Касьянов Г

Доцент и другие

Г.КАСЬЯНОВ

ДОЦЕНТ И ДРУГИЕ

В жизни случаются самые невероятные вещи.И не только в горячих точках планеты,где без Калашникова шагу ступить нельзя,но и в самых мирных местах.А чтобы вы не сомневались,я расскажу одну историю.

Мы сидели на веранде скромной одноэтажной дачки за столом,уставленным полупустой посудой,и толкли воду в ступе.И было нам хорошо,но этот тип не нравился мне все больше и больше.

Нас было четверо; когда-то,в более сытные времена,мы дружно работали в одной шарашкиной конторе,именовавшейся научным институтом,и толочь воду в ступе,плевать в потолок и заниматься другими подобными делами нам в компании было легко и приятно.Собрались мы... впрочем,сейчас мне трудно вспомнить,какая именно причина свела нас вместе.То ли преподаватель астрономии,имевший прозвище Рентген,солидный мужчина,похожий повадками на известного режиссера,решил отметить начало учебного года и затащил к себе на дачу доцента местной академии... Причем доцента настоящего,а не вора,прости Господи,с такой кличкой.То ли наоборот,доцент,воспрянув духом оттого,что в ихней академии выдали зарплату,явился к преподавателю обсудить перспективы высшего образования... Кто их знает.

Что касается меня,то я оказался там случайно: зашел спросить стеклорез.Но назад не вышел.Потому что доцент,увидевши меня,заорал хорошо поставленным профессорским голосом:

- Конус! Сколько лет,сколько зим! Куда ты затерялся,червь научный? Иди сюда.

- Садись,- предложил преподаватель и широким жестом указал на стул.Он был хозяином дачи и,соответственно,стола.

На кривоногом столе времен,вероятно,проклятого культа личности стояла в блюде гора салата,основательно подрытая с трех сторон,холодец,нарезанный ломтями,и бутылка с большой этикеткой,на которой то ли обезьяны,то ли загорелые девицы резвились под сенью пальм.

Я для порядка посомневался, но сел за стол,любезно оскалил зубы,принял стакан,глотнул и стал аккуратно подрывать салат с четвертой стороны,

- Прошла? - любезно осведомился хозяин.

- До самой печенки, - отвечал я и,ухватив вилку,отколупнул громадный кусок холодца.

- До печенки нельзя,здоровью может быть вредно,- заметил четвертый из присутствующих,крепкий,строгого вида мужчина,тоже наш человек,из бывших ученых мужей,но теперь руководитель спортивного комплекса и какого-то удивительного подземного стрелкового тира.

Я успокоил его,сказав,что печень моя и не такое переносила,и вскоре ощутил приятную теплоту внутри,комфорт,благодушие и любовь к ближним.И вступил с ближними,как водится,в дружескую беседу.

Время после этого полетело незаметно.

Мы увлеченно обсуждали разные волнующие вопросы,как то: роль интеллигенции в бедственной судьбе страны,кто будет по осени чемпионом РФ по футболу,почему нынче так редко выдают зарплату и кого следует выбирать в местные губернаторы.И поскольку все мы были гениальными мыслителями и философами,то часто не понимали друг друга,но это нисколько не мешало нам в итоге всегда приходить к соглаcию.Ну в самом деле,разве не ясно,почему не выдают зарплату? Ну,Боже мой... Да потому не выдают,что сначала деньги со всех концов страны в одно место собирают,а потом уж назад,естественно,не отдают.А как вы хотите? Очень логично.Что они там,в министерствах,дураки,что ли? Если урвал - назад не отдавай.Твое... Ферштеен?

Впрочем,такому безотрадному явлению могла быть и совсем другая причина.Хотя вряд ли.Суть нашего согласованного мнения по этому вопросу состояла в том,что никакая причина не оправдывала вышеприведенного мерзкого факта.И точка.

В этом месте директор подземного тира хихикнул.Что случалось с ним,насколько я помню,крайне редко.

Тут я впервые осознал,что он мне чем-то не нравится... но не мог понять,чем.Нет,был он по прежнему мужественно симпатичен,как и в старые времена,хотя и бледноват.Почему-то меня охватывало смутное беспокойство,когда я на него смотрел.Почему?

- Сверхприбыль оправдывает все,- молвил директор,глядя на тарелку с холодцом прищуренным глазом,будто видел именно в ней истину.- И безотрадные явления в том числе.

Преподаватель в ответ на это подумал и сказал:

- Гм...

А доцент академии хохотнул и принялся разливать по стаканам остатки содержимого бутылки с обезьянами; я же,повинуясь внезапно пришедшей в голову не очень ясной мысли,спросил:

- Маршал! - ибо директор тира носил фамилию Жоховский,но в нашем кругу имел такую кличку.- Маршал,ты того... Тебе не угрожает ли какая-нибудь опасность?

Вот так.Не более и не менее.В голову мою иногда приходят мысли,происхождение которых я сам не могу понять.

После таких слов преподаватель от изумления склонил голову набок и вытаращил на меня глаза.Доцент замер с бутылкой в руке над очередным стаканом.Директор оторвал взгляд от холодца и перевел его на меня.

- Ну чего вы пялитесь? - засмущался я.-Он сегодня какой-то не такой.Мне что-то подсказывает...

- Да брось ты трепаться,- обиделся вдруг Маршал.

- Не каркай,право,- заметил Рентген.- Все под Богом ходим.

- Конусов,голубчик,- ласково заговорил доцент,опрокидывая бутыль над последним стаканом,- я знаю,что тебе подсказывает этот... твой внутренний голос.Сказать? Он тебе подсказывает,что сейчас надо выпить за здоровье всех присутствующих.Я прав?

- Ты прав всегда и безусловно,- отвечал я с воодушевлением.Мы сейчас точно выпьем.Я уже готов.Но,ребята,у меня сегодня подсознание... м-м... проявляет активность.Маршал,ты не злись.Я за тебя беспокоюсь.С тобой и правда все в порядке?

Маршал отвернулся,подумал; потом,весело улыбнувшись,спросил:

- А что конкретно тебя беспокоит?

Этого я не знал.Просто чувствовал глупое беспокойство и спьяну его высказывал.Однажды, лет пять назад,на улице попался навстречу мне пьяненький веселый мужик.Я посмотрел на него и вдруг ни с того,ни с сего подумал: как бы с ним что-нибудь не стряслось.И ведь стряслось,не успел я пройти и ста метров.Черт его дернул переходить улицу в неположенном месте... Конечно,это было совпадение и ничего более,но говорят же старые солдаты,что на лице человека перед гибелью что-то отражается...

Впрочем,я не старый солдат.Все это глупости.Пьяные бредни.И нашего Маршала никоим образом не касается.

Мы допили остатки из бутылки с пальмами и девицами.Или,может,обезьянами.Поковыряли немного салат.Спели "Хаз-Булат удалой" и "Зеленые глаза".И решили,что пора расходиться.Тем более,что наш добрый хозяин вдруг поднялся,опершись руками о стол,и сказал:

- Вы,сэры,тут немного по... сидите.А я по... ка отдохну.

И,слегка пошатнувшись,повернулся и скрылся в дверях дома.

Мы задумчиво посмотрели друг на друга.При этом доцент скроил осуждающую физиономию и сказал:

- Сэры,нам,кажется,указали на дверь.Но вполне культурно.А в самом деле,не пора ли закругляться? Голосовать будем?

- Нет,- отвечал я твердо.-Зачем?

И указал на пустую бутылку.

- Конус зрит в корень,- промолвил Маршал, оборачиваясь к доценту.

- У него привычка такая,- объяснил доцент.- Значит,пойдем.Провожу тебя до электрички.

Тут мы дружно поднялись и вышли на улицу,на ходу уяснив,что до прихода электрички,следовавшей в город,оставалось как раз семнадцать минут. Зачем Маршалу понадобилась электричка,выяснять я не стал.

На улице обнаружилось,что наступил вечер.Блестели вершины сосен,освещенные заходящим солнцем.Близлежащие горы накрывала сумрачная тень.Гавкали собаки.За жидким штакетником дачных участков там и сям торчали согбенные фигуры усердных дачниц.У забора,приткнувшись к кустам сирени,стояла толстозадая,как откормленная девка,тойота,из-за темных окон ее бил барабан и ревел чей-то голос.

Впрочем,все это нам было по-фигу,Мы были веселы и довольны жизнью и потому с трудом удержались от соблазна пнуть тойоту по толстому заду.Чтобы не орала хриплым голосом.На повороте к платформе я сердечно распрощался с этими милыми людьми и размеренной походкой направился к своей даче,припоминая на всякий случай, зачем, собственно, ходил в гости к Рентгену.Ах да, за стеклорезом...

Жена не очень удивилась тому,что я пришел без этого ценного инструмента.Она сказала,что мое долгое отсутствие подсказало ей правильную догадку.И только спросила:

- По какому поводу пили?

- А черт их знает,- ответил я,зевнул и немедля завалился спать.

Ночью мне приснился жуткий сон: будто к дому подъехала тойота с затененными стеклами,затормозила у моей хилой калитки и стала колотить в барабан и орать почему-то голосом доцента:

- Филипп! Ты дома? Проснись на минутку!

Что ей надо? - думал я с возмущением.- Я,конечно,дома.Но как она узнала,где я живу?

Тут жена сильно тряхнула меня и прошептала:

- Да проснись ты! В окно стучат,не слышишь?

Я вскочил с кровати: в окно кто-то настойчиво барабанил пальцем.Открыв дверь,я увидел темноту и силуэт мужчины рядом с крыльцом.

- Филипп,извини,- сказал силуэт.- Поговорить надо.Коля Жоховский умер.

У меня отвисла челюсть.

*

* *

Минуту спустя мы сидели на веранде и слушали рассказ доцента технической академии Миши Пахомова о странных,ужасных и непонятных событиях,коим он оказался свидетелем.

Происходило все так.

Вдвоем с Жоховским они благополучно добрались до остановки.Здесь все было,как всегда: на бетонной платформе у чугунных перил скучало множество дачников в обнимку с рюкзаками, детьми и собаками.Поскучали и они с Колей,поговорили со знакомым кандидатом наук,преподававшем в соседней академии,и распрощались,когда подошла электричка.Пахомов стоял и глазел на суматоху у открывшихся дверей и вдруг увидел,что Коля,уже добравшийся было до ступенек,внезапно вздрогнул,уронил на грудь голову и стал оседать вниз.Люди,толпившиеся за спиной,в испуге отпрянули и Коля свалился на бетон.Послышался истошный женский вопль: "Мужчине плохо!" и у дверей возникла суета.Выплюнув изо рта сигарету,Пахомов ринулся на помощь.Вдвоем с кем-то ему удалось оттащить Кольку от вагона и уложить на скамью; прочие,как зайцы,запрыгнули в вагон и глазели из окон.Умчался в посленний момент и помогший ему мужчина,и электричка,хлопнув дверьми,с грохотом укатила в сумрачную даль.

Тут начались Мишины страдания.Описывать их вряд ли интересно.Достаточно сказать,что через час с четвертью ему удалось вызвать из соседнего поселка с поэтическим названием Большой Луг скорую помощь; врач констатировал смерть...

И мертвого Жоховского и чуть живого Пахомова скорая с платформы увезла с собой и привезла в местное отделение милиции.Там Жоховского унесли в какой-то подвал,а Пахомова оставили при дежурном дожидаться чего-то.Скоро из подвала вышли и объявили,что Жоховский не просто сам собою умер,а убит ударом в сердце острым предметом типа шила.Удар нанесен сзади точно под лопатку.

Тут возник уже настоящий кошмар.У Мишки с дотошностью стали выспрашивать,нет ли у него в обиходе длинного шила.Потом - не приходилось ли ему резать свиней.Поняв,куда клонят недоспавшие в эту ночь милиционеры,Мишка принялся орать на них и ругаться последними словами.Откуда они у него взялись,последние слова,он до сих пор понять не может.Ругань,как ни странно,милиционеров успокоила.Они пристыдили его,заявив,что доценту так ругаться по штату не положено,потом подержали при дежурном еще немного и отпустили с миром.

- Что теперь мне делать? - горестно спрашивал доцент Пахомов,закончив рассказ.

- Как что делать? - удивился я его недогадливости.- Спать ложиться.Ты намаялся сегодня на пять лет вперед.Хочешь,провожу? Кстати,а куда тот кандидат наук делся?

- Какой кандидат наук?

- Ну,этот... из соседней академии.

- А-а... к семье убежал,когда электричка подошла.Тут вот какое дело,Филипп...

И Мишка,какое-то время поглядев молча в пол,пояснил,что будучи отпущен на свободу,он тут же занялся воспоминаниями и,как оказалось,весьма плодотворно: припомнил,что при посадке в электричку за спиной Николая оказались двое молодых людей,он хорошо запомнил их затылки; они его вроде как бы подталкивали: влезай,мужик,не телись... А он вдруг взял и упал.Интересная подробность?

- Интересная,- согласился я.- Расскажи про это следователю.А за что его могли... вот так-то?

- О-о! За что угодно.Он был хозяином лучшего тира.С отличной техникой.Кто у него за большие деньги мастерство стрельбы оттачивал - мы с тобой не знаем.И не узнаем.А где большие деньги,там большой риск.

- Угу.Вот зараза...

Тут Михаил отвернулся почему-то в сторону и сообщил:

- Так ведь еще интересная подробность есть.Не знаю,как и быть...

- Чем их больше,тем лучше,- ляпнул я.- Какая?

Он посмотрел на меня с укором.

- А что ты за столом у Рентгена говорил? Э-э... Помнишь?

- Ну-у... - с разочарованием промычал я,собираясь обоснованно возразить против такой интересной подробности; однако тут же поник головой.В самом деле,предсказание мое сбылось и получается,что эту смерть я накаркал.Нехорошо.Вот черт за язык дернул...

- Миша! - начал я убедительным голосом.- Это все пьяная болтовня.Николай был чем-то озабочен,мне потому и померещилось... Во всяком случае,следователю мне сказать будет совершенно нечего.

- Тогда... - Михаил глянул на меня вопросительно.- Не упоминать?

Я тряхнул головой.Что ни говори,доцент - мужик понимающий.И надежный.Не подведет.

На том и договорились.

*

* *

О,эти договоры,контракты и соглашения! Ни черта мы,оказывается,не договорились.И выяснилось это к вечеру следующего дня,когда хмурый,усталый и подозрительный,я сидел в помещении с зарешеченным окном и поминал недобрыми словами хорошего малого - Мишку Пахомова. Доцента.

Помещение с решеткой на окне принадлежало опорному пункту милиции и попал я в него по пути с работы домой: шел из института,слегка задумавшись,и чуть не налетел на мужика в пятнистом комбинезоне,шнурованных ботинках и с рыжими усами.Несколько легкомысленными.

Мужчина коротко бросил руку к виску и сказал:

- Старший сержант Мадьяров.Извините.Вы - Конусов?

- М-м...- отвечал я,ошеломленно уставясь на его усы.- Да.Я Конусов.Чему обязан?

- Прошу в машину,- он галантно указал на потрепанный синий жигуленок,стоявший у обочины.

- Хм... На предмет?

- Законный вопрос,- он улыбнулся,показав из-под усов большие белые зуби.- На предмет разговора с начальством об обстоятельствах убийства гражданина Жоховского.Вы заинтересованы? Проверяются версии.Приказано вас срочно доставить.Прошу.

- Это недолго? - спрашивал я льстивым голосом,идя следом за ним.- Я с утра не нарушал этот... кислотно-щелочной баланс во рту.

- Как разговор пойдет,- отвечал он,чуть заметно усмехаясь.

Мы сели в машину и поехали.Ну,Мишка,вот мерзавец - думал я,с тоской глядя в боковое стекло.Не утерпел,значит.Доложил.Ладно же,я тебе выскажу... Впрочем,это потом... А сейчас надо сообразить,о чем говорить с сержантовым начальством.

Но сообразить я не успел; мы затормозили недалеко от плотины ГЭС,у деревянного дома барачного типа,на торце которого зияла отверстием открытая дверь,а сбоку висела вывеска,извещавшая,что здесь расположен опорный пункт милиции.Ничего интересного,как можно было ожидать,далее не произошло: один милиционер передал меня двум другим,а те просили обождать.Сколько? Недолго.Уже едут.

После этого битый час я безрезультатно прождал в комнате с зарешеченным окном,приходя все более и более в задумчивое состояние... Ибо других развлечений решительно не находилось.Странные мысли и подозрения стали посещать мою голову.Если я понадобился так срочно,что меня,как карася на крючке,выдернули из привычной стихии и поместили сюда,как в судок с пойманной рыбой... м-да,аналогия какая-то пессимистическая... короче,выдернули для разговора с каким-то начальством об обстоятельствах убийства,то где,в конце концов,это начальство?

Впрочем,кажется,не это главное в моих сомнениях.Начальство любое непредсказуемо,с него не спросишь.Тогда в чем дело? Черт его знает.Улыбка сержанта в камуфляже почему-то не понравилась,что-то в ней тигриное...

Время шло.Я,наконец,возмутился и свое возмущение высказал двум весьма занятым людям в милицейской форме,писавшим за письменными столами какие-то рапорта и повестки.И в ответ получил строгое разъяснение своих прав и обязанностей,из которых понял лишь,что должен ждать и помалкивать.И не нарушать порядок.

Прозорливыми оказались эти ребята.Потому что не прошло и десяти минут,как я принялся нарушать порядок изо всех сил.

Но перед этим произошло вот что.

У барака мягко зашуршали колеса,хлопнула дважды дверца и в опорный пункт вошли во всем штатском посланцы таинственного начальства,приехавшие по мою душу.Было их двое и оба имели солидные габариты.Я встал и тотчас изъявил желание ехать с ними по дальнейшему маршруту как можно скорее.

- Мы вас не задержим,- заверил один из них,широкоплечий малый с веселыми глазами и острым лицом.Он полез в карман,вынул оттуда почему-то наручники и сказал строго:

- Руки!

- Зачем? - изумился я.

- Так положено! - отвечал он еще более строго.

- Вот новости! Кем?

В этот момент до меня дошло,что второй посланец стоит у меня за спиной.И дошло потому,что он шагнул,прижался ко мне сзади и руки мои мигом оказались в его лапищах.

- Для твоей безопасности,- промолвил он сипловато.

В моей голове тут сверкнула отчетливая мысль: меня же взяли с улицы! Это подозрительно... Да меня просто украли! Вот простофиля...

- Какой еще безопасности! - рявкнул я придушенным голосом и,повинуясь инстинкту самосохранения,слегка присел,прогнулся и задом ударил изо всех сил по бедрам прилипшего сзади малого.Ноги его взлетели,оторвавшись от пола,он бросил мою руку и стал ловить своею что-то в воздухе.Развернувшись на левой ноге,я,недолго думая,врезал ему справа боковым в зубы.Попал неплохо.Но что происходит сзади? Уголком глаза я уловил позади какое-то опасное движение и начал уклоняться в сторону,но не успел: на левое плечо обрушился смаху стальной наручник.Хорошо,что не на голову.Нет,плечо не хрустнуло,но рука сразу отяжелела... Медленно поворачиваясь лицом к нападавшему,я видел,как медленно валится на бок круглолицый амбал,глядя на меня с изумлением,а впереди медленно тащит из карманы пистолет круглолицый.В дверь уже боком просачивался милиционер,разъяснявший мне мои права и обязанности,другой торчал в проеме,загораживая выход.Кажется,действовали они на диво слаженно.За исключением того,который лежал на полу.

Нарушать,так нарушать.Что-то в глазах остролицего подсказывало,что стрелять он не будет.Пугает.

- Не подходить! - заорал я и ухватил здоровой рукой стул,на котором перед тем тосковал,решив пробиваться с ним к двери.Но тут в дело вступил милиционер,пролезший в комнату.

- Гр-ражданин! - взревел он и бочком,приставными шажками пошел на сближение.- Опомнись! Ты хочешь в тюрьму сесть?

Резонно.Но зачем на меня одевают наручники?

- Не подходи! - вопил я,держа стул наготове и мельком поглядывая в ту сторону,где затаилась широкоплечая фигура с пистолетом.

- Брось стул!- ревел милиционер,пытаясь обойти меня с фланга.

- Не подлезай! - отвечал я решительно,сохраняя дистанцию.- По башке получишь! Инвалидом сделаю!

Возможно,последнюю фразу говорить не стоило; возмущенный милиционер прервал диалог и сделал резкий выпад.Я резко ткнул стул вперед.Одна из ножек его вонзилась милиционеру в лоб.Он взмахнул руками и...

И тут из угла метнулась серая тень,многотонной громадой врезалась мне под ноги и я рухнул на пол...

Через минуту битва была закончена.Изрядно помятый,в наручниках,я был усажен на деревянную скамью; передо мной стоял широколицый, усмехающийся мужик и сплевывал на пол то,что оставалось без всякой уже пользы у него во рту.Весь вид его говорил: а что мы теперь,любезный,с тобой делать будем?.. На стуле сидел милиционер и держался обоими руками за лоб,второй бестолково суетился вокруг.Сваливший меня остролицый тип не спеша укладывал пистолет в карман и задумчиво говорил самому себе:

- Разобрались...

Вот дьявольщина... В какую западню я попал? Сейчас увезут в неизвестном направлении и потом ищи-свищи.Но за что?

Или не увезут?

Не выпуская из поле зрения широколицего,я сказал,обращаясь к милиционерам:

- Оформляйте протокол.В тюрьму пойду.Если заслужил...

Милиционеры почему-то не откликнулись.Откликнулся остролицый.Он весело хохотнул и заметил:

- Тюрьма тебе не грозит.У тебя другая судьба.

- Точно! - воскликнул радостно широколицый и сделал молниеносное движение плечом.Уголком глаза я увидел,что в челюсть мне летит здоровенный кулак...

Реакцией Бог меня не обидел; заметив движение,я повел головой вправо,но увести ее полностью не успел и оплеуха весом с полпуда прилетела мне сбоку.

- Хы! - выдохнул широколицый.

- Комар! - раздраженно рявкнул его напарник.- Приказа не было! Оставь на потом.

- Я без приказа,нах,соображаю,что к чему,- обиженно ответил Комар.

- Это тебя и погубит,- заявил я мрачно и принялся облизывать ушибленную десну...

Далее события стали развиваться,можно сказать,без пауз.

Звезданув меня по затылку - просто так,теперь это можно было сделать легко и без затруднений - ребята тут же подняли меня на ноги и с криком: "Бегом,бегом!" поволокли из помещения и запихали в какую-то машину; в машине навалились и мигом завязали глаза.Сейчас же взревел двигатель,машина дернулась,заложила вираж и помчалась в неизвестность.

В пути,притиснутый к какому-то сиденью,я обдумывал ситуацию.Ситуация получалась - хуже некуда.Я оказался в руках каких-то крутых мужиков.На кого они работали? На милицию? Прокуратуру? Или на чью-то мощную фирму? Зачем я был им нужен? Как свидетель в деле об убийстве старины Жоховского? Сомнительно.Тогда зачем? Что со мною будет,когда надобность во мне отпадет? Или по ходу дела выяснится,что ее,надобности,вообще не было?

Под ложечкой у меня нехорошо засосало.Ну-ну,Конусов,нечего,как это называется... рефлексировать.Держись молодцом и принимай решения по ходу дела.В таком аховом положении только ты сам себе можешь помочь.

Переваливаясь с боку на бок,машина поднялась в гору,потом под колесами зашуршал асфальт и мы затормозили.Заскрипели ворота... Все.Приехали.

Прошло несколько минут,прежде чем меня подняли на ноги,вывели из машины и,держа за плечи,повели куда-то.По пути мы спустились на несколько ступенек вниз,прошли через пару дверей и остановились.

Повязку с моих глаз тут сняли.

Я стоял в длинном,хорошо освещенном бетонном помещении.Справа вдоль стены тянулся деревянный стол верстачного типа.На крюке,вбитом в стену,висел резиновый шланг.Ах,да это же гараж.Только машин в нем не было.Значит я - пленник.По крайней мере - не гость.Гостей в гаражах не встречают.Слева от дверей стоял низкий журнальный столик,рядом - кресло,а в нем сидел мужчина лет пятидесяти,черный,кучерявый,с толстым носом.Над столиком висел большой календарь,под ним торчала из стены электророзетка.

- Спасибо,ребята,- произнес сидевший в кресле мужчина,не сводя с меня внимательных глаз.- Посадите его на стул.

Откуда-то сзади появился стул и я сел на него.

- Комар,принеси пива,- попросил мужчина,по-прежнему глядя на меня.

Комар вышел.Мужчина,наконец,отвел от меня взгляд,дернул уголком рта и спросил второго охранника:

- Почему он здесь? - и кивнул головой в сторону ушедшего.

- Шеф,- отвечал тот извиняющимся голосом,- так никого больше не было.Мы и то припозднились...

Черт возьми! Мои надежды на встречу с каким-либо официальным лицом рухнули.Шефа мне только недоставало.Для такого законопослушного человека,как я,гражданин прокурор,к примеру,звучало бы как-то приятней для слуха,чем господин шеф...

Кстати,отметим: шеф,кажется,не слишком высокого мнения о Комаре.В этом наши мнения совпадают.

Тут шеф снова взглянул на меня,прищурился и предложил:

- Давай поговорим,красавец.

- Придется,- согласился я.- А вы кто?

- А у меня вопросов не задают,- отвечал он,не опуская прищура.- Но тебе объясню.Я един во многих лицах.Некоторые считают меня злодеем.Тираном.Они правы.Другие - благодетелем.Добрым,богатым и щедрым.Они тоже правы.Потому что я могу быть и тем,и другим.Все зависит от обстоятельств.Тебе понятно?

- Нет,- я помотал головой.- Быть богатым и щедрым в одно и то же время нельзя.Щедрые богатыми не бывают.

Прищур ему пришлось отпустить.Вместо него он изобразил на лице изумление.

- Кого вы мне привезли? - обратился он к остролицему.- Он же лучше меня все знает.Как я могу с ним разговаривать на серьезные темы?

- Шеф,у нас с ним поначалу разговора тоже не получилось,- пожаловался тот.- Вдобавок,он Комару зуб раскрошил.

- Иди ты! - изумился шеф,теперь уже искренне.- Комару?! Вот это хорошо,- непонятно чему вдруг обрадовался он и даже потер руки.

В этот момент дверь в гараж растворилась и вошел Комар,держа в вытянутой руке раскрытую банку пива.Вежливо осклабившись,он поставил ее на журнальный столик.

- Комарик,- сказал шеф,- сейчас ты мне поможешь работать с этим красавцем.Я слышал,он тебя обидел?

Комар хмыкнул и взглянул на меня.

- Вот и славно! - воскликнул шеф,в восторге хлопнув ладонью по подлокотнику.- Ты иди,Артур,о нас не заботься.Мы с Комаром управимся.Машину,на которой приехали,Комару оставь.Утром жду отчет.Ни пуха...

Артур и Комар переглянулись с каким-то напряжением.Ишь ты... Потом Артур дипломатично улыбнулся,вежливо послал шефа к черту и вышел.

Мы остались втроем.

*

* *

Далее произошло следующее: Комар встал неподвижным монументом за спинкой моего стула; шеф глянул на него одобрительно,потянулся к столику,отпил из открытой банки и прочистил горло.

- Поехали дальше,- произнес он.

Я молчал.

- Жизнь - любопытная штука,- продолжал шеф,постукивая пальцами по столику и глядя куда-то вбок.- Человек думает,что у него все в порядке,спокойно идет по улице и вдруг на голову ему падает кирпич.Он даже "бля!" сказать не успевает.А другой - такая безгрешная личность,честная и благородная натура,идет домой ужинать,а его хлоп! В машину - и вот он здесь.В наручниках...

- Я не безгрешная личность,- заявил я,- отнюдь...

- Правильно.Все мы грешники.Ты почему не пошел проводить своего друга Жоховского до платформы электрички?

Я выпучил глаза.Секунду - другую помолчал.Потом открыл было рот,но тут же закрыл его.Откуда он знает такие подробности? Ах,доцент,ну,продажная душа... И ничего не придумал я более умного,как спросить:

- А... разве надо было?

- Надо! - твердо ответил этот тип,злодей,тиран и благодетель одновременно.- Надо было,потому что ты знал,что с ним должно было произойти.И толковал ему об этом,когда вы за столом пили коньяк.Хотя никто,прошу заметить,туда тебя не приглашал.Было?

Я сидел,свесив скованные наручниками кисти,и ошарашенно глядел на журнальный столик,хотя ничего интересного на нем не было,только банка с пивом.Лихо меня подставили! Предчувствие чего-то неумолимого,рокового стало заползать в мою душу.Что ему сейчас отвечать?

- Я зашел туда за стеклорезом,- промямлил я.

- А отчего ты его не взял?

Все знает.Кошмар какой-то... Вдруг горестная догадка сверкнула в моей голове и,захваченный ею,я спросил,нисколько не думая о последствиях такого вопроса:

- Так это вы убили Жоховского?

Он чуть помедлил,посмотрел на меня с усмешкой и ответил:

- Не я.Мои люди.

А ведь это означает конец - опомнился я.Коли он так ответил,значит выпускать меня отсюда не собирается.Благодетель хренов!

Глядя ему в глаза и стараясь не опускать взгляда,я сказал как можно более твердо:

- Я не знал,что его должны были убить.Я вообще о нем за последний год ничего не знал.

- Тогда почему предупреждал его?

- Потому что предполагал,что может случиться что-то плохое.Нет... не предполагал.Догадывался.Но...

- Прекрасно,- перебил он.- Вот сейчас ты мне все и расскажешь.О чем догадывался,почему догадывался,кто тебе подсказывал и кто направил во-время догадку высказать.За полчаса до начала... мероприятия.А если врать начнешь... Не советую.Узнаешь, почем фунт лиха.

Тут он сцепил руки на животе,склонил голову набок и уставился на меня.Я покачал головой и печально улыбнулся.

- Зря вы меня сюда привезли,- заявил я.- Никто ничего мне не подсказывал и никуда не направлял.Все объясняется просто...

Далее искренним голосом,приложив скованные руки к груди,я долго пояснял суть этой запутанной истории.Кратко суть сводилась к тому,что о замышлявшемся убийстве никто в нашей компании,конечно,не знал,но сам Жоховский вел себя несколько необычно,ну как будто был смутной тоскою томим,туча какая-то висела над ним невидимо и он ее чувствовал... и в лице было что-то,как говорится,не от мира сего.Когда я на него смотрел,мне иногда вдруг казалось,что гляжу на покойника... Вот я и встревожился.Понятно?

Хе-хе! Ни фига ему не стало понятно.Не такой он был человек,чтобы в деловых вопросах учитывать какую-то мистику.Он просто и ясно сказал,что сверхестественное бывает только в кино и в книжках и спросил,не увлекаюсь ли я Булгаковым.Который "Мастера и Маргариту" написал.

- Но бывают же предчувствия! - завопил я,понимая,что дело теперь может пойти к развязке,для меня печальной.- У меня такое предчувствие и было!

Тут Комар,молча стоявший до сих пор за моей спиной,неопределенно хрюкнул.Шеф поднял на него глаза.Посмотрел,сдвинул брови,потянулся опять к банке и сделал пару глотков.

- Все,- сказал он,поставив банку на место.- Ничего для меня интересного нет.Разговор окончен.

- Сидеть! - тотчас рявкнул Комар и положил руки на мои плечи,прижав меня к стулу.

Шеф поднялся.

- Если он во-время что-нибудь вспомнит,на что я все-таки немножко надеюсь,притормози и пошли за мной,- произнес он и вышел за дверь.

Мы остались одни.

Что за дьявольщина... Неужели конец?

Я повернул голову налево и направо,но увидел все то же самое,что видел раньше.Ничего увесистого,что можно было бы плотно взять в руку,в поле зрения не попалось.

- Сиди,паскуда,- произнес Комар противным сипловатым голосом и,представ перед моим лицом,потащил из кармана пистолет.- Видишь? Дернешься - отстрелю махом конечности.

Проклятье... И в самом деле,все идет к развязке,для меня печальной.Что делать? Как найти спасение? Ситуация такова,что просто так,без вмешательства чуда живым из нее не выбраться.

Неподвижными глазами я смотрел прямо перед собой.

- Пиво шеф пил,а ссать хочу я,- вдруг удивился Комар.- Так бывает?

Я молчал.

- Делай последний в жизни выбор,- продолжал он,причмокнув губами и нагловато улыбаясь.- Куда тебе влить,нах: в рот или в ухо? Это уринотерапией называется.

Я повернулся и посмотрел на него долгим взглядом.

- Чего вылупился,нах? - взвился он.- Сейчас...

- Не ори,Комар,- сказал я торжественно и спокойно.- Тебе гадали когда-нибудь? Скажи честно: кто-нибудь говорил тебе, когда ты умрешь?

Комар будто споткнулся,сделав полшага в мою сторону,и замер неподвижно.Я смотрел ему в глаза,не отрываясь.

- Твой шеф - дурак,- заговорил я вновь уверенно.- Он удачлив,но не обладает предчувствием.Это его рано или поздно погубит.Но не о нем разговор.А ты обладаешь предчувствием?

- Ты чего гонишь? - изумился Комар.

- Комарик,- отвечал я,смягчая голос.- У тебя сегодня был неудачный день.Так? Так.Но это неважно.Неудачные дни бывают.Важно другое: ты скоро умрешь.Я это вижу,как... с Колей Жоховским. И мне это,согласись,интересно.

Комар сделал глотательное движение и с трудом рассмеялся.

- Чего несешь? Все умрем,- сказал он.- Но ты умрёшь вперед меня,клянусь.

- Ты как наивный ребенок,- я печально улыбнулся.- Обстоятельства не в мою пользу; я знаю,мне не выпутаться.Но почему после меня умрёшь ты? Вот что интересно.

- С чего ты взял? - завопил он и в голосе его я расслышал тревогу.

- Комар,- отвечал я гордо,- я не собираюсь что-то объяснять или доказывать.Зачем? Я вижу - и все... Скажи,почему шеф так сильно тебя не любит? Ты перед ним виноват?

Несколько секунд Комар молчал; потом набрал в грудь воздуху и начал говорить.Это была яркая речь.Привести её здесь я не имею возможности из опасения повредить нравственному здоровью подрастающего поколения.Говорил он не менее трёх минут и ни разу не повторился.Я слушал с восхищением,хотя и узнал из этого монолога много о себе нелицеприятного.О чем совершенно не догадывался ранее...

- Хорошо говоришь,- похвалил я,когда он,наконец,обессилел.- Но сильно нервничаешь.

Он набычился.

- Заткнись.Болтаешь много.Бить буду.

Я замолчал и стал смотреть,что он будет делать; не поворачиваясь ко мне спиной,он подошёл к двери,запер её на ключ и,усмехнувшись,уставился на меня испытующе.Так смотрит на пациента хирург перед операцией: терпелив? вынослив? сколько выдержит?

Не отвечая на его усмешку,я медленно поднял скованные руки к груди.

- Я понял,Комар.Машина!

- Чего тебе машина?

- Не мне! Тебе.Зачем шеф оставил тебе машину? Почему не отдал Артуру? Ты что,важная шишка?

Пару секунд Комар размышлял и ответил после размышления так:

- А тебе что до этого?

- Дурачок! Ты умрешь скоро.У тебя сегодня черный день.Очень черный.Машина во дворе?

Он не отвечал; он молча хлопал глазами и смотрел ошеломлённо.

- Иди запри её и поставь на сигнализацию.Это твой шанс.Если кто-то к ней подойдёт - услышишь сигнал.Гони от неё всех,если хочешь дожить до завтра.Впрочем,они могли уже и успеть...

Видит Бог,он дернулся к двери,но тут же остановился.Глаза его сузились.

- Через плешь Комара кинуть хочешь?

- Хотел бы.Но... ты же меня запрешь?..

Не отвечая,он кинул взгляд вглубь гаража,пошарил там глазами и,не обнаружив ничего опасного,сказал:

- Сиди смирно,пока не вернусь.И без фокусов.Иначе будет очень больно.

Осторожно открыв дверь,он вышел и запер её снаружи.

Значит,я попал в точку.

Вскочив со стула,я бросил взгляд на стену у двери.Выключателя на ней не было.Вероятно,свет в гараже включали ещё в коридоре,на щитке,висевшем шагах в пяти от двери.Ладно,свет мы вырубим другим способом.Схватив за спинку стул,на котором только что томился,я размахнулся и грохнул им об пол.Деревянное изделие укоризненно вскрикнуло "Крех!" и от него отскочила ножка.Я ухватил её и глянул на потолок.Нет,до ламп не добраться: обе лампы утоплены в нишу и снизу закрыты прочной сеткой.Тогда я подкатил кресло к самому порогу,как бы приглашая входящего в дверь тут же сесть в него.Пусть оно загораживает обзор и заодно сбивает с толку.Потом взял со столика банку с пивом... и тут услышал в коридоре шаги.Уже возвращается.Прицелившись,я подпрыгнул,прижал ноги к животу и,зависнув в воздухе,швырнул содержимое банки в электророзетку.Что-то в ней зашипело,хлопнуло и свет погас...

Шаги за дверью затихли,человек прислушался.Но вот в замочную скважину вошел ключ и дверь открылась.В проёме,освещённый лампой из коридора,стоял Комар.

Тихо.Торопиться теперь нельзя.

- Э! - сказал Комар.- Э! Ты где?

Я молчал.Если он сейчас захлопнет дверь и побежит за помощью я пропал.Но побежит ли? Его спросят: почему оставил пленника одного? А потом об этом спросят и меня.А я могу наговорить такого...

Несколько секунд он думал.Потом зашипел:

- Вылезай,сука! Плохо будет!

Ответа не последовало.Тогда,подняв руку с пистолетом,он сделал выпад вперед и изо всех сил ударил по креслу ногой.Кресло,гремя колёсами,легко отъехало назад и Комар,сделав разножку,влетел внутрь гаража.Ухнув,я мгновенно опустил ножку стула на его темя...

*

* *

Пока мне везло.Втащив Комара в гараж,я нашёл в его карманах ключ от наручников и довольно легко освободился от них.Потом одел их ему на руки.Поднял пистолет,валявшийся рядом,вышел в коридор и прошёл по нему,никого не встретив,до небольшой лестницы,ведущей вверх.За нею справа была дверь,выходящая во двор.Двор,освещённый фонарями и огороженный высоким бетонным забором,поверх которого торчала колючая проволока,был почти пуст.Недалеко от дверей стояла машина,и это была тойота с затенёнными стёклами...

Высунув нос в дверь,я обнаружил посреди двора двух мужчин в камуфляже,и у одного из них - о Боже! - были рыжие усы.Мужчины мирно беседовали.

Вероятно,не очень разумно было затевать штурм бетонного забора при таких опасных свидетелях,но теперь остановить меня было невозможно.Я осторожно,прикрываясь тойотой,вскарабкался на дверь и с неё,подтягиваясь на руках,стал перебираться на крышу гаража,надеясь,что он подходит вплотную к забору.До сих пор все складывалось удачно,но в этот момент меня услышала собака.Раздался разнузданный собачий рёв и вой,камуфляжники засуетились,послышался крик:

- Вот он! Стреляй!

- Да не уйдет! Возьмём!

И из неведомой дыры вдруг завыла сирена.Оглянувшись,я пальнул пару раз в камуфляжников для острастки и побежал по крыше к забору.Но на середине его остановился: гараж не примыкал к бетонной стене; между ним и стеной пролегла щель шириной метров около трёх.А за стеной - чёрная бездна... И тут раздалась короткая автоматная очередь.Цокнули пули,у ног моих брызнули осколки бетона; стреляли сверху,из окна на верхнем этаже дома.Плохо дело.На крыше возьмут.Или подстрелят.Спасти может только хороший прыжок.Рискнуть? Надо.Не зря же отдал баскетболу пятнадцать лет жизни...

Стараясь не думать о том,что за забором,если я его удачно миную,мне придётся ещё лететь метра два с половиною вниз,я ускорился,толкнулся на краю крыши что было сил и взмыл вверх...

*

* *

Не обмирай,добрый читатель; если бы я не перелетел через ту проклятую колючую проволоку,то рассказывать эту историю было бы некому.Но - перелетел.И приземлился на что-то.И потом встал и быстро,как только мог,захромал в неизвестном направлении.

Неизвестное направление вывело вскоре на известную дорогу федерального значения,называемую Южным трактом,и я понял,что нахожусь вблизи предместья Марково,бывшей деревни,вошедшей теперь в черту города.Около часу окольными путями я добирался до центра и ещё полчаса до квартиры милейшего человека - Миши Пахомова.

Конечно,при моём появлении у доценты возник на лице изумлённый вид,и я сказал ему:

- Миша,извини за поздний визит.Я из Марково.

- Из Марково! - воскликнул он.- А жене ты не мог сообщить об этом? Она тут все телефоны оборвала.Пропал Конусов,говорит...

- Ага,- согласился я,- чуть было не пропал.Сейчас ей позвоню.У тебя переночевать можно?

- Можно,- отвечал доцент,делая на лице ещё более изумлённый вид.

Жене я сообщил,что повредил ногу,передвигаться не могу,нахожусь у Мишки Пахомова и велел ей искать такси и поскорее ехать к нему.Тут вид у Мишки стал совершенно ошарашенный и он уставился на мои натруженные ноги; а я набрал номер Рентгена и после третьего гудка услышал басовитое:

- Да!

- Привет,Рентген.Извини за беспокойство,я из Марково звоню.

- Откуда?! - как-то несолидно пискнул Рентген.

- Из Мар-ко-во! Не понимаешь, что ли? Мне разрешили тебе позвонить.

После долгого молчания он спросил:

- Кто разрешил?

- Да вот он,рядом стоит,- отвечал я,подмигнув остолбеневшему доценту.

- Дай ему трубку.

Ах ты злодей... Пора,наверное,сводить этот рискованный разговор к шутке.

- Не дам,- выпалил я.- Это шутка,Рентгенчик.Я из дома тебе звоню.

Рентген шумно вздохнул.

- Так из дома или из Марково?

- Из дома,из дома.

- А... причем тогда Марково?

- Чего ты придираешься? Поддатый я,пошутить захотелось.А ты шуток не понимаешь.Спи спокойно.

И я положил трубку.И удовлетворённо сказал доценту:

- Вот так.

Тут,однако,обнаружилось,что доцент из столбняка вышел и вид имеет решительный.

- Кончай темнить,Конус,- заявил он,усаживаясь на стул и кладя ногу на ногу.- Рассказывай.

- Гм,- произнёс я,немного подумав,- видишь ли... Я ведь вначале был уверен,что это ты о моём,как его... предчувствии милиционерам проговорился.

- Нет,ну мы же с тобой договорились! - возмутился доцент.

- Угу.Я понял,что ошибся,когда меня в Марково привезли вместо милиции.К какому-то пахану.И там,в Марково,стали из меня выбивать,откуда мне стало известно,что Маршала должны были убить. Они же сами его угрохали и наверняка решили,что у них утечка информации.А мне,сам понимаешь,ниоткуда это было неизвестно... Пришлось лыжи навострить.Ушёл,как видишь.Вот и всё.

Доцент,внимательно,выслушав,долго и сосредоточенно расматривал телефон,стоявший на тумбочке у трюмо.

- И что? - поинтересовался он,кивнул на него.- Это он... проговорился?

- Он.Так мы заночуем у тебя сегодня? - спросил я,вставая.- Мало ли что...

- Ночуйте.Сколько угодно.

И он вскочил с таким решительным видом,словно собирался принимать на постой целый взвод дальних родственников.

Ночью,прежде чем уснуть в мягкой постели,я долго думал над глупым вопросом: что бы я стал говорить Комару,если бы шеф не оставил ему ту машину? Так и заснул,ничего не придумав.

А кончилась эта невероятная история вот чем.

Встали мы с женою рано и первым троллейбусом отправились домой проверить квартиру.В самом деле,мало ли что... У родного подъезда нас ждал сюрприз: на скамье,заслонив спиною вырезанные на ней слова "Сам дурак",сидел Комар и,повесив голову,смотрел широко открытыми мёртвыми глазами себе под ноги.Сидел и не падал.

Это был привет от шефа.Злодей,тиран и благодетель наказал его столь сурово,конечно,за жуткую провинность.Какую - сомнений на этот счёт у меня не было.

А вот видел ли я в самом деле печать смерти на его лице,когда остались мы с ним с глазу на глаз,или я отчаянно блефовал - этого я и сам теперь не могу понять.

Как и не могу понять,что теперь мне делать с Рентгеном.

...А вы говорите,жизнь у нас скучная.В следующий раз я вам ещё невероятней историю расскажу.

КОНЕЦ.

Content

Касьянов Г
Доцент и другие