Литвиновы Анна и Сергей

Парасейл по-русски

Анна и Сергей Литвиновы

ПАРАСЕЙЛ ПО-РУССКИ

И зачем Римма согласилась на бесплатную путевку в этот дурацкий санаторий!..

Отдыхать в одиночку на российском курорте – удовольствие сомнительное. Будь они вдвоем с подружкой – хотя бы на экскурсии вместе ездили. И по дискотекам ходили бы. А когда одна, как перст, – каждый джигит в возрасте от пятнадцати до сорока считает своим долгом приклеиться, ни по парку не пройдешь, ни в кафешке не посидишь…

Но Римма, двадцатипятилетняя, в меру симпатичная и стройная девушка, нашла выход даже из этой непростой ситуации. Не зря же она в детективном агентстве служит, пусть и простой секретаршей. Решила: любви ни с кем из окружающих, поддатых и наглых, по определению возникнуть не может. Но покровитель, друг, спутник все равно необходим. Чтоб быть при ком-то, чтоб хотя бы на пляже не приставали. Значит, нужно найти: пусть никчемного, но – нетребовательного.

Главное – грамотно поставить задачу, и своего покровителя она нашла без труда, познакомились с ним на пляже. Римма вышла на пирс – полюбоваться на плещущихся в глубине ставридок. А к причалу как раз швартовался старенький, плохо покрашенный катерок. За штурвалом – одинокий дядечка, а над бортом плещется гордый транспарант: «ПАРАШУТ!»

Местный, видимо, вариант парасейлинга. Римка не удержалась – фыркнула. Дядечка за штурвалом обиженно спросил, чего смешного. Ну, она и объяснила: мол, надо хоть рекламу без ошибок написать.

– А ты возьми – и сама напиши! – вдруг предложил он. – Краска у меня есть…

И Римма неожиданно для себя согласилась. Целый час тщательно выводила по холсту: «ПАРАШЮТ». И, пока старалась, выяснила, что хозяина аттракциона зовут дядей Мишей. За плечами – пятьдесят прожитых лет, из них добрая половина – в алкогольном угаре. Сам парашютным спортом никогда не занимался («Что я, дурак?»). Зато не раз от других слышал, что, если таскать народ за катером, можно заколотить немалые деньги. Вот и организовал развлечение на собственное усмотрение, страх и риск. Катер достался от деда. Старый купол дядя Миша купил у знакомого десантника. Трос заказал у водных лыжников. И начал катать народ. И ничего. Летают. Все довольны. И денежка капает.

Римка, когда была в Турции, парасейлинг пробовала. До чего, как говорится, разительная разница! Там – катер со специальной платформой для мягкого старта. Команда из троих человек – руководитель полета, водитель катера и помощник. Специально разработанный для водных развлечений купол. Всякие фенечки вроде высотомера и защитных очков… А у нас – единственный, всегда поддатенький, дядя Миша… И давно снятый с производства российский купол «ПО-16» – для полетов за катером уж точно не приспособленный.

Но дружить с дядей Мишей оказалось полезно. Пусть выглядит он затрапезно, скрывать лысину даже и не пытается, зато руки не распускает. Раз попробовал – Римка так зашипела, что дядя Миша скис и поклялся, что впредь – дружба, и только дружба. А ей ничего другого и не надо. Плюс: удобно. На дядь Мишином катере всегда можно загорать, не уворачиваясь от приставаний местных джигитов. И купаться в открытом море. И поболтать есть с кем…

Иногда, правда, дяде Мише приходилось отвлекаться на работу. Но много времени она не занимала. Когда появлялся очередной клиент, минут десять он тратил на инструктаж («В воздухе не орать, когда в море нырнешь – воду не заглатывать»…). Ну, и полчаса – само катание. (Иногда дольше – если клиенткой оказывалась хорошенькая девушка. Дядя Миша, пусть и безуспешно, а покадрить красоток любил.)

Вот и сегодня, похоже, нужно будет работать. Только они с дядь Мишей расположились на корме позагорать, как, совсем некстати на катерок завалилась веселая компания. Четверо. Два парня, две девчонки. Молодые. Поддатенькие. Римма помнила, что в Турции, если чувствовался хоть минимальный запах спиртного, к парасейлу не допускали. Но наш дядя Миша на подобные мелочи внимания не обращает – знай свой аттракцион нахваливает. А ребята, пусть и пьяненькие, оказались въедливыми. Долго расспрашивали про безопасность да про длину буксировочного троса… Особенно один выделялся – огромный, под два метра ростом, в тельняшке и со значком ВДВ. Все повторял: «Бардак! Разгильдяйство! Будь я прапор – прикрыл бы твои прыжки в две секунды!»

А второй, с виду скромник, в очечках, одолевал хозяина катера глупыми шутками:

– И это, дядя, ты называешь куполом? Да на нем разве взлетишь?! Только на чехол для машины и годится…

Девицы тоже были хороши. Одна, в мини-юбке и крошечном топике, игнорируя своих спутников, самым наглым образом клеилась к дяде Мише. Тот, дурачок, млел, рассыпался в комплиментах, а девка – победоносно взглядывала на Римму: на, мол, утрись, как я легко твоего мужика увела! Не станешь ведь оправдываться, что дядь Миша – не такое сокровище, чтоб о нем страдать.

Вторая девка тоже была одета с вызовом – маечка в неприличную обтяжку, через всю грудь – игривая надпись: «Neptune Wave» («Волна Нептуна»), на обнаженной загорелой руке – пижонский серебряный браслет в виде непонятного переплетения из трех шпилек. Но хотя бы держится скромнее – сидит себе тихонько на корме, глаза печальные.

А самое главное: целый час эти четверо на катерке проболтались. А кататься никто в итоге не захотел. Только время на них потеряли – доходу же не получили никакого. Хорошо хоть, сразу за компанией на катерок еще один клиент явился. Парень оказался конкретный – сразу заявил, что пришел полетать. И дядь Мишин инструктаж даже слушать не стал. Буркнул: «Давайте уже к делу».

Ну, дядь Миша болтать никогда особо не любил. Молча кивнул. Швырнул парню купол и завел свой катерок. Ух, а сегодня качает! Не зря, видно, на санаторном пляже висит предупреждение, что шторм три балла. И купаться, а также выходить в море на плавсредствах – не рекомендуется.

Но дяде Мише на правила, как всегда, наплевать. Он надеется, что пронесет. И Римма с замиранием сердца наблюдала, как ветхий парашют неохотно и неуверенно наполняется воздухом…

Однако раздолбаям вроде дяди Миши везет – и взлет, несмотря на сильный ветер, прошел вполне нормально. Парень под куполом завис на высоте метров семьдесят, держался уверенно: ножки скрестил, головой вертел, не орал. Ну, дядя Миша с Риммой на него и внимание обращать перестали. Стоят у штурвала и обсуждают, имеет ли смысл сегодня на закате на ставридку выйти.

И вдруг… По корме что-то с силой хлестнуло. Оба вскинули головы и в ужасе замерли: трос! Оборвался и с такой силой по катеру хлопнул, что на стали образовалась вмятина.

А купол со съежившимся под ним пассажиром лишился опоры и начал стремительно терять высоту.

– Сейчас убьется… – испуганно пробормотала Римка.

Шторм, как назло, усиливался. И, как ни пытался парашютист встать против ветра, ничего у него не выходило. Его болтало, крутило, купол то наполнялся воздухом, то сдувался, почти как тряпка… И метрах в двадцати от земли сложился совсем. А пассажир камнем вошел в воду.

– Конец… – потрясенно выдохнула Римка.

…Но им опять повезло. Хотя и раздолбай дядя Миша, а спасательный жилет заставил клиента надеть. Поэтому тело они нашли быстро и без труда. Тут же начали искусственное дыхание и еще непрямой массаж сердца делать. Да и с берега инцидент заметили, и, когда потерпевшие швартовались, у причала их уже ждала «Скорая», а к пирсу бежали люди в белых халатах.

– Может, спасете… – обреченно пробормотал дядя Миша.

Врачи не ответили: ситуация с парашютистом явно была серьезной. Его быстро погрузили в машину и увезли, а к потрясенному дяде Мише подступили милиционеры.

– Допрыгался ты со своим аттракционом, – зловеще предрек первый из них. – Даже если выживет клиент – статья выходит серьезная. И срок по ней немалый.

А второй, с некоторым даже сочувствием, спросил:

– Как же так?.. Ты ж по технике безопасности трос должен был перед каждым полетом проверять!

– Да я проверял… – виновато покачал головой дядя Миша.

«Ага, – мелькнуло у Римки. – Последний раз – две недели назад».

– Ладно, дядя. Показывай свою лодку, – важно велел первый мент. – Будем вещдоки изымать…

А какие тут вещдоки? Один прохудившийся трос и есть, больше у дяди Миши никакого оборудования не имелось.

И вдруг Римка заметила то, чего прежде, за долгие прогулки на дядь Мишином катере, не видела никогда: на корме, под скамьей, валяется странной формы нож. С изогнутым в форме вопросительного знака лезвием.

Где-то она уже видела такие… Где-то раньше – но никак не здесь, не на несолидном дядь Мишином аттракционе… Ну, конечно же! Патрик Свейзи! Он поигрывал таким в своей звездной роли – в фильме «На гребне волны»!

И тогда девушка выпалила – перекрывая и шум шторма, и грозные голоса милиционеров:

– Я все поняла! Дядя Миша не виноват! Трос перерезали!

– Кто?! – вопросительно воззрились на нее милиционеры.

Дядя Миша тоже смотрел пораженно.

А Римма уверенно ответила:

– Я знаю – кто.

Владелец и директор детективного агентства Паша Синичкин сидел в своей любимой позе: в кожаном кресле, ноги – на столешнице. А его секретарша Римка, загорелая и веселая после черноморского отдыха, возбужденно рассекала по кабинету и очень гордо повторяла:

– Вот, Павел Сергеевич, берите пример! Я, хотя и в отпуске, а человека от тюрьмы спасла!

– Судя по тому, что ты рассказала… тюрьма твоему дяде Мише, может быть, и на пользу пошла бы, – назидательно произнес Синичкин.

– Все равно: он не виноват, – упрямо повторила девушка. – И трос сам по себе оборваться не мог.

– Он что – был сертифицированный? – насмешливо уточнил Синичкин.

– Ясное дело: нет. Но – крепкий. И привязывал его дядь Миша умело, каким-то особым морским узлом… Вот я и подумала: а случайно ли на катерок перед этим злосчастным клиентом целая компания приходила? Торчали целый час, но кататься не стали. Не мог ли кто-то из этих четверых трос перерезать? Но кто? И зачем? И тут меня осенило. На футболке у одной из девиц, самой скромной, было написано: «Neptune Wave». Может быть, просто – «Волна Нептуна». А еще я вспомнила, что так марка высотомеров называется. Профессиональных. Которыми парашютисты пользуются. А с какой стати у обычной курортницы вдруг оказалась такая футболка? Если это просто совпадение – то очень странное. И еще. На руке у нее браслетик имелся. Переплетение из трех шпилек. Парашютных… Поэтому, если все в комплексе рассматривать, вполне могло быть, что девица имеет отношение к парашютному спорту, к настоящему, к прыжкам с большой высоты.

– А какая связь? – скептически произнес Синичкин.

Но Римма не обиделась. Торжествующе продолжила:

– А связь такая, что этот парень, наш клиент… Он, похоже, тоже парашютист. Когда за катером летел, очень он уверенно выглядел. Обычно-то народ полной раскорякой болтается. Ноги – в разные стороны. А этот – подобрался, конечности скрестил. Совсем не похож был на чайника. Да и потом, когда трос оборвался, он явно не растерялся. Все время пытался против ветра встать. Как в парашютном спорте положено, чтобы посадка помягче была… Но мы-то его этому не учили! Дядя Миша – тот еще «парашютист». Сам не прыгал ни разу. Об этом правиле вообще, по-моему, и не знает.

– И что? Допустим, парень когда-то прыгал. Пусть даже профессионально. И, когда трос оборвался, делал все, чтоб спастись…

– Но если трос порвался сам – откуда тогда на катерке взялся стропорез?! —триумфально выкрикнула Римка. – Профессиональный! Да у дяди Миши такой штучки сроду не было! Я это точно знаю, потому что как раз накануне помогала ему катер мыть! И никаким стропорезом тогда даже не пахло. А тут вдруг появился. А из посторонних только эта компания на катере и была. Не иначе: эта девица, парашютистка, принесла. И, пока на корме сидела, трос и подрезала!..

– Но зачем ей это было нужно? – пожал плечами Синичкин.

– А затем, – предположила я, – что парень – ну, наш клиент, который едва не разбился, – ее хахаль. Или бывший, или только что поссорились. Вот она и решила ему отомстить. По-своему. По-парашютному. Менты, конечно, мне не поверили. Но на всякий случай стали проверять. И что ты думаешь: нашли девицу! Курорт-то маленький, все как на ладони! К тому же она и не скрывалась. Сама в больницу пришла, под дверью реанимации сидела, пока нашего клиента откачивали… Ее взяли в оборот – она и раскололась. Действительно: поссорились. Он сказал, что завтра уезжает. Но перед отъездом обязательно дядь Мишин аттракцион испробует – уже без нее, потому что надоела. Вот она и решила ему в отместку устроить шоу. Перерезать трос. Разбиться, думала, он не разобьется, все-таки профессионал, но в штаны, когда трос порвется, обязательно наложит. Но шутка получилась так себе. На троечку. Небо, как говорят те же парашютисты, ошибок не прощает.

– А что с парнем? Спасли? – поинтересовался Синичкин.

– Спасти-то спасли, – поморщилась Римка. – Но, наверно, он инвалидом останется… А у дяди Миши, хотя он не виноват ни в чем, нервный срыв. В смысле, запой. И аттракцион он свой, конечно, закрыл. Теперь, сказал, никаких парашютов, буду только на рыбалку народ вывозить.

Она вздохнула. Погрустнела…

Впрочем, долгие раздумья – это не для Римки. Уже через минуту на ее лице вновь расцвела улыбка, и девушка произнесла:

– Одного жаль: сама я на дядь Мишином парашюте полетать так и не решилась. А чего было бояться?! На самом-то деле, если никто тебе не мстит, аттракцион вполне безопасный!

Content

Литвиновы Анна и Сергей Парасейл по-русски

Анна и Сергей Литвиновы ПАРАСЕЙЛ ПО-РУССКИ