Рэй Морган

Тайны одинокого сердца

Глава 1

— Довольно!

Едва испуганный крик сорвался с губ Изабеллы Казали, как его унес порыв ветра, трепавшего ее густые темные волосы. Небо почернело, и луна играла с ней в прятки — как назло, она скрылась, только Изабелла ступила на запретную территорию. И еще эта проклятая гроза…

— Вот невезение, — пробормотала девушка, съежившись от нового порыва ветра.

Она знала, что ей следовало пойти домой, но она не могла вернуться без того, за чем сюда пришла. Для этого она так долго собиралась с духом, что отступить просто не могла. Ходили слухи, что на территории замка, принадлежащего местному принцу, обитают сверхъестественные существа. Раньше Изабелла считала все эти истории вымыслом, но сейчас, когда оказалась здесь собственной персоной, ей было не по себе. Каждый порыв ветра, каждый шорох в кустах приводил ее в дрожь и заставлял оборачиваться.

— Смотри, чтобы принц тебя не поймал.

Когда Суса, шеф-повар ее ресторана, произнесла эти слова в духе пророчицы Кассандры, Изабелла лишь улыбнулась. Суса часто давала ей мудрые советы, но девушка подумала, что на этот раз она преувеличивает.

— Говорят, он сам обходит свои владения в поисках молодых девушек, заблудившихся в его лесах.

— Полно тебе, Суса, — сердито бросила Изабелла. — Подобные вещи сочиняли обо всех принцах, которые жили в старом замке на протяжении последних ста лет. Насколько мне известно, королевская семья Росси всегда держалась обособленно. Если ты не общаешься с народом, плохая репутация тебе обеспечена. Их не любят главным образом из-за их таинственности, — задумчиво продолжила она. — Но готова поспорить, на самом деле они приятные люди.

— Посмотрим, как ты заговоришь, когда он схватит тебя и запрет в темнице.

Изабелле и так не хотелось идти во дворец, а тут еще Суса со своими страшными рассказами.

— Мой отец не раз ходил туда за базиликом и, насколько я знаю, никогда не попадался на глаза никому из королевской семьи. Ей-богу, ты преувеличиваешь.

Ее отец, Лука Казали, открыл удивительные свойства этой пряной травы задолго до того, как превратил свой захудалый итальянский ресторанчик в особенное место, куда люди приезжали издалека, чтобы попробовать фирменную пасту с томатным соусом. Рецепт соуса был их семейной тайной. Только несколько человек знали, что своим восхитительным вкусом он обязан травке, которая растет на склоне холма, расположенного на территории королевского имения Росси в Монта-Корренти.

В течение многих лет ее отец ходил туда за базиликом. Сейчас, когда у него болели ноги, эта обязанность перешла к Изабелле. Она немного нервничала, но была уверена, что ничего плохого с ней не случится. Она спокойно сказала себе, что все будет хорошо.

Но это было до того, как началась гроза и луна скрылась за тучей. Сейчас самые нелепые слухи о принце казались ей правдоподобными.

— Интересно, какой он, — спросила она у Сусы, — когда не соблазняет молодых женщин и не запирает их в темнице в своем замке?

Суса пожала плечами:

— Я мало о нем знаю. Мне лишь известно, что его жена погибла много лет назад и с тех пор он живет как отшельник.

— О-о. — Изабелле показалось, она слышала что-то подобное, когда была подростком, но не помнила деталей. — Как грустно.

— Говорят, она погибла при загадочных обстоятельствах, — добавила пожилая женщина зловещим тоном.

— Тебе всюду мерещится заговор, — сказала Изабелла.

— Ребенком я слышала, что принц Росси вампир, — сказала Суса со знанием дела Изабелле, направлявшейся к двери.

Сейчас в ее голове вертелось множество старых историй из детства. Они с подружками рассказывали друг другу страшилки о злодеях, похищавших женщин и державших их взаперти в своих замках, и вампирах, охотившихся по ночам за девственницами. Внезапно все эти истории начали казаться ей вероятными.

— Ну давай же, — подбодрила она себя. — Еще немного — и ты на месте.

В конце концов, что плохого с ней может случиться? Даже если она и столкнется с принцем, он вряд ли окажется таким ужасным, каким его описывала Суса. По правде говоря, она даже видела его один раз, когда была подростком. Это произошло во время ее поездки на курорт с горячими источниками, находившийся неподалеку от ее поселка. Кто-то в ее присутствии указал на него. Тогда он показался ей невероятно красивым и высокомерным.

— Старые аристократы все такие, — сказала ее подруга. — Они считают себя выше других. Лучше держаться от них подальше.

Все эти годы она так и делала. До сегодняшнего дня.

Еще чуть-чуть — и она окажется на склоне холма, где растет базилик, наполнит им парусиновую сумку и вернется домой. Разумеется, ей было бы легче, если бы дурацкий фонарик освещал дорогу дальше, чем на три фута.

— Ой! — Изабелла оступилась и чуть не покатилась вниз по склону. Как назло, фонарик выскочил у нее из рук, и через несколько секунд она услышала всплеск воды. Он упал в реку. Изабелла не имела привычки грубо выражаться, но сейчас чертыхнулась себе под нос. Чем она только думала, отправляясь сюда одна среди ночи? — Я не люблю готику, — пробормотала она вслух и продолжила подниматься по склону.

Все, чего ей хотелось, — это поскорее нарвать травы и уйти отсюда. Она не хотела, чтобы ее поймали охранники принца… или вампиры. Ветер страшно завывал, проносясь меж деревьев. Сверкнула молния. Изабелла подняла глаза и увидела всадника в черном, мчащегося к ней на огромном скакуне. От страха душа ушла в пятки, и девушка закричала что было мочи. Ее крик гулким эхом разнесся по долине, и его заглушил громовой раскат. На память стали приходить самые страшные из слышанных в детстве историй.

В этот момент всадник закричал, и ее сердце подпрыгнуло. Напуганная до полусмерти, Изабелла помчалась без оглядки. Всадник преследовал ее. Топот копыт у нее за спиной становился все отчетливее, в крике мужчины слышалась ярость.

Изабелла бежала на пределе своих сил, но вдруг споткнулась обо что-то и, потеряв равновесие, Начала скатываться вниз по склону. Она попыталась уцепиться за куст, но лишь оторвала ветку и мгновение спустя очутилась в бурлящем потоке. Холодная как лед вода сомкнулась над ее головой, и она начала захлебываться, но вдруг сильные руки подхватили ее и подняли на поверхность.

Потрясенная случившимся, она не сразу поняла, что ее кто-то куда-то несет.

Позднее она всякий раз приходила в ужас, когда вспоминала эту сцену. Как она могла так безвольно подчиниться незнакомцу? При воспоминании о его сильных мускулистых руках она могла только разочарованно вздыхать.

Луна вышла из-за туч, и серебристый свет залил пространство. Она попыталась рассмотреть лицо своего похитителя, но увидела только крепкую шею и волевой подбородок. Остальную часть лица скрывал капюшон плаща.

Она по-прежнему не могла пошевелиться, и это было безумием. Он всего лишь человек! В нем нет ничего сверхъестественного! Ей следует постоять за себя, дать ему знать, с кем он имеет дело. Но не успела она вымолвить хоть слово, как очутилась на лошади, и ее похититель сел позади нее.

— Эй, подождите-ка! — воскликнула Изабелла, когда к ней наконец вернулся дар речи. — Отпустите меня!

Возможно, в шуме ветра мужчина ее не услышал. В любом случае он ничего не ответил, и через несколько секунд они уже мчались галопом в направлении старого мрачного замка на вершине холма. От страха Изабелла едва могла дышать.

Копыта зацокали по булыжнику, освещенному огромными фонарями. Наконец они остановились. Мужчина спешился и, не церемонясь, стащил ее вниз.

Изабелла покачнулась, но сильные руки крепко держали ее сзади за плечи. Она попыталась повернуться, чтобы увидеть лицо мужчины, но он ей не позволил.

— Сюда. — Мужчина схватил ее за руку и повел к большой деревянной двери.

— Нет, — возразила Изабелла, но как-то неуверенно, и ее тело подчинилось ему. Мокрые тренировочные брюки прилипли к ее ногам, куртка тянула вниз, в кроссовках хлюпала вода. Должно быть, она представляла собой жалкое зрелище. Ей даже думать не хотелось, на что сейчас похожа ее прическа.

Где-то на территории замка завыли собаки. Или, может, волки? И кто он, человек, который напугал ее, а затем спас ей жизнь, — отважный рыцарь или коварный злодей?

Внезапно раздался очередной раскат грома, и Изабелла инстинктивно прижалась к своему похитителю, ища у него защиты. Немного помедлив, он крепко обхватил ее рукой за плечи, и по ее спине пробежала приятная дрожь.

Изабелла была слишком ошеломлена, чтобы понять, что происходит на самом деле. Она промокла до нитки и замерзла. Она находилась во дворе замка, которым ее пугали в детстве, и ее обнимал мужчина, которого она поначалу приняла за вампира. Но больше всего ее удивило то, что рядом с ним ей было комфортно. Она никогда не встречала мужчины, на которого ее тело так бурно реагировало бы.

Она уже давно решила, что в ее жизни нет места мужчинам и романтическим отношениям. От этого слишком много проблем. И вот, несмотря на все это, ее влечет к таинственному незнакомцу, который сначала ее напугал, а затем спас. Возможно, всему виной прилив адреналина.

— Мы почти пришли, — сообщил он.

Вздохнув, Изабелла закрыла глаза. Она так устала. Возможно, когда она откроет глаза, то проснется в дома в своей постели, а все это окажется страшным сном.

Посмотрев на прильнувшую к нему женщину, принц Максимилиано Ди Росси нахмурился. Он был удивлен тем, что она искала у него защиты, но еще больше его поразила собственная реакция на ее близость. Его первой мыслью было отстраниться, прервать контакт. Именно так он жил последние десять лет. Рядом с собой он позволял находиться только тем нескольким людям, с которыми его связывали близкие отношения задолго до аварии. Других посетителей он не принимал. Для этой незваной гостьи он был вынужден сделать исключение. В этой девушке было что-то такое, что пробудило в нем воспоминания. Она перепугалась и искала его помощи. Макс давно уже не держал в объятиях женщины и думал, что никогда больше не испытает этих ощущений, но судьба неожиданно преподнесла ему подарок.

Но это наслаждение не могло долго продолжаться. Когда она увидит его лицо, у нее пропадет всякое желание к нему прикасаться.

Их шаги отзывались эхом в длинных пустых коридорах замка. Кто-то кашлянул. Подняв глаза, принц увидел Ренцо в пижаме, халате и нелепых деревянных башмаках. Тот выглядел встревоженным.

— Симпатичные тапочки, — прокомментировал Макс, подняв бровь.

— Спасибо, сэр, — смущенно ответил старик, глядя на свою обувь.

Макс остановился. Он знал, что может спокойно передать гостью на попечение человека, который большую часть его жизни был ему одновременно слугой, дворецким и личным секретарем. Передать ее, уйти и никогда больше о ней не думать. Он знал наверняка, что Ренцо позаботится о ней наилучшим образом, как всегда заботился о нем.

Как просто сейчас было подчиниться внутреннему импульсу и уйти.

Тогда Макс посмотрел на женщину. Она все еще прижималась к нему, словно была уверена — он ее защитит.

И он не ушел.

Позднее он говорил себе, что им двигало инстинктивное желание защитить того, кто слабее. Он сделал бы то же самое для щенка или котенка. Несмотря на прошлое, полное отчаяния и чувства вины, он по-прежнему был готов помогать слабым и уязвимым.

— Я сам справлюсь, Ренцо, — сказал Макс, сняв свой длинный черный плащ и повесив его на спинку стула… и вдруг понял, что это означает. Ему придется пойти против своих привычек, против устоявшейся традиции. Сделать то, чего он давно уже не делал.

Ренцо выглядел встревоженным.

— Но, сэр… — начал он.

Принц перебил его:

— Скажи Марчелло, чтобы он присоединился к нам в синей комнате.

— Простите, сэр, но доктор, кажется, спит…

— Так разбуди его, — отрывисто бросил Макс. — Я хочу, чтобы он осмотрел юную леди. Она упала в реку.

— О боже, — еле слышно произнес старик, но не вышел из комнаты. Он прокашлялся, словно собирался сказать что-то еще, но Макс был слишком занят, чтобы обращать на него внимание. Он готовился к решающему моменту.

Он знал — его поведение кажется гостье странным. Большинство людей не прячут своих лиц. Ведь лицо — визитная карточка человека, то, что отличает его от других.

Но он отличался от большинства. Его лицо изуродовано, и на него невозможно смотреть без отвращения. Но он должен это сделать — повернуться и показать ей свое лицо. Пусть увидит, как выглядит ее спаситель. А он будет пристально на нее смотреть и прочитает в ее глазах ужас и потрясение. Уж лучше сразу встретиться с реальностью, чем тешить себя мечтами.

— Сюда, — отрезал Макс и направился дальше по коридору.

Девушка с такой силой вцепилась в его руку, словно боялась потеряться.

Открыв одну из дверей, он вошел со своей гостьей в комнату со стенами, обтянутыми синим бархатом. В большом камине тлели угольки.

— Садитесь. — Он указал девушке на старинный диван. — Мой кузен Марчелло терапевт. Я хочу, чтобы он вас осмотрел.

— Я не могу, — ответила она, окидывая взглядом свою одежду. — Я вся грязная и мокрая и испорчу обивку.

— Это не имеет значения, — сказал он.

Изабелла подняла свои синие глаза и слегка наклонила голову, пытаясь увидеть все его лицо, а не только левый профиль. Он шутит? Она никогда в жизни не видела такой роскоши. Люди, с которыми она общалась, не декорировали стены дорогими тканями.

— Конечно, имеет, — возразила она, чувствуя, как к ней возвращается ее привычный боевой задор. — Может, я сейчас и выгляжу не лучшим образом, но хороших манер еще никто не отменял. Я знаю, как себя вести в приятной компании.

— Приятной компании? — Он издал отрывистый звук, похожий на смешок. — Вы этого ожидаете? Посмотрим, чем мы здесь можем вам помочь.

Мужчина принялся ходить взад-вперед по комнате. Изабелла не сводила с него глаз. Сейчас она знала почти наверняка, кто он. В конце концов, она видела его тогда на курорте. Если она увидит его лицо полностью, то будет абсолютно уверена, но у него, похоже, талант держаться в тени.

— У меня из-за вас голова кружится, — сказала она, вцепившись рукой в спинку кресла, чтобы не потерять равновесие.

Он что-то пробурчал, но не остановился. Изабелла в тревоге наблюдала за ним, гадая, что он собирается с ней сделать. Он мог бы вызвать полицию, если бы захотел. Это его замок, и она вторглась сюда без спроса. Ей оставалось только ждать его решения. Она наблюдала за ним как зачарованная. Каждое его движение было преисполнено животной силы и мужественной грации. И все же она чувствовала, что в нем есть что-то потайное, скрытое.

Подойдя к двери, принц выглянул в коридор и тихо выругался себе под нос.

— В чем дело? — спросила Изабелла, готовясь к встрече с полицией.

Он повернулся к ней левым боком и произнес спокойным тоном:

— Мой кузен мог бы поторопиться. Я хочу поскорее с этим покончить.

— Я тоже, — искренне ответила она. — Послушайте, почему бы вам просто меня не отпустить?

— Нет, — твердо произнес он. — Вы останетесь здесь.

Его командный тон укрепил ее дух сопротивления.

— Я вам очень благодарна за теплый прием, — с сарказмом начала она, направляясь к двери, — но, думаю, мне пора…

— Нет. — Он сделал шаг ей навстречу и резко схватил ее за запястье: — До тех пор, пока я не разрешу вам уйти, вы останетесь здесь.

— Что вы говорите? — Упрямо выпятив подбородок, она попыталась высвободиться, но не смогла ослабить его хватку. — Похоже, вы застряли в Средневековье. Сегодня один человек может командовать другим, только если платит ему деньги.

Он придвинулся к ней ближе. Половина его лица по-прежнему была от нее скрыта.

— Вы за этим сюда пришли? Вам нужны деньги?

— Что? — Она возмущенно уставилась на него. — Конечно нет!

— В таком случае что вы здесь делаете?

Изабелла тяжело сглотнула. Сейчас было не самое подходящее время просить у него разрешения приходить раз в месяц на его холм за травой.

— Н-ничего, — произнесла она, запинаясь.

— Вы лжете.

— Вы… вы не поймете, — пробормотала она, — но уверяю вас, я не хотела причинять вам вред.

— Вред. — Он произнес это слово так, словно оно не имело смысла. — Весь вред мне уже был причинен много лет назад, — мягко добавил он.

В его тоне было столько горечи, что она поморщилась. Очевидно, сейчас он переживает не лучшие времена. Обычно такие угрюмые, неприветливые люди ее отталкивали, но интуиция подсказывала ей, что дело тут вовсе не в скверном характере.

Макс почувствовал, как ее пульс участился. Самое время сделать то, что он задумал. Он медленно повернулся, так чтобы лампа осветила его ужасный шрам. Он десять лет прятался в этом замке и ездил в лимузине с тонированными стеклами. Странное одинокое существование, и он от него очень устал. И сегодня вечером он решил, что пришло время примириться со своей участью и научиться принимать себя таким, какой есть. Больше никакого бегства от реальности. Стиснув зубы, Макс заглянул в огромные синие глаза девушки и стал наблюдать за ее реакцией.

Когда она окинула взглядом его лицо, ее глаза расширились. Макс напрягся, гадая, что она будет делать дальше, содрогнется от отвращения, откроет рот и прижмет к нему пальцы, начнет бормотать слова сожаления или просто отведет взгляд и будет смотреть куда угодно, только не на него. Так случалось всякий раз, когда он сталкивался с незнакомыми людьми. Для него оставалось загадкой, почему его до сих пор беспокоило мнение окружающих. Пришло время свыкнуться с этим, научиться игнорировать жалость и отвращение.

Удивительно, но девушка до сих пор не отвела взгляд. Вместо привычного отвращения, он прочитал в ее глазах любопытство. Она ближе придвинулась к нему, наклонила голову и протянула руку к его лицу.

Он не шелохнулся, когда кончики ее пальцев скользнули по его шраму, который начинался у виска и заканчивался рядом с уголком рта.

— О, — еле слышно выдохнула она.

И в ее взгляде не было жалости, лишь немного печали и интерес.

Глава 2

Изабелле казалось, она перенеслась на страницы готического романа. При виде зазубренного шрама, пересекавшего правую щеку принца, ее сердце сжалось от сострадания, но это чувство не было преобладающим. Больше всего ее поразила его стать, его сила, которая придавала ему особую красоту. Красоту воина, мужественного защитника. Несколько верхних пуговиц на его рубашке были расстегнуты, и в вырезе виднелась загорелая мускулистая грудь. Она чувствовала исходившее от него тепло, и оно пробуждало в ней странное желание, которое одновременно пугало ее и манило познать новое чувство.

Принц положил руки ей на плечи. Они были такими сильными и теплыми, их прикосновение — таким уверенным и в то же время нежным, что ей вдруг отчаянно захотелось прижаться губами к жилке у основания его шеи. Изабелла уставилась на нее, словно зачарованная, придвинулась чуть ближе, но вовремя остановилась, потрясенная своим внезапным порывом. А дальше? Она предложит незнакомому мужчине овладеть ею прямо здесь? Вздохнув, она подумала, что ей следует отстраниться, но не смогла собраться с духом.

Макс не был бы больше удивлен, даже если бы она его поцеловала. Время словно остановилось, когда она, глядя ему в глаза, коснулась его лица. У него перехватило дыхание. Он испытал какое-то странное новое чувство, и это ему не понравилось. Но она действительно его коснулась. Сделала то, чего не делала ни одна женщина после той ужасной аварии. Внутри у него разлилось приятное тепло, которое он уже и не надеялся когда-либо снова почувствовать. Эта женщина была уникальной. Рядом с ней он не чувствовал себя уродом. Он наслаждался драгоценными секундами ее близости. Ему казалось, это волшебный сон. Он смотрел в синие глаза незваной гостьи и видел в их темной глубине неизведанные миры, которые манили его своей загадочностью. Внезапно он обнаружил, что не в силах отвести взгляд. Или, может, он просто этого не хотел?

Кто она? Откуда пришла? Должен ли он поскорее ее прогнать или последовать своим инстинктам и сделать так, чтобы она осталась? Однако он по собственному опыту знал — инстинкты могут ошибаться.

Вдруг кто-то потрепал его по плечу:

— Сэр…

Макс был так занят своей гостьей, что не заметил вошедшего в комнату Ренцо. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы ответить.

— Кажется, я велел тебе привести Марчелло, — сказал он, по-прежнему не сводя глаз с девушки.

— Но, сэр… — Удивленный странным поведением принца, старик часто заморгал.

— Ступай.

— Хорошо, сэр. — Низко поклонившись, Ренцо развернулся на каблуках и направился к выходу.

Только он покинул комнату, как в дверях появилась Анжела, сестра Макса.

Пройдя в глубь комнаты, она окинула взглядом гостью и, высоко подняв брови, произнесла:

— Кто это, Макс?

Звук ее голоса разрушил чары и вернул их обоих к реальности. Они обернулись и посмотрели на нее. В ее глазах было удивление.

— Где, черт побери, ты ее нашел?

Глубоко вдохнув, Макс резко отстранился от Изабеллы.

У нее закружилась голова, и она схватилась за спинку дивана. В ее мыслях царил хаос, но, по крайней мере, она понимала, с кем имеет дело. В конце концов, если ты вторгаешься во владения принца, есть вероятность, что ты столкнешься с принцем. А может, даже с принцессой.

— Я ее заметил, когда она брела вверх по склону холма, — наконец сказал Макс. — Собаки не были привязаны, и я побоялся, что они могут на нее наброситься. — Он перевел взгляд с Изабеллы на сестру. — Я подъехал ближе и, должно быть, напугал ее. Она побежала, споткнулась и покатилась вниз по склону.

Анжела строго посмотрела на брата:

— И упала в реку, я так полагаю?

— Да.

— А ты… ты ее спас?

Он так крепко вцепился в спинку дивана, что костяшки пальцев побелели.

— Да, Анжела. Я ее спас. — Он повернулся и сердито посмотрел на сестру.

— Понятно. — Анжела снова переключила внимание на Изабеллу. — Но это по-прежнему не объясняет, кто она.

— Верно, — согласился Макс. — А также то, что она здесь делала. — Немного помедлив, он словно для самого себя добавил: — Так близко к реке.

Изабелла выпрямилась. Теперь, когда она вернулась с небес на землю, ее раздражало, что в ее присутствии о ней говорят в третьем лице. Какие-то несколько секунд она думала, что между ней и этим мужчиной установилась особая связь, которая навсегда изменит ее жизнь. Но сейчас она поняла, что обманулась. Как обычно.

Сначала он ее напугал, затем околдовал своей неповторимой мужественной красотой и нежностью, а сейчас ведет себя так, словно она мокрая кошка, которую не следовало впускать в дом. Ее разочарованию не было предела. Гордо вскинув подбородок, она с вызовом посмотрела на Марка и Анжелу:

— Меня зовут Изабелла Казали. У нас с отцом свой ресторан на площади. Он называется «Роза». Возможно, вы там бывали.

— Я знаю его, хотя мы никогда там не ели. — Анжела небрежно улыбнулась. — Мы обязательно как-нибудь попробуем вашу еду.

Изабелла была удивлена. Все в городе ели в «Розе».

— Вы никогда ничего не заказывали на дом в нашем ресторане? — недоверчиво спросила она.

— Нет.

Она перевела взгляд с сестры на брата. Несмотря на свою злость, она была вынуждена признать, что ее по-прежнему к нему влечет. В его стройном мускулистом теле удивительным образом сочетались сила и грация. Он принадлежал к тем людям, чей образ надолго врезается в память. А этот шрам… Она никогда не видела ничего подобного раньше. Он придавал его облику загадочность.

— Возможно, вам больше придется по вкусу «Сорелла», ресторан моей тети, — добавила девушка. — Там интернациональная кухня и всевозможные кулинарные новинки. Он находится рядом с «Розой».

Макс покачал головой.

— У нас есть свои собственные повара, — просто ответил он. — Мы не едим в ресторанах.

Изабелла опустила голову. Ее поставили на место, и продолжать разговор на эту тему бессмысленно.

— Ну разумеется, — пробормотала она.

— Уверена, мы можем сделать исключение, — сказала Анжела, бросив на брата взгляд, который говорил, что нужно быть любезнее с простыми людьми. — Давайте продолжим знакомиться. Это принц Максимилиан Ди Росси, владелец замка, а я его сестра Анжела. Впрочем, если вы живете в Монта-Корренти, вам и так это известно.

Изабелла не ответила. Ей понадобилось немного времени, чтобы связать все нити воедино. Разумеется, ей было известно, что замок принадлежал принцу Росси. Когда она была ребенком, в замке жил принц Бартоломью. Скорее всего, он приходился Максу отцом. Если она не ошибалась, он был женат на красивой киноактрисе, которая редко приезжала с ним сюда. У них было двое детей, и они жили здесь время от времени.

— И это возвращает нас к вопросу о том, что вы делали на моей земле, — холодно произнес Макс. — Поскольку вы местная, уверен, вы должны были знать, что совершаете правонарушение.

Изабелла снова вскинула подбородок:

— Да, я это знала.

— И? — произнес он, пронзая ее взглядом.

Изабелла резко вдохнула. Ее поймали на месте преступления, не так ли? Разве ей остается что-то еще, кроме как во всем признаться? Но это означало бы рассказать об уникальном базилике, растущем на его холме, а ей не хотелось.

«Если бы я мог запатентовать базилик Монта-Роза, я бы это сделал, — часто твердил ее отец. — Только никому о нем не говори. Если другие начнут его использовать, у нас возникнут серьезные проблемы. Мы можем разориться».

Именно потому она и не хотела признаваться Ди Росси, с какой целью сюда пришла. Но сейчас она поняла — у нее нет выбора. Они вряд ли будут жалеть какую-то там траву и уж точно не продадут рецепт их конкурентам.

— Видите ли, есть одна пряная трава, которая произрастает лишь на южном склоне вашего холма над рекой. — Изабелла невинно пожала плечами. — Она нужна мне для фирменного блюда нашего ресторана.

— Она вам нужна? — Анжела презрительно фыркнула. — Вы понимаете, что это воровство?

Изабелла нахмурилась.

— Я бы не стала так это называть, — возразила она.

— А как стали бы? — холодно спросил Макс.

Она пожала плечами:

— Может, заимствование?

Макс посмотрел ей в глаза, и на мгновение между ними снова установилась связь.

— Заимствование? — мягко повторил он.

Изабелла кивнула.

— Разве для этого не требуется согласие того, у кого заимствуют?

— Я… э-э… вы могли бы дать мне ваше согласие, — предложила она, зачарованная его большими темными глазами. Ее сердце бешено колотилось, словно между ней и этим мужчиной что-то происходило. Но ничего не было. Совсем ничего.

— Никогда, — отрезал Макс, холодно глядя на нее. — Река слишком опасна.

Чутье подсказывало Изабелле, что внутри него заперта мощная энергия. Как выпустить ее на волю? Смогла ли бы она это сделать? Осмелилась бы попробовать?

По какой-то причине ей казалось, что они всегда знали друг друга. Возможно, в прошлой жизни они даже были любовниками. При этой мысли у нее перехватило дыхание.

Когда голос Анжелы, пожелавшей им спокойной ночи, вернул ее к реальности, Изабелла испытала разочарование, поняв, что Макса сейчас занимают совсем другие мысли. Очевидно, он хотел поскорее со всем этим покончить.

— Может, присядете? — предложил он Изабелле.

Его сестра обернулась на пороге и грубо отрезала:

— Она вся мокрая.

Изабелла говорила Максу то же самое, но почему-то, произнесенные Анжелой, эти слова прозвучали как оскорбление. Девушка закусила губу. Почему она позволяет чужим людям играть ее чувствами? Ей не место здесь. Она должна как можно скорее отсюда убраться.

Повернувшись, Изабелла быстро направилась к двери.

— Я не хочу вам мешать, — бросила она, проходя мимо принца. — В любом случае мне пора возвращаться домой.

Макс резко выбросил руку и схватил ее за плечо.

— Вы никуда не пойдете, пока Марчелло вас не осмотрит.

Раздраженно вздохнув, Изабелла покачала головой, собираясь возразить, но сестра принца ее опередила.

— Разве ты не видишь, в каком она ужасном состоянии? — отрывисто бросила Анжела. — Пусть примет душ перед тем, как встретится с Марчелло. Пойдемте со мной, — приказала она Изабелле, словно та ее служанка.

Только сейчас девушка начала понимать, в каком дурацком положении оказалась. Ее поймали на месте преступления, и она заслужила выговор. Но ситуация стала выходить из-под контроля. В конце концов, если принц так не хочет, чтобы она находилась в его владениях, почему он просто ее не прогонит? Зачем он притащил ее сюда, в замок? Да, она промокла до нитки, но это ведь не смертельно.

— Почему я не могу уйти сейчас? — начала она, снова поворачиваясь к двери.

— У вас нет выбора, — спокойно ответил Макс. — Вам нужно вымыться и переодеться.

— Но…

— Ступайте с моей сестрой, — сказал принц. Его голос был тихим и спокойным, но в нем крылось что-то такое, что заставило Изабеллу посмотреть на Макса. Она была удивлена — ей вдруг захотелось ему подчиниться. — Вы упали с нашего холма в нашу реку, поэтому будет справедливо, если мы вам поможем.

Изабелла находилась в замешательстве. Это было незаконное вторжение, а не визит вежливости. Все же она последовала за Анжелой. В дверях она обернулась. Принц наблюдал за ней, прислонившись к спинке дивана. Когда их взгляды встретились, он тут же опустил глаза. Ее сердце подскочило, она быстро отвернулась и вышла в коридор, но дрожь, вызванная его взглядом, еще долго ее не покидала.

Макс смотрел на то место, где только что стояла Изабелла, прислушиваясь к стихающему стуку шагов в коридоре. Как же давно он не испытывал сексуального влечения! Перед его внутренним взором возник образ его прекрасной жены Лауры, и он закрыл глаза, чтобы его удержать. Но он неожиданно растаял, и на его месте возник другой.

Его глаза распахнулись, и он тихо выругался. Эта девушка, Изабелла, совсем не похожа Лауру. Почему тогда он видит ее в своем воображении? Глупо даже их сравнивать. Она — простая сельская девчонка. Она ничего для него не значит.

Макс медленно поднял руку и коснулся шрама на лице. Он хотел почувствовать то, что почувствовала она, когда дотронулась до него. Какая странная девушка. Ее реакция отличалась от реакции всех, с кем он когда-либо встречался, и это приводило его в замешательство. Интриговало. Она увидела что-то, чего никто не видел? Что ее так заинтересовало в его лице? Неужели что-то изменилось с тех пор, когда он в последний раз смотрел на себя в зеркало?

Нет. То же самое лицо. Тот же самый шрам. Макс отдернул руку и повернулся к камину. На какое-то мгновение он почти возненавидел Изабеллу. Она принадлежала к тому миру, от которого он отгородился десять лет назад. Он приложил много усилий, чтобы держать этот мир на расстоянии, и вот сейчас этот мир, похоже, сам к нему пришел. Чтобы оставаться в здравом уме, он должен сопротивляться его искушениям. Этот мрачный замок был его реальностью. По-другому никак.

Выйдя из-под горячего душа, Изабелла огляделась. Комната с высоким потолком, огромной ванной на бронзовых ножках посередине и старинным водопроводом была по-старомодному роскошной. Девушка быстро вытерлась и подошла к зеркалу, чтобы осмотреть свои повреждения.

Увиденное заставило ее сначала вздохнуть, затем рассмеяться. Под правым глазом у нее красовался фингал. Как она объяснит его появление посетителям? Застонав, она принялась осматривать остальные части тела. На левом бедре обнаружился большой болезненный синяк, под правым коленом глубокий порез.

Повернувшись, она посмотрела на одежду, которую приготовила для нее Анжела, — кремовый свитер и коричневые эластичные брюки. Наряд был полностью в ее вкусе, поэтому она надела его без промедления, прикрыв кровоточащую рану салфеткой.

— Вы оделись? — послышался за дверью голос Анжелы, когда она расчесывала волосы.

Изабелла впустила принцессу, и та ей сообщила:

— Марчелло уже спустился. Они с Максом будут ждать вас в синей комнате. — Она зевнула. — Я ложусь спать. Спокойной ночи, милочка.

— Подождите. — Повернувшись, Изабелла немного помедлила, затем, набравшись смелости, спросила: — Что случилось с его лицом?

Анжела долго смотрела на нее, прежде чем ответить.

— Он попал в дорожную аварию. Это было почти десять лет назад, в ту самую ночь, когда… — Остановившись, она покачала головой. — Мы были уверены, что он не выживет.

— К счастью, он выжил.

Анжела отвернулась:

— Да, но его лицо… Знаете, он был довольно красив.

Изабелла пожала плечами:

— Почему был? Он и сейчас красив.

Повернувшись, Анжела пристально посмотрела на Изабеллу:

— Вы правда так считаете?

— Да.

— Что ж… — произнесла принцесса, затем состроила гримасу и отвернулась. — Спокойной ночи, Изабелла. Уверена, Макс позаботится о том, чтобы вы благополучно добрались до дому.

Изабелле хотелось возразить из духа противоречия, но она поблагодарила Анжелу и, когда та покинула ванную, продолжила приводить себя в порядок. Все это время она думала о том, как бы ей выбраться из замка, избежав встречи с принцем и его кузеном. С ней все в порядке. Она не нуждается в медицинской помощи. Еще меньше ей нужно было снова столкнуться с принцем. Единственное, что ей нужно, — это базилик, за которым она сюда пришла. Но похоже, сегодня не ее день. Ей придется прийти сюда в другой раз. Ведь это возможно, не так ли? Теперь, когда она знает про собак…

Ладно, она подумает над этим позже. Прямо сейчас ей нужно незаметно отсюда выбраться. Она бросила последний взгляд в зеркало и застонала. Как ей скрыть синяк от посетителей?! Изабелла вспомнила о том, как коснулась лица принца, и удивилась собственной смелости. Что ею овладело в тот момент? Она не имела привычки трогать лица людей.

Что там Суса рассказывала о принце? Кажется, она говорила, что его жена погибла и он с тех пор живет как отшельник. Возможно, это объясняет его холодность и отстраненность. Покачав головой, Изабелла отвернулась. Странная ночь. Она делает странные вещи, которых никогда раньше не делала. Пришло время отсюда убираться.

Взяв пакет с мокрой одеждой, девушка тихо вышла в коридор. Она знала, в какой стороне находится синяя комната, поэтому быстро пошла в противоположном направлении, пока ее никто не заметил.

Вскоре она нашла дверь, которая могла вести наружу. Открыв ее, она переступила через порог и снова упала…

На этот раз прямо в объятия принца.

Глава 3

Изабелла закричала. Кажется, это вошло у нее в привычку. За всю свою предыдущую жизнь она так много не кричала. Принц держал ее всего несколько секунд, прежде чем она вырвалась из его объятий. Она испытывала раздражение и в то же время в глубине души снова наслаждалась его близостью. Возможностью прижаться щекой к его груди и услышать стук его сердца. Луна снова вышла из-за туч, и ее бледный свет проникал в окошко над головой. Что могло быть романтичнее, чем прижаться к нему всем телом и…

Разумеется, все это глупые девичьи мечты. Изабелла не позволяла себе предаваться им с тех самых пор, как в школе была влюблена в мальчика по имени Романо Пуччини. Если ты теряешь контроль над своими чувствами, начинаются проблемы. Именно этот горький урок она познала тем далеким летом.

— Вы во второй раз за сегодняшний вечер напугали меня до полусмерти, — произнесла она обвиняющим тоном.

— И во второй раз застаю вас там, где вам не следует находиться, — отрезал Макс.

— Это верно только в том случае, если правила устанавливаете вы.

Он придвинулся ближе, и в свете луны она увидела бледный серп шрама на его лице. В эту секунду оно показалось ей сверхъестественным, загадочным и… невероятно привлекательным.

— А почему я не должен устанавливать правила? — твердо сказал он. — Это мой дом, забыли?

— Но я не просила вас меня сюда притаскивать.

— Вы вторглись в мои владения и еще пытаетесь командовать?

Он прав. Ей не следует так с ним разговаривать. Внезапно она почувствовала сильную усталость.

— Знаете, я… я просто хочу вернуться домой, — произнесла она дрожащим голосом.

Принц взял ее за руку:

— Мы все хотим того, чего не можем иметь.

В его тоне было столько горечи, что она не обиделась на его слова. Неожиданно на нее накатила волна печали. Изабелле захотелось нежно его коснуться, помочь ему. Но затем она вспомнила — он принц, а она простая сельская девчонка. Что она может сделать, чтобы его утешить?

— Пойдемте со мной в синюю комнату. Марчелло вас осмотрит, — сказал он. — Потом я велю кому-нибудь отвезти вас домой. Нужно поскорее со всем этим покончить.

— Моя машина стоит внизу у южной стены, — произнесла Изабелла, краснея.

— Значит, из поселка вы ехали на машине, припарковались у стены, а потом что? Перелезли через нее? — цинично усмехнулся Макс.

— Не совсем, — уклончиво произнесла она, не желая говорить, что проникла на территорию замка точно так же, как все эти годы туда проникал ее отец. Только он ни разу не попадался.

— Не хотите говорить? Собираетесь скрыть это от меня, чтобы снова сюда залезть? — Они завернули за угол. — Но я бы не советовал вам так поступать, Изабелла Казали. С завтрашнего дня собаки постоянно будут отвязаны. — Он пронзил ее взглядом. — Я не хочу, чтобы вы приближались к чертовой реке.

Остановившись у двери в синюю комнату, Макс повернулся и посмотрел на Изабеллу. Свет был достаточно ярким, и он наконец разглядел ее синяки.

— О боже! — Он взял в ладони ее лицо, чтобы как следует его рассмотреть. — Я видел, что ваше лицо пострадало, но чтобы так…

— Все в порядке, — произнесла она, глядя на него с удивлением. Его близость завораживала. Эмоции возобладали над здравым смыслом, и внезапно ей безумно захотелось, чтобы он ее поцеловал. Осознание этого подействовало на нее как ушат холодной воды. О чем она только думает? — Я… я в порядке.

— Больно смотреть, когда что-то портит такую красоту, — произнес он так искренне, словно это действительно его расстраивало. Его взгляд скользил по ее лицу, словно он хотел удержать в памяти каждую его черточку. — Вы такая… такая…

Затем он поцеловал ее. Едва коснулся губами ее лба прямо над глазом, под которым красовался синяк. Изабелла вздохнула от удовольствия, хотя этот поцелуй не был проявлением чувств. Она знала, что таким странным образом Макс словно пытается стереть причиненный ей вред. Его взгляд по-прежнему оставался холодным.

Но все же он ее поцеловал.

— Эй, вы еще долго там? — произнес низким голосом стоящий в дверях мужчина. — Я мог бы вернуться к себе в комнату и вздремнуть, а вы позвали бы меня, когда освободились.

Изабелла ахнула. Принц выпрямился и притворно сердито посмотрел на своего кузена. Было очевидно — за их добродушным поддразниванием скрываются по-настоящему близкие отношения.

— Изабелла, это Марчелло Мартелли, мой кузен.

— Рад с вами познакомиться, Изабелла, — сказал Марчелло, пожимая ей руку. — Обещаю, больно не будет.

Марчелло оказался молод и очень красив. Они с Максом были очень похожи, и Изабелла предположила, что так принц выглядел бы без шрама. Здороваясь с Марчелло, она не смогла сдержать улыбки. Босой, в джинсах и футболке, с взъерошенными волосами, он ничем не отличался от ее знакомых молодых людей из поселка.

— Слышал, вы упали в реку, — произнес Марчелло, усаживая ее на старинный диван.

— Да, — серьезно ответила она.

— Но к счастью, Макс вовремя подоспел, чтобы вас спасти.

Повернув голову, девушка посмотрела на принца, стоящего в тени. Он отвернулся, словно его рассердили слова кузена. Она нахмурилась. Почему Макс так себя ведет?

— Это он вам так сказал?

Марчелло ухмыльнулся:

— А как все было по-вашему?

Изабелла искоса посмотрела на Макса.

— По-моему, все было вот как. Я шла вверх по склону холма, когда вдруг впереди появился черный всадник, похожий на ангела мести, и понесся прямо на меня. Я испугалась и побежала. Затем споткнулась обо что-то и упала в реку. — Она пожала плечами. — Вот такая история.

— Значит, во всем виноват Макс, — произнес Марчелло с понимающей улыбкой.

— Конечно, — невинно произнесла Изабелла и посмотрела на принца. Он ходил взад-вперед, как тигр в клетке.

— Не понимаю, что вас так напугало в Максе, что вы от него побежали, — сказал Марчелло, открывая свой черный чемоданчик. — Мне он совсем не кажется страшным, — добавил он, насмешливо глядя на своего кузена.

Если она скажет правду, будут ли они над ней смеяться? Посчитают ли ее полоумной? Она снова посмотрела на Макса. Выражение его лица было надменно-холодным, и это ее раззадорило.

— Уверена, вы знаете, что об этом замке ходят легенды, — произнесла она. — Я их слышала еще в детстве.

Макс остановился.

— И что же это за легенды? — сердито спросил он.

Зная, что ее ответ может его разозлить, Изабелла медлила. Она уже начала жалеть, что завела разговор на эту тему.

— Я знаю, о чем она говорит, — заявил Марчелло. — Жителям поселка нравится считать местного принца современным Казановой, который соблазняет женщин и унижает мужчин. — Он улыбнулся Максу. — Мы вынуждены признаться — в нашем роду были распутники и дегенераты.

Пожав плечами, принц отвернулся, и Изабелла закусила губу, после чего мягко добавила:

— И вампиры.

Оба мужчины удивленно на нее уставились:

— Что?!

Ее подбородок взметнулся вверх, глаза засверкали.

— Вампиры, — произнесла она более твердо и, пока они не начали смеяться, пояснила: — Ходят слухи, что в вашей семье были вампиры. Я знаю, все это чушь собачья. Просто… Просто вы так неожиданно появились из темноты и понеслись на меня, и я подумала… — Она повысила тон, чтобы он не смог ее проигнорировать: — Я приняла вас…

Марчелло наклонился вперед и посмотрел на нее с неподдельным интересом:

— И за кого вы его приняли?

Изабелла выпрямилась.

— Я… я думала, что Макс вампир. Всего секунду или две, — поспешно добавила она и посмотрела на принца, стоявшего в тени. Она бы многое отдала, чтобы увидеть выражение его глаз. Его реакция оставалась для нее загадкой, и это сводило ее с ума.

— Вы серьезно? — Реакция Марчелло, напротив, была ей ясна. — Вампир?

— В конце концов, вы выскочили из леса верхом на огромной лошади, на вас был черный плащ с капюшоном. Луна спряталась за тучей. Одним словом, мне все это напомнило сцену из фильма про вампиров.

— Изабелла, думаю, вы ошибаетесь, — спокойно произнес кузен принца. — Это Италия, а вампиры, насколько мне известно, обитают в Трансильвании.

Разумеется, он был прав, но она не собиралась так быстро это признавать.

— То есть вы считаете, что итальянец не может быть вампиром?

Марчелло пожал плечами:

— А ты что думаешь по этому поводу, Макс? Я бы сказал, шансы наткнуться здесь на вампира невелики.

Макс ничего не ответил, но Изабелла не собиралась уступать.

— Говорят, вампиры есть повсюду.

— Понятно, — усмехнулся Марчелло. — И скольких вы встретили за свою жизнь?

Она искоса посмотрела на него:

— Вынуждена признаться, немногих.

Он кивнул:

— Интересно.

Его реакция начинала ее раздражать, но гораздо хуже было то, что принц все время молчал. Ей хотелось узнать его отношение ко всему этому, но он по-прежнему не демонстрировал никакой реакции.

— Значит, у вас небольшой опыт общения с вампирами.

— Только с Максом, — язвительно бросила девушка.

Наконец она добилась своего. Макс резко повернулся и так же неожиданно возник перед ней, как напугавший ее черный всадник. Он стоял так, что его шрам был полностью виден. От его напряженной фигуры исходила пугающая сила.

— Мисс Казали, — произнес он ледяным тоном, глядя ей прямо в глаза, — можете считать меня кем угодно, но я не вампир и никогда им не был. Выбросьте из головы всю эту чушь.

Кивнув, Изабелла робко произнесла:

— Хорошо.

Какое-то время он пристально смотрел на нее, и от этого взгляда внутри у нее все сжалось в комок, как если бы она мчалась на мотоцикле на огромной скорости.

— Марчелло? — сказал он, затем вернулся в тень.

Его кузен начал осматривать Изабеллу, и на какое-то время их перепалка прекратилась. При виде ее заплывшего глаза он сочувственно покачал головой:

— Лед поможет снять отек, но с синяком ничего поделать нельзя. Он будет проходить долго.

То же самое он сказал об ушибе на ее бедре. Порез на ноге потребовал наложения швов. Больше повреждений, к счастью, не было.

Она послушно сидела и молчала. Все ее мысли занимал принц Ди Росси и его дом. Что она до сих пор делает в его замке?

Макс не находил себе места. Ему хотелось, чтобы эта девушка как можно скорее отсюда ушла. Ее присутствие беспокоило его, оно напомнило ему о тех днях, когда была жива Лаура. Их совместная жизнь длилась всего полтора года, но это было время абсолютного счастья, о котором можно только мечтать. Сейчас, оглядываясь назад, он думал, что их жизнь была слишком беспечной. Возможно, проблема заключалась в том, что они воспринимали свое счастье как должное. Не знали, что за этим может последовать страшная расплата.

Изабелла знала — принц за ней наблюдает. Под его взглядом у нее в груди разгорелся огонь, который с пугающей быстротой начал распространяться по остальным частям ее тела. Не то чтобы она не привыкла к мужскому вниманию. Она была красива и знала, что многие находят ее очень сексуальной. Но большую часть времени Изабелла была очень занята, и ей было не до противоположного пола.

Совсем недавно ее друг Джино обвинил ее в холодности и бессердечности. Это глубоко ранило Изабеллу. Он предложил ей поехать на выходные в Рим, а она отказалась. Тогда он в порыве гнева заявил:

— Все, что тебе нужно в жизни, — это вкалывать в ресторане, чтобы твой отец был доволен. У тебя никогда не будет детей. Тебя ждет участь старой девы, наседки, кудахчущей над своими великовозрастными цыплятами — драгоценными братьями и больным отцом.

Она легко рассталась с Джино, но от его слов у нее в душе остался неприятный осадок. В последнее время они часто вертелись у нее в голове. Действительно ли все так? Неужели она и в самом деле настолько поглощена заботой о своих родных, что перестала чувствовать себя желанной? Неужели в ее жизни никогда не найдется места мужчине? А вдруг Джино прав? А если с ней действительно что-то не так?

Но события этого вечера развеяли ее сомнения. С ней все в порядке. Она может иметь отношения с мужчинами. По крайней мере дружеские. Она понравилась Марчелло, и они нашли общий язык. А Макс… Он поцеловал ее, не так ли? Это было легкое утешительное прикосновение, но все же поцелуй есть поцелуй. Даже несмотря на ее синяки, его к ней влекло. Ее тоже к нему влекло, и в этом вся беда. Она не помнила, когда в последний раз прикосновение мужчины приводило ее в трепет. Но есть ли у нее здесь шансы? Разумеется, никаких.

«Хватит мечтать, Изабелла, — мысленно бранила она себя. — Он принц, ты работаешь в ресторане. Ну и что с того, что вас физически тянет друг к другу? Между вами не может быть ничего серьезного, и тебе лучше об этом забыть».

Закончив накладывать ей швы, Марчелло убрал в свой чемоданчик медицинские принадлежности. Они с Максом обменялись парой фраз, после чего принц произнес слова, заставившие ее похолодеть.

— Нам нужно усилить здесь охрану, — сказал он, даже не глядя в ее сторону. — Я не хочу, чтобы кто-нибудь приближался к реке.

— Тебе собак мало? — спросил Марчелло.

Макс пожал плечами:

— Собаки не могут быть все время повсюду. Мы установим сигнализацию и камеры наблюдения, так что через дыры в стене сюда больше никто не проникнет. Нам следовало сделать это уже давно.

Изабелла вздохнула. Слова принца означали, что у нее не будет второго шанса. И как ей теперь поступить? Нанять Джеймса Бонда?

Марчелло пошел к себе спать. Отправив Ренцо за машиной Изабеллы, Макс снова принялся измерять шагами комнату, держась от девушки на расстоянии. Та лихорадочно подыскивала подходящую тему для разговора, чтобы разрядить напряженную обстановку.

— Мне понравился ваш кузен, — произнесла она наконец. — Я очень ему признательна за медицинскую помощь. — Она тепло улыбнулась и попыталась пошутить: — Вы очень любезны по отношению к непрошеным гостям.

— Марчелло мне не только кузен, но и друг. Когда-то мы с ним были очень похожи, — рассеянно произнес Макс, словно разговаривая с самим собой. — Нас принимали за родных братьев.

Изабелла кивнула.

— Он очень красивый, — сболтнула она не подумав и покраснела, когда представила себе его реакцию.

Брови Макса взметнулись вверх, но он не произнес ни слова. Изабелла тоже промолчала, однако ей многое хотелось ему сказать. Например, то, что его лицо намного интереснее, чем лицо его кузена. Что в нем помимо красоты есть нечто большее. Характер, история и тайна. Она не знала, что это за тайна, но нечто неуловимое указывало ей на душевную боль и страдания. Его лицо было картой человеческой трагедии, произведением искусства.

Чем больше она об этом думала, тем больше убеждалась — Макс привлекает ее больше Марчелло. Она видела в нем особую редкую красоту, но не могла ему об этом сказать. Макс подумал бы, что она ему льстит, возможно, даже в корыстных целях.

— Вы оба очень красивы, — произнесла она, набравшись смелости.

Принц пожал плечами и отвел взгляд:

— Мое лицо такое, какое есть. Такое, каким я его сделал. Это мой крест.

Разочарованная, Изабелла молча откинулась на спинку дивана. Неужели он не понимает, что шрам нисколько его не портит?

— Знаете, что я думаю? — начала она. — Я думаю, вам нужно прийти в мой ресторан. Вам следовало бы почаще выходить из дому, и…

Принц мрачно выругался, и этого оказалось достаточно, чтобы она замолчала.

— Вы не имеете ни малейшего понятия, о чем говорите, — отрывисто бросил он.

Разумеется, она не понимала, но зачем так грубить? Она всего лишь пыталась помочь.

Закусив губу, Изабелла начала думать, как ей вести себя дальше. По какой-то странной причине всякий раз, когда Макс ей приказывал, ей хотелось ему подчиняться. Пришло время положить этому конец, а то он начнет считать ее бесхарактерной. Да, он принц, а она никто, но это не имеет значения. Она не привыкла безропотно подчиняться. Зачем начинать сейчас?

Поднявшись с дивана, Изабелла уперлась руками в бока и гордо вскинула подбородок.

— Думаю, мне следует вам сказать, что в действительности я не считала вас вампиром, — сказала она для начала.

Холодно посмотрев на нее, Макс кивнул:

— Я с самого начала так и думал.

— Однако вы склонны к жестокости. — Она серьезно посмотрела на него. — Послушайте, мне правда очень нужна трава с вашего холма…

— Нет, — произнес он не терпящим возражений тоном.

— Но…

Принц поднял руку, и она замерла на месте.

— Если уберегать вас от блуждания по опасному склону жестоко, то я жесток. Простите, но это не подлежит обсуждению.

— Но…

— Нет. Вы больше не должны сюда приходить, и точка. — Будто желая подчеркнуть эти слова, он поднялся. Он выглядел суровым и неприступным, как скала. Когда он встретился с Изабеллой взглядом, ее покинул дух сопротивления. Она была не в силах произнести ни слова.

Обстановку разрядил вернувшийся Ренцо:

— Машина юной леди здесь, сэр.

Принц повернулся и кивнул:

— Спасибо, Ренцо.

Было уже очень поздно. Часы в холле пробили час ночи. Макс понимал — Изабеллу следовало бы проводить до дому. Этого требовал рыцарский долг. Но здравый смысл запретил ему так поступать. Поэтому он просто ей кивнул, держась на расстоянии, чтобы не поддаться искушению и не поцеловать ее снова.

— Ренцо проводит вас до машины, — отрезал он. — Спокойной ночи.

Изабелла открыла рот, чтобы с ним попрощаться, но не успела, потому что в этот момент он развернулся на каблуках и быстро скрылся в глубине своего мрачного замка.

Изабелла вздохнула. Ей вдруг стало холодно и одиноко. Ренцо проводил ее до машины, и она поехала домой, полная разочарования. Она чувствовала, что ее жизнь уже не будет прежней, даже если она больше никогда не увидит Макса.

Глава 4

Следующим утром Суса, как обычно, месила тесто для пирогов.

— Ну, как там принц? — спросила она Изабеллу.

Почувствовав, как ее щеки заливает краска, та сделала вид, будто что-то ищет в огромном холодильнике.

— Какой еще принц?

— Тот, что засветил тебе в глаз, — ответила пожилая женщина. — Только не говори, что я тебя не предупреждала.

Повернувшись, Изабелла посмотрела на Сусу, подумав, какой невыносимой та иногда бывает.

— Меня никто не бил. Я… сама упала.

— А-а. — Суса кивнула, ее серые глаза озорно блестели. — Значит, он тебя ударил и ты упала?

— Нет! — Раздраженно застонав, Изабелла отправилась в кладовку за ингредиентами для томатного соуса. Она не собиралась никому рассказывать о том, что случилось. Плотно сжав губы, она начала готовить соус, делая вид, будто не понимает, о чем говорит Суса.

Изабелла пока не могла это обсуждать. Она даже сама точно не знала, что произошло. Сейчас все пережитое казалось ей сном. Она постирала одежду, которую ей одолжила сестра принца, и отправила ее во дворец. Никаких вестей она оттуда не получила. Ей следовало все это забыть и продолжать жить дальше. У Изабеллы были другие, более важные дела. Она решила отложить их до тех пор, пока не сходит за базиликом Монта-Роза. Без базилика их ресторан находится в большой опасности.

Лука Казали, ее отец и основатель «Розы», запаниковал, когда она в общих чертах поведала ему о случившемся и предположила, что произойдет с их семейным бизнесом без базилика Монта-Роза.

— О чем ты говоришь? — возмутился он. — Старый принц разрешал мне приходить в любое время.

Это стало для Изабеллы новостью. Она ничего не слышала ни о каком разрешении. Возможно, ее отец это выдумал, чтобы при наследнике принца Бартоломью проникать на территорию замка без зазрения совести.

— А новый принц запретил.

— Новый принц? — Отец уставился на нее. — Ты с ним разговаривала?

— Да, немного.

Он нахмурился:

— Держись подальше от королевских особ, Изабелла. Нам, простым людям, не следует с ними общаться. Они считают, что высокое положение дает им право нами командовать.

— Но, папа, я собираюсь снова туда пойти и попросить разрешения…

— Тебе не нужно никакое разрешение.

Изабелла вздохнула. Неужели он не понимает, что обстоятельства изменились?

— Я сам туда пойду, — проворчал Лука.

Он попытался подняться, и Изабелла поспешно усадила его обратно в кресло.

— Папа, ты никуда не пойдешь, — раздраженно произнесла она.

— Неужели ты не понимаешь, как это важно? Базилик Монта-Роза — основа наших фирменных блюд и нашего благосостояния. Без него мы ничем не будем отличаться от остальных. Именно из-за него к нам ходят люди. Это душа нашей кухни.

Ее беспокойство усилилось.

— Но, папа, если я больше не смогу его достать…

Лука покачал головой. Очевидно, он не хотел понимать, в чем заключается трудность.

— Ты сможешь его достать. Разумеется, сможешь. — Он посмотрел на нее своими усталыми синими глазами. — У меня никогда с этим не возникало проблем. Я всегда ходил туда на рассвете. С молодости я проникал на территорию замка через узкое отверстие в стене, затем шел вдоль реки и поднимался по склону холма туда, где чудесные растения покачивались на ветру в первых лучах утреннего солнца. — Он нахмурился. — Если ты не в состоянии сделать такую простую вещь, тогда это сделаю я сам. Даже я на своих больных ногах могу подняться на этот холм. Я еще ни разу не возвращался оттуда с пустыми руками.

Значит, он считает ее неудачницей. Изабелла вздохнула:

— И собаки никогда за тобой не гнались?

— Собак спускают только на ночь.

— Уже нет, — печально произнесла Изабелла.

Когда она уходила, он, постукивая по полу тростью, что-то недовольно бурчал себе под нос. Разумеется, она не могла ему позволить пойти за базиликом. В его нынешнем состоянии подъем на холм его убьет. Ей придется найти выход из ситуации.

Все знали, что у ресторана и без этого дела шли плохо. Они уже давно начали терять клиентов и прибыль. А тут еще, как назло, отсутствие разрешения на предпринимательскую деятельность, за которым ее отец за столько лет не удосужился обратиться к властям. Фредо Кавелли, член местного комитета по лицензированию, приходил несколько раз и предупреждал о серьезных последствиях, к которым может привести отсутствие нужного документа. Вместо того чтобы об этом позаботиться, его отец до хрипоты обвинял Альфредо в зависти и двурушничестве. Дело начинало принимать серьезный оборот. Если у них больше не будет их фирменного соуса, у людей не останется причин отдавать предпочтение именно их ресторану.

Изабелле не терпелось решить все эти проблемы. Нужно что-то предпринять. И она знала что. Она снова пойдет в замок.

При мысли об этом Изабеллу бросило в дрожь. Принц ясно дал ей понять — она больше не должна появляться в замке. Принц Ди Росси принадлежит к миру, который так отличается от ее собственного, но ему удалось взволновать ее, как ни одному мужчине до этого. Она всегда была девушкой здравомыслящей и разборчивой. Ее невозможно обольстить с помощью красивого лица. Комплименты вызывали у нее подозрение, бесшабашные, рискованные поступки и показная удаль не привлекали.

Одним словом, Изабелла Казали была крепким орешком. Жизнь заставила ее стать такой. Хотя большинство знавших ее людей считали ее веселой и беспечной, в душе ее затаилась горькая печаль. И это вполне естественно. Ее мать умерла, когда ей было три года, и она осталась единственной женщиной в семье. Отец и два младших брата обращались к ней по любому поводу. Уже в пятилетнем возрасте она заботилась об остальных дома, на игровой площадке и даже в ресторане. Люди в поселке называли ее «маленькая мама», видя, как она носится туда-сюда, выполняя разные поручения. Она уделяла столько внимания своим братьям, что у нее не оставалось времени самой быть ребенком. Но причиной ее серьезности и задумчивости было не только то, что она с ранних лет взвалила на себя такую большую ответственность.

Изабелле часто снился кошмарный сон, в котором их ресторан проваливается под землю. Выскочив на улицу, она осознавала, что здание стоит на песчаной дюне и песок начинает расползаться в стороны. Она отчаянно пытается утрамбовать его руками, но все без толку. Здание погружалось в песок, словно это вода. Ее отец и братья были внутри. Изабелла пыталась звать на помощь, но ей не удавалось произнести ни звука. Она беспомощно наблюдала за тем, как они исчезают под поверхностью, после чего просыпалась в холодном поту.

— Очевидно, у тебя комплекс спасителя, — сказала ей Суса, когда она однажды поделилась с ней своими тревогами. — Успокойся и забудь об этом. Ты не можешь их спасти. Каждый из нас злейший враг самому себе.

Слова Сусы нисколько не успокоили Изабеллу. Она сомневалась, что кто-то другой ей поможет, поэтому никому больше не рассказывала о своих кошмарах. Правда, после ее вчерашних приключений они отошли на второй план.

Воспоминания о часах, проведенных в замке, не давали ей покоя. Макс действительно поцеловал ее в лоб или она так сильно этого желала, что сама все придумала? Неужели она правда сказала ему, что сначала приняла его за вампира? Неужели протянула руку и коснулась его шрама, словно имела полное право к нему прикасаться? Все это сейчас казалось Изабелле невероятным и заставляло ее краснеть.

Вчера ночью она была сама не своя. Именно по этой причине она медлила с возвращением в замок. А может, просто боялась признаться самой себе, что хочет снова увидеть принца? Тем временем ей нужно было решать проблему с уменьшающимся количеством клиентов и потерей прибыли, а также угрозами Фредо Кавелли закрыть ресторан, если ее отец не представит ему нужный документ.

— Он считает возможным мною командовать, потому что подкупил мэра, чтобы занять место в комитете по лицензированию, — возмутился Лука, когда Изабелла в очередной раз заговорила с ним на эту тему. — Я честный предприниматель. Он не может закрыть мой ресторан. Он просто мне завидует, потому что его магазин обанкротился месяц назад. Я не боюсь его пустых угроз.

Покачав головой, Изабелла удалилась, разочарованная тем, что ее отец не видит дальше собственного носа.

Таким образом, у нее оказалось больше проблем, чем времени для их решения, и все же несколько раз за прошедший день ее взгляд устремлялся к холмам и выискивал еле различимый в туманной дымке силуэт замка. Она гадала, что делает Макс. Скачет верхом по холмам? Думает о ней? А может, он был так рад от нее избавиться, что уже забыл о ее существовании?

Сидя верхом на своем жеребце, Макс смотрел на реку в бархатных сумерках, которые окутали его владения после заката. Его сестра вернулась домой, кузен собирался в Милан. В общем, жизнь возвращалась в нормальное русло. Снова становилась скучной и однообразной. Все же он испытывал облегчение.

Это было его любимое время суток. Единственное время, когда он мог приходить сюда, не испытывая невыносимой боли, чтобы отдать дань уважения Лауре. В первые несколько лет после ее смерти он не мог делать это без слез.

— Мне жаль! — отчаянно кричал он. — Мне так жаль!

Тогда он был уверен, что Лаура находилась здесь и слышала его. Потом он разговаривал с ней часами, и ее ответ доносился до него с порывом ветра или падающим листком. Он слышал ее смех в бьющейся о камни воде. Она казалась ему такой близкой, что он почти мог ее коснуться. Прошло уже десять лет, но Макс по-прежнему сюда приходил. Однако в последнее время их разговоры прекратились, потому что он больше не чувствовал ее присутствия. Возможно, она потеряла к нему интерес. Возможно, забыла его. Он не знал причины. Он знал лишь то, что сейчас ему было неловко с ней разговаривать. Но он все равно приходил. Это самое малое из того, что она заслуживала.

Сегодня вечером Макс пришел сюда, потому что его мучили угрызения совести. Он уже много дней не мог выкинуть из головы Изабеллу Казали. Ему нужно было, чтобы образ его любимой Лауры вытеснил ее оттуда.

Макс посмотрел на бурлящую воду рядом с тем местом, где река отняла у него любовь всей его жизни.

— Лаура, — произнес он с чувством, — мне так тебя не хватает.

Он, как обычно, прислушался к ветру и воде, надеясь получить какой-нибудь знак, но все без толку. Ее здесь не было. Тогда в расстроенных чувствах он развернулся и поехал домой.

Изабелла отчаянно пыталась решить проблему с отсутствием базилика другими способами, но чем больше старалась, тем дальше ускользало от нее решение. Насколько она знала, владения принца Ди Росси были единственным местом, где росла эта трава.

Она часами просматривала интернет-сайты, посвященные пряным травам, чтобы узнать, где еще растет этот вид базилика, но все безрезультатно. Тогда она попробовала заменить его другими похожими на вкус травами. Посетители сразу заметили разницу.

— С этим фрута-ди-маре что-то не так, — сказала одна их старая знакомая, сделав такое лицо, словно ей в тарелку попала муха. — Вы изменили рецепт?

— Почему это блюдо сегодня не такое вкусное, как обычно? Что вы туда положили? — спросил другой постоянный клиент, недовольно поджав губы.

Затем она случайно услышала обрывок разговора двух завсегдатаев «Розы».

— Этот ресторан всегда был очень хорошим, но в последнее время их кухня оставляет желать лучшего.

Тогда Изабелла поняла — у нее нет выбора. Она должна вернуться.

Но как?

Она несколько дней мучилась этим вопросом, и решение пришло само. Вместе с неожиданным посетителем. Когда она увидела его в дверях, освещенного лучами полуденного солнца, ей на мгновение показалось, что это сам принц. Ее сердце подпрыгнуло, голова закружилась, во рту пересохло. Поняв, что это не Макс, а его кузен Марчелло, она испытала глубокое разочарование. Все же это не помешало ей тепло его поприветствовать. Она не могла понять причину своей странной реакции. Принц был всего лишь мужчиной. Она и раньше знала мужчин. Некоторые из них ей даже нравились. Взяв себя в руки, она тепло улыбнулась Марчелло:

— Добро пожаловать. Я так рада, что вы решили попробовать нашу еду. Пожалуйста, садитесь. Я принесу вам вина. — Она выдвинула для него стул за лучшим столиком с видом на фонтаны во дворике. — Можете заказывать все, что желаете, — весело произнесла она. — Мы с огромным удовольствием…

— Помедленнее, — рассмеялся он. — Я пришел сюда не ради еды. Я возвращаюсь домой в Милан и перед отъездом решил посмотреть, как дела у моей пациентки.

— Пациентки? — удивилась Изабелла, но тут же поняла, что он имел в виду ее. — О, я в порядке. Синяк под глазом еще виден, но мне на днях сказали, он мне даже идет.

— А ваши швы? Я бы хотел посмотреть, как они заживают.

Изабелла окинула взглядом помещение. Ресторан не был забит до отказа, как в лучшие времена, но все же в нем были люди. Они наблюдали за ней с неподдельным интересом.

— Слишком много народу? — спросил Марчелло, словно прочитав ее мысли.

Изабелла дерзко мотнула головой:

— По телевидению на этой неделе нет ничего хорошего. Думаю, им не помешают свежие впечатления.

Рассмеявшись, он проследовал за ней в кладовую, где осмотрел ее рану на ноге и сказал, что она хорошо заживает. Затем они несколько минут поболтали. Изабелла чувствовала себя непринужденно в обществе Марчелло. Ее совсем к нему не влекло. Бесспорно, он был очень хорош собой, но в нем чего-то не хватало — как базилика Монта-Роза в их фирменном соусе.

— Я хочу задать вам один вопрос о вашем кузене, — сказала Изабелла, собравшись с духом.

— Задавайте, — небрежно произнес он, потягивая вино.

— Правда, что его лицо пострадало в дорожной аварии?

Марчелло кивнул.

— Тогда почему здесь, в поселке, никто ничего об этом не знает?

Он пожал плечами:

— Люди вроде нас не любят распространяться о своей жизни. Кроме того, мы не хотели, чтобы остальной мир знал некоторые подробности той трагедии.

— Что за подробности?

Он улыбнулся:

— Простите, Изабелла, но я не имею права об этом рассказывать.

Разочарованная и одновременно заинтригованная, она откинулась на спинку стула. Что же это могло быть? Но ее мучил куда более важный вопрос. Как убедить его кузена пустить ее на холм за базиликом?

— Если бы я только могла с ним поговорить, — произнесла она, глядя в глаза Марчелло. — Если бы только могла ему объяснить, как это важно…

Пожав плечами, Марчелло залпом выпил остатки вина.

— Попробуйте зайти в логово ко льву, — небрежно предложил он.

— Сомневаюсь, что это хорошая идея. Кроме того, как я смогу попасть в замок?

— Позвоните ему.

Изабелла недоуменно посмотрела на него:

— Откуда я возьму его номер?

В глазах Марчелло загорелись искорки веселья.

— Вы не первая, кто хочет получить этот номер.

Изабелла пронзила его взглядом:

— Уверена, вы его знаете.

— Да, знаю, но обещал никому его не говорить.

— О… — Ее сердце упало. — Я понимаю. — Она грустно опустила голову.

Протянув руку, Марчелло неожиданно взял из стопки, лежащей на стойке, лист бумаги.

— Я вам его не скажу, но думаю, я мог бы его написать. — Он достал из кармана ручку.

Ее глаза расширились. В сердце вновь затеплилась надежда.

— Разумеется, — еле слышно произнесла Изабелла. Она сидела как на иголках и изо всех сил старалась не смотреть на листок бумаги, на котором он писал цифры. Перед тем как повернуться и направиться к выходу, он скомкал его и бросил в мусорную корзину.

— Берегите себя, Изабелла. — Марчелло подмигнул ей, широко улыбнулся и удалился.

Как только он скрылся за дверью, она бросилась к мусорной корзине и достала оттуда смятый листок. Разгладив его, она увидела телефонный номер.

Макс вздрогнул, когда раздался звонок его мобильного. Он редко слышал этот звук. Нахмурившись, он принялся рыться среди книг и бумаг в поисках проклятого раздражителя, готовый накричать на любого, кто посмел испортить ему этот солнечный полдень. Обнаружив, что номер звонящего ему не знаком, он нахмурился еще сильнее. Должно быть, кто-то ошибся. Положив мобильный на стол, он отвернулся в надежде, что звонок вот-вот прекратится. Но телефон, похоже, не собирался замолкать. Выругавшись, Макс снова взял его, чтобы отключить, но помедлил. Почему бы не ответить? Поморщившись, мужчина включил соединение и поднес телефон к уху:

— Алло?

На другом конце послышался мягкий вздох, затем женский голос произнес:

— Это Макс?

— Да. А вы кто? — Он догадался раньше, чем задал вопрос.

— Изабелла Казали. Я… мы встречались на днях, когда я…

Макс закрыл глаза.

— Я помню, — пробурчал он. — Откуда у вас мой номер?

— Послушайте, я вовсе не собираюсь вам докучать. Мне просто нужно с вами поговорить.

— Речь пойдет о чертовом базилике, не так ли?

— Да, именно о нем. Видите ли, это очень важно…

Макс произнес грубое слово, и она осеклась. Он злился на нее и на самого себя. Их ночная встреча подействовала на него сильнее, чем он был готов себе в этом признаться. Он убеждал себя — все дело лишь в недостатке женского общества, и на ее месте могла оказаться любая другая. Ему не хватало цветов посреди обеденного стола, блестящих волос, рассыпавшихся по подушке и шелковистым кремовым плечам, веселого голоса, похожего на звон маленьких колокольчиков, чувственных губ с нежной улыбкой, округлых холмиков груди под обтягивающим топом.

Но все это было лишь частью жизни, которая теперь для него невозможна. Встреча с Изабеллой это лишь подтвердила и заставила его более остро переживать потерю. Ему следовало поскорее ее забыть. За последние несколько дней Максу почти удалось выбросить ее из головы. Он делал это с помощью работы и физических упражнений, что отнимало много времени и сил. В результате он так уставал, что падал на кровать и забывался до утра крепким беспробудным сном. И вот сейчас, когда он снова услышал ее мелодичный голос, все его старания пошли псу под хвост. Это приводило его в ярость, но в глубине души он знал, что это защитная реакция на возбуждение.

— Скажите мне правду, — потребовал он. — Где вы взяли этот номер?

Она резко вдохнула и произнесла невинным тоном:

— Нашла.

Это прозвучало так неожиданно, что он едва удержался от смеха.

— Где? — холодно спросил он.

— В мусорной корзине.

Неужели она думает, что он на это купится?

— Изабелла, прошу вас. Это не имеет смысла.

Она вздохнула:

— Жизнь вообще не имеет смысла. Вы не замечали?

— Перестаньте вешать мне лапшу на уши, — раздраженно произнес он. — Я задал вам конкретный вопрос и хочу получить на него конкретный ответ. Вы достали мой номер. Я хочу знать, каким образом, чтобы это больше не повторилось.

— Я сказала вам правду, — серьезно ответила она. — Я нашла его в своей мусорной корзине.

Похоже, она не собирается ничего ему говорить. Он больше не должен ей позволять усложнять ему жизнь.

— Не знаю, откуда вы взяли мой номер, — отрезал Макс, — но это не имеет значения. Я немедленно его сменю.

Изабелла глубоко вдохнула.

— Чтобы я больше не смогла вам звонить? — В ее голосе слышалось потрясение.

— Да.

— За что вы меня ненавидите?

— Я вовсе не испытываю к вам ненависти, — пробормотал он, закрыв глаза, затем обреченно добавил: — В этом-то вся и проблема.

— Что?

Стиснув зубы, Макс грубо выругался, чтобы снять напряжение. Изабелла Казали сводила его с ума, и это странно. У него никогда не было подобных проблем с женщинами. До Лауры у него случались романтические увлечения. Похоже, за годы одиночества он разучился общаться с противоположным полом.

Разумеется, причиной этого стала смерть Лауры и авария, изуродовавшая его лицо. После случившегося он больше года не мог ни с кем разговаривать, даже с родными. Ему хотелось умереть. Немного отойдя от своего горя, Макс начал понимать, что и без прямого контакта с внешним миром его существование может быть вполне сносным. Благодаря компьютеру и Интернету он сегодня вел довольно активную профессиональную жизнь. В старые времена он оказался бы за бортом мировой торговли. Современные средства общения позволяли ему поддерживать деловые связи с партнерами без необходимости встречаться с ними. Он по-прежнему виделся только с самыми близкими людьми.

— Это потому, что ты трус, — сказала ему Анжела во время одного из их последних споров.

Он не обиделся на нее. Возможно, она права. Хотя дело не только в этом. Он не хотел читать в их глазах жалость и отвращение. Он уже давно узнал, как жестока и переменчива людская любовь. Его мать была известной киноактрисой. Пока она была молода и красива, зрители ее обожали, она пользовалась большим спросом. Но она рано утратила свою красоту. Даже будучи ребенком, Макс видел, как изменилось к ней отношение прессы. В СМИ сперва активно обсуждали ее недостатки, а потом и вовсе о ней забыли. Максу было десять лет, когда она покончила с собой.

Да, он знал, как беспощадно общество, и не видел ни одной причины, по которой ему следовало вернуть себе в нем место.

Но Изабелла Казали — совсем другое дело. Его шрам не вызвал у нее ни жалости, ни отвращения. Она находила его привлекательным, и он не сомневался в искренности ее слов. Он не хотел обидеть ее. Просто его раздражала собственная реакция на ее присутствие. Она была очень мила и не заслуживала грубою отношения. Проблема не в ней, а в нем самом. Если бы он только мог все ей объяснить… Но это невозможно.

— Вы здесь ни при чем, — наконец ответил он. — Просто я не люблю разговаривать по телефону. — Немного помедлив, он добавил: — Я вообще не люблю ни с кем разговаривать.

— Я не отниму у вас много времени, — пообещала она. — Мне просто нужно обсудить с вами одно дело.

— Мой ответ «нет», — произнес он ровным тоном.

— Но вы даже не знаете…

— Знаю. Вы хотите, чтобы я вам разрешил собирать ваш драгоценный базилик в долине моей реки. Я против. Тема закрыта.

Она тяжело вздохнула. Он представил себе, как омрачилось ее красивое лицо, и чуть было не передумал. Все же здравый смысл оказался сильнее.

— Пожалуйста, выслушайте меня…

— Я же сказал вам — не разрешаю. Это слишком опасно.

— И что же в этом опасного? — возмутилась она.

— Вы упали в реку, не так ли?

— Да, но только потому, что была полночь и вы неожиданно появились и напугали меня.

— Точно. Несчастные случаи всегда неожиданны.

Макс знал — ему следует прекратить разговор, но это было бы слишком жестоко.

— Почему? — спросила она, внезапно нащупав брешь в его броне. — Почему вы так уверены, что со мной произойдет что-нибудь плохое? Кто-то уже пострадал при падении в реку?

У Макса сдавило горло. Он не мог об этом говорить. Закрыв глаза, он глубоко вдохнул, чтобы укрепиться в своем решении. Любая уступка с его стороны была чревата серьезными последствиями.

Какая-то его часть верила, что глубоко в реке прячется злая сила и хочет погубить еще одну женщину, к которой он испытывал привязанность. Другая, более разумная, считала — эта злая сила есть не что иное, как его чувство вины. Он не знал, что больше соответствует правде, но не собирался это выяснять.

— Изабелла, я запрещаю вам приближаться к холму и к реке.

— Но…

— Дайте мне слово. — Его тон был холодным и непреклонным. Он должен убедиться, что она не наделает глупостей.

— Хорошо, — спокойно ответила она. — Я не приду на ваш холм. По крайней мере до тех пор, пока не найду способ вас переубедить.

— Вам не удастся меня переубедить. Я сменю номер телефона.

— Но, Макс…

Услышав свое имя, произнесенное с таким отчаянием, он испытал какое-то странное щемящее чувство, и ему это не понравилось. Если он будет медлить, ей удастся ослабить его решимость.

— Прощайте, Изабелла, — твердо сказал он.

Она вздохнула.

— Прощайте.

Ее голос дрогнул. У Макса сжалось сердце, но он все равно выключил телефон. Еще несколько секунд, и он уступил бы ей, а этого было нельзя допустить. Он не мог тратить время и эмоциональную энергию на эту женщину. Ему нужно работать.

Но он не смог сосредоточиться на исследовании рынка, потому что у него перед глазами стоял ее печальный образ. Тогда он выключил компьютер и, взяв полотенце, отправился в спортзал, который занимал половину цокольного этажа. Ему придется прилагать больше усилий, чтобы выбросить из головы Изабеллу Казали.

Глава 5

Слушая гудки в телефонной трубке, Изабелла едва сдерживала слезы разочарования.

— Похоже, ведение переговоров — не самая сильная моя сторона, — пробормотала она себе под нос.

Что ей делать дальше? Сдаться она не могла. Одного взгляда на полупустой ресторан было достаточно, чтобы это понять. Придется ей доставать базилик другим образом. Но каким? Она дала ему слово, что не приблизится к реке, и не собиралась его нарушать.

Принц должен поддерживать связь с кем-то из местных жителей. Закупать продукцию в Риме не имело смысла. Изабелла начала наводить справки и в конце концов выяснила, что ее поставщик морепродуктов один-два раза в неделю бывал в замке.

— Только по четвергам и пятницам, — сказал он, вытирая руки о белый фартук. — В среду у персонала, кажется, выходной.

— Правда?

— Да. Однажды я перепутал дни и приехал туда в среду. Меня даже в ворота не впустили. Из-за этой ошибки я потерял два фунта чилийского морского окуня.

— Вы когда-нибудь видели принца?

— Принца? — Он пожал плечами. — Кажется, нет. Обычно я имею дело со стариком, который все время ворчит, что я его обвешиваю…

Неожиданно в голове Изабеллы зародился план.

К счастью, отверстие в стене, окружавшей владения Росси, не было заделано, иначе план Изабеллы никогда бы не сработал.

В следующую среду девушка протиснулась в него и, стоя под теплым полуденным солнцем, прислушалась. Тишину нарушал только шум воды в реке и стук ее сердца. Сделав вывод, что собаки на привязи, она успокоилась и, закусив губу, начала подниматься на холм. Искушение набрать базилика и вернуться в поселок было велико, но она знала — это не решило бы проблему. Она должна быть честной с принцем. Он запретил ей сюда приходить, и она решила его переубедить. Немного отдохнув, она пошла наверх к замку.

Это был долгий путь. Его затруднял тяжелый рюкзак, в который она положила специальную кастрюлю, свое любимое оливковое масло, помидоры и маленькую коробочку с остатками базилика из ресторана. Она собиралась выложить на стол свой главный козырь.

Изабелла поднялась на вершину холма и огляделась по сторонам. При солнечном свете замок выглядел не таким устрашающим. Рядом не было ни машин, ни других признаков человеческого присутствия. Она знала, где находится кухня. Главное, чтобы дверь черного хода не оказалась заперта.

Ее пальцы дрожали, когда она обхватила дверную ручку. На мгновение она закрыла глаза и взмолилась про себя: «Это должно сработать. Макс должен понять».

Она должна воспользоваться своим последним шансом. У нее нет выбора.

Стоя под душем с закрытыми глазами, Макс получал огромное удовольствие. Он долго работал в спортзале, и сейчас каждая мышца в его теле приятно болела.

Наверное, он тратит слишком много воды впустую, и когда-нибудь ему придется за это ответить. Он подумает об этом позже, а пока будет наслаждаться теплыми серебристыми струями, ласкающими кожу. Сегодня ему как никогда хотелось удовольствий, ведь сегодня день его рождения. О нем никто не вспомнил, но это и хорошо. Фактически он сам так хотел. Он не любил шум и суету. В конце концов, что такое день рождения? Обычный день. Ничего особенного.

Он вспомнил, как Лаура однажды поздравляла его с днем рождения. Она встала рано утром и спрятала маленькие подарки по всему замку. Ему понадобился целый день, чтобы найти их все. Как же она смеялась, когда он искал не там, где нужно. Ему казалось, он вот-вот услышит ее мелодичный голос.

Макс быстро прогнал эти воспоминания. Думать о Лауре было все еще слишком болезненно. Придет ли время, когда он перестанет вспоминать о ней с глухой болью в сердце?

Выключив воду, он еще немного постоял, чувствуя, как туман вокруг него рассеивается, а тепло сменяется освежающей прохладой. По какой-то причине сегодня все его чувства обострились. Он замечал то, на что никогда раньше не обращал внимания: пение птиц за окном, шелест листьев, солнечные лучи, проникающие в открытое окно.

Глубоко вдохнув, он почувствовал аромат мыла. И чего-то еще. Нахмурившись, он принюхался. Похоже, эти приятные запахи доносятся со стороны кухни. Кто-то готовит. Но ведь в замке, кроме него, никого нет. У Ренцо сегодня выходной, и он, как обычно по средам, отправился в гости к своей дочери, которая жила в часе езды отсюда.

Эти запахи — плод его воображения? Нет. Они усилились. Пахло чесноком, помидорами, оливковым маслом и чем-то еще. Это был восхитительный аромат. Его губы растянулись в улыбке. Похоже, кто-то все-таки вспомнил о дне его рождения и решил сделать ему сюрприз. Скорее всего, Ренцо. Старик всегда любил его, как родного.

Макс быстро натянул джинсы и босиком отправился вниз, чувствуя себя хорошо, как никогда.

— Значит, ты все-таки вспомнил про мой день рождения! — с улыбкой произнес он, открывая кухонную дверь. И застыл на месте, потрясенный до глубины души, когда увидел вместо старого слуги Изабеллу Казали. — Вы! — Он уставился на нее. — Как вы сюда попали?

Изабелла открыла рот, чтобы ответить, но потеряла дар речи. Причиной подобной реакции было не столько его неожиданное появление, сколько красота мужчины, стоящего перед ней. Широкие плечи, мускулистая грудь и сильные руки. Потертые джинсы сидели низко на бедрах, обнажая плоский загорелый живот. Все вместе это делало его образчиком мужественности, при виде которого у нее перехватило дыхание.

— О… я… я…

— Что, черт побери, вы здесь делаете?

— Э-э… — Она жестом указала ему на плиту. — Готовлю.

Макс весь напрягся, словно собирался ее отсюда вышвырнуть.

— Я не это имел в виду, — процедил он сквозь зубы.

— Я знаю.

Изабелла никогда прежде так не реагировала ни на одного мужчину. А сейчас потеряла рассудок. Ей нужно взять себя в руки. Она прилагала огромные усилия, но ей никак не удавалось обуздать свои эмоции, которые взбудоражил образ этого мужчины, прекрасного, как творения Микеланджело. От восхищения у нее на глаза даже навернулись слезы. Отвернувшись, Изабелла прислонилась к стойке и, накрыв рот ладонью, уставилась в ярко-красный соус, готовящийся на плите. Что ей делать дальше? Рядом с этим мужчиной она не могла сохранять спокойствие. А должна была. Иначе не достигнет своей цели.

«У тебя все получится», — твердо сказала она себе, глубоко вдохнула и снова повернулась к нему лицом.

— Я пришла к вам вот по какому поводу, — уверенно произнесла она, глядя ему в глаза. — Вы отказываете мне в доступе к тому, что мне жизненно необходимо. К тому, к чему моя семья всегда имела доступ. Мы должны найти компромиссное решение.

Она пристально смотрела на него своими большими синими глазами, и Макс вдруг осознал, что не испытывает необходимости прятать от нее свой шрам. Ее взгляд был честным и открытым. Возможно, что-то в нем ее и пугало, но определенно не его лицо.

Подойдя ближе, Макс протянул руку и слегка повернул ее подбородок, чтобы лучше рассмотреть ее синяк. Тихо выругавшись, он с едва скрываемым гневом произнес:

— Изабелла, ваш синяк по-прежнему ужасен.

— О… — Девушка часто заморгала. — Да. Мне говорили, он пройдет еще не скоро.

Снова выругавшись, принц покачал головой, затем отстранился и окинул взглядом ее вещи.

— Вы сейчас все это упакуете и уйдете отсюда, — отрывисто бросил он.

Изабелла сделала шаг назад. Она знала, что он будет злиться на нее за это вторжение, но даже не догадывалась, почему при виде ее синяка он разозлился еще сильнее. Как будто это ее вина!

— Почему?

— Потому что вы снова появились здесь без разрешения. Немедленно уходите.

— Я этого не сделаю, пока вы не попробуете мой соус, — заявила Изабелла, гордо вскинув подбородок.

В темных глазах Макса промелькнуло удивление. Повернувшись, он посмотрел на кастрюлю на плите.

— Это и есть ваш особенный соус?

— Да.

Он снова встретился с ней взглядом:

— Я не хочу пробовать ваш соус, Изабелла. Уверен, он очень вкусный. Только это ничего не меняет. Речь здесь идет не о его вкусе, а о ваших опасных вылазках. Я не могу вам позволить ходить на холм.

Надежда Изабеллы начала угасать.

— Макс, пожалуйста. — Она поморщилась. — Ну как вы не можете понять? Мне нужно туда ходить.

— Пойду закончу одеваться, — сухо сказал принц. — Надеюсь, к моему возвращению вас здесь уже не будет.

— Нет! — воскликнула Изабелла.

Он немного помедлил и не успел опомниться, как Изабелла оказалась между ним и дверью. Ее волосы разметались по плечам, глаза сверкали.

— Вы меня выслушаете, — заявила она, ткнув пальцем в его обнаженную грудь. — Думаете, мне все это легко далось? Думаете, мне легко было подниматься сюда с таким грузом? Вы могли бы меня выслушать хотя бы из уважения!

— Почему я должен вас выслушивать? Ваши проблемы меня не касаются.

— Нет, касаются, — возразила Изабелла. — Вам принадлежит холм, на котором растет базилик. Эта трава — основа благосостояния моей семьи. Без нее наш ресторан обанкротится и делу, которому мой отец посвятил всю свою жизнь, будет положен конец. — Наконец ей удалось отдернуть руку, и она снова толкнула его в грудь. — Вы меня выслушаете, черт побери!

В течение долгого времени Макс мало общался с людьми, но он всегда хорошо разбирался в человеческой психологии. Он знал, что, имея дело с человеком, так яростно отстаивающим свои позиции, ни в коем случаем нельзя смеяться. Это сводит твоего оппонента с ума и заставляет тебя чувствовать себя последним негодяем. Особенно если твоя цель — его успокоить. Но Макс не смог сдержаться. Он попытался что-то ответить, но вместо этого вдруг разразился смехом.

Он никогда не смеялся. Обдумывая инцидент позже, он решил, что это было своего рода освобождение. Он столько времени был напряжен, полон чувства вины. Ворвавшись в его жизнь, Изабелла разрушила стены, за которыми он слишком долго держал свои эмоции. Теперь, когда стены рухнули, их было трудно вернуть на место.

Изабелла попятилась. В ее взгляде была растерянность. Макс знал, что причиняет ей боль. Он не хотел этого. Ему нужно успокоиться и все ей объяснить. Но это было выше его сил, и единственное, что он смог сделать, — это заключить ее в объятия.

— Да как ты смеешь, мерзавец! — воскликнула Изабелла, пытаясь высвободиться.

— Тише, тише, — мягко произнес Макс, поглаживая ее по волосам. Уткнувшись лицом в изгиб ее шеи, он сам не заметил, как начал покрывать поцелуями ее нежную кожу. — Прости меня, Изабелла, — пробормотал он, все еще давясь от смеха. — Я не хотел смеяться. Точнее, я смеялся не над тобой. Правда, я не…

— Я тебя ненавижу! — неистово бросила она, все еще пытаясь высвободиться — Ты алчный, высокомерный и…

— Нет, — сказал Макс, наконец успокоившись. Подняв голову, он посмотрел на Изабеллу. В ее глазах стояли слезы, и при виде их его сердце растаяло. — О, Изабелла, — добавил он тоном, полным сожаления. — Я правда не хотел смеяться.

Ее нижняя губа задрожала, и он взял ее лицо в свои ладони. Она так мила, и ее нужно утешить. Тогда он не удержался и поцеловал ее. Зов плоти взял верх над голосом разума.

Глава 6

Страсть вроде этой трудно контролировать. Вспыхнув однажды, она долго не уляжется. Губы Макса коснулись губ Изабеллы первый раз, второй, третий, словно он никак не мог ею насытиться. Ее рот был таким сочным и сладким, что Макс полностью растворился в чувственном наслаждении.

Трудно сказать, как долго продолжался поцелуй. Когда Макс наконец вернулся к реальности, чувствуя себя подобно ныряльщику, всплывшему на поверхность, Изабелла, пытаясь освободиться, пробормотала:

— Я пришла сюда не за этим.

— Я тоже этого не планировал, — признался принц, вглядываясь в ее красивое лицо, — но не могу сказать, что сожалею о случившемся, — добавил он хриплым от желания голосом и обреченно покачал головой: — Хорошо, Изабелла, твоя взяла. Я попробую твой соус и выслушаю тебя.

Ее лицо тут же просияло.

— Это все, о чем я прошу, — сказала она. — Только дай мне еще полчаса.

Макс улыбнулся:

— Договорились. Нанеси по мне свой самый сильный удар. А потом я скажу тебе «нет» и снова тебя прогоню.

Изабелла радостно кивнула:

— Мне удастся тебя переубедить. Вот увидишь. Просто наберись терпения.

Принц неохотно отпустил ее. Почему-то он сомневался, что ее стряпня доставит ему больше удовольствия, чем ее поцелуи.

Макс пошел в свою комнату надеть рубашку, а Изабелла осталась на кухне готовить пасту. Она действительно уговорила его ее выслушать. Ей с трудом в это верилось.

«Тот факт, что он меня поцеловал, ничего не значит», — сказала она себе. Поцелуи Макса взволновали девушку, она до сих пор дрожала. Ее сердце билось в груди, как птица в клетке. Она знала, что ей не следовало этого допускать. Сейчас ей необходимо взять себя в руки и сосредоточиться на работе. Но она никогда не забудет ощущения, которые испытала, прижимаясь щекой к его обнаженной груди. Она всегда будет помнить его гладкую кожу, сильные руки, стук его сердца.

Он самый красивый и интересный из всех мужчин, которых она когда-либо знала, но все же ей удалось вовремя остановиться. Она первая вернулась к реальности и гордилась этим. Ведь она пришла сюда определенно не для того, чтобы воздействовать на него с помощью женских хитростей. Их поцелуй случился спонтанно и поэтому не считался. По крайней мере, она на это надеялась. Потому что не собиралась допускать его повторения. Глубоко вдохнув, Изабелла кивнула. Больше никогда. Этот путь ведет к разрушению, а она слишком умна, чтобы на него свернуть. Сюда ее привела важная цель, и ничто не должно ее отвлекать.

Макс сидел в центре длинного стола красного дерева, принадлежавшего его семье уже более двухсот лет. Перед ним лежала кружевная салфетка цвета слоновой кости с серебряными столовыми приборами и двумя хрустальными бокалами. Чуть поодаль стояла серебряная чаша для омовения пальцев с выгравированной на ней пасторальной сценой.

Макс покачал головой, удивленный тем, как быстро Изабелла все это нашла. Прошло почти тридцать лет с тех пор, как он в последний раз видел эти вещи в употреблении. Тогда еще была жива его мать.

Когда Изабелла вошла в комнату, он обнаружил, что улыбается, и тут же посерьезнел. Солнечный свет, проникающий в высокие окна, придавал ее темным волосам оттенки золота и меди. Ее щеки раскраснелись. С помощью прихваток она держала кастрюлю, из которой шел пар. Комната вмиг наполнилась восхитительным ароматом.

Дерзко улыбаясь, Изабелла опустила кастрюлю на подставку посреди стола.

— Вот, — произнесла она, накладывая соус в фарфоровую тарелку, в которой уже была свежеприготовленная паста. — Надеюсь, ты посчитаешь, что это достойно короля. — Она улыбнулась. — Или хотя бы принца.

Макс посмотрел в тарелку. Соус был цвета августовского заката, с травами и кусочками овощей.

— Пахнет великолепно.

Изабелла кивнула, не тратя время на ложную скромность:

— На вкус тоже великолепно.

Он изо всех сил старался сохранять равнодушный вид.

— Посмотрим.

Она была права. Соус — просто объедение. Макс никогда не пробовал ничего подобного. Удивительно, как всего одна пряная травка могла превратить вполне обычное блюдо в кулинарный шедевр.

— Ну как? — спросила Изабелла, наблюдавшая за ним.

Макс посмотрел на нее и не смог отвести глаз. Она такая красивая, живая, энергичная, страстная. В ней было что-то настоящее, безыскусственное, абсолютно новое для него. Его влекло к ней. Он не мог этого отрицать. Но как такое возможно? Ведь она сильно отличалась от его покойной жены, которую он любил. Лаура была миниатюрной хрупкой блондинкой, тихой и застенчивой, похожей на ангела, которым определенно стала после смерти. Эта женщина другая. Яркая, полная жизненной энергии… и земная. И к своему большому сожалению, Макс хотел ее так сильно, как ни одну женщину прежде.

И совершенно очевидно, что она пришла сюда вовсе не для того, чтобы его соблазнить. На ней скромная блузка и юбка свободного покроя. Она честна и откровенна, не играет с ним в игры. Этим она ему импонировала и заслуживала, чтобы он как минимум ее выслушал.

Впрочем, это нисколько не мешало ему потом снять с нее одежду и насладиться красотой ее тела.

Он поднял глаза и встретился с ней взглядом.

— Magnifico, Изабелла. Очень вкусно. Теперь я понимаю, почему ваша кухня так популярна и люди приезжают к вам издалека.

Ее лицо просияло.

— Значит, ты о нас слышал?

— Да, — признался он.

— Я же говорила, когда ты попробуешь…

— И я понимаю, как это для тебя важно, — перебил он ее прежде, чем она успела сделать неправильные выводы. — Но это нисколько не умаляет опасности, которой чреват подъем по склону над рекой. Будь у меня полный дом слуг, я бы распорядился, чтобы кто-нибудь из них набрал для тебя травы. Но в данный момент мы с Ренцо живем здесь одни. Ренцо слишком стар, чтобы заставлять его лазить по холмам.

Закусив нижнюю губу, Изабелла задумалась. Макс явно преувеличивает опасность прогулок над рекой. У него явно есть какая-то причина. Она предполагала, что это как-то связано со смертью его жены. Она могла бы спросить у него напрямую, но не хотела на него давить.

— Мы можем поговорить об этом позже, — быстро сказала она. — Сейчас я просто хочу, чтобы ты получал удовольствие от еды.

Макс слабо улыбнулся. Его глаза блестели.

— Я получаю удовольствие, Изабелла. Большее, чем ты можешь себе представить.

Ее щеки вспыхнули. Было странно наблюдать за тем, как он до сих пор пытается спрятать от нее правую сторону своего лица. Несмотря на шрам, он казался ей очень привлекательным. Разве могло быть иначе, когда природа наделила его выразительными темными глазами и красиво очерченным чувственным ртом?

— Расскажи мне об этом месте, — сказала она, сев за стол сбоку от него. — Ты рос здесь?

— Да, по большей части. — Съев еще немного пасты, Макс вздохнул от удовольствия, после чего продолжил: — Отец имел привычку таскать нас с собой по всему континенту. У него была недвижимость в разных странах, и мы жили то здесь, то там. Он был азартным игроком и любил испытывать удачу в разных местах. Но когда я был ребенком, мы много времени проводили здесь. Мне нравилось кататься на пони.

— М-м-м. И ты, наверное, упал в реку?

— Такими вещами не шутят, — отрезал принц. — Наша река очень опасна. — Посмотрев на ее лицо, он поморщился. — Мне следовало поймать тебя прежде, чем ты ударилась о камни.

Этот человек вызывал у нее восхищение. Похоже, он считает своей обязанностью спасать мир. Или, по крайней мере, женщин, которые попадают в беду на его территории. Изабелла хотела сделать ему комплимент, но вместо этого пожала плечами:

— Синяк уже не болит. Скоро от него не останется и следа.

Макс слышал ее слова, но они нисколько ее не успокоили. Он не мог отделаться от мысли, что в ту ночь река чуть не забрала еще одну жертву. Если бы его не оказалось рядом…

— А когда ты стал старше, ты часто здесь жил? — спросила Изабелла.

— Не так часто. Моя мать умерла, когда мне было десять лет, и после этого меня отправили к моей тетке, матери Марчелло.

— Мне жаль, — пробормотала она, подумав, что у них есть кое-что общее. — Я тоже рано лишилась матери. Я почти ее не помню.

— А тебя куда отправили?

Она пожала плечами:

— Никуда. Кто-то должен был заботиться об отце и двух младших братьях.

— Не слишком ли мала ты для этого была?

Изабелла улыбнулась:

— Да, слишком, но у нас не было выбора. В отличие от вас у нас не было ни денег, ни недвижимости по всему земному шару, но мы справлялись.

— Ты имеешь в виду, ты справлялась. — Его губы дернулись. — Но рядом с тобой, по крайней мере, была твоя семья.

Она удивленно посмотрела на него:

— А где был твой отец?

Его глаза потемнели.

— Смерть матери стала для него тяжелым ударом. После этого я редко его видел.

— Но ведь у тебя есть сестра.

Макс покачал головой:

— Анжелу отправили к другой тетке. Видишь, мое детство счастливым не назовешь. Тебе повезло, что ты осталась со своей семьей, даже несмотря на то, что тебе одной пришлось обо всех заботиться. — Он улыбнулся.

Изабелла нахмурилась. Ей было больно за него. У нее, по крайней мере, есть отец, который всю жизнь поддерживал ее своей любовью и советами. Без этого она вряд ли бы выдержала.

— Но скоро я отправился в школу в Швейцарии, — продолжил принц, — затем в университет в Англии. А затем… я женился.

А затем его жена трагически погибла. Изабелла выразила ему соболезнования по поводу утраты, но он отмахнулся от них.

— Расскажи мне о себе, Изабелла, — сказал он, глядя на нее поверх бокала с красным вином. — Расскажи о своих надеждах, мечтах, молодых людях, в которых ты была влюблена.

— Именно это я и собиралась сделать, — непринужденно произнесла она. — Только моих бойфрендов мы обсуждать не станем, если ты не возражаешь. — Она сделала небольшую паузу. — Итак, моего отца зовут Лука Казали. Его мать, Роза, после смерти своего мужа открыла ресторан здесь, в Монта-Корренти. Она использовала особый рецепт, который получила из секретного источника, и ее заведение пользовалось популярностью.

Макс с улыбкой смотрел на нее. Ему нравилось, с каким воодушевлением она рассказывала о своей семье.

— Значит, ты происходишь из семьи, занимающейся ресторанным бизнесом?

— Да. Мой отец и его сестра Лиза после смерти бабушки унаследовали ее ресторан, но они не очень хорошо ладили друг с другом, поэтому пошли разными путями. Мой отец долгое время владел маленькой забегаловкой у шоссе, перед тем как переехать в нынешнее место. Моя тетя до сих пор владеет бабушкиной «Сореллой». — Достав из сумки фотоальбом, Изабелла раскрыла его и положила на стол перед Максом. Она надеялась, фотографии проиллюстрируют историю ее семьи и помогут принцу понять, что для них значит базилик Монта-Роза. — Вот фото моего отца, сделанное в те времена, когда он владел забегаловкой на Виа Рома. А на следующем снимке он уже владелец ресторана, который мы назвали «Роза» в честь бабушки. Этот ресторан — результат его многолетнего тяжелого труда.

Придвинув альбом ближе к себе, Макс вгляделся в фото:

— Это твой отец?

— Да. Лука Казали.

Он медленно кивнул:

— Я его помню. Он заходил сюда, когда я был ребенком.

Изабелла уставилась на него. Она впервые об этом слышала.

— Здесь? В замке Росси?

— Да. — Посмотрев на нее, Макс наконец заметил в ней некоторое сходство с ее отцом. — Время от времени он для нас готовил.

Эти слова напомнили ей, что они с Максом принадлежат к разным мирам, и она почувствовала себя маленькой и ничтожной.

— О, — неловко произнесла Изабелла, обводя взглядом роскошную комнату и тщетно пытаясь представить себе здесь своего отца. Затем, сделав глубокий вдох, она продолжила свой рассказ: — А вот фото моей тети Лизы. Ты ее тоже знаешь?

Посмотрев на снимок, принц покачал головой:

— Нет, не думаю, что я видел ее раньше.

По какой-то причине Изабелла почувствовала огромное облегчение.

— Хорошо, — произнесла она, перевернув страницу. — А это мои братья, Кристиано и Валентино.

Макс рассеянно кивнул. Кажется, он начал терять интерес к ее рассказу.

— Симпатичные ребята, — пробормотал он, переводя взгляд на тарелку с остатками пасты.

— Очень симпатичные, — поправила его Изабелла, безумно любившая своих братьев. — Они оба сейчас далеко. Кристиано пожарный. Он помогает австралийцам бороться с их ужасными лесными пожарами. А Валентино автогонщик. Он постоянно бросает вызов смерти.

Услышав горечь в ее голосе, Макс внимательно посмотрел на нее:

— Значит, ни один из них не помогает отцу в ресторане?

— Для этого у него есть я, — гордо произнесла Изабелла. — Но мне бы хотелось, чтобы они почаще приезжали домой.

— Ну разумеется.

— А вот, наконец, снимок, сделанный два месяца назад в «Розе», когда у нас был еще довольно большой запас базилика. Видишь, как много народу? Разве посетители не выглядят сытыми и довольными?

Макс мягко рассмеялся.

— Да, — согласился он. — Я понимаю, что ты имеешь в виду.

— А вот ресторан сейчас. — Она показала ему фотографию полупустого зала и развела руками. — Без базилика.

Застонав, он отвернулся.

— Изабелла, я понял, что ты хотела сказать. Мне не нужно так все разжевывать.

— Нужно. — Ее глаза неистово сверкнули. — Я хочу, чтобы ты понял — это очень важно. Для моего отца это вся жизнь.

— И для тебя.

— Для меня? — Плотно сжав губы, Изабелла задумалась.

Слова Макса удивили ее, но еще больше ее удивило то, что он, возможно, прав.

Долгие годы ее раздражало, что она единственная, кто остался дома и помогал отцу в ресторане, в то время как ее братья ищут приключений в чужих краях, а кузины посещают такие страны, как Англия и Австралия. Иногда это казалось Изабелле несправедливым. Временами она представляла себе, как оставляет на подушке записку, ускользает из дома ночью и отправляется на поезде в Рим, а оттуда летит в Сингапур, Бразилию или даже Нью-Йорк. Затем встречает в лифте красивого незнакомца, и они разговаривают за столиком в баре отеля. Потом гуляют под дождем по улицам города. Все эти сцены были взяты из романтических мелодрам. То, что в юности ее обнадеживало, со временем стало вызывать лишь легкую грусть. Сейчас даже этого не осталось. Изабелла была слишком занята проблемами ресторана, и ей было некогда мечтать. Возможно, Макс прав, и для нее ресторан тоже смысл всей жизни.

— Возможно, — тихо произнесла девушка, посмотрев на Макса. Его взгляд, как всегда, был холодным и бесстрастным. В ее арсенале осталось последнее оружие. Поднявшись, она быстро пошла на кухню и достала из холодильника тирамису. Порывшись в ящичках, она нашла свечу, воткнула ее в пирожное и зажгла. Изобразив на лице веселую улыбку, она вернулась в столовую, напевая «Tanti auguri a te».

Остановившись рядом с Максом, она поставила перед ним тарелку и добавила:

— Buon compleanno!

Принц рассмеялся:

— Откуда ты узнала, что у меня сегодня день рождения?

Она пожала плечами:

— Ты сам мне сказал.

Он нахмурился:

— Когда?

— Это было первое, что ты произнес, когда вошел в кухню, ожидая увидеть там Ренцо.

— Да, точно.

— Загадай желание и задуй свечу, — сказала Изабелла.

Он печально улыбнулся:

— Чего мне пожелать?

Изабелла покачала головой:

— Это твое желание. Только не говори мне, иначе оно не сбудется.

Он с вызовом посмотрел на нее:

— Хорошо. Я знаю, что пожелаю.

Изабелла знала — он шутит, и все-таки на несколько секунд в воздухе между ними повисло напряжение. Чувствуя, что краснеет, Изабелла отвернулась и закусила губу.

— Ну давай же, задуй ее. Я не буду смотреть.

— Почему? — Задув свечу, он взял вилку. — Все могут смотреть. Это не такое уж важное событие.

Он отломил вилкой кусочек пирожного, но вместо того, чтобы его съесть, подождал, пока Изабелла повернется, и поднес вилку к ее губам.

— Эй! — рассмеялась она, прожевав пирожное. — Это же для тебя. Я съела достаточно, пока готовила.

Макс изумленно на нее уставился. Тирамису с нежным бисквитом и слоями воздушного крема, посыпанное какао, являлось настоящим произведением кондитерского искусства. Для него всегда было загадкой, как такое вообще можно приготовить. Похоже, эта женщина обладает множеством талантов.

— Ты сама его сделала?

Изабелла кивнула. Да, сама, думая при этом о Максе.

— Ты приготовила специально для меня восхитительную пасту и десерт. — Его глаза блестели, а голос был таким тихим, что она едва его слышала. Что я могу сделать для тебя взамен, Изабелла?

— Ты знаешь, чего я хочу, — произнесла она мягким тоном.

Макс долго смотрел на нее, и она увидела промелькнувшее в его глазах сожаление. Затем он опустил голову и начал молча есть десерт. Закончив, он наконец сказал:

— Спасибо. Я оценил твои старания.

Изабелла напряглась в ожидании. Он собирается пойти на уступку? Позволить ей набрать базилика? Ее сердце учащенно забилось.

Она ждала, но Максу, похоже, больше нечего было сказать. Тогда она вздохнула и, поднявшись, начала собирать грязную посуду.

— Думаю, мне лучше поскорее навести здесь порядок. — У нее возникли сомнения относительно того, что она смогла его убедить. — Должно быть, вечером сюда придут гости праздновать твой день рождения.

Макс нахмурился:

— У меня не бывает гостей. Никогда. Думал, ты уже это поняла.

Изабелла пристально на него посмотрела:

— Тебя никто не навещает?

— Никто.

В ее взгляде читалось недоумение.

— Почему?

Вздохнув, он бросил на стол салфетку и отрывисто произнес:

— Это же очевидно.

Изабелла снова опустилась на стул. Она думала, что причиной его затворничества была утрата любимой жены, но, видимо, все гораздо серьезнее.

— Хочешь сказать, это из-за твоего лица?

Его молчание подтвердило ее подозрения.

— Но… — Она внезапно осеклась, не понимая его мотивов. — Зачем позволять подобным вещам портить тебе жизнь? Ты нуждаешься в людях, которые находятся вокруг тебя. Тебе нужна…

Она остановилась, пока не сказала что-нибудь, о чем потом пожалела бы. Он нуждался в любви. В женщине, которая заботилась бы о нем и делала бы его счастливым.

Но разве у нее есть моральное право говорить ему подобные вещи? Разумеется, нет. Особенно потому, что она сама нуждается в мужчине и за долгие годы не смогла устранить эту маленькую проблему. В отличие от него у нее даже нет оправданий. Кто она такая, чтобы говорить о любви?

Тем не менее она не собиралась оставлять эту тему.

— Будь я как ты, — произнесла она, указывая на свой подбитый глаз, — я бы спряталась, и ресторан пришлось бы закрыть недели на две.

Мягко улыбнувшись, он с сочувствием посмотрел на ее синяк:

— Каким образом отреагировали на это посетители ресторана?

— По-разному, — ответила она. — Одни таращились на меня как на диковинку, другие шептались за моей спиной, третьи поспешно отводили взгляд, будто думали, что меня избили и я не хочу, чтобы на меня обращали лишнее внимание.

Вспомнив свои собственные вылазки во внешний мир, Макс понимающе кивнул.

— Дети на улице смеялись надо мной, — продолжила она, откинув назад волосы. — Но мне все равно. Это их проблемы.

— Наши ситуации нельзя сравнивать, — сказал он.

Она покачала головой:

— Почему? В их основе лежит одно и то же.

Макс нахмурился. Ее упорство начинало его раздражать.

— Тебе не понять. — Он посмотрел на нее, затем отвернулся. — Ты не знаешь, почему это произошло.

Она подалась вперед, оперлась локтем о стол и положила подбородок на ладонь.

— Так расскажи мне.

Макс уставился в одну точку, перед его внутренним взором возникли образы той роковой ночи. Мрачные силуэты деревьев, проносящиеся за окном, старый мост прямо на его пути, чудовищный удар, скрежет металла о бетон, звон разбивающегося стекла, огонь. Ему говорили — при таких столкновениях не выживают, а он проклинал себя за то, что остался жив.

Подняв взгляд на Изабеллу, он решительно покачал головой:

— Нет.

— Почему?

— Это не твое дело, — отрезал он.

Конечно, он был прав, но Изабелла дернулась назад так, словно он ее ударил.

— О.

Она снова поднялась и направилась к двери. Своими словами и отчужденной манерой он обидел ее. Она думала, что между ними начинает зарождаться дружба, но он показал ей, насколько далеки они от этого в действительности. Он не собирается впускать ее в свою жизнь. А чего она, собственно, ожидала?

— В таком случае больше не стану тебе надоедать, — холодно произнесла Изабелла и вышла из комнаты, надеясь, что Макс ее вернет. Но он не сказал ни слова.

Грязной посуды было немного, и на ее мытье должно было уйти всего несколько минут, но Изабелла терла кастрюли усерднее, чем обычно. Она злилась. Отрицать это не было смысла. После всего, что она сделала, после всего, что она сказала, он по-прежнему ее не понимал! Она складывала свои вещи обратно в рюкзак, когда в кухню вошел Макс. Она с надеждой посмотрела на него, но его глаза были все еще холодны как лед.

— Где ты оставила свою машину? — спросил он.

— Обо мне не беспокойся. Я сама о себе позабочусь.

Он вмиг сократил расстояние между ними, положил пальцы ей на подбородок и заставил посмотреть на него.

— Я уже неоднократно говорил, что не позволю тебе одной бродить по моей земле.

Изабелла молча смотрела на него. Ему не удастся ее одурачить. Он хотел посмотреть, как она сюда проникла. Хорошо, что оставила машину далеко от дыры в стене. Если он узнает об этой лазейке, то собственноручно заложит ее кирпичами.

— Со мной все будет в порядке, — сказала она.

— Я тебя подвезу. Пока ты мыла посуду, я подогнал свою машину.

Изабелла медленно убрала его руку со своего лица.

— Если ты настаиваешь, пойдем, — холодно произнесла она.

Его губы дернулись, но он смог сдержать улыбку.

Он взял ее рюкзак, и они вышли на улицу, где их ждал маленький БМВ-родстер.

— Хорошая машина, — сказала Изабелла; не глядя на Макса.

— Красивая, правда? — произнес он, открывая пассажирскую дверцу и ставя рюкзак за сиденье. — Вот только это пустая трата денег. Я ею почти не пользуюсь.

— Почему?

Он пожал плечами:

— Единственное место, куда я езжу, — это мой дом на побережье, но для этих целей у меня есть лимузин.

— С тонированными стеклами. Я знаю. — Суса рассказывала. — Чтобы другие не видели твое лицо?

— Все гораздо сложнее, — ответил Макс, садясь за руль.

— Ну разумеется. И это не мое дело. — Изабелла отвернулась и уставилась в окно.

— Не знаю, с чего ты взяла, что должна знать все подробности моей частной жизни, — сердито сказал Макс. — Поверь мне, детали не так уж интересны.

— Я спрашиваю не из любопытства, — произнесла Изабелла с негодованием. — Просто ты мне небезразличен, — робко добавила она.

Макс не ответил. Ведя автомобиль по двухполосному шоссе, он спрашивал себя, почему ее признание так его взволновало.

— Это твоя машина? — спросил он, приближаясь к серебристо-голубой малолитражке, стоящей у обочины.

— Да.

Остановившись, принц окинул взглядом стену, огораживавшую его владения.

— Похоже, ты проникла в замок не здесь.

Изабелла самодовольно улыбнулась:

— Нет, не здесь. — Выскользнув из БМВ, она достала свой рюкзак прежде, чем Макс успел ей помочь. — Пока, — бросила она, направляясь к своей машине.

— Подожди минутку. — Выбравшись из машины, Макс последовал за ней.

Изабелла нехотя обернулась.

— В чем дело? — осторожно спросила она.

Макс стоял напротив нее, широко расставив ноги и засунув большие пальцы за пояс джинсов. Чувствуя, что вот-вот утонет в бездонных озерах ее глаз, он пожал плечами и придал своему лицу выражение безразличия.

— Думаю, я нашел способ, как уладить вопрос с твоей драгоценной травой, — произнес он небрежным тоном.

Ее лицо вытянулось, глаза расширились.

— Что? Как?

— Все очень просто.

— Ты хочешь сказать, что позволишь мне пойти одной?

— Конечно нет. Я уже говорил тебе, я ни за что не пущу тебя туда без сопровождения.

— Без сопровождения? Но разве здесь есть кто-то, кто мог бы пойти со мной?

Макс дерзко вскинул голову:

— Я.

Изабелле показалось, она неправильно его поняла.

— Что? — спросила она, хотя по выражению его лица уже поняла: он не шутит. — Ты? — Охваченная радостью, она бросилась к нему на шею и расцеловала его в обе щеки. — О, спасибо, спасибо тебе!

Принц мягко рассмеялся, после чего отпустил ее, хотя искушение воспользоваться ситуацией и снова ее поцеловать было велико.

— Мы пойдем прямо сейчас? — спросила Изабелла.

— Уже поздно, — ответил он. — Приезжай завтра.

— Да, — согласилась она, понимая, что он прав. — Обязательно приеду.

— Можешь сделать это через главные ворота.

Схватив его за руку. Изабелла уставилась на него:

— Как я это сделаю?

— Я дам тебе код.

У нее перехватило дыхание.

— Почему ты это делаешь?

Он спокойно посмотрел на нее:

— А почему нет? Я тебе доверяю. Кроме того, я могу его изменить, когда решу, что он больше тебе не нужен.

На ее глаза навернулись слезы.

— Почему ты так добр ко мне? — произнесла она слегка дрожащим голосом.

Улыбка исчезла с его лица. Он заглянул в глубь ее глаз и, пораженный увиденным там, сказал ей правду:

— Потому что ты мне тоже небезразлична.

Глава 7

Суса проницательно посмотрела на Изабеллу:

— Ты опять была у принца.

— Как ты догадалась?

— Я много чего знаю, — ответила пожилая женщина, пожимая плечами.

Суса была для них как член семьи. После смерти матери именно у нее Изабелла училась женским премудростям. Это Суса научила ее быть обходительной с клиентами. Когда Лука одевал ее в джинсы и рубашки, словно она мальчик, Суса отчитывала его и заставляла покупать для нее платьица с оборками. Ее седые кудри были аккуратно зачесаны назад с помощью черепаховых гребней. Годы были к ней благосклонны, и она, несмотря на свой почтенный возраст, была незаменима в ресторане. Абсолютно преданная Луке и его семье, она к тому же готовила самые вкусные на свете пирожные.

Глядя на нее с любовью, Изабелла вздохнула:

— Тебе кто-то об этом рассказал? Тот, кто видел, как я туда направляюсь?

— Возможно. А может, я видела сама. Я же говорила тебе, у меня есть дар.

Закатив глаза, Изабелла продолжила давить чеснок.

— Я просто хочу, чтобы ты была осторожна, — произнесла Суса после продолжительной паузы.

Изабелла кивнула:

— Все мне только и твердят, что я должна быть осторожной.

— Ты нуждаешься в предостережениях, — серьезно сказала пожилая женщина. — Ты легкомысленная. Слишком доверяешь людям, а потом страдаешь.

— А еще я ем много сладкого и смотрю допоздна старые фильмы, — язвительно бросила Изабелла, не в силах скрыть раздражение. — Нам следует составить перечень моих недостатков и вывесить на видном месте.

Теперь пришел черед Сусы закатывать глаза, и Изабелла закусила губу, пожалев о своей резкости.

Но заставить Сусу замолчать было невозможно.

— Позволь мне дать тебе один мудрый совет, девочка, — отрывисто произнесла она. — Держись подальше от принца. Но если все же тебе придется с ним встретиться, держись подальше от воды. — Поднявшись со стула, она направилась в ванную комнату.

— Суса!

Изабелла принялась ходить туда-сюда, с нетерпением ожидая ее возвращения. Суса на что-то намекала, и она должна была знать, что та имеет в виду. Макс до сих пор переживал из-за смерти своей жены и менялся в лице при одном лишь упоминании о той реке. Она должна выяснить, что знает Суса, а потом попытаться самой узнать правду.

Пожилая женщина вернулась. Она самодовольно улыбалась, зная, что посеяла в душе Изабеллы сомнения.

— Может, скажешь наконец, при чем здесь вода? — спросила девушка.

Суса пожала плечами:

— Так погибла его молодая жена. Утонула прямо на его глазах.

— Что? — У Изабеллы перехватило дыхание. — Почему мне ничего об этом не известно?

— Его семья держит все в секрете. О ее смерти ходили слухи, но никто не знал наверняка, что тогда произошло. — Она покачала головой. — Но знаки были нехорошие.

— Почему ты об этом знаешь, если никто больше не знает?

— Я же говорила. — Суса постучала морщинистым пальцем себе по виску. — У меня дар.

— Суса!

— А еще в то время в замке работала моя кузина.

«Это уже больше похоже на правду», — подумала девушка.

У Сусы была куча родственников, которые, похоже, работали везде. Изабелла подозревала, что именно в этом и заключался пресловутый дар Сусы.

— Расскажи мне все, что ты слышала, — потребовала она.

Пожав плечами, Суса направилась к холодильнику.

— Она утонула в реке на территории замка. Они с принцем были наедине. Некоторые полагают… — Она выразительно подняла бровь.

— Нет! — воскликнула Изабелла. — Я в это не верю.

Суса пожала плечами:

— Правду мы никогда не узнаем.

Но Изабелла прекрасно знала — Макс никому не причинил бы боль.

Суса больше ничего не сказала, но услышанного Изабелле оказалось достаточно. Ей хотелось побежать к Максу и спросить, что он думает об этих слухах. Но как она могла затронуть такую деликатную тему? Изабелла постаралась успокоиться. Зачем себя изводить, не зная, есть ли в этом хотя бы доля правды.

Она посмотрела на часы. Через восемнадцать часов она снова его увидит.

* * *

Сидя в тускло освещенной библиотеке с третьим бокалом портвейна многолетней выдержки, Макс думал, что ему со всем этим делать. Тишину нарушало лишь потрескивание дров в камине.

О чем он думал, когда сказал Изабелле, что она может сюда вернуться? Он знал, ее присутствие разрушит все, что он кропотливо создавал в течение десяти лет. Он нуждался в одиночестве. Он не заслуживал ничего другого. Позволить Лауре и их неродившемуся ребенку погибнуть в реке было преступлением. Он никогда не сможет искупить свою вину. Все эти годы он был уверен, что его изуродованное лицо — Божья кара, наказание, которое он будет пожизненно отбывать в своей персональной тюрьме. В течение десяти лет он покорно это делал.

Сейчас в его жизни появилась Изабелла, что уже само по себе стало искушением. Он хотел ее. Хотел быть с ней. Хотел быть счастливым.

Неужели желать счастья — преступление? Может ли он противостоять тому, что предлагают ему жизнь и Изабелла?

— Лаура, — пробормотал он, качая головой. — О, Лаура.

Если бы он мог ощущать ее присутствие, это придало бы ему сил. Теперь ему приходилось рассчитывать только на здравый смысл и совесть.

— Совесть, — мрачно произнес Макс и грубо выругался.

Внезапно его захлестнула волна ярости, и он швырнул бокал в камин. Тот ударился о каменную кладку и со звоном разлетелся на множество осколков. Глядя на блестящие кусочки стекла, рассыпавшиеся по полу, принц чувствовал, как улетучивается его гнев.

Он сделает все возможное, чтобы устоять перед искушением. Он сам себе выбрал такую жизнь и должен выдержать испытания, посланные ему судьбой.

Подъезжая к старому замку, Изабелла увидела Макса. Вероятно, он услышал сигнал, когда она открывала ворота, и вышел ее встречать. При виде его сердце Изабеллы радостно забилось, но сложенные на груди руки принца говорили о том, что он намерен забыть их вчерашний поцелуй и вернуться к холодно-вежливым отношениям.

Выбравшись из машины, она наклонилась, чтобы взять с заднего сиденья корзину с сэндвичами, которые приготовила для их прогулки по холму.

— Как я догадался, что ты привезешь с собой еду? — произнес он вместо приветствия. — Лучше оставь ее здесь. Не думаю, что это хорошая идея.

Изабелла уставилась на него, не понимая, в чем проблема.

— Это не пикник, Изабелла, — холодно произнес он. — Это работа, и ее нужно выполнить.

— Но сэндвичи испортятся на солнце, и…

— Отдай корзину Ренцо, — перебил ее Макс.

Повернувшись, она с удивлением обнаружила рядом с собой пожилого мужчину, который протягивал руку к корзине. Она с деланой улыбкой отдала ему корзину, и он улыбнулся в ответ.

Повернувшись, Макс направился к забору, проходящему вдоль подъездной аллеи, у которого стояли две оседланные лошади. Изабелла поспешила за ним.

— Надеюсь, ты умеешь ездить верхом, — бросил он через плечо.

Умела ли она? Глядя на огромных животных, Изабелла сглотнула.

— Я ездила раз или два, — призналась она, вспомнив о поездке на озеро и экскурсии в горы, в которых принимала участие в юности.

— Не беспокойся, Мими кроткая, как ягненок, — сказал принц, поглаживая морду серой кобылы с черной шелковистой гривой. — Она тебя не обидит. — Выражение его лица смягчилось, когда лошадь уткнулась носом в его ладонь. — Правда, девочка?

Изабелла была удивлена его столь открытым проявлением эмоций. Ей вдруг захотелось узнать, каким он был до той аварии. Был ли он счастлив? Беспечен? Был ли способен на глубокую привязанность? Почему-то в последнем она нисколько не сомневалась. Ах, если бы она смогла помочь ему вернуться к той жизни…

Поняв, насколько нелепа эта мысль, Изабелла закусила губу. У нее нет никаких оснований для подобных мыслей. Она не имеет к его жизни никакого отношения. Но, наблюдая за тем, как Макс ласково поглаживает Мими, она невольно подумала, что он, наверное, был так же ласков и с женщинами.

Неожиданно ее осенило, что эта лошадь принадлежала когда-то его жене. От этого она еще больше разволновалась перед поездкой.

Но, к счастью, ей удалось спокойно забраться на лошадь и вслед за Максом, сидевшим на том же красивом черном жеребце, что и в первую ночь, выехать со двора. Изабелла чувствовала себя абсолютно раскрепощенной, словно всю жизнь ездила верхом. Мими оказалась самым подходящим вариантом для новичка вроде нее.

День выдался ясный. Когда они поднялись на один из холмов, девушка ахнула от изумления, увидев внизу бесконечные виноградники. Хилые растения, привязанные к опорам, боролись за жизнь среди сорняков.

— Что это? — спросила она у Макса.

— Когда-то это были виноградники Росси, — произнес принц ровным, бесстрастным тоном. — Отсюда поставлялось сырье для нашего небольшого винного завода. Моя семья более двухсот лет занималась производством вин. — Немного помедлив, он так же спокойно добавил: — Все было заброшено десять лет назад.

— Заброшено? Почему?

Макс долго молчал. Наблюдая за ним, Изабелла вдруг поняла, что его плечи напряжены, словно на них лежит тяжелый груз, который он никак не может сбросить. У нее сдавило горло. Ей хотелось протянуть руку, коснуться его, но она не осмелилась. Наконец он заговорил:

— Уверен, ты знаешь, что я был женат и что моя… моя жена погибла. — Его голос дрогнул, но он продолжил: — Когда это произошло, все остановилось. Жизнь остановилась. — Повернувшись, Макс уставился ей прямо в глаза. — Я говорю буквально. Все работники были уволены. Я не видел смысла их держать. — Он снова отвел взгляд. — Так лучше.

Изабелла покачала головой. «Лучше для кого?» — хотелось спросить ей. Но кто она такая, чтобы указывать ему, как жить?

— Они выглядят такими унылыми и заброшенными, — произнесла она. — Столько земли пропадает.

Принц пожал плечами.

— В Италии полно виноградников, — сказал он, снова пуская свою лошадь шагом. — Одним больше, одним меньше.

В ответ Изабелла лишь вздохнула.

Они поднялись на следующий холм, на котором оказался сад с группой небольших каменных построек.

— А это что? — спросила Изабелла.

— Фамильное кладбище. Хочешь взглянуть?

— О да!

Макс помог ей спешиться, и они, привязав лошадей к воротам, медленно прошли в сад, где были похоронены его предки. Сад немного зарос, но не казался заброшенным. Очевидно, за ним ухаживали. В нем был небольшой прудик с рыбками, розарий и мраморная часовня. За всем этим находилось большое мрачное здание, которое служило усыпальницей семье Росси начиная со Средних веков.

Это место показалось Изабелле заколдованным садом, в котором семейные тайны навсегда уходили под землю вместе с их хранителями. Но больше всего ее поразила мраморная статуя в виде полуобнаженного мужчины с мечом, которая охраняла вход. На ее постаменте было выгравировано: «Адонис Сальвиати Ди Росси, 1732–1801».

Прикрыв рот ладонью, она перевела взгляд на Макса, стоявшего рядом с ней.

— Вылитый ты! — воскликнула она.

Макс цинично поднял бровь, хотя ее замечание его позабавило. Как же он в юности ненавидел эту статую, из-за которой его дразнили! Друзья и кузены из-за поразительного сходства с предком называли его Адонисом и шутили насчет реинкарнации и потусторонних сущностей. Изабелла была не первой, кто назвал его вампиром.

Он уже забыл, как его все это раздражало. Сейчас это даже казалось ему забавным.

— Как ты можешь так говорить? Ты ведь не знаешь, как я выгляжу на самом деле.

— Нет, я точно знаю, как ты выглядишь.

Она произнесла это с такой уверенностью, что у него потеплело на душе. Ему было так комфортно рядом с ней. Заглядывая ей в глаза, он всякий раз видел в них неподдельную радость и любовь к жизни. Когда она в первый раз сказала ему, что находит его привлекательным, он ей не поверил, но с тех пор не заметил в ее обращении с ним ничего, что могло бы указывать на жалость или отвращение. Ему это определенно доставляло удовольствие. Все же он не должен забывать, что Изабелла представляет для него опасность. Его влекло к ней физически и эмоционально. Он хотел быть с ней. Хотел слышать ее смех, держать ее в своих объятиях. Нет смысла отрицать, что она делала его счастливым.

Вот только имеет ли он моральное право быть счастливым? Нет.

Он не имеет права затаскивать ее в свой персональный ад. Как только Изабелла наберет базилика, она вернется домой, и он больше никогда ее не увидит. По крайней мере, таков был его первоначальный план. Сейчас, когда она находилась рядом, мысль о разлуке с ней казалась Максу невыносимой.

Макс шел за ней, пока она исследовала усыпальницу. Все ей казалось любопытным и интересным.

Он желал ее.

Но какой смысл в желаниях? Чем больше ты хочешь от жизни, тем меньше получаешь. Он уже давно перестал желать. Сейчас она сделает то, зачем сюда приехала, и вернется в поселок, а он ее забудет.

С глаз долой — из сердца вон.

Изабелла знала — принц страдает. Чувствовала это в его молчании, видела в его темных глазах. Ей искренне хотелось ему помочь. Если бы она только знала как.

Странно, не правда ли? Он мог бы иметь все, что пожелает. Что она способна дать ему?

Они снова сели на лошадей, чтобы проделать последнюю часть пути.

— Каково это — быть итальянским принцем? — поинтересовалась Изабелла.

Пожав плечами, Макс посмотрел на нее:

— Тебе хорошо известно, что монархия была упразднена в 1946 году. Это просто почетный титул.

— Но ты все же принц и занимаешь особое место в истории.

В ответ Макс лишь криво усмехнулся.

Изабелла задумалась. Тот факт, что ее собственный отец являлся частичкой истории этой знатной семьи, был для нее удивительным. Вчера после своего возвращения от Макса она решила расспросить Луку о его визитах в замок в прежние времена.

Она до сих пор так и не сказала отцу, что встречалась с принцем. Он бы вряд ли это одобрил, и она молчала.

Вчера она наблюдала за тем, как он пытается передвигаться по комнате с помощью ходунков. У него плохо получалось, Изабелла подбадривала его, но он становился все более нетерпеливым. Его бывший друг Фредо снова приходил к нему и испортил ему настроение.

— Теперь он угрожает мне санинспекцией, — пожаловался ей отец. — Мне! Да у меня всегда была самая чистая кухня во всем поселке. Да как он смеет!

Изабелла успокоила отца, усадила его в кресло и, сходив за лимонадом, устроилась напротив него и завела разговор на интересующую его тему:

— Папа, расскажи, как ты узнал о существовании базилика Монта-Роза?

Он откинулся на спинку кресла, и его лицо тут же приняло мечтательное выражение, как бывало всякий раз, когда он вспоминал о прошлом.

— Я привез провизию для пикника, который принц Бартоломью и его семья устроили на вершине холма, где рос базилик. В те времена я часто подрабатывал таким образом. Денег едва хватало на то, чтобы прокормить семью и поддерживать на плаву свой бизнес.

Изабелла понимающе кивнула. Она опасалась, что скоро они опять могут оказаться в подобном положении.

— О базилике я узнал от девушки, работавшей на принца. Мы с ней поспорили из-за какой-то ерунды. Я проиграл и в наказание должен был съесть листок травы. Когда он оказался у меня во рту, я тут же понял, что ничего подобного в жизни не пробовал. Сначала мне этот вкус показался странным, но я никак не мог его забыть.

Изабелла кивнула. Все, кто пробовал их фирменный соус, влюблялись в него с первой ложки.

— Когда меня в следующий раз позвали в замок, я на обратном пути набрал немного базилика, принес домой и добавил в несколько блюд. — Он щелкнул пальцами. — Мгновенный успех. Все в восторге.

Бесспорно, для его бизнеса это была большая удача. Изабелла нежно улыбнулась. Выросшая без матери, она всегда находилась рядом с отцом. Его счастье было и ее счастьем.

— Они часто тогда устраивали вечеринки? — спросила она, желая узнать как можно больше о среде, в которой рос Макс.

— Да. Из Рима и Неаполя приезжали толпы людей и оставались на неделю.

— Почему я ничего такого не помню?

— Когда все это прекратилось, ты была еще маленькой. — Лука вздохнул. — После того как красавица жена принца Бартоломью покончила с собой, он здесь очень редко бывал.

— Покончила с собой? — Резко выпрямившись, Изабелла уставилась на отца. Бесспорно, речь шла о матери Макса. Ее сердце словно сжал ледяной кулак. — Что произошло?

— Я не знаю подробностей. Кажется, она выбросилась из окна. — Он покачал головой. — Бедняжка. Она была киноактрисой, причем очень неплохой. Работала с Феллини и Антониони. Настоящая трагедия.

Если верить всем этим историям, жизнь Макса была чередой трагедий. Сначала его мать покончила с собой, затем утонула молодая жена. В довершение всего он сам пострадал в аварии. Неудивительно, что в его глазах постоянно была печаль. Повернувшись, она обнаружила, что Макс смотрит на нее.

— Еще немного, — сказал он.

Она кивнула:

— Твои земли такие красивые. Тебе следовало бы что-нибудь с ними сделать.

Принц огляделся:

— Правда? У тебя есть какие-нибудь предложения?

— Не знаю. Ты мог бы построить тут отель, спа-центр, благоустроить зону для отдыха.

— Изабелла, ты мыслишь как типичная представительница среднего класса, — ухмыльнулся он. — По-твоему, все должно приносить прибыль?

— Нет, но… — Поняв, что он ее дразнит, Изабелла покраснела и перешла из защиты в наступление. — Это мы, жадные до денег представители среднего класса, являемся двигателем экономического прогресса, напомнила ему она. — У нас нет высокомерия и лени, присущей вашему, высшему классу.

— То есть мы, по-твоему, богатые бездельники?

— Точно, — ответила она, смеясь.

— Ты считаешь меня лентяем, не так ли?

— Вовсе нет. Я просто думаю, у тебя нет коммерческой жилки.

Макс покачал головой. Его взгляд был теплым. На мгновение из него исчезла тревога.

— Ответь мне, Изабелла. Ты говорила, ваш семейный бизнес сейчас переживает не лучшие времена, потому что у вас закончился базилик. Эта наша поездка что-нибудь изменит?

Она медлила. Искушение скрыть правду было велико, но, посмотрев на Макса, она поняла, что не сможет никогда ему лгать.

— Нет, — призналась она. — Не изменит. Мой отец замечательный человек и отличный повар, но финансист из него никудышный. У нас серьезные проблемы. Не уверена, что даже с базиликом нам удастся удержаться на плаву.

— Может, твоему отцу следует передать руководство тебе? — предположил Макс. — У тебя, похоже, есть коммерческая жилка.

Его слова удивили Изабеллу, но она тут же поняла, что он в какой-то степени прав. Да, у нее нет специального образования, зато она обладает чутьем и смекалкой. Если бы только отец дал ей шанс…

— Итак, что я мог бы сделать для получения прибыли? — спросил Макс. — Помимо превращения моего родового гнезда в зону отдыха? — Он бросил на нее насмешливый взгляд. — Кстати, этого бы я ни за что не сделал.

Изабелла восприняла его вопрос серьезно.

— Для начала ты мог бы восстановить свои виноградники. Вино сегодня хорошо продается.

Запрокинув голову, он рассмеялся:

— Вижу, на моем месте ты бы времени зря не теряла. Что еще ты можешь мне посоветовать?

— Ты мог бы нанять моего друга Джанкарло. Он восстанавливает виноградник, подобно тому как некоторые люди возвращают к жизни обанкротившиеся предприятия. Уверена, он бы тебе помог.

Макс осторожно посмотрел на нее, словно не зная, можно ли всерьез относиться к ее словам.

— Чтобы я смог продавать виноград?

— А почему нет? Или вот еще. Что ты думаешь по поводу винного завода с собственным дегустационным залом? Ты мог бы устраивать экскурсии. Людям нравится посещать винные заводы. Особенно если дегустация входит в стоимость билета.

— Ты могла бы управлять моим рестораном.

— Спасибо тебе. — Она притворно поклонилась ему. — С удовольствием.

Какая замечательная идея. Она вся дрожала от возбуждения. Управлять рестораном Макса! Готовить особый соус для туристов, которые начнут приезжать издалека…

Но она быстро вернулась с небес на землю. Это несбыточные мечты. Макс отказывался встречаться лицом к лицу с незнакомыми людьми. Он никогда не пустит рабочих на свои виноградники, тем более туристов.

Они поднялись на следующий холм, и прямо под ними оказалось поле, на котором рос базилик. Наклонившись вперед в седле, Изабелла облегченно вздохнула. Вчера ей приснился сон, в котором она пришла сюда, но вместо растений нашла лишь выжженную землю. К счастью, этого не случилось.

Но тот сон оставил в ее душе неприятный осадок. Готовя сэндвичи для пикника, она думала о нем с ужасом. Что, если это знак? Следует ли ей готовиться к худшему?

Наблюдая за ее приготовлениями, Суса подняла бровь, но ничего не сказала. Проигнорировав ее, Изабелла отнесла корзину с сэндвичами в свою машину.

— Куда ты едешь? — послышался из дверей голос отца.

Она помедлила. Следует ли ей сказать ему? Подбежав к отцу, Изабелла обняла его и прошептала на ухо:

— Думаю, когда я вернусь, у нас будет базилик. Помолись за меня. — Поцеловав худую щеку отца, она бросилась к машине, прежде чем он успел еще о чем-нибудь ее спросить.

Всю дорогу она боялась, что ее сон сбудется, но теперь знала — все будет хорошо. Базилик на месте, и она наберет его столько, сколько сможет унести.

Глава 8

Спешившись, Изабелла принялась срезать ножницами ароматные листья. Макс стоял в стороне и наблюдал за ней. Когда их взгляды встретились, она поняла, что от его хорошего настроения не осталось и следа. Он казался напряженным.

Он не пустил ее одну в это место, считая его опасным. Она не понимала почему. Единственная проблема заключалась в том, что базилика еще было мало и она могла набрать только ограниченное количество. Ей придется попросить у Макса разрешения приехать сюда через неделю. Позволит ли он ей это сделать, она понятия не имела. Судя по мрачному виду, ему хотелось поскорее покончить с этим и вернуться домой, и она решила поговорить с ним позже.

— Хорошо, — наконец сказала она, связывая вместе две большие сумки. — Думаю, на сегодня достаточно.

Кивнув, Макс протянул ей поводья Мими, помог ей есть на лошадь, после чего оседлал своего жеребца. Когда Изабелла повернулась, чтобы посмотреть на него, поводья неожиданно выскользнули у нее из рук.

— Ой! — Вскрикнув, девушка наклонилась, чтобы их взять, но сумки с базиликом начали падать, и ей пришлось переключиться на них.

В этот момент Мими, которая весь день была спокойна, чего-то испугалась, и ее словно подменили.

— Макс! — закричала Изабелла, вцепившись в гриву лошади, чтобы не упасть. — Останови ее!

Но прежде чем Макс успел что-то предпринять, Мими громко заржала и понеслась к реке.

— Мими, нет! — Изабелле совсем не хотелось во второй раз искупаться в холодной воде, но, кажется, это было неизбежно.

Внезапно Мими повернула в сторону и помчалась вдоль берега сквозь заросли. Через некоторое время заросли расступились, и впереди показался водопад. Мими резко остановилась, и Изабелла кубарем полетела в кусты. Лошадь, похоже, поняла, что натворила, и, чтобы избежать наказания, поскакала прочь.

Выбравшись из зарослей ежевики, Изабелла увидела подъезжающего к ней Макса.

— По крайней мере, на этот раз я не намокла, — произнесла она дрожащим голосом, увидев его побледневшее лицо.

Спрыгнув на землю, он схватил ее за плечи, глядя на нее так, словно ожидал увидеть торчащие обломки костей и лужу крови.

— Ты в порядке? — резко спросил он.

— Да, — ответила она. — По крайней мере, мне так кажется. — У нее не было времени для осмотра возможных повреждений. — Я в порядке, но вот бедная Мими…

— Не думай об этой чертовой кляче. Ты могла разбиться.

— Но не разбилась.

— Да, но… — Макс тряхнул ее за плечи, затем обернулся и с таким ужасом посмотрел на водопад, что у нее перехватило дыхание.

— В чем дело, Макс? — Отстранившись, она вгляделась в его лицо, и вдруг ей все стало ясно. — Она здесь…

— Нам пора, — отрывисто бросил он. — Мы должны немедленно отсюда уехать.

— О, Макс…

Он вскочил на своего скакуна, после чего подхватил Изабеллу и усадил перед собой, как в первую ночь. Его лицо было непроницаемым. Изабелла не смогла произнести ни слова. Перед тем как пришпорить жеребца, он снова оглянулся и посмотрел на водопад полными боли глазами. Очевидно, именно здесь произошла трагедия, перевернувшая всю его жизнь.

Они поехали обратно в направлении замка, но через несколько минут повернули, и Изабелла поняла, что они движутся в сторону кладбища. Когда они прибыли на место, Макс опустил ее на землю, после чего спешился сам. Не сказав ни слова, он прошел на территорию кладбища. Закусив губу, Изабелла последовала за ним, хотя чувствовала — ее присутствие нежелательно.

Сначала она думала, что он идет к мраморной часовенке, но вместо этого он свернул в сад. Неожиданно он остановился и подождал, пока она к нему не присоединится. Их взгляды встретились, и ее пульс участился.

— Изабелла, мне так жаль. Думаю, ты уже догадалась, почему я так расстроился возле водопада. Мне нужно немного побыть одному. Не могла бы ты подождать у часовни?

— Ты хочешь, чтобы я ушла и оставила тебя одного?

— Да, пожалуйста.

— Нет, я никуда не пойду, — возразила Изабелла, мотая головой.

Он непонимающе уставился на нее:

— Изабелла…

— Макс… — Схватив его за руку, она посмотрела на его искаженное душевной мукой лицо. — Думаю, тебе следует со мной поговорить.

— Нет. — Он резко отдернул руку, словно обжегся. — Я об этом не говорю. Ни с кем.

— Именно поэтому ты должен, — настаивала она. — Макс, неужели ты не видишь? Тебе нужно об этом поговорить. Ты десять лет держишь все в себе. Тебе нужно выговориться. — На ее глаза навернулись слезы. Она снова схватила его руку и крепко сжала, не зная, как еще можно его убедить. — Расскажи мне о ней. Какая она была?

Макс уставился на нее.

— Лаура? — мягко спросил он.

— Да. Расскажи мне о Лауре.

Он неуклюже опустился на деревянную скамейку. Изабелла села рядом и взяла его руку в свои.

— Она была красива?

— Как ангел, — произнес он, прокашлявшись. — Со светлыми волосами, легкими как перышко, и очень хрупкая. — Его голос сломался.

Изабелла крепче сжала его руку:

— Ты любил ее.

— Да. — Он кивнул. — Я полюбил ее с того момента, как впервые увидел. Она была доброй, нежной и кроткой. Наша совместная жизнь казалась похожей на сказку. Мы были так счастливы. Когда мы узнали, что у нас будет ребенок, мы были на седьмом небе от счастья, — продолжил он.

Ребенок. Изабелла отвела взгляд. Она не знала, что его жена была беременна. Это делало его потерю еще более ужасной.

— Мы любили устраивать пикники у водопада, — произнес он ровным тоном. — В тот день нам не следовало туда ехать. Большую часть вечера я пытался решить проблему с бухгалтером и чертовки устал. Но Лаура собиралась устроить праздник, и я не хотел ее разочаровывать. Итак, мы все-таки туда отправились, пили за здоровье нашего будущего ребенка и ели круассаны, испеченные Лаурой. — Внезапно его голос сломался. — Затем мы лежали на одеяле в объятиях друга, и я сам не заметил, как уснул. Когда я открыл глаза, ее рядом не было.

Он так сильно сжимал ее руку, что Изабелла едва могла терпеть, но она не жаловалась.

— Я не знал, куда она могла пойти, и осмотрелся вокруг. Тогда я увидел в воде подол ее платья. — По его телу пробежала дрожь, он отдернул руку и, наклонившись вперед, закрыл лицо руками. — Обезумев от ужаса, я бросился к ней. Ее нога застряла между камнями. Я вытащил ее из воды и стал делать искусственное дыхание. Я был уверен, что смогу ее спасти, но было уже слишком поздно. Она была мертва. — Теперь его голос был резким и хриплым. — Ничто уже было не в силах ей помочь.

В случившемся он винит себя — Изабелла видела это в его взгляде, жестах. Каждая клеточка его тела источала отчаяние и сожаление, словно эти чувства были все, что он знал. Он считает себя виноватым, и это несправедливо. Вот только как ей его в этом убедить?

— О, Макс, — пробормотала она. — Мне так жаль.

— Не нужно меня жалеть, — холодно произнес принц. — Я этого не заслуживаю. Я позволил ей умереть. Я позволил им умереть.

— Макс, как ты можешь так говорить? Ты же спал.

— Да. Именно. Я спал. Мне следовало… — Он внезапно замолчал.

— Вот видишь? Ты даже не можешь сказать, что тебе следовало делать. Ты не мог ничего поделать. Несчастный случай и называется несчастным случаем, ведь никто не знает, когда он произойдет.

Покачав головой, Макс бросил на Изабеллу затравленный взгляд:

— Я должен был ее спасти.

— Твой отец тоже должен был спасти твою мать, когда она выбрасывалась из окна? — спросила Изабелла и тут же пожалела о своих словах. Она не знала подробностей той трагедии и не имела права о ней упоминать.

Но, к ее удивлению, Макс отреагировал на это совершенно спокойно:

— Он не мог ничего сделать. Она была одна дома, когда это случилось. Как он мог ее остановить?

— А Лаура одна пошла в воду. Тебя с ней не было. Ты спал. — Она снова взяла его за руку. — Макс, ты ничего не мог для нее сделать. Это не твоя вина.

Его лицо выражало сомнение, но чутье подсказало ей — ее слова заставили его задуматься.

Изабелла покачала головой:

— Ну, по крайней мере, мы поговорили.

Макс посмотрел на нее с сарказмом.

— Да тебе можно подрабатывать психоаналитиком, — произнес он, но в его тоне не было злости. Похоже, она действительно ему помогла. Немного, но все же. Об этом говорил его голос, выражение лица, поза. Изабелла была рада, что рискнула всем, вызвав его на откровенность. Во-первых, потому, что помогла ему, во-вторых, потому, что больше о нем узнала. Услышанное заставило ее еще больше его уважать. Ее отец и Суса ошибались. Она была рада, что не послушалась их предостережений насчет королевской семьи.

Все же ей не давала покоя одна вещь. Она не знала подробностей аварии, в которой пострадало его лицо. Похоже, их не знал никто, кроме самого Макса, и она очень хотела, чтобы он поделился с ней своей страшной тайной.

— Тебе придется снова ехать вместе со мной, — сказал Макс Изабелле, подводя жеребца.

Она кивнула.

— Уже перевалило за полдень. Ты, наверное, жалеешь, что мы не взяли с собой те сэндвичи.

В ответ Макс слабо улыбнулся. Глядя на эту женщину, он понял, каким был идиотом. Он думал, если постарается, сможет держать ее на расстоянии. Сейчас он понимал — этого не случится. Он не знал, перерастут ли их отношения во что-то серьезное и продолжительное, но собирался наслаждаться ее обществом, пока она рядом. Больше никакого притворства.

— Я голоден как волк, — признался он.

Изабелла улыбнулась ему:

— Я знаю, как решить эту проблему. Здесь неподалеку есть одно место, где можно купить хорошую еду.

— И что за место? — спросил он с подозрением.

— Ты знаешь маленькое кафе у водохранилища, принадлежащее одной испанской семье?

— Да, я проезжал мимо него.

— И ни разу не хотел остановиться и посмотреть, что там готовят?

Он улыбнулся:

— Вообще-то хотел, но…

Она положила ладонь ему на руку:

— Мы едем туда.

Это начинает заходить слишком далеко.

— Что? Кто туда едет?

Макс думал, она давно поняла — он не посещает общественные места.

— Ты и я. Мы попробуем их знаменитые тапас. Ты еще будешь меня благодарить.

Он решительно покачал головой:

— Изабелла, я не думаю…

— Макс, ну пожалуйста. — Умоляюще глядя на него, она повисла на его руке. — Это неподалеку от твоих ворот. Ты можешь подождать на улице, пока я закажу еду. Затем мы сядем за один из столиков у воды. В это время мы, скорее всего, будем единственными посетителями. Тебе не придется общаться с хозяевами. Это сделаю я. Ну же, соглашайся.

— Я не знаю, — пробормотал он, колеблясь.

— Нет, знаешь. — Изабелла игриво улыбнулась ему. — Ты прекрасно знаешь, что тебе это нужно. Ты этого хочешь. — Она снова потянула его за руку. — Пошли.

Макс уступил. Отказаться было бы невежливо. Он снова усадил Изабеллу перед собой на коня, и они через ворота покинули территорию замка. В течение десяти лет он делал это только на лимузине с тонированными стеклами, и сегодняшняя вылазка была для него в диковинку. В то же время он чувствовал себя так, словно освободился из тюрьмы после длительного заключения.

Столики на высоком берегу реки были пусты. Макс сел за один из них, а Изабелла вошла внутрь палатки и заказала креветки, жаренные в кляре, пироги с рубленой свининой и соте из артишоков. Сеньор Ортега, хозяин заведения, принес им две бутылки холодного пива, и Макс напрягся, ожидая реакции пожилого испанца на его шрам. К его удивлению, тот не обратил на него никакого внимания. Он сказал им на итальянском языке с испанским акцентом, что им следует заглянуть сюда завтра, поскольку он планирует приготовить лучшие тапас в районе.

— Сеньор Ортега — друг моего отца, — сказала ему Изабелла. — Когда-нибудь у него будет настоящий ресторан, как у нас.

Еда оказалась очень вкусной, а пиво холодным как лед. Они ели, разговаривали и смеялись, будто знали друг друга целую вечность. Изабелле не верилось, что им так хорошо вместе. Она никогда не чувствовала себя настолько непринужденно с мужчиной.

Закончив, они взяли жеребца и пошли пешком до ворот замка.

— Вот видишь, — произнесла Изабелла. — Все было не так плохо. Тебе нужно почаще выходить. В конце концов, твои предки владели всей этой землей и положили начало поселку, не так ли? Ты не можешь притворяться, что не имеешь ко всему этому никакого отношения.

Закатив глаза, Макс сделал рукой жест, означающий, что она слишком много говорит. В ответ Изабелла звонко рассмеялась.

Они остановились у ворот, и Макс набрал код, чтобы их открыть. Пройдя внутрь, Изабелла окинула взглядом длинную белую стену по обе стороны от нее и сказала:

— Не могу поверить, что эта стена окружает всю вашу огромную территорию. Наверное, ее строили много лет.

— Примерно четыре сотни.

Вздохнув, девушка подумала о том, сколько людей и событий видели эти места.

— А сейчас дождь и ветер пытаются сровнять ее с землей, — задумчиво произнесла она.

— Да. — Макс запрыгнул на коня и усадил перед собой Изабеллу. — Природа не терпит преград точно так же, как не терпит пустоты, — философски заметил он.

Кивнув, Изабелла прижалась спиной к его груди, и по ее телу разлилось приятное тепло.

— Возможно, тебе следует разрушить свои внутренние преграды, — пробормотала она.

Макс застонал:

— Почему я догадался, что ты все опять сведешь к этому?

— Потому что знаешь — тебе это нужно.

— Я не позволю тебе читать мне нотации, — предупредил ее он.

Изабелле не хотелось на него давить, но ему нужно было начать жить реальной жизнью.

— Да? — произнесла она шутливым тоном. — Тогда кто станет читать тебе нотации?

— Никто.

Его голос был твердым, но в нем не было ни капли гнева, поэтому она рискнула продолжить:

— Вот видишь? Именно в этом и заключается твоя проблема. Тебе нужно впустить в свою жизнь других людей, общаться с ними, получать новый жизненный опыт. Ты слишком много времени проводишь в одиночестве.

Он пожал плечами:

— У меня есть Интернет. С его помощью я общаюсь со своими деловыми партнерами.

— Интернет! — Изабелла повернулась, чтобы посмотреть на него. — Это все равно что общаться с роботами.

— Они не роботы, — немного обиженно произнес Макс. — А реальные люди, работающие за компьютерами. Я вовсе не отшельник, каким ты меня считаешь.

Изабелла покачала головой:

— Ты не видишь людей, не знаешь, что они чувствуют. Не можешь определить, говорят они тебе правду или нет.

— А в реальности, значит, всегда можно определить, лжет тебе человек или нет, — язвительно заметил Макс.

— В любом случае реальная жизнь лучше, чем добровольное заточение в четырех стенах.

Немного помолчав, он мягко сказал:

— Реальная жизнь может причинять боль.

— Да. — Как ей сейчас хотелось повернуться и обнять его. Он держал ее, но только потому, что она сидела впереди него на лошади. Он был так близко и в то же время так далеко. — Боль как дождь. Она нужна, чтобы мы росли.

— В нашей жизни случается столько дождей, что он затопляют все вокруг. Что нам делать? — с вызовом произнес он.

— Учиться ходить по воде, — нашлась Изабелла.

Он мягко рассмеялся:

— Обо мне не беспокойся, Белла. Таков мой удел. Я справлюсь.

Ей было приятно, что он назвал ее уменьшительным именем, но вот ход его мыслей ей совсем не понравился.

Она не знала, что он имеет в виду. Он смирился со своей судьбой и принимает себя таким как есть или считает, что в один прекрасный день сможет над этим подняться, если захочет? Она не осмелилась его спросить. Оставшуюся часть пути они оба молчали.

Вернувшись в замок, они обнаружили Мими, которая мирно пощипывала травку во дворе. В сумках, висевших на ее спине, была только половина базилика. Остальной она растрясла по дороге.

— Похоже, завтра тебе придется вернуться сюда и проделать то же самое, — с улыбкой произнес Макс.

Изабелла улыбнулась. Тогда он протянул руку и прижал ладонь к ее щеке. Она накрыла его ладонь своей и встретилась с ним взглядом.

— Мне вернуться?

Макс кивнул:

— Да.

Ее сердце вмиг наполнилось радостью. У нее не было слов, чтобы выразить свои чувства, поэтому она сделала единственное, что пришло ей на ум в этот момент. Встав на цыпочки, она взяла его лицо в ладони и накрыла его губы своими. Макс начал отстраняться, но она его не отпустила. Крепко его обняв, она говорила ему своими прикосновениями и поцелуями то, что не могла выразить словами.

Когда она закончила, ее глаза были полны слез, а его — улыбались.

— Изабелла, — мягко произнес он, положив кончики пальцев ей на подбородок. Его взгляд был полон нежности. — Как тебе так быстро удалось стать лучом света в моей жизни? Без тебя я жил в полной темноте. Как бы я хотел…

Макс не договорил, но Изабелла догадалась, что он имеет в виду. Он хотел бы, чтобы они принадлежали к одному миру. Чтобы он мог освободиться от груза прошлого. Ей бы тоже очень этого хотелось, и ее сердце разрывалось на части, потому что реальность слишком жестока. Но сейчас ей было достаточно просто находиться рядом с ним и наслаждаться его близостью.

Когда Изабелла вернулась в ресторан, от ее радостного настроения не осталось и следа. Отец ждал ее у входа. Его лицо выражало беспокойство.

— Где ты была? — спросил он.

— Я… э-э… папа, я принесла базилик. — Она подняла сумку и показала ему. — Мы можем начать его использовать прямо сейчас. Я…

— Ты была с принцем. — Он произнес эти слова так, словно она запятнала доброе имя их семьи.

— Да что ты говоришь? — Изабелла попыталась обратить все в шутку, вот только ее отец был настроен крайне серьезно. — Папа, все в порядке. Он разрешил мне набрать травы. Он даже помогал мне.

Лука отмахнулся от ее объяснений:

— Ты ездила к нему уже несколько раз. Мы все прекрасно понимаем, что это значит.

Охваченная гневом, Изабелла вызывающе вскинула голову. Разве она заслужила подобные упреки? Видимо, то, что она лезла из кожи вон, чтобы достать так необходимую для них пряность, и вернулась с триумфом, не в счет.

— Да, я с ним встречалась, — призналась она, — но это совсем не то, что ты думаешь.

Отвернувшись, Лука начал бормотать себе под нос ругательства. Изабелла возмущенно уставилась на отца. Ее переполняла обида. Неужели после всех жертв, на которые она пошла ради своей семьи, она не заслуживала немного сочувствия и понимания? В конце концов, она, кажется, влюбилась в мужчину, который никогда не будет ей принадлежать. Это произошло из-за того, что она пыталась спасти семейный бизнес.

— Почему ты ничего мне не рассказала? — спросил отец, снова посмотрев на нее.

— Потому что… — Изабелла остановилась. Она сама не понимала, почему этого не сделала. Обычно она все ему рассказывала. Сейчас он, наверное, думает, что она молчала из чувства стыда, но ей нечего стыдиться.

— Я просто не хотела, чтобы ты питал напрасных иллюзий насчет базилика, — произнесла она, зная, что это звучит не очень убедительно.

— О, Изабелла, моя красавица…

В голосе отца слышалось отчаяние. Он покачнулся, и Изабелла бросилась к нему, чтобы поддержать. Затем она отвела его в комнату для отдыха, а сама пошла на кухню к Сусе.

— Что, черт побери, происходит? — спросила она пожилую женщину. — Почему он так расстроен?

Та пожала плечами:

— Ты же знаешь, у него есть причина. Из всех этих твоих свиданий с принцем ничего хорошего не выйдет.

— Уже вышло. — Она с гордо поднятой головой указала Сусе на сумки с базиликом. — Мне нравится этот человек, а я нравлюсь ему. Нам было весело вместе. Мы хорошо провели время. Больше мне нечего сказать.

— Так все говорят в начале любовных отношений, — мрачно произнесла Суса. — Вот только когда спохватываются, уже бывает поздно.

Изабелла неистово сверкнула глазами:

— Вы оба совсем в меня не верите. Может, мне следует все это бросить и уехать в город?

— Возможно, тебе уже давно следовало так поступить, — сказала Суса. — Но у твоего отца помимо твоих шашней с принцем есть сейчас и другие проблемы. Фредо Кавелли подал официальную жалобу в комитет по лицензированию.

Изабелла тут же забыла о своем гневе.

— Что?

Это плохая новость. Если комитет примет жалобу, будет проведено расследование. Возможно, им придется нанять адвоката. Вот только где они возьмут на это деньги?

— Твой отец говорит, что сам сможет защитить свои интересы, — ответила Суса, когда Изабелла заговорила с ней об адвокате. — Да поможет нам всем Бог.

Изабелла вздохнула. Беда никогда не ходит одна.

— Для начала я свяжусь с Кристиано и Валентино и потребую, чтобы они вернулись домой и помогли нам отразить атаку на единственный источник нашего материального благосостояния. — Ее захлестнула новая волна праведного гнева. В конце концов, почему она всегда одна за всех отдувается? — В любом случае они собирались скоро приехать на празднование папиного дня рождения.

— Вы планируете устроить вечеринку?

Изабелла позволила себе немного расслабиться.

— Разумеется. Папе сейчас нужны положительные эмоции.

Пожилая женщина повеселела:

— Тогда я начну готовиться прямо сейчас.

Изабелла рассмеялась и обняла ее за плечи.

Несмотря ни на что, на следующий день Изабелла поехала в замок. Они с Максом снова отправились на верховую прогулку. На этот раз они взяли еду, которую приготовила Изабелла, и устроили пикник на склоне холма. Солнце ярко светило. День был ясным и свежим, воздух словно искрился.

По какой-то причине Изабелла рассказала Максу о своем неприятном разговоре с отцом и опасениях Сусы.

— Просто они любят тебя и хотят защитить, — сказал ей он.

— Ты имеешь в виду, они хотят меня контролировать.

— Это тоже, но я уверен — они переживают за судьбу ресторана, и это отражается на их эмоциях. — Он искоса посмотрел на нее. — Вы не думали взять ссуду?

Ее сердце подпрыгнуло. Судя по его тону, Макс готов одолжить им денег. Это очень великодушно с его стороны, и у нее потеплело на душе. Все же она покачала головой.

— Мой отец и так уже по уши в долгах, — призналась она.

— Гмм… — задумчиво произнес Макс.

Изабелла улыбнулась. Разве можно было не влюбиться в этого мужчину? В глубине его глаз по-прежнему оставалась печаль, но он не был таким мрачным и нелюдимым, как раньше. Его улыбка стала более теплой и искренней. Он чаще смеется. Он открылся больше, чем ей это казалось возможным всего несколько дней назад.

Это не могло ее не радовать, ведь у нее были идеи и планы. Ей безумно хотелось ими с ним поделиться, но она знала, что должна действовать медленно, чтобы его не отпугнуть.

У Макса не было никаких планов. Он просто наслаждался чудесным днем и ее обществом и ни о чем не думал. Постепенно он начинал догадываться, что у нее что-то на уме, но не подавал виду. Когда она намекнула ему на то, что его виноградники пропадают зря, он внимательно выслушал ее предложения. Он был очарован ее энтузиазмом и потому не хотел ей говорить, что ее идеи безумны.

Все же к концу дня им удалось прийти к компромиссу. Изабелла приведет своего друга, который осмотрит виноградники и подсчитает, сколько времени и средств понадобится на их восстановление, после чего Макс все как следует обдумает и примет окончательное решение. Затем она приготовит ему на ужин пасту со своим фирменным соусом.

Изабелла чувствовала — он готов расправить крылья. Все, что ему для этого нужно, — свободное пространство и возможность совершить полет.

Глава 9

Следующие несколько дней пролетели как одно мгновение. Изабелла каждый день под тем или иным предлогом ездила в замок, а Макс так же старательно придумывал, как ее там подольше задержать. Они хорошо ладили, и их интерес друг к другу с каждым днем только возрастал. Макс рассказал Изабелле все о своем детстве, после чего принялся расспрашивать ее о поселке, о ее отце, братьях, о ее детстве и юношеских мечтах.

— Некоторое время я изучала библиотечное дело, — сказала она ему. — Я мечтала работать в библиотеке какого-нибудь крупного университета. Хотела жить в шумном городе, полном возможностей и развлечений.

Когда она об этом рассказывала, ее глаза светились, и Макс улыбался.

— Почему ты от этого отказалась?

Она вздохнула:

— Мой отец заболел, а оба брата были в отъезде, поэтому я вернулась домой помогать ему.

Макс кивнул. Именно этого он и боялся. Женщина, на чьих плечах лежал тяжелый груз, собиралась взять на себя еще и его проблемы.

Он задал ей несколько вопросов о ресторане, и ее словно прорвало. Она рассказала ему о финансовых проблемах, о своих тревогах за отца и даже о нападках Фредо Кавелли.

Внимательно выслушав ее, Макс спросил:

— Он действительно может причинить вред вашему ресторану?

— Знаешь, до недавнего времени я в этом сомневалась. Он всегда был старым брюзгой, имевшим зуб на моего отца. Но сейчас, когда он подружился с мэром и занял место в комитете по лицензированию, я начала его опасаться.

Понимающе кивнув, Макс задал ей еще несколько вопросов. Изабелла вдруг осознала — он первый, кому она рассказывает о себе. Она сама не заметила, как этот мужчина занял важное место в ее жизни.

— Если твоему отцу нужны деньги, я мог бы… — начал он.

— Нет, — перебила она. — Ты очень великодушен, Макс, но в данный момент ему нужно гораздо больше, нежели деньги. Ему нужно, чтобы все его дети собрались вместе и помогли ему.

— Это по плечу только тебе, — сказал принц. — Ты единственная, кого твои братья послушают.

— Что? — удивилась Изабелла, не понимая, с чего он это взял. — Меня никто не слушает.

— Они тебя послушают, если ты убедишь их, как для всех вас важна семья. Попробуй. Думаю, они удивятся. — Макс сжал ее руку. — Если у твоего отца возникнут проблемы с комитетом, скажи мне, и я сделаю нужные звонки.

Изабелла была очень признательна ему за участие, но не представляла, чем он мог ей помочь в этом деле. Он по-прежнему не выходил за пределы своих владений. Но другой его совет был достаточно разумным, и она решила ему последовать.

Изабелла удивлялась тому, как сильно изменилась ее жизнь за столь короткое время. Кто бы только мог подумать, что она будет чувствовать себя как дома в его замке? К ее большому удивлению, Ренцо стал ее союзником во всем. Она была с ним откровенна с самого начала.

— Вы знаете, что я пытаюсь сделать, не так ли? — спросила она его однажды, пока Макс разговаривал по телефону с исследователем рынка, с которым часто сотрудничал.

— Нет, мисс, — ответил старик. — Наверное, вам следует мне объяснить.

— Я пытаюсь придумать, как вызволить принца из добровольного заточения в четырех стенах, расширить его круг общения.

— А-а.

Его реакция была ей непонятна, поэтому она продолжила:

— Он почти десять лет живет здесь, опекаемый вами и своими родными и отгороженный от остального мира.

— Да, мисс.

— Вы думаете, это идет ему на пользу?

Ренцо помедлил:

— Думаю, он уже почти полностью отошел от своего горя, и ему пора двигаться дальше.

Изабелла улыбнулась ему:

— Значит, вы согласны, что ему пора начинать возвращаться к нормальной жизни?

— Да, согласен.

Она рассмеялась:

— Слава богу. А я-то боялась…

— Не надо, мисс. Я буду помогать вам чем смогу.

Она взяла его руку и крепко пожала:

— Спасибо вам, мистер Ренцо. Огромное спасибо.

— Я знаю принца с тех пор, как он был маленьким мальчиком, — продолжил старик. — Он замечательный человек. Он много страдал и заслуживает больше, чем до сих пор получил от жизни.

— Тут я с вами полностью согласна.

Ренцо кивнул. Его лицо по-прежнему оставалось серьезным. У нее создалось такое впечатление, что он вообще никогда не улыбается.

— Я сразу понял, вы приходите сюда с добрыми намерениями, — продолжил он, — поэтому можете во всем на меня рассчитывать.

Изабелла испытала огромное облегчение оттого, что ей не придется противостоять человеку, рядом с которым принц прожил большую часть своей жизни.

Поддержка Ренцо придала ей смелости, и она, не теряя времени даром, на следующий же день привезла в замок своего друга-подрядчика. Она заранее предупредила Джанкарло о том, как ему нужно себя вести с Максом, и тот отлично держался. Когда он увидел шрам Макса, его глаза слегка расширились, но он тут же взял себя в руки. С помощью веских аргументов ему удалось убедить Макса, что восстановительные работы уже через несколько лет окупятся, и принц обещал обдумать его предложение. На следующий день Джанкарло вернулся с экспертом по виноделию, который дал Максу более подробную информацию. Эта встреча тоже прошла хорошо, и Изабелла испытала огромное облегчение.

Макс расцветал прямо у нее на глазах. Он начал общаться с посторонними людьми, и это пошло ему на пользу. Она сказала ему это в тот же день, когда они обедали на веранде.

— Думаю, ты так долго жил один, что у тебя развилось нечто вроде паранойи. Большинство людей охотно принимают тех, кто отличается от них, как только привыкают к отличиям. Поначалу они испытывают удивление, но потом перестают обращать внимание.

— Полагаю, ты подробно изучила эту проблему? — мягко поддразнил ее Макс.

— Конечно, — ответила Изабелла. — Живи и давай жить другим — вот кредо современного человека, — добавила она, чтобы развеять его сомнения.

Он покачал головой:

— Ты, наверное, живешь в сказке.

Изабелла улыбнулась:

— В таком случае почему бы тебе ко мне не присоединиться?

Макс пожал плечами:

— Скажи мне, Белла, зачем остальному миру нужны виноградники Росси?

Наклонившись вперед, она посмотрела на него своими большими синими глазами:

— Тебе просто нужно больше общаться с людьми, живущими по соседству с тобой. Только подумай, сколько рабочих мест ты сможешь им дать. Благодаря тебе они станут лучше жить.

Он едва сдержал усмешку:

— А если меня не волнует, есть у незнакомых мне людей работа или нет?

— Тебя должно это волновать, — твердо заявила она. — Тебе нужно с ними пообщаться, тогда тебя начнет волновать их благополучие.

Он застонал, что не помешало Изабелле поделиться с ним своими идеями.

Она привезла растения, чтобы засадить ими пустые места в саду возле склепа. Ей нравилось там находиться и смотреть на статую, которая напоминала ей Макса. Он ходил туда вместе с ней и помогал ей. Как-то он заговорил о своей красавице матери, которая тоже любила этот сад. О том, как опустошена она была, когда публика охладела к ней, как только она утратила свою красоту.

— По какой-то причине, если женщина красива, это становится ее главным достоинством, — заметила Изабелла. — Какой бы хорошей и талантливой она ни была, окружающие ценят ее в первую очередь за привлекательную внешность и теряют к ней интерес, когда ее красота тускнеет.

Макс кивнул в знак согласия:

— Да, такова обратная сторона популярности.

Положив руку ему на колено, Изабелла заглянула в его выразительные темные глаза. Она понимала, что трагедия его матери повлияла на его отношение к потере своей собственной красоты.

— Ты не должен позволять этому портить тебе жизнь.

Макс улыбнулся. Она права. Шрам на лице мешал ему вести полноценную жизнь, и пришло время это исправить.

Позднее вечером Изабелла набралась смелости и подошла к Ренцо с очень щекотливым вопросом. Они втроем поужинали, и она наводила порядок на кухне, перед тем как поехать домой.

— Скажите мне вот что, Ренцо, — произнесла она, смахивая с разделочной доски хлебные крошки. — Я знаю, принц пострадал в дорожной аварии, но не знаю подробностей. Не хотите рассказать мне о случившемся?

Она вгляделась в суровое лицо старика, но оно оставалось непроницаемым.

— Вы его об этом спрашивали?

Она покачала головой:

— Нет, Макс никогда в наших беседах не касался этой темы, а я боялась причинить ему боль напоминанием о той аварии.

Старик медленно покачал головой:

— Думаю, будет лучше, если вы спросите его об этом прямо, мисс.

Вздохнув, Изабелла кивнула, понимая, что он прав. Выйдя на террасу, она стала смотреть на звезды и вспоминать тот день, когда Макс рассказал ей о гибели Лауры. Расскажет ли он ей все сейчас?

Принц присоединился к ней через некоторое время. Подняв руку, она коснулась его шрама:

— Макс, мне нужно знать, как это произошло.

Он накрыл ее ладонь своей.

— Тебе нужна официальная версия или правда?

В его словах была горечь, но взгляд оставался ясным.

— Разве не говорят, что правда освобождает?

— Мы говорим много вещей, которые с виду кажутся умными, а на деле пусты и легковесны, как мыльные пузыри, — ответил он, засовывая руки в карманы. — Хорошо, Белла, ты сама напросилась. — Он откинул назад голову, словно собрался любоваться звездами. — Это случилось в ту ночь, когда погибла Лаура.

Ее сердце упало. Именно такого ответа она и боялась.

— Я повез ее безжизненное тело в больницу, надеясь лишь на чудо. Врачи старались. Они сделали все, что было в их силах, но она… — Его голос дрогнул, и он ненадолго замолчал, собираясь с духом, чтобы продолжить рассказ.

У Изабеллы защемило сердце, и она прижала ладонь к груди, желая разделить с ним его боль. Но это было невозможно. Это его крест, и ему придется нести его до конца своих дней. Изабелла могла только надеяться, что ее присутствие хоть немного облегчит его страдания.

— Она по-прежнему была мертва, — наконец произнес он безжизненным тоном. — Они оказались неспособны совершить чудо. Я был уничтожен. Я позволил моей жене и нашему неродившемуся ребенку умереть, пока спал всего в нескольких футах от них. — Он пристально посмотрел на нее. Ее глаза горели. — Боль, ужас и чувство вины были невыносимы. На обратном пути я обнаружил, что мчусь на предельной скорости. У меня не было причин соблюдать осторожность. Без Лауры мне было больше незачем жить. Моя жизнь стал бы адом на земле. Я не видел смысла ее продолжать.

— О, Макс… Неужели ты…

— Я специально направил свой автомобиль на бетонную опору моста. Мне хотелось только одного: присоединиться к Лауре. — Он снова посмотрел на нее. — Теперь ты все знаешь.

— Да, — еле слышно прошептала Изабелла.

Попытавшись положить конец своим страданиям, он только их усилил. Возможно, именно этого он и хотел. Она кивнула. Это ее не удивило бы. Ее охватила глубокая печаль. Макс сам создал свой ад на земле и не знал, как из него выбраться. Она не могла произнести ни слова, ее душили слезы, зато теперь она лучше его понимала. Он отгородился от остального мира, потому что думал, что заслужил это. И дело не только в том, что ему не нравилось, как люди реагируют на его лицо. Это было наказание. Он решил, что не заслуживает иметь связь с остальным человечеством. Это его крест, его пожизненный приговор, который не подлежал обжалованию.

Изабелла больше была не в силах сдерживать слезы, и они потекли по ее щекам. Она попыталась отвернуться, но Макс ей не позволил. Он нежно ее обнял и прижал к себе. Уткнувшись лицом в его плечо, она оплакивала Лауру и ее неродившегося малыша. Оплакивала несчастную жизнь Макса.

— Не надо, Белла, — наконец произнес он. — Я получил по заслугам.

От этих слов она еще сильнее расплакалась, и он крепче прижал ее к себе и стал поглаживать по волосам.

Наконец успокоившись, она слегка отстранилась и, вытерев щеки, улыбнулась.

— Посмотри, я испортила тебе футболку, — произнесла она, потрогав мокрую ткань у него на груди.

Его сердце билось так часто, словно он только что пробежал пару миль. Словно он чувствовал…

В ответ ее пульс тоже участился. Затем она подняла глаза, и ее губы приоткрылись. Макс пристально на нее смотрел, и она чувствовала — внутри него идет борьба. Ему хотелось поцеловать ее не меньше, чем ей его. Почему он так борется со своим влечением к ней?

В последнее время этот вопрос беспокоил ее все чаще. Она еще не питала таких глубоких чувств ни к одному мужчине. Ей хотелось ему об этом сказать, крепко его обнять, почувствовать вкус его губ на своих губах.

Он поцеловал ее в тот день, когда она пробралась в его дом, чтобы приготовить для него соус. Их встреча была неожиданной, и он оказался к ней не готов. Он не успел запереть свои эмоции на замок, и они выплеснулись наружу в страстном поцелуе. Он был так хорош с обнаженным торсом и мокрыми волосами.

Она знала, что Макс к ней неравнодушен. Что его сильно к ней влечет. Всякий раз, когда их взгляды встречались, между ними проскакивал электрический разряд. Когда вечером он помогал надевать ей куртку, его руки задерживались на ее плечах. Она знала, что в эти моменты ему хотелось опустить их чуть ниже и накрыть ее грудь. Все же он сдерживался.

Она быстро повернулась и легонько задела грудью его обнаженную руку. Ее соски тут же затвердели под тонкой тканью топа. Макс это заметил, и его кадык дернулся, а глаза стали почти черными. Он сжал руки в кулаки, чтобы устоять перед искушением и не коснуться ее.

Время шло, но он так ее и не поцеловал. Неожиданно он отвернулся, словно ему было невыносимо на нее смотреть.

Изабелла знала, в чем заключается его проблема. Он считает, их дружеские отношения не могут превратиться во что-то серьезное и продолжительное, и не хочет, чтобы она питала пустые иллюзии. Изабелла понимала — он прав, но, когда находилась рядом с ним, ей было все равно. Ей просто хотелось прикасаться к нему, целовать его, наслаждаться его близостью.

Поэтому она продолжала ждать. Ее губы по-прежнему были приоткрыты, веки чуть опущены. Всем своим видом она умоляла его о поцелуе.

— Изабелла, — вдруг произнес Макс хрипловатым голосом. — Cara mia. — Он покачал головой.

— Макс. — Схватив его за руку, она яростно сверкнула глазами. — Если ты сейчас же меня не поцелуешь, я уйду и никогда больше не вернусь!

Его взгляд потеплел, и он рассмеялся.

— Белла, — нежно сказал он, убирая ей за ухо прядь волос, — ты лжешь.

— Думаешь, я бы вернулась? — с вызовом бросила она.

Он притянул ее к себе.

— Я знаю, ты бы вернулась. — Он был так близко, что его дыхание щекотало ей губы. — Но на всякий случай скреплю сделку.

И он наконец ее поцеловал.

Едва он коснулся губами ее губ, как от ее ярости не осталось и следа. Именно этого она и ждала. Ради этого жила в последнее время. Почувствовав, как Макс возбужден, Изабелла испытала чувство облегчения. Он хотел ее не меньше, чем она его.

Она могла подарить ему себя. Могла без страха погрузиться в это чувство, открыть ему свое сердце и душу. Ее пальцы зарылись в его густые волосы, она прильнула к нему всем телом, чтобы получить как можно больше от этого волнующего контакта.

Ее губы, ее язык, ее руки, ее тело — все говорило ему: «Я здесь. Возьми меня. Я твоя». Его большие красивые ладони скользнули по ее бокам, затем переместились на ее ягодицы.

Макс знал — стоит ему только на несколько секунд раствориться в огне ее поцелуя, и он перерастет в нечто более серьезное. Желание, которое он с таким трудом сдерживал внутри себя, отчаянно пыталось вырваться наружу, и это могло быть опасно. Ему следовало отстраниться и дать ей понять, что она рискует.

Но он не мог этого сделать. Наедине с собой он часто предавался фантазиям о том, как у них с Изабеллой все могло бы быть, если бы не обстоятельства, и этот поцелуй приближал его к тем фантазиям. Изабелла таяла в его объятиях, словно была специально создана для того, чтобы он ее любил.

— Белла, — простонал он, чувствуя, как его разум затуманивается от желания. — Cara mia.

Она что-то пробормотала в ответ, но Макс не разобрал слов. Он закружился в водовороте наслаждения. Еще пара секунд — и назад дороги уже не будет. Он должен это остановить, пока еще не поздно.

Оторвавшись от ее губ, Макс громко застонал. Изабелла была прекрасна, словно богиня, перед которой трудно устоять. Все же это ему удалось.

— Белла, нет, — тихо сказал он. — Мы должны остановиться.

Изабелла вздохнула, но затем неожиданно снова прильнула к нему и приникла губами к его губам. Разве он мог ее оттолкнуть?

Будь на то воля Изабеллы, поцелуй продолжался бы целую вечность. Макс принадлежал ей, пусть всего на короткое мгновение, но она чувствовала радость и легкость, словно в ее сердце пел хор из тысячи ангелов.

Вдруг в комнату вошла сестра Макса Анжела, и пение прекратилось.

— Прошу прощения, — произнесла она, но, вместо того чтобы оставить их наедине, прошла на террасу.

— Анжела. — Неохотно повернувшись, Макс одернул футболку и как ни в чем не бывало произнес: — Чем мы обязаны столь неожиданному визиту?

— Я же тебе говорила, что приеду на эти выходные.

— О-о. — Принц нахмурился. — Точно. Здесь столько всего происходит, что я совсем об этом забыл.

— Похоже на то. — Она притворно улыбнулась. — Рада снова вас видеть, Изабелла. Надеюсь, в ресторане дела идут хорошо?

— Да, спасибо, — ответила девушка, пытаясь, как Макс, сохранять невозмутимый вид, только у нее это плохо получалось.

Разве она могла быть спокойной, когда он наконец проигнорировал свои внутренние запреты и поцеловал ее по-настоящему?

— Очень хорошо. — Анжела бросила на брата испепеляющий взгляд. — Пойду распакую свои вещи. Ренцо, кажется, тоже забыл о моем приезде. — Направляясь к двери, она иронично произнесла: — Я начинаю чувствовать себя в этом доме незваной гостьей.

— Тебе лучше уйти, — сказал Макс Изабелле. Он приложил ладонь к ее щеке, но, вопреки ее ожиданиям, не поцеловал ее снова. — Увидимся завтра? — Его глаза были полны сожаления.

— Конечно, — ответила Изабелла.

Ее переполняло разочарование. Интуиция подсказывала ей — эти поцелуи ничего между ними не изменили, и ей придется приложить усилия, чтобы заставить его снова ее поцеловать. Если бы только Макс поверил в то, что у них есть шанс. Если бы только она смогла его убедить.

Изабеллу удивил ход собственных мыслей. Похоже, она сама начала надеяться.

Анжела осталась в замке на три дня, но Изабелла разговаривала с ней лишь однажды. Сестра Макса была с ней достаточно вежлива, но, похоже, в чем-то ее подозревала.

— Я так понимаю, у вас здесь есть какие-то интересы, — сказала она, когда они с Изабеллой столкнулись друг с другом на кухне однажды утром.

Изабелла вызывающе вскинула подбородок:

— Да, есть.

Анжела подняла тонко очерченную бровь:

— Мы все знаем, Макс долгое время был одинок. Молодой красивой женщине вроде вас было бы нетрудно очаровать его и заставить сделать то, к чему он не готов. Что-то абсолютно неприемлемое.

Изабелла глубоко вдохнула. Если эта женщина думает, что ее можно запугать, она ошибается.

— Думаю, вы недооцениваете своего брата. Разумеется, ему, как любому мужчине, нравится флиртовать с красивыми женщинами, но это не мешает ему быть циничным и осторожным. Он не станет плясать ни под чью дудку.

— Разумеется, нет. Я ничего такого не имела в виду. — Анжела нахмурилась. — Но это же очевидно — вы с Максом без ума друг от друга. Вы так друг на друга смотрите, что этого не заметит разве что слепой. — Немного помедлив, она подозрительно посмотрела на Изабеллу. — Вы не…

— Нет.

Анжела кивнула. Было видно — она испытывает огромное облегчение.

— Уверена, вы понимаете, что он не может принимать какие-либо решения относительно своего будущего, не посоветовавшись со своими родными?

Изабелла часто заморгала:

— Анжела, если вы боитесь, что мы сбежим, можете оставаться спокойны. В мои планы не входит заманить вашего брата в ловушку.

Анжела недоверчиво кивнула:

— Планы — это одно, страсть — совсем другое.

Изабелла с трудом сдерживала свой гнев.

— Не думаю, что у вас есть повод для беспокойства. Мы с вашим братом принадлежим к разным мирам, которые разделяет пропасть, и я не питаю на его счет никаких иллюзий.

Анжела кивнула:

— Я рада, что у вас есть голова на плечах.

Изабелла улыбнулась:

— С другой стороны, если Макс примет решение, не думаю, что его что-то сможет остановить.

Поморщившись, Анжела пронзила ее взглядом:

— Ответьте мне честно, Изабелла, вы влюблены в моего брата?

Изабелла резко вдохнула. Она могла бы промолчать, но не хотела показаться грубой.

— По правде говоря, я над этим не задумывалась, — уклончиво ответила она.

Глаза Анжелы засверкали.

— Значит, вы мне не скажете.

— Анжела, мои чувства к Максу вас не касаются, — не выдержала Изабелла. — Я вас уважаю, но не собираюсь делиться с вами своими внутренними переживаниями. Это мое личное дело.

Сестра Макса долго смотрела на нее, затем неожиданно рассмеялась.

— Хороший ответ, — сказала она. — Вы честная девушка и потому мне нравитесь.

На том их разговор закончился.

Все облегченно вздохнули, когда Анжела уехала. Расслабившись, Изабелла снова принялась убеждать Макса заняться виноградниками.

— Ты только посмотри на все это великолепие, — сказала она ему, когда они шли по участку, где у растений были зеленые побеги и их еще можно было восстановить. — Можешь представить, что здесь было бы, если бы за всем этим ухаживали надлежащим образом?

— У растений, которые теряют листья, а потом снова возвращаются к жизни, есть что-то общее с птицей феникс, возрождающейся из собственного пепла, — философски заметил Макс.

— Возрождение надежды, — предположила Изабелла.

— Да, — кивнул он, задумчиво наклонив голову.

Девушка улыбнулась. Победа останется за ней. Она это чувствовала.

— Осторожно. — Макс вытянул в сторону руку, чтобы она не наткнулась на сломанную опору, после чего заключил ее в объятия.

Рассмеявшись, она с радостью прижалась к нему. Он нежно ее поцеловал и отпустил. Изабелле хотелось большего, но она знала, что ей придется подождать.

— Давай посидим в тени у розария, — предложила она, защищая ладонью глаза от солнца.

Когда они сели на скамейку, она спросила:

— Что ты думаешь об оценке, которую дал Джанкарло?

— На названную им сумму я бы мог купить гоночную яхту вместе с командой.

— О-о. — Изабелла была разочарована. — Неужели нужно так много денег?

— Да, — ответил он. — Скажи мне, Изабелла, если бы у тебя было много денег, на что бы ты их потратила?

Изабелла задумалась. Наверное, он ожидал, что она вложила бы часть средств в свой бизнес, а остальные раздала бы нуждающимся, но у нее была другая идея. Она не знала, как отреагирует на нее Макс, но все же решила высказаться на свой страх и риск:

— Макс, если бы у меня были деньги, я бы наняла для тебя лучшего пластического хирурга.

Он ошеломленно уставился на нее:

— Что?

Изабелла взяла его за руку.

— Но не потому, что я хочу, чтобы ты изменился, — быстро добавила она. — Я уже говорила тебе раньше, что нахожу тебя очень привлекательным, а твой шрам лишь делает тебя еще более дорогим для меня. Но все же я бы хотела, чтобы ты перестал себя наказывать и избавился от него. Десять лет — слишком долгий срок. Ты заслуживаешь прощения.

Взяв ее руку в свою, Макс перевернул ее и поцеловал ладонь.

— Я не нуждаюсь в прощении, — мягко сказал он. — Bella mia, у меня есть ты.

Изабелла не знала, говорит он всерьез или шутит, но от его слов ее сердце затрепетало.

— Скажи мне, Макс, ты когда-нибудь обращался к пластическому хирургу?

— Нет.

— Я знаю. Ты даже не пытался.

— Ты права.

— Я по телевизору видела, какие чудеса они творят.

— Нет. — Он уронил ее руку. Его взгляд посуровел. — Я никогда этого не сделаю.

— Почему?

Пожав плечами, он отвернулся.

— Ты сама сказала. Это мое наказание. — Он снова посмотрел ей в глаза. — Белла, я спал, в то время как моя беременная жена тонула в нескольких футах от меня. Неужели ты считаешь, что я не заслуживаю немного боли?

— Нет, — решительно бросила она. — Ты и так уже достаточно настрадался.

Они долго молча смотрели друг на друга, после чего Макс слабо улыбнулся:

— Вот видишь, наши мнения расходятся. — Его улыбка стала шире, и он снова взял ее руку в свою. — Белла, Белла, ты все принимаешь слишком близко к сердцу. — Он поочередно поцеловал ее пальцы. — Может, мне носить маску, как тот парень из «Призрака оперы»? Думаешь, мне пойдет?

Ей нравилось, когда он был в шутливом настроении, и она решила ему подыграть:

— Не знаю. — Она сделала вид, будто глубоко задумалась над его словами, затем пристально посмотрела на него. — Это зависит от того, насколько хорошо ты поешь.

— Мне пришлось бы петь? — удивился он.

— А как же.

Они вместе рассмеялись, и это было хорошо. Смех немного притупил боль. А она была готова пойти на все, лишь бы облегчить его страдания.

— Ладно, Белла, — наконец произнес Макс. — Звони Джанкарло. Мы посмотрим, что получится из его проекта по обновлению экспериментального участка.

— О! — Обвив руками его шею, девушка чмокнула его в щеку. — О, я так рада! — Она остановилась. — Погоди-ка. Почему только один участок?

— Это только пока, ненасытная маленькая леди. Мы будем продвигаться вперед постепенно.

— Правильно. — Изабелла успокоилась. Он хотел нанять сначала несколько работников, чтобы начать привыкать к людям. Она была рада, что он вообще решился на этот шаг. — Хорошо. Мы сделаем все так, как ты хочешь.

Он очаровательно ухмыльнулся:

— А разве может быть иначе?

Глава 10

Изабелле доставляло удовольствие проводить время с Максом, но в конце концов ей все же пришлось вернуться к реальности. После того как она принесла базилик и количество посетителей ресторана стало таким же, как в лучшие времена, все должны были успокоиться. Но разве это возможно, когда все вокруг знали о ее отношениях с принцем и давали ей советы?

— Изабелла, не думаешь ли ты, что тебе пора положить конец твоим шашням с принцем Росси? — как-то обратилась к ней одна из их постоянных клиенток. — Ты ему не ровня. Ты ведь прекрасно знаешь, чем заканчиваются подобные вещи. Возможно, сейчас тебя устраивают такие отношения, но в конце концов он захочет жениться и выберет себе невесту из своего круга, а ты останешься одна.

Такие нравоучения ее особенно раздражали, потому что ей было нечего на них сказать. Можно либо вспылить, либо развернуться и уйти. Обычно она выбирала второе.

С отцом ей было труднее всего иметь дело, потому что он искренне за нее переживал.

— Куда ты? — спрашивал он всякий раз, когда она направлялась к выходу. — Когда ты вернешься? Ты ведь не поедешь к нему, правда?

Изабелла старалась не уходить надолго из ресторана. Отец нуждался в ее помощи. Ей хотелось оградить его от тревог, большая часть которых была связана с угрозами Фредо Кавелли.

— Папа, что этот человек имеет против тебя? — спросила она как-то. — Почему он это делает?

— Он работал на меня, когда я владел забегаловкой на Виа Рома. Мы поссорились, он уволился и открыл собственное дело, которое вскоре провалилось. Долгие годы он обвинял меня в том, что я украл у него идеи. Он всем говорил, что я добился успеха только благодаря его рецептам.

— У него есть хотя бы малейшее основание так считать?

— Нет. Он даже не знал, где я доставал базилик. Он просто старый завистливый дурак.

Но старые завистливые дураки могли причинить большой вред, поэтому Изабелла отправилась вместе с отцом на заседание комитета по лицензированию. Он был слишком слаб, чтобы встать и выступить в свою защиту, поэтому она сделала это вместо него. Ее речь спровоцировала бурный спор, но даже после этого она не поняла, что Фредо Кавелли от них нужно. В конце концов она не выдержала и спросила его об этом прямо:

— Синьор Кавелли, чего вы добиваетесь? Вы хотите, чтобы мы признали свою вину? Заплатили вам деньги?

Фредо, сидевший в своем кресле за длинным столом, зловеще посмотрел на нее:

— Я хочу, чтобы Лука потерял свой бизнес точно так же, как я потерял свой.

Вот и все.

— Проблема состоит в том, что теперь, когда Фредо подружился с мэром и занял место в комитете, он может серьезно мне навредить, — сказал ей отец по дороге домой. — Сначала я подозревал, что за всем этим может стоять твоя тетя Лиза. — Лука покачал головой. — Впрочем, ей на такое не хватило бы ума.

— О, папа. Тетя Лиза очень тебя любит.

— Ха! — Он снова покачал головой. — Много ты знаешь.

Лиза сильно отличалась от своего простого добродушного брата. Изабелла хорошо ее знала, несмотря на то что та часто уезжала из Монта-Корренти. У нее было три дочери, причем от разных отцов. В юности Изабелла дружила со своей кузиной Скарлетт, с которой была одного возраста. Затем произошел инцидент, который положил конец их дружбе, и с тех пор они почти не разговаривали.

Зато с тетей Лизой Изабелла разговаривала достаточно.

— Я слышала, ты теперь высоко летаешь, девочка, — сказала Лиза племяннице, когда они случайно встретились на улице.

Изабелла решила сделать вид, будто не понимает, в чем дело.

— О чем вы говорите?

— О том, что ты якшаешься с королевскими особами.

Изабелла промолчала. Она не могла рассказать Лизе, как познакомилась с Максом, ведь для этого ей пришлось бы раскрыть тайну их фирменного соуса. Лиза была последним человеком, которому ее отец рассказал бы о базилике. Они с Лукой на протяжении долгих лет являлись прямыми конкурентами. Если Лиза узнает о базилике, она не станет терять времени даром и наймет лучших поваров из Рима, чтобы попробовать новые рецепты. Им и без того хватало проблем.

— Я слышала, что он ведет отшельнический образ жизни и даже не пускает поставщиков провизии внутрь дворца. И тут он внезапно проникается симпатией к нашей маленькой Иззи. — Лиза бросила на нее дерзкий взгляд. — Если бы я знала, что к нему так легко найти подход, я бы сама к нему сходила.

Изабеллу охватила паника. А если она уже пыталась?

— И зачем бы вы к нему пошли?

— Разумеется, я бы пригласила его на ужин. — Лиза самодовольно улыбнулась. — Ты представляешь, какая бы это была реклама для моего ресторана? Меня удивляет, что ты до сих пор не пригласила его к вам. Но думаю, ты скоро это сделаешь. Я права?

Изабелла покачала головой:

— Все не так, тетя Лиза. Я ему помогаю. Он хочет осуществить один проект, и я знакомлю его с местными экспертами.

— Он собирается открыть ресторан? Сомневаюсь, что ты знаешь что-то, кроме ресторанного дела.

Это стало последней каплей.

— Вы бы очень удивились, если бы узнали, как много я знаю, тетя Лиза, — произнесла Изабелла ледяным тоном. — Мне было бы неприятно, если бы эти слухи навредили моим кузинам.

Лиза густо покраснела, и девушка испытала угрызения совести. На самом деле она знала не так уж много пикантных подробностей из жизни своей тетки.

— Она такая самодовольная, — рассказывала она позднее Максу, когда они ехали верхом в кафе сеньора Ортеги за обещанными тапас. — Это невыносимо.

— Забудь о ней, — посоветовал ей он. — У нас впереди долгий день, который мы проведем наедине друг с другом. Только мы и никого больше.

Изабелла с радостью приняла это предложение. Макс был в приподнятом настроении, поскольку на виноградниках уже начались работы, и он каждый день наведывался туда смотреть, как идут дела. Никто не бледнел и не отворачивался при виде его шрама. Он с надеждой смотрел в будущее. Возможно, ему удастся вернуться к нормальной жизни.

Привязав лошадей, он сел за дальний уличный столик, а Изабелла отправилась за едой. Войдя в помещение, Изабелла поприветствовала сеньора Ортегу. Он, как обычно, начал тараторить, едва она показалась в дверях. Она выбрала ассорти из морепродуктов, кукурузные оладьи, жареную кровяную колбасу, фаршированные грибы и холодное пиво для Макса. Пока сеньор Ортега жарил для нее самоса [1], в кафе вошла красивая маленькая девочка. Ее хорошенькое личико обрамляло облако светлых кудряшек.

— Это Нинита, — гордо сказал сеньор Ортега. — Моя старшая внучка.

— Рада с тобой познакомиться, Нинита, — произнесла Изабелла, пожав малышке руку. Та в ответ широко улыбнулась. — Какая красивая девочка, — тихо сказала она мужчине за стойкой.

— Да, она мой ангел, — ответил сеньор Ортега. — Возьми этот поднос. Ты заказала так много еды, что мне придется помочь тебе ее отнести.

— А я могу помочь, дедушка? — спросила Нинита.

— Конечно, дорогая. Отнеси салфетки.

Они друг за другом направились к столику, за которым сидел Макс.

— Мы принесли много разных вкусных тапас, — сообщила ему Изабелла. — Нам помогала внучка сеньора Ортеги. Познакомься с Нинитой. Нинита, это принц Макс.

Малышка подняла голову, чтобы посмотреть на живого принца. Все происходило как в замедленной съемке. Изабелла знала, что должна это остановить, но было уже слишком поздно. Глаза девочки округлились, словно она увидела что-то ужасное. Вскрикнув, она уронила салфетки и, закрыв лицо руками, расплакалась, затем повернулась и убежала.

Макс замер. Его лицо было белее мела. Сеньор Ортега начал перед ним извиняться, но он изобразил на лице улыбку и сказал, что все в порядке. Но его взгляд был полон сожаления и презрения к самому себе. Как только сеньор Ортега удалился, Макс молча встал из-за столика и направился к выходу. Прежде чем Изабелла успела что-то сказать, его уже и след простыл.

На поиски Макса у Изабеллы ушло больше часа. Он сидел на берегу реки в месте, где она никогда не бывала раньше. Спешившись, она подошла к нему, но, когда попыталась коснуться его, он резко отстранился и пронзил ее ледяным взглядом:

— Все кончено, Изабелла. Нашей идиллии конец.

Она ошеломленно уставилась на него:

— О чем ты говоришь?

— Я думал, что смогу убежать от своей судьбы, но жестоко ошибся. Моя судьба написана у меня на лице, и я никуда от нее не денусь. Я могу обманывать себя, но в конце концов расплата за мое преступление все равно меня настигнет.

— Макс, не говори так. Это я во всем виновата. Мне следовало ее подготовить…

— Ты можешь подготовить весь мир, Изабелла? Сомневаюсь.

— Но, Макс…

— Изабелла, неужели ты не видишь? — Он пристально посмотрел на нее своими темными глазами, полными душевной муки. — Я не могу. Не могу выйти к людям, если своим видом заставляю плакать хорошеньких маленьких девочек. Я не имею права так с ними поступать.

Внезапно Изабелла поняла, что ошибалась насчет причины его затворничества. Она думала, он просто хочет оградить себя от боли, которую причиняла ему реакция людей на его лицо. Но было очевидно — им двигали совсем другие мотивы. Он не хотел попадаться людям на глаза, чтобы не причинять им неудобство, не пугать своим видом детей.

Разве она могла что-то с этим поделать? Нет, она не в силах влиять на мысли и чувства других людей. Изабелла растерянно уставилась в воду. Она признавала свое полное поражение. Это так на нее не похоже. У нее больше нет идей, планов, проектов.

Отвернувшись, чтобы Макс не увидел ее слез, Изабелла встала и подошла к Мими. Мгновение спустя она уже была на другой стороне холма. Только тогда она дала волю слезам.

Целую неделю Изабелла работала не покладая рук, чтобы притупить душевную боль. Пока у нее не очень получалась, но она надеялась на лучшее.

Все это время она не виделась с Максом, но не могла думать ни о чем другом. Она тосковала по нему, нуждалась в нем. Потому что любила. Она всячески пыталась это отрицать, но, когда его потеряла, никаких сомнений не осталось. Она любила его всем сердцем.

Она слышала, что он заплатил работникам и распустил их по домам. Виноградникам Росси не суждено возродиться. Кто-то сказал ей, что группа местных жителей ходила к принцу, чтобы уговорить его провести на территории его замка мероприятие по сбору средств на благоустройство Монта-Корренти. Макс отказался с ними встречаться. Он делал то, что собирался, — возвращался к своей привычной жизни. И в этой жизни для Изабеллы места не было.

Неужели все могло так быстро закончиться? Похоже на то. Ей было больно оттого, что когда она наконец встретила достойного мужчину, разделяющего ее взгляды и интересы, мужчину, чьи прикосновения и поцелуи находили отзвук в сокровенных глубинах ее женского естества, ей пришлось от него отказаться. Она жалела себя, но знала, что сама во всем виновата. Ей с самого начала следовало быть благоразумной. Ее отец сейчас, как никогда, нуждался в ее поддержке, поэтому она погорюет еще денек, а затем успокоится и с новыми силами возьмется за решение проблем.

При этой мысли она почувствовала небольшое облегчение. К несчастью, жизнь не посчиталась с ее планами. Они с Сусой шелушили на кухне фасоль, когда пришел молодой человек с письмом из комитета, в котором говорилось, что если Лука, не обратившийся вовремя за лицензией, не заплатит огромный штраф, ему придется через сорок восемь часов освободить помещение ресторана. Изабелла несколько раз перечитывала отцу документ, но он никак не мог — или не хотел — понять его смысл.

— Папа, здесь говорится, что мы потеряем ресторан, — сказала она ему, не в силах поверить в это сама. — Через два дня будет заседание комитета по лицензированию. Если к тому времени мы не заплатим штраф, нам придется собирать вещи и освобождать помещение.

— Нет. — Лука ударил по полу тростью. — Я не дам этим ублюдкам ни цента!

— Но, папа…

— Я никогда не поддамся на шантаж Фредо. Никогда.

Спорить с ним было бессмысленно. В любом случае они не располагали такой крупной суммой. Все, что она могла сделать, — это обратиться с личной просьбой к мэру. Он не может быть настолько жесток, чтобы лишить их семью единственного источника дохода.

Но внутренний голос подсказывал ей — этим она ничего не добьется.

Сидя на веранде, Макс сквозь полуприкрытые веки смотрел на закат. Он думал, что без труда вернется к своей привычной жизни, но в действительности это оказалось не так просто. Он жил как в аду. Раньше у него хотя бы был покой, но теперь он и его лишился. Он снова узнал, что значит иметь рядом нежную, чуткую женщину, и без нее чувствовал себя так, словно потерял часть себя. Много раз за день он доставал телефон, чтобы позвонить Изабелле, но вовремя останавливался.

Эта потеря очень отличалась от потери Лауры. Его почти десять лет раздирала мучительная боль и чувство вины. Сейчас он тоже испытывал боль, но чувства вины почти не было. Только глубокое сожаление о том, что он оказался неспособен сделать счастливой женщину, которая этого достойна. Лаура была любовью его юности, Изабелла — радостью его зрелых лет.

Сейчас он чувствовал себя как узник, совершивший побег и приговоренный к пожизненному заключению в одиночной камере после того, как узнал вкус свободы. Это было невыносимо.

Макс посмотрел на бутылку, которую принес с собой. Он думал, что сможет утопить свои печали в вине, но ему расхотелось пить. Он прекрасно знал — на дне бутылки тоже находился ад. Ему было вполне достаточно того ада, что был в его душе.

Ренцо вышел на террасу узнать, не нужно ли ему чего. Получив отрицательный ответ, он задержался, словно хотел что-то сказать.

— В чем дело, Ренцо? — спросил Макс. — Выкладывай.

Старик прокашлялся.

— Сэр, я не помню, говорил ли вам, что сегодня днем ездил в поселок повидать мисс Изабеллу.

— Что? — Обернувшись, Макс уставился на него. — Зачем ты туда ходил?

— Она забыла здесь кое-какую посуду, и я решил отвезти ее в ресторан.

— О. — Принц отвернулся. Ему не следовало спрашивать. Он знал правила. Никаких напоминаний, никаких вопросов. Он глубоко вдохнул, чтобы взять себя в руки, но слова сами сорвались с его губ: — Как она? У нее все в порядке?

— Я не знаю.

Макс выпрямился:

— Что ты имеешь в виду?

— Ее не было в ресторане. Я разговаривал с пожилой женщиной по имени Суса, которая работает на мисс Изабеллу и ее отца. Она сказала, они оба отправились в здание комитета по лицензированию готовиться к завтрашнему заседанию, на котором будет решаться дальнейшая судьба их ресторана. Скорее всего, они его потеряют.

Макс выругался:

— На каких основаниях у них хотят отобрать ресторан?

— Кажется, у них нет лицензии, а сумма штрафа слишком высока.

— Это грязная махинация.

— Боюсь, что так, сэр.

— Готов поспорить, — уголок его рта слегка искривился, — Изабелла сама сможет спасти положение.

— Вы так считаете, сэр? — В голосе Ренцо слышалось сомнение.

— Конечно. Как только узнаешь что-то новое, сразу сообщи мне. Я хочу знать, чем закончится это дело.

— Очень хорошо, сэр. — Ренцо поклонился ему. Его лицо выражало недоумение.

Макс вздохнул. Он знал — старик хотел, чтобы он помчался на помощь Изабелле. Неужели он не понимает, что это невозможно?

Закрыв глаза, Макс увидел прекрасное лицо Изабеллы и застонал. Ее образ был таким реальным. Она что-то говорила, умоляла его помочь, просить подняться с кресла, покинуть замок, и…

Он не мог понять, в чем дело, но этот образ долго преследовал его наяву, а потом явился ему во сне. Изабелла нуждалась в его помощи. Проснувшись, он уставился в потолок. Хватит ли ему смелости сделать то, что могло бы ей помочь? Он не был в этом уверен.

На следующий день к Максу пришел посетитель, которого он совсем не ждал. Разумеется, поскольку он вообще не принимал гостей, для него был бы сюрпризом кто угодно. Но приход этого человека стал для него сюрпризом вдвойне.

Ренцо вошел к нему в библиотеку в тот момент, когда он заканчивал проводить исследование в Интернете.

— Там один человек хочет вам видеть, сэр.

— О чем ты говоришь? — Макс посмотрел на старика так, будто тот спятил.

Ренцо немного помедлил.

— Сэр, я знаю этого человека. Он очень хороший. Он владеет небольшим кафе, где подают тапас.

— Сеньор Ортега?

— Да. Значит, вы его знаете?

— Разумеется. — Макс нахмурился. Чего мог хотеть от него этот пожилой испанец? Он задумался. В любом случае было бы глупо отказывать ему в коротком визите. — Пусть войдет, — сказал он Ренцо. — Я с удовольствием с ним встречусь.

Ренцо тут же подчинился, и мгновение спустя сеньор Ортега вошел в библиотеку и пожал Максу руку.

— У меня есть к вам маленькая просьба, — произнес он, кланяясь. — Надеюсь, вы мне не откажете.

— Por supuesto, — сказал Макс на родном языке гостя. — Чем я могу вам помочь?

— Вы помните маленькую девочку, которая была в моем кафе, когда вы в последний раз приходили туда с Изабеллой?

Макс нахмурился. Разве он мог такое забыть?

— Да, — сухо ответил он. — В чем дело?

— Вы помните, как она отреагировала на ваш… — Он жестом указал на шрам Макса.

Макс уставился на сеньора Ортегу. Этот человек так непринужденно говорил о его шраме, словно он был обыденным явлением, а не тем, что вызывало всеобщее отвращение или, в лучшем случае, жалость.

— Да, — сказал он. — Помню.

— Нините так стыдно за свое поведение. Она каждый день спрашивает меня, придете ли вы к нам еще. Она хочет перед вами извиниться.

Макс невольно улыбнулся:

— Ей не за что извиняться. Это я напугал ее своим лицом.

Ортега нахмурился:

— Я привез ее с собой. Если бы вы позволили ей войти и засвидетельствовать вам свое почтение…

Это безумие. Неужели Ортега заставил свою внучку сделать такое? Разумеется, она приехала сюда не по своей воле.

— Простите, — начал Макс. — Боюсь, я не могу позволить.

Но Ренцо уже проводил девочку в библиотеку. Макс напрягся. Нет, он не думал, что она снова заплачет. Но если он увидит на ее личике ужас, то вряд ли сможет это вынести.

Нинита была такой маленькой и такой хорошенькой. Когда она вошла, ее взгляд тут же устремился к Максу, и он заметил, что ее глаза слегка расширились. Но в следующий момент ее личико озарила ангельская улыбка, и он почувствовал огромное облегчение.

— Ваше высочество, — произнесла она, сделав реверанс. — Мне так жаль, что я напугала вас в тот день. Я хотела извиниться, но дедушка сказал, я не должна вас беспокоить по таким пустякам. Но в конце концов я его уговорила, и он привез меня сюда.

Макс громко рассмеялся. Ему вдруг стало так хорошо, как уже давно не было. Может, он не так уж и ужасен? Может, у него получится вести нормальную жизнь? Если маленькие девочки так быстро привыкают к его шраму, почему бы не бросить вызов остальному миру?

Все кончено. Изабелла опустилась на свое место, чувствуя себя как выжатый лимон. Ее отец закрыл лицо руками, и она не удивилась бы, если бы он плакал. Другие люди за столом кричали и спорили, но она знала — надежды больше нет. Все кончилось. Ресторана «Роза», который славился своими фирменными соусами, больше не существовало. Мэр, назначенный председателем этого собрания, постановил, что ее семья должна в течение сорока восьми часов освободить помещение.

Она положила ладонь на руку отцу:

— Пойдем, папа. Нам здесь больше нечего делать.

Подняв глаза, Лука попытался улыбнуться дочери.

— Скоро приедет Валентино, — произнес он дрожащим голосом. — Возможно, он что-нибудь придумает.

Изабелла не стала отвечать. Никаких пустых иллюзий. Только реальность. Нужно пережить потерю и вместе двигаться дальше.

Поднявшись, она протянула отцу руку. Он посмотрел на нее, но, похоже, у него не было сил встать даже с ее помощью. Это был поистине ужасный день.

Но в следующий момент двери внезапно распахнулись и в зал кто-то ворвался. Тут же воцарилась тишина, которую нарушал только решительный стук шагов. Изабелла повернулась, чтобы посмотреть, кто это, и не поверила своим глазам.

К столу направлялся высокий элегантный мужчина со сверкающими темными глазами. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы убедиться, что это действительно Макс. Он стоял перед собравшимися, бросая им вызов своим присутствием. Он не медлил, не пытался повернуться так, чтобы не было видно его шрама. Он пришел сюда для того, чтобы заставить других с ним считаться. Это было очевидно.

— Простите, что опоздал, — произнес он низким голосом, который отозвался гулким эхом в стенах просторного зала. — Я случайно узнал, что вы здесь собрались обсуждать интересующую меня недвижимость, и пришел помочь вам принять верное решение.

Мэр и несколько советников, смотревшие на него с разинутыми ртами, наконец пришли в себя и одновременно поднялись, предлагая ему свои места. Изабелла с удивлением наблюдала за Максом.

Макс отказался сесть. Вместо этого он остановился в центре зала, словно желая подчеркнуть, кто здесь главный. Он попросил мэра зачитать ему претензии к Луке Казали и постановление комитета. Внимательно все выслушав, он произнес:

— Простите, синьор Джиллано, но я не согласен с вашим решением. Я заинтересован в благополучии ресторана «Роза» и хочу его защитить.

Присутствующие уставились на принца в изумлении. Он, пристально глядя на мэра, продолжал:

— Видите ли, я собираюсь породниться с семьей Луки Казали, женившись на его дочери Изабелле. Она будет помогать мне распоряжаться моей собственностью в Монта-Корренти. Вы, синьор Джиллано, кажется, арендуете у меня здание, где размещается ваша мебельная фабрика. Многоквартирный дом, которым управляете вы, синьор Барелли, тоже принадлежит мне, не так ли? А вы разве не арендуете у меня конюшни, мисс Вивенда? — Макс поочередно обращался к членам совета, каждый из которых зависел от него. — Когда Изабелла станет моей женой, мы вместе будем решать, с кем продлить контракт, а с кем разорвать. У нас уже есть кое-какие планы относительно благоустройства поселка. — Он окинул взглядом зал, и легкая улыбка немного смягчила его суровые черты. — Надеюсь, мы не причиним никому из вас неудобства, но риск есть всегда. Уверен, вы прекрасно это знаете.

Среди собравшихся прошелся ропот. В их голосах слышалась паника. Изабелла изумленно смотрела на Макса, не понимая, что происходит. Впрочем, это не имело значения. Ей доставляло удовольствие наблюдать за тем, как уверенно он держится перед большим скоплением людей, не обращая внимания на свой шрам. Он наконец проявил внутренние качества, достойные благородного принца.

Но почему он сказал, что собирается на ней жениться? Это уловка или он действительно захотел взять ее в жены? Ее сердце стучало так громко, что она с трудом разбирала слова Макса.

— Уверен, этот вопрос можно решить с выгодой для всех нас, если вы отмените постановление, касающееся ресторана «Роза». — Он поочередно посмотрел на каждого из членов комитета. — Определенно, теперь, когда у вас появилась новая информация, штраф можно отменить.

В зале установилась абсолютная тишина.

Макс улыбнулся:

— Хорошо. В таком случае решено. Надеюсь, семья Казали к вечеру вернется в свой ресторан.

— О, я уверен, что мы можем пойти им навстречу, — пробормотал мэр.

— Да, конечно, — повторяли друг за другом остальные, словно собирались это сделать с самого начала.

Раскрыв рот от изумления, Изабелла качала головой. Ее отец довольно улыбался. Фредо позеленел от злости, но на него всем было наплевать.

Макс повернулся, чтобы посмотреть на Изабеллу. Их взгляды встретились, и между ними пробежал электрический ток. Тогда она вскочила с места и бросилась в его объятия. Он приподнял ее и в следующую секунду на глазах у всех так крепко ее поцеловал, словно это последний поцелуй в истории Вселенной.

— Я люблю тебя, Белла, — прошептал он ей на ухо. — Когда ты ушла, я понял, что не могу жить без тебя. Свадьба впишется в твои планы?

— О, Макс, — вздохнула она, теснее прижимаясь к нему. — Я готова сделать ее первым пунктом.

— Хорошо, — ответил он улыбаясь. — Ты моя совесть и моя смелость. Ты мне очень нужна.

— Думаю, ты и сам очень смелый. То, как ты сюда вошел и выступил перед всеми, не обращая внимания на свой шрам… О, Макс, это было превосходно!

— Я бы никогда не смог сделать ничего подобного, если бы не ты. Давай поженимся поскорее, — сказал Макс, снова ее поцеловав. — Нам понадобится очень долгий медовый месяц.

— Не беспокойся, — ответила Изабелла, прижимаясь к мужчине, которого любила всем сердцем. — У меня есть план.

Эпилог

Макс стоял перед большим фонтаном во дворике за «Розой» и, потягивая восхитительное марочное вино, думал об Изабелле.

— За тебя, моя будущая жена, — произнес он, подняв бокал, затем, зная, что шум воды заглушит его голос, добавил: — И за тебя, моя дорогая Лаура, и за нашего малыша. Надеюсь, вам хорошо на небесах. Вы навсегда останетесь частью меня.

Закрыв глаза, Макс тихо прочитал молитву. Услышав донесшийся из ресторана голос Изабеллы, он улыбнулся. Она опять о чем-то спорила со своим братом Валентино. Похоже, они могли делать это день и ночь напролет.

Они только что закончили отмечать день рождения Луки, и Макс вышел подышать свежим вечерним воздухом. Он был рад, что его пригласили на это скромное семейное торжество. Похоже, Лука наконец готов смириться с тем, что Макс собирался жениться на его дочери.

Нельзя сказать, что синьор Казали был рад предстоящему событию. Он беспокоился, что Макс заберет его дочь и ему никто не будет помогать в ресторане. По правде говоря, у него были все основания для беспокойства. Пока Изабелла продолжит помогать отцу, но затем наступит время, когда ей придется полностью посвятить себя Максу и их отношениям. Когда они поженятся, у него появится полное право ее забрать.

Повернувшись, он посмотрел на «Сореллу», соседний ресторан, принадлежащий сестре Луки Лизе. Оттуда выходили довольные посетители и на их место тут же приходили новые. Это было очень популярное заведение. Макс еще не пробовал их еду, но собирался сделать это в ближайшее время. Лиза была отличным управляющим, и ее ресторан процветал. Они с Изабеллой обязательно наймут хорошего специалиста, чтобы Лука передал ему свои обязанности.

Снова переключив внимание на «Розу», он обнаружил, что Изабелла и Валентино продолжают спорить, а Лука, которому, очевидно, это надоело, вышел во двор. Тихо рассмеявшись, Макс отвернулся и скрылся в тени. В данный момент его мало волновали проблемы семьи Казали. Куда приятнее было потягивать хорошее вино и думать о счастливом будущем.

Неистово тряхнув головой, Изабелла бросила на брата сердитый взгляд. Они безумно любили друг друга, но редко приходили к согласию по какому-либо поводу.

— Если бы Кристиано был сейчас здесь, а не тушил лесные пожары в Австралии, — проворчал Лука, открывая дверь во двор, — он бы вправил вам обоим мозги.

— О, папа, — произнесла Изабелла. — Не беспокойся, это одна из наших семейных традиций. — Она снова переключила свое внимание на Валентино. — Ты упрям как осел. Почему бы тебе не остаться здесь на месяц, и…

— Иззи, ну как ты не можешь понять? Я должен думать о своей карьере, защищать свою позицию в мировом рейтинге, крепко держаться за свой успех. Это нелегко.

— Я так понимаю, что ты хочешь посвятить всего себя гонкам, но жизнь состоит не только из работы.

— Правда? И когда ты пришла к такому выводу, Золушка? Помнишь, мы так тебя называли?

Изабелла неожиданно обнаружила, что они остались одни.

— Куда все подевались? — произнесла она, оглядываясь по сторонам.

— Ты их распугала своим брюзжанием, — поддразнил ее брат.

Она повернулась, готовая испепелить Валентино взглядом, но, увидев на его лице улыбку, тоже улыбнулась.

— Ладно, оставим наши разногласия на потом. — Она вздохнула. — Давай тоже выйдем во двор. Там прохладнее.

Налив два бокала вина, они, взявшись за руки, вышли в ночь. Во дворике было много народу, но Изабелла, приглядевшись, сразу увидела отца.

— Вон он. Не пойму только, с кем он разговаривает. Не думаю, что это Макс. — Они подошли чуть ближе. — А-а, это тетя Лиза. Они почти не общаются друг с другом. Что происходит, черт побери?

Изабелла собиралась броситься к ним, но Валентино ее остановил.

— Они оба напряжены. Чутье мне подсказывает, что нам следует действовать осторожно, — сказал он. — Давай спрячемся вон в тех кустах и послушаем, о чем они говорят.

— Я испорчу туфли, — ответила Изабелла, но подчинилась.

Защищать отца давно вошло у нее в привычку. Тетя Лиза Часто его обижала, и сейчас ей хотелось оказаться рядом и поддержать его.

По мере их приближения голоса становились все отчетливее.

— У тебя день рождения, дорогой мой братец, а ты даже не смог собрать всю свою семью, — произнесла Лиза так громко, что любой, кто проходил мимо, мог ее услышать.

Раздраженно фыркнув, Изабелла продолжила продираться сквозь кусты, но Валентино схватил ее за руку.

— Тсс, — прошептал он. — Давай лучше уйдем отсюда.

— Но…

— Ты ведь никогда им не говорил, правда? — спросила Лиза язвительным тоном. — Похоже, я знаю об их братьях больше, чем они.

Братьях? Изабелла и Валентино резко остановились и прислушались.

— Лиза, о чем ты говоришь? — воскликнул Лука. — Ты видела близнецов? Ты была в Нью-Йорке?

Его голос дрожал от волнения. Брат и сестра переглянулись и пожали плечами.

— Не знаешь, о ком они говорят? — шепотом спросил Валентино у Изабеллы, но та покачала головой.

— Это тебе следовало поехать в Нью-Йорк, дорогой братец. Тебе давно следовало навестить детей, с которыми ты так давно не виделся. Неужели ты не понимаешь, что ты натворил, Лука? Своими действиями ты лишил своих детей возможности общаться друг с другом. Когда ты отослал этих несчастных маленьких мальчиков, в твоей семье образовалась огромная зияющая пустота.

— Неужели у тебя такая короткая память, Лиза? Ты как никто другой должна знать, почему мне пришлось так поступить.

— Лука, перестань.

— Это произошло потому, что мне было не на что покупать им еду, а ты, моя дорогая сестрица, отказалась одолжить мне денег. Как, по-твоему, мне следовало поступить? Оставить их рядом с собой и смотреть, как они умирают с голоду?

Лиза махнула рукой:

— Все это уже в прошлом. Тебе нужно думать о настоящем. Ты должен связаться с этими мальчиками и попросить у них прощения. — Она начала отворачиваться. — Кстати, ты знаешь, что Алессандро владеет ранчо на Западе, а Анжело звезда бейсбола? — Она презрительно тряхнула головой. — Я подумала, тебе будет интересно получить свежие новости о твоих старших сыновьях. Почему бы тебе не рассказать о них остальным своим детям? Уверена, им будет интересно узнать правду.

С этими словами она повернулась на каблуках и пошла обратно в свой ресторан. Подождав, когда она исчезнет за дверью, Изабелла выбежала из своего укрытия и увидела, как ее отец тяжело рухнул на каменную скамью.

— Папа, о чем говорила тетя Лиза? — спросила она, опустившись перед ним на колено. — Что это за близнецы?

Подняв на нее глаза, Лука поморщился.

— Изабелла, Валентино, мне нужно многое вам рассказать. — Он тяжело вздохнул. — Я был с вами не до конца честен. В последнее время я много об этом думал и решил, что вы должны обо всем узнать.

— Узнать о чем, папа? — Она взяла его руку в свою. — Можешь рассказать нам все. Ты знаешь, мы всегда будем тебя любить, несмотря ни на что.

Он тяжело вздохнул, и у нее сжалось сердце.

— До того, как я женился на вашей матери, у меня была другая жена, и у нас родилось двое сыновей-близнецов. В последний раз я их видел, когда они были еще совсем маленькими. — Он покачал головой.

Изабелла сжала его руку.

— Валентино! — позвала она брата, но он уже скрылся в темноте, словно не хотел ничего знать об этих двух новых братьях. Она разочарованно уставилась ему вслед.

Для нее самой это стало огромным потрясением, и в то же время она радовалась тому, что у нее было еще два брата. Она всегда подозревала, что в прошлом ее отца кроются какие-то тайны, и вот теперь получила подтверждение этому. Она уже даже начала думать, как найти близнецов и привезти их домой.

В одном тетя Лиза абсолютно права. В их семье действительно была огромная зияющая пустота. Всегда. Теперь она отчетливо это видела.

— Макс!

Валентино покинул ее, но она, по крайней мере, могла рассчитывать на Макса. Сейчас ей так нужна была его поддержка. Повернувшись, она увидела, что он направляется к ней.

— О, Макс, обними меня покрепче, — попросила она и, когда его сильные руки сомкнулись вокруг нее, поделилась с ним последними новостями: — Оказывается, у меня есть еще два брата-близнеца. Как тебе это нравится? Я намерена сделать так, чтобы они поскорее сюда приехали и мы наконец собрались все вместе.

Кивнув, Макс так крепко стиснул ее в объятиях, словно не собирался никогда больше отпускать.

— Похоже, у моей любимой невесты, как всегда, есть план, — мягко произнес он.

Вздохнув, Изабелла уткнулась лицом в его теплое плечо. Ей так повезло, что она встретила Макса. Она знала — уже совсем скоро самые важные ее обязанности будут связаны с новой семьей, которую они создадут вдвоем, но в то же время ей нужно было помочь отцу собрать вместе всю его семью. Если ее младшие братья поймут, что самое важное для любого человека — это семья, подумала она, когда они с Максом вели ее отца обратно в ресторан, жизнь станет намного лучше, особенно здесь, в их любимом Монта-Корренти.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Примечания

1

Самоса — жареный пирожок треугольной формы с мясной или овощной начинкой.

Content

Рэй Морган
Тайны одинокого сердца

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Эпилог

Примечания