Жене Жан

О Жане Жене

О Жане Жене

Жизнь как роман

Порою сухая биография печальнее горьких слез...

Редкий писатель провел столько времени в тюрьмах, как Жан Жене. Еще труднее вспомнить, кто из них попадался - в возрасте почти 30-ти лет! -на воровстве книг, в частности - Пруста. Конечно, сидел Жене не только за кражи, но то, что автор вдохновляется украденным экземпляром "Под сенью девушек в цвету", а затем, отсиживая срок, создает "Богоматерь цветов", один из лучших романов нашего времени... да это уже история! В его биографии, впрочем, историй хватает и без этого.

К Жану Жене, как и к большинству европейских писателей нашего века, в России отнесутся, скорее всего, банально: "Долгое время оставался неизвестен... Классик...Лауреат..." Но даже в ряду неизвестных у нас знаменитостей Жене стоит особняком.

Хотя он печатался в "Юманите" и был почитаем столь разными писателями как Сартр, Ко кто и Мориак, а в арабо-израильских конфликтах всегда стоял на стороне первых, в России его опасались. Быть может, благодаря французскому литературоведению, довольно быстро объявившему Жене, с одной стороны, классиком XX века, с другой - новым маркизом де Садом. Хотя с какой стати -непонятно. Скорее его литературная родословная восходит к Достоевскому и всей литературе "маленького человека"...

* * *

Жене родился 19 декабря 1910 года в Париже. Мать его, Камилла Жене, назвалась "гувернанткой", отец остался неизвестен. Меньше чем через год мать оставляет мальчика государству и исчезает без следа. В 1919-м она, успев родить еще одного ребенка, скончалась от "испанки". О судьбе брата ни сам Жене, ни исследователи его творчества что-либо узнать так и не смогли.

30 июля 1911-го, два дня спустя после того, как Камилла бросила ребенка, мальчика передали на воспитанию в семью ремесленника Ренье, жившую в маленьком городке Аллиньи-он-Морван. Позднее Жене вспомнит этот городок в "Богоматери цветов".

Строгое католическое воспитание не помешало ему с десяти лет начать воровать деньги у приемных родителей, которых, признавался Жене уже в зрелом возрасте, он любил и чья бедность не была для него секретом. Деньги Жене тратил на сладости, кои раздавал товарищам.

Из типографской школы, куда его записали в октябре 24-го, он, в надежде отправиться в Египет или Америку, сбежал через 15 дней. Директор отметил в своем отчете "женственность облика" и "сомнительный склад ума этого ребенка, введенного в заблуждение чтением приключенческих романов".

В тот раз Жене до Америки так и не добрался. Assistance publique [1], занимавшаяся судьбой подростка, еще два года мытарила его по разным семьям и благотворительным обществам. Результат был всегда одинаков: воровство или побег. Каждый раз полиция задерживала его на вокзалах, в поездах или уже на подступах к портовым городам, что дало повод одному из биографов заметить с поистине поэтической страстностью: "Он мечтал покинуть Францию; его возвращали в Париж".

В апреле 25-го новым пристанищем для Жана Жене становится дом слепого композитора Рене де Бюксейля. Именно здесь он получил первые уроки стихосложения. Но уже в октябре его отсылают обратно за растрату чужих денег. Диагноз детского психиатра гласил: "известная степень дебильности и умственной нестабильности", но лечение прерывается новым побегом.

В марте 26-го года он впервые попадает в тюрьму. Три месяца одиночки. Освобожден в июне. В июле - новый арест. Безбилетный проезд в поезде. 45 суток.

2 сентября решением суда Жене отправляют в исправительную колонию в Метрэй. Два с половиной года, проведенные " в этом аду", где он "был парадоксальным образом счастлив", стали решающим событием его молодости, если не всей жизни. Здесь он обрел и первый гомосексуальный опыт.

В 18 лет Жене добровольцем поступает в армию и попадает в Бейрут. Через одиннадцать месяцев наступает пора Марокко. Арабский мир очаровывает его навсегда. С небольшими перерывами служба занимает шесть лет его жизни, пока (наконец-то!) он не дезертирует. 18 июня 1936 Жене начинает грандиозное путешествие по Европе. Пешком дезертир прошел за год восемь с половиной тысяч километров. Сидел в Белграде и Палермо, Вене и Брно - за бродяжничество и нарушение визового режима. В Чехословакии он в течение пяти месяцев дает уроки французского дочери одного врача-еврея, Анне Блох единственной женщине, которую любил за всю свою жизнь. Затем, пересекши пешком гитлеровскую Германию, возвращается в Париж.

6 сентября 1937 года открывается следующая страница его биографии новая полоса арестов за воровство, растянувшаяся на несколько лет. Жене попадается на кражах и дюжины платков, и четырех бутылок аперитива, и многого другого, вплоть до букинистических раритетов и автографов Франсуа I и Шарля IX. Отсиживая каждый раз от нескольких дней до многих-многих месяцев, именно в заключении Жене начинает заниматься литературой. В тюрьме Fresnes он начинает писать "Богоматерь цветов" и поэму "Приговоренный к смерти", которую вскоре и печатает за свой счет тиражом в сто экземпляров. Во время нечастых отлучек из тюрьмы Жене знакомят с Ко кто, первым, пожалуй, оценившим все значение новой литературной звезды. С секретарем Кокто, Полем Морийеном, уже работая над следующим романом, "Чудо розы", писатель 1 мая 1943 года заключает свой первый издательский контракт. Впрочем, в мае же происходит и очередной арест: Жене попадается с украденным томиком "Галантных празднеств" Поля Верлена. Кокто не только привлекает к защите одного из лучших адвокатов, но и сам выступает с речью в суде, в которой называет обвиняемого "наиболее значительным писателем современной эпохи". В результате "значительный" получает три месяца тюрьмы. Осенью, в тюрьме же, но уже после следующего ареста (опять - книги), Жене получает известие о подпольном, без указания издателя, выходе "Богоматери цветов" (Париж, 350 экз.). Первая "официальная" публикация появилась лишь в следующем году, когда Марк Барбеза напечатал фрагмент романа в издаваемом им престижном журнале "Арбалет" (позднее одноименное издательство опубликовало практически всего Жене).

19 августа 1944, в боях за освобождение Парижа, гибнет Жан Декарнен, молодой коммунист и любовник Жене. Месяц спустя писатель начинает работу над пьесой "Похоронные торжества", посвященной памяти возлюбленного. Пьеса публикуется в марте 45-го, но автор уже в работе над "Квереллем из Бреста", романом, подпольно опубликованном в ноябре 47-го с 29 литографиями Кокто(524 экз.). Позже, в 1981-м, его экранизирует Фассбиндер. Фильм окажется последней работой немецкого режиссера, выйдет на экраны уже после его смерти, а в одной из главных ролей снимется Жанна Моро, за много лет до этого сыгравшая в англо-французской "Мадмуазель," поставленной Тони Ричардсоном (в английском прокате "Summer fires", 1966), сценарий которой написал Жене .

Полгода спустя после выхода "Кверелля" балетная труппа Ролана Пети ставит в Театре Елисейских полей Adame Miroire на либретто, в декорациях Поля Дельво на музыку Дариуса Мийо. Первый же драматический спектакль по пьесе Жене появился за год до этого на подмостках парижского театра Атенеум: Луи Жуве ставит там "Служанок". Автор входит в моду; Мориак посвящает ему статью, "Галлимар" приступает к публикации Полного собрания сочинения, вступительную статью к которому заказывают Сартру. Тот начинает писать -и останавливается лишь на 690-й странице. Статья превращается в отдельный том, который и выпускается в виде первого в ПСС, под названием:

"Святой Жене, комедиант и мученик".

Жене уже начинает бояться своих поклонников. "Ты и Сартр, - сказал он однажды Кокто, - вы превратили меня в статую. Но я иной". Должно быть, в поисках самоидентификации он замолкает на шесть лет. Новый друг (по имени Ява), путешествия (Италия, Германия, Алжир, Марокко) и кино (две короткометражки, снятые в 50-м) скрашивают его новую жизнь. К литературе, точнее, театру, он возвращается лишь в 55-м, но как пышно! Три пьесы, написанные практически на одном дыхании -"Балкон", "Негры" и "Ширмы" окончательно закрепили за ним место среди классиков театра абсурда, рядом с Ионеско и Беккетом. В последующие годы он неоднократно возвращался к этим текстам, по нескольку раз их переписывая и оснащая сопроводительными пояснениями: как ставить, зачем etc. Так, в "Неграх", по настоянию Жене, должны были играть лишь настоящие чернокожие актеры. Маски исключены. По этой причине пьеса так редко ставится на европейской сцене, хотя ее премьера в Париже и прошла с огромным успехом (октябрь 1959, театр Лютеции, режиссер Роже Блэн).

Много времени Жене проводит в эти годы в мастерской Альберто Джакометти - единственного человека, которым он "действительно восхищался". Позднее Жене напишет два эссе -- "Канатоходец" и "Мастерская Альберта Джакометти". Иначе как о "блестящих" критики о них не отзываются. Джакометти же в 55-м напишет портрет Жене. Сегодня он хранится в Центре Помпиду в Париже.

В 55-м же начинается и самый трагичный роман его жизни - с цирковым акробатом Абдаллой. Жене помогает ему в работе, создает номер, рисует костюм, занимается освещением. Четыре года спустя Абдалла падает с проволоки. В марте 60-го - новая травма, после которой тот уже не может выступать.

В это время Жене находился в зените славы. Через два месяца Питер Брук ставит в Театре Гимназии "Балкон". За год до этого "Экспресс" печатает фрагменты его "Рембрандта" -исследования, полностью не опубликованного до сих пор. В феврале 61-го "Арбалет" выпускает "Ширмы". За следующие 25 лет Жене не опубликует больше ни одного художественного текста. Это был осознанный выбор. В марте 1964 он сообщает своим близким друзьям, Моник Ланж и писателю Хуану Гойтисоло, что отрекается от литературы, что рукописи свои он уничтожил, и, составив завещание, исчезает из Парижа.

За несколько дней до этого Абдалла был найден со вскрытыми венами в своей квартире.

В те годы смерть преследовала Жене по пятам.

Год спустя в автокатастрофе погибает гонщик Джеки Маглиа, сын одного из его друзей, красавец, находившийся "под протекцией" Жене.

В марте 67-го, в состоянии глубокой депрессии, покончил с собой его литературный агент, Бернар Фрехтман.

Тем не менее, когда Роже Блэн ставит в Одеоне "Ширмы" (премьера 16 апреля 1966) и разгоревшийся из-за спектакля скандал становится самым громким в истории французского театра (он даже обсуждался на заседании Национального собрания), драматург, присутствовавший на многих репетициях, публикует вскоре "Письма к Роже Блэну": 60 страниц о том, как ставить эту пьесу. Еще через год в "Тель келе", самом престижном интеллектуальном журнале Парижа, появляются два его эссе. А в декабре 67-го начинается путешествие по Дальнему Востоку: Япония, Индия, Пакистан, Таиланд, Китай-Бурные события мая 68-го застают его в Марокко. Конечно, Жене на стороне молодежи. 30 мая Le Nouvel Observer печатает первую его политическую статью, "Любовницы Ленина", в которой воздается должное лидеру студенческого движения, Даниэлю Кон-Бендиту. С этих пор политика занимает его все больше и больше. Когда три месяца спустя он впервые едет в Америку, то считает для себя необходимым принять участие в демонстрации против войны во Вьетнаме. Сохранился снимок той поры: Жене, сидящий на земле .люди, одетые по "хипповой" моде конца 60-х, какая-то женщина рядом держит плакат с пацифистской эмблемой.

Жене выглядит среди них как свой. Это они кажутся рядом с ним чужими...

Съездив вторично в Японию (там - тоже манифестации, на этот раз железнодорожников), он возвращается в Париж, где, вместе с Сартром, Фуко и Маргаритой Дюрас выступает на антирасистских митингах, в защиту иммигрантов. А в 70-м он вновь отправляется за океан, чтобы на этот раз попытаться защитить членов "Черных пантер", вооруженной организации троцкистско-анархистской направлен-ности, боровшейся за права негров, большинство лидеров которой было арестовано ФБР. Выступая в университетах и перед журналистами по всей стране, Жене добивался освобождения этих последователей Малькольма Икс.

В июле Жене пишет в Бразилии "свой важнейший текст о черных американцах": предисловие к тюремным запискам Джорджа Джексона. И в это же время включается в кампанию поддержки философа Анжелы Дэвис. А 20 октября, по приглашению палестинцев, он едет на восемь дней в их лагеря в Иордании. Едет, чтобы остаться там на полгода. В секретной обстановке встречается с Ясером Арафатом. И в течение последующих двух лет трижды возвращается сюда, пока его не высылают окончательно. Еще раньше ему запретили въезд в США.

Две попытки заняться кино, хотя бы в качестве сценариста, заканчиваются одинаково: когда работа уже близится к завершению, Жене без каких-либо объяснений отказывается от ее продолжения.

Очередная же попытка вернуться к деятельности политической оборачивается очередным скандалом. В сентябре 1977 "Монд" помещает на первой полосе статью Жене по поводу немецких красных бригад. Разгоревшийся скандал заставляет писателя умолкнуть на два года.

В мае 79-го у него обнаруживают рак горла. Жить, по прогнозам врачей, оставалось немного. Жене прожил еще семь лет. Большую их часть он проводит в Марокко, где и заканчивает свою последнюю, вышедшую уже посмертно книгу, "Влюбленный пленник". Составляет "Четыре часа в Шатиле" - сборник политических статей, чье название навеяно разрушенным во время налета Израильской авиации 16 сентября 1982 лагерем палестинских беженцев. Жене оказался первым европейцем, побывавшим наутро на месте безумного деяния.

В июле 84-го, полгода спустя после получения Большой национальной литературной премии, он в последний раз едет в Иорданию. Через год создает в Рабате новую редакцию "Высокого наблюдения", первой своей пьесы. В марте следующего года приезжает в Марокко, повидать Аззедина, маленького сына своего последнего возлюбленного, Мохаммеда эль Катрани.

Вернувшись в Париж, останавливается в маленьком отеле на улице Стефана Пишона. Начинает править вторую корректуру "Пленника".

В ночь на 15 апреля 1986 он умирает в гостиничной кровати.

* * *

"Богоматерь цветов" - первый роман Жене, да и вообще его дебют в литературе.

Он начал работу над ним в 1942-м, в тюрьме, где отсиживал очередной срок - три месяца и один день - за кражу из книжного магазина томика еще неизвестного ему Пруста. В том, что он похищал именно Пруста, была некая мистическая предопределенность: когда в тюрьме, из местной библиотеки, ему досталось "Под сенью девушек в цвету", он почему-то сразу решил, что чтение будет "невыносимо скучным". Но другие книги уже разобрали. Пришлось смириться.

"Я прочитал первую фразу, ту, в которой описан месье Норпуа на обеде у отца и матери Пруста..., -вспоминал впоследствии Жене. - И эта фраза очень длинная. И когда я ее закончил читать, я закрыл книгу и сказал сам себе: "Теперь я спокоен. Я знаю, что дальше будет все прекрасней и прекрасней". Первая фраза была так густа, так чудесна... это стало тем огнем, который предвещал огромный костер. Почти целый день после этого я приходил в себя. Вновь я открыл книгу лишь вечером, и в самом деле, потом было лишь прекрасней и прекрасней".

Как результат - Жене создал роман, практически не поддающийся жанровой идентификации. Он "не сводим к традиционным литературным жанрам: ни роман, ни- автобиография, ни поэзия в прозе, этот текст в то же время является всем этим сразу", считает, например, Жан-Жак Рубин.

[1] государственная социальная помощь.

Content

Жене Жан
О Жане Жене