Отряд Громыхающих камней

1

ПРЕДИСЛОВИЕ

Сгусток энергии, размеры которого едва превышали размеры атома водорода, летел над поверхностью неизвестной ему земли. Каждое действие его требовало затрат чистой энергии, которой он сам и являлся. Сначала он перемещался в плотных слоях атмосферы планеты, проходя сквозь молекулы и атомы, но вскоре счёл этот способ слишком энергозатратным и снизил частоту своих колебаний. И став более физически плотным, он принялся маневрировать, стараясь избежать столкновений с окружающими его частицами. С другой стороны, так этот мир теперь чувствуется лучше и можно подпитываться по пути редкими фотонами, что компенсирует затраты энергии на передвижение. Приняв стабильное для этого мира состояние, он принялся искать то, что его сюда привело.

Великий воин Света пал в битве, стараясь прикрыть отступление своих боевых товарищей из глубокого тыла Тёмных. Разведывательная операция была максимальной степени сложности, и все из его отряда понимали на что шли. Они миновали дюжину галактик транзитом, прежде чем напасть на след врага. Их родная земля за это время совершила множество витков вокруг своего светила, прежде чем они достигли искомой солнечной системы. Цель была обнаружена и уничтожена, но противник держал в этой системе полноценный космический флот, который сковал боем отряд Светлых, состоящий из шестнадцати вымпелов.

Вражеская солнечная система состояла из желтого и коричневого карликов, вращающихся вокруг общего центра масс. Вокруг этих солнц было разбросано пять планет и лишь одна – ближайшая к светилам – являлась обитаемой землёй. Остальные планеты представляли из себя мертвые огрызки горных пород, выпотрошенных тысячелетия назад в поисках полезных ресурсов. Несколько астероидных поясов – следы минувших битв – всё, что осталось от того, что когда-то было полноценными планетами. Стандартная картина для солнечных систем Тёмных. Воин внимательно изучил последний оазис жизни в этой системе. Земля была населена исключительно Тёмными разумными существами, биосфера отсутствовала, за исключением растительных и животных ферм, которые производили пищу для местных жителей. Жалеть здесь было нечего.

Вспышка сверхновой мгновенно поглотила всю систему. Коричневый карлик лопнул, разбрасывая свою материю, которая окутала безжизненные глыбы мертвых планет, насыщая их различными веществами. Появившийся в эпицентре огромный голубой гигант аккуратно остановил отброшенный взрывом желтый карлик и, словно строгий, но любящий отец сильной рукой сгрёб его в охапку и поместил в свой гравитационный колодец, поставив на положенную отныне малому светилу орбиту. Позже то же он сделал с заготовками для новых планет. Новая звезда увеличила активность и начала выбрасывать в пространство вещество. Вскоре здесь образуется протопланетный диск; он оживит мёртвые планеты и образует десяток новых. Из полутора десятков новоиспечённых планет пять станут землями и спустя всего полтора миллиарда лет они будут готовы стать колыбелью для разумной жизни.

Воин уже был готов уйти в Высь, но плач одной далекой планеты, словно якорь, брошенный на дно, приковал его к этой Вселенной. Планета была невероятно далека – Воин пытался найти её во всех знакомых ему галактиках. Ничего, лишь призрачный тихий плач. Он дернулся, стараясь разорвать путы, но цепь лишь издевательски лязгнула. Воин прислушался. Золотая цепь, окутавшая его, шла в далёкую галактику, блуждающую на границе света и тьмы – где-то там и находилась искомая планета.

"Ещё не всё..." – вдруг отозвалось Мироздание.

"Что-то ещё?" – Вопросил Воин.

"Ещё не все!" – ответило Мироздание.

Воин увидел, как прихвостень уничтоженного Тёмного со своей свитой сумели бежать, призванные местными Тёмными, и сейчас они пытаются пересечь врата междумирья. Кучка тёмных успела использовать энергию всех ресурсов своей несчастной планеты и открыла врата, устремившись на зов. Собрав всю свою волю, Воин бросился в погоню.

Сменив мерность, Воин знатно повеселился, создавая новую солнечную систему, и не экономил энергию. Деяний, совершенных за его физическую жизнь, с лихвой хватит, чтобы подняться в Высь. Но, оказалось, дело ещё не закончено, и ему предстоит дальний путь, на преодоление которого потребуется большая часть энергии, но дело завершить хватит. Благо здесь пространство и время не имеют значения, и он успеет вовремя.

Облетев трижды вокруг неизвестной земли, частичка сути Воина, состоящая из чистой светлой энергии, нашла место активации врат междумирья. Враг уже ступил одной ногой на и без того многострадальную землю. Едва избежав смерти, мозг Тёмного уже начал осознавать возможные перспективы пребывания в новом мире и излучал вибрации извращённой алчной радости.

Что ж, не бывать этому. Этой твари не должно быть на этой земле, тут и своих предостаточно, да и необходимо завершить последнее дело. Кругом живой лес, зверюшки давно разбежались, почувствовав магию смерти, но кругом мелкие букашки и растения. Нужно бить аккуратно, чтобы сохранить невинные жизни, тогда и врагу больше достанется.

Ослепительная вспышка накрыла полянку среди леса, на которой творилось преступление. Воин лишь замедлил воздействие поражающего фактора, чтобы нервные окончания врагов успели передать импульс боли в мозг, и каждый Тёмный осознал происходящее. Внутри скорчившейся обугленной плоти чёрные сердца тёмных успели ещё сделать несколько десятков ударов, прежде чем те приняли смерть.

Лес продолжать спать в ожидании рассвета, и ни одна травинка не обуглилась на этой лесной опушке в результате удара Светлого.

"Теперь всё?" – послышалось сквозь шорох осыпающегося в прах сожжённого тела Тёмного.

"Теперь всё", – порыв ветра развеял прах.

ЧАСТЬ 1 «ОРКИ ПОД КИЕВОМ»

ГЛАВА 1 «Штурм Эльфсиниберга»

***

-Орки! Не! Тупые! - сопровождая каждое слово ударом булавы по башке эльфа, которая уже после первого удара превратилась в фарш, могучий орк - командир оркского отряда Громыхающих Камней - наказывал надменного эльфа, который решил, что, окружив дюжину орков двумя десятками боевых магов, уже одержал победу, и предложил на свою беду "тупым оркам сдаваться".

В ответ разъярённые зелёные горы мышц просто смяли зазнаек; в ходе этой бесстрашной контратаки в живых осталась только половина отряда. Но это гораздо лучше, чем сдаться в плен. Все его боевые братья погибли достойно. Тяжело дыша над телом эльфийского командира, Предводитель отряда орков прорычал от досады: он хотел бы добавить ещё что-то эпичное типа "Запомни это, тварь белобрысая". С досады пнул хиленькое эльфийское тело, и оно отлетело на пару добрых оркских саженей. Ну, и кто они без своей магии? Тряпки, натянутые на каркас из хрупких, словно меловые палочки, костей. Тяжело дыша, орк на всякий случай оглянулся, нет ли поблизости ещё врагов, на которых можно было бы выместить свою ярость, но узкий переулок, в который эльфы как в капкан заманили отряд орков, оказался наполнен лишь трупами эльфов.

Что ж, надо собирать оставшихся воинов и двигаться к Синтаару - сердцу Эльфсинберга, эльфийскому дворцу – где высшие маги эльфов хранят средоточие своей магии и ревностно его охраняют. Надменные эльфы были уверены в несокрушимости своих границ, однако нынешний штурм показывает, что их возможности далеко не безграничны, и слаженные действия отважных орков могут пробить оборону довольно крупного эльфийского города.

- Грунг Непрощающий, я собрал воинов! - прорычал, подбегая к командиру один из зеленокожих бойцов. - Отряд собран и готов к продолжению боя, многие из наших пали, но ярость за павших товарищей прибавляет нам сил вдвойне, так что можешь считать, что у тебя полная дюжина!

-Кто с нами в строю? - Осмотрев своего воина, Грунг не обнаружил на нём ран. Несмотря на потрёпанные доспехи, пробитые эльфийскими заклинаниями насквозь как минимум в двух местах, сам орк был не ранен, видимо обереги шаманов сработали как полагается. Висящий на его шее магический камень лопнул, высвобождая заключённую энергию. Оберег разрушился, защищая своего хозяина.

-Я - Ранк Лютый, Грог Срака, Муг Мечник, Лрнур Камень и Нранг Дробящий, - громила с сожалением посмотрел на свой боевой топор, кромка которого была полностью покрыта зарубинами и сколами; эффективности от такого оружия в бою теперь немного.

- Возьми секиру Лнарна Жестокого. Уверен, он бы сейчас пожелал, чтобы его топор вновь попробовал эльфийской крови!

Небольшой боевой отряд орков сильно отстал от своих основных сил и теперь, стараясь догнать боевых товарищей, продвигался через эльфийский город в сторону Синтаара: где-то там сейчас кипит бой - самое время прийти на подмогу своим братьям. Попав в засаду, они сильно отстали от основных сил. Теперь орки несутся в сторону дворца по пустынным улицам, усыпанным трупами эльфов и орков, гдн всюду – следы недавно минувшего боя. Центральные улицы, несмотря на глубокую ночь, были залиты магическим светом. Дома из белого камня с остроконечными шпилями возвышались по обе стороны дороги, но сейчас вся эта красота и величие были повсеместно обожжены эльфийской же боевой магией и эльфийскими же кишками, размазанными по мостовым и стенам домов. Волны орков, словно цунами, прокатились по городу, сметая вражеские силы на своём пути. Штурм шёл стремительно, и орки двигались почти без задержек. Один к одному – таковы потери сторон. Это для эльфов считается невероятно позорным поражением. Обычно, чтобы сломить оборону эльфов, потери орков в два-три раза превышают потери эльфов. И это, безусловно, радует и поднимает боевой дух.

Остальные же мирные эльфы испуганно заперлись в своих жилищах и облачили все окна в магические занавески. Как и полагается доблестному отряду орков, безоружных они не трогали. Объединившись с основными силами, отряд Громыхающих Камней продолжал пробиваться к центру города, временами орошая вымощенную белым камнем улицу эльфийской голубой кровью. Зелёная лавина сметала всех, кто решился встать на её пути. Вот орки вывалились на площадь перед дворцом Синтаара. Всё замерло. Орки уткнулись в защитное поле дворца. Подолбившись в него своим разнообразным оружием, зеленокожие воины растерянно стали вопрошать к своим командирам. Долговременная осада ни в чьи планы не входит.

- Тупорылые животные! - донеслось из-за закрытых ворот дворца. Голос явно был усилен магией. - Покиньте священный город Эльсинберг! Вам не добиться успехов в сражении с великим народом эльфов! Скоро к нам прибудет подкрепление в несколько тысяч боевых магов! Спасайтесь бегством, если не желаете, чтобы ваши племена были уничтожены!

Толпа орков расступилась, и из неё, хромая на повреждённую в бою ногу, вышел старый, но не дряхлый орк, лицо его несло на себе следы давних шрамов.

- Я Грогн Главнокомандующий! Мы пришли во чтобы то ни стало уничтожить средоточие магии в этом городе. И сидеть тут, дожидаясь вашего подкрепления, чтобы порвать им задницы с такой же лёгкостью, как и ваши, у нас совершенно нет времени, – самый главный оркский воин ненадолго замолчал, его суровое лицо стало ещё более мрачным, и он продолжил. - В отличие от эльфов, мы никогда не убиваем безоружных, мы не лишаем жизни тех, кто не способен держать в руках оружие. Пройдя через весь твой город, я с уверенностью могу сказать, что ни одна эльфийская жена и ни одно эльфийское чадо не пострадали от ярости орка. Мы сражаемся только с воинами, но сегодня ради тебя - неизвестного мага, побоявшегося даже представиться оркам, - мы впервые за тысячи лет сделаем исключение! Можешь сколь угодно долго сидеть под своей защитой, вытряхивая в страхе дерьмо из штанин и наблюдать, как мои парни убивают твой народ, а можешь снять магическое поле и принять бой, как это подобает истинному воину! - Он обернулся к своим бойцам и проорал им: "Отряд Срущего Голубя! Приказ: уничтожить ближайшее жилище мирных со всеми, кто в нём находится!"

От общей зелёной массы отделилась дюжина орков-подростков. Они, решив не тратить время на возню с магическими затворами на дверях, без особых церемоний ринулись пробивать стену дома огромными молотами, которые, судя по всему, и являлись их основным оружием.

Когда по стене жилого дома пошли трещины, и камень перестал держаться в своей кладке, эльфы не выдержали.

-Стойте! – прогремел голос эльфийского мага. – Мы снимаем защитное поле…

Едва заметная магическая пелена исчезла, и высоченные ворота крепости дворца распахнулись...

Лавина одурманенных боем орков ринулась вперёд, сотрясая округу громоподобным рыком. Бой продолжился уже за стенами дворца. Горы трупов, яростные удары тяжелого оружия и вспышки боевой магии. Межрасовая ненависть, культивируемая тысячелетиями, затмила разумы противоборствующих сторон. Эльфы заманивали орков в ловушки дворцовых коридоров, но тех всегда оказывалось больше, чем ловушки могли в себя вместить, магия захлёбывалась. Шагая по трупам боевых товарищей, орки сминали очередной оборонительный кордон эльфов.

Грунг Непрощающий, вышедший на площадь перед дворцом одним из последних, оказался в арьергарде наступления. За всё продвижение по дворцу едва ли каждому из орков перепала удача сразиться хотя бы с одним эльфом, в основном приходилось добивать недобитышей. Так они добрались до зала, в котором были врата в хранилище средоточия магии Синтаара, без потерь. Зал был огромен и с лёгкостью вмещал в себя весьма поредевшую армию орков. От пола и до сводов всё было обделано белоснежным камнем, вдоль стен величественно стояли огромные, достигающие сводов, статуи каких-то эльфов. Перераспределившись, отряды орков начали штурм хранилища.

Отряду Громыхающих Камней предстояло взобраться по стенам зала к вентиляционным окошкам и через них попытаться проникнуть в хранилище. Муг Мечник – отличный воин, который не зря получил своё прозвище: он отлично владеет двумя мечами одновременно и является фанатом всего колюще-режущего, а вот разного рода молоты и дубины – это не его. Ему пришлось сбросить с себя тяжелые доспехи: вентиляционные шахты слишком узки и орк, заключенный в громаду из брони, способной держать эльфийские заклинания, туда попросту не пролезет. Размотав тонкую, но прочную верёвку, он раскрутил и забросил тройной крюк. С первого раза ему удалось зацепиться за подобие карниза в окне. Не теряя времени, Муг, схватившись обеими руками за верёвку, ловко поднялся вверх на высоту в пять своих ростов. Нырнув в окно, он тут же высунулся наружу, подавая сигнал остальным. Все повторили действия Муга и сбросили броню, оказавшись по пояс обнаженные, и поочерёдно взобрались в вентиляционную шахту. Та действительно была весьма узкой и низкой для орочьих габаритов, но, согнувшись, передвигаться по ней было вполне возможно.

Шахта выходила прямо в помещение хранилища, и оркам не составило труда спуститься по ней. Попытки открыть массивные каменные врата изнутри оказались тщетны: какие-либо затворы и петли просто отсутствовали. Дабы не тратить время зря, Грунг бросил эту затею и направил свой отряд к средоточию магии. Остальные орки, оставшиеся снаружи, скоро перестанут ждать и начнут пробираться в хранилище их путем.

Белоснежные стены и пол этого помещения были полностью покрыты замысловатыми эльфийскими рисунками и письменами, от золотистого свечения которых у орков пестрило в глазах. В самом центре огромного хранилища стоит антрацитово-черный постамент, на котором, словно алмаз в оправе, заключено средоточие магии этого города. Переливающийся всеми цветами радуги магический реактор сдерживался серебряной клетью, которая стабилизировала и сохраняла в покое огромную мощь. Нарушить это равновесие не так уж и сложно. Достаточно изменить геометрию оправы, хорошенечко херанув по ней булавой. По словам оркских шаманов, малейшее смешение каркаса оправы нарушит все резонансы и гармоники. Реактор пойдёт в разнос и само хранилище, дабы сберечь всю округу от буйства необузданной энергии, сбросит всё в аварийный канал. Тот рассеет всю энергию в высоких слоях атмосферы и не навредит ничему живому. Кроме эльфов. На всю округу те будут страдать от жесточайшего энергетического голодания. Грунг поднял взор к своду. Ровно над средоточием магии, словно купол, возвышалась огромная, в несколько орочьих саженей хрустальная линза, кристально прозрачная, сквозь которую виднелось усыпанное яркими звёздами ночное небо. Ну что ж, была не была. Грунг взревел, призывая свой отряд ринуться в атаку. Необходимо закончить начатое. Орки бросились к цели, жаждя лишить зазнавшихся дрыщей магической силы.

Они уже почти добрались до центра огромного здания, и до сих пор никто на пути у них не вставал. Но вдруг, у самого подножья постамента, словно прямо из воздуха материализовался донельзя древний эльф в тяжёлых боевых доспехах чёрного цвета. Может быть, он просто сбросил с себя заклинание невидимости – оркам было не до этого. Доспехи эльфийского мага переливались красно-коричневыми магическими всполохами, и весь его силуэт был облачён едва заметно подрагивающей дымкой силового поля. Однако, на удивление орков, свой боевой жезл он направил не на них.

- Стоять, твари безмозглые! – усиленный магией голос сотряс стены огромного зала. – Я уничтожу аварийный коллектор, и, если вы, неразумные дикари, посмеете нарушить баланс энергий, умрут все!

Грунг не думал, блефует ли старый эльф. Тем более он не думал о том, чтобы остановиться: атакующего орка вообще остановить сложно, даже оружием. Пылающие яростью орочье сознание лишь дало телу сигнал двигаться ещё быстрее, чтобы успеть…

Не успел. Едва грудь Грунга встретилась с силовой оболочкой эльфа, тот, отскочив от груды зелёных мышц, словно мячик, в последний момент исторг заклинание. Магический разряд пришёлся в сторону, и взрыв под потолком лишь краем задел линзу-купол. Наверняка хитрый эльф знал куда целился, и, даже если он планировал разрушить линзу, заклятие было рассчитано на то, чтобы осколки линзы не рухнули вниз или рухнули, не задев магический реактор. Но благодаря орку всё пошло не так, и теперь он смотрел, как от места разрыва боевого заклинания по линзе разбегаются трещины.

Барахтающийся на полу старикашка завопил от ужаса, а потом, спохватившись, начал дрожащим голосом сплетать какое-то заклинание. Но купол с характерным треском лопнул, и тысячи осколков устремились вниз.

-Упс... – лишь выдохнул орк. Грунга не удивить смертью на войне, такое бывает часто. Героями погибают, бывает. Но чтобы так перестараться и уничтожить город со всеми воинами и мирным населением, при этом погубив тысячи своих соратников, – это уже перебор.

Яркая вспышка обожгла сознание. Грунг и представить себе не мог, что умирать настолько больно! Он чувствовал, как его тело разбираются на самые мельчайшие частички, которые могут существовать в этой вселенной. Он чувствовал невероятную боль, уже не физическую, а боль, пронзавшую всю его суть. Орки не боятся ранений и могут стойко переносить любую боль, в этом им нет равных. Но сейчас с Грунгом происходило что-то невероятное: он не чувствовал тело, да оно похоже и не существовало, но чувствовал каждую свою частицу. Чувствовал, как небытие, в котором он оказался одномоментно, сплющивает и раздирает каждую из них. Превращает во что-то плоское, подобное нарисованному на листе пергамента рисунку. Как долго это продолжалось, орк уже не понимал: ощущение времени исчезло. Казалось, его колбасило целую вечность. Именно колбасило: он чувствовал себя бесформенной массой мяса, которая вдруг внезапно вновь обрела объём и начала собираться обратно в тело, и все его страдания повторились в обратном порядке. Каждая частичка, испытывая максимально возможную в этой вселенной боль, приобретала объём, искала связь с соседней частичкой и постепенно собиралась в фарш, а потом в полноценное плотное тело…

ГЛАВА 2 «Длинная ночь»

***

Реальность вернулась для орка так же внезапно, как и пропала. Он обнаружил себя падающим среди ветвей ночного леса. Ветви с хрустом били по морде и, сломав хребтом пару больших веток или стволов, орк врезался в земную твердь, подняв вверх опавшую листву. Живой! Он без промедления вскочил на ноги - булава в руке, это хорошо: настоящий воин не выпускает оружия из рук, даже если его разобрали до последней песчинки. Неподалёку с таким же грохотом падают собратья. Грунг пересчитал: шесть орков, включая его, все здесь. Кругом тьма, но орки отлично видят ночью. Он огляделся кругом. Везде странное редколесье: жиденькие тоненькие деревца да травянистые кустики. Разбираться некогда. Трусливый эльф, не имея возможности достойно сражаться, натворил делов. Теперь надо понять, насколько далеко мы оказались от эльфийского города. Необходимо сориентироваться на местности и срочно вернуться в бой. Кругом ночь, и звёздного неба не видно сквозь кроны деревьев. Орк втянул носом запахи странного, незнакомого леса. Среди всех неведанных ранее запахов знакомым был лишь запах недалёкого костра. Командир отряда собрал всех орков. Все целы и невредимы! Прекрасная новость! Собравшись вместе, отряд орков двинулся в сторону костра, и вскоре среди стройных белых стволов замерцали огни костров. Рыком командир призвал всех увеличить темп, и вот уже небольшая стая орков неслась сквозь лес, сметая на своём пути кустарники и молодые деревца. Бежать было непривычно легко, а попадавшиеся на пути деревья ломались подозрительно легко. Так с треском ломающихся веток и стволов Грунг со своей пятёркой вывалился на небольшую поляну. От увиденного все орки остолбенели. Картина, которую они увидели, была слишком странной. На полянке обосновалась кучка странных существ: худые, словно эльфы, но чуть ли не вдвое ниже, а орку своими макушками они едва ли до груди достанут. Морды светлые, но совсем не похожи на угловатые физиономии эльфов. Некоторые облачены в просторные длинные балахоны с капюшонами, другие - в простые серые одеяния. Те, что в балахонах, держали в руках факела и, видимо, водили хороводы вокруг серьёзного по их меркам костра. Кругом по периметру на жердях множество белых маленьких черепочков и отголоски ненавистной всему живому магии смерти. Несколько ударов сердца все стояли молча и не двигаясь тупо пялились друг на друга.

- Командир, это что за мелочь? - Выдирая из грудной мышцы здоровенную щепу, спросил Грог. Он с презрением осмотрел окровавленный кусок дерева и отбросил его в сторону. - Эльфийские ясли, что ли?

Грог Срака, несмотря на прозвище, очень сообразительный и любопытный парень. Он очень молод и в отряд Громыхающих Камней попал совсем недавно. Особым образом себя в бою не показал, потому ходит пока с детским прозвищем, что, впрочем, для его возраста нормально. Под влиянием авторитета своего командира выбрал основным оружием булаву, не самым умелым образом с ней обращается, но зато очень смекалистый и изобретательный боец: не раз удивлял командира нестандартными решениями. Грунг питал симпатии к молодому воину и в бою старался его подстраховывать, как это и положено делать командиру с неопытными бойцами в отряде. Когда Грог заматереет, он обязательно покажет свои сильные стороны, и соратники дадут ему достойное прозвище, а пока пусть ходит с детским. В конце концов грозный ныне Грунг Непрощающий когда-то был Соплежуем…

Наконец один из недоросликов, облаченный в чёрный балахон, начинает что-то говорить остальным, потом поднимает руки к небу и, радостно крича, начинает двигаться к оркам. Тем временем, повинуясь его командам, одетые в простую серую одежду существа начинают издалека окружать орков. Грунгу ни разу это не понравилось. Во-первых, этот в балахоне вообще непонятно что несёт на своей тарабарщине. Язык у них незнакомый совсем, отдалённо похож на оркский, но уж больно пискляво тараторит. Во-вторых, вот эти чудики, которые медленно широкой дугой пытаются окружить отряд орков, выглядят совсем не дружелюбно: гостей так точно не встречают.

Командир орков быстро прикинул соотношение сил. Пятеро в сером, похоже, простые солдаты, с длинными, странной формы палками, похожими на боевые магические жезлы. Ещё четверо в чёрных балахонах; в руках только факелы. Учитывая мелкие размеры существ, о проблемах в рукопашной схватке речи идти не может. Осталось лишь понять опасность боевых палок.

Главарь в балахоне продолжает что-то утвердительно говорить оркам, так, будто уверен, что они его понимают. Грунгу это тоже не понравилось. Он старался сдерживаться и не орать в ответ, но этот мелкий недоэльф уже что-то требовательно начал выкрикивать и указывать в сторону руками, словно приказывая оркам идти куда-то. Кровь в жилах орков ещё не остыла после битвы с эльфами. Орки свободолюбивые, вольные существа и никогда не позволят себе терпеть унижения от чужаков. И Грунг не выдерживает. На его взгляд, он достаточно долго пытался осознать происходящее. Нападать на неизвестных существ, к тому же явно физически более слабых, плохо, но такого отношения к себе и к своим сородичам он терпеть не намерен. Предводитель орков вскидывает над головой руку со своей любимой булавой. Боевой рык сотрясает пространство, и остальные орки повторяют его. От природы орки практически лишены возможности пользоваться магией, им доступны только мелкие крохи. Однако боевой клич, приправленный эманациями устрашения, намного более эффективен, чем просто бессмысленный рёв. Грунг с удивлением наблюдал результаты. Он увидел, как пара фигур в балахонах осели на землю, видимо, потеряв сознание. Остальные же бросились бежать что есть мочи на другую сторону полянки, где стояли, по-видимому, их странного вида повозки.

Как бы ни старался Грунг сделать максимально свирепое лицо, улыбку он сдержать не смог – храбрец, посмевший наорать на воина орка, улепётывал быстрее всех, словно всю жизнь для этого тренировался. Орку лишь осталось пожать плечами. Наконец он оглядывает своих: все в нормальном, боевом состоянии, растеряны, как и он сам. По рожам видно, что никто не соображает, что происходит. Тем временем на другом конце полянки мелкие, добравшись до своих телег, устроили возню. Орки стали наблюдать за непонятными существами. Чудики в балахонах тоже вооружились палками, как и у тех, что в сером. То, что это оружие, у орков уже сомнения не оставалось. Пусть оно и выглядело так же нелепо, как и его носители. Перекрикиваясь, неизвестные существа попрятались кто за повозки, кто за пни и брёвна, имевшиеся неподалёку в изобилии. Палки эти даже на дубины не похожи, да и бить ими орков недоделанные эльфы явно не собираются. Они прикладывают один конец к плечу, другой направляют на орков. Грунг с тихим рыком выдохнул: уж до боли похоже на боевые жезлы эльфов.

Команда Грунга, отданная коротким жестом, - и орки синхронно уходят с линии огня. Спустя миг, концы палок вспыхивают боевыми заклятиями, и ночную тишину нарушает множество громких хлопков. Грунг завершил прыжок приземлением с переворотом и, перенаправив инерцию своего тела, ловко вскочил на ноги, попутно схватив бревно. Продолжая движение, он точно запустил его в ближайшего врага.

Бревно чётко зашибает парочку, усевшуюся за поваленным деревом. Периферическим зрением командир орков заметил, как его парни тоже бросились в контратаку. Эти странные и смешные существа явно не все доживут до утра. Никто из орков даже не счёл нужным применить оружие. Несмотря на использование коротышками магии, силы слишком неравны.

Фигурки в плащах начинают разбегаться, Лрнур Камень хватает одного за шиворот и тащит к своему командиру. Существо дергается и орёт, в панике пытаясь вырваться, но притихает, когда его встряхивают.

- Грунг, у тебя же есть кристалл образов, давай допросим этого? Пусть расскажет, что да как.

Принято считать, что у орков нет магии. Этот стереотип распространяют высокомерные эльфы. Да, магия орков значительно слабее, она больше направлена на усиление физической силы и мощи оркского тела. Все воины орков усиливают свои удары магией, увеличивая сокрушающий эффект чуть ли не в два раза, такой же эффект - к скорости реакции и ловкости. Орк может в пылу боя замедлять течение времени для своего сознания и активно пользуется способностями магической регенерации, хотя и природная у орков отменная. Обереги, нанесённые на броню или оружие, значительно повышают их прочность и надёжность. Также полно разного вида защитных амулетов и разнообразных кристаллов для быта, типа кристалла передачи образов для общения без изучения языка.

Грунг вытащил из подсумка непрозрачный красный кристалл и закрепил его на затылке с помощью начельника. Теперь орк со своим собеседником должны друг друга понимать вне зависимости от языков на которых говорят. Но пленник говорит что-то нечленораздельно, паникует и дёргается, образы в его голове сбивчивые, и Грунгу приходится медленно и четко сказать ему, чтобы он заткнулся. Тот, видимо, не понимает и верещит так, что уши закладывает.

- А ну-ка, Лрнур, заткни его. Кристалл не может распознать местный язык: камню нужно синхронизироваться с излучением мозга, но у этого недоростка мозги, видимо, от страху отказали.

Лрнур тыльной стороной ладони не сильно бьёт пленника по щеке - слышен хруст, и тело, удерживаемое за шиворот, безвольно повисает на плаще.

- Лрнур! Бестолочь! Я же попросил его заткнуть, а не убить!

- Прости, командир, я не знал, что они такие нежные. - Лрнур разжимает кулак, и тело мешком падает в траву. - Сейчас приведу другого, ухх… Вон кто-то ёрзает в кустах.

Нормальный допрос получилось устроить только с четвёртым пленником: он оказался самым стойким и храбрым и даже не обмочил штаны, когда Грунг решил припугнуть его и немного порычал. Остальные в панике толком говорить не могли, а при малейшей попытке их пытать почему-то сразу умирали. Даже эльфийские тела более устойчивы к физическим повреждениям! После того, как беседа с непонятными существами состоялась, Грунг решил собрать своих парней и поделиться полученной информацией.

- Дела такие: похоже старикашка нас забросил куда-то дальше, чем за черту эльфийского града. Если вы не заметили, тут всё слишком необычно, даже растительность иная; кто-нибудь встречал такие деревья? Я уже молчу об этих странных обитателях леса с факелами. Ни мы их не знаем, ни они нас. Да ещё они твердят, что в их краях идёт великая война. И без орков! Уму непостижимо! Ещё этот последний сказал, что они проводили тут какой-то обряд для своего бога, принесли в жертву жителей вражеской деревни, чтобы тот помог им сокрушить противника и прислать в подмогу боевых рабов. То есть нас. По-видимому, всё, что им удалось, это открыть портал, откуда мы и высыпались. Придурки на радостях решили, что мы и есть слуги их бога, который послал нас им на службу, вот и попытались командовать нами. Но потом что-то у них в башке треснуло, и они начали по нам стрелять из своих... эм... Не помню, как он их назвал. Неважно. Хотели нас убить видимо.

- Грунг, смотри, что я смог выковырять у себя из ляжки, - Нранг протянул раскрытую ладонь, на которой была пара весьма мелких металлических предметов, чем-то напоминающих наконечники от стрел. - Едва ли под кожу зашли - не самое эффективное оружие для убийства орка.

-Ух ты! – Грог выхватил у Нранга металлические кусочки и принялся с интересом их рассматривать. – Наконечники магических стрел! Странно, что они не додумались наносить на них яд. Иначе бы ты не был сейчас такой бодрый. А древко у стрел видимо магическое, заклинание потеряло силу, и они испарились…

Выглядели эти наконечники довольно необычно, но весьма закономерно. Против таких же щупленьких уродцев-недоростков оружие наверняка смертельное, но грубая кожа орка для него оказалась не по силам. Нрангу Дробящему пришлось дать командирского подзатыльника. Его удары, без сомнений, были всегда мощными и дробили череп чешуйчатого рундрага, за что он и получил своё прозвище. А вот с ловкостью и способностью уворачиваться от боевых заклинаний у него всегда были проблемы. Так что в воспитательных целях необходимо было наказание.

- Короче говоря, шлёпать до дома нам, похоже, долго, а самое главное - непонятно в каком направлении. Местным не до нас и помощи от них видимо не будет, - закончил Грунг.

- Я думаю, смысла обращаться к местным нет, - первым прервал молчание Грог, исследовательский интерес на его морде сменился озабоченностью, и он вздохнул. - И топать нам некуда...

Он ещё немного помолчал, но, поймав вопросительные взгляды соратников пожал плечами и продолжил.

- Это другой мир. Мы ничего о местных не знаем, и на нас местные реагируют весьма странно, хотя Орки побывали во многих уголках нашего мира, нам давно известны все разумные расы. Орки оставили следы своих сапог на каждом углу Аргхорна. Да и вообще, этот мир устроен иначе. Вы заметили, как легко двигаться? Мы словно весить меньше стали. - Для наглядности он подпрыгнул, и прыжок действительно оказался значительно выше обычного. - Видали?! Можно легко двойное сальто в прыжке с места сделать! Этот мир более хрупкий, более слабый.

- Для начала, – парировал Лрнур, – орки еще не всю планету обошли и могут быть места, где зародилась неведомая нам раса. А эта раса, судя по всему, родственная эльфам или вообще это и есть какие-то деградировавшие эльфы. Мало ли какие опыты на себе эти бледные поганки проводят. Запрятали кучку выродков на каком-нибудь неизвестном никому островке в Красном Океане…

- Климат совсем другой! И звёзды! Да здесь всё иное! – не выдержал Грог и перебил старшего.

Он подошёл к странного вида дереву с белой корой, толщина ствола его была сравнима с толщиной кулака орка. С размаху Грог ударил по стволу, и тот с громким хрустом разлетелся на щепки, дерево накренилось и с треском завалилось на стоящих рядом собратьев.

- Видали?! Как трухлявое бревно! Но очевидно, что это дерево здорово!

- Полное говно, - задумчиво протянул Ранк Лютый. - Что нам делать-то теперь?

- То, что делает любой орк в непонятной ситуации! Мы будем сражаться! Наше оружие с нами! Даже походные мешки со всем необходимым есть, отсутствуют лишь доспехи, зато их тяжесть не обременит нас в долгих пеших походах, а в бою нам их заменит наша ловкость, смекалка и отвага! - Заявил Грунг, напоминая всем, кто здесь лидер. В критической ситуации нельзя позволять бойцам раскисать и позволить им хоть на малую каплю усомниться в уверенности командира. – Орки не дадут себя в обиду! Каков бы этот мир ни оказался, он нас примет, а если он покажет нам зубы, мы их выбьем! Короче, не ныть, разберёмся. На месте стоять мы не будем и отправляемся в путь!

Где-то вдалеке, со стороны уходящей вглубь леса дороги послышался странный рёв неизвестного зверя. Рёв этот был продолжительным и не прекращался, будто существу не нужно было делать вдох, чтобы набрать в лёгкие воздуха, лишь то взывал, то переходил в урчание и постоянно усиливался по мере приближения. Вскоре стали различимы голоса уже нескольких зверей, и сквозь деревья пробились лучи желтого цвета от магических факелов.

На этот раз орки решили не стоять как истуканы посреди поляны и спрятались в кустарниках этого молодого, судя по толщине древесных стволов, леса. Так себе маскировка, но на первые мгновения пойдет: орки не из тех, кто вечно прячется. В распоряжении отряда есть немного времени, и оркам удалось наскоро организовать стандартную засаду. Распределив бойцов по позициям, Грунг, наконец, смог позволить себе обратить внимание на мельчайшие детали, окружающие его, и хорошенечко все обмозговать. Этот лес действительно совсем другой: другие запахи растений, лесной подстилки, дышится в целом иначе. Двигаться легче, намного легче, но это порой даже мешает при расчете прыжков и ударов. Звуков лесных обитателей почти нет, но это нормальная картина в лесах, где идут масштабные боевые действия, а вот насекомых тут гораздо больше, и разнообразие мелких гадов тоже поражало. Особенно кровососущих: им явно пришлась по вкусу горячая орочья кровь, только вот пробить столь грубую кожу им не по силам. Зато щекочут - мочи нет терпеть этот зуд! Деревья заслуживали отдельного описания, как и всё окружающее. Они были относительно хрупкие и тонкие, однако больше впечатлял их внешний вид: длинный ствол, покрытый белой корой с черными рябыми вкраплениями, тонкие ветви и необычной формы мелкая зелёная листва. Наверняка днём тут есть на что посмотреть, но, видимо, до рассвета ещё далеко. Ну ничего, ещё будет время по сторонам поглазеть.

Среди рева уже отчетливо был слышан лязг металла, а значит, это не дикие звери, а, скорее всего, облаченные в боевые доспехи выдрессированные животные. Поэтому командиру орков необходимо оценить силы и обстановку. Грунг понимал, что, несмотря на лёгкую победу над горсткой недоросликов, местные могут оказаться намного опаснее.

На опушку из леса с невероятным шумом и грохотом выехали три самодвижущиеся повозки. Никаких зверюг, облаченных в боевую броню, не оказалось, — это повозки сами при движении издавали шум. Две из них были побольше и имели деревянные борта с мягким тентом - вполне обычная повозка для перемещения грузов, только ничем не запряжённая, вместо этого спереди некая надстройка, в которой сидели извозчики. А первая повозка имела очень странный вид коробки. Очевидно, бронированная штука, полностью из железа, на множестве железных колес, обвитых какой-то железной лентой, и состоящая из плоских звеньев, да еще и с железной надстройкой сверху. Из надстройки торчала пара боевых жезлов: один - примерно, как у недоростков, другой - заметно больше, что намекало на большую его убойную мощь. Повозки остановились. Из больших начали высыпаться такие же низкорослики, облачённые в серое, с боевыми жезлами, но ещё и в нелепых в шлемах, и при этом никаких доспехов. Совсем дикари видимо… Послышались команды на незнакомом языке, на крышах повозок загорелись магические факелы и своими лучами начали прочесывать лес вокруг. У железной же телеги в движение пришла верхняя надстройка, которая явно следует за прожекторами. Солдаты местных далеко не разбегаются, падают на землю и занимают круговую оборону вокруг своего транспорта.

Все это указывало на то, что оркам здесь не очень рады. Грунг ломал голову. Вроде бы и сами сюда призвали? Не угодил подарочек от господ, так чего убивать-то сразу? Надо как-то объяснить им, что орки не испытывают агрессии к неизвестным существам и лишь защищают свои жизни и достоинство. Но как объяснить это прежде, чем тебя убили?

Командир аккуратно запустил руку в небольшой подсумок, закрепленный на поясе, и вытащил свисток, имитирующий стрёкот ночных насекомых - с помощью таких удобно незаметно отдавать команды, не выбиваясь из общего ночного фона природы. Есть ли здесь подобные насекомые, и насколько орк себя демаскирует, он пока не понимал. Это риск, но это лучше, чем орать в голос. Короткие команды едва слышным стрёкотом разлетелись по округе. Судя по отсутствующей реакции у неизвестных существ, орков они всё ещё не заметили. Орки умеют бесшумно двигаться во тьме, поэтому огромные для этого маленького леса тела незаметно для местных пришли в движение и перегруппировались. Дождавшись, когда все бойцы подтвердят свою готовность ответным стрёкотом, командир начал действовать.

Вечно прятаться — это не удел орков, нужно принимать решительные действия. При первой встрече орки отловили не всех местных, явно кто-то смог бежать и позвал подмогу. Что там сбежавшие в панике наплели о пришельцах - Грунгу остается только гадать, так что теперь нужно срочно помириться. Воевать отрядом, от которого осталась лишь половина бойцов, в чужом мире против неизвестного врага – затея, которая вряд ли продлит жизнь оркам. Придётся переступить через саму орочью суть и отказаться от грубой силы, перейдя к методам дипломатии. В надежде, что кристалл образов достаточно натренировался и дотянется до разумов местных, Грунг поднялся во весь рост, при этом заранее подметив кочки, за которые можно отпрыгнуть, и спрятаться на случай, если его всё-таки не поймут.

- Народ орков не желает воевать с вами! – орочий рёв пронзил ночной лес. Местные услышали непонятный им язык. Остается надеяться, что в их мозгах кристалл образов все правильно переведёт и отложит нужные образы.

Едва командир орков успел закончить фразу – лучи света и всё оружие местных направилось на него.

- Файя! – Единственное слово которое услышал он в ответ, в сознании вспыхнул образ пламени, вспышки...

«Кажется, я теперь знаю, что здесь кричат, когда хотят тебя убить.» Эта мысль возникла у орка уже в тот момент, когда он был в прыжке. В миг, когда он покинул лучи света и приземлился за какой-то кочкой, послышалось множество хлопков, и пустоту, где он стоял пару ударов сердца назад, со свистом прошили десятки кусочков металла. Чуть с запозданием подключается оружие железной коробки - более громкие и частые хлопки чуть чаще, чем удары сердца, выбивают из стволов деревьев огромные щепы, чуть не ломая их пополам. Очень грозное оружие, его следует опасаться. Железная повозка исторгла из себя несколько десятков боевых заклинаний и умолкла. Видимо управлявший этим жезлом не особо целился и бил наугад.

Можно просто убежать и скрыться в лесу – проблем это не составит. Но орки не из тех, кто отступает: страсть к сражениям у них в крови. Шесть гигантов медленно перераспределились полукольцом, стараясь уйти немного в сторону с линии огня. Главное - не попадать в лучи света и стараться быть незамеченным как можно большее время. Цель проста: вступить с противником в рукопашную, не бить, а просто повыдергивать из рук оружие. Голыми руками ничего они не смогут противопоставить оркам. А потом вычислить командира и вступить с ним в диалог, то есть допросить. Жаль, что нельзя хорошенько ему навалять по башке: сдохнет же. На первый взгляд ручные жезлы орку вреда не способны нанести, парочка попаданий от них в бою только раззадорят боевой пыл и добавят азарта, а вот оружие железной коробки может оказаться смертельно опасно. Грунг понадеялся, что его воины это тоже осознали.

Для противника бросившиеся из засады в атаку орки появились словно из ниоткуда. Примерно двадцать широких орочьих шагов до врага. Орки старательно пытались уворачиваться и менять траекторию движения, но уже на половине пути Грунг почувствовал довольно болезненные удары магических стрел. Он даже прикрыл лицо предплечьем и тут же почувствовал, как в него впивается маленький кусочек металла. Не в рожу - да и ладно! Еще один попадает в ногу, и парочка бьет в грудину. Эта атака оказалась не так проста. Пара перекатов - и вот орки уже почти достигли местных солдат.

Кто-то из маленьких эльфоподобных существ пытается убежать. Снова слышны хлопки из железной коробки. В какой-то момент Грунг буквально затылком почувствовал, что оружие неведомой металлической повозки направлено прямо на него. Резким броском в сторону он ушёл с линии броска, заодно, приземляясь, скосил замешкавшегося местного солдата, словно огромный валун, катящийся с горы, сбил молодое деревце. Тут же орк вскочил и бросил своё тело к следующему врагу и выдернул магический жезл из его рук, словно костыль у немощного калеки. Так он обезвредил с полдюжины вражеских солдат. В пылу рукопашного боя особо за обстановкой не последишь, но где-то на заднем фоне в голове Гркнга появляется тревожная мысль: "Нас только пятеро!". В очередной раз кувырком уйдя с линии огня, он выбрал удобный момент и оглядел поле боя: четыре гиганта мечутся среди низкоросликов, он пятый... Кого не хватает? Времени разбираться нет: Грунга снова берёт на прицел орудие бронированной повозки, словно опознав в нём главаря. Внезапно в голове возникла идея - и орк прыжком с переворотом ныряет прямо к колёсам смертоносной повозки. Как он и предполагал, слишком сильно в них её жезлы опуститься не могут, и поражать цели, находящиеся прямо у себя под носом, она не в состоянии, да и на вращение надстройки уходит большое количество времени, так что зайти к ней "за спину" никакого труда не составит. Снова раздаются хлопки невиданного доселе оружия, и жезл повозки изрыгает из себя три вспышки подряд. Проследив направление Грунг увидел, как в паре десятков шагов упал на колени Ранк Лютый. Он закрыл рукой рану и с недоумением посмотрел на обильно хлещущую кровь. Прямо над головой Грунга раздается ещё пара хлопков, и в теле зеленокожего бойца появляется еще две кровавые дырки, его глаза стекленеют, и он падает лицом на землю. Взрыв ярости затмил сознание Грунга. Ранк Лютый не просто недошаман его отряда, но и друг детства. Ранк и Грунг одногодки, вместе выросли и вместе стали воинами, всю жизнь прослужив в одном отряде и пройдя один боевой путь. Теперь сюсюкаться никто не будет. Сознание орка ушло на второй план, уступая место боевым инстинктам и рефлексам, Грунг почувствовал сердцебиение оставшихся своих бойцов: Лрнур всё видел своими глазами и его сердца уже начали яростно колотиться, разогревая кровь, Муг и Грог отреагировали на пару мгновений позже, услышав боевой рёв командира. Время стало тягучим, враг медлительным, поле зрения орков расширилось до такой степени, что периферического зрения не стало, шум схватки расслоился на тысячи разных звуков - от лязга механизмов и грохота заклинаний до шороха травы под ногами, а в ноздри ударил мерзкий запах страха, исходивший от тел низкоросликов. Значит, те, кто до сего момента не успел сложить или потерять оружие и бежать, вряд ли останутся живы. Тем временем железная повозка приходит в движение. Затарахтев, она начинает крутиться на месте в надежде подмять под себя и перемолоть прижавшегося к ней орка. Такое могло бы сработать лишь в случае, если бы орк стоял неподвижно и дожидался смерти, но управлявшие железной повозкой явно ошиблись с жизненными планами Грунга. А Грунг тем временем сместился чуть в сторону и достал из-за спины Булаву. Шипы стального навершия тускло сверкнули в ночи, и любимое оружие легло в руку. Повозка начала откатываться подальше от орка, чтобы он вновь оказался в зоне поражения её боевых жезлов, но, прежде чем она успела набрать скорость, орк оказался позади неё. Нужно эту штуку обезвредить и выковырять из неё того, кто убил Ранка. Взобраться на эту коробку проблем не составило: есть за что ухватиться, хоть она вся трясётся и гремит.

Грунг присел на корточки, чтобы получше зафиксировать своё тело на скачущей по полю повозке. Внутри под ним спрятано что-то горячее: то, что заставляет кучу этого железа двигаться, и при этом исторгает из себя вонючий дым. Добиравшись до вращающейся надстройки, Грунг с размаху врезал по жезлам, исторгающим из себя смерть. Тонкий жезл погнулся с первого удара. Сидящие внутри, видимо, осознали, что зеленокожее чудовище взобралось к ним на головы и пытается их убить. Повозка резко срывается с места, а потом, набрав скорость, резко останавливается. Сидящие внутри существа таким образом решили сбросить с себя орка, но Грунг нашёл за что ухватиться и крепко держался на крыше. Изловчившись, он размахнулся и с нескольких ударов загнул второй смертоносный жезл. Теперь эта штука точно заткнется. Однако дергаться и носиться по полю она не перестала. Орк принялся долбить по ней что есть сил, но броня оказалась слишком крепка. Орки уже расправились с противником и поспешили на помощь командиру.

Осталось только понять, как угомонить эту бешеную коробку, которая носится по лесной опушке туда-сюда, ревя и дергаясь, и пытается сбросить Грунга. Первым сообразил Грог. Схватив нетолстое бревно, он сунул его в хитросплетение колес и металлической ленты. Повозка с лязгом и грохотом подпрыгнула, но перемолола бревнышко. Однако орки, увидев, что это может сработать, ринулись в буквальном смысле пихать палки в колеса этой телеге. Результат не заставил себя долго ждать: в очередной раз взревев и подпрыгнув на бревне, она сбросила с одной стороны стальную ленту и бестолково закрутилась на месте. Вскоре то же повторилось и с другой стороны. Коробка оказалась обездвижена и замолкла. Победный рык ознаменовал конец битвы.

Оставив двоих - Грога и Муга - караулить эту неведомую железку (на случай, если из неё кто-то вылезет) Грунг с Лрнуром отправились на поиски Нранга. Тревожные мысли о нём не покидали голову командира.

Отыскать тело павшего бойца не составило труда. Орк пал в самом начале атаки, его тело, так же, как и тело Ранка, было продырявлено из оружия железной повозки. Нрангу не повезло дважды: одно магическое закятие попало ему в лицо и разворотило пол головы, второе попало точно в одно из сердец. В обоих случаях выжить у него шансов не было. Некоторое время орки потратили на осмотр тела Ранка. Сложив тела павших товарищей на пригорке неподалёку, они отправились к своим.

Осталось дело за малым: как-то выковырять из этой кастрюли её обитателей и отомстить за смерть моих бойцов. Мысль о металлической кастрюле быстро привели орков к жестокому, но весёлому решению.

- Орки! Тащите сюда дрова! Сделаем под этой посудиной костёр! Пусть те, кто убил Ранка и Нранга, либо сварятся в ней, либо вылезут и примут смерть от наших рук!

Зеленокожие воины одобрили предложение диким рёвом и понеслись исполнять приказ, который был им явно по душе. Командир не отставал и старался набрать побольше дров не столько из лидерских качеств, сколько из чувства мести за павшего друга. К общей радости Муг наткнулся на аккуратно попиленные и порубленные чурки. Дрова были любезно заготовлены врагом, видимо, для своих ритуалов, что хорошо сэкономило оркам время. Они напихали под днище повозки дров, словно в топку печи, обложили ее щедро со всех сторон, и искры, выбитые Грунгом из огнива, быстро воспламенили сухую траву, давая жизнь новому костру. Молодое пламя стало жадно поглощать древесину и вскоре дало хороший жар.

За всё это время сидящие в повозке притаились и старались не подавать признаков жизни, однако от острого орочьего слуха не скрылась их мышиная возня.

Весело заиграли языки пламени и быстро охватили предоставленное им на съедение дерево, попутно раскаляя железную коробку на колёсиках. Орки окружили костёр и молча ждали развития событий. Некоторое время ничего не происходило, но вдруг люки распахнулись, и из них, вереща, начали вылезать по одному местные. Однако преградой на волю стала стена пламени, но ничего другого врагам не оставалось. Через огонь они попрыгали на землю, тут же превращаясь в бегающие факела. Первого Муг отправил увесистым пинком обратно в костёр. Такой пинок наверняка мог переломить хребет, так что шансов у бедолаги выбраться не было. Двое остальных по дозволению орков сумели сбежать, но не очень далеко: видимо, когда на тебе пылает всё одеяние, бегать не очень удобно - жарко. Потом орки отметили, что попытки снять одежду не увенчались успехом. Кататься по земле, пытаясь сбить пламя, которое уже пожирает твою плоть, - тоже не самый удачный вариант. Остаётся только корчиться на земле и хрипеть от боли в надежде, что враг проявит милосердие и прекратит твои страдания, например, ударом секиромолота.

- Мда, а ведь кровь у них тоже красная - точно не эльфы. - Лрнур Камень критично посмотрел на бойковую часть своего секиромолота, по которой были размазаны мозги врагов, отряхнул, сбрасывая крупные кусочки плоти, и вытер оружие о траву.

- Старпёр тупой! Всё удовольствие испортил! – Муг, с интересом наблюдавший за корчившимися телами, явно не оценил жест доброй воли от Лрнура. Махнул рукой и, ворча себе что-то под нос, отправился к телам своих павших товарищей.

- А мне кажется, мы обошлись с ними слишком жестоко: это всего лишь солдаты, выполнявшие приказ. - Грог задумчиво осмотрел поле, где только что закончилась битва. – Можно было всё-таки попробовать пойти с ними на контакт, никуда бы они не делись. Опять поговорить не с кем. Что делать будем?

- Для начала нужно достойно проводить наших братьев. На этот мусор мы потратили слишком много дров. За работу! - Убрав булаву за спину, Грунг достал походный топорик и принялся рубить ближайшее дерево.

Треск падающих деревьев продолжался довольно долго. У орков не было возможности соблюсти все тонкости прощального ритуала, поэтому валили все деревья без разбору и без должной обработки и складывали их в погребальный костёр. Костер вышел внушительным: по три оркских сажени на сторону. [одна сажень орка 2.5-3 метра] Возложив - по обычаю - на вершину костра тела павших воинов, они оставили при мёртвых оружие и походные вещи, взяв лишь некоторые запасы магических зелий, кристаллов и лечебных снадобий - все это пригодится живым, остальное будет лишней ношей.

Чтобы свежесрубленное дерево начало охотно разгораться, достаточно совсем немного магии, хотя для такого костра пришлось потрудиться всем оркам. Вскоре оранжевые огоньки весело заплясали по стволам деревьев, и погребальный костёр быстро разгорелся. Огонь заполыхал вовсю.

Какое-то время орки молча глядели на жаркий огонь, провожая своих боевых товарищей. Жар больно бил в лица, и разгоревшееся пламя поднималось в небо. Пепел поднимался ещё выше и тлеющими угольками медленно опускался вниз. Наконец, когда пламя поглотило тела и начало утихать, командир тяжело вздохнул и прервал молчание:

- Слушай меня, отряд Громыхающих Камней племени Грангодраг! - Грунг посмотрел на то, что осталось от отряда. Чернота неба уже начала отступать, и где-то в лесной чаще послышалось щебетание первых птиц. - По закону племени меня, как командира отряда, потерявшего больше половины воинов, по возвращению с задания ждёт суд, а отряд - расформирование. Но, пока мы не воссоединились с нашими войсками или не прибыли в родное поселение, я считаю наш боевой поход незавершённым, а себя - полноправным командиром. Имеет ли кто-то возражения на этот счёт? - Вопрос не требовал ответа, но необходимо было соблюсти обычаи воинской касты орков. В ответ, конечно, было молчание: никто в авторитете Грунга не усомнился. Он ещё раз тяжело вздохнул и продолжил:

- Эта ночь была длинной. Мы сражались за право существования своего народа, и в бою с возомнившими себя высшей расой эльфами, нас покинули Граг Бронерожа, Хранг Кровожадный, Дарар Быстрый, Крабр Бунтарь, Грахар Хребет и Лнарн Жестокий. Они пали в бою за средоточие эльфийской магии. Их судьбы ясны нашим сородичам. Но нас накрыло выбросом энергии из эльфийского хранилища. Что с нами произошло, мы и сами не знаем. Что думают о нас сородичи? Сочли ли они нас павшими? Да и что стало с остальными нашими боевыми побратимами? Чем закончился штурм Синтаару? Каков исход битвы? На эти вопросы мы узнаем ответы, лишь вернувшись домой. И пока наши ноги не ступят на землю родного мира, наша битва не окончена! Здесь мы потеряли ещё двух наших воинов - Ранк Лютого и Нранга Дробящего. Они были верными боевыми товарищами, и мы никогда не забудем об их славе и подвигах! Нас осталось всего четверо, но мы все целы и боеспособны - всё не так уж плохо. У меня и у Грога булавы, меч - у Муга и секиромолот - у Лрнура. У всех - мастерство во владении этим оружием в бою. Каждый, кто встанет у нас на пути, кто посмеет покуситься на нашу жизнь, будет уничтожен.

В этот момент костёр вдруг вновь полыхнул и ненадолго разгорелся с новой силой: пламя поднялось высоко над верхушками деревьев, и закрутилось наподобие небольшого огненного смерча. Жар от огромного костра обжег спину Грунга. Он увидел, как бойцы, стоящие напротив него чуть поодаль от костра, не стерпев жара, сделали шаг назад. Самое время лишний раз напомнить, кто здесь лидер – подумал он и мысленно приказал себе игнорировать боль обожженной спины.

- Так сложилось: мы попали в иной мир. Произошедшее не оставляет сомнений. Здесь много необычного, чего не встретить ни в одном уголке нашего мира, и, чую я, ещё многое нас удивит. Например, местное светило. - Грунг указал рукой в сторону восхода, где местное солнце окрашивало часть неба в необычный золотистый цвет.

- Мы должны изучить этот мир и найти возможность вернуться домой. Для этого нам необходимо наладить контакт с местными. Учитывая наши с ними отличия, мы, скорее всего, вызываем у них страх, а это проблема, когда пытаешься с кем-то подружиться. Но, судя по всему, у них тут и между собой дружба не ладится. Со слов, которые мы слышали от местных, здесь идёт война, и прежде нам нужно разобраться, кто, с кем и по каким причинам воюет. Разобравшись в обстановке, необходимо заключить союз с одной из сторон. Приоритет отдадим тем существам, кто более сведом в магии и обладает необходимыми нам возможностями. Вопросы есть?

Бойцы смотрели на командира тревожно и мялись. Наконец Муг, решился взять слово.

- Командир, возражений нет, я просто хотел сказать, что ты горишь.

Грунг обернулся: за спиной клубами валил сизый вонючий дым, сумка из кожи шургала не выдержала столь высокой температуры и начала тлеть, и, видимо, лежащее в ней добро тоже пострадало от сильного жара.

Орки покинули место битвы, наугад выбрав направление противоположное тому, откуда прибыли ночью существа, ставшие оркам врагами. Светало. Предрассветные сумерки вырисовывали детали леса, жизнь потихоньку просыпалась. Орки шли прямо, придерживаясь выбранного направления, знакомились с окружающим их пространством, наслаждались красотой местной природы. Всё здесь было немного иначе, в двух словах этот мир можно описать как более хрупкий и миниатюрный.

- Эй, гляньте, это что, грибы такие? - Муг заржал и опустился на одно колено. Перед ним была мелкая россыпь грибов. Он попытался взять один в руки, но гриб тут же развалился.

- Да, эти ребята намного безобиднее, - вставил Грунг, вспоминая рощу с хищными грибами, что распростёрлась за Ущельем Слабых. Грибы в мире орков двигаются не быстро, но им этого и не надо: они травят живность своей пыльцой. Побывав однажды в роще, через какое-то время жертва двигается башкой и испытывает непреодолимое желание вернуться в рощу. Бродит там, лишённое сознания, пока не отыщет тот самый гриб и не станет его пищей. Ну, или другой гриб сожрёт. Но живым, если отравился, никто оттуда не выйдет. Отравленного грибной пыльцой можно насильно удерживать взаперти, не давая уйти на верную смерть. Бывает, через долгое время разум возвращается, и все приходит в норму. Если несчастный с голоду не помрёт. Потому что в отравленном состоянии всем по фиг на пищу и питьё, мысль лишь одна: найти тот злосчастный гриб и скормить ему себя. Орки из соседних деревень, расположенных ближе к грибной роще, не раз пытались выжигать грибницы, но всё тщетно. Грибы всегда восстанавливались и раскидывали свои щупальца в прежних границах. Благо, что не размножались дальше, отравляя своим существованием иные земли.

Вскоре Орки вышли из леса, пересекли неширокую грунтовую дорогу и пошли по выжженному полю. Теперь хорошо различимо стало небо. Немного другой оттенок: не бирюзовый, а серо-голубой. Диск светила уже оторвался от горизонта, и пылал непривычным оранжево-золотистым цветом. Свет весьма яркий, хоть это солнце и заметно меньше родного оркам нежно-голубого Хармоса.

Грунг поймал себя на мысли, что ему нравится, как ярилось, пылало это маленькое солнце, и он подумал, что наверняка местные дали ему соответствующее название. За исключением облаков, на небосводе больше не было никаких небесных тел. Над горизонтом местами поднимались чёрные столбы от пожаров, что было вполне нормальным пейзажем для военного времени. Чуть позже орки услышали в небе звук, похожий на тот, что издавали самодвижущиеся повозки местных. Это были летящие высоко в небе четыре силуэта, похожих на птицу, и за всё время наблюдения за ними никто не заметил ни одного взмаха крыльями. При этом силуэты довольно быстро пересекли небо и скрылись за горизонтом.

Миновав ещё одну дорогу, Орки вышли к равнинной речке. Воды её спокойно и не торопясь протекали через поля. Особой прозрачностью или мутностью река не отличалась - перебраться через неё можно без проблем. Вдохнув свежий утренний воздух и ещё раз прислушавшись к запахам этого мира, командир оглядел местность и выбрал место для привала. Орки спустились с обрывистого берега на песок и начали обустраивать место для отдыха.

Все орки расположились на песке и принялись распаковывать свой нехитрый перекус. Еды с собой было совсем немного, но орки выносливы и долгое время могут обходиться без пищи. Грог некоторое время грустно смотрел на кусок вяленого мяса, а потом разом сожрал его и все свои припасы.

- Да пофиг! – с набитым ртом парировал он возмущение собратьев и обвинения в неэкономичной растрате запасов. – Один фиг всё съедим, с голоду что ль потом помирать? Нужно учиться добывать еду здесь.

- Ну... Раз уж ты всё своё сожрал, то теперь свободен и можешь начинать, – задумчиво подытожил Грунг.

- Что начинать?

- Добывать еду, охоться. Считай это приказом. – Грунг уселся поудобнее, показывая всем своим видом, что готов наблюдать за действиями подчинённого.

Грог огляделся, почесал затылок, потом подошёл к воде и начал прислушиваться. Он прикоснулся ладонями к поверхности воды, стараясь сознанием слиться с её стихией. Пробухтел что-то о том, что чует здесь хорошую рыбу, поэтому попросил пока не переводить приправы и нырнул в довольно глубокие даже для орка воды местной реки. В преддверии свежего завтрака орки решили разжечь небольшой костер для приготовления пищи.

Когда всё было почти готово, вынырнул радостный Грог; на его могучие руки были напялены две солидные черные рыбины.

- А сильны рыбёшки-то! В воде ничего не видно, я их среди коряг нащупал. Пасти здоровенные у них - рука спокойно залазит, так что я решил, что за жабры изнутри их держать будет надёжнее. Но побороться с ними немного пришлось. Там еще полно таких поменьше, зарылись в донный ил, но, я думаю, перекусить и этого хватит.

Орки поставили над костром походные личные котелки и принялись разделывать рыбин. В предвкушении трапезы настроение у всех заметно поднялось. Громилы весело пошучивали, вспоминая прошедшие события. А Грунг тем временем обдумывал план дальнейших действий. В этом мире живёт цивилизация... Как там один допрашиваемый сказал... Людей… Как ни крути, придётся с ними налаживать контакт: без прямого общения с ними оркам не собрать полезной информации. После произошедшего воинов и правителей пока лучше избегать: они наверняка слишком раздражены. Лучше попытать счастья с мирными: попробовать выйти на небольшой городок или деревню. Испугаются наверняка: зелёные клыкастые рожи и размеры орков для этих мест в диковинку. Еще разбегаться начнут. Ловить их, что ли? Подумают ещё, что их убить хотят или съесть... Да, вопрос. Но... Делать нечего.

ГЛАВА 3 «Дитя Человеческое»

***

Для употребления пищи командир решил подняться на небольшой пригорок недалеко от берега. Изучить местность, заодно посидеть на посту, ну, и полюбоваться местной природой этих краев. В родном мире, вообще везде, где бы Грунг ни побывал, природа всегда красива по-своему; не всегда приветлива, но это явно не тот случай. Если не считать множества столбов дыма, поднимающихся над горизонтом, можно сказать, что здесь очень умиротворяющие пейзажи. Еще вид немного портила железная самоходная повозка уже знакомого типа, стоящая далеко внизу по течению и наполовину скатившаяся в реку. Орк на глазок прикинул расстояние и размеры повозки: видимо, она намного больше той, что его отряд сжёг сегодня ночью. Но на этой следов повреждений издалека заметно не было. Грунг помешал котелок с похлёбкой и зачерпнул ложкой: а рыбка на вкус ничего, хотя в этом больше заслуга приправ, взятых из дома. А илом воняет так… Да не мудрено: скорее всего, рыбы эти живут на дне водоёмов и питаются падалью.

Разглядывая местность, Грунг приметил на противоположном берегу, где-то вдалеке, почти на горизонте, небольшие строения. На пути до них распростерлось засеянное какой-то местной культурой поле; местами оно было выжжено. Во всяком случае, шлёпать напрямую по нему - это риск быть замеченным, а оркам стоит проявлять осторожность и контролировать ситуацию. Однако чуть левее расположился небольшой лесок, и если идти по нему, сильно не углубляясь в чащу, то можно, скрываясь под кронами деревьев, спокойно добраться практически вплотную до того поселения. Что ж, довольный тем, что развлечение на этот день для орков найдено, Грунг принялся увлечённо черпать еду ложкой и отправлять в свою пасть. Угомонив свой котелок, командир поспешил воссоединиться с отрядом и обрадовать, что скучать сегодня не придётся.

Как только Грунг вернулся, к нему навстречу вышел Лрнур. Рукой он прижимал к груди горсть камней.

- Грунг, смотри, что я собрал, - он высыпал у ног командира кучу простых на первый взгляд речных камней. Поймав вопросительный взгляд, Лрнур продолжил. - Да, это простые камни, но это только кажется! Глянь-ка получше! Если присмотреться, можно увидеть темно-серые прожилки. Они очень активно отзываются на магические потоки. Можно сделать камни образов. Они будут намного больше, чем твой, но зато у каждого будет свой. Ну, еще с ними наверняка посложнее будет, поэтому надо всем вместе работать.

Командир взял в руки первый попавшийся камень: простая омытая течением речная галька. Два тёмных прожилка проходили через всю толщу камня. Грунг сосредоточился и послал магический импульс - тот отразился от прожилок и быстро затух. Но отклик был, и Грунг попробовал снова, а потом ещё. Наконец он действительно почувствовал потенциал камня. Гармоники вибраций совершено другие, но ничего удивительного, : другой мир. Работать с камнем можно, только настрой особый нужен.

- Собирай парней, пусть тащат побольше дров, - Грунг посмотрел на небо. Оно по-прежнему оставалось безоблачным, и небесное светило приближалось к своему зениту. Должно получиться. - Нас ждёт небольшой поход. Надо подготовиться. И камни образов будут совсем не лишними. Главной целью я ставлю выход на контакт с местными.

***

Теперь орки заполучили каждый по индивидуальному булыжнику образов. Пришлось выбрать самые большие камни и долго с ними работать, но в итоге по быстродействию они почти ничем не уступали камню образов, который носил с собой командир. И это при том, что сделан он был шаманом из особой горной породы.

Закончив все приготовления, орки аккуратно убрали всё за собой, стараясь вернуть все так, как было до них: это и уважение к гостеприимству места, которое их приютило и дало им весьма щедрую пищу, и дополнительная маскировка: не стоит оставлять следов. Даже месту под кострище было убрано так, чтобы придать ему первозданный вид. Возможно, орков ищут, всё-таки много местных солдат перебили они этой ночью. Грунг подумал, что даже не представляет, как теперь возможно с этой стороной заключить союз. На ум пока шли только дурные идеи типа: «сказать, что орки как бы вообще не при делах, это все не мы, просто мимо проходили». Всё-таки надо начать с местных мирных, не имеющих отношения к военным.

Перебраться через реку совсем без приключений не получилось. Во-первых, сумка Грунга слишком сильно обгорела и потеряла герметичность. Пришлось перекидать всё, что боится влаги, в сумки своих бойцов и забрать то, что не страшно замочить. Во-вторых, именно в то время, когда орки принялись форсировать реку, над их головами снова стал слышен рокот. В небе появился крестообразный летающий силуэт. Через некоторое время, видимо, заметив орков, он начал закладывать широкий вираж, разворачиваясь в сторону реки. К этому моменту небольшой отряд орков уже добрался до берега, и, когда эта штука, подражая хищной птице, пикирующей на жертву, пронеслась над линией берега, зеленокожие успели скрыться под кронами леса, что был почти вплотную к реке. Крылатый силуэт пролетел так низко, что орки совершенно отчетливо увидели на его теле стеклянный купол, под которым сидел управляющий им местный.

- Наверное, в этом мире монстров местные строят себе сами... Из железа. - И, как позже выяснилось, эта догадка Грога была близка к реалиям этого мира. - Хотелось бы мне знать, что за магия заставляет летать эти фиговины?

Этот вопрос пока оставался без ответа. Грунг лишь пожал плечами и жестом отдал команду двигаться за ним.

В целом положение орков было не таким уж и плохим. У орков была цель, хотя бы на ближайшей день-два. Установить контакт с неизвестной расой - задача не из простых. Это не секиромолотом махать, укладывая врагов штабелями, как привыкли делать воины. Тут надо проявлять чудеса коммуникации и общительности. Грунг поймал себя на мысли, что оглядывается и ищет, кому бы навалять по башке. Никого нет, кроме своих. Жаль, своих бить нельзя. Или можно? Устроить импровизированную тренировку с кулачным боем до первой крови? Да, всё оказывается сложнее, когда ты воин орков: у тебя в крови желание отрывать кому-то голову, а не морочить ее переговорами и налаживанием межрасовых контактов. Так что у орков вдвойне сложная задача: В этом мире орки - громилы, которым сложно кого-то не убить, и им надо подружиться с расой, представителей которых орк может покалечить одним неловким движением.

Придерживаясь плана, командир вёл свой отряд в направлении поселения местных, стараясь не углубляться в чащу леса. Весь путь через этот лес проходил спокойно, и орки просто шли, изучая местную природу. Но командир, погруженный в думы, особо по сторонам не смотрел и не вслушивался. Поэтому первым странные звуки услышал Муг.

- Тихо! Слышите? - он поднял руку и вполголоса продолжил. - Скулит кто-то. На детёнышей лесного кота похоже.

- Не хотелось бы сейчас встретиться с котом, - Лрнур непроизвольно почесал шрам на шее. - У меня после встречи с мамашей таких котят не самые милые воспоминания.

- Кошатины отведать захотелось?

- Молодой, тупой был, а мясо у котят нежное, Груллу хотел порадовать, ухаживал за ней по молодости.

- Эта та, что двойню от Рургла Целителя родила? - Не переставал подначивать Муг.

- Хлебальники захлопнули! Оба! – Командир прервал их трёп. - От бабок на базаре шуму меньше.

Грунг прислушался. Всё-таки на детёнышей лесного кота это было не похоже.

- След в след, не громче моей тени, за мной марш! - Шепотом приказал Грунг.

Орки начали пробираться по лесу, крадучись на звук, минуя кусты и плотные заросли травы, и вышли к большому - по местным меркам - пню, под которым обнаружился ребёнок местных, сидевший, уткнувшись лицом в колени и ревя.

- Ну, по крайней мере с детёнышем я угадал. - Вновь прервал тишину Муг. Ребёнок, услышав это, медленно поднял голову и, раскрыв рот, уставился на орков заплаканными глазами.

- Ну всё, сейчас заорёт и кинется прочь. - Добавил Грог.

Грунг запоздало вспомнил о камне образов и торопливо сунул его в кармашек очелья. Все остальные орки повторили за командиром.

- Дитё, не бойся нас, мы тебя не обидим. - Медленно и четко произнёс Грунг, но ответа не последовало.

- Может, это еще несмышлёныш? - Тихо прохрипел Лрнур.

- Дитё, ты меня понимаешь?

В ответ ребёнок, не закрывая рта и не сводя с зеленокожих монстров глаз, медленно кивнул.

- Отлично, давай знакомиться. Мы воины орков. Я Грунг Непрощающий, командир отряда этих бравых орков, – представился главный монстр. Потом остальные тоже произнесли свои странные имена. Слова, которые они произносили, скорее были похожи на рык неведомого животного, но звучали членораздельно, и каким-то странным образом смысл их откладывался в сознании ребёнка. - Как твоё имя?

- В-в-вася, - заикаясь, наконец ответил ребёнок. - Вася Белецкий...

- Вася Белецкий, что ты здесь делаешь один?

- От немцев прячусь. Меня мамка в лес выгнала. Я не хотел уходить, а она меня насильно прогнала.

Стараясь сдержать своё любопытство, Грунг решил, что прежде надо завоевать хоть немного доверия, и, например, поинтересоваться состоянием ребёнка.

- Давно ты так по лесу гуляешь?

- Две ночи уже, - пролепетал малой, не отрывая от странных.

- Жрать хочешь? - Лично Грунг бы после двух голодных ночей не есть хотел, а именно жрать, и, видимо, тут он попал в точку, потому что дитя активно закивало головой - орк даже начал опасаться, что она оторвётся раньше времени.

Грунг распорядился выдать часть своего пая в виде вяленого мяса и сухарей. Малой много не съест, но это достойная плата за любую информацию об окружающем мире, да и хороший орк в лесу с голоду не умрёт.

Ребёнок поначалу опасался принимать еду у незнакомых существ, однако голод взял своё. Для закрепления доверия, несмотря на то что были не голодны, орки тоже присоединились к трапезе, чисто символически.

После перекуса ребёнок немного успокоился и активнее пошёл на контакт. Грунг старался не переводить беседу в допрос и частично рассказывал о своём народе и мире. Как и ожидалось, ребёнок многого сказать не мог. Но основную информацию о своём мире поведал, и она оказалась весьма важной и полезной. Во-первых, раса в этом мире одна. Называют они себя то людьми, то человеками. Вообще люди показались орком весьма странными существами: единства не имеют и делят себя на разные народы и страны, при этом ещё активно между собой воюют. Хотя мелкий так и не смог сказать, почему народ, который он обозвал "немцами", напал на "русских". Про магию ребенок знает только из сказок, которые считаются вымышленными историями для детей, но в них он уже не верит, так как считает себя взрослым и даже знает свой возраст, который равняется тринадцати годам. Грунг почесал затылок. Тут то ли год имеет меньшую продолжительность, то ли развиваются люди гораздо медленнее, ибо он в свои тринадцать уже закончил военное обучение и совершил свой первый боевой поход пролив кровь эльфов. *[В мире, откуда прибыли орки, год длится почти вдвое дольше.] Зато очень многое стало ясно про местные машины - так называют местные свои самодвижущиеся штуковины. То, что ребёнок описал, хорошо стыковалось с увиденным. Теперь орки знают, что люди действительно сами сооружают себе механизмы, способные перемещать их не только по земле, но и по небу - те стальные птицы они называют самолётами. По земле же они могут перемещаться на самом разнообразном транспорте. Грунг немного покумекал и понял, что его отряд минувшей ночью уничтожил танк - исключительно военный механизм, который внушает животный страх в мирных местных. Эти железные коробки обычно хорошо вооружены и защищены, и металлические ленты обвивающие их многочисленные колёса обвивают "гусеницы". Так и не понял, какое сходство железные ленты имеют с букашками, из которых появляются бабочки, но местные их так называют. Кстати, животных они тоже используют повсеместно, как для доставки грузов, так и для возделывания полей, однако власти постепенно заменяют их на механизмы: Вася своими глазами видел, как в соседней деревне поле вспахивал трактор. Но больше всего на орков произвело впечатление описание невероятных размеров телег, которые сцепляются одна за другой и перевозят по дороге из железа огромное количество грузов, людей и даже танки. Вася утверждал, что на одной телеге-вагоне умещается два танка, а в составе может быть до тридцати таких вагонов - он сам считал. Пришельцам из другого мира верилось в подобное с трудом, но оркам стало интересно посмотреть на такие штуковины своими глазами. Об оружии малец знал мало. Всё, что он внятно смог объяснить, это то, что работает оно на порохе - сыпучем сером веществе, которое очень хорошо горит, а в качестве поражающего элемента выступают пули, которые орки уже успели из себя повыколупывать. Местные воины используют разнообразные ручные ружья и пистолеты, а на технику крепятся аналогичные штуки побольше - их называют пушками. А ещё есть бомбы - взрывающиеся камни, разнообразные виды которых метаются воинами или сбрасываются с самолётов. Вторые, понятное дело, помощнее.

Негусто, Грунг понял, что этот всего лишь маленький лоскуток-обрывок информации об этом мире, а подумать уже есть над чем. Но уже хоть что-то становится ясно об этом мире. Орки уже хоть что-то понимают в том, что происходит вокруг.

- Домой помочь добраться? Только взамен поможешь со своими родичами зазнакомиться?

- Могу, только я заблудился, не знаю, куда идти.

Орки переглянулись. Странные существа эти люди: мелкий тут родился, а как до дому дойти в родных краях - не знает.

- Фигня вопрос! Мы как раз в сторону одной из деревень направляемся, похоже, это твоя.

- Но там же немцы! Они злые!

- А мы аккуратно, сначала издалека посмотрим.

Мелкого пришлось тащить на плече: он еле плёлся, перебирая своими коротенькими ножками, да ещё сказывалось изнеможение после долгой прогулки. Он ничего не весит, поэтому тащить его огромному орку проблем не составляет, зато есть возможность двигаться в нужном темпе. Одна беда: детёныш иногда скулит, когда получает ветками по морде.

Когда орки вышли к деревне, солнце уже клонилось к горизонту. Попутно выяснилось, что местные особо не парятся: так и обзывают солнце - Солнцем, землю - Землёй, а единственную луну – кто бы мог подумать - Луной. Паренёк оказался довольно разговорчив и быстро привык к необычному виду своих спасителей. Юный проводник поведал оркам много полезной информации об этом мире.

Деревня действительно оказалась Васиной. Орки притаились в кустах на безопасном расстоянии и начали планировать дальнейшие действия.

В округе царила тишина. Видимо, немцы не стали захватывать эту деревню либо прошли мимо, ограничившись лишь грабежами.

- Грог и Муг, остаётесь с мелким здесь. Сидите и не высовывайтесь. Мы с Лрнуром прогуляемся по деревне и посмотрим, что к чему. Местных отсюда не видно и не слышно, они либо затаились, либо покинули деревню.

Вася при этих словах сильно разнервничался и всё порывался на разведку с орками, но добился лишь приказа для Грога следить за пацаном, чтобы тот не удрал за нами следом и вообще сидел тихо. Для острастки Грог даже демонстративно сорвал с кустарника тонкую длинную ветвь и очистил её от коры и листьев, тем самым намекая на готовность применить её против детёныша человека.

Пригнувшись в полуприседе, через высокую и густую траву орки отправились к поселению. Быстро и бесшумно они добрались до ближайших заборов поселения. В этом мире, видимо, приближалась пора сборов урожая, судя по растениям, которые остались целы. В остальном же кругом царил хаос. Сразу стало ясно, что по деревне прошлась волна грабежа: постройки местных из глины и соломы частично разрушены, много где выбиты двери и окна, местами повалены заборы. Пробравшись по одному из крайних огородов чуть вглубь поселения на улице, орки обнаружили и следы техники. Немного погуляв по деревне и изучив множество следов людей и местной машинерии, они примерно восстановили картину недавних событий. В этом оркам помогла засохшая дорожная грязь и знания, полученные от местного пацана. Благодаря ему, познания Грунга в следопытстве расширились, и теперь он мог почти с полной уверенностью рассказать, что здесь произошло пару дней назад.

Здесь развлекалось как минимум два танка, подобных тому, что отряд Грунга уничтожил прошлой ночью. Точно такие же следы он оставлял на полянке, где орки вывалились в этот мир. Вот со стороны, где к закату клонится солнце, по дороге пришли эти машины в сопровождении грузовика – тяжелой самобеглой повозки, предназначенной для перевозки грузов. Благо, что погода в тот день была влажной, и размокшая дорожная грязь отчетливо запомнила происходившее. Танки ходом пошли вглубь деревни, а грузовик остановился, и с него в грязь попрыгало пару десятков солдат, а может, больше. Вот ещё какие-то следы колёсной техники: очень узкие колёса и колея, видимо, у людей есть и небольшие самобеглые повозки.

Солдаты начали разбредаться вслед за танками. Бронированные машины же, легко снося хлипенькие заборчики из жердей, начали кошмарить население деревушки. Вот одна машина, ворвавшись на участок, где местные выращивали какие-то растения с довольно крупными оранжево-желтыми плодами, сделала пару разворотов на месте - сначала в одну, потом в другую сторону, взрыхляя плодородную землю и стараясь нанести как можно больше урона урожаю. В какой-то момент он остановился и сделал с десяток выстрелов по ближайшему жилищу, а затем снес стоящий на пути небольшой сарай с домашней птицей - об этом свидетельствовало множество пёстрых пернатых трупиков. Чем-то подобным занимался второй танк на другой стороне улицы. Чуть позже мы начали находить и тела местных жителей. Кое-кто из них пытался обороняться - в основном это были бородатые старики, рядом с их телами лежали топоры, вилы... Лрнур скривил лицо.

- Храбрая, но нелепая смерть. Похоже, у них совсем не было выбора. Я не вижу следов битвы. Где их воины?

- Мне самому интересно. – Грунг задумчиво пошевелил носком сапога, лежащий недалеко от трупа старика топор. - Судя по рассказам пацана, они всё-таки существуют, но почему мы до сих пор никого из них не видели - загадка.

Дальнейшее изучение следов поведало нам о том, что местных, которые не были убиты сразу и не успели бежать в лес, как Вася, согнали на противоположном конце деревни в одну кучу. Всю эту толпу из более чем сотни человек куда-то погнали. Оркам пришлось пройти по их следам не меньше тысячи шагов. Дорога шла сквозь небольшую рощу и выходила к оврагу приличных размеров. Запах смерти ударил в ноздри ещё до того, как взору орков открылись склоны оврага.

- Грунг, ты тоже чуешь?

- Скверна, смерть. Это точно ни с чем не перепутаешь.

- Нам не стоит туда спускаться, это не наше дело.

- Ты прав Лрнур. - Грунг чувствовал, что смерть заполняла этот овраг до краёв. Желания контактировать с ней не было никакого. - Помнишь, что говорил немец ночью?

- Ритуальная казнь?

- Нам стоит покинуть это место срочно.

Обратно орки шли по вымершей деревне, особо не скрываясь. Вокруг сгущались сумерки, и окружающая обстановка угнетающе действовала на сознание: ни пения птиц, ни даже стрекотания вездесущих в этом мире насекомых слышно не было. Только шум листвы в кронах невысоких деревьев.

- Грунг...

- Сзади слева, за поваленной оградой. Прячется в листве кустарника. Ведёт нас с момента, как мы вернулись в деревню, - Грунг вовремя сориентировался, но на самом деле он заметил его позже, чем Лрнур. Неужто стареет? Вообще Грунгу по возрасту пора бы быть командиром Племенного плеча – объединения из трёх-пяти отрядов, но негоже Непрощающему сидеть в походном шатре: азарт битвы Грунг не собирался менять на воинские звания. Пока его племени угрожает хотя бы один эльф, он не уйдёт из передовых отрядов. Но надо быть внимательнее: это уже не первый раз, когда его воины оказываются наблюдательнее. Что дальше? Соображать лучше и быстрее будут? Лидеру такого допускать нельзя, иначе лидером можно перестать быть.

- Не зверюшка?

- Нет, разумный взгляд.

Ветка, где затаился наблюдатель, плавно покачнулась, так что нетренированный глаз бы и не заметил - принял бы за дуновение ветра, - и человек весьма бесшумно двинулся в сторону леса, скрываясь в высокой траве.

- Умело уходит, траву не тревожит даже.

- Да, местные обычно по лесу шарахаются так, что за сотни шагов хруст веток слышно. Догнать?

Наблюдали орки за ним, конечно, периферическим зрением, не давая понять, что его разоблачили, но, видимо, человек насмотрелся на зеленокожих громил и решил удалиться незаметно.

- Идём к своим. Не наше дело разбираться, что тут происходит. - Где-то в глубине сознания Грунг понимал, что они, пусть и невольно, но причастны к происходящему. Много мозгов иметь не надо, чтобы понять, что допрошенный ранее солдат немцев говорил об этой деревне, которую они принесли в жертву. Значит, портал пытались открыть для своих помощников, но что-то пошло не так, и появились орки?

Добравшись до своих, Грунг демонстративно вынул из очелья камень образов. Все орки молча повторили.

- Разговаривать в этой деревне не с кем... - Грунг изложил всё увиденное в необходимых подробностях.

- Что ж, нам стоит поискать других местных? А если в других деревнях творится, то же самое? - Вполне логично поинтересовался Муг.

- Для начала нам надо точно узнать, что там творится. - Грунг посмотрел на ничего не понимающего пацана, который явно заподозрил неладное. - Сейчас нам надо придумать, что сказать мелкому: одна ошибка - и вместо сна нам придётся возиться с истериками этого детёныша.

- Кто у нас лучше всего с детьми возиться может? - Грог быстро сориентировался. - Я ни на кого не намекаю. Но я слишком молод, чтобы с детьми возиться: я самый младший в семье и опыта возни с малышами нет. Грунг потерял свою семью много лет назад, вряд ли он что-то помнит о возне с мелкими. Лрнур, хоть и старпёр, всё по девкам в соседние племена бегает, за свою жизнь так наследника и не заделал, а у Муга две дочки как-никак. - Грог закончил и, довольный, уставился на Муга, с явным интересом ожидая, как тот будет выкручиваться.

- А чё я-то сразу? Я не буду! – сквозь зубы прорычал Муг.

- Грог Срака дело говорит. Я видел, как ты со своими девчонками сюсюкаешься, так что только у тебя есть шанс. Считай это приказом. - Пожалуй, это действительно был лучший вариант.

Муг, чутка помявшись, сунул в начелье камень образов и посмотрел на командира обречённым взглядом. В ответ он медленно кивнул ему, типа, давай, а мы посмотрим

- Э-э-э. Ну, это, Вася, дело-то такое... Твоя мамка похоже того... копыта отбросила...

- Что?

- Окочурилась. – Муг руками сжал себе горло, высунул язык и хрюкнул. - Её немцы, по ходу, в овраге в жертву принесли...

Сгущавшиеся лесные сумерки пронзил истошный вопль человеческого детёныша.

2

ГЛАВА 4 «Наваждение»

***

Грунг довольно посмотрел на заснувшего ребёнка. Наконец вокруг снова воцарилась тишина - теперь отряд никто не демаскирует воплями и истерическими дёрганьями конечностей. Следует срочно сменить позицию и разбить ночлег где-то подальше от этого места. Вообще мелкого успокоить оказалось невозможно в принципе и пришлось прибегнуть к крайнему методу - снадобью из соцветий болотной желтоглазки. Эта жуткая на вкус настойка обладает не менее жутким воздействием на организм разумного существа. В малых дозах вызывает эйфорию и беспамятство, а если борщануть с дозой, здоровенного орка может вырубить на долгое время. Поэтому применяется как обезболивающее только в крайне редких случаях, чтобы избавить воина от мучительной боли при сильных ранениях.

Возомнивший себя полевым знахарем Грог долго высчитывал соотношения масс среднего орка и человеческого детёныша - делал это, конечно, на глаз. Вычитал и делил капли - в итоге получилось, что мелкому надо дать не шестнадцать капель, а всего три. Этого должно было хватить, чтобы ребёнок успокоился и впал в эйфорию. Посовещавшись, орки решили не рисковать и капнули две капли. Замешали раствор капель с водой в походной кружке. Залить его в горло дёргающегося и вопящего существа, не свернув ему шею и не выбив зубы кружкой, оказалось непросто. И несмотря на то, что, брыкаясь, он расплескал много зелья, и проглотил лишь половину, и этого оказалось слишком много.

Ребёнок быстро успокоился, через несколько мгновений расслабился, его взор его помутнел, тело обмякло. Он потерял связь с реальностью, забывшись глубоким наркотическим сном. Как долго людёнок пробудет в этом состоянии, оркам было неизвестно, но завидовать ему они не хотели: когда он очнётся, его будут мучить дикие головные и мышечные боли. Желтоглазка отпускает мучительно и нехотя, словно высасывая из тебя весь кайф, который раньше подарила, а потом ещё сверху берёт дань болью и слабостью в теле на многие дни. Грунг когда-то так провалялся два дня, получив в бою с эльфами тяжелое ранение. Полковой шаман, осмотрев его раздробленные кости таза и позвоночника, списал бойца в ряды павших и, дабы тот не мучился, подыхая от боли, опоил Грунга двойной дозой желтоглазки. На его счастье тогда орки одержали победу над эльфами и захватили в том числе и полевой госпиталь. Чисто случайно отрядом, захватившим госпиталь, командовал отец раненого Грунга, он-то и притащил его туда первым пациентом, где маги эльфов под угрозой пыток собрали покалеченное тело по кусочкам. Испугались они не на шутку и работу выполнили качественно, ну, по крайней мере, голову с жопой не перепутали, даже ноги в нужные стороны сгибаются. А вот времени на выведение разных веществ из крови у них не было. Так что, придя в сознание, вместо того, чтобы наслаждаться заштопанным телом, Грунг два дня подыхал от последствий передоза.

Так что пацану он сейчас сочувствует со знанием дела, от чистого сердца; придётся ещё некоторое время потаскать с собой в любом случае. Он может быть полезен, да и бросать его здесь одного посреди леса на территории захваченной врагом - не очень доблестный поступок для орка. Грунг надеялся найти местных и передать им ребёнка живым и возможно здоровым. Как знать? Вдруг это поспособствует при налаживании контактов с местными жителями…

Ночь сгущалась. Отряд орков пересек небольшой лесок и оказался на противоположной его окраине, за которой начиналось очередное бескрайнее поле. Не разжигая огня, орки перекусили и устроили нехитрый ночлег прямо на лесной подстилке. Первую четверть ночи стоять на охранном посту командир оставил Муга. Позже он его сам сменит, а Грог с Лрнуром разделят вторую половину ночи. Продолжительность суток тут вполне схожа с оркскими, ночи только более короткие, но это не должно вызвать проблем. Ночью здесь достаточно тепло, по крайней мере сейчас. Ребёнок что-то говорил о временах года и о холодных зимах, но это предвидится не в ближайшие дни, так как местные ещё только приступили к сбору урожая.

Объявив отбой, Грунг сам вырубился одним из первых: сказалась многолетняя воинская выучка засыпать при первой возможности, иначе её потом может не оказаться вовсе. Но сон воина-лидера - штука весьма чувствительная; несмотря на ночной караул, мозг продолжает сканировать пространство на звуки, а чутьё - на наличие живности в округе. На россыпь множества теплокровных и не очень зверюшек, которые находились в радиусе ста шагов вокруг оркского лагеря, сознание не реагировало. Однако незадолго до начала четверти дежурства Грунга, сквозь его сон пробился еле заметный звук машины местных. Звук был на грани слышимости, но явно выбивался из общего фона звуков местной ночной природы.

Стараясь не разбудить остальных, Грунг направился к Мугу. Находясь на посту, тот услышал шум много раньше. Он сидел, затаившись в кустах у кромки леса, и, увидев командира, призывно махнул рукой.

- Со стороны, где встаёт солнце, летит, - плавно отогнув ветвь, Муг указал на пятнышко, которое двигалось по белеющему на ночном небе облаку. Некоторое время орки молча наблюдали за полётом этой механической птицы. Вскоре появилась возможность разглядеть силуэт. Он сильно отличался от самолётов, увиденных ранее: эта машина имела вместо одной пары крыльев, как у птиц, две, расположенных одна над другой.

Вдруг звук пропал, и самолёт совершенно бесшумно заскользил вдоль ночного неба, огибая рощицу, в которой расположились орки широкой дугой. Грунг наблюдал за скользящей по воздуху за машиной, не отрываясь: что-то в ней было такое необычное и притягательное. Она завладела его вниманием, не отпускала и почти насильно заставляла смотреть на неё. Поле зрения Грунга сузилось - теперь он видел лишь этот крохотный силуэт далёкого самолёта...

***

Сидевший на месте второго пилота У-2 человек отдал команду пилоту на снижение и указал рукой на какую-то местность внизу. Самолёт, едва накренившись на бок, ушел в плавное пикирование и, откорректировав курс, стал медленно кружить над указанным местом. Пассажир закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов. Под ними сейчас место, где сутки назад произошёл мощнейший прорыв материального пространства. Завихрения и сгустки чёрной энергии до сих пор бесновались среди ветвей деревьев и лихорадочно переплёскивались в углублениях ландшафта. Даже спустя время затухающие следы резкого высвобождения энергий отчётливо ощущались бы даже людьми с неразвитыми способностями, вызывая чувство беспокойства и необоснованного страха. Это уже второй случай, когда на территории СССР противник прибегает к попытке открытия портала в иномирье. Впрочем, первая попытка, под Брестом, была явно неудачной. Едва враг достиг желаемого результата, изнанка пространства выплюнула из себя колоссальное количество энергии в долю секунды, спалив всё к едреней фене, и тут же захлопнулась. На материальном мире это отобразилось мощнейшим взрывом. Вражеская группа сенсориков, проводивших операцию, естественно, погибла в полном составе, превратившись в пепел. То же стало и с результатами их работы. А окружающая среда не пострадала, что для наших учёных стало очередной загадкой. Но противник с прошлого раза явно поумнел и второй эксперимент провёл более удачно, спозиционировав эпицентр на безопасном расстоянии. Однако незаметно провести операцию им и сейчас не удалось: её отголоски заметили сенсорики, находившиеся даже в Сибирском штабе.

Люди в Центре сразу поняли, чем такое может обернуться. За дело взялся сам Экселент - именно он собирался вылетать на место происшествия, однако после вмешательства самого Главнокомандующего у главы Центра нашлись дела поважнее и за линию фронта отправился Сапфир: в сканировании пространства он не сильно уступает Экселенту, а по предварительной работе с этим инцидентом дал максимально точные данные, в том числе и по локализации события на местности. Сейчас Сапфир, пролетая над местом инцидента, понимал, насколько смог точно определить координаты, и, окажись на земле, даже смог бы указать куст, под которым лежит трупик сойки (смерть маленькой птички, погибшей от разрыва сердца во время выплескивания негативной энергии, - это первое, что увидел Сапфир, приступив к сканированию). Пока никто не видит, можно гордиться собой.

Но сейчас картина происшествия дополнялась новыми, ещё более кровавыми красками. Стали ясны результаты работы вражеских сенсориков: из изнанки пространства появились существа, которые напали на немецких экспертов и уничтожили почти всю группу, участвовавшую в эксперименте. Кто-то сумел бежать и вызвал подмогу из расположенного недалеко лагеря. Снова завязался бой. Результат его можно увидеть на полянке в виде сожженного танка. Ещё огромное кострище. Сапфир сосредоточился на огромной куче сгоревших деревьев, аккуратно сложенных в костёр. Твари из иномирья явно были разумными. Немецкие солдаты как минимум двоих человекоподобных существ уничтожили, но пришельцы одержали победу и провели погребальный обряд для своих павших собратьев. По энергетическим следам выходило, что их осталось не более четырёх, и они покинули это место вместе в северном направлении. Немцы же по-быстрому собрали трупы своих солдат и, особо не заморачиваясь на сокрытии следов, свернули лагерь, присоединившись к основным своим силам. Учитывая явный режим секретности - а такие вещи в наше время иначе проводить нельзя - крупных вражеских сил тут не будет. Наверняка нужные люди уже всё обследовали в течение дня.

Двигатель биплана набрал обороты и самолётик нехотя начал набирать высоту. Сапфир напал на след тварей и уже понимал их примерное местонахождение. Менее чем за сутки они проделали путь в более чем сотню километров, побывали в уничтоженной деревне и сейчас двинулись на запад. Для учебного самолёта потребуется почти полчаса, чтобы добраться до места, где сейчас находятся группа неопознанных существ из другого мира. Сенсорик указал пилоту нужное направление и погрузился в раздумья.

Из всего увиденного можно сделать вывод, что враг достиг определённых успехов в освоении технологии по работе с порталами в параллельные миры. К счастью, он совершает ошибки и пока не добился конкретной пользы от таких экспериментов. Пока твари из другого мира неуправляемы и вред нанесли лишь тем, кто их призвал. Но если враг сможет их контролировать, то это может стать огромной проблемой для наших войск. Почти полсотни вооруженных солдат вермахта при поддержке танка потерпели поражение в битве с пятью-шестью неизвестными существами.

Приближаясь к месту ночёвки существ, пилот заглушил двигатель, и самолёт начал планирование с высоты чуть менее километра. Сапфир настроился на тварей и начал сканирование их энергетических отпечатков. Он улыбнулся: не просто так развёртка вибраций существ показалась чем-то знакомым. Сразу стало ясно, что схоронившаяся где-то на окраине леса пара существ заметила самолёт и сейчас наблюдает за ним, но они уверены, что остаются незамеченными. Ещё два существа спят неподалёку и - с ними человеческий ребёнок! Сложно было сказать, угрожала ли ему опасность, но ребёнок крепко спал и его мозг не излучал никаких эмоций. Вернувшись к сидящим в кустах, Сапфир начал сбор информации. Существа действительно оказались разумными и по интеллекту были чуть слабее среднего человеческого. Среди этих двоих оказался их главный - вожак или лидер. На удивление его сознание было открыто, словно у трёхлетнего ребёнка, и залезть ему в голову не составило особого труда.

Почти минуту существо не сопротивлялось дистанционному гипнозу, и у сенсорика было время собрать некоторую информацию. Но потом существо, именующее себя и своих сородичей орками, силой воли разорвало контакт. Сейчас вожак орков в спешном порядке поднимает своих собратьев, и они постараются скрыться в лесу. Дальше следить за ними нет смысла. Собранной информации на данный момент более чем достаточно, и её необходимо доставить в Центр. Но это уже работа пилота. А пока сенсорику есть над чем подумать.

Маленький самолётик запустил двигатель и отчаянно замолотил пропеллером, набирая скорость. Заложив вираж, он развернулся в сторону линии фронта, спеша доставить уникальную и отчасти шокирующую информацию.

***

Перед глазами Грунга стояло человеческое лицо. Оно не выражало никаких эмоций и было неподвижно. Лишь бездонно-синие глаза словно парализовали сознание орка. Позже он не смог бы сказать, как долго это происходило, но в какой-то момент Грунг осознал, что кто-то копается в его голове и нагло вытаскивает оттуда все мысли. Сам Грунг в этот момент испытал постыдное и не свойственное для орка страха. Он часто подвергал свою жизнь опасности, но было это, как правило, в бою, где он и сам был опасен, и враг мог поплатиться жизнью, а так оно обычно и бывало. Но сейчас всё происходило его голове, и он не мог применить силу своего тела и почувствовал себя беззащитным. Благо сила воли орков велика, но Грунгу потребовалось немало усилий, чтобы совладать с собой и собрать волю в кулак. Орк пришёл в ярость и стало легче. С большим усилием выдавил он из своей головы чужака, и сознание быстро прояснилось, а перед глазами снова предстало ночное небо.

Муг, видимо, ничего не заподозрил: наверное, прошло совсем немного времени. Но Грунг был в ярости. Теперь ему требовалось много труда, чтобы удержать себя в руках и не начать громить все вокруг и яростно орать, срывая злость. При этом испытанный страх добавлял чувство стыда. В итоге произошедшее осталось незамеченным, но осознание того, что у него есть слабое место, угнетало командира оркского отряда. Им воспользовались, залезли в голову, словно старый шаман, вызвав "око зверя", залезает в голову маленького лесного зверька, чтобы разведать охотничьи угодья или вражеский лагерь. Выпотрошили все мысли, нашли нужные и паскудно их украли. Грунг обязательно найдёт вора и покарает. Недаром он Непрощающий!

Ничего толком не объясняя, Грунг всё-таки наорал на Муга, и они сразу же вернулись в лагерь. Командир, не теряя времени, поднял отряд тревогой и в срочном порядке организовал скоростной марш-бросок. Орку было всё равно, куда и как бежать. Орку нужно было выплеснуть энергию ярости и ненависти, отчасти к самому себе - за то, что позволил оказаться слабым и беззащитным. Он нёсся по ночному лесу, особо не разбирая направления. Орки восприняли это как способ уйти от слежки. Впрочем, оно так и было. Никто вопросов не задавал, попадаться на глаза местным воякам пока никто не хотел.

Грунг объявил привал после долгого марш-броска, когда ночная тьма уже начала рассеиваться. Он аккуратно положил мальчишку на мох и приказал всем отдыхать. Орки неслись сквозь лес почти полночи, не сбавляя темпа – не отдыхавший толком командир еле держался на ногах, и оба его сердца бешено колотились. Так же чувствовали себя и его бойцы. Лрнур - самый старший, он запыхался сильнее всех и, оперевшись рукой на дерево, начал восстанавливать дыхание, шумно дыша через нос.

- Грунг, ну, устроил ты нам прогулочку. Стоило нам так носиться по лесу? – Муг плюхнулся задницей на лесную подстилку и предплечьем стёр пот со лба.

- А у меня даже второе сердце не заработало, - тщательно скрывая сбитое дыхание, начал хвастаться Грог. Он действительно выглядел бодрее всех, молодой, здоровый.

Грунг пресек зачинающуюся словесную перепалку.

- Это был. Необходимый. Бросок. – Командиру пришлось делать долгие паузы между словами, пока дыхание не восстановилось. - Нас не просто выискивали среди леса, по нашим следам пустили боевого мага.

- Немцы всё-таки вышли на наш след? - Лрнур проявил беспокойство.

- Скорее всего. Но мы не знаем ничего об их врагах. По-видимому, магия здесь не просто недоступна простым смертным, - Грунг кивнул в сторону спящего пацана. - Людья... Тьфу! Или человеки? Они сами не путаются, как себя называть? Короче от простых смертных магию скрывают. По-видимому, ей обучают только определённые касты. В этом тоже стоит разобраться. Эти невооруженные люди для нас, как букашки, но нам следует опасаться их машинерии и, как выяснилось, еще и магов. У вояк есть и то и другое. И машины, и маги предназначены для ведения войн. Надо быть осторожными и разобраться во всём этом. Иначе есть шанс просто сгинуть.

Повисло тяжёлое молчание. Тишину перебивало лишь тяжелое дыхание орков. Каждый обдумывал слова, сказанные командиром, а командир думал, как действовать дальше. Чем больше орки узнают этот мир, тем больше опасностей они в нём видят. На первый взгляд безобидная хрупкая раса оказалась весьма агрессивной. Настолько, что при отсутствии естественных врагов воюет сама с собой. И преуспела в своей боевой машинерии и боевой магии…

Мугу был отдан приказ спать: он единственный, кто не сомкнул глаз этой ночью. Остальным командир приказал разбить лагерь отдыхать и наблюдать за обстановкой. Привал продлится до тех пор, пока местное светило не приблизится к зениту. Сам же Грунг, придя в норму, отправился прогуляться по округе. Нужно всё обдумать в одиночестве и навести порядок в голове после того, как в ней поковырялись, да и поохотиться бы по возможности. Вор действительно навёл бардак в его мыслях. Они словно разбросанные в разграбленном доме веще валялись всюду и хаотически всплывали в сознании… Как сложно просто не думать.

Запах этого животного был не знаком Грунгу, что естественно. Но воняет оно совсем не безопасно, а самое главное, скорее всего, имеет достаточные размеры, чтобы орки сегодня плотно покушали.

Животинка протопала своими копытцами здесь совсем недавно. Самец пометил территорию и, сменив направление, потопал по своим делам. Ему не повезло: ветер, почти незаметный под кронами леса, тянулся в сторону Грунга. Тому как охотнику повезло приближаться к добыче с подветренной стороны, и почуять зеленокожего гиганта животное не сможет. Его может спасти лишь острый слух, если орк будет двигаться достаточно шумно. Но, к сожалению для зверюшки, орки от природы двигаются по лесу почти бесшумно, а тренированные воины - совершенно бесшумно. А голодные орки, напавшие на след жертвы, это сама тишина. Стоит только прибавить шаг - и сытная трапеза гарантирована.

Грунг очень быстро обнаружил зверя - примерно в двадцати шагах впереди в кустах была слышна возня и похрюкивание, очень похожее на хрюканье болотных хрюнделей, обитающих в родном мире Грунга. Только местный зверь явно был поменьше, раз смог уместиться в кустах, да и следы от копытец были небольшие – хоть бы на раз покушать хватило.

Грунг подкрался поближе, и возня резко прекратилась: животное замерло, почуяв неладное, и начало прислушиваться. Что ж, больше скрываться смысла нет. Охотник перехватил приготовленный заранее охотничий кинжал. На случай, если хрюндель в испуге решит сбежать, как это они обычно делают в мире Грунга, придется метнуть в него оружие. Но зверь вдруг высунул морду из куста. Увидев орка, презрительно хрюкнул и уставился маленькими глазенками. Что ж, местные хрюндели намного меньше, не такие шерстяные, самое главное - намного отважнее, о чем свидетельствуют торчащие из пасти клыки. Судя по всему, животное умеет ими пользоваться, да и сейчас пустить их в ход не против. Только вот мозгов у маленькой приходящей в ярость хрюшки не особо много, и попытка атаковать охотника окажется для неё катастрофой.

Грунг спровоцировал животное выпадом - хрюндель срывался с места и рванул на охотника, набирая скорость. Отважная животинка и ее повадки вызывают уважение, но умственные способности её – так себе. В момент сближения со зверем Грунг сделал кувырок через него, схватил в охапку и в итоге оказался сидящим на хрюнделе. Животное заверещало, пытаясь вырваться, но попытки оказались тщетными. Аккуратным и быстрым движением Грунг загнал кинжал в ухо жертве, пронзая мозг. Отважный самец заслуживает быстрой и безболезненной смерти.

При виде добычи зеленокожие громилы приободрились, и Грог вызвался разделывать тушу. Началась возня по приготовлению. Все расслабились и по давней привычке начали подшучивать друг над другом. Орки обсудили повадки местных хрюнделей и решили, что будь местные размером с тех, что обитают в оркских лесах, то была бы животина чрезвычайно опасная, и встреча с ней ничего хорошего бы не сулила. Сон человеческого детёныша был неестественно крепок, а дыхание едва ощутимо - это беспокоило орков некоторое время, но позже запах готовящегося на костре мяса, щедро посыпанного приправами из родных краёв, завоевал их внимание, и орки полностью сосредоточились на предстоящей трапезе.

Подкрепившись, отряд начал планировать свой дальнейший день. Цель оставалась прежней: необходимо выйти на контакт с местными. Внешность орков слишком экзотичная для этого мира, и это явно вызывает некоторые трудности. Однако с ними их ребёнок, и если он будет цел и здоров, то стоит попытаться использовать его для налаживания контактов с его сородичами.

Грог отправился на разведку местности на предмет нахождения местных, а Грунг решил проверить состояние ребенка. Его ранее расслабленное, не выражающее эмоций лицо теперь было нахмуренным, периодически мышцы его тела непроизвольно сокращались, вызывая судорожные подёргивания конечностями: зелье ослабляло силу и понемногу начал проявляться его негативный эффект. К вечеру, возможно, парень проснется и доставит оркам немало хлопот.

Грог весьма быстро вернулся и поведал интересные новости. Совсем недалеко отсюда он наткнулся на заросшую лесную дорогу, по которой сегодня ночью, судя по следам, прошла повозка, запряженная тягловым животным в сопровождении примерно двух десятков людей. Он даже показал небольшую деревянную ложечку, потерянную неряхами на одном из привалов. Судя по описанию следов Грогом, так наломать веток и подавить траву и даже не попытаться замести за собой следы могли лишь мирные люди. Ну а по полученной за время пребывания орков здесь информации иных разумных рас в этой местности не водится, а значит, это то, что нужно.

Решение созрело быстро. Командир отправил Грога с Мугом по следам, чтобы те догнали и определили место, где ныне находится человеческий отряд. Не вступая в контакт, они должны пронаблюдать за людьми и получить как можно больше информации. По их возвращению орки должны сократить дистанцию до безопасной, в пару коротких перебегов [примерно 1200-1500 метров], устроить за людьми слежку, а далее ждать, когда Вася придёт в себя, переживёт ломку после желтоглазки и вернёт себе нормальное самочувствие. На это уйдёт два, а может, три дня. Так что торопиться не придётся. Надо ждать, наблюдать и действовать по обстановке.

Как и ожидалось, ближайшие дни прошли без особых происшествий. Орки налаживали быт в своём лагере, следили за людьми, на которых наткнулись ранее, и уделяли усиленное внимание маскировке. Человеческий детёныш очнулся и первые сутки жутко страдал от головных болей, однако к утру второго дня уже окончательно пришёл в сознание и не испытывал физических болей, хотя был очень подавлен эмоционально, и попытки начать с ним разговор были тщетными. Зеленокожие воины были удивлены таким быстрым восстановлением: да, дозу человеческому ребёнку дали мизерную, но в пересчёте на массу тела – немалую. Мальчик находился в забытье очень долгое время, и все ожидали, что и отходняк будет продолжительнее и тяжелее, чем у крепкого оркского тела. Видимо, организмы людей иначе реагируют на яд желтоглазки. На утро третьего дня Грунгу удалось разговорить Васю на отвлеченные темы, заодно потихоньку выуживая из него знания об этом мире, старательно избегая тем, затрагивающих его семью. Даже пришлось научить его произносить некоторые слова на языке орков в обмен на несколько фраз на русском языке. И в отличие от мелкого, который с жутким акцентом пытался рычать оркские слова своим неприлично высоким, писклявым голоском, Грунг добивался сносного произношения на русском, хорошенько задолбав паренька вопросами о правильности произношения. Он посчитал это необходимым после первых попыток, когда Вася, рассмеявшись, заявил, что зелёнокожий монстр говорит коряво, как немец. Орк сразу понял, что сравнение его с немцем - не лучшая ассоциация, и он не хотел вызвать такие же мысли у местных при знакомстве. Как уже успели не раз убедиться орки, паника подавляет разум людей. Оттого они не особо соображают, и беседа может пойти не по плану.

За группой людей, блуждающих по лесу, орки следили днем и ночью, следуя за ними по пятам. Вскоре они разбили свой лагерь практически вплотную к лагерю людей, виртуозно применяя мастерство по маскировке в лесу, дарованное им от природы, и приправляя это всё щепоткой колдовства в виде заклятий для отвода глаз. Каждый из орков поочерёдно находился в непосредственной близости от лагеря людей и наблюдал за ними, собирая информацию, так что к концу второго дня орки знали о людях все, что нужно, вплоть до имён каждого из них. Люди оказались совершенно не приспособлены для того, чтобы прятаться и жить в лесу. Двадцать три крестьянина, бежавшие из одной ближайшей деревни до прихода вражеских солдат. Семеро мужиков, в основном бородатые старики, остальные - это их престарелые жены и дети. Весь свой нехитрый скарб они погрузили на единственную телегу, запряженную с виду хрупким, но весьма изящным животным, которое, как позже поведал оркам малолетний проводник, называется лошадью и является здесь универсальным животным: на таких лошадях и военные всадники в бой идут, и поля они пашут, а уж телеги тягать - это обыденное дело. Так что животинка очень выносливая. Эту лошадку зовут Каштаном. Существо это сугубо травоядное и в минуты отдыха первым делом принимается за поедание травы и кустарников. Из оружия у людей лишь одно охотничье ружьё с неполной дюжиной зарядов, которое держит при себе их вожак - Серафим - несмотря на преклонный возраст, человек очень бодрый, суетной и дерзкий. Со здоровьем явных проблем в ходе наблюдений орки у него не заметили. Остальные мужики были вооружены чем попало, в основном рабочими топорами да ножами, которыми разве что рыбу разделывать. Как водится, вокруг вожака собрался костяк: Елизавета - его жена, везде сующая свой нос, весьма полная женщина, вечно пытавшаяся раздавать всем команды, которая жутко раздражала Грунга уже на расстоянии своими назойливыми советами, нервотрёпками и укорами, которые она высказывала хоть и вполголоса, но слушателя себе находила всегда. Будь такая жена у орка, её бы лечили увесистыми подзатыльниками и у нее было бы два выхода: либо выздороветь, либо в итоге оказаться с пробитой головой на погребальном костре. Но Серафима, видимо, это устраивает, и по большей части он на это внимание не обращает. В отличие от его давнего друга Петра, который частенько является жертвой тихих истерик, потому что постоянно отирается с ними. Пётр хоть и ровесник Серафима, а значительно уступает ему по здоровью: хиленький, низкорослый даже по местным меркам и к тому же одноглазый мужик, однако с организацией быта справляется неплохо, несмотря на вечный зуд со стороны Елизаветы.

Остальные мужики в основном выполняют физическую работу и стоят на карауле вокруг лагеря, сменяя друг друга. Надо заметить, что на посту совестно несут службу, но несмотря на такое усердие, никто из постовых даже не заподозрил постоянное присутствие неведомых существ у лагеря. С охраной, впрочем, у них было чуть лучше, чем с маскировкой. Хоть люди и пытаются сохранять тишину и даже переругиваются друг с другом вполголоса, демаскируют они себя знатно и на всяком привале помимо шума, несвойственного для леса, они ещё и умудряются провонять всю округу дымом от костра, который Петр с гордостью обозвал "партизанским" и уверял, что ни один фашист не заметит его. Открытого огня у такого костра действительно не было видно, но лишь потому, что очаг располагался в вырытой яме, однако любой орк с детства знает, что единственный способ заставить дрова не вонять на всю округу дымом - это не поджигать их. Именно поэтому орки так редко разжигают костры. Орки готовят еду на огне, лишь убедившись в отсутствии неприятеля в округе, в противном случае – давятся сырым мясом.

********

К концу четвертого дня слежки зеленокожие воины окончательно заскучали и начали хулиганить. Первым отличился Лрнур, который поведал историю о том, что Каштан очень любит морковку. В период наблюдений он заметил, как одна из бабок, нарезая зелень для похлебки, наставляла внучку, что, мол, за этой бесовой скотиной - так она обзывала лошадку - глаз да глаз нужен. Особенно нужно беречь морковь, которой осталось не так уж много. Лрнур заметил, каким грустным взглядом лошадка смотрела на лакомый оранжевый плод. Лошадка почти всё время проводила запряженной в телегу, даже спать ей порой приходилось стоя. Так что напакостить, своровав морковку из завязанного мешка, к тому же уложенного в телегу, возможности она не имела. У истязаемого бездельем орка, который многие годы в битвах выпускал кишки и дробил головы врагов, вдруг появилось чувство жалости, и, как только стемнело и люди улеглись спать, Лрнур проник в лагерь. Добравшись до телеги, аккуратно перешагивая через спящих людей, он постарался бесшумно вытащить пару морковок из полупустого мешка, но животное всё-таки его заметило, дернулось и громко заржало. Пришлось быстро ретироваться, затаившись в ближайших кустах. Тревогу в лагере поднимать было некому: все крепко спали. Лишь один мужик, проснувшись, шёпотом выругался и, перевернувшись на другой бок, продолжил спать. Лошадь ещё некоторое время посуетилась и успокоилась, лишь нервно поглядывая в сторону кустов, где прятался орк, и периодически фыркая.

Выждав некоторое время, Лрнур медленно и не скрываясь направился к животному, вытянув вперёд руку с вкусным плодом. Лошадь хотела вновь шарахнуться, но, увидев в руке неведанного существа заветное лакомство, в недоумении затопталась на месте. С недоверием она воротила морду, однако спустя десяток ударов сердца сдалась: аккуратно взяла морковь с раскрытой ладони орка и аппетитно захрумкала. Быстро перемолов лакомство, животное мотнуло головой и уставилось на Лрнура, явно намекая, что она в курсе, сколько морковок было украдено из мешка.

Во время употребления второй морковки лошадь подпустила орка к себе поближе и даже дала себя погладить. И тут выяснилось, что это не лошадь. Лрнур прервал свой рассказ и, сжав одну руку в кулак, другой перехватил её где-то то посередине предплечья:

— Вот такенная балда!

- Так это конь! - засмеялся Вася, - лошадь — это девочка, а конь - мальчик!

Как оказалось, здесь животные одного вида легко могут иметь разные названия. Мальчик начал перечислять множество незнакомых оркам животных: пёс и собака, курица и петух и ещё много чего. Кого-то орки запомнили с первого раза, но с лошадьми оказалось вообще всё непросто: лошадь, конь, кобыла, жеребец... Голова может пойти кругом от этого всего. Но теперь они хотя бы будут готовы к таким сюрпризам местного языка.

Поначалу Грунг хотел устроить старперу Лрнуру взбучку за такие детские проказы, однако, взвесив все за и против, оказалось, что вреда от этого поступка нет, зато теперь можно надеяться, что хотя бы это животное при встрече с нами будет вести себя спокойно. Отсутствие наказания за хулиганство остальные орки восприняли весьма однозначно. Стоит ли говорить, что в следующие ночи каждый орк, воспользовался возможностью познакомиться с этой прекрасной и грациозной зверюшкой. В этот кон Грунг дежурил последним и, тоже не удержавшись, отправился рыться в изрядно похудевшем мешке морковки. Уже светало, и, когда Каштан увидел Грунга, он сразу же признал в незнакомом зеленокожем чудище друга и, весело перетаптываясь на месте, фыркал в ожидании морковки.

3

На пятый день Грунг и его парни были готовы к встрече с местными, даже Вася получил указания, и отряд выдвинулся на переговоры. Дождавшись, когда люди проснутся, поедят и приготовятся к дальнейшему пути, Грунг взял человеческого детёныша на руки и медленно начал приближаться к лагерю. Остальные, встав за спину, командира пошли следом. Не выходя из кустов, Грунг заорал почти на чистом русском - получилось неплохо, разве что голос был слишком низкий:

- Люди! Мы спасли вашего ребёнка! Пожалуйста, не стреляйте, мы не опасны! – Грунг старался кричать громче, чтобы услышали все, даже оглохшие от старости человеческие особи. Сразу он окинул взглядом видимую часть лагеря: судя по реакции, люди неслабо прифигели. Кто-то уронил металлическую посуду, и та со звоном забрякала по земле. Вожак Серафим тут же вскинул ружьё, правда целился чуть ли не в противоположную сторону от той, с которой доносились слова Грунга. Грунг покачал головой: вот же люди какие… Чуть что, сразу за пукалки свои берутся. Грунг поставил мальчика на землю и спрятал за собой от беды подальше.

- Пожалуйста, не стреляйте! – повторил орк. Едва он закончил фразу, как дед, развернувшись в сторону кустов, где прятались орки с мальчишкой, выпалил из своего ружья. К счастью, вероятность попадания была очень мала: Серафим промахнулся на несколько шагов левее. За спиной Грунга послышался отчётливый шлепок: Муг не выдержал - в отчаянии шлёпнул себя ладонью по лбу и утробно прорычал:

- Ну, по-русски же просили, вежливо…

Грунг, сорвавшись, заорал уже на оркском:

- Дебил ты старый, тебе же сказано, что мы не причиним вам вреда! У нас человеческий ребёнок, ты можешь попасть в него!

Орки чуть вышли из кустов вперёд, чтобы лучше видеть происходящее. Дед трясущимися руками переломил своё ружьё и пытался перезарядить его, вставляя заряды. Судя по недовольному лицу Серафима, получалось у него это не так быстро, как хотелось бы. Посчитав этот момент самым безопасным, Грунг вышел из кустов на открытую полянку, ведя за руку ребёнка. Как водится, его бойцы последовали за ним. Завидев неведомых существ, многие женщины с детьми поспешно начали скрываться в лесу, зачем-то при этом крича. То же повторила и половина мужиков, но молча, остальные же похватали оружие... Ну, как оружие... палки, дубины, рабочие топоры - у кого что под руку попало - и приготовились к сражению. Серафим, не зарядив ружьё, с гримасой страха, вновь поднял оружие и направил на Грунга. Грунг не совсем понял, как незаряженное ружьё будет стрелять, но мало ли чего он не учёл, поэтому снова спрятал ребёнка за спиной, предплечьем другой руки прикрыв свою морду.

- Грунг, по-моему, твой план дерьмо, – задумчиво произнёс Грог из-за спины командира.

- У тебя плана вообще не было, – тихо рявкнул Грунг в ответ.

Между орками и Серафимом было едва ли пять прыжков. Человеческий вожак трясущимися руками держит ружьё, направленное на орков, за его спиной прячется тучная Елизавета, а чуть поодаль, пригнувшись, с какой-то доской в руках стоит Пётр.

Они начали перешёптываться. Оркам сложно было всё разобрать, но камень образов начал доносить до их сознания картины каких-то неведомых волосатых тварей с красной кожей, рогатыми бошками и копытами вместо ног. Вперемешку с ними были мольбы о помощи к их весьма странному богу, которого они называли господином. Грунг был удивлен логикой людей. Вообще странно осознавать, что в тебе видят какое-то краснокожее рогатое чудище. Он даже невольно покосился на свою руку: вроде всё в порядке, кожа, как и полагается орку, имеет лёгкий зелёный оттенок с коричневыми прожилками. Интересно, эти люди только в панике ничего не соображают или вообще по жизни тупые?

Благо, что пока за спиной у Серафима шла тихая паника из-за его приближенных, сам он как вожак сохранял относительное спокойствие и молчание, руки только немного дрожали - Грунг уже начал переживать, что он так ружьё совсем выронит.

- Дяденька, не стреляйте! - прокричал Вася, ухватившись маленькими ручонками за штанину из грубой кожи, и попытался выглянуть из-за ног орка, но Грунг, старавшийся не рисковать здоровьем мальца, засунул его рукой обратно. Видя, с каким усердием люди уничтожают себе подобных, его действия были оправданы. Но Вася не замолкал:

- Они мои друзья!

- Вы лешие, что ль? - наконец выдавил Серафим, и Грунг увидел образ лесного мохнатого чудовища, обитателя и хозяина местных лесов. Что ж, уже ближе.

- Мы воины орков и спасли ваше дитя. Мы пришли без оружия и не собираемся с вами воевать. Может, уже уберёшь свою пукалку? Она всё равно нам вреда не нанесёт, а вот ребёнка покалечить можешь.

- Бесы! Ей-богу, бесы! - Елизавета в панике начала тараторить, прячась за спину мужа. - Серафимушка, стреляй в эту нечисть, черти же! Натуральные черти!

В этот момент в глазах у Грунга покраснело. Ярость и гнев начали заполнять его сознание, и он понял, что бойцы его испытывают примерно то же, но им легче: они полагаются на командира и без его команды в атаку не пойдут. А вот Грунга от соблазна проломить эту безмозглую истеричную бабью башку удерживает лишь сила воли. Благо вожак людей быстро сориентировался.

- Молчи, дура старая, – прокряхтел он и локтем, судя по всему, достаточно больно тюкнул жену в грудь. Та поперхнулась своими погаными словами и, хватая ртом воздух, уселась своей жирной сракой в траву. - Где это видано, чтобы нечисть людям помогала?

Орки все синхронно и шумно выдохнули: кажется, теперь разговор заладится...

Сказать, что крестьяне приняли орков, было бы слишком самоуверенным заявлением. Страх в их глазах никуда не пропал, подходить к чудищам и тем более разговаривать никто не решался, за исключением вожака и его одноглазого помощника. Остальные же шарахались от орков и не приближались ближе, чем на пять шагов, да и вообще людей стало намного меньше: после появления зеленокожих далеко не все сбежавшие люди вернулись, и сейчас в лагере находилось всего пятнадцать человек.

Так или иначе весь день орки постарались провести в разговорах, расспрашивая Серафима об этом мире и об окружающей обстановке.

В этом мире природа весьма изменчива и сильно зависит от времён года. Тёплое солнечное лето скоро сменится осенью, плавно переходящей в снежную холодную зиму. Не то чтобы орков это пугало: орды орков, выуживая горных эльфов, легко переносили климат высокогорных ледников и не страдали от морозных вьюг. Когда-то поход по ущельям, в котором участвовал отряд Грунга, затянулся почти на три сотни дней; на марше орки вполне комфортно чувствовали себя в одеждах из шкур диких животных, а в бой вообще шли в привычных лёгких одеждах, чтобы ничего не стесняло движений. Так что оркам и здесь не страшны морозы, на крайний случай вновь придётся укутаться в шкуры животных - раз уж здесь есть зимы, значит, есть и животные, которые эти зимы благополучно переживают.

Основная проблема орков заключалась в другом: враг русских сокрушительным маршем продвигался на восток вглубь их государства с очень длинным названием, которое крестьяне сокращённо называют СССР. Судя по всему, линия фронта сдвинулась далеко от этих мест и продолжает удаляться. Русские терпят поражения в каждом бою, и вряд ли у Грунга появится возможность в ближайшее время с ними познакомиться. Сейчас орки находятся на захваченной территории. Кругом немецкий тыл. Единственный вариант познакомиться с представителями властей русских - это найти так называемых партизан, но, как оказалось при более подробном расспросе Серафима о партизанах, это такие же крестьяне, просто прошедшие некую военную подготовку по действию в тылу и мало-мальски вооруженные легким стрелковым оружием. К ним-то и направляются беглецы, правда особого понятия, как их найти, не имеют и двигаются в случайном направлении в надежде наткнуться на них в лесу. Грунгу же показалось, что они скорее наткнутся на немецкий карательный отряд, которые тут тоже имеются и как раз предназначены для поиска таких вот несогласных беглецов. Грунгу стало совсем грустно. Выходит, оркам придётся искать помощи у тех идиотов, которые сюда их затащили. Но раз они обладают возможностью открытия порталов между мирами (это в родном мире орков даже эльфы считают подобное лишь легендами), значит, есть шанс, что они обладают возможностью вернуть орков назад. Учитывая результаты первого знакомства с немецкими магами и вояками, они могут быть немного обижены на зеленокожих и отказать в помощи. Потому Грунгу и хотелось бы оценить возможности обеих враждующих сторон и уже потом делать выводы. Пересечь линию фронта и направиться в ближайший крупный город? Ещё неизвестно, что представляет из себя этот самый фронт. Несомненно, концентрация немецких воинов ближе к месту проведения боёв будет очень большой, и пробраться через них незаметно будет непросто. А там еще и противоборствующая сторона, которая тоже может в пылу боя начать палить в неизвестных ранее существ.

День уже близился к завершению, и солнце быстро снижалось к горизонту. Как известно, ничто так не способствует налаживанию знакомства, как совместная трапеза, именно поэтому Лрнур с Грогом сейчас освежёвывают тушку хрюнделя, которого местные называют кабаном. По заверению местных, орки притащили с охоты весьма крупную особь. Они, не зная возможностей орков в проведении застолий, наивно полагают, что этой пищи всем хватит надолго. Что ж, если люди будут разговорчивы и расскажут много интересного, в благодарность, перед тем как орки покинут стан людей, возможно, орки добудут крестьянам ещё одну такую тушку.

Ночь постепенно вступала в свои права, небо было совсем безоблачным, и незнакомые звёзды ярко мерцали. Отряд Громыхающих камней сидел у небольшого костра на краю лагеря людей. Завершив свои дела по подготовке людей ко сну, Серафим и Пётр присоединились к оркам. К вечеру Серафим и Пётр уже вполне привыкли к огромным зеленокожим парням и пришли к выводу, что орки очень похожи на людей, только здоровенные да цветом кожи необычны. Пётр важно заявил, что для детей леса скрытность – жизненно важная способность. У Грунга же возникло мнение, что народы людей и орков имеют больше отличий, особенно если речь идёт не о теле, но мысли свои он решил не высказывать, дабы не обидеть столь гостеприимных хозяев.

Только до сих пор не даёт людям покоя камень образов: не могут никак понять, почему слышат незнакомую речь, но при этом в голове у них чуть ли не насильно откладывается суть каждого слова. Особо тратить время на объяснение магических принципов передачи образов этим дремучим селянинам Грунгу не хотелось и приходилось постоянно увиливать, меняя тему разговора на более продуктивную.

- Так нет, то машины крылатые, не живые они. Их наши инженеры на заводах строят. - Серафим недовольно поморщился, когда Грунг опять резко сменил тему, засыпая вопросами, на которые отвечать было довольно сложно. - Почём мне, колхознику, знать, как они летают?

- Так если ты, старик, не понимаешь, что удерживает эти машины в небе, почему ты утверждаешь, что нет никакой магии в них?

Серафим замялся. В магию он не верил, но и не хватало у него грамотности, чтобы объяснить пришлым существам из другого мира такие тонкости местных изобретений. Старик некоторое время помялся и не нашел ничего другого, как молча пожать плечами, ссылаясь на науку и великие учёные умы, мол их это дело, а он человек маленький, его работа землю пахать, да урожай собирать.

Не верящий в магию и прочие сказки человек отмахнулся и обиженно посмотрел на звёздное небо. Шёпотом прочитал молитву какому-то неведомому господину, а потом рукой дотрагивался последовательно до лба, плеч и пупка. Кое-что Серафим рассказал про своего господа, про чудеса превращения воды в вино, хождение по воде и воскрешение мёртвых. Молчание затянулось. Грунг, почёсывая затылок, пытался понять, как это работает: тут верю в чудеса, тут не верю в магию… Чудной народ эти люди.

Некоторое время Грунг ещё изучал звёздное небо, но вдруг ему стало некомфортно. Он почувствовал на себе взгляд со спины. И это был не сухой безэмоциональный взгляд разведчика, собирающего информацию о наблюдаемом объекте. Это оценивающий заинтересованный взгляд женщины, который медленно скользил по ничем не покрытой мускулистой спине Грунга, испещрённой шрамами, и опускался ниже... На мгновение Грунг приофигел от таких похотливых эмоций среди другого мира, да ещё от представительницы другой расы, но быстро взял себя в руки и распрямился в прыжке, словно лук, тетиву которого спустили. До густой растительности, где пряталась шпионка, было всего три прыжка. Для человека она очень хорошо тренирована, раз так близко подобралась к оркам незамеченной, но так глупо прогорела на эмоциях! И двух ударов сердца не прошло, как орк вломился в заросли. За командиром уже ринулись его воины. Казалось бы, неудачница обречена, и вот-вот зелёные руки схватят похотливого разведчика, но в следующее мгновение пальцы Грунга сомкнулись на пустоте. Магическое зеркало. Зрение и слух бесполезны. Орк попытался нащупать источник магических потоков, чтобы понять, где же в действительности находится шпионка, но вместо этого обнаружил россыпь одинаковых отметок, быстро удаляющихся от лагеря в разные стороны. Неизвестно, какой отпечаток – настоящий. Быстро раздав команды своим бойцам разделиться и двигаться в четыре разные стороны (так больше шансов отыскать этого похотливого мага), Грунг ломанулся в свою сторону – а от него, отдаляясь друг от друга, быстро задвигались пять энергетических отпечатков. Выбрав один, который двигался наиболее естественно, словно огибая густо растущие в этой роще деревья, он догнал его и.. вновь ошибка. Профессиональные мороки. Грунг бросился к другому отпечатку, не заметив стоящее на своём пути сухое дерево, и плечом снес его - трухлявый ствол разлетелся в щепки. Но скорость Грунг не снизил и сократил дистанцию до следующего энергетического отпечатка, однако с близкого расстояния стало понятно, что и это тоже фальшивка. Тогда Грунг решил выбрать самый далёкий от себя энергетический отпечаток. Орк, по обыкновению, двигается быстрее любого человека в принципе и не только в лесу, и этот раз не исключение. Но Грунг потерял много времени на преследование фальшивок. Где-то вдалеке заслышалось рычание самодвижущейся повозки. Энергетический отпечаток шпионки запрыгнул в неё, и стал заметен отпечаток извозчика. Повозка весьма проворно сорвалась с места – догнать её будет непросто: слишком далеко. Слишком поздно орк вывалился на лесную дорогу - ему осталось только нюхать вонючий дым и слушать растворяющийся вдалеке мерный рёв человеческой повозки.

ГЛАВА 5 «Логово»

***

Штурмбаннфюрер СС Матиз Крауз шёл по длинному коридору подземного бункера, освещённого неярким электрическим светом. Убежище было расположено в Центральной Европе под концентрационным лагерем; точное местоположение офицер не знал: он попадал сюда по средствам небольших врат телепорта, установленных в специализированной для их обслуживания помещении. Для безопасности хозяина это помещение находилось довольно далеко от его апартаментов и, чтобы добраться до них, требовалось миновать несколько вооруженных постов охраны и множество запутанных коридоров. На этот раз Матизу пришлось провести в бункере почти трое суток, дожидаясь встречи с хозяином убежища и попутно занимаясь бумажными делами по службе, но сейчас настало время для встречи, которая являлась основной целью пребывания офицера здесь.

4

Шаги громко отражались эхом от голых бетонных стен, периодически попадавшиеся на пути стальные пайолы, закрывающие коллекторы коммуникаций, скрытых под полами, создавали металлический грохот. Офицер свернул в один из проходов и, бодро перебирая ногами, спустился по железному трапу на подуровень ниже. Здесь потолки были ниже, и рослый Крауз пригнулся, рукой придерживая фуражку, чтобы не удариться головой о трубы коммуникаций, расположенные под потолком. Длинный коридор закончился железной дверью, за которой находилось весьма просторное для бункера помещение с очень высоким потолком, представлявшее из себя ярко освещенный холл с выбеленными стенами. Напротив небольшой входной двери располагались высокие – в два роста офицера – двухстворчатые двери из массивов красного дерева с резными ручками из белой кости – за этими дверьми начинались покои Хозяина. Крауз уверенно потянул за ручку одной из створок, и та с тяжестью бесшумно отворилась. Крауз вошел. Где-то над головой зажужжал сервопривод, закрывая за ним дверь, вмонтированные в стену противовесы начали закрывать створки, и громкий металлический щелчок сообщил о захлопнувшемся электрозатворе.

Внутреннее помещение было ещё более объёмным, но освещалось слабо: небольшими древними густо чадящими масляными лампами. Света лампы давали совсем немного, освещая лишь небольшим оранжевым пятном света каменную стену, к которой они были прикреплены; центр просторного зала был погружён в полную темноту. Если бы не далекий шум принудительной вентиляции, то в помещении стояла бы полная тишина. Офицер немного постоял на месте, пока глаза привыкали к темноте.

Затем, сделав несколько шагов во тьму, штурмбаннфюрер вскинул правую руку в приветственном жесте:

– Хайль Гитлер! Господин Метзгермейстер!

– Крауз, дружище, к чему такие формальности? – из темноты появилась фигура невысокого худощавого человека, облаченного в строгий костюм. Его лицо оказалось щедро покрыто старческими морщинами, а вместо волос лысый череп покрывали неприятного вида пигментные пятна. Картину дополняли впалые глаза – настолько тёмные, что в таком освещении казалось, что они не имеют зрачков. Говорил он не торопясь, негромким голосом, и улыбка на его лице была неестественно приветливой.

– Вы же знаете, что здесь мы в полной безопасности, за нами никто не следит, уверяю вас.

- Да, Господин, я в курсе особенностей вашего нового рабочего места. Просто привычка, выработанная годами службы.

– Штурбаннфюрер, вы забыли кому вы служите? – на мгновение улыбка пропала с его лица. – Ничего, всем людям свойственно ошибаться. Пройдёмте же в более удобное для беседы место.

Господин развернулся, приглашая гостя за собой, и зашагал в темноту.

Они прошли через центр зала и, миновав такие же высокие и массивные двери, оказались в кабинете, освещение которого было тоже скудным, но позволяло в общих чертах определить обстановку. Вдоль таких же каменных стен стояли стеллажи, заполненные старинными книгами, посреди стоял стол из массивного дерева, на котором лежала лишь пара нетолстых картонных папок с бумагами.

– Присаживайтесь, офицер, – хозяин жестом указал на кресло для гостей.

Крауз снял фуражку и, усердно стараясь не показывать свое недовольство, направился к креслу. Офицер прекрасно знал это «кресло для гостей». Его Господину привезли из Северной Африки, где оно было изготовлено мастерами из человеческих костей. Витиеватая резьба и инкрустация различными полудрагоценными камнями производили впечатление, но не добавляли любви Матиза Крауза к этому креслу: он его ненавидит. Сидеть на нём невыносимо, словно тысячи мелких иголок впиваются в твоё тело и прорастают там, распространяя свои отростки по всему телу. Для чего это нужно Метзгеймейстеру – оставалось для штурмбаннфюрера загадкой. Поговаривают, что таким образом хозяин кресла определял, насколько гость откровенен, потому что врать, сидя в этом кресле, посетители побаивались. Но, как и всегда, сейчас Матизу лгать и не требовалось: он всегда честно докладывал Господину о всех происшествиях, не стараясь скрыть факты, которые могли вызвать гнев Хозяина. Благодаря честности Метзгермейстер и ценил Крауза, а последнее время держал очень близко к себе. Это сулило хороший карьерный рост. Но эти мерзкие леденящие кровь ощущения просто невыносимы…

Метзгермейстер снова широко улыбнулся, наблюдая, как гость располагается в неудобном кресле.

– Докладывайте. До меня дошли некоторые слухи о результатах очередного эксперимента, но хотелось бы услышать подробности из уст своего человека. Помните: я всецело вам доверяю, и от вас во многом зависят наши действия.

– Господин Метзгермейстер, – Крауз старался выдержать змеиный взгляд хозяина и не отводить глаз. – Пока мы не можем добиться устойчивого положительного результата... – Он заёрзал на сидении.

– Офицер, – не церемонясь, перебил его хозяин. – Оставьте эти витиеватые фразочки для своего официального начальства. Называйте вещи своими именами.

Матиз Крауз немного помялся, набираясь мужества и подбирая новые слова.

– Причина постоянных провалов экспериментов пока не выяснена. Несомненно, портал стал стабильнее, и мы практически не теряем нужных людей, но существа, появляющиеся из порталов, по-прежнему неуправляемы. Эксперимент "Восток-5" также, как и "Восток-3" и "Восток-4", провалился на стадии установки контакта с прибывшими существами. Но последний портал был очень широк – мы получили больше двух десятков неуправляемых насекомоподобных тварей. Похожи на обычных жуков размером с немецкую овчарку с гипертрофированными жвалами, головы слишком маленькие, нервные узлы не особо развиты. Я сам лично разглядывал их трупы. И я уверен, что они не обладают разумом. Явно тупые боевые особи. К счастью, мы учли опыт прежних экспериментов, и магов, открывавших портал, прикрывал отряд автоматчиков при поддержке двух легких пулеметных танков. Большинство жуков, нападавших на магов, удалось уничтожить и тем самым сохранить людей: их броня оказалась не стойка к пулемётам. Но эти твари очень быстры, и под покровом ночи мы упустили несколько особей. Сейчас эксперты пытаются определить их местоположение. Мы точно знаем, что они продвигаются к Витебску и могут выйти на наши военные части, поставив секретность операции под угрозу...

– Вы как никто другой должны понимать необходимость соблюдения секретности. Как военный офицер вы отлично справляетесь с охраной эксперимента. Но взаимодействие с магами у вас не отработано. Вы мне даже не сообщили точное число упущенных особей! Чем занимается вверенный вам отряд магов? – Тон Метзгермейстера не сменился, он даже стал еще более нарочито вежливым. На лице по-прежнему была аристократическая улыбка, но взгляд словно пронзал штрурмбаннфюрера насквозь, и тот начал чувствовать, как невидимые чешуйчатые кольца удава, обвивающие его, начинают сжиматься.

– Если эти милые существа выйдут в тыл нашим войскам, это доставит немало проблем. Но я понимаю, офицер, как вам сложно, к сожалению. Господь дал нам технологию открытия порталов в ограниченном виде. Мы ещё не научились выбирать, из какого мира и представителей каких рас мы призываем к нам в помощь. Мы лишь силой своего воздействия можем контролировать количество биологической массы, прошедшей через них. Все существа, которых пропускает портал, – слуги Господа. Все порталы открываются в темные миры, где идут ожесточенные войны, и мы лишь забираем воинов из самого пыла битв. Не стоит удивляться, что те, кто сюда попадает, столь агрессивны, но наша задача – заставить их служить нам, – Метзгермейстер немного помолчал. – Впрочем, есть способ решить это недоразумение. Магам следует сконцентрировать силы и довести до конца пятый эксперимент: существа должны быть либо взяты под контроль, либо уничтожены.

– Господин, но времени у нас немного: битва за Москву состоится не позднее, чем через месяц, и, если мы будем переносить очередные эксперименты, мы можем не успеть.

– Офицер, торопиться не стоит. Открою секрет: битва за Москву для рейха уже проиграна. Блицкриг – это лишь сказка для поддержания морального духа солдат, лишённых способности критически мыслить. Вы ещё молоды и слабо осведомлены, с потомками какого Врага мы воюем. И даже учитывая степень их деградации, не стоит их недооценивать. В рейхстаге уже поняли, в какое дерьмо вляпалась Германия, так что эта война продлится не один год, но исход её пока не определён. Ваша задача – научиться добывать для нас полчища солдат из других миров, которым не потребуется ни снабжение, ни оружие, и которые сами добудут себе пищу на поле битвы. И главное: их должно быть много.

Вы ни на шаг ещё не приблизились к тому, чтобы брать пришельцев под свой контроль. Позже вашим магам предстоит отработать стабильность порталов, в идеале научиться выбирать миры, в которые они открываются, и наладить отбор необходимых боевых особей. А ещё у нас сейчас где-то под Киевом шастают четыре огромные неуправляемые обезьяны. Кстати, они заслуживают отдельного внимания. Учитывая особенности существ последних трех экспериментов, на данный момент они больше всего нам подходят. Ваши солдаты успели убедиться в их боевой эффективности на собственной шкуре. Они человекоподобны, обладают достаточно высоким уровнем интеллекта, физически очень крепки и охотно идут на контакт с местными. И, в отличие от вас, уже имеют в этом некоторые успехи. Я вижу их более привлекательными кандидатами, чем насекомых или энергосфероид из третьего эксперимента. Есть продвижения по работе с ним?

– Нет, пока состояние сфероида не изменилось. В первые секунды после проникновения в наш мир он просканировал окружающее пространство и покрылся оболочкой из неизвестного сплава металла, образовав поверх него энергетическое поле. Пока ни вступить в контакт, ни транспортировать его в другое место не удается. Эксперты уверенно утверждают, что это или внутри этого – живое высокоразумное существо. Но пока больше информации добыть не удается: все маги перегружены работой. Что же касается человекоподобных, они сейчас движутся к линии фронта. По имеющимся у нас данным, они стремятся выйти на контакт с врагом. Это не является проблемой: их местоположение известно, и наперерез им уже выдвинулась специальная группа. Через несколько дней мы будем готовы вступить с ними в контакт. В случае невозможности установления коммуникации и отказа в сотрудничестве они будут уничтожены. Но, раз уж они общались с местными, то и мы будем стараться найти точки соприкосновения. Коль уж они так похожи на людей, я думаю, это облегчит задачу.

Метзгермейстер выдержал небольшую паузу.

– Но и здесь не обошлось без казусов, – вокруг посетителя вновь начали сжиматься невидимые кольца.

– Рахель... – Крауз запнулся, словно ему не хватило воздуха. – Она действует самостоятельно. Я не занимался её подготовкой, лишь рассказал ей о сложившийся ситуации. Я не отправлял её на задание: она не находится в моём подчинении и действует самостоятельно.

Он старался говорить быстро и закончить фразу прежде, чем потеряет возможность дышать. Кольца резко ослабили давление, и в глазах штурмбаннфюрера на мгновение потемнело.

– Что ж, вы правы, я немного погорячился. Слишком много дел. В рутине и забыл, что вывел её из-под вашего подчинения. – Господин издевательски извинился. - Рахель действительно сама приняла решение, и ответственность должна лежать полностью на ней. Задание, выданное лично мной, было иным, и она стала жертвой своего любопытства. Думаю, стоит её проучить. Раз она имеет слабость к столь экзотичным существам, можно устроить ей романтическое свидание с Хлелаем.

Матиз Крауз напрягся. Их роман с Рахель закончился несколько месяцев назад по её инициативе, но, несмотря на её предательство, чувства Матиза к шпионке ещё не утихли. Да и, откровенно говоря, у него были некоторые планы на нее в будущем. Вот так отдавать её монстру Хлелаю было откровенно жалко. Хлелая, кстати, в конце тридцать девятого Метзгермейстеру доставили вместе с этим проклятым креслом из Африки. Этот монстр – результат попыток создать идеального солдата из аборигенов, ещё во времена до обретения технологии открытия порталов в другие миры. Маги делали ставку на выносливость и физические данные негров и ни в чём себе не отказывали, совершая над ним свои магические изыскания, однако Хлелай после воздействия черной магии хоть и вышел страшным и невероятно сильным существом с гипертрофированными конечностями, но отличался ещё более низким интеллектом по отношению даже к своим бывшим сородичам, и несмотря на верность хозяину и создателям, был невероятно ленив. Так что в итоге он был озабочен лишь тем, чтобы удовлетворять свои физиологические потребности. Хозяин держал его скорее для забавы, периодически подкармливая свежим биоматериалом с поверхности. Рукотворный монстр зачастую совокуплялся со своей жертвой, прежде чем употребить её в пищу; нюансы типа жива ли жертва и какой она половой принадлежности его никогда не волновали.

– Я вижу, вы встревожены. Не стоит переживать: Рахель действительно ценный агент, и мы не собираемся от неё избавляться. Хлелая накормят рубленым мясом, а потом выбьют зубы и вырвут ногти. Бездельнику это будет только на пользу: вы даже не представляете, как быстро у него растут зубы и когти. И если когти ещё неплохо стачиваются о бетонные стены его бункера, то с зубами беда: человеческие кости слишком мягкие, чтобы активно стачивать его зубы, а бетон этот мерзавец грызть отказывается. – Господин нарочито жаловался на монстра, словно старик жалуется на хлопоты, связанные с содержанием декоративной собачонки.

Офицер испытывал странные чувства: жалость и желание мести боролось в нём. Крауз только хотел открыть рот, чтобы задать вопрос, но Метзгермейстер вновь принял личину вежливого хозяина и прервал молчание, прежде чем это сделал гость.

– Ваше согласие не требуется. Давайте лучше вернёмся к интересующим нас объектам. – Господин позволил себе длинную паузу, размышляя, достоин ли его слуга получить очередную порцию информации.

– Пожалуй, ради общего дела я посодействую вам. В течение суток в лагерь должна прибыть очередная партия биоматериала с восточного фронта. Мне эти души нужны были для собственных научных изысканий, но я готов ими пожертвовать во благо общего дела. Вы получите очень полезный артефакт... – Он вновь задумался. – С его помощью вы сможете взять под контроль любые тёмные сущности. Запасов его энергии хватит, чтобы установить временный контроль над зеленокожими гуманоидами.

– Я сожалею, что вам придётся отложить свою научную деятельность. Но ваша помощь будет неоценима. Мы потеряли много сильных магов в первые два эксперимента, и те, кто остался, не всегда справляются: нагрузка на них слишком велика.

– Господь и я верим в то, что вы, офицер, справитесь на этот раз. Если подобные ошибки продолжатся в будущем, ход этой войны может пойти по неблагоприятному для нас сценарию. А теперь возвращайтесь на фронт, ближайшие дни ваше присутствие там будет необходимо. – Метзгермейстер словно прислушался к чему-то еле слышному и добавил. – Вам уже следует быть там.

Матиз Крауз, погруженный в раздумья, направился к вратам телепорта. Последние слова Метзгермейстера насторожили. Он явно что-то почувствовал. Что-то сейчас происходит там, на востоке, и по возвращении на фронт Крауза может ждать сюрприз. Ещё эта Рахель со своими похабными повадками… Что ж, Господин прав: это её проблемы. Такое наказание для этой кучерявой суки будет в самый раз, пусть Хлелай отомстит и за Матиза.

Подписав некоторые бумаги, Матиз получил опечатанный кейс с магической технологией и инструкцией к ней. Штурмбаннфюрер проследовал в помещение с вратами. За это время в бункере обстановка изменилась, началось какие-то движения и суета: в коридорах начали встречаться торопящиеся, чуть ли не бегущие служащие. В одном из проходов из прилегающих коридоров два медработника выволокли под руки боевого мага – лицо его было неестественно серым настолько, что это было заметно даже в скудном электрическом освещении бункера. Санитары потребовали освободить дорогу, бесцеремонно заставляя штурмбаннфюрера вжаться в стену узкого коридора. В помещении перехода тоже было напряжённо. Научный работник, который обычно отвечал за телепорт, оживлённо разговаривал по внутреннему телефону, выпрашивая экстренное отключение портала, однако получил отказ. Насколько известно Матизу, экстренная остановка установки телепорта запрашивается только в случае общей тревоги. Тревога в бункере объявлена не была, видимо потому профессор и получил отказ. Выругавшись, он бросил трубку и, захлопав в ладоши, начал кричать на лаборантов и рабочих, подгоняя их. Технический персонал уже запустил врата и проводил последние настройки оборудования. Никто объяснять подробности происходящего офицеру не стал. Сообщили лишь, что всё под контролем, переживать нет повода, и попросили встать на стартовой площадке перед переходом. Когда всё было готово, Крауз сделал шаг в слабо мерцающую пелену портала.

5

***

Сапфир потянулся сознанием к словно бурлящему коричневой жидкой массой вихрю портала. Видеть иначе энергии темных он не мог, да и не желал. Но ломиться в портал было уже слишком откровенной наглостью перед врагом. Тут же последовал очередной ответный удар, который ассистенты Сапфира не смогли отразить. Мозг словно пронзило раскалённым клинком, и Сапфир выпал в реальность.

Стул Усилителя, на котором сидел Сапфир, для человека несведущего скорее напоминал бы электрический стул для казни, с той лишь разницей, что оператор Усилителя сам мог освободить себя от пут электродов, подключенных к его конечностям и голове. Огромное помещение лаборатории было залито ярким желтым светом. Сенсорик огляделся: обстановка без изменений, сидящие вокруг ассистенты с измученным видом снимали с себя похожие электроды. За стеной захлопали силовые контакторы высокочастотных усилителей, и гул мегатрансформаторов один за другим начал затихать. Голова продолжала раскалываться, и к боли добавилось головокружение. Помещение лаборатории поползло куда-то в сторону. Сапфир поспешил освободиться от пут электродов и встать на ноги. Руки плохо слушались, держать равновесие оказалось не так-то просто, а во рту появился металлический привкус. Кто-то из ассистентов, взглянув на него, громко затребовал врача, его голос звучал приглушённо, словно в уши напихали ваты. Сапфир осмотрел себя: на белоснежной пижаме расползались алые капли крови. Он провел руками по лицу – на ладони остался кровавый след: из носа шла кровь. В этот момент двери распахнулись, и в зал начали забегать фигуры в белых халатах. Пол резко перестал быть горизонтальным, убежал из-под ног и, вздыбившись, больно ударил сенсорика в лицо. В глазах потемнело.

Когда-нибудь эта работа его доконает. Умирать ради Родины имеет смысл, когда твоя смерть приносит пользу, но совершить такую сложную и красивую работу, а потом умереть измазанным собственными соплями, не передав результаты работы товарищам, как минимум глупо. Вряд ли коллеги без него смогут составить полную картину увиденного. Вёл сеанс он, и лишь он всё видел до мелочей. Предстоит еще разбор полетов, написать рапорта и отчёты... При мыслях о последнем мозг окончательно отказался соображать. Лишь пообещал не умирать прямо сейчас, и сознание сенсорика провалилось в небытие.

Позже ученые будут благодарить его за помощь в научном прорыве, даже несмотря на то, что из двадцати ламп – невероятно сложных в производстве, содержащих уникальные сплавы, полученных с применением магии – мощного каскада усилителя выгорело тринадцать. На восстановление установки потребуется много сил и ресурсов. Ученые будут долго ворчать, но результаты расчетов превзойдут все ожидания. Медики в очередной раз будут восхищаться возможностям головного мозга человека, а военная разведка впервые за его карьеру будет довольна избытком полученной информации, координат и имён.

Вообще было чем гордиться: почти восемь часов группа сенсориков под его руководством обходила магические щиты, маяки и охранные заклинания, оставаясь незамеченными. Сапфир безнаказанно залазил в головы своих жертв. Благо инженерам удалось создать оборудование, способное значительно облегчить работу мозга: установки, потребляющие мегаватты энергии, занимали три ангара вблизи ТЭЦ, и перед их запуском приходилось останавливать целый завод, чтобы хоть как-то снизить нагрузку на генерирующую сеть.

Благодаря этому удалось проникнуть в самое логово Паразита, раскрыть личности его марионеток, некоторые подробности и планы в попытках привлечь на свою службу тёмных из иных миров. И лишь в самом конце встречи Паразита со своим слугой, когда главная информация была получена, врагу удалось разоблачить работу советских сенсориков. Натиск вражеских энергетических атак взяли на себя ассистенты и оборудование, отражая атаки лавину за лавиной и давая Сапфиру драгоценные секунды покопаться в мозгах марионеток ещё чуток. Последний удар врага всё-таки достиг цели, но Сапфира и его команду спасла техника: большую часть разрушительной энергии приняли на себя радиолампы, сохранив жизни Сапфира и его команды. Таким образом даже технический ущерб в итоге оказался плюсом, а инженеры, изучая новый электромагический эффект, принялись за изобретение "предохранителей", которые будут брать на себя ответный удар, сохраняя не только жизни сенсорикам, но и уязвимые элементы Усилителя.

Но почивать на лаврах и расслабляться рано. Выиграна битва, но не война. А битв впереди ещё огромное множество, и сегодняшняя окажется не такой уж и грандиозной по сравнению с грядущими. Враг сильнее, многочисленнее и обладает большими ресурсами энергии, паразитируя на жизнях людей. Весь натиск Зла, оседлавшего военную машину Европы, направлен на Родину. Пренебрегая всем человеческим, Паразиты стремятся уничтожить народы СССР просто потому, что на территории этого государства проживали их исконные враги, потомки которых пусть во многом растеряли силы и мудрость своих предков, но всё ещё являются потенциальной опасностью для Паразитов. Волна чёрной магии обрушилась на Восток. Война добралась до границ нашей страны и развязала руки боевым тёмным магам. Война щедра страданиями и смертями невинных людей, выплескивающаяся негативная энергия несет в себе разрушительную силу, и её лишь необходимо собрать и применить по своему усмотрению. Убивая, враг собирает силы для того, чтобы убивать ещё больше, стремясь нарастить мощность в геометрической прогрессии. Но даже в такие тяжёлые для светлых времена, нашлись силы, которые организовали структуру из людей с развитыми экстрасенсорными качествами и внедрили её на государственном уровне. Центр существует уже более десяти лет и собрал множество светлых людей с выдающимися магическими способностями, а вокруг себя объединил пусть и не магические, но не менее светлые умы учёных, два научно-исследовательских института - медицинский и физико-химический. Само собой, не обошлось и без спецслужб и военных. Там дела обстояли не так весело, и если среди чекистов была возможность навести хоть какой-то порядок и периодически выявлять агентов тёмных, то с военными из-за их многочисленности и постоянной рокировки кадров возникали проблемы. Взаимодействие с армией необходимо на войне, но из-за высокой опасности такие контакты сведены к минимуму. Пять лет назад Центр получил технологии, способные трансформировать грубую физическую энергию в магическую. Результатом этого стала постройка установки Усилителя. Испытать его удалось ещё в 1940 году, и с тех пор было проведено несколько сеансов по борьбе с Тёмными на территории СССР, в результате которых выявили и уничтожили множество гнёзд Паразитов. Технология и алгоритмы её использования с самого начала не были идеальными и требовали много времени на модернизацию, и не всех это устраивало. К сожалению, вскоре такие методы были признаны слишком расточительными. Причина тому –мегатрансформаторы: высокочастотные установки потребляли невероятно большое количество энергии, при этом коэффициент полезной трансформации едва достигал пары процентов. И лишь с началом войны запуски установки возобновились, и она доказала свою эффективность как минимум в разведывательных операциях. Начались работы по доработке устройства. Выявление логова Паразитов было настоящей авантюрой. Такого враг, уверенный в своей силе и защищённости, от нас не ожидал: это был наглый и обидный плевок в лицо. Враг обязательно утрётся и будет готовить ответный удар. Но добытая информация даёт советским сенсорикам несколько козырей в рукаве. Один из них – представители народа Орков, попавшие в наш мир. Однако не всё враги знают про этих существ. И не знают они самого главного.

ГЛАВА 6 «Ходят тут всякие»

До бредущего по густому лесу отряда орков докатился гулкий грохот очередного далёкого взрыва. В округе в целом было тихо, лишь временами, в русском городе, к которому так долго и упорно пробирались орки, то и дело раздавались взрывы разной мощности. Изредка они были и столь частыми, сто сливались в одну продолжительную канонаду.

После весьма удачного знакомства и общения с местными беженцами, орки твёрдо решили попытать счастье в общении с их властителями, пока от немецкая сторона гостеприимством не отличилась, ничего иного кроме пуль и тленного дыхания чёрной магии орки на себе не почувствовали. Намерения другой стороны конфликта для них оставались не совсем ясными. Ребёнка Грунг, конечно, всучил сородичам и больше отряд ничего не обременяло, но дорога к большому русскому городу, о котором поведали крестьяне, носившему непривычно для орка название -Киев, оказалась не такой быстрой и лёгкой. Те, кто притащил сюда несчастных орков, даже не спросив мнения, не забывали о них и усилено искали. Зачем? Непонятно. После случая у костра, когда Грунг чуть было не схватил шпиона, следившего за его отрядом, он осознал, насколько орки уязвимы. Той же ночью зеленокожие покинули лагерь беглецов, желания ввязывать беззащитных крестьян в свою историю, из которой выйти не совсем живыми есть все шансы Грунг не стал. Оркам пришлось тратить драгоценные магические порошки для увеличения скрытности, но очень быстро выяснилось, что такие меры не эффективны. Да, на определённом уровне хорошо подготовленный отряд орков не сможет отыскать ни один зверь. Они подкрадутся к бодрствующему хищнику со спины практически в плотную и ни одно из его чувств, будь то даже способность ощущать тонкую энергетику мира не сообщит ему о нахождении рядом орка-охотника. Но когда в дело вступает магия разумных существ, всё меняется. Орки намного слабее эльфов в искусстве плетения заклинаний, каждый эльфийский солдат - суть боевой маг, мощью такого рядового эльфийского мага обладает в лучшем случае один оркский боец из тысячи, а шаман, который может пользоваться боевыми заклинаниями эффективнее чем своими мышцами едва ли найдётся в каждой боевой сотне. Остальные орки привыкли полагаться на своё тело и тратить силы и время на магию лишь в особенных случаях. Так что магическую слабость орки привыкли компенсировать физический мощью и смекалкой, и судя по тому, как протекает война с эльфами оркский топор в умелых руках штука куда более весёлая чем эльфийский магический жезл. Но в этом мире магия развивалась другим путём, на первый взгляд она незначительна и люди привыкли орудовать лишь физическими инструментами, но настолько хитрая, обладающая точечным избирательным воздействием, она, кажется, намного слабее, но уровень её искусства явно превосходит магию эльфов. Это Грунг уже испытал на себе. Ни один эльф не способен проникнуть в голову к орку и преспокойно перебирать мысли, словно посетитель в библиотеке в поисках нужной книги. А скорость плетения магического зеркала и его качество? Конечно, такой уровень качества может достичь опытный боевой шаман орков, но не на бегу уходя от погони. Реальность этого мира вносила свои коррективы, и орки чувствовали себя зверьём, умело загоняемым опытными охотниками. Но трижды каким-то чудом отряду удавалось выходить из клещей окружения, три немецких отряда отлично ориентировались на местности и то и дело пытались сомкнуть кольцо вокруг орков. На этот раз они подошли к делу с толком и использовали лёгкую мобильную технику, вооружённую скорострельными орудиями типа как то, что были на уничтоженном танке. На стороне орков была лишь скорость перемещения по лесной пересечённой местности и выносливость. К их счастью, быстро оказалось, что прямо через лес машинерия людей двигаться не может. Разве что танки и то с переменным успехом и неприлично низкой скоростью. Потому люди перемещались по дорогам, коих, впрочем, было предостаточно в округе. Чтобы сохранить темп, орки сократили время сна до минимума, а питаться приходилось буквально на ходу сырым мясом — это давало им возможность маневрировать и уклоняться от немецких отрядов, идущих наперерез. В остальном же орки проигрывали и были у человеческих магов как на ладони. Хватка преследователей ослабла лишь на шестой день, когда отряд орков оказался в непосредственной близости к Киеву. И быстро стало ясно, почему это произошло: вся округа была просто напичкана немецкими войсками, оркам некуда было деваться, и преследователи просто чего-то выжидали. Возможно, не хотели ломиться на рожон и решили подготовиться к встрече. Только каковы были их цели? Может быть, они просто строят план, который позволит им легко расправиться с непокорными тварями. Поначалу Грунг хотел провести свой отряд через линию фронта незамеченными и проникнуть в город, чтобы связаться с представителями советской власти, но он опоздал на несколько дней. Немцы уже вошли в город. Русские его оставили, как показалось захватчикам, почти без боя, но, по-видимому, отступавшие припрятали в строениях города сюрпризы в виде взрывающихся заклинаний или, как здесь принято, механических устройств, которые взрываются сами по себе. Наверняка немцам оказалось в этом городе не так уж просто. Оркам удавалось дважды выбираться на открытую местность, и они наблюдали над городом столбы дыма от пожаров. Город не мог противостоять врагу, но и подарком для захватчиков становиться не собирался. Он решил впустить в себя врага и уничтожить себя вместе с ним. И вот уже второй день орки сидят в ловушке под Киевом и слушают эти взрывы, которые случаются с разной периодичностью и мощностью.

За всё время пребывание орков в этом мире, они наблюдали как с каждым днём погода понемногу менялась: ночи становились длиннее, а воздух - прохладнее. Трава и листва на деревьях частично пожухла и начала желтеть. Это время года местные называют осенью. На смену ей придёт холодная и снежная зима. Серафим еще рассказывал Грунгу про местный календарь: год делится у них на более мелкие части - месяца, а те - на недели. При этом календаря, чтобы наглядно его показать, у него с собой не было, удирая от смертельной опасности не до таких мелочей. А своими словами он объяснял сбивчиво и видимо сам не особо понимал то, о чем говорит.

Сидящий на дозоре Лрнур с трудом пережевал и проглотил кусок сырого мяса. Орки соблюдали максимальную скрытность и не могли позволить себе разводить огонь для приготовления пищи.

- Всё равно они знают где мы сидим... Грунг, почему мы прячемся, как мелкие грызуны? - он отбросил не обглоданную кость. - Да и жрём сырятину, как одичавшие гномы.

Грунг занимался чисткой оружия и походного инвентаря в ожидании своей очереди поспать. Вот-вот проснётся Грог, но, похоже, очередной сон немного откладывается.

- В твоих словах есть доля смысла, Лрнур Камень. Но мы не можем броситься в бой. Это будет глупой смертью: нас слишком мало, чтобы победить их технику, а умирать нам сейчас не за что. Мы обучены умирать за нашу Родину, за нашу расу и близких, но это не наша война, поэтому мы должны беречь свои жизни. Это единственное, что у нас сейчас есть, - с трудом Грунг удержался от тяжелого вздоха.

Командиру требовалось принять решение. Отряд должен отдохнуть и нормально поесть. Тем более Грог, будучи младенцем, пострадал от эльфийского боевого заклинания: эльфы напали на его родовую деревню, и воинов орков оказалось недостаточно, чтобы сдержать натиск врага. К счастью, старейшины сумели вывести матерей с детьми из пылающей деревни, и Грог получил своевременную помощь. Шаманы-лекари сделали всё возможное, чтобы очистить его тело от последствий магического поражения, растущий детский организм активно регенерировал, и ребёнок рос весьма здоровым, а физическая подготовка позволила впоследствии встать на путь воина.

6

О детской травме напоминает лишь шрам, протянувшийся от пупа до грудной клетки, и слабость кишок к необработанной пище. От того он и получил свою подростковую кличку, что неприлично часто начинает бегать по нужде, нажравшись сырой или протухшей пищи. Сейчас, понимая, что таким образом он может подвести товарищей, Грог отказывается от еды вообще. У него есть ещё запасы сухарей, но и они на исходе. Ещё пару дней он сохранит физическую форму, но потом голодовка даст о себе знать. Лрнур прав. Хоть территория, на которой фактически заперли орков, довольно обширна, немцы знают, где их жертвы, и уверены, что они никуда не денутся. Грунг решил, что первый шаг делать не будет. Орки ждут того, что предпримут местные воины. Будет ли это последний бой для отряда Громыхающих Камней, или с ними решат поговорить, орки пока не знают. Но стоит готовиться к худшему и набираться сил. Орк просто так не отдаст свою жизнь, и размен её будет очень болезненным для врага.

- Отряд, слушай команду! Разрешаю разводить огонь для приготовления пищи. Сразу после приёма пищи покидаем это место и уходим вслед за падающим светилом. На следующем привале первая очередь спать - моя. Костром сейчас займётся...Не успеваю договорить, как ещё не проснувшийся Грог соскакивает с лесной подстилки.

- Отряд, слушай команду! Разрешаю разводить огонь для приготовления пищи. Сразу после приёма пищи покидаем это место и уходим вслед за падающим светилом. На следующем привале первая очередь спать - моя. Костром сейчас займётся... -Грунг даже договорить не успел, как ещё спавший Грог соскакивает с лесной подстилки.

- Я! Занимаюсь разведением огня и приготовлением нормальной жратвы! - Он так резко сорвался с места и унёсся за поиском дров, что подошвы его сапог первые несколько шагов вырывали куски дёрна, разбрасывая их на приличное расстояние. Муг и Лрнур громко заржали, а Грунг лишь позволил себе оскалиться улыбкой, реакция у молодого воина отменная.

Грунг не успел навести порядок и собрать все свои личные вещи, а нанизанное на свежесрезанные веточки мясо уже начало покрываться аппетитной румяной корочкой. Быстро перекусив нормальной пищей, орки выдвинулись в путь. Весь этот день вновь прошёл в блуждании по лесу и попытках найти брешь в окружении. Но всякий раз, как только орки приближались к выходу из капкана, появлялись немецкие солдаты. Они не могли обнаружить орков, но Грунг прекрасно слышал голоса их командиров, отдающих приказы. Сейчас уже вечер, орки организовали ночлег. Грунг прежде, чем улечься отдыхать решил уединиться неподалёку и обдумать дальнейшие действия. Он попытался воспользоваться той крупицей магической силы, что дарована ему природой, и мысленно прочесать окружающую местность.

-Ранк Лютый, как мне тебя сейчас не хватает, дружище... – едва слышно проворчал Грунг.

Верный друг с детства и правая рука командира – Ранк, не пережил первую ночь в этом мире, он пал от орудия немецкого танка, но помимо того, что он был лучшим после Грунга воином в отряде, он был почти шаманом отряда, и его способностей хватало, чтобы очень точно и быстро произвести такого рода разведку местности. Отныне придётся справляться самому. Смерть товарищей - на войне такое бывает.

Очистив разум от мыслей и эмоций, Грунг сознанием растёкся по округе по округе. На пару тысяч шагов всё спокойно и безлюдно, дальше силы его падают, и орк не может четко определить количество людей, ясно лишь одно: кругом их полно, и преимущественно это военные. Раз за разом он проходил по кругу в надежде зацепиться хоть за какие-то детали и найти брешь в окружении. Он искренне желал спасти свой маленький отряд и вытащить его из этой передряги. В голову начинают лезть неприятные мысли. Грунг раз за разом их отгоняет, но башка начинает гудеть, четкость картинки теряется перебиваемая думами. Собрав всю волю в кулак, командир вновь даёт импульс в окружающее пространство. Ничего нового, лишь бесполезное растрачивание сил... Но вдруг в последний момент дымка в сознании орка растворяется, словно врата осаждаемого града, который вдруг решил сдаться. Вселенские потоки подхватывают Грунга, и его сознание уносится за горизонт. Никаких образов он не видел, но чувствовал эмоции: горе тысяч обречённых людей, дыхание смерти, безразличие солдат-захватчиков и нескрываемое удовольствие магов, обжирающихся чёрной магической энергией. Где-то недалеко от Киева маги вновь пустили в расход людские жизни, и Грунг уже догадался что будет дальше...

***

- Командир! Да расскажешь ты уже, наконец, что происходит!? Мы ждём нападения?

- Да! Да! Я не знаю, что происходит! Что творится в этом долбаном мире! - Сказать, что Грунг был взбешён, ничего не сказать. Он поднял едва расслабившихся бойцов и приказал собираться в путь. - Тревога и максимальная готовность к бою! Местные снова притащили в свой мир что-то, и эта херовина... - он запнулся, подбирая слова. - Короче, было видение, я не знаю, я не шаман, чтобы давать какие-то оценки и прогнозы. Немецкие шама... то есть маги приносят в жертву местных горожан... тысячами, очень много, ещё тысячи людей ожидает та же учесть. Но то, что появилось в этом мире...

- Что появилось? - в нетерпении перебил Муг.

- Жопа появилась! Хрень, которую они сюда затащили. Без тела, оно летает. Короче, убиенные поднимаются и немного злые идут убивать тех, кто ещё жив. Кажется, у наших гостеприимных хозяев опять пошло что-то не по плану. И угадайте, куда движется армия этих мертвецов?

- Этих дебилов что, жизнь совсем ничему не учит? Так, подожди, - до Грога наконец дошло. - Ожившие трупы в нашу сторону двигаются?

- Жопа! - выдохнули все хором.

Орки оказались между молотом и наковальней. При этом молот, похоже, готов разнести их вместе с наковальней.

Ночь вступила в свои права. Облака затянули небо, лишив орков возможности хоть как-то ориентироваться по местным тускленьким звёздам. Командир по памяти выбрал противоположное от восставших мертвецов направление и повёл отряд за собой. Уж такой встречи с немецкими войсками ни орки, ни сами немцы явно не ожидали. Или всё-таки это их план, и орков просто водят за нос? Несмотря на скорость передвижения, с каждым ударом сердца дыхание смерти в спину становилось всё более явным. Изначально от места событий орков отделяло более десяти тысяч шагов, но сейчас это расстояние быстро сокращалось. Лес окутал туман, и ночная мгла ещё больше сгущалась - в такой темноте даже орки почти ничего не видят. Оркам пришлось перейти на шаг, и скорость передвижения значительно упала. Вскоре зеленокожие воины спустились к руслу небольшой речушки. Грунг решил её пересечь - глубина едва доходила до пояса, а течение спокойным, и все без особых проблем перебрались на другой берег. Неладное заметили сразу все - орки начали мёрзнуть. Орки, полжизни проведшие в походах, спавшие не только на голой земле, но и на голом снегу, начали замерзать во время физической активности, едва промочив ноги. Чтобы хоть как-то согреться, они старались держать максимальны темп, но этого было недостаточно. Где-то справа послышался противный шёпот...

- Слева! Слышите, кто-то разговаривает? - прервал молчание Лрнур.

- Стареешь, что ли? Голос сзади, - возразил Грог

- Кажется, я там слышал, - неуверенно добавил Муг, указывая рукой вперёд.

- Так, панике не поддаваться! Идём в прежнем темпе и направлении! – перебил всех Грунг.

Паники никакой и не было, вот только мертвецкий холод начал всё больше сковывать конечности, а изо рта пошел пар. Грунг стал замечать, что стволы стоящих рядом деревьев начали покрываться инеем. Он на всякий случай вложил камень образов в очелье, но и так понятно, что эти голоса - предвестники черной магии, и вряд ли Грунг что-то то разберет. То, что отряд сбился с пути в такой темноте, было вполне закономерно: найти ориентир при видимости, не превышавшей и пяти шагов, было невозможно. Всё, что оставалось, это занять круговую оборону, встав малым кольцом спинами друг к другу на расстоянии, позволявшем оркам свободно размахивать оружием. И чутье командира не обмануло. Не прошло и десяти ударов сердца, как на смену магическому шёпоту пришёл звук вполне реальный: в кронах деревьев зашуршали листья, затрещали ветки. Где-то далеко, словно что-то тяжёлое перепрыгивало с ветки на ветку и двигалось в нашу сторону, а вскоре Грунг увидел силуэт в ветвях ближайших деревьев. В какой-то момент это оказалось над орками, оно на мгновение замерло, сверяясь со своими чувствами, а потом неуклюже рухнуло прямо под ноги Грунгу. Это оказалось тело человеческого мужчины в разодранной в клочья одежде. Труп поднялся на четвереньки, повернул лицо, а точнее то, что от него осталось, в сторону орков. Левая половина черепа отсутствовала практически полностью, и вся верхняя часть тела была залита запёкшейся кровью, единственный глаз слабо светился холодным зелёным огоньком. Существо открыло рот и заверещало, разрывая собственные связки невероятно высоким криком. По ушам словно прошлись лезвием ножа, и Грунг без промедлений снёс своей дубиной остатки башки. Тело отлетело в сторону на несколько шагов, и крик резко сменился противным бульканьем. Обезглавленный труп, лишённый органов чувств, продолжал дёргать конечностями в попытках встать.

- Чё орать-то сразу? - проворчал Лрнур, почесывая ладонью ухо.

- Разведчик. Подал сигнал своим. Скоро сюда толпы таких набегут. – Грунг вытер булаву о покрытую инеем пожухлую траву.

- А ведь не так-то просто угомонить таких тварей, - Муг носком сапога приподнял барахтающееся тело и разрубил его мечом в районе пояса. Расчленённые части начали ещё активнее дергаться сами по себе.

- Ну, вот, оружие зря испачкал, - философски продолжил Муг.

- Сносите им головы. Остальное, похоже, бессмысленно. Человеческое тело очень хрупкое, а они вроде не вооружены! Без голов они не смогут ориентироваться, так что один удар - один труп... Да блин, они и так трупы! Короче, вы поняли. Готовимся к бою.

Едва Грунг провёл инструктаж, как со стороны послышались приглушённые выстрелы. Длинная очередь из ручного оружия, потом ещё, к ним присоединились и одиночные выстрелы.

- Похоже, наши планы меняются, командир? - спросил Лрнур.

- Орки! Время пришло! Давайте прогуляемся. Может быть, это ловушка, тогда мы будем считать это приглашением на бой. – Грунг вскинул руку с булавой и направил отряд на звуки выстрелов.

Получив хоть какой-то ориентир, орки во все ноги ломанулись сквозь заросли. Интенсивность стрельбы увеличилась, сбиться с пути было сложно, и вскоре среди деревьев стали виднеться желтые пятна света. Лес закончился, и перед орками из тумана возник забор чуть выше роста орка.

Гнетущие ощущение пронизывающего насквозь холода резко пропало. Даже туман, казалось, потерял свою вязкость. Орки выбрались из леса и аккуратно, прячась в высокой траве прокрались к забору. Изгородь оказалась плотно сколочена из деревянных досок. Поверх забора протянута скрученная толстая нить, по-видимому, металлическая, с торчащими колючками. Очень интересное изобретение, наверняка человеческому воришке она усложнит проникновение на огороженную территорию. За забором виднелся контур как минимум одного здания, на котором и были развешены фонари, излучавшие желтый свет.

Грунг отделился от отряда и ушёл вперёд, перебравшись через заросшую высокой травой канаву. Он подошёл к забору и ухватившись за самый верх подтянулся, вытянул шею и аккуратно оглянулся. Доски забора затрещали, но выдержали вес орка.

Территория хорошо освещена фонарями, сквозь туман можно было различить лишь пару двухэтажных зданий из красного мелкого кирпича. Между ними бегают группы солдат, некоторые парами тащат деревянные ящики. Звуки выстрелов доносились откуда-то из глубины серой пелены тумана. Опустившись Грунг подал сигнал своим воинам и те последовали к нему.

- Командир, ну, что теперь? - задал ожидаемый вопрос Лрнур.

- Подождём, похоже, у них появились заботы поважнее нас, - Грунг прислушался к звукам стрельбы. К ним добавился стрёкот чего-то очень скорострельного. - Сдается мне, эти ребята сейчас общаются с мертвецами. Грог ногтем поддел щепу одной из досок и отковырнул её. В заборе образовалась щель, и он начал наблюдать через неё за происходящим.

- О! А этот, похоже, к нам направился? В таком же балахоне, как те маги, что нас встречали. Грунг, посмотри-ка.

Командир прильнул к щели: из тумана, не спеша, опираясь на трость ковыляла фигура в черном балахоне. Человек явно двигался к пролёту забора, за которым затаились орки: похоже, маг их учуял.

- Один топает, без оружия.

- Если у мага в руках нет оружия, ещё не значит, что он безобиден. - Скептически произнёс Лрнур.

Маг остановился в паре десятков шагов от забора и стянул с головы капюшон. Он оказался совсем немолод, и на его лице читалась явная усталость. У него почти получалось держаться с достоинством: гордая осанка и надменный взгляд хорошо скрывали неуверенность. Но запах страха перед неизвестностью он замаскировать не смог. Что ж, значит, он и не так опасен, как хочет казаться. Он прошёлся взглядом вдоль забора и довольно быстро и точно определил местоположение орков.

- Уважаемые гости! Рады встречать вас на нашей земле! - Дрожащий голос ещё больше выдавал его испуг. - Мы сожалеем о ранее произошедшем инциденте и просим прощения за это маленькое недоразумение! Вам не стоит прятаться и бояться...

Вот что действительно умеют люди, так это раскочегарить ярость орка до состояния раскалённого металла на ровном месте, умудрившись в одном предложении оскорбить честь и достоинство орка дважды. Грунг не сдержался и с размаху кулаком пробил довольно тонкую доску забора, в образовавшуюся дыру просунул вторую руку и раздвинул забор в стороны. Его воины поступили по принципу: "Делай как я", и через пару мгновений пролёт забора разлетается в щепки. Ввалившись на территорию, орки немного сократили дистанцию до пары шагов с дрожащим магом. Грунг счёл такое появление достаточно эффектным.

- Да как ты смеешь, дерьма кусок, называть смерть двоих моих бойцов маленьким недоразумением? Как ты смеешь называть воинов трусами? - В конце для пущей эффектности, как положено, Грунг добавил смачный рык - слюни обычно в таких ситуациях у орков сдерживать не принято.

- А у меня ещё заноза, вот, обидно, – решил паясничать Грог, показательно начав ковыряться пальцами в правом предплечье.

Человеческий маг затрясся, пытаясь было развернуться и бежать, но ноги его подвели, и он упал на колени, хватаясь за сердце одной рукой, второй всё ещё стараясь держаться за трость. Трость спасла его от позорного падения, хотя позорнее позу уже придумать сложно. Он что-то залепетал о своём господе, называя нас его слугами, и что он такой же слуга и лишь исполняет волю всевышнего, и ещё кучу бреда. Грунг подождал, когда его разум прояснится, дав магу выговориться.

- Умоляю! Не убивайте! Мы нуждаемся друг в друге здесь и сейчас! Нас атакует неизвестный враг! Он убивает всё на своём пути! Нас слишком мало, мы не справляемся!

- Дай угадаю. Очередные уважаемые гости, которых вы без спросу притащили в свой мир, пытаются вам навалять? Человеческий маг, тебе не кажется странным такая закономерность?

Вместо ответа маг просто уставился на меня удивлёнными глазами. Пока он соображал, довольно близко за кирпичными сооружениями раздался грохот взрыва. Человек при этом воодушевился и засуетился, стараясь как можно скорее встать на ноги и затараторил:

- Они смогли! Они завели танк! Пожалуйста, пойдёмте со мной! Вас уже ждут!

Тому, что орков здесь ждали никто не удивился. Правда это единственное что Грунг понял - маг поднялся на ноги и, опираясь на трость всем весом, заковылял куда-то, активно размахивая свободной рукой и зазывая нас за собой.

- Стой, маг! – Грунг решил немного развлечься. – У вас есть маги-целители или хотя бы толковые лекари? Мой воин ранен, и ему срочно требуется помощь. Грог, быстро сообразив, сделал самое несчастное в мире лицо, прижал руку к груди, словно младенца, и начал её поглаживать. Кажется, он немного переигрывает. Но эффект был достигнут: у человека отвисла челюсть, и он уставился на нас, словно дебил.

7

- Да шучу я. Веди к своим уже.

-Да, да! – очнулся потерпевший, - скорее идёмте, у танка есть фугасные снаряды, и с вашей помощью мы справимся.

Идти быстро не то, чтобы получалось. С виду маг очень торопился и хромал чуть ли не в припрыжку, но по меркам орков это была даже не прогулочная ходьба. К счастью, идти было совсем не далеко, и, пройдя вдоль кирпичного здания примерно сто пятьдесят хромых прыжков, орки завернули за угол.

Вскоре все оказались на противоположной стороне огороженного участка. Здесь расположились несколько зданий поменьше. Построены они из круглых брёвен и имеют двухскатные крыши, между ними довольно широкая грунтовая дорога, ведущая от ворот и уходящая в глубь территории.

Из-за плотного тумана разобрать то, что происходило за воротами, было сложно. Видимо, там немцы построили оборонительные баррикады из мешков, набитых землей. Неплохое решение: нечто подобное используется и в обороне орков, только мешки набиваются хвостами железных руд, оставшихся после выплавки железа. Навалы из таких мешков отлично гасят боевую магию эльфов, да и другим видам оружия противостоят неплохо. Ну, а если руды недостаточно, то орки набивают их любым грунтом, будь то земля, щебень или песок. Здесь характер магии другой, и вряд ли используют отходы металлургического производства, скорее всего, обычный грунт.

Выстрелы и участившиеся взрывы слышались из-за ворот, туда же уходили следы танка, отчетливо оставленные на грунтовой дороге. Двое солдат выволокли из небольшой постройки, напоминающей сарай, довольно большой и увесистый деревянный ящик и поволокли его к воротам. Завидев орков, они шарахнулись в сторону, но панике не поддались и продолжили выполнять свою работу, лишь временами оборачиваясь на неведомых существ. Маг направился к тому самому сараю и вновь начал болтать.

- Не беспокойтесь, о вашем появлении все предупреждены. Здесь только подготовленные люди, младше унтерштурмфюрера никого нет, только офицерский состав.

- Ага, очень понятно, спасибо, - буркнул Грунг в ответ.

Двери сарая были весьма широки и высоки для людей, и даже орки прошли в них, не пригибаясь. Помещение скупо освещено таким же, как и везде желтым магическим фонарём. Тем временем взрывы на улице стали звучать гораздо чаще. Внутри оказалось с десяток немецких воинов, половина из которых облачена в чёрные балахоны магов. Маги расселись за круглым столом чуть в стороне и, похоже, находились сейчас в состоянии какого-то транса. Простые солдаты заняты более примитивными делами, и большинство из них суетливо возится с разбором ящиков, в которых, как оказалось, находятся разнообразного вида патроны и другое неизвестное оркам оружие. Один человек, весьма широкий лицом, блестящей лысиной и брюхом, как у беременной девы, стоит у своего стола, на котором расположен еще один фонарь, освещающий только стол. Судя по всему, это местный командир. Он нервно сосёт дымящуюся маленькую трубочку - такие дымные трубки в давние времена часто использовали маргиналы тёмных эльфов для расширения своих скудных магических способностей. Возможно, этот вожак пытается соответствовать уровню магов, но для орков он выглядел ещё не так странно, как молодой парень, сидящий чуть поодаль за небольшим столом. На его уши одеты маленькие черные чашечки, соединённые тонким ободом, от них к стоящему на столике ящику протянут тряпочный шнурок. Сам ящик инкрустирован различными стекляшками и светящимися кристаллами. Человек быстро стучит по столу какой-то ручкой, а ящик в такт ударам тихонько верещит.

Завидев орков, все, кроме магов, побросали свои дела и с удивлением уставились на неведомых тварей. Даже металлический ящик перестал раздражающе верещать. Тот, что показался Грунгу главным, глубоко затянулся и выпустил облако вонючего дыма из ноздрей, а потом раздавил курительную трубочку в неглубокой прозрачной мисочке. Судя по наличию других таких же раздавленных трубочек и пепла от них, мисочка как раз для этого и предназначалась.

- Оли! Черт тебя дери! Ты оказался прав!

- Я уговорил их помочь нам, - маг приосанился и посмелел. - Их мощь не вызывает никаких сомнений. Мне даже довелось своими глазами увидеть, на что они способны.

- Они не опасны? - на лице командира читалось явное беспокойство.

- Я думаю...

- А может быть, мы то же поучаствуем в беседе? – Грунг бесцеремонно влез в разговор. - Я не очень понимаю ваши нравы и правила приличия, но я не очень люблю, когда меня и моих воинов обсуждают, как какую-то безмозглую скотину или предмет интерьера. Так что давайте сразу определим некоторые нюансы. Во-первых, мы не собираемся ни на кого нападать первыми. Пока вы не пытаетесь нас убить, мы не пытаемся сделать это с вами. Забегая вперёд, скажу, что у нас это получается лучше. Во-вторых, мы здесь сами по себе и никому подчиняться не собираемся. Нам плевать на ваших королей, царей, вождей и прочих господ, которым вы поклоняетесь!

- Хорошо, хорошо! Как вам будет угодно! - максимально вежливо начал командир. - Я Артур Вэбер, Штурмбаннфюрер, в моём распоряжении взвод магической поддержки и разведки. С кем имею честь быть знакомым?

- Грунг Непрощающий, командир отряда Громыхающих Камней. – Он представил и своих парней и объяснил значение наших прозвищ. И слегка намекнул на падших в бою с немцами товарищей, упомянув и их имена.

- Что ж, Грунг Непрощающий... - улыбка немца стала немного нервной.

- Можно просто Грунг. Прозвище ты просто должен помнить.

- Как вам будет угодно, Грунг. Я предлагаю отложить обсуждение прошедших событий. У нас есть проблемы, и когда я говорю "у нас", я имею в виду нас с вами. Судьба не зря свела нас вместе именно сейчас. Я думаю, вы уже в курсе про восстание мертвецов? - Он вопросительно посмотрел на орка. тот кивнул, и офицер продолжил. - Так вот, сейчас мы ведём с ними бой, и, честно говоря, пока дела у нас идут не лучшим образом. Мертвецов сложно убить, практически невозможно, они почти никак не реагируют на стрелковое оружие.

- Бошки им сносить надо или хотя бы ноги перерубать. - Пожал Грунг плечами.

- Головы - да, но стрелковое оружие не может с одного попадания уничтожить голову полностью. Да и возможности попасть в голову при такой видимости практически нет. Гранаты по большей части тоже недостаточно эффективны: мертвецов сечёт осколками, но они встают и вновь двигаются в нашу сторону. Более всего эффективно орудие танка, но осколочные снаряды у нас в ограниченном количестве, да и скорострельность может оказаться недостаточной. Они идут со стороны города. К счастью, нас отделяет река, вплавь её они не пересекают, но через реку стоит небольшой деревянный мост, по которому они и перебираются на этот берег. До реки чуть более пятисот метров. У нас есть два зенитных прожектора, мертвецы шарахаются от их лучей, но свет не способен их остановить. И в итоге мы решили просто сделать световой коридор, чтобы эти твари хотя бы не атаковали с флангов. Сейчас в обороне три десятка солдат, но они еле справляются с группами из нескольких мертвецов. Пока их не так много. Но маги предсказывают, что в нашу сторону целенаправленно движется несколько восставших сотен тел, а, может, и значительно больше.

- Валить вам надо отсюда побыстрее. Чего ждать то? - Вклинился в его речь Грунг.

- Не всё так просто. У нас на данный момент нет транспорта, а мы охраняем некоторые материальные и магические ценности - мы не можем просто так уйти, да и погрузка займёт слишком много времени. Но даже если мы всё бросим, нам не уйти: мертвецы слишком быстро двигаются, и если их станет больше, то на открытой местности наши шансы резко упадут. Здесь у нас хоть какая-то оборона подготовлена.

- От нас-то что требуется? Защищать ваши задницы и охранять от мертвецов побрякушки? На хера нам это нужно? Мы лучше пойдём в лес погуляем.

- Прошу прощения, что влезаю в ваш разговор. Но не всё так. Прогуляться у вас не получится: туман... Он опасен, вы это поняли. Он питается вами, выедает вас изнутри, и в конце концов вы элементарно не можете ориентироваться в нём. К тому же почти сразу вы сбились с курса и развернулись в обратном направлении, вам повезло что вы наткнулись на нас. Опять же, на открытой местности против полчищ мертвецов у вас нет шансов. Биться вместе, используя оборонительные сооружения, сложив наши усилия, мы можем рассчитывать на успех. Мы сражаемся не за королей и господ, нам бы жизни свои сберечь, – офицер дрожащими руками вынул из-за пазухи плоскую металлическую коробочку и вынув из неё трубочку, сунул себе в рот и поджёг, вновь заполняя пространство вокруг себя вонючим дымом.

ГЛАВА 7 «Плечом к плечу»

Первый план - подорвать мост - сразу же провалился. Натиск ходячих трупов возрос многократно, они шли чёткими плотными кучками по десять тел. Орки должны были защищать подступы к мосту, пока немецкие солдаты закладывали довольно мощное, по их словам, взрывное устройство. Но орки даже под прикрытием танка не смогли добраться до моста. В итоге вышло так, что оркам пришлось самим прикрывать танк. Мертвецы оказались весьма шустрыми и двигались гораздо бодрее, чем это делают люди при жизни. Танк, гремя железными лентами, раскатывал взад-вперёд по коридору, огороженному, как заборами, двумя лучами прожекторов. Он с разгона врезался в валящие с моста один за другим трупы, наматывал на свои подвижные элементы их кишки, стрелял из своего орудия на противоположный берег, и, как выразился командир немцев, "врубал заднюю", откатывался и повторял свои действия вновь. За пределами световых оград по флангам заняли свои позиции стрелки со скорострельным, мощным по местным меркам, оружием - пулемётами. Но и такая тактика вскоре перестала работать. Мертвецов становилось всё больше. Они хоть и шарахались от света, но места в узком коридоре им стало не хватать: некоторых в световой поток выталкивали другие мертвецы, и те бились в конвульсиях, неестественно выворачивали себе суставы. Но в итоге они вываливались за пределы луча света, и там, уже не испытывая никаких проблем, бросались в атаку на пулеметчиков.

Вот здесь начались настоящие проблемы. Все четыре расчёта пулемётчиков вскоре пали, а потом поднялись вновь и обратили своё оружие уже против живых. Пулемётными очередями они весьма метко начали косить своих бывших боевых собратьев. Каждый новый мертвец, едва упав, поднимался на ноги. На позициях немцев сначала завязалась рукопашная, быстро перетёкшая в панику, и бегство пока ещё живых. В итоге, очень быстро боеспособными остались лишь орки и железная колесница. Но и танк испытывала проблемы: облепленный трупами, танк потеряла ориентацию и двигался вслепую. Понимая, что останавливаться на долго нельзя, для их машины это может стать смертельной угрозой, экипаж танка крутился на месте, ёрзал туда-сюда. В итоге танк оказался в опасной близости от весьма крутого берега. Увидев, что вот-вот тяжелая машина свалится в реку, Грунг, раскидывая многочисленные тела своей булавой, добрался до танка и привычно вскарабкался на него, опыт-то есть. Докричаться до экипажа не составило труда. Грунг раскидал в стороны месиво из тел и, давая команды экипажу, вывел его на безопасную площадку. Командир, приоткрыв люк маленькой надстройки, в которой было его боевое место, объяснил мне, где у их машины смотровые щели. Они оказались на надстройке командира и ещё одна - внизу спереди у извозчика, который управлял движением машины. Командир отдал орку верхнюю часть своей одежды, чтобы тот протёр стёкла в щелях от крови и потрохов. Стараясь не закрывать скудное поле зрения машины, орки и танкисты, прикрывая друг друга, начали отступать на территорию с постройками. Орки, встав рядом с танком, отбивали волны трупов размашистыми ударами своего оружия, а Грунг, оседлав танк, сбрасывал с брони тех, кому удавалось на него вскочить. Боевая машина, развернув своё орудие назад, периодически делала выстрелы вглубь толп мертвецов.

Наконец они добрались до одной из кирпичных построек, в которой забаррикадировались оставшиеся в живых. Танк, уже истративший все свои выстрелы, вплотную подъехал к крыльцу с железной дверью и жестко тюкнулся передней частью в стену. Встав полукольцом вокруг входа, орки начали косить мёртвых людей, давая возможность живым укрыться в здании. По углам постройки на крыше развешаны фонари, ярко освещающие прилегающую территорию, и лишь сейчас Грунг смог разглядеть лица мертвецов. Искаженные гримасы, застывшие в предсмертном ужасе, боль, страх и отчаяние. Физиономии словно окаменели, и даже глаза оставались неподвижны, но у всех широко раскрыты. Вот он сносит голову молодой женщине, на лице которой застыли эмоции непоправимого горя, справа к нему тянет руки худощавый мужчина средних лет с перекошенной муками физиономией, и булава, описывая дугу, не останавливаясь после предыдущего удара, вписывается и в его голову. Снова женщина, уже старше и в теле, пытается дотянуться до орка с застывшим в немом крике лицом. Много женщин, неприлично много детей, и на каждом лице читается своя история трагической смерти. Орки не чувствовали за собой вины, когда обезглавливали их тела: они не причинял им горя и не убивал их. Но судьба распорядилась так, что я сейчас орки сражаются плечом к плечу с теми, кто лишил их жизней. Это не война Грунга, это не война орков, Грунг лишь хочет вернуться домой со своими бойцами или хотя бы разобраться, насколько это реально, но для начала надо выжить. Поэтому, не испытывая мук совести, со всей дури Грунг пинает девочку-подростка: она слишком низкая для удара булавой, и её уже давно мёртвое тело отлетает на несколько шагов, сшибая пару бредущих трупов стариков.

Когда все пятеро танкистов скрылись за дверью, настала очередь орков, и они по одному начали покидать позиции. Первыми у орков всегда отступают более молодые бойцы, пока их прикрывают старшие товарищи. Так что сначала ушел Грог, за ним Муг. Следующим по возрасту положено было уйти Грунгу, но для командира отряда позорно отступать, прежде чем позиции покинули его воины. Так что за массивной железной дверью Грунг скрываюсь после Лрнура, увесистым пинком вышибая из дверного проёма обратно на улицу не в меру шустрого мертвеца.

Несколько ударов сердца на передышку и оценку обстановки. Из людей в живых остались немногие, прибывшая с орками пятёрка танкистов, шестеро магов, благополучно отсидевшиеся в безопасном месте, их командир Артур с трудно произносимым званием и ещё двое солдат. У одной из стен в два ряда друг на друга составлены ящики, как позже оказалось, с ручными гранатами. Но после того, как в относительно большом холле здания появились орки, тут стало тесновато. Пузатенький офицер окинул всех оценочным взглядом, а потом его словно осенило.

- Черт подери! Окна!

- Они достаточно высоко от земли! - попытался возразить маг Оливер, однако звук бьющегося стекла в одном из дальних помещений сделал его точку зрения несостоятельной.

Артур отдал приказ всем подниматься на крышу и сам первый бросается вверх по лестничному маршу. Персонального приглашения ждать никто не стал, особенно маги. Взяв лишь один ящик с гранатами, солдаты также поспешили наверх. Оркам ничего не осталось как тащиться позади всех, и Грунг замыкал это шествие. Лестницы, как и всё в этом мире, для орков очень узкие и низкие. Но, к их счастью, она закончилась уже на втором этаже, и, чтобы попасть на крышу, у здания в потолке был проделан квадратный небольшой лаз. Люди, вскарабкавшись по вертикальной приставленной к лазу деревянной лестнице, без проблем оказались на крыше. Орки помогли закинуть ящики с гранатами и сами с трудом начали пролазить в узкое квадратное отверстие. Грунг самый большой среди своих бойцов, и его плечи едва помещаются в люк. Поёрзав немного, он понял, что практически застрял. Муг с Лрнуром принялись тянуть командира за руки, но массивная грудь никак, не желала протискиваться. Грунг уже чувствовал, как за ноги его хватают мертвецы и начал орать всеми известными ему ругательствами.

- Они тебя что, уже расчленяют? - тревожно спросил Муг.

- Они снимают с меня сапоги! – заорал командир, что есть мочи. - Мотать-колотить! Где я тут обувь по размеру найду?

8

- Ты не ори, а лучше выдохни посильнее! - блеснул мудростью Лрнур. Совет оказался, кстати, Грунг выдохнул, а его парни дёрнули со всей дури. Что-то захрустело, Грунг даже решил сначала, что это его позвоночник, потом вокруг люка появились трещины и следующим рывком Муг и Лрнур втащили могучее тело командира на крышу вместе с деревянной рамкой, облицовывавшей периметр квадратного лаза. Грунг, ободрав кожу на спине, оказался на крыше, а точнее в небольшой надстройке на крыше, и тут же, сорвав с себя деревянную конструкцию, с размаху швырнул ее обратно в люк, метко попав в харю мертвеца. Муг подошвой сапога вколотил головы лезущих вслед за командиром мертвецов и вытащил вверх лестницу. Вместо вывороченной крышки люка дырку пришлось закидать имеющимися в изобилии досками. Без лестницы трупам всё равно не дотянуться до лаза в потолке… Наконец все вокруг смогли выдохнуть, а Грунг, усевшись на пол, начал поправлять обувь и полуспущенные штаны. Как же мерзко воняют трупы, а орки после продолжительного боя по уши в их потрохах.

Мертвые облепили здание со всех сторон. Свет фонарей заставлял их противно хрипеть и подёргиваться, но не более. Их становилось всё больше и больше, уже несколько сотен мертвецов слонялось по территории базы и всё плотнее облепляли здание. Маги, осознав бестолковость своих заклинаний, взяли в руки обычное стрелковое оружие, впрочем, от него толку тоже было не много.

- Смею предположить, что, когда взойдёт солнце, у нас появится шанс! Под солнечным светом энергия, питающая их ослабнет, к нашему счастью, природа твари, породившей её такова, что существовать и размножаться под солнечным светом она не сможет. Остаётся надеяться, что до тех пор они не смогут взобраться по стенам. Нужно дождаться утра, – предположил маг Оливер.

Он посмотрел через край крыши на корчившихся в лучах света мертвецов. Во время бегства маг потерял трость и теперь ему передвигаться стало ещё сложнее. Он захромал к надстройке, бросил на пол оружие и уселся, оперевшись спиной на стену.

- До рассвета ещё два часа, ещё неизвестно какая будет облачность, - глядя на часы ответил Артур.

-Небо будет ясным! Об этом можно не переживать, – отмахнулся маг.

- Насколько я понимаю, это не так уж и долго? Мы не особо разбираемся в том, как вы отсчитываете время. - Грунг уже закончил со своим гардеробом и присоединился к совещанию с человеческих командиров.

- Наши сутки разделены на двадцать четыре часа. - Артур недовольно глянул на появившегося орка, но в глаза ему смотреть побоялся и вновь посмотрел на наручные часы. - Бой начался полтора часа назад.

- Простоим, если ничего не изменится, а что дальше?

- Я думаю, с рассветом к нам прибудет подмога. По радиосвязи докладывали, что на северном направлении всё чисто, будем пробиваться туда. Там соединимся с нашими основными силами, хотя кто знает, сколько мертвецов разбрелось по округе.

- Я знаю, - используя ружье, словно трость, начал, кряхтя, подниматься маг. - От пяти до семи тысяч. В нашу сторону устремилась половина. С остальными ведут бой другие наши тыловые силы. Мы здесь, благодаря слаженной работе орков, уничтожили больше тысячи ходячих мертвецов. Надеюсь, с рассветом всё закончится, и трупы вновь станут трупами. И нам следует отсюда убираться как можно скорее: разлагающиеся тела станут источниками заразных болезней. Дело в том, что сейчас то, что управляет трупами, в качестве источника энергии использует физические резервы умерщвлённых организмов. Эти процессы проходят совсем иначе, чем в живом организме, и фактически их плоть сейчас ускоренно разлагается, высвобождая накопленную за время жизни энергию... – Оливер окинул взглядом Грунга. - А нашим многоуважаемым оркам следует как можно скорее отмыться: это очень опасно!

С другого конца крыши раздался голос одного из солдат, стоявших у края крыши.

- Скорее сюда! Там наши!

- Идиот! Это же трупы! - Прозвучал в ответ голос одного из магов, подбежавших к нему.

Несколько немецких солдат с оружием наперевес пробирались сквозь мёртвую толпу. Увидев живую цель, они синхронно вскинули оружие. Тут же стрёкот выстрелов скосил и мага, и солдата. Солдату повезло больше: пуля, прошившая шею, насквозь избавила его от страданий, а вот маг, получивший пару попаданий в грудь, ещё долго находится в сознании и без надежды на какую-либо медицинскую помощь валялся на поверхности крыши, с хрипом выплёвывая сгустки крови. Подбежавшие соратники ничем ему помочь не могли, лишь оттащили умирающего в будку и уложили в дальнем углу. Долго он точно не протянет, но и сразу не умрёт. Слишком нелепая и мучительная смерть.

Муг аккуратно подполз к краю крыши и, стараясь сильно не высовываться, огляделся. Едва он успел спрятать голову, как в каменный край крыши ударила очередь из пуль.

- Их трое, и самое веселое, что они сейчас выволакивают во двор ящики с гранатами, которые мы им заботливо оставили на первом этаже. – Прорычал Муг.

Кто-то из танкистов, опомнившись, бросился было к ящику с гранатами и едва успел его открыть, как снизу уже прилетела граната в форме колотушки и, отскочив пару раз от поверхности крыши, гулко бахнула. Орки впервые увидели, как работает такое оружие. Магия то или достижения местных учёных мужей, их сейчас не волновало. Энергия взрыва была сопоставима со средней силы магическим заклинанием боевого эльфа. Опасная штука, но противостоять ей можно. Всем повезло: взрыв произошёл в дальнем углу крыши, и никого не зацепило. Грунг оказался ближе всех и ему всего лишь заложило уши. Однако многие из людей решили не рисковать и забились в пристройку, и только командир танкистов, набравшись смелости и взяв с собой одного из своих бойцов, вновь на карачках пополз к ящику с гранатами.

- Граната! - закричал кто-то из проёма пристройки.

Но Лрнур уже отреагировал и, сделав два широких шага в сторону, своим сикиромолотом прямо в полёте отбил летящую бомбу, ударив по ней плашмя. Та отскочила куда-то далеко в туман, но взрыва не последовало. В ответ танкисты наугад бросили свою пару гранат. Грог не стал терять времени и тоже пополз к ящику. Командир танкистов показал ему нехитрые манипуляции с гранатой: открутив с конца ручки маленькую крышечку, под которой прятался небольшой шнурок, он дёрнул за него и тут же бросил гранату вниз - спустя десяток ударов сердца раздался взрыв. Однако с первого раза у Грога сделать всё правильно не вышло, и улетевшая во двор здания колотушка не взорвалась.

-Осечка, такое бывает! «Запал бракованный!» —прокричал танкист.

Грог тут же схватился за следующую, намереваясь попробовать ещё раз. Со второй попытки всё получилось, и граната бахнула посреди толпы мертвецов. Зато снизу теперь разом прилетело три подарка, и взрывы раздались один за другим. Последовав примеру Лрнура, орки отбили своим оружием ещё несколько гранат. Грунг даже вошёл в азарт: такая игра ему нравилась. Он в очередной раз отбил гранату булавой. Та, отлетев совсем недалеко, бахнула прямо в воздухе - в плечо больно впились несколько осколков, Грунга снова оглушило.

- Шесть секунд! - прокричал ему танкист, - замедлитель примерно на шесть секунд! Они, прежде чем кинуть гранату, выжидают, чтобы у вас не было времени отбить их!

Отбивать гранаты стало опасно, очень быстро и Муг получил подобный сюрприз. Развлечение стало слишком опасным. Грунг присоединился к Грогу, и они, схватив по гранате, направились к краю крыши. Внизу, посреди толпы тупо слоняющихся мертвецов, у вскрытых ящиков с гранатами суетились три тела в военной немецкой форме. Движения мёртвых солдат были пугающе синхронными, они взяли по гранате и одновременно приведя их в боевое положение, замахнулись, выжидая, когда прогорит запал.

-Мы как раз вовремя!

Орки дёрнули верёвочки и тут же бросили свои гранаты - в этот момент и мертвецы зашвырнули свои колотушки на крышу. Их движения, словно отражения в зеркале, повторили друг друга. Пока орки добирались до края крыши, они уже отсчитывали время до взрыва, а это значит, что брошенные орками гранаты взорвутся значительно позже.

Грунг успел заметить, как его граната бьёт по каске одного из мертвецов, а граната Грога попадает точно в открытый ящик с гранатами. Взорвутся они чуть позже, а сейчас где-то позади гремят один за другим три близких взрыва, щедро осыпая орков осколками. На этот раз Грунг, наученный опытом, крепко зажал уши ладонями. Только он поднял морду, как снизу хорошенечко ухнуло, а в воздух поднялись клубы дыма. Осторожно заглянув за край крыши, Грунг увидел на месте взрыва кровяное месиво. Орк потряс головой: всё-таки хорошо уши закладывает, с заклятиями эльфов как-то привычнее было бы бороться, но с людским оружием даже интереснее.

Оглядевшись, Грунг увидел, как Муг тащит Лнура к надстройке, держа его со стороны спины под руки. У того на левой грудной мышце зияет огромная алая рана. Но сам Лрнур в сознании и помогает товарищу, стараясь отталкиваться ногами. Командир с Грогом в тот же миг срывается на помощь. Подбежав к раненому, он принялся осматривать рану, а остальные нырнули в его походную сумку за лечебными принадлежностями. К счастью, рана оказалась не столь опасна, как показалось на первый взгляд. С грудной мышцы начисто содрало кожу, и большим куском она, почти оторвавшись, повисла с одного края раны. Вся грудь, шея и левая часть лица испещрены небольшими кровоточащими ранами от осколков.

- Сейчас! А, вот, нашел! - Грог достал из сумки Лрнура медицинскую нить и обеззараживающий порошок. - Кожа еще не отмерла, сейчас пришьём всё обратно, ты главное не дёргайся, а то ровно не получится, сосок в сторону ещё уползет!

- Слышь, ты! Щенок! - тут же отреагировал Лрнур. - Девкам своим сиськи пришивать будешь! Это царапина! Сейчас отлежусь и дальше в бой, а ну, положь нить! Не переводи добро на ерунду!

С возрастом Лрнур стал слишком ворчливым. Грунг не сильно его младше, неужели он скоро таким же станет... Или уже стал? Пофиг. Вполсилы командир в воспитательных целях стукнул кулаком в челюсть Лрнура. Раненый не был готов к такому обращению, и расслабленная челюсть громко клацнула зубами.

- Некультурно ругать товарища, который спасает тебе жизнь, пусть он для тебя слишком молод и неопытен, а то, что он ещё способен по девкам бегать, это не его порок, а твоя зависть. Так что заткнись и принимай лечение от товарищей по оружию.

Лрнур, обидевшись, словно ребёнок, сжал губы и уставился куда-то в сторону, демонстративно показывая, что теперь ему всё равно.

- Так-то лучше, - продолжил командир и обратился уже к Грогу. - Но в чем-то он прав. Побереги нить. Пришивать кожу сейчас нельзя: мы все измазаны гниющими человеческими потрохами, и, если рана воспалится, пусть она лучше будет открыта. Давай обеззараживающий порошок и лист подорожной травы.

Грунг, достав кинжал одним движением, отсёк ставшую ненужной теперь плоть. Еще раз он внимательно осмотрел рану, благо кровотечение уже замедлилось, но в ране обнаружился небольшой кусочек мятого металла. Пришлось аккуратно выколупывать осколок из грудной мышцы. Лнур не жаловался и с интересом наблюдал за процессом. Обильно посыпав целебным порошком, чтобы щипало посильнее, Грунг покрыл рану листом подорожной травы. Видимо попытка отбить гранату была очень неудачной, и та взорвалась у старого орка прямо под носом. Кожа орков крепкая и покров быстро восстановится: и дюжины дней не пройдёт, как Лнур придёт в норму. Лрнур, несмотря на жжение от заживляющего порошка в лице не изменился, лишь дыхание его стало тяжелым: не первое ранение для старого воина, терпеть приучен, особенно важно показывать пример перед младшими товарищами. А в челюсть это он заслужил, а то последнее время нервный стал. Осталось сделать повязку кожаным жгутом, чтобы лист не отваливался, и готово.

- Шрам получится добротный, большой и уродливый, отличное украшение для воина-орка, - подытожил действия командира Муг.

Лрнур вдруг завозился и начал торопливо осматривать повязку. Потом бросил грустный взгляд на отрезанный кусок кожи.

- Там уже было украшение, не чета этому... Грунг, ты должен помнить, мы прибыли на подмогу северным племенам, оркский городок недалеко от Клыкастого Мыса. Эльфы захватили порт и, пробив защиту крепости, уже ворвались в город, когда мы прибыли на подмогу. Нас было вдвое меньше, чем атакующих, но мы отбросили врага, заставляя трусливо бежать на своих обвешанных бирюльками корытах. То была славная битва, мой секиромолот тогда хорошо умылся эльфийской кровью, но и их маг в итоге меня достал магической молнией. Второе сердце было разорвано в клочья, мне казалось, что я потерял всю кровь до последней капли. Но шаманы-лекари, чей город мы защищали, заштопали мне сердце и выходили меня, долгое время мне пришлось восстанавливаться, но через год я уже стоял в боевых рядах.

- Помню, дружище, я же этому эльфу потом на твоих глазах хребет об колено переломил. Подумал уже, что ты не выживешь, и решил подарок на прощание сделать. Мне пришлось тащить его через завалы разрушенной крепостной стены, тот чуть не сдох раньше времени от огненных шаров, испускаемых его же соратниками.

— Вот, тогда выжил же, а тут царапина. А он ещё и дерётся тут, друг называется...

***

Взрывы гранат, которые экипаж танка разбрасывал вокруг здания, громыхали пока ящик не опустел. Но наконец небо начало светлеть, туман - рассеиваться. Все принялись ждать и наблюдать. Как только над лесом появился оранжевый диск светила, все мертвецы задёргались. Их начало корёжить. Солнце поднималось всё выше, и его лучи расталкивая тени подбирались к ходячим трупам. Вот первый лучик коснулся макушки одного из мертвецов, и тот тут же рухнул на землю, словно из его позвоночника вынули большой черный штырь. За ним рухнул следующий. Ещё десяток мертвецов упал на землю, из каждого словно рассыпалось во все стороны облачко чёрного дыма. Это продолжалось до тех пор, пока светило не поднялось достаточно высоко над горизонтом, тогда даже прятавшиеся в тени мертвецы пали и вокруг воцарилась тишина, лишь ветер гулял в кронах далёких деревьев...

Как только люди убедились в том, что опасность миновала, все покинули крышу и начали выбраться во двор. Сложнее всего было спуститься с крыши в здание, всё внутреннее помещение оказалось плотно набито мёртвыми телами. Особенно лестничный марш. Перешагивая через трупы, орки с людьми побрели прочь из этих мест. Несмотря на то, что начинался сезон холодов, и по утрам становилось всё прохладнее, смрад от разбросанных вокруг тел усиливался с каждым ударом сердца, и не было никакого желания находиться здесь в момент, когда солнце прогреет начавшие гнить тела. По настоянию мага Оливера орки направились к речке для принятия водных процедур. Они пошли к полю, располагавшемуся чуть выше по течению от злосчастного моста, через который ночью брели мертвецы. Всю дорогу маг убеждал орков, что в их мире нет никакого деления на черную и белую магию, все эти выдумки про борьбу света и тьмы - полная чушь для детских сказок. В данный момент лишь та магия, которой пользуются маги Оливера, является эффективной и пригодной к практическому использованию и, как ни крути, источник для неё один – жизни людей и животных, которые можно приносить в жертву Господу в обмен на магические способности. Господь создал их мир, и он создал людей, способных сотворить магию, остальные же являются не более чем топливом - дровами, которые необходимо периодически подкидывать в магический костёр. Он описывал широкие возможности тёмной магии и успехи человеческих магов. На вопрос Грунга, сможет ли он отправить нас домой, тот отмахнулся и сказал, что это всего лишь вопрос времени, и вскоре перемещения между мирами станут для этого мира обычным делом.

9

В родном мире орков в древности методами тёмной магии промышляли тёмные эльфы, однако с веками даже среди этих тупоголовых тварей произошёл раскол на тёмных и светлых эльфов. Вскоре светлые одержали верх, хотя для народа орков и других разумных рас это особым облегчением и не стало - лишь прекратилось поголовное уничтожение рас, которые считались эльфами менее достойными для существования, а точнее всех подряд. Конечно, любая раса у эльфов считается недоразвитой по сравнению с эльфийской. Если бы не светлые эльфы, то раса дрыщей давно бы канула в лету, но те подняли знамя своего «превосходства» над другими и по сей день устраивают войны с орками. Но, так или иначе, некромантия стала запрещённой магией в их мире: все народы понимали, что какого бы величия раса ни достигла при помощи тёмной магии, крах такой цивилизации неизбежен. Этому есть множество примеров из древности, сохранившихся в легендах разных народов.

Но кто Грунг такой, чтобы судить этот мир? Рядовой орк-воин, результат неудачного эксперимента, пришелец из сказок, которыми местные пугают своих чад? Люди, с которыми моему отряду довелось провести эту ночь, в большинстве своём вызывают у него отвращение – слабые, трусливые, готовые прятаться за спины своих подчинённых. Но если им верить, то другие ещё хуже, ведь не зря местный господь выбрал их в качестве своих верных слуг. Стоит ли верить? Придётся разбираться, главное, что у орков появилась надежда вернуться домой. Все орки заметно повеселели, шутят и чуть на радостях не подрались из-за какой-то бытовой ерунды. Да и у командира словно гора с плеч свалилась, смысл жизни вернулся. Вот уже и река виднеется вдали, осталось смыть с себя трупный смрад для полного счастья. Это не война орков, но, если придётся поучаствовать в паре-другой битв ради того, чтобы вернуться домой, почему бы и нет?

Часть 2 «Битва за Москву»

Глава 1 «Выжидание»

Утро 20 октября 1941года

Московская область, 20км от г.Электросталь.

Размякшая в горячем чае часть сухаря оторвалась и осталась плавать в кружке. Сапфир грустно посмотрел на оставшуюся у него в руке сухую половинку. Вздохнув, он потянулся за чайной ложкой и принялся вылавливать мякиш. Снова придётся пить чай с плавающими в нём крошками. Множество тревожных мыслей в его голове то и дело отвлекали от реальности, и он уходил в себя, подолгу размышляя о служебных делах, анализируя происходящее в тонко энергетическом спектре реальности. Сапфир шумно отхлебнул наполовину остывший чай и с недовольством отодвинул кружку от себя. Он мог пить чай только в состоянии кипятка. За прошедшие дни он отлично выспался и просыпался теперь задолго до восхода солнца, коротая часы отдыха в одиночестве. Отдыхать тоже надо уметь, иначе, работая на износ, и с катушек слететь недолго. Как бы того ни требовала обстановка, измотанный постоянными тяжелыми нагрузками мозг нужно разгружать. Поэтому даже после выписки из госпиталя, едва вставшего на ноги сенсорика допускать к работе с мощным оборудованием, врачи не спешили. Более того: настаивали на полном покое и запрещали вести какую-либо деятельность вообще. В госпитале он был окружён вниманием медиков и старательно выполнял их указания и упражнения, что являлось хоть каким-то развлечением, но сейчас он был предоставлен сам себе, а от заботы медиков остался лишь исписанный неразборчивым почерком листок с расписанием упражнений и временем приёма лекарств. Читать врачебный почерк Сапфир никогда не умел, проще было запомнить рекомендации врача на слух, а листок с рецептами взять из вежливости и засунуть в дальний карман, а потом потерять. Уже неделя прошла после выписки, и это лишь половина его реабилитационного срока. Впрочем, те месяцы напряженной работы без выходных давали о себе знать: эффективность Сапфира как сотрудника начала снижаться ещё до того, как он угодил в госпиталь. Такое нормально вообще для всех сенсориков, и не каждый может так резко отключиться от работы и просто отдыхать и бездельничать, набираясь сил в такое тяжелое для страны время. Поэтому зачастую управлению Центра приходилось принуждать персонал к отдыху разными способами. Сапфир же был не против полной изоляции от людей и поначалу с удовольствием заперся в маленькой комнатушке в общежития госпиталя и старался не покидать её без нужды, даже адъютанту приказывал оставлять газеты на столике у входа в комнату и не беспокоить его без крайней нужды. Комната, стоит отметить, имела весьма спартанскую обстановку, включавшую в себя лишь самое необходимое: панцирную кровать с немного растянутыми пружинами и тонким ватным матрасом, письменный стол, который служил заодно и обеденным, на нём стояла электролампа с зелёным бумажным абажуром (в данный момент она являлась единственным источником света в комнате), шкаф для личных вещей да ниппельный умывальник у входа. Такие простота и минимализм обладали неким уютом, но быстро выяснилось, что нет никакой возможности работать в такой изоляции. Медики старательно следили за тем, чтобы сенсорик не выходил в эфир и не утруждал ещё не восстановившийся мозг работой. Они позаботились о таких неугомонных сотрудниках, и, повинуясь их требованиям, начальство распорядилось построить вокруг общежития невидимую для глаз простого человека энергоинформационную изолирующую структуру, которая накрывает здание, словно купол. Она лишает всех находящихся внутри строения возможности магического взаимодействия с внешним миром. Медики остались довольны таким зверским отношением к выздоравливающим и с радостью наблюдали, как страдающие от безделья сенсорики шли на поправку. Однако в случае с Сапфиром, к их ужасу, выяснилось, что Сапфир, участвовавший в создании этой структуры, в первый же день смог успешно обойти семь из десяти изолирующих оболочек и частично пробил информационную блокаду. Лишь стараниями дежурных сенсориков его смогли вычислить почти сразу, затем последовала долгая и нудная беседа с начальством, завершившаяся выговором. Пришлось дать обещание лечащему врачу больше не хулиганить и сидеть на шконке смирно. Так начали тянуться долгие дни его больничного.

Мысли о том, что каждый день его заточения проходит крайне бестолково, быстро привели к думам о службе, точнее, к его - по сути брошенным на произвол судьбы - зеленокожим громилам, которые в данный момент охотно шли на контакт с врагом. Опыта работы с разумными существами из иных миров на данный момент в Центре больше ни у кого нет, потому после полета через линию фронта и установления ментального контакта с вновь прибывшими в наш мир объектами дело по Оркам поручили вести Сапфиру. На каждого из четырёх пришельцев теперь имелось небольшое досье с описанием основных физических и моральных качеств. Каждый из них - воплощение мечты любого генерала об идеальном солдате: огромные, до двух с половиной метров в росте и весом около двух центнеров. Они имеют гипертрофированную мышечную массу и торчащие не то изо рта, не то из пасти нижними клыками внушительных размеров. И несмотря на такие огромные тела, в скорости и ловкости с орками не способны сравниться даже самые подготовленные спортсмены. Сами себя они считают детьми леса, и с этим сложно поспорить. Несмотря на то, что магические способности их весьма ограничены по сравнению с людьми, а по меркам их мира практически отсутствуют, они преумножены природным, фактически звериным чутьём. Это позволяет крайне эффективно взаимодействовать с окружающей средой. Способности к маскировке в лесу у Орков настолько велики, что они могут незамеченными прокрасться прямо перед носом у человеческого мага, энергетический потенциал которого на порядок выше. Спасут ли мага его способности в момент, когда он всё-таки обнаружит летящий в его голову пудовый кулак? Хороший вопрос. Судя по имеющимся данным, в их мире они тысячелетиями противостоят более развитым в магическом плане расам и успешно ведут против них войны, в которых нередко одерживают победы, что делает орков одной из самых успешных рас их мира. Частоты, излучаемые мозгом орков, легко входят в резонанс с лесной флорой и фауной, и тем резонанс мощнее, чем больше вокруг них растительности. И даже тот факт, что в их мире леса кардинально отличаются от лесов нашей средней полосы, нисколько не доставляет им дискомфорта. Во всяком случае сам Сапфир, копаясь в сознании их главаря, не заметил недовольства окружающей природой. Лишь некоторое удивление, что, собственно, ожидаемо для пришельца. За пределами леса, будь то степи, пустыни или тем более город с плотной застройкой, магические возможности орка наверняка заметно снижаются, но физические данные не пострадают. Это будет по-прежнему быстрая и эффективная машина для убийства. С остальным было сложнее. Психология и нравы орков иные - в виду особенностей их эволюционного развития. Их предки тысячелетиями жили в лесах, наполненных агрессивными чудовищами, где за жизнь активно борются не только животные, но и растения и грибы, которые совсем не напротив полакомиться свежим мясом. Всё это в итоге привело к формированию довольно жёсткой и агрессивной культуры и норм морали среди племён орков, которым постоянно приходилось отстаивать право на существование своего вида. Если не углубляться в терминологию и говорить по-русски, орки - слабоуправляемые вспыльчивые раздолбаи. Они охотно подчиняются своим командирам, но их командиры такие же раздолбаи, неспособные контролировать вспышки собственного гнева. Неуравновешенные, чересчур агрессивные и кровожадные, со взрывным характером - абсолютно все: от простого солдата, до верховного главнокомандующего. Их армия - головная боль для врагов: её действия не подчиняются никакой логике, любой незначительный конфликт с отдельным орком в их мире может привести к полномасштабной войне. Но при этом хаос, на первый взгляд царящий в рядах и головах орков, обманчив. Орки ревностно защищают границы ареала своего обитания и ставят превыше всего благополучие своего биологического вида. Леса и степи, в которых обитает их раса богаты всеми необходимыми ресурсами, потому ареал их обитания всегда стабилен, и на чужие земли орки претендуют очень редко. Не лишенные рационального мышления и знаний об окружающем их мире, они бережно относятся не только к своим собратьям, но и к своим культурным ценностям, а главное - к среде обитания. И в случае общей опасности кучи разрозненных разъярённых банд объединяются в единую армию, которая, подчиняясь никому не ведомой воле, словно лавина обрушивается на ряды врага. И если армия, которой пришлось выйти на поле брани, не сможет остановить лавину орков, то остановить её не сможет даже верховный совет шаманов и вождей. Полчища орков будут ровнять с землёй города, храмы, выжигать сельскохозяйственные поля и пожирать скотину и запасы урожая до последней крошки. При этом зеленокожие воины никогда не поднимают оружие на гражданское население, тем более на женщин и детей, чем очень гордятся и при любом удобном случае об этом напоминают всем подряд. Правда их никогда не волновало, что станет с лишенным крова, пропитания и средств к существованию гражданским населением – оружие орка не коснулось беззащитного существа, остальное не их проблемы. Успокаиваются они лишь тогда, когда в землях врага уже нечего разрушать, либо земли эти слишком обширны и богаты, и ярость и пыл орков всё-таки утихают под грузом награбленных богатств, тогда армия с трофеями возвращается в родные края. Собственно, сами орки не особо осознают, что с ними происходит в бою, и пока это явление не очень изучено. Но есть предположение, что они оказываются под неким внешним управлением. Их мир имеет несколько гуманоидных разумных видов, и войны в подавляющем своём большинстве идут между разными цивилизациями, которые в силу особенностей своей эволюции не могут прийти к мирному компромиссу. Внутри из рас никто не воюет - за исключением орков, - но и это больше похоже скорее на массовые драки между двумя деревнями, которые не отличаются особым кровопролитием, в отличие от настоящих межрасовых войн, в которых поверженные расы порой полностью стираются с лица земли и перестают существовать как цивилизации и биологический вид. И орки в недалёком прошлом стали причиной гибели как минимум одной цивилизации - относительно мелких горных гуманоидов. Более подробной информации о народе орков немного. К сожалению, есть силы, не позволяющие узнать всё сразу. И сейчас самое главное -не допустить установления дипломатических отношений между немцами и орками. Вероятность этого крайне мала, но не исключена. Но даже если им это и не удастся, при грамотной манипуляции всего четырьмя орками немцы могут наворотить много неприятных дел. Так что сейчас приоритетная задача - перехватить орков у немцев.

Негромкий бульк заставил Сапфира оторваться от собственных мыслей: очередной размокший сухарь вновь обломился и шлёпнулся в кружку с чаем.

- На этом чаепитие объявляется закрытым, - еле слышно проворчал себе под нос Сапфир и отодвинул чашку. Встав из-за стола, он немного походил по комнате из стороны в сторону, приводя мысли в порядок, после чего направился к окну. Рассвет был близок: небо на горизонте становилось серым. На улице по-прежнему было достаточно темно. Прилегающую к общежитию территорию и дорогу, уходящую в молодой лесок, освещали электрические фонари. Лес был хвойным, и несмотря на середину октября, оставался зелёным, и лишь пожухлая трава и кустарники выдавали в себе осенний пейзаж. Сенсорик щелкнул шпингалетом и открыл одну створку окна, чтобы впустить в помещение свежий утренний воздух. Облокотившись локтями на подоконник, он высунулся в окно своей комнатушки, расположенной на четвёртом этаже пятиэтажного здания, и сделал глубокий вдох. Пожалуй, вкупе с легким ветром воздух оказался даже немного морозный. Сенсорик простоял довольно долго, глядя в светлеющее небо и наслаждаясь энергиями воздуха. Предрассветный холодок делал своё дело: Сапфир всё-таки замёрз и уже собирался закрыть окно, когда вдалеке послышался звук двигателя автомашины. Сапфир прихватил со стула свой старый вязаный свитер и, укутавшись в него, вернулся к окну: ожидать столь раннего гостя. Пока машина не пересечёт энергетический рубеж, узнать - кто и к кому едет - не получится.

Но вскоре сквозь деревья начал пробиваться свет фар и на видимую часть дороги, бодро подпрыгивая на неровностях и ямках, выкатился новенький ГАЗ-64. Машина на высокой скорости подъехала к прилегающей территории общежития. Часовой заблаговременно выбежал открыть шлагбаум, и машина, не останавливаясь, залетела во двор. На грунтовой площадке у парадного входа водитель заложил крутой вираж, стараясь подгадать так, чтобы пассажирская дверь оказалась у самого крыльца. Из-под колёс в воздух поднялись небольшие клубы пыли, и, протяжно скрипнув тормозами, автомобиль застыл на месте. Молодой адъютант в военной форме без знаков отличая выскочил из машины и почти бегом забежал в здание. Сапфир быстрым движением захлопнул окно и начал собираться: кажется, его заточение подошло к концу. Когда человек скрывает тайну, обучен сопротивляться вмешательству в своё сознание, да ещё и имеет защитные магические амулеты, на то, чтобы что-то вытрясти из его головы потребуется много времени и иногда - мощное оборудование.

10

Но когда человек мчится к тебе и желает скорее доложить послание, мыслеобразы считываются очень быстро. Сенсорик, не разбирая, сгрёб в кучу свои немногочисленные личные вещи и бельё и запихал всё комком в походный рюкзак. Пожалуй, он ещё никогда не был рад так плохим новостям. Хотя ничего непоправимого не произошло: всё еще можно обернуть в свою пользу. Тот факт, что немцы сумели взять под контроль, отряд орков не удивляет, даже вполне ожидаем. Пришельцы изначально появились на оккупированных территориях в условиях, когда фронт постоянно смещается вглубь страны. Завоевать доверие и вывести на свою территорию существ из другого мира - та ещё задача, учитывая, что Сапфир недееспособным провалялся на больничной койке, а кроме него орками заниматься некому. Он быстрым натренированным движением начал наматывать на ноги портянки и остановился на секунду, прислушавшись к излучению мозга адъютанта, который уже поднялся на четвёртый этаж по лестнице. Точно, не ошибся: Машенька покинула расположение военной части. До фронта меньше ста километров. Гадать, куда она направилась, не нужно. Сапфир засунул ноги в сапоги. Ох, нагреет начальство этих разгильдяев-вояк. Хотя что они могли поделать? Один штатный сенсорик среднего уровня, которому и так работы выше крыши, а в полевых условиях ему ещё и сканировать психологическое состояние подопечных –правду сказать – сюсюкаться с каждым... Его мысли прервал стук в дверь. Сапфир сдёрнул с вешалки шинель и открыл. На пороге стоял адъютант Шура Гринкруг - молодой лейтенант, ответственный и пунктуальный, храбрости и силе духа ему не занимать, да и вообще человек хороший. Жаль на этом его качества заканчивались. Его экстрасенсорные способности, несмотря на обучение, едва ли были выше, чем у вокзальной цыганки-гадалки. Но благодаря каким-то вертикальным связям родственники сверху воткнули-таки его на службу в Центр. Что ж, благо хоть на должность, с которой он неплохо справляется, и на том спасибо. Лейтенант вытянулся по стойке «смирно» и, сверкая карими глазами, затараторил:

- Товарищ Сапфир! Разрешите доложить!

- Докладывай! По дороге расскажешь! - Сапфир перебил адъютанта, не дожидаясь, когда тот закончит фразу, и, приветственно хлопнув его по плечу, побежал к выходу. Немного опешивший Шурик застыл на некоторое время, соображая, и тоже побежал вслед за сенсориком.

Глава 2 «Дорогие гости»

Несколькими неделями ранее,

где-то на оккупированных немцами территориях УССР.

Наконец-то хозяева удосужились накормить оголодавших орков. Здешний командир Матиз Крауз проявил к Грунгу и его воинам неслыханное до сих пор уважение. После недолгой беседы, которая ограничилась простым знакомством, он распорядился немедленно накормить гостей, заявив, что на сытый желудок находить общий будет намного проще. И орки были с этим полностью солидарны.

Орков пригласили в полевую столовую на полянке недалеко от деревни, в которой был разбит военный лагерь немцев. Всё под открытым небом; столовая представляла из себя лишь несколько бочкообразных печей на колёсиках да простые столы со скамьями из грубообработанных досок – вполне естественная обстановка для полевой кухни. Можно даже сказать, что посадили за один стол с местными командирами, во главе которых был, естественно, Матиз. Хотя на самом деле для орков был поставлен ещё один стол повыше – его ножки удлинили дополнительными досками. Вместо скамей каждому орку полагался свежесрубленный пенёк, с размерами соответствующими оркским задницам. Это явно добавило удобства зеленокожим. Столы накрыли прежде, чем все уселись. Добрых размеров чан, водружённый поварами на стол, был доверху забит кашей с мясом. Рядом в железных мисках немцы разложили какие-то местные плоды растений разных цветов. Оркам все эти блюда показались вполне съедобными, особенно если учитывать, что совершенно такие же яства разложены на столе людей, только в значительно меньшем количестве. Судя по порциям, которые люди употребляют, неудивительно, что они тут все такие щуплые недорослики. Грунг перевёл свой голодный взгляд на чан, предназначенный для орков, и сглотнул слюну. Неплохая посудинка, каши хватит на всех. Не обожраться, но перекус будет плотным, да ещё можно закусить овощами. Орки очень быстро опознали на столе уже знакомую им морковку: это точно можно есть, остальное расспробуется в процессе.

- Уважаемые Орки! - Крауз бодро проследовал к столу, жестом приглашая всех усаживаться. - Я невероятно рад нашей встрече!

Грунг со своими парнями молча уселись за стол в предвкушении трапезы. Благо, что у всех есть походные ложки нормальных размеров. Заранее узнав о их наличии, местные повара заметно расслабились: видимо, найти хлебалку оркского размера для них оказалось той ещё задачкой. Кстати, Матиз не лжет, когда говорит, что рад нас видеть. Его эмоции скрыты под магическими щитами, но люди так хорошо выдают свои эмоции поведением и выражением лица, что и магии никакой не надо. Он человек, конечно, волевой и может держать эмоции под контролем, но по его улыбке видно, что он действительно ждал орков и сейчас испытывает явное облегчение.

- Прошу вас, не стесняйтесь. Угощайтесь дарами НАШЕЙ земли, - он интонацией выделил слово. Сам Матиз сел с торца длинного стола, полевую руку от него усаживается знакомый оркам маг Оливер, справа – какой-то сморщенный старик-коротышка, который даже по меркам людей невысок. Но судя по его балахону с вышитыми золотыми нитями и орнаментами и гроздям перстней на пальцах, этот человеческий маг скорее всего рангом выше Оливера. По крайней мере он так выглядит. Тут же к ним присоединились еще двое военных офицеров. Матиз представил оркам этих людей с незапоминающимися офицерскими званиями. Зеленокожие бойцы расселись, но Грунг, схватив свою миску со стола, пнул пенёк, который предназначался ему вместо сидения в противоположному от Матиза торцу стола. Он тут тоже главный среди своих, так что жрать будет, сидя напротив главаря чужих. Это вызвало некоторое удивление на лицах хозяев, но все промолчали, с интересом наблюдая за действиями орка.

Каша, кстати, вышла действительно вкусной – на этот раз люди постарались. Да и сам Матиз Крауз выглядит нормальным мужиком, сразу видно, что тертый воин и крепкий командир. По крайней мере это первый человек, у которого при виде орков храбрость по штанине не потекла. Даже Оливер - спец по тварям из других миров - до сих пор шарахается от зеленокожих гигантов. Что уж говорить об Артуре: это лысое пузико на тоненьких ножках в подметки Матизу не годится, несмотря на то что ранги... или как его... звания у них одинаковые. Льстивый сыкунишка с фальшивой улыбкой и манией величия. Грунг со своими парнями начал неудержимо сметать со стола вообще всё. Немцы в какой-то момент даже перестают жевать и с интересом смотрят, как орки огромными по меркам людей объемами поглощают пищу. Большим дяденькам нужно много кушать, особенно если это нормально не жравшие десять дней орки. Последний раз они ели в лесу, сидя в окружении, потом вышли к отряду Артура и приняли бой с мертвецами. Пока отмывались, приводили себя в порядок и шли навстречу к подкреплению, прошли ещё сутки. Потом они набрели на деревню, в которой располагались какие-то немецкие войска. Артур убедительно просил орков не высовываться, ссылаясь на большую секретность. Магия в этом мире действительно доступна лишь посвященным. Грунг всё недоумевал, ему было никак не понять, как правители людей умудрились внушить огромным массам народа, что магии не существует. Каким образом людям кастрировали чувство тонких энергий? Это всё равно, что запретить любое другое чувство. Как можно убедить всех что, например, звука нет? Как внушить разумному существу, что ты оно умеет слышать, что это такая сказочная штука, в которую верят только дети, а уши тебе даны что бы серьги носить? Непонятно. Может быть, люди действительно делятся на два вида: один лишён магии, но более многочислен, а другой старается мимикрировать в общей массе и держит в тайне своё магическое оружие. Может быть, орки это ещё узнают.

В общем, тогда Артур оставил магов с орками и отправился в деревню со своими солдатами. Их не было очень долго. Орки с магами сидели, затаившись в роще деревьев, которые здесь называли березами.

Теплое время года сменялось более холодным, природа впадала в спячку. Травы высыхали полностью, а многолетние деревья готовились сбрасывать листву. Находиться под кронами этих деревьев, которые при ярком солнечном свете переливались и казались словно позолоченными, было приятно, листва шелестела на ветру и ласкала слух. Природа расслабляла и успокаивала, навязывая желания поваляться в этой траве и хорошенечко отдохнуть, чем Грунг и занялся вместе со своим маленьким оркским отрядом. Маги же всё время были напряженными и суетились. Спустя некоторое время Грунгу стало скучно, и он попытался завести беседу с людьми, но те неохотно шли на контакт и отвечали кратко. В лицах их читалось недовольство происходящим и страх, и неприязнь к собеседнику. Той ночью они потеряли одного из своих. Видно, что тяжело переживают: не привыкли к потерям, привыкли действовать, находясь не на линии фронта, а за спинами простых солдат. Любая война может пойти не так, как ты планировал, тут нечему удивляться. Ничего: рано или поздно привыкаешь к смертям боевых товарищей. Но что-то подсказывает Грунгу, что причина плохого настроения магов – не только потеря товарища. Оливер сначала держался от орков подальше, а потом вообще удалился в кусты, ссылаясь на необходимость проведения каких-то магических действий. Но Грунгу показалось, что он просто не желал находиться с нами поблизости и просто шарахался по округе. Весь день орки просидели в ожидании, и лишь когда местное светило уже начало падать к горизонту, из деревни выкатились две самоходные повозки. Артуру удалось выпросить у своих сослуживцев два грузовика, кузова которых были покрыты шатрами из плотной ткани, но на это ему пришлось потратить целый день из-за чего он был на взводе. Нервно ругаясь, он отдал всем команду на погрузку. В начавшейся возне Грунг сумел выбрать момент и расспросить командира танкистов. Он сказал, что было много проблем: связываться с командованием и выделять транспорт невесть откуда взявшемуся офицеру СС не очень хотели. В итоге договорились, но пришлось оставить младшего по званию офицера в обмен на два грузовика или как-то так. Короче говоря, у немцев ещё на одного солдата стало меньше, и теперь из солдат остался только экипаж танка. Танкисты в отличие от магов оказались более разговорчивыми и охотно делились рассказами о своей технике с орками, пополняя их знания об окружающем мире. Больше всех техникой интересовался Грог. Впрочем, интерес ко всякого механизмам у него был всегда. Будучи подростком, он даже сумел собрать у себя во дворе небольшую копию боевой катапульты, которой потом знатно поколотил черепичные крыши и обмазку на стенах соседских домов. Неплохую порку ему тогда соседи устроили.

Орков усадили в кузов первого грузовика. Артур сел пассажиром в кабину, а за руль сел командир танкистов. Остальные люди разместились во втором грузовике, где за руль ожидаемо сел механик-водитель. Судя по словам танкистов, именно такие грузовики очень любят в немецкой армии: мощные и быстрые, они соответствовали своему названию "Молния" и заслужено получили широкое распространение на фронте. Когда все расселись по своим местам, грузовики натужно взвыли моторами и тронулись с места, медленно набирая скорость. На лесной дороге тряска была, как и в обычной повозке, разве что запряженной не запряженной тягловым скотом, а бешеным ишаком, в период гона учуявшим самку. Шумел и грохотал грузовик едва ли тише танка. Грунгу пришла мысль, что раз уж решили назвать машину природным явлением, то правильнее было бы назвать его "Громом" – за издаваемый всей конструкцией грохот и шум. Но надо отдать должное, скорость передвижения стала гораздо выше, чем пешком, особенно если учесть, что отряд всегда двигается со скоростью самого медленного участника похода. Люди и так передвигаются слишком медленно, так у них ещё есть хромой старик Оли, который еле волочит ноги.

Офицер Артур обещал доставить орков на базу, где к их появлению уже все готово и где орков встретят и непосредственно займутся возвращением домой. Артур, как и маги, утверждает, что такие технологии существуют, только требуют некоторых доработок и настроек. Подробности он оркам рассказывать не стал, ссылаясь на отсутствие полномочий. Короче говоря, орков убедили, что на месте всё расскажут специально обученные люди. Что ж, пусть будет так, за свои жизни орки не переживают. Хотели бы немцы их убить, то так бы не изворачивались, у них было много подходящих моментов. Но орки явно им зачем-то нужны, не даром они так усердно пытаются наладить с пришельцами дружбу. Нужно лишь выяснить, какова будет цена возвращения домой.

Грузовики двигались по дороге вплоть до наступления темноты. Когда сумерки сгустились, грузовики съехали с дороги в лес. Там, спрятавшись от возможных посторонних глаз поглубже в кустах, был разбит небольшой лагерь для ночёвки. Артур заявил, что ночью двигаться по незнакомой ему территории опасно: есть вероятность заблудиться или проехать мимо точки назначения.Маги убедили орков остаться ночевать в грузовике и не покидать его без особой нужды, о безопасности лагеря они обещали позаботиться. Естественно, тупо дрыхнуть всем отрядом Грунг бы никогда не позволил. Привычно разделив ночь на четыре части орки заступили на дежурство. Во-первых, орки кому попало не доверят охранять свой сон, во-вторых, они вчетвером лёжа просто не разместятся на полу кузова. Потому сидящий на посту орк, невзирая на уговоры людей, находился вне кузова, который на эту ночь стал походным шатром для зелёных гигантов.

Орки, оставленные бдить за безопасностью своих собратьев, несмотря на уговоры людей, на месте сидеть, конечно, не стали. Необходимо было наблюдать за местностью, периодически обходить машину кругом. Это, конечно же, вызвало недовольство у немцев, ссылавшихся на нарушение секретности и маскировки. Но орки молча проигнорировали их возмущения. В конце концов, когда до Артура наконец дошло, что орки не могут все одновременно разместиться в кузове, немцы немного успокоились, но оставались крайне недовольными и нервозными. Идиллию местной ночи портила лишь возня магов, которые всю ночь шарахались по округе и еле слышно переругивались между собой или шептали заклинания. В остальном ночь была спокойной: ветер шумел в кронах невысоких деревьев, облака медленно ползли по темному небосводу, закрывая собой редкие россыпи звёзд и серп одинокой местной луны. Грунг наслаждался этой невероятно фантастической атмосферой, кому расскажи – не поверят. Да он и сам не всегда верил в происходящее вокруг. Самобеглые повозки, летающие железные птицы, которые даже не машут крыльями – бред какой-то, ещё эти ходячие мертвецы, хотя, это, наверное, ещё могло произойти в его мире.

Алый диск светила ещё не показался из-за горизонта, а немцы уже погрузились в машины и повезли орков дальше. Жратвы не было совсем, Артур не дал оркам охотиться, заявив, что до пункта назначения осталось совсем немного - там всех должны накормить, так что тратить время на охоту и приготовление пищи нецелесообразно.

11

Пара одиноких грузовиков, ревя и грохоча, снова неслись по разбитым дорогам чужой земли. Когда солнце поднялось достаточно высоко, осветив окружающий ландшафт, Грунг уселся сзади у самого выхода и через щель в пологе, особо не высовываясь, начал рассматривать окружающие пейзажи. Это вновь были поля и редкие лесные массивы, иногда на горизонте можно было наблюдать дымовые столбы от пожаров, в целом же ничего не менялось. Пару раз грузовики промчались мимо небольших разоренных поселений местных. Никаких признаков жизни Грунг там не заметил. Учитывая их способности к маскировке, все жители либо покинули поселение, либо остались здесь в качестве корма для падальщиков. Вдруг первый грузовик, в котором находились орки, резко остановился, подняв пыль с дороги, а идущий следом, не успев затормозить, начал уходить от столкновения и скатился передним колесом в придорожную лужу. Из кабины первого грузовика послышалась мало связная ругань. Артур орал на командира танкистов за то, что тот пропустил нужный поворот, хотя сам всю дорогу сидел с развёрнутой картой. Всё-таки немцы заблудились в незнакомой местности. Их грузовик начал спешно разворачиваться на узкой дороге, второй же, застряв в луже, перегородил обратный путь. Началась возня и толкотня людей и техники. Пришлось привлечь одного из орков. Муг без особых усилий помог вытолкать грузовик, который беспомощно рычал, не в силах нормально зацепиться колёсами за грунт. Наблюдать за человеческой техникой для орков было очень интересным занятием. В столь нестандартной для неё ситуации выяснялись новые нюансы её конструкции, и оказалось, что машины эти очень далеки от идеала. Больше всех интерес проявлял Грог: он даже достал из сумки чешуйник с писалом и, отлистав чешуйки до чистых листов, начал что-то выцарапывать и делать пометки. Грунг же старался больше наблюдать за суетой людей, стараясь глубже понять их повадки. Маги принялись высказывать командиру своё недовольство: их грузовик, идущий вторым, постоянно находился в клубах дыма от идущего впереди грузовика. Маги решительно настаивали, чтобы их грузовик оставшуюся часть пути проследовал первым, потому как невозможно так долго дышать пылью. Артур долго с ними спорил, ссылаясь на какие-то правила, и отказывался выполнять их требования. Как только Муг вытолкал грузовик, его заставили залезть обратно в кузов, а раздраженный Артур сам лично завязал тесёмки на пологе шатра, в котором прятались орки. Но лишь только он отвернулся и направился к кабине, Грунг двумя пальцами раздвинул свою смотровую щель до удобных размеров. Артур, кряхтя, забрался на своё место, громко хлопнул дверью и, рявкнув ругательством на водителя, заставил его продолжить дорогу. Некоторое время пришлось ехать обратно к пропущенной развилке. Но вырулив в нужном направлении, почти сразу грузовики вновь сделали очередную вынужденную остановку. Дорога начала уходить вверх по довольно продолжительному склону: машинам людей стало гораздо тяжелее, они натужно выли двигателями, в конце концов следовавший вторым грузовик начал исторгать из себя клубы пара и, потеряв ход, остановился. Водитель впередиидущей машины, видимо, не заметил происшедшего, и Грунг аккуратно постучал по кабине (металл, из которого она сделана, очень тонкий, орк боялся наделать вмятин или что-то сломать). В кабине быстро поняли, что произошло, грузовик сразу остановился и начал двигаться назад, к отставшему. Стоянка выдалась довольно продолжительной. Сидеть в шатре никто из орков не собирался, и они выбрались на дорогу, не обращая внимания на требования магов и офицера оставаться в кузове.

Вокруг сломанного грузовика засуетились танкисты пытаясь починить вышедший из строя механизм. Попутно Артур всячески мешал процессу высказывая истеричные претензии в сторону командира танкистов. В чём тот провинился Грунг так и не понял. Когда офицер успокоился и свалил по особо важным делам в кустики. Командир танкистов отошел в сторону и, достав из кармана маленькую курительную трубочку, нервным движением сунул ее себе в рот. Чтобы не чувствовать дурной запах, Грунг подошёл к нему с подветренной стороны.

- Знаешь, что делают орки со своими командирами, если те орут без причины на солдат, словно истеричные девки?

Танкист поднял на орка глаза, потом покосился на кучкующихся вокруг Артура магов, и видимо побоявшись, что его услышат, просто глубоко затянулся вонючим дымом.

- Ничего не делают, - продолжил Грунг. - У орков командирами не становятся столь бесхребетные мужики с вечной беременностью. Даже воинами такие не становятся, наверное, потому что подобных уродов ещё в детстве ровесники забивают камнями и палками насмерть.

Танкист лишь пожал плечами, сплюнул себе под ноги и, отбросив окурок, побежал к остальным помогать разбираться с грузовиком.

Лрнур и Грог отирались вокруг суетящихся с грузовиком танкистов. Один из танкистов схватил ведро и побежал куда-то в поле в поисках воды. Пришлось окрикнуть его: лишенный малейших возможностей ощущать окружающий мир, этот простолюдин побежал в противоположную от ручья сторону. Тут Грунг поймал себя на мысли, что слово «простолюдин» ему нравится. Хоть как-то можно будет отличать простых людей от магов. Он подумал, что стоит идеей поделиться с друзьями. Почесал подбородок, смакуя эту мысль, и обнаружил, что он покрывается мелкой тонкой волоснёй. Да, я не первой свежести, но для орков в таком возрасте бороде расти рано, даже Лрнур ещё не достоин такого богатства. Грунг присмотрелся к его роже: и правда – у Лрнура-то пожирнее бородка вырисовывается. Странное дело. Здесь бороды растут едва ли не у каждого сопляка, но эти безумцы в основной своей массе начисто их сбривают. Либо, чтобы выглядит еще более нелепым, оставляют клок волос прямо под носом, считая, что это придает привлекательность виду.

Дело шло к полудню, с каждым днём местное светило в зените своём проходило по небу все более низкой дугой, не в силах окончательно разогнать утреннюю прохладу. Свежий ветер гнал из-за горизонта кучевые облака, которые то и дело закрывали Солнце, бросая на поля холодную тень. Люди перестали возиться со своей машиной. Грог всё время провел рядом с ними и был весьма задумчив, а когда орки расселись и тронулись, он начал рассказывать товарищам о том, что вынюхал. Выходит, что сами по себе эти механизмы не столь надежны и крепки, и в этом орки уже смогли убедиться. Но оказывается, что некоторые элементы слишком нежны и требовательны. Как пояснил Грог, наслушавшись людей, горячее сердце, заставляющее машину двигаться, питается горючей жидкостью и сжигает её в своём чреве. Он с нескрываемым интересом рассказывал, как двигатель охлаждается специальным устройством с мельчайшими сотами, сотканными из тонкого, словно лист пергамента, металла. Его очень легко повредить даже голыми руками, а закрывается оно лишь тонкой стальной решеткой спереди. С радостью Грог описывал какие-то подробности. Главное, что орки теперь знают, как легко вывести подобную штуковину из строя в случае чего. Впрочем, орки немцам танк разворотили, вообще не понимая, что это такое, пусть и не без великого труда, но уничтожили. А если знать слабые места у этих машин, то справиться с ними будет намного легче. Орки любят ломать.

Глава 3 «В небе»

Дальнейший путь прошёл спокойно, лишь в конце пути грузовики останавливались где-то в поле. Так как Грунг мог смотреть из-за полога назад по ходу движения, то видел лишь пустое, покрытое желтой травой поле. Но было слышно, как кто-то подошёл к кабине. Скорее всего, они проезжали какой-то военный пост. Орк почувствовал пятерых солдат, которые охраняли подступы к чему-то очень важному, расположенному посреди огромного поля. Подошедший солдат потребовал документы - аналога в оркском языке этой штуке нет, камень образов показал какие-то важные бумаги, на которых прописано, кто такой в действительности Артур и имеет ли он право двигаться дальше. Очень странно: разве по многочисленным знакам отличия на его одежде уже не понятна, его принадлежность? Они обменялись ещё парой служебных фраз, и Артур заявил, что везет секретный груз, не подлежащий досмотру. Видимо постовой остался доволен показанными ему очередными бумажками, и грузовики спокойно продолжили свой путь. Поколесив немного по вытоптанным прямо в поле дорожкам, машины наконец остановились у пункта назначения. Артур выпрыгнул на землю. Дверь закрылась с металлическим хлопком, и на этот раз тронулся лишь грузовик с орками. Теперь Грунгу стал виден обширный палаточный лагерь: несколько больших шатров, пара навесов, закрывавших большие деревянные ящики в несколько рядов и железные бочки. Чуть в стороне рядком стояли несколько таких же грузовиков, но у одного вместо кузова была закреплена огромная бочка. Всё это было накрыто сетями, в которые были вплетены тряпочки зеленого цвета: очень забавная попытка маскировки, видимо, здесь это работает. Вокруг техники, вяло шевелясь, бродило несколько человек, не очень похожих на солдат, по крайней мере оружия в руках у них не было. Кругом свеженакатанные дорожки для этой техники, но больше всего удивила Грунга широченная дорога, которая начиналась посреди поля и шла по нему несколько сотен шагов, а потом так же внезапно обрывалась. Вновь поколесив по дорожкам грузовик подъехал не то к большим кустам, не то к зарослям небольших деревьев, расположенных совсем не далеко от причудливого полевого лагеря. Командир танкистов заглушил мотор и спешно выбежал к оркам, упрашивая пока не покидать пределов грузовика. Делать было нечего, благо, что отсюда хотя бы вся местность была видна как на ладони. Грунг отыскал глазами палатку, в которой исчез Артур; рядом стоял грузовик с магами, которые тоже не спешили покидать его. Пришлось долго и мучительно ждать, но наконец начались какие-то движения, и Артур вышел в сопровождении пары местных вояк. Он махнул рукой, оглядываясь на второй грузовик – машина завелась и покатилась вслед за офицером к недалеко стоящему шатру. Артур что-то скомандовал – с грузовика выпрыгнула пара танкистов, и все люди скрылись в палатке. Чуть позже на улицу вышли танкисты: у каждого в руках было по небольшому ящику, при этом их лица светились от счастья. Грунг в тот момент был уже полностью уверен, что они тащат жратву, иначе чему ещё радоваться солдату, который пару дней толком ничего не ел? В тот момент он решил, что если оркам ничего не перепадет, то он отправится со своим отрядом в ближайший лес добывать еду, невзирая ни на какие режимы секретности. К счастью для немцев, танкисты сделали ещё пару ходок в палатку и погрузили во второй грузовик шесть ящиков. Все, кроме местных вояк, уселись в грузовик, и он, тронувшись, направился в сторону орков.

В ящиках оказались металлические цилиндры. Поначалу орки обалдели, не понимая, чему так радуются немцы: на еду это похоже не было, скорее на разновидность гранат или бомб. Но Артур выделил оркам по три цилиндрика на харю. Все начали возню с этими цилиндриками, у многих в руках появились ножи. Артур, окликнув орков, демонстративно взял в руки небольшой нож и с размаху воткнул его в торец цилиндра. На их удивление металл оказался совсем тонкий, и нож легко его проткнул. Артур начал выковыривать ножом торец цилиндра – вкусно запахло мясом и приправами, Артур отогнул рваную крышку.

-Консервированная тушёнка! Десятки лет так может храниться. – Артур, улыбаясь, поддел ножом кусок серого мяса. Люди вокруг с разным успехом расковыривали свои порции. Ножи оказались далеко не у всех, у магов их вообще не было – процесс затянулся. Но все с нескрываемым интересом косились на орков, ожидая их реакции. Грунг взял в руки закупоренную металлическую баночку. Металл действительно оказался очень тонким и легко гнулся под пальцами. Внутри булькало мясо. Он достал свой кинжал и в пару легких движений срезал верхнюю часть. Крышка отлетела куда-то в высокую траву. Немцы восторженно поддержали командира орков: для них это явно стало развлечением, и, когда он опрокинул банку прямо в рот и в пару приемов её опустошил, те радостно захлопали в ладоши и одобрительно заулюлюкали. Остальные орки не отставали в употреблении пищи. У Грунга поведение немцев оставляло чувство, будто они наблюдают за представлением шута, выставленного на посмешище тупой толпы. Но жратва остудила пыл и нагнетать особо не хотелось. Отогнал отогнал неприятные мысли, убеждая себя, что он слишком критично подходит к оценке нравов чужой расы. Сердце не успело отсчитать полсотни ударов, а все три банки были уже опустошены. Вкусно, но мало. Очень. Хотя легкий перекус лучше, чем ничего.

На вопросы орков, где они и что с ними будет дальше, Артур, не увиливая, ответил, что они на полевом аэродроме –на месте, откуда поднимаются в небо и где приземляются железные птицы. Та широкая дорога – взлётно-посадочная полоса, всё остальное здесь приспособлено для обслуживания крылатых птиц. И ночью за нами прилетит специальный самолет, который заберёт орков на базу, где и будет решаться вопрос об их возвращении домой. Новость о том, что оркам придется путешествовать во чреве металлической птицы, немного шокировал: ничего подобного в их родном мире не было. Небеса принадлежат исключительно птицам и крылатым ящерам. И если вдруг тебя подняла в воздух птичка, то такой полёт ни к чему хорошему не приведет. Но не даром это другой мир: тут всё иначе. Оркам остаётся только поверить, что это безопасно, и что по прибытии их отправят домой.

Артур ещё долго рассказывал оркам про авиацию как великое достижение человечества, уверяя в безопасности передвижения по воздуху на рукотворных птицах, ведь господство в воздухе полностью принадлежит немецким пилотам, среди которых волею бога собраны асы всего мира. Но вдруг его речь прервал противный для слуха протяжный вой. Все засуетились и пригнулись, стараясь спрятаться за всевозможные укрытия.

- Воздушная тревога! - командир танкистов оказался недалеко от Грунга и объяснил, что враг атакует с воздуха.

Это так называется превосходство в воздухе? Высказать свою мысль Грунг не успел.

- Не стоит паниковать! - Артур решил всех успокоить и, выпрямившись, начал вглядываться ввысь. Высоко в небе появились шесть силуэтов русских самолётов. Они начали кружить над аэродромом в поисках цели.

- Тупые свиньи. Думали, что уничтожат наши самолеты на земле. Только вот незадача: наши самолеты несколько часов назад вылетели бомбить их аэродромы! Сейчас по ним отработает наше ПВО! - Артур принял невероятно важный вид. С поля действительно стали слышны мерные выстрелы орудий.

- Я правильно понимаю, что сейчас ваши самолёты так же тупо кружат над их пустым аэродромом? - не удержался Грунг от издёвки.

В этот момент один из самолётов спикировал, словно хищная птица, и от его силуэта отделилось две точки. Все немцы попадали на землю - орков предупредить об опасности, видимо, позабыли. Бомбы достигли земной поверхности и с грохотом подняли в воздух фонтаны земли. Все это происходило достаточно далеко, и вряд ли взрывы могли навредить оркам, даже шатры палаток, которым предназначались эти бомбы, с виду не пострадали. Ещё один самолёт зашёл в пике и сбросил бомбы в район открытого склада. Грунг вновь поднял голову вверх и заметил, что самолётов стало больше. К кружащим над аэродромом русским самолетам приближалось еще восемь. Выглядели эти железные птицы немного иначе, и когда немцы их разглядели, они радостно заорали, признав в них своих. В небе завязался бой. Орки и подумать бы никогда не могли, что такое вообще возможно. Зрелище оказалось захватывающим, и зеленокожие пришельцы, не отрывая взгляд, следили за разворачивающейся смертельной каруселью. Неведомая их миру машинерия людей способна не просто подняться в воздух, но и уничтожать себе подобных. Самолёты с рёвом и завыванием кружились, закладывали крутые виражи и пикировали, кувыркались, стараясь выйти врагу в спину и поразить его огненными росчерками, которые пронзали небо во всех направлениях.

12

- У этих недочеловеков нет никаких шансов! - Артур, отряхнул свою одежду от пожухлой листвы и земли и, спрятавшись за стволом небольшого дерева, поднял голову вверх и продолжил с еще большей ненавистью. - Техника коммунистов столь же отстала, как и они сами. Наша техника является вершиной воплощения гениальной конструкторской мысли немецких инженеров, а наши лётчики – непревзойдённые асы! Смотри внимательнее, орк, скоро ты в этом убедишься.

Грунг лишь молча продолжил смотреть на небесную битву, действительно было очень интересно за таким наблюдать. Для него это было просто захватывающее зрелище. Выяснять, кто здесь прав, желания не было. Пока что орки надеялись на обещание немцев вернуть их домой, а значит разбираться в подноготной этого чуждого для них и во многом непонятного конфликта смысла нет.

Словно в подтверждение слов Артура, один из немецких самолётов удачно сел на хвост русскому, и несколько светящихся росчерков поразили тело железной птицы. Коммунист запоздало увел крылатую машину вниз, оставляя за собой шельф густого чёрного дыма. Немец быстро потерял к нему интерес и переключился на другую цель. Теперь перевес в сторону немецких самолётов стал ещё больше. Немцы вокруг нас дружно ликовали, Артур оскалился улыбкой и уставился на Грунга, мол, "видишь, всё как я и говорил", в ответ тот лишь пожал плечами. Но самое интересное только начиналось. Сходство самолётов с птицами было поразительное, разве что крыльями не машут. С другой стороны, если желаешь научиться летать, вполне разумно подражать детям неба и строить свои машины по их образу и подобию. Подбитый самолёт, словно раненая птица неуверенно выровнял полёт и, едва держась в воздухе, начал аккуратно снижаться. Русский лётчик направил свой самолёт прямо на вражескую полосу. У самолёта выросли две лапки с колесиками на концах, он коснулся ими земли и, несколько раз подпрыгнув, покатился по дороге. Катился он очень долгов противоположную сторону от шатров, затем скатился с широкой дороги в сторону рощи и, запрыгав на неровной поверхности поля, остановился. Человек откинул стеклянный купол, закрывавший его во время полета, и, выбравшись из крылатой машины, побежал в сторону деревьев. Немцы на месте не сидели: в сторону чужого пилота уже ехал грузовик с солдатами.

- Вариантов у него немного: либо в плен, либо застрелиться. - Артур просто светился от счастья. - Главное, чтобы в нашу сторону не начал двигаться. Мы слишком далеко, но лишние глаза нам не нужны.

Человек уже преодолел половину пути до деревьев, под кронами которых надеялся скрыться, как вдруг из боя вышел ещё один русский самолёт и, сделав короткий разворот, начал заходить на посадку. А потом ещё один, кувыркнувшись в воздухе, сбросил с хвоста немца и, словно хищная птица, выследившая в траве жертву, спикировал на грузовик, коротко огрызнулся огнем, выбивая фонтанчики земли прямо перед машиной, и снова взмыл в небо. Остальные русские самолеты начали по возможности повторять его действия, и водителю грузовика пришлось забыть о преследовании. Постоянно петляя по полю, он был озабочен тем, чтобы увернуться от обстрелов с неба.

В это время первый самолёт уже коснулся земли и катился по полосе. Подбитый летчик сообразил, что происходит, и побежал навстречу своему спасителю. Стеклянный купол на этом самолёте так же откинулся, и человек с разбегу ловко запрыгнул на крыло. Даже издалека острый глаз орка заметил, что места в чреве железной птицы едва ли хватит для двух человек, и было очень интересно, как они разместятся. Секунду промешкавшись, русские о чем-то договорились, и сбитый буквально вскарабкался на шею своему спасителю, как-то сумев забросить ногу в кабину. Так, с одной торчащей ногой из него и открытым куполом, самолет развернулся на месте и, взвыв двигателем, начал разгоняться по полосе. Всё это время в воздухе кипела битва, но несмотря на численное превосходство, лучшие летчики этого мира так и не сумели больше сбить ни одного русского.

Немцы вокруг начали что-то недовольно бубнить себе под нос. Лицо Артура побагровело от злости. Русские самолеты дождались, когда их товарищ наберёт высоту, и начали выходить из боя, спасаясь бегством.

- Наши их преследовать не будут: они уже сожгли всё топливо, им только на посадку и осталось... - С сожалением прохрипел командир танкистов, который так радостно ликовал, когда увидел дымящийся русский самолёт, что сорвал себе голос, он махнул рукой и разочарованный побрёл к грузовику.

Багровый Артур молчал, тяжело дыша. Грунг тоже решил тактично промолчать. На самом деле он был под впечатлением от воздушного боя и его мозг тщательно всё пытался осознать. Орк только снова почесал свою жиденькую бородку. Летать для понимания орка — это что-то немыслимое, но летать, держась лишь зубами за плечо собрата... Хотя если у тебя есть выбор между свалить подобру-поздорову, раскорячившись в одноместном самолете, и попасть в плен или погибнуть, что для орка одно и то же, то Грунг однозначно бы выбрал первый вариант. Жить захочешь – и не так раскорячишься, а вот рисковать ради спасения погибающего боевого товарища – это совсем другое, это требует немалой отваги...

Сказать, что орки были взволнованы, это ничего не сказать. К вечеру на аэродром приземлился огромный самолёт, который явно отличался от тех, что орки уже видели ранее: кроме размеров, основным отличаем было наличие ещё двух моторов, установленных на крыльях. Как Грунг успел выяснить, именно эти штуковины, вращающиеся с бешеной скоростью (с такой, что лопастей становится не видно), поднимают за собой воздушные вихри, и эти мощные потоки воздуха и заставляют самолёты отрываться от земли.

Чтобы никто из непосвященных простолюдинов не увидел орков, Артур приказал всем дожидаться темноты, и, когда солнце скрылось за горизонтом, грузовик привычно зарычал двигателем и покатился по ухабистой дорожке к самолёту.

Несмотря на то, что эта механическая птица была огромных размеров, в чреве её было ещё теснее, чем в грузовике, и орки еле пролезли через узкую дверь. Как смогли, они разместились прямо на полу длинного и узкого помещения. С ними в самолёт забрались Артур и маг Оливер. Они заняли места на маленьких стульчиках у запертой двери в кабину пилотов. Судя по всему, пилотам тоже не положено знать о том, что они перевозят.

Рокот моторов оказался ещё громче чем в грузовике, а когда крылатая машина покатилась по взлётной полосе, тряска в ней была такая же. Грунг и его бойцы прильнули к квадратным окошкам, которые располагались по бокам. Ночью орки неплохо видят, но под потолком в самолете горело несколько ярких желтых фонарей, и разглядеть, что происходит снаружи, в темноте оказалось проблематично. Грунг видел несущуюся с огромной скоростью траву, весь самолёт дребезжал и трясся, быстро набирая скорость - скорость эта быстро превысила ту, что развивали грузовики, и продолжала увеличиваться. Весь самолёт трясло, казалось, что вот-вот он развалится. В какой-то момент тряска исчезла - поле начало уходить вниз. Ощущение полета было жутко непривычным, металлическая птица быстро набирала высоту и это ощущалось всем телом, потом, накренившись, машина зашла в долгий вираж, не такой крутой, какие выписывали боевые самолеты, но и это очень впечатляло. Все орки, хоть и были взволнованы держались неплохо. Грунг оглядел своих бойцов: они с интересом пялились в темноту за окном, стараясь рассмотреть хоть что-то, и обменивались короткими фразами сожаления.

- Ни хрена не видно! - подытожил Лрнур и, отлипнув от окна, сел к нему спиной, облокотившись на ребристую стенку. Он поймал взгляд командира и продолжил. – Может, заставим эти фонарики немного потухнуть?

Грунг посмотрел на людей, которые, сидя на маленьких жестких стульчиках, умудрились быстро заснуть в неудобных позах. Хотя нет. Артур, сложив одну руку на груди, упёрся в нее локтем другой, в ладонь которой уложил свою пухлую щёку. Он дрых вполне откровенно: замотался бедняга за последние дни. Видимо, трясти жирком и бегать по полям для него - дело непривычное. А вот Оливер явно прикидывался: запрокинув голову, он уперся затылком в стену, но точно не спал и старался незаметно подглядывать за орками, приоткрывая один глаз.

Грунг повернулся к магу спиной и, прижав руку к груди, жестами показал Лрнуру, чтобы тот не суетился, и обозначил слежку. Остальные парни тоже увидели сигнал и весь полет, как и прежде в присутствии магов, они не болтали ни о чем лишнем и обменивались лишь общими фразами и впечатлениями. Камни образов они снимали, но это не гарантировало, что подобных магических артефактов или способностей не было у человеческих магов: сила их магии порой значительно превосходила то, что умели орки.

В целом полет прошел довольно скучно: за окном где-то внизу была земля, мир иной планеты, на которую взглянуть сквозь тьму не имелось никакой возможности. Однажды далеко на горизонте орки наблюдали точки огненных всполохов. Немцы довольно зашевелились и заспорили, прикидывая, какой русский город может бомбить сейчас их доблестная небесная армия. Если учесть, что сегодня днём орки видели два взрыва бомб, сброшенных с самолета, то сложно представить, что творилось в том городе. Каждая вспышка — это разорвавшаяся бомба, а таких вспышек они насчитали несколько десятков. Да, русские бомбы не нанесли вреда и ничего не разрушили, но, когда орки проезжали на грузовике к самолёту, смогли разглядеть место их падения. В земле зияло две воронки размером добрую сажень, окажись на этом месте палатка или грузовик, от них бы мало чего осталось.

Приземлился самолёт уже глубокой ночью, посреди поля. Не дав им даже оглядеться, их снова запихали в такой же грузовик и повезли в неизвестном направлении.

Лишь с рассветом орик оказались на месте, где их и встретил Матиз. Артур же, передав зеленокожих гостей, поспешил убраться восвояси, оставив мага Оливера объяснять всё произошедшее с ними за последние дни.

Глава 4 «Договор»

У Грунга было чувство, что теперь их будут мурыжить долгими и нудными разговорами, поэтому стоит нажраться поплотнее. Не стесняясь, он накидал себе добавки. Каша и плоды были действительно вкусными, ну, либо орки слишком сильно проголодались.

В очередной раз замахнувшись ложкой и набрав добрую порцию каши, Грунг вдруг замер, не донеся ложку до рта. Неожиданно, ни с того ни с сего, по коже пронёсся холодок, и то был не прохладный осенний ветер, а скорее колючее кладбищенское, леденящее кровь дыхание, срывающее с кожи не тепло, а саму энергию жизни. Оно на мгновение окутал тело орка и попыталось пробраться под кожу. Словно сам дух смерти попытался вцепиться в зеленокожую плоть, но сломал свои гнилые зубы. Это ощущение продолжалось всего пару ударов сердца и исчезло столь же внезапно, как и появилось. Грунг медленно поднял глаза от миски и посмотрел на собратьев: верно, остальные орки тоже заметили это. Потом он взглянул на Матиза - в ответ офицер посмотрел в глаза. Смотрел с интересом, будто выжидал. Чего?

- Мы что, снова ждём восставших мертвецов? – Грунг медленно задал вопрос, не сводя глаз с немецкого офицера, и опустил ложку с кашей.

Матиз прищурил глаза. Напряжение на его лице сменилось некоторой растерянностью, которую он мгновенно скрыл и постарался сохранить ничего не выражающее лицо. Перевёл взгляд на Оливера, потом - на того старикашку в расшитым золотом балахоне. Старикашка в ответ сделал лишь короткий, еле уловимый жест рукой, и, не проронив ни слова, продолжил жевать каш,у будто ничего не произошло.

- Эм, уважаемые гости, - замялся Матиз. – Прошу, не обращайте внимания! Наши маги всего лишь проводят тренировку, в суть которой я вас посвятить не могу из-за режима секретности, да и не касается это нашего с вами дела. Прошу с пониманием отнестись, таковы правила. Но, уверяю вас, никакого вреда для вас отголоски этих магических упражнений не несут!

Ничего себе упражнения! Грунг огляделся. Нигде в зоне видимости нет никаких магов, работающих с заклинаниями или ещё чем-то таким, но мощности-то он чувствовал не детские.

-Нам непривычны подобные всполохи магических энергий. Характер магии в нашем мире совсем иной. – Грунг выразил своё недовольство.

- Да. Мы заметили – заговорил Оливер. - Как я уже говорил ранее, наши верховные маги пришли к выводу, что наиболее эффективной при ведении военных действий может быть лишь магия смерти. Предсмертные боль, страдания, страх, выделяют огромное количество энергии. А что есть войнаесли не боль, страдания и смерть? Здесь этого полно, мы лишь аккумулируем эту энергию и посылаем её в нужное нам русло. Крайне нерационально упускать столь богатую ресурсную базу - для победы великой расы нужно использовать все доступные методы.

- Вы убиваете мирных, ни в чём не повинных особей своего же вида! – Парировал орк.

-Нет! Нет! Уважаемый орк, не стоит так говорить! - Матиз старался быть вежливым. - Несмотря на внешнее подражание нам, наш враг не является представителем великой расы. Они гнилы и недоразвиты изнутри, и каждый из них несет меру ответственности за то, что творит их правительство! Более того, они прямые потомки расы рабов, и так уж вышло, что вопреки всякой справедливости рабам досталась чрезмерно богатая ресурсами земля. Мы лишь хотим восстановить историческую справедливость и поставить всё и всех на свои места. На войне все средства хороши, и пусть это некромантия - главное, чтобы работала во благо великой расы.

Да уж. Грунг не нашел что ответить. Если в этом мире действуют те же законы мироздания, то эти ребята обречены на скорое самоуничтожение. Хотя, чем они тут занимаются? Лучшие механизмы здесь создаются для того, чтобы более эффективно убивать себе подобных: ведь в битвах лучшие воины убивают друг друга. Странный народ эти люди, разобщённый.

- А что по поводу вернуть нас домой, в наш мир? Нам заявили, что у вас есть такие возможности.

- Честно признаюсь. - Матиз вновь бросил взгляд на сморщенного старикашку, но тот никак не отреагировал. - Мы ожидали увидеть в вас немного других существ, но вы нас приятно удивили.

Матиз отложил ложку и, взяв в руки небольшой белый платок, вытер им губы. Видимо, для него приём пищи окончен, и он собирается долго говорить.

- Вы нас удивили: вы оказались более развитыми существами, чем мы ожидали. На открытие порталов в иные миры требуется огромное количество энергии, длительные расчеты и подготовки. Само собой, делаем мы это не для собственного развлечения. Нам нужны союзники в этой великой войне. И несмотря на то, что у нас есть некоторые координаты нужных нам миров, пока к нам попадают существа из миров совершенно случайных. Опыта сотрудничества с иномирными расами мы не имеем. И вообще, вы первые пришельцы, с которыми можно хоть как-то разговаривать. На данном этапе мы не можем просто взять и отправить вас туда, откуда вы прибыли. Вам уже об этом говорили. Несомненно, мы работаем над этим и улучшаем наши технологии. Возможно, нам потребуется ваша помощь. Для этого мы здесь и собрались. Переговоры — это очень ответственный этап. Они должны быть взаимовыгодными. Я думаю, нам с магами стоит кое-что обсудить. Мы как виновники того, что вы оказались в нашем мире не по своей воле, хотим избежать ошибок и недоразумений в будущем. Прошу понять нас: мы заинтересованы во взаимопомощи, потому нам не стоит торопиться, нужно обдумывать каждый последующий шаг более тщательно. Предлагаю вам разместиться в одном из свободных домов на ваш вкус и отдохнуть после долгой дороги. Мы в ближайшее время вновь встретимся и предоставим вам всю необходимую информацию.

13

Делать было нечего. Орки отправились в ближайшее жилище. Деревянный дом, собранный из стволов деревьев, выглядел очень аккуратно снаружи, а вот внутри царил бардак. Деревянная мебель была перевернута, всюду разбросаны как попало разноцветные тряпки и разная мелкая утварь.

- Эльфово дерьмо! - Лрнур швыряет на пол свою сумку и с грохотом плюхается задницей на пол, заставляя половые доски трещать под натиском своего веса. - Ну какого хрена мы связались с этими тупыми людишками? Грунг, мы вляпались в это дерьмо по уши! - Он уставился на командира в ожидании ответа.

Все орки уселись рядом. По обычаю командир расположился напротив. С ответом Грунг долго тянул, разглядывая своих бойцов: у всех недовольные рожи. Все почувствовали эту волну мёртвой энергии. И многие подозревают, что это было неспроста. Лрнур сейчас к этому и будет разговор выводить.

- А я, думаешь, счастлив? Вокруг я что-то не вижу белых магов. Что на пути встречается, с тем и работаем. Может быть, ты лучше знаешь, к кому в этом мире можно обратиться?

- Ну почему мы не могли попасть в мир к стихиярикам, у которых только одна проблема - выбрать правильный сорт цветов для сбора мёда? Нет же, занесло к каким-то дегенератам, которые практикуют эту, как её… некромантию! Ещё нас в это дерьмо тащат, - он, обхватив руками голову, начинает теребить свои патлы, будто это должно ему помочь собраться с мыслями. Это, конечно, не паника. Лрнур тертый старый воин, много всего повидал и доказал не раз свою доблесть в бою, но, оказавшись в сложных ситуациях, соображает он не очень хорошо, потому несмотря на то, что он старше и боевой путь его богаче, командиром отряда верховный шаман и вождь назначили Грунга.

- Успокойся и не порть братьям по оружию пищеварение. Я вижу и понимаю всё не хуже, чем каждый из здесь сидящих. И домой я не меньше, чем вы хочу, пусть меня не ждет семья. Знаю, что тебя и всех остальных тревожит. Тот, кто связан с черной магией, даром ничего не делает и запросит свою цену рано или поздно. Потому нам нужно постараться и выяснить, чего от нас хотят, прежде чем нами воспользуются. По крайней мере, они могут выдергивать существ из других миров в свой, и обещают, что и обратно смогут отправлять. Так что нужно ухватиться за эту ниточку.

Лрнур ничего не ответил, лишь задумчиво уставился в дальнюю стену. Все его понимают: всем оркам чужда магия смерти. В итоге молчание нарушил Грог:

- Я много думал о нашем возвращении, - он немного помялся, не решаясь высказать мысль, но, увидев интерес в глазах товарищей, вдохнул поглубже и продолжил. - Я думал о том, возможно ли вообще наше возвращение? Вспомните, как мы сюда попали. Средоточие магии целого города было разрушено, произошёл невероятный выброс энергии, я боюсь, что от дворца и тех, кто в нём находился, мало чего осталось... А возможно, что на месте всего Эльфсинберга сейчас ровная пустошь, и не выжил вообще никто в том штурме.

- Кроме нас? - вставил Муг.

— Вот! - Грог поднял указательный палец вверх. – Это-то и интересно! А выжили ли мы? То есть здесь мы вроде в своих телах, при вещах, которые были с нами в момент активации заклятия. Но в древних легендах всегда упоминается, что духи павших воинов пребывают именно в том обличии, в каком были на момент гибели: если пали в тяжелых доспехах, то и бродит себе брякая латами, если пал ногой, то светить ему голой жопой да волосатой...

- Мы тебя поняли. Думаешь, что нам места нет более на Родной земле? Это всего лишь домыслы! – Грунг схватил с полу какую-то вырезанную из дерева статуэтку животного и бросил в лоб Грогу.

- Ай! Ты чего творишь? - Грог потёр ушибленное место на лбу.

- В каких-нибудь легендах написано, что мертвые чувствуют боль?

- Нет, как раз наоборот.

— Вот! Значит не все потеряно.

Вновь воцарилась тишина, лишь сквозь разбитое маленькое окно жилища слышались голоса людей. Грог потянулся за отскочившей от его лба статуэткой.

- О, похоже на лошадку. Корявенько вырезано. Видимо детская игрушка: лошадкам местные точно не поклоняются, у них принято счастье выпрашивать у намалеванных на деревяшках человечков.

- Я ж говорю - дегенераты. Одни с трупаками дружат, а кто не умеет - молятся деревяшкам! Похоже такому миру недолго осталось. Их планета и сотню витков вокруг своего светила не успеет сделать, как все здесь отупеют настолько, что будут с палками по лесу бегать, позабыв, что такое костёр. - Лрнур не унимался и продолжал ругаться на всё вокруг.

- Слушай, а это мысль! - Грог вдруг возбудился. - А мы ведь видим на своем пути немцев! Пусть они лишены магии, но руководят ими маги, и войну они ведут с каким-то русскими, которых они называют коммунистами, видимо, как раз за то, что те не имеют способностей к магии и поклоняются дощечкам. Вот вам и все на свои места встает! Две расы, одна из которых познала примитивную черную магию и, объявив себя высшей расой, возжелала власти над всеми остальными! Как тебе такое, Грунг?

- Ну, бросаться я в тебя ничем не буду, – командир прислонился спиной к стене и, скрестив руки на груди, прикрыл глаза, показывая, что разговор ему не очень интересен. А вот остальные подхватили идею и начали активно обсуждать устройство этого мира и нравы местных обитателей, высказывая свои предположения. Но то, что у другой стороны в этой войне есть свои маги, Грунг не сомневался. При этом ещё ни один из немцев не пытался так нагло залезть к нему в голову и перебирать там мысли, выглядывая что поинтереснее, как этот русский на своём маленьком самолётике. В памяти вновь возник леденящий кровь синеглазый взгляд. Грунгу пришлось заставить думать себя о чем-то другом, более приятном. Он начал вспоминать родные леса, по которым так любил гулять в детстве, семейный двор и родителей и в итоге не заметил, как провалился в сон.

***

Вода была слишком мутной, чтобы что-то разглядеть, но тёплой и подниматься на поверхность совсем не хотелось. Нет, всё-таки нужно подняться и сделать вдох, ведь ещё там, наверху, очень светло. Взмахнув руками, Грунг оттолкнулся от воды - откуда-то появились водоросли, заполнившие всё вокруг, и его рука схватила целый комок подводной травы. Пальцы нащупали в нем что-то твердое. Он распутал водоросли и увидел в руках деревянную лошадку. Небрежно отбросив эту ерунду в сторону, Грунг поспешил подняться на поверхность: ему нужен воздух. Но вдруг кругом появилось великое множество таких же лошадок, только они стали огромного размера и преграждали путь наверх. Оказавшаяся в руках любимая булава изменила ситуацию, и Грунг начал разбрасывать в стороны этих деревянных истуканов. Потихоньку он пробирался вверх. Там наверху Дом, он чувствует свой мир, нужно лишь всплыть на поверхность, и он окажется в своём мире, дома. Долбаные лошади, их все больше! Деревянные головы легко отлетают в стороны и дробятся на щепки, но вскоре деревяшек вокруг становится так много, что перед орком образуется сплошная деревянная стена, которая преграждает путь. С размаху в отчаянии он долбит её своей булавой. Наконец образовался пролом, и орк, раздирая края дыры, в бешенстве пролазит в неё. И вот поверхность: вынырнув, Грунг наконец делает вдох!

Он огляделся: кругом туман, ничего не видно. Вода становится теплее, более вязкой, чернота краснеет, приходит осознание, что теперь Грунг плавает в кровавом озере. Он полностью в крови. Сквозь туман начинает виднеться берег, на нём сидит едва знакомый силуэт.

Грунг отчаянно начинает грести к берегу. Плыть в крови тяжело и мерзко.

- Эээ, нет! Ты что, думаешь, всё так просто? - голос Ранка Лютого, знакомый до боли. Грунг потерял большую часть своих бойцов, но утрату Ранка переживал тяжелее всего.

- Искупайся-ка ты получше, - серая фигура берет в руки длинную жердь и, уперев рогатиной Грунгу в грудь, отталкивает его от ставшего таким близким берега. Вот эта скотина опять начинает издеваться и нести свою недошаманскую фигню, которую никто не понимает! Некоторых даже смерть изменить не может.

- Ну уж нет! Теперь поплавай...

***

Лёгкий пинок в бок срывает покров сна.

- Командир, хорош храпеть! Не слышно ни хрена. – Лрнур, разбудив Грунга, вернулся к маленькому окошку, где расположились Муг и Ранк.

Грунг протёр глаза. Похоже неплохо он поспал, но не очень удобно: шея затекла - надо бы размять.

- Грунг, давай сюда, – позвал его Лрнур

Командир добрался до окошка и увидел, как Матиз, отбросив в сторону окурок, отделился от компании в чёрных балахонах и уверенной походкой отправился к избушке, в которой находились орки.

Глава 5 «Трудовые будни»

Спустя две недели.

БССР. 25 километров от линии фронта.

Осень вступала в свои права и ночи в лесу стали совсем тихими, деревья сбросили листву и лунному свету ничего не мешало проникать сквозь кроны деревьев. Под светом местной Луны видимость была отличная. Орки вышли на охоту и придерживаясь привычной оркской тактике успешно загоняли дичь. По мимо того, что охота проходила в чужом мире, были и другие нюансы, например, то, что та самая дичь представляла из себя вполне разумных существ…

В охотничьем мастерстве равных оркам в родном мире нет, а в этом и подавно. Грунгу не нужно видеть или слышать своих напарников он и так прекрасно знает где они сейчас. Муг с Лрнуром широкой дугой заходят с подветренной стороны менее чем в тысяче шагов впереди командира, они нарочно шумят, корректируя путь убегающих жертв. Грог в сотне шагов левее, он выходит наперерез жертвам с противоположного фланга от командира. Загоняемые несчастные находятся в панике, орки это очень хорошо чувствуют.

Грунг прислушался, он уже слышит хруст ломающихся веток и шуршание листвы под маленькими ножками. Когда разумное существо поглощено страхом думать оно перестаёт и движимое паникой совершает много ошибок. Так что загонять такую жертву даже легче чем охотиться на дикого зверя. Ещё немного и капкан захлопнется, жертва выйдет либо на Грога, либо на Грунга. Вскоре хруст веток в нескольких десятках шагов от Грунга подтвердил, что удача сегодня на его стороне.

Грунгу остаётся лишь сместиться на несколько шагов вправо, бить этих существ опасно – слишком мелкие и хилые. Достаточно лишь подлой хулиганской подножки. Маленькое щуплое тельце неслось по лесу ловко обруливая стоящие на его пути стволы деревьев. Не плохо у него это получалось до тех пор, пока препятствия были неподвижны. Нога Грунга оказалась на пути этого существа слишком внезапно. Грунг даже немного сжалился и довернул голень, дабы удар пришёлся по касательной. Хилое тельце впечаталось в непреодолимое препятствие и с визгом, растопырив тонкие узловатые конечности плюханулось на лесную подстилку почти под ноги к прибывшему на подмогу Грогу.

Орк с готовностью схватил верещащее существо за шиворот и на вытянутой руке поднял верх.

Мелкое, худощавое, но жилистое тельце, укутанное в тряпочные и кожаные одеяния с различными вставками, заклёпками и колечками из красного металла. Серое лицо с невероятно большими желтыми глазами, нижняя его часть замотана в тряпку и закрывает рот и нос словно маска. На голове кожаная шапочка на которую натянуты защитные очки с тёмными стёклами, чем-то похожие на те, которыми пользуются кузнецы орков для защиты глаз от искр и яркого света пламени.

На маленьком предплечье у существа закреплён кожаный чехол с металлическими заклепками и застёжками, а на поясе множество небольших подсумков в том же кожано-металлическом стиле. Испуганный взгляд метался по сторонам, зрачки на жёлтых радужках сузились и пялились то на одного, то на другого орка, при этом существо не сдавалось в попытках вырваться. Не до оценив отчаянного желания пленника вернуть себе свободу, Грог двумя пальцами попытался сдернуть тряпочную маску с морды жертвы.

В воздухе замелькали тоненькие конечности, пытаясь отбиться от могучей длани орка. Пришелец начал биться биться в истерике и верещать ещё сильнее, в один момент сумка на его руке расстёгнулась и откинувшийся клапан обнажил странного вида медный инструмент, инкрустированный мелкими разноцветными камушками. Второй рукой существо ловко схватило этот инструмент, тут же его острые лезвия мгновенно с механическим жужжанием раскрутились. Умело перехватив инструмент одной рукой прямо в воздухе существо с размаху ударило в ладонь Грогу.

- Ах та мелкий засранец! - Грог одернул руку. Рана получилась хоть и не большая, но довольно глубокая и кровь из рассечённой ладони потекла обильно.

- Синь Хунь Опасный! - существо зашипело, пытаясь вырваться из хватки орка. - Синь Хунь будет ломать любой враг!

- Синь Хунь завалит хлебало! – грозный рык Грунга бесцеремонно оборвал тирраду мелкого гуманоида.

Маленькое тельце тут же потеряло сознание и безвольно повисло в руке Грога. Лишь редкое судорожное подёргивание левой ножкой намекало на признаки жизни.

- Грунг сломал Синь Хуня... – недовольным голосом подытожил Грог и перехватив тельце в левую руку, правой быстро связал его стараясь не удушить. - Похоже эти в утиль пойдут. Так себе воины, такому даже человек одним пинком хребет сломает.

- Угу, если догонит. – проворчал в ответ командир. - Их даже собаки не догнали. А вообще не наше дело. Наше дело поймать, маги сами пусть разбираются куда их потом.

-А мне он нравится, такой миленький… - Грог развлекался, глядя на дёргающуюся ножку. –Можно я оставлю его себе? Ну пожалуйста!

Часто орки могут понимать друг друга без слов, командирский кулак поднесённый к носу подчинённого эффективнее и эффектнее многих слов.

Из далека послышался условный сигнал – остальные орки сообщили о поимке последнего из сбежавших существ.

- Дело сделано. Возвращаемся на базу! Да пошевеливайся, жрать хочется. – отдал команду Грунг.

Орки сложили добычу в небольшой мешочек и оправились в путь. Грунг был раздражён, последнее время мысли о еде не дают покоя ни ему, ни его бойцам. Кормят орков щедро и вкусно, но при этом едва они могут потерпеть день без еды. И голод тут не причём. Зачастую успокоиться орки могут лишь плотно, набив себе брюхо местной жратвой. За то и бодрости еда придаёт, сражаться хочется, руки сами тянутся за оружием. Видимо такова природа этого мира и благо есть куда приложить свою силу - отлавливать вот таких беглецов по лесу. Не великая сеча, но хоть какое-то развлечение. Но по возможности Грунг не откажется от хорошей заварушки, надо бы поговорить с Матизом о более серьёзной работе достойной профессионалов своего дела.

Несмотря на то, что очередное открытие портала оказалось совсем не в тот мир в который все, ожидали, настроение у орков было отличным. Они были бодры и полны сил и получив цель тут же бросились выполнять задание. Оно и понятно, после заключения сделки с немцами орки получили надежду на возвращение и не просто на словах. Маги на деле показали оркам свои возможности. От зеленокожих же по возвращению домой лишь требовалось содействовать заключению союза между третьим рейхом и орками на дополнительных условиях. Ознакомившись с технологическими чудесами этого мира Грунг и его отряд со знанием дела будут рекомендовать технологии немцев в обмен на живую силу. Но пока мир орков маги нащупать не смогли, орки помогают немцам обеспечивать безопасность их магических экспериментов. Уж с этим у них точно есть проблемы, как сейчас. Несмотря на то, что теперь можно точно высчитывать место и время открытия портала, неожиданностей избежать по-прежнему не удаётся. Вот и в этот раз, появившиеся существа оказались хоть и мелкими, но жутко быстрыми паразитами. Появившись в этом мире, ни быстро огляделись и не дав возможности вступить с ними в диалог, просто бежали. Попутно пока маленьких тварей гоняли по округе, те каким-то образом сумели вывести из строя установку генерирующую электричество, развалили гусеницы двум танкам, а у нескольких мотоциклов водители попросту не смогли запустить моторы, чтобы отправиться в погоню за этими мелкими пакостниками. Догнать их у немцев не вышло. Так бы они и скрылись, но если есть знакомые орки, то найти что-то или кого-то в лесу, это не проблема. И мешки с пойманными беглецами у орков за спиной очередное тому доказательство.

14

- Отличная работа орки! Маги вами довольны. - торжественно заявил Матиз с интересом разглядывая разложенный на полу инструмент очередных попаданцев. Он носком сапога перевернул позолоченную пилку рукоять которой была инкрустирована мелкими светящимися в лучах восходящего солнца красными огнями кристаллами.

Неподалеку у небольшой клетки с заточенными в неё маленькими существами согнувшись стоит Оливер, он так же с интересом рассматривает существ. Беспомощные и испуганные, немцы содрали с них все многочисленные сумочки и одежды, лишив их возможности орудовать своими полумагическими инструментами. К тому же по утрам уже становится прохладно, люди спасаясь от холода хорошенечко укутываются в тряпки, поэтому оставлять маленьких существ без одежды было чистой воды садизмом. Но Грунг только что подкрепился и был добр к приютившим его хозяевам, в обмен на такую пищу он мог закрыть глаза на подобные вещи.Маленькие серые существа забились в угол клетки, дрожа от холода и страха они таращились своими большими желтыми глазами.

- Гремлены. - выдал вдруг Оливер. - господин Крауз, ты только взгляни! Я готов поспорить на ящик баварского пива что это гремлины! – он подозвал офицера к клетке

- Ты уже знаком с этими тварями? Кто это такие? - Крауз явно заинтересовался заявлением мага.

- Да, точнее... Я читал, эмм... в одной литературе, лет двадцать назад они каким-то образом уже попадали к нам. Точной информации я не нашёл, но общее описание внешнего вида, повадок и энергетических вибраций полностью соответствуют описанию! Они могут оказаться нам весьма полезны!

- Полезны? Каким же образом?

- Не хочу делать преждевременные выводы, но из этих тварей могут получиться прекрасные неуловимые диверсанты! По каким-то неизвестным нам причинам они ненавидят механизмы. Даже нам они успели повредить оборудования!

- Если заставить их выводить из строя вражескую технику в них может быть толк. - Матиз сел на корточки перед разложенным инструментом и протянул к нему руку.

- Стой! Это может быть опасно! - Оливер остановил офицера. - Это магические механизмы, они могут нанести вред тому, кто не является её владельцем. – Маг кивнул в сторону Грог. - Наши друзья орки, не смотря на своё могущество и невероятно прочный кожный покров уже пострадали от подобного изделия.

Матиз поднял глаза на орков и нашел взглядом перемотанную марлевой повязкой кисть Грога, у Муга же красовалась глубокие порезы на предплечии и на левой скуле, раны уже были обработаны и не кровоточили.

- Грунг, насколько тяжелы ранения ваших солдат? – Матиз поднялся и направился к оркам.

- Ерунда. Через пару дней раны затянутся. Грог молод, раны его заживают на глазах, у Муга пара царапин, бывало и похуже, через пару дней будут как новенькие. Но если нужно, мы готовы идти в бой хоть прямо сейчас!

- Сейчас не нужно. – успокоил орков офицер. - Я рад, что ничего серьёзного с вами не произошло. Наши маги проявляют невиданное усердие. Сейчас будут проводиться определённые работы и через некоторое время мы произведём открытие очередного портала. Мы имеем наработки и уже не тыкаемся как слепые котята куда попало, маги нашли способ выбирать нужный нам мир и на этот раз мы попробуем открыть врата в ваш мир. Надеюсь, наш союз будет взаимовыгодным и орки выполнят свою часть договора.

Грунг вдруг осознал, что у него не получается понять врёт ли ему человек или говорит правду. Раньше с этим особых проблем не было. Делать нечего, до сих пор всё шло хорошо, и он решил довериться этим людям.

- Орки держат свое слово. Если нам не удастся договориться с нашими вождями, мы вернёмся и будем воевать на вашей стороне в течении Земного года! Там еда уже готова?

***

Спустя ещё какое-то время.

Утро 27 ноября 1941

Где-то на территории БССР.

После очередного приема пищи нервы успокоились, мир немного пополз в сторону, приятная тяжесть появилась не только в брюхе, но и в голове. И Грунг решил прилечь и расслабиться что бы не мешать пищеварению. На голое округлившееся брюхо упало несколько снежинок. Коснувшись кожи они моментально расстаили. Да уж, с местной жратвой быстро можно жиром зарасти. Ничего, сейчас он ещё немного поваляется, а уже вечером разомнётся в бою. К сожалению немцы так и не смогли дотянуться до их мира, но как на зло порталы в другие миры стабильны. Тактика проведения экспериментов изменилась. Теперь никто не пытается договориться с прибывающими существам, порталы просто открывают в непосредственной близости у вражеских позиций. Роль орков в этом мероприятии, проявивших себя в качестве отличных загонщиков, лишь направить вновь прибывших в нужную сторону. Существа, прибывавшие в этот мир, по-прежнему выхватывались из пылающих битв и были зачастую агрессивны. Работка весьма опасная, но орки как правило опаснее, да и в подмоге у орков всегда есть группы из тяжело вооруженных немецких солдат. В такой связке битва шла всегда веселее. Вот, сегодня будет уже третья такая вылазка на фронт, Грунг со своим маленьким, но непобедимым отрядом погонит неизвестных тварей на позиции вражеской красной армии. Командир орков задумчиво почесал правую ягодицу, пожалуй, можно пока и так пожить, потом его с бойцами обязательно отправят домой.

Муг с Лрнуром так нажрались, что устроили соревнования на самую громкую отрыжку, попутно развлекая немецких солдат, которые уже делают свои ставки на победителя. Этот мир оказался весьма дружелюбным и жизнь налаживается.

- Грунг Непрощающий! Приветствую тебя! Надеюсь не помешаю твоему отдыху? - подходя к полевой кухне Матиз Крауз поприветствовал орка издалека и помахал рукой. Офицер как всегда последнее время был в приподнятом настроении.

- Здорова Матиз, - язык Грунга еле шевелится. - Ты, это, не садись на скамью! Там говном воняет, вон лучше с подветренной стороны на бочонок с пивом присядь.

- Что, прости? Почему там... хм… - внос офицеру действительно ударил неприятный запах.

- Я насрал там, лень было далеко отходить. Матиз, нам после вашей прекрасной еды нужно какое-то время, нормально всё переварить. К вечеру будем в полном боевом...

- Да уж... Но это замечательно! Как раз пригодятся ваши физические способности. Я думаю...- он посмотрел на свои наручные часы. - У вас есть ещё пол часа, максимум час и нам следует выдвигаться, постарайтесь собраться к этому времени.

- Хорошо, через полтора часа готовы будем. - подражая немцу Грунг нарочито по-деловому посмотрел на свое голое запястье.

- Что?

- Что?

Грунг потянулся к корзине, наполненной варёными куриными яйцами, взял одним хватом несколько яиц и не утруждая себя очищением от скорлупы начал закидывать их к себе в рот смачно чавкая и хрустя скорлупой.

- Не ссы, сказал же, что к вечеру готовы будем. – прочавкал орк.

- Хорошо, вы знаете свои грузовики с тентами, как только будете готовы начинайте погрузку.

Несколькими днями ранее.

Москва

Один из бункеров Центра

Уже полтора часа старый чекист мурыжил мозги Сапфиру. К людям от власти сенсорик всегда относился снисходительно, работа у них такая – искать червей внутри государства, затаившихся среди честных тружеников врагов, стремящихся расшатать отлаженную работу различных государственных и не очень структур. А в это неспокойное время врагов народа хватает. Но этот контрразведчик явно недолюбливал Сапфира. Желанием этого человека было лишь выслужиться перед начальством, отхватить очередное звание и занять местно повыше и потеплее в иерархии власти. Такие готовы втаптывать людей, стоящих на пути в грязь, идти по головам. Нет, он не враг государства в прямом смысле, он искренне будет защищать систему, которая дарует ему власть, но служит Родине он исключительно ради своих интересов. Вот и сейчас Сапфир, не желая того своими подробными и максимально объективными докладами, которые прямо или косвенно указывали на не очень профессиональные действия контрразведки. Разобраться со своими подчинёнными, заставить их работать правильно чекист с высоким званием не мог или не желал, привычнее и проще было убрать препятствие, возникшее на пути. Ситуация на фронте была тяжелой и на это фоне непонятная простому человеку и как выразился контрразведчик «мутная» деятельность Центра вызывала вопросы. А вишенкой на торте была ситуация с Орками. Посвещённые особисты были категорически против возни по перехвату инициативы в попытках врага нарушить энергетический баланс в войне. По их мнению, сенсорики должны лишь добывать информацию и передовать её воякам, а остальное сделают танки и бомбы. Такой подход был крайне неразумен, армия должна сражаться с армией врага, а маги должны сражаться с магами. Сенсорики пытались ухватиться за орков до последнего, потратили не мало сил и ресурсов, пока безрезультатно. Но Сапфир был убеждён, что упускать их категорически неприемлемо, всё ещё есть шанс и нужно приложить максимум усилий. Тут то и пересеклись пути с контрразведкой, усмотревшей в стремлениях Сапфира подрывную деятельность в виде расточительства электроэнергии и нарушения работы ТЭЦ питающих стратегические предприятия.

Обстановка складывалась неприятная, но упрямству Сапфира, подкрепленному уверенностью в правоте своих действий, не было границ. На кон поставлено слишком много и рисковать будущим своего государства из-за прихоти недальновидных офицеров он не собирался.

- Моё дело. Ты же знаешь майор, я не для себя стараюсь, в рапорте всё до мельчайших подробностей изложил...

- Да!?- майор не смог сдержать возмущения. - А не из твоего ли рапорта мы узнаём, что ситуация вышла из-под контроля? Когда эти гориллы против наших войск начнут диверсии устраивать с эффективностью в девяносто процентов, кто писал?

- Там в рапорте восемь с половиной листов машинопечатного текста о том, как избежать подобного развития событий с подробным анализом возможных вариантов...

-Ты мне зубы то не заговаривай! - разведчик бесцеремонно перебил сенсорика- Твои писюльки яйца выеденного не стоят, кто его знает, чего там твой ошпаренный мозг понапридумывает, а может...

- А может! - рявкнул сенсорик. - Может не будем играть в игру "здесь верю, здесь не верю". Весь доклад — это исключительно, как ты говоришь выдумки моего ошпареного мозга. От чего тогда Главнокомандующий послал вас сюда бред душевно больного слушать?

- Ты чего? Ты на кого?.. Да как ты смеешь!? – Разведчик, не привыкший к тому, чтобы допрашиваемые поднимали на него голос, хотел было вспылить, но потом вспомнил кто перед ним и постарался взять себя в руки, он похлопал себя по загривку - Ты со своим отделом у меня вот здесь... - Ну что тебе мешает нормальные рапорта писать, как у людей чтобы? У нас и без тебя работы полно.

- Без меня у тебя ещё больше работы будет, а нормальные рапорта мешает писать Совесть. Слышал о такой?

- Ты меня что совсем за нелюдя считаешь?

Сенсорик отрицательно покачал головой.

- Сначала ты читаешь мой доклад о потенциальной опасности орков и радостный бежишь с ним на самый верх. А потом, когда меня оттуда заставляют изобретать пути решения проблемы тебе они начинают не нравиться. Я по-твоему должен пренебречь эффективностью и безопасностью методов решения проблемы в угоду твоим хотелкам? Я оправдываться ни перед кем не собираюсь и тем более ни чьи задницы прикрывать не буду.

Сапфир хотел конкретизировать про чьи именно задницы он говорил, но решил, что так открыто противопоставлять себя в семейки мойра и его приближенных пока не стоит. Им и так теперь предстоит отвечать за бездействие. Клан занявший «удобные» места в различных госструктурах и так не очень дружелюбен к сенсорикам, обострения конфликта в столь тяжёлое время допускать нельзя. Чуть позже, Сапфир обязательно, в свободное от службы время выведет этих сереньких мерзавцев на чистую воду.

Майор вынул из портсигара папиросу и чиркнув спичкой попытался закурить.

- Не кури у меня, я же просил...

- Да пошёл ты...- он попробовал затянуться, но почувствовав в руках онемение, резко вынул папиросу изо рта и трясущимися руками запихал обратно в портсигар.

- Ты это! Бросай свои фокусы! -майор бросил на стол спичечный коробок и начал разминать пальцы.

Сапфир не смог сдержать ухмылки, он и не собирался нарушать устав и воздействовать на своих, суеверный мозг сам себе придумал наказание... Хотя, микроинсульт — это не так уж забавно. Сенсорик изучил энергетический отпечаток чекиста, с сердечно сосудистая система этого человека оказалась в ужасном состоянии. Работа нервная, привычки пагубные. Что ж, человек взрослый, пусть сам принимает разбирается.

- Никуда не денешься, не такие орешки кололи! Запомни, я здесь власть! А тебя даже не существует! – он понял, что дальше общаться с сенсориком нет смысла и сгрёб разложенные на столе бумаги. - На сегодня всё! Товарищ Сапфир, ждите указаний от руководства.

Уже выходя из кабинета, майор обернулся и нарушая режим секретности обратился к сенсорику по имени.

- Зря ты, Толя, ерепенишься, будет как я сказал, с Экселентсом то же поговорят правильные люди, сам знаешь, посерьёзнее меня. Так что нужная бумажка у тебя к вечеру будет.

- Вынужден буду ей подтереться, иначе кровью вся страна умоется.

В чём-то чекист был прав, Сапфира, как и других сенсориков не существовало. Вот, например, Анатолий Петрович Синицын «погиб» в тридцать седьмом в Испании, все подтверждающие бумаги в наличие у его семьи. Жена не верит бумагам и до сих пор ждёт, любящее бабье сердце не обманешь. Сапфир до хруста в суставах сжал кулаки. Ну и дура! Нашла бы себе нормального мужика уже, с её то данными не сложно. Всем бы легче было.

К вечеру действительно пришёл приказ о ликвидации орков, всех... До Экселенца дозвониться не удалось, что вполне ожидаемо. А вот запрет на использование Сапфиром электромагнитного Усилителя, это уже что-то интересное, это уже попахивает происками врага. Ничего, это всё рабочая рутина, не в первый раз.

Да и не будет никакой ликвидации, не дотянуться до них, враг держит орков под надёжной защитой и лишь изредка они принимают участие в активных фазах так называемых эксперементов, которые по сути являются боевыми магическими операциями. Да и физически их устранить будет сложно, нет таких сил у нашей армии, а отдельные подготовленные отряды диверсантов не справятся, слишком серьёзно орки охраняются и магами и военными, да и сами орки, на секундочку не мальчики для битья.

Что ж грядёт битва за столицу Родины. Враг уже добился лояльности у пришельцев и ловко манипулируя ими сможет нарушить баланс сил. Достаточно забросить орков подальше в тыл, а учитывая их способности к маскировке, перебраться через линию фронта и спокойно устраивать диверсии в нашем тылу им труда не составит. Причём заниматься они этим смогут долгие месяцы. Но для того, чтобы это не допустить дело и поручили Сапфиру, беда лишь –разные идиоты вставляют палки в колёса мешая работать.

Разведчик беспокоится не зря, риск огромен, но нельзя позволить врагу победить в этой битве, слишком высоки ставки. Но многого он и не понимает, переманить на свою сторону орков это пока единственный способ сохранить баланс сил. Пока ещё враг не понимает истинный потенциал зеленокожих гуманоидов, иначе бы не играл с ними в опасную игру стараясь ими, а просто уничтожил бы при первой возможности.

Немного обдумав произошедшие события Сапфир пришёл к выводу, что настало время действовать самостоятельно. Если начальству нужны отчёты о ликвидации орков, оно их получит.

-Усилителем мне значит нельзя пользоваться! – Сапфир смял бумажку с приказом. – Да меня вообще не существует!

Он метко запустил скомканный документ в мусорное ведро, стоявшее у выхода. Безвыходных ситуаций не бывает и кажется, Сапфир уже придумал способ сделать так, чтобы и волки сыты были и овцы целы. Большие такие, зелёные овцы...

15

Вечер 27 ноября 1941

Где-то на территории БССР.

- Маги считают, что данные особи стали достаточно внушаемы. Если командование считает нужным перенести эксперимент за линию фронта, то мы готовы их рекомендовать, но вы должны понимать, что полных гарантий никто дать не может. Эти существа слишком экспрессивны. Мы проанализировали их поведение, в тылу врага при любом исходе польза от них будет существенная. Если мы правильно зададим им первостепенные цели операции, и они их выполнят, то в целом эксперимент можно считать успешным. - Оливер рапортовал перед высшим военным начальством, прибывшим воочию увидеть проведение очередного эксперимента, за одно проверить ход работ по подчинению Орков.

- Значит, говорите, обычный перветин? - один из высших офицеров со знаками отличия группенфорера задал уточняющий вопрос.

- Да, когда мы поняли, что артефакт Господина не смог подчинить волю тварей, у нас был выбор либо ликвидировать их, либо найти хоть какой-то способ их подчинить. Первитин это первое что попалось под руку, его молекулярные вибрации показались нам вполне подходящими, и мы не ошиблись. Это было рискованно, но результат оказался удовлетворительным. На орков вещество действует иначе и их организм хорошо сопротивляется. Но увеличение дозы и постоянное употребление первитина с пищей дало свои результаты. Сначала орк испытывает эйфорию и теряет способность критически мыслить, настроение его улучшается, мышцы расслабляются, и они некоторое время совершенно не контролируют происходящее вокруг, спокоен, покладист и легковнушаем. В это время воздействовать на них проще всего. Спустя несколько часов, эйфория сменяется повышеной возбудимостью, продолжается это два-три часа, орки в этот промежуток становятся пригодня для использования... К сожалению их мозг начал деградировать и эффективность в бою значительно упала по сравнению с тем что мы видели ранее, к счастью они этого пока не осознают, но и в таком состоянии мы считаем весьма приемлемым вариантом использовать их в реальном бою уже сейчас. Когда воздействие вещества на их мозг ослабевает, орки впадают в апатию и в последствии могут стать агрессивны и неуправляему, но наступление этой стадии мы не допускаем, это несёт в себе опасновть. Но в случае, если существа будут заброшены на территорию врага и при этом возвращение их не планируется, это будет дополнительным плюсом. Хотя, мы рассматриваем вариант выдавать им в открытую чистые драже первитина, придумать простенькую легенду про «таблетку от голода», это не проблема…

- Хорошо, очень хорошо. Как вы оцениваете ущерб, который могут нанести врагу Орки?

- Многое зависит от случайной удачи, но мы уверены, что добраться до военных объектов им труда не составит. Они с лёгкостью могут повредить любую технику и склады врага, тыловые охранные патрули для них не препятствие. Линию фронта они пересекут сами без проблем, если речь идёт о более глубоком тыле, то мы рассматриваем вариант использования авиации, для доставки объектов к месту проведения операции. Так же у нас есть побочный продукт в виде гремлинов, о их возможностях вы уже в курсе. Три особи, их оркам достаточно выпустить за линией фронта. Проблема лишь доставить полностью экипированного гремлина на большое расстояние. Эти твари легко справляются с разного рода решётками и замками. Но если удастся их доставить на территорию врага, со временем они бы могли принести ущерб даже более существенный чем орки, но... Зима. Гремлины теплолюбивы и вряд ли долго продержатся в столь суровом климате. А вот орки утверждают, что не боятся никаких морозов...

- Гремлинов оставить на потом. Не будем выкладывать все козыри, тем более, если от них толк будет только в тёплое время года. Важно сорвать контрнаступление врага в ближайшие дни. Посмотрим на что будут способны эти экземпляры. Какова вероятность их возвращения?

- Минимальная, маги русских не дремлют, рано или поздно их уничтожат. Тем более особых указаний по разработки плана их эвакуации не было, всё равно под воздействием психотропного препарата они слишком быстро деградируют и спустя несколько месяцев потеряют способность мыслить и передвигатья. Но при необходимости можно его разработать, на это понадобится время…

- Не стоит утруждаться этим! Но нам могут понадобиться ещё орки, до меня дошли слухи, что вы уже знаете, как открыть портал в мир орков?

- Верно, мы точно знаем настройки вибраций, но данный мир пока остается недоступным, портал просто не разворачивается. Мы не знаем причин, это вне нашей компетенции. Господин Метзгермейстер отказывается как-то это объяснять.

- Есть что ещё добавить? – группенфюрер снял очки и начал деловито протирать их платком.

-Господин группенфюрер, на этом наш доклад окончен. – отчеканил Матиз Крауз. - Прошу проследовать в комнату отдыха! Средоточие энергии уже доставлено на позицию, сейчас техники закончат монтаж арки портала и после всех проверок мы начнём демонстрацию эксперимента. Мы предполагаем совсем небольшое скопление биомассы у портала в искомом мире, не больше одного центнера. Предприняты все меры безопасности, военные держат все под контролем. Рядом также мы держим орков, они если что смогут продемонстрировать свои способности.

Глава 6 «Последний воин рода»

Приготовления шли полным ходом, работа кипела. Очередное открытие портала междумирья Матизу приказали провести на окраине одного разрушенного русского городка. Место было удобным, городок расположен в месте слияния двух рек. По образовавшейся развилке орки и будут гнать вновь прибывших в этот мир тварей в сторону вражеских позиций расположенных в паре десятков километров отсюда за лесным массивом. Впрочем, в целях безопасности портал будет довольно узким, масса биологического вещества, проходящего через портал, не будет превышать одного центнера. Портал будет открыт в тот же мир, что и в прошлый раз, скорее всего появятся гремлины либо их враги. Оба вида имеют небольшие размеры, и масса каждой особи едва ли превышает двадцать килограммов. Гремлины не представляют особой опасности для хорошо вооруженных солдат, по заявлениям магов их оппоненты должны иметь тождественные показатели. Безопасность на этот раз на высочайшем уровне, необходимо провести демонстрацию перед весьма высокими чинами из Рейхстага.

Немецкие маги и различные специалисты суетились, разворачивая своё оборудование, солдаты занимались расстановкой боевых порядков. Тем временем, немного в стороне от всей возни вокруг огромного костра расположилась команда орков и откровенно бездельничала.

- А ну заткнулись все быстра! – Лрнур запустил камень в решётку, где были заперты гремлины.

Камень оказался слишком большим и сквозь прутья клетки не пролетел, но маленькие создания от испугу вжались в дальний угол.

- Задолбали уже своим щебетанием, в ушах звенит! – Лрнур проделал раздражённо ругаться. На самом деле гремлины едва перешёптывались на ушко и старались вести себя как можно тише, но воспалённые органы чувств орка слишком остро реагировали на происходящее. - Зачем этих насекомых вообще с нами таскают?

Вообще орки изнемогали от безделья, их организм, отравленный человеческим зельем, требовал активности. Тяжелее всего приходилось Грогу, молодой организм требовал выхода энергии и тот еле сдерживая себя в руках сидел, обхватив руками колени и раскачивался вперёд-назад гундя под нос боевой гимн орков.

- Не шуми… - без эмоций сказал Грог продолжая раскачиваться и глядеть в никуда.

Лрнур прекратил ворчать, но от гремлинов не отстал и взяв из костра длинную тонкую палку начал тукать раскалённой головёшкой в клетку гоняя по ней маленьких гуманоидов. Серые тельца старательно укорачивались от палки, им приходилось прыгать, цепляясь за прутья на стенах и потолке клетки. Лрнур весело хрюкал и в итоге всё-таки достал одного насадив его на палку. Острый конец обожжённой ветки распорол несчастному гремлину брюхо и тот заверещал на грани ультразвука. Крик словно ножом прошёлся по барабанным перепонкам орков. Это оказалось последней каплей, переполнившей чашу ярости орков.

Лрнур придя в бешенство схватил клетку и оторвав её от земли затряс, вызывая ещё большую панику у заточённых в клетку гремлинов. Существа ещё пуще заверещали, вцепившись в прутья клетки руками и ногами. Сидевший ранее смирно Муг сорвался и подскочив к взбесившемуся Лрнуру схватил его за предплечье и с размаху пнул в хребет, сделав боевой приём он опрокинул старого орка на землю. Тут же подбежал Грог и стараясь разнять друзей случайно зарядил Мугу апперкотом в челюсть. Вмешался командир и быстро раскидав распоясавшихся солдат уже сделал глубокий вдох, чтобы свирепым рыком призвать всех к порядку, но в этот момент Лрнур уже поднялся, и морда Грунга встретила подошву сапога старого солдата. Началась неконтролируемая драка зеленокожих монстров…

Сбежавшимся на шум немцам ничего не оставалось, кроме как бессильно смотреть на то, как орки разносят всё вокруг своими телами. Всё что могли сделать люди – не попадаться под горячие руки. Удалившись на безопасное расстояние, они наблюдали как один орк при помощи лица другого разворотил кабину грузового Опеля, а третий выбравшись из костра, не считая нужным тушить на себе одежду добрался до Кюбельвагена перевернул пару раз и подняв над головой пошёл в контратаку на обидчика.

- Господь всемилостивый! Это существо способно поднять тонну веса вот так легко!? – высокопоставленный офицер был шокирован увиденным, он наблюдал за происходящим из люка танка и в момент, когда орк запустил автомобиль в соперника, он нырнул в недра бронированной машины.

- Сам орк весит примерно двести пятьдесят килограмм, сейчас они заметно ожирели и находятся не в лучшей свой форме! – Матиз Крауз сидел рядом на месте механика-водителя, был взволнован, но пытался сохранить лицо и делал вид что всё под контролем.

На самом деле ситуация не поддавалась никакому контролю и то, что орки до сих пор не тронули людей, просто настоящее везение. Матиз быстро перебирал в голове возможные варианты спасения ситуации. Решившись, он выскочил из танка и побежал к соседнему, в котором был нормальный боевой экипаж. Переговорив с командиром, офицер побежал обратно. Матиз вновь уселся на место мехвода и отвёл танк с высокопоставленными гостями подальше от драки зеленокожих чудовищ. Второй танк заблаговременно откатился подальше и огрызнулся двумя короткими очередями. Снаряды просвистели над головами орков, заметно охлаждая их пыл и заставляя вжаться в землю. Немцы опасались ответной агрессии в свою сторону, в этом случае Матиз заранее приказал стрелять на поражение. Однако, всё обошлось, и драка зелёных гигантов остановилась так же внезапно, как и началась.

***

Смеркалось. Орки сидели прямо на земле понуро опустив головы посреди устроенного им хаоса. Всюду были разбросаны их личные вещи, перевёрнуты посудины, а еда разбросана, всю эту картину дополняла искорёженная человеческая техника. Неподалёку стоял танк тактично отвернувший ствол пулемёта немного в сторону, но стрелок был на готове и не сводил глаз с зеленокожих тварей, вокруг так же ненавязчиво дежурили пара расчётов пулемётчиков и взвод автоматчиков. Обстановка была очень напряженной, но отменять открытие портала немецкое командование не стало, почти всё было готово, маги начали свой ритуал.

Грунгу было плевать на все эти факела и танцы с бубнами, ему было стыдно, не перед людьми, а перед собой и перед своими воинами. Он впервые за всё время обратил внимание, что с ними что-то не так. Орк поднял глаза и посмотрел на сидевшего напротив Муга, рожа его была покрыта порезами и рассечениями, а нос опухал прямо на глазах привращаясь в большую картошку, хотя в целом Муг чувствовал себя намного лучше, чем грузовик, об который так усердно Грунг бил своего солдата лицом. Чуть левее, сидел Грог, весь в ожогах, одежды его были обожжены, разорваны и противно воняли горелой кожей рептилии, а голенище левого сапога обгорело настолько сильно, что молодому воину пришлось обвязать его кожаным шнуром, иначе обувь спадала. Лрнур бросивший его в костёр выглядел не столь избитым и деловито натирал разбитые костяшки кулака восстанавливающей мазью. Командир орков потёр опухшую скулу, молодой половине отряда на этот раз досталось больше, стало быть, старики ещё в форме.

Грунг взглянул на лежащую в кустах искорёженную клетку с запертыми в ней гремлинами. Два существа склонились над третьим и пытались голыми руками остановить кровь. Грунг подошёл к клетке что бы лучше разглядеть возню маленьких уродцев. Те, увидев приближение чудовища втянули головы в плечи и прижались к раненому собрату. Грунг аккуратно достал клетку и поставил её на ровную поверхность, потом молча уселся и начал наблюдать. Некоторое время гремлины тряслись от страха боясь пошевелиться. Чуть погодя один из гремлинов тихо зашипел на ухо другому.

- Злой орк сидеть и наблюдать. Злой орк не вредить.

- Шуй Вей совсем не дышать… - ответил ему второй.

- Совсем херово? – громоподобный голос Грунга снова заставил гремлинов скукожиться.

- Слишком большой кровь. – один из гремлинов прижал уши его желтые глаза налились слезами, и он заплакал.

- Чёртово дерьмо… - орк, подражая ругательству немцев кряхтя поднялся и пошёл искать в хламе свою походную сумку.

Сумка командира оказалась разорвана, всё содержимое, в том числе и маленькие кожанные мешочки с различными травами пришлось собирать прямо с земли. Некоторые мешочки были сильно загрязнены и даже разорваны. Пришлось потратить время на возню с сумкой набивая её барахлом. Трясущимися руками Грунг раскладывал различные мешочки, при этом он не всегда уместно бубнил себе под нос человеческие ругательства. Один мешочек с порошком из трав, останавливающих кровь, был втоптан в землю и повреждён. Грунг нахмурился, драгоценное лекарство должно храниться в герметично запечатанном мешочке, который защищает травы от воды и воздуха иначе очень быстро оно пропадёт. Орк вздохнул, жаль зелье, но так тому и быть не пропадать же попусту. Он аккуратно отряхнул мешочек от грязи и направился к клетке с гремлинами. За это время погода резко изменилась, небо затянуло серыми облоками и с неба начали спускаться крупные снежинки. Очень быстро снежинок стало столь много, что горизонта было уже не разглядеть. Грунг задумался, на вид тела орков различаются с гремлинами ещё больше, чем с людьми и не факт, что медицина орков здесь поможет, может случиться, что оркские травы окажутся бесполезны или даже навредят столь чуждому организму.

- Держи! – Грунг швырнул мешочек одному из гремлинов, тот ловко поймал его и удивлённо уставился на орка. – Высыпи порошок на рану, разорви мешочек и внутренней стороной покрой рану сверху. Оркам эта штука спасает жизни останавливая даже сильные кровотечения, но как подействует на ваши тела мне неизвестно, твой друг может и подохнуть.

Гремлин посмотрел на высыпавшийся из мешочка порошок, а потом прижал его к груди словно сокровище.

- Шуй Вей всё равно не иметь шансов без помощи. Ты дать Шуй Вей шанс жить!

Маленький уродец метнулся к умирающему собрату и началась возня. Грунг не мешал и лишь молча наблюдать. Закончив оказывать помощь раненому, гремлины переглянулись и тот, что получил зелье от Грунга, схватился за покорёженные прутья клетки и позвал орка.

16

- Добрый орк! Сен Пей хотеть знакомиться!

- Я Грунг Непрощающий, командир отряда Громыхающих Камней. - привычно представился орк.

- Я Грунг Непросан… - гремлин запнулся. – Сен Пей не запоминать, длинный имя.

- Можешь обращаться ко мне просто Грунг… - речь гремлинов была очень странна, судя по всему, язык их не очень богат, разговор с орком давался им тяжело и даже камень образов не очень справлялся.

- Грунг! Сен Пей и Сунь Хунь благодарить Грунга! Шуй Вей переставать умирать! – его желтые глазёнки забегали, он вздохнул и продолжил. – Наш мир большой война! Гремлины воевать против автоматоны! Гремлины ломать автоматоны, автоматоны убивать гремлины.

- Такова жизнь. – буркнул Грунг. Нашёл чем удивить, похоже во всех мирах есть свои войны.

- Сен Пей понимать план людей! – гремлин заговорил почти шёпотом, тоненький узловатый палец указал на полянку вдалеке, где в ночной темноте кружили факела. – Люди приглашать к себе много автоматонов!

- А ну заткнись крысёныш! – к ним быстрым шагом шёл Матиз, он пришёл забрать орков и провести предбоевой инструктаж. Рявкнув на гремлинов, он обратился к командиру- Грунг Непрощающий! Время орков пришло! Выдвигайтесь на оговоренные ранее позиции! Как и предполагалось, цель ваша будет небольшая, но быстрая, подобная этим крысам. – Матиз небрежно пнул клетку. – Я верю, ты и твои воины с лёгкостью справятся с этой задачей.

-Мы готовы! – устало прорычал Грунг давая сигнал остальным.

-Маги просили передать вам это. – офицер передал орку несколько маленьких цилиндриков из светлого металла. – Это поможет вам поднять ваш боевой дух и бодрость, не переживайте, это безопасно. –он криво улыбнулся. - Внутри несколько драже, съешьте каждый по десять таблеток. Позиции остаются прежними, как договаривались, гоните тварей через лес, дальше мы даём вам полную свободу действий, можете возвращаться, когда убедитесь, что цели ушли на позиции врага. Но если доблестным оркам захочется утолить жажду крови и помочь нам в разгроме врага, я не смею неволить вас!

Офицер недовольно поморщился, глядя в серое небо, снег валил, быстро покрывая землю пушистым слоем, такие перемены в погоде его не устраивали. Грунг решил, что подобное зелье будет, кстати, после драки орки потеряли много сил, необходимо восстановиться перед боем, но организмам орков требуется на это некоторое время.

- Прекратить это! – гремлины вцепились в прутья решётки и заверещали перебивая друг друга.

- Нельзя здесь автоматонов! Они убивать! –кричал один.

- Они убивать орков! Убивать людей! Убивать гремлинов! – второй гремлин вопил одновременно с первым. – Машины людей – тьфу! Жалкий игрушка! Автоматоны сминать машины людей как игрушка! Магия автоматонов превратить людей в пепел!

- Да что ты несёшь тупая тварь!? – Матиз начал выходить из себя. – Расчёты магов верны и через портал пройдёт едва ли сотня килограмм биомассы! Механизмы не способны пересечь врата!

- Глупый человек не понимать работу врат! – гремлины в истерике прыгали по клетки словно взбесившиеся маленькие обезьянки. – Орки принести своё оружие! Гремлины принести своё оружие!

Вдруг гремлины резко замерли, один из них подошёл к прутьям и пытаясь просунуть через них голову тихо зашипел.

- Автоматон большой тяжелый оружие и броня, внутри жить маленький зог. Зог и автоматон одно целое. Магическое поле зог притащить с собой автоматона. – гремлин злобно хихикнул. – Глупый человек не понимать магию, глупый человек не понимать работу врат и не понимать в дерьмо, в которое вляпался…

Матиз молча пнул гремлина сапогом по морде и приказав оркам приступать к выполнению задания, а сам бегом направился в сторону магов. Грунг проглотил маленькие таблетки и сейчас вновь ощутил пьянящий прилив сил и бодрости направил свой отряд к месту откуда по плану орки должны начать загонять иномирную дичь. Отравленный мощной наркотической дозой мозг уже не мог критически оценивать окружающую обстановку, хотя где-то на задворках сознания мелькнула мысль «что у этих немцев вообще может пойти по плану?». Впрочем, орк ощутил прилив бодрости и был уверен, что справится с любы говномотоном какой бы не появился из этих чёртовых врат…

Портал должен был открыться на окраине полуразрушенного городка. Между околицей и орками была неширокая полоса берёзовой рощи, едва ли три сотни шагов в поперечнике. На удивление, с наступлением ночи небо очистилось от облаков, недавно выпавший снег рассеивал свечение местной луны, разгоняя ночной мрак. Редкий голый лес хорошо пропускал звуки, а острое зрение орков могло даже разглядеть между стволов крайние здания этого городка. За спинами орков взревели моторы танков, засуетились солдаты. Грунг отдал команду и его отряд растянувшись шеренгой начал двигаться вперёд через небольшой лесок.

Неладное началось, когда орки не успев пройти и сотни шагов начали наблюдать движения среди строений города. Грохочащие за спиной машины немцев мешали прислушаться. Грунг перешёл на бег стараясь уйти вперёд от столь шумных людей. Вскоре видимость стала достаточной что бы увидеть происходящее - одно за другим, в городе рушились здания. Небольшие, одно и двух этажные строения осыпались, раскалывались, крыши их проваливались внутрь. Словно два, нет три гиганта шагали сквозь город не особо утруждая себя смотреть под ноги. Клубы дыма и пыли поднимались вверх над крышами города и наконец, рухнули последние здания открыв оркам вид на тех, кто устроил этот погром.

Грунг на время растерялся, кажется гремлин оказался прав… Огромные машины выкатывались на окраину. На человеческие они совершенно не походили – огромные, высотой в два этажа бронированные улитки, обшитые железными щитами с огромным количеством заклёпок, тащили перед собой бронеплиту, при помощи которой расчищали перед собой дорогу. В плитах Грунг увидел несколько бойниц с торчащими оттуда боевыми жезлами – корявыми витиеватыми палками, походившими на старинные кривые вилки… В стороны от тела улитки торчали несколько длинных механических лап, очень похожих на паучьи. Но машина на них не опиралась, скорее они заменяли им руки. Движители автоматона были как у человеческих танков - множество колёс, обвитых широченными стальными гусеницами. Сзади у улитки торчала широченная, но коротка труба из которой валил густой чёрный дым. Выкатившись на открытую местность машины замедлили ход. Словно сидящие внутри существа пытались определиться с дальнейшими действиями. Немного повертевшись на месте, стоявшая по центру машина пронзительно свистнула, выпуская клубы белого пара и направилась в сторону леса где затаились орки со своими человеческими союзниками. Как раз в противоположную сторону от того, куда по задумке немцев вновь призванные из другого мира должны были двигаться.

Грунг начал было лихорадочно соображать, как быть и понял, что думать это очень сложно и ему совершенно не хотелось этого делать. Раньше он за собой такого не замечал, он стукнул себя по лбу кулаком заставляя мысли собраться в кучу, иначе роли охотника и дичи грозят поменяться местами. Пока Грунг соображал, боевые жезлы всех автоматонов вспыхнули зелёным свечением и от машин отделилось множество зелёных огоньков. Оставляя за собой длинные тусклые хвосты шарики веером понеслись в сторону рощи по которой двигались орки. Что будет дальше Грунг сразу понял. Уж до боли знакомы был этот магический залп с эльфийскими боевыми заклинаниями. Уворачиваться не пришлось, сгустки боевой энергии разорвались слишком далеко. Магические взрывы глухо били по ушам, поджигая и выворачивая с корнем растительность. Механизмы или те, кто ими управлял не видели целей и видимо били просто для подстраховки. Сделав второй залп, гигантские улитки с грохотом направились в сторону рощицы.

Грунг не понимал, что делать, он начал отводить отряд в сторону с пути наступающих машин. Бронированные улитки оказались довольно быстрыми на открытом пространстве, по скорости они могли бы соперничать с немецкими танками, при этом в трое превосходя их в размерах. Кстати танки… Грунг начал оглядываться, позади в сотне шагах должны были находиться союзники. Но ни машин, ни бравых пеших воинов по близости не оказалось. Но орки не из тех, кто отступают, они разворотили человеческую машину, разворотят и этих зоговских каракатиц! Орки расковыряют и эти машины как консервные банки, а потом бросят головы прячущихся внутри тварей под ноги Матизу и его трусливых магов. А потом заставят вернуть их домой… Мысли роились в голове и Грунг снова осознал, что думает не о битве. Он помотал башкой стараясь отогнать ненужные мысли. Что ж он, как и в тот раз с танком попробует сократить дистанцию и забраться на бронированную машину, нужно срочно собрать отряд вместе.

Бронеулитки тем временем уже добрались до рощицы. Машины из неведомого мира на полном ходу врезались в деревья выворачивая х с корнем и перемалывая гусеницами. Длинные лапы улиток расправились, на их концах оказались огромные металлические клешни. Ловко манипулируя они хватали пережеванные гусеницами стволы деревьев и засовывали себе в заднюю часть.

- Они что задницей едят!?- Лрнур последний присоединился к отряду и почёсывая затылок наблюдал за удивительным зрелищем.

- Старый ты дурак! Это машины, а не живые существа! – Грог не отошёл ещё после драки со старшим товарищем и не очень выбирал выражения.

- Да я тебя!..

Лрнур уже было собрался снова развязать драку, но вмешался командир и вклинившись между своими бойцами растолкал в разные стороны.

-А ну прекратить! У нас задание! Есть вариант вытряхивая из штанов храбрость и честь бежать вслед за людьми, либо принять бой, развернуть этих тварей и направить на русских, а если не получится, хотя бы уничтожить их! Нам не в первой расправляться с такими механизмами! Вы знаете, что делать, все за мной!

Орки бросились за командиром и направились к ближайшей машине. При этом создавалось впечатление, будто огромные танки из мира гремлинов позабыли о войне и мирно паслись в лесу с лязгом и грохотом перемалывая стволы деревьев. Обогнув по широкой дуге механизм, орки действительно увидели, как в задней части улитки огромные жвала перемалывают деревья и отправляют в их в пылающее огнём чрево.

- Это же паровой котёл! Как у наших кузнецов паровые молоты! – Грогу приходилось кричать, иначе через грохот и шипение исполинской машины ничего слышно не было. – Удивительно! Как они умудрились заставить паровой котёл вращать столь сложный механизм?

Грунг лишь отмахнулся, техника людей удивляла больше. Тем временем длинная железная клешня схватила очередной ствол и отправила его в топку. Только сейчас до командира дошло что несмотря на неповоротливость самой машины, у неё имелось четыре лапы, которыми она умело и очень быстро размахивала. Это может сильно осложнить попытку взобраться на улитку. Такая железная лапища с размаху легко перебьёт хребет орку, так что нудно быть быстрее и изворотливее этой хреновины.

***

Огромная стальная клешня, разнося стоящие рядом деревья в щепки с грохотом рухнула на то место, где ещё мгновение назад находился Грунг. Закончить прыжок пришлось кувырком, чтобы уйти от второй лапы, которая пронеслась параллельно земле прямо над распластавшимся по земле орком, скашивая деревья словно травинки. Стараясь не медлить Грунг бросился к машине стараясь как можно скорее приблизиться к ней. Как только его рука коснулась металлического тела улитки, в его тело ударила молния. Разряд ударил орка в грудь отбросив далеко в сторону. Автоматоны оказались намного более сложной и опасной машиной чем человеческие танки. Созданные противостоять маленьким проворным гремлинам они были прекрасно защищены в ближнем бою.

Грунг скорчился от пылающей в груди боли и ему стоило огромного труда заставить себя отползти подальше за вывороченный пень.Он огляделся, дела у орков шли плохо, к этим машинам подобраться не так уж и просто. Долго отсиживаться Грунгу никто времени не дал, едва тот восстановил дыхание, как пень, за которым прятался орк разнесло в щепки магическим взрывом. Автоматоны начали поливать лес вокруг себя из своего основного оружия в бронеплите, машины кружились вокруг своей оси выпуская во все стороны вееры зелёных магических разрядов. В воздух поднимались фонтаны земли, пыль и дым заполнили окружающее пространство, над головами орков со свистом пролетали камни и куски раздробленной древесины, не давая оркам подняться.

Грунг быстро осмотрел себя, кости были целы, глубоких ран он в момент попадания магического разряда не получил, но кожа была обожжена. Почти вся грудь был покрыт копотью, а в месте куда пришлась молния кожа обуглилась, и образовавшаяся корочка начала трескаться, вскрывая подкожные ткани и принося жуткую боль. Командир уже было хотел подать всем команду к отступлению, Матиз со своей бравой командой магов и солдат давно уже свалил куда подальше и воевать сейчас по сути было не за что. И вновь всё что есть у орков сейчас это их жизни. В царившем вокруг хаосе видимости почти не было, а грохот стоял такой, что, взревев Грунг понял, что не слышит сам себя. Короткими перебежками он перемещался уклонялся от зелёных зарядов, летящих во все стороны. Магические шары часто врывались слишком близко и в Грунга то и дело прилетали мелкие и не очень камни, несколько раз булыжники больно угодили в голову. Он метался по полю в надежде наткнуться хоть на кого-то из своего отряда.

Наконец сквозь клубы дыма он увидел несущийся в сторону одно из улиток силуэт орка. Сжав волю в кулак и приодалевая боль в груди Грунг ринулся з ним. Он не разобрал кто это именно был из его воинов, но это и не важно. Необходимо остановить орка прежде чем тот доберётся слишком близко до автоматона. Вблизи эти штуки ещё опаснее чем на дистанции.

Пока Грунг старался догнать своего воина, он не сразу заметил, что к зелёным магическим всполохам разрезающих тьму ночи, добавились желто-оранжевые вспышки уже известных оркам человеческих бомб. В следующий миг подтверждая догадку Грунга над его головой совсем низко пронёсся хищный силуэт стальной птицы. К усилившейся какофонии взрывов добавился рёв двигателей и стрекотание пулемётов летающей техники людей. Грунг подбирался всё ближе к злосчастной металлической улитке, она уже заметила приближающегося орка и огромные стальные клешни побросав в топку пачку наломанных стволов расправились в боевое положение. Орк метался вокруг автоматона ища глазами собрата, стараясь уйти из зоны поражения дальнобойных орудий и не попасть под защитные артефакты ближнего боя бронемашины. Наконец, обойдя автоматона с тыла, Грунг увидел карабкающегося по заклинившей клешне Муга. Видимо одна из человеческих бомб всё-таки смогли повредить исполинскую машину.

-Назад! – Грунг проревел и тут же сам бросился к своему воину.

В обороне автоматона действительно появилась брешь, взрывом разворотило не только движители лапы, но и защитные артефакты. Грунг с лёгкостью забрался на кружащую на одном месте улитку. Добравшись до Муга, командир объяснил ситуацию и продемонстрировал рану, нанесённую автоматоном.

- Лрнур с Грогом должны быть у дальней улитки- Муг заорал, показывая рукой куда-то в сторону. – Сейчас уже уходить нет смысла! Нужно добить эту тварь!

Они вскарабкались ещё выше по механизму, едва они забрались за бронеплиты, толщиной с ладонь орка, как рядом с автоматоном разорвалось сразу две бомбы и осколки забарабанили по броне. Наджно спрятанный от поражения со всех сторон, сверху котёл оказался совершенно незащищён. Тут же и выяснилась причина, по которой у машины вышла из строя одна лапа – из котла пучком выходили множество медных трубок пкреплённые к конструкции, трубки разбигались в разных направлениях питая всевозможные механизмы автоматона паром. Несколько трубок идущих в сторону обездвиженной лапы оказались перебиты и со свистом выбрасывали пар. Орки переглянулись, что делать дальше было понятно без слов.

-Вот и слабое место этой каракатицы! Медные трубки — это не стальная броня! – Грунг достал из-за спины свою булаву.

Места за бронёй для двоих орков было слишком мало, что уж говорить о хорошем размахе. Мугу пришлось выбираться наружу, он не скрывал сожаления о том, что ему не удастся поучаствовать в раскурочивании такого диковенного механизма. Но булава Грунга сейчас для этого подходила больше нежели меч Муга. Оружие его требует особого умения и подхода в бою. Оно прекрасно справляется с плотью врага, но что-то последнее время всё чаще бороться приходилось с машинами и Муг начал подумывать, а не обзовестись ли ему в дополнение к мечу небольшим молотом…

Под сокрушительными ударами Грунга трубы мялись, слетали с креплений и вот наконец не выдержав, одна из труб лопнула, обдав орка струёй пара. Но воин лишь раззадорился и принялся лупасить с удвоенным азартом. Увлёкшись процессом, он не заметил, как высоко в небе пилот заприметил обездвиженную машину и пустив самолёт в пике метко уложил пару бомб точно в цель. Улитка расцвела двумя огненными бутонами. Огромный паровой котёл лопнул, выбрасывая из своего чрева перегретый пар под огромным давлением, раскололись узилища магической энергии неконтролируемо выбрасывая смертельную магию.

***

Ещё мгновенье назад, Грунг готов был поклясться, что самые жуткие демоны этого мира пытаются сварить его живьём, но сейчас он стоял посреди обледеневшего леса. Стволы и ветви деревьев сковало толстым слоем льда и те были неподвижны, с неба бесшумно спускались огромные хлопья снега, ночной зимний лес вокруг прибывал во власти тишины. Грунг вытянул руку, снежинка мягко упала на его ладонь и вопреки ожиданиям совсем не собиралась таять. Мертвецкий холод пронизывал тело орка до костей. Он огляделся, кругом и в помине не было следов бушевавшей только что битвы. Не было вообще ничего кроме деревьев и снега. Снег совсем свежий, непримятый, ни единого следа вокруг Грунга, он словно с неба сюда упал?

Орк сделал шаг. Снег звонко захрустел, нарушая окружающий покой. Грунг зашагал, оставляя за собой цепочку следов. Он не особо понимал куда и зачем идёт. Но не стоять же на месте?

- Вот так и вымрет наш Каменный род! – прозвучал за спиной сильный, но усталый голос.

Грунг от неожиданности вздрогнул и тут же обернулся. Позади него на огромном, не весть откуда взявшемся валуне размером с пару орочьих ростов стоял воин орков. За спиной его было голубоватое яркое свечение, от того ни лица, ни каких-либо деталей в одеянии различить не удавалось.

- Ты кто? – Грунг сделал пару шагов навстречу незнакомцу.

-Кто я? - воин вздохнул и позже гневно продолжил. – Нет, всё же род наш обречён. Мало того, что эта бестолочь ни воевать, ни жить и как оказалось даже помереть нормально не может, так ты балбес даже предков своих не признаёт! Так вот знай же неразумный потомок, я – Кронк Заступник, посвящённый воин ордена Хранителей Мира, и к моему несчастью твой прадед в двенадцатом поколении. Я на данный момент последний Воин в нашем роду.

Грунг был оскорблён таким обращением, но что-то глубинное подсказывало ему, что старик говорит правду.

- Допустим, ты мой прадед! Наверняка ты был славным воином и прежде чем пасть на поле брани утащил за собой гору вражеских солдат. Но знай! После тебя в нашей семье было множество не менее славных воинов и я пошёл по их стопам и мой боевой путь тому доказательство!

В ответ Грунг услышал громоподобный хохот.

- Потомки совсем забыли, что лучшая битва это та, которой не было! Вы же теперь безмозгло отвечаете агрессией на агрессию, бездумно ломитесь в бой, не щадя ничего на своём пути. Не думаете о последствиях…

- Воин орка никогда не убъёт безоружного! – перебил его Грунг.

- Я смотрю, ты настолько туп, что даже не понимаешь, чем закончился твой бой в Синтааре? Ты когда-либо думал, что разрушать средоточие магической силы целого города — это плохая идея? Не ты не твои соратники об этом не задумывались, ваши разумы поглотила жажда крови и мести! Судьба дала тебе шанс остановить эту резню, но вместо этого, твоя глупость погубила тысячи жизней! И вот, оказавшись в другом мире, ты вновь предпочитаешь действовать, но не думать.

- Да как знать, что делать? Понять бы для начала зачем я здесь! И как вернуться домой. Что мне ответят мои великие предки?

- Ну, конкретно ЗДЕСЬ ты оказался потому, что вот-вот можешь издохнуть. Твоё тело сейчас едва ли сможет удерживать в себе жизнь, пока ещё ты жив лишь благодаря силе воле своего духа… - он огляделся и поёжился от холода. - Но судя по всему жизнь всё же покидает твоё тело.

Дух предка увидел, что Грунг снова пытается открыть рот что бы перебить старшего, но тут же пресёк эту попытку.

-Молчи и не перебивай старших! Знаю, что хочешь спросить. Какого хрена вообще тут происходит и раз ты так слаб и бестолков, то какого я тут устраиваю такие эпические сцены?

Грунг тупо кивнул.

- С твоей смертью прервётся твоя линия крови. Ты не смог позаботиться о своем потомстве и потеряв семью сам зарёкся не иметь более детей. – Кронк увидел, как кулаки Грунга сжались и продолжил более мягко. – Род не осудил твоё решение. Но и не в этом дело. Дела наши плохи, род вымирает. Ты должен вернуть достойных потомков нашего рода на Родину. Сохранить искру, вернуть домой, где она вспыхнет пламенем новых жизней и вернёт величие Роду Громыхающих Камней! – с этими словами Последний Воин Рода развернулся и зашагал прочь, его силуэт начал растворяться в свечении.

Вновь Грунг остался один. Кругом лишь тьма и холод. Хотелось плюнуть на всё и раствориться в этом небытие. Грунг помотал головой. Нет! Так не пойдёт! Что там дед сказал? Думать? Отлично! Но думать не особо получалось. Вернуть отряд орков в свой мир – да проще простого! Осталось только не здохнуть от ожогов, словно упавшая в походный котелок лягушка…

Content

Отряд Громыхающих камней

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16