Гацунаев Николай

Западня

Николай Гацунаев

ЗАПАДНЯ

Мы ходим в театры,

влюбляемся,

спорим,

на город

ночами глядим из окна...

А где-то вдали

задыхается море,

Аральское море

уходит от нас.

- Командир. Остров по курсу.

- Ну и что?

- Вчера его не было.

- А позавчера?

- Я серьезно, командир. И на карте нет.

- Нет, так будет. По курсу идем?

- По курсу. Не нравится он мне.

- Курс?

- Остров.

- А тебе кокосовые пальмы подавай, обезьян, попугаев. Дикарей с тамтамами.

- При чем тут дикари? Мне сам остров не нравится. Вчера дна не было видно, а сегодня - на тебе островок.

- Мелеет море.

- Так-то оно так... Смотрите, смотрите

Вертолет тряхнуло. Островок - одинокое желтое пятнышко на ультрамариновом фоне моря - стремительно разрастался, на глазах меняя очертания.

- Дракон! - ахнул штурман. Вертолет снова тряхнуло, и он начал терять высоту. Дракон далеко внизу запрокинул голову, оскалился. Из пасти полыхнуло оранжевым пламенем. Вертолет накренился и носом вперед ринулся вниз, словно намереваясь протаранить сказочное чудовище. Дракон тянулся навстречу, мелко подрагивая перепончатыми недоразвитыми крылышками, изрыгая языки пламени и трубно ревя...

Наваждение кончилось так же внезапно, как началось. Вертолет выровнялся и летел теперь низко над морем, едва не касаясь воды.

- Что это было? - спросил командир, когда удалось набрать высоту и лечь на прежний курс. - Что это могло быть?

- Шут его знает! - штурман передернул плечами и вытер пот носовым платком. - До сих пор мурашки по коже!

Командир провел по лицу тыльной стороной кисти. Покачал головой.

- Ерунда какая-то. Смотри в отряде не проболтайся. Засмеют.

Штурман не слышал. Продолжал думать вслух.

- Не зря он мне сразу не понравился. Вот что, командир: надо начальству доложить. По всей форме. Не мы одни тут летаем.

Утром они подали подробный рапорт о случившемся. А еще неделю спустя Аральский феномен стал притчей во языцех.

Третьи сутки, не переставая, лил дождь.

- Разверзлись хляби небесные, - Крис провел пальцем по запотевшему стеклу, вздохнул. - И несть им конца, и края не быти.

Катя подняла лицо от книги, насмешливо прищурилась. Катя всегда щурилась, когда снимала очки, и всякий раз старалась придать лицу насмешливое выражение.

- Не надоело, ваше преподобие?

- Что именно? - не оборачиваясь, уточнил Крис.

- Изрекать банальности.

- Надоело. - Крис заложил руки за спину, повертел большими пальцами. Можете предложить что-то другое?

- Могу. Прогуляйтесь до метеобудки.

- В такой ливень? - усомнился Крис. - Хотите, чтобы меня в море смыло?

- Боже упаси! Сегодня ваша очередь готовить ужин. - Она захлопнула книгу и поднялась. - А впрочем...

- Приготовите ужин сами?

- Не угадали. Я подумала, может быть, сегодня удастся установить контакт с островитянами?

- Чушь, - Крис зевнул. - В такую погоду они наверняка отсиживаются где-нибудь в пещерах.

- Думаете, они живут в пещерах?

- А почему бы и нет?

Какое-то время молчание нарушал лишь монотонный плеск дождя за окном. Катя зябко поежилась.

- Не похожи они на пещерных обитателей.

- Вам известно, на кого они похожи?

- Вы отлично поняли, что я имею в виду! - вспыхнула она.

"Нервы, - тоскливо подумал Крис. - Ее можно понять". И произнес как можно мягче:

- Простите, Кэт. Я не хотел вас обидеть.

- Прощаю, ваше преподобие. - Она надела очки и вызывающе запрокинула голову. - Надеюсь, господь бог вас тоже простит.

"Очки, - отметил он про себя, - такая малость, а выражение лица сразу стало другим. А может, очки тут ни при чем?".

- Знаете, на кого вы сейчас похожи, Кэт?

- Разумеется, на Мону Лизу!

- Само собой. Но еще больше на разгневанную настоятельницу женского монастыря.

- У вас что - третий глаз на затылке? - Она фыркнула. - Где это вы узрели?

- Здесь. - Он постучал пальцем по оконному стеклу.

- А-а... - только и сказала она.

Крис хмыкнул, продолжая смотреть в окно.

- Категоричный вы человек, Кэт. Чуть что - за глотку берете.

- Может, вы и правы. Прежде я за собой этого не замечала. Как вы относитесь к феномену, Крис?

- С интересом.

- И только?

- Пока да.

- И уверены, что мы его разгадаем?

- Должны. - Он только теперь сообразил, что стоит к ней спиной, и обернулся. - Иначе нам зря платят деньги. А вы что - не уверены?

- Нет. - Она покачала головой. - Мне все чаще кажется, что нам это не по зубам.

- Почему?

- Не знаю. - Катя посмотрела в окне и опять зябко повела плечами. - Не по себе мне тут. А главное - не знаю, с какой стороны подступиться. У вас нет такого ощущения?

- Есть, - признался он.

- И вам не бывает страшно?

- Бывает.

Он вспомнил день их высадки на остров: вертолет на берегу, бригаду строителей, заканчивающих сборку щитового домика, разнокалиберные ящики на изрытом следами песке. Утро как утро, море как море, остров как остров.

Катя копалась в ящиках, Сингх разговаривал о чем-то с вертолётчиками, а он стоял в сторонке, размышляя о том, что, собственно, побудило Академию наук послать их на этот крошечный, вдоль и поперек просматривающийся клочок суши, где и уцепиться-то не за что, если вдруг поднимется ураган.

Потом ему взбрело в голову пройтись по острову и, увязая по щиколотку в песке, он направился к противоположному берегу, где за пологими дюнами призывно синело море. Немилосердно палило солнце. Он достал из кармана куртки полотняную пляжную кепочку и, прежде чем натянуть на голову, вытер ею мокрое от пота лицо. В следующее мгновение, снимая кепку от глаз, он вдруг увидел впереди, там, куда должна была вступить уже занесенная для следующего шага нога, зияющий провал и в темной его глубине - огромную, алчно оскалившуюся пасть с хищно скошенными внутрь зубами.

Крис отпрянул и, не удержав равновесия, повалился навзничь. Раскаленный песок наждаком царапнул по шее и ладоням, но жгучее прикосновение к похолодевшей от ужаса коже было даже приятно.

Несколько секунд он лежал не шевелясь, глядя в небо невидящими глазами и чувствуя, как бешено колотится сердце. Потом медленно сел и заставил себя взглянуть туда. Взгляд скользнул по вытянутым ногам. Сразу же от кроссовок начиналась глубокая борозда, которую он пропахал, шарахнувшись вспять. Борозда кончалась примерно в полутора метрах, а дальше шла девственно гладкая, зализанная ветром поверхность. И никакого провала. Ровный лимонно-желтый песок.

Крис изо всех сил зажмурился и снова раскрыл глаза. Ничего не изменилось. Борозда, гладкий песок и вдали ультрамариновая синь моря. Поколебавшись, он встал и оглянулся. Там, возле домика, все шло своим чередом. Крис нерешительно потоптался на месте, решая, вернуться ему или идти дальше. Решил идти. Сделал неуверенный шаг, второй. Остановился у самого конца борозды и вдруг понял, что не сможет сделать дальше ни шагу. Не сможет, и никаких гроздей. И бесполезно пытаться. Оставалось только пожать плечами и повернуть обратно. Так он и сделал.

Разумеется, он ни с кем и словом не обмолвился о происшествии. Да и что, собственно, было говорить? Сплошная мистика. Неврастения на ровном месте. В лучшем случае подымут на смех.

Но потом, когда уже улетел вертолет со строителями и они остались втроем, Катя в один прекрасный вечер примчалась в метеобудку с дико выпученными глазами и, захлопнув за собой дверь, трясущимися руками заперла замок на два оборота.

Крис был в прихожей и все видел.

- Вас преследовал Сингх? - поинтересовался он.

- Сингх?! Разве он не дома?

- Нет, насколько мне известно.

Сингх возился на кухне с ужином, но Катю нужно было хоть как-то успокоить, и Крис сознательно пошел на обман.

- Что за дурацкие шутки?! - вспыхнула Катя. - Уж от Сингха...

- Что "от Сингха"? - поинтересовался индус, возникая в дверях. У Кати испуганно округлились глаза.

- Вы дома? - притворно удивился Крис.

- А где мне еще быть? - Сингх и бровью не повел.

Катя метнулась к окну и осторожно отвела в сторону занавеску. Над морем клубились багряные закатные облака. На их фоне четко темнела прямоугольная коробка метеобудки. И, естественно, ни души вокруг.

- Ребята. - Катя задернула занавеску, отошла от окна. - Хотите, верьте, хотите нет, но на меня пытались напасть.

- Напасть? - недоверчиво переспросил Сингх. - На вас? И кто же?

- Не знаю. - Катя прислонилась спиной к стене, закрыла глаза.

- Успокойтесь, Кэт, - вмешался Крис. - И пойдемте в гостиную. У вас пригорают котлеты, Сингх.

- Котлеты?! - переспросил Сингх. - Рисовая каша, вы хотите сказать.

- Ну, каша. Пойдемте, Кэт.

В гостиной он усадил ее на диван, включил свет и опустил портьеры. Катя сидела, крепко стиснув зубы, так, что желваки вздулись на скулах, и он понял, что она едва сдерживает дрожь.

- Накапать валерьянки?

- Нет. - Она качнула головой. - Лучше стакан горячего чая.

- Сингх! - позвал он, не выходя из комнаты. - Принесите чаю, пожалуйста.

Сингх принес заварной чайник, накрыли сложенным вчетверо полотенцем. Достал из шкафа чашку. Наполнил почти до краев. Протянул Кате. Жидкость в чашке была густая, зеленоватого цвета, пахла какими-то незнакомыми пряностями.

- Пейте, Катья. - Сингх умудрялся изменять имена так, что они звучали на индийский лад. Криса, например, он величал Кришнан. - Тут есть все, что вам сейчас нужно.

- Спасибо, Сингх. - Катя взяла чашку и вымученно улыбнулась. - Что бы я без вас делала?

- То же, что и при мне, - буднично заверил Сингх.

Человек он был, конечно же, незаурядный. Вырос в буддийском монастыре, владел тибетской медициной, несколькими языками, всерьез увлекался оккультными науками. Потом вдруг забросил все, поступил в военно-воздушное училище и несколько лет служил в ВВС Индии.

В чине капитана был рекомендован в центр по подготовке космонавтов, пробыл там два года, но незадолго до старта экспедиции на Юпитер заболел, вернулся в Индию и поступил на работу в Гималайский институт аномальных явлений.

Невысокий, пропорционально сложенный, загорелый, Сингх был немногословен, уравновешен до флегматичности и скрупулезно пунктуален в большом и малом.

- Каша не пригорела? - прервал Крис затянувшееся молчание.

- Еще три минуты. - Сингх не спеша наполнил вторую чашку. Крис взглянул на хронометр и невольно усмехнулся: часы показывали без трех минут семь.

- Выпейте, Кришнан, - индус протянул ему чашку. - Вам это тоже не помешает.

- Вы уверены?

Сингх чуть заметно пожал плечами. Катя отхлебнула из чашки, поморщилась.

- Горько? - спросил Сингх.

- Горячо.

- Пейте, пока не остыло. - Индус кивнул и удалился на кухню. Продолжая держать чашку в сложенных ладонях. Катя повернулась к Крису.

- Что это может быть?

- В чашке? - он попытался увести разговор в сторону от опасной темы.

- Перестаньте, Крис. Вы же все прекрасно понимаете.

- Допустим. - Он вздохнул. - По-моему, вы основательно все преувеличиваете, Кэт. Ну мало ли что вам могло померещиться?

- Ничего мне не померещилось! - Катя поставила чашку на пол, посмотрела на него снизу вверх, не вставая с дивана.

- Очень хорошо.

- Что "хорошо".

- Хорошо, что вам ничего не померещилось.

- Ладно, - вздохнула она. - Я понимаю, вы действуете из лучших побуждений. Успокоить хотите. Но мне-то ничуть не легче! Это было, понимаете вы или нет? Кто-то рванул дверь снаружи, да так, что будка ходуном заходила.

- Ветер, - предположил Крис.

- Вначале я тоже так подумала. Но потом все повторилось снова, и я крикнула. И тогда... - Она зажмурилась и встряхнула головой. - Тогда ОНО обошло будку сзади и стало ломиться в окошко.

- Оно? - осторожно переспросил Крис. - Вы видели, что это было?

- Да, - кивнула Катя, не открывая глаз. - Свалявшаяся клочьями грязная шерсть... Круглые, яростные глаза и клыки...

Катя вздохнула всем телом и поднялась с дивана.

- Ужин на столе, - буднично сообщил Сингх с порога гостиной. - Что будем пить: чай, кофе?

- Кофе, - сказал Крис, беря Катю за локоть. - Идемте, Кэт. И выбросьте все из головы. Вам померещилось.

После ужина Катя объявила, что хочет спать, и ушла к себе. Крис помог Сингху убрать со стола и закурил сигарету.

- Хотите, отучу? - Индус неодобрительно покосился на облачко дыма, медленно плывущее к окну.

- Иглотерапией?

- Внушением.

- Не хочу. - Крис глубоко затянулся. - В сорок два года поздно менять привычки.

- Смотря какие, - возразил Сингх. - Вам известно, чего испугалась Катья?

- Утверждает, будто к ней в будку ломилось какое-то чудовище.

- Она его видела?

- Только морду. И то не всю. Клыки, шерсть и глаза.

- Вы ей верите?

- Я материалист, Сингх, - Крис стряхнул пепел в корзину для мусора. Верю только в то, что можно увидеть и пощупать руками.

- Значит, не верите.

- Этого я не говорил.

Сингх поставил на полочку вымытую тарелку, вытер руки, повесил полотенце и только потом в упор взглянул на собеседника. Глаза у Сингха были карие, с золотистым оттенком, Красивые глаза, ничего не скажешь. И всепонимающие.

- Кришнан, - Сингх подвинул табурет к столу и сел. - Вам не кажется, что пора поговорить откровенно?

- О чем?

- О том, что здесь происходит. Я видел, как вы грохнулись на спину в день приезда.

- Ну и что?

- Ничего. Только не надо уверять меня, будто вы просто дурачились. Вас что-то напугало. Так ведь?

- Ну так.

- А сегодня чего-то испугалась Катья.

Крис с любопытством уставился на индуса.

- Скажете, и вас постигла та же участь?

- Скажу. - Сингх поморщился и ладонью отогнал от себя дым. Перестаньте чадить, Кришнан.

- Перестал. - Крис щелчком послал окурок в форточку. - И что же вас напугало?

- Сегодня утром я перекладывал ящики с провиантом.

- И один из ящиков укусил вас за ягодицу.

- Нет. - Индус невозмутимо покачал головой. - Мне явился Анхро-Майнью.

- Кто-кто? - переспросил Крис.

- Зороастрийское божество.

- И как оно выглядело?

- Наверное, так, как и должно выглядеть божество зла и лжи.

- Стоп-стоп-стоп!.. - Крис коснулся пальцами лба и зажмурился. Зороастризм... Авеста... Ормузд и Ариман. Верно?

- Верно. Анхро-Майнью, он же Ариман...

- Прапрадед Вельзевула, то бишь Сатаны. - Крис восхищенно присвистнул. - Однако вам повезло, коллега. И чего он от вас хотел? Душу небось купить воз намерился?

- Сколько вам лет, Кришнан?

- Я уже говорил. Сорок четыре тысячи с хвостиком.

- Тогда понятно, - кивнул индус.

- Что вам понятно? - насторожился Крис.

- Впадаете в детство.

- Так уж и в детство?

- Не надо паясничать, Кришнан. Поговорим серьезно. Какой сюрприз они вам подкинули?

- Они? - переспросил Крис.

- Назовем их условно островитянами

- Вы думаете?.. - Крис обхватил пальцами подбородок и во все глаза уставился на Сингха. Тот невозмутимо поправил галстук.

- Я думаю, нам следует во всем этом разобраться. Итак, что видели вы?

- Пасть.

- Пасть?

- Ну да. Провал и там, в глубине, свирепо оскаленную пасть.

- Так... - Сингх машинально провел ладонью по клеенчатой скатерти. Пасть из преисподней... Божество зла... Обросшее шерстью чудовище... Дьявол?

- Вполне возможно, - кивнул Крис. - Как мне это сразу в голову не пришло? Стало быть, нас просто-напросто запугивают. Мне, безбожнику, подсунули нечто абстрактное; вам, специалисту по древним религиям, Аримана, а Кэт - самого что ни на есть заурядного черта. Все проще пареной репы. Одна только несущественная загвоздка: зачем они это делают? И вообще, кто они такие, эти островитяне? Где прячутся? Почему носа не кажут? На кой черт им потребовалось поднимать из моря этот песчаный нонсенс? На нем и от солнца-то укрыться негде, а уж от дождя и подавно? - Крис почти кричал.

- Успокойтесь, Кришнан, - мягко произнес Сингх. - Держите себя в руках. Островитяне пока всего лишь гипотеза. Ну, а что касается дождей, то их здесь летом практически не бывает. И давайте-ка ляжем спать.

Первое, что они увидели, выйдя из дома утром, были горы. Приземистые, оплывшие, голые, каким и полагается быть горам на песчаных островах. А потом зарядил дождь.

Вначале они ему даже обрадовались: сразу стало прохладнее, да и ходить по влажному песку было куда как легче.

- Дела! - Крис озадаченно взялся за подбородок. - Чтобы за одну ночь из моря поднялся целый кряж - такого, по-моему, история еще не знавала!

- Тектоника... - неуверенно начал было Сингх.

- Какая тектоника! - возмутился Крис. - Во-первых, это очень старые горы. Посмотрите, даже пустынный загар на камнях. А во-вторых, вы ощутили хоть один подземный толчок?

- Лихо сработал папаша Саваоф, - ухмыльнулась Катя. - Как при сотворении мира. И был вечер, и было утро: день третий.

Сингх только вздохнул.

- Ну вот что, - резюмировал Крис. - Вы, Сингх, остаетесь дома охранять наше гнездышко от непрошеных визитеров. А мы прогуляемся до того геологического чуда. Отколупнем от него самую малость для лабораторных анализов. Не забудьте молоток захватить, Кэт.

- Возьмите с собой оружие, - сказал Сингх, когда Катя скрылась в лаборатории.

- Зачем? Насколько мне помнится, господь бог создал зверей земных только на шестой день.

- Кришнан, - Сингх опустил ладонь ему на плечо. - Очень прошу вас, будьте осторожны. Бравада здесь ни к чему. Всему свое время.

- Ладно вам, - пробормотал Крис и глотнул, отгоняя подкативший к гортани комок. - Ничего с нами не случится.

- Надеюсь, - внешне индус казался абсолютно спокойным.

- А вот и я! - На Кате был легкий непромокаемый плащ. Из-под капюшона тревожно поблескивали очки. Крис взял, у нее сумку для образцов.

- Переобуйтесь, Кэт.

- Но кроссовки... - запротестовала Катя.

- Наденьте сапоги, - не допускающим возражений тоном приказал Крис. Катя вздохнула и опять скрылась за дверью.

- Вы недовольны, Сингх? Я что-то не то делаю?

- Все верно, - кивнул индус. - Горы - это горы. Пойду включу рацию.

Крис машинально взглянул на часы. Двадцать восемь минут десятого. Через две минуты начнется сеанс связи. Сингх, как всегда, пунктуален.

До гор было рукой подать. И идти под моросящим дождичком было одно удовольствие. Даже пахло, как в сосновом бору, - грибами и хвоей. Крис невольно огляделся по сторонам: нет, сосен не было.

У подножья каменистой гряды бежал ручеек. Омытые дождем темно-коричневатые камни преграждали ему дорогу, и он петлял между ними, то и дело скрываясь из виду. Крис достал из сумки молоток, ударил по ближайшему камню. Глухое неторопливо эхо прокатилось вдоль гряды и смолкло где-то невдалеке. Катя поежилась.

- Что, Кэт?

- Такое ощущение, будто мы одни на белом свете.

- Боязно?

- Непривычно.

Он кивнул и еще несколько раз ударил по камню. пока не откололся кусок. Катя подобрала его, стряхнула мокрые песчинки. Фактура камня была зеленоватая, крупитчатая, с прослойками.

- Мрамор? - предположил Крис.

- Похоже, да. Пойдем дальше?

- В принципе вполне достаточно и одного образца отсюда, - заколебался Крис. - Какая разница, где мы его взяли, здесь или километром дальше?

- Там могут быть другие породы, - возразила Катя. - А вдруг попадутся растения?

"Или животные", - подумал Крис, но вслух ничего не сказал. Взял сумку, перекинул через плечо карабин и огляделся, выбирая дорогу. Левее того места, где они стояли, виднелся распадок. - Идем туда? - спросил Крис. - По крайней мере, карабкаться по мокрым камням не надо.

Катя молча кивнула.

Распадок напоминал русло пересохшей реки. "Пересохшей", правда, звучало достаточно нелепо: камни, устилавшие дно распадка, были мокры от дождя, как и все вокруг. Они прошли километра полтора, - осторожно ступая по гальке и обходя валуны, и, следуя распадку, круто повернули вправо. Горы стали повыше, и распадок теперь уже, пожалуй, следовало назвать ущельем. Было мрачно и холодно. По-прежнему моросил дождь. "Хватит, - подумал Крис. Пора возвращаться".

- Смотрите, - негромко произнесла Катя. - Пещера.

Впереди под нависшей козырьком каменной глыбой чернело отверстие.

- Похоже.

- Заглянем? - предложила она. Крис помедлил с ответом, прикидывая в уме за и против. Решился.

- Хорошо. Но потом сразу домой.

"И что я командую? - спросил он себя с досадой. - Тоже мне диктатор! Я бы на ее месте давно взбунтовался".

Катя шла чуть впереди, тоненькая в перехваченном пояском светлом плаще. Он вспомнил ее бледное, искаженное страхом лицо накануне вечером и вдруг испытал прилив нежности и тревоги за нее - хрупкую и беззащитную в этом непонятном и страшном мире.

Возле самого входа Катя остановилась и взглянула на Криса снизу вверх сквозь забрызганные дождем очки.

- Вдруг там кто-то есть?

- А это на что? - Он снял с плеча карабин, щелкнул затвором.

- Неужели выстрелите? - ужаснулась она.

- Только в крайнем случае, - заверил Крис. - Дёржите сумку.

Он шагнул вперед и, держа карабин наготове, осторожно заглянул в пещеру. В проникавшем сквозь широкое входное отверстие тусклом свете смутно вырисовывались изломанные линии стен, невысокий потолок, если можно назвать потолком хаотическое нагромождение каменных глыб, и ровный, словно приглаженный катком, пол. Прежде чем войти, Крис внимательно осмотрел пещеру: ничего подозрительного, ни малейших признаков чьего-либо присутствия. Он перебрался через невысокий каменный завал у самого входа и еще раз| огляделся по сторонам. Никого. В пещере было тепло и сухо. Тишину нарушал лишь доносившийся снаружи монотонный шорох дождя. Продолжая сжимать карабин в правой руке, Крис повернулся к Кате и протянул ей левую.

- Входите, Кэт.

Катя ухватилась за его руку, ступила на завал и вдруг замерла.

- Ну что же вы... - начал было Крис, но, взглянув ей в лицо, резко оглянулся. Метрах в четырех от входа, медленно пульсируя, таяло бесформенное розоватое облачко. Крис вскинул карабин.

- Не стреляйте, - умоляюще зашептала Катя. Облачко опустилось до самого пола, приняло шарообразную форму и вдруг ослепительно вспыхнуло.

- Кэт1-Крис вспомнил, что она стоит на завале? и теперь, в темноте, может оступаться. - Кэт, где вы?

Ответа не последовало.

- Кэт! - еще раз позвал он и только теперь вдруг понял, что не слышит собственного голоса. Крепко, до боли в глазницах, зажмурился и снова открыл глаза. Не помогло. Вокруг была все та же кромешная тьма.

Сингх щелкнул тумблером, снял наушники и растерянно уставился на рацию. Аппаратура была в полном порядке, он трижды скрупулезно проверил каждый узел и блок питания, но факт оставался фактом - рация молчала.

За окном монотонно шумел дождь. Сырая клубящаяся мгла подступила к самому дому и. казалось, вот-вот хлынет в открытую форточку.

"Одно за другим, - тоскливо подумал Сингх. - Химеры из потустороннего мира, горы-скороспелки, а теперь вот еще вышедшая из строя рация... И ни одной зацепки, за которую можно было бы ухватиться..."

Он набрал полную грудь воздуха, сосчитал до пятнадцати и шумно выдохнул сквозь неплотно сжатые губы.

"Допустим, галлюцинации, навязчивые идеи, бред. Чем они вызваны? Крис дока в своей области. И если он говорит, что никаких излучений, кроме обычного радиационного фона, приборы не фиксируют, значит, так и есть. Анализы проб воздуха, воды и песка Катья делает ежедневно. И здесь все в норме. Посмотрим, что покажут анализы горных пород, если, конечно, горы существуют на самом деле, а не в нашем воображении. Коллективные галлюцинации? Вздор. Но ведь не могли же в самом деле настоящие горы образоваться за одну ночь?"

Позади что-то пискнуло. Сингх оглянулся и вытаращил глаза: рация выключилась сама собой.

Звенело в ушах. Перед глазами мельтешила мозаика черно-красно-оранжевых пятен. Кружилась голова.

- Крис! - позвала Катя и, не услышав своего голоса, крикнула: - Крис! Отзовитесь!

Звон в ушах. Ни отклика. Ни даже собственного голоса. Медленно-медленно перестали мельтешить цветные пятна. Остановились. Потускнели. Сошли на нет. И наступила тьма.

Не сводя глаз с рации, Сингх опасливо взял наушники, поднес к уху.

- Остров. Остров. Я - Земля. Я - Земля. Прием, - жужжал встревоженный женский голос.

Сингх надел наушники и включил микрофон.

- Я - Остров! Я - Остров! Слышу вас хорошо. Прием.

- Что случилось? - обрадованной скороговоркой зачастила радистка. Почему вовремя не вышли на связь? Мы уж тут собрались поисковый вертолет посылать.

- У нас все в порядке. - Сингх помолчал. - Неисправность в рации. Передаю сводку наблюдений.

Тьма исчезла мгновенно, словно кто-то рывком сдернул закрывающий вход занавес. Дохнуло свежестью. С непривычно светлого после темноты пасмурного неба продолжал моросить дождь, и его монотонный шум казался сладостной музыкой.

- Кэт! - Крис шагнул к девушке, тронул ее за плечо. Катя сидела на корточках, обхватив руками колени и низко опустив голову. Сумка лежала рядом. - Кэт!

Она медленно выпрямилась, поправила очки.

- Что это было?

- Не знаю! - Он облегченно вздохнул и огляделся. В пещере ничего не изменилось: те же стены с торчащими из них камнями, тот же угрюмо нависший свод. Крис достал из сумки молоток, протянул девушке карабин. Подержите-ка.

- Что вы задумали?

- Держите, вам говорят!

Она покорно взяла карабин. Крис подошел к тому месту, где исчезло облачко, внимательно осмотрел камни. Камни как камни. Хотя... Он наклонился, чтобы лучше разглядеть. Да, здесь камни были светлее других. И чем ближе к центру, тем заметнее. Он хотел било отколоть образец, но раздумал, ограничился пригоршней мелких камешков. Опустив их в сумку, взял у Кати карабин и посторонился, пропуская девушку вперед.

- Пошли.

Она молча перебралась через завал, подняла капюшон плаща и, не оборачиваясь, зашагала из ущелья. Крис некоторое время шел позади, потом поравнялся и сбоку заглянул Кате в лицо.

- Обиделись?

- Что? - не поняла она.

- Обиделись, спрашиваю?

Она пожала плечами.

- В общем, могли бы быть и повежливее.

- Простите, Кэт.

- Стоит ли? - Она продолжала идти, глядя под ноги.

- Что "стоит ли"?

- Прощать. - Она обогнула валун и только теперь подняла на Криса глаза. - Наверное, это ваш стиль.

- "Наверное, наверное"! - рассердился он. - Я вас прошу простить меня, а вы...

- А мне это совершенно безразлично. - Катя помолчала. - Да и вам тоже. Так что давайте оставим этот разговор.

- Думаете, так будет лучше? - усмехнулся Крис.

- Уверена.

- Ну-ну. - Крис запрокинул голову, подставляя лицо капелькам дождя. Облака опустились еще ниже. Казалось, до них можно было дотянуться рукой. Работать-то нам все равно вместе.

- Вы делайте свое дело, я свое. А эмоции приберегите на будущее. Они вам еще пригодятся

- Как знать. - У него пропало желание продолжать разговор. Сказал просто так, чтобы чем-то закончить. - Неисповедимы пути господни.

Катя презрительно фыркнула. Когда они подошли к домику, дождь уже лил как из ведра.

Катя сразу же ушла к себе, а Крис повесил карабин рядом с дождевиком и, прихватив сумку, направился в лабораторию. Из комнаты Сингха слышалась заунывная индийская мелодия. "Записи крутит, - усмехнулся Крис. - А может, молится". Последнее его почему-то развеселило и он, насвистывая, вытряхнул образцы на лабораторный стол. Вытряхнул и замер в изумлении.

Вероятно, виной этому был дождь. На последних десятках метров он припустил вовсю и наверняка заливал сумку. Камни были мокрые, но если на отколотые по пути образцы это не повлияло, то подобранные в пещере камешки преобразовались самым невероятным образом: перед ошеломленным Крисом переливалась всеми цветами радужного спектра горка драгоценных камней.

- Т-т-та-ак... - Крис взялся всей пятерней за подбородок и медленно сел на табурет. Включил настольную лампу. Камни засверкали еще ярче. - Хотел бы я знать, как Кэт отреагирует на эту метаморфозу.

Крис оставил в покое подбородок, тронул горку указательным пальцем. Мысль слепо блуждала в лабиринте предположений и догадок. Крис ничего не смыслил в драгоценных камнях. Он просто представил себе любой из этих камешков в оправе и покачал головой.

- Ожерелье... - Почему-то шепотом произнес он и вдруг отчетливо увидел Катю в бархатном декольтированном платье и это сверкающее ожерелье на ослепительно белой девичьей шее.

- Бред. - Крис попытался отогнать видение, но оно упрямо не желало исчезать. Больше того, - стало еще отчетливее: теперь Крис видел лицо Кати - обиженное, разочарованное, чуть надменное.

- Кэт, Кэт... - вздохнул Крис, - нельзя же быть, такой обидчивой! Ну чего вы хотите от неотесанного геофизика? Откуда у него быть хорошим манерам?

Он поймал себя на том, что говорит вслух, и замолчал. В комнате Сингха по-прежнему звучала музыка. За окнами неистовствовал дождь. Крис собрал камешки в ладонь, отнес в гостиную и, постелив на стол бумажную салфетку, соорудил из них сверкающую пирамиду.

"Обрадую Кэт, - решил он. - В компенсацию за свое хамское поведение". Вернулся в прихожку и негромко постучал в Катину дверь.

- Это я, Кэт. Можно вас на минутку?

Дверь распахнулась.

- Что-то случилось? - ледяным тоном спросила Катя. На ней был темно-синий спортивный костюм. "Совсем девчонка", - подумал Крис и кивнул.

- Да. По вашей части.

- Идемте. - Она шагнула в сторону лаборатория.

- Не туда, Кэт, - Крис кивнул на дверь гостиной. - Это здесь.

- Что "это"? - досадливо поморщилась Катя.

- Взгляните.

Все так же раздраженно Катя толкнула дверь и в удивлении застыла на пороге. Внутренне торжествуя, Крис следил за выражением ее лица. Досада уступила место растерянности и недоверию. Катя потянула воздух носом. "К чему она принюхивается? - удивился Крис. Заглянул в дверь и остолбенел. На столе, там, где он оставил горку камней, красовалась хрустальная ваза, доверху наполненная красновато-золотистыми яблоками.

- С ума сойти! - выдохнула Катя. - Где вы их раздобыли, Крис? - Взяла яблоко, осмотрела со всех сторон. - Ни червоточины, ни царапинки... Можно я его съем?

- Стоп! - спохватился Крис и, шагнув к столу, выхватил у нее яблоко!

- Ну, знаете ли! - вспылила Катя.

- Послушайте меня, Кэт...

- Вы... - Катя задохнулась. - Вы садист!

- Кэт! - взмолился Крис.

- Видеть вас не желаю! - крикнула она, бросаясь к дверям.

Он схватил ее за руку, силой усадил в кресло, не снимая ладоней с ее плеч.

- Довольно, слышите? Разберитесь, что к чему, а потом бушуйте сколько угодно!

- Я вас укушу! - яростным шепотом предупредила Катя. - Уберите руки!

- Кусайте, - он мотнул головой. - Рвите в клочья. Только слушайте. Никаких яблок я не приносил. Слышите? Не при-но-сил. Понятно?

- Тогда для чего вы меня сюда привели? - свирепо поинтересовалась она.

- Кэт, - он убрал руки с ее плеч. - Успокойтесь. И давайте разбираться вместе.

- В чем? - Она и не думала успокаиваться.

- Я не помешал? - невозмутимо поинтересовался Сингх с порога.

- Как раз наоборот. Растолкуйте этому... - Катя вскочила с кресла, смерила Криса уничтожающим взглядом, - ...ничтожеству, как надо вести себя с девушкой!

Хлопнула дверь. Сингх взглянул на Криса и покачал головой.

- Извините, Кришнан, но вы тут так бурно дискутировали, что я...

- Вы пришли вовремя, Сингх, - Крис достал из кармана сигареты. Индус только теперь обратил внимание на вазу с яблоками.

- Ого! Откуда?

- Из-за этого весь сыр-бор, - вздохнул Крис. - Каких-нибудь пять минут назад все это, - он кивнул в сторону вазы, - было пригоршней разноцветных камешков.

- Так-так-так?! - заинтересовался Сингх. - Расскажите все по порядку.

Выслушав Криса, он взял из вазы яблоко, изучающе повертел перед глазами, понюхал и положил обрат" но.

- Вы когда-нибудь видели такие яблоки?

- А что в них особенного? - Крис пожал плечами. - Яблоки как яблоки.

- Не скажите, - возразил Сингх. - Я кое-что смыслю в садоводстве. Но такие, или, по крайней мере, похожие видел один раз.

- Но все-таки видели!

- Да, - кивнул Сингх. - На очень древней иллюстрации к библии.

Крис досадливо поморщился.

- Не морочьте мне голову, Сингх. Или вы тоже, думаете, что я вас разыгрываю?

- Я так не думаю, - спокойно произнес Сингх. - Я говорю вполне серьезно. Селекционерам этот сорт яблок неизвестен. Так что мой вам добрый совет: не вздумайте ими полакомиться. А пока давайте-ка я их сфотографирую.

- А я вас во сне видела, - как ни в чем не бывало сообщила Катя за завтраком Крис перестал жевать и удивленно уставился на девушку.

- Похоже, и он вас, - усмехнулся Сингх, разливая чай по чашкам.

- И что же вам спилось? - Крис прожевал отбивную, потянулся за сахарницей.

- Мы гуляли по саду.

- В чем мать родила, - буркнул Крис. Катя покраснела.

- Вы, конечно, не сможете без гадостей.

- Могу, Кэт. Просто иногда трудно сразу определить границу. Хотите, продолжу?

- Что?

- Ваш сон.

- Попробуйте. Только без натуралистических подробностей, пожалуйста.

- Извольте. Мы шли, взявшись за руки.

- Допустим.

- Остановились возле яблони.

Катя поперхнулась и опустила чашку на стол.

- Вы сорвали яблоко. Протянули мне.

В глазах девушки промелькнуло что-то затравленное.

- Предложили попробовать, - продолжал Крис. - Я отказался.

- И тогда, - подключился Сингх, - явился змей-искуситель и уговорил вас обоих. Ну что вы на меня вытаращились? Банальная библейская притча.

Ни слова не говоря, Крис вышел из кухни и вернулся, неся на ладони яблоко. На побледневшем лице физика проступили капельки пота. У Кати вырвалось что-то среднее между вздохом и всхлипом. Сингх вгляделся и вытаращил глаза: яблоко было надкушено с обоих боков.

Первым пришел в себя Сингх. Усмехнулся и легонько похлопал Криса по плечу.

- Вы молодчина, Кришнан!

- Я? - Крис недоумевающе уставился на индуса.

- Ну не я же.

- А, ну да, - сообразил Крис и театрально хохотнул. - Шутить так шутить.

- Вот именно, - кивнул Сингх. - Без юмора в нашем положении не обойтись. Но, - он погрозил пальцем, - не перегибайте палку. Я-то вас в любых дозах перевариваю, а вот Катья...

- Ф-фу, как вы меня напугали, - облегченно вздохнула Катя. - Самое смешное, что во сне я действительно надкусила яблоко.

- И как? - улыбнулся Сингх? - Понравилось?

Катя растерянно пожала плечами.

- Честное слово, не помню.

Крис помолчал. Он молчал до самого конца завтрака. И только после того, как Катя скрылась в лаборатории, плотно прикрыл дверь в прихожку и сказал, глядя на Сингха растерянными глазами.

- Это не розыгрыш, Сингх.

- Я знаю. - Сингх сложил тарелки в раковину, пустил воду. - Догадался по выражению лица, когда вы вошли.

- И что теперь делать?

- Мыть посуду. Сегодня ваша очередь, Кришнан. А я пока пошевелю мозгами. Управитесь с посудой, приходите в гостиную.

- Мне бы ваше спокойствие, - позавидовал Крис.

- Спокойствие? - Сингх покачал головой. - Выдержка - вот как это называется.

И вышел из комнаты.

Проклятые яблоки не шли из головы. Склоняясь над окуляром микроскопа, смешивая реактивы, включая центрифугу, производя записи в журнале. Катя то и дело ловила себя на том, что мысленно видит надкушенное яблоко на ладони Криса, его белое, как бумага, лицо, глаза с испуганно расширенными зрачками.

"Сон... - Она захлопнула журнал, облокотилась и: уткнулась лицом в ладони. - Вещий сон... Почему непременно вещий? Сон как сон. Мало ли, что приснится человеку, когда нервы на пределе! И все-таки, кто надкусил яблоко? Сингх свел все к розыгрышу. Не хотел меня пугать. Думал, не пойму. Но кто же надкусил яблоко?

Усилием воли Катя заставила себя расслабиться, отогнать прочь все мысли. Медленно, шаг за шагом, восстановила в памяти вчерашний вечер. Ужин в тягостном молчании. Прогулка вокруг дома под проливным дождем. Потом она приняла душ, почитала на сон грядущий, легла и выключила торшер. Долго лежала в темноте с открытыми глазами, думая о том, что произошло за день. Решила утром же помириться с Крисом, повернулась на бок и уснула. Но еще до того, как уснуть, ощутила аромат листвы, ласковое прикосновение солнечных лучей на всем теле и, открыв глаза, увидела сад и идущего ей навстречу Криса. Одежды на Крисе не было никакой, но это ее почему-то ничуть не смутило. Больше того, она даже испытывала чувство радости оттого, что и сама стоит обнаженная, подставив солнцу и ветерку молодое, по-девичьи гибкое тело.

"Ты прекрасна, Кэт! - голос у него был мужественный, бархатный, с нотками затаенной нежности. - Ты самая красивая женщина на земле".

"Спасибо, милый. - Она сорвала яблоко с покачивающейся рядом ветви, протянула Крису. - Хочешь?"

"Нет. - Он бережно коснулся ладонями ее щек. - Это тебе".

"Тогда вдвоем, ладно?"

"Да".

Она надкусила яблоко и протянула ему. Он чуть наклонил голову и, не отнимая ладоней от щек, надкусил тоже.

Катя прислушалась. На кухне бубнили мужские голоса. Потом скрипнула дверь, и кто-то прошел через прихожую в гостиную. "Что было дальше?" попыталась вспомнить Катя, снова отключаясь от окружающей реальности.

Дальше был тупик, темнота, небытие, и сколько она ни напрягала память, ничего не менялось. Отчаявшись что-либо вспомнить, она раскрыла журнал и еще раз проверила записи результатов лабораторных анализов. Взглянула на часы: почти половина одиннадцатого. Обычно к этому времени Сингх уже забирал журнал и садился за рацию. Катя поднялась со стула и с журналом в руках пошла разыскивать Сингха.

В кухне никого не было. Девушка толкнула дверь в гостиную и невольно вздрогнула.

В полусумраке на светлом фоне окна отчетливо выделялись силуэты двух человек и тот, что был ниже ростом, протягивал высокому яблоко. Но Катю испугало не это - каким-то внутренним зрением она вдруг увидела себя, стоящую в этой темной комнате с яблоком в протянутой руке, над которой склонилось смутно белеющее в темноте лицо Криса. Видение было мгновенным и тут же исчезло, оставив в душе тревожное предчувствие надвигающейся опасности. Катя подняла руку к выключателю и включила свет.

- А вот и Катья. - Сингх даже не удивился. - Принесли журнал? Спасибо. Я пошел, Кришнан. Через пять минут сеанс связи.

Они стояли друг против друга, разделенные лишь столом, на котором красовалась злополучная ваза с яблоками, испытывая одинаковое чувство неловкости и смущения.

- Представляю, как вам осточертели мои извинения, Кэт, - виновато проговорил Крис. - Последнее время я только и делаю, что творю бестактности, а потом вымаливаю у вас прошение.

Катя слушала его молча, чувствуя, как помимо ее воли растет непреодолимое желание прикоснуться к Крису, обнять его, прижаться щекой к груди, услышать упругие и сильные толчки его сердца.

- Я сморозил глупость за завтраком, - продолжал он. - Сам не знаю, что на меня нашло...

- Скажите, Крис, - она, не отрываясь, смотрела на вазу с яблоками. - Вы действительно видели меня во сне?

- Да.

- И мы были в саду? - Она скорее почувствовала, чем увидела, его кивок и опять покраснела, как тогда, во время разговора на кухне.

- Понимаете, Кэт, - он виновато развел руками, - мае и в голову не пришло, что нам может присниться одинаковый сон.

- Крис, - она покраснела еще больше, - что чувствовали, когда проснулись?

- Мне было хорошо, - не задумываясь, ответил он. - Ощущение праздничной приподнятости. Как в детстве в первое рождественское утро: еще не открыл глаза, но уже знаешь - под подушкой тебя ждет подарок от Санта Клауса.

- И все? Прямо вот так: сад, яблоко - и пробуждение?

- Да-да... - Он запнулся. - Вот только сейчас, когда вы вошли, мне показалось...

- Что? - Катя так и впилась в него глазами.

- Ну... - Крис сделал рукой неопределенный жест. - Это промелькнуло так быстро...

- Что это было?

- Ночь... Гостиная... Яблоко на вашей ладони... Вот и все, пожалуй.

Она глубоко вздохнула и опустилась в кресло. Крис продолжал стоять у окна, глядя на нее виноватыми глазами.

- Вы учинили мне форменный допрос, Кэт. Что-нибудь не так?

- Все не так. - Она закрыла глаза и откинулась на спинку кресла. Все не так, дорогой Крис.

- А как должно быть? - спросил он.

- А если бы я знала... Эти мохнатые морды, пещеры с сюрпризами, теперь еще эти яблоки...

"Знала бы ты, откуда они взялись!" - подумал Крис.

- Вам не кажется, что нас запугивают? - спросила она, не открывая глаз.

- Кто?

- Те, кто подняли из моря этот остров. За одну ночь воздвигли горы.

- Зачем?

- Вопросы и я умею задавать. - Катя открыла глаза. - Знаете, чего мне сейчас хочется?

Крис пожал плечами.

- Удрать отсюда как можно быстрее. И зачем я только сюда сунулась? А вы не жалеете, что приехали?

- Нет. - Он закурил. - Я не жалею.

Она понимающе покивала.

- Ну да, вам неплохо платят.

- Не угадали, Кэт. Дело не в деньгах.

- А в чем?

- Во-первых, мне интересно.

- А во-вторых?

- А во-вторых, не будь этой поездки, я не встретил бы вас

- Ого! - Она улыбнулась и встала с кресла. - Это уже похоже на признание, не так ли?

- Да.

- С чего бы? Неужели с райского яблочка?

- А хотя бы и так. Вы чертовски обаятельная девушка, Кэт.

- Бедный вы мой Адам! - рассмеялась Катя.

- Бедный? - растерянно переспросил он. - Почему бедный?

- Хотя бы уже потому, что в Евы я не гожусь, - вздохнула она. - Это во-первых. А во-вторых, если уж придерживаться библейской легенды, то в конце концов запретный плод вышел Адаму и Еве боком.

- Как это боком? - не понял Крис.

- А вот так, - вздохнула она. - Боком и все. Ну, я пошла готовить обед.

Сингх закончил передавать сводку о наблюдениях, снял наушники, выключил рацию и магнитофон, на который записывались ежедневные сеансы радиосвязи. Делать это было не обязательно, но, предвидя сложности предстоящей работы, он с первого же дня пребывания на острове всякий раз подключал к рации магнитофон. Журнал журналом, а живой диалог, интонации и оттенки голоса, сама манера, в которой делались сообщения, могли, по мнению Сингха, сказать гораздо больше, чем пусть даже очень подробная запись на странице журнала.

Сингх прошелся по комнате, заложив руки за спину, остановился против окна, задумчиво глядя на сбегающие по стеклу струйки дождя. Он не был ни геофизиком, как Крис, ни океанологом, как Катя. Участвовать в экспедиции его пригласили как специалиста по аномальным явлениям. Он категорически возражал против термина "специалист", справедливо считая, что специалистов в этой неизученной области пока еще нет, а те наблюдения за аномальными явлениями, которые ему довелось провести, ни в коей мере не дают ему права именовать себя этим титулом.

Ему не раз доводилось видеть то, что падкая до сенсаций, скоропалительных выводов и броской терминологии пресса называла "летающими блюдцами", "инопланетянами", "братьями по разуму". Прослеживалась, пожалуй, даже какая-то закономерность в том, что с его появлением в лаборатории Гималайского института, где до этого проблема изучалась в чисто теоретическом аспекте, "таинственные гости" зачастили с визитами, облюбовав для этого лужайку перед его окнами.

Поразмыслив над происходящим, Сингх пришел к заключению, что повышенный интерес "братьев по разуму" к лаборатории Гималайского института, по-видимому, связан с его собственной персоной. Еще во время службы в ВВС, в полетах он не раз наблюдал "летающие блюдца", чего, судя по всему, не случалось ни с кем из других пилотов.

Позднее, в отряде космонавтов, выполняя тренировочный орбитальный полет, он повстречал "летающее блюдце" над акваторией Атлантического океана. "Блюдце", примерно втрое превосходящее корабль Сингха по размерам, легко обогнало его и, развернувшись, пошло встречным курсом. Иначе как лобовой атакой, назвать это было нельзя. Сингх попытался избежать столкновения, но не смог, и его космолет, как нож в сливочное масло, вонзился в "блюдце". В мгновенно наступившей тьме полыхнули оранжевые зарницы, и в их лихорадочно пляшущем свете Сингх увидел какой-то огромный космический лайнер, терпящий бедствие над кроваво-красным океаном чужой планеты.

Двигатели лайнера работали вразнобой, он рыскал из стороны в сторону, тщетно пытаясь выровняться и быстро теряя высоту. Сингху вначале показалось, что экипажу удастся спасти лайнер: сверкающая "сигара" приняла вертикальное положение, спуск замедлился. "Спэйсвинер" - прочел Сингх название корабля, и в то же мгновение ослепительная вспышка разломила лайнер надвое. Сингх изо всех сил сомкнул веки, а когда вновь открыл глаза, его космолет как ни в чем не бывало продолжал свой путь по орбите. Внизу мирно голубел океан, а далеко впереди угадывались очертания Африканского континента.

После возвращения из полета Сингх тяжело заболел. Его преследовали галлюцинации и кошмары, мучила бессонница и упадок сил, но страшнее всего было сознание собственного бессилия преодолеть ужас и отвращение к космическим полетам, которые еще совсем недавно были главной целью в его жизни

Тотчас после приземления он написал подробный отчет обо всем, что произошло с ним в полете, умолчав лишь о гибели "Спейсвинера", но, поскольку станции слежения не подтвердили появления НЛО в указанном им квадрате, комиссия пришла к выводу, что все виденное им было галлюцинацией, вызванной начинающимся психическим заболеванием. Опровергать вывод комиссии было бессмысленно, и он даже облегченно вздохнул, узнав о своем отчислении из отряда.

Сверхсветовой суперлайнер "Спэйсвинер" стартовал без него. Судя по сообщениям с борта корабля, он благополучно долетел до Юпитера, но затем связь со "Спэсйсвинером" внезапно оборвалась.

Весть об исчезновении "Спэйсвинера" застала его уже в Индии. Потрясенный, он долго не находил себе, места, мучаясь угрызениями совести, оттого, что никому не сообщил о привидевшемся на орбите, хотя и понимал, что его сообщение о гибели космического корабля наверняка ничего бы не изменило.

Прошло почти два года, прежде чем он обрел наконец относительное душевное равновесие и согласился возглавить лабораторию Гималайского института аномальных явлений, размещавшуюся в здании старого буддийского монастыря - того самого, где прошло его детство. Трудно сказать, что побудило его принять именно это предложение, но, увидев в одно прекрасное утро "летающее блюдце" на лужайке перед окнами лаборатории, Сингх нисколько не удивился, - он ожидал чего-то подобного.

Вероятно, было в его рассуждениях что-то фатальное. После гибели "Спэйсвинера", а он в ней уже не сомневался, Сингх каким-то шестым чувством постоянно ощущал на себе чье-то пристальное внимание и, не находя другого объяснения, относил это поначалу за счет своей болезни. Теперь все становилось на место, и он, не раздумывая, взял портативную видеокамеру я, направился к "блюдцу", возле которого деловито копошились двое пришельцев в светлых облегающих комбинезонах.

Сингх отснял несколько общих планов, подошел ближе и средним планом снял их за работой-ремонтом одной из трех суставчатых опор, на которых покоилось "блюдце". Потом обошел "блюдце" с другой стороны и почти в упор стал снимать крупным планом их лица. Неловкости Сингх при этом не испытывал, он делал свое дело, они - свое, а все остальное не имело никакого значения.

Позднее, просматривая отснятые кадры, он без особого, впрочем, удивления отметил характерную особенность: существа в комбинезонах не то чтобы игнорировали его присутствие, - он для них просто не существовал. Но тогда для чего было показывать ему, какая судьба ожидает "Спэйсвинер", сажать "блюдце" перед его лабораторией?

Для подтверждения своей догадки он перенес лабораторию в другое крыло здания. Теперь окна его комнаты выходили на склон горы, достаточно пологий, чтобы по нему можно было ходить, но крайне затруднительный для посадки летательных аппаратов. И тем не менее уже на следующее утро "летающее блюдце" после нескольких неудачных попыток приземлилось прямо перед его окном, чудом удерживаясь на каменистой осыпи. "Биороботы", - заключил Сингх. - Интересно бы увидеть, кто ими командует". Но те, кто командовал роботами, показываться не торопились.

Примерно месяц перед лабораторией творился форменный шабаш. Летательные аппараты самых причудливых форм и конструкций буквально роились над каменистым склоном. Из них выпрыгивали биороботы, имитирующие представителей разных земных рас. Роботы разгуливали по двору монастыря, забирались в здание, бродили по коридорам и комнатам, сея панику среди немногочисленного персонала лаборатории.

Потом посещения вдруг прекратились, и на следующий же день Сингх получил телеграмму из Дели, в которой ему предлагалось принять участие в международной комиссии по изучению Аральской аномалии.

Дождь продолжал лить все с той же удручающей монотонностью. "И это в регионе, где триста дней в году светит солнце!" - мысленно усмехнулся Сингх.

Разумеется, он мог отказаться от участия в работе комиссии. Но какой-то внутренний голос подсказал ему не делать этого. Он согласился и только позднее, уже знакомясь с материалами о возникновении острова, понял, от чего это исходило. События на острове, кажется, подтверждали его догадку. Те, кто интересовался им, теперь демонстрировали перед ним свои возможности, избрав в качестве объекта Катю и Криса.

Чтобы успокоить и поддержать коллег, Сингх сочинил историю о своей встрече с Анхро-Майнью и теперь ломал голову над тем, для чего "братьям по разуму" понадобилась эта история с яблоками.

- Обедать! - донесся из кухни звонкий голос Кати. Сингх обвел взглядом комнату, задержался на рации. "В чем дело? - спросил он себя. - Почему именно рация? Рация... Рация... Неужели? - Сингх досадливо поморщился, вспомнив, как возился с неисправной аппаратурой, придирчиво проверяя каждый ее блок. - Да нет же. Просто какая-то техническая неисправность. Ненадежный контакт или еще что-нибудь... Но почему она включилась сама?.. Чепуха! Просто забыл выключить...". Однако сомнения не проходили. Ощущая смутное беспокойство, Сингх шагнул к магнитофону, перемотал кассету на начало. Нажал пусковую кнопку и убавил громкость.

- Земля! Я - Остров! Как слышите? Прием.

- Остров, - Остров! Слышу вас хорошо. Прием.

- Передаю сводку наблюдений на седьмое июля..."

Все как и должно быть. Первая сводка о первом дне их пребывания на острове. Сингх пододвинул стул, сел и стал слушать, не отдавая себе отчета, зачем он это делает. Прослушал сводки о втором и третьем дне, облегченно вздохнул и потянулся, чтобы выключить магнитофон.

- Сингх! - позвала Катя. - Где вы там? Идите обедать.

Он уже опустил палец на кнопку и вдруг замер.

"- Земля, Земля! - прозвучало в комнате. - Я Остров... Передаю сводку наблюдений на десятое июля".

Сингх подался вперед, не веря собственным ушам. Голос из динамика, его собственный голос, продолжал:

"- Низкая облачность. Дождь. Атмосферное давление... семьсот шестьдесят два... Радиационный фон..."

"Этого не может быть, - растерянно подумал Сингх. - Сегодня еще только девятое". Но факт оставался фактом: Сингх передал сводку, и земля ее приняла.

Ничему уже не удивляясь, Сингх машинально дослушал кассету до конца. На пленку были записаны три сводки: на десятое, одиннадцатое и двенадцатое июля. Сводки наблюдений, которые еще только предстояло провести.

"Схожу с ума", - махнул рукой Сингх и выключил магнитофон.

Крису страшно хотелось грохнуть вазу с яблоками об пол. С трудом поборов искушение, он отвернулся к окну и закурил. За окном по-прежнему лил дождь, серый, как безысходность.

В такой же серый дождливый день директор НИИ вызвал его к себе в кабинет и протянул телеграмму.

- Прочтите, Кристофер. Если не ошибаюсь, это по вашей части.

В телеграмме сообщалось об Аральском феномене.

- Нет, - Крис положил телеграмму на стол и взглянул на шефа. - Тот потирал очки бумажной салфеткой. - Скорее это заинтересует доктора Круминьша.

- Знаю, - директор был явно не в духе. - Круминьш занят. Так что поедете вы.

- Я?

- Вы, - директор водрузил очки на переносицу. - Вы, Кристофер. И никто другой.

- Даже так?

- Именно так, - уточнил директор. - Тектоника не совсем ваш профиль, но... - Он сделал паузу и уставился на Криса колючими глазками. - Побочные эффекты. Галлюцинации, массовый психоз и прочая чертовщина. Это ваше хобби, Кристофер. Не так ли?

- Только в том случае, когда это связано с излучениями.

- Наверняка это как раз тот случай, - заверил шеф. - Так что собирайтесь. Авиабилет заказан на послезавтра. Желаю успеха. Такого же, как в Таджикистане. Не меньше, слышите?

- Да. - Мысленно Крис был уже на безымянном острове, неизвестно как и почему поднявшемся из глубин Аральского моря. - Я могу идти?

Что же касалось хобби, о котором говорил шеф, то излучения энергии, нередко предшествующие землетрясениям, действительно, интересовали Криса, и он даже выдвинул гипотезу, согласно которой по воздействию этих излучений на живые организмы можно было прогнозировать с достаточной степенью точности время, силу и место предстоящих подземных бурь. Так, в частности, ему удалось предсказать землетрясение в Таджикистане.

Результаты наблюдений на острове его обескуражили. Излучения энергии из толщ земных пород практически не фиксировались приборами. Вопреки ожиданиям, сейсмическая обстановка оставалась спокойной, и, пытаясь разгадать причину возникновения острова, Крис то и дело упирался в тупик. А тут еще этот за считанные часы поднявшийся из моря горный кряж...

Живности на острове не водилось никакой. Но тогда кто скалился на него из провала? Кто напугал Катю? Откуда взялось привидевшееся Сингху зороастрийское божество? А инцидент в пещере? И эти проклятые яблоки? Ну хорошо, сны еще как-то объяснить можно: сходные эмоции, примерно одинаковые мысли и как результат - аналогичные сновидения. Сны, наконец, вообще субстанция нематериальная. Но о яблоках этого не скажешь. Вот они, на столе, в вазе: бери, щупай, пробуй. Были камешки, стали яблочками...

Сигарета догорела до фильтра. Крис швырнул окурок в форточку, закурил новую.

Островитяне... Сингх первым произнес это слово. Невозмутимый Сингх. Сингх-себе-на-уме. Что он имел в виду? Пришельцев с иных планет? Внеземной разум? Чепуха! Ни один уважающий себя человек не поверит в эту белиберду. Но тогда кто подкидывает им одну загадку за другой? Зачем?! Зачем!.. Зачем?.. Вот оно! Отсюда и надо плясать. Здесь ключ к разгадке!

- Идите обедать, Крис! - позвала Катя из кухни.

За обедом они почти не разговаривали: так, несколько обычных, ничего не значащих фраз. Каждый сосредоточенно думал о своем. Первым поднялся из-за стола Крис.

- Было очень вкусно. Спасибо, Кэт. - Он сунул свою тарелку в раковину и открыл кран.

- Не усердствуйте, - остановила его Катя. - Я вымою сама.

- Ну, что ж, - Крис потянулся так, что хрустнули кости. Сказал с ленцой в голосе: - Пойду, пожалуй. Воздухом подышу.

В тамбуре он быстро натянул сапоги, снял с вешалки дождевик. Взглянул на карабин и решительно мотнул головой: если его догадка верна, оружие ни к чему.

Дождь лил как из ведра. Крис постоял несколько секунд под навесом крыльца, выбирая направление, и зашагал вправо. Отойдя шагов на полтораста, оглянулся. Сквозь струи дождя уютно желтело окно кухни.

"Вертолет стоял вон там, - мысленно прикинул Крис. - Я был примерно здесь. Потом повернулся и пошел через остров, туда. Ну что ж, рискнем". Поправил капюшон так, чтобы не заливало лицо, и пошел, медленно ступая по мокрому песку. Рубчатая подошва сапог оставляла на его поверхности четкие, рельефные отпечатки, но струи дождя почти мгновенно размывали их, слизывали, сводили на нет.

Ориентиров не было, но Крис чувствовал, что идет правильно и, сделав еще несколько шагов, невольно напрягся всем телом и пошел медленнее.

"Здесь, - сказал он себе. - Еще шаг, еще..."

Ничего не произошло. Испытывая облегчение и досаду одновременно, он прошел опасную зону и спустился к самой воле. Поре казалось нереальным. Море пенилось от дождя. Неподвижное, мертвое, нагоняющее глухую тоску. Он постоял на берегу, собираясь с мыслями, потом повернулся и, не спеша, побрел обратно.

"Не получилось... - вяло подумал он. - Если то, что произошло в день прилета на остров, было попыткой с их стороны завязать контакт, то почему они не позволили ее теперь? И почему надо было непременно пугать? Стоп! Может быть, как раз в этом все дело? Им важно было узнать нашу реакцию. И когда, преодолев страх, я тут же попытался снова шагнуть к пропасти, они недвусмысленно дали понять, что это бесполезно. Поезд ушел".

Крис только теперь обратил внимание на то, что идет по девственно гладкому песку. Огляделся. Следов не было. Даже в той стороне, откуда он теперь шел, дождь смыл все без остатка. "Не оставляющий следов, усмехнулся Крис. - Бесследно пропавший". Последнее ему не понравилось. Он презрительно фыркнул и быстро зашагал к дому.

Дверь была распахнута настежь, и это сразу насторожило Криса.

- Сингх!

- Я здесь! - индус сбежал по лесенке, ведущей в мансарду. - Вы не видели Катью?

- Катю? - Крис впервые назвал ее русским именем. - Что с ней?

- Ее нигде нет.

- Нет? - взгляд Криса мотнулся к вешалке: Катиного плаща не было. Карабина тоже.

- Я обежал все вокруг, - понимающе кивнул индус. - Кричал, звал, обшарил весь дом. Ее нигде нет, Кришнан!

"Обезьяна!" - неожиданно для самого себя мысленно вспылил Крис. Это было глупо и чудовищно несправедливо, он это сознавал, но ничего не мог с собой поделать. Снова скользнул взглядом по вешалке и вниз по отделению для обуви.

Сапоги стояли на месте. Катины сапоги.

"Значит, она где-то поблизости, - решил Крис. - Хотя... Она и в горы со мной пыталась пойти в кроссовках. И все же..." - Он беспомощно огляделся по сторонам, машинально задержал взгляд на метеобудке.

"А что?.. Вполне вероятно. Там ее напугало мохнатое существо. И если Кэт рассуждает так же, как я..." Он спрыгнул с крыльца и побежал к будке. Рванул на себя дощатую дверь и невольно отпрянул: прямо ему в лицо смотрел черный зрачок карабина.

- Кэт!

- Как вы меня напугали, Крис! - всхлипнула она.

- Кэт! - Он ввалился в будку, схватил в ладони ее испуганное, мокрое то ли от дождя, то ли от слез лицо и, не сознавая, что делает, прижался к нему щекой. - Катя... Кэт... Родная...

- Как вы меня напугали, - повторила она отрешенно.

- Пойдемте, Кэт, - он взял из ее рук карабин. - Вы простудитесь. Пойдемте.

Она отрицательно качнула головой.

- Это бессмысленно, Кэт.

- Что бессмысленно? - не поднимая глаз, спросила Катя.

- Ваше присутствие здесь.

- Откуда вы знаете?

- Знаю, Кэт. Только что я проделал то же самое. Безрезультатно. Они не повторяются.

- Да? - Она наконец вскинула на него глаза: жалкие, растерянные.

- Да, Кэт. Идемте.

Он взял ее за руку и вывел из будки.

С крыльца Сингх видел, как они выбрались из метеобудки и пошли к дому. Расслабился и закрыл глаза, почти физически чувствуя, как спадает нервное напряжение, и на смену ему приходит убаюкивающее ощущение покоя.

И вдруг без всякой видимой причины молнией полыхнула ярость. "Ничтожество! - забушевало в сознании. - Воображает себя суперменом!" - Это была уже не ярость, - слепящая, затмевающая рассудок ненависть.

Рука сама собой потянулась к вешалке, туда, где обычно висел карабин. Не нащупав оружия, индус крадущимися шагами скользнул в кухню и схватил нож...

"Остановись! - приказал он себе и, не в силах сдержаться стиснул зубы и, коротко взмахнув рукой, всадил нож в столешницу. Удар был так силен, что кисть соскользнула с ручки, и нож распорол ладонь.

Вначале он даже не ощутил боли. С удивлением увидел, как зазмеились по клеенчатой скатерти алые струйки, разжал пальцы и увидел порез. Кровь хлынула пульсирующими толчками и одновременно пришла боль. Сингх сжал кисть в кулак и в замешательстве обернулся к двери. Катя вошла первой и со страхом уставилась на залитый кровью стол.

- Что это, Сингх?

Крис взглянул через ее плечо, мгновенно оценил ситуацию и принес полевую аптечку.

- Давайте сюда руку.

Сингх молча повиновался. Крис наложил жгут выше запястья, обработал рану и туго перебинтовал ладонь.

- Можно подумать, вы всю жизнь только этим и занимались, - посеревшие губы индуса искривились в усмешке.

- Армия, - коротко пояснил Крис, намочил тряпку под краном и смыл кровь со стола. - Надо сделать противостолбнячный укол. - Переоденьтесь, Сингх, вы запачкали брюки. А я пока приготовлю шприц.

Индус кивнул и вышел из комнаты. Крис взглянул на торчащий из столешницы нож, покачал головой.

- Никогда бы не подумал...

- Что здесь произошло, Крис? - Катю колотил озноб.

"Бедняжка, - с жалостью подумал Крис. - Один стресс за другим". Сказал как можно спокойнее:

- Сингх порезал руку. Бытовая травма.

Катя взглянула на нож и зябко передернулась.

- Наверное, открывал банку с консервами, - поспешно предположил Крис. Вот валерьянка, Кэт. Выпейте и отправляйтесь к себе. Вам надо успокоиться.

Оставшись один, он поставил стерилизатор на газовую плиту и занялся ножом. Извлечь его оказалось делом нелегким, и он снова подивился силе, с которой маленький индус всадил клинок в доску стола. О том, что побудило Сингха сделать это, он старался не думать. Догадывался. Но одно дело строить догадки и совсем другое - знать наверняка.

- Остров, Остров! Я - Земля! Почему молчите? Я - Земля! Отвечайте. Прием.

- Остров, Остров! Я - борт шестнадцать девяносто пять. Как слышите? Прием.

- Остров, Остров! Отвечайте... Вот и не верь после этого в чертовщину! Сами открыли остров, сами найти не можем. Куда он подевался? Вторые сутки ищем.

- Не отвлекайся, Колумб. Заварил кашу, - теперь расхлебывай.

- Ладно тебе, командир. Не мы, так другие сообщили бы.

- Да шучу я, чего уставился? Вниз лучше гляди.

- Гляжу. Все глаза проглядел. Траулеры, спасательные катера, яхты. А острова нет как нет.

- Может, и не было?

- Смеешься, командир. Сборный дом куда завезли? Строителей? Ученых? С индусом кто разговаривал? Не ты?

- Шуток не понимаешь?

- Какие тут шутки! Люди пропали, а ты...

- А я их ищу.

- Допустим, затонул этот проклятый остров. Хоть что-то должно было всплыть. Утварь какая-нибудь. Мебель, доски... Штормов не было. Течений тут нет.

- Не ломай голову, штурман. Вниз смотри, вниз.

- Остров, Остров! Я - Земля, я - Земля! Слышите меня? Отвечайте, прием.

Рука почти не болела: сказывалось действие новокаина, который Крис ввел вместе с сывороткой. Сингх кое-как натянул сапоги, надел дождевик и вышел из дома. Струн дождя забарабанили по капюшону, почти неразличимые в. серых сгущающихся сумерках. Закоулками сознания скользнула мысль о карабине. Скользнула и сгинула. Карабин был не нужен. Карабин мог только помешать задуманному.

Сингх постоял несколько секунд, собираясь с мыслями, вздохнул и, застегнувшись до самого подбородка, медленно побрел к центру острова. Дождь лил уже не так остервенело, как вначале, и с каждым шагом становился слабее.

Сквозь сумерки впереди проступила темная громада торного кряжа. Дождь перестал, и стало слышно, как где-то недалеко с протяжным шорохом набегают на песок волны.

Сингх запрокинул голову и, глядя в низкое, затянутое тучами небо, крикнул:

- Я здесь! Слышите, вы! Я хочу говорить с вами!

Ничто не изменилось вокруг. Негромкий, словно придавленный к мокрому песку голос трепыхнулся в насыщенном влагой воздухе, растаял без отклика. Монотонно шумело море.

- Если вы есть, - Сингх продолжал смотреть в небо, но уже не кричал: говорил спокойно, вполголоса, - если вы реальны, покажите себя.

Внезапный порыв ветра пронесся над островом. Тучи пришли в движение, заклубились и над островом в медленных вспышках розоватых зарниц возникло огромное, в полнеба человеческое лицо. Оно было невозмутимо спокойным это лицо. Нечеловечески спокойным, если бы не...

- Ложь! - закричал Сингх. - Это мое лицо! Это я!

Сингх-великан усмехнулся и медленно разлепил губы. Голос шел отовсюду: с кеба, с моря, из-под земли. Бесстрастный, всепроникающий:

- Конечно, ты. У меня нет своего лица. Было. Вы его уничтожили.

- Мы? - растерянно спросил Сингх.

- Вы люди, Ваша ненасытная алчность.

- Не понимаю, - признался Сингх. - Кто ты?

- Я море, - прозвучало в ответ. - Море, которое вы убиваете.

Ударил ветер, словно сорвался с цепи. Закружил, перемешал тучи. И с беспросветно серого неба снова полил дождь.

Дождь хлестал по лицу, ледяными змейками струился по шее, груди, спине. Сингх машинально поднял соскользнувший на спину капюшон, упрятал под дождевик забинтованную кисть.

- Так... Значит, море... Море, которое мы убиваем.

Он мысленно представил себе низвергающиеся в Мировой океан ниагары ядовитых промышленных отходов и нечистот, захороненные в его глубинах бетонные контейнеры со смертоносным радиоактивным грузом, обезображенные жирными нефтяными потеками и мусором побережья. Покачал головой. Тут возразить было нечего. Но какое отношение ко всему этому имеет алчность?

Сингх переступил с ноги на ногу, побрел, не выбирая направления, просто так, чтобы не стоять на месте.

Алчность тут ни при чем. Скорее массовое безумие, идиотизм. Если уж на то пошло, слово океан вообще не было произнесено. А что было?

Он задумался: "Я - море. Море, которое вы убиваете". По-видимому, имелось в виду именно это, локальное, не сообщающееся с Мировым океаном море. Море-озеро. И опять непонятно, при чем тут алчность?

Сингх переворошил в памяти все, что касалось моря в изученных им материалах о Феномене. Площадь акватории, запасы воды, флора, фауна, биоценоз... Все не то... Стоп! Вот, кажется, ниточка: усиливающаяся с каждым годом тенденция к снижению уровня. Так-так-так... На протяжении двадцати лет полное отсутствие стока из двух питающих море рек, вызванное резким увеличением водозабора на орошение и другие хозяйственные нужды... Вот оно... Дальше можно не вспоминать.

Итак, реки перестали вливаться в море, а значит, море обречено.

Сингх прошел еще несколько шагов и остановился в полной растерянности. До него только теперь дошла абсурдность его рассуждений. Да, море гибнет. Но при чем тут все остальное? Абракадабра с яблоками, фиктивная радиосвязь, попытки напугать Криса и Катю?.. И, наконец, эта говорящая физиономия в небе?

Пришельцы еще куда ни шло. Но чтобы море откалывало такие фокусы? Бред!

Сингх круто повернулся и зашагал к дому.

- Где вас носит, Сингх? - Лицо у Криса было встревоженное, голос дрожал и срывался. - Кэт плохо.

- Что с ней? - Индус сорвал с себя дождевик, второпях, не попадая на крючок, попытался его повесить, отшвырнул и принялся стаскивать сапоги

- Бредит. Ничего не узнает. Да быстрее вы!

Сингх кое-как сполоснул руку под краном, промокнул о посудное полотенце.

- Идемте.

Прежде чем войти, они задержались возле двери. Из комнаты доносился Катин голос.

- Кто услышит раковины пенье,

Бросит берег и уйдет в туман...

Катя снова и снова повторяла эти две строки, монотонно, бесстрастно, словно заучивая наизусть.

Они вошли. В комнате неназойливо пахло духами и еще чем-то, непонятно ассоциирующим с присутствием молодой женщины.

- Кто услышит раковины пенье...

- Катья... - негромко позвал Сингх.

Катя лежала на неразобранной постели.

Бросит берег и уйдет в туман

Кто услышит раковины пенье...

- Катья, - мягко повторил индус и опустил ладонь на ее лоб. Температуры не было. - Катья, вы меня слышите?

- Бросит берег и уйдет в туман...

- Очнитесь, Катья...

- Кэт, - Крис тронул девушку за плечо. - Кэт!

Катя повернулась и села, опустив ноги на пол. На бледном лице резко выделялись огромные, с расширенными зрачками глаза.

- Паруса... - голос был все тот же: тусклый, бесцветный. - Паруса, паруса... До самого горизонта... Белые-белые... Разве можно не любить паруса?

- Катья, - Сингх взял ее за руку. - Послушайте, Катья...

- А море? - Она смотрела мимо них. Смотрела в окно. За окном была ночь. Дождь лил за окном. А она видела море, паруса до самого горизонта... Разве можно не любить море? Такое ласковое... Синее-синее...

"Опять море, - с горечью подумал Сингх. - Все мы на нем помешались". Взглянул на Криса. Тот, не отрываясь, смотрел на девушку. "Тревога и сострадание, - подумал индус, - тревога и сострадание. Похоже, он ее, действительно, любит".

- Дадим ей снотворного, Крис.

- Валерьянку она уже пила, - растерянно развел руками геофизик.

- Дайте что-нибудь посильнее.

Они кое-как заставили ее выпить снотворное и уложили в постель.

- Как рука? - спросил Крис, когда они спустились в гостиную.

- Нормально. - Сингх взглянул на перебинтованную ладонь. - Повязку, пожалуй, надо сменить, намокла.

Крис сходил за бинтом. Спросил, разрезая ножницами мокрую повязку.

- Где это вы так?

- Гулял по острову.

"И этот!" - с жалостью подумал Крис.

- Безрезультатно?

- Смотря что понимать под словом результат.

- Вот как? - Повязка шлепнулась на пол. Крис наложил на рану марлевый тампон и взялся за бинт. - Опять Ариман?

- Нет. - Сингх шевельнул пальцами, поморщился. - Аримана не было и в прошлый раз. Я его выдумал.

У геофизика удивленно поднялись брови.

- Зачем?

- Из солидарности. - Индус опять согнул и разогнул пальцы. - Чтобы не казаться белой вороной. Но сейчас это неважно.

- Не понимаю.

- Сейчас поймете. - Сингх подождал, пока Крис завяжет узелок, и снова пошевелил пальцами. - Спасибо, Крис. А теперь давайте поговорим.

Он выдвинул стул и сел. Крис примостился по другую сторону стола. И оба одновременно взглянули на вазу с яблоками. Крис встал, перенес вазу на подоконник в дальний конец комнаты и вернулся на место.

- Догадываетесь, зачем я уходил из дома?

Крис кивнул.

- Все правильно. - Индус вздохнул и покачал головой. - Идея родилась одновременно у всех троих. И каждый решил проверить ее в одиночку, на свой страх и риск.

- Я потерпел фиаско, - отвлеченные рассуждения Сингха начинали действовать Крису на нервы. - Кэт, судя по всему, - тоже. А вы?

- Мне повезло чуть больше.

- Вы их встретили? - оживился Крис.

- Кого "их"?

- Пришельцев!

- Не знаю. - Сингх опять покосился на вазу с яблоками. - Я, собственно, никого не встретил. Видел только лицо. Знаете, чье?

- Будды, - буркнул Крис, теряя интерес к разговору.

- Нет, - покачал головой Сингх. - Свое собственное. Оно смотрело на меня с неба.

- Откуда-откуда?

- С неба.

- Занятно. И кто кому строил глазки?

Сингх пропустил вопрос мимо ушей.

- Оно занимало собой полнеба.

- Впечатляюще. Что же оно вам поведало?

- Всего одну фразу: "Я - море, которое вы убиваете".

- Мы??? - Крис даже привстал.

- Вот и я спросил то же самое. "Вы, люди, - ответило оно. - Ваша ненасытная алчность".

- Очень интересно. - Крис поднялся и задвинул стул. - Кэт необходим врач. И чем быстрее, тем лучше. Вы можете сегодня связаться с Землей?

- Сядьте, Кришнан, - попросил Сингх

- Зачем? - Крис еле сдерживался. - Слушать ваше вранье? Вы не ответили на вопрос. Мо... - Он осекся и во все глаза уставился на индуса. - Сегодня вы не выходили на связь! В чем дело?!"

- Сядьте, - устало повторил Сингх. - И хотя бы несколько минут постарайтесь меня не перебивать.

Не сводя с него настороженного взгляда, Крис опустился на стул.

- Есть тюркская пословица, - продолжал Сингх. - У плывущих в одной лодке одна душа. - Он помолчал. - Мы плывем в одной лодке, Кришнан. Забудьте на время ваши симпатии и антипатии. Они вредны и опасны. Единственное, что может нас спасти, это трезвый ум.

- Спасти? - насторожился Крис. - От кого?

Сингх не слышал. Мысли Сингха витали где-то далеко-далеко. Непонятно где.

- Трезвый коллективный ум. И полное единодушие. Иначе мы погибнем.

"А ведь он не шутит, - понял Крис, глядя на сосредоточенное лицо Сингха. - Он убежден в том, что говорит".

- Сингх!

- Да? - очнулся индус.

- Если все настолько серьезно, почему не связаться с материков?

Индус медленно покачал головой.

- Бесполезно.

- Испортилась рация? - Крис недоуменно пожал плечами. - Не вижу трагедии. Два невыхода на связь - и за нами пришлют вертолет. Разве не так?

- Так, Кришнан, так, и все же дайте мне договорить до конца, не перебивая. Рация исправна. - Сингх горько усмехнулся. - Настолько исправна, что передает сводки сама, без моего участия. Непонятно? Мне тоже, и тем не менее это факт. Наберитесь терпения, коллега, выслушайте мою точку зрения, а потом выскажете свою. Договорились?

Крис кивнул.

- Четвертый день мы на этом проклятом острове. И не продвинулись ни на шаг, если конечно, не считать несколько ну, скажем, так: странных и непонятных явлений. - Сингх помолчал, глядя поверх лежащих на столе рук. У меня такое впечатление, что не мы исследуем Феномен, а Феномен исследует нас. И остров не что иное, как западня, в которую нас заманили.

- Западня? - не выдержал Крис.

- Да. Рация исправна, но связи с Землей у нас нет. Вы убедитесь в этом сами, прокрутив магнитофонные записи. На пленку записаны сегодняшняя сводка, хотя я ее не передавал, и сводки на три дня вперед. Сводки, которые я, естественно, тоже не передавал. Фикция, одним словом. Я почти убежден, что ни одна из моих предыдущих сводок до материка не дошла. Но тогда к нам должны были выслать спасательный вертолет, а его, как видите, нет. Что-нибудь из двух: либо Земля принимает липовые сводки за подлинные, либо... - Сингх взглянул на собеседника. - Либо нас ищут и не могут найти.

- Весело! - Крис достал сигареты и закурил. - Продолжайте, Сингх. От ваших гипотез просто мороз по коже.

- Гипотез? - Сингх покачал головой. - Буду счастлив, если они не подтвердятся. А пока будем рассуждать объективно. Итак, мы изолированы от всего мира.

- Для чего? - спросил Крис.

- Ну хотя бы для того, чтобы без помех досконально нас изучить. Иначе зачем все эти критические ситуации, спровоцированные стрессы, воздействия на психику? - Сингх повел глазами на забинтованную руку. - Думаете, это случайность?

Крис вспомнил всаженный в стол нож и стиснул зубы.

- Вряд ли они всерьез намерены причинить нам зло, - продолжал Сингх. Просто у них своя мораль, своя этика. Не совпадающие с нашими.

- Вы так спокойно об этом говорите! - возмутился Крис. Экспериментировать на людях?

- Да ладно вам! - поморщился Сингх. - Можно подумать, мы на обезьянах не экспериментируем.

- Так то обезьяны! - вспылил Крис и осекся, вспомнив собственное, слава богу, не произнесенное вслух "желтая обезьяна".

- Обезьяны - приматы, - терпеливо напомнил Сингх. - И уж если мы позволяем себе экспериментировать на своих ближайших родичах, то что говорить о пришельцах? Кто мы для них?

Сингх помолчал, собираясь с мыслями.

- Представьте себе, что мы действительно имеем дело с пришельцами из неведомой супергалактики. Их планета в миллион раз больше нашей. И год на ней в миллион раз длиннее, чем у нас. Допускаете такую возможность?

- Допускаю.

- А теперь попытайтесь взглянуть на нас их глазами. Земля - крохотный глиняный шарик-с сумасшедшей скоростью снует вокруг раскаленного уголька-Солнца. На шарике копошатся миллиарды существ. Каждому из них в отдельности суждено прожить всего каких-то семьдесят куцых витков вокруг светила. А они еще сражаются между собой, и в промежутках между войнами лихорадочно готовятся к новым. Единственное, в чем эти существа полностью единодушны, это идиотизм, с которым они катастрофическими темпами уничтожают собственную планету, истощая ее недра, вырубая леса, загрязняя реки, моря, атмосферу и даже космос.

- Скажите честно, Кришнан, у вас, будь вы на месте этих пришельцев, не возникло бы желания понять идиотскую логику или, вернее, алогизм поведения этих существ?

- Возможно. - Крис задумчиво поскреб подбородок. - Вы нарисовали впечатляющую картину, Сингх. Но вы рассуждаете как человек, а не как пришелец. В качестве варианта ваша схема, может быть, и приемлема. Но не больше.

Почему? Да потому, что существа, к котором относимся и мы с вами, гораздо опаснее, чем кажется. Они заражены манией величия. Рвутся в космос. Всерьез мечтают об освоении новых миров. А как они будут их осваивать нетрудно убедиться на примере Земли. Пришельцы, если они действительно существуют, наверняка давно это поняли. Что мы делаем, обнаружив дерево, зараженное опасными насекомыми или микробами? Пускаем в ход огнеметы!

- Мне это тоже приходило в голову, - признался индус. - Но если они до сих пор не использовали свои огнеметы...

- Значит, мы имеем дело не с пришельцами.

- Но тогда с кем?

- Вы что-то говорили об обезьянах...

- Об обезьянах? А, да-да. Понимаю вас, Кришнан. Поставьте себя на их место. Малопривлекательная перспектива, не правда ли? Так и тянет на бунт. А ну, как они в самом деле взбунтуются? И в один далеко не прекрасный день все разом покончат жизнь самоубийством? В знак протеста. Другого-то выхода у них нет: или смирись или...

Он вдруг отчетливо увидел, именно увидел, а не представил себе пологий песчаный берег моря и над нем десятки извивающихся в предсмертных конвульсиях дельфинов, которые, безо всякой, казалось бы, на то причины выбросились на берег и, даме агонизируя, упорно старались уползти как можно дальше от родной стихни.

- Кажется, я понимаю, с кем мы имеем дело, - медленно произнес Сингх.

- И с кем же? - прищурился Крис.

- С планетой Земля.

Кате снилось море. Ласковое, искрящееся, в лазоревой дымке, в неумолчном рокоте волн, криках чаек, отголосках пароходных сирен. Ветер приносил с моря запах рыбы и водорослей, смолы и дыма, прогретых солнцем мелководий, белесых солончаков, потрескавшихся от зноя такыров и раскаленных пустынь.

Она знала море и другим: свинцово-серое под низкими, стремительно бегущими тучами, оно с ревом обрушивало на берег яростные белогривые волны, и ледяной норд доносил брызги до их сада, и все вокруг: забор, калитка, деревья, - обрастало белыми сосульками. Раскатисто и зловеще грохотало кровельное железо на крыше, и весь дом содрогался под ударами ветра, жалобно взвизгивая ставнями.

Но теперь было лето, и Катя шла по колено в воде, все больше удаляясь от берега, с удовольствием ощущая ступнями плотное песчаное дно. Когда легкая зыбь стала перекатываться через плечи. Катя остановилась и, обернувшись, стала смотреть на берег. Берег был далеко - отсеченная от моря желтой чертой отмели полоска суши на горизонте, кудрявящаяся кое-где зеленью садов вокруг рыбачьих поселков, и уже совсем далеко-расплывчатые очертания корпусов рыбоконсервного комбината. Это был берег ее детства. Здесь она родилась, выросла, окончила школу. Сюда вернулась после института.

Катя оттолкнулась от дна и, медленно перебирая ногами, поплыла лежа на спине. И сразу же пришла тишина и ощущение безмерного покоя, и уже не было ни моря, ни берега, а только небо без конца и без края и ее тело, парящее, словно птица, на легко и свободно раскинутых крыльях.

И вдруг все изменилось. Сизая зловещая муть заволокла небо. Ослепительно яркое солнце потускнела, превратилось в кроваво-красный, резко очерченный диск, прикосновение воды стало колючим, жестким, вызывало жжение и зуд. Катя содрогнулась всем телом, встала на ноги и побрела к берегу, по колено увязая в черно-фиолетовой жиже, которая еще минуту назад была прозрачной морской водой. Берег едва угадывался сквозь туман зловонных испарений, но и он не сулил избавления: обгоняя друг друга, рассыпаясь в прах, вновь рождаясь из праха, по берегу метались пыльные смерчи, и траурно-черная, полыхающая огненными зигзагами молний туча стеной вставала из-за горизонта. Хватая ртом обжигающе горячий воздух, Катя закричала и проснулась.

- Ха! - Крис досадливо поморщился. - А я-то, дурак, уши развесил!

- Не спешите с выводами, Кришнан, - индус встал со стула, оперся больной рукой о столешницу и скрипнул зубами. - Продолжаем мыслить абстрактно. Итак, пришельцы отпадают. Допустим. Но остров-то остается. Со всем, что происходит на нем и вокруг него. Чьих это рук дело? Очевидно, того, кто в этом заинтересован.

- В чем "в этом"? - саркастически поинтересовался геофизик.

- В том, чтобы сохранить море. И не только это. Все реки и водоемы. Мировой океан. Планету в целом.

- Планета, спасающая сама себя! - фыркнул Крис.

Сингх прошелся по комнате, баюкая перевязанную руку. Остановился против Криса.

- По-человечески ваш скепсис понять можно, Кришнан. Называя Землю живой, мы имеем в виду ее флору и фауну. Реже - атмосферные явления, приливы. Еще, реже - тектонику и вулканическую деятельность. И никогда, заметьте, никогда даже мысли не допускаем о том, что планета как таковая может представлять собой живой организм, а уж о том, что она может мыслить, чувствовать, ощущать - и подавно.

- Ну, а если встать на эту кажущуюся на первый взгляд сумасшедшей точку зрения? Что тогда?

- Вот именно, - усмехнулся Крис. - Что тогда?

- Вы меня удивляете, Кришнан. Вы геофизик...

- Сдаюсь, Сингх. Итак, следуя вашей, не имеющей ничего общего с геофизикой, гипотезе, многострадальная матушка-Земля решила приструнить своих не в меру расшалившихся деток и местом экзекуции избрала этот ею специально созданный островок. Я заживо хороню все свои возражения. Задам всего лишь один вопрос. Почему именно этот остров на самом маленьком из морей?

- Потому что именно это море больше всех других нуждается в помощи! Катя уже несколько минут прислушивалась к их спору и теперь решила, что пора вмешаться. - Я с вами полностью согласна, Сингх.

- Кэт?! - Крис вскочил со стула и удивленно уставился на девушку. Почему вы не в постели?

- Как вы себя чувствуете, Катья? - мягко спросил индус.

- Нормально, - она недоуменно перевела взгляд с Сингха на Криса. - А что?

- Ничего особенного, - поспешно заверил Крис. - Просто время уже не детское...

- А ну вас! - отмахнулась Катя. - А вы молодчина, Сингх. Я, океанолог, и то бы ни за что не додумалась.

- Это всего лишь предположение, Катья. - Здоровый рукой Сингх отодвинул стул так, чтобы она могла сесть. - Мы тут как раз обменивались мнениями. Так что вы пришли вовремя. Хотите высказаться?

- Я уже сказала. По-моему, вы правы.

- Вы не слышали начала нашего разговора.

- Зато я видела сон. Мне снилось море. Каким оно было еще недавно. И каким оно станет, если его не спасти.

Крис с Сингхом молча переглянулись.

- Понимаете, Катья. - Сингх сел и облокотился о столешницу. - Вначале мы с Кришнаном полагали, что имеем дело с пришельцами. Потом возникла другая версия: сама планета Земля...

- Разве так важно, кто именно? - перебила Катя. - Мы поняли главное: море нуждается в помощи. Море надо спасать. И от кого исходит призыв - не имеет значения.

- А ведь она права! - расхохотался Крис. - Мы с вами тут ломаем голову, кто, зачем, а ведь это и в самом деле не главное. Ай да Кэт! Самую суть ухватила!

- Ну что ж, - Сингх улыбнулся и, не удержавшись, погладил Катю по щеке. - Нам осталось только одно: убедиться в правильности нашей догадки.

- Каким образом, хотел бы я знать? - недоверчиво уставился на него геофизик.

- Каким? - Сингх обвел взглядом комнату и вдруг улыбнулся. - Очень простым. Взгляните-ка!

Забинтованная рука качнулась в направлении окна. Крис оглянулся и невольно вздрогнул: вазы с яблоками на окне не было.

- Что такое? - не поняла Катя.

- Йоговские шуточки, - опомнившись, скептически усмехнулся Крис.

- Что бы вы понимали в йоге, - покачал головой индус. - Ни один йог не способен на такое. Левитация еще куда ни шло: приподнять, сдвинуть с места, уронить на пол...

- Да что произошло-то? - продолжала недоумевать Катя.

- Ваза... - начал было Сингх, но Крис перебил его.

- Вы хотели сказать, что они...

- Я хочу сказать... - Сингх сделал паузу и выразительно посмотрел на геофизика, - что ваза с яблоками, которая теперь, очевидно, вернулась в свое первоначальное состояние, и есть первое подтверждение правильности нашей догадки.

- Ничего не понимаю! - взмолилась Катя. - Первоначальное состояние?.. Объясните мне, в чем дело?

- Кришнан вам все объяснит, Катья, - улыбнулся. Сингх. - А я, с вашего позволения, пойду спать. Спокойной ночи.

Он вышел из гостиной, и через несколько минут в комнате за стеной зазвучала негромкая восточная музыка.

- Я слушаю, - нетерпеливо напомнила Катя.

Крис включил торшер и погасил верхний свет. Потом подвинул к торшеру второе кресло.

- Садитесь сюда, Катя. - Он и сам не знал, почему опять произнес ее имя по-русски.

- Скажите на милость! - удивилась она. - Почти без акцента. Долго тренировались?

- Всю жизнь. - Он опустился в кресло и достал сигарету. - Можно я закурю?

- Да что с вами, Крис? Такая галантность... Разумеется, можно. Так что, там за история с вазой?

- Сплошная мистика. - Крис чиркнул спичкой и прикурил. - Помните камешки, которые мы принесли из пещеры?

- Еще бы.

- Там, в пещере, они не производили никакого впечатления. Так, серенькая щебенка. На обратном пути мы попали под дождь.

- Под ливень.

- Да. Видимо, их промыло дождем.

- И они трансформировались в яблоки?

"Бедняга Сингх, - в Крисе заговорило запоздалое раскаяние. - Точно так же я изводил его своими дурацкими репликами!"

- Нет, Катя. Сначала это были драгоценные камни. Я отнес их в гостиную и позвал вас.

- А пока я шла...

- Да, Катя. Для меня это было как гром с ясного неба.

- Так вот почему вы отобрали у меня яблоко!

- Да.

- Бедный вы мой страдалец. - Катя протянула руку и погладила его по щеке. - Я-то, дуреха, накричала на вас.

- Не надо, Катя. - Он положил свою ладонь поверх ее и прижал к щеке. Ладонь была прохладная, нежная, пахла духами. Он закрыл глаза. - Я люблю вас, Катя. Можно я вас поцелую?

- А вот это уже совершенно ни к чему!

Она отобрала у него руку и откинулась на спинку кресла.

- Вы любите другого? - он открыл глаза и, не глядя в ее сторону, затянулся сигаретой.

- Допустим. И что из этого?

- Ничего. - Он затянулся опять и, запрокинув голову, уставился в потолок. - Ни-че-го...

- Знаете, на кого вы похожи сейчас? - спросила Катя.

- На Рыцаря Печального Образа, - он попытался усмехнуться, не смог и резко встал с кресла.

- Куда же вы? - улыбнулась Катя, - это не по-рыцарски.

- А что по-рыцарски? - Он подошел к окну и жадно затянулся.

- Ну... Петь серенады. На коленях умолять об ответной любви.

- Любовь не милостыня. - Он швырнул окурок в форточку и обернулся. - Не подаяние.

- Да? И что же такое любовь? - прищурилась Катя.

- То... о чем болтают от нечего делать, - разозлился он.

- На острове, - уточнила Катя.

- В первом часу ночи.

- Посреди умирающего моря.

- Ну вот видите, как мы здорово во всем разобрались, - вздохнул Крис. Спокойной ночи, Кэт.

- Кэт? - переспросила она.

- Да.

- Скажите, что я похожа на Мону Лизу, Крис.

- Вы очень похожи на Мону Лизу, Кэт. - Он усмехнулся.

- А что в этом смешного?

- Да так, ничего.

- Ну, а все-таки?

- Существует версия, что Мона Лиза - это автопортрет Леонардо.

- Век живи, век учись. - Она встала и сладко потянулась. Волнующая, недосягаемо желанная. Мечта в двух шагах. И на противоположном полюсе Земли. Он стиснул зубы и достал новую сигарету. - Вы бы хотели умереть дураком, Крис?

- Что-о?! - Сигарета упала на пол.

- Тогда поцелуйте меня, Крис. Крепко-крепко. И не задавайте идиотских вопросов.

А над островом по-прежнему лил дождь. И мокрый песок был уже не в состоянии впитывать влагу. И ручейки дождевой воды, образуя потоки, сбегали по откосам, смешиваясь с безжизненно серой пеной прибоя. И если бы обитатели домика оказались в эту минуту на берегу, они стали бы свидетелями редкого зрелища: горный кряж у оконечности острова стремительно и бесшумно опускался в воду. Они увидели бы, как становятся фиордами скалистые теснины ущелий, как одна за другой превращаются в островки и исчезают в волнах вершины гор. И на месте их опять плещется и шумит море. Море, которое им предстоит спасти.

А высоко над островом, над пеленой невидимых сверху туч, не умолкая, гудели в ночном небе моторы поисковых вертолетов.

Content

Гацунаев Николай
Западня