Проскурин Вадим

Ураган мысли

Проскурин Вадим

Ураган мысли

1.

Эта история началась, когда я дежурил в замке. Впрочем, замок - это слишком сильно сказано. Наш замок - всего лишь большая двухэтажная деревянная изба с тремя печками и цинковой крышей. На самом деле эта крыша не цинковая, но это мало кто знает. С тех пор как в позапрошлом году мужики пытались запалить нашу резиденцию, эта изба единственная в деревне.

Собственно, деревни с тех пор уже нет, одни пепелища, которые, полтора года спустя, больше похожи на развалины, чем на пепелища. Вокруг замка бурьян растет выше человеческого роста. Кое-кто думает, что трава у нас вокруг замка такая высокая потому, что нам на оборону плевать, но пусть он для начала попробует к замку незамеченным подобраться. Прошлым летом один снайпер пробовал. Просто иногда удивляешься человеческой глупости - ну неужели непонятно, что если клан имеет пять (а может, и шесть) тысяч слуг, то не одни дураки там сидят? И если уж лорды траву вокруг замка не косят, так, наверное, это неспроста. Тот снайпер, наверное, сообразил под конец, что к чему, когда напоролся на сигнальную мину, а потом познакомился с нашими собачками.

Когда Спэрил до него добрался, он уже не дышал, да и полегчал на пару кило, особенно много у горла отхватили. Кавказские овчарки - это вам не хрен собачий, простите за каламбур.

Делать дежурному нечего. Сидишь у радиостанции, да в окошко смотришь.

Ни пивка попить, ни козлов погонять. С пивом в новой жизни напряги по всей стране, а скорее по всему миру. А что касается козлов (Quake я имею в виду, если кто не понял), так компы наши в подвале все запрятаны и наверх их выносить себе дороже. Пару часов, может, и проживешь, но не больше, и никакие собачки не спасут. Любой мужик, даже самый дремучий и от самогонки распухший, стоит ему монитор увидеть, обо всем забывает напрочь и прется напролом, как бабочка на огонь. И плевать ему и на мины (кстати, не только сигнальные), и на собачек, и на то, что оружием в замке все стены увешаны, как в Камелоте, да и понять его несложно, тут обо всем забудешь.

Главное - до intro добраться, пока жив. А intro у нас есть, и любая собака на 100 км вокруг это очень хорошо знает. Только все думают, что компы наши совсем не в подвале, а в лесу в тайном месте, и не восемь компов у нас, а всего два. Лаффер однажды как бы по пьяни Светке-конфетке об этом проболтался, так пейзаны наши поверили, и стоит кому из нас в лес пойти поохотиться, на радар посмотришь - обхохочешься. Одна точка в центре, и ровное кольцо вокруг. Это пейзаны вьются поодаль, а близко подойти боятся - прошлым летом я их научил дистанцию держать. И ведь знают, что тому, кого лорд в лесу встретил, по нашим законам смерть на месте полагается, а все равно следить пытаются. А самое противное то, что я их очень хорошо понимаю. Они-то думают, что лорды в лес к компам ходят, подзаряжаться. И манит их intro, как: да ни с чем это не сравнишь. Я иногда сам себе не верю, что когда-то intro не было, и что был я обычным капитаном неважно каких войск, и клепал изолированную среду с девяти утра до шести вечера с перерывом на обед. И что однажды в "Кроватке" (в рабочее время, что характерно) увидел я это слово и пошел по ссылке, а потом: кто не испытал, не поймет.

Короче, сидел я у окна и пялился в оное от нечего делать. А погода хорошо разгулялась. Глядишь, завтра на Половку съезжу, купальный сезон открою.

Только с кем, подумать надо, то ли с Конфеткой, то ли с Ольгой-подлизой, то ли еще с кем. Или из молодежи прихватить кого, пусть жизни учатся?

Так вот и сидел я, распухая от скуки, когда на панели, которую мы из родной дежурки утащили в начале второй недели новой жизни, лампочка загорелась и труба моя запищала. Собственно, это не труба вовсе, а воки-токи, трубы мобильные в дни воздействия отрубились все дружно (то-то на anekdot.ru радости было), а название прилипло - труба она и есть труба. Короче, поднял я трубу и говорю:

- Лорд Рэйзор слушает.

Конечно, не сразу говорю, вначале на панель посмотрел. Вызывали меня с западного поста, Петя Горлов. Хороший парень, жаль, что ближайшую зиму не переживет. Диабет у парня, а с инсулином нынче напряги.

- Лорд Рэйзор, говорит сержант Горлов. Тут, - Петя замялся, - у меня на посту человек: лорд я имею в виду: то есть, это он говорит:

И в следующий момент я почувствовал deja vu, как поет Iron Maiden. Я услышал голос:

- Лорд Рэйзор? - голос мне показался просто потрясающе знакомым. Как будто из самых глубин памяти вылезло на свет Божий что-то, о чем я давно забыл, и уже сомневался, было ли оно когда-то. Только понять бы, что это:

- Да, я слушаю вас.

- Говорит лорд Кевин, лидер клана Кедр.

- Простите, какого клана?

- Кедр. Мы контролируем Лезень.

- А Блакович? - Как обычно, я сначала открыл рот, а потом подумал. Ну неужели не ясно, что случилось с Блаковичем? И голос подтвердил мои мысли.

- Клан Блаковича больше не существует. Лезень контролируется Кедром с позавчерашнего дня.

- Что вам нужно? - Я уже ощутимо нервничал. Правая рука потянулась к кнопке общей тревоги, но остановилась на полпути. Пока.

- Засвидетельствовать почтение. Установить отношения. Рассмотреть вопросы торговли. Наконец просто поговорить. Вова, я тебя уже три года не видел!

И тут я узнал этот голос.

2.

- Жора, вызывал? - спросил я деланно бодрым голосом. Естественно, Жора мгновенно это почувствовал. Он пожал мне руку и повернулся к ближайшему монитору.

- Володя, погляди сюда, пожалуйста.

Я поглядел. Собственно, было очевидно, что меня ждет, раз Жора вызвал меня не в кабинет, а в стендовый класс. Так у нас официально называлась комната, где проходили испытания наши труды. Придумать ей неофициальное название почему-то никто не удосужился. Это была обычная большая комната с ободранными столами и разваливающимися стульями, забитая под завязку компами. Любой ЦРУшник и тем более АНБшник от вида этих компьютеров скончался бы на месте. А мы ничего, живем, и, честно говоря, софт мы делаем не хуже, чем загнивающие буржуи. Если бы нам еще и платили ну хотя бы в десять раз меньше, чем им: да что там говорить!

Я поглядел еще раз и опечалился. Я, конечно, знал, что в моем коде баг, иначе Жора не позвал бы меня сюда так срочно, но одно дело знать, а другое дело видеть. Примерно четверть компьютеров радостно показывали людям экраны густого синего цвета, мелко исписанные грязно-белыми буковками и цифирками. Я на всякий случай подвигал мышь на одном компе. Посмотрев на Жору, я понял, что лучше бы я этого не делал. Мы вспомнили об одном и том же.

Этой зимой, в конце изрядного квашения в честь Робкиного дня рождения (что характерно, в рабочее время), нас с именинником пробило проявить утонченное и возвышенное чувство юмора. На сей раз чувство юмора проявилось в том, что ваш покорный слуга подконнектил на правах администратора домена компьютер родного шефа, положил в admin$ женскую голую задницу, заранее переведенную в формат BMP, подправил в реестре одну строчку и вуаля! Жора не обиделся. Он, конечно, удивился, когда родной комп показал ему с экрана голую жопу, но не обиделся. Обиделся он на другое. Когда мы с Робертом приняли еще грамм по двести, нам показалось, что одной задницы маловато для культурной программы такого важного вечера. И угораздило мне подложить Жоре в admin$ хранитель экрана, который я за день до того скачал у Марка Руссиновича. С точки зрения чайника, этот скрин-сэйвер совершенно безобиден, даже скучен. Но покажите его программисту и посмотрите на его лицо. Когда программер видит "синий экран смерти", о, сколько чувств борется на его лице!: Вначале лицо программера перекашивается, на нем прямо-таки написано "я не могу в это поверить". Потом программер наклоняется к экрану и начинает читать буковки и цифирки. Потом у него медленно отваливается челюсть, когда он вникает. Он тупо смотрит на окружающих и спрашивает что-то вроде "откуда здесь SCSI?" Потом он обращает внимание на правый нижний угол экрана и до него начинает доходить. Когда до него доходит окончательно, он резким движением дергает мышь и победно смотрит на хохочущих окружающих. В глазах его чувство победы и глубокого облегчения - какое счастье, что хоть этот синий экран оказался шуткой!

Жора никогда не был программером. Когда скрин-сэйвер показывал ему синий экран, Жора не пытался читать буковки и цифирки. Жора твердо знал, что если компьютер показал экран смерти, работает только одна клавиша тумблер питания. У Жоры стоял Compaq, а на компаках, как известно, кнопка Reset отсутствует (впрочем, сейчас это уже мало кому известно). Жора нажимал на эту клавишу не менее пяти раз. Жора злился. Жора потерял не менее страницы текста, потому что в самый неподходящий момент звонил телефон, и, пока Жора отвлекался, скрин-сэйвер предательски срабатывал. Жора потерял не менее получаса времени, потому что компаки перезагружаются не особенно быстро. Когда до Жоры дошло, в чем дело, он не смеялся. Он рвал и метал.

Вечером того же дня он вывел свой компьютер из домена отдела, а я старался ему не попадаться на глаза еще две недели.

Я отдернул руку, как будто мышь меня укусила, и пробежал глазами содержимое экрана. Да, это синий экран смерти в явном виде, и виноват во всем мой драйвер, без всяких сомнений. Я посмотрел на причину краха и опечалился еще больше. C0000005. Это могло означать все, что угодно, начиная от висячей ссылки и кончая знаком =, по ошибке поставленным вместо == в исходном тексте программы. Я собрался с духом и сказал:

- Хорошо еще, что на остальных компах работает.

- На остальных компах твой драйвер уже отключили, - радостно откликнулся Жора, - Ладно, давай, разбирайся.

Я начал разбираться. Через четверть часа я выявил в тексте программы функцию, где непонятно какая ошибка убивала операционную систему компьютера. Еще через четверть часа я нашел ошибку. Еще через полчаса я убедился, что каждая последняя ошибка в программе является предпоследней.

Еще через два часа, слегка отупев от немерянно потребляемого кофе с сигаретами, я понял, что за эти два часа не продвинулся ни на шаг. Еще через час я остался на работе один. А еще через полчаса меня достигло воздействие.

3.

Мы встретили Кевина-Жору у границы охраняемой зоны. Лорд Спэрил, он же Робка, срочно вылез из подвала, где возился с дурилками, а Леди Лайн прибежала из Тины (не тины, а именно Тины, ближайшее село так называется).

Лорд Лаффер остался в Петровском, хотя ему тоже пришлось прервать свои дела и сейчас он лично руководил охраной. Нашей охраной, естественно.

Лорд Кевин приехал на ярко-красной и на вид новой "Ниве". Самая обычная "Нива" без заметных переделок и без гербов на дверях. Она бодро свернула вначале с шоссе на проселок, потом с проселка на "говнище", как называет эту дорогу Лаффер, и подъехала к деревянному мостику через ручей.

К этому времени я убедился, что за рулем сидит именно Жора. Его пассажира я не знал.

Мы сошлись посреди моста - я, Спэрил, Ингус и Мухтар (двое последних собаки, если кто еще не понял) с одной стороны, Кевин и незнакомец с другой.

Кевин (наконец-то он сбрил свои идиотские усы) произнес церемониальную фразу, положенную в таких случаях:

- Лорд Кевин и лорд Лемминг приветствуют Лорда Рэйзора.

- Лорд Рэйзор и лорд Спэрил приветствуют лорда Кевина, - ответил я и в этот момент идиотское имя спутника Кевина вывело меня из странного оцепенения, владевшего мной с момента, когда я впервые за три года услышал Жоркин голос. Последняя моя мысль была о том, почему я не сделал раньше то, что должен был сделать сразу и что начал делать сейчас. Я переключился.

Ассоциативный анализ. Лемминг, Lemmings 3D, Лем, Минг, Ленин, кеннинг. Достаточно. Стоящий передо мной парень среднего роста лет двадцати пяти на вид, с волосами неопределенно-русого цвета, маленькими усиками и каким-то отстраненным взглядом, вряд ли он коммунист-ленинец или любитель старонорвежской поэзии. Насчет "Флэша Гордона": нет, вряд ли. Станислав Лем: может быть. Но, скорее всего, Lemmings 3D. Но до чего же прозрачная ассоциация! Ладно, рассмотрим это как рабочую гипотезу. Забавная игрушка, практически бесполезная для стимуляции мозгов, но приятная во всех других отношениях. Ассоциативный анализ: позже, нет времени. Заодно нужно прогнать "Кевин" и "Кедр". Три потока на фон, нет, два, мне потребуется много ресурсов, "Кедр" проанализируем позже. Я присвоил обоим потокам низкий приоритет и переключился обратно.

Мы поздоровались с Кевином за руку без особой сердечности, но и без особой враждебности, Спэрил пожал руку Кевина с видимым усилием. Робка до сих пор не забыл, как Жора завернул его диссертацию, подумал я, и неожиданно эта мысль показалась мне совершенно безумной - какая, к черту, диссертация, после этих трех лет. Впрочем, поглазеть на тогдашний ученый совет, заслушивающий нынешние Робкины труды, я бы не отказался. Должно быть, зрелище замечательное.

Лемминг пожал мою руку уважительно, вежливо улыбнувшись и наклонив голову, но глаза его ни на миг не отрывались от моего лица. Я прямо-таки физически чувствовал, как в подкорке моего мозга набухает узел синаптических контуров или как они там называются, как этот узел всасывает информацию из всех органов чувств, и как он из мелких штрихов собирает психологический портрет лорда Лемминга. Должно быть, интересная личность. Но неважно, анализом займемся потом.

Кевин помедлил со второй церемониальной фразой, очевидно, не один я активно анализировал ситуацию. Наконец он произнес:

- Лорд Рэйзор, я прошу разрешения посетить ваш замок.

- Лорд Кевин, для нас большая честь пригласить вас на веранду нашего замка.

У Кевина слегка дрогнула нижняя челюсть, но он быстро справился со своими чувствами. Во-первых, я нарушил этикет, дважды сказав "мы" вместо "я". Но что поделаешь, вот такой у нас странный клан, живем, как при демократии. Я-то знаю, кто истинный лорд Сакура, и ребята это знают, но мы не признаемся в этом даже себе. Когда все равноправны, по крайней мере внешне, жить проще. По крайней мере, нам. А во-вторых, и это более важно, сильного лорда следует принимать в замке. А клан, контролирующий Лезень, по мнению всех нормальных людей, явно сильнее нашей странной компании.

Кевин сделал вид, что не заметил нарушений этикета, и мы молча двинулись к тому, что мы называем верандой. Это обыкновенный деревянный стол, стоящий под навесом на свежем воздухе метрах в ста от замка. Как это сооружение уцелело в ночь пожара, я не понимаю до сих пор. Но оно уцелело и теперь мы принимаем гостей только там. Это еще одна странность клана Сакура, мы никого не пускаем в свой замок, даже прислугу, даже полы моем сами, по очереди. Только собаки иногда спускаются в подвал, но только по ночам, когда этого никто не видит. Если бы лорд Кевин или лорд Ранлоо или лорд Манаран заглянули бы в этот подвал или на второй этаж нашего логова, они бы поняли, почему. Но пока, слава Богу, ни один лорд, кроме нас, туда не заглядывал.

Стол на веранде уже накрыли. Цыпленок табака, молодая картошка, салаты двух видов, свежие и соленые огурцы, соленые и жареные грибы, клубника, квас, местная самогонка и одна бутылка водки, выставленная, очевидно, по приказу леди Лайн. У костра, как обычно, разведенного там, где раньше стоял дом владельцев этой веранды (уже забыл, как их звали), хлопотала Дашкасущество, у стола стояла, вырядившись, как на праздник, Ольга-подлиза, рядом лежали, вывалив языки, Джульбарс и Валькирия. Когда мы вошли под навес, Ольга, как положено, поклонилась.

Я разлил водку, заранее зная, что сегодня никто пить не будет и все достанется прислуге. Наши гости явно косились на пустое место во главе стола.

Возможно, они уже знали, что у нас это место всегда пустует, но все равно непривычно слушать первый тост не от того, кто сидит на почетном месте.

Большинство лордов очень серьезно относятся к внешним проявления своего величия. Я не стал затягивать ожидание и поднял рюмку:

- Ну, за встречу! - произнес я голосом генерала Иволгина из "Особенностей национальной охоты" и сделал вид, что пригубил. Все (кроме прислуги, конечно) последовали моему примеру.

За столом образовалась пауза, которая все затягивалась и затягивалась.

Тишину нарушали только стук вилок по тарелкам и хруст огурцов. Наконец, я решился нарушить молчание.

- Послушайте, лорд Кевин, - сказал я, прокашлявшись, - может быть, обойдемся без церемоний? В конце концов, мы друг друга знаем по прошлой жизни, так что мы сидим, как чужие? Прямо как совы в курятнике.

Лорд Лемминг с готовностью рассмеялся, Кевин последовал его примеру.

- ОК, Володя. - сказал Кевин, - Ты не возражаешь, если я буду тебя так называть?

Ничья. 1:1. Не принято лордов называть человеческими именами. Ну да ладно, стерпим.

- Лучше называй меня Рэйзором. "Лорд" добавлять не обязательно.

- Извини.

- Ты тоже. Как у тебя дела? - Ну никак не получается начать непринужденную беседу. Надо бы выпить, да нельзя. В том, что ты лорд, есть и свои неудобства.

- Помаленьку, Рэйзор. - Мое новое имя Кевин выговорил с явным трудом, Рэйзор, ты хорошо знаешь своих соседей?

Ага, начинается что-то интересное.

- Да как сказать. Тебя кто интересует?

- Все. Понимаешь, я осел только в среду.

Так. Значит, в среду, то есть позавчера, кочевой клан, называющий себя Кедром, ликвидировал Wolfenstein рыжего волка Блаковича. В понедельник в Петровское вернулась фура из Москвы, они проезжали через Лезень, все было в порядке. Значит, блицкриг. Странно, очень странно. Насколько я знаю Жору, в военном деле он не силен. Развернуть интриги а-ля кардинал Ришелье - это без проблем, а в открытой войне против Блаковича у Кедра не было никаких шансов.

- Ты уделал Блаковича? За два дня?

- За полдня.

- Как? - я знал ответ еще до того, как закончил вопрос.

- Рэйзор, - Кевин улыбнулся, - может, мы обсудим этот вопрос в твоем замке?

Я - дурак. Конечно, у каждого клана свои секреты. Но как они сумели за полдня перебить двенадцать рыцарей рыжего, вооруженных до зубов и помешанных на оружии, и за два дня взять под контроль десятитысячный город с окрестными селами, этого я, убей Бог, не понимаю. Черт возьми, почему мы никак не соберемся завести в Лезене агентуру? Я попытался еще раз прощупать почву:

- Раньше вы гастролировали?

- Да, - пауза, - Рэйзор, давай закончим эту тему. Я готов с тобой обменяться секретами, но обмен должен быть равноценным. Пока мы сидим здесь, эта тема закрыта.

Я сделал знак и Ольга-подлиза присоединилась к Дашке-существу.

Начались серьезные переговоры, и незачем прислуге при них присутствовать.

Собаки не в счет.

- ОК, - сказал я, - Кевин, что тебя интересует? Ты знаешь, у нас с тобой в прошлой жизни отношения были не самые лучшие, но лучше пусть в Лезене будешь сидеть ты, чем Блакович. Я готов оказать тебе любую помощь в пределах разумного, - Спэрил дернул щекой. Мне стоило сказать "мы готовы", ну да ладно, - У меня только одно условие. Через Лезень проходит кратчайшая дорога к Московской трассе. Мне нужно, чтобы моя виза давала нашим людям беспрепятственный проезд через твою территорию.

- Транзитный проезд или право посещения?

- Транзитного проезда достаточно. Но никаких пошлин и никаких дополнительных правил. Даже если моя фура войдет в Лезень в крови по самую крышу, даже если из нее будут сидюки на дорогу сыпаться, она должна пройти беспрепятственно, не снижая скорости, - я снова сказал "моя" вместо "наша", но Спэрил не отреагировал. Кажется, сообразил, что разговаривать с чужаками нужно на их языке.

- Тебе придется предупреждать меня каждый раз, когда будет ехать твоя фура. Сам понимаешь, выезд на трассу сейчас перекрыт, и я не знаю, когда мы сможем открыть его.

Кевин, похоже, тоже подлаживается к чужим правилам речи. Значит, его сильно приперло. Впрочем, по фигу, такое условие надо принимать в любом случае.

- Хорошо, Кевин, но речь идет не только о фурах. Речь идет о любом транспорте.

- Конечно, - быстро уточнил Кевин.

- Лично я каждый раз звонить тебе не буду, я думаю, будет достаточно сообщения от кого-нибудь из моих лейтенантов.

- Я согласен, Рэйзор, - Кевин встал, я тоже встал и мы крепко пожали друг другу руки. Теперь мы будем соблюдать заключенный договор во имя чести. В нынешней жизни это то же самое, что в прошлой подписать контракт в трех экземплярах и заверить все три у нотариуса. В новой жизни многие юристы остались без работы.

Я поднял все еще полную рюмку и провозгласил:

- За сотрудничество!

Все снова сделали вид, что выпили. Поставив рюмку на стол, Кевин сказал:

- Рэйзор, меня интересует информация о моих соседях. Ты понимаешь, что мне мало просто осесть, мне нужно удержаться. Леди Лайлак начнет войну со мной со дня на день, щаповские лорды требуют дань.

Я перебил Кевина. Похоже, я расплачусь с ним прямо сейчас - с щаповскими кланами у нас отношения не самые плохие, договоримся без проблем.

- Кевин, - спросил я, - какие конкретно лорды?

- Таскер и его вассалы Ранлоо и Манштейн. Я вчера разговаривал с Таскером, за невмешательство в мой конфликт с Лайлак он потребовал транзитный проезд, пятьдесят женщин по его выбору и оружие.

Спэрил заулыбался.

- Ты уже заключил договор? - спросил он.

- Нет. В разговоре Таскер упомянул о вашем клане, и назвал ваши настоящие имена. Я прервал переговоры и уже вижу, что не ошибся.

- Ты молодец, - сказал я. - Таскер - это кусок говна. Он все еще жив только потому, что его владения никому не нужны. Что он тебе плел про заводы?

- Он сказал, что контролирует все производство водки в Щапово. Он показывал бутылки, даже подарил несколько разных, я поил слуг, им очень понравилось.

- Эта водка с заводов Манштейна. У Таскера нет ничего ценного. Вообще ничего. Его называют королем трущоб. У него нет никаких вассалов, он сам наполовину вассал. Его никто не хочет делать своим вассалом только потому, что за его действия придется потом отвечать сюзерену. Но, поверь мне, в Щапово никогда не будет двух лордов. Когда Ранлоо победит Манштейна или когда Манштейн победит Ранлоо, победитель расправится с Таскером немедленно.

Лицо Кевина медленно налилось кровью. Жора всегда был очень честолюбив, и, похоже, воздействие только усилило у него эту черту характера.

Он сжал рюмку в кулаке с такой силой, что я на миг подумал, что она треснет. В следующую секунду Кевин справился с собой.

- Рэйзор, - торжественно сказал он, - я твой должник. Ты получишь право транзитного проезда бесплатно, твоя информация стоит того.

Мы снова пожали руки друг другу и снова сделали вид, что выпили.

Положительно, сегодня прекрасный день.

- Значит, на Таскера можно наплевать, - задумчиво произнес Кевин, - но что касается Лайлак: Рэйзор, мне нужна твоя помощь.

- Моя помощь? Против Лайлак? Ты смеешься? У нее под ружьем три тысячи солдат. Она задавит нас всех одной численностью.

- Но она не задавила Блаковича. Сколько времени он правил в Лезене?

- Почти с самого начала. Но у Блаковича было двенадцать рыцарей, каждый из которых стоил сотни солдат.

- Их больше нет, Рэйзор, они мертвы. Мой клан победил их. Но я не уверен, что победа над Лайлак окажется такой же легкой.

Я тоже был в этом совсем не уверен. В позапрошлом году Лайлак попыталась захватить Лезень, потеряла пятерых лордов, но все силы ее клана, который она многозначительно назвала Megadeath, так и не смогли уменьшить число рыцарей Блаковича. В течение двух недель боевики леди Лайлак появлялись то тут, то там, убивая и разрушая, взрывая жилые дома и водонапорные башни, поджигая фермы и опрыскивая гербицидами поля. В ответ рыцари Блаковича начали террор на московской трассе. Они минировали дорогу, расстреливали трейлеры из пулеметов, развешивали на придорожных столбах население целых деревень. Они ворвались на базу в Зенцово и устроили там кровавую баню, уничтожив более пятисот человек, в основном женщин и детей. Вода в озере была красной три дня после этого. Лайлак бросила в бой главные силы, бронемашины кровавой леди прокатились по опустевшим улицам города, солдаты по традиции разграбили дома, но ни солдат, ни рыцарей Блаковича в городе не оказалось. Солдаты рыжего так и не вступили в бой, а рыцари ударили ночью. Никто так и не узнал, что происходило той ночью, но к утру Лайлак недосчиталась пятерых военачальников и не знаю скольких солдат.

В полдень войска Megadeath покинули город, а через неделю леди и лорд заключили мирный договор. Я не знаю, почему Лайлак так и не нанесла решительного удара. Говорят, что рыжий волк имел тайный договор с Флопом, но я в это не верю - тогда Флоп устроил бы Лайлак "смерть через мандрачумба" в тот же день. Как бы то ни было, Лайлак могла захватить Лезень, пусть и ценой большой крови, и я не понимаю, почему она не стала этого делать. А сейчас у защитников этого города, по-моему, вообще нет никаких шансов.

- Кевин, тебе надо договориться с Лайлак. Ты проиграешь войну.

- Но Блакович год назад победил Лайлак, а я победил Блаковича позавчера.

- В позапрошлом году, а не в прошлом. Но тогда Лайлак была слабее, чем сейчас. В начале фуры по московской трассе почти не ходили, а сейчас Лайлак берет пошлины с сотни машин в день. Тебе не выдержать этой войны.

Кевин задумался. Он коротко переглянулся с Леммингом и встал.

- Лорд Рэйзор, мне нужно посовещаться с лордом Леммингом, - сказал он.

Я тоже встал и ответил, как полагается по этикету:

- Лорд Кевин, я буду рад продолжить разговор с вами.

Потом я сделал знак рукой и Ольга-подлиза в компании Мухтара и Джульбарса проводила гостей до машины, а затем вернулась к мостику, отмечавшему границу территории замка.

4.

Что такое воздействие? Если кто-то вам начнет про это рассказывать, плюньте ему в глаза - он лжет. Лорды изредка говорят об этом, но всегда намеками и никогда ничего конкретного. Пейзанам о воздействии не говорит никто и никогда. Среди пейзан ходит множество слухов, начинают формироваться первые легенды о начале, но они похожи на правду не более, чем козел на канарейку.

Я тоже не буду исключением и промолчу почти обо всем, что я ощутил в тот вечер, когда, разъяренный тем, что не могу найти ошибку в собственном драйвере, я полез в чат. Я поздоровался со всеми знакомыми, но не спешил влезать в разговор. Когда я зол и у меня плохое настроение, разговоры у меня получаются не очень хорошо. Так что я сидел и смотрел на тридцать разноцветных фраз на черном фоне, сменяющиеся каждые семнадцать секунд. И в какой-то момент я увидел в одной из фраз ссылку. Я не помню, кто написал эту фразу, я не помню, что он написал, я не помню толком, куда вела эта ссылка, да и неважно это теперь, я помню то, что я на нее нажал, даже толком не рассмотрев. И еще я помню слово intro. У меня было такое настроение, что я готов был идти куда угодно, чтобы только уйти от: не знаю, может, от самого себя? Короче, я нажал на ссылку и на экран броузера вывалился диалог, оповестивший меня о том, что формат ссылки неизвестен. Я ради интереса посмотрел на это формат и увидел, что ссылка указывает на обычную программу. Практически не думая о том, что я делаю, я скачал эту программу на винчестер и запустил. Она потребовала виртуальный костюм и шлем. У меня не было ни того, ни другого. Я так и сказал ей, и программа попросила Direct X. Я снова послал ее подальше, программа скептически пошуршала винчестером и мрачно поинтересовалась, за каким хреном я ее вообще запустил. Я нажал на "ОК" и она наконец запустилась.

Боги, что это было! Мои слова не дадут вам и миллионной доли моих ощущений. Представьте себе 3D-dazzle в режиме True Color. Представьте себе фрактал неописуемой красоты, неспешно разворачивающийся в обычном окне Windows и затмевающий весь остальной мир своим скромным изяществом.

Представьте себе неземной узор, волшебным образом преобразующий двумерное пространство окна не в трехмерное, и даже не в четырехмерное:

Когда пространство и время распалось и моя душа исчезла в бурлящем водовороте цветов, я ощущал: это невозможно описать словами, что я ощущал. Это не было эйфорией или оргазмом или наркотическим кайфом, про это нельзя было даже сказать, что оно приятно. Череда образов, некоторые банальные, некоторые безумные, проносилась перед моими чувствами в быстром танце, казавшемся сумасшедшим, но исполненном глубокой гармонии.

Я распался на миллион личностей, одни были прекрасны, другие чудовищны, здесь были добрые и злые, сильные и слабые, счастливые и несчастные, мужчины и женщины, и они были все, и все они был я. Каждый из нас был верен себе, в каждом жила своя звезда, и каждый шел за ее светом в страну единорогов или на алтарь друидов или Бог знает куда еще. Они были я.

И я был больше, чем они. И они вопросили меня, что тебе надо, спросили они.

И я ответил им, что я хочу. И они дали мне, что я хотел. И мы стали я, и он ушел.

Я не могу точно сказать, сколько это длилось, но никак не больше пятнадцати минут. Когда я очнулся, я не видел в окне ничего, кроме банальнопошлого электронного калейдоскопа. И я выключил компьютер и пошел домой и думал по дороге о каких-то пустяках.

5.

Мотор "Нивы" чихнул, а затем равномерно зафырчал. Вначале я подумал, что наши гости уезжают, но почти сразу же убедился, что это не так. Я не знаю, откуда они узнали про наш лазерный интерферометр, и знают ли они о нем вообще, но я сразу понял, что никогда не узнаю, о чем они сейчас говорят.

Когда в машине работает двигатель, пусть даже на холостых оборотах, ее стекла дрожат так, что смодулировать отраженный луч и услышать разговор в машине практически невозможно.

"Нива" пофырчала пару минут и затихла. Лорд Кевин и лорд Лемминг вышли из машины, перешли через мостик и в сопровождении дамы с двумя собачками вернулись на веранду. Ольга немедленно ушла к костру, который уже давно погас и возобновила разговор с Дашкой, судя по их оживленной жестикуляции, весьма важный и животрепещущий.

Кевин подошел к столу, но садиться не стал. Лемминг остался стоять рядом.

Кевин сказал:

- Лорд Рэйзор, я считаю, что могу довериться вашей чести.

Я кивнул. Оттого, что Кевин перешел на Высокий Слог, причем использовал обращение низшего-к-высшему, у меня по коже пробежали мурашки. Что-то сейчас начнется.

- Лорд Рэйзор, - продолжал Кевин, - в замке Блаковича мы нашли библиотеку софта.

Я застыл на месте. Конечно, рыжий волк всегда был самоуверенным кретином, но, чтобы хранить софт в замке, нужно быть настоящим олигофреном: вроде нас. Я спросил, безуспешно стараясь придать голосу оттенок безразличия:

- И что вы там нашли? Intro++?

- Нет, - ответил Кевин, - конечно же, нет. Intro++, судя по всему, не более чем байка. Мы нашли там Aliens.

- Aliens не более реально, чем intro++. Все так говорят, - пробормотал я, уже понимая, что Aliens - это реальность, что оно так же реально, как стол, за которым я сижу, как Спэрил и как руины деревни вокруг.

- Aliens - это реальность, - подтвердил мои мысли Кевин, - и я готов поделиться этой реальностью с вашим, - он подчеркнул интонацией слово "вашим", - кланом в обмен на помощь против Лайлак.

- Чем ты можешь подтвердить свои слова?

- Извини, Рэйзор, я не могу дать тебе демо-версию. Согласись, что такому хакеру, как ты, больше ничего не потребуется.

Я согласился. Конечно, закрыть демо-версию программы от взлома несложно, нужно просто не включать в программу ключевые функции, но для этого надо иметь исходный текст. А если ты получаешь сидюк только с кодом и данными, да еще и пиратский, и нужно сделать из всего этого версию, которая нормально работала бы день-два, а потом совершила бы самоубийство, прихватив с собой пару других программ, будь ты хоть крутейшим хакером, ничего путного не придумаешь. Любой другой хакер легко твое творение взломает и против тебя же использует. В первую смутную войну мы спасли клан, украв у лорда Мамая из Щапово одну очень интересную программу.

Мамай точно так же приехал к нам, мы принимали его на той же веранде, он оставил демо-версию и уехал, мы со Спэрилом всю ночь просидели в подвале, а на следующий день боевая версия этой проги была и у нас, и у Ранлоо, причем у нас еще появилось ведро RDX, на которое мы эту прогу обменяли. Мамай обещал устроить обмен софта в четверг, но уже в среду голова его отдыхала от тела на колу на крыше щаповского вокзала. С тех пор в Щапово правят только три лорда.

Я задумался. Ради Aliens стоит напрячься. И я пошел ва-банк:

- Какая помощь тебе нужна, Кевин?

- Я не знаю.

Долгое молчание с моей стороны.

- Рэйзор, ты контролируешь Петровское с самого начала. Ну почти с самого начала. В твоем клане всего четыре лорда, у тебя меньше двухсот солдат, твой клан самый малочисленный во всей области. Но ты живешь и контролируешь богатый район. Ты живешь, хотя по всем законам тебя должны были вздернуть на столбе еще прошлой весной. Я не знаю, как ты добиваешься этого и не хочу знать. То есть я, конечно, хочу, но мне нечем тебе заплатить за это знание. Я верю, что ты можешь помочь мне. И я прошу, помоги мне отбиться от Лайлак, и ты получишь Aliens.

Я задумался еще раз. Я заметил, что Спэрил тоже задумался. В принципе, мы имеем кое-что, что кровавой леди совсем не понравится. Но мы безбедно живем до сих пор не потому, что мы так уж сильны. Мы спокойны, неагрессивны и не рвемся получить больше, чем имеем сейчас. Это наши соседи так думают. Зачем связываться с Сакурой, думают они, Сакура никому не мешает, правит себе в своем районе, в чужие дела не лезет. А что ради развлечения на нас лучше не лезть, это все наши соседи быстро поняли. Армия у нас хоть и маленькая, но не хилая.

Но если мы попремся на Лайлак, от нашей репутации безобидных придурков камня на камне не останется. И тогда на нас обрушатся и Ранлоо, и Манштейн, и Манаран, да и Флоп, глядишь, своих орлов из берлоги вытащит. К тому же, нам совсем незачем ссорится с Лайлак. Независимо от того, кто правит Лезенем, путь к Москве проходит через владения Лайлак, а этот путь - основа нашего богатства, да и нашей власти, чего уж скрывать. С другой стороны, Aliens:

Я посмотрел на Спэрила, Спэрил посмотрел на меня, и мы поняли друг друга. Я поднялся из-за стола.

- Лорд Кевин, - сказал я, - нам нужно посовещаться. Приезжайте к нам завтра к одиннадцати утра. Мы дадим свой ответ.

Спэрил взглядом подтвердил свое полное согласие. Кевин и Лемминг переглянулись, в их взглядах читалось некоторое разочарование. "А какого хрена ты хотел, Жора?", - ехидно подумал я. Это тебе не сосиски хрямкать, как говорил один мой друг из прошлой жизни.

- Лорд Кевин и лорд Лемминг благодарят лорда Рэйзора за гостеприимство, - сказал Кевин.

- Лорд Рэйзор и лорд Спэрил благодарят лорда Кевина за визит, - вежливо ответил я. На этом визит закончился.

6.

День начала. Точно никто не знает, когда это началось. Для каждого день начала свой. Мой день начала был вечером.

Я пришел домой в пустую квартиру, переоделся, помахал гантелями, отварил макароны и сосиски, открыл бутылку пива и поужинал. Покурил, чутьчуть послушал музыку (как сейчас помню, "Алиса" - "Театр теней"), включил компьютер, запустил Quake. Естественно, в режиме имитации deathmatch, как же еще? Дальше в течение часа я гонял козлов и не происходило ничего интересного. А потом я заметил, что меня за этот час не убили ни разу. Я удивился, и меня тут же пристрелил очередной козел с девятой пушкой.

На следующий день, придя на работу, я залез в отладчик и нашел ошибку в драйвере за десять минут. Еще через полчаса я ее исправил. Новая версия запустилась с первого раза. Еще через час, радостный, я побежал к Жоре рассказать об успехе, но он меня почти не слушал. Как я узнал потом, в ту ночь хакеры взломали защиту правительственной сети. Защиту, кстати, делали мы. А когда я шел по коридору, я услышал, что девушки из секретариата обсуждают, что певец Федул Дудуев убил свою жену и покончил с собой.

7.

Как только "Нива" наших гостей скрылась за поворотом шоссе, я переключился. Я посмотрел (конечно, не глазами) на свои фоновые потоки и их состояние мне совершенно не понравилось. Сами потоки отработали прекрасно, но вот результаты их работы:

Лорд Лемминг был аналитиком. Не просто аналитиком клана, что и так было видно по его поведению, а штатным, хорошо обученным, профессиональным аналитиком. Это первое. Лорд Лемминг постоянно посылал жестами кодовые сигналы лорду Кевину, а лорд Кевин послушно выполнял все его указания. Это второе. Отсюда прямо следует третье. Наши гости не договаривались с нами, они прощупывали нас. Зачем? Сейчас посмотрим.

Второй поток. Кевин. Кевин что-то скрывает от Лемминга, и, видимо, от остальных членов своего клана. Это интересно. Для Кевина наша встреча была чрезвычайно важна. Это и так очевидно, но лишнее подтверждение не помешает. Кевин лгал, когда говорил о войне с Блаковичем. Это понятно. Ага, вот оно что, Кевин осел в Лезене не позавчера, а гораздо раньше. В это я готов поверить. Рыжий волк великий воин, стратег и тактик, но как дипломат он никуда не годится. Но чтобы проморгать чужой клан, поселившийся под носом и тихо-мирно организующий переворот, даже никудышному дипломату надо очень постараться. И почему тогда Кевин не знал, что представляет из себя трущобный лорд Таскер? А кто сказал, что он не знал? Он знал, он просто играл изумление, хорошо играл, непревзойденно, если бы не переключение, я бы ни за что не догадался. Значит, Кевин просто подарил нам право транзитного проезда через Лезень. Почему? А вот это уже совсем интересно - Кевину наплевать на Лезень. Я проверил информацию еще раз. Никакого сомнения. Непроизвольные жесты, мимика, артикуляция - все указывало на то, что Кевину и, кстати, Леммингу тоже, на Лезень глубоко наплевать. Они не собираются его удерживать, Лайлак вышибет их из города за неделю, и мы ничем им не сможем помочь, даже если захотим. Если ты сам не хочешь драться, никакая помощь тебе не поможет.

Что же их интересует? Ответ очевиден - мы, клан Сакура. Этакое Монако Крестовской области. Мы один из самых маленьких кланов во всей области, но мы контролируем один из самых богатых районов. Петровские художники ценятся по всей России, и не только, и изрядная доля от продажи картин, икон, шкатулок и прочей дребедени идет в карман клана. А уж мы, лорды Сакуры, знаем, куда потратить этот доход. Не зря мы все еще живы. Как нам это удается? Мы стараемся. Мы очень стараемся.

Итак, Кедр хочет столкнуть лбами Сакуру и Megadeath. Интересно. Лайлак вряд ли полезет на нашу территорию, но перекрыть нам кислород сможет вполне, другой дороги на Москву от нас нет. Но что от этого получит Кедр?

Наверняка что-то получит, раз у них в штате такой аналитик, как Лорд Лемминг.

Напоследок я просмотрел результаты ассоциативного анализа имен. Мой мозг решил, что новое Жорино имя, скорее всего, происходит от Корвина из Амбера, а в отношении Кедра анализ заглох, не выдав ничего дельного. Я прибил один поток, а второй запустил по новой для дальнейшего анализа ситуации, и он тут же ушел в ожидание. Ничего, пусть ждет новой информации.

Я переключился обратно и закурил. Сигареты мы закупаем в Москве и тут же перепродаем в Ястребках. Манаран рад бы подмять этот бизнес под себя, да не получается. Часть мы с леди Лайн оставляем себе для личного пользования, Спэрилу и Лафферу сигареты не нужны, они не курят.

Спэрил выжидающе смотрел на меня. Он знает, что, когда я думаю, меня лучше не беспокоить. Но даже он не знает, что я делаю, когда думаю. Вот бы он порадовался, узнав - Робка всегда был склонен к философствованиям, и мое изменение его воззрениям не противоречило. Интересно, что еще нового появилось в Робке, кроме потрясающей боевой техники, когда он стал Спэрилом. В том, что что-то появилось, я не сомневался, также как Спэрил, я уверен, не сомневается, что моя интуиция, хорошо известная в узком кругу, берется не на пустом месте.

- Ну что скажешь? - спросил я Спэрила.

- Гнило это, - странно-отрывисто ответил он, - что-то здесь не так, а что именно, не понимаю. Ты-то что думаешь?

- Да хрен его знает, - начал я, но Спэрил меня перебил:

- Рэйзор, мать твою, не грузи, полчаса в своем трансе просидел и говоришь, что ни хрена там не понял?

- Полчаса? - я был поражен. Никогда я еще на переключение у меня не уходило больше нескольких секунд, я был уверен, что ребята и не подозревают об этой моей способности.

- Ну не полчаса, - успокоил меня Спэрил, - а минут пять точно. Я даже испугался за тебя. Не тяни, лорд, мне-то ты можешь все рассказать.

В этот момент Спэрил впервые назвал меня своим лордом.

А потом, когда я все ему рассказал, он спросил:

- Рэйзор, неужели верхний мир существует?

8.

Психологи говорят, что обычный человек использует свой мозг процентов на двадцать, а надо на все сто. А я говорю, что обычный человек использует свой мозг на все сто, а надо на двадцать, на худой конец на тридцать, но не более. Не согласны? Загрузите компьютер и запустите одновременно WinWord, Visual C и дюка. Тормозит? А хрен ли вы думали, стопроцентная загрузка.

9.

Я сидел за столом в диспетчерской и тихо офигевал. Вот так рождаются легенды. Сперматозоид закричал: "Спасайтесь, кто может, мы в заднице!" И тихо добавил: "Вот так рождаются герои".

Когда я рассказал Спэрилу о своих выводах, умолчав, естественно, о том, как я их получил, Спэрил интерпретировал это как по-своему. Из его околесицы я понял только то, что он считает меня не то колдуном, не то шаманом, немерянно усилившим свое изменение какой-то сраной RPGшкой. Короче, магия вырвалась на свободу. Может, это и к лучшему, что он так считает. Если бы я сказал ему, что вызываю в своей голове CreateThread, я бы недолго оставался лордом. Еще в прошлой жизни я слышал про одного студента, который выпрыгнул из окна главного здания МГУ с криком "Я функция!".

Бред, конечно, но похоже.

Лаффер и Лайн уже получили от Спэрила по порции ахинеи и выглядели озабоченными. Я скрипнул зубами в душе и начал излагать им свои мысли.

Когда я закончил, их озабоченность переросла в испуг. Мне не потребовалось переключаться, чтобы понять, что они боятся не моей неведомой силы, а того, не постигла ли меня участь лорда Кира из Крестова, который этой зимой заставлял своих слуг голыми плясать на улицах, утверждая, что от этого происходит улучшение астральной структуры, очищение пранической чакры и другие столь же полезные явления природы. Лорд Кир бесился две недели, а потом исчез вместе со всем своим кланом. Как это произошло, в точности никто не знает, может, и вправду в астрал слиняли все дружно, но я подозреваю, что без Флопа-шутника тут дело не обошлось. Пока я рассказывал, Лайн время от времени косилась на горш, висящий на стене прямо над моей головой, но каждый раз поспешно отводила взгляд.

- Ну и что вы думаете по этому поводу? - спросил я, переведя дух.

Мои собеседники и соратники переглянулись, никто не хотел говорить первым.

- Вы же видели запись, - сказал я, - Лайн, ты же сама делала запись. Эти клоуны действительно обменивались знаками.

- Ну и что? - отозвалась Лайн, - мы тоже обмениваемся знаками на переговорах. Конечно, все, что ты сказал, может быть правдой, но, подумай сам, а что, если все гораздо проще? У Кедра есть Aliens. Ты же сам это признал.

Мы не знаем, что такое Aliens, я до сегодняшнего дня вообще думала, что это пейзанская легенда. Может, Aliens и дало Кевину силу выкурить волка из логова за полдня.

- Тогда почему он боится Лайлак? - подал голос Спэрил.

- Лайлак сильнее Блаковича, вы же сами это признали. Лайлак намного сильнее Блаковича. И все сходится, Спэрил. Кевин обломал ребра рыжему, но Лайлак он боится, и готов пойти на союз с кем угодно, чтобы осесть в Лезене окончательно.

Лайн была права, все действительно сходилось. Но я знал, как все сходится на самом деле. Я обратился к Лафферу:

- Ну а ты что скажешь, толстый?

- Я не знаю, - смешался Лаффер, - по-моему, надо проверить. Может, так, а может, не так. Рэйзор, я не говорю, что ты неправ, но это так дико:

Лаффер - единственный из нас, на ком изменение почти не отразилось.

Конечно, координация движений у него улучшилась и соображать он стал лучше, но это все. Я в который раз подумал, а не прячет ли Лаффер свое изменение подобно тому, как я пытаюсь прятать свое. Интересно, что же это за изменение, которое так легко спрятать?

Лайн задумчиво произнесла:

- Проверить: - и снова ушла в свои мысли. Это мне не понравилось.

Когда Лайн так замолкает на полуслове, надо ждать истерики. Не в пейзанском понимании, конечно, лорды гораздо сдержаннее, слуга и не заметит, что у лорда истерика, но лорду-то от этого не легче.

Лаффер воспрянул духом и начал по привычке размышлять вслух:

- Где мы можем проверить Кевина: Лезень - раз, Щапово - два, Крестов три. Лезень отпадает, агентуры у нас там нет, а легально туда сейчас не полезешь. Если Рэйзор прав, это как в гадюшник хер совать. Щапово. Таскер нам ничего не даст. Если Кевин с ним действительно разговаривал, а я уверен, что разговаривал, там все было так, как Кевин нам говорил, независимо от того, прав Рэйзор или нет. Если Кевин про Таскера наврал, что ж, попробовать проверить можно. Только про Таскера Кевин правду сказал, это точно. Не такой Кевин дурак, чтобы врать там, где мы его легко проверим. Наконец, Крестов.

Лайлак. Если Рэйзор прав, и Лайлак не собирается воевать с Кевином, и мы идем на контакт с Лайлак, мы теряем клан Кевина, Megadeath захватит Лезень мгновенно, Лайлак не потерпит, чтобы на ее имени спекулировали вчерашние гастролеры. Если Рэйзор неправ, мы опять-таки теряем Кедр, Megadeath займет Лезень чуть погодя. При любом раскладе, если мы трогаем Лайлак, она садится в Лезене. Если Кевин - действительно наш враг, как считает Рэйзор, это хорошо, если нет - плохо.

Лаффер был прав. Он у нас в клане лучший аналитик, за что мы прощаем ему и обжорство, и разгильдяйство, и капризы его безумные. Даже когда я переключаюсь, мне требуется немалое время, чтобы прийти к тем же выводам, которые Лаффер выдает за минуту, а то и раньше. К тому же, Лаффер - наш резидент. Тут мне в голову пришла мысль.

- Лаффер, - прервал я его, - а в Крестове у нас агентура есть?

Лаффер помолчал и нехотя ответил:

- Агентура есть. Только не та агентура. Нет, ребята, для этого случая не годится. Никак не годится.

Что ж, не та так не та. Больше говорить не о чем. Я обвел комнату взглядом и сказал:

- Ну давайте решать, что делать. Какие варианты?

Вариантов оказалось много. Можно ударить по Лайлак всеми накопленными силами, не такими уж и хилыми. Тогда и посмотрим, кто из нас настоящий Megadeath. Но потом нам придется драться со всеми окрестными кланами по очереди, а устраивать новую мясорубку никому из нас не хотелось.

Пейзанского бунта в первый год новой жизни нам хватило с лихвой. Мне лично тот пожар снится каждый месяц, а то и чаще.

Можно попробовать договориться с Лайлак, купить свободу Кедра. Если Aliens стоит столько, сколько все думают, Кевин засядет в Лезене всерьез и надолго. Но тогда все Крестовские лорды получат Aliens в течение месяца, удержать Aliens в тайне Лайлак не сможет. В большом городе шила в мешке не утаишь.

Можно ничего не делать и ждать. Я сам склонялся к этому варианту.

Посидеть, посмотреть, подождать, отдать ход противнику, а там, глядишь, будет видно, какой ответный ход нужно сделать. В том, что Кевин противник, я уже не сомневался.

Кроме того, из смены власти в Лезене можно извлечь и косвенные выгоды.

Например, настучать Ранлоо или Манштейну, а лучше обоим сразу, про безумную выходку Таскера, и посмотреть на реакцию. Может, и не потерпят они такого надругательства над собой, и не будет больше Таскера в Щапово, а чем меньше таких Таскеров под боком, тем легче живется. Или заранее купить у Лайлак по дешевке проезд через Лезень. Или... да много чего еще можно получить, если с умом распорядиться ситуацией.

Итак, я высказался за то, чтобы ждать, и Спэрил меня поддержал. Лаффер считал, что для начала нужно заварить кашу в Щапово, а там видно будет.

Пусть Ранлоо узнает, что Таскер отчебучил на этот раз, а если Ранлоо этого не стерпит, он ублюдку Таскеру уши быстро надерет. А Лайлак вряд ли попрется на Лезень, пока обстановка в Щапово не успокоится.

Лайн неожиданно для всех предложила удар. Какого черта сидим, как драконы в берлоге, и огонь копим? Вылетать надо и пожечь все вокруг к чертовой матери, пока нас не пожгли! А кого бить? Лайлак? Да хотя бы и Лайлак! А лучше начать с Щаповской дороги, вломить Таскеру, чтобы уши из задницы вылезли, потом въехать в Щапово на "Антилопе-Гну" и показать всем, кто в городе хозяин. А потом... тут Лайн наконец угомонилась. Видно, представила себе объединенные легионы Флопа и Хэви на дороге из Крестова в Щапово. В конце концов Лайн поддержала Лаффера.

Расклад получился двое на двое. Тут еще Лаффер напомнил, что на завтра на одиннадцать забита вторая стрелка с Кевином. Надо решать, что ему говорить будем. Это мы быстро решили. Ни да, ни нет, просто договор о намерениях. Если Кевин хотя бы месяц в Лезене просидит, Aliens наше. Если нет - на нет и суда нет. А в чем наша помощь будет выражаться, это мы и сами еще не решили, так ему и скажем, дескать, нужна разведка. Будет на срочных действиях настаивать - пошлем подальше. Еще минут через пять порешили, что приглашать Кевина на веранду второй раз слишком много чести будет, и что Спэрил его в Петровском встретит, вежливо все вышеприведенное выскажет, да и отошлет назад через пустоши, откуда приехал.

Нерешенным остался только вопрос с Ранлоо. Стучать ему на Таксера или не стучать, вот в чем вопрос. Если настучать, может, ничего не будет, а может, и война новая начнется. А может (хотя вряд ли), и смутная война, когда все против всех и никто не знает, кто за кого. Знаем, проходили. Кости у дорог коегде до сих пор лежат. Но, с другой стороны, как заманчиво... если, конечно, считать, что Кевин скорее друг, чем враг. Надо бы мне переключиться, просчитать варианты, да только решение надо сейчас принимать, а не к утру, когда мозг результаты выдаст. На всякий случай я по-быстрому переключился и запустил новый поток на анализ парочки Ранлоо-Таскер. Утром поглядим. Что со мной к вечеру начнется от перенапряга... ничего, и не такое переживал.

Я и Спэрил против, Лаффер и Лайн за. С полчаса поругались, пытаясь друг друга переубедить, и в конце концов решили съездить в гости к Ранлоо и действовать по обстановке. Поедем мы с Лаффером, решение примем на месте.

На этом и порешили. Лайн пошла спать, Лаффер поехал на шестерке в Петровское проверить посты, а заодно и заночевать в первом попавшемся доме, Лаффер это любит. Спэрил отправился в Тину по блядям. Нечего слугам думать, что у нас что-то экстраординарное случилось. Пейзан должен быть спокоен, оптимистичен и верить в своего хозяина, как в Бога. Короче, все разбрелись, а я сделал себе кофе и уселся у пульта в диспетчерской. Проблемы проблемами, а дежурство - это святое.

10.

Что такое человеческий мозг? Это просто очень много нейронов, переплетенных между собой в чудовищно сложный и непостижимый узор.

Насколько много? Точно не помню, то ли десять миллиардов, то ли сто, но уж один миллиард точно есть. Почему непостижимый? Скоро объясню.

Что такое нейрон? Конечный автомат со многими входами, одним выходом и простейшей функцией перехода. Что получится, если взять несколько конечных автоматов и замкнуть входы одних автоматов на выходы других, а несколько входов-выходов оставить торчащими наружу? Получится другой конечный автомат, с большим числом состояний, и более сложными функциями перехода.

А что получится, если взять десять или сто миллиардов простейших автоматов, например, нейронов, сплести их в тугой комок, задать нужным образом внутренние связи, а на входы-выходы навесить разные полезные вещи, вроде мышц и органов чувств? А потом подвести простую, но надежную систему энергообеспечения и контроля целостности? А не человек ли у нас получился?

Посмотрим с другой стороны. Тезис Черча. Как конечный автомат ни определи, суть не изменится. Можно считать, что это функция, можно считать, что это формальный язык, можно считать, что это машина Тьюринга, все эти понятия эквивалентны. А что такое машина Тьюринга? Строгое определение слишком длинное, а если по-простому, это тот же самый компьютер, только не конкретная модель, а нечто общее. Внутренние состояния, память и функции перехода, и все описывается на языке математических формул. Можно через машину Тьюринга описать нейрон? Конечно. Пара десятков функций перехода, несколько байт памяти и, пожалуйста, готов нейрон. А для нескольких нейронов можно машину Тьюринга построить? Можно, только сложность такой машины растет экспоненциально. Это что еще значит? Ну как бы объяснить попроще...

тут есть один коэффициент, предположим, что он равен двум. Тогда машина Тьюринга для 1001 нейрона вдвое сложнее, чем для 1000 нейронов, а для 1002 нейронов еще вдвое сложнее. А какова будет сложность для миллиарда нейронов? Сами посчитайте, у меня мозги зашкаливает.

Так что, получается, человек - это компьютер? Не совсем. Есть счеты, есть калькулятор, есть компьютер, есть крутой компьютер, есть очень крутой компьютер и есть человек. Переход количества в качество улавливаете?

Гм, интересно получается. Значит мозг - это компьютер, а мысли, эмоции, рефлексы, инстинкты и прочее - это программы. А где операционная система?

Найди комп, запусти intro и поймешь. Когда меня вопросили те, кем был я, и я ответил нам, тогда я все понял. А потом мы стали я, и он ушел.

Кстати, а почему нейронный узор непостижим? Почитай Тьюринга, там теорема есть по этому поводу. Если перевести ее формулировку на русский язык и вывести очевидное следствие, получается, что познать самого себя за конечное время невозможно, так что Сократ просто прикалывался. Или это был Платон?

Но иногда я думаю, что это не операционная система. Иногда мне кажется, что это верхний мир.

11.

Субботнее утро началось для меня с того, что я сдал дежурство леди Лайн и позвонил Вовке-амбалу. Вовка-амбал - это один из шестнадцати наших лейтенантов, муж Ольги-подлизы. В прошлой жизни, когда я приезжал сюда в отпуск, мы с Вовкой не раз пили самогонку, ездили на рыбалку, да много чего мы еще делали, и не все приятно вспоминать. И когда все началось, наше давнее знакомство во многом облегчило жизнь нам обоим. Не раз Вовка по-хорошему уговаривал мужиков делать то, что велят лорды, и не выпендриваться, да и охрану он наладил неплохо, не зря мы ему выдали рацию в личное пользование.

Я доверяю Вовке настолько, что даже показал ему кое-что из нашего арсенала.

Нет, не горш, я еще не совсем с ума сошел, так, всякие мелочи. Например, шарики для рогаток, которые зимний пейзанский бунт в десять минут закончили. Стреляешь в окно избы мячиком для пинг-понга с начинкой, а потом заходишь в дверь, и вся комната равномерно черная изнутри, обои на стенах огнем занимаются, а живого там уже ничего нет. Кроме, может быть, микроорганизмов.

Да и Вовке в должности лейтенанта живется неплохо. Конечно, в его положении есть некоторая двусмысленность, особенно если учесть, что его жена в нашей прислуге состоит. Но даже в самые голодные зимы кусок хлеба у них есть. Да и другие пейзаны их уважают, и не только потому, что боятся.

Я дал Вовке необходимые указания. Выполнять обязанности внешнего дежурного, особенно тщательно проверить посты, в случае обнаружения чегонибудь подозрительного немедленно доложить леди. Особое внимание обратить на западную границу. Нет, ничего тревожного нет, военное положение не предвидится. Между десятью и одиннадцатью со стороны пустошей должен подъехать лорд Кевин из Лезеня, дальше Петровского не пропускать, организовать стрелку со Спэрилом в центре поселка, обращаться вежливо, но не раболепно. Да, в Лезене переворот. Подробности узнаешь, когда будет нужно.

Лорд Лаффер и я поедем в Щапово. Лимузин подать к границе замка в половине двенадцатого. А вот это уже не твое дело.

Я положил трубу на место. Все-таки Вовка - хороший парень, к обязанностям своим относится ревностно. Одно время я даже думал включить его в клан, но потом передумал. Стань Вовка лордом, он бы нас вымел из замка как дерьмо. Наша сила в нашей слабости, мы можем делать невиданные вещи, но мы не можем сделать самое простое для обычного клана - завести рыцаря, пополнить команду сильным бойцом. И нечего тут сетовать на судьбу, это диалектика, мать ее.

Теперь Таскер. Я набрал на трубе номер нужного канала. С тех пор, как телефонная связь приказала долго жить, общаться с соседями стало гораздо сложнее. Наш клан единственный, где можно позвонить соседям по обычному воки-токи. В свое время Спэрил смастерил из радиолома забавное устройство, которое не просто ретранслирует сигнал в коротковолновый эфир, но и маршрутизирует его при необходимости по УКВ на нужный ретранслятор. Так что я не только могу позвонить Лайлак, не выходя из машины, но и позвонить ей из центра Петровского, будучи на южной границе. Пусть пеленгует кто хочет и сколько хочет. Однажды такая уловка остановила войну. Кстати, с Таскером.

Итак, я позвонил Таскеру, а точнее, я попытался дозвониться - никто не отвечал. Я поставил трубу на автодозвон, выкурил сигарету, попил кофе, но никакого прогресса не достиг. Такого не было еще никогда.

Леди Лайн отложила свои бумаги и подошла к панели связи. Ее глаза постепенно наполнялись страхом. Я медленно произнес:

- Таскер не отвечает, - и добавил полувопросительно, полуутвердительно, - общий сбор?

Леди торопливо кивнула. Я нажал одну из красных кнопок на панели.

Сигнал вызова для всех лордов. Это может означать только одно тревога. Обе рации, моя и леди Лайн, немедленно запищали. Я отключил сигнал на своей трубе, секундой позже то же сделала Лайн. Через несколько секунд на связь вышел Спэрил, и примерно через полминуты Лаффер. Голос Лаффера был сонным.

- Таскер не отвечает, - повторил я, на этот раз для всех. Вообще-то, координировать действия по тревоге должен дежурный по замку, но в такой момент не до формальностей.

Нестерпимо долгая тишина. Затем голос Спэрила:

- Общая тревога?

- Думаю, самое время для первой степени, - ответил я, - Я собираюсь позвонить Ранлоо.

Еще одна пауза, на сей раз короткая, и почти одновременно:

- ОК. Я сейчас приду, - сказал Спэрил.

- Мне выезжать? - спросил Лаффер.

- Лаффер, оставайся пока в Петровском, двигай на пост. Спэрил, конец связи.

По правилам мне нужно было получить четко выраженное согласие всех членов клана на общую тревогу, но правила для того и придуманы, чтобы их нарушать. Я нажал другую красную кнопку. Один за другим раздались доклады дежурных. Я глубоко вдохнул воздух и произнес, стараясь выговаривать слова как можно четче (все-таки связь у нас не такая хорошая, как хотелось бы):

- Ситуация десять. Как поняли?

Дежурные по очереди доложили, что поняли. Я сказал:

- Вопросы? - и уже собрался отключить связь, как услышал голос Амбала:

- Утренние распоряжения остаются в силе?

- Понял правильно, утренние распоряжения в силе. Еще вопросы? вопросов не было, - Всем, кроме поста три, конец связи.

Пост три - это пограничный кордон на западной дороге в двадцати километрах западнее центра Петровского и в километре восточнее такого же кордона лорда Таскера.

Я поинтересовался у третьего поста, что творится у соседей, узнал, что все нормально, велел продолжать наблюдение и прекратил связь. "Продолжать наблюдение" - это кодовая фраза, она означает, что нужно не спускать глаз с пограничников Таскера, но при этом никоим образом не показывать, что у нас творится что-то необычное. Потом я позвонил Ранлоо. Ответили почти сразу же. Я представился:

- Говорит лорд Рэйзор из клана Сакура.

- Лейтенант Семененко, слуга клана Энрот, приветствует лорда Рэйзора.

Чем я могу быть полезен лорду?

Ни хрена себе, лейтенант у радиостанции. Мои худшие подозрения быстро укреплялись.

- Я хочу поговорить с лордом Ранлоо.

- Когда лорд желает посетить лорда Ранлоо?

- Я не желаю посещать лорда Ранлоо, - я скривился, - я хочу выйти на связь с лордом Ранлоо. Чем быстрее, тем лучше.

- Я передам лорду Ранлоо ваше сообщение, лорд Рэйзор. Чем я еще могу быть полезен вам, лорд?

- Передай сообщение срочно. Мне нужно поговорить с лордом Ранлоо немедленно, я подчеркиваю, немедленно. Когда получишь ответ, немедленно уведоми меня.

- Я передам ваше сообщение немедленно, лорд. Чем я могу быть еще вам полезен, лорд?

- Конец связи, - и я отключил внешнюю связь, не дожидаясь ответа.

К этому времени Лаффер и Вовка-амбал уже были на центральном посту, а в окно невооруженным глазом был виден быстро идущий к замку Спэрил. При тревоге первой степени есть время на то, чтобы пройти километр спокойно, не переходя на бег. Собственно, тревога первой степени, она же ситуация десять, заключается только в том, что дежурная смена выполняет свои обязанности с большим вниманием и ответственностью. В обычное время наказание для нерадивого - плеть, при ситуации десять - нож.

Я выждал пятнадцать минут и еще раз позвонил Таскеру, но с тем же эффектом. Потом я еще раз позвонил на третий пост, и узнал, что все спокойно по-прежнему. Сергей Давыдов, сменивший Петю Горлова, заметно нервничал.

Я закурил очередную сигарету и в этот момент загорелась лампочка внешней связи. Трубку подняла леди Лайн.

- Говорит лейтенант Семененко, слуга клана Энрот.

- Я леди Лайн из клана Сакура.

- Я приветствую вас, леди. Лорд Ранлоо приказал мне передать сообщение для лорда Рэйзора.

Леди вопросительно посмотрела на меня, я качнул головой.

- Говори, - сказала она в трубку.

Слуга клана Энрот колебался пару секунд, но потом начал говорить:

- Лорд Ранлоо, хозяин Энрота, приветствует лорда Рэйзора и весь клан Сакура, и подтверждает мир и дружбу между нами.

Война, понял я. Не с нами, но война. Уже два года Ранлоо не подтверждал дружбу в приветствии, наша дружба достаточно крепка, чтобы не нуждаться в этом. Не могу сказать, что мне нравятся все порядки в Энроте, но Ранлоо при всех своих недостатках - достойный человек и хороший вождь. Правда, нерадивых слуг в Энроте сжигают заживо, а не убивают одним ударом, как у нас, а каждую пятницу 13го в храме святого Николая закалывают на алтаре ужене-девственницу, предварительно совокупленную с черным псом, но, с другой стороны, у каждого есть свои маленькие странности. Между тем лейтенант Семененко продолжал:

- Позавчера лорд Таскер в беседе с лордом Кевином из клана Кедр, правящим городом Лезенем, пятью селами и многими деревнями, несмываемо оскорбил меня и моих друзей и моих слуг. Сегодня утром объединенные силы Энрота и Рейхспанцера вступили на землю, - лейтенант скривился, Эльдорадо. - Идиотское имя трущобного клана трудно произнести спокойно любому, кто видел эти земли. - Наш враг мертв, его солдаты рассеяны, его слуги трепещут. Я, лорд Ранлоо, хозяин Энрота, клянусь костным драконом и черным козлом, что не таю зла ни на клан Сакура в целом, ни на лорда Рэйзора в частности. Я не нуждаюсь в помощи и ничего не прошу. Да не падет тень на наш союз с этого дня! Конец сообщения.

Вот таким идиотским языком и общаются лорды через посредников.

Считается, что это помогает слугам уважать, бояться и благоговеть. Я отнял у Лайн трубку и ответил:

- Имеет ли Лорд Ранлоо, хозяин Энрота, иные слова для клана Сакура?

- Лорд Ранлоо, хозяин Энрота, сказал все.

- Лорд Рэйзор и весь клан Сакура желают удачи лорду Ранлоо и его друзьям и его слугам. Клан Сакура готов предложить помощь, если враги хозяина Энрота восстанут из-под его пяты, да не допустят этого костный дракон и черный козел. Я, лорд Рэйзор из клана Сакура, клянусь моим разумом и счастьем моего клана, что я не таю зла ни на лорда Ранлоо, хозяина Энрота, ни на его друзей, ни на его слуг. Я ни в чем не нуждаюсь и ничего не прошу и мой клан со мной. Да не падет тень на наш союз ни сегодня, ни завтра, ни во веки веков! Конец сообщения.

Когда нужно, я могу изъясняться столь же напыщенно. С волками жить - по волчьи выть.

- Имеет ли Лорд Рэйзор из клана Сакура иные слова для лорда Ранлоо, хозяина Энрота?

- Лорд Рэйзор из клана Сакура сказал все, и мой клан со мной, - и я отключил связь, переключился и посмотрел на фоновый поток, который неспешно крутился со вчерашнего вечера.

Результаты оказались неутешительными. Мой мозг считал текущее развитие событий маловероятным, но не невозможным. В ближайшем будущем нас ожидало одно из трех (в порядке убывания вероятности): быстрая победа союзников, затяжная партизанская война в Эльдорадо или смутная война в регионе Крестов-Щапово-Лезень. Только последний исход таил в себе угрозу, да и то скорее материальную, чем физическую. Возможно, придется некоторое время пожить на натуральном хозяйстве, пока связь с Москвой не восстановится.

Я, уже не оглядываясь на леди Лайн, снова нажал кнопку общего сбора (предварительно переключившись обратно). Снова запищали наши с Лайн рации, и снова мы их отключили. Лаффер откликнулся через полминуты, очевидно, выгонял солдат из комнаты - нечего слугам подслушивать совещания лордов, Спэрил не отзывался почти минуту, и так и не отозвался. Вместо этого он валился в диспетчерскую, шумно дыша.

Я кратко объяснил лордам обстановку, и уже через полминуты я объявил ситуацию пять - всем военнообязанным срочно прибыть на посты. Над Тиной и окрестными деревнями взвыли сирены. Ву-ву, пауза. Ву-ву, пауза. Тревога второй степени. В окно замка было хорошо видно, что люди в полях и на огородах не обратили на сирену ни малейшего внимания. Эта тревога только для солдат, а солдату, как говорится, не годится в поле трудиться. Я не видел, но знал, что все 96 отдыхающих солдат, сержантов и лейтенантов сейчас спешно натягивают форму.

Мы начали совещаться, что делать дальше. Война пока нас не затрагивала напрямую, но игнорировать это событие сейчас мог только идиот. Ранлоо ясно сказал, что не нуждается в помощи, но он не в силах воспрепятствовать нам совершить набег на восточные окраины Эльдорадо. Заодно и армия потренируется, никакие учения не заменят настоящего боя с последующим грабежом. Кроме того, непонятно, что делать с Кевином. Уже половина одиннадцатого, он должен вот-вот въехать на территорию Эльдорадо.

- Лайн! - почти крикнул я, и тут же опомнился, - Лорды, прошу минуту внимания, - эти слова я произнес уже почти спокойно, - Кевин вот-вот въедет в Эльдорадо.

- Лайн, звони Ранлоо, - немедленно потребовал Лаффер. Все-таки я соображаю получше - я уже понял, что это поздно. Впрочем, Спэрил тоже быстро соображает.

- Лаффер, поздно, - сказал он, - Ранлоо не успеет передать войскам приказ пропустить красную "Ниву". А если Кевин наткнется на отряд Манштейна?

Или если Кевин поехал к нам на другой машине?

- Так что же, мы будем сидеть сложа руки и ничего не делать? А что мы скажем лордам Кедра, когда Кевина убьют? Лайлак на вас не напала, давайте нам Aliens? Правда, вашего лидера убили, но это мелочи и мы не виноваты, так что ли?

- Лаффер прав, - подтвердила Лайн, - мы должны принять все меры...

- А может, послать террор-группу на "козле"? - перебил ее Лаффер:

- А может, выбрать генерала и не устраивать здесь парламент? - теперь уже я перебил Лаффера.

- Рэйзор, - мгновенно ответил Спэрил.

- Спэрил, - сказал Лаффер после короткой паузы.

- Спэрил, - сказала Лайн после длинной паузы.

Вот так вот. Я промолчал. Я в третий раз за сегодняшний день нажал кнопку общей тревоги и, выслушав доклады постов, передал трубку Спэрилу.

Он просто сказал:

- Говорит генерал Спэрил. Конец связи.

Когда эта война закончится, я буду беситься. Я уйду в лес и буду кататься по земле и рычать как волк, я наверняка убью двух-трех слуг, возможно, я даже изнасилую пару малолеток, чтобы дать выход чувствам. Почему они не избрали меня? Боги, почему они не избрали меня? Но пока я спокоен. Я спокоен как танк! Я спокоен как слон!!!

Спэрил положил трубку на ее законное место на связной панели, глубоко вдохнул, выдохнул, и начал говорить, глядя в пространство:

- Значит, так. Рэйзор на втором лимузине на полном ходу к развилке.

Лайн, связываешься с Ранлоо и с Манштейном. Передашь им сообщение от меня, потом продиктую.

Остального я не слышал. Бешенство бешенством, а дисциплина дисциплиной. Я сорвал со стены СВД, нацепил каску, вытащил из шкафа бронежилет, и, застегиваясь на ходу, выбежал на улицу. Снайперская винтовка в чистом поле, да в руках лорда - вещь страшная. Не хуже калаша. Я вскочил в свою личную пятерку, предварительно бросив винтовку на заднее сиденье, вытянул подсос, завелся с пол-оборота, и рванул к шоссе. Выехав на шоссе, я вызвал центральный пост.

- Говорит лорд Рэйзор. Второй лимузин к посту, группу охраны внутрь.

Три, нет, два человека. Поведу сам. Как понял? - И, убедившись, что понял хорошо, - Конец связи.

Пятерка с форсированным движком играючи выжимала 130, а быстрее ехать по разбитому асфальту я не хотел. В конце концов, ехать мне всего шесть километров, уже пять, а двадцать-тридцать секунд роли не играют. Через две с небольшим минуты я остановился у центрального поста, схватил винтовку, не глуша двигателя, перескочил во второй лимузин, сел за руль, передал винтовку назад и погнал.

На первый взгляд, наш второй лимузин - обычная белая "Лада-99" с тонированными стеклами и гербом клана на обоих дверях. Конечно, это только на первый взгляд. Кстати, наш герб - цветущая ветка, плавно переходящая в змею с раззявленной пастью и высунутым жалом. Идея моя, реализация кого-то из местных художников, от волнения я даже забыл, кого конкретно. Это нормальный побочный эффект воздействия - в чрезвычайной ситуации мозг концентрируется на главном, отсекая лишнее.

Я пролетел через Лупаново, держа 120, затем разогнался до 140.

Форсированный движок "Лады" выжимает гораздо больше, но это пока не нужно. Держа руль одной рукой, другой я вытащил рацию и вызвал третий пост.

- Говорит сержант Давыдов.

- Говорит лорд Рэйзор. Докладывай.

- Получен приказ генерала Спэрила пропустить лорда Рэйзора в Эльдорадо и организовать охрану. На пост прибыл лейтенант Полесов, сейчас ведет переговоры с пограничниками лорда Таскера. Ваша группа сопровождения на двух "Нивах" уже прибыла. Доклад окончен.

- Полесова на связь.

Через нескончаемо долгую минуту я услышал в трубке голос Вовки-амбала:

- Говорит лейтенант Полесов.

- Говорит лорд Рэйзор. Прибываю через четыре минуты. Организовать проход в Эльдорадо для второго лимузина и двух "Нив" сопровождения, если нужно, применяйте силу.

Интересная вещь, эта радиосвязь. УКВ-волны распространяются прямолинейно, как свет, любое препятствие их или задерживает, или поглощает. Антенна на третьем посту экранирована со стороны границы, поэтому все, что докладывает дежурный, соседям не слышно, а все, что говорю я, слышно очень даже хорошо. Если я говорю по рации массу излишних подробностей, это означает только одно - я говорю для соседей.

Когда мы въехали на нейтральную полосу, соседские погранцы спешно убирали с дороги колючки, и, я очень надеялся, отключали минное поле.

"Нива" охраны, пристроившаяся впереди, снизила скорость до 60, я последовал ее примеру, и мы благополучно въехали на территорию Эльдорадо через гостеприимно распахнутые ворота.

Мы немного прокатились по территории Эльдорадо, в 10:44 проехали развилку и в 10:53 остановились в двух километрах от границы Эльдорадо и пустошей. Кевина мы не встретили. Мы вообще никого не встретили.

12.

Настало время поговорить о географии.

Территория клана Сакура - это пятно неправильной формы на карте, по большей части заросшее густым лесом. В центре стоит поселок Петровское, как раньше говорили, городского типа. Там живет большинство наших слуг, там же наши арсеналы, гаражи и центральный, он же первый, пост. Из поселка выходят три изрядно разбитые дороги в разные стороны.

Первая ведет на восток. На востоке нет почти ничего, только деревня Ракитино, пятый пост в десяти километрах от Петровского, и Гиблое Место за ним. В первые недели новой жизни, еще до того, как мы осели в этих местах, там что-то случилось. Что случилось - никто толком не знает, но птицы и млекопитающие там до сих пор не живут. Похоже, ОВ. Нет, не объемный взрыв, отравляющее вещество. Смертельного действия, кожно-нарывное и чертовски стойкое - через три года место все еще гиблое. Служба на пятом посту считается халявной, он и стоит там только спокойствия ради, но служить туда не рвется никто. Нет-нет, да попрется какой-нибудь придурок в лес по неосторожности, потом начинает чесаться, а потом нож в сердце, чтобы не мучился, а тело на кол, чтоб другие не забывали.

Вторая дорога - на юг. Там стоит село Тина со вторым постом в бывшем сельсовете, рядом наш замок среди руин Моховки, чуть дальше село Лисовское, еще пара деревень, затем мост через речку Половку, и, в тридцати километрах от Петровского, четвертый пост и граница Септархии. Если проехать еще километров пятьдесят, попадаешь в Ястребки - столицу Септархии, где правит лорд Манаран. Из Септархии в большой мир одна дорога через нас, так что мы с Манараном друзья. Если какой товар попросит, мы всегда рады доставить, но чужие фуры через четвертый пост мы не пускаем, сами торгуем.

И, наконец, дорога на запад. Почти сразу же, как выедешь из Петровского, попадаешь в Лупаново - когда-то большое село, с красивой церковью. Лорд Ранлоо, как мимо проезжает, аж облизывается. Дальше - поле с редкими рощицами и в тринадцати километрах третий пост, а за ним владения Таскера.

Если проехать пост Таскера и ехать дальше, через десять километров попадаешь на развилку. Правая дорога ведет в Щапово, а затем в бывший областной центр Крестов, через который московская трасса проходит.

Левая дорога ведет в пустоши. Пустоши - это совсем не пустыня, это густой лес с редкими деревнями, затерянными в чащобах, где не знают власти лордов и живут по своим законам. По вечерам пейзаны тайком рассказывают друг другу сказки о пустошах, и, говорят, немало слуг Таскера навсегда растворились в этих лесах. Только когда едешь по узкой, но совсем не разбитой асфальтовой дороге, что проходит через пустоши, то и дело замечаешь выбеленный череп у обочины. Если проехать по пустоши пятьдесят восемь километров (это по спидометру, по прямой меньше), попадаешь в город Лезень, а сразу за ним московская трасса начинается, та ее часть, что контролирует Megadeath. Вот по этой дороге наши фуры обычно ездят в Москву, и по этой дороге мы поехали перехватывать лорда Кевина А на севере от Петровского сплошной густой лес и совсем ничего интересного.

13.

Дорога поднималась в гору. Я мигнул фарами и передняя "Нива" прижалась к обочине. Я обогнал ее и начал снижать скорость, и когда мы перевалили вершину подъема, скорость упала до 60. Я совсем отпустил газ и машина потихоньку покатилась вниз. На вершине следующего холма показался пост Таскера на границе Эльдорадо и пустошей. Как это всегда бывает, издали пост казался покинутым.

А вот это очень интересно. Рогатки, перегораживающие дорогу, оттащены к обочине. Так делают, только когда кого-то ждут в гости. На мгновение у меня отлегло от сердца - пограничники Таскера знают о предстоящем визите Кевина и заранее освободили дорогу. Но я тут же обругал себя - у них же война! Когда армия терпит поражение, солдатам нет никакого дела до визитов вежливости соседних лордов. В такой ситуации думаешь не о приказах командира, а о том, как сохранить голову там, где ей положено быть.

Когда до поста остался километр, я плавно затормозил, развернул машину боком и остановился совсем. Теперь с поста хорошо виден герб Сакуры на правой передней двери "девяносто девятой". "Нивы" остановились поодаль. Я вышел из машины, оставив винтовку внутри, но зато прихватив бинокль, который тут же, не скрываясь, навел на здание поста.

Небольшой бревенчатый сруб, три, а скорее две, комнаты. Стандартный дачный нужник поодаль. Ни одной машины рядом, ни одного мотоцикла, ни одного занюханного мопеда. Это неправильно. Я подозвал к себе сержанта из ближайшей "Нивы":

- Сержант Макаров, ко мне!

- Лорд Рэйзор, сержант Макаров по ва...

- Оружие оставляешь здесь, берешь белый флаг, идешь к посту, - я показал пальцем, - если там кто есть, скажешь следующее. Энрот и Рейсхпанцер, объединившись, напали на Эльдорадо, Сакура держит нейтралитет. Из пустошей должна выехать красная "Нива", лорд Рэйзор должен ее встретить. Кто причинит вред этой "Ниве", будет иметь дело со мной. Как понял?

Сержант Макаров повторил приказ, ни разу не сбившись, но его лицо омертвело. Одно дело думать, что началась война, и гнать от себя эти мысли, и совсем другое - точно знать. Пусть даже война пока у соседей, пусть даже Сакура пока держит нейтралитет, от этого ненамного легче. В новой жизни войны часто распространяются подобно лесному пожару, и тогда со щитом или на щите.

Макаров ушел вперед, размахивая белым флагом, а я задумался (а когда я задумываюсь, я почти всегда переключаюсь). Мысли о том, есть ли на посту кто-нибудь, и если да, то кто, а если нет, то почему, я сразу отбросил. Скоро увижу, а пока нечего гадать. Задумался я о другом. Почему, когда мы въехали в Эльдорадо, солдаты Таскера несли пограничную службу как ни в чем не бывало? Они что, ничего не знали о войне? Эх, надо было спросить у Вовкиамбала, что ему сказал сержант с того поста, да времени не было. Думал только о том, как границу проскочить и досюда побыстрее добраться. И все-таки, похоже, пограничники Таскера ничего не знали, и сейчас тот сержант судорожно названивает в Березы (это резиденция Таскера) и никак не может добиться ответа. Не приведи Бог оказаться на его месте!

Пока я так размышлял, Макаров добрался до сруба, постучал в дверь, постоял, постучал еще раз, видимо, не дождался ответа, открыл дверь и вошел внутрь. Через минуту он вышел и поднял вверх скрещенные руки. Внутри никого нет. Я собрался было подъехать к посту вплотную, но вовремя сообразил, что поодаль может быть засада, а термодетектора, чтобы ее обнаружить, у меня нет. Надо посылать солдат, но что им говорить? Прежде всего, времени уже 11:01, а Кевина все нет. "Уж полночь близится, а Германа все нет", - непонятно почему пришло в голову. Ждать Кевина бессмысленно, он, наверное, узнал о войне раньше нас и отменил поездку. Но, на всякий случай...

Я подозвал другого сержанта и, пока он подбегал и докладывался, вытащил из кармана блокнот и шариковую ручку, написал на чистом листе угловатыми буквами сверху вниз "WAR", вырвал лист, и отдал сержанту со словами:

- Возьмешь машину и бойцов, подъедешь к лесу. Сломаешь семь больших палок и четыре маленькие, выедешь на шоссе, проедешь километр к пустошам.

Выложишь на асфальте вот такой знак. Смотреть на знак будут со стороны пустошей. Вперед!

Солдатам из отделения Макарова я велел подогнать машину к посту и проверить дорогу на предмет мин и колючек, а ежели таковые обнаружатся убрать. Затем я приказал своей охране смотреть по сторонам и не зевать, снял каску, расстегнул бронежилет и тужурку и улегся прямо в высокую траву. На войне нужно ловить каждую минуту отдыха.

14.

Каждый человек хочет стать умнее. В прошлой жизни немногие понимали, что разум - это не только благословение, но и проклятие. Не один мудрец говорил, что все суета, но одно дело говорить, и совсем другое дело знать.

Как говорил великий мудрец Винни-Пух, все в этой жизни фигня, кроме пчел.

Это смешно, пока ты не понимаешь, что пчелы - тоже фигня. И тогда очень хочется побрызгать дихлофосом в улей, отомстить пчелам за то, что они фигня.

Так рождаются волки.

15.

Засады не оказалось. Мин и колючек на дороге тоже не оказалось. Знак был выложен и мы с чистой совестью поехали домой. На моих часах было 11:22.

В 11:34 мы снова подъехали к развилке и я увидел "Железную деву", она стояла на пригорке неподалеку от самой развилки и ее шар парил высоко в небе.

То ли большой воздушный шарик, то ли маленький воздушный шар, который поддерживает основную антенну "девы" на должной высоте. "Железная дева" это походная радиостанция, широкополосный приемник, УКВ-ретранслятор, пеленгатор и глушилка в одном флаконе. Точнее, в одном "УАЗике". И еще радар вкупе с прибором ночного видения и инфракрасным прожектором. Если бы все это еще было бронировано...

Сейчас снаружи торчала только одна самая большая антенна, прицепленная к воздушному шару, значит, ни радар, ни пеленгатор не работают, и, следовательно, обстановка не угрожающая. Я проехал мимо двух джипов охраны (еще два джипа типа "козел" стояли поодаль), остановил машину, подхватил винтовку и пошел к "Железной деве". Именно пошел, а не побежал, пусть бегают пейзаны, лорду бегать с ружьем без крайней необходимости не к лицу.

Я прошел мимо охранников, постучал в приоткрытую заднюю дверь, распахнул ее и влез внутрь. Внутри сидела леди Лайн, в руках она держала минигорш. Убедившись, что я - это я, она отставила оружие в угол и снова повернулась к пульту. Я мгновенно просчитал ситуацию. Спэрил координирует действия из замка, Лайн здесь, следовательно, Лаффер где-то на задании, иначе сюда бы Спэрил отправил Лаффера - мы стараемся держать Лайн подальше от боевых действий. Дело не в том, что она - плохой солдат, просто психологические комплексы прошлой жизни просто так не выветриваются, постоянно ловишь себя на том, что так и хочется беречь и защищать беззащитную женщину. И ведь понимаешь, что она совсем не беззащитная, а ничего с собой поделать не можешь.

Я подошел к пульту, убедился, что ретранслятор включен, и связался с замком. Как и следовало ожидать, я услышал:

- Генерал Спэрил слушает.

Качество звука явно оставляет желать лучшего. Скажем проще, хреновое качество. Спэрилу еще придется пару недель повозиться с электроникой. Я собрался с мыслями и заговорил:

- Докладывает лорд Рэйзор. Границу пересек без проблем, прибыл к пустошам в 10:54. По дороге никого не встретил. Пост у границы пустошей покинут солдатами Таскера. Следов боя или спешки не обнаружено.

Заграждения с дороги были сняты. Убедился в отсутствии мин и колючек на дороге, установил знак "Зона боевых действий" и вернулся к развилке. По дороге никого не встретил. Доклад окончен.

Спэрил чуть-чуть помолчал, переваривая новую информацию, а затем произнес:

- Я получил сообщение от Манштейна, оно в основном повторяет предыдущее сообщение от Ранлоо. По косвенным признакам - явная дезинформация. Я объявил ситуацию два.

Это я и так уже понял. Если "деву" выгнали из гаража, тревога никак не может быть ниже четвертой степени. А четвертая степень тревоги - это и есть ситуация два. Постороннему разобраться в наших кодовых обозначениях непросто, но так все и задумано. Тем временем Спэрил продолжал:

- Разведгруппа во главе с Лаффером вошла в Ремезово, пока сообщений нет. Я уведомил Хэви. Нужно совещание.

- Почему дезинформация? - поинтересовался я.

- Сержант Манштейна, с которым я разговаривал, представился как Рабинович.

Ого! Это, действительно, однозначная деза. Такого антисемита, как Манштейн, в прошлой жизни, наверное, трудно было отыскать даже среди баркашовцев. Говорят, что, когда Манштейн осел в Щапово, евреи толпами бежали под власть Таскера. Те, кто не успел, прожили недолго. В Рейхспанцере не принято сжигать людей живьем, как в Энроте, пойманных евреев просто вешали на столбах, но это было для них небольшим утешением.

Значит, со Спэрилом разговаривал не сержант Манштейна. Точнее, сержант не Манштейна. А со мной, выходит, разговаривал лейтенант не Ранлоо. Кто-то вторгся в Щапово, за считанные минуты (никакого сигала тревоги не было!)

захватил обе коротковолновые радиостанции и дальше вешал лапшу на уши всем желающим поговорить с щаповскими властителями. Этот кто-то - или Таскер, или союзник Таскера, или он - враг Таскера и уже успел пройтись огнем и мечом по Эльдорадо. Первое отпадает - армия Таскера очень слаба.

Третье тоже маловероятно - если клан контролирует половину города, несложно пройти через всю территорию клана так, чтобы никто не успел поднять тревогу, но, если владения клана простираются на десятки километров, сделать это становится очень трудно.

Примем за рабочую гипотезу, что Таскер и кто-то находятся по одну сторону баррикад. Кто же этот кто-то? Или Хэви, или Кевин, третьего не дано - только эти кланы граничат с Эльдорадо, а скрытно провести большую армию через чужую территорию, не согласовав этот вопрос с хозяином, практически невозможно. Даже если избежишь боя, сигнал тревоги все равно успеет уйти.

Значит, в союзе с Таскером или Хэви, или Кевин, и, возможно, кто-то еще. Но не будем плодить сущности без нужды, предположим, что в союзе с Таскером всего один клан.

- Кевин или Хэви? - спросил я.

- Я не знаю, - ответил Спэрил, - сам как думаешь?

И тут моя интуиция решила, что неизвестный друг Таскера - Кевин.

- Кевин, - сказал я. - Слишком много странного вокруг него.

Лайн тоже подала голос:

- Рэйзор, - произнесла она, - вчера ты говорил, что Кевин нас прощупывал.

- Не совсем, - уточнил я, - прощупывал Лемминг, а Кевин ему помогал.

- Неважно. Значит, вчера Кевин решал, насколько мы опасны для его планов, и решил, что нас можно не брать в расчет. Пограничный пост у пустошей был пуст, потому что Таскер и не ждал угрозы с юго-запада. Все сходится.

- Но почему тогда Кевин сегодня... - тут до Спэрила дошло, - стрелку мы ему назначили сами, и он не стал отказываться, чтобы не насторожить нас раньше времени. Да, все сходится, но этой информации мало. Лайн, вызывай Лаффера.

Лайн вызвала Лаффера на общий канал. Лаффер отозвался только через минуту. Он доложил следующее:

- Докладывает лорд Лаффер. Границу пересек без проблем. Сейчас нахожусь в Ремезово. Пост на территории села усилен. Судя по виду села, прошла мобилизация. Солдаты, - даже не видя лица Лаффера, я явственно ощутил, как его передернуло, - требуют, чтобы мы покинули Эльдорадо.

Доклад окончен.

Спэрил изложил Лафферу все, что мы знали на данный момент. Лаффер спросил меня:

- Рэйзор, по дороге из пустошей ездили в последнее время?

Я восстановил в памяти внешний вид этой дороги и ответил:

- По-моему, нет. Точно не уверен - дорога не настолько грязная, чтобы оставались заметные следы.

- Все равно. Наверняка, это Кевин. Таскер пропустил его через свою территорию, и они вместе ударили по Щапово. Если бы Кевин был не заодно с Таксером, этот хмырь не снял бы юго-западный пост.

Спэрил все еще колебался:

- Но это еще ничего не доказывает! Таскер мог найти какой-то артефакт, тот же самый Aliens, например. В конце концов, Таскер мог всех дурачить, притворяясь слабее, чем есть. Кто его знает, каким образом он взял штурмом Щапово, еще неизвестно, взял ли.

- Обе радиостанции молчат! - возразила Лайн.

- Это могла быть диверсия.

- Но они не просто молчат, они говорят! Только говорят не то.

- Диверсионная группа... - Спэрил сам понял, какой бред он несет. Никто не сможет долго маскироваться в эфире под противника, не контролируя ситуацию на поле боя.

- Хорошо, - согласился Спэрил, - будем считать, что война идет по схеме Таскер и Кевин против Ранлоо и Манштейна. Что будем делать дальше? Минута размышления.

Как по мановению волшебной палочки, разговор смолк. Минута размышления дается в ситуации, когда устраивать обычную говорильню нет времени, а принять решение командир сам не может. Эту минуту каждый должен провести, думая над поставленной командиром задачей. Когда минута истекает, все участники совещания по очереди высказывают свои соображения, а командир принимает окончательное решение. Похоже на мозговой штурм.

Какие возможны варианты действий и что нас больше устраивает?

Захватывать Эльдорадо никакого смысла нет - слишком большая и слишком бедная страна. Отхватить под шумок восточную часть и взять под контроль развилку - это можно. Но это - война с Таскером. Наплевать! Таскер не настолько силен, чтобы с ним считаться. Мы не захватили развилку раньше только потому, что не хотели портить отношения с другими соседями неспровоцированной агрессией. Значит, новый третий пост будет там, где сейчас находимся мы с Лайн. Наши войска уже на месте, аннексия пройдет бескровно, все будет ОК. И волки сыты, и овцы целы. Правда, остается еще восточный пограничный пост Таскера в нашем тылу... ну и хрен с ним, четыре человека погоды не делают.

Стоп. Кевин закрепился в Лезене два дня назад. Сегодня Кевин вошел в Щапово. Как он сумел? Aliens? Не исключено. Никто точно не знает, где граница воздействия компьютерных игрушек на человеческий разум, уже перенесший другое воздействие. А если в Aliens на самом деле монстры обладают искусственным интеллектом, пара сеансов такой игры вполне сможет превратить обычного лорда в настоящего терминатора. Но тогда почему Кевин рассказал нам об этой игрушке? Нет, не Aliens. Вряд ли.

Неважно, все это неважно. Важно то, что Кевин силен. Если Кевин захочет выбить наши войска с захваченной территории, он это сделает. И как бы мы не получили по полной программе... Нет, это вряд ли. Кевин произвел на меня впечатление благоразумного вождя. Сволочь, конечно, но умная сволочь. Он возьмет то, что ему действительно нужно, и остановится. А нужны ли ему пятьдесят квадратных километров чистого поля без всякого населения? Скорее всего, нужны. Если граница Сакуры не сместится на запад, пустоши окажутся внутри владений Кедра. Внезапно я понял, что уже совсем не принимаю в расчет Таскера. Если Кевин победит, Таскер не жилец. Впрочем, Таскер уже в любом случае не жилец. Идиот! Говорили же ему, допрыгаешься... Хоть и придурок, а все равно жалко человека.

Значит, надо уточнить, во-первых, силы Кевина, и во-вторых, обстановку на поле боя. Затем надо оповестить всех соседей дабы они отвлекали внимание Кевина своими идиотскими вопросами по поводу того, что же происходит в окрестностях Щапово. А потом, под шумок, чем черт не шутит, глядишь и оттяпаем кусок земли.

А что делать с караулом в Ремезово?

- Время вышло, - произнес Спэрил. - Лайн, твои мысли?

- Выступить против Таскера. Пост в Ремезово уничтожить, продолжить разведку, план боевых действий - по ее результатам. - Леди Лайн высказалась удивительно лаконично для себя, но после минуты размышления так и нужно отвечать.

- Лаффер?

- Продолжить разведку, пост обойти, в бой по возможности не вступать, держат нейтралитет до последнего. Дальше действовать по обстоятельствам.

- Рэйзор?

- Согласен с Лаффером, кроме того, одновременно оповестить всех окрестных лордов, поднять шум, при благоприятном стечении обстоятельств захватить территорию до развилки.

Спэрил надолго замолчал. Видно, последняя мысль ему в голову еще не приходила. В конце концов он произнес:

- Я согласен с Рэйзором, мы возьмем развилку. Лаффер, отходишь назад, обходишь Ремезово и продвигаешься проселками к Щапово. Двигаться медленно, поднять флаг клана и белый флаг. Обо всем увиденном докладывать немедленно. Повторяю еще раз - немедленно. Лайн, свяжешься со всеми крестовскими лордами, продиктуешь им сообщение. Говори все, кроме наших планов. Если спросят - еще не решили. Рэйзор, двигай на третий пост, принимай командование войсками. По моему сигналу выйти в район развилки и занять оборону. Тяжелое оружие с собой взять, но без крайней нужды не применять. Без моего приказа не начинать. Вопросы?

Я задал вопрос:

- Спэрил, когда я могу объяснить задачу солдатам?

- Сразу же. Еще вопросы?

Больше вопросов не оказалось. Я вылез из кузова УАЗика и двинулся к "девяносто девятой", на которой приехал сюда. Жестом приказал группе сопровождения забираться в машины, сел за руль, тронулся с пробуксовкой и направил машину по восточной дороге, к землям Сакуры, в места, ставшие для меня родными. Не успел я проехать и ста метров, как одна из "Нив" обогнала меня и заняла положенное место.

До третьего поста мы доехали без происшествий.

16.

Мой путь в пустоте Я сею смерть вокруг Мой страх на кресте В объятьях цепких рук Ты дал я взял Твоя судьба во мне Я знал ты ждал Когда прижмут к стене Мой цвет чернота И в этом мой удел Слова и дела Любому есть предел Ударь убей Не думай ни о чем Пейзан плебей Пронзи живот мечом Молитвы отзвучали В кошмары превращаясь Взгляни в глаза мои Узнай где смерть любви

Эта молитва неплохо помогает в бою. Не в честном бою с другими лордами, а в той бойне, в которую неизбежно превращается любое столкновение лорда с толпой пейзан, пусть даже и вооруженных.

17.

В четвертый раз за сегодняшний день войска Сакуры пересекли границу Эльдорадо, на этот раз, для разнообразия, в обратном направлении. Солдаты Таскера выглядели обалдевшими и даже не пытались восстанавливать заграждения на дороге. Они сидели на лавочке под стеной, курили самокрутки и тупо смотрели на дорогу потухшими глазами. Страшно и жутко, когда теряется связь с начальством и вокруг тебя снуют туда-сюда превосходящие силы не врагов, но и не друзей. Противно и пусто на душе, когда тебя больше не принимают в расчет, и кажется, что каждый размышляет, сразу тебе вогнать нож под ребра или вначале разобраться с более срочными делами. Я знал, что это просто игра, и всего в двадцати пяти километрах к западу другие солдаты, возможно, друзья и родственники этих несчастных, с ликующим криком проносятся по улицам вымершего города подобно чуме, подобно огню, подобно воде, прорвавшей плотину, не щадя никого и ничего, и ничего не осознавая, кроме неукротимого стремления вперед, к победе, к добыче и славе. Но эти упавшие духом враги ничего о том не знали, а я не стал их просвещать.

Я собрал лейтенантов и дал необходимые распоряжения. На их лицах я прочел полное одобрение и неподдельную радость. Они думали, что кашу заварили мы. Почти все события этого суматошного утра прошли мимо них, а известно им всего ничего. Вчера новый лезеньский лорд посетил замок с дружественным визитом. Утром была боевая тревога постепенно нарастающей степени. Почему постепенно? Чтобы солдаты успели подготовиться. Наши хозяева ведь не звери, правда? Потом лорд Рэйзор ломанулся в Эльдорадо на лимузине, очевидно, договориться с лордом Кевином о каких-то мелочах, а дальше разведгруппа вперед, путь свободен, войска на линию обороны и все.

Наша граница будет проходить теперь чуть дальше.

Я даже на мгновение позавидовал этим недоумкам. Как хорошо не знать, что творится вокруг! В лучшем случае все узнаешь потом, в худшем - не узнаешь никогда, но перед смертью не будешь мучаться напрасными терзаниями.

Покончив с неотложными делами, я связался с замком и доложил Спэрилу о готовности. Немедленного приказа выступать не последовало, очевидно, Лаффер еще не добрался до цели. Сигнал пришел только в 12:12, но не тот, которого я ожидал. И информация пришла не от Лаффера.

18.

Лорд Ранлоо, хозяин и властитель Энрота, наместник Великого Черного, малый дракон каменных джунглей, распорядитель жизни и смерти, покровитель могучих и истребитель ничтожных, пророк черного столба, смотритель зла, десятый назгул, некромант пятого уровня и прочая, прочая, прочая... Так звучит начало титула лорда Ранлоо, продолжение я не помню и, честно говоря, не хочу запоминать.

О прошлом лорда Ранлоо мне известно немногое. Он никогда не был хакером, он даже не пытался понять то, как внутри железного ящика 220 вольт из обычной розетки и сколько-то вольт из телефонной придают безумной пляске электронов осмысленность, и на поверхности кинескопа появляются то буквы и цифры, то голые женщины, то паладины и циклопы, фениксы и драконы, йотуны и титаны. Хозяин Энрота был обычным юзером, и больше всего на свете он любил чаты и Heroes of Might and Magic. В этой игрушке он достиг невероятных высот, и, как говорят, получил в конце одного из сценариев титул красного дракона. Скорее всего, врут.

Когда Ранлоо впервые загрузил intro, у него было другое имя. Это имя мне неведомо ибо малый дракон из тех, кто воспринимает любой вопрос о прошлой жизни как несмываемое оскорбление. Я подозреваю, что прошлая жизнь у смотрителя зла сильно не ладилась, чего нельзя сказать о нынешней. Впрочем, однажды, когда еще многие питали надежды на лучшее, мы с Ранлоо настолько доверились друг другу, что выпили водки по-настоящему и разговаривали до утра, созерцая пламя костра, звезды, и, под конец разговора, рассвет. Немногое я понял из слов, сказанных тогда властителем восточной части Щапово, а еще меньше запомнил. Но я твердо знаю, что в прошлой жизни Ранлоо был простым служащим в каком-то полугосударственном-полукоммерческом учреждении. То ли бюро лицензирования ассенизаторских служб, то ли управление учета непросверленных макаронов. Он завяз на должности старшего сотрудника еще за пятнадцать лет до начала и так потихоньку жил, вполне удовлетворенный своей жизнью, но без надежд на лучшее. Ранлоо дважды женился, у него были дети от обоих браков, и со временем обе жены ушли от него. Первую он прогнал сам, вторая сбежала от него ко второму заму исполнительного вицедиректора какого-то ОООО "Зарин-заман". В точности титула преемника Ранлоо на посту мужа я не уверен.

А перестройка и ускорение набирали обороты, и российская действительность все больше стала походить на Lemmings 3D - все куда-то идут, как стадо баранов, и ты никогда не знаешь, что тебя ждет за следующим поворотом - то ли пружина швырнет в небеса, то ли провалишься в дыру под ногами, то ли Хозяин Игры ткнет в тебя мышом, и разлетишься ты на мелкие кусочки дождем маленьких леммингов. Ни профессиональная карьера, ни личная жизнь Ранлоо не складывались, но будущий некромант пятого уровня нашел себе хорошее средство отвлечься от всех забот. На его рабочем столе появился компьютер.

Вначале это была ЕС-1840, затем "Роботрон", потом китайская трешка, ее сменил уродский четверошный компак с совершенно безумной тактовой частотой - то ли DX4-80, то ли SX2-66. Завершил эту череду сотый пентиум производства того же компака, но к этому времени дома у будущего хозяина каменных джунглей уже стоял собственный компьютер с модемом и неограниченным доступом к Интернету, который Ранлоо аккуратно проплачивал каждый месяц.

Ранлоо всегда любил играть. Он начал с диггера и тетриса, несколько месяцев тащился от King's bounty и был неподдельно огорчен, когда ему рассказали, как пройти всю миссию всего за сто дней игрового времени, даже не особо напрягая мозги. А потом появились Герои Магии и Меча, и это стало болезнью. Ранлоо буквально бредил этой игрушкой. В ту ночь, когда мы пили водку под звездами, в течение нескончаемо долгого часа он просвещал меня, как играть в Героев, он загрузил меня до предела всевозможными тонкостями и ухищрениями, которые он знал в совершенстве. Кое-что я запомнил на всю жизнь.

Перед боем сохранись. Не бей того, от чьей смерти мало пользы. Не дроби войска. Встретив сильного врага, отдай ему свои владения, а потом бей гарнизоны по одному. Размещай стрелков в центре строя. Чувствуешь, что поражение неизбежно - устрой Армагеддон врагу, а заодно и себе. Лучше иметь мало сильных бойцов, чем много слабых. И многое, многое другое...

Сослуживцы Ранлоо даже не подозревали, что скромный и застенчивый лысоватый мужчина с тихим голосом, придя домой и загрузив Windows 95, превращается в сильного и мудрого мага и полководца, и любой из них поразился бы, увидев глаза Ранлоо за стеклами очков, когда тот в очередной раз бросал орды драконов на рыцарей противника. Эти глаза наполнялись бесшабашным риском и холодным расчетом, безрассудной яростью и царственным милосердием, стремлением защищать своих подданных и готовностью безжалостно жертвовать сотнями солдат. Ранлоо был Правителем с большой буквы, и он по-настоящему жил только в эти минуты. Вторая личность Ранлоо постоянно крепла и развивалась, но одновременно росла и стена, отделявшая эту личность от основной.

До того момента, когда Ранлоо запустил intro, он даже не подозревал о том, каких масштабов достигло раздвоение его личности. А когда он запустил intro и подвергся воздействию, они стали он, и они вопросили его, и он ответил им, и оно стало едино.

Как и все мы, в первые дни новой жизни Ранлоо мало что понимал. Его новые свойства, его изменение открывались ему постепенно. Его авторитет в коллективе неожиданно вознесся на недосягаемую высоту, но никто, в том числе и он сам, не смог бы объяснить причин, вызвавших этот удивительный взлет. Казалось бы, не происходило ничего особенного, но Ранлоо каждый раз как-то ухитрялся сказать и сделать именно то, что нужно было сказать и сделать в данной ситуации. Каждый раз, когда Ранлоо принимал какое-то решение, оно оказывалось единственно верным. Другой на его месте возгордился бы, но не Ранлоо. Оставаясь скромным и застенчивым, он отверг путь славы, и это исключило его из числа тех, кто сгорел в считанные дни на этом пути.

А потом мир сдвинулся с места и перестройка стала казаться прекрасным сном. Многие, увидевшие intro, не выдерживали своих изменений, и на какое-то время шизофрения стала профессиональной болезнью компьютерщиков. А с компьютерами в то время работали многие... Индия исчезла с лица земли в атомном апокалипсисе, прихватив за собой Пакистан. Вспыхнули первые смутные войны. Комики и сатирики издевались с телеэкранов и страниц желтой прессы, они говорили, что весь мир сошел с ума. Иногда кто-то из них понимал, что говорит правду, и навсегда замолкал. А потом перестали выходить газеты и умерло телевидение, и замолчали оставшиеся.

В каменных джунглях завелись первые волки, и первые же их подвиги затмили собой всех Чикатил и Джеков-потрошителей, вместе взятых. В первое время правительства еще пытались как-то контролировать ситуацию, но зараза по имени intro распространялась все шире и шире, не убивая, но изменяя. Люди становились умнее и, следовательно, сильнее, но не добрее. Возникли первые кланы. Интернет приказал долго жить, его примеру последовала телефонная связь, вначале междугородняя, а затем и вся остальная, и мир распался на множество медвежьих углов, укрытых на просторах планеты, будто бы внезапно увеличившейся в размере.

И настало смутное время.

Ранлоо до последнего пытался быть как все. Он ходил на работу и отсиживал положенные часы, искренне стараясь не замечать, что творится вокруг. Когда перестал ходить общественный транспорт, Ранлоо угнал жигуленок. Обострившийся ум подсказал ему, что связываться с иномарками пока не стоит. На следующий день в этой машине появился дробовик, а еще через неделю - АК-74. В тот же день Ранлоо впервые в жизни запустил Doom, и его перерождение завершилось.

Малый дракон вылупился из яйца.

19.

Сегодня утром, через три с небольшим года после рождения, малый дракон приказал долго жить. С особой жестокостью. При этом печальном событии присутствовала леди Ребекка, бывшая жена и подруга, а ныне вдова малого дракона.

В 12:04 часовой доложил, что с запада быстро приближается автомобиль.

Посмотрев в бинокль, я убедился, что это лимузин Ранлоо, черный трехсотый "Мерседес", с голубой паутиной на обеих передних дверях. Я сообщил об увиденном Спэрилу и стал дожидаться развития событий.

В 12:06 "Мерседес" пересек границу Эльдорадо и остановился у нашего поста. Водительская дверь медленно и как бы через силу открылась, и оттуда вылезла, нет, выкарабкалась леди Ребекка. Боже, во что она превратилась!

Три года тому назад будущий лорд Ранлоо снял будущую леди Ребекку на Тверской, и в тот день он был как никогда близок к безумию. Я никогда не забуду, как во второй раз после изменения я запустил Quake. Тогда в моей прихожей уже висел на крючке АК-74 с полупустым магазином, а я был в панике. Мое путешествие с работы домой могло оказаться последним - волки расплодились настолько, что даже автомат на пассажирском сиденье стал недостаточно хорошей защитой. Я только что убил первых двух человек в своей жизни, я напился и я загрузил Quake.

Всего через несколько минут игры я понял, что неуязвим. Нет, я не набирал коды на клавиатуре, я играл честно, но я стал неуязвим. Мое сознание изменилось настолько, что ни один козел не имел против меня ни малейшего шанса. Я не могу сказать, что мой мозг стал работать быстрее, или что мои чувства обострились. Мои чувства, наоборот, притупились, я перестал видеть лишнее, мое подсознание заботливо убирало ненужные элементы с экрана компьютера, я перестал ощущать текстуру стен, игру света и тени, перестал слышать звуки, доносящиеся из соседних комнат. Я перестал видеть все, кроме врагов. Я перестал слышать все, кроме звуков, издаваемых врагами. Я перестал думать обо всем, кроме того, что я должен выжить и что я должен убивать. Мое опьянение куда-то ушло, нет, оно не исчезло, оно просто отдалилось, став чемто столь же незначительным, как прогноз погоды на завтра в Калифорнии. Я взял автомат и вышел в ночную Москву. Я тренировался всю ночь, и под утро в моем воспаленном мозгу слова сложились в молитву. Я думаю, что эта молитва спасла меня от безумия.

Лорда Ранлоо спасла от безумия Ребекка. Я не знаю, как ее звали раньше, и то, что произошло тем утром, известно мне только в самых общих чертах.

Ранлоо, еще не лорд, но уже Ранлоо (он взял себе новое имя предыдущим вечером) неспешно катился по Тверской, поглядывая по сторонам в поисках очередной жертвы. Он сильно устал за ночь, он уже сменил три машины с простреленными покрышками и расстрелял не менее двух магазинов патронов.

Сейчас он ехал к дому, как волк возвращается под утро в берлогу с удачной охоты. И тогда Ранлоо увидел ее.

Она стояла на тротуаре и смотрела невидящими глазами на джип с выбитыми стеклами, в котором ехал Ранлоо. Она была столь прекрасна, столь невинна, столь беззащитна, что рождающийся волк жалобно заскулил и скрыл свой хищный оскал. Как оказалось, навсегда.

Ранлоо остановил джип в метре от незнакомки. И когда он ступил на асфальт, она заплакала. Она рыдала, согнувшись, упав на колени в слепом ужасе, и не отводя глаз от добродушного лица лорда, искаженного своей новой сущностью. И эта сущность изменилась еще раз.

Ранлоо стоял над прекрасной рыдающей женщиной, и образы смерти, насилия и безумия отходили вспять, оглашая просторы разума отвратительными воплями. Ранлоо опустил руку и еще теплый автомат, глухо зазвенев, упал на асфальт. Ранлоо вытер руку о штаны (они немедленно испачкались кровью) и взял леди за подбородок. И смертельный страх в ее взгляде отступил. И дракон осознал, что кроме смерти есть жизнь. И что упоение есть не только в бою, но и в любви. И дракон влюбился. И через час Ребекка начала свое превращение в леди.

20.

Сейчас Ребекка выглядела чудовищно. Выше пояса она была полностью обнажена, а разорванная юбка практически не скрывала остального. Судя по многочисленным укусам, синякам и ожогам, ее долго и методично насиловали.

И не кто-нибудь, а волки, так хорошо знающие вкус смерти и так плохо знающие вкус любви. Ребекка вгляделась в мое лицо, узнала и упала без чувств на мои спешно подставленные руки. За миг до того, как ее глаза закатились, я прочитал в них облегчение.

Шесть минут ушли на мой доклад Спэрилу и на приведение леди в чувство.

И она сказала первые слова. И ее первыми словами был крик. Плач, рев, стон, называйте это как хотите. А потом, немного успокоившись, она сказала вторые слова:

- Кевин из Лезеня и Таскер ворвались в Щапово. У них танки. Сева мертв.

И тогда я узнал настоящее имя лорда Ранлоо, да будет земля ему пухом.

21.

Что такое танк Т-90? Прежде всего, это двигатель, одинаково жадно поглощающий любое топливо от самой грязной солярки до авиационного керосина, и разгоняющий 40-тонную машину до 100 километров в час. Еще это гладкоствольная пушка с принудительным продувом ствола и механическим зарядным устройством барабанного типа. Эта пушка бросает 20-килограммовый снаряд на 12 километров, и умеет стрелять короткими очередями. Это крупнокалиберный турельный пулемет с автономным наведением - верная смерть для всего живого и небронированного в полутора километрах. Еще это восемь самонаводящихся ракет, но я не буду о них говорить ибо в новом мире нет для них целей.

Как убить танк? Можно выстрелить в него бронебойным снарядом или ракетой. Вначале система активной защиты попытается сбить снаряд на лету.

Потом кассета реагирующей брони выбросит струю взрывных газов навстречу снаряду. Потом тяжелая титановая пластина прокатится по рельсам внутри броневой плиты, чтобы остановиться точно на пути снаряда. И, наконец, если снаряд все еще не сбился с пути, ему остается последнее - пробить метровую броню из прочнейших сплавов с точно рассчитанными пустотами внутри, с пластиковыми прокладками, отклоняющими ребрами и снарядоприемниками.

Можно выстрелить в танк кумулятивной гранатой. Этой гранате придется проделать весь вышеописанный путь, а гранатометчику - избежать встречи вначале с радаром, термодетектором и лазерным прицелом, а затем с турельным пулеметом.

Можно подложить мину под гусеницу танка. Только как подложить мину точно в нужное место? И где найти противотанковую мину в новой жизни?

В 1943 году на Курской дуге один советский солдат сжег "Тигр" одним выстрелом из винтовки. Пуля попала точно в ствол заряженной пушки и фугасный снаряд разворотил 45-тонную машину изнутри. Сумасшедшее везение. Повторить такое не удавалось никому и никогда.

Считается, что современный танк в чистом поле неуязвим для легковооруженной пехоты. Но те, кто так думает, наверное, никогда не слышали слов стрелка по имени Роланд. Он говорил: "Самое сильное оружие стрелка - это сам стрелок". Если бы Роланд жил на самом деле, а не в безумной книге безумного писателя, он нашел бы тысячу способов убить танк из револьвера в чистом поле. Я не Роланд, и я не нашел тысячу способов, я нашел только семь. Да и то не из револьвера.

22.

Я смотрел в бинокль и видел Т-90. Он был прекрасен. Он был прекрасен той устрашающей хищной красотой, которая равно отличает тигра и тираннозавра, тарантула и богомола. Подобно льву, Он мчался с крейсерской скоростью по шоссе Щапово-Петровское, неумолимо поглощая километр за километром. Его командир не включил систему стабилизации, и Его пушка мерно колебалась вверх-вниз, когда Его подбрасывало на ухабах. Леди Ребекка сидела на пассажирском сидении "Антилопы-Гну" и мелко дрожала. На ее коленях лежал горш.

Я поговорил со Спэрилом, я поговорил с Лайн, и я знал, что я последний идиот. Но я не мог отдать леди Ребекку волкам. Я всегда думал, что добро и зло - это привилегия слуг, что лорды выше добра и зла, как мозг, очищенный воздействием, выше отравленной каши в черепе наркомана. Но хозяйка Энрота упала на мои руки и теперь я знаю, кто был прав. Любовь такое же проклятие, как ненависть, и неважно, дебил ты или гений, слуга или господин. И неважно, кого или что ты любишь - ангела или проститутку, вампира или святого. Все наши планы, да что я вру самому себе, все мои планы катятся к чертовой матери, и все потому, что Белая Леди сидит рядом и дрожит, как...

Я вспомнил ураган 1998 года в Москве. Когда я увидел между струями дождя въезд к гаражам и когда я направил свою "копейку" в этот просвет, я не мог поверить, что бесконечный путь сквозь дождь и ветер наконец закончился.

Путь сквозь ветер, поднимающий машину в воздух, ветер, вырывающий с корнем деревья и завязывающий узлами рекламные щиты. И когда я вышел из гаража и собрался идти домой, я увидел Джульбарса. Огромный кобелькавказец стоял в двери-или-как-это-там-называется своей конуры и мелко дрожал, точь-в-точь как сейчас дрожит леди Ребекка. Сторожа рассказали мне на следующий день, что, когда начался ураган, Джульбарс спал в метре от конуры, и когда первые волны дождя (не струи, а именно волны) окатили его от кончика носа до кончика хвоста, он ринулся в спасительную будку. Но он запутался в собственной цепи и провел два часа на улице, под тропическим дождем, заливающим глаза и высасывающим воду из легких, в объятиях холодной железной змеи, душащей горло и заламывающей конечности. То, что пережила сегодня леди Ребекка, было страшнее любого дождя, и я не допущу, чтобы ураган снова вернулся в мой мир.

Спэрил сказал мне, что Леди должна умереть. Я и сам знал, что она должна умереть. Один в поле не воин, даже если его зовут Т-90. Кевин вкупе с Таскером прочно засядут в Щапово, нагонят страху на всех окружающих, возможно даже огребут какую-то дань. А потом, по нерушимым законам природы, танки исчезнут в пустошах, а Кевин будет скитаться на просторах своей страны аки тать в ночи. Нельзя оставлять ферзя в центре доски без прикрытия, а когда ферзь далеко, сам Бог велел стукнуть по голове зазевавшегося шахматиста. Если у тебя есть два танка, пусть даже три, да путь даже десять, это не даст тебе сил. Ибо ты наводишь страх на соседей, а страх возбуждает ненависть. Если твой танк стоит под твоим окном, жди в гости диверсанта как минимум раз в неделю. А если танки далеко... ох как велико искушение избавить тебя от лишней головы, пока твои танки далеко!

Так что единственно правильный путь в данной ситуации - отдать Ребекку на растерзание, подождать, пока враги добьют наших друзей, подождать еще несколько месяцев, делая вид, что ничего не случилось, а потом в один прекрасный день Кевин увидит у стен своего замка... нет-нет, не танки, кое-что поинтереснее. И тогда я отыграюсь за все бывшее, настоящее и будущее и лорд Рэйзор пройдет по Эльдорадо и по Энроту как волк. Как волк.

Достаточно. Пусть леди Ребекка никогда не будет моей, да мне, по большому счету, плевать на нее. Дело не в ней, дело во мне. Нельзя сдавать врагам беззащитного, Иешуа был прав, кто погубит душу, тот спасет, а кто спасет, тот погубит. Пусть я погублю свою душу и свою жизнь, я спасу ее. Как бы то ни было, решение уже принято и нечего переливать из пустого в порожнее. Пора убивать танк. Я выбрал способ номер три и начал приводить его в исполнение.

Когда лейтенанты получили инструкции, на их лицах было недоумение. Я не стал ничего пояснять и грузовики с десантом начали отъезжать от дороги и распределяться по окружающим полям. Пятнадцать машин на квадратный километр. Негусто, а что делать.

Т-90 остановился в паре километров от нас. Сопровождавшая его красная "Нива" продолжила движение. Один из моих сержантов шагнул к дороге и сделал отмашку автоматом. "Нива" остановилась и из нее вылез лорд Кевин. Я дал Белой Леди последние распоряжения и тоже вышел из машины. Когда я захлопнул дверь, Вовка-амбал перелез с заднего сиденья за руль, но никто, кроме Ребекки, этого не заметил. Подходя к Кевину, я думал, что надо было поцеловать Ребекку на прощание, возможно, другого случая уже не представится.

23.

- Лорд Кевин приветствует лорда Рэйзора.

- Лорд Рэйзор приветствует лорда Кевина.

Мы отошли в сторону.

- Лорд Кевин прости у лорда Рэйзора и всего клана Сакура выдать леди Ребекку из клана Энрот.

- Лорд Рэйзор отказывает в просьбе лорду Кевину.

Пауза.

- Лорд Рэйзор, должно быть, не заметил танк клана Кедр, - Кевин театрально повернулся и показал себе за спину. Он играет на публику, внезапно понял я. Жорка все еще играет на публику.

- Лорд Рэйзор видел достаточно.

Снова пауза. Сейчас я должен точно поймать момент.

- Рэйзор, почему ты лезешь в эту войну? Ты сам знаешь порядок - лорда или леди нельзя брать в плен. Если бы всю операцию проводил я, Ребекку убили бы быстро и безболезненно. Но с Таскером я ничего не могу поделать, ты же знаешь, как он ненавидел Ранлоо. У тебя нет выбора - либо ты отдаешь мне Ребекку прямо сейчас, либо... либо мне придется объявить войну твоему клану.

У меня тоже нет выбора.

- Кевин, я не могу принять решение так быстро, мне нужно подумать. Дай мне хотя бы час времени.

- Тебе не о чем думать, вы провозгласили Спэрила генералом, ведь так?

Твой генерал дал тебе приказ, Рэйзор. О чем ты думаешь? Да, я знаю, леди Ребекка чертовски умна и хороша собой, но подумай, кто она тебе? Что она даст твоему клану? Она будет преследовать свои цели, она хочет отомстить за мужа, она погубит и вас, и нас. Я не могу оставить ее в живых. Уж не влюбился ли ты?

- рот Кевина скривился в презрительной усмешке. Все правильно, любовь недостойна лорда, вот только Ранлоо думал иначе. Господи, неужели то, что Малый Дракон мертв, а этот ублюдок, стоящий передо мной, жив, неужели это Твое соизволение?

- Кевин, отношения в нашем клане - не твое дело. Дай мне время, я должен по крайней мере привезти Ребекку на пост.

- Ты хочешь сказать, что она не здесь? Рэйзор, не пудри мне мозги. Ты не уедешь отсюда, пока отсюда не уедет Ребекка. В моей машине.

Я сделал вид, что задумался. Впрочем, задумался я на самом деле, но совсем не о том, о чем мог бы думать по мнению Кевина. Я думал о том, стоит ли мне сейчас пустить слезу, и решил, что это будет перебор. А потом я подумал, что если не перестану думать, то засмеюсь, а этого сейчас нельзя делать ни в коем случае.

Я резко развернулся и подошел к "Антилопе-Гну" со стороны пассажирской двери. Я распахнул дверь одним рывком, вторым рывком выдернул с сиденья леди Ребекку, отобрал у нее горш, направил его вверх и сделал контрольный спуск, держа оружие одной рукой за пистолетную рукоятку, как Арнольд Шварценеггер. Горш не выстрелил. Я опустил ствол и горш издал короткую неритмичную очередь. Три пули, три трупа.

And I shake as I take it in Let the show begin

24.

Что такое горш? Идея моя, реализация Спэрила. За основу берется СКС.

Скорострельный карабин Симонова. Или самозарядный карабин Симонова, точно не помню.

Вначале чуть-чуть подпиливается затвор и карабин превращается в автомат.

Потом патронник переделывается под магазин от РПК-47 на 45 патронов. Затем отламывается штык и на его место приделывается подствольный гранатомет от АК-74. На ствол цепляется инфракрасный лазерный дальномер вкупе с пакетом термодетекторов. И, наконец, гвоздь программы. К спусковому механизму крепится реле, а к реле приделывается 386-й процессор с простенькой ПЗУшкой, все это подключается к прицелу и получается горш. Почему горш?

Это название придумал Лаффер, в какой-то космической опере, до которых он большой любитель, какие-то крутые пришельцы называли так свои то ли лазеры, то ли бластеры.

Чем хорош горш? Ты нажимаешь на спусковой крючок, а он делает все остальное - ищет цель, соображает, попадет ли пуля куда надо, и либо стреляет, либо нет. Все необходимые поправки вносятся автоматически. Ты можешь держать горш двумя пальцами, отдача от выстрела вырвет его из твоих рук и отбросит на пару шагов, но пуля попадет в цель. Можно высунуть горш из окна на вытянутых руках и помотать стволом в воздухе, придерживая спусковой крючок. Все пули уйдут точно в цель. Можно дать длинную очередь по машине, в которой сидят двое, и только две пули покинут ствол.

А самый большой прикол - это контрольный выстрел. Ты наводишь ствол куда-нибудь в сторону и пытаешься выстрелить. И пока противник думает, что твое ружье не заряжено или что заклинило патрон или Бог знает что еще, ты как бы опечаленно опускаешь ствол, ствол как бы случайно нацеливается на врага и се ля гер, как говорят французы. Жаль, что Кевин не оценил мое чувство юмора.

Почему горш не изобрели раньше? Потому что раньше не было intro.

25.

Следующие секунды решили исход боя, а заодно и всей войны. Моя короткая очередь была сигналом, и по всему полю гулко заухали разрывы гранат. Наши автомобили один за другим вспыхивали чадящими факелами, небо заволокло дымом. Солдаты Сакуры равномерно распределились по полю и залегли. Надо ли говорить, что пограничный пост Таскера был уже похож на мясорубку после работы?

Я немедленно прыгнул в кювет, отбросил горш, продрался сквозь камыши и окунулся с головой в канаву, не пересыхающую по странному капризу природы даже в самое жаркое лето. Мне нужно спрятаться и переждать первые секунды схватки, ока море огня и дыма еще не ослепило детекторы танка. Я успел увидеть краем глаза, как "Антилопа-Гну" сдала назад, развернулась на месте и заняла позицию за бетонным углом здания третьего поста.

Только бы Джульбарс не подвел! Господи, если ты есть, сделай так, чтобы Джульбарс не подвел, если можешь!

Танк так и не выстрелил.

26.

Я старательно отсчитал по своим внутренним часам одну минуту, вылез из канавы, по-собачьи отряхнул грязь, подобрал горш и огляделся. Вокруг уже было столько дыма, что вглядываться мне пришлось долго. Наконец, в дыму образовался просвет и я смог окинуть взглядом поле боя.

Т-90 стоял на прежнем месте, его люки были открыты. Ни экипажа, ни Джульбарса не было видно. "Антилопа-Гну" стояла за углом, Ребекка выглядывала из-за колеса, силясь что-нибудь увидеть сквозь дымовую завесу в точности как я минуту назад. Мои солдаты совершали марш-бросок, окружая мертвый танк широким полукольцом.

Я выбрался из кювета и, пошатываясь, перешел через дорогу. Прямо в объятия леди Ребекки. Вовка-амбал одобрительно ухмыльнулся, а мы с Белой Леди слились в затяжном поцелуе. Я не обманывался, в этом не было ничего сексуального. В этом было потрясение от пережитого, надежда на будущее и немного любви. Любовь есть везде, это я уже понял. Даже в ненависти.

Второй танк мы убили без всяких проблем, а третьего не было.

27.

Как убить танк в чистом поле без тяжелого вооружения? Способ номер три, копирайт - лорд Рэйзор.

Берется одна собака, берется одна мина. Одно вешается на другое. Дается нужная команда и собака подрывает танк к чертовой матери.

Так просто? Нет уж, увольте. Бортовой компьютер танка уничтожит любой приближающийся теплый объект, даже не спросив разрешения командира. Т-90 это вам не Windows 95, подтверждения в критических ситуациях не просит.

Так что для начала надо заглушить термодетекторы танка, а потом уже можно выпускать собачку.

Да, совсем забыл, наилучшие результаты достигаются, если мину начинить не TNT и даже не RDX, а LSD-42. Это такой галлюциноген, если кто не знает.

Нет, не 25, а 42. 25 - это было в прошлой жизни, а в новой жизни леди Лайн изготовила LSD-42 из ромашек, лютиков, мухоморов и прочего подобного дерьма. Как говорится, каждый умнеет по-своему. Короче, после обработки танка LSD машина в полном порядке, а экипаж дружно пускает слюни. Если вам жизнь не дорога, можете провести дезактивацию и вперед к победе, бить врага его же оружием.

Только Джульбарса жалко. Очень жалко.

28.

Лорд Спэрил выглядел офигевшим, и я ему в чем-то сочувствовал.

Наверное, так же себя чувствовал главнокомандующий российской армией (не помню его фамилии), когда некий полковник Суворов в нарушение всех приказов за пару часов непонятно как выиграл кампанию. Сейчас в роли Суворова был я, но мне от этого было не особенно хорошо. Я не люблю подводить начальников, а тем более друзей.

Леди Ребекку одели в полевую форму уже не существующих российских вооруженных сил. Ее все еще трясло, но не так заметно, как шестнадцать минут назад. На часах, кстати, было всего 12:28.

Лайн не отзывалась на вызовы по радио. Через десять минут мы нашли у развилки обгорелые каркасы "Антилопы-Гну" и "Нив" сопровождения, изувеченные и обугленные очередью фугасных снарядов из танковой пушки.

Мы вошли в Ремезово как волки, и, когда мы покинули село, его больше не было. Но я не жег и не убивал. Я сидел в машине, я держал леди Ребекку за руки и я думал о вечном. Говорят, что любовь, доведенная до предела, порождает ненависть, но никто еще не говорил, что верно и обратное.

Лаффер был жив. Террор-группа захватчиков столкнулась с разведгруппой Лаффера и силы оказались не равны. Лаффер выжил чудом. Но это было уже не важно - важно, что он жив.

Мы вошли в Энрот как победители. Нас не встречали толпы радостных слуг - они привычно попрятались по закуткам и помойкам, не ожидая от очередной смены власти ничего хорошего. Мы ехали по пустынным улицам, и наши горши время от времени взрывались короткими очередями и наши собаки брали след и возвращались с окровавленной шерстью. Или не возвращались вообще.

Спэрил въехал в Лезень на "Антилопе-Гну" и нашел библиотеку софта Блаковича. И он запустил Aliens и это было круто. Не так круто, как гласят легенды, но легионы Флопа вернулись в Крестов, не приняв боя. Говорят, что один в поле не воин, но к Спэрилу, поигравшему в Aliens, это не относится.

Все это было, но для меня этого не было. Я стоял в притворе щаповской церкви, а на алтаре лежало то, что раньше было лордом Ранлоо. И Белая Леди бросила факел, и вспыхнул погребальный костер. И она плакала, и я, кажется тоже. И спустя тысячу лет мы, по-прежнему держась за руки, вышли из храма и она взглянула в мои глаза. И там уже не было смерти любви.

29.

Ты не бойся это осень

Пролетает за окном

Золотистый ворох листьев

Обтекает старый дом

Ты не прячься от ненастья

Просто подойди ко мне

Я укрою нас с тобою

Мы растаем в полутьме

И неважно что так далеко

И от сердца не может быть больше

И болит голова

И чужие слова

Исчезают во тьме

Словно крылья в ночи

Пролетая сквозь никогда

30.

Я рассказал, как рождаются волки. А потом я рассказал, как рождается чтото иное, новое и неведомое. Я надеюсь, что это - тигры, которые унаследуют мир. Я очень надеюсь.

Content

Проскурин Вадим
Ураган мысли