Максимович Геннадий

Противостояние

Геннадий Максимович

ПРОТИВОСТОЯНИЕ

Бригадный генерал Джон Вудворд сначала принял этого человека за сумасшедшего. И действительно, Алан Фрэнсис выглядел весьма экстравагантно. Видавшие виды вельветовые брюки, когда-то, судя по всему, песочного цвета, темно-коричневый свитер крупной вязки с низким воротом на худой и жилистой шее, ярко-красный платок, которым вполне можно было на корриде быков дразнить. Ноги обуты в не раз уже ремонтированные мягкие туфли.

Продолговатое лицо гостя с нездорово бледной кожей было крайне возбуждено, седая шевелюра - всклокочена, скорее бесцветные, чем серые глаза постоянно бегали. Да и руки его с длинными пальцами никак не могли найти себе места. Короче, прямая противоположность всегда уравновешенному и подтянутому Джону Вудворду.

Этот человек пытался пробиться к бригадному генералу уже не первую неделю, но его неопрятный внешний вид настолько отпугивал всех, что ему постоянно отвечали, будто Вудворд куда-то срочно уехал или очень занят. Но сегодня у бригадного генерала было хорошее настроение, и он приказал пропустить этого настойчивого ненормального профессора, о котором ему уже не раз докладывали.

И вот сейчас Алан Фрэнсис раскладывал перед Вудвордом многочисленные чертежи и схемы, пытаясь что-то сбивчиво объяснить. То, что бригадному генералу наконец удалось понять из рассказа этого странного человека, на первый взгляд, могло показаться полным бредом. Но чутьем старого вояки, в последнее время занимающегося новыми видами вооружения, Вудворд понимал: в этом что-то есть, и отмахиваться от назойливого профессора не стоит. Поэтому он попросил Фрэнсиса успокоиться и рассказать все по порядку.

- Так вот, генерал, я уверен, вы полностью согласитесь со мной, что все эти свертывания ракет, на которые, в угоду русским, зачем-то идет наше правительство, ослабляют не только нашу безопасность и обороноспособность, но и мощь, - запальчиво говорил Алан Фрэнсис. - И я задумался над тем, что бы мы могли этому процессу противопоставить. Я перебрал множество вариантов, как, не нарушая внешне существующих договоров, обойти русских. Причем так, чтобы они и догадаться об этом не смогли. Какие только идеи не приходили мне в голову, но все они не устраивали меня чаще всего по двум причинам. Первая - дороговизна и большие сроки разработки и изготовления. Вторая - все это можно было легко зафиксировать со спутников. И тут я вдруг неожиданно вспомнил...

- О ракете, которая, по вашему мнению, никак не подпадает под договоры? спросил бригадный генерал, указывая на чертежи. - Хотя мне, признаюсь, совершенно не понятно, что это может быть за ракета. Ракет, которые не подпадают под договоры, нет.

- Есть, генерал! - ликующе сказал Фрэнсис. - В договорах ничего нет о ракете, которая предназначена двигаться не вверх, как все привыкли, а вниз! Устройство сопел этого снаряда позволяет ему как бы вгрызаться в землю. О деталях не буду, это не слишком интересно и понятно будет лишь специалистам. Кстати, генерал, я не собираюсь присваивать себе идею данного изобретения. Она была предложена вскоре после окончания войны советским военным инженером Михаилом Циферовым...

- Советским? - недоверчиво переспросил Вудворд. - Вы хотите сказать, что у русских уже есть такое оружие? Тогда зачем же нам заниматься тем, что им давно и хорошо известно?

- Подобного оружия у них нет! - опять возликовал профессор. - Этот изобретатель, хотя и был человеком военным, предложил свое детище для пробуривания нефтяных и газовых скважин, подачи воды в засушливые районы, забивания свай в трудных грунтах, прокладки тоннелей... И только-то! Испытания первых образцов прошли успешно, но дело дальше не пошло изобретатель так и умер, не увидев своего реактивного крота в работе. Сами знаете, у русских такое не раз бывало. Можно сказать, национальная черта не признавать своих талантов. После смерти Циферова о его подземной ракете и вовсе забыли. Даже с патентования сняли. У нас, кстати, тоже проводились эксперименты подобного типа, ведь изобретатель не делал секрета из своей идеи. Этим занималась фирма "Браунинг" и другие. Но их снаряды не были автономными, топливо в них подавалось по шлангам, да и размеры были незначительными. А потом и мы это дело почему-то забросили.

- И вы хотите сказать, что подобный автономный реактивный снаряд сможет двигаться под землей? - перебил профессора бригадный генерал, взяв со стола один из чертежей и рассматривая его с куда большим интересом, чем несколько минут назад. - Неужели газовая струя станет толкать его в землю, а не выбросит куда-нибудь в воздух, как и положено настоящей ракете?

- Так ведь эта ракета движется соплом вниз, а вернее, вперед, - и Фрэнсис выхватил из рук Вудворда чертеж. - Смотрите. Вот эта газовая струя выжигает и разрушает почву перед собой. Эти же газы, уходя назад, выбрасывают остатки грунта из образующейся скважины.

- Представляю, как нагревается эта ваша ракета, - предположил Вудворд. Мало того, что от собственных газов, так еще и от трения об разрушенную породу. Тут ни одно топливо и ни один заряд долго не выдержат и взорвутся. Да и какую же пользу можно извлечь из такой ракеты, кроме проходки скважин?

- Все совсем не так, генерал, - ответил профессор и даже встал от охватившего его возбуждения. - Русские в свое время писали, что у них даже краска на снаряде не обгорала. Все дело не в температуре газов, а в строении сопел. Вы же видите на чертеже - их несколько. Одни разрушают породу, другие движут снаряд вперед. Причем, топливо может быть практически любым - от самого совершенного до самого простого.

А теперь представьте себе, генерал: вы запускаете такую ракету, только гораздо больших размеров, и она совершенно скрытно доставляет любой заряд в любое место планеты. Скажем, запускаете вы ее, например, в ФРГ, а заряд она оставляет где-нибудь под Кремлем. Потом включаются другие сопла, ракета преспокойненько возвращается задним ходом назад. Взрыв же вы сможете произвести в необходимом месте дистанционно с помощью специальных радиосигналов или часового механизма. Но это уже ваша забота. Моя же - сама ракета.

Большая ракета-матка сможет доставить в необходимый район несколько маленьких ракет. А те затем разбегутся в разные стороны со своими зарядами. Сделав свое дело, эти маленькие ракеты возвратятся на ракету-матку, и та уйдет на базу. Все эти реактивные кроты могут быть автоматическими, могут управляться... ну пилотами, что ли. Все довольно просто. Несколько классов таких ракет, и мы вернем себе свою былую военную мощь...

- На словах - просто, - вынужден был согласиться бригадный генерал. - Ну а скорость подобного снаряда? Жалкие метры в час?

- Если верить русским, да и по некоторым моим расчетам, скорость может достигать... метра в секунду...

При этих словах встал и бригадный генерал. Нет, он, конечно же, знал толк в оружии, к нему нередко приходили и не с такими проектами. Но этот... Этот, при его реализации, открывал действительно фантастические перспективы. Советские ПВО, несмотря на все договоры, все же еще остерегаются нападения откуда-то сверху. А в это самое время, прямо у них под ногами, спокойненько движется смертоносный снаряд гигантской разрушительной силы. Да, все это поистине грандиозно, если, конечно, этот полоумный и растрепанный профессор что-то не напутал. Изобретатели склонны преувеличивать значение своих проектов. Но слишком уж заманчивы перспективы. И договоры будут вроде бы соблюдены, и можно остаться при ракетах любой мощности.

Нет, бригадный генерал пока и не думал о том, что надо будет тут же применять подобное оружие, как только удастся его создать. В то, что русские когда-нибудь нападут на них первыми, он тоже не очень верил. Однако выработанное многими годами отношение к другим государствам только с позиции силы давало себя знать. И Вудворд считал, что иметь про запас что-то новое, неизвестное потенциальному противнику, никогда не помешает. Это позволяет чувствовать себя увереннее.

Алан Фрэнсис просидел у бригадного генерала довольно долго. Что-то из объяснений, чертежей и схем профессора Вудворд понимал, во что-то не очень верил, а что-то и вовсе казалось ему нереальным. Но главное было для него в другом: появляется возможность создать, и весьма недорого, совершенно новый тип доставки зарядов практически любой силы. На всякий случай сделать это не мешает. Другое дело, пойдут ли на это президент и сенат? Но после некоторых раздумий бригадный генерал пришел к выводу, что до поры до времени им можно ничего и не сообщать, замаскировав расходы под какие-нибудь другие статьи. Кто, в конце концов, станет слишком копаться, когда расходы обещают быть не слишком большими. Удавалось же такое раньше. А потом, позже, когда все уже будет готово, можно будет и сообщить президенту о создании... "Подземного дракона". Название это родилось у бригадного генерала неожиданно, но сразу же понравилось ему. Конечно же, "Подземный дракон". Огнедышащий, быстрый, непобедимый... И спрячут этого дракона до лучших, а вернее, до худших времен под замок. Ну, а случится какая-нибудь неприятность с русскими, тут он себя и проявит. Что конфликт может произойти с каким-нибудь другим государством, у бригадного генерала просто не укладывалось в голове.

Когда профессор покинул кабинет, Вудворд долго еще сидел, рассматривая оставленные им чертежи и схемы. Потом бригадный генерал сложил все принесенное профессором в большой черный дипломат и отправился к министру обороны, заранее предвидя, что по такому важному делу тот примет его незамедлительно.

Джон Вудворд не ошибся. Министр обороны не только сразу же принял его, выслушал, поддержал, но и незамедлительно дал делу самый полный ход. Он ведь придерживался в вопросе об обороноспособности Соединенных Штатов несколько иного мнения, чем президент и сенатское большинство, хотя и предпочитал вслух не высказываться на эту тему. Министр втайне постоянно мечтал о том времени, когда Америка вновь обретет военную несокрушимую мощь, которую она, по его глубокому убеждению, уже начала терять из-за подписания последних антиракетных и антиядерных договоров.

Так решение о создании новых подземных ракет-носителей было принято втайне от правительства. А вскоре началась и их разработка. Сохранить секретность не представляло слишком уж большого труда, сторонников у министра обороны хватало, особенно среди производителей оружия. Для них новый виток вооружения означал немалые барыши. Ради этого они готовы были соблюдать хоть какую секретность. Вот и вышло, что практически никто в стране, кроме нескольких генералов, четырех-пяти ученых и десятка-другого специалистов, ни о чем не догадывался.

Сборку и испытание "Подземного дракона" решили провести в пустыне Невада на бывшем ядерном полигоне. После того как там побывали советские специалисты и убедились, что испытания новых образцов ядерного оружия действительно прекращены, здесь из посторонних не бывал никто. Да и что делать посторонним в пустынной местности, где вполне можно подхватить десяток-другой рентген?

Серебристое тело "Подземного дракона", собранного в одном из сохранившихся с "ядерных времен" блоков, стояло, уперевшись соплами в землю, что делало его похожим на обыкновенную ракету. Только лишь тупая верхняя часть да полное отсутствие стабилизаторов указывали, что предназначена она не для покорения космических просторов, а совсем для других целей. Неподалеку располагался старый бетонный бункер, куда и решено было "спрятать" собравшийся на испытания генералитет, хотя Алан Фрэнсис и уверял, что ничего страшного произойти не может.

Профессор был все такой же. В тех же брюках и свитере, на шее болтался тот же красный платок, явно не первой свежести. Только туфли были другими, но еще более стоптанными и старыми. В том, что подземная ракета вгрызется в землю с расчетной скоростью, Алан Фрэнсис нисколько не сомневался.

Генералы и одетые с иголочки промышленники смотрели на Алана Фрэнсиса если не с удивлением, то и улыбок своих не скрывали. По рассказам бригадного генерала Джона Вудворда они знали, что этот странный нечесаный человек является "отцом" нового оружия, испытания которого начнутся сегодня. Все эти ученые и изобретатели со странностями, так почему же этот должен быть исключением. Ну, а о том, что идея подземной ракеты принадлежит русскому военному инженеру, бригадный генерал счел за лучшее умолчать. Зачем другим знать такие подробности?

Стапели удерживали подземную ракету в пусковом положении, до старта оставались считанные минуты. Разговаривавшие до этого генералы и промышленники приумолкли и уставились на экраны, отображающие то, что творилось на полигоне, лишь изредка посматривая на профессора. И без этого растрепанные седые волосы его теперь стояли чуть ли не дыбом, морщинистый лоб покрывала испарина. Но вот Джон Вудворд начал отдавать в микрофон стартовые команды, и все замерли.

Сначала из сопел "Подземного дракона" вырвались снопы огня, дым, перемешанный с песком, постепенно охватил всю его нижнюю часть. Потом он как бы вздрогнул, слегка подпрыгнул, затем еще раз, еще... Один из присутствующих генералов, бывший ракетчик, даже зажмурился, представив, что сейчас может произойти - в лучшем случае подземная ракета взовьется в небо, в худшем - взорвется прямо на старте. Но через несколько минут он вынужден был открыть глаза, так как услышал вокруг восторженные возгласы. Первое, что он увидел на экране, это стальное тело "Подземного дракона", с довольно большой скоростью исчезающее в толще земли. Через секунду-другую из образовавшегося небольшого кратера стал вырываться сноп песка, камней. Постепенно он становился все выше, пока не достиг метров ста пятидесяти. Присутствующие не могли оторваться от столь захватывающего зрелища настоящего фонтана из почвы, породы и каменных обломков. Только Вудворд и Фрэнсис, убедившись, что все идет нормально, смотрели уже не на экран, а на часы. Вот мигающие зеленоватые цифры отсчитали положенный срок, вспыхнула на пульте яркая лампочка. Бригадный генерал и профессор опять взглянули на экран, показывающий место старта "Подземного дракона". Слегка вздрогнув, земляной фонтан упал, но передаваемый динамиками гул из-под земли все еще продолжался.

"А что, наверное, именно так и должен рычать настоящий дракон, - подумал Вудворд и даже улыбнулся от этой мысли. - Значит, совершенно правильно я нарек его тогда. Хотя министру и не очень понравилось это название. Сам-то даже на испытания не поехал, вроде бы и ни при чем. Всегда потом сможет сказать, что он ничего о подземной ракете не знал и это происходило за его спиной. А мне, если что, достанется, только держись. Хотя, чего заранее волноваться, пока-то никто ни о чем не знает".

Решив так, бригадный генерал успокоился и опять принялся смотреть на экран. А через минуту из скважины вновь показалось тело ракеты. Оно выползало медленно, как будто вытаскиваемое невидимым подъемным краном. Хотя на самом деле его выталкивала все та же газовая струя.

На лицах присутствующих опять застыло напряжение, ведь никто не знал, чем все это может кончиться. Но вот ракета выползла полностью и... подломив один из стапелей, с которых стартовала, упала рядом с ними. Сопла ее были направлены в сторону бункера. Однако присутствующие даже не успели испугаться, так как сноп огня тут же стал опадать, пока не угас совсем. Все облегченно вздохнули, на лицах появились улыбки.

Джон Вудворд и Алан Фрэнсис с большим трудом сдерживали внутренний восторг от столь великолепно прошедших испытаний и принимали поздравления, как положенное. На бледных щеках профессора даже появилось некое подобие румянца

А далее опять начались недели и месяцы напряженной работы. Создавались другие, более мощные экземпляры "Подземных драконов". Но делалось все быстро, так как Джон Вудворд прекрасно понимал, что в противном случае об их веселых затеях рано или поздно узнают посторонние. И тогда... Что будет тогда, бригадный генерал мог только догадываться. В лучшем случае его отправят в отставку, в худшем... Что будет в худшем, Вудворд старался и не думать. Одно только он знал с определенностью: это то, что министр обороны постарается все свалить на него, а сам уйдет в кусты. Ведь он не присутствовал ни на одном испытании, лишь выслушивал доклады бригадного генерала и смотрел магнитофильмы.

В течение года были проведены испытания нескольких автоматических и управляемых людьми подземных ракет. Они "научились" двигаться в земной толще вертикально и горизонтально, выписывать под землей чуть ли не вензеля и делали это на любой необходимой глубине.

Пока все удавалось сохранить в тайне. О подземных ракетах знало все то же небольшое количество генералов, ученых, специалистов, что и раньше. Президент и сенат все так же пребывали в неведении. И это еще больше подстегивало горячие головы. В них рождались все новые и новые планы использования "Подземных драконов" в военных целях.

Вызов к министру обороны не очень удивил Джона Вудворда, в последнее время ему часто приходилось бывать у начальства.

Поздоровавшись, министр задал ставший уже привычным вопрос об очередных испытаниях подземных ракет и, выслушав короткий отчет, указал на кресло и сам сел напротив. Это было не очень похоже на него, так как обычно министр любил разговаривать с подчиненными, сидя за своим столом.

- Представьте себе, генерал, что будет, - начал министр, привычным жестом проверив безукоризненный пробор, - если русские опять начнут свои ядерные испытания. Все договора тут же пойдут насмарку, в вашей ненаглядной Неваде вновь загрохочут ядерные взрывы, восстановится, а может, и возрастет наш ядерный потенциал, опять появятся ракеты большой, средней и меньшей дальности. Короче, все вернется на круги своя...

- Извините, а что, есть сведения, что русские собираются проводить ядерные испытания? - позволил себе перебить министра обороны генерал. - До меня, по крайней мере, такие слухи не доходили.

- При чем здесь это? - недовольно фыркнул министр. - Я просто хотел узнать, понимаете ли вы, что тогда произойдет?

- Чего же тут понимать, - согласился генерал. - Но все же...

- Никаких "все же", - решительно отрезал министр. - Неужели вы не хотите вновь видеть Америку сильной? Вот то-то и оно. Правда, русские пока проводить взрывов не собираются, но это за них вполне можем сделать мы с вами...

- ...?

- И кстати, при помощи вашего ненаглядного "Подземного дракона", рассмеялся министр.

Бригадный генерал смотрел оторопело. Какое-то время он никак не мог понять, что именно имеет в виду министр и при чем здесь подземные ракеты, испытания различных вариантов которых пока еще не закончены, но постепенно до него стал доходить смысл сказанного, только он никак не мог поверить в возможность услышанного.

- Так вот, в некоторых кругах родилась неплохая, на мой взгляд, идея, что самый мощный экземпляр "Подземного дракона" вполне может доставить на один из бывших советских ядерных полигонов необходимый заряд, оставить его там, а когда подземная ракета вернется на исходную позицию, а еще лучше после того, как будет демонтирована и будут уничтожены все ее следы, заряд этот взорвут дистанционно. Приборы всего мира зарегистрируют взрыв, и как бы потом русские не клялись, что они здесь ни при чем и никакого ядерного испытания проводить не собирались, отвертеться им не удастся. Им просто никто не будет верить. И тогда наконец-то начнется все то, о чем я вам только что говорил...

Генерал Вудворд в общем-то был тугодумом, но тут почти сразу понял, почему так стремится к возвращению гонки вооружений сидящий перед ним министр. Слишком много интересов было у него в той области, которую принято называть военно-промышленным комплексом. Видимо, доходы министра слишком снизились. В таких случаях лучше не лезть во все эти дела, не спорить, а промолчать. Это Вудворд и сделал. Вернее, он промолчал о своих догадках, заговорить же заговорил, но о другом.

- Дело в том, что все "Подземные драконы" на испытаниях преодолевали лишь десятки километров. А если мы пойдем к советским ядерным полигонам даже со стороны Ирана или Турции, так это многие сотни...

- Ив этом направлении все уже продумано, мой генерал, - весело рассмеялся министр. - Вы разве забыли, что давно уже проведены все расчеты, разработаны чертежи "Королевского дракона". Так вот, по моему личному приказу изготовление "Королевского дракона" не только давно уже начато, но и близится к завершению. Следовательно, можете не волноваться...

Бригадный генерал и не волновался, он привык выполнять чужие приказы, даже если и не был полностью согласен с ними. Ему просто стало обидно, что по приказу этого лощеного проходимца кто-то за его спиной уже делает новый, более совершенный аппарат. Ведь Вудворд по праву считал себя "крестным отцом" подземных ракет.

На американскую военную базу, расположенную среди песков вблизи границы Советского Союза, подземный агрегат доставили в нескольких больших контейнерах. О их назначении знало только руководство базы да специалисты, которым предстояло смонтировать "Королевский дракон". В специально построенном ангаре с соблюдением полной секретности подземная ракета в течение нескольких недель была собрана. Все это время к базе подвозили горючее, стараясь делать это не слишком назойливо.

Опять же по соображениям конспирации было решено запускать "Королевского дракона" не вертикально вниз, а под острым углом, что позволяло делать это прямо в ангаре. Выбрасываемую же из скважины породу собирались потом разбрасывать по пустыне. Песок быстро бы занес ее.

Джон Вудворд наблюдал за процессом сборки не столько потому, что считал это необходимым, сколько из обыкновенного человеческого любопытства. Ведь все предыдущие "Подземные драконы" представали перед бригадным генералом уже в готовом виде. И чем ближе сборка подходила к концу, тем большее восхищение у Вудворда вызывал снаряд своим совершенством форм и затаенной в его недрах мощностью.

Пожалуй, именно восхищаясь "Королевским драконом", Джон Вудворд впервые задумался над тем, для какого в общем-то непорядочного, грязного дела он предназначается. Ведь все аппараты, что испытывались раньше, именно испытывались. Применяться они должны были в каком-то абстрактном будущем, а может быть, не стали бы применяться и вовсе. "Королевский дракон" должен был сразу же нести на себе ядерный заряд. Бригадный генерал знал, что испытывать его здесь не будут, испытания проведены раньше, без него и ему неизвестно где, потом "Королевский дракон" был разобран и доставлен сюда.

Генерал пытался гнать от себя эти, не совсем нужные для военного мысли, но они все равно лезли в голову. И все чаще с приближением дня запуска.

Наконец наступила та ночь, когда уже готовому и заправленному "Королевскому дракону" суждено было уйти в свой страшный рейс. Страшный потому, что с него должна была начаться беспрестанная гонка вооружений, равной которой наверняка не было во всей истории. Все это бригадный генерал понимал, но по армейской привычке спрятал свои сомнения и продолжал отдавать соответствующие распоряжения, проверяя, как они выполняются.

И вот назначенный час настал. Провожая экипаж, Вудворд в свете ангара вглядывался в лица крепких парней, ища в них хотя бы тень гложущих его самого сомнений. Ну хотя бы в лице командира экипажа, единственного, кто знал настоящую цель предстоящей экспедиции. Остальные же двое считали, что они идут на разведку в глубь советской территории. Однако лица всех троих были непроницаемыми, а вернее, просто равнодушными. И у Вудворда мелькнула мысль, что наверное так же поразительно спокойны были и те парни, что сбросили в свое время атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки. И от понимания этого генералу стало как-то не по себе.

И вот "Королевский дракон" ушел в свое многодневное подземное плавание, а министр обороны США получил сообщение, что операция "Противостояние" началась. Такое символическое название министр дал операции сам, считая, что военное противостояние куда выгоднее устоявшегося мира. Прочтя сообщение несколько раз, министр усмехнулся и спрятал его в сейф. Теперь оставалось только ждать... И откуда ему было знать, что ждать придется куда больше, чем было рассчитано...

Первые несколько дней командир экипажа "Королевского дракона" капитан Боб Джеферсон был не только спокоен, но и весел. О настоящей цели их экспедиции он был хорошо осведомлен и вполне разделял ее. Не столько даже из-за каких-то политических мотивов, сколько из чисто финансовых соображений. В случае успеха ему была обещана такая сумма, которую в обычных условиях ему не заработать и за несколько лет. А это означало воплощение в жизнь всех его желаний - отдельный особнячок, новая машина для себя, японская малолитражка для Кэт, и самое главное - шикарная жизнь на довольно продолжительное время.

В исходе экспедиции он нисколько не сомневался. На "Подземных драконах" он "летал" не раз, в испытаниях "Королевского дракона" участвовал, в том, что автоматика не подведет и выведет именно в заданный район, был уверен. Единственное, что смущало его немного, так это то, что "Королевский дракон" не испытывался после новой сборки. Но начальство слишком торопилось, поэтому и платило за риск столь хорошо. А это, в конце концов, самое главное.

У остальных членов экипажа - штурмана и бортинженера не было и этих сомнений. Они понимали, конечно, что вторгаться на территорию чужого государства, даже под землей, не совсем этично. Но кто об этом узнает? Да и потом, на поверхность они подниматься не должны, лишь оставят контрольный модуль и все. Если что-нибудь и случится, то руководство наверняка придумает, как прийти на помощь. Неприятности и с "Подземными драконами" при испытаниях иногда случались, но людей в таких случаях всегда находили возможность спасти. Если что, то найдут выход, в крайнем случае, заявят, что подземная ракета, являющаяся исследовательским судном для поиска полезных ископаемых, просто заблудилась.

Когда бортинженер доложил капитану Джеферсону, что начала барахлить система подачи топлива в камеру сгорания, командир вовсе не испугался и приказал установить, в чем дело. Вскоре бортинженер доложил, что от перегрева начал подтекать топливопровод и пришлось переключить систему на резервную подачу. В этом тоже не было ничего страшного, многое в "Королевском драконе" дублировалось, и резервная система подачи топлива была ничуть не хуже основной. Но когда через несколько дней то же самое произошло и с ней, Джеферсон разволновался не на шутку.

- Что зря беспокоиться, чиф? - не понял его бортинженер. - Запросим начальство, и нас как миленьких вытащат из этой скорлупы. Даже если русские о чем-то и пронюхают, ничего страшного не произойдет.

- Не произойдет, не произойдет, - зло выпалил капитан, глядя на самодовольно-спокойное лицо бортинженера, высокого, голубоглазого и белобрысого парня, родом из Канзаса, которому куда больше подходило бы быть киноактером и играть счастливых и удачливых ковбоев, чем лазить под землей. - Понимал бы ты чего в этом деле. - И спросил штурмана: - Мы все время шли строго по курсу?

- Конечно, чиф, - почти равнодушно ответил всегда немного медлительный штурман. - Один к одному. Уже сорок пятую параллель пересекли.

- Сколько мы еще можем протянуть на этом топливопроводе? - обратился Джеферсон опять к бортинженеру.

- Часа два-три, - все еще не понимая, что же так взволновало командира, пожал плечами бортинженер.

- Отремонтировать хотя бы один из топливопроводов мы можем? - схватился капитан за последнюю соломинку.

- Довольно сложно, чиф, - ответил белобрысый, которому явно не хотелось заниматься этим делом. - Но протечки произошли в разных местах трубопроводов, так что, если на время остановить двигатель и собрать из двух трубопроводов один, то можно преспокойненько плыть дальше. Но стоит ли возиться, гораздо проще вызвать помощь.

- Что проще, а что нет - решать мне, - отрезал капитан. - Двигатели я отключаю и даю вам четыре, нет, три часа на всю эту операцию, - и тут же нажал кнопку прекращения подачи топлива.

Слабый шум, сопровождавший экипаж во время всей экспедиции, тут же прекратился. Наступила непривычная тишина, в которой, как показалось Бобу Джеферсону, даже было слышно, как бешено колотится его сердце... Штурман и бортинженер непонимающе переглянулись, пожали плечами.

Бортинженер не удержался.

- Зачем с этим связываться, чиф? - опять повторил он свой вопрос. Давайте вызовем помощь, они что-нибудь придумают

- Я, кажется, приказал! - рявкнул капитан таким голосом, что остальные два члена экипажа отлично поняли, сколь напрасны будут все их предложения. Еще раз пожав плечами, они направились в носовую часть корабля.

Работа предстояла нелегкая. Несмотря на то, что "Королевский дракон" был намного больше своих предшественников, работать приходилось лежа и в страшной тесноте. Слишком много места занимала в нем звукоизоляция. Это можно было понять, ведь "Королевский дракон" и рассчитывался на длительную работу в нем людей, и если на предыдущих кораблях экипаж мог недолго потерпеть шум, то здесь люди просто не выдержали бы. Дополнительная звукоизоляция, конечно же, сужала свободное пространство.

Пока бортинженер и штурман, чертыхаясь и раздирая в кровь руки, работали, капитан Джеферсон сидел в своем кресле, тупо уставившись на многочисленные рычажки, кнопки и лампочки пульта. В данный момент он ненавидел этих двух образованных своих коллег. Он шел к своей вершине долго, получая многочисленные ушибы и ссадины, неоднократно падая и срываясь вниз. Этим же двоим их карьера не стоила практически ничего. Получили высшее образование и на тебе, готовые специалисты, в глубине души наверняка презирающие его, сына разорившегося фермера, которому они, в силу обстоятельств, должны были подчиняться. А ведь только его, капитана, высоко ценило начальство, лишь ему была раскрыта настоящая цель длительной экспедиции. Бортинженер и штурман до сих пор думают, что участвуют лишь в разведывательном "полете" "Королевского дракона" под советской территорией.

"И вообще, все это глупо, - подумал про себя капитан. - Я всегда считал и говорил, что с любым из "Драконов" сможет справиться один командир, без этих образованных. Главное, чтобы платили побольше..."

Размышления командира корабля прервал сначала слабый, а потом все усиливающийся скрежет, пришедший откуда-то снаружи. Потом корпус ракеты задрожал, сильно дернулся, и опять наступила тишина. Джеферсон еще не понял, в чем дело, как в рубку влетели штурман и бортинженер. Лица их были растерянны.

- Что случилось, чиф? - прямо с порога выпалил белобрысый.

- Какого черта вы прибежали, - зло сказал командир, но, взглянув на пульт, обомлел.

Наружное давление на обшивку корабля было предельно допустимым. Еще немного, и его "скорлупа" не выдержит, сплющится. Проследив за его взглядом, замерли и вошедшие.

- Все понятно - сдвижение пластов, - наконец-то выговорил штурман. Дело, судя по всему, сложное. Был я раз в подобной переделке, ну так это у нас было, там все проще. Помню...

- Да заткнись ты! - рявкнул Джеферсон. - Скажи лучше, ремонт хоть закончили?

- Все в порядке, чиф! - отчеканил бортинженер - Можно трогаться хоть сейчас.

- Погоди, сначала включи приборы наружного видения, - сказал капитан. Надо разобраться, как нас придавило, а уж потом выбираться.

Но приборы бездействовали. Судя по всему, их повредила надвинувшаяся порода. Теперь экипаж был слеп.

- Ну что же, по местам! - скомандовал капитан - Попробуем освободиться, и, внутренне помолившись, включил двигатель сначала на среднюю, а потом и на полную мощность...

Долго пытался экипаж освободиться от страшного плена, то раскачивая корабль из стороны в сторону, то пытаясь продвинуться вперед или назад. Но все попытки оказались напрасными. Недра Земли крепко держали тех, кому с ведома и с неведома было поручено взорвать тот хрупкий, но долгожданный мир, который начал устанавливаться на ее поверхности. Поняв всю бесполезность их попыток освободиться, Джеферсон вырубил двигатель.

Какое-то время они сидели молча, обдумывая произошедшее.

Наконец тишину нарушил бортинженер:

- Ну что же, чиф, надо сообщить все начальству, а если они ничего не придумают, попробуем запустить на поверхность спасательный буй с рацией. Тогда хотя бы русские как-нибудь помогут...

- Не уверен я, что начальство станет что-нибудь предпринимать, неожиданно сменив тон, ответил командир. - Да и спасательные буи на нашем корабле в данной экспедиции не предусмотрены. Так что влипли мы, парни.

Штурман и бортинженер оторопело смотрели на своего командира, не понимая, в чем же дело. Как это отправить на длительный срок подземный корабль с экипажем, не предусмотрев на борту спасательные буи? Они были на всех "Подземных драконах". Ими пользовались только в самых экстренных случаях, но разве сейчас не такой?

- Теперь я могу сказать, почему я не очень полагаюсь на начальство. Все дело в том, что мы вовсе не в разведке. Нет у нас никакого разведывательного модуля! Вместо него стоит настоящий ядерный заряд.

- Ты что, с ума сошел! - хором выпалили штурман и бортинженер. - Этого просто быть не может!

- Может, - спокойно ответил капитан и рассказал членам экипажа все, что было известно ему самому.

- Идиоты! - выпалил бортинженер, когда он закончил. - Разрушить то, что с таким трудом создавалось! Нам-то объявили, что мы модуль как раз для того и должны установить, чтобы русские договоры нарушить не могли. Нет, полные идиоты...

Они разговаривали еще долго, наперебой объясняя командиру, на какое страшное дело он согласился. Выплыло и то, зачем это могло быть нужно лично министру обороны. И самое интересное, что это подействовало на Джеферсона больше всего

- Выходит, мы подвергали себя риску ради наживы этих мерзавцев? возмущался он. - Ладно, дай только Бог на поверхности оказаться, я им такое устрою! - Хотя он, конечно, понимал, что ничего серьезного ему устроить просто не позволят. - Но что же нам теперь-то делать? - задал он вопрос.

- Думаю, они нас здесь не оставят, - предположил штурман. - Скандал им совершенно не нужен. Что-нибудь придумают. А еды и кислорода нам при разумном использовании на месяц хватит.

На том они и порешили.

Когда Джон Вудворд понял, что на "Королевском драконе" что-то произошло, он тут же лично доложил об этом министру обороны. Тот долго сидел, обхватив голову руками, и думал, что же предпринять. С одной стороны, надо спасать этих трех парней, с другой - следует попытаться как-то избежать скандала. Но какие бы варианты спасения он не прикидывал, ничего по-настоящему приемлемого в голову не приходило. Другой подземной ракеты такой же мощности и дальности действия пока не было. Посылать же на помощь другую, менее мощную ракету, было долго, рискованно, да и заряд она все равно не смогла бы вывезти. И шансов на то, что и эту экспедицию удастся провести незаметно, тоже было гораздо меньше.

"Знать бы точно, где они находятся, - думал министр. - Быть может, уже успели достичь советского ядерного полигона. Подорвать их тогда, и дело с концом. При взрыве такой силы от "Королевского дракона" ничего бы не осталось. Попробуй, докажи потом... Но для этого надо точно установить, где они застряли".

А пока он решил так. О парнях этих никто ничего не знает, о захороненном где-то на территории Советского Союза ядерном заряде тоже знают немногие. Пока не выяснено точно местонахождение подземной ракеты, надо делать вид, что ничего не произошло. Жизнь этих троих ничего не значит в сравнении с возможным международным скандалом. Ну а если удастся обнаружить ракету и она будет при этом в подходящем месте, тогда взорвать ее в удобное время. Устройство для этого на ней предусмотрено. Ну а не получится, значит, сорвалась хорошо задуманная идея. И черт с ней...

Когда министр обороны начал делиться своими мыслями с бригадным генералом, тот сначала не поверил своим ушам. А когда понял, что не ослышался, попытался было переубедить министра, приводил различные аргументы. Но министр просто накричал на него, сказав, что не дело военных влезать в большую политику.

Бригадный генерал Джон Вудворд не стал ничего отвечать, но вышел из кабинета министра обороны с твердой уверенностью, что необходимо срочно что-то предпринять. Он с самого начала не был в особенном восторге от всей этой затеи и ругал себя, что не проявил тогда твердость. Хотя, разве его послушали бы? Или не нашли бы ему замены?

Пробиться к президенту, да еще так, чтобы об этом не узнал министр обороны, было делом довольно сложным, но не безнадежным. И в конце концов, используя все свои связи, Вудворду это удалось. Президент выслушал его внимательно, не перебивая, а когда генерал закончил, задал несколько уточняющих вопросов: поинтересовался, кто еще знает о создании подземных ракет, где они разрабатываются и изготавливаются, кто отвечал за доставку на полигон ядерного заряда.

- Ну что же, генерал, благодарю за все, что вы мне рассказали, - пожал он Вудворду руку. - Вы совершенно правы, оставлять так это нельзя. И дело не только в этих трех парнях, дело гораздо в большем. К сожалению, у меня сложилось впечатление, что без русских нам в этой ситуации не обойтись... Вы пока никому ни о чем не говорите и ни с кем не советуйтесь. Я сам во всем разберусь.

Бригадный генерал покинул президента не только с полной уверенностью, что поступил правильно и вовремя, но и с надеждой, что все закончится благополучно.

Кислород и еда были уже на исходе, когда капитану Джеферсону начало казаться, что он слышит за бортом "Королевского дракона" какой-то легкий шорох. Сначала он решил, что это слуховые галлюцинации, но вскоре убедился, что это не так. Нервы у всех троих были на пределе, и чтобы не наделать каких-нибудь глупостей, они уселись в рубке и принялись ждать. Между собой они не разговаривали уже давно, так как за это время настолько надоели друг другу, что каждое лишнее слово вызывало раздражение.

Легкий шорох перешел в скрип, а скрип постепенно перерос в грохот. Потом все неожиданно стихло. Затворники переглянулись. Через несколько минут раздался какой-то стук, смысл которого дошел до находящихся в рубке только тогда, когда они увидели, как кусок внутренней звукоизоляционной обшивки прямо над их головами вдруг слегка вздрогнул и стал вваливаться внутрь. Американцы еле успели отскочить, чтобы он их не задел.

Парни подняли вверх усталые глаза и увидели улыбающееся незнакомое лицо, с интересом заглядывающее внутрь.

- Ну как, не перемерли еще? - весело на ломаном английском языке спросил спаситель. - Вам бы, дуракам, морду набить за все ваши художества, да не положено. Потом еще за вас начальство шею намылит. Разрешите представиться, - сказал он, спрыгнув, - старший лейтенант Михаил Циферов-младший, - и он приложил руку к непривычному американцам головному убору. - А я смотрю, у вас здесь не слишком шикарно, но и неплохо - почти как на наших промышленных подземных ракетах...

- Промышленных?.. - выдавил из себя растерявшийся Боб Джеферсон.

- А вы как думали: что у нас их нет? - рассмеялся старший лейтенант. Правда, мы на учебной пришли - она ближе всех к вам была. А так давно уже на таких ракетах под землей "летаем" и много полезных дел делаем. Жаль только, дед до этого не дожил, а то бы порадовался.

- Как вы узнали, что мы здесь? - не удержался от вопроса штурман.

- Да нет ничего проще, - улыбнулся старший лейтенант. - Ваш президент связался с нашим правительством и рассказал о том, что произошло за его спиной. Потом ваш новый министр обороны, бывший генерал, Вудворд вроде бы, дал нам карту вашего предполагаемого пути. Ну а остальное - дело техники. Вот так-то, парни... А придавило вас, надо сказать, изрядно, без нашей помощи никогда бы не выбрались. Теперь сами понимать должны, что сотрудничать вам с нами куда лучше, чем противостоять. Выгоднее и безопаснее. Ладно, пошли, на поверхность пора. Заряд-то мы уже отцепили и загрузили в служебный отсек. Так что вам здесь больше делать нечего...

Content

Максимович Геннадий
Противостояние