Кэрри Томас

Тени прошлого

1

В кафе работал кондиционер и было прохладно. В этот час большую часть посетителей составляли мужчины в деловых костюмах, которые и за ланчем говорили только о работе, но, к счастью, их дела не имели никакого отношения к ее собственным. Вообще-то Хэтти любила свою работу администратора в престижной фотостудии, расположенной в самом центре Лондона, но иногда общение со знаменитостями утомляло – вернее не столько с самими звездами и фотомоделями, сколько с публикой, которая вечно вокруг них крутится. Вот и сегодня к ним в студию приехал известный киноактер с целой спитой гримеров, костюмеров, ассистенток и каких-то экстравагантных девиц. Эта толпа подняла такую суматоху, что у Хэтти уже к середине дня голова пошла кругом, и она, изменив привычке, решила удрать на ланч в кафе.

Хэтти нетерпеливо посмотрела на часы: официантка явно не торопится. Подняв голову, она вдруг перехватила пристальный взгляд совершенно незнакомого мужчины, стоящего у стойки бара. Темные глаза смотрели так, будто их обладатель узнал Хэтти, и у нее вдруг тревожно засосало под ложечкой. Но ведь они не знакомы! Может, он смотрит на кого-то у нее за спиной?

Хэтти бросила взгляд через плечо, но позади нее никого не было.

Хэтти снова посмотрела на странного незнакомца, и тем самым совершила ошибку: на этот раз она не смогла отвести глаза, их словно притягивала какая-то неведомая сила. Это просто глупо, сказала себе Хэтти, я веду себя как кролик, загипнотизированный взглядом удава! И вдруг незнакомец, поставив стакан на стойку, целеустремленно двинулся в ее сторону. Сердце Хэтти сбилось с ритма, лицо запылало. Однако незнакомец не успел до нее дойти, к нему подошли двое мужчин, по-видимому его друзья, и заговорили с ним. Все еще глядя в глаза Хэтти, он выразительно пожал плечами, всем своим видом выражая сожаление, и Хэтти наконец смогла отвести взгляд.

И тут до нее вдруг дошло, что один из собеседников заинтересовавшегося ею незнакомца – Ричард Барлоу, владелец конкурирующей фирмы, которая тоже добивается контракта на съемки рекламы! Мало того, в спутнике Барлоу Хэтти узнала Фредо Пачини, бывшего поклонника ее сестры! Только этого ей не хватало!

Не дождавшись своего заказа, Хэтти встала из-за стола и стремительно направилась к выходу из кафе. Внимание красивого незнакомца ее, конечно, заинтриговало, и в других обстоятельствах она с удовольствием осталась бы, чтобы с ним познакомиться, – не будь он в компании Фредо Пачини!

Хэтти не помнила, как дотянула до конца рабочего дня. Ее мысли то и дело возвращались к таинственному незнакомцу, мешая сосредоточиться на работе. Наконец съемки закончились, все стали расходиться.

– Давайте не терять связи друг с другом, Хэтти, – предложил на прощание Колин Янг, один из немногих мужчин в многочисленной свите киноактера. – Если я вам позвоню на днях, вы согласитесь со мной пообедать?

– С удовольствием, но только не в ближайшие дни. В субботу утром я уезжаю на свадьбу сестры в Уилтшир и пробуду там несколько дней.

– Завидую. – Колин вздохнул. – А я вот остаюсь в душном Лондоне. Тогда я позвоню вам... скажем, через неделю.

Хэтти кивнула.

– Мне пора. До встречи.

Возвращаясь домой, Хэтти так глубоко задумалась о загадочном незнакомце, что чуть не проскочила перекресток на красный свет. Только это заставило ее наконец переключить все внимание на дорогу. Вечер был жарким, душным, и Хэтти вдруг остро захотелось вырваться из загазованного мегаполиса, оказаться в графстве Уилтшир, в тенистом саду, окружающем Фоксхолл, дом ее родителей. Мама, наверное, приготовила что-нибудь вкусненькое... Ничего, осталось потерпеть только один день.

Хэтти посчастливилось найти место для парковки довольно близко от дома, где она снимала квартиру на пару с Джоан Кейтс. Войдя, Хэтти застала подругу лежащей на диване перед телевизором. При ее появлении Джоан выключила телевизор и нехотя опустила ноги на пол.

– Привет, у тебя усталый вид. Что, выдался тяжелый день?

– Не то слово! – простонала Хэтти.

– Надеюсь, ты можешь поделиться со мной?

– Вообще-то до официального подписания контракта я не имею права разглашать подробности... Наша студия пытается получить контракт на съемки рекламы нового мужского одеколона, контракт очень выгодный, у нас полно конкурентов, и пока неизвестно, кого выберет косметическая фирма. Предварительная договоренность уже есть, но окончательно все решится только завтра, когда заказчик посмотрит сегодняшние снимки. Наш босс боится, что если конкуренты пронюхают, кого именно нам удалось заполучить, то в последний момент подстроят какую-нибудь пакость и контракт от нас уплывет. Поэтому нам всем велено до поры до времени помалкивать. – Хэтти решила сменить тему. – Угадай, кого я встретила сегодня днем в кафе? Ни за что не догадаешься – Фредо Пачини!

От удивления большие глаза Джоан стали еще больше.

– Правда? Бывшего... хм, друга твоей сестры? Что он делает в Лондоне?

– Понятия не имею. Мне не хотелось с ним разговаривать. Ты же знаешь, Бет выходит замуж, Фредо наверняка стал бы меня расспрашивать, что она и как, и разговор был бы не из приятных. Неудобно получилось... – Хэтти устало плюхнулась в кресло и с благодарностью приняла от подруги стакан апельсинового сока. – Спасибо, как раз то, что мне нужно. Как хорошо, что ты оказалась дома. Кстати, а почему ты уже дома?

Джоан работала в крупном универмаге помощником менеджера по закупкам и очень редко возвращалась домой раньше девяти часов вечера.

– Мой босс уехал в командировку, а я всю неделю вкалывала, как негр на плантации. Я же собираюсь в отпуск, но, если останутся незаконченные дела, меня могут и не отпустить. Видно, я перестаралась, потому что у меня ужасно разболелась голова, пришлось даже уйти домой пораньше.

– Да, наверное, ты переработала. – Хэтти присмотрелась к подруге. – Выглядишь неважно. Выпей таблетку аспирина.

– Да, доктор, и непременно лягу спать пораньше. – Джоан улыбнулась. – Советую тебе сделать то же самое.

– Пожалуй, я последую твоему совету. Жаль, что пришлось буквально сбежать от Фредо. Видела бы ты выражение его лица!

– Интересно, зачем он прилетел в Лондон?

– Не представляю. При других обстоятельствах я с удовольствием подошла бы к нему и поболтала. – А главное, смогла бы познакомиться с его интересным спутником, добавила Хэтти про себя.

– Не переживай, может, Бет в курсе дел Фредо. Поедешь на ее свадьбу и все узнаешь.

Хэтти повеселела.

– Слава Богу, теперь уже недолго осталось. Я боялась, ЧТО если съемки затянутся, то я могу опоздать па свадьбу собственной сестры. Но, к счастью, кажется, завтра все закончится.

– Выше нос, на выходные обещали отличную погоду! Впрочем, я не сомневалась, что в воскресенье будет светить солнце, ведь я уезжаю в отпуск. Я уже привыкла, что, как только я сажусь в самолет, чтобы улететь из Англии, сразу же выглядывает солнце и устанавливается хорошая погода.

– На этот раз ты ничего не теряешь, ведь ты отбываешь в солнечную Италию. – Хэтти вздохнула. – Как бы мне хотелось поехать с тобой...

Когда Бет и Джефф после пяти лет разлуки воссоединились, им не терпелось пожениться как можно скорее, но их уговорили назначить свадьбу на июнь, как полагается. Не могла же я сказать, что из-за этого у меня срывается отпуск!

– Ничего, – утешила ее Джоан, – мы с тобой съездим вместе в другой раз. Между прочим, когда я предложила своей сестре поехать вместо тебя, она была в восторге.

– А кто присмотрит за ее детьми?

– С ними будут по очереди сидеть наша мама и мама Джима. А ко времени, когда их нужно купать и укладывать спать, Джим уже возвращается с работы. Как-нибудь справятся втроем.

– А я просто побездельничаю две недели дома – Хэтти зевнула. – Пойду приму душ – и спать.

Хэтти уже сушила волосы феном, когда Джоан постучала в дверь ванной.

– Тебя к телефону. Угадай кто?

– Ладно, сдаюсь. Говори.

– Некий джентльмен с о-очень сексуальным голосом, представился как Пачини.

– Кто-о? Ты меня разыгрываешь! – Хэтти распахнула дверь.

– Ничего подобного! – возмутилась Джоан. – Между прочим, он ждет, так что лучше поторопись.

Хэтти энергично замотала головой.

– Ох, Джоан, не могу я с ним разговаривать, мне так неловко... Лучше я извинюсь перед ним когда-нибудь при встрече.

– И что же мне ему сказать?

– Что я принимаю ванну... или сплю... Почему ты не сказала, что меня нет дома?

– Я же не знала, что не пожелаешь с ним говорить! Не понимаю я тебя, Хэтти. Да любая женщина руку дала бы на отсечение ради того, чтобы услышать этот мужественный голос в своей телефонной трубке! Ладно, скажу ему, что у тебя жуткая мигрень и ты даже разговаривать не в состоянии.

– Если у меня ее и нет, то скоро вполне может быть, – проворчала Хэтти.

Минут через десять подруги встретились в кухне. Джоан, которая на этой неделе исполняла обязанности повара, раскладывала по тарелкам спагетти.

– Боюсь, этот Пачини не поверил ни одному моему слову, – с лукавой улыбкой сообщила она, – но он слишком хорошо воспитан, чтобы срывать зло на ни в чем не повинном гонце.

Хэтти вздохнула.

– В другое время я с удовольствием с ним поговорила бы.

– Охотно верю. Когда я слышу бархатный голос, то представляю высокого смуглого красавца.

– Не совсем так. – Хэтти подумала, что описание Джоан куда больше подходит незнакомцу, которого она видела с Фредо. – Фредо достаточно высокого роста для итальянца и довольно симпатичный, если тебе нравятся мужчины латинского типа. Если верить Бет, на фоне горнолыжных склонов он выглядит как кинозвезда.

– И у него, конечно, голубые глаза, – мечтательно промурлыкала Джоан, облизывая губы.

Хэтти рассмеялась.

– Ну ты и скажешь! Голубые глаза? У итальянца? Они у него черные.

– Значит, жгучие черные глаза. Это даже лучше!

Хэтти снова вспомнила незнакомца и его горящий взгляд, прочно врезавшийся ей в память, и чуть не заскрежетала зубами от досады. Если бы он был не вместе с Фредо! Ну почему ей вечно не везет? Она с надеждой посмотрела на Джоан.

– Фредо не оставил свой номер телефона?

– Увы, нет. Бедняга получил от ворот поворот второй раз подряд, видно, для него это удар.

– Еще бы, тем более что с тех пор, как моя сестра его бросила, прошло не так много времени. Мы, Стюарты, умеем обращаться с мужчинами, правда? – Хэтти без особого энтузиазма принялась за ужин, хотя Джоан готовила великолепно. – Может, Бет знает его номер телефона, тогда я позвоню ему и извинюсь за свое сегодняшнее поведение. – И ненавязчиво поинтересуюсь, с кем это он был в кафе, мысленно добавила Хэтти.

– Ты должна не просто извиниться, а на коленях просить у него прощения!

– Джоан, ты ведь его даже не видела!

– Мне достаточно было услышать его обворожительный голос, и я пропала.

2

На следующий день, стоило Хэтти открыть дверь квартиры, как зазвонил телефон. Звонила мать.

– Привет, мама, я только что пришла. Я свободна и могу со спокойной душой ехать на свадьбу.

– Слава Богу! – Кэтрин Стюарт вздохнула с облегчением. – Как ты, дорогая? Устала?

– Есть немножко. А как вы? Все в заботах?

– Ничего подобного, невеста на седьмом небе, порхает, не чуя под собой земли. Салли, правда, волнуется, у нее в самом разгаре экзамены.

– Неужели она боится провалиться? Она же у нас в семье самая умная. – Хэтти невесело рассмеялась. – Салли достался ум, Бет – красота, а мне, бедняжке...

– А ты, «бедняжка», самая сексапильная. Хэтти оторопела.

– Правда?

– Уж поверь мне. Так когда ты приезжаешь?

– Пока точно не знаю, позвоню перед выездом. Неделя оказалась тяжелее, чем я представляла, завтра хочу отоспаться как следует, потом наведаюсь к парикмахеру. Думаю, где-то в середине дня буду у вас. Мама, ты только не переутомляйся. Невеста может подойти к телефону?

– Передаю ей трубку, дорогая. До завтра. Услышав радостный голос сестры, Хэтти с завистью подумала, как же это прекрасно – любить кого-то всем сердцем и сознавать, что твое чувство взаимно. Задумавшись, она пропустила мимо ушей слова сестры и поспешила переспросить:

– Прости, Бет, что ты сказала?

– В чем дело, почему ты меня не слышишь?

– Я немножко устала, но ты не волнуйся, в день твоей свадьбы я буду в форме. – Хэтти помолчала. – Бет, наверное, мой вопрос покажется тебе странным, но ты случайно не знаешь номера телефона Фредо Пачини? Я имею в виду его лондонский номер. Представляешь, он в Англии! Вчера я наткнулась на него в кафе неподалеку от нашей студии.

– Кстати, что это за история? Он позвонил мне и рассказал, что, едва заметив его, ты тут же бросилась прочь. По-моему, Фредо обиделся.

Даже странно, что он попросил твой телефон. Он не звонил вчера вечером?

– Да, звонил, только я не стала с ним разговаривать.

– Это еще почему? – изумилась Бет. – Мне казалось, он тебе нравится.

– Нравится. – Хэтти вздохнула и объяснила ситуацию с контрактом.

– Как неудачно получилось, Хэтти! К сожалению, я не знаю его номера телефона, знаю только, что у Фредо есть друг в Лондоне и он у него иногда останавливается.

– Жаль, я хотела позвонить Фредо, извиниться и все объяснить.

– Можешь не стараться, все равно ты с ним увидишься в воскресенье. Я пригласила его на свадьбу.

– Не может быть! И он принял приглашение? А что скажет по этому поводу Джефф? Он не возражает, что на вашей свадьбе будут околачиваться твои бывшие любовники?

– Во-первых, всего один, – уточнила Бет, – а во-вторых, Фредо никогда не был моим любовником, и ты это прекрасно знаешь. Он спросил, как у меня дела, я ответила, что выхожу замуж в это воскресенье, он стал меня поздравлять... Короче, мне показалось невежливым не пригласить Фредо. Но, честно говоря, я не ожидала, что он примет приглашение.

– Джефф не против?

– Наоборот, обеими руками за.

Хэтти хмыкнула.

– Понимаю, ему хочется посмотреть, как Фредо будет скрежетать зубами от злости, когда ты станешь законной супругой Джеффа Ретленда.

– Вот именно. – Бет рассмеялась. – Но все равно, Хэтти, попытайся уладить недоразумение с Фредо, он мой хороший друг, и мне не хочется, чтобы он чувствовал себя обиженным. Ах он бедняжка, представляю, как его поразило твое поведение! Обычно женщины бегают за ним, а не от него!

Как всегда, в субботу дороги были забиты машинами, и путь в Уилтшир показался Хэтти очень длинным. Когда наконец впереди показался знакомый шпиль средневекового собора, она вздохнула с облегчением: до Фоксхолла осталось несколько миль. И вот она проехала в каменную арку подъездных ворот, миновала бывший домик садовника, где теперь хозяйничает Салли; и обогнула дом, чтобы поставить машину на посыпанную гравием площадку.

Недовольная тем, что никто не поспешил ей навстречу, Хэтти посигналила, вышла из машины и направилась к дому. Через лужайку к ней вприпрыжку бросилась шестнадцатилетняя Салли, вокруг которой скакал рыжий сеттер. Чуть позже показалась и Бет в шортах защитного цвета, в легкой футболке без рукавов и в стареньких кроссовках. Ее густые волосы цвета полированной меди были собраны в хвост.

– Привет, Бет! – окликнула Хэтти. – Что-то ты не похожа на невесту. – Она обняла Салли и погладила пса, радостно вилявшего хвостом. – А где все?

– А папа повез маму к парикмахеру, – ответила Бет, разглядывая новую прическу сестры. – Салли очень ждала тебя, даже не могла заниматься. Вот мы и пошли прогуляться с собакой и поиграть с ней в мячик. Мне нравится твоя прическа.

– Правда? – Хэтти с облегчением улыбнулась. – Я слишком поздно сообразила, что нужно было посоветоваться с тобой, ведь это твоя свадьба. Но мне ужасно надоело ходить с детскими локонами до плеч, и я решила придумать что-нибудь пооригинальнее.

– Папа не одобрит, – со смехом вмешалась в разговор сестер Салли, – но мне нравится, как челка спадает на один глаз. Ужасно сексуально. Ладно, ты устала с дороги. Пойдем выпьем чаю.

– А ты, насколько я понимаю, не удосужилась побывать у парикмахера, – заметила Хэтти, входя вместе с сестрами в прохладный холл.

– Ты права, я просто вымою голову и уложу волосы как обычно, тем более что с моей непослушной гривой никакой парикмахер не справится. Я хочу быть похожей сама на себя.

– Думаю, и Джефф этого хочет, ведь он любит тебя такой, какая ты есть.

– Знаю, мне с ним несказанно повезло!

– Джеффу тоже повезло, – пробурчала Хэтти. – Кажется, кто-то обещал напоить меня чаем.

– Мама предупредила, что ты наверняка пропустишь ланч, поэтому я приготовила тебе салат и припрятала несколько пирожков с грибами, чтобы Салли все не слопала.

– Ура, кокосовый кекс! – воскликнула ничуть не обидевшаяся на сестру Салли, заметив белоснежный кекс, накрытый стеклянным колпаком. – Можно мне кусочек? Ну пожалуйста, Бет!

– Какие у вас планы на сегодня? – поинтересовалась Хэтти, накладывая на тарелку салат.

– Джефф с родными обедает в Ньюбери, в отеле «Делмир», а у нас будет просто семейный ужин. – Бет сжалилась и отрезала Салли кусочек кекса. – Кстати, Фредо тоже остановился в «Делмире», если хочешь, можешь ему туда позвонить.

Хэтти поперхнулась и закашлялась. Отдышавшись, она встретилась взглядом со старшей сестрой.

– Думаешь, мне следует это сделать?

– По-моему, не помешает. Я не хочу, чтобы завтра на свадьбе гости дулись друг на друга.

Хэтти хотела возразить, но в это время вернулись родители, Филип и Кэтрин Стюарты. Хэтти встала, чтобы обнять родителей, Фил при виде ее новой прически ахнул и театрально схватился за сердце, вызвав дружный взрыв смеха, потом все заговорили разом, и Хэтти испустила довольный вздох: она дома.

После ужина старшие Стюарты уединились в библиотеке, Салли отправилась в свой домик заниматься, а Бет повела Хэтти смотреть свадебные подарки.

– Надеюсь, Джеффа не разочарует мой свадебный наряд, ведь у меня не будет длинного кружевного платья, фаты и всяких таких вещей, – заметила Бет, вертя в руках хрустальную вазу.

– Конечно, не разочарует! – с жаром поддержала сестру Хэтти. – У тебя такое красивое платье! А что ты в конце концов решила насчет прически?

– Сначала я вообще не хотела делать никакой прически, но, когда папа упомянул об аукционе ювелирных изделий, который будет проходить в Ньюбери, Джефф загорелся идеей купить мне свадебный подарок. И купил! Старинный гарнитур – брошь и сережки в виде жемчужных бусинок на тонких золотых цепочках. Брошь я пришила на атласную ленту и завтра прикреплю к волосам – получилось изумительно! Вот, посмотри сама. – Бет развернула тонкую оберточную бумагу, достала ленту и приложила к волосам. – Ну как?

– Отлично! А теперь надень сережки, я хочу взглянуть, как все будет смотреться вместе.

Бет открыла ящик туалетного столика, потом другой и запаниковала.

– Хэтти, их здесь нет! Джефф брал их, чтобы отвезти к ювелиру, нужно было укрепить некоторые жемчужины, а обратно не вернул. И я узнаю об этом в субботу вечером! Вдруг он вообще забыл их у ювелира? – Из глаз Бет брызнули слезы. – Я так хотела, чтобы на моей свадьбе все было безупречно...

Хэтти немного растерялась: обычно сестра не так легко ударялась в слезы.

– Ну-ну, не расстраивайся. Позвони ему прямо сейчас и спроси.

– Это нехорошо, так не полагается, – всхлипывая, причитала Бет. – Это дурная примета...

– Тогда я позвоню. Могу даже за ними съездить. – Хэтти протянула сестре носовой платок. – Ну успокойся, что с тобой? Я тебя не узнаю!

– Извини. Наверное, это все нервы. – Бет высморкалась и вдруг улыбнулась счастливой улыбкой. – Ты умеешь хранить тайны? Маме я ничего не говорила, чтобы лишний раз не волновать... Вообще-то я еще никому не сказала, даже Джеффу, но сегодня у меня уже не осталось сомнений: я беременна.

Хэтти бросилась обнимать сестру.

– Здорово! Когда же ты поделишься радостью с Джеффом?

Бет лукаво улыбнулась.

– Думаю, я скажу ему завтра вечером. Поздно вечером. Когда мы останемся одни в номере для новобрачных. Это будет что-то вроде дополнительного свадебного подарка.

Хэтти хихикнула, потом, посерьезнев, подошла к телефону.

– Ладно, не будем терять времени. Я сейчас позвоню жениху. Обещаю, сережки будут у тебя, даже если ради этого Джеффу придется поднять ювелира с постели среди ночи.

Но оказалось, что крайние меры не потребуются, Джефф забрал серьги от ювелира еще вчера, но просто забыл передать их Бет. Хэтти пожурила его за рассеянность, сказав, что он, видно, от счастья совсем голову потерял. Джефф порывался немедленно ехать в Фоксхолл, но Хэтти его остановила, объяснив, что Бет запретила ему переступать порог ее дома вплоть до самой свадьбы.

– Джефф, не суетись, я сама приеду и заберу серьги. – Она подмигнула Бет. – Но до твоей квартиры ехать далековато, будь другом, давай встретимся где-нибудь в центре. Например, в отеле «Делмир», в баре. Думаю, я доберусь минут за сорок. Договорились. Хорошо, я ей передам.

– Ты решила убить двух зайцев? – догадалась Бет.

Хэтти вздохнула.

– Попытаюсь. Чего только не сделаешь ради сестры. Ты ведь хочешь, чтобы завтра все было безупречно? Так что я заберу твои серьги и заодно помирюсь с твоим бывшим. Но предупреждаю: если я когда-нибудь соберусь выходить замуж, уж я придумаю тебе задание потруднее!

– Все, что угодно! – с готовностью пообещала Бет.

– Ловлю на слове. Джефф просил передать, что он тебя любит. – Хэтти посмотрела и черкало на свою блузку без рукавов и бежевые льняные брюки. – Как думаешь, ничего, если я так и поеду, только надену жакет?

– Немного подкрасься и надень туфли на шпильках. – Бет усмехнулась и поцеловала кончики пальцев. – До знакомства со мной Фредо обожал сексапильных блондинок. Стоит ему тебя увидеть, как он растает.

И, возможно, поделится сведениями о интересующем меня таинственном незнакомце, подумала Хэтти. Она была даже рада возможности уехать из дому, где чувствовала какое-то странное беспокойство, ей не сиделось на месте. Наверное, это предстоящая свадьба старшей сестры на нее так подействовала.

Ведя машину по направлению к Ньюбери, Хэтти размышляла о своей жизни. До недавнего времени ей казалось, что если у нее и возникнут с каким-то мужчиной серьезные отношения, то это произойдет нескоро, в неопределенном будущем. Но с тех пор, как Бет и Джефф воссоединились, она стала ощущать какую-то смутную неудовлетворенность жизнью, а легкие, ни к чему не обязывающие отношения с противоположным полом, которые Хэтти предпочитала до сих пор, вдруг утратили прежнюю привлекательность. Случайная встреча в кафе со смуглым красавцем породила в ее душе острую тоску: Хэтти вдруг захотелось испытать чувства, которые связывали Бет и Джеффа. Впрочем, в обозримом будущем это вряд ли возможно, с раздражением думала Хэтти, сворачивая на подъездную дорожку отеля «Делмир».

К счастью, пока она шла от машины до бара, Фредо Пачини ей не попался, зато высокую фигуру Джеффа она заметила сразу. Жених Бет ждал ее возле стойки, от нечего делать болтая с барменом. Увидев Хэтти, он улыбнулся, шагнул к ней навстречу и обнял ее.

– Привет, Хэтти. – Потом отстранился, оглядел ее и восхищенно заметил: – Отличная стрижка, тебе идет.

– Рада, что тебе понравилось.

– Ты смотришься ужасно аппетитно, жаль, что я уже сделал предложение другой, – пошутил Джефф. – Что будешь пить?

– Только апельсиновый сок, ведь я за рулем. Джефф сделал заказ. Потом наклонился поближе к Хэтти и доверительно спросил:

– Расскажи, как она?

– Немного разволновалась, когда не обнаружила сережек на месте, но в остальном все в порядке, честное слово. – Хэтти с удовольствием отпила из стакана прохладный апельсиновый сок, думая о тайне, которой поделилась с ней сестра. – А как чувствует себя жених?

– Страшно волнуюсь, Бог его знает почему, ведь я мечтал жениться на Бет с того самого дня, когда впервые ее увидел.

– Я знаю. – Хэтти допила сок. Она и сама немного нервничала, но совсем по другой причине. Ей хотелось, чтобы Джефф поскорее ушел и дал ей возможность найти Фредо, извиниться перед ним и забыть о вчерашнем инциденте. – Спасибо, Джефф. Давай сережки, мне надо бежать.

– К чему такая спешка? – удивился он. – Мои родители надеялись, что ты поужинаешь с нами. Они скоро подъедут.

– Как-нибудь в другой раз. Извини, но я хочу поскорее вернуться к Бет. Невеста не может спокойно лечь спать, пока не удостоверится, что сережки на месте. Передай своим привет от меня.

Джефф нахмурился.

– Хэтти, скажи честно, ты со мной откровенна? Ты ведь не станешь от меня скрывать, если что-то случится?

Хэтти снисходительно рассмеялась и потрепала Джеффа по щеке.

– Даю слово скаута, невеста ждет не дождется минуты, когда ты наконец поведешь ее к алтарю. Но сегодня нам всем нужно лечь спать пораньше, да и тебе не помешает.

Хэтти бережно спрятала в сумочку коробочку с сережками, которую вручил ей Джефф.

– Спасибо тебе, Хэтти, ты очень преданная сестра. – Он обнял ее за плечи. – Будь осторожна на дороге.

– Непременно. Не провожай меня, мне еще нужно зайти в дамскую комнату перед тем, как двигаться в путь.

У дверей бара они расстались. Хэтти поспешила в дамскую комнату, чтобы освежить макияж, а затем отправиться на поиски Фредо Пачини. Однако искать его не пришлось. Когда Хэтти, подкрасив губы и поправив прическу, вернулась в вестибюль, Фредо уже ждал ее. И он был не один. Сердце Хэтти пропустило удар, а потом понеслось вскачь. Кровь устремилась по венам с такой скоростью, что Хэтти почувствовала легкое головокружение. Рядом с Фредо стоял тот самый незнакомец из кафе.

Оба в светлых льняных костюмах, оба смуглые и темноволосые, мужчины были в чем-то похожи, только Фредо немного ниже ростом. Темные глаза незнакомца поймали взгляд Хэтти и удерживали какой-то неведомой силой. Пока она, впервые в жизни потеряв дар речи, словно завороженная молча взирала на этого мужчину, уголки его чувственных губ слегка дрогнули в улыбке.

– Фредо, ты нас не познакомишь? – сказал он наконец низким глубоким голосом с хрипотцой.

От этого голоса и от очаровательного легкого итальянского акцента сердечко Хэтти забилось еще быстрее.

– Да, пожалуй, пока она снова не сбежала, – ответил Фредо, переводя взгляд со своего спутника на Хэтти. – Мисс Харриетт Стюарт, позвольте вам представить моего брата, Марио Пачини.

В ответ на невнятное приветствие Хэтти Марио Пачини взял ее руку и поднес к губам. Смущенная Хэтти поспешила отдернуть руку и усилием воли переключила внимание на Фредо. Не считая мимолетной встречи в кафе, она видела его только однажды, в этом же самом отеле, когда присутствовала в качестве третьей лишней за обедом, на котором ее сестра объявила Фредо, что не любит его. Как ни странно, тогда они неплохо провели вместе около часа, пока за Бет не приехал Джефф. Несмотря на крайне неблагоприятные для него обстоятельства, Фредо был тогда с Хэтти мил и обходителен, однако сегодня в его взгляде, в тоне, даже в жестах сквозила враждебность.

– Рада снова вас видеть, Фредо. – Хэтти подала ему руку. – Как поживаете?

Пожав руку, он сдержанно кивнул и без улыбки ответил:

– Хорошо. А вы?

– Спасибо, у меня тоже все хорошо. Я приехала сюда по поручению Бет. – Повернувшись к Марио, Хэтти пояснила: – Бет – моя сестра.

– Я знаком с вашей сестрой.

И Бет ни разу о нем даже не упомянула! – возмущенно подумала Хэтти.

– Как поживает невеста? – поинтересовался Фредо. – Как всегда прекрасна?

– Даже прекраснее, чем всегда.

В глазах Фредо что-то вспыхнуло и погасло.

– Ах да, конечно. Вы знаете, что я приглашен на свадьбу?

– Бет мне сказала, но, признаться, я была удивлена, что вы приняли приглашение, – честно призналась Хэтти.

Фредо пожал плечами.

– Ну отчего же не принять, раз уж я все равно оказался в Англии. Тем более на воскресенье мой партнер по бизнесу взял тайм-аут...

– Так это деловая поездка? Прошу прощения, но я забыла, чем вы занимаетесь.

– Мы занимаемся гостиничным бизнесом, – ответил за брата Марио. – Мисс Стюарт, выпьете с нами?

– Очень жаль, но я не могу. – Хэтти действительно сожалела. – Мне еще нужно возвращаться домой, я за рулем.

– Мы видели вас с женихом Бет, – сообщил Фредо, и в его глазах опять блеснула злоба, причины которой Хэтти не понимала. – Но он исчез куда-то раньше, чем мы успели его поздравить.

– Я приехала за сережками Бет. Так получилось, что они остались у Джеффа, а Бет должна надеть их завтра на свадьбу.

– И что, никто, кроме вас, не мог поехать? Отец, к примеру?

Хэтти насторожилась – ей не понравился тон Фредо.

– Он предлагал, но у меня были и свои причины поехать.

– Ну конечно, я понимаю, – согласился Фредо, уже не скрывая сарказма.

– Хватит, Фредо! – вмешался Марио. – Возвращайся в номер, а я провожу мисс Стюарт до машины.

Фредо с явной неохотой подчинился и холодно кивнул Хэтти.

– Передайте Бет мои наилучшие пожелания. До свидания.

И ушел, так и не дав Хэтти возможности извиниться за ее поведение, в кафе.

– Я должна ему кое-что объяснить, – пробормотала Хэтти, порываясь броситься за Фредо, но Марио удержал ее за руку.

– Оставьте его.

– Но он явно на меня дуется, я должна извиниться за то, что сбежала от него в кафе. – Хэтти старалась не замечать, что кожу, в том месте, где ее касались пальцы Марио, жгло будто огнем.

– Фредо, как вы выразились, на вас дуется не потому, что один его вид обратил вас в бегство. Он считает, что вы влюблены в жениха Элизабет, и ему это не нравится, – пояснил Марио по дороге к машине.

Хэтти остановилась и ошеломленно уставилась на него.

– С чего он взял?

Марио пожал плечами.

– Фредо уверен, что вы приехали сегодня затем, чтобы еще разок встретиться со своим любовником, прежде чем тот будет потерян для вас навсегда, так как женится на вашей сестре.

Хэтти резко высвободила руку, ее изумление сменилось возмущением.

– Какая чушь!

– Неужели?

– Конечно! А вы что, сомневаетесь?! – Хэтти посмотрела ему в глаза. – Послушайте, синьор Пачини, я примчалась сюда исключительно потому, что это было нужно моей сестре... ну и чтобы объяснить Фредо, почему в кафе повела себя невежливо.

– Возможно, так оно и есть, но, думаю, заблуждение Фредо легко объяснить. Мы оба видели, как вы обнимали жениха своей сестры.

– Ну и что? Мы и не собирались прятаться, потому что нам скрывать нечего! А обвинения вашего брата просто оскорбительны! И ваши тоже. Всего хорошего, синьор Пачини.

Хэтти развернулась и решительно зашагала к машине, совершено не глядя под ноги. Из-под острого каблука выскользнул камешек, нога подвернулась, Хэтти потеряла равновесие и рухнула на четвереньки. Марио в мгновение ока оказался рядом с ней и поднял ее на ноги.

– Вы ушиблись?

– Ничего страшного, пострадало только мое достоинство, – пробурчала Хэтти, покраснев до корней волос от стыда за собственную неуклюжесть.

– Осторожно, вы могли повредить щиколотку, – серьезно сказал Марио. Он наклонился и бережно ощупал пальцами ступню Хэтти. – Обопритесь на меня.

Хэтти покорно позволила ему надеть на нее слетевшую при падении туфлю, но, когда Марио взял ее за руку, невольно вскрикнула. Он пробормотал какое-то итальянское ругательство и посмотрел на ее кровоточащие ладони.

– Давайте вернемся в отель, необходимо промыть царапины.

– Нет-нет, не нужно, прошу вас! – смущенно запротестовала Хэтти. – Со мной все в порядке, честное слово.

– Вы не сможете вести машину. Далеко вам ехать?

– До дома моих родителей примерно миль двадцать.

– В таком случае, я вас отвезу. Свою машину вы оставите здесь, а потом ее кто-нибудь вам пригонит.

– Ну уж нет!

– Посудите сами, вы не в состоянии держать руль – у вас же ладони содраны! Вам не приходило в голову, что если вы попадете в аварию, то испортите сестре день свадьбы?

Мысль, что Марио заботится в первую очередь не о ней, а о Бет, почему-то неприятно кольнула Хэтти.

– Не упрямьтесь, – увещевал он, – пойдемте со мной, я попрошу портье принести антисептик и бинты.

Двадцать минут спустя Марио Пачини сидел за рулем машины, которую взял напрокат на время пребывания в Англии, и вез строптивицу к ее родителям. Некоторое время ехали молча, потом он повернулся к Хэтти и спросил:

– Как ваши руки? Болят?

– Немного, – пробормотала Хэтти, все еще ощущавшая неловкость от суеты, которую поднял персонал отеля вокруг ее мелких ссадин.

– Может, позвонить Элизабет и объяснить, почему вы задержались? – предложил Марио, когда они проезжали мимо автозаправочной станции.

– Спасибо, не стоит. Бет все равно не ждет меня так рано.

Хэтти смотрела в окно, проклиная судьбу: надо же такому случиться, она все-таки познакомилась с загадочным спутником Фредо, но оказалось, что тот решил, будто она способна желать жениха родной сестры! Хэтти буквально кипела от негодования. В другой ситуации она наслаждалась бы идиллическими пейзажами, однако, сидя в машине, которую вел Марио Пачини, чувствовала что угодно, только не умиротворение. Хэтти терзала взрывоопасная смесь негодования и сексуального волнения.

– Так почему вы сбежали из кафе? – спросил вдруг Марио, и Хэтти вздрогнула от неожиданности. – Вы ведь понимали, что я хочу с вами познакомиться, неужели эта перспектива показалась вам отталкивающей?

Хэтти с вызовом вздернула подбородок.

– Вы тут совершенно ни при чем, я сбежала даже не из-за Фредо, а из-за Ричарда Барлоу.

– Барлоу? Друга Фредо? – Марио нахмурился. – Я вас не понимаю.

Хэтти в который раз за последние три дня принялась объяснять ситуацию. Марио внимательно выслушал, бросил на нее долгий взгляд и снова переключил все внимание на дорогу.

– Но это не объясняет, почему вчера вечером вы отказались говорить со мной по телефону.

– Так это были вы? – удивилась Хэтти.

– Разве подруга вам не сообщила, кто звонил? Она сказала, что у вас мигрень, это правда?

– Нет, – еле слышно ответила Хэтти. Ее поразило, что их мимолетной встречи в кафе, которую и встречей-то нельзя было назвать, оказалось достаточно, чтобы Марио узнал, кто она, и сам позвонил. – Джоан сказала, что звонит синьор Пачини, естественно, я предположила, что это Фредо. Мне не хотелось с ним разговаривать, я чувствовала себя неловко.

– А если бы вы знали, что звонил я, то подошли бы к телефону? – с каким-то вызовом спросил Марио.

Подумав немного, Хэтти честно призналась:

– Не знаю.

– Понятно.

– Вряд ли вам понятно! – заволновалась Хэтти и принялась сбивчиво объяснять: – Я хочу сказать, что, если бы я знала, что это вы, мне бы захотелось с вами поговорить, но я боялась лишний раз перемолвиться словом с человеком, который общается с нашим конкурентом.

Марио посмотрел на нее и вдруг улыбнулся. В его улыбке было столько нескрываемого торжества, что у Хэтти захватило дух.

– Ага! Так-то лучше!

Она резко отвернулась, испуганная реакцией своего тела на его улыбку – всего лишь улыбку! Только мили через две Хэтти удалось взять себя в руки. Когда наконец показались знакомые ворота, она не знала, радостно ей или грустно оттого, что маленькое путешествие в компании Марио окончено. Чтобы не волновать понапрасну родителей и Бет, Хэтти попросила Марио подъехать к домику садовника.

– Это владения моей младшей сестры Салли, ~ пояснила она, когда Марио остановил машину.

Она попыталась отстегнуть ремень безопасности, но с забинтованными кистями рук это оказалось не так просто сделать.

– Позвольте мне.

Марио наклонился к ней, чтобы расстегнуть ремень, и его лицо оказалось в нескольких дюймах от лица Хэтти. Она затаила дыхание, глядя на чеканный профиль, словно сошедший со старинной монеты, и на длинные густые ресницы. Она застыла подобно изваянию, а сердце в ее груди ухало, как молот. Хэтти даже испугалась, что Марио заметит ее состояние, но он как ни в чем не бывало, отстегнув ремень, вышел из машины, чтобы распахнуть дверцу и помочь Хэтти выйти.

– Берегите руки. Вам не дали обезболивающее?

– Нет, оно мне и не нужно, я нормально себя чувствую, – солгала Хэтти.

То есть в обезболивающем она действительно не нуждалась, это правда, но что до второго утверждения... Ее состояние было настолько далеким от нормального, что она испытала огромное облегчение, когда из домика вышла Салли.

– Привет, сестренка. – Салли с любопытством покосилась на незнакомого мужчину. – А где твоя машина?

– Я оставила ее возле отеля «Делмир». Хэтти представила Салли своего спутника, и Марио объяснил:

– Ваша сестра поранила руки, поэтому я отвез ее домой.

– Как тебя угораздило пораниться, Хэтти?! Подожди, я сама догадаюсь. Как обычно, виноваты твои высоченные каблуки.

– Мне под ногу попался камешек, – буркнула Хэтти. – Так что завтра тебе придется съездить в Ньюбери за моей машиной.

– Запросто. А пока, сестренка, пригласи Марио в дом, познакомь его с родителями. Я как раз собиралась попросить маму приготовить что-нибудь перекусить.

Вопросительно посмотрев на Хэтти, Марио повернулся к Салли.

– Вы очень добры, мисс, но я не хочу вам мешать, сегодня у вашей семьи особенный вечер.

Когда стало ясно, что Марио не собирается немедленно садиться в машину и уезжать, Салли понимающе подмигнула сестре, попрощалась с гостем и пошла искать, чем бы подкрепиться. Молчание, установившееся после ее ухода, затягивалось. Наконец Хэтти сказала:

– Спасибо, что привезли меня домой.

– Всегда рад помочь. – Марио тронул ее за локоть. – Харриетт, я чувствую, что вы на что-то рассердились.

– – Вы на редкость догадливы, – процедила Хэтти, стряхивая его руку и отступая на шаг.

– В чем дело? – Марио шагнул к ней, снова сокращая расстояние между ними.

– И вы еще спрашиваете? – Хэтти вздернула подбородок. – По-моему, это очевидно. Мне не нравится, когда меня подозревают в аморальном поведении, пусть даже почти незнакомые люди.

– Ах вот оно что! – Марио посмотрел ей в глаза. Хэтти уже привыкла к его способности удерживать ее взгляд. – Мы возвращаемся к теме жениха вашей сестры. Вы продолжаете настаивать, что не любите его?

– Ну почему же, напротив, я очень люблю Джеффа, – непринужденно заметила Хэтти, ощутив мстительное удовольствие при виде вспышки гнева в темных глазах Марио.

– Так вы в этом признаетесь?

– Только вам, – вкрадчиво проговорила она. – Считается, что легче открыть душу незнакомому человеку, вот я и открыла вам свою тайну, синьор Пачини.

– Значит, Фредо был прав, – мрачно заключил Марио. – Он подозревал это еще с первой встречи с вами. Но неважно, я заставлю вас передумать. – В его улыбке было СТОЛЬКО высокомерия, что каждый нерв Хэтти затрепетал от негодования. – Я поклялся себе в этом в ту минуту, когда увидел вас впервые.

– Но вы же не знали, кто я.

Он подошел еще ближе.

– Знал.

Хэтти уставилась на него во все глаза.

– Не может быть! Я не понимаю...

– Лжете, Харриетт.

Одной рукой Марио некрепко взял ее за запястье, лениво поглаживая большим пальцем место, где бился предательски зачастивший пульс. Хэтти высвободила руку.

– Нет, не лгу. Объясните, что вы имеете в виду. Мы что, где-то встречались?

– Только в моих мечтах. – Он улыбнулся. – Но теперь, мисс Харриетт Стюарт, я наконец вижу вас во плоти и, поверьте моему слову, заставлю вас забыть обо всех мужчинах, которых вы знали до этого дня, включая будущего мужа сестры. Я запрещаю вам смотреть на него с вожделением.

– Что-о? Вы? Мне? Запрещаете? Да как вы смеете мной командовать! – Хэтти отчаянно пыталась скрыть под маской гнева охватившее ее возбуждение. – Мы даже не знаем друг друга, а вы решили, что можете говорить со мной, как...

– Зачем вы обрезали свои роскошные волосы? – огорошил ее вопросом Марио.

Хэтти растерянно заморгала.

– Но... я же не наголо остриглась.

– Вы выглядите почти как мальчишка.

– Ничего подобного! Я не похожа на мальчишку!

– Я сказал «почти». – Взгляд Марио неспешно прошелся по всей ее ладной фигурке и задержался у треугольного выреза жакета. – Вы вся сотканы из противоречий. Носите брюки, коротко стрижетесь и в то же время надеваете очень женственные туфли на шпильках и жакет, покрой которого подчеркивает вашу грудь. Почему вы не можете просто наслаждаться тем, что вы женщина, красивая и желанная? – После многозначительной паузы он добавил: – И не мечтать о мужчине, который вам больше недоступен.

Хэтти ахнула. Нужно было внести ясность, и поскорее, с минуты на минуту могли появиться ее родители, которые наверняка попытаются заполучить Марио в гости.

– Не знаю, зачем я говорю это человеку, с которым познакомилась меньше часа назад, но я вовсе не мечтаю о Джеффе, как вы изволили выразиться, – начала она, сдерживая досаду. – Но я все-таки скажу. С Джеффом мы знакомы очень давно, и я его люблю, это правда, но люблю как брата. – Она посмотрела Марио в глаза. – Так что давайте считать это простым недоразумением и забудем о нем, хорошо? Я пожала бы вам руку, да не могу, ладони еще болят.

Он кивнул, заметно расслабившись.

– Хорошо, мы больше не будем об этом говорить. И раз уж мы не можем пожать друг другу руки, как это принято у вас, англичан, – он улыбнулся, и в его глазах заплясали смешинки, – предлагаю попрощаться по-итальянски.

И Марио привлек Хэтти к себе и поцеловал в раскрасневшиеся щеки. Потом, ненадолго отстранившись, посмотрел на нее уже без улыбки, с какой-то даже беспомощностью и, пожав плечами, вдруг приник к ее губам долгим поцелуем. Наконец Марио поднял голову, прищурившись всмотрелся в ошеломленное лицо Хэтти и хрипло прошептал:

– Простите, это было нечестно с моей стороны.

– Н-нечестно? – пролепетала она.

– Нечестно воспользоваться вашей беспомощностью. Но я просто не мог удержаться. – Он улыбнулся. – Поскольку завтра мы не можем встретиться, скажите, когда вы возвращаетесь в Лондон.

– Я пока не возвращаюсь в Лондон, я некоторое время погощу здесь.

– Тогда я тоже останусь.

Хэтти молча воззрилась на него.

– Вы против? – спросил Марио с напряжением в голосе.

– Дело не в этом, я вас не знаю, просто мне не верится, что вы, увидев меня один раз, вдруг решили...

– Что я вас хочу, – закончил за нее Марио. Хэтти вспыхнула.

– Вы всегда так прямолинейны с женщинами? Или во Флоренции все мужчины такие?

Марио небрежно пожал плечами.

– Мне все равно, как ведут себя другие мужчины, будь то во Флоренции или в Лондоне. Но вы мне не ответили, Харриетт, когда вы будете свободны? Или я неправильно спрашиваю? Может, мне следует умолять вас о встрече? Подскажите, иногда мне не хватает английских слов. Или вы хотите сказать, что не желаете меня больше видеть?

Хэтти опустила глаза и глухо пробормотала:

– Нет, этого я не скажу.

Марио приподнял ее голову за подбородок и триумфально улыбнулся.

– Тогда завтра, после свадьбы. Вы поужинаете со мной?

Хэтти замотала головой.

– Не получится, я должна побыть с родственниками.

– Тогда в понедельник.

– Вы задержитесь до понедельника?

Марио склонился к ее уху и прошептал, щекоча дыханием кожу:

– А вы в этом сомневаетесь?

Он поднял голову, посмотрел Хэтти в глаза, потом быстро привлек ее к себе и снова поцеловал. На этот раз поцелуй был не нежным, а страстным, Марио властно раздвинул ее губы, его язык ворвался в рот Хэтти, а она, вместо того чтобы оттолкнуть его, ответила на поцелуи, с восторгом уступая страстному напору Марио. Она забыла обо всем, для нее не существовало ничего, кроме наслаждения, которое дарил ей поцелуй Марио. Однако звук чьих-то шагов вернул ее к действительности, и Хэтти отпрянула от него, тяжело дыша.

Марио повернулся навстречу Бет и улыбнулся. Хэтти с удовлетворением отметила, что он тоже дышит учащенно.

– Добрый вечер, Элизабет, прошу прощения за визит без приглашения.

– Марио! Рада вас видеть! А я думала, Салли что-то напутала. Фредо мне не говорил, что вы юже в Англии.

– Я прилетел недавно. Фредо был здесь по делам, сейчас гостит у друга, но сразу после нашей свадьбы вернется во Флоренцию, а я еще немного задержусь, хочу осмотреть окрестности, у вас здесь очень красиво. – Марио покосился на Хэтти, и она снова покраснела. – Как видите, Элизабет, мне посчастливилось познакомиться с вашей сестрой.

– В таком случае, заходите и познакомьтесь с остальными членами моей семьи, – предложила Бет.

Марио покачал головой и с улыбкой отказался:

– Не хочу вам мешать. Все-таки последний вечер перед свадьбой...

Бет переглянулась с сестрой и заискивающе улыбнулась Марио.

– Марио, не считайте себя обязанным принимать приглашение, если вы откажетесь, я не обижусь, но раз я пригласила на свадьбу Фредо, может, и вы придете? Мои родные будут рады видеть вас на свадьбе. Правда, Хэтти?

Хэтти молча кивнула.

Марио несколько мгновений всматривался в ее лицо, затем, по-видимому удовлетворенный тем, что увидел, кивнул и улыбнулся Бет.

– Благодарю вас, вы очень любезны. С удовольствием принимаю ваше приглашение. Значит до завтра. Спокойной ночи!

Он галантно поклонился и пошел к машине. После отъезда Марио Бет обняла сестру за плечи, и они медленно пошли к дому.

– Ну-ка, сестренка, рассказывай, что ты натворила? – с притворной строгостью напустилась на нее Бет. – Родители послали меня пригласить Марио в дом, но, когда я увидела, что он тебя целует, мне, как ты понимаешь, пришлось спешно отступить. Я немного пождала за дверью, но потом он снова начал тебя целовать, и мне стало ясно, что в обозримом будущем вы сами не остановитесь. Пришлось вас прервать, прости.

Хэтти покраснела, наверное, в сотый раз за вечер.

– Ничего я не натворила, просто упала и поранила руки, поэтому Марио вызвался отвезти меня домой.

– И, насколько я могу судить, получил от этого огромное удовольствие. Конечно, его я знаю не так хорошо, как Фредо...

– Догадываюсь, – перебила сестру Хэтти, – ведь ты о нем никогда не упоминала.

– Мы с ним нечасто встречались. В отличие от брата он не ведет активную светскую жизнь. Фредо даже говорил, что после женитьбы Марио превратился в затворника.

– Так он женат?

Хэтти застыла на месте как вкопанная. Казалось, мир рушится.

– Лючия умерла года три назад, – поспешила уточнить Бет, и Хэтти снова вернулась к жизни. – Для Марио это было страшным потрясением. Я точно не знаю, но, кажется, он женился очень рано. По-моему, Фредо просто благоговеет перед старшим братом. – Она хитро покосилась на Хэтти. – Впрочем, сейчас Марио не очень-то похож на скорбящего вдовца.

– Он меня ошеломил, – пробормотала Хэтти. Бет усмехнулась.

– Это заметно, ты до сих пор в шоке. Пойдем скорее в дом, кажется, ты замерзла. Мама посмотрит, что у тебя с руками, а я пока приготовлю тебе горячее питье. – Она резко остановилась. – Кстати, надеюсь, за всеми этими потрясениями ты не забыла серьги?

3

Бет не пожелала превращать свою свадьбу в пышное торжество, ей хотелось, чтобы банкет напоминал прием в саду при лондонском особняке родителей Джеффа, который те устраивали пять лет назад по случаю их первой помолвки с Джеффом, окончившейся неудачно.

– Только на этот раз, – сказала Бет, объявляя о своих планах, – мы будем праздновать не помолвку, а свадьбу, и все пройдет отлично. В день нашей свадьбы будет светить солнце, а мы будем жить долго и счастливо.

Насчет погоды Бет не ошиблась: с самого утра светило солнце, легкий ветерок дул как раз в меру, только чтобы смягчить жару. Сразу после завтрака кухню отдали в полное распоряжение поваров и официантов, нанятых для организации банкета, а семейство Стюарт перебралось в домик Салли.

– Ну как, Бет, успела утром заловить еще каких-нибудь гостей? – невинно поинтересовалась Салли за ранним ланчем.

– Нахалка! Правда, вчера вечером, когда я узнала, что Марио Пачини в Англии, мне показалось, что просто грех не пригласить его на свадьбу. Надеюсь, мама, ты не против?

– Нет, конечно. К тому же с его стороны было очень любезно подвезти Хэтти домой. Дорогая, – она повернулась к средней дочери, – как ты ухитрилась упасть?

– Полагаю, все дело в убийственных каблуках, – ворчливо ответил за дочь Фил. – Надеюсь, в церковь ты наденешь что-нибудь менее опасное для жизни?

– Ей придется, – вмешалась Салли, – сегодня на высоких каблуках буду я, а Хэтти придется стать пониже ростом, чтобы мы сравнялись.

Салли была самой малорослой из сестер, и очень переживала по этому поводу.

– Тогда уж ты постарайся не упасть со своих каблуков, малявка, – шутливо посоветовал отец.

Салли состроила ему гримаску.

– Успеешь еще нагуляться на каблуках, – заверил Фил, с нежностью глядя на девочку. Посмотрев на тарелку старшей дочери, он нахмурился. – Бет, ты совсем не ешь, так не годится! Ты что, хочешь в церкви упасть в обморок, когда я поведу тебя по проходу?

– Ни в коем случае, папа, просто я хочу оставить место для праздничного угощения.

– Хэтти, что-то ты притихла, – заметила Кэтрин. – Руки до сих пор болят?

– Да нет, мама, не очень. – Хэтти подавила зевок. – Наверное, просто за неделю накопилась усталость. Ты не беспокойся, сегодня все будут смотреть на невесту, на меня никто и не взглянет.

– Я бы на это не рассчитывала, – ехидно заметила Салли, подцепляя с тарелки здоровенный ломоть ветчины. – Ты забыла про Марио Великолепного. Вчера вечером он не мог от тебя глаз отвести.

– Ерунда! – отмахнулась Хэтти. – Я его даже не знала до вчерашнего дня.

– Ну и что? – Бет лукаво улыбнулась. – Зато представь себе, как хорошо ты сможешь узнать его сегодня!

– Все это прекрасно, – вмешалась Кэтрин, – но нам пора собираться. Бет, ты же не хочешь опоздать на собственную свадьбу?

– Боже упаси! – ужаснулась Хэтти. Она встала из-за стола и потянула за собой сестру. – Джефф вчера признался, что очень нервничает, не заставляй беднягу терзаться, дожидаясь у алтаря.

– Не волнуйся, я ни на секунду не опоздаю.

И Бет сдержала слово, она была готова задолго до того, как нужно было выезжать из дому. Подвенечное платье изысканного покроя плотно облегало стройную фигуру невесты. Хэтти прикрепила ленту с брошью к волосам сестры и вдела в уши сережки.

– Ну, как я выгляжу? – озабоченно спросила Бет.

– Восхитительно, – с нежностью заверила ее мать. – И подружки невесты тебе под стать.

Хэтти и Салли нарядились в одинаковые кремовые платья из воздушного шифона, к волосам обеих были приколоты миниатюрные букетики анютиных глазок. Ладони у Хэтти почти не болели, от вчерашних царапин остались только розовые следы, но Хэтти заметила, что букет в ее руке слегка подрагивает.

– Нервничаешь? – шепнула Салли.

– Просто боюсь, как бы эта штука не свалилась с моих волос, – солгала Хэтти, стараясь не слишком откровенно глазеть по сторонам в поисках Марио, и показала свободной рукой на букетик, едва держащийся на ее коротких волосах. – О, нам пора, невеста приехала.

Улыбнувшись сестрам, счастливая Бет, опираясь на руку Фила, вошла в церковь, и церемония началась. Невеста медленно шла по проходу к алтарю, где ее ждали жених и шафер. За Бет на расстоянии нескольких шагов следовали подружки невесты.

При виде Бет напряжение отпустило Джеффа, на его лице появилась улыбка, полная такой нежности, что у Хэтти защипало глаза. Не желая показаться сентиментальной, она поспешно опустила взгляд и уставилась на букет, который держала в руке. Маленькая процессия остановилась. Хэтти все же не удержалась и оглянулась. Марио она заметила сразу же, он сидел имеете с братом почти у самых дверей. На короткое, но полное напряжения мгновение их взгляды встретились, однако Хэтти тут же отвернулась, так как началась служба.

Когда церемония подошла к концу и все вслед за молодыми двинулись к выходу, шафер, друг Джеффа, предложил Хэтти руку, на которую та оперлась, и стал с юмором рассказывать, как он боялся забыть слова подготовленной заранее поздравительной речи. Поравнявшись с братьями Пачини, Хэтти с удивлением перехватила на себе обжигающий взгляд Марио. Да он ревнует! – поняла она и тайно возликовала.

Свадебный банкет удался на славу. Счастье, которым светились лица молодоженов, казалось, озаряло лужайку так же ярко, как июньское солнце. На свежем воздухе были накрыты столы, гости пили шампанское, знакомились друг с другом, смеялись, шутили. Фредо подошел к Джеффу, пожал ему руку и с улыбкой попросил разрешения поцеловать новобрачную. Затем, к удивлению Хэтти, подошел к ней и так же расцеловал ее в обе щеки.

– Я был рад узнать, что не мое лицо обратило вас в бегство.

Хэтти улыбнулась.

– Конечно нет, я сбежала не от вас, а от Ричарда Барлоу. Прошу прощения за грубость, я не хотела вас обидеть.

– Я тоже должен перед вами извиниться. Вчера вечером я был не прав, мне не следовало говорить о вас все эти вещи. – Фредо поморщился. – Марио меня чуть не убил, когда вернулся.

– Давайте забудем об этом инциденте, хорошо? – с улыбкой подвела черту Хэтти.

Она представила Фредо Салли, в это время к ней подошел Марио. Взяв Хэтти за руку, он привлек ее к себе, поцеловал в щеку и прошептал:

– Вы выглядите прекрасно и очень женственно. – Он вопросительно изогнул одну бровь. – Кажется, шафер это тоже заметил.

– Бобби очень милый, – сдержанно заметила Хэтти и так радостно улыбнулась Марио, что его глаза в ответ вспыхнули.

Испугавшись, что выдала себя, она поспешно отвернулась и отправилась здороваться с гостями. Переходя от одной группы к другой, Хэтти постоянно ощущала на себе взгляд Марио. Столь явное внимание мужчины было ей внове, но она чувствовала, что легко может к этому привыкнуть и даже пристраститься. Наконец Бет и Джефф заняли места во главе центрального стола, родители молодоженов сели вместе с ними. Хэтти и Салли были отведены места за соседним столом, сюда же усадили братьев Пачини.

– А вы меня послушались, Харриетт, – тихо сказал Марио, пользуясь тем, что его брат и Салли поглощены оживленной беседой.

Хэтти прищурилась.

– Послушалась? Что вы имеете в виду?

– Вы не пожирали глазами жениха.

– Конечно! Я же вам вчера все объяснила! – Она с нежностью посмотрела на сестру. – Невеста прекрасна, не правда ли?

– Да, Элизабет сегодня ослепительна – потому что счастлива. – Марио криво улыбнулся. – В отличие от моего брата, который на протяжении всей церемонии был очень грустен.

Посмотрев на Фредо, Хэтти подумала, что если он и страдает от разбитого сердца, то очень хорошо это скрывает. Сейчас, например/он весело смеялся над чем-то вместе с Салли.

– Думаю, такой мужчина, как Фредо, недолго останется в одиночестве.

– Вы правы, он ведет активную светскую жизнь. Не то, что я, – добавил Марио после заметной паузы и посмотрел на Хэтти долгим взглядом.

Сменяя друг друга, гости произносили речи и провозглашали тосты, но Хэтти чувствовала, что Марио чем-то озабочен. Было немножко странно, что она явственно ощущает его настроение. Фредо тоже, казалось, улыбается через силу, а когда Джефф встал, чтобы произнести ответную речь, с лица Фредо будто сползла маска веселья. И хотя потом он вместе со всеми аплодировал новобрачному, Хэтти чувствовала, что Фредо Пачини дорого бы дал, чтобы поменяться с ним местами. Но все это неважно, подумала Хэтти, главное, что Бет и Джефф после пяти лет разлуки и страданий наконец вместе и счастливы. Видит Бог, они это заслужили.

Для Хэтти время летело незаметно – она блаженствовала от близости Марио, и поэтому, когда к дому подъехал украшенный цветами и воздушными шарами лимузин и все гости собрались проводить молодоженов, огорчилась, поняв, что праздник закончился. Перед тем, как сесть в машину, Бет по традиции бросила в толпу букет – его поймала Салли.

– Ну вот, – Салли притворилась недовольной, – а как же экзамены?

Вскоре после отъезда новобрачных гости стали постепенно расходиться. Воспользовавшись тем, что Фредо разговорился с Филом и Кэтрин, Марио отвел Хэтти в сторонку и, склонившись к ее уху, негромко сказал:

– Мне нужно с вами поговорить. Может, поужинаем сегодня вместе?

– Я же вам вчера говорила: это невозможно.

Марио посмотрел ей в глаза.

– Но, если я вернусь позже, ваши родные смогут некоторое время обойтись без вашего общества? Если вы позволите, я сам их об этом спрошу.

– Если хотите.

– Вы прекрасно знаете, что хочу.

Марио вместе с Хэтти подошел к ее родителям, чтобы поблагодарить за гостеприимство и прекрасный прием.

– С вашей стороны было очень любезно пригласить меня на торжество, синьора Стюарт, ведь мы почти незнакомы, – сказал Марио.

– Друзья моих детей – всегда желанные гости в нашем доме, – заверила Кэтрин. – Полагаю, вы возвращаетесь сегодня в Лондон?

Марио отрицательно покачал головой.

– Нет, в Лондон возвращается только Фредо, а я еще некоторое время побуду здесь. Хочу поближе познакомиться с этим прекрасным уголком Англии.

– В таком случае, вы непременно должны еще заглянуть к нам, – пригласила Кэтрин.

– Благодарю, вы очень добры. – Марио быстро взглянул на Хэтти и снова обратился к ее матери: – Синьора, я как раз спрашивал вашу дочь, не могла бы она уделить мне время сегодня вечером?

– Мама, – поспешила вмешаться Хэтти, – я объяснила, что это вряд ли удастся, так как у нас запланирован семейный обед.

Однако Кэтрин Стюарт не поняла или не захотела понять намека дочери.

– Дорогая, мы долго не засидимся, родители Джеффа наверняка мечтают вернуться домой пораньше, все эти радостные хлопоты довольно утомительны. Позже Салли устраивает вечеринку в доме садовника, но тебе вряд ли будет интересно со школьниками. Так что, если Марио остался один, почему бы тебе не составить ему компанию?

Фил и Кэтрин, извинившись, ушли провожать последних гостей. Фредо, повинуясь выразительному взгляду старшего брата, словно растворился в воздухе. Оставшись наедине с Хэтти, Марио посмотрел ей в глаза и настойчиво спросил:

– Так во сколько мне за вами заехать? Найдется в окрестностях уютный ресторанчик, где можно выпить по бокалу вина и поговорить?

– Найдется, но я освобожусь не раньше половины девятого. Это не слишком поздно?

– Поздно, даже очень, – быстро сказал Марио. – Поэтому, когда я приеду, не заставляйте меня ждать.

– Постараюсь. А теперь мне пора вернуться к обязанностям хозяйки. Да и Фредо вас, по-моему, заждался.

– Не сомневаюсь. Теперь, когда Элизабет отбыла в свадебное путешествие, у него нет причин оставаться, к тому же он едет вечерним поездом в Лондон. – Марио взял ее руку и поднес к губам. – А я буду считать минуты до нашей следующей встречи, Харриетт Стюарт. До свидания.

4

Во время семейного обеда, на котором присутствовали и родители Джеффа, Хэтти не раз ловила себя на том, что не может сосредоточиться на общем разговоре. Иногда, правда, ей удавалось более или менее к месту вставить какую-нибудь фразу, но большей частью она отмалчивалась, думая о своем. Оставалось только надеться, что окружающие не заметят, как волнует ее предстоящее свидание с.Марио.

– Все прошло идеально, вы прекрасно все организовали, Кэтрин, – удовлетворенно подытожила Дайана Ретленд. – Даже погода, и та была как по заказу.

– И слава Богу! – с чувством заметил Фил. – Если бы пошел дождь, всем пришлось бы тесниться в доме.

– Бет и слышать не желала о том, чтобы устроить банкет в ресторане, только дома, но оно и к лучшему, – призналась Кэтрин. – Многие предпочитают устраивать свадьбу в июне, так что приличный ресторан нужно заказывать чуть ли не за год.

Питер Ретленд усмехнулся.

– Джефф и этого июня еле дождался. Едва они с Бет помирились, он хотел сыграть свадьбу как можно скорее. И я его понимаю. Хэтти, наверное, ты следующая?

– Нет, не я, букет невесты поймала Салли.

– Этот итальянец, знакомый Бет, очень внимателен, – заметила Дайана. – Вы давно знакомы, Хэтти?

– Они познакомились только вчера вечером, – ответила за сестру Салли.

– Правда, дорогая? – изумилась Дайана. – А я думала, вы давние друзья.

– Ничего, они скоро ими станут, – заверила Салли, подмигивая сестре. – У них сегодня свидание.

Хэтти в ответ укоризненно покачала головой и до самого конца обеда не сказала больше ни слова. Когда Ретленды уехали, она поспешила в свою комнату и, наскоро приняв душ, стала лихорадочно перебирать вещи в гардеробной. Сегодня вечером – ничего слишком облегающего, соблазнительного, никаких брюк, нужно что-то женственное, изящное и вместе с тем достаточно скромное. Хэтти остановилась, перестала суетиться и рассмеялась: они же собираются не в «Ритц», а в сельский ресторанчик, для такого выхода, даже в обществе Марио Пачини, подойдет практически любое из платьев, которые она взяла с собой. В конце концов, она выбрала платье цвета индиго с коротким рукавом и расширяющейся книзу юбкой чуть ниже колен.

Поджидавший ее у машины Марио тоже сменил костюм на легкие светлые брюки и рубашку с отложным воротником, но по-прежнему выглядел так, как мог выглядеть только мужчина ее мечты. Сердце Хэтти подпрыгнуло в груди, борясь со своим волнением, она не сразу смогла заговорить.

– Привет, – наконец сказала она. – Вы очень пунктуальны.

Марио разглядывал Хэтти с таким нескрываемым удовольствием, что ей было трудно стоять спокойно.

– Вы прелестны! – выдохнул он. – Но почему вы стали такой маленькой?

Хэтти выставила вперед ногу.

– Я переобулась. Теперь-то вам понятно, почему я предпочитаю высокие каблуки? Хотите зайти?

Хэтти предложила скорее из вежливости и очень удивилась, когда Марио ответил:

– С удовольствием.

Ей казалось, что Марио предпочтет сразу же ехать, чтобы поскорее остаться с ней наедине. Но раз уж он принял приглашение, пришлось сделать следующий шаг:

– Не хотите чего-нибудь выпить?

– Спасибо, не нужно, мы ведь собрались в ресторан.

Хэтти и Марио прошли в гостиную, где их приняли с распростертыми объятиями. Марио чувствовал себя как рыба в воде – сел на диван, непринужденно принял участие в общем разговоре, поделился своими впечатлениями о свадьбе и еще раз подчеркнул, что для него было большой честью оказаться в числе приглашенных.

– Надеюсь, вы не против, что мы задержались с вашими родными? – спросил он полчаса спустя, открывая перед Хэтти дверцу машины.

– Вовсе нет, – заверила Хэтти, хотя в глубине души ей было немного обидно, что Марио не торопился остаться с ней наедине.

– Теперь я весь в вашем распоряжении. – Он сел за руль. – Куда ехать?

Хэтти объяснила дорогу к сельскому ресторанчику, расположенному милях в пяти от Фокс-холла.

– В хорошую погоду они выставляют столики в сад. Может быть, найдутся места на открытом воздухе, в такой чудесный вечер жалко сидеть в помещении.

– Да, вечер действительно чудесный. – Марио бросил на Хэтти быстрый взгляд и снова переключил внимание на дорогу.

В саду при живописном старинном ресторанчике было на удивление немноголюдно. Они сели за столик, стоящий у высокой живой изгороди. Теплый воздух был напоен ароматом роз и вечерних цветов. Марио зашел внутрь, сделал заказ и, вернувшись в сад, с удивлением заметил:

– В зале душно и довольно много народу, а здесь такая красота – и почти никого. Не подумайте, что я жалуюсь! – Он сел за столик и добавил: – У них тут поразительно богатый выбор итальянских вин, никак не ожидал встретить такое разнообразие в маленьком сельском ресторанчике. Вы не возражаете, что я заказал кьянти?

– О нет, это замечательно! – Хэтти, разумеется, не стала уточнять, что в данный конкретный момент ей абсолютно все равно, что пить.

Официантка принесла бутылку и два бокала и удалилась, улыбаясь в предвкушении щедрых чаевых: она повидала на своем веку немало влюбленных пар, и те никогда не скупились. А то, что перед ней влюбленные, официантка не сомневалась – у нее глаз наметанный.

Марио наполнил бокалы, с довольным вздохом откинулся на спинку скамьи и взял Хэтти за руку.

– Как же тут хорошо, Харриетт!

Хэтти улыбнулась в ответ.

– Марио, никто, кроме вас, не зовет меня полным именем. Для всех я просто Хэтти.

Он покачал головой.

– Только не для меня, дорогая. Я всегда буду называть вас Харриетт.

Хэтти решила не затевать спор из-за такой мелочи и посмотрела на свои руки, спрашивая себя, действует ли на Марио простое соприкосновение их рук так же, как на нее. И еще один вопрос не давал ей покою.

– Марио, можно вас кое о чем спросить?

– О чем угодно.

– В кафе, где мы впервые друг друга увидели, вы смотрели на меня так, словно узнали. Но ведь этого не могло быть, мы раньше не встречались. В чем дело? Только, пожалуйста, не морочьте мне голову всякой романтической чепухой вроде того, что видели меня во сне.

Марио рассмеялся.

– Ну хорошо, скажу вам правду. Я видел вас на фотографии. Бет, когда работала в Италии, очень тосковала по дому и часто доставала семейные фотографии. На одной из них я увидел вас. Вы сидели на лужайке рядом с большой собакой, ваши волосы блестели на солнце, а большие темные глаза смотрели прямо на меня.

– То есть вы, когда впервые меня увидели, уже знали, что я сестра Бет. – Хэтти ощутила странное разочарование: значит, любовь с первого взгляда тут ни при чем, просто он узнал ее по фотографии.

Марио погладил длинным сильным пальцем ее запястье.

– Кто вы, для меня не имело значения. Стоило мне увидеть ваше лицо на фотографии, как я понял, что не успокоюсь, пока не встречусь с вами. И судьба сыграла мне на руку: совершенно случайно я решил поехать с Фредо в Англию – просто так, развеяться. – Он покачал головой с таким видом, словно сам себе удивлялся. – Когда я увидел вас в том лондонском кафе, то просто не мог поверить своему везению. Но вы сбежали раньше, чем Фредо успел нас познакомить.

– Я уже объяснила, в чем было дело.

Хэтти посмотрела Марио в глаза, и от его нежного взгляда ее сердце забилось чаще.

– Харриетт, – прошептал он, наклоняясь к ней. – Вы такая красивая, такая волнующая... Удивительно, что в вашей жизни нет мужчины.

– А если бы был, вы уехали бы и забыли про меня?

– Нет. Я знал, что вы не замужем, а мужчина, который вам не муж, не смог бы меня остановить.

– Иными словами, вы всегда добиваетесь своего! – Хэтти улыбнулась и покачала головой.

Марио вдруг помрачнел.

– Нет, не всегда.

Хэтти мысленно упрекнула себя за глупую привычку говорить, не подумав, и невольно поёжилась.

– Вам холодно? – немедленно отреагировал Марио. – Хотите, перейдем в помещение?

– Нет, прошу вас, давайте останемся здесь. – Хэтти немного помолчала, собираясь с духом, чтобы затронуть волновавшую ее тему. – Марио, мне известно, что вы были женаты.

– Я не делаю из этого секрета.

– Должно быть, ужасно потерять любимого человека.

Хэтти снова поёжилась, ее сочувствие было искренним.

– Все-таки вам холодно!

– Только немножко, но я хочу остаться здесь. – Где, кроме нас, никого нет, мысленно добавила Хэтти.

– В таком случае, выход только один.

Марио обнял ее за плечи и привлек к себе.

Хэтти прильнула к нему так естественно, словно они уже сотни раз сидели, прижимаясь друг к другу.

– Расскажите мне о своей жене, – тихо попросила она.

Некоторое время Марио молчал.

– С тех пор, как Лючия умерла, – наконец начал он, тщательно подбирая слова, – я еще ни с кем о ней не говорил. Но, возможно, пришло время это сделать. Я хочу, чтобы между нами не было лжи и недомолвок, Харриетт.

Она не совсем поняла, что Марио имеет в виду, но ей стало тревожно. Марио приподнял ее голову за подбородок и заставил Хэтти посмотреть ему в глаза.

– Вы боитесь того, что я собираюсь рассказать?

Она выдержала его взгляд.

– Нет, я всегда предпочитаю правду. Марио одобрительно кивнул и снова привлек ее ближе.

– Для начала я хочу, чтобы вы знали, что, хотя я очень хорошо относился к Лючии, наш брак не был браком по любви. Наши семьи давно дружат, мы с Лючией выросли вместе, как брат и сестра... Кажется, я с самого детства знал, что должен на ней жениться. Этого ждали и мои, и ее родители.

– Вы хотите сказать, что ваш брак был устроен родителями?

– Ну, не совсем. Меня никто не принуждал, к тому же я верил, что Лючия меня любит. У меня не было выбора. – Марио пожал плечами. – Вы не одобряете браки, устроенные родителями?

– Нет! Если я когда-нибудь выйду замуж, то только за человека, которого сама выберу!

– Удивительно, что вы до сих пор не замужем.

– Ничего удивительного, – Хэтти улыбнулась, – в каком-то смысле в этом повинен Джефф.

Марио резко отстранил Хэтти от себя и впился в ее лицо горящим взглядом.

– Что вы имеете в виду?

– Не то, что вы подумали, – поспешно уточнила она. – Дело в том, что Бет познакомилась с Джеффом, когда я еще училась в школе. Видя, как они любят друг друга и не могут ни секунды прожить врозь, я поняла, что не согласна на меньшее.

Марио выдохнул, и Хэтти только сейчас поняла, что он слушал затаив дыхание.

– Вам нравится меня мучить. Хэтти снова придвинулась к нему.

– Простите, я не нарочно.

– Неужели? – Марио выразительно изогнул бровь, потом снова посерьезнел. – Харриетт, если я правильно понял, вы никогда не были влюблены?

– Правильно. – Хэтти лукаво улыбнулась. – Пару раз мне казалось, что я влюбилась или почти влюбилась, но я ошибалась. И в первый раз, и во второй молодые люди уходили от меня, надувшись, и больше не возвращались.

– Надувшись? Как это? – не понял Марио.

– Надуться – обидеться, рассердиться.

– О, это я могу понять! Верить, что ты любим, а потом вдруг обнаружить, что это не так... – Марио выразительно рассек рукой воздух. – Да от этого любой мужчина взбесится.

– Вот именно. Поэтому после двух неудач я сознательно приняла решение ждать до тех пор, пока мне не встретится человек, с которым у нас будет, что называется, любовь до гроба... Ой, простите, Марио!

– Не извиняйтесь, я вовсе не жду, что вы будете тщательно обдумывать каждое слово.

– Сегодня в церкви вы выглядели грустным – наверное, вспоминали собственную свадьбу?

Марио молча поднес ее руку к губам, поцеловал и только потом ответил:

– Харриетт, грустным был не я, а Фредо. А моя свадьба состоялась так давно, что иногда мне кажется, будто все это случилось с кем-то другим.

– Сколько лет вам тогда было?

– Двадцать один. Лючия была на год меня моложе.

– Как рано вы поженились! – Помолчав, Хэтти осторожно спросила: – Вы можете рассказать мне о ней или вам слишком больно вспоминать?

Марио снова замолчал, с отсутствующим видом глядя в пространство, словно воссоздавал в памяти образ покойной жены.

– У Лючии были длинные черные волосы, – тихо начал он, – и голубые глаза, по-видимому, она унаследовала их от своих скандинавских предков. Она была худенькой, даже слишком, во всем ее облике чувствовалось какая-то напряженность, и это наводило на мысль о страстной натуре. В первую брачную ночь, – в голосе Марио появилась горечь, – когда я попытался исполнить супружеский долг, у моей жены от страха случилась истерика.

Хэтти с ужасом уставилась на него.

– Но вы же сказали, что она вас любила!

– Она и любила – на свой лад, но не так, как жена любит мужа. – Он снова уставился в сгущающиеся сумерки невидящим взглядом. – Лючия не хотела становиться ничьей женой. Той ночью, когда стало ясно, что я не собираюсь принуждать ее к близости, она мне призналась, что с детства мечтала уйти в монастырь, но родители и слышать об этом не желали. Их тоже можно понять, она была у них единственным ребенком, причем поздним, они мечтали о внуках. Лючия, будучи послушной дочерью, покорилась их воле и вышла замуж.

– Как это все грустно, – пробормотала Хэтти. Она не сразу набралась смелости задать следующий вопрос: – У вас... Ваши отношения со временем наладились?

– Вы имеете в виду, стали ли мы жить как муж и жена? Нет. – Марио пожал плечами. – Не поймите меня превратно, Харриетт, я относился к Лючии с нежностью, я мечтал сделать ее счастливой, подарить ей детей. Но все мои мечты умерли в первую брачную ночь. Мы оба оказались в ловушке, связанные данными в церкви обетами. Что нам оставалось делать? Мы договорились играть эту жалкую комедию и хранить в секрете истинную сущность нашего брака. Наши родители и все, кто нас знал, считали нас счастливой парой.

– Фредо знал правду?

– Не совсем. Он догадывался, что наш брак не столь идилличен, каким кажется, но по многим причинам я не рассказывал ему всего.

Хэтти потупилась.

– Наверное, для такого мужчины, как вы, это было очень тяжело.

– Такого, как я?

– Марио, вы отлично поняли, что я имею в виду. Вы нормальный, здоровый мужчина. Подобная «семейная» жизнь должна быть для вас сущим адом.

– Да, в некотором смысле такой она и была. – Он потерся щекой о ее волосы. – Пока я считался женатым, гордость не позволяла мне искать утешения на стороне... вы понимаете, о чем я. Но впоследствии, – осторожно добавил Марио, – когда мне предлагали определенные привилегии, я не отказывался.

– Привилегии? Вы хотите сказать, что, когда женщина приглашала вас в постель, вы ее не прогоняли? – Хэтти попыталась разрядить обстановку шуткой.

Марио усмехнулся.

– Не забывайте, что я пытаюсь выразить свои мысли на неродном языке.

– И вам удается.

– Очень рад, потому что я не хочу, чтобы межу нами возникло какое-то недопонимание. Ни сейчас, ни в будущем.

Последнее замечание показалось Хэтти весьма многозначительным, при упоминании о будущем ее сердечко забилось чаще. Она неуверенно посмотрела в глаза Марио.

– В чем дело, дорогая? – мягко спросил он. Чтобы скрыть смущение, Хэтти попыталась отшутиться:

– Мне иногда кажется, что все это как-то нереально, похоже на сон.

– Ошибаетесь, Харриетт, – возразил Марио с неожиданной страстью, – это реальность! Я давно – а может, и вообще никогда – не чувствовал себя таким живым.

Хэтти задрожала, Марио обнял ее и второй рукой.

– Похоже, я вас совсем заморозил.

– Мне не холодно, это вы на меня так действуете, – простодушно призналась Хэтти.

На мгновение Марио застыл, потом порывисто прижал ее к себе и поцеловал с нежностью и одновременно с такой страстью, что Хэтти вмиг стало жарко. Оторвавшись от ее губ, он хрипло прошептал:

– Вы, наверное, не представляете, что со мной творится, когда вы говорите такое. О, прошу прощения, мы в общественном месте... – вдруг спохватился он.

– Мне все равно.

И Хэтти сама поцеловала его. Марио ответил с неистовой страстью, от чувств, которые в нем пробуждала Хэтти, по его сильному телу прошла дрожь. Он застонал, как раненое животное, разжал объятия, встал и отрывисто бросил:

– Пошли!

Хэтти беспрекословно подчинилась и только тут обнаружила, что совсем забыла про вино.

– Марио, какая жалость, я так и не попробовала кьянти!

– Интересно почему? – спросил он с какой-то странной интонацией, и Хэтти бесхитростно ответила:

– Слишком увлеклась вами.

Он пробормотал что-то по-итальянски и снова привлек ее к себе. На этот раз поцелуй был таким долгим, что, когда они оторвались друг от друга, оба на время лишились дара речи. Взяв Хэтти за руку, Марио повел ее к машине. Они ехали в молчании, но напряжение нарастало с каждой милей. К тому времени, когда Марио свернул на проселочную дорогу, ведущую к Фоксхоллу, Хэтти даже дышала с трудом.

Вдруг машина, взвизгнув тормозами, резко остановилась, и тут только Хэтти заметила, что дорогу перебежала кошка, промелькнула в свете фар и скрылась в темноте.

Марио снова что-то пробурчал по-итальянски – как догадывалась Хэтти, выругался – и дальше поехал на черепашьей скорости. Заметив высокое раскидистое дерево, он свернул к нему и заглушил двигатель. Низко свисающие ветви почти скрывали их от внешнего мира. Отстегнув ремень безопасности, он повернулся к Хэтти и привлек ее к себе.

Его руки слегка дрожали, как у человека, который долго сдерживал себя невероятным напряжением воли. Марио целовал ее с едва сдерживаемой страстью, Хэтти пылко отвечала. Прошло немало времени, прежде чем Марио поднял голову и встретил ее затуманенный вожделением, немного ошеломленный взгляд.

– Прости меня, любимая, – пробормотал он севшим голосом.

– За что ты просишь прощения?

– За то, что готов заниматься с тобой любовью в автомобиле, как какой-нибудь жалкий подросток. – Его чувственные губы искривила усмешка, полная самоиронии. – Харриетт, ты вернула мне юность, перед своей страстью к тебе я беззащитен.

– Ты говоришь, как столетний дед. Кстати, сколько тебе лет?

– Тридцать четыре.

– А я думала, ты старше, – вырвалось у Хэтти. Марио с грустью посмотрел на нее.

– Я выгляжу древним старцем?

– Не старцем, а взрослым, зрелым мужчиной. Хэтти притянула его к себе и крепко поцеловала, потом потерлась щекой о его щеку.

– Мне пришлось очень рано повзрослеть.

У Хэтти защемило сердце от сочувствия к нему.

– Вот почему ты всегда кажешься таким уверенным, так хорошо владеешь собой.

– Владею собой! – Марио коротко хохотнул. – Харриетт, да с тобой я снова становлюсь двадцатилетним юнцом, какой уж тут самоконтроль!

Он осыпал ее лицо быстрыми дразнящими поцелуями, заставляя Хэтти жаждать большего. Не выдержав, она обвила его руками и прильнула к губам с такой страстью, какой в себе и не подозревала. И получила награду, далеко превосходящую все, что могла даже представить. Они совсем забыли о времени, была уже глубокая ночь, когда Марио наконец смог выпустить Хэтти из объятий.

– Когда мы встретимся снова? Точнее не когда, а во сколько мы встретимся завтра? – настойчиво спросил он.

– А во сколько бы ты хотел меня?.. – Марио издал довольный смешок, и Хэтти осеклась и закусила губу.

– Я хочу тебя прямо сейчас, Харриетт, я умираю от желания, и ты это знаешь. – Он чмокнул ее в кончик носа, усадил прямо и стал застегивать ее ремень безопасности. Застегнув, Марио не сразу отодвинулся и посмотрел Хэтти в глаза. – Если я приеду завтра с самого утра, твоим' родным это не покажется странным?

– С утра? Это во сколько?

– Скажем, в десять.

–Договорились. Какие у тебя планы на завтра?

– Я хочу осмотреть достопримечательности графства. Ну там, Логлит-хаус, дом маркиза Басса, Уилтон-хаус, дом графа Пембрука, Сторхед и, конечно, Стоунхедж. А ты будешь моим гидом. Мы проведем вместе целый день. – Немного помолчав, Марио через силу сказал: – Прости меня, Харриетт, что я заподозрил, будто ты и Джефф... Я повел себя как дурак, ревнивый дурак. – Он нежно погладил Хэтти по щеке. – Ты простишь меня? Воображение сыграло со мной злую шутку. Должно быть, я совсем рехнулся. Мне еще не доводилось испытывать такую жгучую ревность, похоже, это чувство сводит мужчину с ума.

Хэтти поймала себя на мысли, что совсем не осуждает Марио, кажется, этому мужчине она заранее готова простить что угодно.

– Конечно, прощу. Джефф влюбился в Бет с первого взгляда, и с тех пор другие женщины для него не существуют.

– Я его понимаю.

– О да, ведь она красавица.

– Элизабет прекрасна, но я имел в виду не это. – Марио поднес ее руку к губам. – Я хотел сказать, что понимаю, что такое любовь с первого взгляда. Иногда достаточно один раз увидеть женщину, чтобы понять, что это твоя судьба.

Хэтти смущенно потупилась и пробормотала:

– Уже поздно, мне пора домой.

– Ты права. Твои родители очень симпатичные люди, мне не с руки гневить их, я хочу им понравиться.

– Зачем?

– Думаю, вы прекрасно это знаете, Харриетт Стюарт, – лукаво улыбнувшись, ответил Марио.

Проезжая мимо домика садовника, Хэтти и Марио слышали доносившуюся оттуда музыку. Но Хэтти очень удивилась и встревожилась, когда из дома навстречу им выбежали Салли.

– В чем дело, дорогая? Почему ты не с гостями? – спросила Хэтти. – Надеюсь, с Бет не...

– Нет, с Бет ничего не случилось, Час назад из Флоренции звонила твоя подруга Джоан. Она заболела. Мама надеется, что синьор Пачини может помочь.

5

Фил Стюарт открыл им дверь и явно испытал облегчение, увидев рядом с Хэтти Марио.

– Входите, входите, вы не представляете, как мы вас ждали!

– Папа, да что случилось?! – встревожилась Хэтти. – С Джоан что-то серьезное? Ее сестра...

– Нет, дорогая, – вмешалась Кэтрин, – Селия осталась в Англии, у нее дети заболели ветрянкой.

– Выходит, Джоан поехала одна? Неужели с ней произошел несчастный случай?

– Нет, ничего катастрофического не случилось, но она заболела.

– Чем я могу помочь? – деловито осведомился Марио.

Кэтрин благодарно улыбнулась ему и протянула листок с адресом и номером телефона отеля.

– Не могли бы вы позвонить в отель и узнать, какая помощь ей нужна?

– Думаю, сначала Харриетт должна поговорить со своей подругой и выяснить, в чем дело, – предложил Марио. Он набрал номер, дождался ответа, быстро сказал что-то по-итальянски и передал трубку Хэтти. – Вас соединят с номером Джоан.

После нескольких длинных гудков Хэтти услышала в трубке хриплый, почти неузнаваемый голос подруги.

– Привет, дорогая, это я, Хэтти. Что с тобой стряслось?

– Хэтти! Слава Богу! Я так рада слышать твой голос! – Джоан закашлялась и просипела: – Извини, я чувствую себя просто кошмарно, у меня жар и еще эта жуткая боль в груди...

Хэтти побледнела.

– Ты позвонила портье? Нужно, чтобы он вызвал врача.

– Хэтти, сейчас глубокая ночь, мне не хотелось бы... – На Джоан снова напал кашель, а потом она расплакалась.

– Успокойся, Джо, все будет хорошо, не плачь и держись. Я вылечу к тебе первым же рейсом, обещаю, так что тебе недолго осталось быть одной. Ты и опомниться не успеешь, как я буду во Флоренции, рядом с тобой. А Марио тем временем позвонит отсюда и позаботится, чтобы тебя как можно быстрее осмотрел врач.

– Кто такой Марио? – прохрипела Джоан.

– Потом объясню, не хочу занимать телефон, он понадобится Марио.

Хэтти, как могла, описала Марио симптомы болезни, свалившей подругу, и он не теряя времени стал звонить во Флоренцию.

Бедная Джоан, думала Хэтти, лежит больная, одна, в чужой стране, рядом ни одного знакомого лица! Но, слушая выразительный голос Марио, объясняющего что-то собеседнику на мелодичном языке своей страны, она невольно испытала разочарование: из-за болезни Джоан им с Марио не удастся побыть вдвоем. Наконец Марио повесил трубку.

– Мне повезло, удалось застать Гвидо Ферелли, врача нашей семьи и моего личного друга. Он немедленно выезжает в отель. – Марио ободряюще улыбнулся Хэтти. – Не волнуйтесь, Гвидо очень опытный врач и говорит по-английски, так что Джоан в надежных руках. Как только он поставит диагноз, кто-нибудь из отеля позвонит сюда, я дал им номер телефона.

– Огромное спасибо, Марио! Что бы мы без вас делали! – от души поблагодарила Кэтрин. – Неужели они согласились взять на себя труд перезвонить нам ночью?

– Конечно. – Губы Марио чуть заметно дрогнули в улыбке. – Попробовали бы они не «взять на себя труд»! Этот отель входит в гостиничную сеть, принадлежащую моей семье.

– У меня просто гора с плеч! – Фил Стюарт облегченно вздохнул.

– Пока вы ждете звонка, я приготовлю кофе и сандвичи, – предложила Кэтрин. – Хэтти, ты за ужином почти ничего не ела. Пойдем, Фил, поможешь мне на кухне.

Хэтти проводила Марио в библиотеку.

– Даже не знаю, как тебя благодарить...

– Зато я знаю очень хороший способ. – Он быстро привлек ее к себе и поцеловал. – Для меня это самая лучшая благодарность, другой не надо, – прошептал он. Подняв голову, Марио посмотрел Хэтти в глаза и серьезно сказал: – Для тебя я готов сделать все, Харриетт.

Хэтти, зардевшись, молчала, не находя слов.

– Ты же сказала, что предпочитаешь правду.

– Да. Просто мне снова кажется, что все это сон.

Марио снисходительно улыбнулся.

– От этого я тоже знаю хорошее лекарство, но сейчас не время и не место. – Он нахмурился, вспомнив что-то. – Твоя мать сказала, что ты ничего не ела за ужином. Почему?

Хэтти покраснела еще гуще.

– Не могла, я была слишком возбуждена.

– Харриетт!

Марио шагнул к ней, но тут же остановился и грустно улыбнулся: в коридоре послышались голоса родителей Хэтти. Фил Стюарт поставил поднос на кофейный столик.

– Вот кофе и сандвичи, подкрепитесь. А мы, если не возражаете, пойдем спать. Денек выдался напряженный, свадьба – событие радостное, но и волнительное. – Он повернулся к гостю. – Марио, вы должны остаться на ночь, мы настаиваем.

– Да, действительно, – поддержала Кэтрин, – как хозяйка я просто не могу допустить, чтобы вы вели машину до самого Ньюбери ночью. Места в доме достаточно, комната для гостей всегда готова.

Марио улыбнулся.

– Благодарю, вы очень добры.

– Это самое малое, что мы можем для вас сделать, – заверил Фил. – Хэтти проводит вас в комнату, спокойной ночи и еще раз спасибо за помощь, Марио.

– Я рад, что смог быть вам полезен.

Родители ушли, снова оставив их одних. Марио и Хэтти сели на диван, Марио взял ее за руку.

– Я, конечно, очень сочувствую твоей подруге, но вместе с тем благодарен ей. Если бы не ее неожиданная болезнь, мы не сидели бы сейчас здесь одни.

– Это верно. – Хэтти вздохнула, чувствуя себя немного виноватой. – Бедняжка Джоан. Надеюсь, она скоро поправится.

– За нее не волнуйся, Гвидо прекрасный врач. – Марио повернулся к кофейному столику. – А теперь тебе надо поесть.

– Но...

– Никаких «но». – Он погрозил ей пальцем. – Если ты не будешь есть сама, я стану кормить тебя с ложечки... – Его глаза вдруг вспыхнули, Марио заморгал и отвернулся. – Черт возьми, похоже, мне сегодня нельзя доверять, я за себя не ручаюсь. Лучше мне сесть в другом месте.

– Нет, не уходи. – Хэтти схватила его за руку. – Давай пить кофе. А может, вина?

– Нет, спасибо. Ты так на меня действуешь, что рядом с тобой я и без вина захмелел.

– Тогда оба будем вести себя разумно и выпьем кофе. – Хэтти просительно улыбнулась. – Марио, съешь хотя бы сандвич, а то мама обидится.

– Как я уже говорил, Харриетт, ради тебя – все, что угодно.

От этих слов Хэтти совсем потеряла интерес к еде. Это было ей внове, раньше она никогда не страдала отсутствием аппетита, разве что когда болела. Она допила кофе, который тоже, казалось, потерял аромат и крепость. Марио почувствовал перемену в ее настроении.

– Что случилось, Харриетт?

– Все-таки нам не придется провести завтрашний день вместе, мне нужно как можно быстрее вылететь во Флоренцию.

Хэтти встала и стала составлять чашки и тарелки на поднос. Марио взял ее за руку и потянул на диван.

– Не расстраивайся, будут и другие дни. – Он обнял Хэтти за плечи и потерся щекой о ее макушку. Некоторое время они просто сидели молча, потом Марио поднял голову, вздохнул и развернул Хэтти лицом к себе. – Ничего не выйдет, я не могу просто так сидеть рядом с тобой, не мечтая о большем. Я бы...

Его прервал телефонный звонок. Хэтти сняла трубку и протянула ее Марио. Тот пробурчал по-итальянски нечто, подозрительно смахивающее на ругательство, рявкнул в мембрану:

– Пачини!

Некоторое время он внимательно слушал, изредка задавая вопросы, затем повесил трубку.

– Что они говорят? – с тревогой спросила Хэтти.

– У твоей подруги – как это по-английски? – плеврит.

Хэтти подошла к стеллажу с книгами, нашла медицинский справочник и прочла соответствующую статью.

– Бедная Джоан, как ей не повезло! Заболеть в отпуске, да еще в чужой стране! Она не понимает ни слова по-итальянски. Ты не спросил, какое ей нужно лечение?

– Гвидо прописал ей антибиотики и утром пришлет сиделку. Сейчас больная спит, он дал ей снотворное, а утром можешь позвонить своей подруге. – Марио улыбнулся. – Ну что, Харриетт, теперь тебе полегчало?

– Да, теперь я за нее спокойна.

Теперь, когда волнение за подругу осталось позади, желание Хэтти вспыхнуло с новой силой. Ее язык вступил в любовную игру с языком Марио, их сердца бились учащенно, словно бежали наперегонки. Спустя некоторое время Марио немного отстранил Хэтти от себя, посмотрел в глаза, затем его взгляд метнулся к ее груди. Напрягшиеся соски, проступающие сквозь тонкую ткань, выдавали возбуждение Хэтти. Марио обхватил рукой одну грудь, потер пальцем твердую бусинку соска и одновременно снова припал к полураскрытым губам Хэтти. Когда выносить сладкую муку не было больше сил, Марио мягко отстранил Хэтти и отвернулся, пытаясь совладать с собой.

– Харриетт, что ты со мной делаешь... – Он порывисто обернулся к ней. – Но я хочу, чтобы ты знала: я приехал к тебе в Англию не за этим.

– Тогда зачем?

– Чтобы встретиться с тобой, познакомиться, узнать поближе. Но даже в самых смелых мечтах я не мог представить такой восторг – и такую муку.

– Я тоже, – призналась Хэтти, – все это так ново, что даже немножко пугает.

Марио прищурился – как показалось Хэтти, с некоторым недоверием. Она улыбнулась.

– Не знаю, как описать то, что происходит между нами, но со мной такого еще не бывало.

Марио порывисто обнял ее и снова поцеловал, на этот раз с такой нежностью, что Хэтти обмякла и расслабилась в его руках, как доверчивый ребенок. И вдруг поняла, насколько сильно устала.

Марио встал и потянул ее за собой.

– Пошли. Тебе пора спать. Скажи, комната для гостей далеко от твоей?

– Они находятся рядом.

Марио вздохнул.

– Тогда я, наверное, совсем не засну.

6

На следующее утро Хэтти проснулась очень рано, но Марио встал еще раньше. Когда она спустилась в кухню, он уже завтракал с ее родственниками и, судя по всему, чувствовал себя как дома.

– Доброе утро. – Марио вскочил и как галантный кавалер отодвинул для нее стул. – Как ты себя чувствуешь?

– Устала, – бросила Хэтти и тут же залилась краской под заинтересованным взглядом младшей сестры.

– Марио нам сообщил, что у Джоан плеврит, – сказала Салли. – Бедняжка, не повезло ей! Ты собираешься лететь к ней ближайшим рейсом?

– Садись поскорее за стол, нельзя терять времени, сразу после завтрака нужно звонить в аэропорт и заказывать билеты, – вмешался Фил. – Боюсь, в разгар лета с билетами могут быть проблемы.

– Не беспокойтесь, синьор Стюарт, я все устрою. – Марио передал Хэтти стакан апельсинового сока. – Выпей, Харриетт, у тебя сразу прибавится сил.

Хэтти послушно взяла стакан и сделала несколько глотков. Салли наблюдала за ней и за Марио с таким любопытством и восхищением, что Хэтти покраснела еще гуще и сделала сестре замечание:

– Салли, хватит ворон считать, ешь скорее, а то опоздаешь на занятия.

Марио повернулся к Кэтрин.

– Синьора, пока вы завтракаете, я, с вашего позволения, воспользуюсь телефоном.

– Конечно, вы можете позвонить из библиотеки.

Марио ушел. Кэтрин посмотрела на дочь и проницательно заметила:

– Что-то ты очень тихая сегодня.

– Просто устала.

– Поздно легла спать?

– Очень. Марио пришлось долго ждать звонка из Флоренции.

– Да, он нам рассказывал. Бедная Джоан, заболеть в отпуске!

– Как ты думаешь, может, стоит позвонить ее матери?

Кэтрин задумалась.

– Нет, наверное, лучше подождать, пока ты сама увидишь больную. Не стоит волновать миссис Кейтс понапрасну, пока мы не можем сказать точно, в каком состоянии Джоан.

Марио вернулся примерно через полчаса. К этому времени все позавтракали, со стола было убрано, а миссис Стюарт ушла в сад.

– На этот раз пришлось дозваниваться дольше, но зато я смог побеседовать с сиделкой Джоан. Похоже, твоей подруге стало лучше.

– Слава Богу! Я сейчас же ей позвоню.

– Не стоит, она сейчас спит, поэтому я попросил сиделку передать, что ты скоро приедешь.

– Неужели тебе удалось заказать билет на самолет? – изумилась Хэтти.

Марио загадочно улыбнулся.

– Конечно. Самолет вылетает в полдень. Много времени тебе нужно на сборы?

– Нет, я уже сложила вещи ночью, мне все равно не спалось. Зато ты, наверное, спал лучше.

Марио покачал головой.

– Как я мог спать, зная, что ты близко, но не со мной? – Он посерьезнел. – Между прочим, за мои переговоры с Италией твоему отцу выставят счет на кругленькую сумму.

– Не вздумай предложить ему деньги! Если ты рассчитываешь еще когда-нибудь приехать сюда... – Хэтти оборвала себя на полуслове и густо покраснела.

– Ты прекрасно знаешь, что рассчитываю.

– Пока ты в Англии, заходи, родители всегда рады тебя видеть, – пробормотала она несчастным голосом.

Брови Марио поползли вверх.

– Что значит «пока ты в Англии»? Зачем мне здесь оставаться, если ты улетаешь в Италию? Я лечу с тобой.

Путешествие в обществе Марио Пачини разительно отличалось от любой поездки, – которую Хэтти когда-либо совершала. Попрощавшись с родней, Хэтти поехала вместе с Марио в Ньюбери за его вещами, от отеля они на такси добрались в рекордно короткое время – по крайней мере, так показалось Хэтти – они добрались до лондонского аэропорта Хитроу.

Хэтти ждала посадки на самолет с замиранием сердца, она панически боялась летать и терпела самолеты только потому, что это был самый быстрый способ попасть из одной точки в другую. Но оказалось, что лететь первым классом с Марио Пачини – совсем другое дело. Сидя рядом с ним и держа его за руку, Хэтти впервые в жизни получала удовольствие от полета. Ей не просто не было страшно – она практически не заметила взлета, думая только о красивом смуглом мужчине, сидящем рядом с ней. Стюардесса предложила пассажирам какие-то закуски, но Хэтти к ним даже не притронулась.

– Чувствую, когда мы доберемся до места, мне придется проследить, чтобы ты как следует поела, – проворчал Марио.

– Не волнуйся, я не страдаю отсутствием аппетита, – заверила Хэтти, – просто последние несколько дней были немного суматошными, а тут еще болезнь Джоан...

– За подругу не волнуйся, скоро ты будешь с ней. – Марио нахмурился. – Я только сейчас сообразил, что ты обо мне знаешь очень многое, в том числе такие вещи, о которых я никому никогда не рассказывал, а тебя я почти ни о чем не расспросил. Прости меня, Харриетт. Ты тоже учительница, как Элизабет?

Хэтти поморщилась.

– Нет, педагогика – не мое призвание. Я администратор фотостудии.

– Администратор? В чем заключается твоя работа?

– Я составляю график съемок, слежу за тем, чтобы в студии всего было в достатке, заказываю у поставщиков фотопленку, бумагу и реактивы. У нас в некотором смысле элитная студия, бывает, конечно, что мы фотографируем какую-нибудь почтенную фамилию или выезжаем на семейные торжества, свадьбы, например, но главный доход получаем от рекламных съемок. Например, на прошлой неделе мы снимали одного известного киноактера для рекламы мужского одеколона, а до этого – манекенщиц для каталога модной одежды.

– А ты сама не пробовала стать моделью?

Хэтти рассмеялась.

– Что ты, это не для меня! Для подиума у меня рост маловат, да и фигура недостаточно стройная, а кремы от морщин мне рекламировать еще рано.

– А по-моему, – Марио наклонился к ней поближе и понизил голос до шепота, – ты выглядишь куда соблазнительнее, чем все эти тощие манекенщицы. Но насчет крема от морщин ты права, у тебя такая нежная кожа... Мне очень хочется поцеловать тебя прямо сейчас.

– Мне тоже хочется этого, – прошептала Хэтти, – но я предпочитаю целоваться вдали от глаз посторонних.

Марио выпрямился и многозначительно пообещал:

– Я тебе об этом еще напомню.

Хэтти стало жарко от одного только его тона, и она поспешила сменить тему:

– Ты мне еще не рассказал, как тебе удалось так быстро купить билет, да еще и в первый класс.

– Все очень просто. Я велел Фредо переоформить свой билет на тебя. Он погостит еще немного у своего приятеля, пока не купит себе другой билет.

– Вот это да! Фредо всегда безоговорочно выполняет твои распоряжения?

– Всегда, – уверенно подтвердил Марио.

– А как же твой билет?

– Он у меня уже был.

– Ясно, – догадалась Хэтти, – ты собирался вернуться с Фредо, если я тебя разочарую.

– Ошибаешься, радость моя. Сердце мне подсказывало, что ты окажешься еще прекраснее, чем я мог судить по фотографии. Однако вполне могло случиться, что я тебе не понравлюсь.

– Как-то не верится! – фыркнула Хэтти. – Разве ты можешь не понравиться?

Глаза Марио потемнели.

– Если не хочешь, чтобы я набросился на тебя прямо сейчас, лучше не говори такие вещи.

– Но это правда, – безыскусно призналась Хэтти.

Он поднял ее руку и прижался горячими губами к ладони.

– Похоже, я от тебя заразился: мне тоже начинает казаться, что все это сон. Когда я вспоминаю свое одиночество... – Не договорив, Марио вздохнул и улыбнулся с такой нежностью, что у Хэтти запершило в горле. – Знаешь, когда я впервые увидел тебя на фотографии, то поклялся сделать все, что в моих силах, чтобы увидеть тебя воочию. Но тогда я тебя не знал.

– Но ты ведь знал, кто я.

– Верно. – Марио сосредоточенно нахмурился. – Харриетт, иногда я сожалею, что не могу говорить с тобой по-итальянски, мне бывает трудно выразить свои чувства на чужом языке. Я пытался сказать, что не знал, какая ты. Ты не просто красивая, ты удивительная!

7

Войдя в гостиничный номер и увидев подругу, Хэтти ужаснулась. Темно-каштановые волосы Джоан, предмет ее неустанных забот, потеряли блеск и свисали сосульками, глаза ввалились и потускнели, на щеках горел лихорадочный румянец, резко контрастирующий с нездоровой бледностью кожи.

– Хэтти, ты приехала! – Джоан так обрадовалась подруге, что даже прослезилась.

Хэтти покачала головой.

– А еще говорят, что тебе стало лучше! Представляю, как ты выглядела вчера...

Сиделка, пухлая итальянка средних лет с добрым лицом, заботливо подала подопечной чистый носовой платок, та вытерла глаза и высморкалась.

– Как невеста Франкенштейна. – Джоан шмыгнула носом и попыталась улыбнуться. – Извини, Хэтти, мне следовало позвонить не тебе, а маме, но я побоялась ее пугать, пока не было точно известно, что со мной. Прости, что доставила тебе столько хлопот.

– Ерунда, – отмахнулась Хэтти, – ты правильно сделала, что позвонила мне, тем более что у нас в гостях был Марио. – Она повернулась к сиделке и подала руку. – Здравствуйте, я Хэтти Стюарт. Спасибо, что позаботились о моей подруге.

Женщина улыбнулась и ответила на хорошем английском языке, но с заметным итальянским акцентом:

– Я рада, что смогла помочь.

Джоан всплеснула руками.

– Из-за этой болезни я, кажется, поглупела, совсем забыла вас познакомить. Хэтти, это Тереза, мой добрый ангел.

– Я вижу, что ты действительно в хороших руках. – Хэтти тепло улыбнулась сиделке. – Синьор Пачини хотел с вами поговорить, он ждет в холле.

– Хорошо, синьорина.

– И, Тереза, – быстро добавила Джоан, – отдохните немного, зайдите в буфет, выпейте кофе.

Сиделка с улыбкой кивнула.

– Хорошо. Думаю, я могу оставить вас на полчаса.

Как только подруги остались одни, Джоан нетерпеливо попросила:

– Хэтти, объясни наконец, кто такой этот Марио!

– Подожди, я поправлю тебе подушки.

– К черту подушки. – Джоан слабо махнула рукой в сторону стола, на котором Хэтти увидела большую корзину с фруктами. – Сегодня утром мне доставили вот это. А вчера вечером, сразу после твоего звонка, принесли минеральную воду и фруктовые соки. Потом появился доктор Ферелли, очень приятный молодой человек и хорошо говорит по-английски. Он меня осмотрел, заверил, что я не умираю, и выписал антибиотики. Потом позвонил куда-то, чтобы прислали Терезу. Так что' рассказывай, кто такой Марио. Добрый волшебник?

– Странно, что ты спрашиваешь, – небрежно заметила Хэтти, – ведь ты с ним уже разговаривала.

– Не может быть! Когда?

– Помнишь, перед твоим отъездом в Италию я вернулась с работы и принимала душ, а мне позвонили? Тебе еще понравился его сексуальный голос.

Ошеломленная Джоан даже рот разинула.

– Но я думала, что звонил Фредо!

– Нет, это был Марио Пачини, между прочим, владелец фирмы, которой принадлежит и этот отель. – Хэтти помолчала, сладко потянулась и с озорной улыбкой добавила: – Но главное не это, а то, что я в него влюблена. Кажется, я полюбила его с первого взгляда, причем окончательно и бесповоротно.

Джоан упала на подушки.

– Не может быть! – ахнула она. – Ну-ка, Харриетт Стюарт, садись и рассказывай все по порядку, с самого начала.

Хэтти охотно подчинилась. Она в подробностях изложила все, что произошло, начиная с того момента, когда упала перед отелем «Делмир».

– Но это еще не все. Как только ты немного поправишься, Марио отвезет нас на свою виллу. Ты поживешь там до выздоровления, а я составлю тебе компанию.

– Ну и ну! – Джоан покачала головой. – Должно быть, он необыкновенный человек, этот Марио.

– Да, он такой, – с нежностью подтвердила Хэтти. – Ладно, Джоан, шутки шутками, но ты уже позвонила матери?

– Я ей позвонила сразу, как только добралась до номера, но не стала сообщать, что заболела. Маме, правда, мой голос показался странным, но я сказала, что у меня просто в горле пересохло. – Джоан виновато посмотрела на подругу и призналась: – Честно говоря, когда Селия отменила поездку, мне следовало сделать то же самое, я уже тогда неважно себя чувствовала.

– Так вот почему ты в пятницу ушла с работы раньше! А я была так поглощена собственными проблемами, что ничего не заметила.

– Пусть тебя не мучает совесть, Хэтти. Тогда мне было не настолько плохо, я думала, что немного простудилась. Мне так хотелось побывать во Флоренции, что я решила не обращать внимания на легкое недомогание, но поплатилась за свое легкомыслие, потому что к тому времени, когда я добралась до отеля, мне хотелось только забраться под одеяло и тихо умереть.

Вернулась сиделка и передала, что синьор Пачини желает поговорить с мисс Стюарт и ждет ее внизу.

– Мужчина не должен ждать. – Джоан усмехнулась, вогнав Хэтти в краску. – Беги скорее, почисть перышки.

Хэтти юркнула в ванную, наскоро привела себя в порядок и выпорхнула обратно.

– Я ненадолго, – пообещала она и выбежала ' из номера.

Выйдя из лифта в холле первого этажа, Хэтти сразу заметила Марио. Чувствуя на себе любопытные, а временами и завистливые взгляды, устремленные со всех сторон, Хэтти подошла к нему, и они уединились в уголке, где под большой пальмой стояли два кресла и диван, а между ними – низкий кофейный столик, на котором стоял серебряный поднос с кофейником и двумя чашками.

– Как Джоан? – спросил Марио.

Хэтти поморщилась.

– По-моему, ужасно. Но она уверяет, что ей намного лучше, чем было вчера.

– Да, Гвидо Ферелли это подтверждает, я с ним уже поговорил. Однако он считает, что твоей подруге еще минимум день лучше соблюдать строгий постельный режим. А завтра я отвезу вас обеих на виллу «Кипрессо». – Марио улыбнулся. – Я уже позвонил туда и распорядился, чтобы подготовили все к нашему приезду.

– А где находится твоя вилла?

– Не очень далеко от Флоренции, так что твоя подруга не должна сильно утомиться.

– Значит, ты каждый день ездишь в город с виллы?

– Нет, я живу во Флоренции, а на вилле обычно провожу только выходные. Но пока ты будешь гостить на вилле, я, конечно, тоже буду там жить. Завтра или послезавтра возвращается Фредо, он может пока пожить в моей квартире. – Марио пододвинулся ближе, тронул Хэтти за руку и как бы между прочим поинтересовался: – В чем дело, Харриетт? Какие-то проблемы? Хэтти замотала головой.

– Нет, все в порядке, просто все происходит слишком стремительно и... Марио, ты словно добрый волшебник. Джоан и я, мы обе немного ошеломлены.

Он пожал плечами.

– Я ничего особенного не сделал. Вечером я заеду за тобой, и, прежде чем мы отправимся на ужин, ты познакомишь меня со своей подругой.

– Как, разве мы с тобой идем на ужин? – удивилась Хэтти.

– Разумеется. Сейчас ты вернешься к Джоан, Тереза немного отдохнет, а к восьми часам вернется. Кажется, у тебя какие-то сомнения. – Он прищурился. – Ты не хочешь со мной ужинать?

– Ты сам знаешь, что хочу, но, наверное, мне не следует уезжать далеко. Вдруг я понадоблюсь Джоан?

– Но ты и не уедешь далеко, мы поужинаем здесь, в отеле. Если потребуется, ты сможешь вернуться к подруге в считанные минуты. Значит, договорились, в восемь я за тобой зайду.

Марио проводил Хэтти до лифта, но, прощаясь, не позволил себе никаких вольностей.

Вернувшись в номер, Хэтти застала подругу сидящей в кресле. Джоан переоделась в свежую пижаму и причесалась, она выглядела усталой, но уже чуть больше походила на себя прежнюю. Настроение у нее тоже немного улучшилось.

– Тереза обтерла меня губкой и сменила постельное белье, – сообщила она повеселевшим голосом. – Сейчас она уйдет часа на два, ей тоже нужно отдохнуть.

Сиделка аккуратно расправила чистую простыню, так что на ней не осталось ни одной складочки, и помогла Джоан снова лечь в кровать. Обращаясь к Хэтти, она сказала:

– Синьорина, я заказала нашей больной легкий ужин в номер, пожалуйста, проследите, чтобы она поела. Я сейчас ухожу, вернусь к восьми.

После ухода сиделки Хэтти села на вторую кровать в номере.

– Джо, Марио пригласил меня на ужин.

– Я знаю, Тереза мне сказала.

– Ты не очень обиделась? Я чувствую себя виноватой, приехала к тебе, а сама ухожу на целый вечер.

Джоан хихикнула.

– Какая ерунда, я же не на смертном одре! Кроме того, я буду не одна, со мной останется Тереза. Я почитаю книжку, а она может вздремнуть на твоей кровати. Кстати, а что ты собираешься надеть на романтический ужин с добрым волшебником?

Хэтти достала из чемодана платье из шелкового трикотажа и критически осмотрела его. Платье лежало сверху и почти не помялось.

– Надену вот это. Поскольку мы завтра уезжаем, нет смысла распаковывать чемодан и гладить все остальное. Но сначала я хочу выйти на балкон и полюбоваться видом.

Полная луна только поднималась над горизонтом, старинный город сиял огнями. Дневная суета улеглась, машин стало меньше, в вечернем воздухе чувствовались ароматы лета. Откуда-то доносилась музыка и пение. Хэтти вдохнула полной грудью.

– Красота! Джо, ты не против, если я оставлю дверь на балкон открытой? На улице тепло.

– Оставь. – Джоан грустно улыбнулась. – Раз уж я не могу осмотреть Флоренцию, то хотя бы послушаю ее звуки. Хэтти, не тяни время, я надеюсь, что ты успеешь рассказать мне про свадьбу.

Хэтти быстро приняла душ, высушила и уложила волосы. Выйдя из ванной, она устроилась на второй кровати, поджав под себя ноги, и стала рассказывать Джоан о свадьбе.

– Я знаю, что невеста и должна быть прекрасна, но Бет была так ослепительна, что хоть темные очки надевай. Джефф не мог оторвать от нее глаз. И не он один, – добавила она с грустью. – Фредо тоже.

– Удивительно, что он пришел на свадьбу!

– Я тоже удивилась, но очень рада, что он принял приглашение, ведь только поэтому там оказался Марио. – Хэтти помолчала. – Джо, ты можешь представить, что еще неделю назад я и не подозревала о существовании Марио Пачини, а сейчас...

– Что сейчас?

– У меня такое чувство, будто я знаю его всю жизнь.

В дверь постучали. Хэтти спрыгнула с кровати и пошла открывать. Оказалось, официант привез на сервировочном столике ужин для Джоан. Когда за ним закрылась дверь, Хэтти сняла крышку с блюда, и по комнате распространился аппетитный запах пряных трав, которыми был приправлен воздушный омлет. Как Джоан не ссылалась на отсутствие аппетита, как ни взывала о снисхождении, но под бдительным оком неумолимой подруги все-таки съела полпорции.

– Все, больше не могу, – простонала она, откидываясь на подушки.

– Хочешь, я помогу тебе привести себя в порядок? – убрав поднос, спросила Хэтти.

– А что, я ужасно выгляжу?

– Нет, но Марио собирался зайти с тобой познакомиться.

Эта новость повергла больную в состояние, близкое к панике. Она потребовала, чтобы Хэтти срочно помогла ей дойти до ванной. Сделав все, что можно было сделать в ее состоянии, Джоан снова вернулась в кровать.

– Хэтти, по-моему, тебе пора переодеваться, в конце концов, не я, а ты идешь в ресторан с Марио Пачини.

Хэтти надела шелковое трикотажное платье без рукавов. Серебристо-голубая ткань прекрасно гармонировала с цветом ее глаз и подчеркивала блеск волос. Она повертелась перед подругой.

– Ну, как я выгляжу?

– Очень аппетитно. Стоит Марио на тебя взглянуть, и ему захочется тебя съесть, – пошутила Джоан.

Хэтти не успела ответить – ее прервал стук в дверь. Войдя в номер, Марио на миг замер на пороге, и Хэтти поняла по его взгляду, что Джоан была права. Затем он молча поднес ее руку к губам и почтительно поцеловал. Хэтти жестом пригласила его пройти в комнату.

– Добрый вечер, мисс Кейтс. – Марио приветливо улыбнулся больной. – Как вы себя чувствуете?

– Прошу вас, зовите меня Джоан. – Она робко улыбнулась. – После всего, что вы для меня сделали, я просто не могу не чувствовать себя лучше, мистер...

– Для вас я просто Марио. Я пришел не только познакомиться с вами, но и узнать, не нужна ли вам еще какая-то помощь?

– Спасибо, у меня все есть. Не могу выразить, как я вам признательна. Не знаю, как вас отблагодарить.

– О, это очень легко! Просто поправляйтесь, и это будет лучшей благодарностью. Харриетт вам сказала, что завтра я отвезу вас обеих на виллу?

Джоан порозовела.

– Да, сказала. Вы очень добры.

В коридоре, идя к лифту, Хэтти негромко спросила: —

– Марио, что ты думаешь о ее состоянии?

– Она выглядит очень слабой, но не беспокойся, я попросил Терезу поехать с нами и пожить некоторое время на вилле, так что твоей подруге будет обеспечен хороший уход.

Хэтти нахмурилась.

– Но ведь это, наверное, очень дорого! Зачем ты идешь на такие расходы?

– Из эгоистических побуждений. – Он усмехнулся. – Мне не хочется, чтобы ты уставала, целыми днями ухаживая за подругой. И, уверяю тебя, мне вполне по средствам нанять профессиональную сиделку на несколько дней. К тому же, повторюсь, ради тебя, Харриетт, я готов на все.

Пришел лифт. К изумлению Хэтти, кабина поехала не вниз, а вверх.

– Разве в этом отеле два ресторана? – спросила она.

– Один, – лаконично ответил Марио.

Из лифта они вышли в длинный коридор. В самом его конце Марио открыл своим ключом двустворчатую дверь, галантно пропустил Хэтти вперед, и они оказались в небольшом фойе. Хэтти догадалась, что Марио привел ее в свои личные апартаменты. Из фойе выходило несколько дверей, центральная вела в гостиную, откуда через раздвижные стеклянные двери можно было попасть на большой балкон. Хэтти с интересом оглядела гостиную, тяжелую старинную мебель, обитую бархатом, картины в золоченых рамах. В центре комнаты стоял элегантный овальный стол на гнутых резных ножках, на котором был сервирован ужин на двоих. Только увидев все это великолепие, Хэтти вдруг поняла, как сильно ей хотелось поужинать в ресторане отеля, где все посетители могли лицезреть ее рядом с Марио.

– Так это и есть квартира, о которой ты говорил? – спросила она ничего не выражающим голосом. – А я думала, ты живешь где-нибудь в другом месте, не в отеле.

Марио нахмурился.

– В чем дело, Харриетт? Мне казалось, ты будешь рада поужинать без посторонних. В ресторане на нас глазел бы весь мой персонал, всем было бы интересно разглядеть мою спутницу.

– Поэтому ты решил привести меня сюда – как я теперь понимаю, не только на ужин. – Хэтти старалась говорить бесстрастно, но голос выдавал ее разочарование. – Полагаю, именно сюда ты приглашаешь дам, которые предлагают тебе «определенные привилегии»?

Лицо Марио утратило оживленное выражение и словно превратилось в венецианскую маску. После мучительно долгой паузы он наконец произнес:

– Здесь бывают только члены моей семьи. – Он подошел к круглому столику, на котором стоял телефон. – Я по наивности вообразил, что тебе будет приятнее поужинать наедине со мной, а не в общественном месте. Ладно, неважно, что я думал, я позвоню в ресторан и закажу столик.

Хэтти перестала сдерживать разочарование и горечь.

– Не трудись, что сделано, то сделано, ничего уже не изменишь.

– Ну почему же, пострадала только моя гордость, имени моей гостьи никто не знает, – парировал Марио. В его голосе Хэтти послышались высокомерные нотки римского патриция. – Поскольку ты явно не жаждешь ужинать в моем обществе, я закажу тебе персональный столик, можешь поужинать одна.

Хэтти уставилась на него в полном смятении.

– Я не могу...

– В таком случае, я провожу тебя обратно к Джоан и ты закажешь ужин в номер.

От его слов повеяло таким холодом, что Хэтти невольно поёжилась. Между ними словно разверзлась пропасть, и Хэтти вдруг с ужасом поняла, что один неверный шаг, и она окажется в черной бездне, из которой нет пути наверх. А еще запоздало вспомнила, что в долгу перед Марио. Ей стало неловко.

– Извини, я не хотела тебя обидеть, особенно после того, что ты для нас...

Марио не дал ей закончить.

– Если ты снова заговоришь о моих расходах, то оскорбишь меня еще сильнее!

– Пожалуйста, Марио... Если я сделала неверные выводы, прошу прощения.

– По-видимому, ты решила, что я привел тебя сюда, чтобы затащить в постель – вероятно даже до ужина!

– Как лорд Байрон...

Хэтти закусила губу и залилась краской, в который раз ругая себя. Вечно она ляпнет что-нибудь, не подумав как следует. Судя по выражению лица Марио, он не понял, что она имела в виду. Однако сердитый блеск в его глазах потух, отчасти потому, что он заметил ее смущение, отчасти потому, что Марио был заинтригован.

– При чем тут ваш поэт?

Хэтти, не смея взглянуть ему в глаза, стала объяснять:

– Я читала, что в день своей свадьбы лорд Байрон лишил новобрачную невинности в гостиной на диване, даже не дождавшись обеда.

Марио шумно вздохнул и уточнил:

– То есть, увидев эту комнату, ты сделала вывод, что я поведу себя так же?

– Не совсем. – Хэтти все-таки набралась смелости посмотреть ему в глаза. – Ты не смог бы поступить точно так же, как Байрон.

Ни на секунду не отводя взгляда от ее глаз, Марио указал рукой на мягкий диван.

– Ну почему же, диван у меня есть. Хэтти кивнула.

– Да, но я не девственница.

8

Казалось, слова Хэтти отдались эхом от стен комнаты. Ей вдруг стало душно в просторной гостиной, она развернулась и поспешно вышла на балкон глотнуть свежего воздуха. Луна уже поднялась высоко, и в водах Арно блестела серебристая лунная дорожка. Хэтти оперлась о перила и посмотрела вниз.

Идиотка, ругала она себя, мне двадцать четыре года, я не уродина и живу в двадцатом веке. Ни одному нормальному человеку не придет в голову, что я в свои годы могу оставаться девственницей, зачем же мне понадобилось акцентировать на этом внимание Марио?

Потому что мне хотелось предупредить его до того... до того, как мы станем любовниками.

Хэтти вдруг с полной ясностью осознала, что именно этого она и желала, именно к этому стремилась. Спрашивается, зачем тогда было поднимать шум из-за интимного ужина в его апартаментах?

Загорелые мускулистые руки легли на перила рядом с ее собственными. Хэтти застыла неподвижно, каждой своей клеточкой ощущая близость Марио, потом, собравшись с духом, медленно повернула голову и посмотрела в его суровое лицо.

– Марио, прости, я вела себя глупо. Наверное, я слишком серьезно отнеслась к шутке Джоан.

– К шутке?

– Джоан сказала, что я выгляжу...

– Восхитительно, – подсказал Марио, и что-то в его голосе навело Хэтти на мысль, что он если и не совсем ее простил, то, по крайней мере, уже не сердится.

– По правде говоря, она сказала, что я выгляжу аппетитно и что тебе захочется меня съесть.

– Ах вот как. – Марио кивнул. – И, когда я привел тебя сюда, ты решила, что Джоан была права.

– Я сама виновата, я дала тебе все основания предполагать, что не откажусь лечь с тобой в постель, – подавленно пробормотала Хэтти. – Не стану тебя обманывать, я действительно этого хочу, но только не так скоро.

– Не сейчас.

– Вот именно. Поэтому я расстроилась, разволновалась и ляпнула эту глупость насчет Байрона.

Марио взял ее за руку и серьезнейшим тоном изрек:

– Лорд Байрон повел себя непростительно, в отличие от него я сначала накормил бы тебя. – Глядя ей прямо в глаза, он добавил: – Ты очень привлекательная женщина, Харриетт, я и не предполагал, что ты до сих пор девственница. Почему ты решила мне об этом сказать?

Хэтти потупилась.

– Наверное, потому, что мне хочется, чтобы между нами не было никакой лжи, недомолвок... а про Байрона просто случайно вырвалось. Не знаю, может, я подумала, что в Италии от девушки даже моего возраста ожидают...

– Что она будет невинна, – закончил за нее Марио.

– Да. И после твоего рассказа об отношениях с Лючией я хотела, чтобы ты узнал это заранее, а не...

Хэтти снова умолкла, краснея от смущения.

– А не когда мы займемся любовью. – Голос Марио как будто стал ниже на несколько тонов, в нем послышались чувственные нотки.

Хэтти вздрогнула.

– Ты замерзла.

Она замотала головой.

– Нет, скорее наоборот. Я уже говорила, это ты на меня так действуешь. – Хэтти призывно посмотрела ему в глаза и вдруг попросила: – Марио, обними меня, пожалуйста.

– Тогда давай уйдем с балкона, мне кажется, что здесь на нас смотрит вся Флоренция.

В гостиной Марио выпустил ее руку, снял пиджак и замер. Его лицо оставалось непроницаемым, но Хэтти поняла, что он ждет, чтобы она сделала первый шаг. И она подошла к нему, протянула к нему руки. Непроницаемая маска спала с лица Марио, он улыбнулся так, что Хэтти почувствовала себя невесомой. Марио привлек ее к себе, и Хэтти доверчиво подняла лицо навстречу его губам. Поцелуй заставил их забыть об ужине, и вскоре оба изнывали от голода, не имеющего никакого отношения к еде. Но через некоторое время желудок Хэтти протестующе заурчал.

– Ты проголодалась!

– Да, теперь – да.

– Теперь? – Марио вопросительно вскинул брови.

– Пока ты на меня сердился, я не смогла бы проглотить ни кусочка.

Он схватил ее за плечи и слегка встряхнул.

– Но ты ведь тоже на меня рассердилась?

– Я уже попросила прощения.

– Чтобы залечить мою рану, нужно что-то посущественнее слов.

В ответ Хэтти молча обняла его за шею и припала к его губам с такой страстью, что в конце концов Марио сам отстранил ее от себя, тяжело дыша.

– Нам надо поесть, – пробормотал он. – Пока я по твоей милости не уподобился этому развратному поэту. Если откровенно, устроить ужин в своих апартаментах меня побудили слова, которые ты сказала в самолете. – И в ответ на удивленный взгляд Хэтти пояснил: – Ты сказала, что предпочитаешь, чтобы я целовал тебя без свидетелей. Поэтому вместо того, чтобы гордо демонстрировать тебя всем знакомым в ресторане, я решил привести тебя сюда. – Он посмотрел ей в глаза. – Но на большее, чем поцелуи, я не рассчитывал... Ну, может, еще на прикосновения, но не более того. Ты мне веришь?

– Конечно.

Марио чинно усадил ее за стол, но сам остался стоять.

– Ужин стоит в холодильнике. Для нашей первой совместной трапезы я выбрал блюда, которые могут ждать столько, сколько потребуется. Сегодня я сам буду официантом. – Марио вышел из комнаты и вернулся с подносом. Откупорил бутылку вина. В его глазах сверкнули насмешливые огоньки. – Надеюсь, сегодня мы наконец выпьем кьянти.

Хэтти радостно улыбнулась. Марио разлил вино и, сев за стол, посмотрел ей в глаза.

– За что будем пить?

– За правду – всегда и во всем!

Они чокнулись и выпили. Даже если бы у Хэтти совсем не было аппетита, она, наверное, не устояла при виде изысканного угощения. Но сейчас, когда первая ссора с Марио осталась позади и страх потерять его исчез, она вдруг поняла, что страшно проголодалась. Для начала Марио положил ей на тарелку зеленый салат с ветчиной, приправленный лимонным соком и пряными травами. Видя, как Хэтти уплетает угощение, Марио с удовлетворением заметил:

– Наконец-то я вижу, как ты ешь.

– На самом деле я ем даже больше, чем нужно. К сожалению, я не такая, как Бет или Салли.

– Что значит «не такая»? – не понял Марио. – В чем ты им завидуешь?

– Они могут есть сколько угодно и не поправляться. – Хэтти философски улыбнулась. – А я очень быстро округляюсь, если перестаю себя ограничивать.

– Округляешься... Какое приятное слово. Лично я предпочитаю женщин, у которых в соответствующих местах есть все положенные округлости, например, как у тебя, любовь моя.

«Любовь моя». Хотя Хэтти и понимала, что не стоит придавать словам слишком большого значения, от нежного обращения ее захлестнула радость. Она с удвоенным аппетитом принялась за главное блюдо – филе лосося под майонезом с каперсами. Нежная рыба буквально таяла во рту.

Когда с едой было покончено, Хэтти встала и принялась убирать со стола, объяснив попытавшемуся остановить ее Марио:

– Должна же я как-то искупить свою вину. Я чуть было не испортила нам обоим вечер.

– Не надо об этом, прошу тебя. – Помолчав, Марио вдруг нахмурился и спросил: – Скажи, Харриетт, ты действительно подумала, что я намерен овладеть твоим телом в оплату за билет на самолет и медицинскую помощь для Джоан?

Хэтти отчаянно замотала головой.

– Нет, что ты! У меня такого и в мыслях не было! Но когда ты привел меня сюда и я увидела ужин на двоих... – Она пожала плечами и грустно подытожила: – Я испугалась, что история повторяется.

Марио прищурился.

– Что за история, Харриетт?

– Ты уверен, что хочешь ее услышать? Видит Бог, история моей личной жизни не слишком длинная, но очень, очень скучная.

– Только не для меня, – возразил Марио. – То, что касается тебя, не может быть скучным. Расскажи мне все, начни с самого первого мужчины в твоей жизни.

Хэтти снова села и положила руки на стол. Марио накрыл одну ее руку своей и улыбнулся, поощряя к исповеди.

– Ну что ж... Мое первое знакомство с сексом – а это был именно секс, не любовь, – состоялось после школьного выпускного вечера. Мальчик, с которым я дружила, проводил меня домой. Мне было семнадцать лет.

Хэтти почувствовала, как лежащие на ее руке пальцы Марио слегка дрогнули. —*Он был так же молод?

– Да, но постарше меня и во многих отношениях взрослее. Он был капитаном школьной бейсбольной команды – этакий супермен с накачанными мускулами, действующий скорее под влиянием гормонов, а не разума. Я была очень довольна выпускным вечером, мама купила мне потрясающее платье, а Бет сделала прическу, и все подруги завидовали тому, что моим кавалером был самый красивый парень в школе. После праздника он повез меня домой на машине своего отца, но не доезжая до дома свернул к реке, взял с заднего сиденья плед и предложил прогуляться к воде. Я думала, что он хочет со мной целоваться. И он меня поцеловал – для начала. Но, как выяснилось, его планы простирались гораздо дальше. – Хэтти поморщилась. – Он был большой, сильный, в отличной физической форме. У меня не было никаких шансов ему противостоять.

Лицо Марио стало мрачнее тучи.

– Он причинил тебе боль?

– Конечно. Я дралась и царапалась как кошка, но мое сопротивление только прибавило мне синяков, к тому же он так возбудился, что все закончилось, едва успев начаться. Он разозлился, я была в истерике, и он повез меня домой с такой скоростью, что остается только удивляться, как мы не разбились. Больше я его не видела. – Глаза Хэтти сверкнули. – Да и не хотела.

Марио отрывисто произнес что-то по-итальянски, поднес руку Хэтти к своим губам и вопросительно посмотрел ей в глаза.

– И я напомнил тебе о той ночи?

– Господи, нет, конечно! – Хэтти помолчала, отпила еще немного вина. – Я упомянула о том случае только затем, чтобы объяснить, что мне не хочется повторения. Я много раз говорила себе, что с мужчиной, которого я полюблю, все будет по-другому, только нужно набраться терпения и дождаться этого счастливого дня. – Она грустно покачала головой. – Однажды я думала, что он уже наступил. Но когда дело дошло до постели, я осталась совершенно холодна. В результате мой партнер ушел в гневе.

– Ты сильно страдала? – заботливо спросил Марио.

– Нисколько. Сердце мое не было разбито, признаться, я даже начала задаваться вопросом, есть ли оно у меня вообще. Джоан то и дело в кого-нибудь влюбляется, а мне больше нравятся мужчины, с которыми можно поддерживать чисто дружеские отношения.

Казалось, Марио был ошеломлен.

– И много ты знаешь таких мужчин?

– Нет. Однако через некоторое время после второго фиаско я познакомилась с мужчиной, который недавно развелся, и он согласился, что платонические отношения позволяют избежать многих сложностей.

– Вот как. – Уголки губ Марио подрагивали. – Но он, наверное, недолго продержался в рамках платонических отношений?

– Ты угадал. Он часто приглашал меня в гости послушать новые пластинки, посмотреть альбомы по искусству и все такое. Но однажды я пришла к нему и увидела стол, накрытый на двоих, шампанское, свечи и красные розы. Об остальном ты можешь догадаться. Шампанское не подействовало... во всяком случае, на меня. – Глаза Хэтти потемнели. – Он стал слишком настойчивым, и на этот раз уже я удалилась в гневе.

Марио задумчиво покачал головой.

– Теперь я понимаю твою реакцию на мое приглашение.

Хэтти улыбнулась. Апартаменты Марио ничем не напоминали лондонскую квартиру, из которой она ушла хлопнув дверью.

– Честно говоря, дело было не совсем так, но мне трудно объяснить свои чувства.

– А ты попытайся.

– Мне очень хотелось поужинать с тобой в ресторане, – призналась Хэтти. – Мне нравилась мысль, что все будут смотреть на нас и понимать, что я... – Она умолкла, зардевшись.

– Что ты принадлежишь мне? – тихо подсказал Марио.

Хэтти побледнела, глаза испуганно расширились.

– Вот, значит, как ты обо мне думаешь?

– Да, – просто сказал он. – Я чувствую это с той самой минуты, когда впервые тебя увидел. Я не могу этого объяснить.

– Мудрые люди и не пытаются, – хрипло прошептала Хэтти.

Внезапно в комнате повисла напряженная тишина. Марио первым нарушил ее, резко сказав:

– Это становится опасным. Ты была права, нам следовало поужинать в ресторане.

– Сейчас я даже рада, что мы здесь.

– Почему?

– Потому что в ресторане мы не могли бы говорить так откровенно. А ты, – Хэтти посмотрела ему в глаза, – не мог бы прикасаться ко мне, целовать меня, как ты этого хочешь.

Марио напрягся, будто пантера перед прыжком. На мгновение у Хэтти мелькнула мысль, что он поднимет ее со стула, прижмет к своей груди и зацелует до бесчувствия. Но, к острому разочарованию Хэтти, Марио взял с подноса десертную тарелку и поставил перед ней.

– Нас ждет еще миндальный торт с лимонным кремом. – Хриплый, нетвердый голос не вязался с прозаическими словами. – Ты любишь сладкое?

– Да, но сейчас что-то не хочется, – промямлила Хэтти. – Может, мне лучше взять свою порцию в номер и угостить Джоан? Она обожает торты. Но ты ешь, не обращай на меня внимания.

– Дьявол! – вдруг взорвался Марио. – Ты прекрасно знаешь, что я не могу не обращать на тебя внимания! Торт – это вовсе не то, чего я хочу! – Его глаза полыхнули таким огнем, что у Хэтти пересохло в горле. – Я ни на минуту не могу забыть, что сегодняшний вечер – наша единственная возможность побыть наедине. На вилле мне придется трудно.

Хэтти насторожилась. Что это за таинственная причина, не позволяющая им заниматься любовью на вилле? От ответа, который напрашивался сам собой, у нее все внутри похолодело.

– Что случилось? – вскричал Марио. – Объясни, почему ты так странно смотришь?

– Скажи... вы с Лючией жили на вилле «Кипрессо»?

– Ах вот оно что! – Напряжение, казалось, отпустило Марио. – Нет. – Обняв Хэтти за плечи, он подвел ее к дивану, усадил и сам сел рядом. – Мне следовало объяснить тебе с самого начала. «Кипрессо» – наше фамильное имение, мы все там выросли – я, Фредо, наша сестра. А дом, в котором мы с Лючией жили, я после ее смерти продал.

– Я и не знала, что у тебя есть сестра. – Хэтти тоже расслабилась и тайком вздохнула с облегчением. Ее ужасала перспектива жить в доме, где бродит признак покойной жены Марио. – Как ее зовут? Она замужем? Она тоже живет на вилле?

– София моложе Фредо. Она замужем за адвокатом Луиджи Витали, у них двое маленьких сыновей, и они живут в Лукке. – Марио рассмеялся и поцеловал ее в лоб. – Ну что, я тебя успокоил?

– Да. А где ты жил с Лючией?

– Ее родители хотели, чтобы мы жили у них, но тогда нам было бы очень трудно скрывать правду о нашем браке. Поэтому я купил дом во Флоренции в нескольких кварталах от них. – Он помрачнел. – Этот дом стал для нас обоих тюрьмой.

– Бедная Лючия. Хотя в каком-то смысле ей очень повезло.

– Повезло?

– Конечно, ведь ее мужем стал ты. Другой мужчина на твоем месте мог не проявить подобной чуткости.

Марио покачал головой.

– Харриетт, не наделяй меня добродетелями, которые мне в действительности не свойственны.

– Что ты имеешь в виду?

– Я проявил, как ты выразилась, чуткость, потому что у меня не было желания вести себя по-другому. В ту ночь, когда Лючия меня отвергла, во мне словно что-то умерло. Возможно, моя юность, – добавил Марио, криво усмехнувшись. – С тех пор я к ней даже не прикасался, кроме тех случаев, когда мы находились в общественных местах и этого нельзя было избежать, не вызвав подозрений. – Марио двумя пальцами приподнял голову Хэтти за подбородок. – Но когда я встретил тебя, люббвь моя, во мне ожили чувства, которые я считал давно умершими. Словно рухнула какая-то плотина, годами сдерживавшая их, и подавленные желания вырвались наружу. – Он лукаво улыбнулся. – Наверное, я веду себя очень по-итальянски? Вы, англичане, славитесь своей сдержанностью. Я тебя смутил, малышка?

– Нисколько. – Низкий бархатный голос с легкой хрипотцой, ласковое слово «малышка» вызвали в Хэтти бурю чувств. – Признаться, мне даже нравится, когда ты становишься таким страстным. Это так возбуждает...

Договорить она не успела, потому что Марио запечатал ей уста страстным поцелуем. А когда Марио заговорил, Хэтти поняла смысл его слов только по интонациям: он говорил по-итальянски, одновременно лаская ее тело сквозь шелк платья и разжигая в ней пламя желания. Через несколько минут, изнывая от нежной муки, Хэтти уже мечтала о том, чтобы Марио раздел ее и отнес в кровать, где она наконец поняла бы, насколько прекрасным может быть акт любви. Но она знала, что он этого не сделает, во всяком случае, сегодня. Незнакомые доселе чувства и желания были столь остры, что Хэтти всхлипнула. Марио прижал ее к себе.

– Не плачь, любимая, прости меня, я тебя напугал.

– Нет, это не от страха, – хрипло призналась Хэтти, – а от неудовлетворенности. Я... я тебя хочу, ты сводишь меня с ума. Я никогда ничего подобного не чувствовала.

Марио застонал.

– Любовь моя, не говори так! – Он взял ее лицо в ладони и заглянул в глаза.

– Ты сказал, что на вилле «Кипрессо» мы редко будем оставаться наедине. Почему? Из-за Джоан и сиделки?

Марио кивнул.

– Кроме того там есть кухарка Роза, ее муж Джино, который следит за садом, а как только София узнает, что у меня гости, то тут же примчится знакомиться.

– Твоей сестре не покажется странным, что ты пригласил меня пожить на вилле? – забеспокоилась Хэтти.

Марио молчал, устремив взор на их соединенные руки.

– Она очень удивится, – сказал он наконец. В его голосе появилось напряжение, которого не было раньше. – Потому что я никогда еще ни одну женщину не привозил на виллу. – Марио поднял на нее глаза, и от его взгляда у Хэтти захватило дух. – Я не собирался это говорить, во всяком случае, сегодня... Понимаю, что мне следовало набраться терпения и подождать, но Бог свидетель, я и так уже потратил изрядную часть своей жизни впустую. – Он крепче сжал ее руку. – Харриетт, увидев тебя, я сразу понял, что ты должна быть моей. Мне не нужна короткая интрижка, роман... ты нужна мне не на время, а на всю жизнь. Харриетт, я прошу тебя стать моей женой.

9

В комнате стало очень тихо, лишь с улицы приглушенно доносились звуки ночного города.

Ты должна образумиться, все происходит слишком быстро и потому добром не закончится, твердил Хэтти внутренний голос, но его заглушал громкий стук сердца, переполненного радостью. Сбывается то, о чем она мечтала всю свою сознательную жизнь.

– Я поторопил события, – с горечью сказал Марио. Жестом, выдающим волнение, он взлохматил волосы пятерней. – Я повел себя глупо, нужно было подождать...

– Нет, не нужно, – быстро сказала Хэтти. Она радостно улыбнулась, и глаза Марио сверкнули в ответ. – Я рада, что ты не можешь ждать.

Он сжал ее руки так, что Хэтти едва не вскрикнула от боли.

– Ты серьезно?

– Да.

– Так ты согласна выйти за меня замуж?

– Да, да!

– Тогда скажи, что любишь меня!

– Ну конечно люблю, – заверила Хэтти, – иначе этот разговор был бы невозможен.

Марио вскочил на ноги, потянув за собой Хэтти. Выражение его лица стало напряженным, он впился взглядом в ее глаза.

– Ты понимаешь, что все скажут, что мы слишком мало знаем друг друга и еще не успели проверить свои чувства?

– А тебе не все равно, что скажут другие? – с вызовом спросила Хэтти.

Марио бережно обхватил ее лицо ладонями.

– Для меня важно только твое мнение... ну, еще, возможно, мнение твоих родителей. Мы должны с ними поговорить...

– Пока не надо, – поспешно возразила Хэтти. – Я пока не хочу ни с кем делиться нашей новостью.

– Даже с подругой?

– Джоан уже знает. – Видя ошеломление Марио, Хэтти рассмеялась. – Конечно, не то, что ты сделал мне предложение, а что я тебя люблю. Я никогда еще не была безумно влюблена, должна же я была поделиться хоть с кем-нибудь!

Марио просиял.

– Отлично. Раз твоя подруга знает, это значительно облегчит нам жизнь на вилле. Полагаю, она поймет, что нам нужно иногда оставаться наедине?

– Конечно, поймет, – заверила Хэтти и выжидающе уставилась на Марио. – Не знаю, дорогой, как принято в Италии, а у нас в Англии предложение руки и сердца, конечно, если дама ответила «да», принято скреплять поцелуем.

– Харриетт, скажи еще раз: дорогой.

– Нет уж, сначала поцелуй меня.

Вместо поцелуя Марио подхватил ее на руки. У Хэтти мелькнула мысль, не собирается ли он отнести ее прямо в спальню, коль скоро они объяснились друг другу в любви. Но Марио сел на диван, усадил Хэтти к себе на колени и поцеловал в губы, которые она с готовностью подставила.

– Ну вот, любовь моя, теперь мне самому не верится, что все это происходит на самом деле.

– Если это сон, то он снится нам обоим, – прошептала Хэтти.

Марио ухитрялся одними поцелуями доставлять ей огромное наслаждение, он сумел продемонстрировать, что поцелуй – большое искусство и что он, Марио Пачини, достиг в этом искусстве совершенства. Переводя дух, Хэтти чуть отстранилась и спросила с вызовом:

– Кто научил тебя так целоваться? Марио рассмеялся и взлохматил ей волосы.

– Оливия.

– Кто такая Оливия?

– Просто девушка, с которой я встречался в юности задолго до женитьбы. Она была старше меня, это она открыла мне, что поцелуи и ласки ничуть не менее важны, чем сам акт любви. Вот только она так и не позволила мне зайти дальше поцелуев.

Прозвучавшее в его голосе легкое сожаление не укрылось от Хэтти.

– Но ты-то хотел большего! – проницательно заметила она, погрозив ему пальцем.

Марио плутовато усмехнулся и стал казаться гораздо моложе своих лет.

– Мужчины всегда хотят большего, дорогая. – Он глубоко вздохнул. – Давай вернемся к практическим вопросам. Я понимаю, что требую очень многого, но... Харриетт, ты согласна отказаться от карьеры и разделить со мной жизнь? После недолгого колебания Хэтти кивнула.

– Да, согласна.

– У тебя есть сомнения? – тихо спросил Марио.

– Нет, вовсе нет. – Она замялась и робко улыбнулась. – Признаюсь тебе в том, в чем не признавалась ни одной живой душе: моя так называемая карьера никогда не была для меня важна. Я только притворялась деловой женщиной.

Марио нахмурился.

– Но зачем было притворяться, любовь моя?

– Во-первых, современной девушке полагается работать и стремиться сделать карьеру. – Хэтти пожала плечами. – Кроме того, должна же я была заниматься каким-то делом. Я не лентяйка, и с мозгами у меня, кажется, все в порядке, хотя мне никогда не стать такой, как мои сестры. Бет окончила университет с отличием, а Салли, та вообще светлая голова, она, наверное, обскачет даже Бет. – Хэтти кисло улыбнулась. – После школы я окончила курсы машинописи и поступила на работу в солидную контору, торгующую недвижимостью, чтобы все видели, что я намерена делать карьеру. Правда, там мне быстро наскучило, так что вакансия в фотостудии подвернулась весьма кстати. Моя нынешняя работа мне нравится, но, честно говоря, мне не хотелось бы заниматься ею всю жизнь.

– Рад это слышать. Признаться, я боялся, что твоя работа встанет между нами.

– Может, я смогу найти какое-нибудь дело по душе здесь, во Флоренции, или...

– Или?

– Может быть, у нас родится ребенок, – еле слышно прошептала Хэтти.

– Ты серьезно, любимая? Ты правда хочешь иметь ребенка?

– Не ребенка вообще, – уточнила, осмелев, Хэтти, – а твоего ребенка.

Марио прижал ее к себе и вдруг разразился потоком итальянских фраз. Хэтти не понимала из его страстной речи ни слова, но не сомневалась, что Марио не просто обрадован – счастлив. И она не ошиблась.

– А я было отчаялся стать отцом, – хрипло признался Марио, снова переходя на английский.

– Мне не верится, что не нашлось женщины, которая была бы счастлива родить тебе детей.

– Женщины, может, и находились, только я зарекся жениться без любви. Мне хватило одного раза.

Хэтти испытала острое желание утешить этого взрослого, зрелого мужчину. Она обняла Марио за шею и страстно поцеловала его, без слов выражая свои чувства. Марио зашептал ей какие-то нежные слова, снова перейдя на родной язык, Хэтти жалела только о том, что не понимает его.

– Я научу тебя итальянскому, – пообещал он в перерыве между поцелуями. – Я не могу заниматься любовью на английском.

– У тебя отлично получается, – хрипло прошептала Хэтти.

– О, я могу еще лучше...

Внезапно оба замолчали и посмотрели друг другу в глаза. Каждый прочел во взгляде другого желание. Марио порывисто встал и протянул Хэтти руку.

– Я должен проводить тебя до номера.

– Но еще так рано, – запротестовала она.

– Любовь моя, я так сильно тебя хочу, что весь горю, я не могу с собой... боюсь, мне не хватит силы воли... черт, не могу подобрать нужные слова! – Он несколько раз глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки. – Харриетт, клянусь, мои намерения были чисты, не как у других мужчин, которых ты знала. Угощение, вино – это лишь еда и питье, а не средства соблазнить тебя, чтобы уложить в постель.

– Сейчас я это знаю. – Хэтти положила руку ему на плечо. – Марио... ты хочешь сказать, что не будешь заниматься со мной любовью до свадьбы?

– Если это и твое желание – да, обещаю.

– Нет, у меня другое желание: чтобы мы занялись любовью раньше, даже... даже если поначалу не все у нас пойдет гладко.

– Харриетт, не путай меня со своими любовниками! – высокомерно заявил Марио. – Мы созданы друг для друга, вот увидишь, у нас все будет прекрасно.

– Все возможно, но это неважно. – Хэтти поспешила уточнить: – То есть я хочу сказать, что до нашей брачной ночи мы достигнем совершенства.

– Ты хочешь стереть дурные воспоминания? Ах, Харриетт... – Марио поцеловал ее с нежной страстью, затем немного отстранился и с улыбкой посмотрел в глаза. – Теперь, когда ты согласилась стать моей, – прошептал он, – я очень скоро покажу тебе, какой может быть любовь. А пока...

– Ты хочешь отвести меня обратно к Джоан, – смиренно подсказала Хэтти.

Марио покачал головой и снова усадил ее на мягкий диван.

– Не сейчас. У нас сегодня особенный день, я намерен еще немного подержать тебя в своих объятиях.

Марио стал покрывать легкими нежными поцелуями ее лоб, веки, щеки и наконец нашел ее губы. Хэтти пылко ответила на поцелуй, у Марио участилось дыхание, он опустил ее на диванные подушки и навис над ней. Неотрывно глядя Хэтти в лицо, словно пытаясь заметить малейшие признаки недовольства, он стал ласкать ее грудь через тонкую ткань платья.

Хэтти выгнулась ему навстречу, желая большего. Его длинные тонкие пальцы медленно скользнули за вырез платья. От их нежного прикосновения к набухшим и ставшим очень чувствительными соскам у Хэтти захватило дух. Марио припал к ее губам глубоким страстным поцелуем и, не отрываясь от ее губ, вытянулся на диване во весь рост. От прикосновения к его горячей возбужденной плоти внутри Хэтти словно что-то взорвалось, как будто открылся неизвестный источник неистового, неукротимого желания. Едва сознавая, что делает, она завела руку за спину, резко потянула вниз язычок «молнии» и спустила платье до талии. Марио шумно втянул в себя воздух, освободил грудь Хэтти от бюстгальтера и сомкнул горячие губы вокруг одного соска, в то время как его пальцы ласкали другой.

Голова Хэтти металась из стороны в сторону по диванной подушке, желание стало нестерпимым. Погрузив пальцы в густые черные волосы Марио, она еще ближе притянула к себе его голову, но Марио отстранился и сел – только чтобы сорвать с себя рубашку, – а затем снова навис над Хэтти и стал жадно целовать со все нарастающей страстью.

Наконец он поднял голову, посмотрел в глаза Хэтти и хрипло выдохнул:

– Это выше моих сил, любимая!

– Марио, я так тебя хочу, – простонала она.

– Я хочу тебя сильнее!

На секунду он зажмурился, словно от невыразимой боли, потом резко вскочил и потянулся за рубашкой. Хэтти тоже встала, повернулась к Марио спиной и стала застегивать «молнию» на платье. По ее щекам текли слезы. Видя, что она не может справиться с застежкой, Марио отвел ее руки.

– Позволь мне. – Он вдруг замер и резко развернул Хэтти лицом к себе. – Ты плачешь!

– Нет, не плачу, – пролепетала она, всхлипывая и шмыгая носом.

– Не стесняйся, плакать не стыдно.

Он поцелуями стер с ее щек соленую влагу. Но даже это мимолетное прикосновение подействовало на обоих слишком сильно. Через мгновение оба снова жадно прижимались друг к другу, губы снова слились в страстном поцелуе, лишившем обоих последних остатков выдержки. Марио поднял ее на руки, его глаза горели неистовым огнем, ответный взгляд Хэтти развеял все его сомнения, если таковые еще оставались. Он отнес Хэтти в спальню и поставил на ноги возле широкой кровати, залитой лунным светом.

– Ты уверена? – хрипло спросил Марио.

– Уверена, – прошептала Хэтти.

Она спустила платье' с плеч, позволила ему соскользнуть на пол и переступила через него. Марио опустился на колени и уткнулся лицом в шелковистую кожу ее живота.

– Любовь моя, я весь горю, боюсь, мне не хватит выдержки, я не смогу быть нежным.

– Мне не нужно, чтобы ты был нежным, – горячо возразила Хэтти, – мне только нужно знать.

Он поднял голову.

– Знать? Что?

– Что я не фригидна, нормальна, словом, не такая, какой меня называли мужчины, которые...

Хэтти ахнула: Марио стремительно поднялся, подхватил ее на руки и положил на кровать. Он склонился над ней, лицо в лунном свете казалось бледным, а глаза горящими.

– Твои любовники ни черта не смыслят, ты лучше всех, ты – само совершенство!

У Хэтти снова навернулись слезы на глаза.

– Марио, как бы мне хотелось...

– Чего ты хочешь, скажи мне, любимая?!

– Мне бы хотелось, чтобы до тебя у меня никого не было.

– Забудь о них, выброси из головы прошлое. – Марио слизнул с ее щеки слезинку. – Есть только ты и я.

И он оказался прав: когда их больше ничто не разделяло, когда они, обнаженные, лежали в объятиях друг друга, прошлое перестало для них существовать, тягостные воспоминания растаяли. Своими ласками и поцелуями Марио довел Хэтти до экстаза, она содрогалась от наслаждения, его руки и губы творили с ней нечто сказочное, невообразимое, заставляя жаждать большего.

Только уступив хриплой мольбе Хэтти, Марио наконец сделал их единение полным. На мгновение он замер неподвижно, сдерживая страсть, но Хэтти сама начала двигаться в настойчивом приглашении, и Марио с восторгом его принял. Он продолжал ласкать и целовать ее, жарко шепча, как она хороша, как он ее любит, как ему приятно быть с ней, а когда ему стало не хватать запаса английских слов, перешел на родной язык.

Он все ближе подводил ее к заветной цели, взгляд Хэтти затуманился, дыхание стало частым и прерывистым, голова металась по подушке из стороны в сторону. Наконец Хэтти впилась ногтями в его плечи, и обоих подхватил горячий бурлящий поток. Хэтти достигла вершины первой, почувствовав, как она содрогнулась под ним, Марио перестал сдерживаться и отдался во власть страсти.

Они долго лежали в объятиях друг друга, двигаться не хотелось. Наконец Марио поднял голову и с улыбкой заглянул в полуприкрытые отяжелевшими веками глаза Хэтти.

– Итак, любовь моя, расскажи, что ты ощущаешь.

– У меня такое чувство, будто я одержала победу.

Марио вздохнул и с облегчением потерся щекой о ее щеку.

– Значит, ты не сбежишь от меня в гневе или в панике?

– Ни за что, тем более что я вообще не в состоянии двигаться.

– Я тоже не хочу, чтобы ты двигалась, но, боюсь, тебе пора возвращаться к подруге.

– Жаль, что я не могу остаться.

Марио быстро поцеловал ее.

– Когда мы поженимся, я никуда тебя не отпущу, буду обнимать тебя всю ночь.

Мечтательно улыбаясь, Хэтти потянулась и вдруг поморщилась.

– В чем дело?

– Хорошо, что здесь темно и тебе не видно, что я покраснела.

Марио рассмеялся и крепче обнял ее.

– Это еще почему?

– Потому что некоторые мои мышцы не привыкли к такой активности и теперь болят, – призналась Хэтти осипшим голосом. Она медленно подняла руку и нежно погладила его по щеке. – Спасибо тебе, Марио, за то, что ты подарил мне такое чудо.

– Ты благодаришь меня? – недоверчиво переспросил он. – Харриетт, ощущать, как твое тело реагирует на мои ласки, было так прекрасно... Мне не хватает слов! Когда я нес тебя в спальню, я, конечно, не сомневался, что нам будет хорошо вместе, но не ожидал, что это будет настолько восхитительно.

– А я до встречи с тобой вообще ничего не ожидала.

Марио снова потерся щекой о ее щеку, но Хэтти робко отстранилась.

– Ладно, – покаянно прошептал Марио, – обещаю, что, когда мы поженимся, буду каждый вечер бриться перед тем, как идти спать.

В этом его обещании было нечто глубоко интимное, Хэтти вздохнула и мечтательно прошептала:

– Мне все еще не верится, что все это происходит наяву.

– Знаю, любимая, мне самому не верится. – Марио приподнялся на локте, посмотрел ей в лицо и очень тихо сказал: – Но это правда. Я люблю вас, Харриетт Стюарт.

– Я верю, – так же тихо ответила Хэтти. – Я вас тоже люблю, Марио Пачини.

Марио взял ее руку и торжественно поцеловал, как будто они только что обменялись клятвами в вечной любви.

– Но нам нужно вставать, тебе пора возвращаться.

Хэтти подавила вздох.

– Что ж, надо, значит, надо. Но сначала мне нужно привести себя в порядок.

Через некоторое время Хэтти вернулась из ванной и, встав перед большим зеркалом, придирчиво оглядела себя.

– Ну как, я прилично выгляжу?

Марио окинул ее оценивающим взглядом и одобрительно заметил:

– Очень аппетитно, как выразилась твоя подруга.

– Марио! – спохватилась Хэтти. – Мне нужно тебе кое-что сказать.

Его улыбка погасла.

– Тот первый случай с мальчиком из нашей школы не в счет, но с каждым из двух других мужчин я долго встречалась, прежде чем... прежде чем мы...

– Стали любовниками? – подсказал Марио. Хэтти кивнула.

– Может, слово не совсем подходящее, но я имела в виду именно это.

Марио взял ее руки в свои и серьезно посмотрел Хэтти в глаза.

– Ты хочешь сказать, что не в твоих привычках прыгать в постель к малознакомому мужчине. Но у нас с тобой случай особый, Харриетт: я тебя люблю.

– Я тебя тоже, – прошептала Хэтти, вдруг застеснявшись.

– Я сделал тебе предложение, и ты его приняла, а венчание хотя и соединит нас узами законного брака, но в моих чувствах ничего не изменит. Для меня ты уже моя жена.

Глаза Хэтти снова наполнились слезами.

– Ну вот, опять у меня глаза на мокром месте! Извини, обычно я не такая слезливая.

– Не извиняйся, любовь моя, мне нравится стирать соленую влагу с твоих щек поцелуями...

Хэтти шмыгнула носом и шутливо погрозила ему пальцем.

– Не стоит, а то я никогда отсюда не уйду. Помнишь, чем дело закончилось в прошлый раз, когда ты стал осушать мои слезы?

– Помню. – Он вздохнул. – Ладно, иди. Боюсь, Тереза будет шокирована, если я верну тебя после полуночи.

– Обними меня еще разок, – тихо попросила Хэтти.

Марио прижал ее к себе так, что Хэтти пришлось встать на цыпочки и обхватить его за шею, чтобы не потерять равновесие.

– Мне нужно было еще раз почувствовать твои объятия, чтобы убедиться, что я не сплю, – прошептала она.

Марио посмотрел ей в глаза, в самую глубину.

– Это не сон и не сказка, это жизнь. Наша жизнь. – Он крепче сжал ее в объятиях. – Ты отдалась мне, и отныне ты моя. Я тебя никогда не отпущу.

10

До поры до времени Хэтти удалось избежать расспросов Джоан. Когда она вернулась в номер, больная дремала, она только открыла глаза, сонно спросила подругу, как прошел вечер, и, едва выслушав короткий ответ, заснула снова. Тереза ушла в номер, который администрация отеля выделила ей по распоряжению Марио, Хэтти приняла душ и легла. Лежа в постели, она снова и снова переживала события прошедшего вечера, пока не заснула.

Утром сиделка пришла еще до того, как Хэтти проснулась, таким образом лишив подруг возможности поговорить без свидетелей, за что Хэтти была ей только благодарна. Ей хотелось как можно дольше хранить в тайне то, что произошло между ней и Марио. При свете дня ей даже немножко не верилось, что это не сон и не игра воображения.

К последнему разрыву с поклонником Хэтти отнеслась философски. На вопрос Бет она легкомысленно ответила:

– Ничего, я еще встречу своего Прекрасного принца.

И вот теперь, когда она встретила Марио, все ее мечты, кажется, сбываются. Утром Джоан чувствовала себя немного лучше, чем накануне. За завтраком Хэтти описала подруге изысканный ужин, которым ее угощал Марио, но, поскольку рядом хлопотала Тереза, собирая вещи больной для поездки на виллу, не стала уточнять, что они ужинали наедине в личных апартаментах Марио.

Джоан, заметив, что Хэтти ограничилась кофе, поинтересовалась:

– В чем дело? У меня нет аппетита из-за болезни, а ты почему ничего не ешь?

– Ты же знаешь, я никогда не завтракаю плотно.

Джоан понимающе посмотрела на счастливое лицо подруги и выразительно вскинула брови, но из-за присутствия Терезы воздержалась от комментариев.

Тереза помогла Джоан умыться и одеться. Оказалось, что за время болезни девушка успела похудеть, одежда стала ей велика, и из-за этого Джоан выглядела еще более осунувшейся и болезненной. Хэтти помогла подруге сесть в кресло у открытой двери на балкон.

– Тебе нужно поберечь силы. К счастью, вилла недалеко от Флоренции, как только мы доберемся до места, ты сможешь сразу лечь, если захочешь.

– Это совершенно необходимо, особенно после поездки на машине! – твердо сказала Тереза. – Доктор Ферелли велел соблюдать постельный режим.

– Слушаюсь, сестра, – ответила больная, слабо улыбнувшись.

Было ясно, что она сама не прочь лечь как можно раньше. Минут через десять за их багажом пришел коридорный. Джоан пошатывалась от слабости и не могла дойти самостоятельно даже до лифта, Хэтти и Тереза поддерживали ее с обеих сторон.

– Я беспомощна, как новорожденный ягненок, – прохрипела Джоан, морщась от боли в груди.

– Ничего, ты скоро поправишься, и силы к тебе вернутся, – подбодрила ее Хэтти, бросив встревоженный взгляд на Терезу.

Та кивнула.

– Да, свежий воздух поможет вам быстрее встать на ноги.

В холле их ждал Марио, одетый в более непринужденном стиле, чем обычно, но, на взгляд Хэтти, как всегда неотразимый. Как же ей хотелось броситься ему на шею прямо здесь, не обращая внимания на постояльцев и на служащих отеля!

– Добрый день. – Марио улыбнулся всем троим, но по его быстрому взгляду в ее сторону Хэтти поняла, что у него возникло такое же побуждение, как у нее. – Как самочувствие, Джоан?

– Прекрасно, – мужественно ответила та, но всем было ясно, что это лишь вежливая ложь.

– По правде говоря, Марио, – тихо заметила Хэтти, – она очень слаба. Далеко идти до машины?

– Нет, автомобиль ждет у входа в отель. Марио отдал Терезе какие-то распоряжения по-итальянски, улыбнулся Джоан и, пробормотав: «С вашего разрешения», – легко подхватил ее на руки и отнес к машине, где бережно опустил на заднее сиденье. Тереза села рядом с Джоан. Марио открыл дверцу для Хэтти, затем извинился и сказал, что ему нужно побеседовать с управляющим отелем.

Хэтти повернулась к подруге.

– Джо, ты в порядке?

– Конечно, иначе и быть не может, ведь со мной обращаются, как с особой королевской крови.

Марио вел машину очень аккуратно, не забывая, что на заднем сиденье находится больная. После получасовой езды по шоссе он свернул на менее оживленную дорогу и сбавил скорость, давая пассажиркам возможность полюбоваться пейзажем. Узкая дорога пролегала между пологих холмов, покрытых оливковыми рощами и виноградниками, тут и там к самой дороге подступали пирамидальные кипарисы. Местами на фоне зелени выделялись золотые заплаты под солнечника.

Хэтти во все глаза смотрела по сторонам и, когда Марио бросал на нее вопросительный взгляд, отвечала счастливой улыбкой. Ее удивляло, что, отъехав совсем немного от изысканной Флоренции, они оказались в окружении идиллического сельского пейзажа, казалось сошедшего с картины художника эпохи Возрождения.

Проехав еще несколько километров, Марио свернул на совсем узкую дорогу, петляющую вверх по склону холма к пологой вершине. Наконец, преодолев последний поворот, они проехали в просвет в зеленой стене пирамидальных кипарисов, и перед ними вырос длинный двухэтажный дом с белыми ставнями на окнах и черепичной кровлей, совсем не похожий на классическую итальянскую виллу, какой ее представляла Хэтти. Лучи утреннего солнца покрывали прозрачной позолотой сероватый камень стен. За главным домом располагались хозяйственные постройки. По периметру внутреннего дворика, мощенного булыжником, были расставлены большие терракотовые горшки с геранями, под деревьями, защищающими от жаркого южного солнца, стояли стол и несколько стульев.

– Какая красота! – восхитилась Джоан.

– Добро пожаловать на виллу «Кипрессо»! – торжественно провозгласил Марио и с легким беспокойством спросил у Хэтти: – Тебе нравится?

– Конечно, как такое может не нравиться!

От дома навстречу им спешили маленькая пухленькая женщина и высокий худой мужчина, что-то оживленно тараторя по-итальянски, – по-видимому, приветствовали хозяина и гостей.

Марио вышел из машины, улыбнулся... и Хэтти вдруг увидела его с другой стороны. Перед ней стоял человек, который родился на этой вилле, а немолодая пара, вышедшая их встречать, знала его с самого рождения. Он сердечно поздоровался с обоими, затем представил им Хэтти, причем собственнические нотки в его голосе не нуждались в переводе.

– Это Роза, она божественно готовит, – сказал Марио, – а это Джино, он занимается всеми остальными делами на вилле.

Роза и Джино приветливо улыбнулись Хэтти. Она поздоровалась с ними по-итальянски и в ответ получила новую порцию быстрой итальянской речи, в которой не разобрала ни слова, но догадалась по эмоциональной окраске: Роза и Джино были явно довольны тем, что синьор Марио привез на виллу гостей. А бледная слабая Джоан вызвала у них сочувствие. Игнорируя протесты больной, Марио снова подхватил ее на руки и перенес от машины к одному из стоящих в тени стульев.

Роза сочувственно покачала головой, что-то сказала и, позвав с собой Терезу, поспешила в дом – как объяснил Марио, за напитками. Тем временем ее муж занялся багажом гостей.

– Посидим немного во дворе, – предложил Марио, отодвигая стул для Хэтти. – Джоан, для вас здесь не слишком жарко?

– Нет, здесь очень хорошо, к тому же дует легкий ветерок.

Марио повернулся к Хэтти.

– А ты, Харриетт? Как ты себя чувствуешь? Понимая, что Марио имеет в виду не только погоду, Хэтти счастливо улыбнулась и с довольным вздохом откинулась на спинку стула.

– Отлично. – Она указала рукой на восхити тельный вид, открывающийся с вершины холма. – Так бы и сидела туг целый день и любовалась пейзажем. Когда я гостила у Бет, мы ни разу не выезжали за пределы города.

– Я рад, что мой дом тебе понравился.

Марио улыбнулся Розе, вернувшейся с подносом, на котором стояли кофейник и изящное блюдо с миндальным печеньем. Роза поставила поднос перед Хэтти и сказала что-то Марио. Тот ее выслушал, кивнул, и женщина ушла.

– Джоан, Роза передала, что Тереза настоятельно рекомендует вам прилечь, как только вы выпьете кофе. Она считает, что вам необходимо отдохнуть с дороги.

Джоан состроила кислую гримасу, и Хэтти усмехнулась.

– Тереза очень строга, правда? Но я с ней совершенно согласна, тебе действительно некоторое время нужно поберечь себя.

– Чем я и занимаюсь. – Джоан грустно улыбнулась. – Честно говоря, я не прочь прилечь, я так ослабла, что сама себе противна.

– Не расстраивайтесь, Джоан, это вполне естественно. От плеврита невозможно излечиться за один день, – мягко сказал Марио. – Как только вы немного наберетесь сил, я устрою для вас и Харриетт экскурсию по окрестностям. – Он встал. – А сейчас прошу меня извинить, мне нужно переговорить с Джино.

Проводив глазами Марио, Хэтти стала разливать кофе и почувствовала на себе пристальный взгляд Джоан.

– В чем дело, Джо?

– Послушай, Хэтти, – осторожно начала подруга, – помнится, ты говорила, что по уши влюблена в Марио.

– Да.

– Твое чувство взаимно, не так ли?

– Да, это так.

Поднося чашку ко рту, Хэтти счастливо улыбнулась. Джоан поморщилась.

– Это ставит меня в очень неловкое положение.

– Почему? – искренне изумилась Хэтти.

– Сама подумай, если бы мы поменялись местами, тебе понравилось бы быть третьей лишней?

Хэтти ответила не сразу.

– Джо, на самом деле не так уж важно, одни мы с Марио или нет. Если кто-то кого-то любит, то это не означает, что люди должны не вылезать из постели.

– Я знаю, что ты так считаешь, но многие с тобой не согласились бы.

Хэтти лукаво улыбнулась.

– Я сама с собой не согласилась бы.

– Ах вот как, – Джоан усмехнулась, – я догадывалась. Я давно тебя знаю, Харриетт Стюарт, но никогда не видела, чтобы ты летала будто на крыльях, как сейчас.

– Джо, не думай об этом, я счастлива уже тем, что Марио где-то рядом. Обещаю, мы не станем смущать тебя, демонстрируя свою привязанность друг к другу. Кроме того, ты далеко не единственная, кто нарушает наше уединение: есть еще Тереза, Роза, Джино. И Марио говорил, что как только его сестра София узнает, что у него гости, то примчится знакомиться.

– Она всегда так поступает?

– Насколько я поняла, Марио никогда не привозил на виллу женщин.

Джоан присвистнула и глубокомысленно изрекла:

– О, по-видимому, у синьора Пачини очень серьезные намерения в отношении пас, мисс Стюарт.

Но Хэтти уже не слышала ее: увидев Марио, она улыбнулась так, что у того закружилась голова.

– Все в порядке, Марио?

– Да, все хорошо, – ответил он и с видимым усилием оторвал взгляд от Хэтти. – Как вы себя чувствуете, Джоан?

– Ужасно неловко, – ответила за подругу Хэтти. Джоан стала пунцовой, а Марио, нахмурившись, переспросил:

– Неловко?

– Она считает себя третьей лишней, – пояснила Хэтти.

Марио улыбнулся Джоан с такой теплотой, что та покраснела еще гуще.

– Вот оно что! Харриетт вам рассказала, что она... ко мне неравнодушна?

– Да, – подтвердила Джоан, – только Хэтти употребила более сильные выражения.

Марио быстро взглянул на Хэтти и снова обратился к ее подруге.

– Буду с вами откровенен. Я полюбил Харриетт с первого взгляда. И я считаю себя счастливейшим из смертных, потому что вчера вечером она сказала...

– Что чувствую то же самое, – быстро вставила Хэтти. – И тебе, Джо, лучше, чем кому-либо, известно, что такое со мной впервые.

– Да, я знаю и очень рада за вас обоих. – Внезапно у Джоан начался приступ кашля, и ей пришлось отвернуться. – Извините, наверное, мне лучше пойти лечь. И не потому, – добавила она быстро, – что я чувствую себя третьей лишней, просто я устала.

Хэтти посмотрела на часы.

– Через несколько минут ей пора принимать лекарства. Марио, ты покажешь нам наши комнаты?

– Конечно. – Он подошел к Джоан. – Я вас отнесу.

– Честное слово, в этом нет необходимости! Я сама дойду.

– Хорошо, предлагаю компромисс: вы дойдете до дверей, а там посмотрим, хватит ли у вас сил идти дальше.

Он взял ее под руку, Хэтти поддерживала подругу с другой стороны.

В холле, пол которого был выложен каменными плитами, стояла прохлада. Старинная мебель гармонично соседствовала здесь с современной, создавая атмосферу домашнего уюта, что разительно отличало виллу от апартаментов Марио в отеле. Завидев широкую лестницу, которая вела на второй этаж, Джоан заметно сникла. Быстро оценив ситуацию, Марио без лишних слов поднял ее на руки и понес вверх по ступеням и дальше, по длинному коридору второго этажа. Комната, отведенная Джоан, находилась в задней части дома, из окон открывался изумительный вид на склон холма. Марио бережно опустил больную в кресло у открытого окна.

– Бегите играть, дети, – пошутила Джоан, силясь улыбнуться, – я в хороших руках.

– Хочешь, я помогу тебе раздеться? – предложила Хэтти.

– Не волнуйтесь, синьорина, – вмешалась Тереза, – я позабочусь о мисс Джоан. Ей нужно отдохнуть. Возможно, позже она сможет спуститься к ланчу.

Оставив Джоан на попечение сиделки, Марио повел Хэтти в дальний конец длинного коридора. Отведенная ей комната была такого же размера и примерно так же обставлена, как комната Джоан. При ней имелась отдельная ванная, но вид из окна открывался совсем другой. Хэтти с некоторым разочарованием обнаружила, что ее вещи уже распакованы и аккуратно разложены по полкам, а одежда висит на вешалках в гардеробе.

– Это, конечно, очень мило со стороны Терезы, но ей не следовало утруждать себя, я могла сама разобрать свои вещи, – смущенно сказала она.

– Твой багаж разобрала не Тереза, а Роза. Марио улыбнулся и привлек Хэтти к себе.

Дверь в спальню была открыта, так что их было видно из коридора, поэтому Марио не мог позволить себе многого. Но даже быстрый поцелуй, которым он ее наградил, явно был поцелуем собственника, и у Хэтти не осталось сомнений в том, что их отношения перешли на новый уровень.

– Роза догадывается о наших чувствах, надеюсь, Харриетт, ты не против?

– Ты ей сказал?

– Напрямую – нет. – Он пожал плечами и снова улыбнулся. – Но со времени моей женитьбы я не привозил сюда ни одну женщину, так что Роза понимает, что ты не просто знакомая. Тебя это беспокоит?

– Нисколько. Скоро, когда мы сами привыкнем к этой мысли, о наших отношениях узнают все.

Марио устроил Хэтти небольшую экскурсию по второму этажу. Здесь находилась и комната Фредо, но брат Марио пользовался ею редко, предпочитая жить в городе. На первом этаже кроме парадной гостиной – Марио называл ее салоном – находились столовая, библиотека и еще одна гостиная, менее помпезная и, по мнению Хэтти, более уютная. В заключение Марио показал Хэтти свой кабинет, где он работал, когда жил на вилле. Хэтти узнала, что Роза и Джино живут в коттедже рядом с домом, но днем Розу обычно можно найти в кухне.

Кухня оказалась очень большой, просторной, старинная утварь и огромный очаг соседствовали здесь с современной плитой и новейшими приспособлениями. Судя по запаху, Роза готовила что-то очень аппетитное, ей помогала девушка лет восемнадцати – Мария, племянница Джино.

Марио обменялся с Розой несколькими фразами на родном языке.

– Кажется, она тебя очень любит, – заметила Хэтти, когда они вышли из кухни во внутренний дворик.

– Когда я был маленьким, Роза была моей няней, – пояснил Марио, – так что для нее я, наверное, так навсегда и останусь ее питомцем.

– Когда ты женился, она поселилась с вами во Флоренции?

При упоминании о браке с Лючией Марио погрустнел.

– Нет. Роза хотела, но она много лет проработала экономкой и кухаркой на вилле, мама без нее просто не обошлась бы. И слава Богу, иначе мне пришлось бы отказать Розе и тем самым обидеть ее до глубины души. Я не мог взять ее в дом, ведь она быстро поняла бы, что мой брак – фикция.

Хэтти нахмурилась.

– Дорогой, но, если она так хорошо тебя знает, она все равно должна была догадаться, что и твоей семейной жизни не все благополучно.

– Ты права. Роза чувствовала, что мой брак не удался, но не знала почему. Этого никто не знал и не знает, только ты, любимая.

Стол был накрыт в прохладной столовой. Роза приготовила ризотто. Отдохнувшая Джоан выглядела гораздо лучше, у нее даже появился аппетит. Хэтти и Марио тоже успели изрядно проголодаться. Марио со снисходительным одобрением наблюдал за тем, как Хэтти корочкой хлеба собирает с тарелки остатки томатного соуса с базиликом.

– Знаете, Джоан, вчера за ужином я впервые видел, как Харриетт ест, – заметил он.

Джоан недоуменно воззрилась на него.

– Правда? Но обычно она...

– Весьма прожорлива, – подсказала Хэтти, улыбаясь Марио. – Я тебе уже говорила, но ты не поверил.

– В самолете ты ни к чему не притронулась.

– Ничего удивительного, – вставила Джоан, – Хэтти терпеть не может летать.

Теперь уже удивился Марио.

– Дорогая, но ты ничего не сказала! Тебе следовало меня предупредить.

– На этот раз я совсем не боялась.

– Еще бы, – Джоан хихикнула, – рядом с Марио ты, наверное, вообще забыла, что находишься в воздухе.

Хэтти состроила подруге гримасу, а Марио самодовольно проронил:

– Я польщен.

Роза принесла десерт и, увидев пустые тарелки гостей, удовлетворенно улыбнулась и что-то сказала.

– Она говорит, что, если Джоан будет хорошо питаться, она быстрее поправится, – перевел Марио.

Водрузив на стол блюдо, на котором возвышался миндальный торт с лимонным кремом, Роза удалилась. Марио и Хэтти переглянулись.

– Эй, ребята, в чем дело? – поинтересовалась Джоан.

– Ни в чем, – быстро сказала Хэтти. – Просто вчера за ужином у нас был на десерт такой же торт.

– Ну и как, он вам понравился?

Хэтти положила подруге большой кусок.

– Харриетт его даже не попробовала, – сообщил Марио с непроницаемым видом.

Чтобы избежать дальнейших объяснений, Хэтти поспешно отправила в рот кусок торта. Марио от сладкого отказался.

– Мне нужен не торт, – многозначительно сказал он, глядя в глаза Хэтти, – а только маленький кусочек вот этого сыра, чтобы съесть его с домашним хлебом.

Джоан тактично притворилась, что не замечает ни подтекста в словах Марио, ни вспыхнувших щек подруги. Попробовав торт, она похвалила:

– Ммм, как вкусно!

– Ты – права, торт восхитителен, – поспешно согласилась с ней Хэтти.

Вечером Джоан попросила разрешения позвонить матери.

– Я собиралась сделать это, когда поправлюсь, но, если мама позвонит в отель и узнает, что я уехала, она может разволноваться.

– Пригласите свою маму пожить на вилле до вашего выздоровления, – предложил Марио. —Насколько я понял, она ухаживала за больны ми детьми вашей сестры, так что ей не помешает неделька отдыха.

Джоан, конечно, была признательна Марио за доброту, но не хотела злоупотреблять его гостеприимством.

– Думаю, к субботе я поправлюсь уже настолько, что смогу вернуться вместе с Хэтти.

– Вы имеете в виду ближайшую субботу? – уточнил Марио. – Харриетт, ты мне не говорила, что собираешься возвращаться в Англию так скоро.

Хэтти огорченно покачала головой.

– Да, мне придется вернуться, потому что другие сотрудники уходят в отпуск и получится, что работать просто некому. Ты не мог бы заказать мне билет?

Как только Джоан ушла звонить матери, Марио подошел к Хэтти и обнял ее за плечи.

– Останься со мной! Позвони своему начальству и скажи, что увольняешься!

– Дорогой, мне нужно вернуться. Ради Бога, не смотри на меня так, а то я сейчас зареву. – Хэтти действительно начала всхлипывать.

– Не плачь, – хрипло попросил Марио, – поезжай вместе с Джоан, только ненадолго. Если ты меня любишь...

– Конечно, люблю, ты же знаешь!

– Тогда ты сразу же напишешь заявление об уходе. А я прилечу в Англию, чтобы официально попросить твоей руки у мистера Стюарта, – решительно заявил Марио и подкрепил свои слова поцелуем.

К тому времени, когда вернулась Джоан, Марио и Хэтти пили кофе, и гармония была восстановлена.

– Девочки поправляются, – сообщила Джоан, устало опускаясь на стул.

Хэтти налила кофе в чашку и передала ее Джоан.

– Как миссис Кейтс восприняла известие о твоей болезни?

– Я постаралась не слишком драматизировать ситуацию, у мамы сейчас и без меня забот хватает, но, кажется, она сильно разволновалась.

– Ее беспокойство вполне понятно, – заметил Марио. – Между прочим, Тереза считает, что к субботе вы еще не поправитесь настолько, чтобы совершить длительный перелет. Почему бы вам не пригласить мать погостить на вилле? На следующей неделе, поскольку Харриетт уедет, мне придется перебраться во Флоренцию, так что вилла будет в полном вашем распоряжении.

Джоан покачала головой.

– Спасибо, Марио, вы очень добры. Но я должна вернуться с Хэтти. Мне уже гораздо лучше...

– Честно говоря, выглядишь ты не блестяще, – возразила Хэтти.

Спор был прерван появлением Терезы, объявившей, что больной пора ложиться.

Позже Хэтти и Марио вышли во внутренний дворик полюбоваться крупными яркими звездами, усыпавшими ночное небо. Стало прохладно.

– Я бы с радостью осталась, – мечтательно проговорила Хэтти.

– Ничего, скоро ты останешься со мной навсегда.

– Мы будем постоянно жить на вилле?

– Нет, мы будем приезжать сюда в основном на выходные, а большую часть времени будем жить в моих апартаментах. – Марио привлек ее к себе и потерся щекой о волосы. – Иногда мне не нравится жить так близко от своей работы, но вчера ночью я был этому даже рад.

– Я тоже, – прошептала Хэтти и подставила губы для поцелуя.

Как ни странно, Хэтти вскоре поняла, что устала не меньше Джоан, о чем и сказала Марио.

– Пошли в дом, – предложил он.

– Не знаю, почему я так устала, вроде ничего особенного не делала.

– Это из-за перелета.

– И вчерашний день был очень насыщенным... – Хэтти осеклась и закусила губу.

Марио тихонько рассмеялся.

– Нам надо устраивать такие «насыщенные» дни почаще, любовь моя.

Они вернулись в дом. Перед тем как попрощаться с Марио и пожелать ему спокойной ночи, Хэтти сказала:

– Знаешь, думаю, Джоан не станет приглашать мать в Италию. Миссис Кейтс вдова и к тому же у нее просто нет денег на авиабилет.

Марио нахмурился.

– Как я раньше об этом не подумал! Я могу оплатить ее путешествие в оба конца, но как это обставить, чтобы никого не оскорбить?

– Я завтра позвоню сестре Джоан и посоветуюсь с ней.

На следующий день после ланча Хэтти позвонила Селии. Та горячо поддержала идею поездки матери в Италию. Поговорив с мужем, она сообщила, что Джим решил взять двухнедельный отпуск, чтобы ухаживать за близняшками, и готов оплатить миссис Кейтс авиабилет в оба конца в знак благодарности за ее неоценимую помощь.

– Или Джим хочет избавиться от тещи на время своего отпуска, – поделилась своими соображениями Джоан, когда разговор был закончен.

– Они не ладят? – осторожно полюбопытствовала Хэтти.

– Да нет, по-моему, они как раз неплохо уживаются друг с другом, но обычно Джим работает допоздна, поэтому в будни проводит с семьей мало времени. Он будет рад побыть со своими детьми без бабушки. – Джоан поднесла к губам стакан с апельсиновым соком, но, так и не отпив, поставила на стол и нахмурилась. – Как-то нехорошо получается, Хэтти. Ты уезжаешь, а я остаюсь там, где по праву должна была бы находиться ты. Как ты можешь расстаться с Марио?

– С трудом, – призналась Хэтти.

– Ты, конечно, можешь сказать, что я сую нос не в свое дело, но он еще не сделал тебе предложение?

– Сделал, однако пока мы это не афишируем, даже родители не знают.

– Но ты, конечно, сказала «да»?

От волнения Джоан раскашлялась, и Тереза поспешила предложить своей подопечной уйти в дом, где было прохладнее.

– Ты можешь остаться здесь, – сказала Джоан, как только снова смогла заговорить, – во дворе так хорошо. А я приму ванну и почитаю в кровати.

В душу Хэтти закралось подозрение, и она спросила:

– У тебя, случайно, не обострился комплекс «третьей лишней»?

Джоан вместо ответа только усмехнулась и ушла с Терезой в дом, оставив подругу в одиночестве любоваться видом.

Джоан угадала, размышляла Хэтти, мне будет очень тяжело расстаться с Марио, но ничего не поделаешь. Кроме всего прочего, до того как Марио попросит у папы моей руки, мне нужно подготовить родителей. Наверное, надо уговорить Марио повременить немного, чтобы наше решение пожениться не выглядело слишком поспешным.

– О чем задумалась? – К ней подошел Марио и, взяв руку Хэтти, поднес ее к губам. – Что-то у тебя грустный вид.

– Да, мне грустно, – призналась Хэтти, – не хочется возвращаться домой в субботу.

– Когда тебе нужно на работу?

– В понедельник.

– Тогда останься до воскресенья. Как только на виллу приедет миссис Кейтс, Джоан сможет обойтись без тебя. – В глазах Марио появилось выражение, от которого сердце Хэтти неизменно начинало биться чаще. – Мы можем уехать с виллы в субботу утром и оставшееся до твоего отъезда время провести во Флоренции.

Хэтти спрятала лицо на груди Марио и глухо проговорила:

– Да, давай так и сделаем. Мне очень нравится твоя идея.

– Отлично! Потому что я уже приказал своему помощнику забронировать тебе билет на рейс в воскресенье.

Хэтти выпрямилась и недоверчиво посмотрела на него:

– Ты был так уверен, что я останусь?

Марио пожал плечами.

– А зачем тебе лететь одной в Лондон, пока я буду один во Флоренции, когда мы можем провести еще целый день вместе? Кстати, мой секретарь должен скоро позвонить и сообщить точное время вылета и номер рейса. Мне нужно вернуться к телефону.

Марио зашагал к дому, Хэтти с улыбкой проводила его взглядом. Марио Пачини всегда поступает так, как считает нужным! Впрочем, в данном случае его желания совпадают с ее собственными. Ей действительно незачем лететь в Лондон в субботу. Съездить к родителям и вернуться обратно она все равно не успеет, а коротать день в одиночестве в лондонской квартире, когда можно чудесно провести его во Флоренции с Марио, просто глупо.

Когда поездка на виллу «Кипрессо» только планировалась, Хэтти не сомневалась, что ей придется нелегко, потому что у них с Марио почти не будет возможности оставаться наедине и, даже когда им это все же удастся, они смогут позволить себе разве что держаться за руки, в крайнем случае, разок поцеловаться, ведь их уединение в любой момент могут нарушить. Но, как ни странно, она не испытывала неудовлетворенности. После того, как они с Марио стремительно перешагнули порог наивысшей близости, было даже приятно немного отступить Хэтти нравилось просто находиться с ним рядом, неважно, наедине или нет, гулять по окрестностям, сидеть в тени деревьев. Марио начал учить ее итальянскому языку, но в основном они открывали для себя друг друга.

По вечерам Марио провожал Хэтти до двери, целовал перед тем, как уйти к себе, но, не считая самого первого дня, ни разу не переступал порог ее комнаты. Хэтти ожидала, что не сможет глаз сомкнуть, зная, что Марио находится совсем рядом, за стеной, однако, как ни странно, спала очень хорошо. Рано утром она вставала и спешила во двор, где они с Марио завтракали под деревьями, пока не стало слишком жарко. Джоан обычно завтракала в постели, желая дать влюбленным возможность побыть наедине.

В этот день, как обычно, Хэтти читала во дворе, в то время как Джоан отдыхала в своей комнате, а Марио работал у себя в кабинете.

С дороги донесся гул мотора автомобиля. Хэтти перестала читать и подняла голову. Водитель явно направлялся на виллу, поскольку дорога больше никуда не вела. Наконец машина появилась в поле зрения Хэтти, остановилась, и из нее вышел высокий худощавый мужчина средних лет в очках в тонкой золотой оправе. Он нес чемоданчик, с какими обычно ходят врачи.

– Добрый день, – с улыбкой приветствовала его Хэтти, протягивая руку. – Меня зовут Харриетт Стюарт.

– Рад с вами познакомиться, мисс Стюарт. – Мужчина галантно склонился к ее руке. – Гвидо Ферелли. Тереза считает, что ваша подруга поправляется, но Марио пожелал, чтобы я это подтвердил.

Марио уже спешил навстречу гостю.

– Как поживаете, Гвидо? – сказал он по-итальянски и тут же перешел на английский: – Но мы должны говорить по-английски, Харриетт только начала изучать итальянский.

Гвидо Ферелли оказался очень приятным человеком, и, как показалось Хэтти, они с Марио были не столько врачом и пациентом, сколько друзьями. Гвидо признался, что с удовольствием уехал из города, и, когда Марио пригласил его остаться на обед, с радостью принял приглашение.

– Я пойду предупрежу Терезу, – вызвалась Хэтти. – Джоан соблюдает ваши предписания, но вы, наверное, хотите сначала поговорить с сиделкой.

– Спасибо, Харриетт. Если не трудно, по дороге загляни в кухню, попроси Розу подать кофе, – сказал Марио.

Кое-как объяснив Розе, чего хочет Марио, Хэтти поспешила наверх к подруге. Джоан она застала сидящей в кресле, Тереза в это время меняла постельное белье.

– Тереза, приехал доктор Ферелли, – с порога сообщила запыхавшаяся Хэтти. – Он собирается осмотреть Джоан, но сначала хочет поговорить с вами.

Тереза поспешила вниз. Джоан заволновалась.

– По крайней мере, теперь мне не будет так стыдно, а то в прошлый раз, когда он приходил, я была вся липкая от пота, со слипшимися волосами... брр. Между прочим, он довольно симпатичный, правда, Хэтти?

– Очень хорошо, что он тебе понравился, потому что он остается на обед.

– Что же мне надеть... – растерянно залепетала Джоан, – впрочем, неважно, я нес равно выгляжу не лучшим образом.

– Может, доктор еще не разрешит тебе спускаться к общему обеду, – пошутила Хэтти.

Однако Гвидо Ферелли, осмотрев пациентку в присутствии Терезы и Хэтти, нашел ее состояние удовлетворительным, хотя и велел Джоан не перенапрягаться и побольше отдыхать. И горячо одобрил решение остаться на вилле еще на неделю.

– Марио мне говорил, что вы собирались и субботу улетать домой, но я считаю, что это было бы преждевременно. Очень хорошо, что вы задержитесь еще на неделю, за это время вы окончательно поправитесь, и тогда перелег не нанесет вреда вашему ослабленному болезнью здоровью. Терезу мы можем отпустить к другим пациентам, в ее услугах вы больше не нуждаетесь, но присутствие вашей мамы будет очень кстати.

Перед обедом все четверо собрались во дворе. Говорили в основном Джоан и Гвидо, Хэтти сидела рядом с Марио, иногда вставляя словечко в разговор, но большей частью просто наслаждаясь тихим вечером и близостью любимого.

С извилистой дороги, ведущей к вилле, донесся звук еще какого-то автомобиля, на большой скорости к дому подъехал «ламборджини» и резко остановился. Водитель проворно выскочил из машины и быстро зашагал к ним. Марио с улыбкой поднялся навстречу новому гостю.

– Добрый вечер, надеюсь, я не опоздал к обеду? – услышала Хэтти знакомый мужской голос.

11

Фредо Пачини обнял брата, расцеловал Хэтти в обе щеки, поздоровался за руку с доктором Ферелли и повернулся к Джоан. Включив свое обаяние на полную мощность, он ослепительно улыбнулся и потребовал, чтобы его представили.

Хэтти вдруг стало немного жаль доктора. Рядом с Фредо он сразу как-то сник, особенно когда увидел, как действует на его пациентку обаяние Фредо.

Из дома деловито вышла Роза. Увидев Фредо, она остановилась как вкопанная, схватилась за сердце, нахмурилась и обрушила на него поток явно сердитых слов. Фредо шагнул к экономке, тепло обнял ее, и женщина смягчилась, доброе лицо осветилось любящей улыбкой. Сказав, что ему нужно умыться и переодеться с дороги, Фредо ушел в дом вместе с Розой, обнимая ее за плечи.

– Ты знал, что Фредо приедет? – спросила Хэтти.

– Нет. – Марио небрежно пожал плечами. – Но в этом нет ничего удивительного, он всегда является без предупреждения. Обычно Роза читает ему целую лекцию по этому поводу, как сейчас, а потом прощает и кормит по-королевски.

– Интересно, а тебя она когда-нибудь отчитывает? – полюбопытствовала Хэтти.

– Никогда. – Марио важно выпятил грудь. – Я, видишь ли, очень добродетелен.

– И скромен к тому же, – улыбнулась Хэтти. Она повернулась к Гвидо Ферелли, чтобы вовлечь его в разговор.

Фредо вернулся, и Роза пригласила всех к столу. Фредо помог Джоан встать и галантно предложил ей руку. Доктору ничего не оставалось, как идти за ними с Хэтти и Марио. Со свадьбы Бет Фредо уехал в подавленном настроении, но, судя по всему, за прошедшие несколько дней оправился от горя. За обедом Фредо сообщил, что только сегодня прилетел из Лондона.

– И прочел записку от Софии с просьбой позвонить, – продолжал он, бросая многозначительный взгляд на брата. – Я, конечно, позвонил. Оказывается, София уезжала в гости к подруге, но вернулась, потому что узнала от Луиджи, что на вилле гости.

– Она не пыталась напроситься к тебе в попутчицы? – сухо поинтересовался Марио, разливая вино.

Фредо рассмеялся.

– Она только что вернулась домой после недельного отсутствия, конечно, Луиджи хочет, чтобы первую ночь после возвращения жена провела дома. Но, можешь не сомневаться, завтра наша сестрица непременно примчится, может быть, даже до завтрака.

Фредо пояснил Джоан, что София очень живо интересуется жизнью братьев и мечтает увидеть обоих счастливо женатыми.

– Моя сестра по отношению ко мне ведет себя так же, – с улыбкой заметила Джоан.

– А вы хотите завести семью? – спросил у нее Гвидо.

– Хочу, и, наверное, когда-нибудь это произойдет, – ответила она небрежно.

– Вам нужно есть побольше, или вы никогда не поправитесь, – заботливо сказал Гвидо, указывая глазами на почти не тронутую тарелку Джоан.

– Я хочу оставить в желудке место для сладкого, – пошутила Джоан и попросила Марио перевести ее слова Розе. – Она такая добрая, я не хотела бы ее обидеть.

– Не переживайте на этот счет, можете есть столько, сколько вам хочется, – заверил Марио.

– А по-моему, лучше выпить еще вина, – вставил Фредо.

– Нет, вина ей пить не следует, – решительно воспротивился Гвидо. – Пока моя пациентка принимает лекарства, спиртное противопоказано. Только минеральная вода.

Роза подала окорок, запеченный с лимоном, розмарином и чесноком, затем наступил черед пюре из каштанов и взбитых сливок. Фредо развлекал собравшихся забавными историями из своей жизни, Джоан шутила и смеялась наравне со всеми, но болезнь брата свое, и через некоторое время она начала уставать. Гвидо Фе-релли заметил это первым и с плохо скрытым удовлетворением воспользовался возможностью продемонстрировать перед Фредо свой авторитет врача, даже если в результате ему самому придется лишиться общества Джоан.

Как только подали кофе, он деловито объявил:

– Мисс Джоан, вам пора ложиться спать.

– Как, в такую рань? – запротестовал было Фредо, но, перехватив взгляд старшего брата, вскинул руки, признавая поражение. – Не смею спорить, Гвидо, Джоан ваша пациентка, вам виднее.

– Вот именно, – холодно согласился доктор. – Мисс Джоан, если вы хотите к концу следующей недели окончательно встать на ноги, нам нужно побольше отдыхать.

Джоан тут же поднялась из-за стола.

– Вы правы, доктор. – Ома улыбнулась и подала ему руку. – Я вам очень благодарна за заботу. Фредо, была очень рада с вами познакомиться.

– Взаимно. – Фредо поцеловал ей руку, выпрямился и лучезарно улыбнулся. – Но вы еще будете иметь удовольствие пообщаться со мной утром, я остаюсь на вилле ночевать.

Подруги ушли, оставив после себя, как подозревала Хэтти, неловкое молчание. У лестницы она спросила:

– Скажи, Джоан, как ты на самом деле себя чувствуешь? Ты уверена, что в состоянии подняться самостоятельно? Может, мне сбегать за подмогой? Уверена, тебе с радостью придут на помощь даже не один, а два благородный рыцаря. Кстати, кого из них ты предпочитаешь?

Джоан рассмеялась – и тут же пожалела об этом, почувствовав боль в груди. Ее снова одолел кашель, только когда приступ закончился, она смогла выговорить:

– Я могу подняться сама... если мы будем двигаться в черепашьем темпе.

Они преодолели всего несколько ступенек, когда им навстречу бросилась Тереза.

– Уже поздно, – укоризненно сказала сиделка. – Я, конечно, не посмела вмешиваться, поскольку с вами был доктор Ферелли, но, по-моему, вам давно пора было лечь спать.

– Извините, Тереза. – Джоан виновато улыбнулась. – Мне действительно следовало лечь раньше, но уж очень не хотелось уходить. – Она повернулась к Хэтти. – Возвращайся к мужчинам, дальше мы с Терезой сами дойдем.

Хэтти пожелала подруге спокойной ночи и ушла. Вернувшись во внутренний двор, она застала там только братьев Пачини. При ее появлении оба встали, Марио объяснил, что Гвидо пришлось уехать по делам.

– Кажется, я испортил ему вечер, – заметил Фредо, впрочем, без малейших признаков раскаяния в голосе.

Становилось прохладно, и Марио предложил перебраться в салон. Хэтти села на диван, Марио устроился рядом с ней и взял за руку. Фредо предложил выпить еще вина, но Хэтти отказалась. Марио поднес ее руку к губам и торжественно произнес:

– Фредо, я просил Харриетт стать моей женой.

В первый момент Фредо выглядел ошеломленным, но затем его глаза радостно блеснули, он подошел к Хэтти и расцеловал ее в обе щеки.

– Отличная новость! Судя по торжествующему виду моего братца, вы приняли предложение.

Хэтти кивнула.

– Вам, наверное, кажется, что все это слишком неожиданно... Вы одобряете наше решение?

Фредо сел напротив них в кресло и, усмехаясь, поднял руку, словно благословляя молодых.

– Если Марио счастлив, то, конечно, одобряю. Думаю, моему брату повезло. Но, признаться, я не очень удивлен. Немало очаровательных дам безуспешно пытались завоевать его сердце, но, стоило ему однажды увидеть вашу фотографию, и... – Фредо щелкнул пальцами, – он попался.

В это время зазвонил телефон, Марио извинился и ушел в кабинет. Оставшись наедине с Хэтти, Фредо наклонился к ней и торопливо прошептал:

– Хэтти, на моего брата очень сильно повлияла смерть жены. Возможно, ОН нам этого не рассказывал, да мы и в семье об этом не ГОВОРИЛИ, но после смерти Лючии он был сам не свой и нескоро пришел в себя, Я бы не хотел, чтобы ему снова пришлось страдать, ВЫ меня понимаете? То есть, Хэтти, я хочу спросить, вы уверены в своих чувствах, ведь вы лишь не давно познакомились?

– Уверена. – Хэтти твердо посмотрела ему в глаза. – Я не могла и представить, ЧТО со мной произойдет нечто подобное. Это как в сказке.

У Фредо явно отлегло от сердца. Он снова откинулся на спинку кресла.

– Ну что ж, в таком случае, добро пожаловать в нашу семью! – Он помолчал, выпил вина и спросил: – А ваши... наши родные знают?

Понимая, что в первую очередь он имеет в виду Бет, Хэтти замотала головой.

– Нет, мне пока самой нужно время привыкнуть к этой мысли.

– Естественно.

Вернулся Марио.

– Полагаю, звонила София? – со снисходительной улыбкой осведомился Фредо.

– Нет, управляющий отелем. Возникли кое-какие проблемы, требующие моего присутствия. – Он улыбнулся Хэтти с выражением покорности судьбе. – Дорогая, к сожалению, завтра утром мне придется на несколько часов тебя оставить, но я постараюсь вернуться как можно быстрее.

12

Доктор Ферелли был прав: поздние посиделки были пока Джоан не по силам. Утром она проснулась позже обычного. Хэтти позавтракала с братьями, затем оба уехали во Флоренцию, каждый на своей машине.

– Любовь моя, тебе бы тоже нужно отдохнуть, – сказал Марио, как только Фредо уехал. – Постараюсь вернуться к полудню.

– Я буду без тебя скучать, – прошептала Хэтти, провожая его до машины.

Марио привлек ее к себе, крепко обнял и, почти касаясь губами ее губ, сказал:

– Очень рад это слышать.

Он поцеловал Хэтти, сел в машину и уехал. Хэтти махала ему рукой до тех пор, пока машина не скрылась из виду. Во двор вышла Тереза.

– Джоан после завтрака снова уснула. Вчерашний вечер ее очень утомил, она явно переоценила свои силы. Доктор Ферелли просил меня побыть с ней до приезда ее матери.

Хэтти поблагодарила сиделку и устроилась с книжкой в тени на скамейке, где они не раз сидели с Марио. Хэтти хотелось побыть некоторое время одной, чтобы без помех подумать над событиями последних дней. На примере Бет Хэтти уже убедилась, что любовь с первого взгляда на самом деле существует, это не выдумка поэтов, но никогда, даже в самых смелых мечтах она не представляла, что подобное может случиться с ней. Прежде, в тех редких случаях, когда она пыталась представить своего будущего мужа, воображение рисовало ей спокойного, уверенного и вместе с тем нежного мужчину, который станет ей хорошим супругом и отцом ее детей. Но с той самой минуты, когда она впервые увидела Марио Пачини, все изменилось.

Хэтти так глубоко погрузилась в свои мыс ли, что не заметила, как подошла Роза. Экономка тронула ее за плечо, и она от неожиданности вздрогнула. Роза жестами объяснила, что ее просят к телефону.

– Марио? – с надеждой спросила Хэтти.

Роза покачала головой.

– Синьора Витали. София.

Хэтти вошла в дом и сняла трубку аппарата, стоявшего на мраморном столике в вестибюле.

Она немного волновалась, и ей пришлось прочистить горло, прежде чем ответить.

– Это София Витали, сестра Марио. А вы – Харриетт? – спросил приятный женский голос с сильным итальянским акцентом.

– Да.

– Роза сказала, что Марио уехал во Флоренцию и вы там одна. Надеюсь, я вас ни от чего не оторвала?

– Нет, что вы, я очень рада, что вы позвонили. Фредо говорил, что вы, возможно, сегодня приедете на виллу.

– Как раз поэтому я и звоню. Я очень хотела бы с вами встретиться, но я знаю, что ваша подруга больна. Ей не помешает, если я приеду к ланчу?

– Нет, конечно, – совершенно искренне ответила Хэтти. – Мы обе будем рады вас видеть. Вы приедете с детьми?

София рассмеялась низким смехом, удивительно похожим на смех Фредо.

– Нет, они сейчас в школе, вы увидитесь с ними как-нибудь в другой раз. Передайте, пожалуйста, Розе, что я буду в полдень. Чао.

Хэтти пошла в кухню и кое-как с помощью мимики и жестов объяснилась с Розой, затем» поднялась к подруге. Больная уже встала с постели и оделась. Когда Хэтти вошла в комнату, Джоан расчесывала волосы перед зеркалом.

– Что, скучаешь без Марио?

– Скучаю, – призналась Хэтти. – Но нам предстоит развлечение: на ланч приезжает София, сестра Марио и Фредо. – Она с неудовольствием оглядела себя в зеркале. – Все-таки зря я подстриглась так коротко.

– Что ты говоришь, у тебя очень модная прическа! Иди чисть перышки, а я буду потихоньку спускаться вниз. – Перехватив встревоженный взгляд подруги, Джоан усмехнулась. – Не волнуйся, Тереза разрешила.

– Сегодня ты действительно выглядишь гораздо лучше, чем вчера вечером. Наверное, вчера у тебя было слишком много впечатлений, особенно когда объявился Фредо.

– Возможно. Он очень отличается от своего старшего брата.

– Еще бы! – с гордостью подтвердила Хэтти. – Марио уникален.

К встрече с сестрой Марио Хэтти готовилась с особым тщанием, полагая, что София Витали олицетворяет собой итальянский шик. Хэтти остановила выбор на скромном, но элегантном наряде: черных льняных брюках и шелковой блузке. Переодевшись, она долго расчесывала волосы, пока те не заблестели.

– Класс! – таков был вердикт Джоан, когда Хэтти предстала перед ней. – Ты как будто побывала в салоне красоты.

– Спасибо на добром слове. – Хэтти досадливо поморщилась. – Это глупо, но я нервничаю.

– Сколько лет Софии?

– Она младше братьев, так что ей, наверное, двадцать с чем-то.

Хэтти огляделась и увидела Марию, юную помощницу экономки. Девушка катила сервировочный столик, на котором стояли кувшин и несколько стаканов.

– Спасибо, Мария.

– Мне уже надоела минеральная вода, я умоляла Терезу для разнообразия позволить мне что-нибудь другое. Слава Богу, в кувшине, кажется, свежий лимонад.

Вскоре они услышали звук подъезжающей машины. Хэтти встала, внутренне готовясь к встрече с сестрой Марио. Из-за стены кипарисов появился длинный белый автомобиль. Из него вышла женщина и стремительно зашагала к ним, снимая на хочу темные очки.

– Вы – Харриетт. – София Витали обняла Хэтти за плечи и поцеловала в щеку.

София была очень похожа на Фредо. В ее улыбке чувствовалась неподдельная теплота, и Хэтти с первой минуты невольно прониклась к молодой женщине симпатией. Предчувствие не обмануло Хэтти: София оказалась дамой светской и элегантной: ее бежевое платье поражало той простотой, которая отличает творения знаменитых кутюрье, блестящие темные волосы были великолепно подстрижены и тщательно уложены, а в украшениях София ограничилась парой колец и изящными золотыми часами-браслетом.

– София, познакомьтесь с моей подругой Джоан Кейтс.

Джоан встала, подала Софии руку и вежливо поздоровалась.

– Прошу вас, садитесь, – быстро сказала София, пожав Джоан руку и поцеловав ее в бледную щеку. – Какая жалость, что вы заболели в отпуске.

– Но зато мне посчастливилось попасть на эту виллу, синьора Витали.

– Зовите меня Софией.

– Не хотите ли лимонаду? – предложила Хэтти.

У нее мелькнула мысль, что, вероятно, следовало позвать Розу и попросить подать кофе, но она не хотела вести себя слишком уж по-хозяйски в доме, в котором София выросла. София с удовольствием выпила лимонад. Небрежно бросив изящную и, несомненно, очень дорогую сумочку на стол, она села рядом с Хэтти, оставив диван в полном распоряжении Джоан.

– Советую вам прилечь, дорогая, вы очень бледны.

– У нас был очень интересный вечер, – сообщила Хэтти, с улыбкой покосившись на подругу. ~ Доктор Ферелли заглянул проведать пациентку и остался на обед...

– И к вам еще присоединился Фредо, – подхватила София. – Я знала, что он приедет. Но вы ведь, кажется, с ним знакомы, Харриетт... – Она замялась. – Вас все так называют?

– Нет, – ответила за подругу Джоан, – только Марио, для всех остальных она просто Хэтти.

Почему-то Софию это известие обрадовало.

– В таком случае, я буду звать вас Хэтти. Так вот, Хэтти, я поняла, что вы познакомились с Фредо раньше, чем с Марио.

– Да, несколько месяцев назад, когда Фредо был в Англии, я обедала с ним и с моей сестрой.

София возвела глаза к небу.

– Еще бы мне этого не знать! Фредо вернулся домой в ужасном состоянии! – Она наклонилась поближе к Хэтти и заговорщицки прошептала: – Признаться, я удивилась, что он принял приглашение на свадьбу. А позже мне стало известно, что Марио тоже оказался в числе гостей. Ваша сестра счастлива?

– Да, очень. Сейчас у них с Джеффом медовый месяц.

– Вам нравится ее муж?

– Да, он очень хороший человек и давно любит Бет.

– Ну что ж, я желаю вашей сестре счастья, – София повернулась к Джоан. – А у вас, дорогая, есть друг?

Джоан слегка опешила.

– Э-э... пока нет.

Дальнейшие расспросы были прерваны появлением Розы. София порывисто вскочила, обняла экономку и довольно долго с ней разговаривала, прежде чем снова обратить свое внимание на двух англичанок.

– Прошу меня извинить, но Роза всегда требует подробного отчета о моих сыновьях. Кстати, она сказала, что ланч готов, мы можем идти в дом.

За ланчем, состоящим из салата и воздушного омлета со спаржей, София с удовольствием рассказывала о своих сыновьях, Тони и Сантино.

– Они очаровашки, хотя иногда от них ужасно устаешь! К счастью, у меня есть хорошая помощница. Да и вообще после того, как они пошли в школу, мне стало гораздо легче. – София посмотрела на часы. – Мне нужно быть дома к их возвращению из школы. – София округлила глаза. – Как же я за неделю соскучилась по мужу и детям! Луиджи уверяет, что тоже скучал без меня.

Хэтти охотно в это верила. София Витали оказалась не только красивой и элегантной, но к тому же очень милой, живой. Было нетрудно представить, что муж с нетерпением ждал ее возвращения.

Однако первой стол покинула Джоан.

– Прошу меня извинить, София, – сказала она, – но мне нужно пойти прилечь, а то, боюсь, Тереза рассердится. Рада была с вами познакомиться.

Прощаясь с Джоан, София пригласила ее приехать в Лукку, когда ей будет удобно. Оставшись вдвоем, Хэтти и София взяли поднос с кофе и перебрались во внутренний двор.

– Вы надолго к нам? – поинтересовалась София, разливая кофе.

Хэтти отметила, что сестра Марио довольно непринужденно взяла на себя роль хозяйки.

– Я пробуду до воскресенья. Я собиралась улететь даже раньше, в субботу, но мне выходить на работу только в понедельник, так что...

– Так что Марио уговорил вас остаться, – закончила София. – Кем вы работаете, дорогая?

Хэтти рассказала ей о своей работе. В обществе сестры Марио она чувствовала себя удивительно непринужденно. Наконец София посмотрела на часы и встала.

– К сожалению, мне пора. – Она посерьезнела. – Но прежде, чем уехать, я должна вам кое-что сказать.

Хэтти насторожилась.

– Вы знаете, – теребя часики, начала София, – что после смерти жены у Марио... не было серьезных отношений ни с одной женщиной?

– Да, он мне говорил. – Хэтти едва заметно улыбнулась, испытав облегчение. – И Фредо сказал то же самое.

София досадливо поморщилась.

– Ну вот, значит, я ПОВТОРЯЮ то, что вы слышали уже два раза. Хэтти, я не хочу вмешиваться в вашу личную жизнь, НО после ТРАГЕДИИ с Лючией мы все очень переживали за Марио. Я его очень люблю и хочу, чтобы он счастлив.

– Я тоже, – заверила Хэтти. – Поверьте, я не собираюсь причинять боль вашему брату. —Помолчав, она добавила со счастливой улыбкой: – Открою вам маленькую тайну, которой все равно недолго оставаться тайной. Марио просил меня стать его женой, и я согласилась.

Совершенно по-детски взвизгнув от радости, София бросилась обнимать Xэтти.

– Потрясающе! Великолепно! Я так рада! Поскорее поеду обрадую Луиджи. Вы с Марио обязательно должны приехать завтра к нам на обед, я ему сегодня позвоню. Боже правый, как я за него рада! И за вас тоже, дорогая!

Уезжая, София то и дело оглядывалась и махала Хэтти рукой, пока машина не скрылась из виду.

Оставшись одна, Хэтти задумалась. Реакция Софии и Фредо на известие о ее помолвке с Марио Хэтти, конечно, очень обрадована, но теперь ей предстоит сообщить новость родителям. Хэтти никогда еще не приглашала мужчину в Фоксхолл, однако Марио они приняли очень хорошо, и это обнадеживало. Возможно, им не очень понравится, что одна из дочерей уедет от них так далеко, в Италию, но Хэтти не сомневалась, что родители дадут ей свое благословение.

– Отчего ты такая серьезная? – насмешливо спросил знакомый голос.

Хэтти вздрогнула от неожиданности, но в следующее мгновение вскочила и бросилась в объятия Марио.

– Ты вернулся рано!

– Конечно, я не собирался задерживаться дольше, чем необходимо, ведь сегодня особенный день.

Хэтти потерлась щекой о его щеку.

– С тех пор, как я с тобой познакомилась, для меня каждый день особенный. Чем сегодняшний отличается от других?

Марио немного отстранил ее от себя, заглянул в лицо и шутливо нахмурился.

– Как, ты забыла? Сегодня исполнилась ровно неделя с тех пор, как я впервые увидел тебя во плоти!

– И реальность меня не разочаровала, – прошептал Марио, дыша ей в ухо. Он повернул Хэтти к себе лицом, чтобы снова поцеловать, и вдруг заметил, что она плачет.

– Ты плачешь, Харриетт, почему?

– Это от счастья, – прошептала она, улыбаясь сквозь слезы. – Ты замечательный, и я очень тебя люблю. Даже не верится, что прошла всего неделя. Сейчас мне кажется, что моя настоящая жизнь началась только после встречи с тобой.

Марио усадил ее рядом с собой на скамью и обнял за плечи.

– Харриетт, ты не представляешь, как приятно мужчине слышать такие слова от любимой женщины.

– Но это правда, – пробормотала Хэтти, шмыгая носом.

. – По такому случаю у меня есть для тебя подарок.

Хэтти заворожено смотрела, как он достал из кармана коробочку, открывает ее и вынимает изящное кольцо, сияющее россыпью небольших бриллиантов. Марио поцеловал палец Хэтти и надел на него кольцо.

– Пока это просто подарок, а не обручальное кольцо, потому что официально мы еще не помолвлены. Если хочешь, можешь носить его на другой руке. Когда твой отец даст согласие на наш брак, я куплю тебе другое кольцо, мы выберем его вместе. Тебе нравится? Господи, ты опять плачешь!

Хэтти обняла его за шею и поцеловала, не обращая внимания на слезы, струящиеся по ее щекам, и размазавшуюся тушь.

– Дорогой, мне очень нравится! Я люблю тебя. Сегодня мне очень тебя не хватило. Марио, я хочу, чтобы ты полетел в Англию вместе со мной.

– Я тоже хочу, но пока, к сожалению, это невозможно. Надеюсь, я смогу освободиться примерно через неделю и тогда сразу же прилечу, обещаю.

Посмотрев поверх плеча Хэтти, Марио увидел Джоан, мнущуюся на пороге. Он улыбнулся.

– Идите сюда, присоединяйтесь к нам.

– Прошу прощения, не хотела вам мешать, но я услышала, что Хэтти всхлипывает. Что случилось?

Хэтти улыбнулась и снова громко шмыгнула носом.

– Смотри, – она вытянула вперед руку, – что мне подарил Марио.

– И ты плачешь? – Джоан покачала головой. – Ну и ну! Да если бы мне кто-то подарил такое кольцо, я скакала бы от радости!

Марио протянул ей небольшой сверток.

– Джоан, кольца я вам не привез, но, может быть, вам понравится вот это.

Джоан в ужасе расширила глаза.

– Марио, мне не нужны подарки, вы и так слишком много для меня сделали!

Но, вспомнив о хороших манерах, Джоан все-таки поблагодарила за подарок и стала его разворачивать. От ее смущения не осталось и следа, когда она обнаружила в пакете витаминный чай из лекарственных трав.

– Здорово, как раз то, что мне нужно!

Все трое устроились в тени деревьев, и Хэтти рассказала о встрече с Софией.

– Она собиралась позже позвонить и пригласить нас завтра на обед, но, мне кажется, нехорошо бросать миссис Кейтс в первый же вечер после ее приезда на виллу. Марио, может, ты пригласишь Софию и ее мужа сюда? И, конечно, Фредо.

– Не стоит менять планы ради меня, – вмешалась Джоан. – Маме тоже не понравится, если ее приезд причинит вам неудобства.

Марио улыбнулся.

– Харриетт права, я позвоню Софии и приглашу ее к нам. И заодно скажу, что ее желание сбывается, – я снова женюсь.

– Я ей уже сказала, – виновато призналась Хэтти. – Надеюсь, ты не против?

– Против? Наоборот, я рад.

– А Розе не тяжело будет снова готовить обед для большой компании?

Марио расхохотался.

– Она будет счастлива приготовить для нас настоящий праздничный обед, когда я скажу, что мы отмечаем не только приезд матери Джоан, но и нашу помолвку.

Марио не ошибся. Поговорив по телефону с сестрой, он отправился к Розе. Узнав новость, экономка поспешила во двор и со слезами на глазах бросилась обнимать Хэтти и выражать свою радость словами, которые не нуждались в переводе.

Джоан вскоре ушла к себе, сославшись на усталость. Благодаря тактичности подруги Хэтти получила возможность провести вечер наедине с Марио. Устроившись на двухместном диванчике в маленькой гостиной, они обсуждали планы на будущее.

– Надеюсь, твои родные воспримут нашу новость так же хорошо, как мои, – хрипло проговорил Марио, прижимая Хэтти к себе.

– Я в этом не сомневаюсь. – Она повернула голову и посмотрела ему в глаза. – Но даже если случится невероятное и они будут против, моего решения ничто не изменит.

– Любимая! – Марио без слов выразил свою благодарность долгим поцелуем. – Конечно, я рад это слышать, но все же надеюсь, что твои родители нас благословят. Они оба мне очень нравятся. И Салли славная девчушка.

Хэтти усмехнулась.

– Салли конечно же захочет стать подружкой невесты. Но... – она нахмурилась и снова посмотрела ему в глаза. – Марио, может быть, на этот раз ты не захочешь венчаться?

– Ты хочешь сказать, что я уже один раз венчался? – Марио медленно покачал головой. – Теперь все будет по-другому, я хочу, чтобы мы обвенчались в маленькой церкви в вашем городке, там, где венчались Элизабет и Джефф. Думаю, твоим родителям эта мысль придется по душе.

– Конечно. – Она вопросительно посмотрела на него. – Когда ты хочешь сыграть свадьбу?

– Я хочу? Если бы это зависело только от меня, свадьба состоялась бы завтра!

Марио поцеловал ее с такой страстью, что у Хэтти не осталось ни малейших сомнений в искренности его слов. На некоторое время разговор прервался, обоих охватило острое желание, которое в более благоприятных условиях они обязательно утолили бы, но на вилле им приходилось помнить и о других.

– Это мука, я так долго не выдержу, – прохрипел Марио, отрываясь от Хэтти. – Харриетт, если ты меня любишь, ради всего святого, поскорее выходи за меня замуж! Ты мне нужна.

До глубины души потрясенная его мольбой, , Хэтти прижала его голову к своей груди и прошептала:

– Марио, в воскресенье мы остановимся в твоих апартаментах в отеле?

Он выпрямился, его прищуренные глаза победно сверкнули.

– Нет.

– Тогда где же?

– София предложила нам переночевать в ее доме в Лукке. Они всей семьей уезжают в гости к родителям Луиджи и вернутся только в воскресенье утром, перед самым нашим отъездом в аэропорт. Устраивает тебя такой вариант?

Хэтти покраснела и пробормотала:

– Ты сам знаешь, что устраивает. Марио прерывисто вздохнул.

– София очень гордится своей комнатой для гостей. Я несколько раз там ночевал, но всегда один. На этот раз...

– На этот раз мы сможем не расставаться до утра, – глухо прошептала Хэтти.

– Самое трудно, любовь моя, будет отпустить тебя утром.

13

По случаю праздничного обеда Хэтти надела элегантное облегающее черное платье, ее единственным украшением было новое кольцо, подарок Марио. Перед тем, как выйти к гостям, она заглянула в салон. Марио сидел один. Увидев Хэтти, он, ни слова не говоря, долго разглядывал ее, потом шагнул к ней и стиснул ее в объятиях.

– Давай договоримся на будущее: ты будешь надевать это платье только для наших встреч наедине.

– Оно тебе не нравится?

– Наоборот, даже слишком. Разве ты не чувствуешь, как сильно оно мне нравится?

– О да, чувствую.

Звук шагов в коридоре заставил их резко отпрянуть друг от друга. Когда Джоан и приехавшая утром миссис Кейтс вошли в комнату, Хэтти чинно сидела в обитом парчой кресле, а Марио разливал вино. Вскоре снаружи донесся гул мотора автомобиля, затем еще одного, и через несколько минут в гостиную вошли София с мужем и чуть позади них – Фредо. София в ярко-красном платье выглядела великолепно, Луиджи Витали оказался не таким красавцем, как братья Пачини, и был заметно ниже их ростом, но стоило Хэтти посмотреть в его умные карие глаза, как она сразу же прониклась к нему симпатией. Как только процедура знакомства была закончена, все сели за стол.

Фредо занял место между Джоан и ее матерью и так очаровательно флиртовал с обеими, » что даже раньше, чем было съедено основное блюдо, миссис Кейтс совершенно расслабилась, забыла о своей стеснительности и наслаждалась приятным обществом не меньше дочери.

Позже, когда были произнесены все тосты и поздравления, Хэтти улучила минутку, чтобы перекинуться парой слов с Софией.

– Я хочу вас поблагодарить за то, что вы разрешили нам остановиться в вашем доме.

– Дорогая, считайте это моим скромным подарком по случаю помолвки. – В глазах Софии заплясали веселые огоньки. – Догадываюсь, что вам в моем доме будет уютнее, чем в отеле. А Луиджи понравилась мысль сделать родителям сюрприз, нагрянув в гости без предупреждения.

Хэтти опешила.

– Вы хотите сказать?..

– Ну да. Когда я вчера вечером поделилась своим планом с Луиджи, он, как мужчина, быстро оценил преимущества моего предложения для Марио. Но ведь это и в ваших интересах, правда? – добавила София с лукавой улыбкой. – Мы уезжаем в десять утра, однако у Марио есть ключи от нашего дома, так что приезжайте, когда вам будет удобно. Мы вернемся в воскресенье утром.

Дорога от Флоренции до Лукки пролегала в основном через промышленные районы, и, когда Марио и Хэтти наконец достигли исторической части Лукки, Хэтти была приятно удивлена. Марио пояснил, что въезд в старую часть города разрешен только таксистам и местным жителям на собственных легковых автомобилях. Дом Витали с небольшим уютным садом располагался в черте старого города, у самой крепостной стены. После небольшой экскурсии по дому и саду Хэтти сказала:

– Я очень благодарна твоей сестре за хлопоты.

– Никаких особенных хлопот от нее не потребовалось, – возразил Марио, – но я ей тоже очень, очень благодарен.

Он открыл перед Хэтти дверь комнаты для гостей. Здесь стояла старинная мебель, темное резное дерево прекрасно гармонировало с шелковыми занавесями гранатового цвета и с таким же абажуром.

– Между прочим, Луиджи вовсе не собирался навещать родителей в эти выходные, он узнал об этом только в четверг вечером, когда София побывала на вилле «Кипрессо».

Марио расхохотался.

– Стало быть, ты очень понравилась моей сестрице!

– Надеюсь, что так, но, по-моему, она в первую очередь стремилась доставить удовольствие тебе.

Марио перестал смеяться и взял Хэтти за плечи.

– А ты, дорогая? Ты хочешь доставить мне удовольствие?

Хэтти молча кивнула. Сейчас, когда они остались одни в комнате, где им предстояло впервые провести вместе всю ночь, она вдруг застеснялась.

– И я хочу начать прямо сейчас, – быстро сказала Хэтти, стараясь скрыть смущение, – я приготовлю ланч. София обещала оставить записку в кухне, где что лежит.

Взгляд Марио смягчился.

– Не пугайся, любовь моя, я не собираюсь с порога тащить тебя в постель. – Спускаясь по лестнице, он обнял Хэтти за плечи. – Однако мне придется перевести для тебя записку Софии. Она неплохо говорит по-английски, но писать совсем не умеет.

– Надеюсь, ты-то хоть умеешь? Потому что я рассчитываю получать от тебя письма, когда вернусь в Англию.

Марио быстро поцеловал ее в губы.

– Конечно, я справлюсь с этой задачей, хотя и надеюсь, что успею написать не слишком много писем. Я хочу, чтобы ты вернулась как можно скорее.

Готовя ланч для себя и для Марио, Хэтти чувствовала себя маленькой девочкой, играющей в хозяйку. В своей записке София извинялась за скромное угощение и выражала надежду, что Хэтти найдет для себя более интересное занятие, чем приготовление еды. В холодильнике их дожидались равиоли со шпинатом и сыром, которые оставалось только сварить в кипящей воде, и готовый соус к ним. На обед было приготовлено мясное ассорти.

– Здесь цыплята, индейка и фаршированная колбаса, – доложил Марио, подняв серебряную крышку блюда. – Но мы можем пообедать в ресторане, если хочешь.

Хэтти бросила на него быстрый взгляд.

– А ты этого хочешь?

– Нет, не хочу, – с нажимом произнес Марио.

– Значит, вопрос решен, потому что я предпочитаю провести каждую минуту, которая есть в нашем распоряжении, наедине с тобой.

– Спасибо! – Марио шагнул было к Хэтти, но тут же остановился и вытянул руки по швам. – Видишь, какой я добродетельный.

Хэтти рассмеялась и занялась изучением непривычной для нее конструкции плиты. Марио тем временем резал хлеб. Наконец все было готово и они сели за стол.

– Мне нравится ваш хлеб, – сказала Хэтти.

– Значит, тебе понравится и жить со мной в моей стране? – спросил Марио, разливая вино.

Хэтти улыбнулась.

– Главное, чтобы ты был рядом. Где бы ты ни жил, я хочу жить с тобой.

Он взял ее за руку.

– Как жаль, что мы не встретились раньше.

– Мне тоже жаль, но раз уж мы встретились, давай выпьем за это. – Хэтти подняла бокал. – За нас, за наше будущее.

Затем она стала расспрашивать его о сыновьях Софии, Марио с удовольствием рассказывал об их проделках.

– Ты хочешь, чтобы у нас родился сын? – спросила вдруг Хэтти.

Он долго молчал, но Хэтти прочла ответ в его красноречивом взгляде.

– Мне все равно, сын у нас будет или дочь, любимая, – сказал наконец Марио, справившись с волнением. – Кого Бог пошлет.

Кофе они решили пить в маленьком садике.

– Здесь очень мило, но мне больше нравится на вилле. – Хэтти лукаво улыбнулась. – Открою тебе маленькую тайну, Марио. Увидев виллу «Кипрессо» впервые, я испытала огромное облегчение.

Брови Марио поползли вверх.

– Это еще почему? Тебя так утомила дорога из Флоренции?

– Нет, я не это имела в виду. – Хэтти уставилась на свое новое кольцо. – Признаться, я боялась увидеть огромный величественный дворец с венецианскими окнами, высокими лепными потолками, комнаты, заставленные сплошь антикварной мебелью, к которой страшно прикоснуться.

Марио усмехнулся.

– В таком случае, вилла тебя разочаровала. Дом старый, это верно, и достаточно большой, но это лишь простой загородный дом, а не дворец.

– Как раз это мне и понравилось, – заверила Хэтти. – Вилла такая уютная, гостеприимная и куда приятнее, чем твои апартаменты в отеле.

– Я подышу нам квартиру, – пообещал Марио. – Постараюсь устроить это к тому времени, когда мы поженимся. Я знаю, тебе не нравится жить в отеле. – Он улыбнулся и посмотрел Хэтти в глаза. – Как я уже говорил, любимая, я сделаю все, что ты пожелаешь. – Он встал. – Давай прогуляемся вдоль крепостной стены, с некоторых мест открывается прекрасный вид на город, а иногда можно увидеть частные сады вроде этого. Если ты устанешь, мы можем заглянуть в какое-нибудь кафе и поесть мороженого. Нельзя побывать в Лукке и не попробовать местное мороженое.

Предложение пришлось Хэтти по душе. День был жаркий, но шелк платья приятно холодил ее кожу. Марио настоял, чтобы она позаимствовала соломенную шляпу Софии. Правда, едва Хэтти надела шляпу, ей тут же пришлось снять ее, потому что Марио вдруг срочно захотелось ее поцеловать. Хэтти ответила на поцелуй, мечтая, чтобы этот счастливый миг никогда не кончался. Потом они гуляли по улицам, держась за руки, и Хэтти испытывала тайную гордость, перехватывая восхищенные взгляды встречных женщин, обращенные на ее спутника, и завистливые – обращенные на нее.

– О чем ты думаешь, Харриетт? Хэтти скромно потупилась.

– Боюсь, ты зазнаешься, если я тебе скажу.

– Уж не о том ли, случайно, как хорошо гулять вот так со мной?

– Да, ты угадал. – Хэтти улыбнулась ему. – А ты знаешь, почему это так хорошо?

Марио рассмеялся, крепче сжимая ее руку.

– Не знаю, расскажи.

– Потому что ты принадлежишь мне, а я – тебе.

Марио резко остановился, на его смуглых щеках выступил румянец.

– Любимая, у тебя жестокая привычка выбирать для подобных заявлений общественные места.

Они посмотрели друг другу в глаза, не замечая никого и ничего вокруг, даже того, что на небе собираются тучи. И тут вдруг хлынул ливень. Марио усмехнулся, обнажив белые зубы, выделяющиеся на фоне смуглой кожи, потянул Хэтти за руку, и они побежали к дому Витали. С неба лило как из ведра, они в считанные секунды промокли до нитки. Хэтти запыхалась, от быстрого бега ей стало жарко. Наконец они влетели в дом и захлопнули за собой дверь.

Внезапно обрушившаяся на них тишина в сочетании с осознанием, что они совсем одни, мгновенно воспламенила их как удар молнии. Марио привлек Хэтти к себе, сорвал с нее безнадежно испорченную шляпу и, впившись в губы страстным поцелуем, подхватил Хэтти на руки и понес по лестнице на второй этаж.

– Тебе надо принять горячую ванну, – пробормотал Марио, когда они оказались в отведенной им комнате, и поставил Хэтти на ноги.

Хэтти кивнула. Она, хоть и успела отдышаться, чувствовала, что у нее дрожат руки, и поэтому после безуспешной попытки расстегнуть молнию на платье обратилась за помощью к Марио. Голос у нее почему-то осип. Марио развернул ее к себе спиной, расстегнул молнию и стянул с нее мокрое платье. Хэтти начала расстегивать его рубашку, но Марио ее опередил: он нетерпеливо рванул полы рубашки, и пуговицы полетели во все стороны.

Через полминуты оба были полностью обнажены. Их горячие тела, полные желания, сплелись, Марио потянул Хэтти за собой на пушистый мягкий ковер. Возбуждение их было так велико, что ни один не желал, да и не мог тратить время на прелюдию. Их любовное соитие могло бы сравниться неистовостью с грозой, бушующей за окнами. К блаженному финалу оба двигались стремительно и пришли одновременно.

– Я сделал тебе больно? – хрипло спросил Марио, когда его дыхание выровнялось настолько, что он смог говорить.

Хэтти яростно замотала головой.

– Нет. – Она прерывисто вздохнула. – Я и не знала, что так бывает.

– Я был слишком груб?

– Нет-нет. – Хэтти встретилась с его напряженным взглядом, пытаясь найти подходящие слова. – Это было... поразительно.

Марио вздохнул с глубоким облегчением. Он встал и помог встать Хэтти.

– Я так тебя люблю, Харриетт, что иногда даже страшно становится.

– Я тоже вас люблю, синьор Пачини. – Хэтти озорно улыбнулась. – Ну, чем займемся дальше?

– Может, примем душ?

– А потом?

В глазах Марио вспыхнул блеск, от которого по коже Хэтти побежали мурашки.

– А потом, моя маленькая распутница, мы отдадим дань обычаям моей страны. Устроим сиесту!

По мнению Хэтти, время пролетело слишком быстро, хотя они с Марио и провели большую его часть в постели. После того, как они снова занимались любовью, на этот раз на кровати, она задремала, а когда проснулась и открыла глаза, то встретила жаркий, ласкающий взгляд Марио. Хэтти пожаловалась, что тратить драгоценное время на сон – непозволительная роскошь. На это Марио скромно ответил:

– Дорогая, даже я не в состоянии заниматься любовью постоянно... – Хэтти ощутимо ткнула его локтем в бок. – Ой, больно!

– Я имела в виду, что мы могли бы поговорить!

Чтобы облегчить боль, она прижалась губами к тому месту, по которому только что ударила, и дело закончилось тем, что разговоры пришлось надолго отложить. В конце концов с постели их поднял голод. Пришлось спускаться в кухню, чтобы подкрепить силы.

– Завтра в это же время, – Хэтти вздохнула, вставая из-за стола, – я буду в Лондоне.

– Но ненадолго, – напомнил Марио. – Когда мне приехать для разговора с твоими родителями?

– Я навещу их в следующие выходные, а ты, наверное, можешь приехать через неделю после меня. Ох, Марио, мне страшно представить, что я не увижу тебя целых две недели!

Он привлек Хэтти к себе и стал нашептывать нежные английские и итальянские слова. Очень скоро им пришлось вернуться в спальню, и больше они не вставали с кровати до самого утра.

Утром приехало семейство Витали. К их приезду Хэтти была уже полностью одета, собранный чемодан стоял у входной двери. В дорогу она надела льняные брюки и желтую блузку. Марио познакомил Хэтти с племянниками, мальчикам было позволено поцеловать гостью. Хэтти с улыбкой поблагодарила хозяйку:

– Спасибо, что разрешили у нас остановиться.

– И от меня тоже отдельное спасибо, – вставил Марио. – Я твой должник, сестренка.

– Пожалуйста.

Луиджи усмехнулся.

– Когда жена приказала мне навестить моих родителей, я с радостью готов был оказать тебе услугу. – Он довернулся к вспыхнувшей Хэтти. – Вам понравился наш дом?

– Да, очень, – искренне ответила она. – Вы были очень добры, предоставив нам возможность побыть наедине до моего отъезда. – Хэтти вздохнула. – Честно говоря, мне совсем не хочется уезжать.

– Мне тоже не хочется, – буркнул Марио, которого племянники тянули в разные стороны. – Кажется, меня сейчас разорвут на части! Дорогая, они хотят, чтобы я поиграл с ними в футбол. Луиджи, будь другом, поддержи меня. Только, ребята, предупреждаю, в нашем распоряжении пятнадцать минут, потом я должен везти Харриетт в аэропорт.

Мужчины увели мальчиков во двор, София и Хэтти остались одни.

– У вас усталый вид, дорогая, – сочувственно заметила София. – Не выспались? Может, в комнате для гостей неудобная кровать? – Видя, что Хэтти покраснела до корней волос, она ахнула и прикрыла рот рукой. – Прошу прощения, я ляпнула, не подумав. У меня и в мыслях не было вас смущать.

Хэтти рассмеялась.

– Кровать очень удобная, а комната такая уютная, что мы почти ее не покидали.

София обняла Хэтти за талию и поцеловала в щеку.

– Мой брат тоже выглядит усталым, но помолодевшим лет на десять. Признаться, я никогда еще не видела его таким счастливым и умиротворенным. Это так приятно!

– София, – осторожно начала Хэтти, – можно задать вам один вопрос?

– Пожалуйста, дорогая. О чем вы хотите спросить?

– Вы не могли бы мне рассказать, как умерла жена Марио? Я спрашиваю не из любопытства, мне нужно это знать, чтобы невзначай не причинить ему боль каким-нибудь невпопад сказанным словом.

София вздохнула.

– Да, пожалуй, вам лучше знать все. Марио никогда об этом не говорит, воспоминания для него все еще слишком болезненны. Бедная Лючия. Столько лет мечтать о ребенке... Она умерла родами.

14

Возвращение Марио и Луиджи положило конец их разговору, чему Хэтти была только рада. Она чувствовала себя так, словно получила удар в солнечное сплетение. В потрясенном молчании она сунула руки в рукава жакета, вручила чемодан Марио и поплелась к машине. Прежде чем сесть на переднее сиденье, она молча обняла хозяев и поцеловала детей. Хэтти надеялась, что если кто и обратит внимание на ее неразговорчивость, то не сочтет се странной. Заняв место за рулем, Марио мельком взглянул на Хэтти и взял ее за руку.

– Что-то ты притихла.

Хэтти молча кивнула, усилием воли сдерживая желание вырвать руку.

К счастью, Марио, по-видимому, решил, что она подавлена мыслью о предстоящей разлуке с ним, и до самого аэропорта не произнес ни слова. Они подошли к стойке регистрации как раз в тот момент, когда объявили посадку на рейс до Лондона. Марио обнял Хэтти и прижал к себе так крепко, что ей показалось, будто ее ребра того и гляди затрещат.

– Как только доберешься до дома, позвони мне в отель, – попросил, точнее приказал, он. Поцеловав Хэтти в холодные губы и не получив ответа, Марио чуть отстранился и вопросительно посмотрел ей в глаза. – В чем дело? Тебе плохо, любимая?

– Обычное волнение перед полетом, – солгала Хэтти, торопясь уйти. – Мне пора, до свидания, Марио.

Она быстро зашагала к выходу на посадку, боясь оглянуться, поскольку знала, что один взгляд на Марио может разрушить ее с трудом сохраняемое самообладание. Заняв свое место, Хэтти невидяще уставилась в иллюминатор и просидела недвижно до самого Лондона.

Марио снял трубку после первого же гудка. Услышав, что Хэтти дома, он вздохнул с облегчением.

– Как ты себя чувствуешь, любимая? Я за тебя очень волновался! Уезжая, ты выглядела не очень...

– Ты же знаешь, я терпеть не могу самолеты, – прервала его Хэтти. – Меня до сих пор поташнивает, я даже не могу сейчас говорить.

– Отдыхай, я позвоню позже;

– Лучше завтра! – быстро сказала Хэтти. Ей вдруг нестерпимо захотелось закончить разговор поскорее. – А сейчас я ложусь спать.

Вешая трубку, Хэтти посмотрела на свою руку и осознала, что до сих пор носит кольцо, подаренное Марио. Она с отвращением сорвала его с пальца и, не глядя, швырнула через всю комнату. Ей немного полегчало. Теперь можно позвонить родителям и сообщить о своем приезде.

Трубку взяла мать и, конечно, сразу спросила, что случилось, Кэтрин всегда тонко чувствовала настроение своих детей. Хэтти сослалась на усталость и перевела разговор на здоровье Джоан.

– Я позвоню тебе завтра после работы, – пообещала она, заканчивая разговор.

– Дорогая, но, если ты плохо себя чувствуешь, может, тебе лучше остаться завтра дома?

Хэтти подумала, что лучше уж пойти на работу, чем сидеть в четырех стенах.

– Ничего со мной не случится, мама, – твердо сказала она, – меня и так уже слишком долго не было, я больше не могу пропустить ни дня.

Передав привет отцу и Салли, Хэтти поспешила повесить трубку, боясь, что если проговорит с матерью еще минуту, то разрыдается и поведает ей о своих несчастьях.

Приняв душ, Хэтти легла в постель, но уснуть не удавалось, она лежала и смотрела на потолок в своей простой спальне, так не похожей на комнаты виллы «Кипрессо» или в доме Витали. Сон не приходил, напротив, оцепенение, в котором она пребывала последние несколько часов и которое притупляло все ее чувства, прошло, разочарование и горечь стали нестерпимыми. От невыносимой боли и жалости к себе Хэтти разрыдалась.

Выплакавшись всласть, она села в кровати и попыталась рассуждать здраво. Марио Пачини на поверку оказался не лучше других мужчин, с которыми сталкивала ее жизнь. Как и они, он использовал все доступные средства, чтобы уложить ее в постель. Правда, он проявил куда больше изобретательности, чем его предшественники, – не только сочинил красивую сказочку о любви с первого взгляда, но и бесстыдно налгал о своих отношениях с Лючией. В сущности, его история – это еще одна вариация на избитую тему «моя жена меня не понимает», подумала Хэтти. А я-то, я, легковерная дурочка, как я ему сопереживала, слушая его рассказ о несчастливом браке! Как сочувствовала, когда он говорил, что после несостоявшейся брачной ночи больше ни разу не прикоснулся к Лючии! Но от правды никуда не денешься: чтобы умереть родами, Лючия должна была сначала забеременеть. А это означает, что либо Марио взял ее силой, либо Лючия наконец чудесным образом перевоспиталась и приняла его как мужа.

Эта мысль подействовала на Хэтти как рвотное, она вскочила с кровати и бросилась в ванную. Тошнота, на которую она ссылалась в разговоре с Марио и матерью, стала вдруг реальностью.

Позже, снова лежа в кровати без сна, она с горечью вспоминала, как и Фредо, и София умоляли ее не причинять боль Марио. По иронии судьбы, пострадал не их драгоценный братик, а она сама. Хуже всего то, что она все еще любит Марио и даже сейчас хотела бы, чтобы он был рядом с ней, в этой кровати.

Хэтти застонала от отчаяния и зарылась лицом в подушку. Она всегда жалела и втайне презирала подруг, которых несчастная любовь превращала из разумных женщин в дурочек, рыдающих в подушку из-за мужчин. Она готова была поклясться, что с ней такого никогда не случится. И что же? Она впервые в жизни безнадежно влюбилась, безоглядно отдала сердце мужчине, которого возвела на пьедестал. Но жизнь сыграла с ней жестокую шутку, ей пришлось понять, что объект ее любви далеко не такое совершенство, каким он представлялся ей – да и всем, кто его знает. Марио Пачини так же способен солгать, когда это в его интересах, как и другие, не столь «безгрешные» мужчины.

Позже, уже глубокой ночью, Хэтти все-таки забылась беспокойным сном, но проснулась очень рано, с рассветом. Первое, что она сделала, встав с постели, это принялась ползать на четвереньках по полу в поисках кольца. Затем села писать Марио холодное, сдержанное письмо, в котором объясняла, что их отношения были ошибкой, а страсть была слишком пылкой, чтобы гореть долго, и так далее в том же духе. Конечно, это была неправда, чувства Хэтти нисколько не остыли, при одной мысли о руках и губах Марио ее и сейчас бросало в жар... Хэтти застонала, отложила ручку и отправилась принимать душ.

15

Первый рабочий день разочаровал Хэтти. Она рассчитывала отвлечься от мыслей о Марио, но оказалось, что работе ее больше не увлекает, как раньше. Занятия, которые еще недавно казались интересными и важными, теперь вызывали у нее только скуку. Но и идти домой ей тоже не хотелось, без Джоан квартира превратилась в одиночную камеру, поэтому Хэтти засиделась в студии допоздна.

Еще на лестничной площадке Хэтти услышала телефонные звонки, но, пока она открывала дверь, телефон смолк. Хэтти приняла душ, соорудила себе нехитрый ужин из продуктов, купленных по дороге с работы, и села в гостиной перед телевизором. Еще до того, как она доела салат, телефон снова зазвонил.

– Наконец-то ты дома! – воскликнул Марио. – Харриетт, где ты была? Я уже начал волноваться.

– Я работала. Пока меня не было, накопилось много бумаг.

– Зря ты так перегружаешься! – недовольно заявил он и уже мягче спросил: – Как ты себя чувствуешь? Надеюсь, тебе лучше?

– Это зависит от того, какой смысл вкладывать в понятие «лучше».

Хэтти ожидала, что ее слова заставят Марио насторожиться, однако он истолковал их по-своему.

– Ты хочешь сказать, что скучаешь без меня? – Он вряд ли догадывался, что нотки торжества в его голосе подействовали на нее как искры на бочку с порохом. – Любимая, я знаю, что ты чувствуешь, я тоже по тебе скучаю...

– К сожалению, – холодно осадила его Хэтти, – тебе придется приникать к этому чувству.

– Что-о? – опешив Марио. – Что ты хочешь этим сказать?

Хэтти заговорила медленно, тщательно выговаривая каждый слог, будто хотела ранить его побольнее:

– Только то, что мы больше не увидимся.

– Что за чушь? – грубо спросил он. – Ты утверждаешь, что ты меня больше не хочешь?

Увы, подобного Хэтти утверждать не могла, поэтому она предложила:

– Давай сформулируем по-другому: я больше не хочу выходить за тебя замуж. Это с самого начала было безумной затеей. Я все объяснила в письме, ты его скоро получишь.

– Погоди, Харриетт, что случилось? Почему ты передумала? Я тебе не верю... после того, что между нами было...

– Ты имеешь в виду секс? – перебила его Хэтти, постаравшись вложить в свой тон максимум презрения. – Не переживай, Марио. Думаю, ты довольно скоро найдешь другую легковерную дурочку, которая с радостью удовлетворит все твои потребности. Прощай.

Они повесила трубку и ничком бросилась на диван. Как и следовало ожидать, телефон вскоре зазвонил снова. На случай, если звонят родители или Джоан, Хэтти сняла трубку, но не стала ничего говорить. Услышав в трубке разъяренный голос Марио, она через несколько секунд нажала на рычаг. Когда через некоторое время снова раздался звонок, Хэтти ответила не сразу, но в конце концов решилась, и, как оказалось, правильно сделала: звонила мать. Если бы Хэтти не подошла к телефону, родители забеспокоились бы. Она заверила мать, что чувствует себя гораздо лучше, но первый рабочий день оказался тяжелым.

– Да, голос у тебя усталый. Надеюсь, ты приедешь к нам на выходные? Нам всем хочется услышать о твоей поездке, и отцу не терпится расспросить о доме Марио. Кстати, ты собираешься встретиться с ним еще?

– Нет, не собираюсь, – сказала Хэтти бесцветным голосом.

– Что-нибудь случилось?!

– Нет, мама, все в порядке. – Хэтти принужденно рассмеялась. – Марио очень мил, но он не в моем вкусе.

– Ну... тебе виднее.

– Вот именно. Как там наши молодожены? Пишут?

Кэтрин поняла намек и сменила тему. Разговор о бытовых материях подействовал на Хэтти умиротворяюще. Пообещав матери приехать в Фоксхолл в субботу, она попрощалась и повесила трубку. Доедать салат ей уже расхотелось, равно как и есть еще что-нибудь. Хэтти налила себе чаю и снова села перед телевизором. В это время снова зазвонил телефон.

'Она почти не сомневалась, что услышит рассерженный баритон Марио, но в трубке прозвучал тихий голос Джоан. Хэтти заволновалась.

– Джоан, что случилось?

– Это я должна тебя спросить, что случилось! Что за игру ты затеяла?

– Что ты имеешь в виду?

– Что я имею в виду?! Только что на виллу приезжал Марио и спрашивал, не получала ли я от тебя известий. Он пытался выглядеть бесстрастным, но мне стало ясно, что он в ужасном состоянии. Когда я сказала, что не разговаривала с тобой с тех пор, как ты уехала вместе с ним, он извинился за беспокойство и уехал. Объясни, что происходит?

– Я ему сказала, что не желаю его больше видеть.

– Что-о?! – Джоан немного помолчала, приходя в себя. – Во-первых, это вранье. А во-вторых, как же твоя любовь с первого взгляда?

Хэтти устало вздохнула.

– Я узнала кое-какие подробности о его прошлом. Нечто такое, с чем я не могу примириться.

– А ты уверена, что это правда? Может, тот, кто сообщил тебе эти так называемые подробности, ошибается?

– Вряд ли. Это была София.

Джоан резко втянула воздух и тут же раскашлялась. Справившись с приступом, она затараторила:

– Мне очень жаль, что так получилось, но нам пора заканчивать, международные разговоры недешевы, а Марио и так уже потратил на нас кучу денег. На нас обеих, кстати. Послушай, Хэтти, ты уверена, что поняла все правильно?

– Уверена. Как бы я хотела ошибаться...

Неделя тянулась бесконечно. Марио больше не звонил, что удивило и даже немного задело Хэтти. Она была уверена, что Марио будет доминаться от нее объяснений, пока не докопается до истины, и ждала возможности швырнуть правду ему в лицо, поскольку в письме ни слоном не упомянула Лючию.

Хэтти худела день ото дня, что, впрочем, было неудивительно. После возвращения из Италии ей было противно даже смотреть на еду. И в этом она тоже винила Марио Пачини. В конце концов Хэтти перестала ждать от него звонка, но все равно ее сердце замирало всякий раз, когда звонил телефон Как го раз позвонил Колин Янг – тот самый молодой человек, с которым она познакомилась па съемках перед отпуском. Колин предложил встретиться, и Хэтти приняла приглашение. Молодой человек оказался приятным собеседником, вечер прошел неплохо, но, когда Колин предложил встретиться снова, Хэтти ответила уклончиво. Колин, конечно, милый, но он не Марио. Другого такого, как– Марио Пачини, нет и быть не может.

От недосыпания, недоедания и потери интереса к жизни Хэтти к концу недели совсем обессилела. В пятницу вечером она еле добрела до дома и тут же повалилась на кровать. Как назло, буквально через несколько минут кто-то позвонил в дверь.

– Открывай, Хэтти, это мистер и миссис Ретленд! – крикнула с площадки Бет.

Хэтти открыла, Бет обняла сестру и почувствовала, как та исхудала.

– Боже милостивый, Хэтти, что ты с собой сделала?! – ужаснулась она.

– Спасибо за комплимент, – сухо ответила Хэтти. – Давай уж, Джефф, и ты высказывайся о моей внешности, не стесняйся. Я сама знаю, что выгляжу ужасно.

Лица молодоженов светились счастьем и здоровьем, но оба смотрели на Хэтти с тревогой.

– Я не сказал бы, что ты ужасно выглядишь, – тактично заметил Джефф, – но все же что случилось? Ты не похожа на себя. Миссис Стюарт велела нам навестить тебя, как только мы вернемся в Лондон.

Бет выразительно посмотрела на мужа.

– Дорогой, будь любезен, сходи в магазин за вином.

– У меня есть вино, – растерянно заметила Хэтти.

– Моя возлюбленная женушка предлагает мне на время скрыться с глаз, – с усмешкой объяснил ей Джефф. – Хотя, Хэтти, судя твоему виду, мне лучше бы купить не вино, а какую-нибудь еду, что-то существенное, к примеру, отбивную с жареной картошкой.

При упоминании о еде Хэтти содрогнулась, зажала рот рукой и бросилась в ванную. Когда она вернулась, бледная, все еще дрожащая, Джеффа не было, а Бет заваривала чай.

– Ну что, полегчало? Садись за стол. Мама рассказала мне про злоключения Джоан и про твою поездку во Флоренцию. Насколько я поняла, вы с Марио так хорошо поладили, что маме до сих пор не верится, что ты больше не желаешь его видеть. Что случилось?

– Бет, ты же меня знаешь, – Хэтти грустно усмехнулась, – у меня талант выбирать неподходящих мужчин.

Сестра хмыкнула и передала Хэтти чашку.

– Салли меня уверяет, что ты и Марио – цитирую дословно – «безумно влюблены друг в друга».

Хэтти надулась.

– Да мы едва знакомы!

– Ну и что из этого? Стоило мне увидеть Джеффа, как я сразу поняла, что он и есть тот мужчина, которого я ждала всю жизнь.

– Это совсем другое дело.

– Почему?

– Джефф – порядочный человек.

– А Марио – нет? – Бет нахмурилась. – Странно, Фредо, а он при всех его возможных недостатках далеко не глуп, очень уважает брата.

– Я не хочу об этом говорить.

Хэтти снова бросилась в чайную, и ее опять вырвало. Когда она вернулась, Бет внимательно всмотрелась в лицо сестры.

– Эй, а ты случайно не в таком же положении, как я?

Хэтти густо покраснела и, пролепетав:

– Нет, я не в положении, – разревелась она.

Бет обняла сестру и дала ей выплакаться. Наконец Хэтти немного успокоилась, отодвинулась и неохотно призналась:

– Только между нами: я вполне могла быть беременна, но сегодня выяснилось, что это не так.

– Но ты этого хотела!

– Даже если бы я была беременна, я бы ему не сказала! – взорвалась Хэтти.

– «Ему» – это Марио?

– Конечно.

– Тогда мне ясно, в чем дело. Ты его бросила, потому что он разбил твое сердце. Помнишь, как еще в школе ты поссорилась с одним мальчиком после танцев? Тогда тебя тоже несколько дней тошнило.

– Было такое, – Хэтти поморщилась, – но сейчас, к сожалению, все гораздо серьезнее. Я не могу ни есть, ни спать, возненавидела работу... Если это и есть любовь – благодарю покорно, заберите ее себе!

Бет сочувственно улыбнулась.

– Я тебя понимаю, мне это знакомо. Но не наказывай себя, если ты хочешь Марио, жизнь слишком коротка. Что он натворил, за что ты на него обозлилась?

– Бет, он мне лгал!

– Как, и это все? – искренне изумилась сестра. – Ты что, никогда никого не обманывала?

– Но не в таких серьезных вещах.

Бет вздохнула, встала и прошлась по комнате. В дверь позвонили.

– Наверное, это Джефф.

К счастью, Джефф не выполнил свою угрозу и не купил отбивную с картошкой, зато принес большую бутылку минеральной воды и строго наказал Хэтти что-нибудь съесть, пока она не умерла от истощения. Понимая, что сестре нужно побыть одной, Бет заявила, что им пора ехать.

– Сейчас мы едем на ужин к моим родителям, – сказал Джефф, – но завтра будем обедать у вас в Фоксхолле.

Хэтти мужественно улыбнулась.

– В таком случае, до завтра.

Бет обняла сестру и отвела прядь волос с ее влажного лба.

– Подумай над тем, что я сказала. – Она кивнула на телефон. – Позвони ему.

– Кому? – спросил заинтригованный Джефф.

– Объясню по дороге домой. – Бет улыбнулась Хэтти. – Завтра мы тебе расскажем о нашем свадебном путешествии.

Хэтти закусила губу.

– Извини, Бет, совсем забыла спросить, как прошел медовый месяц. – Она натянуто улыбнулась. – Впрочем, можно и не спрашивать, вы оба выглядите довольными и счастливыми.

Оставшись одна, Хэтти села и уставилась на телефон, раздумывая, не последовать ли совету сестры. Она еще не успела ничего решить, когда телефон зазвонил. Хэтти с разочарованием, которого гут же устыдилась, услышала в трубке голос Джоан. Подруга сообщила, что почти совсем поправилась и утром вылетает в Англию, но до тех пор, пока врачи не разрешат ей выйти на работу, поживет у матери.

– Как ты себя чувствуешь?

– Гораздо лучше, только силенок еще маловато. Я очень благодарна Марио, – добавила она многозначительно, – за то, что он дал мне возможность выздоравливать в таком замечательном месте. С его стороны было очень великодушно пригласить маму на виллу.

– Ты, его видела? – процедила Хэтти после непродолжительной борьбы с собой.

– Видела. Он в ужасном состоянии.

– Понятно, на чьей ты стороне, – с горечью констатировала Хэтти.

– Разве вы обязательно должны быть по разные стороны? Я просто хочу, чтобы вы оба снова были счастливы, как раньше. Между прочим, Хэтти, – спохватилась Джоан, – надеюсь, ты не собираешься все выходные проплакать, уединившись в нашей квартире?

– Конечно, не собираюсь! Я с утра уезжаю к родителям.

После разговора с подругой Хэтти решила, что утром перед отъездом позвонит Марио и хотя бы объяснит ему, почему между ними все кончено. Словно одобряя это решение, ее желудок потребовал пищи. Хэтти поджарила себе тост и приготовила чай.

Утром она проснулась позже обычного. Чтобы успеть в Фоксхолл к ланчу, нужно было выезжать из дома, не мешкая. Но разговор с Марио слишком важен и не терпит спешки, решила Хэтти, поэтому придется отложить его до возвращения домом.

С утра лил дождь, вести машину по мокрой дороге, да еще и запруженной транспортом, было непросто, и Хэтти вздохнула с облегчением, когда наконец впереди показался родительский дом.

Только за ланчем Фил заметил, как сильно похудела дочь.

– Что, в Италии, тебя совсем не кормили? – проворчал он.

– Кормили, да еще как! Их экономка прекрасно готовит. – Улыбка словно примерзла к лицу X яти. – Но когда я вернулась, мне пришлось очень много работать, и я быстро сбросила несколько лишних фунтов.

– А заодно и нелишних, – со свойственной подростку прямотой вставила Салли. – А у Марио красивый дом?

– Да, неплохой, – небрежно бросила Хэтти. – И расположен в очень красивом месте, на холме. Как только Джоан туда приехала, так сразу начала поправляться.

– Кстати, как она сейчас? – быстро спросила Кэтрин, чтобы предотвратить новые вопросы со стороны младшей дочери.

– Ей гораздо лучше, сегодня утром они с матерью вылетели из Италии, – Хэтти посмотрела на часы, – должно быть, они уже дома.

Хэтти было очень трудно постоянно изображать жизнерадостность, и предложение матери отдохнуть в домике Салли оказалось кстати. Выпив вмеете со всеми кофе, Хэтти встала из-за стола и, сославшись на усталость, сказала, что хочет прилечь.

– Мне жаль так быстро от вас уходить, но я вправду упала, дорога была очень тяжелой. Постараюсь к приезду остальных быть в форме.

Оставшись одна, Хэтти с наслаждением растянулась на широкой кровати с латунными спинками, решив, что позвонить Марио можно и позже. Все равно сейчас она не в состоянии с ним разговаривать, в данный момент ей требуется сон, сон и сон. А еще лучше, если бы, проснувшись, она перенеслась в прошлое, за минуту до того, как слова Софии Витали положили конец волшебной сказке.

Хэтти проснулась под шум дождя. В первые мгновения после пробуждения ей было очень плохо – со времени возвращения из Италии она уже успела к этому привыкнуть, – но Хэтти полежала неподвижно, преодолевая боль и пытаясь обдумать, что, скажет, когда – или если – решится позвонить Марио. Родной дом словно придал ей сил, здесь она смогла набраться храбрости посмотреть правде в глаза. Лгал ли ей Марио или нет, ничего не меняет, она все равно его любит.

Снизу послышался какой-то шорох. Хэтти замерла и напряженно вслушалась. Кажется, в доме кто-то есть.

– Салли, это ты? – крикнула она, но никто не ответил.

Хэтти перегнулась через перила и увидела прямо перед собой изможденное лицо Марио. Он смотрел на нее, запрокинув голову. Волосы у него были мокрые, а взгляд... взгляд, казалось, проникал в самое сердце Хэтти.

– Прости, если испугал, Харриетт. Салли велела мне подождать внизу, пока ты проснешься.

Хэтти показалось, что его итальянский акцент стал заметнее.

– Откуда... как ты сюда попал?

– Я прилетел в Англию вчера ночью. Остановился в отеле «Делмир», как в прошлый раз. Харриетт, оденься, пожалуйста, и спускайся вниз, мне нужно с тобой поговорить. А потом... – он помолчал, Хэтти заметила, что его губы дрогнули, – а потом, если ты больше не захочешь меня видеть, я вернусь во Флоренцию.

Хэтти долго молчала, затем кивнула.

– Хорошо, дай мне пять минут.

Марио поблагодарил ее безжизненным тоном и отвернулся.

Хэтти быстро натянула розовый свитер, слегка выгоревший, и старенькие джинсы, ставшие мягкими от многочисленных стирок, и спустилась в гостиную. Марио стоял перед камином. Хэтти только сейчас обратила внимание на то, что вдет он весьма небрежно – в джинсы, такие же потертые, как ее собственные, и в голубую джинсовую рубашку. На спинке стула висела замшевая куртка с пятнами от дождевых капель.

– У тебя усталый вид, – тихо сказал Марио.

– У тебя тоже.

Он кивнул.

– После твоего отъезда я плохо спал, а когда получил твое письмо, вообще перестал.

Хэтти отвела взгляд, ей было почему-то трудно приступить к истинной цели разговора.

– Ты, наверное, замерз. Хочешь, я приготовлю кофе?

– Спасибо.

Хэтти прошла в кухню, поставила чайник на огонь, Марио последовал за ней, молча наблюдая за ее движениями. Хэтти насыпала в две чашки растворимый кофе, налила кипяток и поставила на поднос молочник и сахарницу.

– Откуда ты узнал, что я буду в Фоксхолле? – тихо спросила она.

– Я позвонил твоим родителям, как только добрался до Лондона.

Хэтти удивленно не кинула брови.

– Они мне не говорили, что ты звонил!

– Потому что я попросил их не говорить. Я боялся, что если ты узнаешь о моем приезде, то откажешься со мной встретиться. – Он замолчал, но Хэтти тоже молчала, неотрывно глядя ему в глаза. Марио первым нарушил затянувшееся молчание. – Харриетт, ты мне не объяснила, что заставило тебя передумать, но я сам это выяснил.

Хэтти была этому даже рада: теперь, когда она оказалась лицом к лицу с Марио, ей расхотелось играть роль обвинителя.

– Что именно ты выяснил? – настороженно спросила она.

– Я узнал, что София рассказала тебе, как умерла Лючия, – просто сказал он.

Хэтти взяла поднос и пошла обратно в гостиную. Марио последовал за ней. Дождавшись, пока она устроится на большом старинном диване, он сел с другой стороны и устремил взгляд на камин. Молчание затягивалось и становилось все более напряженным. На этот раз первой не выдержала Хэтти.

– Скажи, Марио, если бы все шло, как было задумано, ты когда-нибудь рассказал бы мне правду?

– Да, хотя для этого мне пришлось бы в некотором роде выдать, чужую тайну, – загадочно ответил Марио. Он поставил чашку на кофейный столик и повернулся к Хэтти. – Харриетт, я никогда тебе не лгал.

– И ты рассчитываешь, что я поверю?! – возмутилась Хэтти. – Ты говорил, что между тобой и Лючией никогда не было физической близости, однако она умерла при родах!

Лицо Марка стало еще более напряженным, вокруг губ залегли складки.

– Это правда. Мне пришлось выслушать много соболезнований. Меня тошнило от всеобщего сочувствия.

Хэтти прищурилась.

– А тебе не кажется, что в тех обстоятельствах было бы странно, если бы тебе никто не сочувствовал?

– Честно говоря, тогда мне было бы легче, – сказал Марио с каким-то странным напряжением. – Но как я мог объяснить родным, друзьям, что в последние месяцы нашего брака мы жили в еще большей лжи, чем все предыдущие годы? Ни Фредо, ни София – никто не знал правды. – Он посмотрел Хэтти в глаза. – Лючия была беременна не от меня.

– О Боже! – Хэтти уставилась на Марио с выражением, сродни ужасу, потом пододвинулась к нему и взяла его за руку. – Неужели у нее был любовник?

Марио опустил взгляд на их соединенные руки и хрипло пробормотал:

– Я думал, что никогда уже не почувствую твоего прикосновения.

Выдержка, которая в последнее время частенько подводила Хэтти, сейчас и вовсе ее покинула. Из глаз хлынули слезы. Марио что-то пробормотал по-итальянски и привлек Хэтти к себе.

Она обмякла в его руках, положила голову на его плечо и дала волю слезам. Наконец Хэтти успокоилась, отодвинулась от Марио и полезла в карман за носовым платком – в последнее время она старалась постоянно носить с собой даже не один, а несколько платков, поскольку глаза постоянно были на мокром месте.

– Извини, кажется, за последнюю неделю я пролила больше слез, чем за все предыдущие годы, вместе взятые.

Она улыбнулась сквозь слезы и, увидев, что на ресницах Марио тоже блестит влага, чуть не расплакалась снова.

– Последняя неделя была сущей пыткой, – признался Марио. – Я даже начал сожалеть, что мы вообще с тобой познакомились.

Хэтти сумела улыбнуться.

– Ну, я так далеко никогда не заходила. Но...

– Что, любимая?

– Даже если бы мы никогда больше не встретились, я бы не сожалела, что мы с тобой занимались любовью, – тихо призналась Хэтти.

– Когда я слышу от тебя такие речи... – не договорив, Марио глубоко вздохнул. – Знаешь, стоит мне только прикоснуться к тебе, как я снова хочу заняться с тобой любовью. Но я приехал совсем не за этим.

– Ты не хочешь заниматься со мной любовью?

Марио укоризненно погрозил ей пальцем.

– Не дразни меня, ты же знаешь, что я всегда этого хочу, мое влечение к тебе умрет только имеете с тобой. Но сначала мы должны поговорить, устранить все недоразумения между нами.

– Если не хочешь рассказывать мне про Лючию, не надо, я не настаиваю, – быстро сказала Хэтти. – Теперь, когда я знаю правду, мы можем никогда больше не возвращаться к этой теме.

Марио энергично замотал головой.

– Я дал ей клятву, что сохраню ее тайну, но тебе – только тебе, Харриетт, – я должен рассказать все. Я расскажу тебе то, чего, кроме меня не знает ни один человек на свете. Я хочу чтобы у нас не было друг от друга тайн. – Он снова глубоко вздохнул, словно собираясь силами для непростого разговора. – Лючия умоляла меня признать себя отцом ее ребенка.

– Тебе не кажется, что она требовала от тебя слишком многого? – осторожно спросила Хэтти. – Что произошло? Она полюбила другого мужчину?

– Она долго скрывала правду, но настал момент, когда ее беременность стала заметной и Лючии пришлось мне открыться. – Хэтти почувствовала, как напряглись руки Марио. – Ей было стыдно, с ней случилась истерика, и она... не знаю, как сказать по-английски... говорила бессвязно, есть такое слово?

– Есть. – Хэтти осенила ужасная догадка, и она тихо спросила. – Ее изнасиловали?

– Дьявол, нет! Ничего такого не произошло. – Губы Марио искривились в горькой усмешке. —Хотя в каком-то смысле Лючии, наверное, было бы легче, если бы дело обстояло именно так. Тогда она могла бы не чувствовать себя виноватой.

Марио рассказал, что Лючия подолгу, иногда по несколько недель, гостила на загородной вилле своих родителей. В такие периоды он отдыхал душой, оставаясь в одиночестве в их доме во Флоренции. Как-то летом Лючия осталась на вилле одна: родители уехали, экономка взяла выходной, а садовник закончил свои дела и ушел домой. Так совпало, что именно в этот день разразилась сильная гроза, а Лючия панически боялась молнии, как ребенок. Когда кто-то позвонил в дверь, Лючия подумала, что это садовник решил вернуться и переждать грозу. Она открыла, но вместо старого садовника обнаружила на пороге промокшего до нитки молодого человека с рюкзаком за плечами. Парень попросил разрешения переждать непогоду.

– И что случилось дальше? – не удержалась от вопроса Хэтти.

– В этом месте рассказ Лючии стал совсем невнятным, – бесстрастно продолжал Марио. – Я кое-как выудил у нее, что непрошеный гость оказался иностранным туристом, что он был молодым, очень красивым, с длинными светлыми волосами. «Будто у ангела», как выразилась Лючия. Он немного говорил по-итальянски. К ночи гроза не утихла, и молодой человек попросился переночевать. Лючия согласилась и угостила его ужином. – Он снова усмехнулся. – Она даже дала ему сухую одежду.

– Значит, этот турист был высокого роста, – задумчиво проронила Хэтти.

Марио пожал плечами.

– Возможно. Гораздо важнее другое: Лючия призналась, что впервые в жизни испытала физическое влечение к мужчине.

– И это после того, как ей достался в мужья ты?! – не выдержала Хэтти. – Да она просто не нормальная или слепая!

– Спасибо, Харриетт, ты очень хорошо влияешь на мою самооценку. – Марио рассеянно улыбнулся. – В довершение всего молния ударила в дерево в парке перед домом, Лючия завизжала от страха, парень помчался к ней в спальню, чтобы выяснить, что стряслось... о дальнейшем можешь догадаться сама.

– Представляю, что ты почувствовал, услышав ее признание!

– О, моего запаса английских слов не хватит, чтобы описать мои ощущения. То, что они в конце концов завела себе любовника, меня мало трогало, но я проклинал этого легкомысленного типа. Утром он преспокойно отправился дальше и ни разу не вспомнил о женщине, которая с того дня и до конца своей короткой жизни чуть ли не сутки напролет проводила на коленях, замаливая грех. И свою беременность Лючия тоже сочла карой Господней. Может, дня тебя все это звучит слишком драматично, но Лючия всегда была очень набожной. Она настолько уверовала в свою порочность, что потеряла волю к жизни. – Марио крепче сжал руку Хэтти. – Бывало, она по несколько дней не ела, не спала, проводя все время в молитвах. Результат не замедлил сказаться. Роды начались раньше срока, и Лючия умерла вместе с ребенком.

Хэтти крепче обняла Марио.

– Прости, я вела себя непростительно глупо!

– Глупо? Что ты имеешь в виду?

– Что я тебе не доверяла. – Глаза Хэтти сверкнули. – А ведь когда-то я прочла Бет целую лекцию о том, что любимому надо доверять. Когда же дошло до дела, я оказалась не лучше ее. После разговора с Софией мне нужно было сразу же поговорить с тобой, но слепой инстинкт погнал меня прочь. – Она нервно рассмеялась. – Я была ужасно разочарована, ведь до этого я считала тебя непогрешимым, не похожим ни на кого – как же, по отношению к Лючии ты повел себя как снятой.

– Я не святой, – перебил Марио и снова пристально посмотрел Хэтти в глаза. – Но тебе я никогда не лгал и не буду, клянусь. Харриетт, ты мне веришь?

Вместо ответа Хэтти обняла его за шею и поцеловала и губы. Отклик Марио был именно таким, о каком она мечтала все эти долгие, ужасные дни, пока была в разлуке с ним. В конце концов Марио сам отстранил ее, тяжело переводя дух.

– Когда ты меня бросила, я страдал не только оттого, что потерял тебя, меня мучило еще кое-что.

– Что же?

Марио обхватил ее лицо ладонями.

– Когда мы занимались любовью, я так желал тебя, что совсем потерял голову и забыл о мерах предосторожности. И вот я боялся, что ты можешь носить моего ребенка, но не скажешь об этом мне.

Хэтти покачала головой.

– Я не беременна.

Он глубоко вздохнул.

– Знаешь, отчасти я даже надеялся, что ты забеременеешь.

Хэтти робко улыбнулась.

– Я тоже.

Ответная улыбка совершенно преобразила лицо Марио.

– Ты серьезно?

Хэтти кивнула.

– Когда я осталась одна в нашей с Джоан квартире, у меня было время подумать, и я поняла, что даже если ты не сказочный ПРИНЦ, а обыкновенный мужчина, то я все равно тебя люблю. Видимо, я, как и все женщины в нашей семье, однолюбка. Я даже огорчилась, когда поняла, что не беременна.

Английский окончательно вылетел у Марио из головы, но, слова, которые он шептал, прижимая к себе Хэтти, и не нуждались в переводе. Сейчас, когда они вновь обрели друг друга, им не хотелось никуда уходить, но они знали что родные Хэтти с нетерпением ждут их.

– Пойдем. – Марио встал. – Я намерен не теряя времени просить у твоих родителей разрешения на тебе жениться. Как ты думаешь, они сочтут меня достойным женихом для своей дочери?

Ближе к вечеру приехали Бет и Джефф, и вся семья собралась за большим обеденным столом. Фил Стюарт откупорил две бутылки шампанского и встал, чтобы провозгласить тост.

– Похоже, сегодня у нас вечер важных объявлений. Хочу обрадовать тех, кто об этом еще не знает: сегодня вечером Марио попросил у меня руки Хэтти. Конечно, Хэтти совершеннолетняя и не нуждается в нашем разрешении, но мы с радостью даем им свое родительское благословение. – Он поднял бокал. – За Хэтти и Марио.

С любовью глядя на своего жениха, Хэтти подумала, что он совсем не похож на того отчаявшегося, убитого горем человека, которого она увидела несколько часов назад. Выслушав поздравления, Марио встал и приготовился произнести ответный тост.

– Благодарю всех вас за доброту и теплые слова, которые здесь прозвучали. – Он посмотрел на Хэтти и улыбнулся. – Мы с Харриетт знаем друг друга не так давно, но, увидев ее, я с первого взгляда понял, что она – женщина, которую я ждал всю жизнь. И я считаю себя счастливейшим из смертных, потому что мне удалось завоевать ее любовь.

Позже, когда все перебрались в гостиную, Бет подошла к Хэтти и Марио.

– Из всех нас только я немного знаю от Фредо о вашем прошлом, – сказала она вполголоса. – Я догадываюсь, что у вас не все складывалось удачно, но на этот раз вы обязательно будете счастливы.

– Пусть прошлое остается в прошлом, – ответил Марио. – А нас ждет будущее, оно зависит только от нас, и я сделаю все, чтобы Хэтти была со мной счастлива.

Content

Кэрри Томас
Тени прошлого

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15