Эдди и Дуги Бримсоны

Высшая мера

ПРЕДИСЛОВИЕ

Ни у кого не возникает ни малейшего сомнения в том, что Лондон является центром футбола в Англии. Фаны Ливерпуля, Манчестера или Ньюкасла могут поспорить с этим, но факты говорят сами за себя. Взяв путеводитель по Лондону, мы видим, что в городе есть 14 клубов Лиги — такого вы не увидите ни в одном другом регионе. Еще добавим тот факт, что национальный стадион и штаб-квартира FA на Lancaster Gate находятся в городской черте, и все становится так же ясно, как то, что Л*т*н — отстой. Можно, конечно возразить, что 90% первоклассных команд находятся на севере, но мы, южане, предпочитаем игнорировать это утверждение.

Итак, огромное множество команд расположено на расстоянии часа езды друг от друга. Для тех, кто живет в пределах Лондона, это значит, что они могут поучаствовать в разных местных дерби, затратив меньше денег на поездки, а больше — на выпивку. Если их любимцы не играют, им не придется ехать очень далеко в поисках другой игры. Больше того, если в этот день играет сборная Англии, то от Wembley до дома рукой подать, и ты сможешь успеть домой, чтобы еще раз насладиться игрой по ТВ. Для людей, любящих футбол, Лондон — единственное место, где можно жить. Так же Лондон — удачное место проживания для тех, кто любят экшн. Да, тысяча-другая таких сорвиголов наберется — количество местных дерби предоставляет достаточно возможностей размять свои кулаки. Кроме того, тот факт, что хоть сколько-нибудь суппортеров одного или другого клуба приедут или просто будут проезжать Лондон в дни матча, означает, что шансы поакционировать возрастают. Таким образом, любой из значительных мобов, враждующих с любой другой лондонской бандой, могут даже не беспокоиться о том, встретят они своих оппонентов или нет, — это неизбежно. Так что, Лондон в субботу днем или вечером во вторник может оказаться несчастливым местом для футбольных фанатов.

В этой книге мы решили открыть всю подноготную хулиганизма в столице. Мы рассмотрим все лондонские клубы, даже Wimbledon, но вы должны понять, что есть только три элитных клуба — Chelsea, West Ham и Millwall. Несомненно, с этими командами и их поклонниками связано намного больше различных случаев и происшествий, чем с другими, особенно, если мы вспомним “фирмы”, поддерживающие эти клубы, такие банды как ICF, Headhunters или F-Troop, вспомним все печально известные происшествия, в которые были вовлечены эти мобы. Мы также проедемся по их лондонским маршрутам и посмотрим, как они устраивают засады на противника и скрываются от полиции.

Как в предыдущих наших книгах, основную часть “Высшей меры” будут составлять отчеты о различных инцидентах. Некоторые из них рассказали люди, которых мы знаем или встречали, другие были присланы по почте, но все они, как обычно, пересказаны слово в слово. Мы делаем это, так как считаем, что потрясение и последствия такого изложения событий будут намного сильнее чем, если мы будем описывать их в стиле любовных романов. Пока мы остановимся на каждом лондонском клубе поподробнее, и на Лондоне в целом. За пределами столицы находится очень много клубов, для которых каждая поездка в Лондон является возможностью удовлетворить своею жажду насилия. Эти банды греет мысль о возможной конфронтации с любым мобом “Cockney Wankers” и возможности приехать в Лондон и погнать лондонские фирмы на их же территории. Репутация — это все для футбольного хулигана, неважно хорошо ли организована банда или нет, но “сделать Лондон” — один из путей отметиться на карте. Это и является причиной притягательности Лондона для любого футбольного хулигана.

Мы не хотим сделать предметом этой книги такие вещи, как полиция, ФА и СМИ — об этом мы писали в предыдущих книгах. По нашему мнению, истина заключается в том, что футбол потерял свою притягательность, которой он обладал в 70-х и 80-х годах. Ничего нельзя сделать как с тем фактом, что мы отошли от хулиганизма, так и с тем, что Watford стал похож на сборище спящих карликов, которые катают мяч по полю, вместо того, чтобы показывать хороший, красивый футбол. Становится ясно, что атмосфера на игре изменилась, и очень многие стадионы потеряли ту уникальную смесь страсти и враждебности, делавшую английские игры такими неповторимыми.

Если вам посчастливилось побывать на Stamford Bridge, вы заметите, что это место не потерпело особых изменений, что и отличает его от всех остальных в премьер лиге. Old Trafford, Highbury, White Heart Lane и в меньшей степени Anfield потеряли эту изюминку, и по сравнению с тем, что происходило на этих стадионах 10 лет назад, обстановку можно назвать умиротворяющей. На 90% это произошло потому, что ФА и сами клубы изначально совершили ошибку, решив сделать ставку на привлечение других, “сверхсовременных” фанов, которые не знают даже как создать соответствующую игре атмосферу. Может быть, это и переместило насилие за стадион. Но факт остается фактом — с этим ушла и притягательность самой игры, и в любом случае — насилие может уйти в подполье на некоторое время, но оно не исчезнет совсем.

Вы можете осуждать хулиганов сколько душе угодно, но не все приходят на стадион только для того, чтобы похулиганить. Но до сих пор футбольная администрация всех громкоголосых, горячих парней причесывает под одну гребенку. Они начинают подсылать своих людей к каждой группе, представляющей, по их мнению, какую-либо опасность.

Сказать, что взрыв хулиганизма в 70-х и 80-х годах убил футбол, было бы лишь частью всей правды, удобной отмазкой для тех, кто допустил ошибки в регулировании и управлении всем футбольным миром. Меньше народа стало ходить на стадион, потому что в основной своей массе (за исключением Liverpool, Arsenal и Forest) футбол стал скучным зрелищем. А сколько испытаний мы должны были вынести, чтобы попасть на так называемую классическую игру? Более того, сам стадион и удобства были ужасны и люди стали отворачиваться от футбола в поисках лучших развлечений, у которых было то, чего футбол никогда не мог предложить — уважение.

Нам совершенно ясно, что футбол таит в себе множество проблем. Так как элитные клубы продолжают погоню за толстосумами, их абсолютно не заботит то что, у небольших клубов не хватает ни сил, ни средств для выживания. Где, по-вашему, берутся новые таланты? Дешевые игроки продолжают закупаться в Европе. Но не говорите потом, что сборная — дерьмо, и что настоящий футбол в этой стране остался в далеком прошлом.

Отложив в сторону навязчивую идею с иностранными игроками, тянущими деньги из внутренних игр, обратим внимание на СМИ, которое мертвой хваткой вцепилось в футбол, лишая его всех сил. Вот что является действительной угрозой этой игре. Премьер лига одержима взиманием pay-per-view (отдельная плата за просмотр каждой телепрограммы), которая помогает лишь немногим клубам. Например, мы знаем, что многие фаны Chelsea, Tottenham, Arsenal также поддерживают другие, меньшие по размеру столичные клубы и часто посещают матчи с их участием (это не является особенностью лондонцев — многие суппортеры по всей стране имеют “second team”). С введением pay-per-view и возможностью купить сезонный абонемент на просмотр матчей своей команды, эти мигрирующие фаны могут предпочесть остаться дома и наслаждаться игрой по ящику. Несмотря на то, что общее число любителей футбола увеличилось за последние годы, количество поклонников двух нижних дивизионов стало намного меньше с момента создания премьер лиги.

Те, кто раньше путешествовал, теперь может остаться дома, смотря интересующую игру по телеку. Это конечно намного удобнее и дешевле, чем тащиться куда-то для того, чтобы посмотреть игру вживую. Меньше народу будет ходить на стадион — значит, выручка тоже будет меньше. Некоторые могут поспорить, что на покупку декодера уйдет немало денег, т.е. футбол не останется внакладе. Но можно собрать 10 человек в одной гостиной, чтобы посмотреть матч — простая арифметика показывает — клубы терпят поражение от ТВ.

Другой недостаток pay-per-view является рост так называемой культуры “pub-football”, которую начинает развивать спутниковое и кабельное ТВ. Было видно, что когда Англия вылетела из Евро '96, возможность массовых беспорядков была очень велика. Футбол, алкоголь и люди — все 3 составляющие образовали дьявольскую смесь и вот уже мы слышим о мобах, нападающих на пабы с враждующими бандами, находящимися на расстоянии нескольких миль. В пригороде Лондона очень часто можно встретить банды, кочующие из одного места в другое. Если клубы, такие как Barnley начинают искать свой “родной” паб, то историческое “taking of the end” (шэдвил на трибуне) превращается в “taking of the pub”. Кроме того, каждому футбольному хулигану известно, что именно в пабах и происходит большинство инцидентов.

Все это очень серьезно не только потому, что смотря прямой репортаж с матча, можно оказаться в центре свалки. Человек, смотрящий футбол по телевизору, постепенно отвыкает от посещений самих матчей. А если однажды ты потерял эту привычку, тебе очень сложно будет вернуть ее. Спроси Exeters и Hull Citys, как они себя ощущают при виде полупустых трибун, а все оттого, что дерби Merseyside можно посмотреть у себя дома или в близлежащем пабе.

Продолжающееся отчуждение суппортеров от своих клубов и отказ прислушаться к их предложениям или жалобам — еще один повод для беспокойства. Можно лишь однажды взглянуть на Brighton и понять, как все паршиво, если один раз пустить все на самотек. Администрация отказывается считать болельщиков неотъемлемой частью игры, и видят в нас лишь дойных коров. Многие клубы, говоря о том, что люди, проходящие через турникеты, приносят чуть меньше половины дохода, забывают о том, что эта половина является далеко не мелочью. Прибавьте сюда деньги, затраченные на еду, выпивку, различные лотереи и сувениры из магазинов, торгующих клубной символикой — на сколько увеличивается эта “половина”? Похоже, что всем дурят голову те же люди, которые сидят в правительстве и вешают нам лапшу на уши по поводу отсутствия безработицы и т.д.

Клубам также приходится учитывать то, что они ответственны за поведение и безопасность своих фанов как дома, так и на выезде. Постоянный отказ от этой ответственности вызывает гнев суппортеров, периодически страдающих от полиции или от фанов команды соперника, поэтому они начинают решать проблемы своими собственными методами. Например, руководство Millwall рвало на себе волосы от отчаяния после визита фанов Birmingham на St Andrews, т.к. им пришлось расплачиваться за все, произошедшее на стадионе.

Суть в том, что по мнению BBC, руководства премьер лиги и ФА, большинство болельщиков предпочитают смотреть матч в домашних условиях. Тех же, кто переносит дождь и холод, тратя с трудом заработанные деньги на поездки по стране, просто игнорируют. Любой, кто ходил на матчи раньше и продолжает ходить сейчас, понимает, что ничего не изменилось — угроза насилия продолжает существовать. Попытка игнорирования СМИ футбольного хулиганизма совсем не означает, что фаны Chelsea, Tottenham, Man United, Liverpool и любого другого клуба премьер лиги не принимали участия в насилии, все они замешаны в этом. Переубедите нас, если сможете. Насилие никуда не ушло, оно просто выжидает удобного момента, чтоб заявить о себе в полный голос.

Так как мы продолжаем вариться в этом же котле, мы можем помочь разрешить проблему хулиганизма в этой стране. Мы это делаем, так как чувствуем себя вынужденными вернуть в игру то, что раньше испортили своими действиями. До тех пор, как футбол будет отворачиваться от своих фанатов, отрицать существование множества проблем, которые волнуют нас, мы будем продолжать писать такие книги, как эта, чтобы показать нашу обеспокоенность сегодняшним положением. Тот футбол, который мы видим в Match of the day или Super Sunday оказывается далек от реальности, когда ты сталкиваешься лицом к лицу с мобом команды соперником, желающих размазать тебя по земле. Когда люди наконец осознают, что “не все спокойно в нашем королевстве”, тогда можно будет рассчитывать на какой-либо прогресс в продолжающемся противостоянии.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ВЫСШАЯ МЕРА

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ПОЧЕМУ?

Когда я или Эдди разговариваем с людьми о футбольном насилии, они каждый раз задают один и тот же вопрос: “Зачем все это было нужно?”, “Сначала ты показался мне вполне интеллигентным человеком”… “ПОЧЕМУ?” Обычно этот вопрос задают те люди, которые не хотят услышать ответ. В эту категорию входят репортеры, ответственные за освещение последних беспорядков и ищущие виновных, и люди, которые ни разу в жизни не были на футболе, но которые считают себя знающими ответа на все вопросы. Ну, давайте еще раз попробуем во всем этом разобраться и разъяснить, что для меня значит понятие “футбольный траблмейкер”.

Мы говорили и не раз, что если бы людям не нравилось драться, то они бы не стали этого делать, но хулиганизм включает в себя много больше, чем простые разборки. Когда я впервые был вовлечен в беспорядки, все было достаточно разрозненно и случайно, но когда я решил закончить с футбольным беспределом, это превратилось в целое движение. Я стал футбольным хулиганом так же, как другие люди становятся панками, скинами или байкерами, и я получил свое воспитание на стадионах Англии и Европы.

Никто никогда не пытался заставить меня ходить на футбол, тем более принимать участие в стычках. Для малолетнего парня (каким я и являлся в то время) казалось необычайно увлекательным наблюдать за братом моего лучшего друга и его друзьями, когда они оккупировали трибуну приезжих фанов. Я с восторгом наблюдал за тем, как их банда в любой момент могла отстаивать свою территорию до прибытия полиции, которая уводила их неизвестно куда. После этого они обычно возвращались в синяках и кровоподтеках, но с гордо поднятыми головами. Я часто стоял и наблюдал за ним, понимая то, что я его знаю, он — брат моего друга. Часто эта гордость была столь очевидна, что мои знакомые и люди, стоявшие рядом, покатывались со смеху, глядя на меня. Я хотел быть частью их банды, и я знал, что рано или поздно я сам вкушу прелесть битвы. Когда же этот день настал, я чувствовал себя способным свернуть горы.

Не нужно провоцировать меня, говоря, что я — ненастоящий суппортер. В любой момент я мог сказать, кто забил и сколько мячей побывало в воротах в течение любой игры, которую я посетил. Я был (и до сих пор являюсь) футбольным маньяком. Кроме того, я мог сказать вам посещаемость матчей моей любимой команды. Я не особо этим горжусь, но так же не могу сказать, что сожалею об этом.

Поддерживая такой клуб как Watford, большинство моих воспоминаний связано с насилием. Глумеж на чужой территории, розыск Brentford на Junction, укус полицейской собаки на Everton, хорошая встряска в Oxford и возвращение домой с матча с Arsenal с распухшей губой и синяком под глазом — все это вызывает у меня улыбку. Выражение “добрые старые деньки” ассоциируется у меня с этими событиями, именно это — мое прошлое, все погони и игры в прятки — все это чертовски будоражит кровь. Я знаю, что многие люди, читающие эти строки, сейчас скривят губы в презрительной ухмылке. Вся газетная братия судорожно схватится за свои ручки и карандаши, чтобы выплеснуть на бумагу свое праведное возмущение; возможно даже Kilroy позвонит нам — кто знает? Но для меня все это было частью взросления, реальной жизни… частью невероятно захватывающей и будоражащей кровь. Я принадлежал к чему-то, что постепенно уводило меня от однообразной жизни стандартного обывателя в какой-то полуреальный мир. Это могло быть опасно, но это становилось частью тебя. Так же как люди прыгают с парашютом, чтобы испытать тот необычайный прилив адреналина, который ты испытываешь в момент опасности, так и я посещал Den, Anfield или St James Park (как Newcastle, так и Exeter). Каждая суббота отличалась от предыдущей, и ты никогда не знал, что может случиться с тобой через пять минут.

Я затратил много времени, слушая рассказы старушек о столкновениях полиции с рокерами и другими группировками в Southend или Brighton во время праздника. И нынешняя молодежь будет ждать следующих праздников, собираясь в своем пабе и обсуждая план действий. Эти пабы и клубы считаются “родными”. И если какая-нибудь банда начинала зарываться и позволять себе вольности, то все силы бросались на защиту своей территории. Все движения были связаны с определенным видом музыки, а это являлось еще одним поводом для насилия. Увидев панка, ты сразу начинал искать глазами бритоголового, который надрал бы ему задницу.

Все это имеет большое сходство. Дни матчей — концертов, праздничные шествия — выездные игры и т.п. Байкера или панка легко узнать по одежде, ведь у них есть какая-то “униформа”, а для футбольного хулигана необходимыми атрибутами являются шелковый шарф и мартенсы со стальными носами. Но настоящие парни не хотели особо отличаться от нормальных людей, так появилось понятие “кэшелс” — ухоженный и одетый в хорошую и дорогую одежду человек. Это освободило нас от ужасных штанов с вечными накладными карманами, и мы осознали свою индивидуальность, прежде неизвестное нам чувство. Long live the casual!

Вплоть до рождения движения кэшелс, которое особенно сильно развивалось в Лондоне, состав мобов был очень разношерстным. Не важно было, как ты выглядишь, главное — что ты всегда готов отстаивать свою территорию. Но с появлением кэшелсов все изменилось. Нормальные ребята больше не хотели стоять рядом с длинноволосыми, свиноподобными парнями, одетыми в футболки Iron Maiden и загаженные старые ботинки. И неважно, был ли ты на домашней игре или на выезде, ты должен был быть сообразительным, аккуратным, одетым в модные шмотки и, самое главное, быть достойным всего этого.

Еще одним достижением движения кэшелс было то, что они перенесли насилие на другой уровень. Всегда существовали фирмы со своим лидером и основой, но теперь каждый футбольный хулиган осознал свою индивидуальность, возможность создать свою собственную банду, что и стало происходить. Тебе нужно было дать понять людям, кто ты есть на самом деле, чтобы создать соответствующую репутацию, которая нужна была для вступления в моб. И был только один способ сделать это. Неважно, что говорят или думают другие, мы знаем правила. Я принадлежал к чему-то большому, и моему примеру следовали десятки тысяч других людей, и это было потрясающе.

Если ты приходишь на субботний матч, одетый не так как нужно, ты делаешься объектом насмешек на весь день. Ты ДОЛЖЕН был носить одежду ПРАВИЛЬНОЙ фирмы. Чувство, которое ты испытываешь, прогуливаясь по городу в стильном прикиде, несравнимо ни с чем. Кэшелс перестали носить клубные цвета — это не нравится многим людям. Они думают, что это хороший способ слинять от полиции, когда становится жарко, но для нас это идеальный вариант отсеивать полицейские сопровождения, разведчиков из других банд и прочее дерьмо. На самом деле, единственные люди, которых мы дурили, были полицейские, так как любой футбольный хулиган за версту чует приближение противника, а уж одежда не скроет того, кто ты и откуда.

Да, мы были злыми, агрессивными и жестокими, но в отличие от панков, скинов и байкеров, мы не протестовали не против чего. У нас не было никаких антиобщественных лозунгов, нам просто нравилось выставлять себя как последних ублюдков, которым на все наплевать. Нас не интересовало ничего, кроме поиска таких же банд как наша. Когда мы находили их, единственное, что нас заботило — так это как вытрясти дух из этих подонков. И мы продолжали конфликтовать с другими мобами, зачастую тратя за один день столько денег, сколько окружающие нас люди зарабатывали за целый месяц.

Pringle, Fila, Diadora, Tacchini, Lacoste и т.п. — вот примерный список фирм, которые считалось не стыдно на себя одеть. Конечно, это была хорошая, дорогая одежда. Сказать, что у всех у нас была куча денег, было бы неправильным. Быть кэшелсом считалось дорогим хобби, и многие из наших парней в середине недели ехали в Euston с длиннющим списком покупок и полупустым кошельком. Вечером ты сидел на телефоне, чтобы узнать, есть ли та вещь, которую ты заказал. Если нет, что еще можно выбрать и сколько тебе это будет стоить. Все эти проблемы никого не волновали — на субботнем матче ты должен был появиться в обновке.

Я помню, как-то раз фаны Birmingham City возвращались на Watford Junction после вечерней домашней игры и столкнулись с кэшелсами команды соперника, которые моментально вычислили нас. Деваться было некуда, и мы обменялись обычными оскорблениями. Brummies заинтересовались нашим прикидом, особенно толстовкой, которая была надета на одном из наших ребят. Уже на платформе было ясно, что эта небольшая фирма приехала из Milton Keynes и возвращается на том же поезде, что и мы. Они сели в начало поезда, мы соответственно, заняли вагоны в хвосте. Когда поезд прибыл в Hemel Hempstead, мы вышли из поезда, фаны City прыгнули на нас. Все они орали: “Держи того парня в толстовке!”. Так все происходило — они хотели не только размазать нас по земле, но и забрать все, что на нас было одето.

Мы выбрались целыми из этой передряги, и так как Brummies ждали следующего поезда, это дало нам возможность поквитаться с ними. Хорошо мы повеселились той ночью — один из них точно поехал домой с воспоминанием о дожде из бутылок и кирпичей, которому он подвергся на платформе.

К середине 80-х наша фирма окончательно развалилась. Банды Chelsea и West Ham наведывались на нашу территорию довольно часто, и я не мог больше выносить язвительных замечаний, что наш моб нужно назвать как одну из детских программ — Murphy’s Mob. Но фан-культура футбольных хулиганов все равно завораживала меня (как и сейчас). Между футбольными хулиганами существуют особые отношения, которые многие не могут постичь. Как-то, во время путешествия в Newcastle я столкнулся с мобом Sunderland на обслуживающей станции. Опять же, я думал, что добром наша встреча не закончится, но узнав, что мы едем на игру с их главным противником, они выложили нам всю возможную информацию о маршрутах, продвижениях и местах скопления фирмы United. Это помогло не ошибиться нам в выборе дороге и сыграло значительную роль в результате, которого мы достигли. Вы видите, мы все принадлежим к одному движению. Ты можешь общаться с любым суппортером, если только в этот день вы не являетесь оппонентами.

Другой стороной хулиганизма является то, что в отличие от других движений, оно на 100 процентов состоит из мужчин. Мы все знаем что группы, состоящие только из мужчин (или женщин) ведут себя совершенно по-другому, если рядом нет противоположного пола. Я бы никогда сам не полез в драку в обычной жизни, но ощущение себя членом моба дает мне шанс самоутвердиться, и мне это нравится. Мне нравится быть мужиком, поря чепуху, отпуская смачные шутки и выражаясь так, как тебе этого хочется. Кроме того, футбол является отдушиной, там ты можешь драться, материться и вообще, быть шилом в заднице только потому, что тебе этого хочется, и всего этого не видит твоя девушка. Я думаю, что именно это является причиной того, что люди продолжают участвовать в насилии, даже когда они становятся старше. Это для настоящих мужчин, один из способов доказать свою мужественность.

Я не собираюсь оправдываться или извиняться за то, что вы не поняли “старого, бедного футбольного экс-хулигана”. Я буду прав, сказав, что я люблю это. Мне не нужно разбирать и осуждать мои поступки, потому что я не стыжусь их. Правда состоит в том, что мы получили нормальное воспитание, мы любили школу и колледж, и мы не подходим под описание футбольного хулигана, которого СМИ выбрали объектом своей ненависти. Быть частью такого движения означает, что тебе насрать на то, что другие думают о тебе. В то время меня заботило лишь отношение моих соратников. Когда употребление различных подручных средств стало входить в моду, я решил, что это самое время покинуть корабль. Я не против походить с опухшей разбитой губой, но мне не хотелось каждый день смотреться в зеркало с фальшивой улыбкой и вставными зубами. Я был свидетелем нескольких ужасных событий, и поверьте мне — я входил в фирму, которая не была особо известна. А что же говорить о настоящих бандах?

Когда в моду вошел обычай сидеть на стадионе, я отошел от футбола. И игра и то, как теперь суппортер должен был смотреть ее — все это вместе вело к драматическим последствиям. Нельзя сказать, что манера ведения игры злила меня — то, что я люблю поглумиться на футболе, еще не значит, что в самом футболе я ничего не понимаю. В конечном счете, я не посещал стадион 3 или 4 сезона, изредка появляясь на самых важных домашних матчах. Приходя на игру сегодня, я чувствую то же самое — нас нае*али. Но нельзя навсегда забыть футбол и свой любимый клуб — поэтому сейчас вы можете встретить меня как на каждой домашней игре, так и на многих выездах.

После такого перерыва я понял, что попытки окончательно разорвать связи с футболом вообще и хулиганизмом в частности и старания стать примерным гражданином в конечном счете окончились провалом. Сейчас в банде очень мало незнакомых мне людей. Я часто встречаю знакомые лица из других маленьких мобов. Они до сих пор посещают матчи, но, как и я, соблюдают определенную дистанцию. Движение кэшелс продолжает набирать силу, только названия фирм немного изменились. Теперь это — Ralph Lauren, Stone Island, Henry Lloyd и Armani. Но я уверен, что эти парни испытывают те же чувства, что и я когда-то, поэтому я не могу удержаться от воспоминаний о делах минувших дней.

Я уверен, что многие люди могут найти лучшие пути для самовыражения, но футбол и насилие — вот две необходимые для меня вещи. Также они продолжают оставаться лучшими способами для разрядки для многих остальных. Если вы когда-нибудь были или скином, или панком, или кем-нибудь еще, тогда вы, возможно, сможете понять, что для меня значит быть футбольным кэшелс. Если вы прыгали с парашютом и испытали тот прилив адреналина, тогда вы сможете понять притягательность опасности.

ГЛАВА ВТОРАЯ

СЕВЕР — ЮГ

Как два парня из Северного Лондона (Tottenham, если быть точнее), мы должны иметь какую-то духовную связь с этим местом, но мы должны подчеркнуть, что на клубы, играющие там, нам абсолютно положить. Скорее всего, это влияние одного старика, который на протяжении нескольких лет упорно вдалбливал нам как замечательны Spurs были в 50-х и как хорошо они играют сейчас. Теперь же МЫ рассказываем ему, что происходит вокруг, и ОН внимательно слушает нас. Но раньше это приводило нас в бешенство, и чтобы досадить ему, мы страдали несколько сезонов, поддерживая Hornets. Но как бы там ни было, они являлись нашим местным клубом.

Лондон может быть разбит на 5 частей: север, юг, запад, восток и Сити. Мы не будем пускаться в яростные дебаты о том, какая часть Лондона к какому региону относится. По нашему мнению Северный Лондон тянется от River Lea до Mill Hill; Западный Лондон — это территория от Mill Hill вниз по Темзе к Kingston; Южный Лондон начинается у Wimbledon и Morden и заканчивается у А2; и Восточная часть состоит из восточных окраин Stepney, Leyton и Chingford. Сити, или Square Mile, это относительно небольшая территория около Bank tube, ее значение, по словам футбольных болельщиков, лишь в том, что это именно то место, куда отправляется администрация клуба, когда они выставляют клуб на Stock Exchange (последний гвоздь в крышку гроба). Тот факт, что Millwall расположен к северу от реки, а New Den находится на юге New Cross, конечно может кое-кого запутать, но Lions так же относятся к Западному Лондону, как и Grant Mitchell, чем они очень гордятся.

Замечание, что лондонцы широко известны по стране, будет верным. Те, кто живут к северу от Northampton, обычно называют их наглыми и самоуверенными. В какой-то мере это верно. Но южане не оставляют эти оскорбления без ответа и утверждают, что все Geordies — психи, а большинство Scousers — воры, подчеркивая самые худшие отличия. Наш опыт говорит, что, когда северяне, приехавшие в Лондон, пытаются замаскировать свой акцент и все, отличающее их от жителей столицы, то южанин на севере с гордостью демонстрируют свою принадлежность к югу.

Может быть, письмо, написанное человеком, живущим внутри М25, прольет свет на отношение этих веселых Cockney к остальным англичанам.

МОЖЕТ БЫТЬ ЭТО ВСЕ ПОТОМУ, ЧТО Я ЛОНДОНЕЦ.

Не поймите меня неправильно, я знаю много северян, и большинство из них классные ребята. Но когда дело касается футбола, они не котируются. Давайте посмотрим правде в лицо — все люди, живущие на севере, идиоты. Они невежественны и трусливы. Попробуйте вспомнить, когда какая-нибудь серьезная фирма приезжала в Лондон, чтобы посоревноваться с любым из лондонских мобов? Поняли, что я имею в виду? Идиоты.

Они могут приехать и разгромит все на Palace или Rangers, но лилипутские клубы не идут в счет, они ничего не значат. И это больше всего выводит нас из себя, потому что они могут собрать нормальный состав, мы знаем это. Я знаю много фирм по стране, способных достойно проявить себя на выездах. Что я могу сказать, приезжайте, мы с радостью встретим вас. Но в этом вся проблема. Они могут устроить акцию на их территории, но приедут ли они сюда? Ни х**. Нам уже надоело предлагать это.

Возьмем для примера Stoke, Naughty Forty. Реальная банда с неплохой репутацией. Но когда пришло время ехать в Millwall, они облажались. И всегда происходит то же самое.

В свое время я порядком поездил по стране с самыми разными бандами, и я хочу вам сказать, что и побегать пришлось порядком. Но, несмотря ни на что, это не остановило меня — ведь если хочешь иметь хорошую репутацию, то должен быть готов к тому, что всегда найдется человек, который захочет испортить ее. Лондонцы прекрасно понимают это, вот почему столичные фирмы самые лучшие в стране — Chelsea, West Ham и Millwall.

Никто не хочет прятаться от врагов, вот почему каждую субботу я открываю дверь своего дома, готовясь к тому, что из меня могут вытрясти дух. Но если попытаться разложить все по полочкам — лондонские банды уже завоевали свою репутацию. В Лондоне ты не можешь отмазаться тем, что у тебя тяжело болен брат или у тебя появилась срочная работа. Приезжая на чужую территорию, мы готовы ко всему — если мы кого-то встречаем на пути, или кто-то предлагает встретиться — пожалуйста, fair play им обеспечена. И 9 из 10 — по-моему, это не такой плохой результат, как вы думаете, северные напыщенные ублюдки.

Примерно то же самое случается, когда они приезжают в Лондон (к сожалению, это происходит крайне редко). Самое интересное, что здесь они не особо буянят. Почему? Этот вопрос меня волнует уже очень давно.

Наверняка, каждую неделю вы слышите, что происходит в стране: Carlisle сделал это, Barnsley и West Brom устроили то. Да, замечательно, ничего нельзя сказать, это здорово звучит, и вполне возможно, что все это правда. Но все эти события очень посредственны. Несколько лет назад Sheffield United сильно потрепали нас на своей территории, неплохие подонки. И мы дали им шанс показать себя на выезде и… какой сюрприз! Ни о ком из них больше ничего не было слышно.

Мое личное мнение, что за пределами столицы наберется две, от силы три фирмы неплохого уровня, и это — Glasgow Rangers, Celtic и, возможно, Aberdeen. Как у Celtic, так и у Rangers, есть очень неплохие фирмы, приплюсуйте сюда постоянное противостояние Англия-Шотландия — получается очень взрывоопасный коктейль. Во время своих достаточно частых посещений Лондона (3-4 раза за сезон) они показали, на что способны. Aberdeen устроил неплохое шоу во время European Championship, он может оказаться хорошим соперником. И мы с радостью примем их вызов — новая, неизведанная территория — это здорово.

Я так же заметил, что все северные фирмы вели себя очень спокойно во время игр с Sweaties. Несколько лет назад во время игры с Rangers Leeds был похож на сборище миролюбивых селян. Villa, Burnley — все встречались с Rangers, а Celtic неплохо погнали Zulu Army в Birmingham. Я не уверен, что они также отличатся в столице, но в отличие от всех остальных, они сделают все возможное для победы.

Теперь вы видите, что Cockney номер один, и не только в фанатизме, а во всех областях жизни. И это вполне естественно — каждый хочет улучшить свои жилищные условия, поэтому все северяне, Sweaties, sheep-shaggers, carrot-crunchers — все хотят стать кокни. Вспомните, сколько северян, Paddys и Jocks приезжало в Лондон на выходные и оставались здесь на всю жизнь? Множество! Потом они начинают ныть, что какое дерьмовое здесь пиво, как хорошо дома, и какая дорогая здесь плата за дом. Ну, извините, мы не привыкли тухнуть в каких-то хижинах, называемых домами. Лондон-то повыше классом будет, чем ваши трущобы, и если так хорошо дома, то почему бы вам не собрать все свои шмотки и не убраться отсюда? Теперь попытайтесь вспомнить, сколько лондонцев перебрались на север. Правильно, их единицы.

Это может показаться странным жителям столицы, но не все англичане хотят быть кокни. Некоторые даже не любят их. Вот как это объясняет Terry из Rotherham:

ЮЖНЫЕ УБЛЮДКИ

Я ненавижу кокни. Да что они о себе возомнили? Они думают, что они лучшие, не так ли? Полнейшая х***я.

Если ты хочешь стать кокни, тебе нужна кожаная куртка, нож, луженая глотка и пара удобных кроссовок. Я наблюдал обращенных в бегство кокни бесчисленное количество раз.

Все помешаны на Chelsea, West Ham и Millwall. А как насчет Man City, Forest, Middlesbrough, Stoke? Да в одном Йоркшире больше крутых мобов, чем в Лондоне. Leeds, Huddersfield, обе фирмы Sheffield, Bradford, даже Barnsley — все они находятся в самом расцвете. London vs. Yorkshire — вот это будет встреча! Я хочу сказать, что проклятые кокни не уедут оттуда живыми.

Я хочу подметить еще одну любопытную вещь — большинство кокни совсем ими не являются. Все они выходцы из среднего класса, мягкотелые как свежая коровья лепешка. Они не знают, как нужно весело проводить время, слишком занятые заботами о семье и соседях.

Когда ты выезжаешь со сборной, все разговоры ведутся только о Chelsea. А какого х** они делали во время Euro 96? Я вам скажу — они сидели в укромном баре и посасывали пиво, в то время как остальные ребята махались с Jocks и полицией. Не столичные банды устраивали погромы в Италии, Польше и Дублине. Но пресса ничего не хочет слышать — они знают только Лондон и лондонские группировки. Но знающие люди понимают, какова ситуация на самом деле.

У лондонских мобов есть одно преимущество — метро, естественно, они знают, как его использовать в своих целях. Но они сильны лишь в “бей-беги”. Любой может сделать это, а вот стоять до последнего — это уже тяжело. Южные подонки.

Большинство людей гордятся местом своего рождения, даже Скаузеры. И если тебя принимают за кого-то другого, это может быть очень обидным, как нам рассказал Dave B.

Я НЕ СЕВЕРЯНИН, ЧЕСТНО

Я родился в Северном Лондоне в 1964 в семье, которая была без ума от West Ham, и отец начал водить меня на матчи, как только мне исполнилось 5 лет.

К сожалению, когда мне было 9 лет, из-за отцовской работы нам пришлось переехать в Midlands, но Hammers остались частью моей жизни, и отец не собирался забывать свои лондонские корни. — “Помни, сынок, ты — лондонец, и всегда им останешься” — и если мы ехали навещать наших родственников, эта поездки всегда совпадала с домашней игрой.

Мне нравилось то, что я был единственным поклонником “молотобойцев” в школе, а кубковая победа над Fulham вообще подняла мое самомнение на недосягаемую высоту.

Когда я стал тинэйджером, отец решил, что я уже достаточно взрослый для того, чтобы самому добираться домой. И после игры он со своими друзьями заходили в бар, чтобы пропустить пинту-другую пива. В то время насилие переживало пик развития, было неотъемлемой частью Upton Park. Для детей моего возраста это часто проходило незамеченным, да и родитель мой никогда не участвовал ни в каких акциях, но для меня это было каким-то разнообразием, отличавшим монотонность перерыва. Но однажды со мной произошел случай, из-за которого я чуть не забросил футбол.

По пути домой я часто заходил в близлежайшую кафешку, где подавали необычайно вкусную жареную картошку. Иногда эта картошка занимала большую часть моих мыслей, чем предстоящий матч. Как обычно, мест практически не было, и маленькое помещение гудело от обычных послематчевых разговоров. Наконец подошла моя очередь, и я заказал большую порцию фри и корнишон. Я пробрался к двери, глядя на лакомство, согревающее мои руки, как внезапно почувствовал толчок в спину. Я обернулся и увидел троих ребят, моих ровесников, которые тоже находились в кафе.

“Ты, ебаный северный ублюдок, ты не можешь приходить в наше кафе. Если еще раз здесь появишься, мы снесем тебе голову” Сначала я ничего не понял и начал оглядываться в поисках того, с кем они разговаривали. “Тебе пора отчаливать прямо сейчас, парниша, а то мы убьем тебя прямо здесь. Беги, мать твою”

Я помню, как начал отвечать, и то, как я это сделал, сразила меня наповал. “Я не с севера, я родился в Ilford” Эти слова были произнесены мной с чистейшим акцентом Brummie, я был потрясен. Я никогда не считал себя никем другим, кроме как лондонцем, и до сих пор я остался при том же мнении, но для тех ребят я был северянином и никем другим. У меня не было цветов с собой, которые могли бы мне помочь, да это было очень опасно для 13-летнего пацана возвращаться на автобусе домой в цветах в субботний день.

“Дебил, у лондонцев не бывает таких голосов” После этого я сделал глупейшую вещь в жизни — я развернулся и пустился наутек, укрепляя их в правоте. Они побежали за мной, но никто не смог бы догнать меня в тот момент. До этого я никогда не бывал в пабе, но тогда я ракетой влетел в него, зовя папу. Место было переполнено, и прошла куча времени перед тем, как я нашел отца и выложил все, что произошло.

Друзья отца решили, что все это и яйца выеденного не стоит, но он просто озверел. “Мы не северяне. Мой сын не этот гребаный северянин” Он вытащил меня из бара, оставив своих собутыльников (и что самое удивительное — недопитую кружку пива). “Где эти маленькие недоноски? Я этого так не оставлю, мы еще посмотрим, кто из нас кто”

Мы нашли ребят. Отец схватил зачинщика за волосы и в весьма грубой форме объяснил ему, что я лондонец и болельщик West Ham до мозга костей. Они выслушали всю нашу семейную историю, даже я некоторые вещи слышал впервые: его школа, клуб молодости, где находится магазин его школьной подружки и т.д. Это стало немного действовать на нервы, когда он заставил всех извиниться передо мной и пожать руки. У ребят появился шанс все объяснить — акцент, отсутствие цветов — и отец согласился с тем, что ошибка была возможна. Что до меня, я стоял рядом, униженно хлюпая носом.

После этого друзья прозвали отца Северянином — этого он мне никогда не простит. Он до сих пор не может понять, что для меня это было не обыденным происшествием. Никогда в жизни я не был так напуган.

Отец заставлял меня продолжать ходить на игры, хотя я не хотел этого. Но, оглядываясь назад, я благодарен эму за это, ведь я мог больше никогда не вернуться на стадион. Но и там, я прилипал к отцу как банный лист, не отходя от него ни на шаг, это продолжалось до тех пор, пока он не потерял работу и начал искать новую.

Я до сих пор являюсь поклонником Hammers и в активе у меня больше выездов, чем домашних матчей, так как я до сих пор живу здесь, что вызывает довольно много проблем — в частности убедить полицию, что я не пытаюсь вычислить конкурирующие мобы. Я не ношу цветов, но у меня в кармане всегда лежит кепка с эмблемой моего любимого клуба для того, чтобы в нужное время показать мою привязанность. В некоторых случаях акцент даже помогал мне, но все равно, я мне бы хотелось от него избавиться. Конечно, шанс попасть впросак постоянно уменьшается, но все равно имеет место быть, особенно, если вы путешествуете на машине. Например, если игра проходит на Sky, то я лучше останусь дома. В отличие от всех основных, я вполне одобряю pay-per-view.

Футбольное насилие практически убило эту замечательную игру и испортило лучшие моменты в моей жизни. West Ham всегда поддерживало огромное количество быкоподобных людей, с которыми обычные люди (такие как мы) не хотят иметь ничего общего. И именно из-за них МЫ (не они) страдаем в центре города, различных закоулках и на автостоянках.

Я никогда не понимал насилия, и не хочу привыкать к нему. Ведь если оно вернется, я буду продолжать поддерживать свой клуб, с комфортом устроившись в своем кресле. Многое изменилось в лучшую сторону за последние несколько лет, и я надеюсь, что все так и останется.

Первое путешествие в столицу является очень большим приключением. Mitch рассказал о его первой серьезной акции.

КТО ТЫ? А ТЫ?…

Моим единственным желанием было приехать в Лондон, и дать всем понять, что кокни далеко не самые грозные люди в Англии. Мы и они на их территории… Мы уже встречались с ними дома, и на нейтральных территориях — иногда мы побеждали, иногда победа оставалась за ними — но полным составом поехать в столицу — это будет что-то особенное.

Я не могу не любить кокни. Я ненавижу их, и в то же время восхищаюсь. Если им что-либо не понравится, то за словом в карман они не полезут. Конечно, лондонские мобы далеко не самые сильные в Англии, их нельзя сравнить с Naughty Forty или Zulu Army, но они могут отстоять свою территорию. Было довольно несложно прессануть их здесь, у себя дома, но Лондон разительно отличается от всего, и я это довольно скоро понял.

Когда мне исполнилось 17, мы начали собирать свою маленькую фирму, преимущественно состоящую из 17-20-летних ребят. Мы делали все возможное для того, чтобы завоевать уважение наших старших соратников по клубу. Мы отличились на нескольких махачах, были в хороших отношениях с более организованными бандами — и становились изо дня в день заносчивее.

Нам предстояла игра с Mill Wall, и до нас донеслись слухи, что основной моб готовит акцию на станции Moorgate. Наша банда решила, что пора дать понять этим кокни, кто мы такие. Было ясно, что на подобное мероприятие нужно собирать как можно больше людей — именно поэтому нам было разрешено участвовать в акции.

Мы решили разбиться на части для того, чтобы полиция не вычислила, что мы затеваем. Стрелу забили на станции метро Farringdon. Большинство парней доезжало на машинах до Stanmore, после чего на перекладных добирались до Wembley Park. Другая часть собиралась зайти на Edware и пересесть на Euston. Мы выбрали свой путь, решив использовать British Rail вместо Metropolitan line.

Это было наше первое путешествие в столицу в качестве моба, и чувство принадлежности к чему-то большому провоцировало выброс громадного количества адреналина в кровь. В день матча нас собралось около 18 человек, многие не пришли. Так как мы хотели создать надежную фирму, они не будут больше приглашены, как на домашнюю игру, так и на выезд. Старшие ребята посоветовали нам не терять бдительности, а в районе King’s Cross вычислять споттеров — ведь Mill Wall знал о нашем прибытии.

По дороге в Лондон не было выпито ни капли спиртного — нам не хотелось облажаться с самого начала. В наш план входило доехать на машинах до St. Albans, а оттуда уже ехать на метро. Мы передвигались небольшими группками по двое-трое человек, чтобы никто не заподозрил в нас членов одной банды. До того, как спуститься в метро, мы решили проверить станцию, на которой было огромное количество людей, и все они выглядели как потенциальные фанаты Mill Wall.

Я стоял около какой-то забегаловки, когда ко мне подошел парень. Разговор был примерно следующим:

— А ты ведь футбольный фанат, а наверху находится оставшаяся часть вашей банды.

— Да нет, ты ошибся? А кто сегодня играет? — мои актерские способности были выше всяких похвал.

— Пойдем со мной, и я все объясню тебе. Весь Лондон против вас, дружище, — он презрительно посмотрел на меня и моих друзей. — Если вы думаете, что у вас что-нибудь получится на Moorgate, то вы глубоко ошибаетесь, — с этими словами он развернулся и пошел к выходу. Пройдя три шага, он обернулся и с улыбкой добавил: Челси. Увидимся.”

Когда я увидел, как он подошел к своим друзьям, таким же мордоворотам, как и он сам, у меня затряслись коленки. Они перегородили нам путь так, что нам нужно было либо выходить на улицу, либо (что еще хуже) спускаться в метро. Я оглянулся в поисках своих ребят, не зная, что делать — либо собираться всем вместе, либо дать им понять, что нас вычислили, и у них есть шанс самим выбраться из этой заварухи.

Меня выбили из колеи, и я стоял, не представляя, что будет дальше. Наши поняли, что происходит, и поспешили собраться вместе. Chelsea постояли немного, чтобы узнать, сколько нас всего, а мы в этот момент пытались выбраться наружу. Затем донесся заряд: “Chelsea”, и они начали появляться отовсюду, из всех дверей и закоулков. И тут мы по настоящему стреманулись, некоторые из нас пытались убежать, но безуспешно, а остальные сразу же были завалены, и находились в горизонтальном положении до прибытия полиции. Большинство Chelsea boys испарились так же моментально, как и появились, но некоторые из них продолжали находиться поблизости, чтобы понять, что полиция собиралась с нами делать.

Полиция вывела нас наверх и выстроила вдоль стены. Они точно ожидали чего-то подобного, так как пять воронков стояли наготове. Некоторые из нашей банды куда-то исчезли, а те, которые избежали махача, присоединились к нам позже. Часть ребят шептались о том, что копы могут отпустить нас, но потом поняли, что были не правы. Одного из моих друзей, который говорил слишком много, запихнули в обезьянник, и через некоторое время вышвырнули его оттуда, как мешок с дерьмом. Они бросили его на пол перед нами, надели наручники и начали пинать прямо на наших глазах. Это заткнуло всех остальных.

После этого к нам подошел один из копов. Он сказал, что если кто-нибудь захочет пошептаться, то его коллеги будут счастливы проводить его в обезьянник и “объяснить”, что этого делать не стоит. Стычки происходили на протяжении всего дня, и мы еще легко отделались. Все серьезные лондонские фирмы хотели поучаствовать в событиях: Chelsea и Spurs рыскали по метро в надежде кого-нибудь выцепить, а West Ham и Millwall уже встретились с кем-то на Liverpool Street. Часть нашей основы попала на Euston и он сказал нам, что два человека пострадало от ножевых ранений. Это напугало нас еще больше. У нас не было никаких подручных средств (и хорошо, так как копы обшарили все наши карманы), но мы знали, что в основе было несколько человек с ножами, да и кокни были известны своим пристрастием к этому виду оружия. Станция Farringdon была закрыта, так что не было никакой возможности узнать, что случилось со всеми остальными. Затем полисы предложили нам два варианта дальнейших действий. Мы могли либо вернуться на St. Albans в сопровождении полицейского экскорта, далее до Euston, а там садиться на первый поезд, следующий в северном направлении, или садиться на метро и оставаться предоставленными сами себе. Я выбрал второй вариант.

Большинство ребят решило, что с них достаточно, и отправились домой. Нас осталось семеро, семь человек, которые действительно хотели довести игру до конца, не важно с каким результатом. Мы сказали копам о нашем решении и поинтересовались, можно ли нам взять такси. Затем нам пришлось подождать, пока всех остальных посадят на ближайшую собаку. Как только они уехали, копы сжалились над нами и сказали, что они отвезут нас в Euston, где находились некоторые из наших парней. Когда мы добрались туда, то обнаружили на платформе примерно 60 рыл наших. Их атаковал Millwall на Baker Street, но ребята не растерялись и дали хороший отпор. Как раз в той драке было несколько пострадавших — одному парню нехило рассекли руку. Это было не очень страшно, но копы повезли его в больницу с еще одним незнакомым парнем. Полисы решили, что он является лидером банды, поэтому не разрешали нам приближаться. Многие из наших порядком струхнули, но остальные действительно хотели дойти до стадиона, чтобы показать всем, что мы на самом деле чего-то стоим. Полиция объявила, что скоро приедут два автобуса, которые доставят нас на игру. А все не так уж и плохо — подумал я, уже представлявший себе, что мы позорно уезжаем домой на следующем поезде.

Мы прибыли с опозданием на 10 минут, и полиция провела нас на боковую трибуну, где для нас была освобождена часть сектора. Нам сказали, что часть ребят, приехавших на автобусах, были закиданы камнями, их путь на трибуну сопровождался оплеухами и подзатыльниками. Все были очень напуганы, и дорога домой показалась очень длинной. После окончания игры нас очень долго продержали на стадионе, но полиция разрешила присоединиться к нам остальным ребятам, к их огромной радости. Автобусы отвезли нас обратно в Euston, где полиция погрузила нас в поезд и сопровождала нас до Milton Keynes.

Все это произошло 12 лет назад, и я до сих пор не могу поверить в фантастическую организацию лондонских фирм. Казалось, что в Лондоне невозможно скрыться от всевозможных разведчиков и споттеров. Вы понимаете, нашей проблемой является дезорганизованность — мы приезжаем в чужой город, и не можем найти друг друга. Метро очень опасно и я никогда больше не воспользуюсь им. Каждая остановка является потенциальной засадой, и ты даже не знаешь, кто окажется твоим соперником. Лондонцы знают как быстро напасть, а потом также быстро исчезнуть. Можно приехать в город небольшим мобом и устроить небольшую акцию, но учинить что-нибудь серьезное — это невозможно, так как многие люди очень любят почесать языками (и послушать тоже), а это значит то, о чем ты будешь договариваться с другими потенциальными участниками акции, станет известно и копам. Именно это и случилось с Birmingham и Stoke перед игрой с Millwall. Все знали, что и где будет происходить, что облегчило работу полиции. Все знали, что Millwall с нетерпением ожидал этой акции, и было интересно узнать, отстоят ли они свою честь. Но если вы не воспринимаете всерьез Stock и Brum, то вы глубоко ошибаетесь.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ЧЕЛСИ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

МОЛНИЕНОСНЫЕ, ДЕРЗКИЕ И ОПАСНЫЕ.

Среди всех столичных клубов есть один, который соединяет в себе типичное лондонское нахальство, и способность всегда оставаться в выигрыше, и этим клубом, без сомнения, является Chelsea. В эру Osgood, Hudson и Cooke футбольный клуб Chelsea был такой же неотъемлемой частью King’s Road и движения Carnaby Street, как Mary Quant и Mick Jagger.

Теперь фанаты Chelsea занялись улучшением не только своих бойцовских качеств, но и внешнего вида. Эти фаны, которые смотрели матч из печально известного “Shed”, в данный момент заняты укреплением своей репутации. Нам было абсолютно ясно, что можно было написать книгу только о суппортерах Челси, так как начало истории их хулиганизма датируется возникновением самого клуба. Естественно, этот клуб имеет схожие черты с другими командами, но в то же время у Chelsea можно найти ряд уникальных отличий, связанных в частности с организацией фанатизма.

Настоящие проблемы Chelsea стало доставлять в 60-х годах, когда взрыв молодежной культуры увидел рождение таких движений, как рокеры и стиляги, которые устраивали побоища на побережье каждые праздники. Когда пик популярности этих движений начал постепенно проходить (примерно 1966-67), они стали заменяться другими, в частности бритоголовыми, большинство которых поддерживало Chelsea. Это движение, возникшее на основе музыки ска и регги, стало ассоциироваться с агрессией и насилием и на Stamford Bridge нашло благодатную почву для развития. Возможности спарринга с другими лондонскими клубами возникали с завидной регулярностью, а достаточно дешевые поездки означали, что фанаты Chelsea могли укреплять репутацию не только в столице, но и по стране… что они и делали.

Каждая игра этого клуба становилась потенциальным полем боя, который полиция вряд ли могла предотвратить. Репутация фанов Chelsea с каждым выездом становилась все более и более угрожающей и банды, поддерживающие этот клуб, стали самой наводящей ужас выездной группировкой, и этому были причины.

Л*Т*Н

Неприятности возникали везде, куда бы мы ни приехали, и это становилось для нас важнее, чем сам футбол. Мы отправлялись в Лутон на игру. На стрелку пришли практически все, так как мы с нетерпением ожидали это дерби. Нас прессанули около стадиона, команда играла отстойно, хотя, на самом деле, нам было все равно — матч уже был проигран, и мы решили действовать. Кто-то кинул мысль, что мы должны попробовать прервать игру. Где-то в середине второго тайма несколько наших парней выбежали на поле и атаковали их голкипера, после этого пришлось немного тяжеловато, так как нам приходилось сдерживать натиск полиции до тех пор, пока не стало ясно, что игра сорвана. Покончив с этим, мы пронеслись по городу как ураган — окна, машины и прочее дерьмо — все моментально превращалось в никому не нужный хлам. Полисы были в шоке — сначала они крутились поблизости, но потом бросили это занятие и слиняли в неизвестном направлении. Мы становились неуправляемыми.

Наша банда прочесала весь городской центр в поисках очередной жертвы и когда, наконец, мы дошли до железнодорожной станции, атмосфера была наэлектризована до предела — ведь никто не пострадал, и не попал в обезьянник. Каждый делал, что хотел, и тогда никого не заботило то, что тебя могут запалить камеры и позднее ты рискуешь быть вычисленным. Мы зашли в поезд, который сразу же был разнесен вдребезги. Все просто сходили с ума — вам нужно было быть там, чтобы понять наши ощущения в тот момент. Когда мы прибыли в Лондон, копы просто дали нам уйти, не заставляя нас убирать тот бардак, который мы оставили после себя. После этого железные дороги перестали использовать свои поезда для перевозки футбольных фанатов, заставляя клубы оплачивать специально арендованные составы. Если бы вы увидели состояние этих вагонов, вы бы не стали винить железнодорожное начальство.

Вследствие неудачного выступления клуба и других неудач постоянное хулиганье начинает составлять основную массу болельщиков, особенно выездных суппортеров. Страх, привитый такими выездами, становится притчей во языцах, и это привлекает индивидуальности, которые хотят быть в центре этой жестокой культуры.

В середине 70-х все эти вещи приобрели еще более зловещий окрас, так как сторонники насилия в Chelsea стали открыто сотрудничать с ультраправыми группировками, такими, как National Front и др. На их рост сильно влияло привлечение суппортеров из различных клубов по всей стране. Целью этой партии являлась вербовка как можно большего числа злых молодых парней, а это вело их на футбольные стадионы. Газеты партии, “Flag” и “Bulldog”, включали в себя турнирную таблицу и спокойно продавались на Fulham Road перед домашними матчами. С помощью этой таблицы можно было следить за успехами Chelsea, который никогда не опускался ниже четвертого места. На самом деле, влияние ультраправых группировок было настолько сильно в то время, что многие суппортеры отказывались поддерживать черных игроков, одетых в синие футболки, и они постоянно подвергались ужасным оскорблениям со стороны расистов. Мы очень хорошо помним разговор с группой неких индивидов, которые отказывались засчитывать голы, забитые черными игроками, и они даже создали свою собственную таблицу, где не указывались эти голы.

После неприятностей на некоторых финалах в сезонах 1976-77 годов, президент Chelsea Brian Mears, дал разрешение на установление решеток на Bridge, и стадион стал похож на зоопарк. Большим недостатком этого было то, что фанаты стали вести себя как звери, то есть так, как о них думали. А когда они приезжали туда, где не было решеток, все перерастало в огромные неприятности.

BIRMINGHAM

На дворе стоял сентябрь 1980, для обеих команд игра была крайне важна, на St.Andrews должно было приехать около 6000 фанов Chelsea, и каждый ублюдок скандировал “Мы — нацисты!” и вскидывал руку в приветствии. Birmingham разгромил их со счетом 5-1, но когда был забит четвертый мяч в ворота Chelsea, они просто сошли с ума. Они обогнули поле и прошли вдоль Spion Corp. Мы никогда раньше не видели такого моба, и наши, бросив взгляд на этих обезумевших, решили ретироваться. Мои друзья и я собирались последовать их примеру, когда увидели эту тридцатилетнюю мамашу со своим отпрыском, которые стояли как раз между нами и Chelsea. Она была похожа на соляной столб, а ее дите орало как резаное. Ну… я не мог оставить эту глупую корову на растерзание, поэтому мы двинулись по направлению к ней, чтобы попытаться вытащить ее или хотя бы мальчонку. Я вам скажу, что в тот день у меня был переизбыток адреналина — когда мы подошли к этой несчастной матроне, Chelsea побежали прямо на нас и через несколько секунд мы оказались в центре конкурирующего моба. Я уже мысленно прощался с жизнью, каким образом я не пострадал — до сих пор загадка для меня. Также сомневаюсь, что эта клава или ее отпрыск когда-либо пойдет на футбол.

Очень интересен тот факт, что именно банда Chelsea побудила фанатов Birmingham организовать свою собственную группировку.

В этом же месяце фаны Chelsea подошли к завершающему испытанию их репутации. “Молотобойцы” устроили побоище на Stamford Bridge, а East Enders попытали удачу во взятии “Shed”. Эта битва вылилась в 42 ареста и в конкретный пинок под задницу Chelsea, как считали их оппоненты.

THE CLARETS AND THE BLUES (бордово-синие)

Все газеты в то время пестрели сообщениями о фанах Chelsea. Они назывались самой устрашающей группировкой страны, и по мнению прессы, они являлись ЛОНДОНСКОЙ бандой. Ни х… подобного! Эти парни были не лондонцами, а выходцами из Hertfordshire, Surrey и тому подобной провинции. Нам до такой степени надоели все эти понты, что мы решили показать на деле, что такое настоящий Лондон. Я не отрицаю, в тот день я одел синюю футболку. До сих пор она хранится у меня дома и является напоминанием об одном из лучших дней моей жизни. Весь наш моб приоделся в клубные цвета Chelsea, и мы направились в “Shed”. Мы начали открыто глумиться над находящимися в баре, а они никак не могли понять, почему люди в футболках Chelsea так ведут себя. Когда же мы вышли на улицу, то перестали маскироваться и зарядили песню, прославляющую наш великий клуб. Эти подонки, конечно, озверели, но нам удалось надрать им задницу и показать, кто на самом деле является основной лондонской бандой. Теперь им нужно приехать к нам, чтобы попытаться оспорить это утверждение.

На самом деле, очень опасно поддерживать такой клуб, как Chelsea. Каждый может доказать, что именно они являются лидирующей фирмой, и всегда готов принять бой как дома, так и на выезде. Все это продолжалось до ноября 1981 года, когда группа фанов Chelsea устроили побоище на Derby, после чего ФА решила, что эта драка стала последней каплей, и приняла постановление, что на все выездные игры этого клуба не должно быть никаких поблажек и исключений для приезжих суппортеров. И пока полиция радостно потирала руки по поводу этого указа, сам клуб решил передать это дело в Высший Суд и, в феврале 1982 это распоряжение было отменено.

Похоже, у фанов Chelsea стало уже традицией превращать в развалины все стадионы, особенно те, которые еще не были ими “завоеваны”. Клуб становился известнее с каждой неделей, благодаря все увеличивающемуся количеству хулиганов, поддерживающих эту команду. Я думаю, вы знаете, что на выезд вместе с командой в город приезжало еще несколько тысяч (!!) хулиганов, а если именно ваша команда встречалась с Chelsea, не важно, дома или в гостях, то этот день становился самым большим испытанием для вас. В настоящее время у Chelsea есть три самым серьезных противника — Manchester United, благодаря печально известным битвам с “Cockney Reds”, Leicester City — этот противник появился в результате посещения фанами Челси этого городка в 1980, а потом и в 1981 годах, и, наконец, самый серьезный оппонент — Leeds United.

Противостояние с Leeds уходит корнями в 1970 год и раньше. В принципе, все началось из-за того, что Leeds был одним из немногих клубов, который мог привезти в столицу достаточное количество бесстрашного люда, который мог устроить в столице неплохое шоу. Кроме того, Chelsea был (и есть) исконно лондонским клубом, достаточно денежным и мобильным, а Leeds заключал в себе основные черты севера и особенно Йоркшира, что для южанина ассоциировалось с матерчатыми кепочками, гончими и Coronation Street. Естественно, и те и другие фаны не могли испытывать к друг другу ничего, кроме отвращения, которое выливалось во многие жестокие и кровавые сражения. Один из фанов Leeds был просто счастлив поведать нам об одном из них:

LEEDS

В начале 80-х у фирм Leeds была ужасная репутация — мы были самыми лучшими, и не важно, что говорят эти лондонские ублюдки. Нас прозвали “Leeds Service Crew”, мы часто возвращались с выездов на утренних собаках, и так продолжалось до 1988 года, пока полиция не устроила на нас облаву, в народе известную под кодовым названием “Бешеный кабан”. На самом деле, фирма все равно начинала разваливаться, так как половина ребят подалась в клубную жизнь — долбежка, кислота и колеса стали для них новым увлечением.

Ну, мы все время соперничали с Chelsea, и собирали порядочную банду, ведь мы не могли просто убежать после всех событий, имевших место в последнее время. Итак, мы собрали моб количеством в 150 рыл, настоящих сорвиголов и приехали в Euston ближе к полудню. В поле зрения не было ни одного копа, так что мы продолжили свой путь до Piccadilly Circus, где мы вычислили около 200 предполагаемых оппонентов, которые стояли на противоположной платформе. Они нас не вычислили, и уже через секунду на станции творилось что-то ужасное. Мы их застигли врасплох — до тех пор, пока мы на них не прыгнули, они не могли понять, в чем дело. Победа была на нашей стороне — это не оставляло ни малейших сомнений — все, что они могли поделать, это кое-как отбиваться, прижавшись спиной к стене, лондонские твари. Тут приехали копы, и мы с не меньшим рвением переключились на них — нам было, что сказать этим гавнюкам. Конечно, они превосходили нас численно, но мы использовали всякое гавно, типа арматуры, кирпичей, и прочего мусора. Сначала они нас зажали на платформе, но потом мы с треском вынесли и их, и их е…е преграды.

На матче мы решили зарядить нашу любимую песню “When I was just a little boy…” (“Когда я был маленьким мальчиком…” — прим. пер.), после чего эти лондонские идиоты начали плевать на нас (их трибуна была расположена чуть выше) и ругаться всякими нехорошими словами. У нас на это был готов ответ — мы стали выламывать стулья и ограждения, и использовать их в качестве метательных снарядов в полисов, стоящих у кромки поля. Мы здорово провели время — было много дымовых шашек, и игра закончилась на 25 минут позже. В тот день было задержано около 200 человек, и мы показали этим лондонским засранцам, что фаны Leeds не бегают ни от кого.

В отличие от West Ham и Millwall, и в меньшей степени своих оппонентов с севера столицы, суппортеры которых приезжают из каких-то локальных мест, костяк Chelsea зародился и всегда существовал на окраине города. Большинство самых жестоких и кровожадных мобов появилось из западных трущоб Лондона, таких как Greenford, и те, кому случается путешествовать по Лондону в дни матчей, прекрасно понимают, что у них больше шансов встретить банды Chelsea, чем любые группировки других клубов. Подземка иногда становится воплощением ночных кошмаров, как нам рассказал Paul S. из Ealing.

КОШМАР В МЕТРО

Мы ездили на игру Chelsea vs. Derby, и после игры ждали поезда на станции Fulham Broadway, которая, как обычно, буквально ломилась от болельщиков Chelsea. В те времена было очень опасно подходить к краю платформы, так как когда поезд приближался, сразу же находилось много любителей потолкаться, и далеко не один человек закончил свою жизнь под колесами поезда. Каким-то образом на этой платформе оказался болельщик Derby, который сразу же об этом пожалел. Не важно, как ты выглядишь, или какой ты человек, но если ты не носил синие цвета, ты сразу же оказывался по другую сторону баррикад. И, так или иначе, этот несчастный очутился на полу во время приближения поезда. Я никогда в жизни так не был напуган — я думал, что вот-вот стану свидетелем убийства. Два парня сграбастали этого бедолагу, именно сграбастали — они ему надавали таких п…ей, что он валялся на полу как сломанная кукла — а потом свесили с платформы перед приближающейся собакой, чтобы потом резко затащить его обратно. Бог мой! Я никогда еще не слышал таких душераздирающих криков, это было ужасное зрелище. Лицо машиниста тоже побелело от ужаса, я уверен, он также думал, что для парня все кончено. Но те парни из Chelsea посмеялись над этой истерикой и спокойно зашли в поезд. Несчастный парень, казалось, выплакал себе все глаза, а эта банда лишь нагло глумилась над ним. Когда поезд уехал, я и несколько моих друзей остались на платформе, так как парню нужна была помощь. И теперь, когда я еду в метро, я с ужасом представляю себе, что это может произойти опять.

Пока все были увлечены осуждением простых фанатов, в начале 80-х свет опять увидел увеличение числа экстремистски настроенных элементов. Под влиянием National Front и British Movement суппортеры других клубов, более заинтересованные в политике, чем в самом футболе, начали считать Stamford Bridge своей неофициальной штаб-квартирой. Это причинило много неудобств самому клубу, так как и пресса и телевидение ополчились против него. Был избран новый президент Ken Bates, целью которого была борьба с ультраправыми фанатами, которых он винил во всех неприятностях клуба. В августе 1982 руководство клуба выпустило воззвание к болельщикам осудить расистов, поддерживающих этот клуб, и ясно дало понять, что их действия только побуждают команду приобретать все новых и новых черных игроков и поддерживать черных суппортеров. На самом деле, эти действия лишь разожгли азарт в рядах агрессивно настроенных людей и были абсолютно бесполезны.

Фанаты Chelsea продолжали свою активную деятельность на хулиганском поприще на своих играх, и также начали играть доминирующую роль на выездных играх английской сборной. Практически в каждой потасовке (а они становились все чаще и чаще) на сборной были замешаны Chelsea. В 1982 они сыграли доминирующую роль на чемпионате мира в Испании. Английские газеты писали, что большинство Chelsea в Испании составляли специально отобранные Национальным Фронтом люди. Удивительно, хоть раз газеты написали что-то похожее на правду. Для многих англичан, посетивших Испанию, было ясно, что эти мобы, поддерживающие ультраправые группировки, приехали в Испанию не для посещения матча и наслаждения игрой.

Проблемы на чемпионате были очень серьезными и, по большому счету, националистически окрашены. Фолклендский конфликт и продолжающееся противостояние в Гибралтаре вызвало волну антианглийских выступлений в Испании, что, согласитесь, было на руку Национальному Фронту, ядро которого составляли фанаты Chelsea.

ИСПАНИЯ ’82.

Оглядываясь назад, все кажется не так уж и страшно. Единственно, полиция в Испании очень уж зверствовала, а если ты оказывался рядом с парнями из Chelsea, ты мог чувствовать себя в безопасности — они точно не дали бы тебя в обиду.

Я помню, как-то раз после игры с французами мы зависали в одном из баров, который был переполнен лягушатниками, ну, один из наших схлопотал по морде. Так Chelsea были похожи на тайфун, который смел этих французишек и вызволил наших земляков. Будем справедливы, если на сборной вы попали в неприятности, вы всегда можете рассчитывать на Chelsea. Конечно, ребята из Фронта были немного надоедливы — такое впечатление, что вы были ОБЯЗАНЫ участвовать во всех их акциях. Как для меня, так и для моих знакомых все это было в новинку, ведь политика — это то, чем интересуются наши предки, но никак не ровесники.

Фишка в том, что многие из ребят помоложе увлеклись этим и, в конечном счете, завязли в этом дерьме по уши. Но, с другой стороны, ты был в безопасности с ними, особенно на нашем первом выезде за сборную. Естественно, ребята из НФ приехали с нами не ради футбола. Они устраивали всякие встречи и митинги с баскскими бандами, и прочую тягомотину. Все это к футболу не имело ни малейшего отношения: например, заряд “На британском флаге нет черного цвета” и подобный отстой.

Давайте еще раз обратим свой взор на “успехи” фанатов Chelsea внутри чемпионата. Они продолжают играть активную роль на хулиганской арене. В Brighton во вторую субботу сезона 1983-84 годов мобы этого клуба устроили побоище со своими оппонентами, в результате чего пострадало семь полицейских. ФА проигнорировала это происшествие, и суппортеры продолжали доставлять проблемы жителям всех городов, в которых играл их любимый клуб на протяжении двух лет.

В Southampton 20 октября 1984 суппортеры Chelsea прыгнули на полицию и фанов Southampton. Эта стычка известна под названием “Битва на Hill Lane”. Естественно, разрозненные махачи возникали перед игрой и во время самого матча, но это были лишь цветочки — после матча весь цвет хулиганизма показал себя во всей красе. По окончанию игры полиция сопровождала основную часть болельщиков на станцию, но небольшая их часть каким-то образом преодолела полицейские кордоны и ломанулась на улицы города в поисках фанатов команды соперника. Когда моб проходили мимо католической школы Спрингхилла, эти подонки разломали забор и залезли на крышу здания. Когда силы закона попытались вытурить их оттуда, то гости города стали буянить — громить стекла, ломать школьный инвентарь и выламывать прутья из забора, чтобы кидаться ими в полисов. За этой атакой последовал шквал монет и кирпичей, которые были позаимствованы из тут же разобранной ими ближайшей стены. Впервые в Southampton были задействован отряд особого назначения для того, чтобы проводить развеселившихся любителей футбола до станции. Но для столичных фанатов это было только начало, и путь домой был отмечен еще несколькими инцидентами. Например, в Basingstoke автобус фанатов подрался с местной молодежью из-за того, что их не впустили в ночной клуб, а в другом месте моб в 150 рыл учинил драку с местными в баре, где досталось и бармену — кто-то зафиндилил ему в лоб мясорубкой.

Мобы Chelsea продолжали наводить ужас на всех и вся. Следует заострить внимание на играх в полуфинале Milk Cup с Sunderland, которые оставили еще одно грязное пятно на уже порядком загаженной истории футбольного клуба Chelsea. Первая игра была на выезде, фанаты начали безумствовать задолго до прибытия. В Bishop Auckland, который находится в 25 милях от Сандерленда, автобус суппортеров остановился для предматчевого дринка, который вылился в прыжок на местную молодежь, в то время, как в самом Сандерленде 30 фанов Chelsea на побережье подрались с представителями закона. Во время самой игры вспыхивало очень много стычек, казалось, фанаты Chelsea были везде. Хоть полиция и работала в полную силу, но все равно трое полицейских пострадало во время попытки арестовать зачинщиков неприятностей. Когда Blues проигрывали 0-2, их фаны стали выламывать стулья и кидать в хозяев поля. Беспредел продолжался и после игры, казалось, столичные суппортеры старались причинить максимум разрушений, так как знали, что на ответный матч Sunderland соберет хорошо подготовленный моб, который причинит немало проблем в Лондоне. Через час после матча автобус Chelsea поставил на уши паб, полный суппортеров противоположной команды — они вынесли дверь, атаковали покупателей, перебили все стаканы и бутылки (большую часть о чьи-то головы) и улизнули до приезда полиции. В конце концов, 91 болельщик был арестован, и стало совершенно понятно, что ответная игра будет намного хуже.

SUNDERLAND

Мы ожидали, что на ответную игру они соберут приличный моб, чтобы выглядеть достойно. И помимо всего прочего, сама игра была очень важна — ведь в качестве приза был Wembley. У них абсолютно точно была своя фирма, а если и нет, то была создана после нашего посещения.

Перед игрой в метро мы вычислили небольшую кучку Speedie, но я был уверен, это не была их основа. Настроение у нас было потрясающее, атмосфера была просто замечательная, — но Clive Walker больше ни разу не появится в этих местах после того, что этот ублюдок сделал своему старому клубу. Когда он закатил второй мяч в наши ворота, фаны Chelsea стали прорываться на поле в попытке сорвать матч, а несколько человек уже направлялись к игрокам. Но через пару минут полиция опомнилась и стала наводить порядок, пока судья собрал всех игроков в центре поля. Но все эти действия были абсолютно бесполезны — суппортеры начали кидаться в блюстителей закона всем, что попадалось под руку — бутылками, сидениями и прочим мусором. Один парень прорвал полицейские кордоны и направлялся прямиком к Clive Walker, чтобы накатать ему хорошеньких п…лей, но игроки Chelsea стали защищать его, что немного обескураживает — ведь эта скотина вышибла нас из Кубка. Но игра продолжилась, а в конце второго тайма Speedie стали уходить со стадиона, что естественно, нас взбесило, но полиция пыталась сдерживать нас. Одного особо рвущегося в бой фаната полисы вытащили из толпы, и надели наручники. Его друзья, не растерявшись, отбили бедолагу у полиции, но не смогли найти ключи от наручников — так что уходить со стадиона ему пришлось со скованными руками.

В любом случае, за стадионом творилось что-то невообразимое — Sunderland отправлялся на Wembley, а мы оставались в полнейшей заднице, что просто сводило нас с ума.

В тот же день West Ham принимал у себя Wimbledon и определенное количество “молотобойцев” подъехало на Stamford Bridge, якобы на заранее забитую стрелу с Chelsea и Sunderland. Но моб Сандерленда был практически уничтожен злобными фанатами Челси, в результате чего они (Sunderland) поспешно покинули поле боя, в то время, как банды двух оставшихся конкурирующих клубов схлестывались в яростных поединках около стадиона. Но самый ужасный инцидент имел место в метро, когда поезд, битком набитый 600 фанатами West Ham, сделал незапланированную остановку около Parsons Green после того, как перерезали коммуникационный провод. Поезд затормозил напротив платформы, кишевшей фанатами Chelsea, который незамедлительно атаковали поезд в попытке достать соперников, которые, в то же время, сделали то же самое. Машинисты, оценив ситуацию, отказались открывать двери поезда, но моб Chelsea начал разносить окна поезда с помощью стульев, камней и носилок, стянутых из медпункта. Затем они стали залезать в поезд, чтобы достать оппонентов, а “молотобойцы” начали вылезать наружу с той же самой целью, этот момент был кульминацией всего происходящего. Когда, наконец-то, поезд тронулся, небольшое количество суппортеров Челси действительно бежало по рельсам за поездом.

В итоге за этот день пострадало около 20 полисменов и 100 человек попало за решетку, и этот инцидент стал последней каплей для руководства клуба. Ken Bates решил раз и навсегда разобраться с хулиганизмом, и при поддержке ФА он перешел к решительным действиям. Сначала он угрожал закрыть East End, колыбель хулиганизма, но потом использовал, по его мнению, наиболее эффективный метод для борьбы с футбольным насилием. В сезоне (в котором также отличились фаны Millwall в Л*т*не) двоих болельщиков Челси посадили в тюрьму из-за траблов на игре с Manchester Utd. в декабре 1984 (одного — пожизненно, другого на 8 лет), кроме того, 25 членов фирмы Cambridge Utd. под названием “Pringle Mob” закрыли за зверское нападение на 40 невинных болельщиков Chelsea. Ken Bates утверждал, что есть единственный путь совладать с траблмейкерами — подвести электричество к ограждению на Stamford Bridge, чтобы каждого, кто бы попытался прорваться на поле, долбало током. Но, несмотря на его лучшие побуждения, это предложение было встречено шквалом негодования со стороны болельщиков и Главного Лондонского Совета, который обратился в суд, чтобы заставить Бейтса отменить свое распоряжение. Бейтс держался до последнего, но, в конце концов, сдался и электричество никогда не было подведено к ограждению. Но в любом случае, это было сильным предупреждением болельщикам и после трагических событий — гибели суппортера на игре Birmingham-Leeds, Heysel и запрета проведения игр английских клубов в Европе — все начало постепенно успокаиваться, а большие махачи стали делами давно минувших дней.

Футбол попал под строгий надзор правительства, и у полиции появилась еще одна обязанность — теперь их целью была ликвидация организованных футбольных фирм. В мае 1986 года пятеро лидеров печально известного моба Headhunters были посажены в тюрьму сроком на 28 лет, и это стало еще одним предупреждением траблмейкерам по всей стране, что их деньки уже прошли. Клубы, которые стремились вернуться на европейскую арену, также были вынуждены разобраться со своими хулиганами, и, в конце концов, начали вводить кабельное телевидение, охраняемое полицией и суппортерами, что было более эффективно.

По большому счету все проходило неплохо, но очень часто выходило из-под контроля, что и произошло в конце сезона 1987-88 годов. Играя с Middlesbrough за место в первом дивизионе, единственное, что удалось Chelsea — победа во второй встрече со счетом 1-0; по сумме очков клуб проиграл и благополучно вылетел. Когда прозвучал финальный свисток, фаны Boro высыпали на поле, чтобы отпраздновать свою победу. Моментально на поле ворвался громадный моб Chelsea, который атаковал и фанатов команды соперника, и полицию, и даже врачей, по случайности находящихся рядом. В результате 102 суппортера было арестовано. ФА просто рвала и метала, так как Чемпионат Европы 1988 года должен был состояться всего через несколько недель в Германии. Несмотря на то, что угроза дисквалифицировать Англию от участия в чемпионате не осуществилась, Chelsea был оштрафован на 75 тысяч фунтов, пять игр проходили при пустых трибунах, и клуб получил несколько суровых предупреждений от ФА.

Следующий сезон во втором дивизионе был удачен как для самого клуба (они заняли высшую строчку турнирной таблицы), так и для его многочисленных поклонников. Новые враги и стадионы означали, что хардкор Chelsea так же активно ездил на выезда, и не скучал на домашних играх. Но триумфальное возвращение хулиганов в синих цветах состоялось 25 марта 1990 года, когда Chelsea стал финалистом Zenith Data Systems Cup, и, по иронии судьбы, его соперником стал все тот же Middlesbrough. Для фанов Boro 1988 год оставался еще свежим воспоминанием, и в Лондон они привезли массивный моб, большинство участников которого не просто ожидали неприятностей, а, не побоюсь этого слова, нарывались на них.

WEST END

Мы знали, что Boro собираются приехать в West End, и мы хотели устроить грандиознейшую акцию перед тем, как выдвигаться на Wembley. Сначала мы стояли на King’s Cross, но когда количество полиции существенно возросло, мы переместились на Трафальгарскую площадь. Полисы пытались следить за нами, но на площади было столько туристов, что затеряться в толпе не составляло никакого труда.

Мы заметили группу из 10 фанов Boro, вышедшую из Leicester Square, и направлявшуюся к Covent Garden. Конечно же, мы последовали за ними, когда они внезапно свернули в аллею. Я думаю, они сразу же вычислили нас, ведь когда мы оказались в аллее, они уже ждали нас, и у каждого в руках был нож. Мне не очень хотелось быть порезанным, поэтому мы оставили их в покое. Они не пошли за нами, но ведь если ты носишь с собой нож, ты должен быть готов использовать его.

В итоге, до игры было 46 арестов и еще 22 после — так как стычки продолжались до позднего вечера.

После финала Кубка, многие из суппортеров Chelsea задумались о летних месяцах, и стал ясно, что моб Chelsea вновь стал доминирующей группировкой среди хулиганов, отправляющихся в Италию на World Cup. После поражения сборной Англии в полуфинале от Германии в Турине, фанаты Chelsea начали бросать подожженные бутылки с какой-то адской смесью из бензина и ацетона в местных, продолжая беспредел, начавшийся несколькими днями раньше в Cagliari и Rimini.

Внутри местного чемпионата насилие начало понемногу вырождаться, во многом из-за трагедии в Hillsborough в 1989. Суппортеры осознали, что все заходят слишком далеко, и Taylor Report наконец-то с уверенностью заявил, что стадион станет настолько безопасным, насколько это возможно. (Слава тебе, Господи, что следующий серьезный инцидент произошел только через два года. Несчастье случилось на St.Andrews в феврале 1992, соперниками выступили Birmingham и Stoke City.)

Формирование премьер лиги стало следующим значительным шагом, все больше людей стало смотреть футбол, а футбольный хулиганизм поднялся на более организованный уровень. Использование мобайлов для обговаривания места встречи с конкурирующими мобами стало нормой, в то время, как СМИ, движимые необходимостью заполнять последние страницы газет хорошими новостями, решили отказаться освещать события, происходящие вокруг стадиона.

Это не остановило хулиганов Chelsea, и они продолжали свой рэмпейдж по стране. На самом деле, они вновь попали на первые страницы газет в 1995 с намерением не покидать их долгое время. Этот год начался с инцидента с Эриком Кантона в Selhurst Park, это событие даже “великая британская пресса” не могла проигнорировать — и в это же время Chelsea отправилось на New Den, встреча, гарантировавшая ночные кошмары для Metropolitan Police.

Как и ожидалось, было очень много стычек, и вся вина за происходящее лежала на Chelsea. За стадионом происходило много интересного, и, также стало ясно, что на стадионе фаны Chelsea держали под контролем практически все трибуны и собирались смешать Millwall с землей. Конечно, в первом тайме происходило много потасовок, но во втором тайме стало ясно, что дело — дрянь.

MILLWALL.

Мы достали 10 билетов на трибуну соперников и еще за день до матча решили, что мы дождемся первого гола и только тогда дадим всем понять, что мы — Chelsea. Лишь на самом матче мы обнаружили, что игра — отстой, и мы можем слить в любую минуту, мы бы могли с таким же успехом подойти после перерыва. Кроме того, нас в любой момент могли вычислить — некоторые парни уже подозрительно поглядывали в нашу сторону. Мелкие потасовки вспыхивали в разных концах стадиона, и мы с трудом удержались, чтоб не встрять в одну из них, начавшуюся прямо перед нами.

Но через пять минут после начала второго тайма мы стали зачинщиками очередной стычки. Было забавно смотреть на людей, в панике ломящихся в сторону, противоположную нам, затем их небольшой моб попытался оттеснить нас с нашего места, но мы держались молодцами. Конечно, копы достаточно быстро охладили наш пыл и отправили к остальным нашим парням. Где-то за четыре минуты до конца игры мы вычислили их основу, стоящую практически рядом с нашим сектором, и, казавшаяся недолгой стычка вылилась в 10-тиминутную битву. Мне чем-то звезданули по голове, и я больше не мог принимать участия в событиях. Они закидывали нас оторванными сиденьями и монетами — типичный идиотский трюк этой дебильной команды. Чем окончился день — я не могу сказать, так как остаток дня я провел в компании врачей неотложки. В конечном счете, понадобилось 12 конных и 200 пеших полисменов, чтобы разделить враждующие мобы. Полисы подверглись нападению со стороны фанов Millwall, которые хотели продолжить выяснение отношений с суппортерами Chelsea, в результате чего три офицера полиции были госпитализированы. А так как матч закончился вничью, то переигровка должна была быть еще хуже — как и оказалось на самом деле.

Территория перед стадионом в день переигровки была просто наводнена блюстителями закона, которые хотели удостовериться, что события прошедшей недели не повторятся, и, надо отдать им должное — до начала игры все было спокойно. На самом стадионе невозможно было находиться — казалось, что его сейчас разнесет на куски от такого количества напряжения, витавшего в воздухе. Но игра шла своим чередом, Mark Stein открыл счет, что немного успокоило болельщиков Chelsea, но когда Millwall сравнял счет, некоторые из фанов прорвались на поле, чтобы отпраздновать это событие и были немедленно уведены охраной.

Увидеть приезжих фанов на СВОЕМ поле — это может вывести из себя даже самых спокойных болельщиков, и фаны Chelsea устроили беспредел. После того, как попытка прорваться на поле была предотвращена полицией и охраной, все стало еще хуже — команды отыграли дополнительное время, после чего были назначены пенальти. Когда John Spencer не использовал шанс укрепить положение Millwall, громадный моб Chelsea наводнил поле и атаковал двух игроков Millwall. Конная полиция попыталась оградить футболистов от разъяренных болельщиков, но суппортеры уже двух команд начали вырывать сиденья и бросать их на поле. Хотя полиция предотвратила особо большие стачки внутри стадиона, но снаружи все было абсолютно наоборот — в большом количестве использовались бутылки и кирпичи. Кроме того, фаны Millwall применили CS газ, в результате чего пострадали 20 полисов и 33 фаната были арестованы.

Ken Bates сразу же свалил все на болельщиков Chelsea, пресса также считала что именно хозяева были возмутителями спокойствия. Сразу же вспомнили предложение подвести электричество к ограждению на Stamford Bridge, но, к счастью, здравый смысл возобладал надо всем остальным. Добавим сюда тот факт, что игра транслировалась по ТВ и сцены побоища повторялись с завидной регулярностью, что ознаменовало очередной всплеск развития хулиганизма в последующие несколько месяцев.

Всего лишь через неделю после бойни на Stamford Bridge, фаны Chelsea, в особенности Headhunters были объявлены зачинщиками всех неприятностей после игры сборной Англии с Ирландией в Дублине. А перед этой игрой у руководства клуба была еще одна головная боль, связанная с поездкой в Бельгию на игру с Bruges на Кубок Кубков.

BRUGES

Mы заказали билеты в той же конторе, к помощи которой мы прибегали как при поездках за Chelsea, так и за сборную, так что мы не ожидали никаких проблем, связанных с дорогой. В Бельгии мы были уже за день до матча, добравшись из Лондона автостопом. Сначала мы пробили небольшой отель, а затем в составе 12 рыл решили отправиться в город, дабы насладиться едой и выпивкой. На улице мы встречали много наших, половина которых уже была “под впечатлением” от бельгийского пива, а остальная половина откровенно глумилась над местными жителями. Мы знали, что большая часть нашего хардкора находится в городе, и то тут, то там слышали рассказы о стычках между приезжими фанами и местными. Кстати, полиция совершенно не была шокирована видом того, что происходило у них в городе. Bruges — очень милый город, но зрелище десятков в слюни пьяных фанатов Chelsea, что-то истошно вопящих, мочащихся на стены и тут же извергающих не всеобщее обозрение содержимое своих желудков — расстроили общую картину; помимо всего прочего, на наше решение продолжить веселье в отеле повлиял вид вооруженных до зубов полисов, появляющихся около каждого бара, где были замечены англичане. На следующее утро наш турагент сказал, что полиция взяла под контроль все туристические агентства, предоставлявшие в качестве услуги билеты на матч. Как нам объяснили, это было сделано, дабы предотвратить появление билетов на черном рынке, и все, что нужно сделать — поехать в полицейский участок и забрать наши билеты. Так что наш агент поехал за билетами, обещав вернуться до обеда, а мы отправились осматривать достопримечательности. Когда мы подошли к гостинице около часа дня, мы обнаружили группу из 20 наших парней, которые стояли и медленно зверели. Как выяснилось, полиция просто конфисковала все билеты. А когда в участок приехал наш агент, его просто послали на х**, что он и сделал — вместо того, чтобы возвращаться в отель и наблюдать далеко не радостные лица 50 болельщиков Chelsea, ответственный за поездку человек сел на первый подходящий поезд и вернулся в Blighty, оставив менеджера гостиницы и автобусного водилу расхлебывать всю эту кашу. Веселитесь, парни! Когда мы немного отошли от этих неожиданных новостей, то поняли, что единственный путь попасть на матч — ехать в центр и пытаться пробить билеты у какого-нибудь спекулянта. Когда мы выбрались в город, то увидели кучу наших парней, бесцельно бродящих вокруг стадиона, и у половины из них не было билетов. Кто-то посоветовал нам не беспокоиться, утверждая, что полиция скорее пропустит всех безбилетников, чем разрешит им шляться по городу. Я сам наблюдал такое не раз, но рисковать не хотелось, поэтому мы продолжили поиски. Наша группа разбилась на несколько частей для большего удобства и мы договорились встретиться около стадиона в шесть часов и решить, что делать дальше. К нашему удивлению, не прошло и часа, как мы нашли паб, где бармен пообещал достать нам 16 билетов, и все — на сектор Chelsea! Мы дали ему деньги и он пошел звонить. Теперь я насмотрелся, что может случиться с теми, кто поддерживает Chelsea, и насколько это возможно — пытаюсь избежать всех проблем и напрягов. А в тот момент нас действительно беспокоило происходящее с нами, и мы решили, что если через час у нас не будет билетов, то мы сотрем этот чертов паб в порошок. Через пять минут бармен вернулся и сказал, что билеты уже в пути, не прошло и двадцати минут, как они были у нас на руках. После этого бармен стал нашим лучшим другом, а мы — лучшими покупателями, каких только можно было себе представить. Хоть мы и вздохнули с облегчением, но можно понять наше состояние — пришлось заплатить за билеты двойную цену. До нас дошли слухи, что местные ходят по городу и нарываются на неприятности, но их пока сдерживает полиция. Конечно, этого вы не услышите дома, ведь все, что будут печатать газеты — то, что Chelsea опять устроили резню. События развивались таким образом, что местные вполне могли получить то, что хотели, поэтому мы решили выдвигаться к стадиону. Когда мы прибыли, то обратили внимание на полную экипировку полиции, которой очень хотелось размять кулаки на странных англичанах. Несколько раз я наблюдал, как полисы запугивали простых болельщиков, направляя лошадей прямо на них. Кроме того у полиции были дубинки, которыми они угрожающе размахивали над головами, и вообще, атмосфера с каждой минутой становилась все более и более напряженной, и все потому, что копы пытались показать свое превосходство над всеми. Мы встретились с оставшейся частью нашей компании. Некоторые достали билеты, но не на сектор Chelsea, остальные же были в панике. Они повстречали других фанов, которых полиция также прокатила с билетами и услышали, что небольшая группа англичан попала под раздачу в каком-то местном пабе. Также нам сказали, что главные события должны произойти после матча. В движении Chelsea есть основные траблмейкеры, и на выезде ты часто видишь людей, которых не встретишь на домашних матчах. Но несмотря на сгущавшуюся атмосферу, игра прошла достаточно спокойно. Когда мы покинули стадион, многие наши решили вернуться в центр города. Полиция решила держать нас всех вместе, независимо от твоего желания — хотел ли ты возвращаться в город или нет; но большинство нашего хардкора разбилось на маленькие группки, чтобы вероятность улизнуть незамеченными увеличилась. Эти маневры стали причинами небольших потасовок, но мы предпочитали держаться в толпе, чтобы избежать неприятностей. Когда мы пришли в центр города, стало заметно, что половина наших парней незаметно испарилась по дороге, да и полиции заметно поубавилось. Англичанам было выделено несколько баров, охраняемых полицией, и мы решили пропустить пару стаканчиков в надежде, что страсти поулягутся, а потом мы сможем перебазироваться в другую, более спокойную часть города. Полисы расположились на другой стороне улицы, контролируя каждое наше движение. Каждого, кто пытался покинуть оцепление, останавливали и отправляли обратно в бар. Здесь они были на вершине, но если бы эти копы делали то же самое в Лондоне, то их бы просто пристрелили. Атмосфера в пабе становилась все более и более враждебной, и все, что нам оставалось делать — это пить. Если ты выходил наружу, то становилось понятно, что начало больших неприятностей — всего лишь вопрос времени. С улицы постоянно слышались звуки сирен, наше возбуждение передавалось и копам — они периодически собирались вместе, переговариваясь по своим рациям. Некоторые парни из основы Chelsea решили, что настало время поменять бар. Мы были уверены, что это закончится потасовкой, и оказались правы. Я решил пойти в другом направлении, у меня появилась идея, что полиция в первую очередь набросится на тех, кто попытается улизнуть с другого конца улицы. Копы действовали достаточно уверенно, когда некоторые наиболее рьяные фаны попытались прорвать оцепление. Полисы просто выцепляли из толпы нескольких человек и начинали их окучивать при помощи своих дубинок. Парни получали дубинками по голове, затем их штабелями складывали на пол; копы арестовывали людей десятками, но иногда получали достойный отпор. Ко мне же подошел один из полисменов, занеся дубинку над моей головой. Все, на что я был способен в тот момент — отшатнуться назад, закрыть голову руками и побежать обратно в паб. Я с ужасом ожидал момента, когда дубинка соприкоснется с моей спиной но, к счастью, это осталось лишь одним из моих ночных кошмаров. Все оставшиеся сгруппировались и уже были готовы совершить прыжок на полицию. Помню, я считал, что они посходили с ума — у полисов были дубинки, щиты и защитные каски; но больше всего меня пугало то, что основа Chelsea серьезно собирался прыгнуть на акабов. Некоторые ребята из нашей компании были в безопасности, и лишь один получил по ногам и стоял на коленях с руками за головой. Единственное, что я хотел тогда сделать — вернуться в отель, а оттуда домой. На улице нарисовалось множество репортеров — и это злило многих парней из Chelsea. В следующей драке фотокорреспонденты будут такой же мишенью, как и полиция. Я действительно хотел выбраться оттуда. Владелец бара хотел того же самого — чтоб мы убрались поскорее из его заведения, он, наверное, давно наложил в штаны, я — да. Практически все в пабе усиленно угощались пивом, не сколько ради самого напитка, сколько ради бутылок, которые потом можно будет с пользой применить. Я думаю, полиция упустила тот факт, что любой бар — это потенциальный склад оружия. После 20 минут молчания полиция решила, что пора от нас избавляться, и через некоторое время было объявлено, что нам можно расходиться по своим отелям, предварительно разбившись на небольшие группы. Большинство ребят, запертых в этом баре, не могли дождаться, когда же их выпустят оттуда — они были простыми болельщиками (впрочем, как и я). Но нужно сказать, что я очень рад, что основа в тот момент находилась рядом, так как именно они держали полицию в напряжении и не давали ей вышибать дух из ни в чем неповинных людей. Я знаю, что наши парни любят начинать потасовки, но в тот раз все лежало только на совести полицейских — они обращались с нами, как с животными, и от этого получали ни с чем несравнимый кайф. Мы удостоверились, что наша группа одной из первых покинет оцепление. Когда мы проходили полицейские кордоны, вокруг засверкали вспышки фотоаппаратов. Сейчас это смешно, но тогда большинство из нас прикрывали лица, дабы не быть узнанными. Это происходило до тех пор, пока мой друг не крикнул, что вместо нас они должны фотографировать полицию. После этих слов я понял, что происходит — я чувствовал себя виновным в том, чего я не совершал. Затем я сказал моему соседу, что, возможно завтра наши лица появятся на передовицах газет, и серьезно разволновался по этому поводу. К счастью, мы этого избежали, но некоторые лица все равно светились на страницах газет. Многих парней выводили в наручниках и их сразу же запихивали в служебный автобус. Все рассказанное выше — только половина истории, вам нужно было быть там, чтобы понять, что происходило на самом деле. А насчет туристической компании — что ж, пока правительство не вмешается, компания ничего не может сделать. Ведь мы — футбольные фанаты, мы заслуживаем этого.

В конце концов, бельгийская полиция отказала во въезде 500 фанам, депортировала около тысячи и арестовала 354 человека. Затем она заявила, что это была война, только без огнестрельного оружия. Подозрения насчет правых группировок подтвердились, и визитная карточка голландской фирмы “Utrecht Headhunters” (“Охотники за головами из Утрехта”) была найдена в центре города, кроме того, три известных немецких экстремиста были арестованы в день матча. Бельгийские фаны хотели устроить акцию против англичан, чтобы укрепить свою репутацию, и напуганная банда из Bruges “East-siders” после матча объединилась с другими бельгийскими фирмами из Гента и Антверпена, их пришлось разгонять при помощи водометов. Но это было не последнее посещение Европы англичанами. Еще большее волнение вызывал тот факт, что Chelsea прошли в следующий круг и должны были через месяц играть с Zaragoza в Испании. ФА применила суровые меры — она обратилась с просьбой к испанскому клубу продавать билеты только своим суппортерам. Английский же клуб, понимая, что он является объектом пристального внимания, выдвинул свой план действий, в соответствии с которым известные траблмейкеры не получат от клуба ни одного билета. (Это было сделано не только в надежде, что эти люди перестанут путешествовать, но и в попытке отделить сам клуб от хулиганья, поддерживающего его.) На самом деле это не удержало тысяч безбилетных людей от путешествия; все, что им было нужно — приехать в Испанию и найти вожделенные билеты в свободной продаже. Кроме того, суппортеры обнаружили, что полиция намеревалась пресекать любыми методами стычки, похожие на футбольные. Сложилось впечатление, что именно отношение испанской полиции спровоцировало множество проблем на игре. Только то, что ты англичанин, давало копу моральное право огреть тебя дубинкой. Поэтому к началу матча англичане не испытывали к испанцам ничего, кроме ненависти. Когда команда забила третий гол, закрепив тем самым успешную европейскую кампанию, на секторе ситуация стала просто взрывоопасной — во время столкновений с полицией пострадало 12 суппортеров. Это привело к тому, что фаны Chelsea стали вырывать сидения и использовать их в качестве метательных снарядов, что, соответственно, спровоцировало еще большую активность полиции и, — еще больше повреждений. За пределами стадиона было еще хуже; вошедшая во вкус полиция периодически разминалась на приезжих суппортерах, которые уже не могли дождаться момента, когда они смогут покинуть эту страну. После возвращения домой, СМИ как обычно накинулись на болельщиков Chelsea, обвиняя их в ужасном поведении, но потом стало очевидно, что настрой уже совсем другой. Обычное хамское отношение к вернувшимся суппортерам сменилось гневом и возмущением. Вид людей с разбитыми губами и перевязанными головами спровоцировали бурю возмущения среди фанов по всей стране. Кроме того, ни правительство, ни ФА не обратилось с протестом, и не пытались добиться извинений или какой-либо компенсации от испанского правительства. Для ФА проблемы, связанные с Евро’96 стояли на первом месте. Во время внутреннего чемпионата фанаты Chelsea еще не раз участвовали в неприятностях, так же как и любые другие английские фаны. Конечно, West End не раз становился свидетелем потасовок с участием Chelsea (взять хотя бы прыжок на Porcupine Pub недалеко от Leicester Square, именно он стал причиной акции против шотландцев на Трафальгарской площади), но в целом, фанаты Chelsea были намного спокойнее, чем ожидалось. У них очень интересная репутация — многие так называемые “маленькие” клубы пытаются связаться с фирмами Chelsea, но последние ясно дают понять, что они не сотрудничают и с какими другими мобами. Причины такого решения очень трудно понять, единственное предположение — в Англии нет достаточно хороших фирм, чтобы они могли наравне сотрудничать с Chelsea. В принципе, сезон 1996-97 годов был весьма спокойным и стабильным. Даже болельщики вели себя выше всяких похвал. Но все это было омрачено смертью любимого фанатами начальника команды Мэтью Хардинга, разбившегося в вертолетной катастрофе. Это событие само по себе являлось трагедией для многих людей, но фанаты команды соперника стали использовать некоторые обстоятельства его трагической гибели, чтобы поглумиться над болельщиками Chelsea. Впервые это произошло в Nottingham Forest в январе 97, и это вызвало бурю гнева на стадионе и стало причиной массовых беспорядков после финального свистка. У футбольных фанатов очень много воспоминаний, и многие из них, я уверен, связаны с Chelsea. В течение десятков лет суппортеры Chelsea ассоциируются с футбольным насилием и ультраправыми политическими группировками, и это — груз, от которого клуб всегда будет пытаться избавиться. Но, честно говоря, среди множества штрафов и выговоров эту ношу он несет с удовольствием.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

The Headhunters

Отличительной чертой Chelsea является тот факт, что его движение состоит из множества небольших фирм, большую часть времени действующих независимо друг от друга. Но в минуту опасности все эти люди становятся единым целым, стремящимся, во что бы то ни стало защитить цвета любимого клуба. Излюбленная тактика хулиганов Chelsea достаточно стара и известна многим. Когда клуб поддерживает такое громадное количество людей, то проще всего переворачивать все на своем пути и просто наводнять поле и сектор соперников. И если простые болельщики приезжают максимум за несколько часов до игры, то мобы появляются в чужом городе достаточно рано — иногда за сутки, и занимают позиции — пабы и кафе, в которых обычно собираются фирмы команды соперника. Они курсируют по всему городу, мозоля глаза как местным траблмейкерам, так и акабам, и, самое главное, вселяя нотку страха в своих соперников. Дома же главной задачей является обнаружение оппозиции и запутывание всех их планов; используя такую тактику, Chelsea не дают формироваться враждебным фирмам, что и является одним из главных факторов их успеха. Но в огромном количестве народа, путешествующего с The Blues, одна группировка претендует на звание одной из самых устрашающих футбольных фирм в Европе — Chelsea Headhunters. Headhunters привлекли внимание болельщиков еще в ранних 80-х, когда группы фанатов стали преобразовываться в путешествующие мобы. Но в отличие от многих фирм того времени, этот моб завоевал популярность тем, что он был более заинтересован скорее в хулиганизме, чем в “победе” над фанами других клубов. С хардкором в 30-50 человек эта фирма скоро стала хорошо известна в околофутбольных кругах как в Англии, так и за пределами страны. “Охотники за головами” организовали свой общак, чтобы без проблем ездить на выезда, и вскоре организация этой фирмы стала настолько хорошо продуманной, что привлекла внимание людей в синих цветах. Полиция также внимательно наблюдала за этой фирмой, так как они считали, что группировка добывает себе деньги путем преступлений. Действительно, некоторые участники были задержаны за многочисленные нарушения закона — от грабежей до изнасилований. А тот факт, что члены моба летали преимущественно первым классом, носили дорогую одежду, и в анкете на вопрос о месте работы писали “директор компании” (хотя вполне возможно, что они вообще не работали), делал их более интересными, даже таинственными. Такая история развития и важная роль, которую “Охотники за головами” играли в развитии футбольного насилия, сделали ликвидацию этой банды главной целью антихулиганской операции “Own Goal” (“Наш гол” — прим. пер.). Когда полиция развернула широкомасштабную акцию против “Headhunters”, они арестовали много неформальных лидеров и серьезно расшатали основу моба. Но как бы там ни было, все эти люди были освобождены по амнистии в ноябре 1989, и все вернулось в прежнее русло. Когда настало время отправляться в Италию в 90 году, в фирме произошли серьезные изменения. В то время она представляла собой группировку численностью 20 человек, каждый из которых представлял собой личность, просто помешанную на хулиганизме. С окружением примерно 60 рыл, этот моб был более чем способен причинить кучу проблем, многие из которых были четко связаны с политикой. Как мы уже упоминали, у Chelsea есть ультраправое окружение, появившееся еще в ранних 60-х, в эру скинхедов. Это сделало клуб местом вербовки новых участников National Front и British National Front, и как мы видим, эти партии вполне довольны достигнутым результатом. Это влияние ультраправых партий и патриотическая доктрина, которая была неотъемлемой частью фанатизма, означали, что суппортеры Chelsea активно поддерживали сборную Англии в 80-х. В то время они были подвергнуты строгой критике, так как члены Headhunters спровоцировали массовое осуждение черных игроков, которые собирались играть за сборную. Дальнейшее участие в некоторых серьезных инцидентах как дома, так и заграницей привело к тому, что Headhunters вошли в пятерку лучших фирм в Англии, а их действия во время Италии ’90 вывели эту фирму на первое место в так называемом хит-параде футбольных мобов. Несмотря на то, что эта банда считалась самой воинственной в Англии, времена менялись и в 1992 году была организована новая группировка под названием “Combat 18”. Для многих футбольных фанатов “Combat 18” и “Headhunters” одно и то же. На самом деле это не совсем так — парни из разных клубов по всей стране входили в состав “Combat 18”, будет справедливее сказать, что большинство из основы С’18 смотрят футбол на Stamford Bridge, а их прошлое тесно связано с Headhunters. В ранних 90-х политические привязанности Headhunters, так же как и С’18, привели к тому, что они завязали контакты со многими хулиганскими фирмами в Шотландии; Rangers — один из ярких примеров такого сотрудничества. В результате некоторые члены банды были приглашены в Шотландию для участия в потасовках. Нам рассказали по крайней мере об одном инциденте на игре “Old Firm”, когда основная кельтская фирма, услышав о смешанном мобе Rangers — Headhunters, полностью облажалась и отказалась от запланированной акции. Кроме того, С’18 навела контакты с другой шотландской фирмой c националистическим уклоном “The Hearts” (“Сердца” — прим. пер.), и в 1993 году полиция узнала, что 30 известных “охотников” отправились в Бельгию, где они объединились с Hearts CSF (Casual Soccer Firm) для борьбы с суппортерами других клубов. В результате полиция заявила, что она верит в то, что члены Headhunters “сдают себя в аренду” другим футбольным фирмам, если последним нужна массовка, или, что более важно, бойцы. В наши дни даже болельщики Chelsea побаиваются этого моба. В 1994 году “Охотники за головами” участвовали по крайней мере в двух очень жестоких прыжках на членов CISA (Ассоциации Независимых Суппортеров Chelsea), которые отказались публиковать в своем фанзине националистические статьи. Первый прыжок имел место в пабе в Fulham, когда пошли в ход бильярдные шары. В итоге все закончилось многочисленными повреждениями, включая сломанные челюсти и раздробленные носы. Вторая акция, даже более жестокая произошла в Праге после Кубка Кубков, когда “Headhunters” атаковали автобус с болельщиками Chelsea, в результате чего серьезно пострадал один из членов CISA. Все эти происшествия заинтересовали прессу, но не прошло и месяца, как Headhunters и С’18 привлекли внимание целого футбольного мира своей поездкой в Дублин. Оглядываясь назад, становится ясно, что только ДВЕ фирмы были зачинщиками неприятностей на игре Ирландия — Англия. Нужно сказать, что настоящий хулиганизм также привлекает людей и без особых политических пристрастий, но у С’18 была одна цель — заставить людей обратить внимание на ультраправые группировки, что им с успехом удалось. С’18 не сходил со страниц газет, так же как и Headhunters. Для этих банд на горизонте маячила еще одна замечательная возможность заявить о себе и о своих политических пристрастиях — Евро’96. Количество националистов оставалось неизвестной величиной до лета 1996 года. Тогда Англия поняла, в какой опасности она находится — угроза приезда в Англию экстремистских группировок из разных уголков Европы для ответного удара стала очень реальной. После Евро’96 Headhunters успокоились и перешли к рутинным (если это можно так назвать) действия футбольной фирмы. Но факт остается фактом — “Охотники за головами” являются самой устрашающим мобом в Англии, и совершенно ясно, что скоро они опять заявят о себе. Берегитесь!

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ВЕСТ ХЕМ ЮНАЙТЕД

ГЛАВА ПЯТАЯ

ФУТБОЛЬНАЯ АКАДЕМИЯ

Раньше в East End существовало неписаное правило для пришельцев — им не разрешалось всего две вещи — торговать и посещать местные пабы. Прошли годы, большинство подобных правил забылось (главным образом из-за большой миграции населения), но до сих пор одна традиция остается незыблемой, как скала — никто без корней в Ист Энде не может поддерживать West Ham. Без сомнения, фаны West Ham очень преданны своему клубу, и эта преданность частенько заходит очень далеко. Клуб West Ham United являлся неотъемлемой частью культуры East End в начале века. Эта команда очень быстро завоевала любовь местного населения, ведь большинство игроков были коренными жителями. Во время второй мировой войны в результате бомбежки не только доки, но и большинство улиц и жилых домов были серьезно повреждены. В итоге целые районы были вынуждены переселяться на восток — ближе к Grays, Romford и Tilbury, но несмотря ни на что, главной традицией переселенцев оставалась верность старому Ист Энду. Для многих единственным связующим звеном с прошлым остался футбольный клуб West Ham United. В 50-х годах реконструкция Лондона, а East End в частности вынудила еще часть горожан покинуть город и переселиться в New Towns к востоку от столицы. И так как эти люди были оторваны от своих корней, то они обратили все свое внимание на West Ham, и верность своему клубу передавалась от поколения поколению, в отличие от остальных лондонских клубов, и если твой отец болел за Irons, им будешь верен и ты, и твои дети. Вот что такое West Ham, и еще много десятков лет он будет оставаться таким же. Многие прекрасно понимают, что East End является дикой территорией, в которой царят свои собственные законы. Преступление всегда являлось способом выживания, и если где-то совершается преступление, знай, что всегда где-то рядом насилие и жестокость. Как следствие, насилие пришло и в Upton Park, и вскоре клуб стал известным из-за своих всегда враждебно настроенных суппортеров. Фанаты начали принимать участие в различного вида акциях еще в начале века, но все приняло серьезный оборот где-то в 60-х годах. Всего за десятилетие Upton Park завоевал репутацию очень опасного места для посещения. Число различных потасовок, связанных с футболом росло не по дням, а по часам, и хардкор West Ham прилагал к этому немалые усилия. Первый инцидент, в который были вовлечены “молотобойцы” выявил самого ярого их противника — Manchester United, эта вражда продолжается и по сей день. В мае 1967 года Man Utd приехал в East End. Эта игра была очень важна — если красно-белые выигрывали, то это становилось серьезной заявкой на чемпионство. Естественно, поддержать клуб приехали тысячи и тысячи суппортеров, которые практически наводнили East End. Это вызвало гнев и сопротивление как фанатов West Ham, так и местного населения, и драки начали вспыхивать практически в каждом пабе. По окончанию матча (гости выиграли со счетом 6-1), приезжие суппортеры вывалили на улицу, чтобы отпраздновать победу любимого клуба. На самом деле, все празднование вылилось в битье витрин и чистейшей воды вандализм — они превращали в обломки все, что попадалось им под руку; конечно, это еще больше разозлило местных. Опять вспыхнули потасовки, которые длились часами. Впоследствии прошел слух, что Man Utd “сделали” East End, что окончательно вывело из себя “молотобойцев” и побудило их к дальнейшим действиям. В начале сезона 1967-68 годов суппортеры West Ham устроили рэмпейдж в Tottenham. В Северный Лондон “молотобойцы” приехали задолго до матча, и перед игрой именно они были основными траблмейкерами. А по окончанию матча, который West Ham слил со счетом 5-1, приезжие фаны просто обезумели — их мобы волнами накатывали на улицы, громя по дороге все, что можно. В результате полиция арестовала 17 человек, только после этого им удалось посадить приезжих суппортеров на поезда до Восточного Лондона. Но “молотобойцы” еще не закончили свой великий выезд, и драки продолжались и в поездах — в итоге по крайней мере один состав был выведен из строя по причине вандализма. В том году хулиганы West Ham действовали очень активно и постепенно укрепляли свою репутацию. В то время, как футбольное насилие медленно расползалось по стране, поклонники West Ham считались одними из самых худших на островах. На финале Кубка в 1975 году с Fulham “молотобойцы” захватили беговую дорожку и начали глумиться над фанами команды соперника. Это вылилось в ожесточенные схватки за стадионом и в метро, что, в свою очередь, вызвало град упреков и негодования в прессе. А тот факт, что все это происходило на Wembley, был последней каплей в чаше терпения футбольного начальства. Полицейские силы по всей Англии объявляли повышенную готовность, когда фаны West Ham приезжали к ним в город. Эти люди наводили свои порядки на выезде, а уж на ответный матч в East End отваживались ехать только храбрецы или камикадзе. Millwall всегда был удобным противником для West Ham, и не только из-за географического месторасположения, но также потому, что они, как и “Молотки”, являются неотъемлемой частью Ист Энда, чья жизнь также прошла в доках. Это означает, что практически каждая встреча двух мобов суппортеров, традиционно считающихся одними из самых жестоких в Англии, заканчивались жутким кровопролитием. В декабре 1976 года стычка фанатов двух враждующих клубов закончилась трагедией. После матча три фана Millwall загнали двух суппортеров West Ham в поезд на станции New Cross и устроили драку. “Молотобойцам” удалось вытолкнуть из поезда двоих оппонентов, затем они принялись за третьего, горя желанием отомстить. Когда фан Millwall упал на пол, один из “молотков” подтащил его к двери и, открыв дверь, просто столкнул парня под встречный поезд. Смерть была мгновенной. Этот случай, как вы можете себе представить, накалил до предела и без того взрывоопасную обстановку на стадионе; хулиганизм поднялся на ранее невообразимый уровень. Председатель Полицейской Федерации, и так обеспокоенный ростом футбольного насилия, предложил на год отложить все футбольные матчи, чтобы раз и навсегда покончить с хулиганизмом. Но, несмотря на это заявление и какие-то мелкие действия, в целом все шло по-прежнему. Суппортеры West Ham продолжали приносить разрушение, куда бы они не приехали, неделя за неделей продолжая укреплять свою и так нерушимую репутацию. В ноябре 1978 года они устроили рэмпейдж в Leicester.

LEICESTER.

Лестер’78 — именно там я в первый раз попал за решетку, так что те события я помню очень хорошо! К поездке туда мы были хорошо экипированы — у них был неплохой моб, поэтому дополнительная помощь нам бы не помешала, а в использовании подручных средств нет ничего постыдного. Во время самого путешествия возникала куча проблем с транспортной полицией. Они преследовали нас всю дорогу, и по прибытию в Лестер они забрали нескольких наших парней за вандализм. Мы приехали утром и решили пройтись по городу, чтобы найти ребят, которые приехали раньше. Но так как местные были уже тут как тут, то копы просто не выпустили нас с вокзала. Нам разрешили идти только тогда, когда местной банды нигде не было видно. Мы пришли в тот паб “Голова Сарацина” (о, я никогда не забуду его), казалось, что мы попали прямиком в ад — везде летали бутылки, стаканы и стулья. Парни из Лестера вычислили нас и явно нарывались на неприятности. West Ham не бегает ни от кого — это был наш девиз, и даже когда нас было в несколько раз меньше, мы не отступали и дрались не на жизнь, а на смерть. От этого несчастного паба остались одни развалины, но это все мелочи. Больше всего меня поразил вид того местного парня, которого пырнули в живот, — так много крови я еще в жизни не видел. Через некоторое время прикатила полиция, но никого не арестовала, что выглядело немного странно после произошедшего. Нашу толпу под сопровождением повели к стадиону, но нам в количестве 20 рыл удалось избежать эскорта, и мы отправились в город чего-нибудь перекусить. Ну, мы завернули за угол и увидели эту толпу. Сразу было ясно, что местный моб значительно превосходил наш по количеству. Но это не остановило “молотобойцев” от прыжка; пара наших парней особо отличились в той драке. Около стадиона мы встретили остальных ребят, и нам стало ясно, что West Ham наводнил этот город, и мы перевернули его с ног на голову. Кроме наших приключений, на улицах произошло еще несколько столкновений, включая акцию в торговом центре, которая стала завершающим аккордом. При входе же на стадион мы обнаружили, что полиция всех обыскивает — редкое зрелище в те дни. Единственное, что было слышно — звук бросаемого на пол оружия — ножей, свинцовых дубинок и прочего. Это было очень забавно — там можно было открыть целый оружейный магазин. Но как бы там ни было, стадион изнутри был похож на гигантскую психушку. Наши парни были выше всяких похвал — много шума и песен. Несколько местных стояли на соседней трибуне и кричали что-то нецензурное в нашу сторону, и в конце игры мы решили наказать их за такое плохое поведение и… — в этот момент меня застали врасплох. Этот коп схватил меня, выдернул из толпы и потащил вдоль беговой дорожки. Сначала мне показалось, что он просто хочет выкинуть меня со стадиона, но эта скотина так далеко выворачивала мне руку, что временами казалось, что она останется у него, но несмотря ни на что, я продолжал вырываться. Таким образом мы дошли до сектора местных, и один из этих аборигенов начал глумиться надо мной — это я ненавижу больше всего на свете. Мы проходили как раз недалеко от их толпы, мне удалось вырваться и пару раз съездить кому-то по щщам. После этого все просто обезумели, подбежало еще несколько полисов, которые схватили меня за руки и за ноги и просто вынесли со стадиона. Оглядываясь назад, это выглядит очень комично. Я считаю, что такое должно произойти с каждым как минимум один раз. Я провел ночь в камере с этим лестерским нытиком, который всю ночь скулил о гадких кокни в целом, и West Ham в частности, он просто выводил меня из себя. Много наших попало за решетку в тот день, и они сказали мне, что в понедельник утром будет экстренное собрание местного суда, где решится, что делать со всеми нами. На самом деле, ничего страшного не произошло и, проведя ночь за решеткой, на следующее утро мы оказались на свободе.

Большинство жителей Ист Энда лишь одно место считают морским побережьем — Southend-on-Sea. И неудивительно, что жители именно этого места наблюдали “молотобойцев” в самом воинственном настроении. Хотя эти клубы встречаются на поле достаточно редко, так как играют в разных дивизионах, но соседство с East London является самым притягательным фактором для фанатов West Ham. Удобная географическая позиция так же обозначает предсезонные разминки для соскучившихся по дракам хулиганов, и в августе 1979 “молотобойцы” нагрянули в этот городишко и навели там шороху. Сама потасовка началась на побережье, но когда начался матч, она незаметно переместилась на стадион. Во время игры полиция задержала множество фанатов West Ham, девять из которых умудрились забраться на крышу стадиона, с которой собирались прыгнуть на суппортеров Southend. После игры неприятности продолжались, перетекая на улицы и в пабы; наиболее жестокий инцидент имел место в Palace Hotel, где менеджер не пустил приезжих фанов в гостиничный бар. К несчастью, небольшое количество суппортеров просочилось внутрь и, сидя за столом, они с довольным видом хвастались друг перед другом тем, как утром они вальнули какого-то местного. Когда менеджер понял, что все его попытки защитить бар провалились, и осознал, какие неприятности могут принести незваные гости, он попытался выгнать их. Это вылилось в ожесточенную перепалку, во время которой один из суппортеров “случайно” сломал бильярдный кий о голову менеджера, в то время, как остальные закидывали его бильярдными шарами и стаканами. Когда прибыла полиция, менеджер был уже порядком помят, но никого из приезжих суппортеров не арестовали, а просто попросили очистить помещение. В этом же сезоне нам довелось впервые встретиться с парнями West Ham на Vicarage Road и это знакомство было далеко не из самых приятных. Они просто приехали в Watford для демонстрации своего превосходства в силе, организованности, да и во всем остальном, и без сомнения, им это удалось. Сначала полиция считала, что в город приехало около 7000 фанатов, и несмотря на то, что до игры беспорядков было сравнительно немного, на матче стало ясно, что приезжие суппортеры держат под контролем практически все — как стадион в целом, так и наш домашний сектор. Я никогда не видел так много чужих фанов на хозяйской трибуне, как в тот день на Vicarage Road — на нашем секторе находилось около тысячи “молотобойцев”. Правда они рано обнаружили себя — и у полиции было время вывести большинство из них до того, как основная масса фанов Watford заняла свои привычные места. Во время игры то тут, то там вспыхивали разрозненные стычки, но спустя некоторое время фаны West Ham заскучали, им некуда было девать свою энергию, поэтому они прорвались на поле и начали закидывать сектор хозяев всем, что попадалось под руку. После игры группа количеством в 200 рыл избежала полицейского эскорта, и вместо станции отправились гулять по городу, устроив, по мнению газет, “оргию разрушения”. Этот моб громил стекла, корежил машины, в перерывах прыгая на местных фанов. Победа над “Арсеналом” со счетом 1-0 в финале кубка 1980 позволила West Ham выступать на европейской арене. Их хулиганы получили новое поле действий для демонстрации своего оригинального способа поддержки своего клуба. Это была возможность, которую они никак не могли пропустить. Сентябрь 1980 был трудным месяцем как для клуба, так и для его суппортеров. В первую субботу месяца они отправились на Stamford Bridge, где излюбленная тактика “молотков” — проникновение на вражеский сектор — закончилась серией яростных потасовок на всей территории стадиона, в результате чего в этот день 42 человека были арестованы и 2 полисмена были госпитализированы. Еще большее беспокойство вызывало будущее путешествие West Ham в Испанию на игру с Castilla в Кубке Кубков. ФА и УЕФА ясно дали понять, что любые неприятности с участием англичан будут рассматриваться самым серьезным образом в свете погрома в Турине этим же летом. Одна мысль о возможных последствиях привела администрацию клуба в состояние полнейшей паники, и она рассыпалась в уверениях, что проблем не будет. Билеты на матч продавались только тем болельщикам, чьи фотографии и номера паспортов были зарегистрированы; в то же самое время Billy Bonds, капитан “молотобойцев”, обращался с просьбой вести себя прилично к каждому путешествующему суппортеру. Но не смотря на это, сотни фанатов совершили путешествие из Ист Энда в Испанию, где беспрепятственно приобрели билеты, между делом причинив немало проблем местной полиции. Проблемы стали возникать уже в барах, где фаны West Ham накачались горячительными напитками и начали буянить. Это продолжалось вплоть до самого матча, во время которого часть фанатов дралась с полицией, а те, кто находились на верхних ярусах стадиона Bernabeu, глумились и мочились на испанских фанатов, стоящих чуть ниже. За стадионом 18-летнего болельщика West Ham, по словам его соотечественников, совершенно умышленно переехал водитель грузовика, что вылилось в очередное кровопролитие. УЕФА была в ярости, наложила на клуб огромный штраф и обязала его провести ответную игру при закрытых дверях, несмотря на то, что клуб сделал все возможное для предотвращения неприятностей. Хоть европейская кампания была недолговечной, первое место во втором дивизионе в этом же сезоне вернуло клуб в премьер лигу. Это означало новых оппонентов для фанов West Ham, а так как каждая фирма в стране старалась укрепить свою репутацию, the Irons считались главной мишенью. К несчастью для некоторых, часто все идет не так, как было запланировано, как и произошло с C.H.

EVERTON

В 1981 в Goodison Park мы играли с West Ham на Кубок. У West Ham уже был моб в то время, и 14-летнему пацану нельзя было упускать шанс посмотреть на чужих суппортеров. Я пошел, как обычно, вместе со своими друзьями; мы еще учились в школе, но уже считали себя крутыми парнями. Атмосфера перед игрой была фантастической, накал страстей доходил до предела. Парни из Эвертона действовали по одной схеме — проходили на сектор гостей незамеченными и устраивали там махач. Эта тактика принесла им успех на кубковой игре с “Арсеналом”, но местные прокололись с Man United — на проверку эти парни оказались покрепче столичных жителей и хорошенько потрепали the Blues. Моб Манчестера всегда причинял кучу неприятностей, приезжая в Эвертон. Как и ожидалось, наши парни первыми прыгнули на “молотобойцев”. Очень интересно наблюдать за беспределом, творящимся на и за стадионом — прикольно смотреть, как две группы парней гоняются друг за другом по территории стадиона с единственным желанием вытрясти дух из своего противника. Два моба устроили неплохое шоу, и когда копы решили вмешаться, они гармонично влились в общий хаос. На стадионе они не были столь активны, скорее всего из-за того, что их (полисов) также как и всех остальных, могли снять на камеру, хотя я был бы очень удивлен, если бы хоть малая толика этих фильмов попала на суд в качестве улики. В то время по причине своей молодости я не участвовал ни в каких акциях, но мы осуществляли разведку для взрослых парней. Тогда все ненавидели лондонцев. Многие до сих пор не изменили свое мнение, считая, что они — пафосные, жирные ублюдки. Копы привели собак, и это более или менее разрядило напряженную атмосферу, но только до окончания матча. По сектору ходил слух, что после игры готовится серьезный прыжок. Парни говорили, что многие из West Ham на ножах и уже пытались порезать нескольких местных. Это настолько подхлестнуло мое воображение — ну что вы хотите, мне было всего 14 лет — что после игры мы решили не рассасываться, а полазить где-нибудь рядом, дабы вкусить всю прелесть настоящей битвы. Полисы держали лондонцев на секторе целую вечность. Около стадиона шныряло много всякого народа, и полиция делала все возможное для того, чтобы разогнать наш моб перед тем, как выпустить приезжих фанов. Мы же прогуливались по Priory Road с карманами, полными камней, чтобы забросать ими автобусы (наше любимое времяпрепровождение в то время), но они очень хорошо охранялись, и мы даже не могли приблизиться к бусам. Наш моб вырос до немыслимых размеров, и полисы использовали коней, чтобы как-то сдерживать толпу. Эти сволочи использовали каждый шанс огреть нас дубинкой по спине, и делали это с видимым удовольствием. Примерно половину наших парней погнали на Stanley Road, а мы с ребятами побежали через холм прямиком на County Road. Вокруг шныряли полисы, периодически выцепляя одного-двух человек из толпы и заковывая их в наручники. Все происходящее немного пугало, но зато было очень весело. Когда мы достигли подножия холма, основная масса людей уже шла по County Road, так что мы могли встретиться со всеми у Everton Valley. Когда мы пришли туда, то могли даже слышать шаги приближающейся толпы. Мы дошли до угла и наблюдали, как толпа рыл в 200 спускается с холма под полицейским эскортом. Вдруг они сорвались с места и побежали на нас. Сначала я подумал, что они бегут от полиции, но потом они начали кидать в нас бутылки и кирпичи. Я не мог поверить в происходящее, ведь это были наши парни. В ту минуту я чуть не умер со страха — никогда в жизни я не был так напуган. Все, что ты мог делать — уворачиваться от снарядов, прикрывая голову и, в то же время, пытаться не попасть под машину. Парня рядом со мной сбили машиной, и он сразу же получил по башке тяжелым кованым ботинком. Ему хорошо досталось, и от кого? От своих же! Люди стали вылезать из машин и принимать участие в побоище — все было похоже на сумасшедший дом. И только когда кто-то заорал “Мы из Эвертона, из е…ного Эвертона!”, люди начали понимать, что происходит. После этого полисы начали вязать всех подряд. Я слышал одного парня, который орал: “Вы не можете арестовать меня за драку с другими фанами Эвертона. Не можете!”, как будто это было противозаконно. Дебил. Вокруг валялись ножи и много всякого дерьма. Я был счастлив тем, что все кончилось, и больше всего на свете мне хотелось оказаться дома. Несколько автобусов отправились в направлении Scotland Road и Tunnel. В завершение такого “замечательного” дня несколько идиотов решили закидать эти бусы камнями, хотя абсолютно ясно было то, что это наши автобусы с парнями из Birkenhead и Wirral. Несколько камней попали по автобусу, но потом придуркам, сделавшим это, хорошенько прочистили мозги. У меня нет не малейшего понятия, что случилось с парнями West Ham. Наверное, они тоже ломали головы, куда мы запропастились, видимо, они искали нас. Несмотря на такое ужасающее вступление, я все больше и больше втягивался в футбольный хулиганизм. Честно говоря, тот день был самым ужасным событием, связанным с футболом. Мы дрались в Бирмингеме, скрывались по всему Лидсу, получали от полиции на Maine Road, нас валили на Highbury, но … быть закиданными камнями своими же собственными парнями, это что-то особенное.

Следующий год принес еще одну трагическую смерть — очередное черное пятно на истории фанатского движения клуба. 1 мая 1982 года West Ham отправился в Highbury на игру со своим противником из Северного Лондона. Как обычно, неприятности начались еще утром, включая ряд серьезных происшествий в метро, где фаны “Арсенала” пытались контролировать ситуацию. Во время игры стало ясно, что суппортеры West Ham повсюду; драки вспыхивали везде — как на North Bank, так и на Clock End. “Молотки” запалили несколько дымовух, что посеяло панику на стадионе, из-за этого матч прервали на 10 минут, чтобы успокоить людей и убрать фанатов с поля. После игры неприятности продолжались, во время которых пырнули одного суппортера. Позже он скончался от потери крови. Во время выездов фаны West Ham делают все возможное, чтобы их заметили. Во время поездки в Бирмингем проблемы начались еще на станции New Street, где фаны Бирмингема были атакованы “молотками”, приехавшими раньше и устроившими засаду. Это продолжалось вплоть до матча, не прекратилось и во время самой игры. После матча полиция West Midlands (терпимость к футбольным фанатам не являлась ее положительной чертой даже в лучшие времена) кое-как доставила приезжих фанатов на станцию, где уже на лондонцев был совершен внезапный прыжок, в время которого порезали еще одного суппортера. В том же году суппортеры Бирмингема предприняли карательную миссию и привезли в Лондон массивный моб. Но как всегда, последнее слово осталось за фанами West Ham, которые вычислили приезжих еще на станции Euston, гнали их до самого Upton Park, где драка разгорелась сначала за стадионом, а потом и во время игры. Фанаты настолько разбушевались, что игру остановили на 20 минут, во время которых полиция пыталась восстановить порядок на стадионе. На обратном пути в Euston фаны соперничающих клубов еще не раз атаковали друг друга, после чего транспортная полиция приложила все усилия для того, чтобы отправить фанов Birmingham домой. Но, так или иначе, начало очередной вражде было положено. В этом же сезоне “молотобойцы” приехали в Brighton на игру, где размах беспорядков удивил даже тех, кто путешествовал не первый год. Обычно, если клуб играет на побережье, первые группы фанатов отправляются в путь еще в пятницу, и уже вечером небольшие фирмы (общим количеством 400 рыл) праздно шатались по городу в поисках чего-нибудь горячительного. Это вылилось в ряд инцидентов, в результате которых одного местного порезали от уха до уха, после чего 2 раза пырнули в бок и грудь, другой “герой” получил по башке арматурой. Этим же вечером одно местное кафе было разграблено, и подожжен плавучий ресторан. В субботу драки начались ранним утром, 55 суппортеров были арестованы еще до игры, им был предъявлен ряд обвинений от угроз и сопротивления властям до незаконного ношения оружия. Прямо перед началом игры было арестовано еще 12 человек, включая женщину с заточкой в кармане. Беспорядки на домашнем секторе начались еще до того, как мяч был введен в игру — “молотки” дали о себе знать. В начале первого тайма рухнул заградительный барьер — и моментально вспыхнули потасовки. Правда, полиция сработала профессионально — во время игры был арестован еще 41 болельщик. После игры полиция чудом запихнула фанов West Ham обратно в поезд без дальнейших осложнений. На сегодняшний день фирма Интер Сити (ICF) известна своими подвигами, и следующий сезон (1983-84) стал для фанов West Ham (естественно под тщательным вниманием полиции и средств массовой информации) самым худшим годом. В то время уже существовали враги и соперники, а для West Ham практически каждый клуб являлся потенциальным противником. Редко выдавалась неделя, когда никто из “молотков” не был вовлечен в какие-нибудь неприятности, а три самых ужасных события произошли с участием старых врагов. Одними из них были суппортеры Tottenham. Вражда между West Ham и Spurs длилась уже в течение нескольких лет, и в длительном противостоянии восточный клуб обычно одерживал победу. Почти каждую субботу “молотки” совершают вояжи в северную часть Лондона, чтобы померяться силами с фанами “Арсенала” или Spurs, все происходит или на станции Euston или в самом метро для того, чтобы их соперники знали, что про них не забыли. Как раз по возвращению из Эвертона фан West Ham нашел небольшую брошюрку, по прочтению которой стало ясно, что суппортеры Tottenham должны встречаться в пабе Corner Pin на Tottenham High Road в следующую субботу, как раз перед игрой с West Ham. Так же в этой брошюре было сказано, что репутация Spurs держится на их отношениях с West Ham, и они собираются победить своих соперников, так как “West Ham думает, что мы — отстой”. Среди “молотобойцев” информация распространилась мгновенно, и всю неделю они провели в раздумьях. Еще перед этим было решено проникнуть и захватить ‘Shelf’ на White Hart Lane, но этот буклет дал им новые идеи. В субботу 3 сентября 1983 года фаны Spurs собрались около паба на Tottenham High Road, не догадываясь, что West Ham вычислил их стрелу. Полиция, которая вообще ничего не подозревала, находилась поблизости чисто визуально; она гораздо больше была обеспокоена все увеличивавшимся количеством фанов West Ham, прибывавших в Северный Лондон. (“Молотки” любили атаковать рано, когда моб противника еще не до конца сформировался) Примерно в 11 часов утра около тридцати фанатов Spurs были атакованы с двух сторон массивным мобом West Ham. После пяти минут интенсивной и очень ожесточенной драки Spurs удалось перегруппироваться и даже контратаковать. Только через час конной полиции и трем полицейским автобусам удалось развести хулиганов и кое-как прекратить сражение, в котором принимали участие все новые и новые силы, как с той, так и с другой стороны. Полисы прижали “молотков” к стене и держали там до тех пор, пока в час не открылись ворота. Для фанов West Ham, несомненно, это был удачный выезд — они сделали Spurs на их же территории. Местные фаны очень разозлились, но худшее еще было впереди. Где-то в 2.20 дня уже на территории стадиона в Shelf была брошена бутылка, что послужило сигналам для фирм West Ham обнаружить себя. Сразу же стало ясно, что ICF просочилось на сектор хозяев; как только они дали о себе знать, мирные болельщики заметались по трибуне в слепой панике. Полиция быстро навела порядок, но через пять минут все вспыхнуло по новой, и так на протяжении всего матча. “Молотки” торжествовали победу. Заряды “West Ham ни от кого никогда не бежит” (West Ham run from no one) и “ICF, ICF” раздавались с секторов Spurs в то время, как хулиганы Tottenham, сдерживаемые полицией, рвали на себе волосы в бессильной злобе. После игры полиция развела две толпы болельщиков в разные стороны, но соперничающие мобы пересеклись в метро, и драки продолжались как в Euston, так и на станции Victoria. Фаны West Ham теперь считали (не без основания), что они — лучшие в стране. Тот факт, что они никогда не бежали от своих врагов, являлся бесспорным, так же, как и их непредсказуемость. Никто не мог с уверенностью сказать, каким будет следующий шаг “молотков”, и множество фанатов, находясь перед фактом путешествия в Upton Park, никогда не знали этого. Они просто оставались дома. Суппортеры Millwall стали следующей мишенью “молотобойцев”, они были атакованы, когда меньше всего этого ожидали — по пути на очередной выезд. Они находились на станции London Bridge, ожидая поезда, который должен был отвезти их на игру с клубом 3-го дивизиона Sheffield United, когда были внезапно атакованы фанами West Ham. Одним из “молотков” на платформу была брошена зажигательная бомба, но, к счастью, никто не пострадал. Но как всегда, фанами использовались бутылки и кирпичи, в результате турникеты были выведены из строя, а невинный пассажир пострадал от удара камнем по голове. Полиция, как и фаны Millwall, была абсолютно не готова к подобному повороту событий, и даже когда прибыло подкрепление, потребовалось довольно много времени, чтобы разделить враждующие фирмы, которые успели порядком попортить станцию. Несмотря на то, что семь человек были арестованы, фаны West Ham еще раз доказали, что они всегда готовы к реальным действиям, неважно, где и когда. В феврале 1984 “молоткам” выпал шанс проверить на прочность фанов Birmingham City и их недавно образовавшуюся фирму ‘Zulu Army’. Клубу, который немало крови подпортил суппортерам West Ham всего два сезона назад, выпало играть с “молотобойцами” в кубковой игре, и когда поклонники Birmingham City приехали в Upton Park, то обнаружили, что в то время проводилась широкомасштабная полицейская операция по обезвреживанию болельщиков. До какой-то степени операция прошла успешно, хотя, конечно, между фанами вспыхивали драки в метро, включая несколько потенциально фатальных инцидентов (на станции Euston пырнули одного из фанов Бирмингема), но все они также нейтрализовывались согласованными действиями транспортной полиции. А на территории стадиона сразу же возникли проблемы немного иного рода. West Ham на поле смотрелся совершенно отстойно, и расстроенные фанаты устроили прорыв на поле в надежде, что игру отменят. Первую попытку вторгнуться на поле вскоре подавили, но через некоторое время была предпринята вторая. Тем не менее, судья дал понять — что бы ни происходило на трибунах, матч будет доведен до конца. В потасовках на этой игре (которую West Ham слил со счетом 3-0) пострадало около 100 человек. Но именно многочисленные прорывы на поле вывели из себя ФА. Lancaster Gate (штаб-квартира ФА — прим.пер.) был вне себя от ярости. Сезон был одним из самых худших в истории английского футбола — беспредел в Ayresome Park и Brighton, дебоширство фанатов Spurs в Роттердаме, бесчинства английских суппортеров в Люксембурге (и это, еще не считая многочисленных акций “молотков”, которые отмечались в каждом городе, который посещали). Клубу угрожали запретить участие в ФА Кубке в течение 2-х лет, если фанаты будут продолжать себя так вести, но как это не удивительно, клуб подал апелляцию. И что еще более неправдоподобно, West Ham выиграл этот иск, и угроза была отменена. Но сейчас, как УЕФА, так и ФА недвусмысленно намекнули, что английским клубам запретят играть в Европе, если они не разберутся со своими хулиганами, и не сделают это достаточно оперативно. Пока происходила вся эта неразбериха, две вещи были особенно важны для West Ham, и ICF в частности. Первое — эта фирма стала основной мишенью грандиозной полицейской операции, а вторая — ICF явились главными героями документального фильма “Хулиган” (“Hooligan”) телевидения Thames, который впоследствии стал классическим фильмом для футбольных мобов как в Англии, так и за рубежом. Концепция этих двух идей была проста до предела — следовать по пятам за этим мобом и смотреть, что они собираются делать. Но как только это начало происходить, стало ясно, что одна идея была гораздо удачнее другой. Во время проведения полицейской операции в Департамент Общественного Обвинения (Department of Public Prosecutions) были представлены доказательства, которые показывали на незаконность обвинений против 17 так называемых лидеров ICF, с которых вскоре были сняты все подозрения. На это решение также повлиял тот факт, что операция “Own Goal” против фанатов Chelsea по большому счету была лишь фарсом. С документальным фильмом все было немного по-другому — и когда в августе 1985 года состоялась премьера фильма, то мнение о фанатах West Ham, и о ICF, в частности, стало еще хуже. Те хулиганские группировки, которые ранее не были известны простым болельщикам и людям, не интересующимся футболом, теперь были выставлены на всеобщее обозрение. Казалось, что все слухи о бесчинствах суппортеров оказались правдой. Теперь всеми средствами массовой информации овладела навязчивая идея разоблачения футбольных фирм не только в Upton Park, а практически по всей стране. Известность, пришедшая к ICF, стала причиной возникновения “подражателей”, клонов ICF, которые плодились по всей стране, как грибы после дождя, и это (плюс печально известная акция Millwall в Л*т*не) вынудило правительство идти на крайние меры по борьбе с футбольным хулиганизмом. 1985 год был черной полосой для футбола. Л*т*н, Брэдфорд, Heysel, смерть фаната Бирмингема на St. Andrews, отстранение английских клубов от игр в Европе — этот список можно продолжать бесконечно. Правительство в целом, и Тэтчер в частности, дали понять, что если футбольная администрация не наведет у себя порядок, то этим займутся они. Были варианты введения удостоверений личности и запрета на посещение выездных матчей (но все эти предложения вскоре были отвергнуты). В результате увеличилось использование CCTV (кабельного телевидения); по иронии судьбы West Ham был одним из первых, вводивших эту систему. Для фанатов West Ham (особенно для любителей похулиганить) настали трудные времена. Полиция, до сих пор верившая в необходимость различных полицейских операций, продолжали пристально следить за суппортерами клуба, что выливалось в трудности для мобов не только в организации различного вида акций, но так же и в свободе передвижения. Фанатам, которым порядком надоело постоянно находиться под наблюдением, вскоре нашли способ дурачить полисов. Это делалось при помощи вещи, которая вскоре стала излюбленной игрушкой суппортеров — сотового телефона. Проблема хулиганизма была далека от разрешения, и в 1986 году West Ham участвовал еще в одном инциденте, который быстро расставил все по свои местам. В мае того года ФИФА объявила, что она разрешает английским клубам сыграть предсезонные товарищеские матчи в Европе. Это было сделано с целью проверить эффективность антихулиганских мер, принятых британским правительством, и, естественно, это означало большую прибыль для самих клубов. Было составлено расписание игр за рубежом, и как раз перед началом сезона West Ham и Man Utd. должны были провести в Европе часть матчей. Единственное, что не учли эти клубы — урегулирование вопроса с болельщиками — они были предоставлены сами себе. В августе 1986 от Harwich отправился паром со 130 футбольными фанатами на борту, через восемь с половиной часов они должны были прибыть на Hook of Holland. Несмотря на то, что в паромный компаниях существует неписаное правило не перевозить футбольных суппортеров, владельцы этого транспортного средства понадеялись, что все пройдет спокойно, думая, что все фанаты поддерживали один и тот же клуб. К сожалению, из 130 фанатов 30 болели за West Ham, а остальные были приверженцами Man Utd., и после словесной перепалки на пароме завязалась драка. Так как на борту не было полиции, голландская команда пыталась остудить пыл суппортеров, но ситуация становилась все хуже и хуже до тех пор, пока капитан не пригрозил, что он вернется назад и вызовет полицию. Но и на обратном пути команда в течение 2,5 часов наблюдала за ожесточенными потасовками на борту — кроме того, фанаты уже были экипированы ножами, бутылками и арматурами. Когда, наконец, паром причалил, полиция арестовала 14 человек, 4 человека были госпитализированы с ножевыми ранениями, а еще 20 или 30 человек пострадали от бутылок и чужих кулаков. Ни ФА ни УЕФА не были шокированы произошедшим, они лишь только укрепились во мнении, что английские клубы — самые худшие в Европе, и вряд ли в следующем году можно будет отменить штрафные санкции. Фаны West Ham начали новый сезон на подъеме — они были довольны тем, что 30 из них достойно выступили в том инциденте, ведь противник в 3 раза превосходил их числом. Для них начался еще один год насилия и беспредела, включая прыжок на фанов Chelsea на рынке с использованием бутылок и какой-то деревянной тары. Опять же суппортеры Chelsea подверглись нападению в метро (правда, уже не бутылки, а ножи и железные прутья пошли в ход), а суппортеры Sheffield Wednesday были избиты на станции Sheffield, и были закиданы шарикоподшипниками (ball-bearings) и чем-то еще. Так же “молотки” участвовали в беспорядках на Wembley Arena после боксерского поединка между Марком Кейлором из West Ham и Херолом “Бомбометателем”. Полиция, после нескольких лет слежки за фанатами в начале 1987 перешла к активным действиям и арестовала 11 лидеров. Им были предъявлены различные обвинения, некоторые из которых были связаны с событиями, произошедшими аж в 1980 году. Как мы уже рассказывали, все обвинения вскоре были сняты, но эти события потрясли околофутбольный мир, и фанаты начали потихоньку успокаиваться. Но, тем не менее, в октябре 1989 суппортеры West Ham вновь приняли участие в инциденте, который является одним из наиболее эксцентричных в истории футбольного насилия. Джон В., фанат West Ham, живущий в Бирмингеме, предоставил нам свою версию произошедшего.

БЕСЧИНСТВА НА АВТОМАГИСТРАЛИ

Мы не играли с Бирмингемом уже в течение нескольких лет, так как они находились во втором дивизионе, а в том сезоне на кубок нам пришлось играть именно с этим клубом. Парни просто сходили с ума, ожидая этой игры — ведь за несколько лет мы частенько встречались с суппортерами Бирмингема, но не на стадионе, а в более “неофициальной” обстановке. Ходили слухи, что много народу поедет на поездах, но большинство предпочтет автобус, дабы избежать встречи с акабами (которые в то время были порядочными сволочами). Хоть на стадионе и было немного неспокойно, но это не шло ни в какое сравнение с тем, когда West Ham играл там. Все началось с того, что часть наших автобусов была задержана на автостраде Aston, где мы застряли на довольно продолжительное время. Но масла в огонь подлили несколько фанатов the Blues, которые проезжали мимо. Увидев заминку, они начали глумиться над нами, но потом, когда они также застряли в пробке, “молотобойцы” кинулись в их сторону как подорванные, и вскоре поравнялись с их машиной. Как только они достигли ее, драка началась прямо на этой е…ной проезжей части.

Всего лишь год спустя потасовки на стадионе и прорывы на поле с участием клубных суппортеров получили очень неприятное продолжение. 12 ноября 1990 West Ham посетил the Den (стадион Millwall — прим.пер.), размах потасовок на той игре достиг немыслимых размеров. Полиция утверждает, что за стадионом дралось около 400 человек, и одна битва длилась 25 минут, до тех пор, пока полиция не смогла развести противников. Дома и машины были приведены в негодность летающими кирпичами и бутылками, 15 человек пострадали, включая одного полисмена, которого пырнули в бок иглой от спринцовки. Полиция, которая была абсолютно не готова к такому повороту событий, не нашла ничего лучшего, как заявить, что все было как “в старые “недобрые” деньки”. На самом деле, в рапортах о том событии указывается, что когда полисы развели фанатов в стороны, последние перегруппировались и одновременно прыгнули на копов с двух сторон. В тот день West Ham одержал еще одну важную победу — еще бы, он привез на Cold Blow Lane такой внушительный моб, более того, они достойно выступили против своих самых грозных соперников. С этого времени ни один футбольный матч не проходил без каких-либо осложнений. Все учащающееся использование различных аргументов вызывало все больше и больше опасения, а фирма West Ham стала одной из первых применять на акциях нервно-паралитический газ. Также “молотки” продолжали укреплять свою репутацию, у них продолжалась многолетняя вражда не только с теми клубами, которые были упомянуты в книге, но так же и с Middlesbrough, Liverpool и Newcastle. На самом деле, заглянув обратно в 80-е, моб Newcastle закидывал фанов West Ham бутылками с зажигательной смесью в St James’ Park, и солидно смотрелся в Upton Park, ведь не раз и не два суппортеры Newcastle устраивали в столице неплохое шоу. Похоже, что рано или поздно каждый футбольный фанат столкнется с суппортерами West Ham. Их главное преимущество не в каком-то феноменальном везении, а в том, что они любой ценой пытаются одержать победу. Так что East End является не самым лучшим местом для проведения выходных дней.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ФИРМА ИНТЕР СИТИ (ICF)

Когда обсуждается проблема организованного футбольного хулиганизма, обязательно упоминается одна фирма — ICF, возможно самая серьезная и организованная футбольная фирма, и уж без сомнения одна из самых известных. Совершенно очевидно, что в Англии не осталось ни одного клуба, с суппортерами которых у ICF не возникало бы каких-либо “разногласий”. На самом деле, их репутация бежит впереди самого моба, и частенько лишь сама возможность приезда “молотков” заставляла местные фирмы незаметно рассасываться. С другой стороны очень мало известно о членах этой банды, а что известно, часто ставится под сомнение как вымысел. Вполне возможно, что выражение “Все это полнейшая х**ня” (That’s all bollocks) было изобретено именно ИСФ, а если мы заглянем назад, то поймем, что их деяния преимущественно затмевают выдумки. В отличие от других клубов (например, Chelsea) суппортеры West Ham были склонны не разбиваться на небольшие группки на стадионе, кроме того, у “молотков” существует довольно длинная и красочная история участия их болельщиков в разных беспорядках. Но как бы там ни было, в 60-х годах в однородной массе болельщиков появилась группа, которая играла далеко не последнюю роль в распространении футбольного хулиганизма. Вскоре это стало головной болью как для самого клуба, так и для полиции — ведь для местных траблмейкеров защита своей территории и создание репутации стали неотъемлемой частью существования. Как только полиция начала проявлять интерес к фанатскому движению, основа движения West Ham решила объединиться в фирму с названием ‘Mile End Mob’ (“Моб из Mile End” — прим. пер.), затем название изменилось на ‘Mile End Death Squad’ (“Отряд смертников из Mile End”). Эта фирма была достаточно известна, но движение набирало обороты в 70-х — 80-х годах, и вскоре на свет появилась ИСФ, названная так из-за их излюбленного метода путешествия, который являлся неотъемлемой частью их существования. Во избежание передвижения на простых и заказных автобусах, они отделяли себя от “обычных” болельщиков, в то же время оставаясь на шаг впереди полиции, которая пыталась контролировать их действия. На самом деле эта фирма получила известность из-за так называемой униформы, совмещающей в себе элементы движения skinheads и suede — короткие стрижки и военизированный стиль одежды. Но как только зародилось движение кэшелс, хулиганы West Ham приняли его с распростертыми объятьями и вскоре стали одними из законодателей хулиганской моды. Как мы уже упоминали, у моды кэшелс была еще куча достоинств, одним из которых является то, что если человек одет в хорошую модную одежду, то ношение цветов является просто-напросто безвкусицей, и полиция в большинстве случаев не может понять, к какому клубу принадлежит тот или иной суппортер, или даже больше — имеет ли он какое-либо отношение к футболу. ИСФ нашли еще одно преимущество в моде кэшелс — она намного облегчала выполнение их излюбленного приема — проникновение незамеченными на вражеский сектор, и практически каждую неделю они исполняли этот номер на бис на том или ином стадионе. Хулиганы West Ham всегда предпочитали пробираться на чужую территорию с целью погнать соперника на их поле, чтобы как можно сильнее унизить их. Этот прием всегда использовался на выездах, но дома ситуация была немного другая — они обожали запугивать приезжих фанов, давая им понять, что визитеры находятся в смертельной опасности, хотя бы из-за того, что они имели наглость сюда приехать. В общем, существует достаточно много причин не раз наложить в штаны от страха. Эдди вспоминает один визит в Upton Park.

“ПРОГУЛИВАЯСЬ” ПО ПАРКУ

Есть только три стадиона, которые я ненавижу — один из них — Л*т*н, просто потому, что он — х…ня, второй стадион — Bolton, на котором куча безумных акабов и свихнувшихся аборигенов, ну а третий стадион — это, конечно, Upton Park. Каждый раз, когда я приезжал туда перед игрой в качестве споттера, мне казалось, что на лбу у меня горит неоновая вывеска “Я — споттер”, а на заднице висит табличка с надписью “Ударь меня”, ведь каждый малолетний ублюдок, понаблюдав за мной, со всех ног несся к старшим парням и рассказывал им что-то, чуть ли не показывая на меня пальцем. Один год я решил послать всех на х…, вообразив, что если начнутся какие-то неприятности, я кое-как отобьюсь и выбегу к автобусам с нашим мужичьем. Этот план казался замечательным до тех пор, пока я и мой друг Стив не зашли на территорию стадиона. Фанов West Ham было более чем достаточно, и все они вычисляли приезжих, поэтому мы решили держаться вдали от основной толпы. Но где-то через 10 минут, когда мы со Стивом стояли около какой то палатки, я почувствовал удар по плечу. Обернувшись, я увидел рыл 15, все — West Ham, которые ухмылялись, в упор рассматривая нас. Я никогда не забуду слова: “Мы тебя видели. А спрятаться от нас ты нигде не сможешь” Они просто лучились от счастья от того, что все таки вычислили нас. В тот раз все прошло благополучно — я схлопотал только один пинок по заднице, но в течение дня мои штаны не один раз становились мокрыми.

У этой банды есть еще одно отличие — их бесстрашное отношение к футбольному хулиганизму. Если что-либо приведет их к желанному результату, то они не испугаются, и не постесняются использовать это. Такое отношение привело к тому, что ИСФ были замешаны в таких инцидентах, к которым относятся с недоверием даже хулиганы из других фирм. Хардкор ИСФ уже составлял около 150 рыл, плюс человек 500 на выездах и в массовых драках. К этому добавим участие “Under-Fives” — ребят от 11 до 15 лет, которые выполняли всю разведку, но несмотря ни на что, были готовы к реальным действиям. Действительно, в метро происходил ряд инцидентов с участием Under-Fives, и как-то было сказано, что они являются отдельной, независящей от ИСФ фирмой. В ранних 80-х ИСФ стали известны широкой публике благодаря еще одной своей “дочерней” фирме — “City boys”. Фирма Интер Сити всегда была пропитана духом Ист Энда. Обычно это означало, что все члены моба были бедными рабочими, но City бум 80-х годов (City —деловой центр Лондона — прим. пер.) вынудил многих парней из Ист Энда перебраться туда для заработки денег. Но несмотря ни на что, многие из них часто появлялись в Upton Park, особенно в компании с ИСФ, поэтому через некоторое время эту группировку начали называть ‘Yuppie Firm’ (“Молодая фирма”). Пресса раздула до огромных размеров тот факт, что в фирму входили люди, которые зарабатывали огромные деньги, в обыденной жизни являлись респектабельными и законопослушными гражданами, но в то же время постоянно ходили по лезвию бритвы и участвовали в различных акциях. Абсолютно верно утверждение, что находясь на выезде, члены ИСФ не стреляли мелочь на пиво, и могли себе позволить расслабиться в каком-нибудь дорогом баре. Они, кстати, одними из первых начали использовать мобилы и так называемые “визитные карточки”. Впервые “визитка” была использована в мае 1982, когда зарезали фаната “Арсенала”. К его груди было приколото ставшее с тех пор легендарным сообщение: “Поздравляем, вы только что имели честь познакомиться с фирмой Интер Сити” Пресса просто сошла с ума, а буквально через неделю каждая мало-мальски известная фирма начала в срочном порядке печатать свои визитки. Когда ИСФ стала больше, жестче и организованней, к ней сразу пришла известность. Возрастающий интерес к футбольному насилию с чисто теоретической точки зрения сделал фирму West Ham одним из основных предметов “исследования”. В различных статьях и книгах писалось, что этот моб — часть какого-то засекреченного социального эксперимента, а многие ученые выдвигали все более и более невероятные теории происхождения такого феномена. Это лишь прибавило популярности ICF, о которой они мечтали больше всего на свете, а неконтролируемый страх, который появлялся лишь при упоминании этой фирмы, привел к тому, что этот моб практически постоянно находился на вершине. Пока полиция проводила операции под прикрытием по борьбе с футбольным хулиганизмом, в 1985 году ИСФ поднялись на новый, более высокий уровень благодаря известному документальному фильму “Хулиган”. Буквально за сутки эта фирма стала широко известна, а члены этого моба наслаждались произведенным эффектом. (Позднее выдвигались различные предложения — например, купить права на аббревиатуру ИСФ и маркировать различные товары, чтобы привлечь футбольных фанатов.) Многим казалось, что ИСФ были просто неуловимы, ведь, несмотря на настойчивые требования правительства раз и навсегда покончить с организованными хулиганскими группировками, Интер Сити продолжала свои действия практически беспрепятственно — с драками, поножовщинами и использованием более серьезного оружия. Например, использование нервно-паралитического газа уже не казалось чем-то из ряда вон выходящим. Имидж жестокой и бесстрашной фирмы привлек к ИСФ внимание ультраправых политических группировок, но в отличие от “коллег” из Chelsea, “молотки” всегда отвергали предложения такого рода. Есть ряд причин, которые подтверждают такую позицию, но большинство из них являются лишь гипотезами. Ясно то, что эта фирма ограничивает круг своего общения, сводя общение с другими группировками до минимума. Так же нельзя не заметить, что многие члены фирмы Интер Сити черные, поэтому любые националистические идеи могут привести к прямо противоположному результату. В то же самое время невозможно отрицать, что в ИСФ есть люди националистической направленности, просто не в таком количестве, как в других фирмах. Как бы там ни было, ИСФ никогда не стеснялись шокировать публику, и прославились своими неординарными решениями и отношением к футбольному насилию. Яркий пример этому — случай, произошедший в начале 90-х. В ходе рекламной компании какого-то известного стирального порошка на станциях раздавались бесплатные железнодорожные билеты под девизом “Удиви друга в эти выходные”. Узнав об этом, ИСФ раздобыли несколько билетов, и вскоре на одной из станций был обнаружен фан Millwall, в груди которого торчал нож, воткнутый через пачку этих билетов, а на спине было написано “Ничего личного — фирма Интер Сити” Пока происходило все это, у полиции не было никаких улик против членов этой банды, но в 1991 блюстители порядка заявили, что у них есть сведения о развале ИСФ. Полисы были уверены, что фирмы промышляет криминалом в свободное от футбола время, и вскоре перешли в наступление, обвиняя неформальных лидеров группировки как в организации нелегальных сборищ, так и в участии в беспорядках. Но факт, что полиция не привела никаких реальных доказательств, не было арестовано никаких зачинщиков, привел к тому, что полисы просто блефуют. Сейчас становится ясно, что отчет Тейлора, возрастающее внимание полиции, появление драг-культуры в начале 90-х и использование кабельного телевидения повлияли на активность фирмы на стадионе. По нашему мнению таким же существенным является тот факт, что в начале 90-х болельщики West Ham начали опасаться того, что их закрытая “Ист Эндовская община” может распасться. Печально известный проект West Ham Bond открыл фанатам глаза — они неожиданно осознали, что клуба, цвета которого они защищали, больше нет, он превратился в машину для зарабатывания и отмывания денег. Клуб, которому они отдали свое сердце и душу, не давал ничего взамен. Болельщики начали постепенно отчуждаться от клуба, а это оставило горечь в сердцах многих людей. ИСФ, как организованная группа, страдала от этого больше всего. Кто-то радовался отторжению хулиганского элемента от футбола, но ведь становилось ясно, что это далеко не конец фирмы. Фирма Интер Сити всегда будет ассоциироваться с Upton Park и West Ham, и их преданность этому клубу будет так же сильна, как и прежде. Они могут быть не так энергичны, как раньше, но я могу вам гарантировать что, как и все ведущие фирмы страны, они появятся на любой большой игре, где будет необходимо их участие.

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

МИЛЛУОЛ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

НАС НИКТО НЕ ЛЮБИТ...

Для тех, кто не любит или не интересуется футболом, любое упоминание о футбольном хулиганизме вызывает один и тот же вопрос: “Так ты — фанат Millwall?” Это происходит потому, что большинство людей знают, что суппортеры, посещающие the Den (как старый, так и новый), никогда не отличались примерным поведением. Для некоторых в этом нет ничего удивительного. Основу фанатов Millwall составляют выходцы из Ист Энда и доков — беднейшей и наиболее экстремальной части Лондона. Сочетание этих двух отличий воспитало особых “патриотических” суппортеров — гордящихся как своим районом, так и любимым клубом, и если возникает необходимость, они с радостью встают на защиту как своей территории, так и своего клуба. Любой наезд на футбольный клуб Millwall каждым фанатом расценивался как личное оскорбление, и отстоять честь клуба считалось необходимым. Как и West Ham, с момента образования клуба (в 1885 году с названием Millwall Rovers), он стал неотъемлемой частью East End. Последующие изменения названия (от Millwall Athletic до простого Millwall) и еще ряд причин еще больше укрепил связь между самим клубом и суппортерами. К моменту “переезда” клуба на Cold Blow Lane в 1910 году эта команда была такой же частью Восточного Лондона, как и сами доки. Millwall стал неотъемлемой частью жизни людей, живущих рядом, ведь футбол являлся для них единственной возможностью уйти от повседневной бедности. Таким образом, успех любимого клуба стал для определенного слоя населения смыслом жизни. Темной стороной этого явления был тот факт, что в Ист Энде не любили чужаков, так что еще до второй мировой войны в дни матчей произошел ряд инцидентов, связанных с насилием. Первое серьезное происшествие случилось в 1920 году, когда во время игры с Newcastle один из охранников подвергся артобстрелу со стороны сектора хозяев. К несчастью для него, он возомнил себя Шварценеггером и ринулся в толпу, горя желанием отомстить. Естественно, он пострадал за свои действия — его просто выкинули на поле, предварительно хорошенько попинав за такую наглость. В наказание клуб был вынужден играть две недели при пустых трибунах. Та же самая ситуация повторилась уже через 14 лет. В 1934 в игре против Бредфорда был закидан камнями арбитр матча, что опять же вылилось в двухнедельное наказание, а в 1938 клуб снова был оштрафован за беспредел, устроенный его суппортерами. Во время войны доки и жилая часть района подверглись ужасной бомбежке, и, как мы уже говорили, многим людям пришлось покинуть Ист Энд. По окончанию военных действий возрождение Лондона требовало много рабочей силы, особенно в доках, что позволило многим вернуться на свою родину. Клуб оставался духовным связующим звеном между Ист Эндом и людьми, населявшими его, и многие жители продолжали считать Millwall неотъемлемой частью местного общества. Прошло совсем немного времени, когда массовое насилие опять заявило о себе. В 1947 году клуб был оштрафован на 100 фунтов и получил предупреждение за беспорядки на игру против Barnsley. В те дни, за отсутствием реального путешествующего суппорта, гнев толпы обычно обращался на должностные лица — в том случае лайнсмен был ранен в грудь из духового ружья. Уже через три года клуб опять был вынужден играть при закрытых трибунах — это произошло в 1950 году, и снова официальные представители подверглись нападению. После игры с Exeter City около 200 фанатов устроили засаду на арбитра матча, в результате стадион был закрыт на неделю, а клуб отделался 1000-фунтовым штрафом В начале 60-х в Британии настало время больших перемен. Бунтующая молодежь эры “Тедди Боя” доставляли кучу проблем обществу, а так как транспорт стал теперь доступным практически всем желающим, путешествующие суппортеры стали обыденным явлением в футболе. Из этого элемента сразу же выделилось меньшинство со склонностью к конфронтации, и Millwall вскоре приобрел репутацию места, опасного для посещения, особенно для болельщиков других клубов. Без сомнения, суппортеры других лондонских клубов приезжали на Cold Blow Lane, и с каждым разом натыкались на все более возрастающее сопротивление местных фанатов. Размер насилия, и его природа ярче всего проявили себя в 1965 году. В начале сезона полисмен был атакован суппортерами прямо около поля во время игры с Wrexham, и это заставило полицию задуматься. Теперь они много усилий прикладывали к тому, чтобы на каждой игре суппортеры находились под пристальным вниманием. Но теперь футбольные фаны “веселились” не только на трибуне, но и за стадионом, и на ноябрьском лондонском дерби против Brentford футбольное насилие вышло на новый уровень. До игры произошло несколько стычек, но это все мелочи — на матче с сектора Millwall на поле была брошена ручная граната. Она, конечно, не взорвалась, но никто об этом не знал. В апреле следующего года уже игрок попал под раздачу. Дерек Дуган, на последней минуте игры с Wolves сравнявший счет, решил отпраздновать это событие с фанатом, прорвавшимся на поле. К сожалению, парень был фаном Millwall, поэтому, не долго думая, он успел дать игроку по морде перед тем, как его арестовала полиция. В том году, когда World Cup проводился в Англии (и Англия победила) — такие происшествия были нужны меньше всего. Но к счастью для ФА и для самого клуба, этот инцидент не получил большой огласки. С этого времени фанаты Millwall стали считаться одними из худших в Англии, а для многих путешествующих суппортеров путь от станции New Cross до стадиона Den становился одним из самых ужасных моментов в их жизни. Фанаты Millwall продолжали бесчинствовать практически беспрепятственно, а так как выезда становились все более и более доступными, то они дебоширили в каждом городе, где играл их любимый клуб. Крушить обычные и специальные поезда уже входило в традицию. Но очень важно заметить то, что хотя Millwall без сомнения считались самыми худшими хулиганами, в Англии был целый ряд футбольных клубов, которые столкнулись с той же проблемой хулиганизма (кстати, к этому приложила усилия пресса, подробно освещавшая все события). В 1975 произошло еще одно нападение на официального представителя — после матча был совершен прыжок на лайнсмена, и был зарезан суппортер Cardiff City. Затем, в 1976 году игрок Peterborough United получил в щщи от фана Millwall, также на Valley был устроен шэдвил. Деяния хардкора Millwall были известны только узкому кругу людей, но все изменилось коренным образом в 1977 году, когда эта фирма стала главной темой обсуждения “Панорамы” телевидения BBC. С того момента моб Millwall приобрел популярность, которая до этого и не снилась людям из основы, и естественно, что они стали поддерживать этот уровень любыми доступными средствами. В 1978 году из-за хулиганизма клуб опять играл 2 недели при закрытых трибунах. Когда команда сливала 3-0 в кубковой игре против Ipswich Town, фанаты выбежали на поле в надежде сорвать матч. После 18-минутной задержки игра продолжилась, и Millwall проиграл со счетом 1-6, но суппортеры на этом не успокоились. Во время беспорядков на игре и по окончанию ее пострадало 22 полиса. ФА немедленно закрыла стадион на 2 недели, оштрафовала клуб на полторы штуки фунтов и запретила участвовать в ФА Кубке в течение двух последующих сезонов. Менеджер Ipswich Бобби Робсон выступил в прессе с заявлением, что против фанатов Millwall должны применяться огнеметы, а игроки Ипсвича признавались, что перед игрой даже они был озабочены своей безопасностью, и все из-за наводящего ужас стадиона Миллуолл. На самом деле, такие инциденты не были редкостью на Den. Некоторые футболисты отказывались подавать угловые, так как они просто не знали, что произойдет — будут ли только словесные оскорбления, или что похуже. Для приезжих фанов расклад был еще ужаснее. Им и на секторе приходилось не сладко, а то, что творилось за пределами стадиона, напоминало самые страшные ночные кошмары. В апреле 1980 на пасхальные праздники Millwall отправился в Southend. Многие суппортеры были в городе уже в Страстную Пятницу, чтобы провести там целый уикенд. Естественно, неприятности не заставили себя долго ждать — кроме фанатов Millwall и Southend в них принимали участие панки и бритые, наводнившие город. На счастье, потасовки вспыхивали редко, но вот в день игры, в понедельник, город затопила волна молодежи. Полиция, опасаясь худшего, разбивала толпу на небольшие группки и отправляла как можно большее число футбольных фанатов на стадион. Сначала полисы добросовестно исполняли свои обязанности, но потом им это надоело, и они пустили все на самотек. Конечно, этим воспользовались приезжие суппортеры: один моб Millwall разгромил какой-то бар, а другой перемахнулся с полицией на Pier Hill. Сама игра была спокойной, так как на стадионе присутствовало огромное количество полисов, но той же ночью 60 рыл разнесли бар на побережье, не оставив ни одного целого стекла и закидывая полисменов бутылками и пепельницами. В конце концов, 118 человек были арестованы, и хотя не все из них были фанами Millwall, последние уж точно не заработали любовь местного населения. На the Den дела принимали все худший оборот. В 1980 на игре с Shrewsbury чем-то, кинутым с сектора, чуть не пришибло лайнсмена. Это происходило не только на домашних играх — по всей стране фаны Millwall с боем добывали себе путевку во второй дивизион. В 1982 произошел еще один ужасный случай. Во время кубковой игры против Slough Town фанаты Millwall занялись отловом и истреблением болельщиков клуба соперников. Глава клуба Millwall был предупрежден, что если поведение болельщиков не улучшится, клуб просто дисквалифицируют. Окончание сезона было достаточно спокойным, но начало сезона 1984 было ознаменовано увеличением числа происшествий и резким возрастанием количества широкомасштабных акций. Первый из них произошел в ночь игры на Milk Cup против заклятых врагов — Челси. Поддержать клуб из Западного Лондона на стадион Den приехали тысячи людей, которые наводнили всю территорию, т.е. применив свою любимую тактику. Согласованные действия полиции убрали энное количество фанатов, как одного, так и другого клубов с улиц города, но, в конце концов, все закончилось массовой акцией. На момент, когда полиции удалось развести буйствующих фанатов в разные стороны, хозяева одержали победу, и на протяжении дня счет так и остался прежним. Так как увеличивалось количество околофутбольных акций, и создавалось множество мобов по всей стране, хардкор Millwall принял решение, что им необходимо приложить немало усилий, если они хотят, чтобы их репутация оставалась на прежнем уровне. Следующий инцидент произошел при участии старых знакомых Millwall — Bristol City. Эти парни всегда были бельмом на глазу Ист Энда, так как они были чуть ли не единственными, кто не боялся прыгнуть на Millwall, неважно где, дома или на выезде. Вражда началась в предыдущем сезоне, когда хардкор City приехал в Лондон и раздолбал один из баров Millwall. Это привело к тому, что когда пришла пора ехать в Бристоль, суппортеры Millwall жаждали мести. Они начали свою миссию правосудия, как только сошли с поезда — разгромили паб, находящийся в трех милях от стадиона, а потом бросались на любой бар, попадавшийся им на пути. Несколько фанов Бристоля были порезаны, а одному в драке перебили позвоночник. Фанаты Сити перешли к оборонительным действиям, начали группироваться и контратаковать приезжих фанов, где бы они не находились. Два фана Millwall были схвачены и сброшены с железнодорожного моста, куча народу получила серьезные увечья. На самом же стадионе творился полнейший дурдом — Millwall контролировал всю территорию, потасовки вспыхивали моментально, еще до того, как полиция успевала понять, в чем дело. Несколько недель спустя фаны City решили в свою очередь отомстить за сломанный позвоночник одного из парней, и спланировали акцию на один из баров Millwall, где собиралась их основа. В том пабе Бристоля, который раскурочили фаны Millwall, находилась большая деревянная вывеска. Фаны Сити взяли ее в Лондон в тот день, когда у Millwall была очередная домашняя игра. Красной краской они написали на вывеске BCFC (Футбольный клуб Бристоль Сити — прим.пер.), и в половине второго, когда паб ломился от фанов Millwall, они разбили окно, закинули туда эту злосчастную вывеску, и только потом прыгнули сами. Суппортеры Millwall пришли в ярость от содеянного и решили, что они должны разобраться с этим раз и навсегда. Следующая их встреча практически не имеет аналогов в истории футбольного хулиганизма. В день игры Bristol City проводили на Den; автобусы с суппортерами каким-то образом были направлены в тупик в девяти милях от стадиона, где гостей атаковал гигантский моб фанатов Millwall, используя все мыслимые и немыслимые подручные средства. Болельщики обоих клубов были потрясены свирепостью этого нападения, в то время, как полиция исходила злобой из-за того, что они и не подозревали о готовящейся акции. Как бы там ни было, фаны Millwall опять заявили о себе уже по истечении всего нескольких месяцев. Этот случай также вошел в историю хулиганизма как один из наиболее трагических, кроме того, он стал поворотной точкой для футбольных фанатов повсюду. В марте 1985 Millwall отправились на Kenilworth Road на четвертьфинальную кубковую игру с Л*т*ном. Тысячи людей приехали поддержать свой любимый клуб, и это привело к множеству проблем. Фанаты уже поучаствовали в различных потасовках в городе, но полиция приложила все усилия, чтобы запихать их всех на стадион. На трибунах неприятности начались, когда суппортеры Millwall всем скопом попытались втиснуться в гостевой сектор, который, естественно, для них был слишком мал. Сразу же после стартового свистка они начали выбегать на поле, что привело к 25-минутной задержке матча. Когда же матч опять начался, махачи начали вспыхивать в разных частях стадиона, но они быстро гасились действиями очень нервной полиции. Когда Millwall проигрывал 1 — 0 и до конца оставалась только 10 минут, приезжие фанаты рванули на поле в надежде сорвать матч. Они прорывались через полицейские кордоны, но дважды их отбрасывали назад. Как только прозвучал финальный свисток, фаны Millwall c удвоенной силой бросились на штурм уже всего стадиона. У полиции просто не было шансов их остановить. Часть фанатов дорвалась до сидячих мест, они начали вырывать стулья и бросать их в акабов. Последние перегруппировались и атаковали фанатов, суппортеры немного отступили, но потом опять набросились на полисов. Другая часть фанов направилась на само поле, где взору открывалась восхитительная картина — полиция, стюарты и фанаты борются за то, кому контролировать ситуацию. Через какое-то время фаны начали успокаиваться, и даже разрешили вывести себя со стадиона, за которым все началось заново — они причинили несказанный ущерб домам и машинам и разнесли в пух и прах поезд, увозящий их в Лондон. В этом инциденте увечья получили 47 человек (в их числе 31 полисмен) . Вся футбольная общественность была шокирована произошедшим и УЕФА перенесла Евро 88 в Германию, именно из-за происшествия в Л*т*не. Как бы там ни было, еще более важным фактом было то, что все беспорядки были показаны по телевидению, и вся страна с открытым ртом наблюдала за развитием событий. Это обеспокоило правительство, и миссис Тэтчер ясно дала понять, что если ФА не наведет у себя порядок, то этим займется она. ФА, содрогнувшись от одной мысли об этом, оштрафовала клуб на 7500 фунтов, и на весь следующий сезон на кубковые игры ввела жесточайший билетный контроль. Для хулиганов же это означало лишь тот факт, что все осознали, на что они способны, и продолжали свою деятельность. Далее была потасовка в Southampton и на The Den, где 17 фанов было арестовано, а 5 пострадали во время игры Millwall vs Leeds United. В то время, как сам клуб подвергался нападкам со всех сторон, его поклонники продолжали идти тропой войны. В 1986 футбольный фанат был зарезан суппортерами Millwall во время акции на Charing Cross, а в Hove они устроили полнейший дестрой перед игрой с Брайтоном, разнося вдребезги витрины магазинов и прыгая на местную молодежь в парке Hove. На самом деле, после этой игры небольшой моб отправился в Eastbourne, где он напал на местный паб, побив все стекла, перемахнувшись с местными и раскурочив все заведение. В этом же сезоне группа примерно в 40 фанов Millwall на станции New Cross напали на поезд с болельщиками Charlton. Они использовали бутылки, кирпичи и даже скамейки шли в ход, когда они пытались пробиться в вагон к своим оппонентам. Сейчас, в пост-Л*т*новскую эру, после событий в Bradford и Heysel, футбольные болельщики находятся под пристальным вниманием, особенно это относится к Millwall. В результате проведенных профилактических действий стало немного поспокойнее, и количество серьезных инцидентов начало уменьшаться. Но хулиганы до сих пор катаются на выезда, и совершенно ясно, что необходимо было предпринимать какие-то радикальные меры. Что-то, конечно, было сделано, но, к сожалению, в 1989 году Millwall опять оказались замешаны в скандале в Hillsborough. В результате произошедшей трагедии и рапорта Тейлора клуб решил подчиниться всем предписаниям и рекомендациям и переехать на новую площадку. Когда данная новость была объявлена, фанаты по всей стране вздохнули с облегчением, решив, что визиты на the Den им больше не грозят. Но как бы там ни было, прошло еще три сезона перед тем, как переезд завершился, что дало траблмейкерам из Ист Энда еще ряд возможностей отличиться в своем излюбленном и родственном по духу месте. В ноябре 1990 фаны Millwall устроили спарринг со своими давними врагами West Ham; эту потасовку местная полиция охарактеризовала как “воспоминание о 70-х”. Четыре сотни хулиганья дрались друг с другом за пределами стадиона, круша все вокруг и калеча полисменов. В 1992 во время игры в Highbury на кубок Coca-Cola нападающий “Арсенала” Ян Райт пострадал от монеты, брошенной со стороны сектора Millwall, а в ответной игре та же участь постигла его товарища по команде Найджела Винтерберна. В январе Millwall отправился в Southend на кубковую игру и неплохо там пошизил — все закончилось 20 арестами. На последней игре на Den в мае 1993 клуб оказался неподготовленным к событиям, которые разворачивались, когда команда выходила на поле против Bristol Rovers. Чем дольше продолжалась игра, тем больше возникало проблем — суппортеры вырывали с корнем сидения и периодически прорывались на поле. В конце концов, они разнесли на фиг весь стадион и оказали медвежью услугу всем тем, кто имел какое бы там ни было отношение к клубу. Даже по меркам Millwall произошедшее не лезло ни в какие рамки. Теперь резиденцией клуба был New Den, и новый сезон администрация команды начала в весьма оптимистическом настроении. Но начало было не внушающим доверия — фанаты напомнили о себе уже в сентябре, когда на Valley завязалась жестокая драка. Полиции удалось разделить враждующие мобы и арестовать 10 человек, но в то время, пока она этим занималась, один из фанатов Millwall атаковал президента клуба Charlton. Еще более кровавые махачи разгорелись за стадионом, когда фаны Charlton, взбешенные событиями, произошедшими на стадионе, решили отомстить. Этот эпизод обеспокоил руководство Millwall. Переехав на миленький стадион, полностью оборудованный пластиковыми сидениями, всего несколько недель назад, администрация убедила себя, что теперь-то они создали атмосферу, успокаивающую разъяренные толпы фанатов. А эпизод на игре c Charlton подтвердил лишь тот факт, что ничего на самом деле не изменилось. Поэтому множество людей задумалось, стоило ли затевать весь этот геморрой с переездом. Но хоть на футбольном поле все было в порядке — клуб закончил сезон на высокой ноте. Он вышел победителем в ряде игр плей-офф и должен был принимать на новом стадионе Derby County. Важность этой игры была очень велика, и полиция дала понять, что она сделает все возможное, чтобы не допустить никаких беспорядков. Но во все развивающуюся историю организованного футбольного насилия была записана еще одна акция — встреча двух мобов фанатов на Rotherhithe где-то за час до начала игры. Для контролирования ситуации был вызван отряд особого назначения, но этот эпизод был всего лишь прелюдией к событиям, связанным с этой игрой.

ДЕРБИ

Я хочу сказать, что никогда в своей жизни я не испытывал таких чувств, как на той игре с Милуоллом. За стадионом творилось что-то ужасное, а уж что творилось на трибунах — кошмар! Мы все знали, что Derby далеко не ангелы, и, естественно, приедет моб, который будет нарываться на неприятности, но местные… они просто сумасшедшие. Полностью обезумевшие. Когда началась игра, черные игроки нашей команды подверглись такому потоку оскорблений, что аж уши в трубочки сворачивались. Я уже много подобных вещей повидал на своем веку, но эти ублюдки превзошли себя. Это, безусловно, действовало на наших игроков, особенно Пола Вильямса, который заметно нервничал. На самом деле, они (фаны Millwall — прим.пер.) были везде, прыгая на всех подряд и изрыгая потоки нецензурной брани, это на самом деле наводило ужас. Незадолго до конца игры, когда мы были уверены в своей победе, все сходили с ума от радости, и мы собирались выбежать на поле. Но я не ожидал увидеть то, что произошло потом. Как раз перед финальным свистком два черных игрока были заменены, больше для их же собственной безопасности, чем ради чего-то еще, но как только прозвучал сигнал об окончании игры, фанаты Millwall наводнили поле. Я увидел, как один из них зарядил в щщи нашему голкиперу, а другая скотина атаковала Марка Пембриджа, но последнему удалось сделать ноги. Как наша команда осталась цела, до сих пор является для меня загадкой. После игры у нас у всех душа ушла в пятки. Они были везде и снаружи рыскали в поисках нас. Полиция держала нас целую вечность, но зато ей удалось погрузить нас на автобусы без особых эксцессов. Мы, конечно, знали, что они все равно нас атакуют, как они и сделали, несмотря на то, что мы выключили свет и задернули занавески. Булыжники рикошетили от наших окон в течение нескольких минут, но все обошлось малой кровью. Я туда не вернусь ни за какие коврижки. Даже женщины, стоящие на порогах своих домов, показывали нам два пальца.

Этот случай был экстраординарным. На заранее забитой стреле на Rothehithe оба хардкора использовали мобилы для предупреждения о прибытии полицейского подкрепления. Кроме того, у Millwall была небольшая фирма, задачей которой был обстрел автобусов при въезде в Лондон, остальные в это время прятались в какой-то аллее, где должны были проходить фанаты Derby. Примерно так же после игры хардкор Миллуолла на автомобильной стоянке замутил махач с полицией продолжительностью 90 минут, в результате которого фанаты перевернули машину “Радио Дерби”. Потом хулиганы переместились с территории стадиона в метро, где драки вспыхнули с новой силой — суппортеры Дерби пытались покинуть Западный Лондон. ФА незамедлительно обвинила клуб в бесконтрольном поведении его фанатов, оштрафовала его на 100000 фунтов, отняла 3 очка и приказала последующие три матча провести при пустых трибунах. Невероятно, но, несмотря на долгую историю футбольного хулиганизма, через 3 года ФА перестала практиковать подобные наказания. Суппортеры Millwall сами находились под постоянными атаками воинственных фирм других клубов, так как победа над хардкором Милуолл была целью, по достижению которой можно было считать себя сильнейшей фирмой в стране. В 1994 году произошел случай, четко доказывающий это положение — суппортеры Stoke City разгромили, а потом подожгли два паба на Old Kent Road, которые часто посещали фанаты Millwall. Но справедливо будет сказать, что к этому времени хоть фаны Millwall и принимали активное участие в различного рода акциях, уже не являлись той силой, какой были когда-то. Но, тем не менее, подпольные экстремальные группировки продолжали существовать в тесной связи с клубом, и они дали о себе знать в следующем сезоне на домашней игре с Chelsea на Кубок ФА. Взглянув на состав Chelsea, становилось ясно, что они приехали с ясным намерением взять верх над Миллуоллом. Неприятности начались в субботу рано утром, фаны дрались в метро и местных пабах, но на игре настоящее действо началось во втором тайме, когда суппортеры Chelsea, проникшие на сектор хозяев, начали заряжать свои речевки и выкрикивать различные нецензурные выражения в адрес команды соперников и их болельщиков. Это привело к локальным потасовкам, но в конце игры Челси предприняли широкомасштабную акцию по захвату хозяйской трибуны, на что последние реагировали ударами кулаков, ботинок и летающими креслами. Так как игра закончилась вничью, одна мысль о переигровке на Stamford Bridge провоцировала громадный выброс в кровь адреналина. Как обычно, драки начались задолго до начала игры, хотя стало ясно, что потасовки в Millwall удержали от поездки многих фанов из Западного Лондона. На игре обстановка была более-менее спокойной, но только в основное время — после этого дело приняло серьезный оборот. Сначала полиции удалось предотвратить попытку фанов Челси прорваться на поле, но из-за этого они оказались мишенью по киданию пластиковых стульев для тех же фанатов. Но ситуация стала еще хуже когда Джон Спенсер из Chelsea облажал пенальти. Тогда фанаты Челси высыпали на поле и атаковали двух игроков Millwall, и так как все поле было покрыто разъяренными болельщиками Chelsea, пришлось вызывать усиленные силы полиции, чтобы увести их с поля и от сектора Millwall. Конечно, полиция предотвратила беспредел на стадионе, но за его пределами она осталась бессильна — фаны использовали бутылки, кирпичи, и все, что было под рукой. А фанаты Millwall в противостоянии полиции применили слезоточивый газ, из-за чего пострадали 20 полисменов, и 33 суппортера были арестованы. ФА, в очередной раз, брызгала слюной от ярости, но в этот раз все шишки посыпались на Челси, и не только от высшего футбольного начальства. Президент клуба Chelsea поздравил болельщиков Millwall за их поведение на стадионе, и за то, что они не поддались на такие явные провокации со стороны их оппонентов. С этого времени количество больших акций начало сокращаться. Блестящая работа, проделанная клубом после переезда на новый стадион начала давать плоды, кроме того, начало возрастать количество болельщиков-семьянинов, вернувшихся к своему родному клубу. В августе 1995 Millwall отправился в Reading, поклонников футбола в этом городе было немного, но все они были очень враждебно настроены, и после неотъемлемых неприятностей перед матчем понеслось — кто-то зафиндилил гаечный ключ на 8,5 дюймов во вратаря Reading, промахнувшись лишь самую малость. Полиция моментально озверела и сделала и так взрывоопасную обстановку на стадионе еще хуже, попытавшись арестовать человека, сделавшего это. На следующий день ФА и газеты были в ярости, называя этот день очередным падением клуба. Позже в этом же сезоне фанат Millwall выбежал на поле и перед телекамерами начал угрожать вратарю Шеффилда Кевину Прессману. Кроме различных гипотез, что это лишь дело времени, когда игрок пострадает от рук суппортера, опять выдвигались предложения поставить решетки. Слава Богу, до этого не дошло. Репутация фанатов Millwall, несмотря на постепенное уменьшение их участия в различных акциях, до сих пор делала их лакомым кусочком для других фирм. В апреле 1996 суппортеры Stoke City решили, что они должны попытаться взять верх над Millwall. Они собрали массивный моб количеством в 300-400 рыл, с идеей, что большинство их них поедет с основной толпой болельщиков, а остальные будут добираться самостоятельно. Но полиция каким-то образом узнала об их планах и арестовала 25 хулиганов Stoke City в Данди, еще 20 — в Cheltenham, откуда они отправлялись на игру. Более того, полисам удалось выделить оставшиеся 160 рыл хардкора из основной массы болел, и оставшееся время до матча они провели под строжайшим надзором. Затея с треском провалилась, а фаны Millwall, расстроенные потерей такой возможности проучить этих наглецов, сгруппировались и начали закидывать камнями 300 полицейских, в результате чего серьезно пострадал конный полисмен и его лошадь. В конце сезона Millwall отправился в Ипсвич на финальную игру. Благодаря отстойнейшей игре команды существовала реальная возможность вылета во вторую лигу. Около 2500 человек прибыли поддержать свой клуб, и неприятности начались рано утром, когда приезжие фаны начали подтягиваться в Suffolk. Полиция, подготовившаяся к проведению широкомасштабной операции в случае проигрыша Millwall, попыталась удержать фанов Millwall в специально отведенных пабах, но им это не удалось, так как фанаты стекались в город со всех направлений, устроив демонстрацию своей силы. Ничья 0-0, команда остается в зоне вылета, и фанаты начинают буянить, вырывать стулья и кидать их в полисов и фанатов команды соперника. Несмотря на присутствие 200 полисменов и охранников, хозяевам не разрешили делать традиционный круг почета, что вызвало недовольство в рядах фанатов Ipswich. Когда же суппортеров Millwall наконец выпустили со стадиона, они немедленно сцепились со своими оппонентами и, естественно, с полицией, которая уже была в полной готовности. Потасовки продолжались и по пути на станцию, во время которого как минимум 17 фанов были арестованы. Теперь клуб играл во втором дивизионе, и действия фанатов не получали никакой огласки в прессе. На самом деле, все было далеко от завершения, и снижение общего числа фанатов означало лишь то, что больший процент хардкора теперь составляли выездные фаны. Полиции это говорило о том, что их стало легче контролировать, хотя эта точка зрения не всегда верна. Это, конечно лишь краткая история о печально известных суппортерах клуба, и будет справедливым сказать, что постоянно, когда они куда-либо выезжают, что-то происходит. У них существует многолетняя вражда с рядом клубов, но в частности, Портсмутом, Бирмингемом (об этом мы поговорим чуть позже) и Вест Хэмом. На самом деле, противники из Восточного Лондона всегда являлись основными для Millwall (в акции на станции Surrey Quays “молотобойцы” были атакованы фанами Millwall, которые были “вооружены” питбулями). Если вспомнить происшествия, связанные с Портсмутом, то список можно продолжать до бесконечности. Битвы на Ватерлоо с участием 200 человек, мобы Millwall, громящие торговый центр в Портсмуте. Что еще более странно, во время вынужденных отсутствий Millwall на the Den, клуб был вынужден играть в Fratton Park, что означало, что почти на каждой игре два моба фанатов будут встречаться друг с другом. Один такой жестокий случай произошел в 1978, в котором участвовали не только Millwall и Pompey, но также Бристоль Роверс и недавно сформированная Анти-Нацистская Лига, которая намеревалась взять верх над суппортерами из Западного Лондона. Город был заполнен людьми, которым не терпелось размять кулаки, и были приложены огромные усилия для того, что бы развести их, хотя, конечно, часть пабов была разгромлена. Другой безумный инцидент с участием Миллуолла имел место в Reading, где после поражения со счетом 4-0 приезжие фанаты атаковали хозяев прямо на трибуне. После того, как они вышли в город они начали глумиться над группами черных, которые, в свою очередь, собрались и атаковали фанатов, используя деревянные колья и бутылки. Это побоище продолжалось около 40 минут до тех пор, пока полиция смогла что-либо сделать, и серьезный ущерб был причинен городскому центру во время посещения его приезжими фанатами. Кроме того, на совести фанов Millwall лежит бесчеловечная атака на человека на мопеде, который изучал ‘The Knowledge’ (“Знание” — прим.пер.) Он, одетый в футболку “Арсенала”, случайно встретил фаната Millwall, за неправильные цвета был скинут со своего средства передвижения и получил нож в бок. Когда он позвал на помощь, на его зов откликнулась другая группа приезжих фанатов, которая еще раз попинала его по этой же причине. Важно выделить тот факт, что мы говорим об относительно небольшом количестве суппортеров, но необходимо заметить, что это небольшое количество очень внушительно по размерам. Финансовые проблемы клуба, начиная с 1997, вызвало сильные волнения среди суппортеров в целом, а хулиганствующий элемент отреагировал на это наиболее неистово. Прорыв на поле и неприятности на игре с Бристоль Сити на the New Den в феврале 1997 были доказательством этому. Эти люди из Восточного Лондона всегда считались одними из худших футбольных фанатов, и этот ярлык они полностью оправдали. Они периодически бесчинствовали на футбольных играх, и их восхищал тот факт, что они могут продолжать заниматься этим постоянно, оставаясь практически незамеченными. ФА, довольствуясь штрафами и закрытиями трибун, никогда не пыталась изменить отношение самих фанатов, предоставляя это полиции и самому клубу. Время покажет, сможет ли клуб решить свои финансовые проблемы, но если провал работы с хулиганским окружением будет очевиден, то это уже будут серьезные неприятности.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

The Bushwhackers (“Бродяги” — прим.пер.)

Как у большинства клубов с активным хулиганским окружением, у Millwall очень рано появился моб. На самом деле, многие считают, что именно в Миллуолле впервые в английском футболе появились организованные группировки, и это, конечно, были “Half-Way Liners”, “Treatment” и печально известная “F-Troop”. Все эти фирмы стали известны еще в середине 70-х, но их названия были увековечены в 1977 в документальной передаче “Панорама”, которая наделала шуму в уютных английских гостиных. Там описывается, как Half-Way Liners были маленькими ребятами, около 14 лет, чьей задачей было выслеживать оппонентов, в основном, когда они приезжали в Ист Энд. Затем они преобразовались в Treatment (лечение — прим.пер.), которые были известны своими кричалками и экстравагантной манерой одеваться — на стадионе они носили хирургические шапочки. Множество фанов считали, что эти костюмы были предназначены для телевизионных камер, но даже если это и так, то эта странная экипировка была в своем роде уникальной, так как это — единственный случай в футболе, когда фирма носит “униформу” для того, чтобы выделиться (обычно мобы скрываются среди обычных болельщиков, чтобы избежать слежки как со стороны полиции, так и со стороны вражеских фирм) Сейчас это выглядело бы очень смешно, но тогда, в 70-х один лишь вид парней в этих бледно-голубых шапочках наводил ужас на вражеских суппортеров. Через какое-то время будущие хулиганы назвали себя “F-Troop”. Названная так в честь популярной телепередачи того времени, и прославившаяся за свою бесстрашность и жестокость, эта фирма приложила немалые усилия для укрепления репутации Миллуолла и сделала ее одной из худших в околофутбольном мире. Они присутствовали на каждой игре, неважно, домашней или выездной, и доставляли максимальное количество проблем. Так же благодаря им прогулка до стадиона Den стала одной из опаснейших: запугивание и устрашение чужаков на Cold Blow Lane были такого уровня, о каком другие клубы не могли и мечтать, а бесчисленное количество людей было атаковано и жестоко избито только за то, что они осмелились посетить чужую территорию, дабы поддержать свою команду. В поздних 70-х и начале 80-х три фирмы слились в одну, но очень известную группировку “Бродяги”, которая образовалась в большинстве своем для того, чтобы лучше противостоять полиции (куда лучше иметь одну большую фирму, чем несколько маленьких). Вскоре болельщики Millwall считали эту фирму неотъемлемой частью фанатского движения и, образовавшись в начале сезона 1980-81 годов, “Бродяги” быстро стали одной из сильнейших хулиганских группировок страны. Их деятельность сразу привлекла внимание правых сил, таких как “Национальный Фронт”, и, как водится на ограниченной территории (в данном случае на острове), политические партии и здесь нашли своих адептов. Но как бы там ни было, степень их влияния на Millwall (впрочем, как и на West Ham), была несоизмеримо ниже влияния на Челси, главным образом из-за того, что Ист Энд всегда населяли различные этнические группы, и, даже на той ранней стадии в состав “Бушвэкеров” входили и черные. (В доказательство к этому вы можете посмотреть фильм о неприятностях в Л*т*не, где почти половина лиц — черные.) Фанаты из Восточного Лондона всегда считали футбольный клуб важнее всего остального, и рассматривали болельщиков как членов одной большой “семьи”, так что черные фаны Millwall ничем не отличались от своих “бледнолицых” собратьев. Что касается фирмы из Миллуолла, то их любимой тактикой было запугивание. Это утверждение подкреплялось фактом, что лишь простое упоминание о клубе вызывало (и вызывает?) мурашки по спине. Непредсказуемость была их главной отличительной чертой, а уж дома “Бродяги” творили что хотели, т.к. на своей территории они могли исчезнуть, если в этом была необходимость. Метрополитен был излюбленным полем битвы для фанатов: New Cross, London Bridge и Surrey Quays повидали много сражений с участием Миллуолла, эти станции были не единственными, Северный Лондон тоже частенько принимал гостей из Ист Энда. Осуществление желания быть ‘the top boys’ длилось еще 5 следующих сезонов, кульминацией стала печально знаменитая атака на автобусы Bristol City, когда “Бродяги” перенесли хулиганизм на принципиально новый уровень и подтвердили существование организованного футбольного насилия, явления, к которому пресса относилась весьма и весьма скептически. Всего лишь год спустя в Л*т*не эта группировка приобрела почти культовый статус среди хулиганский фирм за необычайную жестокость нападений не только на вражеских фанатов, но и на полицию. Вызванные этим упреки и порицание привлекло к Bushwhackers пристальное внимание полиции и различных антихулиганских организаций. Несмотря на это, моб продолжал идти тропой войны. В 1986 “Бродяги” после игры с West Bromwich запланировали грандиозную акцию (годом раньше фанат Миллуолла был убит во время драки у Sheffield’s Arndale Gate). По окончанию матча моб отправился в Бирмингем, где было арендовано несколько мини автобусов, затем в Шеффилд. Когда они прибыли, то отправились в Royal, один из наиболее известных местных пабов, где начали поглощать спиртные напитки и нарываться на неприятности. Драка наконец-то началась, и владелец бара вызвал полицию, но к тому времени, как она прибыла, 40 человек дрались на улице, и силам порядка пришлось вызвать подкрепление. Ситуация стала еще хуже, и драка превратилась в побоище с участием уже 70 человек. Наведение порядка заняло у полиции прилично времени, в результате было арестовано 17 человек, большая часть которых были столичными жителями, и было изъято энное количество оружия, включая выкидные ножи, финки и один сломанный бильярдный кий. Bushwhackers выполнили свою задачу — отомстили по полной программе. Суппортеры Millwall долго находились под расследованием не только Metropolitan Police, но и Британской Транспортной Полиции. Проводились секретные операции против этой фирмы и в 80-х 4 основных лидера были арестованы и посажены в тюрьму за участие в противоправные действия. Но провал операции “Гол в свои ворота” (Own Goal) отмел все обвинения против болельщиков Миллуолла и четыре лидера Bushwhackers были освобождены 17 октября 1989 года. Несмотря на это, полиция продолжала проводить операции под прикрытием, и без сомнения, значительная часть акций была предотвращена именно благодаря этим действиям. В начале 90-х сложилось устойчивое мнение, что “Бродяги” были ВЫЕЗДНЫМИ болельщиками Millwall, поэтому у окружающих начало ухудшаться отношение (и так не особо хорошее) к “среднестатистическому” фанату Millwall. Полиция по всей стране настороженно относилась к фанатам, и надо признать, что часто они и становились зачинщиками траблов. Конечно, чересчур агрессивные стражи порядка ЗАСТАВЛЯЮТ фанатов реагировать соответственно, но отношение к клубу постепенно менялось и уже в ФА было послано несколько жалооб по поводу обращения с фанатами. Но что касается Бушвэкеров, все развивалось по их сценарию. Доклад Тейлора и использование CCTV были вспомогательными инструментами для того, чтобы убрать хулиганов со стадиона, но они напоминали о себе, как только удавалась такая возможность — и если это было на выездах, то местная полиция была больше рада выдворить их из города, чем арестовывать. Для полиции главной проблемой было то, что члены фирмы были намного старше, чем они привыкли думать. Понятие “стандартный хулиган” подразумевало под собой парня лет 18-22, в то время как “Бродяги” и другие лондонские фирмы стали известны тем, что возраст основы колебался от тридцати даже до 40 лет. Этого обычно хватало, чтобы напугать до смерти хулиганов по всей стране. Переезд на New Den должен был стать переломным моментом как для клуба, так и для фирмы. Обветшалость старой площадки на Cold Blow Lane часто рассматривалась как причина такого антисоциального поведения фанатов, а современные удобства на новом стадионе, включающие, помимо всего прочего и детские ясли, были обустроены для того, чтобы избавиться от той угнетающей атмосферы, которая царила на старом месте. Но после последней игры на Cold Blow Lane стало ясно, что атмосфера на новом стадионе может быть такой же угнетающей. На самом деле, поход до трибуны и обратно через загаженные и брошенные земли также действовал на нервы. Тем не менее, все шло гладко до той злосчастной игры плей-офф с Derby, когда насилие поднялось еще на одну ступень. Игроков заменяли, чтобы оградить их от расовой ненависти, а остальные были атакованы фанатами — такого клуб не видел несколько лет, и это посылало свои нервные импульсы в течение всей игры. И опять же, несмотря на это, Bushwhackers продолжали действовать практически незамеченными, и это не лишало их чувства юмора. Межсезонные товарищеские матчи команда обычно играла в Шотландии, и с ней обычно путешествовала небольшая группа суппортеров. История клуба делала этих болельщиков очень нежеланными гостями, так на какие только ухищрения не пускались фанаты, чтобы скрыть свою личность. Одной из наиболее известных уловок было представление их как “Мужского хора из Бермондсея” (группа джентльменов, которые мало поют, но много пьют), так же к этой толпе иногда присоединялся Объединенный Союз Садоводов-любителей (CUNTS) (“суки” — прим.пер.). Но какими бы веселыми и милыми эти люди не были, это не оправдывало их действия, ведь они специализировались на насилии. Весьма тревожит тот факт, что им разрешают спокойно продолжать свою деятельность, но еще более беспокоит то, что ухудшающееся финансовое состояние клуба может послужить отмазкой их подвигов. Клуб не может совладать с ними, полиция тоже бессильна, и суппортерам по всей стране становится ясно, что что-то должно быть сделано для того, чтобы New Den достиг того уровня безопасности, который заслуживает как стадион, так и мирные болельщики.

Для каждого футбольного хулигана главным матчем сезона является местное дерби. Всегда есть один клуб, который ты ненавидишь больше всего на свете, это впитано тобой с молоком матери, ты ДОЛЖЕН ненавидеть их — это традиция. К несчастью, иногда тебе не всегда удается встречаться с твоим главным врагом, это приводит к появлению новых противников, которые к какому-то времени становятся почти также важны. Два клуба, которые принимают участие в этой вражде — это Миллуолл и Бирмингем Сити. У обоих клубов существует активное и известное хулиганское окружение, а две фирмы страстно ненавидят друг друга. Если одна потеряет лицо в глазах другой, то это будет равносильно смерти, так что каждая встреча поклонников этих двух клубов обязательно заканчивается беспределом. Ниже, суппортеры обоих клубов описывают свою ненависть и то, чем она частенько заканчивается.

THE LION AND THE ZULU

Birmingham:

Как и в Лондоне, у нас в центральных графствах Англии есть свои дерби, и есть достаточно неплохие фирмы, такие как Bridge Boys (Wolves), the Naughty Forty (Stoke), Section Five (West Brom) и Baby Squad (Leicester). Любой ребенок по всей стране слышал об Армии Зулу (Сити) — мы делаем всех и не бежим ни от кого. Дерби предоставляют нам простор для действий, но поездка в Лондон для того, чтобы надрать задницу этим кокни, всегда является праздником для нас. Я думаю, что мы — одни из немногих, кто не боится привозить в Лондон достаточное количество бойцов, не важно, с кем мы играем. Мы поступаем так, потому что они от нас этого ожидают, и ты никогда не знаешь, с кем встретишься. Если суппортеры одного из столичных клубов смогут сказать, что они погнали Зулу, то это серьезно укрепит их репутацию. Они то знают, что наша фирма одна из, если не САМАЯ лучшая фирма в стране, и мы доказали это, одерживая в Лондоне победу за победой. Лондонские фирмы, без сомнения, тоже не подарок, но они не задумываются о том, что по всей стране наберется порядком фирм, которые просто порвут их на куски. Напыщенные Cockney Wankers не раз стремались от страха, отваживаясь выехать за М 25. Вражда между нами и Millwall продолжается довольно давно, насколько я помню, вся заварушка началась где-то в 1985 году. Мы не встречались длительный промежуток времени, так что визит на the Den был одним из важнейших событий сезона. В то время все посещали стадион, так что на нашей игре должно было быть много разных фирм из обоих клубов. Свои планы мы держали в строжайшей тайне, так как хотели “удивить” своих оппонентов. Люди добирались до места встречи небольшими мобами количеством от 5 до 30 человек, и когда собрались все, нас насчитывалось около 400 рыл. Было абсолютно ясно, что такая толпа не побежит, ведь присутствовала вся основа, причем на аргументах, и все из них просто сходили с ума при одной мысли о поездке в Millwall. Что это за чувство — ощущать себя частью единого целого, осознавать, что в любую минуту ты можешь превратить все окружающее в хаос, каждый волосок на твоей голове вставал дыбом. По дороге до New Cross не было замечено ни одного полицейского. Когда мы вышли на станции, полисы просто не верили своим глазам, глядя на то, что прибыло. То же самое чувствовали и мелкие пацаны, которые должны были исполнять роль споттеров. Раньше они не видели ничего подобного. Мы не выглядели как 10 перестремавшихся парней, пытающихся прикинуться покупателями, или как быдло, которое будет тыкать факи местным, сидящим в пабе. Мы хотели реальных действий, и вскоре местное хулиганье стояло на ушах. Мы шли на стадион окольным путем, останавливаясь около каждого паба и ожидая любого повода для драки. Мы заполонили всю улицу, устраивая супер-шоу. Мы были везде, издеваясь над Миллуоллом. Местные, должно быть, решили убраться подальше, потому что мы не видели никого, кроме небольшой группки в конце улицы. Адреналин продолжал выбрасываться в кровь в громадном количестве. Оху…тельно осознавать, что ты можешь вот так приехать в Лондон, и разгуливать по вымершим улицам, но это было не в первый раз, и уж конечно, не в последний. Полиция наконец въехала в происходящее и попыталась запихнуть нас на стадион как можно быстрее. Во время игры все продолжалось точно также. Мы пытались вычислить фирму Millwall, а она, в свою очередь, очень грамотно шифровалась. После игры полисы довели нас до станции безо всяких препятствий. В общем, всем было ясно, что Кокни в очередной раз облажались.

Millwall:

Когда они приехали к нам, мы действительно были немного удивлены. Мы ожидали чего-то, но уж ни как не такую ораву, которая приперлась на игру. Никто из провинциальных фирм не осмеливался так поступать, на самом деле, в тот раз они одержали верх. Я считаю, что это было грамотно сделано, но часть наших парней просто бесновались от злости. Они считали, что Бирмингем их просто нае…али — почему они не предупредили о своем приезде, чтобы наша основа могла оказать чужакам достойный прием. Они не разворотили никаких пабов, не разгромили ничего, так какое же это шоу? Но, что сделано, то сделано — все-таки это было неплохо устроено. После игры площадь перед стадионом кишела полисами, которые не дали нам возможность собраться. Но вы, конечно, понимаете, что мы никому не позволим безнаказанно вести себя вызывающе на нашей территории. В следующем сезоне первая встреча была опять на the Den. Игра начиналась вечером, и это был первый матч в сезоне. Для Миллуолла наступило время отдавать долги. Было ясно, что они не смогут в очередной раз привести сюда такой моб без того, чтоб их не запалил наш споттер, так что на Euston, King’s Cross и St Pancras были наши люди. В этот раз и полиция была готова лучше, чем в прошлый раз. Они знали, что местные настроены решительно, поэтому люди в штатском преследовали нас повсюду, пытаясь обезвредить любые группы больше трех человек. В этот раз происходила какая-то х…ня, они вряд ли поехали бы опять на поезде, поэтому мы решили отправиться к London Bridge, куда полисы обычно отправляли все автобусы перед тем, как везти их на стадион. Там уже находилось много наших людей, но все, что мы видели, были школьные и “родительские” автобусы. Оказалось, что пока мы так бездарно тратили наше время, настоящие действия происходили в другом месте.

Birmingham:

Так как это был вечерний матч, мы бы не в жизнь не собрали столько народу, как в прошлый раз. На поезде ехать не стоило, так как мы знали, что Millwall будет нас ждать. Поэтому мы арендовали автобус и количеством в 40 рыл отправились в путь. Когда мы подъехали к London Bridge, водила сказал, что ему придется связаться с полицией, чтобы нам был выделен эскорт. Е… твою мать, эскорт означает никаких неприятностей, так что, мы просто так прокатились? Такая ситуация нас не устраивала, и после переговоров с водилой, который не смог противиться “обаянию” сорока порядком разозленных мордоворотов, мы отправились к стадиону без всякого сопровождения. Многие из наших парней были на аргументах — это еще один довод в пользу того, что мы не хотели встречаться с полисами. Когда мы подъехали к пабу около стадиона, мы видели всех этих тварей, распивающих как в самом баре, так и снаружи. Когда мы проезжали мимо, они засекли нас, и через заднее стекло мы наблюдали, как они вываливаются из паба. Примерно через 50 ярдов мы подъехали к еще одному бару, еще более переполненному. Теперь нас значительно превосходили численно, а наши оппоненты продолжали группироваться и следовать за нашим автобусом. Наш водила, не особо понимая, что происходит, спокойно остановился на светофоре. Как только фаны Millwall увидели это, то немедленно кинулись в нашу сторону. Их было около 200 рыл, совершенно безбашенных парней, к тому же на аргументах. Они побили все стекла в автобусе, пытаясь достать людей, находящихся внутри. Водила, к счастью, не разбирая дороги, рванулся на стадион. Потом в салоне мы находили кирпичи, осколки стекла и металлические обрезки труб. Даже после произошедшего, некоторые из наших парней хотели вернуться и замутить акцию. Полиция, похоже, посчитала произошедшее чем-то вроде забавного первоапрельского розыгрыша; мне кажется, они считали, что мы заслужили подобное после того, как в прошлом году выставили их полнейшими идиотами. Так же сложилось впечатление, что они надеялись, что после такой встряски мы больше не появимся в этих краях. А вот х*й вам! После этого мы не встречались с Millwall в течение нескольких сезонов, так как играли в разных дивизионах, но как-то подвернулся случай, и старая вражда разгорелась с новой силой. Опять же дело происходило в Лондоне, правда, место встречи было другое. В этот раз Millwall знал, что мы приедем, но к нашему удивлению, мы проделали путь до New Cross без полиции и споттеров. Нас было человек 250 или 300 — нам трудно было маскироваться, но мы справились. У полиции была информация, что мы находимся в метро, и она собиралась встречать нас на станции для сопровождения до стадиона. Только тогда мы заметили наших врагов — они выглядели внушительно, хотя полиции удавалось держать нас порознь. Позже полисы объявили, что они заказали специальный поезд, который после матча доставит нас прямиком в Euston. Часть нашего моба решила воспользоваться этим предложением, и я был одним из них, а остальные решили добираться своими путями, в надежде, что что-либо еще сможет произойти. Так вот, я принял неправильное решение.

Millwall:

В следующий их приезд в Лондон произошел грандиозный прыжок на Лондонском Мосту. Мы ждали этих ублюдков в течение нескольких лет, но вся информация, полученная нами перед игрой, оказалась полнейшей х…ней. Мы ждали автобусы и отправили скаутов в Moorgate, но они, наверное, передумали, так как в очередной раз они приехали незамеченными и без особых проблем. Видимо, они решили, что приехать сюда и повые…ываться как делать нечего, но нашим основным планом был прыжок на них на London Bridge после игры. Их моб выглядел внушительно, так что мы потирали руки в предвкушении предстоящей забавы, но во время игры прошел слух, что полисы сделали для них специальный поезд, что обламывало все наши планы. После игры нам сказали, что большинство их парней все еще нарываются на неприятности, пытаясь прорвать оцепление и добираться своими силами. Они неплохо справлялись со своей задачей, так что мы решили подождать их за углом недалеко от Лондонского Моста. Когда я туда подошел, там стояло уже около 200 рыл, все на аргументах. Через 20 минут это количество удвоилось. Прошел слух, что Brummies прибыли, так что несколько наших парней решили покружить вокруг на машине, чтобы дать им сигнал, что мы их ждем.

Birmingham:

Мои друзья и я распивали горячительное на Euston, заодно наблюдая за происходящим и ожидая наших парней, которые добирались своими силами. Кое-кого мы уже встретили, и они поведали нам, что мы пропустили. Они сказали, что Millwall после игры вообще не было видно, так что полиция удалилась восвояси после того, как довела нас до London Bridge. Наш моб рыскал в округе в надежде, что ЭТО все-таки произойдет, когда парни на машине сказали, что местный моб ждет наших на той стороне дороги. У нас до сих пор был очень неплохой состав, так что, сгруппировавшись, мы выдвинулись в указанном направлении, оставив полисов в полнейшем недоумении. Когда же мы перешли дорогу, громадный моб Millwall вынырнул из той арки и понесся на нас. Все они поголовно были на аргументах, так что они погнали the Blues до лестницы, ведущей на станцию. Там наши опомнились и стали вооружаться частями газетного киоска, разобранного в ту же минуту. Когда фаны Бирмингема прыгнули в ответ, местные отступили, и все выглядело так, как будто наши опять одержали победу. Потом наступило затишье — в дело вступила полиция. Мы стояли наверху, Millwall — внизу, как вдруг из их моба вперед выскочило рыл десять в противогазах. Они приблизились к нашей толпе и начали травить нас газом. Полиция стояла в растерянности, и нам ничего не оставалось делать, как ломануться на станцию. Сразу же за нами побежали местные фаны и устроили просто Варфоломеевскую ночь — доходило до того, что некоторые из наших парней прыгали на пути перед прибывающим поездом — лишь бы избежать расправы. Разговоров нет — в тот день Millwall одержал безоговорочную победу. Следующая наша встреча произошла на новом для нас месте — New Den. Опять же, это был очень важный для нас день. Место встречи было оговорено заранее, но стрелу перенесли в последний момент. К сожалению, мы добирались на машине, так что нас не успели предупредить, как и нескольких остальных парней, с которыми мы встретились. Полиция уже была осведомлена о том, что мы собираемся привезти в столицу большое количество народа, так что наша основа решила поменять место общей стрелы. В тот момент мы недоумевали, почему мы оказались единственными, кто пришел в назначенное место, честно говоря, это было немного стремно, так что мы решили ехать добираться по отдельности — это было намного безопаснее, чем путешествовать маленьким мобом — неизвестно, что могло случиться, если бы нас вычислили. Когда мы подходили к лестнице, ведущей на станцию London Bridge, мы увидели ту огромную толпу, насчитывающую около 300 рыл. Какое облегчение мы испытали в тот момент, когда поняли, что весь этот моб был Blues! Мы присоединились к основной толпе и заметили, что практически каждый был на аргументах и настроен очень воинственно. Та бойня с применением газа означала, что мы обязаны отомстить. Мы рассчитывали дойти до той злосчастной арки и посмотреть, не ждут ли нас Millwall. На углу находилось два бара, и мы рассчитывали, что суппортеры Millwall собираются там. Сначала группа парней выбила двери одного паба, потом залетела во второй, но нигде не было ни малейшего намека на присутствие Millwall. Чтобы успокоить нервы, мы решили пропустить по стаканчику перед тем, как отправиться на Old Kent Road. Хочу добавить, что владелец паба в тот день был счастливейшим человеком во всем Лондоне. Если бы в тот момент в его заведении находились хоть 5 фанатов Millwall, то его бару пришел бы конец. А так, за полчаса работы он заработал больше денег, чем за всю неделю. Опять же, история повторялась — громадный моб “Синих” марширует про территории Millwall, а местных и след простыл. Где-то за полмили до стадиона полиция просекла наши передвижения, и взяла нас в оцепление. По мере приближения к стадиону, стали появляться небольшие мобы наших противников, но все они были напыщенными идиотами, так что мы их опять сделали на их же территории. После игры мы ожидали, что местные хулиганы хоть как-то проявят себя. Полисы держали нас на секторе немеряное количество времени, это должно было дать им еще один шанс собраться, но по пути на станцию Lewisham опять же мы встречали лишь небольшие группки. Конечно, было весело наблюдать, как время от времени некоторые из наших парней прорывали оцепление и устраивали погоню за ними, а бегали местные очень хорошо и быстро. В этот раз полиция проделала с нами весь путь до Euston и собиралась посадить нас на поезд домой. Короче говоря, никакого простора для фантазии.

Millwall:

Когда они приехали на New Den в первый раз, они опять собрали неплохой состав. Но полисы контролировали все пабы и станции, так что мы не могли собрать достаточное количество народа — каждый раз появлялись копы и разгоняли нас в разные стороны. То же самое повторилось после матча — полисы держали их на секторе до тех пор, пока нас не разогнали. London Bridge был похож на гигантский полицейский участок — ни единого шанса. В следующий раз мы встречались уже в их “деревне”. Мы были лучшими, так что мы были просто обязаны устроить в их курятнике хорошее шоу. Они подтвердили, что мы вправе устраивать то, что захотим в этот раз, а они, в свою очередь, готовились оказать нам хороший прием. Вспоминая ту игру, просто возвращаешься в добрые старые времена. Мы отправились на поезде, планируя выйти на окраине города, встретиться с остальными и хорошенько зажечь. Но недалеко до нашей остановки нас вычислили копы, которые отобрали у нас все пиво (кроме того, переписав все имена) и сопроводили нас на стадион. Когда мы подъехали к кассам, мы обнаружили, что парни, ехавшие на автобусах, подверглись той же процедуре. У большинства бусов не было не единого стекла, а из окон выглядывало много перестремавшихся парней. Ублюдки, они неплохо оторвались на автобусах.

Birmingham:

Наконец-то, эти п…расы приедут к нам. Город гудел как растревоженный улей, а Армия Зулу была просто повсюду. Главные “охотничьи угодья” находились рядом со станцией New Street. Мы ожидали появления огромного моба, с трудом сдерживаемого полицией, а все что мы увидели — микроскопическая фирма, которую копы препроводили на стадион. Прошел слух, что показались автобусы, но в основном это были бусы с маменькиными сыночками и прочим мусором. На самой игре стадион просто сходил с ума, атмосфера — смесь чистой ненависти и агрессии. Я бы не хотел оказаться на месте игрока в то время — каждый раз, когда он приближался к трибуне, в него чем-нибудь обязательно кидали. Страсти разгорелись благодаря двум последним голам. Сначала они вырвались вперед 2-1, затем на предпоследней минуте мы сравняли счет. Это было как раз то, что полисы хотели меньше всего на свете, потому что основное действие разворачивалось около углового флажка, и если толпа была пока относительно инертна, то это был всего лишь вопрос времени. Так что, когда прозвучал финальный свисток, фанаты рванулись на поле, а игроки — с поля, спасая свою шкуру. Я стоял на секторе, который был дальше всех расположен от гостевой трибуне, и все, окружавшие меня, не могли дождаться, когда они приблизятся к поганым Кокни. Это было сумасшествие, мы ненавидели их до безумия. Снаружи рыскали сотни Синих в поисках жертв. Полисы по каким-то причинам не держали Миллуолл на стадионе, а отвели их на автомобильную стоянку. На самом деле, это лишь накалило обстановку, так как мы видели их, а они могли видеть нас. Копам пришлось очень нелегко, им все время приходилось сдерживать наш моб, рвущийся в бой. Эта х…ня происходила в течение получаса, после этого многие наши парни решили переждать где-нибудь на задворках. Через какое-то время мы узнали, что полисы собираются перекрыть New Street, на время, пока Millwall будет там идти. Две фирмы держали связь по мобилам, и Millwall дал нашим знать, что они попытаются прорвать оцепление где-то в районе Digbeth. По пути туда мы решили заскочить в один из пабов, но он был переполнен. Создавалось впечатление, что все, кто посещал футбол в течение нескольких лет, решили вернуться, так же там находились все те парни, которым было запрещено посещать футбол. Они не смогут запретить тебе это, если насилие и беспорядки стали частью тебя. Мы получали текущую информацию по мобиле от человека, который следовал за оцеплением, и когда они приблизились, мы покинули паб, и честно могу сказать — я никогда не видел фанов Бирмингема настолько вооруженными. Рядом стоял микроавтобус, набитый бейсбольными битами, деревянные ящики, доверху наполненные стеклянной тарой и булыжниками. Но, кроме того, у многих парней были контейнеры со слезоточивым газом, они горели желанием отомстить за происшествие на London Bridge. Мы встали на обочину дороги, и везде были наши, вооруженные до зубов. У Millwall не было ни единого шанса прорвать оцепление, так как там были сотни полисменов, лошадей, собак, микроавтобусов, плюс полицейский вертолет, наблюдавший за процессией сверху — и все это из-за одного футбольного матча! Когда начинаешь об этом думать, то все кажется выдумкой чистой воды. Они должны были позволить нам осуществить задуманное, это бы сберегло налогоплательщикам целое состояние.

Millwall:

Они не оставили нас на стадионе, чтобы мы не разнесли его вдребезги и не смогли использовать сидения в качестве метательных снарядов, но они отвели нас на стоянку, где мы видели, как местный моб растет в геометрической прогрессии. В конце концов местные зае…ались нас ждать, и мы отправились на станцию. Нас останавливали через каждые двести метров, нам начинало казаться, что нас ведут в никуда. В Бирмингеме много реальных парней, и полиция конкретно стремалась, хотя, надо отдать им должное, оцепление было настолько хорошо организовано, что у нас не было ни малейшего шанса встретиться со своими противниками. Раньше я никогда не попадал в такую ситуацию, все было похоже на войну. Полисы занимались разгоном местной братвы, дорога на станцию была закрыта для движения. Там был даже этот е…ный вертолет, наматывавший круги над нами. Когда мы дошли до станции, они наконец подобрались так близко, как было можно, и начали кидать бутылки и прочее дерьмо. Правда, потом они побили все рекорды по спринтерскому бегу, улепетывая от полисов, которые моментально на них накинулись. Копы очистили станцию, посадили нас на поезд и отправили восвояси в кратчайшие сроки. Должен признать, что с таким “сервисом” я еще не сталкивался. Ответный матч на New Den в газетах назывался не иначе, как третьей мировой войной. Барри Фрай нес какую-то околесицу, а Birmingham сделал заявление, что клуб не хочет видеть на этом матче никого из болельщиков. Я думал, что в тот день в метро были представители всех лондонских клубов, надеющихся поучаствовать в акции, но на самом деле, там было больше прессы и телевидения, чем Brummies.

Birmingham:

После того, что случилась у нас в городе, клуб сказал, что билеты на матч продаваться не будут, но после давления со стороны болельщиков, администрация решила продавать комбинированные билеты автобус-матч за 21 фунт. Я купил свой билет, и мне сказали, что я получу настоящий билет на футбол только на последней остановке нашего буса. Я попивал пиво около стадиона перед тем, как залезть в автобус, а вокруг было много парней, говорившие, что они поедут на поезде, предоставив полиции выбор — или их пускают на стадион, или они будут кататься в метро во время игры. Что касается меня и некоторых моих друзей, уже расставшихся с наличными, то мы предпочли отправиться на автобусе. Всего было 6 автобусов, вмещавших 250 человек, 70 из которых были людьми из основы. До London Bridge мы доехали под сопровождением. Мы ожидали такую же засаду, как в прошлый раз, но полиция была начеку. После матча полиция опять окружила нас, но мы знали, что Millwall попытается что-либо предпринять. Было разбито 2 стекла в автобусах, но этим все и закончилось.

Millwall:

В тот день они привезли мало народу, так что в основном мы отрывались на полисах, в большей мере из-за постигнувшего нас разочарования. В Euston их было намного больше — они позвонили нам и предложили забить стрелу, но опять же копы помешали всем планам.

Birmingham:

В Euston собралось около сотни наших парней, но полиция была готова к подобным шевелениям. Фанов предупредили, что их проводят до стадиона, лишь убедившись, что больше “гостей” не предвидится. В 8 вечера после игры полиция запихала всех на поезд в Brum, но котором все еще с сопровождением мы доехали до Milton Keynes.

Очень интересно наблюдать за тем, как стратегия фирм и полиции изменяется по мере ухудшения отношений между соперниками. Приходит время, когда уже недостаточно эффектного появления и небольших стычек, требуется что-то посерьезнее. Фирмы время от времени будут входить в контакт и пытаться забиться подальше от бдительного ока блюстителя порядка, это становится все более обыденным среди серьезных фирм. Как мы видели, внезапное появление, хоть и заслуживает уважения, не является серьезной акцией. Полисы считают, что стрелки за пределами столицы гораздо легче контролировать, и, в случае необходимости, можно прочесать территорию или уделить внимание одной из фирм, чтобы контролировать ситуацию. В Лондоне все намного сложнее благодаря запутанной транспортной системе. Если полисы, например, задержали 50 парней на Kings Cross, будьте уверены, что другая небольшая фирма просекла это дело и незаметно просочилась в метро. Конечно, иногда действия полиции выше всяких похвал, но любой хулиган вам скажет, что в 9 случаях из 10 это больше удача, чем закономерность.

ЧАСТЬ ПЯТАЯ

THE MET (the Metropolitan Police)

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ДЕЙСТВИЯ ПОЛИЦИИ

Людьми, в чьи обязанности входит предотвращение встреч враждубных фанатских группировок, естественно, являются полицейские, в столице известные как ‘Old Bill’ («Старый Билл» — прим.пер.) или ‘Filth’ («отбросы», «мусор»). Ясно, что полиция является очень важной, я бы сказал, неотъемлемой частью этой книги. Конечно, известно много случаев, когда их действия разрушали все тщательно спланированные акции, но частенько бывало, что блюстители порядка лажались по полной программе. Возвращаясь в старые добрые времена булыжных мостовых, кожаных мячей и монстроподобных ботинок с гвоздями в подошве, на толпу футбольных фанатов приходился лишь один полисмен с собакой. Хотя уже тогда происходили какие-то противостояния, они были достаточно локальны, и в большинстве случаев, одного присутствия блюстителей порядка было достаточно для того, чтобы удержать фанатов от выкрутасов. Но это происходило в те дни, когда полицию уважали и боялись. Старые традиции рухнули, когда все больше и больше людей, в основном молодых, вступали в различные движения наподобие Teddy Boys, модов или рокеров, и начинали бунтовать против родителей, полиции и общества в целом. Такой поворот событий привел к появлению насилия, например, на различных морских курортах, которое потом неизбежно перешло на трибуны стадиона. Все сказанное выше немного упрощено, но зато бьет не в бровь, а в глаз. После победы Англии на Чемпионате Мира 1966 года, возросшее внимание прессы к игре спровоцировал рост нездорового (или здорового, кому как) интереса к хулиганизму, и заметки о нем регулярно стали появляться как на последних страницах, так и в передовицах газет. Это само по себе вызвало кучу проблем, так как это не только привело определенных личностей в околофутбольный мир, но, кроме того, насторожило тех людей, которые регулярно посещали футбольные матчи, и они стали готовиться к неприятностям. Общественное мнение требовало, чтобы полиция с блеском решила возникшую проблему, и, с ростом насилия, количество полисменов тоже должно было быть увеличено. В результате раннего возникновения футбольного насилия — в основном нерегулярных и спонтанных акций — полиция всегда находилась в двух шагах от потенциальных траблмейкеров и была готова вступить в «игру» практически в любой момент. На самом деле акабы были способны на немногое — разве только попытаться вычислить, какие фаны наиболее враждебно настроены, и наводнить местность полисменами в надежде, что это отпугнет хулиганов. В пределах столицы работа полисов осложнялась тем, что конфликтующие группировки располагались близко друг от друга, что увеличивало возможность встречи соперников. В начале 70-х у полиции наметился определенный сдвиг в решении этой проблемы. Хоть прорывы на поле и драки на трибунах случались с пугающей регулярностью, а на матчи в Upton Park, Den полисмены снаряжались как на войну, они поняли, что избрали не те методы для борьбы с хулиганами. Традиционное уважение к лондонскому полисмену было уничтожено так называемым «свободомыслием» 60-х, и блюстители порядка поняли, что если хулиганы хотят драться, то они должны опуститься до их уровня и контратаковать. Такое отношение значило, что происходящее не всегда следовало букве закона, особенно после таких явных провокаций, как описывается ниже.

THE SHED.

Вернувшись назад в 70-е, мусора, которые работали на Bridge, и уж, конечно те, кто следил за порядком в Shed, были полнейшими засранцами. Не поймите меня превратно, в то время фаны Челси были абсолютно безбашенными, и копам приходилось несладко, особенно, когда мы играли во Втором Дивизионе. Фишка в том, что тогда хулиганы Челси могли драться даже между собой, если поблизости не было приезжих фанатов. В этом участвовали и реальные лондонские парни, и мобы из пригорода, такие как Staines или Slough, цель была одна — стать лучшими. Глупо конечно, ведь на выезде мы составляли одно целое. Я помню, однажды на Shed началась потасовка между своими, и копы просто обезумели. Они решили урегулировать вопрос с помощью собак. Как обычно, стоило полисам зайти на трибуну, мы прекратили драться и перекинулись на них. На этот раз доблестные блюстители закона моментально спустили собак с поводков, которые лаяли и кусали всех, кого не попадя. Потом пошло веселье — ведь если ты можешь поиздеваться над полицейской собакой, то не упустишь такую возможность, так что этим собакам выбивали зубы и просто выкидывали за решетку. О, я никогда не видел мусоров в таком бешенстве. Они ворвались внутрь, выколачивая дух из каждого, кто попадался под руку, и пачками заковывая парней в наручники. В тот момент было арестовано около 20 человек. Обычно, арестовав, полисы держат тебя в автобусе, чтобы немного успокоить, а потом отпускают, или, если дело совсем плохо, отвозят тебя в другую часть Лондона и выкидывают там. В этот раз по прошествию 20 минут копы открыли дверь, указали на меня и еще двух парней и отпустили остальных. Нас забрали, и, надо сказать, мы конкретно перестремались. Через несколько минут один из мусоров подошел к нам и сказал: «Значит так, ублюдки, вы убили одну из наших полицейских собак, теперь придется расплатиться за это». Потом меня швырнули в угол автобуса, где пинали в течение где-то 5 минут. Я просто свернулся в клубок, закрыл голову руками и воспринимал удары с воистину героическим спокойствием. После экзекуции меня выкинули на каком-то пустыре вместе с двумя другими парнями и спокойненько укатили прочь. К счастью, никто из нас серьезно не пострадал. На следующей домашней игре я увидел одного из этих придурков, но он, по-моему, не узнал меня. Все наши парни начали изображать собачий лай, я думаю, этим они хорошенько опустили этих любителей животных.

THE HAMMER.

В течение долгого времени я катался на выезда со Spurs и всегда ненавидел Upton Park, потому что хозяева были просто безумцами. У себя дома «молотки» превращались в бешеных животных, и надо было набирать толпу лишь для того, чтобы вернуться домой. Сами фаны были далеко не сахар, а уж что говорить о копах… полностью ох…евшие… Иногда они были похожи на еще один моб — и им это нравилось. Потрясающе — я никогда не слышал, что бы они заковали в наручники «своего» хулигана. Много раз наши парни дожидались суда в понедельник, но там не судили ни одного «молотка». Но как бы там ни было, однажды я встретил этого парня, который оказался фаном West Ham, и, понятно, что мы разговаривали о футболе и хулиганизме. Естественно, я спросил его о х…не, творившейся с законодательством, на это он мне ответил, что в Ист Энде существует неписаное правило — на футболе никогда не арестовывать своих болельщиков. Многие из копов сами являются ярыми приверженцами этого клуба, а некоторые даже носят значки клуба под лацканами своих фирменных мундиров, и показывают их «молоткам», перед тем как пойти в наступление. В этом случае местные знают, что они могут безнаказанно участвовать в событиях. Ублюдки.

HIGHBURY.

Это была моя первая поездка в Лондон за Ливерпуль. Естественно, была куча неприятностей до матча, ну а что творилось во время игры, не передать словами — по-моему на нашем секторе тусовалось все хулиганье Арсенала. А копы, п…расы, наблюдали за происходящим совершенно спокойно, даже когда стало ясно, кто есть кто. Где-то на 20-й минуте игры местный моб начал потасовку, наши прыгнули на них, и тут ситуация полностью вышла из-под контроля. В то время я был совсем мелким, и мне не хотелось попадать под горячую руку, но так как все парни, с которыми я приехал, сразу же метнулись в эпицентр драки, а так как мне не хотелось от них потеряться, то я пошел за ними. Внезапно, как из-под земли, передо мной очутился этот коп и с правой зарядил мне в челюсть. Потом я просто стоял и считал звездочки у меня перед глазами, а мои друзья орали на этого полиса, который затем взял меня за шиворот и потащил с трибуны, а затем и со стадиона. Перед тем, как я понял, что происходит, этот е…ный коп закинул меня в угол полицейского автобуса и закрыл двери. Я был вне себя от страха, умоляя его освободить меня, на что эта скотина сказала мне: «Заткни пасть, ублюдок» Необходимо добавить, что в тот момент мне было только 14, в такие переделки никогда раньше не попадал, и все, что я хотел — выбраться оттуда. На самом деле этот полис выглядел таким же перестремавшимся, как и я. Через пару минут он открыл дверь автобуса и сказал мне проваливать. Я ожидал по меньшей мере пинка под зад, но даже этого не последовало. Я не могу с уверенностью сказать, но считаю, что это коп вытащил меня со стадиона, потому что сам донельзя испугался, и чувствовал, что еще чуть-чуть, и в штаны наложит от страха. Ему нужен был предлог, чтобы уйти из той мясорубки, и тут ему подвернулся я.

Когда полиция переняла методы борьбы у самих же фанатов, изоляция активного хулиганского элемента резко возросла не только в столице, но по всей Британии. Вошли в применение сезонные абонементы и раннее открытие трибун в качестве оружия по борьбе с футбольным хулиганизмом, но все это сыграло лишь незначительную роль, и после особенно запоминающегося сезона 1976-77 годов полиция, футбольное начальство и правительство решили на трибунах установить решетки, отделяющие фанов от поля и болельщиков другой команды. Когда клетки были установлены, полиции стало легче справляться с траблмейкерами. На самом деле эта мера имела и свои недостатки — когда начинались драки, мирному болельщику было практически невозможно убежать. Кроме того, полиция часто находила очень сложным попасть внутрь, когда мелкие потасовки перерастали в крупные побоища.

BOLTON.

Лишь одно упоминание о стадионе Болтона вызывает у выездных фанов рвотный рефлекс, такого отстойника, наверно, больше нет нигде. Местные — сборище злобных ублюдков, причем довольно многочисленное сборище. В конце концов, они пробрались на наш сектор и начали обзываться всякими нехорошими словами J. Естественно, наши парни не могли стерпеть такого обращения и немедленно полезли в драку. Фанов Болтона зажали около решеток, они пытались держаться, но количество наших парней, в несколько раз превосходящее их, отметало сомнения в том, что скоро их прессанут по полной программе. Основная толпа местных наблюдала за этим с другой стороны решеток, медленно зверея и пытаясь перелезть через ограждения, чтобы добраться до нас. Было чувство, что мир перевернулся вверх дном — вы знаете, как это бывает. Но как бы там ни было, копы пытались зайти на сектор через ворота, но наши закрыли их и полисы просто не могли попасть на трибуну. Когда же наконец, копы стали контролировать ситуацию, мы отступили. Мы хорошо помяли местных хулиганов, но там остался один из наших, прикованный наручниками к решетке. Бедняга, он так просил, чтобы мы его освободили, но мы ничего не могли сделать. Копы оценили ситуацию и дали ему хороших п…лей, а нам ничего не оставалось делать, как наблюдать. Потом они арестовали его. Парни из Болтона заряжали: «Хороший полицейский, ты клевый парень, хороший полицейский, иди, арестуй еще кого-нибудь.»

Правда в том, что решетки были удобны для сдерживания разбушевавшихся фанатов, но с другой стороны, это еще больше разжигало фанатов, уверенных в том, что скорее всего, они никогда не встретятся со своим противником! Так же возрастало негодование со стороны мирных болельщиков, которых тоже сажали в клетку, как животных. Количество оскорблений в адрес игроков и приезжих фанов возрастало, и на большинстве стадионов того времени атмосфера состояла из концентрированной ненависти. Еще более опасным последствием установления решеток был тот факт, что люди, которые рассматривали драки как обычную, а иногда и неотъемлемую часть футбола, стали более активно участвовать вне стадиона. Это принесло полиции кучу проблем, так как на стадионе они более или менее могли контролировать ситуацию, но не имели не малейшего представления, как действовать вне территории стадиона. Когда фаны обнаружили это, немедленно произошел резкий скачок в сторону увеличения акций вне стадиона, а суппортеры начали организовываться в специальные группы. Эти группы могли насчитывать только 10-15 человек, но у больших клубов — Челси, Вест Хэма и других — размер моба иногда доходил до 1500 рыл, и тактика «безопасность в количестве», используемая этими мобами, доставляла полиции огромное количество проблем. Эти группы быстро преобразовывались в секретные сообщества, внутри которых строго соблюдалась иерархия: лидер, бойцы, скауты и т.д. — то есть каждый человек играл свою определенную роль в организации. Далее эти группы разделялись в хулиганские фирмы или команды (crews), и чтобы врагам было легче наблюдать за их подвигами, многие фирмы брали себе различные названия. Например, деяния F-Troop из Millwall и ICF (West Ham) стали легендой. Когда эти группы организовались, и, что более важно, стали известны, полиции стало легче наблюдать за ними и их «подвигами». Проблема состояла в том, чтобы узнать, кто именно состоит в фирме. Среди путешествующих суппортеров ходило мнение, что полиция редко арестовывает членов больших фирм, так как если начнутся неприятности, у них не будет точного числа зачинщиков. А обычная тактика Metropolitan Police по установлению личности путем проверки адресов и выявления акцента абсолютно не действовала на лондонских дерби. Им нужно было найти более надежный способ решения проблемы, в результате чего они пришли к выводу, что наиболее удобным будет внедрение в фирмы своих людей. В начале 80-х, Met выбрал это ключевой стратегией борьбы против хулиганских группировок и предприняла ряд широкомасштабных операций против лондонских клубов, в частности Челси. Самая известная акция была проведена под название «Автогол» (Own Goal), впоследствии название оправдало себя. Пока детали операции, по известным причинам, известны не полностью, известно, что 6 офицеров под прикрытием внедрились в фирму Челси (якобы в «Headhunters») и собирали информацию, достаточную, чтобы предъявить обвинение лидерам фирмы. 11 мая 1986 после судебного разбирательства, длившегося 18 недель и стоившего налогоплательщикам 3 миллиона фунтов, пять человек были признаны виновными в различных преступлениях, включая нарушение общественного порядка и организации тайных обществ. Их ждало тюремное заключение общим сроком 28 лет. Несмотря на то, что большинство из 32 обвинений были обвинения в насилии, арестованные немедленно подали на апелляцию, и Met, считая, что поступает правильно, направил доклады агентов на судебный анализ. К несчастью полиции, судебные эксперты поставили под сомнение действительность этих докладов, указывая на несовпадение некоторых дат и утверждая, что некоторые даже были фальсифицированы. Это было тяжелым ударом для Met, который теперь наблюдал, как одна за одной поваливаются тайные операции против фанов Миллуолла, Вест Хэма и Crystal Palace. Но худшее было впереди. 17 октября 1989 года 4 члена известной фирмы Millwall “Bushwhackers” сократили срок своего заключения с помощью апелляции, а 17 ноября трое из суппортеров Челси, задержанные в результате акции «Автогол», были выпущены на свободу. На следующий день был освобожден четвертый фанат, после того, как срок его заключения был сокращен с 6 до 4 лет. Но, несмотря на эти трудности, полиция была против отмены операций под прикрытием. Теперь, оглядываясь назад, становится очевидно, что проникновение в фирму было очень рискованным методом добычи доказательств, так как в этом случаю все целиком полагалось на честность и объективность офицеров, работавших под прикрытием. Наш собственный опыт и расследование показал, что невозможно войти в фирму, не преступив закон или не участвуя в преступных действиях. Например, одна из улик, добытая в результате операции «Автогол», была связана с инцидентом в Goodison Park 10 декабря 1985, когда суппортеры Челси схлестнулись с фанами Эвертона. В описании инцидента указывается на то, что один из агентов участвовал как в планировании, так и в осуществлении акции, в результате которой один из суппортеров Челси получил по морде деревянным молотком, а почти 40 суппортеров участвовали в драке, пока не прибыла полиция. Последствия этой акции заключались в следующем — мирные люди были вынужденно заперты в своих машинах, частная собственность была сильно повреждена, а местные жители, обеспокоенные своей безопасностью, в панике метались из стороны в сторону. Конечно, можно возразить, что в таких случаях цель оправдывает средства. Но, глядя на то малое количество выдвинутых обвинений, становится ясно, что нет, не оправдывает. Когда операция «Автогол» была в самом разгаре, Metropolitan Police была вольна делать все, что вздумается, чтобы навести порядок на вверенной ей территории. Это вылилось в две большие акции с участием лондонских клубов — стычка на Stamford Bridge во время второй игры полуфинала Milk Cup с Sunderland и акция Millwall в Л*т*не. Факт в том, что в случае с Л*т*ном, полиция считала, что хулиганы их ДРУГИХ клубов едут на Kenilworth Road с единственной целью — устроить погром. В качестве доказательства она также частенько ссылалась на непомерно раздутое число так называемых «фанатов Миллуолла» на игре, и так как премьер-министр была по любому настроена против футбола, они убедили Миссис Тэтчер в немедленном принятии закона по борьбе с хулиганизмом. Это было ускорено событиями в Брэдфорде (не относится к хулиганам, но показывает, каким подлым и гнусным стал футбол) и Heysel, который окончательно подорвал репутацию этой игры в стране. Помощь правительства прибыла в виде Закона о Спортивных Событиях 1985 года (об алкоголе), Закона об Общественном Порядке 1986 года (разрешающим удалять нарушителей спокойствия со стадиона) и Закона о Футбольных Болельщиках 1989 года (разрешающий запрет выездов и имеющий дело с расистскими и оскорбительными лозунгами). Эти меры дали полиции власть, которой им так не хватало, и суппортеры начали осознавать, что на время придется немного утихомириться. Наконец полиция оказалась на вершине, и в ход пошло еще одно оружие, которое оказалось наиболее эффективным — система камер наблюдения на стадионе. В течение некоторого времени камеры не пользовались популярностью, но улучшенные технологии и снижение цены привлекло внимание блюстителей порядка. Но многие клубы не хотели устанавливать камеры из-за их цены, и опять мирные болельщики оказались в опасности. Но все кардинально изменилось после трагедии в Hillsborough. Лорд Джастис Тейлор понял, что камеры — есть и будут самым эффективным оружием по борьбе с хулиганами. Они будут абсолютно необходимы для предотвращения прорывов на поле после снятия решеток. Тейлор осознал, что боязнь того, что тебе на следующий день после игры может в дверь позвонить полиция, даже самого заядлого траблмейкера заставит призадуматься. С принятием Закона о Футбольных Нарушениях 1991 года (кидание предметов, прорывы на поле и т.п.), создалось впечатление, что хулиганов зажали во всех сторон. Пока полиция радовалась достигнутым результатам, они также быстро догадались, что футбольные фирмы не испарятся просто так, а пабы, клубы и улицы станут новым полем битвы. Это заставило призадуматься полицию Метрополитена — ведь за многие годы самые опасные стычки и потасовки происходили там, где очень сложно выследить кого-либо — в метро. Здесь, Met мог обратиться за помощью к Британской Транспортной Полиции (БТП), которая была вечным оппонентом хулиганов (которые рассматривали метро как идеальное место для ведения боевых действий). На самом деле, БТП проводили свои тайные операции и имели сеть информаторов во многих известных фирмах. БТП не отличается терпимостью и не особо переживает по этому поводу. По правде, они не могут себе этого позволить, потому что метрополитен это очень опасное место. География Лондона и количество станций показывает, что нет ни места, ни времени на ошибку. За прошедшее время распространение систем наблюдения раскрыло многих офицеров полиции метро, чья борьба против хулиганов принесла потрясающие результаты. В начале 90-х широкомасштабный хулиганизм в столице пошел на спад. Прорывы на поле и массовые побоища стали достоянием истории, а организованные фирмы теперь легче вычислить с помощью координированных действий полиции и систем наблюдения. Данные события во многом способствовали тому, что Чемпионат Европы 96 года проходил в Англии, где полиция проходила свой главный тест на прочность. Операция по всей стране, стоившая 10 или 20 миллионов фунтов, в которой участвовали тысячи полисменов по всей стране, должна была заверить всех, что чемпионат пройдет без осложнений. Полиция Метрополитена и БТП были в боевой готовности, ведь, если что-либо произойдет, то, конечно, в Лондоне. Перед началом чемпионата полиция обратилась в отдел по связям с общественностью, чтобы развеять все страхи и опасения (появившиеся в основном благодаря истерике, поднятой СМИ). Через Национальную Криминальную Разведывательную Службу футбольное начальство уверило всех, что ситуация полностью под контролем, а документальные фильмы о посещении старшими офицерами своих коллег в Германии и Голландии перестали быть чем-то выдающимся. Более того, полиция по всей стране просто помешалась на разведке, и о каждом информаторе и известном траблмейкере собиралась вся возможная информация. А благодаря произошедшему в Дублине, известные политические экстремистские группировки также попали в зону пристального внимания полиции. По всей Англии проводились полицейские рейды, арестовывалось много людей (большинство которых отпускалось на свободу, как только сопровождающий операцию телеоператор уходил домой). У Met в те дни работы было по горло — группу суппортеров Spurs арестовали после просмотра отснятого материала о дерби в Северном Лондоне на Highbury. Странно то, что фанаты Челси, так же принимавшие участие в том инциденте, не засветились на пленке; из-за этого решили, что среди Челси были тайные агенты полиции, и если бы их сняли на камеру, то вся операция оказалась бы под угрозой срыва. Met так же ввел в использование различные новшества, включая ужасного фотографа и его «фотофон» (примочка, позволяющая полученные фотографии сразу же отсылать в центральный офис, что помогало полиции опознавать и наблюдать за возможными нарушителями спокойствия), кроме того, была одобрена идея постоянного слежения за известными траблмейкерами.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ОТНЫНЕ ВМЕСТЕ

Во время Евро’96 Лондон наводнили фирмы со всей страны. Они приезжали из Плимута, Мидлсборо, Халла, отовсюду, и все они надеялись поучаствовать в действе, которое обещала остальная часть Европы. Для лондонских банд чемпионат означал еще более серьезные проблемы. Каждый приезжал на их территорию, и это означало необходимость показать себя (это относилось не только к европейским визитерам, но и к землякам). Лондонским фирмам нельзя было позволять никому распущенно вести себя на их территории, не важно, иностранцу или англичанину. Добавьте к этому еле сдерживаемое соперничество между лондонскими клубами, получится очень взрывоопасный коктейль и потенциальная бойня. За несколько дней до начала турнира полиция устроила большое шоу из ареста всего шести лондонских фанов в ходе операции «Избавление» (Take off — уничтожение?) В результате этого мурашки должны были пробежать по спине каждого хулигана, намеревающегося принять участие в ожидаемых беспорядках на лондонских улицах. К несчастью для полиции, шесть арестов — итог операции, в которой принимали участие 70 офицеров, работавших под прикрытием несколько месяцев, выставил участников операции полнейшими идиотами. Может быть среднестатических незаинтересованных обывателей и впечатлили результаты, но те, кто хоть немного разбирался в ситуации, понимали, что это был чистейшей воды фарс. Открытие должно было пройти тихо и мирно, но для хулиганствующего элемента это был шанс, чтобы показать свое присутствие и проверить обстановку, пока активная реклама и национальные ожидания заставляли страну жужжать, как растревоженный улей. Для мобов, собравшихся в пабе “Globe” напротив станции «Бейкер Стрит» полицейская тактика была ясна — они останавливали, обыскивали и допрашивали любого, кто выглядел как фанат. Бригада фотографов работала беспрерывно, снабжая Скотланд-Ярд самым отвратительным фото-альбомом, когда-либо известным человечеству, а команда наблюдения напротив фиксировала каждое движение. Это место было окружено, а ведь это означало, что остальная часть Лондона более-менее свободна от полицейских. Парни со всей Англии приехали под одним лозунгом — «Мы — англичане», но было одно существенное исключение — лондонские банды. Они держались отдельно, не только от остальных, но также от полиции и друг от друга. Пока Челси прятались в Ealing, West Ham и Millwall маскировались на своей территории, присутствие Лондона ощущалось только благодаря фанатам меньших клубов и небольшому мобу Spurs. Совершенно очевидно, что разговоры о какой-то «Лондонской Супербанде» были полнейшей х…ней, и никогда не претворялись в жизнь. Только те, кто разделяли одни и те же политические убеждения, могли на некоторое время забыть о вражде. Так что, в отличие от остальных англичан, лондонские банды держались отдельно, и акции устраивали свои собственные. По мере приближения игры с Шотландией, атмосфера и страсти накалялись до тех пор, пока фирма из Абердина не устроила махач в Камдене в четверг перед игрой. Jocks приехали туда и дали всем понять, что они более чем готовы к реальным действиям, именно это являлось целью их визита. Если лондонские фирмы хотели неприятностей, то наступило самое время действовать. В очередной раз все мобы собрались в столице, правда, на этот раз в большем количестве. То, что начиналось как неожиданно тихий и мирный турнир, начинало становиться интересным. Истории о различных потасовках множились, как тараканы. Но что было удивительно, что вместо акции на шотландцев на Трафальгарской площади, англичане больше были озабочены сведением старых счетов между собой, как Плимут с Эксетером и Портсмут с Саусхэмптоном. Полиция начинала заметно нервничать — мобы собирались со всех концов Лондона. Они добирались на метро и автобусах, а некоторые огромные нестоличные фирмы, как Лидс, не встречались в назначенном месте, а добирались по отдельности, оставляя толпы полисменов глазеть на пустые вагоны на King’s Cross. Лондон гудел, как разбуженный улей. К счастью, атмосфера на Уэмбли была прямо противоположна настроениям в городе. Фаны из обеих стран общались друг с другом без особых напрягов, что, учитывая многолетнюю историю проблем, окружавшую встречи команд этих стран, не могло не шокировать полицию, СМИ и большинство присутствующих болельщиков. Траблмейкеры из обеих стран решили, что их встреча должна произойти вдалеке от национального стадиона, и так как полиция сосредоточилась в Вест Энде и Трафальгарской площади, стрела была перенесена в другое место. Хардкор шотландцев насчитывал примерно 200 рыл, в основном из Aberdeen, Dundee и Hibs, но люди из Falkirk и Kilmarnock так же принимали участие в акции. Мы знаем, что Арсенал и Spurs никогда не встанут друг рядом с другом, точно так же поведут себя фирмы с севера, так что как Rangers, так и Celtic нигде не было видно. Кэшелс из Абердина первыми из шотландцев заявили о себе, устроив шоу перед матчем с Миллуоллом на Tottenham Court Road, Middlesbrough на Leicester Square и Челси на Cambrige Circus. Было видно, что после проблем между фанами Абердина и Данди, они готовы драться друг с другом, в отличие от англичан на той стадии. Также было ясно, что никто из них не намеревался делать это до матча. Когда просвистел финальный свисток, Трафальгарская площадь стала центром «паломничества» фанов, так как шотландский хардкор решил впервые посетить монумент адмирала Нельсона. Когда количество приезжих увеличилось, количество нападок со стороны англичан резко уменьшилось. Пока Birmingham, Oxford и Colchester готовили акцию на Sweaties, основные мобы собирались в пабе Porcupine около метро Leicester Square. Полиция осталась где-то посередине, занятая небольшими группками английских фанатов, которые использовали каждую возможность, чтобы прыгнуть на шотландцев, а последние уже были готовы вступить в поединок с силами порядка. Вроде бы все постепенно успокаивалось, но тут произошел небольшой инцидент около паба, где собирались основные силы. Разочарование от неудачной попытки собрать вместе всех англичан вылилось в потасовки с участием небольших мобов Spurs и Chelsea. Полиция, решив, что именно этого они и ждали, перекинула в тот район всех свободных полицейских. Автобус за автобусом подъезжал к указанному месту и выгружал счастливых бобби, экипированных дубинками, оставляя Трафальгарскую площадь практически без присмотра. Пока фаны из Лестершира и Сандерленда безнадежно пытались собраться вместе, други фирмы выглядели более заинтересованными в начавшемся противостоянии с полицией. В это время акабы приняли жизненно необходимое решение — загнать шотландский суппорт в метро до тех пор, пока англичане вникнут в происходящее. Как потом считала полиция, это решение спасло день — крупномасштабной встречи двух хулиганских групп удалось избежать. После того, как полиция участвовала в потасовках с фанами как одной, так и другой страны в течение всей ночи, она наконец-то начала контролировать ситуацию. Когда английские суппортеры «отвоевали» себе обратно Трафальгарскую площадь, полиция решила действовать решительно и прекратить «вечеринку». Они произвели около 80 арестов, используя слезоточивый газ и дубинки для контролирования ситуации. Конные офицеры и полисы с собаками стали патрулировать улицы, и для многих людей день закончился потребностью в посещении медицинского учреждения, в это же время дежурный офицер охарактеризовал происходящее как «небольшие волнения». На самом деле, все могло быть намного хуже. Пока полиция отходила от напряженного дня, мобы со всей страны обвинили лондонские банды в том, что они упустили возможность расквитаться с шотландцами за акцию на Уэмбли в 1977 году. Также было сказано, что в это раз они выступили даже круче и опять оказались лучшими. Следующая игра была против Голландии, и опять полиция была приведена в состояние полной боевой готовности. Для тех, кто хотел размять кулаки, эта игра была абсолютно неинтересной, было понятно, что голландцы опять облажаются. Игра происходила в будни, так что количество хулиганов в Лондоне было сведено до минимума. Благодаря игре команд, результату и устранению шотландцев Лондон оставался спокойным. Игра против Испании в четвертьфинале обещала беспорядки, но другого рода. У сборной Испании, как и у Голландии, не было постоянного хулиганствующего элемента, не считая разборок во внутреннем чемпионате. Но матч, проводившейся в субботу днем, позволял всей стране уйти в запой как минимум на весь день. Победа английской сборной не спасла от вспышек насилия по всей стране. В Энфилде, окраина Северного Лондона двухэтажный автобус был закидан камнями, пассажиры бегством спасали свою жизнь, а недалеко оттуда избили дорожного инспектора и подожгли его мопед. В день следующего матча Лондон объявил тревогу — в полуфинале играли Англия и Германия. Как и Англия, Германия известна своими хулиганами, обожающими устраивать беспорядки. Где-то за месяц до начала чемпионата они «предупреждали» своих оппонентов, устраивая погромы в Бельгии и Голландии, и для них игра в Лондоне была основным испытанием. Несмотря на тот факт, что игра проводилась в будний лень, столица кишела различными фирмами, отчаянно искавшими немецкий моб. День для них прошел зря — как и голландцы, немцы оказались слишком трусливы для встречи с хозяевами. Репутация, которую они создали себе в Европе, была моментально разрушена лишь за один день, а что касается англичан, которые настраивались отстаивать свою честь, то произошедшее столь разочаровало их, что они опять устроили беспорядки (уже от огорчения). После матча драки вспыхнули между враждующими английскими фирмами: фанаты Миллуолла атаковали суппортеров из Норвича, так как лондонским хулиганам надоело, что всякое г…но приезжает к ним город и ведет себя, прямо скажем, вызывающе. После того, как Гарет Саусгейт облажал пенальти, по всей стране вспыхнули беспорядки, но нигде не происходило такого шоу, как в центре Лондоне. Практически каждый моб в столице отправился на Трафальгарскую площадь, и так как в поле видимости не было иностранцев, то мы наблюдали, что все бритиша собрались вместе, чтобы бороться со своим давним врагом — полицией. Во время чемпионата полиция упустила из рук удачу, и отзывы СМИ о ней были далеко не лестными, так что их терпение практически лопнуло в тот момент. Что касается фанатов, то Трафальгарская площадь была замечательной возможностью расквитаться с полисами за все время, и ее нельзя было упустить. Толпа бросалась на все, что движется, в то время как полиция пыталась соблюдать какое-то подобие порядка. Когда количество полицейских превышало фанатов, полиция отправляла часть офицеров успокаивать одну часть толпы; в это же самое время другая часть моба на противоположной стороне улицы громила витрины, переворачивала машины, гоняла случайных прохожих. В какой-то момент количество противоборствующих сторон сравнялось, и драка между полисами и хардкором вспыхнула с новой силой. Когда две стороны встали друг напротив друга, одни в полной экипировке, другие «снаряженные» бутылками и камнями, американские и японские туристы снимали на камеру каждое их движение: «Пособие по футбольному насилию. Практический курс» Когда наступил вечер, мобы разъехались по домам зализывать раны, а фотографии о том побоище вполне оправдывают решение голландцев и немцев остаться дома. Когда Англия вылетела, создалось впечатление, что чемпионат закончен, по крайней мере, для этой страны. Столица вздохнула с облегчением, когда немцы даже не показались на финале. Что касается полиции, ФА и УЕФА, то они вели себя очень спокойно, но вдали от публики их отношение к происходящему должно было быть абсолютно противоположным. Они все понимали, что английские хулиганы сейчас потирают от радости руки — они в очередной раз показали миру, что родина футбольного насилия готова к встрече незваных гостей. То, что ФА пыталась заморочить голову среднестатическому болельщику и потенциальному спонсору, что хулиганизм — дела давно минувших дней, оказалось абсолютно бесполезным занятием. Во время Евро’96 мобы со всей страны приехали в Лондон и заявили о своем присутствии. Что касаемо столичных банд, то им нужно было укрепить свою репутацию после того, как они разрешили стольким фирмам приехать в Лондон и спокойно разгуливать по центру города. Так что можно заявить, что хулиганы одержали победу в июне 1996. Равным образом можем утверждать, что полиция Метрополитена приобрела громадный опыт за время проведения чемпионата и теперь контролирование футбола в столице стало лучше. Они устроили неплохую показуху для туристов и камер, но для тех, кто в то время находился в Вест Энде, и с кем ужасно обращались по поводу и без, было ясно, что это — перебор. До и после матча с Шотландией, полиции не оставалось ничего, кроме как действовать, и нужно сказать, что именно они подняли насилие на тот уровень. И если бы после игры с Германией они оставили бы всех в покое и следовали от фанатов на безопасном расстоянии, ничего такого бы не случилось. Напротив, пытаясь оказаться на коне, они провоцируют суппортеров, после чего на помощь вызывают толпы закованных в бронежилеты спецназовцев. Мы повторяемся, но опять скажем, что не являемся поклонниками полиции из-за их отношения к фанатам, и наше мнение не изменилось ни на йоту. Но, как бы там ни было, мы понимаем, какую трудную и подчас опасную работу они выполняют, и, если люди перестанут драться на футболе, то нужна ли тогда будет полиция? Мы, как фанаты и бывшие хулиганы, можем критически рассматривать их действия, но разве не проще относиться к полисам, как они заслуживают?

Если полиции тяжело контролировать ситуацию и оставаться на вершине на вверенной им территории, то что же говорить о путешествующих фанатах. Когда Англия играет на выезде, ясно, что большинство фирм просто счастливы покинуть своих порядком надоевших соперников. Конечно, своим местным врагам нельзя доверять — например фанаты Манчестер Сити и Юнайтед никогда не будут драться друг рядом с другом, точно так же как фаны Ньюкастла и Сандерленда — но есть фирмы, между которыми существуют давняя вражда, но они готовы забыть о ней под национальным флагом. Следующий рассказ нам прислал фанат Birmingham City, J.

MILLWALL, BRUM, ROTTERDAM.

Мы отправились в Роттердам на отборочную игру чемпионата мира 93 года. Всегда интересно путешествовать на пароме — это дает первый шанс понять, с кем ты едешь на выезд и дает представление о фирме, частью которой ты становишься. На пароме было около 200 парней, так что поездка в Голландию обещала быть вполне безопасной и веселой. На борту находилось около 30 представителей Лидса, которые много о себе думали, и вообще, пытались играть первую скрипку. Достаточно много насмехались над этими «лесными» фанами, а один из наших даже хотел прыгнуть на них. Мы были обеспокоены тем, что если начнется махач, то паром просто перевернется и никто не доберется до места назначения из-за кучки йоркширских придурков. Но наш парень сказал, что если мы успокоим их сейчас, то потом можно будет их приструнить. Вскоре ребята из Лидса заткнулись, они не могли быть основой — просто потому, что они из Лидса. Мы стояли, ожидая какой-то реакции на наши действия, и вскоре подошли парни, одетые в футболки Миллуолла. Сейчас у нас не очень хорошие отношения, а тогда я думал, что дело окончится мордобитием, но вместо этого они предложили нам пива. Они оказались основой и ехали в Роттердам с одной целью — перемахнуться с голландцами. Мы решили держаться вместе и собрали небольшую фирму из основы Миллуолла и Зулу, всего 25 человек. Когда мы прибыли в Остенд, то отделились от остальной компании и решили добираться до Голландии своими средствами. Мы разговаривали о своей вражде, но не заостряли на этом внимание, мы же англичане из двух ведущих городов собрались отстаивать честь страны. Прикольно то, что если бы мы встретились на игре сборной на Уэмбли, то дело бы закончилось не так мирно — но это игра. У фанов Миллуолла была инфа о пабе, где зависает фирма Фьеенорда, так что мы облюбовали бар поблизости. Через некоторое время эти Scousers зашли и сказали, что вычислили местный моб, который ведет себя довольно шумно. Настало время выдвигаться. Когда мы завернули за угол, стало ясно, что голландцы просекли, что мы искали их. Они все высыпали на улицу, я насчитал около 150 рыл. Они начали кидать бутылки и стаканы и продвигаться вперед, но такая фирма, состоящая из кокни и Brummies просто не может побежать. Мы похватали стулья из ближайшего кафе и ринулись на них. Как только они увидели это, то моментально развернулись и дали стрекача. Когда мы забежали за угол, они начали обстреливать нас из ракетниц. Под таким огнем мы продвигались вперед, нам было наплевать на происходящее — мы делали это за Англию, и вскоре мы догнали их. Эти уе…ки хороши в кидании всякого г…на и беге, но как бойцы, они полнейший отстой. Кучка этого дерьма представляла самую крутую голландскую фирму. Я не знаю, что происходило с нами, может быть, мы не хотели упасть в грязь лицом друг перед другом, но мы словно посходили с ума. Я думаю, это произошло потому, что мы были полностью уверены в остальных парнях, а такая поддержка очень важна, особенно на чужой земле. Вскоре подъехали полисы и оттеснили нас от их бара. Когда прибыли полисы, голландцы сразу заметно воодушевились и начали пытаться прыгнуть на нас, зная заранее, что это бесполезно. В это время моб рыл эдак в 300 вышел из-за того же угла, откуда появились и мы — это был основной английский моб. Мне было бы интересно узнать, что думали в тот момент наши оппоненты — я никогда не видел, чтобы моб так быстро рассосался. Полиция не могла сдерживать нас — там всего было около 40 офицеров. Когда голландцы испарились, мы переместились на паб и начали методично выносить стекла. Ни у кого из нас не было билетов на матч, так что мы присоединились к основной толпе и провели время до матча в бесцельных шатаниях по улицам Роттердама. Затем мы решили отсоединиться от парней из Миллуолла — так было легче передвигаться. В конце концов мы нашли какой-то пивняк и смотрели трансляцию по телевизору. На следующий день мы встретили этих кокни, отвисающих в Амстердаме. Они тоже не попали на игру. Они рыскали вокруг стадиона и после игры вернулись прямиком на станцию. Местных нигде не было видно, и они отправились в Амстердам с еще 200 парнями в надежде, что «Аякс»» сможет достойно выступить, но их надежды не оправдались. Это было классное путешествие. Мы проделали его с парнями из Миллуолла и я очень уважаю их фирму. Эти парни действительно основа, способные и поглумиться и в то же время замечательные бойцы. Проблема в том, что в следующем сезоне дома мы не будем драться с ними.

Так как Европа достаточно небольшая, возможность похулиганить не у себя дома возрастает.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

СВЯЗИ С ЕВРОПОЙ

Пока британское правительство и полиция занимались тем, что убирали футбольное насилие с экранов наших телевизоров, английские хулиганы и Англия подвергались обструкции в каждой европейской гостиной. Когда англичане дрались с шотландцами, полицией и друг с другом, наши друзья из Европы с радостью обратили внимание на тот факт, что английские подонки от футбола являются не прошедшим этапом, а вполне реальным. По всей Европе футбольное насилие — обычное явление, особенно в странах, страдающих от «английской лихорадки» (English disease). Чего достигли фотографии с Евро ’96? Они опять поставили Англию во главу стола и возвели англичан в статус богов в глазах остальных европейских хулиганов. Последние рассматривают англичан, как пример для подражания, и пытаются установить связи с ведущими фирмами этой страны. Любой, кто смотрел европейский футбол по кабельному, не мог не заметить энное количество британских флагов (частенько с названиями клубов) во время матчей, особенно в Германии и Голландии. Можно, конечно, предположить, что это — военнослужащие, базирующиеся там, но на самом деле, многие связи не так невинны, как кажутся на первый взгляд. Опять же на первый план по контакту с Европой выходят лондонские фирмы. Кстати, если английские футбольные кэшелс носят клубную символику, чтобы быть узнанными, в Германии часто встречаешь хулиганов, носящих розы Chelsea, West Ham и Millwall. О, эти иностранцы — абсолютно никакого чувства стиля! Частенько шарфы сделаны подобным образом — половина — цвета родного клуба, остальные — закос под какой-нибудь английский клуб. Хулиганы Челси благодаря своим политическим убеждениям имеют связи с суппортерами многих европейских клубов, в частности Швеции, Германии, Франции и Италии. В Германии хулиганский фанзин Fan Treff частенько печатает обзоры столкновений враждующих английских группировок, в частности лондонских. Эти обзоры предоставляют материал о тактике, маневрах полиции и количестве арестованных, так же печатается таблица ведущих фирм Англии и Германии. Когда этот журнал впервые вышел в свет, количество его читателей составляло 500 человек, но после опубликования материала о битве Миллуолл — Вест Хэм, объемы продаж подпрыгнули до 3000 экземпляров. Следующая статья об «Охотниках за головами» Челси привели к тому, что голландские и немецкие фирмы стали использовать так называемые «визитные карточки». Связи с Голландией оказываются самыми прочными. Аякс, известный из-за своих траблмейкеров, тесно общается с хулиганами Spurs, это вылилось в яростные столкновения Tottenham со злейшими врагами Аякса — Fyenoord из Роттердама. В прошлом сезон, когда Fyenoord играл с Аяксом в Амстердаме, объединенная фирма Аякс — Тоттенхэм обратила в бегство суппортеров из Роттердама, чье количество, в свою очередь, было увеличено поклонниками Челси. Битвы продолжались всю ночь, и в основном, это уже было противостояние английских соперников. Фирмы из Европы часто посещают Англию для «приобретения опыта», как это назвала одна из фирм. В начале 90-х суппортеры Fyenoord занимались укреплением отношений с фирмой Millwall и не раз были приглашены в Лондон для участия в послематчевых акциях. У суппортеров Аякса также был налажен тесный контакт со своими островными соседями, так что они были предупреждены об этом визите и прибыли в Лондон в то же время, как и их оппоненты из Голландии. Как показала эта акция, парни из Роттердама полностью облажались, в результате чего потеряли всякое уважение в глазах Миллуолла. После произошедшего, фирма Аякса стала лакомой добычей для своих соотечественников, но, к их полнейшему удивлению, сделала и их. В результате все окончилось большой дружбой между Аяксом и Миллуоллом, так как лондонцы просто наслаждались зрелищем, устроенным парнями из Амстердама. У Аякса так же была налажена связь с Арсеналом и Вест Хэмом, и нестоличными фирмами, такими как Ньюкасл, Ливерпуль, Манчестер Сити, Форест, Лидс и Бернли. Эти связи частично объясняют, почему во время игр сборной Голландии хулиганское окружение отличается от посещающих игры клубов. В голландской лиге очень мало фирм, которые могут или хотят противостоять англичанам. Другая группа, которая хочет установить контакт с Миллуоллом — фанаты FC Bruges из Бельгии — но не все попытки заканчиваются успехом.

НЕЖЕЛАННЫЕ ВИЗИТЕРЫ.

Мы несколько раз посещали Миллуолл. Для нас они являлись самыми известными и устрашающими хулиганоамив Англии, и мы относились к ним с глубочайшим уважением. Мы ездили на их игру в Астон Вилла в 1988 году (их первый выездной матч в первом дивизионе), так как рассчитывали увидеть огромное количество хулиганов на этой игре. Мы решили попробовать завязать знакомство с их основой в поезде, но по прошествию какого-то времени поняли, что они не хотят общаться с нами. Нас было только пятеро, и так как весь поезд был заполнен фанами Миллуолла, они начали называть нас «иностранными ублюдками» и велели нам «уе…ть обратно домой». Было достаточно стремно, так как их было очень много, все далеко не дети, к тому же очень агрессивно настроены. Когда поезд прибыл, там были сотни суппортеров Millwall, нам пришлось ждать, пока они все пройдут. Кроме того присутствовало много полиции и болельщиков других клубов. На Бельгию было абсолютно не похоже — атмосфера была очень угнетающей. На игре мы сидели на секторе Астон Виллы. Эти фанаты тоже были очень агрессивны, и настроение было просто фантастическое. FC Bruges больше всего любят Челси, поэтому мы рады слышать, что они побили Миллуолл. Мы ездим на Stamford Bridge по меньшей мере 4 раза за сезон.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Have the hooligans got it ‘sorted’?

Когда правительство, полиция и футбольная администрация продолжали борьбу с футбольным хулиганизмом, помощь пришла с совершенно неожиданной стороны. Возникло новое движение, которое смогло заменить тот кайф, который давало футбольное насилие. С середины 80-х танцевальная и рейвкультура, которые поглотили страну, предоставили новые просторы для оттяга, и их влияние на хулиганов нельзя отрицать. Футбольному хулигану пришлось осознать тот факт, что полиция впервые прочно контролирует ситуацию. Да так прочно, что любителям побуянить пришлось уходить в кусты и искать замену своему опасному хобби, а танцевальная музыка и наркотики (неотъемлемая часть этой культуры) возникли в подходящее время (как для полиции, так и для хулиганов). Кислотная наркота и экстази, в отличие от алкоголя, не располагают к драке, а как раз наоборот. Экстази, известный как любовный наркотик, дает ощущение эйфории и любви ко всему окружающему миру. Драка — это последнее, что придет в голову, и уж конечно, получение кайфа без риска получить бутылкой по башке имеет свои плюсы. Те, кто серьезно вовлечен в хулиганизм, часто знают имена и лица своих оппонентов, а с ростом рейв-движения частенько обнаруживают в завсегдатаях ночных клубов своих самых заядлых врагов. Если после распивания спиртного подобная ситуация несомненно закончилась бы мордобитием, то природа наркотиков располагает к всеобщему братанию, в результате забывается старая вражда, и многие враги становятся хорошими знакомыми. Кроме того, эти люди пришли из одного движения, и у них очень много общего. Как в Лондоне, так и за пределами столици полиция бывает удивлена, видя как фирмы из Челси и Spurs, или Лидса и Манчестер Юнайтед спокойно тусуются вместе безо всяких осложнений. Для полиции это очень существенный результат. Многие фирмы находят в новом движении способ добывания денег путем организации рэйвов и распространения наркотиков, это просто дает полиции еще один козырь в борьбе с хулиганами. Употребление наркотиков незаконно, и если на матче появляется офицер и начинает спрашивать, собираешься ли ты этим вечером барыжить колесами, это значит, что они взяли тебя за яйца, и пора сматывать удочки. Танцкультура продолжает набирать силы, но для тех, кто наблюдал за этим с самого начала, это начинает приедаться. Многие считают клубеж минутным зае….м, и возбуждение от колес опять начинает медленно вытесняться пивной культурой и футболом. Мы верим, что возрождение футбольного насилия связано с возвращением некоторых старых лиц, которые ищут те непередаваемые ощущения, которыми они наслаждались.

Content

Эдди и Дуги Бримсоны
Высшая мера

ПРЕДИСЛОВИЕ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ВЫСШАЯ МЕРА

ГЛАВА ПЕРВАЯ ПОЧЕМУ?

ГЛАВА ВТОРАЯ СЕВЕР — ЮГ

ЧАСТЬ ВТОРАЯ ЧЕЛСИ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ МОЛНИЕНОСНЫЕ, ДЕРЗКИЕ И ОПАСНЫЕ.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ The Headhunters

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ ВЕСТ ХЕМ ЮНАЙТЕД

ГЛАВА ПЯТАЯ ФУТБОЛЬНАЯ АКАДЕМИЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ  ФИРМА ИНТЕР СИТИ (ICF)

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ МИЛЛУОЛ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ НАС НИКТО НЕ ЛЮБИТ...

ГЛАВА ВОСЬМАЯ  The Bushwhackers (“Бродяги” — прим.пер.)

ЧАСТЬ ПЯТАЯ THE MET (the Metropolitan Police)

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ ДЕЙСТВИЯ ПОЛИЦИИ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ  ОТНЫНЕ ВМЕСТЕ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ СВЯЗИ С ЕВРОПОЙ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ Have the hooligans got it ‘sorted’?