Максим ШАХОВ УСТРАНЕНИЕ СТРОПТИВОГО

1

Угловатое такси «Олдсмобил» остановилось. Из его теплого нутра в промозглую ночь выбрались два человека. Один из них, невысокий и щуплый, невольно поежился и пробормотал по-русски:

– Чертова дыра…

Его спутник тем временем быстро и со знанием дела огляделся по сторонам, оценивая обстановку. С Темзы клочьями наползал туман. Биг-Бен на далеком Тауэре едва слышно пробил час ночи. Однако, несмотря на столь позднее время, лондонский квартал, где находились приехавшие на такси, жил, можно сказать, полнокровной жизнью.

Вывески многочисленных пабов зазывно подмигивали. Подвыпившие туристы и загулявшие лондонцы рекой текли по тротуарам, обмениваясь репликами с выстроившимися шеренгой проститутками. Путаны здесь были на любой вкус – от бледнолицых британок до матово-шоколадных дочерей экзотических заокеанских колоний.

– Нам туда, Борис Осипович! – кивнул спутник щуплому.

Тот мазнул брезгливым взглядом по размалеванным проституткам, надвинул на глаза бейсболку и покорно двинулся сквозь толпу к пабу.

Настроение у Бориса Осиповича было скверное. Не любил он такие места.

Он больше привык к великосветским раутам – с джентльменами в смокингах, увешанными бриллиантами дамами в вечерних платьях и юркими официантами с шампанским.

В далекой России Бориса Осиповича Сосновского знали все. Журналисты для него даже специальную аббревиатуру придумали по инициалам – «БОС». При старом президенте БОС фактически был серым кардиналом. Именно он решал, кого назначить министром, а кого сместить; кого одарить природной монополией, а кому показать кукиш, а то и на нары засадить…

Только старый президент неожиданно быстро одряхлел. А новый оказался самостоятельным. БОС, правда, смирился с этим не сразу и пытался на нового главу Российского государства воздействовать – при помощи своей огромной медиа-империи и многочисленных ставленников. Но не на того напал…

В результате владельцу заводов-газет-пароходов пришлось спешно драпать на туманный Альбион и просить там политического убежища. Но не тот человек был БОС, чтобы сдаваться. Поэтому все свои наворованные миллиарды он направил на организацию переворота в России, чего, собственно, особо и не скрывал. Правда, в разговорах с представителями прессы БОС употреблял более обтекаемую формулировку – «демократическая революция».

Денег на ее подготовку Борис Осипович потратил уже немерено. А результат был практически нулевым – Россия крепла и развивалась, президентская власть только усиливалась. Так что последним шансом для БОСа вернуть прежнее влияние была попытка протолкнуть на предстоящих выборах на пост президента своего человека. Но действовать для этого нужно было жестко и решительно. Не стесняясь в средствах. Именно поэтому Борис Осипович, приняв все необходимые меры предосторожности, и появился в столь позднее время в кишащем пьяницами и путанами лондонском квартале…

Конспиративную встречу БОСу организовал Артем Шишкин. Артему было уже за сорок, но на вид определить его возраст было весьма проблематично. Шишкин являлся бывшим гэрэушником и, как всякий разведчик, обладал неброской внешностью.

Несколько лет Артем был заместителем начальника службы безопасности БОСа и лично с беглым олигархом контактировал довольно редко. В последнее же время Борис Осипович Шишкина к себе приблизил. Объяснялось это как раз тем, что действовать БОС собирался жестко и решительно, а Шишкин именно на таких действиях раньше и специализировался, занимался подрывной и диверсионной деятельностью в тылу противника.

У паба «Чертова дюжина» Шишкин приостановился, пропуская БОСа. При этом он по профессиональной привычке снова быстро оглянулся по сторонам. Впрочем, предосторожность была излишней: выезд на место встречи был организован по всем правилам конспирации – с многочисленными проверками и контрнаблюдением.

Внутри паба стоял гул пьяных голосов. Вентиляция работала исправно, поэтому непроглядных клубов табачного дыма, как в российских пивных, не было. Но в помещении царил полумрак, так что узнать в человеке в короткой куртке и бейсболке беглого олигарха не смогли бы даже российские туристы, если бы таковые здесь оказались.

Борис Осипович заметно расслабился. Они с Артемом сели за свободный столик в дальнем конце зала и заказали выпивку. БОС – портер, Шишкин – светлое пиво. Отхлебнув из бокала, Артем посмотрел на часы. Для него конспиративная встреча была рутинной работой. БОС же слегка нервничал и спросил:

– Опаздывает?..

– Нет, все в порядке, Борис Осипович, – махнул головой Шишкин. – Мы просто заблаговременно пришли… Ага! А вот и он! Я сейчас…

Артем поднялся и направился к стойке, вроде как за сигаретами. Там он изобразил радость от «неожиданной» встречи с появившимся несколькими секундами ранее в пабе мужчиной.

Тот был не очень высокого роста, но широкоплечий и мускулистый, похожий на борца рестлинга.

Борис Осипович поморщился, поскольку сам он был довольно хлипок, а потому к крупным мужчинам испытывал подсознательную неприязнь – еще с далеких детских времен, когда более развитые в физическом отношении сверстники Борю частенько поколачивали и вообще всячески старались унизить…

Шишкин и «борец» приблизились к столику.

– Это Владимир! – кивнул головой Артем. – Борис Осипович…

– Очень приятно! – Владимир, поставив на столик кружку с пивом, протянул руку.

Его рукопожатие не было слишком сильным, что понравилось БОСу. И он приветливо сказал:

– Мне тоже!

– За знакомство? – предложил Шишкин, присев.

Бокалы приглушенно звякнули.

БОС из-под козырька бейсболки неотрывно смотрел на Владимира. Тот с интересом глядел на беглого олигарха. В его взгляде было умеренное восхищение.

– Никогда бы не подумал, что мне придется сидеть с вами за одним столом, – наконец покачал головой Владимир.

– Жизнь переменчива, – философски заметил БОС. – В ней все возможно. Сегодня человек сидит в лондонском пабе, а завтра… завтра в огромном кабинете в Кремле. Как вам такая перспектива?

– Я не против! – с улыбкой кивнул Владимир. – Но кто меня туда пустит!

– Все возможно! – с уверенностью повторил БОС. – Но для этого, конечно, нужно хорошо поработать! Иначе не получится… – проговорил Борис Осипович и вдруг спросил: – Как вы относитесь к нынешнему руководству России?

– Да чтоб к нему как-то относиться, надо его знать. А я так высоко не летал, – пожал плечами Владимир.

БОС недовольно пожевал губами.

– Хорошо, поставим вопрос по-другому: как вы относитесь к происходящему в стране, в смысле общественно-политической ситуации?

Тут Владимир, вроде как ища поддержки, посмотрел на Шишкина и пожал плечами:

– Да я во всех этих делах не очень разбираюсь, я ж не политолог…

– И все-таки? – настойчиво спросил БОС.

– Ну, не знаю… Порядок в стране, в принципе, в последнее время навели, пенсии-зарплаты платят, кавказцев прижали, доллар ниже плинтуса опустили… Только если ты не фээсбэшник, то развернуться тебе не дадут. Вот и меня прижали, хотя…

БОС перестал слушать Владимира и перевел взгляд на Шишкина. Потом вдруг вскочил:

– Мне нужно в туалет! Идем!..

Владимир проводил БОСа и Артема удивленным взглядом, пожал плечами и потянулся к бокалу.

Борис Осипович быстро вошел в чистенький туалет и проверил, нет ли кого в кабинках. Потом резко развернулся и спросил:

– Ты кого мне привел?! Да его же можно в программе «Время» вместо кремлевских политтехнологов пускать с панегириками!

При последних словах с губ возмущенного БОСа брызнули капельки слюны.

Однако Шишкин абсолютно спокойно ответил:

– Я вам нашел человека, который за деньги сделает все. И сдать вас не сможет, поскольку в этом случае ему светит лет десять-двенадцать строгого режима.

БОС сглотнул слюну.

– Но что он несет?..

– Да он же вас сразу предупредил, что он не политолог, Борис Осипович… Что думает, то и говорит.

– Ну и как он с такими э-э… убеждениями будет на меня работать?

– Нормально будет работать, Борис Осипович.

– Ты в этом уверен?

– Абсолютно. До тех пор, конечно, пока вы ему за это будете исправно платить. Или ваши враги не заплатят намного больше. Но поскольку он в федеральном розыске, то вы от предательства с его стороны практически застрахованы…

БОС пожевал губами, обдумывая услышанное, потом сказал:

– Мы, Артем.

– Что?..

– Мы застрахованы от предательства. Потому что, если он расколется, англичане выдадут России и меня, и тебя! Понял?

– Он не расколется… легко, – сказал Артем. – Так что у нас будет время, в случае чего, перебраться в какую-нибудь страну, у которой с РФ нет договора об экстрадиции. Бывшие эсэсовцы в Южной Америке вон до сих пор живут припеваючи…

– Этим надо будет заняться! – кивнул БОС. – Ладно… Так ты уверен, что он справится?

– Во всяком случае, лучшего кандидата мы не найдем, Борис Осипович!

Оставшегося сидеть за столиком человека звали Владимиром Тюркиным. Ему было тридцать шесть лет, срочную Тюркин служил в спецназе внутренних войск, после демобилизации поступил в школу милиции, по распределению попал в московский ОМОН, в котором дослужился до майора, затем грянул скандал «оборотней в погонах».

Прокуратура одновременно арестовала нескольких полковников и даже одного генерала. Выяснилось, что все эти милицейские чины долгое время с легкостью возбуждали фальсифицированные уголовные дела в отношении небедных бизнесменов. Которые, впрочем, с такой же легкостью прекращали после получения крупных сумм в валюте. Понятно, что сами полковники и тем более генерал наркотики, оружие и прочие фальсифицированные вещдоки своим жертвам не подбрасывали. Черновую работу выполняли другие. Одним из таких «чернорабочих» и был Тюркин. Только вот его прокуратуре арестовать так и не удалось.

В отличие от своих шефов, бывший спецназовец сумел ускользнуть от правосудия, запутал следы, а потом и вовсе покинул Россию. Судя по этому, у него хватило ума заблаговременно открыть счет в каком-то из западных банков. Однако «майорская» доля, конечно, была не «генеральской». Поэтому о жизни на широкую ногу речь не шла. По существу, как установил Шишкин, Тюркин на Западе прозябал. Хотя это, конечно, было намного лучше, чем валить лес где-нибудь на Колыме…

Еще раз прокрутив в голове все это, БОС вынужден был признать, что Артем прав. Лучшего кандидата действительно подобрать было трудно. С одной стороны, Тюркин имел всю необходимую подготовку, с другой, заработанные вымогательством деньги на его счету с каждым днем таяли. Так что особого выбора, по существу, у него не было.

– Хорошо! – кивнул после короткой паузы БОС. – Пошли!

2

– Привет героическим горным стрелкам! – проговорил Логинов, входя в небольшую, но очень уютную палату.

Облокотившийся о подоконник Горов в госпитальной пижаме с улыбкой повернулся.

– Здравия желаю, шеф!

За полковником Логиновым в палату вошел капитан Аникеев. Он тоже был в накинутом поверх одежды халате для посетителей. Логинов осторожно пожал Горову руку и сказал:

– Да ты прямо как огурчик, Степан! Давно гипс сняли?

– Вчера, – сказал Горов.

Леня Аникеев в одной руке держал пакет с цитрусовыми, в другой – с тортиком в продолговатой картонной упаковке.

– Это тебе витамины, старик! Чтоб быстрее поправлялся… Здорово!

Аникеев ритуально приобнял Степана, после чего с чувством выполненного долга плюхнулся на его кровать и пару раз качнулся на сетке.

– Ого! Да ты тут неплохо устроился! Сексодром еще тот! С медсестрами небось каждую ночь кувыркаешься?

– Ага, с ними покувыркаешься… – вздохнул Степан. – Им лишь бы иголку потолще в задницу воткнуть. Одни извращенки, короче…

– Да?.. А я тут познакомился с одной медсестрой. Так она вполне нормальная, с либидо… Может, все дело в отделении? Ты в других знакомиться не пробовал, Степа?

– Да у меня все эти отделения уже вот где! И медсестры! Я домой хочу! И выпить… – Горов горестно посмотрел на пакеты и добавил: – А вы мне эту фигню притащили…

Леньчик и пристроившийся на подоконнике полковник Логинов вдруг одновременно засмеялись. Горов удивленно посмотрел на них:

– Вы чего?..

Логинов улыбнулся:

– Да того, что ты, Степ, оперативное чутье напрочь потерял! Это на тебя так уколы подействовали или отсутствие личной жизни?

Горов замер и сказал:

– А… – Потом быстро взвесил в руке коробку с тортиком и расцвел улыбкой: – А-а!..

– Лучше поздно, чем никогда! – воскликнул Аникеев.

– Случай небезнадежный! – констатировал Логинов.

Горов тем временем уже метнулся к тумбочке.

– Только с посудой у меня не очень… Так что придется по очереди!..

– Ничего, мы непривередливые! – заверил его Логинов.

– А тебе ночной горшок что, не положен? – спросил Аникеев.

Не обращая внимания на это подтрунивание, Горов сунул для конспирации картонную коробку из-под торта в тумбочку и только потом снял с нее крышку.

– Ого! – невольно вырвалось у него. – «Реми Мартен»! Ни фига себе! Откуда?

– Привыкай жить красиво, Степа, – ухмыльнулся Логинов. – Нам с тобой за возвращение государству гарнитура императрицы Елизаветы премии выписали – в размере полугодовых окладов!

– Серьезно, что ли? – изумленно оглянулся Горов.

– Брюлики на два десятка миллионов долларов не шутка… Так что у тебя теперь есть дополнительный стимул быстрее выписаться!

– Да я хоть сейчас готов! Так этот же профессор Пржевальский, блин, не выпускает!

– Пржевальский – это путешественник, Степа! А фамилия твоего завотделением Пржеговский! Я с ним перекинулся только что парой слов…

– И что он сказал, шеф?..

– Что завтра еще раз просветит тебя, а там, если кости срастаются нормально, может, переведет на амбулаторное…

Горов за время этого разговора организовал «подпольный» фуршет. Бутылка тихонько звякнула, и Степан протянул Логинову стакан и наспех разломанную шоколадку в фольге.

– Ну, Степан, за твое скорейшее выздоровление! И за то, чтобы это была последняя снайперша, которая в тебя стреляла!

Логинов выпил и бросил в рот квадратик шоколада. Степан наклонился к тумбочке и быстро набулькал «Реми Мартена» Аникееву. Тот пружинисто вскочил с кровати и серьезно сказал:

– За тебя, старик! Чтоб ты больше никогда не валялся в госпиталях!

– Сам не хочу! – кивнул Горов.

Потом Степан налил себе, понюхал напиток и блаженно улыбнулся.

– За все хорошее!

Выпив, он сунул стакан в тумбочку, захрумкал шоколадом и шагнул к кровати.

– Подвинься, Леньчик! Я тут лежу или ты?

– Да ты еще належишься! – отмахнулся Аникеев, но все-таки подвинулся.

– Эх, хорошо! – сказал Горов, откинувшись на стенку, вытянув ноги и положив руки на живот, внутри которого разливалось приятное тепло. – Быстрей бы эту чертову пижаму сдать сестре-хозяйке и свалить отсюда… Что там у нас нового на Лубянке?

– На Лубянке порядок, – пожал плечами Логинов. – Вчера ночью в Дагестане по нашей наводке провели операцию по уничтожению двоих боевиков. Местные сами справились, от нас никого даже не посылали… Перестрелка, правда, длилась около двух часов, но в конце концов «духов» зачистили. У регионалов двое легкораненых.

– Если дело так и дальше пойдет, – сказал вдруг Аникеев, – то мы через год-два вообще останемся без работы. Регионалы остатки бандформирований на Кавказе окончательно зачистят…

– Лично я не против! – произнес Логинов. – И очень хотел бы дожить до того дня, когда спецназовцы снимут скальп с последнего террориста, а мне в кадрах выпишут пособие по безработице…

– Я бы тоже хотел, – сказал Горов. – Только, боюсь, шеф, всякой нечисти на наш век хватит! Тьфу-тьфу-тьфу!..

3

Владимир Тюркин свернул с проспекта и теперь медленно ехал по правому ряду вдоль задворков рынка. Машин там стояло огромное количество, но бордовый «Форд Скорпио» Тюркин в этом скопище вычленил наметанным глазом практически сразу. «Звери» были на месте, но светить свою машину Тюркин перед этой публикой не собирался.

Он миновал рынок, повернул на перекрестке налево и вскоре припарковался во дворе через дорогу. Закурив, он некоторое время наблюдал за «Фордом» и окрестностями при помощи цифровой камеры. Только убедившись, что ничего подозрительного нет, Тюркин спрятал камеру, отъехал за дом и выбрался из машины.

На встречу он оделся так, как одеваются миллионы москвичей и приезжих мужского пола – джинсы, кроссовки, короткая куртка и бейсболка. В случае чего, от ориентировки с таким описанием толку ноль без палочки. Это Тюркин как бывший омоновец, знал очень хорошо.

Несколько минут спустя он неожиданно возник возле «Форда» и распахнул заднюю дверцу:

– Привет!

Судя по реакции двоих кавказцев, Тюркин почти застал их врасплох.

Находившийся на заднем сиденье Доху удивленно моргнул. Артур, сидящий на водительском месте, повернул голову и нарочито-приветливо кивнул:

– Здравствуй, здравствуй, Володя, заждались тебя! Садись ко мне, вперед!

– Спасибо, но мне впереди неудобно, ноги упираются в «торпеду»! – отшутился Тюркин и нырнул на заднее сиденье.

Доху вынужденно посторонился, бросив при этом быстрый взгляд в зеркало. Будь Тюркин не столь опытен, он бы этого не заметил. Но кавказцев он знал слишком хорошо, так что не без злорадства подумал: «Что, „зверье“, неувязочка вышла?..»

Впрочем, вида Тюркин не подал, наоборот, расслабленно откинулся на спинку и по-дружески спросил:

– Ну что, готовы к работе?

– Мы всегда готовы, – ответил Артур.

– Это хорошо, потому что работаете сегодня! – стер расслабленную улыбку с лица Тюркин.

– А подготовиться, осмотреться?.. – покачал головой Артур.

– Все уже подготовлено и осмотрено, – жестко сказал Тюркин. – Да и как вы собирались с вашими кавказскими фейсами осматриваться – вас же сразу срисуют, работать-то не на рынке придется…

– А где?.. – спросил после паузы Артур.

– У жилого дома. Объект приезжает поздно. Вы перехватите его по дороге от шлагбаума к подъезду…

– От какого шлагбаума?.. – насторожился Артур.

– У дома парковка, охраняемая. Но он ходит от въезда пешком.

– Как мы его узнаем?

– Легко, – хмыкнул Тюркин и вытащил из кармана мобильный телефон.

Несколько раз ткнув в кнопки, он протянул мобильный Артуру. Тот посмотрел на дисплей и узнал сфотографированного мужчину почти сразу. И тут же протянул телефон обратно:

– Нет! Так дело не пойдет!

– Не понял?.. – сузил зрачки Тюркин. – Что значит не пойдет, Артур?

– У него же куча охраны!

– У него нет охраны, – очень спокойно сказал Тюркин, смещаясь в угол, чтобы держать в поле зрения обоих кавказцев.

– Как нет? У него – и нет?

– Да. У него нет охраны, – скучным голосом повторил Тюркин. – И сегодня вечером он, как всегда, пойдет от шлагбаума к подъезду один… Так что?

Кавказцы быстро переглянулись. Потом Артур спросил:

– Сколько?

Тюркин незаметно выдохнул. Если бы Артур сказал «нет», ему бы пришлось валить кавказцев на месте, прямо здесь. Во избежание утечки информации…

– Восемь, – назвал цену Тюркин.

– Восемь?

– Восемь.

– За него – восемь?

– А сколько? Он сейчас никто. Потому и охраны у него нет.

– Восемь мало.

– Другие и за две возьмутся.

– Хорошо, десять.

Тюркин немного подумал. Потом пожал плечами:

– Ладно, десять. Но аванс четыре.

– Почему четыре?

– Потому что я рассчитывал на восемь. Шесть получите после работы.

– Договорились, – сказал Артур и бросил короткий взгляд в зеркало. – Давай деньги…

В следующий миг Тюркин мгновенно, словно фокусник, выхватил пистолет. И рявкнул:

– Сидеть!

Глаза Артура потемнели от злобы. В любой момент он мог попытаться выхватить оружие или выскочить из машины, поэтому Тюркин его успокоил:

– Расслабься! Это не подстава! Просто я очень хорошо знаю ваши замашки! Понял?

– Какие замашки? – хрипловатым голосом спросил Артур.

– Кавказские. Вы же думаете, что вы одни умные, а все остальные дураки. Правильно? Поэтому ты и сказал перед встречей Доху: «Зачем рисковать, убивая неизвестно кого, если можно за половину суммы тихо придушить в машине заказчика? Как дам знак, накинешь на него сзади удавку…» Или я не прав? Спорим на четыре штуки, Артур, что у Доху наготове веревка?.. А?..

Артур сглотнул слюну, но промолчал. Тюркин победно ухмыльнулся:

– Короче, со мной в эти игры лучше не играть. Вы поняли?

Артур кивнул. Тюркин тем же неуловимым движением убрал пистолет. Взамен в его руке возникла перетянутая красной резинкой пачка стодолларовых купюр.

– Держи! – Тюркин протянул деньги вперед.

Артур снял резинку, пересчитал купюры, потом наугад выудил несколько штук и посмотрел их на свет.

– Порядок! – наконец кивнул он.

– Тогда слушайте… – В течение нескольких последующих минут Тюркин сообщил кавказцам всю необходимую информацию об объекте и ответил на их вопросы. Покончив с этим, он сказал: – Оставшуюся сумму получите, когда сделаете работу.

– Когда, где?

– Я вам позвоню сам, на этот телефон, номер у меня есть…

Артур покосился на лежащий в выемке у рычага переключения передач мобильный с закачанным фото объекта, потом спросил:

– А если нам нужно будет с тобой срочно связаться?

– Потерпите, пока я позвоню сам, – повторил Тюркин. – И последнее – вот это бросите на месте. Само собой, без своих отпечатков. Якши?

Артур взял протянутую Тюркиным зажигалку. Прочитав надпись на ней, он удивленно вскинул бровь, но от вопроса воздержался. Тюркин взялся за ручку.

В самый последний момент он вдруг сказал:

– Кстати, Артур… Я в курсе, что при случае кинуть русского для вас почти обязанность! Но на твоем месте эту работу я сделал бы обязательно! Чтобы не расстраивать своего дядю Хункар-пашу, который живет в Хасан-Юрте. Да и других родственников…

Лицо Артура вытянулось от удивления, хотя он как всякий нохча умел держать себя в руках. Тюркин же быстро вылез из машины и бросил:

– До связи!

Дверь захлопнулась. Секунду в салоне висела тишина, потом Доху быстро спросил, повернув голову:

– Откуда он знает про Хункар-пашу? Может, все-таки догнать его и убить?

– С ума сошел? – рявкнул Артур. – Если он знает про Хункар-пашу, значит, за ним стоят люди, которые найдут нас где угодно!

– И что будем делать?

– Что-что? Поедем посмотрим на место! Эту работу нам придется выполнить…

4

– Разрешите войти, товарищ полковник?

– Входи-входи!

– Майор Горов после прохождения санаторно-курортного лечения к месту постоянной службы прибыл!

– Вижу-вижу! – вышел из-за стола Логинов. – Да ты красавец прямо, Степ! Румянец, что у Карлсона!

Заметно поправившийся Горов смущенно улыбнулся и потрогал округлившиеся щеки.

– Да это у меня печень просто отдохнула, шеф! В этом же, блин, санатории, режим хуже, чем в колонии строгого режима! Сосед из «Альфы» в грелке пробовал пронести, так и то спалился…

– Сочувствую, Степ, но сейчас ничем не могу помочь, – развел руками Логинов. – С утра, как говорится, и лошадь не пьет. Разве что чая могу предложить. Хочешь?

– Спасибо, шеф, чаю я там напился на год вперед. Я лучше в кассу схожу, попробую свои кровные получить.

– Ты только пакет какой-нибудь возьми, а то в руках не унесешь, – серьезно сказал Логинов.

– Да я Аникеева возьму, он поможет, – махнул рукой Степан и повернулся боком к двери. – И это, шеф… У вас какие-нибудь планы на вечер были? Если были, то вы их как-нибудь того…

– Чего того?..

– Ну, в смысле, отложите как-нибудь. Я ж должен выставиться – за выход, премию и вообще. Правильно?

– И какая у нас программа народных гуляний? – почесал нос Логинов.

– Программа, шеф, лучше не придумаешь! Аникеев уже звонит своей медсестре, чтобы она организовала на вечер подруг…

– Ага… А дальше что?

– А дальше мы их подхватываем в условленном месте и выдвигаемся прямиком к «Эдельвейсу»…

– Угу. А «Эдельвейс» это что?

– Это кафе такое – столики между фикусами, европейская кухня и живая музыка. Короче, все дела. Им я позвоню сам…

В этот момент дверь быстро приоткрылась, и в нее просунулась голова Аникеева.

– Прощу прощения, шеф! – скороговоркой выпалил он и перешел на шепот:

– Слышь, Степ, она спрашивает: нам лучше блондинки или брюнетки?..

– Мне лучше блондинку, такую! – показал руками Горов и повернулся: – А вам, шеф?

– Да мне все равно, хоть фиолетовую, – с ухмылкой пожал плечами Логинов.

В этот момент на боковом столе зазвонил прямой телефон. Логинов снял трубку и сказал: – Здравия желаю, товарищ генерал! Полковник Логинов слушает!.. Так точно, вышел Горов! Мы с ним как раз оперативным планированием на текущие сутки занимаемся…

5

Павел Башманов вроде как поправил манжету белоснежной сорочки. На самом деле необходимости в этом не было, просто так он смог незаметно заглянуть в стоящий перед ведущим монитор со студийной картинкой. Башманов остался доволен – выглядел он в кадре на все сто: дородный, еще молодой мужчина со спокойным умным лицом в безукоризненном костюме. Для российского электората, который, как известно, голосует не умом, а сердцем, самое то.

Павел Башманов чуть откинулся на спинку и продолжил внимать сидящей с другой стороны от ведущего пожилой даме. Зрелище, конечно, было не для слабонервных. Лидия Новосельская выглядела так, как будто жила не в Москве, а в каком-нибудь удмуртском поселке, где парикмахерские и салоны красоты отсутствуют в принципе. Прической она напоминала Вакулу из «Вечеров на хуторе близ Диканьки», очками с толстенными линзами – школьную учительницу тридцатых годов прошлого века, а голосом… пожалуй, бензопилу, работающую на низкооктановом бензине. Хотя нет, вдруг понял Башманов, голосом Новосельская напоминала не бензопилу, а похмельную курицу. Ее мясистые губы презрительно искривлялись, выпученные глаза за стеклами очков метали искры. Выставив в сторону Башманова короткий палец без признаков маникюра, она обличительно взвизгнула:

– Потому что это именно вы, так называемые рыночники, ввергли страну в пучину вакханалии и дискредитировали либеральную идею!

– Помилуйте, Лидия Вадимовна, я лично никого никуда не ввергал! – искренне возмутился Башманов.

Он хорошо помнил то время и в данном случае абсолютно не кривил душой.

Просто был такой дряхлый поезд из пятнадцати вагонов под названием «СССР», который часто менявшиеся машинисты завели не туда, а потом и вовсе пустили с горки в тупик. Тормоза уже не работали, и поезд с жутким грохотом рухнул под откос.

А дальше все пошло, как и бывает при крушении поезда: чья хата оказалась ближе к Кремлю, тот и нахватал себе побольше. Кто тащил добро на руках, кто телегами, а кто и с носом остался…

– Не помилую! – вновь взметнула палец Новосельская. – Потому что именно благодаря вам демократические перемены в России стали отождествляться с вакханалией и вседозволенностью олигархов! И теперь миллионы наших сограждан, в том числе и вы, пожинают горькие плоды!

– Лидия Вадимовна, я ничего не пожинаю! Я не аграрий, а экономист! И именно в этом качестве выводил страну из кризиса в те трудные годы!

– Вы ее не выводили, а заводили в тупик авторитаризма! И за это нет вам прощенья!

– Лидия Вадимовна, повторяю, я экономист! Поэтому и оцениваю все экономическими категориями! В тупик страну заводили другие с семнадцатого по девяносто первый год. Потому что вся эта коммунистическая трескотня была только декларацией! Ведь социализмом у нас и не пахло! В той же Швеции мать-одиночка получала от государства жилье и среднюю по стране зарплату до совершеннолетия ребенка! И проблем с лекарствами там никогда не было! Вот именно к такой модели развития России и степени социальной защищенности ее граждан я и призываю!

– Что-то ваши призывы зазвучали слишком поздно! Уже после того, как вы и вам подобные выступили в роли могильщиков демократии! – гневно возопила Лидия Новосельская.

От ее вопля даже привыкший ко всему ведущий невольно вздрогнул. После чего быстро проговорил:

– Ну что же, мне кажется, сегодняшняя дискуссия представителей разных демократических лагерей дает надежду на то, что в конце концов наши демократы объединятся!

Новосельская, конечно же, вставила свои пять копеек:

– Извините, Максим, но Павла Андреевича при всем моем к нему глубочайшем уважении я никак не могу причислить к демократическому лагерю! Он скорее представляет ошметки старой номенклатуры, которую нынешняя власть просто вышвырнула при чистке кремлевских Авгиевых конюшен…

– Спасибо, что были с нами! Напомню, что гостями программы «Открытый разговор» на канале «Ай-Би-Ти-Ви» были Лидия Новосельская и Павел Башманов!

Оставайтесь с нами!

Напоследок ведущий одарил зрителей кислой улыбкой, и тут же пошла реклама. Рассчитана она была на русскоязычных граждан Западной Европы и Израиля. Ведь существовал спутниковый канал «Ай-Би-Ти-Ви» на деньги бизнесменов-евреев. Формат его напоминал формат старого «НТВ», так что сюда перекочевали многие ведущие, работавшие когда-то у Гусинского.

В студийном динамике голос с характерным акцентом призывал зрителей Германии стремглав мчаться в Дюссельдорф, где русскоязычные менеджеры втюхают им новые авто компании «Рено» взамен подержанных старых. Лидия Новосельская скрипучим голосом сказала:

– Вы сегодня были весьма красноречивы, Павел Андреевич!

– Но до вас мне далеко, Лидия Вадимовна! Вы уроки ораторского искусства, часом, не даете? – с улыбкой ответил Башманов.

– Извините, некогда! – развела руками Новосельская. – Надо демократию защищать!

За время этой дружеской пикировки с гостей сняли петлички с микрофонами. Павел Башманов пожал ведущему руку, галантно приложился к ручке Новосельской и поспешил откланяться. Сегодня у него был семейный праздник – годовщина свадьбы. Дети учились за границей, так что жена ожидала Павла Андреевича дома одна. Поэтому Башманов и торопился.

У выхода из студии его поджидал помощник Игнат Вертинский.

Администратор канала повел их к выходу. Немного отстав от него, Башманов негромко спросил:

– Ну как это смотрелось?

– Нормально, Павел Андреевич! – кивнул Игнат. – Думаю, еще на несколько пунктов ваш рейтинг сегодня поднялся.

– Да откуда ему подняться, – усомнился Башманов. – Этот «Ай-Би-Ти-Ви» только за кордоном и смотрят.

– Не скажите, те, у кого есть спутниковые тарелки, его и в России смотрят.

– И много таких?

– Не очень, – признался Игнат. – Но курочка по зернышку клюет, Павел Андреевич! Там пунктик, тут пунктик, и у вас рейтинг уже выше, чем у всех демократов! Если дело и дальше так пойдет, думаю, нас и на «НТВ» пригласят в передачу «К барьеру». Если бы вас с Жириновским свели – милое бы дело было!

– Только не это! – невольно дернул головой Башманов. – Он же кого угодно переговорит!

– Да и пусть, нам главное аудитория! Больше «телевизора», выше рейтинг!

На это Башманову возразить было нечего. Да и стратегия Вертинского пока что работала. Рейтинг Башманова рос как на дрожжах. А рейтинг-то ему и был нужен…

– До завтра, Павел Андреевич, – кивнул Вертинский, выбравшись из машины у своего дома. – Мои поздравления супруге!

– Спасибо, Игнат, передам! – кивнул Башманов.

Помощник захлопнул дверцу и направился к подъезду. Блестящий черный «Мерседес» Е-класса скользнул к проспекту и с ходу влился в не очень плотный в это время поток машин. Павел Андреевич откинулся на подголовник заднего сиденья и закрыл глаза.

Он был болен. Неизлечимо. И прекрасно это осознавал. Помочь ему были не в состоянии даже знаменитые врачи «кремлевской» больницы, к которой он был прикреплен как бывший вице-премьер. Потому что болезнь, которой страдал Башманов, называлась манией власти.

За годы своей работы в правительстве Павел Андреевич нажил столько, что можно было не работать не только ему и детям, но и внукам с правнуками.

Казалось бы, чего еще желать – путешествуй по миру, изучай экзотические страны, в общем – живи в свое удовольствие… Но это может позволить себе только обыватель, то есть человек, который никогда не вершил судьбы других и не понимает, что власть – это наркотик. Потому что, после того как перед тобой дружно стелились губернаторы с депутатами да олигархи с министрами, без этого уже никак…

Вот и Павла Андреевича, после того как его благополучно выбили из номенклатурной обоймы, ломало так, что ни диковинные страны не помогали, ни виски с текилами, ни гейши в элитных клубах. Именно поэтому Башманов и бросился в политику, словно в омут. На всякие идеологии-платформы ему, конечно, было глубоко наплевать. Он просто хотел вернуться во власть и получить более-менее значимую должность. А получить ее можно было только в обмен на рейтинг. Технология тут простая, ее в свое время опробовал тот же генерал Лебедь – пошел на выборы, оттянул какую-то часть электората, а потом призвал своих сторонников голосовать за того, кто явно победит. А взамен выторговал себе должность. И снова все чиновники тебя любят, и уважают, и вприпрыжку бегут, чтобы приложиться к ручке.

– Эх, скорей бы! – вздохнул с закрытыми глазами Павел Андреевич.

Уж больно надоело ему строить из себя дерьмократа и любезничать с полоумными тетками в жутких очках. Но в любом случае нужно было терпеть до выборов. Чтобы не продешевить. К примеру, если мировые цены на энергоносители вдруг рухнут, что для России будет весьма болезненно, то есть вероятность в рейтинге взлететь так, что можно будет торговаться с будущим президентом даже о премьерском кресле. Только навряд ли ОПЕК так лоханется. Хотя все возможно…

– Приехали, Павел Андреевич! – вывел Башманова из сладких мечтаний голос водителя.

6

– Ну, за знакомство! – поднял рюмку заметно захмелевший с непривычки Горов.

– Третий раз, что ли, Степан? – фыркнула его соседка, фигуристая блондинка Аня.

– За наших прекрасных дам! – пришел на помощь Горову Аникеев. – На которых все смотрят и нам завидуют!

– Не понял… Это кто смотрит? – со свирепым видом начал разворачиваться Горов.

– Отставить, Степан! – скомандовал Логинов. – Это просто тост…

– А-а… – расслабился Горов.

Все выпили. Аня посмотрела на подруг:

– Перекурим и идем танцевать!

– Ты с нами? – спросила брюнетка Наташа у Логинова, выпуская поверх его головы дым. – Или ты вообще не танцуешь?

– Почему нет? Смотря с кем и под какую музыку, – хитро улыбнулся Виктор.

В этот момент в соседнем зале раздался голос «эдельвейсовского» Тото Кутуньо:

– А следующая песня прозвучит для всех девушек и женщин, носящих прекрасное имя Натали…

После короткого вступления музыкант голосом, весьма близким к оригиналу, запел:

– В старом парке пахнет хвойной тишиной, и качаются на ветках облака…

Сколько времени не виделись с тобой, может, год, а может, целые века…

Наташа в восхищении замерла, потом посмотрела на Логинова. Пару секунд спустя она ткнула только что прикуренную сигарету в пепельницу:

– Ты меня приглашаешь? Пошли!

Ухватив Виктора за руку, Наташа потащила его в соседний зал на танцпол.

– Классная песня, да?..

– Ага, – кивнул Виктор, положив руку девушке на талию.

Их ладони сомкнулись. Наташа чуть откинула голову и с улыбкой спросила:

– А ты хоть знаешь, кто ее поет?

– Вообще-то Григорий Лепс. Но у него, по-моему, получается лучше.

– Пять баллов!

– Я сегодня забыл дневник.

– Кстати, а сколько тебе, Витя, лет?

– Я старый, как медный чайник. Через пару годков сорок стукнет…

– Шутишь?.. – на миг даже остановилась девушка.

– Не-а…

– А я думала, ты чуть старше Степана!

– Я просто хорошо сохранился.

– Ты просто на удивление хорошо сохранился! – засмеялась Наташа, прижимаясь к Виктору. – Живешь с мамой, да?

– Да нет, я уже взрослый мальчик, сам живу.

– Серьезно, что ли? – снова отстранилась Наташа.

– Я вообще очень серьезный. А что?

– Да просто ты такой ухоженный… Или у тебя гражданская жена есть? Признавайся!

– Да нет у меня никакой жены, ни гражданской, ни военной, – пожал плечами Виктор. – Сбежала. И не одна…

– А что так? На пьяницу ты совсем не похож. Или ты замаскировавшийся алкоголик?

– Нет, я не алкоголик. Я работоголик…

– Кошмар! Но все в этой жизни надо попробовать… Да, Витя?

– Тебе виднее…

– Будешь хорошо себя вести, я подумаю…

Когда они вернулись к столику, Аня крикнула:

– Наташ, Степан хочет посмотреть, как мы с тобой самбуку пьем!

– Прямо сейчас? С ума сошли? Я хочу еще потанцевать с Витей! У нас неплохо получается!

– Так потом и потанцуете! – пожал плечами Степан.

– Потом мне захочется кое-чего другого! – многообещающе сжала руку Логинова Наташа.

Но «эдельвейсовский» Тото Кутуньо вскоре съехал на репертуар «Бутырки», и Наташа решительно сказала:

– Ладно, Ань, давай пить самбуку!

Минут через пять у столика появился официант со всем для этого необходимым.

Аня с Наташей выпили огнедышащего напитка, после чего, следуя ритуалу, втянули носами пары через трубочки.

Наташа осторожно выдохнула и посмотрела на Виктора бездонными черными глазами:

– Кажется, я готова! До машины дотащишь?

– Легко… – сказал Виктор.

В этот миг в его кармане завибрировал телефон. Логинов вытащил его, посмотрел на дисплей, быстро поднялся и отошел от столика. Коротко с кем-то переговорив, он вернулся и, не присаживаясь, сказал:

– Леня, в темпе тащи официанта со счетом! Степан, выдай дамам деньги на такси…

Наташа удивленно моргнула и взяла Логинова за руку:

– Вы что, бросаете нас, да?..

– На работу срочно вызывают, – виновато вздохнул Виктор и тихо добавил: – Теперь ты поняла, почему я живу один?..

7

Как у любого бывшего крупного госчиновника, у Павла Андреевича Башманова имелась приватизированная за копейки фазенда под Москвой. Не маленькая – несколько гектаров заповедного соснового леса, поле для гольфа, озерцо приличное, ну и все остальное, без чего госчиновнику никак не обойтись в неустанных думах о простом люде…

Однако с началом политической карьеры Павел Андреевич переселился в одну из своих московских квартир, поближе, так сказать, к электорату. Квартира располагалась в одной из новомодных «башен». При доме имелась охраняемая парковка, в подъезде торчал дюжий консьерж, но в остальном – никаких излишеств. Мало того, Башманов даже запретил водителю подвозить себя к подъезду.

Выбравшись у шлагбаума из косоглазого «Мерседеса» с купленным заранее букетом и коробкой с подарком, Башманов попрощался с водителем и пешком направился к подъезду своей «башни». По дороге он приветливо поздоровался с торчавшим в будке охранником парковки. Чтобы при случае тот рассказал журналистам, какой человечный демократ Башманов и как он запросто, пешком ходит среди народа…

Миновав стоящие дугой соседские авто, Павел Андреевич свернул к подъезду и стал для охранника в будке невидимым. В тот же миг из-за противоположного угла Г-образной «башни» выскочили два человека. Решив, что это соседские дети, Башманов вновь напялил на свое умное лицо приветливую улыбку и повернул голову.

От угла бежали двое в масках. В руке первого была телескопическая дубинка. В первый момент Башманов решил, что это грабители, которые нападают на автовладельцев при выходе из машин, поэтому посторонился и даже оглянулся, чтобы посмотреть, кому из соседей так не повезло.

Однако никаких парковавшихся машин во дворе не оказалось, и до Башманова вдруг дошло, что двое мужчин в масках бегут именно к нему. Павел Андреевич резко развернулся. Мужчины были уже рядом. Башманов отпрыгнул, и дубинка первого злоумышленника просвистела рядом с его головой. Но в руке второго бандита блеснул нож…

Дальше Башманов действовал чисто инстинктивно. Он швырнул в голову второго коробку с подарком и рванулся к подъезду. Этот маневр слегка озадачил бандитов – ведь бегство к будке охранника выглядело бы более логичным.

Второй бандит попытался достать Башманова ножом, но полоснул только по его шикарному пиджаку. Но через секунду его настиг бандит с дубинкой и заплел ему ноги. Башманов растянулся на асфальте.

Бандит взмахнул дубинкой и опустил ее на голову жертвы. Удар оглушил Башманова. Подскочивший подельник уперся коленом ему в спину, ухватил за волосы и занес нож, явно намереваясь перерезать Павлу Андреевичу горло…

В этот момент дверь подъезда распахнулась. За поводок на крыльцо свою хозяйку буквально выволок приземистый кривоногий ротвейлер.

Собственно, это была даже не его хозяйка, а молодая домработница из десятой квартиры. Увидев столь кошмарную картину, домработница инстинктивно подалась назад и сдавленно вкрикнула:

– Фу, Фокс!

Однако то ли пес расслышал команду как «Фас!», то ли сработали заложенные профессиональным инструктором рефлексы, только в тот же миг ротвейлер черно-рыжей молнией метнулся к кавказцам.

Хозяйка с диким воплем рухнула на ступеньки, уже в полете выпустив поводок. Вырвавшийся Фокс беззвучно впился челюстями в руку бандита. Тот взвыл, нож выпал.

На шум из подъезда выскочил консьерж. Первый бандит скулил от боли, второй уже перехватил дубинку левой рукой и выхватил пистолет. Грохнул выстрел.

Домработница завопила и упала на ступеньки, закрывая голову руками.

Раненый Фокс захрипел, но челюсти не разжал.

– Бух! Бух! – еще дважды выстрелил бандит.

Фокс заскулил, перевернувшись на спину. В этот момент консьерж наконец выхватил свой пистолет и начал неприцельно стрелять.

Бандит с пистолетом присел и выстрелил в ответ. Пуля ударила в стенку, консьерж подался в подъезд, его пистолет умолк. Но в этот момент подоспел охранник парковки.

– Стоять!!! – заорал он.

– Бух! Бух! Бух!!! – раскатисто прогрохотал его «ИЖ».

Секунду спустя отозвался и пистолет консьержа. Стреляли охранники резиновыми пулями, но оказавшиеся под перекрестным огнем бандиты вынуждены были бежать. Но прежде чем броситься прочь, тип с пистолетом выстрелил в голову Павла Андреевича Башманова…

8

– Ни фига себе начальства наехало!.. – проговорил Горов, выбираясь из машины.

Судя по количеству автомобилей со спецномерами, начальства и вправду было чересчур. Это Виктору не понравилось, и он быстро сказал:

– А ну-ка, Степан, сядь в машину! Давите с Леньчиком «антиполицай» и не высовывайтесь пока!

Предъявив удостоверение, Логинов пробрался через оцепление и довольно быстро в общих чертах уяснил, что именно случилось во дворе новомодной многоэтажки. Потом он увидел начальника УВД и подошел к нему.

– Здравия желаю!

– Здорово, Логинов!

– Вопрос на засыпку можно?

– Валяй!

– А нас-то вы с какого перепуга на это дело выдернули?

– Хороший вопрос, но это не ко мне…

– А к кому?

– Вон стоит замгенпрокурора, у него спроси. Я сам только недавно приехал и твоему начальству не звонил…

– Ага… – сказал Виктор.

Замгенпрокурора чуть в сторонке разговаривал по телефону. Логинов немного выждал и перехватил замгенпрокурора, когда тот двинулся к основной группе силовиков.

– Здравия желаю! Полковник Логинов, управление по борьбе с терроризмом ФСБ! Нам-то что делать?

Прокурорский чин кивнул, на ходу пожал Виктору руку и проговорил:

– Пока ничего! Войдете в состав оперативно-следственной группы. Вон тот кудрявый молодой человек с папкой – следователь генпрокуратуры Сапунов. Так что прошу любить и жаловать!

– Понял… – озадаченно произнес Виктор и повернулся.

Насчет «молодого человека» и его «кудрявости» замгенпрокурора, видимо, изощренно пошутил. На вид Сапунову было около пятидесяти, и волосы на его яйцеподобной голове сохранились только над ушами и на затылке.

Логинов закурил и пару минут спустя, улучив момент, коротко пообщался со следователем. После этого он аккуратно затушил окурок, бросил его по дороге в урну и вернулся в служебную «Ауди» с запотевшими стеклами.

– Вы что, окно не можете открыть?.. – раздраженно проговорил Виктор, опускаясь на водительское место.

– Так что тут случилось, шеф?.. – спросил Горов.

– Двое в масках напали на бывшего вице-премьера Башманова, он живет в этом доме. У них были дубинка и нож. Но соседский ротвейлер вцепился одному из нападавших в руку. Его сообщник пса пристрелил, после чего они смылись, потому что на шум прибежали охранники и начали палить из двух стволов. «Перехват», как всегда, результата не дал…

– Так, а с Башмановым что?..

– Увезли в ЦКБ с подозрением на сотрясение. А так жив и здоров.

– И нас из-за этого голимого гоп-стопа выдернули из «Эдельвейса»? – подскочил на заднем сиденье Горов. – Звони, Леньчик, своей Инне, скажи, мы сейчас приедем!..

– Какой звони? – резко повернулся Логинов. – Мы включены в состав оперативно-следственной группы!

– Не понял… – тряхнул головой Горов. – За каким-таким хреном мы в ней нужны?

– За таким, что Башманов недавно ударился в политику.

– Ну и что?..

– Леня, посвяти нашего темного майора в юридические тонкости…

– Совершение насильственных действий в отношении общественного или политического деятеля с целью дестабилизации общественно-политической обстановки квалифицируется как терроризм, – хмуро проговорил Аникеев.

– Проверкой этой версии мы и будем заниматься, – кивнул Логинов. – Все ясно или есть вопросы?

9

Как и в прошлый раз, Тюркин возник у «Форда», словно соткавшись из воздуха.

Нырнув на заднее сиденье, он сразу увидел забинтованную руку Доху.

– Огнестрел?.. – тут же спросил Тюркин.

– Нет, собака, – поморщился Доху.

– Рана серьезная?

– Пустяк. За пару дней заживет, – сказал с переднего сиденья Артур.

– Так как это получилось?

– Доху уже собрался перерезать ему горло, как вдруг из подъезда выскочила эта собака. Пришлось ее пристрелить…

– Да хрен с ней, с собакой! Как получилось, что он остался жив?

– Кто? Доху?

– Какой Доху? Башманов!

Освещения в салоне не было, но лицо Артура Тюркин видел неплохо. На нем отразилось неподдельное удивление. Сыграть такое было практически невозможно.

– Он не мог остаться в живых, – наконец покачал головой Артур. – Я выстрелил ему в затылок… Почти в упор, примерно с метра…

– Он жив, – повторил Тюркин. – И у него вообще нет огнестрельных ранений. Даже касательных!

– Это точно? – спросил Артур.

– Точнее не бывает. Поэтому я и спрашиваю, как это получилось?

Артур сглотнул и приглушенно пробормотал что-то на чеченском.

Потом сказал:

– Значит, это чертова собака… Она дергалась в конвульсиях и пуля попала в нее… Это единственное объяснение…

В салоне воцарилась тишина. Наконец Тюркин сказал:

– Что толку от этого объяснения, если он жив?

Артур поерзал на сиденье.

– Это случайность. Но мы ее исправим!

– Теперь сделать это будет намного сложнее, – хмуро проговорил Тюркин.

– Ничего! Мы справимся! Работа будет сделана, Володя!

– Ладно, верю… Отсидеться где Доху есть, пока рука заживет?

– Да. Есть.

– Хорошо… С зажигалкой что?

– Я бросил ее там, только за углом. Охранники стреляли из двух стволов. Меня задели один раз. Хорошо, что пуля резиновая…

– Пистолет выбросили?

– Конечно. В канализацию. Сразу, как машину бросили.

– А фотографию в телефоне стерли?

– Еще днем.

– Ну тогда все. Как определюсь с новым местом, сразу позвоню. Так что будьте наготове. И не высовывайтесь пока…

10

– Ко мне, оба, в темпе вальса! – заглянул в дверь Логинов.

Минуту спустя Горов и Аникеев уже сидели в его кабинете. Виктор сообщил:

– Я только что от Ермолова, который у нас занимается всеми этими ультра… Агентура у него в группировках не ахти какая, но все-таки есть. В общем, он практически исключает, что к нападению на Башманова причастны его подопечные. Но следователь считает, что это возможно, и его версию нужно проверить. Поэтому вот вам по папке… – Тут Логинов окинул подчиненных быстрым взглядом и продолжил: – Тебе, Леня, «лимоновцы». А тебе, Степан, скинхеды. Вникайте в структуру и идеологию…

– И на фига мне сдалась их тупая скинхедовская идеология?.. – спросил Горов.

– Для общего развития, – сказал Логинов. – А вообще-то мысль одна у меня есть. Но ее для начала нужно с начальством обсудить. Все ясно? Тогда вперед!

Горов и Аникеев, взяв папки, вышли из кабинета. И почти сразу Виктора вызвал генерал Ватлин. В кабинете у него сидел полковник из УСБ. Его взгляд не предвещал ничего хорошего. Логинов поздоровался и присел.

Ватлин покосился на уэсбэшника и сказал:

– Тут пара вопросов к тебе имеется, Логинов… Щекотливых.

– Я уже догадался, – хмуро сказал Виктор.

Уэсбэшников он не любил. Не за что их было любить, потому как они методично по очереди отрабатывали каждого сотрудника ФСБ, после чего на стол начальству ложился подробный рапорт – кто, с кем, сколько раз и тому подобное. Впрочем, за себя Логинов был практически спокоен. А вот Горов с Аникеевым где-нибудь вполне могли залететь…

– Так в чем проблема? – спросил Логинов.

– Проблема вот в чем! – кивнул в угол уэсбэшник.

Там на экране телевизора шла какая-то передача канала «Ай-Би-Ти-Ви».

Генерал Ватлин включил звук, и в кабинете раздался голос ведущей:

– А теперь мы имеем возможность поговорить с Лондоном, где наш собственный корреспондент связался с господином Сосновским и попросил его прокомментировать ситуацию… – На экране возник БОС. Его большая лысая голова была чуть повернута в сторону. Большой крючковатый нос придавал беглому олигарху сходство с грифом. – Здравствуйте, Борис Осипович! Вы нас слышите?

Из-за задержки прохождения сигнала БОС отреагировал не сразу. Потом энергично кивнул:

– Здравствуйте, Анна!

– Как вы относитесь к последним событиям в Москве?

Олигарх махнул головой.

– Это просто чудовищно! Нападение на Башманова сигнализирует всему миру, что российские власти окончательно перешли черту! Это демонстративное предупреждение всем, кто выступает за демократический путь развития нашей страны! Власти перешли к откровенно бандитским действиям по отношению к оппонентам, только используют для этого спецслужбы. В этой ситуации у демократических сил нет другого пути, как объединиться, чтобы вместе победить на выборах!

– А скажите, Борис Осипович… – начала было ведущая, но картинка из Лондона вдруг исчезла. Ведущая прижала пальцем торчащий в ухе наушник. – Лондон, вы нас слышите? Лондон!.. К сожалению, связь прервалась! – развела руками ведущая, поворачиваясь к гостю студии.

– Лично я не исключаю, что это тоже работа спецслужб, Анна, – многозначительно сказал тот, потянувшись за водой.

– С Лондоном мы попробуем связаться чуть позже, – продолжила ведущая, – пока же напоминаю нашим зрителям, что сегодня гостем канала «Ай-Би-Ти-Ви» является известный общественный деятель Викентий Нахмаренский. С ним мы обсуждаем вчерашнее дерзкое нападение в центре на Павла Башманова, недавно объявившего о своем намерении баллотироваться на пост президента Российской Федерации. Как стало известно информагентствам из анонимного источника, следствие располагает уликами, неопровержимо указывающими на то, что ко вчерашнему нападению причастны действующие сотрудники спецслужб…

– Ну, строго говоря, – поставил стакан Нахмаренский, – не обязательно действующие. Ведь на месте преступления один из нападавших выронил эксклюзивную зажигалку, выпущенную к юбилею «ВЧК-ОГПУ», так что это вполне может быть и кто-то из действующего резерва. Но это, в любом случае, чудовищно…

– Теперь вы понимаете, в чем проблема?.. – наклонился к Логинову через стол уэсбэшник.

Его глаза под мохнатыми бровями угрожающе поблескивали, на впалых щеках ходили желваки. Виктор наконец-то вспомнил, как его фамилия – Кащеев. Он не был кадровым сотрудником ФСБ, а пришел на Лубянку из милиции при очередной пертурбации…

– Не очень, – покачал головой Виктор.

– Произошла утечка! – стукнул рукой по столу Кащеев. – И руководство поручило нам установить, кто в этом виноват!

– Вы что, думаете, это я сообщил информагентствам об этой зажигалке?

– Я не думаю, я спрашиваю: были ли у вас контакты с представителями СМИ?

– Не было… – вздохнул Виктор.

Милицейский генерал, притащивший Кащеева с собой из МВД, в качестве директора продержался на Лубянке меньше года, после чего его от греха подальше убрали. Кащеев же в УСБ как-то прижился, видимо, благодаря своей исполнительности и практически полному отсутствию щепетильности.

– Кому, кроме представителей СМИ, вы сообщали о найденной зажигалке?

– Никому. В том числе и представителям СМИ.

– В разговоре с кем вы упоминали о ней?

– Я о ней вообще не упоминал.

– Ничего, проверим… – с угрозой сказал Кащеев, делая какие-то ненужные пометки в блокноте. – Не вспомнили?..

– Что?

– Кому вы могли случайно проговориться?.. – спросил Кащеев, не отрывая взгляда от блокнота.

Тут Логинов не выдержал:

– Я, в отличие от вас, всю жизнь проработал на Лубянке. Так что держать язык за зубами меня научили. Если же у вас есть сомнения, я готов пройти проверку на полиграфе!

– Не вижу смысла, – угрюмо посмотрел на Логинова Кащеев. – Поскольку в вашем личном деле имеется запись, что вы прошли специальную подготовку… С вами пока все. Теперь я хочу поговорить с вашими подчиненными.

– В смысле с майором Горовым и капитаном Аникеевым? А их-то зачем дергать? Они вообще не в курсе!

– Вы хотите сказать, что не сообщали им о вещдоке? – подозрительно уставился на Логинова Кащеев.

– Не сообщал.

– Хм-м… А почему?.. – еще подозрительнее спросил Кащеев, положив ручку на блокнот. – У вас что, есть основания им не доверять?

– Конечно, нет. В противном случае я бы с ними не работал или давно обратился бы за помощью к вам, в УСБ.

– Но вы так и не ответили на мой вопрос: почему вы не сообщили подчиненным о зажигалке?

– Я ответил на ваш вопрос раньше. Я кадровый сотрудник ФСБ, поэтому даже своим подчиненным, которым абсолютно доверяю, я предоставляю только ту информацию, которая необходима им для работы. Так меня приучили…

11

Тюркин свернул с проспекта и медленно поехал по переулку. Оставленными на ночь машинами местных жителей тут было заставлено все – обочины, тротуары и даже подъезды к домам. Не без труда найдя место, Тюркин припарковался. Перекурив, он перебрался на пассажирское сиденье и разложил на коленях лэптоп.

Несколько минут спустя он услышал в микронаушниках голос Бориса Осиповича.

– Это я! – сказал Тюркин. – Добрый вечер!

– Какой, в задницу, добрый, твою мать!.. – буквально забесновался на другой стороне интернет-телефонной линии БОС.

Тюркину даже пришлось слегка уменьшить громкость, чтобы не оглохнуть.

Пока хозяин метал громы и молнии, Тюркин на всякий случай оглядывался по сторонам. В принципе, засечь лэптоп в миллионном городе практически невозможно, но осторожность никогда не помешает. Немного побушевав, Борис Осипович как-то сразу успокоился.

Тюркин начал докладывать ему обстановку. Вероятность прослушки их разговора была минимальна, но все же была, поэтому выражаться собеседники старались эзоповым языком. Борис Осипович успокоился окончательно. Он не хуже спецназовца Тюркина понимал, что от случайностей не застрахован никто.

– В общем, теперь нужно ждать, пока он выпишется. В больничке охрана слишком серьезная, – сказал Тюркин. – А потом выяснить новую дислокацию и определиться со способом. Так что получится где-то через неделю. Быстрее не управлюсь…

– Ты теперь не торопись, – сказал БОС. – Как будешь готов, дашь знать, а я уже посмотрю по обстановке – когда и как лучше. И под кого сработать на этот раз. Понял?

– Понял, – сказал Тюркин.

– Ну тогда все.

– До свидания…

Закончив разговор, Тюркин сразу же отключил лэптоп и покинул район – на случай, если фээсбэшники как-нибудь все же «сняли» спутниковый сигнал и успели идентифицировать одного из собеседников как Бориса Сосновского.

Навряд ли, конечно, но ведь именно по сигналу спутникового телефона в свое время спецслужбы «зачистили» Джохара Дудаева…

12

– Что это за херня, шеф?.. – ввалился в кабинет Логинова Горов.

После беседы с полковником Кащеевым даже давешний румянец на щеках Горова куда-то подевался. Брезгливо оглянувшись через плечо в коридор, Степан захлопнул дверь и повторил:

– Что это?.. Какое-то чмо орет на меня, как будто я не офицер ФСБ, а какой-то уголовник, и задает какие-то тупые вопросы…

– Сядь, Степ, и расслабься! – кивнул на стул Логинов.

Сам он поднялся, протянул Горову сигареты, потом прикурил сам и включил чайник. Горов жадно затянулся и посмотрел на Логинова:

– Нет, ну это вообще…

– Все! Забудь!.. – махнул рукой Виктор. – Этот Кащеев полжизни со всяким уголовным отребьем общался, поэтому по-другому разговаривать просто не умеет! А насчет чмо… Он далеко не такой дурак, каким кажется. И вопросы он задает достаточно грамотно…

– Так а чего он вообще хотел от меня добиться? Узнать, не трахаюсь ли я тайно с какой-нибудь журналисткой? Или со скольких лет я курю?

– Да нет, просто у дома Башманова на маршруте отхода преступников служебная собака вчера нашла зажигалку, выпущенную специально к юбилею ФСБ. Помнишь были такие? На торжественном вечере всем сотрудникам выдавали…

– Ну да… У меня и шампанское до сих пор где-то дома стоит – «Антитеррор».

– Ну вот, а за ночь кто-то слил инфо, и сегодня об этом с утра растрезвонили все западные телеканалы. С комментариями…

– Типа, что на Башманова кто-то из наших напал? – даже фыркнул от возмущения Горов.

– Типа, да.

– Фигня это!.. Если бы это был кто-то из наших, Башманова сделали бы без шума и пыли! И лежал бы он сейчас не с сотрясением, а с трепанацией, и не в ЦКБ, а в морге… А насчет утечки – так это или кто-то из криминалистов журналюгам стукнул, или вообще милиционер какой-нибудь районный, они у телеканалов постоянно на подхвате – о всяких сенсациях сообщают…

Зазвонил телефон.

– Логинов, слушаю!

– Это Сапунов… – тяжело вздохнули в трубке.

– Здравия желаю!

– Здравствуйте, полковник. Вы новости уже смотрели сегодня?

– Начальство недавно показывало.

– Мне тоже только что в кабинете генерального прокурора показывали, – пожаловался следователь. – В общем, мне как руководителю оперативно-следственной группы дано категорическое указание максимально ускорить отработку всех версий! Извините… – В трубке раздался шорох, негромкий звон и бульканье. Натужно проглотивший таблетку следователь заговорил снова: – Давление подскочило опять. Надо врачу показаться. А я ведь в генпрокуратуру пришел несколько лет назад практически здоровым человеком. И волосы были, как у молодого Есенина. Верите, полковник?

– Верю.

– А я уже нет… Ладно, с лирикой закончили! Что у вас по отработке причастности крайних группировок?

– Сузили круг до двух – скинхедов и «лимоновцев».

– А РНЕ?

– У нас там в руководстве информатор, и он убежден, что они к нападению отношения не имеют. Куратор с ним сегодня встретился.

– Хорошо! Что по двум оставшимся?

– Хочу попробовать внедрение…

– Так! Когда?

– Я еще не получил добро от начальства, меня тут по утечке целое утро таскали…

– Мне тоже досталось… – вздохнул следователь. – Так что, за сегодня управитесь?

– Шутите? Надо же какие-никакие легенды подготовить и все остальное. Ну и с начальством решить вопрос о прикрытии…

– И сколько это займет времени?

– Пару дней точно.

– Смерти моей хотите, полковник?..

– Упаси бог, но это же не прогулка к бабушке! Пару бригад «топтунов» нужно по-любому, плюс группу захвата на колесах для физической поддержки… А начальство такие силы выделяет неохотно…

– Так идите и стучитесь к нему ногами!..

– Зачем ногами?.. – не понял Виктор.

– Затем, что если мы не раскроем это дело в ближайшее время, меня инсульт с инфарктом хватят и вам тоже не поздоровится, полковник! Вы что, не понимаете, что после заявлений Сосновского следствие возьмут на контроль на самом верху?

– Да нет, понимаю.

– Ну тогда работайте! А звонок вашему начальству я сейчас организую!

– Понял, спасибо, – сказал Логинов и положил трубку.

Горов, с интересом прислушивавшийся к разговору, спросил:

– Следователь?

– Он самый…

– И чего сказал?

– Чтоб ты шел работать! – поднялся Виктор. – Все! Выметайся, Степан… Я пошел стучаться к начальству ногами!

13

– Все, ни пуха ни пера, Степан! – сказал Виктор, положив руку Горову на плечо.

– К черту, шеф!

В следующий миг майор Горов выбрался из машины и неторопливо направился на исходную: к станции метро «Динамо». День заканчивался, приближался час пик, в районе стадиона было людно. Горов свернул к растянувшемуся вдоль проспекта ряду ларьков. Выглядел Степан сносно.

Униформу ему спешно подобрали в огромной гардеробной управления наружного наблюдения. В принципе, там была одежда на любой вкус – от мини-бикини до оранжевых жилетов работников ДЭЗов.

Горова вырядили в высоченные ботинки со шнуровкой, брюки с камуфляжными болотными пятнами и слегка потрескавшуюся куртку-косуху. Кроме того, фээсбэшная парикмахерша состригла с боков его головы волосы, так что получилась почти скинхедовская прическа. Горов, правда, шибко матерился, глядя на себя в зеркало, но Логинов на это старался не обращать внимания.

Расследование нападения на Башманова действительно взяли на контроль на самом верху, так что начальство требовало решительных действий…

По команде Виктора Аникеев тронул «Ауди» с места, проехал по проезду и вскоре припарковался с другой стороны рынка у станции метро. Выйдя из машины, Степан пошел вдоль ларьков, поедая на ходу купленный хот-дог. Наконец он приблизился к кафе.

В этот момент к обочине Ленинградского проспекта свернул новенький «бимер» пятой серии. Из него выбрался стройный молодой мужчина кавказской национальности. Одет он был в дорогую сорочку без пиджака. Узел шикарного галстука был ослаблен, на запястье поблескивали золотые часы, в манжетах – запонки. Суженные книзу брюки были идеально отутюжены.

Ступив на тротуар, кавказец самодовольно оглянулся на идеально отполированную машину и с горделивым видом направился сквозь толпу к ларьку с цветами.

Горов, стоявший у секс-шопа, уныло дожевал свою сиротскую сосиску и двинулся к троллейбусной остановке. В этот момент из цветочного ларька вынырнул кавказец с дорогим букетом и пошел к своему «бимеру».

На прохожих он обращал внимания не больше, чем на насекомых. Уверенно рассекая толпу, владелец «БМВ» почти дошел до своей машины. Горов смотрел в сторону Белорусского вокзала. Кавказец, проходя мимо, толкнул его и как ни в чем не бывало двинулся дальше.

Степан быстро повернулся и возмущенно крикнул:

– Эй, черный, озверел?..

Кавказец мгновенно оглянулся. Его тонкие ноздри раздувались от возмущения.

– Что ты сказал, козел?

– Ты кого назвал козлом, зверь?.. – шагнул к кавказцу Горов.

Тот свирепо бросил:

– Ты знаешь, кто я? Живым закопаю!

– Замучишься закапывать! – вплотную приблизился к кавказцу Горов.

Вокруг участников конфликта почти сразу же образовалось свободное пространство. Кавказец злобно ухмыльнулся и достал мобильный.

– Тебе конец, козел! – пообещал он.

Горов только презрительно хмыкнул. Кавказец ткнул пальцем в кнопку вызова и приложил телефон к уху. Вернее, он попытался это сделать, потому что в этот момент Горов хорошо поставленным правым прямым отбросил его на капот «БМВ».

Машина возмущенно моргнула фарами, противно завыла сигнализация.

Какая-то женщина невольно вскрикнула. Кавказец выронил телефон и ошарашенно посмотрел на Степана. В следующий миг он отшвырнул букет и со звериным рыком бросился на Горова.

Поначалу тот пропустил пару ударов, но быстро оправился, ушел нырком в сторону и эффектной серией заставил кавказца вновь отступить к подвывающему «бимеру». Здесь Степан и нанес противнику сокрушительный хук.

Сознания владелец «БМВ» не потерял, но удар его потряс. Он «поплыл» и стал легкой добычей Горова. Ухватив кавказца за воротник, Степан демонстративно несколько раз ударил его лицом о капот. Ноги противника подогнулись, на идеально полированный капот закапала кровь, яркие пятна проступили на белоснежной сорочке.

Из кафе тем временем высыпали тусовавшиеся там скинхеды. Кто-то из них крикнул:

– Бей хачей!

Горов наконец отпустил противника и напоследок отвесил ему пинка. Со стороны кафе послышались одобрительные возгласы, однако в этот момент у «БМВ» вдруг притормозил патрульный «Форд». Милиционер в нем оказался только один, но он очень быстро выскочил и метнулся к Степану.

– Стоять! – разнесся вопль милиционера.

Он попытался ухватить Горова за руку, но тот с криком: «Да пошел ты!» – увернулся и бахнул стража порядка в челюсть. Удар вышел сильным. Форменная фуражка слетела, милиционер попятился, качнулся и упал. При этом он стукнулся головой и остался лежать без движения.

– А-а! – завопила какая-то бабка. – Убили-и-и!

Горов испуганно оглянулся. От станции «Динамо» уже бежали патрульные милиционеры. Степан бросился в сторону кафе. Один из стоявших у него бритоголовых крикнул:

– Свал! Менты всех загребут!

Топая ботинками на рифленых подошвах, парни и пара девушек бросились в проход и исчезли за ларьками. Горову ничего не оставалось, как побежать за ними.

Логинов в оперативной «Ауди» потянулся за сигаретой и быстро посмотрел на Аникеева:

– Кажись, сработало. Осторожно за ними!

14

Шары с грохотом раскатились. Высокий крепкий парень с огромным перстнем в виде черепа оглянулся на бильярный стол, потом отхлебнул пива и снова повернулся к сидящему рядом с ним у стойки Горову:

– Так ты, значит, из Краснодара?

– Из Новороссийска.

– Понятно… Был я там когда-то. А в Москве как, проездом?

– Да не, в бегах я, – сообщил Степан. – У нас там хачи на каждом шагу. Вообще обнаглели. А я после армии их на дух не переношу. Ну одного на место и поставил. Чтоб он, значит, наших девок не трогал. Только перестарался слегка… – Тут Горов красноречиво почесал покрытый шрамами кулак.

Парня с перстнем звали Стиксом, у бритоголовых он был вроде смотрящего.

В кафе после нескольких бутылок пива, выпитых в ознаменование победы Степана над кавказцем, Горова привели скинхеды, вместе с которыми он убежал.

Стикс посмотрел на кулак Степана и спросил:

– И что?.. Хачи новороссийские теперь тебя ищут?

– И ментовка тоже, – вздохнул Степан. – Я… сильно перестарался. Жить этот хач будет, но наших девок трогать – уже навряд ли.

Стикс одобрительно кивнул и снова посмотрел в сторону ярко освещенного бильярдного стола. Бритоголовая девушка как раз наклонилась, чтобы произвести удар. Посмотреть там действительно было на что, и Горов тоже оглянулся. Шар с глухим стуком влетел в лузу.

Стикс вернулся к реальности и спросил, поболтав пиво в бокале:

– Что теперь делать собираешься?

– Не знаю. Я только ночью приехал. А тут эта фигня возле «Динамо»… Уехать бы куда, так бабки нужны. Работенку бы какую найти. У тебя нет знакомых, которым надо какого-нибудь хача грохнуть? Или еще кого? Я много не возьму, лишь бы на билет хватило куда-нибудь на север…

Стикс внимательно посмотрел на Горова. Потом сказал:

– Да мои знакомые сами хачей грохают, за бесплатно.

– Понятно… – шмыгнул носом Горов, поежившись. – Мне бы где перекантоваться пару дней. Я заплачу, раздену какого-нибудь черного. А, Стикс?..

– Я со своих денег не беру! Только у меня негде, в двух комнатах сестра с мужем и их спиногрызы в комплекте…

– Ясно… Все, блин, из-за этих иноземцев проклятых! – стукнул кулаком в ладонь Горов и уставился ненавидящим взглядом в стойку. – Ну ничего, я сегодня кого-нибудь из них еще подловлю…

Стикс несколько секунд смотрел на него, потом сказал:

– Ты бы не спешил, Степан.

– Что?..

– Говорю, не фиг пороть горячку. Сесть ты всегда успеешь… Короче, вон телка стоит, видишь? Слева…

– Ну вижу.

– Сюзанкой зовут. У нее как раз в личной жизни штиль, а живет она одна. Предки в Африке, бабка на даче. В общем, можешь попробовать выпить с ней пива…

– Ага! Понял!

– Только смотри, девка она ураган, потому с ней долго никто и не выдерживает…

15

– Логинов, слушаю!

– Как у тебя обстановка, полковник? – спросил оперативный дежурный.

– Нормально, в Войковском загораем, у бара.

– Это хорошо, потому что я у тебя группу прикрытия забираю!

– Не понял?

– Начальство приказало! В УФСБ дали добро на задержание в Северном округе наркоторговцев, а они народ серьезный! Так что каждый ствол на счету! Мало ли как обернется…

– Так а мы что, в игрушки играем?

– Начальство приказало, Логинов! Объясняй ему! – сказал оперативный дежурный и отключился.

Логинов выматерился. Аникеев вопросительно посмотрел на него. Виктор немного поколебался, но звонить начальству не стал, поскольку понимал – без толку.

– Группу прикрытия отзывают, – сообщил он Аникееву.

Леня перевел взгляд на вход в скинхедовский бар и невольно поежился.

«Топтунов» начальство отозвало сразу – это именно они сыграли у «Динамо» кавказца и милиционера. Теперь уезжала и группа спецназа УФСБ Москвы и области. Так что, в случае чего, помогать Горову уносить ноги из бара предстояло им двоим. Публика внутри была еще та, поэтому перспектива вырисовывалась не из радужных…

– Ничего, прорвемся, – сказал Логинов.

В этот момент на «торпеде» «заговорила» рация:

– Кречет-три к Кречету-один!

– На связи! – ответил Виктор.

– Нас снимают, Первый! Команда от Коршуна…

– Я в курсе. Удачи!

– Вам тоже, Первый! Конец связи…

Несколько секунд спустя из-за соседней блочной девятиэтажки вынырнул синий микроавтобус. Проехав по двору, он свернул на улицу и направился в сторону МАИ. Логинов проводил взглядом машину спецназовцев и взялся за ручку двери:

– Посмотри тут сам. Я схожу туалет поищу…

После уютного прогретого салона «Ауди» на улице было холодновато.

Логинов запахнул куртку и направился к мусорным контейнерам. За домами на сталинской высотке районной управы полоскался подсвеченный прожектором триколор. У дальнего подъезда тявкала болонка. Возле скинхедовского бара все было пока спокойно…

16

– Не, ты че, гонишь?.. Отдай, я сказала! – пьяно качнулась Сюзанка.

Она набралась еще в баре. А теперь вот решила догнаться по дороге…

Горову это надоело, и он забрал только что купленную в ларьке бутылку пива.

– Отдай!.. – с угрозой повторила девушка.

Горов отрицательно качнул головой и попытался ее обнять:

– Пошли, Сюзан! Дома…

Однако девушка вдруг схватила Степана за рукав. Тот попытался перехватить бутылку другой рукой, но недооценил свою спутницу. Сюзанка все-таки вырвала пиво, но не удержала его.

– Бам!.. – звонко ударила бутылка в окно ларька.

Стекло жалобно хрустнуло. Бутылка упала на землю и разбилась. Белая пена, словно из огнетушителя, брызнула во все стороны под звон посыпавшегося стекла. Ларешница завопила, высунувшись в окошко.

– Твою мать! – прорычал Степан.

Сграбастав Сюзанку в охапку, он поволок ее за павильон во дворы. Сзади хлопнула дверь и послышался топот.

– Эй, стой! Стой, я сказал! – услышал Горов.

Оглянувшись на ходу, Степан увидел молодого парня. То ли бойфренда ларешницы, то ли охранника. Выглядел он довольно спортивно. «Боксер!» – догадался Горов.

Затащив Сюзанку за угол павильона, Степан прошипел:

– Тихо, дура!

– Пошел ты!.. – отмахнулась Сюзанка.

Спорить с ней было некогда. Горов быстро развернулся. Он был опытным рукопашником и не собирался обмениваться с преследователем ударами. Едва тот выскочил из-за угла, Степан молниеносно повалил его на спину.

В таком положении от боксерской техники толку не было никакого. Парень, правда, махнул рукой, но его удар был не сильнее комариного укуса. Степан же наклонился и коротко стукнул противника в солнечное сплетение. Тот сразу затих. Горов метнулся к Сюзанке и ухватил ее за руку:

– Уматываем!

Держась в тени, они нырнули за ряд гаражей-ракушек. Здесь девушка вырвала руку:

– Из-за тебя, блин, пиво разбилось!

– Да хватит тебе пива! Обоссышься, блин!

– Да пошел ты!

Продолжая обмениваться любезностями, они завернули за угол и быстро двинулись мимо пятиэтажки к темнеющим справа в глубине двора приземистым строениям. Сюзанка разразилась заковыристым матом. Горов зло посоветовал ей заткнуться. Девушка открыла было рот, чтобы огрызнуться, и вдруг резко остановилась:

– А ты чего вылупился, чертов нигер?..

Степан удивленно оглянулся. В двери подъезда действительно стоял негр – очень приличный, в галстуке – и белозубо улыбался. Сюзанка с криком рванулась к нему. Негр перестал улыбаться и подался назад.

– Стой, дура! – попытался перехватить девушку Горов, но опоздал.

Как на грех, негр споткнулся о порог и не успел захлопнуть подъездную дверь. Злая на весь мир, Сюзанка, словно дикая кошка, вцепилась в него.

– Назад, дура! – заорал подскочивший Горов, пытаясь оттащить ее. – Пошли, твою мать!

– Отпустите! – кричал негр. – Отпустите!

– Ненавижу нигеров! – визжала Сюзанка.

За этим шумом никто из них не расслышал, как к подъезду подкатил резво свернувший во двор «УАЗ».

– Эти они! – ткнул пальцем сидевший на переднем сиденье старший группы. – Быстро!

Выскочившие из «УАЗа» милиционеры с дубинками бросились к подъезду.

Негр радостно завопил:

– Спасите, убивают!

Горов, быстро оглянувшись, выматерился и в последний момент прикрыл голову руками. Но это не помогло. Вошедшая в раж Сюзанка как-то исхитрилась укусить одного из ментов, после чего на них с Горовым обрушился буквально град ударов.

К тому времени, когда из свернувшей во двор «Ауди» выскочил Логинов, спасать Степана было уже поздно…

17

– И сигарет оставьте, шеф, – попросил Горов, оглянувшись на приоткрытую больничную дверь с матовым стеклом.

– Да-да, держи, Степ! – торопливо протянул пачку Логинов.

На Горова он старался не смотреть. Узнать Степана было проблематично. Распухшее лицо его имело стойкий бордово-фиолетовый оттенок. Левый глаз майора вообще заплыл, правый едва проглядывал из узкой щелочки…

Но самое паршивое было то, что, одевая на Горова наручники, бравые войковские милиционеры сильно перестарались. Едва сросшиеся кости треснули, и правая рука Горова снова была в гипсе. Горов взял сигареты левой рукой и кивнул:

– Спасибо, шеф! Ну что, я, наверное, пойду прилягу, а то башка, блин, раскалывается…

– Да, Степа, давай! – Логинов протянул было для рукопожатия правую руку, но спохватился и осторожно коснулся плеча Горова. – В общем, пару дней тут перекантуешься, на случай, если Стикс вдруг клюнет, а там в госпиталь тебя переведем. Лады?..

– Ага, – глухо сказал Горов. Если он и испытывал энтузиазм, то очень умело его скрывал. – Только навряд ли он теперь клюнет, шеф. Кому нужен загипсованный киллер…

18

Телефонный звонок полоснул по нервам. Голова была тяжелой, словно Логинов и не спал вовсе.

– Да! – сиплым голосом ответил он.

– Это Сапунов, полковник! Я вам звонил на рабочий, но там говорят…

– Да, я еще дома… – резко сел на кровати Виктор.

– Виктор Павлович!.. – В голосе следователя прозвучали возмущение и обида одновременно.

– Я просто не хотел вас будить, – сказал Логинов. – Сегодня ночью внедренный к скинхедам майор Горов попал больницу.

– Его что, раскрыли?

– Да нет. Его девушка-скинхедка, если это создание, конечно, можно назвать девушкой, спровоцировала по пьянке конфликт на расовой почве. В общем, милиция перестаралась…

– Так Горов ранен?

– Перелом без смещения. Вернее, трещина, но гипс наложили. Я на всякий случай пока поместил его в межрайонную больницу вместе с этой его девушкой. Горов успел забросить крючок, но навряд ли это теперь сработает. В общем, посмотрим…

– Понятно. А с «лимоновцами» как?

– Капитан Аникеев, – посмотрел на часы Виктор, – через пару часов будет на презентации.

– На какой презентации?

– Живой классик Эдичка Лимонов одарил мир очередным романом. Аникеев будет изображать левацки настроенного журналиста.

– Понятно. Живут же люди, – вздохнул следователь, – книги пишут, презентации проводят…

– Да, – согласился Виктор. – Поэтому и не верю я, что это что-то даст. Лимонов свой срок отмотал, и это стало для него хорошим уроком. Навряд ли он горит желанием снова угодить на нары… В общем, по-моему, тут что-то не то.

– Что не то? – не понял следователь.

– Да с версиями нашими. Вы не возражаете, если я по вашему поручению переговорю с Башмановым? Может, он сможет навести нас на верный след?

– Да нет, конечно. Вы думаете, он что-то скрыл?

– Не знаю, честно. Просто чувствую, что с этими группировками мы тянем пустышку…

19

Павел Андреевич Башманов лежал поверх одеяла на своей кровати в палате ЦКБ. На нем был темный спортивный костюм «Адидас» с цветными вставками и льняные носки. Прическа была безукоризненной, на носу красовались очки без оправы. Павел Андреевич изображал, что всецело поглощен чтением какой-то англоязычной газеты.

– Здравствуйте, к вам можно?.. – спросил Виктор.

Башманов после небольшой паузы удивленно уставился на него поверх очков. Получилось это у него очень натурально. Не знай Логинов, что медсестра предупредила больного о посетителе, он бы, пожалуй, даже поверил.

– Ну, раз пропустили, значит, можно! – кивнул Башманов. – Здравствуйте! Прошу!

Павел Андреевич сел, свернул газету и положил на тумбочку. Очки он также снял. Логинов отодвинул стул для посетителей и, подобрав полы хрустящего халата, сел напротив него.

– Чему обязан? – спросил Башманов, продолжая играть недоумение.

– Полковник Логинов! Управление по борьбе с терроризмом!

– Ясно… – презрительно искривил нижнюю губу Башманов и перевел взгляд на газету. Лежала она так, чтобы Виктор мог прочитать англоязычный заголовок статьи: «ФСБ – дубинка Кремля». – Получили задание своих коллег выгораживать?

Логинов спокойно смотрел на Башманова и молчал. Пауза затянулась, и Павел Андреевич, в конце концов, был вынужден поменять свою эффектную позу. Повернувшись, он спросил:

– Почему вы молчите?

– Я, Павел Андреевич, офицер управления по борьбе с терроризмом. И моя работа заключается не в том, чтобы кого-то выгораживать, а в том, чтобы спасать жизни людей – вне зависимости от того, кто они…

– Так, значит, вы пришли меня спасать?..

– Можно и так сказать, – серьезно кивнул Виктор. – А можно сказать и по-другому: просто наше управление привлекли к расследованию, и мы стараемся честно выполнить свою работу, то есть найти и обезвредить преступников…

– И как успехи?.. – саркастически улыбнулся Башманов.

– Пока не очень, – признался Виктор. – Именно поэтому я к вам и пришел… А насчет вашего сарказма… Один из моих подчиненных, стараясь раскрыть нападение на вас, получил сегодня ночью многочисленные травмы и угодил в больницу. Далеко не такую комфортабельную, Павел Андреевич…

– Вы хотитет меня разжалобить?

– Нет. Конечно, это наша работа. Никто не заставлял нас ее выбирать. И мы не требуем, чтобы вы нами восхищались. Но на элементарное уважение вправе рассчитывать. Не так ли?

Башманов промолчал. Виктор продолжал:

– Поверьте мне, мы отрабатываем различные версии, Павел Андреевич. Однако интуиция подсказывает мне, что следствие пока чего-то не видит… Одним словом, вы не могли бы еще раз рассказать мне со всеми подробностями, как все произошло?..

Башманов страдальчески поморщился.

– Я понимаю, что для вас это мучительно, – кивнул Логинов. – Но это в ваших же интересах. Поймите!..

Башманов опустил голову и некоторое время раздумывал. Потом проговорил:

– Не знаю почему, но я вам верю. Это случайно не вас в девяносто шестом президент награждал в Екатерининском зале Кремля орденом Мужества по закрытому указу? Там еще пианист был этот, как его…

– Случайно меня, – посмотрел в окно Виктор. – Адельянц его фамилия. В смысле пианиста.

– Значит, я не ошибся, – сказал Башманов и зажал руки между коленями, как будто ему вдруг стало холодно. – Хорошо. Я расскажу вам, как это было…

20

– Ясно, – сказал Логинов. – И они вообще ничего не говорили?

– Нет! В том-то и ужас. Они были как киборги в этих своих масках…

– И между собой? – на всякий случай спросил Виктор.

– Нет… – покачал головой Башманов, передернув плечами.

Его взгляд был устремлен в угол, лицо словно искажено судорогой.

Башманов снова переживал самые ужасные секунды своей жизни. Логинов сказал:

– Ну что же, тогда…

В этот момент не слышавший его Павел Андреевич вдруг дернул головой.

– Хотя… Постойте… – зашевелил он губами. – Да!

Логинов осекся и замер. Башманов прищурился и проговорил:

– Когда я уже лежал, один из них сказал… вернее не сказал, а-а… негромко крикнул: «Жалеешь?!»

– «Жалеешь?..»

– Нет, скорее «Жалеешь!» Не с вопросительной интонацией… Да, точно, – наконец перевел взгляд на Логинова Башманов. – Он крикнул: «Жалеешь!» Мол, давай, действуй!

21

Логинов прямо из ЦКБ позвонил Сапунову, чтобы сообщить о разговоре с Башмановым, но ни один телефон следователя не отвечал. Это могло означать только одно: Сапунова в очередной раз выдернули к начальству. Логинов посмотрел на часы и вдруг подумал, что нужно бы пообедать, пока есть возможность…

Двигаясь в потоке машин, он автоматически крутил баранку, в голове же крутилось это «Жалеешь!» Впереди показалась внушительная пробка. Логинов свернул, чтобы ее объехать, и совершенно случайно оказался возле рынка. На его задворках выстроилась куча машин. За ними кружком стояло несколько кавказцев.

Логинов ехал довольно быстро. Неожиданно на дорогу выскочила бездомная собака. Прямо под колеса. Логинов среагировал мгновенно. «Ауди» взвизгнула тормозами и встала как вкопанная, но собаку все-таки задела. Чуть-чуть.

– Твою мать! – выругался Виктор.

Собака, скуля, бросилась к рынку. Она слегка прихрамывала, но отделалась легко. Логинов тронул «Ауди» с места.

Кавказцы повернули головы и что-то загалдели. Логинов уловил всего два слова: «тухш» и «джалеш». Он не был силен в чеченском, но в командировки в Грозный ездил часто. Смысл фразы был то ли «чуть не убил собаку», то ли «я бы убил эту собаку…»

И тут Виктора осенило. Он быстро оглянулся на кавказцев. Судя по всему, это были владельцы торговых точек. И среди них были чеченцы. То ли тоже владельцы, то ли их помощники – по бизнесу и, так сказать, безопасности…

А ведь напавшие на Башманова явно не были профессиональными боевиками, работающими на одну из криминальных группировок. Иначе Павел Андреевич навряд ли спасся бы. И один из них крикнул «Джалеш!» То есть «Собака!» А Башманов принял это за «Жалеешь!»

Повинуясь неожиданному порыву, Логинов сбросил скорость и стал высматривать место для парковки. Пристроить «Ауди» удалось только в конце квартала. Логинов закурил и пешком вернулся к рынку. Несколько минут спустя он уже заглянул в милицейскую каморку.

Офис был небольшой, но отделанный со вкусом, под «еврик». За столом восседал огромный русоволосый милиционер в новенькой форме и, барабаня пальцами по столу, угрюмо смотрел сквозь прикрытое жалюзи окошко на рыночную толчею. Подбородок стража порядка был выбрит неровно, лицо выглядело страдальческим. Логинов с ходу понял, что терзает хозяина каморки извечный русский вопрос: похмелиться или все-таки дотерпеть до вечера…

– Привет доблестной милиции! – с едва заметной ухмылкой поздоровался Логинов, прикрывая за собой дверь.

Милиционер недовольно повернул к нему голову. Впрочем, для того чтобы понять, ху из Виктор, ему потребовалось всего мгновение. Затем хозяин кабинета неожиданно легко для своих габаритов поднялся.

– Всегда к услугам органов! Прапорщик Борейко!

– Полковник Логинов! – пожал Виктор протянутую руку.

– Прошу! – кивнул прапорщик.

В этот момент за дверью раздались шаги, в кабинет просунулся какой-то мясник в фартуке с пакетом:

– Тимофеич, я вот тут для тебя…

– Я занят! У меня санинспектор! Не видишь, что ли?

– Извиняюсь, извиняюсь!.. – мясник тут же закрыл дверь.

– Боятся? – хмыкнул Логинов.

– Уважают… Так чем могу помочь, товарищ полковник?

– Присаживайся, Тимофеич, – махнул головой Логинов, вытаскивая сигареты. – Можно?..

– Само собой! – сказал прапорщик, выуживая откуда-то белую итальянскую пепельницу с черной крышкой-решеткой.

Виктор кивнул и сказал, прикурив:

– Дело такое… У тебя на рынке кавказцы торгуют?

– Торгуют.

– И чеченцы, я так понял, имеются?..

– Так точно, имеются, товарищ полковник. Но немного. В основном – даги и ары.

– И что, много чеченцев?.. – спросил Виктор.

– Да я не считал, но если надо, могу… – вздохнул прапорщик и посмотрел на Логинова страдальческим похмельным взглядом – мол, не томите, товарищ полковник, свой я, в доску, не видите, что ли. – Или вам конкретно кто-то нужен?

– Конкретно – имеется ориентировка на двух мужчин. По вооруженному нападению. Оба высокие, крепкие, но не толстые…

– Так, а насчет морды лица что?.. – немного растерянно поскреб подбородок Борейко.

– Насчет морды лица ориентировка умалчивает. В масках они были. Но один из них вроде бы крикнул: «Джалеш!»

– Думаете, чеченцы?.. – сразу сориентировался прапорщик.

– Предполагаю…

За дверью снова послышались шаги. Прапорщик повернулся и рявкнул:

– Занят я!

Едва приоткрывшаяся дверь тут же захлопнулась. Логинов продолжил:

– Единственная реальная зацепка – одного из них позавчера вечером сильно укусила за руку собака.

– Угу… – снова потер подбородок прапорщик. Его лицо стало осмысленным, теперь на нем не было и следа похмельных страданий. – Значит, двое, крепких… Вы это, минут пять-десять можете посидеть, пока я обернусь?

– Могу, – немного удивленно кивнул Логинов.

– Ну я тогда пошел! – потянулся за фуражкой прапорщик. – А вы тут не стесняйтесь! Гоните всех в шею, я, мол, на территории!

22

Логинов затянулся сигаретой и повернулся к прикрытому жалюзи окошку. За ним туда-сюда сновали люди, внутрь пробивался приглушенный шум рынка.

Действовало это успокаивающе, примерно так же, как наблюдение за аквариумом. Логинов прищурился и решил, что следователю можно позвонить и попозже. Когда он отойдет от очередной накачки начальства…

Так прошло минуты три-четыре, потом в мерный рыночный шум диссонансом вклинился близкий голос прапорщика Борейко:

– Я сказал, Самвел, чтоб через три минуты этого не было! У меня вон санинспектор сидит! Или ты хочешь, чтоб из-за тебя рынок закрыли?

Раздались торопливые шаги. Прапорщик Борейко быстро вошел в кабинет. В руке он нес нагруженный почти доверху пакет, под мышкой торчала большая пластиковая бутылка минеральной воды.

– Это вам! – бухнул пакет на пол у ног Виктора прапорщик.

– Зачем?..

– Для конспирации! – объяснил милиционер. – Будете?..

Виктор покачал головой. Прапорщик открыл минералку, наполнил стакан и жадно выпил. Потом снял фуражку, сел за стол и почти шепотом проговорил:

– Похоже, это мои. Я на них сразу подумал, как вы сказали… Скользкие типы, хотя с документами все в порядке. Артур Дадашев и Доху Иткаев. Самое интересное, что Артур чех, а Доху даг. Обычно они друг с дружкой держатся по национальности, а у этих – интернационал, даже живут вместе, как «голубые». Появились на рынке с полгода назад. Работают на дядю Доху, у него на рынке несколько точек. Но дядя точно не при делах: он типичный даг-торговец, из тех, к которому придешь покупать трусы, а он тебе всучит три лифчика, ты и сам не заметишь как… Артур и Доху у него вроде экспедиторов, грузчиков и водителей. Доху вчера вообще не было, да и Артур позже появился… В общем, я только что вроде как мимоходом перекинулся парой слов с дядей. Он сказал, Доху руку прибил, когда колесо менял, теперь несколько дней не появится. Вот такие пироги, товарищ полковник!

– Так… – немного растерянно проговорил Логинов. – А этот дядя ничего не заподозрил?

– Обижаете…

– А что насчет адреса?

– Я знаю, что дядя точно живет в Мытищах. Значит, и эти где-то там, рядом. Но узнавать точно я не стал, правильно?..

– Правильно…

– Я тоже так подумал. Тем более что Артур сейчас разгружается. Минут через двадцать поедет. Так что вам лучше за ним проследить. Домой он по-любому сегодня вернется, правильно?..

23

Сколько в Москве чеченцев, Логинов точно не знал. Но что много – однозначно. Да и не факт, что один из нападавших точно был чеченцем – Виктор вполне мог и ошибиться с «расшифровкой». Поэтому, чтобы следователь не подумал, что Логинов сошел с ума, Виктор не стал сообщать Сапунову, что следит за Артуром Дадашевым. Он просто доложил ему о своей беседе с Башмановым, изложил «языковую» версию и сказал, что будет ее отрабатывать…

Бордовый «Форд» Артура направился к Горбушке. Там, в продовольственных рядах, у дяди Доху Иткаева тоже оказалась пара точек, где торговали всякими кишмишами и прочими сушеными плодами. Артур Дадашев выгрузил ящики с заднего сиденья и из багажника «Форда». После чего поехал в сторону Мытищ.

Направившийся за чеченцем Логинов старался держать максимальную дистанцию. Артур Дадашев был настороже. Логинов был слишком опытным оперативником, чтобы этого не заметить. Чеченец явно чего-то опасался. И Логинов позвонил Аникееву.

– Ты где? – спросил Виктор.

– На презентации, – негромко сказал Аникеев. В телефоне был слышен хорошо поставленный голос харьковского слесаря, умудрившегося стать известным писателем, но на старости лет зачем-то переквалифицировавшегося в революционеры. – Тут Лимон речь толкает… Если не знать ху из ху, такое впечатление, что снимают фильм про Троцкого…

– Тогда завязывай с этим дурацким фильмом и дуй ко мне!..

– Так а с «лимоновцами» что?

– Пусть развлекаются дальше!

– Понял, шеф! А куда ехать-то?

– В Мытищи! Как подтянешься, позвони – я место уточно…

– Ясно! Тогда до связи!

24

Капитан Аникеев оставил свою «девятку» в соседнем дворе. Когда он нырнул в «Ауди», Логинов объяснил ему, что к чему, и показал на бордовый «Форд», стоявший на площадке у старой пятиэтажки.

– И что будем делать? – спросил Аникеев.

– Надо бы на этого Доху посмотреть, что у него с рукой, – пожал плечами Виктор.

– Разве что под «газовщиков» сработать, – задумчиво проговорил Аникеев.

– Сложно. Да и не такие они простаки, чтобы принять нас за «газовщиков». Это снова «наружку» надо привлекать… В общем, ты оставайся, а я смотаюсь по-быстрому к участковому…

Участковый оказался молодым еще парнем с красными от недосыпа глазами. Удостоверение Логинова произвело на него сильное впечатление. На вопрос о кавказцах он ответил:

– Так точно, живут в двадцатом, в крайнем подъезде, двое, но с временной регистрацией у них порядок. То есть, как там они ее получали, я не знаю, но формально…

– Я понял. Тогда надо организовать небольшой обход. С проверкой паспортного режима!

Участковый кивнул и вызвал помощника. Опорный пункт располагался неподалеку, так что минут пятнадцать спустя милиционеры уже направлялись к нужному подъезду. При входе в него они неожиданно столкнулись с Артуром Дадашевым.

Занявший позицию в «Ауди» Логинов напрягся. Однако никаких эксцессов не случилось. Артур миролюбиво перебросился несколькими фразами с милиционерами, спокойно предъявил документы. Потом направился к «Форду».

Логинов быстро позвонил нырнувшему в подъезд участковому.

– Слушаю!

– Это Логинов!

– Я понял! Он сказал, что второй дома, повредил ящиком руку…

– А он куда собрался?

– Сказал, в магазин!

– Ясно! – глядя на Артура, сказал Виктор.

Тот спокойно сел в машину и уехал.

Виктор был несколько удивлен: встреча с участковым, судя по поведению Артура, совершенно не обеспокоила чеченца. Так что выходило, что опасается он вовсе не милиции…

Пока отсутствовал Дадашев, Логинову отзвонился участковый. Он сообщил, что у Доху Иткаева перебинтована правая рука в районе запястья. Логинов велел милиционерам для проформы продолжить обход.

При выходе из подъезда они снова встретились с вернувшимся Артуром. И снова чеченца это особо не напрягло, он даже с улыбкой что-то сказал. Артур вошел в дом, милиционеры направились к соседнему подъезду. Логинов немного подумал и решил позвонить следователю…

25

Следователь Сапунов информацией Логинова был, видимо, сильно обескуражен. Немного помолчав, он проговорил:

– Так а-а… вы что, предлагаете задержать их, что ли?

– Если исполнители действительно они, то имеет смысл организовать наблюдение, чтобы выйти на заказчика…

– Это понятно, полковник, но… извините, вы хоть на один процент уверены в их причастности?

– Но для начала лучше организовать негласное опознание, – проигнорировал вопрос следователя Логинов.

– В смысле? По голосу? С Башмановым?

– Нет. По запаху. С собакой…

– И как вы себе это представляете?

– Как обычную одорологическую экспертизу. Участковый сообщил, что машину они на ночь ставят на охраняемую стоянку. Когда туда приедет Артур, надо дать нашему Рексу в сторожке понюхать зажигалку. Если это Дадашев, то при въезде на стоянку собака его опознает. Ну а он навряд ли что-то заподозрит. Новый пес на стоянке – это нормально.

– Хорошо, полковник, – вздохнул после паузы Сапунов. – Я сейчас позвоню в МВД…

26

Артур вышел из подъезда и направился к машине. Логинов чертыхнулся: кинолог с собакой и криминалист еще даже не выехали в Мытищи. Впрочем, чеченец мог выбраться и по делам.

Виктор перезвонил Аникееву:

– Веди его ты, а то я примелькался!

– Понял!

В сгущающихся сумерках Артур Дадашев проехал по улице, пересек осевую и свернул на большую, растянувшуюся вдоль дороги автостоянку. Аникеев на своей «девятке» проехал чуть дальше по другой стороне улицы и остановился. Логинов, следовавший за ними на приличном расстоянии, припарковался за недавно выстроенной девятиэтажкой. Оттуда стоянка почти не просматривалась, и он просто ожидал сообщения Аникеева. Наконец мобильный Виктора зазвонил.

– Да! – ответил он.

– Шеф, объект куда-то пропал! – быстро проговорил Аникеев.

– Что? Как пропал?..

– Машину я вижу, а его нет!

– Так! Пока не дергайся! Я сейчас!

Меньше минуты спустя Логинов уже пересек проезжую часть и оказался на другой стороне улицы. Торцевой забор автостоянки почти вплотную примыкал к автобусной остановке. Под ее навесом был встроен небольшой продуктовый павильон. За остановкой возвышался старый трехэтажный дом с аркой.

Припарковав «Ауди» вплотную к стене павильона напротив въезда во двор, Логинов выбрался из машины. На остановке было два-три человека, за углом павильона местные забулдыги лакали пиво, присев на корточки. Логинов окинул их быстрым взглядом и прошел мимо, изображая, что разговаривает с кем-то по мобильному. Двигаясь по тратуару вдоль автостоянки, Виктор вдруг заметил в заборе приоткрытую калитку. Наверняка Артур вышел через нее, только вот времени прошло слишком мало, а чеченца нигде не было видно…

Логинов ощутил пробежавший по спине холодок. Что-то тут было не так.

Виктор посмотрел налево. Метров на тридцать параллельно стоянке тянулся забор. Дальше располагалась детская площадка, за ней светились окнами несколько пятиэтажек. Их подъезды были освещены, двор же тонул в сгустившихся сумерках. Посреди него обосновалась шумная компания подростков.

Логинов мгновение колебался, потом развернулся и двинулся обратно к «Ауди». На ходу он перезвонил Аникееву:

– Езжай вперед, развернись и стань на этой стороне улицы. Если увидишь Дадашева, сразу сообщи!

Усевшись в «Ауди», Логинов направил машину в арку. Проехав по двору зигзагом, он после нескольких поворотов вынырнул у торца одной из пятиэтажек. Здесь Виктор повернул направо.

Яркий свет фар, словно луч пограничного прожектора, метнулся по темному двору. Сперва он осветил стайку подростков у лавочки, потом скользнул по горкам-каруселям и вдруг на миг выхватил стоящего за детским домиком мужчину…

Две-три секунды спустя Логинов вывернул руль влево. Свет фар «Ауди» пробежал по двору в обратном направлении. Но на этот раз мужчины у домика уже не было. Впрочем, Логинов узнал его и с первого раза. Артур Дадашев, прячась в темном дворе, наблюдал за машиной Аникеева и говорил с кем-то по телефону…

Логинов быстро поехал вдоль подъездов пятиэтажки, на ходу набирая номер Аникеева.

– Да! – ответил тот.

– Он тебя срисовал! – быстро сообщил Виктор.

– Как?..

– Не знаю! Но его надо брать! Он во дворе!

27

«Ауди» Виктор оставил за следующим домом, расположенным перпендикулярно к дороге. Прежде чем выскочить из машины, он для маскировки натянул на голову забытую Горовым кепку. Одновременно Виктор связался по телефону с местным участковым:

– Это Логинов! Срочно к дому кавказцев! Блокируйте подъезд, но пока ничего не предпринимайте! Если Иткаев попытается уйти, задержите его! Только без вступлений, он может быть вооружен! Все ясно?

– Так… точно!

Выскочив из машины, Логинов вернулся назад, нырнул за угол и быстро миновал торец дома. Впереди показался темный двор. Где-то в нем прятался Артур Дадашев. Они недооценили чеченца, он все-таки обнаружил «хвост», и теперь от него можно было ожидать чего угодно…

Логинов приник к стене и замер. Глаза постепенно стали различать детали. Слева от дальнего подъезда какая-то женщина выпустила на площадку пса. В той стороне, где находились подростки, ярко вспыхнула зажигалка.

Возле детского домика движения не было. Логинов глянул правее. В следующую секунду он увидел промелькнувший на светлом фоне силуэт.

Между двором пятиэтажек и старыми трехэтажными домами располагалось огороженное выбеленным забором какое-то здание. Вдоль этого-то забора Артур Дадашев и уходил от стоянки…

Логинов подался назад и позвонил Аникееву:

– Двигай к остановке, за ней свернешь в арку, проедешь через двор и остановишься за детским садом! Он вроде уходит в ту сторону!

Впрочем, Дадашев мог направляться и не к садику. Поэтому Логинов быстро вернулся назад и нырнул за соседнюю пятиэтажку, расположенную параллельно улице. За ней двумя рядами росли деревья.

Прячась в их тени, Логинов метнулся на перехват Дадашева. Приблизившись к концу дома, он остановился и прислушался. За углом было тихо. Виктор вышел из тени и осмотрелся.

Дадашева он так и не увидел. Это означало, что чеченец все-таки направился к старым домам. А там его по-любому должен был перехватить Аникеев. Виктор быстро двинулся по проезду, где несколько минут назад он проехал на «Ауди».

Справа располагалась небольшая районная котельная.

Ограждавший ее забор был сварен из металлических прутьев. От невысокого здания доносилось негромкое гудение, из толстой кирпичной трубы в темное небо струился белесый столб дыма…

Никакого движения на территории котельной Логинов не заметил. Миновав закрытые ворота, он добрался до конца проезда. Прямо напротив, за невысокими кустами, располагалось крыло того самого трехэтажного дома с аркой. Проход к улице был перекрыт какими-то сараями.

Логинов повернул направо. Вскоре за домом показался детский сад. Здесь Логинов остановился. Дадашева видно не было. И Аникеев не звонил…

Логинов сам набрал его номер.

– Да!

– Ну что? – быстро спросил Виктор.

– Пока ничего…

– А где ты стоишь?

– За садиком! Тут трансформаторная будка, я за ней пристроился…

– Так! – сказал Логинов, посмотрев влево. – А во двор он не мог проскочить?

– Нет! Я бы увидел! – заверил Виктора Аникеев.

– Значит, он в садике… – тихо сказал Виктор. – Держи оружие наготове и гляди в оба!

В следующий миг Логинов отключил телефон и метнулся к забору детсада.

Снизу он был железобетонным, выше поверх плит были наварены прутья. На крыше расположенных буквой «Ш» корпусов горели две лампы.

Логинов убедился, что под забором садика чеченца нет, и ловко перемахнул на территорию. Присев за кустом, он выхватил пистолет и снял его с предохранителя. Секунду спустя Логинов короткими перебежками начал огибать против часовой стрелки корпуса…

Артура не оказалось ни на игровых площадках, ни в кустах возле зданий.

Наконец Логинов завернул за угол. За территорией садика стала видна трансформаторная будка, за которой прятался Аникеев.

Раз он ничего не заметил, то уйти чеченец мог только через забор, расположенный в противоположной от старых домов стороне. Логинов подбежал к нему и быстро глянул по сторонам.

За садиком здесь тянулся длинный забор какой-то стройки. За ним все было тихо. Башенный кран без стрелы уныло торчал на фоне ночного неба, никакого движения не наблюдалось, и свет горел только справа, над закрытым въездом…

Логинов быстро выбрался из садика и бросился к дыре в заборе стройки.

Просунув в него голову, Виктор увидел едва освещенный котлован с сиротливо торчащими сваями. После недолгих колебаний он подался назад и рванул к Аникееву, поскольку без машины теперь перехватить Дадашева было нереально.

Двигался Логинов быстро, но практически бесшумно. Вынырнув из-за угла забора садика, он оказался возле трансформаторной будки и увидел Аникеева.

При появлении Логинова Аникеев инстинктивно вскинул пистолет, но сразу же расслабился. Опустив оружие, капитан сделал пару шагов по направлению к Виктору. И тут случилось то, чего никто из них не ожидал: из-за угла трансформаторной будки вдруг бесшумно появился и бросился на Аникеева какой-то человек…

28

В этом человеке Логинов узнал Артура Дадашева. В руке чеченца блеснул нож…

– Ложись!!! – крикнул Виктор, вскидывая пистолет.

Леня Аникеев был неплохим оперативником, но, в отличие от Логинова, он не прошел школу «Альфы». И вместо того чтобы сразу рухнуть на землю, капитан невольно оглянулся. В этой ситуации выстрелить Логинов не рискнул.

К счастью, и Дадашев растерялся: увидев Логинова, чеченец невольно притормозил. Аникеев же, хоть и с опозданием, бросился на землю.

– Стоять! – заорал Виктор.

Однако чеченец очень быстро справился со своим замешательством. В следующий миг он уже метнулся обратно за угол. Логинов выстрелил ему вдогонку.

За грохотом пистолета послышался невольный вскрик. Виктор попал, но раненый чеченец успел скрыться за строением. Логинов, быстрыми скачками приближаясь к Аникееву, заорал:

– Это он!

Упавший Аникеев вскочил, но к углу Виктор все равно подбежал раньше. В этот момент за трансформаторной будкой взревел мотор «девятки». Аникеев на всякий случай не стал вынимать ключи из замка зажигания, и Дадашев этим воспользовался.

«Девятка» резко тронулась и рванула по направлению к двору.

Выскочивший из-за угла Логинов дважды выстрелил по заднему колесу. Это сработало: «девятку» немного занесло, и она налетела на невысокое дерево.

Тонкий ствол с хрустом сломался, но машина при этом значительно потеряла скорость.

Дадашев надавил на газ, «девятка» с воем выбросила из-под колес комья земли и как-то боком устремилась за будку. Логинов дважды выстрелил по заднему стеклу, на нем образовались две точки с паутиной трещин. Аникеев наконец справился с волнением и серией из трех выстрелов пробил и переднее колесо машины.

«Девятку» понесло юзом, и чеченец с большим трудом ее выровнял, еще больше потеряв скорость. Благодаря этому Логинов приблизился к машине на расстояние прыжка и, гортанно вскрикнув, коршуном обрушился на заднее стекло. В салон посыпались осколки, Логинов оказался внутри.

Дадашев с воплем повернулся. Бросив руль, он хотел было выхватить нож, но опоздал. Руки Логинова железной хваткой вцепились в шею чеченца и пережали сонные артерии. Секунду спустя чеченец «отключился».

Окончательно потерявшая управление «девятка» по дуге проехала еще метра четыре и уткнулась в невысокий заборчик. Двигатель коротко взвыл и вдруг умолк. Во внезапно наступившей тишине стал слышен топот подбегавшего Аникеева.

Капитан рванул водительскую дверцу и заорал:

– Руки!..

– Молодец, Леня! – отозвался из салона Логинов. – Давай его на землю!

29

Наручников при себе у Логинова с Аникеевым не было. Поэтому Артуру Дадашеву руки связали взятым в бардачке скотчем. Аникеев стоял с пистолетом над лежащим у «девятки» чеченцем, Логинов говорил по телефону. Прибывший по звонку наряд милиции сдерживал любопытных местных жителей.

Вскоре появился микроавтобус без опознавательных знаков с тонированными стеклами. Логинов крикнул шагнувшему было ему наперерез милиционеру с автоматом:

– Пропустите!

В микроавтобусе приехали наконец-то добравшиеся до Мытищ кинолог и эксперт-криминалист. После коротких приветствий все отошли в сторону. Эксперт в перчатках открыл кейс, в котором находилась упакованная в полиэтиленовый пакет зажигалка. Кинолог подал команду:

– Нюхать, Дик! Нюхать!

Пес, выполнив команду, вильнул хвостом и дважды пролаял. Кинолог отцепил поводок и велел:

– А теперь искать! Искать, Дик!

Дик, опустив голову к земле, пробежал пару метров, потом со всех ног метнулся к Дадашеву. Едва приблизившись к чеченцу, он радостно пролаял и с чувством выполненного долга уселся рядом с ним.

Кинолог направился к нему:

– Это он, товарищ полковник!

– Это точно?.. – спросил Логинов, который даже теперь до конца не мог поверить в свою удачу.

– Сто процентов!.. – заверил Виктора кинолог и потрепал пса по голове: – Молодец, Дик! Молодец! Умная собака!

– Вот так, Леня, мы его взяли… – посмотрел на Аникеева Логинов. Он набрал номер Сапунова и коротко доложил: – Это Логинов! Один из напавших на Башманова преступников идентифицирован, товарищ следователь!.. Так точно! Второго задержал местный участковый при попытке сбежать из съемной квартиры… Так что мы их пока свезем в местное УВД до кучи! А вы уж насчет транспорта и конвоя решайте!

30

– Я ничего не знаю! Я просто заметил, что за мной следят на «девятке», и решил, что это грабители…

– И что?.. – выпустил дым в лицо Дадашеву Логинов.

Тот поморщился, но продолжил:

– Я пошел через дворы, но увидел, что эта «девятка» уже там. И тогда я обошел стройку и подкрался к машине сзади, чтобы посмотреть…

– С ножом? – хмыкнул Виктор.

– Я же не знал, что это милиция! Я просто хотел выяснить, что этому человеку от меня нужно… Но я никого не собирался убивать! Это была самозащита… – продолжил строить из себя идиота Дадашев.

В этот момент дверь кабинета, который временно оккупировали Логинов с Аникеевым, открылась. В нее заглянул дюжий омоновец в боевой выкладке. Глянув на Дадашева и Аникеева, он обратился к Виктору:

– Полковник Логинов?

– Да…

– Капитан Панфилов! Прибыли по поручению следователя генпрокуратуры для сопровождения задержанных!

– Берите пока этого! – кивнул Виктор. – Второй в КПЗ загорает…

По кивку капитана в кабинет вошли двое омоновцев в черных комбинезонах.

Один из них скомандовал:

– Встать! К стене! Ноги расставить! Ну!

Пока бойцы на всякий случай обыскивали чеченца и перековывали его в свои наручники, Логинов затушил сигарету, снял с вешалки свою куртку и негромко сказал Аникееву, глядя на часы:

– Нормально?.. Как нам кинолога, так три с половиной часа не могли доставить! А как мы их взяли, конвой словно на ковре-самолете прилетел…

31

Мобильный трижды дернулся в кармане. Тюркин вытащил его и прочитал сообщение. Оно было почти стандартным: звоните на такой-то номер и выигрывайте поездку в Лондон, спешите, до конца акции осталось полчаса…

Такого рекламного мусора на любой телефон приходит куча, но это СМС Тюркин прочитал дважды. И стирать его тоже не стал. Ровно через полчаса он подъехал к одному из московских таксофонов. И перезвонил на другой, номер которого был указан в сообщении.

– Да! – трубку сняли практически сразу.

– Вы что-то хотели передать племяннику?

– Да, не могу дозвониться дяде в Лондон…

– Наверное, что-то с кабелем на дне Балтики.

– Или забастовка в Королевской почтовой службе… – На этом обмен паролями был закончен, и собеседник Тюркина быстро сообщил: – Их взяли!

– Кого их?.. – не понял в первый момент Тюркин.

– Наемных рабочих… племянника!

– За документы? Миграционная?

– Нет, за дело, федеральная.

– Как… как они могли на них выйти?

– Я всех подробностей не знаю. Но есть такой штурмбанфюрер… Вонигол, если через зеркало, понял?

– Ага… – пошевелив губами, произнес Тюркин. «Вонигол» была анаграмма фамилии «Логинов». Ну а штурмбанфюрер, конечно, означало полковник. – Но как он это сделал?

– Вроде через рынок… Поговорил с… вашим клиентом и понял, что это могут быть… приезжие! Интуиция у него как у зверя. Ну и повезло, конечно…

– Они заговорили?

– Вроде пока нет. Но это ничего не меняет. Вонигол додумался с ходу провести одорологическую экспертизу. Так что завтра получат санкцию в суде и возьмутся за них как следует…

Тюркин прикусил губу. Артур с Доху заговорят, это было ясно. Дать следствию прямых выходов на него они не могли. Но Владимир вдруг вспомнил, что при первой встрече с Артуром один на один он сболтнул кое-что лишнее.

Пустяк, на который Дадашев наверняка не обратил внимания. Но в процессе допросов этот пустяк мог всплыть. Особенно, если учитывать квалификацию этого чертового штурмбанфюрера Вонигола…

– Я понял, – сказал Тюркин. – Дяде все передам. Только мне нужно обязательно узнать одну вещь…

32

– Понятые, прошу внимания! – проговорил Сапунов. – Сейчас в вашем присутствии будет произведено опознание подозреваемого по запаху.

Следственное действие фиксируется на видео. Московское время ноль часов тридцать восемь минут…

По команде кинолога Дик понюхал найденный на месте нападения на Башманова нож. После этого пес начал по очерди обнюхивать четверых мужчин. Доху Иткаев стоял последним. Едва подбежав к нему, Дик пролаял и сел, радостно завиляв хвостом.

– Спасибо! – кивнул кинологу Сапунов. – Итак, только что на ваших глазах специально обученная служебная собака…

Логинов зевнул. Причем уже не первый раз: напряжение трудного дня давало о себе знать. Хотелось курить, но делать это в помещении, где производилась экспертиза, было нельзя.

Прикрыв рукой рот, Виктор покосился на Аникеева. Особого воодушевления на его лице тоже не читалось, да это было и немудрено: личная «девятка» Лени, сильно пострадавшая при задержании Артура Дадашева, стояла на автостоянке в Мытищах. Чтобы выбить у родного ведомства компенсацию на ее восстановление, Аникееву предстояло собрать целую кучу документов…

Сапунов довольно быстро покончил с формальностями, после чего отпустил понятых и велел увести задержанного. Следователь, в отличие от Логинова с Аникеевым, пребывал в отличном расположении духа. Подойдя к ним, он по очереди пожал оперативникам руки и сказал:

– Спасибо за работу! Завтра во время доклада генеральному я буду просить о вынесении вам поощрений!

– Спасибо!.. – снова зевнул в кулак Виктор. – Но я бы предпочел отгул!

– Следственные действия необходимо провести быстро, но… В десять мы повезем задержанных в суд за санкцией. А там наверняка, как всегда, одна половина состава в декретных и календарных отпусках, вторая – в совещательной комнате. Так что до двенадцати можете смело отдыхать! – великодушно разрешил Сапунов. – А после созвонимся…

– Спасибо! – кивнул Логинов. – Поехали, Леня, завезу тебя, безлошадного, домой…

33

На это раз сеанс связи с БОСом Тюркин провел из другого района. Из-за трехчасовой разницы во времени с Лондоном олигарх еще не спал и ответил довольно быстро. Тюркин поздоровался, кратко доложил о задержании Дадашева с Иткаевым и тут же выложил свой план.

БОС проговорил:

– Подожди… подожди… А что это даст?

Тюркин был не настолько прост, чтобы сообщать хозяину о своей шкурной заинтересованности. Вместо этого он быстро сказал:

– Как что? Можно будет утверждать, что спецслужбы прячут концы в воду!

– Так… Это, пожалуй, должно сработать! – сразу загорелся идеей Тюркина БОС.

– Конечно, сработает! – заверил тот хозяина. – И следствие снова зайдет в тупик!

– Хорошо! Действуй!

34

Межрайонный суд располагался в старом приземистом здании, построенном наверняка еще в начале прошлого века. С тыла к зданию примыкал квартал хрущевок. За ними боком торчала девятиэтажка более поздней постройки.

Обычные посетители попадали в здание суда с улицы. Для задержанных существовал другой вход. Без пяти минут десять к суду подъехал стандартный автозак. Свернув в переулок, он доехал до ворот и вскоре оказался во дворе суда. Процедура была рутинной, но не совсем. По нормативам, одного задержанного в суд должны доставлять не менее троих конвоиров. На этот раз задержанных было двое, но и конвой намного многочисленнее.

Автозак сопровождали двенадцать омоновцев на двух микроавтобусах. Повыпрыгивав из них, бойцы оцепили автозак. После этого начали выводить задержанных.

Первым на землю спрыгнул Доху Иткаев. Его травмированное запястье было забинтовано, но конвоирам до этого дела не было. Высоко задрав за спиной дагестанца скованные руки, конвоиры быстро дотащили его до заднего входа в здание суда. Пару минут спустя они вернулись за Артуром Дадашевым.

Процедура повторилась почти в точности. Задержанного спустили на землю и высоко задрали руки. Но тут случилось что-то непонятное. Дадашев вдруг подогнул ноги и стал падать. Один из конвоиров что-то крикнул. Второй быстро оглянулся и бросился на землю, попытавшись запихнуть Артура под кузов автозака..

35

Телефонный звонок залился противной трелью. Однако умный организм Логинова на него решил не реагировать. Организм знал, что свою работу он вчера выполнил сполна, поэтому звонок воспринял как досадное недоразумение…

Но чертова трель и не думала умолкать. Накрывший голову подушкой Логинов наконец чертыхнулся и начал шарить рукой по тумбочке.

– Алло!.. – сонно пробормотал он.

– Полковник, это Сапунов! Сбор группы возле суда!

– Какого суда?.. – спросил Логинов, но трубка ответила гудками. – С ума он сошел, что ли?..

Виктор положил трубку, но сон уже как рукой сняло. Все объясняющая версия насчет внезапного съезда следователя с катушек критики, увы, не выдерживала: дело-то, считай, раскрыто, чего Сапунову сходить с ума, ему к повышению нужно готовиться…

Виктор недоуменно перевел взгляд на часы, и тут его вдруг укололо нехорошее предчувствие. Время было без десяти одиннадцать. А ведь в десять в суд должны были везти задержанных кавказцев…

Логинов быстро схватил пульт и включил телевизор. На «НТБ» как раз начинался выпуск «Криминальной хроники».

Молодой ведущий поздоровался и хмуро проговорил, косясь на лист:

– Этот выпуск мы начинаем с экстренного сообщения! Около часа назад в Центральном административном округе столицы у здания межрайонного суда были расстреляны подозреваемые в нападении на бывшего вице-премьера Павла Башманова! Как стало известно, оба только вчера были задержаны сотрудниками ФСБ в Мытищах…

– Твою мать! – проговорил Логинов, вскакивая с дивана.

– На месте происшествия находится наш корреспондент Дмитрий Афанасьев, и мы сейчас попытаемся выяснить у него все подробности этого дерзкого преступления! Дмитрий! Вы слышите нас?

– Да, Андрей!

– Какая сейчас обстановка возле суда? Вам удалось узнать какие-то новые подробности?

– Обстановка напряженная! Не только здание суда, но и весь квартал оцеплены милицией. И силы правопорядка продолжают прибывать! Никаких официальных заявлений пока не последовало, но есть информация о том, что стреляли в задержанных из одного из соседних домов. Именно этим и объясняется то, что милиция оцепила район. Вызывает много вопросов и тот факт, что преступникам каким-то образом удалось подготовить нападение столь быстро. Подозреваемые были задержаны только вчера, и о том, что их повезут в суд, знал весьма ограниченный круг лиц…

– Вы хотите сказать, Дмитрий, что преступники получили информацию от кого-то из сотрудников правоохранительных органов?

– К этой версии склоняются практически все, с кем мне удалось неофициально пообщаться!

– Ну что же, спасибо, Дмитрий! Ждем от вас новой информации! Напомню, это было прямое включение от здания межрайонного суда в Центральном административном округе столицы, где около часа назад были расстреляны подозреваемые в нападении на Павла Башманова! А теперь к другим новостям… – сказал ведущий.

Логинов за это время успел одеться. Затем он выключил телевизор и выскочил из квартиры…

36

– П-пух! – едва слышно хлопнула винтовка.

Ощутив привычный толчок приклада в плечо, Тюркин подался назад, в глубь чердака. Он даже не стал смотреть через оптику на результат выстрела. С такого расстояния промахнуться он не мог. У Артура Дадашева не было ни единого шанса.

Со стороны здания суда слышались растерянные крики. Рассредоточившиеся по территории омоновцы водили стволами по сторонам. Командир отделения вопил:

– Автобус сюда! Сдавай, твою мать! Быстро!

Тюркин положил винтовку на пол и направился к чердачной двери. Лифтом умудренный опытом бывший омоновец пользоваться не стал. Сбежав по лестнице вниз, он спокойно вышел из подъезда. Сгрудившиеся вокруг лавочки местные бабки дружно повернулись, не переставая обсуждать какой-то сериал.

Тюркин с улыбкой прошел мимо и направился за угол. Он прекрасно понимал, что очень скоро милиция введет в действие план «Перехват». Но это Тюркина волновало мало. Ведь он как никто другой знал, какие именно оперативно-розыскные мероприятия последуют.

Тюркин выбрался на улицу, встал у обочины и поднял руку. На остановившейся вскоре иномарке он доехал до кинотеатра, расплатился и вышел. Маршрут отхода был отработан до мелочей. Нырнув в переулок, Тюркин через три минуты оказался у мусорных контейнеров. Здесь он избавился от кепки и длинной куртки. А также выплюнул фальшивую фиксу и легко стер украшавшие его правую руку перстни-татуировки.

Пару минут спустя он снова превратился в среднестатистического мужчину, которых в Москве миллионы, – джинсы, короткая куртка, бейсболка и никаких особых примет. Впрочем, даже в таком виде Тюркин не хотел рисковать. Во время «Перехвата» милиция активно досматривает автомобили. Поэтому-то Тюркин свою машину и не взял утром с парковки. И на съемную квартиру он отправился как обычный среднестатистический гражданин: сперва на маршрутке, потом на метро и опять на маршрутке…

37

– Да уголовник он был, говорю я вам! Рожа такая бандитская, зуб золотой и наколки на руке! И кепка такая – уркаганская! Вы хоть и у Ильиничны спросите! – громко говорила у подъезда одна из свидетельниц, видевших киллера.

Из подъезда вышел Логинов, мрачно посмотрел на старушку и прикурил сигарету. Он только что спустился с чердака, где обнаружили винтовку.

Следователь Сапунов повернулся к Виктору:

– Ну что скажете, полковник?

Логинов выпустил дым и вздохнул:

– Боюсь, это висяк…

– Зачем же так пессимистично? Ведь у нас есть свидетели, составим фоторобот и…

– Да без толку этот фоторобот! – раздраженно отмахнулся Виктор.

– Почему вы так думаете?

– Фикса, наколки, кепка – все это маскарад… Тот, кто стрелял, профессионал высокого уровня. А у профессионалов никаких наколок не может быть по определению. Во всяком случае, они их не светят…

– Наверное, вы правы. Но зато нам в данном случае точно известен заказчик. Сто процентов, что это тот самый Владимир, который встречался с Артуром и Доху…

– Да… Похоже, он просто зачистил хвосты.

– Только почему в таком случае киллер не попытался убить и Доху?

– Это мы спросим у Владимира. Если поймаем, – пожал плечами Логинов. – Наверное, Артур был для него чем-то опасен…

– На всякий случай Доху надо поместить в изолятор ФСБ, – поежился следователь. – Правильно, – сказал Виктор. – Но навряд ли это теперь имеет значение…

38

Не успел Логинов приехать на Лубянку, как ему сообщили:

– Вас просили подняться в УСБ, товарищ полковник! Сразу, как появитесь…

Логинов чертыхнулся, но делать было нечего. Увидеть его хотел, конечно же, Кащеев.

– Здравствуйте! – кивнул уэсбэшник, даже не делая попытки приподняться со стула. – Присаживайтесь, полковник! У меня есть к вам несколько вопросов…

– Курить можно?

– Конечно! – кивнул Кащеев и по старой милицейской привычке придвинул Логинову пачку. – Пожалуйста!

– Спасибо, я лучше свои, – сказал Виктор.

Кащеев сложил руки в замок и посмотрел на него суровым взглядом Дзержинского:

– Руководство очень озабочено расстрелом подозреваемых!

– Я тоже, – кивнул Виктор. – И что дальше?

– Дальше?.. Дальше, полковник, некуда! – стукнул ладонью по столу Кащеев. – Ведь даже младенцу ясно, что преступников снабдил информацией кто-то из членов группы! Это уже вторая утечка! Руководство поручило мне добраться до этого негодяя! И я это сделаю…

– Быстрее бы, – сказал Виктор. – А то так у нас скоро всех подозреваемых перестреляют.

– Издеваетесь?

– Констатирую факт. Так что вы хотели у меня спросить? – демонстративно посмотрел на часы Логинов. – Мне, извините, и работать когда-то надо, а не только слушать ваши умные речи…

Кащеев подвигал желваками, но сдержался.

– Вы знали о том, что задержанных сегодня повезут в межрайонный суд?

– Что повезут, знал. Что в межрайонный, нет…

– Это как понимать?

– Так и понимать. Где получать санкцию, это дело следователя. Меня эти юридические формальности не волнуют.

– Но что их повезут в суд, вы все-таки знали?

– Знал…

– А время?

– Тоже знал. Но в какой суд, нет…

– Но при желании могли ведь и узнать?

– Мог. Но не узнавал. Я спал вообще-то, устал как-то после задержания Дадашева и Иткаева. Это вам не умные вопросы задавать. Побегать пришлось…

Кащеев на провокацию внимания не обратил. Наоборот, внезапно подобревшим голосом он спросил:

– Кстати, насчет этого задержания. Как вам удалось так быстро вычислить преступников?

– Повезло просто…

– А вам не кажется странным, что как только вы их задержали, их тут же попытались убить?

– Не понял вопроса.

Кащеев подался вперед и проговорил, сцепив руки:

– А вот смотрите: вас подозревают в утечке информации, допрашивают и все такое. И тут же вы вдруг каким-то чудесным образом находите преступников! Но только затем, чтобы их тут же расстреляли… Странная цепочка, не находите?

Тут у Логинова зазвонил телефон. Виктор взглянул на номер и сказал:

– Извините, это следователь… Логинов, слушаю!

– У меня новости, полковник! – возбужденно проговорил Сапунов. – Вы были не правы…

– Прошу прощения, я не могу сейчас говорить!..

– То есть как?.. – опешил следователь.

– Я не один. Сижу в УСБ на допросе…

– На каком еще допросе? Мы ведь договорились…

– Да все я помню, но меня выдернули в УСБ, как только я приехал на Лубянку!

– Что значит, выдернули?.. – стал закипать Сапунов.

– То и значит! Насколько я понимаю, УСБ подозревает меня в причастности к расстрелу Дадашева…

– Это что, шутка?

– Да нет. Именно об этом мне толковал сотрудник УСБ, когда вы позвонили…

– И как фамилия этого сотрудника?.. – мрачно спросил Сапунов.

– Полковник Кащеев…

– Кащеев?

– Да.

– Хорошо, я сейчас же свяжусь с руководством! – проговорил следователь и сразу отключился.

Кащеев недобро смотрел на Логинова.

– Так на чем мы остановились?.. – спросил тот, сунув телефон в карман.

– Вы зря это сделали, полковник! – хмуро сказал Кащеев.

– Что именно?

– Назвали следователю мою фамилию и звание…

– Вот как? А вы что, чего-то боитесь?

– Бояться надо вам, полковник! Потому что…

В этот момент зазвонил внутренний телефон. Кащеев снял трубку и недовольно буркнул:

– Слушаю!.. – В следующий миг его лицо вытянулось, голос стал подхалимским: – Так точно! У меня! Беседую во исполнение вашего распоряже… Есть, товарищ генерал! Так точно!

Какое-то время Кащеев с глупым видом таращился на телефон. Логинов невольно ухмыльнулся. Затем уэсбэшник в бешенстве бросил трубку и сказал:

– Хорошо смеется тот, кто смеется последним! Вы свободны, полковник! Пока… Но я обещаю, что мы обязательно вернемся к нашей беседе, когда… вы будете не так заняты!

Логинов отодвинул стул и, не прощаясь, вышел из кабинета. Оказавшись в коридоре, он позвонил Сапунову.

– Спасибо! Меня отпустили! Так что у нас за новости?

– Вы были не правы! Насчет того, что фотороботы киллера без толку! Я показал их Иткаеву!

– И что?..

– Он почти уверен, что на них изображен Владимир!

39

– Здравствуйте, Павел Андреевич! С выздоровлением!

– Спасибо! Спасибо!..

Башманов и вправду был расчувствован приемом. Небольшой конференц-зал информационного агентства был битком набит журналистами. И появление Павла Андреевича они встретили если и не овацией, то одобрительным гулом точно.

Главный редактор агентства повел гостя к столу. Павел Андреевич оглянулся. Куда-то пропавший по дороге от кабинета главного Игнат Вертинский нагнал шефа и зашептал ему на ухо:

– Мне только что показали последние данные соцопросов… Вы поднялись сразу на три процента!

– Это точно?

– Независимые данные! – с торжеством кивнул Игнат. – Теперь главное не отступать от нашей линии – социальная модель, демократия, бесплатные лекарства и никаких резких заявлений! Кстати, вон ту тетку в розовом видите? С бородавкой?

– Да, – чуть повернул голову Башманов.

– Она на зарплате у БОСа. Известная провокаторша, так что вы с ней поосторожнее!

– Ага! Понял…

Башманов с помощником уселись за стол, редактор произнес несколько вступительных слов, и пресс-конференция началась.

Какая-то молодая девушка, сидевшая в первом ряду и тянувшая руку, словно отличница, спросила:

– Как вы себя чувствуете, Павел Андреевич?

– Спасибо, – улыбнулся Башманов, – хорошо.

– Случившееся как-то повлияет на ваши дальнейшие планы?

– Не думаю. Я намерен продолжить свою политическую деятельность и баллотироваться на пост президента!

Тут в дело вступила тетка в розовом. Звали ее Хильдой Голдсмит, и представляла она какую-то не очень известную английскую газету. Высоким неприятным голосом Хильда спросила:

– Вы хотите сказать, что не испугались ФСБ и намерены продолжить свою борьбу с тоталитарным режимом, установившимся в России?

– Я собираюсь продолжить свою политическую деятельность. Но это не имеет никакого отношения к ФСБ…

– Но ведь именно ФСБ организовала это чудовищное покушение на вас!

– Я пока такими фактами не располагаю, – сухо ответил Башманов.

– А как же зажигалка и хладнокровный расстрел выронившего ее агента ФСБ в центре Москвы?

– Идет следствие, и я не хотел бы комментировать это до его завершения…

– На вас оказывали давление?! – торжествующе вскричала Хильда. – Вам угрожали и настоятельно советовали не говорить об этом, да?!

– Да никто мне не угрожал! – раздраженно проговорил Башманов.

– Но тогда почему вы боитесь отвечать на мои вопросы?

– Я не боюсь… Просто не располагаю всеми фактами…

– То есть следствие отказывает вам как потерпевшему в доступе к материалам дела?

– Я бы так не сказал, – покачал головой Башманов. – К примеру, о зажигалке мы со следователем говорили… Однако их было выпущено много, около трех тысяч штук. И вручали их не только действующим сотрудникам ФСБ и ветеранам, но и другим лицам – в качестве сувениров…

– Чертова баба! – вздохнул Башманов, когда пресс-конференция наконец закончилась, и они с Игнатом, выйдя из агентства, направились к машине. – Все соки из меня выжала…

– Отрабатывает зарплату БОСа, – пожал плечами помощник. – Но вы держались молодцом, Павел Андреевич…

40

– Доху поместили в ту самую камеру, в которой когда-то сидел Александр Солоник по кличке Македонский! – похвастался Сапунов.

– Остается надеяться, что на вышке будет дежурить не тот охранник, что стоял в ночь побега Солоника!

По лицу Сапунова пробежала тень испуга. Логинов сказал:

– Извините, я пошутил!

– Я понял! Только с этим делом действительно все может быть…

Покачав головой, Сапунов сел за стол в комнате допросов и раскрыл папки. Логинов пристроился на стуле сбоку. Вскоре привели Доху Иткаева. Тот успел пообедать и выглядел довольно бодро. Да оно и понятно: поскольку Артура в живых уже не было, Иткаев теперь мог все смело валить на него… Сапунов незаметно переглянулся с Виктором, водрузил на нос очки и начал «кошмарить» дагестанца:

– Не скрою, несмотря на то, что мной предприняты все необходимые шаги по обеспечению безопасности, ваша жизнь все равно под угрозой… – Даг перестал баюкать свою укушенную руку и быстро посмотрел на следователя. Тот продолжил: – Да, Доху, да! Увы, даже эти высокие стены, колючая проволока и решетки не в состоянии вас обезопасить! Сколько у нас в прошлом году в системе ГУИНа было убито заключенных?.. – повернулся к Логинову Сапунов.

– Сотни!.. – сокрушенно вздохнул тот. – И это при том, что администрация такие факты, естественно, старается скрыть и при малейшей возможности представляет их как несчастные случаи. Так что на самом деле речь идет о тысячах…

– Ужас!.. – сочувственно посмотрел на Доху Сапунов и снова повернулся к Виктору. – А сколько стоит, так сказать, завалить нежелательного заключенного?

– Да смотря кто заказчик… Если попросит человек авторитетный, вор там какой-нибудь в законе, к примеру, то смотрящий может обтяпать дело и за так. Ну а если кто со стороны, то от шестисот долларов до десяти тысяч…

– Вот он преступный мир: вообще копейки жизнь человеческая стоит! – сокрушенно покачал головой следователь.

– Но, в принципе, если дело щекотливое, можно обойтись и без уголовников. Например, «зарядить» адвоката отравленными сигаретами. Покурит их его подзащитный при встрече, а через сутки-другие вдруг ни с того ни с сего ласты склеит… Самое главное, что адвокат-то об этом может ничего и не знать…

– Вот так-то, голубчик! – подвел итог Сапунов, снова надевая очки. – Так что, не исключено, что беседуем мы с вами в последний раз, как это ни прискорбно. Поэтому давайте не будем терять времени…

От былого спокойствия Доху не осталось и следа.

– Эй! Как в последний?! – вскрикнул дагестанец. – Вы это, обеспечьте мне сперва надежную охрану!

– Да куда ж еще надежней, голубчик? Я и так поместил вас в изолятор ФСБ. Только и вы поймите: для заказчиков вы единственная и последняя ниточка, которая может вывести следствие на них. Так что пока вы живы, они не успокоятся…

– Так ловите их, да! Вы следователь или кто!

– Так я и стараюсь их поймать, только вы, голубчик, мне почему-то не очень хотите помогать!

– Кто, я не хочу?! Я хочу! Я сильно хочу! Чем я еще могу вам помочь?..

41

На канале «Ай-Би-Ти-Ви» шли новости. Ведущая продолжала выпуск:

– Спасибо, Викентий! А теперь мы узнаем, как происходящее в России видится из Лондона, где наш собственный корреспондент связался с господином Сосновским и попросил его прокомментировать ситуацию… – На экране возникла большая лысая голова БОСа. – Здравствуйте, Борис Осипович! Вы нас слышите?

– Да! Здравствуйте, Анна!

– Как вы относитесь к последним событиям в Москве?

БОС быстро заговорил:

– Это просто чудовищно! У меня такое впечатление, что Россия снова окунулась в жуткую атмосферу начала-середины девяностых годов – с пальбой на улицах среди бела дня и прочим беспределом! Только вместо бритоголовых братков в стране теперь беспредельничают сотрудники ФСБ! Расстрел их проколовшегося агента прямо у суда – это верх цинизма и безнаказанности! Только так это и можно оценить!

– А что вы скажете о пресс-конференции Павла Башманова?

– Честно говоря, впечатление на меня она произвела самое гнетущее! Даже невооруженным взглядом было видно, что Башманов запуган правоохранительными органами! Я когда-то довольно близко был знаком с Павлом Андреевичем и говорю это со всей ответственностью…

– И какие, на ваш взгляд, перспективы?

– Если так будет продолжаться, перспективы самые мрачные! Однако, как ни странно, в этом есть и плюс. В этой ситуации у демократических сил нет иного выбора, как объединиться! Потому что в одиночку с тоталитаризмом не справиться! И пример Башманова это красноречиво подтверждает! Поэтому я думаю, что в самое ближайшее время мы станем свидетелями консолидации всех демократов…

– По последним данным, именно у Башманова самый высокий рейтинг среди оппозиционеров. Как вы считаете, он может стать единым кандидатом в президенты от демократов?

– Я этого не исключаю. Павел Андреевич мужественный человек и при поддержке всех оппозиционных сил вполне способен выиграть выборы. Именно этого, я думаю, и опасаются в Кремле!

– Спасибо, Борис Осипович… – сказала Анна, поворачиваясь к гостю студии. – Напоминаю нашим зрителям, что сегодня мы беседуем с известным общественным деятелем Викентием Нахмаренским. С ним мы обсуждаем вчерашний дерзкий расстрел в центре Москвы подозреваемых в покушении на Павла Башманова. Свою точку зрения на эти события только что высказал Борис Осипович Сосновский… Вы согласны с ним, Викентий?

– Ну, строго говоря, – пожал плечами Нахмаренский, – Борис Осипович не сказал ничего нового. Увы, подобный сценарий развития событий был предсказан давно. Что же касается объединения демократических сил, то я с ним полностью согласен, но с одной оговоркой. Вопрос о том, смогут ли демократы в обозримом будущем это сделать, остается открытым…

42

– Значит, больше ничего вы вспомнить не можете?.. – устало спросил Сапунов.

– Нет, – едва качнул головой Доху Иткаев. – Я все рассказал, правда…

Многочасовый допрос измотал всех. Следователь вздохнул:

– Ну что же, тогда, пожалуй, продолжим завтра.

Сапунов вызвал конвой, дагестанца увели. Следователь сгреб в папку бумаги и спросил:

– Ну что скажете?..

– Похоже, на этот раз он действительно рассказал все. Только толку от этого… – проговорил Виктор.

– И Владимир, похоже, отлично понимал это, – кивнул следователь. – Именно поэтому он и не стрелял в Иткаева.

– Да. Пожалуй, Иткаев – отработанный материал, и никаких ниточек нам не даст. Остается только Башманов…

– Что вы имеете в виду?

– Завтра-послезавтра его выпишут из ЦКБ. А Владимир не тот человек, чтобы отказываться от задуманного.

– Думаете, он снова попытается убить Башманова?

– Думаю, да.

– И что предлагаете, выделить ему охрану?

– Артура Дадашева охраняло пятнадцать подготовленных бойцов. И что толку?.. Самое хреновое, что мы так и не знаем мотивов, по которым решили убить Башманова. Черт… Попробовать, что ли, внедрение?

– В смысле, приставить к Башманову нашего человека?

– Да. Который мог бы и прикрыть его, в случае чего, и заодно попытаться выяснить, так сказать, изнутри, кому Башманов так мешает.

– Боюсь, это нереально, – покачал головой Сапунов. – Башманов сейчас напуган, и любой новый человек в его окружении… Или вы имеете в виду?.. – вдруг понял, к чему клонит Виктор, следователь.

– Да. Именно себя я и имею в виду. Без ведома Башманова из этой затеи действительно ничего не получится. А у меня с ним вроде наметился какой-никакой контакт…

– Ну что же, – побарабанил пальцами по столу Сапунов. – Пожалуй, это может сработать!

– При одном условии, – мрачно сказал Виктор.

– Каком?

– Что об этом завтра же не станет известно Владимиру…

– На этот раз мы исключим утечку, – сказал Сапунов. – Если Башманов согласится, о вашей миссии будем знать только мы вдвоем и начальство. Для остальных членов следственной группы вы будете на больничном…

43

Белый, казавшийся игрушечным гольфкар, которым для объезда территории пользовалась охрана, обогнул озеро и по изумрудной траве подкатил к служебному входу в загородный дом Павла Башманова.

За рулем сидел бывший сотрудник ГУО Калашников – еще довольно молодой, но заметно располневший на вольных хлебах отставной майор. Логинов поблагодарил его за экскурсию и вошел в дом.

Калашников, мягко говоря, звезд с неба не хватал. Но свое дело он знал туго. После армии и учебы в ГУО Калашников сразу попал на этот объект – тогда еще госдачу номер такой-то. И добросовестно охранял ее. Когда Башманову за заслуги перед отечеством дачу разрешили приватизировать, Калашников был уже начальником объекта. Поскольку по службе перспектив у него не было никаких, он с благодарностью принял предложение Павла Андреевича – уволиться из органов и остаться работать у него. После этого Калашникову, конечно, пришлось потрудиться. Огромный бесплатный штат охранников могло себе позволить держать только ГУО, которое, правда, к тому времени уже было переименовано в ФСО – федеральную службу охраны. Башманов, конечно, человек был небедный, но содержание роты солдат и ему было не по карману. Поэтому акцент сделали на различные технические средства. Как раз их осмотром для начала и занялся Виктор…

Дом, как и усадьба, был огромным, так что Логинов в нем с непривычки заплутал. Попав в очередную комнату, он вдруг поймал себя на мысли, что полминуты назад здесь уже был. В этот момент откуда-то послышалось:

– Виктор Павлович!

Логинов вышел из комнаты, поднял голову и увидел стоящего наверху Башманова.

– Вон по той лестнице поднимайтесь!

– Ага!.. – оглянулся Виктор. – Спасибо!

– Ну как экскурсия?.. – спросил Башманов, когда Виктор, наконец, добрался до него.

– Нормально, сейчас расскажу…

– Прошу! Заходите!

Виктор вошел в большой и очень современный кабинет. Одна из его стен представляла собой сплошное окно. Вид из него открывался просто потрясающий: синеющий вдалеке сосновый лес, озеро, изумрудный луг; над всем этим идиллическим великолепием лениво проплывали белесые облака.

Виктор невольно замер. Павел Андреевич молча прошел к своему столу, не мешая гостю наслаждаться чудесным пейзажем. На его лице играла легкая самодовольная улыбка. Логинов, наконец, повернул голову.

– Нравится? – спросил Башманов.

– Не то слово… Не знаю даже, как тут можно работать!

– Ну, это тоже предусмотрено! – махнул головой Павел Андреевич и вдруг скомандовал: – Ночь!

И тут же огромное окно начало тускнеть и терять прозрачность. Его словно бы очень быстро покрывал иней. Пару секунд спустя окно превратилось в матовую стенку, а на потолке автоматически зажглись встроенные светильники.

– Сезам, закройся?.. – хмыкнул Виктор.

– Что-то вроде того. Только команды другие. Хотя можно записать какие угодно…

Логинов наконец присел.

– Ну что я могу сказать, – серьезно посмотрел он на Башманова. – Пробраться на территорию без выведения из строя средств наблюдения и сигнализации практически невозможно. Так что здесь вы действительно находитесь почти в полной безопасности. Поэтому вероятного нападения, скорее всего, следует ожидать на маршруте. Либо в момент входа-выхода из машины в городе…

Башманов нахмурился:

– На маршруте – это по дороге?..

– Да. Взять под контроль все обочины – задача нереальная. Это не под силу даже Службе безопасности президента.

– И что мне теперь вообще никуда не ездить?

– Да нет… Нужно просто обратиться в профессиональное охранное агентство.

– Какое?

– Не подумайте, что навязываю своих, но лучше всего в «Альфа-щит». Работают там бывшие сотрудники спецподразделений. Плюс у них есть бронированные лимузины… В общем, они и при выходе из транспорта вас грамотно смогут прикрыть, и в случае нападения на дороге отобьются.

– Хорошо, – сказал Башманов. – А как мне с ними связаться?

Логинов продиктовал номер. Павел Андреевич позвонил, произнес несколько слов и удивленно положил трубку:

– Сказали, что через час подъедет их представитель, чтобы обсудить все на месте…

– Я же говорил, что там работают профессионалы! – хмыкнул Виктор.

Башманов спросил:

– Что-нибудь выпьете?

– Спасибо. Днем не пью.

– А я, пожалуй, немного позволю себе… – Башманов поднялся и направился к бару, попутно скомандовав: – День!..

Стена кабинета, словно по мановению волшебной палочки, стала светлеть, и несколько секунд спустя мутные вкрапления растаяли окончательно. Виктору открылся все тот же замечательный вид, только с некоторыми изменениями на переднем плане: у бассейна появилась стройная черноволосая женщина в купальном халате. Подойдя к воде, она поежилась на свежем ветерке и грациозно наклонилась, чтобы попробовать пальцами воду.

– Супруга? – спросил Логинов.

Башманов оглянулся.

– Нет, – покачал он головой. – Супруга вылетела утренным рейсом к дочке в Париж. Нужно решить вопросы с дальнейшей учебой…

– А-а, извините, – быстро сказал Виктор.

– Да не за что, – улыбнулся Башманов. – Это не то, что вы думаете…

– Да я вообще-то и не подумал ничего… – проговорил Логинов. В этот момент у бассейна появилась еще одна женщина, шатенка. – Ого! Русалки все прибывают! – хмыкнул Виктор.

Женщины перекинулись несколькими словами, после чего решительно сбросили свои халатики и дружно окунулись в бассейн.

Башманов с тяжелым бокалом в руке подошел к Виктору.

– Вы точно не хотите выпить?..

– Точно. А то не сдержусь и тоже брошусь купаться! Кто эти прекрасные незнакомки?

– Черноволосая – Ольга Модильяни, журналистка. С ней меня свел некоторое время назад мой помощник Игнат Вертинский. Он решил, что нужно срочно подготовить книгу о моем жизненном пути. Поскольку написать ее нужно быстро, Ольга и поселилась у меня в доме…

– А вторая кто?

– Лариса, – Башманов сделал глоток. – Лариса Байчук. Игнат охарактеризовал ее как «инфантильно-наивную младодемократку»…

– А сколько ей лет?.. – спросил Виктор.

– Тридцать четыре года.

– А выглядит лет на двадцать пять, – удивленно вскинул бровь Логинов. – В инфантильности, видно, есть свои преимущества… Она что, тоже пишет о вас книгу?

– Нет. Она разрабатывает программу…

– Построения коммунизма в сжатые сроки?

– Да нет, либерального движения…

– Какого еще движения?

– Будущего всероссийского, которое я должен буду при удачном развитии ситуации возглавить, – скромно объяснил Башманов. – Это, конечно же, преждевременно, но Игнат смотрит в будущее. Чтобы преуспеть в политике, лидер должен возглавлять какую-нибудь политическую силу…

– Понятно… Не знал, что все эти тошнотворные программы и книги, которые никто не читает, пишут такие э-э… интересные личности. Может, я много потерял, не участвуя в политической жизни?

– Нет ничего невозможного! Если все сложится, Виктор Павлович, я обязательно приглашу вас на учредительный съезд своей партии. Обещаю посадить в президиуме. Между этими прекрасными дамами…

– Звучит заманчиво, – сказал Виктор. – Но, к сожалению, закон запрещает сотрудникам силовых ведомств быть членами политических партий. Вернее, к счастью. А то бы мы с нашим менталитетом такого наворотили…

44

Владимир Тюркин притормозил и включил поворотники. Машина съехала с трассы. Вскоре впереди показался подмосковный поселок. Тюркин выбрался на его окраину и поехал по объездной дороге к синеющему вдали сосновому лесу…

Сорок минут спустя он уже занял позицию на небольшом пригорке. Машина была надежно спрятана за деревьями. Под себя на землю Тюркин подстелил теплую куртку на синтепоне, поскольку понятия не имел, сколько ему придется здесь валяться. Ведь Башманов был уже не госслужащим, а вроде как сам по себе. Так что ездил он куда хотел и когда хотел.

Вместо бинокля Владимир использовал цифровую камеру. Пристроив ее перед собой, он навел объектив на интересующую его дорогу и немного понаблюдал за движением. Оно было не очень оживленным. Тюркин выключил камеру, сунул в рот травинку и принялся ждать. На лице бывшего омоновца играла легкая улыбка…

Выяснив, что после выписки из ЦКБ Башманов решил снова жить в своем загородном имении, Тюркин был приятно удивлен. Видимо, бывший вице-премьер полагал, что таким образом он себя максимально обезопасит от нового нападения. На самом же деле он максимально упростил Тюркину задачу: расстрелять машину за городом намного проще и безопаснее, чем осуществить нападение в городе. Главное, выбрать правильное место…

Ожидание было долгим. Но вот с трассы одна за другой свернули три черные машины. Тюркин быстро схватился за камеру. Кортеж состоял из двух внедорожников и черного «Мерседеса». Машина была не Башманова…

В первый момент Тюркин решил, что это какой-то правительственный чиновник. Однако делать здесь чиновникам было нечего, поэтому Владимир сделал увеличение максимальным и попытался разглядеть номера лимузина…

– Твою мать!.. – несколько секунд спустя вырвалось у него.

Номера были не правительственными и не «блатными». При этом сам автомобиль был тяжелобронированным – это опытный Тюркин понял сразу. И практически сразу он сообразил, что все это означает.

Башманов прибег к помощи специализированного охранного агентства. В двух машинах сопровождения наверняка сидели вооруженные и опытные бойцы. Они были в состоянии отбить нападение даже небольшой группы, не то что киллера-одиночки. Ну а простой подрыв бронированного «мерина» фугасом никаких гарантий дать не мог…

45

Сотрудник охранного агентства, как и обещал, прибыл в течение часа.

Башманов, немало удивленный такой оперативностью, пригласил Виктора присутствовать при беседе. Все вопросы решили довольно быстро: агентство предоставляло заказчику на выбор бронированный автомобиль, водителя и охрану. Заказчик должен был выплатить аванс. Договор подписали тут же. Представитель «Альфа-щита» уехал, проводивший его дворецкий через пару минут заглянул в кабинет:

– Стол накрыт, Павел Андреевич!

– Уже обед? – немного удивленно посмотрел на часы Башманов. – Время незаметно пролетело… Идемте, Виктор Павлович, представлю вас нашим дамам.

Столовая была огромной и, пожалуй, могла вместить не меньше сотни человек. Но стол был накрыт скромно. Обслуживала хозяина и гостей всего одна домашняя официантка. Да и вообще персонала в доме было практически не видно, отчего дом казался пустынным.

– Это Виктор Павлович! – представил Башманов Логинова. – Мой консультант по безопасности. Некоторое время он поживет здесь.

– Очень приятно! Ольга!

– Лариса!

Логинов галантно пожал дамам руки.

Обед прошел в довольно непринужденной обстановке. Башманов шутил, его приятный баритон гулко отдавался под высоким потолком. Разговор шел о всяких пустяках.

После обеда Павел Андреевич отправился с Ольгой в кабинет, обсуждать приостановившуюся за время его пребывания в больнице работу над книгой. Лариса начала звонить кому-то по мобильному.

Логинов вышел на улицу, уселся в шезлонг возле бассейна и вытащил сигареты.

Закурил, сделал затяжку и откинул голову. Над качающимися верхушками сосен в голубом небе проплывали облака. Светило солнышко, приглушенно щебетали птицы. После московского шума, воплей и пробок усадьба Башманова казалась раем земным. Думать о том, что кто-то кого-то хочет убить, не хотелось. Логинов невольно закрыл глаза и подумал, что обязательно надо раздобыть плавки…

– Хорошо, Игнат! Я поняла! Жду! – послышалось сзади.

Из дома вышла Лариса. Она направилась к шезлонгу, но остановилась, увидев Виктора. Тот лениво посмотрел на нее одним глазом:

– Я занял ваше место?..

– В общем-то, да! – сказала Лариса.

Логинов пружинисто вскочил:

– Прошу прощения!

– Ого! А вы темпераментный… мужчина.

– Заметно?..

– Еще бы! – хмыкнула Лариса.

Устроившись в шезлонге, она вытащила сигареты. Логинов поднес ей зажигалку, после чего пристроился с другой стороны стола на пластиковом стуле. Лариса была одета просто – в джинсы, тонкий свитерок и мягкие туфли на низком каблуке. В общем, вроде ничего сексуального…

Однако Логинов невольно покосился на ее стройные ноги. Грудь женщины сногсшибательными размерами не поражала, но это была не силиконовая, а самая настоящая грудь, очень аппетитно обозначившаяся под свитером. Самое интересное, что Ольга Модильяни имела просто-таки роскошный бюст и длиннющие ноги модели. Но Логинова она, в отличие от Ларисы, как-то не взволновала…

– Так вы, Виктор, будете теперь охранять Павла Андреевича, да?.. – спросила Лариса.

– Не совсем. Он просто попросил меня как специалиста проконсультировать его в вопросах безопасности.

– Так вы что, из ФСБ? – резко приподнялась Лариса.

– Нет. Я просто долго служил в отделе физической защиты. В налоговой…

– Слава богу… Ненавижу охранку! А вы?..

– Что я?

– Как вы относитесь к ФСБ?

– Да я с ней особо не сталкивался.

– Значит, вам повезло!

– А вы что, сталкивались?..

– Мои знакомые сталкивалась…

– И что?

– Что вы заладили: что да что?.. А то вы не знаете, какими методами они душат демократию! Вам что, больше поговорить не о чем?..

– Ну почему же? Что вы, к примеру, делаете сегодня вечером?

– Кто – я?

– Именно вы.

– Переговорю с помощником Башманова Игнатом Вертинским, когда он приедет, тогда буду знать точно. А что?..

– Да нет, я просто так спросил. Как консультант по безопасности…

– Не поняла! – снова приподнялась в шезлонге Лариса. При этом ее грудь выпятилась совсем уж соблазнительно. – Вы что, имеете в отношении меня какие-то подозрения?..

– Имею, но не хотел бы их озвучивать. Так сказать, преждевременно…

– Да нет уж, выкладывайте, раз начали!

– Ну что же, – вздохнул Логинов. – Я подозреваю, Лариса, что вы…

– Что?!

– Очень темпераментная женщина! Или я ошибаюсь?..

На несколько мгновений Лариса растерялась. Потом вдруг зарделась и вскочила на ноги.

– А я подозреваю, что вы кретин!

Ткнув сигарету в пепельницу, женщина возмущенно фыркнула и направилась к дому. Ее невысокие каблучки рассерженно цокали; обтянутые синими джинсами ягодицы пружинисто играли. Логинов посмотрел ей вслед и улыбнулся…

46

Владимир Тюркин раздраженно выплюнул травинку. Лицо бывшего омоновца было злым. Его переиграли…

Тюркин поднялся, взял камеру и подхватил куртку. Побросав вещи в машину, он сел за руль, завел двигатель и закурил. На скулах Тюркина ходили желваки. Если раньше он относился к Башманову как к абстрактному «терпиле», за «зачистку» которого ему платили деньги, то теперь к этому добавилась личная неприязнь…

Двигатель прогрелся, Тюркин тронул машину с места и кружным путем отправился обратно в Москву. В голове словно бы сам собой постепенно выкристаллизовывался новый план.

Но для его реализации были нужны определенные люди. Впору было давать объявление: «Срочно требуется банда отморозков, имеющих боевой опыт». Но в газете «Из рук в руки» такое объявление не напечатаешь. Да и в уголовной среде с такими потребностями не стоило светиться. Информация там расходится быстро. И рано или поздно обязательно доходит до правоохранительных органов…

Впрочем, Владимир выход нашел. Вернувшись в Москву, он послал СМС. В условленное время Тюркин снял трубку зазвонившего таксофона. После обмена паролями Владимир выложил, что ему нужно. Его собеседник был не в восторге: для сбора нужной информации ему предстояло прилично попотеть. Но Тюркину было на это наплевать. Его собеседник работал на БОСа. Так что и свои претензии, если что, он мог отправлять через Интернет в Лондон…

47

К дому подкатил небольшой черный внедорожник «Тойота RAV4». Из него с дорогим кожаным портфелем быстро выбрался Игнат Вертинский. Дворецкий встретил его у двери. В холле Вертинский увидел Ларису Байчук.

– Привет, чудно выглядишь! Где шеф?

– У себя с Ольгой, разбираются с книгой…

– Правильно, тогда не буду его пока отрывать! Идем в библиотеку!

Игнат направился к одной из дверей, на ходу крикнув:

– Василий! Кофе, пожалуйста!

Василием звали дворецкого. Открыв Вертинскому дверь, он словно дематериализовался. Однако тут же откуда-то ответил:

– Сию секунду-с, Игнат Робертович!

Вертинский вихрем влетел в библиотеку, присел в кресло и водрузил свой портфель на невысокий стол. Лариса уселась напротив. Игнат щелкнул замками и начал выискивать какую-то бумагу, напевая при этом:

– Все выше, выше и выше стремим мы полет наших птиц… Ага, вот! Значит, так, радость моя!.. Наши котировки стремительно растут! Только что у меня была неофициальная встреча с э-э… в общем, с человеком, представляющим определенный олигархический клан, находящийся в данный момент в глубокой зад… то есть в оппозиции. Павлу Андреевичу была обещана мощная финансовая поддержка в обмен на переход, так сказать, под их знамя…

– И что за клан?..

– Это не суть важно! – махнул рукой Игнат.

В этот момент в двери библиотеки возник Василий:

– Прощеньица просим! Кофий подан-с!

– Спасибо… – отодвинул Игнат в сторону портфель.

Дворецкий поставил поднос и неслышно удалился. Вертинский, налив себе ароматного напитка, продолжил:

– Важно то, что Башманов превратился в солидный бренд. А если есть бренд, всегда найдется куча тех, кто попытается использовать его в своих целях. В данном случае нас хотят стравить с властями, толкнуть на путь резких заявлений… Короче говоря, превратить Павла Андреевича в Моську, которая лает на Слона. А это неминуемо приведет к девальвации бренда…

– Но разве справедливая критика… – начала было Лариса, но Игнат ее перебил:

– Критиканов у нас хватает! Полный спектр: от вечных диссидентов и шахматистов до проворовавшихся чиновников и коммунистов, изнасиловавших страну в извращенной форме! А наш конек – конструктив, отсюда и рейтинг! В общем, мы должны четко обозначить свою позицию! Во избежание спекуляций! И сделать это в форме программной статьи, которую Павел Андреевич как бы наваял на больничной койке! Тезисы я набросал, вот, держи… Сделать надо быстро, я уже договорился о публикации с редактором одной газеты, так что никакой отсебятины… Ясно? Тогда за работу, радость моя!

В этот момент дверь снова открылась, в библиотеку заглянул Логинов.

Увидев сидящих с бумагами Игната и Ларису, он торопливо подался назад:

– Извините!..

Дверь закрылась, Лариса сказала:

– Не нравится мне этот тип…

– Кто, Виктор Павлович?.. – быстро посмотрел на нее Вертинский.

– Да. Бродит, вынюхивает…

– Так это его работа! – хмыкнул Игнат.

– И все равно он мне не нравится! – сказала Лариса, поднимаясь.

– А зачем ему тебе нравиться?.. – снова потянулся к кофейнику Игнат. – У него совсем другая задача, радость моя! Оградить наш драгоценный бренд от вандалов.

Лариса быстро посмотрела на Вертинского и вышла, так ничего и не ответив…

48

Владимир сидел в машине уже около часа. За это время он успел неплохо изучить обстановку у кафе. Обстановка была хреновой. На улице стояла машина «наружки» московского УУРа. Ее Тюркин «срисовал». Но и в самом кафе могли быть оперативники…

Тюркин невольно поежился. Благодаря «пластике», узнать его бывшие коллеги не могли. В этом и заключалось его преимущество. А то, что ему предстояло сделать, было чревато его потерей…

Впрочем, других вариантов у Тюркина не было. Нужно было рисковать.

Владимир покосился на машину оперативников, завел двигатель, сдал назад и влился в поток. Несколько раз он повернул, проверяясь, потом направил автомобиль во дворы и припарковал его неподалеку от служебного входа кафе.

Заглушив двигатель, бывший омоновец поставил на боевой взвод пистолет и проверил, насколько легко он выхватывается. После этого Тюркин выбрался из авто, включил сигнализацию и направился в сторону кафе.

Смешавшись с потоком прохожих, он вскоре приблизился к заведению и решительно нырнул внутрь. Зал кафе оказался неожиданно большим. За столиками сидело десятка два явно опасных личностей и столько же просто пьяных мужиков. Этот винегрет был щедро разбавлен «машками» всех возрастов.

У Тюркина слегка отлегло от сердца. Задерживать в этом бардаке опасного преступника «уголовка» ни за что не станет. Без крайней необходимости, конечно…

«Живой» музыкант в кожаной куртке лабал на невысокой сцене бессмертный хит Круга. Похожая на облезлую кошку немолодая женщина подпевала ему. Несколько «машек» в коротеньких юбках сверкали ягодицами на танцполе.

Тюркин прошел к стойке и заказал выпивку. Пока бармен готовил коктейль, Владимир огляделся. Тофика он узнал по описанию почти сразу.

Тот сидел в углу в компании краснорожего бритоголового славянина и двоих молоденьких «шкурок». Сосед Тофика очень прилично «накачался». Кавказец тоже был подшофе, но выглядел собранным и обстановку наверняка контролировал…

Несколько минут Тюркин незаметно осматривал зал. Однако обнаружить сотрудников угро Владимир так и не смог. Если они и были в кафе, то шифровались мастерски. Бармен наконец поставил перед Тюркиным коктель. Тот расплатился и приложился к трубочке. В этот момент за столиком Тофика началось какое-то движение.

Тюркин понял, что кавказец сейчас выйдет. Принимать решение нужно было быстро, и Владимир потянулся за мобильным. Изобразив, что ему звонят, он торопливо, но мотивированно покинул зал. За дверью в небольшом холле Тюркин оглянулся.

Тофик только-только выбрался из-за стола.

Дверь туалета была приоткрыта. Тюркин быстро вошел внутрь и метнулся к кабинке. Тофик вошел через несколько томительных секунд, громко щелкнул шпингалетом и приглушенно рыгнул.

Следивший за ним через щель Тюркин облизнул губы, достал пистолет и, неожиданно выскочив из кабинки, прижал кавказца к кафельной стенке и прошипел:

– Тихо, Тофик,! У кафе менты! По твою душу!

Кавказец в прошлом был борцом. Реши он оказать сопротивление, Тюркину пришлось бы несладко, и все могло провалиться. Но Тофик, к счастью, дергаться не стал.

– Ты кто?.. – абсолютно трезвым голосом спросил он.

– Расскажу потом! – покосился на дверь Тюркин. – Сейчас надо отсюда валить! Тебя пасут серьезно! На улице машина УУРа! Короче, уходим через служебный выход! По одному! Держись за мной, у меня во дворах тачка!

49

– Не помешаю? – спросил Виктор, подходя к бассейну.

На этот раз Лариса Байчук расположилась на стуле. На столике перед ней лежал раскрытый ноутбук, слева стояла заполненная окурками пепельница.

Лариса посмотрела на Логинова:

– С каких это пор вы стали таким воспитанным?.. Не помешаете, я уже заканчиваю!

Ее пальцы очень быстро забегали по клавиатуре.

Логинов был в спортивном костюме. Вжикнув молнией, он расстегнул олимпийку и погладил шрам на груди. Отметина была старой, но периодически давала о себе знать.

Стук клавиатуры умолк. Стоявший у края бассейна Логинов оглянулся.

Лариса откинулась на спинку стула и вытащила мобильный телефон.

– Игнат, я закончила! Посмотришь?.. Хорошо! Жду!

– Уже управились? – спросил Логинов.

– А вам-то что?

– Интересуюсь просто…

– Могу вас заверить, это не по вашей части!

– Наверное, вы правы, – согласился Виктор.

– Не наверное, а на сто процентов! Какую последнюю книгу вы прочитали?

– Какой-то кодекс. Кажется, налоговый…

– Это вроде устава караульной службы?.. – хмыкнула Лариса. – А по телевизору что смотрите? Боевики?

– Нет. Только футбол. Ну и эротику…

– Вы что, сексуально озабочены?

– Вообще-то бывает… Но, по-моему, это нормально.

– А общественной жизнью интересуетесь?

– В смысле политикой?

– В широком смысле. Политикой в том числе!

– По-моему, интересоваться политикой – удел импотентов… Но это мое личное наблюдение!

– Вы «Собачье сердце» читали? – спросила после паузы Лариса.

– Хотите сравнить меня с Шариковым?

– Заметьте: это не я сказала!

– Но я понял ход вашей мысли… Нет, до Полиграфа Полиграфыча мне, пожалуй, далеко…

– Хотите сказать, что ваши вкусы не примитивны?

– Смотря в чем!.. – хитро сказал Логинов, окидывая Ларису взглядом. – А какие у вас отношения с Игнатом Вертинским, а?..

– А какое ваше дело?.. – возмутилась Лариса.

– Ну мало ли…

– А вы знаете, я в вас, пожалуй, ошиблась. Я думала, вы кретин… А на самом деле вы настырная ищейка, которая повсюду сует свой нос! Поэтому, чтобы вы не теряли зря время, сообщаю, что с Игнатом Вертинским у нас нормальные деловые отношения. Хотя познакомились мы на личной почве. Но это быстро прошло. Вы удовлетворены?

– Вполне, – кивнул Виктор. – Редкое исключение, когда личный разрыв не приводит к разрыву деловых отношений. Обычно…

– Ха-ха-ха! Просто у интеллигентных людей все происходит немного по-другому, Виктор Павлович! А мы с Игнатом интеллигентные люди! Хотя и с разными подходами! Игнат больше маркетолог от политики. Я же поверила в Башманова как в личность! Ведь именно личности в конечном итоге творят историю! Кстати, а вы как относитесь к Павлу Андреевичу?

– Я?.. Просто как к человеку, которому требуется моя помощь! И при этом мне абсолютно все равно, как будет колебаться в перспективе его стоимость как товара и что он представляет из себя как личность в историческом масштабе… По-моему, это самый правильный подход. Как бы это сказать, гуманистический… Не находите?..

Лариса удивленно посмотрела на Логинова. В ее глазах мелькнул интерес. В этот момент в руке женщины зазвонил мобильный. Она быстро приложила его к уху и сказала:

– Я уже иду, Игнат!

Поднявшись, Лариса закрыла ноутбук и проговорила:

– Удачных водных процедур… гуманист вы наш!

– Спасибо!

50

– Все! Я пошел! – сказал Тюркин.

Пистолет Владимир спрятал, но готов был выхватить его в любой момент. Взгляд Тюркина метнулся к входной двери. К счастью, в кафе пока никто не ломился.

Рядом разговаривали две размалеванные девицы. Они двинулись было в туалет, но увидели Тофика.

– Ой!.. – вскрикнула одна из них.

– Заходите, девочки, не бойтесь! – сказал кавказец.

– Да нет, спасибо! – засмеялись девушки.

Тофик держался молодцом. Тюркин похвалил себя за удачный выбор, вошел в зал и направился к стойке. Если за ним кто и следил, то Владимир этого не заметил. Присев на высокий табурет, бывший омоновец для вида приложился к трубочке.

В зале появился Тофик. Его знакомые девушки что-то крикнули от столика. Кавказец помахал им – мол, сейчас. Затем он тоже подошел к стойке и попросил у бармена пачку сигарет. Тюркин соскользнул с табурета и, не делая резких движений, двинулся в служебный коридор.

Прошло все удачно, ни бармен, ни официантки его не окликнули. Но сразу за поворотом коридора Владимир наткнулся на какого-то мрачного типа в пиджаке. Тот, видно, принял Тюркина за заблудившегося подвыпившего клиента и хмуро сказал:

– Туалет в холле! При входе!

– А! Понял… – притормозил Тюркин. – Извиняюсь! – и жестом показал, что пропускает его вперед.

Однако тот подался к стенке и поднял руку:

– Прошу!

В этот момент из-за угла вынырнул Тофик. Тип в пиджаке повернулся к нему, но сказать ничего не успел: Тюркин мгновенно ударил его ребром ладони по шее. «Пиджак» рухнул как подкошенный. Кавказец перепрыгнул через него, собираясь броситься на выход, но Владимир прошипел:

– Давай его сюда!

Тофик удивленно зыркнул на Тюркина, но сориентировался быстро. Вдвоем они втащили тело в какое-то крошечное подсобное помещение, и Тюркин поспешно прикрыл дверь. В этот момент со стороны зала послышался голос какой-то официантки.

Тофик уже мчался к выходу. Тюркин бросился за ним. Кавказец открыл засов, распахнул дверь и выглянул. В его руке был пистолет. Тюркин прижался к стене, тоже готовый выхватить оружие.

– Чисто!.. – выдохнул Тофик.

Кавказец тут же выскочил на улицу, Владимир – за ним. Дверь он успел закрыть до того, как показалась официантка.

Затем Тофик и Тюркин быстро направились к темнеющим слева кустам. За ними Владимир остановился и негромко сказал:

– Вроде ушли!.. Давай за мной!

Пару минут спустя в соседнем дворе они поспешно сели в машину. Отъехав от кафе на приличное расстояние, Тюркин облегченно вздохнул и потянулся за сигаретой.

– Так кто ты?.. – снова спросил Тофик.

Пистолет он спрятал, но следил за каждым движением Владимира.

– Расслабься! – сказал тот. – Я здорово рисковал, чтобы вытащить тебя из этой задницы!

– Но ты похож на мента!.. – покачав головой, угрюмо произнес Тофик.

– Я не мент! Я работаю на серьезных людей… На очень серьезных. И тебе очень сильно повезло, что этим людям понадобился ты. В общем, есть работа, Тофик!

– Я ни на кого не работаю, я сам по себе!

– В том-то и заключается твоя проблема. Вернее, ваша… Хозяин «БМВ Х5», которого вы подстрелили у торгового центра «Конкорд» в прошлом месяце, племянник начальника одного из главков МВД. В общем, он поднял на уши все ГУВД. Ну и на тебя УР вышел через скупщика… Не брали только потому, что хотели накрыть всех, скопом…

Тофик притих. Он и его подельники занимались угоном дорогих автомобилей. Сигнализация на них стояла такая, что справиться с ней даже крутому электронщику было не под силу. Поэтому бандиты подстерегали хозяина на автостоянке и нападали в тот момент, когда он садился в машину. Владельца выбрасывали на ходу. И Тюркин все это откуда-то знал…

– Но это еще не все, Тофик, – продолжил Владимир. – «Линкольн» помнишь, из которого вы бабу выкинули?..

– Ну?..

– Она сильно покалечилась. А ее муж – в доле с вором в законе Карабасом. Так что на нары вам приземляться нельзя. Менты этот эпизод могут и не доказать. А вот Карабас спросит…

– Это не я ее выбрасывал, это чокнутый Аликпер! И стрелял у «Конкорда» тоже он! – быстро сказал Тофик.

Кавказец был явно напуган. От следствия можно отмазаться, откупиться. От вора в законе – никак не получится…

– Это тебе не поможет, – ответил Тюркин. И сочувственно добавил: – Так что нельзя тебе в Бутырку, брат, никак нельзя. Почерк надо уметь менять, а все ваши разбойные угоны как под копирку. Но выход есть…

– Какой?

– Сделать одну работу, срубить кучу бабок и слинять из Москвы подальше. Какое-то время отсидитесь, менты немного землю носом пороют, но потом дело приостановят. А Карабас тоже не вечен. Рано или поздно его грохнут. Или сам ласты склеит. Смекаешь?

– Надо подумать, – проговорил Тофик.

– Думать надо было раньше! – хмыкнул Тюркин. – А сейчас у тебя просто нет другого выхода. Звони своим, пусть на всякий случай срочно сваливают. Вам надо снять новую квартиру и загаситься на ней…

51

Наталья Ильинична вышла из подъезда и поздоровалась с соседками.

Торчали они у крыльца почти целый день. Одна приехала к сыну откуда-то аж с Алтая, вторая была коренной москвичкой. Перекинувшись с ними несколькими словами, Наталья Ильинична вышла на улицу и направилась к пешеходному переходу. Школа, в которой училась ее внучка Сабрина, располагалась на проспекте за развилкой.

Тофик сидел на заднем сиденье недавно угнанной «девяносто девятой». Убедившись, что женщина движется обычным маршрутом, он приказал:

– Давай!

Керим тронул машину. Свернув на улицу, он застрял на перекрестке. Тофик нервно заерзал, но наконец включился зеленый, и «девяносто девятая», резко стартовав, пересекла проспект. Затем Керим остановился. Сидевший впереди Аликпер выбрался из машины.

Керим снова тронулся, доехал до ряда магазинов и свернул в проезд. Аликпер нырнул за обменник, быстро миновал конечную остановку трамвая и пристроился в нескольких шагах за Натальей Ильиничной.

Впереди был подземный переход. Женщина начала спускаться. Аликпер нырнул следом, а затем, быстро нагнав ее, неуловимым движением нанес страшный удар в позвоночник…

Наталья Ильинична охнула и начала оседать. Аликпер подхватил ее под руку и быстро спросил:

– Вам плохо, да? Сердце? Сейчас, сейчас! Вот сюда!

Кавказец заботливо пристроил Наталью Ильиничну возле стены, потом быстро оглянулся:

– Вызовите кто-нибудь «Скорую»! Женщине плохо! Я сейчас воды принесу!

Рядом с бесчувственной Натальей Ильиничной остановилось несколько сердобольных прохожих. Какой-то мужчина вытащил мобильный. Кто-то наклонился…

Аликпер нырнул за угол перехода, где было несколько ларьков. Воду он покупать, конечно же, не собирался. Влившись в поток людей, кавказец выбрался из перехода, дошел до следующего и вскоре оказался неподалеку от школы.

«Девяносто девятая» стояла за фургоном «Русской картошки». Аликпер сел в машину.

– Порядок? – спросил Тофик.

– Конечно! – ухмыльнулся Аликпер и вытащил из кармана мобильный телефон.

Тофик протянул руку:

– Давай!

Взяв телефон Натальи Ильиничны, он без труда нашел номер Сабрины, потом быстро просмотрел эсэмэски. К его разочарованию, женщина этим видом связи практически не пользовалась. Но звонить было слишком рискованно, и поэтому Тофик написал сообщение так, как он себе это представлял.

Перечитав его, кавказец посопел и кое-что подправил. Затем, решив, что лучше все равно не получится, Тофик скомандовал:

– Поехали!

Школа по периметру была огорожена высоким крепким забором из выкрашенных в черный цвет металлических прутьев. Эти заборы остались как напоминание о том страшном времени, когда распоясавшиеся чеченские террористы проводили в Москве теракт за терактом…

Сейчас опасность миновала, но школы все равно хорошо охранялись. У калитки стоял средних лет мужчина в черной униформе. Керим остановился так, чтобы «девяносто девятую» от охранника закрывал табачный ларек. Аликпер снова выбрался из машины и встал на остановке.

Из школы вынырнула стайка подростков. Аликпер увидел среди них Сабрину и подал условный знак. Тофик приготовил телефон. Подростки приблизились к калитке, охранник посторонился. Девочки стали прощаться.

Несколько секунд спустя Сабрина уже осматривалась по сторонам в поисках бабушки.

Аликпер подал второй сигнал. Тофик тут же отправил эсэмэску. Бандитам повезло, и дошла она практически мгновенно. Девочка взяла висевший на шее телефон и прочитала сообщение: «Сабрина к нам приехал дядя Алик мы заберем тебя на его машине».

В этот момент перед девочкой, словно из-под земли, вырос Аликпер:

– Здравствуй, Сабрина! Как ты выросла! Идем, бабушка Наташа ждет на остановке!

Действовать надо было быстро, не дав Сабрине опомниться. И у кавказца это получилось. Секунду спустя, взяв девочку за руку, он увлек ее к машине.

Охранник мазнул по ним ленивым взглядом и отвернулся.

Сабрина растерянно спросила:

– Так вы мамин брат, да?

– Троюродный, девочка! Троюродный!

– А почему я вас не знаю?

– Я за границей работал!.. – воровато оглянулся по сторонам кавказец и подтолкнул Сабрину к задней дверце:

– Бабушка там! Давай портфель!

Впрочем, рюкзак у девочки Аликпер брать не собирался. Он просто сместился ей за спину и, прикрыв собой, сжал сзади за шею. Сабрина дернулась, но ни вырваться, ни вскрикнуть не смогла. Тофик распахнул дверь, и, секунду спустя, задыхающаяся Сабрина оказалась в его лапах.

Тофик зажал ей рот. Аликпер отпустил шею девочки и нырнул вслед за ней на заднее сиденье. Захлопнув дверь, он выдохнул:

– Поехали!

52

– Ну?.. – повернул голову Владимир.

Только что севший в его машину Тофик ухмыльнулся:

– Порядок!

– Телефоны где?..

– У меня.

– Давай. Оба!

Кавказец вытащил два мобильных – Сабрины и Натальи Ильиничны. Яркий телефон Сабрины Тюркин сунул в карман. Мобильный бабушки был черным, большим и устаревшим. Тюркин отыскал в телефонной книге нужный номер. Посмотрев на часы, он прикурил сигарету. Тофик вопросительно глянул на него. Владимир объяснил:

– Нужно настроиться! От этого разговора зависит все…

Кавказец отвернулся и посмотрел в окно:

– Аликпер спрашивал, где гарантия, что мы получим бабки за работу…

– Пусть скажет спасибо за то, что вообще еще на свободе! Это же стоит недешево!

– А все-таки?..

– Тофик! С бабками проблем нет! Проблема в том, чтобы вы сделали работу! В доме есть сейф. В нем должна быть куча бабок и побрякушек! Все это ваше!

– Аликпер спрашивал: а что, если там пусто?

– Там не может быть пусто! Твой Аликпер что, полный идиот?..

– Скорее чокнутый… – пожал плечами Тофик.

– Это не мои проблемы! Я выдернул тебя из-под носа ментов не для того, чтобы всем этим заморачиваться! Разбирайся со своим придурком сам! Как хочешь… Все! Точка! Я должен правильно построить разговор! И именно от этого зависит, поднимет она на ноги ментов или нет! Понимаешь?

53

– Да, мам! Привет! Как Сабрина, у нее все нормально?..

– Здравствуйте, Ольга! Не волнуйтесь, ваша мама просто в переходе подвернула ногу, и Сабрина попросила вам перезвонить с ее телефона!

– Это серьезно?

– Нет. Легкое растяжение, просто возраст уже… Она в травмпункте неподалеку от дома. Сейчас я сделал ей акупунктуру, это снимет отек. Ну а потом тугая повязка и периодические компрессы. В общем, все обошлось благополучно. Зовут меня доктор Чен! У нас травпункт в подвале, так что сигнал не проходит, поэтому я ненадолго вышел… Скажите, вы сможете забрать свою маму, чтобы отвезти домой?..

– Это срочно?.. Дело в том, что я за городом…

– Нет, никакой срочности… Наоборот, вашей маме даже лучше будет какое-то время после акупунктуры полежать. А Сабрина за ней присмотрит – очень умная у вас девочка.

– Хорошо, доктор Чен! Я сейчас… А вы до которого часа работаете?

– Увы, травмапункты работают круглосуточно…

– Ах да, извините! Тогда я часа через полтора-два подъеду!

– Хорошо, Ольга! Купеческий переулок, пятнадцать! Жду! Извините, у меня новый пациент! – выдохнул Владимир и отключился. – Фух!

Телефон Сабрины был выключен. Тюркин то же самое сделал и с телефоном Натальи Ильиничны. Потом посмотрел на Тофика:

– Звони своим…

54

«Пежо 307» выехал с территории усадьбы Павла Башманова и быстро направился к трассе. Аликпер засек машину и тут же скомандовал:

– Давай!

Керим тронул «Мазду» с места и направился к развилке.

Водитель он был от бога – «Мазда» подъехала к пересечению дорог чуть раньше, так что Аликпер, оглянувшись, смог убедиться, что Ольга в машине одна.

После этого Керим прибавил газу и поехал к трассе впереди «Пежо».

Аликпер доложил обстановку Тофику. Тот велел аккуратно вести женщину дальше.

Уже на трассе «Мазда» пропустила «Пежо» и пристроилась сзади. Поскольку был вечер, то пробок в сторону Москвы не было вообще. Ольга Модильяни довольно быстро добралась до города. Аликпер сообщил Тофику, что скоро они будут на месте. Через минуту «Пежо» замигал поворотными огнями и свернул к обочине…

55

– Алло!

– Ольга, это доктор Чен!

– Я до вас не могла дозвониться! И телефон Сабрины не отвечает!..

– Я же предупредил, что у нас подвал… Вы едете?

– Да, скоро буду!

– Мне нужно вам продиктовать кое-какие реквизиты, так что вы остановитесь, хорошо?

– Какие реквизиты? Я же сейчас буду у вас…

– Делайте, что вам говорят! Пожалуйста!

– Хорошо…

– Остановились?

– Да!.. Что-то с мамой?

– Да нет, с мамой как раз все в порядке. Проблема в другом, Ольга!

– В чем?..

– В вашем бывшем муже, Пиппо!

– Не поняла…

– Сейчас поймете. Он задолжал очень большую сумму денег. Мафии…

– О, господи! Я знала, что он идиот, но я-то тут при чем?

– За все рано или поздно приходится платить, Ольга! В том числе и за девичью любовь… В общем, это очень серьезные люди. И они не остановятся ни перед чем. Однако, если вы проявите благоразумие, все закончится благополучно. Если нет… Главный закон мафии – закон молчания. Мертвые не говорят.

– О чем вы? Я ничего не понимаю! Если этот чертов идиот что-то…

– Спокойно, Ольга! Просто любой ваш необдуманный шаг закончится трагедией. Поэтому я и хочу, чтобы вы отчетливо поняли ситуацию. Мафия работает по проверенным схемам. Кто-то похищает людей, кто-то их прячет, а кто-то требует выкуп. Выйти полиция может только на последних. Но если эти последние не знают, где похищенный, то он обречен…

– Господи! Где Сабрина?!

– Вы правильно поняли ситуацию, Ольга. Сабрина у нас. Но я понятия не имею, где именно. Так что, если даже милиция разрежет меня на куски, я не смогу помочь ее найти. Вы должны понимать это! Ведь именно от вас теперь зависит ее жизнь!

– Хорошо… Я поняла.

– Вот и отлично. Тогда, я думаю, все будет хорошо. Мы должны доверять друг другу. Ситуация следующая: нам нужен один документ, который хранится у вашего шефа.

– Башманова?.. Павла Андреевича?

– Да. Но вам лично ничего красть не придется. Это сделают наши люди. Ваша задача – просто помочь им незаметно проникнуть на территорию усадьбы. И все. Остальное не ваша забота. Мы получим документ, вы – Сабрину… Все очень просто.

– Я должна подумать…

– Думать некогда. Или вы говорите да, и мы делаем это сегодня, или…

– Да! Но я хочу переговорить с Сабриной!

– Ольга, я же вам объяснил принципы…

– Я ничего не хочу об этом знать – ни о ваших принципах, ни об этом подонке Пиппо, ни о чем другом! Я все сделаю! Но после того, как услышу голос дочери!

– Хорошо! Созвонимся, скажем, через пару часов… Ждите! – отключив телефон, Тюркин посмотрел на Тофика. – Хорошо, что вы не придушили девчонку! Мамаша хочет с ней обязательно поговорить!

56

Наконец «Пежо» тронулся. Керим поехал следом. Ольга Модильяни явно нервничала. Сперва она поехала в Купеческий переулок, где попыталась найти несуществующий травмпункт, затем помчалась домой.

Буквально через пару минут Ольга быстро вышла из подъезда и о чем-то коротко переговорила с «дежурными» соседками.

Потом, сев в машину и сделав несколько телефонных звонков, она поехала в ближайшую больницу. Там Ольга сперва зашла в приемное отделение, после чего отправилась в травматологический корпус, где пробыла довольно долго – около сорока минут…

Аликпер обо всех передвижениях женщины периодически докладывал Тофику.

Впрочем, все понимали, что дело не в самих передвижениях, а в том, встретится в конце концов Ольга с милиционерами или нет.

Ольга Модильяни этого не сделала. И спустя два с небольшим часа ей перезвонила Сабрина:

– Мама, мама, я хочу к тебе!

– У тебя все нормально, зайчик?

– Да! Только этот дядя не дает…

На этом разговор с Сабриной прервали, и знакомый Ольге мужской голос сказал:

– Мы выполнили свое обещание! Вы готовы?..

– Да!.. – судорожно сглотнув, ответила Ольга.

– Тогда езжайте за город! Остановитесь у кафе за заправкой! Это недалеко от поворота. Знаете?

– Да…

– С вами свяжутся! Не делайте глупостей, и все будет хорошо!

57

Ольга стояла у придорожного кафе уже около часа. Мобильный упрямо молчал. Несколько раз женщина проверяла его, потом решилась было позвонить сама, но в последний момент усилием воли сдержалась. Прикурив очередную тонкую сигарету, Ольга дрожащим пальцем сбила пепел. И в этот момент телефон вдруг запиликал.

Ольга вздрогнула, схватила мобильный и увидела на дисплее незнакомый номер. В следующую секунду она прижала трубку к уху и сказала:

– Да!

– Ольга?.. – спросил голос с едва уловимым акцентом.

– Да!

– Едь по трассе до развилки, потом сворачивай налево. Через пару километров увидишь знак. За ним повернешь, проедешь метров сто и остановишься! Поняла?

– Да!

– Тогда давай! Быстро!

Ольга поспешно сунула сигарету в пепельницу, та выпала. Не заметив этого, Ольга потянулась к замку зажигания. Пальцы слушались с трудом. В салоне вдруг запахло жженой резиной. Сообразив, что к чему, Ольга резко наклонилась и, стукнувшись головой о руль, дотянулась до упавшей сигареты. Швырнув ее на улицу, она захлопнула дверцу и резко тронулась с места.

Уже совсем стемнело. Но осознала это Ольга, только свернув с ярко освещенной федеральной трассы, когда одинокие фары ее «Пежо» запрыгали по дороге.

Наконец впереди показался знак. Следуя указаниям, Ольга проехала еще немного и остановилась, выключив фары. Темнота заключила «Пежо» в свои объятия. Ольге было страшно, но она старалась взять себя в руки. Ей нельзя было бояться, она должна была спасти Сабрину – плод романтической любви к смазливому итальянцу, оказавшемуся полным идиотом…

Ольга так и не поняла, откуда они появились. Просто слева мелькнула тень, и дверцу попытались открыть. Ольга повернула голову и вздрогнула. К стеклу наклонилось что-то непонятное, похоже на черную тыкву с тремя точками…

– Открывай! – приказала «тыква».

Ольга узнала голос и выключила блокировку. Дверь распахнулась. Человек в маске заглянул в салон. Убедившись, что сзади никого нет, он кому-то приказал:

– Давайте к багажнику!

Сзади раздался топот, кузов дернулся, послышался голос:

– Он закрыт!

– Ключи! – протянул руку тип в маске.

Ольга вытащила из замка зажигания ключи и протянула ему. Как ни странно, но быстрота, с которой действовали незнакомцы, ее успокоила. Они явно были профессионалами. А раз так, то все должно было пройти нормально…

Сзади открыли багажник. Все тот же голос сказал:

– Здесь запаска и еще какая-то хрень!

– Выбрасывайте все! – приказал торчавший у водительской двери «Пежо» тип в маске.

Вещи полетели на землю. Кузов качнулся и осел. Человек, отдававший приказания, отошел к багажнику и спросил:

– Нормально? Поместились?

– Неудобно!

– Ничего! Тут недалеко!

Приглушенно хлопнула крышка багажника. Тип в маске обошел машину, открыл дверцу и забрался на заднее сиденье. Только теперь Ольга вдруг рассмотрела, что у него с собой странный автомат с какой-то штуковиной на конце…

– Вы что, собираетесь стрелять?.. – испуганно спросила она.

– Нет, конечно! Но все зависит от тебя! Проедем ворота нормально, все будет хорошо… Трогай!

58

Ужинали вчетвером – Башманов, Вертинский, Лариса и Логинов. Ольга Модильяни уехала в Москву, поскольку у нее что-то случилось с матерью. Игнат, наоборот, приехал в усадьбу уже под вечер, и они с Башмановым долго заседали наверху в кабинете. Лариса второй день трудилась возле бассейна над каким-то грандиозным, по определению Игната, документом.

Вообще Вертинский в последнее время был весел, как жаворонок, и сыпал афоризмами. В отсутствие Башманова он даже как-то процитировал начальные строки из «Евгения Онегина»: «Мой дядя самых честных правил, когда не в шутку занемог, он уважать себя заставил и лучше выдумать не мог…»

Имел в виду Игнат то, что нападение на Башманова сработало лучше всех маркетинговых технологий. Отношение к Павлу Андреевичу в политической тусовке резко изменилось: даже те, кто еще вчера называли его казнокрадом, вдруг признали в Башманове потомственного демократа и были готовы, по выражению Вертинского, поместить его благородный профиль в виде логотипа на свои обветшалые знамена.

Само собой, это не осталось незамеченным потенциальными спонсорами, то есть представителями большого бизнеса. Ведь народ они тертый и предпочитают перед любыми выборами перестраховаться – лучше переплатить и поставить и на наших и на ваших, чем потом кусать локти…

Словом, на Павла Андреевича, словно из рога изобилия, посыпался поток неофициальных, но очень заманчивых предложений. Игнат Вертинский сбился с ног, тайно встречаясь с представителями различных группировок. Сегодня у них с Башмановым, судя по всему, было нечто вроде промежуточного тендера. Едва поужинав, они с видом подпольщиков снова поднялись в кабинет.

Логинов посмотрел на Ларису:

– Надеюсь, вы на сегодня работу уже закончили? А то я собираюсь с полчасика поплавать…

Лариса с сарказмом произнесла:

– Я не сторонница культа мужского тела, Виктор Павлович, неужели вы этого еще не поняли?.. И ваши ужимки и прыжки меня совершенно не трогают.

– Ну и слава богу! – поднялся Виктор.

59

Усадьба приближалась. Ольга Модильяни сбросила скорость и невольно покосилась назад. Однако тип в маске спрятался умело, даже из салона заметить его было практически невозможно.

Сжав руль влажными ладонями, Ольга выдавила из себя улыбку – для камеры, через которую охранник на въезде видел подъезжавшие машины. Ворота поползли в сторону…

«Пежо 307» миновал их и зашуршал шинами по зеленоватому асфальту. В свете фар он искрился тысячами точек – благодаря специальным добавкам. Смотрелось это очень красиво, но Ольге сейчас было, конечно, не до этих красот.

Ярко освещенный въезд на территорию усадьбы остался позади. И тут же из-за сиденья вынырнула голова в маске. Тофик быстро оглянулся, потом посмотрел вперед.

Там были только светящаяся дорога и темнота.

– Не понял!.. – быстро спросил бандит. – Куда ты нас завезла?..

– Как куда? В усадьбу!

– И где дом?.. – наклонился к женщине Тофик.

Ольга сообразила, что бандит не очень хорошо представляет себе масштабы владения, и успокоительно сказала:

– За лесом, через пару минут увидите…

Тофик промолчал. Но Ольга слышала его настороженное сопение. Бандит опасался ловушки. Однако, когда за поворотом наконец возник дом, он не смог сдержать восхищения и невольно воскликнул:

– Ни фига себе!..

– Что?! – послышалось из багажника.

– Все путем! – хмыкнул Тофик. – Фазенда что надо!

Огромный дом Павла Андреевича Башманова не был освещен фасадными фонарями. Только со стороны бассейна горело несколько уличных светильников да над парадным подъездом был включен прожектор. Но Тофик даже в таком виде оценил здание – речь шла о десятках миллионов долларов. Конечно, денег и побрякушек в таком доме не быть просто не могло… И Тофик тотчас успокоился.

– Сколько в доме народа?.. – почти прижал он обтянутое маской лицо к голове Ольги.

– Павел Андреевич и его помощник Игнат… – быстро проговорила та. – Они наверняка в кабинете на втором этаже. Вон его окно на бассейн выходит, матовое, большое. Ну и двое гостей – Лариса, она помогает Игнату с разными учредительными документами, и Виктор Павлович, он консультант по…

– С гостями понятно! С охраной что? – нетерпеливо перебил женщину Тофик.

– Охраны в доме нет, зачем? Они в сторожке, это за домиками персонала…

– А с обслугой чего?..

– Да сейчас, наверное, уже все ушли к себе. Кроме Василия, дворецкого. У него одного комната в доме…

– Значит, пять человек! – подвел итог Тофик.

Его голос показался Ольге подозрительным, и она быстро сказала:

– Только я вас прошу никого не бить! Они все очень милые люди!

– Да все будет путем! Мы их и пальцем не тронем!

60

Через несколько минут Логинов вышел к бассейну – в своем спортивном костюме. Лариса расположилась в шезлонге. Видны были только ее стройные ноги и поднимающаяся вверх струйка сигаретного дыма. На столе рядом с закрытым ноутбуком стоял полупустой бокал с мартини.

Виктор молча прошел к бортику и вжикнул молнией олимпийки. Потрогав старый шрам на груди, он почувствовал на себе пристальный взгляд и оглянулся. Лариса небрежным жестом сбила пепел с сигареты, после чего снова посмотрела на него с ухмылкой:

– Что, холодновато для бодибилдинга?

– Да нет… Просто чувствую себя после ваших слов как-то по-дурацки…

– Да ну?.. Не подозревала, что вы человек такой тонкой душевной организации! Неужели вам знакомо чувство неловкости, Виктор Павлович?

В голосе Ларисы звучала издевка. И что-то еще…

– Угу… – кивнул Виктор, переводя взгляд в сторону. – Представьте себе, знакомо.

Чуть раньше в столовой, где закончилась уборка, погас свет. Сейчас в двери террасы возник Василий.

– Прошу прощения, что-то еще желаете-с?..

– Да нет, спасибо, – махнул головой Виктор.

Лариса из шезлонга сказала:

– А мне еще мартини, пожалуйста! Большой!

– Сию секунду-с!

Потянувшись к бокалу на столике, Лариса быстро допила коктейль. Логинов прошелся вдоль бортика, разминаясь. Тенью возникший Василий забрал пустой бокал, поставив взамен полный.

Логинов двинулся в обратную сторону и, поравнявшись со столиком, с улыбкой спросил:

– Решили напиться?..

– Возможно… А что?

– Просто никогда не видел вас пьяной.

– Что, страшно?

– Скорее интересно.

– Что именно?

– Посмотреть, какая вы…

– На самом деле?

– Нет. Когда пьяная.

– Должна вас разочаровать! Я сразу ложусь спать… Так что, долго я буду ждать, когда вы начнете демонстрировать свои бицепсы с трицепсами?..

– А вам-то что? Вы же не сторонница культа тела!

Лариса засмеялась:

– А может, я вам врала? Может, у меня под подушкой целая стопка журналов с фотографиями всех этих Шварцев-Тарзанов… Или вы проверяли, Виктор Павлович, а?..

Логинов подошел к шезлонгу поближе, чтобы видеть лицо Ларисы.

– В чем дело?.. – спросила та. – А?

– Вы меня просто заинтриговали, – покачал головой Виктор.

– Да ну?.. – отхлебнула мартини женщина. – Я вас заинтриговала? Как объект этой, как ее, разработки? Будете устраивать очередной допрос? Или проводить личный досмотр?

– Да нет, вы меня заинтриговали как женщина.

– Ого! Какой прогресс, мистер Вселенная! Или какой там у вас титул?

– Мистер Подмосковье… Ближнее…

– Ага! Ну-ну… С этого места, пожалуйста, поподробнее! – с энтузиазмом воскликнула Лариса.

– Ну, в общем, оказывается, что вы можете быть очень милой…

– В смысле глупой?

– В смысле непосредственной. И вам это идет…

– Так-так… И что дальше?

– Вы очень э-э… соблазнительно выглядите.

– Это вы только сейчас поняли?

– Нет. Я это понял с самого начала. Но сейчас вы особенно соблазнительны…

– Вы специализируетесь на соблазнении пьяных женщин, мистер Подмосковье?

– Ну… Только если эти женщины похожи на вас!

– Боже, какой примитив! Все, мистер, вы свободны! Можете продолжать свой моцион и приступать к водным процедурам!

61

«Пежо 307» свернул из аллеи к дому. Тофик хрипло сказал назад:

– Подъезжаем!

Машина остановилась у широкого крыльца. Тофик, наблюдая за входом, скомандовал:

– Багажник открой!

Ольга проговорила:

– Только я вас прошу…

– Багажник открой! Быстро!

Ольга выбралась из салона и направилась к багажнику. Как только Ольга открыла крышку, Тофик приказал:

– Все! Пошла к дому! А вы приготовьтесь…

Женщина начала подниматься по ступенькам. Тофик сжал в руке пистолет-пулемет.

Ольга открыла дверь. Дворецкого видно не было, и Тофик хрипло выдохнул:

– Пошли!

Бандиты друг за дружкой взлетели на крыльцо. Сделали они это очень быстро и практически бесшумно. Ольга едва успела шагнуть внутрь, а Тофик уже оказался сзади.

Ухватив женщину за руку, он подтолкнул ее:

– Вперед!

Внутри было почти темно. Справа виднелась невысокая лестница, из приоткрытой двери террасы на ее перила падал свет. Тофик шепотом спросил:

– В кабинет туда?

– Нет, туда… – показала Ольга.

– Займитесь первым этажом! – шепотом велел Тофик подельникам. – А я – в кабинет! – и он снова подтолкнул Ольгу.

Керим и Аликпер тенями метнулись в разные стороны. Керим с пистолетом-пулеметом наготове принялся осматривать левое крыло. Аликпер пошел направо.

Оружие им подкинули специально для этого дела. Раньше их бандитский арсенал был скудным – три «макарова» производства бывшего СССР. Пистолет – он, конечно, и в Африке пистолет, но назвать морально и материально устаревший «ПМ» удобным оружием было нельзя. Выданное же сегодня Тофиком оружие – пистолеты– пулеметы – заставило чувствовать уверенно как никогда…

Аликпер быстро заглянул в какой-то закуток, после чего направился к той самой лестнице, на перила которой падал свет. Он был уже в двух шагах от нее, когда наверху вдруг возник странно одетый тип. Откуда он появился, Аликпер так и не понял, но сообразил, что это дворецкий.

Увидели они друг друга одновременно. Аликпер вскинул пистолет-пулемет, дворецкий перестал улыбаться и испуганно подался назад. В этот момент Аликпер нажал на спуск. Раздалось едва слышное фырканье.

В доли секунды с десяток смертоносных свинцовых горошин впились в тело Василия. Пули кучно угодили дворецкому в грудь, разворотив ее, так что он не смог даже вскрикнуть.

Аликпер в два прыжка одолел лестницу. Дворецкий качнулся и медленно стал сползать по стене. Аликпер направил оружие в сторону коридора, из которого вышел Василий. Но там больше никого не было. Аликпер, чуть присев, мгновенно повернулся к приоткрытой двери террасы. В щели был виден краешек бассейна с удивительно голубой водой. Никаких звуков оттуда не доносилось, но, судя по включенному освещению, там точно кто-то был…

Аликпер двинулся к двери. Но в этот момент сзади послышались тяжелые шаги. Аликпер развернулся и вздрогнул от испуга. Дворецкий каким-то невероятным образом удержался на ногах и теперь, оттолкнувшись от стены, шел на бандита, вытянув вперед окровавленные руки.

Аликпер отскочил в сторону и снова нажал на спуск. Пули ударили в левую сторону груди дворецкого. Он дернулся и упал – на этот раз как подкошенный.

Однако то, что случилось, невольно вселило в бандита суеверный страх.

Дворецкий лежал абсолютно неподвижно, но Аликпер больше не хотел рисковать. Нагнувшись, он приставил глушитель к голове Василия и выстрелил…

62

Логинов развернулся и двинулся к бассейну.

– Эй, вы куда? – поинтересовалась Лариса.

– Собираюсь приступить к водным процедурам…

– Не поняла! А меня соблазнять?..

– Вы же во мне разочаровались!.. – пожал плечами Виктор.

– Издеваетесь? А для чего я, по-вашему, напилась?

– Неужели для того, чтобы я вас соблазнил?

– От вас дождешься… Дайте мне прикурить! – капризно потребовала Лариса.

Логинов подошел к столу, взял зажигалку и приблизился к Ларисе. Она прикурила, откинулась в шезлонге и выпустила дым.

– Присаживайтесь, не стесняйтесь.

– Спасибо, вы очень любезны! – кивнул Виктор.

Взяв стул, он сел напротив Ларисы.

– Итак… – проговорила та. – Значит, я с самого начала показалась вам привлекательной?..

– Угу… – кивнул Виктор, глаза его смеялись.

– И как вы собирались меня соблазнять?..

– Да собственно никак…

– Почему?

– Ну, если это происходит, то само собой…

– Что значит – само собой?

– Ну, как сейчас…

– В том-то и дело, что сейчас ничего не происходит! Где ваша инициатива? Почему вы не говорите, что я самая прекрасная женщина, которая повстречалась вам на жизненном пути? И что как только вы увидели меня, вы поняли, что это судьба!

– Потому что женщин я перевидал немало…

– Что?!

– Но вы на фоне остальных просто чудо, это точно!

– Так, уже теплее… – Лариса снова отхлебнула мартини. – Ну-ну, дальше, я что, должна из вас вытаскивать слова клещами?..

– Меня еще никогда не…

В этот момент на аллее показалась и сразу свернула за угол, к парадному входу, машина. Виктор умолк и проводил ее взглядом.

Лариса нетерпеливо проговорила:

– В чем дело?..

– Ольга приехала.

– Да?.. – попыталась оглянуться Лариса. – Если вы станете ухлестывать за ней, я вас утоплю!

– Да?

– Да!

– Зачем?

– Затем, что у нее сиськи силиконовые!

– Железная логика…

– Что-что?

– Говорю, логично… Честно говоря, не думал, что вы такая кровожадная.

– Я не кровожадная! Но вы сегодня соблазняете меня! Так что не отвлекайтесь…

Логинов с улыбкой наклонился к Ларисе. В этот момент из дома вдруг донеслись странные звуки. Виктор был слишком опытным оперативником и мгновенно понял, что это за шум. Именно с таким гулким стуком от пола отскакивают и катятся по ступенькам отстрелянные гильзы…

Логинов тут же соскользнул со стула и подался к Ларисе. Та сказала:

– О, не так быст…

В этот миг Виктор зажал ей рот и прошипел:

– Тихо! В доме стреляют!

Другой рукой Логинов поспешно сдернул с женщины туфли. Его глаза все это время следили из-за шезлонга за дверью дома. Он понимал, что у них всего несколько секунд до того, как стрелявший доберется от лестницы до выходящей на террасу двери…

63

Голова дворецкого дернулась, на ноги Аликпера брызнули вязкие капли. Теперь дворецкий был точно мертв, и бандит снова почувствовал себя уверенно. Развернувшись, он бросился к выходу на террасу.

После скудного освещения внутри дома свет там был слишком ярким. Аликпер невольно прищурился и рывком распахнул дверь, держа наготове пистолет-пулемет.

На террасе никого не было. Как и в бассейне. Однако на столике рядом с бокалом стояла пепельница, откуда струилась вверх тонкая ниточка дыма…

Аликпер нахмурился. Его взгляд снова прошелся по террасе. Справа виднелась застекленная беседка. Перед ней стояли в ряд кадки с какими-то густыми, высотой около метра вечнозелеными растениями.

Лицо бандита искривила зловещая ухмылка, и Аликпер, пригнувшись, метнулся к кадкам.

Приблизившись, он остановился и попытался заглянуть за растения.

Увидеть он никого не увидел, зато услышал справа приглушенный стук: за кустами что-то упало. Бандит, не задумываясь, направил пистолет-пулемет в ту сторону откуда послышался шум и нажал на спуск. Две пули прошили зелень, затем раздался характерный щелчок, означающий, что в магазине закончились патроны.

Аликпер потянулся было за запасным рожком, но достать его так и не успел. Потому что в эту секунду из-за кустов выпрыгнул какой-то человек в спортивном костюме…

64

– Тихо! – одними губами приказал Логинов.

В следующий миг он отнял руку ото рта Ларисы и буквально выдернул женщину из шезлонга. Оглядываясь на бегу, Виктор увлек Ларису к беседке, расположенной на углу террасы.

Едва они нырнули за стоящие вплотную друг к другу кадки с растениями, Виктор повалил спутницу на пол. Лариса от неожиданности едва не вскрикнула, но Логинов снова зажал ей рот и прошептал на ухо:

– На карачках до конца! Потом прыгай вниз и звони Башманову!.. Пусть спрячется и вызовет охрану!

Лариса что-то пыталась промычать из-под его ладони, но Виктор прошипел: – Все! Вперед! – разжав руку, он подтолкнул Ларису.

В этот момент на террасу кто-то выскочил. Лариса оглянулась, Логинов жестом приказал ей не останавливаться.

Женщина двинулась вдоль кустов. Виктор замер, прислушиваясь. Пару секунд спустя он уловил звук шагов. Кто-то осторожно приближался к кустам. Логинов вновь взглянул в сторону Ларисы.

Та, к счастью, наконец осознала серьезность ситуации. Ползла она к краю террасы быстро и практически бесшумно.

И вдруг случилось непредвиденное. У Ларисы выпал из кармана телефон. Его стук резанул по натянутым нервам Виктора, словно взрыв авиабомбы. Лариса испуганно прижалась к полу и замерла.

Это ее и спасло. В следующий миг за кустами коротко проговорил пистолет-пулемет. Пули прошили живую изгородь в нескольких сантиметрах над Ларисой и с воем срикошетили. Одновременно Виктор услышал характерный щелчок затвора.

Мгновение спустя Логинов вскочил и бросился через кусты.

Киллер был в маске. Ростом он оказался выше среднего, но габаритами не поражал. Впрочем, даже если бы противник был размерами с чемпиона по сумо, Логинова бы это не остановило. У него просто не было выбора.

Перепрыгнув через кусты, Виктор оттолкнулся одной ногой и обрушился на бандита в прыжке. Тот инстинктивно попытался уйти в сторону, прикрывшись автоматом. Увернуться он не смог, но успел глушителем ощутимо ударить Логинова в лицо.

В следующий миг оба рухнули на пол. Сбитый с ног Виктором киллер стукнулся головой и выронил автомат. Однако сознания он не потерял и попытался растопыренной пятерней угодить Виктору в глаза. Тот удар блокировал и тут же воткнул сложенные пальцы правой руки в шею противника.

Бандит дернулся всем телом и затих. Логинов бросил взгляд на распахнутую дверь дома и тут же посмотрел на оружие киллера. Рожок в автомате торчал один, без прикрепленной изолентой «запаски», так что толку от этой железки в таком виде не было.

Виктор быстро провел руками по одежде киллера. Нащупав в одном из карманов запасной магазин, он вытащил его и потянулся к пистолету-пулемету. В этот момент сзади раздался голос Ларисы:

– Виктор!..

Логинов быстро оглянулся. Лицо женщины было белым, губы мелко дрожали. Это был обычный шок – нормальная реакция нормального человека. Но сейчас эта нормальная реакция была очень некстати…

И Логинов зло прошипел:

– Спрячься и срочно звони шефу, дура!!!

В следующий миг Логинов перезарядил пистолет и бросился к дому. Оглядываться, чтобы посмотреть на реакцию Ларисы, было некогда. Нужно было спешить: ведь киллер наверняка был не один…

65

– Куда теперь? – спросил Тофик.

– Вон туда! – звенящим от волнения голосом сказала Ольга.

– Не ори! – с угрозой прошипел Тофик. – И быстрее!

Бандит нервничал, поскольку прошло уже около минуты, как они попали в дом, а Ольга еще даже не довела его до ведущей на второй этаж лестницы. Но наконец впереди появились ступеньки.

– Вот!

– Вперед!

Ольга торопливо начала подниматься по лестнице. Тофик чуть отстал и вертел головой по сторонам, поглядывая наверх. Наконец они оказались на площадке второго этажа.

Тофик негромко спросил:

– Где кабинет?

– Там… – мотнула головой Ольга.

– Где там? Веди!

Женщина сделала несколько торопливых шагов влево. Внезапно в пустынном доме вдруг разнеслась трель телефона. Тофик замер и придержал Ольгу за шею. Его взгляд уперся в высокую двустворчатую дверь. Трель так же неожиданно смолкла, но бандит уже не сомневался, что доносилась она именно из-за этой двери.

– Это кабинет хозяина? – спросил он, сжав шею женщины.

Ольга выдохнула:

– Да…

В этот миг из-за двери донесся возглас:

– Что, Лара?! Игнат, в доме киллер!

Тофик мгновенно вскинул пистолет-пулемет, Ольга с испуганным вскриком попыталась вырваться.

В следующий миг бандит почти в упор выстрелил ей в спину…

66

Прижавшись к стене у распахнутой двери, ведущей в дом, Логинов выждал какой-то миг, после чего резко подался в проем. Выстрелов не последовало, и Виктор тут же бросился внутрь.

В доме по-прежнему было мало света, и потому распростертое тело Василия Логинов заметил не сразу. Но одного взгляда было достаточно, чтобы убедиться в том, что дворецкий мертв. Вокруг царила тишина. Логинов задумался: на второй этаж можно было попасть двумя путями – через холл или по служебной лестнице.

Логинов решил воспользоваться вторым вариантом. Бросившись в коридор, он, пробежал несколько метров и оказался у лестницы.

Стараясь не шуметь, Виктор стал подниматься.

В этот момент со второго этажа донесся негромкий женский вскрик, затем хлопки выстрелов. Логинов изо всех сил рванул по ступеням…

67

– В общем, Игнат, ты пока не должен говорить ни да, ни нет…

– Я понимаю, что вы хотите оставить возможность для маневра, Павел Андреевич, – кивнул развалившийся на стуле Вертинский, небрежно стряхивая пепел с тонкой коричневой сигаретки, – но брендинг предполагает четкое позиционирование…

– Не дави ты на меня всеми этими терминами! – словно защищаясь, вскинул руки Башманов. – Да и какое, к черту, в России позиционирование? У нас же демократия – это беспредел! И все это прекрасно понимают! А люди хотят стабильности…

В этот момент зазвонил мобильный Башманова. Номер был личный, знали его только самые близкие люди. Поэтому Башманов сразу же приложил трубку к уху:

– Да!.. – В следующую секунду Павел Андреевич вскричал: – Что, Лара?! Игнат, в доме киллер!..

Игнат Вертинский от неожиданности подпрыгнул на стуле. Тут за дверью раздался женский вскрик, какое-то фырканье и затем что-то упало. В следующий миг дверь рывком распахнулась, и на пороге возник человек в маске и с автоматом, ствол которого дымился…

Игнат тупо уставился на него, икнул и выронил сигаретку. Башманов сидел в кресле. Он как раз тянулся к пульту, чтобы соединиться с охраной, но киллер с ходу навел на него автомат и рявкнул:

– Не дергайся! Сейф показал быстро!..

Башманов замер, боясь пошевелиться. В этот момент из коридора донесся топот. Киллер быстро развернулся и сделал шаг назад.

– Стоять!.. ФСБ! – разнесся эхом отчаянный вопль.

Киллер тут же выпустил в коридор короткую очередь. Там что-то упало, одновременно в дверной косяк словно сыпануло градом. Киллер, выматеревшись, отпрыгнул в кабинет.

Павел Андреевич Башманов наконец вышел из ступора и плюхнулся на пол. При этом Башманов успел нажать несколько кнопок на пульте.

– Банзай!!! – неожиданно разнесся в кабинете самурайский клич.

Свет вдруг погас, и тут же отчетливо звякнул выхваченный из ножен клинок. Звук был реалистичным донельзя – ведь издавала его установленная в кабинете квадросистема. Потрясенный Тофик испуганно оглянулся.

Но вместо самурая он увидел на стене кусок темного океанского берега с набегающей волной.

– Пш-ш-ш!.. – разнеслось в кабинете.

– Бросай оружие! – заорали в коридоре у самой двери. – Сопротивление бесполезно!

– С-суки! – подался назад Тофик и выпустил в проем очередь.

– Арриба!!! – вдруг грянули колонки, после чего из них хлынули звуки ламбады.

На огромном экране возникли танцующие пары, по полу кабинета заметались тени. Одна из створок двери вдруг содрогнулась от удара и распахнулась.

– С-суки! – снова заорал Тофик, отступая.

Пистолет-пулемет судорожно задрожал в его руках. А потом в дверном проеме вдруг возникла тень. На ее фоне дважды полыхнули вспышки. И что-то словно ужалило Тофика в плечо…

68

– Стоять!.. ФСБ! – заорал Логинов, выскочив из-за угла.

Виктор сознательно вызывал огонь на себя, и был готов к нему. Почти сразу же он бросился на пол.

– Пф-пф-пф! – проговорил в двери кабинета пистолет-пулемет.

Логинов выпустил очередь в ответ. Человек в маске отпрыгнул в кабинет. И тут же свет внутри погас.

В первый момент Логинов подумал, что дело плохо: свет погасить мог только сообщник стрелявшего. Но тут в кабинете начало твориться черт знает что. Сперва грянул вопль: «Банзай!», потом раздался шум морского прибоя…

Логинов мгновенно вскочил. У нападавших в кабинете что-то шло не так, и Виктор поспешил воспользоваться моментом. Подскочив к двери, он снова заорал. В ответ раздалась очередь, одновременно колонки грянули:

– Арриба!

Веселуха в кабинете шла по полной прогамме, так что мешкать не стоило.

Логинов ударил в дверь ногой. Запоры не выдержали, дверь с треском распахнулась.

Из кабинета вновь полоснула очередь. И тут прижавшийся к стене Виктор окончательно понял, что киллер не профи. Профессионалы из пистолета-пулемета, как правило, стреляют короткими очередями – только так можно вести прицельный огонь.

Подавшись в дверной проем, Логинов дважды выстрелил. И тут же снова прижался к стене. Из кабинета донесся вопль:

– Ненавижу!

Следом в пол ударила неприцельная очередь. Логинов понял, что попал. Он снова высунулся. Самые лучшие результаты при стрельбе из пистолета-пулемета достигаются двойными выстрелами. И Логинов снова произвел два неполных нажатия на спусковой крючок.

В кабинете на огромном окне-экране энергично трясли задницами латиноамериканки. Логинов на его фоне увидел, как бандит бросился за тяжелое кресло. Одна пуля Виктора угодила в его спинку, вторая ушла вверх. Треснул экран.

– Оружие на пол! – крикнул Логинов.

– Ненавижу! – проорал киллер.

Судя по звукам, он пытался сменить магазин. Чтобы не допустить этого, Логинов вновь появился в двери и нажал спусковой крючок до упора. Обрушившиеся на кресло пули швырнули его на киллера, тот невольно вскочил и тут же попал под ушедшую вверх очередь. Дергаясь, словно от ударов тока, киллер шагнул назад, к окну. Последние пули попали в стекло, и оно, не выдержав, треснуло и огромным пластом вывалилось наружу.

– Ненавижу… – простонал киллер, выпадая на террасу.

Слева за стулом что-то зашуршало.

– Кто здесь?.. – быстро спросил Логинов.

– Мы, Виктор Павлович! С Павлом Андреевичем! Не стреляйте! – торопливо отозвался Вертинский.

– И все?!

– Да!

– Вы живы, Павел Андреевич?..

– Кажется, да! – донеслось откуда-то из-под стола.

– Оставайтесь там, где находитесь! – приказал Логинов и бросился к окну.

Высунувшись, Виктор увидел неподвижно распластавшегося на террасе киллера. Из-за кустов у беседки высунулась Лариса и заорала:

– Виктор!.. Я здесь! Вы живы?..

– Спрячься, дура! – рявкнул Логинов. – И не высовывайся!

После этого он быстро поднял полный магазин, выроненный киллером, и со щелчком вставил его в свой пистолет-пулемет. Потом сказал:

– Это касается всех!.. Охрану вызвали?

– Нет! – донеслось из-под стола. – Не успели!

– Тогда вызывайте!

– Я не знаю, где мой телефон!

– Я уже звоню, Павел Андреевич! – раздался голос Вертинского. – Охрана?.. На дом напали!.. Да, киллеры! Все сюда!.. Сейчас будут! – сказал Игнат.

69

Керим прошел через холл и оказался перед коридором. Здесь бандит оглянулся. Ни Аликпера, ни Тофика с женщиной видно уже не было. И Керим двинулся дальше, проверяя попадавшиеся на пути помещения. Однако в этой половине дома было совершенно безлюдно…

В какой-то момент Керим вдруг услышал какой-то шум. Он быстро развернулся и замер с пистолетом-пулеметом в руках. Кериму не почудилось: в другой половине дома что-то происходило. И бандит поспешно направился туда.

Однако разобраться в хитрой планировке дома оказалось не так-то просто. Дважды Керим оказывался в тупиках. Наконец он увидел пробивающийся из-за угла свет и бросился туда. Выглянув, бандит разглядел короткую лестницу, за которой обозначился темный просторный зал. Керим почти сразу сообразил, что это холл – просто он вышел к нему с другой стороны.

Дверь, выходящая на террасу, была распахнута. В падающем из нее свете Керим увидел на полу тело мужчины. Это оказался кто-то из обитателей дома. На террасе все было тихо, шум доносился откуда-то сверху. Керим развернулся, собираясь искать ведущую на второй этаж лестницу. В этот миг на террасу со звоном посыпались куски стекла.

– …навижу!!! – услышал Керим вопль Тофика.

И тут же на террасу что-то тяжело шмякнулось. Керим сделал пару быстрых шагов к двери и увидел на террасе Тофика. Тот лежал безоружный, в нелепой позе.

Керим сглотнул слюну. Вдруг на улице раздался женский крик:

– Виктор!.. Я здесь! Вы живы?..

– Спрячься, дура! – заорал сверху какой-то мужчина. – И не высовывайся!

Керим замер, потом на цыпочках приблизился к двери и осторожно выглянул. Возле кустов у беседки он увидел Аликпера. Тот, как и Тофик, лежал в нелепой позе. И Керим вдруг отчетливо понял, что это конец…

70

Логинов, стоя у двери кабинета, прислушивался к топоту. Прибывшая на гольфкаре охрана была уже в доме.

Логинов на всякий случай подался за косяк и крикнул:

– Кто?..

– Свои! Аверкин!

– Давайте сюда!

Двое охранников в камуфляже вбежали в кабинет. Свет в кабинете никто пока не включил, поэтому освещался он только через выбитые окна.

– А где Павел Андреевич?.. – быстро спросил один из прибывших, начальник смены Аверкин.

– Я здесь, Олег! – высунулся Башманов.

– Вы не ранены?

– Нет…

– Надо срочно звонить на телевидение, Павел Андреевич! – быстро сказал окончательно пришедший в себя Вертинский.

– Никуда пока звонить не надо! – раздраженно бросил Логинов.

В этот момент откуда-то с улицы донеслось:

– Стой! Стой!..

Следом грохнул выстрел. Логинов повернулся к Аверкину:

– Забаррикадируйтесь тут и никуда не высовывайтесь!

– Добро!

Логинов метнулся по коридору к лестнице. Аверкин приказал подчиненному:

– Тащи кресло к двери! Живо!

Вертинский быстро проговорил:

– Я уже звоню на НТБ, Павел Андреевич!

– Может, не стоит, Игнат?..

– Как не стоит?.. Да это же просто подарок! Алле, редакция?.. Это сосед Павла Башманова из Подмосковья! На его усадьбу напали бандиты! Там настоящий бой! Полдома разрушили!..

71

Керим испытывал животный страх. Оба его подельника были убиты, и его тоже наверняка ожидала та же участь. Если он не уйдет…

Сперва Керим бросился к парадному входу – у крыльца стояла машина Ольги. Но почти сразу же до бандита дошло, что на «Пежо 307» через ворота усадьбы ему не прорваться. Для тарана эта машина не подходила…

И тут Керим вдруг вспомнил о женщине на террасе. Соваться туда было опасно, но другого выхода у бандита не было. Керим поспешно вернулся к двери. Женщины он не увидел, но бандит понял, что кричала она из-за кустов.

Керим осторожно заглянул за растения. Однако там никого не было. Керим растерянно оглянулся и тут услышал какой-то шорох. Доносился он снизу, из-под террасы. Бандит бросился к ее краю. Перегнувшись через невысокое ограждение, Керим услышал из густой тени:

– Виктор, это вы?!

– Я! – выдохнул Керим и тут же сиганул вниз.

– Ай! – вскрикнула женщина, отскочив в сторону. – Вы что?..

Приземлившийся рядом с ней Керим прыгнул на жертву и повалил ее на густую траву. Только теперь до Ларисы дошло, что это бандит.

– Мне терять нечего! – прошипел Керим. – Поняла?

– По-няла… – едва слышно пролепетала Лариса.

– Тогда быстро думай: где можно взять джип!

– Джип?

– Да, джип!

– Так Игната стоит за домом…

– Тогда показывай!

Керим быстро встал и грубым рывком поднял Ларису. Та в обход террасы повела его к небольшой лесенке. Поднявшись, они оказались за домом. Лариса миновала кусты, и тут за углом Керим увидел внедорожник «Тойота RAV4»…

72

Дом Башманова Логинов за эти дни успел изучить досконально.

Ориентируясь на звуки, он выскочил на улицу через служебный выход. Охранник с автоматом резко развернулся.

– Свои! – крикнул Виктор, на всякий случай подавшись назад.

Охранник Логинова узнал и сразу крикнул:

– Они на машине Игната Робертовича!

– Они – это кто?..

– Киллер и Лариса Петровна!..

– Какая Пет… Байчук в джипе?!

– Да! Он ее захватил в заложницы!

– Он или они?..

Охранник махнул головой:

– Он один!

– Точно?

Охранник немного, какую-то секунду, подумал и уверенно кивнул:

– Да!

– Значит, трое… – произнес Виктор, следя за быстро удаляющимся внедорожником. – Все правильно, навряд ли их поместилось бы в «Пежо» больше…

– Что?..

– Машина Ольги у крыльца или ты не видел?..

– У крыльца! – кивнул охранник.

– Тогда давай за мной! – крикнул Виктор. – Он наверняка уходит к воротам!

Охранник вслед за Логиновым обогнул дом. Когда они выскочили из-за угла, от другого крыла на них направил автомат еще один оставшийся на улице охранник.

– Свои! – на бегу крикнул Виктор.

Подскочив к «Пежо», он увидел, что багажник машины приоткрыт, пассажирская дверца распахнута. Ключи, как и предполагал Виктор, торчали в замке. Логинов нырнул за руль и крикнул прибежавшему с ним охраннику:

– Прыгай!

Тот оглянулся на дом:

– Но мне Аверкин приказал…

– С Аверкиным я договорюсь! Все в порядке, в «Тойоте» последний бандит!

Охранник запрыгнул на пассажирское сиденье. Логинов тронулся с места и велел:

– Вызывай охрану у въезда, сообщи, что к ним приближается джип с вооруженным преступником и заложницей!

73

При виде внедорожника Керим испытал ни с чем не сравнимое чувство – подобное тому, что испытывает человек, оказавшийся в перевернувшемся тонущем судне, когда сквозь мрак чернильной воды вдруг пробивается тонкий лучик света…

В этот миг справа из-за поворота выскочил белый электромобиль. Двигался он абсолютно бесшумно и с виду напоминал несерьезную машинку из луна-парка. Только вот в этом игрушечном авто сидело четыре человека в камуфляже с самыми настоящими автоматами…

Керим присел сам и рванул женщину вниз. Белая машина быстро доехала до дома и скрылась за ним. Керим расслышал мужской голос. Один из пасссажиров-охранников торопливо разговаривал с кем-то по рации…

Керим понял, что времени у него остается совсем немного. Осторожно выглянув, он рванулся к «Тойоте», волоча за собой заложницу. Приблизившись, Керим облегченно выдохнул: владелец не поставил авто на сигнализацию.

Дверцы были не заперты, но ключей в замке зажигания не оказалось.

Керим запихнул Ларису внутрь, сел на место водителя и наклонился. Добраться до проводов было не так-то просто, но Керим являлся членом банды автоугонщиков и свое дело знал. Минуту спустя двигатель завелся.

Керим быстро включил заднюю передачу. Но тут из-за угла дома, со стороны парадного входа, высунулся один из приехавших охранников.

– Стой! – заорал он. – Стой!

Чуть присев, он вскинуа автомат. Керим вывернул руль, одновременно нажав на акселератор.

Автомобиль с визгом рванулся назад и, повернув, подставил стрелку пассажирскую дверцу.

Охранник произвел одиночный выстрел в воздух, потом крикнул:

– Стой, стреляю на поражение!

Керим резко ударил по тормозам. Потом бандит ткнул пальцем в кнопку на водительской дверце, и стекло со стороны пассажира поползло вниз.

Керим ухватил Ларису за волосы и высунул ее голову в окно.

– А-а!.. – закричала женщина от боли и страха.

Охранник невольно опустил автомат. Керим приставил к голове Ларисы пистолет-пулемет и заорал:

– Бросай оружие! Иначе я ее убью! Ну!

Оружие охранник не бросил. Вместо этого он сделал несколько шагов назад и начал что-то быстро докладывать в рацию. Керим понял, что выиграл первый раунд, и заорал:

– Передай своим, пусть откроют ворота! Понял?! Иначе ей кирдык! Так и передай!

Лариса истерично всхлипывала. Керим, наконец, отпустил ее и нажал на газ.

Ехать за дом, мимо парадного входа, бандит не рискнул. Проломив кусты, джип задом выбрался на лужайку. На ней Керим развернулся и погнал машину по дуге в объезд аллеи.

Территория усадьбы была ухоженной и тщательно спланированной, поэтому никаких непреодолимых препятствий на пути не оказалось. Вскоре слева в свете фар мелькнула зеленая полоса дороги. Керим вывернул руль, и минуту спустя джип выбрался на искрящийся асфальт.

Показались ворота усадьбы. Аккуратный домик охраны был ярко освещен. При приближении к нему Керим рассмотрел охранника. Тот выглядывал в окно и что-то говорил в рацию. Ворота были закрыты.

Керим быстро сказал:

– Если они не откроют, будешь кричать им в окно! А то пристрелю! Поняла?

– Да!.. – всхлипнула Лариса.

КПП приближался. Керим быстро оценил прочность ворот. Его лицо искривилось от досады. Ворота были серьезные. Серьезнее, чем предполагал бандит. «КамАЗом» их протаранить, конечно, особого труда не составило бы. А вот внедорожником – навряд ли.

Охранник в будке был вооружен автоматом. Когда машина приблизилась, он высунул его в окно, сместившись за стену. Керим начал тормозить. Потом повернул голову к Ларисе и рявкнул:

– Начинай!

Женщина подалась к окну. Керим вдруг сообразил, что в этой ситуации охранник может рискнуть выстрелить, и бандит быстро врубил дальний свет. Домик охраны словно осветили софитами. Тени стали угольно-черными, цвета яркими, как на экране плазменного телевизора.

Охранник невольно прикрыл глаза рукой и присел.

Керим нервно засмеялся и велел:

– Кричи, пусть открывает ворота! Проси, умоляй, иначе пристрелю!

– Откройте! Откройте! Он меня убьет! Пожалуйста!

Охранник снова что-то быстро заговорил в рацию. Бандит подумал, не попытаться ли ему незаметно выскользнуть из джипа, подкрасться к КПП сбоку и расстрелять этого чертового гоблина…

Однако охранник был неплохо обучен и ситуацию явно контролировал. Тем более что джип стоял близко, и фары теперь светили в основном на ворота.

Керим грубо ухватил Ларису сзади за волосы. Та испуганно вскрикнула. Бандит подался к окну и заорал:

– Твою мать! Все! Ты меня достал! Сейчас я на твоих глазах вышибу ей мозги! Считаю до пяти… Раз! Два! Три!..

Лариса зарыдала, охранник заговорил в рацию еще быстрее. Керим намеренно замедлил счет.

74

– Он сказал, что убьет Ларису Петровну!.. – сказал охранник.

– Пусть открывает ворота! – приказал Логинов.

До КПП было метров триста. «Тойота» Игната Вертинского тускло блестела в ярком свете прожектора. Ворота открылись, и автомобиль стремительно покинул территорию усадьбы.

Следом выскочил «Пежо». Внедорожник уходил на большой скорости, и расстояние между машинами стало постепенно увеличиваться.

Ничего удивительного в этом не было – движок джипа был примерно в полтора раза мощнее. Но гораздо хуже было другое. Рано или поздно бандит свернет с дороги – не такой он дурак, чтобы выбираться на трассу, где его непременно перехватят машины ГИБДД. А «Пежо» на бездорожье тягаться с ним вообще не сможет – просто сядет днищем на первую же приличную колдобину…

75

– Че-тыре!.. – с растяжкой проговорил Керим.

Его лоб покрылся испариной. Бандит понимал, что если охранник не получит команду открыть ворота, из усадьбы ему не выбраться. Ларису он, конечно, убьет. Может, если повезет, этого чертового охранника тоже подстрелит. Но сзади уже приближалась машина с подмогой, так что уйти Кериму не дадут…

Именно поэтому, прежде чем крикнуть «пять», бандит долго медлил. И не зря: в какой-то момент охранник исчез из поля зрения. И почти сразу же ворота поползли в сторону.

Керим ухмыльнулся и отпустил волосы заложницы:

– Молодец! Живи пока!

Керим тронулся с места. Через ворота машина проскочила впритирку с отъезжавшей створкой. Дорога уходила вправо. Едва свернув, Керим резко увеличил скорость и быстро проговорил:

– А ты боялась! Ха-ха! – На самом же деле сам Керим пережил приступ животного страха и теперь просто не мог молчать. – Боялась, да?.. – посмотрел он на свою заложницу.

– Да!.. – выдавила из себя женщина, дернув головой.

Только теперь бандит вдруг рассмотрел, насколько она хороша. Ни внешностью, ни особым умом сам Керим похвастаться не мог. Правда, периодически у него водились более-менее приличные деньги, так что с подружками у бандита проблем не было. Однако это были вульгарные телки, падкие на дармовую выпивку и турецкие шмотки, которыми Керим их с барского плеча одаривал.

По-настоящему шикарных женщин Керим мог видеть только со стороны. И облизываться. А тут одна из таких женщин вдруг оказалась рядом, да еще и в полной его власти. И у бандита тут же промелькнула мысль, что такой шанс упускать нельзя. Потому что трахнуть по-настоящему классную женщину ему теперь навряд ли скоро придется – в бега нужно срочно срываться и «гаситься» в какой-нибудь глуши…

– Не бойся, я с тобой!.. – изобразил из себя крутого парня Керим. – Будешь вести себя хорошо, не пожалеешь…

В этот момент сзади появился свет фар. Керим умолк.

Несколько секунд он, прищурившись, всматривался в зеркало, потом ухмыльнулся:

– Ты думаешь, они нас догонят? Да ни в жизнь! У них машина с низким просветом! Сечешь? А мы на внедорожнике! Сперва оторвемся, потом свернем! И все! Поминай как звали… Так что ты думай, как себя вести! Будешь хорошей девочкой, я тебя отпущу. А если попробуешь упираться, я с тобой, блин, такое сделаю! Кровью истечешь, пока найдут! Так что думай, пока время есть…

Довольный собой, Керим снова посмотрел в зеркало. Машина преследователей понемногу отставала.

Керим решил увеличить скорость. Ведь для съезда с дороги ему была нужна фора – на случай, если преследователи все-таки решатся стрелять…

– Ну что, надумала?.. – покосился бандит на заложницу.

Женщина промолчала, только дважды коротко всхлипнула. Керим разозлился:

– Я спрашиваю, значит, надо отвечать! Или ты не поняла, сучка, что ты в моих руках?!

– Поняла… – кивнула Лариса.

– Молодец!.. – довольно хмыкнул Керим.

Он хотел было снисходительно похлопать жертву по щеке, но вовремя спохватился. На скорости около ста километров в час лучше не отвлекаться, даже если ты Шумахер и кубков Формулы-1 у тебя полная квартира.

А тут еще дорога стала изгибаться, так что Керим умолк, полностью сосредоточившись на управлении. За поворотом показались фонари. Кериму это не понравилось. Однако почти сразу он разглядел, что впереди железнодорожный переезд. Неохраняемый и абсолютно пустынный.

При приближении к нему Кериму пришлось сбросить скорость. Он был слишком опытным водителем, чтобы рисковать. Ведь даже у классного внедорожника вылетят шаровые опоры, если на большой скорости выехать на переезд…

На всякий случай Керим покосился в зеркало, однако машина преследователей сильно отстала. Она еще даже не показалась из-за поворота.

Перед самым переездом Керим собрался еще больше притормозить, но сделать этого не успел.

Что-то вдруг оглушительно хлопнуло, и машину бросило к обочине…

76

– Тебя как зовут?.. – вдруг спросил Логинов.

– Аркадий… А что? – сказал охранник.

– Мы их так не достанем, Аркадий! – сказал Виктор. – Но у меня есть план… Там впереди дорога сворачивает и идет по дуге до переезда. В общем, мне нужен твой автомат! На переезде я попробую пробить ему колесо…

– Как?.. – не понял охранник.

– От геодезической вышки!

– Так вы хотите…

– Да! Я выскочу, а ты сядешь за руль! А потом подберешь меня у переезда! Сможешь?

– Да…

– Тогда приготовься!

Охранник не имел права давать Виктору свое оружие. Но Логинов сумел выбраться правильный тон для разговора, и охранник даже не подумал возразить.

Наконец Виктор ударил по тормозам. «Пежо» встал у левой обочины дороги.

– Все! Давай! – выдохнул Логинов.

Пару секунд спустя он уже с автоматом в руке бежал по полю в сторону вышки.

Бежать было трудно. Поле зачем-то перепахали, причем давно. И теперь периодически под ноги Виктора попадали большие засохшие комья земли, так что была опасность не только упасть, но и вообще переломать ноги.

Глаза уже привыкли к темноте. И теперь Логинов отчетливо различал на фоне неба треугольную стойку геодезической вышки. Наконец Виктор оказался у подножия рукотворного холма, где стояла вышка. Тяжело дыша, он с усилием взлетел на него и бросился на землю возле одной из опор.

Местность вдоль дороги, ведущей к поместью Башманова, Логинов изучал досконально. В первую очередь, конечно, его интересовали возможные огневые позиции. И вот теперь это совершенно неожиданно пригодилось ему.

Меньше чем в километре за холмом чуть наискось проходила ветка железной дороги. Использовалась она крайне редко, поскольку тянулась к какому-то небольшому комбинату. Но, в соответствии с правилами, неохраняемый переезд был освещен с обеих сторон двумя фонарями на высоких столбах. Именно к этому переезду по дуге и подходила автомобильная дорога.

«Тойота» двигалась по ней на скорости около ста километров в час. Стрелять по машине в этой ситуации было бесполезно.

Однако Виктор все рассчитал верно. Метрах в трехстах перед переездом автомобиль начал резко сбрасывать скорость.

Логинов приготовился стрелять. Охрана усадьбы Башманова была вооружена «АК-74». «Калашников» не зря покорил почти весь мир. Ведь прицельная дальность его составляла тысячу метров. У тех же пистолетов-пулеметов она была сто пятьдесят, максимум – двести метров. Именно поэтому Логинов и поменял оружие…

Перед переездом дорога выравнивалась. «Тойота» вышла на эту «финишную» прямую на скорости около шестидесяти километров в час.

Логинов начал тщательно целиться. Он понимал, что второго шанса у него не будет. Киллер больше не снижал скорость, и машина вот-вот должна была миновать переезд.

Логинов задержал дыхание и плавно выжал спусковой крючок.

Хлопка пробитой шины Логинов не услышал. Но внедорожник вдруг резко вильнул, и Логинов понял, что попал. Киллер попытался справиться с управлением, но скорость была приличной, а дорога слишком узкой.

Внедорожник в доли секунды съехал на левую обочину, сбил красно-белый столбик ограждения и нырнул в кювет. Логинов неволько вскрикнул – он даже не ожидал такой удачи. Впрочем, радоваться было рано. Виктор обогнул опоры вышки и бросился вниз по холму.

Справа на дороге показался «Пежо». Связи с охранником у Логинова не было, так что оставалось надеяться, что тот сможет оценить ситуацию сам…

77

Лариса вскрикнула. Бандит тоже заорал. Машина содрогнулась от удара, в салоне почти синхронно раздалось несколько хлопков. Ларису вдруг отбросило от дверцы и чем-то мягким ударило в лицо, залепив его. Она снова попыталась вскрикнуть, но не смогла.

Перевернувшись, автомобиль во что-то врезался и замер. Наступила оглушительная тишина. Слева раздался звук, похожий на тот, что бывает, когда проводят пальцем по воздушному шарику.

– Твою мать!.. – выругался бандит. Затем он распахнул дверцу и выбрался из «Тойоты».

Машина сшибла столбик ограждения, перевернулась через левый бок и на излете врезалась в основание железнодорожной насыпи. К счастью, новенький внедорожник Игната Вертинского был оборудован активной системой безопасности. При ударе о столбик все подушки – и боковые, и передние – сработали, так что и Керим, и заложница отделались, как пишут в газетах, легким испугом.

Только вот ехать дальше на этой машине было нельзя. Керим понял это сразу.

Выхватив оружие, бандит обошел автомобиль сзади и рванул пассажирскую дверцу. Хвала япошкам, ее не заклинило.

– Чего расселась?! – рявкнул Керим. – Быстро вылезай, сучка!

Он был зол как сто чертей. Ведь авария произошла из-за прокола шины. Причем в тот момент, когда Керим практически ушел от погони. Такое ему могло присниться только в кошмарном сне…

– Давай, давай! – рявкнул Керим, грубо попытавшись вытолкнуть женщину наверх.

Он уже видел машину преследователей, поэтому и торопился…

78

От вышки до переезда было около шестисот метров. Попасть с такого расстояния в колесо движущегося автомобиля без оптики – это было нечто. Но Логинов прошел школу «Альфы» и там научился многому. Но, пожалуй, самое главное, что он усвоил, это то, что жизнь заложника превыше всего. Если при операции гибнет хоть один гражданский, это полный провал…

Логинов мчался к переезду. Засохшие комья земли предательски бросались под ноги, но Виктор понимал, что сейчас дорога каждая секунда. Первые четыреста метров он одолел со скоростью, которой мог бы позавидовать и спортсмен. Он выкладывался полностью, потому что жизнь Ларисы Байчук была в опасности до тех пор, пока бандит не был обезврежен.

А потом от переезда донеслись голоса, и Логинов резко сбросил скорость. Автомат он перехватил двумя руками и был готов выстрелить в любой момент… Однако Виктору немного не повезло. Как раз напротив того места, где перевернулся внедорожник, росли кусты. Они и прикрыли орущего бандита от Виктора. Когда же две фигурки выбрались на переезде, стрелять было уже поздно.

Вскинувший автомат Логинов чертыхнулся и быстро присел. «Пежо» приближался к переезду, и свет его фар вполне мог высветить Виктора. Чтобы избежать этого, Логинов, пригнувшись, начал смещаться к насыпи железной дороги.

От переезда донеслось:

– Маши, сучка, маши!..

Виктор приблизился к насыпи и затаился. «Пежо» медленно подъезжал к переезду. Охранник, вероятно, пытался разглядеть в кювете Логинова. А может, просто соображал, как лучше в этой ситуации поступить.

В любом случае, он отвлекал внимание бандита, и Логинов приготовился.

Как только «Пежо» остановился, Виктор бросился вверх по насыпи и молниеносно пересек железнодорожное полотно. Оказавшись на другой стороне, он присел и замер…

Заметить этот рывок бандит мог, только повернув в сторону Логинова голову. А вот скрипом щебенки Виктор себя мог выдать. К счастью, бандит ничего не услышал. И в следующую секунду над переездом раздался его вопль:

– Я снесу ей башку! Ясно?! Бросайте оружие на землю! И выходите по одному!

Керим старался, чтобы крики звучали как можно более воинственно, но уверенности в его голосе не было. Скорее в нем слышалось отчаяние зажатого в угол трусливого шакала.

Охранник Башманова остановил «Пежо» в сотне метров от переезда. Несколько секунд он колебался, потом распахнул дверцу и вылез. Машину он остановил наискосок, так что теперь находился под прикрытием двигателя.

– Так! – продолжал вопить Керим. – Теперь бросай оружие! На дорогу! Чтобы я видел!

Охранник бросил взгляд в сторону кювета. Он понимал, что Логинов должен быть где-то рядом.

– Я сказал, бросай оружие! – орал Керим.

Охранник перевел взгляд на него и при этом наконец заметил Виктора. Тот быстро двигался к переезду.

– Хорошо! – тут же включился в игру охранник. – Я бросаю оружие, но ты отпускаешь заложницу! Договорились?

– Нет! Ты бросаешь оружие и отходишь от машины, подняв руки! Заложницу я отпущу, когда сяду в машину!

– Нет! Так дело не пойдет!..

– Тогда я ее убью! Прямо сейчас! – заорал Керим.

Охранник интуитивно выбрал очень верную линию поведения. Бандит, чтобы продемонстрировать свою решимость, подтолкнул Ларису к «Пежо» и картинно приставил пистолет-пулемет к ее голове. Тем самым он лишил себя живого щита. Теперь Логинов мог выстрелить, не опасаясь задеть заложницу. Однако Виктор медлил: промахнуться он не боялся, но при попадании бандит мог рефлекторно нажать на спуск… Охранник и на этот раз тонко прочувствовал ситуацию. От «Пежо» донесся его крик:

– Хорошо! Я свяжусь с начальством!

Голова охранника исчезла за дверцей. Ломать комедию стало не для кого, и Керим опустил ствол. В тот же миг Логинов выстрелил.

Керим дико взвыл, отпрыгнул от Ларисы и схватился за плечо.

– Падай!!! – заорал Логинов, прыгнув через рельсы и бросаясь на Керима.

Керим резко повернулся и сделал движение в сторону упавшего на дорогу пистолета-пулемета.

В этот момент Логинов сшиб его с ног с той же легкостью, с какой скорый поезд сметает с пути «Запорожец». Керим был слишком тщедушным. Да и с простреленным правым плечом не очень-то посопротивляешься. Секунду спустя бандит лежал на земле и хрипел, поскольку Логинов автоматом пережал ему горло.

– ФСБ! – наклонил голову Логинов, срывая с бандита маску. – Тебе конец, мразь! Понял?!

Керим что-то замычал, на его глазах выступили слезы. Он задыхался. Логинов чуть ослабил нажим и прошипел:

– Но если скажешь, кто тебя послал, будешь жить, понял?..

Выпученные глаза Керима приняли осмысленное выражение, он вроде даже кивнул.

– Ну?..

– Я его не видел, но назвался он Владимиром… Он Тофика сам нашел! Тофик сказал, что он мент…

– Как его найти?! А?..

– Не знаю!..

– Ну тогда все! Пока! – рявкнул Логинов и снова надавил автоматом на горло Керима.

В этот момент совсем рядом раздался крик:

– Прекратите! Что вы делаете?..

Логинов совсем забыл о Ларисе. Спас и сразу забыл. Виктор быстро повернул голову и увидел, что женщина прижимает дрожащие руки к лицу и смотрит на него с ужасом…

– Порядок? – крикнул в этот момент подбежавший охранник.

– Да! – кивнул Виктор. – Отведи даму в машину, в темпе!

– Прошу, Лариса Петровна!.. – шагнул к Байчук охранник.

Лариса испуганно отшатнулась от него. Логинов покосился на Керима.

Бандит начал приходить в себя, а этого допустить было нельзя.

– Да забирай же ее! – зло крикнул Виктор. – Не видишь, у нее истерика!

– Идемте, Лариса Петровна! – решительно взял женщину за руку охранник.

Та начала подниматься. Глядя на Виктора, она всхлипнула:

– Вы!.. Вы… Просто чудовище!

В глазах Ларисы были презрение и ненависть. И ни капли благодарности…

Но Логинов с подобным сталкивался не впервые. Кажется, по-научному это называется стокгольмским синдромом. Такой замечательный психологический феномен, когда заложники проникаются искренней симпатией к своим мучителям, а к освободителям, наоборот, почему-то испытывают крайнюю неприязнь…

79

Машину Тюркин оставил на стоянке в центре, заплатив за две недели вперед. Владимир протер руль, кнопки, рычаг переключения скоростей, а выйдя из машины – и ручку дверцы. Машину со стоянки Владимир забирать не собирался. Ведь ее видел Тофик…

По дороге к метро Тюркин также избавился от засвеченного телефона – выключил, расплющил каблуком и смахнул в решетку канализации вместе с сим-картой. Телефоны матери Ольги Модильяни и ее дочки Владимир «сбросил» еще раньше. Так что теперь выходов на него не было.

Добравшись до дома, Тюркин поел и уселся перед телевизором.

Он понимал, что об убийстве Павла Башманова сообщат по-любому, причем очень быстро, в течение часа-двух. В ожидании экстренного выпуска новостей Тюркин листал газету бесплатных объявлений, которую пихали во все почтовые ящики.

Интересовали его «горничные». Так сейчас в газете стали называть проституток. Видно, за «массажисток» взялась полиция нравов. Но Владимиру было все равно – горничные так горничные. Он подчеркнул несколько объявлений. Сегодня Тюркин имел полное право расслабиться, поэтому он решил, что «горничных» будет минимум трое…

И вот наконец программу НТБ прервали. Диктор поспешно сообщил, что только что в Подмосковье произошло вооруженное нападение на дом Павла Башманова. Владимир отбросил газету, сел и вперился в экран.

80

– Идемте, Лариса Петровна, идемте! – проговорил охранник, увлекая Байчук к «Пежо».

– Ну? Так как найти этого Владимира? Вспомнил? – наклонился к бандиту Логинов.

– Я не знаю! Это все Тофик! Я у него просто водитель…

– Водитель?.. – хмыкнул Логинов.

– Да!

Керим почти окончательно пришел в себя.

– Ну тогда ладно! – сказал Виктор. – Я тебя отпускаю!

Логинов быстро поднялся сам и рывком поднял бандита. Тот ахнул, ухватившись за простреленное плечо и уставился на Логинова.

– Свободен! – толкнул тот его и быстро оглянулся.

– Вы что?.. – помрачнел Керим.

– Ничего! – сказал Логинов, перехватывая автомат поудобнее. – Иди! Иди…

Керим вытаращил на Логинова глаза, потом вдруг плюхнулся на колени и заорал:

– Не надо! Не убивайте!

От «Пежо» донесся приглушенный вскрик Ларисы, но на этот раз охранник не дал ей вмешаться. Логинов смерил трясущегося бандита презрительным взглядом:

– Так как найти Владимира?..

– Не знаю, правда! Может, в гараже… Он звонил оттуда, чтобы эта, на «Пежо», могла поговорить с дочкой…

– Так… – глухо сказал Виктор. – Значит, дочка хозяйки «Пежо» у него в гараже? И именно поэтому она согласилась вас провезти в усадьбу?

– Да! Но гараж не его, а Тофика! Съемный! Это все придумали они с Тофиком! А девочку эту возле школы выкрал Аликпер! Я тут вообще ни при чем!

– Не сомневаюсь! – кивнул Логинов. – Где этот гараж? Что за номер? Какой кооператив?

– Кажется, «Чайка»! А номер я точно не помню… Сто шестьдесят или сто шестьдесят восемь… Но я могу показать!

В этот момент у Виктора завибрировал мобильный.

Он быстро вытащил его и сказал:

– Слушаю, товарищ генерал!

– Что там у вас происходит, полковник? Только что позвонили с телевидения и сообщили, что на даче Башманова идет бой! Это что, шутка?..

– Не совсем, товарищ генерал… На дачу проникли киллеры…

– Как проникли?..

– Они захватили в заложницы дочку одной из сотрудниц Башманова! Девочка, предположительно, находится в одном из гаражных кооперативов. Одного из нападавших я взял живым, и он согласен показать место! В общем, мне нужна «Альфа»…

81

– Вы слышите нас, Афанасий? – спросил ведущий.

– Да!

– Какова обстановка на месте?

– Вы знаете, обстановка, конечно, ужасная! Мы прибыли раньше милиции и видели, как минимум, три трупа! Везде валяются гильзы…

– Извините, Афанасий! Вы сказали о телах погибших! О ком идет речь?

– Насколько я понимаю, двое из убитых – это бандиты, которые совершили нападение, они так и лежат в масках…

– А сколько их было всего?

– Точных цифр я назвать не могу… – Тут репортер быстро посмотрел в сторону и сказал: – Но вот сейчас к нам направляется владелец дома Павел Андреевич Башманов! Он любезно согласился сказать несколько слов…

– Твою мать!!! – вскочил с дивана Тюркин.

В этот момент в телевизоре показали Башманова. Он выглядел слегка осунувшимся, но живым и абсолютно здоровым.

Тюркин какое-то время оторопело смотрел на экран, потом с диким криком швырнул пульт о стену.

82

Поднятый по тревоге дежурный взвод «Альфы» успел блокировать все выезды из кооператива «Чайка». Логинова встретил командир взвода, майор Рагулин.

– Здравия желаю!

– Здорово! Как обстановка?

– Под контролем! Это один из них?.. – посмотрел на сидящего в машине Керима майор.

– Да! – кивнул Логинов. – На выход!

Керим выбрался из машины. Логинов перевязал ему плечо, но от потери крови бандита заметно пошатывало. Кооператив был небольшой, так что пару минут спустя Керим уже ткнул пальцем в один из гаражей:

– Вот этот!

Ворота гаража были высокими, выкрашенными в серый цвет.

На двери было два замка.

Логинов направился к гаражу. По железной дороге, проходившей за кооперативом, с воем пронеслась электричка.

Под затихающий стук ее колес Логинов подошел к воротам.

Навесные замки оказались заперты. Однако это было еще не все. Возле гаража ощутимо пахло. Так же, как на газовых заправках. Логинов быстро посмотрел вокруг. На столбах рядом с гаражами горели несколько лампочек…

– Надо вырубить электричество! – быстро проговорил в «альфовскую» рацию Виктор.

– Что?.. – не понял Рагулин. – Повторите!

– Электричество надо вырубить! – закричал Логинов, обернувшись. – Газ!

На этот раз майор ничего переспрашивать не стал и по рации отдал соответствующую команду. После этого он метнулся к Логинову, вставшему чуть сбоку от гаражных ворот. Втянув носом воздух, Рагулин сказал:

– Пропан?..

– Да! Наверное, баллон!

– Хреново дело!.. – выдохнул Рагулин, глядя на замки. – Ключей нет?..

– Само собой!

В этот момент «альфовцы» добрались до электрощитка. Свет на столбах разом погас. Логинов облегченно вздохнул. Рагулин глухо спросил:

– Как будем вскрывать?..

Он, как и Логинов, понимал, что достаточно малейшей искры, чтобы наполненный газом гараж взлетел на воздух. Ни взрывать дверь, ни пользоваться всякими «болгарками» было нельзя…

Логинов быстро посмотрел на ворота соседнего гаража. Майор понял его без слов, но запоры выглядели слишком внушительными. Зато гараж, примыкавший с другой стороны, хорошими замками похвастаться не мог…

– Давай! – кивнул Логинов.

Майор Рагулин втянул носом воздух, но газом у соседних ворот почти не пахло. Подняв автомат, командир взвода вздохнул:

– Прокурорские затаскают!

– Не боись! Следователь у нас из генпрокуратуры! Отпишемся!

Майор нажал на спуск. Короткая очередь оглушительно прогрохотала в пустынных проездах. Замок вместе с проушинами срезало, словно бритвой.

Следующей очередью майор сбил второй запор.

Логинов потянул за ручку. Ворота скрипнули и приоткрылись. Логинов быстро заглянул внутрь и сказал:

– Свет давай! И кого-нибудь, кто посильнее!

Как и предполагал Логинов, стена между гаражами была сделана не из крепкого силикатного, а из низкосортного красного кирпича – обычная практика. Кувалда тоже отыскалась, и ее наспех замотали тряпками. Пару минут спустя дюжий «альфовец» уже примерился и нанес сокрушительный удар. С третьей попытки простенок не выдержал и вывалился в соседний гараж.

– Все! – крикнул Логинов.

«Альфовец» отступил в сторону, и Виктор тут же нырнул в соседний гараж. Машины там не было. Луч взрывобезопасного фонаря метнулся по гаражу и выхватил красный баллон с надписью «пропан-бутан». В углу стояли шины на ступицах, на крючках висели старые ватники и какие-то прокладки…

Логинов бросился назад. Вынырнув из проема, он быстро выдохнул и подскочил к двери гаража. Отравиться газом нельзя, поскольку он не токсичен. Но вдохнуть его – все равно что напустить в легкие воды. Из-за отсутствия кислорода человек почти сразу теряет сознание.

– Ну что?.. – спросил майор.

– В гараже пусто! Сейчас гляну в подвале! – сказал Логинов, несколько раз глубоко вздохнув.

– Тогда надо веревку! – обеспокоенно оглянулся майор.

– Не поможет! – махнул головой Виктор. – Пока будете тащить, я все равно окочурюсь! Изолирующие противогазы надо брать на выезд, ребята!

– Команды не было…

– Если меня не будет две минуты, посылайте кого-нибудь за мной! – сказал Логинов.

На этот раз он сразу устремился к видневшемуся в задней части гаража люку. Быстро подняв крышку, Виктор увидел лестницу.

Крышку он сперва хотел чем-то зафиксировать, чтобы при случайном падении она не высекла искры, но вдруг увидел, что пазы люка по периметру обклеены полосками резины.

Не став тратить зря время, Логинов стал спускаться. Под ногами едва слышно загудели удобные металлические ступени, сделанные, как и крышка, хозяином на совесть. Едва ступив на сухой цементный пол, Логинов невольно вздрогнул.

В углу лежал воткнутый в переносную розетку паяльник.

Раскалившись докрасна, он должен был вызвать взрыв гаража. Но не вызвал…

Логинов быстро повернулся. Луч фонаря метнулся за лестницу. Там на полу, прикованная наручником к тяжеленному чугунному радиатору отопления, лежала девочка.

Сабрина была жива. И это было настоящее чудо. Виктор тут же бросился к ней. Руки и ноги малышки были туго стянуты скотчем, рот тоже залеплен. В огромных зеленых глазах застыл ужас. Дочь Ольги Модильяни столько пережила, что, похоже, впала в ступор. Девочка никак не отреагировала ни на свет, ни на приблизившегося к ней незнакомца.

– Сволочи! – прошипел Логинов. – Сволочи…

Возиться со скотчем смысла не было, все равно самостоятельно передвигаться девочка наверняка не могла. Логинов быстро осветил фонарем радиатор. Он не был подсоединен к трубам, просто валялся тут про запас. Однако вытащить девочку вместе с ним Виктор не смог бы.

Логинов быстро поднял голову и отступил назад к лестнице. План Владимира был ему понятен. Бытовой газ – метан – примерно в полтора раза легче воздуха. Поэтому при утечке он скапливается в верхней части помещения.

Пропан же с бутаном, наоборот, тяжелее, поэтому взрывоопасная смесь и должна была через какое-то время оказаться в подвале, где ее поджидал раскаленный паяльник. Это была почти идеальная бомба с подобием часового механизма.

Но любая бомба иногда может и не сработать. Видно, Владимир хотел немного отсрочить взрыв, поэтому и закрыл крышку люка. Но, благодаря резиновым прокладкам, поступление газа замедлилось, и это спасло девочку. Теперь же смесь быстро проникала в подвал, вытесняя воздух. Поэтому Логинов собрался закрыть люк. Однако тут под его ногами что-то звякнуло. Он посветил фонарем и увидел увесистую монтировку.

Схватив ее, Логинов бросился к девочке. Запах газа ощущался в углу пока слабо, но мешкать было нельзя. Логинов вставил монтировку между ребер радиатора, наступил на него ногой и резко рванул конец монтировки на себя. Хрупкий чугун не выдержал. Крайнее ребро треснуло, разлетевшись на продолговатые пластины…

В этот момент сверху раздались шаги. На выручку Логинову спешил кто-то из «альфовцев». Логинов опустил монтировку, взял девочку на руки и крикнул:

– Я в порядке! Сюда газ не успел просочиться! Принимайте заложницу!

После этого Логинов набрал в легкие побольше воздуха и быстро поднялся по лестнице. Наверху оказался сам майор Рагулин. Он принял у Виктора дрожащее тельце девочки. Несколько секунд спустя офицеры уже были в соседнем гараже.

– Давай на воздух ее! – крикнул Логинов. – И «Скорую» кто-нибудь вызовите! Живо!

«Альфовцы» уложили девочку на какой-то бушлат и начали аккуратно снимать скотч. Логинов перевел дух и спросил:

– Ну что? Порядок? Дышит?

– Да! Только конечности пережали, сволочи!..

– Ничего, до свадьбы заживет, – негромко сказал Виктор и позвонил начальству. – Товарищ генерал, это Логинов! Извините, что разбудил, но мы нашли заложницу…

– Да какой сон, я уже к Башманову еду! – раздалось в трубке. – Что с ней? Жива или…

– Так точно, жива, товарищ генерал! Хотя должна была умереть пару часов назад! От взрыва баллона с газом в гараже!

– Ясно! Молодец, полковник!

– Служу России!

– Следователю уже сообщил?

– Никак нет! Сперва вам как непосредственному начальнику…

– Тогда докладывай! Пускай он кого-нибудь на место срочно пришлет! А ты приезжай на дачу! Будешь объясняться с заместителем генпрокурора! Он тут за мной с мигалками по трассе едет!

– Понял, товарищ генерал!

– Как там девочка себя чувствует? Я имею в виду, эти изверги ее хоть… не того?

– Вроде нет! Думаю, с ней все нормально! К тому же мы «Скорую» вызвали! Сейчас приедут, посмотрят…

– Ну добро, полковник! Жду тебя! Не задерживайся! А то мне с замгенпрокурора самому объясняться не с руки…

83

На даче Башманова было людно. У ворот лениво крутили мигалками несколько милицейских машин.

Теоретически они не должны были пропускать на территорию посторонних, но дело было в том, что к их приезду эти самые «посторонние», то есть журналисты, уже были у дома и брали у Башманова интервью…

И это очень расстроило начальство силовых структур. А приехало его столько, что вереница машин с блатными номерами растянулась почти на пол-аллеи. Возле дома все было забито машинами опергруппы, прокуратуры и технических служб.

Похожие на привидений эксперты в бахилах бродили по дому и окрестностям, выискивая вещдоки. Милиционеры носились по кустам за журналистами, поскольку получили команду всех представителей прессы и телевидения удалить за «границы территории». Журналисты же никуда удаляться не хотели, отчего тут и там периодически возникали стычки и даже мелкие потасовки.

Логинов, приехавший на «Пежо», свернул с аллеи, осторожно протиснулся мимо микроавтобуса с надписью «Генпрокуратура РФ» и, наконец, припарковался почти у самого крыльца. От группы стоящего неподалеку начальства послышалось:

– А эт-то еще что такое? Кто пропустил, мать вашу?!

Какой-то милицейский подполковник тут же направился к машине, полный решимости порвать наглых незнакомцев, как Тузик грелку. Однако Логинов сразу погасил его пыл:

– ФСБ! Где Сапунов?..

Тут со стороны группы раздался возглас:

– Так это он, что ли, Рэмбо ваш?

– Так точно!

– А ну-ка давайте его сюда!

– Полковник, подойдите! – крикнул замдиректора ФСБ.

– Есть! – кивнул головой Виктор и негромко сказал милицейскому подполковнику: – У меня в машине задержанный! Поставьте кого-нибудь присмотреть!

Несколько секунд спустя Логинов уже подошел к замдиректора ФСБ и доложил:

– Полковник Логинов по вашему приказанию прибыл, товарищ генерал! Здравия желаю!

– Как это понимать, полковник, черт вас подери?.. – быстро проговорил замгенпрокурора.

– Простите, не понял?..

– Что тут за побоище?..

– Произошло нападение на усадьбу…

– Это мы уже поняли! Но ведь вы именно затем здесь и находились, чтобы не допустить подобного и обеспечить безопасность хозяина!

– Я ее и обеспечил…

– Что обеспечили? А проникновение бандитов?..

– Бандиты захватили в заложницы дочку одной из сотрудниц Башманова. Этого предугадать не мог никто…

– Как это никто? Это ваша работа, между прочим! Но с захватом мы еще разберемся… А откуда тут взялась целая орава журналистов, а?..

– Не могу знать… – вздохнул Виктор.

– То есть как это не можете? Почему вы сразу не приняли меры для охраны места нападения?

– Потому что я освобождал заложницу…

– Извините! – послышалось в этот момент сбоку, и сквозь расступившееся начальство к замгенпрокурора шагнул Башманов. – Я категорически не согласен с вашей оценкой действий Виктора Павловича!

Замгенпрокурора в первый момент даже не нашелся, что ответить.

– Прошу прощения, Павел Андреевич, – наконец сказал он, – но у нас, так сказать, производственное совещание!

– Я понимаю, но поскольку то, что произошло, непосредственно касается меня, я тоже имею право высказаться, так сказать, по существу вопроса…

– Павел Андреевич! – нахмурился замгенпрокурора. – С вами мы обязательно поговорим… позже!

– Всегда к вашим услугам, – сухо кивнул Башманов. – Кстати, у меня на завтра назначен брифинг с иностранными журналистами, и мне очень не хотелось бы говорить на нем о том, что начальство предъявляет странные и необоснованные претензии сотруднику спецслужб, спасшему мне жизнь. Надеюсь, вы понимаете, какой это может вызвать резонанс…

– Павел Андреевич! Я просил бы вас следить за тем, что вы говорите!

– И я бы вас об этом очень просил! Во всяком случае, я не допущу, чтобы честного офицера, с риском для жизни выполнившего свой долг, очерняли и обвиняли в каких-то дурацких проступках! Спасибо, Виктор Павлович! – демонстративно протянул руку Логинову Башманов. – Я вам очень благодарен! И если у вас будут неприятности, можете рассчитывать на мою помощь. Если понадобится, я добьюсь встречи с президентом, чтобы лично донести до него свою точку зрения!

– Спасибо! – кивнул Виктор.

– Я слышал, вы нашли дочку бедной Ольги?

– Да. В гараже, подготовленном к взрыву!

– Негодяи… – вздохнул Башманов. – Ну, извините, не буду больше мешать.

Дружески прикоснувшись к плечу Виктора, Башманов удалился.

Начальство проводило его молчаливыми взглядами. Наконец замгенпрокурора сказал:

– Вы делаете успехи, полковник…

– Я просто делаю свою работу.

– Ладно!.. Идите к Сапунову! Опишите свои действия по минутам! И если в них обнаружатся признаки служебной халатности, никакой Башманов вам не поможет!

84

– Как это могло случиться? – спросил БОС.

Голос его звучал вроде спокойно, но в этом спокойствии ощущалось с трудом скрываемое бешенство.

– Я пока не узнал всех подробностей, – как можно деловитее проговорил Тюркин. – Но, судя по всему, нам опять помешал этот тип, Логинов. Который полковник…

– Да мне наплевать, кто он! Полковник, генерал, маршал! Почему вы не выполнили работу?

– Я не знал, что он охраняет объект. Мне вовремя не предоставили этой информации! – с нажимом произнес Тюркин. – Из-за этого все и провалилось.

Это объяснение Тюркин придумал, пока собирался и ехал на сеанс связи с БОСом. Объяснение, конечно, было не очень, но таким образом Тюркин хоть часть вины за провал пытался переложить на информатора…

– Вы что, хотите сказать, что все ваши проблемы из-за какого-то одного сотрудника спецслужб?

– Ну да, в общем-то…

– Если это даже так, то это ваши проблемы! И решать вы их должны сами! Если он вам так мешает, значит, думайте, как его…

– Я подумаю об этом! – быстро сказал Владимир. – В ближайшее время!

– Думать надо было раньше, черт бы вас побрал! Вы хоть понимаете, что из-за ваших неумелых действий я фактически своими руками создал чудовище Франкенштейна! Я вам платил деньги, чтобы вы убрали Башманова! А теперь получается, что я вложил их в его раскрутку! У него же рейтинг скоро будет, как у Зюганова в девяносто шестом году! А теперь еще из-за вашей топорной работы ему вполне могут выделить охрану из ФСО! Вы понимаете, что такое ФСО, черт бы вас побрал?

– Да, – глухо сказал Тюркин.

Он прекрасно понимал, что если Башманов будет прикрыт федеральной службой охраны, подступиться к нему станет практически невозможно.

– Значит, так! – сказал БОС. – Если вы еще раз ошибетесь, я вам не завидую, это ясно?

– Да.

– Тогда ждите…

– В смысле готовить…

– В смысле ждать! Ничего пока не предпринимать! Вообще! Ясно?

– Да! – немного удивленно проговорил Тюркин.

– Тогда все!

– Спокойной ночи!.. – проговорил Владимир, но БОС уже отключился.

Тюркин выдернул из ушей микронаушники и выключил лэптоп. Минуту спустя он уже выбрался из переулка на проспект. Вместо приятного времяпрепровождения с «горничными» ему после просмотра экстренного выпуска новостей пришлось срочно хватать компьютер, брать на стоянке новую машину и пилить в центр, где намного легче было затеряться.

«Фольксваген» цвета «темная ночь» мчался по проспекту. Несмотря на позднее время, в центральных районах столицы бурлила жизнь. Зазывно подмигивали вывески казино и ночных клубов. По тротуарам шатались стайки подростков с пивными бутылками в руках. Длинноногие девушки вертели бедрами…

Тюркин же после крайне неприятного разговора с хозяином чувствовал себя чужим на этом празднике жизни. А ведь все могло быть по-другому!.. Если бы не этот чертов полковник Логинов, Владимир сейчас кувыркался бы в своей квартире с телками и купался в шампанском…

– Сволочь! – ударил руками по рулю Тюркин. – Ненавижу!

Однако ненависть Тюркина была бессильной. Он понимал, что разобраться с Логиновым не так-то просто. Сейчас речь шла уже не столько о том, чтобы достать этого полковника, сколько о том, чтобы самому не попасться…

Постепенно проезжая часть становилась все более пустынной. Когда же Тюркин свернул к спальному району, где он снимал квартиру, на дороге стали попадаться только такси. И то редко.

И тут свет фар высветил хрупкую фигурку на тротуаре. Тюркин быстро повернул голову и увидел, что это молодая девушка, скорее даже девочка.

Владимир резко затормозил.

Девушка замедлила шаг. Тюркин наклонился и распахнул пассажирскую дверцу. Девушка была заплаканной – видно, поссорилась со своим парнем.

Тюркин вдруг понял, что это как раз то, что ему надо.

– Садись, подвезу! – предложил он.

– Да я… не… – замахала головой девчушка.

– Да ладно, я сам, когда денег на такси не было, пешком тут шлепал!

Сказал это Тюркин очень искренне. Да и в своей бейсболке выглядел он молодо. Девочка, видно, решила, что это ее сверстник, сосед по району, и шагнула к машине. Тюркин же в этот момент незаметно оглянулся по сторонам. Ему повезло. Никто не видел, как девочка садилась в его автомобиль.

– Привет! – сказала она. – Меня Анжелой зовут!

– Привет! – кивнул Тюркин. – Меня Владимиром…

– Классная тачка! Твоя?..

– Моя, – кивнул Владимир и резко стартовал.

Он ткнул пальцем в панель, и салон наполнила супермодная композиция диджея Куки. Слов в ней было мало, точнее – всего одно. Но Анжела расцвела в улыбке:

– Класс!

Тюркин кивнул. Но думал он вовсе не о музыке. Из-под козырька бейсболки спецназовец пожирал глазами скрещенные худенькие ножки спутницы….

Этот чертов Логинов спутал все карты Владимира. БОС в телефонном разговоре буквально вытер о него ноги. Тюркина унизили и оскорбили. Но до обидчиков Тюркину было не добраться. Зато в его руках была эта девочка.

Он уже знал, что с ней сделает: сперва просто трахнет, потом трахнет в извращенной форме, потом подвесит за вывернутые руки «на ласточку» и будет бить палкой по пяткам, пока обнаженное тело не забьется в агонии и не затихнет…

– Мне вообще-то к «Сапфиру»! – словно сквозь вату услышал Тюркин. – А ты где живешь?

– Рядом!.. – хрипло сказал Тюркин.

– О, так мы соседи?

– Со-седи!.. – выдохнул Тюркин и вдруг ударил по тормозам. – Вали!

– Что?.. – удивленно посмотрела на него девушка.

– Вали, сказал!!! – заорал Тюркин.

Он сдерживался изо всех сил. Потому что понимал: лишний труп ему сейчас ни к чему. Да еще и в его районе. К тому же и «Фольксваген» Владимир только сегодня взял в первый раз, так что бросать его было бы глупо.

Анжела поспешно выскочила из машины. Тюркин быстро отъехал.

Девочка удивленно смотрела ему вслед. Она была раздосадована и даже не понимала, что чудом спаслась от мучительной смерти…

85

В фильмах на обезвреживании преступников и освобождении заложников все благополучно заканчивается. В реальной же жизни с этого начинается такая тягомотина, что иногда оперативнику хочется просто застрелиться из своего верного табельного пистолета…

Оперативно-следственная группа работала в усадьбе до восьми утра.

Логинов почти все это время строчил в столовой бесконечные рапорты, объяснения и другие умные документы, без которых ни родная ФСБ, ни еще более родная прокуратура ни одного опера домой не отпустит, даже если он перед этим не спал трое суток и сражался в одиночку с целой оравой террористов.

Кофе уже не помогал, не самые худшие в мире сигареты «Житан» по вкусу стали напоминать высушенный козий помет. Тряхнув головой, Логинов с трудом собрался с мыслью и закончил предложение.

В этот момент в столовую вошел следователь Сапунов. Посмотрев на Виктора, он глухо проговорил:

– Технарей отправил, протоколы еще пишут… Добьет меня эта работа! Надо в нотариусы переквалифицироваться, пока не поздно. У меня однокашник как сыр в масле катается – прием клиентов только по предварительной записи и четыре раза в год обязательно загорает в Анталии. Ну что, написал?

– Да, – кивнул Виктор, – последний! По эпизоду у переезда…

– Давай! – без малейшего энтузиазма сказал Сапунов.

Логинов блаженно откинулся на спинку стула. Следователь начал читать, нахмурился, потом быстро проговорил:

– Ты что, смерти моей хочешь?.. Что ты написал?

– Как что? Как у переезда киллера брал…

– При чем тут, как брал? Ты тут вначале пишешь, что прострелил из автомата, взятого у охранника, колесо «Тойоты»! Ты в своем уме? Мне же придется против него дело открывать за передачу оружия другому лицу… А потом как-то закрывать! Мне что, делать больше нечего, по-твоему?.. – взялся за сердце Сапунов.

– Так а что тогда писать?

– Что-что?.. Что охранник ему колесо прострелил, вот что!

– Так… А откуда он его прострелил?

– С пассажирского сиденья!

– Левое переднее колесо с пассажирского сиденья? – хмыкнул Виктор. – Я такой лабуды писать не буду. Меня же ваши потом при любой проверке затаскают!

– Ну напиши, что он сидел слева!

– За рулем, что ли?

– Да хоть и за рулем!

– Вы себе представляете, как это на скорости под сто километров, сидя за рулем, стрелять из автомата Калашникова?.. Давайте я лучше напишу, что это был самопроизвольный выстрел…

– Да по случайному выстрелу тоже надо проводить проверку, не понимаешь, что ли? Это же грубое нарушение правил обращения с огнестрельным оружием!

– Ой, блин, так а что тогда?

– Короче! – смял лист следователь. – При аварии никто не пострадал, так что техэкспертизу я назначать не буду! Поэтому пиши, что «Тойота» просто съехала с дороги…

– Как – просто? – оторопел Виктор.

– Водитель не справился с управлением, – ледяным тоном проговорил Сапунов. – И точка!

– Понял, – сказал Виктор. – Баба с воза, кобыле легче. Сейчас нарисую… А Керим что-нибудь новое показал?

– Нет, – махнул головой Сапунов. – В больницу отправили, а то он в обморок брякнулся. Так что надежда теперь на девочку эту, дочку Ольги Модильяни. Но у нее глубокий шок. Врач сказал, что говорить с ней пока нельзя…

86

– Собираетесь, Виктор Павлович? – заглянул в дверь Игнат.

– Да! – кивнул Логинов, который как раз паковал свои вещи.

– Павел Андреевич просил обязательно зайти перед отъездом!

– Да, конечно! Минут через пять, хорошо?..

– Да! Мы в кабинете! Ждем!

Собрав вещи в большую спортивную сумку, Логинов повесил ее на плечо и, в последний раз оглянувшись, решительно вышел из комнаты. Несмотря на тупую усталость, он вдруг ощутил вроде как приступ ностальгии. Сегодняшнее кровавое побоище, конечно, наложило неизгладимый отпечаток на ауру дома, но расставаться с ним Логинову было все равно грустно. Возможно, потому, что он был расположен в таком прекрасном месте, а может, из-за того, что здесь Виктор познакомился с Ларисой…

– Можно? – минуту спустя заглянул он в кабинет.

– Да, заходите, голубчик! – поднялся из кресла Башманов.

Павел Андреевич выглядел достаточно бодро для человека, пережившего столь бурную ночь. Впрочем, Логинова это не удивляло. Политики, как и любые публичные люди, те же вампиры. Только питаются они не кровью, а вниманием к своей персоне. И самое страшное для них вовсе не смерть, а невостребованность. О них так и пишут: не смог пережить забытье, ах-ах… К подобным трагедиям Логинов относился с изрядной долей скепсиса. Однако Башманов был ему симпатичен – не как политик, а как приятный человек.

– Как самочувствие, Павел Андреевич? – спросил Виктор.

– Отлично! Прошу! – подвел хозяин Виктора к креслу. – Сегодня у нас брифинг! Игнат ожидает аншлага! А вы как?

– Нормально, – махнул головой Логинов. – Спать только хочется жутко. Приеду домой, завалюсь часиков на десять…

– Так оставайтесь, голубчик! В чем проблема?

– А смысл? Мое прикрытие теперь коту под хвост…

– Да бог с ним, с прикрытием! Смысл в том, что с вами я буду чувствовать себя намного увереннее! – признался Башманов. – Понимаете?

– Да, – кивнул Виктор. – Но два раза снаряд в одну воронку не падает. На усадьбу напасть они больше не рискнут. Теперь удара следует ожидать с другой стороны…

– С какой?

– Пока не знаю. Но у следствия появились зацепки. И мы попытаемся выйти на того, кто послал киллеров, до того…

– Как он организует новое нападение?

– Да. Вы кому-то очень сильно мешаете, Павел Андреевич… А выйти на него, сидя здесь, я не смогу.

– Я понимаю, – сказал Башманов. – И буду надеяться, что вам это удастся. Честно говоря, я никогда не испытывал особой симпатии к сотрудникам спецслужб, но… Одним словом, вас я буду рад видеть в любое время. Мой дом – ваш дом!

– Спасибо! – сказал Виктор. – Всего доброго, Игнат Робертович!

– Не пропадайте!

– Постараюсь!

– С Ларисой вы уже попрощались? – взяв Виктора под руку, спросил Башманов.

– Нет… – вздохнул Виктор. – И, наверное, не стоит…

– А в чем дело?

– Боюсь, мы с ней друг друга не поняли…

– В каком смысле?

Логинов объяснил. Башманов не нашелся, что сказать, и растерянно посмотрел на Игната:

– Может, с ней переговорить?

Игнат махнул рукой:

– Я думаю, не стоит! Она немного отойдет и сама поймет, что была не права…

– В любом случае, Виктор Павлович, можете приезжать в любое время! Вашу комнату я прикажу всегда держать наготове!

– Спасибо!

87

– Слушаю!

– Вы что, спите, полковник? – недовольно спросил следователь.

– Уже нет… В ванной был, а что?

– Врач разрешил мне переговорить с дочкой Ольги Модильяни. Вы через сколько сможете подъехать к больнице?

– Минут через сорок-пятьдесят…

– Хорошо, жду!

Час спустя Логинов с Сапуновым уже вошли в отделение детского психоневрологического диспансера, где доктора пытались привести в норму Сабрину. Высокий сухощавый завотделением в очках с золотой оправой специально задержался на работе. К визиту следователя он относился неодобрительно, о чем с ходу и заявил.

– И никаких травмирующих вопросов! – сурово сверкнул он стеклами напоследок. – Девочка еще не оправилась от шока! Впрочем, при беседе будет присутствовать лечащий врач…

Пару минут спустя в ординаторскую молодая черноволосая медсестра привела Сабрину. Девочку усадили на стул. Она была бледная; руки малышки прижимали к животу плюшевого мишку…

Логинов вздохнул и невольно потянулся за сигаретами. Сапунов же раскрыл папку и мягко поздоровался. Сабрина едва заметно кивнула. Сообразив, что курить нельзя, Логинов уставился в окно. Он думал о том, что таким, как Владимир, не место в этом мире…

Вопросы Сапунов заготовил заранее, но толку от них оказалось мало.

Сабрина с большим трудом сосредоточивалась, и ее ответы большей частью были бессвязными. Лечащий врач тревожно поглядывал на нее, ерзая на стуле. Наконец он кашлянул и выразительно посмотрел на часы. Сапунов быстро достал «сводный» фоторобот Владимира и показал его Сабрине:

– Скажи, ты знаешь этого дядю?

Девочка посмотрела на бумажку. Ее зеленые глазенки на миг расширились, руки судорожно сжали плюшевого мишку. В следующий миг она закричала, дернувшись всем своим маленьким тельцем…

88

Игнат Вертинский, пожалуй, ошибся. Это был не аншлаг, а настоящее вавилонское столпотворение. Желающих освещать пресс-конференцию пережившего второе за несколько дней покушение политика было столько, что журналисты не только толпились в проходах, но и сидели прямо на полу перед сценой.

Система вентиляции работала на полную мощность, но в конференц-зале все равно было жарко, как в бане.

Павел Башманов горделиво сидел за столом на сцене и спокойно, неторопливо и очень благожелательно отвечал на вопросы.

Верные профессиональной этике журналисты старались формулировать их как можно корректней, так что атмосфера в переполненном зале была на удивление спокойной. Но только до тех пор, пока у двери не послышались приглушенные препирательства.

Игнат посмотрел туда и едва заметно поморщился.

Бесцеремонно расталкивая собратьев по ремеслу, к сцене пробиралась Хильда Голдсмит. Ее бородавка казалась еще безобразнее, чем обычно. Сегодня Хильда была облачена в зеленый костюм в полоску.

Ничего хорошего ее появление не предвещало. Вертинский с удовольствием бы прямо сейчас закончил пресс-конференцию, но, увы, это было невозможно. Через пару минут Хильда торчала уже в двух метрах от сцены. А еще минуту спустя она буквально выстрелила свой вопрос, всунувшись без очереди:

– Как мужественный человек, Павел Андреевич, ответьте прямо: вас испугала «черная метка», посланная вам властями с таким чудовищным цинизмом, или вы готовы бороться с тоталитарным режимом до конца?

– Простите? Какая метка?..

– Черная!.. – каркающим голосом проговорила Хильда. – Ведь совершенно понятно, что это было последнее предупреждение! Таким варварским способом власть дала вам понять, что не потерпит вашего участия в выборах! Поэтому я и спрашиваю: намерены ли вы сдаться или продолжите борьбу с преступным…

– Простите! – перебил журналистку Башманов. – Но это моя пресс-конференция, поэтому я тоже хочу сказать пару слов! Если позволите!

По залу разнеслись одобрительные смешки. Хильда недовольно замолкла.

– Спасибо!.. – иронично кивнул Башманов. – Теперь, что касается ваших вопросов… До того, как вы осчастливили нас своим появлением, я уже сказал, что не собираюсь отказываться от участия в выборах…

– Но ведь режим не остановится ни перед чем! Вы осознаете это?

– Я попросил бы вас меня не перебивать, – покосился на главного редактора Башманов. – Иначе я попрошу организаторов удалить вас… Это первое. Второе. Я не связываю ни первое, ни вчерашнее нападение с какими-либо российскими государственными структурами. Скажу больше, именно благодаря тому, что рядом со мной находился сотрудник ФСБ, я сейчас и имею возможность сидеть в этом зале и отвечать на ваши вопросы…

– Вас запугали или вы сознательно выбрали тактику страуса?

– Что?..

– Ведь всем очевидно, что охоту на вас организовали власти! – истошно завопила Хильда.

– Я больше не могу общаться с этой дамой, – повернулся Башманов к главному редактору. – Поэтому прошу удалить ее из зала…

– Вы еще пожалеете об этом! – возопила Хильда Голдсмит. – Вы вспомните мои слова, Павел Андреевич! Заклинаю: вы должны найти мужество и объявить всему миру, что нападения на вас организованы властями! Только это сможет их остановить! Неужели вы не понимаете?..

89

– Она его узнала, – печально констатировал Сапунов, когда они с Виктором вышли из отделения.

– Только что это нам дает?.. – вздохнул Логинов и закурил.

Сапунов задумчиво посмотрел на детскую площадку, расположенную перед корпусом, и спросил:

– И какие у тебя соображения?

– Для начала смыться в машину… – сказал Логинов, оглянувшись. – А то этот завотделением сейчас вдобавок еще долго будет нам рассказывать о том, что курить на объектах минздравсоцразвития запрещено!

Сапунов тоже посмотрел назад и вслед за Логиновым направился к его «Ауди».

Вышедший на крыльцо несколько секунд спустя завотделением сурово сверкнул очками им вслед, но ничего не сказал.

Логинов уселся за руль и повернул голову к Сапунову:

– Сабрину нам теперь не позволят расспрашивать дней пять, не меньше…

– Пяти дней у нас нет, – сказал Сапунов.

– Что?..

– Можно у тебя сигарету?

– Вы же не курите, – сказал Логинов, но пачку протянул.

– Какая теперь разница?.. – с обреченностью висельника проговорил Сапунов. Взяв сигарету, он посмотрел на пачку. – «Цыганка»?.. Хорошее название… Может, нам и вправду сходить к цыганке?

Логинов щелкнул зажигалкой, дождался, пока Сапунов прикурит, и спросил:

– Так что случилось?..

– Как только я приехал от Башманова домой, меня вызвали к начальству…

– К генпрокурору?

– Нет. С генпрокурором, – выразительно посмотрел на Логинова следователь.

– Понятно…

Тут следователя словно прорвало:

– Да ничего тебе непонятно! Второе покушение на Башманова вызвало за рубежом жуткий резонанс! Ни одна самая паршивая западная газетенка не вышла сегодня без статьи на эту тему! В общем, мне объяснили, что промедление с раскрытием этих преступлений наносит колоссальный урон престижу страны со всеми вытекающими отсюда последствиями! – сказав это, Сапунов несколько раз неумело пыхнул сигаретой.

– Понятно… – посмотрев на него, сказал Виктор. – А что за последствия?

– Соответствующие… Если мы не рапортуем о завершении дела в течение трех суток, меня выгонят из генпрокуратуры! Причем с такой формулировкой, что меня даже в юрисконсульты не возьмут!

– Круто! Так это и меня заодно попрут…

– Да тебе-то что? – вскрикнул Сапунов. – Тебя-то после случившегося Башманов с распростертыми объятиями примет! И не только Башманов – любой нувориш с Рублевки с руками оторвет! А ты еще и холостой!..

Логинов понимал, что следователю надо просто выговориться, и терпеливо слушал. Но последняя реплика его задела:

– А это вы к чему?..

– Что?..

– Насчет того, что я холостой…

– Как к чему, как к чему?.. – возмущенно проговорил следователь. – Ну попрут тебя со службы! Напьешься, проспишься и все дела! А меня жена до смерти запилит: мол, тесть на мальтийский крест изорвался, чтобы меня в генпрокуратуру перетащить, вся задница до сих пор в шрамах, а я их семейку так подвел!..

– Ну так разведитесь… – буркнул Виктор.

– Только не надо мне советы давать, Логинов! Я сам разберусь, что мне делать! Ты лучше по существу что-нибудь скажи! Таймер уже включен! Меньше трех суток осталось!

– По существу… – посмотрел на часы Логинов. – По существу я жду звонка. От капитана Аникеева.

– На предмет?.. – разом успокоился следователь.

– На предмет его визита на Петровку… Я сегодня утром по дороге домой от Башманова все думал о том, что Тофик сказал своим подельникам…

– Что Владимир мент?..

– Да.

– Неужели ты не понимаешь, что это совершенно исключено! – раздраженно проговорил следователь. – Фотороботы Владимира есть во всех отделениях Москвы и области! Их видели практически все сотрудники… И если бы он был действующим или бывшим сотрудником милиции, его бы уже по-любому опознали!

– Да, – спокойно кивнул Виктор. – Только вот я переговорил с УУРом. И узнал, как исчез из их поля зрения Тофик… Его вели не стажеры, а опытные сотрудники. И, заметьте, это была операция главка, о которой мало кто знал. Это же не плановый рейд РОВД по борьбе с самогоноварением, о котором все знают за месяц!

– Ты хочешь сказать… – вздохнул Сапунов.

– Я пока ничего не хочу сказать. Но Тофик был опытный уголовник, и он сказал, что Владимир мент…

– Ну и что? Мало ли ваших сотрудников внедряется в банды, и даже прожженные воры в законе считают их уголовниками?

– Владимир никуда не внедрялся. Плюс мы опять имеем дело с утечкой секретной информации. Только сперва она утекала вроде как из нашей группы, а теперь из ГУВД. И Тофика увел из-под носа «наружки» человек, не только знавший о том, что за ним ведется слежка, но и отлично понимавший, какими методами она ведется!

– Значит, ты все-таки думаешь, что Владимир – мент?

– Факты говорят, что да.

– Бывший или действующий?

– Если действующий, то он занимает достаточно высокую должность. Если бывший, то у него есть такой сообщник в системе МВД.

– Логично. Только почему же его тогда не узнали по фотороботу?

– Грим, – сказал Виктор. – Или пластика…

– Ну что же. В таком виде версия выглядит правдоподобной. Если не считать того, что я пока не вижу мотива….

– Мотив будет, – сказал Логинов. – Главное, что теперь круг поисков будет ограничен, так что рано или поздно мы его вычислим…

– Не рано или поздно, а в течение трех суток, Логинов! – напомнил Сапунов.

– Трое суток это слишком мало. Вы представляете, каково выцарапывать информацию у МВД?..

– У нас трое суток, Логинов! Поэтому, если понадобится, я лично в течение часа организую тебе выемку документов даже из сейфа начальника ГУВД Москвы и области.

– Приму к сведению, – кивнул Виктор. – Но в милиции тоже не дураки. И важную информацию все – от рядового опера до генерала – хранят здесь, в голове… – постучал пальцем по лбу Логинов.

В этот момент наконец позвонил Аникеев.

90

БОС был пьян. Это, однако, не означало, что он ничего не соображал. Нет, он был человек культурный и напивался тоже культурно.

Пьяный БОС сидел в своем кабинете в лондонском доме и играл в шахматы.

Кабинет в Лондоне был очень похож на кабинет в Кап-де-Антибе на юге Франции. Именно там на наворованные в России деньги БОС отгрохал себе первый дом. По сравнению с ним дворец герцога Монако выглядел жалким курятником. БОС этим очень гордился. Однако, когда российские власти предъявили ему обвинения и потребовали у правительства Франции его выдачи, БОСу пришлось срочно уматывать…

– А я сделаю, пожалуй, рокировочку! – проговорил БОС. – Вот так!

Его партнер, сидевший напротив, молча проследил глазами за передвижением фигур. В шахматы он играл не очень хорошо, но БОС ценил его за другое. Только ему беглый олигарх доверял полностью. И только ему мог рассказать все.

– Мой человек в России снова встретился с Башмановым… – понизив голос, доверительно сообщил Борис Осипович. – Он предложил ему неограниченную финансовую помощь от моего имени. Миллионы! Плюс поддержку большинства западных правительств! Все, что от него требовалось, это играть по моему сценарию… И я бы привел его в Кремль! Обязательно! И мы бы вместе управляли этой огромной страной! Но этот слизняк испугался! Он не сказал ни да ни нет и сделал вид, что не заметил протянутой ему руки с миллионами! А ведь это именно благодаря мне он стал таким популярным! Не будь этих двух покушений, писали бы о нем все мировые СМИ? Но ничего… Скажу тебе по секрету. Кто не протягивает Борису Осиповичу руки, тот протягивает ноги! Хе-хе! В шахматах это называется гамбит… Мы приносим в жертву значительную фигуру, понимаешь? А лучше несколько! И когда их съедают, на доске освобождается место. И тогда мы свою пешку проводим в ферзи! Все гениальное просто! Ну как, понял?..

– Гав-гав! – одобрительно пролаял сидевший напротив БОСа терьер.

– Ну вот! – потрепал его по загривку БОС. – Даже до тебя дошло. Значит, Башманову конец. А проходная пешка, которая будет делать то, что я ей скажу, у меня наготове…

91

– Ну, как успехи? – спросил Логинов.

– Не очень, – вздохнул Аникеев. – Сперва начальник ГУВД полдня торчал на каком-то совещании, потом часа полтора промариновал меня в приемной. Выслушал, поматерился и отфутболил в УСБ. В УСБ дело поручили первому отделу. Там мне предложили водки. Я отказался, и тогда меня напоили чаем. Потом разработчик, держа в руках, показал предварительный список тех, кто знал, что Тофика пасут. Фамилий сотрудников наружки там нет, потому что они засекречены… А только что начальник первого отдела сказал, что я могу спокойно отправляться домой и ни о чем не беспокоиться: они сами вычислят «крота» и поднесут нам его на блюдечке с голубой каемочкой…

– Ну что?.. – нетерпеливо спросил Сапунов, едва Аникеев отключился.

– То, что я и говорил, – пожал плечами Виктор. – ГУВД никакой информацией делиться не хочет – честь мундира и все такое… Обещают вычислить объект сами.

– Так! – выпрямился в кресле Сапунов. – Я в юрисконсульты не пойду! Вызывай к ГУВД «Альфу», будем говорить с ними по-другому!

Логинов вздохнул:

– Скандал будет, однако…

– Да и черт с ним! Вызывай «Альфу»!

– Я с автоматом вчера набегался, – покачал головой Виктор. – Да и без толку это… Орех можно расплющить, а можно аккуратно расколоть. В общем, тут у меня мысль одна появилась. А если мы в ГУВД устроим выемку, то с нами точно никто без протокола говорить не станет…

92

– Ты все понял? – спросил БОС.

– Да! Но это же… А если докопаются?

– Не докопаются! Потому что ты лично зачистишь все хвосты! И исчезнешь…

– Как исчезну?

– Из России! Сколько там у тебя зарплата на должности полковника? Двести долларов?

– Больше…

– Какая разница? Все равно гроши! А я уже перевел на твое имя на Кайманы десять миллионов. Как только закончишь дело, сразу их получишь. С такими деньгами ты сможешь поселиться с новым лицом и новыми документами где угодно! Хоть на Барбадосе, хоть в Антарктиде!

– Не хочу в Антарктиде, я пингвинов не люблю… – пошутил информатор, но голос его звучал тревожно. Он понимал, что это Рубикон. И возврата к прежней жизни уже не будет. – Так что, всех?

– Главное, конечно, Башманова. Ну и тех, кто попадет под руку. Чем меньше конкуренция – тем лучше.

– Надо бы информационное прикрытие организовать.

– Все уже организовано! – хмыкнул БОС. Взяв со стола одну из свежих английских газет, он прочитал: – «Независимая журналистка Хильда Голдсмит, известная своими разоблачительными статьями, была силой удалена переодетыми агентами ФСБ с пресс-конференции Павла Башманова в Москве. По ее словам, она просто хотела предупредить известного политика о неизбежности нового покушения…»

– Ясно, – сказал информатор.

– Тогда все! Жду только хороших новостей…

– До свидания.

93

Черный «бимер» нырнул во двор, проехал вдоль подъездов и скрылся в арке. Логинов удивленно вскинул бровь. Он как раз раздумывал, не позвонить ли ему владельцу проехавшей мимо машины, когда у «Ауди» возник он сам.

На переднее сиденье нырнул крепкий моложавый мужчина в хорошем костюме, с черными, с едва заметной сединой на висках, волосами. Пахло от него дорогим парфюмом.

– Ты что, Логинов, с ума сошел?.. – быстро спросил он. – У нас там УСБ на ноги подняли, они роют носом землю, а тут ты со своими, блин, срочными конспиративными встречами!

– Ну, уэсбэшников, если они тебя и пасли, ты, Дима, сбросил… – ухмыльнулся Виктор. – Привет!

– Здорово! – крепко пожал руку Виктора Дмитрий Погожин.

С Логиновым они познакомились в девяностых. Виктор тогда служил в оперативном управлении департамента по борьбе с терроризмом, а Погожин в РУОПе на Шаболовке. Именно эти два ведомства в тесном сотрудничестве и сломали в конце концов хребет бандитизму. Так что им было о чем вспомнить, хотя воды с тех пор утекло много, и Дмитрий Погожин давно перешел в ГУВД.

– Так что случилось? В Москве приземлились инопланетяне, и им нужно срочно организовать документы прикрытия?

– Как всегда, в точку, – кивнул Логинов.

– Регистрация московская или ближнего Подмосковья? Сколько голов?..

– Небольшое стадо.

– А если серьезно?

– Телевизор смотришь?

– Нет. Если есть время, в футбол играю…

– Счастливый человек.

– А что там смотреть?

– Про нападение на усадьбу Башманова слышал?

– Да. Так это… ты, что ли, там постарался? – быстро повернул голову Погожин.

– Я, – скромно сказал Логинов. – Главаря нападавших звали Тофиком. Его пасла ваша наружка. Но его у нее из-под носа очень грамотно выдернули…

– Так это из-за этого наше УСБ забегало! – понял Погожин.

– Да. Только ваше начальство, естественно, хочет предателя изловить самостоятельно. И информации не дает…

– Если хочешь завербовать меня в агенты или доверенные лица, не получится! Я служебными секретами не торгую!

– Не сомневаюсь и вербовать тебя, Дима, намерения не имею. Тут штука в другом. Моему следователю из генпрокуратуры установили срок для раскрытия этого дела. И я его только что едва удержал от того, чтобы нагрянуть к вам в ГУВД с «Альфой» и порыться в сейфах УСБ…

– Он что, заболел?..

– Да нет, здоров пока. Просто ему очень неохота работу терять. А наедет он на вас, глядишь, и удержится, поскольку это будет выглядеть так, будто вы ему палки в колеса вставляете… Короче, все будут при деле, только само дело застопорится окончательно, поскольку МВД и генпрокуратура будут выяснять отношения между собой и с ФСБ.

– Ну? А я что могу сделать?

– Ты можешь помочь мне получить информацию, которая все эти ведомственные свары сделает ненужными…

– Я попробую, – вздохнул Погожин.

– Тогда слушай… Организатор нападений на Башманова вчера хотел взорвать малолетнюю заложницу.

– Это тот, который по ориентировкам проходит как Владимир? – на всякий случай уточнил Дмитрий Погожин.

– Он самый… Девочку я спас чудом, взрыв был практически неминуем. Наверху в гараже он оставил открытый баллон с пропан-бутаном, внизу, в подвале – включенный паяльник…

– Что-то вроде часового механизма?

– Да.

– Ну и?

– Да что ну и?.. – прищурился Логинов. – Вот ты, например, знаешь, как ставится на боевой взвод донная морская реактивная мина?

– Нет.

– А очень просто. Под переключателем у нее установлен обычный кусок рафинада…

– В смысле сахара?

– Да. Оказавшись в морской воде, рафинад начинает медленно растворяться. А корабль-установщик за это время успевает отойти на безопасное расстояние.

Когда рафинад растворяется полностью, пружина замыкает контакт и мина активируется… Все очень просто, даже примитивно. Но додуматься до этого, если ты не военный моряк, невозможно, верно?

– Да. Только я не пойму, к чему ты все это мне рассказал.

– Да к тому, что этот Владимир подрыв гаража устроил намного сложнее! Такое без специальных знаний не придумаешь. Надо знать, какой углеводородный газ легче воздуха, какой тяжелее и как себя поведет их смесь! Это же не рафинад в соленой воде!

– Ты что, думаешь, он химик?.. – быстро спросил Джитрий Погожин.

Логинов засмеялся. Потом сказал:

– А какое в милиции следующее звание после полковника – дегенерал?

– Это ты к чему?

– На Шаболовке, будучи майором, ты, Дима, соображал получше… В том-то и дело, что он никакой не химик, а мент! А значит, взрыв в гараже он пытался устроить по когда-то виденному во время службы образцу! Элементарно, Ватсон!

94

– Что?! – сказал Владимир.

У него во рту от услышанного разом пересохло. Для связи с информатором БОСа Тюркин, как всегда, выбрал таксофон в сравнительно безлюдном месте. Слышать разговор никто не мог, но Тюркин испуганно огляделся.

– Ты что, плохо слышишь?

– Да нет, но…

– Так решил шеф. Или ты отказываешься выполнить работу?

Тюркин, конечно, отказался бы. Если бы мог. Но он прекрасно понимал, что тогда его обязательно найдут и убьют. В этом можно было не сомневаться.

– Нет, я не отказываюсь…

– Тогда подробности – при встрече. Через час.

– Хорошо, – сказал Тюркин, едва шевеля шершавым, как наждак, языком…

95

Свой «Фольксваген» Тюркин поставил в условленном месте. Оглядевшись по сторонам, он потянулся рукой к бутылке с колой. Его мучил «сушняк». Но похмелье тут было ни при чем. Это были нервы. Приложившись к горлышку, Тюркин покосился в зеркало и тут же замер…

К машине торопливо шел мужчина средних лет. В одной руке он держал мобильный телефон, в другой – небольшой чемоданчик. На его лице играла рассеянная улыбка.

Тюркин напрягся. Мужчина же без колебаний направился к пассажирской дверце, распахнул ее и без спросу опустился на сиденье. Улыбка тут же слетела с его лица. Пристально посмотрев на Тюркина, он сказал:

– Ну здорово, Володя!

– Здрасьте! – протянул руку Тюркин.

Только услышав голос, он окончательно убедился, что это тот, кого он ждал, – информатор БОСа, способный в сжатые сроки добыть самую секретную информацию. Тюркин окинул своего пассажира быстрым взглядом.

Сейчас тот уже не был тем улыбчивым мужчиной, который подошел несколько секунд назад к машине. Лицо человека БОСа стало жестким, колючий взгляд изучал Владимира с профессиональной пристальностью.

«Опер», – понял Владимир. Он насмотрелся на оперативных работников во время службы в ОМОНе достаточно, чтобы спутать их с кем-то еще. Конечно, опера, как правило, талантливые артисты, поэтому в принципе могут сыграть любую роль так, что не подкопаешься. Но севший в машину Тюркина человек никого не играл, он изучал Владимира…

Под его рентгеновским взглядом, который, казалось, пронизывал до трусов, Владимир невольно почувствовал себя неловко и спросил:

– Как называть-то вас?

– А дядей и называй. По легенде, – пожал плечами информатор. – Что-то дерганый ты, Володя. Нервишки?

– Есть немного… – сказал Тюркин, поскольку отпираться было глупо.

– Тебе нервничать, Вова, нельзя. Да и нечего тебе нервничать. Все продумано. До деталей. Ты просто должен все запомнить и выполнить один к одному. А там и нервишки свои подлечишь в каком-нибудь Монте-Карло… Ну что, готов?

– Готов, – кивнул Владимир.

– Тогда приступим… – Убедившись, что вокруг машины все спокойно, информатор открыл кейс и вытащил сложенный лист бумаги. Развернув его на крышке кейса, он спросил: – Планы, надеюсь, читаешь?

Вопрос был чисто риторический. Как и любой боец спецподразделений, Тюркин планы и схемы различных объектов «читал» без проблем. Ведь именно по ним, как правило, проводилась разработка той или иной операции.

– Это что, корабль? – удивился Владимир, бросив взгляд на лист.

– Не совсем корабль, но плавсредство. Это схемы палуб: главная, нижняя, верхняя и прогулочная, – показал ручкой собеседник Владимира. – Обозначены сверху вниз латинскими буквами A, B, C, D… Е – это трюм. Понятно?

– Да, – кивнул Владимир.

– Очень хорошо. Теперь гляди сюда… Вот такими значками обозначаются трапы, в смысле лестницы. А вот такими двери. В общем, все как обычно. Ничего сложного, верно?

– Да.

– Тогда хорошенько запоминай свой маршрут…

96

– Алло! – сонно буркнул в трубку Логинов.

– Ты что, спишь?.. – раздался в телефоне немного истеричный голос Сапунова.

– С чего вы взяли? – с трудом подавил зевок Логинов. – Я с пяти утра на ногах, с агентурой эмвэдэшной встречаюсь…

– И что? Есть результат?

– Пока нет. Но, думаю, будет…

– Сегодня?!

Логинов понял, что Сапунова с утра пораньше уже таскали к генпрокурору или к одному из его замов, где, видимо, применили все предусмотренные законом меры, чтобы заставить нерадивого следователя быстрее закончить дело.

– Надеюсь, что да! – как можно тверже сказал Виктор. – Все агенты роют землю носом!

Уверенный тон Логинова подействовал на Сапунова как успокоительное. Он судорожно вздохнул и сказал, почему-то перейдя на «вы»:

– Как только получите информацию, сразу сообщайте! Будем принимать меры!

По тону чувствовалось, что для этого Сапунов готов привлечь даже легкую бронетехнику. С вертолетами…

– Обязательно! – сказал Виктор. – Сообщу немедленно!

– Жду!

Логинов положил трубку и нырнул с головой под одеяло. Как верно написано в Библии, есть время собирать камни и есть время разбрасывать их. В данный момент от пустой беготни толку не было. Нужно было просто ждать. Поэтому Логинов со спокойной совестью почти сразу же уснул…

97

– Молодец! – кивнул информатор, когда Тюркин без запинки, не глядя на схему, повторил свой маршрут.

– А что это за корабль, в смысле плавсредство? – спросил Владимир.

– Сейчас и до этого дойдем. Угощайся…

– Спасибо, у меня есть, – сказал Владимир.

Они перекурили, потом «дядя» еще раз проверил, насколько хорошо запомнил Владимир маршрут, и сказал:

– Посудина эта называется «Галера». Стоит на набережной. Культурно-развлекательный комплекс. Суши-бар, ресторан и вся остальная музыка. Для VIP-клиентуры отдельная зона…

– Там же охрана серьезная! – быстро сказал Владимир. – Как я буду через них прорываться?

– Легко. Ксива у тебя будет. Типа «вездеход», – снисходительно проговорил информатор.

– Так, а фотка?..

Информатор даже фыркнул. Открыв дипломат, он вытащил запаянное в пластик удостоверение и протянул его Тюркину:

– Узнаешь?..

На фото Тюркин увидел себя. Изображение было очень хорошего качества. В первый момент Владимир удивился, но почти сразу же сообразил, откуда дровишки. Наверняка из Лондона. Помощник БОСа все их встречи незаметно снимал скрытой камерой. Можно было не сомневаться, что и записи разговоров у хозяина имелись – все, вплоть до единого слова. Тюркину стало совсем тоскливо…

Фотография отличалась от оригинала – на ней у Владимира имелись черные усы и такие же черные, довольно длинные волосы.

– Парик и накладка здесь, – хлопнул рукой по кейсу информатор. – Как пользоваться клеем, объяснить?

– Я знаю, – кивнул Тюркин.

«Дядя» действительно предусмотрел все. Даже то, что на «Галере» мог случайно оказаться кто-то из сотрудников правоохранительных органов и опознать Владимира по фотороботу…

– Теперь главное, – сказал информатор. – Тут «си-четыре», тут взрыватель. Как его устанавливать, объяснять надо?

– Нет, – сглотнул слюну Тюркин. Что такое пластиковая взрывчатка и как с ней работать, он отлично знал. Поэтому Владимир и испугался: взрывчатки было слишком много. Ее хватило бы, чтобы пустить на дно даже «Титаник». И Тюркин быстро спросил: – А зачем столько?..

– Чтобы наверняка! – жестко посмотрел на Владимира «дядя». – Башманов на этот раз не должен уйти!

– Башманов – да, но…

Тюркин особой щепетильностью не отличался. Жизнь отдельно взятого человека для него была ничто. Но даже он был поражен цинизмом информатора. Ведь одно дело грохнуть кого-то, завалив по ходу пару-тройку случайных свидетелей. Ну, пусть даже десяток. И совсем другое – взорвать немаленькое судно, отправив на тот свет всех, кто на нем будет…

– Никаких «но», – негромко сказал информатор. – Башманов не должен уйти – и точка! Надо было самому управляться. Не смог, будешь выполнять то, что тебе прикажут…

98

– Ку-ку! – как сумасшедший, подпрыгнул на тумбочке мобильный. – Ку-ку! Кто там? Кто там?..

– Твою мать! – невольно выругался Логинов, хотя сам с вечера поставил на номер Дмитрия Погожина этот персональный сигнал, чтобы не пропустить вызов. – Да! Я слушаю!

– Здорово!

– Привет! Чем обрадуешь?..

– Пока ничем… Я осторожно переговорил со всеми «зубрами» в главке, но никто из них ничего такого не помнит…

– А «молодые»? Те, что сравнительно недавно перевелись в ГУВД?

– Если бы они что-то знали, я бы тоже знал!

– Твою мать… – вздохнул Виктор, который очень рассчитывал на результат.

– В общем, тебе надо обратиться к Пятаку!

– К какому еще Пятаку?

– Пятакову! Майору! Тот почти двадцать лет оттрубил тут на оперативной должности, дольше всех. И, главное, не спился. Так что он помнит все! Я бы с ним сам переговорил, но он уволился… Зачем тебе испорченный телефон, правильно?

– Правильно!

– Тогда запоминай координаты…

– Спасибо, с меня причитается! – несколько секунд спустя проговорил в трубку Виктор.

От его сонливости не осталось и следа. Быстро бреясь, Логинов, наконец, вспомнил, как выглядит этот самый Пятаков. Средней комплекции, коренастый, вроде русоволосый. С ним Логинов пересекался всего несколько раз – у ФСБ с уголовным розыском дел было мало, а Пятаков всю службу оттрубил в УРе.

Сейчас, по информации Дмитрия Погожина, бывший опер подвизался в качестве начальника службы безопасности ОАО «ООО „Имтранстех“. За этим странным названием скрывался всего-навсего один из небольших московских вещевых рынков.

Добрался до него Логинов примерно через час. Въезд на рынок преграждал шлагбаум. Из будки охраны вынырнул человек в черном комбинезоне и махнул головой на табличку:

– Въезд запрещен!

Логинов вытащил удостоверение и сунул его служивому под нос:

– ФСБ! Открывай, живо!

Охранник как-то помрачнел и сразу отвел взгляд в сторону. Но шлагбаум все-таки открыл. Логинов тут же миновал ворота, заехал за павильоны и увидел контору рынка. На скорости он подкатил к стоящим у входа двум машинам.

Машины были неплохие – не очень новые, но очень большие внедорожники «Тойота».

Логинов подумал, что майор Пятаков неплохо устроился на пенсии, и быстро выбрался из автомобиля. Когда он шагнул к чисто символическому крылечку, дорогу ему преградил еще один охранник:

– Стоп! Нельзя!

– ФСБ!

Охранник оглянулся. За его спиной в коридоре двое дюжих парней поспешно скрылись в каком-то кабинете. Потом появился какой-то мужчина. Он быстро посмотрел на Логинова и мгновенно узнал его. Виктор Пятакова узнал тоже. И отстранил растопырившего руки охранника:

– Здорово, майор! Не рад, что ли?..

– Здорово, подполковник, – без тени радости проговорил Пятаков.

– Я уже полковник!

– Поздравляю, – мрачно сказал Пятаков.

Смотрел он за спину Виктора. Тот быстро оглянулся. Из машин выбрались и теперь маячили у крыльца двое крепких парней – очень похожих на тех, что скрылись за дверью в коридоре. Только тут Логинов наконец понял, что невольно застал всю эту братию врасплох…

– Так с чем пожаловали?.. – хмуро спросил Пятаков.

Его голос звучал напряженно. Он косился назад и держал наготове мобильный…

99

Добравшись до своего дома, Тюркин прошел в ванную и сунул голову под холодную воду. Выйдя из нее с полотенцем на плечах, он с надеждой посмотрел на кухню. Больше всего ему хотелось, чтобы встреча с «дядей» оказалась всего лишь кошмарным сном. Но кейс стоял на месте. И поблескивал никелированными замками.

Тюркин обреченно вздохнул. Он боялся. У любого, самого закоренелого преступника, есть черта, которую ему не позволяют переходить остатки моральных принципов. Киллер за деньги убьет кого угодно, но ни за что не согласится насиловать…

Тюркин боялся того, что ему предстояло сделать. Но еще больше он боялся БОСа и его людей. Они держали его на крючке. И отказаться Тюркин просто не мог. Поэтому он высушил голову феном и начал обреченно наклеивать усы.

Он чувствовал себя марионеткой сидящего в безопасном Лондоне БОСа. Даже внешность Тюркин вынужден был менять под уже вклеенную в удостоверение фотографию. И в голове Владимира вдруг сама собой возникла песня: «Ах, до чего ж порой обидно, что хозяина не видно. Вверх и в темноту уходит нить. Куклы так ему послушны, и мы верим простодушно в то, что куклы могут говорить…»

100

Логинов не зря в свое время сотрудничал с московским РУОПом. И сейчас он с ходу понял, почему так нервничает Пятаков. А ситуация была очень простая. На рынке официально с торговцев наверняка взымали одну сумму. Неофициально же совсем другую. И вот как раз сейчас эту разницу, между прочим, нигде не оприходованную, и должны были вывезти. А тут вдруг у «инкассаторских» машин нарисовался тип с фээсбэшной ксивой, в чине полковника…

– Я вижу, ты занят, майор, – сказал Логинов.

– Да нет, для вас я всегда найду время… – медленно проговорил Пятаков, намекая, что если что, всегда можно договориться.

– Я к тебе просто за консультацией заскочил, – сказал Логинов. – Схожу пока гляну себе носки. Минут через пять подойду… Добро?

Пятаков облизнул губы. Он, как и Логинов, был опытнейшим оперативником. И прекрасно понимал, что сейчас может произойти: едва полковник отойдет, как к конторе со всех сторон с воплями: «Стоять, „Альфа!“ устремятся бойцы…

– Не боись, – прочитал его мысли Логинов. – Я только поговорить.

Развернувшись, он направился к павильону. Не оглядываясь. Какие там чувства испытывал Пятаков и кому он звонил, Виктору было не интересно.

Главное, что, когда он через пять минут вернулся к конторе, внедорожников уже не было и дюжих «инкассаторов» как корова языком слизнула.

Зато на пороге торчал Пятаков с мобильным и жадно курил. Логинов с улыбкой вытащил сигареты и щелкнул зажигалкой:

– Не все коту масленица, майор?

– Что?.. – подозрительно посмотрел на Виктора Пятаков.

– Я говорю, работа у тебя нервная. Талоны хоть на молоко дают? Ладно, не дергайся, шучу…

Однако Пятакову было не до шуток. Он все еще опасался подвоха: ведь, по уму, брать машины с черным налом лучше было не на самом рынке, а по дороге.

Любому оперу это понятно, а уж такому опытному, как Пятаков, и подавно…

– Ладно, – в последний раз затянулся Логинов и швырнул в урну окурок. – Пошли, не буду тебя больше томить…

– Куда?..

– В кабинет твой или куда-нибудь, где можно переговорить.

Пятаков тоже швырнул окурок, бросил быстрый взгляд на напряженного охранника и повел Виктора к себе. Кабинет у него оказался небольшой, но довольно уютный.

– В общем, такая история, майор… Красный баллон с газом и воткнутый в розетку паяльник. Газ вытекает, добирается до паяльника и – бум!.. Тебе это ничего не напоминает?

– Что-то я не понял, полковник… У нас на рынке правила противопожарной безопасности соблюдаются. Баллоны хранятся на улице, в специальных контейнерах. Эмчеэсники регулярно проверяют…

– Да при чем тут твой рынок, майор? Забудь о нем! Я же тебе сразу сказал, я за консультацией. Меня интересует, был на твоей памяти, когда ты работал в УРе, случай с баллоном и паяльником? И если был, то когда?

– Твою мать!.. – облегченно выдохнул Пятаков. Только теперь он окончательно поверил, что появление Логинова на рынке никак не связано с вывозом неучтенной выручки. – По сто грамм накатим?..

Пятаков почти мгновенно откуда-то извлек бутылку и пару стопок. Логинов покачал головой:

– Я за рулем!

– А я приму для профилактики! – сказал Пятаков.

Хлопнув граммов пятьдесят, он потянулся за сигаретой. Логинов с улыбкой покачал головой:

– Смотри, так и спиться недолго, майор!

– Если в угро не спился, – выпустил дым Пятаков, – значит, уже не сопьюсь.

– Тоже верно, – кивнул Логинов и покачал ногой, вроде как ему было очень хорошо и вообще он испытывал огромное удовольствие от того, что находился в кабинете Пятакова.

Это были азы работы с информаторами. Очень в тему сейчас было бы еще спросить, как мама, но Логинов не видел личного дела Пятакова и с этим вопросом мог попасть впросак. Поэтому Виктор просто улыбнулся. Напряжение в кабинете как-то разом сошло на нет, и Пятаков по-дружески спросил:

– Так ты, полковник, из-за этого ко мне приехал?..

– Да, – кивнул Логинов. – Я, конечно, могу эту инфо и другим путем добыть, но мне один человек посоветовал ехать прямо к тебе. Потому что у Пятакова, говорит, голова лучше всякого компьютера…

– А что за человек?

– Ты же правила знаешь, майор, – покачал головой Логинов. – Источники информации не разглашаются. Я и твое имя сразу забуду, как только выйду отсюда. Но если поможешь, буду очень благодарен…

– Не знаю, помогу или нет, но с баллоном у нас был только один случай. Лет пять-шесть назад. Паяльника там никакого не было. Бытовое убийство. Муж пьяный вернулся и, застав жену с любовником, обоих зарезал. Брал его на даче ОМОН, он туда смылся, думал, не докопаются. А его соседка видела с вечера во дворе… В общем, за ночь адрес установили и утром на дачу приехали. Он как раз завтрак готовил и сопротивляться не собирался. Но брали его жестко – все-таки двойное убийство. А кухня на даче маленькая, развернуться негде. В общем, его повалили, браслеты нацепили и выволокли на крыльцо. Тут и шандарахнуло…

– Что шандарахнуло?.. – быстро спросил Виктор.

– Газ. С баллона шланг слетел, когда омоновцы его крутили, а на пол тостер упал, он как раз с ним возился…

– Значит, там газ взорвался от тостера? Разрушения были сильные?

– Вроде нет. Им просто повезло, что газа немного вытекло… В общем, дело замяли. Задержание проводил со своими бойцами капитан Тюркин, он у начальства в любимчиках ходил.

– А от УРа кто был?

– Рокитный, по-моему… Да. Он в прокуратуру ушел. Сейчас уже помощник прокурора.

– А Тюркин на месте? В ОМОНе?

– Тюркин, по-моему, в бегах. Если не нашли еще…

– Как в бегах?

– Дело «оборотней»… – пожал плечами майор.

– А-а… Ясно, – как можно спокойнее сказал Логинов. – Ну что, тогда спасибо, майор! Не буду больше отнимать время. Ты мне очень помог!

– Если что, – поднялся Пятаков, – всегда буду рад. Только лучше… предупреждайте заранее! Я тогда девочек организую, посидим по-взрослому!

– Девочки это хорошо! – подмигнул Пятакову Виктор.

101

Выйдя из дома, Тюркин огляделся по сторонам. Ничего подозрительного он не заметил. «Хвоста» вроде не было, но Владимир не мог избавиться от ощущения, что за ним наблюдают. И тут же докладывают обо всех его действиях в далекий Лондон, откуда лысый кукловод так ловко управляет своими марионетками…

К месту Владимир отправился на такси. Так было намного безопаснее, поскольку теперь его внешность соответствовала не той фотографии, что была в паспорте и водительских правах, а той, что находилась в пластиковом удостоверении инженера. С виду удостоверение не производило серьезного впечатления. Какое-то ЗАО с непонятным названием. Однако «дядя» гарантировал, что оно обеспечит Тюркину не только доступ, но и свободное передвижение по «Галере»…

Такси Тюркин отпустил недалеко от набережной, у небольшого сквера. Пройдя к свободной лавочке, он поставил на нее кейс и перезвонил «дяде». Информатор БОСа ответил сразу. Владимир доложил, что находится неподалеку от объекта.

Потом, торопливо покурив, он выбрался из сквера к остановке. Сев в одно из торчавших там такси, Тюркин велел водителю ехать к «Галере». На светофоре была внушительная пробка, но таксист объехал ее по тротуару. У трапа Тюркин рассчитался и выбрался. Такси отъехало. Стоявший у входа охранник окинул Тюркина взглядом и поинтересовался:

– Добрый вечер! Вы к кому?

– По работе! – показал Тюркин удостоверение.

Едва увидев удостоверение, охранник подался в сторону.

– Прошу!

Внизу ситуация повторилась. Только с той разницей, что после демонстрации удостоверения секьюрити сказал:

– Администратор вышел, одну секунду!

Тюркин кивнул и шагнул в сторонку. Охранник что-то неразборчиво проговорил в рацию. Администратор появился очень быстро. Правда, при виде Тюркина его лицо приняло слегка удивленное выражение, но он пожал руку Владимиру и кивнул:

– Прошу!

Администратор провел Тюркина к коридору правого борта. Когда они свернули, Владимир невольно напрягся. В конце коридора у двери стояло двое типов в одинаковых костюмах. Владимир сообразил, что это нанятые Башмановым охранники – те самые, что возили его на бронированном «Мерседесе».

Они фоторобот Тюркина наверняка видели. Рука Владимира, державшая кейс, мгновенно вспотела. Если бы не предусмотрительность информатора БОСа, Тюркина сейчас почти наверняка бы расшифровали.

Владимир изо всех сил старался держаться спокойно. Администратор же чуть замедлил шаг и вдруг спросил, оглянувшись на ходу:

– А Станислав что, заболел?..

Тюркин едва выдавил из себя улыбку.

– Нет. Просто проверяет другой объект!

– А-а, – понимающе кивнул администратор.

К счастью, разговаривал он негромко, так что охранники суть разговора не уловили. Администратор остановился и распахнул дверь.

– Прошу!

Тюркин спустился вниз по трапу. Сердце стучало в его груди, спина стала мокрой. Больше всего он боялся, чтобы у него в самый неподходящий момент не отклеились усы. Дело было не только в секьюрити. Администратор почему-то повел его другим маршрутом, не тем, который Владимиру показывал на схеме «дядя». Ничего страшного в этом не было, но чем больше случайностей, тем больше вероятность, что одна из них приведет к катастрофе. И Тюркин нервничал все больше…

102

– Спасибо, Дима! Ты мне очень помог! Больше тебя дергать не буду…

– Да нет, Логинов, если что еще понадобится, ты лучше мне лишний раз позвони, чем к нам со своей «Альфой» и следователем приезжать!

– Ладно, давай!

– Давай!

Звонок Погожина застал Виктора по дороге на Лубянку. Обычно Логинов полученную информацию тщательно перепроверял и только потом рапортовал начальству. Но в данном случае от этого правила он решил отступить. И прямо из стоящей у обочины «Ауди» перезвонил Сапунову.

– Слушаю… – угрюмо ответил тот.

– В общем, я его, кажется, вычислил! – не стал играть в кошки-мышки Логинов.

– Кого его?.. – не понял Сапунов.

– Владимира, организатора нападений на Башманова. Фамилия его Тюркин. Одна тысяча девятьсот семьдесят первого года рождения. Служил в спецназе ВВ, потом в московском ОМОНе. Специальное милицейское звание – майор… В общем, все в елочку, можете рапортовать начальству!

– Как вы на него вышли, полковник?..

– Как обычно. Сопоставил информацию…

Логинов коротко доложил следователю, что к чему.

– Так… – громко сглотнул Сапунов. – Так! Тогда его нужно срочно объявлять в розыск!

– Не нужно, – сказал Виктор.

– Что? Как не нужно?

– Он и так уже несколько лет числится в федеральном розыске. По делу «оборотней» в погонах. Всех давно посадили, он один ускользнул… Вернее, наверняка не один. Еще кто-то остался, причем на хорошей должности в МВД. Вот он-то и снабжает этого Владимира информацией…

– Ясно! Сейчас доложу начальству! – очень бодро проговорил Сапунов. – Кстати, какие у вас идеи насчет того, как нам добраться до этого незасветившегося подельника Владимира?

– Да какие тут могут быть идеи? Есть же следователь, который вел дело «оборотней». Он наверняка изучал все их контакты и связи. Пусть начальство даст вам его в помощь. Наверняка у него есть соображения, кто это может быть. Пустите за кандидатами «наружку», и кто-то из них рано или поздно «засветится» при контакте, а потом выведет нас на Тюркина…

– Хорошо! Но я по-прежнему не вижу мотива.

– Я тоже пока не вижу, – сказал Виктор. – Поэтому и хочу переговорить с Башмановым. Так сказать, в свете вновь открывшихся обстоятельств. Надеюсь, вы не против?

– Нет! Конечно, встречайтесь! Даю вам карт-бланш, полковник!

– Спасибо! – ухмыльнулся Логинов.

103

В самом конце трапа находилась одна-единственная дверь. Надпись на ней оригинальностью не отличалась: «Служебное помещение». Никаких приписок вроде «Посторонним вход воспрещен» на двери не было. Они просто не требовались.

Дверь не имела ручек. И отверстия для ключа в ней тоже не было. Запиралась она электронным замком.

Тюркин посторонился. Администратор осторожно протиснулся к двери мимо Владимира и приложил к двери карточку. Дверь приглушенно пикнула, прямо на ее поверхности зажегся красный глазок. Тюркин как можно спокойнее, словно делал это сотни раз, приложил к глазку свое удостоверение.

Дверь пикнула дважды, послышался негромкий щелчок. Администратор с чувством выполненного долга развернулся:

– Ну все! Работайте! Вы как обычно?

– Надеюсь. Но как пойдет, – неопределенно сказал Тюркин.

Администратор с умным видом кивнул и устремился вверх по трапу.

Владимир толкнул дверь и оказался в тускло освещенном коридорчике. Здесь было жарко. Владимир закрыл дверь, прислонился к ней спиной и быстро прикоснулся пальцами к верхней губе. Усы были на месте, отклеиваться они не собирались. Тюркин облегченно вздохнул и почему-то подумал, что, значит, на этот раз у него все получится…

104

Личный телефон Павла Башманова не отвечал. Логинов немного подумал и перезвонил Игнату Вертинскому. Тот, хоть и не сразу, взял трубку.

– Слушаю!

– Это Логинов!

– Да, Виктор Павлович, я понял. Здравствуйте!

– Добрый день, вернее вечер! Мне нужно встретиться с Павлом Андреевичем.

– Да, конечно, но сегодня у него очень плотный график… Это важно?

– Я думаю, да. Мне удалось установить личность организатора нападений, так что…

– Я понял! Одну секунду…

Около минуты в трубке были слышны приглушенные голоса. Потом Вертинский быстро сказал:

– Виктор Павлович!

– Да.

– Я только что разговаривал с Павлом Андреевичем. Давайте сделаем так… В районе девяти подъезжайте к ресторану «Галера». Это…

– На набережной!

– Да! У нас тут э-э… мероприятие. После него Павел Андреевич с вами и переговорит! Добро?

– Да!

– Тогда ждем! Охрану я сейчас предупрежу, но если что, перезвоните!

– Хорошо!

– До встречи!

105

Справа за решетчатой дверью приглушенно шумела огромная установка кондиционирования воздуха. Тюркин вспомнил схему и двинулся по коридору к левому борту. Тут была точно такая же дверь, как та, через которую Владимира привел администратор. Как и на любом плавсредстве, из каждого помещения на «Галере» было два выхода.

Маршрут «дядя» прокладывал Тюркину от двери левого борта. Поэтому теперь Владимир, не боясь ошибиться, двинулся по нему. По дороге ему попалось две двери, которые открылись, как только Тюркин приложил к считывающим устройствам свое удостоверение.

Наконец он оказался у аварийного трапа. Рядом проходили огромные трубы системы кондиционирования. Владимир поднялся по трапу до уровня нижней палубы. Здесь трубы разветвлялись..

Тюркин открыл кейс и извлек из него электропереключатель. Установил он его в полуметре от труб, в нише. Рядом Тюркин оставил кейс. После этого он поднялся до уровня главной палубы и вытащил из кармана телефон.

Сигнал не проходил. Но «дядя» предупредил Тюркина, что такое возможно, так что Владимир был к этому готов. И он начал подниматься выше.

Наконец на дисплее возник значок, показывающий уровень радиосигнала сотовой сети. Тюркин остановился и ткнул пальцем в кнопку вызова.

– Да! – послышался в трубке знакомый голос.

– Я готов! – доложил Тюркин. – Что по цифрам?

– Вводную пока дать не могу. Так что жди…

– Понял!

106

Логинову особо спешить было некуда. Часы показывали половину девятого вечера. «Ауди» приблизилась к причалам. У одного из них возвышалась громадина нового развлекательного комплекса «Галера».

За зиму какую-то большую списанную баржу буквально преобразили. Корпус и вновь возведенные надстройки обшили тускло блестящими пластинами, на носу и корме сделали витые закругления. Словом, снаружи это сооружение действительно немного напоминало галеру.

Логинов притормозил и свернул на просторную стоянку. Вообще-то парковка была бесплатной и клиенты могли ставить свои авто где угодно. Но сегодня часть площадки была отгорожена переносными стойками с леерами. Там стояло около двух десятков довольно дорогих машин, но номера на них были обычные, и Виктор понял, что имел в виду Игнат Вертинский под «мероприятием».

Остановившись, Виктор посмотрел на часы и закурил. «Плавают кораблики по Москва-реке, кто в метро на фабрики, кто в офис в „БМВ“… – вдруг всплыла в голове совершенно дурацкая песня.

Логинов затушил сигарету, потянулся и выбрался из машины. Пикнув сигнализацией, он сунул ключи в карман и направился к сходням. Они тоже были обшиты тускло блестящим металлом, но напоминали скорее переход между модулями космической станции…

107

Информатор БОСа сидел в машине неподалеку от «Галеры». Через оптику ему было отлично видно и вход, и стоянку развлекательного комплекса, точнее – отгороженную ее часть. Он видел, как на причал подъехал Тюркин. Как только тот ступил на борт, информатор засек время. А буквально пару минут спустя к «Галере» свернула черная «Ауди». Информатор мгновенно насторожился: машины из автопарка ФСБ он чуял за версту.

Взяв бинокль, информатор посмотрел на номер паркующейся машины. Это был автомобиль Логинова.

– Так! – проговорил информатор.

Его лицо стало жестким. На всякий случай он повел биноклем по сторонам.

Но тревога оказалась напрасной. Больше оперативных машин у «Галеры» не было. А если бы Логинов появился тут по душу Тюркина, то они обязательно возникли бы.

Информатор перевел дух, но с «Ауди» глаз не спускал. Логинов из машины выбрался две-три минуты спустя. И сразу же поставил ее на сигнализацию.

– Ф-фух! – невольно вздохнул информатор.

У него отлегло от сердца окончательно. Логинов приехал сам. Значит, это была чистой воды случайность. Когда позвонил Тюркин, информатор постарался не выдать себя голосом. Исполнитель должен быть уверен, что все в порядке.

Поэтому о всяких сопутствующих обстоятельствах знать ему вовсе необязательно. Чтобы рука не дрогнула в самый неподходящий момент…

108

В кармане Виктора пиликнул телефон и тут же, словно испугавшись, умолк.

Логинов удивился, но телефон почти сразу же запиликал снова. Это оказался Сапунов.

– Полковник, вы уже встретились с Башмановым?..

– Нет, только приехал…

– Вы встречаетесь в девять, да?

– В девять, только, боюсь, ждать придется намного дольше.

– А что случилось?

– Да у них тут, судя по машинам, закрытый диспут на тему: «Кому на Руси жить хорошо и как с этим бороться».

– В смысле, какой диспут?

– Собрание околодемократических сил, – объяснил Логинов. – А они коротко говорить просто не умеют. Если не передерутся, дай бог, чтобы до полуночи закончили…

– Виктор Павлович! С Башмановым необходимо встретиться как можно скорее!

– А что случилось?..

– Я разговаривал со следователем, который вел дело «оборотней» в погонах. Он уверен, что невыявленных фигурантов на высоких должностях у него не осталось…

– А информацию Тюркин от кого тогда получал? От сержантов ППС? – хмыкнул Виктор. – Тут что-то не то. Чего-то этот следователь не досмотрел! Информация снималась на самом высоком уровне – наверняка информатор Тюркина занимает ключевую должность на уровне полковника или даже генерала…

– Следователь уверен, что он все преступные связи раскрыл. Поэтому нам и важно как можно скорее получить информацию от Башманова. Только это может дать нам ниточку, которая выведет на Тюркина.

– Я постараюсь… – заверил следователя Логинов.

– Очень на вас надеюсь! – сказал Сапунов и понизил голос: – Надо закончить это дело на мажорной ноте, Виктор Павлович! Руководство намекнуло мне, что за поощрениями дело не станет. Для генпрокуратуры строят новый дом, и мне очень бы хотелось стать одним из новоселов! Но и вас, само собой, не забудут! Это я вам обещаю…

– Спасибо, – сухо сказал Логинов. – Я вам сразу позвоню!

Он много раз вел резонансные дела. И если бы начальство выполнило хотя бы часть своих обещаний, то сейчас Логинов был бы уже не полковником, а генерал-лейтенантом. Только система поощрений была устроена как-то так хитро, что непосредственным исполнителям перепадали только грамоты и благодарности. Все же более-менее вещественное доставалось тем, кто воевал с преступностью из своих кабинетов…

109

– Если же вспомнить недавнее прошлое, то что мы увидим?..

Башманов незаметно покосился на Игната Вертинского. Говоривший – довольно известный в прошлом политик – имел историческое образование. И его выступление как-то незаметно переросло в лекцию. До этого он с чувством рассказывал, как Екатерина послала гонцов на Дальний Восток, чтобы они ко дню ее коронации привезли чукотских девушек для «массовки». Девушки ко двору прибыли, только с опозданием почти на год. Настолько Екатерина не представляла масштабов страны, на престол которой восходила…

Игнат Вертинский сочувственно скривился. Мол, что я могу сделать, назвался груздем – полезай в кузов. Башманов окинул глазами присутствующих. Кто-то смотрел осоловевшим взглядом перед собой, кто-то незаметно зевал. Мероприятие, проходившее на «Галере», было неофициальной встречей более-менее заметных оппозиционных политиков правой ориентации.

Само собой, цель ее заключалась в попытке объединиться и выработать план совместных действий объединений.

При этом с самого начала было понятно, что ежа с ужом не скрестить.

Ехать сюда Башманов очень не хотел, но на этом настоял Игнат Вертинский. И правильно, в общем-то. Башманов как конструктивный политик должен был демонстрировать широту кругозора, готовность к диалогу и все такое прочее.

Но выдержать всю эту тягомотину было нелегко. Сухощавый дядечка в старомодных очках попытался возразить оратору:

– Вы вот только что ставили нам в пример Англию, а там, между прочим, в начале прошлого века жители сельской местности на зиму зашивались в белье! А наши-то мужики хоть летом хоть зимой, а в баню ходили! Так что это еще большой вопрос, кто от кого отставал…

Андриян Мордвинов сказал:

– Господа, господа! Давайте все-таки ближе к теме!

– Так это напрямую и касается темы! – воскликнул историк. – Именно от нас зависит, будем ли мы и дальше плестись в хвосте цивилизации в качестве сырьевого придатка или все же найдем в себе силы избавиться от азиатчины и стать высокоразвитой державой!

110

На борт Логинова пропустили беспрепятственно, поскольку на «Галере» одновременно функционировало несколько заведений. В зависимости от их ранга, судно было разбито на зоны безопасности. Игнат просил Логинова подождать в баре «Легион».

Логинов спустился по трапу и дважды повернул. Там он увидел дверь, ведущую в бар.

Выполнена она была в виде тяжелого щита, но открылась на удивление легко. Помещение бара располагалось по правому борту. Через большие прямоугольные иллюминаторы можно было лицезреть Москву-реку и противоположный берег.

111

– А что вы скажете, Павел Андреевич? – посмотрел на Башманова Мордвинов, организатор «круглого» стола на «Галере».

Он разбогател еще в начале девяностых, основав несколько товарных бирж.

Газетчики окрестили его первым российским капиталистом, хотя сам Мордвинов предпочитал именовать себя либералом.

Присутствующие с интересом повернули головы. Ведь за очень короткое время Башманов из «темной лошадки» превратился в одного из самых заметных политических игроков. Во многом, конечно, благодаря покушениям на него. Однако Павел Андреевич остался верен себе и без тени рисовки, по-деловому начал:

– Я с интересом выслушал мнения, так сказать, коллег. История, конечно, занимательная наука, но, к сожалению, она учит только тому, что ничему не учит. Случай с чукотскими девушками это все-таки фарс. Оттого, что они опоздали к коронации, никаких глобальных проблем не возникло. А вот во время Карибского кризиса планета реально стояла на грани катастрофы. Но когда Хрущеву доложили, что американцы вынудили всплыть наши подводные лодки возле Кубы, Никита Сергеевич очень удивился – мол, зачем всплывать атомным субмаринам? То есть главнокомандующий, державший палец на ядерной кнопке, был не в курсе, что лодки там дизельные… Вот вам иллюстрация ленинского постулата, что у нас любая кухарка может управлять государством. Правда, Хрущев был слесарем… Поэтому моя позиция очень простая: кухарки должны управляться с поварешками, в крайнем случае – избирательно попадать в Думу по списку коммунистической партии, если уж у них такая разнарядка. Государством же должны управлять профессионалы!

– Да бог с ними, с коммунистами, Павел Андреевич, – слегка прищурился Мордвинов. – Их время ушло навсегда. Нам гораздо интересней услышать ваше мнение о нынешнем руководстве, а то вы так умело его скрываете…

– Я скрываю? – удивился Башманов. – Боюсь, у вас создалось неправильное впечатление. Если подходить объективно, то нынешняя команда, по существу, вывела страну из кризиса. Фактически Российское государство было на грани распада. Но теперь России нужна не антикризисная политика, а креативная. Только при этом условии мы сможем двигаться вперед. Вот почему я и принял решение идти на выборы…

По ходу выступления Башманова в кают-компании «Галеры» возник помощник Мордвинова. Скользнув за спину патрона, он что-то прошептал. Андриян покосился на часы, дождался, когда Павел Андреевич закончит говорить, и сказал:

– Ну что же, господа, на мой взгляд, встреча была достаточно конструктивной, во всяком случае – по духу. Но, к сожалению, мы уже перебрали все лимиты. Поэтому сейчас, как говорится, прошу к столу! Наши друзья бизнесмены заждались!

112

Логинов скрылся на «Галере». Информатор на всякий случай поглядывал по сторонам, но главное внимание он сосредоточил на входе. Точнее, на выходе.

Время шло, а человека, которого он высматривал, все не было. Зато на берег сошел сухощавый мужчина в старомодных очках. Он был довольно известной личностью, так что перепутать его с кем-то было сложно…

И тут информатор вдруг понял – что-то пошло не так. Мужчина в очках сел в машину и через несколько секунд отъехал. Информатор быстро перевел взгляд на бронированный «Мерседес», арендованный Башмановым.

Он боялся, что тот сейчас покатит к трапу. И все полетит к чертям…

Тянуть дальше было нельзя. Информатор быстро вытащил телефон и позвонил в Лондон. В трубке ответил не БОС. Информатор сказал:

– Мне патрона!

– А кто это? – спросил помощник.

– Это – срочно! – почти прорычал информатор.

В трубке повисла пауза. Помощник информатора не знал. Но номер был личным, так что по нему БОСу могли звонить только свои.

– Хорошо! Секунду!..

Секунда затянулась на добрых пару минут. Информатор все больше нервничал. А в трубке глухо фонили какие-то разгоряченные голоса. Наконец отозвался БОС:

– Да!

– Это я!..

– А-а… Ну что, порядок?.. – спросил Борис Осипович.

Он был явно подшофе.

– Нет!

– Что, опять?.. Подожди, я выйду!

Информатор беззвучно выматерился, глядя через бинокль на трап «Галеры».

– Так что случилось?

– У меня все готово! Но ваш человек не вышел!

– Откуда не вышел? А-а… Подожди, как не вышел?

– Никак! Все уже закончилось, а его нет! И объект в любой момент тоже может сойти! Вы понимаете? Что делать?.. Работать?

Тут БОС протрезвел окончательно.

– С ума сошел?.. Подожди!..

БОС прикрыл трубку и начал с кем-то говорить.

– Твою мать!.. – невольно вырвалось у информатора.

– Алло! – быстро проговорил в трубке БОС. Его голос звучал слегка виновато. – Тут такое дело! Я велел помощнику перезвонить Девя… в смысле моему человеку! Но лично он не дозвонился, попросил передать! А ему, видно, не передали…

Информатор по должности не раз сталкивался с откровенным головотяпством в самых серьезных государственных структурах. Причем на самом высоком уровне. Однако от БОСа он подобного, честно говоря, не ожидал. Хотя бы потому, что в это дело тот вбухал не один миллион долларов. Наворованных, конечно, но все же уже своих. БОС даже на расстоянии почувствовал невысказанный упрек. В его голосе неожиданно зазвучали заискивающие нотки:

– Да ты пойми, не мог же я сам ему позвонить! Его же могут слушать…

– Я понял! Но мы теряем время! Что делать?..

– Помощник звонит, сейчас… – проговорил БОС. – Ну что?..

– Абонент недоступен… – услышал информатор приглушенный ответ.

– Звони еще! Черт, у него же должен быть другой телефон! – прикрикнул БОС.

– Это не поможет! – с отчаяньем проговорил информатор. – Слышите?..

– Что-что?..

– Это бесполезно! Там, на… в общем, там нет сигнала!

– Как нет?

– Обшивка экранирует!

– Черт!..

– Так что делать?.. – обреченно спросил информатор. – Решайте! Или мы работаем так, или объект уйдет!

113

Логинов прошел к стойке. В «Легионе» сидело всего четыре человека.

Сразу было видно, что это завсегдатаи. Они неспешно потягивали напитки и очень тихо вели какой-то обстоятельный разговор. Виктор поздоровался с барменом и заказал сок манго.

Взяв стакан, он направился к столику у окна и присел. Потягивая через трубочку сок, Виктор смотрел на Москву-реку и думал, что что-то тут не так. С информатором Тюркина. Следствие этим вопросом не занималось по той простой причине, что такие вещи находятся в исключительной компетенции Управлений собственной безопасности. А Управления собственной безопасности подчиняются непосредственно первым руководителям. УСБ МВД – министру внутренних дел, УСБ ФСБ – соответственно директору ФСБ. То есть получить информацию о ходе оперативно-розыскных мероприятий Сапунов мог, только лично встретившись с министром или директором. А это не так-то просто, несмотря на то, что старший следователь по особо важным делам при генпрокуроре является по должности генералом. Но другого варианта Виктор не видел. Если, конечно, предстоящий разговор с Башмановым не даст новой зацепки…

До этого ломать себе голову особого смысла не было, и Виктор незаметно переключился на более романтические вещи. Глядя на Москву-реку, он невольно вспомнил пруд в усадьбе Башманова. И Ларису. Их отношения прервались так неожиданно и так глупо из-за этого чертового нападения. Разбитую чашку, конечно, не склеишь, но Логинов ехал на встречу с Башмановым не без тайной надежды увидеть его сотрудницу. Хотя бы одним глазком…

114

– Да нельзя так! – быстро проговорил БОС. – Нельзя!

Информатор и сам понимал, что нельзя. Какой смысл убирать фаворита, если при этом ты теряешь и свою лошадь…

– Тогда давай отбой! – решительно проговорил БОС. – Будем ждать следующего раза!

– Я не могу дать отбой! Это одноразовая комбинация! Мне после этого сразу нужно уходить, понимаете?..

– Тогда жди! Может…

– Ждать я тоже не могу! Процедура всегда занимает примерно одно и то же время… Поэтому администратор может поднять тревогу. Разве что…

– Что?..

– Пойти самому! Но мне нельзя контактировать с вашим человеком! Черт!..

– Придумай что-нибудь! Придумай, и твой гонорар увеличится вдвое!

– Или останется невостребованным…

– Что?..

– Шучу! Помощник продолжает звонить?..

– Да! Но абонент по-прежнему недоступен!

– Хорошо! Если дозвонится, сразу сообщите! А я постараюсь придумать, как его оттуда быстро выдернуть!

Отключив телефон, информатор с надеждой посмотрел на трап. Но там все было по-прежнему. «Мерседес» Башманова тоже пока стоял на месте.

Информатор сжал в руке телефон. Казалось, чего проще: позвонить на городской на борт «Галеры» и попросить позвать человека БОСа. Или просто передать, что его любимый племянник попал под машину…

Но это не годилось, потому что информатор слишком хорошо знал, как работают спецслужбы. Всех чудом спасшихся автоматически возьмут в разработку. Всех: и сухощавого демократа в очках, и ушедшего на больничный уборщика «Галеры», если таковой обнаружится, и человека БОСа тоже. И до странного звонка очень быстро докопаются…

– Твою мать!.. – швырнул телефон на пассажирское сиденье информатор.

Надо было идти самому. Другого выхода не было. Слишком тонко нужно было сработать. Информатор понимал это как никто другой.

Новостийные телеканалы работают от «трех трупов». Уголовный розыск – от преступления, на основе обнаруженных улик. Спецслужбы же методично отрабатывают всех, кто попадает в их поле зрения. Поэтому человек БОСа должен был покинуть «Галеру» абсолютно мотивированно, чтобы избежать малейших подозрений. Иначе вся операция теряла смысл…

115

Виктор отвернулся от окна.

И вдруг увидел ее. Она вошла в открывшуюся дверь «Легиона». За руку ее придерживал какой-то высокий брюнет с зализанными волосами. Не переставая что-то нашептывать ей на ушко, спутник подвел Байчук к столику и галантно усадил. Лариса ответила ему улыбкой…

Логинову вдруг стало совсем тоскливо. Отвернувшись, он закурил и снова уставился в иллюминатор. Минуты через три он все-таки не выдержал и оглянулся. Лариса, держа в руке бокал с мартини, искоса смотрела на него.

Логинов смутился и нахмурился еще больше, потом едва заметно кивнул. Лариса кивнула в ответ.

Виктор перевел взгляд на ее кавалера и презрительно ухмыльнулся.

Потом склонился к трубочке и глотнул сока. Периферийным зрением он видел, как спутник Ларисы, повернув к нему голову, что-то спросил. Та что-то ответила.

Брюнет кивнул и, отвернувшись от Логинова, продолжил разговаривать с Ларисой…

116

– Прошу! Прошу… – остановился Мордвинов у двери. – Проходите, господа, знакомьтесь!

Участники «круглого стола», переговариваясь на ходу, потянулись из кают-компании в банкетный зал «Галеры». Под иллюминаторами, по бокам просторного – во всю ширину главной палубы – помещения располагались столы с угощениями. Тут уже находилось около десятка мужчин в дорогих костюмах. Это были приглашенные Мордвиновым «друзья-бизнесмены».

Мордвинов понимал, что в современных условиях успех на выборах может обеспечить только смычка политиков с крупным бизнесом. Так что фуршет, по существу, был продолжением «круглого стола», только в более расширенном составе.

Башманов с Игнатом Вертинским вошли в зал в разгар процесса знакомства.

Не став лезть в толпу, Павел Андреевич с Игнатом взяли по бокалу шампанского и скромно встали в сторонке. Башманов никого из присутствующих бизнесменов не знал.

– Кого это он пригласил? – спросил Павел Андреевич.

Игнат мысль шефа уловил и негромко сказал:

– Да пригласил он, я думаю, президентов с председателями компаний. Только те на такие встречи лично не ездят, чтобы не светиться. Но вон тот молодой человек, к примеру, связан с очень серьезной банковской группой…

– Белокурый, который на Есенина похож?

– Да, – кивнул Игнат.

– Что-то я его нигде не видел.

– Оно и немудрено. Он большую часть своего времени проводит за границей, – усмехнулся Игнат. – А тут выполняет роль разведчика. Толковый малый, видите, сразу завел разговор с Девятаевым.

– Кстати, а как это Девятаев на «круглом столе» оказался? Он же всегда был в партии власти!

Девятаев до недавнего времени являлся сенатором. А еще раньше он работал в правительстве, замом одного из ключевых министров. Особо он никогда не светился, но одно время был даже членом политсовета партии власти.

– Хороший вопрос, – кивнул Игнат Вертинский. – Это одна из неожиданностей политического сезона… Девятаев мог без проблем оставаться на должности сенатора, но неожиданно сам отозвал свою кандидатуру. Сперва в кулуарах прошел слушок, что его вынудили это сделать, чтобы кресло занял кремлевский кандидат. Потом говорили, что он просто разругался со своими боссами. Но и то и другое оказалось неправдой…

– А в чем тогда дело?

– Похоже, что Девятаев решил отправиться в самостоятельное плавание. И от партии власти дистанцировался сознательно.

– И на что он рассчитывает?

– В том-то и вопрос! Если он на такое решился, значит, чувствует мощную поддержку! Ведь для раскрутки нужны огромные деньги.

– Значит, нашел…

– Не скажите, – покачал головой Вертинский. – Спонсоры народ ушлый. И не могут не понимать, что Девятаев вам не конкурент!

– И тем не менее кто-то ему деньги гарантировал. Иначе он не отказался бы от сенаторского кресла.

– Вот это-то и настораживает, – хмуро сказал Игнат. – Девятаев может «выстрелить» на выборах только при одном условии.

– Каком?

– Если вы в них не будете участвовать, Павел Андреевич…

117

Информатор в последний раз посмотрел на трап «Галеры». Потом сунул бинокль в бардачок и завел двигатель. Он специально спланировал операцию так, чтобы не рисковать самому. Но из-за промашки БОСа приходилось.

Впрочем, пятнадцать миллионов долларов стоили того. Полковничья пенсия информатора как-то не привлекала…

Быстро проехав по набережной, он свернул на парковку и остановил машину неподалеку от трапа. Потом быстро огляделся по сторонам. И на всякий случай решил позвонить Тюркину.

– Да! – ответил тот.

– У тебя все в порядке?

– Да! На сколько ставить?

– Пока ни на сколько.

– А что случилось? – встревоженно спросил Тюркин.

– Ничего, – заверил его информатор. – Просто мероприятие затянулось.

– На сколько?..

– Не знаю. Сейчас поднимусь на борт и узнаю точно. А потом вместе уйдем.

– А-а. Понял! – заметно успокоился Тюркин.

– Давай! Я перезвоню!

– Жду!

Информатор выбрался из машины и направился к трапу. Секьюрити едва заметно кивнул ему. Информатор сделал вид, что не заметил этого. Сейчас ему было не до проявлений вежливости.

Башманов в любой момент мог уехать. Так что нужно было спешить. Но при этом информатор не имел права на ошибку. Он должен был провернуть все так, чтобы комар носа не подточил…

Секьюрити на другом конце трапа здороваться не рискнул, просто шагнул в сторону и сделал приглашающий жест. Информатор негромко спросил:

– Администратор где?..

– Одну секунду!.. – Охранник собрался было что-то проговорить в рацию.

Однако информатор остановил его.

– Не надо! Я сам найду! Где он?..

– В банкетном зале. Там фуршет для VIP-клиентов…

Информатор кивнул и направился по коридору левого борта на корму «Галеры». Его походка была спокойной и даже слегка расслабленной. Глядя на него со стороны, никому бы и в голову не пришло, что этот человек нервничает.

Секьюрити, видно, все же предупредил о визите, потому что администратор появился сам, когда информатор приблизился к тамбуру.

Там маячили фигуры охранников фирмы «Альфа-щит». Это означало, что Башманов пока никуда уезжать не собирается.

Закрыв за собой дверь, администратор широко улыбнулся. Со стороны могло показаться, что это просто дежурная улыбка, предназначенная постоянному клиенту. Однако голос администратора был заискивающим:

– Здравствуйте! Вы меня искали?

– Здравствуйте! – кивнул информатор.

Двери тамбура имели окна в верхней части. Через них информатор видел охранников Башманова, а те видели его. И информатор вдруг подумал: а обучены ли эти молодцы чтению слов по артикуляции губ?..

Поэтому информатор сместился чуть в сторону и только после этого негромко спросил:

– Инженер еще здесь?..

– Да!.. – кивнул администратор.

– Хорошо… – посмотрел на часы информатор. – Возможно, он немного задержится.

Администратор снова кивнул. Информатор БОСа развернулся и только тут, словно бы вспомнив об этом в последний момент, сказал:

– И пусть Виталий принесет мне вниз коктейль. Как обычно…

На лице администратора отразилось легкое волнение.

– Виталий обслуживает VIP-фуршет, – извиняющимся тоном произнес он и кивнул себе за спину.

Информатор удивленно посмотрел на тамбур, потом, словно бы сообразив, о чем идет речь, сухо сказал:

– Ничего! Это ненадолго!

После этого информатор развернулся и направился к трапу. Администратор растерянно посмотрел ему вслед, но окликнуть не решился…

118

Быстро перезнакомившиеся политики и бизнесмены разбились на группки.

Разговоры были вроде бы ни о чем, но на самом деле именно по результатам таких вот «тусовок» президенты и председатели компаний составляли мнение о кандидатах. А потом какой-нибудь политик вдруг получал приглашение поучаствовать в безобидном пикнике. И на нем совершенно случайно оказывалась пара-тройка президентов и несколько председателей компаний: в шортах, бейсболках и кроссовках. Если знакомство «без галстуков» проходило успешно, то вскоре в обстановке полной конфиденциальности подписывался секретный договор. А потом в штаб политика начинали поступать коробки из-под ксероксов. Только вместо копиров в них лежали характерно пахнущие портреты американских президентов, отпечатанные на характерно пахнущей бумаге с водяными знаками…

Так что все понимали важность фуршета, и из участников «круглого стола» на нем не присутствовал только сухощавый политик в старомодных очках. Но у него был заранее запланирован прямой эфир в какой-то телепередаче. Все остальные же в полном составе дружно поглощали тарталетки-бутерброды, запивая их шампанским-мартини.

Вышколенные официанты стояли наготове у одной из стен, готовые прийти на помощь гостям. Администратор после короткого разговора в коридоре нырнул в тамбур. Секьюрити «Альфа-щита» молча расступились. За дверью в самом зале торчал охранник «Галеры» с микрогарнитурой в ухе. Администратор ненадолго задержался возле него, потом направился к официантам.

Проходя мимо группы, в которой стоял Мордвинов, администратор едва заметно кивнул головой. Андриян, продолжая слушать собеседника, тоже едва заметно опустил веки. Мол, все в порядке.

Ловко лавируя между гостями, администратор оказался рядом с официантами. Проходя мимо одного из них, белокурого красавца с загнутыми кверху ресницами, он едва кивнул головой. Официант двинулся за администратором.

В небольшом служебном помещении тот повернулся и негромко сказал:

– Обслужи Григория Васильевича внизу. Как обычно!

Официант кивнул. Несколько секунд спустя он уже выходил из кормовой двери банкетного зала. Здесь, на служебной лестнице, тоже дежурили дюжие молодцы из «Альфа-щита», хотя вообще-то на «Галеру», как правило, посторонней охраны не допускали. Тем более вооруженной. Но для Башманова сделали исключение – в силу известных обстоятельств.

Официант выглядел заметно озабоченным. Ведь просто так от обслуживания VIP-мероприятий персонал не отрывают. В нижнем баре Виталий попросил быстро приготовить напиток. Вскоре он, коротко постучавшись, вошел в один из кабинетов.

– Добрый вечер, Григорий Васильевич! Ваш коктейль! Что-то случилось?..

– Здорово, Виталик! – повернулся к официанту постоянный клиент.

На коктейль он даже не посмотрел. И Виталий понял, что действительно что-то случилось. Он выпрямился. Григорий Васильевич вкрадчиво сказал:

– Надо сделать одно дело… Там наверху должен быть такой Девятаев! Знаешь?

Виталий кивнул. Его, так сказать, внештатная работа как раз в том и заключалась, чтобы как можно доскональнее изучать клиентов.

– Надо его чем-то облить!

– Что?.. – удивленно спросил официант.

– Надо Девятаева чем-то облить! – быстро повторил Григорий Васильевич. Испачкать костюм, одним словом! Чтобы он ушел…

– Так, а-а… – растерянно уставился на клиента официант.

– Никаких «а». Все будет в порядке! – веско сказал Григорий Васильевич. – Естественно, все должно выглядеть… естественно! Ясно?

– Да… – кивнул официант.

Он хотел добавить «но», однако по взгляду собеседника понял, что делать этого не стоит. Официант сглотнул, развернулся и шагнул к двери.

– И еще одно! – быстро сказал Григорий Васильевич. – Если Башманов ушел или соберется уходить, ничего делать не надо! Тогда все отменяется!

Официант оглянулся. Клиент смотрел на него каким-то странным взглядом. Как будто Виталия перед ним и не было.

– Ты хорошо все понял?

– Да! Я понял, Григорий Васильевич…

– Тогда давай!

119

Виталий был парень смышленый. Начинал он свою карьеру в третьеразрядном кафе на окраине Москвы. Потом устроился в ночной клуб. Сперва тоже в третьеразрядный, но постепенно добрался и до элитных. По ходу, так сказать, без отрыва от основного производства, Виталий пробовал свои силы в стриптизе, но хореографических данных у него оказалось маловато. Впрочем, как и пластики. Также Виталий пытался приторговывать «экстази». Наваривал он неплохо, но когда его сменщика, вовремя не расплатившегося с наркоторговцами, покалечили бейсбольными битами, Виталий понял, что с этим делом лучше завязывать. В конце концов нашел себя Виталий в роли жиголо.

Мало кто из обычных граждан задумывается о том, что состоявшиеся и соответственно богатые женщины тоже плачут. И жизнь у них, в общем-то, не сахар, и любви с лаской не хватает, и секса нормального тоже. Не какого-то там, прости господи, экзотического, а обычного здорового траха…

Но все это богатые и состоявшиеся женщины тщательно скрывают от посторонних. Так что подкатиться к «тетке» на «Инфинити» или полноприводном «Лексусе» ох как не просто. Но и их бывает прорывает: вечерком, в клубе, после пары-тройки порций мартини. Особенно если муж или любовник завел очередную старлетку, а мимо твоего столика ходит туда-сюда эдакий красавчик с поджарыми ягодицами…

Первый раз у Виталия все получилось случайно, но он очень быстро допер, что это просто золотое дно. Особенно когда приходит время прощаться и окончательно протрезвевшая дама вдруг понимает, что огласка ей вовсе ни к чему. Так что устроился в жизни Виталик неплохо. Даже, можно сказать, хорошо. Ведь некоторые его знакомые, чтобы заработать деньжат, чего правду скрывать, даже подторговывали своими задницами…

Единственный нюанс заключался в том, что по роду своих занятий Виталик не мог не попасть в поле зрения правоохранительных органов.

Произошло это довольно давно, еще когда он баловался сбытом «экстази». Так что пришлось Виталику добровольно, на строго безвозмездной основе освоить еще и профессию «барабанщика».

И только много позже Виталий разобрался со своим статусом. Выяснилось, что завербованные делятся на две категории – доверенных лиц и агентов.

Доверенные исполняют отдельные поручения. Агенты выполняют задания постоянно, и на них заводятся дела. Доверенных, в принципе, тоже обязаны регистрировать, но простой справкой. Однако многие опера этого не делают.

По разным причинам: из-за коррупции в правоохранительных органах и, как следствие, возможной расшифровки, из-за нежелания возиться с бумажками и так далее. Но главное, что незарегистрированное доверенное лицо является как бы собственностью опера. Вроде как тузом в рукаве…

Виталик как раз таким тузом и был. Григорий Васильевич его нигде не регистрировал, хотя официант довольно часто исполнял его поручения. Выгодно это было обоим. Виталик имел крышу практически на все случаи жизни, при этом не боясь разоблачения. А Григорий Васильевич соответственно имел неучтенного агента, эдакого «бестелесного» бойца невидимого фронта, которым мог распоряжаться по своему собственному усмотрению, без оглядки на начальство.

А агентом Виталик был ценным. «Тетки» ему иногда попадались – просто клад. И Григорий Васильевич это умело использовал. Настолько умело, что о результатах даже Виталик иногда догадывался. Из новостей, к примеру…

На эти темы он с Григорием Васильевичем никогда не говорил. Но постепенно Виталий стал логику своих заданий понимать. И когда куратор организовал его переход в «Легион», Виталий очень быстро понял, что заведение это с «двойным дном». Это при том, что об этом не догадывались даже клиенты, имевшие личные службы безопасности, состоящие сплошь из бывших сотрудников спецслужб.

О своем открытии Виталик, естественно, помалкивал. Он и дальше старательно прикидывался недалеким, но удачливым жиголо, хотя при этом прекрасно понимал, что, зачем и почему происходит на «Галере». До сегодняшнего дня. Точнее, до сегодняшнего поручения Григория Васильевича.

«Какого черта?.. – думал Виталик, поднимаясь по служебному трапу. – Что за ерунда?..» Поручение Григория Васильевича, мягко говоря, выглядело странно. То есть оно никак не вписывалось в логику функционирования «Галеры». Скорее наборот…

Может, Виталик и не думал бы об этом, но он все никак не мог забыть взгляд Григория Васильевича. Куратора он знал не один год. И видел всяким.

Добрым, злым, пьяным… Но сегодня тот был совсем особенным. Как будто находился в другой реальности. В той, где Виталика не существовало.

Впрочем, сделать Виталик ничего не мог. И он снова напялил на себя маску туповатого жиголо. В конце концов, он ничем не рисковал. Разве что работой, но на «Галеру» его устроил Григорий Васильевич. Если даже выгонят, устроит куда-нибудь в другое место.

Виталий миновал дюжих охранников и вскоре оказался в банкетном зале. Башманов беседовал с двумя молодыми бизнесменами. Один из них был очень похож на Есенина. Однако, судя по выражению лица, говорил он об очень важных вещах…

Убедившись, что Башманов никуда уходить не собирается, Виталий отыскал взглядом Девятаева. Тот был одет в очень дорогой костюм. «Черт, – мелькнуло в голове у Виталия. – Если выставит счет, в полгода не рассчитаешься…» Впрочем, счет клиент мог выставить только «Галере». Тоже, конечно, хорошего мало, но Григорий Васильевич должен был ситуацию разрулить…

Виталий начал соображать, как ему лучше провернуть операцию.

Тарталетками-то клиента сильно не испачкаешь. К счастью, изобретать велосипед не пришлось. Распорядителю банкета понадобился человек, чтобы отнести Мордвинову и его собеседникам красное вино.

Виталий и понес. Действовал он при этом чисто интуитивно. И подгадал момент как нельзя лучше. Кто-то из гостей развернулся. Виталий вроде бы случайно зацепился за его ногу, картинно споткнулся и взмахнул подносом. Якобы попытавшись удержать бокалы, он при этом специально смахнул их на Девятаева.

– Ой! – вскрикнул Виталий.

– Черт! – отскочил Девятаев.

Два бокала грохнулись на палубу и разбились. Третий Виталий как бы поймал, после чего быстро оглянулся. Политик, по «вине» которого официант споткнулся, растерянно пробормотал:

– Простите…

К месту инцидента уже мчался перепуганный администратор. Девятаев, глядя на свой испачканный костюм, скорбно качал головой. Мордвинову хватило юмора заметить:

– Это к счастью, Семен Леонидович! Видно, быть вам президентом!

120

Логинов посмотрел на часы. «Где этот чертов Игнат?..» – подумал он, хотя было понятно и где, и что скоро он не появится. Логинов снова украдкой оглянулся. Брюнет продолжал что-то рассказывать, при этом он все ближе и ближе наклонялся к Ларисе, словно собирался на нее лечь. Та невольно откинулась на спинку, но слушала собеседника с улыбкой и вполне доброжелательно.

Логинов скривился как от зубной боли. В этот момент Лариса начала поворачивать голову. Виктор тут же отвернулся. Байчук ему ничего не была должна. Однозначно. Но, тем не менее, Логинов почему-то чувствовал себя преданным. Немного подумав, он решил, что самое лучшее – это забыть о ней. Совсем. Удалить этот файл из своей жизни. И сразу очистить корзину. Чтобы уже ничего нельзя было восстановить…

Но вычеркнуть Ларису из жизни, когда она сидела всего в нескольких метрах, было непросто. Злясь на себя, Виктор поднялся и прошел к бару. Бармен одарил его ослепительной улыбкой:

– Повторить? Или желаете что-то другое?

Виктор поймал себя на мысли, что у бармена, пожалуй, больше, чем тридцать два зуба. Однако от того, чтобы сказать ему об этом, Виктор удержался. В конце концов, бармен ни в чем не был виноват…

И Виктор тоже с улыбкой сказал:

– Да нет, пока не надо. Спасибо! Где тут у вас мужской туалет?

– Он внизу один – унисекс. Налево и прямо. Четвертая дверь справа! – выдал заученную фразу бармен.

– Ага… – быстро переварил информацию Логинов. – Спасибо! Понял!

121

Шутка Мордвинова сразу разрядила ситуацию. И сам Девятаев, и стоявшие поблизости гости невольно рассмеялись. Подскочивший администратор тоже натянул на свое лицо резиновую улыбку, но Виталия одарил просто-таки испепеляющим взглядом.

Тот виновато кивнул головой через плечо. Мол, меня подтолкнули.

Администратор сверкнул глазами: типа, все, исчезни, потом будем разбираться. Виталий тут же ретировался.

Он быстро оказался у двери служебного помещения. Там он поставил поднос с уцелевшим бокалом и решил доиграть эпизод до конца: метнулся в угол и схватил швабру. Но едва Виталий сунулся с ней в дверь, как столкнулся с администратором. Тот негромко проговорил:

– Куда?.. Отдай Глебу и исчезни, чтоб я тебя не видел!

Виталий наспех промакнул свою униформу салфетками и направился к служебной лестнице. Выглядел он виноватым, но в душе ликовал: провернул-то он все настолько ловко, что Григорий Васильевич должен был его на руках носить.

Виталий сбежал по лестнице и сразу направился в сторону кабинетов – доложить о выполнении поручения. И тут его неожиданно окликнули сзади:

– Виталий!

Официант вздрогнул и оглянулся.

122

Не глядя в сторону Ларисы и ее кавалера, Виктор вышел из «Легиона». За углом кто-то быстро шел по коридору. Когда Виктор повернул, то увидел только мужские ноги на трапе.

Скользнув по ним взглядом, Виктор двинулся дальше, и тут вдруг в его голове промелькнула какая-то мысль. Он остановился и быстро оглянулся. Но на трапе уже никого видно не было, только слышался звук затихающих шагов.

Логинов прищурился и вроде как в нерешительности переступил с ноги на ногу. В его голове появилась смутная догадка. В тот самый момент, когда она, казалось, уже должна была материализоваться и оформиться в законченную мысль, дверь «Легиона» неожиданно распахнулась.

В коридор поспешно выскочила Лариса Байчук. За ней, видно, увязался брюнет, потому что, зыркнув на Виктора, Лариса развернулась и процедила сквозь зубы:

– Не надо, Вильям! Я в туалет!

Брюнет что-то замычал, но Лариса с силой захлопнула перед его носом дверь.

После этого она решительно направилась к Логинову.

– Нам надо с тобой поговорить! Я хочу дочку!

– Ч-что?.. – невольно опешил Виктор. – Не понял…

– Это не то, что ты думаешь! – ухватила Лариса Виктора за руку. – Это просто работа!

– Вы вообще-то о чем, Лариса Петровна?.. – тряхнул головой Логинов.

– Это я о Вильяме, Виктор Павлович!

– А-а… – кивнул Логинов.

Лариса прижала его руку к груди и томно сказала:

– Но если ты хочешь сына, то я…

– Честно говоря, – быстро посмотрел на нее Виктор. – Я сейчас немного занят и не хочу никого! Давай…

Реакция Ларисы оказалась бурной:

– Ну и черт с тобой! – демонстративно отбросив руку Виктора, она быстро заговорила: – Да! Я была неправа! Да, я вела себя, как истеричная дура! Но если ты думаешь, что из-за этого я буду ползать перед тобой на коленях и вымаливать прощение, то ты глубоко ошибаешься!

– Да при чем тут… – начал было Виктор, но Лариса его перебила:

– И не надо мне закрывать рот! Ясно? Не хочешь и не надо! Тоже мне граф Монте-Кристо выискался! – Лариса фыркнула, оттолкнула Логинова с дороги и направилась к туалету. – И не вздумай за мной бегать, понял? А с Вильямом у нас все очень серьезно! Возможно, мы даже поженимся! Когда я вернусь из туалета!..

Пару секунд Логинов ошарашенно смотрел вслед Ларисе. Потом снова посмотрел в сторону трапа.

Но после общения с Байчук сосредоточиться было непросто. Но Логинов попытался…

123

Виталий быстро оглянулся. Окликнул его Григорий Васильевич, возникший непонятно откуда. Официант и сам в первый момент не понял, почему он так испугался.

– Ну что?.. – спросил куратор.

– Порядок! – кивнул Виталий.

– Молодец! – сказал куратор. – Иди переодевайся…

Виталий кивнул и направился в комнату персонала. Сердце стучало в его груди. Напугал его голос Григория Васильевича. Голос этот был настолько странным, что Виталий даже боялся оглянуться. Ему почему-то казалось, что увидит он там что-то ужасное…

124

Чтобы сосредоточиться, Виктору понадобилось несколько секунд. Наконец он понял, что ноги поднимавшегося по трапу мужчины он где-то видел. Вернее не ноги, а туфли… И Логинов быстро направился к трапу.

Поднявшись наверх, он едва не столкнулся с администратором. Выглядел тот странновато. Испуганно отстранившись и кивнув Логинову, администратор куда-то устремился. Виктор оглянулся через плечо и через иллюминатор вдруг увидел… полковника Кащеева.

Память Логинова не подвела. Кащеев на палубе разговаривал с кем-то по телефону. Виктор нахмурился и быстро направился к другому выходу на палубу. Он прошел всего несколько метров, но за это время в его голове пролетели сотни мыслей.

Что Кащеев делает на «Галере»? Следит за Логиновым? Бред… К тому же Логинов его знает лично… Тогда что? Просто отдыхает? Навряд ли. Разве что встречается с агентом. В то время, как здесь находится Башманов со своими людьми… Стоп!..

Мысль была абсолютно дикой. Но она объясняла все. Практически все.

Выйдя на палубу, Логинов вытащил телефон. Версии могут казаться неправдоподобными, но отбрасывать их, не проверив, нельзя. И Логинов набрал номер Сапунова…

125

Информатор БОСа посмотрел вслед официанту. Взгляд был такой, что если бы Виталий оглянулся, он бы все понял. Информатор думал, убить агента сейчас или позже. И решил, что не стоит торопиться.

После этого информатор направился к трапу и поднялся наверх. Из коридора доносились голоса. На секунду прислушавшись, информатор понял, что это идет к выходу Девятаев. Информатор вышел на палубу «Галеры» и вытащил мобильный.

Девятаев прошел в паре метров от него. С ним шел помощник, чуть сзади семенил, рассыпаясь в извинениях, администратор. У трапа Девятаев бросил:

– Да ничего страшного! Бывает… Всего доброго!

– Еще раз извините! Всегда рады!

Администратор повернул голову и увидел информатора. Тот спросил:

– Что-то случилось?

– Да. Виталий гостя случайно облил… – сообщил администратор.

И тут в его глазах вдруг мелькнуло что-то вроде догадки. Видимо, ему пришло в голову, что случайность могла быть вовсе не случайной. Ведь именно с Григорием Васильевичем говорил перед самым инцидентом Виталий…

– Бывает, – равнодушно пожал плечами информатор и отвернулся.

Казалось, он не придал разговору никакого значения. На самом же деле Григорий Васильевич подумал: «Черт, и этого надо бы на всякий случай…»

Держа телефон в руке, информатор прошелся по палубе. Он пока не звонил Тюркину. Сначала хотел убедиться, что можно работать…

126

– Возможно, мы даже поженимся! Когда я вернусь из туалета!.. – крикнув это, Лариса Байчук гордо направилась прочь.

Никуда он не денется, самодовольно думала Лариса. Побежит следом как миленький. Просить прощения. Она, конечно, простит. И все у них будет хорошо…

Но Логинов все не бежал. Видно, Лариса его чересчур огорошила. Это она умела, когда хотела. Особенно после мартини. Лариса на всякий случай слегка замедлила шаг. Чтобы Логинов догнал ее еще до туалета. А то возле туалета объясняться как-то не очень романтично.

Однако, несмотря и на это, никаких движений сзади слышно не было.

Лариса Байчук как умная женщина понимала, что сейчас слабинку давать нельзя. Логинов должен прочувствовать, что она уходит навсегда. К этому, как его, прости господи, Вильяму…

Между тем Логинов все не появлялся. Лариса оглянулась. Коридор был пуст. Совсем. Как пустыня.

Растерянная Лариса немного постояла. В какой-то момент она уже хотела было вернуться, но тут же спохватилась. Наверняка Логинов просто проверял ее: стоял за углом и ухмылялся. Лариса как дура выскочит, а он там. И сразу станет понятно, кто за кем бегает…

Ну уж нет, дудки, подумала Лариса, сам прибежишь. Не на ту напал, любимый.

Тут взгляд Ларисы наткнулся на ряд дверей. Одна из них, самая ближняя, была приоткрыта. Байчук тихонько прошла по коридору назад, заглянула в нее и увидела небольшую комнату отдыха. Она сразу догадалась, что это отдельные кабинеты, о которых говорил Игнат Вертинский. В одном из них и должна была состояться встреча Логинова с Башмановым…

127

В сторону стоянки информатор вроде бы не смотрел. На самом деле он контролировал ее боковым зрением. Едва увидев, что Девятаев точно уезжает, информатор тут же позвонил Тюркину.

– Да!.. – ответил тот.

В его голосе слышалось напряжение.

– Все в порядке, – сказал информатор, посмотрев в сторону «Мерседеса» Башманова. Тот выезжать со стоянки явно не собирался. – Ставь на шесть минут… Нет, лучше на десять.

– Так на сколько? – тревожно переспросил Тюркин.

– На десять! – решительно сказал информатор. – Просто тут еще надо пару вопросов решить. Выходи через левую дверь и жди меня. Сойдем вместе, понял? У меня машина у трапа.

– Да!

– Давай! – сказал Григорий Васильевич и небрежным жестом отключил телефон.

Он увидел все, что нужно. Сотрудники «Альфа-щита» были профессионалами. Поэтому, прежде чем куда-то ехать, они наверняка прогревали моторы. Ведь бронированный «Мерседес» весит почти как грузовик. А непрогретый двигатель за несколько раз угробишь…

«Мерседес» же пока никто не прогревал. Все складывалось удачно.

Башманову на этот раз было не спастись. Григорий Васильевич сунул телефон в карман и направился внутрь «Галеры».

Администратора не было видно. Но это даже упрощало дело. Если администратор будет находиться в банкетном зале или поблизости, поделиться своими догадками он уже ни с кем не сможет.

Впрочем, администратором можно было заняться и потом. Сейчас Григорий Васильевич имел дело поважнее. Личных обид он не прощал. Но при этом имел достаточно терпения, чтобы личную месть обставлять как служебную необходимость. И вот его час настал…

128

Заглянув в кабинет, Лариса увидела, что на столе стоит бокал с каким-то коктейлем. Она хотела было сразу выйти, но тут заметила, что лед в нем почти растаял. Из этого следовало, что клиент довольно давно ушел, так и не притронувшись к недешевому напитку. У богатых свои причуды…

Успокоившись, Лариса прикрыла за собой дверь, оставив щель шириной в палец, и затаилась. Логинов думал, что он ее перехитрит, стоя за углом. Но он ошибался. Это Лариса его перехитрит…

В таких сладких мечтаниях Лариса Байчук пребывала около двух минут. Но Логинов все не появлялся. Лариса даже начала думать, не слишком ли она перестаралась. Однако тут в коридоре наконец послышались торопливые шаги. Для Ларисы Байчук они прозвучали райской музыкой, почти маршем Мендельсона, и она, предвкушая то, что сейчас произойдет, довольно улыбнулась.

Логинов сломался. Однако он заставил Ларису помучиться, поэтому и она решила не бросаться ему на шею с ходу. А то, чего доброго, еще помрет от радости. Или от неожиданности.

Шаги приблизились, и в коридоре промелькнул силуэт. Улыбка Ларисы мгновенно померкла. Это был вовсе не Логинов, а какой-то другой мужик.

Он прошел мимо, и в коридоре снова стало тихо-тихо. Как на кладбище…

Лариса почувствовала себя униженной и оскорбленной. До глубины души, как может чувствовать себя только любящая женщина, которая хотела отдать своему избраннику все, а он ею просто пренебрег. Логинову на ее ухищрения было наплевать. А она тут торчала как дура, мечтала, ждала его…

– Мерзавец! – проговорила Лариса, сжав кулачки.

И тут ее взгляд сфокусировался на нетронутом бокале. Это было очень кстати. Как раз то, что требовалось сейчас Ларисе. Шагнув к столу, она сделала большой глоток и решила, что Логинову за такое поведение следует надавать пощечин. Прилюдно…

После второго глотка Лариса решила, что этого мало. Логинову следовало расцарапать лицо. Все. То есть не все, конечно, а всю. Потому что не лицо, а морду. Именно так – его наглую самодовольную морду…

Прикончив же напиток, Лариса поняла, что и это не искупит ее страданий. Этого мерзавца следовало убить. С особой жестокостью…

В самый разгар своих мстительных мечтаний Байчук вдруг услышала в коридоре шаги. Только доносились они с другой стороны. Лариса резко развернулась.

По коридору прошли двое. Сперва промелькнул официант. Потом показался давешний мужик. Этот мужик вдруг остановился и протянул руку к двери кабинета.

Лариса с ужасом поняла, что это и есть клиент. Тот самый, чей напиток она только что так бессовестно вылакала. Ларисе стало стыдно. Настолько, что она, хоть и понимала, как это глупо, быстро спряталась под стол.

129

Григорий Васильевич порядки на «Галере» знал в совершенстве. Оно было и немудрено, ведь он был одним из тех, кто их разрабатывал. Башманов являлся очень важным клиентом. Так что Логинов встречи с ним должен был дожидаться в нижнем, вроде как элитном баре «Легион».

Неподалеку от отдельных кабинетов, в нише, имелась неприметная дверь с маркировкой «ШР-011. Высокое напряжение. Опасно для жизни». Доступа в помещение, куда она вела, не имел даже персонал «Галеры».

Григорий Васильевич в этом помещении сегодня успел побывать дважды: едва спустившись вниз и в тот момент, когда Виталий выполнял его маленькое, но ответственное поручение…

Дело в том, что фиктивная щитовая предназначалась для визуального контроля бара.

Логинов, как и предполагал Григорий Васильевич, торчал в «Легионе».

И вот пришло время пообщаться с ним лично. Григорий Васильевич сбежал по ступенькам, дважды свернул. Он мог заглянуть в бар и вызвать Логинова сам, но намного лучше было засветить его с Виталием.

И Григорий Васильевич быстро направился к помещениям для персонала. Этот отсек был отделен дверью с электронным замком, настроенным на карточки обслуги. Только для информатора БОСа это была не проблема.

Подойдя к двери, он извлек из кармана бумажник и провел им возле считывающего устройства. Дверь тут же открылась.

Появление куратора стало для Виталия неожиданностью. Ведь Григорий Васильевич свои возможности по передвижению на «Галере» особо не афишировал даже перед своим агентом.

– Переоделся?.. – спросил куратор.

– Да, Григорий Васильевич!..

Виталий как раз сменил испачканную униформу на чистую и стоял перед зеркалом, причесывая белокурые волосы. Куратор сказал:

– Молодец! Отлично выглядишь! Идем. Надо еще одно дело сделать.

Виталий сунул расческу в футлярчик и положил его в карман. Григорий Васильевич сопроводил это действие слегка насмешливым взглядом и сказал:

– В «Легионе» сидит мужчина! Такой симпатичный, второй стол от стойки, пьет что-то желтое, наверное, сок. Надо его вызвать!

– Куда? – спросил Виталий.

– Приведешь его в мой кабинет.

– А если спросит кто?

– Скажешь: вас ждут! И все!

Виталий кивнул. Изнутри все двери на «Галере» отпирались стандартно: утопил кнопку и нажал на ручку. Они вышли. Виталий направился к «Легиону», Григорий Васильевич – к своему кабинету. Войдя в него, он быстро вытащил из кобуры пистолет, снял его с предохранителя и сунул за пояс.

За дверью раздались торопливые шаги. Григорий Васильевич с улыбкой развернулся, однако вместо Логинова он увидел на пороге Виталия. Одного…

– Его там нет, Григорий Васильевич!

– Как нет?.. – мгновенно перестал улыбаться куратор.

– Бармен сказал, что он вышел минут пять назад, в туалет….

130

– Да! Ну что, поговорили с Башмановым? – почти сразу отозвался в трубке следователь.

– Нет еще… – негромко сказал Логинов, на всякий случай оглянувшись через плечо. – Но я тут кое-кого встретил! Помните Кащеева?

– Кого-кого?

– Это полковник УСБ, который меня пытал!

– А-а… Ну?

– Он почему-то здесь! На «Галере»! И самое интересное, что он пришел к нам из МВД!

– Ну и что?

– То, что у него остались там связи и агенты!

– Ну?

– Его надо проверить!

– Кого?

– Кащеева! Он имеет доступ к любой информации МВД и ФСБ! Плюс, судя по всему, у него есть агент в окружении Башманова! Он идеальный информатор!

– Гм-м… И как мы его проверим?

– Как всех! Надо взять его под контроль! – Сапунов в трубке тяжело вздохнул. Взять под контроль сотрудника УСБ можно только с санкции директора ФСБ. Но это были проблемы следователя, и Логинов продолжил: – А я его сейчас спровоцирую. Если я не ошибаюсь, то он засуетится и обязательно себя выдаст… Ну так что?

– И как вы его собираетесь провоцировать?

– Как обычно! Намекну, что мы почти вышли на Тюркина. Или что у нас появилась информация по источнику утечки из ГУВД… Если это Кащеев, он сразу задергается…

– Зачем сразу? Нужно же время, чтобы…

– Если директор даст команду, ФАПСИ возьмет его телефоны на контроль практически сразу. Так что?..

– Я уже звоню, – кисло сказал Сапунов.

– Ага! Тогда жду результата…

Отключив телефон, Логинов закурил. Сделать он успел только несколько затяжек. И тут же ему перезвонил Сапунов.

– Да! – сказал Виктор. – Не дозвонились?

– Почему, дозвонился, – с чувством собственной значимости сказал следователь.

– И что?

– Не знаю, по-моему, он решил, что мы сумасшедшие, – небрежно проговорил Сапунов. – Но он в курсе, что дело на контроле на самом верху. Поэтому сказал, что даст команду немедленно.

– Сказал или даст?..

– Если сказал, то уже дает. С этим делом никто шутить не будет!

– Ясно! – сказал Виктор. – Тогда я сейчас найду Кащеева.

– Ага, действуйте… – без особой надежды сказал Сапунов. – И сразу перезвоните, как переговорите с Башмановым!

– Хорошо!

Отключив телефон, Логинов затянулся. И тут его вдруг обожгла неожиданная мысль. Он подумал о Ларисе Байчук. Она ведь находилась на «Галере» и явно нервничала. Так что вполне могла быть агентом Кащеева…

– Черт!

Он вдруг понял, что не сможет говорить с Кащеевым, пока не задаст прямой вопрос Ларисе. Глядя ей в глаза. Если это она, Логинов это поймет сразу…

131

– Когда вышел? – окончательно помрачнел Григорий Васильевич.

– Бармен сказал, минут пять назад!

Лицо куратора стало мрачным. Пять минут назад он видел Логинова в «Легионе». Значит, вышел тот сразу после того, как Григорий Васильевич поднялся наверх. На палубе его не было. Значит, он или сидел в туалете, или…

– Мотнись в банкетный, глянь, Башманов там?.. – приказал Григорий Васильевич.

– Но меня администратор…

– Я сказал: мотнись глянь! – рявкнул куратор.

Виталий тут же развернулся и умчался выполнять приказ. Куратор вышел из кабинета и направился к нижнему туалету. Однако там никого не оказалось. Ни в умывальнике, ни за дверью в просторной кабинке.

Куратор собрался сразу выйти, но тут услышал в коридоре торопливые шаги. Куратор замер. Чутье подсказало ему, что торопиться не стоит. Он подался в сторону и замер. Шаги приблизились. В самый последний момент Григорий Васильевич сообразил, как лучше поступить: он метнулся к кабинке и встал у унитаза в характерной позе. Дверь открылась, в туалет заглянул Логинов.

Увидев Григория Васильевича, он сказал:

– О, какая неожиданность!

– Ну почему же неожиданность, полковник…

132

Виктор вышел на палубу и осмотрелся. Кащеева видно не было. Охранник у трапа вопросительно посмотрел на Виктора, но тот не стал ничего спрашивать и начал быстро спускаться вниз, к бару. В этот момент дверь бара открылась.

В коридор выглянул напомаженный брюнет.

Не увидев Ларисы, он недовольно глянул на часы и снова скрылся в баре.

«Ну что же, так даже лучше…» – подумал Логинов, свернул и направился прямиком к туалету. Виктор заглянул внутрь и увидел Кащеева.

– О, какая неожиданность! – сказал он.

– Ну почему же неожиданность, полковник! – повернул голову Кащеев. – Заходите, я уже!

Делать было нечего, и Логинов шагнул через порог. В следующий миг Кащеев резко развернулся. В руке у него был пистолет.

Направив его на Виктора, Кащеев гадко ухмыльнулся:

– Я же вам сказал: хорошо смеется тот, кто смеется последним! Помните? И пообещал, что мы обязательно вернемся к нашей беседе, когда вы будете не так заняты!

Логинов замер. Выражение лица Кащеева ему не понравилось, но это еще ни о чем не говорило. Виктор спросил:

– Я не понял, это что, арест?

– Задержание! – мерзко ухмыльнулся Кащеев.

– На основании чего?

– Вы проникли на спецобъект! Я должен выяснить, с какой целью!

– «Ольга»? – спросил Логинов.

На жаргоне это означало помещение, оборудованное для видеонаблюдения.

– Не только… Оружие, полковник! И не вздумайте дергаться! Стреляю без предупреждения!

В том, что Кащеев выстрелит, можно было не сомневаться. А пистолет у него почему-то был не табельный, ежедневного ношения, а с глушителем.

«Черт! Что за игру он затеял?..» – подумал Логинов. Он потянулся за пистолетом, Кащеев снова предупредил:

– Двумя пальцами! Без резких движений! Положите на пол и подтолкните ко мне!

Шутить он сегодня явно был не намерен. Логинов носком толкнул свой «ПММ».

Уэсбэшник, не сводя с Логинова взгляда, присел и взял пистолет. Только не голой рукой, а носовым платком.

Это было уже серьезно. Ни арест, ни задержание ничего подобного не предполагали. Да и не рискнул бы Кащеев сам задерживать Логинова. Уж кто-кто, а полковник личное дело Виктора изучил вдоль и поперек, поэтому прекрасно знал, что Логинов и в «Альфе» успел послужить, и в переделках побывал таких, откуда живым без высочайшей подготовки не выбраться. И тем не менее Кащеев решился…

Значит, работал он сейчас без санкции руководства. Это все меняло. В корне. Если раньше уэсбэшник был хреновым, но товарищем по оружию, то теперь он сбросил маску. Кащеев был враг. Хитрый и коварный. Способный на все.

– Отлично, полковник! – улыбнулся Кащеев, сунув «ПММ» Виктора в карман. – Вы все правильно поняли на этот раз! Если так пойдет дальше, я, возможно, не стану сообщать начальству об этом маленьком инциденте!

– В агенты хотите завербовать? – холодно прищурился Логинов.

– Чтобы стать моим агентом, это надо еще заслужить! Вперед! В коридор и направо! Надеюсь, вы в курсе, что эта штука, – махнул своим пистолетом Кащеев, – пробивает бронежилет любого класса защиты. Так что не шутите с дверью, не поможет…

133

Лариса Байчук затаила дыхание. Клиент, напиток которого она выпила, вошел в кабинет буквально секунду спустя. Если бы он сразу направился к столу, Лариса бы пропала. Но клиент задержался у двери.

Сперва Лариса услышала шорох, потом какой-то странный приглушенный щелчок. Не понимая, что происходит, Байчук подалась чуть в сторону… Наверное, любая другая женщина на ее месте вскрикнула бы. Но Лариса Байчук была не любая. Как-никак она пережила бандитское нападение на усадьбу Павла Андреевича. И Лариса сдержалась, несмотря на то, что стоящий к ней спиной клиент сунул себе сзади за пояс брюк пистолет.

Лариса поняла, что ей крупно не повезло. Она оказалась в плохом месте в плохое время. Но теперь что-то менять было поздно. И Лариса просто на всякий случай зажала себе рукой рот.

Мужчина у двери нетерпеливо переступил с ноги на ногу. Потом сделал несколько шагов по кабинету…

Наконец в коридоре послышались торопливые шаги. Клиент тут же вернулся к двери. Лариса приготовилась к самому худшему и зажала рот покрепче.

Но вместо выстрелов она услышала голос, видно официанта:

– Его там нет, Григорий Васильевич!

Дальше последовал короткий разговор, из которого напуганная Лариса поняла только то, что кто-то куда-то пропал. Потом клиент вдруг велел официанту посмотреть, где Башманов. Тут Лариса подумала, что нужно как можно скорее сообщить об этом ужасном клиенте охранникам…

Но официант был с ним заодно, значит, и охрана тоже могла. И Лариса поняла, что сообщить лучше Логинову. Уж он-то наверняка с этим бандитом разберется. Как с теми, что напали на дом Павла Андреевича. Дрожа под столом от страха, Лариса Байчук окончательно поняла, какое счастье, что в мире есть такие упертые типы, как Логинов. Потому что иначе бандиты бы совсем распоясались, и нормальным людям ни в бассейне искупаться, ни в клубе культурно провести время было бы невозможно…

К счастью, ужасный клиент с пистолетом выскочил в коридор вслед за официантом и куда-то побежал. Лариса немного выждала и вылезла из-под стола. Она уже метнулась к двери, как вдруг услышала приближающийся топот.

Сперва она снова хотела спрятаться под столом, но вовремя увидела дверцу встроенного шкафа. Лариса распахнула ее. Внутри было только несколько тремпелей. Байчук заскочила внутрь и прикрыла дверцу.

Она так испугалась, что некоторое время слышала только стук своего сердца. Немного успокоившись, Лариса перевела дух и поняла, что до сих пор держит в руках бокал. Поставив его, она осторожно подалась к дверце и прислушалась.

Из коридора доносился какой-то шум. И Лариса благоразумно решила сидеть и не рыпаться. Пока эти чертовы бандиты не смоются…

134

Логинов толкнул дверь и шагнул в коридор. Полковник Кащеев вышел вслед за ним и действовал при этом очень грамотно: дистанцию он выбрал как раз такой, чтобы в случае неожиданного прыжка Логинова успеть выстрелить.

Логинов ничего не мог предпринять, и ему ничего не оставалось делать, как двинуться по коридору в сторону служебной лестницы. По ней как раз быстро спускался Виталик. Увидев с Григорием Васильевичем незнакомца, официант в нерешительности остановился.

Однако Кащеев из-за спины Логинова спросил:

– Ну что, глянул?..

– Да! Башманов на месте!

– Тогда проведи нашего гостя в кабинет! – сказал Кащеев.

Виталик кивнул, сделал шаг и только тут заметил в руке куратора пистолет. Он встал как вкопанный, и на его смазливом лице невольно появился испуг.

Эта заминка пришлась очень кстати. Логинов мотивированно оглянулся на Кащеева. Тот раздраженно прикрикнул на Виталика:

– Чего встал, быстрее!

Официант начал поворачиваться, и Логинов в этот момент нанес неожиданный удар левой ногой назад. Как в «Альфе» когда-то учили. Удар застиг Кащеева врасплох, и он выронил пистолет.

Официант охнул. Логинов тут же бросился на Кащеева. Обычный человек на месте уэсбэшника тут же инстинктивно попытался бы поднять оружие и оказался бы смятым Логиновым. Но у оперативников свои инстинкты.

Кащеев мгновенно ушел влево и выставил сложенные пальцы правой руки.

Логинов в последний миг попытался прикрыться локтем, но коварный удар Кащеева все же достиг цели. В печень Виктора словно раскаленный штырь вонзили.

Боль была адской. Когда тебя бьют по голове, нервная система из-за сотрясения мозга блокируется. При ударе же в печень все болевые сигналы проходят. Логинов неимоверным усилием воли удержался на ногах.

Кащеев тут же нанес ему удар ногой в пах, чтобы добить окончательно. Но Виктор этот удар блокировал. В следующий миг уэсбэшник ударил Логинова рукой слева в челюсть. Но тот был начеку и подставил плечо.

Раскаленный штырь в печени постепенно остывал. Виктор сделал шаг вправо. Кащеев сообразил, что теряет преимущество. Обозначив ложный выпад ногой, он выбросил вперед руку, в последний момент растопырив пальцы. Этот коварный прием для ослепления противника наполовину сработал: один из пальцев задел правый глаз. У Логинова в глазу словно бельмо выросло. Что происходит слева, он видел, справа же все закрыло большое белое пятно.

Зато стержень в печени остыл окончательно. Логинов тут же провел левый прямой. Челюсть Кащеева щелкнула, он явно не ожидал такой прыти от Виктора и тряхнул головой, пытаясь прийти в себя после удара. Правое подреберье Логинова отреагировало на усилие тупой, но терпимой болью.

Не став больше мешкать, Виктор в прыжке с разворота обрушил на Кащеева удар ногой. Тот отпрянул, но удар его все равно настиг. Логинов метнулся к уэсбэшнику, но Кащеев быстро отступил назад. Виктор мог броситься на противника, но он помнил о жестоком тычке в печень. Наверняка таких подлых приемчиков в арсенале Кащеева было немало. И Логинов, решив не рисковать, просто сократил дистанцию и нанес еще один удар ногой в голову.

На этот раз он угодил точно в переносицу, и Кащеев «поплыл» окончательно.

Качнувшись, уэсбэшник стал клониться назад и, чтобы не упасть, начал быстро-быстро перебирать ногами.

Бледный как смерть Виталик в ступоре наблюдал за происходящим, прижавшись к стене. Официант был напуган до смерти. Больше всего его поразило, что за время жестокой драки ни один из противников не только не произнес ни единого слова, но даже не вскрикнул от боли. Это была схватка профессионалов, в которой почти каждый удар направлен на то, чтобы покалечить противника…

135

Оглушенный двумя ударами в голову Кащеев семенил назад. Он понимал, что проиграл, и в отчаянии левой рукой пытался нащупать в кармане «ПММ» Логинова.

Но пальцы были словно ватными и не слушались. А Логинов уже готовился прыгнуть на него, это Кащеев видел по его глазам…

И тут случилось чудо. Дверь в трех метрах за спиной Логинова беззвучно распахнулась. В проеме появился Тюркин. Кащеев хрипло выдохнул:

– Убей его! На полу пистолет!

Тюркин ситуцию оценил мгновенно. Не зря он столько лет прослужил в ОМОНе. Владимир бросился к пистолету.

Одновременно Тюркин периферийным зрением увидел, что Логинов резко развернулся и кинулся к нему.

Владимир тут же швырнул в него кейс – чтобы выиграть несколько драгоценных мгновений. Сам он плюхнулся на колени и схватил пистолет, собираясь выстрелить прямо от пола, развернув кисть.

Но противник оказался слишком стремительным. От кейса он уклонился, отбив его по касательной локтем, и тут же прыгнул на Тюркина. Это был фирменный прием оперативников.

Омоновцы прыгают на противников ногами вперед. В крайнем случае – выставив перед собой автомат. Отчаянные же опера сигают на преступников «ласточкой». Это опасно, но занимает намного меньше времени.

Для того чтобы выстрелить, Тюркину не хватило мгновения. Логинов врезался в него, словно учебная ракета-болванка в списанный «БМП». От удара Тюркин опрокинулся на палубу, пистолет по дуге взлетел к потолку и грохнулся на пол где-то сзади.

Логинов с ходу попытался ткнуть пальцами в болевые точки на шее Тюркина, но тот резко распрямил ногу, одновременно дернув Виктора за ворот пиджака. Сил Тюркину было не занимать, и Логинов перекувырнулся через него.

Сбросив с себя противника, Тюркин тут же в перевороте навалился на него всем телом и оседлал. Руки Владимира сцепились с руками Виктора. Однако армрестлингом Тюркин заниматься не собирался. Он просто готовил удар.

Ловко разведя руки Логинова, Тюркин мгновенно боднул его головой. Это был страшный удар – в него омоновец вложился всем корпусом. Целился он в переносицу, но Логинов успел приподнять голову. Получился удар лоб в лоб.

Головы противников соприкоснулись со стуком бильярдных шаров.

Оба на несколько мгновений оказались контуженными. Быстрее пришел в себя Логинов. Резко дернувшись, он неожиданно вскинул правую ногу и зацепил ею голову Тюркина.

Тот попытался ее сбросить, но Логинов ногу удержал и резко напряг мышцы.

Мгновение-другое Тюркин сопротивлялся, но в конце концов всем телом откинулся на палубу. Логинов при этом обеими руками вцепился в левую руку Владимира. Тот сообразил, что может попасть на болевой прием, и попытался вырваться, резко перевернувшись через левый бок. Однако Логинов руку Тюркина не выпустил. Владимир отлично понимал, что если Логинов проведет болевой прием, ему конец. Но и Логинов это понимал. Прижав левую руку Тюркина к своей груди, он начал разжимать ее, используя мышцы корпуса.

Тюркин отчаянно сопротивлялся. Но все же его левая рука начала разгибаться. В тот самый момент, когда силы почти оставили Тюркина и он готов был взвыть от отчаяния, голова Логинова вдруг странно дернулась. И железная хватка мгновенно ослабла.

Тюркин вырвал руку и увидел информатора, стукнувшего Виктора по голове.

Кащеев быстро оглянулся и проговорил:

– Вставай! Чего разлегся?

136

Дважды Тюркину повторять нужды не было. Он оттолкнул потерявшего сознание Логинова, одним рывком выскользнул из-под него и вскочил на ноги.

– Уходим?!

– Куда уходим?.. – показал на свою закапанную кровью одежду Кащеев. – Да и убраться надо!

Тюркин повернул голову, проследив за едва заметным, но красноречивым кивком информатора. Там он увидел дрожащего как осиновый лист официанта.

Владимир понял, что под словом «убраться» Кащеев подразумевает грамотную ликивидацию свидетелей. Но Владимир сам установил таймер на десять минут. А заряд был такой, что мама не горюй. Уносить ноги надо было немедленно…

И у Тюркина вдруг промелькнула шальная мыслишка. Вроде бы невзначай он скользнул взглядом в сторону лежащего на полу пистолета. Но Кащеев был тертый калач, и заметил этот недвусмысленный взгляд. Он тут же приподнял «ПММ», которым оглушил Логинова:

– Не шути со мной лучше! Давай в темпе назад и снова ставь на десять минут! Найдешь меня там! Уйдем спокойно, не боись!

Тюркин мрачно кивнул и двинулся к выходу из коридора. Кащеев по ходу его движения медленно поворачивался и пистолет держал наготове. Уже у двери Владимир вспомнил о своем кейсе и повернулся, но Кащеев сказал:

– Оставь! Потом заберешь!

Он был уже рядом. Вытащив бумажник, куратор торопливо провел им возле сенсора. На незаметной панели вспыхнул глазок. Владимир сунул руку в карман за своей карточкой. Рука после борьбы с Логиновым заметно дрожала, так что сработал замок только после того, как Тюркин приложил карточку во второй раз.

Дверь открылась. Владимир нырнул в нее. Сзади послышался голос информатора:

– Виталий! Давай сюда! Тащи его в кабинет!

Под мерное гудение Тюркин торопливо спустился по короткому трапу.

Он вдруг подумал, что можно самому смыться через другую дверь. А информатор пусть возится со своими свидетелями…

Только вот времени осталось слишком мало. Если Владимира, к примеру, остановит тот же администратор, это будет катастрофа. А у Тюркина еще и кейса с собой не было, что могло вызвать вопросы. Решив не рисковать, Тюркин добрался до аварийного трапа и взобрался наверх.

Пластмассовый корпус электропереключателя тускло поблескивал в нише. Из пластиковой взрывчатки торчал взрыватель. К нему тянулись два проводка от обычных часов «Касио» и держателя с батарейками. Все выглядело очень обыденно – никаких супер-пупер пультов, как в кино. И никаких мигающих кровавых глазков. Просто на дисплее часов быстро-быстро мелькали цифры. Словно вычеркивая из списков живых тех, кто находился на «Галере»…

Владимир, чтобы разорвать цепь, аккуратно извлек одну батарейку и только после этого вытащил взрыватель из взрывчатки.

Потом переустановил часы. Вернув взрыватель на место, он осторожно вставил в зажимы батарейку и провел рукой по вспотевшему лбу.

Через десять минут «Галера» должна была взлететь на воздух…

137

Виталий окончательно перестал понимать, что происходит. На «Галере» прослушивали и просматривали большинство помещений. Все это, разумеется, записывалось. В этом смышленый официант не сомневался, как и в том, что записи эти периодически на электронных носителях уносят в кейсах «инженеры». Виталий даже понимал, почему уносят, а не «качают» по Интернету или не передают по кабелю: кто ж такие вещи рискнет передавать…

Но сейчас Виталий уже не понимал ничего. Сперва Григорий Васильевич дрался с каким-то незнакомцем сам, потом ему на помощь пришел инженер, потом куратор пришел на помощь «инженеру». При этом никто не пытался вызвать охрану. И официант решил, что это какие-то ведомственные войны. А раз так, то в них было лучше не соваться. И Виталий не совался, пока куратор не приказал:

– Давай сюда! Тащи его в кабинет!

Виталий, опасливо косясь на пистолет в руке Григория Васильевича, проскользнул мимо него, ухватил за шиворот потерявшего сознание незнакомца и затащил Логинова в кабинет.

Куратор тем временем поднял с пола свой пистолет, подобрал кейс и двинулся следом, оглядываясь. Однако никого видно не было. В этом и заключается преимущество закрытых элитных заведений: народа мало, а тем, кто есть, чужие дела до фени…

– Куда его? – спросил уже в кабинете запыхавшийся Виталик.

– Сейчас!.. – сказал куратор.

Держа пистолет наготове, он склонился над Логиновым и приоткрыл один глаз.

Убедившись, что тот в отключке и приходить в себя пока не собирается, куратор небрежно махнул головой:

– В угол пока!

Виталик снова схватил и поволок Логинова.

– Так? – спросил он.

– Да! – удовлетворенно кивнул куратор.

– Я больше не нужен?..

– Нужен!

Быстро посмотрев на свою рубашку, Кащеев ослабил узел галстука и приказал:

– Раздевайся!

– Что?..

– Рубашку снимай! – приказал куратор.

Пиджак кровью не был испачкан, поэтому он решил просто одолжить сорочку у официанта. Виталик понял это, быстро расстегнул бабочку, потом принялся за пуговицы. Несмотря на нарочитую бодрость, его пальцы предательски дрожали. Происходящее Виталика пугало все больше и больше, и он хотел одного: как можно быстрее смыться отсюда – хоть в одежде, хоть в одних трусах, хоть вообще голышом.

Григорий Васильевич бросил пиджак на стул, быстро снял рубашку и вытер ею кровь с лица. Виталий протянул ему через стол сорочку, куратор быстро накинул ее на себя и начал застегивать. В этот момент у ног официанта пошевелился Логинов. Виталий вздрогнул. Куратор, выхватив пистолет, скомандовал:

– Давай сюда!

Официант обогнул стол. Куратор кивнул:

– Прикрой дверь!

– С той стороны?.. – с надеждой спросил Виталий, но куратор опустил его с небес на землю:

– С этой!

Виталий выполнил приказ. Григорий Васильевич одной рукой быстро застегнул пуговицы. Потом, чуть наклонившись, он заглянул за стол и с улыбкой сказал:

– Не прикидывайтесь, полковник! Можете встать…

Логинов взялся рукой за край стола и тяжело поднялся. Его еще заметно качало. Держась пальцами за затылок, он спросил:

– Это вы меня тюкнули?

– Я! – кивнул Кащеев.

Наспех заправив сорочку в брюки, он велел:

– Глянь-ка в холодильнике минералки, Виталик!

Логинов спросил:

– Что за маскарад?

Кащеев, держа его под прицелом, просунул руку в рукав пиджака, потом быстро переложил пистолет в другую руку и оделся окончательно.

Тряхнув плечами, он сказал:

– Сейчас узнаете!

Виталик, заглянув в холодильник, сказал:

– Здесь совсем мало осталось! Может, я сбег…

Кащеев его перебил:

– Нормально! Давай!

Виталик подал куратору почти пустую пластиковую бутылку и стакан. Тот вылил в него воду и сунул свой пистолет в карман.

Вместо него он выхватил «ПММ» Логинова. Виктор нахмурился.

Кащеев хмыкнул:

– Ясно, полковник?

– А его-то за что?.. – прищурился Логинов.

– Много знает. Лишние знания, лишние печали… – проговорил Кащеев, прилаживая бутылку к стволу пистолета.

И только тут до официанта вдруг окончательно дошло, что говорят о нем. Точнее о том, что его, Виталика, сейчас убьют. Он хотел было крикнуть, но не успел. Кащеев стремительно повернулся к нему.

Приглушенно хлопнул выстрел.

В следующий миг Виталик с пробитым сердцем качнулся назад и по дверце холодильника съехал на пол. Затем случилось такое, что Кащеев с Логиновым невольно подпрыгнули, хотя и были сотрудниками спецслужб и нервы имели крепкие…

138

Шум в коридоре то затихал, то становился явственнее. Лариса терпеливо ждала, когда эти ужасные бандиты наконец угомонятся и уберутся подальше, дав, наконец возможность выбраться из шкафа.

Однако сегодня был явно не ее день. Ангел-хранитель Ларисы Байчук, похоже, взял в небесной канцелярии выходной. Или вообще уволился к чертовой матери, устав от ее выходок и бросив на произвол судьбы.

Бандиты в коридоре в конце концов угомонились, но убрались они не куда-нибудь, а в тот самый кабинет, где так славно проводила в шкафу время Лариса. И тут же начали проворачивать свои бандитские дела: кого-то таскать, кого-то раздевать…

Лариса, зажав себе рот, с удовольствием зажала бы и уши, чтобы не слышать всего этого кошмара, но на это у нее просто рук не хватило. И хорошо, что не хватило. Потому что некоторое время спустя в кабинете раздался голос… Логинова.

В первый момент Лариса подумала, что она ослышалась. Но голос явно принадлежал Логинову, хотя и звучал немного глуховато. И Байчук решила, что Виктор с ними просто заодно – с клиентом, официантом, охранниками и всей остальной бандой.

Но очень быстро выяснилось, что не заодно. Только толком обрадоваться этому обстоятельству Лариса не успела. Потому что, подавшись к двери и чуть-чуть приоткрыв дверцу, она увидела, как ужасный клиент вдруг выстрелил в официанта.

Стрелял он из какого-то странного пистолета с бутылкой на конце, и сам выстрел прозвучал как-то несерьезно. Но официант, успевший раздеться до пояса, умер по-настоящему…

И тут Лариса Байчук вдруг поняла, что сейчас этот гад убьет Логинова. Ее Логинова. Упертого, но ее. И Лариса Байчук сделала то, что может сделать только любящая женщина. Мгновенно забыв обо всех своих страхах, она с диким воплем выскочила из шкафа…

139

Кащеев с жесткой ухмылкой повернулся к Логинову.

В этот миг сбоку, в стене, что-то грохнуло, дверь шкафа с треском распахнулась, и из него буквально вылетела женщина. С тремпелем в руке.

– Не смей!!! – завопила она, с ходу треснув Кащеева по башке.

Ростом она была намного ниже, поэтому угодила полковнику по многострадальной переносице. А тремпеля в «Галере» были не копеечные, а солидные – из толстого тяжелого дерева.

Удар вышел жутко болезненным, и из глаз Кащеева буквально брызнули слезы. Он бы, конечно, сразу выстрелил, но Лариса еще и умудрилась так шарахнуть его дверью по руке, что «ПММ» уэсбэшник выронил.

– С-сука! – взвыл Кащеев, выбросив в сторону горла Ларисы левую руку с вытянутыми пальцами, собираясь прикончить ее одним ударом в кадык.

Но из-за болевого шока уэсбэшник слегка замешкался. Логинов рывком опрокинул на него стол и заорал:

– Ложись!

Вставший на дыбы стол ударил. Лариса с визгом отшатнулась и плюхнулась задом в шкаф. Логинов бросился к противнику, но тот очень быстро сориентировался и завалил стол боком ему под ноги. Логинов налетел на него, едва не упал.

Кащеев успел отскочить к двери и выхватить свой пистолет. Зловещая ухмылка снова появилась на его лице, но тут из шкафа раздались оглушительные выстрелы.

Это Лариса, о которой все забыли, едва плюхнувшись на пятую точку, увидела прямо перед собой пистолет и, схватив его дрожащими руками, нажала на спуск. Целиться Байчук не умела.

Пытаясь спрятаться от неожиданного града пуль, Кащеев выскочил в коридор. Логинов прыгнул к Ларисе и выхватил у нее пистолет:

– Дай!

Кащеев снова появился в проеме, но пуля, выпущенная Логиновым, свистнула у самой его головы. Уэсбэшник опять подался в коридор и выматерился. Потом он быстро высунул руку в дверь и несколько раз выстрелил. Изнутри донесся звон стекла и раздался крик Логинова:

– Лежи!

Кащеев в этот момент уже мчался к трапу. Он был профессионалом и понимал, что выстрелы из «ПММ» наверняка кто-то услышит. И обязательно сообщит охране.

Свернув за угол, Кащеев увидел выглядывающего из двери бара брюнета с зализанными волосами. Брюнет при виде вооруженного человека невольно вздрогнул и подался назад. Кащеев сказал:

– Там разборки! Спрячьтесь и никуда не выходите! Я за охраной!

Брюнет кивнул и скрылся в баре. Кащеев спрятал пистолет за пояс брюк, поспешно вытащил платок и на ходу отер лицо пот.

Навстречу Кащееву уже бежали двое охранников.

Кащеев с ходу завернул их:

– Назад! Там пьяный клиент с пистолетом! Он убил официанта! Надо немедленно заблокировать все выходы!

Охранники помчались наверх, что-то докладывая на ходу в рации.

Кащеев же прошел дальше и пару секунд спустя оказался у выхода.

Охранник у трапа настороженно посмотрел на него. Сзади донесся топот.

Кащеев оглянулся. От банкетного зала бежали администратор и старший охранник.

– Вызывайте милицию! – приказным тоном произнес Кащеев. – И никого не выпускайте на берег до их прибытия!

– Так что случилось-то?!

– Пьяный клиент открыл в кабинете стрельбу! Убил официанта!

Администратор невольно охнул и посмотрел на старшего охранника. Тот посмотрел на администратора. Кащеев бросил:

– Главное, чтоб он не ушел! – после чего деловито направился к трапу.

Остановить его и в голову никому не пришло.

140

Споткнувшись, Логинов решил, что ему конец. Но тут в шкафу вдруг забухал пистолет. Под градом пуль Кащеев буквально вывалился в коридор. Логинов мгновенно прыгнул к Ларисе и выхватил у нее свой «ПММ».

Сделал он это очень вовремя, потому что Кащеев тут же появился снова.

Логинов выстрелил, пуля прошла совсем рядом. Кащеев отшатнулся, но Логинов понимал, что преимущество на стороне уэсбэшника. Бронебойные пули его бесшумного пистолета могли прошить кабинет насквозь…

Держа дверь на прицеле, левой Логинов повалил Ларису и пригнулся сам, закрыв ее своим телом.

В этот момент из-за двери появилась рука с пистолетом.

– Пуф! Пуф! Пуф!.. – едва слышно прокашлял он.

Смертоносные пули просвистели выше. Одна из них разбила стакан. Логинов невольно прижался к Ларисе, и она ему в самое ухо сообщила:

– Ладно, я тебя прощаю!..

Логинову было не до выражений благодарности.

– Лежи! – попросил он.

Сам Виктор приподнялся. Пистолет он направил на дверь, но Кащеев больше никак себя не проявлял. Видимо, выжидал. Логинов сделал Ларисе знак не двигаться.

Потом вскочил на ноги и метнулся к выходу. Прижавшись к стене, Виктор осторожно выглянул в коридор, но ничего не увидел. Тогда Логинов быстро наклонился и взял стоявший на полу кейс. Размахнувшись, он швырнул его в коридор. После чего вылетел следом.

Кащеева в коридоре не оказалось. Зато Виктор увидел усатого типа, с которым он недавно дрался. Тот сразу бросился наутек. Логинов заорал:

– Стой! Стой, стреляю!..

141

Владимир еще раз посмотрел на СВУ, убедился, что все в порядке и начал спускаться.

Десять минут вроде бы не так и мало. Но если ты находишься на посудине, которая через это время взлетит на воздух, десять минут несутся с ужасающей быстротой.

На всякий случай Владимир выставил на своих часах таймер. Не то чтобы он синхронизировал его с часами бомбы, но, в принципе, время до момента взрыва он мог узнать теперь почти точно.

Спускаясь, Тюркин на часы не смотрел. Посмотрел он на них, только оказавшись внизу. И тут Владимир невольно испугался. Таймер показывал чуть больше восьми минут.

То есть прошло почти две минуты, а Тюркин еще даже не добрался до выхода из трюма.

– Черт! – вырвалось у Тюркина.

Нужно было в темпе сматываться с «Галеры». С информатором или без него. Главное побыстрее…

И Тюркин невольно побежал. Его ноги гулко затопали по металлическому полу. На лице выступил пот. Наконец Владимир оказался возле выхода из трюма.

Дверь, через которую Тюркин собирался выйти, была металлической и очень мощной.

Практически звуконепроницаемой. И все же на середине трапа Владимиру вдруг показалось, что за ней он услышал какой-то хлопок. Тюркин остановился и несколько мгновений стоял неподвижно.

Все вроде было тихо. Владимир покосился на часы и невольно вздрогнул. Время летело неумолимо. А он все еще находился в трюме…

Больше не мешкая, Тюркин ткнул пальцем в кнопку и нажал на ручку. Владимир высунулся в открывшуюся дверь, увидел, что коридор пуст, и вышел.

Дверь кабинета, где его должен был ждать информатор, была открыта настежь. В воздухе ощутимо пахло порохом.

Тюркин невольно насторожился. И не зря.

Из распахнутой двери вдруг вылетел его кейс. Следом за ним в коридор выпрыгнул тот самый тип, который едва не сломал Тюркину руку…

Владимир, увидев, что он вооружен, принял единственно верное решение – бежать. Что незамедлительно и сделал.

– Стой! – послышалось сзади. – Стой, стреляю!!!

Спасительный поворот был уже совсем близко, и Тюркин совершил отчаянный прыжок. Но тут сзади оглушительно грохнул выстрел.

Тюркин прыгнул за угол и упал. И тут же ощутил боль – пулей ему зацепило ногу. Владимир вскочил и, чуть прихрамывая, побежал к трапу.

Навстречу ему спускались двое охранников. У одного из них был пистолет, и Тюркин решил, что это конец. Но шедший первый охранник вдруг заорал:

– Где он?..

– Там! Там, у него пистолет! – мгновенно сориентировался Тюркин.

Охранник отвернулся, и тут Тюркин прыгнул на него и ударил. Оружием он завладел почти мгновенно и с разворота выстрелил во второго охранника.

В этот момент из-за угла грохнул выстрел. Тюркин ухватился за бок и упал назад. Рана была серьзной, из-под руки Владимира толчками вытекала кровь.

– Бросай оружие! – раздался голос из-за угла. – Ну!

– Не-на-вижу!!! – простонал Тюркин и нажал на спуск.

Пистолет в его руке задергался. Одна пуля вонзилась в угол, две ушли в коридор. Его противник спрятался. Тюркин со стоном подтянул ноги и попытался встать…

142

Логинов понял, что попал, и вскочил на ноги. Из-за поворота, где скрылся усатый, донеслись какие-то голоса. А потом вдруг грохнул выстрел.

Логинов резко притормозил. Осторожно выглянув из-за угла, он увидел усатого и двух не подававших признаков жизни охранников. Логинов выстрелил. Усатый упал и начал стрелять в ответ. Логинов спрятался.

Вести в бою счет пулям Виктора научили в «Альфе». Магазин в его «ПММе» был старый – на восемь патронов. И теперь у Виктора была возможность сделать только один выстрел. Промахнуться он не имел права. Стрелять нужно было на поражение.

Едва противник сделал паузу, Логинов подался вперед, мгновенно прицелился и выстрелил. Усатый как раз пытался подняться. Пуля ударила его в грудь, и он со стоном упал возле трапа.

Логинов выдержал паузу – этому его тоже научили в «Альфе» – и метнулся к противнику. Тот лежал на спине, раскинув руки, но пистолет не выпустил.

Логинов прыгнул на него и выхватил оружие.

В груди усатого что-то булькало, рот был перекошен, прикрытые веки мелко дрожали. Логинов ухватил его за волосы и тряхнул:

– Где Кащеев?..

И только тут Виктор понял, что на противнике парик. Взгляд Логинова скользнул на усы, и он невольно воскликнул:

– Допрыгался, Тюркин?..

Услышав свою настоящую фамилию, Владимир открыл глаза. В них стояла ненависть.

– Ни-чего, тебе тоже конец! Всем конец… – едва слышно прохрипел Тюркин.

Тут он со зловещей ухмылкой начал поворачивать голову и вдруг умер. Логинов перевидал немало смертей, но сейчас у него невольно пробежал по спине холодок.

Он мгновенно обернулся, вскинув пистолет. Сзади никого не было. Но Тюркин не врал. Это было ясно по его интонации.

– Твою мать! – пробормотал Логинов, пытаясь понять, что имел в виду Тюркин. Тут его взгляд наткнулся на левое запястье бывшего омоновца, и Логинов вдруг увидел мелькающие на дисплее электронных часов цифры. Быстро наклонившись, он выдохнул: – Мать твою!

В этот момент по трапу затопали чьи-то ноги.

143

– Руки! Бросай оружие! – услышал Виктор.

– Спокойно! – быстро поднял он голову. – ФСБ!

– Бросай оружие! – рявкнул охранник.

Всего их на трапе было двое, но пистолет держал только один. Логинов опустил пистолет на палубу и повторил:

– Спокойно! Сейчас я покажу свое удостоверение!

– Назад! К стене!

Ситуация была хреновая. Ведь Виктора застали в окружении трех неподвижных тел, два из них принадлежали охранникам «Галеры». Так что их коллега и впрямь мог нажать на спусковой крючок…

Логинов поднялся и быстро отступил назад с поднятыми руками.

– Показываю удостоверение! – сообщил он.

– Потом! Так и стой! – рявкнул охранник.

Его напарник тем временем попытался связаться с кем-то по рации, но со связью возникли какие-то проблемы, и он помчался наверх. Логинов бросил быстрый взгляд на запястье Тюркина и повторил:

– Показываю удостоверение!

– Не двигаться! Потом…

– Потом поздно будет! – не сдержался Логинов. – Где-то здесь бомба! А вы тут в ковбоев играете, вашу мать! – Виктор показал документ и быстро сказал: – Надо всех немедленно эвакуировать на берег! Кто у вас старший?

– Я старший охранник! – сообщил державший Логинова на прицеле секьюрити. – Но я подчиняюсь администратору, а он…

– Тогда веди меня быстро к этому администратору! Быстро!

Охранник немного поколебался, потом отступил к трапу:

– Хорошо! Но оружие не брать!

У выхода на палубу их встретили несколько охранников и администратор.

Охранники расступились, образовав полукруг. Администратор, что-то быстро говоривший по телефону, оглянулся и сказал:

– Секунду… Это он?..

– Не знаю! – покачал головой старший охранник, продолжая держать Виктора на прицеле. – Но у него…

– Полковник Логинов! ФСБ! – сунул под нос администратору удостоверение Виктор. – Немедленно эвакуируйте всех на берег!

– Что?!

– Эвакуируйте всех на берег!

– Вы с ума сошли?

– Угроза взрыва, мать вашу! – крикнул Логинов. – Поэтому я как сотрудник ФСБ приказываю провести экстренную эвакуацию!

На миг воцарилась тишина. Полная. И все услышали голос в мобильном администратора:

– Что там у тебя еще?! Алло!..

Администратор быстро приложил трубку к уху:

– Полковник ФСБ приказывает всех эвакуировать… Нет! Какой-то другой, не Григорий Васильевич… Понял! – Закончив разговор, администратор безапелляционно заявил: – Ждем милицию! До ее приезда на берег никого не выпускать!

Логинов понял, что таков был приказ хозяина «Галеры». Ведь для него полномочным представителем ФСБ был вовсе не неизвестно откуда взявшийся Логинов, а предатель Кащеев. Что-то изменить мог только звонок начальству – на самый верх. Чтобы команда шла от него. Или от следователя. Только на все это не было времени…

После слов администратора охранники угрюмо подступили к Логинову. Тот в отчаянии оглянулся. И вдруг увидел одного из секьюрити «Альфа-щита». Профи, конечно, не могли не заметить, что на «Галере» что-то присходит. И выслали разведчика.

– Немедленно уводите Башманова на берег! – крикнул Логинов. – И всех, кого сможете!

– Что?!

– Угроза теракта! Осталось меньше пяти минут!

Охранник из «Альфа-щита», в отличие от персонала «Галеры», прекрасно знал, кто такой Логинов. Резко развернувшись, он бросился к банкетному залу.

Виктор вспомнил о Ларисе и шагнул к трапу. Старший охранник вскинул пистолет:

– Стоять! Стреляю!

– Ты знаешь, что я офицер ФСБ, – бросил через плечо Виктор. – Если выживешь, получишь срок и за это!

В следующий миг Логинов уже спускался по трапу. Охранники и администратор растерянно смотрели ему вслед. Слишком уверенным был его тон, так что задерживать Логинова никто не рискнул…

144

– Уводим Башманова! Быстро! – крикнул секьюрити «Альфа-щита», нырнув в тамбур.

– Что?! – переменился в лице его напарник.

– Вроде ВУ! Давай за нашими!

Сотрудники «Альфа-щита» были профессионалами и больше не стали тратить время на пустые разговоры. Оказавшись в банкетном зале, они разделились. Один сразу направился к Павлу Андреевичу. Второй устремился к коллегам, дежурившим у служебного входа.

Башманов с улыбкой говорил:

– На мой взгляд, дело не в абсолютном значении ВВП, а в том, какая его часть разворовывается. А разворовывается примерно сорок-шестьдесят процентов. Это почти официальная наценка на откат чиновникам. Поэтому, как это ни парадоксально, для увеличения ВВП вдвое достаточно просто искоренить коррупцию…

– Да вы мечтатель, Павел Андреевич! – засмеялся собеседник.

В этот момент к Башманову скользнул секьюрити и коротко проговорил что-то на ухо. Лицо Башманова невольно дернулось. Через зал к ним уже направлялись трое других охранников. Игнат Вертинский вопросительно повернул голову.

– Немедленно уходим! – негромко сказал ему сотрудник «Альфа-щита».

Его коллеги мгновенно отсекли Башманова и Игната от остальных гостей, образовав «коробочку». И тут же эта «коробочка» превратилась в «свинью».

Словно тевтонские рыцари в старину, секьюрити «Альфа-щита» ромбом рассекали гостей, стремительно продвигаясь к выходу.

– Извините, господа! Разрешите! Пожалуйста! Пожалуйста!.. – говорил шедший впереди охранник. У выхода он подался в сторону. В тот момент, когда Башманова и Игната Вертинского выводили, охранник сообщил: – Господа, есть подозрение, что в заведении заложена бомба! Так что лучше сойти на берег…

И так растерянные, участники фуршета теперь буквально окаменели. Секьюрити же быстро выскользнул вслед за коллегами…

145

Из коридора донесся топот. Прямо на администратора, старшего охранника и их подчиненных бежали дюжие сотрудники «Альфа-щита», за ними мелькали испуганные лица Башманова и Игната Вертинского.

– Остановите их! Господа, покидать борт нельзя!.. – крикнул было администратор.

Однако от стремительно движущейся группы донеслось:

– С дороги! Освободить проход!

– Стоять! Стоять!.. – замахал рукой старший охранник.

Но уже в следующий миг он вынужден был поспешно отпрыгнуть. Дюжие секьюрити из «Альфа-щита» буквально разбросали по сторонам охранников «Галеры». В этот миг на трапе возник Логинов с Ларисой.

Башманов увидел его и крикнул:

– В чем дело, Виктор Павлович?!

– Уходите быстрее! Заберите Ларису! – крикнул в ответ Логинов и подтолкнул Байчук.

Все происходило настолько стремительно, что персонал «Галеры» был буквально ошарашен.

– Черт!.. – растерянно проговорил старший охранник.

В этот момент со стороны банкетного зала снова послышался нарастающий шум. Администратор резко повернул голову и увидел, что вслед за Башмановым к выходу бегут другие участники банкета.

Логинов уже быстро спускался вниз, к «Легиону». Администратор после секундного замешательства метнулся за ним. Он вдруг сообразил, что может остаться крайним, и крикнул на ходу:

– Постойте! Постойте!..

146

– Стой! Стреляю! – вскинул пистолет старший охранник «Галеры».

– Ты знаешь, что я офицер ФСБ, – бросил через плечо Виктор. – Если выживешь, получишь срок и за это!

В следующий миг Логинов устремился вниз. Перепрыгнув через распростертые тела, он подхватил свой «ПММ», рванулся за угол и несколько секунд спустя уже подбежал к кабинету. Байчук видно не было, и Виктор крикнул:

– Лариса! Ты где?

– Я здесь! – выглянула из шкафа Лариса.

Логинов схватил ее за руку и буквально выволок из кабинета.

– Ты что?.. – попыталась вырваться Лариса.

– Быстрее! – подтолкнул ее Логинов. – «Галера» заминирована! Быстрее!..

Наверху Логинов пристроил Ларису к Башманову с охраной. Теперь за нее можно было не опасаться, но внизу, в «Легионе», находилось еще несколько человек…

И Виктор снова метнулся вниз. За ним неожиданно бросился администратор.

– Постойте! Постойте!.. – кричал он, но Виктор и не подумал останавливаться.

Сбежав по ступеням, он увидел, что один из охранников «Галеры» пришел в себя и растерянно смотрит на убитого Тюркина. Логинов крикнул:

– Живой?

– Да… – повернулся охранник.

– Тогда быстро в бар! Выводи всех наверх!

– А что случилось?.. – поморщился охранник.

После нападения Тюркина чувствовал он себя неважно.

– Еще не случилось! Но может случиться! – проговорил Логинов, присев возле трупа бывшего омоновца. – Через четыре минуты!

В этот миг к Логинову подбежал администратор. На ходу он быстро проговорил:

– Вы понимаете, я доложил хозяину, но он сказал, что если Григорий Васильевич приказал, чтобы никого не выпускали, то чтобы никого и…

– Обратный отсчет! – перебил его Логинов и показал снятые с Тюркина часы. – Обратный – понимаешь?.. А Кащеев на берег сошел, да?..

– Да! – глухо ответил администратор.

– Значит, точно рванет!

Охранник, слушавший этот разговор, окончательно пришел в себя. – Быстро в бар и всех уводи! – приказал ему Логинов, потом снова повернулся к администратору: – Он был в трюме! Как туда попасть?..

– Нужны две карточки! – проговорил администратор, невольно отступая к трапу. – У него была одна…

Логинов пошарил в карманах Тюркина и вытащил пропуск:

– Эта?..

– Да! – уже стоя в полоборота, произнес администратор.

– Эй-эй! – быстро шагнул к нему Логинов. – А вторая у кого?

– У меня! – побледнел администратор.

– Тогда пошли! Быстро!

Администратор дико на него посмотрел и попятился. Логинов схватил его за руку:

– Не бойся! Осталось почти четыре минуты! Это уйма времени!

147

По пустынному коридору Логинов с администратором подбежали ко входу в трюм. Логинов вопросительно оглянулся. Администратор быстро провел своей карточкой возле считывающего устройства.

– Прикладывайте! – сипло сказал он.

Логинов поднес к загоревшемуся глазку пропуск Тюркина. Дверь открылась. Логинов заглянул внутрь и увидел освещенный тусклым светом трап.

– Так я… пойду?.. – спросил администратор.

Логинов быстро оглянулся и протянул руку:

– Карточку!

– Но… – начал было администратор, но потом решил, что жизнь дороже, и карточку быстро отдал.

В следующий миг он уже бросился прочь. Логинов крикнул:

– Всех на берег! Всех!..

Впрочем, Виктор прекрасно понимал, что полностью эвакуироваться персонал и клиенты «Галеры» не успевают.

Быстро посмотрев на часы Тюркина, Логинов решительно устремился вниз. Времени у него оставалось чуть больше трех минут. Очень мало для того, чтобы найти и обезвредить взрывное устройство. Но на кону стояли десятки жизней, так что Логинов просто обязан был попробовать это сделать. Скатившись вниз, он сразу свернул направо.

Ориентировался Виктор очень просто.

Он понимал, что целью Тюркина был Башманов. Значит, и место закладки должно было находиться в районе кормы и как можно ближе к главной палубе.

Оборудование глухо гудело, стенки вибрировали. За каждым поворотом Логинов ожидал увидеть какую-нибудь лестницу, но никаких лестниц как на зло не было. Потом Виктор посмотрел на часы Тюркина, и ему стало нехорошо: времени оставалось чуть больше двух минут. Куда подевались еще две, Виктор так и не понял. Но теперь даже уходить было поздно – даже выбраться на палубу Виктор не успевал.

– Черт!.. – пробормотал он.

Тут стены вдруг расступились, и впереди показалась довольно широкая шахта. По ней вверх уходили толстые трубы. Рядом находился неширокий трап.

Логинов, не задумываясь, бросился к нему. Теперь у него по крайней мере был шанс на спасение: быстро взобраться на самый верх, найти какую-нибудь дверь, открыть ее и с разгона прыгнуть за борт в воду…

Поднимаясь, Логинов шарил глазами по сторонам, но делал это скорее автоматически: инстинкт самосохранения почти полностью завладел организмом. И в голове Виктора в такт шагам пульсировала одна-единственная мысль: «Уходи! Уходи! Уходи…»

Виктор миновал место, где трубы разветвлялись и вдруг резко затормозил. Недоверчиво посмотрел назад и чуть вниз… Боковое зрение не подвело его. Под уходящими горизонтально трубами Виктор увидел СВУ: какую-то темную коробку, провода, таймер, батарейки…

Логинов быстро посмотрел на часы Тюркина. Как раз в этот момент последняя минута превратилась в «ноль». Секунды бешено мелькали в обратном отсчете.

Логинов вытащил мобильный и осветил нишу.

СВУ он видел сотни раз. И сотни раз ему повторяли на инструктажах, что при обнаружении взрывного устройства следует оградить место закладки и вызвать специалистов. И ни в коем случае самому не предпринимать никаких действий по обезвреживанию.

Вот только времени на вызов специалистов у Виктора не было. Его хватало только на то, чтобы попытаться выбраться наверх. Так что решаться надо было быстро: или – или.

С виду СВУ было элементарным. А на борту «Галеры» оставалось никак не меньше полусотни человек. И Виктор решился.

До взрыва оставалось целых пятьдесят с лишним секунд. Но мелькали цифры настолько быстро, что так и подмывало просто схватить часы и немедленно остановить их.

Но как раз этого делать не следовало. И вообще спешить было нельзя. Для начала Логинов осветил мобильным проводки. Их было два. Это было хорошо. Очень. Если, конечно, третий не был спрятан. Но Логинов специально наклонился к самому СВУ и убедился, что проводков все-таки два.

После этого Виктор смахнул с верхней губы капли пота и склонился над держателем. Тот тоже был обычный, без перемычек – то ли с зарядного устройства, то ли с какого-то плеера. Без хитростей, одним словом.

Осторожно положив на бок мобильный, он одной рукой придержал держатель, а второй быстро вытащил из него батарейку. Это было все. Если, конечно, схема не была параллельной. Поэтому Виктор тут же извлек и вторую батарейку. Потом он быстро выдернул взрыватель из пластида и посмотрел на таймер. До взрыва оставалось пять секунд. Но Логинов теперь был уверен: взрыва не будет…

ЭПИЛОГ

– Как сообщил сегодня руководитель пресс-службы ФСБ, вчерашний инцидент в развлекательном комплексе «Галера», – пробубнило радио, – никак не был связан с пребыванием там известного политика Павла Башманова. «Слухи о якобы имевшем место заложенном взрывном устройстве являются беспочвенными, – заявил официальный представитель Федеральной службы безопасности. – Паника была спровоцирована вооруженным конфликтом между одним из посетителей и официантом…»

Для Логинова в этом не было ничего неожиданного, потому что накануне ночью он торчал в кабинете замдиректора ФСБ, когда это заявление писали начальник УСБ и руководитель пресс-службы. Поэтому Виктор переключился на другую волну.

– …Мы с тобой не пара-не пара, вот такая вот у нас запара-запара!.. – выдали динамики.

– О господи!.. – сказал Логинов и выключил магнитолу вообще.

«Ауди» доехала до конца аллеи, свернула и вскоре подкатила к крыльцу дома Павла Башманова. В двери возник вооруженный охранник. Логинов взбежал по ступеням и кивнул ему.

– Где Павел Андреевич?.. – спросил Виктор, и тут услышал голос Игната Вертинского – тот вышел встречать Логинова::

– Ждет вас в кабинете! Здравствуйте!

Вскоре они уже вошли в отремонтированный кабинет Башманова. Тот поднялся и шагнул навстречу Виктору.

– Добрый день! Проходите, пожалуйста!

– Спасибо!

– Чего-нибудь выпьете?

– Нет. Я за рулем!

Башманов выглядел заметно осунувшимся. Его глаза беспокойно бегали.

Едва они уселись, Павел Андреевич спросил:

– Извините, Виктор Павлович, но мы, честно говоря, в недоумении… Я имею в виду, что… Это правда, что никакой бомбы не было?! Или…

– Правда, – посмотрел в угол Логинов. – Извините, бога ради, я вчера ошибся.

– Так а-а… – начал было Башманов, но, посмотрев на Игната, внезапно умолк.

Вертинский криво ухмыльнулся и пожал плечами – мол, я же вас предупреждал…

Логинов тоже посмотрел на Игната. Тот ничуть не смутился:

– Я просто сказал Павлу Андреевичу, что вы как сотрудник спецслужб будете придерживаться официальной версии. Ну а если сформулировать вопрос по-другому… Скажем, сохраняется ли опасность для Павла Андреевича или она, так сказать, уменьшилась?

– Я бы сказал, – перевел взгляд на Башманова Логинов, – что она уменьшилась… очень сильно.

– То есть вы хотите сказать… – начал было Башманов, вновь быстро посмотрев на Игната, – что…

Вертинский покачал головой:

– Я думаю, Павел Андреевич, что больше, чем сказал, Виктор Павлович ничего не скажет… Но в переводе с эзопова языка это означает, что вы наконец-то можете вздохнуть спокойно…

– Это правда, Виктор Павлович? – спросил Башманов.

– Думаю, да, – кивнул Логинов. – Во всяком случае, я сделал все от меня зависящее…

– Ну вот, Павел Андреевич! – хлопнул себя по бедру Игнат. – Теперь мы знаем все и… ничего не знаем! Я прав, Виктор Павлович?..

– Отличная погода сегодня… – повернулся к окну Логинов.

– А это в переводе на нормальный язык означает, что мы Виктора Павловича достали! – улыбнулся Игнат.

– Ну что же, тогда не будем больше, так сказать… – проговорил Башманов, вскакивая. Он очень сильно нервничал. Пожалуй, только теперь, когда все осталось позади, Павел Андреевич в полной мере осознал, какая опасность ему угрожала. – Простите, голубчик, но на обед вы хоть останетесь? Или вам теперь…

– На обед я с удовольствием останусь! – широко улыбнулся Виктор. – Если пригласите, конечно!

– О да, да! Конечно же, приглашаем!.. – потер руки Павел Андреевич и повернулся к бару. – Тогда пока, может быть…

– Гм-м… – пришел на выручку переволновавшемуся шефу Вертинский. – Виктор Павлович не пьет, Павел Андреевич! Поэтому, раз все закончилось, мы лучше до обеда займемся перекраиванием вашего графика, а Виктору Павловичу предложим посидеть у бассейна… Надеюсь, вы не обидитесь, Виктор Павлович? Тем более что там вас как бы совершенно случайно ожидает одна небезызвестная вам особа!

– Нет! – заверил Вертинского Логинов. – Я не обижусь!

– Ну тогда я могу вас проводить! – сказал Вертинский, даже не пытаясь встать. – Или вы сами дорогу найдете?

– Да уж постараюсь, – усмехнулся Логинов, поднимаясь.

– Ну вот и замечательно! – вздохнул Башманов и снова повернулся к бару: – А я все-таки, пожалуй, чуть-чуть выпью. Что-то захотелось!..

Логинов с Вертинским обменялись понимающими взглядами. После чего Виктор с чувством выполненного долга отправился к бассейну, где его с нетерпением ждала одна небезызвестная ему особа…

Content

Максим ШАХОВ УСТРАНЕНИЕ СТРОПТИВОГО

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

55

56

57

58

59

60

61

62

63

64

65

66

67

68

69

70

71

72

73

74

75

76

77

78

79

80

81

82

83

84

85

86

87

88

89

90

91

92

93

94

95

96

97

98

99

100

101

102

103

104

105

106

107

108

109

110

111

112

113

114

115

116

117

118

119

120

121

122

123

124

125

126

127

128

129

130

131

132

133

134

135

136

137

138

139

140

141

142

143

144

145

146

147

ЭПИЛОГ