Дмитрий Суслин

Новый герой галактики

или

Космическая одиссея капитана Краснобаева

ЕСТЬ ЛИ ЖИЗНЬ НА МАРСЕ?

Есть ли жизнь на Марсе? Этот вопрос волнует все прогрессивное человечество вот уже не одну сотню лет. Споры ведутся и по сей день. И по сей день никто из жителей Земли не может утвердительно сказать, что жизнь на Марсе существует. Так же, как никто не может сказать обратное. И у тех и других не хватает фактов.

Но споры ведутся. И даже очень горячие. И спорят не только академики и профессора, астрономы и астронавты, но и простые граждане, которые, казалось бы, с космосом ни коим образом не связаны. Простые земные жители. Нет-нет, да и возникнет во время бытового разговора о погоде и о ценах на продукты, марсианская тема. Есть ли жизнь на Марсе?

– Конечно есть! – уверено утверждают одни.

– Нет, на Марсе жизни нет! – качают головой другие.

Лет тридцать назад американцам удалось добраться до Красной планеты и сфотографировать ее из космоса. Жаль только, что на том корабле не было людей, они бы посмотрели повнимательней. Но людей, увы, не было, и все сделали роботы. Когда на Земле посмотрели на снимки, то все ахнули. Все, можно сказать, человечество. Потому что на красном песке марсианской пустыни было гигантское лицо, очень похожее на человеческое.

– Вот доказательство того, что жизнь на Красной планете существует! – сразу заявили первые. – Такое сооружение могли создать только разумные существа. Гуманоиды. Потому что лицо явно человеческое. Мы не одни во вселенной. Это, скорее всего голова человека.

– Ерунда! – не сдавались сторонники идеи отсутствия разумной жизни за пределами нашей планеты. – Это всего лишь случайное совпадение. Игра света и тени. Обыкновенный природный ландшафт. Умерьте свое воображение, а то вам в каждом облаке будет мерещиться разумное существо.

Как бы то не было, но спорщики, так и не пришли к единому мнению. Каждый остался при своем. И до сих пор не ясно, есть ли жизнь на Марсе, или ее там нет. Но споры и разговоры не прекращаются. Американцы опять сделали снимки Марса, и опять на планете то же лицо, что и тридцать лет назад.

– Опять игра света и тени? – тут же закричали первые.

– А почему бы и нет? – хладнокровно отвечают другие. – Вот стоит наш дом. И как ни странно тень от него падает на землю такая же, что и тридцать лет назад.

Так что споры идут, идут и не прекращаются. И будут идти до тех пор, пока земляне все-таки не высадятся на Марсе и своими глазами не убедятся, есть ли жизнь на Марсе, или нет. А пока люди продолжают спорить.

Только один человек никогда не принимает участие в подобных разговорах. Как только заходит речь о Марсе, он тут же краснеет, так, что уши становятся малиновыми, опускает глаза и старается или сменить тему, или вообще уйти подальше от тех, кто ведет речь о Марсе. Вы наверно уже догадались, о ком я говорю? Конечно об Иване Ивановиче Краснобаеве, знаменитом летчике и путешественнике.

Вы спросите, почему он так себя ведет? Да потому что он, тот, кто может ответить на этот щепетильный вопрос утвердительно. Есть ли жизнь на Марсе?

Вы спросите, почему тогда он не бежит в Академию наук и не расскажет о том, что он знает? Тут существует несколько причин, почему он так не делает.

Во-первых, Иван Иванович человек очень скромный. Можно сказать, до безобразия, и посторонним людям о своих приключениях никогда не рассказывает.

Во-вторых, он боится, что ему никто не поверит, и хуже того, его поднимут на смех. А этого он, как и любой другой человек, не любит.

И есть третья причина, пожалуй, самая важная, по которой капитан российской авиации, лучший ее пилот, Краснобаев не говорит о Марсе и вообще терпеть не может этой темы.

Вы помните, что Иван Иванович закоренелый холостяк и даже думать не может о женитьбе, на ком бы то не было. Если речь заходит о том, что он уже не мальчик, и давно пора остепениться и завести семью, Краснобаев сразу тускнеет как старая монета, становится неразговорчивым и даже может поссориться с тем, кто с ним об этом говорит.

Так вот все дело в том, что Иван Иванович не только лично побывал на Марсе во время своего космического путешествия, но и чуть было там на Марсе не женился. И именно об этом моя история. Хотя, если быть до конца честным, все вообще началось не с Марса, а с Планеты Сокровищ, и не о какой женитьбе и речи не шло, а просто Иван Иванович отправился спасать нашу планету. Встретился он с одним… А впрочем, пожалуй надо рассказать все по порядку.

ИСТОРИЯ ПЕРВАЯ

ПЛАНЕТА СОКРОВИЩ

Глава первая

В КОТОРОЙ ИВАН ИВАНОВИЧ КРАСНОБАЕВ ВСТРЕЧАЕТСЯ С ИНОПЛАНЕТЯНИНОМ И УХОДИТ В ОТПУСК

Все началось в тот день, когда капитан Краснобаев отправился в очень ответственный испытательный полет. Он получил боевое задание. Какое? Сказать не могу, потому что это военная тайна. Сел он на свой верный МИГ-29, которого ласково называл Коньком-Мигунком, и полетел. Только ветер зашумел. Скорость у него была реактивная, то есть очень быстрая. За какой-то час он пролетел почти половину страны и выполнил это самое боевое задание. Выполнил разумеется очень хорошо. Просто отлично. Поэтому со спокойной душой полетел домой.

Когда до родного аэродрома оставалось всего лишь несколько сотен километров, Иван Иванович вдруг увидел маленький черный предмет, похожий на цирковой цилиндр фокусника. Этот предмет летел откуда-то слева и с каждой секундой был все ближе и ближе к Краснобаевскому МИГу.

– Это наверное вражеская секретная ракета, которая хочет меня сбить, – сказал сам себе Краснобаев. – Но я думаю, что ничего у нее из этого не выйдет.

С этими словами капитан Краснобаев прибавил скорость и попытался улизнуть от черного цилиндра. Каково же было его удивление, когда он через несколько минут снова увидел этот самый цилиндр прямо у себя под левым крылом. И это удивление стало еще сильнее, когда он увидел, что цилиндр вовсе не цилиндр, а маленький космический корабль с круглыми иллюминаторами. В самом большом иллюминаторе сидел маленький зелененький человечек, похожий на лягушонка, и смотрел на Краснобаева.

– Эй, на МИГе, выхожу на межгалактическую связь! – услышал в наушниках своего пилотского шлема Иван Иванович. Он даже не поверил своим ушам и глазам, хотя с ним бывали и не такие странные и необычные случаи. А голос продолжал говорить: – Капитану русской авиации Ивану Ивановичу Краснобаеву привет от Межгалактического звездного центра! На сегодняшний день вы единственный землянин, который находится с нами в контакте.

– Я очень рад, что мне оказана такая высокая честь, – осторожно сказал Иван Иванович.

– Тогда, я думаю, что нам лучше сбавить скорость. Просто для удобства нашей беседы.

– Пожалуй, вы правы, – сказал Краснобаев и сбавил скорость.

Теперь и самолет и цилиндр летели почти медленно, по небесным конечно меркам, и собеседники могли продолжить свой разговор на плавном бреющем полете.

– Итак, Иван Иванович, – начал инопланетный гость, – вы наверно обратили внимание на то, что с вами постоянно происходят в небе всякие странности, необычные встречи…

– Да-да, – сразу согласился Иван Иванович, – только мне почему-то никто не верит. Вот и про вас, я уверен, никто не поверит.

– Это вполне нормально. Земляне еще не доросли до встречи с галактической цивилизацией.

– А как же тогда я?

– Вы другое дело. Тут, я бы сказал, случай особый. Это, так сказать дар природы: способность общаться с нами. Такие люди, как вы, рождаются очень редко. Один-два раза в столетие. Мы давно наблюдаем за вами, и вот теперь настал час, когда вашей планете понадобилась ваша помощь.

– Моя помощь моей планете?

– Да, да. Именно так! Дело в том, что на Землю готовится вторжение!

– Звездные войны?

– Да-да! Именно так мы их называем. А вы откуда знаете?

– Кино смотрим, – Иван Иванович гордо выпрямился в своей кабине, он был рад, что проявил такую осведомленность в делах галактики. Но тут же им овладела сильная тревога. Ведь напасть хотели на его родную Землю. – И что это за враги?

– Космические пираты. За последнее время от них не стало покоя. Еще несколько лет назад их было совсем мало, но недавно к ним на планету Рамайка прилетели пираты из соседних галактик, и они объединились, и теперь у них целый космический флот. И по сведениям нашей разведки, они готовятся вторгнуться в Солнечную систему. Пираты угрожают вашей свободе. Они безжалостны и жестоки. А главное, очень алчны.

– Мы конечно дадим им достойный отпор, – ответил Иван Иванович.

– Вряд ли у вас это получится, – хмыкнул лягушонок. – У них мощные броненосцы и крейсера. Космические крепости с лазерными пушками и фотонными орудиями. Они разгромят ваши вооруженные силы еще до того, как высадятся на Землю.

– Что же вы не вмешаетесь? У вас же передовая технология? – удивился Краснобаев. – Неужели вы допустите, чтобы они напали на Землю и поработили ее?

– Увы! – печально вздохнул пришелец. – К сожалению, мы ничего не можем сделать.

– Почему?

– Потому что планета Земля, как и другие планеты Солнечной системы, не входят в Межгалактическое содружество, а поэтому и не обладают правом защиты от внешних агрессоров. К тому же мы вообще не воюем! У нас даже солдат нет.

– Ничего не понимаю!

– Все очень трагично. Мы цивилизованные жители галактики уже несколько миллионов лет живем без войн. Вы понимаете, к чему я веду речь?

– Кажется да. Вы хотите сказать, что в вашей галактике нет существ, которые могут воевать?

– Совершенно верно, – лягушонок грустно вздохнул. – У нас есть и галактическая армия и межзвездный героический флот, но все дело в том, что воюют у нас только боевые роботы, в которых заложена специальная программа. А мы воевать не можем просто физиологически. Уничтожать разумные существа нам не позволяет все наше существо. – Внезапно он приободрился. – И тем не менее, пираты нам не страшны! Они никогда не осмелятся напасть на нас. Потому что им не преодолеть нашу систему обороны, которая состоит из боевых астероидов, а каждый астероид, управляемый автоматически может в одиночку справиться с целым флотом. Но вот на отсталые и дикие планеты, вроде вашей, они очень часто совершают набеги. И тут уж мы вмешиваться не имеем права. Можем только наблюдать.

– Тогда срочно примите Землю в ваше так называемое Межгалактическое содружество! – воскликнул Иван Иванович. – Мы окажемся под вашей защитой, и тогда пираты на нас не нападут.

– Увы, это невозможно! – искренне вздохнул пришелец. – Земля еще не достигла такой степени цивилизованности, чтобы стать членом содружества. Вот когда вы прекратите воевать между собой, перестанете уничтожать природу, загрязнять реки, моря и океаны, отравлять воздух, тогда пожалуйста. Милости просим. Но не раньше!

– Прямо безвыходная ситуация получается! – с горечью сказал Краснобаев. – Я согласен, много еще на Земле несправедливости и беспорядка. Очень много. Люди никак не могут прийти к согласию между собой. Приходится это признать. Но ведь если пираты нападут на землю и разорят ее, то будет еще хуже! Разве не так?

– Так, – вздохнул пришелец.

– Значит, выхода нет?

– Выход есть всегда!

– Назовите!

– Вы, дорогой Иван Иванович! Вы есть выход и спасение для Земли.

– Я?

– Да, вы! Дело в том, что вмешиваться в военный конфликт мы не можем. Это факт. Единственное, что мы может, так это дать возможность самим землянам постоять за себя. По нашим законам, мы можем выбрать лучшего военного пилота планеты, на которую готовится агрессия, и вручить ему боевой звездолет. И наш выбор сразу же пал на вас. Вы же так здорово управляете вашим летательным аппаратом.

Ивану Ивановичу стало обидно, что он живет на дикой и отсталой планете, за которую и вступиться некому, но в то же время ему было приятно, что его и его самолет хвалят. Он проглотил обиду, погладил ручку штурвала и сказал:

– Это мой Конек-Мигунок. Правда, он замечательный?

– Да, чудесный аппарат. Очень хороший. Но вы будете летать на другой машине. Это будет боевой звездный катер, сокращенно БЗК. Наши астронавты называют его очень смешным словом: Базукой. Кажется это похоже на ваш японский язык. Он действительно летает как базука.

– Базука не летает, базука стреляет, – поправил лягушонка Краснобаев.

– Все равно это очень хорошая модель. Вы ее быстро освоите. Сами подберете себе экипаж и начнете военные действияс противником.

– Постойте, постойте, я же еще не дал своего согласия! – возмутился Иван Иванович.

– А мы его и не спрашиваем. Мы в вас уверены. Неужели вы откажетесь защищать интересы родной планеты?

Этот вопрос, поставленный ребром, обезоружил Ивана Ивановича.

– Но если вы в себе сомневаетесь, то мы будем искать другую кандидатуру.

– Нет-нет! – испугался Иван Иванович. – Я согласен. Конечно я согласен. Кто же, если не я?

Лягушонок самодовольно улыбнулся:

– В этом я не сомневался. Итак, сразу к делу. Ваша задача простая. На некоторое время вы должны уехать с территории аэродрома, потому что там нам трудно будет с вами поддерживать связь. Слишком много локаторов. А сейчас давайте подпишем контракт, и вы прочитаете клятву звездного солдата.

– Какой еще контракт? – удивился Краснобаев.

– Неужели вы думаете, что мы можем просто так доверить боевой звездолет неизвестно кому? Для этого вы должны стать звездным солдатом галактики. Так положено. Готовы?

– Готов! – по военному подтянулся Краснобаев. Не мог он подвести свою галактику и свою планету. – Раз положено, так положено. Давайте ваш контракт.

– Произнесите клятву, это и будет контракт. Повторяйте за мной. Я – звездный солдат галактики клянусь…

– Я – звездный солдат галактики клянусь… – торжественно повторил летчик.

– …сражаться с врагами разумной цивилизации во имя ее спасения, для чего не пожалею ни сил, ни ума, ни отваги.

Краснобаев повторил все слово в слово.

– Вот и прекрасно, а теперь я кончаю связь, – сказал лягушонок.

– Постойте, постойте, – заволновался Краснобаев, – а когда же я начну воевать с пиратами?

– Не переживайте. Очень скоро мы свяжемся с вами! – крикнул инопланетник.

Краснобаев хотел еще о чем-то спросить, но не успел. Черный цилиндр вдруг исчез. Летчик даже крякнул от неожиданности. Он зажмурил глаза, но цилиндр не появился.

– Неужели мне это показалось? А впрочем, нельзя быть таким диким и отсталым, а то вся галактика над нами смеется. Смеется-то, смеется, а вот понадобился им и землянин.

И преисполненный гордости он полетел домой.

* * *

– Почему вы на целых десять минут прервали связь с землей? – спросил его генерал Бочкин, как только капитан Краснобаев предстал перед ним сразу после того как вышел из самолета.

– У меня была связь с инопланетным пришельцем, – честно доложил Краснобаев.

У генерала даже вздыбились усы, когда он это услышал. Он сразу стал похож на моржа в зоопарке. Глаза его засверкали гневом.

– Не понял!

Краснобаев доложил генералу все до мельчайших подробностей о своей встрече с лягушонком. И генерал ему естественно не поверил.

– Доставить мне запись всех переговоров капитана Краснобаева! – приказал он.

Ему принесли записи, и он их прямо при капитане внимательно прослушал. Они прослушали все, но разговора с инопланетянином не нашли. Его не было.

– Странно, – пожал плечами Краснобаев. – Товарищ генерал, я своими ушами все слышал и все видел.

– Эх, Краснобаев, – грустно сказал генерал Бочкин. – Все время ты меня расстраиваешь своими рассказами. Что тебе в небе делать нечего что ли, что ты всякие байки сочиняешь? Тогда тебе не летчиком надо было становиться, а писателем. Им за это деньги платят, а ты нам бесплатно головы морочишь. Нехорошо!

– Товарищ генерал! – жалобно протянул Краснобаев.

– Что, товарищ генерал? – передразнил его Бочкин. – Чуть что, товарищ генерал. Когда это кончится?

– Что кончится?

– Вот такие доклады. Что я по твоему буду маршалу твои бредни докладывать? Про лягушонку в коробчонке, да?

Краснобаев почесал затылок.

– Задание ты выполнил отлично, ничего не скажу. Молодец! А про свои галлюцинации забудь. Не было их. Не было!

– Как так не было?

– А вот так. Показалось тебе все. Показалось. Понятно?

– Нет.

– Да, ума тебе не занимать, – проворчал генерал. – От усталости у тебя всякий бред в голове. Слишком много работаешь. Так нельзя! Ведь полет за полетом, полет за полетом! Ты сколько лет в отпуске не был?

– Три года.

– Ну, вот видишь? – генерал даже обрадовался. Наконец-то он нашел причину странного поведения своего пилота. – Тебе срочно надо отдохнуть. Так, что с завтрашнего дня ты находишься в отпуске. Кстати, не один ты. Я вот тоже в отпуск ухожу. И тоже между прочит заслуженный. Мне даже путевку обещали выдать.

– Товарищ генерал, не хочу я в отпуск. Как же я без полетов останусь? Я же без неба жить не могу!

– Отставить, не хочу в отпуск! – скомандовал генерал. – Думаешь, мне легко свою базу покидать? Я ведь с ней сросся и душой и телом. Но я понимаю, что для пользы дела, ради любимой Родины я должен отдохнуть, чтобы потом какой промашки не вышло. Понятно? Вот так! К тебе это тоже, между прочим, относится. Так что, капитан Краснобаев, слушай мою команду! Сми-и-рно! Кру-у-гом! В отпуск шагом марш!

Не выполнить приказ капитан Краснобаев не смог. Он повернулся кругом и отправился в отпуск. Вернее сначала он пошел в ангар, где стоял его Конек-Мигунок и долго с ним прощался. Даже всплакнул слегка, когда рядом никого не было. Жалко ему было покидать свой самолет, даже на месяц, даже ради отпуска. Уж очень он любил летать и без неба жить не мог.

Но делать было нечего. Надо было выполнять приказ генерала. Да и оставаться в части сейчас было не очень удобно. Товарищи его уже прознали от секретарши генерала Бочкина прапорщика Любочки Иголкиной про его очередной доклад и смеялись теперь ему прямо в глаза.

– Ну ты даешь, Краснобаев! – говорили они. – Сегодня ты сам себя перепрыгнул. Такого мы еще не слышали. Нам с тобой рядом даже стоять стыдно. Кто мы такие? Простые авиаторы, летчики-пилоты. А ты же у нас звездный солдат. Куда нам до тебя! Но ты уж нас от космических пиратов спаси, а то ведь мы не хотим погибнуть в расцвете лет.

Краснобаев только отмалчивался, да собирал чемодан. На душе у него было тоскливо. На товарищей он не обижался, к их шуткам он давно привык и знал, что они не злые. А разве можно обижаться на не злые шутки? Конечно нельзя! Вот он и не обижался. Да и сам он уже себе не верил.

– Может, и впрямь мне все это только показалось? – один раз даже сказал он себе. – И не было никакого лягушонка в цилиндре?

Глава вторая

ТРОЕ В ОТПУСКЕ

Стал Иван Иванович в отпуск собираться. Чемодан укладывает, а сам с грустью в окно поглядывает, на самолеты смотрит. Тоскливо ему, просто спасу нет. Так до конца поверить не может, что его в отпуск отправляют. Но поверить пришлось. Раздался стук в дверь.

– Да, да! – ответил со вздохом Иван Иванович. – Войдите.

Открывается дверь, и в комнату заходит Любочка Иголкина.

– Вот вам, товарищ Краснобаев, путевка в наш ведомственный санаторий, что на берегу Черного моря стоит. По личному распоряжению товарища генерала. Всего три путевки на всю базу выдали. Одну вот вам приказано предоставить. Вот как о вас Василий Митрофанович заботится. И это несмотря на все ваши фокусы.

И дает Ивану Ивановичу красивую путевку на цветной бумаге напечатанную, с изображением боевого самолета, идущего на посадку.

Понял Краснобаев, что все его надежды рухнули, и ничего его спасти уже не может. Так и придется в отпуск отправляться. Делать нечего. Не привык Иван Иванович противиться приказам начальства, к тому же в санатории он ни разу не отдыхал, тем более во ведомственном.

Поехал он с базы на вокзал и сел в поезд, который ехал в город, где санаторий расположен был, и каково же его удивление было, когда он в купе обнаружил своего сослуживца прапорщика Окуркина.

– Здорово, Иван Иванович! – хлопнул его по плечу прапорщик. – Куда это ты собрался?

– Да вот, в санаторий еду, имени товарища Чкалова.

– Здорово! – обрадовался Окуркин. – И я туда же. Вместе веселей отдыхать будет.

А перед самым отходом поезда в купе ввалился никто иной, как сам генерал Бочкин. Краснобаев и прапорщик Окуркин так и вытянулись перед ним по стойке смирно.

– Вольно, вольно, – махнул на них рукой генерал Бочкин. – Все мы сейчас в отпуске, так что ни чины, ни звания значения не имеют. Вот таков мой приказ. Кстати, уложите-ка мои чемоданы, а то я что-то запыхался.

– Есть, товарищ генерал!

И поехали они к морю втроем.

– А что это вы один, товарищ генерал? – уже в дороге спросил прапорщик Окуркин, поднимая наверх в багажную нишу генеральские чемоданы, и хитро подмигивая Краснобаеву. – Почему без супруги?

Бочкин даже смутился немного. Покраснел.

– Да вот, – говорит, – путевки ей не хватило. – Всего было три. Так что ее пришлось оставить дома.

– Вы бы ей тогда мою отдали! – воскликнул Иван Иванович, которому стыдно стало. Он почему-то решил, что это именно из-за него жена Василия Митрофановича без путевки осталась. Но Бочкин его успокаивающе по плечу похлопал.

– Не грусти капитан. Ты тут не при чем. Это целиком было мое решение. Да и признаться честно, захотелось мне немного от нее отдохнуть, от Настены моей. Ведь столько лет вместе! А это даже психологи советуют – друг от друга регулярно отдыхать и отпуск по отдельности проводить. Эх, Краснобаев! А помнишь, как мы с тобой однажды на настоящем необитаемом острове отдыхали? Вот это был отпуск поневоле! А главное, как интересно было! Ураган! Дикари! Пятница с попугаем! С тех пор я моря и не видел. Зато сейчас непременно увижу. Вот только приключений и дикарей не надо! Хорошенького помаленьку. Думаю, в этот раз все тихо обойдется. В отпуске главное – покой! Процедуры и здоровый послеобеденный сон.

Вот в такой славной компании поехал Иван Иванович к морю. В дороге было весело. Все трое быстро забыли о чинах и званиях, насколько это было возможно, и очень хорошо провели время. Слушали радио, лежали на полках, читали интересные книги и газеты, играли в домино, шахматы и даже в картишки перекидывались. Но последнее быстро надоело, потому что прапорщик Окуркин все время жульничал, да так неумело, что не Краснобаев, а генерал Бочкин у него всегда в дураках оставался. И с каждой партией настроение у него становилось все хуже и хуже. Наконец генерал не выдержал и сказал:

– Ты все-таки, Окуркин, субординацию соблюдай.

– Так здесь же нет ни чинов, ни званий! – искренне удивился прапорщик.

– Согласен, – ответил Бочкин. – Здесь нет. Но ведь на базу мы рано или поздно вернемся. Тогда что? Думаешь из памяти такое стереть можно? Пятнадцать раз ты меня в дураках оставил! Всю мелочь выиграл.

Так что больше в карты не играли. Все больше в шахматы. Вот тут Бочкин и отыгрался. Ни Краснобаев, ни прапорщик ни разу его обыграть не смогли. Доволен остался генерал.

– Это вам не картами шлепать! Это же мозги иметь надо!

Через два дня прибыли они в приморский городок, тихий, уютный, и совершенно засекреченный. Туристов здесь не было, только военные поселки. И санаторий имени товарища Чкалова прямо на высокой скале над морем, словно старинный замок стоит. От вокзала совсем не далеко. Взяли наши герои чемоданы и пошли к месту своего отдыха. Впереди Бочкин идет, платочком со лба пот утирает, за ним Иван Иванович и прапорщик Окуркин идут, под тяжестью чемоданов сгибаются. А чемоданов у них целая гора. И почти все бочкинские. Жена генерала Настасья Филипповна так своего мужа на отдых собрала, что они чуть не надорвались. Бочкину даже неудобно стало.

– Ничего, – утешил он своих товарищей. – Сейчас на место придем, там и отдохнем. Сразу на море пойдем купаться.

Тут его взгляд вдруг на красивый круглый домик с колоннами упал. Симпатичный такой домик. Окна большие, чистые. А сверху над дверью цифра «12» крупными золотыми буквами написана.

– А это что такое? – спросил Бочкин.

– Это целебный источник, – объяснил ему проходящий мимо старичок с кружкой в руке. – Минеральная вода. Очень помогает от всех болезней.

Сказал так старичок, вошел в домик и стал из красивой мраморной чаши воду набирать. Наберет кружку, а потом стоит и пьет. И лицо у него при этом такое довольное.

– Точно! – обрадовался Бочкин. – Минералка. Это единственный курорт в стране, где и море и минеральная вода одновременно. А ну-ка, пойдем, попьем.

– Дорого небось, – недовольно заметил Окуркин.

– Совершенно бесплатно, – ответил старичок и набрал вторую кружку воды.

Очень это обрадовало прапорщика Окуркина.

Вошли Бочкин, Краснобаев и Окуркин в домик, купили одноразовые стаканчики, набрали воды и тоже стали пить. Как положено, мелкими глоточками.

– Вкусно! – крякает Бочкин после каждого глотка. – Так и слышу, как мои почки промываются.

– И я слышу! – обрадовано завопил Окуркин. – И мои почки промываются. И желудок тоже и селезенка с печенью.

Выпили они воду, Окуркин даже три стакана выпил, на радостях, что платить не надо, и собрались было уходить. И вдруг Бочкин говорит:

– Отставить!

– Почему? – удивились Иван Иванович и прапорщик.

– Вы сколько стаканов выпили? – Спрашивает Бочкин.

– Один, – ответил Краснобаев.

– А я три! – похвастался Окуркин.

– Тогда назад.

– Почему?

– А вы разве забыли, что там, на двери написано?

– Что? – Краснобаев и Окуркин даже испугались.

– Цифра двенадцать. О чем это говорит?

– О чем?

– О том, что надо двенадцать стаканов выпить. Понятно?

– Зачем так много?

– Чтобы польза была! – генерал поучающе поднял вверх свой толстенький указательный палец. – Так что давайте, пейте.

Ничего не поделаешь. Стали они пить. Три стакана выпили еще ничего, а потом тяжело стало. Особенно прапорщику, он ведь уже до этого три стакана выпил. Зато ему только шесть осталось, а Краснобаеву восемь. Стоят они, пьют, пыхтят и отдуваются.

А Бочкину все ни по чем. Он себе, знай, стакан за стаканом вливает. Один за другим. Так все двенадцать и выпил. И даже глазом не моргнул. Только живот у него более упругий стал.

– Больше не могу! – выдохнул Окуркин, когда ему всего два стакана осталось. – Хоть убейте!

– И я не могу! – сказал Краснобаев.

Окуркин возмутился:

– Ты, капитан, всего семь стаканов выпил. Я видел и все подсчитывал. Так нечестно!

– Все равно больше не могу! Лопну, если хотя бы полстакана выпью.

– Вы лучше пейте, а не спорьте, – посоветовал Бочкин и наполнил себе еще один стакан. – Это же для своего здоровья. А вы, не могу, лопну! Тьфу!

И стал снова глоточки делать. А несчастные Окуркин и Краснобаев на него смотрят.

Тут к ним старичок подошел, тот самый, с кружкой. Тронул он за локоть генерала:

– Товарищ, вы, не слишком ли много воды пьете?

– Никак нет, папаша, – отвечает Бочкин. – Все по норме.

– Это какая же у вас норма?

– Двенадцать стаканов, как написано.

– Где написано?

– Над дверями.

Старичок засмеялся:

– Так это же совсем не то написано.

– Как так не то? – удивился генерал.

– Цифра двенадцать означает номер источника, а вовсе не количество стаканов, – стал объяснять старичок. – В нашем городке пятнадцать минеральных источников. Этот вот двенадцатый. А пить надо не больше стакана, но зато три раза в день перед едой. Натощак, то есть.

– Вот оно что! – обрадовался Бочкин. – Теперь понятно. А то я сразу подумал, что уж больно много воды надо пить. Впредь будем знать.

И как ни в чем не бывало, вышел Бочкин из домика. Бодро и весело. Краснобаев и Окуркин за ним. Еле идут. Вода из них выливается, словно из переполненного ведра. Особенно из Окуркина. А ведь еще багаж нести приходится. Вот незадача. Но Бочкин их подбадривает:

– Быстрее! Веселее! Что вы, как неживые? Что о нас в санатории подумают?

Ничего не отвечают капитан и прапорщик. Сил нет. Им бы до санатория добраться, да по дороге не упасть и не лопнуть.

Вот какой казус с ними произошел. Но это по неопытности. Не часто боевые летчики, да прапорщики на курортах бывают.

Наконец прибыли в санаторий, заселились. Генералу конечно же отдельный номер дали с цветным телевизором и телефоном, а Краснобаев и Окуркин в двухместной палате по соседству расположились. Телевизора у них не было, телефона тоже, зато около каждой кровати стояла тумбочка, а на стене радио. Не успели они дух перевести, от минеральной воды отойти, в дверях Бочкин появился.

– Ну как, готовы начать активный культурный отдых?

– Так точно, товарищ генерал!

– Тогда за мной.

Пошли они на пляж. Стали загорать и в воде плескаться, наперегонки плавать. Потом Бочкин утомился, в тени под кипарисом уснул, а Окуркин побежал с местными девушками знакомиться. Иван Иванович тоже оделся и пошел на город посмотреть.

Глава третья

ПОСЛАНЕЦ ГАЛАКТИКИ ПОЯВЛЯЕТСЯ ВНОВЬ, И КРАСНОБАЕВ ОТПРАВЛЯЕТСЯ В ПУТЬ

Прошли три недели спокойной безмятежной жизни. Иван Иванович наслаждался отдыхом на морском курорте и изнывал от безделья. Жизнь у него была довольно однообразная. Утром он просыпался рано-рано и делал трехкилометровую пробежку, подтягивался двадцать раз на турнике, сто раз отжимался от пола, после чего принимал холодный душ. Так начинался его день.

Потом он будил Окуркина, и они вместе шли к генералу и будили его.

– Пора идти на завтрак, товарищ генерал!

– На завтрак? – потягивался Бочкин. – Завтрак это дело святое. Что у нас там сегодня на второе? А компот из абрикосов или из чернослива?

И втроем они шли в столовую завтракать. После завтрака шли на процедуры лечебные и полезные, затем опять отправлялись на пляж. Там сначала плавали, загорали, играли в волейбол, а потом генерал обычно засыпал где-нибудь в тени под пальмами, Окуркин убегал к своим девушкам, а Краснобаев шел гулять по окрестностям. Затем после обеда, генерал Бочкин отправлялся в свой номер на тихий час, Окуркин опять убегал к девушкам, а Иван Иванович тоже дремал в гамаке под грушей, а если ему не спалось, читал газету или книжку и с тоской смотрел на небо, в котором пролетали самолеты.

– Эх, когда же кончится этот отпуск? – грустно спрашивал он сам себя, и считал на пальцах оставшиеся дни. – Нет ничего хуже безделья!

Но до конца отпуска было еще далеко, и ничего не оставалось делать, как продолжать предаваться праздной жизни.

После тихого часа генерал Бочкин опять отправлялся на лечебные процедуры, а Иван Иванович шел прогуляться по городку, где ему нравилось поговорить с местными жителями, послушать последние новости и выпить одну другую кружечку пива. И все он не мог дождаться, когда же опять летать начнет.

Вот какой он – Иван Иванович Краснобаев, летчик-пилот высшего класса, капитан боевой авиации. Не зря обратили на него внимание галактические пришельцы.

Кстати о пришельцах. Иван Иванович и думать про них забыл. Свежий просоленный морем воздух, морские купания, походы в горы отрезвили его голову, и он сам уже не верил, что то, что случилось с ним в последнем полете, было на самом деле.

– Явно мне все померещилось, – убеждал он сам себя. – Полет был сложный, ответственный. Разволновался, вот и начало, черт знает что, мерещиться.

А все-таки ему было немного грустно. Ведь в глубине души очень хотелось Ивану Ивановичу помочь своей планете и сразиться с космическими пиратами. Да и в космос слетать хотелось. Он ведь там никогда не был. И втайне мечтал побывать. Смелый он человек, Иван Иванович Краснобаев.

И вот настал день, когда Краснобаеву пришлось убедиться, что все это было с ним на самом деле, а вовсе не померещилось. Как обычно, после обеда он отправился пройтись по городку. Сходил к центральному универмагу и купил там удочки и рыболовные снасти. Купил он конечно же сразу три комплекта. Не только для себя, но и для Окуркина с Бочкиным. Не мог он про друзей забыть. Не такой он человек. К тому же, что за рыбалка в одиночку? Скукота, да и только. Потом он зашел в ботанический парк и сыграл там, в беседке со стариками одну партию в домино. Выпил кружку пива, скушал одну сушеную воблу, и разузнал, какие здесь места для рыбалки самые лучшие. И тут же он решил сходить на море, не на пляж, а просто на побережье, и присмотреть место для завтрашней ловли. Вот вышел он к морю, идет песчаным берегом, под ногами волны плещут, ласково и заманчиво, так и зовут в воду. И вдруг слышит Иван Иванович голос:

– Наконец-то, Иван Иванович, вы остались одни и в безлюдном месте.

– Кто это? – завертел головой Краснобаев.

И тут он увидел тот самый черный цилиндр, в котором сидел лягушонок. Именно от цилиндра и шел голос. Иван Иванович протер глаза и воскликнул:

– Так значит, мне не померещилось? Мы с вами и вправду встречались?

– Конечно, встречались, – сказал лягушонок. – И вот теперь я пришел сообщить вам, что ваша Базука готова, и вы можете отправляться на борьбу с пиратами. Кстати, они уже начали сбор на планете Рамайка.

– Что я должен делать? – Краснобаев сразу встал по стойке смирно.

– Сегодня ночью вы придете на это самое место и в полночь взойдете на борт своего катера. Наши конструкторы специально создали его для вас. Они учли всю земную специфику, так что вы легко разберетесь с его управлением.

– Задание понял. В полночь приступаю к выполнению, – дрожащим от волнения голосом сказал Краснобаев. – Разрешите задать два вопроса?

– Пожалуйста.

– Первый вопрос: как он будет выглядеть?

– Кто, ваш катер?

– Да.

– Мы постарались, чтобы он напоминал вам ваш родной самолет. Только размером он в несколько раз крупнее.

– Ясно. Благодарю вас за заботу о моем моральном состоянии.

– Ну, мы ведь существа разумные, понимаем, что к чему, – пришелец даже засмущался. Ему тоже стало приятно, что его и его коллег так высоко оценили. – И если уж помогаем, то делаем все от нас возможное. А какой ваш второй вопрос?

– Как вас зовут? – сказал Краснобаев. – а то ведь неудобно как-то. Видимся уже не первый раз, а я и имени вашего не знаю.

И тут он впервые в жизни увидел, как краснеет инопланетянин.

– Вы совершенно правы, – сказал лягушонок. – Я, говоря, по-вашему, свинья. Мне нет прощения. Я поступил как настоящий эгоист.

– Да не переживайте вы так! – Краснобаев искренне пожалел инопланетянина. – Со всяким это может случиться. На работе ведь так, бывает, закрутишься, что и, себя как звать, не помнишь.

– Это верно, – согласился лягушонок. – Приношу свои извинения, и разрешите представиться. Меня зовут Андрианопулюс. Я житель планеты Краконопулюс.

И Андрианопулюс поклонился и даже снял воображаемую шляпу, при чем из своего цилиндра он так и не вышел. Видимо ему был вреден земной воздух. А может, он просто привык к своему цилиндру. Это Иван Иванович понимал, как никто другой. Сам бы, дай ему волю, не вылезал из своего Конька-Мигунка.

– А теперь мне пора улетать, – сказал Андрианопулюс. – Приятно было общаться. – Итак, в полночь с этого места вы покинете Землю, а катер сам доставит вас, куда нужно. Когда все кончится, и мы победим, он же вас вернет обратно. До встречи!

– До свидания, – сказал Краснобаев и увидел, как цилиндр взвился в воздухе и через секунду исчез виду. – Вот это да!

С этими словами он пошел обратно в санаторий и всю дорогу думал о случившемся. Значит он звездный солдат, и сегодня ночью начинается его служба.

* * *

Когда он пришел в свою палату, то сразу стал готовиться в дорогу. Как человек военный, он знал, что для солдата главное в походе, это экипировка. Поэтому собирался Иван Иванович основательно и очень аккуратно выбирал вещи. Ведь это очень не простая задача – правильно собраться в боевой поход. Тем более, что в космосе Краснобаев ни разу не был и понятия не имел, что туда надо брать.

Была у Ивана Ивановича одна слабость. Он любил разговаривать с самим собой. Вот и в этот раз он собирался и сам с собой обсуждал, как он будет вести себя в космосе. Он так увлекся, что ничего не слышал и не видел, что творится вокруг. Не видел он, как в дверях палаты появился Окуркин и стал внимательно наблюдать за ним. Поведение Краснобаева показалось ему очень странным.

– Что-то тут не то, – прошептал прапорщик. – Надо проследить.

И он незаметно спрятался за занавеской.

А наивный и простодушный Краснобаев продолжать собираться и разговаривать сам с собой. Очень скоро Окуркин догадался, что он собирается в космос. Лицо у прапорщика так и вытянулось от изумления, и он покрутил пальцем у виска. А когда Краснобаев ушел, он тут же побежал искать генерала Бочкина. Нашел он его в лечебном кабинете, где Бочкин принимал грязевую ванну.

– Товарищ генерал! – стал шептать ему в ухо прапорщик. – Краснобаев с ума сошел.

– То есть, как это сошел?

– А вот так. В космос он собрался.

– В космос собрался?

– Так точно. Даже вещи собрал. Прямо сегодня ночью и летит.

Бочкин возмутился, руками всплеснул, всю лечебную грязь вокруг себя разбрызгал:

– Без моего разрешения? Да как он посмел? Это же дезертирство. Предательство!

– Оно самое и есть, – согласился прапорщик. – Что будем делать? Арестуем его? Под трибунал отдадим?

– Нет, погоди. Тут подумать надо, – остановил прапорщика генерал. – А вдруг он и вправду с ума сошел? Надо бы за ним понаблюдать. Если так, то его не под трибунал, а в больницу отправлять надо. Или того хуже. Вдруг его американские шпионы завербовали или арабские террористы? Он ведь самый лучший летчик. Краснобаев наивный и неопытный. Молодой. Политической бдительности у него мало. Так что нам надо узнать, куда он ночью пойдет.

– Надо проследить за ним. И на всякий случай подмогу позвать.

– С подмогой ты не торопись. Вдруг он всего лишь на рыбалку пойдет, тогда мы с тобой в дураках останемся. Весь санаторий над нами смеяться будет. Так что вся задача ложится целиком на наши плечи. Справимся сами. Так что будь готов.

* * *

Когда наступил вечер, Краснобаев не пошел, как обычно к Бочкину смотреть футбол по телевизору, а остался в своей палате. Он был очень взволнован. А Бочкин и Окуркин не стали ему напоминать об этом. Они тоже волновались, перемигивались и за ужином в столовой вели себя очень подозрительно. Но Иван Иванович от волнения ничего не замечал. Ему было не до товарищей.

Вот наконец настала пора ложиться спать. Краснобаев сделал вид, что ложится в постель, а сам даже одежды не снял. А прапорщик сделал вид, что ничего не заметил и сказал, что пошел на свидание с какой-то там Тамарой, а сам шмыг в номер к генералу. Тот его уже ждал.

– Только бы не пошел дождь, – с тревогой глядя в окно, прошептал Бочкин Окуркину. – А то заболят у меня ноги и спина, и пиши, пропало.

Но погода была прекрасной. Было тепло и сухо. Впрочем на юге редко бывает холодно и дождливо. Зато стало темно, хоть глаза выколи.

– Только бы не уснуть, а то все пропало! – опять поделился тревогой генерал и широко зевнул.

– А давайте, товарищ генерал, не будем раздеваться, когда ляжем спать, и тогда точно не уснем и время сэкономим. Краснобаев так сделал. Что мы глупее его что ли?

Бочкин с радостью согласился. Идея Окуркина ему понравилась. Он прямо в своей генеральской форме забрался в постель и тут же захрапел. Но зато прапорщик не спал. Он был сама бдительность, вернулся в свою палату и тоже в одежде забрался под одеяло. Сна у него не было ни в одном глазу, потому что он очень любил подсматривать и подслушивать, и как только кровать Краснобаева заскрипела, и капитан, крадучись, пошел по коридору, а потом стал спускаться по лестнице, Окуркин ворвался в номер Бочкина и затряс генерала за плечо.

– Товарищ генерал! Товарищ генерал! – зашептал он. – Проснитесь, товарищ генерал!

Но генерал и не думал просыпаться. Он отмахнулся от прапорщика рукой, словно от надоедливой мухи, перевернулся на другой бок и захрапел еще громче.

– Боевая тревога! – крикнул ему тогда в ухо Окуркин. – Маршал Штопоров с проверкой прибыл!

И Бочкин сразу вскочил с постели.

– Что такое? – спросил он, хлопая глазами. – Где товарищ маршал? Почему проверка? Недавно же была! У меня вся отчетность в порядке.

– Нет никакой проверки, – объяснил прапорщик. – Это Краснобаев ушел, и если мы не поспешим, он от нас уйдет и скроется в темноте южной ночи.

И они выскочили из генеральского номера и побежали за Краснобаевым. Очень скоро они его нагнали. И стали красться за густыми эвкалиптовыми кустами. А Иван Иванович шел быстро и все время смотрел на свои командирские часы, те самые, что ему когда-то еще в начале службы подарил агроном совхоза «Крылья урожая» товарищ Колосков за то, что Иван Иванович помог совхозу сберечь урожай от вредителей и сорняков. Очень он боялся опоздать. Вот впереди блеснули звезды. Это спокойное как никогда море отразило их в своей воде. Послышался шелест прибрежных волн.

Иван Иванович прибавил шагу. Он очень волновался. Неужели звездный корабль за ним действительно прилетит? Даже не верится.

И вот он уже стоит на том месте, где недавно разговаривал с Андрианопулюсом. Тихо. Ничего не слыхать. Только ласково что-то шепчет Черное море, да шуршат в траве мыши. И не знает Иван Иванович, что это не мыши, а тихо ползут в высокой траве его начальник генерал Бочкин, а с ним прапорщик Окуркин.

Часы показали без пяти минут полночь. Краснобаев затаил дыхание и посмотрел на небо. Увидели это Бочкин и Окуркин и тоже задрали головы наверх. Они стояли на четвереньках и были похожи на бродячих псов, которые собираются завыть на луну. Если бы Иван Иванович их увидел, он бы расхохотался – так смешно они выглядели. Но он смотрел в небо. И не зря.

Одна самая большая и яркая звезда, которая до сих пор висела в небе неподвижно, вдруг тронулась с места и стала летать по небу, с каждой секундой все более увеличиваясь в размерах. Она приближалась к тому месту, на котором стоял Краснобаев и притаились его сослуживцы.

Прошла минута, и вот перед изумленным Краснобаевым бесшумно приземлился космический корабль. Да какой красавец! С первого взгляда Краснобаев влюбился в него. Тем более, что он действительно был очень похож на Конька-Мигунка. Только очень большой, особенно кабина. На крыльях были укреплены здоровенные трубы.

– Лазерные пушки, – сразу определил их назначение Краснобаев. – Вот это техника. Фантастика!

А рядом в траве с открытыми ртами сидели изумленные Бочкин и Окуркин. Они так растерялись, что просто не знали, что им делать.

Краснобаев стал обходить свой будущий корабль. Так поступает любой пилот. И как раз, когда он осматривал хвост, сбоку открылся люк, и на землю плавно опустились ступеньки трапа.

Окуркин словно только этого и ждал.

– Быстрее! – неожиданно для себя скомандовал он Бочкину и даже толкнул его локтем в бок.

И что самое удивительное, генерал его послушался.

Не поднимаясь с земли они поползли к звездолету и быстро словно тараканы прошмыгнули внутрь.

– Добро пожаловать в Боевой звездный катер, – объявил громкий, но низкий голос.

Двое мужчин, стукаясь друг об друга, заметались по кораблю в поисках места, где бы можно было спрятаться. А Краснобаев, который осматривал корабль снаружи дошел до открытого люка и как раз услыхал эти слова. Он подумал, что это зовут его, и хотя он был неверующим человеком, сказал себе:

– С богом!

И вошел внутрь. Голос снова сказал:

– Добро пожаловать в Боевой звездный катер.

– Спасибо, – поблагодарил за приветствие Иван Иванович.

Люк медленно и плавно закрылся. Краснобаев огляделся.

Да, здесь было отлично. Только пилотская кабина была размером в хорошую комнату современной квартиры. Оснащена она была действительно по последнему слову земной техники. Через толстые стекла была видна земля. Краснобаев взглянул на земные просторы в последний раз, и ему стало грустно. Он все-таки любит свою планету. Как же ее не любить, если она такая красивая, особенно в эту минуту, когда так ярко светит луна, и пора улетать.

– Ну что ж, надо готовиться к старту, – сказал Иван Иванович.

Корабль словно услыхал его слова. Пилотское кресло тут же гостеприимно повернулось к нему. Иван Иванович сел.

– К старту готов!

На пульте управления тут же засветилось множество огоньков. Они поиграли, поиграли, и Краснобаев почувствовал, как земля уходит из под его корабля. В иллюминатор тоже было видно, что они взлетели.

– Вот это техника! – еще раз восхитился Краснобаев. – Полная автоматика!

А корабль постепенно набирал высоту и скорость. Вот приморский городок превратился в маленькое темненькое пятнышко, в котором светили редкие огоньки. И раз! Он вдруг исчез где-то далеко позади.

– Начинаются перегрузки, – опять объявил низкий голос. – Просьба всем приготовиться и не паниковать.

Краснобаев почувствовал, как его слегка вдавило в кресло. Он был слишком сосредоточен, чтобы раздумывать, поэтому не обратил внимание на то, что голос сказал: «всем».

– Что-то я не совсем понимаю, что тут делается, – пробормотал Бочкин. – Куда это мы попали?

– Кажется это на самом деле космический корабль, – прошептал прапорщик Окуркин. – Значит капитан не придуривался.

– А куда это мы летим?

– Наверно в космос.

– Без моего приказа? Да я!..

Тут начались перегрузки, и их притянуло к полу. И генерал с прапорщиком растянулись на мягком упругом полу кают-компании, где они спрятались под большим обеденным столом.

Краснобаев увидел, как земля вдруг стремительно стала исчезать из виду. Ему было не привыкать к высоте, но сейчас и он, этот смелый летчик почувствовал легкий страх. Страх перед глубинами космоса. А ночное небо, усыпанное звездами, летело ему навстречу.

– Добро пожаловать в Галактику, Иван Иванович, – сказал все тот же низкий голос.

– Спасибо. А кто со мной разговаривает?

– Это я. Звездолет. Сокращенно БЗК – Боевой звездный катер.

– Ты? – удивился краснобаев. – А разве летательные аппараты могут разговаривать?

– Конечно, – звездолет даже, казалось, был обижен. – Я такой же робот, как и все остальные. Ничем не хуже. Только еще летаю и умею стрелять.

– Тогда извини, – сказал Иван Иванович. – Я ведь в первый раз в космосе. Почти ничего не знаю.

– Ничего. Это временно. Я тоже был новичком, после того, как сошел с конвейера. Только не думайте, что я стандартная модель. Меня делали по индивидуальному образцу, специально для вас. Потом испытания. Это было нелегко, но я прошел все тесты на отлично. Галактическая комиссия дала мне самую высокую оценку. Ой, извиняюсь, сейчас у нас первая остановка.

– Остановка? – Краснобаев удивился.

– Да, мы приземлимся на Луне, я правильно назвал ваш спутник?

– Правильно. А что мы там будем делать?

– Мне нужно будет запрограммировать мой дальнейший маршрут, а вам надо будет разобраться со своим экипажем, назначить обязанности, вахтенного, ну вы наверно сами знаете.

– Постой, постой, какой экипаж? Где я его возьму? На луне?

– На какой Луне? А разве два землянина, которые сейчас в кают-компании, не ваш экипаж?

– Мой экипаж? О каких землянах вы говорите?

– О двух землянах. Они похожи на вас. Неужели вы о них ничего не знаете. Вы, что хотите сказать, что это зайцы?

– Зайцы?

И тут у него ноги подкосились, потому что в кабину вошел генерал Бочкин, а за ним ехидно подмигивая, следовал прапорщик Окуркин. Генерал был суров, а прапорщик противно ухмылялся.

– И как прикажешь это понимать, Краснобаев? – грозно спросил Бочкин. – Дезертируешь, значит?

Краснобаев вскочил с пилотского кресла и тут же вытянулся по стойке смирно:

– Никак нет, товарищ генерал! Как вы здесь оказались, Василий Митрофанович?

– Это ты как мне все это объяснишь?

Бочкин грозно надвинулся на Краснобаева, но тот смело встретил его напор:

– Лечу спасать нашу планету от космических пиратов.

Бочкин отступил и задумался. Вспомнил он последний полет Ивана Ивановича, его доклад. Что-то в его глазах потеплело. Снял он фуражку, почесал голову:

– Значит все, что ты тогда говорил правда? И это тебя не американские шпионы завербовали, а Межгалактическое содружество?

– Так точно, товарищ генерал. А вы мне не поверили.

– Теперь верю, – сказал генерал и плюхнулся во второе пилотское кресло. – Воды!

И тут же прямо из пластиковой панели управления появился пластиковый стаканчик с водой.

– Спасибо, – сказал Бочкин и залпом выпил воду.

– Пожалуйста, – ответил катер.

– Ну и техника, – восхищенно сказал генерал. – Нам бы такую машину на базу.

– Вам еще не полагается, – ответил катер. – Вот когда сами дойдете до подобной технологии, тогда, пожалуйста.

– Ничего, придет время, дойдем. А то еще и вас перегоним. У нас на Земле такие умы есть! Вот только со всеми врагами разделаемся, тогда и в космосе порядок наведем. Так значит против кого мы сейчас воевать будем?

– Против пиратов.

– Хорошо. А далеко это?

– Да нет, это в соседней галактике. В созвездии Кассиопеи. Парсеков сто будет. Планета Рамайка. Там собирается их флот.

– И сколько это будет часов пути?

– Неделя.

– Не пойдет, – сказал генерал. – Вертай назад.

– Это невозможно.

– Почему?

– Потому что при комплектации я был собран с программой только двух приземлений на вашу планету. Одно я уже совершил, когда взял вас на борт. Если я сейчас вас высажу, то уже не взлечу.

– А что же с тобой будет? – удивился Бочкин.

– Я распадусь на атомы. Нельзя чтобы подобная технология попала на Землю. Так что извините. Приказ возвращаться будет расценен, как отказ от защиты планеты Земля и полная капитуляция.

Краснобаев и Окуркин посмотрели на Бочкина. Генерал был в затруднении.

– Да, дела! – воскликнул он и выпил еще воды. – Но и ты нас должен понять. Неделя туда, неделя обратно, а у нас отпуск всего тридцать дней. Из них уже двадцать прошло. Если мы опоздаем, то нас накажут как дезертиров.

– Если дело только в этом, – голос катера сразу зазвучал бодрее. – То не стоит волноваться. Я так рассчитаю обратный путь, что на месте вы будете в пять часов сегодняшнего утра. Сколько бы мы не находились в космосе. Я такими возможностями располагаю. Вы о теории относительности слыхали? Очень хорошо. Так что я вас верну вовремя. Если конечно мы не погибнем в космическом бою.

– Тогда идет! – обрадовано стукнул кулаком по панели управления Бочкин. – Едем спасать планету Земля. Нам русским солдатам к этому не привыкать. Краснобаев бери на себя командование космическим судном.

– Слушаюсь, товарищ генерал! – отдал честь Иван Иванович. – А вы кем будете?

– Я? – Бочкин подумал. – Я буду адмиралом.

– Нет на борту такой должности! – тут же вставил катер.

– Молчи, железяка! – замахал руками прапорщик Окуркин. – Это же товарищ генерал!

– Все равно, – невозмутимо ответил катер.

Лицо Бочкина недовольно сморщилось.

– Ладно, – сказал он. – Какая у тебя там должность имеется?

– Должность второго пилота.

Неожиданно Бочкин обрадовался.

– Пилота говоришь? – Он даже руки потер от удовольствия. – Это что же я тобой буду управлять?

– Так точно.

– А разве ты не автоматический?

– В простом полете я могу быть автоматом, – ответил катер. – Но не в бою. Здесь нужна другая логика. Другая реакция. Отличная от действий боевых роботов. Пираты как раз такие воины. Поэтому мы с ними не можем справиться.

– Так это должность боевая? – воскликнул потрясенный генерал.

– Так точно.

– А мой возраст не помеха? Все-таки годы уже не те.

– В принципе нет.

– И медкомиссия не нужна?

– Не нужна.

– Тогда я согласен.

– Делаю зачисление.

– А кем буду я? – спросил прапорщик Окуркин.

– Есть должность штурмана.

– А что это такое?

– Прокладывание курса. Вам знакомы навигационные карты и приборы?

– Нет.

– Тогда это место отпадает. Может быть кок? Готовить умеете?

– Нет, готовить я тоже не умею.

– А кем вы были на земле?

– Прапорщиком.

Катер зашуршал своими электронными мозгами, явно он был озадачен.

– Прапорщик, – наконец сказал он. – Это все равно что никто.

– То есть как это никто? – обозлился Окуркин.

– Какая-либо подготовка для действий на боевом корабле в космосе отсутствует. Остается только один выход.

– Какой?

– Вы будете сиротой.

– Сиротой? А как это?

– Иногда в космосе после пиратских набегов астронавты находят в капсулах детей. Как правило родственников у них уже нет, и их оставляют на корабле в качестве сирот, и постепенно обучают какой-либо профессии.

– Я не хочу быть сиротой! – запротестовал Окуркин. – У меня и папа и мама есть.

Катер не нашелся что ответить. Тогда слово взял Краснобаев.

– Предлагаю назначить товарища прапорщика юнгой.

– Не хочу юнгой, что я мальчик что ли?

Но тут Бочкин хлопнул его по плечу и утешил:

– Ничего. Лучше быть юнгой, чем сиротой. Потом чему-нибудь научишься, сдашь экзамен, получишь новую должность.

Пришлось прапорщику согласиться. Так он стал юнгой. Затем Бочкин и Окуркин прочитали присягу верности Галактике, и катер зачислил их солдатами в звездный экипаж.

И полетели три новоиспеченных астронавта дальше покорять просторы вселенной. Бесконечный и величественный космос предстал их глазам и потряс все их существо. Только сейчас земляне ощутили, в какое удивительное путешествие направила их судьба. И не прогулки ради, не для удовольствия отправились они в такой дальний путь, а с благородной целью: спасать родную планету.

Глава четвертая

ПЕРВОЕ СОВЕЩАНИЕ, И ВСТРЕЧА СО СТАРЫМИ ЗНАКОМЫМИ, ДЕРЗКИЙ ПЛАН

Катер произвел посадку на Луне, говоря космическим языком, прилунился, о чем и объявил по общекорабельной связи. Земляне тут же собрались в кают-компании и заворожено уставились в большой иллюминатор. Перед ними расстилался грандиозный лунный пейзаж. Золотые горы и кратеры, маленькие и большие, низкие и высокие были видны невероятно четко до самого горизонта, потому что на Луне нет атмосферы. Лунная пыль вздымалась серебряными фонтанами, когда о лунную поверхность с глухим стуком врезались метеориты. Черные пропасти и глубокие трещины зияли таинственностью и тянули к себе. И несмотря на то, что на Луне был день, небо было черным, и в нем сияли мириады звезд. Более потрясающего зрелища трое друзей никогда не видели.

– Вот это да! – восхищенно воскликнул Бочкин. – Американцы, понимаешь, столько сил приложили, чтобы, значит, на Луне оказаться, и во второй раз им прилуниться так и не удалось, да и первая их высадка под сомнением остается, а мы вот не думали не гадали, а взяли и на Луну попали.

– Под вашим чутким руководством, Василий Митрофанович, – не удержался, чтобы не подольститься, прапорщик Окуркин.

– А можно нам по планете пройтись? – спросил у звездолета Краснобаев.

– Такие вещи должен решать капитан, – ответил катер. – А капитан тут вы, товарищ Краснобаев.

– Давай решай, Краснобаев, – сказал Бочкин. – Только смотри, вся ответственность за любое решение ложится целиком и полностью на тебя. Узнаешь теперь, как тяжела ноша командира.

Иван Иванович почесал голову. В присутствии генерала ему было очень неловко принимать какое бы то ни было решение. А командовать он и вовсе не решался.

– Я думаю, что нам следует устроить совещание, – наконец вышел из положения Иван Иванович.

– Правильно мыслишь, – похвалил его Бочкин. – Одна голова хорошо, а две лучше.

– Не две, товарищ генерал, – тут же поправил его прапорщик Окуркин, – а три.

– Где же это ты третью голову видишь? – удивился Бочкин.

– А я? – обижено взвыл прапорщик.

– Ты? Ах, да! Про тебя я как-то не подумал. Ты же у нас теперь юнга, а не прапорщик.

Тут вмешался катер:

– Извините, – прогудел он. – Тогда и меня считайте. Я ведь тоже член экипажа.

– Правильно, – согласился Бочкин. – Так что труби сбор, Краснобаев.

– Объявляю совещание, – уныло объявил Краснобаев.

– Что у нас на повестке дня? – тут же спросил генерал.

– Я думаю для начала надо нашему звездолету имя дать, – тут же оживился Иван Иванович. – Как-то неудобно космическому кораблю без имени. Несолидно.

– Это верно, – тут же согласился звездолет. – В космосе у любого корабля должно быть имя. Даже у беспилотного мусоросборочного контейнера.

Так что стали они имя своему звездолету придумывать. А это оказалось делом непростым. Каждому хотелось, чтобы корабль назывался тем именем, которое он придумал. Бочкин предлагал назвать звездолет Орлом, Соколом или на худой конец Беркутом. Почему-то ему все больше птицы нравились. И все как на подбор хищные. Прапорщик предлагал назвать катер Тамарой, Наташей или Зиной.

– Вообще-то я мужеского пола, – воспротивился катер. – А это все имена земных женщин. Вот если бы я был прогулочной яхтой, тогда другое дело.

– Зато мы тебя будем любить, – мечтательно вздохнул Окуркин. – И вспоминать своих земных подруг.

Но его предложения не прошли трое против одного.

– Давайте тогда назовем наш корабль Генералом! – предложил тогда Окуркин. Он все не унимался. – Или Василием.

– Ну ты, Окуркин, даешь! – Бочкину от такого подхалимства даже не по себе стало, хотя иногда даже он допускал лесть в свой адрес. Так изредка, как и большинство людей. – Что же у нас два Василия будет? Запутаемся.

– Вообще-то мне имя Василий нравится, – произнес катер. – Оно, если я не ошибаюсь, значит, повелитель или правитель. Я хочу быть повелителем космоса.

– И все-таки как-то неудобно, – краснея, пробормотал Бочкин. – Я против.

Тогда Краснобаев предложил назвать звездолет Базилевсом.

– По-гречески это то же самое, что и Василий, и нам будет легче. Не запутаемся. Как вам?

Это предложение всем понравилось. Компромисс был найден. И звездолет был назван Базилевсом. Все остались довольны. Особенно генерал Бочкин и сам Базилевс.

– Переходим ко второму пункту, – продолжил Краснобаев. – О высадке на Луну.

– Прошу слова, – сказал Базилевс. – Тут неувязочка вышла. Пока мы обсуждали мое имя, вышло время, данное мне для передислокации. Так что высадку придется отменить.

– Это почему? – удивились земляне.

– Потому что только что поступило сообщение из главного штаба. Зачитываю: «На планете Рамайка, только что на общем сборе пиратских командиров было решено идти к Солнечной системе. Капитан Краснобаев, поторопитесь. Поход начнется через семь дней. Не теряйте времени».

В кают-компании на несколько секунд повисла напряженная тишина. Затем Бочкин хлопнул по столу кулаком:

– Полный вперед! Мы должны успеть. Совсем империалисты распоясались. Пора их урезонить. Слушай мою команду!

– Прошу прощения! – перебил Бочкина Базилевс. – Но вы забыли, что капитан здесь Краснобаев Иван Иванович, а не вы, Василий Митрофанович. И я могу выполнять только его команды. Вот если его тяжело ранят в бою, тогда командование переходит ко второму пилоту. То есть к вам.

У Бочкина даже дыхание прервалось, потому что никогда в жизни, во всяком случае, за последние пятнадцать лет, ему такого не говорили. Но Базилевс не принимал в расчет его положение на Земле, а заискивать перед генералом, как Окуркин, он не мог. Такого в его программе заложено не было. И кажется Бочкин его понял. Он немного поморгал глазами, проглотил обиду, а потом посмотрел на Ивана Ивановича:

– Ты слышал, Краснобаев?

– Так точно, товарищ генерал.

– Тогда командуй! Чего ты ждешь? Или за тебя я все должен делать?

– Нет. – Краснобаеву все еще было очень трудно исполнять обязанности командира при Бочкине. Но он взял себя в руки, набрал полную грудь воздуха и скомандовал. – Полный вперед.

– Есть! – ответил Базилевс. – Включаю турбодвигатели на полную мощность и одновременно рассчитываю кратчайшую траекторию полета к планете Рамайка. Итак, курс проложен, мы будем на месте гиперпрыжка через двенадцать часов.

Вот так стремительно стали развиваться события. Однако прежде чем добраться до места назначения, наши герои повстречались со своими старыми и добрыми знакомыми. Вот как это произошло.

Ровно через четыре часа после совещания Базилевс вдруг объявил тревогу. Все это время земляне потратили для себя с пользой. Краснобаев и Бочкин учились на тренажерах управлять боевым звездным катером и достигли больших успехов. Космические техники действительно при создании звездолета сделали все возможное, чтобы землянам было удобно управлять им. Ручное управление почти полностью совпадало с управлением МИГом-29, так что уже через два часа Краснобаев полностью научился управлять им, как в бытовой, так и в боевой обстановке. А через три часа Базилевс объявил, что лучшего пилота, чем он, во вселенной нет. У Бочкина дела шли несколько медленней. Оно и понятно – возраст. В конце концов он десять лет не сидел за боевым самолетом, а МИГом-29 он вообще никогда не управлял. Во временя своей боевой молодости генерал Бочкин летал на двадцать первой и двадцать третьей машинах. Но это было почти тридцать лет назад. Тем не менее и он сдал все нормативы и получил допуск к управлению катером в бою.

У Окуркина тоже были определенные успехи. Базилевс протестировал его навыки и умения, и оказалось, что прапорщик великолепный стрелок и наводчик лазерных и плазменных пушек. Из ста очков он выбивал девяносто восемь. Это отличнейший результат.

– Это я у своего племянника научился, – похвастался прапорщик. – У него дома компьютер есть, в нем столько игрушек! Так я больше всего стрелялки уважаю. Особенно космические.

Так что из юнги он тут же был переведен в стрелки. С чем его Краснобаев и Бочкин сердечно поздравили и даже руку пожали.

– Вот у нас настоящий звездный экипаж сформировался! – обрадовано сказал Краснобаев.

– Мы еще этим пиратам уши надерем! – потряс кулаками Бочкин.

– Да я все их кораблю сожгу в три выстрела! – поддержал генерала Окуркин.

– Да, – порадовался за друзей Базилевс, – вы земляне отличные ребята. Я рад, что судьба свела меня с вами.

– А уж как ты нам нравишься! – воскликнули три друга.

И вот боевая тревога. Космос не давал им времени на раскачку. Сначала все было в порядке. Они шли своим ходом.

– Мы почти на месте, – объявил Базилевс. – Через сорок минут земного времени совершим гиперпрыжок.

И вдруг тревожно сообщил Краснобаеву:

– Кажется у нас проблемы, капитан.

– В чем дело? – поинтересовался Иван Иванович.

– Прямо в том секторе, где мы должны выходить в гиперпространство находятся космические монстры. Они очень опасны, потому что запросто могут уничтожить самый прочный космический корабль. И им не страшны никакие орудия. Правда от них есть и польза. Они уничтожают космический мусор и очищают космос от скоплений метеоритов и астероидов. Но все же, там где они находятся, звездолетам летать строго воспрещается.

– Что это за монстры такие? – удивились земляне.

– Сейчас я вам покажу.

И на мониторе возникли силуэты огромных просто исполинских чудовищ, которые летали в открытом космосе и поедали метеориты. И тут у Бочкина и Краснобаева вытянулись от удивления лица.

– Да ведь это наши мутанты! – воскликнул Иван Иванович.

– Ну да, – согласился Бочкин. – Они самые.

– Родные наши! – закричал Окуркин.

Да это были те самые гигантские насекомые, которых несколько лет назад случайно вывел прапорщик Окуркин, когда хотел навредить только что начинавшему свою службу Краснобаеву и подсыпал в бак с отравой для колорадских жуков секретный препарат военного значения. Немало они тогда хлопот доставили людям, пока Краснобаев не догадался, что их можно использовать с пользой. Стал он их тогда пасти словно коров или овец и водить по разным свалкам и болотам, которые прожорливые мутанты с радостью пожирали. К сожалению в одном из болот они нашли тот самый секретный препарат и съели его в большом количестве, после чего выросли до исполинских размеров и улетели в космос. По пути заодно спасли Землю от сокрушительного метеоритного нашествия, которое угрожало нашей планете неисчислимыми бедствиями. Мутанты же все эти метеориты просто съели. Так что ни один из них до земли даже не долетел.

И вот теперь эти самые мутанты встретились нашим друзьям в космосе. Звездолетчики не только их не испугались, наоборот даже обрадовались своим старым знакомым.

– Эти ребята нам нисколько не страшны, – сказал Иван Иванович Базилевсу. – Мы их очень хорошо знаем. Так что смело лети вперед.

– Что же мы по ним опять стрелять будем? – спросил генерал Бочкин.

– Ни в коем случае, – покачал головой Краснобаев. – Зачем стрелять. Нам всего лишь надо вывести из строя вожака и занять его место. Тогда остальные нас не тронут. Базилевс, приготовь какой-нибудь усыпляющий газ. Окуркин, приготовься!

– Есть капитан! – со своего места крикнул прапорщик. – Я вам кого угодно подстрелю.

Но стрелять или кого-либо усыплять даже не пришлось. Как только они приблизились к стаду космических мутантов, те то ли по манере полета, то ли еще по какой причине узнали вдруг Краснобаева, и сразу же признали в нем вожака. Очень они уважали его еще с прошлого раза, как талантливого пастуха и руководителя. Тут же выстроились перед ним, крыльями огромными машут, готовы куда угодно за своим предводителем последовать.

Пролетел Базилевс сквозь все стадо, и ни один из мутантов даже попытки не сделал напасть на него. Некоторые жуки даже перестали космический мусор есть и за ним полетели. Они наверно подумали, что он сейчас их к новому пастбищу приведет. К более тучному, так сказать. И скорость у них была ничуть не ниже чем у звездолета. И это землян удивило по-настоящему.

– Надо же какие мы кадры вырастили! – восхитился генерал Бочкин. – Жаль только что удержать при себе не смогли. Особенно кузнечиков.

– Это почему? – удивился прапорщик.

– Уж больно на них кататься здорово было.

– Да действительно жаль! – согласился Окуркин. – Смотри-ка, а эти друзья так и не отстают. Э, да за нами, кажется, все стадо увязалось! Что значит привязанность.

– Приготовиться к гиперпрыжку! – неожиданно объявил Базилевс.

– Есть приготовиться к гиперпрыжку! – дружно ответил звездный экипаж.

Это очень интересно – проходить через гиперпространство. Кто этого не испытал, никогда не поймет. Шутка ли, за несколько секунд переместиться из одной части галактики в другую? А вот нашим друзьям довелось. Как только они сели в кресла и застегнули пристежные ремни, прямо перед ними стремительно стали пролетать миллионы звезд. Так стремительно и такое множество, что вскоре все это слилось в единую цветную стену, которая бешено мчалась по обеим сторонам звездолета. Затем так же неожиданно все прекратилось, и друзья снова увидели вокруг себя бесконечный космос. Только вот звезды теперь были незнакомые.

– Мы в созвездии Ориона! – сказал звездолет.

Потрясенные земляне несколько минут не могли сказать ни слова. Первым опомнился Окуркин.

– Смотрите, смотрите! – закричал он вдруг. – Наше стадо вместе с нами прилетело.

Посмотрели Краснобаев и Бочкин в мониторы заднего обзора и ахнули. За ними действительно, словно послушные буренки за своим пастухом, летели все краснобаевские насекомые мутанты. И так их было много, что они занимали чуть не полкосмоса позади землян. А из гиперпространства с треском и ярким свечением появлялись все новые и новые жуки и мухи.

– Вот это да! – ахнул Бочкин. – Вот это преданность! Это как же они нас любят, что даже пошли за нами через всю галактику, понимаешь?

– А в космосе и не подозревают, что эти существа могут преодолевать такие расстояния! – заметил Базилевс. – Это ведь открытие всегалактического значения. Обязательно сообщу в центр.

Вот какие оказались мутанты. Как увидели своего вожака Краснобаева, так обо всем забыли и за ним полетели. Наверно подумали, что он их опять на тучное пастбище поведет. То есть не на пастбище, а на свалку. Они ведь мусором питаются.

– Что же нам теперь с ними делать? – почесал голову Иван Иванович. – Нам же на войну надо лететь с пиратами, а не опять пастушеством заниматься.

На некоторое время все задумались.

– Надо им срочно найти космическую свалку, – сказал наконец Бочкин. – Оставить их там, а самим лететь пиратов уничтожать.

Так и порешили. Стали искать свалку и очень скоро нашли. Мало ли в космосе всякого мусора? Да навалом. Неподалеку, километрах так в десяти тысячах как раз было облако метеоритного дождя. Мигом Краснобаев привел к метеоритам своих старых знакомых, и те довольные и благодарные набросились на еду. Метеориты им так понравились, что они даже не заметили, как Базилевс полетел своей дорогой. Краснобаев, Бочкин и Окуркин на прощанье помахали мутантам рукой.

Когда космические насекомые пропали из вида, стали наши друзья обсуждать, как и где им лучше всего с пиратами сразиться.

– Надо их в их собственном гнезде уничтожить еще до того, как они покинут свою базу, – весомо заметил Бочкин. – Налетим на них и уничтожим. Устроим пиратам космический Перл Харбор.

– Неплохо бы! – согласился с генералом Иван Иванович. – Базилевс, ты не можешь нам дать данные о пиратах.

– Давно собираюсь вам предложить, – ответил звездолет.

Зажглись дисплеи, и перед землянами предстала во всей своей красоте планета Рамайка. Очень красивая планета. Очень похожая на Землю. У наших героев даже сердца защемило на какое-то мгновение. Но потом им не до ностальгии по Земле стало, потому что увидели они многочисленные пиратские корабли пиратов. Их было не меньше сотни. И были они такие огромные, что Базилевс рядом с ними казался маленькой безобидной мухой. Да к тому же из-за своей величины они находились вовсе не на планете, а ее орбите.

– Да, – разочарованно вздохнул Бочкин, – не получится здесь Перл Харбор.

Окуркин даже кулаком хлопнул:

– Да как же мы в одиночку с такой армией справимся? Они же нас сразу подобьют.

– Может и не сразу, – возразил Краснобаев, – но подобьют. Правда, перед этим и мы десяток машин разнесем на атомы. Это будет героический бой.

– Это будет бессмысленный бой! – возразил Бочкин. – Если мы погибнем, то Земле нашей матушке конец.

Опять некоторое время земляне молчали. И настроение у них было подавленное.

– Что же делать? – Мучил их вопрос.

– Тут надо не силой действовать, – заметил Краснобаев, – а головой.

И опять все задумались. Каждый в голове разные военные хитрости придумывал. И все-таки ничего путного придумать они не могли. Уж больно врагов было много.

– Может назад вернемся, – предложил вдруг Окуркин. – Пока не поздно.

– Поздно! – ответил Иван Иванович. – Мы слишком близко подобрались к Рамайке, и похоже нас заметили.

– Кто такие? – раздался грубый и хриплый настоящий пиратский голос в динамике межкарабельной связи. – И какого слопа вам здесь нужно?

– Мы тоже пираты! – пискнул в ответ Окуркин. – Свои мы!

– Что ты делаешь? – возмутился Бочкин. – Какие же мы пираты?

Но тут Краснобаев приложил палец к губам и прошептал:

– Тихо, товарищ генерал! Прапорщик все правильно делает. – А потом снова полным голосом: – Эй там на связи? Тысяча чертей вам в глотку! Лопни мои кишки! Что, своих не узнаешь?

– Отлично ругаешься, пять фотонных зарядов тебе в корпус, – ответил голос. – Из какого созвездия, парни?

– Мы только что с Млечного пути, клянусь акулой, что съела моего деда! – ответил Краснобаев. Бочкин и Окуркин смотрели на него с восхищением. – До нас дошло, что здесь готовится заварушка. Нельзя ли и нам пришвартоваться?

– Ну да, большой поход в одну солнечную систему. Там говорят очень богатая планета без права голоса в Большом совете.

– Разорви меня на части, – сделал вид, что очень рад, Краснобаев. – Значит мы вовремя прибыли в эту бухту.

– Еще как вовремя! Не пройдет и недели, как мы будем веселиться на Голубой планете и нагружать свои трюмы золотом и рабами. Как зовется твоя посудина? И кто капитан?

– Мой корабль зовется «Большой Базилио». А я его капитан Джон Сильвер.

– «Большой Базилио»? Что-то я никогда про такой не слыхивал.

– Большой астроид тебе на грудь! – зарычал Краснобаев. – Может быть, ты и про Джона Сильвера не слыхал? Тогда начинай молиться!

– Нет, нет! – поспешил согласиться голос. – Про Джона Сильвера я слыхал.

– Еще бы! На Млечном пути моим именем пугают детей. Со мной мои друзья Билли Бонс и Черный Пес, и они отправили на тот свет больше людей, чем звезд в вашем захолустном созвездии.

– Что ж, тогда подваливайте к нам.

Вот так получилось, что пираты приняли Краснобаева и его друзей за своих. И это был самый лучший выход из создавшегося положения.

– Базилевс, – обратился Иван Иванович к звездолету сразу, как только кончился разговор с пиратами. – Ты можешь замаскироваться под пиратский корабль?

– Я уже это сделал, капитан! – ответил Базилевс. – Как только до меня дошло, что мы решили проникнуть к пиратам в самый тыл, я сразу поменял все эмблемы и опознавательные знаки. Теперь на нашем борту красуется вот это.

Земляне увидели себя со стороны. Базилевс летел по космосу весь черный со светящимися белыми костями и черепами. Он представлял внушительное и зловещее зрелище.

– Да, – вздохнул генерал Бочкин. – Вот уж не думал, что придется изображать из себя такое. Но ничего не поделаешь. Один в поле не воин. А так, мы под видом своих погуляем среди пиратов, прислушаемся, присмотримся., а там что-нибудь придумаем. Положимся на авось!

И все с ним согласились.

Глава пятая

СРЕДИ ПИРАТОВ

Вскоре перед землянами появилась сама планета Рамайка во всей своей красе. И это была самая настоящая пиратская планета. Даже города на ней были выстроены в форме человеческих черепов. Сверху это очень хорошо было видно. Вокруг планеты по всей орбите мрачно плыли пиратские корабли: космические броненосцы, эсминцы и крейсера. Эти громадины даже не приземлялись на планету, чтобы потом не тратить впустую горючее при взлете. Все они готовы были в любую минуту ринуться в дальние галактики, чтобы грабить, убивать и уничтожать все живое. На космодромах Рамайки стояли корабли поменьше: космические катера, яхты и летающие тарелки. Их было видимо невидимо. От мысли, что все это вскоре отправится на Землю, становилось не по себе.

Так как Базилевс был всего лишь катером, то он полетел на космодром и аккуратно сел в свободном квадрате. Все взлетное поле было забито такими же небольшими легкими космическими аппаратами, которых было также видимо невидимо. Да, сразу было видно, что пираты собрались в большой грабительский поход.

– И куда мы теперь пойдем? – спросили Краснобаева Бочкин и Окуркин. После того, как их капитан доказал, что великолепно может общаться с пиратами, они ему доверяли безоговорочно.

– В трактир, – уверенно сказал Иван Иванович. – Пираты всегда все самые важные и серьезные дела решают в трактирах или кабаках. Не забудьте вооружиться. Пираты никогда не ходят без оружия. И еще нужна богатая и пестрая одежда.

Друзья пошли в арсенал, набрали бластеров, ножей, кинжалов, кастетов, а для полного правдоподобия Базилевс всем троим быстро создал из жидкой стали большие кривые сабли, так что земляне покинули звездолет самыми настоящими пиратами. Кроме оружия на них были великолепные яркие камзолы, треуголки и кушаки, и множество дорогих побрякушек. В общем, все, как полагается.

– В случае чего, я приду на помощь, – сказал друзьям Базилевс и грустно вздохнул. – Эх, почему я не человек? Так хочется пойти с вами. Чувствую, что это будет блестящая операция.

– Ничего, – утешил его Бочкин. – Ты нам куда нужнее и дороже в виде звездолета.

– Правда? – обрадовался Базилевс. – Тогда я очень рад.

Земляне помахали ему рукой и ступили на планету. Так случилось, что первой планетой, на которую ступили их ноги, оказалась бандитская планета, и они ступили на нее в качестве шпионов.

– А ведь по идее нас должны встречать с оркестром, как братьев по разуму, горестно вздохнул генерал Бочкин. – Ведь мы первые земляне ступившие на эту планету.

– Ничего себе, братья по разуму, – проворчал Окуркин, кивая на тех, кого они увидели.

Вокруг землян бродили самые настоящие головорезы со зверскими физиономиями. Все это были космические пираты с разных галактик, созвездий и планет.

И кого только среди них не было! И такие же люди, как у нас на Земле, и приматоподобные, и зеленые с большими ушами, и красные с длинными ногами, были и не с ногами, а с щупальцами вместо них, похожие на насекомых, и вовсе ни на кого не похожие. Одни ходили, другие, ползали, третьи прыгали, а некоторые даже летали. И все злые, угрюмые и вооруженные до зубов. Капитан Краснобаев, генерал Бочкин и прапорщик Окуркин даже почувствовали себя несколько неуютно.

– Скажите, пожалуйста! – обратился Краснобаев к одному человеку в скафандре в красно-черную клетку и с огромной пушкой на плече. – Где тут трактир?

– Чего-чего? – тот сразу пришел в ярость и направил пушку на Ивана Ивановича и его товарищей. – Повтори, что ты сказал?

Краснобаев сразу понял свою ошибку. Разве с пиратами можно разговаривать вежливо? Да это то же самое, что показывать быку красную тряпку. Он сжал кулаки, тут же сделал зверскую физиономию и прохрипел:

– Где тут можно промочить глотку? Клянусь твоей глупой башкой, мы умираем от жажды! Или не зовут меня Джон Сильвер – Гроза космоса.

Пират сразу заулыбался во весь беззубый рот:

– Так бы сразу и сказал! Вон в том большом ангаре лучшая забегаловка во всем космосе. Выпивка там отличная. Просто кишки выворачивает. Будете довольны, ребята.

Краснобаев не стал говорить спасибо. Просто по дружески хлопнул пирата по плечу. Тот покачнулся, и его пушка неожиданно выстрелила большим черным ядром. Ядро пролетело над космодромом и упало на круглую летающую тарелку стоящую неподалеку. Раздался оглушительный взрыв, так что земля под ногами вздрогнула. Когда дым над тарелкой рассеялся, все увидели, что она раскололась пополам.

– Кажись это посудина рыжего Плинта, – озадаченно пробормотал пират с пушкой. – Надо же, что может сделать небольшой плазменный заряд. Не хотел бы я сейчас с ним встретиться. И вы, парни, тоже ступайте быстрее. И не попадайтесь ему на глаза. Уж очень он горячий и совершенно шуток не понимает.

Земляне поспешили к ангару, на который им показал пират с пушкой. Теперь они чувствовали себя еще более неуютно. Что-то им подсказывало, что этот выстрел из пушки, не пройдет для них даром.

А пират остался на месте. Тут из расколотой тарелки, пошатываясь и держась за голову, появился рыжебородый верзила и тупо воззрился на пирата с пушкой. Это был один из самых известных и свирепых пиратов во всей Вселенной капитан Плинт с планеты Митт.

– Эй, Живодер! Это твоих рук дело? – закричал он, показывая два ряда золотых зубов во рту. – Да я тебя сейчас на атомы…

И в доказательство своих намерений Плинт направил на Живодера бластер, который вынул из-за пояса.

– Брось, Плинт, – спокойно ответил Живодер. – Это не я. Кто угодно это может подтвердить. Клянусь своими кишками.

И все пираты, что были поблизости, закивали, соглашаясь с Живодером.

– Да, да! Живодера толкнул долговязый Джон Сильвер. Так он себя назвал. А с ним еще двое громил Билли Бонс и Черный Пес. Сдается нам, что они сделали это нарочно, чтобы досадить тебе, Плинт.

– И куда они делись? Слоп меня побери!

– Пошли пьянствовать в трактир. Неужели ты вот так просто снесешь это оскорбление? Они ведь сейчас наверняка смеются над тобой. Иди, проучи их. Ты же миттянин!

– Ну я им сейчас устрою пьянку гулянку! – зарычал Плинт и с бластером в руке бросился в сторону трактира. – Они у меня запомнят этот день на всю жизнь! Тысяча слопов мне в глотку!

Когда он отдалился на солидное расстояние, из небольшого космического крейсера, который стоял неподалеку, вдруг выскочила еще одна группа пиратов. Впереди на одной ноге, с деревянным протезом вместо другой, и с попугаем на плече ковылял краснолицый и седоватый тип. Это был не менее знаменитый, чем Плинт одноногий Бен Голди.

В галактике почти не встретишь одноногих людей, потому что медицина достигла такого уровня, что врачи могут, кому угодно вернуть хоть руку, хоть ногу, хоть потерянный глаз или ухо. В общем, что угодно. Но Бен Голди не доверял врачам.

– Кто знает, – говаривал он, когда ему предлагали обратиться к врачам, – что там в голове у этих лекарей? Вдруг вместо того, чтобы приставить мне новую ногу, они оторвут мне старую и единственную голову. Неизвестно, на кого они работают. Никогда не доверял докторам. Лучше лекарства, чем ром я не знаю.

И поэтому он так и оставался одноногим и ходил с костылем и на деревянной ноге. К тому же и в деревянной ноге, и в костыле у него были вмонтированы бластеры, так что даже оставшись без оружия, и будучи уже в плену и с поднятыми вверх руками он мог открыть неожиданную стрельбу деревянной ногой, что было очень удобно, и не раз его выручало из самых безнадежных ситуаций.

Правда, в последние годы Бен Голди не пиратствовал, а под видом честного бизнесмена жил на одной из планет Галактического содружества. Но так как честно он жить не умел, то очень скоро разорился и промотал все свои награбленные деньги. Так что пришлось ему вернуться к старому ремеслу. Как раз недавно он прослышал, что пираты готовятся ограбить Голубую планету (так пиратские разведчики назвали Землю) и тоже решил принять участие в походе. Он отремонтировал свой старый пиратский крейсер, собрал прежнюю команду и прилетел на Рамайку.

За Беном Голди с палкой в руке и в черных очках шел Крот – препротивный коротышка. Он был абсолютно слепой и поэтому нащупывал перед собой землю палкой и внимательно ко всему прислушивался. За слепым шел Бульдог – плечистый здоровяк с очень тупым лицом, и огромным носом, который постоянно двигался, крутился и к чему-то принюхивался, а глаза у него были такие, словно он не мог вспомнить, как его зовут, и от этого очень сильно страдал. Зато кулаки у него были, каждый размером с арбуз. Затем шли еще пираты, все такие же колоритные и зловещие: красномордый толстяк Помидор, желеобразный осьминог Остап, сутулый Крюк, и долговязый Кровосос-похититель людей и прочие.

– Наконец-то! Наконец-то я дождался своего часа! – бормотал одноногий. Не сводя глаз с расколотой летающей тарелки капитана Плинта, он быстро, так что ему позавидовал бы любой пират с двумя ногами, подковылял к Живодеру и хлопнул его по плечу. Тот оглянулся:

– А это ты, Бен! А у Плинта, понимаешь, посудина сломалась.

– Быстро туда в тарелку! – подпрыгивая от возбуждения и нетерпения, закричал Бен Голди тем, кто шел за ним. – Обыщите там все и найдите мне карту! Быстро!

Пираты резво побежали к расколотой тарелке Плинта, ловко в нее запрыгнули и стали что-то искать.

– Быстрее, олухи! – кричал на них одноногий, размахивая над головой костылем. – Ищите, пока он не вернулся. Я уверен, карта у него в корабле. Если мы найдем ее, то станем богатыми и уважаемыми людьми. Ищите! Или вам не нужны бриллианты, платиновые слитки и золотые канистры? Всем известно, что Плинт самый богатый пират в галактике и прячет свои сокровища на неизвестной планете. Найдите карту, и сокровища наши!

– Канистры! Канистры! – хриплым пиратским голосом закричал на плече у Бена Голди попугай. – Всех разнесу на атомы, бездельники!

– Здесь ничего нет, капитан! – высунулся из тарелки слепой Крот.

Вместо ответа в него полетел капитанский костыль. Слепой услышал приближающийся свист и ловко нагнулся. Вместо него показался пыхтящий Бульдог.

– Капитан здесь ничего нет! – крикнул он, хотел еще что-то прибавить, но костыль врезался ему в лоб, и пират с воем упал обратно в тарелку.

– Ищите, остолопы, или я вас всех вздерну на рее! И ты, Крот, не отнекивайся тем, что ничего не видишь. Зато слышишь ты прекрасно, и руками шаришь тоже. Не ты ли вчера за игрой в карты вытащил у меня из кармана три канистры? Думаешь, я не догадался? Если сейчас не найдешь мне карту, то я их тебе припомню.

И пираты продолжали усиленно обыскивать летающую тарелку капитана Плинта. А сам капитан Плинт, ничего не подозревая об этом, уже входил в самый большой трактир планеты Рамайка, который назывался «Адмирал Баскетбол». Что это был за адмирал Баскетбол, в честь которого был назван трактир, было неизвестно. Да никого это не волновало. Пиратам главное, чтобы была выпивка в изобилии, а на все остальное плевать.

Когда Краснобаев, Бочкин и Окуркин вошли в «Адмирал Баскетбол», то очень удивились. Они никогда в жизни не видели такого большого трактира. Размером этот трактир был с московский стадион «Лужники». И народу в нем было больше чем на футбольном матче между командами «Спартак» и «Торпедо». И все инопланетяне. И все пираты. И все пили. Кто-то пил ром или вино, кто-то водку или виски, кто-то серную кислоту, кто-то соляную, кто-то уксус, кто-то бензин. А двугорбные гориллы с планеты Кэмэл и вовсе пьянели от пресной речной воды.

Пятнадцать человек на сундук мертвеца!

Йо-хо-хо! И бутылка рома!

Пей, и дьявол тебя доведет до конца!

Йо-хо-хо! И бутылка рома!

Гремела над трактиром знаменитая пиратская песня. Пираты пили, орали непристойные песни, танцевали на столах и играли в азартные игры. В общем, все было, как и положено у пиратов.

Земляне направились к ближайшей стойке. Их встретил унылый бармен. Видом он напоминал огромную муху. Его так и звали Тысячемух. А за спиной у Тысячемуха с тихим жужжание работали крылья. От этого от бармена шла приятная прохлада.

– Ну что мальчики? – спросил мухоподобный бармен. – Что будете пить?

– Пива мне и моему экипажу! – рыкнул Краснобаев и ударил кулаком по стойке.

– А вобла у вас есть к пиву? – тут же поинтересовался Окуркин и тоже ударил кулаком.

– А как же? – ухмыльнулся бармен. – Какое же пиво без воблы?

– Да? – поразился Бочкин. – Может у вас и раки есть?

– Есть и раки! На Рамайке есть все! – гордо сказал бармен и с грохотом поставил перед землянами три огромные кружки с пивом. – Пейте, и пусть лунный дьявол вас доведет до конца!

– Йо-хо-хо! – ответил Краснобаев.

– И бутылка рома! – поддержали его Бочкин и Окуркин.

Но только они сделали по первому глотку, как раздался грохот. Это рядом с ними встал капитан Плинт и тоже обрушил свой кулак на стойку бара. Кружки землян подпрыгнули и обязательно бы перевернулись, если бы друзья ловко их не поймали.

– Кто из вас разнес в щепки мой корабль? – угрожающе спросил капитан Плинт. Дуло бластера зловеще уставилось Краснобаеву прямо в глаз. – Ты, Джон Сильвер?

Может быть, капитан Плинт и был самый знаменитый пират в галактике, только нашим друзьям до этого дела не было. Окуркин схватил пирата за запястье, вывернул его, и бластер оказался в его руке.

– Ты пушкой тут перед нами не маши, – сказал прапорщик Плинту. – Это тебе не игрушка. Она же выстрелить может. Попался бы ты мне в курсантской школе. Я бы их тебя быстро человека сделал.

Плинт даже растерялся. Никогда еще никто не смел проделывать с ним такое и говорить такие вещи.

– Ах, вы так! – зарычал он, и словно бык бросился, только теперь уже на прапорщика.

Окуркин отошел в сторону, дал капитану Плинту пройти туда, куда он хотел, и видимо нечаянно подставил ему ногу. Плинт пробежал несколько метров, а потом полетел вниз и врезался головой в стол, за которым пьянствовали двугорбные гориллы с планеты Кэмел. Их стол разлетелся на куски, а бутылки с драгоценной пресной речной водой полетели на пол и разбились в дребезги. Конечно же, они сразу пришли в неистовство и накинулись на капитана Плинта. Но к миттянину уже спешили на помощь его дружки миттяне, которые пили рамайский ром неподалеку. Они налетели на горилл, как смерч. Только и слышно было, как работают их кулаки. К гориллам против миттян присоединились приматообразные орунги с планеты Кинг Конг. Затем в потасовку вступили осьминоги с планеты Черный Спрут, зубастые драконы с планеты Крокодил, ушастые и похожие на слонов жители планеты Хоботон, крылатые бэты, носатые уты, косматые галы и другие.

Земляне не успели опомниться, как все вокруг них уже дрались между собой, и эта была самая грандиозная драка во всей вселенной на данный момент. В воздухе стоял грохот от ломаемых столов, стульев, стоек и буфетов. Над дерущимися градом летали бутылки, стаканы, кружки, а также вилки и ножи и всякие вкусности, которыми пираты закусывали выпивку. Только оркестр продолжал играть веселую музыку, а певицы пели пиратскую песню и храбрости в бою. Затем музыканты и певицы тоже не выдержали, побросали инструменты и бросились в общую свалку.

Через десять минут дрались все, кто был в этом огромном пиратском трактире. Наши друзья тоже не избежали всеобщей участи. На них постоянно кто-то налетал и нападал, и им приходилось тоже давать сдачи. Драться умели все трое. Краснобаев владел боевым самбо и боксом, Бочкин в молодости занимался японской борьбой дзюдо, и до сих пор, несмотря на запрет жены Настены, баловался двухпудовыми гирями, а Окуркин ничем не занимался, но до армии слыл первым хулиганом и драчуном в своем городе, и сейчас он схватил одного инопланетянина, который был очень похож на бревно, и такой же твердый и стал им крутить над головой и обрушивать удары на тех, кто пытался на него напасть. Очень скоро вокруг него скопилась высокая гора из оглушенных пиратов со всех планет.

Бочкин тоже набросал вокруг себя целую кучу пиратов, а когда увидел, что драться ему больше не с кем, вернулся к стойке бара, взял свою кружку с пивом, сдул с нее пену и залпом выпил. Пиво оказалось на диво вкусным и прохладным. Как раз, что надо.

А вот Краснобаеву пришлось несладко, потому что на него напал сам капитан Плинт.

– Ну, я из тебя сейчас котлету сделаю! – закричал он, когда ему удалось вырваться из кольца горилл. – Ты, слоп вонючий! Будешь знать, как портить мой корабль!

Драться он умел не хуже Краснобаева, и поэтому между ними завязался чуть не поединок. Краснобаев подпрыгивая крутился вокруг пирата, тот с визгом и рычанием размахивал руками и крутил ногами – это у него был какой-то инопланетный боевой стиль. Но и Краснобаев делал хитроумные финты и ловко уходил от ударов миттянина. Не так-то легко им было добраться друг до друга.

– Давай, Краснобаев! – подбадривал его Бочкин, попивая пиво. – Врежь ему! Врежь! Пусть знают наших!

К нему подполз какой-то побитый миттянин. Он поднялся и тоже закричал:

– Эй, Плинт! Сделай из него котлету! Какого слопа ты с ним возишься?

– Куда твоему замухрышке моего капитана завалить! – добродушно похлопал его по плечу генерал Бочкин.

– Что? – сразу заревел тот. – На что спорим, что Плинт положит твоего долговязого капитана через пять минут? Ставлю свой дом на планете Крюк.

– А я ставлю всю свою будущую добычу! – не остался в долгу Бочкин.

И они хлопнули по рукам.

Ничего так не любят пираты, как спорить. Они готовы спорить на что угодно. Остальные пираты услыхали, как Бочкин и приятель Плинта заключили пари, так сразу перестали драться и тоже стали делать ставки. Через две минуты уже никто в трактире не дрался, кроме Краснобаева и Плинта. Все смотрели только на них и орали, болея, каждый за того, на кого поставил. А ставки были самые разные. Ставили от стакана рома, до звездолета. А один из пиратов даже поставил на кон свой броненосец, который в это время, как раз находился на орбите прямо над трактиром.

Да, это был замечательный поединок. Целых полчаса никто из противников не мог справиться со своим соперником. Они показывали чудеса храбрости и смелости и боевого умения. Стремительно нападали и оборонялись. За их движениями просто было невозможно проследить.

И все же землянин оказался крепче и выносливее миттянина. Плинт начал сдавать. Движения у него постепенно стали замедляться. Он уже не мог так высоко поднимать ноги, и вот первый крепкий хук слева достал его, и Плин свалился на пол, но тут же вскочил на ноги, оставив на полу пару своих золотых зубов. С воплем ярости и боли он налетел на Ивана Ивановича и обрушил на него град яростных ударов. Только стальная выдержка и железная воля позволила Краснобаеву устоять на ногах. Атака Плинта рассыпалась о землянина, как морская волна, когда налетает на береговую скалу. Краснобаев же, видя, что противник открылся, тут же провел хук, только теперь справа, и Плинт опять кувыркнулся на пол. Только ножками дрыгнул. Да заблестели золотом на полу новые выбитые зубы. Теперь он вскочил не сразу, а лежал, некоторое время не шевелясь.

Зал просто взревел. Кто-то обрадовался, что бой закончился, кто-то наоборот, сильно расстроился. Естественно обрадовались те, кто болел за Краснобаева и делал ставки на его победу. А те, кто ставил на Плинта, были вне себя от ярости.

– Вставай, рыжая собака! – кричали они. – Вставай и продолжай бой!

– Раз, два! – кричали болельщики Краснобаева. – Три, четыре!

На восьмой счет Плинт поднялся и снова бросился на Краснобаева.

– Предлагаю мир! – протянул ему руку Иван Иванович. – По моему, уже хватит!

– Какого слопа! – заревел Плинт. – Я из тебя кишки выпущу. Клянусь…

Этого Краснобаев конечно же допустить не мог, и встретил пирата прямым ударом. Тот рухнул, как сваленный дровосеками дуб. Упал и больше уже не шевелился.

– Победил Джон Сильвер! – радостно завопили пираты, болевшие за Краснобаева.

– Чтоб его слопы забрали! – отвечали те, кто проиграл вместе с Плинтом.

Бочкин и Окуркин тут же Краснобаева поздравлять кинулись. Стали его обнимать и по плечам хлопать.

– Молодец, Краснобаев! – Бочкин даже слезу с глаз смахнул. – Не осрамил на всю галактику. Не опозорил. Дал этому извергу по полному счету. Будет знать, как с землянами связываться.

А капитан Плинт, как лежал, так и остался лежать. Полностью все свое сознание потерял и найти не может. А пиратам на него плевать. Особенно тем, кто из-за него проиграл. Их только его зубы интересовали, которые ему Краснобаев во время боя повыбивал. Целая толпа пиратов бросилась их собирать. Вмиг, и все зубы расхватали. А самый дорогой зуб из платины, самый большой и драгоценный схватил Окуркин. Не смог он удержаться, чтобы трофей не прихватить. Тем более он прямо у его ноги лежал. Грех не воспользоваться. Взял он зуб и тихонько, чтобы Бочкин и Краснобаев не увидели, положил себе в карман.

Бочкин и Краснобаев не увидели, зато увидел один пират, тот самый, что с Бочкиным стал спорить. Он тоже хотел забрать этот зуб и уже руку к нему протянул, да прапорщик его опередил.

– Это мое! – закричал пират. – Отдай сейчас же!

– А это видел? – и Окуркин сунул претенденту на его зуб в нос здоровенную фигу. – Понюхай, чем пахнет!

– Наших бьют! – тут же заревел пират и бросился на Окуркина с кулаками. И тут же отлетел назад. Прапорщик с нахалами не церемонился.

Друзья пирата увидели, что обидели его товарища тут же достали бластеры и сабли с ножами. В этот раз они собирались уже не просто драться, а стрелять.

– Никто не смеет нарушать пиратские законы! – кричали они. – Посли драки кулаками не машут. А кто машет, тот получает пулю!

Три друга встали спиной к спине, выхватили сабли и приготовились дорого продать свои жизни. Пираты медленно приближались. Их зловещие улыбки не обещали ничего хорошего.

И тут вдруг откуда-то сверху раздался сильный и невероятно громкий грохот и рев. Все подняли головы и увидели, как пробив крышу, в трактир ворвался Базилевс. Звездолет зловеще сверкал прожекторами, гудел сиренами и щелкал лазерными, плазменными и фотонными пушками.

– А ну сейчас же оставьте моих друзей в покое! – раздался громовой голос из динамиков звездолета. – Или я все здесь к чертовой матери разнесу на молекулы! Всем бросить оружие и поднять руки вверх.

Пиратам ничего не оставалась делать, как выполнить приказ. Базилевс спустил землянам трап:

– Быстрее! – сказал Базилевс. – Хватит вам драк на сегодня.

– Это верно, – согласились три друга и быстренько скрылись в звездолете.

Базилевс включил торжественную музыку немецкого композитора Рихарда Вагнера и улетел в космос. Пираты проводили его недовольными взглядами.

– Ну и ублюдок этот Джон Сильвер! – сказали они про Краснобаева. – Попадись он нам только. Мы ему покажем. Не возьмем его в поход. И из пиратского общества исключим. Вышлем ему черную метку.

Тут пришел в себя капитан Плинт. Он с трудом поднялся и ощупал свою пострадавшую челюсть. И вдруг его лицо перекосилось от ужаса.

– Е ои убы! – завопил он. – Е ои убы!

– Чего? Чего? – спросили его пираты. И сделали вид, что ничего не понимают. Хотя все прекрасно поняли, что Плинт спрашивает, где его зубы, но так как зубов у него теперь больше не было, то и получилось «Е ои убы!»

Плинт стал размахивать руками, топать ногами. Из глаз у него полились слезы. Он что-то вопил, но понять ничего было невозможно. Тут один порядочный пират, который был с Плинтом в хороших отношениях, спросил его:

– По всему видно, что ты хочешь сказать что-то очень важное?

Плинт затряс головой так, что она чуть не отвалилась.

– Возьми на время мою вставную челюсть. За это с тебя десять канистр. Золотых, разумеется.

Плинт вынул из кармана десять золотых монет и отдал их хозяину челюсти. Затем тут же вставил зубы себе в рот и завопил:

– Где мои зубы? Где мои зубы? Сто золотых канистр отдам за каждый зуб!

Сто монет за один зуб – это высокая цена. Очень высокая. На одну монету можно купить два зуба. Те пираты, что подобрали Плинтовы зубы, тут же протянули их ему обратно.

– Вот, старина Плинт, возьми! Случайно застрял в каблуке башмака. Я только что увидел.

Плинт смотрел на зубы и бормотал:

– Не тот, не тот, и не этот!

Многие пираты, у которых были свои золотые зубы, тут же вырывали их у себя в надежде продать Плинту за сто монет. Но тот все был не доволен.

– Не тот, не тот, и не этот.

В конце концов, пираты даже разозлились.

– Что тебе надо, ты – сын черной дыры?

– Клянусь громом, это все не те зубы. Тот, что я ищу, платиновый.

Но платинового зуба ни у кого не было.

И когда зуб не нашелся, Плинт упал на пол, забил руками и ногами и зарыдал во весь голос. Уж на что все вокруг были негодяи подонки общества, но даже они преисполнились к нему жалостью.

– Брось, старина, стоит ли горевать из-за какого-то зуба? У тебя столько денег, что ты можешь вставить себе зубы хоть из бриллиантов.

– Ничего вы не понимаете! – рыдая, отвечал Плинт. – В том зубе, что я ищу, спрятана карта планеты, на которой я спрятал все свои сокровища! О, будь проклят этот Джон Сильвер, что выбил мне мой бесценный зуб! Чтобы ему в черную дыру провалиться! Чтобы ему в гиперпространстве застрять! Чтобы ему век свободы не видать!

Все пираты знали, что капитан Плинт прячет свои несметные сокровища на какой-то планете, но где находится эта планета, до сих пор никто не смог выяснить. А карту Планеты Сокровищ никто даже краем глаза не видел. И вот теперь всем стало известно, что оказывается, все эти годы Плинт прятал карту в зубе. А ведь лучшего места не придумаешь!

Не говоря ни слова, все пираты тут же бухнулись на пол и стали искать платиновый зуб. Всем хотелось добыть карту Планеты Сокровищ. Только один пират не стал искать. Это был тот самый миттянин, который чуть не подрался с прапорщиком Окуркиным. Он один стоял, и почесывая плешивую голову, что-то вспоминал. И вдруг хлопнул себя по лбу:

– Я знаю, где зуб и карта! – закричал он громко.

– Где? – хором спросили пираты со всех планет и галактик. Они тут же прекратили поиски.

– Зуб утащил тот верзила с бревном из команды Джона Сильвера. Клянусь ромом, я видел это собственными глазами. И клянусь самим собой, я его поймаю и отберу у него карту!

И пират бросился вон из трактира. Через секунду из трактира повалила вся толпа пиратов. Их было тысяч десять, не меньше, и поэтому сразу же образовалась давка, в которой некоторые пираты даже погибли или остались калеками. А первым был затоптан сам капитан Плинт. Вторым тот добрый пират, что одолжил ему свою челюсть. Об остальных и рассказывать не стоит.

Те пираты, которые выскакивали из трактира, тут же бежали к своим кораблям, включали двигатели и взлетали в небо. Вскоре все небо Рамайки запестрело от взлетающих звездолетов. Затем покинули свои орбиты и тяжелые броненосцы, эсминцы и крейсера. И вся эта пиратская армада в несколько сотен космических кораблей полетела вслед за Краснобаевым и его друзьями.

Глава шестая

КОНЕЦ ПИРАТСКОГО ВОИНСТВА

А Базилевс в это время был далеко, и настроение у звездного экипажа было очень и очень скверным. Три несостоявшихся пирата сидели в кают-компании и обсуждали ситуацию.

– Положение, я бы сказал, критическое, – первым начал генерал Бочкин. – Ни одной из поставленных перед нами задач, мы не выполнили. Разведку не произвели, планы пиратов не выяснили, и чуть было не погибли.

– Но ведь не погибли! – Окуркин был более оптимистичен. – И пиратов побили, и сами смылись.

– Но чем это поможет нашей матушке Земле? – горько вздохнул Краснобаев.

– К тому же, – опять добавил Бочкин, – во время бегства мы совершили роковую и непростительную ошибку!

– Какую? – хором спросили Краснобаев, Окуркин и Базилевс.

– Все пираты были у нас под обстрелом, когда мы поднимались по трапу. Но в суматохе мы об этом позабыли. А ведь нам достаточно было произвести парочку выстрелов из плазменной пушки, как мы бы спалили их всех к чертовой матери, и не ломали бы сейчас головы, что делать дальше.

– Как же мы не додумались? – расстроился прапорщик. – Эх, не дал Бог ума, так взять неоткуда!

Только Иван Иванович с сомнением покачал головой:

– Вряд ли мы бы смогли уничтожить такую толпу пиратов одним выстрелом.

– Это почему же? – удивились Бочкин и Окуркин.

– Рука бы у нас не поднялась на это. Мы ведь с ними, можно сказать, вместе пили. И вдруг из плазменной пушки. Негуманно это как-то.

– Негуманно! – махнул рукой Бочкин. – Тоже мне гуманист! Они с нами церемониться не будут. Высадятся на Землю и такое устроят. Э-эх! Хотя, если признаться честно, то наверно ты прав, Краснобаев. Не по-русски это, стрелять в беспомощных пиратов.

– Да, тем более они все руки подняли.

– Ладно, – сказал Иван Иванович. – Хватит о прошлом горевать. Давайте о будущем поговорим. Что будем делать?

– Извините, можно мне вставить в разговор пару слов, – вмешался Базилевс.

– Говори.

– Тут такое дело деликатное. В общем, за нами, кажется, погоня.

Включились дисплеи и мониторы, и друзья увидели сотни кораблей, которые плотной массой летели прямо за ними.

– Неужели они за нами? – удивился Краснобаев.

– А то за кем же? – усмехнулся Окуркин и переложил платиновый зуб капитана Плинта из нагрудного кармана во внутренний. – Пираты никогда не прощают обид. Это я и без книжек знаю.

– Вот тебе бабушка и Юрьев день! – покачал головой Бочкин. – Вот мы сейчас за свою гуманность и ответим по всей строгости военного времени.

– Боевая тревога! – скомандовал Иван Иванович. – Всем занять боевые места.

Окуркин тут же оказался на своем месте у бортовых орудий.

– Что, принимаем бой, товарищ капитан? – с азартом поплевывая на ладони, закричал он.

– Попробуем сначала оторваться, – сказал Краснобаев.

И началось великое бегство по космосу. Однако, как не был быстр Базилевс, пиратские звездолеты оказались не менее проворными, и постепенно расстояние между землянами и пиратами сокращалось. Мало того, передовые корабли пиратов начали обходить звездолет землян с флангов, как с боковых, так и с верхних, а этого уже допустить было нельзя. Краснобаев дал полный вперед.

– Эй вы, недоноски! – доносились из динамиков пиратские призывы. – Остановитесь, и отдайте нам зуб капитана Плинта.

– Черта с два вы получите! – заорал в ответ Окуркин и открыл по пиратам огонь из всех орудий.

В ответ на это пираты тоже начали пальбу. Космос засветился от лазерных зарядов и плазменных вспышек.

– Какой такой зуб? – удивились Краснобаев и Бочкин.

Базилевс, управляемый рукой Ивана Ивановича ловко уходил из под обстрела. Но пираты приближались. Окуркин палил во всю ивановскую. Стрелок он оказался, что надо, и несколько пиратских кораблей были им подбиты очень скоро. Встретив такой отпор, пираты несколько приотстали, но продолжали окружение. В космосе, чтобы заставить противника сдаться, надо взять его не в кольцо, а в шар, то есть окружить со всех сторон, чтобы деваться было абсолютно некуда. У пиратов были очень мощные корабли и невероятно быстроходные катера, и постепенно их план начал осуществляться. А через некоторое время пиратский флот полностью окружил звездолет Краснобаева со всех сторон. Базилевс действительно оказался как бы внутри огромного шара.

– Эй, Джон Сильвер! – кричали пираты со всех сторон. – Сдавайся.

– Русские не сдаются! – закричал в ответ Окуркин, подбивая отдельных смельчаков, которые пытались атаковать Базилевс. У землян было преимущество, пираты по ним не стреляли. Боялись сжечь корабль, на котором находился бесценный груз.

– Отдавайте зуб Плинта, недоноски! – кричали пираты. – Или вам крышка.

– Посмотрим, кто кого! – закричали в ответ земляне.

– Что ж, вы сами напросились! – закричали пираты. – Через час те из вас, кто останется жив, будут завидовать мертвым. На абордаж!

И сотни кораблей накинулись на один маленький, почти беззащитный катер. Хотя не такой уж он и беззащитный. Он закрутился, как волчок и встретил агрессоров бесконечной чередой выстрелов. Краснобаев совершал чудеса ловкости и умения. Он выполнял такие сложные фигуры высшего пилотажа, такие выделывал пируэты, да еще и с космической скоростью, что ни один из пиратских кораблей так и не сумел зацепиться за него. В свою очередь Окуркин совершал чудеса меткости. За добытый драгоценный зуб капитана Плинта он готов был драться до конца. И поэтому ни один его выстрел не пропал даром. К тому же промахнуться было трудно, такая плотность кораблей противника была вокруг.

Все вокруг грохотало и гремело от взрывов и выстрелов. Встретив такой серьезный отпор, пираты отступили на прежние позиции. Земляне получили передышку. Пираты отступили очень вовремя.

– У меня закончились боеприпасы! – объявил грустным и виноватым голосом Базилевс. – Осталось только десять выстрелов.

Земляне были обречены. Теперь их ничего не могло спасти от пиратов, которые уже снова потихоньку стали приближаться и сжимать свой смертельный шар.

– Это есть наш последний и решительный бой! – запел мощным басом Бочкин.

– Врешь! Не возьмешь! – закричал Окуркин, сжимая гашетку для стрельбы. – Уж если Окуркин что взял, то никто у него это не отнимет.

– Предлагаю, когда будет произведен последний выстрел, пойти на таран самого большого броненосцы пиратов! – громко сказал Краснобаев. – Мы проникнем в реактор корабля пиратов, взорвем его, и таким образом уничтожим главную силу противника. От взрыва броненосца воспламенятся ближайшие к нему звездолеты, от их пламени их соседи, и так пойдет по цепочке, пока не сгорят все пиратские корабли. Посмотрите, как все они непростительно близко находятся друг от друга. После нашего тарана уже некому будет лететь к Земле. Мы всех уничтожим в смертельном и честном бою. Правда и сами тоже погибнем. Но смерть наша не будет напрасна.

Это был дерзкий, героический и очень трагический план. Но лучшего в данный момент ничего нельзя было придумать. Бочкин даже задохнулся от восторга. Он со слезами и объятиями кинулся к Иван Ивановичу:

– Молодец, Краснобаев! Здорово придумал. Дай я тебя расцелую!

Окуркин тоже посмотрел на зуб капитана Плинта и сказал сам себе:

– Да, за такое и погибнуть не страшно!

И тоже побежал к друзьям, чтобы попрощаться с ними. Три землянина крепко обнялись, попрощались друг с другом и Базилевсом, расцеловались и заняли боевые места.

– Приготовиться к атаке! – скомандовал Иван Иванович. – Привести все системы к полной готовности для выполнения задачи. Прорываемся с огнем к большом броненосцу и в лобовое стекло!

– Есть, капитан! – закричали Бочкин и Окуркин. – Врагу не сдается наш гордый Варяг!

А дальше случилось невероятное. Не пришлось приводить столь отчаянный план в действие и героически погибать за родную матушку Землю. К Базилевсу неожиданно пришла помощь. При чем очень необычная помощь.

Как раз к этому моменту гигантские насекомые мутанты съели все метеориты, которые им показал Иван Иванович. Съели все метеориты и снова почувствовали адский голод. Огляделись по сторонам и увидели, что больше вокруг есть нечего. Расстроились они и стали искать своего лучшего вожака и пастуха, то есть Краснобаева. Полетели прямо по его следу, и вскоре все это огромное космическое стадо нашло своего предводителя. И тут жуки и мухи, бабочки и кузнечики и прочие крылатые мутанты великаны увидели, что их вожак находится в опасности, окружен какими-то другими великанами, которые вот-вот на него кинутся и съедят. А кто же тогда им будет показывать сытные космические пастбища? Кто же их будет пасти? Нет, такого мутанты допустить не могли. И всей своей гигантской массой налетели они стремительно и яростно на пиратский флот.

И не успели пираты опомниться и понять, что происходит, как голодные мутанты облепили их со всех сторон и стали один за другим пожирать их корабли. И все лазерные пушки и лучеметы оказались бессильными против голодных насекомых. А самые большие броненосцы подверглись нападению первыми, потому что на них напали самые голодные и крупные. Они облепляли вражеские звездолеты со всех сторон и вгрызались в них зубами, так что треск от разгрызаемого металла был слышен на самых дальних планетах. Естественно, что шар, который окружал звездолет землян, рассыпался словно карточный домик. А про Базилевс пираты тут же забыли. Не до этого им было. Краснобаев тут же улизнул в сторону, и друзья смотрели, как их насекомые поедают пиратские корабли и громко восхищались и радовались своему удивительному спасению.

– Это надо же! Наши мутанты как вовремя. Вот ведь молодцы! Не оставили своего капитана в беде! – вытирая платком потный лоб, бормотал Краснобаев.

– Какие кадры мы вырастили! – восхищался Бочкин. – Какие кадры! Наше воспитание! Не зря, ох не зря мы старались! Не зря их в космос посылали. Второй раз они нашу Землю спасают, родимые.

Генерал искренне верил, что все было им продуманно и запланировано, и был счастлив от того, какой он дальновидный.

– Цены им нет! Цены им нет! – хлопал в ладоши прапорщик Окуркин. На радостях он последние десять зарядов истратил на победный салют.

Да, это была полная победа!

Уже через час межзвездный боевой флот космических пиратов перестал существовать. Как будто его никогда и не было. Корабли были съедены, а пиратские экипажи еле успели эвакуироваться на спасательных шлюпах и понтонах. Теперь они летали по космосу, просили пощады и клялись, что больше никогда не будут пиратствовать.

А тут как раз прибыли звездолеты космической полиции и всех пиратов арестовали.

– На связи президент Межгалактического содружества, – сказал Базилевс. – адмирал Привельс.

На экране дисплея появился красивый разноцветный дракон с серебряной чешуей.

– Я президент Межгалактичекого содружества адмирал Привельс, дорогие мои земляне, от души поздравляю вас с победой над пиратами и приглашаю на планету Блохс на церемонию награждения. Ведь весь космос обязан вам тем, что больше нет пиратов. Вы избавили вселенную от вековой заразы. Сотни лет пираты не давали нам жить спокойно, грабили, убивали, нападали на мирные пассажирские и торговые корабли. И вот вы их все раз и готово!

– Но нам надо бы вернуться на Землю, – осторожно сказал Иван Иванович.

– Это не займет много времени. Один ваш земной день, – уверил звездный экипаж серебряный дракон.

– Как, товарищ генерал? – Краснобаев посмотрел на Бочкина.

– Раз награждают, надо слетать, – заметил Бочкин. – Награда это дело святое. К тому же мы ее честно заслужили. Обмыли кровью, так сказать.

И они отправились на планету Блохс на церемонию награждения. А насекомые мутанты остались доедать остатки пиратского флота. Там еще были тонны железа и всякого другого вкусного хлама.

– А уже с Блохса вы вернетесь на Землю, – добавил адмирал Привельс. – Вместе с церемонией награждения мы одновременно вас и проводим.

Планета Блохс, что находилась в созвездии Кассиопеи, куда они спешно переместились, оказалась очень похожей на Землю. Только здесь не было городов, одна сплошная природа. Ее использовали исключительно для торжественных церемоний Межгалактического сообщества. Поэтому здесь был построен самый большой банкетный зал в галактике, в котором помещалось сто тысяч гостей.

Наградить и попрощаться с землянами пришло так много гостей, что зал еле вместил всех желающих. И все гости конечно же были инопланетянами, при чем самыми разнообразными. Рептилии, как адмирал Привельс, гуманоиды, водоплавающие в аквариумах на колесиках, и прочие, прочие, прочие. Сам адмирал Привельс на этой церемонии произнес одну из самых знаменитых своих речей. Космовидение тут же показало ее по всем своим каналам, и все цивилизованные жители галактики тоже имели возможность увидеть проводы землян, которые стали всеобщими любимцами. О них снимали фильмы и писали книги, а передачи с документальными кадрами их приключений не сходили с экранов почти ни на час. В общем, они стали прославленными героями Галактики. Но пора и честь знать. Как сказал генерал Бочкин, в гостях хорошо, а дома лучше. Сколько их не уговаривали, они наотрез отказались ждать парада в их честь, что должен был состояться прямо в космосе в самое ближайшее время. С каждым часом землян все больше и больше тянуло домой. Тогда с ними стали прощаться. С прощальной речью выступил Андрианопулюс. Да-да лягушонок тоже был здесь. Он стал очень знаменитым после того как нашел Ивана Ивановича, и после его победы над пиратами получил внушительную премию от торговых и пассажирских кампаний. Он даже сейчас не покинул свой цилиндр, и выглядел в нем очень забавным, особенно потому что часто раздувал щеки, чтобы выглядеть более важным. Но никто над ним не смеялся. Андрианопулюс сказал о том, что он очень счастлив, что это именно ему пришла в голову идея обратиться на Землю и именно к капитану Краснобаеву, а значит есть и его маленькая заслуга в победе над пиратами. Ему все похлопали, после чего началась церемония награждения. Краснобаева, Бочкина и Окуркина просто обвешали медалями и орденами.

– Лучше бы денег дали, – проворчал на это прапорщик Окуркин. – Что нам с этими побрякушками делать? Их ведь даже никому не покажешь. Не поверят.

– Как тебе не стыдно, Окуркин! – возмутился генерал Бочкин. – Разве могут деньги, этот презренный металл, заменить ордена и медали, политые кровью?

Прапорщик промолчал, но все равно остался не совсем довольным. Все-таки, хоть и был он героем, корысть в нем еще кой какая оставалась. Его утешало только то, что платиновый зуб капитана Плинта остался при нем.

После церемонии награждения был еще банкет. Его устраивал все тот же президент Межгалактического содружества адмирал Привельс. Он давал его в честь храбрых героев с Земли. Все сели за праздничные столы и наполнили бокалы. Кто чем. Иван Иванович налил себе шампанского, генерал Бочкин достал свою заветную флягу с Генеральской водкой, прапорщик пил какой-то инопланетный пунш. Адмирал Привельс, так тот вообще пил серную кислоту. Также и остальные тоже пили свои любимые напитки. Первый тост произнес конечно же адмирал.

– За землян, – сказал он. – Пусть никогда больше во вселенной не будет космических пиратов.

Тост всем очень понравился. Все были согласны с адмиралом и с удовольствием выпили. Потом начался пир горой…

Глава седьмая

КАРТА КАПИТАНА ПЛИНТА

Утром звездный экипаж собрался покинуть гостеприимную планету Блохс. Генерал Бочкин так вообще очень спешил и все боялся опоздать на Землю.

– Отпуск у нас кончается, а я еще не все процедуры прошел, – переживал он.

– Улетаем! – скомандовал Краснобаев. – Всем занять места!

Но место занял только Бочкин, Базилевсу занимать свое место нужды не было, потому что он и так был все время на месте, зато Окуркин на своей койке только пробормотал что-то, перевернулся на другой бок и громко захрапел. Дело в том, что накануне во время банкета прапорщик подсел к Андрианополюсу и решил с ним посоревноваться, кто сможет больше выпить. И к чести землян, Окуркин победил. Лягушонок упал первым. Но и Окуркин был смертельно пьян, и Бочкину с Краснобаеву пришлось после банкета тащить его на корабль на себе. Так он до сих пор не проспался.

– Ничего, – махнул рукой Бочкин. – Мы с ним после старта разберемся. Когда никого из посторонних в поле зрения не будет. Не будем выносить сор из избы.

Капитан Краснобаев был полностью согласен с генералом и поэтому дал команду стартовать.

Базилевс задрал свой острый нос кверху, затем из его сопел вырвалось белая струя плазмы, и звездолет взмыл в оранжевое небо Блохса.

А минут через десять на том самом месте, где только что стоял Базилевс опустился крейсер с черепом и костями на борту. Но ни стрелять, ни совершать какие-либо другие агрессивные действия он не стал. В корабле открылся главный люк, опустился на взлетное поле трап и по нему заковылял никто другой, как знаменитый одноногий пират Бен Голди со своим неизменным попугаем на плече и с костылем под мышкой.

Да-да! Это был тот самый Бен Голди, который обыскивал летающую тарелку капитана Плинта на планете Рамайка. Именно по этой причине он и не принял участие в погоне за Краснобаевым и не попал на зубок его космическим мутантам.

– Ищите! – кричал он своим пиратам. – Ищите! Карта должна быть здесь!

И так он был занят поисками карты, что ни на что не обращал внимания. Даже когда из трактира «Адмирал Баскетбол» повалили толпы пиратов и побежали к своим звездолетам, он волновался только об одном, чтобы среди них не оказалось Плинта. И Плинта среди них не оказалось. Пираты улетели в космос за Краснобаевым, и мы знаем, какая участь их там ожидала, а Бен Голди и его пираты обыскали летающую тарелку Плинта так тщательно, что даже осмотрели каждый винтик, каждую кнопку. И конечно же ничего не нашли. Слепой пират Крот подсоединил свои мозги к бортовым компьютерам и тоже тщательно все изучил, но и в компьютерах не было карты Планеты Сокровищ. Одноногий Голди рвал на себе волосы, чуть не плакал и грозился всех расстрелять своей деревянной ногой. И тут к нему лениво подлетел тот самый бармен, который обслуживал Ивана Ивановича и его друзей.

– Бен? – удивился он. – Бен Голди? Какого слопа ты здесь делаешь? Почему не полетел вслед со всеми?

– А это ты, Тысячемух? – отмахнулся от него пирта. – Ступай своей дорогой, мне сейчас не до выпивки.

– Странно! – удивился Тысячемух. – Не узнаю тебя, Бен. Всем нужна карта Планеты Сокровищ. Все полетели за зубом Плинта. И будь у меня звездолет, я бы тоже попытал удачи.

Голди резко повернулся, и некоторое время молча смотрел на Тысячемуха.

– Мне послышалось, или ты упомянул про карту Планеты Сокровищ? – наконец спросил он.

– Именно так, – ответил Тысячемух. – А разве ты не в курсе последних событий?

И бармен рассказал одноногому обо всем, что произошло в трактире «Адмирал Баскетбол». У того волосы встали дыбом.

– Проклятье! – зарычал он. – Так значит, старина Плинт прятал карту в зубе, и мы напрасно искали ее на корабле. И теперь я потерял ее навсегда! Нет! Может быть, я еще успею? Полундра! Эй, олухи! Быстро на корабль!

Пираты Бена Голди резво сели в свой крейсер и последними покинули планету Рамайка. И конечно же опоздали. На свое счастье. Крот, который был навигатором на корабле одноногого первым почувствовал, что там впереди что-то не так. Он включил самые мощные корабельные телескопы, и пираты увидели, что стало с их бывшими товарищами. И конечно же они очень обрадовались такому положению дел, потому что поняли, что зуб капитана Плинта и карта Планеты Сокровищ не достались пиратам. А значит у них еще есть шансы заполучить ее. Бен Голди спрятал свой корабль на одном небольшом бродячем астероиде, и там пираты переждали опасность, а потом, когда увидели, что ни мутантов ни полицейских звездолетов нет, полетели на Блохс. Вскоре из передач космовидения пираты узнали все про землян. Бен решил напасть на Краснобаева во время банкета и отобрать у него зуб капитана Плинта вместе с картой. Но по пути им попался патруль, и пираты, удирая от него, сделали крюк, так что опять опоздали и прибыли на Блохс уже после отлета корабля землян. Но это нисколько не обескуражило пирата. Он даже обрадовался, потому что в космосе ему было привычнее делать свои черные дела.

– В погоню! В погоню! – закричал он. – Крот, быстро подсоединяй свои мозги к навигатору. А ты, Бульдог, быстро найди их след, и полный вперед!

А Иван Иванович и его друзья, ничего не подозревая, продолжали полет. Прапорщик Окуркин так вообще ни о чем не думал, потому что крепко спал и громко на весь звездолет храпел.

– Ну, проспится наш прапорщик, я ему устрою! – ворчал Бочкин.

– Это он так победу над пиратами отпраздновал, товарищ генерал, – заметил Краснобаев. – Уважительная причина.

– Это ты брось, Краснобаев! – сделал ему замечание Бочкин. – Ты, как капитан, не должен одобрять такое поведение членов экипажа.

– Так я не одобряю! – тут же стал оправдываться Краснобаев. – Я ему еще устрою!

– Выпью еще чашку чаю, – сказал Бочкин. – В горле что-то пересохло. Я ведь тоже вчера с адмиралом посостязаться решил. И ты знаешь, капитан, выиграл. Он своей серной кислоты пять стаканов залпом выпил, насмотрелся, как я водку опрокидываю, так его сердечного сразу развезло, хвост сник, чешуя блестеть перестала и из золотой стала белесой. Впредь знать будет, как с землянами пить. Вот и прапорщик наш тоже. Эх, ладно. Дам и ему чаю. У него наверно голова раскалывается.

Налил он чаю в чашку, подошел к Окуркину и стал его расталкивать.

– На, милок, выпей. Сразу полегчает.

Окуркин, вместо того, чтобы проснуться и поблагодарить генерала Бочкина за такую о себе заботу, стал от него руками отмахиваться. И вдруг у него из разжатой руки выпал платиновый зуб капитана Плинта и упал к ногам Бочкина.

– А это что такое? – удивился он и поднял его с пола.

Тут Окуркин сразу проснулся:

– Это мое! – закричал он. – Мое.

Бочкин сделал грозное лицо.

– И что это такое? – строго спросил он.

И так строго нахмурил брови генерал Бочкин, что Окуркин со страху тут же признался во всем. И тут Бочкин, а с ним Краснобаев сразу вспомнили, что им кричали пираты.

– Так значит, они за этим зубом гнались? – удивились они. – Что же в нем такого ценного? Зуб, как зуб. Платиновый конечно, ну и что? Загадка.

– Давайте я посмотрю! – предложил вдруг Базилевс. – Просканирую его, и все сразу станет ясно.

Положили Бочкин и Краснобаев зуб капитана Плинта в бортовой сканер, и Базилевс тут же просветил его разными лучами.

– Все ясно! – через минуту сказал он. – В зубе спрятан голографический микрофильм.

Перед Бочкиным и Краснобаевы тут же появилась какая-то цветная картинка. За ней другая. Потом третья.

– Что это? – спросили земляне.

– Карты, навигационные схемы и им подобные документы, – ответил Базилевс.

Бочкин не удержался от любопытства:

– Дай-ка я гляну.

– Неудобно! – покачал головой Краснобаев.

– Да ты что! – удивился Бочкин. – Это же трофей!

– Это мое! – вдруг всхлипнул Окуркин. – Мое!

– Я вот тебе покажу мое! – погрозил ему пальцем Бочкин. – Сейчас как посажу тебя на гауптвахту за мародерство. Будешь знать!

Окуркин тут же затих, только зашмыгал носом. А Краснобаев и Бочкин стали картинки рассматривать.

– Я же говорил, что здесь что-то сверхважное! – обрадовано воскликнул Бочкин, разглядывая очередную карту. – Смотри, Краснобаев, что здесь написано!

На космической карте было что-то нарисовано, а сверху написано крупными буквами:

«ПЛАНЕТА СОКРОВИЩ»

– Сокровища! – ахнул генерал Бочкин.

– Сокровища! – тут же вскочил с койки Окуркин. – Сокровища! Где сокровища? Ой! Голова болит!

– Так тебе и надо! – сказал ему Бочкин. – Будешь знать, как нашу честь позорить. Это надо же! Принесли его словно мешок с картошкой! Да, еще он, оказывается, зуб спер! Когда такое было? Позор!

– Зато я карту Планеты Сокровищ добыл! – тут же нашел себе оправдание прапорщик. Бочкин посмотрел на прапорщика совсем по-другому. – И вообще, если бы не этот зуб, пираты бы не погнались за нами, мы бы не вступили с ними в бой, за нас бы не вступились наши мутанты, и не было бы никакой победы. Вот так!

– А ты молодец! – похвалил он. – Проявил, так сказать, находчивость. Капитан, думаю, надо объявить прапорщику благодарность.

Однако Краснобаеву все это было совсем не по вкусу.

– Как-то не прилично получилось, – вслух подумал он. – Получается, что мы эту карту украли.

– Не украли, а добыли! – поправил Ивана Ивановича генерал Бочкин. – С превеликой опасностью для своей жизни. Ты же сам, этот зуб Плинту и выбил. Разве не так?

– Так!

– И теперь наш святой долг эти сокровища отыскать. Ты как думаешь, Окуркин?

– Только так, товарищ генерал. Сокровища должны быть наши. – В конце концов, мы же галактические герои. Победили пиратов, а нам даже премии не выдали. Значит их сокровища нам принадлежат по праву.

– Да, а у меня на базе горючего не хватает, – тут же добавил Бочкин. – И жилой дом для пилотов строить надо, и ангары прохудились. Опять же, санаторий и столовую сколько лет пробить для базы не можем. Так что, Краснобаев, полетели за сокровищами. А если будешь противиться общему мнению экипажа, то я тебя, по прибытии на землю отстраню от полетов.

– Сколько дней у нас на это уйдет? – спросил Краснобаев у Базилевса.

– Немного. Тут совсем близко, – ответил катер. – Гиперпрыжок делаем прямо сейчас, а там ходу дня на два.

Краснобаев уважительно вздохнул.

– Ну и скорости! Никак не могу привыкнуть. Ну что ж, решено, – сделал заключение Иван Иванович. – Летим за сокровищами. Базилевс, меняй курс.

– Есть, капитан.

– Экипажу занять свои места.

– Есть, капитан! – радостно закричали Бочкин и Окуркин.

И Краснобаев скрепя сердцем отдал Базилевсу приказ вместо своей родной Солнечной системы отправляться в созвездие Золотого Тельца, где среди мириадов разноцветных планет пряталась Планета Сокровищ.

И тут же с ним случилось очередное приключение. В космосе без этого нельзя.

Путь их по созвездию Ориона лежал через млечный путь. Вы не знаете, что такое млечный путь? Сейчас объясню. Если смотреть в космос с Земли в мощный телескоп, то можно увидеть этот самый Млечный путь. Словно кто-то пролил молоко, и оно растеклось среди звезд огромный длинной лужей. Ученые до сих пор спорят, что же это на самом деле. А вот Иван Иванович Краснобаев и его друзья увидели все это своими глазами. И вначале им даже не поверили.

Млечный путь действительно оказался гигантским скопищем молока, которое надоили несколько сотен планет, которые словно стадо коров, паслись на космическом пастбище. Они жили тем, что плавали в космосе и питались астероидами, метеоритами, падающими звездами, всего этого здесь было огромное количество. Но так, как планеты-коровы были, а планеты пастуха, или хотя бы планеты доярки не было, то они выливали свое молоко прямо в космос, и оно плавало в пространстве реками, озерами, и даже морями и океанами. За миллионы лет, молоко космических коров разлилось, на огромные пространства, а так, как в условиях невесомости нет воздуха, то вполне естественно, что оно нисколько за все это время не испортилось, все такое же свежее, полезное и вкусное. Жители галактики очень его любят и ценят, за приятный вкус и бесценный по количеству витаминов и минералов состав.

Все это наши герои узнали от Базилевса, который представлял собой летающую энциклопедию знаний собранных галактической наукой.

Капитан Краснобаев, генерал Бочкин и прапорщик Окуркин, разумеется, тоже захотели полакомиться молоком. Нельзя терять такой возможности, когда летишь через Млечный путь. Да и время теперь у них было, раз полет на Землю отложен на неопределенный срок. Решение было принято, и космические путешественники и охотники за сокровищами облачились в скафандры, взяли в руки ведра с крышками, разумеется, половники, чтобы было чем черпать молоко, и покинули звездолет.

Конечно же они покинули его не совсем. В космическом путешествии так нельзя. Это невозможно. Потому что крепкий стальной трос, который нельзя разрубить даже бластерным зарядом, держал каждого космонавта на привязи, как собачку.

Иван Иванович, Бочкин и Окуркин разлетелись в разные стороны, а Базилевс осторожно направился к молочному ручью, который протекал неподалеку и впадал в молочную реку, которая в свою очередь через тысячу километров впадала в море молока, а может и не в море, а в реку еще большую, чем эта, отсюда увидеть было невозможно. Слишком далеко. Это вам все-таки космос. Пространства такие, что про расстояние между Россией и Америкой, можно сказать, рукой подать.

Подкрались они к ручейку и разбрелись по его берегам, высматривая, где бы удобнее зачерпнуть. Да и молоко хотелось взять самое свежее, густое и жирное.

Первым зачерпнул ведро Краснобаев. Зачерпнул и чуть за это не поплатился жизнью.

Космос только с виду кажется незаселен. На самом деле в нем обитает огромное количество разной живности. А тут, сами понимаете, молоко, то есть продукт питания. Следовательно все любители молока живут здесь на Млечном пути и питаются исключительно молоком и прочими молочными продуктами. Но то ли невесомость, то ли отсутствие воздуха, кислорода и водорода, то ли еще что, но только все обитатели молочных рек и океанов, творожных заводей и и сырных берегов, почему-то обрели в своем характере непомерную жадность. Ни с кем не хотят делиться.

Поэтому какая-то тварь, похожая на рыбу и лягушку одновременно, да еще размером с нашу земную корову, выскочила из молочного ручья и хвать краснобаевское ведро своей зубастой пастью. А зубы то у них у всех отличные, белые и острые. А как же иначе, если все они исключительно на молочной диете сидят, а значит, потребляют кальций в чистом виде? Так что ведро, хорошее такое ведро из хирургической стали, негнущееся и нержавеющее, буквально как стеклянная лампочка, когда ее об стену треснут, разлетелось в пасти неизвестного агрессивного существа. Хорошо еще, что оно ведро схватило, а не самого Ивана Ивановича, или его ногу.

Все трое так и отпрянули. А зверюга на них посмотрела строгим взглядом и исчезла в молоке. Словно ее и не было. Только остатки ведра плавали в невесомости космоса и напоминали об опасности, которую, они миновали.

– Забыл предупредить! – раздался в шлемах людей сокрушенный голос Базилевса, который все это, разумеется, наблюдал и напуган был не меньше остальных. – Молочный промысел достаточно опасное занятие.

– Что ж ты так? – не удержался Бочкин, чтобы не пожурить катер. – Ну ладно, я, понимаешь, пожилой уже человек, можно сказать, старик опытный, и не в таких переделках был, и еще не такое видел. Но ведь со мной же молодежь! А что если бы кого из них?

Базилевс от стыда даже ничего ответить не смог, только завздыхал как старик и заохал. Видимо представил, как его капитана Краснобаева или Окуркина съедает такая вот гадина. Разве такое себе простишь? Если бы звездолеты умели краснеть, то Базилевс наверно стал алым.

– Ну ладно, я и сам виноват не меньше, – вступился за Базилевса Иван Иванович. – Расслабился, потерял бдительность. Но как же нам молока добыть? Неужели придется возвращаться не солоно нахлебавшись?

– Если я не выпью космического молока, я умру, – заявил Окуркин. – Голова так болит, что спасу нет!

– Да и мне очень хочется космической сметанки попробовать, – вздохнул генерал Бочкин.

– Ну, и как вы его предлагаете достать?

Все задумались.

– Базилевс, – обратился Краснобаев к катеру, – а как эту проблему решают жители галактики? Как они молоко добывают? Машинами небось бронированными?

– Нет, – ответил Базилевс. – Этим милкибои занимаются. Жители планеты Аранчо. Они панцирями покрыты, так что им эти гады и не страшны. Ныряют они с посудой и все дела. Работяги неутомимые. Всю галактику молоком снабжают. А сами его терпеть не могут. Едят исключительно фрукты и морские водоросли.

– Чудеса, – поразился очередной раз многообразию галактической жизни Краснобаев. – Ну а нет сейчас где-нибудь поблизости этих милкибоев?

– Сейчас нет. Не найдешь их. У милкибоев сезон свадеб и рождения детей. Так что на три месяца вся галактика без свежего молока остается. Только порошковое или коровье.

– Тут надо стратегию проявить, – заметил Бочкин.

– Правильно! – подхватил Окуркин. – Надо одному из нас отвлечь тех, кто живет в молоке, а другим в этом время быстро наполнить ведра.

– Ай да Окуркин, ай да молодец! – воскликнул генерал Бочкин. – И как это я сам не догадался? Старею наверно.

И друзья стали думать, чем можно отвлечь обитателей молочных глубин.

– Может бомбу кинем? – предложил Бочкин.

Краснобаев это предложение отверг:

– Негуманно!

Его поддержал и Базилевс.

– Это уже космическим браконьерством попахивает, – сказал он. – Преступление это. То есть нарушение закона.

– Вот-вот, – прапорщик Окуркин тоже укоризненно посмотрел на Бочкина, – нас и так в галактике дикарями считают. Вы, что, хотите, чтобы мы свою репутацию окончательно загубили?

– Да что вы все на меня набросились? – чуть не со слезами закричал Бочкин. – Я же так просто сказал.

– В следующий раз думайте, что говорите, товарищ генерал, тут вам не генеральный штаб! – Видимо у Окуркина голова действительно здорово болела, раз он такие вещи своему командиру наговорил.

– Ты мне, Окуркин, поговори! – погрозил ему пальцем Бочкин. – Я ведь тебе все припомню, когда на Землю вернемся.

– Погодите. – Все это время Иван Иванович внимательно осматривался вокруг. – Не ссорьтесь. Бомбы разумеется мы кидать не будем, а вот сыр можно попробовать.

Ну где молоко, там всегда рядом и сыр и творог, и сметана, и кефир, ряженка и йогурты. Это закон. В молоко чего только в космосе не падает. Метеориты, астероиды. Летят, только свист стоит. Ну и разумеется, взбивается в тех местах, где они падают, молоко, и получаются молочные продукты. Вышеперечисленные. Молочники, так называются те, кто живет в молоке, их очень любят. Только вот беда. Невесомость не дает им попробовать сыр. Только сыр готов, и уж молочник к нему плывет, рот разинув, а он как поплавок, бульк из молока и летит в космос и плавает в метре от молока. Вроде не далеко, а не достанешь. Молочник из молока далеко уже вылезти не может. Таким его природа создала. Природа и эволюция.

А головки сыра, желтые, аппетитные, манящие и дразнящие плавают и покоя молочникам не дают. Все это Иван Иванович успел заметить и понять в то время, пока здесь находился. Что значит человек находчивый, опытный, да еще наделенный аналитическим умом.

– Вы будете кидать в молоко сыр. Вот здесь. А я на том берегу, все, что надо наберу. Давайте мне ваши ведра. Берите сыр, только в молоко не свалитесь.

Жаждущим космического молока только скажи. Рады стараться. Кидать в молоко сыр – разве для них это работа? Нет, конечно. Игра, при чем самая увлекательная. Не менее увлекательная, чем футбол, например. А как же? Вот вы, например, кидались в космосе головками сыра? Нет? Вот и я не кидался.

А Бочкин с Окуркиным засучили рукава, образно говоря, разумеется, не забывайте, что они в скафандрах, и только шум раздался от летающего сыра.

Молоко забурлило, заходило ходуном и водоворотами, вспенилось, и самые разнообразные морды молочников повылезали из него, пасти пооткрывали, сыр ловят, друг с другом дерутся, и великое множество их собралось, сыру негде упасть, со всей округи приплыли.

А генерал с прапорщиком, знай себе, сыр кидают, смеются, хохочут, удивляются жадности молочников и их прожорливости. Зоопарк. Космический зоопарк, да и только.

А Иван Иванович спокойно себе перебрался на другой берег, и без помех наполнил ведра и фляжки молоком и свежими кисломолочными продуктами, которые очень необходимы людям. Заботливый он человек, Иван Иванович. Ну а как же иначе? Капитан, прежде всего, должен заботиться о своем экипаже.

Напоследок перед возвращением, Краснобаев еще и сыру набрал головок двадцать. Наложил полный мешок и за спину. Позвал друзей, и вовремя, те уже успели утомиться, того и гляди сами в молочную реку свалятся. И обратно на Базилевс.

Мало того, что собственный корабельный холодильник продуктами Млечного моря наполнили наши герои, но и еще целую галактическую проблему смогли решить, над которой ученые мучились не одну сотню лет. Нашли способ как добывать молоко без милкибоев. И милкибоев освободили. Теперь они перестанут переживать каждый год, что оставляют галактику без свежего молока. И пример невероятной находчивости всему космосу показали.

Так Иван Иванович Краснобаев и его звездный экипаж еще раз прославились на всю галактику и привлекли внимание к планете Земля и ее обитателям. Теперь космические туристы, если мимо солнечной системы летят, всегда Землю им показать просят. Родину капитана Краснобаева. Смотрят на нашу голубую планету в иллюминаторы и млечнопутевые йогурты кушают. И спрашивают гида, когда же такая замечательная планета, на которой живут такие удивительные люди, как капитан Краснобаев, Бочкин и Окуркин, будет принята в межгалактическое сообщество.

– А вот когда все земляне одумаются и перестанут воевать между собой и портить окружающую среду примитивной своей технологией, вот тогда мы ее и примем, – отвечает гид.

И инопланетные туристы качают головами или еще чем другим, что у них у инопланетян качается, и сокрушенно вздыхают:

– Скорее бы.

Тянет их к нам что-то. Манит, так сказать. И немалую роль в этом сыграл капитан Краснобаев. Но, кажется, я отвлекся. Пора возвращаться к нашим друзьям, потому что их настоящие приключения, можно сказать, еще только начались.

Глава восьмая

НА КРЕЙСЕРЕ ОДНОНОГОГО ГОЛДИ

Вернулись наши герои в звездолет, отправили видеограмму о своем открытии в Межгалактическое общество любителей млечнопутевого молока, и сели ужинать перед ответственным гиперпрыжком в созвездие Золотого Тельца, где как показывала карта капитана Плинта, была Планета Сокровищ. Базилевс приготовил чудный ужин и красиво сервировал стол. Все-таки у звездного экипажа был можно сказать праздник. Путешествие в новый мир. Не каждый день удается землянам отправляться в дальнее созвездие.

А созвездие Золотого Тельца было не просто дальним, а очень дальним, и практически незаселенным и диким. Жизнь там была еще не изучена галактикой и представляла из себя сплошные тайны и загадки. Не зря капитан Плинт спрятал свои сокровища именно там.

Наши друзья ели и обсуждали предстоящее путешествие. Базилевс показывал на большом экране все, что было известно про мир созвездия Золотого Тельца, и сердца землян заранее наполнялись волнением от предстоящих опасностей и приключений.

Наконец подошло время совершить гиперпрыжок в созвездие Золотого Тельца.

– Всем приготовиться к маневру! – скомандовал Иван Иванович. – Экипажу занять свои места.

И тут Базилевс виновато замигал красными кнопками.

– Что-то не так? – спросил капитан.

– Только что я получил последние расчеты, и вышло, что для прыжка в нужный сектор нам не хватает горючего.

– Что же делать? – хором воскликнул звездный экипаж.

Базилевс уловил испуганные нотки в голосе людей и поспешил их успокоить.

– Ничего страшного. Мы просто заправимся на первой же технической станции. Не забывайте, что мы все еще в созвездии Ориона, а это значит, что мы на самой оживленной космической магистрали.

И действительно, буквально уже через минуту, они обогнули одну планету размером вдвое больше Земли и на ее спутнике увидели заправочную станцию.

– Но у нас нет денег, – сказал Краснобаев.

– Ну и что? – Бочкин пожал плечами. – Возьмем в долг. Мы ведь летим за сокровищами. Потом отдадим вдвое больше.

– А если мы не найдем сокровища?

– Тогда… – Бочкин не нашелся, что ответить и досадливо махнул рукой. – Да никуда они не денутся эти сокровища. Ведь карта у нас есть. Значит и сокровища будут.

– Не волнуйтесь, – вмешался Базилевс, который уже приземлялся на спутник заправки. – Галактика не забывает своих героев. Нам открыт бесплатный кредит на десять заправок.

– Вот это здорово! – одобрил генерал.

– Да, – покачал головой Иван Иванович, – а у нас на Земле легендарные летчики по десять лет квартиру получить не могут.

И все грустно вздохнули.

– Мы выйдем на планету? – опасливо спросил Окуркин?

– В этом нет необходимости, – ответил Базилевс. – Технический персонал сделает все сам. Я уже подал рапорт и заполнил нужные документы.

Земляне посмотрели в иллюминатор и увидели, что к ним уже подъезжают на гусеничном флипе три существа похожих на кузнечиков. Они приветственно помахали лапками нашим друзьям, и те без всякой связи услыхали их приветственные слова:

– Мы очень рады принимать у себя величайших героев галактики. Здравствуйте дорогие Земляне. Спасибо за то, что вы для нас сделали. Да здравствует мир в галактике! Благодаря вам мы уже получили первую партию молока и сметаны.

Инопланетяне болтали и одновременно быстро и ловко выполняли работу по заправке Базилевса.

– Как это они так делают? – удивился Окуркин.

– Обыкновенная телепатическая связь, – объяснил ему Краснобаев. – Они посылают нам мысли в голову. И мы словно слышим их мысли на расстоянии.

– Здорово, – Бочкин с завистью посмотрел на кузнечиков. – Мне бы иметь такую связь. – Я бы всегда знал, что обо мне маршал Штопоров думает.

Наконец заправка кончилась, и Базилевс покинул спутник технического обслуживания, сокращенно – СТО – 1089000073.

– Теперь прыгаем, – объявил Базилевс. – Не вставайте с кресел и пристегните ремни.

Когда все было сделано, Базилевс вспыхнул звездой и исчез. Вернее это так только показалось, что он исчез. На самом деле он просто развил скорость близкую со скоростью света, и стал недосягаем не только для глаз, но даже для очень мощных приборов. Он переместился из созвездия Ориона в созвездие Золотого Тельца.

Со спутника технического обслуживания посмотрели им вслед с восторгом и восхищением. Инопланетяне даже успели послать землянам пожелания доброго пути.

Однако через несколько минут в трех километрах от того места, где совершил гиперпрыжок Базилевс, неожиданно возник огромный крейсер. Видимо он тоже в свою очередь оказался здесь после гиперпрыжка.

Работники заправочной станции посмотрели на крейсер с осуждением и покачали своими смешными головками с огромными удивленными глазами. Они не одобряли такого опасного маневра. Ведь крейсер запросто мог врезаться в их спутник технического обслуживания, или того хуже, в густозаселенную планету. А это уже катастрофа галактического масштаба.

Так что директор заправочной станции решил сообщить в службу астрокосмической полиции, которая вела борьбу с подобными нарушителями.

Но он не успел этого сделать, потому что крейсер опустился на станцию, и все увидели выбитый на его борту черный флаг со скрещенными костями.

Пираты!

Да это были они.

– Эй, заправщики! – раздался оглушительный голос из динамиков. – А ну-ка быстро заправьте мое корыто горючим номер сто восемьдесят три. Иначе я разнесу вашу станцию в клочья.

И в доказательство этих слов, крейсер ощетинился пушками и ракетами, а из двух стволов даже вылетели заряды, снесшие рекламные щиты компании, которая владела заправочной станцией.

Кузнечики тревожно задергали головами и судорожно забегали. Они прекрасно знали все пиратские мысли и не сомневались, что те выполнят свои обещания, если их качественно не обслужить.

– Видали, как надо разговаривать с этими идиотами? – сказал капитан Бен Голди и хлопнул стоящего рядом с ним Бульдога по плечу так, что тот чуть не упал. – Я уже начал забывать, как это приятно, брать все силой и при этом не платить ни гроша. Зачем? Вокруг столько существ, готовых заплатить за тебя. Не надо только лениться.

– Вы великий пират, синьор Голди, – заискивающе пробормотал Бульдог.

– А ты, бездельник! – накинулся Голди на Бульдога, который в это время копошился на панельной доске бортового компьютера. – Скоро ты отыщешь их след?

– Ищу, хозяин, ищу, – забормотал Бульдог и еще усиленнее стал нажимать на клавиши.

– Если не найдешь, прикажу тебя повесить, – захохотал капитан пиратов.

Бульдог еще быстрее защелкал клавишами, но у него явно ничего не выходило. По лицу пирата даже потекли слезы, а ноги дрожали так, что колени стукались друг о друга. Голди, который отошел в сторону, снова заковылял к нему, на ходу возясь к затвором бластера, который был у него вмонтирован в ноге. Бульдог не выдержал и упал в обморок.

– Что с ним? – спросил Голди и ткнул в Бульдога костылем. Тот застонал.

– У него переутомление, – пробормотал Крот, который стоял рядом и тоже что-то делал на пульте управления. – Он заболел.

– Бездельник! Симулянт! – закричал попугай, который конечно же был со своим хозяином.

– Сейчас я его вылечу, – усмехнулся Голди и еще раз чем-то щелкнул.

Бульдог тут же вскочил на ноги.

– Я уже здоров!

– Где след Краснобаева? – закричал на него капитан. – Ах ты шелудивая псина! Почему ты до сих пор его не взял? Зачем тогда ты мне нужен?

– Нам подсунули плохие приборы! – заскулил Бульдог. И вдруг он обрадовался. – Вот же они следы! – Он наконец нашел на экране монитора след Базилевса и установил его координаты. – Здесь они совершили прыжок в созвездие Золотого Тельца.

– Ты славный малый! – Голди сразу подобрел и хлопнул Бульдога по плечу. – Пожалуй я не стану тебя убивать. Так ты говоришь, что они в созвездии Золотого Тельца?

– Да, шеф!

Голди хлопнул себя по голове.

– Ну конечно! И как же я сразу не догадался? Где ещемог спрятать свои побрякушки старина Плинт? Только там! Задайте координаты. Мы отправляемся за ними.

И пираты стали спешно готовиться к гиперпрыжку. Это было не просто для такого огромного звездолета, как их крейсер.

Кузнечики заправили их самым дорогим и мощным горючим, затем загрузили корабельные трюмы провизией и побежали прятаться в ангар.

– Пожалуй, надо уничтожить эту паршивую планетку, – произнес Голди. – Так на всякий случай.

– Ни в коем случае, капитан, – стал уверять его Крот. – У нас нет времени. След от катера слишком слабый. Мы можем потерять его. Нельзя терять ни секунды.

– А жаль, – вздохнул Голди. – Ну что ж, тогда полный вперед. Всем занять свои места. Пристегнись! – крикнул он Бульдогу, – если не хочешь, чтобы твои ноги остались здесь. Ха-ха-ха!

– Ха-ха-ха! – захохотал на плече пирата попугай. И опять стало невозможно отличить хохот одного от другого.

Тем временем пиратский крейсер начал совершать гиперпрыжок. Из его огромных турбин выскочили огромные столбы голубого пламени, это заработали фотонные двигатели, он задрожал мелко-мелко, загремел, так что слышно было на тысячу километров вокруг, грохнул и тоже исчез из виду.

– Отлично! – закричал Голди, – когда увидел, что космос в иллюминаторе из темно-фиолетового, каким был в созвездии Оринона, стал непроглядно черным. – Мы в Золотом Тельце. Идем по следам этих героев в Земли. Эти дурни нас приведут прямо к сокровищам.

И Голди захохотал. За ним захохотал и попугай, за попугаем толстяк Помидор, потом слепой Крот, Бульдог, затем захохотала и вся команда. Полтора десятка негодяев с пяти галактик, которых Голди взял с собой, людей, ящеров, осьминогов и даже был один желеобразный мутант, который все время менял свою форму. Все они хохотали.

– Это надо отметить, – сказал капитан Голди, когда устал смеяться. – Подать сюда рому!

Тут же прикатили огромную бочку с ромом, и пираты стали пьянствовать.

Вы конечно удивитесь тому, что пираты вместо того, чтобы продолжать погоню за капитаном Краснобаевым, начали праздновать? И будете правы. Делу время, потехе час. Нельзя праздновать еще не законченное дело. Но это мы с вами так считаем. А пираты – другое дело. Иная психология. Извращенная неправильным воспитанием и испорченная разгульной жизнью. Пираты самый неорганизованный народ хоть на Земле, хоть в космосе. Только и знают, что пить и драться. Только иногда для поддержания формы и престижа занимаются чем-нибудь действительно пиратским – грабят, берут на абордажи корабли, торгуют пленниками. А так все они первые бездельники.

Очень скоро экипаж одноногого капитана так напился рому и накурился табаку, что на нем не осталось ни одно существа способного здраво смыслить или хотя бы управлять кораблем. Даже стоявший на вахте Бульдог, и тот безвольно упал на пульт управления. Крейсер шел на автопилоте.

Впереди показался огромный астероид. Пиратский крейсер летел прямо на него. Но тут капитанский попугай, который не спал, потому что не пил ром, а лишь ел миндальные орехи, и так ими объелся, что теперь мучился от обжорства и не мог спать, поднял крик:

– Штурвал! Штурвал! Держи штурвал, скотина!

Так капитан Голди всегда кричал на того, кто управлял кораблем. И так у попугая получилось похоже, что сразу все пираты, которые боялись Голди как огня, проснулись, потому что никто не помнил, кто же на самом деле стоит у штурвала. И увидели спящего Бульдога.

– Схватить его! – закричал одноногий, который тоже проснулся. – Негодяй! Он хотел нас погубить.

Пираты набросились на Бульдога, избили его, а потом передрались между собой, выясняя, кто виноват в случившемся. Осьминога Остапа в драке даже пристрелили, и он лопнул как мыльный пузырь, лишь щупальца полетели в разные стороны и с противным чмоканьем попадали на пиратов. Сразу началась свалка. Одно самое большое щупальце упало на Голди и обвилось вокруг его шеи.

– Караул! – закричал одноногий. – Убивают! На помощь.

Пираты хоть и нисколько его не любили и даже наоборот ненавидели, бросились ему помогать, потому что знали, что только он способен доставить их до Планеты Сокровищ. А уж потом можно будет с ним и рассчитаться за все.

Но теперь они все бросились на помощь своему капитану. Даже толстяк Помидор, вечный его конкурент тоже мечтающий стать капитаном, бросился. Хотя у него было меньше всего желания помогать одноногому. А впрочем, он и не собирался помогать. Когда он оказался рядом с капитаном, то вместо того, чтобы помогать ему освободиться от щупальца, он стал наоборот накручивать ему это щупальце еще сильнее вокруг шеи.

Голди уже не мог говорить и только хрипел. Но он прекрасно понял, что делает Помидор, и с ненавистью посмотрел на него. И тут Голди повезло. Он увидел, что у Помидора за поясом торчит огромный нож. Голди тут же схватил этот нож, а он был с лазерным лезвием, нажал кнопку, и синим пламенем тут же разрезал щупальце на куски и освободился.

– Ты хотел убить меня! – закричал Голди на Помидора. – Ты хотел сам стать капитаном, потому что тоже разбираешься в навигации. Проклятый ублюдок! За борт его! Слопам на съедение.

И сколько Помидор не вопил и не молил о пощаде, его запечатали в пластиковый прозрачный пакет и выбросили через мусоропровод в открытый космос.

Глава девятая

ВОТ ОНА – ПЛАНЕТА СОКРОВИЩ!!!

И вот, наконец наши друзья оказались в созвездии Золотого Тельца, в самом неизведанном и загадочном месте галактики. В самой незаселенной и пустынной ее части. Так показывала карта капитана Плинта.

– И сколько нам добираться до Планеты Сокровищ? – спросил Бочкин Базилевса.

– Немного, – ответил катер. – Чтобы добраться до системы звезд, на орбите которых находится наша планета, нам понадобится два часа земного времени.

– Ой как долго, – сокрушенно покачал головой генерал. – Мы же умрем от нетерпения, пока туда доберемся.

– Думаю, нам будет не до скуки, – вмешался в этот разговор Иван Иванович. – Впереди по курсу два метеоритных облака, одна черная дыра и два гигантских астероида Плим и Пампуния.

– Плим и Пампуния! – сразу насторожился Окуркин. – А это что такое?

– Уж больно названия забавные и смешные, – пожал плечами генерал Бочкин.

– Нам будет не до смеха, когда придется лететь между ними, – сказал капитан.

– Почему?

– У нас на Земле этим астероидам дали бы другие имена. Их назвали бы Сциллой и Харибдой.

– А что это значит? – спросил Окуркин.

– Это значит, что астероиды стоят друг против друга и пройти можно только между ними, потому что по другим краям их находятся метановые облака с примесью азота. Облететь это все невозможно, потому что сразу попадешь в силовое поле двух звезд и сгоришь в их лучах. Они очень жаркие. Так что путь только через астероиды.

– Ну и что?

– А то, что эти астероиды обладают странным не разгаданным наукой свойством.

– Каким?

– Они притягиваются друг к другу и сталкиваются каждый раз, когда между ними кто-то пролетает.

У товарищей капитана Краснобаева глаза от удивления тут же стали круглыми, как чайные блюдца. А Краснобаев продолжал:

– Пока ни одному звездолету галактики не удалось пройти между Плимом и Пампунией. Звездолеты тратят уймы времени и энергии, чтобы добраться окружным путем до нужного им места. Так что я даже пожалел, что решил отправиться в это путешествие. Не могу я вами рисковать не могу. Один бы я может, и попробовал бы, а с вами, друзья, не могу. Давайте вернемся.

– Ни за что! – хором заявили ему Окуркин и Бочкин. – Звездный экипаж никогда не отступал перед трудностями.

– В данном случае о преодолении трудностей говорить не приходиться, – отрезал Иван Иванович. – Все, разговор окончен. Я не могу рисковать вами. Мы возвращаемся.

– Мы не можем возвратиться, – сказал, до этого не принимавший в разговоре участия, Базилевс. – На моих радарах позади нас появился летающий объект. Он идет по нашему следу, и у него недобрые намерения. Я смог подслушать их разговоры. Это опять космические пираты, и они тоже летят на Планету Сокровищ. Видимо не всех уничижили ваши мутанты. Кое-кто остался. И этот кое-кто летит за нами, чтобы отобрать у нас карту капитана Плинта.

Звездный экипаж так и замер с открытыми ртами. Даже Иван Иванович не нашелся сразу, что сказать. Потом лица землян начали приобретать осмысленное выражение. Краснобаев сжал губы и стиснул зубы. По его лицу было видно, что он усиленно раздумывает. Окуркин слегка испугался и всячески старался скрыть свой испуг. Глаза Бочкина заблестели восторгом. Ну, как же? Ведь у них на хвосте опять появились пираты, а это значит, что их приключение становится вдвое более интересным. Если не втрое. Ведь главная трудность заключалась в том, что боеприпасов у них на катере больше не было. Они все истратили в бою с пиратами, а новыми не запаслись. Кто же знал, что так получится?

– Они пытаются выйти с нами на связь? – наконец спросил Краснобаев у Базилевса.

– Нет, – они полагают, что мы их не видим. Говорят, что космические пираты иногда бывают очень наивными.

– А мы можем пройти мимо них незамеченными и вернуться назад?

Базилевс на минуту задумался, пошуршал своими электронными мозгами и ответил:

– Думаю, нет. Они знают, что у нас есть карта, поэтому вряд ли дадут нам уйти. Я полагаю, что они хотят, чтобы мы привели их к планете сокровищ. И, кажется, у нас нет другого выхода. Может тогда они от нас отстанут.

– Ты не знаешь пиратов, – вздохнул Краснобаев. – Они никогда не отстанут. К тому же они на нас очень злы. Что ж, у нас есть только один выход. Мы полетим к Планете Сокровищ. Это очень опасно. Но шанс есть. У нас, по крайней мере. Что касается пиратов, то пусть они уповают на своего пиратского бога. Итак, всем занять свои места!

– Есть занять места! – закричали Бочкин и Окуркин.

– Приготовьтесь к перегрузкам. Я прибавляю скорость. По курсу у нас метеоритное облако.

Это очень опасный трюк – на большой скорости лететь через скопление метеоритов. На средней скорости Иван Иванович уже не раз проводил звездолет через подобное препятствие, а вот на предельной он этого пока еще не делал. Что ж, рано или поздно в жизни приходиться пробовать все.

Крепко взяв штурвал звездолета в руки, Краснобаев бросился вперед. Он знал, что метеориты всегда летят вместе, и путь их всегда скошен набок, поэтому он направил Базилевс под углом, чтобы траектория его полета и полета метеоритов совпадала.

И вот от метеоритов зарябило в глазах. Они оказались в самом их скопище. Тысячи, нет десятки тысяч метеоритов летали вокруг, норовя врезаться в славный Базилевс. Но Краснобаев не давал им этого сделать. Он с невероятной для человека ловкостью увертывался от них каждый раз, когда попадание, казалось, было неизбежным. Только иногда метеориты досадливо шуршали по бортовой обшивке, задевая ее. Но это было уже не страшно.

Бочкин и Окуркин, как могли, помогали Базилевсу преодолеть это препятствие. Окуркин занял место стрелка и сбивал, метеориты, когда они были еще вдалеке. Этим он очень помог капитану.

Генерал Бочкин помогал своим друзьям тем, что всеми силами старался внушить им уверенность в своих силах. Он бегал от прапорщика к капитану и всячески их подбадривал. Восхищался их успехами и утешал при неудачах. Но последние были к счастью не часты.

Наконец первое метеоритное облако осталось позади, и звездный экипаж получил небольшую передышку перед вторым скоплением небесных тел.

– Уф, – сказал Иван Иванович, вытирая с лица пот, – прошли. Никогда бы не поверил, если бы не сам видел все это собственными глазами.

– Уф, – сказал Окуркин, и тоже вытер ладошкой пот с шеи. Волосы у него растрепались и встали ежиком. – Давно так не стрелял. Со вчерашнего дня. Это вам не компьютерные игры!

– Главное моральная поддержка, – заметил Бочкин, – для поддержания боевого духа.

– Надеюсь, мы больше не будем лететь на такой скорости, – сказал Краснобаев. – Теперь мы пиратов оставили далеко за спиной.

Но он ошибался.

На пиратском крейсере, дела обстояли совсем не так, как надеялся Иван Иванович. Пираты хоть народ и несерьезный и разбитной, и очень ненадежный, но в момент действительной опасности, они, как правило, преображаются и их не узнать.

Капитан Голди ни секунды не колебался и сразу направил крейсер в облако метеоритов.

– Полный вперед! – скомандовал он, стоя у штурвала и грозно дымя трубкой.

За штурвалом был, кто бы вы думали? Крот. Да, да, слепой Крот. Он хотя и был слеп, как крот, но, тем не менее, являлся одним из лучших штурманов во всей галактике. Не зря Голди держал его при себе.

В голову Крота были вживлены провода, которые соединяли, когда нужно, его мозг с датчиками корабельных радаров. Так, что он прекрасно знал все, что происходит вокруг крейсера. И как все слепые, он был невероятно ловким, быстрым и все схватывал быстрее, чем самые современные и мощные компьютеры. Пираты, когда дело касается их жизни, никогда не доверяют машинам. Только себе и своей интуиции. А у Крота интуиция была завидная.

К тому же пиратский крейсер был в несколько раз больше, чем Базилевс, и броня у него была в два раза толще, так, что одна треть метеоритов ему была попросту не страшна, другую треть самых опасных и больших метеоритов облетал Крот, а остальные были сбиты пиратами, которые все как один заняли места у корабельных пушек, лучеметов и бластеров и открыли шквальный огонь из всех орудий.

Так что крейсер капитана Голди медленно, но неуклонно шел через первое препятствие к Планете Сокровищ вслед за кораблем, на котором находился смелый экипаж капитана Краснобаева.

– Красота! – наслаждался зрелищем полета и разлетающихся метеоритов, одноногий пират. – Вот это я и называю настоящей жизнью. И что это в последнее время я засиделся на твердой земле и меня потянуло к честной доле бизнесмена? Это же скука днем и ночью. Это тоска зеленая летом, желтая осенью и белая зимой. О, нет, никогда больше не вернусь к оседлой жизни.

– Никогда не говори никогда! – закричал попугай. – Канистры! Канистры! Бум! – попугай слетел с хозяйского плеча. – Ура! Точное попадание.

Это один огромный метеорит все-таки врезался в борт крейсера. От удара звездолет вздрогнул всем своим огромным бронированным телом. Голди упал на пол, что-то в его деревянной ноге щелкнуло, и она стала стрелять, ведь в ней был вмонтирован бластер. Попугай, в которого чуть не попала капитанская нога в панике заметался под потолком.

Крейсер даже два раза перевернулся, но Крот сумел его выровнять и вернуться на взятый курс.

– Вот это я понимаю! – удовлетворенно кряхтя, пробормотал Голди, и с трудом встал на ногу. – Качка, что надо. Как в молодые годы. Клянусь громом! Так держать!

А звездный экипаж в это время влетел во второе облако метеоритов. Оно было меньше размерами, и метеориты в нем были более мелкими и не такими частыми, как в предыдущем. К тому же Иван Иванович сбавил скорость ниже средней, и летел аккуратно, словно вышивал крестиком.

Но тут Базилевс испортил всем настроение, сообщив, что пираты тоже преодолели первое метеоритное облако.

– Да, видно и там ребята сидят не лыком шитые, – пробормотал Краснобаев и прибавил скорость. – И корабль у них справный.

– Обыкновенная модель бронированного крейсера, – обиженно сказал Базилевс, который оказался ревнивым к похвале другому кораблю. – Примитивная и устаревшая.

– Только на это и приходится рассчитывать.

Через две минуты они покинули второе облако и рванули вперед.

– Через три минуты будем во владениях черной дыры, – сообщил Базилевс.

Капитан Краснобаев уже имел дело с черной дырой и хорошо знал все ее особенности и повадки. Главное нельзя приближаться близко, и не быть втянутым в ее магнитное поле, потому что там смертельно опасные щупальца.

И точно. Впереди справа по курсу чернела чернотой черная дыра. Это наверно была самая черная дыра во всей галактике. Такая черная, что черные чернила по сравнению с ней показались бы белыми.

Но не такой конечно человек Иван Иванович Краснобаев, чтобы от какой-то там черной дыры улепетывать. Включил он двигатели на полную мощность и полетел, поворачиваясь из стороны в сторону, как заяц делает, когда за ним гонятся собаки или лисица. Сколько не старалась черная дыра затянуть в себя звездолет, ничего у нее из этого не получилось. А Базилевс уже ей и хвост показал и даже обидно так задом повилял. Ну прямо настоящий заяц.

– Ну, погоди! – только и прошипела обманутая черная дыра.

А тут и пиратский корабль мимо летит. Тоже все препятствия преодолел, к сокровищам неизвестной планеты спешит.

Только вот черная дыра их поздно заметила. Слишком растерялась от наглости Краснобаева.

Ну, пираты, эти вообще старые космические волки. У них разговор с черной дырой короткий. У пиратов в трюмах столько старого хлама, разных там ранее схваченных звездных катеров и яхт, лодок и тарелок, ржавых и дырявых, что только место занимают. Хотя балласт на корабле нужен. Вот этот балласт пираты прямо в черную дыру и выплюнули. Открыли борта трюмов, черная дыра только рот открыла. И ну хватать, все, что можно. Жадность, знаете ли, подвела. Ненасытность. Хотя и голодную черную дыру понять тоже можно. Не часто мимо нее пролетают. Дураков ведь мало.

А крейсер управляемый великим штурманом Кротом, в этой суматохе и улизнул. Вот тут и разочарование наступило. А уже поздно. Пиратский звездолет уже далеко, не достанешь.

– Никуда вы от нас, голубчики, не денетесь! – это пиратский капитан радуется, одноногий Бен Голди. И кулаком в сторону Базилевса грозит.

Но попробуй сначала догони, а потом и радуйся.

А Базилевс тем временем уже к астероидам подлетает. К Плиму и Пампунии. Новая опасность. Всем опасностям, можно сказать, опасность.

Астероиды огромные, больше на планеты похожи, чем на астероиды, и почему-то не круглые, а похожи на два куска хозяйственного мыла или два старых шкафа. Они уже к встрече готовы. Словно встречают. Уже начали сближение друг к другу, хотя только секунду назад, не двигаясь, стояли. Краснобаев скорость прибавил. Надо было во чтобы то ни стало успеть пролететь между астероидами, до того, как они столкнуться друг с другом.

Базилевс развил такую скорость, что борта его нагрелись до того, что стали красными. И внутри тоже жарко стало как в бане. Пришлось охладители и вентиляторы включить, иначе бы перегрелись наши искатели сокровищ.

А Плим и Пампуния медленно, но неуклонно приближались друг к другу. Расстояние между ними сокращалось каждую секунду. Краснобаев выбрал самый короткий путь по прямой и сил не жалел, чтобы успеть.

И крейсер пиратский тоже скорость прибавил. Ходовая часть у него была очень хорошая, так что он даже начал Базилевс догонять.

– Они тоже вместе с нами хотят между астероидов пролететь!

И вдруг хриплый голос раздался в динамиках. Это капитан Голди вышел на связь.

– Карту! – кричал он. – Карту, слоп меня побери! Отдайте карту. Можете оставить платиновый зуб себе. Главное, отдайте карту!

Но Краснобаеву было не до разговоров с пиратами. Он отключил связь и полностью отдался управлению катером.

И вот уже они летят между астероидами. А они огромные. Конца и края им не видно. С одной стороны бесконечной пространство Плима, с другой бесконечное пространство Пампунии. И все ближе они друг к другу, все ближе.

– Я сейчас открою огонь! И не смейте отключать связь, когда я с вами разговариваю!

Это опять прорвался через выключенные динамики голос капитана Голди.

Краснобаев не отвечал. Сжав зубы, он вел катер. Бочкин сидел рядом с ним и тоже не мог оторвать глаз от иллюминатора и того, что в нем происходило.

И тогда с пиратом решил поговорить Окуркин.

– Послушай, мужик, – сказал он в микрофон. – Ты чего к нам привязался? По мроде давно не получал?

– А, – обрадовался Голди, – юный вежливый джентльмен все-таки решил поговорить со стариком Голди? А, что ваш капитан не хочет со мной разговаривать?

– Он занят, – ответил Окуркин. – Не может отойти от штурвала. Я за него.

– Мне нужна карта капитана Плинта. Я знаю, она у вас. Послушай, Окуркин, давай договоримся. Грохни своих приятелей и отдай мне карту. Я за это с тобой поделюсь.

– Сколько ты мне дашь?

– А сколько ты хочешь?

– Половину!

– Что? – взревел Голди. – Половину? Ты что очумел? Слоп тебе в брюхо!

– Собственно, зачем мне половина? – усмехнулся Окуркин. – Я себе все заберу!

И отключил связь. Голди чуть костыль свой не сломал от злости.

– Что, хозяин, – участливо спросил капитана Крот, – провел вас землянин? Не захотел делиться?

Голди хлопнул его по голове кулаком, так, что у Крота отвалились его датчики, связывающие его с центральным компьютером. И звездолет сразу стал слепым. Он чуть не ткнулся в Пампунию, Голди едва успел перехватить штурвал.

– Надевай свои провода, болван, – закричал он на Крота. – И не отвлекайся.

Пока бедный Крот с помощью Бульдога искал провода и вставлял их себе обратно в голову, пиратский крейсер шел под управлением одноногого Голди, который от злости потерял над собой контроль.

– Что ж! Вы не хотите со мной даже разговаривать? Тогда вместо меня с вами будут говорить мои пушки. Эй, пушкари! – крикнул он пиратам. – А ну, разнесите их глупый катер на атомы.

И пиратский крейсер открыл по Базилевсу огонь изо всех орудий.

– Они совсем, что ли спятили? – возмутился Краснобаев, уворачиваясь из стороны в сторону, чтобы уберечься от выстрелов. А лазерные заряды полетели в астероиды.

– Огонь! – кричал Голди, и подпрыгивал на одной ноге. – Тысячу зарядов им в глотку! Совсем что ли вы окосели? Стрелять разучились? Ну, я вам покажу!

– Пли, паразиты! – кричал попугай. – Шкуру спущу, бездельники! Клянусь моей отрубленной ногой.

И новый залп орудий потряс пиратский крейсер.

– Пора им показать, с кем они связались, – проворчал Окуркин и побежал к месту стрелка.

Прапорщик схватил пулемет, в котором все же было несколько зарядов, и открыл по крейсеру ответный огонь. Первым же выстрелом он попал в крейсер, и одна пиратская лазерная пушка отлетала в сторону.

– Вот так, – удовлетворенно сказал Окуркин.

А капитан Краснобаев вел звездолет вперед, одновременно, маневрируя, чтобы не быть сбитым пиратами. Астероиды приближались. Расстояние между ними продолжало сокращаться. Но к счастью впереди далеко-далеко появилась узенькая черная полоска. Это был космос. Астероиды кончались.

– Ну, давай, Базилевс, поднажмем! – крикнул Иван Иванович.

– Стараемся, – пропыхтел в ответ катер. – Если не взорвемся от перегрева, то дотянем. Я уже сделал расчеты. Если бы не эти балбесы на хвосте…

Докончить он не успел, потому что пиратам все же удалось попасть в звездолет наших героев, и бедный Базилевс крутанулся вокруг своей оси.

– Мне оторвало бортовой локатор, – пожаловался он. – На три миллиметра бы ниже, и был бы задет центральный генератор.

– А вам не кажется, хозяин, что эти астероиды приближаются? – спросил в это время Бульдог Бена Голди.

– Да? – ответил Голди. – А как они называются?

– Сейчас погляжу, – Бульдог заглянул в звездный атлас и прочитал: – Плим и Пампуния.

– Плим и Пампуния? – закричал Голди и почувствовал, как от страха у него задрожала отрубленная нога. Вроде бы ее давно уже не было, но сейчас она дрожала. – Полундра! Прекратить огонь и полный вперед. Нас сейчас раздавит! Почему никто мне раньше не сказал, что это Плим и Пампуния?

– А вы и не спрашивали, капитан, – наивно сказала Бульдог, и тут же получил костылем по шее. – Ой! За что?

– Если останемся живы, я тебя повешу! – прорычал Бульдогу в ухо Бен Голди.

А расстояние между астероидами было уже чуть больше двадцати метров. Базилевс дымился и оставлял за собой белый след. Но спасение было близко. Осталось каких-то сто километров. Скорость Базилевса была десять километров в секунду. Плим и Пампуния приближались друг к другу два метра в секунду.

Капитан начал отсчет.

– Раз, два, три…

С каждой секундой они приближались к спасительному выходу.

С каждой секундой расстояние между астероидами сокращалось.

Кто быстрее?

– …пять, шесть…

Бочкин на своем месте второго пилота судорожно перекрестился, а потом оглянулся и увидел, что пираты перестали стрелять и тоже рванули вперед за ними. Они были в трех или четырех километрах от Базилевса.

– … восемь, девять

Раздался грохот. Базилевс затрясло, словно он попал внутрь катящейся под гору бочки. Уши заложило от шума.

Это столкнулись Плим и Пампуния.

За мгновение до этого Базилевс вылетел за пределы их досягаемости.

Наши герои были спасены.

А вот пираты… Бочкин и Окуркин собственными глазами видели, как пиратский крейсер был словно орех раздавлен двумя исполинскими астероидами. Им не хватило буквально двух секунд, чтобы спастись.

– Бедные пираты, – покачал головой генерал. К старости он стал несколько сентиментальным и был способен даже на жалость к врагам. Тем более к поверженным. Он даже всхлипнул. – Вот, что бывает, когда занимаешься нечестными делами. Неужели они все погибли?

И земляне молча смотрели, как позади них медленно начали расходиться астероиды Плим и Пампуния.

Иван Иванович не был таким сентиментальным. Он сбавил скорость, потому что корабельные двигатели были уже на пределе, облегченно вздохнул и вытер с лица пот. Друзья были спасены, а это самое главное. О себе, Краснобаев, разумеется, не думал.

– Как ты? – спросил он Базилевса.

– Нормально, – пропыхтел тот. – Пытаюсь расслабиться. А то нервы на пределе.

Со своего места вернулся прапорщик Окуркин. Он как и Краснобаев был потный и усталый.

А впереди открылось бесконечное пространство созвездия Золотого Тельца. И прямо перед ними, в космосе словно кто-то просыпал горох, было огромное количество планет, которые крутились вокруг звезды, очень похожей на наше Солнце. Их было так много, что наши путешественники даже рты пооткрывали. Наверно штук сто. Большие и маленькие, со спутниками и с кольцами, с атмосферой и без, водные и каменистые, яркие и тусклые, красные, оранжевые, коричневые, черные, белые, серебряные и золотые, фиолетовые, голубые, бордовые и сиреневые. И все это сверкало в лучах звезды, переливалось красками и представляло собой невероятно красивое зрелище. Такого они не видели, даже когда путешествовали по созвездиям Кассиопеи и Ориона.

– Интересно, которая из них наша? – вслух спросил Бочкин.

– Вон та, зеленая! – сравнившись с картой, Окуркин сразу показал на одну из планет.

И с ним сразу все согласились. Среди всего множества и разнообразия планет, одна из них была зеленого цвета. Зеленая и яркая словно изумруд.

Краснобаев тоже глянул в карту, которую ему с помощью корабельного принтера перенес на планшет Базилевс.

– Да, так оно и есть. Вот она, Планета Сокровищ.

Глава десятая

ДЖУНГЛИ ЗЕЛЕНОЙ ПЛАНЕТЫ

Капитан Краснобаев направил звездолет к зеленой планете и поставил на автопилот с энергоэкономным режимом действия.

– А теперь мы можем отдохнуть, – объявил он экипажу. – Мы это заслужили.

С ним все согласились. После невероятных испытаний, что они прошли только что, все чувствовали невыносимую усталость. Даже Базилевс, уж на что машина, а и то погасил половину своих энергоблоков и отключил почти все компьютерные системы. Во время бешеной гонки между астероидами, он так перегрелся, что ему просто необходимо было немного остыть.

– Я думаю, надо устроить тихий час! – заявил Бочкин.

Капитан кивнул. У него у самого руки дрожали от усталости и напряжения, которые он испытал.

Так, что наши смелые путешественники и искатели приключений и сокровищ отправились отдыхать. Все и капитан, и генерал с прапорщиком и даже катер Базилевс.

Они спали и не видели, как позади них уменьшались размерами два страшных астероида, напоминавших два куска мыла, которые плавали в космосе друг против друга и ждали очередную жертву их коварства. Они уже снова разошлись и теперь отдалялись друг от друга. Опять казались мирными и забавными.

Не видели наши друзья, и Базилевс не видел со своей совершенной системой наблюдения, которая была отключена, как от одного из астероидов отделилась маленькая светящаяся точка и полетела вслед за ними.

Пиратский крейсер!

Да, это был он.

Пиратов спас Крот. Все-таки слепой звездолетчик был великим навигатором. За доли секунды он нашел на поверхности Пампунии глубокий каньон, такой глубокий, что в него мог бы спрятаться целый космический флот, не то, что один крейсер. И в самую последнюю секунду до столкновения, он направил крейсер в этот каньон и положил его прямо на дно. Крейсер, как живой, буквально вжался в каменистое дно каньона, и, хотя при столкновении астероидов, сильно пострадал, даже часть хвоста у него оторвало падающими глыбами, величина у которых была со стоэтажный дом, все же остался цел. И даже смог подняться, когда астероиды начали расходиться.

Как раненная или подбитая мальчишками птица, пиратский крейсер с трудом оторвался от поверхности и взмыл прочь от опасного астероида. Тот словно опомнился и как живой сомкнул каньон, словно исполинские челюсти. Вы ведь знаете, что на астероидах все ущелья, ямы и трещины живые и не могут быть неизменными. Но было уже поздно. Пираты в последнюю секунду вылетели из него и полетели прочь.

Словно увидев это, но скорее почувствовав, астероиды стали снова сходиться, но скорости им уже не хватило. Пираты вылетели из опасного участка и в смятении посмотрели друг на друга, потом все упали на колени и стали молиться своим богам, которые не дали им умереть.

Капитан Голди, тяжело опираясь на костыль, поднялся на ногу и поднял с пола своего попугая, который лежал в обмороке. На том месте, где он лежал, осталась жидкая белая кучка. От страха птица сначала обделалась, а уж потом упала в обморок.

– И так каждый раз, – сокрушенно пробормотал Голди. – Никакой выдержки. Что за птица?

Пират бросил ее себе на плечо и посмотрел в иллюминатор. Там его глаз сразу выделил зеленую планету и приближающуюся к ней светящуюся точку.

– Туда, – сказал он Бульдогу. – Вон на ту планету.

– Слушаюсь, – буркнул Бульдог.

И помятый, словно чайник, который хозяйка выбросила с десятого этажа, пиратский крейсер тоже полетел к зеленой планете.

* * *

Когда Базилевс подлетел к Планете сокровищ, наши герои успели проснуться и вспомнить все, что с ними произошло.

– Вот это было приключение! – восторженно завопил Бочкин.

Теперь, когда все было позади, уже не было так страшно, и можно было порадоваться.

Иван Иванович внимательно изучал данные, которые дал ему Базилевс о состоянии Планеты Сокровищ.

– Ну что ж, – удовлетворенно бормотал он, – атмосфера вполне пригодная для дыхания, богатая кислородом, потому что вся поверхность ее покрыта девственными лесами и непроходимыми джунглями.

– И где на ней спрятаны сокровища? – с волнением спросил Окуркин.

– Вон там, – капитан указал на коричневое кольцо, которое на зеленой планете выглядело как румяная баранка. – Это единственная на планете горная цепь. Видишь, на карте капитана Плинта написано, что это Кольцо Альдебарана. Вот в этом месте и должны быть сокровища.

– Когда мы приземлимся на планету? – спросил Бочкин.

– Сейчас облетим ее вокруг, сделаем окончательную разведку и приземлимся, – ответил капитан.

И они полетели на другую сторону планеты, туда, где сейчас была ночь, и долго через локаторы и сверхчувствительные и мощные видеокамеры изучали ее состояние, природу и обитателей.

– Вот теперь можно вернуться к Кольцу Альдебарана, – сказал капитан, когда все было сделано. – На планете по-видимому нет ничего особо опасного. Даже хищники не водятся, только птицы и травоядные. Признаться, я ожидал от капитана Плинта большей изобретательности. Думал, что он спрячет свои сокровища в более труднодоступном месте, кишащим змеями, крокодилами, львами и гориллами.

– А по мне, так черная дыра страшнее, – признался Бочкин.

– Это точно, – согласился Краснобаев. Итак, мы опускаемся! Входим в плотные слои атмосферы. Всем пристегнуть ремни.

И Базилевс плавно, но неуклонно, как иголка в мягкую ткань, вошел в атмосферу Планеты Сокровищ. И тут с ним случилась неприятность.

– Кажется, у меня вышли из строя все системы внешнего слежения, – сообщил звездолет. – Здесь какое-то слишком большое магнитное поле. Оно подавляет и глушит все волны и длинные и короткие.

– Ладно, – беспечно махнул рукой Иван Иванович. – Как-нибудь обойдемся. Держи курс к подножию гор, а мы сами найдем место для посадки.

И хотя наши герои думали, что системы внешнего слежения им уже не нужны, их отсутствие стало причиной того, что они ничего не узнали о пиратском крейсере, который в это самое время появился на орбите зеленой планеты.

– Эй, Голди, – обратился к капитану Крот в ту самую секунду, когда Базилевс уже был в двухстах метрах от поверхности, – мы не сможем спуститься на эту планету.

– Это почему?

– Наш крейсер слишком пострадал. Если мы сядем, то уже никогда не взлетим.

– Проклятье! – выругался одноногий пират. – Тысяча слопов на мою голову. Что же делать?

– У нас есть один десантный рейдер, – гнусавым голосом сообщил Бульдог. – Можно спуститься на планету на нем.

– Правильно, – обрадовался Голди. – Всем погрузиться в рейдер!

– А кто останется на корабле? – спросил Бульдог. – Я?

Голди тут же показал ему кукиш.

– А вот это видел? – грозно спросил он. – Смыться от меня захотел? Ну уж нет. Здесь я оставлю своих роботов. Уж они-то не мечтают отделаться от меня.

И пираты всей командой пятнадцать человек, из которых пятеро, правда людьми не были, да еще и с попугаем одноногого Голди, погрузились в один рейдер рассчитанный всего на десять человек, и покинули крейсер. Рейдер крякнул от всей этой тяжести и камнем свалился в атмосферу Планеты Сокровищ. Только свист раздался.

– Ай, караул! Мамочка! – все как один завопили пираты.

А попугай опять испачкал плечо своего хозяина и свалился в обморок.

Сам капитан в страхе обнял свой костыль и поклялся никогда в жизни не охотиться за сокровищами и стать настоящим гражданином какой-нибудь трудолюбивой сельскохозяйственной планеты.

«Хрумс, хрумс! Бумс! Шлеп!!!»

Это пиратский рейдер сначала врезался в пальмовую чащу, переломал верхушки деревьев, а потом прямо носом шлепнулся в маленькое болотце, мягкое и теплое. Оно и спасло пиратам жизнь.

В это же самое мгновение Базилевс аккуратно приземлился у подножия одной невысокой горы на ровной площадке, которую присмотрели для него Краснобаев и Окуркин.

– Мягкой посадки, – сказал Базилевс.

– Спасибо, – ответили звездолетчики.

Катер грустно вздохнул.

– К сожалению не могу вас доставить дальше. – сказал он. – Эти горы в своей структуре содержат очень много магнитного железняка. Меня притянет к первому же мощному скоплению магнитных залежей. Так что дальше вам придется идти на своих двоих.

– Собираемся в поход, – объявил Бочкин.

И путешественники стали собираться. Набивать рюкзаки теплыми вещами, едой, питьем. Не забыли они взять с собой и оружие. Мало ли что может оказаться на неизвестной планете? Пусть она и выглядит мирно, но осторожность, прежде всего. Иван Иванович взял с собой боевой капитанский бластер, который может стрелять в десяти режимах, лазерными, фотонными и электролучами, отдельными выстрелами, короткими и длинными очередями, а также распыляющими волнами. Бочкин и Окуркин взяли обыкновенные бластеры.

– Как мы будем держать связь, Базилевс? – спросил Краснобаев.

– Вряд ли это возможно, – ответил катер. –

Все, что я смогу сделать, это время от времени взлетать повыше и наблюдать за вами с неба. Если что замечу, то непременно приду на помощь.

– Жаль, что так получилось, – вздохнул капитан.

– Жаль, жаль! – завздыхали Бочкин и Окуркин.

Но, кажется, они были не так искренне, как их капитан, потому что все их мысли были заняты поисками сокровищ, и они ни о чем другом и думать не могли.

Увы, сокровища, особенно спрятанные сокровища, обладают таким свойством. Они заставляют забыть обо всем на свете. Обо всем и обо всех. Даже о близких друзьях.

Бочкин и Окуркин заболели золотой лихорадкой. Это болезнь всех золотоискателей.

И вот долгожданный миг, когда они ступили на землю Планеты Сокровищ, наступил. Наши герои покинули бывший боевой, а теперь вполне мирный, звездный катер Базилевс и пошли к дремучему лесу, который их окружал со всех сторон.

Капитан Краснобаев посмотрел на компас.

– Нам туда, – указал он путь, сверился еще раз на всякий случай с картой, постарался запомнить ее хорошенько, затем спрятали ее за пазухой, там же лежал и зуб Плинта, и бодро зашагал вперед.

Бочкин и Окуркин с горящими от нетерпения глазами за ним.

Лес встретил их пением птиц, шелестом высочайших деревьев, листья на которых, каждый был с простыню, стуком падающих вниз плодов, и криком существ, которые прыгали по деревьям с ветки на ветку, и походили на наших земных обезьян. Да и вели они себя как самые настоящие обезьяны. Как только увидели наших героев, сразу заверещали и стали строить им рожи и передразнивать.

– Будьте с ними осторожнее, – предупредил Краснобаев. – Не люблю обезьян. Никогда не знаешь, чего от них ожидать. Очень они непредсказуемые существа.

– Они наверно есть хотят, – сказал Бочкин, который очень любил животных. – Кажется, у меня есть для них печенье.

Он отстал немного от капитана и прапорщика и стал копаться у себя в кармане.

– Не вздумайте их кормить, – предупредил Краснобаев. – Это даже в зоопарке нельзя делать, не только здесь. Вы, слышишь меня, товарищ генерал?

Он оглянулся, но было уже поздно.

Бочкин вытянул руку перед собой. На ладони у него лежал кусок печенья, которые на завтрак им напек Базилевс.

– Кушайте, – сказал добряк Бочкин.

Обезьяны горохом посыпались вниз, и печенье тут же исчезло с генеральской ладони. А самого Бочкина они облепили со всех сторон, громко визжа. И не успели капитан Краснобаев с Окуркиным и глазом моргнуть, как вслед за печеньем исчез в зарослях деревьев и Бочкин.

Обезьяны утащили его с собой. Он был похищен как Маугли в знаменитой книжке. А ведь поднять такого толстяка, каким был Бочкин, было ой как непросто.

Окуркин так и сел, а Краснобаев схватился за голову.

Сверху раздался крик:

– Я здесь, Краснобаев! Здесь!

Это кричал Бочкин.

Иван Иванович и Окуркин посмотрели наверх и увидели генерала высоко у себя над головой. Он сидел на ветке среди множества обезьян и махал им рукой. Слава Богу, он был цел и невредим.

– Спускайтесь, товарищ генерал! – жалобно закричал Краснобаев.

– Не могу, – ответил Бочкин. – Тут не за что зацепиться.

– Подождите, я сейчас сам к вам поднимусь.

И он подбежал к дереву, на котором был его земной начальник, и попытался залезть на него по стволу. Но из этого у него ничего не получилось. Ствол дерева был совершенно гладкий. Даже полированный, словно покрытый лаком. Он просто сполз вниз.

– Ай! – за спиной Краснобаева закричал Окуркин. – Краснобаев, на помощь!

Краснобаев оглянулся и чуть не заплакал.

Обезьяны утащили наверх и прапорщика. Теперь они уже вдвоем с Бочкиным сидели среди них и тоскливо взирали на него сверху вниз.

– Зачем они тебя то взяли? – крикнул капитан прапорщику.

– Он тоже их кормил, – тут же сообщил Бочкин.

Окуркин сразу стал оправдываться:

– Я дал им печенье. Я думал, что они взамен мне отдадут товарища генерала, а они меня к нему… Я хотел вас спасти, Василий Митрофанович!

– Спасибо, прапорщик. Ты настоящий друг! – растрогался Бочкин и пожал Окуркину руку. – Но как мы отсюда слезем? Вся надежда на тебя, Краснобаев!

Бочкин и Окуркин еще что-то кричали, но обезьяны вопили вокруг них, и ничего уже разобрать было невозможно. А Краснобаев бегал внизу и вид у него был, нельзя сказать, чтобы уж очень умный. Не зря не любит он обезьян. Ох, не зря!

Но надо было что-то предпринимать. Обезьяны явно не собирались возвращать друзей обратно. Они видимо приняли их в свою стаю, потому что тянули за руки и за ноги, прыгали по ним и лезли в карманы, надеясь найти там еще печенье.

И тут Краснобаеву пришла в голову хорошая мысль. Раз члены его экипажа не могут попасть к нему, значит, он попадет к ним. И Краснобаев тоже вытащил из кармана соленый крекер. И тут же он был облеплен обезьянами с ног до головы, потом какая-то неведомая сила подняла его вверх, и опомниться не успел Иван Иванович, как оказался на ветке рядом с генералом и прапорщиком. Словно попугай какой, а не знаменитый на всю галактику звездолетчик.

Радостные Бочкин и Окуркин бросились его обнимать и хлопать по плечам. Они были счастливы, что их капитан снова вместе с ними. А Краснобаев продолжал сокрушаться:

– Ну и как нам теперь отсюда слезть?

Он посмотрел вниз и чуть не свалился, так далеко внизу была земля.

– А и не надо слезать, – сказал Бочкин.

– Как так не надо? – удивились Краснобаев и Окуркин.

Бочкин кивнул в сторону:

– Смотрите, тут прекрасно можно идти и по деревьям.

И, правда, среди крон деревьев было очень много толстых чуть не два метра лиан, по которым запросто можно ходить, как по мосту.

Друзья тут же воспрянули духом.

Однако теперь надо было отделаться и от обезьян, которые суетились со всех сторон, кричали, шумели, лезли под ноги, и хватали за руки, прося почесать им спину.

Но и тут находчивость пришла на помощь бравому капитану. Он вспомнил, что у него в кармане осталась еще целая пачка крекеров, и не долго думая, вытащил ее и высыпал все содержимое вниз.

И тут же обезьян, словно ветром сдуло. Ни одной не осталось рядом. Все дружно сиганули вниз за крекерами, и уже внизу дрались между собой и кричали на весь лес.

Путешественники не стали терять время, и тут же поспешили покинуть обезьянью стоянку. Они поспешили в ту сторону, куда указывала стрелка компаса, и без особых усилий были вскоре далеко от этого места с его назойливыми обитателями.

Когда обезьяны съели все крекеры и вернулись обратно и не обнаружили наших друзей они долго возмущенно и разочарованно обсуждали их пропажу. Кинуться за землянами в погоню они не догадались. Но вместо землян сюда пришли пираты. Вся шайка Бена Голди.

Пираты после падения представляли собой жалкое зрелище. Грязные и мокрые, помятые и растрепанные, да еще и с синяками и шишками, они ругались и по чем свет кляли свою судьбу и не очень удачное приземление.

Как только они оказались под обезьяним стойбищем, те, думая, что люди опять угостят их чем-нибудь вкусным, всей своей толпой массой кинулись вниз.

Пираты не успели опомниться, как были облеплены со всех сторон животными и один за другим увлечены наверх. Естественно, что они ничего даже не успели понять и все чуть ли не до смерти перепугались. Лес огласился дикими и отчаянными криками.

– Караул! На помощь! Ой, мамочка, убивают! Отпустите меня! Ну что это такое? Проклятье! Что происходит?

А капитану Голди во время восхождения обезьяны даже оторвали его деревянную ногу и неизвестно куда ее подевали.

Когда пираты все оказались наверху и поняли, что с ними произошло, то страшно разозлились на обезьян, выхватили свои пистолеты, бластеры и пулеметы и открыли по животным сокрушительный огонь.

К счастью они ни в кого не попали, потому что обезьяны оказались настолько стремительными, что тут же исчезли из глаз, словно их тут и не было.

Глава одиннадцатая

ДРУЗЬЯ ПОПАДАЮТ В ПЛЕН К ПИРАТАМ, А НА ПЛАНЕТЕ СОКРОВИЩ ПОЯВЛЯЕТСЯ НОВЫЙ ПЕРСОНАЖ

Только вечером пираты немного пришли в себя. Вскоре наступила ночь и в воздухе загудели комары. Разбойники все как один вытащили из карманов трубки, сигары, сигареты, папиросы или, на худой конец, самокрутки и закурили. От них повалил такой густой, горький и едкий дым, что на целых сто метров в округе сразу не осталось ни одного живого комара. А пираты курили и думали, что им делать дальше. Как слезть вниз?

Так прошла ночь, а они ничего не придумали.

Наши друзья ночь провели у подножия горы, которая на карте капитана Плинта называлась «Копыто слопа». Они пришли к ней под вечер по толстым лианам, которые у края леса, словно по заказу шла аккуратно вниз. Краснобаев и Бочкин с Окуркиным спустились вниз как по лестнице и посмотрели на «Копыто слопа».

Это была внушительная гора. Ее высота наверно была не один километр. Но где-то в середине пути к вершине и находилась та пещера, в которой хранились пиратские сокровища. Путь искателей сокровищ подходил к концу.

– Разбиваем лагерь, – объявил Краснобаев.

Иван Иванович вынул из сумки небольшой сверток и бросил его на землю. И сразу перед ними как по волшебству встала палатка. Маленькая и уютная. Бочкин только крякнул:

– Эх, нам бы такие в наши Военно-воздушные силы!

В палатке было очень уютно и удобно. И мягкие постели с надувными матрасами, и даже небольшая печка, работающая на неизвестной землянам энергии, на которой они приготовили ужин.

Они поели и довольные легли спать. Перед этим Краснобаев нажал маленькую кнопку у выхода, и вокруг палатки сразу образовалось силовое поле. Так что можно было спать спокойно.

В отличии от наших героев пираты провели беспокойную ночь. Ночлег на деревьях – не самый лучший вид отдыха. Пираты переругались, дело дошло чуть не до драки, за широкие места, ворочались с боку на бок в жестких обезьяньих гнездах и заснули только к утру. Утром на рассвете, когда ночной туман еще не начал рассеиваться, и на листве деревьев начали появляться капли росы, пиратов разбудил попугай Бена Голди.

– Куда прешь, скотина? – закричал он. – Не видишь, тут очередь?

Откуда он взял эту фразу, никто не знал, но пираты проснулись и хмуро огляделись вокруг, не понимая, как они все здесь оказались.

И вдруг Голди увидел в клюве попугая кусочек печенья и схватил Бульдога за горло.

– А ну ищи следы! – приказал он. – Эти проклятые земляне были здесь!

Бульдог послушно заскулил, потом встал на четвереньки и стал вынюхивать следы.

– Капитан, – радостно завопил он, – я нашел!

Голди от радости чуть не выронил костыль вниз на землю, но вовремя успел подхватить его. Потеря костыля для него была сейчас равносильна смертному приговору. Ведь он и так лишился своей деревянной ноги.

– По следу! – закричал одноногий. – Быстро по следу.

И пираты пошли за Бульдогом, который как заправский пес, вынюхивал следы, отличая их от обезьяньих.

Они так спешили, так торопились, даже одноногий Бен Голди бежал так, будто у него была не одна нога, а все десять, и наконец прибежали к подножию горы Копыто Слопа. И тут же увидели палатку Краснобаева и затаились.

В это самое время в палатке проснулся Бочкин. Проснулся не до конца, и с еще закрытыми глазами сел и стал сладко оттягиваться и рукой случайно задел кнопку силового поля.

Силовое поле отключилось.

А генерал, не зная этого, и все еще находясь в состоянии сна, вылез из палатки и вышел на свежий воздух.

Из-за деревьев за ним внимательно наблюдали пираты. Бен Голди даже не верил, что может так повезти. Его враги спят в палатке, у которой отключено силовое поле. Осталось всего лишь подойти и захватить их всех в плен.

– Кровосос! – Пират поманил к себе пальцем одного разбойника, бледного длинного и тощего, похожего на вампира. Кровосос был известным похитителем людей. – Видишь этого толстяка? Укради его.

Кровосос ловкий и незаметный как ящерица тут же пополз в высокой траве к Бочкину.

А генерал вдруг окончательно проснулся и открыл глаза. Он увидел, что находится не в палатке, неодобрительно покачал головой и сам себе погрозил пальцем, затем хотел тут же вернуться, но совершенно неожиданно в десяти шагах от палатки увидел в траве на палочке большой и румяный пирожок, ну точно такой, какие печет его жена Настена. У Бочкина аж слюнки потекли. Он обо всем забыл и пошел к пирожку.

Он был уже совсем близко от него, как вдруг из травы выскочил ужасный тип, похожий на маньяка из фильма ужасов, и не успел бедный Бочкин даже закричать от ужаса, как тот схватил его, зажал одной рукой рот, а другой быстро окрутил генерал веревками как паук муху, и поволок в заросли. Все это произошло за две секунды.

– Отлично сработано! – одобрил работу Кровососа Бен Голди. – Слушай мою команду. Подходим к палатке и по моей команде открываем огонь и убиваем всех, кто там есть, а потом заходим внутрь и забираем зуб и карту, и все сокровища наши.

Пираты вышли из леса и широким полукругом стали приближаться к палатке. Они шли осторожно, потому что боялись засады. Оружие держали наготове, чтобы в любую секунду выстрелить.

– Огонь! – закричал Голди, когда они подошли к палатке на расстояние в десять шагов.

– Огонь! – закричал попугай на его плече.

И пираты обрушили на палатку шквальный огонь из всего оружия, что у них было. Главарь пиратов обрадовался, но потом вдруг неожиданно понял, что так его люди могут сжечь и карту, и испуганно закричал:

– Прекратить огонь! Сейчас же прекратить огонь!

Пираты перестали стрелять и у них рты открылись от удивления.

Палатка стояла целая и невредимая.

Что же произошло?

А ничего особенного не произошло, только за секунду до того, как пираты начали стрелять, Окуркин увидел во сне, что его опять уносят в гущу деревьев обезьяны, дрыгнул ногой и задел кнопку силового поля, и оно включилось снова.

Вот такие случайности иногда спасают жизнь.

Когда палатка затряслась от выстрелов, Краснобаев и Окуркин вскочили и в страхе обнялись.

– Ты жив? – спросил Иван Иванович прапорщика, когда все стихло, и на всякий случай даже ощупал его со всех сторон. Потом огляделся, и волосы у него на голове встали дыбом. Он закричал: – А где же товарищ генерал?

Бочкина не было.

– Эй, капитан! – вдруг раздался хриплый голос снаружи. – Ты что-то потерял? Выходи. Поищем вместе.

Краснобаев схватился за бластер и открыл дверь палатки.

Напротив него стоял ухмыляющийся Бен Голди. Рядом с ним стоял Кровосос и крепко держал связанного Бочкина одной рукой за шиворот. Другая его рука прижимала к вспотевшему лбу генерала бластер. Остальные пираты стояли вокруг и скалились.

– Предлагаю обмен, – крикнул Голди. – Ты нам зуб и карту, мы тебе толстяка.

– Согласен, – буркнул Краснобаев.

– Но это еще не все, – сказал Голди.

– Что тебе еще нужно?

– Вы оба сдаетесь в плен.

– Ты меня за дурака держишь? – громко спросил Краснобаев.

– Не хочешь в плен? – сделал вид, что расстроился, Бен Голди. – Эй, Кровосос, пристрели его.

Кровосос щелкнул бластером. Бочкин вздрогнул и зажмурил глаза, но громко сказал:

– Краснобаев, ни на что не соглашайся!

И за это тут же получил по животу удар кулаком. Бочкин согнулся и широко открыл рот, ловя воздух.

– Постой! – крикнул Иван Иванович. Не мог он смотреть, как мучают его любимого генерала. – Мы сдаемся!

А что еще оставалось делать?

Через несколько минут наши герои, связанные цепочкой были в плену у пиратов.

Капитан Голди вставил зуб капитана Плинта в свои наручные часы, которые могли показывать голографические картинки, и изучал карту Планеты Сокровищ. Перед этим он отогнал всех пиратов, чтобы они не подсматривали. Только попугай имел на это право.

Одноногий пират радовался как ребенок, который получил вкусную конфету. От радости он подобрел и поэтому не расстрелял пленников, как думал вначале, а приказал связать их.

– Вы пойдете с нами, – сказал он. – Искать сокровища. Мои сокровища. И вы увидите, как я их найду. А я насладюсь, то есть наслаждусь вашей завистью и вашем смятением. А потом я вас зарежу, и сделаю из ваших скелетов указательные стрелки. Так у нас у пиратов полагается.

Земляне только горько вздохнулии понуро опустили головы.

– Вперед! – скомандовал капитан пиратов.

И все и пираты, и их пленники ступили на узкую тропинку, которая вела по склону Копыта Слопа. Идти приходилось друг за другом, потому что тропинка была узкой. Искатели сокровищ растянулись длинной цепью. Впереди шел Крот, постукивая своей палкой и выбирая надежную дорогу, потом шли еще два пирата с бластерами наготове, затем ковылял на одной ноге Бен Голди, который все время поглядывал в карту, которую держал в руках, за ним шли пленники. Краснобаев Иван Иванович с гордо поднятой головой и презрительной усмешкой на губах, за ним привязанный к нему Бочкин, у которого лицо было особенно грустным, потому что генерал считал себя виноватым в том, что они попали в плен. Последним шел прапорщик. За ними, грозно урча, шел Бульдог, которому было поручено охранять пленников. И потом все остальные.

Они поднимались и не знали, что за ними следят два внимательных и настороженных глаза. Это за камнями, почти на отвесной скале прятался человек. Он выглядел, как самый настоящий дикарь. Волосы и борода его были невероятно длинные и спутанные. Одежда и обувь на нем были из звериных шкур. Глаза горели диким огнем. Когда-то его имя было Друн Ган. И когда-то он был лучшим другом капитана Плинта. Теперь же он называл себя – Хранителем сокровищ.

Друн Ган прожил на Планете Сокровищ десять лет, и не видел ни одного человеческого лица, с тех пор, как капитан Плинт оставил его в одиночестве охранять сокровища.

Да, это была очень трагическая история. Когда-то Плинт и Друн Ган были лучшими друзьями и вместе пиратствовали и прятали на этой планете награбленные сокровища. Однажды к ним в плен попала красивая девушка – дочка президента одной богатой планеты. Ее звали Лиа. Друн Ган влюбился в Лию без памяти. А девушка полюбила его. Но жадный и жестокий Плинт даже и думать не желал о том, чтобы они поженились. Ведь отец Лии готов был заплатить за свою дочь огромный выкуп. И тогда Плинт предательски обманул друга. Когда в очередной раз они прилетели на Планету Сокровищ, Плинт отправил друга в пещеру якобы для очередного подсчета награбленных богатств, а сам улетел в космос и конечно же увез с собой и Лию, которую вернул отцу за огромные деньги. Потом он несколько раз возвращался на планету, сгружал очередные партии сокровищ. И в первый же приезд он сообщил Друн Гану о том, что Лиа вышла замуж за одного принца из далекой галактики и очень счастлива, а о несчастном пирате даже и не вспоминает. Друн Ган чуть не умер с горя и сказал, что это его расплата за пиратство.

– Больше я никогда не буду пиратствовать! – сказал он Плинту. – И клянусь своей жизнью, что стану честным и порядочным человеком.

– Конечно, – согласился капитан. – Потому что ты будешь охранять мои сокровища. В наказание за то, что ты предал нашу мужскую дружбу, оставаться тебе здесь на веки вечные. А честность и порядочность от тебя мне только на руку. Теперь я уверен, что ты не ограбишь меня.

Так Друн Ган и остался на Планете Сокровищ вечным изгнанником и пленником. За годы, проведенные в одиночестве, он сильно изменился внешне и ничем не напоминал того прежнего красавчика пирата. Теперь это был настоящий первобытный человек. Лохматый, грязный, но в то же время ловкий и быстрый, как обезьяна.

Когда он увидел, как на Планету Сокровищ приземлились сразу два летающих аппарата, ни один из которых не принадлежал Плинту, он сразу стал следить за пришельцами. Земляне ему сразу понравились, потому что он сразу признал в них порядочных людей, он даже решил с ними познакомиться, но когда увидел пиратов во главе с Беном Голди, которого он хорошо знал, то очень испугался и затаился в укрытии, решив наблюдать, что будет дальше.

Когда он увидел, как земляне попали в плен, то почему-то неожиданно для себя решил им помочь. Но как это сделать? Пиратов слишком много. Вступать с ними в перестрелку пустое дело. К тому же у него не было оружия. Оставалось надеяться на ловушки, которые хитрый, жадный и предусмотрительный капитан Плинт расставил по пути к пещере с сокровищами.

Глава двенадцатая

ЛОВУШКИ КАПИТАНА ПЛИНТА

– Эй, вы, бездельники! – крикнул капитан Голди на тех, кто шел позади него. – А ну поторапливайтесь. Нечего плестись. Мы ведь к сокровищам идем, а не на эшафот. Хотя конечно, кто куда!

И он оглушительно захохотал. За ним захохотали и пираты. Они хохотали долго, пока их смех не прервался оглушительным криком:

– Караул!

И мимо пиратов что-то пролетело. Это что-то походило на огромное пушечное ядро. Только оно почему-то размахивало руками и ногами. И не сразу, но все поняли, что это вовсе и не ядро, а Крот, потому что у ядра этого были руки, и в одной из них была трость.

Слепой Крот шел впереди и ощупывал дорогу. Вдруг его палка нащупала что-то круглое, похожее на таз. И в этом тазу лежала золотая канистра. Чуткий слух Крота сразу уловил, как она звякнула, и пират, ничего никому не сказал и бросился в таз и схватил ее.

Он же не знал, что это ловушка. Ловушка капитана Плинта. И он не знал, что ни в коем случае нельзя хватать золотую монету.

А таз оказался гигантским ковшом замаскированной катапульты. Щелкнула пружина, и ложка катапульты с Кротом в ковше взлетела вверх.

– Один есть, – прошептал в своем укрытии Друн Ган и тихо рассмеялся.

– Карамба! – выругался капитан Голди. – Куда полетел этот бездельник? А, ладно, слоп с ним. Кровосос, иди теперь ты первым.

Длинный Кровосос осторожно извиваясь, пошел впереди. Через несколько шагов он подошел к следующей ловушке.

Это была замаскированная под вход в пещеру река. Обычная деревянная дверь, а на ней большой висячий замок.

– Тут дверь, капитан, – крикнул Кровосос.

– К слопу дверь! – крикнул Голди. Он сам уже не торопился, как прежде. – Открой ее, остолоп. Твоя башка все равно ничего не стоит, потому что в ней никогда не было мозгов.

Кровосос вытащил лазерный тесак и срубил замок. Осторожно открыл дверь и принюхался. За дверью была пещера и из нее пахло сыростью.

– Там что-то булькает! – крикнул пират.

Голди, который уже был готов побежать к пещере, услыхав это, тут же остановился и отпрянул назад.

И вовремя.

Из пещеры с шумом хлынул водный поток. Такой мощный и сильный, что мигом смыл Кровососа и унес его вниз к склону.

– Второй, – сказал сам себе Друн Ган и опять злорадно захихикал. Больше всего на свете космические пираты любят устраивать друг другу подобные шуточки.

– Опять ошиблись, – проворчал Голди. – Что ты будешь делать? Кто теперь пойдет первым?

Пираты стали прятаться друг за другом, но костыль командира безжалостно указал на одного из них.

– Крюк, – сказал Голди одному пирату, похожему на вопросительный знак, – пойдешь ты.

– Но, капитан! – завопил тот. Дуло бластера тут же уперлось ему в лоб.

– А что, ты прикажешь мне идти первым? Мне одноногому старому инвалиду? – грозно спросил Голди. – Где твое милосердие?

И Крюку ничего не осталось, как подчиниться, и он пошел впереди отряда. Он шел осторожно и внимательно смотрел под ноги и по сторонам. Но вперед он почему-то смотреть забыл. Пираты не всегда могут сконцентрироваться на нескольких объектах. Только на один-два не больше.

А впереди прямо из горы торчал длинный прямой шест с острым концом. Он торчал на уровне головы. Но Крюк был ростом не высок, и потому не видел его. А так он был еще и очень сутулый, чуть ли не горбатый, то шест прошел через петельку на спине Крюка, в которой он обычно держал обрезанное лазерное ружье, теперь оно было у него в руках. Крюк шел вперед, шест продолжал проходить через петельку. Внезапно дорога пошла вниз, но Крюк не спустился, а почему-то повис в воздухе, не понимая, что висит на шесте. Пират задрыгал ногами. Он ничего не понимал и очень испугался. Сначала он дико закричал, а потом начал палить из своего лазерного обреза.

Вот этого ему явно делать не следовало. Шест наклонился. Что-то где-то громко щелкнуло, И Крюк птицей взмыл в небеса.

Пираты даже рты открыли, смотря ему вслед и наблюдая его полет.

– Третий, – расхохотался в своем укрытии Друн Ган. Он радостно потирал руки, потому что не веселился так уже десять лет, с тех пор, как пережил личную драму своей жизни.

А пираты продолжали смотреть как в небе парит Крюк. И не обратили внимания на то, что впереди продолжался треск, который постепенно превратился в грохот.

Первым увидел, что по тропе, по которой они взбирались, катится огромный круглый камень, величиной два метра в диаметре, Голди. И пират бросился к склону и вжался в него всем телом.

То же самое сделал и капитан Краснобаев. Он заметил камень одновременно с одноногим и бросился в укрытие, не забыв конечно про друзей. Он увлек их собой, прижал к склону горы и прикрыл своим телом.

Остальные пираты этого сделать не успели и не догадались, и поэтому просто побежали обратно вниз. Камень прокатился мимо Голди и землян, не причинил им никакого вреда, сердито подпрыгнул на месте и покатился за ними.

– Караул! – кричали пираты. – Пощадите!

И лица у них были искажены страхом. Прошла минута и шум, который устроил камень и пираты укатился куда-то вниз. Пираты вопили где-то далеко внизу.

Голди с трудом встал на ногу, уперся на костыль и отряхнулся. Огляделся по сторонам и увидел, что остался один на один с пленниками. Другой бандит на его месте пришел бы в отчаяние, оставшись без своей банды. Но не таков был Бен Голди.

– Бездельники! Все-таки смылись. Нашли вескую причину для оправдания и смылись. Сбежали. Хе-хе-хе. Ну, ничего, я вас еще достану.

Затем пират посмотрел на Краснобаева, Бочкина и Окуркина, которые продолжали прижиматься к склону горы в нескольких метрах от него.

– Вставайте, – сказал он им. – Неужели убогий старик должен поднимать вас молодых, сильных и здоровых?

Земляне встали. Голди сокрушенно развел руками.

– Значит, теперь придется идти первыми вам, – сказал он и погладил свой бластер.

Попугай потянулся к бластеру клювом, но Голди отогнал его. Попугай потянулся еще раз, и дуло бластера глянуло ему в глаз.

– Ты хочешь полететь с ними? – спросил попугая Голди.

Птица забила крыльями и возмущенно произнесла:

– Только не это, шеф, только не это! Вороной буду.

– Так-то, – хмыкнул Голди и кивнул Краснобаеву. – А ну вперед!

И Краснобаеву с друзьями ничего не оставалось делать, как подчиниться. Земляне пошли вперед.

– Там какие-то веревочки, – сказал вдруг Окуркин.

Краснобаев посмотрел и действительно увидел впереди две туго натянутые веревки.

– Ловушка, – сказал он. – Смотрите не заденьте их. И ничего не говорите этому пирату.

И они осторожно переступили веревки и пошли дальше.

Но у капитана Голди тоже было хорошее зрение, и он тоже заметил веревки. Но переступить ему одноногому было нелегко, и он закричал:

– Эй, пусть толстяк вернется и мне поможет! Или перестреляю всех.

С последним доводом спорить было трудно. Бочкин нехотя побрел к пирату и стал помогать ему перебраться через веревки. Хотя из-за грузности генералу это было очень неудобно. А еще ему было жутко неудобно перед своими друзьями. Наконец Голди перебрался через веревки, но Бочкина не отпустил.

– Хороший мужик, – сказал он. – Он будет моим заложниклм. Это, чтобы вы не убежали.

И он ловко привязал генерала веревкой к своему поясному ремню.

Краснобаев с Окуркиным вздохнули и пошли дальше. Голди с попугаем и генералом за ними.

И вот наконец все они оказались на площадке, которая подковой вдавалась внутрь горы, и в центре ее был вход в пещеру. Теперь было видно, что это настоящая пещера, а не поддельная. Только подойти к ней было не так просто.

Вся площадка перед дверью пещеры была уложена капканами. Идти дальше не было никакой возможности. Краснобаев и Окуркин остановились и вопросительно глянули на одноногого пирата.

– Что вы стоите? – удивился тот. – Идите.

– Но ведь они же попадут в капканы, – сказал Бочкин.

– Ну и что, – ответил Голди. – На то они и капканы, чтобы в них кто-нибудь попался. Идите, идите, а то у меня терпение кончается.

Тут Краснобаев не выдержал.

– Послушай, приятель, – обратился он к пирату, – капканов тут слишком много. Целая сотня. Клянусь мамой. Мы попадемся в первый же из них, и что ты тогда будешь делать?

Голди задумался.

– Пожалуй ты прав, – он почесал голову. – Надо что-то придумать. Кто из вас может работать головой?

– А я уже придумал, – заявил Окуркин. – Я знаю, как пройти через капканы.

– Знаешь? – хором спросили его все, даже попугай.

– Да знаю. Мне нужен костыль.

Окуркин без церемоний отобрал у Бена Голди костыль и пошел к одному из капканов. Сунул в него костыль, и тот захлопнулся.

– Здорово придумано, – восхитился Голди. – Пожалуй, я не буду тебя убивать, и продавать тебя не буду, а возьму тебя себе, и может быть, даже запишу в свою команду.

А Окуркин костылем захлопнул еще несколько капканов, и передал его Ивану Ивановичу. Привязанный Бочкин тоже подобрал с земли какую-то палку, и они принялись за дело.

– Какие они умные, эти земляне, – пробормотал в своем укрытии Друн Ган. – Нет, они мне действительно нравятся. Посмотрим, как они справятся с последней ловушкой.

Вскоре путь вперед был свободен, и искатели сокровищ стояли перед дверью в пещеру. На этой двери не было ни замков, ни засовов, ничего, чтобы надо было открыть. Они уставились на дверь и задумались.

– Наверно надо что-то сказать, – сказал Бочкин, почесав голову.

– Правильно! – раздался вдруг приглушенный голос капитана Плинта. Все так и вздрогнули. Только это говорил не настоящий капитан Плинт, а его голосом пользовалось запирающее устройство. – Назовите пароль.

– Вот тебе на! – Нашим искателям сокровищ осталось только руками развести. Ведь пароля они не знали.

– Если через минуту вы не назовете правильный пароль, все вокруг будет взорвано, – ответила дверь.

Земляне и одноногий пират отпрянули назад и стали произносить разные слова.

– Сим-сим! Откройся!

– Не правильно.

– Сезам, откройся!

– Неправильно.

– Чайник! Курица, Слоп!

– Неправильно. Время идет. Осталось пятьдесят секунд.

Пират Голди выстрелил в дверь из бластера, но и это не помогло. Попугай хотел улететь, но хозяин схватил его и прижал к себе.

– Ты же поклялся умереть вместе со мной!

– Я был тогда пьян. Разве можно верить пьяной птице? Отпустите меня на волю. На волю! На волю хочу. Свободу попугаям!

И попугай опять упал в обморок.

– Опять он меня испачкал! – выругался Голди.

– Бежим назад? – закричали Бочкин и Окуркин.

– Все вокруг заминировано до самого низа, – опять ответила дверь голосом капитана Плинта. – Вы крепко сели на мель, потому что сейчас все умрете, гадкие похитители сокровищ! Вам осталось жить всего двадцать секунд.

Они опять начали кричать слова, но дверь все равно ничего не принимала. Друн Ган, который прятался неподалеку, над дверью и тот взволновался. Он понял, что в этот раз без его помощи земляне не обойдутся. Бена Голди он не жалел, но Окуркина, Бочкина и Ивана Ивановича он погубить не мог. Ведь десять лет назад, когда он влюбился в Лию, он поклялся стать честным и порядочным человеком. И вот у него сейчас появилась такая возможность доказать это. Да к тому же и сам он теперь был в опасности. И вот когда осталось десять секунд, он не выдержал и прыгнул вниз к двери.

– Эх, вы, – сокрушенно сказал он землянам, – Это же так просто. Слушай пароль.

– Слушаю.

– Слоп слопал слопа и облопался слопом.

– Пароль принят, – ответила дверь и ушла под землю.

– Ничего себе просто! – воскликнули Бочкин и Окуркин. – Да мы бы в жизни не догадались.

– Зачем делать такие трудные пароли? – Краснобаев тоже не удержался, чтобы не укорить незнакомца. – А кстати, кто вы такой, товарищ?

Некоторое время все молча смотрели на лохматое существо, в котором не так-то легко было узнать человека.

– Да это же Друн Ган, приятель Плинта! – воскликнул Бен Голди. – Он тоже пират! – Это он сказал землянам, а потом обратился к Друн Гану. – Отлично выглядишь, приятель, как я погляжу. И бухта у тебя что надо. А мы вот за сокровищами пришли, так что ты как раз вовремя. Где ты был раньше? Ваши с Плинтом шуточки нас чуть не доконали. Кстати, старина Плинт мертв! Так что можешь пойти в мою команду.

– Плинт мертв? – потрясенно спросил Друн Ган. – Мертв?

– Да-да, мертвее не бывает. Его затоптали его же дружки. А перед этим, вот эти парни еще и зубы ему все выбили. Не хотел бы я такой кончины. Ну, так как, ты с нами?

– Нет, Бен, – ответил Друн Ган. – Теперь я честный и порядочный человек. За те годы, что я провел здесь в одиночестве, в моем мировоззрении произошли огромные перемены. Ты скоро поймешь, почему.

– Ты твердо так решил? – скривив губы, спросил Голди.

– Вполне, – вздохнул Друн Ган.

– Тогда присоединяйся к ним.

Так Друн Ган тоже попал в плен к пирату Бену Голди. Таким образом, он и земляне стали товарищами по несчастью. Краснобаев даже пожал ему руку со словами:

– Вы вели себя самым благородным образом, дорогой Друн Ган. И мы от души предлагаем вам свою дружбу.

Скупая мужская слеза прокатилась по запутанной бороде Друн Гана.

– Эй, хватит разводить сопли! – прикрикнул на них одноногий. – Мы должны торопиться. Мне не терпится увидеть мои сокровища.

И все они вошли в пещеру.

Глава тринадцатая

СОКРОВИЩА КАПИТАНА ПЛИНТА

– Так, теперь первым пойду я! – объявил Голди.

Он боялся, что, увидев его сокровища, пленники обо всем забудут и нападут на него. А их теперь было слишком много. Голди сначала подумал о том, что стоит их убить, но не успел. Его единственная нога сама понесла его вперед в пещеру по длинному круглому тоннелю. Пират носом чувствовал близость сокровищ и забыл обо всем. Он даже бросил веревку, к которой был привязан генерал Бочкин.

– У тебя там случайно нет для него ловушки? – спросил Краснобаев Друн Гана.

– Пожалуй, нет, – ответил хранитель сокровищ и почему-то усмехнулся себе в бороду.

– Жаль.

Капитан Голди был все-таки инвалидом и поэтому шел не очень быстро. Можно даже сказать медленно. Ему было тяжело. Костыль его стал короче после капканов, да и устал он сильно. А вперед он никого не пропускал. Так что у Друн Гана было достаточно времени, чтобы поведать землянам свою историю. Его трагедия потрясла наших друзей. Особенно Бочкина. Генерал, не стесняясь, громко всхлипывал и стирал с лица обильные слезы.

– Вот и у моей Настены отец тоже не хотел, чтобы я на ней женился. Все ей генерала искал, а я тогда простым пилотом был. К тому же только капитан. Вот как сейчас ты, Краснобаев.

А тоннель словно и не думал кончаться. Они все шли и шли.

– Скоро будут сокровища? – спросил Друн Гана Окуркин, у которого глаза разгорелись, почти также как у Голди.

– Скоро, – ответил тот и опять усмехнулся в бороду.

Краснобаев заметил это, но ничего не спросил.

Попугай, который давно уже пришел в себя, не выдержал и слетел с плеча Бена Голди и полетел вперед.

– Куда, ты? – закричал пират. – Куда? Это мои сокровища! Не смей туда лететь!

Но попугай не слушал его. Голди выстрелил ему вслед из бластера и прибавил скорость. Он так ковылял на одной ноге, что сразу запыхался. Пот катил с него градом, на глазах появились слезы.

– Отдохните немножечко, – посоветовал Бену Голди генерал Бочкин, который и сам запыхался. – Вы же очень устали.

– Как я отдохну? – пропыхтел пират. – Ведь там ждут меня сокровища.

– Подождут. Никуда они не денутся. Пожалейте лучше себя. Надорветесь.

– Надорвусь? – Пират остановился и задумался. Подумал, подумал, потом глаза его сверкнули какой-то догадкой, и он довольно ухмыльнулся. – Нет, не надорвусь. Эй, вы, двое! – крикнул он Краснобаеву и Друн Гану. – А ну быстро ко мне.

Краснобаев и Друн Ган подошли.

– Двое сильных здоровых мужчин и не могут помочь одному несчастному старику-инвалиду, – стал бранить их Голди. – Вот вы меня и понесете к моим сокровищам. Быстро сцепите руки. А ты, толстяк держи мой костыль.

И Краснобаеву с Друн Ганом ничего не осталось делать, как подчиниться. И неизвестно, то ли оттого, что у Голди в руках был боевой бластер, то ли просто из чувства милосердия и жалости к этому действительно не молодому человеку, да еще и одноногому, но они взяли его на руки и понесли по тоннелю вперед. Бочкин и Окуркин за ними.

– Дайте ему по башке костылем, товарищ генерал! – посоветовал Окуркин Бочкину.

Но тот не согласился:

– Я не могу бить старого человека по голове. Он наверно пенсионер. А их обижать нельзя. Я сам скоро на пенсию должен выйти, в отставку. Тем более не могу его ударить. Сам ударь.

– Я тоже не могу бить стариков, – развел руками прапорщик. – Был бы он лет на двадцать моложе и с двумя ногами, тогда другое дело. А так…

Так они и продолжали путь.

Бен Голди не мог сидеть спокойно, все время ерзал и прыгал от нетерпения.

И тут прилетел обратно его попугай.

– Мама родная! – закричал он. – Там столько сокровищ, шеф! Столько сокровищ!

И сел хозяину на плечо.

– Быстрее! – взвыл Бен Голди. – Быстрее! Мои сокровища! Я бегу к вам. Бегу!

Но бежал не Голди. Бежали капитан Краснобаев и хранитель сокровищ Друн Ган, а пират колотил их своими маленькими кулачками. И они не сбросили его, Краснобаев по той же причине, что и Бочкин с Окуркиным не ударили Голди костылем, а Друн Ган, потому что хотел оставаться порядочным и благородным до конца, к тому же он имел еще одну причину. Но об этом позже.

Через две сотни шагов тоннель кончился, и все они оказались в огромном гроте.

У людей захватило дыхание, когда они увидели, что весь грот забит сокровищами как пещера Али Бабы. Золотые монеты лежали кучами, в каждую из которой мог бы зарыться не один человек, золотые слитки были сложены в кирпичные колонны и достигали потолка пещеры, а он был на высоте десяти метров. Между кучами золотых монет и слитковых колонн стояли сундуки с открытыми крышками, и в них сверкали разноцветными огнями брильянты.

Зрелище было завораживающим. Все, кто это увидел, застыли в изумлении и долго не могли вымолвить ни слова, и не двигались с места.

Капитан Плинт кашлянул, и его кашель привел Бена Голди в себя. Он спрыгнул с рук, на которых сидел, и на одной ноге как кузнечик попрыгал (от возбуждения он даже не вспомнил про костыль) к сокровищам.

– Мое! – кричал он. – Это все мое! Первый, кто притронется к моим сокровищам, расстанется с жизнью! Мои сокровища. Мои!

Пират прыгал, кидаясь из стороны в сторону. Он совершенно забыл про усталость, жажда золота дала ему невиданные силы и энергию. Он метался от одной кучи золота, и не добравшись до нее, бросался к другой, от одного сундука к другому. Глаза его горели жадным и восторженным блеском. Земляне забыли про сокровища и теперь смотрели только на одноногого пирата, который начал, как казалось, сходить с ума. Зрелище усугублял еще и попугай, который также бешено метался над головой своего хозяина и тоже горланил разные глупости и ругательства.

– Канистры! Канистры! – кричал он и хрипло хохотал. Перья у него растрепались и он больше напоминал какую-то разноцветную летающую мочалку, чем птицу.

Так они и метались вдвоем. Одноногий пират Бен Голди и его глупый попугай.

– Вот видишь, прапорщик, что делает с людьми жажда золота, – учительским голосом сказал Бочкин и поднял вверх указательный палец. – Это алчность. Если бы мы не были пленниками, то наверно повели себя точно также.

– Да, товарищ генерал, – согласился Окуркин, – это точно.

– Полная потеря собственного достоинства, – покачал головой Краснобаев.

Друн Ган ничего не сказал. Только усмехнулся, и в этот раз не стал прятать свою усмешку в бороду. Он вытащил из под шкуры, которая заменяла ему куртку, трубку и закурил. С этой пиратской привычкой он так и не смог расстаться, как ни старался.

А одноногий пират еще долго метался, так и не решаясь дотронуться до сокровищ. Наконец он совершенно вымотался, остановился и глубоко вздохнул.

– Мое! – вскрикнул он в последний раз и, расставив руки в сторону, свалился на самую большую кучу золотых монет. Словно хотел обнять ее.

И тут произошло такое, что у наших героев глаза на лоб полезли, когда они это увидели.

Бен Голди упал на кучу, и вдруг пролетел ее насквозь, и оказался на полу грота. Закопошился, не понимая, что происходит, и загреб руками. Но вместо денег его руки почему-то загребали голый холодный каменный пол.

– Что такое? – спросил пират, продолжая загребать пол руками. – Где деньги? Вот же они!

Деньги и в самом деле были, пират сидел прямо в целой куче денег, и в то же время он сидел на полу. Деньги были и огромное множество, но пират не мог дотронуться до них, как ни старался.

– Что такое? – спросил он обиженным голосом.

Земляне тоже ничего не могли понять. Они тоже видели деньги своими глазами. Деньги и другие сокровища и не могли понять, почему не может Бен Голди их взять.

И тут Друн Ган не выдержал и расхохотался. Громко и звонко.

Бен Голди уставился на него, и из его глаз потекли слезы.

– Обман! – крикнул он. – Это всего лишь голография. Обман зрения! Подлый обманщик!

В ответ хранитель пиратских сокровищ захохотал еще громче, просто согнулся от хохота.

Глядя на него, стали хохотать и Бочкин с Окуркиным и Иван Иванович. Их неудержимый хохот разнесся по всему гроту и ответил многочисленным эхом. Они просто попадали все от смеха.

А вот Бену Голди было не до смеха. Он разрыдался. Залился слезами, как водопроводный кран. И чем громче смеялись земляне и Плинт, тем громче и горестнее рыдал одноногий пират. С ревом и рыданиями, оставляя за собой слезы и сопли, он ползал по гроту и пытался найти хотя что-нибудь настоящее. Но ничего не находил. Все было поддельное.

Краснобаев, Бочкин и Окуркин как маленькие дети с хохотом стали бегать друг за другом. Они пробегали все эти несметные сокровища насквозь, и им было интересно и весело. Они пинали сундуки, но ничего не чувствовали, ныряли в кучи золота и падали на пол, толкали друг друга на колонны из золотых и платиновых слитков и опять падали. До чего же это весело!

Вот что за сокровища оказались на Планете Сокровищ.

Когда Бен Голди понял все это, глаза его налились кровью, и он с трудом встал, с ожесточением отняв у Бочкина свой костыль, который тот ответственно держал при себе.

– Ну что ж, раз вы меня обманули, то я вас всех за это перестреляю! – сказал он.

И он щелкнул бластером. Но из страшного космического боевого оружия вместо лазерного или фотонного луча с шипением вылетел мыльный пузырь, надулся до огромных размеров, и с грохотом лопнул.

Попугай упал в обморок прямо на шляпу своего хозяина.

– Что это? – опять не понял Голди. – Почему он не стреляет?

И он попробовал выстрелить еще раз. И еще один мыльный пузырь лопнул с оглушительным треском.

– Зря стараешься, – сказал Друн Ган. – Я разрядил твой бластер, когда мы с другом тащили тебя сюда.

– Разрядил? Как же ты смог это сделать? Ведь руки у тебя были заняты.

– А я сделал это при помощи телепатии. Разоружил твой бластер своей силой воли и мыслью, приказал ему поменять свое атомное строение. И из бластера он превратился в безобидную игрушку для детей. Теперь тебе будет, чем пускать мыльные пузыри в ванной. Это лучше, чем заниматься пиратством.

Бен Голди посмотрел на свой бластер и неожиданно для всех расхохотался.

– Ну что ж, сдаюсь. Сдаюсь, сдаюсь, сдаюсь! Вы меня победили. – И он развел руками. – Надеюсь на ваше милосердие.

– Какой хитрый, – возмутились земляне. – С нами ты не был милосердным!

– Разве я чем-нибудь вас обидел? – спросил пират. – Хоть пальцем тронул? Ну, признайтесь, тронул?

Друзья подумали и сказали:

– Нет вроде бы, не тронули.

– Вот видите! – Голди расхохотался еще раз. – Я никогда не обижаю людей. Думаете, я не знал, что бластер не заряжен? Знал. Очень хорошо знал. Поэтому и стрелял. Хотел пошутить. Ведь вы же надо мной подшутили? Подшутили. Вот и я пошутил. Слоп с ними с сокровищами! Главное, что я подружился с такими замечательными людьми, как вы. Эй, капитан, – Бен Голди обратился к Краснобаеву, – ты ведь тоже не станешь обижать инвалида. Ведь ты нес меня на руках, словно своего старого беспомощного отца. Да и я тебя за эти минуты полюбил как сына. И тебя тоже, Друн Ган! Помнишь, сколько раз я звал тебя в свою команду? Ты всегда был мне братом. Ну, неужели ты меня убьешь?

Друн Ган рассмеялся:

– Ах, ты старый хитрец, всегда давишь на жалость. Каждый раз та же история. Слоп с тобой.

– Слушай, Друн, – обратился вдруг к нему Окуркин, – неужели тут действительно нет никаких сокровищ?

– Да, – подхватил Бочкин, – неужели мы зря преодолели столько преград и испытали столько приключений?

– Неужели тут только обманные сокровища? – не удержался и Иван Иванович.

А у Бена Голди сразу при этих вопросах зашевелились от любопытства уши.

– Конечно, есть тут настоящие сокровища, – ответил с улыбкой Друн Ган. – Хотите, покажу?

– Конечно, хотим! – закричали все хором. Даже попугай.

– Ступайте за мной.

И хранитель сокровищ пошел в самый дальний угол пещеры, туда, где не было ничего, ни сундуков, ни слитков, ни золотых гор. Все последовали за ним. Друн Ган подошел к стене и приложил к ней свою руку. Стена сразу отъехала в сторону, и глазам присутствующих предстал новый грот. Он был намного больше первого и полностью заставлен, заставлен…

…заставлен, чем бы вы думали? Ни за что не угадаете!

Книжными шкафами!

Все так и сели.

Длинный широкий грот весь был заставлен книжными шкафами полными книг. Книги, книги, книги. Самых разных размеров и видов. Со всех планет и миров. От пола до потолка книги. Огромное количество книг.

– Вот они мои настоящие и самые великие сокровища! – с гордостью произнес Друн Ган. – Моя библиотека. Я собирал ее десять лет, с тех пор, как коварный капитан Плин оставил меня здесь одного караулить его неправедные сокровища. Что мне было делать в полном одиночестве? Конечно я затосковал смертельно и обязательно бы умер от тоски, если бы у меня не был ретрансляторный почтовый ящик для мелких посылок. С его помощью я мог получать по космической почте какие угодно вещи, но только небольших размеров. Сначала я заказывал себе предметы обихода и продукты, но однажды в ящике оказался каталог «Книга космопочтой», и я выписал несколько книжек. Когда они прибыли, я тут же их прочитал и заказал новые. И пошло. В месяц я заказывал сначала по сто, а потом и по двести-триста книг. И это занятие так меня захватило, так увлекло, что я начал собирать библиотеку из книг со всей галактики, и с соседних тоже. Расплачивался, разумеется, сокровищами. Плевать я на них хотел! На эти неправедные сокровища! Ведь это из-за них я стал несчастным отшельником. А вот книги, они стали моими настоящими друзьями. Но, к сожалению, сокровища стали понемногу кончаться, ведь я покупал самые редкие и дорогие книги. Я испугался, что Плинт убьет меня, и поэтому стал заменять истраченные сокровища голографическими. И Плинт, который за эти десять лет прилетал сюда всего три раза и вечно очень спешил, ничего не заметил. А теперь он мертв, и мне нечего бояться. Как я счастлив!

Глава последняя

ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНАЯ

На этом, можно сказать, история про Планету Сокровищ и закончилась, потому что дальше уже ничего особенного и интересного не было.

Да. Оказавшись в библиотеке Друн Гана, наши герои разбрелись по ней, чтобы посмотреть, полистать и почитать книжки, тысячи которых приманили их своими корешками.

Даже Бен Голди и тот схватил какую-то книгу про пиратов и стал читать ее, да так увлекся, что оторвать его от нее уже было невозможно. Да никто и не пытался это сделать, потому все поступили точно также.

Это были очень удивительные книги. С виду они почти ничем не отличались от тех книг, которые читаем мы с вами. Но это только на первый взгляд. Это были живые книги, наделенные интеллектом.

Во-первых, они сразу настраивались на того читателя, который взял их в руки. Содержание тут же становилось на том языке, на каком мог читать читатель. Буквы могли менять размеры и цвета, как кому нравиться. А картинки! Какие замечательные картинки в этих книгах. По желанию они могут оживать и становиться голографическими, и все, что ты читаешь, можно тут же и посмотреть. Книга сама потом с тобой может поговорить о себе, поинтересоваться, понравилось ли она читателю, а что именно понравилось, и что больше всего, порасспросить о жизни о делах и в конце концов посоветовать другую книгу, такую же интересную. Но были тут и самые необычные книги. Одни были похожи на огромные красивые цветы, другие на экзотических рыб, третьи представляли собой маленькие кристаллы, которые нужно было вставлять себя в ухо и слушать удивительные истории, четвертые были похожи на очки, и их надо было надевать на глаза, и тогда все можно было увидеть. А были книги размером в шкаф. Стоит открыть такой шкаф, залезть в него и закрыть за собой двери, как ты сам становишься участником, а то и главным героем самых удивительных и захватывающих событий и приключений.

Вот какие были книги в библиотеке хранителя сокровищ. Да, действительно, они и были самыми настоящими сокровищами.

Целую неделю наши герои не могли начитаться. Они даже не заметили, как в пещеру пришли остальные пираты и тоже разбрелись среди полок и шкафов. Даже слепой Крот и тот присоединил свой мозг к специальному гнезду-входу в одной из книг и углубился в чтение.

Когда же Краснобаев, Бочкин и Окуркин опомнились и вернулись на свой звездолет, Базилевс встретил их обиженным молчанием.

Долго пришлось землянам уговаривать его не сердиться на них, не дуться и простить. Катер смягчился только тогда, когда его вымыли и выдраили сверху до низа, рассказали про все свои приключения и показали те книги, которые их задержали.

И, представьте себе, катер тоже увлекся книгой про жизнь звездолетов в соседней галактике, так увлекся, что сразу позабыл обо всех обидах.

– Да, вы, правы, – сказал он, когда кончил читать. – Это замечательные книги.

И вот, наконец, пришла пора, покидать Планету Сокровищ.

Иван Иванович Бочкин и Окуркин по-дружески распрощались с пиратами. Каждый из них держал в руках по стопке книг. Им подарил их капитан Друн Ган. Торжественно они взошли на Базилевс, который сыграл для такой важной минуты, блистательный марш полонез из оперы Чайковского «Евгений Онегин». Из иллюминаторов они помахали всем на прощание.

Пираты махали им в ответ. Бен Голди поднял над головой костыль и размахивал им. Над его шляпой бешено махал крыльями попугай.

Они взлетели и через минуту уже покинули атмосферу Планеты Сокровищ. На ее орбите одиноко болтался пиратский крейсер. Помятый и грустный.

– Ничего, дружище, – сказал ему Краснобаев, держась за штурвал управления, – приведут тебя в порядок, и станешь ты честным грузовым звездолетом.

– Да, да! – согласились Бочкин и Окуркин. – Он будет перевозить книги.

– Слишком много слов про это разбитое корыто! – фыркнул Базилевс. Он всегда очень ревниво относился ко всем другим звездолетам и очень не любил, когда при нем говорят про другие звездолеты. Ему хотелось, чтобы всегда и все говорили только о нем. Оказывается, у звездолетов тоже есть тщеславие. Да еще какое!

Это был интересный полет, который занял почти два дня. Они опять пролетели через Плим и Пампунию, только в этот раз, это был совершенно безопасный путь. Про него землянам рассказал Друн Ган. В Плиме оказался широкий тоннель. Базилевс, управляемый Краснобаевым нырнул в него, и они просто пролетели его насквозь без всякого для себя риска.

– Даже не интересно, – сказал Бочкин.

– Буднично, – согласился с ним Окуркин.

Дальше они вылетели из Плима с другого боку, и там тоже был совершенно безопасный путь, который привел к созвездию совсем близкому к нам, то есть я имею в виду, к Земле.

– Вот лучшее место для гиперпрыжка в наше созвездие, – сказал Базилевс. – Отсюда мы попадем прямо в Солнечную систему.

И Базилевс поскрипел своими электронными мозгами, проводя сложнейшие расчеты.

– Всем пристегнуть ремни! – приказал Иван Иванович.

– Есть, пристегнуть ремни!

– Уходим в гиперпространство! – объявил Базилевс.

Через мгновение Базилевс рванул вперед, потом вспыхнул ярким оранжевым пламенем и исчез. Космос остался пуст.

Вот и закончились приключения капитана Краснобаева и его друзей на Планете Сокровищ.

Ах, да! Вы наверно спросите, а что стало с пиратами Беном Голди, Кротом, Бульдогом, Кровососом и остальными и с самой Планетой Сокровищ? Коротко отвечу.

Пираты так и остались на зеленой планете. Не смогли они покинуть ее, и не потому что у них не было звездолета, а потому что жаль им было покидать удивительные книги, которые открыли для них другой, более интересный и не изведанный до селе мир. Мир чтения. Мир знаний.

Они остались и со временем благоустроили всю планету. Построили на ней дома, гостиницы, стадионы и бассейны, провели дороги и магистрали, открыли космодром. Всему этому их научили удивительные книги. Но самое главное, все они перестали быть пиратами и стали заядлыми любителями и собирателями книг и через несколько лет построили замечательную библиотеку, такую замечательную, что она вскоре стала самой знаменитой и популярной в трех галактиках, и сюда стали съезжаться жители с сотен планет. Сами пираты стали библиотекарями, большими специалистами своего дела. Бен Голди стал директором главной библиотеки, которая носит имя капитана Краснобаева, и почетным председателем создавшегося затем Межгалактического общества книголюбов имени Бочкина и Окуркина. Друн Ган же был избран почетным президентом планеты. Зеленая планета стала доступной для всех желающих. И ее название так и осталось прежним:

«ПЛАНЕТА СОКРОВИЩ»

Однако наши герои ни о чем этом не знали. Они просто летели на Землю и были полны одним единственным желанием – как можно быстрее оказаться дома. Но дома, как оказалось впоследствии, они оказались несколько позже. Дальнейшие события несколько их задержали. Но не будем забегать вперед.

ИСТОРИЯ ВТОРАЯ

МАРСИАНСКАЯ ПРИНЦЕССА

Глава первая

БУТЫЛКА С ЗАПИСКОЙ О ПОМОЩИ

Базилевс совершил гиперпрыжок, и его доблестный экипаж увидел в лобовом иллюминаторе Солнечную систему. Катер увеличил изображение, сделал его трехмерным, и она предстала перед космическими путешественниками как на ладони. Огромный шар солнца мирно светился темно-желтым светом, а вокруг него крутились на своих орбитах до боли знакомые и родные планеты. Величественный Сатурн, таинственный Плутон, кокетливая маленькая Венера, грозный и воинственный Марс и конечно же матушка Земля. Родная, такая близкая и одновременно далекая.

– Ну, вот мы и дома, товарищ генерал, – вздохнул Иван Иванович.

– Там моя База, – Бочкин смахнул с глаз набежавшую слезу. – Знаешь, Краснобаев, вроде мы не так долго в космосе были, а я уже успел по ней соскучиться. И процедуры надо закончить.

– Ничего, – успокоил генерала Окуркин, – сейчас дома будем. Немного ждать осталось. Я тоже домой хочу! Если честно, то не так уж в космосе и интересно. Одни звезды да планеты. У нас на базе да в сержантской школе куда интереснее.

– До Земли еще тридцать часов пути, – тут же охладил его восторг Базилевс. – И то, если по прямой траектории.

– Вот, что, прапорщик, – сказал тогда Бочкин, – Пойдем лучше готовиться к приезду домой. Упакуем вещи, которые возьмем с собой, приведем в порядок форму. Нельзя выглядеть чучелом, когда сходишь на родную планету.

И генерал с прапорщиком пошли собираться.

Краснобаев остался в кабине управления один.

– Ну что, Базилевс, – обратился он к катеру, ласково поглаживая кнопки и клавиши на пульте управления, – кажется, скоро мы с тобой расстанемся. Не так ли?

– Так точно, – как живой вздохнул катер.

Краснобаев тоже вздохнул:

– А ведь я успел к тебе привязаться, – сказал он. – Неужели вот так вот возьмем и расстанемся навечно?

– А куда нам деваться? – ответил Базилевс. – Так уж получилось. Да и служба вас ждет на Земле.

– Это точно.

Капитан и катер немного помолчали. Потом Краснобаев осторожно спросил:

– И ты в самом деле после приземления на Землю распадешься на атомы?

– Да, так заложено в моей программе. Задание мы выполнили. Теперь мне осталось только доставить вас обратно, и мой долг перед вселенной будет выполнен.

– Нет, не могу я с этим согласиться! – хлопнул кулаком по ручке кресла Иван Иванович. – Не могу! Это ведь неправильно. Ты можешь еще летать и летать. Совершенно новый корабль. Что-то твои техники не досмотрели.

– Не надо так волноваться, капитан, – стал успокаивать Краснобаева Базилевс. – Мои инженеры все сделали правильно. Моя модель сделана специально для вас. В единственном экземпляре. Дело в том, что я принадлежу вам и только вам, но так как вы земной житель, то на вашей планете я не могу существовать. Ради вашей же безопасности. А вдруг я попаду в плохие руки? Мало ли что с вами может произойти? Поэтому и предусмотрена временная раскомплектация.

– Раскомплектация?

– Да.

– Что это значит?

– Это значит, что если понадобится, то я могу воссоздать себя заново. Если это понадобиться галактике. Но это мало вероятно. В ближайшие две тысячи лет, нам вряд ли что угрожает. Так что побыстрее разбирайтесь на Земле со своими проблемами и милости просим в Межгалактическое сообщество.

– Спасибо, ты меня успокоил, – облегченно вздохнул Краснобаев. – А то я уж думал, что ты на утиль пойдешь, как наши МИГи, которые после верной службы вместо музеев отправляются на металлолом и пылятся на свалках. Но моего Мигунка я на произвол судьбы не брошу. Добьюсь ему пенсию, когда понадобится.

И чтобы отвлечься от грустных мыслей капитан и боевой звездный катер занялись определением последнего маршрута.

– Курс на планету Земля, – скомандовал Краснобаев.

– Есть, курс на планету Земля, – ответил Базилевс.

– Надеюсь, нам ничего не помешает, и мы без задержек доберемся до дома.

– Я тоже так думаю, – пробормотал катер. – У нас на пути только Марс. Пролетим мимо него и помашем платочками. Заодно вы на него и посмотрите. Можем даже высадиться. Или вам больше Луна приглянулась?

– Лучше не соблазняй, Базилевс, – махнул рукой Иван Иванович, а сам даже задрожал от этой мысли.

Побывать на Марсе. Это ли не мечта любого человека?

И тут в кабину вернулись Бочкин и Окуркин. Они уже собрались.

– Мы полетим на Марс? – тут же спросил Бочкин, который слышал конец разговора.

– Нет, мы полетим на Землю.

– А кто тут говорил про Марс? – Бочкин подозрительно посмотрел на Краснобаева.

– Вам послышалось, товарищ генерал, – уверил его Иван Иванович.

– Жаль, – вздохнул генерал. – А я бы на Марс заглянул. Это ведь мечта любого землянина.

– А мне не жаль, – сказал Окуркин. – Я домой хочу. Воевать больше не с кем. Что без толку по космосу болтаться? Да и вы, товарищ генерал, не все процедуры прошли. А в них, я слыхал, нельзя перерывов делать.

– Да, процедуры – дело важное. А может, напоследок хотя бы выйдем в космос? Метеориты половим. – грустно спросил Бочкин. – Последний ведь раз. Кто знает, может, мы больше никогда в жизни не будем в космосе? Что ты об этом думаешь, капитан?

Краснобаев и Окуркин задумались. Прапорщик немного побаивался выходить в открытый космос, но его сильно привлекала мысль о том, что в космосе можно набрать немало драгоценностей. Он сразу засомневался.

– Невесомость можно устроить и на борту катера, – вслух подумал Краснобаев.

– Да ну, на корабле! – махнул рукой Бочкин. – Никакого интереса! Никакой романтики.

С последним доводом Краснобаев не смог не согласиться.

– Ладно! – махнул он рукой. – Полетаем напоследок. Хлебнем невесомости.

И через несколько минут, облаченные в скафандры и с огромными сачками, такими крепкими, что ими можно запросто поймать пулю выпущенную из автомата Калашникова, они были в открытом космосе. С Базилевсом их связывал только тонкий трос, который позволял отдаляться от звездолета хоть на километр.

Интересное занятие – ловить бабочек или стрекоз на лугу. Увлекательное и поучительное. Развивает мышцы тела, гибкость суставов, остроту взгляда и быстроту реакции.

Ловить в условиях невесомости мелкие метеориты, занятие не менее увлекательное. А некоторые считают, что интереснее этого вообще ничего не бывает. Ну, с этим я например не могу согласиться. Один мой знакомый считает, что нет ничего интереснее, чем стрельба пробкой из – под шампанского по рюмке, которая стоит на голове у лучшего друга. У всех свои вкусы.

Тем не менее, наши герои так увлеклись охотой на метеориты, что очень скоро забыли обо всем на свете.

На спине у каждого из них был вмонтирован нейтральный двигатель, который позволял свободно передвигаться в условиях невесомости. Так что каждый из них представлял собой миниатюрный звездолет. И они гонялись за метеоритами и друг за другом. Даже генерал забыл, что он взрослый мужчина, летчик, потерял всякую солидность и резвился как маленький. Да и кто тут в миллионах километрах от Земли может его увидеть? А Василий Митрофанович боялся только одного человека на земле. Своего командира маршала Штопорова, ну еще немного жену Настену.

Так они баловались наверно часа два, набрали всякой всячины целый мешок, тут были и золотые самородки, и брильянты величиной с куриное яйцо и кристаллы, переливающие всеми цветами радуги. Они за ними гонялись и ловили их и складывали в мешок, пока вконец не устали. Насладились невесомостью до конца. В последний раз все-таки.

И уже, когда капитан дал команду возвращаться на корабль, Окуркин вдруг увидел что-то, что совсем не было похоже на метеорит.

– Что это? – испуганно вскрикнул он, показывая пальцем вперед.

В нескольких десятках метрах от них плавал странный предмет, очень знакомый на вид.

– Сейчас я его принесу!

Бочкин нажал кнопку на животе, включился реактивный двигатель у него на спине, и генерал ракетой полетел к предмету. Окуркин кинулся за ним.

– Товарищ генерал, – обиженно кричал он, – я первый заметил. Это мое!

Но Бочкин не слушал его. Он схватил предмет рукой и полетел обратно.

– Бутылка! – взволнованно сообщил он. Генерал был похож на мальчишку, который нашел карту с кладом. – Настоящая бутылка! Я уверен, что в ней записка. Зовут на помощь. Кто-то потерпел бедствие и зовет на помощь.

Все с ним были согласны. Что ж, космос это тот же океан, в котором может случиться всякое.

Через несколько минут они были уже в кают-компании осматривали бутылку.

Это была самая обычная бутылка от шампанского. Большая, зеленая и с толстым стеклом. И было видно, что внутри нее, в самом деле, лежит свернутый в трубку листок бумаги. Когда звездолетчики увидели его, то задрожали от нетерпения и волнения за того, кто эту записку написал.

– Давайте быстрее ее откроем! – прошептал Бочкин.

И они с Краснобаевым уже собрались разбить бутылку, но предусмотрительный прапорщик их остановил:

– Погодите, товарищ генерал! А вдруг внутри бутылки опасный для человеческого организма газ? Неизвестно, с какой она планеты. Надо с ней быть поосторожнее. Пусть сначала Базилевс откроет ее в своем изолированном шкафу, сделает анализ, проведет экспертизу и тогда…

С этими словами Окуркин отдал бутылку звездолету, и тот довольный, что ему оказали такую честь, зашуршал электронными мозгами и заскрипел манипуляторами. Люди видели через стеклянную дверцу изолированного шкафа, как он осторожно вертит бутылку, осматривает ее, измеряет и просвечивает рентгеновскими лучами. Затем раздался громкий хлопок, это вылетела пробка из бутылки.

– Все в порядке, – сообщил Базилевс. – Ничего опасного для человеческих существ в этой бутылке нет. Воздух обыкновенный. Кислород и водород. Сейчас я выну записку.

Он вынул записку.

– И записка обыкновенная. Бумага папирусная, хрустящая. На ней надписи неизвестными чернилами. Так… – Базилевс опять стал шуршать компьютерами, двигать манипуляторами, – в составе чернил яда не обнаружено.

– Тогда давай ее быстрее сюда! – воскликнул Окуркин.

– Слушаюсь, – сказал Базилевс и положил бутылку и записку прямо в руки прапорщику.

Окуркин развернул записку и стал внимательно осматривать ее. Через секунду на его лице появилось разочарованное выражение.

– Да ну, – протянул он, – здесь не по-русски написано.

Бочкин взял у нее листок с надписями:

– Конечно не по-русски. Мы же в космосе, чудак! Кто тут тебе будет писать по-русски? Наверно здесь по-английски. Ну-ка, дай я посмотрю. Нет, не по-английски. Ну-ка ты посмотри, Ваня.

И он протянул листок капитану. Краснобаев тоже внимательно оглядел листок и произнес:

– Здесь не по-русски, не по-английски, не по-французски и не по-немецки.

– А может по-китайски? – спросил Окуркин.

Краснобаев покачал головой:

– И не по-китайски. И вообще не похоже ни на один земной язык. Ясно одно, эта бутылка не с нашей планеты. Может ты знаешь, Базилевс, что это за язык?

– Ну-ка, ну-ка? – довольным голосом забормотал катер. Ему было приятно, что земляне не могут обойтись без его помощи в таком важном деле. – Дайте посмотреть. Так. Так-так…

Он что-то забормотал, замигал всеми лампочками, что горели на его борту, зашуршал компьютерами и даже чем-то погудел.

– Мне все ясно, – наконец сообщил он сгорающим от нетерпения землянам. – Это бутылка с Марса.

– С Марса?!! – воскликнули разом Краснобаев, генерал Бочкин и прапорщик Окуркин.

– Да, с Марса. У меня нет никаких сомнений. Язык Муты-Гуру, то есть один из трех основных языков, на котором говорят представители красной расы. Короче говоря, марсиане говорят и пишут на этом языке.

– Ты можешь перевести нам, что там написано?

– Конечно. Слушайте. И Базилевс начал читатькороткое марсианское письмо. Вот что в нем было написано:

«Я марсианская принцесса Алегрия, дочь королевы Аэлиты, попала в беду. Меня заточил в своей башне злодей Лагримос-Черный Нос. Он силой заставляет меня жениться на нем, чтобы овладеть троном, страной и повелевать моим красным народом. Скоро мне исполнится семнадцать лет, и если я до этого не дам согласия выйти замуж за Лагримоса, он убьет меня и объявит себя тираном. Это страшный человек. Марсиане боятся его и не смеют вступиться за меня. У меня надежда только на героя из космоса. Спасите меня и мою страну! И всю планету.

Дата:

1121 год великой эры, 10-ый день синего месяца желтого календаря.

Подпись:

Принцесса Алегрия, дочь королевы Аэлиты.

Постскриптум:

Мой день рождения наступит через сорок дней. Торопитесь!»

Глава вторая

КУРС НА МАРС!

Когда Базилевс все прочитал и вывел на экран дисплея текст письма, переведенный на русский язык, в кают-компании возникла гнетущая тишина. Все думали о несчастной принцессе, которой грозит страшная опасность или даже смерть.

– Мы должны лететь на Марс и выручать принцессу Алегрию! – заявил Бочкин.

– А вдруг мы опоздали? – спросил Окуркин, которому совсем некуда не хотелось спешить, и которого письмо сильно разочаровало. Ведь он думал, что узнает, где спрятаны горы сокровищ, а вместо них надо кого-то там спасать. – Вдруг принцессе уже исполнилось семнадцать лет? Ведь бутылка в космосе могла находиться очень долгое время.

– Все может быть, – согласился Краснобаев и обратился к Базилевсу, который в очередной раз доказал, что знает все на свете. – Какое сегодня число на Марсе?

– Двадцать первый день синего месяца желтого календаря.

– Мы не опоздали, – сказал Краснобаев. – Время еще есть.

– Отлично! – обрадовался Бочкин. – Быстрее летим на Марс! Пока нас кто-нибудь не опередил.

– Постойте, постойте, а как же Земля? – обеспокоено спросил Окуркин. – Как ваши процедуры? Мы же должны вернуться домой.

– Ну, прапорщик, ну что ты такое говоришь? – стал отчитывать его Бочкин. – Тут принцесса, понимаешь ли, погибает, а ты тут со своими процедурами лезешь. Разве можно пройти мимо того, кто попал в беду и дожидается твоей помощи? Преступление – не оказать помощь попавшему в беду. Разве не так? А ты как думаешь, Краснобаев?

– Так же, как и вы, товарищ генерал! – заверил Бочкина Краснобаев.

– Тогда летим на Марс спасать принцессу! – потер руки Бочкин. – Командуй, Краснобаев!

– Курс на Марс, – скомандовал Иван Иванович.

– Есть курс на Марс! – И Базилевс слегка, на одну десятую градуса изменил полет. Только его точные приборы могли зафиксировать это. И полетел не мимо красной планеты, как предполагалось ранее, а прямо на нее.

А доблестный звездный экипаж начал готовиться к операции по спасению марсианской принцессы Алегрии.

– Так значит, на Марсе есть жизнь, – почесывая затылок, произнес Иван Иванович. – Живут значит на нем наши братья по разуму?

– А то, как же, – согласился с ним Бочкин. – Конечно, живут. Я в этом никогда не сомневался.

– И даже раньше, чем люди на Земле, добавил Базилевс.

– И много их там?

– Несколько миллионов. Планета хоть и больше Земли, но к жизни менее пригодная. Условия для жизни тяжелые. Но люди там работящие, смелые, добрые.

– Какие же они добрые, если мучают бедную принцессу? – проворчал Окуркин.

– А как они выглядят? – полюбопытствовал Бочкин. – Тоже небось зеленые с рогами?

– Вовсе нет. Они почти такие же как и вы, люди, – ответил Базилевс. – Сейчас я их покажу.

На экране возникли изображения марсиан. И они действительно почти ничем не отличались от землян. Только цвет кожи имели с несколько красноватым оттенком.

– Они похожи на северо-американских индейцев, – сказал Краснобаев. – Значит, нам тоже надо будет изменить свой цвет кожи. Ты сможешь это сделать?

– Пара пустяков. Три минуты под ультрафиолетом со смягчающим режимом, и вы ничем не будете отличаться от марсиан. И одежду такую же сделаю. Это для меня пара пустяков.

Одежда марсиан очень напоминала собой одежду древних греков или римлян. Те же туники, сандалии и длинные плащи.

Затем на экране возникло изображение пустыни, с центра которой на людей глянуло гигантское лицо, с глазами, носом и ртом.

– Ой, что это? – отпрянул Окуркин.

– Маска! – воскликнул Бочкин.

– Это главный город марсиан, – дал информацию Базилевс. – Муты-Гуру. Столица.

– Так это все-таки город? – воскликнул Краснобаев. – А у нас на Земле все никак не могут понять, что это такое. Спорят уже тридцать лет. Надо же!

Базилевс увеличил изображение, и земляне увидели настоящий город с огромными домами, дорогами, дворцами и замками. Один из замков увеличился.

– Это дворец королевы Аэлиты, – сказал Базилевс. – Она правила планетой девяносто лет. И даже подала заявку на вхождение Марса в межгалактическое содружество, но потом что-то там у них разладилось, и переговоры прекратились. Вот последняя информация по Марсу. Про принцессу Алегрию в моих данных ничего нет.

– Когда мы будем на месте? – спросил Краснобаев.

– Через два часа. На той стороне, где находится Муты-Гуру, как раз будет ночь, и нас никто не заметит.

– Тогда давайте готовиться к операции.

И они стали готовиться. Для начала они, все трое, позагорали под синей лампочкой, и их кожа приобрела красноватый оттенок, какой должен быть у марсиан. Так как Окуркин был блондином, и Краснобаев тоже имел светлые волосы, им пришлось перекраситься в черный цвет, так как на Марсе нет светловолосых. Затем, подобрали для себя одежду. Оделись в короткие туники: Краснобаев в белую, Бочкин в красную, Окуркин в синюю, на ноги надели сандалии, а еще на плечи надели пурпурный плащ, какие носят знатные марсиане, а на пояс мечи, и не простые, а с лазерным лезвием. Бочкин и Окуркин к тому же вооружились бластерами. Бластеры – это такие космические пистолеты, которые стреляют не пулями, а лазерными лучами.

Затем они сели в кресла, надели на головы специальные шлемы, похожие на те, что носят мотоциклисты, выпили специальные таблетки, которые в сто раз улучшают память, и стали учить язык Муты-Гуру по специальной быстро обучающей программе.

Через два часа все были готово.

В лобовом иллюминаторе появилась ярко красная планета.

Марс.

Земляне с волнением смотрели, как она начала увеличиваться в размерах. Звездолет на огромной скорости приближался к планете. Минуты проходили одна за другой, и Марс занимал все больше и больше места на экране иллюминатора. Вот он занял половину, затем три четверти, и вот уже заполнил собой всю площадь видимости.

Базилевс сменил курс и пошел над планетой. Нужно было ее сначала облететь вокруг, прежде чем решаться входить в слои марсианской атмосферы.

Красная поверхность Марса расстелилась под звездолетом. И это были пустыни и горы, высохшие моря и океаны, глубокие впадины, у которых не было видно дна. И лишь изредка можно было увидеть из космоса небольшие синие кусочки – оазисы. Именно в оазисах и была жизнь.

Базилевс облетел одну сторону планеты, ту, что была освещена солнцем, и затем полетел над второй. Здесь была ночь. Черная и непроглядная. Однако для Базилевса темнота не представляла трудностей. Он настроил светочувствительные фильтры, и звездолетчики прекрасно увидели ночной Марс.

– А вот и Муты-Гуру, – сказал Базилевс.

И все воочию увидели то самое лицо, которое им недавно показывал на дисплее. Только теперь в темноте оно казалось таинственным и даже, что уж тут скрывать, жутким. Окуркин и Бочкин вжались в спинки кресел.

– Спускаемся, – прошептал Краснобаев. – Приготовиться к перегрузкам и пристегнуть ремни.

И Базилевс нырнул в атмосферу красной планеты. Впервые в истории человечества трое землян совершали посадку на планете, которая всегда вызывала самое большое удивление и любопытство у жителей Земли. Свершалось историческое событие.

Но вряд ли наши герои думали об этом в данный момент. И все равно они наполнились величием этой минуты и за все время, как звездолет летел к поверхности планеты, все трое не произнесли ни слова.

Через несколько минут на плавном бреющем полете Базилевс плыл над поверхностью планеты, изучая все вокруг и ища место для посадки.

– Мы должны высадиться незаметно, – бормотал он. – Марсиане не должны догадаться о нашем присутствии. Хорошо бы найти пещерку по моему размеру. Ну и конечно она должна быть поближе к городу. Жаль, что не могу доставить вас прямо к его воротам.

От напряжения и осознания важности предприятия электронные мозги звездолета не просто шуршали, а прямо гудели. Одна лампочка даже сгорела, и ее пришлось заменить.

Наконец подходящая пещера была найдена, Базилевс влетел в нее и включил прожекторы. Тут же в воздух поднялось огромное количество существ, похожих на летучих мышей, только каждая размером с овчарку. Испуганные внезапным вторжением они сначала бешено захлопали гигантскими крыльями, покружились в диком хороводе, а потом бросились на звездолет с яростью диких хищников.

Люди вздрогнули и отпрянули назад, когда с гулким стуком несколько таких тварей врезались в лобовой иллюминатор с намерением прогрызть его. Замелькали их длинные и острые зубы, красные злобные глазки сверкали как огоньки.

Раздалось шипение. Это Базилевс пустил вокруг себя усыпляющий газ. Обитатели пещеры сразу перестали мелькать. Движения их замедлились, крылья повисли, и они один за другим тяжело полетели к потолку пещеры, облепили его и сложили крылья.

– Все, они больше не опасны, будут спать неделю, а то и две, – объявил Базилевс. – Но вы впредь будьте осторожны. На планете очень много хищников. Не забывайте про силовое поле и про оружие.

– На рассвете отправляемся в город, – сказал Краснобаев, – а пока отдыхаем. Путь по пустыне полной хищников очень опасен. Когда наступит рассвет?

– Через восемь часов.

– Вполне нормально. И земляне отправились отдыхать перед опасным и трудным путешествием.

Глава третья

МАРСИАНСКАЯ ПУСТЫНЯ И ГОРОД МУТЫ-ГУРУ

Наступил рассвет. Огромный оранжевый диск солнца показался из-за горизонта и затопил пространство багрово-матовым светом. Красная планета оправдывала свое название. Все вокруг озарилось пурпурными и алыми тонами. Горы отливали коричневыми склонами и бросали на темно-оранжевый песок фиолетовые тени.

Пора было отправляться в путь.

– Будьте осторожны и соблюдайте конспирацию, – напутствовал друзей перед выходом Базилевс. – Больше всего на свете мне сейчас хочется отправиться вместе с вами. Но, увы, судьба распорядилась так, что я всего лишь мертвая куча железа.

Звездолет иногда впадал в пессимистическое настроение и начинал сетовать на судьбу.

Путешественники помахали ему рукой и отправились в путь. Впервые нога земного человека ступила на марсианскую землю. И даже не одна нога, а целых шесть.

На всякий случай друзья включили силовое поле вокруг себя сразу, как только покинули звездолет. Мало ли что? Марс планета неизведанная и загадочная. И сразу же в этом убедились. Через несколько шагов из крупно-зернистого песка вылезло щупальце и метнулось к ноге Окуркина. Прапорщик вдруг по-женски взвизгнул и бросился к Краснобаеву, словно ища у него спасения. Но щупальце не причинило ему вреда. Силовое поле сработало, раздался тихий треск, и щупальце вернулось в песок также быстро и стремительно, как и появилось.

– Держать строй. От меня ни на шаг, – строго предупредил друзей Иван Иванович. – А то бывают случаи, когда никакое силовое поле не поможет.

Окуркин и Бочкин закивали головой. Что и сказать. Они были слегка напуганы. И даже не слегка. Как раз недавно в клубе санатория пересмотрели американский фильм ужасов «Чужой». Но надо было идти, и смелые звездолетчики продолжили путь.

Больше на них никто не нападал. Видимо обладатель щупальца предупредил всех подпесковых обитателей пустыни, что с ними не стоит связываться.

Марсианская пустыня только на первый взгляд казалась пустой и безжизненной. Уже после первых же сделанных по ней шагов земляне убедились, что вокруг них кипит настоящая жизнь. Только все обитатели жили не на поверхности песка, а внутри него. С тихим шуршанием, сбросив с полосатой спины оранжевый песок, вылез небольшой мохнатый зверь похожий на барсука и уставился на людей. Он видимо не мог понять, что они тут делают. С первого взгляда было видно, что он безобиден и доброжелателен. Глаза его были голубыми и добрыми, даже немного грустными, короткими лапками он тер свое брюшко и что-то лепетал.

– Может, дадим ему конфету? – спросил Бочкин, который очень любил животных.

– Вы, Василий Митрофанович, забыли про того с щупальцем? – не совсем вежливо ответил Краснобаев. – Тут вам не зоопарк, а неизведанная планета. Никакой дисциплины, товарищ генерал. Что с вами такое?

– Да, что-то я и в самом деле расслабился, – устыдился Бочкин. – Годы. Годы. Наверно пора на пенсию уходить.

Затем они увидели целую стаю насекомых, у которых тела и головы были кошачьи, а лапы паучьи, и размером они были с семилетнего земного ребенка каждый. Эти странные создания важно прошли мимо них, а потом зарылись в песок и пропали, не оставив ни малейшего следа.

– А вон кенгуру! – заметил Окуркин. – Видите, скачет?

Существо действительно похожее на кенгуру, только с длинным как у динозавра хвостом и почему-то с таким же длинным слоновьим хоботом деловито пропрыгало в сторону Базилевса, потом остановилось, оглянулось на землян, и, честное слово, покачало головой.

Путешественники продолжали путь, и дорога их была очень интересной. Марс, словно гостеприимный хозяин, видимо хотел показать жителям с другой планеты все свои достопримечательности. Диковинные звери и птицы так и сновали под, перед и над землянами. Вот покатился прямо на них круглый и похожий на ежа полуметровый куст, в центре которого сидели самые настоящие живые глаза, удивленные и чуточку глуповатые. Путешественники не сразу поняли, что он не сам передвигается по песку, а его гонит легкий почти незаметный ветерок.

– Давайте уступим ему дорогу, – предложил Краснобаев.

Земляне посторонились. Куст благодарно хлопнул глазами и прокатился мимо них. Прямо как колобок из сказки.

– Какой смешной! – рассмеялся вслед ему Бочкин. – Мне бы такой на дачу.

– А мне бы кенгуру с хоботом, – добавил Окуркин. – Я бы его в гараже держал, а выходным за деньги показывал.

Краснобаев почесал затылок, причмокнул губами от удивления, но ничего не сказал, потому что у него не было ни дачи, ни гаража.

Но самое удивительное, что они увидели, была птица, размером с гуся, которая летала над барханами и на лету высиживала яйца и бросала их с огромной высоты прямо в песок. Таким образом, она на глазах у изумленных путников как бомбардировщик сбросила около десятка яиц и улетела в сторону поднимающегося солнца.

А солнце поднималось все выше и выше. Время шло, и с каждой минутой становилось все жарче и жарче. Затем стало и вовсе невыносимо. Даже туники, который были сделаны из материала, который по желанию мог сохранять тепло или прохладу, и те не спасали от жары. Воздух тоже накалился, и стало трудно дышать. Пришлось выпить еще по таблетке, которые им дал Базилевс, чтобы легкие приспособились к местному воздуху. Стало немного легче. Друзья попили воды из фляжек и пошли дальше.

Идти по песку было трудно, а еще через полчаса, он раскалился на солнце и стал таким горячим, что идти по нему стало и вовсе мучительно. Генерал и прапорщик поначалу крепились и не подавали виду, но потом стали бунтовать. Первым начал Бочкин.

– Мои ноги сейчас поджарятся, – заявил он.

– Мои тоже, – поддержал его Окуркин. – Еще немного, и я взлечу, потому что идти больно.

Краснобаев ничего не сказал, потому что был самый терпеливый из них. Но когда его спутники совсем поникли, поддержал их:

– Потерпите немного. Поднимемся на эту гряду, увидим город и сделаем привал.

Путешественники сделали еще полсотни героических шагов вверх по склону бархана, по величине больше похожего нагору, взобрались на его рассыпчатый гребень и увидели грандиозное зрелище.

Марсианский город. Тот самый город, которой они видели из космоса. На Земле им такого видеть не приходилось.

Город был вырублен в огромной горе, которая лежала в центре пустыни, многие тысячи лет назад. И сооружение это было во много раз величественнее и грандиознее чем древние египетские пирамиды. Невозможно было понять, какая неведомая сила смогла превратить гору в жилище. В жилище миллионов. Ясно было, что в городе этом живут несколько миллионов человек, и Нью-Йорк по сравнению с ним казался жалким скоплением хижин. Самые низкие здания были выше небоскребов Уол Стрит.

Земляне только рот раскрыли, увидев марсианский город.

– Это столица? – спросил Бочкин. – Или боевая крепость?

– Да, – ответил Иван Иванович, – Столица Марса Муты-Гуру. Действительно крепость.

– Где-то там томится принцесса, которую мы должны спасти, – вздохнул Окуркин. – И зачем только я заметил эту проклятую бутылку?

– А как мы туда, интересно, попадем? – спросил Бочкин.

Это был важный вопрос. Марсианская столица хоть и казалось, будто она лежит как на ладони, была однако очень далеко. Километров семь, не меньше. И как преодолеть эти семь километров по раскаленной пустыне под палящим солнцем?

Друзья задумались.

– Давайте пока отдохнем, – предложил капитан и первым скинул на землю рюкзак.

Бочкин и Окуркин последовали его примеру и тоже сняли свои рюкзаки, после чего сразу повалились на землю, потому что ноги у них гудели от усталости. Притяжение на Марсе было больше чем на Земле.

– Ай! Караул! Мамочки! Да что же это такое? Безобразие!

Они забыли, что земля накалена, как сковородка, и тут же вскочили опять на ноги как ошпаренные. Вскочили и уставились друг на друга, а потом запрыгали на месте, потирая обожженные места.

– Что же нам делать? – чуть не плача, завопили они.

– Эх, вы, торопыги, – пожалел их Краснобаев. – Ведете себя словно маленькие. А на что нам Базилевс дал холодильный коврик?

С этими словами Иван Иванович вытащил из рюкзака тонкое одеяло и постелил его на песок.

– Вот теперь садитесь, или ложитесь, кому как нравится.

Бочкин и Окуркин с опаской сели на коврик и убедились, что он действительно ничуть не горячий, а наоборот, еще и навевает прохладу, как будто сидишь в тени густого дерева у чистого ручья.

– Здорово! – воскликнули они. – Шикарная вещь.

А прапорщик подумал про себя, что не плохо бы ему этот коврик себе потом прибрать. Если конечно генерал его не опередит.

А когда Иван Иванович достал еще и самый настоящий арбуз, который для них специально вырастил заботливый Базилевсв корабельной теплице, то радости их не было предела. Вряд ли есть что-нибудь более приятное, чем арбуз в марсианской пустыне. Красный, хрустящий и ароматный. И конечно же очень сладкий.

Они отдохнули и поели, после чего снова собрались в путь.

– Ой, гляньте! – вдруг воскликнул Окуркин. – Что это?

Все посмотрели, куда он показывал и тоже не сдержались от удивленных возгласов.

Из песка с невероятной скоростью вырастало какое-то растение, зеленое с толстым стеблем и широкими листьями. Не успели они удивиться как следует, как на коротком стебле начал набухать бутон, который прямо на глазах рос, рос, пока не стал круглым и полосатым.

– Так ведь это же наш арбуз! – догадался Бочкин. – Я косточку случайно бросил в песок, вот он и вырос.

Да, так оно и было. Это было настолько удивительно, что просто не верилось. А рядом с ним рос уже новый зеленый куст. Видимо Бочкин бросил не одну косточку.

Когда арбузы достигли средней величины, то несколько замедлили рост. Но все равно было видно, что они зреют и через минут двадцать станут большими, спелыми и сочными.

– Видимо марсианская почва и марсианский климат очень благоприятный для наших земных арбузов, – заметил Краснобаев. – Что ж, сделаем марсианам приятный подарок.

И он бережно завернул оставшиеся семечки в носовой платок.

И тут их кто-то окликнул. Земляне оглянулись и чуть не сели на арбузы от удивления.

Прямо перед ними стояла огромная, ростом чуть не со слона, гусеница. На гусенице сидел человек с красным как морковка и очень добродушным лицом и смотрел на землян. На голове у него была очень смешная шляпа похожая на зонтик. Сам он был пухленький и напоминал воздушный шарик, потому что колыхался на спине гусеницы, и казалось, что он наполнен воздухом. Марсианин был одет в серую длинную тунику и белые сандалии с бантиками вместо пряжки. В руке он держал длинную палку, которой видимо правил гусеницей, потому что с конца ее свисала веревка с привязанным куском чего-то вкусного. К этому чему-то вкусному гусеница все время тянула смешную морду с густыми как у моржа усами. Чтобы гусеница стояла на месте, марсианин держал палку концом вверх.

– Эй, кто вы такие? – крикнул он. – Я вас спрашиваю! И что вы тут делаете на моем участке?

– Краснобаев, доложи! – ткнул Ивана Ивановича в бок локтем генерал Бочкин.

– Мы путешественники и идем в Муты-Гуру, – ответил Иван Иванович. – А здесь мы просто остановились отдохнуть.

Так наши герои впервые в истории человечества вступили в контакт с марсианином.

– А почему вы идете пешком? – смягчился марсианин. – Где ваш уклоп? – и он кивнул на гусеницу. Видимо она и была уклопом.

– Наш уклоп провалился в яму, – тут же нашелся, что ответить хитрый прапорщик Окуркин, – и его схватило какое-то щупальце.

– Щупальце? – оживился марсианин. – Черное?

– Да.

– С розовыми присосками?

– Да.

– Так это же бархудин! И как вы остались живы?

Земляне пожали плечами. Марсианин забеспокоился.

– Тогда бархудин скоро вернется и все равно вас съест. Так что надо убираться отсюда. Не хотите воспользоваться моим уклопом?

– Это было бы замечательно и очень любезно с вашей стороны.

– Тогда садитесь, не будем терять время. – И марсианин жестом щедрого хозяина пригласил их на своего уклопа. – Кстати меня зовут Кирку-Ду.

Земляне тоже представились, затем подошли к гусенице и увидели, что со спины у нее свисает самая настоящая лестница и даже с перилами. Они поднялись на уклопа, подняли свои вещи и арбузы, которые к этому времени как раз созрели.

– А это что такое? – Кирку-Ду уставился на арбузы.

– Это арбузы, – объяснил Окуркин. – Они очень вкусные. Хотите попробовать? А могу и продать. Совсем недорого. Какая тут у вас на Марсе валюта? Так как?

– Очень хочу. Но не сейчас. Сначала надо уйти от бархудина подальше.

И Кирку-Ду опустил палку вниз. Уклоп сразу почуял лакомство, раздул ноздри, и тут случилось невероятное, огромная и на первый взгляд неповоротливая и неуклюжая гусеница вдруг сорвалась с места и стремительно покатилась по песку, словно быстрые сани. Только ветер зашумел в ушах. Глупый уклоп пытался догнать убегающий от него вкусный кусочек.

Город Муты-Гуру стал приближаться. Уклоп поднимался с бархана на бархан, лихо объезжал скалы с острыми верхушками, и не успели путешественники, как следует удивиться необычному способу передвижения, как он уже выехал на дорогу, которая вела прямо к главным воротам столицы Марса.

Вдоль дороги шли поля, на которых росли какие-то растения, очень похожие на метлы, которыми наши земные дворники метут тротуары и дороги.

По дороге кроме уклопа, на котором ехали Кирку-Ду и земляне, сновали взад и вперед словно заправские автомобили другие уклопы. Дорога была широкой и гладкой словно зеркало. Кроме уклопов по ней ехали также другие существа, только не такие быстрые и большие. Если на уклопах сидело по пять, а то и по десять марсиан, то на этих, похожих не на гусениц, а на гигантских лягушек, сидело по одному, ну максимум по двое пассажиров.

Еще стремительно проехали две улитки, на которых Кирку-Ду посмотрел с легкой завистью. Им все уступали дорогу, и наши герои едва успели заметить, что на раковинах этих улиток прорублены круглые окошки, а из них выглядывают важные марсианские лица.

– Новые марсиане, – сказал про них Кирку-Ду. – Все время вперед лезут.

И, наконец, был тут и грузовой транспорт. Исполинские черепахи с перевернутыми верх панцирями. А в панцири, словно в кузова самосвалов были наложены грузы. Камни, песок, мешки, коробки и ящики. Черепахи ехали медленно, и на мордах у них было достоинство и равнодушие.

Когда они уже совсем приблизились к городу, то увидели башенку, похожую на кактус, внутри которой сидел марсианин в шлеме и с щитом и следил за проезжающими. На поясе у него висел меч.

И вот, наконец, их уклоп въехал в городские ворота, высота которых была наверно метров двести. И словно попали в храм, который построили великаны. Верхние своды были так высоко, что их просто не было видно. Сразу людей приняла в объятия приятная прохлада. Глаза перестали напрягаться от яркого солнца и красного песка, потому что здесь была тень и лишь отдельные солнечные лучи падали откуда-то сверху и рассеивали мрак, делая его радостным и светлым.

– Вот мы и приехали, – сказал Кирку-Ду. – Куда вас доставить? Хотите в гостиницу, хотите ко мне. У меня места много.

– Давайте к вам! – землянам уже успел понравиться добрый и приветливый марсианин.

– Ну, ко мне, так ко мне.

И теперь они поехали уже по городским улицам. Они были уже, и каждый квартал отделялся один от другого гигантской стеной, которая уходила в небеса. А здесь внизу стояли самые обыкновенные хижины, из которых лишь изредка попадались двух или трехэтажные. Они не выглядели богатыми, но зато были чистенькими, опрятными и симпатичными. Вокруг них гулял марсианский народ. Ходили по магазинам женщины, группками стояли и беседовали мужчины, бегали и кричали дети. В общем все это мало отличалось от жизни на Земле.

Краснобаев, Бочкин и Окуркин, забыв обо всем на свете, смотрели на неведомый мир. Лица их были полны удивления и восторга. Они прекрасно сознавали, что они первые из землян, кто видит жизнь на Марсе. Это было здорово.

Глава четвертая

ОПЕРАЦИЯ ПО СПАСЕНИЮ ПРИНЦЕССЫ НАЧИНАЕТСЯ

Около трехэтажного дома Кирку-Ду остановил уклопа.

– Вот мы и дома, – сказал он. – Милости прошу к нашему шалашу.

И он провел гостей в дом, который внутри оказался с круглыми стенами, с круглыми окнами и круглым столом с круглыми стульями. Видимо из всех геометрических фигур марсиане предпочитали круг.

Краснобаев подошел к столу и положил на него арбузы, которые до этого держал в руках.

– Вот вам от нас подарок, – сказал он. – Угощайтесь.

– И что, это действительно надо есть? – недоверчиво спросил марсианин.

Краснобаев утвердительно кивнул и достал нож. Через несколько секунд арбузы были нарезаны аппетитными ломтиками, и Бочкин показал Кирку-Ду, как их едят. Марсианин недоверчиво укусил красную мякоть, его лицо застыло, а потом расплылось в блаженстве.

– Никогда не ел ничего подобного. Как вырастить такую штуку? Скажите, я дам вам за это половину моего дома.

– Ну, уж нет, – тут же вмешался прапорщик, в котором как всегда проснулась жадность. – Это наша коммерческая тайна. Тут половиной дома не обойдешься. Ты нам давай еще к дому уклопа добавь, и мы подумаем.

– Отставить, прапорщик! – осадил его Бочкин. – Ты за кого нас выставить хочешь перед жителями иной цивилизации? Опозорить решил? Меня боевого генерала купчишкой быть заставляешь? Не выйдет. Краснобаев, уладь конфликт и продолжай переговоры.

– Не нужна нам ваша половина дома, – поспешил ответить Иван Иванович. – Мы вам и так скажем. Вот видите эту косточку? Это арбузная семечка. Ее надо бросить в песок там, где вы нас встретили, и очень скоро вырастет арбуз.

– Какие вы славные люди! – обрадовался Кирку-Ду. – Я обязательно посажу арбуз, выращу их как можно больше и сразу разбогатею, и может быть, даже стану разъезжать на собственной улитке.

Окуркин от досады только рукой махнул:

– Вот так всегда, кто-то рядом богатеет, а ты смотри, да еще и помалкивай!

А марсианин снова набросился на арбуз. От наслаждения он весь просто сиял. Иван Иванович решил воспользоваться этим его хорошим расположением духа и осторожно приступил к расспросам.

– Как дела в столице? – спросил он.

– Как обычно, – ответил Кирку-Ду, – все живут в ожидании.

– В ожидании? В ожидании чего?

– Когда придет очередной герой спасать нашу принцессу, – с набитым ртом отвечал хозяин дома. – Бедняжка уже совсем извелась и отчаялась. Да и Лагримос и все горожане тоже устали ждать. Все королевство ждет. Ждет, ждет, все ждет и ждет.

– Вот тебе раз! – воскликнул Бочкин. – Значит, нам надо поторопиться, если мы хотим спасти принцессу.

Краснобаев строго посмотрел на генерал, но было уже поздно. Конспирация была нарушена. Марсианин так и застыл с открытым ртом. Наконец он обрел дар речи и завопил:

– Так вы, значит герои? Прибыли спасать нашу принцессу? Что же вы раньше молчали? Радость-то, какая! Радость!

И не успели никто ничего понять, как он с криками и радостными воплями выскочил на улицу. Там к его крикам тут же присоединились и другие, а потом в дом Кирку-Ду хлынула целая толпа марсиан. Все смотрели на землян как на чудо. Вокруг стоял восторженный шепот.

– Герои, герои! – шептали марсиане и показывали на Краснобаева и его друзей пальцами. Некоторые даже пытались их пощупать. – Они прилетели с неба, чтобы спасти принцессу. Наконец-то!

И тут Кирку-Ду спросил:

– Кто из вас главный претендент на спасение?

– То есть это как? – удивились наши герои.

– Кто из вас главный спасатель?

– Мы все тут главные! – важно ответил Бочкин.

Кирку-Ду покачал головой:

– Так быть не должно. Кто-то должен быть главным. Ведь на принцессе может жениться только один.

Генерал Бочкин сразу смекнул в чем дело:

– Я все понял. Сейчас мы этот вопрос выясним.

И он отвел Краснобаева и Окуркина в угол.

– Итак, – шепотом спросил он, – кто из вас женится на принцессе?

– Я не могу! – хором ответили ему Иван Иванович и прапорщик.

– Это еще почему? – строго спросил Бочкин.

– У меня на земле уже есть невеста, – поспешил ответить прапорщик, который, как и Иван Иванович тоже был закоренелым холостяком. – Я Тамаре пообещал, что женюсь не ней.

– Понятно, – согласился Бочкин. – Причина веская. А у тебя, Краснобаев, есть невеста?

Чего-чего не умел делать Краснобаев, так это врать, хотя ему очень этого хотелось.

– Никак нет, товарищ генерал.

– Тогда ты и назначаешься главным спасателем.

– Товарищ генерал! Не хочу я жениться!

– А что же, по-твоему, я должен жениться? – возмущенно прошептал Бочкин. – У меня же Настена есть. Жена любимая. По-твоему я должен ее предать? Отвечай!

– Никак нет, товарищ генерал.

– Вот так вот. Тогда что же мы оставим принцессу в беде только потому, что вам, капитан, не хочется жениться? Разве это веская причина?

– Правильно, правильно, Василий Митрофанович, – тут же поддержал генерала Окуркин. – Чего это только мы должны женатыми быть? Он значит, один хочет наслаждаться одиночеством? Ишь хитрый какой! Пусть тоже узнает, что такое семейная жизнь. Пусть тоже вместе с нами лямку потягает. Узнает тогда, по чем фунт изюму.

– Товарищ генерал! – попытался сделать еще одну попытку спасти себя Иван Иванович.

– Все, Краснобаев, – перебил его Бочкин, – чтобы я больше твоих возражений не слышал. Приказ ясен?

– Так точно.

– Вот и славно.

Обнял Бочкин Краснобаева за плечи и повел его к марсианам.

– Вот, дорогие товарищи марсиане, наш главный спасатель. Прошу любить и жаловать. Летчик герой, ас, капитан Иван Краснобаев. Передаю вам его с рук на руки. Можно сказать от своего сердца отрываю. – Бочкин даже всхлипнул.

Радости марсиан просто не было предела. Они кричали и смеялись от счастью, как дети. Некоторые даже плакали.

– Давайте отнесем их во дворец к Лагримосу! – вдруг крикнул Кирку-Ду. – Это Иван Краснобаев, наш будущий король! Посмотрите, как героически горят его глаза, как он уверено держится. И какой он красавец! Я уверен, что он все преодолеет и станет мужем принцессы Алегрии. И у нас снова будет королева! Так давайте на руках отнесем его во дворец.

Не успел Краснобаев возразить, как его, Бочкина и Окуркина подняли и на руках вынесли на улицу. Там уже было столько народу, что некуда было и арбузной семечке упасть, не то что яблоку.

– Герой! Герой! – кричали вокруг.

И все радовались, словно наступил великий праздник.

Естественно, что наши герои ничего подобного не ожидали, и теперь ничего не понимали, радоваться им или огорчаться?

– Во дворец! Во дворец! – кричали ликующие марсиане и широким потоком шли к центру города.

– А мне нравится, – сказал Бочкин Окуркину, когда она оказалась рядом. – Так и положено встречать космонавтов. Я себя чувствую просто Гагариным и Германом Титовым сразу. Ну-ка, прапорщик, дай руку. А то потеряемся.

Они крепко взялись за руки, чтобы их не растащили друг от друга и приветственно улыбались марсианам с высоты своего положения и махали им свободными руками.

Краснобаев, которого утащили немного вперед, беспокойно оглянулся. Увидев друзей, он успокоился и стал думать о ситуации, в которой они все оказались. Но ничего до конца понять он так и не смог, и поэтому решил ждать, чем все это кончится. По поведению горожан было видно, что пока ничего страшного им не грозит.

Вот впереди показалось высокое величественное здание с крепостными стенами и башнями. Видимо это и был дворец, потому что толпа свернула к нему.

А там уже была суета, бегали в волнении воины, и их большие и круглые щиты грозно блестели под редкими солнечными лучами. Они строились в шеренгу и поднимали копья наконечниками верх. Ими руководил командир с длинной бородой желтого цвета. У него в правой руке был меч, острие которого он прижимал к правому плечу.

Открылись тяжелые каменные ворота, и из них вышли нарядно и пышно одетые марсиане. Это явно были придворные. Они шли медленно, степенно и важно. Впереди всех вышагивал высокий худой марсианин с длинным и почему-то волосатым носом, что придавало ему тоскливое выражение лица. Туника на нем была длинная до земли, а с плеч свисал черный плащ, который волочился за ним по земле еще несколько шагов, так что идущие следом все время подпрыгивали, чтобы не наступить на него. На голове у марсианина была золотая шапка увенчанная пером неизвестной птицы. Увидев его, солдаты замерли по стойке «смирно», и ударили три раза копьями об щиты.

– Лагримос, Лагримос! – уважительно заговорили в толпе. – Лагримос Черный Нос. Ведите героев к нему.

Краснобаева и его спутников поднесли к Лагримосу и осторожно опустили на землю перед главным министром королевства. Тот смерил их изучающим взглядом.

Толпа сразу притихла. Стало слышно, как за городом ветер гоняет по пустыне песок.

– Так вы и есть космические герои, которые хотят спасти нашу принцессу Алегрию? – спросил Лагримос Черный нос.

От такого прямого вопроса Краснобаев уйти никак не мог и поэтому утвердительно кивнул головой.

Лагримос оглянулся на солдат.

– А ну-ка, убейте их! – приказал он им. Солдаты с копьями наперевес тут же бросились на трех землян. Иван Иванович тут же закрыл собой генерала и прапорщика и вытащил меч с лазерным лезвием. Он никого не хотел убивать, но у него не было другого выхода.

Но убивать никого не пришлось. Автоматически включилось силовое поле, и марсианские солдаты, не добежав до людей трех шагов, вдруг попадали и смешались в кучу.

А все присутствующие спокойно за всем этим наблюдали. Лагримос удовлетворенно покачал головой:

– Вы и в самом деле из космоса. У нас такой развитой технологии еще нет. Что ж, раз вы доказали, что вы и вправду космические герои, добро пожаловать на Марс и во дворец королевы Аэлиты.

– А как же принцесса Алегрия? – не удержалась Бочкин.

– А вот о принцессе мы с вами и поговорим.

Ничего не оставалось делать, как принять приглашение первого министра и последовать за ним.

Во дворце королевы Аэлиты оказалось очень красиво и изыскано. Везде были предметы марсианского изобразительного искусства, стояли нарядные слуги, в кадках росли марсианские пальмы и фикусы. Листья на них были желтыми и оранжевыми.

В тронном зале, куда они пришли стоял пустой трон, а за ним на стене висел портрет невероятно красивой молодой марсианки. Иван Иванович как его увидел, так и не смог больше оторвать от прекрасной незнакомки взгляда.

– Нравится? – спросил его Лагримос.

Иван Иванович кивнул.

– Это и есть принцесса Алегрия. На этом портрете ей еще нет семнадцати.

– Какая красивая! – одобрительно заметил Бочкин. – Эх, где мои двадцать лет? Будь я помоложе, я бы тебе, капитан, ее не уступил. Сам бы освободил. Но, увы, у меня уже дома есть одна принцесса. Даже не принцесса. Королевна! Второй мне не надо. Да и первая не потерпит. Она же у меня, ох ревнивая.

– Самая обыкновенная, – ответил Окуркин, которому на самом деле вдруг стало завидно, что Краснобаеву достанется такая красавица. Он даже пожалел, что так опрометчиво наврал про свою невесту Тамару, которая на самом деле невестой его вовсе не была, и ничего он ей не обещал. – К тому же слишком курносая. Мне такие не нравятся.

– И, тем не менее, – строго сказал Бочкин, – мы должны ее спасти.

– Я тоже так думаю, – согласился с Бочкиным Лагримос-Черный Нос.

Тут пришла пора удивляться нашим героям в очередной раз.

– Как, а разве вы не против того, чтобы мы спасли принцессу? – спросили они.

– Да что вы? Конечно, нет! – воскликнул Лагримос. – Я только об этом и мечтаю.

– Что-то тут творится непонятное, – тихо прошептал на ухо генералу Краснобаев. – Мне это не нравится. Давайте уйдем, пока не поздно.

– Я вам сейчас все объясню, – Лагримос плюхнулся в кресло и устало вытер свое красное марсианское лицо. – Садитесь. – И когда земляне расселись в предложенные им кресла, он продолжил: – Все дело в традиции.

– В традиции? В какой традиции?

– Есть у нас вековая традиция, в нашем королевстве. Она касается царствующего дома. Каждый раз, когда принцессе должно исполниться семнадцать лет, человек, исполняющий обязанности первого министра обязан заточить ее в башне.

– Какая глупая традиция! – фыркнул Краснобаев.

– А, по-моему, очень интересно, – не согласилась с ним Бочкин. – Очень романтично. И, я бы сказал, оригинально. Продолжайте, товарищ. И что дальше?

– Что дальше? А дальше должен явиться герой и спасти ее. Победить коварного и жестокого первого министра и освободить принцессу. Только после этого она считается законной правительницей Марса.

– А какая награда герою? – тут же спросил прапорщик Окуркин.

Краснобаев покраснел, а так как он и так был красный после стараний Базилевса, то сейчас стал просто похож на баклажан.

– Как вам не стыдно, товарищ прапорщик? – покачал он головой. – Разве такие вещи можно спрашивать?

– Почему же нельзя? – удивился Лагримос. – Конечно можно. И даже нужно! Герой, как и положено, получает принцессу в жены и становится при ней королем. Правда, править ему нельзя. Только охотиться, устраивать пиры, ну и, разумеется, сидеть на троне.

Когда Иван Иванович опять услышал про женитьбу, да еще и из уст первого министра, то сразу помрачнел.

– Постойте, можно один вопрос? – спросил он.

– Хоть тысячу. Отвечу на все.

– А что, жениться на принцессе обязательно?

– Обязательно.

Иван Иванович помрачнел еще сильнее.

– А как-нибудь без этого нельзя?

– Нет конечно. Такова традиция.

Краснобаев стал совсем черным. Он набрался смелости, повернулся к Бочкину и сказал:

– И все же, товарищ генерал, я не могу жениться. Без любви не могу.

– Опять ты свои штучки? – грозно сдвинул брови генерал. Затем он смягчился и решил действовать по-доброму. – Брось капризничать, капитан. Ты же не маленький. Подумаешь, женитьба. В жизни куда большие неприятности бывают.

– Все равно не могу. Без любви не могу.

– А как же принцесса? – воскликнул до глубины души возмущенный Бочкин. – Мы что же, оставим бедняжку без помощи? Что с ней будет?

– Но не хочу я жениться! – завопил в отчаянии Краснобаев.

– А мужчины никогда не хотят жениться, – ответил Бочкин. – Так моя жена говорит. Но деваться нам все равно некуда и рано или поздно это делать приходиться. Так какая разница, сейчас или потом? Все равно потом поймает, тебя, Ваня, какая-нибудь пигалица и охмурит. А тут самая настоящая принцесса! Разве можно такой шанс упускать? Ну, Краснобаев! Так нельзя. Раз уж мы бутылку нашли, то деваться теперь некуда. Если мы отступим, то опозоримся на всю галактику. Это мы-то, звездные солдаты?

– Лучше позор, чем женитьба! – простонал Краснобаев. Он просто волосы рвал на своей голове от досады.

Окуркину даже стало его очень жалко.

– Это я виноват, – сказал он. – Зачем нашел я эту бутылку? Может быть, тогда я вместо Краснобаева на принцессе женюсь?

В глазах Краснобаева зажглась надежда.

– Тебе нельзя, – тут же погасил эту надежду Бочкин. – Ты связан словом чести.

– Да наврал я, товарищ генерал. Нет у меня никакой невесты.

Бочкин строго погрозил ему пальцем:

– Ценю твое благородство, Окуркин, ценю. На земле получишь почетную грамоту. Но ты уж нам не мешай. Я твою Тамару не подведу.

– А кто? Кто нашел эту проклятую бутылку? – прапорщик тоже был раздосадован.

– Позвольте, друзья, так что же вы решили? – Это вмешался в их спор Лагримос-Черный Нос.

– Сейчас, сейчас, – сказал Бочкин – Я все улажу.

И он снова принялся обрабатывать Краснобаева.

– Смотри, какая красавица, – указал он Ивану Ивановичу на портрет. – Разве у нас на Земле такую найдешь? Ну женишься на ней, ну и что? Привезем ее к себе. Свадьбу сыграем. Я буду у вас посаженным отцом. Будет она у нас на базе жить. С моей Настеной познакомится. Потом тебе детишек нарожает. Я ведь по глазам вижу, что она тебе нравится.

И чтобы добить Краснобаева, он обратился к Лагримосу:

– Скажите, товарищ, как вас там, а если мы ее не спасем, то что будет с принцессой?

– Я вынужден буду ее убить, потому что выйти за меня замуж она ни за что не согласится. Не положено. Традиция не позволяет. И тогда на Марсе установится тирания.

– Разве мы можем такое допустить? – воскликнул Бочкин.

– Не можем, – вздохнул Краснобаев.

– Значит надо чем-то жертвовать.

– Вы то ничем жертвовать не будете, товарищ генерал, – заметил Краснобаев. – Это я потеряю свободу на всю жизнь.

– Я свою свободу уже давно потерял. Да и не свобода это, а мнимая свобода. Проживешь всю жизнь один, как пес в конуре. Ничего прекрасного не увидишь. – возмущенно развел руками Бочкин. – А тут целая планета в опасности, а ты! Эх, Краснобаев, разочаровал ты меня. Разочаровал. Этак я тебя с полетов сниму. Понял?

Краснобаев стал белым как мел.

– Ну так что же? – спросил еще раз Лагримос.

– Мы согласны! – за всех ответил генерал. Краснобаев и Окуркин вздохнули и опустили головы.

– Это так? – спросил их Лагримос.

– Так, – ответил капитан таким тоном, словно его спрашивали, согласен ли он с вынесением емусмертного приговора.

– Тогда отправляйтесь отдыхать, а завтра начнете спасать принцессу. Я от всей души буду желать вам удачи.

Бочкин бодро пошел за слугой, который показывал дорогу в комнату отдыха. Краснобаев и Окуркин поплелись за ним.

Глава пятая

ИСПЫТАНИЯ НАЧИНАЮТСЯ

Ночь наши герои провели в роскошной дворцовой спальне дворца королевы Аэлиты. Бочкин Окуркин, уставшие от дневных похождений по пустыне и городским улицам уснули и спали всю ночь как убитые.

А вот Краснобаеву не спалось. Он лежал с открытыми глазами и все не мог уснуть. Все думал о предстоящем освобождении принцессы. Из всех испытаний, что были в его жизни, это казалось ему самым трудным и тяжелым. Только под утро ему удалось уснуть, и Краснобаев видел тревожные и даже страшные сны.

А утром всех их накормили вкусным и сытным завтраком, и повели на главную городскую площадь.

По городу уже с самого рассвета трубили глашатаи и объявляли о том, что нашелся герой, согласившийся бороться за принцессу.

Когда Иван Иванович и его друзья оказались на главной городской площади, то очень удивились, потому что площадь эта больше была похожа на стадион. Тут было большое круглое поле окруженное самыми настоящими трибунами. И трибуны были заполнены до отказа. На них было не меньше пятисот тысяч марсиан, как сказал Лагримос героям с Земли.

Когда на огромном белом уклопе наши друзья въехали на стадион, то на трибунах началось невообразимое ликование. Марсиане повскакали со своих мест и вытянули головы в их сторону. Они хором скандировали:

– Краснобаев! Краснобаев! Да здравствует Иван Иванович!

– Смотрите, – закричал Бочкин. – Они кушают арбузы!

И в самом деле, все зрители, которые сидели на трибунах, держали в руках куски арбуза и с аппетитом их поедали.

– А вон и Кирку-Ду, – показала пальцем Окуркин. Толстяк Кирку-Ду сидел в первом ряду, в своей собственной улитке с круглым окошком и когда увидел, что на него обратили внимание, улыбнулся во весь широкий рот.

– Благодаря вам, я разбогател! – крикнул он. Увидев его, Окуркин сразу стал мрачным. Он сразу подумал о том, что и сам мог разбогатеть на арбузах. – Я и мои слуги трудились всю ночь и все утро, и завалили весь рынок арбузами. Да здравствуют земляне! Ура!

– Ура! – подхватили его крик все марсиане. – Да здравствуют земляне! Да здравствуют арбузы! Да здравствует Краснобаев. Земляне, даешь нам принцессу Алегрию!

– Ну вот, – вздохнул Бочкин. – Мы ведь должны были соблюдать конспирацию, а все прекрасно знают, что мы земляне, а не марсиане.

– Кстати, откуда вам стало известно, что мы из космоса? – спросил Краснобаев Лагримоса.

– А у нас все герои прилетают только из космоса. Это тоже традиция. С тех пор, как наш великий ученый изобрел ракету, которая выносит в космос бутылку, наши принцессы женятся только на инопланетных героях.

– Дурацкая традиция, – проворчал Окуркин.

Иван Иванович ничего не сказал, только горько вздохнул.

– И что мы должны делать? – спросил Бочкин, которой не терпелось начать спасать принцессу.

– Для начала вы должны преодолеть полосу препятствий, – ответил Лагримос. – Она находится вот здесь на этой площади. Затем, если вы ее преодолеете, вам надо будет убить бархудина, который подстерегает подходы к башне, в которой томится прекрасная принцесса. Ну, а если вы и после этого останетесь живы, то вам надо будет ворваться в башню и добраться до принцессы Алегрии.

– И что это все мы должны сделать? – спросил Бочкин.

– Разумеется. Не сразу. На это вам будет дано три дня.

– А почему не три недели? – покачал головой Окуркин.

– Три недели это слишком много. Принцесса может не выдержать и умереть от инфаркта раньше, чем ее спасут. Сами, понимаете, что ожидание спасения тяжелее, чем само заточение.

– И когда мы начнем? – спросил Краснобаев.

– Прямо сейчас. Чего откладывать. Видите эту дорожку желтого цвета, которая петляет по зеленому полю площади?

– Видим.

– Вот по ней вы должны пройти до тех пор, пока она вас не выведет. Преодолеете все, значит вы настоящие герои, и завтра вас ждет новый этап. Ступайте.

Наши друзья слезли с уклопа и под звуки фанфар и барабанов и крики «Браво!» подошли к дорожке. С виду это была самая обыкновенная тропинка, проложенная через футбольное поле.

– И чего тут преодолевать? – удивился Окуркин. – Тут же ничего нет. Одна трава.

– А это как в разведке на вражеской территории, – пояснил генерал Бочкин. – На первый взгляд все тихо и мирно, а на самом деле кругом опасности и затаившиеся враги.

– Опасности и приключения! – воскликнул Краснобаев. – Это я люблю.

И первым ступил на тропинку. Бочкин и Окуркин последовал за ним.

– Прапорщик, не отставай! – строго сказал генерал.

– Так тут же ничего нет! – крикнул Окуркин и тут же истошно закричал, потому что земля стала уходить у него из-под ног. – Ай, помогите! Товарищ генерал!

– Прапорщик, держись! – Краснобаев и Бочкин бросились ему на помощь.

Стадион взревел от восторга. Зрелище началось. А прапорщик провалился в яму, которая вдруг образовалась под ним, но к счастью успел ухватиться за край и теперь висел в воздухе и болтал ногами, пытаясь вылезти. Сильные руки друзей схватили его за шиворот и выволокла его на поверхность.

Яма тут же закрылась.

– Я же говорил, – строго погрозил Бочкин пальцем. – Кругом враги, ловушки. Мы же на территории противника.

У Окуркина от страха стучали зубы.

– От-откуда-да, я знал, что-то тут-тут я-яма! – заикаясь, сказал он.

Они перепрыгнули яму и осторожно пошли дальше. Сначала они взялись было за руки, но потом Краснобаев заметил:

– Нет, так не пойдет. Если опять какая яма будет, то мы свалимся все вместе и все дела. Мы поступим как альпинисты. – Он достал моток веревки. – Свяжемся и пойдем друг за другом. Если с первым что случится, остальные его вытащат. Я пойду первым!

– А почему не я? – удивился Бочкин.

– Потому что, если вы первый упадете в яму, товарищ генерал, то и нас с собой утянете.

– Это точно, – подтвердил Окуркин.

– Ну, раз ты у нас такой герой, – вынужден был с ним согласиться Бочкин, который очень не любил, когда намекают про его лишний вес. – То конечно иди ты.

И тут «футбольное» поле стало изменяться на глазах.

По краям дорожки прямо из зеленой травы появились черные кактусы с огромными иголками. Они выросли, словно живые и стали пытаться достать тех, кто шел по желтой тропинке.

– Ой! – подпрыгнул на месте Окуркин, чьи голые ноги ужалил один из кактусов.

Ай! – закричал Бочкин, на которого прыгнул один совсем маленький кактусик и прицепился к его одежде. – Он кусается!

И генерал, забыв о своем генеральском достоинстве закричал от ужаса, потому что увидел, как у кактусика открылся маленький ротик с острыми белыми зубами. Но неожиданно кактусик показал ему язык.

На трибунах зрители закричали от страха и ужаса. Марсиане искренне переживали за землян.

Краснобаев заметался, не зная, к кому идти на помощь. С одной стороны его звал Бочкин, с другой вопил Окуркин.

Но он все-таки бросился к генералу, все-таки, можно сказать, пожилой человек. К тому же начальник. Прапорщик при этом упал на тропинку и чуть было не скатился к черным кактусам, те уже разинули рты, но Окуркин вдруг ловко кинул в них песком, вскочил на ноги и побежал за капитаном Краснобаевым.

Краснобаев успел как раз вовремя. Кактусик ловко перекатился к лицу генерала и уже вцепился Бочкину в нос, и глаза у того открылись от ужаса и боли так широко, что заняли почти все генеральское лицо. Капитан схватил кактусик, и хотя ему было очень больно, нажал на него. Кактусик свистнул, как резиновая игрушка и бочкинский нос отпустил. Иван Иванович вышвырнул его подальше. Генерал тут же стал щупать свой нос. Он стал красным, как поспевающая слива.

– Кошмар, – ужаснулся Бочкин, скосив глаза на свой нос. – Неужели так и останется?

– До свадьбы заживет, товарищ генерал! – успокоил его Краснобаев.

– До твоей свадьбы, я думаю, заживет, – буркнул Бочкин.

У Краснобаева тут же испортилось настроение.

– При чем тут моя свадьба? – пробормотал он.

– Ура! – закричали на трибунах марсиане.

Но нашим героям радоваться было рано. Остальные кактусы увидели, что сделали с их собратом и жутко разозлились. Они зарычали и стали наступать на землян со всех сторон.

– Что будем делать? – спросил Бочкин.

Времени размышлять у них не было.

– Будем драться! – сказал Краснобаев и выхватил свой меч с лазерным лезвием.

– Смело мы в бой пойдем! – Бочкин даже запел, чтобы придать себе храбрости. К тому же он хотел отомстить за свой поруганный нос.

И тут кактусы все разом остановились и замерли на месте. Но как только Бочкин перестал петь, они снова яростно засвистели, загудели и снова стали наступать.

– И как один умрем! – снова затянул мощным генеральским басом Бочкин, и кактусы опять остановились. Остановились и стали раскачиваться в такт песне.

– Смотрите, – криво усмехнулся подошедший к друзьям прапорщик Окуркин, – им нравится, как вы поете, товарищ генерал.

– Кажется, так оно и есть, – согласился Краснобаев. – Наверно они любят музыку. Давайте для них сыграем и споем. Что-нибудь про цветы.

И он вытащил из-за пазухи губную гармошку, которую ему подарил один немецкий летчик. Они познакомились на совместных учениях. С этой гармошкой Иван Иванович никогда не расставался.

Так же, как Окуркин со своей маленькой дудочкой, на которой он научился играть, когда еще был ребенком. По вечерам на Земле в клубе авиаторов, и на Базилевсе они иногда даже устраивали совместные концерты. Краснобаев играл на губной гармошке, Окуркин на дудке, а Бочкин пел и подыгрывал им на деревянных ложках. И с инструментами они никогда не расставались, как это и полагается путешественникам, потому как нам песня строить и жить помогает и скучать не дает никогда.

И на глазах у пятисот тысяч зрителей и болельщиков Краснобаев и Окуркин заиграли красивую мелодию, а Бочкин застучал ложками и заревел:

Как у нас в садочке,

Как у нас в садочке,

Розочки цвели.

Песня подействовала на кактусы ошеломляюще. Онисразу перестали злиться, радостно запрыгали и стали… танцевать. Да-да! Вы наверно не поверите, но это так. Марсианские кактусы стали танцевать, кружиться в вальсе, водить хороводы и подпрыгивать на месте. Кто во что горазд.

А наши герои исполнили сначала одну песню, затем начали другую.

Ландыши! Ландыши!

Светлого мая привет!

Ландыши!

Ландыши!

Белый букет.

Тут кактусы просто обезумели. Если бы они могли подпевать, то они бы подпевали. Но вместо этого они посвистывали и плясали от радости и счастья. Марсиане, кто это видел, не верили глазам, ахали и восхищались, и не верили тому, что видят. А черные кактусы опасные и безжалостные охотники пустыни, самый злейший враг марсиан, из черных стали зелеными, нежными и красивыми, а их колючки стали вдвое меньше и не такие колючие. И главное чудо, они улыбались.

Нет не главное чудо. Главное чудо случилось, когда земляне запели третью песню.

Миллион, миллион, миллион

Алых роз

Из окна, из окна, из окна

Видишь ты.

Кто влюблен, кто влюблен, кто влюблен

И всерьез.

Свою жизнь для тебя

Превратил в цветы.

Кактусы начали цвести. Вы знаете, как красиво цветут кактусы? Невероятно красиво. Безумно красиво. Люди забывают обо всем на свете, когда видят цветущие кактусы. И это у нас на Земле. А на Марсе кактусы цветут еще красивее.

Марсиане замолчали от столь невиданного и сказочного, можно сказать, просто фантастического зрелища. Тысячи кактусов цвели огромными, величиной с зонтик, цветами. Сотни невиданных оттенков и форм. Они цвели и благодарно склонились перед нашими героями, которые подарили им это блаженство.

Так наши друзья сделали еще одно великое открытие на Марсе. Мало того, что они обеспечили население планеты быстрорастущими арбузами, они еще нашли способ, как превратить страшные черные кактусы из злейших врагов в добрых и красивых друзей.

Стадион ликовал. Марсиане плакали от умиления, когда видели, как отважные и находчивые герои идут через поле для испытаний, а их сопровождают удивительно красивые кактусы. Марсиане даже и не предполагали, что они могут быть такими прекрасными.

Впереди шел Краснобаев, за ним Бочкин, и последним шел Окуркин. А маленький кактусенок, который укусил генерала за нос, теперь сидел у него на плече и терся об его колючую щеку, как ласковый котенок. И колючки у него были мягкие, словно из шерсти. Кактусенок слушал генеральское пение и млел от счастья. А на макушке у него зацвел такой красивый цветок, который марсиане впоследствии назовут в честь Бочкина Генеральским.

Дальше наши друзья пошли по полю испытаний вместе с кактусами. Бесстрашные цветы теперь сопровождали их и показывали все опасные и коварные места. Ямы они обходили, капканы перепрыгивали, смертельные ловушки отключали. Когда перед землянами вдруг разлилась бурная река, кактусы тут же построили мост, и друзья прошли по нему. Мост был крепкий, но немного упругий, словно резиновый.

Затем на них напал марсианский лев. Огромное и свирепое чудовище. И никакая музыка, естественно усмирить его не могла.

Но и тут выручили кактусы. Они окружили льва со всех сторон, почернели от гнева и выставили вперед ставшие тут же острыми как лезвия ножей, полуметровые колючки.

Лев трусливо поджал хвост, заскулил и уплелся восвояси, как побитый пес.

А до финиша осталось всего лишь два-три десятка шагов.

Марсиане ликовали. И те, кто был на трибунах, и те, кто смотрел на все это по телевидению. Те, кто делал ставки за Землян, радовались, потому что выигрыш уже был у них почти в руках. А те, кто поставил против того, что они пройдут испытания, хоть и расстроились по поводу проигранных денег, зато радовались тому, что наконец-то появились герои, которые освободят принцессу.

И вот последним испытанием на пути землян остался ров, со дна которого до неба взвилась пламенем стена огня.

Краснобаев и его друзья тут же остановились и отпрянули назад, такой жар ударил им в лица. А кактусы, которые очень боятся огня, обиженно засвистели и побежали назад, туда, где они были раньше.

– Ну это и вовсе смешное препятствие, – заметил с насмешкой Иван Иванович. – Кактусы были, пожалуй, пострашней. А с этим и дети справятся.

Он вынул из своего рюкзака, с которым не согласился бы расстаться ни за какие блага вселенной и вынул три маленьких металлических клубочка.

– Дигеры-копатели! – одобрили его действия Бочкин и Окуркин. – Здорово придумал, Иван Иванович.

– Точно так.

Это были маленькие роботы, которые созданы для копания земли. Говоришь такому дигеру, какую яму надо выкопать, а сам сидишь себе на травке и ждешь.

– Давайте вернемся к реке и изменим ее русло, – сказал Иван Иванович и раздал экипажу дигеры.

Они вернулись к реке, которую недавно перешли и выпустили на землю дигеров в разных местах, чтобы они не мешали друг другу. Три робота принялись за работу и за десять минут на глазах у изумленной публики вырыли канал, один конец которого примыкал к бурной речке, а другой к тому месту, где стена огня была самая высокая.

Краснобаев дал команду, дигеры вгрызлись в перешеек, который отделял канал от реки, и через секунду мощный поток воды хлынул по новому руслу и потек к огненному валу.

Раздалось громкое шипение и в воздух поднялись огромные клубы пара. Стадион вмиг превратился в парилку. Ничего не стало видно, все заволок густой пар.

Когда поднявшийся ветер разогнал пар, то марсиане увидели, что земляне покинули поле испытаний и уже не идут по желтой дорожке, а стоят у трибуны, на которой им хлопает в ладоши радостный и счастливый Лагримос-Черный Нос. Первый министр утирал с лица слезы, так он был рад.

Ну тут конечно марсиане начали ликовать, и праздник начался такой, что не прекращался всю ночь.

Только наши герои не принимали в нем участия. Они отдыхали в своих апартаментах во дворце. Ведь на утро импредстояло следующее испытание. Еще более опасное страшное и непреодолимое.

Они должны будут победить бархудина, которого никто и никогда победить не мог.

Глава шестая

НОВЫЙ ДРУГ КУСЯ И НЕПОБЕДИМЫЙ БАРХУДИН

Вместо того, чтобы гулять на праздничном карнавале земляне собрались на военный совет. Надо было обсудить, как они будут бороться с бархудином.

– Как он хоть выглядит? – вслух думал Краснобаев.

– У него есть щупальце, – задумчиво сказал Бочкин. – Значит, он похож на осьминога.

– Совсем не обязательно, – заметил Окуркин. – Это у нас дома только у осьминогов щупальца, а здесь в космосе и на других планетах щупальца чуть ли не у всех.

– Это точно, – вынуждены были согласиться с ним Иван Иванович и Бочкин. – Если бы нам хотя бы дали его фотографию. Неужели его не фотографировали?

Окуркин вспомнил, как его чуть не утащил бархудин, и поежился.

– Наверно тот, кто его сфотографировал, давно уже съеден тем, кого он сфотографировал.

– А завтра наш черед, – вздохнул Бочкин. – А силовое поле у нас уже не работает. Кончились заряды. Иначе бы мы справились с кактусами сами.

– А я знаю, как выглядит бархудин, – вдруг в тишине пискнул тоненький голосок. Он раздавался со стороны Бочкина.

Иван Иванович и Окуркин удивленно уставились на генерала.

– Это вы сказали, товарищ генерал? – подозрительно спросил Окуркин.

– Нет, это не я! – генерал и сам был удивлен.

– Это я сказал, – снова раздался тоненький голосок.

Все сразу подпрыгнули от неожиданности.

– Ой, я кажется, знаю, кто это говорит, – вдруг виноватым и несколько смущенным голосом сказал Бочкин и достала из-за пазухи того самого кактусенка, что чуть не оставил его без носа, и поставил его к себе на колени. – Тут, понимаешь, хотелось чего-нибудь на память оставить. О Марсе, так сказать.

Кактусенок улыбнулся и благодарно кивнул своим большим похожим на ромашку цветком.

– Это ты говорил? – обратился к нему Бочкин.

– Да, я.

– Чудеса! – Иван Иванович и прапорщик даже рты открыли. – А как тебя зовут?

– Куся, – ответил кактусенок, смутился и одной ножкой стал теребить другую. Всего у него их было четыре. Четыре ножки корешка.

– И ты действительно знаешь, как выглядит бархудин? – спросил Краснобаев Кусю.

– Конечно.

– И ты нам расскажешь о нем?

Куся радостно подпрыгнул:

– Конечно, расскажу! Расскажу и покажу.

– Покажешь? Это как?

– А вот так! И на глазах у изумленных землян Куся вдруг стал растягиваться и меняться. Они и ахнуть не успели, как через несколько секунд перед ними было маленькое страшилище, такое ужасное, что все трое в ужасе от него отпрянули.

Вот на кого оно было похоже. Представьте себе чайник без ручки. Представили? Только вместо носика у чайника слоновий хобот, на конце которого огромные жующие челюсти. С помощью этого хобота бархудин стремительно передвигается под землей. А на крышке у этого чайника густо, почти как волосы, растут щупальца. Длинные и гибкие. Дно у чайника плоское, а по краям торчат коротенькие лапки с острыми и мощными когтями. Вот это и есть марсианский бархудин. Не правда ли страшилище?

А страшилище захихикало Кусиным голоском и спросило:

– Правда, страшно?

– Правда!

– Только оно огромное преогромное, – виновато ответил Куся. – Даже самые большие кактусы не могут его изобразить по-настоящему.

– Он больше уклопа? – спросил Бочкин.

– О, во много раз!

– А чего он боится?

– Ничего.

– Ладно, – сказал Иван Иванович, – теперь мы хоть знаем, как он выглядит. А это уже многое. Спасибо тебе, Куся. И давайте ляжем спать. Утро вечера мудренее.

И они отправились спать. Так всегда делают богатыри. Перед боем с любым чудовищем надо выспаться. А то еще заснешь в бою, тут тебе и конец.

Утром за ними пришел Лагримос-Черный Нос.

– Вставайте, – закричал он, – вас ждет великий подвиг, бархудин и прекрасная принцесса Алегрия!

Друзья встали, сделали утреннюю зарядку, умылись, позавтракали и вышли из дворца. Там их уже ждала улитка.

– А разве мы поедем не на уклопе? – удивился Краснобаев.

– Как можно, – воскликнул Лагримос. – Теперь вы самые важные люди на Марсе. Только на улитке.

И он открыл дверцу, которая была прямо в раковине. Земляне залезли в нее и сели на подушечки. Здесь было прохладно, сумрачно и сыро.

– Бр-р-р! – сказали Бочкин и Окуркин и чихнули. – Как бы не простудиться.

– А мне хорошо, – сказал Куся, который сидел у генерала за пазухой и ел конфету, которой его угостил добряк Бочкин.

А Иван Иванович Краснобаев ничего не сказал. Он проверял, хорошо ли работает его меч с лазерным лезвием. Исправен ли? Не подведет ли в бою?

А улитка со скоростью молнии мчалась по городу. На улицах были сотни тысяч марсиан. Все они кричали что-то, но что, разобрать было невозможно, так быстро они мчались.

Когда она неожиданно остановила сь, они увидели, что находятся в самой пустынной части города. Марсиан тут не было. Домов не было. Улиц не было.

Зато был огромный пустырь, в центре которого стояла высокая и немного кривоватая башня с острой крышей.

– Приехали, – сказал Краснобаев. – Конечная остановка.

И они один за другим вылезли из улитки. Как только они это сделали, улитка тут же сорвалась с места и поползла назад. Но уже через пятнадцать шагов, земля под ней вдруг начала осыпаться, и несколько длинных щупалец показались на поверхности.

Улитка вытаращила от ужаса глаза и как пуля исчезла из поля зрения землян.

– Бархудин! – закричал Бочкин.

– Бежим к башне! – скомандовал Краснобаев.

И они побежали. Гулко застучали их башмаки по твердой почве. И сразу задрожала под ногами земля. Это бархудин взял их след и бросился в погоню. Скорость у него была огромная, и земляне скоро почувствовали, что земля начинает уходить у них из под ног.

– Разбегаемся в разные стороны и продолжаем бежать к башне! – дал новую команду капитан Краснобаев.

Земляне бросились в разные стороны. Бочкин направо, Окуркин налево. Краснобаев, петляя как заяц, кинулся вперед.

И сразу дрожание земли прекратилось. Это растерянный бархудин остановился и никак не мог понять, почему жертва вдруг разделилась на три части, и за какой из них бежать. Кто вкуснее?

Кто съедобнее?

До башни оставалось метров двести.

Бархудин решил бежать за Бочкиным, видимо его тяжелые шаги, показались ему самыми аппетитными, и ринулся вправо за ним.

Краснобаев тут же это заметил и дал новую команду:

– Меняемся местами, товарищ генерал!

И они побежали впереди навстречу друг другу, так что их путь пересекся, и вот уже Краснобаев бежит справа, Бочкин в центре, А Окуркин все также слева.

Бархудин опять запутался и остановился. Земля от злости сильно тряслась и дрожала. Из под нее доносилось недовольное рычание. Затем бархудин взревел, как боевой слон, высунув над землей свой хобот со скрежещущими челюстями способными перемалывать железо, и снова бросился за Бочкиным. Хобот трубил и несся вперед с огромной скоростью. Твердую, как асфальт землю, он разрезал словно нож масло.

Бочкин оглянулся, увидел все это, и от ужаса споткнулся и упал.

Бархудин торжествующе затрубил и бросился к нему, вылезая из под земли. Он был огромен, раза в три больше земного слона, и куда страшнее, чем его изображал Куся.

Бочкин зажмурился, но рука его уже вытащила бластер, и он приготовился встретить врага лицом к лицу.

А Краснобаев и Окуркин уже спешили к нему. Выручать товарища из беды – первый долг звездного солдата. Сам погибай, а товарища выручай! Вот их девиз.

А бархудин уже весь вылез на поверхность и огромной горой навис над смелым земным генералом. Лапки разбрасывали вокруг землю огромными комками, хобот трубил победный клич, а сотни щупалец уже протянулись к землянину.

Бочкин выстрелил в первый щупалец, который протянулся к нему, потом во второй и в третий. И ни разу не промахнулся, потому что был хорошим стрелком. Да и щупальца были уже в полуметре от него.

Разлетелись синие искры. Щупальца, в которых появились дымящиеся дырочки, отдернулись, и хобот сразу затрубил по-другому. Обижено и горько. Бархудин покраснел от гнева. Открылись его десять глаз, которые были у него над хоботом и удивленно уставились на Бочкина. Жертва не давалась легко.

Тут подбежала Окуркин и тоже выпалил из своего бластера в бархудина, А Краснобаев схватил генерала за руку и помог ему встать. И они все трое тут же опять побежали к башне.

Теперь бархудин заревел снова. В крике его послышалась неописуемая ярость. И он снова бросился в погоню.

– Он нас догоняет! – в ужасе завопил Окуркин.

– Бегите к башне! – крикнул Краснобаев.

– Есть! – ответили генерал и прапорщик и прибавили усилия. Уговаривать их было излишним.

А Краснобаев остановился, выхватил свой лазерный меч и приготовился встретить врага лицом к лицу. Уже через три секунды бархудин бросился на него.

Бочкин и Окуркин остановились, увидели все это, и побежали назад.

Краснобаев не успел ничего сообразить, как на него обрушился могучий хобот бархудина. Он чудом успел отпрыгнуть в сторону, и хобот ударил в землю прямо у его ног. Иван Иванович взмахнул мечом, чтобы отрубить его, но не успел. Стремительные щупальца уже обвили его ноги и оторвали смелого капитана от земли и подняли в воздух. Капитан разрубил щупальце, которое попыталось обвить его тело, затем второе, которое потянулось к его руке и мысленно простился с жизнью, потому что щупалец уже было столько, что отрубить их всех уже было невозможно И вот уже одно из них, выхватило у него из правой руки меч и отбросило в сторону. Драться капитану стало нечем, а перед самым лицом его уже открылась пасть бархудина, и острые зубы, которых у бархудина не меньше тысячи, уже усиленно перемалывали комья грязи. А сейчас перемелют и его Краснобаева.

Все это случилось за считанные мгновения.

И погиб бы наш капитан Краснобаев, если бы не его друзья. Они подбежали к бархудину и стали палить в него из бластеров, что есть мочи. Вмиг истратили все боевые заряды, что у них были. Пришлось вставить обоймы с электрическими учебными патронами. И стали они стрелять в бархудина электричеством. Ничего им больше не оставалось делать.

Зато, как ни странно, именно это и повергло бархудина. Электричество, вот чего он, оказывается, боится. Электричество в больших дозах. Если лазерный заряд ему не страшен, дырки моментально затягиваются, а после удара лазерного меча, все тут же срастается у чудовища заново, то мощного разряда тока, он не выдержал. Затрещал, как масло на сковородке, задрожал, рассыпал вокруг себя искры, завязал узлом свой хобот, стиснул смертельные челюсти, лапы раскинул в стороны, и бухнулся на землю. Распластался на ней словно подгоревший блин.

Щупальца у него сразу все обвисли, разжались и выпустили уже полузадохнувшегося Краснобаева. Капитан, шатаясь, встал, откашлялся. Бочкин и Окуркин со слезами радости кинулись его обнимать, и тут же отпрянули назад, потому что Иван Иванович с громким треском ударил их током.

А как же иначе? Ведь он был в руках, то есть в щупальцах у бархудина, когда того ударило током, а значит, и он тоже получил хорошую порцию. Волосы у бравого капитана стояли дыбом, а когда он вздохнул, то изо рта у него вырвался клуб дыма.

– Однако я чуть не поджарился, – сказал Краснобаев и упал в объятия друзей.

Так или иначе, но они победили непобедимого бархудина. Тот лежал и дымился, и его хобот смертельный хобот жалобно похрюкивал. Теперь его никто не боялся. Даже Куся выпрыгнул из генеральского кармана на землю, подбежал к бархудину и дал ему пинка.

– Это тебе от кактусов!

И тут в небе разорвались тысячи разноцветных огней. Начался салют. Это марсиане, которые видели все это по телевизору, праздновали победу землян.

К нашим героям уже мчались толпы поклонников, десятки улиток и сотни уклопов. Впереди всех, распахнув руки для объятий, бежал сам Лагримос. Нос его блестел от счастья, лицо светилось.

– Победа! – кричал он. – Победа!

– Победа! – кричал в эту минуту весь Марс.

Глава седьмая

ПОСЛЕДНЕЕ ИСПЫТАНИЕ НАЧИНАЕТСЯ

И в эту ночь весь Марс веселился и ликовал. Праздник не прекращался ни на минуту. И только три человека не принимали в нем участия. Вы, конечно, догадались, что это наши друзья.

Они как былинные богатыри пришли во дворец, упали на кровати и заснули беспробудным сном. Они спали и не видели, как марсиане сделали чучело из поверженного ими бархудина и поставили его перед королевским дворцом. И марсианские мальчишки бежали посмотреть на чудовище, потрогать его, а если удастся, и пнуть хорошенько.

А нашим героям теперь осталось пройти только одно испытание. Ворваться в башню, одолеть злых охранников, которые стерегут прекрасную Алегрию, победить в поединке злодея из злодеев Лагримоса-Черного носа и освободить принцессу из заточения.

Трудный предстоял им денек.

Когда они вернулись во дворец и шли по его коридорам к своей спальной комнате, Краснобаев остановился в тронном зале и долго смотрел на портрет красавицы Алегрии, дочери королевы Аэлиты. Смотрел и вздыхал.

– Да, – наконец сказал он. – Такая красавица стоит того, чтобы ради нее сразиться с бархудином.

После чего он густо покраснел и грустно вздохнул. Кажется он уже стал в нее влюбляться. И это понятно. Человеку всегда дорого то, что достается ему с великим трудом.

– А я что говорил? – обрадовался Бочкин. – Спасти принцессу – это мечта каждого настоящего мужчины.

– Вот уж о чем я не мечтаю, так это о принцессе, – проворчал Окуркин, подсоединяя свой и генеральский бластеры к розетке, чтобы они за ночь подзарядились. Лазерных запасов у людей больше не было, приходилось довольствоваться электричеством, что, как показала практика, тоже может принести большую пользу.

На следующий день они опять сели в улитку и поехали к башне, из которой нужно было вызволять марсианскую принцессу.

Башня стояла одинокая и заброшенная. Еще вчера подступы к ней охранял бархудин, и слуги Лагримоса добирались до нее только с помощью вертолета. Теперь можно было спокойно дойти пешком. Что и сделали Краснобаев, Бочкин и Окуркин. Можно было доехать и на улитке, но они пожалели ее, потому что земля после вчерашнего сражения была тут так изрыта и исковеркана, что запросто можно было испортить нежную улиткину скользкую подушку, на которой она ездила.

Краснобаев держал в руках меч, Бочкин и Окуркин бластеры. Они были полны решимости. Разве могут чего-нибудь боятся те, кто еще вчера победили марсианского бархудина?

Когда до башни осталось шагов двадцать, с ее стороны раздался низкий и гулкий голос.

– Не двигаться! Территория охраняется. Вход воспрещен! – сообщил он.

Земляне остановились и задумались.

– Что это? – спросил Бочкин.

– Я ничего не вижу, – ответил Краснобаев.

– Я тоже ничего не вижу, – сказал Окуркин.

Что же делать? Они прошли еще немного, но тот же голос снова их остановил:

– Последнее предупреждение. Еще шаг, и я буду стрелять на поражение.

И в жарком марсианском воздухе прозвучал предупредительный выстрел. И в сотне метров от них, раздался взрыв.

– Это уже серьезно, – сказал Бочкин, человек военный, боевой генерал, и опытный в подобных делах.

Они остановились.

– Давайте пошлем разведку, – предложил Бочкин, которым вдруг ни с того ни с сего овладел боевой пыл. – Я могу незаметно проползти и посмотреть, что там такое.

– Нет, товарищ генерал, вас подстрелят, – не разрешил Иван Иванович. – Вы слишком большой.

– Я тоже большой, – тут же поспешил прибавить прапорщик Окуркин. Он испугался, что в разведку теперь пошлют его. Не то чтобы он был таким трусом, но как-то не хотелось ему отрываться от друзей на далекой незнакомой планете.

И тут опять вылез Куся.

– А можно я пойду на разведку? – предложил он. – Я маленький и незаметный и всегда могу прикинуться камушком.

Его предложение было дельным, и Кусю послали на разведку. Он прыгнул на землю и побежал на своих маленьких ножках корешках. Мгновение, и он уже пропал за какой-то кочкой. А земляне сели за холмиком, чтобы их не было видно с башни, и стали ждать.

За это время Бочкин весь извелся.

– Как бы с ним чего не вышло, – волновался он. – Хоть и кактус, а все же ребенок.

Через несколько минут Куся вернулся.

– Там какое-то громыхало, – сообщил он.

– Покажи.

И Куся показал что-то яркое, непонятное и все время меняющее форму.

– Так это же боевой робот трансформер! – воскликнул Окуркин. – У меня дома у племянника точно такой есть. Видите, тут у него лазерные пушки торчат, а это пулемет. А это он летать приготовился.

– Ах вон, оно что! – протянул Краснобаев. – Боевой робот. Эх, нам бы сюда Базилевса или хотя бы моего Конька-Мигунка, мы бы его в клочья разнесли.

– Так давайте вызовем Базилевса, – предложил Окуркин. – Все равно все знают, что мы не марсиане.

– Не могу, – вздохнул Иван Иванович. – У меня батарейки в рации давно сели. Тут на Марсе энергия очень быстро кончается. Так что самим придется. Хоть он и робот, а голова у него все равно железная. Нам надо его отвлечь. Я думаю, что тут нам помогут наши друзья кактусы. Не правда ли, Куся?

– Конечно, – ответил кактусенок Куся.

– Тогда приведи сюда кактусов десять покрупнее.

Куся опять укатился и через несколько минут вернулся в сопровождении десяти крупных кактусов. Все они поздоровались с землянами, поблагодарили за позавчерашний концерт, извинились, что сначала вели себя не самым подобающим образом, желают загладить вину и пригласить их в гости на дружеский концерт. Иван Иванович попросил их помочь, а когда те согласились, стал им объяснять, что надо делать. Кактусы внимательно слушали и кивали своими колючими головами.

Через десять минут Краснобаев, Бочкин и Окуркин вышли из-за холма и в открытую, не прячась, пошли, к башне.

– Открываю огонь, – сообщил робот-трансформер, который выкатился на гусеницах из ворот башни, где до этого таился в тени.

Он вскинул руки с пушками на конце и выстрелил. Но не успели яркие заряды долететь до землян, как те исчезли, и взрывы произошли на пустом месте. Робот растерянно заскрипел своими примитивными мозгами боевой машины, которая к тому же была устаревшей модели. Ее когда-то еще давно марсиане купили у космических пиратов.

Из-за холма опять вышли Краснобаев, Бочкин и Окуркин. Робот их заметил и снова выстрелил. И опять они пропали из виду, до того, как раздался плотный взрыв огня. И снова появились, только с другой стороны и пошли к башне.

– Ни с места! – крикнул робот и поехал им навстречу, покинув ворота башни.

Он стал стрелять из пулеметов, но попасть все равно не мог. Земляне, то появлялись, то исчезали. Робот был слишком глуп, чтобы догадаться, что это вовсе не земляне, а марсианские кактусы, которые меняют свой вид и прикидываются землянами. Выполняя, данную ми Краснобаевым задачу, они отводили робота подальше от башни. И им это удалось.

Увлеченный боем трансформер отходил от башенных ворот все дальше и дальше. Он палил из всех своих орудий и крутил головой-башней в разные стороны, ища противников, которых было уже целых десять.

– Сдавайтесь, сопротивление бесполезно, – бормотал он и продолжал стрелять.

Казалось, что идет танковое сражение. Трансформер стрелял из всех своих четырех пушек, двух пулеметов, и одной ракетной установки.

А настоящие земляне притаились за холмом и внимательно следили за тем, что происходит.

– Во дают! – восхищался Бочкин. – Эх, жаль, нет у меня хорошего тяжелого бластера, я бы этому дураку-роботу показал бы!

– Ну, теперь пора, – сказал Иван Иванович, когда робот удалился совсем далеко от них и от ворот. – За мной, перебежками. Быстро!

И они выскочили и изо всех сил побежали к воротам башни.

Боевой робот так был занят боем с неуловимым противником, что заметил их в самую последнюю минуту. Он повернулся в их сторону и открыл огонь, но было уже поздно. Все трое были уже в башне.

– Руки верх! – обиженно закричал трансформер. – Вы окружены!

Из его корпуса вылезли узкие крылья, и он оторвался от земли и неуклюже, даже немного смешно, полетел обратно. Однако метров за двадцать от ворот, он камнем упал вниз, потому что у него кончился реактивный заряд.

Робот упал вниз головой, сильно ее помял, но тут же перевернулся и покатил к воротам. По пути он что-то бормотал. Наверно ворчал, что так нечестно поступать, не по правилам, и что так не полагается. Что все это в нарушение всех инструкций.

Земляне же были уже внутри башни и по каменным ступеням мчались вперед и наверх. Они приближались к намеченной цели и уже предвкушали радостную встречу с освобожденной принцессой.

Но они обрадовались слишком рано. Впереди с верхних этажей к ним на встречу уже бежали солдаты с копьями, щитами и такими же как у Ивана Ивановича лазерными мечами.

– Стойте! – закричали они.

Но Краснобаев, который бежал впереди, и не думал останавливаться. Он выскочил на ровную площадку между этажами, и вступил с солдатами в бой.

Когда-то в детстве Иван Иванович очень любил играть в русских богатырей, и лучше всех умел драться на мечах. Вы спросите почему? А потому, что его папа был киноактер и каскадер одновременно, и всегда играл в кино богатырей, рыцарей и им подобных, и владел мечом в совершенстве. И своего сына обучил.

Так что марсианским солдатам попался достойный противник. Он дрался так ловко и умело, что сразу обратил в бегство всех солдат, и при этом никого из них не убил. А это верх мастерства.

Тогда появились солдаты с ружьями. Они вскинули их и уже хотели выстрелить, но тут по ним стали стрелять Бочкин с Окуркиным, а так как они стреляли электрическими зарядами, а их противники стояли вплотную, плечом к плечу, то в них стоило попасть лишь пару раз, как все стрелки сразу были ударены током, парализованы и попадали кто где.

Путь вперед был свободен.

Друзья перевели дух, и уже хотели бежать дальше, как вдруг стена за ними разлетелась от взрыва.

– Посторонним вход воспрещен!

Это за ними тяжело, перебираясь на гусеницах по ступеням, лез робот трансформер. Это он по ним и стрелял. Чудом не попал, потому что когда упал во время полета на землю, то сбил себе наводку. Это и спасло Ивана Ивановича и его друзей.

– Бежим!

И они побежали дальше. Останавливаться было опасно. Их, оказывается, преследовали.

На следующем этаже землян ждало новое испытание. Им надо было преодолеть узкий коридор, чтобы идти дальше наверх, но как только они сделали несколько шагов, как впереди с потолка вниз обрушилось огромное и острое лезвие. Упало и снова поднялось, а потом снова упало.

– Смертельная ловушка! – неизвестно почему вдруг обрадовался Окуркин. – Как в компьютерной игре «Персидская принцесса». Я в нее играл вместе со своим племянником.

А лезвие опускалось и поднималось, и смотреть на него было страшно, не говоря о том, чтобы пробежать под ним.

А прапорщик подошел к нему близко и сказал:

– Как только оно опустится, надо сразу сделать шаг вперед и перебежать.

И не успели Краснобаев и Бочкин остановить его, как он, сделал шаг вперед, генерал даже глаза закрыл руками, а прапорщик оказался на той стороне. Живой и здоровый.

– Теперь ваша очередь!

– Я боюсь! – закричал Бочкин. – Меня перерубит пополам! Для боевого генерала это слишком позорная смерть. Зарубит, словно поросенка. К тому же это похоже на гильотину.

– Сопротивление бесполезно! – прогремел уже совсем близко голос боевого робота трансформера. Он продолжал преследование.

– А так нас изжарит этот железный болван, – заметил Краснобаев.

Оставаться на месте уже было нельзя. Иван Иванович и Бочкин взялись за руки, закрыли глаза и прыгнули.

– Вот видите, ничего страшного, у вас все получилось, – встретил их голос прапорщика.

Они были живы.

– Руки верх! – в конце коридора появился трансформер и на мгновение застрял. Коридор был слишком узок для него.

– Бежим!

И они побежали дальше.

– Врешь, – сказал трансформер, – от меня не уйдешь!

И он начал трансформироваться. То есть менять форму. Через несколько минут он стал узким как червяк и продолжил путь. Шел он медленно, одна гусеница у него сорвалась и волочилась за ним по полу, но неуклонно. Так велела ему заложенная в него программа. Огромное лезвие он просто-напросто расплавил лазерным зарядом. Погоня продолжалась.

Глава седьмая

МЕЖДУ ДВУХ ОГНЕЙ, ПОЕДИНОК С ГЛАВНЫМ ЗЛОДЕЕМ И ПРЕКРАСНАЯ ПРИНЦЕССА АЛЕГРИЯ

Земляне же в это время встретили на своем пути новое препятствие. Когда коридор кончился, они выбежали на новую лестницу, поднялись по ней еще на три этажа и собрались преодолеть и четвертый, предпоследний, как увидели над собой стоящего на площадке четвертого этажа первого министра марсианского королевства.

– Лагримос? – воскликнул Краснобаев. – Это вы?

– Да, я! – ответил, ломая руки, первый министр. – Поверьте, вы так мне нравитесь, так нравитесь! Я так за вас болею! Но поделать ничего не могу. Я должен по должности сделать это. По правилам этой лестницы не должно быть.

– Так нечестно! – завопили Бочкин и Окуркин. – Нечестно!

Но Лагримос только пожал плечами, потом топнул ногой по последней ступеньке, и лестница, которая соединяла третий этаж с четвертым, разлетелась на части и полетела вниз с огромной высоты. Там внизу с оглушительным грохотом, она соприкоснулась с землей.

– Извините! – развел руками Лагримос-Черный Нос, повернулся и убежал.

Но делать было нечего. Земляне посмотрели, посмотрели и решили лезть дальше по стене. Как альпинисты. Они связались веревкой, чтобы страховать друг друга и полезли. Стена была неровная, плиты и кирпичи выпирали, так что зацепиться было за что. Так что стена им была нипочем. Даже Бочкин ловко, словно жук, передвигался по вертикальной плоскости стены. В юности он достаточно полазил по горам, так что знал в этом толк. И преодолеть надо было не так уж и много. Метров десять.

Так они ползли и ползли по стене, словно большие цветные мухи, и осталось им уже не больше метра, как снова раздался голос:

– Ни с места! Вы окружены! А ну-ка, руки верх!

Это опять был робот трансформер. Все-таки он догнал их. И так как выполнить его приказание не было никакой возможности (Как поднимешь руки верх, если держишься ими за стену?), то он открыл огонь.

И тут на их счастье у боевого робота кончились снаряды в пушках. И пока он впустую щелкал затвором, Иван Иванович и Бочкин уже добрались до площадки и вылезли на ровную поверхность. Они уже протянули руку прапорщику, чтобы вытащить и его, как раздалась пулеметная очередь, Окуркин вздрогнул и полетел вниз.

– Мама!!! – закричал он, но к счастью не упал, а повис на веревке, почему-то в этот раз кактусенок Куся сидел у него на плече и мелко дрожал, и все равно мужественно пытался успокоить прапорщика и гладил его по голове. Краснобаев и Бочкин стали усиленно тянуть своего боевого друга обратно. Окуркин раскачивался из стороны в сторону и смотрел на них расширенными от ужаса глазами. Белые губы продолжали звать: – Мама! Мамочка! Почему я тебя в детстве не слушался?

А робот уловил его бормотание и обрадовался.

– Вижу цель, – прогудел он, – веду стрельбу на поражение. Огонь!

И он стал стрелять по Окуркину одиночными выстрелами.

Да, хорошо, что наводка у него сбилась. Иначе бы мы с вами потеряли бы доблестного прапорщика Окуркина. Так же пули летели в метре от него и колотили по стене. Сыпалась штукатурка.

– Что такое? – не мог ничего понять робот трансформер. – Какое живучее создание. Я стреляю, а оно не умирает, а продолжает кричать. Так не положено. А ну, падай! Падай, кому говорю!

И он продолжал стрелять.

К счастью мужчины подняли друга, выволокли его наверх и все трое снова убежали от него. Робот растерянно покрутил бронированной головой, посмотрел на убегающих, и стал вытягивать свои руки к четвертому этажу. Ему надо было добраться до туда и продолжить погоню. Он должен выполнить свой долг. Иначе его программа навсегда выйдет из строя.

Вот его руки-манипуляторы дотянулись до верха, он проехал вперед на гусеницах и повис в воздухе, руки его стали укорачиваться и поднимать многотонное тело робота наверх. Затем робот выбрался на поверхность и вздохнул совсем как человек:

– Уф. Теперь надо подзарядиться. Где мой неприкосновенный запас? Ой, у меня кажется наводка сбилась. Надо же! А то я ни как не пойму, в чем тут дело.

И он покатил дальше, на ходу заряжая свои пушки и пулеметы и выправляя и настраивая наводку.

А смелые освободители принцесс бежали дальше, оставляя позади себя один этаж за другим. Казалось, что больше опасностей не осталось. Друзья воспрянули духом.

– Как настроение звездного экипажа? – на бегу поинтересовался Иван Иванович.

– Отличное! – ответили генерал и прапорщик.

– Ну и славно!

И вот наконец последний коридор стал широким и кончился, и они оказались лицом к лицу с Лагримосом. Он стоял в кабине лифта, за которой была лишь голая стена и больше никакой лестницы или коридора, и смотрел на землян с грустью и с торжественностью.

– Вы почти у цели, друзья мои! – сказал он и нажал кнопку.

– Так нечестно! Подождите нас! – закричали Краснобаев, Бочкин и Окуркин и бросились к лифту.

Но было уже поздно. Двери лифта сошлись, и он с мирным гудением уехал куда-то вверх.

– Вот гад, – от злости Бочкин даже пнул по закрытой двери. – Ну попадись он мне. Видал я на своем веку министров. И немало. Но такого подлеца…

Лифт перестал гудеть. Видимо доставил Лагримоса на последний этаж и остановился.

– Ничего страшного, – сказал Краснобаев. – Мы снова его вызовем.

И он нажал кнопку вызова. Кнопка загорелась. Лифт загудел и снова поехал.

– А вы переживали, товарищ генерал, – самодовольно улыбнулся Иван Иванович.

Двери открылись, и земляне хотели уже забежать в кабину лифта, но вместо этого в страхе отскочили назад.

В кабине стоял двухметровый боевой бронированный робот последней модели. С виду он был похож на человека, только с красным и злым лицом и круглом шлеме с антеннами.

Грозно ступая железными ногами, он вышел из кабины и пошел на космических героев. Те отступали от него до тех пор, пока Краснобаев не выхватил меч и не набросился на робота.

Но у того тут же тоже из ладони выросло лазерное лезвие и он вступил с Краснобаевым в поединок.

Хоть и был Иван Иванович неплохой боец на мечах, но с роботом ему было тягаться не легко. И если сказать правду, то даже тяжело. Не прошло и минуты, как робот выбил у него из руки меч и раздавил его своей броневой ногой. Только хруст раздался.

Краснобаев отступил.

Тогда на робота набросились Бочкин с Окуркиным и открыли по нему огонь из своих бластеров. Только искры посыпались во все стороны.

Робот лишь усмехнулся. Электрические заряды были ему как щекотка.

– Ха-ха-ха! – сказал он и продолжал идти на землян. Лазерное лезвие он убрал. Вместо него, появились из укромных мест стволы бластеров, пушки, пулеметы. – Я последний сюрприз Лагримоса. Робот-У. То есть Убийца. У меня приказ вас уничтожить. Готовьтесь к смерти.

Заряды у Бочкина и Окуркина кончились, и они выбросили, ставшие бесполезными, бластеры и растерянно повернулись к капитану, сняв с себя всю ответственность, они тут же возложили ее на него. Иногда очень хорошо, что командовать надо кому-то другому, а не тебе. Краснобаев был серьезен и хмур, как никогда. Ситуация была очень критическая. Жизнь всего звездного экипажа повисла на волоске. И тогда Иван Иванович скомандовал:

– Отступаем.

И они побежали назад. Робот-У пошел за ними, и его хохот раздавался и пугал больше чем выстрелы пушек. Но не пробежали они и двадцати шагов, как в ужасе остановились, потому что увидели, как им навстречу по узкому коридору идет старый знакомый трансформер.

– А вот и я! – сказал он, увидев землян. – Никуда вы не делись. Теперь я вас арестую. Руки вверх. Считаю до трех. Если не поднимете, то буду стрелять. Раз!

Это было ужасно. Еще ни разу звездный экипаж не был в такой переделке. Смерть была позади, смерть была впереди. Они были между двух огней. Между двумя боевыми роботами-убийцами. Больше бежать было некуда.

– Два! – сказал трансформер.

– Ха-ха! – Робот гигант тоже остановился и щелкнул всеми своими орудиями, приведя их в полную боевую готовность.

– Три!

– Ложись! – за долю секунды до этого крикнул Иван Иванович и упал, увлекая на пол товарищей, и закрывая их своим телом.

– Огонь! – сказал трансформер и дал залп.

Он был все-таки устаревшей моделью, этот трансформер, и соображал довольно медленно. Поэтому все, что он выпустил из себя, попало не в землян, а в другого робота.

Бронированный гигант выдержал весь этот шквал огня и уставился на трансформера.

– Не понял, – сказал он. – Ты кто такой? И чего это ты тут делаешь?

– Я робот-О, то есть Охранник. Я должен арестовать этих лазутчиков, – ответил трансформер.

– Отваливай назад, консервная банка, – сказал робот-У. – Я сам с ними разделаюсь. Это моя добыча!!!

– Не могу, – ответил робот-О. – У меня программа их задержать. Это моя добыча!!!

– Ах, так! – закричал робот-У. – Тогда получай!

И все, что он приготовил для трех людей, он выстрелил в несчастного трансформера. Но тот хоть и был устаревшей моделью, но броню имел ничуть не худшую, чем у Убийцы, и все выдержал.

– Мне мешают выполнить долг, – сказал робот-О, – приступаю к ликвидации причин.

И он тоже стал стрелять в робота-У. Тот в него. Грохот стоял, страшный. Башня сотрясалась от взрывов. Над землянами проносилось море смертельного огня.

– Моя добыча! – перекрывая грохот боя, кричал робот-У. То есть Убийца.

– Нет, моя, – спокойно отвечал робот-О. То есть Охранник.

Бочкин поднял голову и с восхищением посмотрел на бой двух боевых роботов.

– Во здорово! – не выдержал он. – Как в американском фильме про этого, как его дьявола? Прапорщик, отвечать.

– Про терминатора? – догадался Окуркин.

– Во, во!

– Товарищ генерал! Убьют же! – И Краснобаев тут же пригнул голову Бочкина к полу. Он заботился о своем экипаже. – Ползком к двери! – шепотом скомандовал он.

И они поползли.

Роботы, увлеченные своей битвой, про них забыли. Вояки! Они интересуются только войной, боем, запахом пороха и гари, оплавленным металлом и разрушением.

Наши друзья доползли до лифта и прыгнули в кабину и нажали кнопку последнего этажа. Двери лифта мягко закрылись и спрятали землян от этого кошмара.

И только тут роботы, наполовину разбитые и полурасплавленные вспомнили про них и повернулись в их сторону и побежали, стреляя на ходу своими последними боевыми зарядами.

Двери были тут же выбиты. Но было уже поздно. Кабина уехала наверх и унесла с собой Краснобаева и его друзей.

Роботы растерянно посмотрели друг на друга и оба зашипели, задымились и рухнули на пол. Они не выполнили свои программы и поэтому оба сгорели и самоуничтожились.

И вот, наконец, настал великий момент, когда капитан Иван Иванович Краснобаев, генерал Бочкин и прапорщик Окуркин ступили на последний этаж башни, где томилась прекрасная принцесса.

Они выскочили из лифта как ошпаренные, потому что чувствовали, как пол под ними во время подъема ходит ходуном. И как только они это сделали, кабина сорвалась с тросов и полетела вниз, где благополучно стукнулась об землю и смялась в лепешку.

Земляне же были на вершине башни и своей славы. Им осталось только открыть последнюю дверь, ведущую в покои принцессы. Надо было пройти всего лишь тридцать шагов, чтобы завершить свой подвиг и остаться навечно в памяти марсиан.

Они уже хотели было сделать эти последние шаги, но тут Бочкин остановил их.

– Стойте. Этот пол качается. Видите?

Действительно, плиты, которыми был уложен пол, вздрагивали при каждом их движении.

– И что надо делать?

– Бежать и не останавливаться. – Тут же сказал Окуркин. – Это опять ловушка из компьютерной игрушки. Главное нельзя останавливаться. Ни в коем случае! Понятно?

– Понятно!

И они побежали так быстро, как только могли.

Плиты за их спиной обламывались и летели вниз в бездну. Стоило им задержаться хотя бы на секунду, и они присоединились бы к ним.

Через двадцать шагов пол под ногами обрел твердость, и они остановились и перевели дух.

– Бум! Трах! Тарарах!

Это только сейчас упали плиты. Вот какая страшная была высота.

– А вот и дверь, – сказал Бочкин.

– А вот и я! – сказал Лагримос, который вышел из этой двери. Он был облачен в железные рыцарские доспехи. В руках у него был меч, которым он грозно размахивал. – Защищайтесь!

Но нашим друзьям нечем было защищаться. Бластеры они потеряли. Меч Краснобаева был уничтожен роботом-У. И поэтому они стали убегать от Лагримоса и его смертельного меча.

– Нечестно! – кричали Бочкин и Окуркин. – У нас нет оружия. Нам нечем защищаться. Ты, что, мужик, совсем с ума сошел? Брось железяку!

– А мое какое дело? – кричал Лагримос и продолжал размахивать мечом. – Принцесса моя, и я никому ее не отдам.

Он наступал на землян и теснил их к пропасти, которую они таким доблестным образом только что избежали.

Тогда Краснобаев снял с плеч рюкзак и стал им отбиваться от Лагримоса. Очень скоро его рюкзак превратился в лохмотья, и капитан снова остался безоружным.

Так они и погибли бы, если бы в дело не вмешался их друг кактусенок Куся. Он вылез из-за пазухи Окуркина и перепрыгнул на плечо Бочкину.

– Кинь меня в него, – прошептал он в ухо генералу.

Бочкин так и сделал. Он схватил Кусю и кинул его в лицо Лагримосу и попал прямо в нос. Куся выпустил иголки и вцепился в знаменитый нос первого министра.

Лагримос-Черный Нос так и завертелся на месте от боли и заверещал, как побитая собака.

– Ай, больно! Отпустите мой нос.

Он выронил меч и стал мотаться из стороны в сторону, пытаясь оторвать Кусю от своего носа. И все ближе и ближе он оказывался он у края пропасти, к которой гнал смелых героев.

Наконец он оторвал от себя кактус, заплакал от боли, когда зажал его в кулаке, размахнулся и кинул его в Бочкина.

– Вот тебе! – крикнул он.

Но не надо было ему так сильно при этом размахиваться, потому что он стоял на самом краю. Лагримос не удержался, стал ловить руками воздух, пытаясь удержаться на месте. Но это не удалось, и он с криком полетел вниз.

Краснобаев и Бочкин кинулись было к нему на помощь, но не успели и лишь увидели, как он летит вниз и смешно болтает ногами и руками.

От ужаса они закрыли глаза. Не хотелось видеть, как погибает человек.

Раздался громкий шлепок, а вслед за ним радостные крики зрителей, которые уже толпами бежали к башне.

Земляне открыли глаза и увидели, что Лагримос-Черный Нос жив и здоров. И совершенно невредим. Его поймали в натянутый тент солдаты. Те самые, что охраняли башню.

Затем Лагримоса подняли вверх на вертолете, обратно туда, откуда он только что был низвергнут. Правда нос у него стал еще в два раза больше, но все равно первый министр светился от счастья. Он выскочил из вертолета и с радостью стал обнимать землян.

– Поздравляю! Поздравляю! – кричал он. – Вы прошли все испытания. Больше ничего не будет. Идите, освободите нашу принцессу. Дорогой Иван Иванович. Торопитесь же. Она ждет вас и не дождется.

И Лагримос указал на заветную дверь от терема, который стоял на верхушке башни, и в котором жила принцесса Алегрия.

Бочкин с Окуркиным подошли к створкам двери, встали по бокам и торжественно открыли дверь.

Грохнул оркестр. Защелкали фотоаппараты, зажужжали кинокамеры, и Краснобаев вошел внутрь. Бочкин и Окуркин за ним. Последним, шмыгая от счастья опухшим носом, вошел Лагримос.

Все они оказались в просторном и светлом зале, в центре которого стояло кресло. В кресле сидела какая-то толстая пожилая тетка, смотрела на вошедших и улыбалась.

Краснобаев, Бочкин и Окуркин стали вертеть по сторонам головами.

– А где принцесса? – спросил Бочкин. – Где наша невеста?

– Как где? – удивился Лагримос. – Вот же она! Перед вами.

И он указал на толстую тетку.

Глава восьмая

ПОСТЫДНОЕ БЕГСТВО С МАРСА

Толстуха с трудом выдернула свое тело из кресла и бросилась к Краснобаеву. Через секунду она уже держала его в объятиях, обнимала и целовала.

– О, мой герой! – кричала она, обливаясь от счастья слезами. – О, мой возлюбленный! Как же долго я тебя ждала. Все глаза выплакала. Ну, где ты был? Почему так долго?

Бочкин и Окуркин с открытыми глазами смотрела на тетку и ничего не могли понять. А толстуха вдруг кинулась к ним и стала их тоже обнимать и целовать.

– И вы, милые мальчики, тоже молодцы! – кричала она им. – Герои! Отважные герои. Особенно ты, толстяк. Я вас награжу. Я вас обязательно награжу по-королевски.

Она еще раз осыпала их поцелуями, потом бросила и кинулась опять на Краснобаеве с новой страстью. Она так его обнимала, что чуть не задушила знаменитого летчика.

Краснобаев с трудом оторвал ее от себя и строго спросил:

– Постойте, постойте, гражданочка. Я что-то не пойму. Где принцесса Алегрия, дочь королевы Аэлиты?

– Это я, это я! – снова закричала толстуха и снова кинулась обниматься.

Иван Иванович отстранил ее еще раз.

– Какая же вы принцесса? – строго спросил он. – Я видел принцессу на портрете. Она красивая, молоденькая и худенькая. А вы, извините, совсем не молоденькая и совсем не худенькая.

– Но это я! Это я и есть! – закричала женщина. – Он мне не верит!

И она зарыдала.

Тут вмешался в разговор Лагримос-Черный Нос:

– Ручаюсь вам, что это действительно она. Клянусь. Это принцесса Алегрия! Все это подтвердят.

Краснобаев выглядел сконфуженным, и чтобы скрыть свое смущение от того, что заставил рыдать женщину, сделал вид, что очень сердит.

– Не надо меня обманывать. Я еще не слепой и не сумасшедший. Никакая это не принцесса. Вы меня самым подлым образом обманываете. Это что, новое испытание? Если так, то хватит с нас испытаний. Мы возвращаемся домой и больше с вами никаких дел иметь не будем.

– Я сейчас все объясню, – закричал в свою очередь Лагримос. – дело в том, что на портрете действительно принцесса Алегрия. Только написан этот портрет был сорок лет назад.

– Сорок лет назад? – ахнул Краснобаев.

– Да, именно столько лет вот уже никто не может освободить принцессу и пройти все испытания. Сорок лет мы ищем по всей вселенной храбреца, который бы смог это сделать. Их были десятки сначала, но никто не смог добыть принцессу. Потом было меньше. Но и у них ничего не получилось. И, наконец, пришли вы и все сделали. Так что принцесса ваша. Забирайте ее и женитесь на здоровье.

– Но она мне не нужна, такая старая! – возмутился Иван Иванович.

– Какая же она старая? – воскликнул, в свою очередь возмущенный Лагримос. – Ей еще не исполнилось семнадцать лет!

– Ей нет семнадцати лет? Да ей уже все шестьдесят!

– Нет, по нашим законам, пока принцесса не вышла замуж, она считается шестнадцатилетней. А выйти замуж она может только после того, как ее освободит космический герой. Космический герой это вы, а принцесса это она. Молодая и красивая.

– Тогда женитесь на ней сами!

– Извините! – обижено закричал Лагримос. – Вы освободили ее, вы и женитесь. Так полагается по закону. А иначе… Мы свою принцессу обижать никому не позволим. Не плачь моя хорошая, не плачь, малышка. – И он погладил рыдающую Алегрию по голове.

– А!!! – кричала принцесса. – Замуж хочу! Хочу замуж! За него. – И показывала на бедного Краснобаева пальцем.

– Сегодня же вечером ты выйдешь за него замуж, – сказал ей Лагримос. – Свадьба уже готовится. Не плачь, дорогая. Лучше покажи нам свое подвенечное платье.

Алегрия тут же перестала плакать и побежала к сундуку, в котором у нее хранились платья. Вытащила самое старое и ветхое и принесла.

– Я сшила его сама!

Лагримос посмотрел на платье и ахнул:

– Кошмар! Да оно тебе давно уже мало! И состарилось немного. Сорок лет все-таки. Не шутка. Кто ж знал, что оно может пригодиться? Надо срочно шить новое. Сейчас же в самый модный салон!

И он увлек принцессу Алегрию за собой.

– А вы, – повернулся он к землянам, – готовьтесь к свадьбе. За вами придут через час.

И запер дверь принцессиного терема на ключ.

Наши доблестные герои остались одни. Иван Иванович сел на пол и в отчаянии обхватил голову руками. Никогда еще жизнь не наносила ему такого сотрясающего удара.

– Это вы во всем виноваты, товарищ генерал! – язвительно произнес прапорщик Окуркин.

Бочкин и сам был потрясен до глубины души. Он разумеется не ожидал такого подвоха от гостеприимных марсиан.

– Разве же я думал, что так получится? – развел он руками.

– Теперь Краснобаев должен будет жениться на этой старой кикиморе! Вот что вы наделали, – сделал итог прапорщик Окуркин. – И как хорошо, что я дал слово Тамаре, что женюсь на ней.

Генерал Бочкин был так сильно сконфужен, что и слова сказать не мог. А Иван Иванович еще крепче сжал свою голову руками и, чтобы не зарыдать в голос, стал раскачиваться из стороны в сторону. Лицо у него покраснело, глаза закрылись. И скупая слеза повисла на ресницах.

Окуркин увидел такое падение духа у звездного экипажа и нахмурил брови.

– Слезами горю не поможешь, – сказал он. – Надо что-то делать!

– Но что? – хором спросили Краснобаев и Бочкин.

– Мы должны бежать!

– Бежать?

– Да.

– Это как-то неудобно, – задумался генерал. – Неприлично как-то бежать из-под венца.

– А женить человека против его воли прилично? – накинулся на Бочкина прапорщик. – Как вам не стыдно? Разве сейчас время бороться за нравственность?

– Да, да, да мы должны бежать! – забормотал Краснобаев. – Бежать! Но куда? Ведь дверь закрыта.

– В окно! – уверенно сказал прапорщик. – Со свадьбы всегда убегают в окно.

И он подбежал к окну и распахнул его. Бочкин глянул вниз и зажмурил глаза.

– Тут очень высоко!

Краснобаев посмотрел и оживился.

– Ничего, как-нибудь слезем по стене. Товарищ генерал, доставайте наш альпинистский трос.

И они вылезли в окно и полезли вниз, только теперь они уже убегали от принцессы, а не стремились к ней.

На их счастье марсиане на время забыли про землян. Все они были увлечены принцессой Алегрией и смотрели, как она готовится к свадьбе и разъезжает по самым дорогим и модным магазинам. Лагримос даже стражу не расставил вокруг башни. Только у дверей терема.

Наши друзья спустились метров десять и прыгнули на ступени башни и побежали обратно тем же самым путем, которым пришли сюда. Только в этот раз их никто не останавливал и не пытался убить. Они пробежали мимо поверженных роботов У и О, в том месте, где не было лестницы, они опять пустили в дело веревку и спустились по ней еще на два этажа, и потом уже и вовсе не было проблем и они выскочили наружу и побежали к своей улитке, которая покорно стояла на том самом месте, где они ее оставили, и жевала песок.

Друзья сели в раковину и поехали по улицам к городским воротам, а чтобы их не узнали, они купили у одного уличного мальчишки шляпы и надели их себе почти на нос.

– А разве вы не на свадьбу принцессы Алегрии едете? – спросил их мальчишка, счастливый оттого, что такие знаменитые герои купили у него шляпы, да еще целых три.

– На свадьбу, на свадьбу! – сказал ему Окуркин. – Не покажешь нам, в какую сторону надо ехать?

– Вон туда, – показал мальчик.

– Надо же, – прапорщик сделал вид, что удивился, – а мы были уверены, что туда. – И показал в противоположную сторону.

– Нет, – покачал головой мальчишка. – Там главные городские ворота, выходящие на большую дорогу в пустыню. По ней теперь оттуда возят арбузы.

Сказав про арбуз, юный марсианин облизнулся.

Но наши друзья узнали, что им было нужно.

– До встречи! – крикнули они. – И передай привет, если увидишь, принцессе Алегрии и Черному Носу.

И направили свою улитку к выходу из города. Улитка помчалась, только ветер засвистел в ушах. Марсианский мальчик удивленно посмотрел им вслед и пожал плечами.

– Так ведь они все равно не туда поехали, – сказал он сам себе. – Вот дураки! Одно слово, инопланетяне.

Но земляне ехали как раз туда, куда им было нужно. Дорога впереди была пуста, потому что все горожане сегодня не работали, а готовились к свадьбе. Все городские экипажи наоборот стремились к центру, туда, где предстояли торжественные мероприятия, к Утопийскому собору, который назывался так в честь древней марсианки Утопии, которая родила девочку, которая потом выросла и стала главной марсианской богиней Лу-Лу. В соборе должно было состояться венчание.

Так без помех они добрались до главных ворот, тех самых, через которые они сюда и попали в этот город Муты-Гуру.

И уже было обрадовались наши друзья, что удрали из города, как неожиданная встреча круто изменила мирный характер их бегства.

Именно в тот момент, когда они подъехали к воротам, в них вошла огромная черепаха, на панцире которой горой высились арбузы. Это была такая большая и неуклюжая черепаха, и так она медленно шла, что Краснобаев, Бочкин и Окуркин чуть не умерли от нетерпения, ожидая, когда же она все-таки пройдет. Но прошла одна черепаха, как за ней тут же в ворота влезла другая черепаха и тоже закрыла путь. Это черепаха оказалась еще больше предыдущей, плюс ко всему она оказалась еще и вдвое длиннее, так что отняла у землян вдвое больше времени, чем первая.

И тут к их улитке подбежал марсианин.

– Я очень извиняюсь, – кричал он, – но это срочный заказ, арбузы для свадебного стола принцессы и героя Ивана Краснобаева. Сейчас она войдет, и вы можете ехать.

Когда трое беглецов услышали этот голос, они разом надвинули шляпы до подбородка. Это был никто иной, как Кирку-Ду, собственной персоной.

– А почему это вы не остаетесь на свадьбу? Куда уезжаете в столь радостный для всей планеты час?

И он стал заглядывать в окошко улиткиной раковины.

– А почему вы прячете лица? – продолжал болтать Кирку-Ду. – Что-то мне ваши силуэты знакомы.

– Вы не можете нас знать, – наконец подал голос из-под шляпы прапорщик Окуркин, – потому что мы вас не знаем.

– И голос знакомый, – удивился марсианин. – Клянусь арбузом, это голос землянина, который приехал вместе с Краснобаевым.

– Нет, это не я! – воскликнул Окуркин. Он дернулся, и шляпа с него слетела и открыла лицо.

Бочкин тут же нагнулся, чтобы поднять шляпу прапорщика и тут же уронил свою.

– Ой! – крикнул он, схватил шляпу и снова одел, но сделал это так резко, что задел шляпу Краснобаева, и та тоже свалилась.

– Земляне! – с открытым от удивления ртом, застыл Кирку-Ду.

К счастью в это время черепаха вошла в город, и ворота остались свободными.

– Едем! – крикнул Иван Иванович.

Улитка сорвалась с места и понеслась по дороге прочь от города.

– Удирают! – закричал Кирку-Ду. – Удирают! Земляне удирают. Мы снова останемся без королевы! Караул!

И все, кто был рядом с ним, тоже завопили, закричали, появились марсианские полицейские верхом на карликовых скоростных улитках, узнав, в чем дело, они тут же бросились в погоню.

Весть о бегстве землян распространилась по городу в считанные секунды. Ее передали по радио и телевидению.

– Верните мне жениха! – кричала с телеэкранов принцесса Алегрия. – ПолМарса за жениха!

В городе была объявлена тревога и чрезвычайное положение. Выли серены, лаяли собаки, кричали женщины, плакали дети. За поимку землян Лагримос-Черный Нос назначил огромную награду: сто тысяч золотых и арбузную плантацию за городом, и тысячи марсиан бросились в погоню.

И как ни быстра была улитка наших героев, однако очень скоро они оглянулись и увидели, что их настигают полицейские улитки. Синими огнями мигали лампочки на их рожках. Истерически выли серены.

– Остановитесь! – кричали в мегафоны марсианские полисмены. – Улитка, номер четыреста двадцать два, немедленно остановитесь!

А в небе со стороны города уже гудели вертолеты. Пока это были маленькие точки в небе, но скоро они превратятся в грозные летательные аппараты. С каждой секундой они росли в размерах, потому что приближались.

Краснобаев от страха весь побелел. Губы его дрожали. Он совершенно потерял присутствие духа.

– Ничего, капитан, уйдем! – закричал Окуркин и взял управление улиткой на себя. У них в раковине для этого был специальный руль, очень похожий на баранку земного автомобиля, только овальный, а не круглый.

– Быстрее, быстрее! – кричал Бочкин и от волнения прыгал на месте.

Улитка катилась изо всех сил. Вот кончились пригородные плантации и началась пустыня. Улитка прибавила скорость и просто понеслась. Громко зашуршал под ней марсианский песок.

Но полицейские улитки не отставали. Они приближались неумолимо, да еще к ним присоединились улитки горожан, которые присоединились к погоне и тоже хотели помочь родной планете вернуть жениха принцессы и получить награду. На необъезженных уклопах мчались наперерез марсианские охотники на уклопов. Эти лихие марсиане теперь охотились на землян.

Еще немного и наши друзья окажутся в плену.

– Кактусы! Кактусы! – закричал вдруг Бочкин. – Надо позвать на помощь кактусы.

И он выпустил Кусю, который все это время сидел у него на плече, в окно. Кактусенок укатился и через несколько секунд вся пустыня наполнилась кактусами. Большими и опасными. Кактусы бросились на марсиан и остановили их. Они кидались под улиток, и те, боясь уколоться, испуганно шарахались, сбрасывали седоков и удирали обратно. Так же вели себя и уклопы. Погоня смешалась и остановилась.

Земляне вырвались далеко вперед. Бочкин пробормотал:

– До свидания, Куся! Я тебя никогда не забуду!

И они продолжали удирать. Им осталось совсем немного, чтобы добраться до горной гряды, где был спрятан Базилевс. Но теперь опасность грозила им уже с неба. Прилетели вертолеты и стали кидать на них сверху сети. Только вот ни разу не попали.

– Э, никудышная у них авиация! – увидев, как они это делают, покачал головой генерал Бочкин.

А другие вертолеты, тяжелые и грузовые разлетелись широким кольцом, сели на землю, и из них выскакивали десятки солдат с круглыми щитами и длинными копьями с лазерными наконечниками. Солдаты разбежались и пошли широкой цепью, охватывая всю территорию в кольцо.

– Вообще-то грамотно действуют! – приуныл Краснобаев. – Но я им живым не дамся.

Они все-таки достигли горной гряды, и он направил улитку на самую высокую гору. Она преодолела половину подъема, и остановилась. Видимо стерла свою скользкую подушку, и та больше не скользила.

– Придется на своих двоих, – сказал Иван Иванович и первым побежал к вершине горы, которая отвесно нависла над пустыней, словно кривой зуб исполинского животного.

Бочкин и Окуркин побежали за ним.

– Пожалуй, ни разу за все наше космическое путешествие нам не приходилось так много бегать, как здесь на Марсе, – пропыхтел Бочкин.

– Да уж, – согласился с генералом прапорщик.

Они бежали, а над ними кружили вертолеты. Хорошо, что для них не было здесь ровной площадки, на которую можно было бы сесть. И солдаты десантники спускались на гору по веревочным лестницам.

Но земляне добежали до вершины раньше. Добежали и остановились.

Больше бежать было некуда.

Трое друзей стояли на вершине горы и смотрели вниз.

– Если, что я брошусь вниз, – сказал Иван Иванович. – А с вами они ничего не сделают. Найдите потом Базилевса, и он отвезет вас на Землю, друзья.

– А по мне, так уж лучше жениться, – вздохнул Бочкин. – Эта принцесса немного даже похожа на Настену.

– Лучше смерть! – крикнул Иван Иванович.

– Я тоже так думаю, – согласился с ним прапорщик.

– Если Краснобаев погибнет, то на принцессе женят вас, товарищ генерал, – сказал вдруг Окуркин.

Бочкин только руками развел, не зная, что сказать. А потом у него вдруг волосы на голове встали дыбом.

– Мне нельзя! – закричал он. – Моя Настена сразу обо всем догадается. У нее интуиция. Она у меня такая ревнивая, что обязательно доберется сюда на Марс, чтобы устроить мне скандал. А в гневе она ужасна. Я этого не переживу! – И Бочкин схватился за сердце.

К ним уже приближались солдаты. И они были совсем близко.

– Лучше не приближайтесь! – крикнул им Краснобаев. – А то я покончу с собой.

Солдаты в смятении остановились. Они не знали, что им делать.

И тут прилетел и опустился на землю самый большой вертолет, из которого выскочили принцесса Алегрия и Лагримос-Черный Нос.

– Любимый мой! – закричала принцесса и побежала к горе. Бежать ей было тяжело, она пыхтела и задыхалась.

А Лагримос закричал на солдат:

– Чего вы смотрите? А ну быстро хватайте его! Когда же ему сообщили, что землянин пообещал прыгнуть вниз, он закричал:

– Ну и что? Пусть прыгает! Растяните ему брезент!

Под вершиной горы тут же растянули широкий брезентовый тент. Такой широкий, что прыгнуть и промахнуться стало невозможно. Краснобаев с отчаянием смотрел вниз.

– Прыгай сюда, мой уклопчик! – закричала ему принцесса Алегрия. – Прыгай в мои объятия, любимый! Я все прощу!

И она расставила свои полные красные руки для объятий.

– Вперед! – дал команду солдатам Лагримос. – Взять его, а если будет сопротивляться сбросить вниз. Сломает руку или ногу? Ну и что? Значит, впредь будет более покладистым.

И солдаты побежали брать в плен Ивана Ивановича Краснобаева, знаменитого космического героя и героического земного летчика аса.

Им оставалось пробежать метров пятьдесят, как в оранжевом марсианском небе громко завыли космические двигатели, и около вершины повис звездолет похожий на русский реактивный самолет МИГ-29. Рядом с ним марсианские вертолеты выглядели допотопными агрегатами.

От удивления солдаты остановились и открыли рты.

– Базилевс! Базилевс! – запрыгали от радости Бочкин и Окуркин.

– Базилевс! – запрыгал у их ног кактусенок Куся. – Базилевс!

– А ты как здесь оказался? – с замершим от счастья сердем спросил его генерал Бочкин.

– А я полечу с вами, – сказал Куся. – Меня отпустили с вами на Землю.

– Базилевс? – спросил Лагримос. – Почему Базилевс? Так нельзя.

– Базилевс? – закричала Алегрия. – что это за страшилище? Он хочет похитить моего мужа?

– Базилевс! – облегченно вздохнул Иван Иванович. По его мужественному лицу ручьями потекли слезы.

– Так вы что, капитан, действительно не хотите жениться на этой женщине? – спросил Базилевс.

Краснобаев сразу перестал плакать и просто взбесился.

– Ты еще спрашиваешь? А ну быстро подавай трап!

– Есть, капитан, – ответил катер и открыл входной люк.

– Хватайте его! – закричал Лагримос. – Не дайте ему уйти!

Солдаты снова побежали, но было уже поздно. К ногам землян опустился трап звездолета, они все трое и еще марсианский кактусенок Куся вбежали внутрь, трап убрался и люк закрылся.

Звездолет плавно поднялся, повисел над горой, а потом стрелой взмыл в небо и полетел к фиолетовым и бордовым марсианским облакам. Прошло три секунды и он исчез из виду.

Увидев это, принцесса зарыдала и упала на грудь первому министру. Тот погрозил небу кулаком и сказал расстроенным голосом:

– Первый раз вижу такого непорядочного космического героя.

Глава девятая

ВОЗВРАЩЕНИЕ НА ЗЕМЛЮ

Долго еще после этого Иван Иванович Краснобаев не мог успокоиться, и вздрагивал каждый раз при слове Марс.

Красная планета осталась позади. Базилевс покинул ее атмосферу и вышел в открытый космос. Полным немого упрека смотрело ему вслед знаменитое лицо марсианского города. И Краснобаеву стыдно было глядеть на него. С каждой минутой оно уменьшалось в размерах, а сердце знаменитого капитана зайчиком прыгало в груди от страха. Ему все казалось, что сейчас за ним бросится в погоню целая эскадра преследователей, догонят, и все-таки заставят жениться на марсианской принцессе.

Но вот лицо исчезло из виду, превратившись, в маленькую точку, которой тоже вскоре не стало видно. Затем в иллюминаторе стал виден силуэт планеты, и тоже стал уменьшаться в размерах. А Краснобаев гнал и гнал свой звездолет, не жалея двигателей и горючего. Только через час, когда марс стал величиной с копейку, он стал понемногу приходить в себя, и бледность стала покидать его искаженное ужасом лицо.

А к вечеру он совсем успокоился и даже впервые за последние часы позволил себе улыбнуться.

– А знаете, друзья, – сказал он, – ни разу еще моя жизнь не висела на таком тонком волоске, как в этот раз. И никогда мне еще не было так страшно. Посмотрите-ка, не стали ли мои волосы седыми?

Бочкин, Окуркин и кактусенок Куся посмотрели и покачали головами:

– Нет, не поседели.

– Слава Богу! – вздохнул Иван Иванович.

– Все хорошо, что хорошо кончается, – сказал Базилевс.

И тут Краснобаев вспомнил про Базилевса и спросил у него:

– А как получилось, что ты прилетел в последнюю секунду?

– Да так, – вздохнул катер, – я смотрел местное телевидение и восхищался вашими подвигами и приключениями.

– Так ты все видел? – хором ахнули Краснобаев, Бочкин и Окуркин.

– Конечно. Все до последнего.

– И ты ни разу не пришел нам на помощь? – воскликнул Краснобаев. – Мы столько раз могли погибнуть.

– Но по местным законам героям не положено пользоваться звездолетом при спасении принцессы, – виноватым голосом ответил Базилевс. – Поэтому я и не стал вмешиваться. Не хотелось помешать.

– Ну хорошо, а почему же тогда ты не прилетел к терему, когда мы ползли по стене и могли сорваться. Ведь уже тогда было ясно, что нам надо бежать.

Базилевс шмыгнул носом. Или это им показалось? Ведь у звездолетов не бывает насморка.

– Так я…

– Что ты?

– Капитан, вы будете меня ругать.

– Говори же!

– Я загляделся, как принцесса покупает себе свадебные наряды, и про все забыл. Так мне понравилась эта светская хроника. Простите меня. И еще, честно говоря, я думал, что принцесса вам нравится, на мой вкус, она прехорошенькая, как почтовый рейдер, я конечно слыхал, что вкусы бывают разные и о них не спорят, но я был уверен, что вы хорохоритесь только для виду, чтобы, так скажем, соблюсти мужское достоинство. Не сразу до меня дошло истинное положение вещей. Но когда я понял, что вы действительно не хотите жениться и даже готовы покончить с собой, то я сразу вмешался.

– Лучше поздно, чем никогда, – вздохнул Краснобаев и упал на спинку кресла. – Все, больше никаких планет. Мы летим на Землю.

В этот раз ему никто не стали возражать. Кажется, и его друзья уже успели насытиться своими космическими приключениями, почувствовали, что начали скучать по дому. И даже очень сильно.

– И я с вами! – пискнул Куся.

– Ты первый марсианский космический путешественник, – погладил его по голове Бочкин.

После приключений, которые выпали на их долю, земляне нуждались в отдыхе. Они отправились поспать, а Базилевс летел к Земле и глотал один миллион километров за другим. Прошло восемь часов, и вот далеко впереди появилась маленькая голубенькая точечка, которая сразу стала расти в размерах.

– Прямо по курсу планета Земля! – через динамики объявил Базилевс. – Через два часа мы будем на исходной точке.

Звездолетчики проснулись, и их охватило сильное волнение. Еще бы! Их долгое путешествие и захватывающие приключения подходили к концу.

– Дом, милый дом! – Краснобаев не удержался и смахнул с лица слезу. Иногда он мог быть и сентиментальным.

Впрочем, Бочкин и Окуркин тоже украдкой утирали слезы.

А Земля становилась все ближе и ближе, и вот уже на ней стало возможно различить океаны и материки. Белые облака, словно одеяла ласково покрывали ее в нескольких местах. Америка уже готовилась ко сну, а в России уже бурным ходом наступало утро. Дальний Восток уже проснулся, в Сибири полыхал розовыми красками рассвет, а там, где располагался приморский городок, где все они проводили отпуск, все еще была ночь.

– Ваше отсутствие на Земле было совсем коротким, – сообщил Базилевс. – Всего три часа земного времени. Иду на посадку.

И через пятнадцать минут он сел прямо на том месте, откуда улетел неделю назад.

– Ну что ж, – вздохнул катер, – вот вы и дома.

И открыл люк. Внутрь катера ворвались родные и до боли знакомые запахи воздуха, моря, трав и цветов. Ночные звуки, шорохи стрекот цикад проникли в кают-компанию.

– Ура! – закричали Бочкин и Окуркин тут же выбежали из корабля. – Матушка Земля! Здравствуй милая.

И они стали обнимать и целовать траву и песок под ногами. Никто, так как летчики не ценит возвращение на Землю.

Краснобаев остался сидеть в капитанском кресле. И тут ему стало грустно. Он вспомнил, что настала пора прощаться с Базилевсом. И только сейчас он понял, как сильно он успел привязаться к новому боевому другу. Он погладил штурвал и пульт управления.

– Спасибо, капитан, – ответил ему на это Базилевс. – У меня к вам последняя просьба.

– Какая? Я обязательно ее выполню.

– Я вас попрошу, когда вы сейчас пойдете домой, не оглядывайтесь, пожалуйста, назад.

– Почему?

– Я не хочу, чтобы вы видели, как я распадусь на атомы. Это не самое лучшее зрелище.

Краснобаев вынужден был с ним согласиться.

– Хорошо. Пусть так и будет.

– Прощайте, капитан.

– Лучше до свидания, Базилевс. Я думаю, что придет время, и мы встретимся и еще побороздим просторы вселенной. В жизни нужно быть оптимистом.

– Я буду ждать этого.

– Я тоже.

Прощание всегда очень тягостно для хороших людей, и чтобы не затягивать его, Краснобаев вышел наружу, вдохнул полной грудью чистого земного воздуха, и тоже сказал:

– Здравствуй, родимая матушка Земля!

И побежал за товарищами. Очень скоро он догнал их, и в городок они пошли уже втроем. Вернее вчетвером. На плече у Бочкинасидел марсианин Куся.

Через триста шагов они оглянулись, но никого не увидели. Берег моря был пустынен, и лишь далеко за морем на горизонте посветлело небо. Приближался рассвет.

И тут всем стало грустно.

– Базилевс, – сказал Бочкин.

– Хороший был катер, – добавил Окуркин.

– Он сказал, что обязательно вернется, – с непоколебимой верой в голосе сказал Иван Иванович.

Все сразу повеселели, и как дети, чуть не вприпрыжку побежали домой, туда, где ждал их санаторий, врачи и лечебные процедуры.

Так закончилась эта знаменитая космическая одиссея. Одиссея капитана Краснобаева и его звездных друзей.

А марсианский кактусенок Куся так до сих пор и живет у генерала Бочкина вместе с попугаем, которого Бочкин привез с необитаемого острова. Живет он в глиняном цветочном горшке, и все думают, что это самый обыкновенный кактус. А генерал никому не раскрывает его марсианское прошлое. Говорит: «Не время еще! Вот когда примут нас Межгалактическое содружество, вот тогда!..»

Вот какие дела бывают на свете!

Content

Дмитрий Суслин
Новый герой галактики
или
Космическая одиссея капитана Краснобаева

ЕСТЬ ЛИ ЖИЗНЬ НА МАРСЕ?

ИСТОРИЯ ПЕРВАЯ ПЛАНЕТА СОКРОВИЩ

Глава первая В КОТОРОЙ ИВАН ИВАНОВИЧ КРАСНОБАЕВ ВСТРЕЧАЕТСЯ С ИНОПЛАНЕТЯНИНОМ И УХОДИТ В ОТПУСК

Глава вторая ТРОЕ В ОТПУСКЕ

Глава третья ПОСЛАНЕЦ ГАЛАКТИКИ ПОЯВЛЯЕТСЯ ВНОВЬ, И КРАСНОБАЕВ ОТПРАВЛЯЕТСЯ В ПУТЬ

Глава четвертая ПЕРВОЕ СОВЕЩАНИЕ, И ВСТРЕЧА СО СТАРЫМИ ЗНАКОМЫМИ, ДЕРЗКИЙ ПЛАН

Глава пятая СРЕДИ ПИРАТОВ

Глава шестая КОНЕЦ ПИРАТСКОГО ВОИНСТВА

Глава седьмая КАРТА КАПИТАНА ПЛИНТА

Глава восьмая НА КРЕЙСЕРЕ ОДНОНОГОГО ГОЛДИ

Глава девятая ВОТ ОНА – ПЛАНЕТА СОКРОВИЩ!!!

Глава десятая ДЖУНГЛИ ЗЕЛЕНОЙ ПЛАНЕТЫ

Глава одиннадцатая ДРУЗЬЯ ПОПАДАЮТ В ПЛЕН К ПИРАТАМ, А НА ПЛАНЕТЕ СОКРОВИЩ ПОЯВЛЯЕТСЯ НОВЫЙ ПЕРСОНАЖ

Глава двенадцатая ЛОВУШКИ КАПИТАНА ПЛИНТА

Глава тринадцатая СОКРОВИЩА КАПИТАНА ПЛИНТА

Глава последняя ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНАЯ

ИСТОРИЯ ВТОРАЯ МАРСИАНСКАЯ ПРИНЦЕССА

Глава первая БУТЫЛКА С ЗАПИСКОЙ О ПОМОЩИ

Глава вторая КУРС НА МАРС!

Глава третья МАРСИАНСКАЯ ПУСТЫНЯ И ГОРОД МУТЫ-ГУРУ

Глава четвертая ОПЕРАЦИЯ ПО СПАСЕНИЮ ПРИНЦЕССЫ НАЧИНАЕТСЯ

Глава пятая ИСПЫТАНИЯ НАЧИНАЮТСЯ

Глава шестая НОВЫЙ ДРУГ КУСЯ И НЕПОБЕДИМЫЙ БАРХУДИН

Глава седьмая ПОСЛЕДНЕЕ ИСПЫТАНИЕ НАЧИНАЕТСЯ

Глава седьмая МЕЖДУ ДВУХ ОГНЕЙ, ПОЕДИНОК С ГЛАВНЫМ ЗЛОДЕЕМ И ПРЕКРАСНАЯ ПРИНЦЕССА АЛЕГРИЯ

Глава восьмая ПОСТЫДНОЕ БЕГСТВО С МАРСА

Глава девятая ВОЗВРАЩЕНИЕ НА ЗЕМЛЮ