Алина Кускова

Ловушка для влюбленной Снегурочки

Улыбайтесь, господа, улыбайтесь,

как сказал блистательный Олег Янковский

в фильме о бароне Мюнхгаузене.

Ведь у нас по расписанию на декабрь

запланировано чудо – Новый год.

И пусть для всех этот праздник

будет чудесным.

С чего все началось

Все началось с того, что Маша интеллигентно постучала в дверь. Если бы она ударила кулаком, а затем вышибла ее ногой, крича при этом «Что, сволочи, не ждали?!», это имело бы такие же катастрофичные последствия, но она не выглядела бы полной дурой. Но Маша старалась оставаться спокойной и вежливой при любых обстоятельствах. О, эти обстоятельства! Лучше бы она временно ослепла, оказавшись на пороге кабинета главного редактора городского еженедельника в ту минуту, когда после ее стука дверь предательски открылась сама.

В крайнем случае Маша могла закрыть глаза, попятиться, пробормотать извинения, но она застыла с изумленным выражением лица, чем привлекла внимание секретарши Гели. Та вернулась из кафе, где обедала, и присоединилась к Маше. Однако безмятежно любоваться открывшимся зрелищем не смогла и ринулась в кабинет.

В том, что увидела Маша, не было ничего особенного, если учитывать современные нравы и привычки. Маша Калинина была девушкой, хоть и довольно взрослой, но не до такой степени распущенной. Дожив до двадцати пяти лет, она впервые увидела секс на рабочем столе. Собственно, ее удивленному взору предстала оголенная спина Наташки из рекламного отдела и красная, запыхавшаяся физиономия главреда. А затем Маша наблюдала, как рвут друг на друге кудри праздничных укладок две соперницы.

Чуть позже обиженная и потрепанная Геля принесла ей в комнату для внештатных авторов распоряжение главреда об изъятии у Марии Калининой пропуска и журналистского удостоверения.

– А как же корпоративный новогодний вечер? – спросила Маша, прекрасно понимая, что вопрос, в сущности, риторический.

Геля пожала плечами, забрала удостоверение и вышла.

С этого момента Мария Калинина могла считать себя безработной.

Глава 1

Дед Мороз

Примета: встреча со сказкой – к чуду.

Маша шла по заснеженной улице, заполненной разряженными витринами магазинов, отчаянно сдерживая слезы обиды и оскорбления. Так с ней поступить после всего того, что она сделала?! Какая несправедливость! А ведь две недели назад главред ставил Калинину в пример и намекал, что в новом году возьмет ее в штат на должность корреспондента. Как изменчив этот мир, как он жесток!

– Лучший праздничный салат – это гамбургера шмат! – схватил ее под руку подпрыгивающий на холоде парень, облаченный в костюм рекламируемого продукта.

– А еще лучше к новогоднему столу, – произнесла Маша, – веревка и мыло!

Парень испуганно отпрыгнул в сторону и менее уверенно, машинально повторил зазубренную фразу про шмат.

– Девушка, девушка, возьмите купон на скидку, если вы зайдете в наш магазин после тридцать первого декабря…

Назойливая девчонка в красных варежках со стопкой листовок напомнила, что после тридцать первого декабря у Маши не хватит денег даже на хлеб. Найти работу за десять каникулярных дней не представлялось возможным. В редакции, откуда ее только что поперли, бухгалтерша ядовито заявила, что гонорар за декабрь Калининой заплатят лишь в конце января, как полагается. А остальные действующие сотрудники, не присутствовавшие при безобразной сцене, получат зарплату сегодня. Маша так рассчитывала на эти деньги! Была уверена, что не останется без средств к существованию, и позволила себе немыслимые траты. Если бы раньше знать…

– Девушка, почему грустишь? Непорядок в моих владениях! Перед Новым годом грусть отменяется!

Звучный сочный бас раздался у самого уха, и Маша интуитивно дернулась в сторону, споткнулась и свалилась в сугроб.

– Пугливая какая! – Огромный Дед Мороз в синей, отороченной белым мехом шубе, с белоснежной бородой и хитрыми глазами под кустистыми снежными бровями, одной рукой в ватной рукавице выудил ее из снега и поставил обратно на тротуар.

– Не нужно, я сама, – проговорила Маша, когда он принялся бережно отряхивать ее.

– Не ерепенься, девонька, – проворчал Мороз, продолжая смахивать снег с кроличьей шубки. – Лучше улыбнись Деду и скажи спасибо.

– Спасибо, но улыбаться повода у меня нет.

– Это плохо, – покачал головой в сине-белой шапке Мороз. – Непорядок. Как можно жить, не улыбаясь? – И его хитрые глаза заблестели. Длинным посеребренным посохом он стукнул о землю, и следом за девушкой понесся мельтешащий рой веселых снежинок.

Но ничего этого Маша не заметила. Убегая прочь от навязчивых людей, она спешила домой, в одинокую квартирку, затерявшуюся среди себе подобных в старой кирпичной многоэтажке, где стояли наряженная елочка и холодильник, еду из которого следовало растянуть на весь месяц.

Имелся еще один вполне допустимый для гордости Маши вариант.

– Увы. Ни копейки не осталось, – доверительным шепотом призналась соседка Светлана, многозначительно подмигивая. – Все на шампанское истратила! – крикнула она, чтобы в комнате услышал муж. – И на подарок свекрови!

Телевизор пробубнил что-то одобряющее, или это Светкин муж наивно порадовался за свою маму.

– Норковую шубу себе купила, – сообщила Светлана. – Греческую! В кредит. Первым взносом треть стоимости отдала.

– Да ты что? – воскликнула Маша.

– С нашим климатом ничего другого носить нельзя. – Соседка жалостливо окинула взглядом Машиного беленького кролика. – Прячу ее под кроватью. Достану в новогоднюю ночь и признаюсь, когда Стасик напьется. В случае чего скажу, что Дед Мороз подарил. – Она звонко рассмеялась своей шутке. – Пока он будет искать того Мороза, чтобы выдернуть ему ноги, я успею кредит отдать. А ты чего не веселишься?

– Меня уволили и денег не дали, – вздохнула Маша, стараясь не вдаваться в подробности, чтобы не портить людям настроение. – Но все необходимое у меня есть!

– Понятно, – протянула Светлана, прикидывая что-то в уме. – Ладно, я к тебе вечером зайду, придумаем что-нибудь.

– У тебя в детском саду нянечка не требуется? – с надеждой поинтересовалась Маша.

– Зачем? Десять дней от монстриков отдыхаем! Плюс субботы и воскресенья. Считай, половина месяца и прошла. Нет, никого не возьму. Ты, что ли, хочешь? Самоубийца! Жди, зайду первого. И не хнычь, без денег ты у меня не останешься.

Светлане можно было доверять, ее предпринимательская жилка и неиссякаемый энтузиазм довели до руководства таким солидным предприятием, как детский сад «Брусничка». Маша вздохнула и ушла к себе.

Больше вариантов не было.

Маша Калинина не была сиротой, ее родители трудились на благо Родины, но в другой стране. Когда она окончила институт, они звали ее с собой в длительную командировку, однако Маша категорически отказалась уезжать, собираясь стать совершенно самостоятельной. Родители оставили ей скромную квартиру, небольшой запас продуктов и весьма незначительную сумму денег, к которым Маша первое время даже не притрагивалась.

После окончания вуза молодого специалиста-гуманитария, несмотря на неопытность, охотно взяли на должность помощника бухгалтера. Стоит, безусловно, отметить, что фирму возглавлял друг отца, а в бухгалтерии Маша ничего не смыслила. Но идти работать по специальности, с детьми, Маша побоялась. Проторчав в теплой бухгалтерии пятилетку, она решила круто изменить свою жизнь и заняться карьерой. Показалось, будто ее стезя – журналистика. И ею Маша успешно занималась последние полгода до того момента, как оказалась в неурочный час на пороге кабинета главреда, который торопился заняться сексом с подчиненной и забыл закрыть дверь.

Это происшествие не поставило крест на карьере Маши как будущей звезды журналистики, но задуматься над поисками быстрого дохода заставило. Правда, поиски эти оказались тщетными. Кто занимается приемом на работу сотрудников, пусть и даже гениальных и трудолюбивых, в канун Нового года? В это время бегают по магазинам в поисках подарков и обдумывают организацию празднования новогодней ночи. И веселятся до умопомрачения на корпоративах.

То, что она не попала на вечеринку, тоже было обидно.

Серо-голубое изумительное платье, под цвет глаз, было приобретено специально для того, чтобы сразить наповал спецкора Чумакова. Маша питала к нему нежную привязанность, в большей степени потому, что он первым протянул руку помощи, когда она устроилась работать внештатным автором. Что ж, не судьба.

Судьба Машу кавалерами не баловала. При всей неброской красоте хрупкой фигуры, больших глаз и белокурых волос ее скрытый шарм могли разглядеть немногие мужчины. Маша не умела громко, призывно смеяться, преданно смотреть в глаза собеседнику, после первого свидания позволять сразу все и везде и виснуть на уходящем мужчине, обильно поливая его пиджак слезами и изрыгая угрозы. Собственно, Маша не владела приемами борьбы за выживание трепетной женской натуры в беспощадном обществе мужчин-охотников, отчего часто оставалась одна. Вот и эту новогоднюю ночь она собиралась провести с семьей соседки Светланы. Подругами назвать их было нельзя, они просто приятельствовали, живя по соседству.

Но в этот драматический для одной из них вечер вторая поступила как истинная подруга.

– Держи.

Ворвавшаяся в квартиру Светлана всучила Маше ворох голубой одежды и одарила победной улыбкой.

– Что это? – удивилась Маша, проходя следом за Светланой в комнату.

– Костюм Снегурочки! – торжественно объявила та и поморщилась, глядя на Машину елочку. – Какие украшения и игрушки старые! А мы новых накупили, знаешь, таких святящихся в темноте и звенящих, как хрусталь.

– Зачем мне костюм Снегурочки?

– Не догадываешься?

– Нет.

– Будешь Снегурочкой!

– Свет, я хотела новое платье надеть к вам в гости…

– К нам и наденешь. – А в этом, – она указала на ворох, положенный Машей на диван, – в люди пойдешь.

– Куда?

– Работать, – устало пояснила Светлана, понимая, что Машу придется уговаривать. – Я не могу жить рядом и смотреть на то, как ты бедствуешь. А наш бюджет, отягощенный греческой шубой, не выдержит еще одного голодного рта.

– Я не голодная, и ем очень мало, между прочим!

– Не перебивай, дай высказать веские аргументы.

– Я никуда не пойду! Ни в каком виде!

– Ради этого костюма, заметь, дорогая, я бросила все дела и побежала в подведомственное учреждение, разбудила сторожа и напугала собаку, и навела бардак в зале для музыкальных занятий…

– Мне жаль, но это невозможно, – пробормотала Маша. – И вообще…

– Что вообще?

– Даже если я решусь это надеть, то куда пойду?

– Вот! Ты правильно поняла суть проблемы. Конкуренция на рынке услуг Снегурочек в настоящее время просто зашкаливает. Пронырливые Морозы норовят обойти нас на каждом шагу и оставить без честно заработанных денег. Морозы – здоровенные бугаи, отстреливать их некому… А деньги – наличные. Отработала – получила. Заработала – держи купюру.

– У меня нехорошая аналогия с продажной любовью возникает, – призналась Маша.

– Откуда тебе знать про любовь? – усмехнулась Светлана. – Ты когда в последний раз целовалась?

– Давно, но это к делу не относится. И не означает, что я должна выряжаться и бегать по квартирам в поисках недопоздравленных детей.

– Бегать тебе не придется, – подмигнула соседка.

Она усадила возмущенную Машу на диван, та нервно откинула от себя голубое облако сказочного сарафана. Светлана призналась, что один адрес в списке Машиных заказов уже имеется. Мама одной из ее воспитанниц согласилась заказать Снегурочку за вполне умеренную плату тридцать первого декабря в восемь часов вечера. Отказать та не могла, была обязана Светлане местом в детском саду. Нашлись и еще должники, но те согласились лишь на второе и третье января.

– Итак, идешь завтра в гости к пятилетней девочке. Вот сценарий! – Светлана вытащила из-под вороха пару листков бумаги и протянула Маше.

– И это все?

– Самое необходимое. Дальше дети сами должны тебя развлекать. Например, залезть на стул и прочитать стихотворение про елочку. Затем вы дружно водите хоровод и поете что-нибудь оптимистичное. А потом ты с деньгами в кармане возвращаешься и попадаешь к нам со Стасиком. Гениально, не находишь?

– Нет, – вздохнула Маша, осторожно подвигая к себе то, что должно было помочь ей заработать хотя бы на половину месяца. А вскоре она устроится на нормальную работу. – Я никогда не участвовала в самодеятельности.

– Это хорошо. Естественность и искренность для ребенка важнее бездушных профессионалов. Я уверена, что из тебя получится замечательная Снегурочка!

Приятельницы отправились в кухню пить чай. И если у Маши оставались сомнения в том, куда она пойдет завтра в восемь часов вечера, то Светлана была уверена, что уговорила ее. Она понимала, что Маша современная здравомыслящая девушка и свой шанс заработать не упустит. Тем более, никакого физического труда, кроме как подняться на пятый этаж панельной многоэтажки, не будет, зато море удовольствия от общения с милой пятилетней девочкой и ее вполне приличной мамой гарантированно. И за это еще заплатят! Кто бы отказался? Если бы Светлана не была заведующей, сама бы разоделась Снегурочкой. А мужа нарядила Дедом Морозом. Правда, сутулый и худой Дед Мороз вряд ли пользуется повышенным спросом. Но симпатичная Снегурочка, решила Светлана, глядя на Машу, будет иметь несомненный успех. Дети, как и мужчины, очень любят красивых женщин.

Маша осознала свою привлекательность после того, как соседка ушла, оставив ее наедине с костюмом, который она сразу примерила. Украшенный блестками сарафан мило облегал стройную фигуру, белая блузка с расшитым воротником и пышными рукавами придавала торжественности всему облику, корона с мерцающими стразами достойно венчала наряд новоявленной Снегурочки. Маша осталась довольна своим видом. Конечно, еще придется накинуть шубку и обуть сапожки. Как повезло, что они у нее тоже белые!

«Вылитая Снегурочка», – улыбнулась Маша, покрутилась перед зеркалом и взялась за сценарий.

Текста было мало. Это был отрывок из спектакля, подготовленного для новогоднего утренника в детском саду. Причем обрывался он на фразе: «Дети, давайте позовем Деда Мороза, чтобы он зажег нам елочку!»

Маша нервно хихикнула. Вот уж Деда Мороза она звать точно не станет! Он для нее конкурент, придется гонорар делить пополам. К тому же не все дети их радостно встречают. Вот Маша прекрасно помнит, как один седой старик напугал ее в детстве, достав из мешка сломанную куклу. Родители потом долго объясняли дочери, что это был не настоящий Дед Мороз, а их коллега по работе, и куклу он сломал случайно – сел на свой мешок в троллейбусе. После этого Маша Дедам Морозам не доверяла, а настоящего, способного сделать для нее чудо, так и не встретила.

Она достала из серванта плитку вкусного шоколада, приготовленную для неожиданных гостей. Снегурочка не должна приходить с пустыми руками, и эту шоколадку Маша никогда не сломает. Пусть она ненастоящая Снегурочка, но девочка ничего не должна заподозрить, чтобы не разочароваться. Современные дети такие умные!

А какие они, современные дети? Маша-то не знала.

На другом конце города в новом монолитно-кирпичном доме скоростной лифт поднимал еще один костюм сказочного персонажа. В дорогой спортивной сумке его вез для своего друга Борис Кузнецов, бизнесмен и отец маленькой пятилетней девочки, постоянно проживающей с мамой. Но друг ни о чем подобном не подозревал и мирно трудился над изучением новой стрелялки-бродилки, созданной ребятами-умельцами из его фирмы, занимающейся разработкой компьютерных программ, популярных у продвинутой части населения.

Любой хорошо налаженный бизнес позволяет владельцу часто отдыхать, держа руку на его ровном пульсе. Сергей Столяров в последнее время, отдыхая, впадал в две крайности: проводил дни у компьютеров, якобы тестируя изобретенные образцы игровой продукции, а по ночам ходил по увеселительным заведениям, которые любила его девушка Неля. Еще она обожала франко-итальянский шопинг, дорогие побрякушки и новые авто.

Сергею же нравилось ловить восхищенные взгляды мужчин, обращенные на Нелю, когда они входили в зал ресторана, ему импонировал ее холеный облик, доставляли удовольствие шалости в постели. Что еще? Он ее любил. Любил? На этот вопрос Сергей Сергеевич Столяров, привлекательный мужчина тридцати трех лет с высшим образованием и солидным счетом в банке, не стал бы давать однозначный ответ ни при каких обстоятельствах, разве что под расстрелом. Под дулом пистолета Сергей признался бы в том, что особых чувств к красавице Неле не испытывает, но украсить ею свой загородный дом в ближайшем будущем очень надеется. Неля мечтала получить это выгодное во всех отношениях предложение и пригласила Сергея встретить Новый год у себя дома. В уютной расслабляющей атмосфере бастионы холостяка, по ее мнению, должны были пасть к ее ногам, как песочные замки.

Подарок для драгоценной дамы сердца Сергей приготовил заранее. Бархатная коробочка с неприличным по стоимости колечком лежала в кармане костюма, который он собирался надеть в новогоднюю ночь. В ответном подарке Сергей не сомневался – обычно Неля дарила ему ночь бурного секса, мотивируя это тем, что все остальное он может купить себе сам. Она была права.

Пресыщенный в отношениях с дамским полом Сергей Столяров, впрочем, действительно ни в чем не нуждался. Его материальные запросы были бы совершенно ничтожными, если бы положение в обществе не требовало держать высокую марку. Единственное, что оставалось у него искренним и непритворным, была дружба с Борькой. Тридцать лет назад они с одного двора топали в детский сад, затем вместе шагали в школу и поступили в университет. У Бориса так же довольно успешно шли дела в бизнесе, и шаталась от временных побед личная жизнь. Как и Сергей, друг оставался холостяком, за тем лишь исключением, что какая-то отчаянная девчонка после недолгой, необременительной для Борьки связи родила ему дочь. Борис небрежно поинтересовался, его ли это ребенок, после чего гордая девчонка отказала ему в отцовстве. И теперь два раза в год – на день рождения дочери и перед Новым годом – Сергей решал проблемы друга: передавал от него подарки. Тамара не хотела пускать легкомысленного отца к своему ребенку. Лучше уж никакой, чем ловелас. Переубедить ее не получалось.

– Вот! – Борис кинул сумку на стол. – У меня отличная идея, Серый. Ты придешь к моей Леське Дедом Морозом и подаришь ей этот розовый ноутбук.

– Что? – удивился тот, раскрывая «молнию» на сумке. – Красный халат?

– Это шуба, дружище, – устало пояснил Борька, откидываясь на подушки большого кожаного дивана. – Я хочу разнообразить скудное существование ребенка в убогой хрущобе.

– Хочешь? Сам и надевай!

– Это бесчеловечно с твоей стороны! Прекрасно знаешь, что Тамара меня на порог не пустит.

– В этом наряде, – усмехнулся Столяров, выуживая содержимое, – ты будешь неотразим. Она тебя не узнает.

– Она узнает меня из тысячи Дедов Морозов, – возразил Борис. – Стерва! Так сильно ненавидит до сих пор.

– От ненависти до любви один шаг.

– Не в нашем случае. И вообще, я уезжаю из города. Поеду с друзьями кататься на лыжах.

– В Куршавель? – иронично вскинул брови Сергей, прикидывая красный халат на себя.

– Нет, ближе. Хотел махнуть в Австрию, так, веришь, паспорт потерял, найти не могу! А восстанавливать его сейчас никто не станет.

– Может, к лучшему. Сходишь сам, поздравишь ребенка, поговоришь с Тамарой.

– Забыл? Она меня прошлый раз чуть с лестницы не спустила!

– Не нужно было спрашивать, в кого у Олеси зеленые глаза, если у тебя голубые.

Друзья нервно рассмеялись. Да, это проблема, большая проблема. Решить ее можно было и другим способом – жениться и завести детей от законной жены. Но Борька медлил потому, что любил дочь. Любил ли Тамару? И этот вопрос останется безответным.

– Отвратительно, – поморщился Сергей, откидывая в сторону шмотки из сумки друга. – Меня борода старит, и красное делает физиономию пунцовой.

– Ты что, красна девица? – воскликнул Борис. – Натуральный шелк, между прочим. Мех, правда, искусственный, но ничего лучше не было.

– Где ты все это взял?

– В театральной костюмерной, – признался тот.

– Но я-то не актер!

– Серый, ты мне друг?! Чего тебе стоит прийти к Леське, сказать, что папка ее любит, и всучить ноутбук? Ничего ведь не стоит, Тамарка тебя уважает.

– Зачем малышке комп? Нужно было подарить что-нибудь более подходящее возрасту.

– В магазине заявили, что это самый ходовой товар. А я хочу, чтобы у моей девочки было все самое лучшее.

– Тогда женись на Тамаре!

– Она за меня не пойдет, – уныло возразил Борис и налил себе в стакан виски. – Будь!

Это слово-тост переводилось, как «будь другом», «будь со мной в тяжелую минуту, друг», «помоги другу»…

– Ладно, – усмехнулся Сергей. – Последний раз, учти, я исполняю роль папы.

– На сей раз Деда Мороза!

– И как ты это представляешь?

Тамара с дочкой жили на обычной улице, и Сергей не опасался встретить там знакомых. Но идея вылезать из машины и топать на глазах народа в наряженном виде ему не нравилась, а подъехать прямо к подъезду не позволял постоянно заметенный двор, забывший напрочь, что такое лопата дворника. Сергей решил, что поедет вечером, когда люди угомонятся и разбредутся по квартирам, а на улице будет темно.

Борис ушел от него в приподнятом настроении, окрыленный согласием друга.

Сергей недостаточно знал Тамару и девочку, но у него сложилось о маме с дочкой приятное впечатление. При нем Тамара действительно вела себя спокойно и рассудительно: все же отец у ее дочери есть, и с этим нельзя не считаться. Она оставалась спокойной и рассудительной и с Борисом, но ровно до того момента, как с его уст слетала очередная глупость. Дальше от этих двоих начинали исходить такие разряды тока, что Сергею ничего не оставалось, как уводить друга обратно. Завтра он отправится один, все пройдет без сучка и задоринки, только Тамару нужно заранее предупредить. Он потянулся к телефону, но вдруг раздался звонок.

– Милый, – защебетал нежный голос, – тебе суши заказать? Мы сейчас с мамой составляем меню для нашего праздничного стола.

С мамой? Сергей нахмурился. Он совсем забыл про маму Нели – тучную грузную женщину, усиленно молодящуюся и не вылезающую из салонов красоты. Где она встретит Новый год?

– Не волнуйся, – поспешила заверить его Неля, – завтра утром мама улетает в Европу на шопинг. Ты же знаешь, у них сейчас там рождественские распродажи. А распродажи это, милый, святое.

– Отлично, золотце. Заказывай суши.

Он не любил ресторанную еду, сто лет не ел нормальной домашней пищи, но Неля готовить не умела. А ее мама никогда ничего не готовила под предлогом того, что худела.

– Ты уже приготовил мне подарок? – игриво поинтересовалась Неля.

– Он лежит в кармане пиджака.

– Как я жду этот пиджак! – промолвила Неля. – Как я его отблагодарю. Очень-очень отблагодарю, и моя благодарность не будет знать границ. Ты рад, дорогой?

– Безумно, – признался Сергей, мысленно раздевая невесту. – Может, сегодня встретимся?

– Нет, подарок должен проводить маму в Европу.

– Передай ей мое пожелание счастливого пути.

Неля положила трубку и закружилась по паркету.

– Мамусик! Он сделает мне предложение! Он купил кольцо!

– Давно пора, – желчно заметила мама, съедая ломтики свежих огурцов со своего лица.

– Пора, пора, пора! – радовалась Неля. – Интересно, а где мы поженимся? Я хочу в Чехии! В старинном замке с привидениями. Нет, лучше на Мальдивах в обществе рабов-туземцев. На Мальдивах есть рабы? Я их ни разу там не видела.

– Насмотришься еще. Пусть он подарит тебе кругосветное путешествие. А мне – свой загородный дом. Врач прописал мне свежий воздух.

– Подарит, подарит, подарит! Куда он денется? Он меня обожает.

– Твой отец меня тоже поначалу обожал. И где он сейчас? Греет пузо с юной блондинкой, подлец. Все они такие. Как только распишитесь, требуй, чтобы половину активов он переписал на нас с тобой. Мне еще в детстве цыганка нагадала достойную старость.

– И я знаю, кто ее обеспечит! – Неля чмокнула маму в пухлую намазанную кремом щеку и скривилась. – Гадость какая. Зачем тебе это? Ты же только что вернулась из салона.

– Когда тебе стукнет под пятьдесят… – Мама хитрила, ей стукнуло глубоко за пятьдесят пять, но разве это имело значение в разговоре с дочерью? – Ты поймешь, что нужно ценить каждую минуту! Чтобы потом не было мучительно больно за…

– потерянное время?

– За утраченную молодость! Какая ты у меня глупая, учить тебя и учить.

– Хорошо, что Серж у меня покладистый.

– Он не покладистый, – усмехнулась мама, – ему просто жениться нужно. Холостяки долго не живут, доказано современными исследованиями. На такой, как ты, жениться, чтобы не было стыдно…

– Показаться на людях?

– Да.

Тамара Гусева бежала в магазин и мысленно благодарила соседку Веру Ивановну, согласившуюся посидеть пару часов с Лесей. Не тащить же девочку в предпраздничную сутолоку, а купить продукты к новогоднему столу она не успела. Замоталась на двух работах: днем в поликлинике, а вечером тексты дома набивала. Но зато у них с дочкой получится замечательный праздник, если только его не испортит Борис, заявившись, как всегда, с претензиями.

Тамаре от него ничего не было нужно, ни-че-го. Странные они, богатые мужики, простых истин не понимают. Она сама строит свою жизнь вот уже пять лет, обходится без Дон-Жуана, случайно встретившегося в ее судьбе. Ах, как Тамара была в него влюблена! До такой степени, что ослепла на оба глаза! А когда дурман рассеялся, оказалось, что он обычный бабник, а она в его жизни одна из многих. Ей хватило гордости выбросить его из головы, вырвать из сердца и никогда не пускать на порог.

Впрочем, с последним возникали серьезные проблемы. Леся стала понимать, кто является к ней два раза в год, и требует непонятно чего. Она даже попросила Тамару позволить Борису остаться на ночь. Но тот ляпнул, что спать на постели, где до него побывала куча мужиков, не станет, и Тамара обиделась еще больше. После этого Леся ничего не просила, лишь молча позволяя себе принимать подарки от отца. Да и тот не горел желанием их видеть. Другие нормальные отцы по судам бегают, пытаясь восстановить отношения с детьми, а этому ничего не нужно. Придет два раза в год, увидит девочку и канет в неизвестности. Но на сей раз у него ничего не получится! Она с ним даже разговаривать не станет, чтобы Иван Дмитриевич не ревновал. Да, в жизни Тамары появился этот хороший добрый человек. Они познакомились на детской площадке, когда Иван выгуливал там своего песика. Тамара сделала ему замечание, он оказался вполне адекватным, ушел, а затем вернулся один, без собаки. Очень хороший человек, уговаривала себя Тамара. И к Олесе замечательно относится.

Они собираются вместе встречать Новый год, и Тамара надеется, что Иван сделает ей предложение объединить соседние квартиры.

– Ох, извините!

Она не заметила, как, задумавшись, с разбега налетела на бородатого старика.

– Спешишь жить, девка? – нахмурился старик, которому она отдавила ногу в массивном валенке.

– Никуда я не спешу, – с досадой, что тот загородил вход в супермаркет, сказала она. – И вообще, я довольна своей жизнью! Чего пристали?

– Непорядок, – покачал седой головой Дед Мороз в синей шубе. – Такая молодая и уже такая нервная. Без царя в голове или, – он прищурился и пригляделся к ней, – в доме?

– Хватит вам сказки рассказывать! – Тамара юркнула деду под руку и прошмыгнула в магазин.

– Спешит к тебе твой царь, очень спешит! – Дед Мороз стукнул посохом, и за Тамарой в магазин понесся рой снежинок. – Только сам пока об этом не догадывается.

Тамара пробралась к корзинкам, которые разбирали на лету, и двинулась через многочисленные полки с продуктами. Сегодня в поликлинике она получила деньги, так что могла позволить себе пригласить к дочке Снегурочку и купить деликатесы. Иван Дмитриевич сказал, что любит сырокопченую колбасу… Тамара остановилась возле колбасного отдела. А любит ли она Ивана Дмитриевича? Какое странное сочетание – любовь и колбаса. Почему она должна его обязательно любить? Она хорошо относится к нему как к человеку. Как он хоть целуется? Как Борька, страстно и порывисто? Нет, Иван Дмитриевич мужчина во всех отношениях положительный, сдержанный и… Очень сдержанный.

– «Московской», полкило, пожалуйста.

Назад она шла медленнее. Мысли вернулись к нынешнему кавалеру. Ей скоро тридцать, пора стать чьей-то женой, родить Олеське братика или сестричку. Так почему для этого не подходит Иван? А кто сказал, что он не подходит? Ей же решать, а не кому-то. Внезапно захотелось, чтобы пришел Борис и увидел ее с Иваном. Нет, пусть не приходит, так будет лучше. Нужно ему позвонить и попросить, чтобы не приходил. Тамара остановилась и достала из сумки мобильный телефон: «Абонент вне зоны доступа».

– Вот так всегда, – вздохнула Тамара. – Он всегда недоступен! – И от души наговорила ему на автоответчик гадостей.

Прохожие с удивлением обходили стоявшую посреди улицы симпатичную дамочку в стильном, слегка поношенном пальто, ревущую белугой и изрыгающую из себя проклятия какому-то «гаду Борьке». Одна старушка попыталась ее успокоить, но Тамара лишь отмахнулась, вытерла слезы и убрала телефон. Старушка отошла от нее, укоризненно качая головой, но ни она, ни Тамара не заметили, как из белоснежного лимузина, припаркованного рядом, раздался стук посоха, и телефон ответил на него согласным зуммером. А Тамара замотала шарф вокруг шеи и побежала домой, упрекая себя за излишнюю чувствительность.

Слабая снежная поземка поднялась над землей, но тут же податливо опустилась под колеса лимузина. Разгулявшийся морозный ветерок тоже притих, словно в ожидании чуда. Яркая звездочка, формой напоминающая снежинку, сорвалась и упала в раскрытое окошко машины, оставив в небе за собой легкий свет. И послышался добрый смех старого волшебника.

– А я что? Я ничего. Смешные они, люди. Сами не знают, чего хотят, и не верят в чудо. Не верят в чудо! До чего довела всеобщая компьютеризация? Ай-ай-ай. Непорядок. Приказываю – чудесам быть! – И его голос разлетелся эхом по празднично украшенному городу.

Глава 2

Маша

Не у всякой Снегурочки

холодное сердце.

Канун Нового года не перепутаешь ни с каким другим праздником, настолько своеобразен убор городских улиц, скверов и площадей, главными действующими лицами на которых торжественно становятся лесные красавицы. Они радуют естественной красотой суетящихся перед праздником прохожих днем и ночью. А как красив город вечером, когда вдоль дорог зажигаются огни гирлянд, замирают в немом восторге от соседства великолепных елочек разряженные манекены в витринах, поблескивают радостным светом бумажные снежинки на стеклах! Даже машины, несущиеся в потоке, не кажутся железными монстрами, они становятся всего лишь средством передвижения автолюбителей к новогодним столам.

– С Новым годом, девушка! – улыбнулся Маше незнакомый парень.

– И вас с наступающими праздниками.

– Уважаемые пассажиры, – донесся до них голос водителя троллейбуса, – поздравляю с Новым годом и желаю, чтобы в следующем году среди вас не оказалось ни одного «зайца»!

– Спасибо! Спасибо! – ответил ему нестройный хор голосов. – И вам меньше «зайцев» и больше зарплаты!

Настроение было замечательным, когда Маша зашла во двор многоэтажек и замерла, пытаясь разглядеть в вечернем сумраке, разбавляемом свечением окон и тусклых фонарей, тридцать шестой номер дома по улице Стачек.

Сергей едва нашел место для парковки автомобиля, запахнул красную шубу, подвязав ее кушаком, нацепил бороду, надвинул меховую шапку на лоб и посмотрел на себя в зеркальце заднего обзора. Удрученно хмыкнув, он огляделся по сторонам в поисках знакомых. Людей на улице было много, но они не таращились по сторонам, а спешили наперекор холодному ветру, пряча лица в воротники и шарфы. Сергей поправил бороду с усами и вышел из теплого салона. Хлипкая шелковая шуба, подбитая тонкой полоской синтепона, продувалась насквозь. Сергей подхватил коробку с подарком и поспешил вслед за прохожими во двор.

– Не подскажете, где тридцать шестой дом? Тридцать шестой дом – это здесь?! А квартира пятьдесят два в этом подъезде?

Возле соседнего подъезда металась и приставала к людям симпатичная девушка в белой кроличьей шубке, из-под которой струился голубой, расшитый блестками сарафан. Она взволнованно хлопала большими глазами с пушистыми ресницами и пританцовывала, стуча каблучками белых сапожек. Несмотря на то, что грациозное создание рискнуло замерзнуть, Сергей соврал:

– Тридцать шестой дом напротив этого!

– Большое спасибо, дедушка! – обрадовалась девушка и побежала в противоположную сторону.

– Дожил, – пробурчал Сергей, заходя в подъезд. – Она еще и обзывается!

Когда он услышал, что девушка собирается в нужную ему квартиру, желание оказаться при встрече с далекими близкими друга без свидетелей одержало верх над жалостью. Ничего, померзнет, скитаясь по двору, найдет нужный адрес, а он тем временем передаст Леське подарок и поздравит Тамару с Новым годом от имени Бориса. И благополучно вернется в теплую машину, чтобы начать думать о своих личных делах. Дома его ждал костюм с обручальным кольцом в кармане пиджака, а через пару часов его ждала Неля. Можно было порассуждать, чего она ждала больше: кольца или его самого, но Сергей уже остановился возле двери и нажал кнопку звонка.

– Дед Мороз? Сергей? Это ты?!

На пороге показалась нарядная, сильно похорошевшая Тамара с неподдельным удивлением на оживленном лице.

– Привет, Том. Я понимаю, что ты ждала Бориса. Поверь, он очень хотел к тебе приехать, – произнес Сергей.

– Какого ты ждала Бориса?!

В коридор вышел невысокий мужчина плотного телосложения, с круглыми очками на утомленном жизнью лице и уставился на Сергея.

– Ах, Борис, – вздохнула внезапно помрачневшая Тамара. – Это отец Олеси.

– Тот, что бросил тебя с ребенком на руках? – грозно поинтересовался мужчина, указательным пальцем поправляя съехавшие на переносицу очки.

– Тот, – согласился Сергей. – Но он любит свою дочь и хочет ее поздравить.

– Нам от него ничего не нужно! – заявил очкарик и выдвинулся вперед Тамары, тихо отошедшей на второй план.

– Позвольте, – возмутился Сергей, – это уж не вам судить, что им нужно!

– Не позволю! – крикнул тот. – С некоторых пор это мое дело!

– С каких же это? – прищурился Сергей, сообразив, что перед ним кавалер бывшей возлюбленной друга.

– С сегодняшних! Сегодня я собирался покончить с жизнью!

– Ванечка, – охнула Тамара, – не делай этого!

– Он имел в виду с холостяцкой, – усмехнулся Сергей.

– Да, – гордо поднял круглую голову с редкими волосами Иван Дмитриевич, – я собирался сделать Томочке предложение руки и сердца.

– Ванечка! – Тамара обрадованно хлопнула в ладоши.

– Сделаете еще, – пробурчал Сергей. – Заранее вас поздравляю. А теперь дайте мне поздравить ребенка!

– Я уже вам сказал, убирайтесь, – прошипел Иван, отталкивая Сергея.

– А я вам сказал, – заявил Сергей, не собираясь сдаваться, – я поговорю с Лесей!

Он был крупнее толстячка, и грудная клетка у него была шире, и руки накачанные, так что Сергей сам не понял, как от одного его толчка Иван отлетел обратно к комнате.

– Он еще дерется! – завопил тот, снимая очки и пряча их в кармашек белой рубашки. – Хочешь помериться силой? Давай!

– Ничего он не хочет! – воскликнула Тамара. – Иди, Сергей, иди отсюда и больше не приходи. И другу своему передай. Чтобы он больше на пороге моего, нашего с Иван Дмитриевичем, дома не появлялся.

– Минуточку! – возмутился Сергей и решительно зашел в квартиру. – Олеся! Олеся!

– Папка пришел! – донесся радостный детский голосок из спальни, и послышались шаги.

– Вы собирались лишить ребенка подарка! – укорил Сергей парочку.

– Нет, Олеся, это не папа! – прокричала Тамара, но девочка уже рвалась в прихожую.

– Дедушка Мороз?

Счастью ребенка не было предела. Олеся кинулась к Сергею и обняла его коленки.

– Дедушка, а ты принес мне привет от папы?

– Конечно, лапушка, а как же иначе? Я и подарок от него принес, – засюсюкал Сергей, вручая девочке коробку.

– Ноутбук? Это переходит всяческие границы! – возмутился Иван Дмитриевич и демонстративно вышел.

– Ванечка, он сейчас уйдет! Передаст привет от Бори и сразу уйдет. Ты же видишь, как Леся его ждет. Ну, что я могу сделать с ребенком?

Тамара суетливо побежала следом за кавалером. Их голоса затихли в кухне, но через минуту вновь послышались уже на повышенных тонах.

– Лесь, папка тебя очень любит…

Сергей не знал, что нужно говорить в таких случаях. Вроде все сказал. Однако огромные, распахнутые в жестокий мир взрослых людей глаза пятилетнего ребенка ждали еще чего-то.

– Он не смог приехать сам.

– Почему?

– Из-за работы, – соврал Сергей.

– Он работает в Новый год? Как ты, Дед Мороз?

– Как я. – Сергей тяжело вздохнул.

Борька чувствовал, что сегодняшнее поздравление не пройдет тихо и мирно. В то, что Сергей влип окончательно и бесповоротно, он понял, когда на пороге Тамариной квартиры появилась дрожащая Снегурочка со съехавшей набок короной.

– Снегурочка! – воскликнула Леська.

– Белая шубка, – выдохнул Сергей.

– Пя-пя-пятьдесят в-в-вторая кварти-ти-тира?

– Она самая, – подтвердил он.

– Ах, это вы! – внезапно разгорячилась Снегурочка. – Зачем вы мне соврали?

– Долго объяснять, – отмахнулся Сергей.

– А я и без ваших объяснений знаю! Конкурент!

– Конкурент?

– Не будем утомлять ребенка нашими гонорарными проблемами. Девочка, как тебя зовут?

– Олеся, – пропищала та, беря за руки Деда Мороза и Снегурочку. – Пошли к елке. У меня такая елка! Жаль, что папа ее не увидит. Дедушка, ты подарок-то бери, бери, а то видишь – у меня рук не хватает. Ох, а у Снегурочки ладошки действительно холодные, как изо льда.

– Да уж, – усмехнулась Маша и прошла следом за ними.

Глупо было, конечно, прыгать целый час во дворе, пытаясь найти нужный адрес. Маша оттягивала торжественный момент, потому что волновалась, как она сможет войти в дом к чужим людям и предстать перед ребенком Снегурочкой. А если она что-нибудь не так сделает? Разочарование и недоверие к чудесам ведь задержатся на всю жизнь, портя самый замечательный праздник в году. Когда она решилась начать поиски, и возник этот длинный странный Дед Мороз со спортивной фигурой и темными хитрыми глазами, пронзающими насквозь, словно лучи рентгена. И соврал ей, указывая противоположное направление. Хорошо, что в другом доме в пятьдесят второй квартире веселилась компания студентов, их чем-либо разочаровать довольно сложно. И вырваться от них тоже нелегко, Маша еле отвертелась от предложения остаться и встретить с ними Новый год.

В комнате было тепло и уютно, небольшая елочка украшала скромную обстановку. Девочка гордилась своим новогодним деревом, которое, по ее признанию, нарядила сама. Игрушки были старинными, как у Маши, и елка из-за этого показалась почти родной. Она расслабилась, будто немного разжалась внутри пружинка, позволяя ей вести себя непринужденно.

– Ну что, Олеся, будем водить хоровод, или ты расскажешь стихотворение?

Появление здесь Деда Мороза лишало подготовленный сценарий смысла.

– Нет, – покачала головой Олеся, устраиваясь на диване с ноутбуком, – лучше вы спойте мне новогоднюю песенку, пока я подарок посмотрю.

– Вы знаете что-нибудь оптимистичное? – обратилась Маша к Деду Морозу. – Как назло, из головы дружно вылетели все новогодние стихи.

– Знаю про елочку, – прошептал Сергей, поражаясь тому, что он все еще здесь остается. Правда, Леська очень довольна. – В лесу родилась елочка, – затянул он басом.

– В лесу она росла, – радостно подхватила Маша. – О, боже, я не знаю дальше.

– Какая-то там была, – пробормотал Сергей.

– Ну, вы даете! – рассмеялась Олеся. – Дед Мороз со Снегурочкой не знают песенку про Новый год!

– Зато я знаю, как это работает, – ухватился за ноутбук Сергей.

– Я тоже! – воскликнула Маша и замолчала, потому что из кухни вылетел мужчина и с громким стоном кинулся в прихожую.

– Иван Дмитриевич, – грустно вздохнула Олеся. – Хочет быть моим папой.

– Иван, постой! Ты меня неправильно понял!

Следом за ним выскочила Тамара.

– Мама его не любит, – продолжала раскрывать семейные тайны девочка. – Это она от одиночества за ним бегает.

– Олеся! Ты же еще ребенок! – испугалась Маша. – И не должна так рассуждать.

– Этот ребенок всю свою жизнь живет, как на вулкане, – устало пояснил Сергей, обнимая девочку.

– Ага, – согласилась Олеся, – они то мирятся, то ссорятся. А папа не хочет быть моим, только чужие дяди хотят.

– Неправда, – возразил Сергей и замолчал. – Он хочет, но пока не понял этого.

– Давайте водить хоровод! – предложила Маша. – Ой, у меня ведь тоже для тебя, Олеся, подарок. Только он не такой грандиозный, как от Деда Мороза, зато вкусный.

Маша вручила девочке шоколадку. Олеся и принялась делить ее на троих.

– Золотой ребенок, – улыбнулся Сергей.

– А мама тебе разрешает есть шоколад на ночь? – поинтересовалась Маша.

– Теперь ей обо мне думать некогда. Она дядю догоняет.

– Нет, – спохватилась Маша, – срочно водим хоровод! В лесу родилась елочка, в лесу она росла, какая-то там была…

Сергей подхватил Олесю, и они встали, схватившись за руки, перед елкой. Ходить кругами не получалось, елка, как все нормальные домашние елки, стояла в углу. Маша предложила гуськом пройтись сначала в одну сторону, затем в другую. Сергей с воодушевлением принял предложение. Олеся вздохнула и последовала их примеру.

– … зеленая была…

– Сергей! – в комнату влетела Тамара, метающая из глаз молнии.

– Дядя Сережа? – тут же прищурилась Олеся.

– Ты во всем виноват! – заявила Тамара, не обращая внимания на дочь.

– В чем? – изумился тот.

– Дядя Сережа, ты не настоящий Дед Мороз? – У Олеси затряслись губы.

– Олесечка, я настоящая Снегурочка, посмотри на меня, – обняла девочку Маша.

– Ты должен остаться, пока я помирюсь с Иваном Дмитриевичем, – продолжила Тамара.

– Где? – удивился он.

– С Олеськой! Здесь!

– Я и так здесь.

– Вот и хорошо. Извините, девушка, но другого выхода у меня нет.

Тамара развернулась и побежала в коридор.

– О чем это она? – спросила Маша.

Ответом ей стал скрежет ключа в замочной скважине.

– Она нас закрыла, – всхлипывая, объяснила Олеся. – Мама всегда так делает, когда я остаюсь дома одна.

– Закрыла? – воскликнул Сергей. – Зачем?

– Наверное, чтобы бежать дальше за тем нервным мужчиной, – предположила Маша. – А Олесю нельзя одну оставлять в новогоднюю ночь, вдруг в комнату попадет петарда или еще что-нибудь случится.

Сергей бросился к балкону и стал звать убегающую Тамару.

– Не догонит, – вздохнула Олеся. – Снегурочка, ты точно настоящая?

– А у кого из нас руки были холоднющие? – улыбнулась Маша.

– Хочешь, я тебя чаем напою, чтобы ты согрелась? – предложила девочка.

– Детям нельзя разливать кипяток!

– Тогда ты разлей, – заулыбалась Олеся.

– Правильно, – согласилась Маша, – сейчас Дед Мороз вернется, и пойдем пить чай.

– Это дядя Сережа, папин друг, – объяснила Олеся.

– Но он же хороший?

– Да.

– Так не о чем горевать!

Сергей посмотрел вслед удаляющейся Тамаре и громко окликнул ее. Но она не отреагировала. Она вообще ни на что не реагировала, а бежала за очкариком.

– Ладно, час тут просижу, но не больше, – произнес Сергей и решил удостовериться, закрыта ли дверь.

Тамара не обманула: она закрыла его с Олеськой. С дочкой и со Снегурочкой. Кстати, с весьма привлекательной, хоть и немного вздорной особой. Можно посидеть с девчонками час, другой, к Неле он явится как раз перед боем курантов, это будет очень эффектно. Зачем спешить? У него с Нелей вся жизнь впереди, а такая Снегурочка в другой раз может и не попасться. Опять же, не оставлять Олеську одну! Если в комнату залетит петарда, ребенок испугается.

Сергей шагнул в кухню, где вовсю хозяйничали девочки – большая и маленькая, – и прислонился к косяку. Семья. Наверное, это и есть семья, когда кто-то копошится в кухне, стараясь сделать его существование лучше, чем оно есть на самом деле. О чем это он? Да, о своем существовании, где все заранее расписано и предопределено. Сегодня жизнь выбилась из привычной колеи и окрасилась новыми, незнакомыми красками. Это его немного пугало и настораживало. Но из любой ситуации Сергей привык выходить победителем.

– Снегурочка, – произнес он, – давай-ка мне шубку! Полагаю, мы тут задержимся. Девчонки, вы не возражаете, если я бороду с шапкой сниму? Жарко.

– Снимай, дядя Сережа, – улыбнулась Олеся. – Они тебе совсем не идут. Молодой ты, красивый.

Маша подала ему шубку и обомлела. Перед ней стоял очень привлекательный мужчина. Такие грезились ей во сне и никогда не встречались наяву. В такого можно влюбиться сразу и навсегда. Или разбить свое сердце. О, вот последнего ей не надо…

Маша старалась выглядеть непосредственной, но осторожничала. Сидеть рядом с Сергеем отказалась, ухаживаний его не приняла, сама о себе позаботилась и разговор поддерживала в основном с ребенком. Собственно, ради Олеси она сюда и пришла, и девочка не виновата, что у нее непутевая мама и весьма странный отец. Если бы у нее была такая смышленая и милая девчушка… Маша задумалась о том, чего ей хочется. Хотелось замуж. Да, так вот банально и просто. Но ведь каждая нормальная девушка должна хотеть в этой нелегкой жизни найти своего защитника, родить от него детей, в ней это стремление заложено генетически. У некоторых поначалу сбивается эта программа на генном уровне, но каждая женщина в определенный судьбой срок приходит к выводу, что создана для семьи, а не для карьеры или собственных сомнительных удовольствий. Машино время наступило. Странно, что наступило оно в чужом доме, где только что поссорилась пара, осталась без близких в новогоднюю ночь маленькая девочка, и засиделся странный Дед Мороз.

Сергей чувствовал себя хозяином положения. Все-таки на его попечении остались две девчонки. Он открыл Тамарин холодильник и достал блюда для праздничного стола. Нужно же покормить ребенка! Олеська от заливного отказалась, зато традиционный салат навернула с большим удовольствием. Маша попыталась возмутиться и сварить ребенку манную кашу, но Сергей напомнил, что у ребенка Новый год. Олеся завершила свой праздничный ужин чаем с тортом и мандаринами. Но спать не пошла, настояв на повторном хороводе у елочки. Ради ребенка «труженики шоу-бизнеса» сработали «на бис», наконец-то вспомнив всю песенку про елочку. После чего занялись уговорами, потому как спать Олеся категорически отказывалась. Был одиннадцатый час вечера, то есть фактически – начиналась новогодняя ночь. В это время все приличные люди собирались за накрытыми столами для того, чтобы с честью проводить старый год, воздав ему должное по заслугам.

Маша решила, что нужно почитать ребенку перед сном добрую сказку, и увела Олесю в спальню. А Сергей вспомнил, что его ждут! Неля! Как он мог о ней забыть? Увлекся Олеськиными проблемами и забыл о своей. Да, теперь у него возникнет большая проблема – объяснить Неле, почему он опоздал к назначенному времени. Сергей потянулся к телефону, но прежде чем звонить невесте, поискал в аппарате номер мобильного телефона Тамары. Разумеется, это следовало сделать раньше! Но как-то сразу не пришло в голову, что надо срочно вернуть мать к ребенку, они и без нее нормально обходились, пока было свободное время. Но больше его нет.

Тамара не отвечала на его настойчивые звонки. Сергей набирал номер ее мобильного телефона двадцать раз. На двадцать первом он сдался и позвонил Неле.

– Привет, золотце. – Сергей старался говорить тихо, чтобы не потревожить засыпающую девочку.

– Серж! Ты где? Почему еще не у меня? Я знаю, что ты очень щепетилен в выборе подарка, но, поверь, мне вполне достаточно того, что лежит в бархатной коробочке. Если это то, о чем я думаю, милый.

Неля щебетала легко и весело, надеясь вскоре увидеть сей вожделенный предмет и Сергея, разумеется, вместе с ним.

– Нелечка, – бодро произнес Сергей, но внезапно посмотрел на спальню и повернулся к ней спиной. – Тут такое дело, я могу опоздать на час-другой.

– Что ты говоришь?! – Веселость в голосе Нели растаяла, как утренний туман. – Через час-другой наступит Новый год! Серж, что-нибудь случилось? Ты попал в дорожно-транспортное происшествие? Что с машиной? Ты не успел оформить КАСКО?!

– Неля, с машиной все в порядке…

– А с тобой?! Ты не можешь ходить? Тогда я к тебе приеду. Где ты находишься?

– Нелечка, туда, где я сейчас нахожусь, ты попасть при всем своем желании не сможешь…

– Тебя посадили за финансовые махинации по уплате налогов?

– Неля, уймись! С чего ты взяла?

– А что я еще должна думать? Ты говоришь, что задержишься в новогоднюю ночь!

Сергей соображал, как бы доходчивее объяснить Неле, почему он сидит в запертой квартире с чужим ребенком, но внезапно на пороге спальни появилась Маша.

– Она уснула, – радостно сообщила она.

– Кто уснул? – встревожилась Неля, услышав женский голос. – Ты с кем-то спишь?! Одна уснула, вторая осталась. Серж, это то, о чем я подумала?

– Нет, золотко, нет, – поморщился Сергей и махнул Маше рукой, чтобы та отошла в сторону и замолчала. – Это не то, что ты подумала!

– Ты говоришь загадками, не хочешь меня расстраивать? Значит, сейчас приедешь?! – капризно поинтересовалась Неля.

– Нет, золотко, – вздохнул Сергей, – сейчас не получится.

– Тамара скоро вернется, – произнесла Маша.

Она, между прочим, обиделась, что Сергей отмахнулся от нее, как от назойливой мошки. Сказала назло, чтобы та истеричка на другом конце провода крикнула ему какую-нибудь гадость. Маша в силу воспитанности и характера позволить себе говорить гадости не могла. Но внезапно так захотела!

– А! – взвилась Неля. – Там еще и третья будет! Господин Столяров собирает гарем?

– Зачем вы это сказали? – крикнул Маше Сергей.

– Не кричите, ребенка разбудите. Вы что, против того, чтобы вернулась Тамара?

– Я против! – прокричала в трубку Неля. – Серж, приезжай! Если тебя не будет через… час-другой, я не знаю, что сделаю.

– Ну и слышимость у этих современных аппаратов, – вздохнул он.

– Ох, я тоже хороша, помешала вам беседовать с женой, – усовестилась Маша.

Обычно ей была не свойственна женская хитрость, но тут просто вырвалось про жену.

– Я холостой, – бросил Сергей и отошел к окну.

Холостой! Какая музыка в этом слове! Предложения просто ложатся на вальс Мендельсона и уносят в зыбкие грезы большой и чистой любви до гроба.

– Это моя невеста была.

Маша печально вздохнула. Любовь до гроба и все такое. Грезы – единственное, что теперь остается. Все приличные мужчины уже разобраны и цепко удерживаются истеричными особами вроде невест Деда Мороза или Тамар. Та про дочь забыла, побежала за мужчиной! Маша ни за кем не бегала. Не бегала потому, что кидаться опрометью было не за кем. Не встретился ей еще тот мужчина, ради которого она могла с головой нырнуть в омут страсти и забыть обо всем на свете. Вот ради Столярова – Маша покосилась на его мужественный силуэт возле окна – она могла бы рискнуть и кинуться. А за очкариком точно бы не побежала, он не герой ее романа. Ах, о чем она только думает? Сергей тоже не ее герой. А мог бы им стать…

– Знаете что? – прищурилась Маша. – Давайте вызовем слесаря из домоуправления, пусть он вскроет дверь! Вы поедете к своей невесте, а я посижу с Олесей. Дождусь Тамару непременно, не волнуйтесь.

– Отличная идея, – обрадовался Сергей и бросился к телефону.

До домоуправления он, естественно, не дозвонился, а дежурный МЧС обещал приезд спасателей не раньше первого января, потому что запертая дверь – ничто по сравнению с другими важными происшествиями: пожаром, наводнением, стихийным бедствием.

– Этот вариант отпадает, – произнес Сергей, выслушав от оперативного дежурного все, что тот думает по поводу запертой двери и находящихся там людей. – Он посоветовал забыть, что дверь закрыта, и хорошенько отметить Новый год.

– Какой бездушный человек! – возмутилась Маша. – Сам бы побывал в нашей, то есть в вашей, шкуре. Меня, кстати, тоже ждут. Я обещала встретить Новый год с соседями.

– С соседями! Мне бы ваши проблемы! Я собирался… Ну, ладно.

– До Нового года еще целый час, мы что-нибудь придумаем.

– Что тут придумаешь? – пожал плечами Сергей и вышел на балкон покурить.

Маша не собиралась насильно удерживать понравившегося мужчину. Разумеется, о насилии с ее стороны и речи не шло, но получалось так, что ей выгодно его пленение. Это несправедливо по отношению к его невесте? Маша призналась себе, что на его невесту ей наплевать, а вот то, что Сергей станет горько сожалеть об их встрече, было обидно. Маше захотелось, чтобы у него о ней остались только приятные воспоминания. Почему? Она и сама не знала.

– Можно связать простыни и по ним спуститься в сугроб.

Она подошла к нему и наклонилась над перилами.

– Откуда у вас такие познания? – усмехнулся Сергей, втягивая в себя дым сигарет с ментолом. – Был горький опыт бегства?

– Вот еще, – фыркнула Маша, словно уличенная в чем-либо постыдном. – Я много читаю, между прочим. И в приключенческих романах герои, захваченные в плен, таким образом обретают свободу.

– На простынях? – озадачился Сергей и посмотрел вниз. – Рискованно.

– Боитесь высоты?

– Боюсь, что у Тамары столько простыней не найдется. Хотя, – он замолчал и посмотрел в сторону, – это ведь не балкон, а лоджия. И соседняя рядом…

– Не нужно этого делать! – испугалась Маша. – Это очень опасно! У меня был горький опыт!

– Правда? – изумился Сергей. – Вы лазили по лоджиям? А по внешнему виду и манерам не скажешь, что вы девушка, способная на безумства.

– Я способная! – обиделась Маша. – Еще какая. На безумства способная.

– Мне нравится, что вы за меня так волнуетесь, – улыбнулся Сергей и провел указательным пальцем по ее носу.

Мило, ничего не скажешь! Интимный знак внимания.

– Конечно, волнуюсь, – заявила Маша, – не хочу выступать свидетелем вашего самоубийства.

– Не хотите – не надо. Я один прекрасно справлюсь.

– Я не допущу, чтобы вы рисковали один! – воскликнула Маша.

– Хорошо, давайте рискнем вместе. Вы будете меня страховать.

Он снял шубу Деда Мороза, и Маша в очередной раз восхитилась его безупречной мужской фигурой. Сергей накинул шубу на Машу и вернулся в комнату. Он не собирался портить Тамаре постельное белье, а хотел найти веревку. Обычную, нет, лучше капроновую, она точно выдержит его вес.

Сергей не беспокоился по поводу рискованного предприятия. Студентом он занимался скалолазанием, а сейчас регулярно посещал спортзал в старом районе города, где накачивал мускулы традиционными методами и веками проверенным спортинвентарем. Сергей находился в хорошей спортивной форме и не сомневался, что ему удастся перебраться с одной лоджии на другую. Правда, вызывало опасение обледенение на стенах дома, на днях случилась оттепель, и прошел ледяной дождь. Для этого он и искал подстраховку – веревку.

Маша суетилась рядом, понимая, что с ней или без нее он все равно перелезет через перила и вырвется на свободу. Что ж, такая ее участь – встречать Новый год одной. Ей не привыкать. Она девушка негордая, вешаться на шею и просить, чтобы он на часок задержался, не станет. И в поговорку о том, как встретишь Новый год, так его и проведешь, Маша не верила. Светлана обычно ее переиначивала: с кем встретишь Новый год, с тем его и проведешь. В этом аспекте поговорка срабатывала.

– Если нога соскользнет, – сказал Сергей, опоясанный дважды капроновой бельевой веревкой, снятой из ванной комнаты, – придержите узел веревки на ножке шкафа. Но не напрягайтесь ни в коем случае! Пары секунд мне будет достаточно, чтобы перехватить руки и удержаться. Веревка должна выдержать вес моего тела.

– Я лучше придержу вас!

– Вы меня не удержите и навернетесь вниз, – нахмурился Сергей. – Я что сказал?! Держите узел.

– Хорошо, – вздохнула Маша.

Она вернулась к шкафу, стоявшему возле балкона, и опустилась вниз, чтобы не видеть, как Сергей начнет экстремальный переход. Но внезапно вспомнила о соседях.

– Постойте, Сергей!

– Что еще? – Он уже стоял на краешке лоджии.

– А вдруг там никого нет?

Сергей прислушался: из соседней квартиры раздавались голоса.

– Они там есть, – успокоил он Машу. – Возвращайтесь к узлу!

Она всхлипнула и направилась к шкафу. Схватилась за треклятый узел, глотая слезы, вцепившись в него, как в единственный шанс своей жизни, который, как и восхитительный мужчина, ускользал из ее рук. Он убегал, рискуя жизнью, только бы не пить с ней шампанское под бой курантов. Замечательно.

– Замечательно! – раздался голос Сергея.

– Все получилось? – Маша выбежала на пустую лоджию и увидела его на соседней.

– Ну вот, а вы волновались.

– Я не волновалась, – она шмыгнула носом, – нисколечко. Вы же такой, такой…

– Какой? – Сергей не ожидал, что Маша заплачет.

– Спортивный! – выдохнула сквозь слезы она, не желая демонстрировать ему свою досаду. – С Новым годом вас, Сергей! Знаете, – внезапно решилась она, наступив на горло собственной гордости, – мне было приятно с вами познакомиться! Счастливо вам встретить Новый год, и пусть… все ваши мечты и желания исполнятся!

– Маша, вы так говорите, словно мы больше никогда не увидимся.

Ага, сейчас пойду и напьюсь цианистого калия.

– И вам, Машенька, хорошо встретить Новый год! Тьфу, я и забыл…

– Ничего страшного! Я встречу! И Тамару дождусь, так что возвращайтесь к невесте и передавайте ей привет. Ой, что я говорю! Ничего не передавайте, прощайте, Сергей.

– До свидания, – пробормотал он, не зная, что говорить в подобных случаях.

Случай представился очень уж неординарный. Получалось, что он сбегал от одной девушки к другой. Да, неприятно получилось. Похоже, Снегурочка обиделась. Но он ей ничего не обещал в отличие от Нели. Черт! И дернула же его нечистая сила раздавать подобные обещания! В любом случае за оставшееся время он не успеет съездить к себе домой за кольцом, а приди он без кольца – на него обидится Неля. Хорошо начинается год – на него обижаются сразу две девушки. Очень симпатичные и привлекательные, с пухлыми губками и пушистыми ресницами и такими чудесными искренними глазищами… Сергей поймал себя на мысли, что думает об одной, тряхнул головой, прогоняя наваждение, и принялся развязывать веревку, чтобы предстать перед обитателями квартиры в более достойном виде.

– Знаете, вашей невесте очень повезло, – тихо добавила Маша, покидая спасительную для Сергея лоджию.

Она закрыла дверь и повернулась к телевизору.

– Ничего страшного, ничего противоестественного. Если бы он знал, сколько людей в нашей стране встречают Новый год вдвоем с телевизором!

Маша не знала, сколько, но догадывалась.

Глава 3

Дарья

Новогоднее настроение —

когда рада и тем, кто заглянул по ошибке.

Даша Васнецова тоже была нормальной и хотела замуж. Она, как и многие девятнадцатилетние девушки, не обладала горьким опытом поговорки «Все тайное когда-нибудь становится явным» и старалась действовать наверняка. Для этого Даша создала свой космический мир, искренне полагая, что женитьба для мужчины – это сродни выходу в открытый космос – адреналин и шаг в бездну. Шагать в свою бездну она позволила двум «космонавтам» – основному и его дублеру. Причем один из них не догадывался, что он всего лишь дублер, а второй наивно полагал, будто он один.

Даша считала себя умной девушкой и старалась не сталкивать их лбами в своем присутствии, это было несложно, пока не наступила новогодняя ночь. По странному для Даши, но вполне понятному для умудренной опытом женщины стечению обстоятельств оба «космонавта» – основной и запасной – захотели провести ее непременно с Дашей. Ей пришлось пожаловаться на страшную заразную болезнь и сидеть дома, принимая от них трогательные заверения в любви по телефону. В девятнадцать лет Даша плохо знала мужчин, которые гораздо лучше знали женщин. Оба не поверили в ее внезапное загадочное заболевание и засомневались в своей эксклюзивности.

В тот момент, когда Сергей оказался на ее лоджии, Даша металась по квартире после телефонного звонка одного из них. Дублер заявил, что через полчаса приедет и лично пожелает ей скорейшего выздоровления. Она могла и не открыть ему дверь! Но она не могла не открыть. С ее слов он знал, что больная лишнего шагу ступить не может и лежит на диване перед телевизором. Впервые в жизни Даша пожалела, что недостаточно продумала план действий. Нужно было соврать, что ее срочно отправили с диагнозом «чума» в инфекционное отделение городской больницы, куда доступ посторонним лицам категорически воспрещен.

Но момент был упущен. Даша надела на вечернее платье теплый махровый халат и кинулась к зеркалу приводить себя в больной вид. С макияжем она была на «ты» благодаря неустанной просветительской работе гламурных журналов, которые скупала пачками. Даша наложила бордовый цвет на веки, усилила черноту бровей, этим же черным карандашом растушевала круги под глазами и бледным блеском разукрасила губы. В довершение всего замазала волнительный румянец щек неестественно белыми тенями. А на блестящие русые локоны – Даша не собиралась всю ночь сидеть дома, ее ждала на четвертом этаже веселая компания – намотала полосатое полотенце.

Воспаленные веки и провалившиеся глаза в сумраке комнаты и увидел Сергей Столяров после того, как постучал в балконное окно.

– Черт! – воскликнул он, встретившись взглядом с хозяйкой квартиры.

– Я не черт, – усмехнулась Даша и показала ему язык. – Но, судя по всему, маскарад удался.

Она вдруг сообразила, что обознавшийся мужчина ругается не где-нибудь, а на ее лоджии!

– Вы кто?! – изумилась Даша, глядя на него через стекло.

– Я не вор, – объяснил Сергей, хватаясь за ручку двери с обратной стороны.

И в эту секунду раздался звонок в дверь.

– Сидите тихо! – сказала ему Даша и задернула тяжелую портьеру.

Если бы Сергей мог слышать, то услышал бы, как на лестничной клетке едва не грохнулся на ровном месте вполне приличный молодой человек, он чудом удержался за стену. Сергей не слышал, что отвечала Даша, что говорил парень, только оба, судя по неясным звукам, переместились как раз в ту комнату, где находилась лоджия. Сергей не знал, что квартира у Даши однокомнатная и идти ей с дублером больше некуда.

Понимая, что он стал ненужным свидетелем чего-то весьма странного и подозрительного, Сергей хотел повернуть обратно в квартиру Тамары, но передумал. У него серьезная причина находиться здесь! Более того, ему жизненно необходимо отсюда выбраться. Мороз крепчал, а Сергей опрометчиво полез на чужую лоджию в одном кашемировом костюме. Если это чудовище, так он подумал о Даше, собирается расправиться с невинной жертвой, так он подумал о ее госте, то он не останется сторонним наблюдателем. Сергей решил, что не станет мерзнуть, и постучал по стеклу.

– Я так и знал! – горестно изрек парень-дублер, отдергивая тяжелую портьеру.

– Это не то, что ты подумал! – закричала Даша, хватаясь за голову, с которой слетело полосатое полотенце.

– Молчи, несчастная, – разочарованно вздохнул парень и повернулся к Сергею: – Адью, счастливчик!

– До свидания, – вежливо пробормотал тот, потирая замерзшие руки.

– Что вы наделали? – простонала Даша, когда парень ушел, и бросилась в кресло.

– Откройте немедленно! – прокричал Сергей. – Здесь ледяная стужа!

– Ледяная стужа теперь в его сердце. – Даша была девушкой романтичной. – И мне нечем ее растопить.

– Ничего страшного, – махнул рукой Сергей, – помиритесь. Вспыльчивые быстро отходят. Да откройте же дверь! Действительно очень холодно!

– А вы кто? – поинтересовалась хозяйка.

В этот момент в дверь позвонили.

– Он вернулся! – обрадовалась Даша, вскочила, подбежала к окну и задернула тяжелую портьеру. – Сидите тихо!

– Вот дура! – в сердцах воскликнул Сергей и подпрыгнул на одной ноге.

Вскоре в комнате вновь послышались голоса. Очень спокойные, что несказанно его удивило. Быстро же парень отошел от увиденного, впрочем, тем лучше, сейчас Сергей им все объяснит. Он постучал.

– Кто у тебя там, Даш? – прищурился основной «космонавт». – Ты не одна?

– Ага, еще скажи, что ты об этом знал, – всхлипнула она и на всякий случай кашлянула. – Это врач! Он пришел меня лечить.

– А что он делает на балконе?

– Стерилизует свой шприц. Холодом.

– Свой шприц? – изумленно повторил парень с более покладистым характером и менее взрывной страстностью.

– Это не то, о чем ты подумал.

– А о чем я должен думать? – Парень отдернул портьеру. – Сергей Сергеевич?

Только этого не хватало!

– Привет, Спицын! Как дела? – Сергей постарался говорить спокойным тоном.

– Хорошо, Сергей Сергеевич…

– Программу «ХХХ» довели до ума? – деловито поинтересовался он.

– Да, Сергей Сергеевич, все сделали, после новогодних праздников сдадим вам на контроль.

– Очень хорошо, заказчик спешит. Кстати, с Новым годом тебя, Спицын.

– Спасибо. И вас, Сергей Сергеевич, с Новым годом.

– Кто это? – прошептала Даша. – Ты его знаешь?

– Никакой это не доктор, – задумчиво произнес Спицын. – Это мой босс. – И задернул тяжелую портьеру.

– А что он делает на моей лоджии?

– Ты же сама сказала что-то про шприц…

– Я бредила! – спохватилась Даша. – Посмотри, я вся горю.

– Дашенька, милая, извини, тебе нужно в постель, а я отвлекаю…

– Эй, вы там! Спицын! Потом будете целоваться. Открой балкон!

– Сергей Сергеевич! Извините, я как-то не подумал. Даша, а зачем ты закрыла Сергея Сергеевича?

– Дурак ты, Спицын, хоть мозги у тебя золотые, – усмехнулся Сергей, обретая желанную свободу. – Ничего в жизни не понимаешь.

– А ему ничего понимать и не нужно, – возмутилась Даша и снова принялась отчаянно врать: – До него слесарь приходил, у меня кран потек!

– Кран? Даш, я посмотрю твой кран. Где он, в ванной комнате или в кухне?

– Потом посмотришь, – поморщился Сергей, думая, что нужно будет поговорить с парнем «за жисть», как только они окажутся в рабочей обстановке. – Налейте хоть горячего чаю, что ли!

– Если будете молчать, – прошептала ему Даша, – налью.

Сергей прикинул, будет ли молчать его совесть ради того, чтобы погреться. Совесть молчала.

– Ладно, но Спицына я вам в обиду не дам. Он хороший спец и отличный парень.

– Пройдемте в кухню, – предложила Даша. – Вообще-то, я болею, стол не накрыла, но у меня есть сырокопченая колбаса.

– Дашенька, – произнес Спицын, – а тебе можно в твоем состоянии?

– Можно, можно, как доктор говорю, со шприцем, – проговорил Сергей. – Где тут у вас кипяток?

Даша, не сводя с него подозрительного взгляда, поставила чайник на плиту. Спицын быстро сделал бутерброды. А Сергей в это время поймал себя на том, что прислушивается к звукам из соседней, Тамариной, квартиры. Там царила тишина. Ему стало не по себе.

– Скоро Новый год, – мрачно заметил он и посмотрел на часы.

– Действительно?! – опомнился Спицын. Он неловко чувствовал себя в присутствии начальника.

– Будь проще, и начальство к тебе потянется, – хлопнул его по плечу Сергей.

– И как же его начальство оказалось на моей лоджии? – поинтересовалась Даша.

– Начальство перелезло с соседней, – объяснил Сергей и подставил чашку для кипятка.

– Что вы говорите?

– Перелез с соседней? – Даша посмотрела на Столярова восхищенными воспаленными глазами.

Впрочем, при полном освещении ее зачумленность была не такой пугающей, как в темноте.

– Значит, так, ребята, тут такое дело…

И Сергей в двух словах обрисовал обстановку. Он не стал вдаваться в подробности личных отношений Тамары и Бориса, чтоб тому обыкаться и не выпить ни капли шампанского! Немного приврал, не без того, что дверь якобы захлопнулась сама и закрылась на ключ. Спицын предложил посмотреть, но Сергей отказался. И намекнул, что хотел бы прояснить личность полного очкарика, ухаживающего за Тамарой, а заодно узнать его точный домашний адрес.

Даша выслушала его с большим вниманием, прежде она не видела мужчин, перелезающих с одной лоджии на другую. Тех, что стояли в профиль и пялились в телекамеру, Даша неоднократно наблюдала по телевизору. С ними все было понятно: украл, выпил – в тюрьму. Но этот… Какова Тамарка! Вот тихоня! Таких себе дублеров завела, обалдеть.

И Даша выложила все, что про нее знала.

Сергей услышал главное: адрес Тамариного кавалера. Тот жил в соседнем подъезде. У него промелькнула мысль, что парочка специально бежала прочь от дома, но он не придал ей особого значения. Побегали. Побегали и вернулись встречать Новый год за столом в соседний подъезд. Ему остается только прийти туда и потребовать ключ от квартиры, где сидят девчонки.

– Спасибо за гостеприимство. Я – в соседний подъезд. – Сергей поднялся и вышел из кухни.

– Сергей Сергеевич, вам помочь? – спросил Спицын.

– Оставайся на месте, – приказал он. – Как бы тебе самому помощь не потребовалась.

На свободе вовсю отмечали наступление года Дракона или еще какого-то сказочного персонажа, Сергей толком не знал, потому что гороскопами и астрологией не увлекался. Но его едва не увлекла буйная компания, устремившаяся с четвертого этажа вниз, оглушительно крича и готовя к запуску петарды. Парни с девчонками беззаботно хохотали и поздравляли всех встречных с новым днем, с которого обычно начинают жизнь с белого листа, оставляя в прошлом свои прегрешения и неприятности. Сергей отбился и встревоженно поглядел на часы: до нового дня оставалось целых полчаса, молодежь явно спешила жить.

Он же торопился в квартиру к жениху Тамары. Разумеется, Сергей мог бросить все, сесть в машину и поехать к Неле. Мог! Но почему-то ноги сами несли его за ключом, чтобы вызволить из плена малознакомую Снегурочку и высказать Тамаре все, что он о ней думает, и послать Бориса куда подальше с его трогательными просьбами…

– Да, слушаю! – крикнул Сергей в свой мобильный телефон, забегая в соседний подъезд. – Неля? Это ты? Я тебя плохо слышу.

За его спиной молодежь на скамейках детской площадки дружно заорала хором:

– С новым счастьем!

– Развлекаешься, да? – обиженно просопела в трубку несостоявшаяся невеста. – Веселишься с другими вместо того, чтобы ехать ко мне?

– Неля, я тебе позже все объясню! Я фактически на улице и очень спешу!

– Ко мне? – поинтересовалась Неля.

– Нет, золотко, не к тебе, но после…

Она бросила трубку.

Сергей сунул мобильный телефон в карман пиджака и забарабанил в дверь с полным отчаянием. Из соседней высунулась довольная физиономия пожилого мужчины с красным носом:

– Третьим буш?

– Что?

– Сообразим на троих, – подмигнула ему нетрезвая физиономия. – Пока моя кобра, – он согнул руку в форме змеи, – смотрит телик. Ее от него этой ночью не оторвать. – Он хихикнул.

– Кто третий? – мрачно поинтересовался Сергей, соображая, что предпринять дальше. Напиться, что ли, в самом-то деле?

– Я, ты и твоя водка, – подмигнул мужик. – Могу предложить шампусик, но это такая гадость. – Он поморщился.

– Ладно, я подумаю. Ты скажи, друг, эта квартира обитаема?

– Ч-ш-ш-шь. – Мужик прижал палец к губам. – Ты посмотри, под замком белая нитка есть?

Сергей пригляделся. Действительно, под замком от косяка к самой двери была прикреплена едва заметная белая нитка.

– Есть, – кивнул он.

– Тогда никого нет, – сделал вывод мужик. – Он, – и покрутил пальцем у виска, – или шизик, или фээсбэшник. Все кого-то ловит на живца. Я тебе скажу, парень, Иван Дмитриевич – птица высокого полета. Но на каждую ворону найдется свой орел. Вот новогодняя ночь, да?

– Да.

– Семейный праздник. А где он? А?

– Где?

– Откуда я знаю? Так ты третьим будешь?

– Пока нет. Где же он может быть? И где Тамара?

– Царица-то? Сгинула. И, говорят, много мужиков порешила. Видимо, и Ивашку нашего заодно. Ладно, надумаешь, приходи.

Сергей вышел во двор. Его сразу охватил ледяной ветер, погнавший напрямую туда, где он оставил машину. В холодном салоне он достал ключи и завел двигатель, включил приемник и откинулся на сиденье. «Автомобиль нужно прогреть. Не успею к Неле. Но машину необходимо хорошенько прогреть. Все равно не успею. И этот старый черт со своей сгинувшей царицей! А если с Тамарой действительно что-то случилось? Бежала, бежала, и на ее дурную голову сосулька с крыши свалилась, она память потеряла… Бред… Но может же такое быть? Да. Отшибло мозги напрочь этой дуре! Это и без сосульки было заметно. И еще эта молодежь с петардами… Вдруг попадет к Олеське в комнату? Снегурочка испугается. Бред, но такое может быть? Может!» Он решительным жестом выключил приемник, заглушил двигатель и вышел на мороз. Не оглядываясь и не обращая внимания на трезвонивший в кармане пиджака телефон, Сергей побежал к дому.

У дверей Даши слышалась возня и сдавленное мычание.

– Они подрались, – всхлипнула Даша, заметив Сергея.

Двое парней, один из них был Спицыным, валялись на цементном полу и мутузили друг друга кулаками. Похоже, сбитые летчики, то есть космонавты, поняли, кто из них кто.

– Ты зачем его по голове бьешь? – рассердился Сергей, хватая одного за шкирку и отрывая одним рывком от другого. – У него мозги ценные!

– А чего он к моей девушке пристает, сволочь!

– Это ты к моей пристаешь, гад! – обрадовался Спицын неожиданной помощи. – Спасибо вам, Сергей Сергеевич, что вмешались, но я и сам справился бы.

– Смотри, Спицын, – сказал Сергей, – чтобы сотрясения мозгов не было! Дарья!

– Да, Сергей Сергеевич?

– Тут такие дела, но объяснять мне некогда, спешу.

Он прошел в квартиру, они пробежали за ним следом.

– Номер твоего домашнего телефона?

Дарья отчеканила цифры.

– Будем на связи, – заявил Сергей, открывая лоджию. – Думаю, вы мне еще понадобитесь.

– Сергей Сергеевич, – заволновался Спицын, – сейчас куранты будут бить! Куда вы?

– Главное, не опоздать, – пробормотал он, обвязывая себя веревкой.

– Сумасшедший, – испугалась Даша, глядя, как Сергей балансирует над пропастью.

– Скалолаз, – поправил ее Спицын. – У Сергея Сергеевича разряд по этому виду спорта. С новым счастьем вас, босс!

– С новым счастьем, – кивнул Сергей и осторожно полез дальше.

После ухода Сергея в комнате стояла такая напряженная тишина, что Маша зажала уши руками, пытаясь определить, насколько плохо она слышит. Нет, все в порядке, соседей за стеной она слышала, они о чем-то горячо спорили. С улицы доносились радостные голоса спешащих к новогоднему столу гостей, на лестничной клетке кто-то сосредоточенно пыхтел и злился – тащил припозднившуюся елку домочадцам. Маша привыкла находиться одна. Кстати, о чем это она? Нужно проверить, как спит ребенок.

Маша прошла в спальню и поправила одеяло, с умилением глядя на девочку. И только сейчас заметила, как из-под подушки выглядывает краешек розового ноутбука. Когда только она успела положить подарок под подушку? С ним же неудобно спать. Да, за детьми нужен глаз да глаз.

Маша осторожно вытащила компьютер и положила его на стол. Девочка продолжала мирно спать и видеть замечательные сны, по ее губам легонько пробегала довольная улыбка.

В сущности, подумала Маша, Олеся тоже одна при живых родителях. Мама ее бросила, устремившись за мужиком, отец вообще неизвестно где шляется, хорошо хоть прислал подарок с Дедом Морозом. Конечно, хорошо придумал, да и Дед Мороз очень даже интересный, жаль, что ушел. Главное, что не свалился с лоджии, добрался до своей визгливой невесты. Чем они сейчас занимаются? Наверное, шампанское пьют и целуются, вспоминая, какой прекрасный год был у них обоих. Нужно выпить, решила Маша и двинулась в комнату.

Год у нее был так себе – обычный год, ничего из ряда вон выходящего и ничего страшного. Следующий, судя по всему, будет близнецом предыдущего. Маша взяла бутылку шампанского из чужого холодильника и принялась ее открывать. Ха! Никогда прежде она этого не делала. И не пила, ну, если только самую малость в гостях.

– Ты до занудства правильная, – сказала Маша своему отражению в зеркале. – Дожила до бабского возраста, а бутылки открывать так и не научилась!

И как назло, просто нестерпимо захотелось шампанского. Она горестно вздохнула и поставила бутылку на стол. Был бы сосед Стасик рядом, он бы помог открыть. Кстати, надо их предупредить! И Маша кинулась звонить:

– Света, я к вам не приду! Не ждите.

– Нарисовался более перспективный вариант? – хихикнула та. – Я же говорила, что Снегурочка – это беспроигрышный шанс. Мужики клюют на них, словно они не северные заморозки, а горячие южанки. Кто он? Не можешь говорить? Ладно, тогда молчи. Я сама скажу, а ты поддакивай или отрицай. Он брюнет?

– Угу.

– Высокий, импозантный, обходительный, возмутительно привлекательный?

– Да.

– Как тебе повезло, Машка! И что он сейчас делает?

– Целуется.

– С тобой? Обалдеть!

– Свет, я разговариваю по телефону. А он целуется с другой женщиной.

– Как ты это допустила, мямля несчастная? Нужно было бежать за ним, прыгать следом, ползти, карабкаться!

– Я не умею карабкаться по лоджиям.

– Я фигурально выразилась.

– А я тебе буквально говорю – он ушел от меня через лоджию в соседнюю квартиру. Свет, давай я потом все объясню? Скоро куранты начнут бить, а я еще шампанское не открыла…

– Молчи, несчастный! Это я не тебе, это Стас пытается до тебя докричаться. Говорит, что без тебя не начнет проводы. Она не придет! От нее мужик с лоджии прыгнул. Куда? Не знаю. В небытие, это все равно, что в другие объятия. Ладно, Машка, не дрейфь, мы сейчас сами к тебе придем! Дверь открыта?

– Свет, я не у себя. И дверь закрыта.

– Ты у него?

– Я у твоей Тамары с Олесей, – вздохнула Маша.

– А, понятно. Передавай ей привет. Или лучше дай мне трубку, я сама поздравлю ее с Новым годом.

– Она ушла.

– Тоже с лоджии?

– Нет, через дверь, которую закрыла на ключ. И я теперь сижу с Олесей, девочка спит, а мне выпить хочется. С тобой такое когда-нибудь бывало?

– Никогда! Умеешь ты приключения находить на свое рабочее место! Что у вас там творится?

– Свет, честно, некогда. Мне еще эту бутылку открывать…

– Ты тайный алкоголик? Тебя только бутылка волнует!

– Нет, Свет, меня еще и он волнует. Наверное, я в него влюбилась.

– Ну, ты, Машка, дура!

– Знаю, скажи еще раз и более выразительно.

– Дура! Дура! Дура!

– Вот спасибо, полегчало.

– И не вздумай напиваться! Это непедагогично.

– Ладно, Свет, пока. Привет несчастному.

Маша положила трубку и глубоко вздохнула. Правильно, она дура, чуть не позволила чувствам разгуляться. Какая влюбленность?! Несомненно, Сергей очень привлекательный мужчина, но он чужой, а чужого Маше не надо, к тому же он не особенно к ней и стремился. Сидит со своей невестой и о незнакомой Снегурочке даже не вспоминает. А мог хотя бы позвонить, поинтересоваться Олеськой.

И, словно по волшебству, раздался телефонный звонок. Маша подскочила, схватилась за ухающее сердце и попыталась справиться с охватившим ее волнением.

– Да? – Голос предательски задрожал.

– Это Тамара. – Как ушатом холодной воды облили.

– О, – разочаровалась Маша. – А это я, Снегурочка.

– Извините, девушка, еще раз, что так получилось. Понимаете, накипело, не выдержала и сорвалась, – принялась оправдываться мама маленькой Олеси.

– Я понимаю.

– Нужно было выплеснуть, иначе, честное слово, я бы взорвалась. – Тамара говорила правду, она все это время и так была на грани, а тут еще Борис со своими подарками.

– Со мной тоже так – выплескиваю, если что, – произнесла Маша.

Зачем она соврала? Хотела поддержать Тамару.

– Я так рада, что вы меня понимаете! – обрадовалась та. – Как Олеся? Она не плачет? Меня не зовет? Вообще-то, она девочка спокойная.

– Не волнуйтесь, Тамара, Олеся спит. Мы ее покормили, я ей сказку почитала. Все в порядке, можете не беспокоиться.

– Спасибо вам огромное! Словно камень с сердца свалился, я же не бездушная кукушка какая-то. Снегурочка, а как вас зовут?

– Маша.

– Спасибо, Маша! Вернусь, мы обязательно рассчитаемся.

– Что вы, можете не спешить.

– Еще раз спасибо!

Маша хлопнула себя по лбу. Идиотка. «Можете не спешить!» Хорошенькое дело, не сидеть же ей в этих стенах вечно! Нет, врожденная интеллигентность сведет ее в могилу. Причем она умрет одинокой старой девой, и некому будет положить букетик полевых цветов на ее скромную могилку. Разве что Света со Стасом по старой дружбе заглянут поздней осенью и вздохнут, вспоминая, какую непутевую жизнь Машка Калинина прожила рядом с ними. Для того, чтобы прожить рядом с ними жизнь, отсюда еще нужно вырваться. Через лоджию? Маша нервно рассмеялась и шагнула к столу.

– Нет, ну надо же ее как-то открыть!

Часы неумолимо приближались к двенадцати, надеяться было не на что – она сама отрезала себе путь на свободу. «Можете не спешить» – после этих слов Светка ее убила бы! Она права, Маша мямля. С Нового года начать жить по-новому? Как?

Во-первых, перелезть на соседнюю лоджию!

Во-вторых, завалиться к главреду и все рассказать его жене!

В-третьих, потребовать восстановить ее в правах на должность!

В-четвертых, выбить из бухгалтерши гонорар!

Нужно было совершить еще что-нибудь значительное, но Маша не знала, что именно. Впрочем, она сомневалась, что и это сделает. Хотя порой человека могут изменить обстоятельства. К примеру, современные исследователи пришли к выводу, что шопоголиками не рождаются, ими становятся из-за фамилий. Те, у кого фамилия начинается на букву, расположенную во второй части алфавита, со школьной скамьи чувствуют себя обделенными и невостребованными. Находиться всегда в конце списка унизительно. Вот обделенные детки вырастают и начинают наверстывать упущенное магазинами, утверждаясь таким странным, казалось бы, образом. Маша себя невостребованной в школе не чувствовала, она была отличницей. Наверное, потому ее не тянет в магазины. Некоторым ее бойфрендам это очень нравилось. Жаль, что Сергей не успел заметить все ее положительные качества. И вообще, жаль…

– Тук-тук-тук.

Маша прижала многострадальную бутылку шампанского к груди и посмотрела туда, откуда доносился стук. Она не поверила своим глазам – за дверью лоджии стоял Сергей!

– Это вы? – на всякий случай, из опасений галлюцинаций поинтересовалась она.

– Я, – подтвердил он.

– А что вы там делаете?

– Дубею от холода, – признался Сергей. – Ветер ледяной.

– Да, сегодня не слишком хорошая погода.

– Вчера было гораздо спокойнее.

– И теплее.

– И ветра не было. Я не вовремя?

– Что вы! Как раз к столу. – Маша провела рукой по пустому столу, где одиноко стоял приготовленный фужер.

– Тогда, может, откроете дверь?

– О, конечно! Я как-то сразу об этом не подумала.

Прижимая бутылку с груди, Маша кинулась ему открывать. Сергей вошел, потер замерзшие руки, заглянул в спальню к Олесе и повернулся к Маше.

– Что тут у вас? – Он забрал у нее шампанское. – Полусладкое, м-да. Ну да ладно. Несите закуски из холодильника! Скоро полночь.

– Я быстро! – обрадовалась Маша. – А холодец нести? Я видела у Тамары холодец.

– Несите все! Иначе продукты пропадут. Я чертовски голоден.

И Маша засуетилась, не веря своему счастью.

Стоп. Это не твое счастье! Это чужое счастье и мужчина чужой. Просто у него что-то не сложилось, раз он вернулся сюда встречать с ней Новый год. Будь осторожна, Маша Калинина, прояви твердость характера и духа, чужой умопомрачительный мужчина весьма опасен.

– Как ваша невеста? – стараясь казаться небрежно-беззаботной, спросила Маша, накрывая на стол.

– Отвратительно себя чувствует.

– Я бы на ее месте испытывала те же ощущения, – вздохнула она, коря себя за то, что именно сейчас счастлива и довольна. На чужом-то горе!

– Я и на своем не слишком рад, что так получилось.

Вот, он не рад!

– Да, знаете, Сергей, я тоже, собственно, не в восторге…

– Неужели? – Его пронзающие насквозь глаза с неизменным ироничным прищуром уставились на бедную Машу, как луч лазера на вредоносный микроб.

– Тамара звонила. – Она поспешила сменить тему.

– Замечательно! И что сказала, когда вернется?

– Не знаю. – Маша пожала плечами. – Спрашивала про Олесю.

Она не стала уточнять, что посоветовала Тамаре не спешить. И улыбнулась своим мыслям, представив реакцию Сергея.

– Чему вы смеетесь? – заинтересовался он. – Ага! Все-таки вам приятно мое общество.

– Обратное я никогда не утверждала, – заметила Маша. – Ой, нужно включить телевизор!

Сергей направился к телевизору, а Маша быстро оценила свой силуэт в зеркале, пробегая мимо него в кухню. Ничего выглядит, между прочим! Хорошенькая такая Снегурочка. Конечно, она к себе необъективна, да и неизвестно, какая невеста у Сергея, но нужно надеяться на лучшее. Она уже на что-то надеется?

– А почему вы вернулись?

Маша задала этот животрепещущий вопрос, как только они сели за стол.

– Ключи от машины забыл, а такси сейчас не поймать, – соврал Сергей.

– Понятно.

Чего ей понятно, возмутился Сергей, если мне самому ничего не понять?

– Да, так уж получилось, – вздохнула Маша. – Только вы вовремя вернулись.

– Очень надеюсь, что не опоздал, – пробурчал Сергей.

– Куранты! Нужно быстрее загадывать желание!

Сергей ловко откупорил бутылку и разлил шампанское по бокалам.

– За старый год! – произнес он тост под первый бой курантов. – За все, что в нем было хорошего, пусть оно повторится! Согласна, Снегурочка?

– Согласна! – Маша чокнулась с его фужером, думая, что в старом году из хорошего была только встреча с Сергеем. И она мечтает, чтобы их знакомство продолжилось.

– Быстро пьем до дна! – провозгласил Сергей. – И наливаем снова! Есть такая примета – если успеешь выпить и за старый год, и за новый под бой курантов, они сдружатся и не обидят. Старый не обидит воспоминаниями, а новый – будущим.

– Наливайте! – Маша осушила свой бокал и подставила его вновь. – Очень хочется успеть!

Они успели. И долго смотрели друг на друга, стараясь дышать ровно и спокойно. А затем Сергей предложил выпить на брудершафт. Маша прекрасно понимала, что это означает. Придется целоваться. Целоваться! С ним! О, как это легкомысленно, опасно и совершенно непедагогично – за стеной спит ребенок. Зато приятно.

Они выпили, стоя, и поставили бокалы на стол. Сергей сделал шаг вперед, приблизившись к Маше. Таким большим и могучим, изумительно прекрасным, отдаленно сказочным и влекущим роком. Что с ней? Шампанское ударило в голову. Полчаса – и все пройдет, разум прояснится, эмоции утихнут. Нужно спешить, пока все это не произошло! Маша подалась ему навстречу и обхватила руками шею Сергея. Он прижал ее к груди и обнял за талию. Ожидание этого поцелуя – лучшее, что у нее будет в Новом году! Пусть оно длится вечно. Но Сергей не стал ждать, он наклонился к ее губам, и Маша вдохнула мужественный запах мороза, ветра и непоколебимой решительности. А после этого она почувствовала дерзкий вкус украденного у чужой невесты поцелуя.

Странно, но ей не было стыдно. Не было никого жаль. И строчка, написанная классиком, всплыла в памяти: «В любви каждый старается для себя». И такая истома разлилась по задрожавшему телу, что срочно потребовался еще один поцелуй. На сей раз более долгий и основательный, чем первый.

И Сергей понял это, он стал целовать свою Снегурочку неистово, будто в последний раз, стараясь сорвать с ее губ еще один томительный вздох, позволяющий ему понять, что он желанен и дорог. Губы Снегурочки пахли земляникой, она казалась такой сладкой, как шампанское, которое они только что пили. А ведь он никогда не любил сладкого! Но это другое, мысленно повторял он, это совсем другое. И как оно превосходно!

Они целовались под звуки взрывающихся во дворе фейерверков, громкие восторженные крики на улице, под аплодисменты телевизионных зрителей «Голубого огонька». Маше казалось, что это радуются за них и аплодируют им. И так будет всегда, только не надо открывать глаз и отрывать губ, и говорить ничего не нужно, все понятно и без слов.

Как кружится голова! Она совсем ее потеряла. Как тяжело дышать, оторвавшись от сладкой ягоды, точно ему без нее не хватает воздуха. Как здорово, что они закрыты, и никто им не мешает!

Никогда у Маши Калининой Новый год не начинался с пылкого, полного страсти, поцелуя! Никогда начало новогодней ночи у Сергея не ознаменовалось такой безрассудной страстью и безумным влечением.

И тут в дверь позвонили.

Глава 4

Борис

Ничего нет проще – начать новую жизнь с Нового года, но немыслимо – с 1 января.

Среди состоятельных граждан нашей страны принято встречать Новый год нетрадиционно. То есть: поехать на горнолыжный курорт в довольно известную французскую деревню, спуститься с аквалангом в пучину далекого южного моря и там с друзьями чокнуться кислородными баллонами или, ну это уж совсем круто, отправиться на родину кенгуру и закатить там такое, отчего все детеныши экзотического животного от испуга повыпрыгивают из мешков-карманов.

Друг, к которому приехал Борис, из-за невозможности выезда за границу, решил соединить три в одном. В наличии для праздника была деревня, имелась пучина деревенского пруда, был заказан с доставкой на дом экзотический зверь.

Ах, да, в любых вариациях предусматривалось присутствие длинноногих худощавых нимф, готовых выполнить любой каприз за ваши деньги. Девушки тоже были заказаны с доставкой на дом.

Борис, надеясь хорошенько отдохнуть и расслабиться, заранее отключил мобильный телефон, приехав в назначенное место заранее.

Отдыхать начали с тридцатого декабря. На следующий день компания из четырех закадычных холостяков очнулась только к вечеру. Хозяин дачи, здоровый бритоголовый владелец трех чебуречных Арас Аляпкин, принялся организовывать праздник. Буйство действия должно было проходить в рубленой бане с отменно натопленной печкой, заложенной камнями и политой водой, профессионально подготовленной парной и очищенной от снега дорожкой к деревенскому пруду. Там заранее была прорублена небольшая полынья для охлаждения разгоряченных жаром тел.

В предбаннике под руководством Араса приходящая помощница накрыла богатый стол.

Итак, действующие лица, обмотанные белыми простынями, были в сборе, баня натоплена, заказ экзотического зверя и нимф выполнялся по трассе Москва – Петербург, с поворотом на Клин, в деревню Голопузово, к коттеджу номер тринадцать.

– Начнем, господа! – торжественно провозгласил хозяин и поднял кружку с пивом.

– Продолжим, товарищи! – подхватили друзья и подняли свою тару для пенного напитка.

Традиционно по-русски начали с пива, продолжили, как полагается, водкой, «залакировали» коньячком. «Вискарь» оставили на опохмелку.

После обильного возлияния и поедания блюд все дружно устремились в парную. Там в пылу и жару с душистым можжевеловым веничком в обнимку Борис едва не уснул, разомлев настолько, что отказался прыгать в холодную воду пруда. Друзья, напротив, устремились к воде, как к дому подъехала спецмашина по доставке экзотических зверей. Купание отложили, оделись и выскочили во двор. К всеобщему разочарованию, зверь оказался медведем.

– Хде кенг-ру?! – заплетающимся языком поинтересовался у доставщиков Арас.

– Разобрали, – нагло заявил парень в фирменной одежде «Праздник не для всех». – Если вы отказываетесь забирать животное…

– Хде у него кар-р-р-р-ан?! – Заказчик протянул руку к бурому мохнатому чудовищу величиной с баню. Тот лязгнул пастью с крепкими зубами. – Во! – изумился Арас. – Злой.

– Пальцами в морду означенного зверя не тыкать, намордник не снимать, – монотонно излагал парень. – Шкуру не подпаливать, на зимовку рядом с ним не укладываться. – Видимо, прежние заказчики занимались этим постоянно. – Животное дрессированное, но бесплатным проездом обеспечить может.

– Что?

– Инвалидом сделает.

– У-у-у-у! Е-е-е-е-е! – прохрипели товарищи. – Класс-с-с-с!

– Если вы отказываетесь забирать животное, – повторил парень, закатывая глаза к черному небу, – то замечу, что по цене кенгуру с бурым медведем разнозначные.

– Фиг с ней, с ценой, – почесал протрезвевшую после клацанья медвежьей пасти голову Арас. – Скажи, отчего он не спит?

– Для этого ему созданы все условия. Надеюсь, у вас тоже они будут хорошие.

– А то, – усмехнулся Арас и указал на приготовленную заранее утепленную клетку рядом с баней. – Тяни его туда! Б-р-р-р, х-холодно, жуть.

– У-у-у-у, е-е-е-е, класс, – пробормотали мужики, возвращаясь в баню уже более трезвыми после крепкого морозца.

– Ништяк! – потер ладони хозяин. – И у нас не хуже, чем у людей! Продолжим, парни!

Продолжали ровно до восьми часов вечера, после чего в ожидании очередной доставки поспешили окунуться в пруд, чтобы выглядеть перед девочками свежими. Никто не помнит, кто именно подошел к клетке с медведем, о котором вскоре забыли, снял с него намордник и угостил рюмкой чая. Никто не знает, кто не закрыл после этого клетку, и бурый убивец выбрался на свободу. Зато сразу увидели, запрыгнув в пруд, что экзотическое животное мечется по берегу, боясь ступить на лед, и ревет басом.

– Черт! – крикнул Арас, окунаясь с головой в прорубь. Он выскочил обратно и устремился к бане. Но на его пути вздыбился медведь.

– У! Е! – поддержали его остальные и ринулись в полынью.

– Уйди, зараза! – орал на медведя Арас. – Вода ледяная!

– Отморозим хозяйство, скотина ты безмозглая, и девочки нам больше не потребуются!

Медведь на крики людей не реагировал. Он радовался неожиданной свободе, благодарил медвежьего Деда Мороза за оказанную щедрость и хотел насладиться ситуацией. Внезапное раздолье вскружило лохматую медвежью голову, и он решил, что люди, барахтающиеся в холодной воде, очень хотят с ним поиграть в догонялки, только стесняются. И их тревожные крики он воспринял как приглашение лезть к ним. Он и полез, да лед под лапой треснул, и медведь отступил, громким ревом сообщая людям, чтобы они сами вылезали на берег и догоняли его. А потом он их. И так до упаду! Какое это медвежье счастье! Но люди вылезать не спешили и продолжали отчаянно кричать, приводя медведя в полное недоумение.

Появившаяся из-за поворота машина типа «Газель» притормозила возле дачи Аляпкина. Оттуда показались две длинные, чарующие женские ножки в тонких чулках и туфлях на шпильках. Медведь обрадовался, о чем возвестил деревню громким рыком. Ножки, сопровождаемые нечеловеческим визгом, тут же исчезли, «Газель» рванула обратно и скрылась за поворотом.

– Сволочь! – заорал Арас, выскакивая из полыньи и намереваясь бежать следом за «Газелью».

Медведь повернулся к Арасу, и тот моментально ретировался в полынью.

Ночь была не крещенская, а всего лишь новогодняя, так что, купаясь в проруби, легко можно было превратиться в ледышку со всеми сопутствующими заболеваниями. Друзья по несчастью попеременно выпрыгивали туда и обратно, пробегаясь по льду водоема для согрева, до тех пор пока одному из них не пришла в уже трезвую голову удивительная мысль.

– Други! – воскликнул он. – С нами нет Борьки!

– Наши ряды редеют, – пробормотал Арас и склонил буйную голову. – Спи спокойно, дорогой утопший товарищ. Завтра опохмелимся и тебя достанем.

– Он спит! Он спит! – закричал его приятель. – Только в бане! Он-то с нами к пруду не пошел.

И деревенскую новогоднюю глушь огласили громкие вопли:

– Борька, сволочь, проснись! Мы погибаем!

Но Борис в это время не спал. Новогодняя атмосфера окунула его в далекое наивное детство, затем вспомнилась бурная молодость, следом за ней перед красными глазами затуманился образ коварной Тамарки, державшей за руку дочку Олесю. Борис пьяно смахивал слезу, когда доставал отключенный мобильный телефон, намереваясь поздравить дочку и стерву Тамарку с Новым годом. Но там его ждал сюрприз!

«Ты бесчувственная скотина, Кузнецов! – говорил автоответчик голосом Тамары. – До сих пор не замечаешь, что я к тебе чувствую на самом деле. Ты стоеросовый чурбан, Борис, если думаешь, что я навсегда выкинула тебя из своего сердца. Ты негодяй потому, что до сих пор не сказал, что любишь меня. Ты балда, Борька, потому что уехал от нас с дочкой. Ты будешь полным дурнем, если к нам не вернешься…»

– Ругается дура, – блаженно улыбался Борис, прослушивая запись по третьему разу. – Ругается, значит, любит!

Возле его джипа в темноте маячил огромный силуэт, разглядывать который Борису было не досуг.

– Уйди, Аляпыч, – отмахнулся от медведя Борис и открыл дверцу машины. – Не обижайся, друг, что бросаю в такой момент. Понимаешь, мне к ней надо! – Он похлопал себя по груди. – Она меня зовет! А я не могу не поехать, там же дочка. Да и Томку я люблю. Люблю ведь!

– Ры-ы-ы-го! – прорычал медведь, хлопнув мохнатой лапой по капоту.

– У, нажрался как скотина, – поморщился Борис, – ладно, ты там давай без сантиментов. И не провожай! Не провожай! Прощай, дружище!

– Борька, гад! Проснись! – донеслось до него с пруда.

– Весело отметить праздничек, ребята! – крикнул он, нажал на газ и рванул вперед.

Дрессированный медведь вразвалочку направился в оставленную открытой дверь аляпкинской бани и довольно заревел, увидев там еду.

Борис не знал, что случилось после его отъезда. А случилось вот что. Свежемороженые мужики вылезли из полыньи и гуськом направились к бане, радуясь, что медведь благополучно скрылся с горизонта. Но каково же было их удивление, когда открылась дверь в баню, и на столе лежало это мстительное животное, обожравшись и упившись до такой степени, что не могло пошевелить даже лапой.

– Хорошо, что стол дубовый, крепкий, – прошептал Арас, судорожно пятясь к двери.

Но медведь на него даже не отреагировал.

Это дало повод мужикам весело и продуктивно провести полчаса, фотографируясь на фоне обожравшегося «экзотического» животного, пока Арас вызывал эвакуатор.

А Борис мчался по заснеженной трассе Москва – Петербург и думал только об одном – сколько же времени он потерял, оставаясь в одиночестве! И как хорошо, что он потерял не только время, но и загранпаспорт и может быстро добраться до любимой женщины. Да, до любимой! Он всегда знал, что любит ее, свою Тамарку! Боялся признать это из-за ее вредного характера и нетерпимого к нему отношения. Теперь все будет по-другому! Они начнут Новый год с чистого листа и будут счастливы.

Борис представил, как приезжает к Тамаре, она открывает ему дверь и улыбается такой светлой улыбкой, от которой у него свело челюсть. А из спальни к нему выбегает Олеська, тянет ручки и щебечет что-то.

– Я не щебечу! – послышался рядом с ним недовольный голос. – А говорю еще раз! Сержант Скороходько! Предъявите ваши документы личности и на транспортное средство!

– Дружище Скороходько, – опомнился Борис. – Я пьян! Да, я пьян! Но я пьян от любви! Ты меня понимаешь?!

Борис вылез из салона и обнял сотрудника дорожно-постовой службы.

– Ты знаешь, что такое любовь? Сержант Скороходько! Ты знаешь, что такое любовь?

– Я знаю, что такое арест на пятнадцать суток за управление транспортным средством в нетрезвом виде, – мрачно объявил сержант Скороходько и брезгливо скинул со своего плеча руку.

– Эх, ничего-то ты не знаешь, – вздохнул Борис. – Сейчас я тебе все расскажу, парень. Есть у меня дочка Олеська…

– В вытрезвителе расскажете, – разозлился сержант.

– Не будем открывать, – прошептала Маша.

– Не будем, – кивнул Сергей.

Звонок раздался настойчивее.

– Ох, он малышку разбудит! – спохватилась Маша.

– Да, Олеська проснется и испугается.

– Нужно открыть, вдруг это Тамара?

«Только бы не Тамара», – подумал Сергей. Ему очень не хотелось, чтобы нарушили их романтичное уединение.

– Если это Тамара, – предположил он, – то у нее должен быть ключ. Она звонить бы не стала.

– Она могла его потерять.

– Не станем открывать.

Следом за звонком раздался грохот.

– Они дверь выломают! – заволновалась Маша.

– Пусть только посмеют, – нахмурился Сергей.

Но чудесное единение двух сердец было уже нарушено бесцеремонным вмешательством кого-то извне.

– Я их убью, – прорычал Сергей и двинулся в коридор.

Маша забежала в спальню: девочка сладко спала.

– Кто там? – строго произнес Сергей.

– Почтальон Печкин! Привез вашего мальчика! Гы-гы.

– Какого еще мальчика? У нас только девочка Олеся.

– Тамара! Тамарка, открой, это я! – раненым быком проревел Борис и, судя по звуку, упал на дверь.

– Борис? – воскликнул Сергей. – Ты же катаешься на лыжах!

– Вообще-то, это милиция, – едко заметил второй голос. – И ваш Борис катался не на лыжах! Он в нетрезвом виде раскатывал по трассе на транспортном средстве, что категорически запрещено правилами дорожного движения.

– Милиция?! – К Сергею подошла Маша.

– Сержант Скороходько! – отрапортовал голос. – Примите по описи господина Кузнецова. Принадлежащий ему джип можете забрать в любое время на штрафстоянке, оплатив за его хранение.

– Возьмите меня, ребята, – простонал Борис. – И отдайте Тамаре! Томка! Выходи! Я все знаю!

– Ты ничего не знаешь, – произнес Сергей.

– Что случилось? Убью всех! – прорычал Борис.

– Какие мы с ним все-таки одинаковые, – усмехнулся он. – Держись, дружище, тебе не понравится то, что я скажу.

– Если это не понравится мне, – всполошился сержант, – то этим делом займутся следственные органы!

– Хорошо было бы, – вздохнул Сергей.

– Она жива?! – Дверь пошатнулась от еще одного удара раненого носорога.

– В том-то и дело, что мы не знаем, – проговорила Маша.

– Я умер! – заорал Борис и, судя по звуку упавшего с высоты мешка картошки, свалился под дверь.

– Что за шутки? – возмутился сержант Скороходько. – Вместо вытрезвителя я вез его сюда целых два часа! После того, как он соплями извазюкал мне форменную жилетку! Немедленно открывайте дверь!

– Мы не можем, – пропищала Маша. – Нас самих закрыли!

– Серый, – очнулся Борис, – тебя закрыли? Тамарка! Точно она! Вот темпераментная баба!

– Не вижу в этом ничего смешного, – обиженно заявил Сергей. – Если бы у твоей фурии были мозги, она бы этого не сделала! В новогоднюю ночь!

– Да, – поддакнула Маша. – И не кричите, пожалуйста, Олесю разбудите.

При этом она подумала о том, как хорошо, что Тамара поступила именно таким, а не иным образом. И как плохо, что им помешал Борис. Однако он отец девочки, родная кровь тянет к дочери… Как бы его впустить?

– Спасибо, сержант Скоробородько! Ты настоящий друг!

– Скороходько. Вы уверены, Кузнецов, что за дверью, – он кивнул в сторону сладкой парочки, – не произошло ничего из ряда вон выходящего?

– Уверен, – похлопал его по плечу Борис. – Там мой друг, он ничего плохого сделать не в состоянии, совесть ему позволяет только пудрить мозги безмозглым симпатичным девочкам…

– Борька, я тебя урою!

– Он очень порядочный, товарищ сержант. И с безмозглыми девчонками тоже…

Сергей с Машей услышали удаляющиеся по лестнице шаги.

– Так вы бабник! – внезапно повернулась к нему Маша. – Вы и меня пытались соблазнить, и я чуть…

– Что «чуть»? – Сергей облокотился о дверной косяк, сложил руки на груди и задумчиво посмотрел на нее.

– Ничего! Я совершенно не соблазнилась. Вот! Когда мы целовались, я ничего такого не почувствовала! И пусть ваш друг не думает, что я…

– Да ничего он не думает, Машуль! Он этого не умеет делать априори.

– И не называйте меня ласкательно! Уменьшительно-ласкательно! Это уменьшает, унижает. И вообще…

– Что? – улыбнулся он.

– Вообще, я случайно тут оказалась и от нечего делать связалась с вами.

– Вот как?

– А что вы хотите? Новогодняя ночь, загадывание желаний, проводы старого года. А ты… вы что, Сергей, подумали, что все серьезно?

– Ничего я не думал!

– Тоже не умеете думать априори? – хихикнула Маша.

– Братцы! Я вас сейчас открою, – раздался за дверью голос Бориса.

– Открой немедленно! – крикнул Сергей.

– Выпустите меня сейчас же! – заявила Маша.

– Вертихвостка, – процедил Сергей.

– От бабника слышу!

– Борька, я тебя убью, если ты сейчас не откроешь!

Разумеется, ключей от квартиры, где дочка лежит, у Бориса не было. Подумать о том, что бывшая возлюбленная могла совершить такой безрассудный поступок, мог только сумасшедший. Но он собирался позвонить соседям и у них узнать про ключи. Борис знал, что рядом живет вполне приличная дама Дарья Васнецова, приличная в смысле внешности и, судя по отзывам Тамары, и поведения. Тамара, когда отлучалась надолго, просила соседку заходить в квартиру и поливать цветы. Могла и оставить ключи, на всякий случай, как это делают хорошие соседи.

Дарья как раз пыталась рассказать кавалеру о своих нежных чувствах и необыкновенной привязанности, дать таким образом повод и ему высказать по полной программе – предложить ей путешествие в загс.

– Суслик, – обратилась Даша к Спицыну, когда они сидели за столом и цедили шампанское, – сегодня такая необыкновенная ночь!

– Да, необыкновенная. Надо же, на твоей лоджии мерз мой босс!

– Я не об этом удручающем инциденте, – поморщилась Даша. – Тамарка всегда кружила голову одновременно нескольким парням. Ты знаешь, у нее был основной вариант и дублер. Я не такая, суслик.

– Сергей Сергеевич дублер? – изумился Спицын, тяжело вздыхая.

– Ну что ты заладил о нем! Сегодня такая романтическая ночь! Приличные люди признаются в любви!

– Что?

– И делают предложения, от которых нельзя отказаться. Вот!

– Я должен тебе что-то предложить.

– Не что-то, а руку и сердце!

Мужчины такие бестолковые создания! Они не понимают намеков. Подводишь их к главной цели, вот до нее уже остается пара слов. А они все равно ничегошеньки не понимают! Будь Даша бесхребетной мямлей, никогда не вышла бы замуж. И так пока не вышла, но надежда осталась.

– Дашенька, – Спицын схватил ее за руки и начал их трясти, – я и сам хотел. Честное слово!

– Что ты хотел? – начала помогать ему Даша, но тот вдруг смутился и опустил голову. – Я очень хочу, Дашенька, чтобы ты…

И тут раздался звонок в дверь.

– Не обращай внимания! – крикнула она. – Продолжай, Олегушка! Итак, ты хочешь… Чего?

В дверь забарабанили кулаками.

– Ты хочешь, чтобы я… – настаивала Дарья.

Дверь содрогнулась под тяжестью ударов ног.

– Я так не могу! – воскликнул Спицын. – Этот негодяй, покушающийся на мою невесту, опять вернулся! Сейчас я пойду и набью ему морду!

– Невесту? Суслик, ты сказал на твою невесту? Ты мой мачо! Иди и набей!

Спицын вскочил и бросился в коридор разбираться с непрошеным гостем, а Дарья кинулась к телефону.

– Мамочка! С Новым годом тебя, счастья, здоровья, исполнения всех желаний. Мамочка, а мое уже исполнилось! Он сделал мне предложение. Который из трех? Мамуль, ну, третьего я не считаю. Спицын сделал мне предложение. Ты знаешь, чего я хочу? Уехать с ним в Кремневую долину! Все, он возвращается! Чмоки-чмоки.

Спицын действительно вернулся. И не один, а с Борисом. Даша его сразу узнала, это был тот тип, что беспрестанно доставлял ее соседке Тамаре хлопоты и неприятности. По крайней мере, так это выглядело со стороны.

– С Новым годом! – произнес Борис и полез к Даше обниматься.

– Но, но! – Спицын встал впереди нее, закрыв девушку не совсем могучей грудью.

– Уйди, прыщ, мне с ней поговорить надо, – нахмурился Борис.

– Говорите через меня!

– Да, только через его труп! – высунулась из-за жениха Даша.

– Да ладно вам, чушь какую-то несете. – Борис плюхнулся в кресло. – Мне нужен ключ от Тамаркиной двери.

– Зачем? – прищурилась Даша.

– Там сидит мой друг с девчонкой, она их закрыла.

– А! – Даша повернула Спицына лицом к Борису и высунулась с другой стороны. – Может, она не зря так сделала! Может, эта парочка нацелилась на ее пожитки?

– Дашенька, – мягко укорил ее Спицын, – что ты такое говоришь? Сергей Сергеевич очень порядочный человек.

– Правильно мыслишь, парень! – обрадовался Борис. – Как у вас тут уютно и тихо. Вы не станете возражать, если я немного вздремну прямо здесь, пока вы ищете ключ? – Он устало закрыл глаза и откинулся на спинку.

– Нет! – взвизгнула Даша. – Мы возражаем!

Как она могла допустить в такой знаменательный час, когда решалась ее судьба, присутствие постороннего человека?

– Дашуль, он устал, пусть отдохнет.

– И ключа у меня нет! – выскочила из-за Спицына Дарья. – Понятно?

– Понятно, – пробормотал Борис, не открывая глаз. – А у кого есть?

– У Тамары!

– А где она?

– А я откуда знаю? – возмутилась Даша.

– Слушай, пигалица, не кричи, в ушах звенит, и голова разламывается. Иди лучше в кухню, свари кофейку, – сказал Борис и пригрозил: – Иначе лягу у тебя спать!

Даша громко фыркнула и направилась в сторону кухни.

– Дашуль, – пролепетал ей вслед Спицын, – если бы он не был другом Сергея Сергеевича, то я бы точно спустил его с лестницы.

– Кто кого бы спустил, – усмехнулся Борис. – Валяй, кофе вари. Где у вас телефон?

Борис разомлел в теплой, милой, можно даже сказать, добросердечной обстановке соседской квартиры. Ему захотелось спать. Но воспоминание о том, что сегодня ему наговорил автоответчик голосом Тамары, не давало покоя. Он потребовал себе кофе, чтобы взбодриться и продолжить поиски коварной пассии. Нет, отныне не пассии, а возлюбленной. Черт! Он ее действительно ведь любит.

У них с Тамарой были общие знакомые, им он позвонил в первую очередь. Безрезультатно. Оказалось, никто ее не видел и ничего о ней не слышал. Борис достал свой мобильный телефон и позвонил сестре Тамары, с которой давно не общался. Она тоже ничего не знала о сестре. Или соврала, решил Борис и нашел выход из положения: попросил Дашу позвать к телефону Тамару. Та сделала это, хоть и неохотно. Сестра сказала, что Тамары у нее нет. Пришлось поверить. А Дарья в пику Борису внезапно заявила о том, что у Тамары в последнее время появился привлекательный во всех отношениях кавалер, с которым она и проводит романтичную новогоднюю ночь.

Борис застонал, как раненый медведь, и пошел в кухню пить кофе.

Нечто подобное он и ожидал. Но ее признания! Сбрасывать со счетов эти трогающие душу слова он не может. Да и не станет!

– Кто он?

Даша рассказала, что с тем же вопросом к ним уже обращался Сергей Сергеевич, когда перелез через лоджию и оказался здесь.

– Серега! – хлопнул себя по лбу Борис. – Я о них совсем забыл. – И побежал на лоджию.

Ему пришлось долго кричать, пока те двое услышали зов страдальца. Сексом занимаются, редиски, грустно размышлял Борис. Серый своего не упустит. Но парочка вышла в странном виде двух нахохлившихся воробьев, демонстрируя, что заниматься они могли чем угодно, только не тем, о чем подумал Борис.

– Нашелся! – радостно воскликнул Сергей, увидев друга. – Наконец-то!

– А ключ нашли? – поинтересовалась Маша.

– Ребята, я должен вас огорчить, – развел руками Борис, – ключа нет.

– Я так и знала!

– Тебе придется терпеть мое общество, – усмехнулся Сергей.

– Отчего же «терпеть»? – встрепенулась Маша. – Вон ваш друг, лезьте к нему!

– С какой стати я должен лезть к нему? – повел широкими плечами Сергей. – Я не человек-паук, чтобы постоянно рисковать здоровьем.

– Ах, вы какой, – покачала головой она, – боитесь риска!

– Слушай, пигалица! – воскликнул Борис. – Не нападай на моего друга!

– Ладно, Борь, чего уж там, пусть нападает!

– Это я нападаю? – удивилась Маша. – Я вообще не обращаю на него внимания! Да зачем он мне нужен?

– Ах, я не нужен? – крикнул Сергей. – Значит, я не нужен? – Он развернулся и ушел.

– Куда? – успел только сказать Борис. – Вы чего там делаете, Снегурка? Деретесь, что ли?

– Почти, – всхлипнула та. – Не любовью же занимаемся.

Она испугалась своих слов, вырвавшихся наружу так бесстыдно, и покраснела.

– Зачем тогда звали, если ключа не нашли? – Маша решила сменить тему.

– Хотел спросить про Томкиного кавалера, – объяснил Борис.

– А-а-а, – протянула Маша и отомстила. Получилось мелко, но приятно. – Обалденный мужчина! Красавец! Грудь колесом, в глазах страсть, море обаяния и…

– Хватит, – прервал ее Борис. – Сержа позови.

– Сергей Сергеевич, – позвала Маша, – вас вызывают для дачи показаний!

Демонстративно, покачивая бедрами, она двинулась в комнату. На выходе-входе они, не желая уступить друг другу, оказались зажаты в узком проходе двери. Сергея окатила такая волна возбуждения, что он тихо застонал. А Маша почувствовала волнующее притяжение, дрожь в ногах и едва не свалилась спелой грушей к его ногам.

Еще чего! Пусть даже не мечтает. Она и так себя не узнает, стала дерзить и говорить гадости. Соврала хорошему человеку! Впрочем, может ли быть хорошим отец брошенного ребенка? Большой вопрос. Но врать все равно нехорошо, правда когда-нибудь да раскроется.

– Что? Грудь колесом? Очки у него колесами! Премерзкий тип, Борька, это вообще надо без мозгов быть, чтобы за таким мужиком вдогонку кинуться…

Вот она, правда, и открылась.

– На вкус и цвет товарищей нет! – выкрикнула Маша из комнаты.

– Молчи, несчастная! – ответил ей Борис. – Томка за ним побежала?

Сергей пожалел, что проговорился. На друга теперь больно было смотреть. Его могучие плечи опустились, сам он сник и погрустнел.

– Вообще-то, – решил поправить положение Сергей, – она была в состоянии аффекта и не понимала, что творила. Борька, она очень расстроилась, увидев меня вместо тебя. Точно! Она расстроилась из-за этого и совершила глупость. И не одну, – добавил он после паузы.

– Ты действительно так думаешь? – В глазах Бориса мелькнула надежда.

– Чтоб мне сдохнуть! – поклялся Сергей.

– Серый, дружище, – обрадовался Борис, – дай ключи от твоей машины! Ты же знаешь, Скоробродько, или как его там, арестовал мой джип! Я поеду и найду ее! И привезу! И вас открою.

Отказать ему в просьбе было равносильно дать пинка под зад умирающему. Отказать Борису – выпить на глазах страждущего в пустыне последний глоток воды. Отказать другу… И Сергей не отказал, разумеется. Он достал из кармана пиджака ключи и бросил их на соседнюю лоджию.

– Будь осторожен, – попросил он друга.

– Не поверишь, – произнес тот, – весь хмель выветрился! Жди меня, и я вернусь! – И он побежал в коридор Дашиной квартиры.

– Надеюсь, – недовольно прищурилась она, закрывая за ним дверь, – он больше не вернется!

– Да, не повезло мужику, – согласился Спицын.

– Милый, – Даша взяла его за руку и вернула к столу. – Так на чем мы остановились?

– А! – обрадовался Спицын. – Ночь сегодня такая необыкновенная!

– Да, дорогой, – улыбнулась Даша, – и… Что еще?

– И на твоей лоджии был мой босс и его друг!

– Та-а-ак, – протянула Даша, тяжело вздыхая, – придется все начинать сначала.

В соседней квартире Сергей тоже пытался начать все сначала. Он не понимал, как попался на удочку этой дерзкой и порывистой девчонки! Ведь поначалу все было так хорошо! Он хотел провести ночь с ней (о, как божественно звучит!), она не сопротивлялась. Более того! Снегурочка оказалась не холодной фурией, а очень даже жаркой штучкой. От нее исходила такая пылкость…

Может, дело в том, что он отнесся к ней, как к штучке? Обмолвился, оступился, обознался. Так он привык говорить и действовать с Нелей. Неля! Забытое прошлое. Как быстро она исчезла из его сердца. Впрочем, а была ли она там? Торчала как заноза в мозгу, с ней было приятно, необременительно, он собирался на ней жениться. Бр-р-р-р. Теперь Сергею об этом даже думать было неприятно, словно с глаз упала пелена, и он воззрился на мир во всем его коварном обличии.

Неля. Такая же, как и ее мать – прожигательница жизни, средств и здоровья мужей. Он едва не вляпался в эту семейку. А почему раньше об этом не думал? Потому что не встретил Снегурочку и ему было глубоко наплевать на свою личную жизнь.

– Я проголодался, – пробурчал Сергей, возвращаясь за стол.

– Пить больше не буду! – заявила Маша и испугалась собственного громкого голоса. – Ой, я так кричу. Пойду посмотрю, как там Олеся.

– Пить не буду, пить не буду, – проворчал он, подхватывая на вилке кружок сырокопченой колбасы. – Есть не буду, секс тоже не входит в мое меню…

– Спит, – сообщила, вернувшись, Маша. – Вы тоже говорите тихо, раз остались.

– Мы пили на брудершафт, – напомнил Сергей.

– Ну и что? Как будто что-то изменится, если мы перейдем на «ты».

Сергей внимательно посмотрел на нее и с мрачным видом дожевал колбасу. Эта Снегурочка – крепкий орешек. Понятно, отчего до сих пор засиделась в девках – многим оказалась не по зубам. Но ему в самый раз.

– И не смотрите на меня таким взглядом, – попросила Маша.

– Каким?

– Таким, таким… Плотоядным! Словно я сырокопченая колбаса.

– Люблю, – сказал Сергей нарочито холодно, но с намеком. – Иногда балуюсь.

Маша хотела произнести: «Оно и понятно, бабник!», но слова застряли в горле. Она схватила ломтик сыра с тарелки и принялась его яростно жевать.

Борис несся по улицам новогоднего города в надежде среди прохожих отыскать Тамару. Он понимал, что это глупо и наивно, но ничего другого сделать не мог. Внезапно именно сегодня и сейчас на него нахлынула забытая радость волшебства новогодней ночи. Как тогда, в далеком детстве, когда, укладывая его спать тридцать первого декабря, мама оставляла форточку открытой.

– Дед Мороз в нее залетит и оставит тебе подарок, – объясняла она сыну.

И действительно на следующее утро Борис находил под елкой подарок. И радовался, что сказочный старик не забыл худенького вихрастого мальчишку и принес ему то, о чем он мечтал. А вскоре родители поругались, и отец ушел от них с мамой.

Наступило тридцать первое декабря, и мама забыла открыть на ночь форточку, а вихрастый мальчик все равно нашел подарок на следующее утро под елкой. Он не понимал, как это могло произойти, и бегал по квартире, ища щель, куда мог просочиться сказочный старик. А потом увидел заплаканную маму и все понял. Деда Мороза не существует! Чудес нет! Иначе его мама в это сказочное время не плакала бы и папа их не бросил бы.

Это открытие стало важной вехой в жизни маленького мальчика. Он стал относиться к миру более цинично, чем мир мог ему позволить. И судьба наказывала его до сегодняшнего дня тем, что не давала возможности и желания просто сесть и подумать. А ведь у него растет дочка! И она верит в Деда Мороза!

– Блин! Не разуверилась бы, догадавшись, что вместо него пришел Серега.

Что он наделал? Испортил еще одну сказку. И Тамару потерял. Где она в этой гуляющей толпе? Ну не может такого быть, чтобы какой-то мужик увел ее из-под самого носа. Теперь, когда он прозрел и готов поверить в чудо, пусть оно свершится!

– Чудо! Тамара! Где вы-ы-ы-ы-ы?!

И через ночной город прокатился призыв Борьки Кузнецова, того самого худенького вихрастого мальчугана, который когда-то верил в волшебство.

Глава 5

Тамара

Любая умная женщина способна на глупости.

Иван Дмитриевич был небольшого роста, но шагал широко и быстро, так что Тамара едва успевала за ним. Она понимала, что бежать за ним глупо и ниже ее достоинства, но оправдывала поступок Ивана вспыльчивым характером. Когда они будут вместе, она постарается не давать больше повода для вспыльчивости. Когда они будут вместе?! Если помирятся, то скоро, ведь Иван хотел попросить ее выйти за него замуж.

– Ванечка! – окликнула его Тамара, пробежав приличную стометровку. – Подожди!

Иван Дмитриевич ускорил шаг, но внезапно остановился и повернулся к ней лицом, тускло отсвечивающим в неоновых огнях витрин очками. Толстые линзы уставились на нее с недоверием, в голосе прозвучал страдальческий сарказм:

– Ты все еще его любишь!

– Ванечка, ты ошибаешься! Между нами все кончено, так и не начавшись, – поспешила заверить его Тамара. – Но Борис отец моего ребенка, и я не могу не позволить им видеться. Тем более сегодня пришел не он, а его друг.

– Ты его оправдываешь! – возмутился Иван. – Он даже сам не пришел! К родной дочери!

– Ты прав, ты прав. Пойдем обратно.

– Ни за что! – бросил Иван Дмитриевич и, резко повернувшись, зашагал дальше.

– Куда ты идешь? Куда? Зачем? – Она побежала за ним следом.

Мужчина ее мечты шел молча и игнорировал ее присутствие, а Тамара ухватилась за рукав его куртки.

– Хорошо, – проговорила она, – если ты хочешь, то давай встретим Новый год на улице. Это так романтично! Это так здорово! Ты знаешь, Вань, я никогда не проводила новогоднюю ночь на улице.

– На улице холодно, – пробурчал Иван. – И знаешь что?

Он остановился и смерил Тамару пристальным взглядом. Достал носовой платок, снял очки и медленно протер их. После этого нехитрого действия водрузил их на переносицу и вгляделся более внимательно. Тамаре показалось, что он ищет на ее лице предательский прыщ или, что еще хуже, следы обмана. По большому счету, она не врала, что между ней и Борисом ничего нет. Но и не говорила правду – чувства остались. Какие – в этом стоило разобраться.

– Знаешь, – медленно произнес Иван, зябко кутаясь в капюшон, – я иду к маме. Я хочу встретить Новый год с родным человеком!

– Я тоже! – обрадовалась Тамара. – Тоже хочу с родным человеком провести эту ночь!

– Правда? Ладно. Пошли.

Вот так неожиданно Тамара влипла в историю. Зачем она это ляпнула? Кто тянул ее за язык? Какая мама? Она еще толком самого Ивана не знала. И как он ее представит? Невестой? Тамара внезапно споткнулась и едва удержала равновесие.

– Чуть меня за собой не утащила, – недовольно пробурчал Иван. – Смотри под ноги!

– Так не видно ничего.

Они зашли в темный двор, освещаемый тусклым единственным фонарем. Тамаре отчего-то пришла на ум фраза из известного фильма про то, как Москва не верит слезам: «В стране с бумагой напряженка». Только в сегодняшнем варианте это звучало иначе: «В стране со светом напряженка». И та, и другая фразы заставили загрустить еще больше, когда они вошли в темный подъезд и под их ногами прошуршали рекламные листовки.

– Достань свой телефон, – попросил Иван, – и свети вниз. На моем мобильном батарейка вот-вот разрядится.

Тамара последовала его совету и осветила им путь.

Мама Ивана жила на третьем этаже старого дома и была ему под стать. Высокая сухопарая старушка с цепкими глазами и желчно поджатыми тонкими губами возникла на пороге, как кара небесная. Тамара живо ее представила в период сталинских репрессий, в армейском френче с наглухо застегнутыми пуговицами и кобурой на ремне.

– И что это? – словно ведя допрос, она высокомерно смерила Тамару недовольным взглядом. – Ты говорил, что придешь один.

Они договорились заранее? Когда же Иван хотел от нее сбежать: до того, как сделает предложение, или после? Тамара подавила обиду и натянуто улыбнулась.

– С Новым годом!

– Ксения Вениаминовна! – произнесла мама Ивана.

– С Новым годом вас, Ксения Вени-ми-ни-ани, – запуталась, волнуясь, Тамара.

– Русский у нее родной язык? – усмехнувшись, поинтересовалась старушка у сына. – Где ты ее нашел? Это та молдаванка, которая делала ремонт у тебя осенью?

– Мама. Позволь нам пройти, я все объясню.

Она посторонилась и пропустила гостей в дом.

– Проходите, голубушка, раз уж пришли. – Мать Ивана подтолкнула Тамару в спину костлявым пальцем, чуть не проткнув насквозь. А сама с сыном задержалась в коридоре. – Ну и? Я жду объяснений.

Тамара замерла в комнате и, прислушавшись, тоже ждала.

– С Каролинкой все кончено, она уехала. Это, мамуль, моя новая знакомая – очень порядочная женщина, с ребенком. Как ты хотела. Ты же хотела порядочную?

– Надеюсь, ее порядочность способна прокормить тебя, меня и ребенка? Три лишних рта сегодня под силу только дочери олигарха.

– Мама, она не дочь олигарха! Она мне нравится. И может, даже…

– Я всегда знала, что ты себя недооцениваешь. Даже думать не смей! Вообразил себе невесть что! Нравится! Ха, если бы я выскакивала замуж за всех тех, кто мне нравился, ты бы потерял счет своим отчимам.

– Мама…

– И не мамкай! Привел неизвестно кого! А вдруг она воровка на доверии? Посидела, запудрила мозги, а потом пропал…

– Рояль, – подсказал Иван.

– А хотя бы и рояль! Как ее зовут?

– Тамара.

– Фи.

– Мама…

– Проходите, голубушка, проходите, не торчите в проходе. Подслушивать нехорошо.

Тамара покраснела, будто ее застали за кражей селедки из бочки. Почему возникла такая ассоциация, она догадалась позже, когда ее подтолкнули к столу, уставленному рыбными закусками. В центре стояло блюдо с жареной селедкой. Тамара села, рядом с ней устроился Иван.

– Я так и знала! – торжественно изрекла Ксения Вениаминовна.

– Мама, что?

– Руки вымыли?

Тамара вздрогнула, будто получила пощечину.

– Забыли, – подскочил Иван Дмитриевич и побежал в ванную комнату.

– Я, пожалуй, пойду, – вздохнула Тамара. – Руки мыть, – на всякий случай добавила она.

– Санузел у меня раздельный, – напутствовала ее старушка. – Можете не стесняться. В вашем возрасте это вполне нормально, как врач вам говорю…

– Спасибо, – пролепетала Тамара и поспешила в коридор.

Там она быстро оделась, схватила сумочку и пулей вылетела за дверь.

Тамара очнулась только через три квартала от дома, где проживала Ксения Вениаминовна, но не остановилась, а перевела дыхание и побрела дальше. Погони за ней не было. С одной стороны, ей хотелось, чтобы Иван кинулся ее догонять, как она его. С другой стороны, Тамара внезапно ощутила к нему такое отвращение, что видеть его больше не хотела.

На свежем воздухе голова прояснилась, под гул редких машин активизировался мыслительный процесс, и она поняла, что ничего большего ждать и не могла. Ведь в ее возрасте, о, как мило об этом напомнила старая карга, холостыми остаются лишь разведенные мужчины и маменькины сынки. И с теми и с другими лучше не связываться таким женщинам, как она. Тамара привыкла к самостоятельности, хорошо, что отвыкать не придется. Но и самостоятельной женщине хочется прислониться к крепкому надежному плечу и на денек-другой освободить себя от обязанностей и забот. Теперь она об этом может только мечтать.

Как глупо началась новогодняя ночь! Впрочем, она еще не началась, и Тамара решила позвонить и узнать, как там Сергей сидит с ее дочкой.

На звонок ответила девушка Снегурочка, о которой она совсем забыла. Но та заверила Тамару, что с Олесей все в порядке. Сергей молодец! Снегурочка тоже умница! Из них получилась бы хорошая пара. А ей остается одиночество. Но вдвоем с дочкой они не одиноки.

Тамара спрятала телефон в сумочку и только сейчас сообразила, что ноги привели ее на центральную площадь, где высилась лучшая лесная красавица города и собирались толпы молодежи. Тамара заметила и пожилых людей, и тех, кому за тридцать.

Это тоже становится хорошей русской традицией – встречать Новый год в шумной разноголосой толпе единомышленников, радостно приветствующих наступление будущего. Здесь, среди улыбок и праздничных пожеланий, невозможно грустить и вспоминать о былых неприятностях. Тамара улыбнулась пожилой паре, радостно поздравившей ее с наступлением Нового года. А потом улыбнулась парню с девушкой, прокричавшей ей в самое ухо, что куранты уже бьют и нужно подставлять бокал для шампанского. Тамара развела руками, откуда у нее бокал? Она и перчатки-то забыла дома, убегая. Но тут же получила пластиковый стаканчик, который моментально до краев наполнился игристым пенным напитком. А потом они чокались пластиковыми стаканчиками и пили холодное шампанское. Кричали «Ура!». Летели залпы салюта, и царило сказочное новогоднее веселье. Кто-то незнакомый сунул ей в замерзшие руки вязаные рукавицы, а веселая рыжая девчонка, пробегая мимо с друзьями, отдала Тамаре свой яркий рыжий шарф.

И Тамара, шмыгнув замерзшим носом, внезапно поняла, что все еще впереди! Невозможно не верить в чудо, если оно существует. Вот оно – перед ней, разгульное, с хмельком и искренне доброе, от души близкое и родное и, как русские просторы, необыкновенно широкое.

Она встретила Новый год с родными людьми! Со своими земляками. Близкий человек – не тот, кто живет рядом, по соседству, а тот, кто наполнит твою жизнь радостью и поделится с тобой последним. Тамара заливисто рассмеялась, вспомнив, как с ней поделились шампанским. Она была уже вдалеке от этих симпатичных ребят, но ее окружали такие же добрые люди.

Добрые люди. Ведь не зря же в русском языке возникло это замечательное словосочетание.

Тамара встретила Новый год с добрыми людьми, а это значит, что следующий год будет к ней добр.

Волшебная ночь изобиловала не только волшебными сюрпризами.

Когда Сергей попытался сгладить обстановку и поговорить наконец-то со Снегурочкой о том, с чего это она вдруг взбеленилась и понесла, словно норовистая кобылка, как напомнила о себе Неля.

Телефонный звонок раздался громом среди ясного неба – Сергею почти удалось наладить с Машей разговор, начав его сакраментальной фразой: «Может, помиримся?» Маша решила продолжить дерзить в том же духе: «А с чего вы взяли, что мы ссорились?» Он бы ей ответил: «А, так у вас это такой стиль общения?» Она бы ему сказала: «Да уж, какой есть!» Он бы ей ответил…

Задумчивость Маши Сергей списал на согласие примириться.

– Не будем поднимать трубку, – предложил он.

– А если это Тамара? – возразила она. – Может, она волнуется за ребенка!

– Вероятно, – усмехнулся Сергей, делая в сторону телефона шаг. – Но если бы она волновалась за ребенка, то сидела бы здесь! Да! Слушаю. Кто? Неля? Черт, я не посмотрел на определитель номера…

Маша пожала плечами. Почему он, собственно, перед ней оправдывается? Она ему не невеста, невеста вон телефонный провод обрывает, все боится, что жениха уведут.

– Неля, здравствуй, – решительно сказал Сергей, собираясь популярно (в который раз!) объяснить подруге, что они серьезно поговорят обо всем случившемся завтра утром. Или после обеда. Лучше вечером. Или еще лучше – через день…

– Привет, милый. Как дела? – проворковала Неля, и Сергей улыбнулся, понимая, что она не собирается с ним ругаться.

«Еще улыбается, гад!» – подумала Маша, не сводя настороженного взгляда с Сергея. Действует сразу на два фронта, полководец несчастный. Она ему в плен карих глаз не сдастся, пусть на скорую победу не рассчитывает. «Ах, Неля, ах, Неля». Тьфу. Противно.

– Я не посмотрел на определитель, – зажав рукой трубку, повторил Сергей, обращаясь к Маше.

– Мне-то какое дело?

– Неля, я сейчас не могу говорить…

– И не надо, дорогой. Окрой дверь, я у тебя на пороге!

Сергей кинул трубку и протер ладонями лицо.

– Этого не может быть. Откуда она узнала, где я нахожусь?

– Узнать адрес легко, – пожала плечами Маша, – если есть номер домашнего телефона.

– Да? А я никогда не пробовал.

И тут раздалась еще одна трель. На сей раз уже в дверь.

– Она что, – испугалась Маша, – действительно сюда приехала?

– Ага, – обрадовался Сергей ее замешательству. – Сейчас ворвется и начнет выяснять, с кем я провожу ночь! Драться умеешь? Насколько я знаю, сначала нужно вцепиться в волосы, а потом укусить за локоть.

– Спасибо за совет, воспользуюсь им при случае. Только она сюда не зайдет!

– Отчего же?

– Оттого, что мы сами заперты!

– Черт! Я и забыл. Можешь считать, Снегурочка, что тебе очень повезло.

Звонок настойчиво повторился еще несколько раз.

– Идите, – кивнула Маша в сторону коридора. – Выкручивайтесь! Рассказывайте сказки про то, как вас случайно, ах, совершенно случайно, закрыли в одной квартире с молодой особой и вынудили с ней… провести ночь.

– И пойду! – заявил Сергей. – Неля – умная девушка и все поймет.

– Что?! – донеслось до Маши. – Что значит «тебя закрыли»? С кем?

Неля ничего не поняла. Или не хотела понимать. Она орала на лестничной площадке, перебивая монотонный голос своего несостоявшегося, как надеялась Маша, жениха, словно из ее рук вырывали сумочку с паспортом и зарплатой за последний год. Ну, для Маши была бы такая причина весьма убедительной, чтобы так орать.

Впрочем, в новогоднюю ночь орали многие, и никто не возмущался.

– Бедняжка, – вздохнула Маша и уличила себя еще в одном постыдном деянии.

Мало того, что она подслушивала, Маше нестерпимо захотелось досадить сопернице, подав голос, и она двинулась в коридор.

– Неля, золотце, успокойся и перестань визжать, – урезонивал Сергей громогласную подругу. – Я тебе говорю, что все случилось внезапно, и никто специально здесь не закрывался!

– Неля, успокойтесь, между мной с вашим Сергеем ничего нет, – произнесла Маша.

Неля заорала, как безумная:

– Ты вдвоем с ней? Открывайте сейчас же, иначе я дверь разнесу в щепки!

– Неля, не кричите так! – рассердилась Маша. – Ребенка разбудите!

– Ах, тут уже и ребенок есть? Нечего сказать, хороша штучка, подсуетилась быстро, с богатого мужика алименты пристроилась драть? Открой, стерва!

– Вы что, олигарх? Вот не повезло-то, – устало вздохнула Маша, присаживаясь на тумбочку. – Может, ватные тампоны принести? Как долго она обычно визжит?

– Обычно она не визжит, – обиделся за подругу Сергей. – И ты сама виновата, не надо было влезать в наш разговор.

– Я не хотела. Нет, хотела. Но это ничего не меняет. Мне было интересно, как она отреагирует. Знаете, Сергей, чувства людей обычно проверяются в экстремальных ситуациях. Находясь на грани между жизнью и смертью, человек совершает искренние поступки. Нашу ситуацию можно считать экстремальной. Ревность – одно из самых сильных чувств человека.

– Откуда ты все это знаешь? – усмехнулся он.

Неля от угроз перешла к плачу. Судя по всему, решила разжалобить.

– А я умная, не замечал? – тихо промолвила Маша.

– Заметил, что ты необыкновенная. – Сергей подошел к ней, намереваясь поговорить.

– Не надо! – предупредила Маша, отталкивая его руку. – Это как при трупе целоваться!

– А-а-а-а-а, – выла за дверью Неля. – Я такая несчастная, а-а-а-а-а…

– По-моему, она слишком много выпила, – нахмурился Сергей, обернувшись к двери.

– Обычно она не пьет?

– Нет. Сейчас я решу эту проблему.

Он позвонил в соседнюю квартиру и позвал к телефону Спицына. Тот не смог отказать шефу и согласился предоставить помощь девице, рвущей, не жалея дорогостоящего маникюра, обивку на двери Тамариной квартиры. В соседней квартире тоже послышался недовольный женский визг. Но стих быстрее, чем на лестничной клетке. Там послышалась возня и отборная ругань. Маша обомлела – Неля ругалась, как портовый грузчик. Разумеется, Маша не слышала, как именно они ругаются, но полагала, что хуже нельзя. Она ошиблась! Когда Спицын потащил Нелю в соседнюю квартиру, у окружающих завяли уши.

– Я же говорила, – прошептала Маша, – люди в экстремальных ситуациях ведут себя естественно… Со всем этим нужно что-то делать, Сергей!

– Нет уж, уволь! Я не полезу туда!

– Может, каким-то другим образом… Она так несчастна.

– О! Какое человеколюбие вдруг в тебе открылось. С чего бы?

– С того самого! – рассердилась Маша. – Все мы люди! И бросать нас плохо.

– Ее никто не бросал!

– Так, значит, – покачала головой Маша, – она остается вашей невестой? Замечательно. А ведь мы чуть не поцеловались еще раз! Бабник! – Она гордо выпрямилась и вернулась в комнату.

Сергей расхохотался. Он никогда не видел так сильно ревнующих женщин. Так его никогда не ревновали.

Борис звонил Тамаре, продолжая мотаться по городу. И поражался количеству прогуливающихся в новогоднюю ночь людей. Он останавливал машину, чтобы разглядеть в толпе родное лицо, и натыкался на знакомых. Борис не представлял, что руководитель серьезной экономической структуры города может запросто вышагивать по хрустящему снегу с женой и внучкой. А надменная бизнес-леди, которая выпила из Бориса ведро крови, когда они занимались совместным проектом, запускала возле своего дома фейерверк в компании вопящих от радости друзей и родственников. Заместитель главы города! Сам Горячев выгуливал молодую супругу и огромного белоснежного пуделя, и на его довольной физиономии было такое блаженство, что Борис поразился.

В обычное время все эти люди и шага не делали, их везде дожидался автомобиль с личным водителем. Мир перевернулся с ног на голову? Получается, что Борис не один потерял загранпаспорт и остался на праздники в родной глубинке? Сливки города, по которым горючими слезами плакал Куршавель, тоже решили провести новогоднюю ночь дома?

Но чему удивляться, ведь Новый год – семейный праздник. И у него тоже есть семья. Сейчас он найдет Тамару, и они вернутся к Олеське. Не может такого быть, чтобы она променяла его на чужого мужика. Да, он гад, он сволочь, но он родная ей сволочь! Он исправится, начнет жизнь заново, с чистого листа. Пусть только отыщется Тамара.

Куда же она могла деться? Борис прикинул, куда бы он сам отправился. В таком мерзком случае его свинской неблагодарности и примитивного мужского эгоизма. Думать пришлось недолго. Борис вспомнил время, когда они с Тамарой встречались на лавочках в парках и назначали встречи возле памятников. Он вспомнил и скамейку в Тихом сквере, где они первый раз поцеловались. Память услужливо выдавала ему подробности, связанные с любимой женщиной. Она в тот раз была необыкновенно красивой! Она и сейчас необыкновенно красивая.

Борис нажал на газ и понесся к Тихому скверу.

Припарковать машину удалось сразу. Отважных подвыпивших граждан, рискнувших вступить в прения с сотрудниками правопорядка на дорогах, было немного. Правда, и самих сотрудников поблизости не наблюдалось. Борис вышел из автомобиля и поспешил в сквер, где гулял народ. На скамейке он заметил одинокий темный женский силуэт. Сердце защемило. Какой же он был дурак!

– Тамара! Томка моя!

Он подбежал к скамейке, схватил в охапку женщину и прижал к груди.

– Извините, – раздался тонкий голосок, – я не ваша Тамара. Я вообще не Тамара.

Борис отстранился. Действительно, это не она. Чудес не бывает.

– Что ты здесь сидишь? – разозлился Борис на дрожащую девчонку с красным носом. – Замерзнуть хочешь?

– А хоть бы и замерзнуть! – дерзко ответила она, вздергивая курносый нос. – Вам какое дело? Кто вы такой, чтобы на меня кричать?

– Кто я? Никто, просто человек. Проходил мимо…

– Вот и проходите! – Девчонка всхлипнула и едва не разревелась. – Я никому тут не мешаю.

– Он не пришел? – догадался Борис.

– А я и не ждала! – продолжала дерзко отвечать девчонка сквозь слезы. – Очень надо. Этот несчастный трус сразу сбежал, как только про ребенка услышал.

– Так ты беременная, – изумился Борис. – Только этого мне не хватало!

– А с какой стати вы меня к себе причисляете? Я вполне самостоятельная личность и могу сама о себе позаботиться.

– Так, значит! Давай-ка, самостоятельная личность, шагай самостоятельно в мою машину, я тебя к родителям отвезу! Или понесу, черт подери, но замерзнуть из-за одного идиота тебе не позволю.

– Долго везти придется, мои предки в Кандалакше живут.

– Где это? – озадачился Борис, но схватил девчонку за руку и потащил к машине.

– В Карелии, на севере, очень далеко. А вы что, хотите сегодня выступить в роли Деда Мороза? Можете не стараться, я в них не верю. И в институтскую общагу не поеду, все равно оттуда через пару месяцев, когда заметно станет, выгонят.

– Матери сообщила? – спросил Борис, усаживая девчонку на заднее сиденье.

– А ей по фигу, у нее новый молодой муж.

– Что собираешься делать?

– Повешусь или утоплюсь.

– Я тебя сам убью за такие слова!

– Не угрожайте, я пошутила. Не знаю, что делать, – неожиданно призналась девчонка и громко разревелась, причитая и всхлипывая на свою несчастную женскую долю.

Борис внезапно почувствовал за нее ответственность, решив, что судьба подкинула ему этот горемычный комок нервов для того, чтобы он исправил допущенную когда-то ошибку.

– Не веришь, значит, – пробурчал он. – Тогда сиди и убеждайся, что чудеса случаются! Для тебя я Дед Мороз. Есть хочешь?

Борис завернул в ресторан, где его знали и ценили как архиважного клиента. Для него чудом (опять же повезло девчонке) нашелся незанятый в новогоднюю ночь столик, за которым они устроились. Девчонка больше не плакала, сияла красным носом и пугала окружающих скромным видом – джинсами и облезлой кофтенкой. М-да… Не с такими девахами Борис Кузнецов проводил новогодние ночи. Как жизнь, однако, круто переменилась. Но он рад этому! Чертовски рад.

– Давай, Володь, – сказал он официанту, – как обычно и в двойном размере. Только вместо коньяка сок принеси.

– Если можно, яблочный, – произнесла девчонка.

– Мороженого хочешь? – поинтересовался Борис.

Она кивнула.

– И мороженого этому ребенку, – добавил он.

Парень кивнул и ушел.

– Не напоминайте мне про ребенка, – шмыгнула носом она. – Я аборт сделаю.

– Я тебе задам такой аборт, – прошипел Борис ей через стол. – Мало не покажется! Заруби себе на носу – я твой Дед Мороз.

– Ролевые игры предпочитаете?

– Отыгрался уже, – махнул рукой Борис. – Как твой, идиотом был, да опомнился вовремя, надеюсь.

Она ела с таким аппетитом, словно соревновалась с голодающим населением Африки в сезон сильнейшей засухи. Девчонка не заметила, как он осторожно подсунул ей свою тарелку с нежнейшей телячьей отбивной, украшенной зеленым горошком и воздушной массой картофельного пюре. Это было любимым блюдом Бориса, он терпеть не мог новомодные суши.

– Давай, подкрепляйся, – сказал он, глядя, как она активно вымазывает почти уже пустую тарелку кусочком хлеба, собираясь отправить его в рот. – Сейчас еще чего-нибудь закажу.

– Не-т, спасибо, наелась до отвала. Мороженое скоро принесут?

– В дамскую комнату сходи, – посоветовал ей Борис. – Нам еще кататься по городу.

– Зачем? – удивилась девчонка. – Отвезите меня в общагу, все равно от меня вам никакого толка.

– Вернешься, и решим, куда тебя везти.

Тамара возвращалась домой в приподнятом настроении, никогда еще она так хорошо не проводила новогоднюю ночь. Жаль, дочки с ней не было, ничего, к следующему году подрастет, они вместе пойдут гулять по ночным улицам. Конечно, для ребенка это не полезная прогулка, лучше бы с мужчиной побродить. Но Тамара решила, что больше не будет в ее жизни нелюбимых мужчин. Можно обмануть окружающих, но обмануть себя невозможно. В ее сердце все еще живет чувство к недостойному типу, бросившему их с Олеськой на произвол судьбы. И даже не позвонившему ей!

Тамара остановилась возле дорогого ресторана, достала из сумочки телефон и решила проверить пропущенные звонки. Телефон ответил темным экраном – села батарейка. Замечательно! Ничего не скажешь. Загуляла она, нужно возвращаться домой, наверняка Сергей ее ищет. Ох, она же его закрыла!

Тамара рассмеялась, представив друга Бориса, злого и недовольного. Так ему и надо! Раз он его друг… И замерла с открытым ртом – в окне ресторана маячила грузная фигура Бориса. Разумеется, он праздновал не один, к нему подлетела радостно возбужденная девчонка! О, до чего он докатился! Такой облезлой особы она никогда не видела. Да уж, новогодняя ночь продолжает преподносить сюрпризы.

Девчонка села напротив Бориса и принялась уминать огромную порцию мороженого.

– И не подавится ведь, – пробурчала Тамара, – стерва!

Внезапно ей стало обидно и захотелось разбить стекло ледышкой, чтобы та попала точно по его мозгам, встряхнула их и заставила задуматься, до чего он докатился – до малолеток! Тамара потерла руки в варежках, покрепче замотала подаренный шарф на шее и подпрыгнула сначала на одной ноге, затем на другой, прикидывая план действий. Лучше всего дождаться их и высказать все, что она думает, на улице. Менее вредно для здоровья – ворваться внутрь и сказать им все, что она думает, в ресторане. Но там могут оказаться знакомые, среди них есть те, кто целый год копит на два мероприятия: заграничный отдых и встречу Нового года в кабаке. Юбилеи тоже считаются, народ активно тянется к общепиту. Закатывать скандал на глазах у посетителей Тамара не хотела.

Значит, придется ждать на улице. Спасибо добрым людям за варежки и шарф. Да, мир не без добрых людей. Но в нем полно таких злодеев, как Кузнецов!

Ей повезло, девчонка мигом расправилась с мороженым, и Борис заторопился. Через пять минут парочка вышла на улицу. Тамара как раз собиралась поругаться с местным швейцаром, неодобрительно косившимся на нее.

– С новым гадом вас, девушка! – крикнула она осипшим голосом. – Вам сказочно повезло!

– Спасибо, – опешила та. – И вас с новым… этим…

– Спасибо, милая девушка! Один гад у меня уже есть!

– Тамара? – воскликнул Борис. – Ты сама меня нашла!

– Еще чего, я просто мимо проходила!

– Так он и вы… – Девчонка покрутила пальцем у себя перед носом, догадываясь, что эти двое что-то не поделили. Скорее всего любовь.

– Томка, я тебя искал, честное слово! Всю ночь проездил. Дома был, а там Серый сидит с какой-то девахой! И еще соседи у тебя придурочные, ты почему им ключ не оставляешь? А Олеське понравился ноутбук?

Тамара стояла, не шелохнувшись, собираясь с силами, ожидая, когда этот поток красноречия иссякнет. Как же он осунулся и постарел. А все туда же. Так и до инфаркта недалеко. Скольких бездыханных мужиков уже снимали с молодых ядреных тел…

– Ладно, я пошла, провожать не надо, – произнесла девчонка, махнув тонкой прозрачной рукой. – Спасибо тебе, Дед Мороз! Удачи. Он у вас очень хороший, – добавила она, обращаясь к Тамаре. И сутулая фигурка стала быстро отдаляться.

– Том, ее нужно догнать! – вскричал Борис.

– А! – прорвало Тамару. – Понравилась? Полностью удовлетворяет? Хорошим называет!

– Дура ты, Томка, она же беременная!

– Еще один незаконнорожденный ребенок. Ничего, ты богатый, на алименты не скупишься. Ноутбуки детям даришь. Только вот никакие большие деньги не сделают большим сердце!

– Том, – Борис схватил ее в охапку, – ты меня слышишь? Девчонке очень плохо! Она с собой может все, что угодно, сделать.

– Ничего, перетерпит! Я же выдержала.

– Томка, ты ведь не такая.

– А какая я? Какая? Девушка! Стойте! Он вовсе не мой, берите его обратно!

Тамара вырвалась и побежала за девчонкой.

– Как ее зовут? – на бегу обернулась она к нему.

– А я почем знаю? – пожал широкими плечами Борис, направившийся следом. – Ух, эти глупые гордые бабы.

– Это же надо, он не знает, как ее зовут! Он не знает, как ее зовут? Девушка! Стойте!

Девчонка остановилась, Тамара подбежала к ней и принялась говорить что-то, отчаянно жестикулируя. Та покачала головой, разрыдалась, они обнялись. Борис остановился метрах в тридцати от них, достал сигарету, закурил и поднял голову. На темном небе сияли звезды. Яркие, как брильянты, которые он дарил своим пассиям. Тамара драгоценности не любила, говорила, что лучше купить оборудование в детскую больницу. Он и купил, когда Олеська там лежала на втором году жизни. Знает ли она об этом? Она, в сущности, многого о нем не знает. А вот девчонка сразу поняла, что он хороший. Борис улыбнулся и перевел взгляд на рыдающих женщин. Ох уж эти бабские слезы!

– Девчонки, поехали домой!

Тамара повернулась к нему и закивала. Борис крикнул, чтобы они оставались на месте, и двинулся к машине. Он подъехал к ним близко и услышал, как девчонка взахлеб рассказывает Тамаре свою грустную историю любви. Борис открыл переднюю дверцу:

– Садись, Тамара.

– Мы на заднем поедем, – многозначительно сказала она.

– Нет, – встрепенулась девчонка, – при нем ничего рассказывать не стану. Он хоть и хороший, но все равно мужик! А они все одинаковые. – И разрыдалась.

– Вот блин! А говорила, что я хороший. Не поймешь вас, баб, то есть женщин.

– Ее зовут Оля, – тихо произнесла Тамара. – Ты, правда, нашел ее на нашей скамейке?

– А где еще? – усмехнулся Борис. – Искал тебя, нашел ее. Нужно же с ней что-то делать!

– Не нужно со мной ничего делать, – хлюпала носом Оля.

– Это теперь нам решать, – заявила Тамара. – Раз уж ты попалась нам в новогоднюю ночь, то наверняка неспроста.

– Нравится мне это «нам»! – довольно подхватил Борис.

Глава 6

Неля

Если невеста ушла к другому,

то неизвестно, кому повезло.

А если жених ушел к другой,

то точно известно, кто невезучая.

– Это дурдом какой-то! – воскликнула Даша, глядя, как ее благоверный Спицын затаскивает в комнату нетрезвую девицу. – Зачем она нам, Олежек? – Она пригляделась к девице внимательнее. – Модель, что ли?

– Да, ноги у нее длинные, – произнес Спицын, затаскивая упирающуюся Нелю за ноги. – Отцепи ее руки от туалетной двери!

– Да я не протиснусь между вами! Кинь ее, Спицын! И позвони шефу. Если это его девица, то пусть к себе и забирает!

– Не надо меня кидать, – заявила Неля. – Положите, где взяли.

– Ты забыла, что шеф закрыт в соседней квартире? – Спицын запыхтел и прибавил усилий. – Зацепилась за туалет, как майский клещ за блудливую собаку.

– Вот зараза! Она ручку от двери оторвет!

– Даша, пощекочи ей подмышки, – попросил Спицын. – Да не через шубу!

– Не трогайте мою королевскую шиншиллу, – возмутилась Неля. – Тетеха, ты хоть знаешь, сколько она стоит?

– Это я тетеха?! – крикнула Дарья и сняла с Нели один сапог. – Сейчас пощекочу ей пятку! – мстительно добавила она.

– Ой-ой-ой, как щекотно! – заорала та, дернула ногой и попала Спицыну по лбу.

Тот схватился за ушибленное место рукой, и, разумеется, Неля свалилась на пол с громким стуком.

– О, – усмехнулась Даша, которой Неля не понравилась с первого взгляда, – шиншилловый мешок с костями рухнул.

– Вы не ушиблись? – испугался Спицын. – При падении можно получить сотрясение мозга.

– Как будто в голове модели есть чему сотрясаться, – заметила Даша.

– Фи, как банально, – поморщилась Неля и попыталась встать.

– Зато правдиво отражает присутствие отсутствия мозгов отдельной особи, – нашлась Даша.

– Что? Ничего не поняла, – призналась Неля и с помощью Спицына дошла до дивана. – И кто вы, собственно, такие? Ты, – она обратилась к Даше, – свари мне кофе! У, какой симпатяшка! – Она переключилась на Спицына. – А что это у нас с лобиком? – и нежно потрогала образовавшуюся шишку.

– Кобыла одна лягнула! – огрызнулась Даша, не собираясь ухаживать за гостьей.

– Какая нехорошая кобыл-а-а-а, – пропела Неля, гладя ладонью физиономию Спицына.

– Да уж, – разомлел тот от нежного внимания профессиональной хищницы, – бывает. Ничего, до свадьбы заживет.

– А когда у нас свадьба?

– Что?! – возмутилась Даша. – Только через мой труп!

– Умри, несчастная, – отмахнулась от нее Неля. – У-у-у, какие у нас глазки. – Она продолжала обольщать Спицына, снимая с него очки. – А какой у нас греческий нос, и губки пухлые…

– Я ее убью! – не выдержала Даша и ринулась на соперницу.

Спицын едва успел перехватить ее на подлете, вернуть в кресло и пообещать, что более чем на шаг к хищнице не подойдет. Неля тем временем свалилась на подушки и отключилась.

– Может, ее нужно раздеть? – спросил Спицын, плотоядно разглядывая гостью.

– Наглец! – Даша врезала ему звонкую пощечину. – И это после того, что у нас было? – Она громко всхлипнула и отвернулась.

– Дашенька, это не то, о чем ты подумала, – принялся ее обнимать дважды раненный женщинами Спицын. – Шуба дорогая, я вот и подумал, лучше ее снять, наверное.

– Сама пусть снимает, с меня хватит и того, что она на моем диване валяется и портит мне новогоднюю ночь. Волшебную ночь, между прочим, когда нормальные люди делают другим порядочным людям предложения!

– Ты о чем? – удивился Спицын.

– Все о том же, – всхлипнула Даша. – Какая теперь разница! Романтической обстановки все равно больше нет.

– Извини, котенок. – Он наклонился и поцеловал ее. – Извини, что так получилось. Но ты же знаешь, Сергей Сергеевич попал в неприятное положение. Он попросил, чтобы мы временно приютили его невесту, до тех пор пока он не выберется.

– Хороша невеста! Жених в одном месте, она в другом.

– Фактически, они рядом.

– Олег, – прищурилась Даша, – а твой шеф – хороший альпинист? Если эту шиншилловую крысу перекинуть через плечо, посмотри, она совсем легкая, кожа да кости, и…

– И?

– И перебраться с ней в Томкину квартиру! Пусть веселятся там втроем. Я думаю, им будет, о чем поговорить с той девчонкой, которая сидит закрытой вместе с твоим шефом.

– Дашенька! Что ты говоришь? Они свалятся вниз!

– Зато мы наконец-то останемся одни!

– Мы и так одни. – Спицын оглянулся на спящую Нелю. – Она не считается. Представь, что это не невеста Сергея Сергеевича, а манекен, сбежавший с распродажи. Помнишь, у тебя как-то манекен был?

– Это моя приятельница-портниха купила его и на денек оставила, машину искала, чтобы до дома довезти.

– Вот и эта денек поваляется…

– Еще весь день?

– Дашенька…

– Олежка… А ты возьмешь меня с собой в Кремниевую долину?!

– Да.

– Это и есть твой положительный ответ?

– Считай, что он есть, – тяжело вздохнул Спицын.

– Я тебя обожаю! – Даша кинулась его обнимать.

Неля в это время перевалилась на другой бок и свалилась с дивана на пол.

– Кого там все время роняют?

Маша с волнением прислушивалась к ударам, периодически возникающим за стенкой. Слышимость в доме была хорошей, в том смысле, что лучше быть не может. И роняли как раз за стенкой спальни, где мирно посапывала Олеська. Просыпаться сейчас ей было ни в коем случае нельзя. Увидит, что мамы нет, а рядом двое незнакомых людей, испугается. Впрочем, Сергей – друг отца. Но спросонья пока разберешься, кто кому и кем приходится…

А! Эта девица ему невеста! Сомнений нет. Маша прищурилась, глядя, как настороженно Сергей прислушивается к звукам из соседней квартиры.

– Они уронили на нее шкаф с одеждой, – мстительным шипением предположила она. – Или с книгами! С толстыми томами уголовного права. И энциклопедическими словарями.

– Какая ты кровожадная, – усмехнулся Сергей и подмигнул. – Я требую продолжения банкета!

Они стояли на пороге спальни и смотрели на спящую девочку.

– Банкета не обещаю, – прошептала Маша, прикрывая дверь, – но продолжить придется. Все равно делать нечего.

– Отчего же? Я знаю и более интересное занятие.

– Как не стыдно! У тебя невеста за стенкой в полуобморочном состоянии.

– Я всего лишь предлагал сыграть в дурака, – пожал плечами Сергей. – А ты что подумала?

– Что играть придется на раздевание.

Откуда в ней это взялось? Она всегда за словом в карман лезла.

– Ты мне все больше нравишься, Снегурочка, – внезапно признался Сергей, когда они вернулись в комнату к столу.

– Не жди ответного признания.

Маша решила, что соблазняться чужим женихом не станет. Да, он хорош, нет слов, со всех сторон положительный. Жаль только, что нельзя его положить в сумочку и унести с собой. Встретила бы раньше, потеряла голову, но сегодня ее так легко не купишь. Она не продажная женщина! Господи, завтра ей есть будет нечего, а Тамара так и не заплатила.

Маша решила подкрепиться. Романтика романтикой, а кушать хочется всегда. Конечно, если бы они занимались чем-нибудь другим, то аппетит пропал бы напрочь. У нее всегда возникает только одно сильное чувство, в данный момент – это голод. На что еще она могла надеяться? На его красивые глаза? Какие они красивые! Слишком приторные, как медовая патока, которая затягивает глупых мух. Она гораздо умнее!

– Не надо меня сверлить взглядом, – пробурчала Маша, накладывая себе холодца. Да, они позарились на содержимое Тамариного холодильника. – Я могу и подавиться! А «Скорая помощь» сюда не заедет…

– Я тебя сам спасу, – пообещал Сергей, подкладывая ей на тарелку горчицу с хреном.

Есть такие безобидные на внешний вид тюбики с адской смесью.

– И не нужно намекать мне на личную жизнь! – возмутилась Маша, счищая хрен с тарелки.

– А что, – воодушевился Сергей, – с ней все так плохо? – И занялся сооружением пищевой горки на своем блюде.

– С ней все хорошо, как и со мной, – пробормотала она. – Мы с ней живем душа в душу при полном понимании и непротивлении сторон.

– Неужели? – изумился Сергей и застыл с вилкой у рта. – Завернула, однако.

– И это внешне кажется, что я не в порядке, – продолжила Маша. – На самом деле я совсем не страдаю, что меня выгнали с работы, не заплатив ни копейки, что меня не дождались Светка с мужем, что больше меня ждать некому. Я что, со стороны кажусь очень несчастной?

– Признаться, не замечал.

– Это хорошо. Вообще-то, я неболтливая, просто шампанское пока не выветрилось.

– Шампанского?! За наступление первого дня Нового года!

– Наливай, – вздохнула Маша.

– На брудершафт!

– На брудершафт мы уже пили. И это чуть не закончилось печальным инцидентом.

– Инцидента никакого не было и быть не может.

– А как же невеста?

– Честно говоря, – признался Сергей, – сегодня я собирался сделать ей предложение. Кольцо купил, оно осталось дома. Но я рад, что этого не произошло.

– Не верю, – усмехнулась Маша. – Хоть я и не Станиславский, все равно не верю.

– А зачем мне тебя обманывать?

О, этот прожигающий взгляд! Два омута мужественных глаз, в которых безвозвратно тонут наивные девичьи души! Как нелегко от них оторваться и что-то соврать, как трудно от них оторваться…

– Чтобы… Ну, не знаю. Если больше делать нечего…

– Я уходил, чтобы вернуться, – внезапно серьезно произнес Сергей.

Маша подавилась холодцом и закашляла.

– Что с тобой? – испугался он, вскочил и принялся колотить ее по спине.

– Бо-о-ольно, – откашлялась Маша. – Ты мне всю спину проломил! У меня будет перелом позвоночника…

– Я тебя вылечу, – прошептал Сергей и привлек ее к себе.

– Хрен, хрен, – прошептала Маша, отстраняясь от его настойчивых губ.

– И хрен с ним.

Они опять целовались! Во второй раз! Практически на глазах бывшей невесты. Если бы Неля это увидела, не пережила. Вернее, пережила, но попереживала бы пару дней. А Машу теперь замучает совесть. Она отбила мужчину у неизвестной невесты! Но в любви каждый старается сам для себя, а она в Сергея влюбилась. Вот только не давала покоя мысль, что он целует ее потому, что она отказалась играть в дурака на раздевание. Впрочем, он и не предлагал. Он ей вообще ничего не предлагал. Пройдет эта волшебная ночь, настанет новый день, все вернется на круги своя.

Пусть. Эту волшебную ночь Маша не забудет никогда. Она целовалась с самым лучшим Дедом Морозом на свете. Очень хотелось верить, что она для него – лучшая Снегурочка. Но нельзя же быть доверчивой до такой степени! И ее ночь скоро закончится, и его любовный пыл исчезнет. А спустя время он забудет Снегурочку, с которой провел удивительный Новый год.

Пусть все это произойдет позднее. Еще секунда, минутка, часок у Маши есть.

«И что? – твердил ей внутренний голос. – С ума сошла? У него невеста за стеной! Полагаешь, когда они встретятся, он на тебя еще посмотрит?»

Об этом даже думать не хотелось.

– Я не понимаю, как сюда попала?

Неля встала, скинула шубку и нервно прошлась по комнате перед удрученными хозяевами.

– Проспалась, мышь шиншилловая, – пробурчала Даша. – Целый час дрыхла!

– Перестаньте меня оскорблять! – возмутилась Неля, оценивая взглядом Дарью. – Вы кто? Домработница? Прошлогодний прикид. – Она брезгливо ткнула наманекюренным пальцем в голое Дашино плечо. – Асимметрия пищала в прошлом году, дорогуша.

– Я вам не дорогуша!

– Спокойно, дамы, спокойно! – Спицын встал и двинулся следом за Нелей. – Сейчас я всю объясню. Сергей Сергеевич…

– Где этот негодяй?

– В соседней квартире! – злорадно крикнула Даша. – И не один! Я слышала милый женский голос. Очень молодой и сексуальный.

Неля прищурилась, потерла руками виски и остановилась.

– Вы представляете, – обратилась она к Спицыну, – что меня можно на кого-то променять? – И горделиво выставила вперед бюст четвертого размера, плотно обтянутый жемчужного цвета шелком.

– Да уж, – промямлил Спицын, устремив глаза в ложбинку на груди, где пряталась брильянтовая подвеска.

– Вот и я о том же. Скажите ему, пусть выходит. Я хочу, чтобы он отвез меня домой.

– А у него машины нет! – продолжила мелко мстить Даша. – И он не выйдет.

– Почему?

– Понимаете, как вас, извините… – начал Спицын.

– Неля! Неля меня зовут. Для самых близких, – она наклонилась к Спицыну, – золотце.

– Понимаете, золотце, – промямлил он, но, поймав свирепый взгляд Даши, проговорил: – Понимаете, Неля, его закрыли. На ключ.

– Так это правда? – изумилась она. – Я думала, что этот бред мне приснился. Вот скажите, как вас там…

– Спицын! Спицын он! – выкрикнула Даша.

– Олег, – объяснил тот, – для близких…

– Убью, – прошипела Дарья.

– Вот скажите мне, Олег. – Неля взяла Спицына под руку и повела к двери. – Вас когда-нибудь закрывали?

– Мама в детстве. И еще ставила в угол.

– Но вы давно уже не носите подгузники.

– Да уж, давненько.

– В сознательном возрасте вас кто-нибудь когда-нибудь закрывал?

– Не припомню.

– Вот видите! – обрадовалась Неля. – А Сергея закрыли! Словно бесчувственного чурбана, банально заперли на ключ.

– Ох, кто бы говорил про бесчувственных чурбанов! – Даша пришла следом за ними в коридор.

– Не мешайте, – отмахнулась от нее Неля. – Помойте посуду, тухлой рыбой несет. Ах, это ваши духи! Тогда уже ничто не поможет.

– Олег, – обиженно простонала Даша. – Почему ты позволяешь…

– Действительно, – сказал тот, обращаясь к Неле. – Позвольте…

– Не позволю! У нас следственный эксперимент. Открывайте дверь, мы выходим на лестничную клетку. В какой квартире Сергей?

Троица вышла из квартиры и остановилась перед дверью Тамары. Неля изучила дверной замок, заставила хорошенько рассмотреть его Спицына, позволила Даше попытаться заглянуть внутрь.

– Закрывается ключом, – кивнул Спицын. – Точно, сомнений нет.

– Можете не сомневаться, что их там закрыли, – сказала Даша. – Сейчас я вашу шубку принесу, и отчаливайте домой на такси.

– Я никуда не поеду! У меня тут жених!

– Неправда. – Даша оттолкнула Спицына и выдвинулась вперед. – Это у меня тут жених! Это у меня новогодняя ночь должна была стать решающей! Это мне сегодня должны были сделать предложение руки и сердца!

– Я сделал вроде, – пискнул Спицын, пораженный видом двух взбешенных женщин.

– Так ты… – изумленно уставилась на Дашу Неля. – Так ты…

– Да, это я!

– Ты моя подруга по несчастью!

– В каком это смысле?

– В свадебном, – всхлипнула Неля и показала кулак Тамариной двери. – Он тоже должен был сегодня ночью сделать мне предложение! Даже сказал, что купил кольцо и положил его в карман…

– Какой гад! – возмутилась Даша.

– Сергей Сергеевич вполне порядочный… – попытался заступиться за него Спицын.

– Уйди, несчастный! – отмахнулись от него девушки. – Они все одинаковые! Гады!

И, обнявшись, Неля с Дашей вернулись в квартиру, разразившись горькими слезами.

– Позвольте, – побежал за ними Спицын, – я не гад. Я вроде как сделал предложение. Я даже готов жениться на обеих! Чтобы спасти Сергея Сергеевича, – добавил он и получил пощечину от Нели.

В соседней квартире целовались двое. Пылко, страстно, будто в последний раз. Словно после того, как они отодвинутся друг от друга хоть на сантиметр, мир рухнет и разверзнется пропасть. Целая пропасть страшной неизбежностью возникнет между ними потому, что они поступили дерзко и легкомысленно, потому что никто из друзей и близких их не поймет, а многие осудят. И дело вовсе не в том, что мало кто верит в любовь с первого взгляда, нечаянного вздоха и учащенного ритма сердца. У каждого имеются не только права, но и обязанности: жених должен жениться на невесте, Снегурочка должна быть бесчувственной и не поддаваться обворожительному обаянию незнакомца, которого теперь запомнит на всю жизнь. К тому же никто не отменял лестницу положений, это когда Золушка робко топчется на нижней ступеньке, а Принц на горячем скакуне ловко и беззаботно гарцует на самой верхней. И только в сказках они остаются вместе. Наяву, ах, как жестока жизнь, все случается до наоборот: Золушка с Принцем расстаются, чтобы Принц женился на предназначенной ему Принцессе. Для Золушки тоже наверняка найдется какой-нибудь храбрый Портняжка. Но после пламенных поцелуев с Принцем разве она сможет любить Портняжку?

– Мы не должны этого делать, – мягко оттолкнула Маша Сергея.

– Почему? – прошептал он, целуя ее пушистые волосы, пахнувшие мандаринами и сладкой ванилью.

– Новогодняя ночь заканчивается, – ответила она, вдыхая запах его головокружительного парфюма, чтобы запомнить его, купить такой же и поставить в ванной комнате. Смешно? Да. Но это так здорово, ведь она будет ощущать его рядом с собой. – И все заканчивается.

– Все только начинается, – возразил Сергей.

– Тогда это будет чудом, – улыбнулась Маша. – Я настоящего Деда Мороза встретила, он посоветовал мне улыбаться.

– Правильно сказал, когда улыбаешься, ты очень красивая.

– А когда хмурюсь?

– Не хмурься, солнышко, тебе не идет.

– Как ты меня назвал?

– Ты мое солнышко. Ворвалась в серую мрачную действительность и осветила ее. Я и не знал, что так бывает. Спасибо тебе.

– Не за что, ты тоже изменил мою жизнь. Только пока не знаю, как…

– Серж! Серж! Серж! Выходи немедленно!

Их милый диалог прервал грубый женский крик. На соседней лоджии неистовствовала Неля. Она собиралась перелезть, добраться до коварного жениха и отстоять свое право на него.

– Твоя невеста? – прищурилась Маша, стараясь не выдать охватившего ее волнения.

– Нам сегодня все мешают! – раздраженно бросил Сергей, оглядываясь на дверь лоджии.

– Серж! Серж! Серж! – не унималась Неля.

– Придется выйти, – мрачно сказал он, – иначе она разбудит Олеську.

– Ты знаешь, – Маша удержала его за рукав, пусть все будет, как будет. Я не обижусь.

– Солнышко, ты меня заживо хоронишь с этой чумой?

Однако он пошел разговаривать с Нелей. Разумеется, Маша ничего иного не ожидала. Сумасшедшая невеста забыла о девичьей гордости и лезла на рожон. Прокладывая себе дорогу роскошным бюстом.

– Неля!

– Серж!

Естественно, Маша подслушивала! А кто бы выдержал на ее месте? Только полная идиотка. Она же с некоторых пор стала излечиваться от врожденного кретинизма в отношениях с сильным полом.

– Золотце, что ты тут делаешь?! – удивился Сергей.

– Она пытается перелезть к вам, Сергей Сергеевич, – объяснил Спицын, удерживающий за ноги Нелю.

– Спицын! Я просил тебя поймать для нее такси! Она должна уехать домой.

– Сергей Сергеевич, сначала она вела себя вполне мирно. Если не считать вырванной с корнем ручки туалета. Потом даже уснула, но когда проспалась…

– Хватит говорить обо мне в третьем лице, словно меня не существует! – завизжала Неля. – Я не позволю говорить о себе в подобном тоне!

– Извините, Неля, – усмехнулся Спицын. – Сергей Сергеевич! Мне продолжать ее держать, или пусть она перелезет?

– Пусти ее! – крикнула Дарья. – Для истинной любви преград нет! И мы наконец-то останемся одни, – тихо добавила она Спицыну на ухо.

– Не вздумай ее отпускать! – испугался Сергей. – Она свалится вниз.

– Босс, я, конечно, подержу сколько могу, но ваша невеста очень верткая. К тому же я уже от нее дважды пострадал!

– Я выпишу тебе премию за январь, Спицын. Держи ее крепче! Неля, что ты вытворяешь?

– Нет, дорогой, это ты вытворяешь. Решил меня бросить? Не получится! Я беременна! У нас с тобой будет ребенок.

– Я держу сразу двоих, – обомлел Спицын. – На мне двойная ответственность.

– Да, она беременна! – ткнула пальцем в Нелю Дарья.

– Откуда такие беспочвенные выводы? – поморщился Сергей.

– Она облевала мне кухню, – доложила Даша. – У нее ранний токсикоз.

– Сына я назову Сержем! – продолжила Неля.

– Неля! Мы с тобой об этом позднее поговорим, замолчи, пожалуйста, и вернись в комнату, – попросил Сергей.

– Ты обманешь! Ты постоянно меня обманывал, врал, что любишь! Отпусти меня, Спицын, я рухну вниз, как подбитая жестоким охотником дичь! То есть как раненая птица.

– Ах, какая метафора! – всплеснула руками Даша. – Слезу прошибает.

– Да уж, – кивнул Спицын, – хоть смейся, хоть плачь. Тяжело ее держать! Сергей Сергеевич, вы там быстрее определяйтесь.

– Я уже все сказал! – разозлился тот, ушел с лоджии и захлопнул за собой дверь.

Стекло жалобно задребезжало.

– Пусть прыгает, – сказал он Маше и налил себе в рюмку водки.

– Нельзя быть таким жестоким, – прошептала она. – Если она действительно ждет ребенка…

– То что?!

– Ты должен на ней жениться.

Вот она, истинная суровость бытия после волшебной сказочной ночи.

– Солнышко, я ничего никому не должен.

Он шагнул к ней, но Маша испуганно отстранилась.

– Так нельзя, я так не смогу.

– Нельзя навязываться мужчине, который не любит и никогда не любил!

– Нельзя быть жестоким.

– Я жесток, но справедлив. Ребенка я, разумеется, обеспечу…

– И вырастет еще одна несчастная Олеська.

– Маша!

– Сергей!

– Серж! Подлец и негодяй, приди ко мне, любимый!

– Вот дура, – вздохнул он, оглядываясь на лоджию.

– Но когда-то вы ее любили, – заметила Маша.

– Опять на «вы-ы-ы-ы»? – зарычал Сергей и надвинулся на нее.

И в это мгновение в спальне раздался детский плач.

– Мы все-таки ее разбудили! – горестно воскликнула Маша и побежала к ребенку.

Олеська, хрупкая и звонкая девочка, в байковой пижамке с веселыми колобками и одуванчиками, резко контрастирующими своей нарисованной радостью с горючими слезами, действительно выглядела очень несчастной.

– Ма-а-а-амочка, где моя ма-а-а-мочка? – повторяла она сквозь слезы, стоя посреди комнаты и прижимая к груди подаренный ноутбук. – Папа? Где мой папа?

Маша кинулась успокаивать Олесю, прижала ее к себе, но в бок больно врезался ноутбук. Она попыталась забрать его у девочки, но та крепко сжимала подарок и расставаться с ним не собиралась. От этого разрыдалась еще больше. Маша принялась уговаривать Олесю вернуться в постель, затем вспомнила, что ребенка, раз он проснулся, нужно проводить в туалет.

Возле спальни караулил Сергей. От его злости не осталось и следа.

– Олеська, ты чего перепугалась? – Он нагнулся и чмокнул девочку в мокрую щеку.

– А где настоящий Дед Мороз? – поинтересовалась та, вспомнив, в каком облике пришел дядя Сережа.

– Настоящий? У себя на Севере, видимо.

– Ой, ну что вы говорите! – всполошилась Маша. – Наверняка он где-то рядом! У него забот полны рукавицы, надо срочно принести людям счастье. Некогда ему отлеживаться в своем хрустальном ледяном дворце.

– У него хрустальный ледяной дворец? – восхитилась Олеся. – Расскажи мне о нем, ты же Снегурочка.

– Снегурочка, – кивнула Маша. – И о дворце я тебе обязательно расскажу, когда ты вернешься в постель.

– А не обманываешь про счастье?

– Чтобы в лесу Баба-яга сдохла, – поклялась Маша.

– Тогда Дед Мороз сделает так, чтобы ко мне вернулся папа!

– Обалдеть, – прошептал им вслед Сергей. – И что теперь делать?

– Тише, – шикнула на него Маша, следя в приоткрытую дверь за девочкой.

– На, держи! – Олеся сунула ей подарок. – Только смотри, не потеряй. Это папа мне подарил.

Сергей схватился за голову и вернулся в комнату. На соседней лоджии орала Неля, оповещая засыпающий дом об их романе. В сущности, никакого романа не было. Как и любви. Теперь он уверен: то, что произошло между ним и Нелей, было чем угодно, только не любовью. Но что делать? В любом случае следует прекратить этот балаган и приказать Спицыну, чтобы тот не давал больше Неле выпивки. Сергей вышел на лоджию, и от его жесткого, решительного вида Неля сразу замолчала.

– Иди в комнату и жди меня там! – сказал он, обращаясь к притихшей невесте. – Своим криком ты разбудила ребенка. Она сейчас опять ляжет спать, и если ты еще раз…

– Молчу. А я что? Я молчу, – пробормотала Неля. – Как скажешь, так и сделаю: вернусь и буду ждать.

Сергей молча повернулся и вышел.

Маша уже рассказывала девочке сказку про большой и светлый ледяной дворец, где каждому сказочному персонажу отведена своя отдельная комнатка. Но самое просторное помещение выделено для писем маленьких девочек и мальчиков. Там сидят снеговики и разбирают почту, раскладывая детские желания по кучкам. Первоочередные те, в которых дети просят не материальные подарки, а любовь и счастье. Дед Мороз их прочитывает и запоминает адреса. И в один волшебный день, первого января он исполняет детские пожелания.

– Папа мне говорил, – поделилась Олеся, – для того чтобы прилетел Дед Мороз, нужно открыть форточку.

– Давай откроем. Только чуть-чуть, чтобы ты не замерзла.

– Снегурочка, а не знаешь, – сквозь сон пробормотала девочка.

Маша подошла к окну, прислушалась к тишине и приоткрыла форточку. Город в шестом часу утра первого января уже начинал засыпать и видеть счастливые сны про исполнение желаний. Олеся тоже заснула с улыбкой на милом личике. Маша уговорила ее положить ноутбук под кровать.

Она вернулась в комнату и села за стол, где уже сидел Сергей. Есть и пить не хотелось. Вообще больше ничего не хотелось. Даже жить. Но Маша знала, что теперь обязательно справится со своими чувствами, она просто будет вспоминать брошенную отцом Олесю.

– Нужно позвонить Тамаре, – обратилась она к Сергею.

– Только что звонил. Абонент вне зоны доступа.

– Думаю, она скоро вернется.

– Маша, нам нужно поговорить…

– Нам больше не о чем говорить, Сергей. Во всяком случае, сегодня. Давай просто помолчим.

– Ну, хорошо хотя бы то, что ты опять перешла на «ты».

Неля не собиралась сидеть в чужой квартире с полным придурком и мало адекватной дурехой, когда рядом неизвестно чем с неизвестно кем занимался ее нареченный. Впрочем, Дарья ей посочувствовала, дала дельный совет, согласилась помогать и впредь. Неля вернулась к столу, немного перекусила, выпила рюмку водки, которую не успел выхватить у нее из рук Спицын, и стала одеваться.

– Неужели? – обрадовалась Даша.

– Я покидаю вас, – объявила Неля. – Но заберу с собой… – Она оглядела комнату. – Этот диван с собой заберу.

– Что?! – обомлела Даша.

– В каком это смысле? – воскликнул Спицын.

– В прямом. Или…

– Его не отдам! Забирай диван! – вцепилась в жениха Даша.

– Детский сад, – усмехнулась Неля. – Моя игрушка, твоя игрушка, и не писай в мою песочницу.

– Неля! – встрепенулся Спицын. – Вам помочь? С диваном? Позвольте узнать, зачем он вам?

– А для чего, по-твоему, нужны диваны?

– Его тяжело спустить с лестницы, а в лифт он не поместится. Да и на лестничной клетке будет не развернуться. Необходимы двое мужчин, – прикидывал Спицын.

Дарья поражалась самой себе, она была готова расстаться с последним диваном ради Спицына! Это что, любовь или отчаяние из-за того, что с позором прогнала дублера? Как неосмотрительно она поступила. Но тогда казалось, будто она на волосок от замужества. Впрочем, Спицын и сейчас не идет в отказную, но он прав: двое мужчин гораздо лучше одного.

– Нет, – сказала Неля, – мужчина нужен мне один. И я возьму не диван, а кресло. Оно поместится на лестничной клетке?

– Легко! – обрадовался Спицын. – Правильно, берите кресло, оно гораздо легче дивана.

– Это мое любимое кресло, – вяло попыталась возразить Даша.

– И продолжай его любить, – усмехнулась Неля. – Я с ним ничего не сделаю, обещаю.

– И все-таки интересно, – Спицын старательно поддерживал светский разговор, волоча кресло к выходу, – зачем оно вам понадобилось?

– Ты удивишься, зачем. – Неля подмигнула Спицыну и придержала дверь.

– Осторожнее по лестнице! – прокричала им вслед Дарья. – Одна ножка у него отваливается!

– Кругом инвалиды, – поморщилась Неля, захлопывая за собою дверь.

– Зато наконец-то мы останемся одни, – заключила Даша.

Спицын собрался волочь мягкую мебель вниз, но Неля остановила его взмахом руки, указав на центральную часть лестничной клетки. Спицын установил кресло там и облегченно вздохнул.

– Можешь быть свободен, – царственно произнесла Неля, плюхаясь в кресло. – Если что, позову. Ты же понимаешь, что я почти жена твоего начальника?

– Зовите, – обреченно пробормотал Спицын и вернулся в квартиру Даши.

– Теперь он от меня никуда не денется! – заявила Неля. – Мимо меня сегодня мышь не проскочит! Так я и поверила, что он в няньки подался.

Она глубже запахнулась в шубку и принялась гипнотизировать дверь, за которой скрывался беглый жених. В той квартире царила тишина. После получасового сидения Неля даже встала и прислушалась к ней через замочную скважину. Гробовая тишина! Словно там кто-то умер.

Она не знала, что, сидя за праздничным столом, вернее, его остатками, скромница, не спортсменка и не активистка Маша Калинина хоронила свою любовь.

– Все в порядке? – Из Дашиной квартиры высунулась взлохмаченная голова Спицына. – Вы не кричали? А то мы занимались… смотрели телевизор и ничего не слышали.

– Все просто отлично, – процедила Неля.

– Удобно? Не тошнит? – поинтересовался Спицын.

– От тебя меня сейчас точно вырвет! – рассердилась она.

Ее настроение после длительного ожидания портилось.

– Ладно, тогда я пошел. Будем на связи.

Неля устало закрыла глаза, но, как только он исчез, сразу открыла. И прислушалась. В подъезд кто-то зашел и поднимался наверх – раздались голоса, загудел лифт. И вот он остановился на этом этаже, распахнулись двери.

– Это что еще такое? – всплеснула руками Тамара. – Девушка, что вы тут делаете?!

– Неля? – обомлел Борис.

– Кто такая Неля? – заревновала Тамара.

– Это невеста Сергея, – начал оправдываться тот.

– Да, – гордо заявила та. – Я его невеста! И если вы хотите знать, что я здесь делаю, то скажу. Жду Сержа. Он врет, будто его закрыли в этой квартире.

– Он не врет, девушка, – покраснела Тамара. – Я их действительно закрыла. Это получилось совершенно случайно! Или почти случайно.

– Так он там не один? Поня-я-ятно! Сводница!

– Весело тут у вас, – вздохнула Оля, приехавшая вместе с Тамарой и Борисом. – А я думала, что одна сегодня веселюсь до упада.

– Нелечка, – подхватил ее под руку Борис, – сейчас все устаканится. Тамара, открывай дверь.

Тамаре не нужно было повторять несколько раз. Она моментально нашла в сумочке ключ и повернула его в замке.

– Милости прошу к моему шалашу! – торжественно провозгласил Борис, смутился и добавил: – Милости прошу к нашему шалашу.

– Тише, пожалуйста, – попросила Тамара, – дочка спит.

– Мы сейчас выясним, кто здесь с кем спит!

Неля вырвалась из рук Бориса и забежала в квартиру первая.

Глава 7

Олеся

Если дело дошло до сладкого – праздник не удался.

Ситуация вновь грозила выйти из-под контроля. Сергей долго молчал, а потом стал говорить о том, что совсем не знает Машу, но уверен, что им нельзя терять друг друга. Маша сделала вывод, что он морально готовится к расставанию. И эти слова – дань уважения и желание не обидеть ее. Правильно, ей тоже нужно постараться без особых потерь покинуть квартиру.

– Мы забыли про торт! – воскликнула она, чтобы сменить тему разговора. – У Тамары есть торт.

На самом деле кусок в горло не лез. А при мысли, что этот кусок сдобрен приторным кремом, Маше захотелось весь начавшийся год голодать. Но раз уж ей пришлось исполнять роль хозяйки, то она должна угодить гостю. Правда, не совсем понятно, кто у кого в гостях находится. Нет, безусловно, все понятно, но где же настоящая хозяйка квартиры?

И ответом на ее немой вопрос раздался шум на лестничной площадке, и в замочной скважине заскрежетал ключ.

– Тамара вернулась! – обрадовалась Маша.

– Как не вовремя, черт побери, – расстроился Сергей. – Я только начал переходить к основному блюду.

– Съедим торт в непринужденной обстановке с друзьями, – улыбнулась ему Маша.

– Меня никто ни к чему с тобой не принуждал, – возразил он.

Он вскочил со стула, подошел к Маше и взял ее за руку.

– Не придирайтесь к словам, – прошептала она, слыша топот в коридоре.

– Не волнуйся. – Сергей сжал ее руку. – Я тебя сейчас представлю как свою…

– Невеста! Я его невеста! А ты кто такая?

В комнату ворвалась Неля и повисла на шее Сергея. Тот опешил от неожиданности, он ждал кого угодно, но только не ее. Неля висела на нем, целовала, щебетала милые глупости и клялась в верной любви до гроба. Маша осторожно высвободила руку, и Сергей тут же начал обороняться.

– Доброе утро, – произнесла Тамара.

– Если оно доброе, то здравствуйте, – грустно ответила Маша и отодвинулась от взбалмошной девицы с плененным Сергеем.

– Маша, – Тамара обняла ее порывисто, – извините, милая Маша, что так получилось! Ох, как же неудобно получилось, что вместе с Сергеем я закрыла и вас. Надеюсь, новогодняя ночь прошла благополучно? Я заглянула к Олесе, она спит. С ней сейчас Борис. Машенька, я думаю, что благодаря вам к нам с дочкой вернулся отец и муж.

– Что вы, Тамара, я здесь совершенно ни при чем!

Тамара снова принялась благодарить Машу, пообещала с ней рассчитаться, как только все успокоятся, выпив хорошего кофе. И побежала в кухню его варить.

– Привет! – подмигнула Маше курносая девчонка, вошедшая после Тамары. – Я Оля. Тебя, значит, они закрыли, а меня подобрали. Странная ночка, не находишь?

– Очень странная, – согласилась та и посмотрела на Сергея.

Он продолжал успокаивать Нелю, которая не желала успокаиваться и верещала о том, что они срочно должны пожениться и немедленно объявить о помолвке друзьям. У Сергея, оказывается, такие хорошие друзья, а их соседи еще лучше.

– Да, – усмехнулась Оля, – привлекательный мужик.

– Что? – воскликнула Маша. – Он меня совершенно не привлекает!

– А что за истеричка на нем висит? – поинтересовалась Оля.

– Его невеста. Мне пора, Оля. Приятно было познакомиться.

– А как же кофе?

– Я лучше вернусь домой и посплю, – пробурчала Маша, наблюдая, как Неля впилась в губы Сергея долгим поцелуем, и тот сник под ее напором. – Спать очень хочется, всю ночь за ребенком присматривала.

Перед тем как исчезнуть из жизни оригинальных обитателей этой квартиры, Маша решила заглянуть к Олесе и попрощаться. Из спальни уже раздавался радостный детский смех. Она увидела там Бориса с дочкой на руках. Они вместе закрывали форточку.

– Снегурочка! – обратилась к ней Олеся. – Вот видишь! Дед Мороз исполнил мое желание – папа теперь будет жить с нами.

– Да, – подтвердил довольный Борис, – только это вы теперь будете жить со мной.

– Главное, мы будем вместе, – глубокомысленно заключила Олеся.

– Я очень за вас рада, – искренне сказала Маша. – Всего вам доброго, мне пора идти.

Она не спешила, в глубине души надеясь, что сейчас из комнаты вырвется Сергей и ей удастся попрощаться с ним. Ничего личного, просто формальное «До свидания», а так получается, что она уходит навсегда. Но Сергей не спешил, а Борис допытывался у Маши, сколько ей должна Тамара за визит Снегурочки и новогоднюю ночь. Она, прислушиваясь к шагам, ответила неразборчиво, но Борис сунул ей в карман купюру. Олеся подбежала к Маше и поцеловала в щеку.

Настало время уходить.

Маша вышла в коридор, но внезапно вспомнила, что сумочку забыла в комнате. От этого громко забилось сердце в груди, в висках застучали молоточки, щеки залила предательская краска. Но уйти без сумки она не могла.

Маша прошла в комнату и увидела то, что лучше бы никогда не видела. Сергей склонился над Нелей и что-то ей шептал. Он не заметил Машу, она взяла сумку и двинулась в коридор. Быстро схватила шубку и выскочила на лестницу.

Сначала она бежала так, словно за ней гнались все Сергеи, вместе взятые. Но один, тот, что был лучше и необходимее всех, не шел. Новогодняя ночь закончилась!

«Чудес не бывает», – вздохнула Маша Калинина и направилась домой по тихой, неестественно спокойной улице сквозь падающий снег, слабо мерцающий в свете фонарей. Она подумала, что сегодня, как снежинка, пойманная на ладонь, свалилась с высоты небес, куда подняла ее мечта, и теперь растает от любви к мужчине, предназначенного для другой.

Неля услышала, как хлопнула входная дверь, и немного ослабила хватку.

– Спасибо, милый, все прошло.

За несколько минут до этого она изобразила буйный приступ дурноты и полуобморока. Сергей озадачился и стал приводить ее в чувство. Хорошо, что при этом не было Бориса с Тамарой! Они могли бы уличить ее во лжи. Откуда Неле знать, как ведут себя и что чувствуют беременные. Это Дарья подсказала ей способ, которым можно привязать к себе парня. Сергей Столяров хоть и не мальчик-студент, но повелся на ее мнимую беременность, как последний юнец. Все-таки из него получится замечательный муж! Нежный и сентиментальный. Неля представила, как он будет провожать ее в магазины, отдавая все свои кредитки, и волна радости захлестнула ее.

– Я тебя обожаю! – крикнула она и набросилась на Сергея, заваливая его рядом с собой на диван.

– Ничего, что здесь еще я? – поинтересовалась Оля.

– А ты кто? – поморщилась Неля.

Сергей воспользовался ее замешательством и вскочил.

– Я найденыш, – усмехнулась курносая девчонка и нагло уселась в кресло. – Я их счастливый талисман. – Она кивнула в сторону спальни.

– Так, а где мой талисман? – спохватился Сергей, устремляясь в кухню.

– Ты о чем? – прокричала ему вслед Неля.

– Ты что, – подозрительно прищурилась Оля, – тоже беременная?

– С какой это стати, – повела плечиком Неля, но тут же себя поправила: – Разумеется! И мы с Сержем поженимся.

– Ну-ну, флаг тебе в руки. Только учти, подруга по несчастью, не на всех беременных они женятся. Некоторые после этого признания сбегают.

– Этот не сбежит!

– Ага, так я и поверила.

Оля не стала спорить с явно неадекватной девицей и осталась при своем мнении. Зачем навязывать кому-то свой опыт и раскрывать глаза? Ведь и слепому видно, что Снегурочка, которая сбежала отсюда, как ошпаренная кошка, по уши влюблена в этого мачо, а сам мачо наверняка отправился искать свою Снегурочку. У Оли, конечно, небольшой опыт, но такие моменты она чувствует хорошо.

– Тебе же нельзя! – вырвалось у нее.

Неля в это время подошла к праздничному столу, налила себе рюмку водки и залпом выпила.

– Будет меня еще всякая мелочь учить, – надменно проговорила она сквозь зубы. – Это для куража, дуреха!

– Только куража нам сегодня не хватало, – грустно вздохнула Оля.

– Где она?!

Сергей влетел в кухню и огляделся.

– Кто? – улыбнулась Тамара. – Сережа, я сейчас быстро стол накрою, мы немного посидим. Поговорим. Ты на меня не обижаешься?

– На обиженных воду возят. Где Снегурочка?

– А, ты ее ищешь. Наверное, в спальне. Там Борис с Олесей.

– Зачем ребенка так рано разбудили? – нахмурился он, еще не вышедший из роли ангела-хранителя маленькой девочки.

– Сережа! Уже седьмой час. Олеся всегда рано встает. Мы же в детский сад ходим.

– Значит, она там.

В спальне Маши не оказалось, зато Борис с Олесей заняли его внимание минут на десять. Друг восторгался новыми открывшимися перспективами и советовал Сергею немедленно жениться и родить ребенка, чтобы ощутить всю полноту настоящего мужского счастья. Счастье довольно обнимало его могучую шею тонкими ручонками и улыбалось Сергею улыбкой нашкодившего ангела.

– Олеська что-то знает, – прищурился Сергей. – Говори, ребенок!

– Ты Снегурочку ищешь! – выпалила та. – А она ушла обратно, к настоящему Деду Морозу. Ты же ненастоящим оказался.

– Эх ты! – хлопнул Сергея по плечу Борис. – Что ж так оплошал, дружище?

– Оплошал, – вздохнул тот и вышел из спальни.

Маша могла находиться в ванной комнате, там горел свет. Сергей принялся мерить шагами коридор. Но когда открылась дверь, из нее выскользнула Оля-талисман. Девчонка вытирала рот полотенцем.

– Токсикоз обычно достает по утрам, – объяснила она изумленному Сергею. – Полотенца не жаль?

– Нет. Ты что, тоже того? Беременность – это заразно?

– Ну, мачо, ты прям, как чмо, – усмехнулась Оля и направилась в комнату.

– К столу! К столу! – позвала всех Тамара.

Сергей пошел на ее голос, надеясь, что Снегурочка Маша, как сказочный эльф, проявится ниоткуда и сядет рядом с ним, чтобы больше не исчезать. Но она не возникла, и за столом сидели все, кроме нее. Они ели и пили, смеялись и шутили, а Сергею казалось, что вместе со Снегурочкой Машей из его жизни ушло самое главное. Что-то такое, чего он не успел распознать и удержать. Но ведь он пытался ее удержать! Он подозревал подобное в этом роде – когда они расстанутся, ему будет плохо, но не предполагал, что настолько плохо.

Оля молчала и изредка посматривала на свой мобильный телефон. Сергей грустил, думая о Маше. Неля тревожилась, что не очень достоверно играет роль беременной невесты. Зато Олеся радостно крутилась между мамой и папой и требовала, чтобы папа еще раз рассказал о своем большом доме, где они теперь все вместе будут жить.

Тамара радовалась тихо, спокойно, с присущей разумным женщинам рассудительностью. Если Борис передумает, она не начнет посыпать голову пеплом и клясть его, а постарается понять. Они с Олеськой не легкий груз для закоренелого холостяка, каким Борис стал за последние годы. Может случиться и так, что им заново придется привыкать друг к другу.

– Мультики показывают! Ура-а-а! Мультики! – заверещала Олеся, щелкнув телевизионным пультом.

Тамара улыбнулась дочке. Олеся поможет им с Борисом строить новые отношения. Они научатся уступать друг другу, до этого, честно говоря, у них ничего не получалось. Но они и не стремились друг к другу. После этой волшебной ночи все изменилось.

– Давайте выпьем за эту сказочную ночь, – предложила Тамара, поднимая бокал.

– Ах, я не буду, мне нельзя, – промолвила Неля.

– Но ты же… – начала Оля.

– Тебе привиделось, сувенирчик! – оборвала ее Неля.

– Талисман я, – обиделась Оля.

– Точно, – схватил ее за плечи Борис, – ты наш счастливый талисман! И мы не дадим тебя в обиду.

И он принялся рассуждать о том, как пристроить Олю. Вариантов оказалось множество. У Оли так захватывало дух от этих перспектив, что она решилась уличить холеную стерву в обмане. Да, Оля не сомневалась, что та обманывала мачо, вешала ему на уши лапшу. А тот хорош, верил ей! И Снегурочку не побежал догонять! За это Оля на него обиделась. Она вообще сегодня придирчиво относилась ко всем мужчинам, кроме Бориса.

Ему она верила. Нельзя не верить человеку, который по-настоящему и искренне любит. У такого человека вся душа нараспашку, от него исходит столько света и тепла, что рядом с ним можно согреться даже такой приблудившейся овце, как она. Услышав, что будет жить в городской квартире Бориса и работать в его конторе, а по вечерам учиться, она резко повысила свою самооценку – от овцы до овечки.

– …на первое время заработаешь, а там посмотрим, – говорил Борис, покачивая на коленях дочку. – Девчонка ты с виду хваткая…

– И выносливая, – добавила Оля, не веря своему счастью.

Но должно же когда-нибудь повезти! Жизнь состоит из черных и белых полос, заканчивается одна, начинается другая. Черная полоса у Оли закончилась сегодняшней ночью, когда она встретила этих двух сумасшедших. Но на самом-то деле, самых лучших людей на свете!

– Она что, правда, приблудилась к вам?

Неля, как обычно, ляпнула невпопад. Сергей покосился на нее, Тамара покачала укоризненно головой. Борис шикнул.

– А я что? – пожала плечиками Неля. – Я ничего. Меня просто мутит от этого милосердия. – И ушла в другую комнату.

– Врет она все, – прошептала Оля.

Но на ее слова никто внимания не обратил. Борис продолжал строить планы, это доставляло ему несказанное удовольствие. Тамара с Олесей радостно ему вторили. Оля блаженствовала от намеченных перспектив и обдумывала, как их сообщить подругам так, чтобы они остались живы-здоровы после ее признаний. Сергей активировал мощный мыслительный процесс, приведший его к выводу, что Тамара должна знать координаты сбежавшей Снегурочки. Иными словами, он сидел и думал о Маше.

– Том, а как ты заказала Снегурочку? – прошептал он, улучив момент.

– Сереж, давай, я тебе потом все расскажу, – похлопала его по ладони Тамара. – Нелечка, а когда ваша свадьба?

И Неля, вернувшаяся бодрой и веселой, начала расписывать в красках, как она видит это суперторжество. Но ее излишний энтузиазм, сдобренный хорошей порцией заносчивости и эгоизма, заставил собравшихся заскучать. Все засобирались по домам.

– Вот и прошла эта потрясающая ночь, – сказал Сергей устроившейся рядом с ним Неле.

– Да уж, она меня хорошенько встряхнула!

Они сидели в его автомобиле. Сергей предложил ей вызвать такси, чтобы доставить до дома без приключений, но Неля не согласилась. А неприятностей в дороге первого января можно встретить сколько угодно. К тому же Сергей выпил, хотя хмель уже прошел, и голова была ясной. Он припугнул Нелю, что ей все равно придется вызвать такси, если его заберут в дорожную инспекцию, а машину отправят на штрафную стоянку.

Но Нелю после того, как она вновь обрела потерю, ничем больше испугать было невозможно. Она довольно восседала рядом и продолжала строить планы их совместного будущего.

– Жаль, что у тебя нет кольца, которое ты собирался мне подарить! Давай заедем к тебе и заберем его.

– Я устал, золотко, хочу спать, – нахмурился Сергей.

– Я тоже хочу спать, – хихикнула Неля. – Давай, дорогой, объединим наши желания.

– В другой раз, Неля, – отмахнулся он.

– С таким настроением другого раза может и не быть! И ребенка я тебе, как и Тамара, даже не покажу.

Сергей поморщился от подобных перспектив. Признаваться в том, что и сама Неля, и ее будущий ребенок его совершенно не интересовали, он не собирался. Горький опыт друга настораживал, и Сергей не стал ссориться.

– Неля, мы с тобой на днях обо всем обстоятельно поговорим, – пообещал он.

Они мчались по пустынным улицам спящего города. Мимо проносились украшенные иллюминацией скверы, разряженные новогодние ели, праздничные витрины магазинов и дома. Сергей вдруг подумал, что в одном из них сейчас готовится ко сну чудесная Снегурочка, трепещущая от каждого его прикосновения. И ему захотелось опять дотронуться до нее, вдохнуть изумительный запах волос, заглянуть в чистые и по-детски трогательные глаза…

– Олеся невоздержанный ребенок, – произнесла Неля. – Она понятия не имеет о правилах приличия. Сидела за столом со взрослыми и постоянно встревала в беседу. Нашего ребенка мы воспитаем прилично!

– Неля, а ты уверена, что твой ребенок…

– Серж! Я уверена, что это наш ребенок!

Препираться не хотелось. Сергей очень устал от нее.

– Ты должен ценить, милый, что я не устроила скандал из-за того, что ты провел ночь с незнакомой девицей легкого поведения.

– Она не девица легкого поведения. Она Снегурочка, которая пришла к Олеське.

– Это не меняет суть дела. Ты должен ценить, что я не вцепилась в ее искусственную косу!

– Она настоящая, – пробормотал он.

– Что?! Какая разница! К тому же это уже прошлое. Твое будущее, милый, сидит рядом с тобой.

Неля хищно сверкнула глазами и наклонилась к Сергею. Ее рука в тонкой лайковой перчатке оказалась на его бедре, после чего стала тихо сползать вниз.

– Прекрати! – Сергей отбросил ее руку.

– Я только начала, – прошептала Неля. – Хочешь, я прямо сейчас сделаю тебе…

– Нет! – резко отстранился Сергей, и автомобиль вильнул в сторону.

– Боишься меня?

– Опасаюсь, – честно ответил он. – Боюсь того, что мы окажемся в кювете.

– Я бы предпочла постель. – Рука в лайковой перчатке переместилась ему на грудь.

– Если ты не прекратишь, – пригрозил Сергей, останавливая машину, – то дальше поедешь на такси!

Неля убрала руку и надула губки, отвернувшись к окну.

– Вот и хорошо, – сказал он, заводя двигатель.

Неля раздражала его, но не в том смысле, в котором хотелось бы ей. В противоположном. Она и раньше бесила его по пустякам, но Сергей старался не обращать на них внимания и сдерживался. Ради чего он все это терпел? Ради того, чтобы назвать ее своей спутницей жизни? Но теперь все изменилось. Все! Он отчетливо понял, что такая спутница ему не нужна, да, им не по пути. Но как же все это объяснить без слез и истерик?

Сергей высадил Нелю возле ее подъезда и проводил до дверей. Убедившись, что вахтер на месте, он спокойно закрыл за Нелей дверь. Но та внезапно вернулась во двор, когда он садился в автомобиль, и потребовала прощального поцелуя. Сергей пожал плечами и выполнил ее требование.

Неля не довольствовалась прохладным поцелуем, она решительно повисла на нем и впилась в губы, как ей казалось, страстно и пламенно. Сергей не ответил.

– Ты холодный, – прошептала она. – Дед Мороз? Надеюсь, ты не разочаруешь меня сегодня своим подарком. Я жду тебя в девять часов вечера.

Сергей вернулся в салон машины, а Неля так и осталась стоять во дворе, провожая пристальным взглядом уезжавший автомобиль бывшего жениха. Бывшего?! Она скрипнула зубами. Ничего подобного! Она за него еще поборется.

Олеся крутилась, как юла, на заднем сиденье такси, где вместе с ней сидели Тамара с Олей. Она никуда так далеко не ездила, тем более с чудным усатым дядькой за рулем, похожим на сказочного персонажа. В ее любимых мультиках такие дядьки были домовыми и всегда заступались за детишек, которых обижали неразумные взрослые. Рядом с усачом сидел папа, такой большой и грозный, что Олеся даже мысли не допускала, что ее могут обидеть на новом месте. Ох, она же переезжает в другой дом! Нужно не забыть сказать себе перед сном: «На новом месте приснись жених невесте», так ей бабушка советовала делать. Но пока Олеся прожила жизнь в одной квартире. Теперь у нее будет целый дом с домочадцами.

Только жаль, что Снегурочка куда-то подевалась, и дядю Сережу жаль, он очень хотел ее найти.

– Мама, а ты можешь опять позвать Снегурочку Машу к нам по новому адресу?

– Она тебе понравилась?

– Очень! Папа, а ты дядю Сережу к нам позовешь?

– Конечно, дочка. Он же мой друг.

– Он тоже хороший, только песен про Новый год не знает.

– Мы ему скажем, чтобы выучил! Девчонки, – пробасил Борис, – давайте, валите на меня свои желания! Я сегодня добрый.

– У меня, честно говоря, оно одно, – призналась Оля. – Спать хочу.

– Отоспишься! У меня весь второй этаж свободен, никто мешать не станет.

– Я бы тоже поспала, – заметила Тамара. Она волновалась. Разумеется, волновалась, но понимала, что все сделала правильно. Если уж у них с Борисом ничего не получится, так хоть дочка подружится с отцом.

– Значит, Леська, из нашей дружной компании выпадают слабые звенья! А мы, знаешь, что станем делать?

– Что?

– Уложим маму с Ольгой наверху, а сами…

– Что сами?

– Приготовим им обед! Ты готовить умеешь?

– Нет, – разочарованно произнесла Олеся.

– Вот и я не умею, – хохотнул Борис. – Зато мы будем стараться!

– Ура-а-а, мы будем стараться! – закричала Олеся. – Я еще никогда ничего не готовила.

В ее новой жизни теперь было много всего нового. Она обняла отца за плечи и ткнулась мокрым носом в его шарф.

– Я всегда знала, что ты хороший. Я же хорошая? И мама хорошая.

– Железная логика, – рассмеялась Оля. – Устами младенца глаголет истина.

– Я не младенец, – обиделась Олеся. – Я уже большая и буду готовить обед. Вместе с папой.

Тамара думала, как получилось, что столько лет между ними бегала черная кошка и никто из них до сегодняшней ночи не захотел поймать ее за хвост и остановить. Ведь это очевидно, что всем стало лучше. И Олесе, и Борису, и ей. Ей? Ну, уж нет! Она не сразу признается, что по ночам плакала в подушку, вспоминая их бурный, но такой бестолковый роман. Она вообще не признается. Зачем? Все слова сказаны, теперь остается положиться на чувства. Она его всегда любила. А он…

Можно ли ему верить? Волна сомнений охватила Тамару. Но она посмотрела на его профиль, полюбовалась родными чертами лица и отчего-то поверила. Ведь без веры жить нельзя. Верой в будущее. В их совместное будущее. Недаром Новый год начался с новой жизни. Это очень хорошая примета.

– Приехали!

Все утро Олеся бегала по дому, знакомясь с его каждым уголком. Туда, где спали мама и Оля, она не ходила. Папа сказал, что они устали и им нужно отдохнуть. Сам он спать не хотел, но перед тем, как заняться готовкой обеда, прилег на диван в большой гостиной и задремал. Олеся не стала его будить. Она села рядом и стала рассказывать ему сказку про хрустальный дворец Деда Мороза, где живет красивая Снегурочка Маша. Ее нужно обязательно найти, чтобы все были счастливы. И дядя Сережа тоже. Папа пробурчал сквозь сон, что найдет ей любую Снегурочку, которую дочка только пожелает. У него связи и знакомства в каком-то ФСБ. Олеся не поняла, что это такое, подумала про почтовый отдел Деда Мороза. А потом она устала рассказывать сказку и прилегла рядом. Большая сильная рука обняла ее и укрыла теплым пледом. Олеся уснула, думая о том, что у папы такой большой дом, а новогодняя елочка игрушечная – маленькая-маленькая. Нужно позвонить в этот ФСБ, где знают папу, и попросить для него большую елку.

Маша тоже укладывалась спать. Она вернулась быстро, пронеслась по улицам, как новогодняя метелица, спешившая укрыть серый асфальт белой праздничной дорожкой. Дома ее никто, разумеется, не ждал. Соседи мирно спали, в седьмом часу утра ударила непривычная тишина. Она зябко повела плечами, сняв сарафан и аккуратно повесив его на плечики в шкаф. Сегодня у нее выходной, а завтра есть еще парочка заказов. Маша нервно хихикнула. И еще парочка Дедов Морозов? Нет, с нее хватит этих скоротечных новогодних романов. Конечно, безумно жаль, что Сергей не кинулся ее догонять. Но что бы тогда было? Да ничего. За Сергеем хвостом прибежала бы Неля.

«И хватит о нем думать!» – приказала Маша своему отражению в зеркале и принялась стирать макияж. Но мысли, словно навязчивые комары, неизменно возвращали ее к новогодней ночи. И покусывали, покусывали… А если бы он был женат? А если бы у него семеро по лавкам сидели и его возвращения дожидались? Она увлеклась бы привлекательным мужчиной и позволила себя целовать? Ну почему он не женат? Почему у него не семеро детей?

Маша подумала, что эти обстоятельства сразу охладили бы ее пыл и не позволили чувствам заходить слишком далеко в ее сердце. Что, опоздала? Он уже там? Мучительно прекрасный образ любимого мужчины вольготно занял все свободное пространство пустовавшего доселе органа. Маша представила, как сжимает свое сердце в комок и не позволяет творить с ним все, что этому мужчине заблагорассудится.

Ночь прошла, наступил новый день, полный прежней жизни, от которой никуда не деться. Маша Калинина все такая же одинокая, безработная, озабоченная добыванием куска хлеба. Кстати, нужно посмотреть, какую купюру сунул ей Борис в качестве оплаты за Снегурочку. Она вытащила из кармана красноватую бумажку. Пять тысяч! Она никогда еще столько за ночь не зарабатывала! Кому сказать – не поверят. Нет, разумеется, она никому говорить не станет, еще подумают, что… О! Ей заплатили, как продажной женщине! Маша принялась взволнованно мерить шагами свою квартирку.

Хорошо же они получают, однако. И наверняка не страдают от безработицы… О чем она только думает! Нужно вернуть лишнюю сумму. Они с Тамарой договаривались о гораздо меньшей сумме. А уговор дороже денег.

«Стоп! – сказала Маша себе и села на кровать. – Я не пойду к Тамаре! Ни за что не пойду».

Это будет выглядеть так, будто она хочет хоть одним глазком взглянуть на Сергея или узнать о нем что-нибудь. Конечно же, так оно и было, и Маша хотела увидеть его одним глазком или что-нибудь о нем узнать. Но! Она сильная девушка и не пойдет на поводу у своих слабостей. Она передаст лишнюю сумму через Светлану. К тому же девчушка ей очень понравилась, они даже подружились.

Маша разжала руку, в которой было еще что-то зажато помимо денег.

«Конфета», – удивилась она, глядя на подтаявший шоколад.

Олеся подарила ей самую вкусную конфету, чтобы смягчить горечь ее ухода.

«Добрая девочка, пусть у тебя все будет хорошо».

Маша развернула фантик и сунула конфету в рот. Действительно, очень вкусно. Шоколад таял во рту, и у него был привкус его губ…

«Это просто бред какой-то. – Маша тряхнула головой. – Наверное, я давно не пила шампанское в таком количестве».

Она направилась в ванную комнату и встала под душ, делая воду все прохладнее и прохладнее. Этим она наказывала себя за излишнюю влюбчивость. Когда Маша стояла и вытиралась полотенцем, вдруг зазвонил телефон. В ее глазах вспыхнули отчаяние и надежда. Одним прыжком, которому позавидовали бы прыгуны на Олимпиаде, Маша перенеслась в комнату и схватила телефонную трубку:

– Да!

– Туська, ты сейчас упадешь в обморок! – прозвучал незнакомый женский голос.

– Вы ошиблись, – устало вздохнула Маша.

– Я никогда не ошибаюсь! Туська, ты чего?

– Здесь нет никакой Туськи.

– Она уже ушла? И меня не подождала? Вот стерва!

– Ее здесь не было, вы ошиблись номером.

– Слушай, а чего ты такая скучная? – заинтересовался голос. – Новый год наступил!

– Ну и что? – усмехнулась Маша. – Проблемы-то остались старые.

– Нет, дорогуша! С таким подходом нельзя встречать Новый год. Ложись спать и верь, что скоро случится чудо. Я вот верила, и, знаешь, что случилось?

– Он сделал тебе предложение?

– Да! – радостно сообщила незнакомка. – Шеф предложил мне возглавить его фирму в Нижнем Тагиле! Обалдеть, да?! Жаль, что Туськи нет рядом с тобой…

– В Нижнем Тагиле?

– А то! Это рядом с головным офисом! Чувствуешь, чего добиваешься, если веришь? То-то.

– Поздравляю, – пробормотала Маша.

– Спасибо. Тебе тоже всего хорошего. – И трубка запиликала противными гудками.

– Некоторые искренне радуются Нижнему Тагилу, – прошептала Маша, ложась в постель.

Значит, жизнь наполнена не только любовью. Есть еще работа, о, куда же ей-то податься, может, тоже в Нижний Тагил? Перезвонить незнакомке и попросить забрать ее с собой: «Здравствуйте, это я, у которой нет Туськи. Возьмите меня с собой в офис шефа, я умею тыкать по клавиатуре и чинить принтеры, зажевывающие бумагу. И еще я умею…»

Глаза слипались, голова тяжелела, от сладкого во рту было ощущение праздника, оставшегося в прошлом. Далеко в прошлом, а жить предстояло настоящим, без определенного будущего, без Принца или Деда Мороза, ему идет любой костюм… Обидно, что одним достается все, в том числе и Нижний Тагил, и принцы, а другие за кусок хлеба… О, нужно выучить песню про елочку! И Маша уснула.

Ее не мучили страшные сны, за ней не гонялись чудовища. Ей не снились и романтические истории с неизменным счастливым концом. Она просто спала, без снов и сновидений. Ученые утверждают, что таким сном спят недалекие личности с отсутствием фантазии и воображения. Что ж, если бы Маша об этом узнала, то наверняка обрадовалась. Ей ведь удалось подавить в себе все самое лучше, что начинало волновать ее душу и сердце. Ей не были нужны ни фантазии, ни сказки. Новогодняя ночь прошла, оставив после себя лишь разочарование и боль. Пустую тупую ноющую боль при каждом воспоминании о том, что Сергей остался со своей невестой.

Глава 8

Светлана

Чудеса нужно делать своими руками. Но если ручки кривые, за это лучше не браться.

Маша открыла глаза и в сумраке зимнего дня представила то, что должно было ей присниться, но не приснилось. Она стоит на балконе, и хрупкие снежинки мягко опускаются на ее пушистые ресницы, мешая рассмотреть Принца, прискакавшего на чистокровном арабском скакуне. Маша смахивает надоедливые снежинки, пытаясь разглядеть лицо Принца, но конь гарцует, чинно переступая то в одну сторону, то в другую, и не дает возможности увидеть, кто же зовет ее по имени. Маша вглядывается в даль и видит Сергея Столярова, уводящего под руку свою невесту Нели. Значит, Принц не он. Обидно!

Ужасно глупо, что даже в мечтах она не может вообразить несбыточное. На то они и мечты, чтобы представлять то, чего никогда не будет. Самовнушение сработало? Или подсознание гонит прочь образ Сергея из ее головы, чтобы дать покой сердцу? Впрочем, какая теперь разница. Но… И Маша кинулась к телефону.

Спросонья едва обнаружила, что так и не установила автоответчик. Сначала хотела наговорить звонящим ей друзьям и знакомым приятные слова к Новому году, затем придумала тост, а потом решила просто и остроумно обнадежить их тем, что она когда-нибудь обязательно ответит. Но ничего этого не сделала, закрутилась. Маша вздохнула: и на сей раз судьба отводит ее от чужого жениха. Но скорее всего он и не звонил.

Маша поплелась в ванную комнату, чтобы принять душ и освежиться. Собственно, особых планов на вечер у нее не было, но она собиралась зайти к Светлане и рассказать о том, как встретила Новый год. Маша вышла из ванной комнаты и хотела поменять теплый махровый халат на привычные джинсы, как раздался звонок в дверь.

– Будь здорова, красавица! – рявкнул здоровенный бугай, шагнув в комнату, лишь только она открыла дверь. – Держи подарок! – И он сунул Маше в руки огромную рыбину.

Она опешила.

– Скромно живешь, – заявил бугай, оглядывая обстановку. – Тесно у тебя. Палтус любишь?

– Кого я люблю? – пролепетала Маша, не представляя, что делать с большой жирной рыбиной.

– Отнеси ее в кухню, – посоветовал он и занялся изучением скромной Машиной елочки. – Слушай, подруга, а почему у тебя искусственное дерево? Тебе что, некому настоящую ель принести?

– Некому.

Ага! Уйди в кухню, он тут же квартиру обчистит. Впрочем, красть у нее нечего. Но все-таки!

– Вы, наверное, ошиблись дверью, – предположила Маша, глядя на мужчину.

– Ты Мария Калинина? – подмигнул он, устремляясь на балкон.

Маша кивнула.

– Приятный вид, – пробасил бугай. – Прилегающие территории как на ладони! Хоть ставь пулемет и расстреливай всех поодиночке! Гы-гы.

– Вы террорист? – усмехнулась Маша.

– Я прапорщик Нечипоренко! – представился он, вернувшись в комнату. – А ты Мария Калинина, неполных тридцати лет, с высшим образованием, жилплощадью и материальными проблемами. Так?

– Нет! Мне нет тридцати!

– Проблемы есть?

– А у кого их нет?

– Будем решать их по мере поступления, – заявил гость, забрал у нее рыбину и двинулся в кухню.

Там он бесцеремонно открыл Машин холодильник, констатировал факт, что этот бытовой предмет, судя по содержимому, ей вовсе не нужен и лишь занимает пространство и без того тесной кухни, и вытащил из ящика стола самый большой нож.

– Вы маньяк? – тоскливо поинтересовалась Маша, прикидывая, кто из ее подруг и знакомых мог дать ему такую шокирующую дезинформацию. Ей тридцать лет! Ужас! Лучше умереть под лезвием ножа маньяка, чем признаться в этом. Но ей нет тридцати! Признаваться не в чем.

– Я Нечипоренко, – повторил бугай, положил кухонную доску и принялся нарезать рыбину большими кусками. – Хлеб есть?

Маша указала на металлическую хлебницу.

– Садись! – приказал он и огромными ручищами усадил Машу на табурет. Достал хлеб и нарезал его.

Получилась отменная закуска потому, что рядом с хлебницей он обнаружил початую банку с солеными огурцами.

– Вгрызайся. – Мужчина придвинул ей тарелку с рыбой. – Прозрачна, как солдатский борщ, за шваброй спрятаться сможешь.

– Вы обо мне? – произнесла Маша. С борщом ее еще никогда не сравнивали.

– О ком же еще?! Ничего, я тебя откормлю. Не переживай, я военнослужащий тыла. Слышала про таких?

– Нет.

– Мрак, – нахмурился прапорщик Нечипоренко. – У тебя еще и информационный голод!

– Позвольте! – Маша решила прекратить этот цирк. Рыба вкусная, но человек ошибся дверью.

– Отставить разговорчики за едой, – подмигнул ей бугай. – Отъедайся!

Маша съела еще один кусочек рыбы и вздохнула. Действительно вкусно и питательно, но надо объяснить, что ему нужна другая Маша Калинина. Такие распространенные имя и фамилия встречаются часто. Он ошибся домом. Ничего, рыбу они всю не съедят, остатки она завернет и банку с солеными огурцами отдаст.

– Ремонт у тебя нужно делать, – заявил Нечипоренко, умявший три кусища рыбины.

Маша уныло подумала, что остатков, возможно, не будет.

– Да, – согласилась она.

– И сантехнику поменять!

– Кран подтекает…

– И окна заменить на пластиковые! Лучше сразу все, за это скинут.

– Кого скинут? – испугалась Маша, стараясь одновременно думать, как от него отделаться, и поддерживать непринужденную светскую беседу.

– За себя не бойся, – хлопнул ее по плечу бугай. – Ты отныне под надежной защитой!

– Под вашей?

– А то!

– Господин Нечипоренко, товарищ, вы ошиблись! Я не та Маша Калинина, которая вас ждет. Спасибо за рыбу, очень вкусная.

– Палтус холодного копчения. Есть еще и горячего, но он остался у Светки.

– У кого?

– У соседки твоей. Она моя сеструха двоюродная.

– Так вот в чем дело! – воскликнула Маша.

– А ты что подумала?

Не признаваться же ему в том, что запустила чужого мужчину сомнительного поведения только из-за того, что его рыба одуряюще пахла? До чего она докатилась! До того, что соседи начинают ее подкармливать и знакомить со своими родственниками!

– Впечатлилась? – поинтересовался Нечипоренко, показывая Маше правую руку.

– Чем? – удивилась она. Рука, как рука. Огромная такая, с наколкой русалки.

– Отсутствием обручальных оков, – прогремел Нечипоренко. – Вы же, бабы, сразу на это обращаете внимание.

Неправда, Маша смотрела на это лишь только в самый последний момент, когда уже было поздно. Обычно. Вот и про невесту Сергея она узнала не сразу. А Светлана, когда знакомилась со своим мужем, потребовала у него паспорт. Но нет таких документов, где стоял бы штамп о занятости сердца.

– Вы могли его снять и спрятать в карман, – едко заметила она.

– Логично мыслишь, – усмехнулся прапорщик. – Но! В том-то и преимущество мужской логики над женской!

– В чем же?

– Что остался бы след от кольца!

– У вас не остался, – пригляделась Маша.

– И я о том же. Так ты согласна?

– С чем?

– Ты, подруга, явно не догоняешь. Ночью пила?

– Шампанское, – призналась Маша.

– Маслом закусывала?

– Каким?

– Сливочным.

– Нет. А зачем?

– Скудное у тебя, Мария, образование, хоть и высшее. Элементарному в ваших университетах не учат! Сливочное масло обволакивает желудок, и алкоголь хуже впитывается в кровь.

– Тогда зачем его пить?

– Логично.

Маша встала и улыбнулась:

– Спасибо, Нечипоренко, за ваш визит. Искренне была рада познакомиться с братом Светланы. До свидания, всего хорошего.

– Очки носишь? – поинтересовался тот, вставая из-за стола.

– Нет. С чего вы взяли?

– Плохо видишь. – Нечипоренко выпятил грудь колесом, показал рельефы бицепсов через белую рубашку. – Остальное тоже в норме и даже больше.

– Аполлон Бельведерский.

– Василий Нечипоренко. – Пожал ей руку тот.

– Очень приятно, – выдавила Маша, пытаясь высвободить ладонь из его лапищи.

– Короче, ждем к столу через полчаса. Или…

– Что?

– Или я сам за тобой приду. Ты мне понравилась со всеми недостатками.

– Во мне полно достоинств, – заявила Маша.

– У нас будет время разглядеть друг друга, – пообещал он и направился в коридор. – Не провожай! Собирайся!

– Что собирать-то?

– Чемодан!

– Только этого мне не хватало.

Маша начала поедать рыбу, как голодная кошка. Такой вкуснятины она давно не ела. Нет, порой средства позволяли покупать деликатесы. Но этот деликатес был не завалявшимся среди себе подобных в супермаркете, а свежим, только что прокопченным и ошеломляюще пахнувшим.

Наевшись, она решила подумать. Соображать на сытый желудок было гораздо легче, чем на пустой. Итак, она опустилась до пресловутой ущербности, свойственной только мужчинам. Путь к ее сердцу лежал через желудок! Нет? Тогда почему она сразу не выгнала визитера с подарком? С подарком! Копченую рыбину ей еще никогда не дарили. Куда это отнести: к оригинальности или к большому самомнению Василия Нечипоренко? А Светка хороша! Сообщила, что Маше почти тридцать лет! Намекала на последний шанс?

Маша решила обидеться и никуда не ходить. Но все-таки оделась более прилично, смутно подозревая, что отделаться от навязчивого кузена будет нелегко. И если уж придется пойти к коварной приятельнице, то Маша ее накажет. Она съест всю рыбу горячего копчения!

Светлана суетилась в кухне, накрывая на праздничный стол, и радовалась, что им с мужем удалось хоть немного поспать. Новогодняя ночь прошла обычно, без эксцессов и неприятностей: они посидели дома под бой курантов, а затем отправились поздравлять тех родственников и друзей, которые жили поблизости. Вернулись домой под утро и уснули без задних ног.

А в пять часов дня заявился Василий!

Светлана его не ждала, этот близкий родственник жил очень далеко, в Мурманске, у Северного полюса, и заранее о своем приезде не сообщил. Свалился как снег на голову, нет, как целая лавина из ледяных глыб, снеся все живое на своем пути. Стас, по крайней мере, все еще не отошел от заздравных тостов и едва не отдал концы. Всего лишь час посидел в кухне с Василием и литром водки. Родственнику ничего! А тщедушному Стасу – алкогольное отравление.

Светлана пошла и взглянула на мужа: тот тихо посапывал.

– Жив хоть, – обрадовалась она и вернулась нарезать привезенные Василием деликатесы.

Брат служил на Севере давно, обосновавшись там основательно. Все у него было: трехкомнатная квартира, материальный достаток в виде такого же здорового, как он сам, джипа, служба – рай, дом – полная чаша. Вот только к тридцати пяти годам эта чаша дала течь и залатать ее могла нежная женская рука. Женщин у Василия было много, равнодушно пройти мимо мужчины, имеющего вид русского богатыря, могли немногие. Но Василий еще осенью, когда они виделись в последний раз, заявил, что хочет жениться на исключительной девушке.

Светлана тогда сидела с ним в аэропорту, Василий улетал на отдых, а ей привез подарок. Подарки у него были одни, но на редкость удачные: он всегда привозил рыбу. За нее Светлана заочно полюбила славный город Мурманск. И когда сегодня он оказался на пороге ее квартиры, Светлана внезапно перевела взгляд на соседнюю и…

Разумеется, она хотела сделать доброе дело – соединить два одиноких сердца! Но в глубине души чувствовала, что строптивая Машка соединяться с непонятно кем не пожелает из элементарной вредности. Потому и послала Василия в соседнюю квартиру одного.

И сейчас с нетерпением ожидала его возвращения, прислушиваясь, не раздадутся ли крики на лестнице. Но никто не кричал, ногами не стучал и посуду не колотил. Отсюда следовало, что Машка оказалась не такой уж дурой и клюнула на мурманчанина, как тупая рыбка на приманку.

Светлана с наслаждением отправила в рот кусочек копченой рыбки и облизнулась. Что-то у нее в голове одни сравнения с этой замечательной закуской. Светлана поморщилась, вспомнив, что стол должна украсить бутылка алкоголя. Откуда взялась эта ненавистная традиция? Если она еще раз выпьет за свое здоровье, то точно умрет!

В коридоре хлопнула дверь, и послышались тяжелые шаги брата.

– Ну как? – поинтересовалась Светлана.

– Как положено! – доложил Василий. – Обалдела, прифигела и на все согласилась.

– Неужели?

– Очки носишь?

– Да ладно тебе, – отмахнулась Светлана. – Маша – девушка с тонкой организацией души. Ей твоего солдатского юмора не понять.

– А я не шучу, – заявил Василий. – Я надежный? Надежный. Погулявший? Погулявший. Обеспеченный? А то! Любая дуреха со мной, как сыр в масле, будет кататься. Сомневаешься?

– Нисколько, – согласилась сестрица. – Иначе бы не послала к ней.

В принципе, Светлана так и считала, что для Марии лучший вариант – это Василий. Где она найдет такого положительного и мужественного парня? Правда, Василий немного пообтрепался, но выглядит неплохо, чтобы завести молодую жену. Единственный минус – Маше придется ехать к черту на кулички, в славный город Мурманск и строить там семейное счастье с Василием. В любом другом месте он жить не согласится.

– Море люблю, – бесхитростно заявлял обычно Нечипоренко, так и не научившийся плавать. – А зачем? Вода сама держит. К тому же у нас такая вода, что будь ты хоть трижды мастером спорта по плаванию, до берега не доплывешь, от холода конечности сведет, и рассудок помутится.

В общем, Светлана решила, что молодые познакомились и приглянулись друг другу. Но когда в назначенное время Маша не пришла, она разволновалась.

– Ты на нее давил, Василий! Своей грубой физической силой!

– Я показал ей мощь, на которую способен, – пожал тот могучими плечами и посмотрел на часы. – Пять секунд на опоздание зеленому огурцу, и я иду…

– Кому? – изумилась Светлана. – Забудь все свои армейские штучки. Если тебе понравилась девушка, то с ней нужно обращаться осторожно! Как с фарфоровой вазой!

– С вазой? – задумался Василий, подмигнул Светлане и направился к строптивой соседке. – С вазой, так с вазой. Не поймешь этих баб, то им силу подавай, то нежность. Невозможно же нормальному мужику на две части разорваться.

Его бас уже раздавался за дверью, когда позвонила Тамара. Она поздравила Светлану с наступившим Новым годом и пожелала ей большого личного счастья и возвращения всех потерь. Светлана обрадовалась ее звонку, намереваясь отвлечься от навалившихся проблем с одиноким родственником, и расспросила Тамару о Маше. Снегурочкой, как оказалось, все остались очень довольны. Ей, бедняжке, пришлось отсидеть взаперти всю новогоднюю ночь, но она такая милая и добрая, что ничем не выказала своего недовольства. И… Тамара замялась и попросила номер домашнего телефона Снегурочки, объяснив, что хочет еще раз поблагодарить ее.

Светлана решила, что ничего страшного в этом нет, пусть благодарит, и продиктовала номер телефона соседки, попутно объяснив, что та живет с ней на одной лестничной клетке. Они еще перекинулись парой фраз и пожелали друг другу без потерь встретить вечер нового дня нового года.

– Потери будут, – прошептала Светлана, положив трубку и услышав в коридоре шум борьбы.

Вскоре шум стих, и повисла напряженная тишина.

– А я что говорил? – пробасил Василий. – Борщ стынет!

– Уберите руки, – услышала Светлана. – И вообще больше ко мне не прикасайтесь, дальше я сама пойду.

– Милые бранятся, только тешатся, – усмехнулась Светлана и двинулась им навстречу.

Мир делится на две категории людей: те, кому наплевать, что происходит с их соседями, и те, кто не может оставаться равнодушным, глядя на то, как соседи неправильно живут. Отсюда и возникают все людские беды. Впрочем, бывают и радости, но их гораздо меньше, ведь, как известно, благими намерениями выстлана дорога в ад.

Светлана желала Маше только хорошего, посылая к ней неугомонного Василия. Он свалился на нее, как февральский снег на голову, сообщив, что заехал на три дня с великой миссией – передать презент, разумеется, тот состоял из даров моря, одному влиятельному военачальнику. Проще – возил взятку для начальства копченым палтусом, чтобы оно порадовалось в новогоднюю ночь и за праздничным столом вспомнило о прапорщике Нечипоренко, здраво рассудив, что давно пора надавить на его непосредственного начальника и повысить героя до звания старшего прапорщика.

Думая о том, как бы занять родственника, Светлана вспомнила об одинокой соседке, скучающей у себя в тесной квартирке. К тесной квартирке добавились мысли о безработице и голодной смерти, и судьба Марии Калининой решилась в мгновенье ока. Она должна была выйти замуж за ушлого брата!

Но людская неблагодарность не знает границ! И вот двигаемую благими намерениями Светлану пронзали свирепые девичьи глаза, которые она назвала бы «глазюками».

– Я и сама собиралась прийти, – прошипела Маша, косясь на громадную фигуру застывшего на выходе Василия. – И сбегать никуда не собиралась.

– Ей и некуда! – торжественно воскликнула Светлана, после чего Василий ухмыльнулся и освободил проход. – Проходи, Машенька, проходи, рассказывай, как ты Новый год встретила.

– Отлично встретила, – пробурчала та и плюхнулась в кресло. – Потом расскажу.

– Отчего же потом? – воодушевилась Светлана. – Сейчас нам и расскажи! Василий, а ты знаешь, что Машенька у нас подрабатывает Снегурочкой? Посмотри только на нее – вылитая Снегурочка.

– Ага, – согласился он, улыбаясь, – совсем замороженная. Ты, Снегурка, давай к столу садись. Отощала, как спица от велосипеда.

Маша вздохнула. Хорошо, что сравнил ее с велосипедом, это банальнее и привычнее, чем армейская похлебка. А действительно, не поесть ли ей? Копченая рыба повышает аппетит, это точно. Маша пересела за стол, с ней рядом устроилась Светлана, с другой стороны решил сесть Василий.

– Васенька, – ласково произнесла Светлана, – сходи, Стаса разбуди. Посидим по-семейному.

Тот кивнул, поднялся и вышел.

– Ты что задумала? – горячим шепотом принялась укорять ее Маша. – Он совершенно не в моем вкусе! К тому же между нами должна пробежать искра.

– Еще не пробежала?

– Нет!

– Тогда жди и общайся с ним больше. Ты только посмотри, – указала на дверь Светлана, – какой он красавец! Косая сажень, и все такое. И учти, Калинина: Василий очень надежный во всех смыслах мужик, ты за ним будешь жить, как за каменной стеной!

– В тюрьме, что ли? – усмехнулась Маша.

– Да, в трехкомнатном каземате на полном довольствии и продпайке. И не нужно искать работу и мыкаться в поисках женихов.

– У него есть невеста?

– Нет у него никого. Но эта свобода от обязательств временная. Василий хочет жениться на тебе.

– Почему именно на мне? Он меня только что увидел!

– Мария, ты слышала что-нибудь про любовь с первого взгляда?

– Нет ее, – вздохнула она, вспомнив про Сергея. – Нет, сначала она, безусловно, появляется, а потом куда-то исчезает. Это как пузырьки шампанского. Ударяют в голову, и думаешь, все, захмелела, расслабилась, пошла вразнос, и вдруг – раз! Все прошло. И голова трезвая, и за разнос уже стыдно.

– Ты в кого-то влюбилась, – прищурилась Светлана, – а он не ответил взаимностью.

– Почти угадала.

– Но когда успела? Я не видела тебя ровно сутки!

– А Василий?

– Что Василий?

– Он же успел в меня влюбиться за час!

– Ладно, Маш, ты права, это скорее всего не та любовь, которая сразу и до гробовой доски. Но ты ему идеально подходишь. И он тебе! Заметь, я ни на что тебя не агитирую, только прошу – попробуй, а вдруг получится? Поезжай с ним на зимние каникулы в Мурманск, поживи недельку-другую, оглядись, присмотрись.

– Свет, ну, какое может быть «приглядись» без любви? Должно же как током встряхнуть, чтобы коленки согнулись, сердце в пятки упало, и голос задрожал.

– Точно влюбилась. Горе ты наше. Кто он?

– Он… – Маша мечтательно задумалась. – Он очень хороший человек.

– Замечательное качество для мужчины! Гораздо лучше, чем добытчик и оплот.

– Еще он так целуется, так целуется, Светка…

– Василий тоже умеет целоваться!

– Откуда ты знаешь? – усмехнулась Маша.

– Ни одна его женщина не жаловалась, все обратно просились в беззаботную жизнь. Да попадись мне раньше такой мужик, я бы вцепилась в него…

– В кого бы ты вцепилась, дорогая? – поинтересовался зашедший в комнату Стас.

– В рыбу, – нашлась Светлана. – Люблю палтус нежной любовью.

– Рыба хороша под водочку! – заявил Василий, пришедший следом за Стасом.

– Ох, – скривился тот. – Я больше пить не могу.

– Слабак! – хлопнул его по плечу Василий. – Сегодня только первое число! Как же ты продержишься две недели?

– Он алкоголик? – шепотом спросила у приятельницы Маша.

– Обычный русский мужик, – обиделась та.

Маша вздохнула и посмотрела на Василия. В чем-то Светлана, конечно, права. Любовь с первого взгляда не гарантирует счастья на всю жизнь. Без нее тяжело, но с неразделенной любовью еще тяжелее. Безответная любовь не возвышает и не облагораживает! Она иссушает душу и на медленном огне сжигает сердце. Может, не стоит любить вообще?

Кто ее придумал, эту любовь? Кто первым испытал мучительное наслаждение от ласк любимого? Кто додумался вырвать свое сердце и бросить к ногам возлюбленной? Сжечь того на костре инквизиции! Наверное, его и сожгли в Валентинов день. Правильно сделали. Такую пытку придумал для человечества!

Маша сможет жить без любви, во всяком случае, попробует. Вот сидит рядом с ней Василий Нечипоренко, высокий бугай… Стоп. Здоровый русский богатырь… Что-то он много водки пьет и ест салаты тазиками… Она его не прокормит. Ах, это он отныне обещал ее кормить. И не нужно мыкаться и работать. Отлично! Отлично? В самом деле? Она готова продаться за еду и лень? Но у нее есть гордость! И те пять тысяч, что ей заплатил Борис. При разумном походе по продуктовым магазинам Маше этого хватит на целый месяц.

Василий очень обстоятельный. Вон как вытирает рот салфеткой. Если хорошенько рассмотреть его достоинства и опустить недостатки, то им можно заинтересоваться. Впрочем, недостаток у него один – Маша в него не влюблена. Кстати, он в нее тоже вряд ли влюблен.

– Выпьем за любовь! – провозгласил Василий и поднял рюмку.

– За любовь! – поддержала его Светлана.

– Блин, я больше не могу, – простонал бледный Стас.

– За любовь не можешь? – возмутилась супруга.

Тот нехотя взял рюмку с водкой, потянул носом и поморщился.

– Только ради тебя, дорогая.

– Маш, давай выпьем за любовь! – обратилась к ней Светлана.

– Давай, – согласилась она и посмотрела на Василия.

Его пристальный взгляд остановился на ней. Василий подмигнул, улыбнулся и выпил.

– Искра не пробежала, – уныло прошептала Маша, потягивая свое красное вино.

От водки она категорически отказалась. Голова должна оставаться трезвой и разумной, чтобы вовремя подсказать телу, как действовать в двусмысленной ситуации. А то, что она возникнет, Маша не сомневалась. Василий не сводил с нее глаз, она даже испугалась, не получит ли он косоглазие. И ухаживал за ней, подкладывая на тарелку самые большие куски. На тарелке уже высилась солидная гора, закрывающая Машу по подбородок. Но Василий все заботился и заботился, и его опека не знала границ.

– Хватит! – внезапно выкрикнула Маша.

– А ты ешь быстрее, – посоветовал Василий, но его рука с черпаком замерла над столом.

На самом деле Маша кричала не ему, а себе. Ей было совершенно наплевать на образовавшуюся гору, она в тот момент сравнивала Василия с Сергеем. Типичная ошибка! Нельзя сравнить чудо с обыденностью. Волшебство уже ускользнуло от нее, а суровая жизненная правда сидит рядом и подкладывает еду и подкладывает.

– Я уже наелась. – Маша отодвинула от себя тарелку. – Спасибо, Свет, было очень вкусно.

– Отлично, – заметил Василий. – После плотного обеда выведи гулять соседа!

– Он еще и стихоплет, – обрадовался Стас. Если Василий уйдет, пить больше не придется.

– Гулять? – задумалась Маша. – Можно и погулять, только я шубку дома оставила…

– Давай ключ, я за ней сбегаю! – предложила Светлана.

– Зачем? Я сама могу сходить.

Маша представила, как возвращается к себе в квартиру, а за ней устремляется Василий. Такой большой и сильный. И делает с ней все, что захочет. Или он не сделает? Но лучше не рисковать, пока она не решила: ехать с ним или нет.

– Принеси мою шубу, – согласилась она и отдала Светлане ключ.

Никогда в чужих квартирах не подходите к телефонам! Никогда в чужих квартирах не разговаривайте по телефону с чужими людьми! Это правило знают и с успехом применяют на практике все воры и грабители. Но Светлана к криминальной среде не имела отношения и к трезвонящему аппарату подошла.

– Добрый вечер, – произнес Сергей.

– Добрый вечер, – ответила Светлана.

– С Новым годом!

– И вас с Новым счастьем!

– Вы мама Маши?

– Нет, я не мама, – обиделась она. Он приписал ей десяток лет! – Да и Маши здесь нет.

– А не подскажете, где она?

– Подскажу. Маша собирается на прогулку со своим женихом.

– С женихом? Это с каким еще женихом?

– С тем самым, с которым улетает на днях в Мурманск на постоянное место жительства.

Светлана резко ответила, обидевшись и за Машу. Звонивший словно знал, что у Маши нет и не было личной жизни и осязаемых, а не воображаемых, женихов. Так получи и распишись, жлоб! У Машки женихов пруд пруди!

– Улетает? – грустно промолвил Столяров.

– Очки носите?

– Нет.

– Значит, слышите плохо, – усмехнулась Светлана. – Для глухих повторяю: замуж она выходит!

– Благодарю, – сухо бросил Сергей и повесил трубку.

– Звонят тут всякие, – проворчала она и пошла за белой шубкой.

Снег за окном занимал все свободное пространство, будто старался наполнить собой всю воздушную массу Земли, не оставив места для чего-либо другого. Он лез в рот и мгновенно таял на губах, садился на нос, откуда его безжалостно смахивали, устремлялся на пушистые ресницы и там задерживался ровно на столько, чтобы ресницы недовольно вздрогнули, и он оказался на носу. А вот на белой пушистой шубке его было практически не видно, здесь ему явно везло. Но, увы, и везение когда-нибудь заканчивается полным провалом. Решительные мужские руки рывком прижали белоснежную (ах, какое верное сравнение!) шубку к гладкой блестящей куртке (снегу на ней невозможно было удержаться), встряхнув ее владелицу от задумчивости и белого зимнего пуха.

– Ты очень красивая, – просто сказал Василий и наклонился к Машиным губам.

А потом он ее поцеловал.

Маша приготовилась к тому, что сейчас упадет к ногам сердце, воспламенится грудь, перехватит дыхание и сознание улетит в райские кущи. Но ничего этого не произошло. Холодные мужские губы старательно целовали ее, руки сжимали в крепких объятиях, а Маша ничего не чувствовала, кроме того, что устала мотаться по праздничным улицам и хочет домой.

Она даже представила, как займется сексом с Василием. Он будет старательно пыхтеть, а она лежать в позе перевернутой черепашки и разглядывать потолок, прикидывая, когда его нужно побелить или покрасить, и не лучше ли залепить его плиткой, потому что на натяжной у нее нет средств.

– Снегурка, – прошептал ей на ухо Василий.

Маше отчего-то не нравилась эта его «Снегурка», она предпочла, чтобы он называл ее по имени, лучше Марией, а еще лучше – Марией Калининой. Потому что… Да, за время этого долгого поцелуя она пришла к выводу, что ничего у них не получится. Ее словно осенило, что жить без искры она еще сумеет, а вот целоваться – нет. Не говоря уже о потолке.

Рядом с ними притормозила машина, и оттуда послышалась брань:

– Черт! Черт!

Раздался громкий хлопок дверцы, а затем второй автомобиль резко взвыл и ринулся с места, как взбешенный жеребец.

– Придурок! – показал ему вслед кулак Василий, оторвавшись от Маши. – Чуть не задавил, гад.

А Маша была рада, что случился этот инцидент.

– Пора домой, – сказала она.

– Ага, – довольно подхватил тот, – продолжим в тепле. Холодает.

– Василий. – Она задержала его руку, пытавшуюся обнять ее за талию. – У нас с тобой не будет продолжения. Ты славный, решительный, надежный, но я тебя не люблю.

– Какие глупости! Какая любовь? Я тоже тебя не люблю, но уверен, что мы будем счастливы.

– Я, наверное, очень глупая, – улыбнулась она ему. – Другая на моем месте в тебя клещами вцепилась…

– Да, с мозгами у тебя напряженка. Ничего, мозжечок будешь есть.

– Василий, тебе нужно найти другую. Ту, которая клещами…

– У тебя будет время передумать, – покачал головой Василий.

Маша направилась к своему подъезду, возле которого они стояли.

– Я не передумаю, Василий.

– Почему? – Он двинулся за ней.

– Потому что я люблю другого человека.

– Я тоже люблю свою маму, – пробурчал Василий, – но это не мешает мне жениться.

– Я люблю другого мужчину.

Ей все стало ясно, и она мысленно согласилась на безответную любовь. Вот так – один холодный поцелуй разжег пожирающее пламя, и все встало на свои места. Не хочет Маша жить с нелюбимым мужчиной, не может и не станет.

Они тихо поднялись по лестнице к ее квартире, сверху на них чуть не свалилась стайка кричащих детишек, следом за шумной ватагой прошел сосед с собакой, та громко гавкнула на Василия.

– И тебя с Новым годом, – сказал он ей.

– Ты еще найдешь свою половинку. – Маша взяла его тяжелую ладонь и пожала ее. – А я уже нашла.

– Ну и где он тогда?

– Не знаю, – призналась Маша. – Но это не главное. Главное, что я его люблю.

– Дуреха ты, Мария Калинина, – обнял ее Василий и сразу отстранился.

– Знаю, – горько усмехнулась она.

– И счастья своего не понимаешь. Не вникаешь в самую суть!

Маша достала из сумочки ключ и повернула его в замке.

– У тебя еще есть время передумать! – прогромыхал ей вслед надежный и решительный прапорщик Нечипоренко из славного города Мурманска.

– Я не передумаю, – произнесла Маша, закрывая за собой дверь.

– Почему?

Василия было жаль, но…

– Потому что я дура, – честно сказала Маша и шмыгнула носом.

Глава 9

Сергей

Дареному медведю в нос

не смотрят.

Он проснулся в сумерках первого дня наступившего Нового года с чувством холода в душе. Сергей недовольно поморщился и резко вскочил с кровати, вспоминая, что обещал приехать к Неле и побеседовать с ней. Разумеется, видеть Нелю, а тем более говорить с ней о том, что между ними все кончено, он не хотел. Впрочем, днем раньше Сергей бы не счел это разумным. Неля по всем параметрам подходила на роль жены. Красивая, холеная, воспитанная, с ней нестыдно выйти в люди или принять гостей. Этого оказалось недостаточно.

Да, он же собирался с Нелей вылететь в Лондон, где его ждал Джонатан! Будущий партнер по бизнесу пригласил их в гости в медовый месяц, собираясь наладить более тесный контакт. Что ж, медовый месяц откладывается, а к Джонатану Сергей съездит один.

Он прошел в ванную комнату, где долго плескался и брился, едва не пропустив важный телефонный звонок. Звонила Тамара. Она сообщила ему номер телефона Снегурочки Маши, смеясь над его внезапным интересом, и передала привет от Олеси, которой эта Снегурочка тоже очень понравилась. Сергей искренне поблагодарил Тамару, пообещал заехать на следующий день и посмотреть, как они устроились.

Радостно потирая руки, он достал из шкафа приготовленный для празднования с Нелей в новогоднюю ночь костюм и вынул из кармана пиджака бархатную коробочку. Кольцо было неприлично дорогим, роскошным и стильным – огромный бриллиант и тонкий ободок белого золота. Сергей выбрал его по своему вкусу и надеялся, что Неля это оценит. И ее истерика по поводу их расставания будет менее разрушительной и театральной.

Сергей положил коробочку на стол в гостиной, куда переместился, застегивая запонки на рубашке. Внезапно раздался звон домофона. В просторном холле его холостяцкой квартиры домофон чувствовал себя, по меньшей мере, солидным устройством и отрывался по полной программе. Сергей никого не ждал и никого не хотел видеть. Собственно, если бы вдруг случилось чудо и Снегурочка Маша решила заглянуть к нему на огонек, он бы обрадовался. Но глупо верить в чудеса.

Предчувствие его не обмануло: на пороге стояла Неля и какая-то женщина неопределенного возраста из тех, кому за тридцать, а дальше гадай до семи десятков, настолько они умело скрывают свои года. Неля чмокнула удивленного Сергея в щеку и проскользнула в квартиру. Дама чинно прошла следом.

– Знакомься, Серж, это Зарина Славская! Зарина, это Сергей Столяров. Ты можешь подождать в гостиной, пока мы поговорим у Сержа в кабинете.

Неля чувствовал себя в его квартире будущей хозяйкой. Сергею это не понравилось, но он промолчал. Зарина, качнув худыми бедрами, процокала на каблуках туда, куда ей указала Неля.

– Привет, милый! – Неля подхватила его под руку и повела в кабинет.

– Кто это? Почему ты пришла? Я сам к тебе собирался, – мрачно проговорил Сергей.

– Она – мой тебе подарок! – рассмеялась Неля. – Вот видишь, какая я интересная девушка, сумела тебя заинтриговать.

– Слушай, давай сегодня обойдемся без лишних свидетелей?

– Свидетелей чего? Нашей помолвки?

– Неля, я хочу с тобой поговорить как раз о том, что ее не будет, – начал Сергей, усаживая Нелю в большое кожаное кресло, доставшееся ему от деда-математика, открывшего перспективную теорию беспредела бесконечности. Сергею показалось, что сегодня он покончит со своим бесконечным беспределом.

– Не будет ее, не будет, она скоро уйдет, – пообещала Неля.

– Ты не поняла, Неля…

– Раньше ты называл меня «золотко»! – Она прищурилась.

– Золотко, золотце, – вздохнул Сергей, собираясь с силами. Свидетельница их разрыва не давала ему покоя. – Помолвки не будет. Нашей помолвки.

– Ты же купил мне кольцо!

– Неля…

– Золотце!

– Золотце… Черт! Неля! Я тебя не люблю!

– Ха! Насмешил! Удивлена и обескуражена. – Неля закинула ногу на ногу. – Могу ответить тебе тем же, но это не значит, что мы не подходим друг другу. Из нас получится великолепная, идеальная пара.

– Неля, ты меня не слышишь. Я говорю, что не люблю тебя и никогда не любил. Это была ошибка.

– Ошибка была бы в тебя влюбиться! На это может решиться только полная дура! Ты такой крутой мачо, что безжалостно растаптываешь женские сердца!

– Неля, если ты меня не любишь, то твоему сердцу ничего не угрожает.

– Зато мне угрожает потеря целого состояния! – Неля запнулась и добавила: – Целого состояния нервов!

– Золотце, давай прекратим этот цирк.

– Ты что, увлекся другой? Ну, так переспи с ней и успокойся. Это же не значит, что из-за каждой юбки ты должен откладывать нашу свадьбу. Я тебя заранее прощаю, дорогой.

– Неля, – нахмурился Сергей, – откуда в тебе столько цинизма?

– И здорового эгоизма во мне тоже хватает. Мы с тобой идеальная пара. Ты ведь такой же, Серж, разве не так? С чего вдруг ты вспомнил о любви? Ты собирался на мне жениться не из-за этого романтического идиотизма, а потому что моя мама введет тебя в тусовку европейских научных светил! И я могу затмить их своим блеском. Кстати, надеюсь, ты собираешься подарить мне бриллиант?

– Неля! – раздался голос из гостиной. – Прошу прощения, но у меня мало времени.

– Зачем ты ее сюда притащила? – поморщился Сергей.

– Это мой подарок!

– Ты хочешь собрать для меня гарем? Она не в моем вкусе!

– Естественно, тебе же теперь больше нравятся отмороженные девицы!

– Неля!

– Пойдем. – Она повернулась и двинулась в гостиную.

Сергей решил, что покончить хотя бы с одной надоедливой теткой станет половиной победы. Пусть катится ко всем чертям, а он будет дальше разбираться с бывшей пассией.

– Серж! – Неля остановилась перед незнакомкой и торжественно объявила: – Отныне это твой терапевтический диетолог, Зарина. – И показала на сидящую за журнальным столом, заваленным компьютерной литературой, даму.

– Кто? – изумился он, медленно опускаясь на диван.

– Терапевтический диетолог, господин Столяров. – Зарина достала из пачки сигарету и закурила. – Это современное веяние. Оно позволяет…

– К черту! – взревел Сергей. – Мне не нужен диетолог!

– Вы ошибаетесь, – не обращая внимания на его отпор, сладко продолжила Зарина. Видимо, привыкла, что поначалу все сопротивляются. – Следить за тем, какие продукты вы употребляете в пищу, очень важная задача. К примеру, где вы покупаете икру?

– В магазине, – пробурчал Сергей.

– А знаете ли вы, господин Столяров, – Зарина затянулась, сделав паузу, после чего выдохнула облако дыма, окутавшее Сергея, – что покупать икру нужно только в тех магазинах, которые предоставляют стресс-тест?

– Меня это мало интересует, – признался он, мучительно соображая, как бы интеллигентно выставить эту пепельницу вон. – В моем доме не курят!

– Извините, – произнесла Зарина, нисколько не смутившись, и отдала окурок Неле.

Та кинулась с ним в кухню.

– Стресс-тест – это определение икры на высокое качество. Он проводится так: в магазине вам выдают серебряный шарик на серебряной подвеске. Вы должны сами опустить его в стеклянную емкость с икрой. И шарик, если продукт высококачественный, через небольшой промежуток времени должен опуститься на дно!

– А если он не тонет? – заинтересовалась прибежавшая обратно Неля.

– Икру покупать нельзя.

– Вот видишь, Серж! Какое важное наблюдение! Я этого не знала, но подозревала, что что-то подобное должно быть. Зарина – кладезь житейских премудростей. И ее услуги стоят совсем ничего, тебе она обойдется в сущие пустяки. Или почти пустяки. В любом случае ее знания дороже денег.

– Вот пусть кто-то другой их и покупает, – заявил Сергей и встал.

– Вы передумаете, – усмехнулась Зарина. – Я оставлю вам номер своего телефона. Звоните, когда будете покупать икру!

– У меня на нее аллергия, – заявил Сергей и вернулся к себе в кабинет.

Неля пошла провожать недовольную разговором Зарину Славскую, а он сел за стол, взял телефонную трубку и сделал то, что хотел сделать сразу, как только позвонила Тамара.

– Добрый вечер, – произнес он.

– Добрый вечер, – ответила какая-то женщина с грубоватым голосом.

– С Новым годом! – Сергей решил начать с поздравления, вдруг это Машина родственница? Близкая родственница.

– И вас с Новым счастьем!

– Вы мама Маши?

– Нет, я не мама, – заявила та и добавила резко: – Да и Маши здесь нет.

– А не подскажете, где она?

– Маша собирается на прогулку со своим женихом, – радостно сообщила вредная особа.

– С женихом? – озадачился Сергей. – С каким женихом?

– С тем самым, с которым улетает на днях в Мурманск на постоянное место жительства!

– Улетает?

– Очки носите?

– Нет. – Зачем ей это знать? Предубеждение против очкариков?

– Значит, слышите плохо, – усмехнулась женщина. – Для глухих повторяю: замуж она выходит!

– Благодарю! – сухо бросил Сергей и повесил трубку. – Стерва!

Значит, Снегурочка живет не одна, а с какой-то вредной теткой, радующейся тому, что молодожены скоро отчалят на Крайний Север. У Снегурочки есть жених! Гром среди ясного неба! А чего он ожидал? Она обаятельная девушка, привыкшая к вниманию со стороны мужского пола, вот одного из них и выбрала. Но почему не его? Сергей видел, какими глазами она на него смотрела, чувствовал, что ей нравятся его поцелуи. Да он был уверен, что она в него влюбилась так же опрометчиво, как он сам влюбился в нее. Вроде это называется с первого взгляда.

Неля! Снегурочка приревновала его к бывшей невесте. Но он сто раз повторил ей, что Неля бывшая. Разумеется, некрасиво получилось, что бывшей Неля стала очень быстро. Но кто же знал, что Сергей неожиданно встретит свою любовь? А если бы этого не произошло? Он бы женился без любви на Неле. Все просто. Но произошло ведь!

А Снегурочка! Тоже хороша. Целовалась с ним, намереваясь на следующий день слинять в какой-то Мурманск с другим мужчиной! Вертихвостка. Нет, она хорошая. Просто попала под его неотразимое обаяние. Черт! Но тогда он должен продолжить попытку.

– Серж! Дорогой! Ты так щедр!

В кабинет влетела Неля, о существовании которой он чуть не забыл. Она держала в руках бархатную коробочку и разглядывала кольцо с бриллиантом. О кольце он тоже забыл.

– Это самое лучше, что мне подарили за всю жизнь. Я даже готова забыть про модного терапевтического диетолога!

– Я рад, – сказал Серж, отворачиваясь от ее приторного поцелуя.

– Ты еще дуешься? – ворковала Неля. – Но я думала, что тебе будет приятно, чтобы кто-то следил за твоим здоровьем. Хорошо, не будем об этом! Ах, какое колечко, когда же ты меня окольцуешь? Давай наметим точную дату.

– Неля…

Она надела кольцо на палец и закружилась по кабинету, подставляя руку к электрическому освещению.

– Блеск! Шик! Красота! – восхищалась Неля.

– Где-то я уже это слышал, – поморщился Сергей, – в какой-то старой комедии. Впрочем, нам пора прекращать и свой фарс. Неля, я на тебе не женюсь.

– Лучше я съем перед загсом свой паспорт, – пропела она, все еще кружась.

– Бред! Просто бред. У тебя есть гордость? Я тебя отвергаю, плюнь на меня и забудь.

– Чмоки-чмоки, дорогой! Перемелешься, мукой будешь.

Сергей сложил руки за спиной, встал из-за стола и подошел к Неле, чтобы наорать на нее. Нет, он никогда раньше не позволял себе ничего подобного. Но сегодня позволил себе не сдержаться. Но вместо его грозного рыка раздался телефонный звонок. Сергей опрометью кинулся к телефону, предполагая, что это звонит Маша. Должна же была вредная тетка ей передать, что он звонил. Черт! А ведь он даже не успел представиться!

– Джонатан, дружище, здравствуй!

Это позвонил английский друг и будущий партнер, чтобы поздравить Сергея с наступившим Новым годом и пожелать ему всяческих благ.

– Джонатан? – мгновенно заинтересовалась Неля. – Лондон? О, как занятно.

Сергей поговорил с ним, объяснив, что в ближайшее время им увидеться не доведется, если только Джонатан сам не прилетит в Москву. Тот согласился, чем обрадовал Сергея. И Нелю, когда она узнала, что англичанин холостяк. Она это сделала достаточно тонко – предложила приятелям подружиться семьями.

– Он холостой, – процедил Сергей.

– Это в корне меняет дело, – прищурилась Неля, спрятав руку с кольцом за спину.

И пока Сергей разговаривал с Джонатаном, прикидывала, как бы не упустить двух зайцев сразу.

– Итак, продолжим, – произнес Сергей, положив трубку. – Я на тебе не женюсь, но ребенка обеспечу. За его и свое будущее можешь не волноваться.

– Спасибо, дорогой, – улыбнулась Неля. – Но я бы хотела оставить у себя кольцо.

– Разумеется! Я купил его тебе, – облегченно вздохнул Сергей, не веря тому, что все так скоро разрешилось.

– И еще: я хочу, чтобы ты познакомил меня со своим Джонатаном!

– Вон оно что, – протянул Сергей, усмехаясь.

– А что прикажешь делать? Оставаться соломенной вдовой?

– Это как?

– Сама не знаю! Но очень на меня похоже.

– Я всегда знал, Неля, что ты разумная девушка.

– А ты потерял голову!

– Да, Неля, я ее потерял. Прости меня за это.

– Об этом мы поговорим позднее. – Неля протянула руку с кольцом. – Ему не хватает пары.

– Из тебя бы вышла хорошая торговка на базаре.

Его уже ничего не могло вывести из состояния предвкушения чуда с милым женским именем Маша. Он заранее был согласен на все условия, лишь бы Неля отпустила и не мучила ни его, ни себя. Оставался только ребенок, за его судьбу Сергей волновался, вспоминая Олеську, но переступить ради будущего ребенка через себя и свою любовь не мог. В любом случае, выйдет Неля замуж за кого-то другого или нет, он обеспечит их будущее и станет видеться с сыном или дочерью.

– Про ребенка, – внезапно сказала Неля. – Ты знаешь, Серж, я не уверена. Могла и ошибиться.

– Что?

– Ничего! Говорю тебе, не знаю. Возможно, беременна, а возможно, и нет! Я беременна, это временно…

– Прекрати петь! Ответь серьезно: ребенок будет?

Неля пожала плечами, ей нравилось его изводить. Разумеется, придется отпустить его на все четыре стороны. Но такой трофей не выпускают просто так из рук, она выжмет из него все, что выжмется. А затем выбросит под ноги той простушке, что рядилась Снегурочкой. Пусть забирает! У Нели будет Джонатан. Мама права: пора выходить на европейский уровень. А она зациклилась на Сергее. У нее словно сегодня глаза открылись, когда этот Джонатан позвонил! Имя какое величественное, а голос, уже по этим двум признакам такая женщина, как Неля, может сразу составить портрет будущего героя своего романа. Он богат, звонки с континента на континент нынче дороги, привлекателен, даже если нет, наплевать, умен, Столяров с дураками не связывается, и покладист, сразу согласился приехать в Москву. Такой мужчина ей очень подходит, вероятно, даже гораздо больше, чем Столяров.

– Я подумаю над этим, – заявила Неля, вернулась в гостиную, подхватила свою сумочку и вышла, сверкая на ходу драгоценным кольцом победы или поражения. Она еще не решила, чего именно. Но надеялась на лучшее.

После ее ухода Сергей опустился в кресло и налил себе виски. Но пить не стал. Внезапно он подумал, что теперь с чистой совестью может встретиться со Снегурочкой и объяснить ей, что невесты у него больше нет. Место вакантно и ждет только ее. И для этого совсем не обязательно покидать родной город. Он усмехнулся, отодвинул стакан и решил съездить к ней.

Только вначале предстояло по номеру телефона узнать адрес. Но это разве проблема для компьютерщика?

Город отоспался после бурной новогодней ночи и стал заполнять свои сверкающие иллюминацией улицы радостными криками, фейерверками и неспешно прогуливающимися прохожими. Редкие автомобили нисколько не портили слабыми выхлопными газами крепкий морозный воздух, дышать стало гораздо легче. Впрочем, Сергей чувствовал легкость из-за того, что сумел договориться с бывшей невестой без серьезных для него последствий. Он вел автомобиль по нужному адресу в надежде на чудо.

Сергей решил, что разговор с незнакомкой по домашнему телефону Снегурочки был какой-то нелепой ошибкой. Уверял себя, что как только появится на пороге, Маша кинется в его объятия без слов и объяснений, и они будут счастливы. Он едва не упустил счастье! Настолько заработался, что перестал прислушиваться к своему сердцу. А ведь оно отдавало ледяным холодом при каждом поцелуе с Нелей. Сергей полагал, что так и должно быть. Не каждому, далеко не каждому, повезет влюбиться раз и навсегда. И некогда ему было кидаться в романтический омут с головой. Бизнес требовал полной отдачи. Что теперь изменилось? Все! Никаких отговорок, никаких оправданий делами. Сергей понял, что значит полюбить, и мечтал наслаждаться каждым мгновением.

Он остановил машину в том месте, где указал навигатор, вышел и огляделся. Бедняжка, где она живет! Несомненно, его девушка заслуживает лучшей доли. Он подарит ей квартиру. Нет, возьмет жить к себе. Кстати, о подарках! Он приехал с пустыми руками.

Сергей вернулся к машине. Он решил заехать в ближайший магазин и выбрать для Маши нечто особенное. Разумеется, хороший подарок он сделает позже, это будет неприличное по стоимости кольцо, огромный букет орхидей или что-то в этом роде. Сегодня же будет просто сувенир.

Он мчался по улицам, разглядывая витрины магазинов в поисках присутствия продавцов. Первого января почти никто не работал. Внезапно перед его глазами промелькнула белая шубка, за нее цеплялся здоровенный детина. Сергей поморщился. Снегурочка не могла забыть его и променять на другого. Слишком чиста и не умеет врать. Она говорила, что собирается отмечать наступление Нового года с соседями, а не с пресловутым женихом. К тому же от него не укрылось то обстоятельство, что она влюбилась в него с первого взгляда. Он себе льстит? Вероятно. Ладно, со второго. Да, она влюбилась в него со второго взгляда.

Поблизости работал круглосуточный супермаркет. Сергей припарковал машину и зашел в его пустынные залы. Набрать ей деликатесов, чтобы отъелась? Купить приличного шампанского, а то пьет всякую гадость? Черт! Почему здесь нет ювелирного отдела? Все гораздо проще, когда в супермаркете торгуют золотыми безделушками. На них падки все девушки.

Все ли? Сергей остановился перед корзиной с мягкими игрушками. Из большой кучи-малы торчали симпатичные гномы, бегемоты, драконы, монстры и иные неведомые ему зверюшки. Надпись отдела гласила: «Сопутствующие товары» – этот магазинный рай для мальчишек и девчонок. Вначале он вспомнил об Олеське, а затем перевел взгляд на стеллаж, перед которым стояла корзина с игрушками. На самой верхней полке сидел большой белый медведь с грустной мордой: «Купите меня, а то я здесь умру от тоски». Сергей невольно улыбнулся. Снегурочке наплевать на брильянты, внезапно подумал он. А вот этот грустный медведь ей наверняка понравится! Почему? Потому что понравился ему? Он научится рядом с ней не быть эгоистом.

– Вам помочь? – Рядом с Сергеем возникла девушка-консультант.

– Упакуйте этого медведя, – пояснил он и достал из кармана бумажник.

– Вы его не купите, – улыбнулась она, оглядывая дорогого во всех смыслах покупателя. – У него нос оторван.

– Что? Нос? – удивился Сергей.

– Видите, на морде не хватает черной пипки? Нос отвалился и затерялся, – охотно пояснила девушка. – Так бы его давно забрали.

У Сергея больше не было никаких сомнений, что это его медведь. То есть эта огромная мягкая игрушка для его Снегурочки!

– Цена есть? – нахмурился он.

– Есть, касса пробьет. Но я вас предупредила! Для того, чтобы завтра не пришли те, кому вы решили его подарить, за носом. И не остались с носом. – Она усмехнулась.

– Та, кому я подарю этого бедолагу, возвращать его не станет!

– Ирочка, – девушка пошла к кассе, – Мишку-инвалида забирают, пробей, пожалуйста.

Он купил своей девушке медведя-инвалида! Подумать только, какой странный выбор, раньше вообще немыслимый. Сергей, улыбаясь, нес мохнатую покупку к машине. Он усадил медведя на заднее сиденье и двинулся к дому Снегурочки, изредка поглядывая назад, как там дела у косолапого безносого пассажира. Судя по всему, тот был доволен, морда выражала надежду и радость.

– Вот и хорошо, – улыбнулся Сергей и остановил автомобиль.

Но он поторопился! Все было плохо, очень плохо.

Он не поверил своим глазам, но поверить пришлось. Машина остановилась в двух шагах от целующейся парочки. Белая шубка и здоровенный детина. Его Снегурочка целовалась с другим! Ха! Не его, в том-то и дело. Сергей со злостью выругался и сильно хлопнул дверцей автомобиля, завел двигатель и рванул прочь. В метрах пятидесяти остановился и посмотрел внимательнее. Никаких сомнений: парочка страстно целовалась под фонарем, позволяя ему в деталях рассмотреть, как два человека трепетно прижимаются друг к другу.

Громко зарычав, как раненый медведь, он помчался дальше.

Автомобиль остановился возле дома Тамары, где он встретил свою Снегурочку.

Сергей поднялся по лестнице и позвонил в квартиру Тамары. Он надеялся, что там все еще находится Борис, помнил, что оставалась водка. Сергей решил напиться и забыться.

Квартира ответила красноречивым молчанием. Пришлось беспокоить соседей.

– Снова вы?! – возмутилась Даша.

– Где Спицын? – хмуро поинтересовался Сергей.

– Сейчас придет. Обещал, во всяком случае.

Даша прошла в комнату, не сомневаясь, что босс жениха завалится за ней следом. Беспардонный тип, нужно заметить. Но в глубине души она сознавала свою вину. По виду Сергея было ясно, что он очень расстроен. Наверное, узнал, что Нели ждет от него ребенка. Мужики переживают эту новость мучительно.

– Водка есть? – мрачно спросил Сергей, заходя в кухню.

– Виски! – гордо ответила Даша, но затем спохватилась.

Шеф Спицына, этот несчастный обманутый жених, хочет напиться, так зачем на него тратить приличную выпивку?

– Есть и водка. – Даша выставила на стол бутылку.

В дверь позвонили.

– Спицын? – поинтересовался Сергей, откупоривая бутылку.

– Кто же еще? – нервно повела плечиком Дарья, словно ее уличили в запасных вариантах.

Она прошла в коридор и открыла дверь.

– Когда это кончится. Опять приперся со своими проблемами.

– Зашипела, – вздохнул Сергей, понимая, что нагло пользуется гостеприимством. Но желание напиться и забыться требовало немедленного претворения в жизнь.

– Добрый вечер, – произнес Спицын, заходя в кухню с букетом роз. – Босс, что-то случилось?

– Да, – мрачно ответил Сергей.

Спицын сел, Даша занялась цветами, это немного подняло ее настроение.

– Наливай, – скомандовал Сергей подчиненному.

Спицын вздохнул и полез за закусками в холодильник.

– Все, больше не могу! – вздохнула Даша, когда Сергей опорожнил половину бутылки.

Спицын, молодец, пить категорически отказался, а Даше пришлось за компанию пригубить.

– Почему не пьешь? – удивился Сергей. – Бутылка на двоих – это раз плюнуть.

– Не могу больше хранить тайны, я не банковская ячейка! – воскликнула раскрасневшаяся Даша.

– Об этом поподробнее, – усмехнулся Сергей.

– Дашенька, иди и приляг, – посоветовал Спицын, наливая Сергею.

– Пусть лучше он уйдет, – попросила она. – Слушай, шеф!

– Можно просто Сергей.

– Слушай, Серега, не переживай по пустякам. Нет у тебя никакого ребенка! Это я твоей мымре подсказала, как надо соврать, чтобы удержать тебя. Чес слово, не со зла. Мне ее по-женски было жаль.

– Дарья! – крикнул Спицын. – Как ты могла?

– Да, как-то так получилось, а вообще-то, я кристально честная девушка с чистыми намерениями выйти замуж за приличного Спицына.

– Спицын приличный, – кивнул захмелевший Сергей. – И прилично зарабатывает.

– Что вы говорите? – покачал головой тот.

– Я тебе с Нового года удваиваю ставку оклада, – пообещал Сергей. – Это компенсирует моральные издержки?

– Плюс премия… Компенсирует? – обратился Спицын к Дарье.

– Пока да, – обрадовалась она. – А что надо для того, чтобы увеличить в три раза?

– Я тогда останусь здесь надолго, – припугнул Сергей.

– Вдвое в самый раз, – сразу согласилась Даша.

– Шеф, – мягко произнес Спицын, когда бутылка опустела. – Хватит, пожалуй.

– Ты прав, – сказал Сергей, поднимаясь из-за стола. – Я поеду. Спасибо, ребята, что приютили, подобрали…

– Обобрали, – хихикнула Даша. – Ой, я хотела сказать, обогрели!

– И за это, – пробурчал он, шагая к двери, пошатываясь.

– Нет, никуда вы не поедете! – заявил Спицын.

– Правильно, – поддержала его Даша, – я тоже подумала, пусть остается надолго! Деньги лишними не бывают.

– Я вас отвезу, – нахмурился Спицын.

– Ты мой герой, – пламенно заверила его Дарья. – Бес… бес… ребреник.

– Даша, закрой за нами дверь и ложись отдыхать, – приказал ей Спицын, подхватывая Сергея под локоть.

– Я сам, – возмутился тот и тяжело вздохнул.

– Твоя стерва не беременна! Это я придумала! – выкрикнула им вслед Даша, очищая свою совесть. Ох, если бы ее так легко можно было очистить всю одной фразой.

Сергей чувствовал себя нормально, но место за рулем уступил Спицыну. Улицы города заполнили доблестные, но жестокосердные сотрудники госавтоинспекции, спорить с ними не хотелось, а совать в «лапу» он считал ниже собственного достоинства.

– Кстати, о лапах, – прищурился Сергей. – Спицын, в дружбу, а не в службу, сделай крюк.

– Куда едем? – поинтересовался тот.

– В одно замечательное место. Нужно отнести сувенир.

– Сувенир-то не забыли?

– На заднем сиденье.

– Сувенирище, – одобрительно улыбнулся Спицын и поехал туда, куда показал ему шеф.

Сергей не стал выходить из салона, Спицын сам поднялся с медведем к нужной двери, усадил игрушку и нажал на кнопку звонка. После чего спустился вниз по лестнице.

– Передал? – поинтересовался Сергей, когда он вернулся.

– Дверь, во всяком случае, открылась, я внизу слышал, – доложил подчиненный.

– Вот и отлично.

– А почему тайком дарите медведя?

– Про моих незаконнорожденных детей твоя пассия придумывает. Этот медведь для одной милой Снегурочки, которая на днях улетает в славный город Мурманск. Не хочу, чтобы она знала, от кого. Или хочу. Я еще не решил. Но удерживать ее не собираюсь.

– Все настолько плохо? – вздохнул Спицын.

– Да. Но хорошо, что я не женюсь!

– Очень некрасиво получилось, зря Даша про беременность выдумала, она больше не будет, я за ней прослежу.

– Следи, парень, следи. За твоей Дашкой глаз да глаз нужен. Она без твердой руки пропадет. Но молодец, что призналась. Хотя не это решило исход дела.

– А что?

– Не будь любопытным, Спицын, веди автомобиль.

– Да мы почти приехали.

Сергей был благодарен Спицыну, что тот завез медведя Маше. Каким идиотом он бы выглядел, если бы она застукала его с этим презентом перед своей дверью. А так он ничем не рисковал. Но очень хотел, чтобы Мишка прописался в ее квартире. Почему-то Сергей понял сразу, что этому бедолаге поможет только Маша. И ему поможет она! Да, он такой же ущербный, как медведь. Сидел сверху, казалось, надо всеми и снисходительно поглядывал на мир, не зная, какой тот на самом деле. И сердце свое он потерял, как мишка нос. Вернее, оно было, но Сергею до него дела не было. Эх, Снегурочка, теперь сердце есть, но оно болит. Короче, в игрушке он увидел себя.

Маша и Медведь. Это про них со Снегурочкой. Но ведь какая сказка могла сложиться, не заведи Снегурочка жениха. Их у нее пруд пруди! А у него никого нет. И не будет. Ну их, этих женщин.

– Машенька, как красиво звучит, повторял бы и повторял…

– Что? Какая Машенька? – Спицын суетился возле его двери.

– Да не пьян я, – вырвал у него из рук ключи Сергей. – Задумался.

– Ладно, тогда я с вами сидеть не стану. Меня Даша ждет.

– Иди, дружище, иди. Лети на крыльях любви, как там у вас говорится, – с сарказмом произнес Сергей.

– А знаете что? – Спицын спустился на один лестничный пролет и обернулся к Сергею. – Зря вы так.

– Как?

– Я думал, вы победитель по натуре.

– Насильно никому навязываться не желаю.

– А вдруг все не так, как вы поняли?

– Лети, Спицын, лети! Дарья тебя ждет.

Сергей не стал объяснять ему, что не понять очевидного мог лишь откровенный тупица. Она целовалась! С другим! И не по-дружески.

Сонная Маша открыла дверь, чтобы в очередной раз сказать Василию, что у них ничего не получится. Рискнула открыть, держа дверь на цепочке. Но на лестничной клетке никого не было, а к ее ногам привалилось что-то мягкое и пушистое.

– Ты кто? – изумилась Маша, не ожидая никаких подарков. Она никогда подарков-то и не ждала. – Надо же, – произнесла Маша, открывая дверь шире и беря на руки белого пушистого медведя. – Какой ты красивый! И холодный.

Она захлопнула дверь и побежала с медведем в комнату, чтобы лучше его рассмотреть. И вдруг сообразила, что нужно было взглянуть, кто выходит из подъезда. Маша успела к окну вовремя, из ее подъезда выходил сутулый молодой человек, со спины она его не узнала. Может, парень ошибся? Но когда она прижала верзилу-пушистика к себе, то уловила едва заметный аромат знакомого парфюма. Он так приятно щекотал ей нос, когда она целовалась с… Сергеем.

Сергей! Невероятно. Нет, все-таки парень ошибся дверью.

– В любом случае, – сказала она медведю, – я тебе очень рада. Оставайся.

Засыпая, Маша решила, что завтра обязательно позвонит Тамаре, узнает номер телефона Сергея и поблагодарит его за милую игрушку. Он о ней помнит. Думает. И дарит ей игрушки. Считает ребенком? Относится несерьезно? Маша вздохнула. Завтра она с ним поговорит по телефону, и все станет ясно.

Глава 10

Снегурочка

«Любовь – дело тех, кому нечего делать».

Диоген, ты не прав!

Бессонная ночь, во время которой Маша мучительно размышляла, зачем Сергей подарил ей игрушку и он ли это сделал, завершилась крепким утренним сном. А утро началось с внезапной трели телефонного звонка. Маша открыла глаза, вскочила с постели и в два прыжка оказалась возле телефона. (Австралийский кенгуру удавился бы от зависти.) Она постаралась сосредоточиться, глубоко вздохнула и взяла трубку, готовясь услышать голос…

Ну, понятно же, чей!

Увы, Машу постигло разочарование. Но недолгое, потому что звонила Олеся. Милая, добрая девочка, вернувшая Маше надежду, что еще не все потеряно в этой жизни. И страх перед детьми у Маши растворяется, как летний утренний туман. Может, пойти работать по специальности? Конечно, она понимала, что не все дети такие милые, как Олеся, но они ей все равно нравились.

– Здравствуй, Снегурочка! – воскликнула девочка.

– Здравствуй, Олеся, очень рада тебя слышать.

– Как у тебя дела? – серьезно поинтересовалась та. – Ты не болеешь? А то моя мама сегодня чихнула, и папа побежал покупать ей мед. А вечером мы собираемся все вместе! Папа принес новую елку. Она очень большая и красивая. Я ее сама наряжала. Только Оли не будет, ей позвонил мальчик и предложил выйти за него замуж. Они говорили про какого-то ребенка. Наверное, обо мне, но я уже не ребенок, правда? Когда мне предложат замуж? За Вовку Одинцова я бы пошла. Оля говорит, что она все равно будет работать у папы, чтобы содержать семью. И, знаешь, Снегурочка, дядя Сережа тоже к нам придет.

– Дядя Сережа? – повторила Маша, и голос предательски дрогнул.

– Да, дядя Сережа – ненастоящий Дед Мороз! Ты его помнишь?

О! Сможет ли она его забыть, вот в чем вопрос.

– Разумеется. Я рада, что у вас все хорошо.

– Я тоже за тебя рада, Снегурочка! Если у тебя больше нет дел, то приходи к нам веселиться.

– Спасибо, Олеся. Но, к сожалению, сегодня не могу. Мне нужно зайти и к другим детям…

Для того чтобы заработать немного средств для дальнейшего существования. Но девочке не надо это знать.

– А ты поздравь других детей и приходи к нам! – настаивала Олеся.

Маша вздохнула. Безусловно, она могла так поступить. Заказ на Снегурочку на второе января был один. Или не один? Маша подумала, что нужно зайти к Светлане и уточнить.

– Если у меня получится, Олеся, – пообещала она, – то я так и сделаю.

– Я буду тебя ждать.

Маша вздохнула. Она соврала ребенку! Никуда ведь не пойдет, да и их нового адреса она не знает. И без лишних слов ясно, что Мишка – это отступной подарок Сергея. Положил его под дверь и ушел, не захотел ее видеть и разговаривать. Так зачем она ему будет навязываться?

Судя по всему, Мишка был с ней солидарен. Он нахмурил темные дуги-брови и опустил мордочку.

– Ничего, – успокоила его Маша, – ты попал в хорошие руки. А мог достаться какой-нибудь Неле.

Она подхватила мягкого медведя и закружилась с ним по комнате. А они с Сергеем даже не потанцевали! И желание под бой курантов не загадали. Маша каждый год, когда бьют главные часы страны, пишет на бумажке желание, быстро сжигает ее, съедает и запивает шампанским, чтобы оно сбылось. Правда, все равно ничего не сбывается, так что жалеть не о чем. Но всегда хочется надеяться на лучшее.

А вдруг? А если Сергей не просто так оставил игрушку под ее дверью, а с намеком, что позже зайдет сам? Маша усадила медведя в кресло и побежала в ванную комнату приводить себя в порядок. Зря она расслабилась. Светлана права, девушка всегда должна находиться в полной боевой готовности, как ядерный боезаряд.

Через час Маша поняла, что устала ждать. Еще через полчаса подумала, что будет лучше, если она сама разыщет Тамару, узнает у нее номер телефона Сергея и позвонит ему. Через пятнадцать минут решила, что не станет ему звонить! Передаст благодарность за медведя через Тамару.

И в эту секунду в дверь позвонили. Это мог быть, кто угодно. Например, Светлана. Зашла за солью. Или Василий. Заглянул, чтобы попрощаться. Или… Да кто угодно! Хоть бы это был Сергей. Сергей! Сергей! Сергей!

– Привет, Калинина!

Порой судьба беспристрастна к отдельным индивидуумам и наплевательски относится к их желаниям, пиши их или говори вслух. Разумеется, это был не Сергей. Это была Геля.

– Ты что тормозишь-то?! – Она втолкнула Машу в коридор и зашла сама. – Пляши, Машуня, главред берет тебя обратно! – сообщила Геля, проходя в комнату.

Маша поспешила за ней.

– У него нос оторвали. – Геля прищурилась, глядя на игрушку.

– Главреду оторвали нос? – обомлела Маша, хватаясь за голову.

– Нет, я чуть не оторвала ему агрегат, который он сует в не те отверстия! Медведь у тебя без носа.

– Надо же, а я и не заметила. Мне он показался самым лучшим. – Маша вздохнула, взяла медведя и прижала к себе. – Бедненький.

– Нечего его жалеть, не оторвала же! Но пообещала, что в следующий раз так и сделаю. Ты знаешь, Калинина, я на расправу быстрая. Предупредила его, что позвоню жене и все ей расскажу.

– А если Наташка позвонит ей и все расскажет? – засомневалась в адекватности принятых мер Маша.

– Но я-то расскажу про него и про нее первая, – возразила Геля, направляясь в кухню. – Поняла?

– Не очень.

– Не вникай в подробности, – отмахнулась Геля, принимаясь доставать из принесенной сумки бутылку шампанского и мандарины. – Шоколад есть?

Маша покачала головой.

– Бедствуешь, значит, – вздохнула Геля. – Ладно, я тебе одолжу денег.

– Не нужно! Я уже заработала, мне на месяц хватит.

– На месяц? – изумилась Геля, присаживаясь на табурет. – И где же такие деньжищи платят? Калинина, ты же всегда была образцом нравственности! Главред к тебе боялся подойти с сексуальными намеками. Впрочем, он из-за меня тоже боялся. Вот гад! Нет, это Наташка гадина! Он говорит: заскочила, принялась ему брюки расстегивать, на шее повисла, бедняга мужик опомниться не успел.

Маша не стала уточнять, что стала свидетельницей того, как не опомнившийся мужик плотоядно улыбался и крепко прижимал гадину к себе. У Гели тоже были глаза! Только вот куда делись ее уши? Кстати, куда делся Мишкин нос? Нужно найти бабушкину пуговицу и пришить ему на мордочку. Была одна такая, очень похожая на чей-то курносик.

– Значит, вы помирились? – уточнила Маша, чтобы поддержать разговор.

Она уже приняла решение поискать работу в другом месте. Но было приятно, что шеф одумался и зовет ее обратно. Она ценный специалист! И трудоголик. И вообще, Маша хорошая и нравственная, Геля права. Но почему тогда Сергей остался со своей невестой?

– Помирились, – кивнула Геля, профессиональным жестом открывая бутылку шампанского. – Бокалы давай, Машунь! Выпьем за дружбу народов.

Маша присела, и они выпили, после чего Геля принялась звонить главреду с сообщением о том, что Маша одурела от радости и готова выполнить любое его задание. Маша ничего не успела сказать, как главред через Гелю приказал ей выйти из водоворота празднований на неделю раньше и подготовить пару-тройку статей о том, как страна отметила праздник.

Маша не могла сказать за всю страну. И Геле ничего не сказала. И главреду.

Она смотрела на медведя и находила с ним несомненное сходство. Вот! Она такая же мягкая и податливая. И без носа, как без мозгов. И все они вьют из нее веревки. Но решила не портить людям праздник, кивнула и налила себе еще.

Когда довольная примирением сторон Геля ушла, Машу стало клонить в сон. У нее всегда так бывало после выпитого шампанского: возбужденно веселится или хочет спать. В новогоднюю ночь сработало первое, сейчас – второе.

В дверь снова позвонили. Хмель моментально выветрился из головы. Это мог быть, кто угодно. Например, Светлана. Зашла ближе к обеду за солью и задержалась, как обычно, до ужина. Или… Хоть бы это был Сергей. Злодейка-судьба не баловала Машу. На пороге стояла Светлана.

– Привет! – Она чмокнула Машу в щеку. – О, ты уже отметила второй день Нового года? От тебя за версту алкоголем несет.

– Шампанское, – призналась Маша. – Приходила Геля, подруга шефа, он меня возвращает.

– У него нет носа! – заявила Светлана, заходя в кухню и глядя на медведя.

– Нет, с носом у него все в порядке, Геля пообещала оторвать ему более важный орган.

– Лапу?

– А, ты о моем Мишке, – улыбнулась Маша. – Я и не заметила сразу. Он очаровательный!

– Он ущербный.

– Я пришью ему нос, у меня есть бабушкина пуговица.

– Кто тебе его подарил? – поинтересовалась Светлана.

– Сергей, – призналась Маша.

– Тот, который, с которым, из-за которого…

– Да.

– Он что, считает и тебя ущербной, если ущербные подарки дарит? Где бриллианты? Орхидеи? Черная икра?

– Ты не понимаешь, Света. Он его увидел и сразу про меня вспомнил.

– Мило, ничего не скажешь. Мужчина видит безносого медведя и сразу вспоминает новую знакомую! Я бы обиделась на твоем месте, разорвала с ним все связи и обратила внимание на более перспективного жениха. Да, на Василия! Между прочим, он расстроен вашей размолвкой и собирается улетать сегодня. Утром съездил в аэропорт и поменял билет.

– Мне жаль, Свет, честно, мне очень жаль. Но у нас ничего не получится.

– Нет, я бы поняла, если бы он подарил золото! Но неликвидного медведя? – продолжила Светлана, доставая початую бутылку шампанского из холодильника.

– Он очень ликвидный! И прекрати его оскорблять. Это мой подарок, я его люблю.

– Сергея?

– И его тоже! Наливай! – Маша подала бокалы.

– Тяжелый случай, – вздохнула Светлана и разлила шампанское. – Пить перед обедом нельзя. Пустой желудок отреагирует язвой. Ну, подруга, будь!

– Да, будь, что будет.

– Замечательный тост!

Они выпили, и только после этого Светлана заговорила о том, что Василий хочет, чтобы Маша поехала провожать его в аэропорт.

Мазохист, решила она, из серии типа «Сделай мне больно!». Но и она хороша, тоже мазохистка, ждет, когда придет Сергей! Для чего? Чтобы ощутить боль и опустошение. Ведь ничего другого ей не остается. Хотел бы с ней встретиться, давно бы пришел!

– Я не смогу поехать с ним в аэропорт, – сказала Маша. – Я же сегодня вечером Снегурочка.

– Ты вечно Снегурочка! Заторможенная и замороженная, когда оттаешь? Сегодня тебя не ждут, мне позвонили и отказались. Не в состоянии дверь открыть сами, а ребенка срочно отправили к бабушке. Не расстраивайся, приглядись к Василию. Он же дает тебе время подумать! Надежный, денежный мужчина.

– Света, перестань!

– Пообещай, что поедешь с ним в аэропорт, тогда отстану.

– Ладно, – вздохнула она, – если и ты поедешь с нами.

– Договорились!

Зачем человечество придумало телефон? Ведь это не достижение науки, а изобретение сил ада. Так и тянет к нему, как магнитом, так и тянет. Наверное, она слишком много выпила сегодня. Но два бокала шампанского Машу не остановят! Они ее раскрепостят и позволят поговорить с Сергеем выдержанно и спокойно. О! Разве она сможет говорить с ним спокойно? Во всяком случае, попробует.

Маша подняла трубку и нашла в телефонной памяти номер Олеси, рассудив: где находится дочь, там должна быть и ее мать. Правда, по воспоминаниям о новогодней ночи впечатление складывалось обратное, но то была чудесная и очень странная ночь. А сегодня самый обычный день.

– Здравствуйте. Тамара?

Это оказалась Тамара. Маша глубоко вздохнула, собираясь с силами, и назвала себя. Для подобных звонков голова должна быть совершенно трезвой и соображать гораздо лучше! Маша что-то промямлила, так и не решаясь задать главный вопрос, получилось не слишком понятно, Тамара переспросила, а чего, она, собственно, звонит. Маша подумала, действительно, зачем? Пришлось признаться, что ее пригласила Олеся, и она просит передать девочке, что не сможет прийти, уезжает вечером в аэропорт. Тамара наконец-то вспомнила, кто такая Маша. Видимо, от счастья помолодела на несколько лет и снова обзавелась непрочной девичьей памятью. Но Маше хватило того, чтобы засомневаться в правильности своего поступка.

– И еще, – произнесла она, – я прошу вас, Тамара, поблагодарить Сергея за игрушку.

– За какую игрушку? – удивилась та.

– Он знает.

– Машенька, так вы сами ему и передайте! – воскликнула Тамара. – Он приедет к нам вечером.

Она от счастья еще к тому же и оглохла, тоскливо предположила Маша. И повторила что-то про аэропорт. Опять получилось скомканно и глупо. Маша кинула трубку на аппарат и выдернула его из розетки.

Сколько можно ждать?! Пора привыкнуть к мысли, что Мишка ничего не значит, сам Сергей не придет. И остановиться на этом, сохранив в памяти прекрасные моменты их романтической встречи. Нужно продолжать жить дальше. Без него. Ведь жила же она без него раньше?

Это была не жизнь, а скучное, лишенное радости, существование.

Глупости! Она будет жить и радоваться и, вероятно, даже выйдет замуж. Подумает, подумает и выйдет замуж за Василия. Ох, с ним же придется целоваться. И не только… В любом случае вечером Маша поедет провожать его в аэропорт. А сейчас займется важным делом, не терпящим отлагательств. Нужно найти бабушкину пуговицу и пришить ее медведю вместо носа. Хватит ему быть ущербным!

Маша достала из шкатулки, где хранились пуговицы, булавки и иголки с нитками и занялась поисками. Долго искать не пришлось – блестящая черная горошина с ушком-петелькой сама попала ей в руки. И уже через пять минут Мишка сидел с носом. Здорово получилось! Медведь с ним просто сроднился и… стал весьма солидным.

Маша рассмеялась. Пора и ей браться за ум. Она уткнулась в мягкую игрушку и уловила аромат парфюмерной воды Сергея.

– Наваждение какое-то, – расстроилась Маша. – Придется тебя искупать, Топтыгин. Не могу же я всякий раз, тормоша тебя, вспоминать о нем.

Она взяла игрушку и понесла в ванную комнату. Села на стиральную машину и всхлипнула. Ничего у нее не получится! Даже если она выстирает на режиме кипячения себя саму. Все равно Сергей будет теперь с ней навсегда потому, что она его любит. Ведь не может же познакомившая их сказочная ночь бесследно исчезнуть из жизни! Кануть в небытие! Они были, есть и будут. Только вот не вместе.

Как жаль.

Второй день Нового года подозрительно походил на первый. Болела голова, настроение было паршивым, и делать ничего не хотелось. Сергей вспомнил, что обещал вечером заехать к Борису с Тамарой, и задумался над подарком для Олеси. Дальше мысли переместились к подаренному медведю. Как он там? Все ли у него в порядке? Позвонить и поинтересоваться косолапым? Исключительно им, а не Снегурочкой. Та уже нашла своего Снеговика или Парня-Мороза, он не знал, как они называются точно, эти сказочные мифологические герои. Вот он точно не герой ее романа.

И вообще, заводить со сказочной красавицей роман себе дороже. В отношении со Снегурочкой дороже не в прямом смысле слова, а в душевном дискомфорте. Жил он до нее тихо и спокойно, так и станет дальше жить. Разумеется, Сергей не откажется от женщин, он не монах, но больше никаких надежд подавать не будет. Никаких Нель и Снегурочек! Впрочем, разве он подавал Снегурочке повод надеяться на серьезные отношения?

Болван! Нужно было подать!

«Кстати, – сказал он себе, – она уже сделала выбор, и он, к сожалению, не в мою пользу».

Сергей прекрасно сознавал, что мог возникнуть вчера перед влюбленной парой, как черт из табакерки, и испортить им вечер. А вдруг Снегурочка его появлению обрадовалась бы? В любом случае гадать Сергей не станет. Ему лишь интересно, что там с медведем. Не остался ли он на лестничной клетке, бедолага?

Насвистывая креативчик с многозначительным названием «Жизнь не удалась», он подошел к телефону и протянул руку к трубке. Но тот зазвонил сам.

– Добрый день, Сергей Сергеевич, – произнес Спицын. – Вы живы?

– Жив ли я? – возмутился он. – Как ты можешь об этом спрашивать? С чего ты взял, что из-за нее я сведу счеты с жизнью? Да мало ли у меня было таких…

– Это присказка, – объяснил Спицын. – Живы-здоровы. А она кто?

– Водка, дружище, – нашелся Сергей, жалея, что вспылил. И так все утро думал только о Снегурочке, а тут еще Спицын позвонил.

– Это хорошо, – облегченно вздохнул тот. – Тогда мы с Дашей через пару часов смело идем на мюзикл «Красавица и чудовище». Видели эту постановку?

– Перестань меня опекать! Ничего я не видел и видеть не хочу. Красавица и чудовище? Чудовище – это я?

– Сергей Сергеевич, с вами точно все в порядке? – засомневался преданный Спицын.

– Настроение ни к черту, – признался он.

– Только больше не пейте.

– Не буду, меня вечером друзья пригласили, а перед этим нужно найти подарок для одной маленькой девочки. Вот ты, Спицын, что обычно даришь?

– Когда вы мне увеличите оклад и добавите премию, то начну дарить золото и бриллианты. Даша любит все дорогое и блестящее.

– А Маша – другая. Даша, Маша, схожие имена, а какие разные девушки.

– Сергей Сергеевич…

– Со мной, Спицын, все в порядке! Иди смотреть мюзикл.

– Второго числа работают почти все сетевые магазины, – подсказал Спицын. – Выбрать подарок гораздо легче.

– Отлично, – обрадовался он, – поеду выбирать. Удачи тебе с красавицей!

– На что намекаете? Я чудовище?

– Спицын, с тобой тоже все в порядке.

Сергей положил трубку и продолжил напевать. На сей раз он насвистывал мелодию, название которой не помнил, но там были слова: «Мальбрук в поход собрался, уселся на коня».

Маша ничего не знала о его сомнениях по поводу позвонить – не позвонить. И сама тоже не позвонила. Вот так люди расстаются навсегда. Всего лишь из-за одного не сделанного звонка.

Она зашла к Светлане, чтобы ехать в аэропорт.

– А где твой чемодан, Снегурка? – громыхнул Василий, заметно радуясь ее присутствию.

– Мой чемодан? – испугалась Маша. – Зачем?

– Не бойся, – добродушно улыбнулся великан. – Шутка такая. Я свое слово держу: дал время подумать – думай. Два часа у тебя еще есть. А потом в охапку и в самолет.

– Два часа?

– Светка! – прокричал Василий сестре. – У тебя все подруги такие наивные или через одну? – И рассмеялся.

– Доверчивая ты очень, – усмехнулась Светлана. – С мужиками нужно держать ухо востро и не верить ни одному слову.

– Здрасьте! – возмутился Василий. – Мне нужно верить хотя бы через слово.

– О присутствующих не говорю. Все, собрались, поехали. Такси у подъезда. Стас остается дома и готовит ужин.

Маше не пришлось повторять дважды, она мгновенно выскочила за дверь.

Магазины действительно работали почти все, что значительно сократило поиски подарка для Олеськи. Сергей не стал мудрствовать и купил ей огромного Деда Мороза под стать двухметровой елке, которую притащил Борис. Он позвонил ему и похвастался приобретением. Между прочим, оказалось, что отыскать живое срубленное дерево в мегаполисе первого января сложнее, чем купить его за сутки перед этим. Фактически, Борис совершил подвиг во имя любви к дочери и жене. Так что приобретенный Сергеем Дед Мороз придется кстати.

Сергей подъехал к дому друга к вечеру и удивился, насколько преобразилось жилище от присутствия женщин. Если раньше оно походило на пещеру снежного человека, то теперь вполне могло сойти за сказочный дворец. Девочки украсили крыльцо и зажгли весь свет в доме. С такой расточительностью страна останется без электричества.

В доме царила атмосфера уюта и гармонии. Сергей поначалу глазам и ушам своим не поверил. Насколько он помнил, эти двое – Борис и Тамара – всегда поругивались. Но сегодня это была семья, настоящая, дружная семья, где все любили друг друга. Он позавидовал по-хорошему.

– Дядя Сережа, а у нас свадьба! – встретила его Олеська и бросилась ему на шею. – Ты сегодня Дед Мороз или просто дядя Сережа?

– Просто дядя Сережа. – Он чмокнул ее в щеку и показал коробку с подарком. – А Дед Мороз здесь.

– Ух ты! – восхищенно воскликнула девочка и стала ее открывать.

– Кто женится? – полюбопытствовал Сергей, проходя в комнату.

Там царила царица Тамара, накрывшая стол с белоснежной скатертью домашними изысками.

– Оля встретилась со своим парнем, и он сделал ей предложение, – радостно сообщила она. – Сказал, что растерялся и не сразу понял, какое счастье ему привалило. Сегодня точно день чудес. И еще! Борису загранпаспорт подбросили в почтовый ящик. Соседи видели, как это делал какой-то Дед Мороз в синей шубе.

– Да уж, идиот, это точно, – пробормотал Сергей, отчего-то пропуская новость про Деда Мороза и ассоциируя парня с собой.

– Но я им все равно помогу, – пробасил Борис, вошедший в комнату в фартуке. Он нес блюдо с ароматной уткой в яблоках. – Мальчишка – студент, родители живут от зарплаты до зарплаты.

– Добрый волшебник твой папа, – обратился к Олесе Сергей. – Давай подержу.

И они занялись установкой Деда Мороза под елку.

За столом разговор как-то сам собой зашел о Снегурочке. Разумеется, Сергей и в мыслях не держал никого другого, кроме Маши.

– Она не смогла прийти, мы приглашали, – отчиталась Тамара. – У нее другие мероприятия намечены. Она нам перезвонила и попросила поблагодарить тебя за подарок.

– Перезвонила? – озадачился Сергей.

– Очень жаль такую Снегурочку потерять, – вздохнула Олеся. – Настоящие редко попадаются. А то все искусственные да искусственные…

Она рассудила по-взрослому. Если хорошенько над этими словами задуматься.

– Знаете, – произнес Сергей, вставая из-за стола. – Я, пожалуй, пойду.

– Куда? – удивился Борис.

– За Снегурочкой, – ответила за него Олеся. – Нужно же Снегурочку вернуть! Разве не понятно?

Сергей подмигнул ей и вышел.

Он мчался по городским улицам к дому Маши, мысленно ведя с ней диалог. Сергей не хотел с лету навалиться на нее со своим всеобъемлющим чувством, это могло испугать и насторожить. Пусть начнет к нему привыкать потихоньку. Он позовет ее куда-нибудь. На мюзикл! «Красавица и чудовище», нет, нужна постановка с более адекватным названием. Потом они, будто мимо проходя, заглянут в кафе или ресторан, затем он проводит ее до дома и, вероятно, поцелует. И после всего этого намекнет, что очень хорошо к ней относится. Только намекнет, пусть не воображает, будто он от нее без ума и готов разорвать на части ее жениха. Кстати, о ее женихе. Если она его действительно любит, Сергей не станет им мешать. Но пусть Снегурочка честно признается, что к нему относится с полной прохладцей.

Но его планам не суждено было сбыться. Дверь Снегурочка не открыла, хотя он долго и упорно звонил. В пылу отчаяния даже несколько раз прокричал ее имя. Зато открылась дверь напротив, и на пороге возник ее сосед.

– Вы к Марии? – поинтересовался тощий субъект, с интересом разглядывая Сергея.

– Да. Вы не знаете, где она?

– Знаю. В аэропорт поехала.

– В аэропорт?

Сергей дальше не стал выслушивать объяснения Стаса и сбежал вниз по лестнице.

Ему чудом удалось не попасть в аварию, не слететь в реку, он гнал машину, боясь опоздать навсегда. Значит, та, которая отвечала по телефону, не соврала. Снегурочка улетает с женихом в Мурманск! Сергей хотел услышать от нее самой, что бугай из этого славного города – предел ее мечты. Пусть скажет, и он уедет обратно, отпустив ее на все четыре стороны. А он сможет ее отпустить? Легче легкого. Ему не нужна девушка, которая любит другого. Сергей будет спокоен, поверхностно равнодушен и в меру циничен. Как всегда. Только сегодня для этого придется собрать волю в кулак! Как же она разбередила его душу!

Он бросил машину на стоянке и забежал в здание аэропорта. Словно издеваясь над ним, тут же объявили регистрацию на Мурманск. Сергей кинулся к нужной стойке. И увидел Снегурочку. Ее опять целовал здоровенный бугай! Белая шубка из несчастного кролика податливо прижалась к крутке и… Сергей пригляделся. Нет, это бугай целует Снегурочку! А Снегурочка… Такое впечатление, что она просто позволяет это делать. Все женщины одинаковы! Все, без исключения. Готовы окольцевать любого мужика, желая получить заветный штамп в паспорте. Сергей поморщился и отвернулся. Ну и ладно. Пусть улетает. До свидания. Нет, лучше всего в его случае будет «Прощай!». Кстати, а почему бы ему не попрощаться с ней? Спокойно так подойти и цинично пожелать счастливого пути с новым избранником. Или он у нее старый? Сергей обернулся. Нет, молодой, здоровый, кровь с молоком.

– Как же я его ненавижу, – пробормотал Сергей. – Спокойно, дружище, – сказал он себе. – Спокойно. Значит, подхожу, прощаюсь, разворачиваюсь и ухожу. Алгоритм прост и ясен. Итак, спокойно подхожу…

– Привет, господин Столяров! Серега!

Сергей обернулся: на него вольготной походкой знающего себе цену перспективного кавалера шел старый знакомый Арас Аляпкин. По большому счету, он был закадычным другом Бориса, но Сергею тоже доводилось бурно проводить с ним свободное время. Арас двигался, как ледокол, по бокам которого для лучшего хода пристроились две баржи, то есть две модельной внешности блондинки, повисшие на его руках.

– Аляпыч? – Сергей нахмурился, с трудом отрываясь от мыслей о Маше. – Ты откуда взялся?

– Ну, ты даешь, Серега! Откуда? От медведя! Прикинь, заказал я зверюгу на дачу под Новый год, так этот жлоб мало того, что всю выпивку выжрал, еще нас с парнями в пруду три часа продержал. Греться теперь лечу с девчонками в Сочи. Там сейчас сам президент, чем я хуже?

Модели ему дружно подхихикали.

– Слушай, Серега, ты пока девчонок моих покарауль, а я за сигаретами сгоняю. Сигареты забыл купить! Держи! – Аляпкин перекинул девиц на изумленного Сергея, развернулся и побежал.

Теперь девицы повисли у него на руках.

– А вы куда летите? – пропела одна из них, собираясь поддерживать светскую беседу.

– Я… – выдавил Сергей, намереваясь стряхнуть блондинок с себя. И замолчал, поймав красноречивый взгляд Маши.

Василий не унимался всю дорогу в аэропорт. Он сидел рядом с водителем и веселил пассажиров такси. В выходной день не было пробок, так что водители получали от езды удовольствие, а не глухое раздражение, как обычно. Настроение у всех было замечательным. Даже у Василия, но он никогда и не унывал.

Маша сидела и прислушивалась к мобильному телефону, лежавшему у нее в сумочке. Но тот молчал, словно умер, не выдержав ее мучительных надежд на звонок Сергея. Конечно же, он не позвонил! Очень ему надо думать о Маше. Но ведь подумал же, когда оставлял у двери медведя.

А вот Маша не знала, что думать.

Она вяло поддерживала беседу и прикидывала, куда ей податься вечером, чтобы не слушать больше Светлану, прожужжавшую уши про перспективного жениха. Можно было остаться дома, выключив свет и притвориться, будто ушла. Забраться в теплую ванну, включить тихую музыку, зажечь свечи и немного помечтать о нем. Помечтать-то можно, это не повредит ее имиджу и психике. А со своим сердцем Маша как-нибудь договорится.

В аэропорту они остановились возле нужной регистрационной стойки и стали прощаться. Сначала Светлана поцеловала Василия, затем он поцеловал Светлану и Машу. Потом Маша чмокнула его в щеку, он тут же ответил ей поцелуем в губы. Маша этого не хотела! Но вытерпела, как она полагала, в последний раз. Василий обрадовался и впился в ее губы долгим поцелуем. Маша оттолкнула его и высказала все, что думает по этому поводу.

Светлана засуетилась и схватилась за его сумку, Василий принялся эту сумку вырывать и сам понес ее ближе к стойке. Когда они оказались в небольшой очереди, Василий предложил попрощаться еще раз, теперь уж, как говорится, на посошок. Светлана поцеловала брата, он поцеловал Светлану и Машу…

И внезапно Маша увидела Сергея.

Ее сердце подпрыгнуло от радости высоко-высоко, а затем резко ухнуло вниз. Разумеется, Сергей был не один, на нем висели две красивые блондинки с длинными ногами, ухоженными руками и остальными ненатуральными кукольными частями тела. Они ворковали ему на ухо, мило улыбаясь, а он выглядел… Маша прищурилась, чтобы лучше разглядеть этого бабника… Он выглядел полным идиотом!

Наивная Маша Калинина! В то время, как она ждала его звонка, Сергей собирался на отдых, да ладно бы с одной, а то ведь сразу с двумя девицами! Вот и верь после этого мужчинам. Маша закусила губу, ей захотелось плакать. Она окинула бабника презрительным взглядом и отвернулась, ведя непримиримую борьбу со слезами, решившими непременно хлынуть из глаз.

– Здравствуйте! С праздником вас всех!

Маша услышала за спиной голос Сергея, робкое бормотание Светланы, изумленный смешок Василия…

– Маша, нам нужно поговорить. – Сергей взял ее под локоть и решительно повел прочь. – Извините, – заявил он Светлане и Василию, – но эта девушка никуда ни с кем не полетит!

– Так она и не захотела, – пожал широкими плечами Василий. – Счастья тебе, Снегурка! – бросил он, стараясь реагировать на случившееся непринужденно.

– Маша, если что, кричи, я рядом! – напутствовала Светлана, довольная тем, что осталась в здравом уме и светлой памяти при виде такого брутального красавца, как Сергей.

– Никуда я с вами не пойду, – сопротивлялась Маша, вырываясь из рук Сергея. – Ведите с собой своих блондинок!

– Это не мои блондинки, – мягко промолвил Сергей, обняв для лучшей подстраховки ее за талию. – Это блондинки Аляпыча, он с ними летит на юг. Зачем я все это объясняю?! Маша, нам нужно поговорить!

– Говорите со своими блондинками!

– Понятно, – усмехнулся Сергей, открывая перед ней дверь. – Снегурочка расстроилась, что не полетит в Мурманск?

– Я и не собиралась туда лететь!

– Ага, как бы не так! Я видел, как он тебя лобызал!

– Это был последний раз!

– И еще один последний был, я все видел! Вертихвостка.

– Бабник! Отпустите меня!

– Ни за что! В Мурманске таким не место!

– А где мне место, по-вашему? Где?

Они оказались на улице, со всех сторон их обтекали спешащие люди, но никто не трогал странную пару, решившую выяснить отношения сейчас и немедленно. Маша повернулась к Сергею. В ее глазах блестели слезинки, готовые брызнуть при первых его словах. Но он не стал ничего говорить, наклонился к ее лицу и поцеловал. И все слова оказались лишними. Все стало сразу понятно. Что она не зря ждала, а он зря не звонил. Но приехал и нашел. И забрал…

– В моем сердце, – тихо произнес Сергей, отрываясь от ее губ.

– Что? – Маша блаженно витала в облаках.

– Твое место в моем сердце. – Сергей крепко обнял ее и прижал к груди.

– У тебя нос красный от холода, Дед Мороз, – улыбнулась Маша.

– Ты тоже мерзнешь, Снегурочка. Поедем греться!

– У-у-у-у-у-у-угу-у-у-у, – одобрительно прогудел серебристый лайнер, пролетевший над ними.

Он направлялся в Мурманск, или в Сочи, или еще куда-нибудь. Но Маше с ним было не по пути.

В море бушующих страстей случайно оказался островок любви, на котором встретились двое: он и она. Жизненные коллизии и невзгоды, с чужими переживаниями и проблемами едва не поглотили их, но они выстояли и сохранили прекрасное чувство, родившееся у них в волшебную новогоднюю ночь. Народная примета гласит: «Как встретишь Новый год, так его и проведешь». И они проведут чудесно не только следующий год. Если любовь настоящая, то в сказку превратится вся жизнь с любимым.

Верьте в сказки, друзья, верьте в чудо! Оно является внезапно и раскрашивает мир новыми яркими красками. Но раз в год, только один раз чудо бывает запланированным.

И это запланированное чудо – новогодняя ночь.

Content

Алина Кускова
Ловушка для влюбленной Снегурочки

С чего все началось

Глава 1 Дед Мороз

Глава 2 Маша

Глава 3 Дарья

Глава 4 Борис

Глава 5 Тамара

Глава 6 Неля

Глава 7 Олеся

Глава 8 Светлана

Глава 9 Сергей

Глава 10 Снегурочка