Екатерина Вильмонт

Секрет драгоценного мусора

(Даша и Ko — 13)

Глава I

Растяпы

Стас отложил в сторону учебник и вздохнул. Скоро весенние каникулы, последние в его школьной жизни. Надо бы отдохнуть. И отец, и Саша, и тетя Витя все советуют ему на эту неделю забыть о занятиях. Дашка даже предлагает поехать в Братушев, покататься на лыжах, там снег еще лежит… Пожалуй, это неплохая идея. И тут он услышал, как в двери поворачивается ключ.

— Стас, ты здесь? — раздался голос отца.

— Да!

В последнее время Стас занимался в своей прежней квартире, тут днем никого не бывало, а в квартире, где он жил сейчас, вечно кто-то толкался: тетя Витя пела и смотрела телевизор, Дашка непрерывно трепалась по телефону — одним словом, все отвлекало от занятий.

Взглянув на отца, Стас испугался.

— Что с тобой, папа? Что-то случилось?

Да, Стасик, у меня неприятности… Я, конечно, сам виноват, разиня несчастный, но от этого не легче…

Папа, да скажи же, в чем дело?

Понимаешь, у меня что-то забарахлил мотор, я вылез, открыл капот и…

Ты хочешь сказать, что у тебя из машины в этот момент что-то украли? — догадался Стас.

Вот именно!

Папа, но что?

«Дипломат» с документами и деньгами!

А денег много было?

Нет, не очень… Но вот документы… Там был и заграничный паспорт, и вообще…

Но как ты мог? Сколько, уж таких историй было!

Понимаешь, я задумался… А тут что-то с мотором, ну и… Да что говорить, если человек — идиот. Воображаю, что мне скажет Саша, и будет права, что бы ни сказала…

Папа, еще не все потеряно! Может, они возьмут деньги, а документы подбросят. Такое часто бывает… Или, на худой конец, потребуют вознаграждение!

Ты думаешь?

Конечно, надо подождать несколько дней. А Саше пока не говори!

Я не смогу… Она же почувствует, что я расстроен…

Да, наверное… Но все равно, папа, это все-таки по большому счету ерунда. Ну, на худой конец, придется восстановить документы.

Но это такая потеря времени, к тому же через три дня я должен лететь в Америку… А паспорт тю-тю!

Подожди! Я уверен, что они объявятся! Увидят визу у тебя в паспорте и поймут, что надо спешить, если хотят получить хорошие денежки…

Спасибо, Стасик, ты меня немножко утешил. Но в таком случае надо все время кому-то быть здесь, ведь если они позвонят, то именно сюда…

Господи, папа, что с тобой? Да ты просто скажи на автоответчик, чтобы звонили в ту квартиру — и все…

Да, действительно, все так просто, а я… Спасибо, сын! Ты полагаешь, что они могут позвонить уже сегодня?

Вполне! Хотя… Если у них хватит ума, то они позвонят завтра — завтра ты им заплатишь больше, у тебя останется меньше времени.

Подумать только, какой у меня умный и хладнокровный сын! Вот что, сын… Давай все-таки пока не будем говорить Саше… Авось она сегодня ничего не заметит…

Заметано! Но Дашке-то я могу сказать?

Дашке можешь, она умеет держать язык за зубами. А вот тете Вите лучше не говорить. Она будет так охать и ахать, смотреть на меня с таким глубоким сочувствием, что Саша сразу заметит…

Все понял!

Даша болтала по телефону с Олей. Они обсуждали планы на весенние каникулы.

— Олька, хочешь, я поговорю с твоей мамой, чтобы тебя пустили с нами в Братушев? Там так клево!

А Круз поедет? Если нет, я тоже не поеду!

Тут в комнату вошел Стас.

Сестренка, поговорить надо! — шепнул он.

Даша кивнула.

Оль, я тебе попозже перезвоню, тут у Стаса ко мне какое-то дело!

Хорошо! — согласилась Оля с некоторым раздражением. Ей так хотелось поговорить о Крузе, а тут Стас…

Но ничего не попишешь. Даша положила трубку.

Что случилось, Стасик?

Дашка, только никому ни звука, особенно Саше!

Ладно, да что стряслось?

Стас рассказал сводной сестре о том, что случилось с Кириллом Юрьевичем.

Какая глупость! — воскликнула Даша. — В наше время уже всем понятно, что нельзя оставлять машину незапертой даже на секунду! А он очень расстроился?

Очень!

Какие же сволочи! Просто зла не хватает! Слушай, Стас, если они позвонят, надо будет их выследить!

Да ты что? Как?

Очень просто! Они же если потребуют выкуп, то на значат встречу, Если привести туда милицию, может черт-те что выйти, а если мы сами…

Не вздумай!

Почему это? Мало мы, что ли, всякой дряни разоблачили?

Вот именно, что много! И хватит!

Да они, может, и не возникнут вообще, денежки прикарманят, а «дипломат» со всем содержимым в реку выкинут — и все дела!

Ох, нет… У отца ответственная командировка срывается…

И мама расстроится… Он только-только начал у нее работать…

Дело в том, что Кирилл Юрьевич, высококлассный переводчик-синхронист, поступил на работу в российско-американскую телекомпанию, где заместителем генерального директора работала его жена, Дашина мама.

Да… Слушай, сестренка, а может, это кто-то нарочно сделал, а?

То есть как?

Ну, из зависти? Саша говорила, что там многие были недовольны, что его туда взяли.

Да ну, глупость какая! Можно было бы найти другой способ его подсидеть! Нет, ерунда! Мало, что ли, таких случаев по Москве? До фига и больше! Это промысел такой. И насколько я знаю, пока еще никого не поймали. Во всяком случае, я об этом не слышала.

А как тебе кажется, они позвонят?

Даша задумалась.

Не знаю, — честно призналась она.

Они еще поговорили о том о сем, и Стас ушел заниматься в свою квартиру. А Даша немедленно позвонила Петьке.

Лавря? — обрадовался тот. — Что-то случилось?

Откуда ты знаешь?

По голосу!

Петь, надо поговорить!

Через пятнадцать минут буду!

Даша позвонила Оле и быстренько сообщила свою новость.

Петька действительно примчался через четверть часа.

— Ну? В чем дело?

Даша поведала старому другу о сегодняшнем происшествии.

Ну и что ты хочешь?

Посоветоваться! Понимаешь, надо бы выследить этих типов.

А что толку говорить об этом, пока они не позвонили… Рано еще!

А потом может быть поздно! Надо именно сейчас заранее все обсудить и подготовиться к их звонку!

Как? Разве что найти телефон с определителем?

Хотя бы!

Это несложно, у Круза есть.

А он даст? Ну, не он, а его родители?

Даст, конечно, даст! Я сейчас ему позвоню.

Петька набрал номер Игоря Крузенштерна.

Крузейро, привет! Что это у тебя с голосом?

Петь, у отца неприятность случилась… Он на машине ехал…

Только не говори, что у него уперли портфель! — воскликнул Петька.

А ты почем знаешь?

Круз! Не может быть!

Почему? Очень даже может быть! Он остановился что-то в моторе поглядеть, и буквально в считанные секунды у него уперли портфель, а там и деньги, и документы… Он так расстроен, ужас просто…

Обалдеть можно! У отца Стаса сегодня тоже свистнули «дипломат»!

Да ты что?

Я тебе именно по этому поводу и звоню!

А что, ты хочешь их поймать, да?

Ну, поймать — не поймать, а для начала засечь, если они позвонят насчет выкупа. Мы хотели у тебя телефончик с определителем позаимствовать, но теперь он тебе самому нужен. Ничего, нароем где-нибудь!

Ты серьезно думаешь, что они позвонят?

Ну, есть вообще надежда… У твоего отца много денег сперли?

Ну, не очень…

Тогда есть шанс, что позвонят…

В таком случае звонить они будут из автомата, не совсем же они кретины…

Может быть… А вдруг?

Вряд ли. Ох, попались бы они мне… Петь, после завтра каникулы начнутся. Займемся, а? — воодушевился Игорь. — Думаю, это одна компашка действует!

Это не факт! Но попытаться стоит!

Значит, будем держать связь. Я пока буду на телефоне.

Там, у Лаври, тоже Стасик бдит. Ладно, Крузейро, я все-таки попробую найти телефон, чем черт не шутит, — сказал Петька и положил трубку.

Через полчаса он действительно нашел телефон с определителем номера у одних знакомых, которые, как выяснилось, полгода назад точно так же пострадали от наглых грабителей. Но им никто не звонил и ничего не вернули.

«Что за люди, — думал Петька, — разве трудно, выходя из машины, ее запереть. Его папа всегда осторожен, а эти… Раззявы, одно слово! А грабители этим пользуются… Но какими ловкими и быстрыми должны быть эти люди. Чтобы за считанные секунды подобраться к машине, незаметно влезть и похитить самое ценное… Тут действуют профессионалы высокого класса. Или жр не в меру расторопные ребятишки… Что ж, мы это выясним», — решил он и отправился за телефоном. Его установили в квартире, где жили Даша, Стас и тетя Витя, чтобы не привлекать внимания Александры Павловны, а в их квартире автоответчик давал другой номер* Все было подготовлено, однако никто в этот день не позвонил. Кирилл Юрьевич чрезвычайно расстроился.

Утром, когда Даша и Стас завтракали перед последним школьным днем, тетя Витя спросила:

Стасик, что это за аппарат у тебя в комнате? Откуда?

Да так… Взял у приятеля… — растерялся от неожиданного вопроса Стас.

Интересно, зачем? Что, у нас разве нет своего? А этот отнюдь не новый, да к тому же еще и с определителем номера… Чей же это номер ты собрался определять?

«Ну, тетя Витя дает! — подумала Даша. — С ходу все просекла!»

Да ничей, так просто… — пробормотал Стас.

Так просто? Извини, не верю! Не тот ты человек, да и возраст у тебя уже не тот, чтобы со старыми аппаратами играть. У тебя вон новейший компьютер стоит, а тут…

Даша расхохоталась.

Тетя Витя, да вы настоящий сыщик!

С кем поведешься, от того и наберешься, — хитро улыбнулась тетя Витя. — А ну говорите, в чем дело!

Даша и Стас переглянулись. И рассказали все тете Вите.

Боже мой, разве можно быть таким растяпой! — всплеснула она руками. — Я от Кирилла не ожидала! Подумать только!

Только маме не говорите! — предупредила Даша.

Разумеется, не скажу! А вы спокойно ступайте в школу, если будет такой звонок, я обязательно запишу номер!

Вряд ли они станут с вами разговаривать, — усомнился Стас.

А я буду записывать все номера на всякий случай! Из дому до вашего прихода не выйду. У меня все в хозяйстве есть. Только я думаю, что если уж они позвонят, то из автомата. Не совсем же они дурные!

Мы тоже так думаем! — признался Стас. — Но ведь и на старуху бывает проруха. Сегодня вон какая погода мерзкая, — может, кто-то поленится из дому выходить…

А ты мне вот что скажи, Стасик, разве, когда звонишь по телефону, нельзя узнать, есть определитель или нет?

В том-то и беда, что с этими старыми аппаратами всегда слышно…

Ну, тогда уж лучше его вовсе отключить… А то, неровен час, они соберутся вернуть документы, а услышат эту штуку и раздумают!

Вы правы, тетя Витя! У вас логика железная! — улыбнулся Стас. — Я сейчас его отключу!

Что он и не преминул сделать. Петькины старания пропали даром.

А тетя Витя кругами ходила вокруг телефона. И от каждого звонка у нее колотилось сердце. Часов в двенадцать опять зазвонил телефон. Она схватила трубку.

Алло! Я вас слушаю!

Извините, а Кирилла Юрьевича можно к телефону? — спросил вкрадчивый мужской голос.

У тети Вити от предчувствия даже голова закружилась.

Его нет дома, — проговорила она, и во рту у нее пересохло. — Кто спрашивает?

А когда он дома будет?

Только вечером. Ему что-то передать?

Да ничего, мамаша… Только у меня к нему дело очень срочное… Не могли бы вы, мамаша, дать мне его телефон на работе?

Тетя Витя пришла в замешательство. Давать телефон или не давать? Но ведь Кириллу нужны документы как можно скорее… «А, ладно, — решила она, — дам, а там посмотрим!»

Хорошо, записывайте!

Благодарю, мамаша!

Едва повесив трубку, тетя Витя набрала номер Кирилла Юрьевича.

Кира, я в курсе, мне Стасик все сказал, и сейчас звонил кто-то, по-моему, от них! Я дала твой номер на работе, ты не сердишься?

А почему вы решили, что это…

— Понимаешь, он называл меня мамашей! А у тебя интеллигентные знакомые, меня еще никто из них ни разу не называл мамашей!

Тетя Витя, вы умница и вообще чистое золото! — растроганно проговорил Кирилл Юрьевич.

Ладно, Кира, я кладу трубку. Только прошу, если это он, перезвони мне! А то я умру от волнения!

Хорошо, обещаю.

Прошел час, Кирилл Юрьевич все не звонил.

Даша и Стас вернулись из школы раньше обычного — перед каникулами их отпустили после четвертого урока и в субботу тоже отменили занятия, прибавив к каникулам два с половиной дня.

Тетя Витя рассказала им о звонке. Стас разволновался и позвонил отцу на работу. Но там сказали, что он куда-то уехал.

Ах, черт! Наверняка поехал на встречу с этими бандитами!

Но тогда мы их упустили! — огорчилась Даша.

Похоже, дело умерло, не родившись…

Интересно, а что у Круза? Я сейчас позвоню!

У него определитель, это действительно могло отпугнуть… Дураки мы… — сетовал Стас.

Даша набрала номер Игоря.

Круз? Привет! Ну что?

Пока ничего! Отец, кстати, снял определитель… Сказал, что это глупость.

Да, мы тоже дотумкали! А нам, похоже, звонили, — и Даша рассказала о таинственном звонке.

Ну, это еще не факт. Мало ли кто мог звонить…

Вообще-то да… Ладно, Крузик, будем держать связь…

Пока.

И едва Даша положила трубку, позвонил Петька, уже изнемогший от желания поскорее заняться делом.

Ах, черт, Лавря, я кретин, болван, олух!

Что такое? — рассмеялась Даша.

Не определитель нам был нужен, это все фигня, а магнитофон! Тогда бы у нас был хотя бы голос преступника!

Задним умом ты, Петька, крепок!

Ну а я про что? Говорю же, кретин!

Ну, вообще-то еще не поздно, — сообразила Даша. — Подключи маг к телефону Круза, и, может, не все еще потеряно!

Лавря! Ты гений! А я, видно, заучился. Пока!

Пока! — попрощалась Даша.

Ну, что, Квитко бьет копытом? — поинтересовался Стас.

Бьет! — подтвердила Даша.

Они промаялись еще два часа, а потом явился Кирилл Юрьевич.

Папа! — бросился к нему Стас. — Тебе звонили?

Увы! Увы!

Как увы? — растерялся Стас. — А кто же это звонил?

Да один парень, который машины чинит… Ложная тревога! — вздохнул Кирилл Юрьевич. — Если они сегодня не объявятся, моя командировка горит синим пламенем… Только зря вы посвятили тетю Витю…

Мы не посвящали, — возразила Даша, — она сама догадалась, у нее интуиция — дай бог всякому.

Кирилл Юрьевич выпил чашку кофе и снова умчался.

Жалко его… — задумчиво проговорила Даша. — Если сорвется командировка, мама все узнает и, боюсь, устроит ему желтую жизнь…

Почему желтую? — удивился Стас.

Не знаю, это Петька иногда так говорит. В общем, все понятно, разве нет?

Понятно, — вздохнул Стас.

Ну что, братишка, чем на каникулах займемся, а? Похоже, расследования никакого не будет…

Не расстраивайся, что-нибудь придумаем! Ой, я же забыл! У меня для тебя сюрприз! Совсем из головы вылетело!

Сюрприз? — оживилась Даша. — Какой?

Мы с тобой сегодня идем в Большой! На «Раймонду»!

Стас! С ума сойти! Братишка!

Ты рада?

Не то слово! — взвизгнула Дашка. — Обожаю балет! А «Раймонду» я никогда не видела!

Сюрприз удался?

Вместо ответа Даша повисла на шее у сводного брата и расцеловала его в обе щеки.

— Ты самый лучший братик на свете! Ой, мне надо Ольке позвонить, я обещала сегодня к ней пойти, И еще голову надо помыть!

Глава II

Благие намерения

Даша со Стасом возвращались домой пешком. После спектакля хотелось еще продлить праздник, обсуждая понравившихся исполнителей, декорации, костюмы. Даша была в восторге, Стасу же спектакль показался затянутым и скучноватым, но он не хотел портить удовольствие сестренке.

Когда они вошли в подъезд, было уже около двенадцати.

— Стас, достань «Вечерку», — сказала Даша и заглянула в почтовый ящик родительской квартиры. — Смотри, и тут что-то есть! Странно, что мама не вынула почту.

Стас вытащил газету и открыл второй ящик. Там лежал конверт, на котором ничего не было написано.

Странно, — пробормотал Стас и пощупал конверт. Внутри было что-то достаточно плотное. Он мигом вскрыл конверт и вытащил оттуда… заграничный паспорт.

Дашка, смотри!

Это был паспорт на имя Смирнина Кирилла Юрьевича.

Ура! — завопила Дашка, но Стас шикнул на нее.

Чего ты орешь? Поздно уже!

Ура! — шепотом повторила Даша, и они понеслись к лифту.

Поскольку они предупредили, что вернутся поздно, то никто их не ждал. Тетя Витя легла спать, а Кирилл Юрьевич и Александра Павловна были в своей квартире. Стас с Дашей переглянулись и позвонили им в дверь. Александра Павловна открыла моментально.

Слава богу, явились! Что за манера ночами шляться по городу! Это опасно! Ну, как спектакль, понравился? Вы голодные?

Нет, Стасик угощал меня в буфете пирожными! — с гордостью сообщила Даша. — А где Кирилл?

Он спит.

Ничего, мама, разбуди его! — потребовала Даша.

— Зачем?

У Стаса к нему дело!

— Что ж, иди буди его сам, если это не терпит отлагательств, — недовольным голосом сказала Александра Павловна.

Стас юркнул в комнату.

Дашка, что у него? — шепотом спросила мама.

Они тебе сами скажут! Мам, а у тебя есть чего-нибудь попить?

Сок хочешь?

Смотря какой!

Грейпфрутовый!

Хочу.

Они пошли на кухню, и вдруг из комнаты донесся восторженный вопль. Александра Павловна вопросительно глянула на Дашу. Та с загадочной улыбкой пожала плечами. И тут на кухню выскочил встрепанный со сна Кирилл Юрьевич.

Кира, в чем дело?

Сашенька! Такая радость! Смотри!

— Паспорт? Ничего не понимаю! — удивленно пожала плечами Александра Павловна.

И тут Кирилл Юрьевич во всем признался жене.

Выходит, жулики эти благородные?

Да нет, просто им паспорт ни к чему, чтобы не злить клиента чересчур… — начал объяснять Стас. — Теперь скорее всего они позвонят и попросят денег за остальное…

Кира, там было что-то важное?

Да как тебе сказать…

Это можно восстановить?

Вполне. Слава богу, права были у меня в кармане.

В таком случае пошли их к черту! Нечего им платить! Тем более ты уезжаешь! А вообще странно… Ведь именно за паспорт они могли с тебя содрать…

А может, они идиоты? Вряд ли этим занимаются интеллектуалы! — радостно засмеялся Кирилл Юрьевич.

Короче, плюнь на это, Кира. И не надо с ними встречаться, я не хочу! — властно проговорила Александра Павловна. — Мне это не нравится. А может, позвонишь Володе Крашенинникову, спросишь, как быть?

Обязательно позвоню, но уже по возвращении, до отъезда мне просто будет некогда!

Вот и отлично! Ну все, пора спать!

Даша и Стас простились с родителями и вернулись к себе. Сна не было ни в одном глазу. И вставать рано завтра нет никакой необходимости. Каникулы!

Ну что, сестренка, может, махнем все-таки в Братушев?

Можно, — без особого энтузиазма отозвалась Даша.

Но ты не хочешь?

Стасик, а как же эти типы?

Я вовсе не уверен, что они объявятся. Паспорт подкинули…

А про Круза ты забыл? Ведь его отца тоже ограбили!

Завтра с утра надо выяснить, как у них дела? А, я понял, почему ты не хочешь уезжать! Вовсе не из-за грабителей, а из-за Юрочки своего! Надеешься, он приедет!

Нет, я уже не надеюсь, — тихо проговорила Даша, — он не сможет, у него мама заболела.

Он прислал письмо?

Нет, он звонил…

Дашка, ты что, плачешь?

Нет, не плачу… Но мне грустно…

Понял. И лучшее лекарство от грусти — новое увлекательное дело?

Конечно, ты, братик, всегда меня понимаешь! — улыбнулась сквозь слезы Даша.

Ну, тогда иди спать, поздно уже!

Да. Спокойной ночи, братишка!

Спокойной!

Телефон зазвонил в десять часов утра. Игорь схватил трубку. Незнакомый мужской голос попросил отца.

Его нет! — ответил Игорь. — А кто говорит?

Я по личному делу, — чуть замешкался с ответом мужчина.

Я его сын, можете сказать мне, а я передам!

А когда отец-то будет?

Примерно через час.

Я перезвоню!

Передать что-нибудь?

Передай, чтобы дождался моего звонка. Это в его интересах.

С этими словами он повесил трубку.

«Началось», — подумал Игорь. Он был совершенно уверен, что это звонит вымогатель. Сердце учащенно забилось. Это верный признак того, что он не ошибается. И Игорь позвонил своему лучшему другу.

— Петька, ты не спишь?

— Нет, валяюсь просто, а что?

Игорь рассказал о звонке.

Магнитофон подключил? — деловито осведомился Петька.

Конечно!

Записал?

А как же!

Значит, будем действовать так: когда он позвонит, сними незаметно вторую трубку, послушай сам, на маг не полагайся, а то мало ли… Главное запомнить место встречи!

Петь, неужели они пойдут на прямой контакт? А если отец милицию вызвал бы, а?

Ну, это зависит от их интеллектуального уровня. Если это малолетняя шпана так зарабатывает, то могут и на прямой контакт пойти, а если…

Знаешь, у того, кто звонил, голос был совсем даже не дебильный.

Крузик, чего гадать? Подождем. А куда твой предок с утра пораньше смылил?

В бассейн.

А! Значит, скоро будет. Ты ему скажешь про звонок?

А что, не надо?

Почему? Скажи.

Ладно, как только они поговорят, я тебе позвоню, но ты уж сиди дома.

— Естественно, куда ж я денусь. Тут такое дело…

Не успел Игорь положить трубку, как телефон снова зазвонил.

— Даша? — удивился Игорь. — Ты?

— Я! Слушай, Крузик, твоему отцу ничего в ящик не подкинули?

— Что имеешь в виду?

Понимаешь, Кириллу подбросили в почтовый ящик его заграничный паспорт. Мы вчера из театра возвращались и нашли.

Не знаю, — сказал Игорь. — Отец в бассейн поехал. Если подкинули, то он, наверное, уже нашел, только я не знаю. А не звонил никто?

Нет!

А нам только что звонили, какой-то мужик сказал, что по личному делу.

Ну, мы уже один раз считали, что это они, а оказался механик.

Ты сегодня никуда не собираешься?

Нет, пока нет. Правда, вечером я обещала съездить к папе. А что?

Ничего, просто я подумал: если он все же позвонит, надо нам будет собраться, все обсудить…

Ладно, Крузик, я часов до пяти точно буду дома!

Даша позвонила еще и Петьке, сообщила ему о вчерашней находке.

Да? Похоже, это совсем разные истории. Наверное, в Москве таких банд до фига и больше, — вздохнул он.

— И в случае с отцом Стаса действуют какие-то благородные жулики. Поглядим, что там с отцом Круза.

А может, нам еще позвонят.

Все бывает, и кит икает!

Думаешь, в нашем случае он не икнет?

Я уже ничего не знаю! — буркнул Петька. Поговорив еще о том о сем с Дашей, Петька глубоко задумался.

«Интересно, а как действуют эти люди? Просто стоят и ждут, что у кого-то забарахлит машина? Или же сами как-то провоцируют поломки? Подбрасывают, к примеру, гвозди на проезжую часть? Вряд ли. Но какая-то система у них, несомненно, есть. И скорее всего они действуют на оживленных магистралях. У Кирилла Юрьевича „дипломат“ увели на Садовом кольце, а у отца Игоря на Комсомольском проспекте. На самом деле надо бы опросить всех знакомых, наверняка может сложиться целая схема». При слове «схема» Петька вспомнил о соседях, Эдуарде Николаевиче и Максиме Николаевиче. Когда-то Петька подозревал, что они бог знает какие преступники, а они оказались вполне порядочными и славными людьми. Особенно Петька подружился со старшим братом, Эдуардом Николаевичем. Надо будет с ним поговорить, а еще он непременно позвонит писателю Мелешину. Он начинающий автомобилист и наверняка слышал такие истории. Петька глянул на часы. Уже можно ему звонить, он рано встает.

Мелешин обрадовался его звонку.

— Ну что, Петя, когда же наконец наши соседи переедут? Ждем не дождемся!

На одной площадке с Мелешиными находилась та квартира, куда должны переехать Смирнины-Лаврецкие, то есть семья Даши и Стаса.

Думаю, когда учебный год кончится, — сказал Петька. — Василий Константинович, у меня к вам есть вопрос.

Вопрос? Серьезный?

Очень!

Что ж, задавай свой серьезный вопрос!

Вы слышали, что в Москве сейчас грабят автомобилистов прямо посреди улицы?

Что ты имеешь в виду?

Ну, знаете, такие истории, их много… У человека барахлит мотор, он выскакивает, открывает капот…

А в это время кто-то ловко похищает у него деньги, документы, ценные вещи, так?

Именно!

Не только слыхал, Петя, но и сам, так сказать, пострадал…

Правда? Когда? — буквально завопил Петька.

Да вот, недели две назад!

А где это было?

На Ленинском проспекте, недалеко от универмага «Москва».

И что у вас свистнули?

Сумку с теннисной ракеткой и портмоне.

А документы?

Документы, слава богу, были у меня в кармане куртки.

А вы никого не заметили?

Нет! Но мужик, что стоял неподалеку, говорил, будто видел каких-то двух подростков. Постой, Петр, а почему тебя это волнует?

Да понимаете, Василий Константинович, тут буквально в один день таким способом ограбили отцов двух моих друзей, да вы же их знаете, это Стас и Игорь Крузенштерн.

И Петька рассказал все известные ему подробности.

Надо же, паспорт все-таки вернули, благородные, можно сказать, люди. А ты что же, Петя, статистику составляешь?

Ну вроде того…

Зачем? Неужели надеешься отловить этих воришек?

Ну, вообще-то была такая мысль…

Брось, Петя! Ну, допустим, поймаешь ты одного, ну двух, а сколько их по Москве? Сотни, наверное!

Василий Константинович! От вас я не ожидал! Если так рассуждать, то вообще никаких преступников ловить не надо, их же очень-очень много.

Да, брат, уел ты меня! Ты прав, Петя, и я тебя уважаю. Ты — настоящий человек!

Петьке приятно было это слышать.

И вот что я тебе скажу: уж коль скоро ты с друзьями возьмешься за это дело, можешь на меня рассчитывать. Как ты там говоришь: сыщик без мотора — мертвый сыщик?

Да! — рассмеялся Петька.

Так вот — понадобится мотор, звони! Если смогу, обязательно помогу. И ты не думай, я не забыл про свое обещание!

Какое обещание?

Я же обещал написать о тебе книгу, так вот, я уже кое-что написал, но, честно говоря, выдумывать про живого человека не хочется, а тут… Одним словом, это будет взаимовыгодное сотрудничество, как теперь в газетах пишут. Согласен?

Еще бы! — восторженно закричал Петька. — Иногда без мотора все срывается… А тут… Тут можно будет и на живца ловить и вообще, — уже захлебывался Петька. — Здорово! Спасибо вам огромное!

На живца, говоришь? А что, это мысль! Надо будет ее хорошенько проработать.

Значит, вы согласны?

Согласен! Но ты же знаешь, я старый сапер, и с бухты-барахты действовать не люблю.

Но хорошо бы это сделать на каникулах…

Ох, я совсем забыл, у вас же сейчас весенние каникулы! Ну, Петя, я не такой уж тугодум, думаю, уже завтра мы сможем с тобой это обсудить. Позвони мне завтра в это же время, договорились?

Договорились!

«Вот это мужик! — думал Петька. — Недаром я про него вспомнил. Да, конечно, это самый надежный способ, а то ведь эти грабители и впрямь вряд ли пойдут на прямой контакт и выследить их будет очень сложно. Ну и черт с ними! Мы их будем ловить на живца!»

Вскоре позвонил Игорь. Голос у него был разочарованный.

Петь, полная лажа!

А что?

Это звонил мужик с папиной старой работы.

Ничего, Круз, у меня тут такие новости!

Да? От Лаври?

Нет! От Мелешина!

А при чем тут Мелешин? — удивился Игорь.

При том, что он готов нам помочь! Его точно так грабанули. И мы решили с ним ловить на живца!

Это как? — не понял Игорь.

Ну, проще пареной репы! Выезжаем на трассу, я прячусь на заднем сиденье, он играет лоха, грабитель лезет в машину и…

И что? — скептически хмыкнул Игорь. — Ты один его ловишь, так?

Ну и что?

А то, что в таком положении он просто отпихнет тебя и смоется. И это еще в лучшем случае. Ты один не справишься, надо вдвоем. Я с тобой! Вместе у нас есть шанс!

Соображаешь, Крузик! Ты настоящий друг!

Только я не понимаю… Ну, поймаем мы одного, и что с ним делать будем, а?

В ментуру сдадим!

А доказательства? И вообще… По-моему, это чепуха! Так и будем по Москве гонять, отлавливать по одному этих ворюг, а в результате нас же еще и кокнут!

Петька задумался. «Может, и впрямь они с Мелешиным погорячились? Похоже, Круз прав, и это глупость в чистом виде. Но что же делать, если другого выхода нет? Тут надо подумать».

Петь, ты чего? — удивился Игорь молчанию друга.

Думаю.

Ладно, ты пока подумай, а мне надо в магазин сходить, мама посылает. Я тебе потом еще звякну.

Петька в раздумье ерошил волосы. Ну, что касается мер предосторожности, то надо просто сменить номера на машине Мелешина, ни в коем случае не выезжать с настоящими номерами. Идея неплохая, но где взять другие номера? Надо пошевелить мозгами, может, что и придет в голову. И он тут же вспомнил о «Запорожце», давно гниющем во дворе у Даши. Если эта бесхозная железяка еще стоит, то надо ночью свинтить номера на машине Мелешина. Ущерба никому никакого, их придется подновить, но это не проблема. Вот только согласится ли Мелешин менять номера на своей машине — еще большой вопрос. Хотя должен! Он же понимает, что со своими номерами опасно… Конечно, если его остановят, то объяснить все гаишникам будет очень сложно. Черт, неужели это совсем глухое дело? Круз, конечно, кругом прав. Что они будут делать с вором-одиночкой? Еще захочет ли милиция с этим связываться? А если это малолетки действуют? Значит, за ними кто-то стоит… Да, вообще-то не больно разберешься… Ну да ничего, завтра он поговорит с Мелешиным, и тогда они все решат, но номера свинтить определенно стоит. Пригодятся еще, не сейчас, так потом… Он точно знал, что одинокий хозяин «Запорожца» в прошлом году умер. А родственников то ли не было, то ли никто на такую развалюху не польстился… Одним словом, воровством это назвать нельзя, как ни верти… Олька, конечно, всегда сможет подвести базу и сказать, что воровство ни у кого — тоже воровство, но это вопрос спорный! Взять эти номера — все равно что подобрать на улице потерянную и никому не нужную железку! И, приняв такое решение, Петька успокоился.

Вскоре ему позвонил Игорь. Петька изложил ему свой план.

А что, можно! — сказал Игорь. — Боюсь только, что там так все проржавело, что не открутишь… А действовать надо быстро, чтобы не засекли… Ну ничего, в четыре руки мы управимся, если в темноте, попозже вечером…

Договорились!

Глава III

«Ржавый „Запорожец“

Когда стемнело, Петька сказал родителям, что идет к Игорю, а Игорь сказал, что идет к Петьке. Оба вооружились инструментами и направились во двор дома, где жили Даша и Стас. «Запорожец» стоял на месте, но вокруг было довольно много людей, и они не решились взяться за дело.

Надо подождать, — вздохнул Петька, — когда никого не будет. Эх, черт, надо было телепрограмму изучить…

Пойдем немножко прошвырнемся, а потом снова придем, — предложил Игорь, — не торчать же тут…

Они прошатались по улицам целый час и вернулись к «Запорожцу». Народу во дворе и впрямь поубавилось. Они решили начать с заднего номера. Натянули старые кожаные перчатки.

— Ты стой на стреме, — сказал Игорь, — а я попробую его снять, вдвоем мы только дольше провозимся.

Петька согласился. У Игоря были золотые руки. Сначала он работал молча, потом недовольно прошептал:

Черт, так все проржавело…

Помочь?

— Да нет тут надо осторожно, ты лучше бди… Ага, есть!

— Уже? — обрадовался Петька.

— Нет, еще только полдела… Ну, ничего, теперь полегче будет…

Но Петька его уже не слушал. Он вдруг увидел, как к мусоропроводной камере ближайшего подъезда подошли двое вполне прилично одетых мужчин и стали возиться с замком. Интересно, что им там ночью понадобилось?

— Круз, — прошептал Петька, — посмотри…

Игорь глянул туда, куда указывал Петька.

— Ну и что? — шепотом спросил он.

— Подозрительно что-то… Давай поближе подберемся, может, что и услышим! Мне это не нравится!

Перебегая от машины к машине, они подобрались совсем близко. А мужчины между тем открыли дверь, но входить не стали.

Порядок, — негромко сказал один из них.

Между прочим, мне показалось, что у машины кто-то возился, давай-ка глянем.

И они прямым ходом направились к «Запорожцу». Петька и Игорь замерли.

— Глянь-ка, номер Скручен, точно кто-то был!

— И кому эти ржавые номера понадобились?

— Да ребятишкам каким-нибудь…

— Вот-вот, от ребятишек обычно все неприятности. Они вечно суют нос не в свое дело. Надо поосторожнее быть… Пошли. Чего зря мерзнуть. И вообще, надоела мне эта вонючая железяка.

Петька с Игорем переглянулись и, отпустив мужчин на некоторое расстояние, двинулись за ними. Тут явно пахло криминалом. Мужчины, вышли на улицу и сели в старенькую белую «копейку», с заляпанными грязью номерами. Но никуда не поехали. Казалось, они кого-то или чего-то ждут.

Игорь незаметно подобрался к машине сзади и протер номер. Запомнил его и снова замазал грязью.

«Аи да Круз, — подумал Петька. — Из него получается отличный детектив!»

Что будем делать? — спросил Игорь, вернувшись к Петьке.

Ждать! Надо поглядеть, что это будет. Я-то думал, они грабить пойдут и сбросят награбленное в мусоропровод…

Скорее всего так и будет, только грабит кто-то еще… Аида, Петька, может, удастся предотвратить ограбление!

И они со всех ног понеслись к тому подъезду. Домофон не работал, и они беспрепятственно добрались до лифта и поднялись на последний этаж. Прислушались. А потом на цыпочках стали спускаться, внимательно оглядывая все двери на площадках. Но все было спокойно. Никаких грабителей.

— Странно, — пробормотал Петька. И направился к мусоропроводной камере. Она была заперта. Тогда они выскочили на улицу. «Копейка» исчезла.

Да, — сказал Петька, — мы с тобой, Круз, два самых больших идиота в Москве и Московской области!

Похоже на то, — согласился Игорь. — Надо было разделиться, а мы… Ладно, пошли хоть номера открутили.

Через полчаса они сделали свое дело. Два насквозь проржавевших, но все же целых номера стали их добычей. Конечно, они чудовищно перемазались.

Пошли ко мне, умоешься! — предложил Игорь. — Я совсем забыл, мои сегодня у соседей на дне рождения.

Да, надо немножко привести себя в порядок, а то мама может меня не понять.

— А я про что? Слушай, Квитко, по-моему, мы с тобой настоящее дело нарыли, это тебе не воришки уличные…

Да, очень может быть… Но одно другому не мешает…

То есть как?

Я завтра поговорю с Мелешиным, скажу про номера и вообще… К тому же, Крузик, нас не так мало. Надо поручить Лавре понаблюдать за тем, что у них во дворе делается, и Дениса еще можно привлечь, тем более каникулы.

Ну, Дениса его брат наверняка куда-нибудь увезет отдыхать…

Еще не факт! Что-то он ничего пока не говорил…

Погоди, Петь, давай-ка лучше поговорим о том, что мы сегодня видели.

Давай!

Но тут они подошли к дому, где жил Игорь. Лифтерша, к счастью, увидев знакомые лица, не обратила внимания на их вид, она вязала крючком кружевную салфетку.

В квартире они довольно быстро привели себя в порядок, достали из холодильника бутылку пепси и уселись на кухне.

Ну, что ты обо всем этом думаешь? — спросил Игорь.

Пока еще мало что могу сказать, но, на мой взгляд, дело было так: эти двое ждали, что им что-то сбросят в мусоропровод, схватили это и умчались. Похоже, ключ от мусоропроводной камеры у них свой, а еще они зачем-то используют «Запорожец»… Знаешь, Круз, больше всего это похоже на шпионскую историю… Шпионы часто используют такие тайники. Кроме номеров, там, собственно, уже нечего взять, и кто, спрашивается, туда полезет?

Выходит, мы их спугнули?

— Выходит, так!

— Плохо!

Ну, плохо, а почем мы знали? — пожал плечами Петька.

Понимаешь, насчет «Запорожца» я согласен, похоже на шпионский тайник, а вот насчет мусоропровода… Что ж, им шпионские сведения в мусоропровод спускают?

Почему бы и нет?

Глупо!

— Не скажи! Давай рассуждать!

— Давай!

Предположим, для них главное — не иметь видимых контактов со шпионом. Они закладывают сообщения для него в старый «Запорожец», а он им спускает в мусоропровод. Таким образом, не выходя со своего двора, он может иметь отличную связь… Представь себе, за ним следят, а он чистенький — с работы домой, из дому на работу — никаких подозрительных контактов…

Хорошо, допустим. Действительно, в мусоропровод можно совершенно незаметно выкинуть что угодно! А вот на виду у всего двора лезть в эту ржавую развалюху…

Точно мыслишь, Круз! У него должна быть собака!

Собака?

Ну да, собака! И собака эта приучена писать около «Запорожца». А пока собака писает, хозяин на вполне законном основании толчется рядом, и ему ничего не стоит что-то оттуда взять!

Ну, Петь, ты даешь! Значит, достаточно выследить собаку…

Вот именно! Но есть один момент… К « Запорожцу» ходят писать еще и другие собаки. Поэтому на него уж точно никто внимания не обратит!

Если из этих собак вычесть тех, которые живут в других подъездах, то…

Светлая мысль, Крузейро! Кстати, Лавря вполне может знать некоторых собак во дворе.

Запросто! Надо завтра с утра ей обо всем рассказать.

А як же ж! Всенепременно! Только Лавря, боюсь, не станет целыми днями в окно пялиться… И я думаю, что ради такого дела можно посвятить во все тетю Витю!

Чтобы в окно пялилась?

Именно! Особенно если рассказать ей про шпиона… Во времена ее молодости шпионы были в большой моде, и, я надеюсь, она примет это близко к сердцу…

А что, неплохая идея, только надо сперва спросить Лаврю.

Она согласится, вот увидишь! Тем более тете Вите не придется куда-то ходить, а можно просто чаще поглядывать в кухонное окно.

И, приняв это мудрое решение, они расстались до утра.

Утром Петька не мог дождаться десяти, чтобы позвонить Даше. И тут же вспомнил, что обещал позвонить Мелешину. «Вот и чудненько, пока я с ним поговорю, время и пройдет! — мудро решил Петька. — А то неудобно в каникулы рано трезвонить». Но у Мелешина почему-то никто не взял трубку. Однако Петька не расстроился. Уличные воры уже мало его волновали. Он послонялся по квартире и ровно в десять набрал Дашин номер.

Алло!

Это я, Лавря!

Петь, привет! Что с тобой? Опять у кого-то «дипломат» увели?

Лавря, тут такие дела… Не до «дипломатов»!

Что еще, Петька?

Мы с Крузом вчера на такое в твоем дворе напоролись…

В моем дворе?

Да! Очень-очень надо поговорить! Можно я сейчас приду?

Давай!

Даша встретила Петьку и увела к себе в комнату.

А где Стас?

Дрыхнет!

Я тебя разбудил?

Нет, что ты! Мы с тетей Витей уже давно позавтракали.

А тетя Витя дома?

Дома, а что?

А то, что у меня на нее виды!

Какие виды? — удивилась Даша.

Сейчас я тебе все по порядку расскажу…

Да… — выслушав его, протянула Даша. — И вправду интересно… Кто бы это мог быть? Да, а зачем тебе тетя Витя?

Чтобы смотрела в окно. Может, она что-нибудь заметит, а ее уж точно никто не засечет. Подумаешь, старушка в окно смотрит. Ты согласна?

Да, пожалуй, согласна. Она будет просто в восторге! А что же мы сами делать будем? Вряд ли они каждый день сюда таскаются.

Это точно… Но дело найдется. Не можем же мы целиком положиться на тетю Витю…

Слушай, Петь, но с чего ты взял, что они как-то используют «Запорожец»?

Как с чего? С того, что они обратили на него внимание, и вообще, если верна моя версия насчет собаки, то мы там обнаружим тайник.

Но ты же сам сказал, что туда могут и другие собаки полезть. И как тогда отличить шпионскую псину от не шпионской?

Понимаешь, Лавря, по моим расчетам, шпионская псина должна лезть туда… как бы сказать… активнее, что ли…

Ну ты даешь! А как измерить степень активности?

Просто, даже очень просто! Нормальные хозяева не будут особенно разрешать своим собачкам вертеться вокруг такой пакости…

Поняла! — засмеялась Даша.

Я и не сомневался, что ты меня поймешь! Давай зови тетю Витю!

А вдруг она не согласится?

Она согласится! Можешь мне поверить!

Посмотрим!

Даша вышла и вскоре вернулась с тетей Витей.

Петруша! Доброе утро! А я и не слыхала, как ты пришел. Дашутка говорит, у тебя есть ко мне какое-то дело?

Совершенно верно, Виталия Андреевна! Очень, очень важное дело!

— Ну выкладывай! — сказала тетя Витя, поудобнее устраиваясь в кресле.

Петька решил сразу взять быка за рога.

Виталия Андреевна, в пятом подъезде живет шпион!

Что? Какой шпион, Петя? Что ты говоришь?

Понимаете…

И Петька поведал тете Вите все, что они вчера наблюдали с Крузенштерном.

И ты думаешь, это шпионы?

Ну, если и не шпионы, то уж точно преступники. Но скорее все-таки шпионы. И помочь выяснить это можете только вы!

Я? Но каким образом?

Вам надо всего лишь почаще смотреть в окно.

Петя, я ничего не понимаю! До первого апреля еще больше недели, а ты вздумал меня разыгрывать?

Да что вы, какой розыгрыш!

И Петька объяснил тете Вите, что он думает насчет собак и тайника в «Запорожце».

А по-моему, ты просто хочешь отвлечь мое внимание от какого-то другого дела, которым вы собираетесь заняться!

Ничего подобного! Что вы! Мы до того хотели попытаться поймать ворюг, которые тибрят из машин деньги и документы, но теперь… Их же все равно не переловишь… А тут…

Даша, он говорит правду?

Чистую правду, тетя Витя!

Но неужели в наш век техники шпионы пользуются такими примитивными средствами?

Конечно! Чем примитивнее, тем лучше! Даже ФСБ, наверное, не придет в голову, что тайник устроен во дворе его же дома, да еще в закаканном собаками «Запорожце» и в мусоропроводной камере!

Да, очень уж неаппетитно… — вздохнула тетя Витя. — Слава богу, мне не надо туда лезть…

Вам никуда не надо лезть. Я знаю, вы очень наблюдательны, вы справитесь… — польстил ей Петька.

Тетя Витя задорно улыбнулась.

А что, конечно, справлюсь! Только… не говорите Стасу! Он меня на смех поднимет!

Не скажем! — пообещала Даша. — То есть мы ему вообще про это все скажем, но про вас — ни звука!

А еще пообещайте, что не станете мне врать! А будете все подробно рассказывать!

Обещаем!

Ну что ж… Тогда я согласна!

Тетя Витя, я вас обожаю! — воскликнула Даша и поцеловала тетю Витю.

В таком случае предлагаю сейчас всем пойти на кухню и поглядеть, что делается вокруг вашего «Запорожца».

Они отправились на кухню и подошли к окну.

— Ну ни фига себе! — завопил Петька.

«Запорожца» во дворе не было!

Все трое в растерянности переглянулись.

Как же так? — спросила тетя Витя. — Зачем они его увезли?

Наверное, чтобы и следа не осталось, — огорченно проговорил Петька.

Я знаю, что надо делать! — вдруг решительно заявила тетя Витя.

Петька с Дашей в изумлении уставились на нее.

— Я выйду погулять во двор. У меня там есть уже кое-какие знакомые, я заговорю с ними на совершенно посторонние темы, а потом увижу, что «Запорожец» пропал, и страшно обрадуюсь, что, наконец, исчез этот рассадник заразы. И послушаю, что мне скажут. Может быть, кто-нибудь видел, как убирали эту мерзость!

Тетя Витя, вы бесценный кадр! — завопила Даша.

Да, уж вас точно никто ни в чем не заподозрит! — усмехнулся Петька. Он был страшно горд: ведь именно он решил привлечь к расследованию тетю Витю, и она оказалась весьма перспективным агентом.

Тетя Витя торопливо оделась и спустилась во двор. Петька с Дашей наблюдали за нею в окно. Вот она вышла из подъезда, остановилась в некотором раздумье и подошла к двум молодым мамам, гулявшим с колясками. Заговорила с ними, наклонилась поочередно к каждой из колясок, поговорила о чем-то, а потом обернулась и радостно всплеснула руками — «обнаружила» исчезновение «Запорожца».

В ней умерла актриса! — воскликнул Петька.

В ком умерла актриса? — раздался вдруг сонный голос Стаса. — Петро, ты уже здесь? Который час?

Двенадцатый! — отозвалась Даша, предпочитая ответить на последний вопрос.

Вы завтракали?

Конечно!

Могли меня разбудить!

Жалко было!

А если умру с голоду, тебе не жалко будет?

Не умрешь! Садись! Яичницу хочешь?

А если омлет?

Можно и омлет, никаких проблем. Тебе простой или с молоком?

С молоком!

Петька, хочешь омлет?

Нет, спасибо, не хочу!

Стас, ты кофе будешь или чай?

Чай. Так в ком же умерла актриса?

В Ольге! — не моргнув глазом, ответила Даша. — Она очень артистичная!

Но если она такая артистичная, то почему актриса дала дуба? — засмеялся Стас. — Она же еще школу не кончила!

Она не хочет в актрисы!

Сейчас не хочет, потом захочет! — махнул рукой Стас. — Петь, а что нового слышно про ворюг? Крузенштернам тоже никто не позвонил?

Пока нет.

Стасик, тут нам совсем другое дело подвернулось… — вкрадчиво начала Даша.

Что? Какое еще дело? Когда?

Вчера вечером, Петька с Крузом случайно наткнулись … Петь, расскажи!

И Петька уже в третий раз за сегодняшнее утро рассказал все сначала. Умолчал он только о роли тети Вити. Стас слушал его, уплетая омлет.

Так! Значит, вместо чистого воздуха в Братушеве нам предстоит копаться в мусоропроводной камере? Замечательно, просто восторг!

Стас, не хочешь, не надо! — тихо проговорила Даша. — Но мне кажется, это очень интересное дело. У нас такого еще не было!

Тут они услышали, что вернулась тетя Витя. Она заглянула на кухню.

— О! Стасик встал! Дашутка, ты его накормила? Отлично. Кстати, можно тебя на минутку? Извините, мальчики!

Даша выскочила из-за стола, и они с тетей Витей закрылись в Дашиной комнате.

Ну что? Тетя Витя, что там?

Я поговорила с Зиночкой и Маечкой. Они с детками своими гуляют. Так вот, Зиночка видела, как сегодня очень рано подъехала машина с краном, подцепила «Запорожец» и увезла в неизвестном направлении. А дворник Виктор говорит, что давно требовал убрать эту гадость, и вот, наконец, его послушались. Вроде даже при этом присутствовала наша техник-смотритель, или как сейчас эта должность называется…

То есть никакой неожиданности не было?

Выходит, так! Хотя, согласись, это странное совпадение! Но, с другой стороны, зачем шпионам увозить «Запорожец», это же, наоборот, привлекает внимание… Даша, вы Стасу ничего не сказали?

Мы ему сказали все, но про вас — ни звука!

Вот и прекрасно! Но я подумала вот о чем. Если собаки привыкли к этому месту, их все равно еще долго будет туда тянуть… И таким образом я хотя бы выясню, какие собаки из пятого подъезда, верно?

Еще как верно! Уж из двух-трех собак мы нужную вычислем. Да и проследить за хозяевами двух-трех собак тоже не так сложно…

Даша, вот это мне уже не нравится!

Но что же делать? Оставить все как есть?

А может, стоит заявить в ФСБ?

Тетя Витя, а если это вообще полная ерунда? Нет, надо сперва разобраться.

Кстати, Дашенька, а откуда вы знаете про собаку?

Про собаку? Петька сказал.

А он откуда знает?

— Понятия не имею. А в самом деле? Сейчас спрошу!

Даша кинулась в кухню, где Петька беседовал со Стасм.

Петь, слушай, откуда ты знаешь про собаку?

Про какую собаку? — не понял Петька.

Ну, откуда ты знаешь, что у шпиона есть собака?

Я этого не знаю. Это всего лишь предположение!

Здрасьте, я ваша тетя! Значит, мы тут на уши становимся, а ты эту собаку просто выдумал? — возмутилась Даша.

Не выдумал, а вычислил. Тут все-таки есть разница, согласись! И потом это же логично… Хозяин, которого туда собака тянет, не привлечет ничьего внимания, а если человек просто так каждый день на виду у всего двора крутится вокруг такой вонючки, это уже подозрительно…

Логично, Петро, логично! — заметил Стас. — Что ж, для начала мы и будем из этого исходить.

Из чего? Из собаки? — засмеялась Даша.

Вот именно! Между прочим, одну собаку из этого подъезда я знаю, это мопсиха Луша. С ней гуляет Машка Ивашенцова из нашего класса.

А кто у нее отец? — спросил Петька.

У нее нет отца, она живет с мамой и отчимом.

— А отчим кто? — гнул свое Петька.

Отчим у нее артист Театра Моссовета.

— Артист? Ну, это неинтересно, — сказал Петька. — Но зато одну псину мы уже можем исключить из списка подозреваемых.

Даша вернулась к тете Вите и рассказала ей все, что узнала о собаках.

Между прочим, Петя отлично соображает, — заметила тетя Витя. — Действительно, прогулка с собакой на глазах у всех — отличное прикрытие! И вот что я еще думаю: вместо «Запорожца» они измыслят какой-нибудь новый тайник, такой же неприметный и такой же неаппетитный. И я уж постараюсь его обнаружить. Ну все, мне надо готовить обед, гони ребят с кухни! Освобождай мне НП!

Что освобождать? — не поняла Даша.

НП! Наблюдательный пункт!

Из кухни ребята перебрались в комнату Стаса. И тут Петька вспомнил о Мелешине. Позвонил ему.

Петя? Прости, друг, меня жена утром услала на рынок! Я вот тут поразмыслил… Глупая затея, брат. Ну изловим мы одного-двух, а дальше что? Да и небезопасно это…

Если честно, я сам пришел к тому же выводу!

Вот и отлично! Но чует мое сердце, что ты неспроста это решил… Что-то другое подвернулось, да?

Есть немножко! — со смехом признался Петька.

Моя помощь нужна?

Пока нет, спасибо, Василий Константинович!

Но если что, обращайся!

Спасибо, обязательно! — ответил Петька, положил трубку и подумал: «Вот понадеешься на тебя, а тут жена велит на рынок ехать — и все дела. Нет уж! Обойдемся!»

Петь, — сказала Даша, — может, соберемся всей командой, а? Дело-то серьезное!

Свистать всех наверх, — засмеялся Стас. — Но вообще-то собраться не помешает. Впереди больше недели, и в шестером мы можем неплохо поработать. Только вот где в субботу собраться?

Предлагаю скинуться и пойти в кафе-мороженое! — воскликнула Даша.

Несерьезно! — поморщился Стас. — Мало ли кто нас может подслушать. А Денис? Он сейчас один?

Нет, — вздохнул Петька. — Брат в Москве.

И тут зазвонил телефон. Это была Оля. Она пригласила вечером всех к себе в гости — по случаю каникул.

Мы с бабушкой все приготовим, а потом Она уйдет! Так что погуляем на свободе! Придете?

Еще бы, конечно, придем! — обрадовалась Даша. — Тем более нам нужно собраться. Ты никого чужого не приглашала?

Нет, я тебе первой позвонила. А что?

Дениса ты собираешься звать?

Да, а ты против?

Что ты! А Круза уже позвала?

Круза? Да! Ты тогда позвони сама Денису, ладно, а я — Петьке!

Петька тут и уже заранее на все согласен!

Отлично, жду вас к шести часам!

Эклеры будут?

Будут!

Эклеры — коронное Олино блюдо. Даша позвонила Денису и передала ему Олино приглашение. Он с радостью его принял.

Здорово! — потирал руки Петька. — Не просто соберемся, а будет дружеское застолье…

Это плохо, — засмеялся Стас, — мозги размягчатся, соображать плохо будем…

Ничего подобного! Мы сначала все обсудим, проведем мозговую атаку, а уж потом сядем за стол.

Глава IV

Хованщина

К шести часам все собрались у Оли. Стол был красиво сервирован, и Олина бабушка, Ираида Антоновна, уходя к подруге в соседний дом, сказала:

— Детки, ужин у нас нынче холодный, чтобы девочкам зря не возиться! Ведите себя хорошо, а то за стенкой у нас очень бдительные соседи!

И с этими словами она ушла. Едва дверь за нею закрылась, как Игорь, в последнее время часто бывавший у Ольги, завопил:

К столу! К столу! Я специально сегодня с утра не жрал!

Ничего подобного! — строго сказал Петька. — Сначала мы обсудим нашу проблему, а уж потом расслабимся!

Как? На голодный желудок? — ужаснулся Игорь. — Я не могу!

Игорь, — с робкой улыбкой проговорила Оля, — ты пока съешь пирожок, замори червячка!

Такой крохотный пирожок никакого червячка не заморит. Как минимум пять!

Оля дала ему пять пирожков, которые он в мгновение ока стрескал.

На один зуб! — пробормотал он.

Кончай базар, Крузейро! — одернул его Петька. — Чем раньше мы займемся делом, тем раньше ты сможешь нажраться! Все, надо только пойти в другую комнату, а то вид этого стола и вправду мешает сосредоточиться.

Они со смехом перебрались в Олину комнату, и Петька с Игорем рассказали то, что Даша и Стас уже знали. Потом Даша поведала о роли тети Вити, взяв со Стаса честное слово, что он не будет ее дразнить. Стас пообещал.

— Да! Это история! — проговорил Денис. — Тут и в самом деле дурной запашок… Что касается собак, идея тоже здравая, но вот как быть с мусоропроводом? Если бы мы хоть на пять минут заполучили то, что туда бросают, мы могли бы многое понять.

Так-то оно так, — задумчиво заметила Оля, — но ведь в мусоропроводной камере не подежуришь…

Это и не требуется! Какой смысл торчать в этой вонище, если мы даже не знаем, что должны найти, — сказал Петька, — наша задача не камера, мы должны углядеть «это» не на выходе, а на входе!

То есть? — поднял брови Стас.

Если бы мы увидели, кто и что бросает в мусоропровод…

Ерунда! В доме девять этажей. Не можем же мы у каждой камеры поставить человека… Чушь! Тут надо что-то другое, — пробурчал Стас. — Вот если бы у нас был список жильцов подъезда… Кстати, давайте выясним, кто знает хоть кого-то из пятого подъезда? Я знаю Машку Ивашенцову из нашего класса! А из вашего класса там никто не живет?

Живет! Кирюшка Хованский! — вспомнила Оля.

А у него собака есть?

Нет, у него два кота и белка!

Белка не в счет, — засмеялся Стас. — Да и коты тоже. А кто у него отец?

Кажется, художник, — ответила Даша, — да, точно художник!

Можно смело о нем забыть, художник вряд ли такими делами занимается. Да еще и без собаки, — подвел итог Денис. — А кстати, что он собой представляет, этот Хованский?

— Хованский? Да вроде нормальный парень. А ты почему спрашиваешь? — поинтересовалась Даша.

— Потому что нам очень не помешал бы кто-то из этого подъезда.

Они молча переглянулись.

— А что, неплохая идея, — сказал Игорь. — У Хованского котелок варит…

Вопрос не в этом, а вот умеет ли он держать язык за зубами? — спросил Денис.

Ну, вообще-то он не из болтливых, — пожал плечами Петька.

Оле ужасно хотелось привлечь к делу Хованского, она знала, что очень ему нравится, а Крузу невредно будет немножко поревновать, но она помалкивала.

Тогда, может, мы его прямо сейчас позовем? — предложил Денис.

Но вряд ли он в субботу вечером, да еще в каникулы, дома торчит! — высказалась Даша.

И вообще это неправильно с психологической точки зрения, — заметил Петька.

Почему?

Ну, придет он сюда, наверняка настороженный, с какой это радости вдруг его позвали… А тут еще незнакомые люди, Денис и Стас, он может решить, что мы его разыгрываем, и вообще…

«Ну, положим, если я ему позвоню, он примчится как миленький», — подумала Оля, но опять промолчала.

Так что ты предлагаешь? — нетерпеливо спросил Игорь, глотая слюнки при одном воспоминании о накрытом столе.

Предлагаю завтра встретиться с ним с глазу на глаз и посвятить в это дело спокойно и просто. Все будет звучать куда убедительнее…

По-моему, это неверно, — вмешалась Даша. — Пусть лучше сразу узнает всех, с кем придется действовать…

А я думаю, что Петька прав, — вставил Денис, — может, даже лучше, что он меня не знает… Мало ли что…

Нет, — подала вдруг голос Оля, — в таком деле мы не имеем права терять время, и если Хованский свободен, предлагаю его позвать. Говорите, он не знаком с Денисом и Стасом? Значит, познакомится — большое дело. И не подумает он, что это розыгрыш! С какой стати нам его разыгрывать? Я могу ему прямо сейчас позвонить. Мы введем его в курс дела, а потом вместе сядем за стол, и все будет нормально.

— Что? — завопил Игорь. — Еще ждать! Ольга, ты меня уморишь!

— Возьми еще пирожков! — буркнула Оля. — Ну так что, я ему звоню?

Погоди, Оля, — остановил ее Денис. — А у него есть какой-нибудь закадычный дружок или подружка?

Да нет, он ни с кем особо не дружит, — сказала Даша. — Правильно, Олька, звони! Это может нам здорово облегчить задачу.

Оля позвонила Хованскому.

Добрый вечер, можно попросить Кирилла, — благонравно произнесла она. — Кирилл, привет, это Оля Жукова.

Привет! — страшно удивился Хованский.

Кирилл, у меня к тебе дело. Ты сейчас свободен?

Ну, в общем, да. А что?

Понимаешь, мы тут собрались у меня по случаю каникул…

Кто собрался?

Лаврецкая, Квитко, Крузенштерн, а еще Дашкин брат и один парень не из нашей школы…

Ну так что?

Приходи и ты!

Когда?

Прямо сейчас.

А зачем? У вас же парней хватает!

Ты не понял! У нас к тебе дело!

Слушай, Жукова, кончай придуриваться!

Да я не придуриваюсь, чудак! Я вправду приглашаю тебя! Мы ждем, за стол не садимся, Круз уже зубами стучит!

Но зачем я вам нужен?

Это не телефонный разговор…

Но тут Петька вырвал у Оли трубку.

Привет, Хованщина! Это я, Квитко. Понимаешь, мы расследуем одно дело, и ты нам можешь очень помочь. Очень! То есть без тебя мы можем все упустить!

Чем я могу помочь? — удивился Кирилл. — И почему именно я?

Хованщина, ты наш человек! С такой недоверчивостью ты далеко пойдешь! Ну что, согласен? Ольгина бабка тут напекла, нажарила… Стол обалденный. Давай, живо подваливай, не пожалеешь! А может, еще и грамоту от ФСБ заработаешь!

— Чего? — ошалел Хованский.

Ну, это я так, для красного словца… Последний раз спрашиваю: придешь?

Ну ладно, приду!

— Только давай быстро, а то мы с голодухи помрем!

— Иду!

Через четверть часа Хованский явился с тремя нарциссами для Оли.

Спасибо! Где ты их взял?

У мамы конфисковал! — признался Кирилл.

Оля познакомила его со Стасом и Денисом. Кирюша держался настороженно.

— Ну, что тут у вас?

Петька быстренько ввел его в курс дела.

Вы это всерьез?

Серьезнее не бывает, — кивнула Даша.

И вы думаете, что у нас в подъезде живет шпион?

Скорее всего шпион, но, может, и другой какой-то преступник. Но, согласись, все это более чем подозрительно, — заметил Стас.

Вообще-то да. Но что я-то могу сделать?

Ну, во-первых, ты наверняка многих знаешь в своем подъезде, я вот знаю Машку Ивашенцову, у которой мопсиха Луша, вот ее сразу можно избавить от подозрения….

Ну и ну, — покачал головой Хованский, — вообще-то я слыхал, что вы каких-то преступников ловите, но думал, что это так… А вы…

Короче, ты согласен нам помочь? — спросил Петька.

Да! Согласен! — вдруг воодушевился Хованский. — Для начала рассмотрим всех собаковладельцев нашего подъезда и, кстати, никого исключать не будем — ни Машку, ни Лушку. Может, у них есть какой-то дядя или кузен…

Правильно! — захохотал Стас. — Петька прав, ты далеко пойдешь!

Договорились? — закричал Игорь. — Ну и чудненько, пошли за стол! Остальное обсудим после ужина! Зачем вам мой труп?

И они наконец уселись за стол.

Однако, воздавая должное кулинарным творениям Олиной бабушки, они, как ни пытались, не могли оторваться от волнующей темы. Кирилл Хованский, поняв, что его вовсе не разыгрывают, с каждой минутой все больше проникался важностью своей задачи.

Итак, у нас в подъезде тридцать три квартиры, по четыре на каждом этаже, а на первом — одна. Но там живет дворник Виктор. Значит, уже две квартиры из тридцати трех можно исключить.

Почему две? — спросил Игорь.

Потому что в нашей квартире уж точно нет никаких шпионов!

Действительно! — рассмеялись все.

А сколько в вашем подъезде собак? — спросила Оля.

Одиннадцать, — ни на секунду не задумавшись, ответил Хованский.

Ты это точно знаешь? — спросил Стас. — Я, например, понятия не имею, сколько собак у нас в подъезде. А ты? — обратился он к Даше.

И я не знаю, — ответила она.

А я вот знаю! Я про наш подъезд много чего знаю. Например, сколько ступенек в каждом пролете и как можно пройти в соседний, шестой, подъезд через чердак!

Что? — заорал Петька. — Что ты сказал?

Что из нашего подъезда можно пройти в шестой подъезд! Там, правда, обычно заперто…

Кошмар! — схватился за голову Петька. — Теперь надо искать кого-то из шестого подъезда!

Ты думаешь, кто-то ходит в наш подъезд пользоваться мусоропроводом? — сообразил Хованский. — Извини, но это чушь! Это же только привлечет внимание. Насколько я понимаю, тут вся штука в полной мимикрии. Человек выходит из квартиры и идет к мусоропроводу. Какое подозрение он может вызвать хоть у одной живой души? А вот если он потащится через чердак…

А ты годишься! У тебя на плечах не кочан капусты! — одобрительно сказал Денис.

Кирилл был страшно доволен. Ему всегда нравилась эта компания, но гордость не позволяла набиваться в друзья. А вот теперь он им понадобился и сразу сумел завоевать доверие. Отлично! И Жукова смотрит на него как-то очень ласково…

Значит, одиннадцать собак, включая Лушу? — задумчиво проговорил Стас. — И ты их всех знаешь?

Да. Я очень люблю собак! А у нас в доме кошки и белка… Мама ни за что не хочет взять собаку…

И ты знаком с хозяевами всех собак? — поинтересовался Петька.

Более или менее. Люди же разные… Да и собаки тоже. Например, бассет Фанечка, у нее хозяйка такая милая, добрая. А у Рекса, королевского пуделя, — просто истеричка какая-то… Даже погладить пса не разрешает, а пудель — такая безобидная псина…

Так, трех собак мы уже знаем! — засмеялась Даша. — И, судя по всему, это не они…

А еще у одного дядьки три кокера.

А сам дядечка чем занимается?

Он фотограф. В газете работает.

Фотограф? Это уже интереснее! — воскликнул Петька. — Оль, будь добра, дай листок бумаги и ручку!

Оля дала ему тонкую тетрадь.

Лучше записать все в тетрадь, чем на листочке! А то листок пропасть может, а тетрадь будет у меня спрятана.

Хорошо, — согласился Петька. — Итак, Хованщина, фамилия фотографа, имя, отчество, газета, где он работает.

Фамилия Яшвили, зовут Мераб Иванович, а жену — Нина Львовна. А работает он в разных газетах и журналах, в основном специализируется на портретах всяких звезд.

Итого шесть! — сказала Даша.

— Есть еще керри-блютерьер, его хозяин, между прочим, иностранец! Снимает квартиру. Финн. Господин Юхан Марьямяки. Жена у него русская. Он какой-то фирмач.

— Кирюха, у тебя не голова, а ФСБ! — закричал Игорь.

Это семь, — загибала пальцы Даша.

Еще в соседней с нами квартире живет потрясный ирландский терьер. Кличка Слай. В честь Сталлоне. Ума палата.

А хозяин кто? — деловито осведомился Петька.

— Пока не знаю, он только недавно переехал. Живет в двухкомнатной квартире. Очень необщительный. Я даже кличку случайно во дворе услышал.

Ас чего ты взял, что его назвали в честь Сталлоне? — засмеялся Игорь.

Догадался!

А!

Итак, восемь, — возвестила Даша, — осталось три.

Еще есть чудная дворняга по кличке Джулька, ее хозяйка — пенсионерка, живет вдвоем с больной дочерью. Этих можешь даже не записывать.

Нет уж, ты сам требовал ни для кого не делать исключения, и у пенсионерки может найтись преступный племянник или там деверь, — усмехнулся Стас.

Девять!

А еще… Такса Кукуруза, сокращенно Кука, хозяйка — балерина Большого театра, а муж — какой-то телевизионщик.

Десять!

И, наконец, тойтерьер Кузьма, с ним обычно гуляет девчонка лет десяти, учится в английской школе, а про родителей я ничего не знаю. Они тут тоже недавно живут.

Обалдеть! — воскликнула Оля. — Столько сведений сразу!

Я все записал, — начал Петька, — итак, что мы имеем? На первый взгляд любой может оказаться нашим подопечным, но… все же я бы в первую очередь проверил господ Яшвили, Марьямяки, хозяина Сталлоне, тьфу, Слая… и, пожалуй, таксу Кукурузу.

Почему? — удивилась Оля.

Не знаю, кличка какая-то… шпионская. Кукуруза!

Ты считаешь, что наш человек собаку Кукурузой не назовет? — расхохоталась Даша.

Вот именно!

Тут уж расхохотались все.

Но как ты собираешься их проверять? — обратился немного погодя Кирюша к Петьке.

Ну, тут много всяких способов, — пожал плечами Петька. — И слежка, и более близкое знакомство… Да мало ли…

А что конкретно должен делать я?

Ты? Ну, для начала ты должен поближе познакомиться с новым соседом. Тут тебе и карты в руки!

Но как? Он такой неприветливый, нелюдимый…

А у вас с ним общий балкон? — спросила вдруг Даша.

Нет.

Жалко. Тогда надо будет что-то другое придумать! Пораскинь мозгами, поговори с мамой, вдруг она с ним уже познакомилась или что-то слышала о нем. Это тебе пока первое задание! Хотя ты и так уже здорово нам помог! А мы тем временем займемся другими собаками.

Послушайте! — вклинилась вдруг в разговор Оля. — Почему мы зациклились на собаках? Может, у этого шпиона и нет собаки? В конце концов, все это Петькины раскладки, но ведь и Петька может ошибаться…

Могу, конечно, и сколько уж ошибался! Но тут хоть какая-то идея… Я на ней вовсе не настаиваю! Если есть другие разумные предложения, ради бога!

Интересно, а ключи от мусоропроводных камер у дворника? — полюбопытствовал Денис.

Наверно, у кого же еще?

А черт его знает, может, есть какой-то специальный человек, который отвечает за вывоз мусора, — предположил Денис.

— Это вряд ли, по-моему, я видела, как наш Виктор из камеры выкатывал, — припомнила Даша.

— Если так, хорошо бы эти ключики хоть не надолго поиметь. Сделать слепок и вернуть хозяину. Нам такой ключ как воздух нужен!

— Ты прав, старик! — одобрительно хлопнул его по плечу Петька.

— Вот уж не проблема! — хмыкнул Хованский.

Все с интересом на него уставились.

Я завтра же зайду к Виктору и скажу, что уронил в мусоропровод что-нибудь ценное, и он мне без проблем даст ключ от этого дивного места. Проще пареной репы!

Просто, как все гениальное, — обрадовался Петька.

Слепок сделаю, а потом закажу ключ — и все дела!

Молоток, Хованщина! — сказал Игорь, которому совсем не нравилось, как Кирюша поглядывает на Ольгу, но он был справедливым человеком.

Итак, записываю: Хованский — ключ от мусорки и знакомство с соседом! Для начала хватит, — проговорил Петька, глядя в тетрадь.

Стас возьмет на себя Машку Ивашенцову с Лушей и телевизионщика с Кукурузой! И с балериной!

Хорошо, — улыбнулся Стас.

Далее… Лавря познакомится поближе с дворнягой Джулькой и с тойтерьером. Особенно обрати внимание на тойтерьера, у него какие-то загадочные родаки…

А я? — спросила Оля.

Ты? Ты, пожалуй, будешь систематизировать поступающие сведения.

Нет, я не желаю! Я тоже хочу с собаками знакомиться!

Хорошо, на здоровье, займешься бассетом Фанечкой и пуделем Рексом.

А ты?

А я возьму на себя трехкокерного фотографа и, наверное, еще иностранца. Но заодно мы все должны следить в оба и за другими жильцами. Денис, поскольку живет далеко, займется…

Я знаю: я буду анализировать, как ты выразился, «поступающие сведения».

А я? — возмущенно осведомился Игорь.

Ты у нас красавчик, значит, тебя надо будет напустить вместе с Олькой на бассета и пуделя. Там одна хозяйка, кажется, истеричка, может, ты на нее хорошо подействуешь!

Оля и Игорь переглянулись с довольным видом. Они опять будут вместе.

Короче говоря, вечер прошел весьма плодотворно. Обязанности были распределены, и все с нетерпением ждали завтрашнего дня, чтобы начать новое и очень необычное расследование.

Глава V

Беспокойное воскресенье

Когда уже поздним вечером Даша и Стас вернулись домой, навстречу им выскочила взволнованная тетя Витя. В руках у нее был какой-то странный предмет.

— Тетя Витя! — ахнул Стас. — Что это? Подзорная труба?

— Да!

— Откуда?

Неважно! — махнула рукой тетя Витя. У нее напрочь вылетело из головы, что Стас якобы не знает о ее участии в этом деле. — Ребята, я весь вечер проторчала у окна и кое-что выяснила! Мусоропроводную камеру сегодня никто не открывал. А на место «Запорожца» бегают чуть ли не все собаки нашего двора. Там для них как будто медом помазано!

Ну, медом я бы это не назвала, — хмыкнула Даша. — Но откуда подзорная труба-то, тетя Витя? Неужели вы с кем-то уже поделились впечатлениями?

Даша, за кого ты меня принимаешь? — оскорбилась тетя Витя. — Подзорная труба эта… Ну, одним словом, когда-то в ранней юности я была… знакома с одним моряком, капитаном дальнего плавания…

— Откуда капитаны дальнего плавания в Нижних Сергах? — рассмеялся Стас.

— Но я же не всю жизнь прожила в Нижних Сергах! Я была в Одессе, отдыхала там у знакомых и встретилась с капитаном дальнего плавания. Капитана звали Матвей Матвеевич Матвеев.

И у вас была любовь, да, тетя Витечка? — воодушевилась Даша.

Да! И однажды капитан подарил мне эту подзорную трубу… И я храню ее всю жизнь, как зеницу ока.

А сейчас она и пригодилась. Вот, посмотри сама, как прекрасно в нее все видно!

Даша осторожно взяла в руки красивую старинную трубу и поднесла к глазу, И первое, что она увидела, был Кирюшка Хованский, который о чем-то беседовал с мужчиной, державшим на поводке ирландского терьера. Во дает! На ходу подметки режет! Он может здорово пригодиться в этом расследовании, если не будет пороть горячку. Но, с другой стороны, он очень недоверчивый и осторожный, это вселяет надежду.

Ну как? — спросила тетя Витя.

Кайф!

— Дашка, дай мне! — потребовал Стас.

Даша отдала ему трубу. Он глянул в нее.

— Отлично! Только, тетя Витя, ею надо пользоваться с большой осторожностью!

— Почему!

Она при определенном освещении может бликовать, а шпионы — люди более чем осторожные…

Ты думаешь?

Еще бы! Вы что, в кино такого не видели? Один маленький блик может вас выдать.

Стасик! — огорчилась тетя Витя.

Ничего, вы и так прекрасно видите вдаль. Трубу берите только в самом крайнем случае.

Точно, Стас! Он прав, тетя Витечка, вы рискуете… Лучше спрячьте вашу реликвию до лучших времен.

— Что ты называешь лучшими временами? — уточнила тетя Витя.

— Ну, вот переедем на Фрунзенскую, там можете сколько угодно глядеть в трубу на Парк культуры, на реку и вообще. А еще мама обещала летом куда-нибудь нас с вами отправить, например, на море…

— Что ж, до лучших — так до лучших! — весело кивнула тетя Витя и унесла подзорную трубу к себе в комнату.

— А ничего парень этот ваш Хованский, — заметил Стас. — Только горяч больно! Вдвоем с Петькой такая гремучая смесь получиться может…

— Это да! — засмеялась Даша. — Ничего, Крузик внесет разумное начало.

Знаешь, сестренка, почему-то мне эта идея с собаками кажется не очень перспективной.

Но ведь за что-то надо уцепиться? И потом, пока мы будем за собачниками наблюдать, можем попутно и еще что-то приметить.

— Вот как бы шпион или кто он там, не заметил слишком пристального интереса к собакам своего подъезда!

— И что ты предлагаешь? Пристально интересоваться всеми собаками нашего дома для отвода глаз?

— Нет, конечно… Но, наверное, существует еще какой-то путь…

Ну, путей тут до фига и больше… Дежурить у мусоропровода, заявить в ментуру, установить видеокамеру…

Стоп! — воскликнул Стас.

Ты что?

Эх, если бы добыть видеокамеру ночного видения…

И установить в мусорке?

Именно! Тогда бы мы…

Что?

Мы бы увидели…

Что бы мы увидели? — насмешливо осведомилась Даша.

Не что, а кого!

Ни фига! Тех, кого бы мы увидели, Петька с Крузом и так видели! А вот того, кто что-то бросает в мусоропровод, мы бы опять не увидели!

Да, действительно, — почесал в затылке Стас. — Но мы хотя бы увидели…

Стасик, у тебя что, есть такая камера?

Нет, но в принципе можно было бы достать…

Незачем!

Думаешь?

Уверена!

Значит, завтра по утряночке пойдем с песиками дружбу заводить? — скептически покачал головой Стас.

Начнем с этого, а там поглядим…

Значит, я должен закорешиться с балериной и Кукурузой. Попробую. Таксы вообще-то мне нравятся!

Мне тоже!

Кирилл Хованский проснулся ни свет ни заря, словно от толчка, и мигом бросился к окну. Оглядел двор не видать ли где Виктора. Ах черт, сегодня же воскресенье! Погодка хуже некуда, снег выпал, подтаяло, а к утру опять все замерзло — значит, Виктор должен быть поблизости, уж хотя бы солью посыпать двор он обязан. И тут же Кирилл его увидел. Виктор и впрямь тащил за собой ручную тележку, на которой стоял большой мешок с солью. Не прошло и трех минут, как Кирилл выскочил во двор и со всех ног бросился к дворнику.

Привет, Виктор!

Привет, салага! Чего не спишь? У вас же нынче не просто воскресенье, а каникулы! Отпуск, по-нашему!

Виктор, у меня к тебе просьба! Понимаешь, я тут одну штукенцию случайно в мусоропровод спустил…

Прими мои поздравления, — хихикнул дворник.

Ты мне ключ от камеры не дашь, я поищу?

А что ж ты туда отправил, а?

Понимаешь, я вчера часы отцовские взял поносить и забыл… А когда мама меня послала ведро вынести, я их уронил… Может, я поищу, пока отец не проснулся, а?

Что ж, поищи, поищи, а то отец задницу-то надерет! На вот, возьми ключ! Только как ты голыми-то руками в этом дерьмище возиться будешь, а? Пошли, я тебе рукавицы дам! Только чтоб без глупостей!

Спасибо, выручил!

Кирилл схватил рукавицы, ключ и побежал к камере, отпер дверь, юркнул в камеру. Задержав дыхание, чтобы не дышать вонью, аккуратно сделал слепок, на всякий случай протер рукавицей ключ, чтобы Виктор не заметил следов пластилина, потом достал из кармана заранее приготовленные часы, еще раз подивился небрезгливости шпионов и с довольным видом выскочил во двор. Запер дверь и помчался к Виктору.

Неужто нашел? Быстро ты управился!

Спасибо, Виктор! Нашел! Вот они!

Хорошие часики.

Ага, швейцарские! Я их почти сразу увидал, даже рыться почти не пришлось!

Значит, везучий ты! Тут недавно одна дамочка колечко искала… Ищи-свищи! Обещала сто долларов дать, если я найду. Я бы и рад, но…

Сто долларов? Дорогое, наверное, колечко-то было!

Надо думать! Давай, Кирюха, беги до дому, а то спохватятся твои-то!

Еще раз спасибо!

Не за что!

Кирилл не спеша двинулся к подъезду, внимательно ко всему приглядываясь. Ему безумно, до боли в животе, хотелось первым обнаружить шпиона!

Кирик, — встретила его в прихожей мама, — ты куда бегал?

Да я… Просто воздухом подышать захотелось! — ничего умнее не придумал он.

Воздухом? — крайне удивилась мама.

Да, душно чего-то было…

— А ты не заболел, Кирик?

Мама пощупала лоб.

Температуры нет. Тогда, наверное, воздух свободы вскружил тебе голову! — засмеялась мама. — Ну что, опять ляжешь или проголодался?

Проголодался, только я сперва душ приму!

Давай-давай! А то от тебя почему-то странно пахнет…

Ага, я в собачью кучу случайно вляпался…

И он поспешил в ванную. «Да, работка, врать приходится на каждом шагу!» Стоя под душем, он обдумывал, где бы найти мастерскую, чтобы работала в воскресенье. Ну ничего, он потом позвонит Петьке и посоветуется с ним. Квитко иногда знает самые неожиданные вещи.

Петьку разбудила мама:

Сыночка, тебя к телефону.

Кто? — сквозь сон спросил Петька.

Кирюша Хованский. У него какое-то срочное дело! Я не хотела тебя будить, но вообще-то уже одиннадцатый час.

Петька схватил трубку.

Хованщина, ты?

Ну!

Чего у тебя?

Ты случайно не в курсе, где в воскресенье можно ключ заказать?

Какой ключ, ты офонарел с утра пораньше?

Ты даешь, Квитко! Забыл, что ли?

Ох, да… Ты что, уже слепок добыл? — понизил голос Петька.

Добыл, представь себе!

Молоток, Хованщина! А еще какие новости?

Да попытался вчера вечером с нашим соседом разговориться…

Ну и как?

А никак! Единственное, что я узнал, так это что у Джека Лондона в «Майкле, брате Джерри» описан как раз ирландский терьер.

И все?

И все!

Не много, но кое-что! Лиха беда начало, Хованский! Это первый шаг…

А второй как сделать, может, ты знаешь?

Пока нет, а там посмотрим. Вот насчет ключа… Пожалуй, только где-нибудь на рынке может быть открыто, да и то вряд ли…

На рынке, говоришь?

Я предполагаю. Но, на худой конец, это можно отложить и до завтра.

А если они сегодня приедут… И я вот еще что думаю — надо сделать не один ключ, а по крайней мере три или четыре. Чтобы не искать друг дружку в нужный момент!

Сечешь, Хованщина! Точно! А то такая глупость может получиться. Нам нужно… да, четыре ключа. Тебе, мне, Крузу и Стасу. Девчонкам не надо, у них носы слишком нежные, да и вообще неженское это дело…

Слушай, Квитко, а у вас кто из девчонок… ну, больше отличился?

В каком смысле?

Как в каком? В детективном!

Лавря, конечно! Но и Ольга тоже, — припомнил последнее дело Петька. — Правда, у Лаври опыта больше, да и вообще… Ты же не знаешь, как она с Денисом на пару знаменитую воровку бриллиантов поймала!

Где?

В Дюссельдорфе, в пятизвездочной гостинице, аккурат в прошлые весенние каникулы!

Правда, что ли?

Конечно! Если хочешь, Лавря тебе немецкие газеты покажет, там про них написано…

Ошизеть! А Денис этот — Лаврин приятель?

Нет, он наш общий друг! А вообще-то они там в отеле познакомились.

Понятно… С вами не соскучишься!

Это я тебе гарантирую!

Ну ладно, попробую-ка я смотаться на рынок, вдруг и вправду сумею заказать ключи!

Стас смотрел в окно с тоской. «Погода мерзкая, собак во дворе мало, и если он сейчас потащится на улицу… Нет в такую погоду не больно-то разговоришься с собачниками. А вон и его подопечная такса Кукуруза семенит по дорожке. Но хозяев что-то не видать. Ага, вон та женщина, явно балерина, это видно хотя бы по походке. Нет, в такую погоду ничего не получится, — окончательно решил Стас. — Лучше я в окно понаблюдаю за жизнью двора. Это может быть интересно». Кукуруза побегала, сделала свои дела неподалеку от места, где стоял «Запорожец», и вернулась к хозяйке. Балерина с непередаваемым изяществом нагнулась и взяла Кукурузу на поводок. Вскоре они :крылись в подъезде; спустя минуту во двор вышел мужчина в плаще с поднятым воротником, в кожаной кепке и под зонтом. На поводке у него был керри-блю-терьер. «Ага, господин Марьямяки собственной персоной. Надо к нему попристальнее приглядеться, как-никак иностранец». Господин Марьямяки не стал спускать с поводка своего четвероногого друга, который, конечно же, тянул его в сторону бывшей стоянки «Запорожца», а решительно направился прочь со двора.

Стасик, привет! — послышался голос Дашки. — Бдишь?

Ага!

Ну и что?

Да ничего! Хорошая собака в такую погоду хозяина из дому не выгонит!

Что, так никого и не видел?

Почему? Кукуруза погуляла минут десять, и еще господин Марьямяки куда-то под зонтом проследовал.

Один или с псюкой?

С псюкой.

А ты отлыниваешь?

Да пойми, какой идиот под дождем будет разводить ля-ля о собачках?

Тоже верно, — потянулась Даша. — И чего мы так рано встали, можно было бы еще поспать.

Да я вроде выспался. Ты не знаешь, у нас сегодня общесемейный завтрак планируется или как?

Не знаю, вчера никто ничего не говорил. А тетя Витя еще спит?

Наверное!

Непохоже на нее. Уж не заболела ли она?

Пойди загляни!

Даша заглянула в комнату тети Вити. Ее не было. Постель была аккуратно застелена. Даша выскочила в прихожую и обнаружила, что на вешалке нет ее пальто. — Стас! Ее нет дома!

В магазин, наверное, пошла. Значит, будет общий завтрак, но вопрос в том, когда! У меня уже живот подвело!

Пойди возьми бутерброд, что за проблема.

Сестренка, а ты мне бутербродик не сварганишь? У тебя вкусно получается!

Ладно уж, лентяй и подлиза!

Ой, Дашка, смотри, Круз! Вот чувство долга у человека!

Действительно, во дворе появился Игорь Крузенштерн. Он внимательно окинул взглядом двор, поежился порыва холодного ветра и занял позицию под козырь-м подъезда.

Вот дурак! — воскликнула Даша. — Кто же так делает? Он ведь только привлечет к себе внимание! Знаешь, Стас, я сейчас сбегаю скажу ему, а то он или простудится, или все испортит. Надо соображать!

Нет уж, я сам! — проявил мужество Стас.

Он накинул куртку и выскочил за дверь. Вскоре Даша увидела в окно, как он подбежал к Игорю и принялся ему что-то объяснять, размахивая руками. В этот момент из подъезда выскочил Хованский и удивленно замер. Потом ежи о чем-то поговорили, Стас побежал домой, а Игорь с Хованским вместе покинули двор.

Ну что? — выскочила в прихожую Даша.

Слушай, сестренка, этот ваш Хованский — гигант! Он уже с утра успел сделать слепок с ключа! И сейчас они вместе с Крузом отправились на рынок — искать мастерскую, где делают ключи. Не слабо!

Ага! Ему охота отличиться перед Олькой. Он давно к ней неровно дышит. Вот тебе бутерброд, замори червячка. Но куда же девалась тетя Витя?

Может, тоже на рынок подалась?

На рынок? Нет! Они же с мамой обычно ездят на машине…

Ну, может, какой-нибудь новый магазин открылся… А ты что, волнуешься?

Волнуюсь, — призналась Даша. — Я уже жалею, что мы ее втянули в это дело. Глупость, конечно…

Что ж, по-твоему, она пустилась в какую-то авантюpy?

А вдруг?

Ерунда! Она же старая, разумная женщина… Что бы никого не предупредив… Нет, этого не может быть!

Вскоре появилась Александра Павловна.

Привет, дети!

Привет, взрослые! — отозвалась Даша.

— Завтракать будем? — поинтересовалась мама.

— Будем, только тети Вити нет…

— Как нет?

Ну, она скорее всего в магазин пошла… — неуверенно проговорил Стас, которому вдруг стало как-то не по себе.

Да? Значит, скоро вернется! Данчик, может, по старой памяти накроешь на стол? Кирилл бреется, придет минут через десять. А я пойду оденусь!

И Александра Павловна удалилась.

Даша со Стасом переглянулись. Молча. И Даша направилась на кухню. Стас поплелся за ней. Вместе они накрыли на стол. Даша покопалась в холодильнике, и тут ей действительно стало страшно. Чтобы тетя Витя ничего не приготовила к воскресному завтраку? Так еще ни разу не было! В холодильнике лежали сыр, ветчина, какая-то рыба в вакуумной упаковке, но ничего — никаких «вкусняшек», как выражалась сама тетя Витя.

Стас, — в панике прошептала Даша, — Стасик, что-то случилось! Посмотри, она же ничегошеньки не приготовила!

А может, ее кто-нибудь срочно вызвал?

Срочно вызвал? Куда? Кто?

Ну мало ли!

— Тогда бы она оставила записку!

— Тоже верно…

— Стасик, а вдруг ее убили?

Убили? Ты что, спятила? С какой стати? И потом… Я рано проснулся.

Ну и что?

И сразу стал пялиться в окно. Ее не видел. Что ж, по-твоему, ее выкрали из квартиры?

Нет, конечно, но… А вдруг вчера кто-то все-таки приметил блик от подзорной трубы?

Нет, сестренка, так быстро это все-таки не делается… Или уж тогда просто стреляют в окно!

Даша отшатнулась от него.

— Что ты говоришь, Стасик?

— Погоди паниковать, сестренка! Подумай, вот, на пример, будь все то же самое, но без всяких наших дел, разве бы ты так испугалась?

Даша задумалась.

Я бы удивилась…

Ну, вот видишь! Вспомни, ведь у тети Вити за те полгода, что она с нами живет, и знакомые появились, и даже бывшая ученица нашлась. Может, она позвонила, попросила помощи… А тетя Витя не стала нас будить!

Стасик, если бы так, она бы оставила записку! Нет, тут что-то другое…

В этот момент пришли Александра Павловна и Кирилл Юрьевич.

Ну что, тети Вити все еще нет?

Нет, — потерянно ответила Даша.

Ничего, скоро вернется! Наверняка кого-то встретила и заболталась, — беспечно сказала Александра Павловна. — Я умираю с голоду, давайте завтракать без нее. — Она открыла холодильник, обвела взглядом кухню. — Что? Тетя Витя ничего нам не приготовила? Как странно!

Я могу сделать омлет, — предложила Даша.

Ну что ж, омлет так омлет! — бодрым голосом сказал Кирилл Юрьевич. Сегодня он улетал в Америку со вновь обретенным паспортом и пребывал в отличном на строении.

Даша дрожащими руками разбивала яйца, Стас достал с полки банку с мукой.

Дети, что это с вами? — пригляделась к ним Александра Павловна. — Вы почему такие? А? Что случилось?

Не знаю! Я беспокоюсь из-за тети Вити! — заявила Даша.

Но почему? На каком основании? Ну не приготовила она ничего, подумаешь, большое дело. Может, ей нездоровилось?

Нездоровилось? Тогда почему она ушла?

Ну, так бывает, чувствуешь себя плохо, хочется выйти, подышать воздухом… Ой, а в самом деле! Может, она вышла и ей стало плохо? Может, ее увезла «Скорая»? — Александра Павловна растерянно взглянула на мужа.

Тот недоуменно пожал плечами.

Не похоже, тетя Витя, по-моему, ни разу не жаловалась на здоровье.

Но она уже очень немолода! Все может случиться впервые…

Саша, дети, прекратите панику! Убежден, все выяснится в ближайшие полчаса. И вообще, не надо никогда раньше времени хоронить своих близких. Жизнь полна неожиданностей, случиться может всякая чепуха… Допустим, тетя Витя отправилась в супермаркет, а туда подложили бомбу…

Кира!

Дай мне договорить, Сашенька! — мягко попросил Кирилл Юрьевич. — Какой-то кретин сообщил, что в магазин подложили бомбу. Всех покупателей выгнали, магазин оцепили, так что, по-вашему, сделает тетя Витя? Как всякий нормальный человек, в толпе будет обмениваться мнениями с другими покупателями, а потом, когда ей это надоест, отправится в другой магазин. Вот вам и одно из возможных происшествий. Мало ли что бывает! Да вот я месяц назад был в Лондоне и там…

Ты серьезно так считаешь, папа? — спросил Стас.

Ну, разумеется. В конце концов, сейчас утро, тетя Витя не молоденькая девушка, которую любой болван может заманить куда угодно, да и вообще, если бы что-то плохое случилось, мы бы уже знали! Можете мне поверить!

Хорошие вести лежат, а плохие бежат… — задумчиво проговорила Александра Павловна.

Вот именно! Даша, у тебя омлет не сгорит? — напомнил Кирилл Юрьевич.

Ой! — вскрикнула девочка. — Нет, но еще немножко и…

Они позавтракали, потом Стас собрал посуду и засунул в посудомойку. А тети Вити все не было. Александра Павловна посмотрела на часы.

Кира, пора собираться, пока доедем до Шереметьева…

Да, Сашенька, через двадцать минут я буду готов! Ребята, может, поедете с нами в аэропорт? А то вы тут киснете…

Правда, ребятки! А вернемся, тетя Витя наверняка уже будет дома!

Нет, — решительно отказалась Даша. — Ни за что! Я лично буду сидеть и ждать. Может, она позвонит!

И я тоже, — поддержал девочку Стас.

Ну что ж, вероятно, вы правы, — не без сожаления произнес Кирилл Юрьевич. — Я позвоню из аэропорта.

Они попрощались, и родители уехали.

Стасик, что же это? — со слезами в голосе спросила Даша.

Не знаю, что и думать…

Давай позвоним Петьке!

Зачем?

Может, он что-то придумает…

Ну, если тебе так легче, звони… — пожал плечами Стас.

Даша набрала номер. Трубку взял Петькин отец.

— Здрасьте, Игорь Алексеевич, это Даша! А Петя дома?

Здравствуй, Даша. Дома, дома! Сейчас позову!

Через секунду трубку схватил Петька.

Лавря, привет, как дела?

Плохо!

А что? — встревожился Петька. Он знал, что Даша по пустякам не психует.

Тетя Витя пропала!

— То есть как пропала? Куда?

Даша все ему рассказала.

— Это, конечно, немножко странно, но повода для паники пока не вижу! Подожди, я пойду к себе в комнату! Почему ты решила, что это как-то связано?

Я не знаю, — всхлипнула Даша.

А Стас чего говорит?

Он тоже боится…

Родаки в курсе?

Более или менее. Они вообще-то в аэропорт уехали, Кирилла провожать…

Да, кстати, о Кириллах! Хованщина сегодня с утра отличился…

С ключами? Я знаю!

Откуда?

Даша рассказала про явление Крузенштерна.

Да, заставь Круза богу молиться, он и лоб расшибет, — усмехнулся Петька.

Петь, что же делать, а?

Хочешь, я приду?

— Да нет, не стоит… А вообще приходи!

— Иду!

Зачем это он придет? — недовольно спросил Стас. — Тебе уже меня мало?

Мало! — запальчиво воскликнула Даша. — Ты меня извини, но тебе в жизни не придумать того, что Петька может измыслить!

Где уж нам уж выйти замуж! — возмутился Стас.

Стасик, не обижайся, — опомнилась Даша. — Ну, миленький, ну пожалуйста! Я просто очень, очень волнуюсь!

Да ладно, пусть будет Петька, мне не жалко.

Петька явился через пятнадцать минут.

Ну что?

Да ничего! — развел руками Стас.

— Надо поговорить с дворником! — заявил вдруг Петька.

— С дворником? О чем? — удивилась Даша.

— Ни о чем, а о ком! О тете Вите! Насколько я понимаю, она ушла из дому очень рано, когда еще все спали. А вот дворник в такую погоду наверняка очень рано начал убирать двор. И вполне мог видеть тетю Витю!

Стас с Дашей переглянулись.

А что, это мысль, — медленно произнес Стас. — Хоть какая-то зацепка появиться может.

А вы не посмотрели, она взяла хозяйственную сумку? — спросил Петька.

Ой, нет! — закричала Даша. — Сейчас посмотрю! Нет, не взяла! Вот ее сумка!

А сумочку взяла?

Да, взяла!

Значит, ни в какой магазин она и не собиралась! — заключил Петька.

Даша побледнела.

Но тогда…

Нет, Лавря, не спеши с выводами, твой отчим прав, в жизни бывают непредсказуемые повороты! Но сейчас…

Стасик, вон ваш дворник! Беги к нему!

Стас не заставил себя просить дважды и, набросив куртку, выбежал из квартиры. Даша с Петькой следили за ним в окно.

Дворник Виктор был очень добросовестным человеком, и его территория всегда была убрана лучше других. А тут, наконец, вывезли проклятущую ржавую развалюху» и он решил убрать все вокруг и засыпать песком.

Виктор Демидыч, добрый день! — сказал Стас, под бегая к нему.

А! Здорово, здорово! Ты глянь, как собачня тут все загадила!

Виктор Демидыч, скажите, вы нашу тетю знаете?

Какую это тетю?

Ну, полная такая, седая, в зеленом пальто…

Виталия Андреевна?

Ну да, конечно! — обрадовался Стас и только тут вспомнил, что Виктор и тетя Витя почти земляки, из одной и той же Свердловской области. — Вы ее сегодня утром не видали?

Погоди, дай сообразить… А она что, пропала?

— Да вот… Ушла куда-то, когда мы еще спали, и до сих пор нет ее. Мы волнуемся!

А ведь точно! Видал я ее! Видал! Очень она странная была…

Странная?

Ну да… Я, правда, только издали ее видел… Она вышла и остановилась, как будто что-то в сумочке искала. А потом вдруг чуть не бегом на улицу бросилась, как будто гналась за кем-то…

А дальше что? — упавшим голосом спросил Стас.

А дальше я не видел… Наверное, опаздывала куда-то. Да не волнуйся, парень, найдется она… Виталия Андреевна — она такая… Найдется.

Но непохоже было, что она больна, что ей плохо?

Нет, это уж точно, не сомневайся. Очень даже бодро выглядела.

Спасибо вам.

Да не за что!

Стас поплелся домой. Даша с Петькой уже по его унылому виду поняли, что он мало что узнал.

Все передав Дашке и Петьке, Стас без сил рухнул на диван.

Ох, как мне это не нравится! — простонал он.

Даш, — сказал Петька, — у тебя есть что-нибудь попить?

Соку хочешь?

А какого?

Апельсиновый есть и черносмородиновый.

— Налей апельсинового и льду побольше набухай!

Даша пошла на кухню.

Стас, — зашептал Петька, — я чего подумал… Может, с Софьей Осиповной что-то случилось, и тетя Витя к ней помчалась, а? Чтобы вас не пугать! И потому записку не оставила?

Петро, это мысль!

И тут вернулась Даша со стаканом сока.

На, пей! А о чем это вы тут шепчетесь?

Даш, а она не могла к твоей бабушке поехать? — предположил Стас, словно его только что посетила эта мысль.

— К бабушке? Зачем?

Ну мало ли…

Сейчас позвоню!

Только ты бабушку очень-то не пугай! — предупредил Петька.

Постараюсь! Ой, правда, вдруг она у нее! — сказала Даша, набирая бабушкин номер. — Алло, бабуль, привет!

Стас с Петькой незаметно перевели дух. Хотя бы Софья Осиповна дома.

Данечка, как дела? Отдыхаешь?

Более или менее. А ты как?

Вчера была в «Сатириконе» на «Трехгрошовой опере»!

Ну и как? — без всякого интереса спросила Даша. Ей сейчас было не до театральных новостей.

Довольно интересный спектакль… Дашка, что там с тобой, а? У вас что-то случилось?

Тетя Витя пропала! — не выдержала Даша.

То есть как пропала?

Ушла куда-то ни свет ни заря, и до сих пор ее нет!

Ну, это не называется пропала! Это называется — задерживается! Не волнуйся, внука, найдется Витя! Непременно! Может, она заблудилась в Москве — все-таки провинциалка… Заблудилась, устала, нет жетончика позвонить, да мало ли…

Что значит заблудилась? Тут же не лес! Люди везде есть! И куда ее могло понести в такую погоду!

Вот это действительно странно… А мама что говорит.

Мама? Они с Кириллом в аэропорт поехали, он же сегодня в Америку летит…

— Ох, я совсем забыла… Данечка, может, мне приехать к вам, а?

Нет, бабуля, куда в такую погоду тащиться. Я же не одна, со мной Стасик, Петька… Мы просто подумали: вдруг она к тебе поехала…

— Увы, нет. Но ты не волнуйся, все будет хорошо, я это чувствую! — Правда, бабушка?

— Конечно, правда.

Рухнула и эта надежда. К ребятам явился заспанный кот Петр Петрович и вскочил на колени к Стасу.

— Что, Петр Петрович, проголодался? Ну пойдем на кухню, дам тебе пожрать!

У Петьки при виде понурой и встревоженной Даши сердце разрывалось.

Знаешь, Лавря, я уверен на сто процентов, что с тетей Витей все в порядке! Да, да! Ты же знаешь, у меня интуиция!

Ты настоящий друг, Петька, — грустно улыбнулась Даша.

И тут из кухни донесся вопль Стаса:

— Идет! Идет! Живехонька!

Даша и Петька вскочили и бросились к кухонному окну. Действительно, по двору шла тетя Витя.

Ура! — завопила Дашка. — — Нашлась!

А что я тебе говорил? У меня интуиция! — без ложной скромности заявил Петька.

Они поджидали тетю Витю у лифта. Когда дверцы раздвинулись, тетя Витя даже отшатнулась от неожиданности. Дашка повисла у нее на шее.

Тетя Витечка, миленькая, любименькая, вы живы! — плакала девочка.

Тетя Витя, куда вы пропали, мы чуть с ума не сошли! — говорил Стас, помогая тете Вите снять пальто.

Да, Виталия Андреевна, задали вы нам задачку! — покачал головой Петька.

Дорогие мои, простите меня, старую дуру, но я сначала должна выпить горячего чаю и что-нибудь съесть! У меня маковой росинки во рту не было!

Даша бросилась в кухню ставить чайник. Она была так счастлива, что готова была ждать объяснений хоть до вечера.

Когда тетя Витя выпила большую кружку чаю с лимоном и съела приготовленный Дашей омлет, она обвела ребят довольно-таки хитрым взглядом и сказала:

Я сегодня прошла боевое крещение!

Что? — в один голос закричали они.

Но тут позвонила из аэропорта Дашина мама. Узнав, что тетя Витя вернулась, она очень обрадовалась и сказала, что, раз так, она поедет к подруге Наде, с которой давно не виделась. Даша положила трубку и с интересом уставилась на тетю Витю.

Какое еще боевое крещение? — переспросила она.

Я, кажется, напала на след преступников.

Глава VI

Петька разочарован

— Я ночью плохо спала, — начала свой рассказ тетя Витя, — и около половины шестого решила, что лучше встать и заняться каким-то делом, чем мучиться в попытках заснуть. Я встала, оделась, вышла на кухню, посмотрела в окно и увидела, что у пятого подъезда стоит белый «жигуленок». Тут меня как будто что-то ударило! Я взяла свою подзорную трубу и посмотрела на номер машины. Это был тот самый номер! А в машине никого не было. Ну, я подумала, что такого случая может больше не подвернуться. Оделась, взяла побольше денег на всякий случай, вышла во двор и остановилась, как будто ищу что-то в сумочке. И вижу — выходит из пятого подъезда женщина лет тридцати и выносит какой-то пакет, завернутый в тряпку, открывает машину и кладет туда этот пакет. Ну, думаю, сейчас уедет — и ищи-свищи. Но нет!

А она машину ключом открыла? — спросил вдруг Петька.

Нет! Оказалось, что шофер там был, — видимо, спал. Когда она открыла дверцу, он сел. А она вернулась в дом. Тогда я выбежала на улицу. Ну думаю, если удастся поймать такси, поеду за этой машиной.

О! — схватился за голову Стас.

Но у меня ничего не вышло. «Жигуленок» уехал, а я осталась стоять, как дура. И вдруг смотрю: идет эта женщина. Так, не спеша идет себе, о чем-то думает. Ну, я за ней.

А вы хоть ее разглядели? — полюбопытствовала Даша.

А как же! И могу сказать, что раньше я ее никогда не видела.

Могли просто не обратить внимания.

На нее трудно не обратить внимания. Она очень эффектная. Высокая, волосы рыжие. Хорошо одета…

Ну и дальше что? — в нетерпении спросил Стас.

Иду я за ней и радуюсь, что она медленно идет. И соображаю, что направляется она к метро. И тут происходит нечто невероятное! Она обо что-то спотыкается и падает. И буквально кричит от боли. Я бросаюсь к ней, пытаюсь помочь подняться, но куда там! И я понимаю, что она скорее всего сломала ногу! А вокруг ни души. Погода хуже некуда, воскресенье, ранний час… Значит, вся надежда на меня! Хорошо, поблизости телефон увидела.

Позвонила в «Скорую», потом остановила какую-то заграничную машину и попросила, чтобы ее хоть на сиденье пока положили, а то лежит женщина на мокром снегy. Пока «Скорая» приедет, она еще сто болезней подхватить может. И, представь себе, этот мужчина предложил сразу отвезти ее в больницу, но пока мы пытались ее поднять, как раз «Скорая» подъехала и увезла ее.

А вы? — закричал Петька.

А я, естественно, поехала с ней! — гордо заявила тетя Витя.

Она не удивилась? — полюбопытствовал Стас.

Нисколько! Ей так больно, бедняжечке, было… Ну, привезли ее в больницу, определили, что у нее перелом. Она попросила меня позвонить по какому-то телефону, предупредить, что Алиса Майкова попала в больницу. Уж как она меня благодарила, мы с ней теперь, можно сказать, подружки. Но все это долго продолжалось, так что сами понимаете…

— Да, тетя Витя, с вами не соскучишься, — протянул Стас.

— А я думаю, какое счастье, что упала эта Алиса, а не вы! — воскликнула Даша.

Это просто замечательно, — сказал Петька, — но что же мы имеем в результате? Алиса явно связана с преступниками! И мы знаем телефон каких-то ее знакомых или сослуживцев, потому что, если бы это был телефон домашний, она бы не назвала фамилию. Сказала бы просто Алиса. А Алиса Майкова…

Петя, ты меня недооцениваешь!

И жестом фокусника тетя Витя извлекла из сумочки визитную карточку. На ней по-русски и по-английски стояло: «Майкова Алиса Владимировна, художник-реставратор».

Художник-реставратор? Интересно, какое отношение может иметь художник-реставратор к шпионам? удивилась Даша.

Ну, это ты не права! — ответил Петька. — Она может быть связной, например, или просто подругой шпиона, да мало ли… Интересно, Виталия Андреевна, вы не можете сказать, что за пакет вынесла она? На что он был похож?

Пакет? Пожалуй, больше всего он был похож на… картину или зеркало.

Картину или зеркало? — повторил Стас.

Ну да, это было вот такого размера и завернуто в мягкую тряпку, и она очень бережно положила это на сиденье.

Так примерно сантиметров тридцать на сорок! — на глазок определил Петька. — Что бы это могло быть?

Ну, если речь идет о шпионаже, то это может быть даже деталь какого-нибудь механизма, — предположил Стас.

Извини, Стас, но это чушь! Где ты видел, чтобы шпионы воровали детали? Чертеж, схему — сколько угодно, но детали? Да еще такие здоровые? Если производство секретное, то как он ее вынес? — засмеялся Петька.

Что бы это ни было, но мне ясно одно — это просто не поместилось в мусоропровод! — резонно заметила Даша.

Верно, — согласился Петька. — И все-таки есть во всем этом какая-то… червоточина!

То есть? — поднял брови Стас.

Ну не действуют профессиональные шпионы так, чтобы их можно было запросто засечь у мусоропровода.

Интересное кино! — закричала Даша. — Ты же сам говорил, что шпионы именно так и действуют!

Говорил, не спорю! Но доигрывание показывает, что… А впрочем, может, это у меня уже мозги набекрень…

По-моему, ты, Петя, недалек от истины! — усмехнулась тетя Витя. — И я с вами тут с ума сошла, на старости лет в погоню пустилась!

Тетя Витя, вы не собираетесь навестить в больнице эту Алису? — спросила Даша.

А вы считаете, это нужно?

Необходимо! — закричал Петька. — Чтобы там ни было, мы должны разобраться в этом деле. Преступление — налицо! Неясно только, какого рода это преступление. Шпионаж или что-то другое?

Шпионаж! Очень похоже на шпионаж, — авторитетно заявила тетя Витя. — Я когда-то лежала в больнице и прочла кучу шпионских романов. И все очень похоже…

Может, вы и правы, — задумчиво проговорил Петька. — Меня смутило, что они явились сюда рано утром, когда дворник мог заметить, что они лезут в камеру мусоропровода. Но ведь на сей раз они этого не делали! Значит, заранее знали, что посылочка будет, что называют, негабаритной. Логично.

Значит, ловим все-таки шпиона? — спросила Даша.

Шпиона, шпиона!

Ну и что будем делать дальше?

Для начала я завтра навещу в больнице Алису! — заявила тетя Витя.

А мы прямо сегодня наведаемся туда, где она живет! — сказал Стас. — Поглядим, что и как, и вообще…

Это правильно! — кивнул Петька.

Тогда пошли прямо сейчас! — заявила Даша. — А тетя Витя пока полежит, отдохнет!

Да, с удовольствием, что-то я притомилась, — улыбнулась тетя Витя.

Виталия Андреевна, у меня к вам вопрос, — начал Петька, — ответьте на него, и мы уйдем.

Слушаю тебя, Петруша!

Какое она на вас произвела впечатление, эта Алиса? Первое впечатление бывает самым точным.

Знаешь, я затрудняюсь ответить… Мы же с ней не в купе поезда встретились, где люди сразу видны, как на ладони… Она шла впереди меня, упала, потом мучилась от боли, пережила стресс… Одно могу сказать: она хорошо воспитана. А больше… Вот я завтра к ней пойду, и тогда…

Спасибо, вопросов больше нет!

Тетя Витя ушла к себе.

Ну что, двинем к Алисе домой? — спросил Стас.

Постойте, — сказала Даша, — может, для начала спросим у Хованского, не знает ли он такую женщину или хотя бы к кому она ходит!

Точно! — обрадовался Петька. И тут же набрал номер Хованского. Но его отец сказал, что Кирилл у Крузенштерна. Петька позвонил Игорю.

Крузейро, привет! Как дела?

Никак. Не нашли мы открытой мастерской. Решили отложить до завтра.

А что делаете? — полюбопытствовал Петька.

В шашки режемся!

— Крузик, позови Хованщину, надо задать ему пару вопросов! — Через секунду трубку взял Хованский. — Кирюха, слушай, ты никогда не видал у вас в подъезде высокую рыжую бабу, красивую, ходит, по нашим сведеньям, в кожаной куртке с мехом.

А черт ее знает, не помню. Ты поточнее описать ее можешь?

Рад бы, но сам ее не видел, описываю с чужих слов.

Нет, Квитко, врать не буду. Но уж коли увижу, непременно посмотрю, к кому она идет.

Боюсь, ты не скоро ее увидишь!

Почему?

Да она ногу сломала.

Ничего не понимаю! Ты можешь объяснить по-человечески?

Постараюсь!

И Петька все ему рассказал.

Ну и дела! — оживился Кирилл. — Похоже, у нас там целое гнездо… Можно бы спросить Виктора, он приветливый, может, он знает…

Нет, пока не надо! Не исключено, что и он замешан как-то в этом Деле, — только сейчас осенило Петьку. Может, именно поэтому преступники так нагло пользуются мусоропроводной камерой? Но это соображение Петька оставил при себе.

Да ты что? Виктор — отличный парень! — возмутился Хованский.

А я и не говорю, но все же лишних людей посвящать в это не следует!

Понял! Я вот что думаю, Квитко, надо не у меня об этой бабе спрашивать, а либо у старух, либо у девчонок. Они всегда примечают, кто в чем одет и все такое…

— Точно! Соображаешь, Хованщина! Ну ладно, пока. — Петька положил трубку. — Стас, ты не мог бы у вашей Машки, которая с Лушкой, спросить, не видала ли она у них такую дамочку?

— Нет, не стоит! — покачал головой Стас. — Она жутко любопытная, привяжется с вопросами, ну ее… Чего зря пороть горячку? Завтра тетя Витя пойдет к Алисе может, что-то и выяснит.

Так это когда еще будет! В больнице приемные часы с пяти до семи! Еще больше суток!

Знаете, — сказала вдруг Даша. — По-моему, не надо никуда сейчас идти.

— Почему это? — рассердился Петька, который уже жаждал деятельности.

А что мы там узнаем? Поглядим на запертую дверь — и все?

Иногда даже запертая дверь может сказать о многом. И потом, тут недалеко, на Чистых Прудах… Ты можешь оставаться, я пойду. Стас, а ты?

Пожалуй, я с тобой! Каникулы так каникулы!

Ну и пожалуйста! А я дома посижу, с тетей Витей!

Дело хозяйское! — пожал плечами Петька.

Не горюй, Петро, баба с возу, лошади легче!

И они вдвоем направились на Чистые Пруды. Дом они нашли сразу — большой, чуть ли не дореволюционной постройки, с высокими лестничными пролетами. Поднялись и, к вящему удивлению, обнаружили, что элегантная Алиса Майкова живет в коммунальной квартире! На неряшливо обитой двери висела табличка:

Кузовлевым — 1 зв. Майковой — 2 зв. Трушиной — 3 зв. Елагину — 4 зв.

Надо же, — удивился Стас. — Ты был когда-нибудь в коммуналке?

Ага, был!

Ну, что дальше?

Для начала давай уберемся отсюда, чтобы нас раньше времени никто не приметил, — прошептал Петька.

Они спустились вниз и направились к бульвару.

— Знаешь, Стас, я думаю, нам повезло!

— В чем это?

— Коммуналка — это как раз то, что нужно! — Ты хочешь туда сунуться? — испугался Стас.

— Конечно! Это такой шанс! Мы можем не бояться, что вернется Алиса, и спокойно расспросим соседей. Можешь быть уверен: информации у нас будет больше чем достаточно.

А на каком, интересно, основании ты станешь расспрашивать соседей? Кем ты собираешься прикинуться?

Ну, вообще-то у нас с Крузом уже есть свой метод. Мы звоним в квартиру и говорим, что привезли посылку откуда-то для такой-то. И информация на нас сама сыплется.

А посылка где? — поинтересовался Стас.

Это не проблема! Покупаем пластиковый пакет покрасивее и кладем туда что-то, завернутое в бумагу. Хоть хлеб, это не важно. Не станем же мы оставлять посылку соседям!

А что, может, и верно… Но, с другой стороны, в коммуналку нас могут и не пустить. Скажут через дверь, что Алиса в больнице, и все дела.

Ну, от меня так просто не отделаешься! — усмехнулся Петька. — Я стану спрашивать, где больница, какая больница, что с Алисой….А кстати — они могут не знать еще, что она в больницу попала. Запросто.

Ну что ж, пойдем, попытка не пытка! — решился Стас.

Они зашли в магазин, купили хлеба на две семьи — Квитко и Смирниных, завернули его в непрозрачный пакет и сунули в другой пакет, побольше, с изображением трех тигрят.

Отличная посылочка из… Откуда, Стас, как ты думаешь?

Из… Краснодара!

Годится!

И они снова вошли в подъезд. Поднялись на третий этаж. Едва Петька поднес руку к кнопке звонка, как дверь распахнулась. На пороге стоял мужчина, довольно молодой и совершенно пьяный. Он собирался выйти из квартиры, но его буквально мотало из стороны в сторону. Он уставился на ребят остекленевшими глазами и, едва ворочая языком, спросил:

— Вы ко мне, пацаны?

Нет, — нарочито громко произнес Петька, желая привлечь внимание кого-то более трезвого. — Нам нужна Алиса Владимировна!

Алиска? Ее дома нет! Как вчера ушла, так и нету ее! А вам она зачем?

На громкие голоса явилась пожилая женщина в халате.

Иван, ты опять наклюкался? Что тут такое? Вы к кому, ребятки?

Да к Алиске они, — едва выговорил Иван и чуть не упал на ребят.

Уйди с глаз, — рявкнула на него женщина.

Иду! — и пьяница, держась за стенку, вышел на площадку. Петька и Стас посторонились. Но женщина ухватила его за полу пальто.

Ну куда ты в таком виде, позорник? Тебя же опять заберут. Пойди проспись!

Марь Иванна, душа горит! Мне бы сейчас бутылочку пива и все… И порядок! Я только до палатки…

А деньги-то у тебя есть?

А как же! Вот!

Он достал из кармана смятую кучку денег. Женщина одним ловким движением выхватила их у него и сунула в карман. Иван завопил:

Побойся бога, Марь Иванна! Это ж мои, кровные!

А я их тебе отдам, когда протрезвеешь!

Дай хоть на бутылочку пивка, — захныкал пьяница.

А я вот ребятишек сейчас попрошу…

Она вытащила из кармана десятирублевую бумажку и сказала Стасу:

Не сочти за труд, паренек, купи ему банку пива! А то он не дойдет!

А вы не боитесь, что я убегу? — улыбнулся Стас.

Не убежишь, я вот товарища твоего в заложники возьму!

«Вот это везенье», — подумал Петька.

— Согласен! — сказал Стас. — А какое пиво-то покупать?

Парень, «Балтику»! Светлое! — растроганно воскликнул Иван.

Понял!

И, подмигнув Петьке, Стас побежал вниз по лестнице. А Петьку женщина жестом пригласила в квартиру. Потом довела Ивана до второй от входа двери и втолкнула, в комнату.

Золотой мужик! — вздохнула она. — А пьет, как… Когда трезвый, лучше и не сыщешь…

А часто он трезвый? — поддержал беседу Петька.

Он запойный, — объяснила женщина. — Может месяц не пить, два, а потом… Ну да бог с ним, с Иваном. Тебе-то чего? Хотя что это мы тут в коридоре лясы точим, пошли на кухню!

Кухня была довольно большая, но там стояли четыре стола и две газовые плиты.

Садись, — указала на табуретку Мария Ивановна. — Ты к Алисе?

Да, к Алисе Владимировне.

По какому делу?

Да вот, посылку ей прислали из Краснодара.

Из Краснодара? И кто же там у нее?

Подруга! Вместе учились.

В институте, что ль?

Ну да.

А ты при чем?

Я ни при чем! Я просто был в Краснодаре у бабушки, а ее соседка Кристина просила передать Алисе Владимировне. А мне что, трудно?

А чего там, в посылке-то?

Я не знаю. Не приучен по чужим посылкам шарить! — заявил Петька, чтобы пресечь любопытство соседки.

Да, молодец ты, парень! Только вот Алисы дома нет!

В этот момент в коридоре зазвонил телефон. Марья Ивановна поспешила к нему. Говорила она негромко, а Петька не стал прислушиваться. Вскоре Марья Ивановна вернулась.

Вот, милок, беда-то какая! Алиса-то в больницу попала!

Как в больницу?

Ногу, сказали, сломала, в Склифосовском лежит! Да и немудрено, вон на каких каблучищах бегала! Говорила я ей, говорила, разве ж можно по нашим улицам на каблучищах таскаться! Вот и добегалась…

Что же нам теперь делать? Говорите, она в Склифе лежит?

Мне так сказали…

Ничего, мы ее там отыщем и посылочку отдадим!

Ой, милок! Вы и впрямь к ней пойдете?

Конечно! Вот Стас вернется, мы и двинем туда!

— Тогда, милок, будь такой добренький, я ей тут кое-что из ее вещей соберу, ну, халат там, мыло, щетку зубную — словом, все, что в больнице нужно, а ты уж отвези, Христом богом молю!

Да что вы, не надо молить, я и так согласен! — несказанно обрадовался Петька. Это был такой шанс самим познакомиться с Алисой. — Только, Марья Ивановна, вы мне хоть ее фотографию покажите, а то как искать…

Фотографию, это можно. Идем!

И она повела Петьку к двери Алисиной комнаты, открыла ее и впустила его. В глаза ему сразу бросился большой фотопортрет, висевший на стене. Красивая женщина с волевым, решительным лицом.

Это она и есть? — спросил он.

Она. Красивая баба, да невезучая…

Почему?

В личной жизни не везет, да и вообще… В коммуналку попала после развода с мужем. И теперь из кожи лезет, чтобы квартиру хоть какую себе купить… Раньше в Третьяковке работала, но там гроши плотят, так она теперь на вольные хлеба подалась, заказы берет…

Но как же она тут работает? — озираясь в комнате, спросил Петька. Здесь не было ни малейших признаков работы реставратора. Обычная аккуратная комната.

— Она тут и не работает, что ты., . Она с каким-то знакомым мастерскую снимает напополам.

«Очень интересно», — подумал Петька. Но куда провалился Стас? Наверное, просто дает мне время…

И тут в дверь позвонили. Явился Стас с бутылкой пива.

— Вот! Он протянул он Марье Ивановне бутылку и сдачу.

— Спасибо! Ох, сыночки, как же вы вовремя пришли! Она заглянула в комнату Ивана. Оттуда доносился могучий храп.

Ну и ладно. Проснется, выпьет.

Стас, ты знаешь, Алиса Владимировна в больницу попала, в Склиф!

Да ты что! — довольно фальшиво воскликнул Стас.

Ага! И мы сейчас к ней поедем, отвезем посылочку и заодно от Марьи Ивановны передачку!

Да, ребятки, вот сейчас еще кое-что соберу…

Марья Ивановна, — осторожно начал Петька, — а этого ее знакомого, ну, с которым она мастерскую снимает, предупредить не надо?

Ну, не знаю, это уж не мое дело! Вы у ней будете, вот и спросите! Что ж, кажись, все собрала. Обрадуется, поди, бедолага. Она ж меня только к завтраму ждет, а тут уж ей все несут! Но вы, ребятки, не задерживайтесь, езжайте прямо сейчас, тут ведь недалеко…

Да, конечно, Марья Ивановна! Спасибо вам за доверие! — прочувствованно произнес Петька, глядя ей прямо в глаза.

Да нешто вы бабские вещички, не новые, сопрете?

Не сопрем, будьте уверены! Мы вам потом позвоним!

— Да уж, ребятушки, будьте такие добрые, позвоните!

На этом они простились с простодушной Марьей Ивановной.

Ну, Петро, ты даешь! — развел руками Стас, когда они вышли на улицу. — Только ты вот что мне скажи — как объяснять будешь Алисе, откуда мы взялись?

Ну, это ерунда! Она, я думаю, еще в шоке и не станет обращать внимание на всякую ерунду. Я скажу, что знакомый Марьи Ивановны, у нее чего-то разболелось, ну, допустим, голова или же нога, вот она меня и попросила».. Думаешь, они будут это выяснять между собой? Да никогда в жизни! Только вот тебе, Стасик, к ней ходить, пожалуй, не стоит!

Это почему же?

Потому что она вполне могла тебя видеть во дворе и еще, чего доброго, что-то заподозрит…

Но она и тебя могла сто раз видеть у нас во дворе.

Все-таки я в вашем дворе бываю реже, чем ты.

Я в этом не уверен, — засмеялся Стас. — Да ладно, иди один, я за эту честь бороться не стану.

— Но ты со мной в Склиф сходишь, а то одному тоскливо!

Ладно уж…

А между прочим, я кое-что о ней узнал… — И Петька передал Стасу все, что слышал от Марьи Ивановны.

Мастерская, говоришь? Это интересно. Вот бы куда проникнуть…

Но что ты надеешься там увидеть?

А вдруг они не шпионы?

А кто?

Фальшивомонетчики!

Ну ты хватил! — с уважением взглянул на Стаса Петька. — Мне такое и в голову не пришло. Хотя постой! Зачем фальшивомонетчикам мусоропровод и загаженный «Запорожец»?

Ну, мало ли…

Нет, Стасик, ты, конечно, извини, но ты тут стереотипно мыслил. Художники — фальшивомонетчики!

— Может, ты и прав, — согласился Стас. — Я на своей версии не настаиваю. Тебе больше нравятся шпионы — ради бога!

Между прочим, я видел ее портрет!

Ну и что?

Она мне не понравилась!

Чем?

И сам не пойму. Вроде красивая, но…

Подожди судить, фотография не дает того представления… Вот увидишь ее живьем, тогда и скажешь!

Мальчики попали в Институт имени Склифосовского как раз в приемные часы. И без труда отыскали палату в хирургическом отделении, где лежала Алиса Владимировна Майкова.

— Иди, я тебя тут, в коридоре, подожду! — шепнул Стас.

Петька кивнул, сунул Стасу в руки пакет с хлебом и решительно открыл дверь в палату. Там стояло пять коек. Все они были заняты. Петька сразу узнал Алису по разметавшимся по подушке рыжим волосам. Одна нога ее была задрана вверх и подвешена на какой-то штуке. Глаза были закрыты. Губа закушена. Видимо, ей было очень больно.

— Алиса Владимировна! — негромко произнес Петька, подходя к кровати.

Женщина открыла глаза и недоуменно уставилась на Петьку.

Здравствуйте! — сказал он.

Ты ко мне? — удивилась она.

К вам! Меня послала Марья Ивановна, она себя не важно чувствует, вот и попросила меня привезти вам вещи и…

А… Спасибо тебе. Положи вот сюда! А ты откуда взялся?

Да я зашел к Марье Ивановне, а тут ей как раз позвонили…

Послушай, мальчик… Как тебя зовут?

Петр!

Петя, а ты не рассердишься, если я тоже тебя кое о чем попрошу?

Пожалуйста! — с готовностью откликнулся Петька.

Она потянулась к тумбочке и достала оттуда кошелек. Извлекла из него пятидесятирублевую купюру и протянула Петьке.

Зачем? — испугался он.

Ты не мог бы спуститься и купить мне бутылку минеральной воды и два килограмма мандаринов. Тут наверняка где-нибудь недалеко продают… Меня мучает жажда… Пожалуйста!

— Хорошо! Я мигом!

Петька выскочил в коридор.

Уже? — удивился Стас, приготовившийся к долгому ожиданию.

Она просила купить ей воды и мандаринов!

Они перебежали через Садовое кольцо и у метро «Сухаревская» купили то, что просила Алиса.

Ну и как она тебе живьем?

Не знаю, у нее такой несчастный вид…

Но зато теперь ты можешь предложить ей еще какую-нибудь помощь..

Это уж точно!

Когда Петька вошел в палату, он увидал, что у постели Алисы сидит мужчина и выгружает на тумбочку апельсины, виноград, соки.

— А вот и мой спаситель! — улыбнулась Алиса, указывая на Петьку.

Мужчина повернулся, и Петька чуть не вскрикнул. Это был один из тех двоих, что они с Крузом видели в первый вечер.

Откуда он взялся? — жестко спросил мужчина, как будто Петьки тут и не было.

Соседка прислала с ним мои вещи, а я думала, что сегодня ты не приедешь, вот и попросила… Спасибо тебе, мальчик!

Не за что! Вот сдача! Больше вам ничего не нужно?

Нет, спасибо тебе большое!

Так я пойду?

Иди-иди! — недобро произнес мужчина.

До свидания!

До свидания, милое создание!

Петька вышел в коридор. Вид у него был обескураженный.

Ты чего? — спросил Стас. — Она тебе нахамила?

Она — нет! А вот ее хахаль…

Откуда там взялся хахаль?

Явился, пока мы за фруктами бегали. Между прочим, один из той парочки! Мерзкий тип!

Скажи мне, кто твой хахаль, и я скажу, кто ты…

Приблизительно, — буркнул Петька. — Не мешало бы за ним проследить, но…

Какое «но»?

Понимаешь, он еще в первый вечер говорил, что ребятня — самый поганый народ, во все суются и вообще…

Я бы сказал, что он не так уж не прав, — засмеялся Стас.

И сейчас он на меня смотрел, как на заклятого врага!

Опять-таки не без основания!

Стас, кончай шутить! Он наверняка на машине, и нам ничего не светит…

Петя, ты? — раздался вдруг знакомый голос. — Ба, и Стас тут! Что у вас стряслось? Кто тут лежит?

Перед ними стоял Василий Константинович Мелешин.

«Это судьба», — подумал Петька.

Василий Константинович!

Да, я! У меня двоюродный брат сюда загремел, поскользнулся и…

А у нас… Василий Константинович, вы сейчас очень спешите? — с мольбой в голосе спросил Петька.

Нет, я свободен как ветер. Жена уехала на три дня в Питер, к родне. А вам, как обычно, нужен мотор?

Да! У нас тут такое дело разматывается!

И вы тут по делу?

— Да!

Но вы мне все расскажете?

— Конечно! Еще бы! Нам только бы найти машину, за которой надо проследить…

Минут через пять в Коптельском переулке они обнаружили искомую «копейку».

— Ну что ж, друзья, я сейчас подгоню сюда машину… А вам не нужно позвонить домой, предупредить, а?

Петька и Стас переглянулись.

Да, нужно! Еще бы!

Вон там автомат! Бегите скорее!

Петька со Стасом бросились к телефону. Петька позвонил домой и сказал, что задерживается у Дениса еще часика на полтора, но его привезут домой на машине. Стас сказал Даше все как есть.

Ты не врешь насчет Мелешина?

Сестренка, клянусь своим пупком!

Пупком? — засмеялась Даша. — Ладно, так и быть, прикрою тебя. Хотя тетя Витя смотрит телик, а мама еще не вернулась от Нади. Они там сливаются в экстазе!

Все, пока! — крикнул Стас, увидев, что Мелешин подъехал к тротуару. — Предупреди Дениса! — успел еще крикнуть в трубку Петька.

И они забрались в машину Мелешина.

— Ну, друзья, рассказывайте! — потребовал тот.

Петька не заставил просить себя дважды.

Да, весьма занятная история. И в самом деле похоже на шпионаж. Непонятно, правда, при чем тут художники-реставраторы, но… На свете все бывает. А может, не надо заниматься самодеятельностью и стоит заявить в ФСБ? Вдруг это серьезное дело?

А если нет? Если это все же какая-нибудь чепуха? Такое ведь тоже может быть? — горячился Петька, которому больше всего на свете хотелось самому поймать на стоящего шпиона. Этого в их практике еще не случалось.

Ладно, для начала мы проследим за этим, как ты выражаешься, хахалем. Тем более он такой неприятный тип! Но раз он говорит, что не любит детей, то лучше вам не попадаться ему на глаза. Пригнитесь, чтобы он вас не видел, а то еще заподозрит что-нибудь.

Вон он идет! — крикнул Петька, и они со Стасом скорчились на заднем сиденье, а Мелешйн прикрыл их пледом, который лежал в машине.

Ну, с богом! — тихонько сказал Василий Константинович и аккуратно выехал на проезжую часть.

Он ехал, соблюдая дистанцию, чтобы не привлекать внимания. Минут через десять Петька спросил из-под пледа:

Где мы?

На Ленинградском проспекте! — отвечал Мелешин. — И, похоже, пока он никуда не собирается сворачивать.

А вдруг он в Шереметьево едет? — предположил Стас.

— Что ж, тем интереснее, — воодушевился Мелешйн.

Минут через пятнадцать он сказал:

А ведь он и в самом деле в Шереметьево едет! Что будем делать?

Как что? Следить! — закричал Петька. — Ведь именно тут может все выясниться!

Отлично, но только, Петя, следить буду я один. Вам туда соваться нельзя!

Но меня он не видел! — сказал Стас.

— Нет, друг мой, если он крутится в вашем дворе, то лучше тебе на глаза ему не попадаться. Береженого бог бережет! Неужто вы думаете, я не справлюсь? На меня он вовсе не обратит внимания.

Да, наверное, вы правы… — проворчал огорченный Петька. К тому же он не был уверен, что Мелешин ничего не упустит. Хотя он бывший сапер…

Ребята, он на нас пока внимания не обращает, сядьте, как люди! Но когда подъедем, пока он не выйдет опять закроетесь!

Они с наслаждением приняли нормальное положение.

— В Шереметьево-2 едет! Интересно, улетает или встречает? — полюбопытствовал Стас.

Во всяком случае, не провожает! — заметил Петька.

А вот это еще неизвестно! — возразил Мелешин. — Вполне возможно, что как раз провожает!

— Вообще-то да, — согласился Петька.

«Копейка» въехала на платную стоянку. Мелешин въехал следом, но припарковался в другом ряду.

— Пока мы из виду не скроемся, уберите головы! — скомандовал он и быстро вышел из машины. Петька в окно все-таки следил за происходящим. Мелешин первым вошел в здание аэропорта. А Петькин недоброжелатель не спеша направился за ним.

Время тянулось страшно медленно. Мальчики истомились вконец.

Нет, я не хочу быть сыщиком, — убежденно проговорил Стас. — На первый взгляд — сумасшедшая романтика, а на самом деле — зеленющая тоска!

Ну, это когда как, — неопределенно хмыкнул Петька. — Бывает так весело, что ой-ой-ой!

Прошло еще минут двадцать, прежде чем появился Мелешин.

Ну что, улетел? — выпалил Петька, едва тот сел в машину.

Даже и не собирался!

Но что же он там делает?

Встречает самолет из Мадрида.

А он скоро будет?

Скоро, через четверть часа. Но пока то, пока се… Раньше чем через час там делать нечего.

А откуда вы про Мадрид знаете? — спросил Стас.

Он подошел к справочной и спросил про самолет из Мадрида. Кстати, он очень нервничает, это видно невооруженным глазом. Хотя, возможно, он встречает любимую женщину и нервничает именно по этому поводу. Впрочем, поживем — увидим. Кстати, друзья, если вам надо пробежаться кое-куда, то можете себе это позволить, только держитесь левее…

Он объяснил им, как избежать встречи с таинственным незнакомцем.

Петька и Стас с наслаждением выскочили из машины и побежали в зал. Посетив туалет, Стас хотел вернуться к Мелешину, но Петька тихо сказал:

— Стас, он тебя совсем не знает и здесь не обратит внимания, если ты не будешь близко подходить…

— Ну и что?

Поди все-таки глянь на него. Так, на всякий случай.

Хорошо, — кивнул Стас. Он быстро сориентировался, где могут быть те, кто встречает мадридский рейс, и направился в нужную сторону. И очень быстро вернулся.

Ну что?

Ничего. Сидит в кресле и дремлет.

Все, идем, а то неудобно перед Мелешиным.

Что-то вы долго! — попенял им Мелешин.

Там очередь была! — без запинки соврал Петька.

Еще через полчаса Василий Константинович сказал:

Пожалуй, я пойду! Встречу мадридский самолет!

И он ушел.

Знаешь, Стас, — сказал вдруг Петька, — по-моему, будет лажа…

Почему?

Сам не знаю. Интуиция подсказывает. Мне вдруг стало скучно, а это верный признак!

Смотри, вон он! — прошептал Стас и немного сполз с сиденья.

Ну где же Мелешин? Он ведь сейчас уедет! — запаниковал Петька.

И в самом деле, «копейка» выехала со стоянки.

Ну куда же он делся?

Правда, странно! Как бы с ним чего не случилось! — испугался Стас. И уже хотел выскочить из машины, как вдруг заметил идущего к ним Мелешина.

Василий Константинович! Он уехал! — крикнул Стас. — Мы его упустили!

Мелешин сел за руль.

— Спокойно, ребята! Я это сделал сознательно! Мы по едем не за ним, а за старой дамой, которую он явно встречал, но не подошел к ней. К нему у нас все-таки есть подступы, а даму можем упустить безнадежно. А она может оказаться главным действующим лицом в этой истории.

Петька со Стасом переглянулись. Не исключено, что Мелешин прав.

А где она? — спросил Петька, охваченный нетерпением.

Сейчас появится! Ага! Вон она!

К стоящему неподалеку «БМВ» приближалась старая дама в меховой роскошной шубе. А за нею шел мужчина с двумя шикарными чемоданами.

Она русская? — спросил Стас.

Похоже на то! Во всяком случае, говорит по-русски, как мы с вами.

Мужчина аккуратно усадил даму в машину, положил в багажник чемоданы и сел за руль.

— Кто он ей? — полюбопытствовал Стас.

— Я не понял, но, кажется, какой-то родственник. Наконец «БМВ» тронулся. Мелешин тоже завел мотор. И они выехали со стоянки.

Черт побери, фигуранты плодятся, как кролики, — проворчал Петька.

Василий Константинович, а почему вы решили, что он именно ее встречал? — спросил Стас. — Вы же говорите, он к ней даже не подошел.

Понимаете, мальчики, я это почувствовал. Я стоял очень близко от него, и как только она прошла таможню и вышла к встречающим, этот тип страшно напрягся, а когда к ней подбежал родственник и что-то ей сказал, как-то ее назвал, я, увы, не расслышал, то мой подопечный сразу ушел. Видимо, убедился в том, что она действительно прилетела. Знаете, о чем я подумал… Это не шпионы! Тут что-то другое, какая-то международная афера… Если вообще что-то есть. Может, просто мирные граждане живут своей личной жизнью. А у нас с вами мозги набекрень. Как вам такой вариант, а?

Вполне возможно! — засмеялся Стас.

Нет, невозможно! — закричал Петька. — А что они в таком случае в мусоропроводной камере делали, а? Ночью! А «Запорожец»?

Что касается «Запорожца», то они вполне могли использовать его по тому же назначению, что и собаки! А увидав, во что там все превратилось, сказали: больше им пользоваться не будем! Вот тебе и объяснение!

Василий Константинович, вы серьезно? — возмутился Петька.

Вполне!

Ну, допустим! А мусоропровод?

Петя, я же не говорю, что они просто ангелы без крыльев. Нет! Наверняка, какие-то темные личности. И рожа у этого типа противная, хоть и смазливая. А этого на «БМВ» зовут Ростиком. Надо полагать, Ростислав.

А может, не Ростиком, а Рустикой? — предположил Петька.

Да нет, Ростиком, я внятно слышал.

А грымзу как звать? — поинтересовался Петька.

Не знаю! Чего не слышал, того не слышал! Интересно, куда ее везут?

Надеюсь, не очень далеко, — сказал Стас, — а то дома будет буря.

— Да ладно, какая у тебя буря? — закричал Петька. — Твой отец улетел, а тетя Саша и не заметит… Вот у меня будет буря так буря! Шторм двенадцать баллов!

Между тем «БМВ» выехал на Тверскую, потом свернул вправо, запетлял по переулкам и остановился у роскошного нового дома, такие дома в Москве часто называют «элитными».

— Вылезайте и посмотрите, что к чему! — распорядился Василий Константинович, ему не хотелось въезжать в этот двор.

Петька со Стасом мигом оценили его идею. И бросились к подъезду, у которого затормозил «БМВ». Тут же из подъезда вышел парень в камуфляже. Он помог старухе выйти из машины, а Ростик достал чемоданы из багажника. Охранник тут же взял их у него. Ростик подал руку старухе, и они проследовали в подъезд. Охранник занес чемоданы и тут же вышел, сел за руль и отогнал машину на платную стоянку за углом.

Вот и все, — сказал Петька. — Ждать не имеет смысла.

Пожалуй, — согласился Стас.

И они вернулись в машину. Рассказали, что видели.

Ну что будем делать дальше? — спросил Мелешин. — То есть сейчас я отвезу вас домой. А завтра? Я могу быть свободен?

Конечно! — сказал Петька. — Не следить же за этой старушенцией. К кому-то какая-то родственница приехала, какое нам до этого дело! И потом завтра тетя Витя собирается навестить Алису. Может, что-то от нее узнает… — довольно уныло говорил Петька. Он устал, проголодался и был страшно разочарован.

Хорошо, завтра занимаемся каждый своими делами, но вечером непременно созвонимся. Договорились?

— Договорились!

Глава VII

Веер из слоновой кости

Саша и тетя Витя с нетерпением дожидались Стаса. — Братишка! Где вас носило? — накинулась на него Даша.

— Погоди, я так хочу есть, что сейчас просто сдохну! — Иди, милый, иди скорее мыть руки! — запричитала тетя Витя.

«Как хорошо дома», — подумал Стас, уплетая вкуснейший грибной суп. А после картофельной запеканки с мясом и грушевого компота он и вовсе ощутил, что жизнь прекрасна.

Стас, мы столько терпели, пока ты ел… — начала Даша.

Ладно уж!

И Стас рассказал им все, что с ними сегодня приключилось.

Ну, а как тебе Алиса? — поинтересовалась тетя Витя.

Да не знаю, я же ее не видел, всего-навсего рядом с палатой стоял. У нее только Петька был.

Стасик, а ты найдешь этот дом? — спросила вдруг Даша.

Какой?

Ну, куда старуху привезли?

Найду, конечно, только зачем?

Да я так спросила, на всякий случай!

Собираешься следить за старой грымзой?

Стас! — возмутилась тетя Витя. — Ты и меня за глаза тоже грымзой зовешь?

Что вы, тетя Витя! Какая же вы грымза? Вы классическая бабушка, душа нашего дома… А эта и впрямь грымза. Старая, лет за семьдесят, и вся накрашенная, противная…

Нет, тетя Витечка, он никогда вас грымзой не называл! — поддержала сводного брата Даша.

Ну и слава богу! — вздохнула тетя Витя. — Значит, мы договорились: завтра под вечер навещу Алису и попытаюсь хоть что-то у нее выведать.

Да, Стас, я забыла, тебе два раза звонил какой-то Валька Конышев. Это кто такой?

Валька? Это из моей старой школы… Отличный парень! Ох, у него же завтра день рождения!

Да, он тебя приглашал к четырем часам! Ты пойдешь?

Конечно, пойду! — обрадовался Стас.

Даша пожала плечами. Она ревновала Стаса к его прежней жизни.

Утром Даша позвонила Оле и рассказала ей все, что узнала от брата.

И ты предлагаешь пойти к этому дому? — удивилась Оля. — Зачем?

Да так, на всякий случай, вдруг что-нибудь да узнаем?

Давай, — без особого рвения откликнулась Оля. — Все равно делать нечего. Хотя, если честно, дело, по-моему, дохлое. Но все же попробуем, все интереснее, чем подлавливать собачников в вашем дворе.

И они условились, что Оля через час зайдет за Дашей, а та пока выяснит у Стаса, куда им следует направиться. Она пошла к нему в комнату. Стас валялся на кровати с английским детективом в руках.

Стас, слушай, где эта улица, где этот дом?

Где эта барышня, что я влюблен! — пропел в ответ Стас.

Нет, ну правда, я серьезно спрашиваю!

Что ты от меня хочешь? — оторвался от книги Стас.

Мы с Олькой хотим покрутиться там… Мало ли…

Делать вам нечего!

И правда нечего!

И тут зазвонил телефон. Это был Кирилл Хованский. Он задыхался от волнения.

Даш, можно я сейчас забегу? Я Квитко звонил, но его нету! Очень, очень важное дело!

Давай, беги скорее!

Я мигом!

Не прошло и пяти минут, как в квартиру буквально ворвался Хованский.

— Привет! Где можем поговорить, чтобы нас никто не слышал? — прошептал он.

Даша в изумлении смотрела на него. Он был бледен, глаза горели лихорадочным огнем, руки дрожали…

— Идем! — сказала Даша и отвела его в комнату Стаса.

Тети Вити дома не было. Она ушла в магазин.

Выкладывай! — сказал Стас.

Смотрите, что я нашел!

Он вытащил из кармана ярко-лиловый пластиковый мешочек, сверху завязанный узлом. Дрожащими пальцами он развязал узел и вытряхнул на расстеленную по его просьбе газету… кожаный футляр. Открыл его, и Даша со Стасом увидели фантастической красоты маленький веер из пластинок слоновой кости, украшенный зелеными камнями.

Ну и ну! — проговорил Стас.

Какая прелесть! — взвизгнула Даша и потянулась, чтобы подержать в руках восхитительную вещицу.

Где взял? — спросил Стас.

Там! В мусорке! — выпалил Хованский.

Что? В мусорке?

Ага.

Ни фига себе! Но как?

Я вчера вечером был в гостях, возвращаюсь довольно поздно и вдруг гляжу — мусорка открыта! Я оглянулся, вроде никого нет, ну и заглянул. И первое, что увидел, — такой яркий, чистенький пакет. Ну, думаю, оно! Схватил — и деру! Решил: погляжу, чего там, а потом подброшу! Но дома родители начали приставать с разговорами, короче, когда я смог, наконец, посмотреть, что в пакете, прошел, наверное, целый час. Я что угодно готов был увидеть, но только не это… Это же, наверное, жуткая ценность!

Да, похоже… Штучка явно старинная, слоновая кость и, видимо, изумруды….

Но, может, это кто-то случайно выбросил… по ошибке, а теперь рвет на себе волосы? — предположила Даша.

Ну, это вряд ли, — сказал Кирилл.

Почему?

Потому что футляр был завернут еще в бумагу, уложен в очень яркий пакет, такой, чтобы привлечь внимание.

Значит, ты думаешь, его нарочно в мусоропровод выкинули?

Ну да! А как же иначе? Сам подумай, Стас, это же не колечко, не сережка, которые можно уронить, не заметив!

Вообще-то ты прав, — почесал в затылке Стас.

И что теперь будет? — спросил Хованский. — Что мне-то делать?

Ты уверен, что тебя никто не видел?

Кажется, никто, но поручиться не могу!

Это может быть опасно! — воскликнула Даша.

Ты думаешь? — еще больше побледнел Кирилл.

Ну, я не знаю… Если кто-то видел тебя…

Но тогда получается, что кто-то ждал, когда этот пакет попадет в мусорку…

Послушайте, что мне пришло в голову! — перебил их Стас. — Никаким шпионажем тут и не пахнет! Это ограбление, медленное и постепенное. Кто-то выбрасывает ценности в мусоропровод, понемножку, по вещичке… А вчерашний тип еще с кем-то их подбирает! И скорее всего обкрадывают какого-то старика или старуху, которые либо уже в маразме, либо плохо видят…

Братишка, ты гений! Именно так! Кирилл, ты не знаешь, есть у вас в подъезде такие?

Не знаю. Но в принципе это нетрудно узнать… А вы не допускаете, что это совсем другое дело, а шпион все-таки существует?

Нет, не может быть. Чтобы и те и другие пользовались мусоропроводом? Нет! — решительно заявил Стас. — Значит, Кирилл, для начала попробуй узнать… Хотя нет! Ты пока об этом забудь, как будто ничего не было. Это для

тебя слишком опасно. Я постараюсь разведать как-то иначе… Не может быть! — вдруг прохрипел Стас и прилип к окну.

Стасик, что там такое? — крикнула Даша.

Смотрите! Смотрите! Грымза!

Кирилл ничего не понял. А Даша бросилась к окну. Действительно, у пятого подъезда стоял «БМВ», и оттуда вылезла вчерашняя старая дама. Ростик бережно повел ее к дверям, и они скрылись в подъезде.

Час от часу не легче! — проговорил Стас. — Эх, узнать бы, в какую квартиру она идет!

Ну, мало ли…

Что значит ну мало ли! Это даже самой глупой в мире козе понятно, что она идет в ту самую квартиру! — заорал Стас.

Это я — самая глупая в мире коза? — оскорбилась Даша.

Но тут в дверь позвонили. Явилась Оля.

Вы чего орете? На лестнице слышно! Случилось что-нибудь?

Да! Да! Скорее! — крикнул Стас и вылетел в прихожую. Набросив на плечи куртку, он выскочил на площадку и, не дожидаясь лифта, понесся вниз по лестнице.

Куда это он? — недоуменно осведомилась Оля.

Вон видишь «БМВ» ? На нем в пятый подъезд приехала та самая старуха, которую мы с тобой собирались выслеживать!

И тут Кирилл не выдержал.

— Может, мне кто-нибудь объяснит, наконец, что тут происходит? Я ничего не понимаю!

— Ладно, не злись, я сейчас все объясню!

И Даша, не вдаваясь в особенные подробности, рассказала Хованскому о вчерашних приключениях Стаса и Петьки, а потом еще заставила его показать свою находку Оле.

— Какая красивая штука! — всплеснула руками Оля. — Глаз не оторвать!

Еще Даша рассказала ей о догадке Стаса. Оля сразу с ним согласилась.

Понятное дело, это не шпионаж. Но интересно, что об этом скажет Петька.

Но мне-то что делать с этой игрушкой? — уже с раздражением проговорил Хованский. — Подбросить обратно в мусоропроводку?

Ты что, с ума сошел? — закричала Оля. — Какая гарантия, что она попадет в руки кому надо?

А кому надо? — усмехнулся Кирилл.

Ну, тому, кому предназначалась! Он наверняка уже потерял надежду, и теперь эту красоту могут просто увезти на свалку!

Но я же не вор! — гордо заявил Хованский.

Надо подождать! — сказала Даша. — Эта штука может оказаться важной уликой!

Слушайте, мы вот говорим, что это не шпионаж… А если это не просто антикварная ценность… Современные спецслужбы иногда такое выдумывают! А вдруг туда вмонтировано какое-нибудь устройство… Или микрофончик, или какая-нибудь ядовитая иголка, да мало ли что еще…

Ну, Хованский, ты даешь! Мы ее вертели-вертели и ничего не обнаружили, — рассмеялась Даша.

А ты думаешь, они это делают так, чтобы любой дурак мог обнаружить?

Ты серьезно? — удивилась Оля.

Вполне! Допустим, этот веер предназначается роскошной даме, которая с его помощью должна убить какого-нибудь важного деятеля. Допустим, они сидят в ресторане, она говорит: «Ах, тут так душно!» — и достает этот веер. Вещичка редкая, красивая, не может не привлечь внимания. Деятель просит показать ему веер, дама нажимает на камешек — и все! Туши свет! Деятель умирает от паралича сердца, и ни одно вскрытие ничего не покажет!

Девочки слушали, открыв рты.

Хованский, ну у тебя и фантазия, — проговорила Оля. — Но боюсь, это все ерунда…

Почему?

Потому что, если бы это было связано со спецслужбами, ты бы уже тут не сидел, а веер не лежал бы на столе…

А давайте попробуем! — блестя глазами, воскликнула Даша. — Попробуем осторожненько нажать на каждый камушек — вдруг что-то и обнаружим…

Правильно! — кивнул Кирилл. — Только надо действовать очень-очень осторожно. Ни в коем случае не нажимать пальцем…

А чем? Носом?

Не шути, Лаврецкая, я дело говорю! Надо раскрыть веер, положить на стол, прикрыть полиэтиленом и нажимать какой-нибудь палочкой, желательно подлиннее…

Соображаешь, Хованский! — с уважением заметила Оля.

А еще лучше сделать это в ванной, а то вдруг там яд? Тогда мы его просто смоем. Или в раковине.

Понятно! — согласилась Даша.

Они с предельной осторожностью достали веер из футляра и отнесли в ванную комнату, Кирилл положил его на дно ванны, прикрыл прозрачным полиэтиленовым пакетом и вооружился пластмассовой спицей, которую Даша позаимствовала у тети Вити.

— Даш, у тебя очки есть?

— Зачем тебе очки?

Прикрыть глаза на всякий случай! Даша принесла солнечные очки.

А теперь, девчонки, отойдите, чтобы не…

Нет уж, нам интересно! — возразила Оля.

Отойди, Жукова, по-хорошему! Это не шутки!

Ладно, — согласилась Оля.

Кирилл, постой! — крикнула вдруг Даша. И достала высокие резиновые перчатки. — Надень!

Спасибо!

И вот, наконец, с гулко бьющимся сердцем Кирилл приступил к операции. Одной рукой в перчатке придерживая веер, он храбро ткнул спицей в первый изумруд. Ничего не произошло. Потом — во второй. Опять ничего. На пятом камне он уже понял, что это дохлый номер и нет тут никаких секретных устройств. Но мужественно довел операцию до конца.

Ни фига? — спросила Даша.

Ни фига, — вздохнул он.

Так я и думала, — не без яда заметила Оля. — Обычный антиквариат.

Обычный антиквариат в необычном месте! А это уже само по себе вызывает подозрения. Но куда девался Стас? — вспомнила Даша и побежала к кухонному окну.

Но тут как раз открылась дверь и вошли Стас и Петька.

Что это с тобой, Хованщина? — удивился Петька при виде Кирилла, который не успел еще снять перчатки и солнечные очки.

Да мы тут экспертизу проводили, — усмехнулся он.

Вот, Петь, смотри, что Кирилл нашел! — И Даша протянула Петьке веер.

Ух ты, красотища! — пришел в восторг Петька. — А какую это экспертизу вы делали?

Они все рассказали. Стас умирал со смеху, а Петька счел, что они поступили совершенно правильно. Он долго вертел в руках изящную вещицу.

Она наверняка стоит бешеных денег! — заключил он.

Да, Стас, — опомнилась вдруг Даша. — Ты что-нибудь выяснил?

Нет. Ничего. Я спросил там у одной бабки, к кому такая роскошная старуха приехала, а она не знает. Особо мельтешить там мне тоже не хотелось…

Как интересно и необычно складывается это дело, — задумчиво начал Петька, — сперва у людей крадут «дипломаты» и портфели, мы собираемся этим заняться, натыкаемся на, казалось бы, явно шпионскую историю, а теперь… Алиса, которая тоже что-то вынесла из пятого подъезда, этот веер, да еще и иностранная старуха, которая заявилась в этот же самый подъезд… Но если бы не сегодняшняя Кирюхина находка, я бы мог предположить, что это все же какое-то недоразумение, даже цепь недоразумений, но этот веер… Да в лиловеньком мешочке, чтобы не спутать… Вот что, братва, думаю, сегодня, как стемнеет, в мусорку явится целая бригада искать пропажу!

Возможно, — кивнул Стас.

Так, может, подбросить туда эту штуку, а? — спросил Кирилл.

Нет уж, пусть пока она побудет у нас, а то они успокоятся и лягут на дно, — покачал головой Петька.

— Я знаю, что надо сделать! — сказала вдруг Даша.

Все с интересом на нее уставились.

— Надо подбросить туда лиловый мешочек, рваный…

— Зачем? — удивилась Оля.

Пусть думают, что это упер какой-то случайный человек!

Нет, нельзя! — возразил Хованский. — Тогда они решат, что это сделал Виктор, и у него могут быть неприятности, и это еще мягко сказано!

Действительно, — почесал в затылке Петька. — Но, с другой стороны, Виктор все равно подпадает под подозрение, в любом случае! Поэтому, я думаю…

Думай не думай, а придется нам подкинуть им эту штуку! Если речь идет о безопасности человека… И вообще, не украли же мы веер! Нет, теперь я понимаю — надо его подбросить! — решила Оля.

А если его и впрямь найдет кто-то другой, хотя бы тот же Виктор? Тогда как? — спросил Хованский.

Ну, есть вообще одна идея, — неуверенно произнес Петька. — Мы предполагаем, что, когда стемнеет, эти типы явятся в мусорку, так?

Так!

— Значит, наша задача состоит в том, чтобы подкараулить их в момент, когда они туда войдут, и спустить футляр с веером в мусоропровод в его родном лиловом мешочке! Это сложно, требует собранности, скоординированности, но…

— А что мы со всего этого будем иметь? — пожал плечами Стас.

Мы? Мы убедимся в том, что они охотятся именно за этим! — разъяснил Петька.

Нет, этот план никуда не годится, — сказала Оля.

Почему? — возмутился Петька.

Именно потому, что он ровным счетом ничего не даст. А может вообще спугнуть их! Подумайте сами — они не нашли мешочка, так что первым делом они предпримут? Скорее всего позвонят по телефону тому, кто его бросил в мусоропровод. А тот скажет, что он все сделал! И тут вдруг — подарок из Африки! Там такое начаться может…

Так оно и хорошо! Они забеспокоятся и выдадут себя! Могут даже сразу побежать в подъезд, и тут-то мы этих голубчиков и обнаружим на месте преступления. Раз это не шпионы, у них дисциплина не такая уж жесткая, ну и…

А ведь, возможно, Петро прав! — заметил Стас. — Надо нам всем собраться и распределить роли. Кому где быть и так далее. И Дениса надо вызвать, и Круза! Оля с Крузом и мы с Дашкой будем изображать парочки…

Стас, ты сдурел! — завопила Дашка. — Вдруг нас кто-то увидит, наговорит черт-те чего маме или тете Вите… Нет, точно, у тебя крыша поехала! И вообще ты же сегодня собирался на день рождения.

Ой, — схватился за голову Стас, — ты права, сестренка! Значит, будешь изображать парочку с Хованским, — нарочно поддразнил Петьку Стас, — а на день рождения я не пойду. Не до того.

Нет уж! — заявила Даша. — Никакую парочку я изображать не собираюсь! А Ольга с Крузом — как хотят!

Оля и Игорь скромно промолчали. Им ничего изображать было не надо.

И вообще я лучше пойду с тетей Витей в Склиф!

Зачем, Даш? Что, тетя Витя сама не справится?

Действительно, Дарья, у нас каждый человек на счету, а что тебе в Склифе делать? — удивился Стас.

Ладно, уговорили… — проворчала Даша. Она не очень любила многолюдные мероприятия, считала, что от них мало толку, но раз все согласились…

И они расстались до вечера, договорившись встретиться часов в восемь, когда стемнеет.

Глава VIII

Плантаторша

Без пяти восемь все пришли в квартиру Даши. Тетя Витя еще не вернулась из больницы. Петька, Игорь и Кирилл успели разработать точную схему. Следить за дверью мусорки решено было из дому. Это поручалось девочкам, вооруженным подзорной трубой. Разрешение у тети Вити было получено. Заметив что-то, они должны немедленно позвонить на сотовый Денису, который вместе с Хованским и Крузенштерном будет дежурить на площадке у мусоропровода. А Стас с Петькой засядут в стоящую во дворе машину уехавшего Кирилла Юрьевича. Таким образом, никто не будет вертеться возле мусоропроводной камеры. А присутствие мальчишек в компании с Хованским на лестничной площадке никого удивить не может.

Даш, как ты думаешь, обнаружим мы их сегодня? — спросила Оля, глядя в подзорную трубу.

Нет.

Почему?

Слишком хороший план!

— Что? — повернулась к ней удивленная Оля.

Нас слишком много, мы ко всему подготовлены… Это не сработает.

Но почему?

По закону мирового свинства! Но ты все-таки смотри в окно, Олька, я ведь не ясновидящая, могу запросто и ошибиться!

Хорошо бы ты ошиблась!

Хорошо бы.

Тетя Витя идет! — объявила Оля.

Отлично, может, она что-то разведала!

Однако приход тети Вити принес одно лишь разочарование. Алисе сегодня сделали операцию, и тетю Витю к ней попросту не пустили.

Ну, точно, — сказала Даша, — не будет нам сегодня удачи.

Дашка, не каркай! — одернула ее Оля.

Но Даша как в воду глядела. Никто возле мусоропроводной камеры так и не появился. В одиннадцать Петька зашел за Олей и проводил до подъезда. Они жили в одном доме. Хованскому тоже велели идти домой. Денис должен был остаться ночевать у Стаса в комнате; по этому случаю они, отправив домой Крузенштерна, просидели в машине до половины первого, а потом по требованию тети Вити вернулись домой. Им еще повезло — Александра Павловна не заметила, что они сидят в машине.

Да, неудачный день, — сказал Стас, когда они ужинали на кухне.

А я заранее это знала! Слишком хороший был план!

Может быть, — улыбнулся Денис. — В таких делах всегда лучше действовать как бог на душу положит. Ну, ничего, еще не вечер.

Совершенно верно, еще не вечер, уже ночь! — повела плечиком Даша. — Я пошла спать!

Утром Петька встал поздно, когда родителей уже не было дома. Вчерашняя неудача обескуражила его. К тому же он ломал голову над тем, как быть с драгоценной вещицей. Петька поставил чайник, приготовил любимую яичницу с помидорами и черным хлебом и включил телевизор. Побегал по программам. «Одна лабуда», — решил он, но тут на Московском канале начались пятиминутные новости. Он особенно не прислушивался, но вдруг поднял глаза и обомлел — на экране была та Самая старуха! Грымза. И она была… мертвой. Но текст он пропустил мимо ушей. И буквально тут же раздался звонок.

Петро! — услыхал он взволнованный голос Стаса. — У тебя телевизор не включен?

Стас! Я видел, но не расслышал! Что там сказали?

Сказали, что сегодня утром на Тверском бульваре обнаружен труп неизвестной женщины! На скамейке! При ней не было никаких документов.

Стас! Ее убили!

Про это никто ничего не говорил. Она старая, могла и своей смертью умереть! Могла! Но мне это ужасно не нравится!

Что будем делать? Сообщим в милицию?

Обязательно, только надо сперва подумать… В конце концов, видели ее не только мы, но и Мелешин. Так что сообщить придется! Давай я сейчас ему позвоню, и мы все обсудим!

Валяй! Только лучше нам встретиться, а не по телефону…

— Ну, это ясно…

Петя? — обрадовался Мелешин. — Какие новости?

Вы сейчас телевизор не смотрели?

Нет, а что случилось?

— Василий Константинович, старушку того… убили.

— Какую старушку, Петя? Ты что, «Преступление и наказание» читаешь?

— Если бы! — мрачно произнес Петька. — Нет, настоящую живую старушку… Ту самую, из аэропорта, испанскую…

— Петя, что ты говоришь? Что за шутки?

Шутки! Какие шутки! Только что по телику показали. На Тверском бульваре найден труп старушки, без документов. Я ее сразу узнал!

Надо немедленно сообщить в милицию, мы же многое знаем!

Василий Константинович, я согласен, надо, даже необходимо, только сперва требуется кое-что обсудить. Ведь если мы скажем, что попали туда случайно…

— Да, Петя, верно… Вот что, дружище, возьми Стаса и приезжайте ко мне. Мы тут спокойно все обсудим и вместе поедем в милицию. Мне надо еще кое-что доделать, а пока вы приедете, я как раз с этим управлюсь. Жду вас!

Петька тут же позвонил Стасу и передал приглашение Мелешина.

Отлично! — сразу согласился Стас. — Заодно заглянем на нашу новую квартиру — посмотрим, как там и что.

А Дашка что делает? — полюбопытствовал Петька.

Они с тетей Витей ушли по каким-то бабским делам. Туфли покупать, что ли.

Это к лучшему. Они не в курсе?

Нет, конечно!

Стас, через десять минут я жду тебя у твоего подъезда!

Ровно через десять минут Стас спустился. Петька уже был там.

К мусорке никто не подходил! — тихонько сообщил Петька. — Я там вчера бечевочку незаметную оставил. Ее никто не трогал.

Да черт с ней, с мусоркой! Тут человек умер, какой-никакой, а все-таки человек!

Почти всю дорогу они молчали. Смерть неизвестной старухи произвела на них тяжелое впечатление. Только уже у самого дома Стас спросил:

Сначала заглянем в квартиру или потом?

Лучше потом!

Хорошо, — согласился Стас.

Едва лифт остановился на четвертом этаже, как Меле-шин уже открыл дверь.

— Заходите, заходите! — пригласил он ребят. Провел их в свой кабинет.

Они уселись рядом на кожаном диване, а хозяин устроился за письменным столом.

Ну, какие будут соображения? — спросил он.

Как ни крути, а в ментуру сообщить придется, — мрачно проговорил Петька. — Вопрос в том, что сообщать. Всю правду говорить никак нельзя. Мы же еще окажемся виноватыми!

— Петя!

— А вы что, нашу милицию не знаете? Можно, конечно, позвонить Крашенинникову, но не факт, что он не переадресует нас куда-то, а там…

Петька, не пори ерунды! Если дядя Володя возьмется, то мы можем быть спокойны.

Так-то оно так, но все равно придется объяснять много такого, чего мы объяснить не можем… Да еще эта штукенция, которую Хованский нашел…

Что нашел Хованский? — быстро спросил Мелешин.

Петька вынужден был все ему рассказать. Тот схватился за голову.

— Да, друзья, ну и влипли мы в историю…

— Василий Константинович, Стас, у меня есть идея! Отличная! Мы выполним свой долг, никого при этом не подведем и сами останемся в стороне!

То есть? — поднял брови Стас.

Анонимное сообщение! Я позвоню и скажу, что видел эту старуху вчера в аэропорту Шереметьево, она прилетела из Мадрида. Тогда им ничего не будет стоить установить ее личность. Просто раз плюнуть! Скажете, плохая идея?

Но позволь… Ведь мы же еще знаем, куда отвезли эту старуху! — напомнил Мелешин.

Ну и что? Могу и об этом сказать, хотя это уже подозрительно. И потом, кроме нас, ее видели еще охранники в подъезде и тоже могут опознать, да и тот тип на «БМВ», он вовсе не скрывался, он ее привозил в наш дом… Открыто с ней появлялся — вряд ли он ее убил и кинул на бульваре… Поймите, если мы дадим им зацепку, скажем, что она прилетела из Мадрида, то они уж как-нибудь сумеют установить… Ой, да я могу сказать, что видел, как ее увезли из аэропорта на «БМВ» с таким-то номером!

Вот это мне уже больше нравится… — медленно проговорил Мелешин. — Честно говоря, я бы предпочел открыто пойти в милицию и рассказать им всю правду!

— Но это невозможно! — воскликнул Стас. — Сюда уже вовлечено столько людей! И мы даже не сможем толком ничего объяснить!

— Согласен. Только звонить нужно из автомата.

Петька расхохотался.

Ты чего? Хочешь сказать мне — не учи ученого, да? — улыбнулся Мелешин.

Ну, что-то в этом роде.

Хорошо. Это вопрос решенный. Ты сейчас им позвонишь. Но… Я все-таки хотел бы кое-что посоветовать вам, просто на правах старшего. Бросьте это дело. Не суйтесь туда. Это опасно. Никакой это не шпионаж, разумеется, это какая-то, по-видимому, сложная афера, а старушка каким-то образом помешала им, сделала что-то не так… Если, разумеется, она не умерла просто своей тихой смертью. Что, кстати, вполне возможно.

Но тогда почему при ней не было документов? — резонно поинтересовался Стас.

Они вполне могли быть при ней, но что стоит ограбить мертвую старуху? Тем более она была богато одета, и сумочка могла привлечь любого бессовестного человека, а их в Москве более чем достаточно.

Да, это похоже на правду, — кивнул Петька. — Вы пока посидите, а я сбегаю позвоню!

Нет, спустимся все вместе, а потом я отвезу вас домой, — поднялся со стула Василий Константинович.

Они отыскали работающий телефонный автомат. Петька уже снял трубку, но Василий Константинович отобрал ее у него.

— Я сам позвоню! Ты извини, друг, но взрослому скорее поверят!

Петька обиженно пожал плечами, но все-таки промолчал. Ничего не попишешь, Мелешин прав. Анонимный звонок от мальчишки могут принять за розыгрыш. Василий Константинович набрал номер, который Стас успел записать с телевизора, когда передавали сообщение о смерти неизвестной старушки. Абсолютно четко, без единого лишнего слова он сообщил, что видел позавчера старушку в Шереметьеве, когда встречал мадридский рейс. Она прибыла в Москву одна, ее встретил какой-то мужчина на машине марки «БМВ» с таким-то номером.

Извините, не называю себя, ибо не хочу быть втянутым в милицейские процедуры, — закончил он и повесил трубку.

Ну что? — выдохнул Петька.

Да ничего. Приняли к сведению.

Номер машины записали?

Надо полагать.

— Интересно, а они сообщат потом: своей смертью она умерла или ее убили? — спросил Стас.

Это вряд ли. Если ее убили, тогда, может, в какой-нибудь газете и просочится информация, а уж если своей смертью…

Лучше бы все-таки она своей смертью померла, — заявил Петька.

Разумеется, — поддержал Мелешин. — Ну, что, друзья, куда вас отвезти? Домой?

Стас и Петька переглянулись.

Да, — сказал Стас, — если вам нетрудно.

Василий Константинович, а как вы считаете, что нам делать с этим веером? — спросил Петька, уже сидя в машине.

Пока оставьте у себя, а когда выяснится, у кого он украден, вернете! Что же еще тут можно предположить?

Но ведь вполне вероятно, что мы никогда этого не узнаем, — заметил Петька, в бедовой голове которого уже начал созревать новый план.

Вы? Не узнаете? — засмеялся Мелешин. — Быть такого не может! По-моему, вы всегда узнаете то, что хотите узнать.

Почти всегда, — поправил его Петька. — Но ведь всякое бывает…

Что ж, поживем — увидим, — заключил Мелешин.

Он довез ребят до Петькиного дома, и они простились. Едва Мелешин отъехал, Петька сказал:

Стас, у меня идея!

Стоящая?

Думаю, да.

Выкладывай!

Пошли ко мне, не на улице же разговаривать!

Тоже верно.

Они поднялись в квартиру.

Что за идея? — нетерпеливо спросил Стас.

Понимаешь, я хочу сделать один ход…

Ну, говори же! Не тяни кота за хвост!

Я сегодня наведаюсь к Алисе!

Зачем?

Узнать о здоровье и так далее… И заодно, чтобы развлечь бедняжку, расскажу ей, что мы нашли совершенно случайно потрясающий веер с драгоценными камнями…

Ты сдурел, да?

Почему? По-моему, очень даже остроумный ход! И я погляжу, как она отреагирует… Причем я скажу, что нас было много, а у кого именно этот веер, я ей говорить не стану!

А если эта самая Алиса заодно с ворами? Кстати, я уверен, что так оно и есть.

Да ты пойми, чудак, она же понятия не имеет, кто я такой и откуда! Меня же прислала ее соседка!

Ерунду говоришь! Когда соседка скажет, что ты привез ей посылку из Краснодара, немедленно выяснится, что никакой посылки не было! А найти веер могли только в одном месте — в мусорке. И круг поисков катастрофически сузится. Тебя, может, и не найдут, а вот Хованский ваш может оказаться первой жертвой. Так что план твой, Петро, никуда не годится, ты уж меня извини.

Петька глубоко задумался.

Да, может, ты и прав… — с неохотой признал он через некоторое время. — Но что же делать, а?

Знаешь, Петро, мы ведь не украли этот веер, мы его нашли. Ну, не мы, а Хованский, но это неважно. Совесть у нас чиста, и потому мы должны временно о нем забыть. А пока… Давай попробуем раньше ментов выяснить, кто пришил старушку, зачем она пожаловала в наш дом и к кому.

У тебя есть конкретные идеи?

Есть, хоть и очень немудрящие.

Ты предлагаешь поехать к тому дому и покрутиться там?

Молодец, Петро! — похлопал его по плечу Стас. — Именно. Ведь старушка там остановилась.

Но там же охрана…

Петро, ты меня удивляешь! Чтобы тебя смутила какая-то охрана!

А что, мне твоя идея нравится, такие внезапные озарения самые плодотворные. Поехали!

И они отправились в район Большой Бронной улицы, где в одном из переулков стоял «элитный» дом.

Эх, плохо, что сейчас не лето, — вздохнул по дороге Петька.

Ничего не имею против вечного лета! — засмеялся Стас.

Нет, я серьезно… Летом везде во дворах старушки загорают, а это такой источник информации…

— Ничего, попробуем своими силами обойтись!

Однако двор при дневном свете производил какое-то безнадежное впечатление. Все три подъезда «элитного» дома охранялись. Перед домом стояло множество машин, а вот лавочек, где иной раз даже в плохую погоду дышат загазованным воздухом пожилые обитательницы домов, не было и в помине. Спрятаться негде.

— Да, тот еще двор, — проговорил Петька, — боюсь, мы тут ничегошеньки не узнаем. Придется придумать что-то другое… Пошли, не будем пока мозолить глаза охранникам.

И только они повернулись, чтобы покинуть негостеприимный двор, как кто-то крикнул:

— Стас! Стас!

Они оглянулись. К ним подбегала худенькая, долговязая девочка в очках.

Милка! Откуда ты свалилась?

Я тут живу! А вот ты откуда? Ой, сколько ж мы с тобой не виделись? Года полтора, да?

Вроде того! А ты что, теперь в этом доме живешь?

Ну да! Мама замуж вышла — и мы сюда перебрались.

«Неужели опять повезло?» — подумал Петька.

Милка, вот, познакомься — это мой друг…

Петр, — вежливо представился Петька.

А я Мила! — и девочка подала Петьке руку.

«Она некрасивая, но славная», — подумал Петька.

Ой, Стасик, как я рада! Слушай, а ты спешишь?

— Да нет, — ответил Стас.

Тогда пошли к нам! Мама будет в восторге!

Но я же с другом!

Ну и что? Друга я тоже приглашаю! Пошли, пошли! Все нам расскажешь! Как твой папа?

Папа женился.

— Что ты говоришь! Сколько перемен за полтора года!

И Милка повела их прямиком в тот подъезд, где тогда скрылась старуха, прилетевшая из Испании в Москву. Петьке стало ее жалко, хоть он понятия не имел о том, какую роль она играла в этой запутанной истории.

Это со мной! — сказала Мила охранникам, указывая на ребят.

А твой отчим дома? — осторожно осведомился Стас.

Отчим? — засмеялась Милка. — Да я вижу его от силы один раз в неделю. Он работает в банке и вообще крутой воротила! А мама жутко обрадуется!

Мы раньше жили в одном доме! — объяснил Стас в ответ на недоуменный Петькин взгляд.

Ага! — кивнула Милка. — И я с первого класса была в него влюблена!

Она открыла ключом явно бронированную, тяжеленную дверь, потом — еще одну.

— Мама! Смотри, кто к нам пришел! — закричала Милка, едва переступив порог.

В громадную прихожую выглянула милая, еще молодая женщина, очень похожая на Милку, только в отличие от дочери красивая.

Боже мой! Стасик! — воскликнула она и бросилась к нему. — Стасик! Какими судьбами?

Представляешь, мама, я иду себе и вдруг гляжу — Стас! А это Петя, его друг!

Очень рада, мальчики! Раздевайтесь, проходите! Ты молодчина, Милочка, что привела ребят! Ох, да ты со всем взрослый молодой человек, Стасик! Ты, наверное, уже школу кончаешь?

Да, в этом году!

Мам, а его папа тоже женился! — доложила Милка.

Что значит тоже? — спросила ее мама.

Ну, ты замуж вышла, и его папа женился!

Мама с дочкой провели ребят в роскошно обставленную гостиную.

— Садитесь, мальчики! Я сейчас чуть-чуть расспрошу Стасика, а потом приготовлю вам что-нибудь ужасно вкусное! Согласны?

Они уселись на невиданно громадный диван, обитый лиловой кожей. «Не слишком ли много лилового», — подумал Петька, вспомнив о лиловом мешочке для мусора. А Милкина мама, которую звали Ириной Яковлевной, буквально впилась в Стаса.

Ну, скажи, Стасик, на ком же Кирилл женился? Она красивая?

Красивая.

Она работает?

Да! Она заместитель генерального директора одной телекомпании…

Боже! Настоящая бизнесвумен?

— Да.

А ты не против?

Нет, почему… И потом, у меня появилась сводная сестра Даша!

Ой, Стасик, я так хочу с ней познакомиться! — завопила Милка. — Ты нас познакомишь?

Обязательно!

«Пока эта хаусвумен не уберется на кухню, — раздраженно подумал Петька, — ничего не удастся узнать. Хотя, если бы не встреча с Милкой, у нас даже надежды не было бы… А так надо просто набраться терпения и радоваться новому знакомству. Между прочим, и Милка, и ее мама — вполне симпатичные, и нечего срывать на них раздражение», — уговаривал себя Петька.

Наконец, удовлетворив свое любопытство, Ирина Яковлевна удалилась на кухню. «Как бы так незаметно свернуть разговор на покойную старушку», — думал Петька. Та же мысль вертелась и в голове у Стаса.

А у вас роскошный дом! — начал он. — Тут всякая знать живет?

Ага! Раньше это был дом ЦК, а теперь тут разные люди живут. И банкиры, и коммерсанты, и из правительства…

Машины внизу клевые, — пришел на помощь Стасу Петька. — Даже «Линкольн» есть! Но мне лично больше всех машин «БМВ» нравится.

Да? У моего отчима как раз «БМВ». Он тоже любит эту марку.

Какого цвета?

Черный!

И вдруг у Петьки оборвалось сердце. Неужели… Он вспомнил внешность хозяина «БМВ». Типичный банковский деятель. Только без охраны. Но что-то не похоже, что в доме кто-то умер. Но, может, они еще не в курсе? Стасу пока ничего такого в голову не приходило, и он вполне непринужденно болтал с Милкой о разных разностях, предоставляя Петьке возможность вклиниваться иногда со своими вопросами. Но Петька замер от предчувствий.

Слушай, Мил, — перебил он вдруг разговор. — А где у вас тут… ну, куда прогуляться можно?

Туалет? — сообразила Милка. — Пойдем, покажу. У нас их два!

Покажи один, два мне ни к чему.

Петька пошел за ней.

Да у вас тут заблудиться можно!

Если на обратном пути заблудишься, кричи «ау»!

Обязательно!

Выйдя из туалета, он не стал ничего кричать, а на цыпочках подошел к одной из дверей и легонько ее толкнул. Это явно была спальня хозяев. Он толкнул еще одну дверь и чуть не вскрикнул. Первое, что бросилось ему в глаза, — два знакомых чемодана, стоявших у стены. Да! Вот это игра случая! Ошизеть можно. Как бы дать понять Ста-су, куда они попали. Он, похоже, еще не врубился.

Едва Петька вернулся в гостиную, как Ирина Яковлевна позвала Милку на помощь. Мальчики остались одни.

Стас, — едва слышно прошептал Петька. — Это та самая квартира!

Какая та самая? — не понял Стас.

Куда старуха приехала, я ее чемоданы видел!

— Петь, ты что?

Ничего! У них «БМВ», черный!

Ну и что? Мало ли сейчас в Москве черных «БМВ» ?

А чемоданы? Я их сразу узнал!

Где ты их видел?

В одной из комнат.

Петь, но так не бывает!

Все бывает, Стасик!

Но они ведут себя как ни в чем не бывало!

Они просто еще не знают…

Как они могут не знать, если она пропала?

Мальчики, — раздался голос Ирины Яковлевны, — вы не обидитесь, если я приму вас на кухне? Если честно, мне просто лень таскать все в комнату!

Ну что вы… — смутился Стас.

Тогда идемте! Как хорошо, что мы снова встретились… Столько перемен, могли вообще никогда в этой жизни не увидеться… Обязательно передай папе самый нежный привет!

Мама, он же еще не уходит! — засмеялась Милка.

Кухня была очень просторной и оборудованной по последнему слову техники. Круглый стеклянный стол был красиво сервирован. И умопомрачительно вкусно пахло. Они уселись за стол.

Ешьте, мальчики, не стесняйтесь! Петя, тебе положить вот этот салат?

Да, спасибо.

А я вот ломаю голову: ты, Петя, ведь помоложе Стаса, я не ошибаюсь?

Нет, не ошибаетесь, — улыбнулся Стас. — Петро учится в одном классе с Дашей, и мы вместе дружим!

Ой, а примите меня в свою компанию! — закричала Милка.

Стас и Петька промолчали. Что на это скажешь? В компанию не принимают просто по первой просьбе.

На столе стоял какой-то странной формы кувшин. Желтое стекло было оклеено резной тончайшей кожей, крышечка была деревянная, а прозрачный носик прикрыт колпачком на цепочке.

Какая странная штука! — сказал Петька. — Что это?

О! Это всего лишь оливковое масло! Из Испании!

Что, так прямо продается? — полюбопытствовал Петька.

Я не знаю, — ответила Ирина Яковлевна, — это нам привезла родственница мужа со своих плантаций. Масло и впрямь потрясающее.

Со своих плантаций? — поперхнулся Петька.

Да, у нее там оливковые рощи и маслодавильни свои, — кажется, это так называется?

Значит, она плантаторша? — уточнил Петька.

А черт ее знает, плантаторша или не плантаторша, но довольно-таки богатая старуха.

Петька под столом пхнул Стаса ногой. Да, теперь уже и Стас поверил, что в этой жизни бывает всякое.

Интересно было бы взглянуть на живую плантаторшу, — сказал он.

Думаю, у вас еще будет такая возможность, — улыбнулась Ирина Яковлевна. — Она остановилась у нас, но вчера уехала к своей сестре и пока не вернулась. Ну да бог с ней! Стасик, а вот скажи…

И она перевела разговор. Видимо, Ирина Яковлевна не была в восторге от родственницы мужа.

«К сестре? — подумал Петька. — Значит, в пятом подъезде Лавриного дома живет сестра этой старухи. Узнать бы, в какой квартире она живет, многое могло бы проясниться». Петька почувствовал, что ключ ко всей истории — умершая или убитая старуха. Но опять возвращаться к этой теме нельзя, это может вызвать подозрения. И тут же его посетила одна совсем не дурная мысль… Надо только улучить момент и остаться наедине со Стасом. Но это будет еще не скоро, судя по всему. И он попытался передать свою мысль Стасу телепатически.

— Слушай, Милка, — начал вдруг Стас, — приходи к нам завтра! Я тебя познакомлю с сестрой, да и вообще по смотришь, как мы живем…

«Удалось!» — пришел в восторг Петька. Именно эту мысль он внушал Стасу.

А вы далеко живете? — поинтересовалась Ирина Яковлевна.

Да нет, недалеко! — И Стас назвал адрес.

— Где ты говоришь? Неужели? Но в этом доме живет и сестра нашей плантаторши! Подумать только, какое совпадение!

Да, а в какой квартире? — с невинным видом поинтересовался Стас.

Понятия не имею, — ответила Ирина Яковлевна. — Я просто слышала, как муж говорил адрес дома кому-то, помню, что пятый подъезд, а номер квартиры… Нет, не знаю.

Стас уже собрался спросить фамилию сестры, но тут зазвонил телефон. Ирина Яковлевна взяла трубку и вышла из кухни. Через десять минут она вернулась бледная-пребледная.

Мама, что случилось? — встревожилась Милка.

Милочка, несчастье… Плантаторша… она умерла!

Как умерла?

Звонил Ростислав… Ее нашли мертвой на Тверском бульваре… Без документов… Какой кошмар! Боже мой, Ростик просто в ужасе! Да сейчас такое начнется…

А он откуда узнал?

— Говорит: ему позвонили из милиции… Господи, вот несчастье так несчастье…

Стас и Петька сидели, едва дыша. Они понимали, что сейчас надо подняться и уйти, но… это было выше их сил.

Мальчики, извините, — начала Ирина Яковлевна.

И тут Стас вскочил.

Нет, это вы извините нас! Мы пойдем!

— Боюсь, что завтра у нас ничего не выйдет, — чуть не плача, сказала Милка. — Но я теперь знаю твой телефон, я обязательно позвоню!

— Ирина Яковлевна, может, вам нужна какая-то помощь? — спохватился Стас.

— Нет, Стасик, я не знаю… Я так растерялась… Что теперь будет… Но вы идите, не беспокойтесь, муж все устроит…

Стас и Петька оделись, смущенно потоптались в прихожей, выражая соболезнования, и наконец распрощались с гостеприимными хозяйками.

Да, история… — проговорил Петька, когда они вышли на улицу. — Как ты думаешь, Стас, отчим этой Милки тут не замешан?

Почем я знаю? Но скорее всего нет. А вот тот тип на «копейке»… Он очень подозрительный! Очень! Зачем, спрашивается, он приезжал в Шереметьево? Похоже, просто убедиться, что старуха прилетела. И тут же смылся. Теперь, кстати, понятно, почему они не стали искать в мусорке веер. Не до того было!

Постой, постой, Стас! Но ведь нам никто не сказал, то ее убили! — охладил его пыл Петька. — Так что тот тип, может, и ни при чем, хотя… Эх, узнать бы: своей она смертью померла или нет…

И что тогда было бы?

Стас, пойми, тип на «копейке» каким-то образом вязан с пятым подъездом, и Алиса оттуда что-то вынесла… Там какое-то гнездо… Но ты подумай, мы никак не можем выяснить, в какой это квартире происходит! Просто чушь какая-то… Нет, это надо поломать. Я не я буду, если сегодня же не выясню, что это за таинственная квартира.

Как ты собираешься это выяснить?

Методом исключения!

То есть?

Возьму Хованщину, и мы пойдем с ним по этажам. Он покажет мне все квартиры, хозяев которых он знает. Может, что-то подвернется… А если мы исключим из списка подозреваемых хотя бы десяток квартир, нам уже будет гораздо легче. Ты согласен?

Пожалуй! Хотя это чересчур сложно.

— Погоди, у меня вот еще какая мысль мелькнула. Сестра этой старухи тоже должна быть старухой!

Логично!

Значит, спросим Хованщину, где живут старухи. И, предположительно, богатые!

Мудро, Петя!

А еще у богатой старухи должна быть очень мощная дверь. Так вот, по сумме всех этих данных я попытаюсь вычислить нужную квартиру.

Допустим! А что дальше?

Ну, Стас, это детский вопрос. Установим слежку за квартирой…

Боюсь, что это не удастся.

Почему?

Потому что после звонка Мелешина милиция не пройдет мимо этой квартиры.

Но они же просто наведаются к сестре, чтобы узнать там всякие подробности: когда пришла, когда ушла — и все такое… А про систему с мусоропроводом они ничего не знают! И быстро отвалят!

Черт, мы все время говорим так, будто ее и впрямь убили… — сообразил Стас.

Думаю, это неспроста, — зловещим голосом проговорил Петька. — Слушай, а тетя Витя к Алисе больше не собирается?

Почему, собирается! Сегодня вечером хотела проведать…

Надо, чтобы она как-то ненароком поинтересовалась, что же такое тогда вынесла из дому Алиса и в какую именно квартиру она ходит.

А ты не много ли хочешь? — засмеялся Стас.

Хотеть не вредно!

Глава IX

Удача не отвернулась

Петька первым делом позвонил Хованскому. . — Привет, Кирюха! Какие новости?

Плохие! — мрачно отозвался Кирилл.

То есть?

Меня спасло только чудо!

Спасло? От чего?

От кого! От мамы!

Ничего не понимаю!

Мама только чудом не нашла у меня эту проклятую штукенцию! Я уж думал: хана, представляешь, что было бы, если б она на нее наткнулась! Она искала у меня в столе конверт. И я уж думал: каюк — но тут ее к телефону позвали… И, конечно, перепрятал… Знал бы ты, как мне уже обрыд этот веер! Петь, что делать-то?

Я тебе как раз насчет этого звоню. Ты один дома?

Конечно. Мои на работе.

Тогда я сейчас к тебе приду! Надо кое-что обмозговать.

Жду!

Вскоре Петька уже рассказывал Кириллу о событиях сегодняшнего дня.

— Ну и ну! — поражался тот. — Вот это совпадение! Значит, та старуха в шубе померла… Знаешь, а мне твоя идея пройти по этажам очень нравится! Пошли, не будем терять время!

Они поднялись на лифте на последний этаж. Петька держал в руках блокнотик и ручку.

Так, — начал Кирилл, — вот тут живет знаменитый футбольный судья Лагутин. У него жена и девчонки-близняшки.

Вычеркиваем, — решительно сказал Петька.

Вот тут — Матильда Наумовна, моя училка по-английскому. Живет одна. Сразу вычеркивай!

Да, — сказал Петька.

Вот тут…

Пройдя четыре этажа, Петька подумал: «Кажется, так ничего не добьешься». Многие двери были укреплены, обиты кожей, под которой скрывалось стальное полотно, но ничего из ряда вон выходящего не было. Да и Кирилл знал далеко не всех жильцов.

На третьем этаже из вполне обычной двери вышла немолодая женщина в байковом халате, с пластмассовой гребенкой в волосах и спустилась к мусоропроводу. Однако никаких лиловых мешков они не заметили. В руках у нее было обычное зеленое пластмассовое ведро. Она смерила ребят сердитым взглядом и, вытряхнув ведро, пошла обратно.

— А это кто? — шепотом спросил Петька.

— Не знаю. Первый раз вижу! Сейчас жильцы часто меняются. Народ улучшает жилищные условия!

— Да, это точно.

Петь, по-моему, это безнадега, а?

Боюсь, что ты прав… Чертовщина какая-то… Что бы в одном подъезде мы никак не могли обнаружить квартиру… А ты с мамой говорил?

С мамой? Нет, что ты!

Почему?

— Ты мою маму не знаешь! Она сразу все просечет!

Петька был в отчаянии. Сколько всяких остроумных планов они строили, и все насмарку! Или он отупел? Может, он, как говорится, уже «выработал свой ресурс»? Вчера его папа так сказал о ком-то из своих сослуживцев. Видимо, так и есть. Дурак набитый, хвастун и задавака! Еще называл себя Петром Великим! Тупица чертов. Или просто удача от него отвернулась? Ведь, если судить по справедливости, многие его успехи объяснялись простым везением. Такой вариант понравился ему куда больше, чем «выработанный ресурс». Отвернулась удача? Ничего, она еще повернется к нему лицом…

— Квитко, что с тобой? Ты чего?

Ничего, — встряхнулся Петька и глянул в лестничное окно. Кровь бросилась ему в голову. Нет, удача от него не отвернулась! Во двор въезжал знакомый черный «БМВ»

Хованщина, внимание! — скомандовал он. — Этот мужик сейчас пойдет в нужную нам квартиру!

Что делать? — быстро спросил Хованский.

Бежим вниз и поднимемся с ним на лифте! Если спросит, какой этаж, скажи — последний!

Но Кирилл уже несся вниз через три ступеньки. И первым оказался у лифта. Петька тоже успел спуститься, надвинув кепку на глаза. И тут вошел долгожданный Ростик. Петька сразу же вызвал лифт. Вежливо пропустил Ростика вперед.

Вам какой? — спросил он.

Третий! — ответил мужчина.

Петька нажал кнопку третьего этажа. Когда лифт остановился, он сказал:

— Ну пока, Кирюха! — и вышел вслед за Ростиком.

Тот был настолько занят своими мыслями, что вовсе не обратил внимания на каких-то мальчишек и с огорченным видом позвонил в ту самую квартиру, откуда выходила пожилая женщина в байковом халате. Петька остановился у двери напротив и притворился, будто ищет в кармане ключи. Впрочем, все его маневры были излишни. Мужчина и не глядел в его сторону.

Очевидно, в той квартире спросили, кто пришел.

— Ростислав! — ответил он.

Там долго возились с замками и наконец открыли. Ростислав вошел, и дверь захлопнулась. Опять было слышно, как тщательно запирают двери.

— Это уже кое-что! — раздался голос за его спиной. От неожиданности Петька вздрогнул. Это был Хованский. Они спустились во двор.

— Неужели та тетка — сестра плантаторши? — недоуменно проговорил Петька. — Ну просто ничего общего! Вот что, Хованщина, теперь мы знаем номер квартиры, постарайся выяснить, кто там живет. Теперь это куда проще узнать. Можно хоть у дворника спросить…

— Да, я и сам об этом подумал. Только не идти же мне к нему домой с таким вопросом!

Нет, конечно, увидишь — спроси! А сейчас идем к Лавре!

Зачем?

Как зачем? Как зачем? Надо же их ввести в курс дела! И потом у меня родились еще две идеи!

Сразу две?

Вот именно! Как будто плотину прорвало!

А нас не затопит? — усмехнулся Кирилл.

Не боись, Хованщина! Прорвемся, удача на нашей стороне!

Петька! Кирилл!

К ним подбегал Стас.

Вы видели? — он глазами указал им на «БМВ».

— Спокуха, Стасик! Мы узнали номер квартиры! Сто сорок два! Третий этаж!

А я выглянул в окно и ахнул…

А мы как раз к вам собирались.

Пошли, тетя Витя пирожки с картошкой сделала. Вкусные!

Печеные или жареные? — деловито осведомился Хованский.

А тебе не все равно? — удивился Петька.

Конечно, нет.

— Жареные! — успокоил его Стас.

Они поднялись к ним на седьмой этаж.

Надо же, жареные пирожки, и никакого чада! — восхитился Хованский. — Моя мама никогда их не делает, говорит, чадить неохота.

Наверное, тетя Витя знает какой-то секрет, — предположил Стас.

Петька! Тебя Круз искал! — встретила его Даша. — Его родители до конца каникул в Киев отправляют, к родственникам. Он рвет и мечет.

Пока Петька разговаривал с Игорем, Кирилл со Стасом все рассказали Даше.

Я, кажется, знаю тетку, которую вы видели. Она седая, стриженая, а в волосах гребенка?

Точно!

Она месяца два назад поскользнулась возле магазина, я ей помогла встать и до дому дойти. Она очень не приятная. А еще у нее тогда в сумке яйца переколошматились, а я не заметила и, пока вела ее, они мне сапог залили.

Да, такое не забывается, — усмехнулся Стас.

Только я вам вот что скажу — не может она быть сестрой той старухи!

— Почему?

— По определению! Та такая аристократка, насколько я понимаю? Да? А эта просто обычная полуграмотная баба.

— Ну, милая, это ты ерунду говоришь, — перебил ее Стас. — Одна выросла, допустим, где-то за границей, а другая — тут, и неизвестно еще, какая судьба у нее была.

Нет, Лавря права, — поддержал ее Петька, — у них, как это говорится, кость совсем разная. Я-то их обеих видел! Надо узнать, нет ли там еще одной старухи. Теперь, когда мы знаем квартиру, можно будет что-нибудь придумать, чтобы к ним проникнуть, хотя бы в прихожую.

Это можно, — сказал Хованский. — Подкараулим, когда она в магазин пойдет, и позвоним в квартиру. Поглядим тогда, откроет ли нам кто-нибудь.

Ребятки, идите на кухню, угощу бульоном с пирожками! — радушно пригласила тетя Витя.

Пирожки просто таяли во рту.

А я нынче собираюсь Алису навестить, — сказала тетя Витя.

Я пойду с вами! — заявил Петька.

Это зачем?

На всякий случай! — ответил Петька и подумал: одну старушку уже кокнули — хватит.

Стас без слов понял его и кивнул. А сам решил пойти тайком.

Виталия Андреевна, — осторожно начал Петька, — а у вас случайно не сохранился номер телефона, по которому вас просила позвонить Алиса?

Ты меня недооцениваешь, Петя! Разумеется, сохранился.

Что же вы молчали?

А меня никто не спрашивал. Я его себе в книжечку переписала — на всякий случай. Только тебе-то он зачем?

Да пока без надобности. Но надобность может возникнуть в любой момент, — таинственно проговорил Петька.

Вот что, дорогие мои, не надо из меня делать дуру! Думаете, я не знаю, что-ту иностранную старуху нашли мертвой? И вы теперь решили — одну старуху укокошили, поэтому мы будем тайно и явно охранять другую! Это очень мило с вашей стороны, но я и сама могу за себя постоять!

Они сидели красные от смущения.

— Тетя Витечка, черт с ней, с Алисой! Не ходите вы к ней! — взмолилась Даша. — Не надо, пожалуйста!

— Но что она мне сделает?

Она — ничего! А вот ее дружок…

Погодите, погодите, разве уже известно, что ее именно убили?

Нет, пока неизвестно… — отозвался Стас.

Стас, у меня есть идея… — начал Петька.

У тебя вроде их было две? — напомнил Хованский.

Одна — это насчет телефона, мы уже все выяснили, а вот вторая… Ты сегодня вечером позвони этой своей Милке…

Я не могу! С чего я ей позвоню? Скажи, Милка, вашу гостью пришили или она сама коньки отбросила? Так? — рассердился Стас.

Стасик! Что ты говоришь? — ужаснулась тетя Витя.

Петька переждал, пока они выплеснут свои эмоции, потом спросил:

— Я похож на идиота? На ненормального хама? Так вот, ты позвонишь туда и скажешь ее маме, что приглашаешь Милку на завтра на весь день к вам, потому что у них в доме такая атмосфера, и так далее, и тому подобное. Ты проявишь редкую чуткость, за что тебя еще больше будут в этом доме обожать. Во-первых, девчонке там и вправду не очень приятно будет, во-вторых, мы уж точно узнаем, как умерла эта плантаторша, а в-третьих, может, нам удастся узнать многое другое, и в-четвертых, не исключено, что мы сведем знакомство с Ростиком, что в данной ситуации совсем невредно.

Все потрясенно молчали.

Петя, ты совершенно прав! — воскликнула наконец тетя Витя, — Девочке и в самом деле будет лучше у нас!

Но у них, наверное, есть какие-то родственники, — предположил Хованский.

— Родственники, может, и есть, но она по уши влюблена в Стаса, — сказал Петька, — и предпочтет поехать к вам, чем к каким-то дурацким родственникам.

Петро, а ведь это идея! И какая! — закричал Стас. — Извини, старик, я был несправедлив!

То-то же! — торжествовал Петька.

А может, не надо ждать вечера, а? Позвоню прямо сейчас! — воодушевился Стас. — Тем более, этого Ростислава дома нет.

— Звони! — кивнул Петька.

А хорошо ли пользоваться чужим горем… — задумчиво проговорила Даша. — Я не уверена!

Да нет там никакого горя! Они просто подавлены — еще бы, к ним гостья из Испании приехала… и вдруг умерла. А так… Они же ее раньше в глаза не видели. Может, Ростик и чувствует горе, но мы же не к нему обращаемся, и потом, Милке этой до ужаса охота у вас побывать, с тобой, Лавря, познакомиться и вообще.

Дашенька, я понимаю твои сомнения, — ласково погладила ее по голове тетя Витя, — но Петя прав… И потом, это же не из пустого любопытства, это ради дела…

Ладно, убедили, — улыбнулась Даша. — Вообще-то она и сегодня может приехать и переночевать у нас…

Хорошо, я звоню! Только пойду к себе, мне на публике труднее…

И он ушел. Прошло минут пятнадцать, прежде чем Стас вернулся на кухню.

Предложение принято с восторгом и благодарностью.

Отлично! Когда она приезжает? — поинтересовалась Даша.

Завтра утром. Ее привезут часам к десяти.

Класс! Я тоже приду! — заявил Петька.

Конечно, приходи!

Ребятки, вы только ничего не рассказывайте девочке о ваших детективных историях, — предупредила тетя Витя. — Иначе она любой ваш вопрос может встретить в штыки.

Правильно, Виталия Андреевна! — воскликнул Кирилл. — Даже мне сначала было как-то неуютно от всего этого…

Тетя Витя глянула на часы.

Пожалуй, мне пора!

Тетя Витя, не надо! — опять взмолилась Дашка.

Да бросьте вы! Я пойду. И не из-за ваших дел, а просто мне ее жалко! Валяется там, может, и воды подать не кому…

Хорошо, — сказал Стас, — но мы с Петькой тоже пойдем. Просто проводим вас туда и обратно.

Ну что с вами сделаешь! — сдалась тетя Витя.

Мне тоже пора, — поднялся Хованский. — Скоро мама вернется. А пока я попробую все же хоть что-то разузнать.

Оставляете меня одну? Ладно, я сейчас Ольке звякну, ее тоже надо просветить.

До Института Склифосовского они добрались вместе, но в здание тетя Витя вошла одна. Ребята осмотрели все стоянки поблизости от хирургического отделения, но знакомой «копейки» не обнаружили. Они долго ходили кругами, но тети Вити все не было. Прошло не меньше часа. Они замерзли, устали, а потому вдруг разнервничались.

Стас, мне это не нравится! Сколько можно торчать у совершенно чужого человека?

Что ты предлагаешь? Пойти за ней? А если мы разминемся?

Может, я один смотаюсь наверх, а ты здесь подождешь?

Нет уж, если эта дамочка тебя увидит, она может слишком удивиться. Они скорее всего просто по-бабски заболтались. Тары-бары-растабары, ах, любовь, ах, ревность, ах эти ужасные мужчины! И все в таком духе. Их же хлебом не корми, дай поболтать на эти темы. И тетя Витя — не исключение!

— Вообще-то да, — понуро согласился Петька.

Тетя Витя появилась еще через четверть часа.

— Ой, мальчики, милые, простите меня, мы с Алисой так заболтались… Она, бедненькая, уж истомилась там, в палате все только о своих болячках говорят… Она так мне обрадовалась! А вы совсем, я гляжу, продрогли! Давайте-ка такси поймаем, тут рядышком, рублей за десять довезут.

Машину они поймали мгновенно.

Вот и хорошо, — сказала тетя Витя. — А я, мальчики, все-таки не зря сходила. И для вас кое-что разузнала!

Виталия Андреевна, а когда ее выпишут? — спросил Петька, чтобы не дать ей говорить о новостях при шофере.

— Говорят, что через недельку.

Они быстро добрались до дома.

— Петя, пошли к нам, — сказала тетя Витя. — Я вам все расскажу!

Петька взглянул на часы. Восемь. Детское время. Дома они застали Дашу и Олю.

Сейчас поужинаем, — проговорила тетя Витя.

Нет, прошу вас, Виталия Андреевна! — взмолился Петька. — Это будет очень долго, родители обидятся, что я опять где-то ужинал… Расскажите все вкратце, и я побегу!

Так и быть, — улыбнулась тетя Витя. — Уж не знаю, похвалите вы меня или будете ругать, только я кое-что сделала без вашего ведома. Захотите — воспользуетесь, а на нет — и суда нет.

Тетя Витя! — испуганно воскликнул Стас. — Что вы такое удумали?

А я в ходе разговора спросила, не порекомендует ли она мне хорошего реставратора, который бы не очень дорого брал…

Все с интересом уставились на тетю Витю.

И что? — вырвалось у Петьки.

А то, что она порекомендовала мне своего приятеля, с которым вместе снимает мастерскую! И дала адрес и телефон! Кстати, совсем не тот, по которому я тогда звонила. Зовут напарника Максимом. И если вы согласитесь, я могу завтра же к нему наведаться…

Ас чем? Что вы собираетесь реставрировать? — удивленно осведомилась Даша.

Это не проблема! — заявил Стас. — У нас есть несколько старых картин, отец давно говорил, что их надо отреставрировать…

Но зачем все это? — недоуменно спросила Оля. — Что вы хотите выяснить?

Как ты не понимаешь! — закричал Петька. — Во-первых, мы проникнем в это логово…

Если это логово, — резонно заметил Стас.

Во-вторых, посмотрим на этого Максима; а вдруг это тот тип, на «копейке»? А вообще-то… — Петька на минутку задумался. — А вообще-то это еще надо как следует обдумать. Завтра у нас на повестке дня — Милка.

Главное — расспросить ее. Может, и вообще не придется никуда ходить. И вы тоже все обдумайте, а завтра мы решим этот вопрос. Виталия Андреевна, есть еще что-нибудь важное?

Да, пожалуй, нет.

Тогда я побегу, а подробности вы мне завтра расскажете, ладно?

— Ладно, Петечка, беги!

И он унесся.

Тетя Витя занялась ужином, Даша взялась ей помогать, а Оля со Стасом стали разгадывать кроссворд. Вскоре явилась Александра Павловна, усталая и голодная.

В десять часов Стас пошел провожать Олю. Тетя Витя и Александра Павловна дремали у телевизора, а Даша ушла к себе и позвонила Денису.

Привет! — обрадовался он. — Ну, есть новости?

Еще какие!

И Даша рассказала ему все, что случилось за два дня.

— Ну ничего себе! У вас столько событий, а я.

— Денисик, не обижайся! Я как раз звоню тебе, хочу попросить кое о чем…

— Все, что угодно!

Понимаешь, я уверена, что Петька завтра с утра попрется в эту мастерскую.

Но он же сам предложил хорошенько все обдумать!

Денис, ты что, Петьку не знаешь? Он попросту усыплял нашу бдительность. А ему нельзя одному туда лезть.

Круз уехал в Киев. Вот я и решила попросить тебя. Может, ты его подстрахуешь?

Нет вопросов! Но где она находится, эта мастерская?

У Павелецкого вокзала.

Но как мне быть? Позвонить ему и предложить помощь или ждать его уже там? Поставить перед свершившимся фактом?

Это было бы лучше. Хотя мы же не знаем, когда он туда поедет.

Ну, это-то я как раз знаю! — засмеялся Денис. — У Петьки любимое время — восемь утра. Думаю, если я туда приеду к восьми — не ошибусь! А то он ведь может отказаться от помощи!

Запросто. Денисик, ты настоящий друг! Слушай, а почему твой брат тебя никуда на каникулы не повез?

Ему некогда, у него в издательстве какие-то сложности.

Понятно.

Они еще поболтали о том о сем, а потом Денис сказал, что пойдет спать — ведь завтра надо подняться очень рано.

Глава X

Милка

Даша и Денис действительно знали Петьку как облупленного. Он и впрямь поднялся в семь часов и в пять минут девятого уже выходил из метро «Павелецкая».

— Привет, старик! — хлопнул его кто-то по плечу.

Он вздрогнул от неожиданности и обернулся.

Денис? Ты что тут делаешь?

Гуляю!

Что ты брешешь, ты же живешь далеко отсюда!

Живу далеко, а гуляю близко! А ты куда намылился?

Да так, по одному делу… Слушай, ты спешишь?

Я? Нет, я же сказал — гуляю!

Пошли со мной, а?

Пошли, но куда?

Тут неподалеку… Есть одно дело…

Важное?

А черт его знает. Просто надо кое в чем удостовериться.

Это все насчет шпионских дел?

Что ты! Шпионами там, кажется, и не пахнет!

Расскажи, я за эти дни от вас отстал!

Петька быстро сообщил ему то, что он уже знал от Даши.

Послушай, но ты же говорил, что этот самый тип плохо относится к нашему брату…

Для начала надо выяснить, тот ли это тип!

И как ты собираешься выяснять?

Ну, для начала я погляжу, не стоит ли у дома его «копейка».

Если она стоит, то это еще, может, что-то значит, а вот если нет…

Ну, тогда что-нибудь само придумается, — беспечно заявил Петька. — Правда, меня он уже знает в лицо…

Это не проблема. Меня-то он не знает. Я могу подняться и позвонить в квартиру. Хотя тут есть одно затруднение — я его в лицо не знаю.

Ничего, я тебе его опишу! — воодушевился Петька. — Или я просто поднимусь вместе с тобой и спрячусь. Если он откроет дверь, мне достаточно будет даже его голос услышать… Ух ты! — вырвалось у Петьки, и он, схватив Дениса за руку, толкнул его за газетный киоск.

Что? — одними губами спросил Денис.

— Он! И она! Вот это номер!

Из подворотни вышел Петькин недоброжелатель с большим чемоданом в одной руке и корзиной — в другой. А за ним семенила та самая женщина, которую они с Кириллом видели у мусоропровода. Предчувствие удачи жаром обдало Петьку. Мужчина поставил вещи на край тротуара, ступил на проезжую часть и поднял руку. «Ловит такси, — решил Петька, — а где же его „копейка“?»

— Денис, — едва слышно зашептал он на ухо другу, — покрутись поближе к ним и послушай, куда они едут!

Денис кивнул и вышел из-за киоска. Тоже подошел к краю тротуара и замер с видом полного идиота. Мужчина смерил его подозрительным взглядом, но тут же успокоился. Рыжий парнишка производил впечатление дебила. Денис вытаращил глаза, смотрел в одну точку, нелепо размахивал одной рукой и для колорита еще немножко пускал слюни. Петька, поняв его замысел, чуть не помер со смеху. «Аи да Денис, я от него не ожидал!»

Между тем к мужчине подъехала «Волга». Шофер приспустил стекло.

Куда ехать?

На Белорусский вокзал!

Шофер покачал головой и уехал. А Денис с таким же идиотским видом ухмыльнулся и пошел. Зайдя за газетный киоск, он шепнул Петьке:

На Белорусский вокзал!

Едем!

Куда?

На Белорусский, куда же еще!

Они бросились в метро.

Ну как тебе мой дебил?

Отпадно!

Только я теперь выбыл из игры. Он меня узнает!

Давай куртками поменяемся, и в жизни он тебя не узнает, если ты слюни пускать не будешь!

Это идея! Надеюсь, мы приедем туда раньше их! А кто эта баба?

Петька объяснил ему.

Интересно, куда он ее везет?

Надеюсь, узнаем!

Прежде чем выйти из метро на «Белорусской», они действительно поменялись куртками. Петька порылся в кармане брюк и вытащил оттуда черную аптечную резинку.

— На вот, стяни волосы в хвост!

У Дениса была хорошая шевелюра, но хвост получился малюсенький.

Неважно, — махнул рукой Петька и отдал ему свою кепку. — Теперь он тебя ни за что не узнает!

Как думаешь, Петь, они на электричку или на дальнего следования?

— Судя по вещам — вряд ли на электричку.

На всякий случай они заняли позицию с тем, чтобы видеть подъезжающие к вокзалу такси. Прошло минут пять, и вот к тротуару подкатил старый «Москвич». Оттуда выскочил давешний мужчина и почти силком вытащил пожилую женщину. Чувствовалось, что он пребывает в крайнем раздражении. Выхватил из багажника вещи, поставил их рядом с женщиной и сказал:

Стой здесь, я сейчас!

— Максим, ты куда?

За билетами!

Чувствовалось, что женщине очень неуютно стоять с вещами на краю тротуара. Она попыталась поднять чемодан и корзину, но, видно, не смогла.

Бабуся, помочь? — подкатился к ней Петька.

Помоги, милый, помоги в сторонку отойтить! Я тебе денежку дам.

Петька подхватил ее вещи. Они оказались тяжеленными. Он оттащил их поближе к зданию вокзала.

— На вот, возьми! — она сунула ему двухрублевую монетку. — Уж не взыщи, я женщина бедная.

А далеко ли собралась, бабуся?

Далеко — не близко, — ответила старуха, и вдруг Петька поймал на себе ее цепкий взгляд. — Постой, а я вроде тебя знаю… — начала она.

Но Петька подбросил вверх полученную от нее монетку, поймал и нагло ухмыльнулся.

— Обознатушки! — крикнул он и скрылся из вида.

Ты чего к ней полез? — напустился на него Денис, когда они сошлись за углом. — Она тебя узнала?

Узнала, черт бы ее побрал! Я думал, она скажет, куда едет!

— Ага, скажет она, как же!

Денис, а может, нам двинуть за ней, а?

Это куда? В Минск, например?

Почему ты решил, что она едет в Минск? А может, в Перхушково?

Может, и в Перхушково, только нам туда соваться незачем. На фиг нам сдалась какая-то мерзкая, злобная старуха? Нам бы за этим Максимом угнаться.

Тоже верно. Вот только у меня впечатление, что старуха дает деру!

От кого?

А я знаю? Может, даже и от милиции!

Тут они увидели, что Максим схватил старухины вещи и направился в здание вокзала. Старуха едва поспевала за Максимом. Друзья на почтительном расстоянии следовали за ними. Они вышли на платформу, откуда уходили поезда дальнего следования.

Денис, вот бы тебе подсуетиться к тому моменту, когда проводник будет у них билеты проверять.

Попробую.

Денис вытащил из-под куртки шарф и замотал им пол-лица. Трудно угадать в этом веселом юноше давешнего дебила, особенно если он стоит спиной. Между тем Максим и старуха прошли уже далеко вперед по перрону. И остановились у еще запертого вагона поезда Москва — Брест.

Петь, ты дальше не ходи! — распорядился Денис и быстро пошел вперед. Проходя мимо старухи с Максимом, он услышал, что они ругаются. Остановился поодаль, но ветер доносил до него их слова.

Максимушка, ты уж меня совсем умотал!

— Я — тебя? Да если бы не ты, старая дура, все было бы нормально. Ишь, прошлое вспомнила, кикимора!

А ты не больно-то заносись, ты, милой, у меня в руках!

Это я у тебя в руках? — почти заорал Максим. — Чертова перечница! Да одно мое слово…

Одно твое слово — твой приговор!

Она произнесла это таким тоном, что Денис содрогнулся. Но в этот момент проводница открыла вагон и спрыгнула на платформу.

— Ваши билетики, граждане!

Денис повернулся и увидел, что Максим подал проводнице два билета.

— Вот, прошу вас! — с изысканной вежливостью сказал он.

— Проходите, третье купе!

И она помогла старухе войти в вагон. Максим нес за нею вещи.

Итак, они уезжают вместе. Ждать больше нечего. Денис во всю прыть понесся по перрону к Петьке.

Ну, куда она едет? — набросился на него Петька.

Они вместе едут, а куда — я не знаю. Только, Петя, там такое…

И Денис пересказал Петьке то, что донес до него ветер.

— Да, старушка-то еще та… Видно, из уголовниц! У нее на руке, между прочим, наколка! Буквы какие-то, я не разглядел! Ну что ж, все-таки кое-что мы теперь знаем! Этого зовут Максим, и именно он напарник Алисы. Хорошая компашка — прелесть просто. Да, не зря я сегодня встал пораньше… Слушай, Денис, а между прочим, как ты там оказался? Ты мне, по-моему, мозги пудришь на счет ранних прогулок, а?

— Точно, — рассмеялся Денис. — Это Даша меня навела. Позвонила вчера, мол, чувствует, что Петька с утра в отрыв собрался, вот и попросила тебя подстраховать!

У Петьки стало тепло на душе. Значит, Лавря беспокоится о нем, значит, никак нельзя сказать, что она к нему равнодушна. Но я все-таки не понимаю, как вы могли меня так точно вычислить?

Ну, это уже проще простого! Она знала район поиска, а я твое любимое время — восемь утра. Вот и все дела!

Потрясающе! Плохо, конечно, что я такой предсказуемый, но ты оказался очень даже кстати. Дай пять!

А сейчас куда? — спросил Денис.

Сейчас — к Лавре. У нее там должна быть эта Милка. Она может много интересного рассказать. Но одно мне все-таки ясно — эта старуха с наколкой не сестра той испанской покойнице. Нет, не сестра!

А кто же она такая?

Может, домработница?

Да, это вполне вероятно. Но почему же, интересно знать, этот Максим увез ее не из Лавриного дома, а из своей мастерской?

Петька остановился и внимательно посмотрел на Дениса.

Это мне в голову не пришло! Действительно, интересно!

Конечно, может, она была приходящей домработницей, а живет с Максимом в одном доме. Но что ж их связывает?

Преступление!

Какое?

Я думаю, тут все ясно! Она работала на сестру плантаторши и медленно обкрадывала ее. Бросала драгоценности в мусоропровод, а Максим их подбирал. А поскольку из-за смерти плантаторши там начался шухер, она и предпочла слинять.

Да, похоже. Очень интересно, что нам расскажет эта Милка.

Может, и ничего, — заявил вдруг Петька. — Она такая… Балаболка. А плантаторша и ее сестра — родственницы Милкиного отчима. Она может запросто вообще ничего не брать в голову. Я рассчитываю получить от нее только одну информашку — своей смертью померла старуха или нет?

А как ты думаешь, мог этот Максим ее пришить?

Вполне! Даже очень похоже на правду. Иначе какого черта он мотался в Шереметьево только за тем, чтобы на нее посмотреть?

Погоди, давай предположим, что она умерла без посторонней помощи — просто вышла подышать воздухом на Тверской бульвар, и сердце остановилось…

Ну и что?

Тогда зачем, действительно, он в Шереметьево мотался?

А вдруг он хотел ее кокнуть, но просто не успел? Она взяла и сама преставилась?

Тоже возможно.

— А вот если ее убили…

— Погоди, об этом мы подумаем, когда выясним!

И они поспешили к Даше, где надеялись разжиться интересующими их сведениями.

Даша открыла дверь на звонок. На пороге стояла высокая тоненькая девочка в очках.

Ты Мила? — на всякий случай спросила Даша.

Да. Привет! А ты Даша?

— Да. Заходи!

А Стас дома?

Он в магазин побежал. Сейчас вернется! Ну, здравствуй! — Даша протянула девочке руку.

Та от души пожала ее.

Раздевайся и проходи. Ты завтракала?

Да, спасибо!

Тут в прихожую выглянула тетя Витя.

— Здравствуйте, — сказала Мила и сделала книксен.

Здравствуй, здравствуй, деточка, заходи!

Даша провела Милу к себе в комнату.

Садись!

Она не знала, о чем говорить с незнакомой девчонкой, и уже сердилась на Стаса: не мог раньше сбегать в магазин.

Знаешь, — начала Мила, — я так хотела с тобой познакомиться — с той минуты, как узнала, что у Стаса появилась сестра. Только не думала, что это случится уже на следующий день. Не было бы счастья, да несчастье помогло, знаешь такую пословицу?

Конечно, — улыбнулась Даша.

И мы с мамой очень благодарны вам за приглашение…

Ну что ты, ерунда…

Нет, правда, мама сама уже думала, куда бы меня отправить, а тут как раз Стас позвонил…

Даша почувствовала, что Мила говорит искренне, и это ей понравилось.

Тебя мама привезла? — спросила она, просто чтобы что-то сказать.

Нет, отчим. Ты же, наверное, знаешь, что в вашем доме живет сестра этой… Ну, которая умерла…

Знаю, — кивнула Даша. — Но как странно ты говоришь о ней… Ведь у нее же есть имя…

— Да, ее звали Констанция Львовна, но…

Констанция? Красивое имя. А сестру как зовут?

Агриппина Львовна.

Представляю, какое для нее горе…

Наверное…

Они какие-нибудь аристократки? Из старинного рода?

Да, они княжны Микульские.

А как вышло, что одна сестра в Испании, а другая в России?

Я не очень много об этом знаю…

Расскажи что знаешь, интересно же!

Ну, в общем, они родились в Париже, в эмиграции. Констанция вышла замуж за испанца, а Агриппина — за французского дипломата. Его послали в Москву, и, в общем, каким-то образом у нее начался роман с одним русским. И ни одна живая душа об этом не знала. Только у нас в те годы нельзя и думать было жениться на иностранке. Потом она уехала из России и жила со своим мужем еще долго. А потом он умер. И у нас все изменилось. Она разыскала своего бывшего возлюбленного, и они поженились. Уже немолодыми людьми. Вот какая бывает любовь!

Да, — грустно сказала Даша, вспомнив о Юре, который так и не сможет приехать на пасхальные каникулы из своей окаянной Бельгии. — Красивая история. Слушай, а твой отчим кем же им приходится?

Ростик? Он внук их двоюродного брата.

Тоже князь?

Нет, он не князь и даже не граф.

Тут в комнату вошел Стас.

О! Вы уже познакомились! Отлично!

Милка вспыхнула.

Здравствуй, Стасик!

«Кажется, она в него влюблена, — догадалась Даша. — А что, она мне нравится, хоть и некрасивая».

Ой, Стас, — воскликнула Даша. — Мила мне тут такую романтическую историю рассказала про нашу соседку!

Да? Мне тоже интересно!

Мила вкратце повторила своей рассказ.

А муж Агриппины Львовны жив?

Нет, умер. Констанция приехала, чтобы забрать ее с собой в Испанию, потому что она почти ничего не видит.

Ас кем она живет? — поинтересовалась Даша.

Я не знаю, вроде домработница есть и еще какие-то родственники мужа… Но я точно не знаю. Я до приезда этой Констанции вообще о ней ничего не слышала.

А почему она у вас остановилась, а не в гостинице? — спросил Стас.

Она говорит… вернее, говорила, что у нас с иностранцев дерут бешеные деньги, а обслуживание плохое.

А твой отчим раньше ее знал?

Да, конечно, он много раз у нее бывал в Испании. Она к нему очень хорошо относилась…

Но отчего же она умерла? — осторожно спросила.

Не знаю, наверное, что-то с сердцем…

А зачем ее ночью понесло на Тверской бульвар?

— Ну, откуда мне знать… Может, подышать захотелось.

А разве она от вас вышла?

Нет, конечно… Она позвонила вечером и сказала, что останется у сестры до утра.

Это странно, — пробормотал Стас. — Если бы она от вас пошла на Тверской, это еще можно было бы понять, но от нас… Далековато…

Да, Ростик тоже ничего не понимает.

А он хороший человек? — вдруг спросил Стас.

Кажется, да. Во всяком случае, я ничего плохого о нем сказать не могу. Маму он обожает, ко мне тоже прекрасно относится… Ему только всегда некогда, а так…

Скажи, она что, одинокая, эта Констанция?

Да, у нее никого не осталось. Муж умер, сын погиб в горах, он был альпинист. Но вообще-то… — Мила понизила голос: — Понимаете, она все время хвасталась своим здоровьем, говорила, что даже гриппом никогда не болеет, и вдруг… Мне вообще кажется, что ее убили!

— Да ты что! — не слишком убедительно удивилась Даша. — Убили? Но с чего ты взяла?

А с того! Я уже не говорю про здоровье, но… Если бы она сама по себе умерла, Ростику бы сказали… А они все чего-то темнят…

Кто?

Милиция! Они его вчера допрашивали часа два. Хорошо, у него было стопроцентное алиби! Он в час, когда она умерла, был еще с пятью людьми на каком-то экстренном совещании.

Ночью? — уточнил Стас. .

— Ага, ночью! Это у них бывает…

И они подтвердили его алиби? — спросила Даша.

Ну, конечно! Так что сами понимаете, если, бы она умерла сама, никто не стал бы этим заниматься…

Да… — почесал в затылке Стас.

Даша горько пожалела, что Петька не присутствовал при этом разговоре. Интересно, встретились они с Денисом? А Мила ей с каждой минутой все больше нравилась. Не всякая девчонка будет настолько откровенно рассказывать о таких вещах почти незнакомым людям. Хотя Стаса она знает очень давно, зато Дашу видит в первый раз.

В этот момент раздался звонок. Стас пошел открывать. На пороге стояли взволнованные Петька и Денис.

Откуда вы? — спросил Стас. Даша ему ничего не говорила.

Мы были на Белорусском вокзале! — выпалил Петька, снимая куртку.

Вы что, куртками поменялись? — пригляделся к ним Стас.

— Да!

Зачем это? Просто так или для дела?

Сейчас все подробно расскажем, если дашь чего-нибудь пожевать!

Это к Дашке!

А Мила пришла? — одними губами спросил Петька.

Стас кивнул. Петька и Денис пошли в Дашину комнату. Петька приветствовал Милу как старую знакомую, познакомил ее с Денисом.

Даш, они с голоду помирают, — сказал Стас.

Нет проблем!

Через пять минут они уже сидели на кухне и уплетали вчерашние пирожки, разогретые в микроволновке, запивая их чаем.

Когда они поели, возникла неловкость. Петьку и Дениса распирало от своих новостей, а Дашу и Стаса — от своих. Но присутствие Милы сковывало их. Внезапно Даша решилась:

— Послушайте, что мы занимаемся ерундой! Молчим, как идиоты… Надо все рассказать. Мила нас поймет, тем более она уже внесла некоторую ясность в эту запутанную историю, и, кстати, с ее помощью мы сможем вернуть хозяевам веер!

Что? Какой веер? Что ты говоришь? — заморгала глазами Мила.

Понимаешь, мы тут напали на след преступной группы, и, как ни странно, это связано с родственниками твоего отчима, а точнее с Агриппиной Львовной.

Кто это — Агриппина Львовна? — удивленно спросил Петька.

Сестра умершей, а скорее всего убитой Констанции Львовны!

Ну дела!

Подожди, Петечка, я сперва все объясню Миле, а остальное потом!

И Даша рассказала Миле всю историю с самого начала. Та слушала, широко открыв рот.

Значит, если бы мы случайно не встретились…

Было бы плохо! — констатировала Даша. И попросила Милу повторить для Петьки и Дениса свой рассказ, а уж потом слово дали им.

Когда Петька заставил Дениса показать, как он изображал дебила, все валялись от смеха. Но когда он закончил свой рассказ, подавленно замолчали.

Значит, полуслепая старуха осталась без всякой помощи… — огорченно проговорила Даша. — Надо что — то придумать!

Нет, ничего придумывать не надо, — успокоила ее Мила. — Ростик уже сказал, что возьмет ее к нам.

А твоя мама согласна? — полюбопытствовал Стас.

Конечно, она ее очень жалеет. Только неизвестно еще, согласится ли она. Ростик говорит, что у нее характер дай боже…

Послушай, Мила, ты можешь вернуть этот веер хозяйке, а то мы уж с ним измучились? — спросила Даша.

Знаете, давайте немножко подождем, — застенчиво ответила Мила, — у нее сейчас горе, думаю, ей не до того… К тому же, если она узнает, что ее систематически обкрадывали, она может от расстройства тоже помереть.

Ну, тогда, может, ты возьмешь его и отдашь отчиму? — предложил Петька.

Тоже нет! Пусть пока он у вас побудет, а уж когда все определится… Понимаете, если ее убили, то… Я боюсь, что могут обвинить Ростика…

Но ты же сказала, что у него стопроцентное алиби! — воскликнула Даша.

Понимаете, я не говорю, что его обвинит милиция, нет, но какие-нибудь его враги могут воспользоваться и через газету ославить его, поди потом докажи, что ты не верблюд… Поэтому лучше ему не иметь ни одной вещи из того дома…

А ты думаешь, может дойти до обыска? — ахнул Денис.

Нет, не думаю, но…

Ладно, пусть пока побудет у нас, — решил Петька. — А ты любишь своего отчима!

Я люблю свою маму, но он тоже хороший человек, — с большим достоинством произнесла Мила, и все посмотрели на нее с уважением.

Хорошо, бог с ним, с веером, но почему же уехала эта домработница? — задумался Денис.

Может, поспешила вывезти награбленное, — предположила Милка.

Да нет, она же спускала эти вещи в мусоропровод, а подбирал их некий Максим, знакомый Алисы, — возразил Петька. — Скорее уж она побоялась, что теперь ее разоблачат, вот и смылась.

Интересно, а этот Максим… Он уехал без вещей, — значит, скорее всего проводит ее до места и вернется, — рассуждал вслух Петька. — Но я думаю, что он все же не убивал вашу плантаторшу. Если ее убили, то скорее всего случайные люди. Увидели ночью на бульваре такую богатую старуху и кокнули. Эх, узнать бы, за каким чертом ее туда понесло!

Может, этот Максим назначил ей там встречу и убил? — высказала предположение Даша.

А что, очень возможно, — согласилась Милка. — Ой, а вы думаете, что надо сообщить обо всем в милицию?

Пока не нужно. Милиция, со своей стороны, занимается этим делом, и не исключено, что они обнаружат преступника, а если мы в такой ситуации дадим им наводку, они могут ухватиться за эту версию и обвинить тех, кто не убивал. Пусть даже они жулики, но убийство — совсем другое! — серьезно сказал Петька. — Если помните, у нас уже был подобный случай, нам казалось, что мы нашли убийцу, и хотели сообщить милиции, но тетя Витя нам тогда сказала: подождите, нечестность — это одно, а убийство — совсем другое. Я это тогда хорошо запомнил.

А настоящего убийцу вы нашли? — с жадным интересом спросила Милка.

Конечно, мы!

— Потрясающе! Значит, это у вас не первое дело? Они переглянулись и расхохотались.

Почему вы смеетесь? — недоуменно округлила глаза Милка.

Потому что у нас это дело — одиннадцатое, не считая побочных линий, — сообщил с гордостью Петька.

Каких побочных линий? — не поняла Милка.

Ну вот, к примеру, мы делали ремонт в Дашиной новой квартире, — сказал Денис, — и туда повадился ходить один псих. Пока мы его выслеживали, к нам обратилась одна девочка, у которой мама оказалась неродная…

И что?

А то, что именно это дело и завершилось поимкой убийцы!

Ой, как ты здорово говоришь — дело завершилось поимкой убийцы! — восторженно воскликнула Милка.

Денис смутился.

— А что тут такого? — пожал он плечами. — Я всегда так говорю…

Кажется, Мила смекнула, что сморозила глупость, но ей с каждой минутой все больше нравился этот рыжий парень. Даже Стас поблек в ее глазах.

Только Даша сообразила, в чем дело, и, чтобы перебить неловкость спросила:

— Послушайте, а что же дальше? Тут есть одна неясность…

— Какая?

— Мне пока совершенно непонятна роль Алисы во всем этом деле. И еще… У Макса был напарник. Но после того, первого, вечера он больше не появлялся. Может, его тоже убрали, а?

Ну уж сразу и убрали! — хмыкнул Стас. — Может, он гриппом заболел!

Запросто, — согласилась Даша. — А вот насчет Алисы… — она понизила голос: — У меня есть идея! Я пойду к ней в больницу. Пока нет в Москве Макса.

Зачем? — воскликнул Стас.

Я, скажу, что меня прислала тетя Витя, отнесу ей чего-нибудь вкусненького и попробую с ней подружиться. Я это умею!

Правильно! — сказал Петька. — Только одну мы тебя не пустим!

Нет, я пойду одна! Как я смогу спокойно с ней разговаривать, зная, что вы на улице мерзнете? В конце концов, что мне может угрожать? Кто я такая? Родственница тети Вити. А тетя Витя кто? Обычная женщина, которая помогла на улице другой женщине со сломанной ногой! Абсолютно никаких подозрений это вызвать не может. Ни у кого! С тетей Витей вчера ничего не случилось, и со мной тоже ничего не случится! И потом, я предложу ей свою помощь. Вдруг надо сходить по каким-то делам или еще что-то, о чем тетю Витю ей просто неудобно просить.

Петька глядел на Дашу с восхищением. Она иногда бывает такой умной и сильной… Да, Лавря есть Лавря, уж сколько лет он ее знает, и она его еще ни разу не разочаровала…

— А что… Может, ты и права, сестренка.

Конечно, права!

— А когда ты к ней пойдешь? — спросила Милка.

— Там приемные часы с пяти до семи, вот к пяти и пойду. А кстати, Мила, ты никогда не слышала про Алису Майкову от своего отчима?

Нет, никогда. Я бы запомнила. А почему ты спросила?

Потому что ты упомянула о родственниках мужа Агриппины Львовны, вот я и подумала… Может, она родственница?

Ну, я могу спросить…

Пока не надо!

Глава XI

Ответственное поручение

Даша подошла к палате в хирургическом отделении с гулко бьющимся сердцем. Ей было страшновато.

Не то чтобы она думала, будто ей грозит опасность, нет, но она взяла на себя задачу, вдруг показавшуюся ей непосильной. Но отступать уже было поздно. Она открыла дверь и огляделась. На второй кровати справа лежала женщина с рыжими пышными волосами и читала какой-то яркий журнал.

Извините, вы Алиса Владимировна? — чуть охрипшим голосом спросила девочка.

Я.

Женщина смотрела на нее с любопытством.

Ты кто такая?

Я Даша Ливрецкая, родственница Виталии Андреевны!

А! Ну что ж, здравствуй! А что случилось с тетей Витей?

Ничего, просто сегодня скользко… Ну, вот она попросила меня… Я тут принесла вам от нее…

Господи, ну бывают же добрые люди! Я вот до тридцати лет дожила, а таких не встречала… Садись, Даша. И ешь фрукты, а то меня уже ими завалили.

Спасибо, не хочется, — застенчиво ответила Даша. — Алиса Владимировна…

Ой, только не зови меня Алисой Владимировной, а то мне кажется, что я уже старая. Просто Алиса, этого достаточно!

Хорошо, — улыбнулась Даша. — Алиса, может, вам нужна какая-то помощь? Куда-то сходить, что-то сделать… У нас сейчас каникулы, и я могла бы…

Ты серьезно?

Ну конечно, — с достоинством ответила Даша.

И тебе не жалко тратить время на совершенно чужого человека?

Нет, у меня его навалом!

Алиса пристально вгляделась в Дашу.

— Ну что ж, я хочу попросить тебя об одном одолжении… Ты не могла бы завтра утром съездить к метро «Павелецкая»…

У Даши екнуло сердце от предчувствия.

Пожалуйста, — сказала она.

Погоди, я еще ничего не сказала, — засмеялась Алиса. — Так вот, я дам тебе ключи от своей мастерской. Ты возьмешь там кое-что…

Хорошо! — поспешно согласилась Даша. — И привезти вам сюда?

— Нет, не стоит! Я ведь скоро выпишусь, но ходить не смогу, а потому буду жить не в мастерской, а дома. Там у меня соседка — хорошая женщина. Она мне поможет на первых порах.

И я тоже могу вам помогать. Ну, купить там что-то, например…

Спасибо! — очень серьезно проговорила Алиса. Она потянулась к тумбочке и достала из сумки связку ключей. Сняла с кольца три ключа и протянула Даше. — Вот, возьми. Я тебе сейчас все объясню: вот этот ключ от верхнего замка, а этот от нижнего. Как войдешь, сразу же отключи сигнализацию и позвони по этому номеру, сними мастерскую с охраны. Знаешь, как это делается?

Представляю.

Хорошо. Мастерская огромная. Правая часть ее — моя. Налево не ходи, это половина моего напарника, а он не выносит, когда кто-то трогает его вещи.

Зачем мне трогать его вещи? — удивилась Даша.

Действительно, — с улыбкой сказала Алиса. — На моей половине увидишь большой старый сундук. Открой его вот этим ключом и достань оттуда синюю сумку, в сумке — косметичка, на самом дне. В косметичке — деньги. Вот эту косметичку ты мне и принеси.

И все?

И все!

И вы мне доверяете?

Представь себе. Я, может, не очень хорошо разбираюсь в людях, как выяснилось, но тебе я верю.

Спасибо. Я вас не подведу.

Ты пока отдай эти деньги тете Вите, пусть спрячет…

Обязательно!

Они еще поболтали с Алисой на всякие посторонние темы, но сколько Даша ни старалась что-то узнать о ней, у нее ничего не вышло. Наконец она сказала:

— Алиса, мне пора! Я к вам завтра зайду, все расскажу…

— Правда? Чудесно! И знаешь, Даша, ты достань из косметички сто долларов…

Нет! Я принесу косметичку вам, вы возьмете, сколько вам нужно, и я унесу ее обратно, — твердо ответила Даша.

Ишь ты какая! — улыбнулась Алиса. — Знаешь, ты мне очень нравишься!

В ответ Даша тоже улыбнулась. Она не могла пока точно сказать, нравится ли ей Алиса.

Когда она спустилась вниз, ее там дожидался Петька.

Ты зачем приперся? — неласково спросила она.

Решил, что тебе одной будет скучно возвращаться. Разве нет?

Конечно, да, — засмеялась Даша.

Ну как? Есть результаты?

Поначалу Даша не хотела никому говорить о поручении, которое ей дала Алиса, но решила, что Петьке можно сказать все. И, кстати, если он согласится завтра пойти с нею, это будет просто здорово.

— Петь, — таинственным шепотом произнесла она, — смотри!

И вытащила из кармана три ключа, которые она нацепила на кусочек бинта.

Это что?

Ключи, не видишь разве?

От чего, интересно знать?

От мастерской Алисы!

Врешь!

Очень надо! Она просила меня смотаться туда и взять деньги.

Деньги?

Ну да, у нее там сундук, а в сундуке…

Кощеева смерть, что ли?

Ну почти, — засмеялась Даша. — В сундуке — сумка, в сумке — косметичка, а в косметичке — денежки.

Лавря, но это же потрясающее везенье! Я пойду с тобой!

Спасибо, Петька, друг! Честно говоря, мне было страшновато идти туда одной. Она хоть и сказала, что ее напарника нет, но все равно… И там еще сигнализация.

Она объяснила, как с ней управиться?

Конечно.

Лавря, когда пойдем?

Только не в восемь утра! — улыбнулась Даша.

А когда же? Такие дела лучше делать с утра по раньше. Утром люди на работу идут, и на нас вряд ли обратят внимание… Самое милое дело — пойти к восьми!

Ладно, твоя взяла!

Ты сама-то проснешься или тебя разбудить?

Проснусь, не беспокойся. Только, Петька, Стасу ни звука. И тете Вите тоже.

Ясненько-понятненько! Только что ты скажешь, куда в такую рань отправилась?

Надо что-то придумать.. О! Все просто, я скажу, что у меня разболелся зуб и я бегу в поликлинику!

Нет, Лавря, не надо!

Почему это?

Потому что я один раз тоже сказал, что у меня зуб болит, а он и вправду разболелся, да так, что я чуть с ума не сошел!

Ладно, что-нибудь другое придумаю!

Только не про болезни!

Постараюсь! А что там у нас делается?

— Ничего особенного! Они в карты режутся!

Петька проводил Дашу до подъезда, и они простились до завтра.

Дома Дашу ждали с нетерпением, не садились ужинать.

— Ну, как Алиса? — спросила тетя Витя.

— Нормально, вам привет! А где мама? — поинтересовалась Даша.

На работе! До сих пор торчит там. Сказала, будет часов в десять.

Понятно. Хорошо тебе, Милка, твоя мама не работает!

Она всего только год не работает, а раньше тоже вкалывала — будь здоров! — утешила Дашу Милка.

Вскоре после ужина Денис ушел, а за Милкой прислали машину с шофером. Она чуть ли не со слезами простилась с тетей Витей и Дашей. А Стаса поцеловала в щеку. И сама себе удивилась. Наверное, она так осмелела со Стасом оттого, что ей теперь больше нравился Денис.

Милочка, детка, скажи маме, что, если нужно, пусть привозят тебя и завтра тоже! — напутствовала ее тетя Витя.

Спасибо! Мне у вас было так хорошо! Когда у нас все утрясется, вы тоже приходите к нам в гости!

Едва Стас с Дашей остались вдвоем, он спросил:

Ну что, сестренка, как успехи?

Да никак, Стасик! Я уж и так и эдак к ней подступалась, но ничего не вышло. Молчит, как партизанка, только общие слова…

Значит, ты зря сходила?

— Ну почему? Она была рада, ей там скучно до смерти…

Гуманистка ты моя! А как тебе Милка?

Милка? Отличная девчонка! Очень мне понравилась!

— Да, она славная.

А почему ты никогда о ней не рассказывал?

Да потому что я о ней попросту забыл, — пожал плечами Стас.

— Эх ты, а она была в тебя влюблена!

Была? — хмыкнул Стас. — По-моему, она и сейчас.

Ничего подобного! — не без торжества отчеканила Даша. — Она сегодня втюрилась в Дениса!

В Дениса? С чего ты взяла?

— Я вижу! Я такие вещи всегда замечаю сразу!

— Ну и хорошо, мне не жалко! А Денис тоже в нее втюрился?

— .Нет, — твердо ответила Даша.

Она проснулась по звонку будильника и сразу вскочила. Сегодня им с Петькой предстояла очень ответственная операция. Почему-то ей было немного не по себе. Хорошо, что Петька пойдет с ней. Одной было бы просто невмоготу. Даша быстро оделась, на цыпочках вышла в кухню и задумалась. Съесть что-нибудь или не стоит? Ее чуть-чуть подташнивало от волнения. «Нет, потом поем», — решила она и выпила стакан сока. Затем едва слышно вышла в прихожую, но одеваться не стала, а, взяв куртку и шапочку, выскочила на площадку. Там она оделась и не стала вызывать лифт, а побежала вниз по лестнице. Ура! Удалось выбраться без проблем. Петька уже был на месте.

— Привет! — поздоровался он с нею.

Привет, Петька, бежим!

Постой, у тебя шапка набекрень!

И он осторожно поправил на ней шапку.

Теперь нормально? — обеспокоенно спросила Даша.

Ага. Без зеркала, что ли, одевалась?

Конечно!

И они помчались к метро.

Ты когда-нибудь была в мастерской художника? — поинтересовался Петька.

Сколько раз!

А я — нет! Интересно!

Они проскользнули в подъезд и поднялись на последний этаж. Оттуда лесенка вела наверх, они взбежали по ступенькам, и Даша дрожащими руками открыла дверь, опустила рычажок сигнализации и тут же бросилась к телефону — звонить на пульт. Эта операция прошла успешно.

Лавря, ты чего трясешься? — спросил Петька, заметив ее состояние.

Не знаю, но я боюсь!

Чего ты боишься, чудачка? Тут же никого нет, сейчас возьмем деньги и уйдем! Ух ты! — воскликнул он, открыв дверь в мастерскую. Это было поистине гигантское помещение с высоченными потолками, верхним светом и настоящими антресолями — деревянной галереей на уровне второго этажа. — Ну и ну! Я такого сроду не видал!

— Я тоже, — призналась Даша. — Тут можно настоящие балы устраивать и танцевать менуэт!

Здорово! Мне нравится! Вот это простор! И второй этаж! Кайф! Жалко, что я не умею рисовать!

Почему? — улыбнулась Даша.

Тогда бы я стал художником и завел бы себе такую мастерскую!

— Ладно, Петька, пошли направо, это Алисина половина. Вон и сундук!

Даша опустилась на колени перед большим старинным сундуком, вставила ключ в замочную скважину. Сундук был полон больших картонных папок. В таких художники носят свои рисунки. Она сунула руку под папки и тотчас нащупала сумку, вытащила ее, нашла в ней косметичку, открыла, увидела там пачку долларов и сразу закрыла. Осторожно положила косметичку в свою сумку, а Алисину спрятала опять под папки. Заперла сундук и поднялась с колен.

— Петь, я готова!

Петька как зачарованный осматривал мастерскую. По стенам висели картины и иконы. Картины были свалены в углах, стояли прислоненными к стене.

Странно, они же вроде реставраторы… — удивленно проговорил он.

Петь, говори потише, тут так гулко… И вообще пошли скорее отсюда.

Погоди, Лавря, тут так здорово! Давай поднимемся на галерею, а? Интересно сверху на все это поглядеть! Ну, пожалуйста, Лавря!

Черт с тобой!

Они единым духом взлетели по скрипучей деревянной лестнице. Наверху тоже везде стояли картины, какие-то ящики, разнокалиберные стулья, табуретки, продавленный диван.

— Теперь я понимаю, что такое художественный беспорядок! — заметил Петька.

Сверху мастерская казалась еще огромнее. — Кайф, правда?

Нет, мне тут не нравится, — сказала Даша. — Страшно!

Что страшного-то?

И тут они явственно услыхали мужские голоса, гулко отдававшиеся в огромном помещении. Они разом присели на корточки. У Даши сердце выскакивало из груди. Вот то, чего она боялась. Кто-то входил в мастерскую.

Странно, сигнализация выключена! — произнес уже знакомый Петьке голос.

Да ты в запарке сам забыл включить! Так спешил, что…

Может быть… Чертова старуха, такое устроила!

Да разве можно было с ней связываться?

— Что толку теперь говорить! Заходи. Есть хочешь?

Даша с Петькой переглянулись. Похоже, это надолго. И они тихонько сели на пол. На корточках долго не усидишь.

— Да нет, я ел.

Спасибо, что встретил.

Ну, как ты ее довез?

— А что ей сделается? Железный бабец.

Не многовато ли старух в этом деле? Просто старушатник какой-то!

А куда без них? Хотя эта идиотка такое дело испортила. Теперь пока найдешь подходящего человека…

Слушай, а может, ты перемудрил, а? Лучше просто чик-чик — и все?

Чик-чик? Нет уж! Столько сил и ума потрачено, чтобы все сделать чистенько, а ты…

Чистенько? Это называется чистенько — в мусоре копаться?

Ну, я предпочитаю копаться в мусоре, чем пачкать руки мокрухой!

Можно и без мокрухи. Старуха-то на ладан дышит. Устроить ей легкую смерть от инфаркта и аккуратненько все взять! Очень уж долго это все тянется…

Ничего, тише едешь — дальше будешь! Если бы не эта идиотка…

Если бы не она, то твою старуху увезли бы в Испанию, и прости-прощай все ее богатства!

Ну, мы уже больше половины добыли, тоже не на один «лимон» «зелеными» тянет! Так что…

Зачем довольствоваться половиной, ежели можно взять все?

— Не волнуйся, Ластик, возьмем. Сейчас надо тихонечко пересидеть, пока все не успокоится, а потом подыщем еще кого-нибудь…

Трудно будет. Алиску бы туда…

Да ты что? Алиска не согласится ни за что. И потом, она же в больницу загремела. Пока еще кости срастутся … Да и вообще…

Что вообще? Она даже пикать не смеет, сама нас, можно сказать, на квартиру навела!

Но она же ничего не знает!

Догадается! Или уже догадалась. И не возражает. Вон, картину же сама принесла оттуда. Левитан — это тебе не жук начихал.

Но она же ее взяла на реставрацию!

Реставрация затянуться может до самой старухиной смерти. А за Левитана вполне можно небольшую квартирку купить. Она ж в коммуналке мается, об отдельной квартирке мечтает. Так что, Макс, она повязана с нами — будьте-нате!

Не надейся. Она такая… Может взбрыкнуть и в ментовку побежать. Я нарочно все тут, у нее под носом, храню. Ей и в башку не вскочит!

Петька с Дашей едва дышали. Вот это попали!

Слышь, Макс, а у тебя на Петровке никого нет?

На Петровке?

Ну да, на Петровке, 38?

Нет, а тебе зачем?

Да хотелось бы узнать… насчет той старухи прижмуренной.

Ты спятил? Чего узнавать? Надо тихо сидеть и не рыпаться. Не вздумай!

Да ведь уже по ящику ее показали…

Ну и что?

Да жутковато…

Слушай, мы с тобой ее убивали? Нет! Так чего нам беспокоиться?

Ну все ж таки…

Кончай, Ластик! А жутко тебе — смотайся из Москвы на некоторое время…

Макс, ты, по-моему, просто не понимаешь! Сейчас даже близко нельзя к той квартире подходить! Ведь если они вскрытие сделают, то такой шухер начнется…

А если не сделают? Зачем им с какой-то старухой возиться? Села она на лавочку и дуба дала. Картина ясная!

Ты совсем дурак? Если даже бомж помирает, ему обязаны вскрытие сделать…

Да ты что? Там родственничек богатенький, сильненький, он наверняка взятку даст, чтобы вскрытие не делали…

— И ты на это надеешься? Ну, Макс, не ожидал от тебя. Прямо как пацан малый рассуждаешь! Ты же сам говорил — сейчас надо лечь на дно, а пока суд да дело, постараться сплавить то, что есть. Шутка ли — больше половины… И коридор на той неделе будет! Давай отправим!

Говоришь, на той неделе?

Ну да! Тот же самый! Надежный мужик, ты же знаешь!

Я подумаю!

Подумай, подумай! А ты, кстати, алиби себе обеспечил?

Железное! — засмеялся Макс. — А ты?

Тоже!

Тогда можем жить спокойно! Нас ни одна живая душа не видела, и алиби есть!

Я вот чего думаю… Может, анонимочку настрочим, а?

Анонимочку? На кого?

Ну на родственничка богатенького и сильненького. Мол, так и так, видели, как он ночью труп волок…

Ластик, не суетись, кому говорю! А если у него настоящее алиби? Сразу начнут искать, кому выгодно его потопить.

Да ладно, я так… Но ты, короче, насчет отправки подумай… А то ведь потом коридора долго может и не быть.

Я сказал — подумаю! Вот ты сейчас смылишь, я лягу в ванну — отмокнуть после этих вонючих поездов — и подумаю, крепко подумаю. Может, и надумаю: мне тоже трястись тут над всем этим надоело!

Ладно, тогда я пошел.

Спасибо, друг, выручил!

Чего уж… Мы с тобой кореша, как говорится, не на жизнь, а на смерть. Повязаны крепко!

Что да, то да!

Ну, я пошел.

Захлопни дверь, ладно? А я в ванную!

Погоди, а веер так и не нашелся?

Нет! Да ладно, Ластик! Спишем его — и все дела! Естественная убыль, кажется, так это называется? Ну, ступай, а то я уж весь исчесался!

Больно нежный! В помойке рыться — это ничего, а в поезде проехать — прямо трагедия!

Макс засмеялся.

Когда я в помойке роюсь, я представляю себе, что я археолог, ищу сокровища Трои, например. Так это совсем другое дело!

Ладно, археолог, отмокай иди! Пока!

И Даша с Петькой услыхали, как захлопнулась дверь за Ластиком.

Петька вытащил из кармана блокнот и написал на листке: «Сейчас он пойдет в ванную! Смываемся! Быстро и тихо!»

Даша кивнула.

А Макс, что-то напевая, пустил в ванной воду, потом взял газеты и ушел, оставив дверь открытой.

«Черт бы его побрал, — подумал Петька. — Эта лестница жутко скрипит, и если он дверь не закроет…» Но Макс оставил дверь открытой.

— Петь, что будем делать? — еле слышно прошептала Даша.

— Подождем, пока он душ не пустит! И тогда уж… Прошло не меньше получаса, и вдруг зазвонил телефон. Ребята вздрогнули. Из ванной послышалось чертыханье, потом Макс выскочил весь в мыльной пене и бросился к телефону.

— Вы ошиблись! — сердито рявкнул он и, оставляя на полу мокрые следы, вернулся в ванную. Но теперь он закрыл дверь и вдобавок включил душ.

Даша с Петькой в мгновение ока слетели вниз, и лестница даже не заскрипела. Еще минута — и они уже тихонько прикрыли за собой входную дверь.

Петька схватил Дашу за руку, и они сбежали по ступенькам к Лифту.

— Петька! — Даша уронила голову ему на грудь. — Я чуть не померла со страху!

Петька осторожно погладил ее по голове.

Ничего, Лавря, все хорошо, что хорошо кончается! Но зато мы сколько всего узнали… Обалдеть! И вот что, подруга, первое, что мы сделаем сейчас, — это дубликаты ключей от мастерской!

Что? Ты спятил?

А тебе не кажется, что мы просто обязаны найти то, что украдено у слепой старухи?

Я больше никогда туда не пойду! Ни за что! Я такого страху натерпелась… — всхлипнула Даша. — И потом… Как можно делать дубликаты? Это же нечестно! Алиса мне их дала…

Ты что, дура? Насчет Алисиной честности тоже еще не все ясно. Ластик же сказал, что она их навела на эту квартиру.

Но она же не нарочно.

Это еще выяснить надо!

Не надо! Ничего не надо выяснять. Они же боятся, что она может их сдать. Если бы она была виновата, то…

Ладно, не заводись! Но ключи нам все-таки пригодятся. Ты же не думаешь, что я могу что-то украсть?

Еще не хватало!

То-то же! А раз так, то я не я буду, если не верну старухе ее добро.

Петь, а что значит коридор?

Я думаю, это какая-то возможность переправить ценности за границу. Через какого-нибудь подкупленного таможенника или даже дипломата. Но все-таки, Лавря, согласись, какие мы умные?

Мы?

Конечно, мы уже давно сообразили, что старуху постепенно обкрадывают… И знаешь, у меня создалось такое впечатление, что плантаторшу убила та баба, домработница… Очень похоже на то…

И я тоже так подумала… Петь, а не пора ли дяде Володе Крашенинникову позвонить, а?

Нет, Лавря, не пора!

Почему?

Потому что эти ценности тогда попадут в милицию как вещдоки и старуха их никогда в жизни не увидит. И никакой дядя Володя тут не поможет! Они просто испарятся… А мне, знаешь ли, очень не нравится, когда грабят слепых старух, кто бы это ни делал… Я не хочу ничего плохого сказать про милицию, но… Самим экспроприировать экспроприированное будет куда надежнее… А кстати, как тебе нравится история с Левитаном?

Может, она и вправду взяла его, чтобы отреставрировать?

Может, и так… А вообще ей повезло, что она ногу сломала!

Почему?

— Потому что у нее уж точно стопроцентное алиби!

И тут Петька увидал мастерскую, где делают ключи.

Он решительно направился туда. Даше ничего не оставалось, как пойти за ним.

— Ключи будут готовы только завтра! — сказал мастер.

— Утром? — спросил Петька.

А тебе надо утром? — улыбнулся старый мастер.

Мне надо сегодня, — подхалимским голосом проговорил Петька. — Очень надо!

Сегодня не выйдет, юноша! Только завтра!

Но утром?

— Ладно, приходи к одиннадцати!

— Спасибо! — вздохнул Петька.

Они вышли на улицу.

— Петь, я не могу идти! — вдруг пролепетала Даша. — Мне надо посидеть!

— Лавря, тебе плохо? — испугался Петька. — Держись за меня.

Но Даша и без того уже почти висела на нем. Она была страшно бледная. Петька не на шутку перепугался.

Лавря, что мне с тобой делать?

Пойдем в булочную, мне надо чего-нибудь съесть… Я, наверное, голодная…

Ох ты, горе луковое! Это у тебя от стресса!

Он довел ее до булочной и прислонил там к стене. Купил ей булку и баночку «Миринды».

— Подкрепись! А вообще… Ты сегодня не ела?

— Нет!

Никогда не ходи на дело голодная! Поняла?

— Поняла! — с полным ртом кивнула Даша.

Ты пока ешь, а я подумаю…

О чем?

— О том, кого мне взять с собой!

— Куда?

Туда! Эх, Круза нет, жалко! С ним хорошо, он смелый и сильный!

А Стас? Стас тебе не подходит?

Стас? На худой конец сгодится и Стас… Но он будет слишком много вопросов задавать.

А Денис?

Я вот и думаю, что лучше всего подойдет Денис.

Может, Хованского возьмешь? Вдвоем вам не справиться!

Я Хованского еще в деле не знаю! Ну ничего, у меня есть время…

Но как ты узнаешь, когда туда идти?

И это еще надо обдумать!

Не надо, я уже придумала!

Да? Только что умирала, а теперь… — засмеялся счастливый Петька. — Ну, выкладывай!

Надо просто пойти к Алисе и рассказать ей абсолютно все! Ну, то есть про предварительное расследование мы ничего говорить не будем, расскажем, что произошло в мастерской, как мы спрятались и что услышали! И я уверена, что она нам поможет. В конце концов, они грабят ее родственницу!

Ты уверена? На сто процентов?

На девяносто девять и девять десятых!

Что ж, пожалуй, это вариант! Мне он нравится! Да, Лавря, если тебя вовремя кормить… Но кто к ней пойдет?

Я! И потом, Петька, я скажу ей, что там была одна!

Почему?

Потому что она доверила ключи мне, а я взяла еще кого-то… Нет! Так даже лучше! Если я одна, неудивительно, что я жутко испугалась, спряталась, ну и так далее. Но потом я все рассказала своему близкому другу, и мы решили… Ну, словом, понятно! И я думаю, она согласится нам помочь, особенно если без всякой милиции…

Глава XII

Ночью

Когда они вышли из метро на своей станции, Петька посоветовал Даше:

Ты купи чего-нибудь!

Что? — не поняла Даша.

Купи, говорю, что-нибудь для отвода глаз! Скажи, например, что тебе ужасно захотелось свежего хлеба или ряженки… Одним словом, если тебя спросят, где была, у тебя отличная отмазка будет.

Правильно! — согласилась Даша.

И в первом же магазине купила ряженку.

Лавря, не говори Стасу! — предупредил ее Петька.

Постараюсь, но он иногда как будто мои мысли читает!

Значит, постарайся не оставаться с ним наедине! Пойди, к примеру, к Ольге! Или еще куда-нибудь.

А Ольге можно сказать?

Ольге можно.

Я уже не дождусь, когда пойду к Алисе, — призналась Даша.

А может, вместе пойдем?

Зачем это?

Для убедительности! Понимаешь, если ты ей предложишь такую операцию, она может не поверить, что мы на это способны…

А при виде такого Шварценеггера сразу поверит? — захохотала Даша.

Причем тут Шварценеггер? Дело ведь не в мускулах, хотя у меня с этим все в порядке, а в силе убеждения!

Нет, Петька, тебе нельзя! Она же тебя видела, так откуда ты тут возьмешься, знакомый ее соседки? Слишком неправдоподобно будет! Хотя ты прав — лучше, что бы кто-то был со мной. Может, Денисик?

Это, конечно, вариант, но лучше бы мне самому… Она запросто может меня не узнать! Подумай, она видела меня в первый день и всего минутку! Ей не до меня было!

Ошибаешься. Она художница, у нее профессиональная память на лица.

Пожалуй, да. Ладно, подумаем, время еще есть.

Кстати, Стас вполне мог бы внушить ей доверие!

А ты можешь поручиться, что он не испортит нам всю обедню?

Даша задумалась.

Могу! Стасу тоже не нравится, когда грабят слепых старух! Да и зрячих тоже! И вообще… На Стаса можно положиться. Он, конечно, будет меня ругать, но поскольку я в мастерскую больше не пойду ни за какие коврижки, то… Он же не трус, он за меня боится, не за себя! — пылко говорила Даша. Ей вдруг стало обидно за сводного брата.

Ну что ж, ладно! Стас и впрямь умеет внушать доверие женщинам. Он такой!

— Здорово! — обрадовалась Даша. — И, кстати, Алисе больше понравится, что я привела с собой брата, а не чужого парня.

Это я чужой? — оскорбился Петька.

Нет, Петька, для меня ты совсем не чужой, а вот для Алисы…

Я все понял. Ладно, поговори со Стасом. А я позвоню Денису. На такое дело лучше идти втроем.

Почему?

Бог любит Троицу!

— Дарья, ты где была? — сурово встретил ее Стас.

Дашенька, куда ты с утра исчезла? — недоумевала тетя Витя.

Да я проснулась, и мне вдруг смертельно захотелось ряженки. Вот я и купила!

И она выложила на стол три коробочки с ряженкой.

Первый раз слышу, чтобы кому-то смертельно хотелось ряженки, — усмехнулся Стас. — А мы сидим голодные, тебя ждем!

Я тоже жутко хочу есть!

И начнешь с ряженки? — не без издевки осведомился Стас.

Конечно!

Даше совсем не хотелось ряженки, но она мужественно ее съела.

После завтрака тетя Витя сказала, что зайдет ненадолго к соседке с третьего этажа, та обещала показать ей какой-то новый узор. И, взяв с собой спицы и моток красной шерсти, тетя Витя удалилась.

А теперь говори, где ты была! — потребовал Стас. — Знаю я эти Петькины штучки — купить что-то, как будто выскочил из дому на минутку! Меня не надуешь. Колись, сестренка.

Стасик, можно считать, что мы вышли на финишную прямую!

То есть?

Стасик, скажи, тебе нравится, когда грабят слепых старух?

А ты часом не рехнулась?

Тогда ты нам поможешь!

Что за бред ты несешь? Объясни толком! Где вы с Петькой были?

В Алисиной мастерской. И там хранятся краденые ценности.

Но как вы туда попали?

— Погоди, я расскажу все по порядку!

Внимательно выслушав ее, Стас сказал:

Кошмар! Хорошо, что так кончилось! Разве можно было соваться туда?

Но если человек меня попросил?

А если какой-нибудь человек попросит тебя завтра войти в клетку тигра, ты тоже попрешься, да?

— Стас, прекрати!

Хорошо. Попробую. Но что вы с Петром Великим намерены делать дальше? Ручаюсь, что у вас уже есть какой-нибудь план!

Есть, — вздохнула Даша, — и тебе в нем отводится решающая роль.

Мне? Вот это номер! Без меня меня женили!

Стас, перестань, никто тебя не женил, но просто, кроме тебя, некому…

И что я должен делать?

Ничего особенного! Пойти к Алисе вместе со мной. Я расскажу ей, что произошло со мной в ее мастерской, но только я буду говорить так, будто была там одна…

Ну, допустим…

Так вот, я все расскажу, а потом… Потом предложу ей план… как вернуть награбленное ее же родственнице. Но мне одной она может не поверить, а если я приду со старшим братом..-.

А у вас уже есть идея?

Пока нет! Но к пяти часам скорее всего Петька придумает!

А кто будет осуществлять эту идею? Надеюсь, не ты?

Нет, что ты! Я боюсь… Я там чуть со страху не померла… Вообще-то мы думали, что ты и Денис поможете Петьке, а то он ведь и один способен туда двинуть…

То есть вы собираетесь проникнуть в Алисину мастерскую с помощью самой же Алисы?

— Да!

А если Алиса согласится для виду, как будто она возмущена не знаю как, а сама предупредит этого Максима, и в лучшем случае он просто перепрячет краденое, а в худшем… В худшем он постарается от нас избавиться.

Нет, Стасик, этого быть не может.

А почему, собственно?

Потому что Алиса не такая. Я знаю! — твердо сказала Даша.

Не уверен. И потом, какой смысл забирать у этих жуликов вещественные доказательства? Это вроде как Денис с девчонками утопил в болоте партию наркотиков.

Ну и что? Они же все равно поймали главаря! А попади эта партия в руки какого-нибудь жулика из милиции? Сколько народу могло стать наркоманами!

Это правда, — согласился Стас. — Считай, что меня убедила. Но сперва надо разработать план. И если он будет разработан без меня, то я и участвовать в нем не буду. Я вам не безмолвный статист!

Стасик! — захлопала в ладоши Даша. — Ты у нас солист! Прима-балерун! Хотя балеруны тоже безмолвные!

Тогда ты у нас — оперный примадон! Примадон!

Подхалимка! — фыркнул Стас. — Звони Петьке, пусть несет сюда свои светлые мысли!

Петька мигом примчался.

Я рад, старик, что ты согласился! — заявил он Стасу.

Можно подумать, вы оставили мне какой-то выбор, — проворчал Стас. — Ну, у тебя уже есть идеи?

Да, понимаешь, идея очень простая — проникнуть туда и найти… Проникнуть — не проблема, завтра в одиннадцать у меня будут вторые ключи… Проблема в том, чтобы нас не застал хозяин. И еще время! Ты бы видел, что это за мастерская, — ангар! И не на один самолет! Понадобится уйма времени!

И вряд ли он хранит эти ценности просто в кастрюле! Они наверняка упрятаны в какой-нибудь тайник. Мы можем перевернуть там все вверх дном и не найти их.

Вот потому-то нам и нужна Алиса! Она может предположить хотя бы, где он все прячет! Запросто, она же хорошо его знает!

Знала бы, не связалась с таким типом! Если бы этим делом занялась милиция, ее могли бы обвинить как наводчицу.

Но они же говорили, что она сама этого не знает…

Мало ли что они говорили. Не знаю, но мне этот вариант представляется безнадежным.

— Но надо хотя бы попробовать! — горячился Петька. — А вдруг нам повезет? Нам часто везет!

Тьфу, тьфу, тьфу, чтоб не сглазить! — проговорила Даша.

Хорошо! — устало отмахнулся Стас. — Я пойду сегодня с тобой. Посмотрим, что скажет твоя Алиса!

Стасик, ты молодец! Вот увидишь, у нас все получится!

А вы понимаете, что, если нас вдруг застанут, мы никогда не отмоемся. Нас обвинят в воровстве, ограблении со взломом и еще черт знает в чем.

Петька и Даша побледнели.

Стас, ты чего? Кто нас застанет?

А я знаю? Вот вас сегодня чуть не застали, но сегодня у вас были оправдания, а тут…

Ты передумал? — упавшим голосом спросила Даша.

Нет, не передумал. Пока.

В начале шестого с букетом нарциссов и банкой яблочного компота от тети Вити они вошли в палату и увидели Макса, сидящего у Алисиной постели. Даша страшно смутилась, заметалась внутренне, но Алиса поспешила сказать:

Здравствуй, Дашенька! Будь добра, присядь, я скоро освобожусь. А кто это с тобой?

Это мой брат… Мы подождем в коридоре…

И они вышли в коридор, за ними вышла женщина, сидевшая у постели другой больной, и оставила дверь открытой.

Откуда эти детки? — недовольным тоном осведомился Макс.

Зря ты так! Девочка очень славная, это внучка женщины, которая меня подобрала… Они вроде как взяли надо мной шефство. И я очень рада, ты ведь уезжаешь…

Стас с Дашей переглянулись.

Алиска, не сердись, я всего на два дня, в Питере хороший заказ светит! Я и пробуду там всего ничего — сегодня ночным поездом туда, послезавтра ночным же обратно. Так что когда тебя выпишут, я уже буду тут!

Да ладно, я пошутила. Обойдусь я без тебя, Мак-сик, не волнуйся!

Верю, верю! Но я предпочитаю думать, что тебе без меня плохо!

Думать не вредно. Ладно, иди уж, я же вижу: сидишь как на иголках. А там ребятки пришли, что-нибудь веселенькое расскажут. А то от тебя такая тоска…

— От меня тоска? Просто я озабочен, у меня много дел, мало денег…

Не прибедняйся!

Ну, я пошел, а то ты тоже не из самых веселых — раздраженная какая-то!

А думаешь, приятно тут валяться? И, между прочим, по твоей вине. Если бы тогда ты меня подвез…

Но я же опаздывал, ты прекрасно знаешь!

— Все, катись колбаской… Пока!

Стас и Даша отскочили от двери.

— Дашка, давай ничего ей не скажем, а? — прошептал Стас. — Если он сегодня уезжает… Может, мы сами, а? Так проще!

Даша, не успев ничего сообразить, кивнула. Макс вышел из палаты и быстрым шагом удалился. Они вошли.

Вот, Алиса, знакомьтесь, это мой старший брат, Стас!

Очень приятно! Садитесь, ребятки. Ну как, справилась с замком? — спросила Алиса.

Да, да, все в порядке. Вот!

Даша протянула ей косметичку. Алиса достала оттуда стодолларовую бумажку и, протягивая ее Стасу, попросила:

— Извини Меня, Стас, но не мог бы ты поменять это на рубли? Что мне тут с долларами делать? А остальные отдайте тете Вите, пусть спрячет, — тихонько проговорила она.

Стас взял деньги и с готовностью направился к двери.

— Стас, — окликнула его Алиса. — Если у тебя есть паспорт, то тут в переулке банк, а если нет, то на Сретенке можно и без паспорта…

— Я знаю!

И он ушел.

Какой у тебя славный брат… Только вы совсем не похожи.

Это сводный брат! Моя мама вышла замуж за его папу.

Понятно!

Даша потерянно молчала. Она так долго готовилась к объяснению с Алисой, а теперь… Разговор никак не клеился. И тут она вспомнила, что забыла ключи. Так волновалась перед ответственным разговором, что начисто забыла о них. Они остались у Петьки.

Ой, Алиса! Я совсем спятила! Я забыла дома ваши ключи. Я так тряслась из-за косметички, даже вот брата с собой взяла, а про ключи совсем забыла! Может, я сбегаю, а?

Да ты что! Не вздумай! Завтра принесешь. Или еще лучше — оставь пока у себя. Вдруг мне еще что-то понадобится. Пусть тетя Витя их спрячет с деньгами.

«Это судьба, очередное наше везение», — подумала Даша. Вскоре вернулся Стас и отдал Алисе деньги.

Не знаю, что бы я без вас делала? Спасибо вам, ребятки. Даша, а ты налей водички в стакан и поставь цветы, будь добра.

Тетя Витя просила передать, что завтра сама вас навестит.

Да? А я уже по ней соскучилась. Она такая уютная, такая добрая… Вам повезло!

Еще как!

Они посидели минут двадцать и попрощались с Алисой. Отойдя от палаты, Даша прошептала:

Стасик, я забыла отдать ей ключи! И она не велела их ей приносить. Просила спрятать вместе с деньгами. Ну, а как она тебе?

Ничего, нормальная. Не противная. И не похожа на преступницу. Но это все неважно. Я думаю, под каким предлогом мне сегодня отлучиться на ночь?

На ночь? — ужаснулась Даша. — Зачем на ночь?

Но нам же нужно время! Не можем же мы терять целую ночь! Идем скорее!

Дома он первым делом позвонил Петьке. И сообщил о неожиданном повороте дела.

Сможешь на ночь вырваться? — спросил Стас.

Запросто, система налажена. Я как будто иду ночевать к Денису. Кстати, надо его взять с собой. Чем больше народу, тем лучше.

Ты сам ему позвонишь?

Конечно! Эх, плохо, что Круза нет, он бы нам пригодился!

А Хованский?

Хованский? Я не уверен, что он сможет выбраться на ночь. Но я попробую. Действительно, лишний человек не помешает!

Петька, не теряя времени, позвонил Кириллу.

Хованщина? Привет! Как дела?

Да ничего, — скучным голосом ответил Кирилл.

У меня к тебе вопрос… Ты говорить можешь?

— Конечно.

— Скажи, а тебе слабо на всю ночь уйти из дому?

— На всю ночь? Зачем?

— Надо! Но ты скажи — слабо или нет? Твои родаки крепко спят?

Мои родаки уехали на свадьбу в Одинцово и вернутся в лучшем случае завтра.

А тебя не взяли?

Да что я там забыл?

Тогда ты имеешь шанс совершить благороднейший поступок!

Квитко, ближе к делу, а то говоришь загадками…

Просто я хотел узнать главное! А если ты можешь, я сейчас к тебе забегу и все расскажу! У нас тут намечается одна экспедиция…

Экспедиция? Куда?

Недалеко, к Павелецкому вокзалу.

Зачем?

Подожди, не телефонный разговор!

— Стасик, а можно я все-таки пойду с вами? — осторожно спросила Даша.

Вот новости! Конечно, нет! Женщина на корабле — к несчастью.

Ну, Стасик…

Нет, сестренка, насчет женщин на корабле я пошутил, но тут… Нет, это чисто мужское дело! Даже и не заикайся. А потом, что я скажу твоей маме, куда я тебя тащу? Я же наврал, что иду на день рождения к старому другу, что он живет у черта на куличках и я останусь у него ночевать. А при чем тут ты? И не надо дуться!

Я не дуюсь, — вздохнула Даша, — просто мне будет так страшно за вас…

Не волнуйся, все будет отлично!

Только вы там поосторожнее, ладно?

Это я тебе обещаю!

Все четверо собрались в пустой квартире Хованского. И стали ждать. К сожалению, они не знали точно, во сколько уходит поезд, которым едет Макс.

Надо как-то это выяснить! — кричал в нетерпении Петька.

Интересно, как ты собираешься выяснить? — поднял брови Стас.

Можно туда позвонить…

И что? Спросить: извините, дяденька, когда мы сможем приступить к обыску?

Стас, мне не до шуток!

— Если тебе не до шуток, оставайся дома! — сурово проговорил Стас. — Чувство юмора нельзя терять ни при каких обстоятельствах!

Это ты мне говоришь? — возмутился Петька. — Ты?

А что я?

Эй, Стас, Петька, вы что, с дуба свалились? — спросил Хованский. — Не хватало только, чтобы вы подрались.

Да ладно, просто все нервничают, — поставил диагноз Денис. — Дело то и вправду непростое…

Петька все-таки не выдержал, позвонил в мастерскую. Было уже десять часов.

Алло! — услышал он голос Макса.

Иру, будьте добры!

Какую Иру?

Кузнецову!

Вы ошиблись!

Петька положил трубку.

По крайней мере ясно, что он еще там!

Да он наверняка поедет «Красной стрелой», — сказал Хованский.

Ох, черт, долго ждать! — простонал Петька.

А я предлагаю в одиннадцать выйти из дому и поехать туда. Пока то да се, он и свалит, — спокойно проговорил Денис. — Даже лучше, если мы своими глазами увидим, как он уходит.

Правильно! — поддержал его Стас. — Вполне разумное предложение.

А вы хоть знаете, что искать? — спросил Хованский.

Все растерянно переглянулись.

А ведь Кирюха прав, — заметил Стас. — Мы же понятия не имеем, что там за ценности. Хорошо, если это штучки вроде веера, а если это картины? Почем мы знаем…

Это не могут быть картины! — отчеканил Петька. — Они не пролезут в мусоропровод! Скорее всего это какие-то безделушки, может, драгоценности, — одним словом, что-то некрупное.

Но, может, он не держит все это в одном месте, тогда что? — сказал Хованский.

Слушайте, кто ищет, тот всегда найдет! — сказал Петька. — И не вздумайте терять кураж! Мы найдем, мы обязательно найдем!

Что, и шкафы взламывать будем? — хмыкнул Денис.

Черт, про шкафы я не подумал… Но если потребуется — взломаем! — решительно заявил Петька.

Кошмар! — схватился за голову Стас. — И вот что я вам скажу: если мы за эту ночь ничего не найдем, мы бросим это дело и просто заявим в милицию!

Нет, тогда мы не в милицию заявим, а сообщим Ростику! — решил Петька. — Пусть он думает, как спасать свое наследство. Это ж его родственница!

А может, с этого и надо начинать? — заметил Денис.

Нет! Нам повезло — мы узнали, что Макс уезжает, у нас остались ключи. Это неспроста, я верю в такие вещи! — убежденно сказал Петька. — К тому же, если они хотят в ближайшие дни отправить краденое через какой-то коридор, то скорее всего вещи собраны в каком-нибудь чемодане или портфеле. Так что первым делом проверим всю тару, а там будем решать…

В одиннадцать часов они по одному вышли из дому, чтобы не привлекать внимания, и встретились уже на полпути к метро.

На Павелецкой позвонили из автомата в мастерскую и услышали голос на автоответчике: «К сожалению, меня нет дома, будьте добры, после сигнала оставьте свое сообщение, и я в ближайшее время свяжусь с вами».

Порядок! — сказал Петька.

Неизвестно еще, может, он автоответчик уже включил, а сам еще не ушел, — на всякий случай усомнился Стас.

Есть одна идея, как проверить! Пошли!

Какая идея? Петро скажи, а то опять во что-нибудь вляпаемся! — потребовал Стас.

Если его «копейка» стоит у подъезда, надо ее по колесам пнуть, чтобы она завыла, и поглядим: выскочит ли хозяин!

Нет, ты точно сдурел! — закричал Стас. — Во-первых, еще не факт, что на такой развалюхе вообще стоит сигнализация, а во-вторых, если Макс уже уехал, то кто, спрашивается, ее отключит? Так она и будет выть?

Ты прав, — понурился Петька. — У меня что-то с мозгами неважно…

Ну что за проблема? — пожал плечами Хованский. — Я позвоню ему в дверь, в крайнем случае, если он дома, скажу, что ошибся, — делов-то!

Такие простые и добротные идеи приходят в голову только новичкам, — проворчал Петька.

Все рассмеялись, но как-то нервно.

И, по-моему, нам нужно рассредоточиться, — предложил Денис.

То есть?

Ну, подниматься на лифте по одному, а то четверо ребят в такой час могут привлечь внимание! — Нет, вы пока постойте тут, а я поднимусь и позвоню в дверь! — решился Кирилл. — Я спущусь за вами, если все в порядке!

Зачем? Если тебя не будет десять минут, мы просто поднимемся, — возразил Стас.

— Ну уж нет, я не буду там торчать один, как дурак!

И в этот момент дверь подъезда открылась и оттуда торопливо вышел Макс с дорожной сумкой в руках. Они отпрянули, но он, к счастью, их не заметил. И побежал ловить такси.

Вот теперь — порядок! — с удовлетворением произнес Петька.

Это он? — спросил Хованский.

Он, голубчик! Не знает еще, что его ждет! Так, теперь я пойду первым! Я уже знаком с сигнализацией! А вы пока подтягивайтесь!

Подождите, давайте убедимся, что он уехал! А то мало ли, вдруг он что-то забыл… — сказал Хованский.

Он вышел в подворотню и стал наблюдать, как Макс ловит машину. Тот довольно быстро ее поймал. Кирилл вернулся к ребятам.

Теперь все чисто. Только, Петь, я пойду с тобой, постою на стреме, пока ты будешь дверь открывать.

Молодец, Хованщина, осторожный! — растрогался Петька. — Далеко пойдешь!

Они вдвоем поднялись наверх, взбежали по ступенькам. Петька быстро открыл дверь, первым делом отключил сигнализацию и позвонил на пульт. Охрипшим голосом он произнес:

— Извините, девушка, я передумал: решил остаться дома!

— Хорошо! — ответила девушка.

Кирилл тоже удивился, увидев мастерскую.

Фью! — присвистнул он. — Ну и ну! Степь да степь кругом…

Это точно.

Фиг здесь что-нибудь найдешь! Тут год искать будешь и тогда не сыщешь.

Хованщина, кончай причитать. Надо всегда сохранять оптимизм! Если бы мы думали, что у нас ничего не выйдет, у нас ничего и никогда бы не вышло! Запомни это, как дважды два!

А как трижды той нельзя?

— Хорошо, запомни, как таблицу умножения!

Тут явились Стас с Денисом. Мастерская и на них произвела впечатление. И им тоже показалось, что шансы найти тут какие-то безделушки ничтожно малы.

А кстати, потушите-ка верхний свет! — посоветовал Хованский.

Точно!

Они зажгли торшер и еще какие-то светильники, которых тут было множество, а. верхний свет погасили и еще задернули занавески на тех окнах, где они были.

Ну, с чего начнем? — спросил Денис, озираясь по сторонам.

Надо постараться ничего тут не раскидывать, что бы он не сразу хватился своих сокровищ, — заметил Стас.

Так сокровища еще надо найти, — проворчал Хованский.

Ладно, не будем терять время! Я лично беру на себя вон тот стенной шкаф! — заявил Стас.

А я посмотрю за картинами, вон их сколько понаставлено! — сказал Денис.

А я займусь письменным столом! — решил Хованский.

— Вот и хорошо, а я сейчас спущусь на улицу!

Все с удивлением уставились на Петьку.

Надо поглядеть, как все это с улицы выглядит, не слишком ли подозрительно, ведь кто-то из соседей может знать, что он в Питер укатил.

Да ерунда! — махнул рукой Стас. — Мало ли кому он мог оставить ключ от мастерской, да и необязательно, соседи знают, что Алиса в больнице. Не занимайся ерундой, Петро, лучше возьмись за дело!

Возьмусь, не беспокойся, а все-таки на улицу надо выйти. Я вот чувствую, что надо!

Ну, иди! Если тебе приспичило! — раздраженно отозвался Стас. — Вечно Петька что-то мудрит!

Петька не стал захлопывать дверь, только прикрыл ее и, не вызывая лифта, вихрем бросился вниз. Выбежал на улицу и отошел на некоторое расстояние от дома. Мастерская была освещена совсем тускло. Даже непонятно было, горит там свет или это блики рекламы отражаются в стеклах. Эти блики служили отличным прикрытием. Успокоившись и повеселев, он направился к дому. В этот момент к подъезду подкатило такси. У Петьки упало сердце: а вдруг хозяин вернулся? Но нет, оттуда вышел мужчина совсем другой комплекции. Он показался Петьке знакомым. Ластик! Все полетело к черту! И он даже не успеет предупредить ребят. Петька стал пробираться поближе к дверям, стараясь не привлечь к себе внимания. «Если он войдет первым, я его в последний момент отпихну от лифта, — решил Петька, — он от неожиданности не успеет опомниться…» Но Ластик не спешил. Он вытащил из кармана сигареты, зажигалку и с удовольствием закурил. Петька юркнул в подъезд. К счастью, лифт стоял внизу, и он сразу уехал.

— Атас! — крикнул Петька, закрыв за собой дверь. — Тушите свет! Прячьтесь! Быстро наверх! Потом объясню!

И едва они успели распластаться на полу, на антресолях, как дверь открылась.

— Надо же, опять сигнализацию забыл включить, идиот! А что это свет горит?

Они успели потушить все, кроме одной настольной лампы. Ластик не спеша снял пальто, бросил его на одно из кресел и подошел к шкафу, который только что осматривал Стас, но в отличие от Стаса он не церемонился — просто стал выкидывать оттуда все содержимое: папки, альбомы, книги… Управившись со шкафом, он подошел к старинному секретеру, подергал крышку. Она была заперта. Тогда, недолго думая, он вытащил из кармана какой-то инструмент и в два счета открыл секретер. Петька напрягся. Может, в этом секретере есть какой-нибудь потайной ящик? Ластик тем временем вывалил на пол содержимое секретера и всех его ящиков, пошарил внутри, потом чертыхнулся и стал осматривать письменный стол.

Интересно, зачем он устраивает такой беспорядок? Не иначе хочет найти украденные вещи и смыться с ними через свой коридор, оставив ни с чем закадычного дружка. Тому, конечно, так и надо, но вот Агриппина Львовна…

И вдруг Ластик подошел к столику, где стоял музыкальный центр, и включил музыку. Под сводами мастерской разнесся похоронный марш Шопена.

— Тьфу ты черт! — выругался Ластик и поменял кассету.

«Аквалангисты — это хорошо!» — грянула группа « Манго-Манго ».

— Совсем другое дело, — пробормотал Ластик, продолжая бесчинствовать в мастерской.

А что будет, когда он доберется до антресолей? Нас, конечно, четверо, мы с ним справимся, но… Есть еще вариант — спугнуть его, но это надо сделать, когда он найдет то, что ищет. Если, конечно, найдет…

Ластик тем временем вывалил все из платяного шкафа, потом вдруг замер, задумался и, хлопнув себя по лбу, решительно двинулся на Алисину половину.

«Там-то он что ищет?»

Петь, — прошептал Хованский, — он то же самое ищет, да?

Наверное.

А что делать будем?

Подождем, когда он найдет, а потом спугнем его.

Как?

Придумаем!

Ах, я идиот! — довольно громко произнес Ластик, выходя из Алисиной кухоньки с мясным топориком в руках. Прижавшись спиной к окну, начал, считая шаги, двигаться к центру мастерской. Петька насчитал тридцать шагов. Затем Ластик распластался на полу и начал простукивать его. Мальчики переглянулись. Они в жизни не нашли бы этот тайник. Ластик простукал пол, потом прополз еще немножко вперед и снова стал стучать. Но вот звук изменился. И он поддел топориком половицу.

Есть! — воскликнул он, и ребята увидели, что возле него в полу открылся люк. Ластик запустил туда руку и вытащил сначала один «дипломат», потом второй. Не вставая с пола, он буквально снес замки на обоих «дипломатах». Открыл, посмотрел и громко расхохотался. Потом вскочил и, не глядя, пересыпал содержимое «дипломатов» в свою довольно объемистую сумку. Хованский тревожно взглянул на Петьку. Тот прижал палец к губам. У него уже созрел план. А Ластик вдруг подскочил к стеклянной витринке, где находилась небольшая коллекция бабочек, и со всего маху ударил топориком по ней. Стекло со звоном разлетелось. А он принялся крушить все подряд под бодрые песни «Манго-Манго».

— Он спятил, — прошептал Стас.

Но тут вдруг Петька сложил руки рупором и страшно завыл:

— Ууууу!

В первый момент ребята вздрогнули, а потом последовали его примеру. Теперь под сводами громадного помещения раздавался четырехголосий вой. Сначала Ластик словно не слышал, продолжая крушить, что попадалось под руку. Потом вдруг замер, прислушался. Выключил музыку.

— Уууууу!

Продолжая выть, они расползлись в разные стороны, и вой теперь несся, казалось, отовсюду. Ластик оцепенел.

— Что это? — едва слышно прошептал он и схватился за сердце. И вдруг увидел, что с антресолей сама по себе медленно спускается большая икона.

Он побелел и бросился к двери. Выскочил на лестницу и только там перекрестился.

Мальчики умирали со смеху. Они уже праздновали победу! Сбежали вниз и схватили сумку Ластика. Первым туда заглянул Стас.

Стасик, что там? — в нетерпении закричал Петька.

Не знаю, тут все завернуто! Но мы ничего трогать не будем. Вернем так, как есть. Захотят нам показать — покажут. А трогать ничего нельзя.

Ластик между тем выбежал на улицу и в изнеможении прислонился к стене. Этот вой… Неужели нечистая сила? Он никогда не верил в эти бредни. Это все сказочки для старых глупых баб. И при чем тут икона? Нервы, наверное. Конечно! Это от радости в голове помутилось, ну, и от страха, конечно. Все-таки как Макс может жить в таком месте? Поневоле спятишь. Ну я хорош! Бросил все и удрал. И тут вдруг ему в голову стукнуло — а что, если там кто-то был? Спрятаться в таком помещении ничего не стоит. Он вспомнил отключенную сигнализацию, зажженную лампу… Но если это так, значит, кто-то все видел и решил так просто, на халяву завладеть тем, что полагается ему по справедливости? Ну уж нет, не выйдет! И, накачав себя злобой, он вернулся к дверям мастерской. Прислушался. Никакого воя. Он неслышно отпер дверь, вошел в тесный тамбур и приник ухом ко второй двери. Оттуда доносились веселые мальчишеские голоса.

Ладно, пошли отсюда!

Куда, интересно, мы пойдем ночью, да еще с такими ценностями? Надо дождаться утра, когда пустят метро…

А если он вернется?

Ну, это вряд ли! Ночью он точно не вернется! Он придет, когда будет светло, когда силы зла уже спят! — насмешливым голосом сказал один из мальчишек.

— Похоже на то! А как ты догадался насчет иконы?

— Просто увидел, что она стоит, и привязал к ней бечевку, а он с перепугу решил, что она спускается с небес!

«Шутки шутить вздумали? Ах вы паршивцы! Ну погодите, вам это даром не пройдет! — кипел злобой Ластик. — Болваны самонадеянные!»

Ну так что, остаемся?

Конечно! А то как мы ночью домой заявимся?С какой стати? Тут места довольно. Можем отлично выспаться.

«Прекрасно! — решил Ластик. — Спите, голубчики, спите! Если очень постараться, вы вообще вечным сном уснете. Вас, судя по голосам, четверо! Вот и славно!»

И Ластик, совершенно успокоившись, спустился вниз, прошел пешком два квартала и только там поймал машину. Не надо, чтобы его видели у этого дома.

А мальчики и в самом деле скоро угомонились. Сказывалась усталость.

Стасик, я тебя прошу, давай хоть одну штучку посмотрим, а? Нет сил терпеть! — взмолился Петька. — Только одну! Запусти туда руку и наугад вытащи чего-нибудь!

Правда, Стас, — поддержал Петьку Денис. — Ты боишься, что мы это украдем?

Еще не хватало! Просто я вас знаю: посмотрите одну штучку, потом — другую…

Нет, Стас, всего одну! Единственную! — высказался Хованский.

Ладно, уговорили, речистые! Но только одну!

Одну, одну! — загалдели все.

Стас закрыл глаза и сунул руку в сумку. Нащупал что-то довольно большое, завернутое в целлофан, и вытащил. Под целлофаном была мягкая тряпка. Он снял ее, и взору ребят представилась фантастической красоты серебряная кружка. Снизу ее опоясывали танцующие фигурки с воздетыми кверху руками. Фигурки не были выгравированы на кружке, а образовывали что-то вроде подстаканника.

Ух, красотища! — простонал Хованский.

Да, не слабенькая кружечка, — согласился Денис.

Это Фаберже! — проговорил Петька, разглядывая произведение ювелирного искусства.

Может быть, — кивнул Стас. — Во всяком случае, сразу видно, что вещичка уникальная. А работа какая!

Это, наверное, фамильная ценность, — заметил Кирилл. — Слава богу, что не досталась каким-то мазурикам! Все-таки мы большие молодцы!

Ну все, налюбовались — и будет! Если там все в том же роде, то этот Ластик обязательно вернется. Но ты, Петька, прав, он вернется уже при свете дня. И, возможно, не один. Так что мы вполне можем соснуть часика три-четыре. Только не проспать бы.

— Я не просплю! — уверенно заявил Петька. — У меня будильник в голове.

Стас спрятал кружку в сумку, и они разбрелись по мастерской. Стас улегся на огромной тахте, стоявшей на половине Алисы. Спать в том разгроме, который учинил Ластик, как-то не хотелось. Не найдя ничего лучше, Денис примостился у него под боком. Кирилл поднялся на антресоль и лег на диван с продавленным сиденьем, а Петька облюбовал себе кушетку. Вскоре почти все уснули.

Прошло два часа. Дверь мастерской неслышно открылась. На цыпочках вошел Ластик.

«Спите, голубчики? Ишь, какие, молоко на губах не обсохло, а туда же… Разбогатеть захотели в таком возрасте? Вам еще не положено, вы ничего еще в жизни не сделали, чтобы такие ценности вам достались задарма. Я за них спину-то поломал, страхов натерпелся, в вонючих помоях рылся, а вы пришли и взяли? Как бы не так! Сдать бы вас ментам, чтоб в колонию вас отправили, чтоб вы тамхлебнули того, что я хлебнул в своё время… но, нельзя… И вообще тут ничего нельзя… И в живых вас оставить тоже нельзя. Никак нельзя! Слишком много вы видели, слишком много слышали… Небось и днем сегодня кто-то из вас тут прятался, вот почему сигнализация была отключена. Макс обычно никогда не забывает ее включить. А откуда, интересно, эта пацанва знает, как отключить сигнализацию? Что-то тут нечисто… Уж не Алиска ли их навела? А что, запросто! Либо догадалась, либо нашла тайник. Вот и решила… Небось, думает, если в больницу попала, так ее и не достанут? Еще как достанут! Я теперь всех вас достану, а сам коридорчиком, коридорчиком! Мне до самой смерти на красивую житуху хватит! А Макс пусть себе сам вторую половину старухиных богатств добывает, но уж один, без меня. Только фиг он без меня добудет!»

Все эти мысли вихрем пронеслись в его воспаленном мозгу. Он схватил свою сумку и, неслышно ступая, вошел в кухню, открыл все четыре крана на газовой плите и так же неслышно покинул квартиру.

Глава XIII

Высокий класс

Даша проснулась от необъяснимой тревоги. Впрочем, она была вполне объяснима — ребята в огромной страшной мастерской, а вдруг их там кто-то застал? Почему-то у нее зуб на зуб не попадал от волнения. Она чувствовала, что с ними что-то случилось. Девочка глянула на часы. Половина шестого. Она быстро вскочила, оделась. Но ехать туда одной было слишком страшно. Даша помедлила мгновение и набрала Олин номер. Только бы трубку взяла сама Ольга, а не бабушка. Даша знала, что телефон стоит у самой Олькиной кровати. И действительно, после третьего гудка раздался сонный голос подруги:

Слушаю!

Олька! Это я!

Дашка? Что случилось?

Я не знаю, но что-то случилось, я чувствую!

Да с кем? Я ничего не понимаю? — шептала в трубку Оля.

Понимаешь, мальчишки пошли на дело. Я тебе все объясню по дороге!

Погоди, говори толком!

— Не могу, надо спешить, каждая минута дорога!

Даша вовсе не была паникершей, и Оля вдруг тоже испугалась.

— Даш, я сейчас! Через десять минут встретимся!

Действительно, через десять минут девочки встретились на улице.

Надо поймать такси! — сказала Даша. — Сейчас еще мало машин, так будет быстрее.

А денег хватит?

Я взяла стольник. Хватит!

А куда ехать?

На Павелецкую!

Они там? — ахнула Оля.

Она вчера ездила за город к подруге на дачу и была еще не в курсе последних событий. Машин довольно долго не было, но вот возле них затормозил старенький «Москвич».

Девчата, куда?

На Павелецкую!

На поезд опаздываете?

Встречать!

— Понятно! Сейчас вмиг домчу по Садовому!

Они вбежали в подъезд и поднялись наверх.

— По-моему, пахнет газом! — в ужасе прошептала Оля.

У них от страха округлились глаза.

Только не вздумай звонить! — прошептала Оля. — А то как рванет!

Но что же делать?

Вызывать 911!

Правильно!

Но тут вдруг Даша заметила, что дверь неплотно закрыта. Она рванула ее и вместе с Олей вбежала в мастерскую. Зажав ладонью нос и рот, девочки бросились в кухню и в четыре руки перекрыли газ, тут же распахнули окна кухне, потом стали распахивать окна и в мастерской. К счастью, прошло совсем немного времени с того момента, как ушел Ластик. Свежий воздух хлынул в мастерскую, и девочки бросились будить ребят.

А где Хованский? — крикнула Оля, тряся Петьку.

Жучка, ты? Тьфу, что тут такое? Как ты сюда попала? Ой, как башка болит!

Я спрашиваю — где Хованский?

Наверху! Ох, голова!

Оля тем временем кинулась наверх. От шума и холода Кирилл открыл глаза.

Ты откуда? — задал он ей тот же вопрос.

Скорее, надо ехать в больницу!

В какую больницу? Ты что?

— Тебя тошнит? Голова болит?

Что случилось?

Да вас же газом отравили! Скорее, надо сматываться!

Даша растолкала Стаса и Дениса. Все четверо были бледными, у всех болела голова, но они были в состоянии двигаться.

Девочки в мгновение ока собрали их вещи, Оля помогла Хованскому спуститься по лестнице. Совершенно ошалелые, они покорно двинулись к выходу. Запах газа уже не чувствовался, и девочки поспешно закрывали окна.

И тут вдруг Петька вспомнил, зачем они вообще сюда приперлись.

Ушел! — завопил он. — Унес! Все напрасно! Черт бы нас побрал, кретины несчастные!

Что? Что? Ты о чем? — спрашивала Даша.

Нет, ну надо же! И кому в голову пришло тут оставаться? Идиоты, болваны, все дело провалили! Конечно, он вернулся и забрал сумку! Она вот тут стояла!

Да черт с ней, с сумкой, главное, что вы живы! — всхлипывала Даша.

С сумкой? — переспросил Хованский.

Ну да, он унес сумку!

Ни фига! Ничего он не унес! — с затаенным торжеством проговорил Хованский.

То есть как?

— А вот так!

— Где?

Она? Ее он унес, но только там ничего нет! Вот, смотрите! — И он показал друзьям свою сумку.

Ничего не понимаю! — закричал Петька.

А чего тут понимать? Вы задрыхли, а я подумал: вдруг он вернется за сумкой, когда мы еще будем спать? Ну и на всякий случай пересыпал все в свою. А в ту навалил всякой дряни!

Все потрясенно молчали.

Да, — сказал Стас, — я говорил, что он далеко пойдет!

Хованщина, дай пять, ты такой молодец, что у меня просто нет слов.

Кирилл зарделся от похвалы друзей.

Ну все. Пошли скорее, а то этот тип обнаружит подмену и явится сюда с пулеметом! — закричала Даша. — И надо непременно в больницу.

Никуда не надо! Мы не успели отравиться. Нас даже не рвало, — запротестовал Петька. — Но отсюда надо скорее уносить ноги!

А куда вещички-то повезем?

Пока к нам, — сказал Стас. — А потом позвоним Милке и попросим ее приехать к нам вместе с отчимом.

Но Даша настояла на том, чтобы они зашли в поликлинику, к знакомому врачу Евгении Ивановне. Та осмотрела ребят и сказала, что это даже нельзя назвать отравлением. Им здорово повезло! Она спросила, как это случилось, но они наврали ей с три короба. В общем, отделались легким испугом. И тут вдруг до Петьки дошло.

Лавря, Жучка! Но как вы туда попали?

Интуиция, Петька! У Дашки интуиция сработала! — объяснила Оля.

Потрясающе! Ты нам жизнь спасла! — пришел в восторг Петька. — А я на этот раз лажанулся! Да как!

Не страшно, Петька! Главное, что все живы-здоровы! — чуть не плакала от счастья Даша.

Когда они вошли в квартиру, навстречу им выглянула пораженная тетя Витя.

Боже мой! Я думала, вы еще спите! Откуда вы?

А мама ушла? — тихонько спросила Даша.

— Минут десять назад. Но что все это значит? И почему это вы такие бледные?

Они переглянулись.

Тетя Витя, мы вам доверим один секрет, — таинственным шепотом проговорил Стас. — Только чур — никому!

Стасик, ты меня знаешь!

Так вот, мы сегодня вернем старухе Агриппине Львовне все, что у нее украли эти сволочи!

Господи, Стасик, что ты говоришь?

Вот видите эту сумку? Здесь — все!

Но где вы это взяли?

Мы это тоже украли! — с торжеством сказал Петька. — Мы не воры, но мы украли. И нисколечко в этом не раскаиваемся!

Что же это получается — вор у вора дубинку украл?

Нет! Мы экспроприировали экспроприированное!

Кошмар, нельзя ли как-нибудь изящнее выразиться? — засмеялась тетя Витя. — Не забывай, Петя, я все-таки всю жизнь была учителем словесности.

Хорошо, я подумаю, Виталия Андреевна!

Стас позвонил Милке и, ничего не объясняя, попросил ее как можно скорее приехать к ним вместе с отчимом.

А что случилось? — разволновалась она.

У нас к нему очень-очень важное дело!

Ну, я не знаю, он ведь страшно занят…

Милка, поверь, это того стоит!

Хорошо, я попробую!

Через десять минут она перезвонила и сказала, что они с отчимом приедут часа через два.

Когда Милка и Ростислав Иванович вошли в квартиру, вид у них был весьма встревоженный.

— Что случилось? — спросил Ростислав Иванович, когда они разделись и Милка познакомила его со всеми. — Я вижу, что-то серьезное… Вы живете в одном доме с моей родственницей… Это как-то с нею связано, да?

Да! — торжественно произнес Стас. — Ростислав Иванович, нам удалось узнать, что вашу родственницу регулярно обкрадывали, пользуясь ее старостью и слепотой. А мы… мы случайно кое-что выяснили… ну, одним словом, мы Не любим, когда грабят слепых старух… И вот… — Стас взял сумку Хованского. — Мы смогли найти эти вещи и возвращаем их вам. Мы не знаем, как это сделать, чтобы не волновать Агриппину Львовну. Мы даже не знаем, что там такое… Видели только одну серебряную кружку… И еще — мы знаем тех, кто это сделал, и более того, — кажется, знаем, кто убил Констанцию Львовну… Ее ведь убили, да?

Да, ее отравили… Но кто? Эта сбежавшая домработница, да? Милиция уже вышла на ее след. Но почему она это сделала?

От жадности. Ей, видимо, причитался какой-то процент от награбленного, и она испугалась, что Констанция Львовна увезет сестру в Испанию. Ну и вот…

А кто эти воры? Впрочем, это потом… Но как же вам это все удалось? Я просто не могу прийти в себя… Вы… Вы просто потрясающие ребята.

Ростислав Иванович, — тихо сказала Даша, — а вы знаете Алису Майкову?

Алису? Конечно! Она покойного мужа Агриппины Львовны родственница, а почему ты спрашиваешь?

Потому что она хоть и знакома с ворами, но она ни при чем. Мы это точно знаем!

Они еще долго говорили об этом запутанном деле. Потом Ростислав Иванович спросил:

А с чего все началось? Почему вы вдруг заинтересовались этим делом? .

С чего все началось? — задумался Петька.

С того, что у моего папы украли «дипломат» из машины!

Нет, Стас, все началось с вонючего «Запорожца»!

Прошло три недели. И вот в один прекрасный день позвонила Милка и сказала, что Макс и Ластик арестованы за пособничество убийце. Именно они вынесли из квартиры труп Констанции Львовны и оставили на Тверском бульваре. Милиция сама нашла их, арестовав бывшую домработницу. У нее было в прошлом немало уголовных дел.

А Алису вскоре выписали из больницы. Даша, Оля, Петька и Стас часто навещали ее и помогали, чем могли.

Как-то под вечер Петька с Дашей возвращались от Алисы, и Петька сказал со вздохом:

— А все-таки, Лавря, мы большие молодцы. Управились с этим делом точно в каникулы. Ни одного лишнего дня не прихватили. Согласись, что это уже высокий класс?

Content

Екатерина Вильмонт
Секрет драгоценного мусора
(Даша и Ko — 13)

Глава I Растяпы

Глава II Благие намерения

Глава III «Ржавый „Запорожец“

Глава IV Хованщина

Глава V Беспокойное воскресенье

Глава VI Петька разочарован

Глава VII Веер из слоновой кости

Глава VIII Плантаторша

Глава IX Удача не отвернулась

Глава X Милка

Глава XI Ответственное поручение

Глава XII Ночью

Глава XIII Высокий класс