Сергей Куприянов

Скорость на финише

Апартаменты председателя правления совета директоров корпорации «Галактические перевозки» Бессонова расположены в пентхаусе «Космической стрелы». Тут все только его, начиная с лифта и заканчивая сауной с тренажерным залом. Даже его личные помощники и повара располагаются этажом ниже, не говоря уже о прочем персонале, занимающем все сто двадцать семь этажей этого архитектурного монстра, придавливающего конкурентов и восхищающего клиентов. Попасть сюда считается удачей, потому что гостей Игорь Михайлович не жалует. А уж оказаться с ним вместе за обеденным столом - верх мечтаний для многих и многих.

Сегодня он сидел в персональной столовой, стилизованной под готический зал, и обедал в одиночестве, снимая готовые блюда с микролифта, поднимавшего еду и напитки снизу прямо к столу, так что для самообслуживания не требовалось даже вставать с кресла с высокой резной спинкой вишневого дерева.

На стене перед ним большой голографический экран показывал последние новости по специальной, выделенной сети, доступ к которой возможен для очень немногих людей в этом мире, потому что передаваемая информация по скорости поступления и конфиденциальности больше похожа на разведданные, чем на обычную новостную линейку.

Один из богатейших людей планеты неспешно и с удовольствием кушал грибной супчик по-деревенски, с дымком, и без особого интереса посматривал в сторону экрана в те моменты, когда не хлебал, а пережевывал специально для него подсушенный черный хлеб утренней выпечки; есть слишком мягкий не советовали врачи, утверждая, что это вредно для желудка. Впрочем, грибной суп они тоже не рекомендовали, но он на их советы, мягко говоря, поплевывал.

Глава корпорации оторвался от тарелки и проявил подлинный интерес к информации тогда, когда дикторша заговорила о «гонке столетия». На самом деле подобные соревнования проходят каждый год, но поскольку на этот раз в полете приняли участие ведущие перевозчики и создатели космических кораблей, чему сам Бессонов немало способствовал, вложив просто фантастические суммы, то интерес к бывшим некогда сугубо профессиональным стартам взлетел поистине до небес, что естественным образом подогрело ажиотаж рекламодателей и букмекеров.

В принципе, ничего нового за полчаса до окончания официальной регистрации никто не ждал. Основные претенденты стали известны еще неделю назад. Из девяти великолепных машин с опытными экипажами, готовыми преодолеть дистанцию в один миллион километров, фаворитов было двое - «Мерайя К», сошедшая со стапелей «Астро Технолоджис», и «Галлия», принадлежащая ГП. У Бессонова имелись все основания предполагать, что его «скакун» придет первым, поскольку в последние три года были предприняты некоторые усилия, оставшиеся неизвестными не только широкой публике, но и, хотелось надеяться, конкурентам. Таким образом примерно за половину земных суток гонки станет ясно, кто в этом мире чего стоит.

Поэтому объявление о том, что две минуты назад заявку на участие в гонке подали братья Гвоздевы со своим кораблем «Полмаукон» класса «Урал», не могло не вызвать самого живого интереса Бессонова.

Он мигом забыл про суп и, переключив канал, вызвал своего помощника, которого называл Аристархом или - в минуты приступа хорошего настроения - Ариком.

- Что там за комедия с заявками? - без предисловий спросил Бессонов, глядя в веснушчатое лицо с прозрачными глазами завзятого жулика.

- Гвоздевы изъявили желание участвовать в гонке века.

- Это я и так знаю! - Бессонов отбросил ложку. - У них что, есть шансы?

- По нашим данным - никаких.

- А точнее?

- На их допотопном «Урале»? Ровным счетом ноль.

Бессонов нахмурился. Ноль… «Урал», конечно, корыто, на нем даже на обычных перевозках толком не заработаешь. Уже больше года их снимают с регулярных рейсов и отдают всем желающим за бесценок, чуть ли не по цене металлолома. Но Гвоздевы!

Лет семь близнецы трудились в корпорации, куда были не то что приняты - зазваны еще до окончания университета. Таких конструкторов поискать! Яркое, нестандартное мышление, совершенно фантастические разработки, фейерверк идей. Но два с чем-то года назад братья ни с того ни с сего попросили такую прибавку к жалованью плюс участие в прибыли, что Бессонов взорвался и выпер обоих к чертовой матери. Погорячился, конечно. Можно было поторговаться. Но что сделано, то сделано, к тому же другим наука.

После увольнения он устроил им «красивую жизнь». Нажал на все кнопки. В итоге на работу братьев никто не взял. Крутились как-то сами, выживали, не высовывались. Полтора года назад служба безопасности ГП изменила степень контроля. Видно, напрасно.

- Всю информацию мне, - распорядился Бессонов.

- Сделаю.

- Даю три минуты. И еще. Нельзя их как-то снять? Поговори с юристами, с кураторами.

- За двадцать минут до объявления участников? - усомнился Аристарх.

- Все равно.

Снять братьев с гонки, конечно же, не удалось. Зато появление нового участника подогрело интерес к предстоящему событию. Ставки немножко поднялись. Бессонов, затеявший крупную игру, не мог не отметить двухпроцентного роста. Поразмыслив, он дал отмашку брокерским фирмам, которыми владел через толстый слой «прокладок», задрать ставки на аутсайдера.

Поступившая к нему информация свидетельствовала, что Гвоздевы, по сути, прозябали, вкладывая свои и заемные средства в дешевые, но не слишком качественные космические перевозки. Если техниками они были отличными, то бизнесменами никакими. И этот их жест с участием в гонке века можно было расценивать как рекламный ход - по сути, дурацкий, поскольку затраты хотя бы только на участие заведомо превышают возможный профит.

По условиям гонок корабли-участники, находясь на предстартовой позиции, освобождены от любого вида досмотра и контроля, что гарантируется и обеспечивается организационным комитетом, поэтому даже служба безопасности мало что смогла сообщить об аппарате Гвоздевых. Стандартный «Урал», модификация «транспортник армейский». Вот, собственно, и все.

За это время безопасность прощупала деятельность фирмочки Гвоздевых в течение последних двух лет. Счета, закупки, банковские проводки, зарегистрированные контракты, долговые обязательства, список акционеров, заказы, патенты, личные контакты. К моменту старта ничего существенного не выяснилось, стало известно лишь то, что конструкторы много времени и сил потратили на модернизацию своего корыта. Но корыто - оно корыто и есть. По общему мнению, налицо блеф. Пузырь. Рекламный ход, возможные положительные итоги которого специалисты считали крайне ничтожными по сравнению с затратами. Эксперты совершенно определенно говорили, что бизнес братьев находится на последнем издыхании, и эта их выходка всего лишь красивая попытка отсрочить неизбежный конец. По сути, банки, их кредитовавшие, в ближайшее время готовы прибрать к рукам все имущество фирмы.

В полдень по среднеевропейскому времени десять кораблей выстроились на старте, под красной лазерной линией, светящейся в распыленной алюминиевой крошке. Все двигатели на ноль. Телевизионная трансляция продана за сумасшедшие деньги. За предшествующие старту часы общий объем зарегистрированных ставок подскочил на тридцать восемь процентов. Спрос на информацию о технических характеристиках кораблей-участников вырос втрое. Страсти накалялись, и вместе с ними возрастал денежный поток.

Главный судья соревнований объявил десятиминутную готовность. Телекомпании, сумевшие закупить права на репортажи «изнутри», показывали напряженные лица участников и их переговоры, выхватывая самые «вкусные» моменты. Рейтинг передач подскочил до сорока восьми процентов. Те, кому оказалось не по деньгам закупить картинку с места событий, комментировали ситуацию на Земле.

Гонка началась, когда красный цвет сменился на зеленый. Половина населения планеты прилипла к экранам. По условиям состязания еще пять часов принимаются ставки, правда, с пониженным коэффициентом. По оценкам биржевых аналитиков, выбранная для расчетов в соревновании условная денежная единица «космо» заняла третью позицию в рейтинге мировых валют. Акции самого шоу выросли на одиннадцать процентов. Все это вместе вызвало недовольство основных производителей мировых валют. Сопровождающий действо скандал привлек еще семь процентов зрителей.

Организаторы и поддерживающая их страховая компания гарантировали, что на маршруте гонки не будет ни одного препятствия, способного помешать честному соревнованию.

Поначалу бешеным скачком вырвался вперед «Дракон», смяв свой экипаж в лепешку, невзирая на перегрузочные кресла, и лишив его возможности адекватно управлять кораблем, а потому ускорение пришлось снизить.

Агрессивно оскаленная «Мурена» военно-государственной корпорации, заявленная как показательный лидер, ровно и с хорошими результатами ушла со старта, но уже через полчаса стало ясно: она отстает от «Мерайя К», ставшей в голову. К исходу первого часа гонок в фавориты вышла «Галлия», распушив ионовый хвост выхлопа, обогнуть который без потери времени не представлялось возможным.

Тяжеловесный и устаревший «Полмаукон» плелся в хвосте, разгоняясь в выделенном ему коридоре с грацией беременного бегемота. Остроязыкий диктор прошелся по его поводу в том смысле, что места на финише уже определены очередностью поданных заявок.

После старта еще около полутора часов происходил некоторый рост ставок. Число зрителей к этому времени тоже уменьшилось, но рекламщики уже сняли первые жирные пенки. Интерес теперь представляла только тройка лидеров, где ко второму часу гонок наметились перемены. «Мерайя К» вдруг сделала неожиданный рывок и обошла «Галлию».

Незадолго до этого Бессонову поступила информация, что полтора года назад братья Гвоздевы продали некий патент на изобретение «Астро Технолоджис». Спешно подключенные к делу эксперты только разводили руками - в субботний вечер архив патентного ведомства был недоступен. Но можно не сомневаться, что речь идет о профильном для близнецов предмете - двигателях. Для серийного производства дистанция в восемнадцать месяцев от чертежа к металлу невыполнима, но ради единичного гоночного варианта АТ вполне в состоянии вывернуться наизнанку.

У «Галлии» в запасе тоже кое-что было, но пока ради сохранения интриги это стоило придержать. Рейтинг трансляции разом подскочил на шесть процентов, сопровождаясь активностью у букмекеров. Стоимость рекламного времени, объявленная вначале, теперь казалась заниженной как минимум процентов на десять.

Неожиданно активизировался «Дракон», чей экипаж, видимо, пришел в себя либо принял самоубийственное решение пожертвовать своим здоровьем. И через два часа одиннадцать минут сорок две секунды вырвал у «Галлии» второе место. При этом «Мерайя К» продолжала увеличивать разрыв. Комментатор только что слюной не брызгал, отрабатывая свой сумасшедший гонорар и подогревая публику. Появилось закрытое сообщение о том, что акции АТ готова купить крупнейшая банковская структура, а это неизбежно приведет к их росту в понедельник, аккурат к открытию торгов.

На двадцатой минуте третьего часа «Галлия» резко прибавила и почти догнала «Дракона», но тут неожиданно в спор лидеров вмешался «Крох» военно-промышленной корпорации, до этого державшийся в тени. Он изящно обошел опережавшие корабли и вцепился в хвост «Мерайя К», которая, впрочем, тут же прибавила скорость.

Интрига нарастала, упавший было рейтинг снова подрос, комментатор захлебывался эмоциями, будоража публику и суля новые сюрпризы.

И не ошибся.

Никто толком не понял, что произошло. Безнадежно отставший аутсайдер гонок вдруг озарился ослепительно ярким светом, так что на него невозможно стало смотреть, потом пространство перед ним вспыхнуло, образовав что-то вроде луча, хотя, как известно, в безвоздушном пространстве след светового потока виден быть не может ввиду отсутствия в вакууме частиц вещества, способных его отражать, и «Полмаукон» пропал. Исчез. На том месте, где он только что находился, его не было. Секунду назад был, а тут вдруг исчез. Ничего. Пусто.

Сказать, что началась паника, значит не сказать ничего. Мир взорвался - вот примерно такая оказалась реакция.

Бессонов, кусавший губы перед экраном, тоже не сразу понял суть произошедшего, тем более, что корабля близнецов не было на изображении. Кому он был нужен еще полминуты тому назад! Разве что старикам, которые вечно сочувствуют неудачникам. И то при условии, что они не делали ставок на победителя.

Игорь Михайлович не с нуля поднял свой бизнес, совсем не с нуля. Но доставшееся ему наследство он сумел многократно преумножить благодаря своим личным качествам, в числе которых было умение быстро делать выводы при минимуме фактов.

Гиперпространственный переход! Именно это сумели сотворить Гвоздевы. И именно поэтому они требовали участия в прибыли. Если бы он тогда, два года назад, сумел это сообразить! А ведь чувствовал, подозревал, что у них имеется некий козырь в рукаве. Но чувства тогда взяли верх, и он с треском, со скандалом вышвырнул конструкторов на улицу.

Букмекеры взбесились. Телевизоры по всей планете и ее окрестностям, на космических станциях и во внеземных колониях словно взорвались. Все средства связи мгновенно оказались перегружены. Ведущие, оправившись от шока, принялись выдавать комментарии, порой самые невероятные.

Организаторы гонок начали контрольное прочесывание и прощупывание пространства, когда поступило следующее шокирующее, хотя и ожидаемое сообщение. В ста двадцати тысячах километров от линии финиша возникла аналогичная вспышка, яркий луч, после чего стал предельно отчетливо виден бывший аутсайдер, двигающийся на малой скорости. То есть на такой же, с какой он перемещался до своего исчезновения там, в теле гонки. Точнее, в ее хвосте. Не нужно быть математиком, чтобы понять: корабль близнецов даже без ускорения обгоняет лидера на несколько часов. Но он еще и притормаживал!

Этот гадский маневр Бессонов раскусил первым. Близнецы собираются не просто первыми пересечь финишную черту, но и остановиться сразу за ней. Напоказ! Двое мальчишек со всей наглостью демонстрировали такое пренебрежение к своим соперникам, что от злости аж челюсти сводило. Но главное - крыть-то нечем! При раздаче близнецы взяли себе все старшие карты, оставив остальным мусор.

При всем этом общий расклад был таков, что «лошадка» Бессонова шла третьей. То есть «Галлия» проигрывала безоговорочно.

Но Бессонов не зря считался хорошим бизнес-игроком. На этот раз он не дал волю эмоциям. Проигрывать Бессонов не хотел категорически! Не для того он раздул это шоу.

Очевидно, что теперь финансовые проблемы братьев останутся позади, так что скупать их долги - дело бессмысленное. Однако, несмотря на выходные, помощникам Игоря Михайловича удалось кое-что приобрести или достигнуть твердой договоренности об их покупке в понедельник. Он не хотел упускать ни единого шанса. Одновременно был установлен контакт с матерью и одним из друзей братьев, через которых Бессонов наладил связь с фаворитом, поскольку не сомневался, что если он сам или кто-то из его людей попытается начать переговоры, близнецы пошлют их куда подальше. С точки зрения бизнеса, такой поступок братьев нельзя назвать конструктивным, но по-человечески понять можно.

К немалому облегчению Бессонова уже через сорок минут на экране его видеофона появилось курносое лицо одного из братьев.

- Здравствуй, Иван… или Сергей?

- Иван. Вы что-то хотите мне сказать, господин Бессонов? - донеслось до него с заметным опозданием; связь на таком расстоянии дает ощутимые задержки сигнала, что не может не создавать определенных трудностей при общении.

Бессонов быстро глянул на наглеца и решил не поддаваться на провокации.

- Да, конечно. Прошу принять мои поздравления с таким замечательным достижением. В этой связи у меня к вам имеется деловое предложение.

- Тогда прошу вас обращаться ко мне соответственно.

- Естественно, господин Гвоздев. А где ваш брат?

- Отдыхает. Может быть, вы вспомните, что мы предпочитаем работать в противофазе… Или вы желаете разговаривать с ним?

- Меня устроит любой из вас или вы оба, главное, чтобы с формальной точки зрения все было безупречно.

- У каждого из нас есть соответствующим образом оформленная доверенность на ведение переговоров от имени другого.

Торговались не так уж и долго, всего минут тридцать. Гвоздевы, конечно, страшно задрали цену. Но по мере того, как «Полмаукон» в гордом, если не сказать надменном одиночестве приближался к финишу, озвученные ими цифры все меньше выглядели фантастическими. К тому же Бессонов, умея заглядывать вперед, уже видел такие выгоды, о которых Гвоздевы и не подозревали. Чего стоило одно только совпадение аббревиатур ГП «Галактические перевозки» и «гиперпространственный переход». К тому же договор, над которым спешно работали юристы компании, тоже имел некоторые тонкости, чего неискушенные конструкторы, да еще действующие в условиях цейтнота, не должны были заметить.

Кое-какие правки внести все же пришлось, но, в сущности, они мало что решали. Братья настояли только на том, что они и капитан корабля не будут пересекать финишную черту. Из-за этой и других поправок текст договора несколько раз пересылался от одного адресата к другому, пришлось также подкрепить сделку гарантией первоклассного банка.

Эвакуация прежних хозяев и капитана создавала определенные трудности, но, в принципе, и это было решаемо. На должность командира поставили штурмана - молодого парня, недавно получившего первую в своей жизни лицензию после окончания Навигационной школы. Когда челнок братьев отвалил от борта в двадцати тысячах километров от финиша и вскоре лег на обратный курс, Бессонов не без злого удовлетворения отметил, что тот тоже не блещет новизной.

Глава ГП с удовольствием наблюдал, как его корабль медленно перевалил через заветную черту и, вспыхнув тормозными выхлопами, остановился в нескольких десятках километров за ней, что по космическим меркам означало отсутствие дистанции. Остальные участники гонки, летящие на всех парах, безнадежно отстали.

Представитель «Галактических перевозок», дежуривший на финише, лучась счастьем и уверенностью, загодя пришел в пресс-центр, чтобы собственными ушами услышать триумфальный вердикт судей. Но те медлили. Понукаемый хозяином, он помчался в судейскую. Кого другого в святая святых не пустили бы, но официальному представителю такого уважаемого концерна открыты и не такие двери.

- Почему вы медлите? - спросил он с порога.

Главный судья соревнований, лично обязанный Бессонову, виновато отвел глаза; здесь он не был полновластным хозяином. Вместо него заговорил другой, о котором было известно, что у него имеются контакты с «Астро Технолоджис».

- Есть проблема.

- Мы не стали пока громогласно объявлять, - вполголоса добавил главный судья.

- Что происходит?

- Это не тот корабль, который находился на старте.

- Что значит - не тот?! - взорвался человек Бессонова.

- Посмотрите сами на отметки сигнала-идентификатора. Да и название у него…

- Что вам не нравится в названии?

- «Полнауком».

- И что?

- На старте был «Полмаукон».

А десятью минутами позже одна из телекомпаний разразилась сенсационным заявлением братьев Гвоздевых, начинавшимся тем, что, приняв участие в гонке, они никогда не ставили перед собой цели пересекать финишную черту, поскольку имеющиеся в их распоряжении корабли к моменту старта физически не были готовы на равных тягаться с остальными участниками. Судя по тому, что запись была сделана за неделю до начала гонок (это удостоверялось более чем надежным нотариусом), братья подготовились основательно. Что с их стороны произошедшее должно было стать не более чем шуткой с подменой одного старого корыта другим, которую они намеревались разоблачить к удовольствию публики еще до финишной черты. Далее же следовали интервью каждого из братьев, один из которых находился в ходовой рубке «Полмаукона», вдруг снова объявившегося недалеко от места старта, а второй - в кресле челнока.

Близнецы - порознь, но все равно вместе - выражали удовольствие по поводу удачной продажи старой галоши и заверяли о своей готовности продать и вторую всего за один процент от суммы первой сделки, делились планами по поводу создания совершенно нового типа двигателя и снимали с себя всякую ответственность за возможные действия или, наоборот, бездействие нового владельца корабля. И в качестве доброго пожелания выразили надежду, что впредь организаторы гонок станут проверять выходящие на старт машины на предмет оснащенности их пусть уже и не секретными, но все же военного назначения установками «Тень», позволяющими объектам становиться невидимыми для визуального и радиоэлектронного наблюдения.

К своему счастью, Бессонов не слышал ржания журналистской братии в пресс-центре, потому что выключил трансляцию раньше; видеопослание братьев он получил за семь минут до этого. К тому же в измененном названии корабля он вдруг разглядел тонкий намек, начинающийся словом «пошел». Причем продублированный. Близнецы-конструкторы, как оказалось, умеют рассчитывать не только сложные двигатели, но и переговоры, ведущиеся в экстремальных условиях нехватки времени. И еще он понял, почему оплата услуг психолога, которую произвели Гвоздевы, отнесена к статье «производственные расходы».

Юристы корпорации заявили, что дело о подложной продаже судебной перспективы не имеет, ведь в договоре ничего не говорилось о двигателе, способном произвести гиперпространственный переход. В тексте спешно составленного документа оказались лишь слова о том, что Продавец передает, а Покупатель принимает все технические устройства, находящиеся на корабле, за исключением челнока, на котором должна осуществиться эвакуация части экипажа.

Вдруг Бессонова пронзила ужасная догадка. Он включил обзор космоса в районе финиша, к которому уже приближались другие участники гонок во главе с «Мерайя К». Челнока братьев нигде не было видно.

This file was created

with BookDesigner program

bookdesigner@the-ebook.org

01.08.2008

Content

Сергей Куприянов
Скорость на финише