Ярослав Кеслер

Поклонение волхвов как отражение реальных средневековых событий

Феномен «Поклонение Волхвов» (иначе называемых тремя восточными царями) имеет прямое отношение к истории возникновения христианства. Обширный, хорошо иллюстрированный обзор по этому вопросу представлен в книге Г. Носовского и А. Фоменко «Реконструкция Всеобщей истории», М., ФИД Деловой экспресс, 1999 г. Однако, в этот обзор не включена книга, содержащая уникальные сведения о «Поклонении волхвов» как об отражении реальных средневековых событий и изданная на русском языке в 1998 г.: Иоанн Хильдесхаймский «Легенда о трех святых царях» (пер. с нем. А. Ярина, М., «Энигма» «Алетейя», 1998.).

Сама по себе история этой книги, впервые изданной Г. Швабом на немецком языке готическим шрифтом в 1822 г. и переизданной уже в XX в. современным шрифтом («Johann von Hildesheim. Die Legende von den Heiligen Drei Königen». Berlin, 1925.), весьма поучительна.

Латинскую рукопись книги («Historia trium Regum») обнаружил в 1819 г. не кто иной, как Гёте, среди затребованных им в библиотеке г. Йены неизданных старинных рукописей. Разбирая рукопись, Гёте был восхищен поэтичностью изложения и отсутствием, по его выражению «поповства, узколобости и филистерства». Однако факт обнаружения рукописи самим Гёте и именно в это время нельзя однозначно отнести к разряду счастливых случайностей.

Дело в том, что Гёте (1749–1832) был не только великим поэтом, но и выдающимся и весьма влиятельным государственным деятелем. Его молодой друг, коллекционер древностей С. Буассере (1783–1854), активно привлекал внимание Гёте ко всему, что могло бы способствовать осуществлению заветной мечты Буассере — достройке Кёльнского Собора, находившегося в плачевном состоянии, будучи недостроенным якобы с V, а вероятнее всего, с XV века. Главным же достоинством найденной (как выяснилось позже, с подсказки самого С. Буассере) рукописи с его точки зрения было то, что в ней обосновывалось нахождение святых мощей трех новозаветных волхвов именно в Кёльне. Под эти святые мощи в конце концов и были собраны деньги на строительство Собора.

Заручившись поддержкой Гёте, С. Буассере разыскал в Гейдельберге якобы вернувшийся из Рима еще один экземляр той же рукописи Иоанна Хильдесхаймского, переведенный на «древненемецкий» язык с латыни неким Иоанном Хайденбергом по прозвищу Тритемий.

Личность этого Тритемия, т. е., по-гречески, Трех-чтящего (!), весьма примечательна. Считается, что Тритемий жил в 1462–1516 гг. и был одним из придворных летописцев Императора Максимилиана I Габсбурга. Писал он исключительно по-латыни, и является автором многочисленных популярных в средневековье сочинений по «древней» истории Германии, наполненных ссылками на придуманные им же якобы древние сочинения и хроники, из-за чего многие современники считали его творения полнейшим вымыслом. Этот Иоанн Тритемий и «открыл» труды Иоанна Хильдесхаймского, автором которых, скорее всего он сам и был. Им же написана и биография Иоанна Хильдесхаймского, умершего якобы в 1375 г. (В этом смысле Тритемий — полный аналог своего современника, итальянского борзописца П. Браччолини, главного «первооткрывателя» античных авторов.).

Используя авторитет Гёте, Буассере привлек к своим планам молодого поэта Г. Шваба (1792–1870), который и переложил на немецкий язык «Легенду о Трех Святых Царях», использовав в качестве источника оба упомянутых экземпляра рукописи. Очень показателен сам внешний вид исходной латинской рукописи. Рукопись написана на льняной бумаге формата «малый кварт», с поперечными полосами и с водяными знаками в форме виноградной кисти, каллиграфической готикой черными чернилами с красными заглавными буквами. Это — стиль, характерный для начала XVI века. Г. Шваб, вдобавок, написал и свою поэтическую версию легенды (12 романсов), которая так понравилась Гёте, что великий маэстро в 1821 г. сам написал небольшое стихотворение для первого издания «Легенды». Так это произведение и появилось на свет — с благословения Гёте и освященное его авторитетом.

Теперь о содержании книги в изложении Г. Шваба и переводе А. Ярина с комментариями Д. Харитоновича.

В тексте книги выделяются четыре пласта: 1) популярный пересказ канонизированной евангелической версии посещения Вифлеема тремя волхвами — восточными царями сразу после рождения Иисуса Христа и принесения ему даров; 2) описание путешествия «трех царей» к месту рождения Спасителя из своих царств и обратно; 3) история размежевания религий в средние века; 4) чудесное перенесение мощей трех царей в Кельн.

Первый пласт с точки зрения сюжета не содержит ничего нового по сравнению с евангелическим. Однако, при описании ветхозаветных пророчеств (Валааам, Исайя, Даниил), якобы предвещавших великие события с появлением новой звезды, особое внимание уделяется месту, где «ожидается» появление новой звезды. Это место названо в книге «гора Фаус (Vaus)». Именно на ней по молению царя Иудейского Езекии тень от солнца сначала пошла вспять (т. е. против часовой стрелки), но через некоторое время вернулась к нормальному ходу. Именно над этой горой позже появляется и стоит «Вифлеемская звезда».

Ни переводчики книги, ни комментаторы не знают и только гадают, какая гора обозначена как Фаус. Вместе с тем греческое Φά(γ)ουσα (Фауса, читается Фауза) означает «язва» и употребляется как ругательное слово, т. е. это прямой эквивалент старо-русского Еза (совр. язва), откуда Езовы (язвенный), т. е. Везувий = Vaus. Над этой периодически дымящей горой нередко образование ложных солнц (разновидность гало), вызванных преломлением солнечного света во взвешенном облаке микрокристаллического льда. При «прозрачном затмении» Солнца клинообразным ледяным облаком, движущимся в направлении вращения Земли, тень от Солнца, став тенью от ложного солнца, на некоторое время действительно может «двинуться вспять», а затем, по прохождении облака, скачком вернуться к положению нормальной тени. На склонах этой горы, в силу ее вулканической природы, часто образуется кольцо плотного тумана, выше которого нет низких облаков и ночное небо исключительно прозрачно. В книге есть и другие детали, которые позволяют отождествить «гору Фаус» с Везувием. В частности, под этой же горой после Рождества три волхва-царя основывают часовню, а род князей, бывших «стражей Фауса числом 12» (!), т. е. жрецов храмовой горы, согласно книге, с тех пор заседает в римской курии (!).

Описание путешествия трех царей к месту Рождества содержит гораздо больше информации, отличающейся от традиционного толкования и локализации библейских событий и не соответствующей традиционной хронологии. Во-первых, современником трех царей, названных в книге Балтазар, Мельхиор и Йаспар, является некий Пресвитер Иоанн — верховный властитель вообще надо всеми царями. Он же действует и после смерти трех царей, т. е. в течение, по крайней мере, двухсот с лишком лет, причем его партнерами являются татарский царь, султан, рыцари и другие средневековые персонажи. Пресвитер Иоанн, в частности, получает дань с турецкого султана, затем, из-за недоразумения (!), воюет с «третьим татарским царем», но затем мирится и породняется с ним (это явно история периода Золотой Орды!).

Во-вторых, среди географических названий есть такие, которые не отмечены в традиционных источниках, описывающих события якобы начала новой эры, например, остров Эгрискулла и город Скулла, крепость Бланса Гарда (т. е. Белый Город или Белая Гвардия), которую основывают сарацины, при этом они же — стражники Гроба Господня и т. д. В-третьих, целый ряд бытовых деталей прямо указывает на средневековье: описан, например, южноитальянский карнавал, во время которого султан с друзьями кидают друг в друга только что поспевшими «яблоками, называемыми ауранца», т. е. оранжевыми, т. е. апельсинами (лат. Citrus aurantium, фр. (pomme) orange, откуда и нем. Pomeranze «апельсин»).

Три царя-волхва приходят на поклон к младенцу из трех «Индий» (т. е. из отдаленных стран). Балтазар именуется в книге царем Годолии и Савы. Что касается Савы, то совершенно не обязательно искать такое мифическое царство в пустынной Южной Аравии, поскольку описываемая в книге благодатная земля есть в долине реки Савы — это Сербия и Хорватия. Под Годолией вполне может подразумеваться Чехия = Богемия (т. е. «божья земля», поскольку по-шведски и норвежски «богоданная» — Godelig), где расположен один из старейших городов Европы — Годонин, да и украинская Подолия тоже. Этой «богоданной» землей от Балтийского до Черного моря (т. е. Балтой, ср. г. Балта под Одесссой) и управлял царь Балты — Балтазар, по-гречески Βάλτος άρχ(ος), ς.ε. «правитель Балты». Отметим, что если ударение в первом слове переместить на второй слог, то титул имеет смысл «нанятый» или «назначенный» правитель. В некоторых хрониках Балтазар (иначе Валтасар) назван Битзарей, т. е., по-гречески, Beζιreiα — это титул визиря (по-гречески Везирис), т. е. опять-таки управляющего (ср. также «египетский» бог Озирис, отец Гора = греческого Хора = славянского Хорса и т. д.).

Населяют «царство Балтазара» солданцы (!), описываемые в книге так: «Вера их была ущерблена еретиком по имени Солдан, так что держатся они частью греческого закона (!), частью же — впали в ересь; пользуются они халдейскими буквами и имеют собственный язык… Во время обедни священники у них подступают к алтарю с золотом, дьяконы — с ладаном, а поддьяконы — со смирной.» Если под «халдейскими» буквами здесь понимать кириллицу, то это — русская православная церковь образца XVI в.! Солдан — дословно: «хозяин Юга, порт. suldono», т. е. султан. Иными словами, по представлению автора книги, султан — титул православного правителя. Как тут не вспомнить Пушкина: царь Салтан, чудный остров, сын Гвидон … (При этом Гвидо — типичное имя для юга Италии.)

Очень показательна форма имени и другого царя — Йаспар (вместо традиционных Гаспар, Каспар, ср. также Гаспра — курорт в Крыму). Эти фонетические вариации, характерные для праславянского языка, прямо связывают Йаспара с именем легендарного царя «протоболгар» Исперих (иначе Аспарух), он же фигурирует в книге в иудеоэллинском варианте как Асфер, имеющий, со своей стороны, и форму Агасфер (т. е. Вечный Жид). Между тем греческое `Εσπερία означает «Центральная и Западная Европа», и, следовательно, Еспер (Йаспар) — правитель этой самой Центральной и Западной Европы! Причем это, скорее всего, представитель белой расы, а не «ефиоплянин», поскольку греческое Άσπρος означает «белый человек» (греки называют европейцев, а не себя «белыми людьми»!).

Йаспар в книге назван царем Фарсиса (Тарсуса), Скуллы и острова Эгрискулла. Город Тарсус и сегодня существует на юге Турции в провинции Киликия на средиземноморском побережье. Эгрискулла же и Скулла обозначают Королевство Обеих Сицилий (т. е. юг Италии и о-в Сицилия). Река Агри течет в провинции Базиликата (что означает «область резиденций для почетных гостей») на юге континентальной Италии, т. е. Эгрискуллы. Заметим, что по-гречески агро «поле», а схоли — «досуг, отдых», т. е. речь идет о курортной местности. Приток р. Агри также упоминается в книге — это р. Силаро (Силер), на которой расположен г. Салерно. Название Сицилии (Скулла) традиционно связывают с названием древнейших обитателей и этого острова, и юга Италии — сикулов.

(Слово Скулла, возможно, связано также и с тотемным понятием «сокол», польск. sokόł, укр. сокiл и со средневековой царской привилегией — соколиной охотой. Титул «сокольничий» — один из самых почетных в средневековой Руси.)

Топонимика Сицилии и Италии вообще весьма выразительна. На восточном побережье Сицилии расположены гг. Сиракузы и Рагуза. Название Сиракуз (Siracuse) может быть сопоставлено с казачьей Черкассией (Circassie), а Рагуза (т. е., по-славянски, «камыш») ранее существовала и в Хорватии (ныне г. Дубровник). Это, так сказать, славянский сектор островной части «зоны отдыха».

Напротив, на западном побережье Сицилии расположен г. Мадзара-дель-Валло (Mazzara-del-Vallo). Мазар (араб., фарси) — место поклонения мусульман (ср. также мавзолей, греч. mausoleion). Название горы-вулкана «Этна» по-гречески означает «народная». Название г. Катания по-гречески — «благословенная». Бывшее название г. Мессина — Занкла (Зен-колай, Дзен-колай, греч. Ζην-κολάϊ) οξ-гречески означает «блаженство, счастье-комфорт», ср. также буддийское дзен (!).

Наконец, совершенно замечательно название главного города Сицилии Палермо, происходящее от греческого Παλάιο Ρωμιός, т. е. Древний Грек, или если угодно, Ветхий Рим! А рядом с ним — г. Чефалу, т. е. Главный: точная калька княжеского «стола» — Вышгорода — при любом древнерусском стольном городе. А здесь это, так сказать, иудеоэллинский сектор островной части зоны отдыха. При этом самый старый храм г. Палермо называется Сан-Джованни дельи Эремити, т. е. Св. Иоанна Отшельника, т. е. Иоанна Крестителя!

«Варяжский» (норманский) сектор расположен в континентальной части Италии в районе г. Мормонна, южнее главного города «зоны отдыха» — Неаполя (т. е., по-гречески, Новагорода). В рассматриваемой книге чудесный Новый Город построил для себя Пресвитер Иоанн, сделав его центром всей зоны отдыха (Скулла). Именно поэтому старейшее здание Неаполя — это бассейн-баптистерий Сан-Джованни (т. е. опять-таки Св. Иоанна), датируемый якобы V в., а реально, скорее всего, построенный не ранее конца XIV в. И знаменитые неапольские «Турецкие бани» — того же времени. И обычай «ездить на воды», т. е. на курорт возник именно с тех пор. А во «всплывших из забвения» в XV–XVI вв. «античных» источниках традиционной истории появились «древние термы и каракаллы», в которых проводились «симпозиумы» (т. е. возлежание «патрициев» с вином и дамами, ср. сегодняшние «сауны с массажем»). При этом ни один историк не отвечает на вопрос, а откуда у «патрициев» были средства на «курортную» жизнь? «Курортный отдых» вообще экономически возможен только с появлением прибавочного продукта и капитала, т. е. свободных средств. Откуда эти средства в «античности», от рабов, что ли?

Все это вместе — не что иное, как средневековое Неаполитанское Королевство, существовавшее, по традиции, в 1258–1504 гг. (кроме 1442–1458 гг., т. е. в период падения Царь-Града!), а после этого времени ставшее Королевством Обеих Сицилий под протекторатом Испании. Таким образом, сицилийская «зона отдыха» существовала как раз в Золотоордынскую эпоху, в которой и действуют описываемые в книге цари-волхвы. Праздное ничегонеделание с тех пор стало образом жизни местного населения юга Италии — отсюда и разбой в отношении приезжающих туристов, и сицилианская мафия.

О третьем царе-волхве (Мельхиор) следует сказать особо. В книге это «царь Нубийский и Аравийский». Между тем его царство расположено отнюдь не в пустыне, которую можно было бы отождествить с нынешней Нубийской или с Аравийским полуостровом. По дороге в Вифлеем Мельхиор останавливается «на горе Кальварии», которую почему-то комментаторы книги сочли Голгофой. Между тем в Центральной Европе есть, по крайней мере, пять мест, топонимически связанных с Кальварией. Во-первых, это Кальварья-Забжидовска в Южной Польше. Во-вторых, это Кьявари (Chiavari, лат. Clavaria) в Северной Италии возле Генуи. В-третьих, это Кальяри — главный город Сардинии, в четвертых — г. Калаврита в Греции на п-ове Пелопоннес. Наконец, что наиболее вероятно в контексте рассматриваемой книги, это Калабрия — южноитальянская провинция и г. Реджо-ди-Калабрия на Мессинском проливе напротив сицилийской Мессины.

Поэтому под «Аравией», упомянутой в книге, следует подразумевать, скорее всего, и Пиренейский полуостров, и Юг Франции, а не только Северную Африку. Прозвище Мельхиор может быть прочитано как Мелик-гяур, что по-арабски дословно означает «царь немусульман», что совершенно оправданно, поскольку царем «мусульман» в книге считается Йаспар. (У философа Оригена Александрийского вместо прозвища «Мельхиор» фигурирует «арамейское» Авимелех, т. е., по-арабски, Абу-Мелик или Ибн-Малик).

Более того, латинизированное стяжение согласных в сочетании с законом гармонии гласных в арабском языке предполагает первоначальную форму имени «Мельхиор» (по-латыни Melichior) в виде Малика-гяур (иначе Малика-кафир), т. е. «царица немусульман», т. е. Мельхиор — женщина, как и показано Г. Носовским и А. Фоменко. Если предположить, что она — жена Балтасара (т. е., по-русски, Малка, жена Владимира), то это и есть царица Савская, ибо царство Савское находилось под управлением Балтасара (он же Владимир Красное Солнышко, т. е. Рыжий, он же Соломон, т. е. опять-таки, Рыжий, ср., например, англ. salmon — «лосось» и «лососевый» — цвет красной рыбы, он же Константин Порфирородный, т. е. рыжий с красной пигментацией кожи вследствие редко встречающейся порфириновой болезни, признак «царского» рода и т. д.).

Известно, что всплеск популярности истории трех царей-волхвов возник именно в конце XV в. и продолжался в течение всего XVI в. А в конце этого периода католическая церковь стала заниматься очернительством: один из волхвов стал изображаться черноликим, причем не «эфиоплянин» Йаспар (Каспар), а именно женщина-Мельхиор, чтобы затушевать безбородый женский лик. Эта «штукатурка» отразилась и в процессе канонизации евангелий, причем в весьма показательной форме: случай с «Агасфером» (т. е. с Йаспаром), якобы ударившим Христа по щеке, не вошел в канон, зато вместо него в той же роли появился «раб Малх» (т. е. Мельхиор). Этот позднейший, канонизированный в XVII в., эпизод был призван убрать «женское начало» из троицы волхвов.

Фантастическая полуторатысячелетняя история переноса мощей усопших царей по маршруту гора Фаус — Константинополь — Милан — Кёльн при участии Карла Великого (!) становится вполне понятной, если «три заслуженных старца» (т. е., по книге, члены правящей фамилии Пресвитера Иоанна) мирно почили, находясь на заслуженном отдыхе именно на юге Италии примерно в начале XV в. Отсюда их мощи, как сообщают другие средневековые источники, и забрал в Милан действительно французский Карл — только не Карл I Великий, а Карл VIII, завоевавший на короткое время Неаполь и юг Италии в 1494 г. Оттуда они и попали в Кельн в начале XVI в., когда началась безудержная торговля «святыми реликвиями», как со стороны папства, так и со стороны банкирского дома Фуггеров, по сути, завладевшего к этому времени всей территорией нынешней Германии, практически все земли которой были у них в закладе, а вся знать, включая Императора — в должниках.

В заключение, вспомним о цели путешествия трех царей-волхвов. Как и в канонических евангелиях, конечным пунктом их путешествия был Вифлеем (лат. Bethlehem, откуда, кстати, и английское Бедлам). В современном Израиле этот городок называется Бет-Лехем, причем название его сами израильтяне туманно связывают с «бет-лахм», что означает «дом хлеба», т. е. амбар или пекарня. Между тем, в окрестностях этого городка никакие злаки не растут, так что касается происхождения названия городка, то хлебом там и не пахнет.

Зато по-гречески βυθιλεχον (читается «вифлехон») означает «крещеный младенец». Теперь представьте себе Отца — Пресвитера (т. е., по-гречески, первокупальщика) Иоанна (т. е. Иоанна Крестителя, он же Иван Купала), окунающего новорожденного Сына — первокрещенного младенца. А сын по-гречески — Υίός или Γιός (Г читается как «й»), в арабской форме Иса, в латинской форме Jesus…

Не менее замечательно, что уменьшительно-ласкательная форма «Сынок» по-гречески — Γιούλης (читается Юлес, ср. фр. Jules) и абсолютно так же пишется и читается название месяца июль, которое, как твердит традиционная история, произошло от имени Юлия (лат. Julius) Цезаря. Из вышесказанного совершенно очевидно, что словосочетание Юлий-Цезарь означает «любимый сын — будущий Царь», и дано оно сыну-базилевсу = Василию-цезарю именно его отцом — Пресвитером Иоанном (Hwanah — единственный в обозримой истории титул верховного единоличного правителя от Гибралтара до Сингапура, см. статью «Древнее и средневековое народонаселение Европы и его правители»).

Почему же именно этот летний месяц — июль — назван в честь любимого сына? Да потому, что именно 4 июля 1054 г., как установлено астрофизиками в XX веке, вспыхнула самая яркая за последние две тысячи лет и долго светившая даже днем сверхновая звезда, ныне Крабовидная Туманность в созвездии Тельца. В центре этой туманности с того самого дня и до сих пор бьется пульсар, который может быть поэтически назван «Сердце Спасителя».

Знаменательно, что день поминовения святителей-волхвов в католической (но не в православной!) церкви канонизирован как 23 июля, несмотря на то, что умерли все трое, согласно книге, в январе — в течение тех же 13 дней после Рождества, которые соответствовали времени их путешествия до места рождения Спасителя. Июльская дата поминовения, по-видимому, является отголоском действительного события XI века, поскольку следующая надежно зафиксированная вспышка сверхновой произошла 8 ноября 1572 г. в созвездии Кассиопеи. Но ключевое событие нашей эры произошло именно в июле. И начало мусульманской эры (хиджры) приходится на 16 июля. И Джордж Вашингтон как бы случайно выбрал именно 4 июля для провозглашения независимости США.

В появлении новых (т. е. вспышках сверхновых) звезд, как считали наши предки, включая трех легендарных царей-волхвов, проявлялся святой дух — «Волшебный Никто» — т. е., по-гречески, Μάγο μηδεί(ς) (читается Маго-меди), т. е., по-арабски, Мохаммед, сиречь, по-русски, Магомет…

Content

Ярослав Кеслер

Поклонение волхвов как отражение реальных средневековых событий