неудачной попытке отряда «Дельта», освободить американских заложников в посольстве Тегерана («Operazione Teheran» – «Операция Тегеран», итал.) Позднее Кьеза пишет вместе с русским историком-диссидентом Роем Медведевым книгу «L’Urss che cambia» («СССР, который изменился», итал.). Эта книга переведена на португальский язык в 1988 году. В 1990 году в соавторстве с Роем Медведевым выходит ещё одна книга, имеющая форму беседы: «La rivoluzione di Gorbaciov» («Революция Горбачева», итал.), опубликованная сначала в Соединенных Штатах («Time of Change», Pantheon Books, 1990), а впоследствии и в Японии.

В тот же период в издательстве «Лукарини» публикуется «Transizione alia Democrazia» («Переход к демократии», итал.). Обновленное издание, отредактированное вместе с Дугласом Нортропом, выходит впервые в Соединенных Штатах («Transition to Democracy», University Press of New England, 1991), а затем и в России («Переход к демократии», Международные отношения, 1991). Далее следуют книги «Сгопаса del Golpe Rosso» и «Da Mosca, Cronaca di un colpo di stato annunciato». На основе тех же событий, происходивших на территории бывшего Советского Союза, написана книга «Russia Addio» («Прощай, Россия», итал.), также переведенная на русский язык («Прощай Россия!», изд-во Гея, 1998) и получившая широкий отклик читателей (издано 80 тысяч экземпляров). Книга издана также на китайском (Editrice Nuova Cina, Pechino, 1999) и греческом языках (Kastaniotis, Atene, 2000). Опять же по российской теме написана книга «Roulette russa» («Русская Рулетка», итал.), которая в июле 2000 вышла и в России («Русская Рулетка», Права Человека, 2000). Начиная с 2001 года Джульетте Кьеза пишет и работает над темами глобализации, как экономической и политической, так и военной, уделяя особое внимание роли средств массовой информации. Опубликовано множество обзоров на итальянском и других языках. В России были изданы два его исследования, которые повествуют об отношениях между Академией наук и Институтом мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО).

Автор многочисленных статей в таких российских газетах, как «Литературная Газета», «Деловой Вторник», «Московские Новости». Последние исследования Кьезы сосредоточены целиком на темах войны и глобализации. В 2001 пишет книгу «G8-Genova» («Большая Восьмерка-Генуя», итал.), об июльских драматических событиях во время встречи Большой Восьмерки в 2001 году в Генуе. Далее, в издательстве Герини выходит книга «Afghanistan anno zero» («Афганистан – год нуля», итал.), написания я вместе с итальянским журналистом и сатириком Вауро (с предисловием Джино Страда – хирурга, основателя неправительственной организации Emergency). Книга разошлась тиражом более 115 тысяч экземпляров и стала одним из бестселлеров итальянской публицистики в 2001 году. Книга переведена на греческий язык. Весной 2002 года в издательстве «Фелтринелли» выходит «La Guerra Infinita» («Бесконечная война», итал.), также нашедшая большой отклик в Италии. Книга переведена на немецкий язык («Das Zeitalter des Imperiums», Europaische Verlagsanstalt, Hamburg, 2003).

В том же издательстве в марте 2003 г. выходит книга Superclan, написанная вместе с Марчелло Виллари; а в Москве выходит «Бесконечная война» (Детектив-Пресс, 2003), состоящая из материалов, уже вошедших в состав «Afghanistan – anno zero», «La Guerra infinita» и «Superclan». В 2004 году издательский дом «Ноттетемпо» печатает «La guerra come menzogna» («Лживая война», итал.), которая также выходит на французском языке (изд-во Timeli, Женева). «Бесконечная война» переводится на английский и испанский языки. В том же издательстве выходит книга «Invece di questa sinistra», дающая обзор политической программы Кьезы, ввиду предстоящих выборов в Европарламент.

В 2004 году Кьеза публикует вместе с сатириком Вауро книгу «I peggiori Crimini del Comunismo», – открытое сатирическое обвинение коммунистическому прошлому и Сильвио Берлускони, на тот момент премьер-министру. Эта книга переиздается в 2005 году.

В 2005 выходит книга «Cronache Marxziane» («Марксианские Хроники», итал.). Отвечая на вопросы журналиста Массимилиано Панарари, Кьеза выступает против нового империализма и «суперклана» владельцев мира – западных инвестиционных банков, членами которых являются Бен Ладен, Берлускони и Джордж Буш, а также против формирующей эту «машину грез» современной системы СМИ, которая непрерывно оказывает сильнейшее воздействие на сознание людей. Книга призывает взять на себя непосредственные обязательства и ответственность перед лицом экономической, информационной и политической систем, которые, по мнению Кьезы, составляют угрозу для планеты и рискуют привести мир к экологической катастрофе и вымиранию. Те же темы обсуждаются в книге «Prima della tempesta» («Перед бурей», итал.)

Кьеза является президентом ассоциации «Мега-Чип» (MegaChip) и, вместе с Элио Вельтри, Анто-нелло Фаломи и Диего Новелли, членом Президиума Национальной Ассоциации «Группа строителей благополучного общества», президентом которой является Ахиллес Оччетто.

В 2003 году Кьеза независимо от своей остальной деятельности вступает в политический альянс с Антонио Ди Пьетро и Ахиллом Оччетто, ввиду надвигающихся европейских выборов 2004 года.

Кьеза стал депутатом Европарламента в 2004 году от Либерально-демократической партии Ди Пьетро («Italia dei Valori») от Северо-Западного округа (Пьемонт, Валле-д’Аоста и Лигурия) вместо Оччетто, который, чтобы сохранить свое кресло в Сенате, отдал Кьезе свой пост, полученный с перевесом в 14 тысяч голосов.

Кьеза также является автором статей и обозрений для различных изданий («Ла Стампа», «Галатея», «МегаЧип», «Микромега», «Манифест», «Латинская Америка»). В ходе 2006 года, вместе ассоциацией «МегаЧип» Кьеза организует рабочую группу, расследующую причины событий и сентября 2001 года; серьёзной критике подвергается официальное расследование и общепринятая интерпретация причин трагедии средствами массовой информации. В 2007 году по результатам этого расследования выходит документальный фильм «Зеро» (Zero).

Избран депутатом Европарламента от группы «Альянс либералов и демократов в поддержку Европы», которую покидает в мае 2006 года, чтобы присоединиться к Социал-демократической партии Европы, что, по его собственному мнению, «естественно, принимая во внимание его политическое прошлое и его позицию по поводу многочисленных критических вопросов современной жизни».

Кьеза занимал должность вице-президента Комиссии по делам международной торговли, а также был членом Комиссии по делам культуры и образования, Комиссии по делам защиты и безопасности, Делегации от парламентской комиссии ЕС – Россия, Делегации от парламентской комиссии ЕС – Казахстан, ЕС – Киргизия и ЕС – Узбекистан, а также способствовал обеспечению связи с Таджикистаном, Туркменистаном и Монголией.

Данная книга состоит из материалов – бесед, эссе, экспертных оценок Джульетте Кьезы. На протяжении ряда лет эти материалы, подготовленные Екатериной Глушик, выходили в российской прессе. Собранные вместе, они позволяют понять российскому читателю алгоритмы мировой политики, а также увидеть положение в своей стране взглядом со стороны – глазами объективно, с симпатией относящегося к России европейца, оценки которого всегда объективны, а прогнозы, составленные на основе широких знаний и глубокой аналитики, точны.

Глушик Екатерина Федоровна родилась в Ижевске, закончила филологический факультет Удмуртского государственного университета, работала учителем русского языка и литературы в школах родного города и в группе советских войск в Германии (ГСВГ). В настоящее время живет и работает в Москве.

Автор десяти книг прозы и публицистики. Лауреат премии «Эврика» за книгу рассказов «Простые разговоры», лауреат премии «Лучшая книга года» (2006 год) за книгу «Беседы о Сталине», дипломант премии им. А.Н. Толстого, победитель конкурса журналистских работ «Беларусь – Россия. Шаг в будущее».

Content

Джульетто Кьеза
Цугцванг для человечества

Вместо консенсуса – дубина

Пусть сто капель станут рекой

Планета кривых зеркал

Америку ждет катастрофа

Кто решает судьбу России

Демократию нельзя экспортировать

Давление на Белоруссию усиливается

Смешно ли?

Невидимая война

Чужому диктату – отпор!

США готовятся к войне

Россия готова держать удар

Что дала Великая октябрьская революция миру?

Здравый смысл – «вне компетенции»

Укрощение Европы

Член или не член Евросоюза?

США не могут погасить свои долги, но они продолжают потреблять

Сектор Газа

Напряжение отношений

Мир многополярен

Южноосетинские события

Кипящая планета

Раскрыть преступление

11 сентября. Всё-таки заговор?

Цугцванг для мистера Обамы

Российское одиночество на постсоветском пространстве

Разный подход

Обамы планов громадье

Земля – в кастрюле и под крышкой

Россия больше отступать не будет

Выборные сюрпризы

Газолюбие и русофобия

Куда девать квадриллион деривативов?

Вне логики мести

Отложенная катастрофа

Сферы единоличного влияния

Монстр пожирает всех

Авантюристы на авансцене

Знаковый визит

Ключи от мира – в руках России

Уверено вперед

Руководящие лица Европы находятся под шантажом

Остановить безумие

Аравийский плацдарм

Ни свободы, ни слова

Решить или не решить?

Россия защищает всех нас

Сбить цель или сбить с цели?

Это только

Начало отрезвления

Провокации на крови

Сирийский перелом

Влиять на массовое сознание

Я – патриот Европы

Инструменты фашизации сильны

Трамп: Уотергейт или «Кеннедигейт»?

Чем Трамп не угодил

Ограбление по…

Пойманные в Сети

Сильный ход

Российской дипломатии

Терроризм – это оружие Запада

Приватизация планеты

Ленин и революция

Вопрос в лоб

Безумие «хозяев вселенной»

Освобождение Европы

Об авторе