Хайди Райс

Когда ты рядом

Глава 1

Шестидюймовые каблуки кожаных ботфортов Иззи Хеллиген ритмично стучали по мраморному полу клуба для джентльменов, когда она направлялась к закрытой двери в конце коридора.

Перед дверью она остановилась, но внутри у нее все продолжало подпрыгивать. Узнав симптомы боязни выступления на сцене, Иззи прижала ладонь к животу и сосредоточилась на табличке с надписью «Общая комната восточного крыла».

«Успокойся. Ты сможешь это сделать. Ты семь лет проработала в театре».

Услышав приглушенный мужской смех, она соединила колени, чувствуя, как по ее спине под плащом от Версаче, купленным в секонд-хенде, течет тоненькая струйка пота.

«От тебя зависят люди, которых ты любишь. Выставление себя напоказ перед кучкой напыщенных богачей — небольшая цена, которую ты заплатишь за благополучие дорогих тебе людей».

Эту мантру она повторяла уже целый час, но все без толку.

Развязав пояс, Иззи сняла плащ и повесила его на спинку стула, стоящего рядом с дверью. Затем она посмотрела на свой наряд, и у нее сдавило горло.

Кроваво-красный атласный костюм с глубоким декольте плотно облегал ее округлые формы, благодаря чему ее фигура походила на песочные часы. Она вдохнула, и косточки корсета впились ей в ребра.

Она расстегнула заколку, и ее рыжие, как на полотнах прерафаэлитов, кудри рассыпались по обнаженным плечам.

Ее костюм нельзя назвать утонченным, но за короткое время подобрать вариант получше было невозможно. Кроме того, мужчина, нанявший ее сегодня утром, не требовал ничего подобного.

— Ты должна быть яркой и сексуальной, дорогуша, — произнес он с отчетливым итонским акцентом. — Роддерс переезжает в Дубаи, и мы хотим ему показать, чего ему будет не хватать. Так что демонстрируй свои прелести, не скупись.

Иззи так и подмывало сказать ему, чтобы он проваливал и нанял себе стриптизершу, но затем предложил ей за выступление астрономическую сумму, и она прикусила язык.

После шести месяцев экономии и безуспешных поисков спонсора она уже отчаялась найти тридцать тысяч фунтов, необходимых для того, чтобы театр «Корона и перья» продержался на плаву хотя бы еще один сезон. Поначалу она возлагала надежды на агентство «Били Ду Сингергрэм», но пока они получили всего шесть заказов, и то от друзей. За семь лет Иззи посредством упорного труда превратилась из девочки на побегушках в директора, и все в театре надеялись, что она найдет выход из затруднительного положения.

От напряжения у Иззи заболела голова. Она глубоко вдохнула, и пластинки из китового уса сдавили ей грудную клетку. Когда банк грозится в любую минуту лишить их права выкупа закладной, тут уж не до женской гордости.

Принимая восемь часов назад заказ, Иззи решила относиться к нему как к большой удаче. Она покажет номер из мюзикла «Кабаре» и уйдет с кругленькой суммой для «Короны и перьев». Возможно, благодаря этому выступлению у их театра появятся новые заказы. В конце концов, это один из самых эксклюзивных клубов для джентльменов в мире. Среди его членов много принцев, герцогов и лордов, не говоря уже о самых богатых и влиятельных бизнесменах Европы.

Она должна с легкостью справиться с поставленной задачей. Она ясно дала понять своему нанимателю, где проходит граница дозволенного. Угодить Родерику Карстейрсу и его приятелям не сложнее, чем двадцатилетним парням, которым она на прошлой неделе пела «Счастливого дня рождения».

По крайней мере, она очень на это надеялась.

Но как только Иззи приоткрыла тяжелую дубовую дверь и услышала гиканье и грубый мужской хохот, ее надежда умерла.

Судя по этим звукам, аудитория была готова к ее выходу. Зрители оказались не такими старыми, как она предполагала. Ее ноги словно приросли к полу. Выступление перестало казаться ей пустячным делом.

Иззи тупо уставилась на стену, собираясь с духом. Краем глаза она вдруг заметила какое-то движение на балконе напротив. Присмотревшись, она увидела в тусклом вечернем свете высокого широкоплечего мужчину, разговаривающего по мобильному телефону. Разглядеть черты его лица с такого расстояния было невозможно, но у нее возникло дежавю, и по спине пробежала дрожь. Мужчина двигался величественно и грациозно, напоминая тигра, расхаживающего по клетке.

Толпа посетителей начала выкрикивать ее имя, и она отвела взгляд.

«Сосредоточься, Иззи».

Выпрямив спину, она сделала шаг вперед, но затем снова посмотрела на мужчину на балконе. Он остановился. Он наблюдал за ней.

Она снова подумала о тигре, и ее вдруг посетило воспоминание.

— Джо, — прошептала она.

Ее бросило в жар, корсет сильнее сдавил ребра.

«Не обращай на него внимания».

Иззи снова отвела взгляд, потрясенная тем, что при одной лишь мысли о Джованни Гамильтоне ее сердце болезненно сжимается.

«Не будь смешной».

Этот человек не может быть Джо. Она не может быть настолько невезучей, чтобы столкнуться лицом к лицу с самой большой ошибкой своей прошлой жизни, когда готовится начать новую жизнь. Похоже, из-за стресса у нее начались галлюцинации.

Отведя назад плечи, она сделала глубокий вдох.

«Хватит нервничать. Твой выход, Иззи», — сказала она себе и распахнула дверь.

«Какого черта Иззи Хеллиген работает стриптизершей?»

Резко замолчав, Джо Гамильтон изумленно уставился на молодую женщину, которая вошла в комнату с уверенностью куртизанки. Ее округлые бедра плавно покачивались, блестки сверкали на вульгарном наряде.

— Джо? — Раздавшийся в трубке голос его менеджера из Флоренции вернул его к реальности.

— Да, я слушаю. — Прижав телефон к уху, он постарался сосредоточиться на разговоре. — Я перезвоню тебе позже, и мы обсудим наш проект в Венеции. Ты же знаешь, как итальянские власти любят разводить бюрократию. Ciao.

Прервав связь, Джо снова уставился на женщину.

Это не может быть милая, импульсивная и очень наивная девчонка, вместе с которой он рос.

Но разве он мог не узнать эти непокорные темно-рыжие кудри, рассыпавшиеся по плечам, эту бледную кожу, которая розовела, когда они занимались любовью?

Звуки мелодии из старого мюзикла, едва слышимые в шуме голосов, заставили его сосредоточиться на происходящем. Затем он услышал глубокий чувственный голос Иззи, и внутри его разгорелся огонь желания. Но песню быстро заглушили крики Карстейрса и его приятелей, скандирующих: «Раздевайся!»

Презрение Джо к этому самодовольному мерзавцу и его дружкам сменилось отвращением, когда Иззи перестала петь и замерла на месте. Внезапно он увидел в ней не юную искусительницу, которая соблазнила его в одну жаркую летнюю ночь, а неуклюжую девчонку, бегавшую за ним в детстве и смотревшую на него с обожанием.

Убрав телефон в карман, Джо почувствовал гнев, возбуждение и еще что-то, чего не хотел испытывать.

Затем Карстейрс бросился на Иззи. Руки Джо сжались в кулаки, когда тот схватил Иззи за талию, и она резко повернула голову, чтобы уклониться от поцелуя.

«Да что он о себе возомнил»?

Желание защитить женщину возникло из ниоткуда.

— Убери от нее свои грязные руки, Карстейрс.

Одиннадцать пар глаз уставились на Джо.

Иззи вскрикнула, когда он приблизился к ней. Ее ярко-голубые глаза расширились от потрясения.

Карстейрс поднял голову. Его красноватое лицо выражало возмущение.

— Какого ч…?

Ворвавшись в комнату, Джо замахнулся и ударил мерзавца в челюсть с такой силой, что костяшки его пальцев запульсировали от боли. Карстейрс рухнул на пол. Услышав тяжелый вздох Иззи, Джо повернулся. В этот момент ее глаза закатились, она пошатнулась и начала падать. Он вовремя подхватил ее на руки и понес к выходу, не обращая внимания на оскорбления и насмешки друзей Карстейрса. Ни один из них не был достаточно трезв, чтобы ему помешать.

— Вытолкайте этот кусок дерьма отсюда, когда он придет в себя, — сказал Джо пожилому служащему, проходя через бильярдную.

Тот почтительно кивнул:

— Да, ваша светлость. Вы позаботитесь о леди?

— С ней все будет в порядке. Когда разберетесь с Карстейрсом, принесите в мой номер бренди и холодной воды.

Выйдя в коридор, Джо направился к лифтам. Аромат волос Иззи щекотал ему ноздри, пробуждая в нем желание.

В лифте Иззи слегка пошевелилась, и он наконец смог посмотреть на ее лицо при ярком свете. Он увидел трогательную россыпь веснушек у нее на носу и слегка приоткрытые пухлые губы. Несмотря на яркий сценический макияж, ее лицо в форме сердечка по-прежнему удивительным образом сочетало в себе невинность и чувственность, что было причиной его бессонных ночей много лет назад.

Взгляд Джо скользнул по ее пышной груди, которая почти вываливалась из ярко-красного атласного корсета. Он почувствовал напряжение в паху.

Выйдя из лифта, он крепче прижал Иззи к себе и направился по коридору в свой номер.

Даже в семнадцать лет Иззи Хеллиген была неуправляема, как стихия. Она постоянно его удивляла. Судя по всему, за прошедшие годы ничего не изменилось.

Открыв дверь номера, он сразу прошел в спальню и, положив свою ношу на кровать, сделал шаг назад и принялся разглядывать в полумраке едва одетое тело Иззи.

Что ему с ней делать?

Он понятия не имел, что побудило его броситься ей на выручку. Он не рыцарь в сверкающих доспехах. Его охватило негодование.

Ее дыхание было поверхностным. Из чего, черт побери, сделан ее дурацкий корсет? Из стальных пластин? В нем невозможно глубоко вдохнуть. Неудивительно, что она упала в обморок.

Тихо выругавшись, он сел на край кровати и развязал атласный бант у нее на груди. Иззи еле слышно застонала. Затем он ослабил шнуровку корсета, и его взгляд сразу задержался на ее роскошной груди. Пульсирующая боль в паху усилилась, но он удержался от соблазна снять с нее корсет. Затем он заметил красные отметины на ее нежной коже, оставленные пластинами корсета.

— Боже мой, Иззи, — прошептал он, проводя пальцем по одной из отметин.

О чем она только думала, надевая этот наряд? Что заставило ее выступать перед этими пьяными толстосумами?

За Иззи Хеллиген всегда нужно было присматривать. Ему придется хорошенько ее вразумить, когда она придет в себя.

Поднявшись, Джо подошел к окну. Раздвинув бархатные шторы, он сел в кресло рядом с кроватью.

Нетрудно догадаться, что причина ее выступления в этом клубе как-то связана с материальными проблемами. Иззи всегда была упрямой и любила рисковать, но никогда не была распущенной. Должно быть, сейчас она очень нуждается в деньгах. Поэтому, когда она придет в себя, он предложит ей кругленькую сумму. Тогда ей больше не придется совершать таких безрассудных поступков, его совесть будет чиста, и он сможет забыть о существовании Иззи Хеллиген.

Его взгляд упал на розовый сосок, выглядывающий из-за края корсета.

Если она знает, что для нее лучше, она возьмет эти деньги.

Веки Иззи дрогнули, и она вдохнула запах чистого постельного белья.

— Привет, Изадора, — донесся до нее низкий мужской голос.

Она набрала полную грудь воздуха и выдохнула. Какое блаженство. Она может дышать.

— М-м-м? — протянула она. Ей казалось, будто она плывет на легком пушистом облаке.

— Я ослабил шнуровку твоего корсета. Неудивительно, что ты потеряла сознание. Ты едва могла дышать.

Снова этот бархатный голос. Четкие английские гласные в сочетании с едва заметным средиземноморским акцентом. В нем слышалось осуждение. Иззи нахмурилась. Ей знаком этот голос?

Ее глаза открылись, и она уставилась на замысловатую гипсовую лепнину на потолке. Повернув голову, она увидела мужчину рядом с кроватью. Первой ее мыслью было, что с такой суровой внешностью он нелепо смотрится в изящном кресле с позолоченными подлокотниками. Но затем она приподнялась на подушках и узнала его. Это открытие поразило ее подобно молнии. Мягкое облако рассеялось, и она рухнула на землю.

Снова закрыв глаза, она накрыла лицо ладонью и снова опустилась на подушки.

— Уходи. Ты галлюцинация, — простонала она, но было уже слишком поздно.

Одного взгляда на его красивые мужественные черты оказалось достаточно, чтобы ее сердце бешено заколотилось. За прошедшие годы она не смогла забыть эти выразительные скулы, этот квадратный подбородок с небольшой ямочкой, волнистые темно-каштановые волосы и карие глаза, обрамленные густыми ресницами. При воспоминании о том, как смотрели на нее эти глаза, когда они виделись в последний раз, ее охватили боль и сожаление.

Затем в памяти воскресло все остальное, и она застонала громче. Она вспомнила потные руки Карстейрса, сжавшие талию, запах виски, исходящий от него, охвативший ее страх. Потрясение, пришедшее на смену страху, когда перед ними возник Джо и изо всех сил ударил Карстейрса. Звон в ушах и падение в черную пустоту.

«Нет. Этого не могло произойти. Джо не что иное, как галлюцинация».

— Оставь меня и дай мне спокойно умереть.

В ответ послышался мягкий смех, и Иззи поморщилась. Неужели она сказала это вслух?

— По-прежнему любишь драматизировать, Изадора?

Убрав руку с лица, Иззи снова посмотрела на своего мучителя. Увидев загорелые бицепсы, обтянутые рукавами черной рубашки поло, и дразнящий блеск в глазах, она была вынуждена признать, что он не галлюцинация. Десять лет назад в уголках его глаз не было морщинок, но он стал еще красивее и крепче, чем в двадцать один год.

Почему он не мог растолстеть и облысеть? Это было бы самым мягким наказанием из всех, что он заслужил.

— Не называй меня Изадорой. Я ненавижу это имя, — отрезала она.

— Правда? — Одна его бровь насмешливо изогнулась. — С каких это пор?

«С тех пор, как ты от меня ушел».

Иззи прогнала эту сентиментальную мысль. Ей даже думать было противно, что раньше она обожала, когда он называл ее полным именем. Что по несколько дней была вне себя от радости, когда получала крупицу его драгоценного внимания.

Какой же жалкой она тогда была!

К счастью, она уже не та глупая девчонка, что бегала за ним, готовая пойти на все, чтобы ему угодить.

— С тех пор как я выросла и решила, что оно мне не подходит, — ответила Иззи, стараясь не обращать внимания на трепет в низу живота, который вызывала у нее его близость.

Бровь Джо поднялась еще выше, губы растянулись в сексуальной улыбке. Ее резкость нисколько его не задела.

— Я вижу, как ты выросла, — сказал он, красноречиво уставившись на ее декольте. — Это трудно не заметить.

Иззи бросило в жар. Она резко приподнялась, подтянула колени к груди и обхватила их руками.

— Я была на работе, — сказала она в свою защиту, раздраженная тем, что сейчас ее костюм открывает еще больше, чем во время выступления.

— Работа? Значит, вот как ты это называешь? — сухо произнес Джо. — И что же за работа заставляет тебя терпеть унижения со стороны мужчин вроде Карстейрса и его приятелей? — Его глаза сузились. — Как ты думаешь, что бы произошло, если бы меня там не оказалось?

В его тоне слышалось обвинение, из-за несправедливости которого ей хотелось кричать.

Ей с самого начала не следовало соглашаться на это выступление. Но в последние месяцы она испытывала такое сильное давление, ведь на карту поставлено благополучие людей, которых она любит, и ее собственное.

Итак, она рискнула и проиграла, но ни в коем случае не собирается об этом жалеть. И определенно не собирается выслушивать критику, исходящую от человека, который никогда никого не любил, кроме самого себя.

— Не смей говорить, что я сама спровоцировала Карстейрса, — громко сказала она, вложив в свой ответ больше ярости, чем хотела. — Он был вдребезги пьян и не отдавал себе отчета в своих действиях.

Глаза Джо заблестели от удивления.

Это хороший знак. Ему пора понять, что она больше не та восторженная девчонка, которая когда-то бегала за ним хвостом.

Иззи передвинулась на край кровати и села, свесив ноги.

— Никто не просил тебя вмешиваться, — сказала она, поднявшись. — Ты сделал это по собственной воле. Если бы не ты, я бы прекрасно со всем справилась.

«Возможно».

Иззи прошагала в другой конец комнаты, прижимая к груди корсет. Она бы сейчас многое отдала за джинсы и футболку. Ее речь подействовала бы на Джо сильнее, не будь она одета как артистка из «Мулен Руж».

— И куда ты собралась? — произнес он с обманчивым спокойствием.

— Я ухожу, — ответила она, потянувшись к дверной ручке.

Но едва она приоткрыла дверь, как большая загорелая рука ударила по деревянному полотну, и оно с громким хлопком вернулось на место.

— Ты никуда не уйдешь.

Иззи повернулась и тут же поняла, что совершила ошибку. Джо был так близко, что она видела золотистые крапинки в его карих глазах, чувствовала пряный аромат его одеколона и жар, исходящий от его тела.

Ее соски вмиг затвердели, и она быстро сложила руки на груди, чтобы он этого не заметил.

— Что? — отрезала она, загнанная в угол. Когда они в последний раз находились так близко друг к другу, она отдала ему свою невинность.

— Нет необходимости убегать. — Убрав руку с двери, Джо немного отошел назад. — Ты меня неправильно поняла, — сказал он, нетерпеливо вздохнув.

— Ты о чем? — Иззи упрямо вскинула подбородок.

Она была довольно высокой, но ее роста не хватило для того, чтобы посмотреть ему прямо в глаза.

Тогда Иззи попыталась сделать вид, будто ей все это наскучило. Несмотря на актерский талант, ей было трудно это сделать, поскольку ее сердце разрывалось на части из-за болезненных воспоминаний. Она отчаянно пыталась спрятать их в глубине своей памяти за дверцей с надписью «Самая большая ошибка моей жизни», пока его взгляд скользил по ней. Лицо его было непроницаемым, и она не могла понять, о чем он думает. Когда-то она считала такое выражение его лица загадочным, но на самом деле оно лишь доказывало, что у Джо Гамильтона нет сердца.

— Карстейрс получил по заслугам, — холодно сказал он, засунув руку в карман брюк. — Я тебя ни в чем не обвиняю. Я виню во всем ситуацию.

Их взгляды встретились, и в его глазах что-то промелькнуло. Беспокойство?

— Если ты нуждаешься в деньгах, тебе следовало прийти ко мне, — произнес Джо властным тоном, и она поняла, что ошиблась. Это было не беспокойство, а презрение. — Тебе не было необходимости становиться стриптизершей, — добавил он.

Ее щеки вспыхнули, сердце бешено застучало.

«Он только что сказал „стриптизершей“? Какого черта?»

Джо положил ладонь ей на щеку. Из-за этого неожиданного контакта грубый ответ застрял у нее в горле.

— Я знаю, что мы плохо расстались, но ведь мы когда-то были хорошими друзьями. Я могу тебе помочь. Я хочу помочь! — Его большой палец нежно скользнул по ее коже. — Что бы ни случилось, ты найдешь себе другую работу, — произнес он покровительственным тоном, но глаза его потемнели от желания. — Потому что ты ужасная стриптизерша.

Глава 2

Иззи была не из тех, кто терпит оскорбления. Она никогда не боялась открыто выражать свое мнение, но на этот раз словно язык проглотила. Она не могла произнести ни единого звука, потому что не знала, что ее возмутило больше всего.

То, что Джо принял ее за стриптизершу. То, что он считает себя вправе вмешиваться в ее дела. Или наглость, с которой он заявил, что когда-то был ее другом.

— Мы не друзья, — прошипела она. — Больше не друзья. Я уже давно это поняла и смирилась.

Его рука теперь поглаживала ей затылок, отчего ей было трудно сконцентрироваться.

— Возможно, дружба — неподходящее слово.

Их взгляды встретились, и от того, что она увидела, у нее перехватило дыхание. Его зрачки расширились от желания, отчего глаза из карих превратились в черные. Он был возбужден. Сильно возбужден. Но еще больше ее потрясла пульсирующая боль в низу своего собственного живота.

— Как насчет примирительного поцелуя? — произнес Джо хриплым голосом.

Прежде чем Иззи успела ответить, он легонько коснулся губами ее губ, а затем наклонил голову и поцеловал ее грудь. У Иззи перехватило дыхание, голова ее запрокинулась, возмущение и паника расплавились в огненной лаве желания.

«Останови его. Останови это», — пронеслось у нее в голове, но ощущение его губ на ее груди было таким приятным, что она ничего не смогла с этим поделать. Она все еще помнила, как эти настойчивые губы доводили ее до исступления. Ее руки упали вниз, корсет съехал, обнажив один затвердевший сосок.

Когда Джо обвел его кончиком языка и начал нежно покусывать, Иззи застонала. Ее захлестнула волна давно забытых и совершенно новых ощущений, внутренние мышцы стали сжиматься и разжиматься. Затем он опустил корсет ниже и принялся ласкать второй сосок. Опьяненная наслаждением, она закрыла глаза и вцепилась ему в волосы. В этот момент раздался стук в дверь.

Джо поднял голову, и ее глаза распахнулись.

— Десяти лет оказалось недостаточно, — пробормотал он.

Чувство стыда разрушило чары. Иззи резко отстранилась, судорожно вдохнула и, подняв корсет, прижала его к груди.

Стук повторился, и по ее спине пробежала дрожь.

Что произошло? Неужели она это допустила? Как он может до сих пор иметь на нее такое влияние? Невероятно!

— Прошу прощения, ваша светлость. — Приглушенный голос, донесшийся из-за двери, нарушил напряженное молчание. — Мне оставить поднос за дверью?

— Одну минуту! — крикнул Джо, не сводя глаз с Иззи. — Встань вот сюда. — Он указал ей на место, где ее не будет видно, когда откроется дверь.

Его командный тон возмутил Иззи, но она подчинилась. Ей нужно отсюда убираться, пока все не осложнилось.

— Я принес вам бренди и воду со льдом, ваша светлость, — сообщил официант, когда Джо открыл дверь. — И плащ леди. Я нашел его на стуле в коридоре внизу.

— Прекрасно, — сказал Джо, взял плащ и, повернувшись, передал ей.

Засунув руки в рукава, Иззи быстро затянула шнурки корсета. Пока она застегивала плащ, Джо взял у официанта поднос и дал ему щедрые чаевые.

Закрыв дверь, он нахмурился и обратился к Иззи.

— Давай поговорим, — сказал он, ставя поднос на столик у двери.

— Давай не будем, — ответила она, радуясь, что может сохранить остатки скромности. Затем сделала шаг вперед и схватилась за дверную ручку, но ей удалось приоткрыть дверь всего на пару дюймов, прежде чем Джо снова ее захлопнул:

— Перестань вести себя как ребенок. Уверен, что за десять лет ты забыла ту ночь.

При упоминании о худшей ночи в ее жизни Иззи бросило в дрожь, но она не подала виду.

— Разумеется, забыла, — солгала она, игнорируя ноющую боль в груди. — Я не ребенок и не идиотка.

Она бы предпочла подвергнуть себя адским мукам, чем признаться, что после его ухода целый месяц плакала по ночам. Что в ее сердце зарождалась надежда всякий раз, когда у нее звонил телефон. Сейчас все это казалось ей глупым.

Да, ее тело по-прежнему реагирует на его близость, но ее сердцу, к счастью, ничего не угрожает. Она больше не та наивная дурочка, что путала увлеченность с любовью. Все же ей вряд ли когда-нибудь удастся его забыть.

— Тогда я была молодой и глупой, но, к счастью, я быстро учусь.

Достаточно быстро, чтобы понять, что ей будет нелегко влюбиться снова. Особенно в мужчину вроде Джо Гамильтона, который не знает, что такое любовь.

— В таком случае в чем проблема? — Он небрежно пожал плечами, словно той ночи никогда не было. — Нас по-прежнему сильно влечет друг к другу. — Его взгляд упал на ее губы. — То, как твое тело реагировало на мои прикосновения, хорошее тому подтверждение. Не понимаю, почему ты так расстроилась.

— Я не расстроена! — крикнула она. — Чтобы расстраиваться, нужно быть небезразличным к происходящему.

Она снова попыталась уйти, но Джо уперся ладонью в дверь.

— Когда ты перестанешь меня здесь держать? — раздраженно бросила она.

— Ты не уйдешь, пока мы не разберемся в твоей ситуации, — ответил он с возмутительным спокойствием.

— В какой ситуации?

— Ты прекрасно знаешь, что это за ситуация. — Его губы сжались в тонкую линию.

Кем он себя возомнил, черт побери?

— На случай, если вы не заметили, ваша светлость, сообщаю вам, что это свободная страна. Ты не имеешь права удерживать меня здесь против моей воли, Джо.

— Свобода — понятие иллюзорное, и ты прекрасно это знаешь. — Он окинул взглядом ее одежду. — Я сейчас нахожусь в Англии, поскольку занимаюсь реставрацией Гамильтон-Холл. Это означает, что я в любое время могу дать тебе деньги, в которых ты нуждаешься.

«Что?»

Иззи снова лишилась дара речи.

— Только не говори, что тебе нравится работать стриптизершей, — продолжил он, не обращая внимания на ее гнев. — Я видел, как ты остолбенела, когда Карстейрс начал тебя лапать. Я полагаю, это был твой первый опыт работы в качестве стриптизерши, и намерен сделать так, чтобы он остался последним.

— Я не стриптизерша, — отрывисто бросила Иззи. — А даже если бы я ею и была, то никогда бы не обратилась за помощью к тебе.

Она с юных лет много работала, чтобы стать независимой, и гордилась своими достижениями. Даже несмотря на то, что в ближайшее время плоды ее трудов могут перейти в собственность банка.

— Если ты не стриптизерша, — произнес он с недоверием, — тогда что ты делала внизу?

— Исполняла музыкальный номер.

Между его бровей появилась складка.

— Что?

— Не важно. — Какого черта она перед ним оправдывается? — Главное то, что я не нуждаюсь в твоей помощи.

— Перестань глупить.

Она повернулась, чтобы уйти, но Джо снова схватил ее за руку:

— Что бы ты там ни делала, совершенно очевидно, что ты в отчаянном положении. Я предлагаю тебе выход из ситуации, причем абсолютно безвозмездно. Ты поступишь опрометчиво, если не примешь мою помощь.

Иззи попыталась высвободиться, но он лишь усилил хватку.

— Я была бы еще большей идиоткой, если бы приняла что-то от тебя. — Она хорошо помнила гнев и унижение, которые долго не давали ей покоя после того, как он ушел. — Неужели ты еще не понял, Джо? — бросила она, негодуя на себя за горечь, прозвучавшую в ее голосе. — Я бы лучше двадцать раз показала стриптиз Карстейрсу и его дружкам, чем взяла бы у тебя хоть один пенни. У меня есть принципы. Один из них состоит том, что я никогда не беру деньги у людей, к которым питаю отвращение.

Когда до него дошел смысл ее слов, он убрал руку.

Открыв дверь, Иззи выскочила из комнаты, не обращая внимания на потрясение, которое увидела на его лице.

— Может, твое тело и повзрослело, Изадора, — раздался у нее за спиной глубокий голос Джо, — но всему остальному, к сожалению, до этого еще далеко.

Когда дверь захлопнулась, Иззи расправила плечи и, засунув руки в карманы, быстро пошла по коридору, разыгрывая в уме продолжение сцены.

Если бы он только на самом деле вызывал у нее отвращение.

К несчастью, когда дело касается Джо Гамильтона, все не так просто.

Пройдя в гостиную, Джо поставил поднос на антикварный кофейный столик. Опустившись на диван, он снял ботинки, положил ноги на край столика и впервые за много лет пожалел, что бросил курить.

Взяв стакан с дорогим бренди, он осушил его залпом. Но жгучая боль в горле не смогла пересилить боль желания и чувство разочарования.

«Иззи Хеллиген — это ходячая катастрофа».

Он посмотрел на внушительный бугорок под молнией своих брюк.

Если он сейчас же не успокоится, ему придется принять холодный душ. Запрокинув голову, Джо уставился в потолок. Когда в последний раз он испытывал такое сильное сексуальное желание?

Перед его внутренним взором нарисовалась картина того, как он однажды вез юную Иззи на мотоцикле по извилистым пригородным улочкам в Гамильтон-Холл, и боль в паху усилилась.

Невероятно. Он до сих пор помнит все детали той двадцатиминутной поездки, словно после нее прошло десять секунд, а не десять лет. Помнит, как полная грудь Иззи прижималась к его груди, а ее руки обнимали его за пояс. Помнит, какое потрясение он испытал, когда она вышла из школьных ворот и забралась на его видавший виды «Харлей».

Он не ожидал, что симпатичная полноватая девочка-сорванец превратится в восхитительную женщину с лицом и фигурой богини.

В двадцать один год он был гораздо опытнее своих сверстников, и желать семнадцатилетнюю девочку, которая была его единственным другом, казалось ему неправильным. Но тогда он мог контролировать реакцию своего тела на Иззи не больше, чем сегодня.

Джо выругался. Если бы не появление официанта, все закончилось бы совсем по-другому.

В тот момент, когда его губы коснулись ее теплой нежной кожи и он услышал ее тихий вздох, разум подчинился инстинкту. С Иззи так было всегда.

Но за эти десять лет она изменилась. Она больше не была неуклюжей пылкой девчонкой, обожавшей его. Она стала ослепительной, уверенной в себе женщиной, и эта женщина его ненавидит.

Внутри его что-то болезненно сжалось, и он, поставив стакан на поднос, прижал ладонь к груди. Ему безразлично, как она к нему относится. Почему это должно его волновать?

Женщины преувеличивают, когда речь идет о чувствах, воображают себе то, чего на самом деле нет. Он с самого начала давал всем своим партнершам понять, что его интересуют только секс и приятное времяпровождение, но они ему не верили. А с тех пор, как он сделал себе головокружительную карьеру и унаследовал титул герцога, их стало еще труднее в этом убедить.

Их гневные слова никогда прежде на него не действовали. Почему же после слов Иззи на душе у него остался неприятный осадок?

Нахмурившись, Джо откинул со лба волосы.

Почему он удивляется своей реакции? С Иззи никогда не было легко. Рядом с ней он переставал думать. Ему повезло, что официант появился вовремя.

Сняв ноги со стола, Джо налил себе стакан холодной воды и залпом его выпил.

Он никак не мог себе простить свое безрассудное поведение. Еще в подростковом возрасте он дал себе слово, что никогда не будет позволять своему либидо и эмоциям им управлять. Однако стоило ему только увидеть Иззи перед входом в комнату для выступлений, как он сразу забыл об этой клятве.

Впрочем, сегодня Иззи не в первый раз подорвала его самоконтроль.

Перед его глазами пронеслись образы семнадцатилетней Иззи, по уши влюбленной в него. Он увидел ее блестящие от страсти глаза, ее тело, освещенное луной. Десять лет назад она воспользовалась его минутной слабостью, но он до сих пор никак не мог понять, почему не пресек ее неловкие попытки соблазнить его. Та история закончилась плохо, и большая часть вины лежала на нем.

Он прижал холодный стакан ко лбу. Черт бы побрал Иззи Хеллиген! Если он не смог устоять перед семнадцатилетней Иззи, что уж говорить о сегодняшней красотке.

Поднявшись, он подошел к окну и уставился на бесконечный поток пешеходов на тротуаре.

Почему его это беспокоит? Он никогда больше не увидит Иззи. Он предложил ей деньги, но она отказалась их брать. Конец истории.

Но затем он увидел в толпе знакомую гриву рыжих кудрей. В плаще, едва прикрывающем ягодицы, и ботфортах она выделялась среди прохожих.

Пока он за ней наблюдал, перед его глазами возник образ прежней Иззи, с сияющими голубыми глазами, полными преданности и обожания. Затем он услышал, как она сказала ему, что будет любить его вечно.

У него в груди снова что-то болезненно сжалось.

— Из, у меня ужасные новости.

Иззи посмотрела на свою помощницу Макси, которая положила телефонную трубку и уставилась на свою начальницу поверх кипы бумаг на столе. Маленькое личико Макси было белее мела.

— В чем дело? — спросила ее Иззи, готовясь к худшему.

Неужели может быть еще хуже, чем сейчас?

После скандала недельной давности «поющие телеграммы» перестали заказывать. Три гранта, на получение которых они подали заявку, были отданы другим организациям, все потенциальные спонсоры еще до истории с Карстейрсом прислали письма с отказами. Всю эту неделю Иззи искала новых спонсоров и составляла расписание нового сезона, прекрасно понимая, что его может и не быть. Как назло, бойлер снова начал течь. В разгар лета без него можно обойтись, но осенью театр нужно будет отапливать, и, скорее всего, его придется менять. Пока они не могут себе это позволить.

— Это был менеджер из банка, — пробормотала Макси.

Внутри у Иззи все оборвалось. Хуже и вправду быть не может.

— Он требует, чтобы мы выплатили проценты в течение десяти рабочих дней. Если мы не найдем в указанный срок тридцать тысяч, он обратится к судебным приставам.

— Что за!.. — воскликнула Иззи.

Увидев, как Макси вздрогнула, она не стала произносить вслух бранное слово.

— Но ведь мы уже кое-что выплатили. Не полную сумму, я знаю, но мы обязательно что-нибудь придумаем. — Пальцы Иззи крепко вцепились в ручку. — Они не могут этого сделать.

— Очевидно, могут, — произнесла Макси унылым тоном. — Сумма нашей последней выплаты была такой мизерной, что ее можно было бы приравнять к невыполнению обязательств по займу.

— Напомни мне, чтобы я больше не посылала менеджеру пригласительных билетов, — бросила Иззи с присущей ей пылкостью.

Впрочем, ее гнев был поверхностным. Она понимала, что менеджер банка ни в чем не виноват. Ее театр много месяцев висел на краю пропасти. Менеджер своим звонком лишь столкнул его вниз.

Подойдя к единственному окну в своем кабинете, Иззи посмотрела на заднюю аллею, которая этим утром показалась ей еще более мрачной, чем обычно.

Она потерпела поражение. Как она будет сообщать эту новость своим сотрудникам? Дэйву, главному режиссеру, Терри, Стиву и другим актерам и техническим работникам, не говоря уже о билетерах и гардеробщиках? Они так усердно трудились все эти годы. Многие из них бесплатно работали в свое свободное время во имя будущего успеха.

Им придется остановить все проекты по работе со школьниками и пенсионерами.

Ее нижняя губа начала дрожать, и она закусила ее.

— Значит, это конец?

Услышав вопрос своей помощницы, Иззи обернулась.

— Для Дэйва и остальных это будет тяжелым ударом. Они так много работали. Мы все много работали, — продолжила Макси.

— Нет. Это еще не конец, — заверила ее Иззи, несмотря на подступивший к горлу комок. — Давай пока ничего не будем говорить остальным. Должен быть какой-то выход.

Еще не все потеряно. У них есть целых две недели. Они обязательно что-нибудь придумают.

— Лично я не вижу никакого выхода, — сказала Макси. — Мы обе ищем его уже много месяцев и постоянно заходим в тупик. — Она издала невеселый смешок. — Представляешь, прошлой ночью мне приснилось, что мы попросили принца Чарльза стать нашим спонсором.

— И что он сказал? — рассеянно спросила Иззи, у которой начала болеть голова.

— Я проснулась раньше, чем он дал ответ, — вздохнула Макси. — Если бы только мы были знакомы с каким-нибудь богачом, питающим страсть к драматическому искусству… Все наши проблемы были бы решены.

Иззи снова сглотнула. Слова Макси напомнили ей о человеке, о существовании которого она отчаянно пыталась забыть всю эту неделю.

«Нет. Кто угодно, только не он».

Она плюхнулась в кресло.

— В чем дело? — забеспокоилась ее помощница. — Ты резко побледнела.

— Я знаю одного герцога.

— Герцога? — удивилась Макси. — Ты дружишь с герцогом и до сих пор не обращалась к нему за помощью? — Она подбежала к столу Иззи. Ее глаза светились надеждой. — Он любит театр?

— Мне об этом неизвестно. — И друзьями их с Джо тоже назвать нельзя.

При воспоминании о том, что произошло неделю назад, кровь прилила к ее голове и соски заныли.

Нет, они с Джо Гамильтоном определенно не друзья.

— Но он богат, — добавила она, не желая отбирать у Макси надежду.

По крайней мере, она думает, что Джо богат. Она понятия не имеет, чем он зарабатывает себе на жизнь. Но он герцог. К тому же снимает номер в престижном клубе для джентльменов. Еще он упоминал о реставрации Гамильтон-Холл. Определенно все это свидетельствует о том, что он богат.

— Когда ты собираешься снова с ним увидеться? Ты можешь связаться с ним сегодня?

Иззи напряглась.

— Что-то не так? — настороженно спросила ее помощница. — Ты не уверена, что он нам поможет?

— На него не стоит особенно рассчитывать.

Вообще не стоит рассчитывать, если говорить начистоту. Ведь она сказала Джо, что он вызывает у нее отвращение. Хотя ему, безусловно, все равно, что она о нем думает. После этих слов ей будет трудно просить у него деньги.

Макси наклонила голову набок. Лицо ее выражало беспокойство.

— Насколько хорошо ты знаешь этого герцога? Ты так покраснела, когда я задала тебе вопрос.

— Достаточно хорошо. Возможно, даже слишком хорошо.

Ей нужно разработать надежную стратегию, прежде чем она снова увидится с Джо. Такую, чтобы она смогла получить от него нужные деньги, сохранив при этом хоть каплю достоинства.

Когда Иззи вышла из поезда на маленькой гемпширской станции Гамильтон-Кросс, ей показалось, будто она перенеслась назад во времени. Ее овдовевшая мать работала экономкой в Гамильтон-Холл, и в школьные годы Иззи часто здесь бывала.

Посмотрев на свое отражение в стеклянной двери билетной кассы, которая, похоже, всегда была закрыта, Иззи порадовалась тому, что она больше не пухленькая школьница с волосами цвета моркови. Изумрудное шелковое платье смотрится явно лучше, чем плохо сидящая школьная форма. Ее кудри больше не торчат во все стороны подобно пружинкам. Теперь они спадают на плечи мягкими локонами, делая ее похожей на Риту Хейворт.

Это придало ей уверенности, и она решительной поступью направилась к газетному киоску, в котором также можно заказать такси. Уверенность ей необходима после того, как она полночи разрабатывала план своей встречи с Джо.

Если бы она только не сказала ему, что питает к нему отвращение!

Убрав за ухо выпавший из прически локон, Иззи схватилась за лямку портфеля, висящего у нее на плече. В нем лежали бумаги, касающиеся театра, — финансовая документация, рецензии на спектакли прошедшего сезона, репертуар следующего сезона, социальные проекты. Одним словом, это был портфель умной предприимчивой женщины, сделавшей в жизни ставку на карьеру.

Она решила заранее не сообщать Джо о своем визите, будучи уверена, что он отказался бы ее принять. Найдя в Интернете информацию о Джо, она пришла к выводу, что внезапное появление будет ее единственным козырем. Узнав, что он талантливый архитектор, известный на весь мир своими смелыми новаторскими идеями и заработавший на них к тридцати годам огромное состояние, она еще сильнее разнервничалась.

Итак, Джо богат, и это большой плюс, учитывая ту цель, с которой она сюда приехала. Однако то, что произошло между ними неделю назад, непременно будет влиять на их переговоры. Поэтому она должна сосредоточиться на своей цели и подавлять желания своего тела.

Она будет строго следовать плану. Разрекламирует Джо «Корону и перья», сделает все возможное, чтобы убедить его, что спонсирование театра принесет ему определенную выгоду. Если это окажется бесполезным, она напомнит ему, что он предлагал ей материальную помощь. Но ни при каких обстоятельствах она не позволит своим гормонам повлиять на ход переговоров. Как бы велико ни было искушение.

— Кого я вижу! Неужели это ты, Иззи Хеллиген? Как ты выросла!

Иззи ослепительно улыбнулась лысеющему мужчине в окошке киоска:

— Фрэнк, вы все еще работаете здесь?

Она была так рада увидеть знакомое лицо.

— Как видишь. — Пожилой мужчина смущенно улыбнулся. — Как дела у твоей матери? Она по-прежнему живет в Корнуолле?

— Да, ей там очень нравится, — ответила Иззи.

— К сожалению, старый герцог умер прошлым летом. — Улыбка Фрэнка поблекла. — Его сын вернулся. Занимается реставрацией Гамильтон-Холл. На похоронах отца его не было. Полагаю, твоя мать тебе об этом уже рассказала.

Тут он ошибся. После того злополучного лета Эди, ее мать, не упоминала при ней о Джо. Но то, что он не приехал на похороны собственного отца, нисколько не удивило Иззи. У Джо и старого герцога были плохие отношения. Их бурные споры сменялись периодами ледяного молчания.

В школьные годы Иззи оправдывала бунтарское поведение Джо тем, что он страдал от непонимания, разрываясь между матерью и отцом, которые ненавидели друг друга и использовали своего единственного сына в качестве орудия мести. Десять лет назад она перестала идеализировать Джо. Сейчас у нее нет никакого желания вспоминать дерзкого несчастного мальчишку, так как это может помешать ей объективно смотреть на мужчину, которым он стал.

— Фрэнк, вы, случайно, не знаете, Джо сегодня в Гамильтон-Холл или нет? Я приехала его навестить.

Согласно прочитанным ею статьям, Джо живет в Италии, но, когда она позвонила в его офис во Флоренции, ей сообщили, что он сейчас в Англии.

— Да, он там, — ответил пожилой мужчина, и ее пульс участился. — Он прибыл вчера вечером на вертолете. По крайней мере, так мне сказала Милли с почты. Час назад я отвозил в Гамильтон-Холл сотрудников из комитета по планированию.

— Вы не могли бы и меня туда отвезти? — попросила Иззи, собравшись с духом.

Улыбнувшись, Фрэнк взял ключи от машины:

— Для этого я здесь и сижу.

Выйдя из киоска и заперев его, он подвел Иззи к видавшей виды машине, стоящей у обочины.

— В память о старых добрых временах я не возьму с тебя плату, — весело сказал он, открывая дверцу.

Забравшись на заднее сиденье, Иззи напряглась. Она не собирается вспоминать старые времена в Гамильтон-Холл. Добрыми их точно не назовешь.

Но как только машина тронулась с места и мимо начали проноситься знакомые пейзажи, время словно повернулось вспять.

Глава 3

Десять лет назад

— Поверить не могу, что ты собираешься это сделать сегодня вечером. Что, если твоя мама узнает?

— Тише, Мелли, — прошептала Иззи, вертя головой по сторонам, чтобы убедиться, что младшие девочки в передней части школьного автобуса ничего не слышали. Будучи старшеклассницами, Иззи и Мелли всегда занимали заднее сиденье.

Два года назад Иззи впервые поведала лучшей подруге о своем тайном плане потерять невинность с Джованни Гамильтоном. Они могли часами говорить на эту тему.

Когда Иззи было пятнадцать, а Джо девятнадцать, он был для нее недосягаем. Четыре года разницы казались ей вечностью.

Но так было не всегда.

Когда Иззи впервые оказалась в Гамильтон-Холл и познакомилась с Джо, приехавшим на летние каникулы, они сразу подружились и стали сообщниками по шалостям. Для девятилетней девочки-сорванца, часами слонявшейся в одиночку по территории Гамильтон-Холл, Джо был настоящим подарком судьбы. Озорной мальчишка с красивыми карими глазами, внушительным запасом ругательств на английском и итальянском языках, пытливым умом и тягой ко всему запретному, напоминал ей героев ее любимых приключенческих книг.

Джо нуждался в ней так же, как и она в нем. Иззи видела печаль в его глазах, когда его отец кричал на него, и сочувствовала своему другу. Однажды она обнаружила, что может развеять эту печаль, поговорив с Джо или рассмешив его.

Но в тот год, когда ей исполнилось пятнадцать, все изменилось. Ее дружеская привязанность к Джо превратилась в юношескую влюбленность.

Она была неуклюжей веснушчатой девчонкой с фигурой, которую ее мать называла женственной, в то время как сама она считала себя жирной коровой. Джо, напротив, был высоким, загорелым и подтянутым. Походивший на Хитклифа из ее любимого «Грозового перевала» как внешностью, так и необузданным нравом, он притягивал к себе женщин как магнит.

В девятнадцать лет он уже пользовался репутацией плейбоя. Однажды она на собственном опыте убедилась, что это не просто слухи.

Спустившись поздно вечером вниз за стаканом воды, она услышала стоны, доносившиеся из столовой. Тихонько войдя внутрь, она застыла на месте, увидев, как полностью одетый Джо склонился над женщиной, лежащей на дубовом столе герцога в одном нижнем белье. В ней Иззи сразу узнала разведенную Майю Каррингтон, тридцати с небольшим лет, которая в те выходные приехала к герцогу на вечеринку.

Словно зачарованная, Иззи наблюдала за тем, как длинные загорелые пальцы Джо расстегивают крючок спереди на черном кружевном бюстгальтере Майи… Иззи покраснела до корней волос, когда Джо наклонил голову и начал поочередно обводить языком и покусывать соски Майи, в то время как его рука проскользнула между ее бедер.

Покинув столовую, Иззи помчалась вверх по лестнице и расплескала по дороге всю воду. Ворвавшись в свою спальню, она, учащенно дыша, прижала ладонь к низу живота, чтобы ослабить пульсирующую боль внутри.

После этого ей много ночей подряд снилось, как Джо проделывает с ней то же, что с Майей. По утрам она просыпалась в поту с налившейся грудью, ноющими сосками и болью между бедер.

Но Джо продолжал относиться к ней как к ребенку. В то лето, когда она застала его с Майей, он едва замечал ее.

И вот вчера произошло грандиозное событие. Джо появился у школьных ворот на мотоцикле и сообщил, что автобус отменили и ее мать попросила его забрать Иззи из школы. Иззи два долгих года не видела Джо, и когда прижалась грудью к его мускулистой спине, ее гормоны разбушевались. Правда, Джо стал еще более замкнутым.

Когда сегодня утром за завтраком она встретилась с ним взглядом, ей на секунду показалось, что она увидела в его карих глазах то, что жило внутри ее.

В этот момент она осознала, что Джо Гамильтон для нее не просто юношеское увлечение. Что она любит его по-настоящему. Любит не за внешнюю красоту и не потому, что все девушки от него без ума, а потому, что знает о нем то, чего никто больше не знает.

Сегодня на переменах она собирала вокруг себя изумленных подружек и делилась с ними мельчайшими подробностями вчерашней поездки с Джо на мотоцикле. По большей части она их придумывала, поскольку была так возбуждена, что почти ничего не помнила.

К сожалению, этим утром он проигнорировал все ее попытки заигрывания с ним. Тогда она решила, что ей пора брать это дело в свои руки. Что, если Джо приедет сюда снова только через два года? К тому времени он уже, возможно, будет женат. Поэтому сегодня она постарается, чтобы он обратил на нее внимание. Придет к нему в спальню и заставит его делать с ней то, что он два года назад делал с Майей. Только с ней ему будет намного лучше, потому что она любит его по-настоящему.

Иззи начала жалеть, что рассказала о своих планах Мелани. Ей это показалось нечестным по отношению к Джо. Ей вообще не следовало упоминать о поездке на мотоцикле. Теперь Мелли от нее не отстанет.

— Что на это скажет твоя мама? — прошептала Мелани.

— Она ничего не узнает, — так же тихо ответила Иззи, подавив небольшое чувство вины.

До сих пор она рассказывала матери все. Эди была не только ее матерью, но также близкой подругой и наперсницей. Но когда сегодня после завтрака Иззи заговорила с ней о Джо, та совершенно неожиданно прочитала ей нотацию.

— Не надоедай ему, — сказала Эди, месившая тесто. — У него без этого проблем более чем достаточно. Я видела, как ты с ним флиртовала. Джо Гамильтон очень привлекательный молодой человек, и я понимаю, почему ты им заинтересовалась. Но я не хочу, чтобы ты страдала, когда он тебя бросит.

Слушая это, Иззи чувствовала себя десятилетней девочкой, которую мать всячески опекала и защищала.

Какие у Джо проблемы? Почему ей никто ничего не рассказывает, как будто она маленький ребенок? Почему ее мать так уверена, что Джо ее бросит? Она хочет ему помочь. Быть с ним рядом. Хочет после робких поцелуев мальчишек узнать, как целуются настоящие мужчины. Она уже не глупая девчонка и знает, чего хочет.

Ее так и подмывало сказать об этом матери, но она не решилась. Эди выглядела такой обеспокоенной, когда они вчера вечером слышали перебранку Джо с его отцом.

— У тебя есть «резинки»? — продолжила Мелани.

— Да. — Она купила предохраняющие средства несколько месяцев назад на случай, если Джо появится здесь этим летом. Она специально ездила за ними в Миддлтон. Купи она их в Гамильтон-Кросс, аптекарша миссис Грин непременно доложила бы об этом ее матери.

— Ты не боишься, что тебе будет больно? Дженни Мерин сказала, что ей было очень больно, когда она делала это с Джонни Бакстером. Готова поспорить, что у Джо… — Она замялась. — Э-э… Джо выше и крупнее Бакстера, следовательно, у него больше… сама знаешь что.

Иззи раздраженно закатила глаза. Возможно, ей действительно будет немного больно, но она не трусиха. Когда по-настоящему любишь человека, на такие мелочи не обращаешь внимания. К тому же она только на прошлой неделе читала в «Космополитен», что размер значения не имеет. Автобус свернул на подъездную аллею Гамильтон-Холл, и Иззи облегченно вздохнула. Ей не терпелось поскорее вернуться домой. Ей сегодня столько всего нужно сделать. Принять ванну, помыть голову, сделать эпиляцию, накрасить ногти, выбрать один из трех нарядов, которые она посчитала наиболее подходящими для осуществления задуманного. Сегодняшний вечер будет самым важным в ее жизни. Ей нужно доказать Джо, что она больше не девочка-сорванец и не неуклюжий подросток.

Когда автобус остановился, она встала и направилась к выходу, но Мелани схватила ее за руку.

— Я так за тебя рада. Он такой красавчик, — искренне произнесла она. — Надеюсь, тебе не будет больно.

— Не будет, — ответила Иззи.

Джо не причинит ей боли, по крайней мере нарочно.

За последние несколько лет многое изменилось, но не это. До того как она влюбилась в Джо, он был ей как старший брат. Он учил ее лазать по деревьям, позволял ей всюду за ним ходить. Слушал ее рассказы об отце, которого она плохо помнила. Говорил, что ей не следует расстраиваться из-за того, что у нее нет отца, потому что от отцов одни проблемы.

Когда они выросли, все изменилось, главным образом потому, что Джо от нее отдалился. Его отношения с отцом так испортились, что он почти перестал появляться в Гамильтон-Холл. Он стал угрюмым и замкнутым и никого к себе не подпускал, даже ее.

Но сегодня вечером она придет к нему и даст понять, что он по-прежнему может ей доверять как другу. Он расскажет ей о своих проблемах, затем она его соблазнит, и все у них будет замечательно.

Иззи тихо шла в темноте вдоль забора. Добравшись до калитки, ведущей во фруктовый сад, она легонько толкнула ее и задержала дыхание, когда старые петли тихонько скрипнули.

Сбросив туфли, она сошла с дорожки на траву. Конечно, босые ступни немного испортят ее облик, но ей не хотелось зацепиться каблуком за корень и расквасить себе нос. Она не для этого почти три часа ждала возвращения Джо.

От волнения у нее засосало под ложечкой, и она прижала ладонь к впадине под грудью. Вглядевшись в темноту, она увидела красный огонек сигареты. Ее сердце учащенно забилось. Джо всегда приходил в сад после ссоры с отцом. Она знала, что найдет его здесь.

— Джо! — тихо позвала она, направляясь к темной фигуре под яблоней.

Огонек погас.

— Чего тебе? — пробурчал Джо.

Иззи проигнорировала его грубость. Она знала, что он не хотел ее обидеть. Просто расстроился из-за ссоры с отцом.

Она понятия не имела, из-за чего они поссорились на этот раз, но сегодня они кричали громче, чем вчера.

— У тебя все в порядке? Я слышала, как вы с герцогом…

— Все отлично, — перебил ее Джо. — Уходи.

Ее глаза уже привыкли к темноте, и, подойдя ближе, она смогла разглядеть его мужественный профиль. Он стоял, прислонившись спиной к дереву и опустив голову. Его руки были скрещены на груди. От него исходило напряжение.

— Нет, я никуда не уйду, — ответила Иззи и удивилась собственной решительности. — Я вижу, что все плохо.

Джо поднял голову, и волоски у нее на затылке встали дыбом. Она не смогла разобрать выражение его лица, зато почувствовала на себе его взгляд и вдохнула запахи мыла, мускуса и табака, исходящие от него.

— Я серьезно, Из, — холодно сказал он. — Уходи. Я сейчас не в настроении.

Она подошла ближе, ощущая себя жертвой, идущей в лапы хищнику.

— Я никуда не уйду, — произнесла она слегка дрожащим голосом. — Что он тебе сказал, Джо? Почему ты так расстроен?

Иззи положила ладонь ему на щеку. Он резко отпрянул.

— Не прикасайся ко мне, — бросил он, но за грубостью слышалось отчаяние.

— Почему? Я хочу к тебе прикасаться.

— Правда?! — прорычал Джо.

Не успела Иззи опомниться, как он схватил ее за талию и резко притянул к себе.

Когда к ее животу прижалось что-то твердое, у нее перехватило дыхание. Она инстинктивно дернулась, и он выругался. Затем он накрыл ее губы своими. Когда его язык ворвался в глубь ее рта, она застонала и вцепилась в его футболку. Новые ощущения были такими волнующими, что у нее закружилась голова.

Неожиданно он отодвинул ее от себя:

— Что ты делаешь, черт побери?

Его обвиняющий тон привел ее в замешательство.

— Отвечаю на твой поцелуй, — смущенно пробормотала она.

«Почему он остановился? Ведь все было так хорошо».

— Не надо. — Отпустив ее, Джо снова сложил руки на груди.

— Почему?! — удивленно воскликнула она, желая, чтобы их поцелуй продолжался вечно.

— Иззи, уходи, — устало произнес он. — Ты не знаешь, что делаешь. Я не глупый мальчишка, с которым ты можешь практиковаться в поцелуях. Я не ложусь в постель с маленькими девочками.

— Я не маленькая девочка. Я женщина со своими чувствами и желаниями, — ответила Иззи, надеясь, что фраза, вычитанная из романа, не прозвучала слишком пафосно.

— Ну да, разумеется. — Его циничный тон лишил ее уверенности. — Сколько тебе лет?

— Почти восемнадцать. Точнее, восемнадцать исполнится через полгода. Я знаю, что делаю. — Или, по крайней мере, думает, что знает. Определенно он может научить ее остальному.

Протянув руку, Джо погладил ее по щеке.

— Ради бога, Иззи, не искушай меня, — пробормотал он. — Не делай этого, если не уверена.

Он в ней нуждается! От волнения ее сердце бешено заколотилось.

— Я уверена. Уже давно. — Она накрыла ею ладонь своей. — Я хочу тебя, Джо. Разве ты меня не хочешь?

Иззи задержала дыхание. Это был самый трудный вопрос, который она когда-либо задавала. Если он сейчас скажет «нет», она будет уничтожена.

Джо запустил пальцы в ее волосы:

— Да, я хочу тебя, Изадора. Очень хочу, черт побери.

Он привлек ее к себе и обвел контур ее губ кончиком языка, затем поцеловал с такой нежностью, что по ее спине пробежала дрожь.

— Ты действительно уверена, что хочешь этого? — спросил он, глядя ей в глаза. — Я не хочу сделать тебе больно.

— Ты не сделаешь мне больно.

Джо взял ее за руку:

— Пойдем в дом.

Они быстро пересекли темный сад и вошли в особняк через черный ход. Походка Джо была твердой и решительной. Он перешагивал через две ступеньки враз. Иззи охватили первые сомнения, отчего ее ноги начали дрожать. Когда он открыл дверь своей спальни, ее сердце билось так громко, что он, должно быть, тоже слышал его стук.

Джо потянулся к выключателю, но Иззи схватила его за запястье.

— Ты не мог бы не включать свет? — спросила она, изо всех сил стараясь скрыть волнение.

— Почему?

Иззи принялась лихорадочно искать в уме подходящее объяснение. Если Джо узнает, как она неопытна, он может остановиться, а она этого не вынесет.

— Так… э-э… романтичнее, — сказала она наконец.

Он долго смотрел на нее, затем подошел к окну, раздвинул шторы, и в комнату проник слабый свет луны.

— Иззи, меня не интересуют постоянные отношения. — Подойдя к ней, он поцеловал ее в лоб. — Ты ведь это понимаешь, не так ли?

Не доверяя своему голосу, она кивнула. Несомненно, волнение пройдет, когда она докажет Джо, как сильно его любит. Но раз она сказала ему, что она взрослая женщина, ей следует вести себя соответствующим образом.

— Да, я понимаю.

Ей удалось произнести это уверенно. Бесспорно, ей в этом помогли зачатки ее актерских способностей.

Запустив пальцы в густые волосы Джо, она вдохнула его запах и испытала наслаждение, когда он прижал ее спиной к двери и обхватил ее талию своими горячими ладонями.

— Хорошо, — пробормотал он, нежно покусывая мочку ее уха.

Его губы спустились вниз по ее шее и задержались на впадинке между ключицами. По ее телу снова пробежала дрожь желания, в низу живота разлилась пульсирующая боль. Она чуть не забыла, что нужно дышать, когда он расстегнул молнию на ее платье. Когда прохладный шелк скользнул вниз по ее ногам, Джо наклонился и подхватил ее на руки. Иззи обняла его за шею. От радостного волнения у нее закружилась голова. Сейчас то, о чем она так долго мечтала, наконец станет реальностью.

Осторожно опустив ее на кровать, Джо снял футболку. Его гладкая кожа мерцала в тусклом свете луны. Затем он начал расстегивать джинсы, и она смущенно отвела взгляд.

Когда Джо лег рядом с ней, матрац просел. Он склонился над ней, и она почувствовала жар, исходящий от его тела. Его умелые пальцы освободили ее грудь от оков бюстгальтера.

— Ты прекрасна, Иззи, — хрипло произнес он, потерев кончиком пальца ее затвердевший сосок. — Я хочу как следует тебя рассмотреть. Давай включим свет.

Охваченная паникой, Иззи покачала головой.

— Нет. Мне больше нравится в темноте, — сказала она так, будто знала, о чем говорит.

— Хорошо, — согласился Джо. — Но в следующий раз мы сделаем так, как хочу я.

При упоминании о следующем разе ее сердце радостно затрепетало. Затем Джо наклонился и легонько прикусил зубами ее сосок. Ее тело словно пронзила огненная стрела. Приглушенно застонав, она выгнулась дугой и отчаянно вцепилась в простыню, словно боясь взмыть на седьмое небо и не вернуться.

— Раздвинь ноги, bella, — прошептал Джо.

Иззи подчинилась, и он, просунув руку между ее бедер, принялся ласкать влажную складку, заставляя ее кричать его имя. Когда его палец проник в глубь нее, ее захлестнула мощная волна чувственного наслаждения.

Видя, как она извивается под ним, Джо произнес:

— Черт побери, Иззи. Я больше не могу ждать… Это ничего?

Не в силах произнеси ни слова, она просто кивнула. Джо отстранился и, подняв с пола свои джинсы, достал из кармана маленький пакетик из фольги. В считаные секунды он надел на себя предохраняющее средство и, вернувшись к ней, стремительным рывком вошел в нее. Ее словно пронзило что-то острое. Она напряглась под ним и вскрикнула от боли.

Джо замер:

— Иззи, какого ч…?

— Пожалуйста, не останавливайся, — прошептала она. — Мне не больно.

Боль действительно утихла. Осталось только напряжение. Ей казалось, что внутри ее вот-вот что-то взорвется.

Джо выругался себе под нос, но продолжил погружаться в нее. Теперь он двигался медленнее, осторожнее. Ее ладони скользили по его гладкой спине, дыхание стало поверхностным и прерывистым. Наконец напряжение достигло предела, ее накрыла мощная волна, она исступленно закричала, и окружающий мир разлетелся на тысячи разноцветных осколков.

— Черт побери, Иззи. Ты же была девственницей.

Ее веки приоткрылись, и свет ночника ослепил ее.

— И что? — Она накрыла глаза ладонью. Почему Джо на нее злится? Что она такого сделала?

Ее вдруг бросило в дрожь.

— Тише. Успокойся. — Джо положил ее голову себе на грудь, и она услышала, как бьется его сердце. — Перестань дрожать. — Он откинул волосы с ее лба. — Ты в порядке? Я сделал тебе больно?

Когда Иззи открыла глаза и увидела в мягком свете его черты, все ее существо наполнилось любовью. Такого сильного чувства она никогда еще не испытывала.

Ее губы растянулись в довольной улыбке.

— Да, я в порядке. — Прижавшись к нему, она вздохнула. Ей никогда еще не было так хорошо, даже несмотря на болезненное ощущение в низу живота. — Я даже предположить не могла, что заниматься любовью так здорово.

Джо неожиданно высвободился из ее объятий:

— Подожди-ка. Я задал тебе вопрос. — Его глаза сузились. — Почему бы тебе не сказать мне правду?

— Я… я не понимаю, — пролепетала она, когда он встал с кровати и, подняв с пола свои вещи, начал одеваться. При виде его обнаженного мускулистого тела внутри ее снова вспыхнул огонь желания, но это отошло на второй план, когда она заметила злость и раздражение в каждом его жесте.

— Что-то не так? — спросила она, натянув на грудь простыню.

Определенно не так. Разве в этот момент они не должны объясняться друг другу в любви?

Обернувшись, он так холодно на нее посмотрел, что ее передернуло.

— Я спросил, девственница ли ты. Почему ты мне солгала?

— Я… — Разве он ее об этом спрашивал? Она что-то такого не припоминала. — Я не… я не собиралась от тебя это скрывать.

— Ну конечно, — отрывисто бросил Джо через плечо, затем достал из шкафа спортивную сумку и принялся бросать в нее свою одежду и личные вещи.

На ее глаза навернулись слезы, к горлу подкатил комок.

— Прошу тебя, Джо, объясни мне, что ты делаешь.

— А на что это, по-твоему, похоже? Я ухожу. — Он застегнул молнию на сумке. Повесив сумку на плечо, он наконец повернулся лицом к Иззи: — Прости, если сделал тебе больно. Мне следовало остановиться сразу, как только я все понял, но я не смог. В какую бы игру ты ни играла, она закончилась.

— Это не игра! — отчаянно воскликнула Иззи, встав на колени посреди постели.

Очевидно, здесь произошло какое-то недоразумение. Он любит ее. Нуждается в ней. Она нуждается в нем. Неужели они только что это друг другу не доказали?

— Я люблю тебя, Джо. Всегда любила и буду любить. Нам суждено быть вместе.

На мгновение он застыл на месте, затем одна его темная бровь цинично поползла вверх.

— Ты спятила? Тебе пора повзрослеть.

От его жестоких слов внутри у нее все сжалось. Рухнув на подушки, она обреченно наблюдала за тем, как он надевает ботинки и идет к двери.

Он не может просто взять и уйти после всего, что между ними было.

— Не уходи, Джо. Ты должен остаться.

У двери он обернулся, и она приготовилась к еще одному гневному выпаду, но вместо ярости увидела в его глазах сожаление.

— Здесь меня ничего не держит. — Его тон был невыразительным, но в словах слышалась горечь, отчего ее боль только усилилась. — И никогда не держало.

Иззи всхлипнула, и по ее щекам покатились слезы.

— Не плачь, Иззи. Поверь мне, это того не стоит. Когда ты все поймешь, ты будешь меня за это благодарить.

Глава 4

Настоящее время

Осознав, что ее пальцы изо всех сил вцепились в ручку портфеля, Иззи ослабила хватку. Как она может после стольких лет помнить ту злополучную ночь в мельчайших подробностях?

В памяти остались не только боль и тоска, но и радость предвкушения и удовольствие от близости. Сколько раз за прошедшие годы она прокручивала в голове события той ночи? Сотни, тысячи раз?

При воспоминании о словах, которые Джо бросил ей тогда на прощание, она заставила себя проигнорировать давящее ощущение в груди. Они больше не могут причинять ей боль. Все слезы давно уже выплаканы.

Джо был прав насчет одного: она действительно должна быть ему благодарна. Он преподал ей важный урок. Никогда не открывай свое сердце мужчине до тех пор, пока не уверена на сто процентов в ответных чувствах. И не покупайся на красивую внешность.

— Мы почти приехали, — весело произнес Фрэнк. — Ты глазам своим не поверишь, когда увидишь, что этот парень сделал с особняком. Это просто удивительно. Должно быть, он потратил целое состояние.

Иззи глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Больше никаких мыслей о прошлом. У нее в настоящем проблем выше крыши. Она посмотрела в окно, и ее пальцы снова вцепились в ручку портфеля. «Удивительно — это слишком мягко сказано», — подумала Иззи, выйдя из машины и уставившись на величественный георгианский фасад своего бывшего дома. Джо не просто отреставрировал Гамильтон-Холл. Он его улучшил. Особняк выглядит просто потрясающе. Каменные стены блестят в свете солнца. Колонны в передней части в детстве казались ей устрашающими, но сейчас, когда к дому пристроили террасу, он стал походить на уютную виллу в средиземноморском стиле.

Ей не удалось убедить Фрэнка взять с нее плату за проезд. Когда он уехал, Иззи снова окинула взглядом особняк. Почему-то из-за всех этих изменений ее чувство неловкости усилилось.

Повесив портфель на плечо, она сказала себе: «Не будь дурой. Сейчас решается участь твоего театра. Ваши с Джо отношения здесь ни при чем. Больше никаких путешествий по дороге воспоминаний. Что было, то прошло».

— Я могу вам чем-нибудь помочь?

Повернув голову, Иззи увидела светловолосого молодого человека, идущего ей навстречу.

«Соберись, Иззи».

— Здравствуйте. Меня зовут Изадора Хеллиген. — Когда он приблизился, она протянула ему руку. — Я приехала к Джованни Гамильтону.

Молодой человек лукаво улыбнулся ей.

— Я Джек Брэдшо, личный помощник Джо, — сказал он, энергично пожимая ей руку. — Я в курсе распорядка дня Джо. Прошу прощения, но… — Он замялся. — Вам назначено?

— Да, — с невозмутимым видом солгала Иззи. — Мы с Джо договорились о встрече неделю назад. Должно быть, он забыл вам сказать.

Если Джо ее не примет, ему придется вышвыривать ее отсюда самому.

— Никаких проблем, — ответил Джек. — Такое происходит уже не в первый раз. Творческие личности вроде Джо редко обращают внимание на мелкие детали. Сейчас он заканчивает переговоры с планировщиками на площадке с бассейном. Почему бы вам не пройти со мной туда?

Он повел ее на площадку через дом. По пути Иззи разглядывала изменения, которые произвел Джо в интерьере особняка. Как ему удалось сделать дом таким светлым и просторным? Раньше он всегда казался ей тесным и мрачным.

Когда она вышла на площадку и увидела Джо, ее охватило сильное волнение. Одетый в серые льняные брюки и рубашку с открытым воротом, он стоял рядом с пустым бассейном и разговаривал с двумя невысокими мужчинами в плохо сидящих костюмах. Словно почувствовав ее присутствие, он повернул голову. Его взгляд скользнул по ее фигуре, и ее бросило в жар.

Поочередно пожав руки своим собеседникам, он направился к ней по свежескошенной лужайке. Наблюдая за ним, она словно перенеслась на десять лет назад.

Ей всегда нравилась его мускулистая атлетическая фигура и легкая уверенная походка. Женщины оборачивались ему вслед, даже когда он был еще подростком. Разве удивительно, что десять лет назад она ошибочно приняла его за прекрасного принца?

С возрастом он стал еще привлекательнее и сексуальнее, но она больше его не идеализировала. Однако при виде его с ней произошло то же, что и раньше. Ее пульс участился, нервные окончания зазвенели, по всему телу разлился расплавленный огонь.

Иззи глубоко вдохнула, и ее пальцы крепче вцепились в лямку портфеля. Что с ней такое происходит, черт побери? Неужели из-за стресса, который испытывала в последние месяцы, она превратилась в нимфоманку? Губы Джо растянулись в чувственной улыбке, и ее колени слегка задрожали.

— Вот это сюрприз, Изадора, — произнес он с едва заметным итальянским акцентом. — Сегодня ты выглядишь гораздо… э-э… — Его взгляд снова скользнул по ее телу, и дрожь в коленях усилилась. — Утонченнее.

— Привет, Джо, — спокойно сказала она, несмотря на то что ее соски ныли под одеждой.

Он не упустил своего и намекнул ей на их последнюю встречу. Впрочем, она и не ждала, что будет легко.

— Извини, что приехала без предупреждения, — мягко добавила она, — но мне нужно обсудить с тобой одну важную вещь.

Его взгляд упал на ее грудь.

— Правда?

Иззи поспешно сложила руки на груди, негодуя на свое предательское тело. Ну почему она не надела более плотный бюстгальтер?

— Да. Не возражаешь, если мы поговорим наедине?

Если он собирается ее унижать, пусть делает это с глазу на глаз.

— У меня рабочие по всему дому, — спокойно произнес он, но в глазах его читался вызов. — Единственное место, где мы можем поговорить наедине, — это моя спальня.

«Что? Ни в коем случае».

На нее нахлынули воспоминания, которые она так отчаянно пыталась подавить, и ее бросило в жар. Но затем она заметила, как цинично изогнулись его губы, и поняла, что он сделал ей это предложение, чтобы она отказалась. Он ожидал, что она испугается и уйдет.

«Не на ту напал, приятель».

— Это было бы замечательно, — ответила Иззи уверенным тоном, несмотря на то что в горле у нее пересохло. — Если, конечно, ты не возражаешь, — вызывающе добавила она.

— Нисколько, — сказал Джо, пропуская ее вперед. — Кажется, ты знаешь, куда идти.

«Черт бы его побрал!»

Они вошли в дом через черный ход и молча поднялись по лестнице. Иззи начало раздражать спокойствие Джо. Как он может быть таким бесстрастным и расслабленным?

Она быстро прогнала эту мысль. А что ему, собственно, мешает таким быть? То, что произошло в этой спальне десять лет назад, ничего для него не значит. Следовательно, она тоже должна вести себя так, будто все давно забыто.

Но как только она переступила порог комнаты, в которой Джо забрал ее невинность и растоптал девичьи мечты, воспоминания обрушились на нее с новой силой. Стены спальни теперь были покрашены в белый цвет, на новой кровати из тикового дерева лежало голубое покрывало, однако ей казалось, что все произошло только вчера. Она увидела себя, стоящую на коленях посреди кровати и прижимающую к груди простыню.

— И что за важное дело тебя ко мне привело?

Повернувшись, Иззи посмотрела на Джо. Он стоял, прислонившись к двери и сложив руки на груди. Лицо его было непроницаемым. Иззи заставила себя сдержать эмоции. Он нарочно ее провоцирует. Хочет, чтобы она запаниковала.

— Неделю назад ты предлагал мне деньги.

Его брови взметнулись. Похоже, ей наконец удалось его удивить.

— Я хочу знать: твое предложение до сих пор в силе? — добавила она.

— Ты пришла просить у меня денег?

— Совершенно верно.

Он направился к ней:

— Что случилось с принципиальной женщиной, которая не опустилась бы до того, чтобы что-то у меня взять?

Он встал так близко от нее, что она почувствовала жар, исходящий от его тела.

— Ведь ты это говорила, не так ли?

— Да, и прошу у тебя за это прощения. — Она встретилась с ним взглядом, отказываясь отступать.

Джо пытается ее запугать. Ей не следовало говорить ему этих глупостей, но он ее спровоцировал.

— Я не думала, что тебя взволновало то, что я сказала, — закончила она, уверенная в обратном.

Джо провел пальцем по ее щеке, и она напряглась.

— Ты бы удивилась, узнав, что меня волнует, — пробормотал он.

Иззи отпрянула. В конце концов ей пришлось отступить. Как ему удается до сих пор так на нее действовать?

— Мне, наверное, следует уйти, — поспешно сказала она, чувствуя, как смелость покидает ее.

Какого черта она сюда приехала? Он никогда не даст ей денег. Она лишь подвергла себя напрасному унижению.

Но когда Иззи повернулась и пошла к выходу, Джо схватил ее за плечо:

— Значит, дело не такое уж и важное? — Глаза его вызывающе блестели.

Охваченная гневом и паникой, она освободилась от его хватки. Это не игра. По крайней мере, не для нее.

— Это важно. Впрочем, ты никогда не понимал, что для меня важно.

Она всегда боролась за то, во что верила. Джо — никогда. Потому что ни во что не верил. Он резко рассмеялся:

— В таком случае почему бы тебе мне не объяснить? — Он взял ее за руки и немного приблизил к себе. — Скажи, что я получу в обмен на деньги?

— А чего ты хочешь? — бросила она, испытывая одновременно ярость и желание.

Его пальцы крепче вцепились ей в руки.

— Ты знаешь, чего я хочу. И ты тоже этого хочешь. Вот только ты всегда это прятала за красивыми бестолковыми словами о любви.

Его слова больно задели ее, но от этого огонь желания в глубине ее женского естества не погас.

— Секс? — Она издала презрительный смешок. — И все?

Она прижалась к нему и вызывающе потерлась животом о холмик, выступающий под молнией его брюк. Гордость и сомнения не берутся в расчет, когда гнев и либидо выходят из-под контроля.

Он думает, что она все еще та мечтательная наивная девчонка, которая ждет прекрасного принца. Она изменилась и может ему это доказать.

— Если это все, чего ты хочешь, почему бы тебе это не взять? — дерзко бросила Иззи. Глаза Джо потемнели, и это доставило ей удовольствие. — Тебе не о чем беспокоиться. На этот раз я не буду ничего прятать за красивыми словами.

В следующую секунду его рот яростно обрушился на ее губы. Вцепившись ему в плечи, она ответила на его поцелуй, и здравый смысл подчинился зову плоти.

Затем Джо отстранился, но лишь для того, чтобы поднять ее на руки и отнести на кровать. Она испытывала одновременно страх и радостное волнение, пока он стаскивал с нее шелковое платье. Затем она расстегнула пуговицы на его рубашке и, пока он снимал с нее бюстгальтер, поглаживала ладонями его мускулистую грудь.

Закончив ее раздевать, Джо опустил ее на подушки и навис над ней. В отличие от их первого раза, сейчас они могли любоваться наготой друг друга. Ее грудь налилась, соски затвердели под его оценивающим взглядом. Накрыв ладонями упругие холмики, он сказал:

— Черт побери, ты еще красивее, чем раньше.

Его слова удивления затронули что-то глубоко внутри ее, но это ощущение прошло, когда он наклонился и слегка прикусил ее сосок. Из ее горла вырвался стон наслаждения, и она прижала его голову к своей груди, словно хотела, чтобы эта сладостная пытка продолжалась вечно.

Затем она с нетерпением наблюдала за тем, как он снимает с себя одежду и бросает на пол.

Десять лет назад она боялась на него смотреть, сейчас без стеснения любовалась красотой его тела. Его широкими плечами, мускулистой грудью, сильными руками и плоским животом. Но затем ее взгляд упал на символ его мужского естества, и у нее перехватило дыхание.

Когда он опустился на кровать, Иззи протянула руку и сомкнула пальцы вокруг его огромной затвердевшей плоти. В ее голове зародилось порочное желание, но он неожиданно освободился от ее хватки, запустил руку ей под трусики и начал поигрывать нежными трепещущими лепестками. Ее голова запрокинулась, глаза закрылись.

Ей казалось, что она вот-вот взмоет ввысь, но он неожиданно убрал руку.

Ее глаза распахнулись.

— Не уходи! — взмолилась она.

Хрипло рассмеявшись, Джо стянул с нее кружевные трусики и швырнул их назад через плечо. Затем, склонившись над ней, он прошептал ей на ухо:

— Разве я могу от тебя уйти?

Иззи хотела, чтобы он овладел ею немедленно, но она едва могла думать, не то что говорить. Все ее мысли о возможных последствиях улетучились.

Джо, в отличие от нее, не потерял голову. Выдвинув ящик комода, он достал оттуда предохраняющее средство и быстро надел его.

Наконец он слегка приподнял Иззи, раздвинул ее бедра и погрузился в нее. Она заерзала под ним, приглашая его глубже. Он быстро задвигался, и она испытала небольшое разочарование. Ей хотелось продлить удовольствие, но он мчал ее к вершинам экстаза на головокружительной скорости.

— О bella, — простонал он, глядя на нее темными, как бездонные омуты, глазами.

Наконец пружина желания внутри ее лопнула, все закружилось перед ее глазами, и она громко закричала. Мгновение спустя Джо издал рык, похожий на львиный, затрясся и рухнул на нее.

— Я никогда в жизни так быстро не достигал экстаза, — пробормотал Джо, когда они восстанавливали дыхание в объятиях друг друга.

Иззи напряглась. Он все еще находился внутри ее, его мощное тело вдавливало ее в матрац.

— Отпусти меня. Мне нужно уйти, — попросила она.

Джо начал медленно выходить из нее, и она едва сдержала стон.

— Что-то не так? — спросил он.

«Он шутит?»

Они только что занимались сексом, не испытывая при этом друг к другу даже симпатии. Соединив вместе ноги, она отодвинулась в сторону, стараясь не обращать внимания на болезненное ощущение между бедер — свидетельство ее постыдного поведения.

Это не просто безумие, это самое большое унижение в ее жизни. Неужели она закрыла глаза на то, как он с ней поступил десять лет назад?

— Все в полном порядке, — сухо произнесла Иззи, перебираясь на край кровати.

Она начала подниматься, готовясь уйти, но сильная рука схватила ее за талию и потянула назад. Иззи запаниковала, к горлу подкатился комок.

— Я… Мне правда нужно идти.

— Почему ты так спешишь? Ты ведь еще не получила то, за чем пришла.

— Я… — пролепетала она, испытывая неловкость. — Я не… — Она остановилась и прокашлялась, вспомнив, о чем они разговаривали, прежде чем начать срывать друг с друга одежду.

Иззи съежилась в комок. Она не собиралась ему говорить, что займется с ним сексом за деньги, но желание подчинило себе здравый смысл, и все усложнилось.

— Я сделала это не из-за денег. — Немного помедлив, она снова попыталась объяснить необъяснимое: — Я не жду, что ты мне заплатишь…

Джо крепче прижал ее к себе:

— Я это знаю, Иззи. После того, что почти случилось в клубе, секс был неизбежен. — Он резко рассмеялся. — По правде говоря, я оскорблен. Я не плачу женщинам за секс. Даже тебе.

К глазам Иззи подступили слезы, и она часто заморгала, чтобы их сдержать.

— Хорошо. Я рада, что ты понял, — произнесла она, пытаясь сохранить остатки достоинства.

Она снова начала вырываться, но он усилил хватку.

— Отпусти меня! — потребовала Иззи.

— К чему такая спешка? — спросил он. Его рассудительность начала ее раздражать. — Теперь, после того как мы закончили заниматься сексом, почему бы нам не поговорить о деньгах?

«Я лучше умру».

Иззи резко повернулась, удивленная его безразличием. Как он может с такой легкостью относиться к тому, что между ними было? Сослаться на это как на неизбежное и забыть?

Она никогда не занималась сексом только для того, чтобы удовлетворить свою похоть. Сегодняшний случай стал исключением, и она чувствовала себя ужасно. Неужели ему не стыдно?

Судя по его беззаботному выражению лица, нисколько.

Иззи вцепилась в простыню.

— Да, теперь, после того, как мы закончили… Я больше ничего не хочу обсуждать. — Потому что она, по крайней мере, испытывает угрызения совести. — Мне нужно одеться. Я начинаю замерзать.

Она солгала. Разве ей может быть холодно, когда его твердая плоть прижимается к ее бедру, а его руки поглаживают ее живот через тонкую ткань простыни. Да, она дрожит, но холод здесь ни при чем.

— Я позволю тебе одеться, но только при одном условии, — произнес Джо. — Ты никуда не убежишь.

Иззи кивнула. Она была так возбуждена, что заплатила бы любую цену, чтобы высвободиться из его объятий. Как только он ее отпустил, она сразу соскочила с кровати.

К ее ужасу, вместо того чтобы тоже начать одеваться, он опустился на подушки и, положив руки под голову, стал за ней наблюдать. Изо всех сил стараясь не обращать на него внимания, она, прикрываясь руками, пошла туда, где валялось ее белье. К сожалению, чтобы поднять его с пола, ей пришлось опустить одну руку.

— Иззи, что ты делаешь? — донесся до нее веселый голос Джо.

Обернувшись, Иззи обнаружила, что он улыбается.

— Пытаюсь сохранить хоть каплю благопристойности, — отрезала Иззи, надевая одной рукой трусики. — Если ты не против.

«Вряд ли он знает, что это такое», — мрачно подумала она. Сейчас он выглядит так, будто позирует для журнала «Плейгерл».

— Разве для этого не поздновато? — небрежно заметил Джо.

Надев наконец белье, она повернулась и сердито посмотрела на него:

— Думаю, да. Спасибо, что напомнил.

В ответ на это Джо рассмеялся. Снова отвернувшись, она принялась искать, куда Джо зашвырнул ее платье. Заметив торчащий из-под кровати край платья, она наклонилась, достала его и быстро надела. Джо немного его порвал, когда раздевал ее, но она не стала обращать на это внимание.

Заведя руки за спину, она долго пыталась застегнуть дрожащими пальцами молнию.

— Давай я тебе помогу, — предложил Джо тем же веселым тоном.

Иззи не стала отказываться. Чем раньше она оденется, тем скорее отсюда уберется.

Она села на край кровати спиной к Джо. Но вместо того чтобы застегнуть ей молнию, он перебросил ее волосы через плечо и провел подушечкой большого пальца по ее шее.

— Это не помощь, — произнесла она, чувствуя, как внутри ее снова начинает разгораться пламя желания.

Медленно застегивая ей молнию, Джо положил теплую ладонь на ее обнаженное плечо:

— Итак, сколько денег тебе нужно?

Его тон был таким мягким, что ее чувство вины усилилось.

Что ей теперь делать? Джо был ее последней надеждой. Да, надежда эта была невелика, но сейчас она даже не может его просить о спонсорской поддержке. Сделав это, она выглядела бы в его глазах шлюхой.

— Нисколько, — солгала Иззи. Как она могла быть такой беспечной и безответственной? — У меня все в порядке. Правда, — добавила она. При этом ее нижняя губа предательски дрожала.

«Не смей ничего ему говорить. Тебе нужно искать другой выход».

Но когда она начала подниматься с кровати, Джо схватил ее за запястье:

— Почему у меня создается такое впечатление, что ты лжешь?

Иззи посмотрела на длинные загорелые пальцы, сжимающие ее руку, и внезапно почувствовала себя так, словно получила удар в солнечное сплетение.

— Я не лгу, — возразила она, негодуя на себя за дрожь в голосе. — Все в порядке.

Джо повернул ее голову и заставил ее на него посмотреть:

— Если ты еще раз скажешь, что все в порядке, я очень разозлюсь. — Он прижал кончик пальца к ее нижней губе. — Я был рядом, когда ты сломала руку. Помнишь? Тебе тогда было двенадцать. Тебе было больно, но ты не проронила ни слезинки. Сейчас ты гораздо ближе к тому, чтобы заплакать. Следовательно, этому должна быть серьезная причина.

Взволнованная нежностью в его голосе, Иззи опустила глаза и предалась воспоминаниям.

В тот день она не плакала, но дело было вовсе не в смелости. Когда Джо нес ее домой на руках, после того как она упала с дерева, она почти не чувствовала боли. После этого она несколько месяцев жила фантазиями и не думала о больной руке.

Иззи потерла глаза. Сейчас ей меньше всего нужно думать о его нежности.

— Возможно, все не так уж и хорошо, — осторожно произнесла она, — но я обязательно что-нибудь придумаю.

— Под этим ты имеешь в виду новые выступления в качестве стриптизерши? — спросил он.

— Если ты не понял, повторяю: я не показывала стриптиз, — произнесла она спокойным тоном. — Я выступала с музыкальным номером. Это большая разница.

— А-а. — Похоже, ей не удалось его убедить. — Для чего тебе нужны деньги? Ты испытываешь финансовые затруднения?

— Не я, — пробормотала она, забыв о своем негодовании. — «Корона и перья». Театральный паб, директором которого я последние четыре года являюсь. Если мы не выплатим банку задолженность, нас закроют. — Она в отчаянии уставилась на свои сложенные на коленях руки. — Все люди, которые там работают, потеряют свои места. — Она тяжело вздохнула. — И все по моей вине.

Джо заметил, как бледные плечи напряглись. Она так плотно сжала руки в замок, что он испугался, как бы она не вывихнула себе пальцы.

Ему хотелось ударить кулаком по стене.

Почему она не могла попросить денег для себя?

Нет, Иззи никогда бы так не поступила. Она цельная натура.

Джо испытал незнакомое ему чувство вины. Ему не следовало все сводить к деньгам. Но он не смог удержаться. В тот момент, когда он увидел ее у бассейна, желание, которое он целую неделю пытался в себе подавить, захлестнуло его с такой силой, что он разозлился на Иззи и на самого себя.

Она сказала ему, что питает к нему отвращение. Почему же он до сих пор ее хочет?

Предлагая ей подняться в его спальню, он пытался ее унизить. Он был уверен, что она откажется. Но она сразу согласилась, и он почувствовал себя полным мерзавцем.

Затем она попросила у него денег, и чувство вины сменилось яростью. Увидев блеск желания в ее глазах, он решил этим воспользоваться. Она пришла сюда не за деньгами, и он мог это доказать.

Секс был невероятным. Даже лучше, чем в первый раз. Они оба не могли контролировать стихию, бушевавшую внутри их. Иззи получила от этого не меньшее удовольствие, чем он. Но когда она заговорила о финансовых проблемах своего театра, он снова почувствовал укол совести, и ему это не понравилось.

— Итак, каковы размеры вашей проблемы? — спросил он.

— Мы задолжали банку тридцать тысяч, и у нас осталось меньше двух недель, чтобы расплатиться.

Из-за слез на ресницах ее голубые глаза казались больше.

— Это все? — спросил он.

Иззи покачала головой:

— Нам нужно еще около ста тысяч, чтобы продержаться до конца года. — Ее плечи резко дернулись, словно она попыталась сбросить с них тяжелый груз. — Мы много месяцев ищем спонсоров, — продолжила она. — Гранты, на получение которых мы отправили заявки, были отданы другим организациям. После запрета на курение в общественных местах число наших доходных статей уменьшилось и… — Неожиданно прервавшись, она вздохнула. — Пойти к тебе было глупой идеей. Почему тебя должна волновать судьба какого-то театра? — Она смахнула катящуюся по щеке слезинку. — Но я была в отчаянии.

Он накрыл ее сложенные руки своей большой ладонью.

— Иззи, перестань плакать, — мягко сказал Джо. Ему всегда было невыносимо смотреть на ее слезы. — Ты получишь необходимые деньги. Для меня это не проблема.

Подняв глаза, она так изумленно уставилась на Джо, словно у него выросла еще одна голова.

— Ты не можешь этого сделать. Зачем тебе нам помогать?

Джо пожал плечами.

— А почему нет? Поддерживать культурные учреждения — дело хорошее, — сказал он, хотя прекрасно знал, что собирается ей помочь совсем по другой причине.

Он никогда не простит себе того, как жестоко бросил ее десять лет назад. Он не жалел о том, что тогда ушел. Иззи была юной, романтичной и очень милой. Она много лет была им увлечена и не имела ни малейшего понятия, каким он был на самом деле. Но он жалел о своей жестокости по отношению к ней.

Он обвинил ее в том, что она скрыла от него, что была девственницей. Позднее он понял, что произошло недоразумение. Иззи была слишком наивна, чтобы знать, что мужчину нужно предупреждать о таких вещах. В тот вечер он разозлился на себя за то, что не остановился вовремя, и выместил свой гнев на Иззи.

Затем она сказала ему, что любит его, и на какое-то мгновение ему захотелось, чтобы это было правдой. Ее признание заставило его осознать, как сильно на него подействовали слова герцога. После ссоры с ним он был сам не свой.

Он не собирается ничего ей объяснять ни сейчас, ни когда-либо. Извиняться слишком поздно. Дать Иззи денег — лучший способ загладить вину перед ней.

Но когда он посмотрел в ее ясные голубые глаза, кровь прилила к его паху, и он понял, что у него есть более серьезные проблемы, чем чувство вины.

Почему одной близости с ней ему оказалось недостаточно?

— Но ты не можешь дать мне грант в размере ста тысяч. — Она отдернула свои руки. — Это же огромные деньги.

— Ты хочешь спасти свой театр или нет? — спросил Джо. Ему не терпелось отдать ей деньги, чтобы перейти к более серьезной проблеме — восстановлению контроля над своим либидо.

— Да, я хочу, но… — Она внезапно замолчала.

— Тогда почему ты пытаешься меня отговорить?

— Потому что речь идет о сотне тысяч фунтов!

— Иззи, я потратил почти столько же на свою последнюю машину. Это не такие уж большие деньги. По крайней мере, для меня.

Ее брови поднялись.

— Я не знала, что архитектура — такое прибыльное занятие.

— Она приносит прибыль, когда все делаешь правильно, — произнес Джо и с трудом подавил в себе глупое желание сказать больше.

Он получил квалификацию на два года раньше, победив многих более опытных участников престижного архитектурного конкурса, после чего много работал. Последние три года он пожинал плоды своих трудов. Его старания были хорошо вознаграждены.

Его компания, главный офис которой находится во Флоренции, вышла на мировой уровень. Он открыл ее филиал в Париже, получил ряд престижных наград в области архитектуры. Но самое главное, ему больше не нужно опасаться конкуренции. Клиентов стало хоть отбавляй.

Он гордился тем, что ему удалось направить разрушительную энергию, которая переполняла его в юношеские годы, в созидательное русло и полностью изменить свою жизнь.

Но он устоял перед соблазном и не стал хвастаться перед Иззи своими достижениями. Он не нуждается ни в чьем одобрении.

— Если тебе будет от этого легче, — произнес он, — я уже некоторое время думаю о том, чтобы открыть филиал в Лондоне. Моя компания каждый год тратит миллион евро на помощь перспективным организациям. Это отличный пиар и выгодное вложение средств.

Глаза Иззи расширились, она приложила пальцы к губам.

— Неужели ты говоришь серьезно? Боже мой! — воскликнула она. — Значит, ты действительно дашь мне денег. — Она взяла его руку в свои. — Спасибо тебе. Огромное спасибо. Ты понятия не имеешь, как много это для меня значит. И для всех людей, которые работают в «Короне и перьях».

Но он знает, как это для нее важно, и это вызывает у него чувство неловкости. Причина, по которой он хочет помочь Иззи, имеет далеко не альтруистический характер.

— Жаль, что я не знаю, как мне тебя отблагодарить, — произнесла она.

Джо чуть было не сказал ей, что ему не нужна ее благодарность. Он остановился, потому что только что осознал, чего на самом деле хочет.

Он хочет поскорее забыть Иззи Хеллиген.

Она разжигала в нем огонь как десять лет назад, так и сейчас. Почему бы ему это не признать? Обычно он забывал женщину сразу, как только с ней расставался, но Иззи явно не тот случай.

Он пытался уйти. Пытался все отрицать, но ничего не сработало.

Решив ее финансовые проблемы, он избавится от чувства вины перед Иззи, и прошлое навсегда останется позади. Почему бы ему не сделать следующий шаг? Сегодня ему нужно вернуться во Флоренцию, и он хочет, чтобы Иззи поехала с ним. Они снова будут заниматься сексом, огонь догорит, и не останется ни единого уголька. Тогда он навсегда забудет Иззи.

— Есть всего одна небольшая загвоздка, — осторожно начал Джо, не собираясь посвящать ее в подробности своего плана.

Иззи слишком остро на все реагирует, так что лучше сначала отвезти ее во Флоренцию, а потом перейти к следующим пунктам плана.

— Что? — Ее лицо напряглось.

— Ты поедешь со мной во Флоренцию. Сегодня.

— Во Флоренцию? — Сейчас она даже больше удивилась, чем когда он предложил ей деньги. Но, увидев вспышку интереса в ее глазах, он с трудом сдержал довольную улыбку.

Ей это нужно так же, как и ему. Единственное различие между ними состоит в том, что она пока еще этого не поняла.

Иззи старалась не обращать внимания на охватившее ее приятное волнение. Она должна взять это под свой контроль, пока еще не поздно.

Возможно, в том, что она уступила своим гормонам, ей следует винить обстоятельства. Последние несколько месяцев она испытывала сильнейший стресс. И больше года не ходила на свидания. Джо всегда удавалось отключить ее здравый смысл и заставить ее желать того, что шло ей во вред. Но она больше не собирается ложиться с ним в постель, как бы сильно этого ни жаждало ее тело.

Сейчас Джо — главная надежда ее театра на спасение. Это делает ее еще более беззащитной перед ним.

— Зачем? — спросила она, надеясь, что он не предложит ей то, о чем она подумала.

— Деньги тебе будут нужны уже на следующей неделе, не так ли?

Она кивнула, все еще не веря, что проблемы ее театра можно так легко решить.

— Тебе придется подписать кучу бумаг, выступить с презентацией перед советом директоров, чтобы убедить их, что вкладывать деньги в твой театр выгодно. Уверяю тебя, это не займет больше двух дней. Мне самому нужно сегодня лететь во Флоренцию. В два часа пополудни сюда прилетит вертолет, чтобы доставить меня в аэропорт. Оттуда я на своем частном самолете отправлюсь во Флоренцию.

— Понятно, — пробормотала она, немного разочарованная его деловым тоном. — Я позвоню своей помощнице Макси. Она соберет мои вещи и привезет их в аэропорт, так что я смогу полететь вместе с тобой.

Это хорошая новость. Просто фантастическая. Джо обещал помочь ее театру. После длительного стресса она определенно заслужила небольшую передышку. Только полный идиот отказался бы провести несколько дней во Флоренции. Возможно, у нее даже будет время осмотреть достопримечательности.

— Чем скорее мы официально зарегистрируем наши деловые отношения, тем лучше, — добавила она, скопировав его бесстрастный тон. — Я могу принять душ?

— Пожалуйста. Ванная комната в спальне в твоем полном распоряжении, — сказал он. — Я воспользуюсь той, что находится в конце коридора.

На пороге ванной Иззи обернулась и увидела обнаженного Джо, роющегося в ящике комода. В этот момент она поняла, что два дня рядом с ним будут для нее сладостной пыткой.

* * *

Когда дверь ванной захлопнулась с щелчком, Джо ухмыльнулся. Он едва удержался от того, чтобы не предложить Иззи потереть ей спинку. Но ему уже не двадцать один год, и он не собирается предаваться тому, что не может контролировать. Следующий шаг он сделает только во Флоренции, когда Иззи поймет, для чего он позвал ее с собой. Они будут заниматься любовью, пока не пресытятся друг другом.

Из ванной послышался шум воды, и Джо представил себе роскошное обнаженное тело Иззи, покрытое пузырьками пены.

На этот раз им ничего не будет мешать. Ни чувство вины, ни старые обиды, ни страхи. И он намерен наслаждаться каждой секундой.

Глава 5

Приняв душ, она через двадцать минут спустилась вниз и узнала от Джека Брэдшо, что у Джо встреча с ландшафтными дизайнерами. Молодой человек вежливо пригласил ее перекусить вместе с группой молодых инженеров и архитекторов, работающих над проектом Джо. Она приняла приглашение, но не смогла почти ничего проглотить, поскольку те засыпали ее вопросами об их с Джо детстве, проведенном в Холле. Знали ли о том, что произошло до этого наверху в его спальне? Если бы Джо появился, ей не пришлось бы удовлетворять их неуемное любопытство в одиночку.

Но Джо не появился. К счастью, после ленча Джек сразу повел ее смотреть Холл, так что ей было некогда анализировать, почему она так расстроилась из-за отсутствия Джо.

Прогуливаясь по дому своего детства и разглядывая изменения в интерьере, она не могла сдержать восторженных возгласов. Ей не нужны были сопроводительные комментарии Джека. Она все видела своими глазами и восхищалась безупречным вкусом и профессиональным мастерством Джо.

Мрачные тесные комнаты были превращены в просторные и светлые помещения путем устранения перегородок и восстановления оконных проемов, которые когда-то были заложены. Старые ковры исчезли, благодаря чему теперь стало можно любоваться красивой мозаикой на полу. На верхний этаж теперь вела новая деревянная лестница в традиционном стиле, а темная неуютная кухня была оснащена современной техникой и превращена в мечту шеф-повара.

Джо возродил Гамильтон-Холл, подарил ему совершенно новую жизнь. Иззи не переставала спрашивать себя, что заставило Джо проделать такую большую работу.

Десять лет назад он покинул Холл и, насколько ей было известно, за все это время ни разу сюда не приезжал. Его не было даже на похоронах старого герцога. Иззи всегда думала, что он ненавидит это место. Тогда зачем он провел такую грандиозную реставрацию особняка? Он хотел кому-то что-то доказать?

И почему она испытывает странное чувство гордости? То, что Джо сделал с домом своего отца, не имеет к ней никакого отношения.

Путь на вертолете до Лондона прошел довольно спокойно. Из-за шума в кабине говорить приходилось очень громко. Джо работал на своем ноутбуке, и она не мешала ему, хотя в ее голове вертелось множество вопросов, касающихся реставрации Гамильтон-Холл.

Это деловая поездка, а ее вопросы носят личный характер, так что ей следует держать их при себе.

К сожалению, всякий раз, когда он задевал локтем ее руку, она меньше всего думала о бизнесе. К тому времени, когда они прибыли в аэропорт и вошли в здание терминала, ее гормоны разбушевались подобно морю в шторм.

— Этот парень и есть твой герцог? — прошептала Макси, передавая Иззи ее чемодан на колесиках. Ее взгляд был прикован к Джо, проходящему контроль. — Как ты могла молчать о нем все это время? Он же такой красавчик.

— Макси, закрой рот. Ты трещишь как сорока, — сердито сказала Иззи. Она сильно нервничала перед поездкой, и ей сейчас меньше всего хотелось выслушивать глупые восторги своей помощницы.

По правде говоря, ей хватало собственных фантазий. Почему она не может перестать думать о Джо? Особенно когда он своим бесстрастным деловым тоном дал ей понять, что больше не собирается заниматься с ней сексом.

У нее было меньше минуты, чтобы представить Джо Макси, которая тут же начала с ним кокетничать. Затем Джо извинился перед ними и удалился, сказав, что ему нужно сделать несколько звонков и он встретится с Иззи в самолете.

Он ее игнорировал, и это ее расстраивало, что было нелепо. Она не нуждается в его внимании. Оно только еще больше растревожило бы ее гормоны. Восторженная болтовня Макси ее раздражала. Сейчас она напоминала Иззи ее саму в подростковом возрасте.

— Откуда ты его знаешь? — спросила Макси. — Очевидно, что между вами что-то есть. Он поэтому предложил оказать финансовую поддержку нашему театру? — Глаза Макси расширились. — У вас роман, не так ли?

Щеки Иззи вспыхнули.

— Нет, — ответила она, уверенная в том, что одна-единственная близость не считается. — Мы вместе выросли. Он мой старый друг.

Глаза Макси сузились.

— Тогда почему ты летишь с ним во Флоренцию? И почему ты краснеешь?

— Я не краснею, — солгала она. — Мне нужно полететь в Италию, чтобы подписать спонсорское соглашение. Это всего лишь формальность.

— Из, не пойми меня превратно, — неожиданно серьезно произнесла Макси, отчего волнение Иззи только усилилось. — По-моему, просто замечательно, что он берет тебя с собой в Италию. Ты определенно заслуживаешь отпуск. Особенно с таким красавчиком, как твой герцог. Тебе не нужно притворяться. Мы же подруги. — Она толкнула Иззи в плечо. — Обещаю, что расскажу Дэйву и остальным официальную версию. — Она улыбнулась. — Итак, как давно вы вместе?

«О боже!»

Иззи крепко сжала ручку чемодана:

— Это не официальная версия. Это правда.

— Ну конечно, — недоверчиво фыркнула Макси. — У меня есть доказательства обратного. — Она начала загибать пальцы. — Во-первых, сегодня нет необходимости ехать куда-то подписывать бумаги, так как это можно сделать по электронной почте. Во-вторых, совершенно очевидно, что ты недавно принимала душ. Кончики твоих волос еще мокрые.

Иззи машинально коснулась своих волос. Макси в наблюдательности не откажешь.

— В-третьих, у тебя сзади платье немного порвано. И в-последних, по порядку, но ни в коем случае не по значимости, я заметила, как он только что на тебя смотрел.

— И как же он на меня смотрел? — раздраженно бросила Иззи.

— Так, будто хотел тебя съесть.

А вот тут Макси, похоже, ошиблась. Последние два часа Джо только и делает, что ее избегает.

— Нет, это неправда.

— Правда. — Макси озорно улыбнулась. — Я сама была тому свидетелем. Он так пристально смотрел на тебя своими выразительными карими глазами, что даже я, сторонний наблюдатель, начала волноваться. Так что, если у тебя еще нет страстного романа с этим парнем, тебе следует это исправить.

— Но… это невозможно, — пролепетала Иззи.

— Почему?

— Потому что…

— Мисс Хеллиген? Мистер Гамильтон попросил меня проводить вас на борт самолета.

Повернувшись, Иззи увидела стюарда в униформе.

— Да, конечно. Спасибо.

«Надеюсь, что он не слышал наш разговор», — подумала Иззи, обнимая Макси.

— Если понадоблюсь, звони мне на мобильный. Я свяжусь с тобой, когда зарегистрируюсь в отеле. Сообщи Дэйву и остальным хорошие новости. Позвони в банк и скажи, что деньги будут со дня на день.

— Все под контролем, Иззи. Можешь ехать со спокойной душой. — Макси крепко сжала ее в объятиях. — Передай его светлости, что я очень ему благодарна, — прошептала она ей на ухо. — И делай все, что тебе хочется.

Отстранившись, Иззи сердито посмотрела на свою помощницу, но не смогла придумать убедительный ответ. Она сейчас не в состоянии трезво соображать. Если Макси права насчет Джо, эта поездка будет намного опаснее, чем думала Иззи.

— Сюда, мисс Хеллиген. Мистер Гамильтон ждет вас в самолете, — сказал стюард, ведя Иззи мимо бесконечной очереди к детектору.

— А как же паспортный контроль и досмотр багажа? — удивленно спросила она.

Неужели для людей с положением Джо не существует неудобств, с которыми сталкиваются обычные пассажиры?

В ответ на это он открыл дверь, на которой Иззи мельком увидела табличку с аббревиатурой ВИП. Наблюдая за тем, как офицер службы безопасности сканирует ее потрепанный чемодан, она подумала, что богатство и успех Джо не должны ее волновать.

Поднимаясь по металлическим ступеням трапа в серебристый самолет с надписью «ДГ Парнтершип» на хвосте, она пыталась заставить себя мыслить рационально.

Это деловая поездка. Ей не следует ожидать от нее чего-то большего.

Когда Иззи поднялась на борт самолета, из кабины пилота вышел Джо, и она ощутила приятное волнение. Прислонившись к металлической двери, он сложил руки на груди и окинул ее взглядом с головы до ног. Его вылинявшие джинсы и футболка резко контрастировали с роскошной отделкой салона, но в них он напомнил ей беспечного дерзкого мальчишку, которого она когда-то знала.

Но он больше не тот мальчишка. Он мужчина. Успешный, уверенный в себе. И очень сексуальный.

Его взгляд задержался на ее лице, и она увидела в его карих глазах блеск желания. Похоже, одним подписанием бумаг они не ограничатся. А может, ей вообще не нужно ничего подписывать и он берет ее с собой в качестве любовницы?

— Привет, Изадора, — хрипло произнес он. — Готова к взлету?

Ее бросило в жар, соски затвердели под одеждой, но она изо всех сил старалась сохранять спокойствие. К счастью, она вовремя выяснила, что здесь происходит.

— Мне действительно нужно лететь во Флоренцию подписывать бумаги?

Джо потер подбородок:

— Почему ты спрашиваешь?

— Ты все это подстроил, не так ли? — Внезапно негодование сменилось ужасом, и кровь отхлынула от ее головы. — Надеюсь, что твое обещание дать деньги моему театру — это не уловка.

— Перестань драматизировать, — мягко рассмеялся Джо, подходя к ней. — Я уже поговорил со своим финансовым директором Лукой. Он перечислит деньги на ваш счет сразу, как только ты дашь ему ваши банковские реквизиты.

Она испытала чувство облегчения, но оно продлилось недолго и уступило место вернувшемуся негодованию.

— Итак, зачем ты берешь меня с собой во Флоренцию?

Джо положил руки ей на талию, глаза его потемнели.

— Почему бы тебе не попробовать угадать?

— У меня есть идея получше. — Она провела ладонями по его груди. — Почему бы тебе не дать мне прямой ответ?

— Хорошо, — невозмутимо ответил он. — Я планирую заниматься с тобой сексом до потери чувств.

Ее лицо вытянулось от изумления, щеки загорелись.

— Заниматься со мной сексом? Ты спятил? Джо самодовольно улыбнулся:

— Хватит притворяться, будто ты возмущена. Одного раза нам было недостаточно, и ты прекрасно это понимаешь.

С ее губ было готово сорваться грубое ругательство, но она проглотила это, когда его пальцы зарылись ей в волосы, а губы накрыли ее губы в жарком ненасытном поцелуе.

Уцепившись за остатки самообладания, она оттолкнула его:

— Я возражаю. Это… очень плохая идея.

— Почему?

— Потому.

Если бы он дал ей хотя бы минуту, она бы назвала ему тысячу причин. Но разве она может трезво соображать, когда его руки поглаживают ее затылок?

— Иззи, прошлое давно забыто, — пробормотал он. — Но если ты намерена цепляться за старые обиды…

— Разумеется, нет, — перебила его она. — Это не имеет никакого отношения к нашему прошлому. — Она высвободилась из его объятий. — Причина в твоем сегодняшнем поведении. Как ты посмел обманным путем заставить меня поехать с тобой во Флоренцию? Когда ты собирался посвятить меня в свои планы?

Он еще шире заулыбался:

— Я делаю это сейчас.

— А что, если я хочу сказать «нет»?

Он провел большим пальцем по ее щеке:

— Ты правда не хочешь снова заняться со мной сексом?

Хотя ее разум уже сформировал отрицательный ответ, его смыла волна желания, захлестнувшая ее тело.

— Нет… То есть хочу, — пробормотала Иззи, негодуя на саму себя.

— В таком случае давай закончим то, что мы начали. — Его палец скользнул вниз по ее шее. — Тогда мы оба сможем продолжать дальше.

Неужели все действительно может быть так просто? Пока Иззи разбиралась в своих чувствах, Джо снова притянул ее к себе и поцеловал в губы.

— Никаких обязательств, никаких связей, — сказал он. — Если тебя это не устраивает, мы распрощаемся прямо сейчас. Меня не интересуют серьезные отношения.

— Я прекрасно знаю о твоем отношении к обязательствам.

Ища вчера информацию о Джо в Интернете, она то и дело натыкалась на бесчисленные снимки, на которых он был запечатлен с фотомоделями, актрисами и светскими львицами. Женщины на всех фото были разные, что свидетельствовало о непостоянстве Джо.

— До тех пор, пока ты об этом помнишь, — ответил он, — никаких проблем не возникнет. — От его чувственной улыбки ее сердце учащенно забилось. — В это время года Флоренция очень красива. У меня есть вилла в горах, где мы сможем удовлетворять наши сексуальные фантазии. Поверь мне, за те десять лет, что мы не виделись, у нас обоих их достаточно накопилось. — Он убрал пряди волос с ее лица. — В детстве нам было весело вместе. Сейчас нам может быть еще веселее.

Иззи сглотнула. Его нежное прикосновение к ее щеке сделало нарисованную им перспективу еще более заманчивой.

— Ты дашь деньги театру в любом случае? — осторожно спросила она.

— Я уже сказал тебе…

— Хорошо. Тогда мой ответ «да», — перебила его Иззи, положив руки ему на плечи. — Я принимаю твое предложение.

Да, Джо Гамильтон очень опасен. Но опасность может быть такой увлекательной. Сейчас авантюризм победил в ней осторожность. Она была как Алиса, впервые увидевшая Страну чудес. Испытывала одновременно радостное волнение и страх.

Джо обнял ее за талию:

— Значит, договорились.

Только Иззи поднялась на цыпочки, чтобы скрепить их соглашение поцелуем, как у нее за спиной раздался сдавленный смешок.

— Тебе придется отложить это на потом, Гамильтон, — произнес незнакомый мужской голос.

Повернувшись, Иззи увидела полного пожилого мужчину в униформе пилота.

— Мы взлетаем через десять минут, — сказал тот, снисходительно улыбнувшись ей. — Простите, мисс, но нам с Джо нужно в последний раз проверить оборудование.

Еле слышно выругавшись, Джо отстранился от нее:

— Иззи, это Джеймс Брайсуайт, второй пилот и страшный зануда.

Иззи пожала мужчине руку. Только затем до нее дошел смысл слов Джо.

— Ты сказал «второй пилот»?

— Совершенно верно, — небрежно бросил Джо и чмокнул ее в кончик носа. — Тебе лучше пристегнуть ремни.

— Подожди-ка. — Она схватила его за руку. — Не хочешь ли ты сказать, что этой штуковиной будешь управлять ты сам?

Внезапно роскошный салон реактивного самолета начал казаться Иззи камерой смерти. Перед ее внутренним взором возник образ юного Джо, мчащегося на предельной скорости на своем мотоцикле с ней в качестве пассажира. Он любил скорость и не знал, что такое осторожность. Судя по всему, с тех пор это не изменилось.

Увидев испуг на ее лице, Джо улыбнулся:

— Я квалифицированный пилот, Изадора. Налетал добрых сто часов. — Он нежно погладил ее по щеке. — Доверься мне. Со мной ты в полной безопасности.

С этими словами он открыл дверь и исчез в кабине.

Садясь в кресло и пристегивая ремень, Иззи была абсолютно уверена, что, несмотря на все недостатки Джо, на этот раз она может доверить ему свою жизнь.

После мягкой посадки в Пизе два часа спустя Иззи была вынуждена признать, что в небе Джо ведет себя осторожно. Но когда на стоянке аэропорта он усадил ее в «феррари» с открытым верхом, а затем помчал по залитым солнцем проселочным дорогам, она с бешено колотящимся сердцем подумала, что на земле он такой же лихач, как и раньше.

Скорость была оглушительной, и они не разговаривали. Таким образом, Иззи получила больше времени на раздумья.

То, на что она согласилась, унизительно. Что заставило благоразумную бизнес-леди бросить все дела и поехать в другую страну с мужчиной, который обещал ей всего лишь несколько ночей умопомрачительного секса?

Но, как следует все обдумав, Иззи пришла к заключению, что у нее не было выбора. Потому что Джо прав. Они должны закончить то, что начали десять лет назад, и продолжить жить дальше.

После того как она потеряла невинность с Джо, у нее было два бойфренда. Оба романа закончились расставанием по обоюдному согласию. Тогда она объясняла это тем, что Джонни и Сэм появились в ее жизни в неподходящее время, когда главным приоритетом для нее была карьера. Но сейчас она знала правду.

В ее отношениях с обоими не хватало вспышки сексуальной энергии, которую она почувствовала сегодня. Секс никогда не был для нее самой важной частью отношений, но в постели она непроизвольно сравнивала своих бойфрендов с Джо. В обоих случаях сравнение было не в их пользу. Наверное, дело было в каком-то глубинном инстинкте, который выбрал для нее в качестве идеального партнера Джо. А может, в том, что он был ее первым мужчиной.

В чем бы ни заключалась проблема, ее необходимо решить. В противном случае ей, возможно, никогда не удастся построить долгие прочные отношения ни с одним мужчиной. Такие, о которых она мечтала с юного возраста. Такие, которые связывали ее родителей до преждевременной смерти ее отца. Она почти уже потеряла надежду.

Таким образом, она согласилась поехать с Джо во Флоренцию не из-за обещанного им умопомрачительного секса. Она надеялась, что эта поездка поможет ей избавиться от его влияния на нее, забыть о нем и обрести свободу, чтобы быть готовой к встрече с настоящей любовью.

Ее сердце все еще учащенно билось, когда Джо свернул с узкой мощеной дороги, ведущей в горы, на подъездную аллею. В воздухе витал аромат лимонов. Наконец они остановились рядом с прекрасной темно-розовой виллой во флорентийском стиле. В центре круглого переднего двора находился большой фонтан, украшенный двумя скульптурами обнаженных нимф.

Иззи знала не понаслышке, как живут состоятельные люди. Ведь она сама прожила много лет в богатом доме, где работала ее мать. Тогда почему у нее перехватило дух?

Джо вышел из «феррари» и помог ей выбраться. Когда они подошли к дому, резная дубовая дверь отворилась и навстречу им вышла приятная пожилая женщина, которую звали Карлотта. Джо представил ей Иззи и тут же принялся что-то обсуждать со своей экономкой по-итальянски.

Волнение Иззи усилилось. Как странно. Она знала, что он бегло говорит по-итальянски. Возможно, на нее подействовала его энергичная жестикуляция. Сейчас он меньше всего похож на замкнутого, молчаливого Джо, которого она знала когда-то.

Она старалась подавить чувство неловкости, но, когда Джо начал показывать ей дом, оно лишь усилилось.

Мебели было немного, но дорогие предметы ручной работы сочетались с открытой средиземноморской планировкой. Вопреки всем ожиданиям, роскошь не придавала этому месту, холодный неприступный вид. Яркие ковры на полу в просторной гостиной, буйные растения в горшках и стопки залистанных журналов, посвященных архитектуре и дизайну, делали комнату по-домашнему уютной.

Джо открыл стеклянную дверь, и они вышли на веранду с видом на сад и долину внизу. У подножия горы вдалеке раскинулась, подобно ковру с причудливым узором, Флоренция с извилистой серебряной лентой реки Арно. Иззи разглядела справа Понте-Веккьо, где сейчас наверняка множество туристов скрывается от послеполуденного зноя. Она еще больше обрадовалась легкому бризу, ласкающему кожу.

Окинув взглядом сад, она увидела на одном из ярусов большой бассейн с голубой водой.

— Ничего себе, — восхищенно прошептала она.

Кто бы мог предположить, что неуправляемый мальчишка из ее детства однажды создаст подобную красоту?

— Что ты думаешь? — спросил Джо.

Повернувшись, Иззи обнаружила, что он стоит рядом с ней, засунув руки в карманы джинсов. На его щеке дернулся мускул. Означает ли это, что ему важно ее мнение?

«Не будь идиоткой».

Ему безразлично, что она думает. Скорее всего, она приняла желаемое за действительное. Он прекрасно знает, что его дом великолепен. А она прекрасно знает, что она всего лишь одна из многочисленных женщин, которых он сюда приводил.

Иззи прокашлялась:

— Думаю, что у тебя отличный вкус. — Она снова посмотрела на живописную панораму. — По-моему, называть это место виллой неправильно. Слово «рай» подходит для него куда больше.

Его руки легли ей на талию. Прижавшись грудью к ее спине, он начал ласкать губами нежную мочку ее уха.

— Учитывая то, о чем я сейчас думаю, «потерянный рай» — самый подходящий вариант, — сказал он.

Иззи рассмеялась, но затем до нее дошел смысл его слов, и ей стало трудно дышать. До сих пор она не думала, что будет заниматься с Джо любовью в его доме. Это все усложняло.

— Почему бы нам не перейти теперь к осмотру моей спальни? — произнес он шутливым тоном, за которым ясно угадывались его намерения. — Я бы с удовольствием узнал, что ты думаешь об… — он поцеловал мочку ее уха, — об увиденном.

Она вспомнила, как выглядит обнаженный Джо, и между ее бедер что-то запульсировало. Ее охватила паника.

«Я еще не готова. Пожалуйста, только не сейчас».

Иззи резко повернулась в его объятиях.

— Может, лучше поедем смотреть достопримечательности? — спросила она, злясь на себя за высокие нотки в голосе.

Его брови резко взметнулись.

— Смотреть достопримечательности? Ты говоришь серьезно?

— Да. Я обожаю смотреть достопримечательности, — твердо сказала она. — Я никогда прежде не бывала во Флоренции, и мне не терпится по ней прогуляться. Мы могли бы поужинать в городе. — Несколько часов передышки — вот что ей сейчас необходимо. — Я никогда раньше не бывала в Италии, — продолжила она, не обращая внимания на хмурое выражение его лица. — Я слышала, что во Флоренции одни из лучших ресторанов в Италии.

«Какого ч…?»

Джо без труда разгадал тактику Иззи. Заметив, как затвердели ее соски под одеждой, он чуть не завыл от разочарования.

Разве они не договорились обо всем в самолете?

Он готов приступить к своей главной цели прямо сейчас. Если бы ему не нужно было управлять самолетом, он занялся бы с ней сексом на высоте в несколько тысяч ярдов.

Засунув руки в карманы, Джо постарался сохранить невозмутимое выражение лица. Впервые ему захотелось спросить, о чем думает женщина, но он не стал этого делать. Иззи вряд ли дала бы ему честный ответ.

— Конечно. Никаких проблем, — спокойно сказал он, решив ей подыграть. — Я знаю одно славное местечко неподалеку от площади Республики. Их bistecca fiorentina просто божественен.

Кроме того, непринужденная атмосфера ресторана поможет ей расслабиться.

— Ты уверен? — удивленно спросила Иззи, заставив его улыбнуться.

— Да. Я не прочь прогуляться по городу, — солгал Джо, подавив разочарование.

Тут ему пришла в голову одна идея. Их прогулка может стать интереснее, чем он думал. Он еще шире заулыбался:

— Мы поедем на моей «веспе». Мой механик Марио недавно ее отремонтировал, так что теперь она как новенькая.

— Скутер? — Ее лицо приняло такое же удивленное выражение, как в самолете. — Ты ездишь на скутере? Тебе не кажется, что это не самый подходящий вид транспорта для герцога?

Он провел пальцем по ее щеке, и на ее коже проступил румянец.

— Хочешь сказать, что все герцоги должны быть напыщенными снобами? Ни один здравомыслящий флорентинец не поедет в город на автомобиле. Скутер — более подходящий вид транспорта.

Как все местные жители, он будет гнать на предельной скорости, и ей ничего другого не останется, кроме как крепко обхватить его за пояс, чтобы не упасть.

Не переставая улыбаться, он окинул взглядом ее наряд:

— Думаю, тебе будет удобнее в джинсах. Надень их, если они у тебя с собой. Я распорядился, чтобы твой чемодан отнесли в мою спальню. — Он указал ей на чугунную лестницу в дальнем конце веранды. — Поднимись по ней и окажешься на балконе моей спальни. Я пойду в гараж за скутером. Встретимся у главного входа.

Когда они сюда вернутся, ей вообще не понадобится одежда.

После ухода Джо Иззи поднялась наверх и еще немного полюбовалась живописным видом. Пройдя в спальню, она сразу обратила внимание на огромную кровать красного дерева. При мысли о предстоящей ночи, которую они с Джо на ней проведут, ее охватило волнение.

Быстро переодевшись в джинсы и просторную белую блузку, она расчесала волосы и подправила макияж. Волнение все не проходило.

Когда-то Иззи думала, что знает Джо. Она понимала его, а от понимания до любви всего один короткий шаг. Она рано потеряла отца и нуждалась в мужском одобрении.

Даже когда они были детьми, она видела в Джо какую-то загадку. Он всегда был замкнутым и никогда не говорил о себе.

Она часами рассказывала ему о своих надеждах и мечтах, о своей матери, о школьных друзьях, о любимых телепередачах. Джо слушал ее болтовню, но никогда не делился с ней самым сокровенным. Она понятия не имела, что он интересуется дизайном. Именно поэтому она так удивилась, узнав, что он стал всемирно известным архитектором.

В юности десять месяцев в году он проводил с матерью в Риме, но об этом времени Иззи также ничего не было известно.

В школьные годы Иззи, как и большинство девчонок ее возраста, боготворила Клаудию Лоренцо. Ослепительно красивая актриса, вышедшая из миланских трущоб, часто появлялась на телеэкранах и страницах светской хроники в связи со своими скандальными романами и браками с богатыми и влиятельными мужчинами. Неудивительно, что Иззи поначалу засыпала Джо вопросами о его матери.

Джо всегда отказывался говорить о Клаудии, и в конце концов Иззи перестала его расспрашивать и сочинила для себя романтическую историю, объясняющую его молчание.

Расправив плечи, Иззи провела ладонями по жесткой ткани своих новых джинсов. Почему бы ей не использовать эту неделю, чтобы попытаться развеять ореол таинственности, окружающий Джо? Чтобы наконец удовлетворить свое любопытство? Она всегда хотела знать, почему Джо такой противник отношений с обязательствами. Почему-то она думала, что, когда получит ответ, его власть над ней навсегда исчезнет.

Конечно, прогулки по прекрасной столице Тосканы и эротические удовольствия будут отвлекать ее от поставленной цели, но она никогда не пасовала перед трудностями. В театре она привыкла делать несколько дел одновременно, справится и в этот раз.

Таким образом, она хорошо проведет время, избавится от сексуальной зависимости от Джо и подготовится к встрече с главной любовью своей жизни.

Глава 6

— Скажи, почему ты так боишься обязательств?

Застигнутый врасплох неожиданным вопросом Иззи, Джо поперхнулся дорогим вином и закашлялся. Он поставил бокал на стол и промокнул губы салфеткой.

— Иззи, я только что съел полфунта жареной говядины. Ты хочешь, чтобы у меня началось несварение? — отшутился он, хотя ему было не до смеха.

До сих пор все так хорошо шло. Их экскурсия по городу оказалась не такой утомительной, как он ожидал. Он забыл, что Иззи не только чертовски сексуальна, но также весела, остроумна и любознательна.

Она немного нервничала и потому, с тех пор как они покинули виллу, почти не умолкала. Удивительно, но этот односторонний разговор не вызвал у него раздражения. Напротив, он пробудил приятные детские воспоминания. Еще в детстве он усвоил, что даже если есть что сказать, лучше держать рот на замке, поэтому привык быть молчаливым слушателем. Он вспомнил, что когда-то непринужденная болтовня Иззи доставляла ему удовольствие.

Она затихала, лишь когда он гнал на своей «веспе» от одной достопримечательности до другой. Чтобы не упасть, ей приходилось крепко держать его за пояс, что вызывало у него другого рода воспоминания.

Ее мягкая грудь прижималась к его спине, сводя его с ума, и он почувствовал невероятное облегчение, когда остановился рядом с галереей Уффици. Он нуждался в передышке и поэтому с радостью пошел смотреть произведения искусства.

Но когда он шел по галерее, держа Иззи за руку, и отвечал на ее бесконечные вопросы, произошло нечто странное. Когда он заметил, как просветлело ее лицо при виде «Весны» Боттичелли, когда услышал ее восторженный вздох, вызванный неземной красотой «Венеры» Тициана, он обнаружил, что сам начинает получать удовольствие.

До этого он несколько раз приводил сюда женщин, но ни одна из них не оказалась такой восприимчивой к искусству, как Иззи.

За ужином она с аппетитом поглощала сочный стейк, делясь с Джо впечатлениями от увиденного. Глядя, как она слизывает капли соуса с полной нижней губы, он почувствовал, что внутри его начал разгораться огонь желания.

Ему вдруг расхотелось разговаривать. Тем более обсуждать свою самую нелюбимую тему.

В ответ на неприятный вопрос Иззи он попытался отшутиться, но она продолжила свое наступление.

— Ты с твердой убежденностью заявляешь, что никогда не женишься, — произнесла она, глядя ему в глаза. — Тебе не кажется это странным для мужчины твоего возраста?

— Мне тридцать один год, — раздраженно ответил он. — По-моему, до пенсии еще далековато.

— Я знаю, но разве это не тот возраст, когда большинство мужчин остепеняются, заводят детей?

Все! К черту тактичность! Его терпение лопнуло. Пора переходить в наступление.

— А тебе какое до этого дело? Или, может, ты ждешь, что я сделаю тебе предложение?

Вместо того чтобы обидеться, Иззи рассмеялась:

— Надо же какое самомнение! Да с таким страхом перед обязательствами тебя вряд ли можно назвать завидным женихом.

— Рад это слышать, — пробормотал Джо. К его большому удивлению, ее слова задели его, вместо того чтобы доставить удовольствие.

Иззи подалась вперед и подперла голову рукой:

— Мне просто любопытно, что тебя так решительно настроило против настоящих отношений?

— У меня бывают настоящие отношения, — ответил он, не понимая, почему защищается. — Как, по-твоему, можно охарактеризовать наши отношения?

Она рассмеялась, и ее голубые глаза озорно заблестели в свете свечи.

— Они ненастоящие.

— Очень смешно, — сухо ответил Джо.

Подозвав официанта, он попросил принести счет. Когда молодой человек удалился с их пустыми тарелками, Джо взял свой бокал и допил вино.

— Давай вернемся на виллу и выясним, насколько они ненастоящие.

Видя в глазах Джо решимость и блеск желания, Иззи с трудом сдерживала ответную реакцию.

Всякий раз, когда рука обхватывала ее локоть или ложилась ей сзади на талию, всякий раз, когда он что-то шептал ей на ухо или его взгляд скользил по ее фигуре, она все сильнее возбуждалась, и Джо определенно это знал.

Сейчас, сидя за столиком в уютном ресторанчике, он пожирает ее взглядом, но она не позволит ему отвлечь ее от темы разговора. По крайней мере, не сейчас.

— В чем дело, Джо? Неужели ты не знаешь, почему ты не способен создать серьезные отношения?

Не сводя с нее полных желания глаз, он забарабанил пальцами по столу.

— Дело не в том, что я не могу. — Поставив локти на стол и наклонившись вперед, он уверенно заулыбался. — Я не хочу. — К чему утруждаться, если они все равно закончатся разрывом?

— Что тебя заставляет так думать? — спросила она, удивленная горечью, прозвучавшей в его голосе.

— Люди сходятся друг с другом под действием животного инстинкта, — цинично сказал Джо. — Но половое влечение непродолжительно. В конце концов они начинают ненавидеть друг друга, хотя и притворяются, что это не так. — Он взял ее руку и нежно провел большим пальцем по жилке пульса. — Такова человеческая природа. Самое главное в отношениях — это секс. Некоторые прикрываются красивыми признаниями и обещаниями, но я не собираюсь этого делать.

Уверенность, с которой он это произнес, потрясла Иззи. До сих пор вечер был просто сказочным. Надо же ей было его испортить своим дурацким вопросом. Но назад дороги уже нет. Ей следует довести начатое до конца.

Она отдернула свою руку:

— Все это очень интересно, Джо. Но как насчет любви? Как насчет тех случаев, когда две половинки находят друг друга и живут в любви и согласии, пока смерть не разлучит их?

— Неужели ты все еще веришь в эти романтические сказки? — усмехнулся Джо.

— Да, верю. У моих родителей было именно так, — ответила Иззи, чувствуя, что начинает закипать. — Они обожали друг друга. Мама до сих пор с нежностью говорит о папе, хотя он умер двадцать один год назад.

— Случай твоих родителей скорее исключение, чем правило, — мрачно бросил он.

В его тоне она услышала горечь и сожаление, и ее гнев сразу улетучился.

— Что заставляет тебя думать, что твои родители правило, а не исключение?

Джо напрягся, и она поняла, что попала в точку. Ее догадка подтвердилась. Джо скептически относился к браку из-за неудачного опыта своих родителей.

Хотя Гамильтоны развелись за три года до того, как Иззи и ее мать поселились в Холле, их скандальный разрыв еще много лет служил главной темой для сплетен в Гамильтон-Кросс.

Клаудия Лоренцо, итальянская кинодива, и Чарльз Гамильтон, английский герцог, красавец, известный своими любовными похождениями, много лет выясняли отношения на глазах общественности, прежде чем Клаудия навсегда уехала в Италию, забрав с собой их девятилетнего сына. Жестокая борьба за право опеки над ребенком постоянно обсуждалась на страницах английской и итальянской прессы. Иззи никогда не понимала, почему герцог, который так грубо обращался с Джо во время его летних визитов, боролся за сына в суде.

В подростковом возрасте Иззи романтизировала непростые отношения Джо с отцом. Считала его одиноким бунтарем, которому не хватало любви. Кем-то вроде Хитклифа из «Грозового перевала».

Сейчас она понимала, что в детстве его жизнь была настоящим кошмаром, и это послужило причиной его негативного отношения к обязательствам.

— Твои родители были эгоистами. Они не любили друг друга, — сказала Иззи и мысленно добавила: «И тебя». — Но это не означает, что ты до конца жизни должен быть один.

Раздраженно застонав, он швырнул на стол салфетку:

— Смени пластинку, Иззи. Ты не знаешь, о чем говоришь.

Она надеялась получить вовсе не такой ответ, но так легко сдаваться не собиралась.

— Я знаю достаточно, — возразила она. — Мы с матерью слышали, как твой отец на тебя кричал, как унижал тебя. Я видела, как сильно это тебя расстраивало, — продолжила она, несмотря на мрачное выражение его лица. — В тот вечер, когда я нашла тебя в саду, я знала, что вы с ним серьезно повздорили. Ты выглядел таким расстроенным. Таким…

Заметив, как на его щеке дернулся мускул, Иззи замолчала. Он отвернулся, и в этот момент она поняла то, что ей следовало понять много лет назад.

— Вот почему ты нуждался во мне тем вечером. Вот почему мы занимались любовью, — мягко сказала она, почувствовав, как к горлу подступил комок. — Потому что твой отец сказал тебе что-то ужасное.

Джо снова повернулся к ней лицом. Глаза его сверкали, и она поняла, что задела его за живое.

То, что сказал ему отец, заставило его искать утешения у другого человека. И обстоятельства сложились таким образом, что этим человеком оказалась она.

Это открытие не должно иметь для нее значения сейчас, десять лет спустя, но почему-то имеет. Все эти годы она думала, что их близость была ужасной ошибкой, вызванной ее незрелыми фантазиями. На самом деле в тот вечер она действительно была ему нужна. Только не для того, для чего она думала.

— Мы не занимались любовью, — отрезал Джо. — Мы занимались сексом.

Иззи никак не отреагировала на эти слова.

— Что он тебе сказал? — прямо спросила она.

— Какое имеет значение, что он сказал? Это было миллион лет назад.

И все же, несмотря на прошедшие годы, он, очевидно, до сих пор испытывает боль.

— Черт побери. Ты ведь от меня не отстанешь, правда?

Она покачала головой:

— Нет, не отстану.

— Ладно, будь по-твоему. Он мне сказал, что я не его сын. Что во время их брака Клаудия встречалась с дюжиной других мужчин. Что я ублюдок, продукт одной из ее побочных связей.

Его признание потрясло Иззи до глубины души.

— Должно быть, это было для тебя сильным ударом, — пробормотала она.

Получается, что Джо расплачивался за измены своей матери. Теперь ясно, почему герцог постоянно его унижал.

— Но почему он так яростно боролся за право опеки? Почему хотел, чтобы ты проводил летние каникулы у него?

— Ему нужен был наследник. — Джо пожал плечами. — Подозреваю, что ему доставляло удовольствие таскать Клаудию по судам.

Эти слова были произнесены холодным презрительным тоном, но Иззи услышала за ними мольбу маленького мальчика, страдавшего по вине людей, которые должны были любить его больше всех на свете.

— Джо, мне так жаль. — Она накрыла его ладонь своей и слегка сжала.

— Здесь не о чем жалеть, — ответил Джо, отдергивая руку. — Для меня это не имеет значения. Знаешь, в тот вечер я даже почувствовал некоторое облегчение. До тех пор я никак не мог понять, почему мне не удавалось угодить герцогу.

Он солгал. Для него это имеет значение. Всегда имело. Всякий раз после перебранки с отцом Джо ходил как в воду опущенный. Она видела боль и обиду, которые он так отчаянно пытался спрятать за показным безразличием. Видела, как несчастен он был в тот вечер.

Неудивительно, что ему так трудно поверить в то, что любовь существует. Что брак может быть счастливым.

Его глаза внезапно сузились.

— Прекрати немедленно. — Вскочив с места, он бросил на стол несколько банкнотов.

— Прекратить что?

Иззи ахнула, когда он схватил ее за запястье и заставил подняться со стула.

— Прекрати устраивать мне сеанс психоанализа, — бросил он через плечо, направляясь к выходу и таща ее за собой.

— Я не устраиваю тебе сеанс психоанализа, — ответила она, запыхавшись. — Я просто пытаюсь понять, почему…

— Здесь нечего понимать. — Выйдя на улицу, он резко остановился. — Я хотел тебя, а ты хотела меня. В нашей близости не было ничего особенного, кроме того, что ты оказалась девственницей. Если бы я понял это раньше, поверь мне, я бы никогда к тебе не прикоснулся, как бы велико ни было искушение.

Ну почему ему так трудно признаться, что он в ком-то нуждался, пусть даже совсем недолго?

— Хорошо, — уступила она, — но я по-прежнему нахожу трогательным, что…

— Не продолжай. — Он остановил ее, подняв руку. — Потому что это не так.

Они подошли к скутеру.

— Тем вечером нас связывала лишь животная страсть. — Сняв с ручки один из шлемов, он протянул его ей. — Залезай на скутер. Поедем на виллу делиться друг с другом животной страстью.

— Перестань мне приказывать, — ответила она, не взяв у него шлем. — Что, если я скажу, что мне не нужна твоя животная страсть?

— Ты солжешь, — уверенно произнес он, вставляя ключ в замок зажигания. — У тебя есть десять секунд на размышление. — Он поставил ногу на педаль. — Либо мы вернемся на виллу и займемся сексом в моей спальне, либо я овладею тобой у стены ресторана. Выбирай.

— Я не сяду на твой скутер! — крикнула она, чувствуя, как соски начинают предательски ныть под одеждой.

— Десять…

— Да как ты смеешь… — Ее щеки вспыхнули.

— Девять.

«Должно быть, он шутит».

— Восемь…

— Я не уличная девка, которую ты снял на углу!

Его темная бровь изогнулась.

— Семь…

Ее сердце бешено заколотилось.

— Шесть…

— У тебя завышенное…

— Пять…

— …мнение о твоей сексуальности.

— Четыре… — Джо свесил кисть руки с ручки скутера. — Три…

— Как будто ты действительно можешь заставить меня делать это в общественном месте.

— Два… — Он приподнялся на скутере, напомнив ей тигра, готовящегося к прыжку.

Она хлопнула ладонями по своим бедрам:

— Какого черта…

— Один…

«О боже!»

Иззи вмиг забралась на сиденье позади него и вцепилась в его футболку.

— Хорошо. Будем считать, что этот раунд остался за тобой.

Джо рассмеялся, и она облегченно вздохнула:

— Но я еще не закончила наш…

В этот момент скутер так резко дернулся с места, что ей пришлось крепко обхватить Джо за пояс, чтобы не упасть.

— Ты самодовольный сексуально озабоченный…

Ее протест потонул в реве мотора.

Через пятнадцать минут они уже были на вилле. Схватив Иззи за руку, Джо потащил ее наверх. Они оба молчали. Иззи была слишком возбуждена, чтобы помнить, почему она так сопротивлялась перед рестораном.

Едва они вошли в спальню, как он в считаные секунды избавил их обоих от одежды и надел предохраняющее средство.

— Больше никаких промедлений. Здесь нечего понимать. — Приподняв ее, он раздвинул ей ноги, и она обхватила ими его талию. — Нам нужно только это.

— Почему мы не можем нормально поговорить?

Прижав ее спиной к холодной двери, он встретился в ней взглядом в полумраке:

— Позже, Изадора. Мы заняты.

В следующую секунду он стремительным рывком вошел в нее.

«Хорошо. Позже так позже», — пронеслось в ее затуманившейся голове, и она задвигалась с ним в одном ритме.

Прошло много времени, прежде чем они, вспотевшие и изможденные, рухнули на огромную кровать.

— Мы когда-нибудь будем делать это медленно? — пробормотала Иззи, положив голову ему на плечо. Все ее тело болело. Еще немного — и ей пришлось бы молить Джо о пощаде.

Джо мягко рассмеялся и пошлепал ее по ягодицам:

— В следующий раз. Обещаю. Теперь отдыхай.

Ее тяжелые веки опустились.

— Иззи, что же мне с тобой делать?

Несмотря на усталость, она услышала смущение в его голосе, и ее сердце затрепетало.

«Стань снова моим другом, Джо», — подумала она, погружаясь в блаженный сон.

Глава 7

— Просыпайся, Спящая красавица. Тебе следует уйти с солнца, иначе ты получишь ожоги.

Приоткрыв глаза, Иззи увидела Джо, стоящего рядом с ее шезлонгом. В льняных брюках и рубашке с открытым воротом он, как всегда, великолепно выглядел.

— Ты уже вернулся? — Она зевнула и лениво потянулась.

После завтрака Джо уехал в город на деловую встречу, и она решила поплавать в бассейне и позагорать. Ее удивило, что он так рано вернулся.

Джо опустился на корточки, и их глаза оказались на одном уровне.

— Меня не было больше двух часов. — Протянув руку, он коснулся пальцем кончика ее носа. — Твоя кожа порозовела. Как бы ожогов не было.

— Сколько сейчас времени? — пробурчала она, стараясь не обращать внимания на прилив радости, вызванный его беспокойством.

Несмотря на все заверения Джо в том, что их связывает только животная страсть, Иззи чувствовала, что за эти несколько дней они снова стали друзьями.

Если первый день, когда они осматривали достопримечательности, был сказочным, вчерашний доставил ей еще большее удовольствие. Они посетили знаменитый ресторан на Меркадо Централ. Джо смеялся над ее попытками заказать еду по-итальянски. После этого он показал ей удивительные мозаики в романской базилике Сан-Миниато аль Монте. Вечером они смотрели в кинотеатре под открытым небом фильм «Сладкая жизнь».

Все это время он был очаровательным, остроумно шутил, с воодушевлением рассказывал о своей работе и красивом городе, в котором живет.

Он не говорил о своем прошлом, но она и не настаивала. Зачем омрачать их возрожденную дружбу?

Джо посмотрел на часы.

— Уже начало второго, — ответил он. — Самое жаркое время дня.

— О… — Она проспала больше часа. Хорошо, что перед этим она намазалась солнцезащитным кремом. — Не понимаю, почему ты так на меня смотришь. Это все твоя вина.

— Как так?

— Это ты уже несколько дней не даешь мне спать, — поддразнила его Иззи, хотя это было недалеко от правды. За эти дни она занималась любовью чаще, чем со своими бывшими бойфрендами за несколько месяцев их отношений.

— Сколько времени ты провела на солнце? — спросил Джо. — Ты намазалась кремом?

Иззи широко улыбнулась:

— Да, босс.

— Ничего веселого здесь нет, — серьезно сказал он. — У тебя очень светлая кожа. С солнечными ожогами не шутят.

— И это говорит человек, у которого, скорее всего, никогда их не было. — Она провела кончиком пальца по его загорелому мускулистому плечу. Джо, ты говоришь прямо как моя мать.

— Правда? — Его брови поднялись, губы медленно растянулись в улыбке.

— Да, — ответила Иззи, чувствуя, как внутри ее зарождается новая волна желания.

Она вскрикнула, когда Джо, подсунув одну руку ей под колени, а другую под спину, поднял ее с шезлонга.

— Что ты делаешь?

— Помогаю тебе охладиться.

Увидев, в каком направлении он ее понес, она начала вырываться:

— Нет. Не надо. Я сегодня уже плавала. — После часа, проведенного на солнце, вода покажется ей ледяной.

— Зато я еще не плавал.

Проигнорировав ее протесты, он остановился на краю бассейна и, полностью одетый, шагнул в воду.

— Это солнечный ожог или ты все еще краснеешь? — спросил Джо с дразнящей улыбкой.

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — ответила Иззи.

После купания в бассейне они сидели за столиком на веранде.

— Я понятия не имел, что ты умеешь так быстро бегать. — Налив стакан лимонада, он протянул его ей. — Я думал, ты собираешься установить мировой рекорд.

Иззи сделала большой глоток ледяного напитка в надежде, что это поможет ей унять волнение.

— В этом нет ничего смешного, — сухо ответила она. — Твоя экономка, наверное, считает меня шлюхой.

Только они собрались заняться любовью в бассейне, как появилась Карлотта, чтобы сообщить, что она приготовила для них ланч и накрыла стол на веранде. Иззи выскочила из бассейна, схватила полотенце и, прижав, его к обнаженной груди, помчалась в дом под смех Джо. Она до сих пор не могла избавиться от чувства стыда.

— Нет, не считает, — заверил ее Джо, отрезав кусочек телятины, запеченной в сыре, и отправив его в рот. — Она итальянка. Итальянцы не так помешаны на правилах приличия, как вы, британцы.

— Вы, британцы? Разве ты сам не являешься наполовину британцем?

Он улыбнулся:

— Когда речь идет о соблюдении норм приличия, я больше итальянец.

— И я тоже, — сказала она.

Рассмеявшись, Джо взял ее за руку:

— В знак уважения перед твоими британскими корнями предлагаю тебе пройти после ланча в спальню.

Когда его губы коснулись ее кожи, по ее телу пробежала дрожь желания. Ну почему она не может ему отказать?

На веранду вышла Карлотта с небольшим серебряным подносом, и она резко отдернула руку.

Взяв с подноса большой конверт, Джо поблагодарил экономку. Иззи тепло улыбнулась Карлотте. Та сделала в ответ то же самое. Судя по всему, пожилая женщина не осуждала то, чему недавно стала свидетелем. Наверное, она уже привыкла к подобному поведению Джо. Иззи вдруг почувствовала укол ревности и нахмурилась. Их отношения носят временный характер. Другие женщины Джо не должны ее волновать.

— Черт побери!

Повернув голову, она увидела, как он бросает в мусорную корзину карточку кремового цвета.

— Что такое? Плохие новости?

— Нет, — ответил он, продолжая есть. — Это ерунда.

Наклонившись, Иззи достала карточку из корзины. Текст, напечатанный причудливыми золотыми буквами, был на итальянском, но она смогла прочитать имя в его середине. Дата стояла сегодняшняя.

Почему Джо с такой яростью отреагировал на это с виду безобидное послание?

— Кто такой Карло Нико Лоренцо? — поинтересовалась она.

Джо поднял глаза. Лицо его было мрачным.

— Я же сказал, что это ерунда.

— Он твой родственник? — спросила она, проигнорировав его слова. — У твоей матери были братья и сестры?

— Карло — это малыш, которого они собираются крестить, — отрезал он, затем подался вперед и вырвал приглашение у нее из руки. — Он внук старшего брата Клаудии, которого тоже зовут Карло. — Он бросил карточку на стол. — Ты закончила есть?

— То есть он внук твоего дяди? — не унималась Иззи. Почему он никогда прежде не упоминал о своей итальянской родне?

— Да. — Он наклонил голову и сосредоточился на еде. Его нежелание говорить о своих родственниках было очевидным, но она не смогла сдержать любопытство. Взяв приглашение, она снова просмотрела текст, затем перевернула карточку и увидела несколько строчек, написанных корявым почерком. — О чем здесь говорится?

Он тяжело сглотнул, глаза его сузились.

— Знаешь, Иззи, иногда твоя настойчивость бывает очень утомительной.

Иззи промолчала, ожидая ответа на свой вопрос.

Недовольно фыркнув, Джо взял карточку и прочитал вслух: «Нам тебя не хватает, Джованни. Ты член нашей семьи. Пожалуйста, приезжай в этот раз». — Он снова швырнул приглашение в корзину. — Полный бред, учитывая, что я едва знаком с этим человеком.

— В этот раз? Как часто до сих пор они приглашали тебя на семейные торжества? — Совершенно очевидно, что он не был ни на одном из них. Возможно, даже не отвечал на письма.

— Не знаю. Сотни раз. — Он раздраженно вздохнул. — У Клаудии было пятеро старших братьев. У тех по несколько детей и внуков. Они почти каждую неделю что-нибудь отмечают.

— Где они живут? — Может, в другом конце Италии, и поэтому он никогда их не навещает?

— Примерно в часе езды отсюда, — ответил Джо. — У них ферма неподалеку от Сан-Джимиано. Кажется, они выращивают оливки. — Он устало посмотрел на нее. — Не хочешь сказать, почему тебя это так интересует?

Иззи вдруг охватил праведный гнев.

У нее самой не было никого, кроме матери. Она всегда мечтала о большой семье. О братьях, сестрах, кузинах, тетушках и дядюшках. Как и она, Джо тоже был единственным ребенком в семье. В детстве он был еще более одинок, чем она. Почему он до сих пор не воспользовался шансом, подаренным ему судьбой, и не познакомился со своей семьей?

— Ради бога, Джо, — сказала она, — почему ты к ним не едешь? Они же твоя семья.

— У меня нет семьи. Я с ними даже не знаком, — ответил Джо. — Они отреклись от Клаудии еще до того, как я появился на свет. Выбросили ее из своей жизни.

— Ты поэтому испытываешь к ним неприязнь? — спросила Иззи, потрясенная его безразличием. — Потому что они плохо обошлись с твоей матерью?

— Разумеется, нет! — В его голосе она уловила раздражение и еще что-то, чему не смогла подобрать название. — Думаю, она попортила им много крови. Я знаю, как ужасно жить рядом с ней, поэтому не осуждаю их за то, что они ее вышвырнули, — презрительно добавил он.

Значит, вот почему он никогда не говорит о своей матери.

— Ты расстроен из-за того, что они не хотели тебя знать, когда ты был ребенком? — осторожно спросила Иззи, пытаясь понять причину его враждебного отношения к родственникам. Почему он так упорно продолжает их игнорировать?

Отодвинув в сторону свою тарелку, Джо потянулся за графином с лимонадом и, налив себе немного в стакан, сделал глоток.

— Иззи, на случай, если ты еще этого не поняла, говорю: этот разговор меня не интересует.

— А меня интересует, — ответила она, не собираясь отступать. — Думаю, ты в чем-то их винишь. Но ты не должен. Это не…

— Я не виню их, — перебил ее Джо. Встав из-за стола, он подошел к перилам веранды. — Почему они должны меня любить? Я им никто, — произнес он безжизненным тоном, с такой силой вцепившись в перила, что костяшки пальцев побелели.

— Очевидно, что это не так, — сказала Иззи. — Иначе зачем им было приглашать тебя на крестины? Возможно, они…

— Они пытались, — снова перебил ее Джо. — Я встречался с Карло. Однажды. Он приходил в нашу квартиру в Риме. — Немного помедлив, он еле слышно продолжил: — Клаудии дома не было. Она отправилась на какую-то вечеринку, оставив меня одного.

— Сколько лет тебе тогда было? — мягко спросила Иззи.

После их первой ночи во Флоренции она старалась не видеть в Джо несчастного маленького мальчика, лишенного родительской любви. Не думать о том, как поведение родителей повлияло на его представления о браке. Но ей хотелось это узнать. Не из любопытства, а потому, что она за него переживала.

— Десять, — произнес он бесстрастным тоном, как если бы вся эта история не имела для него никакого значения.

Неожиданно Иззи пришла в голову ужасная мысль, и она едва сдержала слезы.

Джо никогда не называл своих родителей мамой и папой. Только Клаудией и герцогом. Даже в детстве. Теперь Иззи знала почему. Потому что они никогда для него не были настоящими матерью и отцом. Для них он был всего лишь орудием, с помощью которого они мстили друг другу.

Он не хочет жениться и заводить детей, потому что у него самого никогда не было настоящей семьи. Такой, где бы его любили и прислушивались к нему.

— Зачем приходил Карло? — спросила она.

Джо пожал плечами:

— Хотел повидать Клаудию. Пока мы вместе ждали ее возвращения, он рассказывал мне о своей семье, расспрашивал меня, как я живу, чем интересуюсь. Тогда я плохо знал итальянский, и его вопросы меня смущали. В конце концов она пришла домой. Как обычно навеселе. — В его голосе слышалось презрение. — Увидев Карло, она устроила скандал, вызвала полицию, и ему пришлось уйти. Больше он не приезжал, но через несколько месяцев начали приходить приглашения, адресованные мне. Клаудия их выбрасывала. Даже не позволяла мне их открывать. После ее смерти я ответил на несколько, указав причины, по которым не мог приехать. Очевидно, они не поняли намека и продолжают присылать мне приглашения. Теперь я на них даже не отвечаю.

— Думаю, тебе следует поехать на эти крестины. — Достав карточку из мусорной корзины, Иззи подошла к нему и положила руку ему на спину. — Повидать Карло. Познакомиться с остальными членами семьи.

Повернувшись, Джо посмотрел на карточку в ее руке, но не взял ее.

— Иззи, ради бога. — Лицо его было непроницаемым. — Неужели ты не слышала ни слова из того, что я сказал? Я не хочу туда ехать. Мне там не место, — пробормотал он.

Иззи прижала ладонь к его груди и почувствовала, как часто бьется его сердце.

— Ты ошибаешься. Ты не должен их бояться.

— С чего ты взяла, что я их боюсь, черт побери? — раздраженно бросил он, но Иззи услышала в его голосе панические нотки.

Он боится подпустить этих людей слишком близко. Боится им доверять.

Джо отвернулся, и ее сердце сжалось.

Каждый ребенок заслуживает, чтобы его любили таким, какой он есть, поддерживали его во всех начинаниях.

Эди всегда была радом с дочерью. Она хвалила Иззи после первого школьного спектакля, в котором та сыграла роль помидора. Утешала ее, когда та плакала из-за Джо. Помогла дочери осознать, что ее призвание не актерская работа, а управление людьми.

У Джо никогда не было ничего подобного. Он был абсолютно одинок. Отец постоянно к нему придирался, мать не уделяла ему внимания. Он выжил только благодаря тому, что держал свои переживания глубоко внутри и убедил себя в том, что ему не нужна любовь.

В детстве Джо нуждался в хорошем друге, нуждается и сейчас. В таком, который показал бы ему, что есть и другой путь.

— Они могут обогатить твою жизнь, Джо. Неужели ты этого не понимаешь?

Издав резкий смешок, он с притворной непринужденностью облокотился о перила.

— Зачем мне встречаться с родными Клаудии? Нам нечего друг другу предложить.

Иззи пристально посмотрела на него. Он ошибается. Он может много им дать и еще больше от них получить.

— Есть всего одна вещь, которая мне сейчас нужна. — Он забрал у нее приглашение. — И она никак не связана с этим посланием. — Он швырнул карточку на стол за ее спиной.

Взяв Иззи за талию, он притянул ее к себе и накрыл ее губы своими. Запустив пальцы в его волосы, она ответила на поцелуй. Она понимала, что таким образом он пытается завершить этот разговор, но не могла сопротивляться.

Он приподнял ее:

— Обхвати меня ногами за талию.

Сделав, как он велел, Иззи покрывала поцелуями его лицо до тех пор, пока он не отнес ее в спальню и не опустил на кровать. Сняв халаты с них обоих, он лег рядом с ней и поцеловал в губы. Его поцелуй был таким страстным, опасным и многообещающим, что ей хотелось кричать. Затем он просунул руку между ее бедер и раздвинул пальцами влажную складку.

— Меня так восхищает, что ты всегда готова меня принять, — промурлыкал он, когда она, застонав от удовольствия, выгнулась под ним дугой.

Не успела она сделать полноценный вдох, как он опустился поверх нее. Вцепившись ему в плечи, она раздвинула бедра и приняла его. Они закачались на волнах наслаждения, стремительно набирая скорость, пока наконец друг за другом не достигли экстаза.

Иззи дрожащими пальцами ерошила влажные волосы на затылке Джо. Внутри ее все по-прежнему трепетало после головокружительного марафона страсти.

Неужели это был всего лишь секс? Ей казалось, что она пережила землетрясение.

Джо поднял голову, но ничего не сказал. Лицо его выражало ошеломление. Неожиданно он вышел из нее, лег рядом и выругался себе под нос:

— Я забыл предохраниться. У нас могут быть проблемы?

Смысл его слов дошел до нее не сразу.

— Прости, что?

Прокашлявшись, он приподнялся на локте и навис над ней:

— Я забыл предохраниться. Когда у тебя должны начаться месячные?

— Э-э… — Она попыталась произвести в уме подсчеты.

— У тебя ведь сейчас не середина цикла?

— Нет. Они должны начаться со дня на день.

Джо опустился на подушки.

— Слава богу, — произнес он с нескрываемым облегчением.

— Здесь где-нибудь можно купить противозачаточные таблетки?

— Для этого тебе понадобится рецепт, — сказал Джо со знанием дела.

— О… — Она приподнялась в постели и, немного подумав, добавила: — Ничего страшного. Я могу купить их в Англии. Думаю, мне следует забронировать себе билет. — Они не обсуждали, когда она должна будет уехать. Почему они до сих пор не решили? — Я сейчас об этом позабочусь. — Свесив ноги с кровати, она подняла с пола свой халат.

Джо схватил ее за руку, когда она попыталась встать:

— Ты ведешь себя неразумно. Тебе нет необходимости бронировать билет. Ты можешь воспользоваться моим самолетом. — Он провел кончиком пальца по сгибу ее руки. — Но давай подождем до завтра.

Эти слова вызвали в ее сердце необъяснимый всплеск радости. Это глупо. В любом случае ей придется отсюда уехать. Чем скорее это произойдет, тем лучше.

— Но ведь мы договорились, что я проведу здесь всего пару дней. — Почему ей так не хочется уезжать?

Он убрал ей за ухо прядь волос:

— Мы совершили глупость, вот и все. Ты сказала, что это, возможно, ни к чему не приведет.

Ее сердце учащенно билось. Его глаза смотрели на нее с напряжением, которого она не видела в них раньше.

— Не беспокойся. Мы решим эту проблему, если понадобится, — заверил он, поглаживая ее по волосам.

Почему у нее возникло такое чувство, будто мир перевернулся и больше ничего уже не имеет смысла?

Положив руки ей на плечи, Джо заглянул ей в глаза:

— Давай не будем думать об этом сегодня. Иди оденься понаряднее. Предлагаю куда-нибудь съездить. — Он нежно поцеловал ее в лоб. — Это поможет нам отвлечься.

— Ты правда считаешь…

— Мы поедем туда, куда ты захочешь, — перебил ее Джо. — Выбор за тобой.

— Хорошо, — ответила Иззи, довольная тем, что сегодня ей не нужно уезжать.

Поспешив в ванную, она закрыла дверь и прижалась к ней спиной. Все будет хорошо. Они совершили глупую ошибку, но паниковать еще рано.

Она повернула медные краны, и большая ванна начала быстро наполняться водой. Взяв с полки банку с морской солью с ароматом лаванды, она насыпала немного в ванну.

Скоро их роман закончится, они расстанутся друзьями и забудут все плохое.

Когда она погрузилась в горячую ароматную воду, ей в голову пришла одна идея, и она улыбнулась.

Джо сказал, что она должна сама выбрать, где они проведут день. Итак, она знает, куда хочет поехать.

Что он, черт побери, натворил?

Джо лежал на кровати, уставившись на вентилятор на потолке.

Он занимался с Иззи незащищенным сексом. Он посмотрел в сторону ванной, откуда доносился шум льющейся воды.

Он сошел с ума?

До сих пор он никогда не забывал предохраняться. У него не было и нет абсолютно никакого желания становиться отцом. Он всегда предохранялся, даже если его партнерша принимала противозачаточные таблетки.

Но ни одна женщина до сих пор не будоражила так сильно его чувства, как Иззи. Наверное, именно поэтому сегодня он впервые забыл о контрацепции.

Своими расспросами о родственниках Клаудии, она задела его за живое, и ему нужно было заставить ее замолчать. Но как только его губы коснулись ее губ, внутри его разгорелся знакомый огонь, и он забыл обо всем, кроме своего желания обладать Иззи.

Это не было недосмотром. Это было безумием.

Поднявшись с кровати, он надел халат и запустил пальцы в волосы.

Как он такое допустил?

Что, если Иззи забеременеет? Он хорошо ее знает. Она ни за что не сделает аборт. Но ему не нужен ребенок. Он на собственном опыте знает, что такое быть нежеланным ребенком.

Почему он попросил ее остаться? Ему следовало немедленно отвезти ее в аэропорт, а оттуда на самолете его компании в Англию, чтобы она приобрела там необходимые медикаменты.

Все в этой женщине сводит его с ума. Сладковатый аромат ее волос, тембр ее голоса, сочувствие и понимание в ее ярко-голубых глазах.

Проснувшись рядом с ней сегодня утром, он испытал сильное радостное волнение, которое так его напугало, что он сбежал к себе в офис. Но ему не удалось сосредоточиться на работе, и он вернулся домой. Увидев Иззи, дремлющую на шезлонге под ярким солнцем, он испугался, что она могла получить ожоги. Однако это не помешало ему ее поднять и отнести в бассейн. Они занялись бы сексом, если бы не появление Карлотты.

Он испугался ни на шутку, когда она сообщила ему, что собирается забронировать билет до Лондона. Ему стоило больших усилий скрыть свой страх.

Чтобы устоять перед искушением залезть к ней в ванну, он решил принять душ в комнате для гостей.

Возможно, именно в этом и состоит проблема. Он не привык жить под одной крышей с женщинами, с которыми встречался. Когда Иззи уедет, он ее забудет, и жизнь вернется в привычное русло.

Поездка в город — именно то, что ему сейчас нужно, чтобы отвлечься.

— Куда ты хочешь поехать? — спросил Джо Иззи, когда они сели в его «феррари».

— Адрес указан вот здесь.

Когда Иззи достала из сумочки приглашение на крестины и зачитала адрес, он лишился дара речи.

— Ты был прав, — щебетала она. — Это действительно в Сан-Джимиано. Как ты и просил, я надела свое лучшее платье, так что мы можем ехать, — улыбнулась она, включив встроенную навигационную систему. — Мне запрограммировать навигатор?

Джо нажал кнопку на приборной панели и выключил его.

— Мы уже это обсуждали. Я туда не поеду, — решительно произнес он.

Вместо того чтобы начать дуться, Иззи пристально посмотрела на него.

— Ты сказал, что выбор за мной. Я решила поехать на крестины твоего кузена, — заявила она, дерзко вскинув свой очаровательный маленький подбородок.

— Он мне не кузен. — Ну почему она никак не может это понять? — Он ничего для меня не значит, как и все остальные родственники Клаудии.

— В таком случае почему ты так боишься нанести им визит?

— Я не боюсь. — Ее обвинения начали его раздражать.

— Тогда докажи это, — мягко сказала она.

Он открыл рот, собираясь послать ее ко всем чертям. Ему уже не десять лет, и его нельзя взять на слабо. Но затем он увидел в ее глазах сочувствие и понимание и сдержал грубые слова.

— Хорошо, мы съездим на эти крестины. — Он включил навигатор. — Но гарантирую, что тебе там будет скучно.

Пока он вводил координаты, она наклонилась и поцеловала его в щеку.

— Нет, не будет. И тебе тоже. — Она погладила его по бедру. — Ты никогда не забудешь этот день.

«Я знаю», — мрачно подумал он, заводя мотор.

Глава 8

Когда они свернули с извилистой горной дороги в сторону фермы Лоренцо, Иззи начала сомневаться в правильности своей задумки уговорить Джо поехать на крестины. Испугалась, вдруг его примут не так радушно, как она предполагала.

С каждой оставшейся позади милей, Джо становился все более напряженным. Он односложно отвечал на ее вопросы и ехал непривычно медленно. Она впервые увидела, как он нервничает, и его реакция заставила ее признать неприятную правду.

Что заставило ее думать, будто она имеет право вмешиваться в его жизнь? Джо никогда не вмешивался в ее. Их всего лишь связывают интимные отношения, которые скоро закончатся. Да, они друзья, но разве это дает ей право решать, что ему нужно?

— Джованни, mio ragazzo. Benvenuto alla famiglia.

Глядя на то, как пожилой мужчина сердечно приветствует давно потерянного племянника, Иззи едва сдерживала слезы.

Немного помедлив, Джо, облаченный в элегантный костюм, наклонился и позволил Карло Лоренцо обнять его и расцеловать в обе щеки. Мягко рассмеявшись, пожилой мужчина вцепился Джо в руку своими узловатыми пальцами. Все это время он беспрестанно что-то говорил по-итальянски. Иззи не поняла ни слова, но, судя по смущенному лицу Джо, Карло выражал свою радость по поводу его приезда.

Смахнув слезу, Иззи облегченно вздохнула.

Сейчас, наблюдая за тем, как родственники Джо тепло его приветствуют, все ее сомнения отпали.

— Вы ragazza Джованни, не так ли?

Повернувшись, Иззи увидела невысокую миловидную беременную женщину в ярком платье, улыбающуюся ей.

— Я Иззи Хеллиген, — быстро ответила она, не зная, что означает слово «ragazza». — Я подруга Джо, — смущенно добавила она. — Мне жаль, но я плохо говорю по-итальянски.

— В таком случае хорошо, что я отлично говорю по-английски, — ответила женщина, и ее глаза того же цвета, что у Джо, озорно заблестели. — Иначе мы не смогли бы посплетничать о моем потерянном кузене. Я София. Меня так назвали в честь Софи Лорен. — Она наморщила нос. — Как жаль, что у меня ее имя, а не фигура.

Иззи рассмеялась. София ей сразу понравилась.

— Когда должен появиться на свет ваш малыш? — спросила Иззи.

София нежно погладила свой выступающий живот:

— Через две недели. Но мой муж Альдо говорит, что это произойдет раньше. Двое наших сыновей родились раньше срока. Он так обо мне беспокоится.

— У вас все будет хорошо, — сказала Иззи, испытывая чувство зависти. Софи выглядит моложе ее, а у нее есть любящий муж, двое детей и третий на подходе.

«Что я делаю со своей жизнью?»

— Пойдемте. — София взяла ее за руку. — Мои сестры, тетушки и кузины велели мне вас привести.

Она увела ее от растерянного Джо, который поочередно обнимался с пожилыми мужчинами — остальными своими дядюшками.

— Они все хотят узнать о вас с Джованни, — заговорщически прошептала София. — Он как блудный сын, не так ли? — Она окинула Иззи взглядом с ног до головы. — Вы очень красивы. А мы очень любим посплетничать.

— О, мы с Джо не… — Иззи помедлила. — Мы не совсем… — Она снова помедлила. Ей не хотелось вводить Софию в заблуждение. — Здесь особо не о чем сплетничать, — неловко сказала она, оглянувшись через плечо на Джо, пытающегося поддерживать разговор с новообретенными родственниками. — Я чувствую себя предательницей из-за того, что оставила Джо одного. Ведь это я настояла на том, чтобы он сюда приехал.

— Джованни большой мальчик, — произнесла София, подведя ее к огромному столу, ломящемуся от аппетитных блюд. — К тому же он сейчас не один.

Собравшиеся за столом девушки и женщины разных возрастов глазели на Иззи с нескрываемым любопытством. Она чувствовала себя обманщицей.

— Мой отец больше двадцати лет ждал приезда il ragazzo perduto, — добавила София. — Теперь он его долго не отпустит. Но когда начнутся танцы, мы обязательно заберем у него Джованни и приведем к вам.

При упоминании о танцах Иззи улыбнулась. Странно, но она никогда раньше не танцевала с Джо.

Она ушла с Софией, проигнорировав мольбу, с которой на нее смотрел Джо. Внимание родственников пойдет ему на пользу. Возможно, он наконец узнает, что имеет первостепенное значение в жизни. Ее присутствие не должно его отвлекать. Она лучше постоит в сторонке и порадуется за него.

— Что означает il ragazzo perduto? — спросила она Софию.

Та тепло ей улыбнулась:

— Карло называет Джованни «потерянным мальчиком». Он переживает за него с тех пор, как много лет назад встретился с ним в Риме. Карло говорит, что Джованни одинок, и о нем некому заботиться. — Глаза Софии немного сузились. — Но, судя по тому, как вы на него смотрите, он, кажется, уже не одинок.

В ответ на это сердце Иззи бешено застучало.

— Давай потанцуем, Изадора.

Сильные пальцы схватили ее за локоть, и она повернулась:

— Привет, Джо. — Ее губы сразу же изогнулись в улыбке.

Он выглядел смущенным и усталым, но глаза его как-то странно блестели.

— Значит, тебе наконец удалось сбежать от твоего дяди? — весело произнесла она.

— Здесь нет ничего смешного, — пробурчал он. — Этот человек добрых два часа не давал покоя моим ушам. За это время я познакомился с большим количеством людей, чем за всю свою предыдущую жизнь. Причем все они мои родственники.

Он поприветствовал Софию и других женщин по-итальянски, но прежде чем кто-то из них успел ему ответить, схватил Иззи за руку и потащил на деревянный танцпол, установленный посреди оливковой рощи.

Начинало смеркаться, и маленькие лампочки в кронах оливковых деревьев, создавали романтическую атмосферу для танцующих пар.

— Представляешь, две престарелые тетушки ущипнули меня за щеку, словно я маленький мальчик, — продолжил он, поднявшись вместе с ней на танцпол. — Мне раз двадцать пришлось рассказывать историю моей жизни. — Он обнял Иззи за талию, и они начали покачиваться в такт музыке. — Троюродная сестра Элизабетта накормила меня качетори из кролика, которое я терпеть не могу.

Слушая его жалобы, Иззи едва сдерживала смех. Блеск в глазах выдавал его истинные чувства. Он выглядел усталым, но довольным. Она правильно сделала, уговорив его приехать сюда.

Она прижалась щекой к его груди.

— Я как выжатый лимон, — прошептал Джо ей на ухо, поглаживая ее обнаженную спину. — Единственное, благодаря чему я еще держусь, — это мысль о том, как ты заплатишь за мои мучения сегодня ночью.

Немного отстранившись, Иззи положила ладонь ему на щеку:

— Бедняжка Джо. Быть любимым тяжело, правда?

Он остановился посреди танцпола:

— Что ты сказала?

Из-за ярких лампочек позади него она не смогла разглядеть выражение его лица, но услышала настороженность в его голосе.

— Я сказала, что быть любимым тяжело, — произнесла она.

— Они меня не любят. Они хорошие люди и просто делают то, что считают своим долгом.

Они его любят. Как он мог этого не заметить?

Несмотря на душный вечер, Иззи бросило в дрожь.

— Мой отец хочет, чтобы я переводила, — произнесла София, когда Карло взял Иззи за руку. — Джованни сказал ему, что вы не очень хорошо говорите по-итальянски. Пока.

— Правда? — улыбнулась Иззи, несмотря на сильное волнение.

София улыбнулась в ответ. Карло что-то сказал мягким голосом, затем поднес руку Иззи к губам и галантно поцеловал.

София перевела его слова:

— Мой отец очень благодарен вам за то, что вы уговорили Джованни приехать сюда сегодня после того, как он столько лет был потерян для своей семьи. Он говорит, что вы прекрасны как снаружи, так и внутри, и надеется, что Джованни тоже это видит.

Слова пожилого мужчины смутили Иззи, и она почувствовала, что краснеет.

Повернувшись лицом к Джо, Карло взял его за руку и продолжил говорить. Иззи заметила, как напряглись плечи Джо, когда дядя потрепал его по щеке. В его голосе слышалась гордость, и к глазам Иззи подступили слезы.

— Мой отец говорит, что семья Лоренцо очень гордится Джованни, — переводила София. Ее голос слегка дрожал от волнения. — Гордится тем, как он распорядился своей жизнью, несмотря на мать, которая не имела права называться матерью. Карло говорит, что Джованни построил много красивых прочных зданий, которые долго простоят. — Сглотнув, София добавила: — Но он не должен забывать, что единственное, что остается с человеком до конца его жизни, — это его семья, и ему пора подумать о продолжении рода.

Увидев в глазах пожилого мужчины озорной блеск, Иззи тихо рассмеялась. Когда Джо начал отвечать своему дяде по-итальянски, она обратила внимание на его мягкий, спокойный тон и полное отсутствие привычного для Джо цинизма. Ее сердце наполнилось радостью. Что бы Джо ни говорил, эти люди ему небезразличны.

Когда они со всеми попрощались, Иззи положила ладонь себе на живот.

Что, если их ошибка привела к беременности? К ее большому удивлению, этот вопрос не вызвал у нее паники. Но она все равно прогнала эту мысль. Вероятность того, что она могла забеременеть, крайне мала. Кроме того, на сегодня и так уже достаточно волнений.

София проводила их до машины. Когда Джо сел за руль, она на прощание обняла Иззи.

— Обязательно приезжайте вдвоем на крестины моего малыша, — прошептала она, затем отстранилась и подмигнула Иззи. — А если Джованни последует совету моего отца, то, возможно, скоро мы все приедем на крестины к вам.

Забравшись в машину, Иззи начала энергично махать ей рукой, сдерживая слезы и стараясь не принимать всерьез ее слова. Их с Джо отношения носят временный характер. Это было ясно с самого начала.

Когда вся семья стала кричать им на прощание добрые слова, а дети побежали за их машиной, ее глаза все же увлажнились. Она всегда мечтала о большой дружной семье и сегодня наконец узнала, что это такое на самом деле.

— Все прошло не так уж плохо, — произнес Джо, выезжая на шоссе.

Прислонившись головой к дверце, Иззи положила руку себе на живот. Слова Софии никак не выходили у нее из головы.

— Ты сюда еще приедешь? — спросила она.

Немного помедлив, он пробормотал:

— Сомневаюсь.

Несмотря на такой ответ, губы Иззи изогнулись в улыбке. Она принимает желаемое за действительное или он уже не так уверен в себе, как обычно?

Подъехав к своей вилле, Джо заглушил мотор «феррари» и посмотрел на женщину, спящую на пассажирском сиденье. На крестинах Иззи была просто великолепна. Он даже не ожидал, что может так сильно в ней нуждаться.

Пока он общался со своими многочисленными родственниками, его взгляд инстинктивно выискивал ее среди собравшихся. Как только он замечал ее и их взгляды встречались, его пульс учащался, а чувство неловкости начинало ослабевать.

Когда Иззи взяла на руки виновника торжества, Джо удивился тому, как естественно она держится с чужими людьми, на языке которых даже не говорит.

— Из нее выйдет отличная мать, — прошептал ему на ухо Карло. — Она красивая и добрая.

Его дядя старомоден и сентиментален. Джо понадобилось немного времени, чтобы это понять. Как бы то ни было, слова Карло никак не выходили у него из головы.

Он продолжал смотреть на ее бледное красивое лицо, обрамленное рыжими волосами, на изящную кисть с длинными пальцами, лежащую на животе. Внезапно перед его внутренним взором нарисовался образ Иззи, носящей под сердцем его ребенка. Он представил себе ее налитую грудь с большими сосками, большой круглый живот. Боль желания пронзила его так неожиданно, что ему пришлось стиснуть зубы.

Тогда он сказал себе, что это всего лишь временное помешательство. Наваждение, которое он не может держать под контролем.

Он неподвижно сидел, пока не успокоился, затем взял Иззи на руки и отнес в спальню. Она даже не пошевелилась. Когда он начал ее раздевать, его снова стал преследовать образ Иззи, носящей его ребенка.

Он долго не мог уснуть, но не только из-за сексуального возбуждения. Ему не давало покоя новое глубокое чувство, не имеющее никакого отношения к либидо.

По его спине потекли струйки пота, когда страх, который он отчаянно гнал от себя весь день, начал потихоньку заползать к нему в душу.

Иззи проснулась на рассвете от тянущей боли в низу живота и застонала. Теплая рука Джо, лежащая у нее на бедре, пошевелилась, и на ее глаза навернулись слезы. Знакомая боль может означать только одно: у нее начались месячные.

Осторожно сняв с себя его руку, она, закусив губу, поднялась с кровати и пошла в ванную. Позаботившись о практических вещах, она надела халат, села на крышку унитаза и, к своему глубокому удивлению, обнаружила, что по щекам ее катятся слезы.

То, что она не беременна, — хорошая новость. Хотеть ребенка при таких обстоятельствах — полнейшая глупость. Она еще не готова к материнству. Джо тоже пока не готов к тому, чтобы стать отцом. Их вчерашняя поездка это доказала. Он все еще с подозрением относится к любви и семье. Да, вчера произошли некоторые положительные изменения, но Карло и остальным Лоренцо потребуется еще не одна встреча с Джо, чтобы исправить вред, причиненный ему его родителями.

Но несмотря на все эти разумные доводы, Иззи казалось, что у нее в горле застрял огромный комок.

Встав с унитаза, она высморкалась и умылась холодной водой, но комок никуда не делся. Глядя на свое отражение в зеркале, она вспомнила, как раскраснелись щеки Джо, когда он вчера прощался со своим дядей.

Ее захлестнула волна чувств, отчего ей стало еще труднее дышать.

— О боже!

Ее колени задрожали, голова закружилась, и, чтобы не упасть, она снова опустилась на унитаз.

— Это невозможно, — прошептала она. — Мы вместе всего несколько дней.

Застонав, Иззи закрыла лицо руками. Что бы она себе ни говорила, отрицать очевидное не имеет смысла. Стоило ей только выпустить из-под контроля свои эмоции, как она безнадежно влюбилась в Джованни Гамильтона. Снова.

Теперь ей стало ясно, почему она так за него переживает и хочет ему помочь преодолеть страх перед обязательствами. Почему так обрадовалась, увидев, как тепло его встречают родственники. Почему расстроилась, узнав, что не беременна.

Она поехала с Джо во Флоренцию вовсе не из-за обещанного им бурного секса и не из-за желания раз и навсегда разобраться с ошибками юности и возродить их дружбу. Все это были лишь предлоги для того, чтобы просто побыть с ним.

Иззи застонала громче.

Подумать только, она повторила самую большую ошибку в своей жизни.

Только на этот раз Джо не должен узнать о ее чувствах к нему. По крайней мере, до тех пор, пока он не научится любить и доверять.

Ей понадобилось минут десять, чтобы успокоиться.

Взявшись за дверную ручку, она глубоко вдохнула и вышла из ванной.

— Что случилось? Ты в порядке?

Услышав сонный голос Джо, Иззи вздрогнула:

— Да, у меня все хорошо. — Она заставила себя улыбнуться.

— Ты уверена? — Он потер глаза. — Ты целую вечность пробыла в ванной.

С растрепанными волосами и темной щетиной он выглядел так сексуально, что у нее снова перехватило дыхание. Она заставила себя подойти к кровати.

— В действительности даже лучше, чем хорошо. — Сняв халат, она забралась под простыню. — У меня начались месячные.

Джо нахмурился, в глазах его что-то промелькнуло, но она не разобрала что.

— Значит, ты не беременна? — произнес он невыразительным тоном, погладив ее по бедру.

Иззи прижалась спиной к его груди.

— Хорошая новость, правда? — спросила Иззи, с трудом сдерживая свои чувства.

«Не смей ничего ему говорить, идиотка. Еще слишком рано».

— Это означает, что мне не понадобятся контрацептивы, — продолжала она. — Ни здесь, ни в Лондоне. — При мысли о доме комок в горле сделался еще больше. Вчера Джо попросил ее остаться еще на один вечер. Означает ли это, что он хочет, чтобы она уехала сегодня?

Джо долго молчал, рассеянно водя рукой по ее бедру. Тишину нарушало лишь жужжание кондиционера.

Скажет ли он что-нибудь? Даст ли понять, что хочет, чтобы она задержалась еще ненадолго?

Наконец Джо пошевелился. Его теплая ладонь переместилась ей на живот и стала легонько его поглаживать, ослабляя боль.

— Это хорошо, — произнес он тоном, лишенным каких бы то ни было эмоций.

Иззи накрыла его ладонь своей.

— Правда? — спросила она, стараясь не обращать внимания на огромный комок в горле.

Джо не предложил ей остаться, но он и не попросил ее уехать. Наверное, это хороший знак.

— Buongiorno, signorina.

Услышав приветствие Карлотты, Иззи открыла глаза и приподнялась в постели, натягивая простыню на обнаженную грудь. Пожилая женщина поставила на столик на веранде тарелку свежей выпечки, кофейник и одну чашку.

Иззи чувствовала себя разбитой. После их с Джо разговора на рассвете ее сон был прерывистым и тревожным.

— Scusami, Carlotta. Dovй signor Hamilton? — произнесла она, надеясь, что ее вопрос прозвучал правильно.

Экономка улыбнулась и ответила ей по-итальянски. Она говорила слишком быстро, и Иззи ничего не поняла. Затем Карлотта достала из кармана передника сложенную записку, передала Иззи и удалилась.

С нехорошим предчувствием Иззи посмотрела на часы. Еще нет девяти. Куда мог подеваться Джо?

Дрожащими руками она развернула записку и прочитала:

«Прости, Иззи. У меня дела в офисе. Тебе придется провести сегодняшний день без меня. Вернусь к ужину. Если тебе что-нибудь понадобится, обратись к Карлотте.

Чао,

Джо».

Это письмо лишило Иззи последней надежды, и по ее щеке медленно покатилась одинокая слеза.

Как он мог уехать в офис, не подождав, когда она проснется? Она фыркнула. Ей нечего беспокоиться, что она проболтается ему о своих чувствах, поскольку его здесь нет.

Только после того как она еще три раза прочитала сухой текст, до нее дошел его скрытый смысл.

Джо надеялся, что, когда он вернется вечером домой, ему не придется ставить точку в их отношениях. Потому что к тому времени ее здесь уже не будет.

Все же она не позволила себе разрыдаться. Когда она вернется домой, у нее будет для этого предостаточно времени.

После завтрака Иззи прошла в кабинет Джо и забронировала себе билет до Лондона через Интернет. Затем она позвонила Макси и сообщила ей, что завтра будет на работе. Этот разговор придал ей уверенности. Романтическое приключение во Флоренции закончилось, и ей пора возвращаться к реальной жизни.

Но когда она собралась заказать себе такси, в ней неожиданно проснулся бойцовский дух. Ее пальцы замерли на кнопке телефона.

Почему она, черт побери, все упрощает для Джо? Почему не пытается бороться за свое счастье?

Как и десять лет назад, она готова отдать Джо не только свое тело, но и сердце и душу. Даже если ему это не нужно, ей следует признаться ему в своих чувствах. Так она, по крайней мере, будет знать, что сделала все от нее зависящее.

Узнав у Карлотты, где находится офис Джо, она заказала себе такси до аэропорта. Но когда через двадцать минут за ней приехала машина, она дала водителю листок с адресом офиса и кое-как объяснила ему на итальянском, что сначала ей нужно ненадолго заскочить туда.

До ее рейса еще четыре часа. Более чем достаточно, чтобы в последний раз увидеть Джо и дать ему знать, от чего он отказывается.

Глава 9

Усталая, но не утратившая решимости, Иззи вошла в красивое здание из стекла и стали, стоящее на берегу реки Арно.

По дороге она решила, как будет вести себя с Джо и что ему скажет. Она сможет держать свои эмоции под контролем. За последние десять лет она достаточно повзрослела, чтобы понимать, что с теми вещами, которые нельзя изменить, нужно мириться, как бы больно ни было. Она не может себе позволить тосковать еще десять лет по мужчине, которому нечего ей предложить.

— Mi scusi, parle inglese, signor? — с надеждой спросила она безупречно одетого молодого человека за стойкой.

— Да, синьорина. Чем могу помочь? — ответил он по-английски с сильным акцентом.

— Я бы хотела повидать Джованни Гамильтона.

— Вам назначено?

— Нет, я… — От волнения кровь прилила к голове. — Я его подруга.

Молодой человек никак не отреагировал на это заявление. Иззи почувствовала, как ее спокойствие начинает улетучиваться. Как часто приходят женщины в офис Джо в поисках того, что он не собирается им давать?

— Мне нужно его увидеть, — продолжала она. — Это очень важно.

«По крайней мере, для меня».

Она не знала, поверил ли ей секретарь или просто сжалился над ней, но он понимающе улыбнулся и потянулся за телефонной трубкой:

— Я свяжусь с его офис-менеджером. Как ваше имя?

— Изадора Хеллиген.

После короткого телефонного разговора на итальянском молодой человек снова обратился к Иззи:

— Его офис-менеджер говорит, что он сейчас на объекте, но, если вы хотите подняться на верхний этаж, она с ним свяжется и сообщит ему о вашем приходе.

Стильно одетые молодые мужчины и женщины, работающие за компьютерами и кульманами, наблюдали за Иззи, когда она шла через огромный зал на шестом этаже. От ее уверенности не осталось и следа. Как она при встрече с Джо сможет удержаться от слез, если ком в горле уже, наверное, достиг размеров мяча для пинг-понга?

Она испытала огромное облегчение, когда офис-менеджер, приятная женщина средних лет, хорошо говорящая по-английски, проводила ее в кабинет Джо, примыкающий к залу, и сообщила, что синьор Гамильтон приедет через десять минут.

По крайней мере, он не собирается ее избегать.

К несчастью, стены в кабинете Джо были полностью сделаны из стекла. Сидя на зеленом кожаном диване рядом со столом Джо она чувствовала на себе любопытные взгляды сотрудников. Через пять бесконечных минут она не выдержала, встала с дивана и подошла к окну до пола, из которого открывалась живописная панорама Флоренции.

Зачем она сюда пришла? Если Джо снова откажется от ее любви, насколько сложнее ей будет собрать воедино осколки ее разбитого сердца, чем десять лет назад?

— Иззи, какой приятный сюрприз. Почему бы нам не пообедать вместе?

Повернувшись, она увидела Джо, стоящего в дверном проеме в рубашке с закатанными до локтей рукавами и пыльных брюках. Он улыбался во весь рот, словно действительно обрадовался ее приходу.

Комок в горле вырос до размеров теннисного мяча.

Как ей жить дальше, если он не ответит на ее чувства?

— У меня нет на это времени. — Ее голос прозвучал на удивление спокойно. — Я приехала, чтобы сообщить тебе, что сегодня вечером возвращаюсь в Лондон.

Его улыбка вмиг улетучилась. Закрыв дверь, он подошел к Иззи:

— Какого черта?

Она хотела все ему спокойно объяснить, но ярость в его темных глазах лишила ее дара речи.

— Ты не полетишь домой ни сегодня вечером, ни завтра. — Схватив Иззи за руку, он рванул на себя. — Ты останешься у меня на вилле, даже если мне придется для этого тебя привязать.

— Ты не можешь этого сделать, — пролепетала она, потрясенная его словами.

— Не советую это проверять. Наши отношения еще не закончились. Ты никуда не поедешь, пока я тебя не отпущу.

— Чт-то?

Отпустив ее руку, Джо разразился потоком брани на итальянском, затем распахнул дверь и позвал офис-менеджера. Только тогда Иззи обнаружила, что у них есть зрители. Люди в соседнем помещении покинули свои рабочие места. Одни шептались, другие следили за происходящим в кабинете босса с нескрываемым любопытством. Они слышали каждое слово. Наверняка все они хорошо знают английский.

Иззи безучастно наблюдала за тем, как появившийся офис-менеджер разговаривает с сотрудниками. Ей уже стало все равно, что думают остальные. Гораздо важнее для нее сейчас найти причину вспышки гнева Джо.

Очевидно, в его записке не было завуалированного намека на то, что ей следует уехать до его возвращения.

Этот вывод должен был ее обрадовать, но она испытывала лишь недоумение.

Почему Джо так на нее разозлился? Какое он имеет право ею командовать? Неужели он думает, что раз обещал ей материальную помощь, значит, может обращаться с ней как с вещью? Их действительно последние несколько дней связывала дружба или это тоже заблуждение?

Сложив руки на груди, Иззи наблюдала за тем, как сотрудники Джо направляются к лифтам. Большинство из них по дороге оборачивались, чтобы в последний раз посмотреть на безумную пассию своего босса.

Через пять минут они с Джо оказались одни на целом этаже.

— Теперь позволь узнать, что происходит, — произнес он, прислонившись к столу. В его тоне слышался едва сдерживаемый гнев. — Почему ты хочешь уехать домой?

От волнения Иззи стало трудно дышать. Она не могла сейчас признаться ему в своих чувствах, поэтому ответила вопросом на вопрос:

— Почему ты хочешь, чтобы я осталась?

* * *

«Я хочу, чтобы ты меня любила», — пронеслось в голове Джо, и он ужаснулся этой мысли.

Он не может сказать ей это. Ни сейчас, ни когда-либо. Ему не нужна ее любовь. Он вообще не нуждается ни в чьей любви.

После их разговора на рассвете он не смог уснуть и решил уехать из дома, чтобы отвлечься от мучительных мыслей.

К несчастью, погружение в работу не дало нужного результата. Он так скучал по Иззи, что, когда ему позвонил его офис-менеджер и сообщил о ее визите, он прервал важную встречу и помчался назад.

Одним словом, повел себя как влюбленный мальчишка, что было абсолютно нелепо. Он не влюблен в Иззи. Он не может себе позволить влюбиться.

— Чего я хочу? — произнес он. — Того же, чего хотел всегда.

Притянув ее к себе, он запустил пальцы в ее волосы и поцеловал ее. Ее губы инстинктивно приоткрылись, но затем она неожиданно отпрянула.

— Этого больше недостаточно, — ответила она, сверкая глазами. — Я не могу остаться только ради секса.

— Почему? Нам ведь так хорошо в постели, — сказал он, испытывая ту же неловкость, что и вчера на крестинах. Причем по ее вине.

Она вздрогнула, словно он ее ударил:

— Потому что я хочу большего. Я люблю тебя, Джо.

Как только эти слова сорвались с ее губ, раны, которые он считал давно затянувшимися, открылись, и его охватила паника.

— Не беспокойся, это пройдет, — пробурчал он.

* * *

— Но я не хочу, чтобы это проходило, — заявила Иззи, чувствуя, как боль острым ножом пронзает ее грудь. Она была намного сильнее, чем десять лет назад.

Она набралась мужества и предложила ему свою любовь, а он снова от нее отказался. Как он может быть таким жестоким?

— Неужели тебе все равно, что я чувствую? — прошептала она.

— Я предупреждал тебя с самого начала, что мне не нужно… это. — Он даже не смог заставить себя произнести слово «любовь». — Так что это твои проблемы, а не мои.

Ее вдруг словно парализовало. Она перестала чувствовать потрясение и боль. Как она могла ошибаться?

Сложив руки на груди, она произнесла невыразительным, как у робота, голосом:

— Понятно. Значит, я сама во всем виновата? Ты это хочешь мне сказать?

— Иззи, ради бога. — Подойдя ближе, Джо попытался взять ее за руку, но она резко отстранилась. — Я не хотел сделать тебе больно. Я с самого начала говорил, что я хочу только…

— Почему речь всегда идет о том, чего хочешь ты? — возмутилась Иззи.

Посмотрев на его напряженное от гнева лицо, она вдруг осознала, что он ее использовал.

— Я никогда не думала, что ты такой трус, — мягко сказала она.

Джо дернулся, словно она его ударила:

— Что это значит, черт побери?

Из ее глаз потекли слезы, и она принялась яростно их вытирать.

— Ты говоришь, что тебе нужен только секс, потому что боишься хотеть большего.

— Это чушь собачья! — неистово бросил он, но Иззи, не обратив на это внимания, продолжала:

— Твои родители причинили тебе много боли, Джо. Они обращались с тобой как с вещью и не давали тебе любви, в которой нуждается каждый ребенок. Ты не будешь по-настоящему свободным, пока позволяешь прошлому управлять твоей жизнью.

— Мои родители здесь ни при чем, — произнес он с безучастным видом, который был так хорошо ей знаком.

Он не понимает, какой негативный отпечаток наложило на всю его жизнь поведение его родителей и, что самое страшное, уже, наверное, никогда не поймет.

— Правда? — устало ответила она, направляясь к выходу.

— Куда ты, черт побери? — бросил он ей вслед.

Иззи никак на это не отреагировала. У нее не осталось сил с ним спорить. Какой в этом смысл, если ей все равно никогда не удастся его переубедить.

— Я не буду искать с тобой встреч, если ты этого добиваешься, — добавил он.

Она упрямо шла дальше. Ее сердце разрывалось на части.

Она всегда желала Джо только добра. Почему он этого не видит?

Глава 10

— Думаешь, наш новый спонсор захочет, чтобы название его компании было на обложке?

Пальцы Иззи замерли над клавиатурой.

— Что ты сказала, Макси? — произнесла она, хотя расслышала каждое слово.

— Я заканчиваю работать над новыми программками, — пояснила та. — Ну что, будем указывать название компании твоего герцога?

— Думаю, да, — спокойно ответила Иззи, хотя ее грудь словно сдавили железные обручи. — Это отличная идея, — добавила она с притворным энтузиазмом.

Она покинула Флоренцию более двух недель назад, но даже простое упоминание о спонсорстве Джо выбивало ее из колеи.

Когда она с этим справится?

Она не хотела анализировать нюансы поведения Джо в те дни, которые они провели вместе. Это ничего не изменило бы, лишь расстроило бы ее еще больше.

Неделю назад Иззи сделала шокирующее для нее открытие. Она не влюбилась в Джо за три дня. Она никогда не переставала его любить. Просто все эти десять лет ее чувство к нему пряталось в потайном уголке ее сердца. Стоило им с Джо снова встретиться, как оно вырвалось на свободу.

Теперь, когда она знает, насколько все безнадежно, не пора ли ей смириться и продолжить жить дальше? С этими переживаниями из-за Джо она совсем забыла о театре. На ближайшее время работа должна стать ее главным приоритетом.

— Почему бы тебе не позвонить в его офис во Флоренции и не узнать, что они думают по этому поводу? — предложила она Макси, чтобы заполнить паузу в разговоре.

— Ты уверена, что сама не хочешь туда позвонить? — спросила ее та с дразнящей улыбкой. — Возможно, тебя соединят с твоим красивым герцогом.

— Нет, не надо, — сухо ответила она. — Я сейчас занимаюсь биографией Джейка.

Она не рассказывала Макси, что произошло во Флоренции, хотя та донимала ее своими расспросами.

Иззи продолжила печатать, радуясь тому, что стук клавиш заглушает голос Макси, разговаривающей по телефону в другом конце кабинета. Но, перепечатывая последний абзац с листка, покрытого каракулями Джейка, она услышала, как та положила трубку на рычаг.

— Все хорошо? — спросила Иззи небрежным тоном.

— Даже лучше, чем хорошо! — восторженно ответила Макси. — Хорошо, что я им позвонила. Должно быть, я не заметила их электронное письмо.

— Какое еще письмо? — Внутри у Иззи все упало.

— В котором сообщается о его сегодняшнем визите. — Макси посмотрела на часы. — Секретарша сказала, что его самолет приземлился около часа назад. Он будет здесь минут через сорок. — Макси принялась собирать в стопку папки, валяющиеся на столе. — Нам следует здесь прибраться. Думаю, он захочет заглянуть в кабинет перед просмотром дневного шоу.

У Иззи засосало под ложечкой.

— О ком ты говоришь? — спросила она, уже зная ответ. Ее сердце бешено заколотилось.

— О твоем красивом герцоге, — ответила Макси. — О ком же еще?

* * *

— Когда, говорите, она вернется? — Джо сделал глоток пива, но оно не помогло ему избавиться от сухости в горле.

Осмотревшись в полупустом пабе, Джо заметил на стенах фотографии и пожелтевшие афиши в рамках. Во время их пребывания во Флоренции Иззи часто говорила об этом месте, но он слушал ее вполуха и не задавал вопросов. Когда сегодня ее помощница показала ему театр и познакомила с людьми, работающими здесь и обожающими Иззи, он понял, как много для нее значит ее театр. До сих пор он был слишком занят собой, чтобы это замечать.

Он был настоящим эгоистом как в этом, так и во всем остальном. Сможет ли он когда-нибудь все исправить?

Помощница Иззи посмотрела на него в замешательстве. Наверное, потому, что он в пятидесятый раз задал ей один и тот же вопрос с тех пор, как два часа назад приехал в театр.

— Я не уверена. Хотите, я снова попробую дозвониться ей на мобильный? — в который раз вежливо повторила она один и тот же ответ.

Он поставил стакан на стойку.

Как Иззи могла узнать о его приезде? Он сообщил о своих планах только секретарю. Догадывался, что, узнав о них, Иззи будет его избегать.

Джо посмотрел на улыбающуюся девушку. Он не может больше ждать. Это означает, что ему придется довериться помощнице Иззи.

— Я хочу попросить вас об одной услуге, — сказал он, надеясь, что его тон не выдаст волнение.

Если она скажет «нет», ему придется выяснять, где живет Иззи, и он потеряет еще одну ночь. Брови девушки поднялись.

— Разумеется, ваша светлость.

— Зовите меня Джо, — попросил он, прилагая усилия, чтобы казаться очаровательным. Раньше это выходило у него естественно. — Я приехал сюда не для того, чтобы посмотреть театр. Я хочу увидеть Иззи.

Девушка ничего не сказала. Ее глаза широко распахнулись.

— Во Флоренции мы поссорились. Думаю, она меня избегает.

— И что я должна буду для вас сделать?

— Позвоните ей и скажите, что я уехал. Я могу подождать ее в кабинете. Мне нужно с ней поговорить.

Вот только он пока понятия не имеет, о чем будет с ней говорить.

Девушка уставилась на него, и Джо замер в ожидании ее ответа. В их напряженном молчании от голосов других посетителей у него зазвенело в ушах, от запахов теплого пива и старой древесины к горлу подкатилась тошнота.

Как он мог так все испортить?

С тех пор как он в тот день вернулся домой из офиса, он понял, что совершил ужасную ошибку, но отказывался это признавать.

Сначала его переполнял гнев. Он целую неделю злился на Иззи. Как она посмела влезть ему в душу и сказать, что он живет неполной жизнью? Он с головой ушел в работу, пытаясь доказать себе, что это все, в чем он нуждается.

Но через неделю гнев улетучился, оставив после себя пустоту и одиночество. Он начал тосковать по Иззи. Он удивлялся, как можно скучать по женщине, которая провела в его доме всего несколько коротких дней.

Он пытался убедить себя, что ему не хватает ее только в постели, но с каждым прожитым днем чувство одиночества становилось все невыносимее, и пришлось признать, что ему нужно больше, нежели просто секс.

Всякий раз, когда он завтракал один на веранде, ему не хватало улыбающейся Иззи, сидящей напротив. Всякий раз, когда он просыпался среди ночи, он инстинктивно тянулся к ней, но натыкался лишь на холодные простыни. Он не мог даже посещать свои любимые соборы и галереи, потому что без Иззи перестал видеть красоту. Но больше всего ему не хватало ее болтовни. Тишина стала похожей на душащий кокон, из которого он никак не мог выбраться. Прямо как в детстве до встречи с Иззи.

Сегодня утром он наконец заставил себя признать правду. Единственный способ избавиться от тоски и одиночества — вернуть Иззи. Он знал, что это будет нелегко, но попытаться следует.

Он посмотрел на ее помощницу, которая продолжала испытывать его терпение. Почему она тянет с ответом, черт побери?

Наконец она достала из кармана мобильный телефон и нашла в его памяти нужный номер. Прижав телефон к уху, она проницательно посмотрела на Джо.

— Я не посмотрю на то, что вы герцог и наш благодетель. Если вы причините ей боль, я вас убью.

* * *

— Макси все еще здесь?! — крикнула Иззи Джерарду, одному из барменов.

— Думаю, она за кулисами, — ответил он, наполняя поллитровую кружку пивом. — Там возникли какие-то проблемы с костюмом одного из троллей. Я могу послать за ней Магду.

— Нет, не надо.

Она ведет себя глупо. Макси больше часа назад сказала ей, что Джо уехал. Ей пора перестать прятаться.

Помахав Джерарду, она вошла в дверь за барной стойкой и поднялась по узкой лестнице в кабинет. Уже восьмой час, а ей еще нужно занести в компьютер данные о продаже билетов на дневные и вечерние спектакли и подсчитать прибыль. Она весь день отсутствовала, и ей придется сидеть здесь до полуночи. Но это не имеет значения. Главное, чтобы это помогло ей отвлечься от мыслей о Джо.

Она толкнула дверь кабинета и вошла внутрь.

— Привет, Изадора, — послышался сбоку от нее знакомый бархатный голос.

Она повернулась, и сердце запрыгало у нее в груди. За ее столом, закинув ногу на ногу, сидел Джо.

Она развернулась и пошла назад, но, когда начала открывать дверь, огромная ладонь перехватила ее руку и сжала.

Бессмысленно пытаясь вырваться, она почувствовала жар, исходящий от его тела, вдохнула пряный аромат его одеколона, и по ее телу прокатилась волна желания.

— Не убегай, Иззи. Нам нужно поговорить.

Его горячее дыхание щекотало ей ухо. Они находились в таком же положении несколько недель назад в клубе. Сейчас ее тело так же бурно реагировало на его близость, как в день их встречи после десятилетней разлуки.

— Я не хочу с тобой разговаривать, — произнесла она дрожащим голосом. — Оставь меня одну. — Ее колени начали подгибаться.

Джо положил ей руку на талию, чтобы она не упала:

— Ты в порядке?

Она покачала головой и попыталась убрать его руку, панически боясь снова поддаться действию его чар.

— Если ты приехал сюда для того, чтобы заняться со мной сексом, меня это больше не интересует, — ответила она, хотя ее тело предательски молило об обратном.

Джо убрал руку и отошел назад.

— Я приехал поговорить с тобой, Иззи. Только за этим. Просто я не могу контролировать свое тело, когда ты рядом.

Она заставила себя посмотреть на него:

— Обещаешь уйти, когда скажешь все, что хотел?

Его черты напряглись, в глазах промелькнуло сожаление, но он кивнул:

— Обещаю, раз ты так хочешь.

Отойдя от двери, Иззи зашла за стол, создав между ними барьер.

— Продолжай, — сказала она.

Казалось, Джо молчал целую вечность. Тишину нарушали только приглушенные звуки, доносящиеся из паба.

— Я хочу, чтобы ты вернулась.

Несколько недель назад он хотел, чтобы она осталась с ним, но она не собиралась довольствоваться малым.

— И что ты хочешь от меня услышать в ответ на это?

Джо опустил голову и засунул руки в карманы. Когда он снова поднял на нее глаза, она увидела в них то, чего не ожидала увидеть.

— Я хочу, чтобы ты сказала, что дашь мне еще один шанс.

Мольба в его голосе, тоска в потемневших глазах едва не разжалобили ее. Но после всего, через что ей пришлось пройти по его вине, она так просто не сдастся.

Иззи плотно сжала губы и сглотнула:

— Я не могу. Я дала тебе уже слишком много шансов. Я всегда тебя любила, но больше не хочу.

Подойдя ближе, он уперся руками о край стола:

— Неправда. Десять лет назад ты меня не любила. Это было простым юношеским увлечением.

— Нет, не было! — возмутилась она.

Как он смеет просить ее вернуться, при этом умаляя ее чувства?

— Ты была юной и романтичной. Ты придумала себе то, чего на самом деле не было. — Он отвернулся.

Иззи неистово покачала головой:

— Да, тогда я была молода и неопытна, но я любила тебя по-настоящему. Потому что, когда мы встретились снова спустя десять лет, я поняла, что мои чувства к тебе никуда не исчезли.

Джо резко выпрямился:

— Не может быть. Ты сама сказала, что я вызываю у тебя отвращение.

Увидев боль в его глазах, Иззи поняла, что ее грубые слова задели его. До сих пор она думала, что не может причинить ему боль, поскольку всегда слишком мало для него значила. Очевидно, она тоже недооценивала его чувства. В ее сердце начала зарождаться робкая надежда.

— Почему ты меня оттолкнул? — спросила Иззи. — Почему не поверил, когда я сказала, что люблю тебя.

Джо глубоко вздохнул:

— Ты правда хочешь, чтобы я тебе сказал?

— Да, хочу, — твердо ответила Иззи.

Он встретился с ней взглядом:

— Потому что я не такой, как ты думаешь.

— И что же я думаю? — просто спросила она.

Он опустил голову:

— Что я тебя не заслуживаю.

Его голос сломался, и она обнаружила, что после стольких лет преграды между ними наконец начинают рушиться.

— Что заставляет тебя думать, что ты меня не заслуживаешь?

— Я все свои детские годы потратил на то, чтобы заставить родителей полюбить меня. Они никогда мной не интересовались, и я знал, что тому должна была быть причина. Затем появилась ты и заполнила эту пустоту в моей жизни своим вниманием, своей дружбой. Мне даже не нужно было ни о чем тебя просить.

— Но ты никогда не открывал мне свой внутренний мир. Почему?

— Потому что не хотел в тебе нуждаться, — пробормотал он. — Боялся, что ты найдешь во мне какой-нибудь изъян, разочаруешься, и я тебя потеряю.

Выйдя из-за стола, она обняла Джо и прижалась щекой к его груди. Он положил руки ей на плечи:

— Ты была права, Иззи. Я позволял той боли, которую они мне причинили, управлять моей жизнью. Но с этим покончено. — Он поцеловал ее в макушку. — Дай мне еще один шанс. Возможно, ты меня больше не любишь, но…

— Джо, успокойся. — Подняв голову, она положила ладонь ему на щеку и увидела следы усталости под его глазами. — Нельзя разлюбить даже если ты очень этого хочешь. Поверь мне, я пыталась. — Немного помедлив, она добавила: — Я дам тебе еще один шанс, если ты мне пообещаешь, что больше не будешь скрытничать.

— Обещаю, — ответил Джо и поцеловал ее. Затем он неожиданно отстранился и взял ее лицо в ладони. При этом глаза его затуманились. — Подожди-ка, разве ты не хочешь, чтобы я сказал, что тоже тебя люблю?

У него был такой смущенный вид, что она едва удержалась от смеха.

— Когда ты сможешь это сделать, мое романтичное сердце очень обрадуется. — Она не сомневалась, что в один прекрасный день он сможет, и решила его подбодрить. — В конце концов это всего лишь слова, Джо. Главное — это то, что ты чувствуешь ко мне и то, что ты хочешь быть со мной.

Десять лет назад она потребовала бы, чтобы он сказал эти слова. Но сейчас она не собирается на него давить. Он и так уже проделал большую работу над собой.

— Это очень благородно с твоей стороны, Иззи. — Его карие глаза как-то странно блестели. — Но возможно, ты будешь удивлена, когда узнаешь, что я не такой уж и трус.

— Я это знаю, — ответила Иззи, не понимая, куда он клонит.

К ее удивлению, Джо сделал шаг назад и опустился перед ней на колено.

— Что ты делаешь?

— Помолчи и дай мне сделать все как надо.

— Но я же тебе сказала, что в этом нет необходимости.

— Я помню, что ты сказала, — ответил он, взяв ее руки в свои и сжав их. — И, возможно, в тот момент ты действительно так считала. Потому что ты великодушная и никогда ничего не обдумываешь, перед тем как произнести это вслух.

— Ну, спасибо, — пробурчала Иззи.

— Перестань дуться и позволь мне договорить, — произнес он серьезным тоном. — Возможно, тебе не нужны слова, но мне очень нужно их сказать. Я должен, Иззи. После всего того, что наговорил тебе десять лет назад и во Флоренции.

Он прокашлялся и глубоко вздохнул. Его взгляд задержался на ее лице, и от радостного волнения у Иззи задрожали колени.

— Ti amo, Изадора Хеллиген. Я люблю твой острый язычок, аромат твоих волос. Люблю просыпаться утром рядом с тобой. Люблю, что ты всегда готова бороться за то, во что веришь. Люблю твою жизнерадостность, твою непосредственность и особенно твою склонность излишне драматизировать, из-за которой тебя так легко дразнить.

— Да что ты говоришь, — произнесла она, улыбаясь как полоумная.

— Но больше всего, Иззи, я люблю твою смелость, настойчивость и способность видеть лучшее в людях. Именно благодаря этим твоим качествам я наконец могу расстаться с прошлым и зажить полной жизнью.

Она обняла его за шею:

— Я люблю тебя, Джо. Так сильно, что не заставлю тебя взять обратно слова о том, что я сначала говорю, а потом думаю.

Рассмеявшись, Джо легко поднял ее за талию и страстно поцеловал. Затем, поставив ее на пол, он обнаружил, что по ее щекам текут слезы радости, и принялся вытирать их кончиками пальцев.

— Не плачь, Иззи. Сейчас начнется все самое интересное.

Когда он запустил руку ей под футболку, ее тело затрепетало от желания, и она улыбнулась.

— Это обещание, Гамильтон? — спросила она, кокетливо подняв бровь.

— Прими к сведению, Хеллиген. — Джо притянул ее ближе к себе. — Это не обещание, а гарантия.

И он подтвердил свои слова самым приятным способом.

Эпилог

— Везет же некоторым, — с дерзкой улыбкой произнесла София, когда они с Иззи сидели в удобных креслах под оливковыми деревьями. — Признавайся, как тебе удалось так быстро восстановить фигуру?

Иззи улыбнулась. Она чувствовала себя усталой, но счастливой. У нее был длинный день. Их с Джо полуторамесячный малыш разбудил ее в три часа ночи.

— Ты шутишь? — удивилась она. — Неужели ты не заметила, что мои груди похожи на два воздушных шара?

София рассмеялась:

— Неужели тебе никто не сказал, что здесь, в Италии, «большой» означает «красивый»?

Щеки Иззи вспыхнули, когда она увидела Джо, направляющегося к ним через танцпол с крошечным сыном на руках.

— Думаю, кто-то все же тебе это говорил, — произнесла София.

Не переставая краснеть, Иззи улыбнулась ей.

— Возможно, упоминал, — ответила она, наблюдая за тем, как ее мужа остановила и стиснула в объятиях дородная пожилая женщина, чьего имени она не запомнила. По меньшей мере сто человек собрались на ферме Лоренцо, чтобы отпраздновать рождение их сына. Даже несмотря на то что ее итальянский значительно улучшился, Иззи до сих пор путалась в именах членов семьи Лоренцо и их родственных связях.

Глядя, как женщина сюсюкает с их малышом, Джо мягко улыбался. От смущения и неловкости годичной давности не осталось и следа. Сегодня Джо был абсолютно спокоен и уверен в себе. Иззи подозревала, что, главным образом, это заслуга их сына.

Кто бы мог подумать, что появление на свет крошечного Марко Лоренцо Гамильтона так укрепит их отношения. Иззи не верилось, что десять месяцев назад она промучилась несколько недель, не зная, как сказать Джо о своей беременности. Тогда их отношения были еще очень хрупкими. После того случая, когда они впервые забыли предохраниться и переживали по этому поводу, они не говорили о детях. Несмотря на то что Иззи хотела иметь ребенка от Джо, мечтания уступили место сомнениям и панике, когда в окошке теста на беременность появился розовый знак плюс.

Она не знала, как Джо отреагирует на новость о том, что скоро станет отцом. Их ситуация и без того была сложной. Они работали в разных городах, которые разделяли сотни миль и потому виделись реже, чем хотелось бы. Чтобы частично решить эту проблему, Джо приобрел пентхаус в Айлингтоне и прилетал к ней из Флоренции три-четыре раза в неделю после работы. Но им все равно не хватало времени для общения друг с другом.

Иззи еще больше покраснела, вспоминая, как они из-за нетерпения занимались любовью в самых неподходящих для этого местах. Их сын был зачат на сцене «Короны и перьев». В тот вечер она допоздна засиделась, а Джо неожиданно прилетел из Флоренции, решив сделать ей сюрприз.

Узнав о своей беременности, она несколько недель гадала, какой будет реакция Джо, и ждала подходящего момента, чтобы сообщить ему новость.

Сильный приступ утренней тошноты сделал это за нее. Джо поглаживал ее по спине, пока ее рвало. Затем приготовил для нее тост и чай с мятой и велел ей присесть. Ему нужно было с ней поговорить. К ее изумлению, он предложил ей стать его женой. Сказал, что собирался на ней жениться немного позже, но из-за ее беременности им придется ускорить события. Он расстроился, решив, что она сразу не сказала ему о ребенке, так как думала, что из него получится плохой отец. Иззи тут же разразилась слезами, попросила у него прощения за свою трусость, сказала, что не сомневается в его отцовских способностях.

Она видела, что он ей не поверил, и поначалу ее мучило чувство вины, но по мере развития их отношений и открытия в них новых волнующих сторон оно становилось все слабее.

По настоянию Джо они поженились через несколько недель после того, как он сделал ей предложение. Церемония была скромной, но это не умаляло важности события. Они обменялись брачными клятвами в погожий зимний день в ратуше Айлингтона. Из гостей на церемонии была только мать Иззи. Затем они поехали в «Корону и перья» на праздничную вечеринку, организованную Макси и остальными работниками театра.

Накануне Иззи сделала первое ультразвуковое исследование. У нее кружилась голова от счастья всякий раз, когда Джо доставал из кармана снимок существа, похожего на большую креветку, и показывал его кому-либо из присутствующих.

Через два дня после свадьбы Джо заявил, что ему надоело мотаться туда-сюда, и он собирается переместить офис своей компании в Лондон. Это стало причиной их первой супружеской ссоры. Иззи сказала, что не позволит ему совершить такую глупость. Она уже все обдумала и приняла решение оставить театр и переехать во Флоренцию.

Джо всячески пытался ее отговорить, затем накричал на нее, но все без толку. Он целую неделю на нее дулся, но в конце концов уступил. Иззи наслаждалась своим триумфом. Эта небольшая размолвка лишь укрепила ее веру в то, что у них все получится. Когда Джо заявил, что готов ради нее переехать в Лондон, остатки сомнений улетучились. Он перестал бояться обязательств. У него произошла смена приоритетов. Теперь первое место в его жизни заняла семья, отодвинув карьеру на второй план.

Иззи нисколько не жалела о своем решении. Внутри ее рос их малыш, и она знала, что ей пора отказаться от одной мечты ради другой. Таким образом, она без всяких колебаний передала управление театром Макси и начала готовиться к переезду. Джо предложил ей купить для них новый дом в любой части Флоренции, но она сказала, что хочет жить на его вилле в горах. Разве могло быть иначе? Она влюбилась в это место с первого взгляда.

Когда хлопоты, связанные с переездом, закончились, и Джо перенес ее на руках через порог виллы, она почувствовала себя самой счастливой женщиной на свете.

Чтобы в отсутствие Джо не слоняться без дела по дому, она записалась на курсы итальянского и устроилась волонтером в маленький детский театр в Олтарно. Когда через несколько месяцев ей стало тяжело передвигаться, она оставила все это без сожалений и начала готовиться к главному событию в жизни любой женщины.

Наблюдая за превращением Джо в заботливого любящего отца, она чувствовала гордость и удовлетворение. Все его сомнения и страхи остались в прошлом. Его сердце принадлежало жене и сыну, но в нем нашлось местечко для каждого из его многочисленных родственников. Сейчас, глядя, как он любезничает с пожилой женщиной, которая годится ему в бабушки, Иззи с трудом сдерживала слезы умиления. Он с ней ласков и непринужден, словно знает ее всю жизнь.

Иззи довольно вздохнула. Будущее казалось ей радостным и многообещающим.

Когда Джо попрощался со старушкой и подошел к ним, София вскочила и расцеловала его в обе щеки.

— Ну как дела у нашего гордого папаши? — спросила она.

— Я с ног валюсь от усталости, — ответил он с мученическим видом. — Когда вы с моей женой и моим дядей будете в следующий раз устраивать «небольшую семейную встречу», предупреждайте нас с Марко за месяц, чтобы мы могли морально подготовиться.

София ехидно рассмеялась.

— Перестань притворяться, будто тебе не понравилось показывать всем твоего bambino, — произнесла она, взъерошив темные кудряшки малыша. — Я никогда не видела, чтобы мужчина так выпячивал грудь.

Ребенок, о котором шла речь, вдруг захныкал на руках у своего отца. В груди Иззи тут же возникло тянущее ощущение, и она поняла, в чем проблема. Она потянулась к сыну:

— Ему понравилось быть в центре всеобщего внимания?

Джо поцеловал Марко в макушку, затем протянул Иззи:

— Он держался молодцом. Даже не издал ни звука, когда дядя Карло читал ему лекцию о тонкостях производства оливкового масла и о том, как важно продолжать семейную традицию.

Обе женщины рассмеялись.

— Не паникуй, Джо, — сказала София. — Мой отец последние сорок лет читает эту лекцию каждому младенцу в нашей семье. Пока она подействовала только на Донато, сына Кармина.

Иззи расстегнула блузку, вынула одну грудь из чашечки бюстгальтера и дала Марко. Тот приник губами к соску и жадно зачмокал.

София погладила мальчика по головке:

— Мне пора идти к моему bambino, пока Альдо не отправился меня искать. — Она наклонилась и чмокнула Иззи в щеку, затем крепко обняла Джо. — Значит, увидимся в следующем месяце на первом причастии Габриэллы.

Джо кивнул:

— Ни за что на свете его не пропущу.

Он не покривил душой. Скажи ему кто-нибудь год назад, что однажды эти безумные сборища будут доставлять ему удовольствие, он ни за что бы не поверил. Когда его кузина ушла, он сел рядом с женой и сыном и положил руку на спинку кресла Иззи. Он был горд и абсолютно счастлив. Поигрывая кончиками волос Иззи, он смотрел на малыша, приникшего к ее полной груди и, наверное, в тысячный раз удивился, как ему могло так повезти.

— Помедленнее, парень, — сказал он, — а то все подумают, что тебя неделю не кормили.

— Твой дядя Кармин называет это итальянским вкусом к жизни, — ответила Иззи смеясь.

Ее озорной смех пробудил в нем желание, и он поерзал в кресле, чтобы ослабить напряжение в паху. Затем убрал ей за ухо волосы, чтобы видеть ее лицо, и сказал:

— Это в духе моего дядюшки. Таким образом он хотел сказать, что наш, сын ненасытный.

Иззи повернула голову и очаровательно улыбнулась. Сердце Джо подпрыгнуло в груди.

— Очевидно, это отличительная черта всех Лоренцо, — рассмеялась она.

Не в силах больше сопротивляться искушению, он наклонился и поцеловал ее.

Он не собирался быть слишком требовательным, но когда она вздохнула, и ее губы приоткрылись, его рука легла ей на затылок, а язык самопроизвольно ворвался в глубь ее рта. Пока он ее целовал, желание раздирало его изнутри, подобно дикому зверю.

Вдруг Джо почувствовал толчок в грудь, за которым последовал сердитый вопль. Он резко отстранился, ему стало очень стыдно за свое поведение.

— Иззи, прости. Не знаю, что на меня нашло.

Видя ужас на лице Джо, Иззи не знала, плакать ей, смеяться или кричать от разочарования. Это был их первый настоящий поцелуй за полтора месяца!

— Почему ты извиняешься? — спросила она, заметив внушительный бугорок под молнией его брюк.

Ей не терпелось снова начать сексуальную жизнь. Она замечала, что в последнее время Джо почти постоянно был возбужден, но терпеливо ждала, когда он сам скажет ей о своей проблеме. Но он молчал. Тогда она решила взять инициативу на себя. Сейчас как раз подходящий момент.

— Я хочу снова заниматься любовью, — недовольно произнесла она. — Я устала от того, что ты постоянно отстраняешься.

Его брови поднялись, затем он нахмурился.

— Я просто не хочу сделать тебе больно, — сказал он. — Ты совсем недавно родила.

— Шесть недель назад, — отрезала она. — К счастью, роды прошли довольно легко, и мне не понадобились швы, так что сейчас я в полном порядке.

В ответ на это Джо побледнел и неловко кивнул.

Отняв заснувшего Марко от груди, она поправила одежду и пристально посмотрела на Джо:

— В чем проблема? Ты не хочешь меня, потому что я растолстела? Если так, то…

— Ради бога, Иззи, — перебил он ее. — Ты прекрасно знаешь, что это не так. Я сам не знаю, как до сих пор не взорвался от возбуждения.

В его тоне было столько отчаяния, что Иззи прыснула со смеху.

— Что тут смешного? — возмутился он.

— Джо, — произнесла она, положив ладонь ему на щеку, — какого черта тогда ты ждешь?

Его губы дернулись.

— Хороший вопрос.

Положив ладонь ей на затылок, он прижался лбом к ее лбу и вздохнул:

— Я, конечно, люблю и уважаю своих родственников, но давай потихоньку отсюда улизнем. Если нам придется прощаться с каждым из них по отдельности, я точно взорвусь.

На этот раз Иззи сдержала смех. Они поднялись и, крадучись, пошли через оливковую рощу к своему «феррари».

Когда Джо завел мотор, и автомобиль с низкой подвеской помчался по немощеной дороге, Иззи положила руку ему на бедро.

— Нам нет нужды торопиться, Джо, — задорно улыбнулась она, когда он мельком посмотрел на нее. — У нас вся жизнь впереди.

Он взял ее руку в свою и поднес к губам.

— Я знаю, — пробормотал он, целуя кончики ее пальцев. — И намерен дорожить каждой секундой, проведенной рядом с тобой и Марко.

Сердце Иззи наполнилось любовью и нежностью.

— Я готова тебя полностью в этом поддержать.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Content

Хайди Райс
Когда ты рядом

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Эпилог