Олейникова Татьяна

Лунатики

Татьяна Олейникова

Лунатики

Каждую ночь, когда луна становилась полной и походила на огромный кошачий глаз, они выходили в безмолвие. Лица были спокойны и казались голубыми. И глаза их были направлены в небо. Что их влекло в неведомую даль - неизвестно. Их никто не окликал, не спрашивал - все понимали, что нельзя будить спящих.

Алексей Максимович Ненароков жил на самой, что называется, верхотуре. Над его девятым этажом начиналось небо. Летом Алексей Максимович спал на балконе, считая, что такая процедура продлит уходящую жизнь. Стремительное кружение жизни вне балкона его волновало редко. Да бог простит. Алексей Максимович заканчивал седьмой десяток.

В эту ночь, после традиционного чая с шиповником, Ненароков посидел на скрипучей раскладушке под звездным небом, залез в спальный мешок (это охраняло его от вездесущих комаров) и уставился глазами в карниз. Сон не шел.

В это время Надежда, соседка Ненарокова, уже встала, медленно двигаясь по привычным ковровым дорожкам к двери, а там плавно на чердак и через открытое слуховое окно - к карнизу. На этот раз небо было чисто, луна была начищена до медного блеска, и крупные, с мохнатыми ресницами звезды сияли призывно и сказочно. Надежда была не одинока в своих полнолунных исканиях. На многих крышах города тянулись взгляды тех, кто был отмечен единым знаком полнолуния.

Алексей Максимович думал о пиве. О том спасительном глотке терпкого напитка, который всегда вливал изрядную порцию энергии в его немолодой организм. Пиво было в холодильнике. Но звездное небо притягивало, не отпускало. Там, где Большая Медведица завершалась ручкой ковша, дрожала неведомая Алексею Максимовичу звезда. И он не мог припомнить, была ли она там прежде, но отчего-то казалось, что не было, и Ненароков видел себя первооткрывателем. В это время прямо над ним, по самому карнизу, проплыла женская фигура. Остановившись над балконом, потянувшись к чему-то далекому, зовущему в небо, она тихо шевелила губами. Луна серебрила ее тело, и Ненароков почувствовал себя неудобно.

Луна поднималась медленно, делая тени короче. Наденька ничего этого не видела и не чувствовала. Она спала. Ей снился тревожный сон, который так часто приходил к ней. Она не понимала его. Ничего похожего не было в ее будничной жизни. Не был он и фантастическим. Может, лишь чуть-чуть. Были люди с какими-то большими и глубокими глазами. С глазами, в которых загадочно отражались видения окружающего. Глаза были темные, местность непривычная, но чем-то близкая и родная, а чем, Наденька не могла понять. Все казалось, будто давно уже жила среди этих людей, была там своя...

А сон был поистине сказочным. Шли длинной чередой видения, которые повторялись каждый раз. Будто вовсе не сон это, а красочная лента фильма. И Наденька смотрела, смотрела и припоминала какие-то новые детали, которых не было в этом фильме. На этот раз сон пришел сразу, возбудив все чувства, настроив на неведомую волну. Сон был тот же, но в то же время иной. Было знакомое начало: лица, растения, неведомая земля. Но дальше появился белый дом с узорчатыми колоннами, из него вышел человек и призывал, протянул руки...

Алексей Максимович смотрел на Наденьку, поняв наконец, что все то, что слышал о лунатиках, есть на самом деле. А Наденька тем временем что-то шептала звездам... Алексей Максимович ничего не слышал, а все боялся _скрипнуть_, кашлянуть, из рассказов зная о губительности звуков для лунатиков. Он и сам считал себя чуть-чуть лунатиком, хоть не верил в рассказы о них. А считал потому, что ночью часто бубнил, бормотал что-то, а порой вскрикивал, чем смущал свою жену.

Он видел, что луна уходит от его балкона, что Наденька становится спокойнее и как-то уже безразлично смотрит на звезды. Как-то незаметно она ушла, оставив Алексея Максимовича в беспокойстве. Думая о том, что же это такое, он заметил, что новая звезда у Большой Медведицы переместилась и как-то начала блекнуть... Сон одолел Алексея Максимовича. Ему снилось звездное небо и неведомый космический корабль, который удалился от Земли...

Космический корабль медленно уходил из солнечной системы. Опять его поиски были тщетны. Уже сотни лет возвращался и возвращался он к Земле, подавая одни и те же сигналы. Кроме слабых шорохов, в акустической системе приемника не было ничего. Не было того ясного, четкого биоимпульса, который подавали высадившиеся на планету много сотен лет назад члены космической экспедиции. По-видимому, экспедиция растворилась в аборигенах, и лишь некоторые из потомков пришельцев унаследовали малую долю тех удивительных способностей, которыми обладали их далекие предки. Этим и объяснялись шорохи в эфире.

...В положенный срок корабль возвращается к Земле...

Content

Олейникова Татьяна
Лунатики