Кэти Линц

Поженимся в Лас-Вегасе

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Стив Козловски служил в Военно-морских силах США уже более десяти лет. Он объездил полмира, побывал в самых горячих точках. Воевал с повстанцами в Афганистане, изнывая от жары в полном боевом обмундировании. Суровые испытания закалили его, сделав из него настоящего морского пехотинца, гордого и бесстрашного.

Его бабушка не оставляла попыток женить его на какой-нибудь милой девушке. На этот раз, как узнал Стив, это должна быть библиотекарша из соседнего дома. Но ничего. На войне приходилось туго, но он всегда справлялся. С этим тоже справится.

По крайней мере он так думал. А на всякий случай у него был заготовлен блестящий план.

— Стив, в дверь стучат! — крикнула Ванда Козловски из комнаты. — Это, должно быть, Хлоя. Ты откроешь?

У него был шанс улизнуть. Пока его бабушка находилась в комнате и не видела его, он мог тихонько выйти через заднюю дверь и не встречаться с этим книжным червем. В дверь снова настойчиво постучали.

— Стив! Ты собираешься открывать или нет? — раздраженно крикнула Ванда.

— Уже иду! — недовольно пробурчал Стив. Переборов в себе постыдное для военного желание бежать, он пошел открывать дверь, представляя встречу с библиотекаршей.

На пороге стояла женщина и хмуро на него смотрела:

— Мне нужна Ванда. Могу я ее видеть?

— А вы кто? — он сделал вид, что не знает ее.

— Я Хлоя Джонсон, живу в соседнем доме.

— Ах да, Хлоя, библиотекарша. Я должен был догадаться, — он окинул ее взглядом и поморщился.

Одета, как и все библиотекарши: темно-серый свитер на два размера больше, застегнутая на все пуговицы строгая белая блузка, какие носят учительницы приходской школы, длинная черная юбка, прикрывающая лодыжки. Мощные военные сапоги, правда, немного выделялись из этого монашеского наряда.

Ее черные волосы были собраны в тугой пучок. Образ завершали традиционные очки с толстыми линзами в черной оправе, сильно выделявшиеся на ее бледном лице. Серая мышка. Самая серая из всех, каких он когда-либо видел.

— Ванда приготовила печенье для сегодняшнего вечера в библиотеке и попросила меня забрать его, — она делала вид, что осматривает кухню, и старалась не смотреть на него.

— Конечно, вот оно, — Стив отдал ей тарелку с печеньем, с которой уже стащил парочку. — Кстати, меня зовут Стив Козловски, я — внук Ванды.

— Очень приятно было с вами познакомиться, — она смущенно кивнула и попрощалась.

— Ну, как она тебе? — спросила Стива бабушка сразу после ухода Хлои. — Не правда ли, очень милая девочка? Лучше тех, с которыми ты привык общаться.

Стив вынужден был признать, что его действительно тянуло к женщинам легкодоступным, к таким, о которых обычно не вспоминаешь на следующее утро.

А потом он встретил Джину. Она была умная, красивая, и, как казалось Стиву, отличалась от всех тех, с кем он раньше общался. Но он ошибался. После смерти его дедушки, техасского нефтяного магната, Стив получил приличное наследство. Тут и выяснилось, что деньги — это все, что было нужно Джине. Ее интересовал не Стив, а его банковский счет. Ее предательство глубоко ранило Стива. Это было больно и неприятно. Униженный и подавленный, он вернулся к семье, к людям, которым он мог доверять и которые никогда бы его не обидели. И, конечно же, никаких романов на ближайшее время он не планировал. Он собирался отдохнуть, насладиться свободой, да и просто хорошо провести отпуск, а потом вернуться на службу в Форт Пендлтон.

— Стив, — Ванда дернула его за рукав, чтобы привлечь его внимание, — ты так и не сказал, что ты думаешь о Хлое?

— Она выглядит как библиотекарша.

Ванда нахмурилась.

— К тому же она не в моем вкусе, — добавил он.

— Об этом нельзя судить по первому впечатлению, — сказала Ванда. — Часто люди оказываются совсем не такими.

Стив сомневался, что ошибся насчет библиотекарши. Они все одинаковые.

Ванда подошла к окну и подняла жалюзи.

— Ой, посмотри! Мне кажется, у Хлои проблема с машиной. Пойди помоги ей.

Хлоя склонилась над машиной, тщетно пытаясь найти причину поломки под капотом. Стив невольно загляделся на ее позу, навевающую определенные мысли, но тут же отмел их — он не хотел даже думать, что скрывалось под ее монашеским одеянием. Да и вряд ли там было на что посмотреть.

— Что случилось? — он старался, чтобы его голос звучал менее резко.

— Я не знаю, — Хлоя выпрямилась. — Она не заводится. А мне нужно быть в библиотеке через пятнадцать минут.

— Стив, подвези Хлою до библиотеки, — крикнула Ванда из окна.

Хлоя покраснела. Он увидел ее смущение, и ему стало ее жалко.

— И возьми мою машину. Не смей сажать ее на свой ужасный мотоцикл.

Стив хотел возразить, что его мотоцикл вовсе не ужасный. И вообще, это не просто мотоцикл, это «Харлей-Дэвидсон». Но препираться с бабушкой не было смысла.

План Ванды был прост, но в этом и была его сила. Она выиграла первый раунд. Но битва еще не закончена.

Ванда уже давно хотела познакомить Хлою со своим внуком. Она показывала Хлое все его фотографии, начиная с младенчества. Рассказывала про все его похождения. Она призналась Хлое, что Стив всегда был бабником. Но она была уверена, что он, как и его старшие братья, обязательно остепенится, когда встретит подходящую девушку.

Хлоя слушала старушку и лишь вежливо улыбалась. Она не хотела никаких новых отношений, тем более с бабником. Она недавно рассталась с одним таким же самоуверенным, красивым и сексуальным мужчиной.

Его звали Брэд Тиг, он работал менеджером по продажам в одной компании. Она безумно его любила и верила ему. Но однажды она застала его с другой женщиной. Брэддаже не пытался оправдаться: для него было естественным встречаться с несколькими женщинами одновременно. Он сделал ей очень больно. Она не хотела вновь пережить нечто подобное.

Да и что у нее могло получиться со Стивом? Она видела, как он посмотрел на нее, когда она пришла к Ванде. Как на пустое место. Вряд ли он обратил бы на нее внимание на улице.

Она не рассчитывала на его помощь, однако была вынуждена согласиться, чтобы он подвез ее до библиотеки.

— Тебе не холодно? Включить печку? — спросил Стив.

— Нет, не надо. — Был один из тех замечательных осенних дней, которые надолго запоминаются. Хлоя обожала осень с ее свежим холодным воздухом, разноцветными листьями и коричными яблоками в местном магазинчике.

— Итак, почему ты решила стать библиотекарем? — за вежливым вопросом угадывалось безразличие.

— Я люблю книги. А почему ты стал военным?

— Мне нравится убивать людей, — мрачно ответил Стив.

Она испуганно посмотрела на него.

— Шучу! — ухмыльнулся Стив. — Я просто проверял, слушаешь ли ты.

Да, она слушала. И смотрела. Хотя этого делать и не следовало. Она не должна была замечать маленькие морщинки вокруг его зеленых глаз, его широкие плечи. Не должна была смотреть на его губы, полные и красивые. Странно, но все в нем было на удивление привлекательно: от коротко стриженных черных волос до ступней сорок второго размера.

Ванда сообщила Хлое даже размер обуви Стива. Хлоя хорошо знала Стива по фотографиям и оценила превращение пухлого розовощекого младенца в высокого статного военного. Однако она не хотела иметь никаких отношений с этим мужчиной. Одной ей было спокойно. Никто не угрожал ее безопасности. Ей нравилось чувство защищенности от каких-либо переживаний. Пусть это был своего рода вакуум, но это лучше, чем еще раз пережить боль расставания и разочарования.

Она чувствовала, что знакомство со Стивом может нарушить ее душевный покой. У него был властный голос, бесспорно, что он из тех, кто привык командовать людьми и требовать от них безоговорочного подчинения. Какое уж тут спокойствие?

— Здесь нужно повернуть направо, — Хлоя отвлеклась от созерцания Стива.

— Я помню, я ходил в эту библиотеку, когда бы маленьким.

— Ты здесь жил?

— И не только здесь. Моя семья много переезжала, потому что мой отец тоже был военным.

— Должно быть, это нелегко, — посочувствовала Хлоя.

— Вовсе нет. Военные — это одна большая семья. Где бы мы ни жили, люди старались, чтобы мы чувствовали себя как дома.

«Интересно, а каково это — чувствовать себя как дома, — думала Хлоя. — иметь большую семью?» Она не помнила своих родителей. Ей было всего восемь лет, когда они умерли.

— А ты здесь выросла? — в свою очередь спросил Стив.

— Нет, я из Чикаго.

— А семья?

— Я единственный ребенок. После смерти родителей я жила с тетей, но мы не были с ней близки.

«Потому что единственное, к чему она была близка, — это ее лаборатория, — думала Хлоя. — Она не была похожа на свою сестру — мою маму, веселую и добрую. Ее интересовала только работа, а на меня ей было наплевать».

— Да, тяжеловато без семьи, — в голосе Стива звучало искреннее сочувствие. — Иногда мои родственники сводят меня с ума, но я не могу представить свою жизнь без них. Здесь ничего не изменилось, — сказал Стив, когда они подъехали к библиотеке.

Он припарковал машину, вышел и открыл дверь перед Хлоей. Она бы и сама это сделала, но отвлеклась. Она засмотрелась на Стива, когда он обходил машину: гордо вздернутая голова, прямая, уверенная походка.

— Давай я тебе помогу, — сказал он, беря у нее из рук пакет с печеньем.

Его случайное прикосновение вызвало в ней какие-то странные ощущения. Словно удар молнии прошел сквозь ее тело. У нее перехватило дыхание. Нет, этого не должно случиться. Она не хотела в него влюбляться.

«Этого не случится, — успокаивала себя Хлоя. — Не случится хотя бы потому, что он не похож на человека, испытывающего нездоровый интерес к монашкам. В этой одежде на меня никто не должен обращать внимание».

Таков был ее план. И, похоже, он работал.

А у библиотекарши неплохие ножки. Стив мельком увидел их, когда, выходя из машины, она приподняла юбку. Хорошенькие ножки в грубых сапогах отлично притягивают внимание.

А может, это ему померещилось. Потому что, когда выпрямилась и оправила юбку, она выглядела как обычная библиотекарша. Не осталось и намека на какие бы то ни было изгибы тела или стройные ножки. Под такой одеждой их просто не могло быть.

— Спасибо, что подвез, — сказала Хлоя. — У нас сегодня театральный вечер. Это надолго. Ты можешь ехать, я попрошу кого-нибудь отвезти меня домой.

На самом деле ей очень хотелось, чтобы он уехал.

— Нет, — Стиву почему-то захотелось остаться. — Я не могу тебя бросить. Я обещал бабушке, что доставлю тебя домой целой и невредимой.

Впервые за долгое время он вошел в библиотеку. Он помнил, как он со своим братом-близнецом читал здесь «Звездные войны», не пропуская ни одного выпуска журнала. Казалось, это было так давно. С тех пор в библиотеке появились компьютеры, аудиокниги. Прогресс дошел и сюда. Только библиотекарши не менялись, все такие же серые и скучные.

Его внимание привлекла афиша, извещающая о сегодняшнем спектакле. Судя по названию, детектив.

— Ты пришел на спектакль? — спросил Стива парень в красном шелковом халате поверх черных брюк. — Я играю роль лорда Гримли. А это, — он показал на свой халат, — мой смокинг. Не знаю, кто придумывает эти дурацкие театральные вечера в библиотеках, но если тебе так хочется посмотреть, то идем со мной.

Комната была переполнена. Стиву удалось найти местечко в задних рядах. Он сел и стал изучать программку, которую ему вручил парень в красном халате. Помимо книг Хлоя, оказывается, еще и увлекалась самодеятельностью. В этом спектакле она играла мисс Эббингтон, преданную секретаршу лорда Гримли. Что ж, подходящая роль для библиотекарши.

Он даже не пытался понять, что происходило на сцене. Он полностью сосредоточился на Хлое. Она сутулилась, как будто хотела стать еще менее заметной. И вообще она напоминала ему нервного кролика, когда морщила нос и поправляла вечно сползающие очки.

Чем же в таком случае она его так заинтересовала?

Поглощенный своими мыслями, он смотрел на нее, не отрываясь.

Хлоя не могла играть. Она запиналась и забывала свои реплики. Ей казалось, что Стив наблюдает за ней. И зачем только он остался? Его взгляд нервировал ее. И вообще, он был не из тех, кто проводит вечера в библиотеке.

Ей все же удалось справиться с волнением и заиканием. Зрителям даже понравилось: они громко аплодировали, когда спектакль закончился. А может быть, они просто были рады, что все закончилось, и теперь их ждали чай и угощение. Стив отметил, что печенье его бабушки пользовалось особым успехом.

— Похоже, им понравилось печенье.

— Ты все еще здесь? — Хлоя нервничала.

Она столько лет училась подавлять свои эмоции, быть незаметной, а тут появляется он, и все ее усилия оказываются напрасными. Она смущается, запинается, краснеет, как подросток, забывает свою роль — и все из-за него.

Он проник в ее крепость. Библиотека и дом — два места, где она могла чувствовать себя в безопасности. Она была окружена книгами, информацией, у нее все было упорядочено, как в каталоге. Она не могла допустить, чтобы кто-то нарушил этот порядок.

— Я смотрел спектакль, — просто ответил Стив. — К тому же я подумал, что мог бы подвезти тебя до дому.

Ей очень хотелось отказаться, но сосед, который мог бы ее подвезти, уже уехал домой.

— Моя бабушка поручила мне позаботиться о тебе сегодня, — Стив взял последнее печенье с тарелки. — Она меня убьет, если я не доставлю тебя домой в целости и сохранности.

Он делал все это только из-за того, что его попросила об этом бабушка? Хлоя в который раз за день почувствовала себя униженной.

Она была рада, когда Линн Скотт, ее подруга и коллега по работе, прервав их беседу, отвела ее в сторону. Линн было чуть больше тридцати. У нее были длинные черные волосы, которые она обычно заплетала в косу. Она была из тех людей, которые делают мир ярче одним своим присутствием. Красивая и уверенная в себе, она уже несколько лет была замужем. Они с Хлоей как-то сразу поладили и стали лучшими подругами.

— Кто этот красавчик, с которым ты пришла? — спросила она.

— Внук моей соседки.

— Тебе повезло. Внук моей соседки — просто ужас, к тому же ему всего три года, — Линн улыбнулась.

— У меня сломалась машина, и он обещал подвезти меня до дома.

— Я бы тоже не отказалась от такого предложения.

«Нет ничего плохого в том, что я смотрю на него», — убеждала себя Хлоя, сидя в машине и наблюдая за Стивом. Она смотрела на его руки, на его длинные музыкальные пальцы. По радио передавали песню Рода Стюарта, и Стив стучал пальцами по рулю в такт музыке. А Хлоя сидела и убеждала себя в том, что ей вовсе не интересно, как эти руки могли бы ласкать ее тело.

Ее не должен интересовать Стив. Ни он, ни кто-либо другой. Ничего хорошего из этого не получится.

Она была рада, что в машине играло радио — не было необходимости начинать разговор, который был заранее обречен. Хлоя, загипнотизированная руками Стива, чувствовала, что она не смогла бы сказать ничего путного.

Ей было интересно, о чем сейчас думает Стив. О ней? Вряд ли. О другой женщине? Скорее всего. Она осеклась. С какой стати она пытается угадать его мысли? Ее не должно волновать ни то, о чем он думает, ни то, как он выглядит.

Ее вообще особо не волновали мужчины до того, как она познакомилась с Брэдом. Она надеялась, что этот неудачный опыт навсегда отобьет дальнейший интерес к мужчинам.

Но почему ее так взволновало его прикосновение?

Она постаралась не думать об этом. Кажется, ее план сработал. Стив не обращал на нее особого внимания. Тогда почему она так беспокоится? Она должна радоваться.

Они подъехали к ее дому.

— Спасибо, что подвез, — Хлоя выпрыгнула из машины, помахала ему рукой и скрылась в доме.

«Странная библиотекарша», — подумал Стив. Он заметил, как она нервничала весь вечер, как спешила домой. И эти странные шмотки. Она точно что-то скрывала. Но что?

Несколько часов спустя, во время ночной вылазки на кухню, Стив понял, что скрывала библиотекарша. Через поднятые жалюзи ему было превосходно видно кухню Хлои, которая, как и он, тоже совершала набег на холодильник.

Под безразмерной одеждой она прятала потрясающее тело. В футболке, чуть прикрывающей бедра, она выглядела роскошно. И у нее действительно были красивые длинные ноги.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Может, ему все это приснилось? Может, не было сексуальной библиотекарши в доме напротив?

Нет, была. Но от старомодной библиотекарши с пучком не осталось и следа. Он видел потрясающую женщину, с длинными черными волосами, ниспадающими на плечи, в коротенькой футболке и с потрясающе красивыми ногами.

Она заставила его поверить в этот образ типичного книжного червя и сделала это нарочно. Но зачем? К чему эти игры? После Джины он боялся женских шуток. Он не хотел, чтобы его снова одурачили. Меньше всего он хотел, чтобы это сделала библиотекарша. Стоя в темноте в кухне своей бабушки, Стив поклялся, что больше ни одной женщине не удастся его обмануть.

Он подумал, что если она пыталась таким образом привлечь его внимание, то ей это удалось. Однако было не похоже, чтобы ей было важно его внимание. Скорее, она старалась остаться незамеченной. Но почему?

Ему очень хотелось пойти и спросить это у нее прямо сейчас. Но было уже за полночь — не самое подходящее время для визитов.

Ничего. Он подождет. Он умеет это делать — научился во время войны. Сидя в засаде, он часами только и делал, что ждал. Иногда выжидание — лучшая тактика.

Хлоя выключила кофеварку, налила себе чашечку горячего кофе. Была суббота, выходной, не нужно было идти на работу. Можно было не спеша позавтракать, сходить в магазин и потом почитать какую-нибудь интересную книгу.

Хлоя любила проводить время дома. Обыкновенный одноэтажный кирпичный домик, каких много в пригороде Чикаго, казался ей особенным.

Возможно, потому, что это был ее собственный дом, который она обставляла по своему вкусу, в котором она могла расслабиться и отдохнуть.

Она влюбилась в этот чудесный домик с первого взгляда, несмотря на заросшую лужайку и обшарпанные стены. Внутри он также нуждался в косметическом ремонте. Но это ее не смутило. Не напугали ее ни старая сантехника, ни треснувший паркет, ни отваливающаяся лепнина, ни прочие недостатки.

Ее подкупили большие окна, через которые в дом всегда проникал свет. Это было важно — ведь она так любила читать. К тому же она сразу почувствовала, что этот дом должен принадлежать ей. В тридцатых годах двадцатого века такие дома были пределом мечтаний для польских, чешских, ирландских и итальянских семей, мигрировавших в Америку. Теперь этот дом стал мечтой Хлои.

Были, конечно, более существенные недостатки, чем потрескавшийся линолеум в прихожей. Многие жаловались, что однотипные кирпичные домики портят вид улиц своей одинаковостью, что комнатки в таких домах слишком маленькие. Однако существовало и общество в защиту этих домиков, активным членом которого стала и Хлоя.

Нужно было переклеить обои, заменить линолеум, некоторую сантехнику. Она не могла сделать все сразу — небольшая зарплата библиотекаря этого не позволяла. Но постепенно удавалось что-то переделывать, в чем ей помогали Линн и ее муж. Однако большинство работ все же сделала она сама: содрала со стен в гостиной противную томно-зеленую краску и восстановила натуральное дерево, сломала встроенные стенные шкафы на кухне, устроила распродажу для соседей и таким образом избавилась от ненужного хлама.

В доме царил идеальный порядок. Каждая вещь имела свое место. Возможно, чрезмерная любовь к порядку объяснялась беспорядком в ее личной жизни.

Ее тетя Джэнис быстро дала девочке понять, что не потерпит беспорядка в своем доме, и научила ее жить по расписанию. У нее же Хлоя научилась контролировать свои эмоции. Брэд был исключением, ошибкой, которую она больше ни за что не повторит.

Она вернулась к своим мыслям о доме. Уже сделан ремонт в гостиной и спальне. Осталась кухня. В Интернете она нашла информацию о том, что в одном магазине скоро будет большая распродажа товаров для дома. Она сможет купить новую сантехнику, мебель и необходимые мелочи.

Услышав шорох за дверью, Хлоя поднялась. Должно быть, принесли газету. Она была еще в футболке, открывать дверь настежь было бы не очень прилично, поэтому она слегка приоткрыла дверь, присела на корточки и просунула руку, чтобы взять газету. Вместо газеты она нащупала чью-то руку, вскрикнула и упала, больно ударившись бедром о тумбочку.

— Ты в порядке? — спросил Стив, входя на кухню.

— Что ты здесь делаешь? — спросила Хлоя, судорожно натягивая футболку на бедра. — И, кстати, я не предлагала тебе войти.

— Я хотел убедиться, что ты в порядке.

— Я была в порядке, пока ты не схватил меня за руку, — резко ответила Хлоя, взяла со стула халат и завернулась в него.

Стив пожал плечами:

— Мне показалось, это ты тянулась к моей руке.

— Я тянулась к своей газете, — отрезала Хлоя. — Так что ты здесь делаешь?

— Я пришел поговорить с тобой, — уже серьезно сказал Стив.

— О чем?

— О том маскараде, что ты вчера устроила.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — невозмутимо ответила Хлоя, кутаясь в халат, как королева Виктория — в королевскую мантию.

— Нет, ты понимаешь! Зачем ты оделась как старушка библиотекарша?

— Потому что я и есть библиотекарша. Разве ты не этого ожидал? Ты видел меня вчера на работе…

— Я также видел тебя вчера ночью у холодильника. И я вижу тебя сейчас. И ты выглядишь совершенно по-другому.

— Это был костюм для театрального вечера, — пыталась оправдаться Хлоя. — Ты даже видел спектакль. Так в чем проблема?

— Проблема в том, что я не люблю, когда меня обманывают женщины, — сказал Стив раздраженно. — Скажи честно, ты привлекательная женщина, зачем тебе нужно было так наряжаться вчера?

Он находил ее привлекательной. Это польстило ее самолюбию. Лишь на минуту. Он был из тех мужчин, которые привыкли говорить женщинам то, что те хотели от них услышать.

— Я не собираюсь продолжать эту увлекательную беседу полураздетой, — уходя от ответа, сказала Хлоя.

— А мне даже нравится, — Стив ухмыльнулся.

— Я не сомневалась в этом. Ты из тех, кто оценивает женщину по тому, как она выглядит, — сказала она тоном, не терпящим возражений.

— Неужели? — удивился он.

— Да. Твой взгляд сказал это за тебя. Когда я вчера вошла в дом твоей бабушки, ты так на меня посмотрел, будто я была пустым местом. Ты проигнорировал меня.

— Хорошо, признаюсь. Я был не очень любезен с тобой вчера. Но это никак не было связано с тем, как ты выглядела.

— Ну конечно!

— Послушай, — сказал он, как бы извиняясь, — меня просто немного раздражает то, что моя бабушка пытается меня женить на какой-нибудь «милой девочке», как она выражается, с тех пор, как мне исполнился двадцать один год. Теперь вот ты… Я не сдержался.

— Ты бы так же на меня отреагировал, если бы я была длинноногой полуголой моделью?

Стив не знал, что ответить. Она была права. Конечно, он повел бы себя по-другому. И она знала это. Но он не собирался так просто сдаваться.

— Я сразу раскусил тебя, — защищался он. — Я понял, что ты не хочешь привлекать к себе внимание и поэтому ведешь себя так.

— Как? — возмутилась Хлоя.

— Как старушка библиотекарша.

— Я же тебе говорила: это был костюм!

— И не только для театрального вечера, — добавил Стив. — Почему ты не хотела, чтобы я увидел, как хорошо ты выглядишь на самом деле?

— Мне нужно одеться и выпить кофе, — она не сочла нужным отвечать на такой вопрос. — Сначала кофе.

Она достала из буфета еще одну чашку для Стива, налила кофе.

— Я думаю, ты не будешь против выпить кофе в одиночестве, пока я оденусь? — она небрежно поставила перед ним кофе. — Но если хочешь, ты можешь уйти домой!

— Я подожду, — он сделал вид, что не понял ее намека.

Хлоя взяла свою чашку и ушла в спальню одеваться. Сначала она надела черные бриджи и белую блузку. Она посмотрела на себя в зеркало, и ей не понравилось, как она выглядела. Вместо блузки она надела простую футболку. Быстро причесалась — было неприлично надолго оставлять Стива одного в своей кухне.

Через пятнадцать минут, одетая и взбодренная кофе, она готова была продолжать беседу со Стивом.

Он сидел в ее кухне, пил кофе, читал ее газету и выглядел при этом так спокойно, будто делал это каждый день на протяжении года.

— Что-то ты медленно, — сказал Стив, увидев ее в столь незамысловатом наряде, и улыбнулся.

— Я надеялась, что ты уже ушел.

— И не подумаю уйти, пока не получу ответы на все интересующие меня вопросы, — Стив устроился поудобнее. — Начнем, пожалуй. Так почему ты хотела обмануть меня?

— Знаешь, Стив, — начала она, — ты не центр вселенной. Почему ты думаешь, что я вела себя так из-за тебя?

— А разве это не так?

Она не ожидала от него такой прямоты. Мало того, что он пришел без приглашения, расселся в ее кухне, так еще и задает ей бесцеремонные вопросы. Хотя она вынуждена была признать, он очень неплохо смотрится в ее кухне. Стоп! Хватит думать о глупостях! Может, он уйдет, если она ответит на его вопросы?

— Послушай, твоя бабушка — удивительная женщина, и она мне очень нравится. Но не ты первый, кого она пытается с кем-то свести. Я так устала от этого. К тому же из рассказов твоей бабушки я поняла, что не хочу с тобой знакомиться. Ты не мой тип мужчины. Я уже знала парней, которые намекают тебе о семье, детях и большой лохматой собаке, а потом, когда ты узнаешь, что у него есть другая, тебе говорят, что встречаться сразу с несколькими женщинами — это так естественно. Больше я такого не хочу. Я ответила на твой вопрос?

— Да, — сказал мрачно Стив, — я тебя понимаю. У меня тоже был неудачный опыт. Поэтому мне не понравилось, что ты обманула меня.

— Я бы не назвала это обманом, — поправила она его.

— А как это еще можно назвать? Ты напялила эти шмотки, чтобы я испугался и не захотел даже приближаться к тебе.

— Ты сейчас со мной разговариваешь только потому, что увидел, что я выгляжу лучше, чем тебе вчера показалось? — Она это сказала. Она смогла.

— Вчера я тоже пытался с тобой поговорить, — возразил он. — Просто ты так отчаянно сопротивлялась, что даже не заметила этого.

— Ты делал это из жалости, — упрямо продолжала Хлоя. — Дурнушка-библиотекарша… Меня уже однажды бросил мужчина, который встретил женщину получше.

— Предательство! — задумчиво сказал Стив. — В этом мы похожи — плохой опыт в личной жизни.

Она подозрительно взглянула на него:

— Не могу поверить, что тебе не повезло с женщиной. Твоя бабушка мне не рассказывала…

— Моя бабушка не может знать всего, хоть ей и кажется, что это так.

— Твоя бабушка — мудрая женщина, — сказала она.

Он кивнул.

— Но моя бабушка очень упрямая. Она не успокоится, пока не поженит нас.

— Но мы ведь не обязаны, — попыталась возразить Хлоя.

— Не обязаны, — согласился Стив. — Но разве она будет нас спрашивать? Она спрашивала, когда знакомила нас? У меня есть план, как этого избежать. Ты должна мне помочь.

— Сначала расскажи мне о женщине, которая предала тебя, — попросила Хлоя, ожидая услышать отказ. — Ведь я рассказала тебе, что случилось со мной.

— Ты встречалась с придурком.

Это, конечно, было правдой. Хлоя не могла поспорить с этим утверждением, но все же в устах Стива это прозвучало как насмешка.

— Ты всегда такой нудный? Стив широко улыбнулся.

— О нет! Я могу быть намного хуже.

— Рада это слышать. Ты собирался поведать мне свою печальную историю, — напомнила ему Хлоя.

Стиву было непривычно рассказывать о своих чувствах. И о своих неудачах. Хотя одного он мог не опасаться — его бабушка наверняка рассказала Хлое о его наследстве. К тому же он не собирался в нее влюбляться. Никакой опасности не было. Она его заинтересовала, но он был здесь в отпуске всего на несколько недель. Так что все в порядке.

Неохотно он начал говорить:

— Ну, ты, наверное, уже слышала грустные истории о бедном парне, который получает неплохое наследство, а красивая женщина заставляет его поверить, что она любит его, тогда как ей нужны только его деньги.

— Ты любил ее? — спросила она.

— Мне казалось, что да.

— А как ты узнал, что ей нужны были только твои деньги?

— Я обычно не рассказываю людям о своих деньгах. Хотя тебе, наверное, моя бабушка уже все рассказала?

Она кивнула.

— Можешь мне поверить, меня не интересует твой счет в банке, — заверила она его. — Но давай вернемся к твоей истории.

— Ее звали Джина. Она была умной и красивой. Роскошная женщина, просто сногсшибательная. Я узнал правду, когда застал ее с моим другом, Я, подслушал их разговор. Это он рассказал ей о моих деньгах. Никогда бы не подумал, что он на такое способен, — он яростно сжал кулаки. — Короче, они меня оставили в дураках. Вот, собственно, и все.

— Мне очень жаль, — искренне сказала Хлоя. — Что ты тогда сделал?

— Я просто зашел и сказал, что все знаю. Джина, конечно, вся в слезах уверяла меня, что я все не так понял.

— Может, ты действительно что-то не так понял? — предположила Хлоя.

— Не думаю.

— Итак, тебя предали любимая женщина и лучший друг.

— Он хотя бы не был пехотинцем, — сказал Стив. — Он был простым гражданским.

— О! Это все объясняет! — сухо сказала она. — Никогда нельзя верить гражданским.

Стив разозлился: он раскрыл ей душу, а она издевалась над ним. Он нахмурился и замолчал.

— Ну ладно, что там насчет твоего плана? — напомнила Хлоя.

— Все очень просто. Надо заставить бабушку поверить, что ей удалось нас свести.

— И как ты это собираешься сделать?

— Очень просто! — ответил Стив. — Я перееду к тебе жить.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

— Что?! — Хлоя подавилась кофе и закашлялась. — Что ты сделаешь?!

Стив уже обошел стол и стучал ей по спине. Сильно, но осторожно:

— Это была шутка, — успокоил он ее.

— Не думала, что военные такие шутники, — прокашляла Хлоя.

— Но в остальном я не шучу. Надо сделать так, чтобы бабушка поверила, что ее план на этот раз удался. Нам надо будет провести некоторое время вместе, и все. Иначе она не остановится. Если у нее не получится свести тебя со мной, у нее для тебя есть еще кое-кто на примете, — улыбаясь, сказал Стив.

— Ты снова шутишь?

— Нет.

Стив оживился.

— Итак, мой план таков: мы проводим некоторое время вместе, дабы успокоить мою бабушку. Никаких романтических отношений — они нам обоим ни к чему. Что ты об этом думаешь?

— Что ты не в своем уме.

Она собрала чашки и тарелки со стола и положила их в раковину.

— А может, не стоит обманывать твою бабушку?

— Обманывать? — искренне удивился Стив. — Никто не собирается ее обманывать. Мы действительно проведем какое-то время вместе. Тебе понравится, я уверен!

— Извини, что я не прыгаю от радости. Меня не впечатляет твой план.

Стив задумался.

— А знаешь, мне это даже нравится, — сказал он.

— Что?

— Ты говоришь то, что думаешь. И тебя нелегко удивить. В этом мы похожи. Видишь, у нас много общего, нам будет весело вместе! Расскажи мне еще что-нибудь о себе, и ты поймешь, что я имею в виду.

— Что рассказать? — Хлоя растерялась. — Ну, ты знаешь, что я работаю в библиотеке…

— Нет, не то, — остановил ее Стив. — Расскажи мне, как ты проводишь свое свободное время, как развлекаешься?

Этот простой вопрос поставил Хлою в тупик. Развлекаться? Она не привыкла к этому. Она работала, к чему-то стремилась, но развлечения в ее планы не входили.

— Тебе нравится футбол? — подсказывал ей Стив.

— Что?

— Твоя футболка, — напомнил он, — с символикой чикагского футбольного клуба.

— А! Это рождественский подарок от подруги, с которой мы работаем в библиотеке.

— Понятно. Значит, ты не фанатка футбола? Что еще?

— Ну, мне нравится читать, — растерянно отвечала она, — и еще я иногда вяжу…

— И все? — удивился он.

— И… Я не знаю, — она рассердилась. — Мне некогда развлекаться. И вообще, может, все же лучше поговорить с твоей бабушкой и сказать ей правду, что сейчас не самое подходящее время для ее сводничества. Что мы просто не хотим быть вместе. Тогда нам не придется встречаться и обманывать ее и себя?

— Думай как хочешь, но ты еще увидишь, что я был прав. А пока давай я починю тебе машину! Я осмотрел ее сегодня утром. Нужно заменить аккумулятор.

Неожиданный поворот событий. Это было бы неплохо. В этом месяце она не могла себе позволить тратиться на новый аккумулятор — библиотекари не так уж много зарабатывают. Его предложение было очень заманчивым.

— Я хорошо разбираюсь в машинах, не сомневайся.

— Ты этим занимаешься в военно-морских силах? — съязвила Хлоя.

— Я капитан морской пехоты, — гордо ответил он. — Но в машинах все же разбираюсь. Если не веришь, можешь спросить у моей бабушки — она подтвердит.

— Спасибо, но я больше доверяю профессионалам. Мне будет спокойнее, если мою машину починят в мастерской.

— Это влетит тебе в копеечку. А если это буду делать я, то тебе придется заплатить только за аккумулятор, установка — бесплатно.

Это был весомый аргумент. Она сдалась.

— И что ты хочешь взамен?

— Было бы неплохо, если бы ты согласилась на мой план. Но если нет, я сделаю это просто так. — Хотя парочка бутербродов все же была бы не лишней.

— Я готовлю не так хорошо, как Ванда, — предупредила его Хлоя.

— В этом ты права, не буду тебе льстить, — честно сказал Стив.

— Зато я могу сделать потрясающие сандвичи с сыром в духовке.

— Звучит неплохо.

Хлоя долго не могла понять, как ему удалось ?влезть в ее день, который всегда был расписан по минутам. Он уже успел сбегать в магазин автозапчастей и вернуться с аккумулятором.

Хлоя сидела на ступеньках своего дома и наблюдала за тем, как Стив чинит ее машину. Сначала она попыталась вязать, но ей никак не удавалось сосредоточиться. Слишком привлекал ее Стив, склонившийся над ее машиной. У него были слишком обтягивающие джинсы и слишком хорошая фигура.

Ей стало стыдно за свои мысли. Какое ей было дело до его обтягивающих джинсов? Хотя зрелище было, бесспорно, потрясающее. Она даже различала его бумажник в заднем кармане. Она чувствовала себя подростком, строящим глазки старшекласснику в школьном коридоре.

— Ты не подашь мне отвертку? — Стив прервал ее размышления.

— Конечно, — ответила она не своим голосом. Она подошла ближе, нашла в ящике для инструментов нужную отвертку и подала Стиву. — Как идут дела?

— Все отлично, — ответил он, не поднимая головы.

Хорошо хоть у него все было отлично. Потому что, кажется, у нее было далеко не все так хорошо. После расставания с Брэдом ей не следовало бы заглядываться на красивых мужчин. Но на Стиве так хорошо сидели джинсы…

Пока Стив умывался в ванной, Хлоя сделала несколько бутербродов с индейкой и сварила кофе. Стив решил отложить разговор о своем плане. Он ел бутерброды с томатным соусом и рассказывал ей о том, как ехал домой на своем «Харлее» из Калифорнии в Чикаго. Для библиотекарши, которая увлекалась вязанием, она была довольно приятна в общении, задавала правильные вопросы и смеялась в нужных местах.

У нее было очень выразительное лицо. Ее глаза, даже спрятанные за очками, были красивыми и излучали радость. Нет, она не была старомодной дурнушкой, как ему сначала показалось.

Но она и не была сногсшибательной красавицей. Она была где-то посередине. И в ней определенно что-то было.

Стив подумал, что ей необходим человек, с которым она могла бы хорошо проводить время. Не в плане секса, конечно. Он был не из тех, кто мог соблазнить женщину и оставить ее. Он приехал в город всего на несколько недель, а потом ему нужно будет возвращаться на службу. Все казалось таким простым: им не нужны романтические отношения. Может, все же имеет смысл объединиться?

Ему осталось лишь убедить ее в этом.

Наконец он решился:

— Теперь я не кажусь тебе таким страшным? Как насчет моего плана? Может, все же объединим наши усилия?

— Я по-прежнему думаю, что не стоит обманывать твою бабушку.

Стив понял, что она еще не готова принять его план, и не стал давить. Пусть ему пока не удалось убедить ее, но он обязательно сделает это чуть позже. В конце концов, он был военным и привык добиваться своего.

Хлоя всегда делала покупки в субботу днем. И хотя эта суббота началась с появления Стива у нее дома, она не собиралась менять своего распорядка дня.

— Извините, — пробормотала она, отвлекаясь от своих мыслей, когда столкнулась с другой тележкой. — Что ты здесь делаешь? Ты что, меня преследуешь?

Неужели ей негде скрыться от капитана военно-морских сил в обтягивающих джинсах? Даже в бакалейном отделе супермаркета!

— Нет, — Стив, казалось, даже не удивился, встретив ее в магазине. — Я покупаю продукты для бабушки.

— Ты? Но я тоже покупаю для нее продукты! — воскликнула Хлоя.

— Покажи мне твой список, — сказал Стив неожиданно низким и сексуальным голосом, который заставил Хлою подумать о нем, возлежащем на мятых атласных простынях.

«Что со мной происходит? Может, у меня температура? Откуда такие бредовые мысли?» — думала Хлоя, хмурясь.

Блеск его зеленых глаз подсказал ей, что он понял, какое впечатление на нее производит.

Она дала ему свой список.

— Я предупреждал, — сказал Стив, изучив ее список — он был точно таким же, как и у него. — Я говорил тебе, что она так просто не сдастся. Она это подстроила. Лучше все же послушать меня и сделать так, чтобы она поверила, что мы вместе. Иначе нам все время придется терпеть ее уловки.

Хлоя нахмурилась.

— Лучше для кого?

— И для тебя тоже. Ты знаешь Роланда Кнэба? — он хитро улыбнулся.

— Да, знаю. Пятидесятилетний бухгалтер, живет с матерью на соседней улице. Маленький, толстый и почти лысый, — Хлоя поморщилась.

— Ну, говорят, внешность для мужчины не главное. Должно быть, он отличный парень, — сказал успокаивающе Стив.

— Почему ты мне об этом говоришь?

— Потому что он следующий в списке.

— В каком списке?

— В списке претендентов на роль твоего мужа. Господи, и почему Ванда решила, что у нее есть что-то общее с этим лысым бухгалтером? Если потому, что они оба ведут замкнутый и одинокий образ жизни, то это еще не повод жениться.

— С чего ты взял, что Ванда хочет, чтобы я вышла за него замуж? — подозрительно спросила Хлоя.

— Секретная информация, — таинственно прошептал Стив.

— Спасибо, что согласилась купить мне продукты, — сказала Ванда, угощая Хлою своим знаменитым печеньем.

— Ваш внук дома? — спросила Хлоя. Меньше всего она хотела сейчас видеть Стива.

— Стив куда-то ушел. Он тебе понравился, правда?

Хлоя не знала, что и ответить. И решила промолчать.

Несмотря на почтенный возраст, Ванда все еще была подвижной миниатюрной женщиной с красивыми голубыми глазами. И сейчас она выжидающе смотрела на Хлою. Она хотела поговорить с ней о Стиве. Хлоя это чувствовала и пыталась уйти от разговора о ее внуке.

— Это новая? — она указала на маленькую керамическую фигурку черепашки. Десятки черепашек стояли по всему дому Ванды. — Почему вам так нравятся черепахи?

— Разве я тебе не рассказывала? — Ванда достала с полки одну из черепашек и дала Хлое. — Черепахи носят свой дом у себя на спине. Если ей нужно что-то предпринять, это значит, что для этого ей придется рискнуть и высунуть голову. Иначе у нее ничего не получится.

Хлоя была уверена, что в этом был какой-то скрытый смысл, но она его не увидела.

— Мои родители рискнули и увезли меня из Польши во время Второй мировой войны, — продолжала Ванда. — Я рискнула и после войны вышла замуж за американского военного, хотя знала его всего две недели. И он привез меня в Америку. Черепахи напоминают мне о том хорошем, что может случиться, если ты однажды рискнешь. А для этого нужно всего лишь высунуть голову и действовать.

— Действовать? — Хлоя задумалась. — Вы имеете в виду встречаться с вашим внуком?

Ванда улыбнулась:

— Он ведь очень симпатичный, не правда ли?

— Правда. Но, Ванда, я не хочу сейчас никаких отношений.

— Ты как черепаха, которая спряталась в своем панцире и не хочет никуда идти, не хочет двигаться дальше, — Ванда покачала головой. — Это плохо.

— Да, я понимаю, — согласилась Хлоя, — но сейчас для меня так лучше.

— Тебе нужен кто-то, кто любил бы тебя и заботился о тебе. Но если тебе не нравится мой внук, у меня есть еще кое-кто на примете, — Ванда воодушевилась. — Роланд Кнэб, преуспевающий бухгалтер с соседней улицы. Он такой же, как и ты. Может, двум черепахам вместе будет даже лучше?

Как Хлоя ни старалась убедить Ванду в том, что ей никто не нужен, у нее это не получилось. Стив был прав. Возможно, он предлагал единственно правильный способ избавиться от вечных попыток Ванды выдать ее замуж.

Хлое удалось сбежать от Ванды только тогда, когда приехал Стив.

— Расскажи мне еще раз про твой план, — Хлоя надеялась, что ее голос не звучал так отчаянно, как она себя чувствовала.

Стив самодовольно улыбнулся:

— Я рад, что ты наконец все поняла. Мы обсудим это сегодня за ужином.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

— Кого я пытаюсь обмануть? — Хлоя бросила очередную длинную серую юбку на кровать в кучу таких же юбок. — Все, что я ношу, совершенно никуда не годится. Особенно для ужина с ним.

— Мы обязательно что-нибудь найдем, — бодро сказала ее подруга Линн Скотт. — У тебя сегодня ответственный вечер. Ты представляешь всех библиотекарей. И ты должна доказать, что мы не невзрачные книжные черви, как о нас все думают.

— Да, но я и есть невзрачный книжный червь! — угрюмо возразила Хлоя.

— Ну, тогда давай сделаем тебя нарядным книжным червем. Как насчет этого? — Линн достала из шкафа черное платье.

— Я надевала его на похороны нашего бывшего начальника в прошлом году.

— Кажется, нашла! — Линн достала красную блузку и черную юбку. — Я думаю, это прекрасно подойдет к твоим черным волосам и светлой коже.

— Я никогда их не надевала, — сказала Хлоя с сомнением. — Может, вообще все отменить? Ненавижу одеваться для кого-то!

Линн покачала головой:

— Дорогая, это твоя первая ошибка. Ты одеваешься не для кого-то, а для себя. Померяй!

Пока Хлоя переодевалась в ванной, Линн подобрала ей колготки телесного цвета и туфли на маленьком каблучке.

— А ничего, — сказала она, оценивающе оглядывая Хлою. — Только расстегни верхнюю пуговицу.

— Но виден мой лифчик!

— Ну и что? Красивый черный лифчик. Абсолютно нечего стыдиться.

Хлоя вздохнула:

— Да уж, тебе легко говорить. Не ты ужинаешь с капитаном военно-морских сил США…

— Поверь мне, я охотно поменялась бы с тобой местами. Хотя не думаю, что мой муж это одобрил бы.

— Ладно тебе, ты ведь никогда не променяешь Дэйва ни на кого другого.

— Верно, — согласилась Линн. — Успокойся и постарайся получить от этого ужина удовольствие. Я должна идти. Но обязательно позвони мне, как только вернешься. Я хочу знать все до мельчайших подробностей.

Хлоя чувствовала себя виноватой из-за того, что она не рассказала Линн о плане Стива. Но она сама хотела узнать подробности этого плана, чтобы принять окончательное решение. И избежать принудительных встреч с Роландом с соседней улицы.

Чтобы хоть немного успокоиться до прихода Стива, Хлоя взяла книгу и начала читать. Это всегда ей помогало. Книга настолько увлекла ее, что она не сразу поняла, что Стив уже довольно давно стучит в дверь.

Она глубоко вздохнула, посмотрела на себя в зеркало и открыла дверь.

— С тобой все в порядке? — встревоженно спросил Стив.

— Да, а что?

— Ты потрясающе выглядишь. И ты очень долго не открывала дверь. Я уж было подумал, не струсила ли ты и не передумала насчет ужина.

— Не сомневалась ни минуты, — соврала Хлоя. — Едем!

Стив открыл дверь машины и подождал, пока Хлоя сядет. Его манеры были безукоризненны. В наши дни это встречается крайне редко. Брэд, например, никогда не открывал для нее двери. Она думала, что это потому, что он считал ее современной, свободных взглядов женщиной. Теперь же она поняла, что он был просто лентяем и эгоистом.

— Куда мы едем? — спросила она.

— В Линкольн-Парк. Я думаю, тебе там понравится.

Понравится? Она обожала это место. Особенно его интерьер, такой домашний и уютный. А какие там чудесные фонарики! Ей всегда хотелось прихватить один домой.

Их посадили за столику окна. Из окон открывался великолепный вид на Линкольн-Парк. За деревьями виднелся горизонт с размытыми очертаниями зданий. Красноватый свет от закатного солнца проникал в зал и создавал впечатление уюта.

Когда Хлоя увидела цены в меню, она поперхнулась от удивления. Заметив ее выражение лица, Стив поспешил ее успокоить:

— Не волнуйся, я при деньгах.

К ним подошел официант и принес им первое блюдо. Они оба заказали себе кукурузный суп. Он был настолько вкусным, что Хлоя даже закрыла глаза от удовольствия. Божественно вкусно!

Выражение блаженства на ее лице заставило Стива нервничать. Слишком возбуждающе она выглядела в тот момент. Хотя он готов был поспорить, что она даже и не старалась. Когда же она облизнула капельку супа с нижней губы, у Стива закружилась голова. Он взял стакан холодной воды и стал пить большими глотками. Как-то странно действовала на него эта библиотекарша.

Он раньше никогда не видел, чтобы женщины ели с таким удовольствием. Чтобы они так чувственно облизывали губы. Он вообще на это не обращал внимания. Или обращал? Он запутался. Может, у него просто долго не было женщины?

— Почему ты не ешь суп? — спросила Хлоя. — Что-то не так?

Конечно, не так. Он должен был повстречаться какое-то время с соседской девушкой, а не страстно ее желать с самого начала.

— Нет, с супом все в порядке, — подумав, ответил Стив.

Дальше лучше не стало. Им принесли главное блюдо. Он заказал лосося, а она — морские гребешки с грецкими орехами. Выражение блаженства просто не сходило с ее лица, и это не добавляло Стиву аппетита.

Не мог же он влюбиться в библиотекаршу! Он в отпуске и приехал погостить к бабушке всего на несколько недель. К тому же она не в его вкусе.

Хотя сегодня она выглядела просто великолепно. Красное шло ей гораздо больше, чем неопределенно-тусклые цвета, в которых он видел ее эти два дня.

«Нет, этого не может случиться, — внушал себе Стив. — Повстречаться немного для бабушкиного успокоения, повеселиться, и все. Ничего в этом страшного нет. Никто не заставляет меня жениться на ней и на всю жизнь остаться в Чикаго. Мы просто проведем какое-то время вместе и разойдемся».

— Что-то ты подозрительно молчалив сегодня. — Хлоя снова попыталась начать разговор.

— Извини, — после сеанса самовнушения Стиву стало немного легче. — Так тебе здесь нравится?

— Безумно! — воскликнула она в восторге. — Как ты считаешь, они не заметят, если я утащу домой один фонарик?

— Думаю, заметят. К тому же он не влезет в твою сумочку, и ты не сможешь его вынести из ресторана.

— Этого-то я и боялась! — с притворным ужасом сказала она.

— А чего ты еще боишься?

— Просроченных книг, — она наклонилась чуть вперед и доверительно прошептала:

— Мысли об этом не дают мне спать по ночам.

У библиотекарши было чувство юмора. И великолепные ножки. Это было то, что он ценил в женщинах больше всего.

На десерт им принесли шоколадный мусс с лесными орехами. Слизав последнюю капельку шоколада с губы, Хлоя торжественно заявила:

— Ради такого ужина можно умереть! Но ты так и не рассказал мне про свой план.

— Точно, — Стив собрался и постарался больше не отвлекаться на мысли о ее ногах и губах. В конце концов, он был пехотинцем и с отличием окончил военно-морское училище, к тому же обладал потрясающей силой воли. — Итак, как я уже говорил, нам стоит объединить наши силы в борьбе против замыслов моей бабушки нас поженить. Поскольку нам не нужны сейчас никакие отношения, а убедить в этом бабушку не представляется возможным. Если у нее не получится свести нас вместе, она будет пытаться свести нас с другими людьми. Тогда отделаться от нее будет сложнее. Так что смысл в том, чтобы сделать вид, что мы встречаемся, определенно есть.

— А что ты имеешь в виду?

— Мы будем командой. В армии часто используют систему напарников. Потому что с напарником легче достичь определенной цели.

— Какой цели?

— В твоем случае это — вести более активный образ жизни. Я могу помочь тебе подготовиться к этому.

Его слова задели ее гордость: почему он считает, что она не умеет развлекаться? Может, у нее просто не хватает на это времени. Хлоя почувствовала себя жалкой.

— Конечно, эта самая малость, что я могу для тебя сделать, если ты меня выручишь. Я останусь в неоплатном долгу перед тобой.

Что ж, последние слова немного подняли ей настроение. Ему нужна была ее помощь. Это хорошо.

— Если моя цель — вести более активную жизнь, то какова твоя цель? — спросила Хлоя.

— Быть более осторожным в отношениях.

— Да уж, я бы не сказала, что ты осторожен в отношениях. Мы знакомы с тобой всего несколько дней, а ты уже предлагаешь объединить силы и стать командой.

— Да, — согласился Стив, — командой, не парой.

Разница между командой и парой определенно есть. И разница огромная. Команда двигается к намеченным целям без романтических отношений. Их цели различались, но они могли помочь друг другу. Что плохого в этом? Ей надоело всегда все продумывать.

— Хорошо, я согласна.

— Замечательно! — Стив улыбнулся. — Я думаю, это стоит отпраздновать.

Они подняли бокалы с вином.

— За нашу команду! — сказал Стив.

— За команду! — согласилась Хлоя. Она мысленно напомнила себе, чем отличается команда от пары, и пообещала себе не влюбляться в Стива и сосредоточиться на своем преображении. Она готовилась стать новой женщиной.

Рано утром его разбудил звонок мобильного телефона:

— Итак, когда свадьба? — спросил Стива его брат Рэд, тоже военный, женатый уже полгода.

Стив уже привык к насмешкам своих четырех братьев, поэтому никак не отреагировал на колкость Рэда:

— Никакой свадьбы не будет.

— Я бы посоветовал тебе остерегаться этого книжного червя, — предупредил Рэд. — У них дар, я тебе говорю. Слишком уж ловко они прокрадываются сначала тебе в мысли, а потом и в душу.

— Не волнуйся за меня, — успокоил брата Стив. — У меня есть план…

— Ага, у меня тоже был план.

— Я не имею в виду твою свадьбу.

— Я тоже. Свадьбы не было в моих планах, — признался Рэд. — Я просто попросил Серену притвориться моей невестой на некоторое время. И вот что из этого вышло.

— Я не знал об этом.

— Поэтому я тебя и предупреждаю. Ты в беде, братишка!

— Не думаю. А разве ты жалеешь о том, что женился на Серене?

— Ни в коем случае! Это было лучшее, что я сделал за всю свою жизнь!

— Я рад за тебя. Но все же я не попадусь на эту удочку, — заверил брата Стив.

Хлоя услышала звон колокольчиков. Откуда у нее в доме колокольчики? Не открывая глаз, она потянулась к будильнику, чтобы его выключить. Звон не утихал, заставляя ее проснуться окончательно.

Это звонит телефон. В восемь часов утра! Ей удалось уснуть только под утро, но и этот недолгий сон был беспокойным: полуобнаженный Стив, склонившийся над капотом ее машины, будоражил воображение.

— Я слушаю, — сказала она сонно.

— Будь готова через пятнадцать минут, — голос Стива звучал властно.

— Готова к чему? — не поняла девушка.

— Ко мне.

Чтобы приготовиться к нему, ей понадобилось бы гораздо больше пятнадцати минут. Несмотря на все его заверения вчера за ужином, какая-то ее часть ждала от него чего-то большего, чем крепкое пожатие руки на ночь.

Конечно, это хорошо. Это доказывало, что у него были серьезные намерения, что они действительно были командой, что здесь не было страсти или каких-то чувств. По крайней мере, с его стороны. Насчет себя после ночных видений она сомневалась. Но ему не обязательно было об этом знать.

— Надень что-нибудь простенькое: майку, джинсы. Так тебе будет удобнее.

— Куда мы едем?

— Узнаешь. Время пошло, — бодро сказал Стив и повесил трубку.

Ровно через пятнадцать минут она открыла входную дверь и увидела Стива, сидящего на своем «Харлее» перед ее домом. Он одарил ее лучезарной улыбкой и похлопал по сиденью:

— Запрыгивай!

ГЛАВА ПЯТАЯ

Она не была уверена, что хочет этого. Но тут же вспомнила о своей цели: вести более активный и интересный образ жизни. Деваться было некуда.

— Познакомься. Это «Харлей-Дэвидсон» — произведение искусства, — сказал он восторженно и начал рассказывать про технические характеристики своего сокровища.

Тем временем Хлоя неуклюже забралась на пассажирское сиденье позади Стива. Ее впечатлили не характеристики мотоцикла, в которых она ничего не понимала, а то, как потрясающе выглядел Стив в простой белой футболке, джинсах и коричневой кожаной куртке. Он казался более мощным, чем сам «Харлей-Дэвидсон».

— У меня есть для тебя запасной шлем, — сказал он и аккуратно надел его ей на голову. — Теперь поехали!

— А куда мы все-таки едем?

— Развлекаться!

Из-за шлема Хлоя не расслышала, что сказал Стив. Когда он включил двигатель, Хлоя перестала слышать вообще. «Харлей» оказался очень шумным.

Она никогда раньше не каталась на мотоцикле. Чтобы не упасть, она покрепче сжала ногами сиденье, а руками вцепилась в Стива. Они ехали очень быстро. Домики промелькнули перед глазами и исчезли.

— Нравится? — прокричал Стив.

Она не была в этом уверена. Ей было страшно и… горячо. Может быть, оттого, что она обнимала сидящего впереди Стива. А может, оттого, что двигатель мотоцикла нагрелся и вибрировал под ней. И она должна была признаться себе, что ей это нравится. Во всяком случае, такое возбуждение она испытывала впервые в жизни. А вычислять в процентном соотношении, от чего ее возбуждение сильнее — от близости Стива или от вибрации мотоцикла, — она была не в состоянии.

Но куда ей девать руки? Они все время сползали с его живота на пряжку ремня. Наконец она спрятала руки под его куртку и обняла его поверх футболки. Хлопок был мягким и приятным на ощупь. Она прижалась щекой к куртке Стива и вдохнула его аромат, такой свежий и приятный. От него пахло кожей, мылом и просто мужчиной.

Беспокойство Хлои усугублялось еще и тем, что она до сих пор не знала, куда они едут. Судя по дорожным знакам, они направлялись на север. Ей очень хотелось спросить его, куда он ее везет, но она не решалась, поскольку для этого ей надо было отодвинуться от его спины. А к этому она была еще не готова. Ее смелости хватало лишь на то, чтобы изредка поворачивать голову и смотреть по сторонам.

Чем дальше они отъезжали от города, тем красивее становилось вокруг. Осень за городом была более яркой и заметной. Зелень лета уже давно сменилась желтыми и багровыми оттенками осени.

Хлоя попробовала сесть прямее, чтобы заглянуть через плечо Стива. Не получилось — он был слишком высоким. Может, если она чуть-чуть наклонится, в сторону… В тот же момент мотоцикл накренился, и ей показалось, что она сейчас упадет. Она оставила попытки разглядеть дорогу и еще сильнее прижалась к Стиву.

Руки опять соскользнули на пряжку ремня. Одной рукой держа руль, другой он вернул ее руки обратно себе на грудь.

Хлоя обиделась. Она надеялась, он не подумал, что она пристает к нему. Ее лицо горело от стыда. Она очень хотела объяснить ему, что руки нечаянно соскользнули, но она не могла перекричать рев мотоцикла.

Она попыталась переключить внимание на природу. Деревенские пейзажи были не только красивыми, но и умиротворяющими: красные крыши фермерских домиков, амбары, стога сена. Вдоль дороги росли дубы, клены и другие деревья. Казалось, на их кроны пролили золотую и красную краски. Она любила осень. Переменчивая погода могла напомнить об ушедшем лете теплым ветерком или о предстоящей зиме — проливными дождями.

Только сейчас она подумала о том, что ее любимое время года — одно из самых ярких. Если она любила тишину и приглушенность во всем, почему ей так нравилась осень с ее буйством красок?

Наконец Стив притормозил у большого фермерского дома. Хлоя подумала, что они уже приехали, но, увидев огромные корзины с яблоками, удивилась.

— Мне показалось, что неплохо было бы сделать остановку, — сказал Стив, с легкостью соскочив с мотоцикла.

Хлоя не была уверена, что она сможет это повторить. Ноги были как ватные.

— Хорошая идея, — сказала она хрипло.

— Тебе помочь снять шлем? — спросил он, видя ее безуспешные попытки снять его.

— Нет, спасибо, я сама.

Не только ноги, но даже пальцы ее не слушались. Она никак не могла справиться с ремешком. Наконец Стив не выдержал и расстегнул ей ремешок, уже в который раз дав ей почувствовать, насколько нежными могут быть прикосновения такого сильного мужчины.

— Мы едем на озеро Дьявола. Устроим небольшой пикник. А здесь мы купим немного еды.

Это была хорошая новость. Хлоя не успела позавтракать утром и сейчас очень хотела есть.

Они подошли к многочисленным корзинам с яблоками. Под каждой корзиной была табличка с названием сорта. Хлоя готова была поспорить, что в самом доме было огромное количество сортов сыра. В конце концов, это был Висконсин.

— Ты знаешь, что штат Висконсин ежегодно производит более двух с половиной миллионов фунтов сыра в год, — сказала Хлоя и тут же пожалела о сказанном. Она выдавала статистику, только когда сильно нервничала. У нее было полно таких мелочей в голове — в этом заключалась ее работа в библиотеке. Ей часто приходилось искать подобную информацию — от годовой нормы осадков в Бразилии до продолжительности жизни бурого медведя.

— Тебе нравится чеддер? — спросил Стив.

— Да, это мой любимый сыр.

— Там еще есть сосиски. Давай возьмем свиные, — предложил он, бросая в корзинку две упаковки сосисок.

Они вернулись к «Харлею». Стив положил покупки в сумки и закрепил их на заднем сиденье.

— Готова?

Она кивнула и уверенно закинула ногу на сиденье.

— Ты делаешь успехи! — он одобрительно похлопал ее по плечу.

Дорога на озеро Дьявола была очень живописной: они ехали по извилистым дорожкам через холмы, поросшие ветвистыми деревьями. Наконец через главные ворота они въехали в национальный парк.

Пока Стив ставил мотоцикл на стоянке, Хлоя подошла к ближайшему столику для пикников и принялась раскладывать продукты.

— Что ты делаешь? — спросил Стив.

— Собираюсь поесть.

Стив покачал головой, подошел к столику и собрал продукты обратно в сумку.

— Не здесь? — спросила она удивленно. — Какой же столик ты хочешь?

Стив снова покачал головой:

— Мы не будем есть за столом.

— А где?

Стив указал на высокий утес, нависающий над озером:

— Там. Надеюсь, ты не боишься высоты?

— Если я скажу, что боюсь, это что-нибудь изменит?

— Нет, — сказал Стив и улыбнулся. — А знаешь, этот утес один из самых старых на земле. Ему около миллиона лет. Я это в Интернете прочитал, — ответил он на ее удивленный взгляд.

Она не без удовольствия отметила, что Стив тоже способен иногда выдавать статистические сведения. Теперь она не стыдилась своих комментариев про Висконсин.

— Пойдем, — сказал он и взял ее за руку.

За все время, что они шли к утесу, он не сказал ни слова. И это было не потому, что ему не нравилось ее общество. Наоборот — Хлоя начинала ему нравиться все больше и больше. Это его пугало. Она как-то странно на него действовала. Он вспоминал о том, как она прижималась к нему во время поездки на мотоцикле, как ее руки скользнули на его ремень… Стив изо всех сил убеждал себя в том, что все под контролем. Они ведь команда. Никаких романтических отношений, никакого секса и даже никаких мыслей о сексе. Он только что пережил неудачное расставание и не хотел, чтобы нечто подобное случилось вновь. Все в порядке, все идет по плану.

Хлою не смущало его молчание. Оно ее даже радовало — Стив не услышит, как она задыхается, но не от усталости, а от волнения. Она была в отличной форме, и обычно пешие прогулки давались ей легко. Но там не было Стива, который бы держал ее за руку.

— Вот мы и пришли! — сказал он, когда они наконец добрались до места почти на вершине утеса, откуда открывался великолепный вид.

Стив разложил еду на камне.

— Не правда ли, здесь гораздо лучше, чем там, внизу, на столике для пикника?

Хлоя кивнула и подумала, что сама никогда бы не рискнула забраться так высоко. Она не любила рисковать. Возможно, из-за ее тети, любившей частенько напоминать ей, что если бы ее родители не рискнули и не наняли частный самолет на годовщину своей свадьбы, то остались бы в живых.

— Сейчас все будет готово, — Стив нарезал сыр и яблоки армейским перочинным ножом.

Когда он предложил ей кусочек яблока, ей почему-то сразу вспомнилась сцена в саду Эдема — только наоборот. Стив вводил ее в искушение. Взять яблоко или нет? Начать новую жизнь или оставить все как есть и жить спокойно и незаметно? Хлоя взяла яблоко.

— Ты когда-нибудь была здесь раньше? — спросил он.

Она покачала головой.

— Странно. Это самое популярное место отдыха среди жителей Чикаго.

— Я не всегда жила в Чикаго. Мы жили здесь, когда живы были родители. Но когда они умерли, я переехала к Джэнис — старшей сестре моей мамы.

— Помню. Ты говорила, что вы не были с ней близки.

— Да, она даже не хотела, чтобы я называла ее тетей.

— Почему? — удивился Стив.

— Она говорила, что не чувствует себя чьей-то тетей. Поэтому я называла ее просто Джэнис. — Хлоя остановилась, чтобы откусить яблоко. — Я даже не видела ее до того, как умерли мои родители. Они не были близки с мамой, но ей пришлось меня взять, поскольку она была единственной моей родственницей. Она жила в штате Массачусетс. Я переехала к ней, когда мне было восемь лет.

— Наверное, тебе было с ней плохо…

— Она отдала меня в школу-интернат, когда мне исполнилось двенадцать. Я провела там шесть лет. Так что я жила с ней всего четыре года.

Но эти четыре года произвели на меня неизгладимое впечатление.

— Тебе понравилось в интернате? — спросил Стив.

— А тебе понравилось в военной школе?

— В военной школе было очень тяжело, — признался он.

— В интернате тоже было тяжело. Меня спасали книги. Там была потрясающая библиотека и очень добрая библиотекарша. Книги уносили меня в другой мир — с замками, храбрыми рыцарями и прекрасными дамами…

— Тебе нравится история?

— Мне нравится читать. Не важно что: историю, биографии, психологию… Для меня книга — портал в другой мир. — Хлоя удивилась, почему она рассказывает ему такие личные вещи. — Извини, я много говорю.

— Да ничего, это интересно.

— Теперь твоя очередь. Расскажи о себе. Каково это — иметь брата-близнеца? — ее почему-то всегда интересовал этот вопрос.

— Ну, мы не очень похожи, — Стив разрезал еще два яблока.

— Да, я знаю. Твоя бабушка показывала мне фотографии.

Он улыбнулся:

— Тогда ты знаешь, кто у нас самый красивый в семье.

— Все твои братья неплохо выглядят, — заметила она.

— Это отретушированные фотографии.

— Значит, ты симпатичнее, чем твой брат Том?

— Том неплохо выглядит, — сказал Стив. — По крайней мере, многие женщины так думают. Но я, конечно, лучше.

— Ну конечно! — подтвердила она. — А как насчет твоих старших братьев?

— Они женаты.

— Ты так говоришь, будто я ими интересуюсь.

— Нет, я не то имел в виду. Я хотел сказать, что из всех братьев Козловски только Том и я пока не женаты.

— Вы с братом служите вместе?

Стив покачал головой и стал серьезным:

— Он сейчас на Ближнем Востоке.

— Ты беспокоишься за него? — спросила она.

— Он знает, как о себе позаботиться.

— Ты так и не рассказал, каково иметь брата-близнеца, — напомнила Хлоя.

— Я даже не знаю, — Стив задумался. — Вроде бы ничего особенного.

— А у вас нет никакой внутренней связи? Говорят, близнецам это свойственно.

Да, у них с Томом определенно есть связь, но Стив не хотел этого признавать, потому что для него это было странно и необъяснимо. Когда они были детьми, у Тома разорвался аппендикс. Стив тоже почувствовал боль. Они одновременно болели ветряной оспой. А совсем недавно они, не сговариваясь, купили одинаковые мотоциклы.

— Я даже не могу себе представить, каково это — иметь родного брата или сестру, — Хлоя потянулась за сыром и крекером. — А тем более брата-близнеца. Просто кого-то родного и близкого, чтобы не было так одиноко.

— Представляю, как тебе было одиноко в интернате.

— Да, — призналась она. — Я чувствовала себя не в своей тарелке. У меня так и не получилось завести друзей. В колледже я тоже была одинокой. Всегда с книжками в руках, с книжками в рюкзаке. Эдакая зануда…

— Но ты больше не зануда, — успокоил ее Стив. — Как тебе в первый раз?

— Что? — переспросила она.

— Как тебе твоя первая поездка на «Харлее»? — уточнил он. — А ты о чем подумала?

Она не собиралась говорить ему, о чем подумала она. Дело в том, что она до сих пор была девственницей. Она этого никому не рассказывала. В колледже у нее были знакомые парни, но она никогда не думала о сексе с ними. Впрочем, они тоже.

Может быть, дело в том, что она была старомодной и ждала подходящего мужчину, которого полюбила бы, за которого хотела бы выйти замуж, родить ему детей и провести с ним всю свою жизнь. И только после замужества заниматься с ним любовью.

Она мысленно вернулась к настоящему и запоздало ответила на вопрос:

— Моя первая поездка на «Харлее» была незабываемой.

— В каком плане?

Но почему-то Хлое не хотелось говорить ему, что ее больше волновала близость к нему, а не скорость мотоцикла.

На обратном пути Хлоя размышляла о том, как все же здорово жить одним днем, не думая о том, что будет завтра. Спонтанность начала ее привлекать. Однако ее пугало то, что ей так хорошо со Стивом.

Задумавшись, она не заметила камень под ногами и, споткнувшись, упала прямо в объятия Стива. Она была так близко к нему, что заметила маленькие морщинки у глаз, красивую форму бровей и длинные пушистые ресницы. Он был удивительным человеком, сильным, но нежным, внимательным, но требовательным. В такие минуты он заставлял ее чувствовать себя слабой и неопытной. Он излучал уверенность. Это проявлялось в самой его походке. Гордость была его второй натурой. Казалось, он мог приспособиться к любому окружению. Он гармонично смотрелся как на мощном мотоцикле, так и на кухне у бабушки.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Да, — сказала она, вставая на ноги. Пора было возвращаться в реальный мир. Они были командой. Ничего личного, никакой романтики.

По дороге домой Хлоя постаралась отвлечься, любуясь красивейшим закатом. Небо было чистое и светлое. Оно заполнило весь горизонт. Солнце — большой огненно-красный шар — висело над линией горизонта.

Это был идеальный день. Она не могла вспомнить, когда ей в последний раз было так хорошо. Может быть, никогда.

Когда они подъехали к ее дому, было уже темно. Стив остановился у обочины. Света от фар мотоцикла было достаточно, чтобы она могла найти дорожку и не запутаться в траве.

Она слезла с мотоцикла и покачнулась — у нее затекли ноги после долгой поездки.

— Стой! — Стив положил руки на ее плечи.

Хлоя положила руки на его грудь. Он медленно притянул ее к себе. Он позволял ей сделать выбор: уйти или остаться.

Решение пришло от сердца. Никакой логики в ее решении не было.

Стив взял ее за подбородок и придвинул ее лицо к своему. Он наклонился к ней и осторожно поцеловал ее нижнюю губу.

У нее был шанс уйти, но теперь было уже слишком поздно останавливаться. Она закрыла глаза, предвкушая поцелуй. А что, если все будет не так, как она себе представляла? Что, если не будет того волшебства, которого она ждала от поцелуя? Она запаниковала, но отступать было слишком поздно.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Стив умел целоваться. Осторожно, медленно он начал целовать ее губы, не пытаясь проникнуть дальше. Не было той настойчивости, к которой она привыкла с Брэдом. Стив будто ненавязчиво приглашал разделить с ним удовольствие. Неторопливая нежность поцелуя заставляла Хлою трепетать. И когда Стив, наконец, коснулся ее языка своим, она была более чем готова к этому, от ее страха не осталось и следа. На его место пришла страсть. Сдержанный и осторожный вначале, их поцелуй становился опасным и возбуждающим.

Что она делает? Что вообще происходит? Это поцелуй на прощание? Почему она стоит здесь и тает в его объятиях, словно изголодалась по любви? Это унизительно. Хлоя отстранилась. Стив без возражений отпустил ее.

Ей захотелось убежать в дом и спрятаться там.

— Спасибо за чудесный день, — сказала она, выдавив вежливую улыбку. — Мне было очень хорошо.

Она с удовольствием отметила, что ее голос звучал бодро и радостно, без ноток отчаяния, которое начинало овладевать ею.

— Я рад, если это действительно так, — просто ответил он.

Попрощавшись, она переборола в себе желание бежать в дом и спокойным шагом направилась к веранде. Потому что она знала, что Стив смотрит на нее, и хотела выглядеть уверенно. Хотя уверенности в ней не было: этот день определенно изменил ее жизнь. Но к лучшему или к худшему — она пока не знала.

— Мы идем обедать, — не требующим возражений голосом сказала Лини, вставая из-за компьютера. — И ты мне расскажешь все, что вчера произошло. Я тебе звонила вечером, но тебя не было.

— Мы со Стивом ездили в Висконсин на пикник и приехали очень поздно. Поэтому я не стала тебе звонить, — рассеянно ответила Хлоя.

Она никак не могла сосредоточиться на работе, снова и снова возвращаясь к вчерашнему поцелую. Она машинально отвечала на вопросы, которые ей задавали посетители библиотеки. Поглощенная своими мыслями, она не слышала телефонные звонки. Сконцентрироваться не удавалось. Возможно, пойти пообедать сейчас лучшее решение.

Они с Линн всегда обедали в закусочной за углом.

— Как обычно, дамы? — с улыбкой приветствовал своих постоянных посетителей хозяин закусочной.

Они кивнули и прошли к своему столику.

— Начинай с вечера субботы! — требовательно сказала Линн, как только они сели за стол.

— Мы ходили в ресторан в Линкольн-Парк. Чудесный вид из окна и потрясающая еда, — коротко отвечала Хлоя.

— Он тебя поцеловал, после того как проводил домой?

— Нет, он вел себя как настоящий джентльмен. К тому же это было не свидание. Мы обсуждали его план — как заставить его бабушку поверить, что мы встречаемся. Маленькая ложь во спасение.

— Хорошо, — казалось, Линн расстроена услышанным. — А что насчет воскресенья?

— То же, — соврала Хлоя. — Было здорово! Я никогда до этого не ездила на мотоцикле…

— Ты? На мотоцикле?

Хлоя смущенно кивнула, ковыряя вилкой салат. Есть почему-то тоже не хотелось.

— Ты на мотоцикле! Да ты рисковая женщина! — шутливо сказала Линн.

— Я была в шлеме!

— Ну, тогда ладно! А куда вы ездили?

— Сначала я даже не знала, куда мы едем, — Хлоя начала оживленно рассказывать, увлекшись воспоминаниями.

— Он тебе не сказал? — перебила ее подруга.

— Нет, он просто приехал утром и сказал, чтобы я запрыгивала на его «Харлей», потому что мы уезжаем.

— И ты села на его мотоцикл, даже не зная, куда он собирается тебя отвезти?

Она кивнула.

— Это на тебя не похоже.

— Я учусь вести более увлекательную жизнь. Учусь развлекаться. Да, это всего лишь развлечение. Раньше у меня это как-то не получалось. Но никогда не поздно начать. Но, признаюсь, вечером мне было трудно слезть с мотоцикла, — она улыбнулась.

— Наверное, у тебя сильно болят ноги после мотоцикла?

— Они больше болят от лазанья по скалам на озере Дьявола, — призналась Хлоя. — Мы там устроили пикник. Это было здорово!

— Не сомневаюсь, — загадочно улыбнулась Линн.

— Что такое?

— Ничего, я просто рада, что ты отлично провела время. Что будет потом? Прыганье с парашютом?

Хлоя смутилась:

— Я всегда мечтала полетать на воздушном шаре.

— Ты шутишь, да?

— Нет.

— И у тебя хватит на это смелости? — не верила Линн.

— Мне поможет Стив…

— Как ты провел вчерашний день? — спросила Ванда внука.

— Отлично! — ответил он. — Я отвез Хлою на озеро Дьявола. Мы устроили пикник. Все было замечательно.

— Я рада.

Стив отказывался чувствовать себя виноватым. Ведь он не врал бабушке: он действительно отвез Хлою на озеро и действительно хорошо провел время. И бабушке вовсе не обязательно знать про их план, про то, что они просто друзья…

Но как же поцелуй вчера вечером? Зачем он ее поцеловал? О чем он думал? Стив начал задавать себе больше вопросов, чем его бабушка. Ответ был прост: ему захотелось ее поцеловать.

А как было с Джиной? В чем была его ошибка? В том, что он в нее влюбился?

Очевидно, его ошибка была в том, что с Джиной все произошло слишком быстро. Значит, впредь нужно действовать более осторожно. Но это не в его привычках. Это его брат Том мог тщательно обдумывать и взвешивать каждое свое решение.

Но он тоже может этому научиться. Это одна из задумок его плана. Он учит Хлою рисковать, а она его — наоборот — осторожности. Но как она могла его научить осторожности, если она так легко позволила себя поцеловать и так страстно отвечала на его поцелуй?

Он вспомнил ее тихий и нежный голос, когда она рассказывала о своем детстве, об интернате… Неожиданный толчок локтем прервал его воспоминания.

— Стив! Ты меня не слушаешь! Ты думал о Хлое, да? — Ванда улыбалась. Она давно заметила, что Стив отвлекся, хотя продолжала говорить.

— Я думал о твоем вкусном печенье. Она погладила его по руке:

— Стив, я хочу, чтобы ты был счастлив. Я хочу, чтобы ты женился, осел на одном месте.

— Я военный, — возразил Стив, — я никогда не смогу осесть на одном месте.

— Ты знаешь, что я имею в виду.

— Ты тоже это имела в виду, когда женила Рэда?

— Он сам женился, — обиделась Ванда. — Хотя теперь я знаю, что, когда я приезжала к ним погостить, их помолвка была ненастоящей. Но сейчас их любовь настоящая. Я хочу того же для тебя.

— Я понимаю. Но спешить некуда.

— Но твой отпуск не будет длиться вечно!

— Вот именно поэтому давай оставим все как есть.

Стив чувствовал себя как школьник, ожидая Хлою у дверей библиотеки. Он пытался придумать, что он ей скажет. Но не мог подобрать слов. Он никак не мог прийти в себя после вчерашнего поцелуя. А она, кажется, была спокойной, так легко ему улыбнулась ушла домой, как будто ничего не произошло.

Неужели библиотекарши настолько привычны к таким поцелуям? Вряд ли. Представлять Хлою в объятиях другого мужчины ему почему-то было неприятно.

Он увидел ее еще до того, как она заметила его. Она шла к библиотеке с какой-то женщиной. Она снова была в образе типичной библиотекарши: свободные брюки непонятного темного цвета и свитер. Хотя некоторые улучшения все же произошли: свитер был красного цвета и делал ее более яркой. Две пряди, выбившиеся из хвоста, красиво обрамляли ее лицо. Она оживленно разговаривала с женщиной, которая, как ему показалось, была ее близкой подругой.

— Привет! — сказал он.

— Стив? — она удивленно, но обрадованно улыбнулась. — Не ожидала тебя здесь увидеть.

— Я был здесь по-соседству и решил заехать. Линн кашлянула, и Хлоя поспешила представить их друг другу.

— А мы только что о вас говорили, — сказала Линн.

Хлоя удивленно посмотрела на подругу.

— Я рассказывала, насколько красива и красочна осень в Висконсине, — начала оправдываться она.

Стив ухмыльнулся, дав понять, что он не поверил ни одному ее слову.

— Ну, мне пора, — сказала Линн и оставила их вдвоем.

Хлоя молчала, предоставив Стиву заговорить первым. И он не заставил себя долго ждать:

— Я хотел тебя предупредить: моя бабушка собирается пригласить тебя на ужин в среду.

— Как это мило с ее стороны.

— Она хочет познакомить тебя с моими родителями.

— Что?

— Да, — согласился Стив, — для меня это тоже было неожиданностью. Давай обсудим это сегодня за ужином? Если у тебя, конечно, нет никаких других планов.

— У меня нет других планов, — рассеянно ответила она.

— Чудесно, тогда я заеду за тобой в половине седьмого и мы вместе поужинаем. Договорились?

— Договорились! До вечера.

Они пошли в местную пиццерию, где готовили самую вкусную пиццу в городе.

Откусив первый кусочек, Стив зажмурился от удовольствия.

— А почему Ванда хочет познакомить меня с твоими родителями? — Хлоя заметно нервничала.

— А как ты думаешь?

— Я думаю, что она воспринимает все слишком серьезно.

— Не бойся, — успокоил ее Стив, — мои родители совсем не страшные. Хотя мой отец тоже бывший военный и вид у него достаточно суровый.

— У меня не очень большой опыт в общении с родителями, — сказала она, проигнорировав его шутку.

— Послушай, — сказал он, — это всего лишь ужин. Ничего серьезного.

— Тогда зачем ты хотел со мной сегодня встретиться и обсудить это?

— Это был лишь повод, — признался он и улыбнулся. — Я просто хотел с тобой увидеться.

Она не знала, что ответить. Его признание удивило ее и напомнило ей про вчерашний поцелуй. Пытаясь прогнать эти мысли, она вместе с тем страстно желала, чтобы поцелуй повторился.

— А еще я хотел поесть пиццу, — его улыбка превратилась в более привычную для него ухмылку. — И я подумал, почему бы тебе не составить мне компанию. Положить тебе еще кусочек?

Она кивнула и нахмурилась: его оговорка про пиццу кольнула ее самолюбие.

Она протянула тарелку, чтобы Стив положил еще кусочек пиццы и заметила пожилого человека, быстро приближающего к их столику.

— Ты внук Ванды? — спросил он.

— Да, я Стив Козловски. А вы?

— А я интересуюсь твоей бабушкой.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Стив нахмурился:

— Простите. Я, кажется, не расслышал.

— Нет, ты расслышал, и расслышал правильно. Я интересуюсь твоей бабушкой.

— В каком смысле? — Стив хотел уточнить, правильно ли он понял незнакомца.

— Я хотел бы пригласить ее на свидание.

— Вы что, спрашиваете у меня разрешения?

— Я хочу знать, что ты об этом думаешь.

— Что я думаю о том, чтобы вы пригласили мою бабушку на свидание? — Стив был явно озадачен. — Я даже не знаю, кто вы.

— Меня зовут Патрик О'Хара. Я владелец этого заведения и таверны по-соседству.

— Откуда вы знаете мою бабушку?

— Я живу неподалеку. Так что ты думаешь?

Стив посмотрел на свою пустую тарелку:

— Я думаю, что вы делаете великолепную пиццу.

Патрик нахмурился:

— Я имею в виду мое свидание с твоей бабушкой.

— Я не знаю, — Стив растерялся. — Ко мне еще никто с подобными вопросами не обращался. Хлоя, помоги мне, пожалуйста. Как ты думаешь, можно ли ему доверять?

— Он бесплатно поставляет продукты для вечеров в нашей библиотеке, — ответила Хлоя и благодарно улыбнулась Патрику.

— Итак, он поддерживает местные библиотеки. Что еще ты о знаешь об этом человеке?

— Мистер О'Хара стоит прямо перед тобой. Почему бы тебе самому не спросить у него все, что тебя интересует, — посоветовала она.

— Вы служили в армии?

— Да, четыре года. Воевал в Корее.

Ответ Патрика заставил Стива немного расслабиться. Армия, конечно, хуже, чем военно-морские силы, но все же это лучше, чем ничего.

— Вы хотите, чтобы я замолвил за вас словечко перед бабушкой?

— Точно! — Патрик довольно улыбнулся.

— Думаю, я смогу вам помочь, скажу, что встретил вас в ресторане, что вы о ней спрашивали и что вы владеете этим рестораном…

Стив неожиданно замолчал и подозрительно посмотрел на Патрика таким взглядом, от которого у новобранцев дрожат коленки.

— Вы имеете судимость? Только не лгите. У меня есть друзья в полиции Чикаго, и, если что, я могу это проверить.

Патрик даже не моргнул.

— У меня там работают двое сыновей и три внука. И у меня нет судимости.

— Это хорошо, — Стив одобрительно кивнул.

— Может быть, и вы замолвите за меня словечко? — обратился Патрик к Хлое.

— Мистер О'Хара, удовлетворите мое любопытство. Скажите, зачем вам все это нужно? Почему вы сами не подойдете к Ванде и не пригласите ее на свидание?

— Она не согласится.

— Почему вы так в этом уверены? — удивленно спросила Хлоя.

— Понимаете, — начал объяснять Патрик, — несколько месяцев назад на весенней ярмарке проводился кулинарный конкурс. Я был в составе жюри и оценивал десерты. И Ванда очень расстроилась, когда я не присудил первое место ее печенью.

— Я вам сочувствую, вы совершили огромную ошибку, — понимающе сказал Стив. — Ее печенье бесподобно. Она вам этого никогда не простит.

— Но булочки миссис О'Флаэрти были лучше! — искренне возразил Патрик.

— Тогда почему вы не приглашаете на свидание миссис О'Флаэрти с ее вкусными булочками? — ехидно спросил Стив.

Патрик выпрямился во весь рост и печально посмотрел на Стива.

— Точно так же ответила мне Ванда, когда я пригласил ее в первый раз. Но ведь мне было все равно, кто испек эти булочки, — сказал он обиженно. — Я присудил им первое место, потому что они были действительно вкусными. Если бы я знал, что Ванда так отреагирует… Поверьте, это был последний раз, когда я согласился быть судьей на подобных мероприятиях. Женщины принимают такие пустяки слишком близко к сердцу.

Стив понимающе кивнул:

— Это точно! Давайте продолжим эту беседу в другой раз, — предложил он.

Патрик смутился:

— Извините, что отвлек вас. Приятного аппетита.

Хлоя улыбалась. Она не знала, почему ей было так удивительно легко и хорошо с ним.

Два дня спустя Стив стоял в ее прихожей и ждал, пока она оденется.

— Ты нервничаешь? — спросил он.

— Пока ты меня об этом не спросил, не нервничала.

— Мои родители вовсе не страшные, — успокаивал ее Стив.

— Ты мог и не приходить за мной сюда.

— Я боялся, что ты испугаешься и откажешься прийти.

Она действительно очень боялась этого ужина, но отказываться было неприлично. «Соберись!» — приказала она себе.

— Куда я дела цветы и вино? — Хлоя отчаянно пыталась сосредоточиться, но ей это не удавалось. Кроме страха перед знакомством с родителями Стива она никак не могла справиться с волнением при виде Стива, который выглядел просто потрясающе в черном костюме и белой рубашке. — Только минуту назад они были здесь!

— Ты сейчас выглядишь еще более расстроенной, чем вчера вечером в суши-баре, — с улыбкой заметил Стив.

— Я просто не очень люблю экспериментировать со своим желудком, — рассеянно отвечала она, занятая поиском цветов. — Кстати, раз уж ты об этом заговорил… Я не думала, что военные США, истинные патриоты своей страны, любят японскую кухню.

— Почему бы и нет? — он пожал плечами. — Я попробовал суши полгода назад, когда был на Окинаве. Мне понравилось.

— Ага! Вот они где! — Хлоя наконец нашла цветы и вино. Она оставила их на журнальном столике, когда Стив позвонил в дверь и она пошла ему открывать.

Она потянулась за плащом:

— Все, я готова. Мы можем идти.

Стив взял у нее плащ. Она никак не могла привыкнуть к его старомодным манерам. Но ей очень нравилось, когда он за ней ухаживал, несмотря на ее феминистические взгляды. Это было приятно. Она чувствовала себя особенной.

Он помог ей надеть плащ и высвободить волосы из-под воротника, пока она застегивала пуговицы. Она вздрогнула от его неожиданно приятного прикосновения к шее и чуть не выронила бутылку вина.

— Я уже говорил тебе, как ты потрясающе выглядишь? — спросил Стив, беря у нее вино и открывая дверь.

— Нет. И ты не обязан этого делать.

— Я говорю только то, что есть на самом деле. Она с сомнением оглядела свой наряд:

— Ну, не знаю… По-моему, юбка немного коротковата.

— А по-моему, в самый раз. Мне нравятся короткие юбки.

— Я почему-то в этом не сомневалась, — сухо заметила она.

Это была та же самая юбка, которую она надевала, когда они ужинали в ресторане в Линкольн-Парке. Но на этот раз она надела ее с красной шелковой блузкой. Красный цвет — это сильный цвет, цвет страсти. И очень ей идет. По крайней мере, так сказала Линн, когда приезжала, чтобы помочь ей нарядиться.

— Идем! — поторопила она его. — Мы же не хотим опоздать.

— Мне нравится, когда ты нервничаешь, — поддразнивал ее Стив.

— Я всего лишь хочу быть пунктуальной.

— Конечно, мы все этого хотим. А также мы хотим, чтобы был мир во всем мире. Что?! — воскликнул он в изумлении, когда она в ответ на его шутку показала язык. — Куда катится мир, если даже воспитанные библиотекарши ведут себя так?

— Мы еще не такое умеем, — нежно прошептала она.

— Я постараюсь узнать это, — пообещал он. Ее неожиданно проявившаяся уверенность исчезла, как только она перешагнула порог дома Ванды, несмотря на то что бабушка Стива и его родители старались, чтобы она чувствовала себя комфортно.

Анжела Козловски, мать Стива, миниатюрная брюнетка с добрыми карими глазами, произвела на Хлою очень хорошее впечатление.

Понемногу ей удалось разговорить девушку. Анжела стала рассказывать ей о путешествии на Аляску:

— Мы еще не привыкли к обществу, так что заранее простите, если что не так. Мы только вчера вернулись с Аляски.

Побывать на Аляске была такая же давняя мечта Хлои, как и полетать на воздушном шаре. Хлоя забыла о своих страхах и оживилась:

— Это был круиз?

— Нет, мы ездили в своем трейлере. Мы объездили в нем почти всю страну. Но так далеко забрались впервые.

— Вы живете в Чикаго? — спросила Хлоя, только потом осознав, что она уже знает ответ: Ванда очень долго и подробно рассказывала ей обо всех членах семьи Козловски.

Анжела кивнула:

— Когда не путешествуем в трейлере. У нас дом в Чикаго. Но сейчас там идет ремонт. Поэтому Стив остановился у бабушки на время своего отпуска. А вообще-то, где мы только не жили! — Анжела махнула рукой и улыбнулась. — Только после того, как Стэн ушел в отставку, мы решили осесть в Чикаго.

— Они по привычке никак не могут усидеть на одном месте, — вставил Стив, — и поэтому колесят по стране в своем трейлере.

— Должно быть, у вас интересная жизнь, — заметила Хлоя.

— Да уж! — рассмеялась Анжела.

— Было очень увлекательно, например, когда у нас спустила шина на какой-то автостраде. И вокруг на многие мили ни одной машины, — сказал Стэн.

— Мне кажется, был более увлекательный пример, когда ты хотел сфотографировать медведя и подошел слишком близко к нему, — поддразнила Анжела мужа. — Мы привезли фотографии. Хотите посмотреть?

Хлоя улыбнулась. В их взаимных поддразниваниях было столько любви и привязанности друг к другу…

— Очень хочу!

— Не волнуйтесь, фотографий не очень много. Вы не успеете соскучиться, просматривая их.

— Мне не будет скучно, — заверила Хлоя.

— Вы действительно не похожи на человека, который испытывает скуку, — сказала Анжела, посмотрев Хлое прямо в глаза.

Хлоя рассмеялась:

— Дайте мне в руки книгу, и я уже счастлива.

— Я понимаю вас, — Анжела кивнула. — Я сама обожаю читать. И Стэн тоже.

— Я правильно воспитала своих мальчиков, — сказала Ванда. Она пришла из кухни в гостиную и присоединилась к разговору.

— Я все хотел тебе сказать, — начал Стив. — Дня два назад я встретил в ресторане одного мужчину, который очень тобою интересовался.

Ванда удивилась:

— Кто же это может быть?

— Патрик О'Хара. Он владелец ресторана…

— Знаю, какой у него ресторан, — раздраженно прервала его Ванда, — а также знаю, что у него нет вкуса.

— Он думает, что ты все еще держишь на него обиду за то, что он не присудил первое место твоему печенью.

Ванда вскинула голову:

— Ничего подобного. Я просто констатирую факт: раз ему не понравилось мое печенье, значит, у него нет вкуса.

— Но я думаю, ему нравишься ты, — Стив обнял ее за плечи.

Ванду не так легко было переубедить. Она фыркнула:

— Мужчина, которому не нравится мое печенье, меня не интересует.

— Но ему понравилось твое печенье, — оправдывал Патрика Стив.

— В таком случае он должен был дать мне и моему печенью первое место. И хватит разговоров об этом! — решительно заявила Ванда. — Вы же не хотите расстроить повара перед ужином.

— Я могу вам чем-нибудь помочь? — спросила Хлоя.

— Да, дорогая. Ты можешь попробовать убедить моего сына и внука, что женщины не настолько эмоциональны, как они думают. Хотя этого еще никому не удавалось. К тому же, что плохого в эмоциях?

— Если ты военный, — серьезно сказал Стив, — эмоции только мешают. Ты должен оставить эмоции и делать свое дело.

— Ты думаешь, женщинам не приходится этого делать? — возразила ему Ванда. — Конечно, приходится. Как, ты считаешь, твоя мать справлялась со всеми проблемами семьи, пока твой отец находился на службе в других странах? А она вынуждена была растить пятерых детей. Она сдерживала свои эмоции и делала свое дело. Возможно, она плакала, когда никто не видел. Но ничего плохого в этом нет. Вам стоит попробовать как-нибудь.

Стэн с недоумением посмотрел на мать.

— Все в порядке, дорогой! — Анжела погладила мужа по руке. — Мы не заставим вас сегодня плакать.

— Если только это не будут слезы восторга от моих свиных отбивных, — сказала Ванда, вполне довольная собой.

Хлоя сидела в сторонке и восхищалась. Это была настоящая семья. Они ссорились, спорили друг с другом, но в то же время, это было ясно, они любили друг друга. Такой семьи у нее никогда не было.

Точнее, была, но так давно, что она, почти ничего не помнит. Какие-то воспоминания, конечно, остались. Лежа в своей маленькой холодной постели в доме тети, она часто вспоминала свой шестой день рождения. Это был настоящий праздник с шариками и клоунами. Отец тогда подарил ей большую куклу с золотыми волосами. Или Рождество, с ожиданием Санты и с подарками поделкой…

— Хочешь еще картофельных оладьев? — спросила Ванда, протягивая ей тарелку.

Хлоя, погруженная в свои детские воспоминания, вздрогнула от неожиданности.

— Нет, спасибо.

— Ты выглядишь грустной, — сказала Ванда. — Все в порядке? Может, какие-то проблемы на работе?

— Нет, все хорошо.

— Тебе ведь нравится работать в библиотеке? — продолжала Ванда.

— Да, очень. Каждый день не похож на предыдущий. Никогда не знаешь, о чем тебя спросят в следующий раз. Я работаю в справочном отделе — пояснила она специально для родителей Стива.

— Наверное, вы легко сходитесь с людьми? — предположила Анжела.

— Пожалуй, — ответила Хлоя после некоторых раздумий.

— Ванда сказала нам, что вы живете по соседству, — сказал Стэн. — Я вырос здесь. У нас с братом в подвале был игрушечный поезд с рельсами. Нам его подарил отец. Он работал на железнодорожной станции, был обыкновенным американским рабочим. А моя жена из Техаса. У ее семьи было огромное ранчо, много земли, большой дом…

— А наши сыновья росли в десяти разных штатах, — уточнила Анжела.

За дружеской беседой вечер прошел быстро и оставил очень приятное впечатление. Хлоя больше не погружалась в свои печальные воспоминания — сегодня она чувствовала себя частью этой семьи и наслаждалась этим новым для себя ощущением. Пусть это было не надолго и не по-настоящему.

— Вот видишь, все было не так уж плохо, — сказал Стив, когда они шли к ее дому.

— Твои родители очень милые люди.

— Такие же, как и я, — сказал он самодовольно.

Хлоя засмеялась.

— Что? Тебе не кажется, что я очень милый? — выражение неподдельного ужаса на его лице заставило ее рассмеяться еще больше.

Они уже подошли к веранде, как услышали чей-то жалобный писк. Стив прислушался:

— Кто бы это ни был, он, должно быть, очень голодный.

Стив присел около мусорных бачков и прислушался.

— Мне кажется, это котенок, — сказал он. — Выходи, малыш! Кис-кис! Не бойся, выходи! Здесь слишком холодно для такого маленького существа! Мы возьмем тебя в дом и накормим.

Хлоя стояла рядом с ним, замерзшая и очарованная его бархатно-нежным голосом.

У нее не было домашних животных с тех пор, как погибли ее родители. У тети была аллергия на шерсть, и она отдала ее любимого котенка в приют для животных. Тогда Хлоя поклялась, что она больше никогда не полюбит ни одно животное так, как она любила своего маленького кота по имени Мэджик. Тогда боль от потери котенка, последовавшей сразу же за смертью ее родителей, была для нее невыносимой. Вот почему она больше не собиралась заводить домашних животных.

Когда Джэнис отдавала котенка в приют, а Хлоя рыдала, тетя обвинила ее в том, что она любит какого-то кота больше, чем своих родителей. Хлоя чувствовала себя несчастной и виноватой одновременно. Она больше никогда не плакала при тете. Девочка втихомолку проливала слезы, уткнувшись в подушку. Больше всего она боялась, что Джэнис услышит, как она плачет, и будет ее стыдить.

— Нет, я не хочу… Я не могу заводить животное.

— Почему? — удивленно спросил он.

— Я целый день на работе, — оправдывалась она.

— Многие люди работают. И это не мешает им иметь домашних животных.

Но Хлоя не соглашалась приютить котенка. Она не хотела любить его. Она вообще никого не хотела любить. Потому что все, кого она любила, давно погибли или бросили ее.

Увидев маленькое пушистое существо в руках у Стива, Хлоя с трудом сдержала слезы. Она старалась взять себя в руки, стать жестче…

Кого она обманывала? Она не могла отказать в тепле и любви существу, которое в этом так нуждалось, чья жизнь зависела от нее. Она слишком хорошо знала, каково быть одинокой. Она не хотела становиться такой, как Джэнис: черствой, погруженной в свою работу, одинокой, никому не нужной и не способной любить.

Вдруг она осознала, что рискует стать второй Джэнис. Это напугало ее еще больше, чем неудачная любовь.

— Вот, возьми его, — сказал Стив, передавая ей котенка.

Хлоя прижала к груди маленький урчащий комочек. Она чувствовала, что та крепость, которую она воздвигла для защиты себя от эмоций, рушится. Стив и это беспомощное существо, нуждающееся в защите, преподали ей урок. Хлоя наконец поняла, что имела в виду Ванда, когда говорила ей о черепахах, которые вынуждены высовывать голову из-под панциря, рисковать, чтобы предпринять что-либо важное для жизни. Она, как те черепахи, спряталась в свой панцирь, не желая больше рисковать и что-либо предпринимать. После неудавшегося романа с Брэдом она не высовывалась и жила там постоянно. Но пришло время высунуть голову и начать жить.

— Дай мне ключи, — попросил Стив. — Я открою дверь.

— Возьми у меня в кармане плаща.

Через минуту она уже сидела у себя на кухне с урчащим котенком на коленях. Она была настолько поглощена этим детенышем, что не заметила, как Стив ушел.

«Замечательно! — сказала она себе, когда обнаружила его отсутствие. — Оставил меня одну с котенком!»

— Ну и ладно, — она не переставала гладить котенка. — Мы и сами справимся.

Котенок заснул у нее на коленях, а она не смела его потревожить. Теперь ей нужно о нем заботиться, купить ему еду, мисочки, лоток.

— Ну как он? — спросил Стив, бесшумно войдя на кухню. У него в руках были пакеты.

— Это не он, а она, — поправила его Хлоя, удивленная его появлением. — Тебе нравятся животные?

— Конечно, кому они не нравятся?

«Джэнис и Брэду», — подумала Хлоя. Сама она хоть и зареклась заводить живность в доме, тем не менее регулярно перечисляла деньги в фонд помощи животным. Она любила животных, но предпочитала держаться от них на безопасном для себя расстоянии. Однако устоять перед обаянием Свити, как она назвала котенка, у нее не хватало сил.

— А что в пакетах?

— Еда для котят, миски всякие, лоточек — в общем, все, что может понадобиться котенку, — демонстрировал Стив свои преподношения.

— Ты ходил все это покупать? — Хлоя не могла сдержать восхищения.

— Конечно, а ты думала, куда я ушел?

— Не знаю, — призналась она.

— Я же сказал, что вернусь через пару минут. Ты думала, что я брошу тебя с котенком и уйду? — укоризненно спросил он.

Она не знала, что сказать. Ей было ясно только одно — этот человек ей дорог, и она не хочет, чтобы он уходил.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

— Как ты ее назвала? — спросил Стив.

— Свити.

Стив с сомнением покачал головой.

— Даже не знаю. Может, лучше назовем ее Харлей?

— В честь твоего мотоцикла?

— Я же говорил тебе: это не мотоцикл, а произведение искусства.

— Все равно.

— Нет, ты только посмотри на нее! — сказал он, обращаясь к котенку. — Она меня не уважает. И это после того, что я для нее сделал!

— Какая я неблагодарная! — поддразнивала его Хлоя. — Я тебя недооцениваю.

— Точно! — согласился он.

— Бедный! Тебя никто не понимает.

— Опять права.

— А ты такой замечательный! — Поддавшись импульсу, она дотронулась до его щеки и погладила ее. Кожа была теплой и уже немного колючей. — Спасибо тебе за все.

Ее рука соскользнула ниже, к воротничку рубашки, и она притянула его к себе, чтобы поцеловать в щеку. Но она промахнулась и поцеловала его в уголок губ.

Стив повернул голову. Теперь их поцелуй стал настоящим. Не продолжением шутливого разговора, а любовным порывом. Он то нежно покусывал ее нижнюю губу, то ласкал языком, заставляя ее стонать от наслаждения.

Мяу!

Недовольное мяуканье Свити прервало их поцелуй. Едва услышав его, Хлоя отстранилась.

— А у тебя раньше были домашние животные? — Стив неожиданно сменил тему.

— У меня был котенок, когда я была маленькая.

— Тогда почему ты сначала не хотела брать Свити?

— Я предпочла бы не говорить об этом сейчас, — она погрустнела.

Стив не стал на нее давить. Он стоял и смотрел, как она играет с котенком. Чем больше он знал Хлою, тем загадочнее она становилась для него. Он не мог разгадать ее характер. Он даже не знал, с чего начать. Возможно, именно этим она и очаровала его.

Стив восхищался ее темпераментом и чувством юмора. Она всегда могла рассмешить его. К тому же у нее была неплохая фигура. И просто потрясающие ноги. Ему нравилось ее лицо, не ослепительно красивое, но выразительное. Он даже замечал, как искрились ее глаза, когда она смеялась. А ее смех… он был какой-то особенный, ни на что не похожий. И это его немного пугало. Одно дело заметить красивые ноги — это обычная реакция здорового мужчины, и совсем другое — звук смеха. Он не был уверен, что замечал, как смеялась Джина.

Что-то было не так, как с другими женщинами. Влюбленность? Это слово выбыло из его лексикона одновременно с окончанием процесса полового созревания. Но что-то определенно происходило незапланированное, хотя они должны были быть всего лишь напарниками. Любовь не входила в их планы — они оба приходили в себя после предыдущих неудачных отношений. Ничего личного.

Тогда почему его настолько потряс их поцелуй? А ведь он был военным, которого не так уж и легко удивить.

Стив не признавался себе в том, что боится новых отношений. Он уже один раз поймался в коварные женские сети. Эта женщина вырвала ему сердце и безжалостно растоптала его.

Хлоя не похожа на тот тип женщин, которые разбивают сердца. Но иногда лучше не рисковать, чем потом сожалеть.

Стив быстро попрощался и ушел. За дверью его ждала свобода. И там не было всякой сентиментальной чепухи вроде котят и хорошеньких библиотекарш в очках.

На следующее утро Стив долго убеждал себя, что его уход — это не проявление трусости. В конце концов, было уже поздно и он не хотел быть невежливым.

Он вовсе не боялся общаться с Хлоей после вчерашнего поцелуя. Тогда почему он сидит здесь, в таверне, с бутылкой пива с самого утра?

Звонок мобильного телефона отвлек его от раздумий и избавил от необходимости отвечать на последний вопрос.

— Ты где? — опустив приветствие, спросил Страйкер.

— Не твое дело! — рявкнул на него расстроенный Стив.

— Все понятно, значит, ты в таком месте, где быть не должен.

— Ошибаешься! — продолжал нападать Стив. — Не вижу причин, почему бы мне не посидеть в таверне и не заказать чизбургер.

— Ты в баре? — удивился Страйкер. — С утра пораньше? Что с тобой сделала эта библиотекарша?

— Ничего она не сделала! Я что, не могу просто спокойно посидеть и поесть, чтобы ко мне не приставали?

— Нет.

— Все, мне пора. А то мой чизбургер остынет. Стив выключил мобильный и попросил меню.

После того как он сказал брату про чизбургер, ему действительно захотелось поесть.

Через пятнадцать минут ему принесли чизбургер. И в то же время подошел Страйкер.

— Что ты здесь делаешь? — удивленно спросил Стив. — Как ты сюда попал?

— На самолете. Я прилетел в Чикаго по делам. И, раз уж я оказался поблизости, решил навестить тебя. Выглядит очень аппетитно. — Страйкер заказал официантке еще один чизбургер и пиво.

Официантка, молодящаяся пятидесятилетняя женщина, приветливо улыбнулась новому посетителю. Стив всегда поражался, как его брату удается нравиться женщинам, какого возраста бы они ни были.

У Страйкера была странная для бывшего военного привычка — совать нос в чужие дела. О чем Стив ему честно сказал.

— Но я твой старший брат, — возразил Страйкер. — Я обязан о тебе заботиться.

— Мне почти тридцать, — устало сказал Стив, — я капитан военно-морских сил США. Я не нуждаюсь в том, чтобы за мной присматривали.

— Эта маленькая библиотекарша все же зацепила тебя? — не унимался Страйкер.

— Она не маленькая библиотекарша!

Страйкер сокрушенно покачал головой — Ну вот! Ты ее уже защищаешь. Все намного хуже, чем я думал.

— Почему ты не сообщил о своем приезде?

— Потому что я не хотел, чтобы ты сел на свой «Харлей» и укатил подальше от меня, — засмеялся он.

— Будто я тебя боюсь! — фыркнул Стив.

— Эй! Я все еще могу уложить тебя одной левой.

— А ну-ка давай попробуем, — сказал Стив, закатывая рукава. — Ставь свою руку.

Как когда-то в детстве, когда они состязались в армрестлинге, они сцепились руками. Однако к ним подошел Патрик и помешал их маленькому состязанию.

— Ты поговорил с ней? — его громкий голос на мгновение отвлек Стива, но этого было достаточно, чтобы Страйкер успел прижать руку брата к столу.

— С тебя двадцатка! — ликовал он.

— Я вам помешал? — запоздало осведомился Патрик.

— Нет, я всего лишь напоминал брату, кто здесь старший, — сказал Страйкер и стащил у Стива с тарелки несколько ломтиков картошки по-французски.

Густые брови Патрика поползли вверх.

— Вы брат Стива?

— Да, а вы кто?

— Он хозяин этого заведения и пиццерии по-соседству. И он интересуется нашей бабушкой, — пояснил Стив Страйкеру. — Да, я говорил с ней, — обратился он к Патрику.

— И?

— Вы были правы, бабушка обижена на вас за то, что вы не присудили первое место ее печенью.

— Но это было так давно! — Патрик выглядел подавленно.

— Да, — согласился Стив, — но это касается ее знаменитого печенья. Она очень трепетно относится к своей выпечке.

— Тайм-аут! — перебил их Страйкер. — Я ничего не понимаю. Вы интересуетесь бабушкой? В каком плане?

— Я уже объяснял это вашему брату.

Страйкер посмотрел на Стива, который был явно доволен тем, что знал больше, чем его брат.

— Ты не хочешь ничего мне рассказать?

— Нет.

— Без проблем, — сказал Страйкер. — Я могу читать между строк. Продолжайте. Считайте, что меня здесь нет.

— Что я могу сделать, чтобы загладить свою вину перед ней? — спросил Патрик Стива.

Тот пожал плечами:

— Даже не могу представить.

— Она же твоя бабушка, — Патрик был в отчаянии. — Ты должен знать, что можно предпринять.

— Я же не сваха. Обычно эту функцию в нашей семье выполняет бабушка.

— У нее доброе сердце, я знаю. Она много делает для нашей церкви.

— Вы ходите в одну церковь?

Патрик кивнул.

— Это уже что-то.

— Не думаю. Мы уже много лет ходим в одну церковь.

— Так почему же вы до сих пор не пригласили ее на свидание? — удивился Стив.

— Она долго горевала по своему мужу.

— Да, она очень любила дедушку, — сказал Стив. — Они прожили вместе пятьдесят лет.

— Моя жена умерла десять лет назад. Мы прожили вместе сорок лет.

— Не могу представить себе, каково это, — признался Стив.

— Да, большинство браков сейчас быстро распадается.

— Половина, — уточнил Стив. — Но я думаю, что среди семей военных этот рейтинг намного выше.

— Но у ваших родителей удачный брак.

Стив согласился.

— Я слышал, вы говорили о Хлое? Вы собираетесь пожениться? — неожиданно спросил Патрик.

Стив в ужасе замахал руками:

— Жениться? Мы же едва знакомы!

Патрик пожал плечами:

— Это неважно. Я влюбился в свою жену, как только увидел ее. А через месяц мы поженились.

— Я не верю в любовь с первого взгляда, — усмехнулся Стив. — К тому же в первый раз, как я увидел Хлою, она была… библиотекаршей. Этим все сказано.

— Что ты имеешь в виду? — Патрик нахмурился.

— То, что она нарочно вырядилась так. Правда, она сказала, что это для роли дурнушки-секретарши, которую она играла в тот вечер, но я думаю, это она просто не хотела, чтобы я обратил на нее внимание. Что ж, у нее это получилось. — Стив не знал, почему он рассказывает это Патрику. Он выпил всего полбутылки пива, так что вряд ли это алкоголь развязал ему язык.

— Неужели? — ехидно спросил Страйкер, который все это время, пользуясь тем, что Стив забыл о нем, подслушивал их с Патриком разговор.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил Стив раздраженно: он все еще злился на то, что Страйкер уложил его руку в армрестлинге.

— Только то, что ты проводишь слишком много времени с той, которая не хочет, чтобы ты обратил на нее внимание.

Стив задумался:

— Просто в ней что-то есть…

— Точно! Вот так было у нас с Айрин, — сказал Патрик. — Мы просто… сошлись.

Стив не в первый раз слышал подобные истории. В их семье вообще все сходились на удивление быстро. Их бабушке стоило только взглянуть на их дедушку — и все. Любовь с первого взгляда. Так же было и с их родителями. Их отец встретил свою будущую жену на танцах. Одного взгляда было достаточно, чтобы он понял, что они будут вместе.

Но сейчас все по-другому. Женщины изменились. Отношения стали уже не те. К тому же способность влюбляться с первого взгляда не передается по наследству.

Стив подумал о своей несчастной любви к Джине и о том, что из этого получилось. Ему разбили сердце. Такого повториться не должно.

«Один неудачный опыт, и ты уже вне игры?» — ехидно зашептал его внутренний голос.

«Нет, просто я изменил правила поведения. Никаких привязанностей, никаких чувств».

«Ну конечно! Поэтому ты так много времени проводишь с Хлоей? Поэтому тебе так хорошо с ней?»

Да, ему было хорошо с ней, но ведь это не означало, что он в нее влюбился.

«Парень, ты попал!» — заключил его внутренний голос.

Стив решил, что не стоит разговаривать с самим собой, и переключил свое внимание на Патрика.

— Извините, но я правда не знаю, чем я могу еще вам помочь.

— Я не сдамся! — заявил Патрик весьма решительно. — У меня есть план.

— Имейте в виду, эти слова погубили многих мужчин, особенно когда дело касалось женщин, — сказал Страйкер.

— Ванда очень привлекательная женщина.

Страйкер поднял руку, останавливая Патрика:

— Пожалуйста, не надо об этом. Она моя бабушка, я не хочу это обсуждать.

— И все же. Она страстная женщина. Она любит жизнь. Молодые люди, вам только кажется, что у вас все впереди. Время летит быстро. Когда вы будете в моем возрасте, вы поймете это, — сказал Патрик печально, попрощался и ушел.

— Теперь ты понимаешь, с чем мне приходится иметь дело? — сказал Стив брату.

— Да, я тебе не завидую. Знаешь, что я тебе скажу: у нас с Кейт не было любви с первого взгляда.

Страйкер уже несколько лет был женат на уроженке Техаса, и у них был маленький сын Шон.

— Ну и что? — удивился Стив. — Зачем ты мне это говоришь?

— Просто хочу обратить твое внимание на этот факт. Я не влюбился в нее с первого взгляда. В ней просто что-то было, — голос Страйкера на минуту смягчился, когда он говорил о своей жене, потом вернулась прежняя ухмылка. — Так что будь осторожен, мой маленький братик.

Стив упрямо покачал головой.

— И не возражай, я знаю, как это бывает. Все признаки налицо: ты влюбился в нее. Хотя, насколько я помню, после той золотоискательницы ты поклялся больше не влюбляться.

— Кто тебе сказал, что я влюбился?

— Рэд.

— Как будто он знает!

— Он сам женат на книжном черве. И он говорит, ты тоже близок к этому.

— Но он даже не видел меня! — воскликнул Стив. — Мы просто говорили по телефону, причем недолго.

— Значит, он понял это из вашего разговора. Он хорошо разбирается в людях.

— Я рад слышать, что он хоть что-то умеет делать хорошо, — съязвил Стив.

— Ладно, давай вернемся к более важным занятиям, — Страйкер улыбнулся брату и поставил свою руку на стол, готовый к новой схватке.

— Я не могу поверить, что тебе удалось уговорить меня надеть это! — сказала Хлоя, застегивая роликовые коньки.

Была суббота. Погода стояла отличная — был один из тех последних теплых деньков, которыми иногда балует осень. Стив пригласил ее покататься на роликах в парке. Люди, чувствуя приближение зимы и радуясь хорошей погоде, вышли на прогулку.

За неделю, что они не виделись (было много работы в библиотеке), Хлоя изменила прическу. Она немного постригла волосы: длиною по плечи, они ровными прядями красиво обрамляли ее лицо. Более современная стрижка придавала ей уверенности.

Ее жизнь не была больше скучной и однообразной. У нее была Свити, с которой просто невозможно было соскучиться. Она то и дело попадала в какие-нибудь неприятности: то, оказавшись на шкафу, боялась с него спрыгнуть, то играла на столе с книгами Хлои, устраивая беспорядок. По вечерам приходил Стив, приносил китайскую еду, которую Хлоя просто обожала, они смотрели телевизор и играли с котенком.

Хлоя была благодарна Стиву за то, что он так изменил ее жизнь. Она стала совсем другой. Раньше она никогда бы не отважилась пойти кататься на роликах.

— Но ты же говорила, что хочешь этого! — напомнил ей Стив.

— Я также говорила, что мечтаю полетать на воздушном шаре, — возразила она, — но это вовсе не значит, что…

— Отлично! Полетаем в следующие выходные.

— Только если я выживу сегодня.

— Да, — согласился он, — на это надежды мало. Вставай!

— Легко сказать — вставай, — пробормотала она.

— Держись, — сказал он, протягивая ей руку. Она встала, судорожно ухватившись за его руку. Ноги разъезжались в разные стороны. Он удержал ее и прижал к себе. Под тонкой хлопковой футболкой он почувствовал, как сильно бьется ее сердце. И почувствовал ее упругую грудь, прижимающуюся к его телу.

— Ты в порядке? — спросил он.

Она не знала, что ответить. Ее сердце застучало с бешеной скоростью, едва он обнял ее. И еще она ощущала слабость в ногах каждый раз, когда его видела. Она прижалась лицом к его футболке, едва доставая ему до подбородка. Как хорошо было бы просто так стоять. От него вкусно пахло чистотой и… мужчиной. Ему не нужно было пользоваться туалетной водой, чтобы быть сексуальным.

Он успокаивающе поглаживал ее рукой по спине.

Когда она почувствовала, что падения не избежать, она обняла его за шею.

— Извини, что я так в тебя вцепилась, — она поправила очки.

— Я не против, поверь мне, — сказал он, обнимая ее за талию.

— Я обычно твердо держусь на ногах.

— Я произвожу на женщин сногсшибательное впечатление, — улыбнулся Стив.

Она засмеялась.

— Да, я слышала об этом.

Он надел на нее шлем. Она подумала, что выглядит глупо в этом огромной шлеме, но ей не хотелось даже думать о том, как она будет выглядеть без шлема, если упадет.

— Ты готова попробовать снова?

Она была готова попробовать все, что он предлагал ей. Даже то, о чем она никогда не думала, то, что у нее когда-то не получилось, и то, что она никогда не пыталась сделать.

— Я верю в тебя! Ты сможешь! — подбадривал он Хлою.

Конечно, она сможет. Она смогла сесть на «Харлей». Она попробовала суши. Она даже познакомилась с его родителями. Разве могут ролики сравниться с этим?

Уверенность — странная штука. Однажды обретя ее, ты уже не можешь остановиться. Он убрал руку с ее талии. Хлоя неуверенно осталась стоять на ногах. Как ей ни было жалко, что Стив ее отпустил, ей все же хотелось научиться кататься на роликах. Она сделала маленький шаг, потом шаг побольше.

Она проехала вниз по дорожке, прежде чем осознала, что сделала это сама, без его помощи. Она, конечно, держала Стива за руку, но это была скорее моральная поддержка.

— У тебя отлично получается! — похвалил ее Стив.

— Я думаю, я чувствовала себя неуверенно оттого, что не ощущала твердой почвы под ногами.

Стив строго посмотрел на нее:

— Ты снова все анализируешь? Учись расслабляться!

— Нет, — оправдывалась она, — я всего лишь поддерживаю беседу.

— Поддерживают беседу фразами типа: «Сегодня чудесная погода, не правда ли?» А ты анализировала!

— Знаешь, — задумчиво сказала Хлоя, — ты не логичен. То ты обвиняешь женщин в избытке чувств и недостатке мышления, то запрещаешь мне думать… Ты что, хочешь, чтобы я просто стояла в сторонке и смотрела на тебя глазами, полными обожания?

— Если бы ты делала это, стоя в мокрой футболке, было бы даже лучше.

— Ты только что лишний раз доказал, что все, чем интересуются мужчины, — это женская грудь.

— Женские ножки тоже ничего.

— Какой же ты шовинист!

Она остановилась и засмеялась.

— Ты меня дразнишь!

Стив кивнул:

— Это нетрудно сделать. К тому же мне нравится, когда ты злишься.

— Тебе нравится надо мною издеваться. Ничего, — пообещала она, — когда-нибудь я тоже попробую…

Ему по-прежнему нравилось держать ее за руку, проводить с ней все свободное время, смотреть на нее и угадывать, о чем она думает. Ему даже начало нравиться, как она морщила нос, когда поправляла очки. Он получал настоящее удовольствие от энтузиазма, с которым она открывала для себя все новые и новые развлечения. И он просто не мог не поддразнивать ее иногда.

— Как насчет пончиков? — она указала на лоток. — Я угощаю.

Через несколько минут они сидели на лавочке около фонтана. Рядом дети брызгались водой, холодные капли долетали и до них, но они настолько были поглощены друг другом, что ничего вокруг не замечали.

— Здорово, да? — сказала она про фонтан.

— Потрясающе! — Но Стив не имел в виду фонтан или пончики. Он имел в виду ее, библиотекаршу, нижняя губа которой была в сахарной пудре и которую он хотел облизнуть и целовать снова и снова.

«Будь осторожен, мой маленький братик», — Стив снова и снова вспоминал слова Страйкера.

— Как у тебя дела с твоим книжным червем?

— Прекрасно. А как у тебя с твоим книжным червем? — парировал Стив.

— Восхитительно.

— Тогда чего ты ко мне пристаешь? Тебе что, нужны деньги?

— Очень смешно!

— Ты на редкость остроумен сегодня.

— Я всегда остроумен.

— И очень скромен…

— Точно. В конце концов, мы, Козловски, известны своей скромностью.

— А я думал, мы известны своей сексуальной привлекательностью.

— Я — да, — сказал Стив. — А ты — старый женатый зануда. Ничего привлекательного в этом нет.

— Эй, — обиделся Рэд, — я не затем позвонил тебе, чтобы ты меня унижал. Если бы я хотел, чтобы меня унижали, я бы позвонил Страйкеру. По этой части ему нет равных.

— Да уж, он просто легенда…

— Я, между прочим, все слышу, — сказал Страйкер.

— Я разве не сказал тебе, что Страйкер в городе? — невинно спросил Рэд. — И что он на другой линии?

Стив ничуть не смутился.

— Слушай, я видел Страйкера лично пару дней назад. Так что он знает, что я о нем думаю.

— Ты просто злишься, — сказал Страйкер весело, — потому что ты проиграл мне в армрестлинг двадцать долларов.

— Если у меня и плохое настроение, то почему ты думаешь, что это непременно из-за тебя? Или из-за Рэда? Мир не вращается вокруг вас, ребята.

— Я, между прочим, еще на линии, — напомнил ему Рэд.

— Да, я знаю, — усмехнулся Стив. — Просто мне нравится издеваться над вами обоими одновременно.

— Страйкер, — сказал Рэд, — зачем мы вообще позвонили этому идиоту?

— Чтобы напомнить ему о его книжном черве, которая уже успела обвести его вокруг пальца.

— Что это с вами двумя сегодня? Вам больше не о чем поговорить? Вы еще хуже, чем бабушка, которая вечно пытается всех поженить. Ясно, что вы стали такими после женитьбы? Как мне сказать вам, чтобы вы поняли, что я не собираюсь на ней жениться. Я здесь в отпуске всего на несколько недель. Ничего серьезного быть не может.

— Не могло, пока ты не познакомился с этой библиотекаршей, — уточнил Рэд.

— Братишка, ты предупредил Стива насчет этих книжных червей? — спросил Страйкер Рэда.

— Конечно. В ту же минуту, как Стив мне о ней рассказал.

— Раз ты не слушаешь наших советов, не приходи потом к нам плакаться о своей неудавшейся личной жизни, — сказал Страйкер.

— У меня есть план.

— О нет! — застонали братья в один голос.

— Но мой план сработает — в отличие от ваших бестолковых прогнозов.

— Знакомые слова, — успел сказать Рэд до того, как Стив отключил телефон.

Какая ему разница, что они думают. Его план уже работает. У него все получится. Он был офицером военно-морских сил США. Его учили держать все под контролем и успешно выполнять задания.

В конце концов, ни ему, ни Хлое не нужны романтические отношения. Они команда, а не пара.

Стив был не в лучшем настроении в следующую субботу. Всю неделю он убеждал себя, что все под контролем. А в пятницу он лег спать, и ночью ему приснилась Хлоя. Она была в своей коротенькой футболке. А потом без нее…

Это никак не вписывалось в его идеальный план. Он отказывался даже допускать мысль, что его братья могут оказаться правы. Возможно, он испытывал к ней какие-то чувства. Но вряд ли это была любовь. Возможно, это была страсть, простое желание…

Его мысли прервал рев мотоцикла. Стив сразу понял, что это «Харлей-Дэвидсон». Причем не его «Харлей». Патрик О'Хара остановился у обочины напротив дома Ванды.

— Что вы здесь делаете? — спросил Стив.

— Я же тебе сказал, что у меня есть план.

— Какой? — не понимал Стив.

Патрик нежно похлопал по своему мотоциклу:

— Этот.

— Где вы взяли мотоцикл?

— У одного из своих внуков, — невозмутимо отвечал Патрик.

— У того, который работает полицейским в Чикаго?

Патрик кивнул.

— Ваш план как-то связан с «Харлеем»? — Стив так и сыпал вопросами.

Патрик снова кивнул.

Стиву не нравился этот план. Однако прежде чем он смог сказать это Патрику, из дома вышли Ванда и Хлоя.

— Что здесь происходит? — спросила Ванда.

— Я подумал, может быть, ты захочешь покататься, — предложил ей Патрик.

— Ни в коем случае! — закричал Стив, опережая бабушку. — Она слишком стара, чтобы кататься на «Харлее».

После его слов в воздухе словно повисла тишина.

— Что ты наделал? — прошептала Хлоя.

— Что я наделал? — спросил Стив.

— Слишком стара? — Ванда подошла к Стиву и ткнула его пальцем в грудь с такой силой, что он пошатнулся.

— Я лишь хотел сказать, что…

Ванда махнула рукой, остановив его.

— Ни слова больше. Никто не смеет мне указывать, как жить.

«Тогда почему ты указываешь мне, как жить?» — готов был сказать Стив, но вовремя сдержался. Тревожный взгляд Хлои остановил его.

— Я буду делать то, что я захочу, — Ванда снова ткнула его пальцем в грудь. — Я достаточно ясно выражаюсь?

— Да, я лишь беспокоился за тебя. «Харлей» — не самый подходящий для тебя транспорт.

Ванда обиженно посмотрела на него, сузив глаза, и подошла к Патрику:

— Как мне забраться на эту штуковину?

— Бабушка!

Хлоя удержала Стива за руку.

— Не пытайся ее удерживать, — сказала она ему, — а то будет хуже.

Стив заметил, как проворно Ванда залезла на мотоцикл. Но спокойнее ему от этого не стало.

Патрик, заметив волнение Стива, сказал:

— Мы заедем в кофейню. Это в паре кварталов отсюда.

— Тогда почему бы вам обоим не пройтись пешком? — ядовито заметил он.

— Мы оставили наши ходунки дома, — парировала Ванда. — Погнали, Патрик!

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

— Я не могу поверить, что она сделала это! — Стив стоял на улице и смотрел вслед удаляющемуся мотоциклу, который увозил Ванду, сидящую на пассажирском сиденье позади Патрика.

— Ты сам виноват, — спокойно сказала Хлоя.

— Я? — воскликнул он. — Я был единственным, кто уговаривал ее не ехать.

— Нет, ты сказал ей, что она стара для этого. Это большая разница.

— Действительно, — согласился он. — Она слишком стара для этого.

— Видимо, не настолько, — возразила Хлоя. — Ты видел, как она проворно запрыгнула на мотоцикл?

Стив повернулся к ней. Казалось, он разозлился еще больше.

— Ты должна была помочь мне остановить ее, а не стоять в сторонке и наблюдать за тем, что происходило.

— Вряд ли у меня получилось бы переубедить твою бабушку, если она на что-то решилась. Ты сам говорил, что она очень упрямая.

— Да, но так далеко она еще не заходила.

— Наверное, потому, что ни один из ее внуков еще не говорил ей, что она слишком стара, чтобы сделать что-то.

— Она должна была меня послушать.

— Конечно, — сказала Хлоя не без иронии, — ты ведь капитан. Все должны тебя слушаться.

— По крайней мере, в армии все соблюдают правила.

— В отличие от нас, грубых гражданских. Ты это имеешь в виду?

Стив гордился, что служил в военно-морских силах США. Он был капитаном, его уважали и боялись. Он никогда не давал повода сомневаться в своих способностях лидера. А тут он не смог удержать свою бабушку от этой дурацкой затеи. Он чувствовал себя жалким ничтожеством и от этого злился. К тому же он понял, что ситуация начинает выходить из-под контроля. И это относится не только к его бабушке.

Пришло время просить подкрепление.

— Что ты делаешь? — спросила Хлоя.

— Звоню отцу, чтобы рассказать, что сделала его мать.

Хлоя с сомнением покачала головой:

— Вряд ли это правильно. Я не думаю, что ей это понравилось бы.

— Она лезет в мою жизнь. Не вижу причин, почему я не могу влезть в ее, — сказал Стив, набирая номер отца.

— Это что? Месть?

— Нет, я просто волнуюсь за нее, — Стив переключил внимание на телефонный разговор. — Пап, привет! Ты знаешь, что только что сделала твоя матушка? Она умчалась на мотоцикле с Патриком О'Хара. Да, с тем самым, который не присудил ее печенью первое место. Они поехали в кофейню, здесь, неподалеку. Что ты имеешь в виду? Что значит — звучит не так уж страшно? Она села на мотоцикл, понимаешь? Да, я пытался ее остановить, но она даже не стала меня слушать. Что ты собираешься предпринять? Ничего? Ты никогда не мог контролировать ее… Я знаю. Ее никто не мог контролировать. Но она стала старше. Да, именно это я ей и сказал. Что значит твое «ой-ой»? Да, признаю, может, это было не политкорректно, — Стив замолчал, слушая отца. — Хорошо, раз ты думаешь, что здесь не о чем волноваться, это твое личное мнение. И я надеюсь, ты окажешься прав.

Хлоя еще никогда не видела его таким раздраженным. Это не было похоже на него. Он всегда казался таким уравновешенным. Она не могла понять, что именно его вывело из себя.

Стив тоже призадумался. Вроде бы ничего страшного не произошло. Подумаешь, кофейня за углом… Может, он потерял форму за время своего отпуска? От слишком долгого общения с одними женщинами? Нет, не похоже. По крайней мере, физически. Каждое утро он начинал с того, что делал пятьдесят одно отжимание на каждой руке.

Ничего, скоро он придет в норму. Закончится отпуск, и все вернется на свои места.

— Итак, твой отец не нашел ничего страшного в том, что Ванда уехала с Патриком? — спросила Хлоя.

— Он сказал, что ничего не может сделать с этим. Это не похоже на моего отца. Он всегда был человеком действия. Может быть, он стал чересчур мягким после увольнения? Ездит по стране в своем трейлере, как турист…

— Он не показался мне мягким, когда я его увидела.

— Ты просто не знала его раньше, — возразил Стив.

— Ты такой забавный, когда злишься, — она не могла не поддеть его.

— Очень смешно!

— Что ты собираешься делать теперь?

Он посмотрел на Хлою, стоящую здесь, на его лужайке, в обтягивающих джинсах и футболке, и ему захотелось заключить ее в объятия и целовать до тех пор, пока они не потеряют способность здраво мыслить. Он хотел взять ее на руки, отнести в дом и заниматься с ней любовью, ласкать каждый сантиметр ее тела, заставить ее стонать от удовольствия.

Она дотронулась до его руки.

— Стив?

— Что? — он рассеянно моргнул.

— Может, ты хочешь остаться сегодня дома и подождать, пока не вернется Ванда? Может, мы никуда не пойдем?

— Я не знаю, сколько ее придется ждать.

— Я не против подождать.

Он мотнул головой. Откровенно говоря, больше для того, чтобы прогнать мечты о Хлое, теснившиеся у него в голове.

— Я ей не охранник, как сказал мой отец. Хотя он ей пригодился бы…

— Это так мило, что ты волнуешься из-за нее.

— Мило? — огрызнулся Стив.

— Извини, это не то слово, которое подходит такому бравому капитану, как ты. Это так великодушно с твоей стороны, что ты волнуешься за нее, — исправилась Хлоя.

— Это звучит лучше.

Стив немного успокоился, только когда услышал рев двигателя своего «Харлея». Хлоя закинула обтянутую джинсами ногу с ловкостью бывалой наездницы. Она очень изменилась с тех пор, как две недели назад он впервые увидел ее, невзрачную и хмурую, у дверей кухни Ванды.

Он никак не мог понять, какая из них настоящая Хлоя. Она была такая разная. Его восхищала та готовность, с которой она принимала все новое, что он ей предлагал, и все это с очаровательной улыбкой на губах.

Ему даже нравились ее очки. И даже несмотря на то, что они явно мешали, когда они целовались. Но они его не останавливали. Он не помнил, целовал ли он когда-нибудь девушку в очках. Возможно, только однажды — когда был в десятом классе.

Он почувствовал, как Хлоя прижимается к нему сзади. Ему стало спокойно и приятно.

Они проезжали мимо домиков с тыквами на окнах и бумажными ведьмами, расклеенными на заборах. Хотя до Хэллоуина оставалось еще три недели. К тому времени он должен вернуться на службу в Форт Пендлтон, штат Калифорния.

Здесь дни уже становились заметно короче, и погода портилась. Наступала настоящая осень. В Калифорнии все дни были похожи один на другой — всегда одинаково солнечные. Стив никогда не думал, что ему могут надоесть жара и вечное солнце. Ему так не хватало смены времен года: листопада осенью, молодой зеленой травки весною. Пожалуй, только по снегу он не скучал.

Они выехали из города по направлению к реке Миссисипи и городу Галена. Дорога и быстрая езда всегда успокаивали Стива. Как и его брата-близнеца Тома.

Они с братом, конечно, не умели читать мысли друг друга. Хотя в детстве отчаянно пытались: играли в покер и старались угадать, какие у кого карты. Получалось редко. И, скорее всего, случайно.

Стив улыбнулся воспоминаниям.

Ему нужно было написать Тому письмо. Его брат был на Ближнем Востоке, так что электронная почта была единственным средством связи для них.

Стив вдруг подумал, могла бы Хлоя понравиться Тому. Как и у Стива, у него были неприятности с женщинами из-за неожиданного наследства. Хлоя, конечно, знала о наследстве. Но она также понимала, что у них, согласно договору, не было и не могло быть никаких серьезных отношений.

«Почему же тебе так хочется обнять ее и целовать долго-долго?» — спросил вдруг внутренний голос.

Они с Хлоей не были просто друзьями, как ни пытался убедить себя Стив. Определенно было что-то еще. Что-то, что часто происходит между мужчиной и женщиной. Ну и пусть. Им нравится проводить время вместе. Никаких обязательств, никакой привязанности. Они просто развлекаются.

Тогда почему его сердце замерло, когда она придвинулась еще ближе к нему?

— Мне кажется, я умерла и попала в рай, — сказала она, блаженно прикрыв глаза.

Стив сидел напротив нее в одном из лучших ресторанов Галены и не мог оторвать от нее глаз.

— Если бы я знал, что шоколад приводит тебя в такой восторг, я бы угощал им тебя каждый день.

— О! Это не просто шоколад. Это лучший шоколад, который я когда-либо пробовала. Это… оргазмический шоколад.

Стив едва не подавился кофе.

Судя по выражению ее лица, когда она облизывала очередную ложку шоколада, она не преувеличивала. Что-то невообразимо чувственное было в том, как ее губы охватывали ложку, как она закрывала глаза от восторга и томно вздыхала. Ее вздохи, почти переходящие в стоны, заставляли Стива ерзать на стуле. Кто бы мог подумать, что обыкновенный десерт может быть таким возбуждающим. Точнее, он не мог поверить, что смотреть на Хлою в то время, как она ест десерт, может быть настолько возбуждающим.

Она слизнула капельку шоколада с губы.

Он когда-нибудь замечал, какая у нее полная нижняя губа? Ему потребовалось собрать всю свою волю, чтобы не наклониться к ней и не укусить ее. Так действовала на него полная, возбуждающая, сексуальная нижняя губа этой девушки.

Что же с ним происходит? С каких пор он стал замечать такие детали? И почему он заметил именно ее губы?

Она намеренно пытается свести его с ума, облизывая губы? Стив нахмурился. Вряд ли. Это больше похоже на Джину. А Хлоя совсем другая, ведь так?

Звонок его мобильного показался ему спасением — он на время отвлекся от созерцания ее губ.

— Просто для информации. Я уже дома и со мной все в порядке, — Ванда все еще злилась на Стива.

— Спасибо, что сообщила.

— Пожалуйста! — ехидно сказала Ванда. — А вместо того, чтобы следить за мной, ты бы лучше сосредоточился на своей личной жизни.

Как он мог это сделать, если все его внимание было приковано к Хлое и ее оргазмическому шоколаду?

— Звонила моя бабушка, — сообщил он Хлое. — Она уже дома.

— Я рада. Тебе стало лучше?

Глядя на нее, он так не сказал бы.

— И все же я думаю, что это очень мило… великодушно, — вовремя поправила себя Хлоя, — с твоей стороны так заботиться о бабушке. Учитывая тот факт, что ты мощная, но изящная боевая машина. Иногда я забываю, что ты военный.

Почему-то ему было не очень приятно слышать эти слова.

— Я не хотела тебя обидеть. Просто ты в отпуске, и мне даже трудно представить тебя в форме.

— Я оставил свою форму в Форт Пендлтоне.

— Дело не только в форме. Может, я не правильно выразилась. Что-то в тебе говорит о том, что ты военный.

— Стрижка, например, — подсказал он.

— Да. А еще манера держать себя, твоя выправка. Все указывает на то, что ты — человек, привыкший отдавать приказы и подчиняться им. Человек, который может повести за собой людей. Это все очень заметно. Но так же заметно, что ты сейчас в отпуске и просто расслабляешься.

— А ты думала, военные не умеют расслабляться?

— Нет, просто это не первое, что приходит на ум, когда речь идет о военных.

— Если бы ты познакомилась с моими братьями, ты бы изменила свое мнение.

— Они настолько любят развлекаться?

— Да, особенно Том. Но он просто еще маленький.

— Я думала, он младше тебя всего на две минуты?

— Все равно младше.

— Ты никогда об этом не забываешь?

Стив улыбнулся.

— Ни на секунду.

— Наверное, это здорово — быть частью большой и дружной семьи…

— Да, — согласился он, — приятные моменты бывают.

— Я не сомневаюсь в этом, — сказала она. Ей было так приятно быть рядом со Стивом. Он так много для нее сделал. Он показал ей другую жизнь, полную приятных неожиданностей и развлечений, и напомнил, какой она была до смерти родителей.

Джэнис вбила ей в голову, что она не должна бездумно рисковать после смерти ее родителей. Она приучила девочку быть тихой и незаметной. Иногда, оставаясь наедине со своими мыслями, Хлоя ощущала этот страх и боязнь всего нового. Но это было раньше, до появления Стива.

Она не могла изменить свое прошлое, но могла повлиять на будущее. Она хотела иметь большую семью, как у Стива, хотела детей. Они с Брэдом редко говорили на эту тему. Да и то только в общем плане. Когда настанет время, можно завести детей.

Но жизнь диктует свои законы. И ждать, когда наконец наступит подходящее для этого время, — значит ждать напрасно. Стив еще кое-чему научил ее. Помогла и Свити, которая, к примеру, играла, если ей хотелось играть, ей было все равно, какое сейчас время, она просто будила Хлою, пусть даже в два часа ночи. Она не была тихоней. И она всегда добивалась, чего хотела.

Хлоя не хотела больше думать о грустном. Она постаралась переключиться на мысли о том, какой приятный день она провела со Стивом и как она была благодарна Ванде за то, та она согласилась присмотреть за котенком. Хлоя могла позволить себе расслабиться, она вполне доверяла Ванде. Если она сказала, что присмотрит за Свити, она сделает это. Правда, Хлоя немного волновалась, когда Ванда уехала с Патриком, но она уже вернулась и позвонила, значит, все будет хорошо.

После ужина они решили прогуляться по главной улице города, на которой еще сохранились кирпичные домики, построенные в девятнадцатом веке. Они как будто вернулись в то время.

Хлоя остановилась у витрины одного из магазинчиков.

— Ты хочешь зайти?

— Если ты не возражаешь.

— Я не из тех мужчин, которые боятся немного пройтись по магазинам.

Стив уже начинал жалеть о сказанном, когда, выйдя из антикварного магазина, они направились к мебельному. Когда они вошли в зал, в котором были выставлены кровати, с подушками и постельным бельем, Стиву стало не по себе. Он представлял, как смотрелась бы Хлоя на этих кроватях. Вот девчачья: вся в цветочках и рюшечках. А вот строгая черно-белая в стиле минимализма. Стиву нравился минимализм, особенно если шла речь о ночной футболке Хлои.

— Какие симпатичные! — Хлоя с восхищением бродила между кроватями.

Стив кивнул. Он заметил почти прозрачный красный комплект белья, разложенный на кровати с черными шелковыми простынями.

— Говорят, что спальня должна быть твоим убежищем, местом, где ты можешь расслабиться и побыть в тишине и покое.

Тишина и покой? Почему-то это последнее, что пришло бы ему в голову, окажись он в спальне с Хлоей. А если бы на ней было такое белье…

Он подумал, что должен ей что-то ответить. Она ведь что-то сказала. Что-то про убежище?

— Кровать предназначена для того, чтобы в ней спать.

Хлоя удивленно посмотрела на Стива.

— Что ты сказала насчет убежища?

— Я говорила, что существуют такие места, где я могу побыть одна, чтобы меня никто не трогал. У меня дома такое место — спальня. А у тебя?

— Если говорить о местах, куда я иду, когда мне хочется побыть одному или просто подумать в тишине и покое, то это Тихий океан во время заката и Скалистые горы во время восхода солнца. Еще я иногда езжу на маленький пляж на озере Мичиган, около Чикаго. Оттуда виден город, но людей там почти никогда нет.

Она заметила, что он смотрит на часы.

— Нам пора ехать? — в ее голосе слышалась грусть.

— Нет, у меня есть еще один сюрприз для тебя.

— Какой?

— Увидишь, — загадочно ответил Стив.

Они выехали из города. И тут Хлоя поняла, какой сюрприз ее ждет. Впереди была огромная вывеска: «Воздушные шары».

— Ты шутишь?

— Нет, — серьезно сказал он. — Ты ведь говорила, что всегда хотела полетать на воздушном шаре. Зачем же откладывать?

— А ты летал когда-нибудь?

— Я летал на F-16, — сухо ответил он. — Думаю, что смогу справиться и с шаром.

— Ты намекаешь на то, что воздушные шары это девчачьи игрушки? — Хлоя обиделась.

— Если только они розового цвета и в цветочек.

Их встретил коренастый подтянутый мужчина лет сорока. У него было темное от загара лицо и выгоревшие волосы. Надпись на его ядовито-зеленой футболке гласила: «Однажды попробовав летать, ты будешь ходить по земле с глазами, устремленными в небо, туда, где ты был и куда ты не скоро попадешь вновь». Леонардо да Винчи, вспомнила Хлоя.

Широко улыбаясь, мужчина поприветствовал гостей.

— Добро пожаловать, ребята, — сказал он, крепко пожимая им руки. — Меня зовут Эл Гринвилл. Я буду вашим пилотом во время полета. Я уже подготовил все бумаги, вам нужно будет только их прочитать и подписать.

Хлоя постаралась не думать о том, что ей придется подписать документ об освобождении от ответственности в случае каких-либо осложнений. «Мы не рекомендуем летать на воздушном шаре беременным женщинам, больным хроническими заболеваниями и людям с хрупкими костями», — читала она.

Хрупкие кости? А есть риск сломать себе что-нибудь? Хлоя чувствовала, что ей может не хватить мужества осуществить свою заветную мечту.

В это время Эл рассказывал им о подготовке к полету.

— Сначала мы накачаем шар холодным воздухом. Когда шар будет полон, с помощью горелки мы подогреем воздух внутри него.

Хлоя отчаянно пыталась заглушить в себе страх. Она подписала документы и передала их Элу. Стараясь расслабиться, она напряженно рассматривала яркие полоски на шаре. Увидев корзину, она удивилась тому, насколько она маленькая. Неужели они поместятся туда?

— Затем мы осторожно поднимемся на высоту от пятисот до тысячи футов — это выше, чем верхушки деревьев, но ниже, чем облака. В какую сторону мы полетим, будет зависеть от ветра.

От ветра? Хлоя испугалась еще больше. А если он занесет их куда-нибудь, где они не хотели бы оказаться?

«Думай о хорошем! — приказала она себе. — Ведь ты всегда мечтала полетать на воздушном шаре».

А что, если этот полет закончится для нее так же, как и для ее родителей?

Нет, она устала всю жизнь бояться. Она не хотела больше прятаться в свой панцирь, как черепаха. Она полетит на этом шаре во что бы то ни стало.

К тому же они уже находились в корзине, они взлетали, и путей отступления не было.

Поток горячего воздуха, подаваемый в оболочку шара, заставил ее подпрыгнуть. Стив обнял ее и прижал к себе. Они взлетали все выше и выше. Она видела крыши фермерских домиков, маленькими точками рассыпавшихся внизу, верхушки деревьев — красные и золотые.

— Прохладная погода идеальна для полета на шаре, — сказал Эл. — Летом мы, конечно, тоже летаем, но осенью лучше всего. Отличный способ по-новому взглянуть на листопад.

Но все краски осени не шли ни в какое сравнение с великолепным закатом, который они увидели позже. Небо переливалось всеми оттенками радуги: от светло-синего до малинового на горизонте.

Они уже начали снижение, когда вдруг поток ветра подхватил их шар. Хлоя не обратила на это внимания, пока Эл неожиданно не закричал: «Пригнитесь!»

Хлоя высунула голову из корзины, чтобы посмотреть, куда их понес ветер. Она увидела линии электропередач и по-настоящему испугалась.

Они стремительно приближались к земле. Времени для паники не оставалось. Стив обнял ее и сильно прижал к себе. Хлоя подогнула под себя ноги, как их учил Эл перед полетом, одной рукой держась за канат, а другой — за Стива.

Они чудом пролетели над линией электропередач и приземлились, сильно ударившись о землю. Корзина перевернулась набок и несколько метров протащила их по земле.

Хлоя упала на Стива. Он смягчил ее падение. Она чувствовала, как сильно бьется ее сердце, как адреналин бежит по ее венам. Но страха больше не было. Зато она поняла, почему полеты на воздушных шарах не рекомендовались людям с хрупкими костями.

Она чувствовала под собой Стива. Их ноги переплелись, она слышала биение его сердца рядом со своим. Ее очки упали, когда они приземлились, но она находилась достаточно близко к нему, чтобы хорошо разглядеть его.

Именно тогда она вдруг поняла, что хочет быть не просто его другом. Она хотела быть для него той единственной, которую он будет любить и которая сделает его счастливым.

— Ребята, вы в порядке?

— Еще чуть-чуть, и было бы просто замечательно! — резко ответил Стив.

Она не была уверена, что он имел в виду: провода или их объятия. Но думать об этом у нее не было времени. Вокруг них собралась вся команда, чтобы помочь им выбраться из корзины.

Зато у нее было достаточно времени, чтобы думать о чем угодно во время их пути домой. Стив молчал всю дорогу. Она не могла понять почему. К тому же она не могла разобраться в своих собственных чувствах.

В своих мыслях она то и дело возвращалась к тому моменту, когда она лежала на Стиве, беззащитная, растерянная, только что чудом избежавшая несчастного случая. Она смотрела в его глаза и понимала, что хочет большего.

Было что-то и в его взгляде. Что-то, чего она раньше не видела. Привычный юмор исчез и уступил место… Чему? Она не знала. Было ли это желание?

И что все это значило?

Она очнулась, когда они подъехали к ее дому.

Он пошел провожать ее. Они зашли в коридор, Хлоя повернулась, чтобы включить свет, и оказалась в его объятиях. Одним ловким движением он снял ее очки и нашел губами ее губы.

Больше не было той медлительности, которая сопровождала предыдущие их поцелуи. Ее сменила страсть, грубое желание. Она была не против. Она хотела его и чувствовала, что это желание взаимное.

Его руки скользнули под ее футболку, он расстегнул ее лифчик и накрыл ее грудь своей рукой. Она застонала от наслаждения, чувствуя, как он поглаживает ее сосок.

Она вся горела от страсти. Она оторвалась от него, подняла руки, позволяя ему снять с нее футболку, и снова вернулась к поцелую.

Хлоя расстегнула его куртку, стащила ее с его широких плеч и кинула на пол. Она нащупала пуговицы его рубашки и неуклюже расстегивала их. Она поступала так, как ей подсказывали ее чувства. Она гладила его грудь, чувствовала его учащенное сердцебиение. Его кожа была упругой и прохладной. Ее восхищал каждый изгиб его тела.

Хлоя перестала сопротивляться своему желанию. Зачем сопротивляться, если сдаваться было намного приятнее. Она хотела его. Всякое притворство исчезло, уступив место желанию.

Она чувствовала себя свободной, раскованной, живой. Она хотела его, как никогда и никого в своей жизни. Страсть пульсировала в ней, старалась вырваться наружу. Она не могла больше сдерживаться. Она подалась вперед, прижимаясь к нему всем телом.

Однако вместо того, что притянуть Хлою к себе, Стив оттолкнул ее. Девушка была в полной растерянности.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

— Извини, я не должен был этого делать, — его голос дрожал. — Это была не лучшая идея.

Она не знала, что сказать. Она еще чувствовала вкус его поцелуя на своих губах, ее тело горело от его прикосновений. Ее рассудок был затуманен страстью и отказывался понимать его слова. Дрожащими руками она натянула футболку.

— Мне действительно не стоило этого делать, — повторил он.

Она не могла понять, что означало выражение его лица.

Он подал ей очки.

— Этого больше не повторится.

— Это была не твоя вина, — пробормотала она.

— Нет, это была полностью моя вина, — твердо сказал он. — Я не понимал, что делаю. Теперь я могу лишь извиниться и пообещать, что этого больше не повторится.

«Почему нет?» — едва не спросила она. Ее лицо запылало от стыда и обиды. Он только что сказал, что целовать ее была плохая идея. Как она хотела, чтобы он еще ей это объяснил? Нарисовал диаграмму?

— Это не было частью нашего соглашения, — отрезал он.

— Действительно, не было. — Хлоя отошла и старалась не смотреть на него. Она хотела провалиться сквозь землю. Он быстро застегнул рубашку. Она заметила, что его руки ни разу не дрогнули. На его лице не было никаких эмоций. — Извини меня, ты совершенно прав.

Он был ее другом. Ничего большего. Ничего личного. Она для него всего лишь соседская девчонка. С такими можно встречаться, веселиться. Но в таких не влюбляются.

Однако была маленькая проблема: кажется, она в него влюбилась.

Она чувствовала себя униженно. Комок подкатил к горлу, и на глазах выступили слезы. Но она ни за что не заплачет при нем. Потом, но не сейчас. «Не смей плакать! — приказала она себе. — Ты уже большая девочка. Проглоти обиду и не унижайся, не делай из себя идиотку. Еще больше…»

Она смотрела вниз и упорно заправляла выбившуюся прядь волос за ухо. Она должна была что-то сказать, чтобы он убедился — с ней все в порядке. Но не знала что. Она не находила слов.

— Я имею в виду, что нам ведь не нужны никакие отношения, — похоже, Стив не страдал от нехватки слов.

— Не нужны, — кивнула она.

— А даже если бы и были нужны, я не тот, кто тебе нужен. Я военный. Я не располагаю своим временем. А тебе нужен кто-то, кто был бы с тобой 24 часа в сутки.

Неужели он думал, что ей все равно? Или это была причина, чтобы красиво дать ей от ворот поворот? Он думал, что она настолько одинока, что готова уцепиться даже за того, кто ее не хочет?

Да, она влюбилась в него. А он даже не заметил этого. Вероятно, потому, что женщины вешаются на него гроздьями. Может, его даже позабавило, что скромная библиотекарша по уши в него влюбилась и сама вешается ему на шею. Она была настолько жалкой, что он позволил ей встречаться с ним? Как бы то ни было, эти мысли причиняли ей невыносимую боль.

У нее была гордость. Она не хотела унижаться перед ним, не хотела, чтобы он увидел, как ей плохо. В конце концов, никто не смел сказать, что она была жалкой. Какую бы жизнь она ни вела, как бы ни одевалась… «Я вполне самодостаточный человек, и мне никто не нужен», — убеждала она себя.

Как бы плохо ей сейчас ни было, она с этим справится. Ведь он не первый мужчина, который ее бросает.

— Нам было хорошо вместе, — сказала она, справившись с дрожью в голосе. — Но все закончилось, пора двигаться дальше. Ты это хочешь мне сказать?

— Да.

— Спасибо тебе за все, что ты для меня сделал. Один бог знает, как, наверное, тебе было скучно вытаскивать такого занудного книжного червя, как я, из дому и учить, как следует проводить свободное время.

— Мне не было скучно.

— Ну, во всяком случае это было не то, к чему ты привык.

— Это точно.

Его слова больно задели ее. Как ножом по сердцу.

— Тебе пора. Извини за эту слезливую сцену, — она попыталась улыбнуться. — Я сегодня не в самой лучшей форме. Давай спишем это на неудачное приземление.

Стив и так казнил себя за то, что подверг ее опасности своим стремлением к развлечениям. Если бы с ней что-то случилось, он никогда бы не смог этого себе простить. Ему стало грустно. Он не хотел причинять Хлое боль. Она заслуживала намного больше, чем он мог ей дать.

— Не хочу больше тебя задерживать. Спасибо, что провел со мной столько времени.

Ее слова и излишняя вежливость обидели его.

— Не говори так, будто я занимался благотворительностью, встречаясь с тобой.

— А разве это была не благотворительность?

— Нет.

— А что же? План, как хорошо провести время, пока ты в отпуске.

— Нет.

— А что тогда?

Он не смог ответить.

Его молчание обидело ее еще больше.

— Шутка затянулась. Тебе действительно пора идти.

Не сказав ни слова, Стив ушел. Как только за ним закрылась дверь, Хлоя опустилась в кресло и беззвучно заплакала.

Все будет в порядке. У нее есть свой дом. У нее есть ее книги, работа, друзья, Свити, наконец. И этого у нее никто не сможет отнять. И ей не нужен мужчина. Никогда.

После того, как Стив оставил Хлою, он сел на свой «Харлей» и уехал. Быстрая езда всегда помогала ему расслабиться. Но в этот раз убежать от своих мыслей ему не удалось. Он вспоминал ее поцелуй, вспоминал ощущение от ее груди под своей рукой, ее стоны, когда он ласкал ее.

Стив вынужден был признать: его план был самым идиотским из всех, которые когда-либо приходили ему в голову. О чем он только думал? Даже дураку было ясно, что она была не из тех женщин, с которыми можно позабавиться и потом оставить. Он не должен был начинать этого. Ему было стыдно за себя. Она была особенной женщиной. Ей тоже нужен кто-то особенный, кто всегда будет рядом, готовый поддержать ее и утешить.

Он никак не мог выбросить из головы ее взгляд. Без очков ее голубые глаза были потрясающе красивые и выразительные. Она смотрела на него так, будто он был для нее единственным на свете.

Или ему показалось? Она не могла влюбиться в него. Может, ей казалось, что она что-то испытывает, но это несерьезно. Это как чувства студентки к преподавателю.

Ничего, она с этим справится. И он тоже.

На следующий день ему стало только хуже. Он снова сидел в таверне и ел чизбургер, запивая его очередной бутылкой пива. Как и в тот раз, когда он был здесь, ему позвонил Страйкер.

— Я забыл спросить тебя, когда был в Чикаго. Ты заедешь к нам в Техас по пути в Калифорнию? Не понимаю зачем, но моя жена хочет тебя видеть.

— Я подумаю.

— Что-то не так с твоей библиотекаршей?

— С чего ты взял? — возмутился Стив.

— Опыт, братишка, — ответил Страйкер.

— Я отвез ее полетать на воздушном шаре, — Стив заговорил тише, чтобы его не слышали посетители таверны и Патрик, — и мы чуть не приземлились на линию электропередач.

— Звучит возбуждающе.

— Даже слишком.

— Так что же все-таки случилось? Библиотекарша оказалась слишком возбуждающей для тебя?

— Нет.

— Тогда, может, слишком скучной? — угадывал Страйкер.

— Она слишком хороша для меня.

— Это почему же? — удивился Страйкер.

— У нее было тяжелое детство. Ее родители умерли, когда ей было восемь, и она вынуждена была жить у своей тетки, которая ее ненавидела. Ей необходимо постоянство. Ей нужен тот, кто будет находиться с ней двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю.

— Ты, как военный, не можешь ей этого обещать?

— Не могу, — согласился он.

— Тогда зачем ты втянул ее во все это?

— Я просто хотел научить ее развлекаться, получать удовольствие от жизни. Приключения никогда не бывают лишними, — оправдывался Стив.

— Особенно такие, как казнь электричеством на высоковольтных проводах?

— Это не входило в мои планы.

— Знаешь, — сказал Страйкер, — ненавижу это признавать, но Рэд был прав. Самые лучшие планы идут к чертям, когда появляется подходящая женщина.

— Она мне не подходит, — мрачно сказал Стив. — Впрочем, я ей тоже не подхожу.

Страйкер помолчал в трубку.

— Давай сменим тему, — предложил Стив. — Когда ты в последний раз получил письмо от Тома?

— Вчера. А что?

— Да так, просто спросил.

— Он в самой гуще боевых действий, а кажется более спокойным, чем ты.

— Все, я отключаюсь. — У Стива не было желания обсуждать с братом свое настроение.

— Подожди! Так ты приедешь к нам?

— Я подумаю над твоим предложением, — сказал Стив и отключил телефон.

Он продолжал думать о Хлое. Все же они не подходят друг другу. Они совсем разные. К тому же он военный. Его в любое время могут направить в горячую точку. Она библиотекарь, любит свой дом и книги. Она предпочитает слушать Моцарта, а он — «Аэросмит».

— Мне кажется, что тебе сейчас нужен друг, — сказал Патрик, подсаживаясь к Стиву.

— Я не в настроении вести беседу.

— Я это понял по тому, как ты разговаривал по телефону.

— Это был Страйкер.

— Вы с ним поссорились?

— Нет.

— Ты злишься на меня за то, что я вчера увез Ванду?

Это было всего лишь вчера? Стив не мог в это поверить — слишком многое произошло за это время.

— Я не ее охранник. И больше не хочу работать посредником. Если вам нужно ей что-то сказать, говорите лично.

— Мне больше не понадобится твоя помощь, — сказал Патрик. — Мы отлично провели время в кофейне.

Отлично! Он только что расстался с Хлоей, а его бабушка начала встречаться с Патриком. Может, пришло время уехать отсюда? Чикаго больше не казался таким привлекательным. Возможно, он заедет в Техас к Страйкеру перед тем, как вернуться в Форт Пендлтон.

Это будет намного лучше, чем протирать задницу в этой таверне, пить пиво и думать о Хлое.

В субботу вечером Ванда постучала в дверь Хлои.

— У меня новая игрушка для Свити! — ее радость сменилась тревогой, когда она увидела заплаканные глаза Хлои. — Что случилось?

— Это аллергия, — она спрятала в карман скомканный платок.

— Неужели на кошачью шерсть?

— Нет. — Свити была единственной радостью в ее жизни.

— Тогда, должно быть, это аллергия на моего упрямого внука?

Хлоя не знала, что и сказать.

— Что он натворил? Он мой внук, и я очень люблю его, но это не значит, что я не замечаю, какие глупости он иногда совершает.

— Он ни при чем. Это я виновата во всем.

— Что бы это ни было, мы все исправим, — уверенно сказала Ванда. — Все будет хорошо.

— Вряд ли, — Хлоя покачала головой. — Я очень ценю вашу заботу и желание помочь мне, но я не хочу разговаривать об этом.

Ванда похлопала ее по руке.

— Я понимаю. Но я бы на твоем месте не сдавалась так быстро.

Ванда почувствовала, что что-то не так, хотя Стив не сказал ей об этом ни слова. К тому же он куда-то уехал. Она набрала номер сына.

— Ты должен поговорить со своим сыном!

— С каким именно?

— Со Стивом, конечно. Ты должен с ним поговорить.

— Что случилось? — встревожился Стэн.

— Он обидел Хлою.

— Ты же знаешь, что я не вмешиваюсь в личную жизнь своих сыновей. И тебе не советую, — сказал он серьезно.

— Ты просто боишься говорить с ними о чувствах.

— Это не то, о чем я привык говорить, — согласился Стэн.

— Это глупо.

— Глупо лезть в чужую жизнь. Если бы я был очень любопытным, я бы у тебя поинтересовался, куда ты ездила вчера с тем парнем на «Харлее»? Но я не стану. Потому что я знаю, что ты взрослая женщина и способна сама о себе позаботиться. Ты привыкла сама принимать решения. И Стив тоже.

— Я, в отличие от Стива, не совершаю самую большую ошибку в жизни.

— Помнишь ту польскую поговорку, которую ты мне однажды рассказала? — спросил Стэн.

— Я тебе их много рассказывала. Какую именно?

— Не пытайся толкать реку — она сама потечет.

— Да, но в не правильном направлении, — не унималась Ванда.

— Может, тебе лучше поговорить с Анжелой? — устало спросил он.

— Что случилось? — спросила Анжела взволнованно.

— Твой муж боится поговорить со Стивом о его чувствах к Хлое.

— Конечно, боится, — согласилась она. — Я не удивлена. Мужчины вообще боятся своих чувств. Военные особенно. А что случилось?

— Стив заставил Хлою плакать.

— Я уверена, что он не нарочно. Он не жестокий. Может, они просто не подошли друг другу? Они ведь недолго знакомы.

— Она знают друг друга дольше, чем я и Чак, когда мы решили пожениться.

— Времена меняются.

— Не к лучшему, — заметила Ванда.

— Возможно.

— Но ведь любовь с первого взгляда — это почти традиция нашей семьи. Может быть, у его братьев было по-другому, но я уверена, что Стив влюбился в Хлою с первого взгляда.

— Возможно, я заметила что-то, когда мы ужинали вместе, — согласилась Анжела. — Но мы не можем ничего с этим поделать. Это только их дело — Хлои и Стива.

— Я боюсь, что уже поздно говорить о Хлое и Стиве.

Утром в понедельник Хлоя старалась загрузить себя работой, чтобы не думать о своей личной жизни, которая снова дала трещину. Она проверяла, на месте ли стоят книги, в порядке ли копировальные аппараты, заносила названия книг в картотеку. Но ничто не могло ее отвлечь от грустных мыслей.

Она не видела Стива с субботы. Куда-то исчез и его мотоцикл. Неужели он уже уехал в свою Калифорнию, к загорелым красавицам в бикини?

Она провела все воскресенье, думая о том, что же все-таки произошло. Начиная с падения шара и его страстных объятий и до того момента, как он оттолкнул ее.

Оказывается, это была всего лишь ошибка. Ошибка!

Его слова больно ранили ее. Но еще хуже было видеть, с каким безразличием он это говорил. Она никогда раньше не видела его таким.

Даже Свити своим мурлыканьем не могла взбодрить Хлою. Все — даже котенок — напоминало ей о Стиве. Ей было очень грустно, но это не значило, что она собиралась отказаться от всего того, чему он ее научил за то время, пока они встречались.

Она чувствовала, что изменилась за эти несколько недель. И она больше не хотела прятаться в панцирь.

Они с Линн, как обычно, пообедали в кафе за углом. Хлое пришлось рассказать, что произошло. В укороченном варианте — она не хотела вдаваться в подробности.

— Я не могу поверить, что я оказалась настолько глупа, что снова влюбилась в красивого мужчину, — подытожила Хлоя. — Я думала, что история с Брэдом меня чему-то научила. Но нет, моей дури хватило, чтобы дважды наступить на одни и те же грабли.

Линн была разочарована и возмущена.

— Я думала, что военные — честные и порядочные люди.

— Но в этом есть и моя вина: он ясно дал понять, что мы всего лишь команда, друзья по несчастью, — Хлоя лениво ковыряла вилкой в салате. — Никакой романтики. Это я нарушила правила — влюбилась в него. Почему я это сделала?

— Наверное, потому, что он невероятно хорош собой? — предположила Линн. — И взял тебя полетать на воздушном шаре.

— А потом поцеловал меня, оттолкнул и сказал, что это была ошибка.

— Звучит так, будто он испугался.

— Он военный. А военные ничего не боятся, — возразила Хлоя.

— Конечно, боятся. Особенно, если речь идет о женщине.

— Он сказал, что мне нужен человек, который бы всегда находился рядом. Из-за моего детства. Что мне нужна безопасность.

— Это веская причина, — Линн задумалась.

— Да, но только это больше похоже на отговорку.

— Если бы ему нужна была отговорка, он бы сказал тебе, что у вас нет ничего общего или что он позвонит тебе позже.

— Он просто старался быть вежливым.

— Кажется, у него это не очень получилось.

— Даже если он говорил правду, это звучало так, будто я одинокая истеричка, которой нужен тот, кто готов утирать сопли двадцать четыре часа в сутки. Без перерыва на обед.

— Я бы такого о тебе не сказала.

— Я надеюсь на это, — она наколола помидор на вилку.

— И что ты собираешься делать? — спросила Линн.

— Ничего. Продолжать жить. И забыть его.

— Ты уверена, что сможешь это сделать? — в ее голосе звучало сомнение.

— Конечно, я библиотекарь. Я могу преодолеть.

Во вторник Хлоя работала во вторую смену — с часу дня до девяти вечера. Воспользовавшись свободным утром, она решила сбегать в магазин и купить еды для Свити. Когда она возвращалась из магазина, по радио крутили песню Рода Стюарда. Ту самую, которая звучала в первый день их знакомства, когда он отвозил ее домой из библиотеки.

Она помнила, как он выстукивал эту мелодию пальцами по рулю. Она тогда заметила, какие у него красивые длинные пальцы, и ей пришла в голову мысль — приятно ли ощущать их ласку. Теперь она знала, что это невероятное ощущение. Лучше, чем она могла себе вообразить.

Это было всего несколько недель назад, но казалось, что так давно.

Хлоя подъехала к своему дому и увидела Ванду, бегущую к ней. Хлоя приготовилась выслушать очередной совет, как помириться со Стивом. Но то, что она увидела, потрясло ее до глубины души. Ванда была в слезах, она не скрывала своего отчаяния.

Сердце девушки замерло, предчувствуя плохие новости.

Ее сердце замерло.

— Что случилось? Что-то не так со Стивом?

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

— Ты видела Стива? — спросила ее Ванда дрожащим голосом.

— Нет, не видела. Что-то случилось?

Ванда молча кивнула, слишком расстроенная, чтобы говорить.

Хлоя похолодела. Неужели несчастный случай? Стив не справился с управлением мотоцикла и разбился? Искалеченный, он лежит на асфальте в луже собственной крови.

— Что случилось? — закричала Хлоя. — Скажите мне наконец!

— Стив уехал отсюда. Просто сел на мотоцикл и уехал, не сказав ни слова!

О нет! У Хлои закружилась голова и начало темнеть в глазах. Она осела на ступеньки веранды. Несколько недель она сидела на этом самом месте, вязала и смотрела, как Стив ремонтирует ее машину.

— Что с ним? Вы ему звонили? — ее голос срывался.

Ванда вытерла слезы.

— Он жив?

— Когда я звонила в последний раз, был жив.

— Он еще жив?

— В последний раз, как я звонила, он был жив.

— В какой он больнице?

— Его отправили в больницу в Германии.

Хлоя вздрогнула, но толком ничего не поняла.

— Стив попал в аварию и его отвезли в больницу в Германии?

— Стив попал в аварию? — Ванда наморщила лоб.

— Вы так сказали.

— Нет.

— Тогда кого отправили в больницу? — спросила Хлоя в отчаянии.

— Тома, брата-близнеца Стива. Он был серьезно ранен во время перестрелки. Когда Стив это услышал, он просто уехал, не сказав ни слова. Я подумала, может быть, он поехал к тебе в библиотеку?

— Нет. — Несмотря на плохие новости, Хлоя почувствовала облегчение — Стив был в порядке.

— Куда же он мог поехать? Один, да еще в таком состоянии. Я боюсь за него. В такие минуты нужно находиться среди родных. Его родители скоро приедут.

Зная, как они были близки с братом, Хлоя могла себе представить, как Стив был расстроен сейчас. Куда он мог поехать? Скорее всего ему хотелось побыть одному. И тут ее осенило. Ну конечно! Озеро Мичиган. Он как-то упоминал об этом месте.

— Кажется, я знаю, где он может быть. Я поеду и проверю. — Она дала Ванде номер своего мобильного телефона. — Если вы что-нибудь узнаете раньше меня, дайте мне знать.

Ванда обняла Хлою.

— Пожалуйста, найди и привези его домой.

— Я постараюсь, — пообещала она.

Стив действительно хотел побыть в одиночестве, чтобы немного прийти в себя. Новости о ранении его брата подтвердили его предчувствия. Стив давно почувствовал приближение беды, поэтому он и спросил Страйкера о письмах. Этой ночью Стив проснулся в холодном поту и дикой болью в левом бедре.

Он старался убедить себя, что это всего лишь кошмар, что с Томом все в порядке.

Но раньше с ним такого не случалось. Хотя, помнится, когда Тому вырезали аппендицит, Стив тоже чувствовал острую боль в боку.

Но это было очень давно. Уж не выдумал ли он эту связь? Но как тогда объяснить то, что он предчувствовал, что брату что-то угрожает, задолго до того, как им об этом сообщили?

За много миль отсюда его брат сражался за жизнь. А он сидел здесь и ничем не мог ему помочь. Он лишь изо всех сил хотел, чтобы Том выкарабкался.

Он сидел здесь один уже много часов. Может, ему стоило сходить в церковь и помолиться? Но это было его святое место. И он приехал именно сюда, даже не задумываясь о том, где ему быть, чтобы подумать и принять решение, что делать дальше.

Хлоя увидела одинокую мужскую фигуру за столиком для пикников. Это был Стив. От его уверенности, казалось, не осталось и следа. Он сидел ссутулившись, с опущенной головой. На нем была коричневая кожаная куртка, которую она узнала бы из тысячи.

Она огляделась. Они были здесь совсем одни. От озера веяло осенним холодом. Лавочки пустовали, трава была покрыта жухлой листвой. Скоро наступит зима.

Всего несколько недель назад она не решилась бы подойти к нему в такой ситуации, нарушить его уединение. Сейчас она думала только о том, что ему плохо и он нуждается в помощи. Она не хотела, чтобы он чувствовал себя одиноким. Подойдя к столику, Хлоя села рядом с ним и, не говоря ни слова, обняла его, чтобы он понял, что он не один — она здесь и готова его поддержать.

— Как ты меня нашла? — удивился Стив.

— Я вспомнила, как ты говорил, что приезжаешь сюда, когда тебе нужно побыть одному. Ванда просила меня привезти тебя домой.

— Есть какие-нибудь новости? — Стив забыл свой телефон у бабушки дома и вспомнил об этом, только когда приехал на озеро.

— Пока нет. Я звонила Ванде минуту назад, чтобы сказать ей, что нашла тебя.

— Знаешь, я почувствовал это, — он повернулся к ней и посмотрел на нее потухшими глазами. — Ночью я проснулся из-за острой боли в бедре. Я понял, что что-то случилось с Томом.

Она погладила его руку, не зная, что сделать, чтобы ему стало лучше.

— Я сидел здесь и думал, как внушить Тому чтобы он не сдавался, чтобы выжил во что бы то ни стало. А вот я сдался без боя. Это касается тебя.

Ее рука замерла.

— Что ты хочешь сказать?

— Знаешь, этот случай с братом напомнил мне, что наша жизнь очень коротка и мы не должны терять время. Нужно жить сегодня, потому что нет никакой гарантии, что ты не умрешь завтра. Вместо того чтобы бояться смерти, мы должны держаться за жизнь, — Стив протянул руку и погладил ее по щеке, его глаза ожили, в них появилось выражение прежней уверенности. — Я думал, что тебе нужен мужчина, который обеспечил бы тебе стабильность и безопасность. Сейчас мне кажется, что женщине нужен тот, кто будет любить ее до конца своих дней, сколько бы их ни осталось в запасе. Конечно, решать тебе, что тебе больше нужно, — он взял ее за руку. — Я люблю тебя. С первого дня, как тебя увидел. Мои братья смеялись надо мной, предупреждали меня, чтобы я не влюбился. Но я был горд, я не мог признаться, что уже полюбил тебя. Я говорил им и себе, что мне не нужны отношения. После той истории с Джиной.

Стив замолчал и посмотрел на их переплетенные руки.

— Каждый раз, как я тебя целовал, я убеждал себя, что мы всего лишь друзья, что мы команда.

Мы хорошо проводим время вместе. И все. Но в глубине души я знал, что это было не так. Что-то происходило между нами. А после того, как мы чуть не упали на провода, я струсил…

— Ты оттолкнул меня.

Он кивнул.

— Потому что я был слишком горд, я испугался. Потому что я думал, что ты заслуживаешь кого-то, кто лучше, чем я. Мне казалось, у нас мало общего. Возможно, это так. Но у нас есть кое-что поважнее: я тебя люблю и надеюсь, что ты тоже сможешь меня полюбить. Ты — моя единственная. Я хочу жениться на тебе и провести с тобой всю оставшуюся жизнь.

Жениться?! Его предложение застало ее врасплох. Она никак этого не ожидала.

Она боялась поверить его словам. Она видела, как он переживал из-за ранения брата. А в состоянии стресса люди совершают странные поступки, о которых они потом могут пожалеть. Она не хотела, чтобы он принимал столь важное решение в таком состоянии.

— Я понимаю, ты очень расстроен сейчас, — начала она.

— Да, это так, — согласился он. — Но я сейчас мыслю гораздо более трезво, чем когда-либо. Что? Ты все еще не веришь, что я всегда говорю то, что думаю?

— Я думаю, что ты сейчас слишком расстроен из-за брата…

Звонок ее мобильного прервал их разговор. Хлоя ответила и передала трубку Стиву.

— Это твоя бабушка.

По его ответам она поняла, что Ванда хочет, чтобы он вернулся как можно скорее.

— Ты нужен своей семье, — сказала она, когда он отключил связь.

Стив кивнул.

— Но наш разговор еще не окончен.

Стив ехал за ней на мотоцикле всю дорогу домой. Она хотела сказать ему, что это не обязательно, но ее тронули его галантные манеры, которые он не оставлял даже в такую минуту. В этом был весь Стив.

Его семья ждала их у крыльца. Хлоя хотела оставить их, но Стив взял ее за руку и не позволил ей уйти. Страйкер купил билеты на самолет, и через час они должны были улететь в Германию.

Стив отошел в сторону от родственников, чтобы немного побыть с ней и попрощаться. Она погладила его руку.

— Скоро ты увидишь своего брата. Я буду ждать тебя здесь. А когда ты вернешься, мы поговорим.

— Не сомневайся, — пообещал ей Стив и поцеловал в губы.

После этого Стив уехал, а она поняла, что даже не сказала ему на прощанье, как сильно она его любит.

— Доброе утро, — сказала Линн, с улыбкой встречая Хлою у служебного входа в библиотеку. Они пришли раньше всех. — Есть какие-нибудь новости?

— Пока нет, — Хлоя ждала уже два дня, но он так и не позвонил.

— Сколько его уже нет?

— Пятьдесят два часа, — Хлоя посмотрела на часы, — и сорок минут. Но кто считает?

— Ты скучаешь, — сказал подруга с улыбкой. — Он оставил номер телефона, по которому ты можешь ему позвонить?

Хлоя кивнула.

— Даже несколько. Включая мобильный. Но я не хочу беспокоить его. У него есть чем заняться. Я получила письмо от Ванды по электронной почте. Она пишет, что состояние Тома стабилизировалось.

Хлоя позвонила Линн сразу, как Стив улетел в Германию, и рассказала ей все, что произошло. Они разговаривали по телефону целый час.

— Ты думала насчет его предложения? — спросила Линн.

— Нет. И стараюсь не думать.

— Почему?

— Потому что он может изменить свое решение за это время.

Хлоя приступила к своим непосредственным обязанностям в библиотеке: отвечала на телефонные звонки, на вопросы посетителей. Одна женщина попросила принести ей какие-нибудь книги о проведении свадебного торжества.

— Моя дочь наконец-то выходит замуж и хочет, чтобы ее свадьба была незабываемой, сказала женщина. — Я уж думала, что она никогда не выйдет замуж…

— У меня была пышная свадьба, — продолжала говорить женщина, пока Хлоя искала книги по каталогу. — Всем очень понравилось. А у вас какая была свадьба?

— Я не замужем.

Женщина не смутилась.

— А когда будете выходить замуж, какую свадьбу вы бы хотели?

Хлоя никогда об этом не думала. Но ей не нравились слишком торжественные свадьбы. Скорее, наоборот. Что-нибудь скромное, но значительное. Может быть, даже с приключениями. Она улыбнулась, вспомнив о Стиве.

Она любила его — в этом сомнений у нее не было. Возможно, они только недавно познакомились, но им было так хорошо вместе. Она не знала, изменится ли что-нибудь в их отношениях, когда он вернется из Германии. Но она не собиралась напоминать ему о словах, сказанных им в состоянии стресса.

Подобрав женщине книги, Хлоя вернулась к своему рабочему месту, краем глаза заметив посетителя у дверей. Это был Стив. Она сначала даже не узнала его — он был в синей форме военно-морских сил США. Выглядел потрясающе. Форма ему очень шла. Некоторое время она не могла вымолвить ни слова.

— Что… что ты здесь делаешь? — наконец сказала она.

— Я не мог больше ждать.

— А как же… Как же твой брат? — ей с трудом удавалось складывать слова в простые предложения.

— Я виделся с ним. Его нога пока не совсем в порядке, но по крайней мере ее удалось сохранить. Он еще какое-то время пробудет в больнице, но его жизнь вне опасности. В общем, он сказал мне, чтобы я возвращался сюда.

— Почему он так сказал?

— Потому что он умный.

— С ним правда все будет хорошо?

Стив кивнул.

— Какое-то время он будет хромать, но потом придет в норму. Он сильный.

— Конечно, — сказала она, и на глаза у нее навернулись слезы, — вы же служите в военно-морских силах США.

— А ты работаешь в библиотеке. Что означает, что ты хорошо умеешь отвечать на вопросы.

— Даже если я не знаю ответ, я знаю, где его можно найти.

— Рад это слышать. Потому что мне нужно задать тебе очень важный вопрос.

— Правда?

Он кивнул и, взяв ее за руку, встал перед ней на одно колено.

— Хлоя Джонсон, я люблю тебя и хочу провести всю свою жизнь с тобой. Ты выйдешь за меня замуж?

Он открыл коробочку с кольцом.

На глазах девушки выступили слезы.

Впервые в жизни Хлоя позволила себе в библиотеке такие эмоции.

— Ты уверен?

Он кивнул.

— Я не просто уверен. Я хочу этого больше всего в жизни.

— Тогда да! Да, я согласна! Я тоже тебя люблю! Я принимаю твое предложение.

Стив встал с колена, поднял ее на руки и начал кружить.

— Когда? Сейчас?

— Что? — она поправила очки, когда он отпустил ее. — Как это — сейчас?

— Давай убежим! Наш самолет уже ждет нас в аэропорту. Одно твое слово — и мы полетим в Лас-Вегас, где и поженимся.

Все происходило слишком быстро.

— Давай же! Решайся! — уговаривал он ее. — И я обещаю тебе, ты не пожалеешь.

У нее был выбор: согласиться сейчас и рискнуть или оставить время для раздумий. А как же более интересная жизнь? Риск? Судьба?

Всего несколько недель назад она не отважилась бы на такой поступок. Но Стив помог ей обрести уверенность в себе, решительность и желание изменить свою жизнь. Но это желание всегда было где-то глубоко внутри нее. Стив лишь подобрал к ней ключ.

Внезапно откуда-то появилась Линн, которая слышала весь их разговор.

— Если ты беспокоишься за Свити, то я позабочусь о ней, пока тебя не будет.

— Ты хочешь этого? — спросил ее Стив.

— Я хочу все. — Ее голос звучал уверенно. — Я хочу все и сразу: тебя, котенка и свой дом.

— Так все это и будет. Тебе просто нужно в это поверить.

Она улыбнулась ему.

— Я верю. Давай убежим!

Стив поцеловал ее, подхватил на руки и под громкие аплодисменты работников библиотеки и посетителей вынес ее из библиотеки и посадил на свой «Харлей».

Шесть часов спустя…

—Мне сказали, что это лучшая церковь в Лас-Вегасе, — сказал Стив Хлое, когда их лимузин остановился.

Они уже побывали в самом дорогом магазине и купили роскошное свадебное платье. Без лямочек, с корсетом, нежного белого цвета и с фатой в придачу. В таком наряде Хлоя была очаровательна. В руках она держала букет роз чайного цвета, простой, но элегантный.

Неизвестно откуда появившийся Страйкер открыл дверь лимузина со стороны невесты.

— Почему так долго?

— Что ты здесь делаешь? — спросил его Стив.

— Ты думал, тебе удастся жениться втихаря? — Страйкер улыбнулся. — Даже и не мечтай.

— Но я же прилетел сюда на нашем самолете. А как тебе удалось добраться так быстро?

— Разве я не говорил тебе, что у нас не один самолет?

Они вышли из лимузина. Толпа родственников дожидалась их у церкви. Не только Страйкер со своей женой Кейт и маленьким сыном, там был Рэд со своей женой Сиреной, которая работала продавщицей в книжном магазине, там была Ванда.

Хлоя не могла поверить своим глазам.

— Я думала, вы все еще в Германии.

— Нет, я прилетела вместе со Стивом, — сказала Ванда. — С Томом остались отец и брат Бен. Я думаю, я здесь нужнее, — она обняла Стива и Хлою. — Я так рада за вас.

— А как вы узнали, что мы будем именно в этой церкви?

— Я искала для Стива эту церковь в Интернете, — призналась Ванда — Ладно, хватит болтать! — сказал Страйкер. — Давайте начинать.

Стив пропустил Хлою вперед:

— Ты уверена, что хочешь этого?

— На все сто!

Стив обнял ее.

— Ты даже не представляешь, как сильно я тебя люблю.

— Я думаю, ты мне это покажешь во время нашего медового месяца.

— Не сомневайся в этом, — он поправил ее очки. — Но мне кажется, месяца нам не хватит. Всю жизнь я буду любить тебя, как сейчас, не сомневайся.

Content

Кэти Линц
Поженимся в Лас-Вегасе

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ