Кот — 3. Стратегия. Забытые Острова. Становление

Вступление

Вот и началась для вас уже и третья часть рассказа про Кота и его группу-сообщество товарищей с острова Дом…

Первые, самые-самые трудные дни они смогли выжить и выстоять, сплотиться в одну интернациональную группу-общину с преобладанием русскоязычных и испаноговорящих. Теперь идет период её С тановления, прироста всего и всех. И людей, и островов и, всего того, что на них можно найти. И соратники новые появляются, единомышленники, среди всех тех, кто оказался на этих, блин клинский, Богом Забытых Островах!

Кто Бог -то? Демиург этого Мира? Или Смотрящие? Постепенно и к их существованию как-то люди привыкают. А что было дальше? Вот и расскажу…

День Двадцать Пятый-1. Экскурсия по Дому и приятные новости

группа Кота

Кот , раннее-раннее утро, о. Дом

Сегодня первым делом как пробудился — в лазаретную палатку заглянул. Рано я просыпаюсь, как будто шилом в зад укололи. Р-раз, и сна не в одном глазу. Старею? Или тут на Островах да на свежем воздухе быстрее спится? Сон-то — он, ведь, всегда организму нужен. Хоть где этот человек не окажется — и в трудах, и на отдыхе необходим. Вспомнилось из своей прошлой земной жизни: когда-то на сетевом семинаре одной известной компании ведущий болтун со сцены нас спрашивает заковыристо:

— Ну и как вы спали, Волшебные Люди?

— Быстро! — чуть ли не хором в едином порыве отвечает зал. И я со всеми вместе… Будто и недавно то было, а сколько уже лет прошло…

Неужели и это тоже со мной было? Какой же ерундой я тогда занимался! Пытался чего-то достичь, «уровни» какие-то «поднимал»… Людей шевелиться и тоже что-то делать мотивировал… Как в пустой колодец кричать… И нет ответа. Эхо-то есть — а воды-то и нету вовсе! Кричи — не кричи. Инертных и ленивых, тех, которых и пошевелить-то трудно… Как белки в привычной суете. Работа, дом, диван-телевизор. Вот и все их базовые интересы. «Привезите на дом и валите…» Лишь бы самим ничего при этом не делать. Кому всё это надо было? Вот уж точно — не мне. Теперь-то я это точно знаю!

Я знаю точнo — невозможное возможно

Сойти с ума, впереться так неосторoжно!

Найти лохов, не отпускать ни днём, ни ночью.

Всё невозможное — возможно, знаю точно! («почти» по тексту песни Димы БеляШа…)

Особенно здесь и сейчас, в дальнем далё ко от всего того… Разве что тем хитрованам — кто это и подобное ему прочее «сетевое разводилово» придумал и закрутил. Это ж как МММ, только с наличием товара, который необходимо кому-то вновь и вновь впаривать, а так — очень похоже. Зато здесь, на Островах — вот она настоящая реальная жизнь, во всех её проявлениях.

(всем и всегда понятный символ на лазаретной палатке, с ним — точно никто не ошибется!)

Почему же в лазарет-то сунулся непременно? Я ж сам-то не болен, напротив — зело здоров и отменно весел. Говорят что «если проснулся и ничего не болит — стало быть, ты умер». Фигулечки с хренулечками! Не дождетесь!!! Жив и бодр. Чего и вам всем желаю! Вам — Друзьям и Соратника м. Надеюсь, очень надеюсь — вы именно такие? Иначе не стал бы делиться личным…

И вправду — ничего не болит. Но это — у меня. И сегодня. Есть ведь у нас и другие, есть. От этого никуда не денешься. Есть какое-то количество людей — непременно нужен доктор и лазарет… Попадут туда почти все они, по непонятной и непредсказуемой статистике. Как не предупреждай тх и не проводи инструкции по технике безопасности. Неизбежно! Рано или поздно. Так что куда ж тут ещё-то заглянуть-то поэтому? Это уже даже добрая и полезная традиция появляется у меня такая — перед утренним кофе начинать день отсюда. Здесь все ещё спят — и наши раненые, и выздоравливающие, лишь, как и ожидалось, доктор наш бдит. Тоже — «та ещё» ранняя пташка. Когда ж она сама высыпаться-то успевает? Сам удивляюсь! Разве что днем прикорнет ненадолго в самую жару? Вчера, как озноб почувствовала — к вечеру сама сюда ушла. Вроде вижу — получше ей сейчас. Но шмыгает…

Охренеть киряк (надо — тат.) — в тропиках!(!!!), у тёплого, почти горячего моря, под палящим местным Солнцем — простуду подхватить. И было б кому — доктору…. Да уж… Хирург — излечи себя сам! ©

— Табиб ханым, бүген синен эшең ничек? (Ну что, Госпожа Доктор, как твои дела сегодня? — тат.) — спрашиваю тихим шёпотом.

В ответ лишь руками разводит.

Понятно без лишних слов — без особых изменений. Так же… Но я ж настырный, так просто не отстану:

— Первое своё обещание тебе исполнил?

— Ты это про что сейчас? — также тихо отвечает, чтоб не перебудить никого.

— Про дом. Наш Дом. Добыл?

— Ну да… а что, и второе разве тоже было?

— Вот, сейчас оно и будет!

— Да? И какое же — в этот раз? Чем ещё порадуешь?

— Сон мне приснился. Странный! Остров незнакомый, на нем какая-то зверюга непонятная, вроде огромного ящера.

— А я тут каким боком? Что, неужели так похожа? Когда болею… — а сама улыбается.

— Как это «каким»? И зверюга та охраняет домик с оборудованием для Медцентра. Если такое есть тут где — найдем и сюда к нам доставим. Будешь ты у нас не просто Доктор, а БашТабиб! (ГлавВрач — тат.) Кому ещё-то как не тебе? Других медиков у меня и вовсе нету!

— Ну это ж всего лишь «сон»! А во снах чего ж только не бывает. «Сказочник»… Сам же говорил — что тебе иногда в виде кошмаров твоя бывшая снится. Просыпаешься, и весь день места себе потом найти не можешь… Не простил!

Н у надо же… Один раз про то при ней сказал — а она и запомнила… Ревнует, что ль? Зря!

А она продолжает:

— Ты мне лучше помощников толковых в медицину сначала найди, медсестер квалифицированных, докторов других специальностей, а там… там видно будет! Нет, я не отказываюсь, хорошее оборудование нам сюда всяко не помешает. Это сейчас людей пока у нас не много, но я в тебя верю — будет больше! Найдешь — сообщи.

Сообщу конечно, куда денусь-то? Тебе, матурым (дорогая — тат.), первой и сообщу. Вот только где оно — то, что привиделось?

И насчет «бывшей», матери моего сына — все ее слова, истинная правда: когда та снится — и, даже, во сне мне в глаза в очередной раз врёт и обманывает — от такого всегда просыпаюсь! Как после кошмара. Даже крокодилы с зубастыми мордами вблизи не так пугают, как подобное.

После тренингов личностного роста всем ВСЁ простил, даже Отцу своему, от которого мы с мамой ушли, когда мне всего-то четыре года было… Даже ему — да. Но, никак ни ей! Таких, как она — нет, не было у меня, и НЕ НАДО более! Врагу не пожелаю! А ей пусть будет «счастье» — где-то подалее от меня. ДалекО-далЁко. Если найдет. Не хочу более на такие «острые грабли» наступать и по «минному полю» ходить… После развода сын сам и сразу выбрал — со мной остаться… лет десять ему тогда было…

Ладно, проехали былое и забыли. Мне еще насыщенный день тут — на этих Островах Ъ прожить предстоит и людей, своих и наших, к светлому будущему вести…

И ведь недавний сон и вправду какой-то странный! Присел, в голове прокручиваю -что запомнилось. Не рисованный мультик, но вполне так на него похоже, яркий — в цветах и красках. Как будто издалека реальную карту Островов мне показывают. Жаль, все их запомнить не успел, вот, вроде что-то на Зеланд очертаниями похожее промелькнуло, потом вроде как сдвигается, ещё и ещё сдвигается и приближается, укрупняясь. И вот он — этот незнакомый нам и лично мне остров. Вот уж там-то, на нём — я точно не был! Будто лечу над ним невысоко, обозревая окрестности. Вот что-то показалось нетипичное. Так-то они или со скалами или зелёной растительностью покрыты, а тут…

Ага, вот оно что! Ближе к его центру — небольшое озерцо, что само по себе на этих Островах ценность. На его берегу — маленький бревенчатый домик, и рядом что-то вроде склада, скорее, даже, большой контейнер. Ну да, ящик, герметичный, или что-то вроде того. Ну-ка, ну-ка, вспоминай Кот! Это и вправду интересно! И сам домик, и складик при нём. Где же это? А в нем, откуда-то я это знаю — как раз оборудование для медцентра сложено. Хотел ближе оказаться — и вдруг прямо на меня бросается огромная рептилия с крупной зубастой мордой… А пасть-то какая, пасть!!! Зубищи и язык раздвоенный. Бр-р! Страшно!

(та самая Зверюга из сна…)

От этого-то и проснулся весь в поту. До конца не досмотрел. Жаль. Нда… И вот что это было? ЧТО? Мне очень часто снятся сны, чаще цветные, иногда черно-белые, как старое кино, и на Земле снились, и здесь вот тоже. Но тут -то всё больше про то, о чём постоянно думаю, или про недавно прошедшие события, будто заново их переживаю, здешние и земные. Но вот такого яркого никогда ещё не было — ни здесь, ни там. К чему это все? Откуда? Самое интригующее, витает такая мыслишка, прямо-таки точит — а ну как не мне одному такое показали? Значит, что? Гонка начнётся: кто раньше встал — того и тапки. Ага, медицинские, вместе с белыми и цветными халатами и шапочками… И всем остальным — тоже.

Так, в глубоких раздумьях, я и побрёл к кухне. Гляжу, Нильс с Виолеттой тоже туда же подтягиваются, как накануне договорились. Ку́хонные дежурные уже и очаг развели, каким-то компотом из фруктов их угощают и кофе, кому очень его надо.

(Всего лишь одна чашечка кофе поутру — а как бодрит и в тонус после сна приводит! Много ли надо для настроения?)

Ну и я, конечно же, не отказался. Как справедливо говорится, «в пьянстве замечен не был, но по утрам жадно пил холодную воду». И кофе… Это как про нас с новым друганом и корешем сейчас.

Закрепили мы с Нильсом вчера знакомство. Плотно! Незатейливо так, без дурных изысков, по простому — спирт разведенный, с насто́янными здешними фруктами и травками местными. Не пития ради — «лечились». Оно для профилактики «от простуды» зело полезно, да и им — усталость снять, вон сколько они веселками махали, а мне от ожидания и волнений, да и вообще, если по «чуть-чуть и изредка» — тоже не помешает. Не всем и не всегда, да и не любитель я такого «культурного отдыха», организм-то уж не тот, что в ушедшей навсегда молодости. Когда, будучи зелёными студентами, спирт водкой в лёгкую запивали, но иногда, для душевного и откровенного разговору — просто надо и всё. Найди и выпей! Вместе, не в одиночку. Ну и для «разрядки международной напряженности» — не без этого. Она и могла бы быть, но мы ее «разрядили». У взаимному согласию. Консенсуса достигли быстро, кстати, уже после второй…

Поблагодарили гости кухню за вкусный ужин, уже и смеются.

Вчера вечером не стали гостям подробно показывать — ЧТО у нас тут в/ на Доме есть такого примечательного, стемнело ж уже.

Утро же, согласно древней народной мудрости — вечера-то завсегда мудренее, потому сегодня с самого ранья и решили пройтись с ними бодренько «по холодку», пока настоящей жары ещё пока нет. Разлёживаться не стали, понимают, хотя вчера сидели мы допоздна, обсуждали совместные перспективы развития. Дел у нас впереди много предстоит, в том числе и совместных, надо все их переделать успевать. «Кто рано встает — тому даже Наблюдатели не мешают!» И в небо красноречиво потыкал. Так и сказал гостям — тоже улыбнулись, шутку оценили.

Вот и провожу очередную обзорную экскурсию по здешним местным достопримечательностям. У нас тут не ВДНХ конечно, далеко нам ещё до того, и, предполагаю, не скоро ими станем. Но, кое-что, чего мы уже достигли, из «народного островного хозяйства», всё же, показать и продемонстрировать вполне можем. И у нас есть чем гордиться! И удивить, и, даже, поразить в самое сердце. Да-да, прямо вот так!

Профессиональным экскурсоводом никогда не работал, не доводилось, но по своему родному городу, особенно его древнему историческому центру и пригородам, приезжих друзей и знакомых водил, причём, не раз и не два — нааамного больше! И по окрестностям — тоже возил: у нас в округе там, ну вот — уже и в мыслях — там, то есть, на Земле. А там есть, вернее было что, показать и Свияжск: древний город на острове недалеко,

и Раифский Богородицкий монастырь — рукой подать,

да и до древнего Булгара не так уж трудно прокатится, дороги хорошие, только соберись и алга!

При этом всегда много и рассказывал и показывал. Вроде как народу, тем моим знакомым и гостям из других регионов, было всё интересно. С шутками- прибаутками… Историями и байками… Вроде той, что у Моста Миллениум там, в родном городе — с одной стороны буква М, с другой Ш.

«Да-да, не удивляйтесь — у нас так!» Гости записывали и верили — главное говорить убедительно… В чём прикол — местные, кто в теме — поймут, улыбнутся, гостям дОльше объяснять приходилось.

Там — и кое-что знал, и интересовался вопросами древней истории специально.

Ну а тут — всё мы сами делали, с нуля. Каждый шаг — все мы сами, другой рабсилы не завозили. да и неоткуда ей взяться.

Вот и показал — и палатки со всей инфраструктурой, какой мы тут уже обросли. И Баню с Котелком, не преминув рассказать его драматическую историю обретения. И Курятник, и Дом со складом, что возник после достижения нами численности +24 человека. Плюс — это младенец Пашка, наше здешнее будущее, ну и его тоже показали, хоть и издалека, потому как это редкость и знаковое, уникальное Событие тут пока — первый человек, родившийся на Забытых Островах. Верю — будут и ещё в группе дети, население упорно «работает» в этом направлении.

Причем на перспективу, всё солидно и законно, не просто «встретились-разбежались», в стиле «Старик Хоттабыч выдернул волосок из бороды, произнес волшебное заклинание: „трах-тибидох-тибидох“… И его Гарем был очччччень доволен!!!»

(Старик Хоттабыч за работой…)

Нет, всё у нас серьезно — браки люди заключают. Ну а я, как местная Власть — регистрирую. Тетрадку даже специальную завел. «Запись Актов гражданского состояния», о как! Народу — нравится. С каждым следующим браком количество ритуалов только увеличивается. И сами придумываем, и вспоминают свои, национальные. А что, надо ж как-то будни разнообразить — всегда есть место Празднику, если он работе не мешает. Даже наоборот, когда все дружно и согласованно — и работа спорится.

Ну и Мурку нашу с котятами тоже предъявил. Какое имя ей мы тут дали, на то она и отзывается, не возражает, лишь бы кормили сытно.

( — Ты из дикого леса, Дикая Тварь?

— Из дикого, из дикого, ага, ты, Хозяйка Очага,только корми быстрей, ярар? — цитата из сказки Киплинга.)

Ей, Мурке-то, кстати, вообще ни в чём отказа нет, она у нас на спецпитании, как кормящая мама, мяу-бике, если по-татарски. Вечером-то она не показывалась, свои дела, то-сё, а тут, как раз, к кухне добычу ночную предъявлять явилась — знает когда её таланты лучше всего по достоинству оценят — ловит и приносит, и мелких грызунов местных и крабиков. И котята у ней такие забавные — разноцветные комочки, с рыжими пятнами. Вот только-только на днях появились. «Скоро только кошки родятся» — ну, может где-то и так, эта же мадам — тяжело роды переносила, как мне сказали, сам не видел. Но котята её пока все выжили, надеюсь, что и дальше всё так же хорошо с ними будет. За ними женщины наши специально бдительно смотрят.

Очень, говорят, гладить Мурку — многим нашим стресс снять помогает… Кто б возражал-т? Уж точно не она!

(Тут явилась Мурка в меховой тужурке,

Мышь очередную в пасти принесла…)

Сразу же договорились, да что там — выпросили, в основном Виолетта старалась, но, чувствую и Нильс её поддерживал, что им, как своим и нашим теперь, одного пушистика дадим непременно, как чуток подрастет и, не только мамкино молоко, а и что-то другое сможет есть. Оценили. Дадим, почему нет-то? Даду-даду… Им — просто передадим. А кому другому стороннему — за очень большие обменные. Не деньги, нет, на кой они нам тут? От такой мамки-мышеловки не менее, чем за пулемет! На меньшее не соглашусь, даже и не старайтесь! У вас, как — лишнего пулемета, часом, нету? Ну и ждите когда появится. Может кто и бо́льше предложит, а я подумаю.

Собаченцию-то нашу они уже и вчера не только увидали и услышали, но и погладить успели. Не отказывался, бошку подставлял, а чего ему? Молодой ещё, не заматерел — до́лжного опыта не набрал. Полкан и сегодня нас сопровождает. Почему Полкан? Имя как влитое легло! Лает редко, но громко, как настоящий полковник, хотя и мало́й еще. А то, что «австралийский» динго он родом, про это ему, похоже, не сказали. Или забыл уже. Русско-испанский он теперь, вот так вот! Будут ещё пёсели — и им дадим, поделимся зубастым звоночком. Говорю же, как в деревне живем: кошка с котятами, собаченция, куры… «Деревня Котовка» во всей ее красе. Но гостям нашим нравится!

(динго Полкан)

Не-не, пингвинов здешних мы «одомашнивать» не будем — так им и сказал. Даже «делиться» ими бесполезно — сбегут непременно и сами приплывут на родину. Тут у них колония, стало быть, и родина им тоже тут. Мы-то их популяцию особо не беспокоим — изредка пару-тройку тушек заготавливаем, да и всё. Тоже, то ещё«мясо птицы», очень на любителя-«гурмана», с рыбным таким оттенком.

(Новозеландское сливочное масло со вкусом, или, скорее, с послевкусием рыбы…)

Когда-то давно в гостях у семьи капитана дальнего плавания попробовал разок новозеландское масло — на вид-то ничего, а на вкус — они там коров точно рыбой кормят! Брр… Дочка-то там очень даже, нравилась, а то масло — нет… А с дочкой той потом разбежались… На пятом курсе скоренько за Андрея замуж вышла… Не-не-не, не за меня, вы что! Бог уберег. Ага, вот теперь — правильно: за другого, из параллельной группы. Зато хоть половинки имя ей переучивать не пришлось. Мне — да, ей нет. По слухам — тоже ж бабушка уже… Столь ж лет прошло со студенческой поры… Редко видел, несмотря на то, что в одном городе жили, да и, наверно, и хорошо это. «Что-что», что не срослось у нас. Красивая и умная, это да. Но постоянно ж опаздывала. Всегда! Вот и со мной… опоздала…

Вот и это — примерно то же. Я снова про пингвинюшек. Но, всё лучше, чем кур-несушек изводить. Только если поранилась какая, или вот для больных-выздоравливающих надо. Кстати, над вольерой для прогулок курей у нас сетка прочная теперь непременно всегда натянута. Бакланы местные, или альбатросы-поморники, фиг их знает, кто они такие — крупные, зар-разы, повадились было таскать курочек-то. Те ж только-только свободно гулять по окрестностям попытались… Раз, другой пернатые «козлы» налетели — живо же о защите своего имущества мы спохватились. И скоро-наскоро сделали такое укрытие, вольеру, со всех сторон огороженную, и сверху укрытую. Что нам-то помогло, конечно, а их особо уму-то и не прибавило. Ну вот как запутается в сетке очередной «пернатый друг» — его глушат, и на прикормку в морды-садки. Патроны больше на них не тратим — жалко ценный боезапас переводить.

"- ГрЫзли, да?

— Нэт, дарагой, так убили!"

Вот и этих — тоже так. Пробовали уже, не-а, не стоит их самим есть, жёсткие и невкусные. Разве что с большой голодухи. Надеюсь, нам это уже не грозит.

Гости только вздыхали тяжко, и молча завидовали. Да, это правда, их остров чуть просторнее нашего компактного, и плодородней, и полезных фруктовых деревьев с кустарниками на нем значительно больше растет, на порядки бО́льше. Кстати, оттого и фрукты у них в рационе всегда в достатке. Даже есть место и под огороды, и не одно, сам видел, мельком правда, да и они вот про него много рассказывают, и, возможно, даже и пашню под посевы можно подготовить. Это пусть уж Вазиф разбирается — что и где сажать. Зерновые, или там овощи какие. Думаю не утерпит и сегодня тоже тут объявится. Прискачет с Доры -то. А вот живности домашней — у них на Зеланде нет совсем. С этим им не повезло. Но с нашем помощью — точно она будет!

Планы развития своего острова у них есть, уже показали вчера, и даже обсудили, чать, не с пустыми руками приехали, предложений и вариантов много, подумали об этом — будем активно и всемерно помогать. Но и то, как интенсивно мы осваиваем свой Дом их поразило.

Ну а что — ничего от них скрывать не стал, ну, почти, всю систему обороны, например. Сказал на словах, показал как одна из огневых точек устроена и оборудовано, и достаточно. Так это дело такое, внутренне, не для всех — не знают, и другим не расскажут, не проговорятся. Хотя, особо-то и скрывать нечего — и так же всё ясно, они уже с нами, потому и сводил их ещё и на ближнюю горку Малую — где у нас оборудован стационарный визуальный пост наблюдения и установлены антенны для радиостанции. И, в пример, и как предостережение против очередных явлений всевозможных «народов с моря». Ну и обзорная площадка там же, конечно же.

Красиво тут наверху. Очень! Люблю и сам иногда сюда забраться и посидеть-поразмышлять о разном. Сразу несколько островов хорошо видно по ближнему горизонту. И Эспаньола как на ладони, почти напротив, и Дора, и остров Малый чуть в стороне. Видно как Пилар на лодочке сети проверять вышла — тоже ж ранняя пташка. И наш остров Дом хорошо виден — с этой его стороны. А с той, оглядываюсь… Оп-па на! Дымок от подножия южной Большой Горки курится! Кто это? Наши все — в «деревне», только-только встают.

— Диспетчер! Пошлите кого-то глянуть к Большой Горке. Вроде как гости у нас там.

Но вот почему-то нет ощущения тревоги и опасности от тех, кто этот дым там развел. Кто-то новый у нас появился, не иначе! Поэтому и говорю так спокойно. Надеюсь, кого толкового пошлют выяснять. И рацию переносную возьмёт, сообщит кто там есть. Обговаривалось такое и, даже, общие для всех, тренировки проводили — любой или любая из наших справится.

Тут ведь всё удобно для наблюдателя оборудовано, и будочка имеется чуть ниже по склону, от непогоды и ненастья укрыться, не на самой вершине, нет. Зато очень нами удачно в складку местности вписанная, так что, ни ветром её не сдует, ни сильным ливнем не смоет. Резервуар при ней для сбора воды, и, даже, переносной душ для наблюдателя здешнего оборудован, о, как! Оценили. Тот, кто идёт сюда на смену-дежурство или на проверку, вот как я сейчас, например — не отлынивает и, понемногу, подтаскивает каждый раз свежей воды. И на просто попить, и в него. Даже специальный рюкзачок для этого выдумали и лямки к нему удобные, чтоб спину не натирали, пришили. Вот с таким рюкзачком я в горку и шел. Их не грузил…для них и подъем-то непривычен, на а нам — и физ. нагрузка и дело делается.

Гости переглянулись, и я понял — непременно переймут полезный опыт и сделают у себя что-то подобное. Там у них, такой высокой, как у нас, горки нет, но холмик похожий, всё же, имеется — я сам на него поднимался, помню. Ну тогда тем более полезно, пусть сразу уяснят: тут кого угодно со стороны ожидать можно. И, чаще, увы, недругов, чем друзей и партнеров. Пока так, во всяком случае. Позже на берегу ещё и другие позиции для ведения огня покажу, опять же, не все, и расскажу — как лучше их оборудовать. Друган Виолетты Ойвинд, вроде как, в норвежской армии когда-то служил — вот он пусть на Зеланде этим и займется. Хотя, как ребята наши, поисковики передавали, он с ними в рейд напросился — ну вот, как вернется, так и начинают, а наши им помогут.

Толя Долгов — наш Главрадист, как-то измудрился и сделал так, что вот на этой Горке, самом высоком месте поблизости от нашей «деревни Котовки», целое антенное хозяйство оборудовано, а сама радиостанция с диспетчером на чердаке деревянного дома, её тоже показал. А что, удобно кстати, как ни крути — и под крышей всегда, на случай внезапных ветров и дождей, радиоаппаратура же вся хрупкая и капризная, да и поблизости, можно сказать, под рукой всё. Если что-то срочное — и в небольшое слуховое окошко, что там было изначально, крикнуть можно, или по носимой рации со мной связаться.

При этом, и велогенератор зарядки батарей как раз на полпути между палаточным лагерем и возникшим деревянным строением расположен, ничего никуда и переносить-то не пришлось. Подумываем уже о заказе в поставку и более мощного генератора — уже пора нам. Собственно, генератор-то, даже, и есть, небольшой, в складе был, но его, как раз, в порядке шефской помощи, передаём группе с Зеланда, а себе вскоре что-то помощнее и покомпактней закажем. Обалдевают они от такой щедрости — откровенно, не ожидали. Вообще, наличие у нас, пусть небольшого, маломощного, но светодиодного освещения в лагере их сильно «ушибло». Завидуют, пока — белой завистью. Ну так кто им самим не давал объединяться ранее и развиваться?

Распри и разборки с жуликоватыми цыганами? Да, и они тоже, но и просто негибкость мышления, наверное. Оружие-то в том складике-ящике, что на острове Кошки нашли — всё сплошь скандинавского происхождения. Могли и они головной группой тут стать. Стрежневым этноформатом. Могли, да, вот, не стали же! Теперь мы во главе, коренными, а они уже только при нас пристяжными пойдут. Ну так «кто первым рано встал — тому и тапки». Так дедушка мой говорил мне в детстве, и приговаривал: — «а ленивым да сопливым — только сорная крапива!» Это и к сбору грибов относилось, и к урожаю ягод, когда тот, кто в большом семействе на грядке первым оказывался — тот и получал самое вкусное.

Когда радиостанцию осматривали, как у нас все оборудовано, радист наш им краткую обзорную лекцию по имеющейся в его распоряжении аппаратуре прочитал.

— Условия Островов для радиосвязи — оптимальные, и расстояния связи будут максимальные из возможных, 10 км для связи портативная-портативная. При связи между портативная-стационарная, вот как эта, то есть, с диспетчером, значение дистанции связи можно умножать на 2. То есть, примерно до 20 км.

На предмет обучаемости: в радиостанциях нет ничего такого сложного и они, как правило, изготавливаются для использования неспециалистами. И, к тому же, есть версии с минимумом управления, то есть, кнопка передачи, громкость и переключение каналов. Да и я покажу как пользоваться.

И ещё один нюанс, который, на мой взгляд, уже очень актуален — основной язык анклава. Для всех направлений деятельности общины нельзя использовать сразу несколько языков. В быту они могут использоваться, но анклав должен опираться на один язык! Как я вчера слышал у вас на острове есть даже профи — диктор с радиостанции? Как-как, вы говорите, Исабель? Так вот, пусть срочно учит русский! Использовать английский… ну не знаю, первое время, конечно можно, но сами понимаете — это не выход. Поскольку работа диспетчером у нее будет временной, а в недалеком будущем, когда в анклаве появится возможность АМ и ФМ радиовещания, подготовленный диктор очень пригодится.

Тут я вмешался:

— Так ты, Толя, считаешь, что мы и радиопередачи свои потянем? Не рановато ли?

— «Шьем на вырост»! Не рано! Наладим антенное хозяйство — и вплотную этим займемся. От врагов защитились, вот — в Заливе Свиней, до сих пор пробитые пулями плакаты стоят, как напоминание. И это вас, прошу прощения, нас — здесь мало было. Теперь станет бО́льше и такие задачи нам по плечу.

Гости стоят обалделые. Ну да, а как иначе-то? Ничего так не удивляет, как заранее подготовленный экспромт. Поминал про то уже — долго ждали, успели и такое тоже подготовить.

А Толик тем временем новый вопрос подготовил — уже ко мне. Специально, при них, чтобы знали под кого идут, не иначе. Это мы с ним не согласовывали накануне, явно что-то новое. Виолетта внимательно все слушает, Нильсу переводит основное.

— Слушай, Кот, серьёзный вопрос возник: тут коллеги-радисты из соседней российской группы с запросом обратились: спрашивают какое им оборудование для связи с нами по заказу брать. Я и готов ответить, но пока паузу взял. Как, реальный совет им дать, или общими словами отделаться? Ты вообще как планируешь с ними?

— Наши? Точно наши? Уверен? Без подставы какой? Помню, ты говорил давеча, что их переговоры вы отловили. Далеко они о нас, удалось хоть определить-то?

— Пока до конца не понятно ещё, километров триста примерно, вернее, от ста до трехсот и, судя по всему, северо-западнее они от нас. Более точный азимут буду ещё уточнять.

— Выспроси обязательно — кто у них в соседях, какие серьезные группы они ещё знают. Тогда точнее будем. Похоже, что надо с ними непременно встретиться. И откладывать с этим надолго не стоит. Если договоримся — это ж такой союзник! Дальности хода Флагмана до них, думаю, хватит. Дойдём! Что у них там за острова вообще?

— Судя по обмолвкам их радиста, я с поляком Пиотром говорил, он, по его словам, в Харькове когда-то учился на радиоинженера — их уже много собралось, есть и русские, и украинцы, и еще какие-то русскоязычные, и иностранцы всякие, вот как и у нас, только значительно больше они все там числом. Вроде, большинство тех остальных — европейцы. Чёрных и азиатов практически нет. Вроде как, вместе большой дом строят. И островов у них много в общине — есть остров Русский, остров Крым, остров Победы, это их базовые, и куча мелких в окрест. Чеченов наглых и прочих «гордых горных орлов», так он сказал — напрочь зачистили, те там рабовладение пытались устроить, вот с освобожденных пленных у них и пошел бурный рост.

— Даже так? И здесь Крым — наш? Тогда точно — свои, верю. Молодцы! Ну и подскажи тогда всё что знаешь по оборудованию. Наши же, не скрывай ничего! Вот хоть то, что сами заказывали. Если кто чужой вас ещё слушает — то тоже самое и себе закажет. Тут уж ничего не поделаешь…

— Они пусть тогда побудут пока на открытой связи, а для собственного использования есть возможность такую фичу установить, что чужие ничего не подслушают. Маскиратор, это типа скремблера. Только бу-бу-бу их уши и будут ловить.

— Тем более тогда. Действуй, Толя, ставь!

— А им хочу пока «Яшму» посоветовать. Серьезная станция. Это с нами и другими группами общаться, а внутри, меж островами группы будем пользоваться радиостанциями с маскиратором — «Северок-КМ», считаю эту марку более надежной в наших условиях.

(Северок-КМ)

Кстати, ты тоже хотел их заказывать. Обещал! И рейд-группе обязательно, и на Дору, раз уж там пост постоянный. Ну и еще, куда уж сам решишь. А ту же Яшму как раз на Зеланд стоит поставить. Сам устанавливать поеду, там ничего сложного, но лучше так. И Люка без меня день-два справится. Толковый парнишка растет, есть у него дар, со временем хороший радист из него выйдет. Только вот всё в море рвется, засиделся тут на берегу, новые острова открывать хочет, а ему тут безвылазно скучать приходится. Потом, когда вернусь — подумай и отпусти тоже его куда-то сходить, вон хотя б на ту же его «родную» Австралию. Как-как, ты говоришь? Тоже присоединяться хотят, думают пока? Тем более — от своего быстрей научатся подобной штукой пользоваться. Да тут нам, радистам — работы непочатый край, а ты все жмёшься, оборудование толковое для связи не получаешь! «Хомяк» ты, а не Кот!

Виолетта сначала переводила Нильсу всё подряд, а потом откровенно засмеялась. Ну а чего — шутку и я понимаю. Да и полезно иногда руководителя из «заоблачных высей» на землю усадить. Чтоб не зазнавался. Так на хорошей позитивной волне и пошли все на завтрак. С утреца-то только компота и кофе перехватили, а от прогулки аппетит хорошо разгулялся. А после завтрака — сама процедура присоединения начнется. Тянуть больше не стоит. И так уже вчера сразу «на берегу» предупредил их обоих — само это слово постараться в разговорах до поры не произносить. Удивились — пришлось пояснять, что нас не только «смотрят», но и внимательно «слушают», и плита терминала поставки тут же сигналить начнет.

Уже заканчивали завтрак — как она всё-таки засигналила. И тональность знакомая — видать кто-то из наших рейд-групп кого-то к нам «пригласил». Ну тут уж ничего не поделаешь — пора. Идем разбираться.

День Двадцать Пятый-2. «Албанский» Лагерхауз, и пополнения на Дом

Люба, рейдер и переводчик — боец, позывной «Снегирь»,

(переход с о. Гаага на о. Лагерхауз, сектор европейцев)

С утра еле-еле подняла и сочными международными матюками «распинала» нашу «беспутную» команду. Ну моих-то скромных сил всех сразу попинать не хватило б, конечно — потому только так, морально… Пристыдила хоть. Собирать-то никого из них по острову не пришлось — все они уже на месте находились, на судне, но все сонные и не выспавшиеся. И да, не пинками, нет, но слова применяла очень уж убедительные. Настолько мотивирующие, что пришлось им просыпаться. Нашими, которые всем русскоязычным без перевода понятны. Не от меня знакомы, но зато к месту пришлось. И эти «бедолаги» уже их слышали и прекрасно всё поняли. «¡Lozeboks! ¡Levántate!» (Лежебоки! Ну-ка вставайте живо! — исп.) Ну а остальное и приводить не буду — сами догадаетесь… А что такого? Думаете, зря? Заслужили! Одни пьют, другие — гуляют… Будто мы на прогулке тут прохлаждаемся, а не в рейде на задании находимся!

Георг попытался было перевести смысл своим парням дословно, Маттиасу и Отто, но потом махнул рукой на это бесполезное занятие и бросил. Они и так поняли. Говорит, что «просто наслаждался моим выступлением как музыкой». «Ты, — говорит, — "когда сердишься — такая красивая…» Ну-ну, подлиза! «Ценитель прекрасного», вишь ты… Как будто мне больше всех остальных тут надо!

Капитан-то наш еще ничего, опытный усач, сразу видно, после вчерашнего — прицел поправлять-то надо, выхлоп мух на ходу сшибает, но ничего так, быстро в себя пришел и после кофе взбодрился. Эрнеста так даже и будить не стали, только глянув на него. Понятно всё с ним — дорвался «земляк» до любимого… На месте уже разберемся — какой он там «охотник», действительно что-то там умеет, или только по спиртному знатный «стрелец». Кстати, его личную панель терминала ещё забрать при отъезде домой надо будет обязательно. Ну вот, как вернемся сюда с первой партией груза — так сразу её и заберем, пусть с нами она катается, так всем спокойней и сохранней она при нас будет… Руководители общины сказали что «дадут запрос на это и выяснят что и как делать». Ранее у них таких прецедентов еще не было. Не было — будет! Ну-ну, а «что делать» и так ясней ясного — нам отдать! Мы ж ирландца с «приданным» им всучили.

Фидель с Пако с местной молодежью активно «знакомились», на танцульки бегали, оба. Есть у них, оказывается, тут полянка под это дело — вернулись под утро, веселые и с фингалом. Кулаком старшему амигос только погрозила. Пилар закладывать горячего испанского мачо не стану — сами, поди, разберутся меж собой, не маленькие. Похоже местная молодежь наших испанцев к себе в тусовку приняла. Попозже опрошу только что они там среди молодых узнать успели — как рядом лишних ушей не будет.

Откуда «уши»-то? Так немцы, так буду называть здешних, к нам группу Георга и приставили, всех троих бундесов-милитари. И «в поддержку», как они сказали, и для лучшего понимания. А на Флагман вдобавок к ним еще и официального представителя закрепили, шустрого и дотошного такого Вольфрама Кляйна, дабы мы более по их территории не плутали — не дай Бог куда-то в сторону еще свернем и еще что-то про них узнаем.

Больно-то нужно… хотя, это перед ними такую комедь разыграли, на самом деле интересно конечно, как они тут устроились. Что-то ведь точно скрывают. Или умалчивают. То, чем с ними ГНИИДы делятся в виде бонусов — тоже особо не афишируют. Но про это я Георга сама постепенно расспрошу — мне-то расскажет, или зачем он мне тогда? Хочет ухаживать — пусть колется на информацию.

Идем на новый остров Лагерхауз (Lagerhaus), если на наш язык это немецкое название перевести — то Склад это просто-напросто. Кстати, этот Маленький(фамилия) Ворон Волка(имя) не только и не столько при нас лоцман и исследователь, но, как я полагаю, ещё и какое-то отдаленное отношение к спецслужбам на Земле имел. Весьма и весьма отдаленное. Может папки в бухгалтерии у них в каком-то подразделении подшивал, или «кладовщиком» в малом городке числился. За тут из себя чего-то строит… Ничем иным как просто соглядатаем он при нас и не является, и, похоже, особо этого и не скрывает. Не мешал бы только.

Хотя, как и подозревала — всё там очень непросто! Да и с тем, кому он на самом деле принадлежит — пока все еще тоже. Как это так? Вот я тоже и удивилась и спросила у них. Ну и рассказали мне такую «занимательную» историю. «Слепили» — лапшу на уши. Полагаю, теперь, после того как ее услышала, что все это не совсем так и немцы-голландцы в лучшем случае лукавят.

Так вот, «по их версии» — их исследовательская группа, да-да, есть у них и такая, обходила и обследовала все соседние острова и островки. Не то чтобы специально целенаправленно что-то искала, нет. Просто дотошно и методично шарились по окрестностям. Они такое умеют, пунктуальные даже и здесь, вероятно — черта национального характера, одна из. Мы, вообще-то тоже смотрим и исследуем, но не столь скрупулёзно «носом роем». Иногда это просто совершенно излишне, ведь кроме всего прочего и чутье поисковика должно срабатывать где стоит искать, а где бесперспективняк, но не объяснять же им столь элементарные вещи? Что если на островке или скале что-то есть от Наблюдателей — у этого места свои приметы есть. Ну вот и я не стала про это рассказывать — мне и нам это не нужно. Потому-то чаще всего их поиски, скажем так, не оправдывали себя — обнаруживали они всякие «полезные вещи», типа растительности или еще чего.

Что именно — мне подробно рассказывать не стали. Понимаю вполне — «гостайна». С населённых островов и островков перевозили на основной найденных там людей. Так как большинство из них оказывалось не просто европейцами, а именно немцами или их соседями, типа австрийцев или дойче-швейцарцев, есть по одному-двое у них и такие, оказывается. Причем, что характерно — среди найденных их поисковиками возражавших против переезда в большую общину практически-то и не было.

Кто, если, не перебрался со своих островков сразу — все одно вошел в их сообществ. Или позже переехал. Да и само знание, информация о том, что где-то рядом есть организованное сообщество людей, какая-то власть и некое подобие цивилизации — притягивало их всех получше любого мощного магнита. Об этом и мы знаем, но у нас, все равно, как-то по-другому это происходит. Вот таким образом они и пополнялись в основном, до последнего времени. И, кстати, Эрнста и его островок Калан они нашли как раз в те же дни.

А вот на остров Лагерхауз они, опять же по их словам, попали раньше, чем оказавшиеся там же, уже позже них, албанцы. Явно чего-то мутят или недоговаривают. Нестыковка в этом «рассказике» какая-то присутствует! Так вот, и там, в небольшой долинке на этом острове именно ими и обнаружен еще в первый же заход деревянный дом-складик, заполненный разнообразными полезными для выживания вещами и продуктами.

Ну да, тут на Островах такое бывает — вон, например, ещё на старте на острове, что мы ныне зовем Зеландом, у датчан и цыган такое строение встретилось. Предполагаю что и однотипные они, во всяком случае устроены и возведены по одному и тому же сходному проекту. А вот дальше — кому как повезло. Там начались споры и ссоры, но их быстро негро-расисты притушили, собравшись там и начав оттуда свои набеги на соседние острова, а прежних хозяев превратив в пленных, скорее даже рабов. А тут — мутно все. Недоговаривают чего-то…

По словам европейских наших «партнеров» — склад на том острове именно они нашли первыми, даже и достать и вывезти успели что-то оттуда, а потом в него самовольно вселились албанцы. Да ладно б если только мирные те оказались, крестьяне какие-нибудь, или работяги, с теми бы здешние скооперировались, но нет же! К базовой тройке мирных примкнули шестеро «неспокойных» албанцев с опытом войны, тех, кто в Косово у сербов тот край отжимал. Пытались мирно решить вопрос, но… Не договорились! Те укрепились в найденном доме, как в крепости, и уходить оттуда никуда не захотели. Так и живут. Что-то постепенно выменивают из найденного там на нужное им, типа свежей рыбы или ещё чего-то такого.

Да-да, они ещё и торговлю ведут между собой! Мне кажется они и патроны готовы продавать всем тем, кто в них стрелять ими же будет. Европейцы-торгаши — что тут ещё скажешь… Я бы и больше сказала — «толерасты», но тут какой-то совсем другой термин нужен, которого я не знаю. А я и спросила — под видом узнать какое нас там вооружение у засевших в том деревянном домике может встретить. Оказалось что всё же ПОКА патронов они им не поставляли, но, как вариант обмена, почему бы и нет? Ещё и удивились что сами не додумались предложить на обмен. Ну это вообще ни в какие ворота!

А вооружение — у тех, с кем общались, точно есть какие-то пистолеты, видели какую-то разновидность АК, вероятно или болгарской или еще югославской сборки, до двух-трех штук точно, ещё про какую-то винтовку сказали. Что могли заказать те албанцы сами — даже не представляют. Пулемета там у них, вроде бы, и нет, но точно уже, даже, и не уверены, просто сами не видели. Гранаты? Могут у них и быть, ещё с Земли. Кстати, им гранат «поставщики» не дают вообще, как и мин. Интересная информация, надо будет Коту рассказать.

Мы-то даже эти позиции и не смотрели, как-то нам не они понадобились, а как у нас будет если попробовать заказать? Будем полагать что и «этим» тоже такого не дали. Но, раз уж там боевики с опытом — может быть абсолютно всякое. Во всяком случае, растяжки — уж точно установлены. Блин, а я с такой пакостью и не сталкивалась никогда. Георг успокоил — у его ребят есть нужный опыт, умеют и обезвредят, если что-то и попадется. Ну, хоть так. Интересно, всё ж таки, его ребят учили. Вроде бы, с виду обычные парни, а как много знают…

Так вот, на весь этот дом-склад и его содержимое у них, у европейцев, во всяком случае, у руководителей европейской группы существуют серьезные планы — всё это им нужно, но без всяких немирных албанцев. Собственно, поэтому-то и мы здесь сейчас. Оказывается, они отчего-то решили, поняв так казуистические инструкции от ГНИД, что если выбьют их из склада сами — получат «санкции в репутацию» и чего-то там лишатся или недополучат. А если кто со стороны появится, вот как мы, например — то им за это ничего плохого не будет. А нам что, будут? — я спросила, не сомневайтесь. Уверяют что нет и быть такого не может. Ну-ну! Мы же типа, «самостоятельно действуем». Наша задача — освободить дом, помочь им вытащить всё из него, разобрать и перевезти на Гаагу, и собрать уже там. А те, кто мешает — это уже, типа, «наша проблема».

Что-то такое мы и подозревали изначально, ещё когда на Доме обсуждали все возможные варианты нашей тут «работы». То есть, мы сейчас не только и не столько ремонтники-строители, но ещё и что-то наподобие сторонней ЧВК, оказывается. Вот оно как повернулось!

Да, ещё новшество — найденных людей-одиночек и малые группы они называют Verlust, если с немецкого перевести на наш, то что-то вроде потеряшек получается. Вероятно, от их немецкого Verlorene Inseln, как им Затерянные острова в их немецких инструкциях назвали.

Ещё спросила — как они на тот остров попадают и как с теми островитянами торговлю ведут. По их словам — остров очень своеобразный, хороший подход к берегу только лишь один, всё остальное — скалы. Есть еще один более-менее приемлемый вариант, но и там, наверняка, тоже пост стоит.

Довела информацию до капитана и предложила действовать так: мы — мирная торговая группа. Подходим к берегу, немцы надёжно прячутся в помещениях и не высовываются. Пытаемся завязать контакт, что-то обменять и познакомиться. И еще — они ж явно мусульмане, судя по всему, для них женщина — не человек вообще. Так что то, что я тут Старшая — показывать не будем, для них я только дурында-переводчица. Вот, есть же у нас Капитан, он и мужчина, и вид у него гораздо представительней, чем у меня, блондинки, тем более, после вчерашнего застолья с возлияниями, вполне и на успешного торговца тянет. Типа, зашли к немцам — выгодно распродались и на радостях бухлом накидались. Может даже и прокатить…

Капитан план наш одобрил, Вольфрам согласился. Георг просто кивнул. А там видно будет — сработаем по ситуации.

Был ещё скользкий момент — чем нам торговать. Но тут уж главное заявиться торговцами, контакт установить, а там — видно будет, да вот хоть солью, не всё сгрузили, кое-что для нужд экипажа осталось, да и просто небольшой запас продуктов тоже имеется.

Кот, о. Дом

Включение Зеланда в сферу нашей ответственности, и его населения — в нашу группу, прошло легко и радостно. Сделали на коммуникаторах, моем и Нильса, запросы на объединение, получили подтверждение, более того, ему даже пришло сообщение, что включение возможно без потери дня, то есть — сразу.

Ещё и дважды поощрение высветилось за расширение территории, это уже на моем. Причём, один раз за существенное расширение. Судя по всему — это наши рейдеры чего-то ещё присоединили, а Зеланд зачли вместе с островом Багама, на котором были найдены никарагуанцы, и Шпицбергеном, где до переселения на Зеланд жили Ойвинд с Виолеттой. Наши-то на всех осмотренных островах и крупных скалах наши метки ставят. Где-то пирамидки, где-то ещё и трудно смываемой краской пишут кому теперь остров и его акватория принадлежат, а чаще, и то и то делают, да так, чтобы ни ветрами и дождями не смыло, не разрушило.

Что в поощрение дали? Рассказываю. Самому понравилось, каждый раз бы такое или подобное!

Лодка надувная производства «Зодиак» — читаю про нее в мануале-описании — «Medline 11 Compact» с мотором « Ямаха», РИБ, 5.40×2.50 м; диаметр баллона — 575 мм. Рассчитан на перевозку девяти человек (в автономных морских походах — пяти). Эта — представитель комфортабельной и непотопляемой морской серии с оригинальными обводами «глубокое V» и встроенным бензобаком на 220 л.

Это что же? Намекают что поездки и перевозки должны стать между нашими островами регулярными? Да мы, собственно говоря, даже и не против! Хотя она больше подходит для рейдеров… Но прямо сейчас об этом говорить не буду — незачем Нильса обижать. Все постепенно само определится.

Кстати, в первый рейс на ней на Зеланд кроме нашего радиста Толика Долгова с оборудованием и Нильса, возвращающегося на свой остров, воодушевлённого и с обилием планов и совместных проектов, поедет еще несколько наших человек. Это Шайбан, про это я уже говорил, и немка Габриэль. Уговорили они её к ним перебраться.

(марокканка Абида)

Ну и Абида с ней за компанию, не будем их разлучать. Нильс считает что немка из Люксембурга может стать неплохой парой для его младшего датчанина, Сигурда (Sigurd). Ну а насчет Абиды… есть у меня мыслЯ Халила порадовать. Посмотрим, может чего и сладится у них. Со временем… Да и им обеим как-то спокойнее рядом с Толей-радистом.

(молодой датчанин Сигурд (Sigurd) с Зеланда)

А капитаном этого надувного чуда стала Пилар! Как увидала — так и заявила, что если это не ей лично подарок — то она сильно обидится! Да ради бога, мне что, жалко что ли? Пусть владеет и рулИт. А Виолетта пока останется на нашем острове — есть у нас с ней что обсудить. После обсуждений решили так — пока туда вместе с Пилар португалец Маноэль с ней пойдет, они отлично ладят, и, если надо будет, он там на Зеланде задержится до следующего рейса, а там видно будет, может и дольше.

Надо бы кого-то еще, вот хоть из нового пополнения, но они пока все совсем «сырые», необученные, только-только попали.

Да-да, сегодня вообще суматошный день. Сразу несколько человек на наши острова «свалились». На Эспаньолу — сразу пара испанцев — Грасия (Gracia) и Модесто (Modesto). Вазиф их заметил и, согласовав со мной, привез.

Грасиа и в самом деле очень изящная, неплохое ей имя родители выбрали, на Земле работала в какой-то то ли адвокатской, то ли нотариальной конторе делопроизводителем, короче — юридической, так проще. Чем будет заниматься у нас — потом решим, пока удивленно на все смотрит широко распахнутыми глазами. Собирались с братом в отпуск — вот и получили вместо горнолыжного курорта море и пляж «в подарок». А Модесто — потомственный гончар! Работал на маленькой семейной фирме, делали глиняную посуду. Ну уж ему-то тут дело найдется, в этом не сомневаюсь.

И на нашем острове обнаружилась пара россиян — Валера и Татьяна с Греем. Валера — водитель из фирмы по продаже дверей и фурнитуры для них, как мне кажется — классический подкаблучник, а его жена Татьяна — портной-закройщик. Причём, сможет, по ее словам, шить-кроить всё что угодно — от нижнего белья до верхней одежды. И при них — большой серый пес Грэй. Вечером они все вместе прогуливались — гуляли с собакой, и вот оказались у нас ранним утром. С места появления уходить никуда не стали, развели дымный костер в надежде что их кто-то заметит.

Ну вот я их утром с Горки и заметил. С Валерой проблем, чувствую — совсем не будет, договоримся. а Татьяна было попыталась права качать, но е1 быстро поставили на место. Скандальная бабёшка, но не стервоза, нет, просто характер такой:

— «Я закройщик! Я должна знать точно! Вот вы скажите мне…»

Ну и сказали — «обрадовали», что обратной дороги нет и не предвидится. Слезы и обиды, как будто это мы ее переместили… Ну да ничего — отойдет постепенно. Найду возможность швейную машинку получить — и работой загрузим, шить и подшивать у нас всякого найдется. Да вот хоть трофейное перешивать. Что удалось отстирать — постепенно наши женщины уже и сами перешивают, но со специалистом-профессионалом дело явно пойдет быстрее. Но и это ещё не все. Халил на связь вышел — у них на Зеланде ещё пара скандинавов обнаружилась.

Вот и думаю — отчего и почему предыдущий вариант попадания сюда только по человеку в день изменен. Да еще семейными или родственными парами. Неужто из-за того, что нас стало больше? Хорошо б, если бы именно так оно и было!

День Двадцать Пятый-3. Дорога в никуда

Владимир, позывной Имир, рейдер, боец, о. Юта, сейчас — в поиске

— Красиво. Ну что, парни — осматриваем?

— Да, давай, двигай веред, только аккуратно.

— Пошли, что ли, Мумбаи?

— Я готов!

Перед нами новый остров. Необычный! И небольшой-то он, небольшой, но какой-то не такой как все, встреченные и осмотренные уже нами ранее. И, вот, вроде, и,растительности-то тоже на нем практически никакой особой — какие-то здоровенные кактусы, агавы что ли, изредка кое-где растут, словно в пустыне, колючие же кусты там и сям, и тишина. Даже птиц не видно. И через весь остров — хорошая дорога с края на край тянется. Не взлетная полоса, конечно, нет в этом я разбираюсь, служил-то в БАО, «аэродромных войсках» — а именно Дорога.

Бред какой-то! Полный разрыв шаблона. Не складывается у меня в голове этот «пазл», ну совершенно краями не сходится! Отчего и почему она здесь, кому понадобилась? Откуда ведет и куда? И главное — ЗАЧЕМ!!!?

(дорога из «желтого кирпича»… вот сочетание желтого она гравийной дороги и красноватого песка на обочинах — именно такое)

Не асфальт, но плотный такой грунт, плотно укатанный гравий желтоватый, на фоне красной пыли по сторонам и следы от колес на нем. Пипец! Мумбай показывает, что ведут они все в одну сторону, в ту, дальнюю от нас. Ну да, а куда ж еще-то? Вот и идем по дороге «из желтого кирпича» как в той песенке. Кто из нас Страшила, а кто Железный Дровосек — выяснять не будем. Я-то уж точно не девочка Элис! «А кто она такая и где она живет? А вдруг она не курит, а вдруг она не пьет…» — тьфу, привязалось!

Настороженно идем, и стволами во все стороны поводим. Двумя двойками по бокам, а в лодках «засадный полк» с пистолетом. Никарагуанец, перед отбытием сам напросился, за лодками присматривать. В первой двойке — Николай с Мумбаем, во второй мы с норвегом Ойвиндом. Хорошо, что он по-русски неплохо меня понимает, удобно общаться. И что такое дисциплина — тоже понимает, служил. Хотя, как всякий скандинав — пока заметно молчалив. Оттого, что мало нас знает? Скорее всего. Пока присматривается к нам, ну а мы — к нему.

— Твою мать!!! — совершаю кувырок в сторону, уходя от взвизгнувшей рядом пули. — Какого черта? Где ты засел, сууука?

— Тихо, Имир, я его вижу. Он один, — это Николай голос подает. Быстро сориентировался, залег в кювете. Да все мы залегли. Притаились, как мыши под веником.

— Взять можешь?

— Принял.

…!!! (самоцензура)

— Хм. Мумба, обычно в таких случаях говорят про пулю, но и так неплохо. Хоть это уже по нашему знаешь! Учи дальше… а пока двинули к тому типу, будем языка брать.

(индеец-сапотек Хуан, стоматолог из Мексики)

— Ну здравствуй, мальчик. Почему «мальчик»? Ну на девочку-то ты точно не тянешь! Ты в курсе — нет, что приличные люди сперва здороваются с джентльменами, а уж потом только стреляют? Ты вообще меня понимаешь? Андестенд? Ду ю спик инглиш? Парле франце, Шпрехен зи дойч, ферштейн? Снова НЕ понимаешь? Эспаньол-португало? Опять нет? Жаль. Впрочем, и я тоже — не полиглот. Только русский.

— Русо?

— О, заговорил наконец-то! Да, Русо-русо. «Русо туристо милитаре»! А ты кого ждал, «партизано»? Второго пришествия Христа или вообще инопланетян? Арабов? Нахрена они тебе? Свят-свят-свят! Нет, мы — не они, точно не они. Точно нет — и перекрестился, ещё и крестик православный показал. — Хочешь ещё один верный «пропуск» предъявлю? Не хочешь? Тогда знакомиться будем. Я — Имир, он — Мумбаи, а ты кто таков будешь? Почему с нами он? Обычный «русский негр», что такого странного-то? Да не трещи ты, все одно не понимаю, нихт шпрехен, ноу спик. Коля, ты скоро там?

— Подхожу уже. Точно, он один тут был.

Пока мы его скрутили и разговор начали, Коля и Ойвинд осмотрел окрестности на предмет других стрелков. Нету больше, говорят. Ну и слава Богу, нам и этого «ганфайтера» за глаза. А ну как попал бы в кого?

— Поговори хоть ты с ним, а то моего скромного словарного запаса на его тарабарщину не хватает. То английский слышу, то испанский, а то вроде как итальянский проскальзывает. И еще какой-то. А загорелый-то какой, и на индейца похож. Ты кто таков вообще, а, «Чингачгук»?

— Ладно прибедняться — «в нехватает». Его у тебя напрочь нет!

— Ну а что делать? Не надо было в школе балду гонять, а следовало слова зубрить. Уже несколько раз в жизни пожалел, что языки не учил, сколько классных работ мимо пролетело. Мог и в забугорные командировки попасть, не проканало — все мимо прошли.

— Зато здесь у тебя практики выше крыши. Обучайся!

Интересный однако субъект на этом острове жил. Мексиканец! И имя самое пре самое мексиканское — Хуан. Хорошо хоть не Хулио, а то я бы точно не смог спокойно без смеха с ним говорить. Даже и так улыбался. Как скажу «почему» ты в нас стрелял-то, парниша?" и ржу. Как в том анекдоте: «Глухонемой мальчик жестами доходчиво объяснил что его зовут Хуан.» Этот — не глухонемой, но тоже активно руками машет и тарахтит постоянно. Веселый и шумный. Но не напрягает почему-то, в отличие от пропавшего вместе с цыганами Юджина, а как-то по-доброму всё и душевно так лопочет.

Даже не просто мексиканец, как выясняется, а настоящий коренной мексиканский индеец. Апо, сапо или как там его нация? А, вот, разобрался теперь, точно — сапотек. Язык сломаешь! Родом из деревушки в Оахако. Это где-то на юге Мексики. Причем непростой попал, ох и непростой! Он, оказывается — стоматолог. Ух ты! Это мы удачно сюда зашли! Учился в Мехико в университете. Теперь вот работал в мексиканском приграничье с США, ездил на специальной машине, оборудованной стоматологическим кабинетом. Мобильная стоматологическая станция. Всяким деревенским в самых дальних глубенях проводил осмотры и лечение зубов. Причем, он на этом «пункте»-то и попал сюда. Вот и повел нас туда где его «тарантас» в конце пути очутился, показывать. Говорит там ещё много машин. Но ему, в отличие от них, повезло — его машина не утонула до конца. Так в приливы дважды в день только затопляет. Оборудование в ней осталось. Завести не мог, мотор водой залит. Он её прочно закрепил, под колеса камней навалил. Что смог — вытащил из нее и припрятал. Соображает! До оставшегося оборудования вода шибко не достает, есть неслабый шанс вытащить его колымагу полностью. Но вот беда — один не потянет.

Был, говорит, с ним тут с ним на острове и ещё один «кадр», тот ещё — реднек-американец Остин, но того парнягу какие-то залётные арабы недавно в плен взяли, по мордам скоренько насовали и с собой увезли. А у него самого ружья в тот момент под рукой не оказалось — потому, просто от них затаился. Те совсем недолго тут побыли, на «кладбище машин» глянули и сразу же в обратный путь двинули, видать ещё какие-то срочные дела у тех срочно нарисовались. Два дня они только вместе «вдвоём» тут и «прокуковали». Рядом, но не вместе — каждый со своей пАйкой.

Тут ведь как получилось? После того, как наши именно тут, на этом островке появившихся американских негров и всякую прочую сбродную сволоту на Зеланде напрочь зачистили — здесь ведь снова люди начали появляться. Дорога-то, похоже, и раньше тут была, да, видать, те первые негры совсем «безлошадные» были. Или, к примеру, отошли от, своих тачек, когда их где-то Экспериментаторы сюда «зацепили». А тут она, эта удивительная дорога идёт довольно ровно, огибает холмик и… резко обрывается в море! Если Экспериментаторы-Эксы кого на машине движущейся взяли, да ещё ночью или в туман, так тот так и продолжал уже тут по ней ехать. Ну и на полной скорости с обрыва — хлобысь! Как в старой песне Гребенщикова: «…Вот и конец пути — бултых!» Да, не очень-то высоко и, даже, не глубоко в общем-то — мелководье у берега, как он говорит, но им всем и того хватило. Одна, другая… Видать Наблюдатели шоу этого решили программу какую-то свою выполнить, или их комп заброски глюкануло и заклинило. Да чего зря гадать-то — идем сами смотреть.

Помирились мы и руки пожали друг другу — перезнакомились заново. Извинились мы перед ним — что сразу по мордам врезали, а он перед нами — что палил наобум… Теперь уже, не так опасаясь друг друга, и все вместе идем. Странная компашка, если со стороны глянуть — я вот — природный русак с Вологодчины; хохол, ну ладно, просто русский «украинец» Николай с Мариуполя; черный как гуталин малийский негр из Африки Мумбай и северный скандинав- норвег со Шпицбергена. И вот теперь и ещё один новый наш собеседник добавился — индеец-сапотек с земной Мексики. Ну тут на островах всё так — вперемешку. И народы, и расы. Это для него ново, что мы вместе в одной дружной команде и заедино, а нам уже такие «компоты разноцветные» и не в диковинку, привыкли.

— Ух, йооу! Истосковались по работе мои руки, к тому же очень кузнецом хотелось стать! Мда. Коля, а ты никогда не хотел стать кузнецом? Смотри сколько металла валяется. Только вытащить надо.

— Да нет. Не хотел. Но надо доставать — согласен. Могут быть плюшки внутри. Особенно смотри вон эта полицейская машина что чуть дальше прочих. Почти по крышу в воде. Жаль! Есть шанс что там в ней и оружие может оказаться. Да и этот его грузовичок медицинский надо непременно оттащить. Сам понимаешь КАК он нам нужен, да еще в комплекте с практикующим на нем стоматологом. У тебя зубы ведь болели когда-то? Представь, что ещё раз прихватит? Тут! Даже стенки нет — на которую полезешь! А ты его по морде «отоварил»! Вон как синячина-то наливается-то… Точняк, отыграется на тебе — живые зубы, а не больной без наркоза выдерет!

— Не пугай. Не прихватит, надеюсь… Я пару лет назад их вылечил, удалил и коронки вставил. Теперь, если только на вставную челюсть менять. Но ты прав. Надо их вытащить.

— Вот только КАК? Нам даже всей толпой тащить их из воды проблемно станет. Что с одной веревкой-то сделаешь? Придется ждать катамарана.

— Да брось ты печалиться-то! Чего ждать-то? И сколько? Столько мужиков у нас — неужто не сообразим? Смотри: у нас две бухты веревки есть. Метров по двести, с моего вагончика одна, и другую Кот подогнал. Затем вот недалеко от берега вон тот клык скалы торчит. Цепляемся блоком и пробуем вытащить первой вон ту колымагу. Она полегче всех будет. Если все нормально — то следующую. За это время Хуан на свою плиту закажет ещё веревки и полиспаст. Не получится — будем ждать. Но сам понимаешь — каждый день в воде. Морской, солёной! Чего тут долго думать — тянуть надо!

— Да даже эта машинка больше тонны. Замучаемся. Веревку порвем.

— Веревку и связать можно. Не испортится. А можно и вертляк-вертлюг как в колодцах попробовать. Вот смотри, деревья эти кактусообразные — растут рядом. Агавы? Не они? Да хрен бы с ними, как бы не назывались. Сзади крепим из пеньков упоры, кладем на них бревно. В бревне делаем по торцам вырезы и пару жердин ставим. А потом крутим как в колодце. На севере так машины под лед провалившиеся достают. Правда легковушки… Знаешь — рыбаки порой, вот так, как эти с разгона в полынью ухнут или ещё чег приключиться. Для грузовичка же полиспаст, всё же, необходимо будет брать. Затем вытаскиваем, чтобы крыша показалась, открываем дверь и снимаем со скорости. А там и дотягиваем.

— Ну что, вроде толково гутаришь, «Кулибин» ты наш, попробовать можно.

— А почему нам не завести этот грузовик и им все вытащить? — это норвег решил в обсуждении поучаствовать.

— Понимаешь, Ойвинд, чтобы его завести — его, как раз, и надо вытащить. А у нас на это сил нет. И это еще не факт, что он исправен. У него двигатель же несколько дней в воде. Мог и нахлебаться и аккумулятор посадить. Без серьезного перебора не обойтись.

Конечно, перед тем как идти по мелководью к машинам, мы много поговорили с Хуаном. Языковой барьер? Да нет, его практически-то и не было у нас уже. Но идиотами мы себя почувствовали — сильно прОняло. Как сами не догадались? У Хуана на служебном планшете оказался встроенный оффлайн-переводчик закачан, зачем-то там, среди прочих индейских языков, ещё и русский оказался… На планшете, Карл! У сельского врача! Надо срочно обзаводится подобным. Каждому! Как будет связь — сообщим Коту, пусть репу чешет. А с этим девайсом — ну разобрались как-то, сначала медленно, затем всё гораздо быстрее пошло. Так что, с пятого на десятое, мы друг друга худо-бедно поняли.

Больше всего трудностей было с агитацией его в нашу команду. Согласился посмотреть. Ну-ну. Ты только «посмотри», глянь, амиго, а там тебя в оборот так испаноязычные наши люди «за жабры» возьмут, что никуда-то ты от нас не денешься! Упрямый. То ли черта характера, то ли национальная особенность такая. И то, окончательное решение о вхождении к нам в сообщество принял только после после того, как узнал что часть нашей группы — коренные испанцы и ему непременно будет с кем поговорить без технических сложностей, а также, что многие наши знают и английский тоже. Он, кстати, и его худо-бедно знал, только в нашем произношении… сами понимаете, не каждый и поймет.

А как только Мигель, никарагуанец наш, сюда лодки перегнал — совсем успокоился, парой-тройкой фраз с ним перебросившись. Имущество — всё, что в его машине и ее саму, пообещали отдать, если он позже решит уйти. По остальному — что найдем и добудем тут, пока что договорились поделить все найденное тут по-братски. Как-никак, его ж остров, пока он к нам не вступил. А пока вытаскиваем все вместе то, что можно вытащить. Металл здесь всегда пригодится. Хотя б те же топоры или там ножи сделать, гвозди или скобы. Да мало ли что еще, и какая ковань понадобится… Чай кузнец-то у нас есть. Это я про Фиделя-испанца, как мне про него сказали. Может и не мастер, но нам же и не булатные клинки выковывать, тем более, как я понял — какую-то кованую сувенирку в Толедо он точно делал, а это хорошая школа.

А может, даже, и удастся какую машину завести. Почему ж нет-то? Мечтать не вредно… Может и не навернулся у какой машины двигатель, после того, как въехали на ней в воду. И даже если и не заведём — всему найдется применение. Николай у нас механик — говорит, что попробует что-то сделать. Не гарантирует, но в наших условиях выбирать не приходится. Хоть на водокачку как в Хищнике, хоть еще куда. Правда, нужно решить с топливом. Интересно на газгене они заработают?

(вечер. о. Юта)

Ближе к вечеру у костра сидели, сумерничали и разбирали добычу с первой машины, что достали. Намучались мы с ней, конечно, знатно — умотались все, никто ж не сачковал. Да и добычи-то, как говорится, «кот наплакал». Сама машина восстановлению не подлежала. Разнесенный блок цилиндров это вам не пять копеек. Это амба! Если не сказать про приполярного пушного зверька.

(это — Песец! причем не худой, питается хорошо…)

В общем в итоге — полторы тонны железа. Даже кресла не использовать. Все провоняло от водителя. Да-да, из машины мы извлекли труп. Видно при переносе потерял сознание, въехал в воду, да и захлебнулся. И мы сами так поняли и медик наш новый подтвердил. Хоть он и стоматолог, а общее представление имеет. Из того, что было в багажнике — самым интересным и полезным там был инструмент и лебедка ручная. Хоть за это ему спасибо! Будет чем вытаскивать следующие машины. Из личных же вещей обнаружилась униформа конфедератов, капсульный револьвер и мушкет. Видать владелец всего этого был реконструктором и, то ли на фестиваль ехал, то ли с него. Не суть. В общем сидели у костра, Ойвинд готовил, а я вертел-разглядывал сие чудо древней мысли.

— Слушай, Коля, а ты помнишь "Остров сокровищ?

— В общих чертах, а что? Типа того: «Одних убило пулями, других скрутила старость, йо-хо-хо, и бутылка рома!»

Наши мужики посмотрели на него заинтересовано. Ну надо же, такого от вечно молчаливого и неразговорчивого Николая не ожидали. Может фляжка виски из бардачка помогла? Ну, не знаю…

— Не помнишь, а с какого расстояния сквайр Трелони в глаз канониру зарядил?

— Не, не помню, а что?

— Да понимаешь, если он из такой древности, а этот ствол наверняка лучше, чем тот что был, смог подстрелить пирата на корабле, стоя в раскачивающейся лодке, то какого демона Кот потратил тысячи патронов, чтобы пяток лодок с налетчиками расстрелять? Причем из гораздо лучшего оружия. Слышал, небось, эту историю?

— Это в Заливе Свиней? Помню, сам участвовал. И тоже тратил, как ты говоришь, ну не тысячи, но да, довольно много. Там, главное было — их поближе подпустить, чтоб уж точно доставать. Почти удалось. И, что предлагаешь?

— Тренировку. Понятно, что не сейчас, ибо патронов мало, но на базе озаботится.

— Так ведь и так тренируются все. И мы, и все остальные. Вон сколько мишеней расстреляно. И ты, поди, стрелял?

— Не то. Там стрельба в стоячую ростовую мишень, а вот в ту, что в лодке — намного сложней и нужней. Смотри как можно сделать: разбортируем колесо, вон их тут сколько и на камеру ставим шест. На шесте крепим мишень и груз снизу цепляем, чтобы не перевернуло. Пусть болтается на воде как плавучий бакен или буёк. Потом ту камеру в залив и тренируемся до полного автоматизма. Камера качается, мишень двигается, а мы должны поймать её в прицел и попасть.

— И что в качестве мишени предлагаешь?

— Да что угодно. Хоть бумагу, хоть бутылку, хоть кокос. Правда, бутылка и кокос на одно попадание выйдет… Да и бумаги у нас лишней нет… Раковины?

— Кокоса не жалко, ещё найдем, а вот бутылку новую, если тут в машинах их нет — только заказывать. Тут вещи несколько другую ценность имеют, весовую и то, что по заказу — качеством лучше. Видел же ты нашу посуду. Женщины на кухне всю заказанную в поставках очень бережно моют и то, время от времени что-то да бьётся. Старик-узбек что-то делать пытался, но только пиалушки у него получались, то ли глина тут не та, то ли температура для обжига совсем другая должна быть. И никто лучше его сделать не мог, пытались уже. Э-эх, гончара бы найти…

— С гончаром понятно, «будем искать», как товарищ Горбунков в фильме говорил.

— Кстати, а ты знаешь — в моем родном городе, как говорят, его. тот фильм, снимали тоже. Сцены, что в порту. Когда в самом начале пароход отправляется. И в конце, где на катере едут, а потом его краном с загипсованной ногой поднимают. Вот пока тащили машину — вспомнил.

— Погоди-ка, а разве ты, Коля, там тоже поучаствовал? В Заливе Свиней -то? Я думал ты в рейде где-то был…

— Там ВСЕ наши были. Как раз мы только-только после рейда вот в эту сторону вернулись. Еще и на острове Кошки оружейный складик нашли. Тебе Мадсена показывали? Вон и его тоже. Я из второго ППШ лупил. Один у Кота, второй — мой, вот он. Тебе тоже такой возьмём. Какой же ты русский без автомата? Иностранцы не поймут, гы! За неимением в наличии Калаша и «Папаша» сгодится

— Да мне-то ладно, я и с винтовочкой могу. Знаешь ЧТО мне Кот предложил? «Снайпером могёшь? Надо!» — и сказал весо́мо так. И ведь не отвертишься.

— А ты что?

— «Ну раз надо — буду, и учиться всему здешнему, и стрелять точно и метко». — Так ему и ответил было, а потом чуть задний ход не дал — «а вот снайпером не смогу, наверно. Я на левый глаз подслеповат и расстояния хреново вычисляю.» А он ещё и обрадовал вдогонку:

— 'Это ты на Земле подслеповат был! Понимаешь какое дело: тут, после переноса, зрение у многих лучше стало."

— Подтверждаю, он прав, так оно тут и есть. Похоже, Наблюдатели-Смотрящие подлечили нас, во всяком случае — зрение-то точно.

— Правда? А я уж загрустил было, нет не отчаивался, с детства это. Привык. Возможно последствия травмы, но кто помнит об этом в детстве…

— Но не сразу идет, не сразу. Сам поймешь, когда на дальнем острове детали сможешь без бинокля рассматривать. Знаешь как определить что у тебя зрение — единичка?

— Нет, подскажи — интересно!

— В ручке ковша Большой Медведицы, на сломе-изгибе есть двойная звезда Алькор и Мицар, одна мелкая и красноватая, другая голубоватая и крупнее. Если видишь обе и их цвет — у тебя единичка. Идеальное зрение. Тут созвездия наши, земные, просто мы в субэкваториальной зоне — и их рисунок смещен. Стемнеет совсем — на Южном Кресте посмотрим — насколько ты видишь. Вон Мумбая спрашивал — он мало того, что охотник, обе видит без всякого улучшения. Дитя природы, фигли. Компьютерами и сотовыми себе на Земле голову не морочил, чистый лист — пиши что хочешь. Правда, Мумбай?

— Да, наставник, так и есть, не было у меня телефона. У нас в деревне ни у кого почти их не было. У брата только — он в городе учился, да у отца.

Загрустили, каждый далекую свою родину вспоминал. А я призадумался: Ах ты ж! Не знал, по астрономии у меня знания следующие: есть звезды, они складываются в созвездия. Всё. Окромя Ориона и Медведицы ни одно не узнаю. Хорошо, что он пример с ней привел. Её-то точно определю. Если она тут есть.

Пока ужинали — ветер не на шутку разгулялся, к ночи наверняка шторм будет. Ну мы ж не лохи какие — ещё днем когда мексову ПСМ-ку осматривали — в нее сразу камней натащили: авось и не не унесет. Выкинуть не долго, а терять такое — жалко!

— Сообщи, как лучше видеть станешь, и с Любой потолкуй, как она вернется. В рейд-группе снайпинг не последнее дело, сам понимаешь. Кого и где подстрелить придется — даже предугадать невозможно! Лучше заранее быть готовым. А ты с чего про «Остров Сокровищ» вспомнил-то?

— Вспомнился мне этот разговор, после того этот «марьячос» по нам палить стал. Кстати, из-за чего вот сейчас и расспросим. Амиго, а ты как с ружьем-то обзавелся? — это уже к Хуану вопрос.

Выяснилось, что оно изначально в его машине было. С собой таскал. Ничего особенного, обычная помпа, только их мексиканской сборки. Повертели мы ее, да потом и обратно выдали, как познакомились. Чуть ли не штатное оружие сельского врача. Даже лицензию предъявил на владение. Они ж там в какие только глухие места не забираются, всякое может быть — и звери, и люди…«добрые». А у него в машине и спирт, и обезболивающие. Сейчас-то мало совсем, давно пополнял, но есть что-то. Приходилось и применять… Ну надо же, какие у них врачи продвинутые! А тут, так оказалось вот что было. Он перед поворотом и обрывом притормозил и банально отлить выходил.

Кстати, тоже ранним-ранним утром попал. Ехал-ехал по их Мексике и вот тут оказался. Ничего не понял поначалу, как будто мешком его по голове ахнули. Потому и притормозил, чтоб проморгатся. Ну и текилу лишнюю из организма вывести, он же еще и малость бухой за рулем был. Кто его по сельским дорогам-то проверит? Это на трассах где — там их полицаи дорожные отираются, бабло, с кого смогут — стригут. Ну надо же, что у них, что у нас — везде всё одинаково!

Дела свои сделал, только завелся, скорости не набрал ещё, потому недалеко и улетел. Там обрыв резкий, как будто кусок дороги испарился. Или не проложили — ХЗ! Выбрался из воды. Осмотрелся. Море и остров! Следующую машину уже на берегу остановил. В ней техасец-фермер ехал, Остин. Только тот ни индейцев, ни мексиканцев, ни негров терпеть не может. Не ку-клус-клан, но типичный южанин. Все, кто не белые — вообще для него не люди, ну, разве что, прислуга. Спасибо-то сказал, да вот как-то не заладилось у них с самого начала. Объединяться не стали. Каждый свою пайку получал и её в однёху и жрал, не делились. Больше никого к ним не забросили. Остров их «двушкой» оказался.

— Погоди-ка! А что, разве его машина не утонула как все?

— Думал, что не спросите! Спрятана. Но это ж не моя — его…

— Ну ты и жук, амиго! Так какого ж Хуана, мы на себе железо тянем? Буду тебя звать Хулио Ибаньесом! Не проще разве, твою лебедкой с той и подцепить!!! Показывай, мля!

— Я — Моралес…

— Монопенисуально, веди — показывай! «Сусанин», йолки…

(поздний вечер, почти ночь уже)

Не только я так на него обозлился — все наши ребята на взводе были. Как не побили доктора — только недостаток времени на это ему и помог. Ну и еще понимание что отыграться сможет — без наркоза все зубы потом вырвет. Тумаков правда насовали, чтоб шевелился швыдче. Но двигались мы все быстро — подхватились и бегом, практически на тычках и пинках потащили зубодёра к его скрытке. Ну, его не его, нам по тулумбасу. А там — полугрузовичок фермерский заныкан. Заправленный.

Короче: управились мы до шторма. Но понервничали изрядно. На матах и пределе сил — но успели! К ночи вытащили его медицинскую колымагу. А вот полицейскую машину — не сумели, унесло её волнами за ночь чуть дальше, только крыша виднеется теперь. Там сложнее будет. Да и далеко — нашей веревки точно теперь не хватит. Что-то другое нужно.

День Двадцать Шестой-1. «Сны наяву»

группа Кота

Владимир, позывной Имир, рейдер, боец, сейчас — в поиске, о. Юта, ночь и раннее утро после шторма

Сидим у костра, греемся после трудной авральной работы — отдыхаем, разделись и сушимся. С этой ПСМ-кой, пока её вчера вытаскивали на берег, намучились — вымокли все. Напрочь! То зацепится, то ещё чего. Несколько раз пришлось в воду всем залезать, подталкивать, потом перецеплять — хватило нам бодрой «веселухи». И всё это в темпе, да на нервах, на матах — не всегда сразу и согласованно получалось. Справились — но устали, и физически, и морально. А тут ещё буря эта клятая разыгралась… Из-за неё-то и напрягались так, чтоб зубоврачебную помогайку, уже теперь нашу, в море не унесло.

(вот она, примерно такая… только слегка в море побыла…)

Установили дежурства, сейчас Ойвинд чуть в стороне укрылся, чтобы свет костра глазам не мешал — бдит. Хуана этого, как пока новичка у нас, в нашей команде, пока ещё в ночной караул не ставим. Доверяем, но… Потом уже, в следующий раз непременно и его тоже припашем — куда он от этого-то денется? Успеет ещё своё положенное время отдежурить. Тут уж или-или. Либо с нами в открытую по чесноку, либо… Ну, вы понимаете. Его ещё учить и учить работать и жить в таком пёстром коллективе надо. То, что уж дежурить-то он сможет — и так ежу понятно. Во всяком случае, про то, что ничего важного от своих скрывать не надо — это ему точно объяснять ещё несколько раз придется. Работать так вместе, а если уж воевать — так воевать, прикрывая друг друга. Если враги есть. И не в одиночку, как он пытался тут на Островах, ведь глупые одиночки не то что долго, просто не выживают — только вместе! И никак иначе! Ну и, заодно, какую-то информацию из него вытягиваем мал по малу в разговоре. Про его житиё-бытиё тут, на острове.

Мумбайка наш в руках какую-то странную штуку вертит, вроде дерево не дерево, камень не камень… Говорит — на берегу нашел.

— Николай, Имир, а что это за кусок? Вроде и похоже на дерево, но какое-то слишком уж твердое. И не кость… Не пойму что-то. Ни разу такого не видел…

— Так это, скорее всего — коралл. Видишь веточки в стороны? Из него мастерят всякое рукодельное. К примеру — бусы можно сделать или какие-то другие украшения. Женщины их отчего-то очень любят. — Николай ему отвечает. — Песня такая у нас была, мне часто знакомые и подруги напоминали:

" Привези-привези, мне коралловые бусы,

Мне коралловые бусы из-за моря привези…" (из песни)

У нас-то кораллы вовсе не образуются, климат другой — холодно в наших краях для них, не выживают, а тут тропики. Вода тёплая, самая лафа для них — вон их сколько. Вот и просили найти. Кстати, да — и возил сувенирчики из теплых стран! Иногда и помогало, на шею наденут перед подругами покрасоваться, счастливые, улыбаются — да и мне кое-что ночью сладкого перепадало… Для этого и возил…

— Это да, соглашусь. Коралл — это живой организм, растёт-нарастает, но вот, при попадании на воздух, погибает. В воде он растет, на мелководье. Такие рощи даёт, как утверждают — красота неописуемая. Читал про то только, сам не видел, прав ты — где б мне их найти вживую в наших-то краях? Кстати, из него ещё даже и целые острова бывает, что образуются, — поддерживаю нашего механика.

— Это как? — наш младой подопечный интересуется, потому и в разговор старших опять влез. Про бусы услышал — так даже знаю кому он бы их подарил, есть там на Доме одна такая жопастенькая…

— Ну понимаешь, Мумбай, он же всю свою жизнь растет, причем на дне моря, доходит до поверхности и постепенно разрастается вширь. А вот когда море опускается, часть коралловой поверхности остается на воздухе, погибает, и на нем начинает зарождаться остров. Очень много в земной Полинезии и прочей Океании таких коралловых островов. Вокруг земной Австралии почти с полконтинента Большой Барьерный риф из них тянется — во как! Да их даже можно по форме определить — эдакой подковкой, и называются они атоллы. Ну вот примерно как эта покрышка. Снаружи море, внутри море, а ограждает это вот такое колесо. Ну только размеры, разумеется, большие. Кстати, они могут и наши острова даже соединить. Вот и будет остров, остров, а между ними хорошая коралловая дорожка. И придет по нему к тебе с того острова чудище лесное… э, «островное»!

— Хорош «свистеть», Имир! Чего парню зря голову дУришь? Тоже еще, «сказочник» нашелся! Андерсен пополам с Бажёвым… Сам же знаешь, что это очень и очень дОлгий процесс. За это время сами всё изучим уже и помрем от старости.

— Кто знает? С возможностями наших Смотрящих-Наблюдающих, я не удивлюсь что дорожка за ночь появится.

— Хорош дурИть. Спать пора. Ложись. Через три часа твоя смена.

(ночью, уже под утро — сны и не только)

— Смотрите что это? Кто-то по воде идет!

Какого? Орки? Не может быть. Накаркал. К бою. А-а-а, суки, стрелы. Огонь по зеленомордым. Да что такое? У Коли автомат заклинило, не стреляет!

И у меня….

— Аааааааа. Мумба, нееет! Суки, я Вас сейчас! Падла, достал…

— Тихо, Володя, тихо — проснись! Разметался. В костер влетишь.

— Ааа, где эти суки?

— Какие?

— Орки! Зелёные. Погоди, они же Мумбая нашего и тебя на копье насадили. Почему ты жив? Да и мне башку снесли.

— Ну тебе и гадость снится! Мумбаи — на посту. А ты так разметался…

Не, ну реально я орков видел! Крупные такие, выше людей, и как индейцы с копьями и стрелами. Из зеленого прореза лезли! Откуда вот такие сны? К чему? Явно «микстура» из фляжки найденной не впрок пошла!

— Николай, не спишь? Смотри, там по морю что-то идет.

— Да что за дежавю⁈ К бою!

о. Юта (ещё пару часов позже)

Тревога наша оказалась ложной — воевать не стали. Ну, «почти ложной», малость поволноваться-таки пришлось, пока не разобрались кто там и что. Хотя, если б не ночь и их лодкокрушение — могло ведь и по всякому обернуться. Вплоть до боя с ними. Странной, с действительно непонятными очертаниями фигура на отмели оказалась ещё и потому — что там не один кто-то двигался, а двое их было. Людей, а вовсе никаких не орков. Один другого тащил, раненого. Да и откуда орки тут-то? «Это пацакская планета, не чатланская!» К чему они мне привиделись? Будто чей-то чужой сон нечаянно подсмотрел, не имеющий никакого отношения к этой непонятной и, опасной временами, планете, а будто бы с какой-то другой. Или «Платформы» — чёрт их разберет, как правильно…

Знаете, после еды бывает иногда послевкусие, а вот после того сна — какое-то «послесОние», если есть такое слово, если же нет — тогда послезнание. А гостями нашими оказались обычные арабы иорданские. А вы думали — кто? Да-да, из той самой поисковой группы, что американца Остина к себе увозили. Почему увозИли, а не увезли? Так и обратно ж привозили… да не довезли вот только.

Кто ж знал что погода тут столь резко изменится — вот и нарвались они на встречный ветер. Их-то, в отличие от нас, никто не предупреждал. Как стихать стало и яркие звезды на небо высыпали — младший, несмотря на ночь, попёрся по камням на свет нашего костра. И брата своего на себе волок. Смелый оказался и решительный. Рискнул, и не прогадал! Даже об опасностях, поджидающих в море, не задумался! Молоток! Мы ж для костра весь окрестный плавник сгребли, да разожгли ярко под нависающим куском скалы, укрытые от дождя. Он его и заприметил. Потому-то и шел он к нам упорно, что далеко нас видать оказалось — как на маяк в ночи. Опасался, объяснил это так, что не успеет, а вдруг утром мы рано-рано снимемся и уйдем, и помощи ему не будет. Вернее, даже, и не ему — брату Омару, как он сказал. Ну брату, так брату, нам-то какая разница? А младшего Джамаль зовут. Оба — иорданцы.

Английский худо-бедно как-то понимали они оба, потому как в нашем-то исполнении — он совсем даже другой, не тот, который они как-то учили, и вовсе не тот, на котором амер Остин разговаривал. Ну это-то, как раз, понятно. Арабского же мы не знаем. Тут-то Мумбай нас неожиданно и выручил — переводчиком ему теперь пришлось побыть. Больше, конечно, знаками и мимикой друг другу что-то довести пытались. Поэтому разговор наш с ними сумбурный получился, с пятого на десятое. Собственно, ещё и поэтому их и послали, чтобы с Остином могли общаться. Тот-то понятное дело, кроме своего американского английского других языков принципиально не знал, и не хотел знать, не учил — зачем ему? «Гегемон», блин, американский… Впрочем, о покойниках обычно почему-то плохо не говорят, хоть мы его и не знали, нам того хватило, что Моралес про него «добрых слов» наговорил.

Там у них, у поисковиков-то арабских, в этот раз как получилось? Они же тоже немало шарились по островам, искали разное-всякое. Что-то иногда где-то и находили. Ага, не забыть бы выспросить — что, и где именно. Хотя и не нам досталось, но для статистики и такая инфа пригодится — чего и кому встретилось. Иногда есть отличия, иногда что-то типовое, для всех одинаковое попадается. Вот и узнаём постепенно — что у них уже есть, а что потенциально быть может. Там, дальше за горизонтом — их острова, так они говорят. Сколько? Точно знают про четыре-пять, там именно они были и людей найденных в округе к себе на главный остров собирали. Главный остров свой как назвали? Jazirat akhalas — по-нашему, если с арабского перевести, что-то вроде Остров Спасения.

Население у них? Да в основном арабы, есть ливанцы, есть турки, немного, ещё какие-то представители народов из того же региона, курды точно есть, вроде слышали ещё про египтян, но не арабов, а каких-то коптов, те и не мусульмане, а какие-то странные христиане. К ним в группу те пока не вошли, что-то своё отдельное мутят. Ну, скорее пытаются… Нет, воевать и силой захватывать тех не стали, зачем? Ждут, когда у тех вода кончится — сами, мол, «к общему котлу» запросятся. Там на их острове у них проблема с водой. Вот же, «самки собаки», какие коварные… ладно, будем знать… Еще кто-то есть в небольшом числе.

Европейцы? Немного, но и они тоже есть. Один-двое пока. Причем из тех, кто на Земле в том регионе и ранее проживал. Те люди более-менее арабский знают, поэтому общаться с ними можно. Вот Остин — первый американец у них оказался, которого лично они на Островах встретили. Да, вот тут они его и взяли, прихватили и его, и его плиту. Он, правда, слегка «сопротивлялся», отказывался, но припугнули, стукнули раз-другой по мордасам — он и «поплыл», и на переезд сразу же «согласился». Это они еще про «мекса» нашего зубоврачебного не знали — точно б ловить ценного специалиста попытались!

Глянули ещё мельком на полузатопленные на мелководье машины, повздыхали, что их силами сходу там не достать ничего, как раз прилив был — а им подготовиться надо, и ушли тогда вскоре обратно на свою территорию. Им же пора возвращаться наступала, хотели в тот раз ещё до темна на свой остров вернуться успеть и на этом не ночевать, а то мало ли… На Аллаха надейся, но и сам не плошай! Это-то мы и без перевода поняли. А что, — мы специально спросили, были ли, попадались им такие острова, где ночевать опасно? Утверждают, что встречались… Были с ними такие случаи — заночуют, к примеру, на незнакомом острове, а наутро кого-то, порой, и недосчитываются из своих. И причины разные, то оступится в темноте, то флора-фауна негостеприимна, но кто-то из непойманных местных жителей так «партизанит».

Ага, снова берем на заметку — не очень-то их и любят, выходит, и, если, выбивают целенаправленно — значит, есть за что!

Много ли их там? Вроде как около двух десятков. Мужчин. Джамаль точно не знает, их все время в поиск гоняли. Что находили? Да всякое… На одной скале ящик со спиртным. Но им это — строгий запрет, харам, потому только отвезли ящик и его содержимое своему главному: он найдет способ у кого-то из соседей на что-то сменять. Он торговец успешный, ещё на Земле им был, и уже и тут всячески торговлю развивает. Мы ещё уточнили сразу же: «Арака бар»? (Кот научил: «Водка есть?» — по-татарски). Ну, а раз не было — дальше рассказываю.

Находили они и какое-то оборудование, вроде рации в жёлто-оранжевом ящике, но у них своего радиста пока нет, потому ещё никак не воспользовались. Вроде найденный тут Остин им уже пригодился — чего-то показал, как включать-выключать, как настраивать, но точно про то не знают. Их же вскоре опять в рейд буквально погнали, вот сюда, как раз — машины доставать.

Ещё в нем, в том ящике, сухие армейские рационы питания были — всего несколько штук, ракетница, набор для рыбалки. Надписи на упаковках?

— На арабском! — удивился даже такому вопросу. Мол, а почему мы про это спросили, у нас разве не так? Всё, остальное, что они находили, им потому и понятно было, и применить смогли. — ВСЁ вокруг на арабском должнО быть! — Им это старший сказал.

Ну вот, ещё одни «зашоренные» нашлись, и им когда-то да придется наглядно «объяснять», что мир тут другой, и, скорее, мультикультурный и многополярный, а не однобокий. Хорошо б так объяснить, чтоб и доходчиво было, и оружие не применять, но это уж как получится. Это уж какой у них лидер окажется — фанатик или договороспособный…

Соседи? Есть какие-то… Джамаль точно не знает, Омар про кого-то слышал. Где-то дальше, как раз, американцы есть, про них люди говорили, сами с ними не встречались. На том направлении другая группа от них в поиске активно работает, причем с теми негласное «соревнование» идет — кто больше полезного найдет. Вот Остина потом собирались им, вернее, через них передать. В обмен на кого-то своего, ближневосточного и верующего.

Ничего себе «загибы»? Абы кого на кого не меняют. Запомним….

А пока, когда вЫяснили у него, что может помочь машины с мелководья поднять — снова сюда его везли. Они тут собирались на несколько дней обосноваться. Посмотрели бы, вникли что-как и ещё бы людей подвезли более крупной лодкой. Да, есть у них и такая. Не вышло вовремя прибыть и закрепиться, припозднились в дороге — вот в шторм попали.

Ну да, пока не научились они ещё все местные приметы различать и анализировать — потому про грядущее ненастье и не знали. Они сами оба раньше на море подолгу не были, видеть-то видели, но многие их «со-островитяне» только тут про него узнают, когда сами на островах окажутся.

Тут отвлекусь немного. И мы б не знали! Но повезло — вчера нам через Зеланд пришло срочное сообщение, что к ночи буря грянет или что-то ещё такое неладное с погодой быть может. Вроде как кто-то знающий из соседей в эфир прогноз передал, а наши его и услышали. Поэтому-то мы с вытаскиванием машин тогда и торопились так — унесёт ещё волнами с мелководья, и как потом нам их доставать? Потому же и сами на лодках никуда выходить не собирались. И свои плавсредства вытащили-закрепили крепко-накрепко. И, даже, камнями нагрузили — чтоб ненароком ветром не унесло. А эти «деятели» про тот прогноз и не знали ничегошеньки — потому-то и поплатились. И связь у нас после принятия этого сообщения вообще временно прервалась. Ну это понятно-то — и ветер, и «помехи помехуют». Вот заодно, как окончательно рассветет — и её проверим, чего сейчас-то зря людей будить? Знаем уже: там у нас на Доме дежурный постоянно теперь есть, но и ему или ей тоже ж отдыхать надо, а на Зеланде — те еще до такого, вроде бы, не дошли, в определенные часы только с ними связываемся.

Только-только всё успокоилось, хотели ещё подремать, те, кто недоспал. Вдруг ещё раз переполох — да что это за ночь такая беспокойная-то! На огонек костра да звуки разговора вышла ещё одна попаданка, свеженькая, вот-вот только с Земли, или откуда их, да и всех нас, Наблюдатели забирают, и сюда перетаскивают. Баба! Молодая, бодрая и наглая. А мы-то почти все голые — сушимся, не только «портянки», но и все, вплоть до исподнего по камням вокруг костра разложили-развесили… И до этого-то уже мокрые были — и дождь, и вытягивание машины тому способствовали, и ещё раз вымокли, когда через отмель раненого тягали. В общем, картина Репина: «Не ждали!» Но её, похоже, смутить сразу столькими голыми мужиками вообще трудно, наоборот — похоже, даже нравится. С любопытством оглядывала нас, что-то своё прикидывала. Оторва, не иначе! Американка, кстати. Джоли назвалась. Чёрная, кстати. Особенно внимательно она нашего Мумбая оглядывала. Но тот её американский английский совсем не знает, просто ушёл в сторону от греха подальше и всё.

День Двадцать Шестой-2. Котовы заботы

Кот, календарь и прогнозы, о. Дом

Не, я точно в Управдомы когда-нибудь подамся! С Операторов и Старшег о группы — уволюсь нафиг! Ну а чего ж нет-то? Сиди себе, посиживай на месте, и «веники», или чего там рейдеры-поисковики добудут на дальних островах, в тенёчке пересчитывай. Чтоб мыши не сгрызли — Мурку на пайковое довольствие поставлю. Лепота…

Но это мечты несбыточные — кто ж меня отпустит-то? Ну и насчет веников — это ж я так, прикалываюсь. На кой они нужны тут в тропическом климате-то? В баню ходить? Так и так есть с чем, подобрали постепенно из местных листьев что-то похожее, с ними и ходим. Но это только наши, русскоязычные, другие просто моются. Какие-то губки приспособили — ими трутся. Ну а уж камней, типа пемзы для пяток, только самый ленивый себе не найдет. Наш-то остров не вулканический, просто на скальном основании расположен, но по берегам и здесь чего только не встретишь. Особенно после сильного шторма. Разве что, кроме «цивилизационного мусора» — вот чего нет, того нет. Нет, не было — и не надо! А рейдеры наши на фронтире и более полезные вещи отыскивают, молодцы!

Хотя стыдно, нет, не что они — там, а я тут, из-за другого… Это ж какой укор мне — географу! Широту и долготу не умею вычислить, дожили! Ну не обучали нас нас этому — что ж поделать-то? Карты рисовать — могу, легко, так на свой сектор уже и есть готовая, сделал. Встретимся с ребятами Стаса и Ксюхи-Командира когда — и им помогу-подскажу, если у них свои специалистов на этот счет не будет.

Хотя — это вряд ли, наверняка пока я тут — там у них кто-то уже и появится, умеющий это делать. Вроде бы Ксюха, как мы со Стасом её называем, штурман по профессии — она обещала их здешние координаты вычислить. Ну это-то ладно, широта у нас тут примерно у всех одна, да и долгота недалеко от нее убежала… Тут максимальной дальности между нашими группами всего-то ничего. Плюс-минус лапоть, ага. Было б только к чему привязаться… Точку отсчета назначить и всё.

Хотя вот точное время и можно было б вычислить — поставив палку или шест, в центр очерченного круга, а в течение дня наблюдений отмечать когда и насколько тень от нее сдвинется. Но зачем, когда на коммуникаторе точные часы светятся? Вот и не делал никто такого — других забот хватает. Но как-то попробовал запрос сделать. Написал:

«Прошу поставить карту всех Забытых Островов» — так ответили: «Позиция недоступна» и еще сигнал такой неприятный с коммутатора прошел. Не, лучше не рисковать так, понял, что сердятся. Намекают, что сами, всё сами… Если не ножками, то путем осмотра и… « совершите вы массу открытий, иногда не желая того!»

В южном или северном полушарии здешней планеты мы находимся — тоже вычислить можно, закрутив воду воронкой — посмотреть как выливаться будет — по часовой или против. Но нам это знание тоже пока ничего не дает. Кстати, всё равно этот опыт сделаю — вдруг для чего-то в будущем пригодится?

А вот то, что нам, имеющим в группе профессионального метеоролога-климатолога с полярной станции, через вторые руки совсем другие люди прогноз погоды сообщают… Пипец Полный! Не-за-чёт! Пора делать оргвыводы!

— Пани Миляуша? Можно Вас на разговор пригласить?

— Про пани я поняла, это вы ведь ко мне обращаетесь, так?

— Кызым, не обращайте на него внимания, — это Фая в разговор вступила, — прикалывается он так. По-татарски ваше имя, Виолетта, то есть Фиалка - как раз Миляуша и выходит. Он так говорит потому, что, похоже, сердится на что-то. Внешне по нему и не поймешь, видите — улыбается на все остатки зубов — а на душе злые кошки скребут, хоть и сам Котом себя величает. Изучила я уж его за это время, что мы тут… Понятно?

— Спасибо, теперь — понятно… А вы знаете, ФаИна, мне даже нравится — так меня еще никогда не называли… И дальше так можно! Как-то по-восточному красиво и необычно… А вот вы сказали, «Кызым» — это что?

— Дочка, девушка — примерно так по-нашему — если дословно перевести.

— Спасибо! Вы вообще какие-то другие русские, всё1 так душевно у вас, уютно. Вроде вот и Начальник зовет, явно ж ругать собирается за что-то, а мне уютно и тепло! Так что вы меня, Пан Cat, звали?

— Дожили, вот уже и кА́том окрестили… Вчера Хомяком обозвали, теперь вот так. Старею, что ли? В старорусском языке «кАтом» палача-мучителя называли. Что, так похож? Один-в-один?

Кто по-русски понимал — ржали уже все, слушая наш разговор, остальным переводили как могли…

За завтраком разговор происходил, в столовой нашей на открытом воздухе.

Мы ж за ужином толком вчера так и не посидели, быстренько перекусили под навесом и в дом деревянный все перебрались. Тесно набились, и новые, и старые — все. Разместились, конечно. Как оказалось — не зря. Палатки наутро даже поправлять пришлось — ветер с дождем, оказывается, сильные были. Но поскольку всё, что можно, было привязано, ничего существенного не потеряли, а мелочи, что ветром разбросало — соберём, куда они с острова-то денутся.

Вот я полночи и ворочался — всё думал о том прогнозе. Спасибо, конечно, но надо свою Службу Погоды налаживать. С трансляцией прогноза по радио, во как! «В Эфире Радио „Дом“ — прослушайте прогноз погоды на сегодня…» Э-эх! Разбередили. И Толян своими завышенными требованиями, и вот эта краля польская… В этот раз чудом отделались, спасибо люди добрые помогли, а дальше так быть не дОлжно!

Вот и изложил польской Фиалке свои мысли на этот счет. Как представил ей в красках, не стесняясь — ЧТО бы было с нашими людьми, захвати их шторм в море… Похоже прониклась. Думает, что-то пишет. Вот точно что-то из её причиндалов профессиональных заказывать придется. Нет, не ворчу, это я так, успокаиваю себя…

Тем временем утренние «дозвоны» начались. Сначала ребята с Зеланда обрадовали, что у них всё нормально, тоже в доме пересидели непогодь. Про рейдеров сказали,что у них там не только новые люди, но и находки — возле острова Юта на мелководье кладбище машин утопленных обнаружено. Что-то там вроде бы даже перед бурей вытащить успели. Надо ещё туда людей посылать. Это-то я и сам прекрасно понимаю. Рейдерам и дальше надо двигаться по плану, да на другие острова. Нашли или дО́были что-то, доложили про то, передали тем, кто в этом «копенгаген» — и дальше в путь. Тут ведь кто первый успел найти что-то — оно ему и принадлежит дальше, а шустряков с каждым днем все больше становится, вникают в местные расклады. А туда к ним нынче придется новичков необученных посылать.

Раз наши что-то уже добыли-достали сходу и без всякой подготовки — значит и ещё можно там найти. Тщательно подготовившись и запася снаряжение для подъема. Зачем оно нам и как найденное ими сможем использовать — пока с ходу не придумал, но точно надо! Машина, пусть даже и в нерабочем состоянии — «это ж не только ценный мех, но и» сколько-то и железа, и всякого-разного, что из ее деталей можно сделать. Не работает, починить не сможем — на детали! Вот сейчас всех новичков мужиков и обрадую — и им в путь собираться! Так на нескольких лодках и пойдут мини-караванчиком. Хорошая встряска предстоит! Со стороны португальцев обид и несогласия не предвижу, а Валерина Татьяна снова, вангую, истерику закатит, на тему «куда вы его посылаете — там же опасно может быть!» Можно подумать у нас здесь курорт, и не опасно… Да везде тут свои сложности.

Да вот хоть заквыку со временем года взять. По нашему общему мнению — тут весна, не осень. Как поняли? Да постоянно об этом спорим, убедили меня. И сам я замечаю, и вот «Фиолетта» подтверждает — постепенно, день за днем, чуть теплее тут становится. Не то чтобы это как-то мешало, скорее нет. Те, кто с самого начала тут, на Островах, вот как я, уже постепенно привыкают, это новичкам пока ещё тяжелее. Особенно тем, кто из поздней осени и зимы сюда попал. Причем, даже не европейцам — испанцам-португальцам, а именно нашим соотечественникам. Вот им реально — полный разрыв шаблона. Из студёной зимы или поздней дождливой осени — в жаркие тропики, да на горячее солнышко. И ожоги солнечные на белую кожу, и прочие «гримасы акклиматизации», включая местную пищу.

Не, от еды-то никто не отказывается, но то, что готовит Жадэ — с непривычки для некоторых «малость островато». «Самую-самую» малость. Следующая стадия — напалм… Потому, для новичков в первые день-два у нас стараются попроще пищу готовить, без специй. Вот ведь, даже в такое мелкое кухОнное, а приходится вникать, потому как от этого работоспособность людей зависит. Но это я отвлекся. Вот Вазиф тоже считает что здесь сейчас — Весна. Как-то он это понял, наблюдая за растениями. Верю, кстати, тут с ним спорить не собираюсь. Мои знания по сельскому хозяйству только огородом и дачным садом ограничены. А там, за Земле, в целом, все понятно было. Здесь же — настолько всё другое, что привычные, с годами наработанные навыки пасуют.

Но если сейчас весна — то помимо изменений погоды нас ждут и более серьезные неприятности. Причем всех! Сезонного характера. Еще в первый день от Наблюдателей было сообщено:

Агрессивность среды: общий режим сезонно. Плотность биоценоза: средняя. Ну спасибо, что хоть не повЫшеная, и то ладно.

Акул здешних мы уже имели сомнительное «удовольствие» наблюдать. Нам впрямую этот вид здешнего биоценоза особо-то не мешает, просто всегда учитываем его наличие. Они постоянно где-то рядом. Лодки не сопровождают, во всяком случае — не все лодки, вроде бы такого и нет, но рядом, случись кому за бортом бултыхаться — оказываются непременно. И, что у них в намеренИ́ях, сразу ясно становится — жрать готовы всегда! Всё! И всех. Что мелкие, что большие. Хорошо, хоть, самые большие возле нашего острова редко показываются, где-то на глубинах рыщут. То ли отмели и скалы прибрежные им не нравятся, то ли ещё что, но нет их тут, и не надо!

Другая зато забота появилась. Прочитали мне часть записки, той что я в самый первый день здесь обнаружил. Уж кому я только ее не показывал! И австралийским аборигенам, и европейцам, когда на Котелке с ними переговоры вели. И даже пленным тамилам и ирландцу… Датчанам и цыганам, короче говоря — всем. А помогла вот, как раз, Виолетта! Приписка-то на польском языке оказалась — вот ведь как! И вот там-то про сезонную угрозу и сообщалось.

Там смысл такой был, что на этом острове ранее жило трое — Януш, Малгобжета и Юзеф. Судя по всему — поляки. И как-то она поняла ещё, что люди эти попали во время Второй Мировой войны. Год и месяц там проставлен не был, но, вроде как, почти год они тут прожили, даже, скорее, и поболее. Потом, там не сказано каки от чего, но один из них погиб, но зато вместо него появился кто-то другой, мы не смогли понять кто именно, но, судя по тому, что вторая часть записки была на каком-то иероглифическом языке — вероятно кто-то из Юго-Восточной Азии. Потом они по какой-то причине собирались куда-то уезжать, а будущим поселенцам оставили предупреждение, что здешней весной было — цитирую буквально: «нашествие больших крокодилов». И они, хоть и пережили его, куда-то совсем отсюда перебраться решили. Вот не на нынешний Зеланд ли? Не удивлюсь, но может и ещё куда-то. Там не понятно, сказано только «на другой большой остров».

Я ещё переспросил — верно ли что крокодилов? Не просто рептилий или там динозавров каких? Так Виолетта утверждает что «inwazja duzych krokodyli» никак иначе перевести на русский невозможно. Вот и думай теперь — что бы это значило? А вот хрен его знает — на всякий случай предупрежу-ка я всех своих чтоб бдительнее были, да и Стасу сообщу, а уж он поделится с Ксюхой. Люди ж пережили ту напасть, как-то и выжили — и мы её переживём, но знать про такое надо.

Разговоры

Стас на очередном утреннем разговоре, которые у нас с ним уже становятся регулярными — сильно меня удивил. Представляете, они там староземной Новый год отмечали! Ну надо же! Так и сказал ему, процитировав киношного генерала Иволгина: «Ну вы, блин, даете!!» Будто других слов и нет. Посмеялись, он тоже понял на что я намекаю, смотрел это кино. Не, любой праздник — это Событие и людей в группе сплачивает, слов нет, но почему именно он-то? Мы тоже б отметили с ними за компанию, если б знали. Оказалось, когда стал выяснять подробности, как да отчего, что это они не сами придумали, а подхватили почин Ксюхи. Причём, узнали буквально за полчаса до, еле успели свой стол накрыть. Там часть украинских первопоселенцев из начала декабря сюда на Острова попала, про то не забыли, вот они свой земной календарь и вспомнили. Как раз и сошлось. А Стасовы люди только из Поздравления в эфире их Главой соседской группы об этом узнали.

Если я сам из сентября был сюда закинут — тогда что, наш собственный новогодний праздник ещё впереди? Прикольно! Отметим, когда время придет! Надо будет ещё раз опрос в группе провести и составить табличку — кто и когда был забран. Что это даст? А вот не знаю пока. Может быть какие-то закономерности и выявятся. Тогда надо будет еще и графу откуда ввести — о земном месте жительства. Город или село, область, регион. Тогда, на основании вдумчивого анализа можно будет ориентировочно представлять откуда, из какого региона новых людей к нам ещё забросят. Интересная задачка — кстати, надо будет и Стасу и Ксюхе предложить подобное сделать — такое точно всем пригодится.

Вообще, люблю подобные ребусы разгадывать. Не просто кроссворды или головоломки, это для меня, не хвастаясь, достаточно просто, как орешки их щелкал, а нечто вот такое — глобальное. Когда-то давно в молодости, ещё в то время, что работал в экономическом отделе геологического института, разглядывая различные карты, придумал даже некую связную конспирологическую теорию. Публиковать не стал, мне это не нужно ни тогда, ни сейчас, было, да и сети интернета тогда такой разветвленной не было, просто придумал и продумал. Зато, с её помощью мог предугадывать некоторые события.

Расскажу вам: вдруг кому-то тоже интересно будет? В различных атласах есть, порой встречается карта тектонических разломов, на которой, к тому же, обозначены периоды возникновения мировых горных систем. В частности — альпийско-гималайская. Они там разным цветом отмечены, ошибиться трудно, надо лишь вчитаться в пояснения. И есть карты обычные, политико-географические, с границами стран и так далее — их-то, в отличие от первых, все видели и прекрасно знают. Никто из вас не пробовал их совмещать? Нет? Зря! Интересная картинка может получиться — если правильно глянуть и надлежащие выводы сделать.

Нам-то здесь на Забытых Островах это уже, вроде как, и не к чему, а вот на оставленной нами Земле может кому-то и пригодилось бы. Хотя, наверняка те, кому положено, это давно уже и сделали, да, наверняка — так и есть! Так вот, в результате наложения карт друг на друга, оказывается, что бо́льшая часть происходящих на планете международных, межрелигиозных и просто национальных конфликтов, а также множество серьезных техногенных катастроф происходит как раз НАД зонами активной геологической деятельности последнего периода! Так называемой «молодой» складчатости. То ли из центра Земли идут некие сигналы каких-то неведомых частот, а на поверхности земной коры они считываются организмами людей. И те становятся более раздражительными и, в результате, возникают всяческие конфликты и всякое такое прочее. То ли, если допустить, что Земля — это единый организм и всяческие конфликты провоцируют геологическую и тектоническую активность… По разному можно выводы интерпретировать. Вы про такое не знали? Даже и не догадывались? Вот, теперь знайте! Последний вариант, конечно, менее вероятен, скорее первый вернее, но, как знать, как знать. Примеры приводить не буду: кому интересно — верные выводы сделает, глянув на обе эти карты и продолжив череду уже произошедших и будущих событий.

Применительно же к нашему существованию тут — а вот не удивлюсь, что чем больше тут возникает всяческих конфликтов — тем больше вероятность ожидания сейсмической активности или вулканической деятельности. С точностью до дня и часа не предскажу, конечно, но такое вполне может даже и быть. Те, кто нас сюда забросил и наблюдает — наверняка заготовили подобные «подарки» для подопытных участников своего Эксперимента, если в их силах такое. Пуркуа бы и не па? Ферштейн-андестенд? Во-во! Дух захватывает от таких глобальных вопросов. Однако, выводами в эфире делиться спешить не буду. Вот произойдет где-то и когда-то встреча глав дружественных групп — вот там про такое непременно своим расскажу. Пусть не у меня одного голова на этот счет болит! А пока хватит о глобальном — вернемся к насущным вопросам.

Ещё Стас поделился новостью — сегодня с утра к ним в группу вышел сельский православный батюшка с большой семьей. Порадовался за него и его группу — если человек тот неплохой, то наличие такого психолога-комиссара здорово поможет гасить многие конфликты в их коллективе и поддерживать нормальный психологический климат.

Здесь, когда мы все вырваны из привычного нам мира, оторваны от корней — это может сильно помочь. Попросил, при случае, прислать его и к нам — у нас тут младенчика бы покрестить надобно. Да-да, первого рожденного на этой планете человека. Ну и браки, те, которые между христианами — неплохо бы венчанием закрепить. Свадьбы и всё такое прочее — это тоже неплохо, но вот такие скрепы — и они не помешают. Во всяком случае — хуже от того не будет никому точно. И людям спокойнее — не просто стали жить вместе, получив на то одобрение старшего группы, а по канону. Как-то так, в общем.

Ну а я с ним поделился своей неприятной хренью, что, судя по всему, именно здешней весной могут, так и сказал, появиться какие-то большие крокодилы, чтобы наготове были, продумали свои действия — если что. Только вот этого нам и не хватало — для полного «счастья». Есть у нас в группе реальный охотник на крокодилов, с ним посоветуюсь, как что узнаю — и им сообщу. На этом и завершили разговор.

День Двадцать Шестой-3. Наивные здешние албанцы. о. Лагерхауз

Люба, рейдер и переводчик, позывной «Снегирь», о. Лагерхауз

Ну что вам рассказать — наш план в общем и целом удался. Именно наш, а не «навязанный» нам сопровождающими. Почти… Во всяком случае, поначалу всё шло именно так, как нами первоначально и предполагалось. Гражданские руководители общины европеев еще на берегу делегировали свои властные полномочия Вольфраму, как основному «представителю заказчика», вот он и у нас на Флагмане попытался было ими воспользоваться. Как только начал он диктовать нам как, что и кому делать по его плану — тут же и возмутились. А вы бы смолчали? Если его план — глупость полнейшая? Вот и мы!

Не вышло по его! Быстро мы осадили наглеца. Мы — это я и капитан. Вежливо, конечно — всё в рамках, но строго поставили его на должное ему место. Ибо, нефиг! Тут на Флагмане — наша суверенная территория, действовать на нем и на берегу острова, который пока еще не их полноправная собственность — предстоит именно нам, раз уж они нас наняли. Потому, мол, и убедительно просим не мешать. Мало того — и выполнять те договоренности, что мы ранее с его начальством заключили. «Утёрся» — смолчал и принял. Но обидки явно затаил. Вояки тоже на это промолчали, не вмешивались в мой с ним разговор. Лишь позже большие пальцы вверх украдкой в знак одобрения показали — ага, значит он со всеми своими «планами и инструкциями» и их всех уже успел достать. Но открыто нас поддержать не решились — ведь по возвращению этот долбодятел непременно настучит. И на нас, что топорщимся, и на них, что не поддержали. Когда всё досконально обсудили по нашему плану, вояки кивнули — мол, согласны, а Вольфрам-таки заставил подписать протокол, и схему действий приложил, а потом его ещё и завизировал. Черт с ним! Крючкотвор. Тут спорить уже не стали. Как есть «бумажно-чернильная душонка» — пусть уж делает вид, что участвует.

При приближении к нужному острову все «евронемцы» из «вермахта» скоренько по команде попрятались и заныкались в каютках Флагмана. Ну а команда наша стала ещё активнее изображать из себя расхлябанных и недисциплинированных вольных торговцев — так и прибыли мы к этому чужому острову.

Какой он, спрашиваете? Неприветливый и неуютный! Это если по первым ощущениям, если сравнивать его с моими родными белорусскими лесами, где легко дышится… А здешний — он совсем другой, совершенно на них не похож. И, даже, на нашем Доме растительность какая-то более добрая и добротная — настоящая, что ли… А здешний… Холмистый и скалистый, так, наверное, правильно будет его охарактеризовать. Деревья-то на нем тоже есть, и местами, даже, довольно много их, а вот какие это породы — так с ходу и не определю, но встречаются, и немало, причем, судя по цвету и насыщенности зеленью их листвы, совершенно разных видов.

Со всех сторон вокруг массива острова — отдельные скалы и камни торчат из воды, кое-где совсем близко к поверхности и еще подводные камни-клыки видны. Более-менее удобный подход к берегу с моря, похоже, только один, тот, где сопровождающие нам и рекомендовали приставать. По словам Кольдо — в ночное время даже он, капитан с многолетним стажем судовождения, не рискнул бы вокруг этого острова близко ходить, уж очень вход сложен оказался, — так и сказал про эту мини-бухточку. Верю, сама с опаской за борт по сторонам поглядывала. Потому как напороться на эти зубья тут действительно проще простого. Но, обошлось…

Раз уж сказала — поясню. «Вермахтом» мы так местных вояк из нашего сопровождения прозвали, они особо-то на нас уже и не обижаются, даже втайне, может быть, и гордятся. Хотя официально стараются, всё же, от такого прилипчивого образа всячески откреститься и называют себя «просто и незатейливо» Selbstverteidigungskräfte (Силы самообороны — нем.) Попробовала я было раз-другой такое заковыристое словообразование выговорить — да ну, ещё язык-то о зубы ломать — пусть сами мучаются. Георгу смешно, а мне нет. Им-то, может, и просто такое произнести, а нам — уж точно нет!

Ну а как ещё иначе-то назвать? Слишком уж напоминает. Форма-то у них современная, да, это так — наверняка бундесверовский «флектарн» они для своих вояк заказали, вместе со всем прочим снаряжением и амуницией, а вот их оружие… напоминает… Да что там, «напоминает» — когда оно то самое, вермахтовское, времен Великой Войны и есть! Нда, не сказать, что у них в руках копаное «эхо войны», выглядит-то как совершенно новое и хорошо ухожено. Похоже, и они свой оружейный мини-складик отыскали — немецкий. В первую встречу что-то не замечала я, чтоб оно у них было, вероятно, уже позже обнаружили, на каком-то из малых островов. Где, что и как — настойчиво выпытывать подробности не стала. Эрнеста попозже расспрошу — уж он-то точно от нас скрывать уже ничего не станет, всё и выложит. Ведь от него, как «почти местного» явно не скрывали — наверняка слышал какие-то разговоры, или, может, сам принимал участие в поиске. Да уж, видеть это рядом, слыша их гортанные команды — оторопь берет.

Насколько я понимаю — у одного из подчиненных Георга в руках тот самый легендарных их пулемет MG-42, но с каким-то совершенно незнакомым круглым барабаном. Вероятно какая-то неизвестная мне модификация, я не специалист — судить не берусь. У остальных — две винтовки Mauser 98k, насколько я слышала — основное и наиболее распространённое оружие их тогдашней пехоты, более легкий их аналог нашей отечественной винтовки Мосина. Вроде как, она в чем-то даже превосходила её, была легче, и затвор-то у неё надежней и скорострельность выше, и еще что-то. И у Георга — MP 38/40, тот, что у нас ошибочно называют «Шмайсером». Вот про него я поинтересовалась:

— Что, неужели это — «тот самый», широко известный нам по фильмам и книгам?

— Ja, ja, genau, er ist derselbe. — И, уже на русском. — Наверное, да, он самый. У нас же учили что MP 38/40 никогда не был основным стрелковым оружием для большинства подразделений Вермахта. Вооружали им водителей, танкистов, отряды специальных подразделений, тыловые сторожевые отряды, а также младший офицерский состав сухопутных войск. Вот как меня. Немецкая же пехота в ту войну вооружалась по большей части Mauser 98k, вот такими — как ты видишь у ребят. Лишь иногда это оружие в некотором количестве в качестве «дополнительного» передавались штурмовым отрядам. Поэтому-то мы сейчас с ним.

Сделала для себя вывод, что складик-то у них не такой уж и маленький найден, раз они на разные задачи разное оружие брать могут… Или там было больше, потому что и их численность в момент находки оказалась больше нашей? Не знаю… Ладно, учтем.

Ну и на поясах у каждого «зольдатена», довершая схожесть — кобура с пистолетом и ножом. Вероятно Люгеры или Вальтеры. Может скрытно носят при себе и ещё что-то, пока не знаю.

Пристали. Медленно и осторожно. Высаживаться пока не стали — зря не рискуем. Терпеливо ждём. То, что нас заметили уже давно, и вели, пока мы приближались — мы поняли, пару раз блеснула оптика на солнце. Причём, в разных местах. Вскоре на берегу появился представитель здешних островитян — средних лет мужчина-албанец. Темноволосый, видно что балканской внешности, но вот в иных условиях приняла бы его за кавказца или турка, как я их себе представляю.

Тут, на Островах, ведь как устроено: одни — просто люди, с понятным устремлением найти других нормальных людей, и готовые как-то сотрудничать, а, порой, и объединяться с ними в группы, а есть и такие, что свою национальность или веру считают приоритетной. И они, вот такие, объединяются только и исключительно с себе подобными. Этот, да и все они тут — как раз из таких. Как поняла? Да постепенно в разговоре это выяснилось. Для начала представились, познакомились. Он назвался Долматом. Как позже мне объяснили — в переводе с албанского это означает баран. Чуток похож, кстати… Вот и пойми, то ли это имя, то ли кличка.

Мы о себе сказали, что независимые торговцы, ищем по дальним островам, что кому можно продать или обменять. Наш остров — за пределами «еврозоны» немцев и голландцев. С ними торгуем, уже не в первый раз, поставляем им продовольствие, в обмен на технику и механизмы, которые, в свою очередь, сбываем другим группам. Вот и в этот раз выгодно расторговались и, услышав разговор, что есть еще независимая от тех групп а на этом острове — прибыли и сюда, познакомиться. Да, можем и им что-то предложить. Например — продовольствие. Местного «производства». Рыбу, птицу копченую, фрукты, соль. Что именно и сколько — готовы обсуждать. С их главным. Вероятно, он может и свои товары на обмен назвать? Долмат подтвердил — с этим только к нему, он сам просто «наблюдатель». Ну-ну, а ружье он просто так нацепил, что «наблюдать» удобнее было, ага, «верим».

В общем-то, мы даже и не врали, слегка недоговаривали, это да, ну и малость сместили акценты. То, что мы из русско-испанского сообщества по нам сходу не понять, ни по одежде, ни по оружию. А так — все европейцы, говорим на смеси разных языков, испанском и французском и, немного, немецком. Переговоры вел Кольдо, я была названа переводчиком. Этот Долмат как-то понимал немецкий, вот на нем с ним и общались. О себе и своей группе сказал только что они — косовские албанцы. Покрутившись среди нас, ушел, разрешив высаживаться и готовить обед на берегу. Специально об этом попросили, мол на катамаране остерегаемся огонь разводить… Поверил или нет — по нему не видно. Просил лишь далеко от места стоянки не отходить. Ну понятно, кто-то из них, возможно и не один, продолжает за нами наблюдать. Не исключено, что и в объектив прицела, очень уж неуютно мы себя тут чувствовали. Так бы и мы поступили, окажись они у нас в гостях. Но мы — это мы, а они… да кто ж их поймет-то?

Когда сюда шли, Георг и Вольфрам чуть подробнее рассказали нам о них, об этих людях.

Косовские албанцы являются этническими албанцами с родословной или происхождением в регионе, независимо от того, живут ли они в Косово или нет. Большая диаспора косовских албанцев сформировалась после их войны, в основном, в Германии и Швейцарии. По разным оценкам, их там живёт более 500 000 человек. Около 300 000 в Германии и примерно 200 000 в Швейцарии, что составляет примерно одну пятую от их общей численности

Эти, во всяком случае «мирные» из них — как раз из таких. А вот насчет их боевиков — они сами точно про них не знают, вроде как те прибыли на этот остров откуда-то ещё. Прибыли и сразу же вступили в конфликт с их представителями, теми, кто нашел здесь склад. Что-то удалось из него вывезти раньше, какую-то технику, но в дальнейшем что-то пошло не так, и они со здешними находятся в состоянии вооруженного нейтралитета. При этом умудряются еще и как-то торговать между собой. Если б не боевики, скорее всего здешние влились бы в европейскую группу без всяких хитрых условий, к тому уже шло, судя по всему.

Так, раз откуда-то прибыли — значит у них есть свои лодки? Да, подтвердили, что какую-то посудину у них видели в самом начале, но потом они, по словам их наблюдателей в море с этой стороны острова не выходили. Или прячут или что-то еще. Во всяком случае рыбу ловят только с берега — вот и все что про них известно. Ага, значит все же за Лагерхаузом ведется какое-то наблюдение? Вроде как у нас на Доре за соседними островами. Почему-то нам не показывали откуда именно. Какие-то небольшие островки по дороге сюда мы видели, но к ним не приставали. Вроде как по рации Вольфрам с кем-то коротко пару раз разговаривал, что-то уточнял, я не прислушивалась, вот значит с кем. Хитрят, господа « европартнеры», хитрят. Но, в общем-то они в своем праве. Тут доверять только своим можно. А своих у нас тут нет, только временные союзники, скорее даже наниматели, так точнее будет.

Почему не стали говорить что мы из русской группы? Есть причины и немало, пожалуй перечислю их тут.

Земная Албания для россиян была и есть, да ми по сей день остается самой закрытой страной Европы, о которой средний россиянин, да даже вот и я, жительница Беларуси, практически ничего не знаем. Насколько я слышала — праздные туристы редко ездят в Албанию, постоянно проживающие там русскоязычные малочисленны и дают слишком скупую информацию. Вероятно, и сами албанцы ничего не знают о современной России, однако у них много причине не любить русских.

Первая причина: итоги Второй Мировой войны. Когда война подходила к концу, страны-победители решали судьбы малых народов Европы. Самих албанцев, конечно, никто ни о чем не спрашивал, но по итогам войны она отошла к социалистическому лагерю. Относительно конечно, на деле-то там не пойми что строилось.

Причина вторая: политика Н. С. Хрущева. Албанцам очень не понравилось, что Н. С. Хрущев выступил с разоблачением культа личности Сталина. После этого отношения с СССР испортились, а албанцы стали ненавидеть русских.

Третья причина: Китай. Когда у Советского Союза испортились отношения с Китаем, албанцы только усилили антисоветскую и антирусскую истерию, и это еще сильнее ухудшило отношение к русским, которым пришлось бежать из страны.

Четвертая причина: поддержка Советским Союзом и Россией Югославии. Русские всегда считали Югославию братской страной, а югославов братским народом, что очень не нравилось албанцам и не нравится до сих пор, хотя Югославии уже нет.

Пятая причина: Косовский конфликт и поддержка Сербии. Корни этого конфликта уходят, конечно, в глубокое прошлое, но не секрет, что в этом конфликте русские были на стороне братьев-славян, то есть против косовских албанцев.

Шестая причина: религиозная. Албанцы не исповедуют православие, местные православные не имеют никакой возможности посещать церковь, в стране в основном живут мусульмане и немного католиков. Межрелигиозные противоречия усиливают межнациональную неприязнь. Это то, что знаю я. Наверняка есть и ещё что-то, вот и выясним постепенно — что именно. Но и вышеперечисленного более чем достаточно.

Кстати, интересно, а вот если б нам встретились балканцы — сербы там, хорваты или македонцы какие — решили бы они к нам в группу проситься? Уточняла у Георга — ответил, в их анклаве только чехи, ну это-то я знаю, есть одна словачка, но других славян, кроме вот нас, они не встречали. Значит где-то есть и такие? Не знаю, не уверена, нам бы с этими «Энверами» и «Джаками» разобраться. Почему «Джаками» — слышала, что это самое распространенное среди них имя, в переводе, вроде как вытеснитель означает.

Почему «Энверами»? Так их старший себя назвал. Тоже непонятно, имя это у него или псевдоним. Прибыли втроем. Охранник с автоматом чуть в стороне остался. Обманчиво расслаблен. На нас ствол, вроде бы, и не наводит, но готов к стрельбе, видно по нему, что приходилось ему ранее оружие держать. Вот у него, как раз, что-то похожее на Калашников в руках. Не совсем такое, как я себе их представляю, но что-то общее есть. Наверное болгарской или ещё югославской сборки — все же, я не военный и такие подробности мне знать неоткуда. У Энвера — ружье интересное, явно что-то с оптикой. Он что, никак снайпер? Может это даже и хорошо, вряд ли у них на группу несколько снайперов, ребятам проще будет. Но интереса никакого проявлять не стала, ни к чему их настораживать. Удачно получится — сама и посмотрю, а нет… Даже и думать про такое не хочется!

Сели вокруг костерка — наши в малом котелке воду разогревают, кофеек пить будем. Мне-то бы лучше чай, но здешние явно кофе по-турецки предпочитают, у нас как раз было чутка с собой на подобный случай. Знакомимся, неспешно беседуем. Перевожу капитану, он делает вид, что кроме родного, никаких языков не знает, вот для этого я и нужна. «Хозяева» острова явно недовольны, что женщина в беседе участвует, но вида не подают, только рожи хмурят. Ничего — потерпят!

Тем временем «проснулся» Эрнест и, едва сойдя на берег, пошатываясь направился в соседние кусты, вскоре оттуда послышались непристойные звуки. Нам пришлось извиняться, что «нерадивый матрос перебрал накануне, а других нет, совсем нет, просто некем его заменить…»

«Джаки» переглянулись. Они и так уже срисовали всю нашу команду. Двое молодых испанцев, причем, один совсем пацан еще, а второй, хоть его и постарше, зато с фингалом под глазом, вот этот «кирюха», капитан Кольдо и я. А кораблик-то у нас зачётный! И вместительный, и вообще… Тут они как-то подобрели и стали предлагать кому-то из нас сходить посмотреть на то, что они могут предложить. Капитан предсказуемо отказался, сославшись на то, что ему при судне надо быть, вдруг прилив-отлив или ещё что, команда без него не справится. Зато вот его помощница по торговой части — как раз МОЖЕТ с ними прогуляться. Ну и Фидель или Пако с ней, со мной, то есть, а он, мол, мне доверяет. На что я сказала, что мне надо переодеться, раз к людям идем, не в матросской робе же идти? Капитан скорчил гримасу, в стиле вроде как: «видите с кем приходится работать?» «Джаки» чуть не синхронно кивнули в ответ, мол, понимаем, готовы подождать. Ну я и кинулась на палубу.

Наш Флагман мы на берег не вытаскивали — просто привязали веревкой к вбитому тут колу, видать не первый раз именно здесь кто-то пристает, место уже подготовлено. Так вот, а с берега на борт была перекинута переходная доска с набитыми на нее брусочками. Знаю, что по морскому она называется трап, но я ж тут под тупую блондинку кошу… Вот с этого трапа-доски я с криком и визгом и навернулась! Конечно же, внимание всех, кто был на берегу, было обращено на меня и только на меня. Что и требовалось! Потом Фидель и Пако меня вытаскивали, капитан обругнул по-французски Grenouille stupide! и Vache maladroite! Ну-ну, ругайся-ругайся, вернусь — покажу КТО тут «тупая лягушка» и «неуклюжая корова»! Это я-то, которая по весу меньше любой козы будет? Ладно, перетерплю, надо соответствовать образу.

Затем, прямо на палубе стала переодеваться, попутно развешивая на бортике свое разноцветное бельишко. Уверена — скрытый сейчас наблюдатель на берегу смотрит только на меня. Про какого-то рыгающего в кустах пьянчугу он даже и не вспоминает… В тесную каютку тоже не лезу — там и так не развернуться от спрятавшихся с палубы немцев. В открытый люк вижу их довольные рожи, а Георг так даже большой палец показал.

Ты тут еще… Ну тебе-то ладно, думаю, и сам бы вблизи вскоре меня увидел, к тому самому у нас шло, а вот напарникам его мой топлес смотреть незачем было. Но уж если играть — то максимально близко к реалу. Тем более с женскими разноцветными тряпочками! Если такой трюк прокатил у нас в бухте Дома, то почему и нам им здесь не воспользоваться? Вот и пригодилось, правда, тут уже только ишь саму себя мне пришлось играть… Зато «зрители» были в восторге от «представления», только что не хлопали, а ржали на все голоса.

Стоя спиной к «Джакам» быстро сказала Георгу что, похоже, лодкой заинтересовались — могут сунуться и сюда. Он только кивнул в ответ, мол, «яволь, майне фрау, ферштейн.» Не оплошайте только, тоже мне «пОнел», ещё ничего не было, а ишь ты, губёнку раскатал — уже «майне фрау»! Ладно, не до них мне. Напялила на себя моё родное, в чем я сюда на остров попала, конечно, без белого халатика, его я давно в медчасть сдала, и шляпу с полями, прихватила сумочку, только лодочки на каблуках одевать не стала, «я ж не совсем дура, а так, только наполовину.» Поэтому пойду в кроссовках — тут всё-таки камешки на берегу, могут и острыми быть, а далее вообще не известно что будет.

Капитан, как и предполагалось, приставил ко мне Фиделя, так и сказал, что за «такой» как я, присмотр нужен, и вот тот как раз с ружьем пошел, но против него «Энвер» возражать не стал.

Долмат тоже пошел было с нами, но Энвер рявкнул на него что-то обидное по-албански, тот и вернулся, зато охранник как стоял в стороне, так и остался там стоять, не пошел главного сопровождать. Ага, типа, не доверяют оставшимся. Да ради Бога! На самом-то деле всё про них ясно, решили захватить наш Флагман, а меня и еще кого-то решили отвести подальше, чтобы раздёргать команду. Но пока шли к их «дому» он мне что-то рассказывал, что такой яркой женщине, как я, явно не место в какой-то сбродной команде алкашей и детей. Ладно Фидель немецкий не знает, он бы на детей точно обиделся. Насчет алкашей же — вчерашний запах перегара от капитана специально не стали «гасить», даже и усугубили перед самым островом — надо быть «в тренде». Ух, что с нами будет, если Фая узнает про столь нецелевое использование медицинского продукта… лучше ей не знать!

Навстречу нам по той же тропинке прошли ещё двое — один-то явно албанец, второй более смуглый, похож на турка, оба — с оружием. Энвер что-то им сказал коротко, те только кивнули. Делаю вид, что нас это не касается. Мало ли кто куда ходит, тем более что Энвер что-то усиленно втирает про какие-то замечательные вещи, которые хранятся в их доме и которые просто мечтают получить глупые дойчешвайны и Schweinehunde (свинособаки). Усиленно подыгрываю ему, что да, готова взглянуть. Постепенно Фидель начинает чуть отставать, делая вид, что что-то там неладно с его обувью, а я вовсю слушаю рассказчика и даже чуть ли не под руку его беру. Он, кстати, совсем не возражает.

И в этот момент Фидель наносит ему прикладом удар по голове. Ну и я слегка добавляю. Почти «минус один». Почему почти? Ну не насмерть же мы его, а только так, оглушили. Связываем, обезоруживаем и оттаскиваем в сторону, чтоб кто-то другой не обнаружил. А теперь возвращаемся обратно. Тихо и бесшумно, как и должно настоящей рейд-группе на задании. Но там уже обошлись и без нас. Только пару хлопков мы и услышали. Если б не знали, что там такое — даже и внимание не обратили бы. Вероятно кто-то с глушителем стрелял. Ну кто-кто, у Вольфрама такая штука была, ребятам Георга такое не к чему, они и голыми руками бы справились. Но значит так надо было. Оперативная обстановка, так сказать, такая сложилась. Что, собственно и подтвердилось. Четверо здешних «Джаков», включая Долмата и охранника, обезоружили и связали Кольдо и Пако, попутно надавав им тумаков, чтоб не сопротивлялись. Поискали в окрестностях «пьянчугу» Эрнеста и не найдя — ринулись на наш Флагман.

Сунулись в каюты — их у нас две, и вот там-то их немцы и приняли. Одного придушили, второго пристрелили, а двух подраненных связали. А, тем временем, наш охотник оправдал себя полностью — он незаметно подкрался в тыл наблюдателю и вырубил и его. Итого — условно «минус шесть». Значит, если никого к тутошним не добавилось — здесь только трое так называемых «мирных». Вот с ними теперь и предстоит разбираться.

Тут уже, раз немцы сами «открыли счет» им и продолжать, наше, и особенно мое дело — выманить кого-то еще из деревянного дома. Кстати, похож на тот, который занимала банда негров на нынешнем Зеланде, очень похож, как будто бы один-в-один слеплен.

Дальше было совсем просто, потом расскажу, устала я очень…

Кот, о. Дом

Ну наконец-то отправил на этот Зеланд и Юту людей, причем мобилизовал всех мужиков, кто мало-мальски что-то в технике петрил. Посуетиться-пошустрить в темпе пришлось, особенно в плане — одеть-обуть всех наших новичков по сезону. Ну и вооружить тоже, тут без этого не обойтись, но как-то вывернулись, обошлись местными ресурсами и трофеями, даже времени поставки не стал дожидаться. Во второй лодке Вазифа Главным назначил. «Капитан» из него конечно, ещё тот, на это у меня горячая каталонка Пилар есть, она не то что две, а и три-четыре лодки вытянет, но человек он, безусловно, деятельный, и разлом техники организует. Тем более, что Николай там на месте все до́лжные ЦУ ему даст, да и Имир явно что-то знает.

Кстати, потом надо будет расспросить команды — все ли ее указания правильно выполнялись. А то она, Пилар-то, недавно, выяснив, что мне когда-то в водные походы-сплавы на лодках-надувнушках и байдарках доводилось ходить, подбила-раскрутила меня поделиться сленгом. Ну а я чего-то увлекся и произнес сгоряча несколько полуматерных терминов… Типа: «вы неправильно это делаете, гляди, поворачивайте как я, н-на…» Ну вы поняли, я тут предельно смягчил ещё. Ох, чую, аукнется это ещё, когда мои разноцветные и разноязыкие матросы материться начнут по всем соседним Забытым Островам как родные русские грузчики… И ведь не запретишь, скажут — от своего командира услышали, вот, язык его учим. Что-что, а такое лучше всего почему-то запоминается. Да вон, за примерами далеко ходить не надо, Мумбайка наш — как губка такие перлы влет запоминает, попробуй отучи такого.

Наш радио-Кулибин — Толя на Юту не пойдет, только до Зеланда, но ребятам-рейдерам прямую связь со мной обещает обеспечить неплохую. Вроде как, что-то он такое придумал, хитрое радиотехническое. Говорит, что в пределах Дома, это я про остров и его окрестности, связь через станцию на чердаке у меня будет с кем угодно и с любой точки, главное мне переносную коробочку под рукой держать. Верю — а куда деваться? Жаль, раньше под рукой такой штуки не было. Но ведь справлялись же? Вот! А так, знамо дело — лучше будет!

Там ведь, мало того, что на Юте машины с мелководья тягать предстоит, ещё и весь Зеланд теперь в нашем распоряжении! Сбегли оттуда, оказывается, цыгане-то румынские! Как их крайний раз рейдеры наши пристрожили недавно — так и сдристнули, черти, безоглядно! Скатертью дорога! И нам с их перевозом к «европартнерам» не париться. И без того скудный ресурс на такую никчему зря не тратить. Мало того, что сами они слиняли, так еще и некого Юджина — американа русскоязычного, потомка эмигрантов с собой прихватили. Небось, он их и надоумил на побег. Еврейчик — одно слово! Раньше-то им такие «смелые идеи» в головы как-то не приходили. Сидели себе на месте и сидели, бухтели только, а собственном выходе в море даже и не помышляли. Все открытия ближних островков, сделанные с Зеланда, и все люд, ранее датчанами туда доставленные — ими, а вовсе не цыганами выполнены были.

Ну а с тем… Наши о нем тоже сильно нелестно отзывались, в группу сознательно не приняли, «не годится нам» — так про него и сказали. Ну да и хрен с ним! Вернее, с ними со всеми. Торпеду в борт и акулу рядом! Да побольше! Голодную. Жалеть ни о ком из них точно не буду.

Каждый сам свою судьбу выбирает. Лодку-то вроде как бы и жалко, а с другой стороны — не последняя же, даже и приплатил бы ещё чем, лишь бы от нас подальше убрались. Мне Халил про них рассказал кой-чего, так что я даже рад. Не буду ж я вслух в эфире радоваться — что подстава с «неприсмотреной» лодкой нами с ним обговаривалась заранее, ещё здесь. Кто знает — тот знает и молчит, и, хоть, у нас связь и под скремблером, защищенная, но мало ли кто ещё нас слушает… Если к нам Толик попал, у Стаса вон какие спецы есть, значит и еще кому-то столь же повезти могло. Береженого Бог бережет, а не береженому и Наблюдатели не помогут!

И сам подумаю — ЧТО толкового сможем сами сделать против очередной пакости с моря. Ну обстрелять-то это понятно, но если зверюги окажутся реально большими значит и «броня» у них крепче, а в глаз мои «стрЕлки» могут и не попасть, только раздразнят… Навалю-ка я по всему песчаному бережку Бухты Свиней камней горками вдоль кромки воды — авось им и не понравится? Собственно, это первое, что приходит на ум. Блин! Только что почти всех мужиков на работы отправил. Ё!!! Придется женщин на авральный субботник припахивать! Вот ведь, у кого-то Новый Год — а у нас, как всегда, срочная работа нарисовалась. Собственно, весь свой остров-то мы не защитим, да, наверное, это и не понадобится, но вот песчаный пляжик в бухте, он не такой уж и большой, прикрыть надо непременно. А со стороны причала кольев бы еще вбить — но это уж как получится.

Почему только пляжик? Сам никогда с крокодилами в природе не сталкивался, но вот про черепах точно знаю, что морские черепахи в какой-то период года, и, чаще всего, именно весной приплывают на родной остров, делают там кладку, а потом из яиц вылупляются маленькие черепашки… Такое я по телеку видел, а мелкие частные подробности про черепах, помню, мне рассказывал экскурсовод на Кипре, когда я там был, нас даже возили показывали их бухту Лара. Это такое место, где уже несколько сотен лет появляются средиземноморские черепахи. Приплывают на «нерест»… ну да, кладку делать. Так-то туда и туристов и пускают, но, в определенный период года, смотреть можно только издалека. Хотя и других пляжей на том земном Кипре хватало. Стало быть, не всюду они гнездятся? Значит, что? И крокодилы, если они тут есть до сих пор — могут, как просто приплывать, к примеру, поохотиться, так и они, скорее всего, имеют свои многолетние гнездовья.

Как там Гарик Мартиросян в КВН шутил: «повезет — не повезет, если денег дать, то точно повезет!» Тут деньгами точно проблемы не решить, не нужны они здесь пока, не дожили до такого, но подготовиться к «визиту» обязательно стоит. Хоть так, на первое время, потом и ещё что-то придумается.

Так что весь остаток дня все мои островитяне кто мог — таскали камни… Большие и острые. «Время собирать камни — время разбрасывать камни», вот оно и настало.

(испанка Грасия на о. Дом — за сбором камней)

Блин, это что, я книгу библейскую Экклезиаст сейчас цитирую? Почему ж нет-то? Читал же когда-то… Все верно там, «что было — то и будет»… Женщин, конечно, жалко, не их эта работа, но если кого-то сожрут земноводные монстры — будет жальче. Так что навались, бабоньки, а я подсоблю!

Только уж ближе к вечеру прерваться ненадолго пришлось — Стас порадовал.

— Привет, сосед! Вы «случайно» лодок не теряли недавно?

— А что такое? С какой целью интересуетесь?

— Да вот, понимаешь, зачистили мы тут сегодня одну бандгруппу, основа — румынские цыгане, ну и всякой швали к ним прибилось, стали трофеи смотреть, а там вроде как про вас написано… Или еще какая-то группа нам с тобой неизвестная есть?

— «Как тесен этот мир»! Да наша она… была. Вот же блин! Сбежали у нас с одного острова именно что румынские цыгане… Наши рейдеры там им устроили «веселую жизнь», побили морды пару раз по делу, и, ведь, было за что — те наркотой уже и здесь банчить пытались, а после мордобоя и сдернули куда подальше… Хотел было их у европейцев на кого-то поменять, видать не судьба уже, нам-то такое «добро» даром не нужно, и сам внушение делал, и зам мой тамошний с ними сурово пообщался. Всех положили?

— Извини, но да.

— Знаешь, даже и не заплачу по ним. Они хоть и со своими терминалами сдристнули, а раз вы их на ноль помножили — на «родном» их острове может кто-то нормальный, взамен них появится, без всяких криминальных генов в крови. Спасибо, кстати!!! Ну вот, опять я тебе «должен»… Будут у тебя какие лишние отморозки, каких самим убрать не с руки — присылай, алаверды сделаем. Лодку себе оставляй — ваша по праву.

Хоть что-то хорошее! Даже как-то и усталость меньше ощущаться стала. Поделился с народом. Из моих здешних тех, безвременно «утопших» только Фая и Виолетта знали. Фая только рукой досадливо махнула, видно что устала, не её это — камни таскать, а Фиалка улыбнулась — мешали говорит, вязались с разными непристойными предложениями, пока Ойвинд одному из них в глаз не засветил. Надо будет с тем норвегом встретиться как-то, наш человек! Правильно линию партии на местах проводит. Какой-такой партии? Любителей котов и кошек — какой же ещё?

День Двадцать Седьмой-1. Категории по умолчанию…

группа Кота

Кот и… все остальные категории населения острова Дом, классификация «почти по Дарвину»

(утро нового дня или «Без женщин жить нельзя? На свете — нет!» А если задуматься?)

Вот кто где и когда сказал, что женщины не умеют мыслить? Что за бред? Ну ладно б — мыслить на перспективу, планомерно и последовательно. Тут еще можно как-то поспорить, привести какие-то «неоспоримые доводы и вполне достоверные примеры». Но и это не так. Не всегда так, скажем честно. Всё они хорошо умеют… если хотят. Правда, не все, далеко не все, и уж точно не всегда — но это уже лишние, в данном вопросе, частности. И, главное — зачем этот неведомый «кто-то» так сказал? Хотел кого-то конкретного, вернее конкретную особу чем-то оскорбить и как-то унизить? Бог ему судья и жизнь его непременно накажет. Да и судьба, скорее всего, вывернет всё так что он-то и окажется крайним. И хватит о нём, нам он не интересен, совсем — вернемся лучше к женщинам. Иногда и они — ого-го как мыслят! Диву даешься — как и что их к этому побуждает. Не всегда это, конечно же, вдруг заметно становится, порой… впрочем ладно, проехали. Даже, порой лучше многих и многих мужиков мыслят. Это не утверждение — а просто констатация фактов. И в этом им не откажешь. Только, ребята, сразу скажу — они мыслят не как мы, не совсем теми, понятными нам, грубым и примитивным мужикам, образами и категориями. Порой такое «накреативят», таааакое — что не враз-то и выполнить возможно. А уж запросы — это прямо из сказки, которая в «радужных мечтах» только и возможна.

О чем это я? К чему все эти рассуждения — удивляетесь? И правильно делаете. Вот хоть взять, к примеру, требования их, чтоб что-то строительно-ремонтное сделать недорого, качественно и быстро. Это я сейчас свою прежнюю жизнь и работу вспоминаю, если сразу непонятно показалось. И чего ещё можно от таких «ззз-заказчиц» ожидать, когда логики в этом нет никакой. Видимой. Да и невидимой, скрытой, порой — тоже. Хотя, на их взгляд — она есть. Вот такой непротиворечивый дуализм разных мнений. Как тот суслик в поле, которого не видно а он — есть! И когда просишь заказчиц вдуматься что выполнить все эти три требования одновременно ну никак не возможно, ну вот совсем и лучше выбрать всё-таки два — ещё и удивлялись, чуть ли не до глупых обид.

Не-не, есть всякие, конечно, просто не могут не быть. Где-то — чаще всего далеко. Заранее прошу прощения, даже в мыслях, вслух такое не скажу, да и на бумаге отобразить не рискну — зачем, что мне, жить надоело? Ведь узнают про такую «классификация» — со свету сживут. Точно-точно! Достанут, причем у любом из миров, да так что никому мало не покажется. Ни мне, ни кому-нибудь другому. Сделают «секвестр», причем головы, которую жалко, ведь не только ж я в нее ем, но ещё и думаю ею о разном, иногда.

Причем даже и не важно, прав я или нет, а просто — из чувства самоутверждения. Да-да, именно так! Хоть на покинутой нами Земле, хоть тут, на Островах. Кстати, вот интересно, как-то пока еще мыслить в масштабах здешней планеты, пусть она как угодно в каком-то чьем-то реестре числится как Платформа намбе файф, или там ещё как-то, мне без разницы, у нас тут, здесь и сейчас — Острова. Вот про них и размышляю. При земленно так. Или «приплатформенно»? А не один ли хрен огородный? Вот! Будет достаточно информации извне, кроме той, что мы тут со своей «кочки над морем» наблюдать можем — буду рассуждать ширшее и глубже. А пока — так. По островному! Так что пока про женщин порассуждаю — для разминки воображения. Не про всех сразу — а про наших. Тем более они, мои островитянки, как раз именно сейчас внутри своей стаи разбираются, расставляя очередные приоритеты, и у меня есть немного времени с утра пораньше хоть что-то наперед прикинуть и обдумать.

Классификация какая? Та, за которую, если озвучить, пострадать можно? Ну, что ж, можно и с нее начать.

Есть такие, условно скажем так — «лягушки», исходя из нашей тутошней сугубо островной местности, это — те, что дальше своего островного «болота» никогда не «упрыгают». Ибо — зачем напрягаться? Вот-вот, типа «нашлось их место в мире», где условно безопасно, сытно, есть мужики, которые что-то там добывают, защищают их от внешних угроз, вдобавок есть уже какой-то устоявшийся быт, сложилось некое сообщество. Вот и ладно, чего ещё-то стоит желать? Ква-квак. «Поели? Можно и поспать. Поспали — пора и поесть.» Помните откуда? Ну да, из мультика про «Дюймовочку», ага «двухдюймовочку», у которой не глазки, а снайперская винтовка… Утрирую, конечно же, опять, не без этого, но и такие тоже — есть. В любой стайке дам.

Вот наблюдаю наш многоязыкий «табор» — и постепенно понимаю, что от национальности и менталитета это не зависит. Совсем! Среди любой группы людей такие особы найдутся. Причем мужикам-«квакшам» можно для вразумления по морде иногда настучать или как-то иначе воздействовать, то есть, пробудить от спячки, или хотя б попытаться — а с женщинами… Кто ни пробовал ими руководить — не враз поймет, тут ощутить все прелести такого лягушачьего болота надо. На себе. Про начальника или смотрителя гарема некогда не задумывались — не размышляли о сложности его работы? А оно стоило бы.

Есть «утки». Кря-кря, «а почему нас тем-то и этим не обеспечили? Вы — обязаны!» Боролись-боролись разные эмансипирки за эмансипацию и равные права, и вот опять и снова — «обязаны им», видите ли, все. Причем всегда и везде, и не важно, просто наплевать, что все мы ТУТ в равном положении оказались. Каком? Робинзонствовать по островкам и скалам. Реально — без всяких кавычек.

Кто-то из таких может и призадумался в поисках изменения ситуации, большинство же — нет. «Кря-кря, а почему такие-то вот те блага имеют, а нам, сирым, их не достается, а если даже и достается — всегда не то и не те?» Ну и кучу всякого такого. «Кря-кря», один треск и шум и никакого конструктива, вынь да и положи. Что и откуда, и, главное, как добывается и достается — неважно, короче — дай и все! На перспективу подумать — не, это не к ним, вот начальство есть, пусть у них их начальственные бошки и болят. И мы их при этом ещё и обсуждать и осуждать будем. Типа недостаточно быстро хотелки наши болотные выполняют. Кря-кря.

Если узнают — к какой категории даже мысленно их отношу… впрочем, об этом уже упомянул, но себе при этом — не завидую.

Тех, кто как орлы или орлицы летают выше других и смотрят на все с некой высоты — всегда было, есть и будет много меньше остального тягучего болота. Их не любят, вернее не всегда любят, бывают и редкие исключения, но сейчас не об этом, и чаще всего, но за ними — идут. Никогда не наблюдали за сельским стадом? Не доводилось? Нет? Правда — нет? Зря! Иногда интересно подглядеть. Причем не за КРС, у них там своя иерархия и свои лидера и ведущие, а за предыдущей их ступенькой — МРСами, в просторечии — не коровами и быками, а за овцами и баранами. Да-да, именно за ними.

Короче говоря — впереди стада разнообразных «баранов» и «овец» всегда идёт козёл, а чаще всего даже и коза. Можете проверить. Если в интернете не наткнетесь — порасспросите знающих людей с корнями из села — те точно знают что и как. И примеры приведут и что-то еще подскажут. Не, конечно же, не все так просто и по бокам того стада и позади его крутятся собаки-пастухи, а впереди — всегда козлы. Они и ведут. Хоть на пастбище к лучшей жизни, хоть на бойню. Причем «пастухи» зубастые хоть и делают вид что козлы ими не командуют, идут туда же, как и все, в общем стаде, защищая его от внешних «волков». Их задача — жизни положить, но врага и близко не допустить. Лучше бы конечно и не свои, а вражьи, но если более никак — то и таким образом. За что свою косточку и будку имеют и этим довольны. Чаще всего — довольны.

А вот быть таким «козлом» или «козой» в сообществе рогатых и зубастых соседей — почётно, но сильно-сильно хлопотно. Забот до… короче, вам по пояс будет — много! Очень много, и груз этих забот тяжел и ответственен.

С чего это я себе такие «умственные зарядки» с утра да пораньше устраиваю? Вот ведь, начал-то про женщин, а унесло аж вон куда — на стадо. Сейчас понятнее станет. Это после вчерашнего аврала по сборке и переносу камней на пляже в бухте Свиней — они, эти рассуждения, и появились.

Всё, что можно и нельзя было вчера потянуть и ушибить — потянули и ушибли. Все — без исключения. Одни больше, другие меньше, но без мелких досадных травм, увы, не обошлось. Хотя и говОрено было, причем не раз — в рукавицах работать, специально из заказа роздали, но даже и к ним привычку тоже надо иметь. Всем. Кто, так сказать, «от сохи» — им проще и привычней, а горожанкам… Сейчас как раз доктор наша ими всеми и занимается. Вчера началось и по сегодняшнее утро — продолжается. Заодно и «разбор полетов» устраивает, «индивидуальный и групповой коучинг», ага. Потому как хоть ты какая ни будь, к примеру, умелая и ловкая на кухне ли, в делах или в постели, но таскать камни женщины не должны и не обязаны. Нигде и никогда! Для этого обычно мужики где-то рядом есть. Вернее, должны бы быть. Ага, только вот вчера-то я сам их и услал в дальние гр Еб еня, почти всех. Доставать и разбирать «какие-то, на хрен никому не нужные машинки, жили ж без них и дальше так можно», и потому, они, такие несчастные, устроили мне, да что мне, всем нам, филиал местного «болота» в манеже. Вернее, пО́пытались устроить. Сейчас последствия всего этого и гасятся. Мирно. Вот тут-то я и узнал ещё раз — кто тут здесь главный «коз-зел»! Знал и раньше, но тут имено что яркое подтверждение получил. И не одно, а концентрированное. Кто б сомневался: кто на работу выгнал все стадо — то он и есть.

И на главную «козу» как раз и наезжать пытаются, каждая телушка «одномандатная» в силу своего разумения и поврозь, а то и всей кучей. Откуда знаю? Ну тут у нас всё недалеко, это, во-первых, так как остров, и хрен куда с него соскочишь. И, во-вторых, все мы тут рядом крутимся, если даже и не хочешь — все и каждая на виду. И на слуху. Можно делать вид что не видишь чего-то и не слышишь, а знать-то все одно — знаешь. Другое дело, надо оно тебе или нет, такое знание. Вот мне — надо, поскольку тот самый, который их куда-то и зачем-то «ведет» — я и есть.

Не-не, ну вот ЭТИМ-то словом меня никто впрямую не назвал, но прочувствовать негативное отношение — дали. И словесно и морально. Кто такой «каброн»(это по-испански), тоже, в общем-то понятно. Причем все категории так считают. Хотя пахал я вчера не меньше прочих. Ну так то ж вчера было…

Зато сегодня у всех, ударно поработавших, вчера болело и тянуло тут и там и посейчас болит и ноет. Мы уже уяснили, причем на своем опыте, что белоручки тут не выживают — тут трудиться приходится всем и всегда. По крайней мере в нашем сообществе — точно. Но вот чтоб столько сразу… Хотя все всё поняли, и что для их и нашей общей безопасности старались.

Мы ж как сделали — поясню. Для понимания всей задумки можно на карту острова глянуть, а можно и на слово мне поверить. Да и то и другое вместе — не помешает. Дело в том, что хоть остров наш, в основе своей, и каменистый, но за время своего существования, (кстати, и вправду — интересно, а сколько это во времени? Не по наручным часам-коммуникатору, нет. Геологическом, историческом и всяком прочем? Когда речь не о днях, месяцах и годах идет, а как бы о более длительных эпохах.), постепенно зарос местами лесом, подлеском и кустарником. Обе вершинки двух наших горок, Дальней и Малой каменные, покрыты чем-то вроде мха и лишайника. Там, где и их ветер не сдул. Да кое-где вдоль самой кромки берега крутые скальные полки имеются. Где-то прямо у уреза воды, где-то узенькие тропочки по камешкам и гальке есть. Но и только. Дорог нет никаких.

Проще говоря, без всяких околичностей — кольцевого пешеходного маршрута вдоль берега практически-то у нас здесь и нет. К воде-то спускаться, конечно, кое-где и можно, но и не более того. Та, дальняя часть Дома где я и Фая когда-то появились — нами мало посещаема. Да, конечно же, бываем и там, но не слишком уж и часто. Ничего интересного там для нас нет — так чего зря ходить по жаре?

Дальняя горка и та часть нашего острова что обращена на продуваемый всеми ветрами Юг — весьма грустное и пустынное место. Толковой растительности там действительно мало, не приживается. Ветра, как я уже только что сказал, там постоянные, зато она сама, эта горка, собой так неплохо закрывает остальную часть острова, вытянутого в направлении с юга на север, и в ложбинке между горушками что-то вроде болотца имеется. После сильного дождя, правда, так-то даже и оно в долгую многодневную жару подсыхает. Зато вокруг него чего только не растет! Туда мы и на тихую охоту, и за дикоросами-фруктами ходим. И пернатой дичи здесь у нас больше чем где бы то ни было по острову. Ну, это если не считать, что на нескольких скальных полках, на их склонах, в трещинах и уступах гнездятся чайки нескольких видов. И еще есть место где пингвинюшки прыгают с обрыва прямо в море, вот тут реально шумно. Когда птиц много рядом — они шумят, и с этим ничего не поделать. Природа. Впрочем, и в людских сообществах примерно то же самое. Мало людей — тихо, и чем их больше — тем и самого разнообразного шума вокруг их местообитания всяко больше. Не бывает иначе. И от национальных особенностей это не зависит совершенно.

Обычно раз в несколько дней какая-то наша лодочка вокруг острова дозором ходит. И это, помимо постоянно действующего наблюдательного поста на вершинке Малой горушки. Зачем оно нам — такая бдительность? А надо! Мало ли, что-то полезное с воды заметит на берегу или прибрежных скалах, вынесенное течением, обтекающим наш остров, или вдруг какие люди новые поблизости появятся. Как на самой той половинке острова, так и извне. Извне — оттуда с Юга и низа пока еще никого ни разу не было. Надеемся, что и не будет, а внутри — дымок от костерка примерно возле того места где когда-то я появился тут разок уже — заметили. Да, собственно, я сам и его и обнаружил, про то как-то рассказывал. Вчера это было? Вот-вот! А так — обычные наши будни.

Чаще других наша Пилар остров обходит. Когда в более дальний рейс ей не надо, до Зеланда, например, или еще куда-то. Ей и маршрут этот уже привычным стал, и за нее я спокоен. Она такая — и одна не пропадет, а уж с кем-то — и сама выживет и других вытянет в случае каких непредвиденных событий. Кстати, обычно не одна круговой объезд делает, а с кем-то из Каких? А всяких. «Чем черт не шутит, когда Бог — спит». За Богов и всяких прочих Небожителей у нас нынче те, кто все это устроил. Хотя и земных Богов вспоминаем — каждый своих. Но это не на виду, каждый для себя.

Кстати, вот она, как раз — из тех что высоко летает, и то, что мы с ней друг другу доверяем — одна из причин, из-за которой испаноязычные наши со-островитяне — практически поголовно на нашей стороне. Ворчат, не без этого, но её уважают — она реально пользу приносит и право чуть-чуть ими командовать имеет. У нее получается, кстати. Потом уже вспомнил, не сразу, кого она мне внешне напоминает. Как-то еще на Земле смотрел ролики про девушку из Барселоны, учившуюся в Москве русскому языку. Когда рассказал про нее нашей морячке-каталонке — оказалось, что и она про нее слышала, все ж таки землячка. Сама не знакома. («Когда ты Нурия»: «Пррррривет, друзья!! Меня зовут Нурия, я из Барселоны и это — мое домашнее задание по русскому языку. Я обожaю изучать русский язык.»)

Точно не представляю, но наверняка же где-то здесь существуют группы или анклавы, которые объединились совсем не по национальному, или вот как у нас — интернациональному принципу, а чисто по религиозному. Нашелся, к примеру, некий харизматичный лидер с яркими тараканами в голове и увлек за собой доверчивых и растерянных. Сугубо бандитские образования за основу считать не будем, они слишком далеко за гранью, при опасности от них нам — будем на место ставить, но вполне ж могут быть и религиозные. Хорошо, если с такими можно договориться хоть о чем-то, хуже — если нет. Соседи по радио говорили — что пока сильно религиозно сдвинутых больших групп встречать не доводилось. Пока не доводилось. Вот именно что — пока. Но то, что могут быть — абсолютно не исключено.

У кого ведь как после переноса сюда крыша едет и как каждый свои хотелки в жизнь воплощает — это наблюдать уже доводилось. И нам и коллегам, с кем активно общаемся, порой по нескольку раз в день. Соседи! И этим все сказано. Ещё не встречались, но все к тому идет, и, похоже, дружить будем крепко. А из остальных — явно что ещё не весь спектр вариантов довелось встретить. Он тут может оказаться самым невероятным и весьма и весьма разнообразным. Сколько людей — столько и мнений. А уж тут-то… Впрочем, пожуем — увидим, так считаю. Островов тут действительно много. Считать — не пересчитать. Даже и не представляю земной аналог всей этой мешанины. Где именно такой мог бы быть? Похоже что это — чисто местное, здешее Платформенное. Но это я отвлекся, я ж про наш Дом начал, о нем, вернее, о его защите наша главная забота.

Как теперь уже становится ясно основная вероятная опасность от появления каких-то неведомых сезонных крокодилов — это бухта с песчаным пляжиком. Вернее-то, даже не сама бухта, а именно ее песчаный берег, с которого им легко можно вползти на сушу и пробраться аж до самого нашего лагеря — «деревни Котовки». В деревянном доме-то укрыться можно, а палатки, курятник… «Я готов целовать песок — по которому ты ходииила…» Ага, счаззз! Нет уж, до такого лучше вообще никогда не доводить! Про мелких пакостных насекомых которые могут встретиться в том же песке — лучше и не вспоминать. Фая собиралась с лекцией на эту тему высказаться — дойдет черед, дам ей слово.

Пока же — про более неотложные и значительно крупные вещи — про наш остров. По сторонам главной островной бухты, бухты Свиней — каменистые, практически непригодные для вылазки с моря, ни с какой стороны, ни внешней, ни с внутренней, Клешни. Эти гряды камней как бы ласково обнимают мелководную бухту-лагуну. В нее же впадает мелкий ручеек — основной наш источник пресной питьевой воды. Вкусной, кстати — пьем, не жалуемся. Ни у кого осложнений с желудком не было. Повезло нам с ним — чистая и вкусная водичка.

Чуть выше по его течению, в глубине среди деревьев, наша любимая банька с легендарным Любиным «супертазиком», привезенным с её «родного» острова Котелок. Она тут в комплексе с прочной брезентовой палаткой, в которой у нас печка-каменка и парилка, и рядом же несколько плетеных конструкций под крышей. Тут же — совсем малая печурка для разогрева чая. Наше место отдыха. Банно-прачечный санаторий «Мочалка». (Только женщинам других национальностей не переводите это название: слишком уж много скрытых смыслов в нем — замаетесь их объяснять и переводить. Зато наши мужики охотно понимают и втихаря посмеиваются. И оценили по достоинству.) И Баня номер Один. Второй и не надо — и этой хватает. Уж что смогли и как смогли — но сделали так, что нареканий от населения нет, и оно нам всем нравится. И гордимся. А соотечественники сначала удивляются, но воспринимают такое удобство как должное. Иностранцам поначалу непонятно, как и что устроено, но там особого ума-то и не надо — достаточно один разок на себе прочувствовать. Но это все в глубине, в подлеске.

Но, вот основная сложность, решаемая, но, тем не менее, она есть, в том, что на самом узеньком пляжике среди пальм давно уже нет особо крупных камней. Те, что были поблизости — давно собраны, отсортированы и унесены нами же для строительства кухонной и банной печек. Более того — самые крупные, что далеко не унести — расположены вдоль берега и оборудованы нами под долговременные огневые точки. С которых даже сектора обстрела намечены и отработаны. Да-да, и пристреляны тоже. В условиях, приближенных к боевым и после дополнительно доработаны. С учетом полученных положительных результатов. И под автоматы, и под пулемет, и под ружья-винтовки. Больше уже так, как в первый раз, на разогрев стволов палить наобум не станем. Те люди, кто с нами уже достаточно давно, свои места по боевому расписанию прекрасно знают. Знают и где остальные боевые позиции находятся, на случай, если кого-то срочно заменить придётся.

Кстати, про ячейки эти стрелковые — постоянно их улучшаем и что-то в каждой доделываем. Один раз уже неплохо они нас выручили — и еще могут пригодиться. И не раз и не два — тут зевать и лениться совершенствоваться в плане обороны нельзя никогда. Именно так, потом что ни в чем стопроцентно уверенным быть нельзя. «Наш бронепоезд» — сами знаете где стоЯл, стоИт и стоЯть будет, а мы все здесь и есть его команда. Расслабляться нам никак не получится — «затопчут или сожрут». Потому и живы — мы, а не те, кто на нас плохое задумал. К слову, раз уж вспомнил, надо будет если не сегодня, так завтра обязательно ещё раз учебные стрельбы провести. Да, так, пожалуй, и сделаю. Сегодня молодых ближе к вечеру погоняю, а завтра — тех что постарше. Пусть в процессе обучения называют как угодно, про себя и сквозь зубы, но будут живы, а там и спасибо за то же обучение скажут. Пусть потом, но скажут. Мертвые, понятно, уже ничего не смогут — магии тут нет, а некромантией мы, и тем более, не владеем. Разве что укором выжившим послужить. Если останется кому.

Так вот, решено было осуществить следующее — собирать более-менее крупные камни на этих Клешнях, так постепенно стали мы называть эти мысы, и на лодках перевозить на пляж. А уже на нашем бережке-бережёчке громоздить из них кучи. Да так, чтобы пройти-то мы и сами могли, а вот гнезда с выкладкой в песок крупным рептилиям устраивать точно стало неудобно. А лодки, если что, поднимем и перенесем. С корпусом «Флагмана» сложнее — но, как он появится, так и будем про это думать. Вот этим-то мы вчера весь день и занимались. Таскали и перевозили. В редких перерывах и перекусили прямо на местах — кто где был, не собираясь останавливаться. Ну и я сам тоже со всеми надрывался и прерывался только на радиопереговоры и поставку.

А все привезенное с Клешней растаскивали на берегу. Сегодня, наверное, еще и проволоки металлической сколько-то закажу. Или сразу плотной кладочной сетки взять? Или может лучше сплетем их сами? Сделаем что-то вроде корзин-габионов, свяжем проволокой, набьем их камнем… эдаким мини-противотанковым укреплением. Может даже и получиться задумка! Да, скорее всего так и сделаю. Сразу помногу брать не будем, есть и другие задачи, что и сколько заказывать, но постепенно будем и эту работу вести.

И ещё одно соображение. Вот про поездки вокруг Дома уже упоминал, а ведь есть в обязательствах у нас и посещения других наших островов. Ближних и дальних. Тоже, время от времени надо их навещать и осматривать. Если из таких поездок наши лодки возвращаются недогруженными чем-то полезным, на обратном пути можно, и даже обязательно нужно догружать их тамошними камнями. Такими, чтобы и борта не прорвали, и места много не занимали. Ну и еще чтобы наши женщины и подростки загрузить-выгрузить их могли самостоятельно. А уже тут, на крокодильно-опасном направлении их раскладывать кучами. Похоже что это вполне реальный и выполнимый план!

Аж запеть захотелось! Как там у Битлов в песне про Yellow submarine поётся?

In the town where I was born lived a man who sailed to sea.

And he told us of his life in the land of submarines.

So we sailed on to the sun till we found the sea of green,

And we lived beneath the waves in our yellow submarine.

We all live in a yellow submarine, yellow submarine, yellow submarine.

Правда я еще и другой вариант неплохо помню:

"Мы сидели на лугу, ели конскую ногу,

До чего же гадина — конская говядина!!!

Ну и припев:

Ты пришла и съела «Поморин», съела Поморин. Одна!"

Ну а так как все мы здесь:

"И живем мы без забот, тут любой из нас себе найдет

Моря зелень, неба синь в нашей Желтой Субмарине."

Будем считать — утро сегодня точно удалась! И настроение какое-то приподнятое — у меня. Погонял мысли по кругу, обругал мысленно же, кого и ругать не следовало — и как-то само собой и полегчало. И ожидание чего-то хорошего впереди, хотя проблем и забот меньше уж точно не стало. Явно что-то хорошее впереди ждет! Чую. Что? Да хоть что — узнаем и разберемся.

Вон и женщины наши высыпали на береги удивленно, да на меня вылупились. ТАКОГО песенного подъема вместо общей унылой побудки от меня они явно почему-то не ожидали. А я могу подобное коленце отчебучить, и, даже, и не такое. Просто не делаю — не всегда адекватно поймут. Да никто: ни они, ни Люка, не ожидали — ни даже и я сам. Нахлынуло — и выдал. О, вот даже уже и подпевают, включились! Но сначала погундели слегка. Бу-бу-бу, «ко-ко-ко»… Много ль им надо, поругали — теперь вот поем… Почти все. Мы тут все на ОДНОЙ лодке. И обижаться — просто нет смысла. А как ловко наш БашТабиб их на место поставила — мне понравилось, веско так сказав:

— Күрэсе, кырыгы-каргалар!!! Бары тик сездән тавыш! Командир нәрсә эшләргә кирәклеген белә! (Хватит трындеть, сороки-вороны!!! Только шум от вас! Командир знает что делать! — тат.) Пойдемте завтрак готовить. Ашау — эшләмәү! Бар-эшләмә! Уру сезнең эшегез түгел! Җырлый, димәк, барысы да яхшы. Безнең барыбыз да бар. (тут даже я затруднюсь дословно перевести — не настолько уж хорошо я татарский знаю. Так только по верхам нахватался. Что-то вроде того что «жрать не работать» и «поет — значит все хорошо», типа, «и у него и у всех у нас») Как уж она со своего родного будет всем остальным переводить — не мое дело.

Зато только что услышал и ещё одно подтверждение моих мыслей — на этот раз и она всех разом к курицам прировняла.

Переводить, и вправду — дольше пришлось, но по смыслу и интонации поняли. Тем более все вчера тяжестей натаскались, и она сама вчера — тоже не отлынивала. От переноски камней только боливийку кормящую решительно отстранили, хотя и она, как могла, нам помогала — и еду на всех готовила и делала что могла. Тхани по началу даже обидеться хотела, но и этого сделать не дали, успокоили и более легким делом отвлекли. И аргУ́менты железобетонные и каменно-скальные ей выдали: «если устанет или перетрудится — молоко пропадет. Чем кормить малыша станем?»

И раненый Адам подключился, что-то уже и ему можно делать. Во всяком случае сидеть в палатке или под навесом ему уже точно надоело. Что-то плел, что-то мастерил, огонь в кухонной печке поддерживал, когда готовили. Вот все они так — когда их мало, готовы и помогать и работать как и мы, а порой и больше, невзирая ни на усталость ни на что другое, а как кучка соберется — все: край, ахыры — (край, конец — тат.)

Лично наблюдал в турпоездке в Париже. Там есть такой район Де Фанси, где современная, скорее даже суперсовременная многоэтажная застройка. С небоскребами, огромными много-много-этажными торговыми универмагами. Вот там у чернокожей парижской молодежи самое место встреч в вечернее время. Знаете, когда они, я про чернокожих «парижан», встречаются на улицах старой части города по одному-два, чаще в зеленой спецодежде дворников, с метлами-дредами, что на головах, что в руках, это как-то незаметно. Во всяком случае не бросается особо в глаза. А вот когда вечером, и их много…

Не-не, ничего плохого ни мне, ни моим близким, с которыми я там тогда оказался, не сделали. Не успели — мы прошли мимо да и урыли в сторону ближайшей станции метро. Но взгляды их, но разговоры… вроде и не понимал по-французски или на каком они там меж собой трындели общались, но… Пройти через толпу агрессивно настроенных наших казанских гопников или московских футбольных фанатов — и то спокойней можно. Доводилось — проходил. В Москве — пару раз такое видал. Один раз они только-только шоблой матч шли, второй после проигрыша их любимой команды расходиться не хотели, буянили. Но так то ж свои понятные, мы к футболу никаким боком — такие же пешеходы и пассажиры. А вот тогда рядом с «черными, типа, парижанами» — мне стало реально страшно.

Зато этот конкретный африканский парняга здесь теперь с нами. Как и второй наш чернокожий соплеменник — Мумбай. Ну тот вообще «швой парень».

А про то что они вчера и сегодня с утра уже намыслили — позже расскажу. Пора к работам приступать, Солнце местное уже проснулось, и работать оно рекомендует всем, не только неграм. Сегодня днём перерыв с отдыхом сделаем. Может даже и с дремотой послеобеденной. Если ничего срочного не произойдет.

День Двадцать Седьмой-2. Остров с «Драконом»

Владимир, позывной «Имир», рейдер, о-ва Зеланд — Юта — Варан

(«Какая гадость, какая же гадость эта ваша "залИвная рыба…»)

— Вот он этот остров — не соврал, стало быть, араб. Что-что говорит, подтверждает — он это, тот самый? Ну и славно, кто как, а я — рад. Добрались наконец-то, стало быть. Лучше рискнуть чем быть в неизвестности. Что там с твоей стороны, Коля?

— Тихо всё. Ничего не видно. Где же этот «Дракон» млядский спрятался, рептилия хренова, мать его в кочергу⁈

— Не видно пока. А чего ты его так костеришь? Нам он ничего плохого ещё не сделал. даже и не пытался. Разве что вот арабам…

— А ты что — разве нет? Добрым словом такого гада поминаешь?

— Да пока, вроде как, говорю же — и не за что его проклинать-то… Нам-то он, вроде, еще пакостей не сделал.

— Сделает! Не сомневайся. Жопом чую! И всем ливером — тоже!

— «Вангуешь»?

— Рылом не вышел. На это у нас Командир есть. Погодь-ка, что-то вижу на берегу.

— Ну, чего притих?

— Да вон же, сам смотри — обломки какой-то лодки на берегу, явно его, гада, работа. И людей, поди, сцуко, сожрал.

— Ну и так тоже может быть. На острове Кошки очень похоже было. Только там никаких обломков — мы первые там оказались. Или удачно зашли, подготовленные. Да не суть…

— Что, может давай двинем вперед по малому?

— Давай, Вова. Высаживаемся. Осторожно только. По сторонам чаще смотрите. Хватит уж вокруг островка кругами ходить.

Спросит если кто — чего это мы сюда вдруг да с бухты-барахты, можно сказать, «ни жрамши, ни спамши» поперлись, отклонившись далеко в сторону от намеченного еще на Доме маршрута — отвечу! Непременно ж спросит! Из тех кому положено спрашивать, а не досужих «любознаек». У нас ведь изначально цель здесь была немного другая — плотно прошерстить все окрестности Зеланда. Разведать где что есть — и как дела. И обратно вернуться, желательно без потерь. И, так вот, сюда, да ещё далеко в сторону от заданрного установочного маршрута — первоначально и не планировали забираться. Честно скажу, не тая — сразу несколько факторов повлияло. Какие? Не торопите только — бОльше расскажу. Если не собьюсь.

Про то, что вот только-только недавно на Юте мы помогли двум арабам, одного из них подлечили как могли и помощь «зала» с Дома и нашего теперь Зеланда затребовали уже ж, вроде, рассказывал, не? Вот! Ага, вспомнили? Тогда и продолжу.

Ну и поделились на радостях спасенные и слегка подлатанные нами «братцы»-иорданцы им известным. Всё рассказали не таяв благодарность — и про находки свои, и про разные занимательные острова, что им в поисках попадались. Да чего там — раскололись! Ну да, чего б им с нами не поболтать-то? Мы ж к ним со всей душой — и спасли, и подлечили, и обогрели. Ну и подкормили. Чем было у нас — тем по-братски и поделились. Как в той самой старой песне « …и хлеба горбушку — и ту пополам!» Хорошая, кстати, песня-то — понятная любому, и даже здесь, на Островах. Зря ее так часто молодые не поют, те к то постарше те только и знают, вот как мы с Николой.

Особых разносолов у нас, конечно же, с собой не было, пайки обычные, ну и то, чем с Зеланда нас угостили — но, главное, что от души. Вот они и прониклись. Ну и расспросили ребят дотошно, не без этого, чего уж там лукавить. Они на радостях и оттаяли. И, чем дальше — тем больше про свои находки трепались. Не то что б хвастались — поняли что мы такие же как и они — поисковики. Чего скрывать-то? Чать не гостайны. Ну… для кого как. Мы тоже пару случаев про себя им поведали. Так что взаимно и познавательно общались «А у вас как? Ого! А мы вот как сделали…»

Вот и про этот остров они тоже краем упомянули — дракон, мол, тут обитает, жуткий, хитрый и коварный. Практически — «иблис», вроде как дьявол по-ихнему… Вот его они точно боялись. Они же своего другана, из их группы поиска одного, тут, как раз, и не так давно потеряли сожранным, перепугались, оттого и сбегли в прошлый раз отсель куда подальше. И зверюгу ту не завалили, подранили только и все. А что тут есть да как спрятано — и не обследовали вовсе, просто не успели. И даже вторично, уже лучше подготовленными и намного лучше вооруженными сюда наведаться у них не получилось. Не срослось — сюда, на Юту их перенаправили и с того целевого направления элементарно сдернули.

Кстати, верим, точно не врут — запросто такое могло быть. Начальство оно такое — во всех странах и временах. Сегодня вынь да положи сей секунд одно, а вслед срочно другое требуют. И пофигу что прежнее распоряжение еще и не начато выполняться. И у нас, когда на наладке оборудования работал порой сразу несколько вышестоящих офисных начальников одновременно много противоречивых распоряжений отдавала и по каждому изволь «отчитаться о выполнении». И послать далеко и подальше, не стесняясь в непечатных выражениях, никого их них при этом нельзя — работы враз лишишься. Вот и выкручивались как могли и умели — строчили отчеты о выполнении того что и делать не собирались, а сами по ситуации поступали, соображая бригадой что для нашей монтажной установки в тот момент важнее.

Вот и арабцы тоже про такое. Понимаем. И чего зря сочинять — «чудесатых» островов здесь тоже хватает. « Чудес в мире — как мух в сортире, а нужного чуда — не видать покуда». Так, кажется, Лёня Филатов в «Федоре-стрельце» говорил? Да каждый здешний мало-мальски приличный островок чем-то да удивит по-своему, на одном — одно эндемичное что-то да экзотичное найдется, на другом совсем неожиданное — и вовсе даже другое. Такое впечатление создается, что эти острова со всего земного шарика копировали. Не спрашивайте КТО, одни тут «Затейники» рулят — они точно такое могут. Зачем это — я не отвечу. Мое дело — находить и добывать, а как и откуда — пусть начальство разбирается, у нас уже и «удивлялка» зашкаливает.

Ну и, конечно же, со всего предыдущего нашего там или ж нет — но с зоны тропиков по обе стороны экватора уж точно много чего накопировали. Или создали по образу и подобию. С местными локальными отличиями. А со Стрельца там или какого другого земного тропика «Козерака» — нам тут и вовсе без разницы. Так думаю: найдут чего ни на что не похожее и сюда — хрясь, и сразу копию на место влепят. Может и не одну, но уж точно не в наш сектор, а куда-то еще. Просто пока совсем похожего не встречали — вот и предполагаем подобное. Так или нет — вот и проверяем. На себе. Ничем другим объяснить то, что тут вижу — иначе и не могу.

Мне Кот объяснял про все это как-то слишком уж заумно, он такое может — какие-то длинные научные слова говорил, да я их и не запомнил. Так-то я по-простому понимаю, но когда столько умных слов сразу — не-а, не въезжаю. Тем более и беседа была та за столом, за чарочкой, сами понимаете. В одно ухо влетело, а по дороге где-то и затерялось… Но одно я из всего что тут встречаем уяснил точно — нигде на оставленной Земле такого разнообразия всего и сразу не встречается в одном месте. Именно что концентрированных чудес и странностей. Мол, по его словам, все земные островные группы чем-то близки меж собой внутри соседних архипелажков, или групп островов, одни и те же или очень схожие виды животных и растений там растут и водятся, и всякое такое прочее. Типа эндемики, во как. А здесь…

Да вообще даже на соседних островах всё абсолютно разное может быть! Да еще этот «Эксперимент» Чей -то, и мы в нем — как мухи в паутине. Остановишься — завязнешь. Вот и двигаемся. Чтоб не стоять на месте. И чтоб узнать что-то новое — надо развиваться вдвое быстрее. Не я такое придумал, и даже не наш Кот. Хотя он и полностью поддерживает эту идею. Льюис Кэрролл это сказал-написал в своей «Алисе». А я прочел и запомнил. Ведь я много читал на Земле. А что еще в долгих и многочисленных командировках делать? И в бумаге, и в электронке — по всякому и разное. И на память обычно не жалуюсь.

Так вот, про прошлый неудачный визит арабов на этот островок. Стреляли, кстати, они много — этим только, пожалуй что, и спаслись. Те, что выжили, но и напугались тогда они все ой как сильно. Вроде бы и попадали, но нам здесь и сейчас от этого нисколько не легче. А коварная чешуйчато-бронированная тварь, что здесь есть — где-то затаилась, сволочь, наверняка раны залечивает. Если уже не зализала и не залечила. Хорошо если она одна тут, а если их там стая или больше? Хотя, вроде как, с того времени как они тут побывали, сколько-то дней уже прошло. И не должны бы они стаями водиться… в теории, ага. А практикой вот мы и занимаемся. Вот и проверим. На себе.

Про то, что ребята эти — тоже поисковики, только от другого островного сообщества, соседнего, как выяснилось, я уже тоже рассказывал. Ну и другое — Рекомендация, даже скорее Пожелание от Кота по радио поступило. По сути — Наказ нам. Как он при встрече сказал — бывает Карар, а бывает и просто Боярык. (Карар һәм боерык — Постановление и Распоряжение — тат. зато звучит как, ого-го!)

Типа — «ты пойди-найди-добудь, хоть чего чего-нибудь». Оно как, и стихами заговорил. Только он-то не столь категоричен как тот сказочный царь из стиха, все ж не военный солдафон нами командует, но и его «советы» слушаем и выполняем. И потому что Главный он в нашем островном поселении, и вообще. Прав он со всех сторон. Потому как такое «пролопушить» — сами себе потом не простим. Вдруг чего-то такое нужное вот как раз тут, на этом островке, действительно есть, а мы его не найдем, не добудем и достанется оно кому-то еще. Вообще постороннему. Обидно? Еще как! Типа этим соседям или даже ещё кому — недругам каким. Что их, как раз, и усилит. Да вот хоть и этим же арабам. Соберутся большей кучей, помолятся, «Аллах Акбар» хором поорут и айда гвоздить по нему из всех имеющихся карамультуков. Да запросто!

Что такое «карамультук»? Ну, если без лишних и ненужных подробностей — то, чего стрелять может, но уже морально устарело.

Говорят, что у них, у тех, кто не только просто поиском, но их боевкой занимался — на вооружении всякие были, в том числе какие-то чуть ли не самодельные, на коленке слепленные-склепанные. Да мало ли кому, не в том суть. Какая разница, если не нам! И кто б тут ни был, как бы не назывался — нам самим его завалить надо. Ну и приз, что сей «Дракон» охраняет — заполучить хотелось бы. Чтоб там ни было на самом деле. Вот коли все удастся — мы молодцы, а ежели нет — девочки Дома поплачут. Вот так примерно:

«Не жди, Лизавета, от друга привета…»

Ну вы поняли — о чем я.

Стоп, отставить грустные мысли, только позитив — собраться надо! И гада не пропустить!

Итак, оперативная Задача, о, как, вон ведь как заговорил, перед нами-поисковиками поставлена здесь такая: оставить по минимуму людей на Юте и срочно выдвигаться далее, и именно вот сюда и сильно с этим не затягивать. «Сон», видите ли, ему был. С картой и предвидением что и кто нас тут ожидает. Вот мы и двинулись. Про «орочий» свой сон «наверх» докладывать не стал спешить, лично я со Смотрящими не столь на короткой ноге, как он. Встретимся с командиром нашим вживую — расскажу непременно, пусть сам и выводы хитро закрученные делает, очень уж он по-своему все такое выворачивает. Чаще всего нам, всему нашему сообществу, на пользу обернет, так что я не в обиде. Может и обругает что несвоевременно доложил — мол, раньше надо даже и про такое сообщать, а может и нет. И верить в сны — не моя компетенция. Увольте! Мне и так тут забот хватает. Вот если б мне крокодил приснился, как в песне «Только мне приснииился крокооодил зеленый, зеленый-презелёный, как моя тоска!» Тогда б точно — сон в руку, дракон впереди, а так…

Хотя чего я бурчу-то понапрасну? Ха! Да тут чему угодно поверишь! Только задуматься: мы, блин — на ДРУГОЙ планете. Как, что, почему — это дело десятое. Детали, так сказать, несущественные. И почему именно мы, а не кто-то совсем другой? Что, лучше никого не нашлось? По каким критериям нас выбирали? Каких-нибудь крутых спецназеров, а не нас, работяг обычных — сюда бы. Или где-то есть и они? И где, знать бы? Что, тоже шарики за ролики заезжать начинают? «Тихо шифером шурша крыша едет не спеша.» Вот-вот! Судя по всему — у тех, кто нас сюда запендюрил, какие-то свои непонятные цели и задачи. Опыты над нами, вишь ты, проводят. Нашли себе «игрушки», так их разэдак! Перестреляем мы друг друга сходу или же нет, не сразу… ага. Вникать еще в них, в эти заморочки млядские… Пусть ученые люди над всеми здешними «чудесами» голову ломают, а мы — практики, нам реальных здешних опасностей и странностей хватает. Более чем хватает — за гланды! Послали нас, пусть не в пешее эротическое, но примерно в том же направлении, путешествие — вот и шустрим как можем.

Взять хоть вот этот, нынешний случай. Причем, нам как-то сразу стало понятно — что задача поставлена непростая. Когда обсуждали на Юте еще, так для себя и решили. На русском, понятно. Джоли-американка, та, что ночью на огонек припёрлась, точно его не знает, уже проверили. Как? Вам точно и такие подробности нужны? Ну и вот.

Кстати, брать ли её к нам, приглашать ли вступить в сообщество — пока не решили, тоже не понятно, будет ли от нее толк. Нам толк, всей нашей группе, не ей. Ей-то и к своим явно хочется, так и заявила сходу, не к нам, мы ей — абсолютно чужие, и это сильно заметно. Слишком уж мы с ней разные. Вот и с Юджином, «сдристнувшим» подальше от нас — так же было. Тенденция? «Почему — потому что»? Может быть… Одно знаю совершенно точно: если сходу встреченный человек доверие лично тебе или мне внушает и общаться с ним легко и комфортно — легко и с остальными нашими поладит, и лишним грузом группе не будет. А вот если есть по нему сомнения… — дальше понятно? Нет, их гнать точно не стоит, но и человек этот не тот что нам нужен. Вот сколько тут людей разных встречал — пока ни разу не ошибся. А про нее, эту американку, чего таимся — так просто все! Чего не знает — того и рассказать кому-то постороннему не сможет, если в дальнейшем её куда-то в другую группу передадим. Пока командирского решения по ней нет — вполне возможный вариант для нее. Ну и хватит про посторонних баб думать, свои есть, буду считать, что ждут. Так во всяком случае, перед этим рейсом было, надеюсь и сейчас так.

Раз вооруженные арабы не смогли с тутошним «драконом» справиться, но кто-то же может — почему ж не мы-то? Рекомендация о Кота была нам такая — оставить Николая за Старшего на Юте и продолжать там попытки вытаскивать протопленную автотехнику. Типа раз он судовой и корабельный «мазута» — уж с более мелкой техникой все верно решит, что за чем и в какой последовательности со дна морского тягать. Как можно больше при этом. Ага, «и на дерево влезть и рыбки наловить». А именно: доставать, разбирать, сортировать, нужное вывозить, не сразу нужное — отложить до поры. Что-то себе оставим, что-то сменяем у кого-то на что-то. Почему его, а не кого-то другого из нас? Очевидно ж все! Только что сказал: он — механик, кому ж ещё-то как не ему со всей той техникой разбираться? Нашла человека работа. Вероятно это надолго.

Начальству издали всяко видней. Оно ж завсегда так. Всех здешних островных раскладов мы и просто не знаем. По возможности — пытаться ее наладить, эту технику, оттереть и очистить от морской соли, прикинуть, что проще разобрать, а что дозаказать для починки, а что прямо так «тушкой» и вывозить. Ну это уж когда «Флагман» вернется, или какой-то другой способ перевозки самого тяжелого и габаритного груза измыслим.

А какой тут еще вариант быть может? Плот, что ли, грузовой сделать? Из чего? Так нет тут на Юте столько пригодной древесины. Совсем нет. По крайней мере на этом острове — нет. Может где-то и есть густые леса, тут-то точно взяться им не откуда. Кактусы эти — агавовидные только, да и тех не шибко-то и много, да ещё несколько корявых стволов там и сям — вот и вся растительность на Юте. С колючками… На текилу-то мексиканскую сырья точно хватит, Хуан уже думал над этим, или «пульке» — это самогон из кактусов ихний, а на что другое — навряд ли. Топлива на костры подсобрать ещё можно, водорослей, к примеру, надергать да насушить, а вот на порядочный плот — уже точно никак не наберется. Такой, чтоб аж машину по морю перевезти смог. К тому же ещё в первый же вечер тут мы довольно много крупняка спалили. Сушились, «маяком работали», да и вообще. Не нравится мне эта идея — кидать нас туда-сюда. Ну да командованию — виднее.

Поспрошали мы его, Моралеса-«аморалеса» нашего, кстати, ЧЕМ он тут до нас питался — он нам и показал. И угостил, тем что оставалось. «Три корочки хлеба.» Ага, счаззз! Квак бы не так!

(закусон от Моралеса — сушеная саранча…)

Всякое я в долгих командировках пробовал, всякое жрал и пил, но чтоб такое… Такое! Не, под неслабую рюмочку-другую-третью, я б, может, тоже таким закусывал, когда все равно уже что с чем мешать, но чтоб вот так как он… Короче, он же индеец- сапотэк. И у него на родине, на юге Мексики в простых небогатых семьях они там саранчу ловят — и ее, родимую, отваренную-прожаренную, во всех видах и жрут. Не просто сами жрут — собирают и продают, как у нас грибы. Любимая закуска. Как у нас на югах — семки, а в кедровых местах — орешки. Попробовали, чё, его «угощеньице». Нда… «На любителя», так скажем. Мумбайке нашему за милую душу пошло. Ну понятно, чего ему брезговать, они у себя… Впрочем об этом потом, пока не стошнило. Ойвинд сказал, что на креветки жареные похоже, или криль. Николай в рейсах тоже всякой экзотики навидался, а по мне — как картон жареный. С ножками. Не, не моё. Но это я отвлекся — продолжу.

Было б нас, поисковиков, много больше — может и кого-то другого сдернули б на поиск этого «дракона» с его островом, но мы — самая сыгранная на настоящий момент рейд-группа, да еще и уже тут, где-то рядом, судя по всему. А новички… ну что новички — они есть и будут, но им до нас ещё расти и расти. Не хвастаюсь, нет, действительно это так. «За одного бритого — двух небритых дают!» — не зря ж народ такое выдумал. Или там как-то по-другому и про «битых», а я опять путаю? Ну вы-то поняли и ладно. Видать, и вправду — что-то такое есть.

Насчет битых, к слову — ну это еще посмотреть, кто там битый, а кто не очень. А вот то, что тренировки свои мы и на Юте продолжили — это факт. Тут и Николай и Ойвинд уже больше не отлынивали, тоже «посильно» поучаствовали, даже не раненый молодой араб Джамаль к разминке подключался. Ну а что ему? Интересно же. Ну и мы с Мумбайкой против не были, пусть так в коллектив вливается. Не сказал еще, не? Вот и говорю как раз — предложили мы им к нам перебираться. Сходу! Обоим. Насовсем, да. А что, мы — такие. Смелость свою он уже доказал, когда по отмели на рассвете раненого братана тащил. Не дурак и не фанатик упертый, как, впрочем, и второй — Омар. Техники не боятся, это уже мы и сами поняли, шарят, проверили. Ну и пригласили. Вместе с их бабами, если у кого есть уже. Не сразу, понятно — пусть присмотрятся. Нам-то люди нужны. Всякие. По вере их притеснять не будем, так и сказали — так есть уже у нас и мусульмане, вон хотя б того ж Халила взять.

Как я понял — он хоть сам не мулла никакой ихний, но по их заморочкам какой-то приоритет перед прочими единоверцами все ж таки имеет. И если нет рядом их мусульманского «попа», или как там он у них называется — сам может что-то там остальным «вещать». Ну в это-то я вообще глубоко не вникал — мне оно надо? Вот и я так считаю. Когда его не заносит на скользкие темы — вполне нормально общаться можно. Ну с ним-то понятно, он нам реально соотечественник, да ещё, как-никак, «переболел» дурью местного самоотделения, получил своевременно «клизЬму» в мозг, да начальственную должность в придачу — теперь строит всех на Зеланде, «вылечился», стало быть. Политику «партии» проводит на местах. Какой-такой, спросите, партии? Правильной — нашей, дОмовскОй. Есть мы — и есть те, кто не с нами, соседи, союзники или неприятели. Со всеми можно договориться, с идиотами — нет, никогда. Вот и вся та политика.

Моралес сопел-сопел, тоже попробовал побороться. «Хулио» ему, в смысле — Хуану-то, отчего ж не попробовать? Занятные, кстати, у него ухватки — кое-что мне в новинку. Такого ранее не встречал. Ничего, что у всех уровень подготовки и опыт разный. Тут другое примечать стоит — уловки, приёмчики, если хотите «некоторые национальные особенности» борьбы. Вот это-то как раз и важно! По мере возможности старались мы их подмечать и перенимать. Не только я, но и остальные наши бойцы. Ну это уж как смогли, все тренировками закреплять еще не раз будем. А уж как наш Мумбайка счастлив был — не передать! Молодой, понятно — любая движуха в радость. А уж как чего нового увидит — только давай!

Не красовались друг перед другом, нет, не хвалились умениями, к чему это? Разминались, так, наверное, правильно будет. Зато американка эта, Джоли, в полном восторге от происходящего была. С чего-то решила, дурында, за нее мужики бьются. А она, типа — приз победителю. Дура смуглая! Ну дык, баба, чё, она везде баба и есть, хоть на Земле, хоть на Марсе, да хоть бы и тут — на Забытых, прости Господи, этих островах… Орала и подбадривала. Азартная! Вот ведь, кому что.

Не видала ты, бабонька, ещё чего тут на самом деле-то происходит. Что тут — не просто жить и плюшки собирать, а реально выживать приходится. Объяснили, конечно, рассказали и просветили как могли. Может что не так сказали, или времени на осознанку мало прошло. Пока — не верит. С утреца помогли найти ее личную плиту — и вот тут-то что-то грустно ей и стало. Ну, а как иначе-то? Многим это мозги на место вставляет. Когда попавшие сюда люди понимать начинают что получили «билет в один конец» и возврата обратно не будет никогда — каждый по-своему с ума сходит. У кого-то там дела незаконченные остались, у кого и семьи с детьми и родней, у кого кредиты всякие с ипотеками. Да мало ли вариантов! Ведь на оставшихся домашних и близких по любому те долги тяжким грузом лягут. Проще тем, кто и на Земле в однеху жил, ну так и тем тоже не сладко. Зато вот ей в одном повезло — не куковать на какой-то безводной скале долгие дни и ночи, а к нормальным людям с первых же часов прибиться. Ну если считать нас нормальными. Для нее — то, что мы, все разноцветная и разноязыкая наша компашка — считаем себя русскими пока ещё сильно не нормально. А толерантские псевдо «ценности демократии»? Нету у нас таких! Кто б сомневался? Не совсем «Псаки», но в голове ветра антирусской истерии «пропагандоны» ей знатно надули. Еще там.

Это все с раннего утра было, еще до получения новых вводных. Ещё вдогонку нам сообщили, что людей сюда на разборку машин срочно выслали, всех новичков мужского пола подмели да выпнули на просторы, как говорят. Мы тоже про все свои находки и соображения доложили, про людей новых. Вроде наши действия одобрены, а кого куда направить и чем попутно нагрузить — дали возможность на месте решать.

Подумали, посоветовались, как говорится «хрен к носу прикинули» и… Вот мы и переиграли состав группы. Причем вопреки начальственным Пожеланиям с Дома. Николай снова с нами пойдет, а потом — при первой же возможности обратно сюда же и вернется, да вот хоть бы и с никарагуанцем, к примеру, Родригесом. Там имя этого щуплого латиноса как-то сложнее и длиннее, но нам так проще запомнить, а он не и против. Его дело не поиск — а лодки, вот в них разбирается, их холит и лелеет, а нам зато про такой водный транспорт и голова не болит. А вот младший араб, Джамаль который, с нами нынче сходит проводником — на месте покажет где тут живет и обитает тот самый «танин», который «дракон» по-ихнему, это так по-арабски они его кличут.

На Юте же — Моралес временно за старшого вместе со вторым раненым арабом, Омаром и этой шустрой американкой останутся. На две плиты уж всяко и еды заказать смогут и чего другого. Ему мы строго-настрого наказали: ее в группу пока, не принимать, да она и сама, вроде как, и не очень-то стремится. Считает так: если уж есть тут где-то амеры — ну вот к ним, привычным и понятным она и хочет. Да на здоровье! Скатертью дорога, насильно мил не будешь. Самим интересно глянуть вблизи — какие они тут. нам-то наверняка уж точно не друзья. То, что если их много и они в силе — попытаются и тут «Большого Брата» перед нами состроить и под себя всех малочисленных пригнуть — нам понятно. Но ей-то этого не скажем, на кой? Меньше знает — крепче спит.

Скучать и им, остающимся, тоже не придется — начнут мал-по-малу ту первую, нами уже вытащенную с отмели, машину раскурочивать. Николай успел на ее двигун глянуть, так говорит, что ее, мол — только на запчасти пускать. Что-то там с мотором того-этого. «Моя машина кирдык» — лучше главного персонажа из фильма «Брат-2» и не скажешь. Собственно, это-то сразу понятно было.

Та, что на ходу, что от Остина нам в наследство перешла — как передвижная лебедка может использоваться, ПСМ-ку ломать — просто-напросто глупо, она и в таком виде больше пользы принесет, пусть даже пока тоже и не заводится. Да вот хоть закатить ее на борт — и то лучше, чем «круглое носить, квадратное катать». Даже если и совсем ее движок не отремонтируем — на том же Зеланде рядом с деревянным домом поставить — вот и будет там классный медпункт.

Ещё из важных новостей. По словам Кота — на Зеланд основную массу народа будем постепенно перебазировать, поскольку именно там проще будет и какие-то огороды разбить да и вообще, места там больше. Но и Дом, конечно же, не бросим — обжились мы там, да и оборонять его уже опыт есть. Вот с этим соглашусь.

С Зеландом же… То что он теперь и наш тоже — это мы уже знаем. Порадовались, слегка поорали, пугая местных птиц и Джоли. Раз наши ребята разок на него ночью прокрались да власть там резко сменили — так и покруче нас может кто угодно найтись. Думать надо — как там все обустраивать. Так что пока — вот так. Как и что с нами дальше будет — никто не знает, но как наши мусульмане говорят: «на Аллаха надейся — а верблюда привязывай». А тут только на самих себя и остается надеяться. Если чего прощёлкал-пролюбил — замены не будет. Люди, да — могут и новые появиться, только вместо тебя самого… Кому такое надо?

День Двадцать Седьмой-3. «Охота на варана» и рассказ Пилар

Рассказ Имира (остров «Варан», через несколько часов)

— «Тля»! На девять — Огонь!!! Там он, зарраза!

Засекли мы этого «дракона». Быстро он атаковал. Шустрый гад оказался! Слишком быстро двигается, очень быстро. Пришлось побегать, причем всем. И от него, и за ним. Хорошо, что Ойвинд по суставу ему смог метко зарядить. Ну и мы добавили вразнобой. Да ему что — шкура как у БТРа, и в чешуйках брони и все под углами, чуть что — рикошетит. Как друг дружку не задели таким плотным огнем — и сами потом удивлялись. Кстати, скорее всего, именно так арабы своего и подранили, потому в лодку тот их парняга и не успел… Да и то, если бы не повышенная прыгучесть и верткость нашего Мумбаи, то ходить бы ему на костылях, если не того хуже. Но зверюга нам ещё та попалась! Злющая! С перебитой правой лапой нашего чёрного друга чуть не уделал. Он все же его сшиб и под себя подмял. Хорошо чернявый успел ствол ему в рот пихнуть и все патроны в нёбо разрядил. А заряд картечи в глотку — это вам не фунт перца! Подох, рептилий. Но живучий-то какой оказался!

Да всех нас тут задело. И Николая царапнуло, и Ойвинда. Меня вот так вообще «пронесло», но это уже позже.

Замучились мы скидывать с Мумбая эту тушу. Упарились. Тут ведь важно и «дракона» в сторону бережно оттащить, и шкурой его шершавой Мумбая более не поцарапать, итак весь покоцанный — в ссадинах и царапинах. И когтями задел и вообще он, этот «охранник» здешний, весь колючий, с-с-собака! Пока бегали, пока стреляли, да потом тушу в сторону стаскивали — умаялись. Аж жрать захотелось. И серьезно так — да и пора бы уже… «Война войной — а обед по распорядку» — это я еще с армии усвоил. Потому горячему шашлыку все обрадовались — самое то для уставших мужиков.

Откуда такое? Пока мы осматривали окрестности — Мумбаи замутил по-быстрому костерок и зарядил на прутиках обжариваться самые вкусные куски. Объедение! А запах! Змеятину есть как-то не приходилось, Бог миловал, крокодилов — тоже, но чем-то на курятину мясо похоже. Поначалу. Ну это если на пасть не смотреть — вот она рядом лежит. Вараном этот зверь оказался, к слову, так что ели мы шашлык из варанины.

Налопались от души, да какое там, наелись — пузо набили все так что дышать тяжко было. После адреналинчику-то, что хватанули. Съел врага — стал сильнее! Так у Мумбаи в деревне говорят — по его же словам. Мы спорить не стали, а то мало ли до чего разговор зайдет — какого там врага его предки ели… Меньше знаешь — крепче спишь, говорил уже. Все мы тут по своему хороши.

Не наше это дело. Хотел было анекдотом компашку порадовать про подобного нашему чернокожему другу абитуриента, вспомнилось к месту, да счел что обидится еще… Николаю только и рассказал, как чуток в сторону отошли.

« Получает такой же, вот как наш Мумба письмо из дома, а там пишут: "Когда мы узнали что ты поступил учиться в Москву — мы очень обрадовались. А твой папа обрадовался больше всех, от радости залез на дерево, но упал и сломал хвост…»

Поржали, че… Но нашему абитуриенту" не расскажем о чем мы — точно не стоит. Потом остров плотно прочесывать стали. Зря что ль рисковали-то, пора и «урожай» собирать.

Мумбай, малийский рейдер русской группы — «швой парень», боец и воин, позывной «Малай»

Дома, в Мал и — мне было проще! Сильно проще. Все чёрные — земляки, в крайнем случае гости, или родня из соседней деревни, если они тоже из деревни фульбе родом. Или чиновники- maswuwlun, жадные чиновники — almaswuwlin aljashein, причем те чаще всего были из народа бамбара, как и торговцы. Все остальные — такие же земледельцы, как и наши фульбе, сенуфо и догоны. А здесь…

Вот так тут живу — лучшие друзья и учителя все белые! И ничего — привыкаю. Ну и что? Какая разница: черные, белые, желтые, красные… — обычные же люди. Почти как наши. И еще с ними интересно! Очень интересно. Много нового узнал за это время, что я здесь. И нисколько не жалею, что с ними — потому как постоянно в поиске, постоянно в бою. Я — воин! Как отец — он бы мной гордился, если б узнал… И мои навыки здесь нужны, реально нужны — меня ценят и уважают. Перенимают то, что могу научить я и учат всему тому что знают они. Не всегда сразу запоминаю, но я стараюсь. И еще они как настоящие воины защищают наших женщин от опасностей, всех, и мою Жадэ — тоже. И я… Вот несколько дней с ней не виделся — а уже скучаю, как она там без меня? По радио передавали привет, значит ждет. Потому и буду осторожен. Впредь… а ведь чуть было не погиб. И как глупо-то!

На все воля Аллаха, он все видит, но чтобы вот так…

Ну никак я не ожидал что этот островной «сухопутный крокодил» такой быстрый и ловкий. Ранил меня — гад! Дома, на Нигере такие не встречались.

За пределами нашей страны этого никто толком, конечно, не знает, но, как мне тут растолковали, общество народов Фула имеет три касты: Римббе, Нинббе, Джейааббе. Названия-то знакомые, просто не задумывался никогда, просто жил. Было привычно. Первые — правители и их приближение, вторые — чаще всего воины, ремесленники, историки и исполнители, а третьи — всегда рабы, низшая ступенька. Семья отца — из второй категории, значит и мне, как и ему, суждено воевать и строить. Пока все так и происходит, значит я все правильно делаю и ущерба и умаления статуса для рода в этом нет никакого. И мной им можно гордится, наверное, не только отцу, но и всей нашей деревне. Наверное… Я уже понимаю, что тут не наша прежняя планета, а какая-то другая, но всё же так тут похоже… Трудно мне далось это понимание, но постепенно свыкся. Если когда-то повстречаюсь с земляками — будет что рассказать. И про себя, и как я тут живу. Кстати, неплохо живу!

Когда-то он, мой отец, был солдатом, и не из плохих, его начальство ценило, он даже несколько лет прослужил в охране нашего посольства в Индии, оттого-то у меня такое совсем не африканское имя — отец так решил. Белые-то этого совсем не понимают, а оно действительно так. Вот у братьев — обычные, как у многих соседей, например, Камил, Идрис, Малик, Камиль, Карим, а у меня — такое. Ну и что? А мне оно нравится!

Он-то, мой отец после отставки не стал оставаться в городе, устал он шумных городов, надоели. Потом, вернувшись в родную деревню, отец первый раз женился и стал заниматься традиционным ремеслом и строительством. Постепенно жен становилось больше, столько, сколько и положено в исламе — четыре, одна из них умерла, он женился еще раз, а все мы, его дети росли и воспитывались вместе. И любили, и уважали мы все наших мам одинаково. Так уж получилось, что обучать в городе сразу нескольких сыновей сразу семье было дорого, поэтому выбрали учиться там моего брата, а мне пришлось заниматься добычей еды — работать в поле и иногда охотиться. Да-да, практически на всё что водилось в округе, в том числе и на крокодилов. Мы же не только обычные земледельцы и скотоводы, но и потомственные охотники — тоже. Не все, далеко не все, только те, кому повезет, и если учителя-марабу не будут возражать. С этим у нас строго. Но раз мой отец солдат — то и мне брать в руки оружие тоже можно. И даже — нужно! И я учусь им пользоваться, здешние учителя — хвалят!

А с крокодилами… да, и есть их тоже приходилось. Мясо — и на еду, не всё, но какую-то часть, а шкуры и все остальное мы продавали. Все ж какой-то доход, или сами шили из них что-то, или специальным людям, что ездили по деревням и скупали такие трофеи, продавали. Может не всегда все было и законно, но деньги ж за охотничьи трофеи сразу… Кто не жил в большой семье впроголодь — тот меня не поймет! Поэтому какой-никакой опыт охоты на них у меня уже был. Остальным нашим — что Ни́колу, что Имиру, ни Ойвинду охотиться на них не приходилось совсем. Говорят — что у них такие не живут. Как так — не понятно? Реки же у них и озера есть — должны ж водится! У нас — везде водятся! Для некоторых народов крокодилы — священные животные… Ну, бывает. Хотя что в них священного — добыча как добыча. Правда и сами они охотники не из последних, но тут уж «кысмет», судьба такая — либо ты его, либо он тебя. Пока мне везло…

Родным крокодилом для саванны южнее реки Нигер считается тупорылый крокодил, он имеет небольшую длину, до 3 метров, на животе характерные черные полосы и слегка курносый, задранный нос. Шкура у него вот только толстовата, снимать ее с тушки неудобно. А обычный речной — с ним намного привычнее. Главное, не бояться и не связываться со слишком крупными, те — по-настоящему опасны. А те, что поменьше — как раз и есть наша добыча.

Но этот — он совсем другой! Совсем! Такой скорости и прыгучести от него не ожидал никто, даже и я. Вроде бы пока готовились, пока шли — рассказывал, что знаю про охоту на крокодилов, а тут все получилось совсем не так…

Как позже мне сказали — это совсем сухопутный крокодил — варан. Этот Варан — достойный противник оказался. Но я его победил! Да, он сильно меня исцарапал своей чешуйчатой шкурой, но вот я — жив, а он — нет.

Теперь жарю на палочках мясо из его хвоста. Это — важно! Потом белые друзья меня перевяжут и будут лечить, тут главное — доказать его духу что мы в схватке оказались сильнее, что мы — отважные воины! И если съедим хоть по кусочку — он не придет нам мстить ночью, не перевернет нашу лодку. Наши старики нас так учили, не мне отменять традиции. Да и есть захотелось, не только мне. Спиртного нам нельзя, харам, а вот так — можно и даже нужно.

Убедил! Решили друзей попробовать! Никто не отказался, даже единоверец. Все ели — и он ел… Ну и что что пахнет непривычно — положено так!

Пилар — мореход и исследователь; акватория между о. Дом и о. Зеланд, разговор в пути с земляками

— Говорила мне мама — «не выделывайся, дочка, будь как все мы! Ты только посмотри вокруг — все наши родичи рыбаки, зачем тебе это надо? Найдешь ты здесь себе хорошего парня, замуж выйдешь — вон хоть соседский Эрик или Паблито, да хоть бы и любой другой кто. Ты у меня девушка видная, умная…» Это она тогда не хотела чтобы я в Барселону уезжала. Надолго, на несколько лет. Ну да, а я хоть и любила ее, и сейчас и здесь люблю и постоянно вспоминаю, но не удержалась, уехала на учебу. Да что там, удрала! В самую Барселону, куда ж еще-то? Можно было и в Пальме отучиться, на главном острове наших Islas Baleares, да и остаться там, например работать в туристическом бизнесе или еще как-то закрепиться. Да даже и у нас, но я же каталонка, гордая и независимая, как все мы — мне ж больше других надо. Вот и уехала. Думала навсегда.

Трудно было, и поначалу, да и потом — и денег на учебу и на проживание надо было постоянно доставать. Семья помогала, как могла, но нас в ней сколько — всем, и братьям и сестрам столько, сколько надо, и не выделишь, приходилось самой работать. Много. И официанткой работала и прислугой, дома у богатых убирала, что могла — откладывала и училась. Поступила в Universitat Oberta de Catalunya (UOC — Открытый университет Каталонии). Меня всегда интересовали языки. С детства свободно говорила сразу на двух — родном каталонском и испанском, хотела углубленно изучать и другие. Например английский, русский, что-то еще.

И путешествовать по миру, посмотреть вблизи другие города, другие страны, пожить там какое-то время, потом снова в дорогу. Наивная… Например побывать не только в соседней Франции, там-то я как раз была, а, например, в Америке или заснеженной России. Почему-то всегда казалось что там только зима и снег. Но не получилось.

Пришлось прервать учебу и вернуться на родной остров — Форментеру, ухаживать и присматривать за мамой. Как отец после шторма, в которой попал на своей лодочке, заболел, она за ним до последнего ухаживала, надеялась что оправится. Он ведь, не смотря на преклонный возраст, так и продолжал рыбачить, как и многие поколения предков до него. Тогда один из моих братьев погиб, второй остался инвалидом, а отец вскоре умер. А другие сестры — младше меня…

(остров Форментера на Балеарских островов Испании, пляж Кала Саона — один из самых уютных пляжей острова)

Вот я и вернулась. Стала работать учителем в нашей школе, той же, где когда-то училась и сама, преподавать детишкам родной язык. Да еще и в младших классах. На старшие у меня не хватало образования, подтвержденного бумагами. Все всё понимали, меня ж там многие еще помнили, да и родителей моих знали и уважали. Жалели, но… против закона не пойдешь. No se supone que lo haga, ¡no! (Не положено — значит нет! — исп.) Так мне и сказали. Спасибо и так помогли как могли. В общем, я учила детишек и ухаживала за быстро сдающей мамой. Без отца ей стало совсем грустно и одиноко. Мы старались как могли, но… сами понимаете, Модесто.

Ну и с личной жизнью — как-то не сложилось. В Барселоне были у меня приятели, встречались, но до совсем уж серьезных отношений, когда парень и девушка не только какое-то время живут вместе, но и планируют завести семью и детей как-то не доходило. Может быть потому что я слишком много работала, чтобы оплачивать учебу, может что-то еще… А дома на Форментре — тоже как-то не до этого было.

Наша Форментера — самый маленький и самый южный из Балеарских островов. Вы не были? Ну да, понимаю, работа… Он расположен всего в 6 км от тусовочной Ибицы, но при этом очень тихий и спокойный. У нас там всего один относительно крупный город — Сан-Франсес-де-Форментера (он же Сан-Франциско-Хавьер), а весь остальной остров почти не тронут цивилизацией — это плоское, едва покрытое растениями каменистое плато. Моя любимая Форментера отличается от других Балеарских островов и часто туристам напоминает Грецию: здесь очень чистое море, разнообразная подводная жизнь, наверное поэтому сюда любят приезжать дайверы, а морепродукты считаются одними из лучших во всей Испании.

Вот морепродукты отец и добывал… пока был жив… И рыбу и моллюсков и всякое прочие. Что заказывали… Вот ведь, вспомнила, и снова слеза на глазах… Извините. Теперь я добытчица всего этого.

А потом я оказалась здесь. Возвращалась после занятий к маме и…

Пришла в себя, стала осматриваться — я снова на острове, но совершенно другом, незнакомом. Очень похоже, но все же что-то не то. Потом, уже после, когда появился Фидель и Пако — они стали для меня настоящей семьей. С Фиделем, я надеюсь, мы вскоре поженимся когда он вернется, а Пако — как младший брат. Даже теперь и по ним скучаю. Ну и что что я — каталонка, а они испанцы, какая разница? Это в столичной Барселоне чего-то постоянно шумят про отделение от Испании, а для нас большой разницы не было бы ни там, ни здесь. У вас тоже такое непонимание — чего им надо? Ну значит вы, Модесто, меня понимаете.

Зато имею прекрасную возможность постоянно изучать другие языки, общаясь в быту с самыми разными людьми. Почти так, как я и хотела… Теперь вот и вы — наши земляки из Испании здесь появились и эти португальцы. И русские, эти загадочные русские… Вот уж кого не ожидала встретить на нашей Эспаньоле — так это их! А когда они к нам пришли в самые-самые первые дни — даже не сомневалась — вместе мы выживем. Именно так. Вместе, в одной группе. И нисколько об этом не жалею — так честно и рассказываю всем новичкам. Особенно тем из них, кто сомневается.

Удастся ли когда-то оказаться снова на Земле, нет ли, а пока у меня все складывается. И не только у меня. Возможно, даже и не сомневаюсь, у нас бы и самих что-то да получилось. Может быть. Но когда вы вместе — ничего не страшно.

Бандиты, вы спрашиваете? Очередные идиоты, что-то там себе возомнившие и мечтающие превращать других людей в бесправных рабов, а женщин в покорных шлюх? Не бывать такому! Им не должно быть места на этой планете. Стреляла и буду стрелять в таких! Да, стреляла и я, когда была угроза. И дальше — даже и сомневаться не буду. Посмотрела я тогда на португальцев что мы, вернее наши освободили — Мигуэля и Анну-Клару… Ну уж нет, такого ни для себя ни для кого-то другого я точно не хочу! Жадэ сильная, она как-то легко пережила последствия своего плена, может потому что ее особенно-то и не мучили, так как она и черная и повариха неплохая, а ее пленители тоже были черные — может быть и поэтому… Да, вот на этом острове куда мы сейчас идем все и было. И Мумбай ее очень любит, может еще и потому также. Мумбай — это ее парень. Не знаю…

А Клара — вот ей заново смотреть на людей очень трудно, всех дичилась. Да вы сами поняли. В первый день, когда я ее увидела и пыталась поговорить, успокоить, обнять как сестру — она всего опасалась… Даже моих, моих, женщины, прикосновений! Сразу в крик и слезы… Звери — нет им оправдания! Доктора Фаю только не боялась, и вот, нашего алькальда — Кота. Я же говорю — они располагают к себе. Многих. Чем? Ну, сразу даже и не соображу, не знаю — просто открытые и доброжелательные люди, не какие-то заносчивые аристократы, нет. Им до этого далеко, ведут себя очень просто, как потом оказалось — обычные горожане. Кот из семьи инженеров, а родители доктора Фании — и вовсе, как оказалось, простые рабочие люди из пригорода, и еще они много лет держали скотину. так что ее детство прошло почти как в деревне — вместо игр со сверстниками постоянная забота о животных. Чем-то моя судьба даже похожа не ее, и это не смотря на то что мы из разных стран. Только она смогла, сумела, выбилась в люди и выучилась как мечтала, а я… и я тоже смогу! Потому что я — Пилар. Я — упрямая. Каталонка и рыбачка, несмотря ни на что! И теперь вот — путешествую, уже здесь, как старшая. Они мне доверяют, а я доверяю им. С самых первых дней! И знаете, мне сними спокойно и надежно!

И вот сейчас мне нужно довезти людей на новые для меня острова — на Зеланд и Юту. Здесь я пока еще не была. Дорога еще пока незнакомая, да и лодки наши нагружены основательно, и люди, и материалы и продукты. Везем, сами видите — много чего. Полагаем все это нужно, да что там — необходимо! Еще и своими глазами хочу посмотреть — и такое задание мне тоже дано, как здесь, стоит ли сюда перебираться. Может быть не всем, но многим. Наше островное сообщество растет, и становится понятно, что мы на том, ставшим нам родном Доме — Сasa de la isla, как мы его называем, когда-то уже и не поместимся.

Дело в том, что все мы начинаем постепенно понимать — мы здесь, в этом мире, не просто надолго, а возможно и навсегда. Судя по всему условия Эксперимента от каких-то Viendo (смотрящие — исп.) не предусматривают обратного возвращения. Тогда надо устраиваться с максимальным комфортом. Уже убедились — остров и соседние с ним оборонять-то можно, что мы и доказали, и жить там довольно комфортно, но полностью полагаться только на поставки и то, что добудем из моря — не совсем правильно. Да, сделали несколько грядочек, что-то посадили, вы видели, даже несколько саженцев деревьев с других островов к нам туда привезли, но для большого сельского хозяйства практически нет свободного места.

Увы! Или вырубать-выжигать нынешние деревья и кустарники, так их-то не так уж и много, или искать какой-то другой, альтернативный выход. И еще, среди растущих на Доме — фруктовых или иных полезных деревьев не так уж и много. Так, жалкие крохи, пока хватает, по чуть-чуть на всех нас, но и не более. На Зеланде, по словам вот этого датчанина Нильса и место для посадок есть и фруктовых деревьев много больше растет, и по площади он значительно больше. Вот и посмотрим! Я-то не шибко в этом разбираюсь, у нас остров каменистый, но кое-что и я понимаю. Потому вот так. Сейчас идем двумя лодками рядом, и Нильс и Вазиф дорогу показывают, остальные там тоже не были, надеюсь, покажут правильно. Особенно на Нильса надеюсь — они вообще-то тоже рыбачить неплохо умеют, пока он был на нашем острове даже вместе раз на рыбалку выбрались — поучили друг друга кое чему. Он мне признался — что до самого присоединения к нашему сообществу опасался что его обманут. Но вот же — не обманули и теперь везем переполненные лодки всего что там необходимо. И теперь я буду ходить к ним постоянно, каждые несколько дней. И мне такое нравится!

Вот уже и его родной Зеланд впереди. Проходим мимо скал острова Подскок. Здесь наши ночевали перед тем как его и других пленных освобождать.

Оп-па, а что это там виднеется такое? Контейнер? Точно подойдем ближе! Такое — просто так не оставляют!

— Эй, ребята, поворачиваем — курс на остров Подскок!

День Двадцать Седьмой-4. Взаимодействия

Халил, о. Зеланд, комендант

— Ну ты вспомни, Халил! ЧТО там в Сиракузах Архимед делал? Вес объема выпертой воды равен весу впёртого тела или объем выпертой воды равен объему впёртого тела?

Это мне новый главный радист нашего сообщества пытается втолковать, Анатолий. Собственно, я-то и не против, считаю он во многом прав, но вот уступать так сразу ну совершенно не хочется. У меня свое мнение, у него свое — а задачу, которая нам поставлена, решать предстоит всем вместе. И чем больше мнений — тем больше вариантов. Причем самых неожиданных. И не только мы, здесь и сейчас. И рейдеры, если не в бою, могут об этом спорить, и здесь на острове идут жаркие баталии, полагаю что и на Доме у Кота голова болит и об этом. Да, крепкий землячок попался, как он меня тогда… И Толик заводит:

— Олуш! Это птица такая, чтоб не обижался! Водоплавающая, знаешь про такую? Так вот, выталкивающая сила равна силе тяжести, вытесненной этим телом жидкости. Куб воздуха вперли, куб воды выперло. В кубе тонна воды.

— Поднять тонну нужен куб воздуха?

— Угу!

— Давай в шины водород качнем, он же легче раз в десять, больше поднимет.

— Ну, да, легче. Куб воздуха кило весит, куб водорода грамм сто. Вот на 900 грамм он легче, можешь на груз это кило и накинуть. На шинах выигрыш сам посчитай.

— Я-то посчитаю, и обязательно.

Вообще-то ему своим прямым делом давно пора уже заниматься, антенну устанавливать и оборудование для дальней связи, что привез, настраивать — это первоочередное. Но пока он готовится, раскладывая и распаковывая привезенное — мы вот и схватились. Но по злобе, нет, от нетерпения и ожидания.

Тут пока нет особых разграничений это только твое, а остальным в вопрос не вникать. Тут все пытаются помочь сделать лучше. Непривычно, но и энтузиазм людей гасить — как-то не с руки.

Например остров Юта, заново открытый нашей военно-исследовательской группой. Сколько нового он нам привнес! Это и люди, которые могут вот-вот влиться к нам, в нашу группу, и находки там. То, что стоматолога-мексиканца, которого там нашли вместе с передвижной машиной скорой медицинской помощи надо скорее интегрировать в наше сообщество — я даже уже и не говорю. Будем заманивать, даже если отказываться будет. Дипломированный врач с инструментарием, да в наших условиях… Это — само по себе достижение! Это жирный шанс на выживание, Алла Бирса! Все в воле Всемогущего, но упускать такое права не имеем. А ведь там еще люди.

Да ладно б если б только люди! Там машины, не одна, не две, больше. А это не только «ценный мех», в смысле железо и прочее, это двигатели, колеса для тачек и тележек, всякая электроника… Даже не представляю что ещё, но все это надо. Но это и вес, который каналом поставки не натаскаешь. Во всяком случае сразу. Жить там постоянно — практически невозможно, как мне объяснили. Какое-то время, в палатках и на подвозе продовольствия для работников по спасению автотранспорта и его частичной разборке — да, и все. А разбирать, сортировать и правильно применять — уже здесь, на теперь уже полностью нашем Зеланде.

И это, неизбежно вытекает из предыдущего — моя, лично моя доля ответственности. Потому-то проблема вывоза встает самой острой гранью. Как уже понятно, о существовании такого рынка товара, а это не только ресурс, но и товар, как полузатонувший автотранспорт стало известно и у соседей. Оказывается где-то не так далеко есть арабский анклав. И, как выясняется, не только он один! Где-то за их зоной есть еще и американцы! Как же тут все перемешано! Надо срочно вывозить, а то на машины с земной Америки найдется сразу несколько претендентов. По праву сильного. А если успеем, если вывезем — все последующие шаги это уже другая история.

Вот и пытаемся найти оптимальный способ.

И, не исключено, что содержимое контейнера, как раз в этом нам и поможет. Хотелось бы верить…

Вот чем больше я тут — тем больше удивляюсь, что только не измыслят наши островитяне! Это ж надо! Но почему бы и не кечкенә үрдәкләр? Вдруг это то самое? Они ведь найдя этот контейнер — сами удивились, почему он не затонул, хотя о скалы его, как видно побило. Значит внутри что-то легкое?

Так и оказалось. Бросать такое — ну это вообще за гранью, потому сделали так, высадили двоих там же на Подскоке, с минимумом еды и воды, связались с нами и скорее сюда. Здесь выгрузились, максимально облегчили лодки и от груза и от пассажиров-женщин, взяли двоих наших, инструменты, веревки, все, какие у нас тут были, и обратно на Подскок. За контейнером. Вот, уже приближаются…

Анатолий, позывной «Донбасс», старший радист группы, о. Зеланд

Пока встречают, пока причаливают — точно не до меня будет. Ну и дела не ждут, пойду устанавливать оборудование, помощников мне уже дали, думаю справимся. Заодно и познакомимся поближе и с Мишкой и с Женьком — хоть пойму что за люди прямо тут появились. С комендантом здешним уже поговорили, благо свой, переводить на другие языки не надо. Ничего, гляжу, справляется, люди его слушают. И его, и Нильса. Датчанин — по-своему хитрован, но раз уж принял решение, теперь поздно назад отыгрывать. А с Халилом… Андрей говорил что поначалу с земляком своим при знакомстве у него тёрки были. Чуть было до стрельбы не дошло. Ну ему виднее — кого как встречать, меня-то как родного принял. И сразу как-то понял — на Доме я дома. Банально, а вот так. А чего тут непонятного — он с ППШ за спиной, не расстается даже за обедом, а я с АК сюда прибыл. С оружием редко кто попадает — ну мне, значит, повезло.

Говорят у рейдеров, как здесь поисковиков-добытчиков называют, Владимир есть с позывным Имир, так вот он с охотничьим ружьём сюда ухнул. Хотя сам и не охотник. Его пока не знаю. Да я тут многих еще не знаю, вот и познакомимся когда вернутся. А я сам — да чего рассказывать, кто у нас в последние годы не был, на себе бомбежки укров не прочувствовал — тот меня наверное не поймет… И не важно, какой у тебя возраст — или ты на линии фронта с оружием в руках или… ну вы меня понимаете. Причем не важно — на передовой или в тылу — у нас там всюду фронт. Говорят что и здесь немирно, но хоть с неба беды ждать не приходится, и на том спасибо!

С неба-то да, хотелось бы в это верить, а вот с моря… «Ветер с моря дул, навевал беду.». — какая-то певичка белобрысая когда-то пела, когда я помоложе был, имя сразу не скажу, а строчка вот запомнилось. Тут с моря можно ждать чего угодно и кого угодно. И хорошего и плохого. Да вот хоть на Зеланд вот этот самый чужие всего только один раз заявились и сразу сходу установили тут негритянский апартеид. А ведь поначалу датчане сами их остров открыли и их главного сами к себе и перевезли. Они же…

Бред какой-то, причем не киношный Питт голливудский, а самый что ни на есть натуральный. Откуда знаю? И Кот рассказал, и повариха кое-что поведала, да вот Нильс, здешний староста обидой поделился — как оно в плену быть, когда за людей не считают. Причем, не важно кто ты — не чёрный, уже не их, «расово негодный», вот как. Хотя с ними и черный сидел… Да вот наши их всех скопом после освободили. При этом, знали прекрасно что тут непорядок, но полезли, рискнули, спасли и освободили. В тот момент, насколько я понял, им самим уже и опасности не было, мобильную группу отсюда они напрочь в землю положили, а одного и сами в плен взяли, тоже его теперь знаю, боевой парнишка. Вроде как пулю словил, кого-то из наших недавно прикрывая. Вот он, кстати, их сюда и сопроводил тогда, дорогу показав, здесь а затем власть кардинально поменялась. Но рейдерского захвата острова от «вежливых людей» не произошло — здешнему населению был предложен самый мирный вариант — жить как хотят, при случае — обращаться, помогут. А далее — кто-то здесь остался, кто-то на Дом добровольно перешел. Остальные подумали-погадали и подались — кто всей общиной к нам, а кто и отсюда куда подалее.

Насколько я понял — те, что смылись отсюда — уже успешно «рыб кормят». Сами себе судьбу выбрали. Откуда и это знаю? Ну так я ж радист, не удивляйтесь — соседи их на ноль помножили. Здесь, вишь ты, их не поняли, зато там «острое отравление свинцом» произошло. Набрели на таких же идиотов и совместно пиратствовать решили. Тоже мне, " героям — сала". Цыганского, остренького с «чесночком». Дня не прошло, как сходу же нарвались. Говорю же — чего угодно ожидать можно.

Все это подробно, насколько знаю, рассказываю ребятам, а они мне — про себя. Они же только-только тут проявились, буквально день-два назад. Поэтому такие подробности слушают с большим интересом, много вопросов задают. Не трудно — отвечу.

О себе ребята рассказывают охотно. Мишка — не только по фамилии Карел, но и сам типичный представитель этой же северной национальности. Ну надо же — никогда ранее их не встречал! Похож и на русака и на типичного финна одновременно, как я их себе представляю — такой же белобрысый и тощий. Причем попал с работы, с зимней лесозаготовки, прямо с просеки, где ненадолго вышел из своего трелёвочного ТДТ-55. Только-только его помощники стропы тросов освободили от груза, подтянул их лебедкой и…

Из зимнего леса — сюда на Зеланд, без пересадки. Больше всего сокрушается что и вышел-то всего на минутку гусеницу окропить — знал бы, в штаны бы надул, или лучше б вместе с трактором и грузом леса здесь оказался. Вот была бы радость всем нам! А уж ему-то с такой техникой — первый парень на деревне! Завидный жених и все такое. Судя по всему что уже знаю и у наших соседей такой машины нету. Была бы у нас — да вот не срослось. Подловили его хитрые Экспериментаторы в самый неожиданный момент, да надо ж такому случиться — с расстегнутыми штанами. Начал там — закончил дело уже здесь. Самый «описательный» переброс получился, из тех что я знаю. Кот анекдот рассказывал недавно — про огромный баобаб и маленькую собачонку, которая впервые увидав эдакое несусветное чудо, горько заплакала-зарыдала: «ЭТО — неописуемо!!! Я столько не смогу»! А вот Мишке сие удалось — не только ту лесную просеку, но, видать, и эту планету разом окропить — «одним поливом», так сказать. Мастак, чего уж там…

Ну потом, всё как и у всех — удивление, с обалдением от увиденного, шок, местная жара, притом что он в унтах и ватнике с ватными же штанами тут очутился. Позже неподалеку встретил Женька и уже вместе и вышли они к здешним людям. Потом, правда, возвращались за своими плитами, уже все вместе и тщательно искали — а вдруг вместе с ними еще что-то попало, но нет, более ничего «земного» не нашли. Халил им сразу же внушение сделал — показал кто тут крутой начальник. Ну да они, в целом, на него и не в обиде. К своим же попали, к понятным, не в рабство к неграм каким или еще кому. А то что начальство местное сходу орет — привычно. Рассказали им позже как оно тут порой бывает, прониклись ребятушки. А работа что, она их и тут легко найдет, им обоим, что тому что другому — всякая по плечу. Теперь вот мне помогают с установкой мачты для антенны.

Интересуются — стоит им здесь насовсем обосновываться или к Коту на Дом перебираться. Пока рекомендовал не торопиться — тут дел много предстоит. Это точно могу обещать. Как-никак через меня все внешние события проходят, ну и пока на Доме был — много с Котом общались, обсуждая по каждой возникшей извне ситуации. Это мне скоро обратно возвращаться, а им, раз оба с техникой дружат — скоро, вернее всего, на Юту отправляться придется — машины там с отмели тягать. Мужики покряхтели-почесались — и согласились, а чего им отказываться? За границей сроду не были, простые ж работяги, без затей. Мишка так вообще из деревни. А так хоть что-то еще увидят.

На мой калаш с завистью посматривают — тут, в местном гарнизоне с оружием плоховато пока. Халил что-то с собой привез, ещё что-то заказывали, пока решали к кому прислониться, но этого теперь уже явно мало на всех. Ну да и мы кое-что сегодня доставили, распакуемся — будут и им стволы и патроны, не бог весть что, конечно, трофеи же, но все же. Роптать не будем, спасибо что и это есть. И, при всем при том, что соседи тут очень уж немирные. Рассказал я про свой опыт. Поудивлялись, но с советами лезть не стали, как они бы поступили в моей ситуевине, и еще раз поняли — что им с местом здешнего рождения повезло.

Пользоваться, кстати, оружием умеют, уже уточнил. Проверю позже. Из всех, кто здесь есть и со мной прибыл — похоже, что я самый обстрелянный. Так что мне и проверить огневую их подготовку. И на Дом вертаться.

Второй мой сегодняшний помощник, хоть и попал с самого Кольского полуострова, но не коренной помор, нет, а приезжий, просто давно уже там, в Мурманской области, живет. Вернее жил. Практически на берегу Баренцева моря их поселок находился. Там военная база неподалеку, армия, флот и погранцы границу с Норвегией стерегут, а личный состав в том непростом посёлочке и жил. А он там в местной ЖКХ работал. По графику — сутки через двое, а то и трое. И на работу времени хватало и на шабашку по отделке квартир, и на охоту с рыбалкой. В основном конечно браконьерил, не без этого, ну да чего уж теперь. Да мне-то что? То там было да закончилось. Зато тут его умения пригодятся. Да, собственно, уже пригождаются — и рыбалку он здесь уже налаживает, и птиц каких-то стрелял. Как говорится — ко двору пришелся. Шебутной, правда, и болтун малость, ну да это дело такое — если делу не мешает, пусть себе балаболит. Может выговорится надо человеку?

В общем установили мы мачту, подключил я все как надо, сразу же и опробовал — работает! Сначала с Халилом, потом с Котом. Затем уже внизу, когда вернулся, еще раз все перепроверил. Да и новости — одна другой лучше!

Из дальних — рейдеры наши завалили какого-то «дракона» и нашли именно то что искали. Сбылся, стало быть, вещий сон нашего Командира! Поранились сильно, но все живы, и это — главное. А раны, сказали — заживут. А из здешних событий — притащили-таки найденный нами контейнер сюда. Сначала-то мы подумали — кому эти игрушки пластмассовые нужны, да еще в таком количестве — у нас тут и детей столько за тысячу лет не родится, однако ж придумалось — для чего.

Кот передал, как ему Виолетта рассказала про подобную же историю, еще на Земле произошедшую. Там так же какой-то контейнеровоз в числе прочих грузов вез из Китая в Штаты груз таких же вот точно желтых утят. Оказывается в мире все больше мест где устраивают регаты таких вот игрушек. Выпускают множество пронумерованных утят в верховьях реки и чей номер придет к финишу первым — тот и выиграл. И в Китае такое проводится и а Америке и где-то еще.

Только вот тот злополучный контейнер не дошел до порта назначения — разразился шторм и утята отправились в самостоятельное плавание. Их несколько лет после тех событий вылавливали то в одном море, то в другом и заходили на берегах совсем уж удаленных стран. Когда мне все это рассказали — что-то такое и я вспомнил, да читал об этом, просто забыл за давностью лет, да и не до того было. Сама же эта история произошла где-то в девяностых годах, то есть, не так уж и давно. Вероятно что что-то подобное произошло и здесь у нас, только контейнер оказался практически неповрежденным. Мы его открыли… а там… И смех и грех. И посмеялись и проматерились вволю. Но пока доставляли сюда — пришло и общее понимание ЧТО стоит сделать.

Придумали! Будем из этих вот утят делать поплавки для перевозки. Кот закажет разборный катамаран, привезет сколько-то лесин со своего острова для каркаса и мешки и пилоны, куда будет набиваться этот веселый груз. Не перестаю удивляться — как общая коллективная мысль прихотливо работает! Мы все голову сломали — как перетаскивать сюда найденные на Юте машины — а решение-то вот оно!

Но и это еще не все! Пока двое оставленных там на Подскоке караулили контейнер — к ним лодочка подошла. С людьми, и опять нашими соотечественниками. Семья — женщина с двумя детьми! Пелагея — Palag, с сыном Тихон лет 13-ти — Tišoi и младшей дочерью погодкой — Еленой — Ol’on. Почему так сложно и имена не только по-русски? А вепсами они все оказались. Это такой малочисленный финно-угорский народ, традиционно проживающий на территории Карелии, Вологодской и Ленинградской областей в России. До 1917 года их еще чудью называли. Сейчас их в общей сложности около шести тысяч всего. Самоназвание «вепсы» появилось уже в современное время. В деревнях в бытовой русской речи также употреблялись названия «чухари» или «кайваны», которые они и сами применяют в разговоре. Откуда все это знаю? Да вот Пелагея и рассказала. Ох и веселая бабенка! Я бы… ну да ладно, и помоложе парни есть.

Поначалу, как и все — здорово испугалась, когда обнаружили себя не на Онежском озере, где рыбачили, а в незнакомом море. Не за себя испугалась — за детей. Но огляделась и направилась к ближайшей суше — ею остров Подскок и оказался. Мужики — испанец Модесто и португалец Жоао, как могли ее и детей успокоили, накормили, выдали по игрушке. При этом здорово удивили, сообщив что они оба — «русские». Не поверила, пришлось вспоминать все слова, которые уже знали… Ну чего там от Кота они «успели наслушаться» — я представляю, так-то он интеллигентный человек, но порой та-акое завернет — хоть стой, хоть падай. Особенно когда не в духе. Или распекает кого-то нерадивого. И перевода не надо — и так все понятно. Ну они и запомнили что смогли. Видимо удачно… Ну и окончательно Поля успокоилась когда показали пирамидку с запиской на берегу — что остров принадлежит русско-испанской группе Кота. А тем временем и подмога за контейнером вернулась. Так они и прибыли все вместе — и контейнер с игрушками и Поля с семейством. А уж как на неё оба моих «помогальщика» смотрели — это не передать! Ведь своя, православная. А что с детьми, так ведь разведенная, да и вообще… А она хоть и сельская — но тоже с норовом. В общем тут все хорошо и радостно.

Имир, рейдер, о. Варан, через два часа после битвы и час после сытного шашлыка из варанины

— Хороший островок. Богатый! И название уже готово — Варан, как с островом Кошки было. Да домик на нем в тему. Что-то нам на медицину везет в последнее время. То стоматологию с Моралесом в придачу, то вот этот Медицинский комплекс. Лекарства еще ладно, а вот рентгеновский аппарат, анализаторы крови и мочи… Расходники к ним. Скальпели и зажимы. И прочее, и прочее. Теперь б только специалиста к ним. Придется нашей Фае профиль менять. И вообще дело к ночи — предлагаю здесь переночевать, а наутро дальше двинем.

— Добро.

(через несколько часов)

— Уй, йееее. Твооююююю кошку блохастуюююю!!

— Что такое, Имир? Чего орешь-то?

— А-аа! Больно! Печень, похоже, прихватило. Мясо наверно это чертово. Варрррнина, блин!

— Да что мясо? Зря ты на него, остальные-то всё хорошо — все ели.

— Тогда капец мне. Пошел приступ. Думал пронесет. Ведь не мучил же. Камень у меня уже лет 5 минимум. То ли в желчном, то ли в поджелудочной (маты, что нес тогда — пропущу). Надо было его, суку, резать.

— Держись давай. Мумбаи, срочно рацию тащи. Дом, Зеланд, кто меня слышит — ответьте…

— Держись, Вовка! Достучался. Не поверишь, но есть доктор. Вырежет.

— Уй-ёёёе, быстрее бы.

— Сейчас. Он посоветовал тебе кое-что вколоть. Где-то я это видел.

(чуть позже)

— Уф, отпустило. Хорошо-то как!

— Куда вставать наладился? Лежи уж, страдалец.

— Да я в норме.

— Лежи «нормированный». Вот врач приедет и посмотрит, только он и скажет в норме ты или нет.

— Зануда!

Тем временем и оперативная обстановка резко изменилась. До Дома мы «дозвонились», но не напрямую, нет, а через подстанцию-ретранслятор соседней группы. С острова «База». Группы Стаса. Ну надо же! И вот те уже наши проблемы и до своего руководства довели и до нашего. Блин, как тут быстро все начало меняться… Связь, соседние группы… Обалдеть!

Но и это еще не все. Короче говоря — внешние расклады им тут в полный рост рулят. Пока я валялся с болью — наши командиры посоветовались и вот что учудили. Нашего доктора Фаю сюда везти слишком далеко, да, по сути, даже и не на чем. Кроме того, она — по другой специальности. Вот если б ногу-руку надо было выправить-вылечить кому-то, то к ней. Стоматологию — это наш недавний знакомец Хуан, что на Юте остался. Зато поблизости есть настоящий российский хирург со скорой помощи. И его скоро мимо нас будут провозить. На кораблике. А тот кораблик на помощь еще одной группе русскоязычных земляков торопится. Да вот ситуевина-то — у них у самих по разным причинам толковые люди в разгоне. И наши чего удумали — те зайдут к нам сюда, скоренько посмотрят кого лечить, а кого уже и не стоит и дальше покатят, а живых и здоровых десантом с собой возьмут. О, как! Нас, стало быть.

(ещё позже)

— Ну и что ты мне втирал про камни? Нет ничего!

— Как нет? 18 мм! Дома, на Земле так было. После командировки откуда меня сюда словили планировал на операцию по удалению лечь. Он что, испарился?

— Не знаю куда он испарился, но его нет. На приборе все в норме.

— Да как может быть в норме? У меня и билирубин в зашкале был и на УЗИ показывало два раза. Может ты что-то не так?

— Поучи-поучи" давай. А вот кровушку-то на анализ взять непременно надо. Тем более вы раз там нашли лабораторию. Дадите попользоваться? Заодно и мясо проверить надо.

— А вот с мясом — беда. Испарилось! Разложилась наша ящерка, напрочь! Когда его прихватило, Ойвинд в пробирку чуток, типа на анализы, сложить хотел. А там один аммиак вонючий и расползётся, сцуко…

— Интересно…- призадумался доктор.

— Куда уж интересней! Когда на острове Кошки охранницу ящика уделали — так же завоняла потом.

— Какого ящика, какой кошки? Нам не разу не попадалось. Сколопендры, шершни был, еще змеи разок нашим ребятам встретились, а вам что-то на крупного зверя везет. Что хоть в том ящике-то было?

— Оружие, Иван, оружие.

— Так какого лешего вы все тут сидите? Симулянта караулите? И я справлюсь. Остров осмотреть надо! Так просто такие монстры тут не заводятся!

— Осмотрели уже. И даже нашли — вот как раз медицину и обнаружили.

В общем опять в моей здешней жизни очередной поворот. «Еду в Магадан»! Ну не на земной конечно же, а на Изумрудный. Десантом. Не один, от наших — я за старшего. Со мной крутые «русские парни» — чернокожий Мумбай и северный норвег Ойвинд. Николай остался грузить на вывоз остатки тех ящиков, что в кораблик не погрузили, вместе с Родригесом и Джамалем. А мы — пока еще раз, более близко, знакомимся с командой.

День Двадцать Восьмой-1. «Зарядка для ума»

Кот, заботы «унутренние и унешние», остров Дом, помыслы и свершения

(утренняя «зарядка для ума», раннее-раннее утро, только-только рассвело)

О-хо-хо-нюшки! Заботы вы мои, заботушки! Никуда-то от вас мне не деться! Нет вам ни конца ни края… Это только киношному управдому Иван Васильевичу Бунше в фильме про «Иван Васильича» было легко «малознакомым» сенным девкам говорить при первом знакомстве: «Царь. Очень приятно, Царь».

Зато, как выяснилось, в реальной жизни самому, любому да каждому, оказаться вот на таком как у него месте — не каждый-то, наверное, и согласится. Хотят-то на Главное место в своих мечтах и «кухонных разговорах на троих», наверное, многие, да не все они понимают всю сложность такого поста. И ответственность — ого-го какая! Кабы знал бы такой «мечтун» заранее сколько лишних хлопот и забот такая должность за собою тянет. О! И каких, это тоже важно, а они, уж поверьте — самые разные приключаются!

«Думаете нам царям — легко? Особенно у нас тут, когда не просто "руками водить» да ценные указания «послушному электорату» выдавать в стиле: «вам трудно, но вы держитесь!», но и про поставки всего и вся постоянно думать приходится. И рулить многоязычным населением. Пусть его не так уж и много, но люди-то разные! Может где-то на далеком и неоткрытом нами пока материке и по-другому происходит, если он или они, есть тут вообще, может где-то там кому-то на моем посту там и проще, но тут на Островах — у нас вот так…

Не, обходимся без откровенных «депресняков», протестов-то шумных и громких среди попавших к нам нет — уже хорошо. Даже и удивляясь всему новому вокруг эти люди видят как другие вокруг неслабо реально впахивают, и сами, хош- не хош, втягиваются в общую для всех нас череду забот. Ну и, кроме как заявлений типа «Срочно отправьте меня обратно!» и «Так жить нельзя!» — другой особой борзоты вроде и не замечено. Могли б — таких точно отправили б, откуда их «взяли», да некуда! Мы — точно такое не можем. Разве что Те кто всё это «организовал»… Да и то, лишь среди тех кто вот только-только что попал-перенесён такую «чушню» слышал. Те же, кто уже пожил тут на Островах хоть сколько-то самостоятельно, «за свой счет и своим умом», подумали и прикинули расклады — просто-напросто стремятся к людям. Вместе и веселее и надежнее.

Есть и всегда будут и те — которым почти все равно, к каким, лишь бы удрать поскорее со своего опостылевшего куска голой скалы, лишь бы не остаться дикими одинокими и всеми покинутыми «Робинзонами». Но большинство из них, вот той большей части пополнения свой выбор — куда и с кем, сделали вполне сознательно и определенно.

Конечно и они, это я не про русскоязычную часть нашей многонациональной группы, некоторое время в чём-то сомневались — ведь всех дичайших тараканов про нас в мозги им впихивали долгие годы. Упорно и неотвратимо. Сразу-то вытравить их — много сил и труда прикладывать приходится. И СМИ в их странах постарались, и среди обывателей собирательный образ русских — это «дикие пьяные варвары на боевых медведях с балалайками наперевес». А еще они «пьют водку прямо из самовара, сидя под развесистой клюквой!» И потом многие несказанно удивляются — что у нас практически ничего этого и рядом нет. Совсем…

Зато когда сами они на нас вблизи посмотрели, с ранее попавшими земляками и единоверцами не единожды переговорили — практически никто к соседним «просвещенным европейцам» почему-то уже и не хочет. Мы про них, про их наличие на этой «Платформе» вообще не скрываем, зачем? Даже предлагаем выбор при первом разговоре: «Хотите к нам? Добро пожаловать — будем рады! Нет? Ваше право и ваш выбор — тут рядом ещё европейцы есть». Даём день-два на подумать и определиться. Не было ещё просьб переправить туда. Не-бы-ло! Сами так решают, сами. Постоянно эту тему обсуждают, ведь им примерно известно кто вокруг — карту-то известного нам Мира возле «столовой» все видят. Кстати, так и называют ее, эту идальню-ашханэ — «Pod navesom», сначала-то по-испански обозначали как «bajo un dosel», а потом постепенно сами на русский вариант перешли. И наш язык учат. Сами!

Вернется вот команда «Флагмана», скоро уже, жду — как привезет про тех свежих впечатлений, думаю все подобные сомнения окончательно пропадут. Там, по моим прикидкам, если ещё не окончательный «дойче юбер аллес орднунг» крепнет, но уже все стремится к тому. И в реалиях Земли в Евросоюзе немцы всех под себя пригибали, кого денежно, кого экономически, кого еще как-то. А уж тут-то точно церемониться не станут. Ну может ещё и голландцев на свой уровень подтянут, а остальным в их сообществе — явный «второй сорт» в скором времени светит, да вот хотя б тем же чехам. И вся ненужная чушня про «толерастию» и прочие нежизнеспособные отклонения сами чешуей напрочь полным ходом отваливаются. Пообщался с ними, с их руководством, при встрече на Котелке — такие для себя невеселые выводы сделал. К тому у них все идет, к тому. Опять же, кого больше в сообществе — те и рулят. А там, насколько я успел понять — как раз немцев-то всех разновидностей, включая австрийцев и всяких баварцев и швейцарцев — у них и больше.

Что они у нас готовы были покупать, менять, и чем за работу команды и аренду «Флагмана» рассчитываться? Продукты и сырье — от нас! В неограниченном количестве. Сколько ни привози — все возьмут. Это при том что кругом у нас у всех море — лови морепродукты, добывай не хочу. Чего ж ещё проще-то? Значит что? Не на грани голода у них, конечно, но всё по лимиту, по распорядку. Какие-то возможности у них точно есть, какой-то неисчерпаемый ресурс типа приливно-отливных станций или ветряков для получения энергии, а с толковыми рабочими руками некоторая напряженка. Как бы не начали к себе гастарбайтеров зазывать или еще чего похлеще придумывать. Ладно, чего зря гадать — вернутся наши, расспрошу. Есть смысл даже за общим столом при всех расспросить, чтоб лишних пересудов потом не было и все точки над i и чёрточки над — уй сразу расставить. А так и сделаем! Вы только возвращайтесь поскорее, ребята! Живыми и здоровыми! Здесь вы нужнее!

А насчет некоторых наших «национальных особенностей»… Нет у нас тут медведей, нету! И хорошо что «не завезли» — прекрасно и без них обходимся. Ну а балалайки… как появится кто умеющий на них трындеть — закажем. Зачем совсем уж людей разочаровывать? Самовар-то уже есть, взят в поставку — хороший, артельный. Народу нравится.

Ну а наши, русскоязычные, это я уже без разделения на народы и языки, раз из СНГ сюда влетели, тут и сомнений особых нет — однозначно к своим, понятным не то что хотят — требуют. Чтоб приняли-включили скорее, зачислили в ряды и на довольствие. Раз без этого никак не получается. И, раз есть у нас тут какая-то вменяемая власть и управление — ну и х… хорошо, и правильно. Правда, эти-то наши и почесать языки на-возле кухни не прочь, да и покритиковать существующие у нас порядки в стиле «вот уж я бы…», по старой, с советских ещё времен привычке, пытаются. Но при всем этом, в случае необходимости — первые на авральные работы не просто идут — просятся!

Иностранцы вообще от такого «энтузиазизЬма» чуть не поголовно охреневают! Полный разрыв шаблона: «Ты ж вчера только критиковала начальство, а сейчас в первых рядах работающих — как? Как вообще такое возможно? А дальше за права и свободы бороться, протестовать?»

На что получают ясный и вполне адресный посыл: «По****ли и разошлись, пар стравили и ладно — а сейчас мы все делаем это! То, чего начальство решило, а мы приняли. Чего встала, „дармоедка“? Давай-давай! На лопату и работай, как мы и вместе с нами, н-на! Или вон камни таскай.»

Ладно б мужики — оно как-то и привычней от них, нет, пару раз наши русские женщины та-акое выдавали. Слышал краем уха… Нда, не любит простой народ белоручек офисных — откуда б они ни были… что есть то есть. Остается только или принять, или слинять. Совсем.

Так что в Главное Начальство никто среди «кОтовцев и кОшек» не метит. Не из старых, не из новых. Ни явно, ни тайно — почти уверен. Поняли, поди — не сахар эта дОлжность, когда должен всем… Обсудили и перетёрли между собой, прикинули на себя и решили — и не мёд тоже. Ведь и про поставки всего и вся постоянно думать приходится. И это самое сложное — когда перед тобой списки, запросы, нужды, чаяния и желания. Не только для себя любимого, и даже не для твоей семьи — для многих людей. И порой невозможность все это выполнить одновременно, приходится постоянно что-то кроить, изменять, решать на ходу в последние минуты… И рулить многоязычным населением. Это — честно признаюсь, непросто. Может где-то на материке, если он тут где-то есть, и по-другому, может там и проще, но…

Хм, хотя вот тоже: что-то слишком часто я стал про посторонние, далекие от нас Материки грезить — можно подумать что мне здешних Островов, со всем их «едрическим разнообразием», мало. Засиделся на месте, «господин ленивый Кот»? И вижу только то что рядом и живу «сиюминутными» проблемками? Или нет, что — действительно мало? Да ну нафиг! Какой там мало, хватает. Наверное… Понятно, мои — наши. А Стасовы, к примеру, или Ксюхины и те что у Анны? Найдутся еще какие, близкие нам по духу и устремлениям — и они тоже. Да-да, не надо себя обманывать, и они — тоже, вот!

Да и кто ж его знает-то сколько нужно Оператору для призрачного и недостижимого «Щастья»⁈ Не-не, я не жалуюсь, даже в мыслях, даже сам себе, просто соображать так легче и проще, когда кто-то другой, пусть даже в этих самых потаенных мыслях, крайним объявится и на него хоть что-то можно свалить. Так не на себя же, себя жалко — что того не предусмотрел, другого не продумал. И за других, не только за себя, а за всех сразу и за каждого в отдельности. Та еще «геморрятина». Не пробовали? Ну-ну, очень, знаете ли, «взбадривает»!

Даже засыпая и просыпаясь, все мысли — правильно ли поступаю, «верным ли курсом» мы движемся. И «Куда?» Но они ж надеются, верят, несмотря на ворчание: «Главный все знает, обо всех заботится.» В чём-то с ними и соглашусь — хоть какая-то надежда в грядущем светлом будущем, а не унылое тупое существование. И понимаю прекрасно — про все сразу и не сообразишь. Постоянно ж что-то да вокруг происходит. Это только со стороны кажется что жизнь тут у нас течет сплошь спокойная да размеренная. Отливы-приливы, закаты-рассветы, утро-день-ночь, и снова: «Здраствуй, Утро»! «Поели — можно и поспать, поспали — можно и поесть…» Ага, сейчас! Нетушки, как бы не так!

Мы ж не «лягухи» какие приболотные, что глупого комарика сожрут и тем счастливы и горды неимоверно — нам много больше обычного надо. Сильно больше! Намного! Причем не только для себя, для всех наших — больше. Комфорта, безопасности, полноценного и многоразового питания и крыши надежной к местным стихийным катаклизмам над головой, и много чего ещё. Душевного равновесия, к примеру — тоже! Уверенности в завтрашнем, и даже послезавтрашнем дне — между прочим, тоже, а иначе зачем стараться-то? И так сойдет что есть. А кто у нас — наши? Понятно, мои — наши. А Стасовы, Ксюхины? Найдутся еще какие, близкие по духу и устремлениям — и они. Да-да, не надо себя обманывать, и они — тоже, вот!

И под «лежащий камень» — это в адрес всех ленивых Глав сообществ, серьезные географические открытия и материальные Подарки не подсовывают. Обычно. На Земле. Просто не пролезут. И даже здесь, на этой самой «Платформе» — тоже. Где-то может быть даже и так, признаю, но точно не у нас тут такое, шевелиться приходится. Причем постоянно, в режиме нон-стоп. Не откроешь чего-то ты и твоя группа, не заявишь, что твое, не защитишь как свое родное, да так, чтоб подтверждение Сверху пришло — другие найдут и против тебя же и применят! И кусай потом что хошь — хоть локти, хоть коленки, хоть камни, дело твое. А тут…

И ведь не расклонируешься же на «стадо котОв» — в нескольких местах, сильно удаленных, причем одновременно, быть надлежит!

(«стадо котов» — Котовы мечты…)

Надлежало Бы. Вот именно — БЫ! Но ведь не разорваться же, так? Был бы у нас всех один большой остров или даже, как предел мечтаний — общий материк под ногами, раз уж он так упорно в голову лезет, вероятно в чем-то проще было бы. Наверное. Заимели бы какую-никакую технику и мотались бы расходящимися маршрутами и концентрическими кругами окрест. В поисках… чего, кстати? Да всего, до чего дотянемся! Благо это явно следует из установок Наблюдающих за нами, раз они за такое материально стимулируют. А когда вокруг только лишь острова-островки-островочки и бесчисленное количество скал, камней и мелей, из моря свои бока высовывающих? И до дальних мест еще как-то добираться надо, не взирая, как говорится, на… Да на всЁ!

Вот и вывод с моих «раннеутрешних» думок сам собой созрел. Кхе, значит и здесь, на островах, стоит этим же и заниматься, раз нет пока других вариантов. Итак, вывод: надо не сидеть на месте, а постоянно раздвигать границы известного за горизонты. Причем во все стороны! А новое — оно там, где-то вдалеке. Ближнее-то и так подберем и освоим. И его, кстати, тоже надо постоянно раз за разом методично чесать и мониторить — вдруг где-то что-то изменилось — где-то что-то добавилось. Порой и на хорошо известных местах призы ждут.

И все это между тем, где ты, Кот — я то есть, находишься, и теми событиями, что в стороне происходят! Причем, постоянно посмотреть своим глазом, и не только посмотреть, но и поучаствовать во многих событиях очень хочется… Да что там хочется — тянет! А тут сиди и думай, Голова, шапку дадут! Или ПО шапке… Э-эх! Затоскуешь тут!

Понятно, что помощники у меня, большей частью, толковые, и постоянно учатся, в том числе и на своих и наших ошибках и промахах, все так. Но, очень почасту, когда где-то что-то такое важное для нас всех происходит, а я тут сижу как привязанный… Эдакий виртуальный «паук» в центре паутины, и только за ниточки дергаешь — обидно! Да что там обидно, досадно — словами не передать! И ведь все это при том, что больше дня, максимум двух, поставку заказа откладывать все еще пока опасаюсь. С чего? А ну как решат те, что все ЭТО устроил: «Ах, справляетесь? Освоились? Ну-ну, так и вовсе вам канал перекроем, обойдетесь!»

Почему-то сразу вспоминаются «нашерашевские» персонажи — «краснодарские пацаны Славик и Димон» с их неизменным диалогом:

"- Чего-то я очкую…

— Да ты чО, я сто раз так делал!"

Вот я — не делал, но опасаюсь, заранее. Ну вот им-то, как раз, легко было, они только за себя, эти «лошары» и отвечали, и отгребали очередных заслуженных люлей только и исключительно за свои собственные косяки, а вот я людей, мне доверившихся, подвести права не имею. Вот не имею и все! Точка. Вот и переживаю — за всех моих сразу. Не то чтобы как за непутевых детей, нет, но близко к тому. Кабы так все и было, ага! Еще ж не только за своих, а и за соседних переживать порой приходится! Вот ведь буйные головушки, неспокойные…

Так, ладно — теперь о насущном. С внутренними задачами по Дому мы справляемся успешно. Вроде бы… Может быть можно что-то ещё сделать бОльше и лУчше, но что именно и в каком направлении использовать имеющиеся «трудовые ресурсы» и их навыки — пока не знаю как. Да и некем, если честно — все кто есть в наличии при деле. Э-эх, людей бы нам еще! Сколько? Пока не знаю, сколько именно, но надо! Адекватных, не истеричек — это однозначно, но кто ж наши пожелания-то и чаяния учитывает? Или как-то они сбываются?

Не исключено, что не совсем по основным специальностям и профессиям наличный состав используем, но и вариантов замены пока нет. Да и некем заменить уже занятых, освободить их от нынешних обязанностей, все, в общем-то, при деле, никто не «простаивает» и «нахлебниками» не является.

Но обо всем по порядку. Как говорится в том анекдоте про двух быков, Молодого-резвого, что все время рвался вниз, нетерпеливого и Старого, с большим жизненным опытом: «Сначала мы дожуем всю траву на горке тут. Потом медленно-медленно спустимся с горы и… перетряхАем все стадо!» Вот мы дела и заботы и перетрЯхиваем одну за другой, как можем.

(быки — Старый и Молодой…)

Есть такое веское мнение, что при обращении и молитве к своему Богу, Ангелу-защитнику или кому вы там молитесь и помыслы обращаете, не стоит ИМ говорить «Не» даже в мыслях. Они там их и прочие буквочки вовсе не замечают, а считывают некий эмоциональный посыл. «Не допусти» — читают как Надо допустить, «Не сделай» — как сделай… Ну и так далее, перечень велик и бесконечен. «Страшно далеки они от народа» — это, правда ув.«тов». Герцен про тогдашних, современных ему рЭволюционеров-«маниловцев» сказал, но и тут тоже та его мысля верна и справедлива. А кто такие те Устроители для нас как не реальные здешние Боги? Вот то-то и оно, на них и уповаем, что не попустят совсем уж непоправимого, дадут Шанс… если мы, люди «подопытные», его сами заметим и воспользуемся. Правильно, а не как всегда, не так и не тем способом. О-хо-хо… Заботушки!

День Двадцать Восьмой-2. Заботы и Заботищи

Кот(заботы и чаяния — моя утренняя разминка для ума, продолжение)

Э-эх, людей бы нам еще! Сколько и каких именно? Пока не знаю — но точно надо! Адекватных, не истеричек с закидонами — это однозначно. Все так, но кто ж наши пожелания-то «Наверху» у суперкомпьютера учитывает? Или как-то они, все же, сбываются? Есть веское мнение, не только у меня здесь, но и ранее на Земле такой подход встречал: что при обращении в молитве к своему Богу, Ангелу-защитнику или кому вы там молитесь и помыслы обращаете, не стоит произносить слово НЕТ даже в мыслях. Причем в любых его вариантах! Ни в каком виде! Потому-то и надо стараться всячески его избегать при «запросе» помощи тех Сил. «Они» там их, таких тонкостей, вообще не замечают, а считывают некий общий ментальный посыл одним «цифровым пакетом». «Не допусти» — читают как Надо допустить, «Не сделай» — как сделай… Ну и так далее, перечень — велик и бесконечен. Не от желания как-то ухудшить жизнь наблюдаемым, а скорее от того что слишком много самых разнообразных запросов к ним от нас идет, и все они в противоречия друг с другом вступают. Одним надобно одного, другим — нечто другое хочется, вот и… Вот и выполняют — чохом, «спустя рукава», на «отвались»…

«Страшно далеки они от народа» — это, правда, ещё Герцен про тогдашних вольнодумцев и ррр-революционеров написал, и вовсе даже не про «Наднебесных» или откуда они там на нас взирают, сущностей. Но даже и тут, именно в этой трактовке, та его мысля нам подходит, ибо верна и справедлива. А кто такие те «Устроители» для нас как не здешние «Боги»?

Вот то-то и оно, но раз других нет — на них только и уповаем, что не допустят совсем уж непоправимого, дадут нам Шанс… Если, конечно, мы, «люди подопытные» его заметим и воспользуемся. Вот именно — опять то самое «если»! И, при том, правильно и вовремя поймем их посыл, заметим и сможем что-то изменить к лучшему, а не как всегда, не так и не тем способом, как обычно это происходит. Причем не только конкретно с нами, а с людьми вообще, ибо такова человеческая природа. Все откладываем на далекое потом, надеемся лишь на старинные и незабвенные «авось да небось». «Пока гром не грянет — мужик не перекрестится». Еще как справедливо-то! О-хо-хо… Заботушки!

А что касается новых людей — желательно, конечно бы, «находить», отыскивать и привозить к нам все же каких-то понятных бы, таких, кто и нас поймет и кого мы поймем, тогда и примем радушно от всего сердца как своих. Значит что? Генеральное Направление Развития — Люди! Именно так, с больших заглавных букв — потому как это, по сути, Программа или Стратегия нам на ближайшее и последующее время. Постепенно обкатается, скорректируется, обсудим и расширим, тогда и запишем, задекларируем. Это, теперь и далее, становится для нас в приоритете — земляки и сограждане тех, кто уже у нас есть, не исключая и всевозможных других, каких до их пор и встречать-то не доводилось. Их поиск, привлечение к нам на переселение и все прочие аспекты с этим связанные. Причем, вне зависимости от их языков и прочего. С теми что уже есть — уживаемся, и, вроде бы, неплохо. Надеюсь и дальше так будет. Очень надеюсь! Ну и поиски всего хоть мало-мальски полезного.

Кстати, а какие именно — «люди» у нас в приоритете? Если уж не абстрактно и отвлеченно, а совершенно конкретно. За кого боремся в первую очередь и кого ищем, привлекаем, и так далее? Они ведь тоже — разные бывают. И это не о специальностях и особо востребованных профессиях, это-то само собой — они все нужны, вне зависимости от их веры и происхождения. По языкам же… надо б разобраться чтоб хоть самому понять — кто и что привлекает… Итак.

Русскоязычные - раз, это даже не обсуждается. Русские люди любой национальности — во как! Звучит? Ещё как! Это уже программа и стратегия, пожалуй, даже — все сразу.

Испанцы, испано-латиносы и португало-говорящие — два. То есть, что — помимо жителей Иберийского полуострова латиноамериканцы, «латиносы»? Или, как называют их амеры — «спики». Скорее всего тоже — да, поскольку же имеющиеся у нас как раз неплохо уже себя показали. Англоговорящие? Вот тут сложнее. Например, австралиец Люка — как родной, а больше-то и в пример привести некого. Аборигены здешней Австралии к нам еще в сообщество не вступили… Надо бы после моего визита на Зеланд и у них снова самому побывать. Да, так по ним и решу.

Хорошо — далее? Европейцы? Они у нас уже «есть в наличии» и довольно разнообразны, правда, пока лишь, чаще отдельными одиночными экземплярами «представлены», потому-то, наверное и по одному человеку общего представления пока не составить. Тут будем смотреть и разбираться с каждым индивидуально. Вот полька Виолетта — хорошее пополнение к нам, например, оказалась, а любые другие поляки — вот не уверен что их стоило бы к нам «тащить». Захотят, попросятся — возьмем, и непременно про альтернативу скажем, а так — проблемные они… в большинстве. Понял, принял — идем «по списку» далее. Да и прибалтийские «коренные жители» — их уже не переделать. То же что и по полякам. Labdien un uz redzēšanos! (Добрый День и Прощайте! — латышск.) Ну надо же — помню еще, не забыл! И был-то в Риге всего пару раз, в Вильнюсе и Даугавпилсе разок, а все ещё осталось в закромах памяти. В Таллинне вообще не сподобился побывать. Да и… с ними! Теперь уж точно обойдусь!

«Веселая» зарисовка-наблюдашка из тех моих молодых лет… Горячий был. В драку первым не лез, но на оскорбления вспыхивал… В Риге в общественном транспорте еду как-то, автобус, трамвай — не важно. Попросили передать на билет. Передаю билет обратно и сдачу. Мне говорят «Paldies!» И с таким выражением и таааким противным скрипучим голосом — будто грубо обругали или как палкой ударили. Ну я в ответ не сдержался — «Сам ты Палдес»! — отвечаю. Хорошо местные русские рядом были — перевели, тут же объяснили что спасибо это по-латышски, а не то б нарвался… остановили. Извинился конечно… но осадочек от того «общения»-то навсегда остался. Ладно — проехали, слишком давно это было.

Так и с нашими «русскими» в родном городе подобные стычки были. Это ж не от национальности — а всегда от конкретного человека зависит. Опять же — в транспорте чуть до драки тогда не дошло. В пригородном автобусе летом — жара, полный салон набился. Давка, духота, все битком. И на нервах — ехать надо, а в «личное пространство» получается чужие люди влезли…

Какой-то подвыпивший «чудак» на букву « м» громко матерится на весь автобус. Достал уже! А там старики, женщины, дети. Терпят, морщатся, но молчат — заметно что боятся того «ухаря». А ему «море по колено» — продолжает. Ну мне это безобразие надоело. Вот и заявляю через весь салон, через толпу, через головы:

" — Эй, мужик — «радио выключи», надоел! Тут дети, а ты…"

Слово за слово — он еще больше возбудился, орет:

" — А ты чо, самый умный тут?"

" — Да нет, — отвечаю, — откуда бы, такое же быдло, как и ты!"

Он было потолкался-потыркался — а через толпу-то не пролезть, стеной стоят, причем все на моей стороне — всем он поперек.

" — Давай выйдем, разберемся?"

" — А давай!"

Он-то вышел, а меня пассажиры придержали за плечи не дали «на разборку» сходить. А я готов был. Выкинули вещи того наружу, водитель двери за ним захлопнул и далее поехали. Весело! Все оживились, «героями» себя почувствовали — справились сообща с «дорожным хулиганом». Он-то, оказывается, и без денег ехать пытался и платить за проезд не хотел, да и кондукторше успел сильно нагрубить. Вот всё и срослось. Так что да — от людей зависит, не от национальности…

Кто там дальше-то? Да и, скорее всего, многие встреченные «западные европейцы» в своем подавляющем большинстве будут тянуть и стремиться в здешний «евросоюз», это уже неизбежно и нам того не изменить. Опять же, конечно, возможны варианты и тут… Допустим.

Остается что и кто? Совсем Северная и Южно-средиземноморская Европа? Пожалуй что да? Точно да — датчане есть, норвежец Ойвинд тоже. Значит и ещё будут! Балканцы всевозможные и греки? Скорее да, чем нет. Их еще в нашей группе никем не представлено. Даже ещё и не слышал чтоб они где-то свои собственные сообщества сформировали. Наверное и они тоже тут где-то есть, но явно не поблизости.

Азиаты? Вообще сложный вопрос. Пока у нас их нет — появятся «на горизонте», тогда и будем думать, стоит ли нам их интегрировать к себе. Арабы и негры? Скорее всего очень и очень избирательно, если таковые заявятся на перемещение к нам. Из этих народов отдельные специалисты-то замечательные, но когда их становится слишком уж много — туши свет… Задавят массой, и станем мы кем угодно, но только не «русско-испанским» сообществом. Вон как «датчане»-то наши с ними просчитались — хороший «урок» на будущее. Всем урок — не только нам и им. Мумбайка и Адам, ну и Жадэ тоже — есть, и, пока, достаточно. Они — вписались. Получится ли так с другими — вовсе даже не уверен. Наверняка кого-то еще забыл — ну так додумаю эту мыслю в другой раз. Пока общие Направления накидываю. И так голова крУгом — сколько всего уже нарешал! Насущные и неотложные дела моего присутствия требуют.

Теперь о противодействии «Рептильной Опасности». Между всеми переговорами с «филиалами» и соседями процесс возведения «против крокодильих» препятствий на берегу шел и сегодня будет идти полным ходом. Откладывать и работать «спустя рукава» — слишком уж неоправданные риски. Придётся, через силу, через не могу и не хочу — НАДО! Осталось заказать те самые сетки под габионы, да и заложить их каменьями. Только-только в обед собрался-намечал было передохнуть да слегка вздремнуть, пережидая самое пекло, как меня вновь начали серьезно озадачивать. Да что там, грузить — если уж называть возникающие вопросы своими именами. Естественно, вся предполагаемая моя сиеста после заказа — побоку полетела, как и план поставок вслед за ней. Не люблю я такие неожиданности, а вот оно бывает. Все мозги теперь набекрень — за что хвататься и как, с какого конца новые вводные раскручивать.

И вот не знаешь, то ли радоваться — то ли огорчаться, а мысли роятся… не передать! Ёксель-моксель, вместе с Туфслой и Вифслой! Тут еще и Толик на Зеланде антенну-ретранслятор дальней связи установил да так неплохо наладил, что теперь весь тот сектор островов чуть ли не напрямую со мной связаться может. Понятно, что это так и запланировано нами было, но чтобы вот так сразу разом — это сильно оказалось. Ушибает, знаете ли!

А дело такое — наши бравые и реально бесстрашные и безбашенные «передовики»-рейдеры Николай с Имиром и прочими суровыми парнями добрались-таки до того острова из моего сна! Да-да, того самого, не обманули меня Те, кто его мне показал. Кстати, не только мне, как оказалось, не зря беспокоился, не зря людей вперед-вперед гнал, но это всё потом — как-нибудь попозже обдумаю. Мало того — добрались, с ходу завалили там Рептилия громадного, что склад тамошний охранял. Сурьезная, судя по всему, Зверюга оказалась, прыткая и шустрая. « Варано м» они ее обозвали. И остров так же назвали. Да хоть как, хоть Мегатерием, хоть Тиранозавром Рексом или Виверной, главное — они живы, а тот «гад» — нет. Во всех отношениях гад — и после смерти жёстко им «отомстил»! Сами они все поранились, конечно, кто больше, кто меньше, но, слава всем Светлым Богам — живы!

Насчет Богов — это совсем не шутка! Начнёшь тут верить во всякую мистику. С находкой-то ладно, ожидаема она была — обнаружили, причем практически то, что и предполагали и желали получить, даже невзирая на возможные потери… Ребята прекрасно понимали на что шли. И я понимал — на что их отправил.

Но сами-то они, сами куда смотрели⁈ Как малые дети, честное слово, дорвались, «орлы и прочие соколята». Встречу — накручу им… все, что накручивается — по самое не балуйся! Чего сотворили, «б-бродяги»? Кто б другой ни за что и не догадался даже, эти наши — смогли и тут отличиться! Впереди планеты всей — круче только яйца, у того «варано-дракона». «Интернациональное братство рейдеров» удумали, «ЙолкИ зелЁные» — новым «ритуалом» озаботились. Шашлычно-вступительном, ага. «Международную дружбу и взаимопомощь» так отметили — жареной вараниной… Чего б хорошего друг у друга перенимали — так нет, вспомнили традиции Мумбайкиных предков, тьфу! Нашли что вспоминать — «лучше-то» не было, «ага»! Это когда надо непременно съесть поверженного врага. Не хило придумали? Во-во! Я тоже много чего по этому поводу сказал, если на бумагу переносить — покраснеет! Дважды! Они б еще «береты с символикой» там перед строем выдавали — хоть до этого не дошло. Могли б, кстати… надо подсказать…

Пока думали, пока гадали и планы строили — с Зеланда еще одна действительно приятная новость прилетела — новички появились! Прямо там у них, рядом с их островом. Семья обнаружилась — женщина с двумя детьми. Самое поразительное — на лодочке! Вышла она на рыбалку на Онежское озеро — а оказалась на море. К ближнему берегу и направилась, именно к малому островку, не к большему. Прямиком к острову Подскок и вышла, а там наши уже были, кто-то из новых испанцев или португальцев — контейнер найденный караулил… «Русскоязычный» — до сих пор стыдно какими «русскими» словами он ей и детям объяснял что он — свой! А она с детьми — реально русскоязычные, из какой-то совсем малой народности, при том, ещё и «северяне». Причем, как хитро закручено-то все у Наблюдателей — на их острове после побега оттуда беспокойных цыган вместо них двое мужиков — русских работяг — уже прямо на нем появилось, теперь вот ещё и эта женщина. И все — с северных наших территорий.

Формально-то, места, откуда они «изъяты» — «большой скандинавский полуостров» и его окрестности. Включая всю Карелию и Кольский полуостров — он как раз «хвост» у той скандинавской кошки. Какой «кошки»? А вы на карту Северной Европы-то посмотрите, включите чуточку воображения — и увидите. Это как итальянский «сапог». Кто хочет — тот разглядит! Это соображение, насчет «северян», скорее всего, полагаю, потому — что в основе того островного сообщества датчане. И на острове Кошки оружие именно что для скандинавов было уготовано. Ну было и было — теперь наше оно.

Кстати, теперь наш Подскок — не просто одинокая скала с миниатюрным пляжиком, он еще и «прописку» как «населенный» остров имеет. Почему вдруг, с чего? Да плита этой женщины на нем и обнаружилась, во какие чудеса! Только причалила и запиликало на коммуникаторе. У нее он был — у детей нет, зато и вес сразу ей объявили: на всю ее семью по нему — на свою плиту она могла получить. И получила, кстати — как-то «подскоковый охранник» ей объяснил ЧТО делать, ну и инструкцию прочитала… Теперь, стало быть, и его жителям Зеланда, надо будет время от времени проверять — а вдруг кто-то ещё там появится? Да запросто — Наблюдатели и так пошутить могут.

Про то же оружие со здешней Кошки, Мадсены и прочее — пригодилось, кстати, вовремя ребята его обнаружили и добыли. Без него, наверное, отбиваться нам на Доме от врагов тогда очень сложно было бы. «Партизанить» на берегу, среди деревьев и камней, и расстреливать подплывающих врагов с удобных и заранее подготовленных позиций из всего что было под рукой огнестрельного — это, знаете ли, совсем разные вещи! Шансы выжить самим — гораздо меньше. Тем из лодочки и деться-то некуда было, вообще некуда, разве что пригнуться и всё, так и это не поможет! А на берегу — у них столько же шансов уцелеть сколько и у нас. И у них как бы и даже и не побольше!

Лучше подобного-то вообще не допускать. Совсем! Тем более наши «стрелковые дИвчины» и их живорезы — даже прикидывать не хочется кто кого на берегу уделает. Мои только тут впервые в жизни и оружие увидели и в руки получили, и всего-то по нескольку дней тренировались хотя бы стрелять «в ту, правильную сторону», а те, чуть ли не с детства по джунглям реально партизанили, во как! Опять же, если сравнивать ту ситуацию из «Тихих зорь» и нашу здесь на Доме — то на то и вышло бы. Выиграть-то мы бы, может, даже и выиграли, всё же это наш остров, мы на нем все знаем, а они — нет. Зато ценою каких невосполнимых людских потерь? Мне все наши дороги. Вот то-то и оно! Так что уж лучше так, как мы тогда и сделали. «На подлете» — выцеливать. Но и у нас без утрат не обошлось. Эх, жаль старика, героический бабай у нас был, не пережил вот только последствий того боя…

Эти ж «деятели» — я про наших рейдеров, на адреналине с перепугу после боя вчера налопались-нажрались все поголовно шашлыка из свежей, только что убитой ими зверюги — и у одного из них, у Имира, что-то там совсем неладно с организмом приключилось. То ли почечные колики начались, то ли камни в организме зашевелились и выходить начали, то ли еще чего в том же примерно духе. Причем траванулись-то его мясом рептилия все как один, никто не отказался, а ему хуже прочих стало. Как нам на расстоянии теперь диагноз-то ставить и, главное, кому? Вернее, кому ставить — понятно, не совсем вполне ясно кому их за лечение браться. На «удалёнке» — да по рации, во как! И как быть? Да так неладно там получилось — что хоть скорую туда высылай! Где я им приличного врача-то, да ещё там в тех дальних грЕ́бенях найду? И не просто «любого» — а именно хорошего хирурга с опытом подобных операций?

Причем всё это архи срочно, в режиме «вынь да положи», мать их ети! «СталкерА», йолки! «Рейдеры-форейторы». Рукожопы! Зла не хватает! Что постоянно с ними что-то подобное происходит — мы уже совсем и не удивляемся, скоро в привычку войдет. Там — самые непоседливые и шебутные среди моих со-Островитян. Да-да, моих, чего уж там — сам в кучку собирал, отфильтровывал. Мои, стало быть, ну пусть наши — от того ж не легче? И, по всему похоже, им самим это дурная бравада нравится, всё то, что с ними происходит. Додумались же — флажки на лодки и шевроны на рукава себе заказали. «Креативщики», ёперный театр! Чёрного кота с автоматом! Кого-то из вновь «прибывших» новых наших на Зеланд уболтали и сподобились заказать перед тем самым «варанским» рейдом. И все тишком-тишком.

Откуда я-то про тогда знаю? Доложили уже, Халил и довел. Деревня «Котовка» и есть — «во всей её красе»! На одном конце крякнули — на другом уже слухи бродят. И пофигу что на разных островах мы — благодаря хорошей связи всЁ теперь рядом, как на ладони, а переговорники у нас у каждого с собой. Постепенно всех «ключевых» ими «вооружаю», чтоб если что — на связи были, и любую новость, даже и такую малую — сразу ж сообщали. Вот они и пользуются. Так что «держу руку на пульсе» — и так можно сказать.

Хорошая, кстати, идея-то — надо будет покумекать на досуге над тем где её ещё можно применить. А то «на придумывают» такого, «креаторы», млин, что мне же и отвечать и расхлёбывать. Проще заранее самому всякую подобную символику продумать и внедрить, так сказать — «не можешь предотвратить — возглавь!» Халил вот, кстати, её и предложил — причём с некоторой обидой, мол «вот он им организовал те шевроны и флажки — а ему самому что-то такое, не»? Как знак «положенца», человека при дОлжности? «Понторез»! Не, надо с ним встретиться срочно и на эту тему тоже перетереть. Он в рекламе работал — не я. Пусть тоже думает — раз ему самому эта тема близка.

А насчет наших ребят-рейдеров «с шевронами»… Вернутся когда, конечно, не прямо сейчас, очередной раз награжу-премирую… за рейды и свершения, но и разнос обязательно устрою за вырванные бессонные мои ночи и мысли, от которых седины прибавляется. Особенно за последнюю. «Седина в бороду, бес… »- а вот бесов-то этих за все хорошее и отругаю, вот! Может хоть ненадолго их и проймет. Чтоб не зазнавались. Надеюсь…

Вот и переживал… Под рукой же, как назло, ни вчера ни сегодня ни скоростного катера с мощным мотором, ни вертолета с МЧС на борту. Лодки есть, но маломерки и тихоходы, и, пожалуй, все. Ну не «Тигрис» же боливийский соломенный за ними отправлять? Точно эта шаланда к ним не успеет, а то и его сопрут по дороге! Кто? Да много тут разных… не про всех еще знаем, не всех ещё разноцветных «доморощенных фюреров» сурово покарали. Чем еще добраться? Не самолетном же? Санавиации-то нету. Совсем! Да у нас вообще никакой авиации нет, некому тут летать, да и не на чем. Пока не до полётов, хотя было бы ох как заманчиво…

(озимый ананас!!!)

И Фаю не пошлёшь туда — ну совершенно не ее профиль делать полостные операции, даже если они и нужны. Раны-нарывы, перевязать, подлечить — да, но и все пока. Сама признавалась — что рисковала сильно когда роды той же боливийки пришлось принимать. Говорит что это брат родной у нее опытный акушер-гинеколог, а она сама другой дорожкой шла. Но ведь справилась же! Смогла! А там — что-то не менее сложное, судя по всему. Да и далеко очень — можем просто тупо и банально не успеть. Он там так орет от боли, что сквозь рацию-переговорник его вопли здесь слышны. Где решение найти? И-их… «Анннанас» хренов! Вологда, елки… Почему ананас — ну не буду же я грубое татарское матерное ругательство повторять, а это его слегка отдаленно напоминает… Так, кого бы спросить-то, кто б подсказал как быть? Только б выжил, только б спасти…

День Двадцать Восьмой-3. Об «утятах» и утках…

Кот(через некоторое время, о. Дом)

Только-только с одним вопросом вчера удачно разрулил — как другие в плотную очередь строятся. И не отмахнешься ведь ни от чего, раз теперь всё на меня и завязано. Но сначала — как с проблемой поиска врача решилось.

Призвал доктора, стали вместе со всех сторон «экстренный врачебный случай» рассматривать — что и как мы здесь и сейчас можем сделать прямо отсюда. Причем около карты своих островов сидели. Глянул — прикинул что к чему и пришла здравая идейка, а «позвоню-ка» я соседям, вот хоть Стасу!

Оказалось вовремя успел. Повезло! Их кораблик или катамаран, не суть, как раз куда-то в ту сторону уже рано поутру отправился, причем так, что его маршрут где-то поблизости от острова Варана пролегал. Того самого, где мои рейдеры героически отравились… «Кулинары», ёлки… Вернутся — в лицо каждого отчихвостю… Только б живыми вернулись…

И на того их кораблика борту — врач, молодой правда, Иван, зато с опытом работы в скорой помощи и МЧС. И уже здесь — с опытом рейдерства парень. Тоже по островам в составе малых поисковых групп поначалу походил. Собрались они выручать еще одну русскоязычную общину, что накануне с просьбой о помощи в эфире объявилась. Мне, вернее, моим радистам их на пределе слышимости удалось засечь, а люди Стаса их аж с двух точек запеленговали, со своей Победы и с острова База. Ну и мои что могли подмогли — продублировали сигнал, так и определили более-менее точно где они, те «горемыки» находятся. И сами б мы помогли, вписались, но на чем? Да и нечем, вернее — некем практически, если уж честно. Зато Соседи смогли! И людей нашли, и кораблик, или что у них там. Потому направление движения представляли довольно точно. «Плюс-минус лапоть по карте», конечно, которой пока еще нет вовсе, но хоть уже что-то.

Главное — дойти туда, до того района локации, запас горючего и возможности их суденышка позволяют. Вот и направили спасателей. Вместе с боевиками-военными там и врач, тот самый Иван, на наше счастье, оказался. Упросил, как свяжутся, дать команду и на моих бойцов глянуть. Если нужно — пусть хоть всех на время той операции с собой забирают, заодно во время пути и посмотрят и подлечат-перевяжут. Тут сразу несколько «зайцев» бьем. И ведь мои не помешают. И отвлекаться тем ребятам надолго от важного маршрута не придется — тоже важно. Вроде места свободного на суденышке на всех моих там есть, а шустрые обстрелянные стрелки с опытом рейдерства никогда и никому не в тягость. Короче, чего рассуждать: договорились!

Чем «расплачиваться» буду — пока не знаю, но, думаю, и с этим непременно решим к обоюдной пользе. Есть одна интересная и перспективная идея — Стас во время нашего общения несколько раз сетовал на то что его собственную машину, с которой он сюда попал, разбирать на запчасти пришлось. Собственно с нее их группа первые рывки вперед и получила. Ну и руки его к правильному месту приложены оказались. И головы на плечах, у него и его первого базового состава — толковые. И робости лишней в стиле: «ах, что нам делать, как нам быть, как бы рыбки наловить?» и подобного соплежуйства — не было. Сразу круто взялись. Вот и думаю, а что если машину-другую из числа найденных моими на Юте ему, вернее им, предложить? Точно ведь не откажется. Точно, так и сделаю — только б успели! А себе — да там и еще есть, выгребать-доставать не мешкая надо, а соседями точно говорю — разберемся!

Так вот, это еще не все, далеко не все. То, что наши во время рейса на Зеланд еще и контейнер с пластиковыми игрушками на Подскоке нашли — уже не так как находка от рейдеров восхитило. Ну, казалось бы, ну контейнер, ну нашли… Даже боя ни с каким злобным «охранником» не было, просто и незатейливо морем его прибило к берегу. Спасибо, конечно, и на этом. Кто первый рядом оказался — тот и нашел.

Мои и нашли: Пилар — молодец подруга, так держать! Говорили мне что где-то тут меж островами здешнего бескрайнего Архипелага брошенный командой контейнеровоз неприкаянно болтается, как «это самое» в ледяной проруби — вот и ещё один из его следов проявился. Почему бы и нет-то, да после Шторма… Кому-то ведь и само судно повезет захватить, или, хотя бы, на мель его посадить на своей территории. Чтобы после вдумчиво и не спеша настоящей мародеркой заняться.

Стас вот говорил что им-то, как раз, толком и не удалось там полазить — что-то успели на ходу схватить-подрезать, что под руку подвернулось, да и все. А нам — вот хоть так. Да и ладно, применим. ВсЁ применим, еще и мало покажется!

Во-первых, благодаря легкости и плавучести самого содержимого — и сам контейнер на плаву, что уже неплохо. Легче перемещать по морю станет. Как приспособим, под что конкретно, пока не знаю, но разберемся — и освоим. Тут любые находки самое неожиданное продолжение службы находят. Можно, к примеру, на каком-то безлесном острове как жилье-времянку поставить — чем не укрытие?

Да вот, хоть бы на той же Юте… Так, а во-вторых… Оп-па, а это Мысль!

— Пани Фиалка, проше, садитесь ближе — вопросы к вам есть. Спрошу-ка я у вас как географ коллегу метеоролога: а что вы знаете о дрейфе игрушечных утят? Каких «утят»? Для ванн. Не туалетных же! Счас спою, только под стол не падайте!

Интерлюдия:

(кое-что к вопросу об «Игрушках»)

На резиновых утят быть похожими хотят,

Быть похожими хотят не зря, не зря!

Можно хвостик отряхнуть и пуститься в дальний путь,

И пуститься в дальний путь, крича: «Кря-кря!»

Ведь природа хороша, и погода хороша!

Нет, не зря поёт душа! Не зря, не зря! (Песенка об утятах)

Когда дружно проржались от моего песенного «творчества» да слезы утерли выяснилось следующее — Friendly Floatees(«дружелюбные пловцы») — детские пластмассовые игрушки для ванной, получившие известность после событий 1992 года, когда тысячи их таких во время шторма попали в воду и начали своё многолетнее путешествие по морям и океанам. Океанологи использовали данные о перемещении дрейфующих по волнам игрушек для изучения морских течений, путешествие пластмассовых изделий по морю неоднократно освещалось в СМИ послужило основой для художественных произведений.

Ну надо же! Пани Валевска как метеоролог, ещё и этим вопросом интересовалась, вернее, среди прочих важных дел вела наблюдения — что и в каком количестве на берег Шпицбергена морем выносит. Кстати, надо будет и здесь такое суммировать и как-то систематизировать — есть теперь кому поручить. Вот она и возглавит это направление, а всем своим «филиалам» в задачу поставлю.

А на той нашей Земле дело было так. Хотя во время того земного шторма в море попали упаковки с четырьмя видами пластмассовых игрушек (утята, бобры, лягушки и черепахи), в прессе закрепилось именование всех Friendly Floatees«резиновыми утятами». К нам, кстати, именно они и попали.

Началась вся эта длинная история в далеком 1992 году, когда контейнеровоз Ever Laurel, идущий из Гонконга в Такому, что в Штатах, попал в ураган, там двенадцать контейнеров смыло за борт. В одном из тех контейнеров, оказавшихся за бортом, находилась партия изготовленных в Китае пластмассовых игрушек компании The First Years Inc. — 7200 упаковок, в каждой из которых находился набор из четырёх полых фигурок животных для ванн (жёлтый утёнок, зелёная лягушка, красный бобёр и синяя черепаха), каждый длиной примерно три дюйма. Через несколько часов упаковки расклеились, в результате чего 28 800 игрушек оказались в воде, начав своё многолетнее путешествие по мировому океану.

Ага, значит какие-то упаковки там все же есть, но они явно расклеились от морской воды. Если приоткрыть этот контейнер и начать выгребать содержимое оттуда…

Как представил себе эту «эпичную картину» и… Совершенно не к месту вспомнился рассказ одного близкого знакомого, который примерно в те же годы попал в компанию челноков, ездивших прибарахлится в Восточную Европу. Кто-то из его спутников вез тогда в единую, на тот момент, Югославию, дрели и прочие электроприборы, дабы выгодно перепродать там на рынке. Другие — каждый что-то свое. Закупались-то все они индивидуально, каждый сам по себе, у кого на что денег и смекалки хватило. Ребятки попались опытные, знали уже что там пользуется спросом, не в первый раз мотались. А вот он, по его рассказу, догадался взять всякую ерунду — деревянные ложки, матрешек и уйму детских резиновых игрушек. Вещи, что понадобятся в дороге, были уложены в ручную кладь, а вот все это барахло было плотно упихано в объемистый чемодан.

Почему-то в тот рейс они взяли билеты с Москвы не до Белграда, а до Будапешта. Типа оттуда продолжить путь на электричках, они там регулярно по расписанию ходят, чуток дольше, зато дешевле, да и таможня якобы не так сильно зверствует. Ну-ну, наивные! Венграм-таможенникам все пофигу, пропустили, а дальше и началось. На пограничной сербской станции и их и еще таких же хитрованов с объемистыми чемоданами предсказуемо ссадили. Типа «пройдете таможню, заплатите положенную пошлину и "напред» (вперёд по-сербски). Или кладите все в камеру хранения. На «леви прт?аг» (сербск.) мелочи по карманам еще хватало, на пошлину — уже нет. Причем интересно, венгерские таможенники ни к чему не придирались, а с этими принципиальными «цариници» (сербск.) договорится не удалось никак, даже на бакшиш не соглашались. Так и сделали, как предписывалось инструкцией: тяжелые сумки сдали на ответхранение, дабы на обратном пути забрать, а легкие принесли не досмотр. Когда суровый таможенник увидал, что из распахнутого чемодана того знакомца бурным потоком хлынули детские игрушки, до того от всей широты русской души упрессованные туда, аж руками замахал: «Уклоните га одмах! Имате ли све? Бесплатно, следе?и молим!» (Уберите это немедленно! У вас всё? Свободны, следующий пожалуйста! — сербск.)

«Они кааак ломанутся…» Вкратце рассказал эту историю доктору с метеорологом, вместе с анекдотом про незадачливого «охранника черепах», да стали обсуждать как можно такую находку применить. И ведь додумались же! Да ещё как! Мозговой штурм — самое распространение занятие в безвыходных ситуациях, способ получить то из того что нет, или очень ограниченно. Мы — как раз в тех самых условиях и находимся, причем с самого попадания сюда, на Острова. Чего нам не хватает? Больших грузовых судов. Именно его и будем «сооружать»!

Закажем обычные зеленые строительные мешки для выноса мусора, наполним их утятами — вот и основа дополнительная для плавсредства по перевозке машин с Юты. Ну а те мешки — еще в резиновые пилоны большего размера засовать и тщательно все это загерметизировать. И за остов еще и катамаран возьмем грузовой. Не из самых тяжелых. Это все по поставке закажем, вместе с прочными капроновыми или нейлоновыми веревками. Весу суммарно не так уж и много заберет, что важно, к тому же надувной катамаран — более легок и покомпактнее в хранении и эксплуатации будет. А несколько лесин для дополнительной основы — тут с утреца сам и срублю. И имеющиеся мужики помогут срубить и донести. За это время одна лодка с пассажирами доберется до Юты, доставив туда и продовольствие, а вторая вернется сюда за мной и грузом. Ну и радиста нашего сюда же вернет, срочные и неотложные дела он там все уже сделал.

Есть и ещё дело им по дороге — завернуть на обратном пути на остров Мумбы Проверить — есть ли изменения. Там, судя по всему, человек новый может быть. И, раз на нашей территории «родился» — стало быть наш. Хотя бы потенциально, по месту появления, или «прописки». Юджин — это тот «русскоязычный» американец, потомок эмигрантов, что вместе с румынскими цыганами с Зеланда убег, именно оттуда был, да сгинул, как и все они. Это уже точно известно, подтвердили. Вот и посмотрят — кто там нынче есть, если взамен него появился, какой он, или она, и стоит ли «его» нашим спасать или пока пусть и дальше «робинзонствует».

Кстати сказать, к слову — в поставку так оружия больше пока и не дают, каждый день проверяю. Патроны только, они по прежнему — без ограничений. Вот тут уж я себя порадовал, взял что намечал, и к Мадсенам, и к трофеям. Новых трофеев пока не появлялось, а имеющиеся постепенно раздаю. Испанцев и португальцев перед отъездом их мужчин вооружил, но из них пока «так себе» бойцы — слишком уж мирные это люди оказались. Не отказывались «гордые доны», оружие-то берут, но если они и пальнут, то скорее куда-то в сторону противника, не более того. Показывали, тренировали, но сроки обучения и их не наработанные, увы, ещё навыки — они слишком коротки оказались. Просто не успеваем из них полноценных стрелков готовить — патронов слишком много уходит. И времени на ту стрелковую подготовку нет практически.

Досадно, решение по взятию катамарана слишком поздно пришло, уже после сеанса поставки. Ничего, возьму его завтра, и сразу после получения в путь двинемся, надеюсь Пилар успеет к тому времени обернуться. Горючего вот еще заказал. Жаль, очень жаль что больше бочек с ним нам нигде больше нам не встретилось. Ну так искать надо лучше! Вот нашли же рейдеры кладбище машин. Может и АЗС или что-то подобное где-то да есть. «Бороться и искать — найти и перепрятать!» Ну мы-то перепрятывать точно не будем — у нас оно в дело пойдет. Где ж его искать-то?

Уже совсем к вечеру — опять «горячие новости» поступили, уже от француза Пьера Дюбуа. Нашли его, теперь уже не только по радио, но и фактически. Доплыли, познакомились, подружились. Собирались вывезти даже, да вот это-то как раз и не удалось. Оказывается, не только мы его слышали, но и другие группы окрест — тоже. Выяснилось, что где-то к северо-востоку от нас есть еще одна группа с русским ядром. Верховодит там некая Анна. Это ж какого характера должна быть та баба, чтобы пару десятков мужиков в узде держать? Буквально, конь с яйцами! Было бы интересно на нее посмотреть да познакомиться.

У них — довольно большой остров с населением, представителями многих, по больше части, опять же, «европейских», народов. С неким русским Борисом из ее команды мне даже удалось несколькими словами переброситься. Но это-то все позже выяснилось, а пока Пьер успел сообщить что только-только он собрался было к ним перебраться со всем оборудованием со скалы-маяка, к добрым людям, да вот незадача-то какая. Пока шло знакомство, сперли у его новых друзей их лодочку! О, как бывает-то! Лодку! Основное средство передвижения! Поскольку других вариантов перемещения меж островами нет и не предвидится. «Русо туристо, лохо интернационале…!» Нашлись-таки и на них какие-то бодрые ухари. Не удалось им самим спеца-радиста вместе с дальнобойной работающей с рацией заполучить, так хоть с катерком их всех обнесли.

Хотели и их всех в плен захватить, но они отбились, вооружены были, даже подстрелили кого-то. Толи европейца, толи раскосого, не разобрались еще. И вот сидят там на маяке пятеро голодных и без запаса воды мужиков, сам этот француз и четверо «горе-спасателей», сидят и тоже помощи просят. Ну что за невезуха! И эти вот тоже — туда же. "И туда — тоже можно!!! Так уж вышло, что всё, чем они располагают из продовольствия — это то, что он на свой канал поставки может заказать, а все, что у них с собой было — в лодке осталось. Обббалдуи!

Как там «Битлы» пели? «Оббалди — о, балда!» Ну как-то так в общем, не важно. Ну что стоило одного чудика за лодкой присматривать оставить? Глядишь бы и сами в такой жопе не оказались. И нас бы не напрягали. Что они, маяков что ли не видали, или природных французов? Да ну! Такого «добра»… Хотя я тоже не видал — маяков.

Хе, вспомнилось не к месту: отец мой на маяке срочную службу проходил на севере, около Ли… Как же там его? О, вспомнил — Лиинахамари. Потом про него расскажу, напомните только, сейчас про тех «оббормотов». Поисковики-спасатели, едрЁна шишка! Круче них — только «горы». В луже отраженные. («Мать-мать-мать — ответило вредное эхо»……)!!! (цензура) Получается — теперь их самих выручать надо. И, похоже, теперь уже нам — более некому. Анна об этом и попросила. Связались уже, и не отказаться. У нее самой точно некому. Самые бодрые и надежные — как раз на том маяке и кукуют.

Итишкин «Тришкин кафтан», йолкина медь! Ангидрид твою перекись марганца!!! К хренам «собчачьим»! Тут залатаешь — новый прорыв образуется. Ну Кого я туда пошлю? Себя вот разве что! Одни ж бабы у меня под рукой сейчас на Доме, да вот Люка-радист, так и он еще подросток, какой из него стрелок-боевик? И всё! Он-то рвется, хоть прямо в ночь, да кто ж его пустит-то? Кинулся бы и сам, так и лодки вместительной, чтобы забрать их всех — и той под рукой нету. Не, надувнушки-то есть, но там же что-то солидное надо. И быстроходное — люди ж ждут, надеются. И шмонь какая-то рядом крутится, явно ж их отстрелять придется.

Те неведомые мудаки точно нам друзьями быть уже не могут. Так я понял из «ёмкого русского» в резюме про них. А плавучий курятник опять не годится — он штука тихоходная. Да и моряк из меня… Весёлками погрести еще могу, ну на моторе простом, а маневры всякие, галсы с финтами — это, уже с трудом. И еще такая фигня и головная боль — те, кто их обнес, наверняка там же поблизости и крутятся. Слушают ли, нет ли, его в эфире — неизвестно, но явно злы и засаду заготовили. На таких вот, как они и мы… Мы б и ответили толком, хоть так, пока морально поддержать, так у Пьера опять заряд батареи кончился, даже если захочет — не услышит. И ночь наступает. А ночью тут по морю не ходят. Почти не ходят…

День Двадцать Восьмой-4. Серегины «шатуны»

Кот

(утро, о. Дом), Встречи и Проводы

День кааак день, только ты почему-то не спишь,

Ты идешь «в магазин»… чтобы добыть добро! («с»)

Вот так, напевая, после всех предыдущих размышлений и безбожно перевирая строчки из песни Виктора Цоя, вышел я на берег нашей Бухты Свиней рано поутру. Чтоб уж сразу — и размяться после сна и искупнуться. Оно ж завсегда полезно. Не-не, вы чего! Я нормально к нему как к певцу отношусь, кое-что по тексту даже и помню, а кое-что — по ходу песни меняю, более-менее подходящее вставляя. Загружен мыслями… как обычно — над ближайшим заказом размышляю, что брать, да сколько.

Иногда думается так лучше, с песней или в движении. Там, еще на Земле, когда руками что-то делал и, когда работа спорится, тупая и однообразная, напевал что-то незатейливое. Так и говорил заказчикам:

— «П ока пою — всё у вас идёт хорошо, а как только притих — все, пошла какая-то лажа».

На что большинство из них, из заказчиков-то, чаще всего привычно и стандартно отвечало:

«- Т ы пой-пой, нам не мешает, мы потерпим, а что ни слуха ни голоса — это не беда…»

Короче говоря — настроение Хорошее у меня. Было. С Утра! А что? То, что могу — делаю, а то, до чего дотянуться не получается — подождёт!

НЕ подождало! Достали и тут. Только-только вышел на бережок, начал разминаться, а мне наши наблюдатели с Горки и докладывают, рация-то у меня всегда при себе, как и ППШ — у Эспаньолы пришвартовано неизвестное судно. На виду. Не прячутся. Но — Чужое, незнакомое… Вот тебе и н-на! Яхта. И люди там ходят. Чужие. Видать до нас не дошли в ночь, там заночевали. Нда, ну и ситуёвина. Похоже, знали или уже там узнали что мы тут Х озяева, но беспокоить на ночь глядя нас отчего-то не стали. Вежливые… Надо знакомиться! И, как теперь быть?

Мне самому к ним идти — несолидно, и риск опять же ненужный, да и мало ли кто там и сколько их. И они к нам что-то уже не торопятся. Говорят, что только-только просыпаются. И не скрываются, совершенно в открытую ходят. И мужики есть и бабы какие-то, судя по ярким нарядам. И, явно пирамидку нашу там с запиской нашли. Да и на скале там краской на нескольких языках ВСЁ что надо — тоже написано. И нарисовано — тоже. Скорее всего и это поняли. И как быть теперь? Дал команду верхним «глядунам», чтоб зайчиков зеркалом попускали — авось те и заметят. Мол, знаем про вас — сейчас разбираться будем. Через некоторое время гости ответили тем же. Уже хорошо. Политес соблюден.

"- А может гранату кинуть? — спрашивают любопытные в глубину колодца.

— А может и нет никого?" — отвечает им оттуда обеспокоенное «Эхо».

Вот и у нас что-то вроде того.

В общем прикинул я как быть, да и объявил малую тревогу. То есть, без шума и суеты, но всем нашим, кто тут здесь есть, собраться, вооружиться и занять боевые места. Старожилы предыдущий налет на нас помнят, участвовали, а тем, кто недавно тут у нас, показали кому куда разбегаться. Кто лучше стреляет — в замаскированные огневые точки, мы их уже неплохо и качественно дооборудовали, учтя предыдущие огрехи. Те же, кто совсем к стрельбе непригоден — у лазарета собрались. И на воду — легкую лодочку живо организовали. Люка́к ним на переговоры пойдет и, вот, Анора с ним. Он — австралиец, стало быть по-английски уж всяко этих гостей поймет, а Анора — узбечка, она и русский и несколько тюркских языков разобрать сможет. Как-нибудь вместе что-то путное да протолмачат.

Ну и пошли они. А мы тут ждем, волнуемся. Мало ли…

(через два часа, о. Дом — знакомство)

— Кооот, говоришь? Занятное у тебя погоняло! Ну, будем здоровы! — чокнулись и приняли по малой чарочке за знакомство. Накидываться сходу не резон, ни мне, ни ему. Весь день ещё впереди — много чего предстоит. А за встречу с земляком — надо! Положено так.

Это мой новый знакомец — Серёга. Земляк! Пока еще не понял окончательно что из себя этот тёртый «парняга» представляет, вроде совсем-то и не блатной, так, слегка приблатненый, и не по фене ботает, а что-то такое… сразу не определить. Но нет сомнения — свои! Все они, и он — тоже. И не припёрлися — а в гости. «На огонек» и на радиопередачи наши приманились. Магнитом, ага… Работает, стало быть, моя задумка! Вот и первый результат налицо. Будем продолжать. Вот же — сами пришли. А что до компашки их… Ну ладно, команды…

Слишком уж при нем солидная пожилая женщина интеллигентная за Оператора их канала — Людмила Борисовна. Тимофеева, как она сказала. Рядом с нами, кстати, постоянно находится и внимательно, очень внимательно наш с ним разговор слушает — анализирует. Не вмешивается, хотя явно его поопытней и образованней. Отчего так? Видно ж по ним — сама она тут у них в компании на таком посту, добровольно и с радостью, а не обманом и подлостью затянута, как с иным матёрым бандосом было бы. Такие как он, на первый взгляд, и она — в одной связке зря не бывают. Даже принудительно, такое не подделать. И не наигранно. Это сразу заметно было бы. И, к тому же, по их общению видно — дружат, уважают и понимают друг друга прекрасно.

Ну… мне так кажется. Креститься и божиться не буду — потому как почти уверен. Хотя, может, и надо бы… Но нет! Она, похоже, больше всех вновь прибывших рада с земляками пообщаться. Ох и поговорить же эта тётка горазда! Но мы не в обиде, много интересного рассказывает. Пусть…

Прибыли они к нам на Дом, знакомимся уже тут, вблизи и напрямую. Интересная компашка подобралась, даже более чем занятная — двое русских, пара китайцев, малазийка, двое полинезийцев и еще трое — новозеландцы. Кто спикает, кто «парле ву франсе» — но с нашими Домовскими быстро общий язык нашли — трещат на всех языках, что знают, не переставая. Не она одна, вся их слаженная команда!

Впечатлений все они набрались за время странствий — за неделю не пересказать. Причем самые тихие из них как раз полинезийцы и новозеландский маОриец. Или маори? Не знаю как правильно. Больше отмалчиваются и загадочно улыбаются. Особенно последний. Вот уж на что уголовная морда, но раз с ними в куче — не бандит, а, как они говорят, «резчик по дереву». «Писарь», типа, ага… при штабе… Ну-ну, по черному или белому такой перышком играет, уточнять не стал. По любому, похоже. Расскажут. Всё расскажут, причем сами и добровольно. Во всех подробностях.

Когда уже выгрузились, поручкались — они и ещё двоих девушек-скромняшек предъявили. До той поры на палубе их не видать было, наши даже и не знали что их на яхте чуть больше. Потом поругаю слегка… Но не сильно. Должны были-то про всех узнать. На ошибках учиться надо. Так вот… Метиску полукореянку-полуяпонку и филиппинку. Блин, где я им всем женихов-то у нас найду? Хотя… подумаю, короче — симпатичные ж девчонки. Может и найду… Говорят, была с ними ещё одна русская девчушка-малолетка, да не уберегли — нырнула, да не выплыла, сердце остановилось. Ну что ж вы так-то, ребята? Э-эх! Рассказывают про нее, а сами чуть не плачут — любили они её, по всему видать.

Специально всех своих заранее предупредил — разговорить гостей, узнать от них побольше. Вот и общаются все сейчас меж собой напропалую — кто уж на каком языке может и умеет. Гвалт стоит! Да им и самим интересно, шутка ли — такое Событие! Не враги ж какие нагрянули — а прямо как родня, визит дальних родственников. По всему видать — и гости рады. До своих добрались — до нас. И, что не воевать прибыли, некоторые мои, кто тут у нас совсем недавно, явно ж нелепой войны с чужими и незнакомыми опасались, да и гости наши — тоже. Хватило им, говорят, разных «дорожных приключений» — всякого повидали! Но первоначальная настороженность как-то сама собой быстро пропала. Видно ж по нам и что и мы песню «про котят» знаем. Какую? «КотЯт ли русские войны?» Знаем и помним. А что с оружием все наши поголовно — так и гости залётные не так просты уже, как на первый погляд кажутся.

Ну это-то как раз и понятно, тут на Островах расслабляться нельзя, нигде и никому. Тут и соотечественник запросто может оказаться кем угодно. И каким угодно. И продаст, и купит, и снова продаст, но уже дороже. Расклады постоянно меняются, появляются новые люди, причем не известно что у них на уме, как себя поведут и на чью сторону встанут — твою или противника. Пока нам везло, надеюсь — и дальше так будет. Но этих уже более не опасаемся — точно не бандиты. Больше на беженцев похожи, чем на завоевателей.

Как только Люка с Эспаньолы по переносной «ходи-болтайке» на связь вышел, сказал условленные слова, что бояться плохого от гостей нечего — так рацию и передал их старшему. Почему Люка? Вот его я туда и направлял. Захотел морских подвигов парнишка — отрабатывай! Вот как с тех пор как прибыли, начали диалог, так остановиться и не можем, пока они собирались, пока сюда шли, всю батарею разрядили. Ничего, пополним. Это всё не в потери идёт, а в инвестиции. Зато к прибытию их Шатуна кое-что важного для себя уяснили.

Фая, доктор наш, сначала женщин уводила на врачебный осмотр, теперь за мужиков плотно принялась. Те, было, слегка заартачились поначалу, типа «мы все как есть здоровые», но грозные медработника слова «Карантин, изоляция. Три недели!» (Quarantine, isolation! THREE weeks! — англ.) кого хочешь проймут. Тем более от неё. Так-то добрейший она человек, а как врачебного чего касается — лучше не спорить, себе дороже выйдет. Пациенты из числа своих — побаиваются и любят. Вот так — все одновременно…

Только упомянули те, ГДЕ они были, в каких группах-сообществах побывали, так наша медик сходу насторожилась и быстренько всё и организовала. Тем более и эта самая говорливая Тётка — тем же самым у них занималась, судовым, и не только, врачом у их группы стала. Ещё, вдобавок ко всему, она же и ученый-микробиолог и вирусолог на пенсии, о, как! Она и спорить не стала, а тихо своим довела на нескольких языках — КАК и что надо им делать и не обижаться на такой прием. Потому и подчинились безропотно — похоже, Серёга хоть и главный у них, а она за «шею», которая той «головой» вертит и всем руково́дит.

К счастью гостей — все обошлось, и прошло быстро, они вдвоем лихо управились. Все прибывшие здоровы. Можно контактировать. Мы с Серегой как первую пристрелочную за знакомство накатили — сходу в баньку и пошли. Он помылся чуть ли не первым, я его там рядом под навесиком подождал — вот и дальше степенно беседуем. Присматриваемся.

Постепенно и остальные из его команды к нам подтягиваются. Попросил их женщин сначала мужиков вперед пропустить. Нужны они для отдельного разговору. Бабы-то завсегда успеют, запаса нагретой воды в баке-котелке на всех хватит, ещё и нашим останется. Кто наш «котелок банный» хоть раз видал — тот сразу поймет, что там ещё и на всех моих хоть залейся, нагрето. И они, бабы-женщины, любые — хоть наши, хоть «импортные», всегда почему-то дольше нас в теплой водичке шорохаются. Зачем так попросил сделать — вот об этом и беседуем.

— Понимаешь, братан, — мы с ним сразу на ты стали, он не намного моложе меня, — так что быстро договорились и земляк, ну, почти земляк, бывал в моем городе, — тут такое дело, Серёга… Разговоры у нас с тобой еще дооолгие предстоят, многое обговорить потребуется, и, если надумаете — к себе в сообщество примем, тут не сомневайся. И команду вашу разбивать не станем — вы и так хороши. Прокидывать не собираемся, не думай про такое — как родные вольетесь.

Но вот сейчас, прямо сейчас нужна ваша помощь. Очень! Срочно! Не нам, но нашим коллегам-соотечественникам. Пошли они с острова-одиночки толкового французского радиста выручать, да сами на том Маяке все взаперти оказались. Увели у них их лодочку, не просто увели — с перестрелкой. Кого-то даже ранили, прикинь! И вытаскивать их оттуда надо, да некому пока. Мои кораблики и лодки — все нынче в разгоне, кто где, и человек тот нужный, именно благодаря ему, можно сказать, мы с еще одними земляками и связались. Возьмешься за дело?

— Ну ты и ухарь… Вот так сразу вписываться в чужую мутную разборку?

— Да, сразу! Не откладывая. Надо! Там реально людям жрать нечего, на пять мужиков полтора кг ежедневной поставки с плиты радиста и все. И это б ещё полбеды — те, кто там застрял самые надёжные у Анны. Это та, кто их туда направил. И там, у неё не все так уж и гладко — по разговору чую, впрямую не сказала — но как-то не так это все. Будто выманили её лучших бойцов. И все разговоры с ней плотно слушают. Что есть, всё и говорю — сразу ничего не скрываю и на войну тебя и твоих вербую.

— Ни хрена же у тебя расклады, Кот! А с кем бодаться-то хоть предстоит?

— А вот с кем — и непонятно пока, днём только связь будет, у них батареи солнечные напрочь разряжены.

— Фигасе ты, братан, задачки ставишь! А ну как не подпишемся мы? — а по всему виду понятно, что впрягутся, только сразу соглашаться не хочет, пытается что-то ещё выкрутить. Ну, стало быть, и не дурак, да и себе цену знает. Дурак бы сразу не глядя «подписался». Или отказался — что тоже знак: не свои они нам, а так, «и в горы таких не берут». Дожимать надо.

— А это ты уже по совести решай! А люди там — наши, да, не с нашей группы, но с теми кто там — дружить будем плотно. И впишемся за них. Мой «кораблик» вскоре с бойцами туда же подтянется, сдерну с другого важного направления — и пойдем. Так понятно? Могу тебе сразу сказать — из России тут не только мы с тобой, есть сильные общины-сообщества еще. Группы Стаса, Ксюхи — там у нее больше украинцы, но правильные, не задвинутые на западэ́нстве и вперемешку с русскими. А те, кого выручать надо — из группы Анны. Берёшься?

Кстати, и навестить её надо, если все складно пойдет, посмотреть вблизи кто такая, чем живет и как дышит. А то по радио-то много чего сказать можно, а напрямки — всегда вернее. Голос, кстати, приятный, честно скажу — заводит… и вообще… Ты ж, вижу я, всех наших баб подробно обсмотрел. Видал какая повариха? Во-во! Может и там… Мало тебе своего «гарема»-то на борту? Или как — пусть подыхают те мужики?

— Ну не гарема, это ты загнул, но да… баб люблю. Очень. Всех! Любого цвета. Наверное я "лесбиян… Вокруг столько мужиков симпатичных, а мне исключительно женщины нравятся… — поржали над старой бородатой шуткой, а он продолжил.

— Когда взаимно и по согласию. И насчет тех «маякнутых» нехило так завернул — умеешь… «Подыхают!». Не подохли же ещё? Тут подумать надо… перетереть с корешами… так-то слова красивые говоришь, «соотечественники», «по совести». Наблатыкался ты тут, начаЛник, народ грузить. А ну как тупо голимый разводняк это все? И твой, и Анны тамошней. Не?

— Да я и сам бы кинулся, как ракета крылатая, да вишь ты, как повернулось — поставки на мне, люди — я за них отвечаю. Отъеду, да вдруг надолго застряну — и всё, а канал схлопнется. Внял?

— Причина существенная, верю… Но как-то оно того…

— Да чего там думать-то? Да с вашим опытом… Сами ж про себя вон чего рассказываете. Мигом сгоняете и разрулите все! Нет?

— Экий ты быстрый! Мы ещё ничего не решили — а ты запряг уже! А расслабон после дороги?

— Время не ждёт — люди там в беде! Ждут! Вернешься — всё на порядок лучше организуем. Даю слово! И полян у и отдых с расслабоном. Сам не против! И не зажильдим, не сумайся. «Мы, Русские — своих не обманываем!» - помнишь, поди, откуда слова? Ну и вот! Сам пойми — на хрена мне тебе сейчас порожняк гнать? За свои слова Отвечаю. И за людей — своих. И ты своим станешь, нашим. Сам видишь какая банька у нас. И люди душевные. Обедать сядем — сам всё поймешь. Уже, как про вас узнали — какие люди к нам вот-вот пожалуют, вся кухн я на ушах. Расстарались! Заце́ните.

— Да, банька у вас зачётная, не ожидал в натуре. Здесь, блин, в тропиках — и такое!

— Ты сам-то, надеюсь уже вкурил, как ты говоришь, что главное богатство тут не ресурсы канальные — а люди?

— Ну… да, есть такое. Ну допустим, сходим — куда дальше тех людей, сюда сразу тянуть?

— Вот это вторая часть задачи — туда, откуда они прибыли, доставить. К Анне! С собой, сам решай кого из своих возьмешь. Я от себя тоже дам своего человека. Понаблюдать… С той группой прямой контакт устанавливать надо, говорю же — посмотреть, что там и как у них, рассказать про нас. Не по радио — в реале задружиться. Кто лучше справится как не вы? Судя по вашим-то рассказам, а? По радио — одно, отчёт само собой, а своим глазом совсем-совсем другое может оказаться. Решишь к ним прислониться — дело твое.

К себе слишком уж тянуть не буду — сами решите где вам лучше. С кем. И у кого. Не вы первые — всеми всегда выбор даём. Только я так понял: во главе там баба молодая, крутая донельзя. Круче — только у страуса яйца. Под такую, как она — в ряды, становиться… Запряжёт… Короче, сам решай на месте.

— Оно как! Ловко ты рамсы раскинул. «Пойди туда, не знай куда, сделай что сможешь, но сам к тем пойти под крышу не захочешь». А я, пожалуй, и соглашусь! — а сам внимательно на тётку-Оператора смотрит.

А та лишь молча одобрительно кивает, но в наш с ним мужской разговор сама не вмешивается. Понятно всё с ней: если у нас останутся и вольются — отказаться невозможно, как потом в глаза-то смотреть? Да и людей, а, тем более, земляков и соотечественников, и вправду выручать срочно надо. Ну а раз больше некому — чего уж там тянуть?

— На что? Пойдешь? Посмотреть как другие живут?

— И это — тоже. Мне все по приколу. Главное чтоб движуха была. Дэн, Вирама — ком хие, сюда двигайте, дело есть, потрещать по-мужски надо!

В общем сладилось у нас. Сначала хотели они всей своей группой на яхте идти, посоветовались, и по-другому перерешили. Людмилу Борисовну, они ее Нитко й почему-то называют, китаянку Лианинг и Дэниэла они тут у нас оставят, как малопригодных в возможных боях, ну и молодых девушек, они их юнгами называют, обоих, а с ними от нас полька Виолетта отправится. Наблюдателем. Сама причём вызвалась, добровольно. Да, понимаю, она тоже никоим боком не военный специалист, но наш она человек, ей — уже доверяю. И зарисует, что сможет по пути, и замеры сделает, потом все на карту нанесем, да и переговоры с Анной и, кем еще там придется, грамотно проведет.

Пообедали они плотно, снабдили их патронами к чему у них недоставало, продовольствия в дорогу с запасом дали и в добрый путь, алга! Хаерле Юл (тат.) — счастливого Пути пожелали.

Проводили, ручками помахали яхточке «Шатун», и за свои дела.

А у меня поставка по плану приближается. И командировка, теперь уже своя, личная — на Зеланд. Пилар вот-вот вернется, уже на связь выходила, скоро, на подходе уже. Сменимся мы — Толя, наш радист сюда вернется — а я взамен туда отправлюсь. Не то чтобы без меня не справятся, нет, но сидеть на месте уже грустно скоро станет. Шило в одном месте не даёт. Вон люди сколько всего в пути повидали. Но у них весь квест от начала до нас вынужденно приключился. И своего надежного угла доселе не было, с их первых островов их недруги выжили, а у нас тут им нравится, хорошо вижу — это заметно.

Ну посмотрим-поглядим, как всё срастётся. Хотелось бы… и яхточка у них скоростная, парусная, и команда о-го-го какая непростая подобралась… Ну и как люди они — неплохие, по всему видно. В последний момент Люка еще с ними напросился. А что, отпустил — удерживать не стал, и за ним «пани Фиалка» присмотрит, и ей самой спокойней с малознакомыми, да и с радистами тамошними парнишка накоротке переговорит, глядишь бесперебойную связь с той группой и наладят совместно. Одни глаза хорошо, а две пары — всяко лучше! Растут тут подростки, быстро взрослеют, под крылом не удержишь — пора и ему самому здешний Мир посмотреть.

День Двадцать Восьмой-5. Дележка по-братски

Мумбай и Имир, рейдеры гр. Кота, начинающие народные «дипломаты»

(разговор в пути с командой кораблика Маши и Ивана из группы Стаса)

— Да, понимаю. Не все пока и медленно, но я учусь — у меня хорошие учителя. И Имир, вот он, и Никол, и Халил, он на Зеланде старшой. И нет, не боялся. А чего мне бояться-то? Рядом надежные друзья — выручат! В любом случае задачу надо было выполнить. Ну исцарапал, ничего страшного — не сожрал же? И раны на теле воина только украшают! А что варан — такой же крокодил, ловили мы их дома на Нигере. И ели. Вкусно! Как кура. У вас, кстати, куры водятся? У нас на Дом е есть! А раны… Видите как заживает все? А потому что нас так учили — съел врага и стал сильнее. И Имир — ел и вылечился. Я — воин. Мое племя может мной гордиться! Какое? А оба — и то, что на Земле осталось, и здешнее, нынешнее — с острова Дом.

— Имир, а чего это он говорит — вы себя что, Племенем считаете? Не попутал?

— Это ему так привычнее. А то еще договорится до того ка к по-немецки вождь будет. Бригадир и ладно. А бригаден- вождем…Ну нафиг! Группа как-то тоже не то, что мы в детсаду что ли? У меня жена на Земле осталась — вот она воспитатель в группе. Потому и непривычно. И еще наш глава Кот шутит постоянно что на Доме у нас «колхоз и деревня Котовка». Во всяком случае у нас все дружно и весело делается. Новичкам такое поначалу сильно непривычно, но, гляжу, и у вас, Маша, что-то похожее?

— Да, это так, Володя. Извини — Имир. А чего достигла ваша группа?

— В двух словах так сразу и не обскажешь. Давайте-ка так сделаем, я вам с лучше Мумбая начну. Он попал на здешние Острова практически неграмотным! Да-да, не удивляйтесь. Что-то там писали ему на коммуникаторе, а он даже толком прочитать не мог, родного письменного не знал, арабский, что там у них в ходу и на котором Коран записан, не доучил, только с пятого на десятое, разговорный французы-учителя свой только-только вбивать в тугие негритянские мозги стали, так он и его в совершенстве не знает, но вот как попал сюда — не оплошал! Какое там — справился. Однако и сам выжил и девчонок своих, что к нему попали, сколько мог — тянул, охотился и рыболовствовал. До той поры пока они все вместе, всей их группой глупо в плен не попали. Да что там в плен, фактически в рабство, и не просто так, а аж к черным расистам! Да-да, встречались с подобными? Вооот! И там сумел выстоять, не поддался, наотрез отказался с черными против пленных белых рабов выступить и был избит и наказан. Зато теперь вот с нами он — малийский рейдер русско-испанского сообщества. Хотя, на настоящий момент кого только у нас нет!

Но, все по порядку. Судя по всему эти острова очень похожи по климату и растительности на его родину. Есть и отличия, именно что островные, но где-то близко. Так вот, он не только охотник — он ещё умелец, и из местных веток и знакомых вьющихся растений такие постройки нам соорудил — Шедевр народного творчества, это видеть надо! Для кого-то может и место «уединения», сами понимаете, о чем я, а на сторонний взгляд — произведение искусства и местного зодчества.

— Мы тоже мебель и матрасы плели на острове Русском — нашем первом острове. Потом, правда что-то упустили, не стали продолжать… Но любой опыт полезен, тем более такой! А он нам может показать что он и как делал?

— Мумбайка, ты как не против — покажешь? Видите, согласен. Если будут в пути еще краткие остановки — нарви веток, покажешь примерно и наглядно что и как ты делал — видишь, коллегам интересно. Может и им пригодится. А что да как правильно под каким углом к ветрам разместить и я нарисую, все ж таки, какой-никакой инженерный опыт есть.

Интерлюдия: Редисыч (воспоминания о будущем)

— Если бы ты мог взобраться на спину странствующего альбатроса, малыш, обнять его крепко за шею, как Нильс своего доброго друга — гуся Мартина, и вот как ты меня сейчас, сильные крылья подняли бы тебя высоко-высоко над громаднейшим архипелагом. Но будь внимателен, малец, когда, расправив крылья, альбатрос будет планировать часами, не делая взмахов. Не позволяй себе уставать! Лишь во время взмаха он открывает окна времени. И то не всем и не всегда. А только под настроение. И тут уж не прозевай, не прощёлкай клювом как глупый пингвин! Возможно, он, этот альбатрос, покажет тебе кувыркающуюся на тренировке Ксюху с повязкой на глазах на ее острове, а возможно заглянет в провал на острове Русском, где Стас с Генкой-малым раздевают «буханку» или, пришлет ураган, разбивающий об острова жалкие скорлупки покорителей океана.

— Дядь Редисоч, а Аннушку и Кота он покажет?

Редкие взмахи делает альбатрос, изредка укоризненно поглядывая на непоседливую ношу, ерзающую на спине. Он не решает, что показывать, лишь может крыльями развеять пелену времени, где она тоньше. Величавая птица быстро заскользила вниз, к островку, похожему на сердечко, если смотреть с противоположной стороны, а так, больше напоминающему пятую точку с хвостиком песчаной косы у талии; или даже редиску. В начале косы, по пояс в воде, с дугой изогнувшимся удилищем, мужик отчаянно пытался не дать уйти крупному улову. Прорывались даже обрывки фраз про японскую тарань, грёбанного пеленгаса и жужжание бешено сматываемой лески. На берегу стоял разложенный рыбацкий стул и нехитрый рыбацкий инвентарь. Только вот берег за спиной увлеченного рыбака был уже не тот…

«Альбатрос» заложил вираж и бережно опустил ношу на землю.

— Всё, приехали — «покатушки» закончились.

— Фая, принимайте сорванца, увязался помогать и ногу пропорол колючкой.

Редисыч, непревзойденный выживальщик, остров Редиска (рассказ Маши из группы Стаса)

Таким мы его первый раз и увидели, в выцветшей темноватой футболке с узкими белыми полосками, по пояс в воде, со сломанным удилищем и с выражением вселенской грусти на лице.

Иван сложил ладони рупором:

— Как клюёт, уважаемый? — катамаран уже подходил к рыбаку по инерции.

— Поклёвывает, — мужик явно насторожился, экипаж со стволами наперевес на катамаране в восторг его явно не привёл.

Имир нетерпеливо спрыгнул в воду:

— Поможете — к берегу дотолкать? Будем знакомы, я — Владимир, для своих — Имир.

— Николай, — протянутая рука вдруг застыла, — а где, млять, отель⁈

Николай полностью развернулся в сторону острова. Отеля не было, не было пляжа с зонтиками и лежаками, не было редких жаворонков на утренней пробежке и сопутствующих им рыбаков на пирсах. Только он сам. Стоял лишь на берегу рыбацкий стульчик с чемоданчиком-арсеналом и ведёрко с таранькой…

Имир прыснул, не сдержался, глядя на его ошарашенную физию.

— Обхохотаться можно…

— На держи, хлебни от расстройства, — протягивая карманную фляжку произнес Имир. — Просто понимаешь, земляк, такое дело… Нет больше и отеля, как и всего прочего. «Спионэ́рили», гады!

— Как это «спионерили»? Кто? Зачем? Что ты несешь-то? КАК можно его украсть? Отель? Он же… Не надо меня за лоха держать!

— Да не его. Тебя, Коля, тебя! Вместе с рыбкой. Мы все — на другой планете.

Наверняка этот Коля подумал что-о вроде: «Чушь какая-то! Что он несет вообще? Вроде не пьяный. Может солнцем напекло? Но нет, все они загорелые тут, не похожи на пьяных или обкуренных. И с оружием поголовно… А рядом с ним вообще негр черный как „работник гуталиновой фабрики“, а второй — на северянина-скандинава похож. Н-да…»

Задумавшись машинально взял протянутую фляжку и сделал добрый глоток, разом добив полупустую емкость. Там и было-то содержимого всего ничего — на на добрый глоток. Но хватило! Глотку захлестнуло, слезы брызнули из глаз.

— Однааако! Крепковата вОдочка.

— Обижаешь. Чистый Спирт! Вот так-то — знай наших. На, чайком запей, — протянул вторую фляжку Имир.

— А вы сами-то хоть кто?

— А мы — русские! — с заметным акцентом радостно произнес негр.

Тут уж заржали все трое «котовцев». На кораблике нашем их веселье подхватили. Гляжу, высыпали из-за укрытий все, свой же, не враг ни какой. Все, это не только дончане и Арвидас, что у нас на этот рейс за капитана, но и все трое вояк-латино-американо разных оттенков кожи. И всего одна девушка, это я, причем он явно быстро понял кто тут — главная. Потому как я и продолжила ошарашивать дальше:

— Что, только-только попал сюда? На руку взгляни — сообщение-то получил уже или даже не заметил сигнала? И да — он прав. Мы ВСЕ здесь ПОПАЛИ. А я — Мария, Маша.

Люба, позывной «Снегирь», снайпер, боец,… и глава торгово-транспортной дипмиссии команды Флагмана — акватория сектора сообщества о. Гааги

Ох, до чего ж «достала» меня за эти всего лишь несколько дней нашей «командировки» сюда вся эта цивилизованная до приторности здешняя «европа»! Формалисты они и зануды — вот что я вам скажу! В земной Европе уже такие были, а уж здесь-то — в этом их мелкотравчатом здешнем «евросоюзе», и подавно. «То не делай, так не поступай» — на всё и про всё у них пошаговые инструкции выдуманы и свои собственные порядки существуют.

В этом — вся их сила, но, одновременно — и слабость, конечно же, тоже. Они и тут с упорством маньяков цепляются за привычные им земные инструкции и правила. А тут — ну совершенно же другая планета, другая жизнь, и все отношения надо выстраивать заново! С самого начала. Между людьми, сообществами, народами, островными группами — между всеми нами. Вот мы, например — этой своей миссией их и строим.

Да, справедливо признаю, стоит использовать всё лучше, что создала на Земле наша человеческая цивилизация, непременно стоит, но не до такой же безумной степени! Представляете — между бревенчатых домов «главной улицы» (die Hauptstraße) и матерчатых палаток, расположенных друг от друга строго на одинаковом расстоянии, некое подобие выравненной дороги с дорожной разметкой у них устроено! На каждом доме, на каждой палатке — инвентарный регистрационный номер! И даже девушка — полицейский регулировщик тут есть! Познакомились мы с ней — Магда ее зовут, после про нее расскажу. При том, что из колесной техники у них тут и ездит всего-то «две с половиной» электротаратайки. Две везут, а «половинка» — это грузовой прицеп. Подозреваю, даже практически стопроцентно уверена, что всё это — чуть переделанная и доработанная складская техника, но и ее наличием они страшно гордятся. Практически каждый из нами встреченных местных «ненавязчиво» поинтересовался: «Есть ли у русских на их главном острове дорожное движение и машины?» Пришлось отшутиться традиционно: «У нас нет дорог и такой, как у них, „техники“ тоже — зато есть направления… По ним и перемещаемся!»

Ну не рассказывать же что у нас на Доме всё намного проще устроено и без дорожного движения прекрасно пока еще обходимся. А вот тачки и тележки — наверное стоило бы перенять — при встрече с Котом непременно о том расскажу.

Остальной их наземный транспорт — многочисленные «экологически чистые» велосипеды. Похоже что они есть тут у многих. Даже мопедов и легких байков нам ни разу «на дорогах и улицах» не встретилось. Может и есть они у кого-то в закромах, мало ли кто с чем сюда попал при переносе, но они их сурово берегут и «от наших завидущих глаз» прячут — вдруг да умыкнем к себе ненароком? Такое впечатление, что они нас с цыганами-конокрадами путают.

Может я и грустно шучу сейчас, и напрасно на них наговариваю, но что-то справедливое в этом тоже присутствует. Была б возможность — мои горячие орлы из команды точно подрезали бы что-то условно «бесхозное» в нашу пользу! Не себе лично, такого и в мыслях нет — нашему сообществу. Уже поинтересовались — «как бы я отнеслась к такому»? Разумеется — «чисто теоретически». Отругала, конечно, но как-то вяло… Подозреваю — что меня они совершенно правильно и однозначно поняли.

Совсем-то уж грубо не подставят, «все ж таки у нас не только исполнительская и торгово-транспортная миссия здесь, но и отчасти представительская-дипломатическая. Негоже реноме-то себе на будущее портить». Так я им и сказала. «Нам с ними, как с непосредственными соседями, еще торговать и мирно соседствовать. Но если и завалится что-то невзначай за обшивку из перевозимого — мне, чур, об этом не рассказывать! И знать не хочу! До нашей территории.» Оттого-то и неуютно, когда огульно нас, чохом в чем-то криминальном, всех без исключения, подозревают.

Основная же причина — почему мотоциклов и мотоколясок не видно — другая. Георг мне сказал — «на ушко по секрету», поделился. Горючее здесь в большом дефиците и используется только и исключительно для морских судёнышек. Невеликих и малогабаритных, кстати. Да и то лишь в экстренных случаях. Они, эти здешние «европейцы» из тутошнего «евросоюза» — достаточно рациональны и скрупулёзно до неприличия бережливы, абы на что его не тратят. Мало того, ещё стараются все до мелочей продумать и рассчитать заранее. Там, где можно обойтись веслами и парусами — используют именно их.

Зато очередной раз появление нашего Флагмана у причала вызывает паломничество к нему практически всего Гаагского населения. Каждый и каждая находит повод и причину «случайно» оказаться рядом с причалом на «набережной». Нет, никто здесь не прыгает на месте, не машет нам приветливо руками, как это делали бы в менее цивилизованных и более дружелюбных «странах» и сообществах, и даже здешние дети ведут себя в меру тихо и прилично, в рамках приличий. Но в глазах у многих здешних взрослых читается неприкрытая зависть к тому что у нас этот транспорт есть, а у них его почему-то до сих пор его нету. Чувствую — уходить нам отсюда будет после окончательно расчёта трудно. Отнять-то Флагман у нас они не отнимут, но… торговаться будут за все сделанное с упоением. Ничего, мы подготовились уже — обсудили как и что. Их еще ожидают «приятные» сюрпризы — заготовили несколько.

Зато теперь, после моей эпической ругачки с их «властями» по радио и очно, после первого прибытия с грузом с «албанского» склада — разгрузка катамарана и его прицепов каждый раз проходит у нас довольно быстро — все их мужчины принимают в ней самое деятельное участие. Женщины внимательно наблюдают что привезено в этот раз, специальные учетчики все фиксируют — «опись, прОтокол,» записи сдал-принял в ведомостях и бухгалтерских гросбухах…

Надоело это все — к своим хочу, на Дом! Насмотрелась уже и «нанюхалась» тут этой «европейщины» — до полного её неприятия. Побывать здесь и увидеть всё это, безусловно — стоило, да, но жить так формализовано и регламентировано нельзя! Долго. Мне, во всяком случае — совсем не понравилось. Вернее — уже даже и разонравилось. Все первые приятные впечатления постепенно смазались — когда поближе я их рассмотрела и понимать про них кое-что стала. До рабства и неприкрытого вождизма-фюреризма они тут ещё пока не дошли, но успешно движутся именно в том направлении. Грустно такое наблюдать… На словах одно заявляют — а на деле-то совсем другое рисуется. Вот те же албанцы, к примеру — они тут точно не как равноправные со всеми прочими будут, а где-то «третьего сорта». Всё к тому идёт. Вполне ведь приличные люди эти европейцы… с виду… и такое…

В земной Европе, в тех странах где побывать пришлось по работе — этого чувства почему-то ни разу у меня не возникало. Это и про Германию, и про Австрию, да и про их соседей, пожалуй, тоже. Там — шла, идет и будет идти нормальная размеренная жизнь, существуют обычные трудолюбивые люди, живущие своей, привычной им, жизнью. Умеющие и хорошо поработать, и отдохнуть после работы совсем не дураки — всё там в меру. «Орднунг» такой. Отношение местных к приезжим туристам — всегда «дежурно приветливое», потому как те побудут недолго, оставят свои деньги за неплохо организованный сервис и досуг, и снова уедут к себе обратно, нагруженные сувенирами и полные приятных впечатлений.

К бедным и бездомным гастарбайтерам, нахлынувшим туда несколькими волнами в последнее время — в целом презрительное. На словах, вроде бы, и стараются чем-то им помочь, а в душах — полное безразличие. Причем, политикам они, казалось бы, и нужны — а вот обычным гражданам-налогоплательщикам ну совершенно ни к чему! Да и как к ним хорошо относиться — ведь не заслужили! Они — «наглые нахлебники», по мнению большинства трудящегося от зари до зари населения, бездарно прожирающие налоги, удержанные с честно и много работающих местных. Почему так? А если они, в массе своей, не хотят и не желают работать, да и, вдобавок, не стремятся даже влиться в местное общество и раствориться в нем без остатка? И это не о национальных особенностях мигрантов к ним и не о их традиционной вере, нет — об отношениях людей. Как раз к этому, я про веру, «в европах» относятся на удивление толерантно. Их потому и стараются не замечать, или обходить стороной. Все так, но и без них они уже обходиться на Земле не могут — все тяжёлые и грязные, и самые низкооплачиваемые работы делают именно приезжие, а не местные.

Тут в этом «евросоюзе» пока что — большинство белые европейцы, насколько я успела заметить, но и среди них уже есть, выделяются, элита и парии. Элита — это именно немцы и голландцы, их намного больше всех остальных, вместе взятых — они и в здешнем руководстве, и в «силах самообороны», подозрительно смахивающих и на бундесвер и вермахт одновременно. И среди предпринимателей — преимущественно они же. Остальные — похоже что на вторых ролях, в обслуге, на чисто технических вспомогательных направлениях. Думаю что как только здешние еще обживутся — так начнут массово зазывать на эти рабочие места ещё более дешевую рабочую силу из других островных сообществ.

Откуда про то знаю? К каждому из наших из команды по нескольку раз подходили с такими «ненавязчивыми» предложениями. «Не думаем ли мы сменить место жительство на их уютную и благоустроенную Гаагу?» «Нет ли желания остаться после выполнения контракта поработать тут ещё?» И все это в разных вариациях — оптом и в розницу. Тенденция? А как же! Именно она.

Причем отношение — на словах-то одно, на деле совсем-совсем другое. Так вот, правда в том: к нам они и здесь относятся как к тупым наемным гастарбайтерам — пригласили на тяжёлую работу, ту, что и исполнить-то надо, а самим, почему-то браться и не хочется. Мы ее выполняем — раз уж так договорились изначально, но, чувствую, это происходит в первый и последний раз с ними. Проще оставить в наших с ними отношениях только и исключительно меновую торговлю. Мы им — они нам.

Почему? Здесь же, на Островах другой планеты — они совершенно не такие как на Земле. Что-то в них определенно изменилось, и совсем не в лучшую сторону. И это не только мне так кажется — вся наша команда так считает. Пусть там у нас на Доме и в нашем секторе чуть побольше веселой и бесшабашной безалаберности, частые авралы, и что-то где-то постоянно не хватает и не пока ещё недоделано — пусть! И нет ещё и, вероятно, даже никогда и не будет такого лоска и комфорта, как здесь — это уже давно привычно. Примерно так как — и на Земле было. И всё же не то — и отношения людей к попаданию сюда, да все по-другому. Неожиданно это.

Кто-то из классиков писал, или я путаю, просто «в интернете» у кого-то в заметке прочла: мысль была что «русские — это прилагательное, и прилагается к своей Родине, а без нее они жить не могут». Значит я, хоть и белоруска по крови и рождению, а вот это наше во мне слишком уж крепко сидит — не переделать. Здесь для меня родина не тот остров Котелок, где я появилась, а именно Дом, привычный и понятный, за который я уже даже и воевала. Туда скорее вернуться хочу. Люди-то и у них здесь вполне нормальные есть, с кем нам приятно и легко общаться, но с теми кто у власти тут — устала! «Душные» они какие-то — именно это и напрягает, наверно, больше всего.

Например — ну чего казалось бы проще? Поручили нам нейтрализовать и обезвредить албанских непримиримых — и мы это успешно сделали. По их же настоятельной просьбе, между прочим! Докапываются — расследования ненужные проводят кто где как стоял, что конкретно делал, да ещё и не нарушили мы каких-то прав человека… Тьфу, блин! Это они про тех самых албанских боевиков, готовых сходу захватить наш Флагман вместе со всем, что на нем находится, а нас просто-напросто поубивать к чертям собачим, как ненужных, или самим в рабство взять! И это всё — вместо того чтобы аврально навалиться всем наличным составом, сколько его есть под руками, не исключая пленных — на разборку склада и переноску всего оставшегося там имущества к берегу. Для дальнейшей его морской транспортировки к Гааге…

Ругаться мне из-за этого пришлось, и не просто ругаться, а жёстко и бескомпромиссно скандалить по радио с их руководством. Не ожидали они этого от столь хрупкой девушки. Отнекивались немчики поначалу, но и зауважали немного — заставила-таки я их по-нашенски поступить, а не как они ранее собирались. Нам же не за «трудочасы» у них платят, а за аврально выполненную сложную работу. А их помощь в транспортировке к берегу и погрузке как-то даже и не предусматривалась. Нашли дураков! Не вышло! Они же — нет, поначалу уперлись — типа «дело военных охранять и воевать, дело пленных — сидеть в сторонке и не мешать, а мы одни и должны и выполнять взятые на себя обязательства». Да еще и работать нам надо бы по их регламенту — сколько-то часов работа, в установленное время перерывы на отдых и обед. Vorschriften, мать его так! (регламент — нем.) Ну я им и выдала:

— Hier bist du nicht da! So zu tun, und nicht den Narren zu spielen! Mach dir keinen Kopf! (Здесь вам не там! Делать так уж делать, а не дурака валять! Не морочьте голову! — нем.)

День Двадцать Восьмой-6. Пилар и Николай — разговоры в пути

Пилар, испанка-каталонка, позывной «Pescadora-Marinera» (о-ва — Зеланд, Мумба, Дом)

Вот как он умудряется ВСЁ и обо всех нас помнить? Кто из нас где находится, что примерно делает и предвидеть где кто-то совсем новый появиться может? Мы и гадали, и прикидывали так и эдак — всё равно никто точно не догадался. Интуиция, может быть? Опыт руководства людьми еще с Земли? Возможно и так. Может просто привык уже мыслить тут совершенно по-другому? Не знаю… А я — так просто верю что всем нам с ним повезло! Как с первых дней им с médico Фаиной поверила, когда они к нам на Эспаньолу знакомиться пришли — так более уже и не сомневаюсь! И не прогадала ни разу! Мне тут всё нравится. Какие ещё «евросоюзы», зачем нам теперь туда? У нас тут свой собственный, привычный и hogar (домашний — исп.) порядок.

Тем более если тот, «земной» сравнивать — и наше положение здесь — так мы действительно на самом юге всего массива Забытых Островов находимся. Буду считать что примерно на месте родных Испании и Португалии. Мне так проще думать и верить — спокойнее… Да, конечно, климат здесь более теплый, намного теплее чем у нас, фактически — тропики, причем южные тропики, ну так и что? Зато ещё южнее нас точно никого и ничего нет — огромный безбрежный Океан, и наш Дом, на его краю — isla Dom. И что угодно про нашего comandante пусть неопытные и наивные новички говорят, что «порой слишком он строг», неправда это всё — других в Главные нам точно не надо. Для своих -то он как дед, как отец — лучше и не придумать! А мы, первые испанцы, для него — точно свои, родные. Это по всему чувствуется.

Чем-то, наверно, похож он по характеру на моего старого учителя — дона Гильермо. Да и не только моего, тот же ещё моих родителей учил, потому — нашего… Старик-учитель тоже много-много своего личного времени на каждого из нас тратил, не жалел его, и помнил до самой-самой старости кого как из нас, его учеников, зовут, кто кем стал после школы, если переехал куда-то — то, что с ним или с нею теперь и где они. По своему суров и справедлив… был… Не так давно не стало его, всем земным островом его провожали… А я не успела, не смогла отпроситься — на учебе была… По телефону слушала как его отпевали. После-то могилку навестила… да что уж теперь плакать. Нет его с нами…

Вот и Señor Gato такой же. И ещё очень удачно я Анатоля к нам привезла. Очень толковый специалист он оказался. Теперь-то с улучшением им качества связи многое и на расстоянии решить можно — по рации. Вот и в это раз так получилось.

Мы же с ним после завершения всех работ по установке антенны на Зеланде по должны были сразу на Дом возвращаться, а jefe напомнил что и остров Мумбы неплохо бы посетить. Он нам так и сказал. Зашли туда по пути. Чуть в сторону от привычного уже для меня маршрута Зеланд — Дом правда пришлось отклониться, и, как оказалось, не зря — действительно там новый человек появился. Уже несколько дней как обитал. Я-то сама там ранее не была, но описали как туда добраться довольно точно — вот и не ошиблась. Прямиком к нему и вышли, на другие острова по пути не отвлекались — некогда, успеть бы, а нас дома ждут!

Второй, хотя нет, пожалуй, уже третий раз это уже у меня — когда новых для нашей группы людей встречаю. Первый-то — это как раз именно Анатоль был, мы его вместе с португальцем Мигуэлем обнаружили на его «родном» острове, когда отклонились от маршрута по путина остров Порто. Там-то нам ещё проще было — Мигуэль быстро с Жоао договорился, и часа лишнего мы там не пробыли. И оттуда уже на двух лодочках возвращались. Когда уставали грести — менялись, ведь с Анатолем еще две женщины, освобожденные им с арабского плена тогда уже были.

Зато сейчас мы на моторе — потому быстро дошли. Как рассказывали нам ранее Мумбай и Жадэ — их на острове Мумбы первоначально трое было, была с ними и ещё одна шведская девушка, но она погибла в плену у негров. Позже наши asaltantes de búsqueda (рейдеры-поисковики — исп.) на этом же острове ещё одного человека отыскали и забрали — какого-то русскоязычного американо. Видела я его мельком — не общалась практически. Сбежал он потом с Зеланда! Tonto, descerebrado! (Дурак, безмозглый! — исп.)

И вот теперь тут новый поселенец… Ему точно уже было проще выживать чем всем предыдущим здешним «поселенцам» — там и плетеный Мумбаем из прутьев и веток choza (шалаш, плетеная хижина — исп.), и место для костра подготовлено, и стрелки нарисованы — где небольшой родничок находится. И, что самое главное, этот человек уже знал — что за ним обязательно кто-то придет, ждал. Ведь была оставлена записка на нескольких языках. Не факт что точно угадали б с его родным языком, но всё что могли — сделали. И даже кое-что оставлено было из посуды и нож на первое время, чтоб самые первые, самые трудные дни мог тот новичок по поставке брать только еду. Если не полный дурак — выживет… Даже тот «американо» Юджин выжил, только сильно место своего пребывания замусорил… Перед тем как покинуть остров ребята заставили его тщательно прибраться и «подготовить» остров к новому жильцу.

Вот только тут в это раз не один, а аж двое их тут оказалось! Неожиданно — для всех нас. Что «правила» меняются? Не знаю… Бразилец Neymar De Oliveira (Неймар де Оливейра — порт, исп.) и жительница датских Фарерских островов Annika Poulsen (Анника Поульсен — датск.)

Вот датчане-то на Зеланде как обрадуются — и их соотечественница наконец-то появилась и нашлась. Они и обрадовались. Очень! Когда мы им сообщили по рации что их тут пополнение ждут, очень ждёт — поначалу было договорились что они сами их забирать будут и повезут сразу к себе. Но эти радушные люди просто не хотели нас отпускать без них, но мы-то на Дом шли, на перемещения туда-сюда просто не рассчитывали, могло и горючего на обратную дорогу не хватить. Пришлось срочно передоговариваться — и совместно решили что зеландцы закажут на плиты поставки тех, кто там недавно появился, горючего для нас, возьмут его с собой — а мы с ними пересечемся уже на Isla «Salto» или «Подскоке», если называть его по-русски. Так и сделали!

Зато на наш катерок больше влезло из их имущества, что они тут успели заказать и сделать своими руками. Они, кстати, тут совсем не голодали, ну ещё бы! Annika оказалась из портового поселения Вестманна (фар. Vestmanna; дат. Vestmannahavn), как она гордо сказала — «это у них седьмой по величине „город“(!) на Фарерских островах, расположенный на западном побережье острова Стреймой». Городок, скорее даже поселок, хоть и небольшой по величине, зато очень и очень старинный, основанный чуть ли не древними северными пиратами и викингами. История их поселения, расположенного на месте Вестманны, может начинаться ещё до появления там викингов. Название же поселения говорит скорее о кельтском происхождении первых его поселенцев. Начало колонизации и их острова и соседних, вероятно, было положено ещё в IX веке. Однако первые упоминания именно о их поселке датируются XIV и XV веками. Жители, причем все, чуть ли не поголовно, в настоящее время умеют ловить не только рыбу, но занимаются ещё и китобойным промыслом, причём и мужчины и женщины!

Китобойный же промысел на Фарерских островах существует много столетий, по крайней мере, с десятого века уж точно. Он регулируется фарерскими властями, а не Международной комиссией по промыслу китов из-за наличия разногласий по поводу компетенции комиссии по отношению к малым китообразным. Ежегодно забивают около 950 гринд (Чёрных дельфинов), в основном летом. Ловля гринд (фар. grindadráp) — некоммерческое мероприятие, организуемое общинами, участвовать в ней может любой. Китобои окружают гринд лодками, располагая их широким полукругом. Затем лодки медленно загоняют гринд в бухту или на дно фьорда.

Большинство фарерцев считают промысел гринд важной частью своей культуры и истории. Группы защиты прав животных типа «зелёных» резко критикуют промысел как жестокий и не являющийся необходимым, в то время как сами китобои утверждают, что «большинство журналистов демонстрируют недостаток знаний о методах ловли и экономической важности промысла».

Сильная женщина! Мы с ней сразу друг другу понравились и даже, наверное, подружились — ведь у нас нашлось много общего. Я из семьи рыбаков — и она из потомственных китобоев, ну и вообще… Ну и женщина ballenero (китобой — исп.) не смогла удержаться и вывалила на нас с Анатолем и все это и даже больше. У себя дома на родине она имела какое-то отношение к их местной администрации, что-то типа совета жителей общины… Ох и нелегко, предчувствую, будет Нильсу Сёренсену и Дагсону с нею, как бы она его в скором времени не «подвинула» с поста Старосты Зеланда.

Хотя… может и нет, и я зря на неё такое подумала? Когда рассказали им о том что тут, на Островах здешней «Plataformas» встречаются не только мирные жители, а довольно часто приходится воевать, отстаивая своё — сразу же стала узнавать как ей попасть в число тех, кто вооружен или имеет отношение к морским перевозкам и открытиям новых земель. Уж она-то и любой мотор легко заведет, и при необходимости, даже и починит, и под парусами умеет по настоящему суровому северному морю ходить.

Ну и про оружие, конечно, поинтересовалась — видя что мы оба неплохо вооружены. У Анатоля — так вообще всегда при себе знаменитый русский автомат, с которым он сюда попал из их страны. Чуть ли не с передовой…

Надо было видеть полные уважения глаза и зависть тех двух русских парней что помогали ему антенну ставить. Завидовали оба! Я — видела: завидовали оба!

Они же тут на Мумбе успели себе заказать только всего лишь один пистолет Bergman-Bayard М-1910 датского производства. На что-то большее весу не хватало. Как она утверждает: «на всякий случай — пусть будет для спокойствия»! Говорит что ничего более современного получить им так и не удалось — только времен той далекой войны, но и этот неплох, как новый. Пришлось вкратце рассказать — всё, что знаем на эту тему. И что именно это временное условие на его поставку — одно из немногих ограничений от «Organizadores del Experimento» («Устроителей Эксперимента» — исп.) по нашему выживанию здесь. Кое-что они уже и сами понимали из прочитанного в инструкциях в первые дни здесь.

Общались мы с ней «на английском». И я его немного знаю и она… Удивительно было б чтоб в портовом городке-поселке севера Европы его вообще не знали! Анатоль тоже понимал что она говорит, но не почти все, кое-что приходилось мне ему переводить, так как она сыпала словами слишком уж быстро, видимо соскучилась по общению с новыми людьми.

На фоне такой монументальной и напористой женщины как она, щуплый и мелкий бразилец Неймар вообще как-то терялся и робел. Кое-какие португальские слова я уже запомнила из общения с нашими португальцами, так что удалось мне и с ним переговорить, во всяком случае он меня как-то понимал. Он не совсем креоло-португало, скорее кабокло.

Кто это такие? Я тоже поинтересовалась. Как смогла понять — само понятие кабокло(порт. caboclo — от тупи caa-boc «пришедшие из леса») — этническая группа в составе бразильцев, португало-индейские метисы. Крупнейшая этно-расовая группа Амазонии. Говорят по-португальски Сформировались в XIX веке в Амазонии, когда значительное количество белых мужчин с северо-восточного побережья Бразилии переселились в сельву для сбора каучука и началась так называемая «каучуковая лихорадка». Так как возможности вернуться у них, как правило, не было, они женились на местных индеанках. Вот и Неймар из них среды. Обычный сельский работяга из провинции Амазония. Занимался рубкой леса, прокладывал дороги, в детстве на семейной делянке делал что-то земледельческое, что-то они там выращивали, что-то собирали в джунглях.

Про присоединение к нашей группе? Даже и вопрос такой не стоял! Готовы к такому были в тот же миг что нас увидали на горизонте и уже на их берегу с нами познакомились. Думаю с ними обоими проблем вообще не будет — легко вольются. Надо ли говорить что Оператором их маленькой группки была Анника? Вы и сами это поняли. Куда уж малограмотному Ноймару с ней тягаться… он и слушался ее во всем. А как там дальше пойдет: сложится из них пара или они найдут себе кого-то ещё из нашей общины — даже гадать не хочу, как будет так и будет.

Дальше все было просто — встретились с зеландцами, передали им найденных на Мумбе и отправились прямым ходом на Дом.

Николай, позывной «Мазута», механик группы и боец-рейдер — возвращение с Варана

Отругал меня Кот нещадно, расчихвостил как распоследнего сопливого первогодка-стажера, только что с мореходки выпущенного! Так и сказал: «Победителей не судят, но и распустились вы там изрядно, обормоты! Пора вашу вольницу анархистскую в ежовые рукавицы брать.» И много-много «эпитетов и определений» — мало печатных! Ладно хоть не с глазу на глаз всё мне это выслушивать пришлось, далеко он пока — а всего лишь только по радио. Хоть не так мне стыдно уже было. И за себя, и за всех нас… И за то, что молодых да излишне резвых своих сотоварищей по рейду именно я, как более старший и опытный среди них, не приструнил, не приостановил; и за то, что «трофейной» вараниной все мы там поголовно чуть было насмерть не потратились — было за что.

Вот ведь, хоть и сухопутный он человек, и дюже интеллигентный — с университетским образованием, вона как, а загибает он порой так на великом и могучем, что даже и у иностранцев без перевода уши вянут, а своим — как музыка звучит. Вроде и выволочку получил — а как в жару холодной воды из родника испил, во как! Зубы ломит, а на душе хорошо… Сразу же вспоминаю как сам молод был, и что наш старпом команде за подобные косяки выговаривал. Зато доходчиво теперь понимаю — прав он во многом, признаю.

Ступи́ли, конечно, причем все мы там накосячили — без исключения! То ли нездоровая эйфория от победы над злобной рептилией нам так головы так задурила, то ли еще что-то — лопухнулись серьезно. С себя вины не снимаю, и моя доля там есть, но и остальные «хороши» — наши кого, блин, слушать! Ладно б что дельное было, а так… Мумбайка наш всё настаивал и уговаривал: «надо, мол, попробовать, обычай у нас в племени такой» — ну мы, сдуру-то, и не отказались.

«Ёлухи мокрожопые!» Хотели показать себя, форсили друг перед другом что самые-самые крутые… «Морские котики», н-на! Тудыть твою налево… «Новую традицию» наскоро под это дело придумали — новичков в рейдеры принимать через «посвящение». Нахрена? Вот сейчас вспомнил и самому стыдно стало… Какое? «Съел мясо врага — стал сильнее его!» Тьфу! Как вспомню этот противный вкус — снова наизнанку выворачивает. И не пили ж мы там ничего — просто не было ничего… почти… а как словно бы пьяные или обдолбаные куражились… Хотя нет, вру — было, НЗ со спиртом в аптечке, но ее на это дурное дело не трогали — мало ли… Только раны протирали и все. «Честное слово»!

Повезло нам — что не передохли! Не случайная оказия бы, не братская взаимопомощь нам от добрых соседей с катерка под командой Марии и Ивана — все б мы могли от того дурного мяса копыта напрочь откинуть и ласты склеить. Как увидали после, когда Имира нашего с коликах и судорогах крючило, что то оставшееся от шашлыка варанье «мясо» и кости плавиться на солнце стали и завоняли жуткой химозой — так всех, почитай, наизнанку-то вновь и вывернуло. Корежило-то всех, но именно его — больше других.

И с чего мы решили что та животина прыгучая живая, природная, а не «синтетический сторож» — и сказать не берусь. Дурни! Всегда ж тут так — если кто-то охраняет складик с ценным имуществом, не важно что внутри — то обязательно синтетическая эта хрень, а не реальная животина. Хотя от того не легче — попробуй ее, гадину, завали еще — не у всех и получается. У нас — получилось, вот «крышу»-то и снесло от гордости. Ну и перед новичками понтовались — типа вот мы какие, чего можем… «Хвалькі ПрышэлЭпкуватые»! (хвастуны прибабахнутые! — укр.)

Кое-как промыли мы все поголовно свои желудки кипяченой водичкой по их доброму совету и расстались на время с нашими ребятами. Разделились пополам — было нас там командировочных «котиков» шестеро, а осталось на Варане всего трое. Имир, только что чудом выживший — за командира, Мумбайка наш и Ойвинд с ним на кораблике дальше отправились в качестве мобильного «десанта» спасателей — срочно выручать из беды ещё каких-то новых наших соотечественников. Ну и раны их в дороге еще раз Иван — врач их осмотрит, все нужные «примочки и перевязки» заново сделает. И не то «кустарное безобразие», что мы впопыхах и растерянности сотворить успели. Видел я как он рожу кривил, глядя на наши потуги в «срочной медицине». Но хоть смолчал — сдержался, не отругал. Вот пусть сам и разбирается, раз лучше нас умеет! А они, наши-то, прямо-таки загорелись — что-то новое увидят… Ну и людям помогут.

Собственно, туда-то, к тем неизвестным нам соотечественникам шустрые и мобильные коллеги и направлялись изначально — спешили очень, а к нам уж так, попутно заглянули. Кот с их старшИм как-то лихо и оперативно договорился. Начальство ж, ёлки точеные, не мы «лапти» — они вообще легко меж собой ладят. «Ти мені — я тобі!» — если на моем родном, или, как он как-то при мне сказал: «Син минэ — мин синнэ!» Зато самое ценное оборудование из находки здесь на Варане мы прямо в ящиках-кофрах именно к ним в трюм и загрузили. Не так уж и много-то его и оказалось, вдобавок ещё и компактно всё уложено. Чать, не присвоят всё себе новые дрУги, а отдадут нашим по возвращении, ну и нам всё меньше напрасного риску что не утопим, не потеряем, и никто чужой со стороны при перевозке на них не позарится. Даже если отцы-командиры наши — Кот и Стас как-то ещё меж собой опять передоговорятся и не нам оно достанется в итоге — а с них что-то другое, остро нужное нам взамен получим, все ж не в пропажу! Знать не зря и не напрасно мы тут жизнЯми и здоровьем своим рисковали!

Ну а мы трое опять «скучаем» — снова одни на Варане остались. Мы — это помимо меня, наш молодой «фанат»-лодочник никарагуанец Мигель — Ми́шка, стал быть, и Джамаль — мой коллега, иорданский слесарь-механик. Он-то нас сюда точнёхонько и вывел — были они со своей командой уже здесь, но неудачно. Еле-ели ноги отсель унесли! Потому он и не хотел сюда возвращаться, боялся… Уговорили! Зверюгу эту треклятую никак не смогли завалить, не одолели, испугались в какой-то момент что все тут и полягут — больно уж шутер, быстр и ловок этот варан оказался. И своего парня они тут, по его словам, потеряли, и остальных он сильно тогда поранил — и еще рады тому что так «легко» отделались.

Зато нам вот, в отличие от них, действительно в этот раз «повезло» — отделались лишь более легкими ранами да Вовкиным отравлением. Или это у него камни в организме так растворялись? Хрен его знает — мало я в медицине секу, мне б с железками повозиться, вот их я понимаю хорошо. Главное — помогло же! Но повторять на себе подобный «опыт» лечения я б больше не стал, не рискнул — и насмотрелся, и на себе прочувствовал… И не советовал бы — никому!

Решили мы, вернее я, как Старший из оставшихся, что как только в себя окончательно придём и чуть оправимся от пережитого здесь стресса — еще раз этот островок все вместе обойдем и заново и подробно осмотрим. Может и ещё чего-то интересного здесь найдётся? «Застолбить»-то мы его и раньше застолбили, сразу же закрепив за нами и нашим «кошачьим» сектором — ещё когда все вместе «скорой неотложки» и врачебной помощи тут ждали. Хоть и сильно в стороне он от остальной нашей законной и одобренной «Свыше» островной «собственности» находится, но все же… Вдруг да зачтут нам и его тоже? Очень на то рассчитываю. «Не мытьем, так катаньем » — кажись так предки в старину говаривали? Вот и мы, может, свой вклад в нужное всем нам дело сделаем.

Ну и саму избушку, в которой те ящики с медициной хранились, так просто бросить уже жалко стало. Очень уж она симпатичная. Не велика штучка, зато ведь бревенчатая, надежная и кондовая — от Устроителей! Не какой-то жалкий островитянки балаган-навес, из веревок и палок на скорую и кривую руку слепленный! Оставишь так её без присмотра — а ее «смахнет невзначай» кто-то совсем посторонний, и не посмотрит что она теперь наша по праву первооткрывателей. Хоть какие таблички и надписи рисуй, «не заметит». И мы б тоже на такое и не посмотрели — умыкнули. «Выкраду вместе с забором!» И запором, и со всем, что внутри ещё находится — там лавки, полки, сундук — все возьмем, утварь, опять же, неплохая. Ну уж нет, не бывать такому — разберем и сплавим к нам! Хоть и маловато нас тут для такой работы, ну да справимся как-нибудь — так решили. Она и нам самим пригодится, а где ее обратно собирать — на Доме или уже на Зеланде, или еще где-то — пусть наш командир решает. У него голова светлая, на придумки горазд — точно что-то выкрутит что всех устроит.

А на ругачку я не обижаюсь. Ругань она на вороту не виснет, а иной раз подстегивает и мозги прочищает. О нас он заботится — переживает, как мы, что с нами, где мы…

А с нами так дальше было…

Первым делом — действительно весь остров еще раз прошарили. Просеивать каждую песчинку и каждый камушек выстукивать, понятное дело — не стали, но прошлись плотно. Вроде и безопасно теперь тут, ведь главного и, похоже, единственного тут хЫщника мы завалили… И даже частично сожрали… Хижак (хищник — укр.) здешний конкурентов не допускал. Ни больших ни малых. Ну и кормиться ему тут особо-то и нечем было. Ну, почти нечем. Похоже что изредка здесь всё же появлялись морские черепахи — нашли мы и обломки нескольких изгрызенных им их панцирей, еще какие-то крупные кости… Может даже и выброшенной на берег какой-то морской живностью он не брезговал, может еще что — сейчас уже и не понять кого он тут «трофеил». Но все равно, ходили по островку только и обязательно все вместе — потому как и страха натерпелись поначалу, и боязно кому-то одному оставаться. Лодку нашу вытащили на берег и хорошенько упрятали — мало ли…

Прочесали мы этот островок неплохо и заглянули повсюду. Вряд ли скоро ещё сюда заявимся, может второй такой оказии и вовсе не вы. Пошастали повсюду, и на месте высадки наших ближневосточных коллеги тоже. От погибшего их парня и вправду практически ничего уже не осталось, и сам вредный варан постарался, гад — жрал все подряд, и прочие птицы и крабы добирали остальное. Что нашли — из обрывков одежды и потрепанной обуви — похоронили. Сверху камень поставили, Джамаль молитву какую-то подобающую случаю прочитал… Что уж можем в такой ситуации, нам-то этот погибший точно никаким врагом не был, а такой же как и мы — поисковик, честно погиб в бою со зверюгой, прикрывая отход товарищей. Они-то спаслись тогда, а он тут остался. Навсегда…

Гильзы собрали все что нашли — и свои, и той, арабской группы. Даже если не все их переснарядить нам пригодятся, то как источник металла — любая медяшка и латунька ценны здесь сами по себе. Например помятые гильзы можно расплющить — пойдут как блесны, если крючки к ним приделать, или свинцом залить — будут как грузила… Где свинец брать-то? Как это где, ну вы меня удивляете — у нас на Юте! Там с затонувших машин аккумуляторы так и так снимать придется. Те что целые — попробуем просушить и реанимировать, новой кислоты зальем, а те что треснули и починке и восстановлению не подлежат — вот как раз источником свинца и послужат. Ну и что из того что плавить его вредно, типа «вредные пары» и прочее? Просто и незатейливо жить без забот и хлопот тоже вредно — все умирают рано или поздно. Но потом! В детстве мы всего этого вообще не знали- плавили и обрезки кабелей и старые аккумуляторы ломали. Все было… Вот и вспомним былые навыки.

Окончательной же «наградой» за столь тщательный «сбор боевого мусора» нам стала находка почти не попорченного ружьишка погибшего. Рептилий только разок-другой и попытался его погрызть. Видимо сразу не по вкусу пришлось — слишком уж пахнет не как добыча. Приклада при нем уже не было, поломан и явно безвозвратно потерян, так мы его и не нашли, и конец ствола сплющен. Он и до того так-то не велик был, а уж теперь… Ну приклад-то или сами из дерева вырежем или закажем, а ствол — да отпилим испорченную его часть в конце-то концов и все!. Будет как «кулацкий обрез» — ударно-спусковой механизм-то у него почти, можно сказать, и в порядке. Разберу, прочищу и поглядим, возможно ли восстановить хоть какую-то работоспособность… Все ж в основе британский Lee-Enfield No.1 Это какая-то более поздняя переделка — возможно что даже Lee-Enfield 5 Jungle Carbine. Точно сразу и не скажу — потому как следы от зубов на коробке, но так как она стальная — то и не помялась. В бывших британских колониях в странах Азии и Африки винтовки системы «Ли-Энфилд» использовались десятилетиями после окончания Второй мировой войны.

Насколько я знаю — значительное количество таких же вот винтовок (в основном, поставленных в период уже после окончания Второй Мировой войны) по-прежнему использовалось вооружёнными военизированными формированиями во многих странах. Вот и нам здесь дальше послужит! Пригодится, думаю, даже и «куцехвост» такой нашим птичницам — наглых бакланов от курятника отпугивать, как раз и по весу и по результату он им впору придется.

Объяснил свою задумку коллеге Джамалю насчет «трофея»- он меня горячо поддержал. Видимо и курятину жареную любит и сама работа по возврату в строй даже такой «гнутой палки-стрелялки» его вдохновляет. И еще, когда сказал что у нас «в закромах» и аккумуляторные инструменты, в том числе и «болгарки» с солидным запасом отрезных и шлифовальных кругов имеются — еще более того взбодрился. Прямо-таки воспрял. Про всё содержимое строительного-вахтового вагончика рассказывать ему я не стал, только прозрачно «намекнул» что и это ещё не все. Зачем хорошего человека зря во искушение вводить? Так-то я знаю что там было — Имир подробно пересказал и дал весь список перечесть. Как-никак тот вагончик вместе с ним появился, как «приданное» — он за него как бы и «отвечает».

Похоже именно эта информация о солидном запасе инструментов и расходников к ним и послужила толчком к тому что иорданец всю обратную дорогу интересовался в подробностях — что и как будет если он к нам в группу запросится. Причем не только на пару с братом Омаром, а и еще кого-то из своей общины они притащит. Обнадежил я его — думаю что наше руководство против такой идеи точно не будет. Насколько я нашего Кота узнал уже — он всегда хорошие начинания с радостью поддерживает. А уж если и инициатива разумна — всячески и поможет ещё.

День Двадцать Восьмой-7. Николай — подробности возвращения

Николай (разборки — людские и «строительные»)

Ну а мы к разборке домика приступили. Если кроме нас некому… то чего зря тянуть-то? Да даже если б и было кому — наш он теперь, никому не отдам!

Помолились — каждый по-своему и приступили. По очереди, конечно же, не все разом. Один из нас кто-то постоянно с оружием в руках был и вокруг оглядывался — мало ли… Да-да, вооружили мы и проводника тоже. Тут-то он, Джамаль, нам соратник, а угроза со стороны может быть всем нам одинаково опасна. И не знаешь даже, чего более опасаться, людей или новых «варанов» — и те и те могут оказаться одинаково враждебны. Недружелюбны — так, корректно скажу. Хотя с людьми, если они нормальны и на переговоры способны — о чем-то переговорить возможно, а с такой зверюгой — ни-и, даже и пытаться не стоит. Ну так это и так очевидно, что зря воду толочь-то?

Ну, а то что веры и языки у нас всех троих разные — ну так и что из того? За время моей работы на судах разных компаний каких только чУдиков в экипажах не повидал. И кришнаиты, и брахманисты попадались, и бахаивисты, и прочие разные «-исты», всех сразу-то и не перечислить. И ничего — уживались со всеми ими как-то без особых конфликтов. Совсем-то откровенных дебилов в море не берут, все ж таки проверяют на совместимость, а религии что — личное ж дело каждого. Если на профессиональных качествах никак не отражается — разрешено и не порицается, верь во что хочешь, лишь бы свои обязанности качественно и вовремя выполнял. Так и тут тоже. Например к Мумбайке, если и не как к сыну, то как к любимому племяшу, за которым мне, как старшему, надо присматривать, отношусь. И то, что смуглый он преизлиха и мусульманин — ну так и что? Нам это не мешает. Да и с остальными нашими — примерно также, неважно кто они и откуда сюда «свалились». Научился за долгие годы ладить со всеми, откуда б родом они не были.

А по домику-избушке вот как вышло. Это ж не машина, всё же, и не механизм какой — вот их хоть с закрытыми глазами соберу-разберу. Это ж деревянное — живое можно сказать! С ним всё не так… Вот, представляете — никогда подобным делом не занимался, а тут вдруг неожиданно пришлось! Нет, что-то прибить деревянное приходилось, и даже на дачах и хуторах бывал… Но вот так вот без опыта разобрать сруб и перевезти его — ни разу не сталкивался.

У соратников тоже опыта в таком деле — совсем никакого нет. У Джамаля-то понятно, у них такого качественного дерева, что пошло на стены и крышу избёнки, отродясь не было — там климат-то совсем другой, сухой и засушливый, да и с деревом у них в стране вечные напряги. Если что и растет — то скрюченное-перекрюченное и не очень-то уж и высокое. Всякий «карагач» и прочее. У латиноса с этим получше обстоит — деревьев-то у них полно, но, опять же, они все других пород. Хвойных-то настоящих у них и нет практически.

Кстати, к слову, эти бревна, что на стены пошли — как раз или кедр или что-то вроде сибирской ели, или лиственница, опять же северная, выдержанная. Мало того, их еще специально сушили, подготавливая к применению в качестве стройматериала, а не из сырого теса рубили. Зато такое строение много лет, долгие десятилетия простоит и надежно людям послужит, и ничего с ним не сделается — только ещё крепче со временем станет. И даже то, что мы из него плот сделаем и по морю отбуксируем — особого вреда древесине и не принесет. Мы ж его не месяцами в воде «отмачивать» будем — а перетащим и снова непременно просушим. Надеюсь что не поведёт — если в тени положим…

Ну и вдогонку: климат у них на родине Мишки влажный, в период дождей — льет так, что потом вся древесина портится и гниет. А такому специально подготовленному дереву тут на Островах ни хрена плохого не будет. Возможно ещё и потому в их местности никто настоящие срубы не рубит, нет такой необходимости и не из чего, а норовят простыми временными жердяными постройками обходиться. Разрушилось от времени — легко соорудят новую, всего-то и дела! Ну а проемы между балками каркаса — так и вообще чаще всего всякими циновками или прочей дребеденью закрывают. Сам-то не видал, в глубинке в их стране не был, только в портах — Мигель про такое рассказал.

Непривычно с деревом, но… мы ж мужики, не «кисельные барышни» — справились, разобрали! Тем более совсем недавно подробную инструкцию от Кота по разборке подобных деревянных строений для команды Флагмана я выслушал — вот и пригодилось самому по ней действовать. Гвоздодера или «фомки» под рукой у нас не было, но они даже и не пригодились бы тут, потому как и домик, как оказалось, не на гвоздях и скобах собран, а на всевозможных шплинтах, «шиповых» и прочих подобных соединениях. Что крыша, что каркас стропил, что сами стены. Как выяснилось при разборке — бревна ещё и на шплинты посажены. Пронумеровали перед тем тщательно всё что только можно, конечно же, чтоб обратно собирать проще было. Краски-то у нас никакой подходящей под руками не нашлось — так мы топориками и мачете значки нарубили. Авось, пока по морю будем бревнышки перемещать — не «сотрутся». Начали носить к берегу.

Это только рассказывать про быстро выходит — а на деле на жаре всё гораздо дольше у нас шло. Как устанем — в озерке купались. Вроде говорил уже ранее что домик этот на берегу маленького озерка находился. Что, разве не сказал разве? Ну вот — рассказываю же. Всего второй раз такое тут на Островах вижу, первое на Австралии заметил. Купался я и там тоже — не удержался, попробовал водичку. Безопасно ж — никаких акул и прочих гадов, как не расслабиться? Но там и вода теплее, и ощущение как будто в горячей ванне находишься. Ненадолго — приятно, а кайфа настоящего нету. Тем более что она там слегка солоноватая, не как в Мертвом море в Израиле, нет, но соль в нем явно есть, пусть даже её там и немного. Не как в море вокруг, нет, но хватает. Все ж таки рядом там соляной пласт на поверхность выходит… Здесь же — озерцо-то само по себе небольшое и пресное без всяких солей, но как-то скалами так укрыто, что не всё прогревается, есть и тенистые уголки. Приятно окунуться!

Так бы по уму, конечно, ничего б тут и не трогать совсем — хорошее ж место для отдыха могло б быть, база отдыха, санаторий, но… пока всё еще далеко от нашего сектора этот остров находится, потому — вот так поступаем. Более рационально: «если гора не идет к Магомету…» ну дальше вы знаете. Заберем домик с собой — у нас-то он всё сохраннее будет. А «курорт» этот — да никуда он от нас не денется! Будем навещать, авось когда-то и здесь тоже обживемся. Станет побольше людей — непременно! Вот тогда и станем думать что здесь строить, как и из чего.

Ну и ещё одно важное соображение царапает. Каждый такой домик — это ж не временная и ненадежная палатка, в нем семью можно размесить, именно не временную, «походно-палаточную», а настоящую, с детьми и бытом. Это молодым всё кажется просто: встретились, переглянулись — р-раз и стали жить вместе. Пусть даже и в палатке, но я-то человек в возрасте, мне домашний уют требуется, намотался по миру вдосталь. Хочется своего угла, своего личного дома и семейного счастья… Ну вот, «дожил», сам себя не узнаю! Верной и надежной подруги, подходящей мне по характеру, пока всё ещё не встретил — «в поисках», а о семье и своем домике уже задумываюсь… Тенденция? Неужто и вправду помолодел я тут, что ли? Может и действительно, «созрел» — хватит уже по свету одному неприкаянно скитаться и пора корни пускать? Почему б и не задуматься о таком?

Так и провозились почти до вечера, отвлекаясь только на перекус и купание. Как всё перенесем — плот будем из них строить. Жалко что более никого нет. Ещё б одного хотя бы кого… или больше! Втроем разбирать-то сподручно, а вот носить брёвнышки к берегу — не очень. Они хоть и не такие уж и тяжелые, неплохо высушенные на здешней жаре, но, все ж таки, вес свой имеют. И такое впечатление — что каждое последующее всё тяжелее и весомей! Но по двое было б оптимально. А то они вдвоем тянут один конец — я другой. Кряхтим, пыхтим, но тащим… Себе ж берем — не кому-то, а воя ноша не так тянет. Но откуда б тут людям взяться? Этот остров изначально «нежилой» был. Ну или «Наблюдателями-Устроителями» такой задумывался. Домик с медоборудованием — как складок, и при нем за «секьюрити» — этот самый Варан чёртов, которому «не повезло». Не повезло что мы сюда к нему вперлись и на шашлык его же и разделали. До того-то у него получалось всех «любопытных» распугивать. Что, собственно говоря, он и делал.

(Четвертый нам в +)

И ведь повезло — «четвертый» напарник к концу дня у нас-таки всё же появился! Мечты сбываются! Коллективные, когда они про одно и то же. Сами не ожидали уже и надеяться перестали. Даже и не надеялись, а так — мысли вслух… Но на этих Островах, похоже, некоторые мечты и чаяния сбываются. Не все, конечно же — далеко не все! И, порой — самым причудливым образом. Например, про обратный портал на Землю никто тут не слышал. Хотя все, так или иначе, о нем думали. Во всяком случае в первые дни, пока я один на моей «родной» Полундре сидел и потом с неё в плен к неграм попал — мечтал о таком.

Теперь… наверное нет, не нуждаюсь — мне и здесь все нравится, а кое-кто, знаю, и по сей день грезит обратной «отправкой». Но это ж нереально, так? Так что мы тут все прибыли «с билетом в один конец» — только сюда. Зато наши скромные чаяния о помощи реально сбылись — видать уж очень мы настойчиво того хотели. И, сами сначала даже не поверили что такое возможно, и главное — от КОГО столь неожиданная помощь нам пришла. Можно сказать что и уже «почти наш» Хулио Моралес постарался, а может потому что черную американку Джоли мы приютили и обогрели? Не знаю точно, но нам главное — результат. Моралес, напомню — это наш новый «лікар-зубодер» с Юты. Ну про нашу знакомую Джоли — я уже и не говорю. Опять с ней уже здесь увидались.

Там ведь как вышло — нарочно ж такого ж не придумаешь! Это только поначалу кажется что острова здесь одинокие и пустынные, да и меж ними никакой движухи чаще всего не происходит. Нет, все гораздо сложней и запутанней! Они — как сообщающиеся сосуды: убыло в одном месте — зато появилось в другом. Ну и законы притяжения, вероятно, срабатывают. Стоит появиться у берегов какого-то островка одному чьему-то суденышку или лодке, так вскоре рядом и ещё одно, а то и два или больше оказывается. Как будто закрыто было все «туманом», и вдруг стало всем видно этот клочок суши. Ну или как-то так примерно, не знаю как это правильно назвать… dd Вскоре после того как нас, рейдеров-поисковиков, начальственным «пинком» по радио в авральном порядке сдернули и, прямо таки, «катапультировали» с Юты на этот вот Варан, туда нагрянули «с визитом» американцы. Да-да, самые настоящие! Во Моралес-то с перепугу «обрадовался»!

Тоже рейдеры-поисковики, как и мы, где-то там рядом и они шарились. Они, вернее их руководство, откуда-то, и, скорее всего, от ближневосточников, с которыми уже общаются, торгуют, и меняются найденными людьми, узнали о существовании этого самого острова. Заявились, и нагло и бесцеремонно стали права качать: «где их земляк, за которым они прибыли?» «Почему без их разрешения на ИХ территории ведется какая-то деятельность?» И вообще — это их остров, раз на нем появляются их земляки." И прочее бла-бла-бла в том же духе. И как «удачно» подгадали-то! Для них удачно, не для нашего сообщества. А на острове-то ни нас рейдеров, кто изначально на контакты с кем угодно заточен, у кого полномочия вести переговоры с посторонними от нашей группы-общины есть, ни кого другого из «рашального начальства»-то и нет вовсе! Моралес пока что не в счет, он еще официально к нам не влился, и плита поставки при нем, и все его намерения — только лишь на словах. И с ним там только раненый Омар, да вот эта самая Джоли. Тоже совсем даже не наши люди. И всё! Во ситуёвина!

То, что «пиндосы» всегда и везде сверх наглючие были — мы и так всегда знали, ещё из опыта нашей «земной» жизни. Я — по службе на разных кораблях, Мишка-Мигеле — тоже где-то уже с подобными заносчивыми типами сталкивался. Как бы и не воевал он против таких вот даже… Надо будет его расспросить потом — где и как. Захочет — расскажет. Зачем это мне? А пока не знаю, а вдруг да пригодится? Из нас троих ну разве что Джамаль ранее не сподобился напрямую с такими амерами пообщаться. Он у себя на Земле только туристов видел, и еще каких-то «военных советников». Вот здесь зато сами и убедились — уже тут, какие они на самом-то деле. «Скаутами» они себя называют. Да хоть как, нам-то что? Хоть миротворцами-«писЬмейкерами»! (peacekeepers — миротворцы, англ-ам.). Суть-то одна, та же что и у нас: разведка и поиск — всего что найдут. Да и ребята там в их команде разведчиков «излишне горячие» и неплохо вооруженные подобрались. И накачанные все трое, спортивные, тренированные. Причем, не только огнестрелом и холодняком владеют — по всему видать, и какие-то особые приемы знают. Не проверял, конечно, но уверен — что-то точно могут. Не только морально на словах — но физически, на деле. И мы, если честно, ничем не лучше, но самых «ярких» и шебутных наших мы не так давно с Иваном в дорогу отправили, а то б не знаю, подрались бы — уверен на все 150 прОцентов!

Кое-кто из них с опытом военной или какой-то то ли таможенной службы, то ли «береговой охраны». Пусть их немного пока — всего трое прибыло на разведку, но Моралесу на Юте и того, более чем, хватило! Чуть не рехнулся парняга. Да и не мудрено! Сначала арабы-ближневосточники туда заявились, которые его «со-островитянина» Остина с собой забрали, потом мы, теперь вот амеры ещё… Они ж «представители Большого сообщества, за ними тутошняя Америка»… как они утверждают. Что им ему возразить-то, что противопоставить? Их-то он уже и обстреливать не решался. Стрельнешь в таких — сам потом не рад будешь! Изрешетят — и не пожалеют.

Одна радость — что у них лодочка хоть и хорошая, но небольшая и чисто пассажирская, и потому много дополнительного груза с собой положить особо-то им и некуда. Да они, в общем-то, на мелочи вроде расходников-запчастей с вытянутых машин особо-то и не смотрели — им весь остров подавай, целиком. Можно и больше… Со всем, что на нем и возле него находится. Как бы его самого не «умыкнули».

К всеобщему «счастью» туда люди с Зеланда вскоре после амеров прибыли. Во движуха-то какая пошла! А при них более «дальнобойные» рации-Переговорники, что наш Главрадист Анатолий с Дома привез. Он же сам в это время как раз только что антенну на Зеланде установил. Вот одним из первых переговоров с её помощью и стал серьёзный разговор Кота с прибывшими на Юту амерами. Понятно, с помощью переводчиков — нашлось кому его слова точно и дословно перевести.

Что уж он им сказал, как, и какими словами «объяснил» что и сама Юта, и всё, что на ней находится — законная территория и имущество нашей группы — не знаю, при сём не присутствовал, только теперь лишь результат того разговора и узнал. Лоеров -крючкотворов (legal lawyer — юрист-правовед, — англ.) у них рядом не оказалось, но обещали так просто это дело не оставить. Но результат налицо — отбыли амеры с Юты вскорости и Джоли с собой прихватили, «бонусом». Хоть что-то, хоть кого-то урвать… На что, как думаю, Моралес только обрадовался, она уже всех допекла. Как говорится — «несолоно хлебавши». Недовольные и очень сердитые — «птица обломинго» боооольшим крылом им махнула. А она, Джоли-то, им разболтала на радостях что к своим попала всё-всё, что смогла узнать — куда и за ЧЕМ мы отправились. Хоть мы ей ничего и не говорили, вроде и таились, но… Как-то поняла, «жопа чернявая»! Направление те «свои» примерно прикинули и двинули вслед за нами.

Точного нашего маршрута, они, конечно же, не знали, но им, похоже, по радио их начальство какие-то свои координаты здешнего места как-то «нарисовало». Да и проводника такого, как Джамаль у нас — у них не было. В общем, я так понял — что мы шли напрямик, по почти известному проводнику маршруту, а они по дуге, и вдобавок проверяли встреченные островки в поисках интересного. Вот на одном из них они этого чудака и подобрали. Тоже латинос, на этот раз, аргентинец. Независимый, вдобавок еще и какой-то «левак» по убеждениям. Не в гендерном отношении, «налево»-то любой из нас, правильных мужиков, сходить не прочь, если есть возможность — нет. Неуживчивый… Tabare — что в переводе с одного из тамошних местных индейских языков так и означает, независимый. Снять-то с его островка они его сняли, а за время пути он уже успел с ними всеми поцапаться, как-то поняли они друг друга и не сошлись убеждениями. Так что «сплавили» они его именно теперь уже нам. С радостью! «Нате вам то что нам негоже…»

Ну а мы — взяли и приняли в кампанию! Чего отказываться-то? «Левый» от там, или ещё какой, не «правый сектор» же, не фашист какой бритоголовый, весь в свастиках и прочем дерьме, нет. Так что разберёмся и с ним тоже. Рады были все. Мы — что помощь нам своевременно появилась, амеры что неудобный «балласт» скинули, болтливая Джоли — что нас снова увидала… Мы ей от широты душевной когти от убитого варана хотели подарить на ожерелье — отказалась, дура, не понравилась ей такая страшная «сувенирка». Ну и… х… хорошо! Найдем кого из своих дам ими порадовать — они оценят как надо. Зато ребята-амеры заинтересовались — что именно эта опасная зверюга охраняла, не оружие ли часом? Честно сказали — медоборудование, но и его теперь тут уже нет — «продали» соседям, что нас лечить от последствий отравления заглядывали. Заодно и порадовались про себя что так удачно его соседям на время и на сохранение «сплавили». Эти ухари — вполне могли б и отобрать у нас. И ничего б мы против них не сделали. Не вышло у них, опять обломили! Так что все к лучшему.

Кот — Дипломатия и Стратегия

(остров Зеланд, вечером того же долгого дня)

— Эшләр ничек? Кызык түгел? (Как дела? Не скучно? тат.) Ну что, Халил, не надоело тебе еще на месте сидеть? Готов к новым путешествиям?

— Будто ты сам не знаешь! Аж сам ты сюда примчался, на Доме не усидел… Сослал меня сюда как в ссылку! Как в прежние времена разных опальных партийных деятелей дипломатами в дальние края отправляли…

— А что, ты уже и «партию» никак задумал свою основать? А я-то и не знаю. Лихо!

— Какую-такую «партию», ты что! С кем и для чего?

— Ну раз нет, то и вправду — есть для тебя посильная Задача! И насчет дипломатии ты почти верно угадал. Арабы соседние, или кто они там, короче «ближневосточники» — возьмешься с ними переговоры провести?

— Почемуя́и на кой они-то тебе? Цель поездки какая?

— Почему — ты? Всё ещё не догадываешься? Так кто ж еще-то? Сам знаешь — и людей на все направления не хватает, и сразу доверить малознакомому что-то — не верно. Да и язык их ты знаешь, бывал в их земных странах. Ну и менталитет — тебе, правоверному мусульманину скорее поверят чем кому б то ни было из нас. Цель поездки — самая мирная. Границы обсудить, перспективы торговли и взаимовыгодного сотрудничества наметить. Если еще проще — нам с той стороны набегов удалых джигитов с джихадом ой как не надо!

Вот сам ты и съезди — своими глазами посмотри на единоверцев: чем дышат, к чему стремятся, как они там устроились, что нам от них может быть полезного, в чем они остро нуждаются. Не один пойдешь — Вазифа с тобой отпущу. Он по сельскому хозяйству и торговле с ними мосты наладит — а ты общую картину представь. Ну и Мумбайку для охраны вашего посольства, уж он-то не промахнется, если вдруг что не так пойдет. Пусть видят что у нас разные мусульмане вполне мирно с прочими уживаются, никому ни в чем обиды нет. Да чего тебя учить-то? И сам все понимаешь!

— Какую картину надо?

— Тебе раненый араб много чего рассказал, вот ты мне и скажи — КТО за ними дальше тут обосновался?

— Американцы.

— Вот именно! Пока я сюда с Дома шел — сам знаешь по сообщению Николая, что они возле Юты уже засветились. Приедет сюда — узнаем подробно что они там «хотят». Судя по всему — и до них весточка дошла что с земной Америки туда люди и машины попадали.

— Ну так кто первый нашел — того и ресурс.

— Так-то да, но это мы так считаем, а они? Кто их поймет что у них переклинит — и объявят тот остров «зоной своих жизненных интересов», как не раз на Земле-матушке проворачивали. Насколько они здесь реально сильны — не задумывался? Тебе еще и здесь война за ресурсы нужна?

— Мне — нет. Я вообще против войны. Здесь совместно выживать надо, а не в «царь горы» играть. Посидел тут — посмотрел на здешних, датчан и цыган — вот к такому выводу и пришел.

— Вот и мне — нет, не нужна. И всем нам тоже ни к чему. Причем, смотри, там-то только разведка побывала, а между нашей территорией и ими — судя по всему, как раз арабы эти и есть. Для начала их на нас натравить непременно попытаются, купят, наобещают чего-то, а потом, когда обе стороны в конфликте ослабнут — придут и заявят свою гегемонию. Над всеми. Их уже не переделать, что их, что «нагличан». Потому и посылаю тебя — упредить и по-другому все повернуть. Насколько я понял — там в руководстве сейчас и с самого начала, люди торговые, кому как не тебе с ними о чем-то договариваться? Ты ж в рекламе работал — умеешь с ними говорить убедительно? Ну вот — и сам лучше меня это знаешь.

— Ну, ладно — допустим, это-то я понимаю. Это лишь одна сторона общей картинки. Ведь есть и еще, те, что я не знаю?

— Есть, и много! Давай тогда вместе и рассмотрим ситуацию геополитически, причем со всех сторон. Наглядно, по нашей же карте, — и развернул имевшуюся у меня с собой копию.

— С той стороны от нас, за Австралией — серьезная европейская община, что там происходит и как именно — вот-вот подробно из первых рук узнаем. Когда наш катамаран «Флагман» от них вернется с честно заработанным там. Для того туда ребята и посланы, а не чужие грузы перевозить. Думаешь легко было от наших дел их отрывать и туда, в дальние края загонять? Как бы не так! Политика, мать ее… и тут она сквозит. Ну и недостаток информации. Вернутся — будем знать о них больше. Надеюсь…

По всему пока что выходит, им, тем европейцам, пока что намного выгодней с нами сотрудничать, чем воевать, но если и они ввяжутся в общий замес против нас по старой памяти — войны на два фронта мы пока ещё не потянем.

Отобьемся, по крайней мере Дом отстоим, скорее всего… а вот Австралию и, что там поблизости есть — можем потерять запросто. И насовсем. И это — неправильно, ведь и природный добываемый минерал там для здешней торговли топовый, да и, по всему, аборигены тамошние к нам скоро примкнут. На каких условиях — это уже обсуждаемые детали, с ними-то мы точно разберемся и договоримся. Главное: там возле их озерка пресноводного еще и нового народу немало расселять можно, ресурсы позволяют. Да и островок Кабул рядом, хоть и невелик он, а почти всю поверхность его фруктовые деревья занимают. Весь тот малый островок — готовый сад, только собирай да вывози постоянный урожай. Ну и остров Котелок и соседние с ним — наш опорный пункт там. Потеряем Австралию — потеряем и их, это однозначно. Это уже наш сектор, наша территория, даже «Смотрящие» — это я экспериментаторов так по-новому называю, с этим согласны и за них нам бонусы выкатывали.

Да и на самой Австралии плотные геологические изыскания надо проводить — есть там соль, добываемая открытым способом, её и шибко глубоко-то копать не надо — только бери да собирай с поверхности. И может и еще что-то не менее полезное найти там же удастся — есть к тому все предпосылки. Ну и предчувствия у меня такие. Они, хотя вещь и неосязаемая, но и пренебрегать ими не стоит. Там, где я уже полазил — а я далеко не все там видел, выходы разных пород есть. Это уже геологам да химикам, причем профессионалам надо основательно там пошарится — они лучше скажут. Нет у нас пока своих, но, думаю, как появятся — разберемся.

Дальше смотри. С Юга от наших территорий — сплошной Океан, насколько мы пока представляем. Не исключено — мы в здешнем Архипелаге — самые-самые южные. Мы — это наш сектор, так-то пока известных нам островов Грумант-Шпицберген. До ближайшей большой суши — хрен его знает сколько пилить! Да, понимаю, глубже надо разведывать, гораздо глубже и дальше, чесать там все вплотную частой гребенкой, но пока никак не до этого, с тем что есть — успеть разобраться бы. Угрозы пока оттуда нам не вижу.

С Севера от нас и ещё острова есть, да вот хотя б тех же португальцев родина, посмотреть и выяснить надо бы кто там на месте выбитых ирландцев поселился, его надо посещать, вроде как еще что-то там за ним есть. Боливийки, когда к нам на своем «плавучем курятнике» мимо шли — еще чего-то разглядели. И это все потенциально наши земли, за них и бонус могут дать, и люди там могут оказаться полезные. Например — вместо тех вооруженных ирландцев там вообще мог кто угодно оказаться. Как европейцы, так и вообще кто угодно. Тут логику верхних, — для наглядности рукой показал, — Смотрящих, вообще просчитать невозможно. Но одно ясно-понятно, кто-то да быть там уже может.

А ещё дальше — мне наш новый знакомец поведал, Серёга — там чертова мешанина самых разных народов с островов Тихого океана и Юго-Восточной Азии. Представь — Индия и Океания, это я про здешние сообщества — уже готовые союзники и базы. Там же и Пакистан здешний, неспокойные подпружиненные базовым вулканическим островом японцы, тайванцы, да даяки какие-то совершенно дикие, ещё хрен знает кто. Чего от них ожидать — вообще пока непонятно. Одну волну идиотов тамошних мы рыбам в Заливе Свиней скормили. Пополнятся людьми, найдут новых «пассионариев», окрылят очередной бредовой идеей вроде тотального джихада — и снова ломанутся наше меж собой делить, это как пить дать!

Так что с утречка, как рассветет — и двигайте «Мост Дружбы» с ближними соседями наводить. За сегодня до ночи здорового араба-механика сюда подкинут, раненого Фая сейчас смотрит — если не будет с ее стороны возражений и можно его перемещать — сопроводите их на их здешнюю родину. Железный повод и их людей до дома доставить — с таким не откажут, точно примут. Пусть и они сами им про нас расскажут что узнали — скрывать-то особо нечего, все на виду. А там уже от вас зависят — насколько удачно съездите. Согласен?

— Да куда уж теперь отказываться? Схожу. А ты в курсе что оба арабских брата к нам на постоянку уже хотят перебраться?

— Ну а почему нет-то? Хотят, значит понравилось им тут. Вот ты их сам и убедил. Хвалю — и дальше так продолжай! И работа им обоим по специальности у нас уже им есть. Будут еще желающие — сам смотри кого сюда оттуда брать-зазывать, а кого нет. Тебе это направление и дальше курировать. И здесь и всю ту сторону. Был Комендантом — станешь Полпредом. Годится? Ярар? (ладно?- тат.)

— Ярый, кабул иттем. (Хорошо, принял. — тат.) Тогда получается что с тамошними Главными надо и вопросы переезда людей согласовывать? У одного из механиков там баба есть, он ее тоже сюда перетащить хочет.

— Да, и это тоже. Ну и присмотрись к тамошним европейцам, если получится — там вроде даже есть несколько, что за люди, почему они всё ещё там сидят, а не к тем же амерам подались.

— Ярар, Алла Бирса, барып эйтэм! (ладно, Бог даст — схожу! — тат.)

— Лодку и экипаж я тебе под это дело выделю, соли на обмен, всю, сколько есть, возьмешь… меняй! Пока ты переговоры ведешь — мы часть машин с Юты-Дороги разберем и сюда перекинем. Тоже заберешь с собой что-то компактное и ценное, торгуй, меняйся, как хочешь крутись — только мир с той стороны изволь нам обеспечить!

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Кот – 3. Стратегия. Забытые Острова. Становление

Content

Кот — 3. Стратегия. Забытые Острова. Становление

Вступление

День Двадцать Пятый-1. Экскурсия по Дому и приятные новости

День Двадцать Пятый-2. «Албанский» Лагерхауз, и пополнения на Дом

День Двадцать Пятый-3. Дорога в никуда

День Двадцать Шестой-1. «Сны наяву»

День Двадцать Шестой-2. Котовы заботы

День Двадцать Шестой-3. Наивные здешние албанцы. о. Лагерхауз

День Двадцать Седьмой-1. Категории по умолчанию…

День Двадцать Седьмой-2. Остров с «Драконом»

День Двадцать Седьмой-3. «Охота на варана» и рассказ Пилар

День Двадцать Седьмой-4. Взаимодействия

День Двадцать Восьмой-1. «Зарядка для ума»

День Двадцать Восьмой-2. Заботы и Заботищи

День Двадцать Восьмой-3. Об «утятах» и утках…

День Двадцать Восьмой-4. Серегины «шатуны»

День Двадцать Восьмой-5. Дележка по-братски

День Двадцать Восьмой-6. Пилар и Николай — разговоры в пути

День Двадцать Восьмой-7. Николай — подробности возвращения

Nota bene