Злата Миронова

Форма воды

Свежий поток ветра и тёплый солнечный свет уже ласкают мою руку, высунутую из окна автомобиля. А за рулём он, внимательно смотрит за дорогой. Я украдкой взглянула на его глаза. Сейчас они зеленоватого оттенка, значит все хорошо. Он спокоен, но сосредоточен на дороге. Целых десять дней лета только я, мой самый любимый человек на свете, море и стоящий на берегу домик. Наше свадебное морское путешествие. Август, бархатный сезон Дальнего востока. Это ли не счастье? К тому же так сложилось, что это будет моя первая встреча с настоящим морем. Для меня это было долгожданное счастье, в которое я до сих пор не могла поверить.

Наконец на горизонте появилась ровная синяя гладь. Море! Настоящее море! Бескрайнее, великое и бесподобно красивое.

— Вау! — восторженно выдохнула я и, борясь с натяжением ремня безопасности, потянулась к лобовому стеклу.

— Подожди, рано еще так радоваться. — смущенно улыбнулся мой супруг. — Там совсем не пятизвездочный отель.

— Ну и пусть. — пожала я плечами, не отрывая взгляда от синей глади на горизонте.

Вскоре показался наш домик. Деревянный одноэтажный дом, служивший когда-то жилищем семейству рыбаков, а после перешедший в наследство родственникам моего мужа. Неприметная хибарка, стоящая отшельником в нескольких километрах от поселка. Компанию ему оставлял лишь закрытый наполовину в песок старый катер, практически полностью состоявший из ржавчины. Они были похожи на двух старых друзей моряков, беседующих о своих былых приключениях, с ностальгией слушающих шум прибрежных волн.

— Господи, какая прелесть! — пискнула я.

— Ты серьёзно? — без шуток удивился муж. — Прелесть? Я уже готовился извиняться за то, что придётся жить в этой лачуге.

— Ты чего? Смотри какой хорошенький миленький домик!

— Там внутри всё еще более убого и обшарпано, чем снаружи. — напомнил мне он. — Мы в детстве с пацанами там в войнушку играли. Это был штаб противника. А катер был нашим штабом… Да уж. Не думал я тогда, если честно, что привезу сюда в медовый месяц, точнее, на медовые десять дней свою любимую жену.

— Если ты об этом так сильно переживаешь, то вспомни, что это я сама настояла. — улыбнулась я и наклонила свою голову, слегка уткнувшись лбом в его мягкое плечо.

— Мне без разницы, милая. — я почувствовала нежное прикосновение его щеки к своей голове. — Для меня главное, чтобы ты была довольна и счастлива. Просто я к тому, что мы же можем поехать… Не знаю… Да даже на какие-нибудь райские острова.

— Мне везде райские острова, где есть ты. — сказала я, отстраняясь от него. — И втройне они райские, если там больше никого нет.

— Я люблю тебя, малышка. — он посмотрел на меня глазами, полными нежности.

— А я тебя сильнее. — подмигнула я ему в ответ и задорно показала язык. — Не забывай следить за дорогой. Я хочу прожить с тобой до самой старости. И еще прикоснуться к киту.

Наш внедорожник остановился у домика, от чего тот на фоне машины тот стал ещё более невзрачным. Рядом с домом стояла ярко-оранжевая старенькая Нива, которая, судя по кружевам из ржавчины, должна была бороздить моря и океаны не многим меньше, чем зарытый рядом катер. Мы едва успели выйти из машины и вдохнуть морской воздух, как из дома вышел невысокий тучный усатый мужчина в потертом камуфляжном костюме, по хозяйски выпятив вперёд свой необъятной живот.

— Здрасте, дядя Толя! — поприветствовал его муж.

— Привет, привет, племяш! — крепко обнял его радостно подлетевший мужчина, с силой похлопав его по спине. Да так, что мой благоверный даже слегка присел. — Мадам, моё почтение. — и дядя Толя поцеловал мою руку, звонко чмокнув её пухлыми губами из-под жёсткой щетины усов. — В жизни вы ещё прекраснее, чем на фото. Береги её, племяш, тебе с ней очень повезло.

— Я знаю. Она — для меня самое лучшее, что есть на этом свете. — радостно улыбнулся мой муж, подмигнув мне, и глаза его засияли голубым цветом — высший знак его любви. Я до сих пор заливаюсь румянцем под этим взглядом.

— Ну что, молодые, — сказал дядя Толя, уперев пухлые руки в боки. — Давайте покажу вам ваши апартаменты. Айдате.

Честно признаться, со слов мужа я готовилась к худшему. Однако, и внутри домик был вполне себе ничего. Всё было простеньким, в каком-то смысле раритетным. Да, деревянные окна со ставнями, которые нужно было закрывать в шторм. Металлическая кровать с пружинами. Простые, но крепкие шкафы, столы, стулья. Древний рукомойник с ведром под ним. Рабочая электрическая плита с духовкой. Правда, из четырёх комфорок рабочая была только одна. Но главное, что это всё было. В теплом свете солнца всё казалось таким родным и милым сердцу, как дом любящих бабушки и дедушки из далёкого детства. Спальня, кухня, из окон которых открывался шикарный вид на берег, гостиная, удобства и душ на улице. Но так как сейчас лето, это не проблема. Колодец. Электричество от бензогенератора в гараже.

— В общем, как-то так. — закончил экскурсию у своей Нивы дядя Толя. — Располагайтесь, ребятки. Как устроитесь, ждём вас с тётей Катей в гости. Только она у меня, блин, сейчас приболела, так что где-то через пару денечков. Я вам потом звякну. За это время то уж точно отдохнёте с дороги.

— Может, нам чем-то вам помочь? — обеспокоилась я.

— Да всё нормально, не бери в голову. — отмахнулся дядя Толя. — Сейчас заеду в аптеку, куплю лекарств и скоро будет как огурчик. У нее такое бывает периодически. Потом ничего, отпускает. Ладно, располагайтесь, а я поехал.

Мы ещё какое то время смотрели вслед удаляющейся Ниве. Наконец, я прыгнула на шею своему любимому с поцелуями, радостно пища:

— Спасибо, спасибо, спасибо!

— Ты счастлива?

— Да, да, да, да, да!

— Я же обещал, что покажу тебе море.

— Пошли на берег! — я умоляюще посмотрела ему прямо в его глаза, переменчивые цветом как сама вода.

— Подожди ты, солнце моё. — устало вздохнул он — Надо занести вещи, и лично я проголодался и вымотался.

— А, ну да. — смутилась я, потупив глаза. — Давай перенесём вещи, а потом ты будешь отдыхать, а я что-нибудь приготовлю. Будешь запеченную курочку с рисом?

— Ты знаешь мои слабости. — загадочно улыбнулся он, притягивая меня к себе за талию. — И в конце концов у нас с тобой свадебный отпуск. Ну-ка, напомни мне, чем молодые супруги занимаются в это время?

* * *

Ночью я проснулась от непонятного шума. Вроде бы не предвещающий ничего страшного, просто какой-то необычный монотонный звук. Но вскоре до меня дошло, что это шум накатывающих волн. Это просто море. Мы ведь так и не дошли до него, пробегав в хлопотах по дому. Сейчас море словно звало к себе. Звало снова и снова. Мне так захотелось встать и пойти прямо в ночной темноте не берег. Но рядом спал мой любимый, прижав меня своей сильной рукой к себе. Такой мягкий и тёплый… Веки снова стали тяжелеть и закрываться сами собой.

Завтра, море. Мы встретимся с тобой завтра.

* * *

Утром у меня было запланировано разбудить своего мужа ароматом горячего сваренного кофе и сладкой выпечки из слоеного теста с яблоками.

Я хлопотала над фруктовый салатом с распущенными волосами и его старой футболке, которая почти полностью скрывала мои домашние шорты. И вот в дверях наконец-то показался он. Только что проснувшийся, он глядел на меня, несмотря на весь мой не самый лучший вид, влюбленными до безумия голубыми глазами.

— Ну ты и соня. — вздохнула я с наигранным укором, чувствуя, как он заключает меня сзади в свои жадные объятия. — Уже почти девять. Ты же даже в выходной уже в семь на ногах.

— Умотала ты меня вчера. Особенно вечером. — промурлыкал он, зарываясь носом в мои волосы.

— Ты и сам умотаться вчера был очень рад, на сколько я помню. — улыбнулась я, прижимаясь к нему в ответ

— Я люблю тебя. — прошептал он и слегка прикусил моё ухо, сжимая свои объятия все сильнее и сильнее.

— Я тебя тоже очень люблю. — сдавленно прошептала я в ответ. — Только отпусти, пожалуйста, а то я сейчас задохнусь.

После завтрака он откланялся в гостиную, которую назначил своим кабинетом. Его работа, увы, никуда не делась. Я же, вздохнув, принялась за уборку кухни. По крайней мере, он пообещал, что это не будет занимать много времени.

Когда всё было прибрано, я вышла наружу. На обед ещё осталась вчерашняя курица с рисом, а до ужина ещё далеко. Так что пока я была свободна. Снаружи меня встретил свежий океанский бриз и прекрасная солнечная погода. Какой же все таки здесь восхитительный воздух! Свобода. Настоящая свобода. Никакого душного города. Никакой толпы. Вообще никого в зоне видимости. Никаких бесконечных пробок, гула и дыма. Свобода!

— Любимый, я на берег, не теряй! — крикнула я в дом и, не оглядываясь, со всех ног помчалась в сторону моря, наспех прыгнув в свои кроссовки.

Шум накатывающих волн становился всё сильнее и сильнее. И вот уже стала заметна пена на волнах, каменистый берег. В воду я запрыгнула с разбега, подняв столб брызг до самого пояса. Ноги тут же с силой обдало накатившей волной. От восторга и прохладной воды перехватило дыхание.

— Ну привет, море! — я наклонилась к нему, чтобы прикоснуться к волнам руками. — Какое же ты и правда классное!

Солнце ярко отражалось в ряби воды. Я посмотрела вдаль, прикрыв глаза ладонью. Вода. И ничего кроме воды. Одна бесконечная вода до самого горизонта. Волны с силой накатывали на мои ноги, словно желая сбить и увлечь за собой обратно в эти бескрайние воды. Но я стояла крепко, и воде никак не получалось меня шелохнуть.

Наконец, налюбовавшись видом вдали, я решила выйти из воды и просто прогуляться по берегу. Мне было все равно на чавкающие мокрые кроссовки и то, что на мне лишь старая мужнина футболка и короткие шорты под ними. Собственно, то, в чем и спала. Но вот мужу было не все равно. Вскоре до меня донесся звук его стремительно приближающихся шагов.

— Ты обалдела что ли? — он строго посмотрел на меня, накидывая свою джинсовую куртку мне на плечи. — Холодно же, и вода в море холодная! А ты тут почти голая. Ещё простынь тебе не хватало. Живо пошли домой. И я надеюсь, ты тут не собиралась плавать?

— Да ничего тут не холодно. — попыталась было возразить я. — И плавать я не собиралась. Ты же знаешь, что я не умею.

— Домой я сказал. — приказным тоном сказал он, сверкнув ледяной сталью серых глаз.

Здесь сопротивление было бесполезно. И ничего не оставалось делать, как послушно плестись вслед за ним, попутно слушая лекцию о всевозможных заболеваниях и осложнениях от переохлаждения. От ученого-биолога лекция обещала быть длинной. Дома он усадил меня за кухонный стол пить горячий чай, а сам начал набирать горячую воду в таз, чтобы прогреть мне ноги.

В хижине не было телевизора. Это была наша договорённость с дядей Толей, так как мы хотели пожить хоть немного без информационного шума. Единственным источником информации из внешнего мира было лишь радио. Сквозь поток лекционного материала моего мужа прорезался встревоженный голос из динамика радио.

— Что-то где-то случилось? — спросила я, посмотрев на мужа вопросительным взглядом, который уже поуспокоился и сам начал прислушиваться к радио.

— Да, говорили, что произошло подводное землетрясение. Возможно цунами.

Я поперхнулась чаем.

— В зоне риска Япония. — продолжал он, похлопывая меня по спине. — Сюда не дойдёт. К тому же, вообще не факт, что оно будет. А вообще, для здешних мест практически обычное явление. Так что успокойся, всё нормально. Не переживай.

— Надеюсь. Иначе у нас будет фееричный отдых на берегу моря. — сдавленно засмеялась я, отходя от попавшего не в то горло чая.

— Фееричным он будет, если ты простынешь. — фыркнул он, ставя таз с горячей водой у моих ног. — Пей, давай, ещё чай. Прогревайся.

Я задумчиво посмотрела в окно, опуская ноги в горячую до покалывания в коже воду. Море все ещё было спокойным, нежно играющим солнечным светом в своих волнах. Само спокойствие и умиротворение, несравнимое ни с чем.

— Ночью как-то море сильно шумело. Я даже проснулась. Думала, это у меня просто с непривычки, а это, наверное, и было землетрясение.

— Ты напугалась? — встревоженно взглянул на меня муж. — Если хочешь, только скажи, и мы тут же уедем отсюда.

— Нет, что ты, всё хорошо. — улыбнулась я, изо всех сил стараясь сохранить непринужденный вид. — Кстати, как там тётя Катя? Когда мы поедем к ним в гости?

— Думаю, завтра.

* * *

Следующее утро разбудило нас телефонным звонком. Муж взял трубку и отправился в другую комнату.

— Алло? доброе утро, дядя Толя… — единственное, что удалось мне расслышать от удаляющейся фигуры мужа.

Я приподняла было голову, но тут же уронила её обратно, уютненько зарывшись в мягкую подушку.

— Сегодня опять не получится поехать в гости. — вздохнул супруг, заходя обратно спальню.

— Тётя Катя до сих пор болеет? Им точно помощь не нужна?

— Нет, нет, и тётей Катей всё хорошо, ей уже лучше. Просто завтра приедут ещё наши родственники. Решили, что увидимся разом все вместе.

— Ты меня о таком развитии событий не предупреждал. — голос мой дрогнул, предательски выдав какой-то иррациональный страх перед незнакомой публикой.

— Всё будет нормально, они все хорошие люди. — улыбнулся он.

— Я тебе верю.

— Ты то как себя чувствуешь?

— Прекрасно. — улыбнулась я от блаженства.

— Ты так хорошо лежишь, малышка, что даже жалко тебя тревожить. — улыбнулся мне в ответ любимый. — Ладно, лежи, сегодня я приготовлю завтрак.

Я театрально послала ему воздушный поцелуй, при этом звонко чмокнув губами.

— Люблю тебя — сил нет!

— И я тебя очень сильно люблю. — подмигнул он мне ответ и отправился на кухню.

После завтрака он снова откланялся в свой импровизированный кабинет. Я же вновь отправилась к морю. На этот раз одетая по погоде в спортивный костюм из брюк и куртки, вооруженная биноклем и с большой плетёной корзиной, найденной ещё вчера в кладовке во время уборки. Еще вчера на берегу я заметила много всяких ракушек, выброшенных морем. Почему бы не собрать себе небольшую коллекцию на память?

Море было спокойно. От свежего морского ветра дышалось легко и свободно. Вокруг не было ни единой души, лишь несколько чаек парили высоко в воздухе и казались едва заметным белыми точками среди лениво проплывающих в голубом небе пушистых белых облаков. Я прогуливалась вдоль берега, время от времени наклоняясь к очередной раковине или диковинному камешку, и поглядывала в бинокль на море в надежде увидеть на поверхности темные спины китов.

Вдруг прямо перед собой я заметила кое-что необычное. Что-то не похожее ни на что. Какой-то прозрачный гладкий комочек. Я присела возле странной штуки. Я едва прикоснулась к этой неведомой субстанции кончиком пальца. Как желе. Скорее всего это какая-то глубоководная медуза, хотя никаких щупалец или что-то наподобие этого у неё видно не было. Я взяла странную находку в руки. Оно было похоже на детскую игрушку лизуна, перетекающего внутри своей тонкой желеобразной оболочки. Я внимательно рассматривала его, пока не увидела тянущийся в сторону моего лица отросток. От неожиданности руки резко дернулись и субстанция выпала из них прямо в накатившую волну.

Придя в себя, я быстро закатала штаны и в уже мокрых от волны кроссовках зашла в воду, не спуская глаз с места, где должно было находиться это странное нечто. И оно действительно было там. Хоть оно и было абсолютно прозрачным, но было заметно, что в одном месте, размером с ладонь, дно искажается, словно через линзу.

Очередная накатившая волна с шумом унесла непонятную субстанцию в море.

— Странная штука. — пробормотала я себе под, глядя ей вслед.

* * *

Следующим утром, вытаскивая из духовки свежую творожную запеканку, я с шумом вдохнула полной грудью тёплый сладкий аромат. От этого запаха дом ещё больше стал напоминать тот самый из детства. Мне так хотелось, чтобы и муж почувствовал это чудесное ощущение. Принявшись резать запеканку на куски, я вдруг почувствовала, как меня обхватили сильные. Я лишь коротко взвизгнула, когда муж поднял меня и закружил вокруг себя.

— Поставь меня на место! — вскрикнула я сквозь смех.

— Нет! — упрямо сказал муж. — Я люблю тебя и теперь всегда буду носить только на руках.

— Знаю, но поставь меня, пожалуйста.

— Не хочу, но раз уж вы так настаиваете.

Почувствовав твёрдую опору под ногами, я повернулась к нему.

— Люблю тебя. — сказала я, глядя ему прямо в ясные, голубые как море в солнечную погоду, глаза.

Он заключил меня в свои крепкие объятья. Сразу стало так тепло, спокойно и хорошо на душе, что я закрыла от удовольствия глаза. Меня до сих пор не перестает удивлять то, как меня всегда радуют его объятья так же, как и в первый раз.

— Знаешь, я сейчас так счастлив. Я такого ещё никогда не ощущал. Веришь?

— Ты сейчас мои мысли прочитал. — улыбнулась я, все еще не открывая глаза. — Пожалуйста, изобрети машину, останавливающую время.

— Как бы я этого хотел…

Идиллию нарушил звонок мобильного. Он нехотя выпустил меня из объятий, подмигнув напоследок. Разговор по телефону был не долгим. Он вернулся, когда я только закончила резать запеканку.

— Всё, сегодня едем знакомиться с родственниками. — доложил он, усаживаясь за стол. — Нас ждут к обеду.

— Слушай, может, приготовить с собой пирог? С яблоками?

— Ну нет, этот свой приворотный пирог теперь будешь печь только для меня. — он посмотрел на меня с хитрым укором в глазах. — К тому же, народу будет много. Заедем по пути в магазин, купим чего-нибудь к чаю. И не волнуйся. Всё будет хорошо, ты же у меня умница.

* * *

Семейное гнездышко дяди Толи и тёти Кати находилось в ближайшем поселке. Главной достопримечательностью было то, что дом стоял у самого подножия горы, а рядом находилось живописнейшее озеро. Я ахнула, когда мы подъезжали к домику. Казалось, он был словно из сказки. Милый зеленый домик просто утопал в пестрых цветочных клумбах. Об этом с неподдельным восторгом было сообщено хозяевам мной сразу же после тёплых приветственных объятий.

— Это все Катерина моя. — с гордостью ответил дядя Толя, положив свою огромную ладонь на хрупкое плечико своей жены.

Эта пара, несомненно любящая друг друга, казалась такой же сказочной, как и этот дом. Суровый с виду, но добродушный коренастый гном, женатый на хрупкой и утонченной высокой эльфийке. Дядя Толя обошёл нас сзади и, заключил обоих в объятья и громко объявил:

— Проходите, молодые, теперь с нами будете свадьбу свою гулять.

Застолье было щедрым, гости веселые, а фирменные настойки дяди Толи нескончаемыми. Мы, молодые супруги, пару раз вставали и под дружное "горько!" целовались. Туда-сюда вокруг стола сновали дети: двое мальчиков девяти и семи лет и маленькая пятилетняя девочка. Задорная малышня то и дело висли на гостях, особенно почему-то на мне. Но им быстро наскучило сидеть с родственниками, которые большее внимание уделяли столу и друг другу, нежели им. И вскоре молодняк запросился купаться на озеро.

Тётя Катя откланялась от стола собрать их для водных процедур. Мне же тоже захотелось на свежий воздух.

— У вас такие замечательные картины по всему дому. — не сдержала я свое восхищение, рассматривая рисованные маслом пейзажи, которыми были украшены почти все стены в доме.

— Это мои работы. — застенчиво улыбнулась тётя Катя.

— Да вы что! — искренне ахнула я от восторга. — Это же просто восхитительные работы!

— Да… — почему-то грустно протянула эта очаровательная женщина. — Это моё хобби. Я много рисовала, когда мы жили на прямо берегу моря. А как переехали сюда, здоровье все больше стало подводить. Периодически болит голова, сил совершенно нет никаких.

— Вы обращались к врачу? — поинтересовалась я, всем сердцем чувствуя желание хоть как-то помочь ей.

— Конечно! Полная диагностика, и не без помощи твоего благоверного. Все хорошо, хоть в космос можно отправляться. И тем не менее. — тётя Катя пожала плечами. — Это просто возраст.

Я попыталась было что-то возразить, но тётя Катя опередила мою мотивационную речь.

— Ты уж внимательно присматривать за этими сорванцами, чтобы они далеко не заплывали. Озеро ведь страшное, карстовое. Говорят, там дна ещё так никто и не нашел. Пусть у бережка купаются.

— Да, конечно.

Я вышла на крыльцо дома со свернутым в рулон пледом подмышкой, который мне с заботой вручила тётя Катя. Погода была просто чудесная! Солнце ласково пригревало лицо, а лёгкий ветерок принёс с собой аромат цветущий возле дома клумб. Я с наслаждением тянула через нос воздух, стараясь изо всех сил вдохнуть как можно глубже. Но тут из недр дома послышался быстро приближающийся грохот по деревянному полу. Меня подхватила ребятня.

— Посли купаться, посли купаться! — задорно шепелявля, потащила меня за собой за руку пятилетняя малышка.

Озеро оказалось совсем небольшим. Оно было какой-то странной формы с неровными каменистыми берегами. В остальном озеро как озеро, на другом берегу невысокая скала, вокруг хвойный лесок. Если не знать, что здесь неизведанные головокружительные глубины, то это казалось вполне симпатичным местечко для отдыха.

— Так, дети, помните, что вам говорила тетя Катя? Озеро очень глубокое, так что в воду глубже шеи не заходить. — напоследок проинструктировала я малышню со всей строгостью в голосе, на которую была способна. Но вышло все равно далеко не так, как получается у моего мужа. Если бы это сказал он, то они бы глубже, чем по колено не посмели бы зайти в воду, а мне, видимо, придется не сводить с них глаз.

— Хорошо! — хором ответили они, глядя прямо мне в глаза своими невинными зеркально-чистыми глазками.

— Ладно, купайтесь. — улыбнулась им я, растаяв от умиления.

Дети с восторженным визгом кинулись в озеро, пеня вокруг себя воду. А я расстелила плед на ближайшем валуне, лежащем наполовину в воде. Я легла вниз животом, с интересом наблюдая за детскими забавами. Как же им было здорово! Сначала они соревновались в том, кто кого сильнее забрызгает, поднимая визг до небес, потом, когда эта забава им порядком поднадоела, средний мальчик решил поплавать вдоль берега. Маленькая, глядя на него, тоже попыталась плыть, но лишь уверенно каждый раз шла на дно. Неравнодушных старший принялся учить её плавать.

— Всё хорошо? — донесся из-за моей спины голос мужа.

— Да, всё прекрасно. — улыбнулась я ему через плечо.

Он подошел ближе и облокотился на мой валун. Я невольно залюбовалась, как в его глазах переливаются солнечные блики, отраженные от поверхности озера.

— Знаешь, — начал он, смотря на воду, как оказалось, сквозь призму своих воспоминаний. — Раньше я обожал это место. Постоянно тут с пацанами купались, как только становилось более-менее тепло и почти до самых заморозков. А когда никто из них не мог, ходил сюда один. Даже не купаться, а просто так посидеть тут. Думается тут как-то хорошо. Наверное, почти все мои проекты в голове зародились еще здесь.

Я осмотрелась вокруг. Действительно, очень живописное местечко.

— Мне тут дядя Толя предложил заночевать у них перед нашим отъездом. — продолжал тем временем мой любимый. — Предложил нам на свежем воздухе в палатке у озера заночевать. Я сразу согласился. Извини, что с тобой не посоветовался. Но ты ж не против?

— А-а. Вон ты к чему подводил. Дядя Толя, значит, тебе палатку сам предложил. — хитро прищурившись на мужа, хихикнула я, делая вид, что не понимаю, что это он сам напросился. — Конечно же я не против.

— Отлично! — и его глаза засверкали еще сильнее. — Ну, я пошел обратно. Вы тут как нагуляетесь, поедем обратно.

Он звонко чмокнул меня в губы, развернулся и пошагал обратно в сторону дома.

Я глянула на детей. Те весело гомонили, пурхаясь в воде. Всё хорошо. Почувствовав, что моя шея начинает потихоньку затекать, я опустила голову и посмотрела вниз под камень. Вода была совершенно прозрачной! Можно было рассмотреть каждый камешек на дне. Кажется, такой чистой воды я еще никогда нигде не видела. Вот к камню подплыла рыбка. Она была совсем близко. Я могла даже рассмотреть, как играет её чешуя на солнечном свете. Но тут я заметила рядом с рыбкой знакомое преломление. Как будто бы я снова смотрела на камни через линзу. Так же, как вчера на море.

Прозрачная субстанция. Она потянула отросток к рыбе. То, что было дальше, было похоже на сон. Прозрачное нечто начало медленно с головы становиться точно такой же рыбкой. Я смотрела на это, боясь моргнуть, чтобы что-то пропустить. Вскоре я смотрела на две эти плавающие рыбешки и не верила своим глазам. Рядом радостно плескались дети.

Нервно сглотнув, я почувствовала, как у меня внутри все сжалось от страха. Наверное, это всё какие-то галлюцинации. Возможно, перегрелась на солнце.

— Ребят, давайте ка в дом. — крикнула я детям, изо всех сил сдерживая дрожь в голосе. — Солнце сильно припекает.

* * *

На обратном пути домой я в задумчивом молчании смотрела вдаль. В голове не было ни единой мысли, ибо все они каким-то образом находили путь к той прозрачной штуковине. А думать мне о ней сейчас совсем не хотелось. Слишком много было вопросов, а ответов — ноль.

— Тебе всё понравилось? — услышала я словно издалека голос мужа.

— Что? — встрепенулась я, пытаясь вырваться из одолевшего меня транса.

— Тебе все понравилось? — уже более озабоченно спросил он, перебегая взглядом с дороги на меня и обратно на дорогу. — Всё хорошо? Вид у тебя какой-то очень отстраненный.

— Да, конечно! Всё было просто замечательно. — я изо всех сил постаралась как можно более непринуждённо улыбнуться ему.

— Точно? Скажи честно. Я всё пойму.

— Правда всё хорошо.

— Не надо скрывать от меня, если тебя что-то беспокоит.

— Ну… Когда гуляли с ребятами, у меня немного закружилась голова. Наверно, перегрелась на солнце.

— Перегрелась? А как ты себя в последнее время вообще чувствуешь?

— Хорошо.

— Может, ты беременна? — я заметила, как он на долю секунды метнул в мою сторону взволнованный взгляд.

— Нет, не должна. Не паникуй.

— Я и не паникую. — в его голосе послышалась нотка обиды.

— Мы же планировали через год.

— Это ты планировала, а я готов хоть сейчас стать отцом нашего с тобой малыша. — вздохнул он, мечтательно глядя на дорогу. — Дети, кажется, сегодня в тебя просто влюбились, и я их понимаю.

— Станешь, обязательно станешь. — и я протянула свою ладонь к его могучей руке, держащей руль. Я люблю своего мужа целиком и полностью с головы до пят, но почему-то его руки обожаю особенно. И не только потому, что они очень по-мужски красивые. Иногда мне кажется, что любое дело, за которое она бы ими ни взялся, он сделает отлично. Что уж говорить о том, когда он этими руками прижимает меня к себе. Даже просто любоваться на них издалека для меня уже кайф. Вот такой вот у меня фетиш, признаюсь.

— Знаешь, а я наоборот чувствую сейчас какой-то душевный подъем, бодрость. — вдруг улыбнувшись сказал он, почувствовав мое прикосновение к свой руке. — Хотя, ты же знаешь, меня обычно утомляют длинные встречи. Хорошо у них там… Слушай давай, когда сейчас вернемся, прогуляемся по берегу? — предложил он.

— Если честно, я не хочу. Устала.

* * *

Я сидела на камне на расстеленной куртке, созерцая полуденное солнце над морем. Тишина и гармония. И ничто не могло омрачить это утро. Даже то, что прямо под камнем плавало Оно. Я периодически опускала как бы случайный взгляд на каменистое дно и видела знакомое искажение, словно через линзу увеличительного стекла.

— Тебе что-то нужно от меня? — словно спрашивала саму я себя, находясь здесь в полном одиночестве для случайных посторонних глаз. — Я видела, что ты можешь. Впечатляет. Но я к тебе не притронусь, даже не мечтай. Я не сумасшедшая. Так что не преследуй меня, уплывай. Я просто отдыхаю тут с мужем. По крайней мере, пытаюсь.

Последняя фраза вырвалась из меня с предательским печальным вздохом.

Я поднялась на камне, подняла куртку, стряхнув с неё крупинки песка и, спрыгнув на берег, отправилась домой. Напоследок я снова взглянула на дно, в надежде увидеть лишь обычные камни. Но прозрачная субстанция никуда не делась, несмотря на волны, и продолжала мирно парить в воде на мелководье.

Уже подходило обеденное время, когда я зашла к мужу. Даже не верилось, что когда-то они с мальчиками тут что-то затевали, планировали налёт на вражеский штаб. И просто играли и дурачились. Теперь же он, взрослый дядя, здесь проводил свой свадебный отпуск с телефоном у уха, меряя вдоль и поперёк шагами все свободное пространство комнаты.

Мне пришлось подождать, прежде чем он закончит очередной телефонный разговор.

— Ты так мечешься во время разговора по телефону из стороны в стороны, что скоро у тебя тут даже по потолку будет набегано. — криво усмехнулась я, подпирая плечом дверной проем.

Он лишь с грустным вздохом опустился на кресло. То жалобно скрипнуло иссохшейся от старости конструкцией. Я взглянула на его глаза. Обычно ясные, сейчас они были темные как море перед надвигающейся непогодой. Плохи дела. По опыту знаю, что его глаза становятся такого цвета, когда ситуация для него совсем неприятная.

— Всё нормально, разберёмся. — попытался улыбнуться он, потирая затекшие пальцы на руке, в которой был мобильный.

— Какие у нас проблемы?

— У тебя никаких проблем нет. А у меня просто парочка задач, которые я решу. Вот и все. Не о чем беспокоиться.

— Слушай, — сказала я, осторожно усаживаясь на его колени. Он тут же уткнулся лбом в мою шею, и я почувствовала как его теплые мягкие руки забираются мне под футболку. — Слушай, просто хочу тебе напомнить, что наш с тобой отпуск не бесконечный.

— Знаю, знаю, милая. Прости. — виновато прошептал он, сильнее прижимая меня к себе.

— Тебе не за что извиняться, родной мой. — улыбнулась я, запуская свои пальцы в его волосы. — Я же могу помочь.

— Нет. — вдруг категорично ответил он. — У нас с тобой договоренность.

— Но… — мысль моя оборвалась, когда я встретилась взглядом с серо-стальными глазами мужа. Компромисса не будет.

Мне, глядя в эти глаза, оставалось только вздохнуть и сказать:

— Обед готов. Пойдём есть.

В его глазах тут же заиграл тёплый зелёный огонек.

— Да, конечно. — улыбнулся он. — А вечером, даю тебе честное пионерской слово, мы с тобой обязательно сходим к морю.

Наспех пообедав, он снова удалился сидеть на телефоне. Я же тихонько вышла наружу, чтобы он не услышал.

— Тоже мне, партизан. — фыркнула я себе под нос, доставая из кармана свой телефон. — Ничего, на каждого партизана всегда есть своя находка для шпиона.

Раздалось несколько гудков, и вот в трубке раздался знакомый низкий мужской голос:

— У аппарата.

— Алло, Петь, привет!

— Привет!

— Короче, спрашиваю прямо. В чем проблема? Почему мой муж в свой законный отпуск телефон из руки не выпускает?

— А что, супружеский долг исполнять отказывается? — раздался из трубки короткий смешок. — Жалуется, что голова болит?

— У нас свадебный отпуск прахом идет. — начала закипать я. — Сам что ли разобраться с проблемами не можешь?

— Ну, не ревнуй… Я бы с удовольствием тебе сейчас кровь посворачивал, но мне тоже некогда. Бизнес, сама понимаешь. В общем, никак не можем найти спонсора для проекта, представляешь? — наконец-то Петя был серьезен. — Я понимаю, но мы и так делаем всё возможное. Ну, просто так получилось, что карты легли не в вашу пользу. Немного не вовремя ваш отпуск.

— Это проблемы ваши не вовремя. — вздохнула я. — Ладно, давай, удачи.

— Ага, давай. И главное — я тебе ничего не говорил.

— Конечно. — сказала я и сбросила вызов.

Грустно вздохнув, я уселась на крыльце, подперев голову руками. Вдруг до моего слуха донеслось то, что заставило меня тут же подпрыгнуть. Со стороны моря послышались голоса. Много голосов. Я подошла к углу дома и украдкой глянула на побережье. Там, визжа и смеясь, носилась группа детей. Разного возраста, но в основном подростки. Мальчишки и девчонки. Девять человек. Они носились возле игрушечного радиоуправляемого кораблика, который под алым парусом рассекал волны, то и дело угрожая завалиться на какой-нибудь бок. Видимо, игрушка так увлеклась детей, что они добрались сюда по берегу от самого поселка.

Моё сердце сжалось от ужаса. Там же Это. Прямо возле них.

Но сделать я сейчас уже ничего не могла…

* * *

Солнце уже клонилось к закату, когда я вышла из дома, чтобы посмотреть в бинокль на берег. Я увидела то, что так боялась увидеть. На берегу была одинокая фигура. Девочка. Она сидела прямо на песке спиной ко мне и смотрела вдаль на море, темнеющее в наступающем темно-синем закате. В бинокль было видно, как волны набегают на её ноги. Светло-рыжая копна пушистых кудрявые волос скрывала почти всю её фигуру. Но, кажется, что все-таки это был уже подросток. Что она вообще делает тут в такое время в полном одиночестве ещё и на таком отшибе от людей? Я поджала губы. Неужели это прозрачное нечто таки дотронулось до какой-то девочки?

Наблюдение длилось около получаса. Судя по всему, девочка никуда не собиралась. Наконец, я решилась к ней подойти.

— Солнце моё, я на берег. — громко сказала я, наполовину засунувшись в открытую дверь дома. Ответом мне было донесшееся бормотание по телефону. Вот и отлично.

Приближаясь к незнакомке, к своему же удивлению, я не почувствовала ничего необычного. Никаких странных ощущений, которые по идее должны бы были быть, когда приближаешься заведомо к какой-то параномальщине.

Девочка на берегу видимо услышала приближающиеся шаги и обернулась. Обычная девчонка лет тринадцати или четырнадцати, с бледно-рыжими бровями и конопатым носом, немного полновата. Одета она была в резиновые сланцы, джинсовые шорты и синий топик с ярким розовым сердечком на груди. На левой руке — широкая фенечка из пестрого бисера. На вид типичная городская девчонка, отправлена родителями на каникулы к бабушке в деревню на море набраться пользы с огорода, подышать морским воздухом и напитаться на зиму под солнцем витамином Д.

— Привет. — немного сконфужено шевельнула я губами.

— Привет. — спокойно сказала в ответ девочка, продолжая неотрывно смотреть на меня своими светло-зелёными глазами.

— Ты почему тут одна? У тебя всё хорошо, не холодно? Тебе не пора домой? — я начала было закидывать её вопросами. Может это все-таки обычный ребенок? А та прозрачная штука не более чем странная игра света, воды и бурного воображения.

— У меня всё хорошо. Я дома.

Нет, это не обычный ребенок. Я почувствовала, как ноги мои оцепенели. Девочка тем временем вновь повернулась к морю.

— Красивый закат. На дне океана такого не увидишь. — сказала она, и было в её словах какое-то неподдельное романтическое восхищение.

Интересное создание.

— Да, очень красиво. — согласилась я.

Девочка посмотрела на небо, которое уже совсем стемнело, и на небосводе засияли первые звезды и большая серая луна.

— В последний раз меня выносило на побережье очень-очень давно. По-моему, звезды располагались совсем не так.

Я молчала. Что тут скажешь на такое заявление?

— Спасибо, что вернула меня в воду. — девчонка с детской непосредственностью запрокинула голову назад и широко улыбнулась. От этой милой забавной мордашки мой страх как по волшебству исчез, ни оставав на душе даже ни грамма осадка.

— Это было не трудно, но потом ты меня напугала. — призналась я ей и на сердце вдруг почему-то стало легко и спокойно.

— Да? — девочка удивлённо приподняла брови. — Извини, я не хотела.

— А что ты теперь будешь делать? — осторожно поинтересовалась я. — Вернёшься в море?

— Пока нет. — ответила она мне.

"Я порабощу человечество, захвачу планету и буду править всем миром! Аха-ха!!" — невольно додумала я её ответ, но девчушка лишь добавила:

— Я хочу посмотреть на звезды.

Ну, вроде бы на захват мира не похоже, но пока все равно расслабляться не стоит.

Тем временем, позади послышались шаги. Приблизившись, муж подозрительно посмотрел на девчонку, потом молча перевёл вопросительный взгляд на меня.

— Всё нормально? — спросил он.

— Да, все хорошо. — ответила ему я. — Идём домой, я уже проголодалась. И надо бы помыться.

— Кто это? — поинтересовался он по пути обратно.

— Да так, девочка из поселка. Приехала к бабушке на лето. — я выдала ему свои предположения за правду.

— Она там домой не собирается? Уже ведь поздно.

— Да, сейчас пойдет. Они тут днем с детворой кораблик запускали. Ей тут чем-то понравилось. Вот она и решила сюда ещё прийти.

— Получит кто-то сегодня от бабушки. — хмыкнул он.

— Возможно.

— Ты случайно не спросила её фамилию и имя? Интересно, что там за бабушка.

— Имя? — переспросила я. — Странно, я даже как-то и не подумала… Необычная какая-то дечонка. Пусть будет Русалка.

— Знаешь, мне из паранормальных явлений в жизни тебя хватает более чем. — усмехнулся мой любимый, прижимая меня к себе за плечи. — Знаешь, что я решил? К черту завтра работу! Завтра я покажу тебе здешние водопады. Поедем сразу после завтрака.

* * *

Луч лунного света пробрался сквозь щель между занавесками и разбудил меня, заставив открыть глаза. Часы показывали час ночи. Я осторожно выскользнула из постели, стараясь не потревожить спящего мужа, и на цыпочках проскочила на кухню. Налив себе в кружку воды, я неторопливо подошла к окну. До чего же прекрасная ночь… Полная луна светит так ярко, что можно рассмотреть любую мелочь за окном. И кустарник, и камень, и девочку, сидящую на берегу…

Она все так и сидела, смотря куда-то вдаль на море, когда подошла к ней и подсела рядом на песок.

— Как ты здесь оказалась? — спросила я.

— Не знаю. Сначала задрожала земля, а потом вытолкнула меня вверх. Я не могла вернуться на дно, вода все несла и несла меня, а потом выбросила на берег. Потом появилась ты.

— Слушай, а ты вообще откуда? Ну, в смысле ты с этой планеты или с другой?

— Другой планеты я не помню, значит с этой. Но все так сильно поменялось за это время. Таких, как вы, не было.

Видимо, какая-то древняя штука

В ночной темноте раздался приглушенный крик какой-то птицы.

— Таких тоже не было. — сказала кудрявая девочка, указывая на пролетевшую над нами сову.

Очень древняя штука.

— А кто был? — решила допытаться я.

— Сейчас покажу, к кому я дотрагивалась в последний раз.

Девочка неловко встала, чуть не упав, но ей удалось удержать равновесие. Она сделала несколько шагов в темную воду, пока не зашла по пояс и нырнула с головой. В воде показалось что-то крупное. Неужели кит? Через секунду из морских волн высунулась освещенная лунным светом огромная шипастая голова дракона. И ужаснее всего было то, что эта голова с шумом выпустила из своих ноздрей густое облако водяных брызг, которые замерцали в лунном свете, словно облако бриллиантов, и тут же упали вниз.

Я тут же вскочила на ноги, в ужасе шарахнувшись назад. Голова тем временем вновь скрылась под водой, и в волнах появилась девочка. Она вышла на берег, выжимая на ходу свои волосы. Разумеется, это был не дракон, а какой-то древний ящер.

— Ну и куда ты? — с укором в голосе спросила меня Русалка.

Я стояла, молча хлопая на неё глазами. Наконец сковавший ужас разжал моё горло, возвращая мой дар речи.

— Ты, блин, в огромного динозавра превратилась. Я думала, ты меня проглотишь не жуя!

— Я бы тебя не съела. Я же всего лишь вода. Объёмное отражение того, к чему прикасаюсь.

Ужас плавно сменился любопытством.

— А ты прям точная копия того динозавра? И на ощупь тоже?

— Это да. — кивнула мне в ответ девочка.

— А можно к тебе прикоснуться?

Блеск её восторженные глаз затмил сияние звёзд на небе. Девочка, улыбнувшись, ответила:

— Конечно, можно!

Через несколько мгновений длинношеяя рептилия вытянул свою голову на берег. Я с секунду колебалась, глядя в тёмные глаза существа. Оно наклонило голову, и я почувствовала его горячее дыхание. Такое ли это просто объемное отражение? Но вот рука сама потянулась вперёд, и кончики моих пальцев ощутили твёрдую шершавую холодную и очень грубую на ощупь чешуйчатую кожу.

— С ума сойти. — восторженно выдохнула я.

Рептилия и правда была очень спокойной. Как вдруг что-то в ней щелкнуло, и оно с силой стремительно ринулось обратно в воду, подняв огромный столб брызг, который окатив меня с ног до головы.

Из воды вновь вынырнула рыжеволосая девчонка.

— Пойдём к водопаду! — взвизгнула она. — Там сейчас та-а-ак красиво!!!

— Он же далеко. — развела руками я, припоминая, что муж мне говорил вечером о том, что нам понадобится часа полтора, чтобы добраться туда на машине.

— Я же вода. — сказала Русалка, протягивая ко мне свою руку. — Я могу оказаться везде, где есть часть меня.

Я почувствовала ее прохладное прикосновение на своем запястье. Кажется, я моргнула, открыла глаза, и мы уже стояли в каком-то совершенно незнакомом мне месте. Сквозь ночную темноту в бледном свете луны я увидела обступающие нас стены леса, а вокруг густые заросли папоротника. Мы с Русалкой стояли прямо в каком-то ручейке, пробившем себе дорогу в насыпи камней. И было еще кое-что. Монотонный шум. Падающая вода. В месте, где стена леса прерывалась, с десятиметровой высоты падал мощный поток воды. Водопад падал в небольшое озерцо у подножия скалы.

Девочка с радостным визгом бросилась в стену падающей воды. До меня доносились её полные радости и восторга возгласы. Я, осмелев, подошла к водопаду и понесла к нему ладонь. Брызги приятно освежали кожу. Из ниоткуда прямо передо мной возникла девчонка и, схватив за руку, затащила в водяной поток. Я и пикнуть не успела. Вода падала прямо мне на голову.

Меня захватило странное чувство. Чувство, словно смываешь с себя под душем накопившуюся за день грязь и усталость. Так легко и приятно.

— Пойдем, я покажу тебе мир под водой. — услышала я ее голос. Сквозь шум падающей воды слова ее были очень отчетливы и понятны, несмотря на то, что я ее уже не видела рядом с собой.

— Но я же не могу дышать под водой. — сказала было я ей в ответ.

— Но ты уже дышишь.

Я оглянулась вокруг. Действительно, вокруг сплошная вода. Здесь не было воздуха. Лишь первый рассветный луч солнца пробивался сквозь падающую воду.

* * *

Прозрачная вода сменилась просвечивающими волнами занавесок нашей с мужем спальни. Надо же, это был всего лишь сон. Оглядевшись, я так и не поняла, как я перешла из сна в мир реальности. Ведь с той девчонкой было все как взаправду. Поразительно.

Я встала с кровати и принялась собирать волосы в пучок, как вдруг почувствовала, что-то не то. Волосы были влажные. Но тут же отмахнулась от этой мысли. Видимо, толком не просушив вчера после душа, проспала на них всю ночь. Так что не удивительно.

На завтрак по заказу мужа был приготовлен омлет с грибами и сварен кофе. С наслаждением позавтракав, муж дал команду собираться на экскурсию к водопаду.

* * *

В часе езды от дома начался лесной массив. Азиатский причудливый лес, где, того и гляди, в любой момент среди деревьев мелькнет какой-нибудь зверь или причудливый божок этих мест. На дороге они были не одни. Время от времени другие машины, несмотря на ранний час, все же встречались.

Как и обещал мой муж, на месте мы оказались ровно через полтора часа. Задержались всего на пять минут. Едва мы вышли из машины, как у меня тут же отвисла челюсть. Это просто какое-то сумасшествие. Это же был тот же самый водопад, где мы были сегодня с Русалкой во сне! Тот же лес, тот же папоротник, тот же водопад, падающий в озерцо, в который она меня затащила. Но этого же просто не может быть! Так не бывает. Единственно, в солнечном свете все вокруг выглядело куда прозаичнее по сравнению с тем, каким непередаваемым волшебством наполнено это место под лунным светом. Я заметила рукотворные мостики и людей, сновавших туда-сюда. От этого какой-то мистический и сакральный дух этого места, бывший здесь ночью, просто испарился.

— Ну, как тебе? — довольно спросил муж, глядя на мой обалдевший вид, который он, очевидно, принял за восторг.

— Здесь прекрасно. — медленно, словно из какой-то глубины ответила ему я. — Но ночью тут лучше.

— Ночью? — удивился он.

— Что? — встрепенулась я, поняв, что нужно возвращаться из своих мыслей в реальность, дабы не сболтнуть ничего лишнего. — Ну… По крайней мере людей меньше… Должно быть.

— И больше всякого хищного зверья. — криво усмехнулся он, стараясь быстрее отвести взгляд в сторону. Но я успела заметить мелькнувшее в его глазах разочарование. Кажется, он подумал, что меня не очень то впечатлил водопад, хотя он рассчитывал совсем на обратное. А он меня впечатлил. И очень даже. Просто всех обстоятельств сегодняшней ночи я ему сейчас объяснить не решилась.

— Милый, — потянулась было я к нему, чтобы обнять и объяснить свою заторможенность тем, что просто не очень хорошо выспалась сегодня, как вдруг он увидел что-то в ручье и бросился туда со всех ног.

— Ты куда? — встревоженная крикнула я ему вслед.

— Я сейчас, не бойся. — сказал он мне у ручья, скидывая свои кроссовки и закатывая джинсы.

Зайдя по колено в воду, он что-то поднял со дна ручья. Поднявшись обратно, он вложил ей в руку какой-то камень. Камень был какой-то правильной спиралевидной формы, поделенный из центра на равномерные секции.

— Держи, в нашу коллекцию. Это окаменелая раковина.

— Обалдеть… — поразилась я его находке. — Как ты её разглядел?

— Случайно. Просто взгляд сам на неё упал. — пожал он плечами. — Мне везёт находить всякие сокровища.

Я почувствовала его теплые руки на своих плечах. Он прижал меня к себе и страстно поцеловал, несмотря на удивленно косящихся на нас неподалеку людей.

* * *

Тёплый тихий вечер манил наружу, к морю.

— Пойдём на берег. — предложила я за ужином мужу, состроив ему свой фирменный щенячий взгляд. Он не смог сдержать улыбку.

— Давай попозже. Мне все таки нужен ещё где-то час-полтора для работы. Подожди, и мы обязательно сходим прогуляться.

— Но через час уже стемнеет. — я тоскливо взглянула на часы, но тем не менее решила не напоминать ему, что вчера он мне обещал послать сегодня всю работу к черту. — Я тогда одна прогуляюсь, ты не против? Хочу пособирать ракушки.

— Нет, если ты так этого хочешь. — он нагнулся ко мне и прикоснулся мягкими губами ко лбу. — Только далеко не уходи, я подойду через час. Обещаю.

Я бродила по берегу, все вглядываясь в море в надежде, что вот-вот увижу Русалку. Но ни девчонки, ни прозрачной субстанции, ни даже динозавра так и не появилось. Когда ко мне подошёл муж, моя корзина для ракушек была почти пуста.

— У меня нет такого таланта как у тебя в нахождении сокровищ. — попыталась отшутиться я, когда он обратил на это внимание. — Весь мой дар ушёл на тебя.

Мы возвращались домой, когда уже совсем стемнело. Напоследок я посмотрела на море взглядом, полным сожаления. Это был лишь сон. Но сон прекрасный.

* * *

— Ой, смотри, какая красивая раковина! — вскрикнула Русалка и помчалась ко мне, держа в руке спиралевидную перламутровую раковину.

— Действительно, очень красиво. — улыбнулась я, любуясь перламутровым чудом, что создала матушка-природа.

— А ты только раковины собираешь? Что насчёт морских ежей и звезд? Может, кораллы? — неугомонно щебетала девчонка.

Я открыла было рот, чтобы ответить, как вдруг услышала странный приближающийся шум. Он шёл откуда-то сверху. Я подняла голову. Прямо над нами прошёл какой-то вытянутый продолговатый объект, оставляя за собой странный след, как самолёт в небе, только у этого объекта след почти тут же исчезал. Тут до неё словно снизошло озарение. Это же моторная лодка! И если лодка над ними, значит они…

— Мы где? — спросила я, глядя на Русалку, которая смотрела на меня самыми невинными глазами.

— Я же обещала показать тебе свой мир. — улыбнулась конопатая пухлая мордашка.

Опять сон.

Русалка принялась дальше разыскивать свои подводные сокровища, которые могли бы заинтересовать её новую знакомую, то бишь меня. Я же только сейчас обратила внимание, что волосы мой спутницы сейчас выглядят не так, как на суше, а колосятся словно золотистые водоросли в воде. Тем не менее сама себя я сейчас чувствовала прекрасно. Мне хватало воздуха, при движении не ощущалось сопротивления воды, как это обычно бывает, когда заходишь в воду. И видно вокруг все было прекрасно. Потрясающий мир! Под ногами чистый светлый песок, на котором то тут, то там лежат небольшие камни, облепленными колючками морских ежей. То тут, то там виделись пяти конечные морские звезды. А вдали было что-то похожее на какие-то кустарники. Неужели риф?

— Пойдём скорее туда! — позвала меня Русалка, направляясь в сторону виднеющихся кораллов.

С каждым шагом моё сердце все сильнее и сильнее замирало от восторга. Какую же красоту способна создать природа! Цветы морских актиний, снующие морские коньки и осьминоги. Рядом плавали рыбки. Я даже смогла прикоснуться к ним. Скользкие, холодные, но вместе с тем было в этих прикосновения и что-то нежное. Я опустила руку и неожиданно прикоснулась к чему-то большому и шершавому. Акула. Тело моё инстинктивно оцепенело. Большая, размером с легковой автомобиль, она, словно домашняя кошка, слегка потерялась боком о мою ногу и поплыла дальше, рассекая воду мощным хвостом.

— Ничего себе… — прошептала я, глядя вслед акуле в полном ошеломлении.

Тут надо мной, словно стайка птичек, промелькнул косячок рыб. Я подняла голову им вслед и вдруг на поверхности воды заметила ту самую лодку, которая недавно поплыла над ними. Из лодки вниз, словно паутина, постепенно расширяясь, спускалась рыбная сеть. Вот она начала подниматься вверх. И когда она почти вся исчезла на поверхности, лодку качнуло. В воду полетело человеческое тело. Я видела, как человек отчаянно дёргает руками и ногами, но его настигла его же собственная сеть.

— Русалка, ему нужно помочь! — вскрикнула я, ища глазами девчонку. Та беззаботно бродила, с интересом рассматривая дно. Услышав меня, она подняла голову, равнодушно посмотрела на борьбу человека за жизнь, пожала плечами и сказала:

— Хорошо, давай.

Боковым зрением я увидела, что не мы они одни заметили бедолагу. Прямо на него нацелилась та самая акула.

— Скорее! — вскрикнула я.

Русалка дотронулась до моего запястья, и в мгновение ока мы оказались рядом с тонущим рыбаком. Я схватила его за шиворот рубашки, а Русалка за ноги. И вот мы, подняв вокруг неистовый плеск, оказались на поверхности воды у лодки. Едва мы втроем успели запрыгнуть в нее, как в борт пришелся сильнейший удар, в который акула не поскупилась вложить все свое недовольство. Лодку едва не перевернуло, и если бы кто-нибудь из нас стоял на ногах, то точно оказался бы в воде.

— Да-уж, — усмехнулась я, глядя на бьющегося в тряске от испуга рыбака. — Почувствовал себя на месте своего улова.

В лодке кроме нас троих никого больше не оказалось.

— Ты с ума сошёл один ночью в море выходить? — спросила я этого смуглого мужичка.

— Слушай. — сказала Русалка. — Нам нужно возвращаться в воду. Нельзя, чтобы мы высохли.

Я вновь посмотрела на рыбака. Скорее всего, индонезиец или типа того. Вряд ли он понял мои слова. К тому же, кто знает, может, мы сейчас с Русалкой вообще невидимы для людей.

— Да, давай обратно. — согласилась я со своей спутницей.

Я уже собиралась прыгнуть в воду за Русалкой, как вдруг до меня донесся дрожащий голос мужчины:

— Спасибо вам, морские богини… Спасибо. Спасибо, что оставили мне мою жизнь за все мои грехи перед вами.

Он согнулся, ударившись лбом в дно лодки и плечи его задрожали. Я решила ему ничего не говорить. Он все понял.

Погружение в воду было похоже на парение в невесомости. Русалка ждала меня внизу. Выражение её лица выражало вселенскую задумчивость.

— Он же сейчас, получается, чуть не умер, да? — спросила она меня.

Что ж, прямой вопрос, достойный прямого ответа.

— Да. Если бы не мы, у него бы не было шансов освободиться сейчас от сетей. К тому же, акула. — сказала я.

— Ты всегда помогаешь таким как он? — вновь спросила меня Русалка.

Странные у нее, конечно, вопросы.

— Делаю все, что в моих силах. — пожала я плечами.

Русалка вновь посмотрела вверх на лодку.

— Сколько их таких было… — прошептала Русалка, думая о чем-то своем. — И вот сейчас есть…

— Что? — не поняла я.

— Кто-то ещё просит о помощи в воде. — сказала Русалка, протягивая ко мне свою руку.

Я не успела и моргнуть глазом, как вдруг над нашими головами оказалась уже не маленькая рыбацкая лодка, а целый корабль. Он никуда не плыл, но и якоря сброшено не было. Рядом с большим кораблем был поменьше, почти уткнувшийся в него носом.

— Там. — сказала Русалка, указывая пальцем на корабль.

С другой стороны корабля от катера бился в воде человек. Прикосновение, и мы оказались около него. Я схватила его сзади подмышки. Внезапно он оказался совсем легким, почти невесомым.

— Спокойно, сейчас я помогу тебе забраться на корабль. — сказала я ему в самое ухо, едва мы оказались на поверхности.

Мужчина откашлялся от воды.

— Там… кха!.. Пираты.

Я невольно покосилась на корабль. Проблема. Рядом всплыла Русалка. Она что-то протянула мне. Я взяла.

— Он это выронил, когда упал. — сказала она, указывая глазами на моряка.

Это был небольшой пистолет с маленькой пятиконечной звездочкой на шершавой рукоятке. Вид найденного оружия ободрил моряка, который буквально несколько секунд назад уже собирался беседовать с Посейдоном. Теперь у него появились другие планы.

— Мне нужно вернуться. — прохрипел моряк.

— С ума сошел? — не поверила я своим ушам.

— Мне нужно вернуться. — настаивал он и уже пытался вырываться измоих рук.

— А ты отчаянный. — сказала я, но в моем голосе не было ничего одобрительного. — Там много пиратов?

— Человек семь. Они взяли заложников.

Я посмотрела на его лицо, которое уже порядком залила кровь, текущая из раны на голове. Тем временем сверху послышался душераздирающий вопль.

— Слушай, в воде рядом есть акулы или еще какая-нибудь опасность? — обратилась я к Русалке.

— Есть и много. Нас уже заметили и плывут сюда, но пара минут у нас есть. — тут же ответила она.

— Значит, надо торопиться. — вздохнула я.

На корабль просто так из воды не забраться. Хочешь не хочешь, но нужно подобраться к судну, на котором прибыли пираты. Подплывая, я заметила сквозь ночную тьму человеческую фигуру. Он сидел, ссутулившись, и безучастно смотрел на захваченный корабль, не обращая никакого внимания на то, что происходит сзади. А там тем временем Русалка и я помогли забраться на борт моряку. Мужчина воспользовался фактором неожиданности и напал со спины на пирата. Удар по голове пистолетом, и оглушенный пират провалился вперед, не издав ни звука. Тем временем на борт забрались мы. Моряк быстро вытащил ремень из своих штанов и связал чернокожему пирату руки за спиной.

Моряк с кошачьей ловкость пробрался по абордажным канатам на судно. Мы с Русалкой переглянулись.

— Я так не смогу. — пробормотала я.

Русалка взяла меня за руку и мы шагнули обратно в тёмную водную бездну. Но вместо обычного погружения мы продолжили стоять на воде. В ответ на мой вопросительный взгляд ответила:

— Думаешь, мне не интересно, чем все закончится?

Русалка побежала к самому кораблю. Мне ничего не оставалась делать, кроме как следовать за ней. Едва мы добрались до корпуса, как вода под нами начала подниматься, подняв нас почти к саму борту.

Осторожно выглядывая из-за спасательных кругов, я увидела нашего спасенного моряка. Он крался на карачках, то и дело озираясь по сторонам. Тем временем выше, в рубке, куда он, судя по всему направлялся, кого-то избивали.

— Где груз?

— У нас нет этого груза. Мы просто сбились с курса. Забирайте деньги, забирайте, что хотите и уходите. Наше судно — небольшой балкер. Везём зерно.

— Ты меня за дурака не держи. Или хочешь, чтобы я сделал тебе также, как твоему помощнику? Ты меня слышишь? Где бриллианты?

— У нас нет никаких драгоценностей! Как мне это ещё вам доказать?

— Я точно знаю, что они есть! Ну, ты сам напросился.

Раздался выстрел. Но взревел от боли сам пират. Спасенный моряк выстрелил в него.

— Боцман! — вскрикнул капитан, глядя на ворвавшегося моряка, мокрого от морской воды и крови.

— Бери этого ублюдка, и пошли на мостик, где держат остальных.

Держа на мушке раненного пирата и ведя их перед собой как живой щит, боцман и капитан ушли из рубки. Внутри остался стонущий от боли человек.

Я спрыгнула со столба воды на корабли и подбежала к нему. Помощник капитана лежал, корчась на полу в луже своей собственной растекающейся крови. Ему пробили ножом правую ладонь. Звери. Помощник выл и пытался достать окровавленное лезвие за рукоятку.

— Не трогай, будет сильное кровотечение! — крикнула ему я, начиная лихорадочно осматривать рубку. Вот он — красный ящик с белым крестом.

Тем временем рядом раздался топот. Мимо прошла группа пиратов, а за ними шёл боцман, капитан ещё тройка моряков, раздобывших оружие, держа своих захватчиков на прицеле. Я мельком глянула на них. Пираты не были чернокожими, как тот, что был на их корабле. От обычных моряков они отличались только отсутствием формы. Боцман, заметивший нас с Русалкой над помощником, остановился и направился к нам.

— Простите… Но… Кто вы кто? — спросил он. Видимо, до него таки дошла абсурдность ситуации.

— Это не важно. — буркнула я, туго обматывая руку помощника прямо с проткнутым ножом, стараясь как можно быстрее остановить кровотечение. — У вас на судне есть врач? У него всего несколько, если не извлекут нож и остановят кровотечение. Иначе может начаться заражение крови. Ему помогут?

— Да, врач найдется. — в недоумении шевельнул губами боцман.

— Ну, ладно, мы пошли. — сказала я, вставая с колен.

— Подождите. — сказал боцман. — Идемте за мной.

Мы с Русалкой двинулись за ним быстрым шагом. Нужно было поскорее убираться, чтобы не попасться на глаза еще нежелательным свидетелям.

— Ждите здесь. — обернулся к нам моряк, когда мы оказались в какой-то неприметной части корабля вдали от шума. — Я сейчас вернусь.

И он куда-то молниеносно скрылся в темноте. Наверное, не прошло и минуты, как он вернулся обратно. Он взял мою ладонь, на которой еще остались размазанные следы крови помощника капитана, и без лишних разговоров вложил мне в нее пачку купюр и пистолет.

— Здесь немного за вашу помощь. Всего две тысячи долларов, но примите их в знак благодарности. И пистолет. Оружие у нас запрещено, а как прибудем в порт, начнется обыск, так что его все равно придется выкинуть за борт. Жалко. Возьмите себе, может, он вам пригодится. Или выкинете, а то у меня рука не поднимется.

— Х-хорошо. — пробормотала я, пряча пачку в карман шорт.

Русалка настойчиво подергала меня за край футболки.

— Уже светает. — шепнула она.

— Да, да, идем. — закивала я головой.

Наверху послышался стон, полный боли. Помощника капитана вели в лазарет. Внимание боцмана невольно переключилось на него и мы, воспользовавшись случаем, скрылись за бортом в глубинах океана, воды которого уже пробивали первые лучи солнца.

* * *

Я почувствовала прикосновение к руке. Только на этот раз рядом была не Русалка. Надо мной навис муж.

— Пошли завтракать, сурок ты мой сонный. — улыбнулся он, глядя на меня. — Всё уже готово. Я пошёл ставить на стол.

— Иду, иду, мой хороший. — сонно прошептала я.

Он вышел из спальни, а я сладко потянулась в постели, запустив руки под подушку. А тем временем меня там ждал сюрприз. Рука почувствовала что-то непохожее на ткань постельного белья. Шок моментально взбодрил мой мозг. Я вскочила и убрала подушку. Там лежал пистолет … Чееерт… Я наклонилась вперед, чтобы получше рассмотреть, и прядь волос со спины соскользнула передо моим лицом. Волосы были мокрыми. Я встала и почувствовала, как что-то тянет мой карман.

— Да быть этого не может… — прошептала я, выуживая оттуда пачку зеленых купюр.

Наспех спрятав деньги и пистолет под матрас, я быстро привела себя в порядок и отправилась на кухню. Муж сидел за столом и со спокойным видом чистил яблоко от кожуры в дополнение к овсяной каше. Рядом с ним бодро трещало радио. Я села за стол и уже было понесла ложку с кашей ко рту, как вдруг через шум помех из радио до меня добралась фраза:

— … старший помощник капитана получил ранение, но силами команды сухогруз «Моника» был освобождено от захватчиков…

— Ты чего зависла? — удивлённо спросил меня муж, глядя, как я замерла с ложкой у открытого рта.

— Да все нормально. — пожала я плечами. — Там корабль захватили?

— Пытались. Но, видимо, не на тех напали. Ешь давай, я вообще-то старался.

— Верю. Очень вкусно!

Позавтракав, муж вновь отправился в кабинет, а я, прихватил корзинку и плед, отправилась к морю. Пистолет я пока решила спрятать в кубрике на катере.

Расстелив плед на полюбившемся камне, я легла на него и вытянулась во весь рост.

— Так это все было не сном! — вскрикнула я. И лишь только море знало о моем восторге.

Я наблюдала за горизонтом в надежде увидеть спину кита, поднявшуюся из воды тёмным блестящим холмиком. Но и сегодня киты не почтили меня своим присутсвием. А что если…

* * *

— Знаешь, у меня с детства была мечта. — решила поделиться я с Русалкой о сокровенном, когда мы наслаждались теплой ванной в горячем источнике у подножия какого-то вулкана и любовались ночной россыпью звезд на небе. — Как-то раз я по телевизору увидела документальный фильм про океан. Там к лодке ведущего поплыл огромный синий кит. Люди погладил его, представляешь? Тогда мне показалось это каким-то чудом. Кит и человек. Такие разные, и такой одинаковый интерес друг к другу… Слушай, можешь мне показать самое большое существо в твоих водах?

— Конечно! — радостно улыбнулась девчонка, наконец-то дослушав до сути моего «тонкого» подведения к просьбе, и без лишних разговоров прикоснулась к моей руке.

Место, в котором мы оказались, не было похоже на то, где я предвкушала увидеть синего кита. Это явно были не тёплые воды. Главным образом об этом говорили проплывающие над головой льдины и огромная гора айсберг, казавшиеся снизу совершенно черными. Неужели где-то в холодных северных водах вырос какой-то уникум гренладский кит, размером больше чем синий? Или кальмар? Этот вариант оказался чуть «теплее».

— Вон он. — показала мне Русалка прямо под айсберг.

Там на дне в тени айсберга двигались нечто. Нечто было продолговатой формы с телом, покрытым броней, которая состояла из отдельных подвижных секций. Вот только это был явно не кит. Как минимум об этом говорили множество ног, которыми существо перебирало по дну как сороконожка.

— Что это? — прошептала я, не отводят взгляд от существа.

— Ты же просила показать самое большое существо.

— Я думала, ты покажешь мне кита. Синего кита. А это что ещё такое?

— Я помню его ещё очень давно. — непринужденно начала чирикать Русалка. — Бедняга, никак не может умереть. В свое время пережил всех своих собратьев. Потом долго блуждал по океанам, ища хоть кого-то. Очень долго блуждал. Блуждал и ел, все, что попадется. Вот и вымахал. Но в один момент, никого не найдя, решил уйти под землю. Умереть у него так и не получилось, так он и спал. Спал, пока его не разбудило землетрясение. За свой долгий сон успел проголодаться. Сейчас ищет, чего бы покушать.

Пока девчонка спокойно рассказывала о существе, до меня потихоньку доходило осознание ситуации. Проснулся древний гигантский монстр. Люди ещё к такому не готовы. Ничего хорошего встреча цивилизации с ним не сулила. Особенно для самой зверюшки.

— Слушай, его можно как-нибудь отправить спать дальше? — спросила я Русалку, хотя сама прекрасно понимала, что наверняка это будет сделать не так то просто.

— Ну… Он голоден. Голодным он не сможет обратно надолго уснуть.

— И чем же он питается?

— Он все ест. Вон, закидывает в себя землю с поверхности дна. Так что лучше на пути у него не стоять. Вот только там мало что есть, что можно переварить и получить из этого тепло. Ему больше необходимо тепло, нежели эти… Питательные вещества, во!

Мне стало не по себе. Сколько калорий нужно, чтобы насытить теплом двестипятьдесят, а то и триста (если мне не врет мой глазомер) метров живой членистоногой плоти и при этом чтобы оставить на спячку? Сколько китов для этого нужно отправить ему в пасть? Вот бы можно было напоить его калорийной нефтью, которая плюс-минус когда-то была существами, которыми он раньше питался. Бред, конечно. Или…

— А если скормить ему ядерные отходы? — предложила я. — Тепло от них ему будет обеспечено.

Русалка умолкла на несколько секунд.

— По крайней мере, можно попытаться. — задумчиво протянула она, потирая подбородок.

— Знаешь, известно мне одно сытное местечко для этого здоровяка. Не знаешь, далеко ли отсюда Карское море?

Русалка задумалась, ища в памяти девочки, которую она скопировала, познания в географии. Сначала на лице её была гримаса напряжённой работы мозговых извилин, но вскоре её озарила радость открытия.

— Да, я знаю, где это! Тут даже совсем недалеко.

Русалка прикоснулась к моей руке, и мы оказались прямо верхом на панцире существа. Русалка дотронулась и до него. Льдины и айсберг над нашими головами исчезли. Вода вокруг стала какой-то темно-зеленой, а дно вокруг одиноким и безжизненным. Лишь несколько пробегающих иногда крабов составляли нам компанию и тут же снова исчезали. А под моими ногами все продолжала уверенно двигаться сама древность. Невозможно было поверить, что это какое-то живое существо, настолько твердым и огромным был его панцирь, обрамленный сеткой неровностей и трещин. Казалось, мы двигались на каком-то циклопическом механизме.

Но, стоя на нем, я заметила еще кое-что необычное. Сам его панцирь был живым. Вернее, на нем кишела жизнь. Небольшие кораллы, моллюски, снующие рачки и прочая микроскопическая живность в трещинах его брони. И это только то, что было доступно с первого взгляда. Неожиданно меня захлестнуло чувство восторга и благоговение перед этим существом. Живой оазис жизни. Кто знает, может он сыграл не последнюю роль после массовых вымираний в истории планете, сохранив на себе живую экосистему, давая ей кров, пищу и тепло.

Вдруг я почувствовала, что вода вокруг стала наполняться каким-то непонятным звуком, который становился все сильнее и сильнее. От этого звука хотелось скрыться куда подальше, но существо двигалось прямо к его источнику, который был уже совсем близко. Гул шел от ящиков с ядерным топливом, уже изрядно покрытых донным илом, словно в них были заперты мириады разозленных ос. Существо ползло по дну, заглатывая в свои бессмертные недра ящик за ящиком, один объект за другим исчезал бесследно в недрах его жуткой пасти.

В один момент существо внезапно остановилось.

— Ложись спать, приятель. — шепнула вдруг Русалка и поднялась вверх, увлекая за собой и меня.

Я видела, как возле его головы поднимается густое облако грязи, а затем, существо начало понемногу укорачиваться, зарываясь все глубже и глубже в дно.

Мы парили над ним, наблюдая, пока он полностью не исчез. Когда грязь осела, под нами была идеально ровная поверхность дна. Словно и не было никогда древнего, голодного и такого прекрасного существа.

— Кто-то ещё голодный зовёт на помощь. — вдруг встрепенулась Русалка.

— Ещё один типо такого?

Вместо ответа, я вдруг почувствовала прикосновение и следом твёрдую почву под ногами. Мы с Русалкой стояли посреди какого-то леса. С ночного неба с шумом хлестал проливной дождь. Его было настолько много, что, казалось, еще немного и он вытеснит весь воздух вокруг.

Русалка направилась прямиком в густые заросли деревьев. Мне ничего не оставалось более, чем следовать за ней. В дождливом мрачном ночном лесу мы казались совершенно чужеродными телами. Но вскоре мы натолкнулись на ещё одно чужеродное тело. Промокший насквозь какой-то белый клубочек меха забился под поросший мхом корень дерева. Сначала я подумала, что это что-то неживое, пока до меня не донесся тонкий жалобный писк. На белом клубочке появились две черные точки — глаза.

— Миу… — повторился обессиливший подхриповатый писк, едва различимый свозь шум падающего на листья деревьев дождя.

Я подскочила к бедному созданию. Маленький котенок уместился в моих ладонях. Он был почти невесомым. Казалось, тот ничтожный вес, что я ощущала, был только из-за тяжести его промокшей шерсти. Он совершенно не сопротивлялся.

— Бедняжка. — прошептала я, прижимая едва живое существо к своей груди.

— Нужно вернуть его обратно. — сказала моя спутница. — Идем.

Вскоре сквозь стену дождя и витиеватые заросли деревьев показалась открытая местность. Поначалу я даже обрадовалась. Но радость моя длилась не долго. Мы оказались на асфальтированной дороге, а за ней в низине были разрушенные до основания дома. Зрелище печальное. Лишь кое-где частично виднелись в темноте сохранившиеся стены и хаотично торчащие то тут, то там доски.

— Что здесь произошло? — спросила я Русалку. — Война?

— Нет. — медленно покачала в ответ головой девчонка. — Большая волна разрушила эту деревню.

— Но я тут ни при чем! — вдруг резко вскрикнула она, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. — Я чувствую, что меня здесь проклинали. Люди… Глупые люди! Я на этой планете еще с тех времен, когда здесь были лишь я и земля. А они появились совсем недавно и проклинают то, что живет своей жизнью по своим законам. Стихия была, есть и будет. Глупцы. И вообще…

Она также резко умолкла и подставила лицо дождю. Сквозь капли воды нельзя было рассмотреть слезы, но я уверена, что она плакала. И это были слезы досады на людей за то, что пользуясь её любезностью, например, пряча в ее глубинах опасные вещества и прочие свои грязные секретики, они как-то сделали ее своей слугой и запамятовали, что у нее есть и свои законы, от которых она не может отступить. И в итоге она осталась виновата. Бедная малышка. Действительно обидно.

Я взяла ее за руку. Русалка шмыгнула носом и посмотрела на меня взглядом, полным уныния.

— Тебе точно не нужно расстраиваться. — стараясь говорить ей как можно мягче. — Я знаю, что ты очень важна. Не будь тебя — все превратиться в безжизненный выжженный солнцем пепел. И не обижайся на людей. Мы знаем и чтим твои законы.

— Плохо знаете похоже. — снова шмыгнула она с обидой в голосе. — Ладно, пошли дальше.

Мы направились вниз по дороге, постепенно спускаясь к разрушенным домам. И тут я увидела алые врата с резными узорами наверху. Как портал, ведущий из ниоткуда в никуда. Практически единственное, что осталось здесь целым. Когда-то муж был в командировке в Японии и показывал мне сделанные там фото. На одном были точно такие же врата. Вслед за этим воспоминаем в моей памяти всплыли недавние новости о том, что после землетрясения в зоне риска Цунами будет Япония. Так значит, мы в стране Восходящего Солнца. Стихии ей избежать не удалось.

— Кайто! — послышалось мне сквозь шум дождя. Я подумала, что мне почудилось, и не придала этому никакого значения.

— Кайто!

Нет, теперь даже отчетливее. Мы остановились.

— Ты слышала? — спросила я у Русалки.

— Да, нам нужно идти дальше. — ответила она.

— Ка-а-айто! — в конце послышался хрип, голос явно уже был надорван.

По дороге брела одинокая фигура в ярко-зеленом целлофановом дождевике с фонариком. Она замерла в метрах в пяти, когда свет фонаря попал на нас с Русалкой.

Это была пожилая азиатская женщина. Миниатюрная, с несколькими прядями седых мокрых волос на лице, она с удивлением таращилась на двух девушек иностранной наружности, которые разгуливали тут под дождем в одежде совсем не по погоде. Но как только она увидела в моих руках белую спинку котенка, то тут же пришла в себя.

— Кайто! — радостно воскликнула она и побежала ко мне, вытягивая свои ладони к нашему найденышу. Я бережно передала ей котенка.

— Кайто, я думала, ты уже совсем пропал. — женщина прижала его к себе, едва не всхлипывая от счастья.

— Спасибо вам за спасение моего Кайто. — сделала она нам глубокий поклон. — Чем мне вас отблагодарить?

— Нет, нет, нам правда ничего не нужно. — выставила я ладони вперед, показывая ей останавливающий жест.

— Вы сами промокли насквозь. Идемте ко мне, отогреемся у меня дома. — все же настаивала старушка. — Мне повезло, мой дом волна пощадила.

Мы пили саке на веранде её дома с видом на небольшой садик. Старушка укуталась в плед, а мы с Русалкой сидели, вставив ноги под дождь. Нас освещал только скромный свет переносной электрической лампы, которая японская бабушка, звали её Аямэ, прихватила с собой. Пару дней здесь на побережье обрушилось цунами. Жители успели эвакуироваться, но в спешке и панике у бабушки Аямэ разбежалось ее кошачее семейство — кошка и несколько подросших котят. Бабушка не находила себе места в эвакуации, не зная, что сейчас происходит с ее любимцами. В конце концов, она плюнула на всё и вернулась в деревню, прихватив с собой кое-какие принадлежности от непогоды и несколько контейнеров готовой еды. Электричества в дерене не было. Её привезла сегодня дочь, но на поиски остаться не смогла. Работа. Обещала вернуться за матерью вечером. Но из-за непогоды все планы пошли прахом. Дочь приехать не смогла, и женщине не осталось ничего, кроме как заночевать в разрушенной деревне. Благо, нашлось ее обожаемое кошачье семейство. Все, испуганные и голодные, находились неподалеку. Один Кайто исчез с концами. Но бабушка Аямэ не отчаялась и решила, что раз ей выпала такая возможность остаться на ночь, значит, нужно этим воспользоваться и отправилась искать его дальше. Ноги сами привели ее в сторону леса. А там она уже встретила нас.

От выпивки разливалось приятное тепло по телу. Я уплетала за обе щеки всякие разнокалиберные рисово-рыбные-водорослевые вкусняшки в обычных пластиковых контейнерах из обычного японского супермаркета. Русалка, пригубив спиртное, тут же наотрез от него отказалась, скорчив при этом гримасу неподдельного отвращения, а вот вкусняшки пришлись очень даже по ее водной душе. Кайто совсем высох и согрелся. И теперь он крутился рядом вместе со своей мамой-кошкой, братиками с сестрами.

— Вы пришли забрать мою душу? — вдруг спросила старушка Аямэ. — Уже пора?

Я поперхнулась.

— Что вы, нет! — воскликнула я.

— Но ведь вы же не люди, да? — глаза ее выражали какую-то очень странную эмоцию для такого вопроса — смесь спокойствия, облегчения и неподдельного интереса.

— Люди, просто, скажем так, в необычной форме. — решила ответить я. Смысл скрывать очевидное? Что делают две европейские иностранки в японской глуши, в таком виде, да еще при таких обстоятельствах?

— Тогда зачем вы здесь? — вопросительно посмотрела на меня бабушка Аямэ.

— Мы просто путешествуем. Таким вот образом.

— Спасибо вам, что ещё оставите мне мою жизнь. — с облегчением вздохнула женщина и подняла свои уставшие глаза к небу, где уже сквозь мельчавший дождь начали пробиваться первые рассветные лучи. — Раньше я думала, что она у меня очень длинная, но сейчас я понимаю, что все восемьдесят шесть лет моей жизни прошли как одно мгновение. А ведь я еще столько всего не успела увидеть…

* * *

Я открыла глаза. Сейчас в постели было так тепло и мягко, что я снова закрыла глаза от удовольствия. Вскоре послышались шаги мужа. Я не торопилась открывать глаза, чтобы мой любимый разбудил меня своим поцелуем. Но пока я грезила о нежном прикосновении его губ, я вдруг услышала, как мой муж резко остановился в дверях и опешившим голосом произнес:

— О, привет! А ты ещё кто?

Ну все, доигралась. Превратила меня Русалка черт знает в кого, что даже родной муж не узнает. Я в ужасе открыла глаза и подскочила на локтях, и мокрые волосы взбодрили меня своим холодным прикосновением по спине. Но тут же в ответ на вопрос мужа раздались протяжное:

— Мяяяяяя!

На одеяле у моих ног лежал свернувшийся пушистый клубочек с глазками. Кайто! Котенок с искренним интересом смотрел на мужа. Тот в свою очередь перевёл вопросительный взгляд с котенка на меня.

— Как он тут оказался? — задал мне вопрос мой благоверный, правдивый ответ на который он вряд ли бы воспринял всерьез.

— Понятия не имею. — слукавила я, протягиваясь к котенку.

Стоило лишь один раз провести рукой по его мягкой пушистой спинке, как комнату тут же наполнило громкое кошачьего мурчание. Довольно тарахтя, котенок вытянулся на одеяле мохнатой белоснежной колбаской.

— Наверняка из поселка. Пошёл гулять и заблудился, набрёл на нас. Дом же старый, нашёл где-то лаз, чтобы забраться к нам. — предположила я.

— Или кто подкинул. — хмуро протянул муж.

— Он такой классный! Давай оставим его себе! — устремила я на мужа свой взгляд, полный мольбы.

— Ну… э… — в его глазах было видно сомнение, но в конце концов он согласился. — Ладно, хорошо. Только учти, что это твой кот и заботиться о нем тебе.

— Спасибо, пап! — изобразила я счастливый голос пятилетки.

— Только не говори никогда в такой манере. — нахмурился он.

В ответ я лишь звонко рассмеялась. Всё таки он должен быть хорошим отцом.

Тем временем завтра уже был последний день нашей морской медовой недели. Послезавтра с утра мы покинем это местечко. За завтраком было решено, что мой дорогой супруг отправится в районный центр по магазинам закупиться продуктами в дорогу. Как я ни хныкалась, чтобы он взял меня с собой, он сказал сидеть мне дома, взяв на себя дополнительно всю ответственность по покупке кошачьей перевозки, корма и прочих аксессуаров для нашего нового питомца.

Вечером мы вновь отправились прогуляться с мужем по побережью. На небе уже давно появились первые звезды. Ветер был тепл и нежен как никогда. Мне вдруг вспомнился момент первого поцелуя с любимым. Ласковый летний вечер, первые звезды, его нежные объятья. И на душе так хорошо… Уютно, тепло и спокойно. Как дома.

— У меня для тебя кое-что есть. — загадочно произнёс он, после того, как мы с ним повторили этот момент.

— И что же? — с интересом заглянула я в его голубые глаза.

Он достал из внутреннего кармана ветровки красную бархатную шкатулочку. Сердце мое подпрыгнуло от восторга. Он открыл бархатную прелесть. Внутри была золотая цепочка и подвеска в виде компаса с бриллиантами по центру и на каждой стороне света.

— Ух-ты! — только и смогла выдохнуть я. Такого мои глаза еще не видели нигде.

— Я сделал эту подвеску на заказ. — с несвойственной ему застенчивостью произнес он. — Знаю, ты та ещё непоседа. Так пусть этот компас приведёт тебя ко мне. Я буду ждать тебя всегда.

* * *

Мы бродили с Русалкой по отливу у какого-то острова с пальмами. Из глубины зарослей периодически доносились резкие крики каких-то птиц. Девчонка носилась по песчаной отмели, поднимая столбы брызг выше своей головы. Она то резко останавливалась, зацепившись за что-то взглядом, то снова продолжала бежать, быстро теряя интерес к находке.

Когда она побежала ко мне в очередной раз, протягивая в своих пухленьких ручках раковину, из-за облаков показалась луна. В её свете заблестела подаренная сегодня мужем цепочка с подвеской.

— Ой, какая штучка! — Русалка прикоснулась пальцем к золоту.

— Подарок от мужа. Нравится?

— Я таких ещё не видела. Но у меня полно похожих.

Девчонка отбежала несколько метров от меня и тут же скрылась в темной воде. Но не успела я испугаться, как она вновь появилась рядом, держа что-то перед собой в обеих руках. Когда она подбежала ко мне, я обомлела. В ее пухленьких розовых ладошках была целая пригоршня золота! Какие-то ажурные кольца, серьги, большие старинные монеты, цепочки.

— Вот видишь, какие штуки. — сказала Русалка, подсовывая их мне почти под самый нос.

— Да ты же самое богатое существо на Земле! — усмехнулась я.

— Богатое? — Русалка с сомнением посмотрела на сокровища. — В чем тут богатство? Просто блестяшки… И на многое вы ради этого готовы? — вдруг спросила она.

— Да, пожалуй, на многое… — и, подумав, добавила. — Многие даже на очень многое.

— Теперь понятно. — почему-то грустно вздохнула Русалка. — Есть место, где очень и очень много этого добра. Но это место охраняет беспокойная душа моряка. Мне его жаль. Он там уже очень давно.

— Охраняет душа моряка? — удивилась я. — Привидение что ли?

— Тебе интересно?

Колебание длилось не долго.

— Очень интересно. — сказала я.

— Тогда идем…

* * *

Это были странные воды. Густые, тяжелые. Хоть я и не чувствовала до этого воду, путешествуя вместе с Русалкой, но сейчас я чувствовала проникающий вокруг холод. На дне был лишь песок и безжизненные скалы. И вокруг ни одной рыбешки. Пустыня. Просто подводная пустыня. А на дне какой-то чудовищный лабиринт из камня, который затмевал собой последнюю надежду на какой-нибудь свет. Бесконечно темно-серая мгла. Я искоса взглянула на свою спутницу. Та была каким-то неуместно ярким пестрым пятном в своём летнем наряде. По её напряжённому взгляду стало понятно, что ей здесь тоже не очень-то по душе.

Я вновь посмотрела вперед. И глаза мои увидели то, от чего сердце моё мгновенно ушло в пятки. На одном из камней был человеческий силуэт. Именно силуэт. Невозможно было рассмотреть его в деталях, так как все расплывалось в какой-то тёмной дымке, окутавшей его с головы до ног. Силуэт сидел на камне, упершись головой в колени и было не понятно, то ли он о чем-то думает, то ли переживает, то ли просто за чем-то наблюдает.

— Идем. Это не он. — шепнула мне Русалка, и мы пошли дальше, заходя в каменные стены.

Призрак. Мы обошли его метрах в тридцати, и все это время я не водила с него глаз. Но ему, похоже, было глубоко все равно на нас с Русалкой. Он даже не шелохнулся, когда мы проходили мимо.

Вскоре показался ещё один силуэт в тёмной дымке. Он бесцельно куда-то брел по песчаному дну. В какой-то момент он развернулся и побрел также бесцельно обратно. Далее мы встретили ещё несколько призраков. Кто-то сидел по-турецки на земле, словно пытаясь начертить что-то на песке. Кто-то просто лежал на боку, вернувшись калачиком. Мы шли и шли, лавируя между этими призраками. Разглядывая их, я уже совсем забыла о цели нашего прибытия. Но цель напомнила о себе сама.

Сквозь мертвую тишину раздался взрыв, подняв перед нами столб песка. Остолбенев от неожиданности, я бы стала жертвой второго взрыва, если бы Русалка не оттащила меня за один из валунов.

— А вот это он. — выдохнула девчонка.

Раздался очередной выстрел.

— Не смейте подходить ближе, проклятые воры! — послышался зычный крик.

— Эта несчастная душа моряка пропитала своей ненавистью всю воду в округе от своего корабля. — хмуро пробормотала Русалка. — Все эти призраки, что мы видели — его жертвы. Это люди, пытавшейся достать сокровища. И все они здесь. Ещё никому не удалось забрать золото с корабля.

Корабль? По-пластунски на животе я подползла к краю валуна и осторожно выглянула из-за него в сторону, откуда, как мне показалось, раздавались взрывы. Сначала я в этом мраке среди скал не увидела ничего, что хотя бы отдаленно напоминало бы корабль. Но вот я заметила что-то странное. Какая-то неестественно прямая балка, а если спуститься по ней взглядом чуть ниже… Да, это определенно похоже на форму носа корабля, если мысленно очистить его от бесчисленных наросших шишкообразных колоний морских липучих паразитов, из-за которых прекрасный когда-то корабль стал похож на больного, изъеденного лепрой. На нем не было ни единой уцелевшей мачты. Это был пузатый, высокий и широкий деревянный корабль.

— Долго же он тут, наверное… — сказала я, оценивая останки корабля.

Я, конечно, не специалист по истории морского флота, но я, кажется, видела похожие корабли в фильмах про средневековых пиратов и в исторических документалках про те времена. Значит, рискну предположить, что покоится он тут на скалистых кольях с тех самых времен.

— Мы не воры! Мы просто путешествуем! — крикнула я в сторону корабля.

— С чего мне вам верить? — неожиданно быстро раздалось в ответ.

— Вы сами взгляните.

Я вышла из-за валуна с поднятыми вверх руками. Повисла тишина.

— Значит, мне не показалось, что я услышал женский голос. — теперь я увидела человеческую тень у носа корабля, смотрящую в мою сторону. — Что же вас привело к моему галеону, да ещё в таком странном виде, сеньора?

— Да так, случайно. — решила ляпнуть я, непринужденно пожав плечами.

— Вам лучше покинуть мою обитель. Здесь только боль, и нет ничего интересного для путешественников.

— Тогда хотя бы скажите, как долго вы здесь? — не удержала я своего любопытства, раз уж появилась возможность побеседовать.

— Год. Может полтора.

От его слов на меня напал ступор. В это время Русалка тоже решила выбраться из укрытия. Я заметила, как он повернул свою голову в её сторону. Наверняка, глядя на нее, он подумал, что в средневековье мода не могла шагнуть так далеко за год-полтора, если меня в старой растянутой выцветшей футболке еще можно было принять за глубоко душевнобольную в их времена.

— Сеньора, — голос его вдруг стал хриплым. — Кто сейчас король Испании?

Конфуз. Такими вопросами как-то даже не интересовалась в последнее время.

— Знаете, я сейчас затрудняюсь с ответом. Поэтому скажу вам прямо — сейчас двадцать первый век.

— От рождества Христова? — в ужасе уточнил призрак.

— Именно. — мне оставалось лишь поддакнуть.

— Как… — он в отчаянии схватился за голову и опустился куда-то вниз, исчезнув с поля зрения.

— Ладно, пошли отсюда. Нам тут делать нечего. — вполголоса пробормотала я Русалке. Так печально кивнула головой и уже потянулась ко мне, чтобы прикоснуться.

— Мы уходим. — зачем-то крикнула я моряку. — Просим прощения за беспокойство.

— Нет, стойте! — внезапно вскрикнул он. Русалка замерла, удивлённо уставившись в сторону корабля. — Прошу, подождите. Поднимитесь ко мне на палубу, умоляю вас.

Русалка дотронулась до меня, и мы оказались на палубе его корабля. Прямо около призрака. Он обернулся к нам. В отличие от тех несчастных, что томились вокруг корабля, в этом призраке можно было рассмотреть человека. У него были отросшие до плеч черные как смоль сальные волосы и густая вьющаяся черная борода, которая почти полностью закрывала его шею. На нем была какая-то неопрятная грубая льняная рубашка-балахон и широкие коричневые штаны до колен с ярко-красными вставками по бокам. Никакой обуви на нем не было. Несмотря на свой непрезентабельный вид, моряк вытянулся как струна во весь рост и поклонился нам в почтительном реверансе.

— Приветствую вас на моем галеоне, сеньориты. Меня зовут Эрнан Дуке, в прошлом конкистадор, покоритель Нового Света. Сейчас я мертвый страж проклятого золота… Что ж, не думаю, что палуба — лучшее место для беседы. Пойдёмте в каюту капитана.

Мы направились в сторону кармы мимо проржавевших насквозь пушек, из которых он каким-то образом палил по нам. Каюта капитана была довольно просторна. В центре стоял большой стол. Эрнан усадил нас за него.

— Итак, если вы утверждаете, что сейчас уже двадцать первый век, стало быть, я здесь уже почти пятьсот лет… — он говорил медленно, словно каждое слово давалось ему с трудом. — Надо же… Для мертвецов время течёт совершенно иначе… Забавно…

— Вы здесь один? — спросила я, осматриваясь.

— Один… Совершенно один. Те, кто был со мной на корабле, отправились прямиком в ад. Я же застрял здесь.

— А как так вышло, что вы застряли здесь?

— Золото. — Эрнан тяжело уселся в богатое кресло, очевидно, капитанское. — Проклятое золото. В тех сундуках, что лежат в трюме корабля — награбленные в Новом Свете сокровища. Награбленные… — он грустно хмыкнул себе под нос. — Наконец-то даже я себе сам уже признался в этом. Тем не менее, это золото должно было быть доставлено ко двору короля и пойти на благо государства. Этим мы утешали себя, ступая во владения очередного из местного владык. К чему золото дикарям? Это никакой не грабеж… — очередной грустный призрачный вздох. — Но нас прокляли. Перед отплытием я видел, как из леса на берег вышла женщина. Ей было плохо. Вся в синяках и ссадинах, бедра её были в крови. Пошатываясь, она зашла в воду. Она говорила что-то на своем, рыдая и что-то вскрикивая на своём наречии. Я смотрел на нее как завороженный, не в силах оторвать взгляд. А потом раздался звук выстрела. Кто-то выстрелил в нее из ружья с лодки, на которых мы отплывали к нашему галеону. Я только видел, как она рухнула в воду. Алое пятно ее крови еще долго было видно. Как сейчас помню, тогда был штиль.

В обратном пути нас настиг шторм. Корабль пошёл ко дну. Я помню, как все вокруг начало заполняться водой, как вдруг перед моими глазами возник образ той женщины. Она стояла в воде в пятне своей крови. Это было её проклятье… Это всё случилось из-за золота. И нельзя, чтобы оно досталось людям. Потом всё провалилось в воду, а потом во тьму. А затем я оказался здесь, на дне океана. И долг мой — охранять сокровища от охотников за ним. Я знаю этот народ. Всё деньги исчезнут в притонах. На этом золоте и так слишком много греха, слишком много крови. Оно должно пойти на благо, а не посеять ещё больший грех!

— Но как оно пойдёт на благо, если вы никого близко к нему не подпускаете? — задала вопрос Русалка.

— А нет такого блага, детя, которое золото может дать людям. Оно делает их безумными. — ответил Эрнан, устало оперевшись локтями в стол. — Мне хватило времени порассуждать здесь об этом в уединении.

Он полез за шиворот своей рубахи и достал какой-то кулон, висящий на его шее с золотой цепочкой. Эрнан открыл его, заглядывая внутрь, и я увидела, как глаза его наполняются слезами. Внезапно он вскрикнул, закрыл лицо руками, и из недр призрака вырвалось отчаянное рыдание.

— Пятьсот лет! Я же отправился в новый свет в надежде заработать для своей семьи деньги и почет. А что в итоге? О, моя дорогая Мария… Оказывается, ты уже давно украшаешь собой райские сады на небесах. Прости меня, прости…

— Эрнан. — сказала Русалка. — Я помню, ту женщину, что окровавленная вошла в воду. Её боль была огромна. Вода помнит все.

На последних словах голос ее поменялся, став более густым и глубоким. Я повернула голову в ее сторону и замерла. Рядом со мной на месте Русалки сидела незнакомая мне смуглая женщина. Длинный черный поток ее волос касался почти самого пола. На ней было надето мешкообразное платье до колен из очень грубого материала, но в контрасте шею и руки ее украшало большое количество бус и подвесок из различных ярких камней. Женщина не сводила глаз с Эрнана. Она смотрела него одновременно с отвращением и со снисходительностью. Как на жалкого червя, что вредит ее урожаю, которым ей нужно будет кормить свою семью. Вот только семья погибла. И урожай погиб. И она не знает, раздавить ли червя одним движением или уже отпустить теперь его восвояси.

Призрак Эрнана в ужасе оцепенел и тоже смотрел на нее не в силах оторвать взгляд словно маленький грызун под взглядом змеи. Повисло молчание. Самое тяжелое молчание в моей жизни. Казалось, оно было ощутимо. Как будто тот гигантский подводный зверь, которого мы накормили радиоактивными отходами, придавил нас своей тушей.

— Настал час, когда можно расплатиться за свои грехи. — заговорила женщина. — Верни золото обратно на мои земли.

— Хорошо. — дрожа, кивнул Эрнан.

— Ты достаточно почувствовал мою боль. — сказала женщина, и взгляд ее смягчился. — Прощаю вас, бледнолицые. Можешь возвращаться к своей Марии.

Эрнан упал в ноги женщине.

— Спасибо…

Наступил рассвет.

* * *

Я открыла глаза. Словно и не было той леденящей встречи с призраком. Встав с кровати, я убрала за уши влажные волосы и отправилась на кухню готовить завтрак.

Вот и наступил наш с мужем последний день отпуска. Завтра мы поедем обратно. Сердце моё сжималось от тоски. И даже пушистый Кайто, которого мы окрестили кличкой Немо, никак не мог поднять мне настроения.

Мы с мужем потихоньку собирали вещи в обратную дорогу. А я тем временем невзначай посматривала по сторонам. Обычно Русалка оставляла мне что-нибудь на память о наших ночных путешествиях. Но на этот раз ничего. Ни единой золотой монетки с корабля.

За обедом по радио передали о найденном затонувшем галеоне на дне Атлантического океана неподалеку от берегов Аргентины. Муж присвистнул, когда сказали примерную сумму, на которую оцениваются сокровища, находящиеся на корабле. Ну что ж, та женщина сказала все вернуть.

* * *

Остаток дня мы провели в сборах домой. Как и планировали, несмотря на все вскрывшиеся подробности нашего отпуска, нашу с мужем последнюю ночь мы все так же собирались провести в палатке у озера рядом с домом дяди Толи и тети Кати.

Ночь была прекрасна. Не было даже кровососущих насекомых. Мы с мужем поставили простую брезентовую палатку, найденную где-то в закромах гаража дяди Толи, и развели костер. Я смотрела на пляшущие язычки пламени, прижавшись к самому любимому на свете человеку. Он тихонько опустил свою голову мне на плечо. Я посмотрела вверх. Как же много звезд на небе! От красоты у меня даже захватило дыхание. Россыпь звезд на ночном небе вдруг перечертила короткая вспышка, которая тут же исчезла.

— Звезда упала, загадывай желание! — сказала я мужу.

Он лишь лениво посмотрел вверх, томно улыбнулся и сказал:

— Знаешь, впервые мне нечего просить. У меня есть всё. Так что мне остается только поблагодарить вселенную за то, что я счастлив.

* * *

— Сегодня наша с мужем последняя ночь на побережье. — сказала я Русалке. — Нам нужно возвращаться обратно.

Мы брели по щиколотку в воде у какого-то пляжа с пальмами. Вода под каждым нашим шагом озарялась каким-то космическими синими переливами потревоженных биолюминисцентных организмов. Русалка очень сильно расстроилась. Она шла молча, и так не хватала её неугомонных движений и блеска в глазах.

— Знаешь. — как-то тихо пробормотала она, словно сама себе. — Я хочу дать тебе кое-что на память. Пошли. — и её пухлые пальчики потянулись к моему запястью.

Мы оказались под чёрным как самая чёрная ночь куполом воды. Я смотрела вверх и не видела ровным счётом ничего. Рядом проплыло светящиеся существо. Видимо на этот раз мы оказались очень глубоко. Космос, только под водой. Хоть вокруг и был сплошной мрак, но нам было все прекрасно видно. И тут я поняла, что мы стоим на какой-то башне. Я огляделась. Что-то очень странное. Слишком правильная форма и расположение у этих камней.

— Что это?

— Не знаю. — пожала плечами Русалка. — Когда это место оказалось под водой, тут уже никого не было. Пойдём.

Мы брели по этому странном месту. Оно было огромным. Как какой-то город, только под водой. Но на сооружениях не было совершенно ничего. Только прямые и округлые правильные формы. Это не творение природы. И от этой мысли сердце сжималось от какой-то смеси страха и восторга.

— Тут мало что видно. Течение занесло песком. Почти все под землёй. Иногда тут не видно ничего, но иногда кое-что показывается наружу. — произнесла Русалка, подводя меня к какой-то башне в форме пирамиды.

— Понятно, почему это место еще не нашли.

Мы зашли в огромный монолитный купол. Внутри была полнейшая пустота, а под нашими ногами был толстый слой песка. Лишь в самом центре этого зала стояло большое ложе, похожее на гребень волны. Русалка понеслась к нему. Бежать ей пришлось долго. Добежав, она тут же по-хозяйки устроилась на нем.

— Не бойся, тут никого нет. — сказала она, видя как я озираюсь по сторонам. Голос мне ее было слышно здесь со всех сторон. — Только ты, я. Ну и ещё…

Тут она забралась с ногами на трон и достала что-то из спинки. Когда она подошла ко мне, я увидела в её руке маленький тёмный камень. Совершенно обычный и ничем непримечательный. Как и мириады камней, которые мы не замечаем под своими ногами.

— Золото, жёлтый металл — это бесполезная ерунда по сравнению вот с этим. Когда-то он упал с неба, расколовшись надвое. Один осколок был здесь. Думаю, неспроста. — Русалка посмотрела мне прямо в глаза, и я почувствовала прикосновение ее мягких пальцев к своей ладони. — Второй тоже находится в моих владениях.

Мы брели с ней по пещерам. По воде, которая не видела солнечный свет миллионы и миллионы лет. Я глазам своим не верила в то, что это правда, когда мы проходили колоссальные пещерные галереи с бахромой сталактитов и шипами сталагмитов. Замершая вечность, недоступная людям. Мы шли и шли, пока свод пещер над нашими головами не остался позади.

— А вот и он! — радостно воскликнула Русалка, подбирая со дна камень.

Камни в ее пухлых ручках с щелчком примагнитились друг к другу.

— Ого как они друг другу рады. — улыбнулась девчушка. — Как же долго они этого ждали. Две половины нашли друг друга.

Меня словно ударило током. "Две половины нашли друг друга" — эту же фразу сказал мне мой тогда будущий муж, когда мы признались друг другу в своих чувствах.

Тем временем сквозь воду пробился луч солнца.

— Мы с тобой задержались. Тебе пора возвращаться. — сказала мне Русалка.

Девчонка заключила меня в свои объятья.

— Я буду по тебе скучать, Русалка. — прошептала я ей, обнимая в ответ.

— А я буду всегда рядом с тобой.

Я открыла глаза. Русалка исчезла.

— Где ты? — попыталась было крикнуть я, но из моего рта вырвался лишь поток пузырей. Я инстинктивно задержала дыхание. Вода сдавила меня со всех сторон.

«Мне нужно плыть, иначе я погибну!» — лихорадочно пронеслось в моей голове. И я оттолкнулась от дна к поверхности. Поверхность оказалась не так далеко, как казалось. Я с шумом вдохнула воздух. Первое, что бросилось мне в глаза — наша с мужем брезентовая палатка на берегу. Берег был метрах в пятидесяти, не больше. Я поплыла в ее сторону. Плыть оказалось совсем несложно. Я словно скользила по воде.

В воде передо мной послышался шум, словно кто-то забегал в воду. Но все мои мысли были лишь о том, как добраться скорее до берега и не выронить камень.

— Что случилось? Как ты там оказалась? — подхватил меня в воде муж. Я вцепилась в него, обхватив руками и ногами, чувствуя, как он изо всех сил прижимает меня к себе.

— Я нашла для тебя еще одно сокровище — источник твоего вдохновения. — прошептала я ему на самое ухо, как только откашлялась от воды.

* * *

Мы стояли на берегу моря, прощаясь с нашим временным семейным гнездышком. Рассветное солнце хотело было пообещать нам освещать обратную дорогу, но едва оно взошло, как его заволокло тяжелыми синими тучами. Запахло дождем.

— Надо же. — протянул муж. — Как же нам повезло, что весь отпуск на небе не было ни тучки.

— Да, очень повезло. — с печальным вздохом прощания сказала я, но тут же улыбнулась. — Но, как говорят, в дождик уезжать — к счастью.

— Поехали тогда? — улыбнулся мне в ответ муж.

И тут я кое о чем вспомнила.

— Слушай, давай сходим к катеру. — сказала я своему любимому.

— Зачем? — удивился он.

— Я там кое-что нашла, ты должен посмотреть.

— И что это «кое-что»?

— Пистолет.

— Пистолет? — переспросил муж, и брови его поползли вверх. — Ты его трогала?

— Да. — я виновато потупила глаза.

— Ладно, пойдем глянем. — тяжело вздохнул он.

Мы спустились в кубрик катера. Я шла впереди, светя фонариком. Вдруг в его свете я заметила то, чего раньше не было. Сундук. Мрачный, весь покрытый наростами, он был совсем небольшим. Где-то около полуметра в ширину, сантиметров тридцать в длину и столько же в высоту.

— Ну и где твой пистолет? — спросил муж.

Я подошла к сундуку. Массивная крышка была не заперта, я откинула ее. От света фонарика внутри всё заискрилось. Это были камни. Муж взял один и вышел к свету.

— Это натуральный алмаз, не обработанный. — ахнул он, внук профессора-геолога, разглядывая камень на солнце.

— Что скажешь, хватит тебе тут на твой проект?

— Откуда это всё? — в недоумении уставился он на меня.

— С затонувшего испанского галеона. Подарок Русалки. — решила я рассказать ему всё как есть. — Помнишь ту девчонку, что пару дней назад сидела на берегу рядом с нашим домом в одиночестве. Так вот…

Content

Злата Миронова
Форма воды