Новикова Юлия

Откровение, или Мужчина по вызову

Новикова Юлия. Откровение, или Мужчина по вызову

Часть первая

— Определенно, тебе понравится, — уже час убеждала меня моя подруга Танька в том, что она знает, как решить мои проблемы.

Мы сидели на моей кухне, и пили час с конфетами, которые она просто обожала. Для таких случаев я всегда держала одну-две коробки в баре.

— Все беды у нас хрупких женщин от нервов, дорогая, — продолжила она, отправляя очередную конфетку с коньячной начинкой в рот.

Отвлекшись от своих грустных мыслей, я поняла, что она только что сказала, и чуть не прыснула от смеха. Это она-то хрупкая женщина. Танька выглядела, как милая и обаятельная пышка. Ее пристрастие к конфетам и пирожным сделали ее кругленькой и аппетитной. Но это нисколько не смущало мою подругу. Она продолжала поедать сладости и вздыхать, что нормальный мужик совсем перевелся в нашей стране. Правда, это не мешало ей менять любовников, каждую неделю. Я всегда поражалась ее этой особенностью.

Ее пальчик с перламутровым лаком на ногтях рисовал круги на поверхности стола. Мгновение помолчав, она продолжила:

— Нервы, милая, это, прежде всего напряжение. Я имею в виду сексуальное напряжение. Еще есть понятие «разрядка». Ты слишком напряжена. Когда у тебя последний раз секс то нормальный был?

Я снова слушала подругу вполуха, размышляя о своем.

— Год назад, — автоматически ответила я, продолжая думать теперь о вещах более насущных.

На работе был завал. Я ждала новую установку для спа-процедур в свой салон красоты, а поставщик задерживал доставку. Это притом, что деньги были заплачены еще месяц назад.

— Вот видишь, целый год ты находишься в напряжении. Не получая сексуальной разрядки, ты становишься нервной и раздражительной, соответственно, подвергаешь нервную систему стрессу, — торжественно сделала вывод Таня.

— Тань, ну хватит тебе уже, — не выдержала я.

Целый час — это было уже слишком.

— Вот. Ты раздражительна. Ты меня хоть слушала, вообще? Что я тебе сказала десять минут назад? — в упор, глядя на меня, допытывалась подруга.

Я попыталась вспомнить. Кажется, она что-то говорила о том, что нашла способ мне расслабиться, и что это должно мне понравиться.

— Что-то, что у тебя есть проверенный вариант, как мне справиться со своими проблемами.

— Почти. Я говорила, что уже составила план по твоему благополучному возвращению в среду сексуально-активных женщин.

«Этого мне еще не хватало», — мрачно подумала я.

— А, может, ты лучше придумаешь, как мне расшевелить моего поставщика, чтобы он мне оборудование, наконец, доставил. От этого было бы больше пользы.

Подруга возмущенно всплеснула руками:

— Вот еще. Я ей — апельсины, а она мне — картошка. Лизонька, дорогая, да ты забудешь и о поставщиках, и о своем салоне. Я уже все продумала.

Вот это мне и не нравилось. Я, конечно, восхищалась Танькой, которая никогда не была одинокой, но становиться похожей на нее мне не хотелось. В моей жизни было всего двое мужчин, и последний ушел от меня год назад.

«Мне надоели твои головные боли, Лиза. Да, и если честно, в постели ты холодная, как арктический лед. Я думал, что у нас получится, но мы не подходим друг другу», — сказал он тогда на прощание.

Как же — не подходим. Сказал бы сразу — я нашел молодую и горячую. Его секретарша была на шесть лет младше его, и, как я узнала позднее, вполне его удовлетворяет в постели.

«Козел», — мысленно послала я своему, так и не состоявшемуся мужу.

Из мрачных мыслей меня заставил вынырнуть все тот же голос Тани:

— Завтра и начнем. У нас что завтра? Суббота. Вот и отлично. Я привезу тебе с утра снаряжение, а вечером и бойца пришлю, — строила планы моя подруга.

— Что? — не сразу поняла я.

— Ну, как что? С утра — белье сексуальное, вечером — мужчина.

У меня от ужаса округлились глаза.

— Ты с ума сошла? Проститута, или как их там называют, решила мне подсунуть?

Подруга возмутилась моему ханжеству и невежеству.

— Сама ты — проститут. Кто так выражается, Лизка? Мужчина по вызову. Но это почти так, только не совсем. Слышала об такой услуге, как «муж на час»?

Я еще шире распахнула глаза.

— Вот чудеса. Что, и такое уже придумали?

— Ты в каком веке живешь, подруга? Конечно, придумали. У меня есть телефончик одного такого агентства. Мальчики там — закачаешься. Я, когда мне мои надоедают, всегда туда обращаюсь. Завтра придет твоя очередь, — и подруга лукаво подмигнула мне.

«Совсем с ума сошла. Чтобы я себе мужчину покупала? Это прямо, как на рынке зонтик выбирать. Простите, этот мне не подходит, подайте вон тот», — ужаснулась я.

— И что, может еще и кастинг им можно устроить — ну, что б выбрать жеребца порезвее? — поддела я Таню.

Ужасно не хотелось думать, что в наш век мужчины продают себя в подобных агентствах, как на базаре.

— По желанию и за отдельную плату. Но ты в любом случае, не пожалеешь. У них там все — как на подбор.

— Знаешь что, Танька, если ты хочешь и дальше ко мне на чай с конфетами забегать, выкинь эту дурь из головы. Тоже мне, сваха нашлась. Я сама найду себе кобеля, если мне понадобится.

От моих слов Танька поморщилась, как от кислой капусты, но не обиделась.

— Я как лучше хочу, — закончила она, надув свои пухленькие губки.

— Я знаю, — улыбнулась я, обнимая подругу. — Но с мужиками я, как-нибудь сама разберусь.

На прощание я чмокнула подружку в щеку и отправила домой. Помыв чашки и переодевшись в старую, но такую любимую ночную сорочку, я улеглась спать.

«Вот придумала — мужчина по вызову», — подумала я перед тем, как заснуть.

Утро встретило меня ярким солнцем и шумом проснувшегося города.

«Суббота», — смаковала я такое любимое слово.

Умывшись и почистив зубы, я заварила кофе и устроилась на кухонном диване. На столе все еще стояла коробка со вчерашними конфетами, и я не удержалась от искушения полакомиться сладким.

От всего этого великолепия — чашки ароматного кофе в выходной день — меня отвлек звонок в дверь.

Прошлепав в коридор, я открыла дверь и тут же была заключена в объятья Таньки.

— Утро доброе, подруга. Не ждала так рано? — с порога обрушила на мою голову свою трель она.

— А утро так спокойно начиналось, — наиграно ужаснулась я.

Танька лишь улыбнулась мне, как довольная и сытая кошка, и проскользнула мимо в мою спальню.

— Завари и мне чашечку кофе, — донесся ее голос оттуда.

Я поплелась обратно на кухню и сделала порцию утреннего допинга и Таньке. Не представляя себе, что она делает в моей спальне, я вернулась к оставленному напитку. Но подруга не заставила себя долго ждать.

— Вуаля, — торжественно воскликнула она, появляясь на кухне.

Я оторвалась от окна, в котором наблюдала соседского кота, и обернулась к Таньке. Рот так и остался открытым. Она стояла на пороге и держала в руках что-то смутно напоминающее тюлевые занавески.

— Это еще что? — указала я на ворох кружев и рюшечек у нее в руках.

Танька округлила глаза, не хуже, чем я. Мы так и стояли друг напротив друга, изумленно разглядывая одна одну.

— Ну, подруга, ты даешь. Это же кружевное нижнее белье. Французское, между прочим.

Я поморщилась. Конечно, я знала, что некоторые увлекаются предметами подобного рода (не совсем уж я отстала от моды), но увидеть это на собственной кухне я не ожидала. В моем комоде только обычные трусы и бюстгальтеры. Даже модные нынче стринги я не признавала, отдавая предпочтение более удобному и привычному белью.

— Убери немедленно это с моей кухни, — потребовала я.

Но на этот раз подруга оказалась более настойчивой.

— А что ты тогда собралась носить дорогая? — звучал ее вопрос с подвохом.

— Как что? То, что у меня в комоде.

Подруга хмыкнула и ответила:

— Очень интересно. Но у тебя в комоде больше ничего нет. Я порезала все твое белье времен советского союза на лоскуты. Теперь его место занимает изысканное французское. И попробуй только возрази мне.

Я открывала и закрывала рот, сверля Таньку глазами. В это мгновение мне жутко захотелось ее придушить.

— Что ты сделала? — буквально прошипела я.

Но Таньку это не напугало. Она посмотрела мне в глаза и ответила, тщательно растягивая последнее слово по слогам:

— Я ЕГО ПО-РЕ-ЗА-ЛА.

Вопль вырвался из моего горла, и я помчалась в спальню. На постели валялась груда тряпок, бывших когда-то моим нижним бельем. В комоде, аккуратно сложено, лежала стопочка разноцветных трусиков (если это Нечто можно назвать трусами в обычном понимании) и четыре бюстгальтера с кружевными вставками.

— Аааааа, — завопила я, доставая по одному предметы. — Танька, что это такое?

Я держала в руках две полоски белой ткани, образующих букву «Т».

— Трусы. Что же еще? — спокойно ответила она.

Это сложно было назвать трусами. Полоски шириной не больше шести сантиметров не могли ничего прикрыть.

— С какой стороны их одевать? Ты хочешь сказать, что вот это я должна носить?

Я не узнавала свой голос. Он перешел на визг.

— Разумеется. Надеюсь, у тебя там внизу все подстрижено и уложено?

— Ты о чем?

— Ну, ты бреешь внизу?

— Где? — снова не поняла я.

Танька театрально закатила глаза.

— Ты киску свою бреешь?

Я тут же сообразила, о чем она говорит. В моем салоне, разумеется, делают эпиляцию линии бикини, но я и близко туда не подходила.

— Это издевательство над женской сущностью, — возразила я.

— Я тебе дам — издевательство.

Она засуетилась, что-то ища в сумке, и достала, наконец, записную книжку.

— Сейчас мы приведем тебя в порядок, — бубнила она себе под нос, ища что-то в ней.

Она нашла то, что искала. Быстро набрав номер, Танька весело защебетала с невидимым собеседником.

— Мариночка, привет. Рада тебя слышать. Послушай, у меня к тебе дело есть. Тут нужно одну даму в божеский вид привести. Да, по максимуму и в короткий срок. Спасибо, дорогая.

Закончив разговор, она посмотрела на меня, стоящую у комода с непонятным выражением на лице.

— Лизка, собирайся. И быстро.

— Куда? — совсем ошарашено спросила я.

— К одной моей хорошей знакомой. Она мигом из тебя женщину сделает.

— А я кто, по-твоему, сейчас? Мужик?

— Нет, ты суррогат. А Маринка из тебя секс-бомбу вылепит. Вперед, и ни слова больше.

Лишь через четыре часа я снова оказалась дома. То, что со мной делали, я даже вспоминать не хотела. В меня все время что-то втирали, массировали. То, что осталось от моей растительности в самом интимном месте, не хватило бы даже на усы. Узкая полоска, еще меньше, чем на приведших меня в ужас трусах, красовалась теперь внизу. Краска с моего пунцового лица так и не сошла.

Танька не один раз слышала от меня, что я о ней думаю. Но мои слова ее не трогали. Она сидела в кожаном кресле, пока ее знакомая Марина измывалась над моим телом. Помимо интимной стрижки, она сделала мне обертывание, маску, чистку лица, маникюр и педикюр. К концу всех манипуляций я уже готова была взвыть.

И вот теперь Танька довольная доедала конфеты, а я ерзала на стуле от непривычных ощущений.

— Ну, теперь осталось самое главное, — лукаво улыбнулась моя подруга.

— Если ты еще что-нибудь придумала, я тебя убью, труп расчленю в ванной и вывезу за город в мусорных мешках, — пригрозила я.

— Фу, Лизка. Какие гадости ты говоришь, — скривила носик Танька. — Я оставлю тебе телефонный номер агентства. Вечером наберешь.

Еще какое-то время Танька просидела на моей кухне, поедая конфеты и смакуя то, как завтра будет выведывать у меня пикантные подробности. Кое-как мне удалось все же выпроводить ее. Лишь оставшись одна, я смогла спокойно выдохнуть.

Я ходила по квартире, размышляя над ее авантюрой. Да, у меня давно не было мужчины, но покупать его себе я была не готова. Мне это казалось таким неправильным.

«А засыпать в одиночестве, видеть эротический сон и просыпаться с чувством, что ты осталась с носом — это правильно?» — возражал внутри меня противный голос.

Промаялась я так, терзаемая сомнениями, с час.

«В конце концов, это ведь просто работа для них. Ничего не будет страшного, если я попробую разочек», — решилась, наконец, я.

Почему-то меня не покидало чувство, что я заразилась от Таньки безумством. Никогда еще раньше я не предпринимала подобную авантюру. Но что-то внутри меня уже царапалось, просилось и предвкушало предстоящий вечер.

Набрав телефонный номер, оставленный подругой на журнальном столике, я вслушивалась в длинные гудки. Сердце отчаянно стучало в груди.

«Еще один гудок, и положу трубку», — решила я, отсчитывая секунды.

— Оператор Марина. Слушаю вас, — раздался приятный голос в трубке.

Эх, так и не дождалась того последнего гудка.

— Здравствуйте. Мне бы… э…

Я замялась, не зная, что говорить в данной ситуации. Оператор Марина, видимо, была привыкшая к подобной реакции клиенток, так как сразу же отозвалась:

— У нас широкий выбор. Какой тип вы предпочитаете? Блондин, брюнет, шатен, высокий, низкий?

«Прям зоомагазин, какой-то», — испуганно подумала я.

— Брюнет, — ляпнула первое, что пришло в голову.

— Отлично. Какую роль хотите, чтобы исполнял? Сантехник, электрик, уборщик, ремонтник? — продолжила допрос Марина.

— Ремонтник, — сказала я последнее, что назвала девушка.

Мне было уже всеравно. Я отчаянно хотела поскорее закончить разговор. Идея с приобретением мужа на час не казалась мне уже такой забавной и интересной.

— Заказ принят. В какое время для вас удобна встреча?

— В девять, — ответила я.

У меня уже зудели руки положить трубку.

— Диктуйте адрес.

Я продиктовала адрес, согласилась с ценой и с облегчением опустила трубку на рычаг. Лицо горело, а сердце все так же бешено стучало в груди.

— И что же я только что сделала? — отчего-то вслух саму себя спросила я.

Оставшееся время я, подчиняясь указаниям Таньки, решила провести в подготовке ко встречи.

«Влипла», — поставила мысленно диагноз себе.

Часть вторая

Я не находила себе места. С каждой минутой, приближающей меня к заветным девяти часам, во мне росли неуверенность и страх.

«Как начать? Что сказать? Как себя вести?»

Мысли сводили меня с ума. Я металась по квартире от кухни к спальне, от спальни к ванной комнате и обратно.

— Это же надо. Первый раз с подобным сталкиваюсь, — вслух разговаривала я сама с собой.

Я, конечно, прекрасно знала о подобных услугах. Но куда понятнее, когда мужчины выбирают женщин, а не наоборот. Существует же секс по телефону. Читала даже о том, что некоторые представительницы прекрасного пола предпочитают содержать любовников, которые гораздо моложе их самих. Но я никак не ассоциировала себя с этой категорией женщин. А тут — вот тебе, пожалуйста.

Я решительно не знала, за что схватиться в начале. Решив, наконец, не мучиться, я позвонила эксперту в этом деле. А если быть точнее — Таньке. Она эту кашу заварила, пускай теперь и отдувается. Хотя я понимала, что отдуваться буду я.

— Танька, — буквально закричала я в трубку.

— Что ты так кричишь? Я же оглохнуть могу. И кому буду нужна тогда глухая? — ответила мне подруга.

Она шутит, а мне было не до смеха. И угораздило же меня согласиться на ее авантюру.

— Танька, что мне делать? Я никогда раньше этим не занималась. Ну, не покупала себе мужика. Ты же знаешь, — попыталась объяснить я суть своего беспокойства.

— Тоже мне проблема. Ты раньше спала со своим Колькой? — равнодушным голосом спросила она меня.

— Ну.

— Что, ну? Ну, так вот это практически одно и то же, но здесь ты получишь гораздо больше удовольствия. Что твой Колька-каток мог? Как он тебя в кровать не укатал за это время не пойму.

Слова подруги были бы мне обидны раньше. Но теперь я даже слегка улыбнулась.

Да, мой гражданский муж отличался упитанностью и очаровательным животиком а-ля «дама на седьмом месяце беременности». Но я любила его и таким. А вот Танька — нет. Это был повод его поддеть. На что Коля отвечал тем же.

— Послушай меня, Лизка. Делай, как договаривались. Надеваешь комплект нижнего белья, что я выбрала для тебя, распускаешь волосы, наносишь макияж. В холодильнике я оставила бутылку шампанского и фрукты. Все это оставляешь в спальне. Да, и свечи не забудь. Разместишь их на прикроватных тумбочках. Душ — само собой разумеющееся. И не переживай ты так. Ты главное расслабься и получай удовольствие. Мы им за это деньги платим. И не малые. Кстати, не вздумай нацепить свои тапочки допотопные. Только изысканная обувь на шпильке.

Проинструктировав меня, она чмокнула в трубку и, сославшись на то, что ее ждет непонятно какой по счету любовник, отключилась.

Ее слова и спокойствие, с каким она все это мне говорила, на какое-то время успокоили меня и придали сил. Но, как оказалось, ненадолго.

Обустроив спальню должным образом, я перешла к своему перевоплощению. И вот тут меня снова зазнобило от волнения. Одним пальцем я подцепила то, что моя Татьяна назвала комплектом нижнего белья. Это Нечто состояло из практически невидимых трусиков, которые с таким же успехом можно было и не одевать, и пеньюара (ну и словечко), который больше походил на паутину, выуженную из чулана. Только французского чулана, что сути не меняло.

Покрутив белье и так, и сяк, я все же решилась. Тем более, ничего другого мне не оставалось. Трусики непривычно врезались в попку, застревая между половинками, а спереди ткани хватало как раз на то, чтобы прикрыть узкую полоску волосков. Я то и дело трогала рукой то, что осталось от моей растительности.

Когда пришла очередь прозрачного пеньюара, я уже исчерпала запас нецензурных слов в адрес Тани.

— Не могла поприличнее что-нибудь найти. Какой толк от всего этого обилия кружев? Женщине должно быть удобно, в первую очередь. Неужели кто-то чувствует себя комфортно в этом камуфляже для куртизанок? — бормотала я себе под нос, пока расчесывала темно-каштановые волосы, доходящие мне до середины спины.

Как и наставляла Танька, я накрасилась и распустила волосы, приготовила шампанское и свечи. Взглянув на труды своих рук, я осознала, что теперь точно отступать некуда.

Достав из шкафа босоножки на шпильке, как и требовала Танька, я, наконец, обратила внимание на то, каких успехов достигла. То, что показало зеркало в прихожей, изрядно меня удивило.

— Ну и срам, — вымолвила я.

Я увидела в отражении полураздетую женщину (в зачет идет лишь кусочек прозрачной ткани) с призывно накрашенными губами и копной густых волос, рассыпанной по спине и плечам.

«Неужели это я?»

Да, увидеть себя в таком наряде было настоящим испытанием. Я сразу подумала о том, что в таком виде перед постоянным любовником появляться стыдно, а перед незнакомым мужчиной и подавно. Рука непроизвольно опустилась к лобку, в жгучем желании прикрыть откровенную картину.

От созерцания всей этой прелести в виде моего практически голого тела, меня отвлек звонок в дверь. Я все еще стояла в прихожей в самом непотребном виде, но в ту же секунду рванула в спальню. Не хватало еще, чтобы какая-нибудь соседка услужливо рекламу мне дала. Так и вижу:

«Лизка Миронова гулящей девкой заделалась. Клиентов прямо в квартире принимает».

По пути взглянула на часы. До прибытия «заказа» оставалось еще два часа. Это заставило меня мигом спрятать свой наряд под халатик.

Мне свойственна беспечность, поэтому я сразу открыла дверь, не глядя в глазок. И очень даже зря. На пороге стоял мужчина в красном комбинезоне и черной футболке. В руках он держал чемоданчик. Похожий всегда носил с собой наш сантехник Петрович.

Шальная догадка пронзила мой мозг, и я так и осталась стоять, молча созерцая довольно заманчивую картину. Назвать его красавцем не поворачивался язык. Мужчина, который стоял на пороге моей квартиры, вполне сошел бы на роль древнегреческого бога. Короткие каштановые волосы, заманчивая линия губ, которая так и манила к себе, цепкие карие глаза и небольшой шрам, рассекающий правую бровь. Тело гостя состояло сплошь из одних мускулов. Они так и притягивали к себе взгляд. Во всем его облике скользила уверенность и мужественность.

Сомнений в том, кто это, не осталось.

«И это все мне?» — неожиданно подумала я, радуясь, как подарку под елкой в детстве.

Его внешность не портил даже шрам. Шрамы украшают мужчин. Это точно.

Я бы еще с полчаса стояла и созерцала красавца, если бы он не подал голос, вырывая меня из моих иллюзий:

— Сантехника вызывали?

Если бы можно было умереть от истомы, то я бы уже валялась мертвая. Ни за что бы не поверила, что мужчина может вот так с первого взгляда вызвать шквал эмоций. Ан нет, может.

— Да, — почему-то ответила я.

«Ну, сантехник, так сантехник. Видимо, что-то напутали. А какая, собственно разница, когда главный герой — просто бомба?»

— Где кухня? — снова услышала я его бархатный голос.

Сил хватило лишь на то, чтобы указать рукой в направлении кухни. Со стороны я, наверно, выглядела очень даже глупо. Это было видно и по выражению лица моего «сантехника». Он хмурился, разглядывая по пути меня. Я семенила следом, захлопнув предварительно дверь.

То, что он решил начать с кухни, меня немного удивило. Ну, не привыкла я к подобным игрищам. Вот в постели — да, а на всякого рода неудобных поверхностях типа столешниц, пола и прочих — нет.

«Сантехник» явно решил поиграть. Я покорно приняла условия его игры. Вот только что-то не давало мне покоя. Покопавшись в себе, я нашла причину беспокойства. Я должна была предстать перед ним в костюме Евы, а для этого как минимум нужно снять халат. Но у меня не было никакого желания выставлять напоказ все свои прелести. Дабы потянуть время, я спросила у красавца-сантехника:

— А имя у вас есть?

Герой моего романа поднял на меня глаза и слегка улыбнувшись, представился:

— Артем.

— А меня Лизой зовут.

Я сомневалась, настоящим ли именем он представился, но это не имело значения. Правда, мне казалось, что «сценический» псевдоним должен быть покрасивее. Например, Ромео или, на худой конец, Альберт. Артем, на самом деле, мне нравилось больше.

Тем временем Артем приступил к осмотру крана.

— Вы что, действительно, собрались его чинить? — с сомнением поинтересовалась я.

— Да, — просто ответил он.

— А почему вы на два часа раньше? — не унималась я.

— Раньше начнем — раньше закончим.

Все было понятно. Наверное, у него ненормированный рабочий день. Или ночь.

Я все еще топталась рядом, не зная, как начать. Была бы на моем месте Танька, она бы уже минуту назад разложила его на своей постели.

«Танька!» — мелькнула спасительная мысль.

Я взяла мобильный телефон и заперлась в ванной комнате. Включив воду, для отвода глаз, я набрала заветный номер подруги. После продолжительного ожидания, она ответила мне весьма недовольным голосом:

— Слушаю.

— Танька, это я.

— Ну, что? Снова мондраж? — поинтересовалась с издевкой она.

— Какое там. Сантехник пришел. На кухне сейчас кран рассматривает, — выпалила я все и сразу.

— Ну и что? Это ролевая игра такая. Ты что делаешь? Переоделась? Соблазняешь? — засыпала она меня вопросами.

— Нет. Я в халате. А что, прям сразу нужно?

Таня возмутилась:

— Конечно. Бегом разделась и к «мачо». Пококетничай, а дальше все само собой покатится.

Я отключилась и посмотрела на себя в зеркало.

— Что ж, Лизка, все в нашей жизни случается в первый раз, — сказала я своему отражению.

Я сбросила халат тут же. Теперь на мне были только трусики, пеньюар и босоножки. Набрав в легкие побольше воздуха, я шагнула из ванной в коридор.

Артем возился с краном, что-то подкручивая. Он не глядя на меня, сложил инструменты и вымыл руки. Думая, что меня нет рядом, он довольно громко произнес:

— Хозяйка, все сделано. Принимай работу.

— Я уже, — ответила я.

Секунда, пока Артем оборачивался в мою сторону, пробежала передо мной, как в замедленной съемке. Я увидела его равнодушные глаза, которые в следующее мгновение слегка расширились от удивления, а затем зажглись непонятным светом. Он стоял напротив меня, жадно разглядывая, блуждая взглядом по обнаженным (и не только) участкам тела.

К своему удивлению, я больше не робела и не смущалась. Отчего-то, впервые в жизни, мне безумно хотелось, чтобы он продолжал меня рассматривать, впитывать мой образ в себя. Желание накрыло меня, сдавив горло и щекоча низ живота. Под его пристальным взглядом моя кожа пылала, угрожая испепелить тонкую ткань, которая была уже лишней.

— Раздень меня, — еле слышно прошептали мои губы.

То, что это говорю я, до меня дошло не сразу. Лишь когда Артем сделал шаг ко мне навстречу, я осознала, что позвала его. Я пригласила его пройти и насладиться тем, что могу подарить ему. А мне хотелось дарить себя без остатка.

Оказавшись совсем рядом, так, что я ощущала его дыхание, Артем наклонил голову и поцеловал мое оголенное плечо. От прикосновения его губ, место поцелуя горело. Он посмотрел мне прямо в глаза, заглядывая внутрь моего сознания. Я постаралась отразить все эмоции, которые испытывала, чтобы он понял меня. И я прочитала такое же желание в его глазах. Слова были лишними.

Артем коснулся своими губами моих губ, проникая вглубь рта. Язык осторожно исследовал меня, пробегая по зубам и погружаясь еще глубже. Я ощутила его теплые пальцы, которые коснулись тонких лямочек пеньюара. Он все так же осторожно, словно боясь спугнуть меня, опустил их, высвобождая грудь. И я испытала невероятное облегчение от того, что ткань больше не скрывает меня от глаз Артема.

Продолжая меня целовать, он взял мои груди в свои руки, лаская и слегка сжимая. Большие пальцы гладили вершинки сосков, заставляя мое тело выгибаться от удовольствия. Но так продолжалось недолго. Губы Артема спустились по моей шее к ним, и его рот с жадностью накрыл сначала один сосок, а затем другой. Очерчивая языком контуры горошинок, он доставлял мне неземное удовольствие.

Я зарылась руками в его волосы. Хватая их, я сжимала их в кулаке под действием восхитительных чувств. Слегка постанывая, я разрешала ему делать со мной все, что он только хотел.

Я уже не помнила, как оказалась абсолютно голой. Артем покрывал мое тело горячими поцелуями, стаскивая с себя комбинезон. На мгновение он остановился, но лишь для того, чтобы снять майку. Когда я увидела его мощную грудь с небольшим треугольником волосков, я перестала дышать. Артем взял меня за подбородок и заставил посмотреть в свои глаза. Окончательно убедившись в моем желании, он больше не сдерживался. Обхватив меня за талию, он одним рывком усадил меня на мой кухонный стол.

«Это просто восхитительно», — возникла единственная мысль в голове.

Артем опустился на колени передо мной. Раздвинув мои ноги, он коснулся пальцами складок кожи, покрытых волосками. В эту секунду я почувствовала, что меня словно раскрыли, как ракушку в поисках жемчужины. И он нашел ее. Его губы ласкали нежную кожу в самом чувствительном месте. Острые уколы наслаждения пронзали все мое тело под его губами. Это было подобно пытке, но я мечтала, чтобы она продолжалась вечно.

Наконец, я достигла пика наслаждения, со стоном хватая его волосы и прижимая к себе его голову. Такого острого удовольствия я не испытывала никогда. И вообще я не знала, что такое возможно. Оказывается, я слишком многое пропустила.

Мое тело все еще сотряслось от судорог оргазма, но желание ничуть не ослабло. Оно только еще больше усилилось, предвкушая сладостное проникновение Артема в мое лоно. Я поддалась вперед, привлекая его к себе и накрывая рот в благодарном поцелуе. Ногами обхватив его за талию, я заставила его вплотную прижаться ко мне.

Артем перехватил меня под ягодицами и оторвал от поверхности стола. Я осталась висеть на нем, продолжая обнимать ногами его мощный торс.

— Куда? — хрипло спросил он.

Я указала на дверь спальни. И все. Больше никаких слов, только бесчисленное количество поцелуев.

Прошло всего мгновение, и Артем уже аккуратно опускал мое тело на постель, устраиваясь сверху. Он целовал мою шею, грудь, живот. Наконец, не выдержав, он одним рывком ворвался внутрь меня, заполняя собой. От такого тесного соприкосновения, мое тело выгнулось навстречу от удовольствия. Я с радостью приняла его.

Движения Артема были ритмичные и яростные. Он погружался в меня вновь и вновь, принося с каждым движением все больше и больше удовольствия. Рычание вырвалось из его груди, и я почувствовала, как он пульсирует внутри меня, наполняя мое тело своим семенем. В унисон с ним стонала и я, уносясь в пучину блаженства.

Часть третья

Мы лежали лицом друг к другу. Я любовалась им, запоминая каждую черточку. Отчего-то это казалось очень важным в этот момент. Я хотела валяться с ним так бесконечно долго. И он смотрел на меня. Слегка нахмурившийся, словно что-то обдумывая, он казался мне невероятно красивым. И этот шрам подчеркивал мужественность его лица.

Я прижималась к нему обнаженным телом, чувствуя, как он касается моей кожи. Мои руки ласкали его спину, пробегая по твердым мускулам. И мысли путались, сменяя одна одну.

«Где они берут таких красавцев? Нет, он, конечно, не Ален Делон, но для меня он невероятно красив. Наверное, он активно занимается спортом. Невозможно иметь идеальное тело и не следить за ним при этом. А оно просто шикарное. И эти глаза. Полжизни можно отдать только за то, чтобы любоваться ими вечно. Это мечта, а не мужчина», — так я рассуждала про себя, любуясь моим сокровищем.

Да, в скромности мне не откажешь. Уже думаю о нем, как о своем мужчине, принадлежащем только мне. А ведь это совсем не так. Но, я решила не думать сейчас об этом.

Буду как Скартет ОХара: "Подумаю об этом завтра"

Между тем, Артем приподнялся на одной руке, а я легла на спину. Он провел рукой по моей щеке, а после коснулся ее своими губами, даря нежную ласку. Я закрыла глаза, позволяя ему проделывать мучительно-сладкий путь по линиям и изгибам моего тела. Его руки искусно скользили по бедрам, спине, провели по лопаткам, отчего по телу пробежала сладостная дрожь. Дойдя до шеи, они зарылись в мои волосы, мягко массируя кожу головы, а затем пропуская пряди через пальцы. Теперь я наблюдала, как струятся мои волосы, как опутывают его красивые руки.

— Они прекрасны, — с восхищением произнес мой любовник.

Я улыбнулась и потянулась, как сытая кошка. Его ласки были подобны виртуозному танцу. То, как он умело находил чувствительные и сокровенные места на моем теле, восхищало меня. Я хотела еще и еще.

Словно прочитав мои мысли, он повернул меня к себе спиной и отбросил волосы с шеи, оголяя участок кожи для поцелуя. Долгий и сладостный поцелуй напомнил мне о том, что мое тело желало его. Я хотела снова и снова чувствовать его в себе, ощущать его губы на самом чувствительном месте моего тела. За эти ощущения я готова была выполнить любое его желание.

«В этом состоит его работа, дурочка. Он каждую ночь доставляет эти же наслаждения бесчисленным клиенткам», — попытался разум противопоставить аргументы моей неге.

Это больно кольнуло меня, но я тут же заставила замолчать голос разума.

«Ну и пусть. Если я смогу ощутить это наслаждение, я готова смириться с этим».

А Артем продолжил свои сладкие пытки. Его поцелуи становились все более требовательными и жаркими. Он ласкал руками мое тело, а губы творили что-то невероятное. Я снова ощутила, как его плоть напряглась, упираясь в меня. Он вслед за мной постанывал и двигался, имитируя движения во время секса. От прикосновений его горячего члена к моей разгоряченной коже, внизу моего живота разливалось тепло, перерастающее в жар. Волны удовольствия омывали меня, словно морской бриз.

— Еще, еще, — вырвалось у меня.

Артем словно только и ждал этих слов. Он подмял меня под себя, ложа на живот и накрывая своим телом. Я не видела его, а только чувствовала, и это было чрезвычайно возбуждающе. Он покусывал мне шею, пока руки жадно обшаривали тело, лаская спину, ягодицы. Наконец, его пальцы достигли узкой щели и раздвинули складки кожи. Средний палец проникнул внутрь, дразня и увлажняя еще больше и без того влажное лоно. Указательным он ласково теребил чувствительное местечко чуть выше.

— Умница, девочка, — шепнул он мне в самое ухо.

Я уже ничего не соображала.

— Все что угодно, только не останавливайся, — простонала я в ответ.

Я не видела, но чувствовала, что мои слова ему приятны. Он прихватил мочку уха, посасывая, а я плавилась от удовольствия и парила над этой комнатой.

Раздвинув мои ноги шире, он приподнялся на руках и аккуратно скользнул внутрь. На этот раз более действенным и разящим оружием. Он заполнил меня собой, сливая воедино наши горячие тела. И это было таким естественным и прекрасным, что я блаженно закрыла глаза, поглощенная удивительными чувствами. Мир принадлежал только нам двоим — ему и мне.

Как же сладко он меня любил, погружаясь глубоко, насколько это было возможно, и практически полностью выходя. И с каждым новым толчком он все больше и больше ускорялся, приближая меня к вершине, за которой находился экстаз.

Он остановился лишь на мгновение, чтобы перехватить меня под животом и прижать к себе еще ближе. Уткнувшись лицом в мои волосы, и что-то неслышное шепнув, он снова начал двигаться во мне, даря телу блаженство.

Я слышала его дыхание и чуть слышное бормотание:

— Сладкая, моя сладкая девочка. Какая же ты вкусная, желанная…

От сладости во всем теле и нежных слов я совсем потерялась в пространстве. Невозможно быть более счастливой. Я тонула в нем, как в пучине. Кажется, я ждала его всю жизнь.

Экстаз приближался с невероятной скоростью. Я буквально чувствовала, как он нарастает, охватывая каждую клеточку меня.

— Да, еще, мой хороший…

Еще чуть-чуть…

Яркая вспышка и я распалась на частицы, ощущая каждой из них невероятное наслаждение. В этой прострации удовольствия единственным якорем были его руки. Теперь ставшие такими родными и… любимыми.

Артем прижимал меня к себе, все еще находясь внутри. Он пульсировал, и я ощущала эти легкие толчки. Дыхание его выровнялось, и он абсолютно расслабился. Через мгновение раздалось легкое посапывание.

«Заснул», — мелькнула догадка.

Я улыбнулась. Это было так приятно, что я тоже прикрыла глаза и позволила утомленному любовью телу расслабиться в его крепких объятьях. Я ощущала невероятную легкость, словно стала похожей на облако.

Мне снились морские волны, которые накрывали меня, одаривая теплотой воды и фейерверком брызг. Я раскрывала свои объятья, встречая их и хохоча. Ласковые руки обняли меня сзади, и я утонула в счастье, словно в океане, который простирался передо мной.

Из сонной неги меня выдернул настойчивый звонок. Распахнув глаза, я постаралась сориентироваться, откуда он доносился. Через мгновение до моего отключившегося сознания, наконец, дошло, что кто-то звонил в дверь. Этот незваный гость разрушил очарование момента. Артем пошевелился за мной, и я поняла, что сказка закончилась. Его руки больше не обнимали меня, предоставляя телу свободу.

Я мысленно выругалась последними бранными словами, которые только знала. Оставив такое желанное и прекрасное тело лежать в постели, я набросила халат и босиком прошлепала к двери.

«Если это Танька, я ее покромсаю на маленькие кусочки», — ругала я ее про себя.

Моя беспечность и тут не подкачала. Я распахнула дверь, да так и замерла на пороге. Прямо передо мной, опираясь рукой о стену, стоял молодой парень в… темно-синем комбинезоне. Этот недавно выросший из школьных штанишек молодой человек обольстительно улыбался мне, неприкрыто разглядывая и оценивая. Под его взглядом я и в своем вполне приличном халате почувствовала себя практически раздетой.

— Ну, здравствуй, моя богиня, — промурлыкало это восемнадцатилетнее (навскидку) чудо.

Я продолжала молча наблюдать за ним, мучительно рассуждая, что же только что произошло.

— Ты кто? — наконец, выдавила из себя я.

Парень не ожидал такого поворота. Он удивленно вскинул свою бровь. Судя по всему, это должно было выглядеть очень эффектно. Но у меня все его телодвижения вызывали лишь раздражение.

— Как кто? Вы сделали заказ на сегодня в девять, — промямлил парень.

Видя мое замешательство и невысказанный вопрос, он пояснил:

— Ремонтник, брюнет…

Только теперь до меня стало доходить.

«Как же я раньше не догадалась. Мне должно было стать все ясно еще тогда, когда я увидела на нем этот проклятущий комбинезон. Но, если это «мужчина» по вызову, то кто сейчас у меня в спальне в обнаженном виде?»

Я все еще созерцала парня, а вот он с удивлением рассматривал что-то у меня за спиной. Следуя за его взглядом, я обернулась и натолкнулась на холодный и жесткий взгляд Артема. Он стоял полностью одетый в точно таком комбинезоне, только красного цвета. Вся эта немая сцена так и запечатлелась в моем мозгу — я в одном халате между двумя якобы «мужчинами по вызову».

Парнишка выглядел растерянным, а Артем ужасно злым. Он буравил взглядом вначале незваного гостя, а затем перевел его на меня. Этот его гневный взгляд хлестнул меня, похлещи кнута. Щеки мои горели, словно он на самом деле ударил меня по лицу. Только это было хуже. Он с презрением и огорчением разглядывал нас с неудачливым любовником.

— Кажется, парень, я выполнил твою работу. Но ты не стесняйся. На тебя тоже хватит. Здесь, знаешь ли, ее еще уйма, — колюче прозвучали слова Артема.

От них мне стало еще хуже. Я и сама ощущала себя вывалянной в грязи. Что обо мне подумал Артем? Точно, ничего хорошего.

Он больше ничего не сказал, взял свой чемоданчик, обулся и шагнул мимо меня в дверной проем. Я поняла, что еще мгновение, и он навсегда покинет мою квартиру.

— Артем, постой, — вырвалось у меня.

Так как я не знала что сказать, я промолвила первое, что пришло в голову:

— А деньги?

Он остановился и обернулся. Глаза были пусты и безжизненны, словно из них убрали внутренний свет, которым они светились раньше. Конечно, я имела в виду деньги за ремонт крана. Но, очевидно, он растолковал мои слова по-своему.

— Я не нуждаюсь в ваших подачках. Отдайте заработанные мною деньги этому юнцу. Я и сам в состоянии прокормить себя нормальным способом, — с горечью в голосе бросил он.

Я стояла в халате, а Артем спустился по лестнице. Мыслей в моей голове больше не было. Я и сама не понимала, как все это произошло. Как я смогла ошибиться и соблазнить постороннего, ничего не имеющего общего с сексуальными услугами, человека. И как он смог за эти два часа стать мне таким близким и дорогим? Как вообще получилось, что Артем попал ко мне в квартиру.

«Так не бывает. Не бывает», — твердила я себе.

— Послушайте, мои услуги вам нужны? Если нет, то вам придется оплатить вызов в любом случае. Дорога и все такое…

— Что? Ах, да. Сейчас.

Я взяла приготовленные заранее деньги и отсчитала нужную сумму. Парнишка откланялся и исчез. Я же не могла пошевелиться. Захлопнув дверь, я от бессилия, обиды и боли просто осела на пол у двери квартиры.

«Пропала. Я пропала».

Совершенно не представляя, что делать дальше, я просто сидела и ревела. В кои-то веки мне улыбнулась удача отыскать идеального мужчину, и я так глупо его потеряла. Даже страшно было подумать, что он себе представил. Наверняка, я рисуюсь ему в виде такой дамочки, которой все позволено. Я могу покупать мужиков, как скот, оценивая все их достоинства и пользоваться, как лишенными души и достоинства игрушками. Но, ведь это не так.

— Не ври себе, Лиза. Ты же заказала этого мальчика, который, по сути, еще ребенок, — отчего-то вслух возразила я сама себе.

Так оно и было. Если я так поступила, значит, ничем не отличаюсь от того образа, который нарисовал себе Артем.

Просидев на полу еще какое-то время, я нашла в себе силы подняться. Как во сне, я дошла до спальни. Мой взгляд тут же упал на смятые простыни и следы нашего бурного секса. Сердце предательски сжалось, словно защищаясь от боли, которая не замедлила о себе дать знать.

Я присела на кровать, которая была свидетельницей акта любви. Без сил я опустилась туда, где еще пару минут назад лежал обнаженный Артем. Стало тоскливо и одиноко. Никогда раньше я не испытывала такого одиночества. Захотелось взвыть.

«Нужно позвонить Таньке», — подумала я.

— Аааа, к черту. Не хочу никого ни видеть, ни слышать, — снова вслух произнесла я.

«Схожу с ума», — констатировала я, проваливаясь в спасительное забвение сна.

Часть четвертая

Проснулась я от настойчивого телефонного звонка. Сознание выплывало из далеких далей сновидения, и постепенно прояснялось. Картина в спальне никак не изменилась. Я продолжала лежать на своей кровати в халате, неудобно придавив руку. От недостатка кровообращения она затекла и теперь покалывала, восстанавливая его.

«Так тебе и надо», — послала я нелестное пожелание своему телу.

Кое-как, растормошив себя такими злыми мыслями, я встала и направилась в коридор, откуда доносилась телефонная трель. Голова гудела, как после нескольких рюмок водки, а тело ныло, требуя тех приятных ощущений, которых вкусило этой ночью. И правду говорят, что к хорошему быстро привыкаешь. В моем случае это случилось мгновенно.

Мобильный лежал в прихожей на тумбочке. Как я и думала, это была Танька. Переборов себя, я нажала в меню клавишу «Ответить».

— Лизка, чего так долго? — практически сразу оглушила меня подруга.

— Спала, — честно ответила я.

Зная, что последует просто Ниагарский водопад вопросов, я приготовилась героически выдержать это. Правда, сейчас мне больше всего хотелось напиться и снова отключиться. Похоже, тело было солидарно со мной в этом вопросе.

— Ну, как у тебя все прошло? Ты зажгла этой ночью огоньки? — все так же весело продолжила она свой допрос.

— Зажгла. Так зажгла, что коротнуло проводку и вырубило свет.

Это было даже очень правдоподобно. Меня вчера точно коротнуло, а свет погас сам собой. Но это, конечно же, аллегория.

— Это как? — удивилась подруга.

— Ладно, всеравно ведь приедешь. Вот тогда все и расскажу, — ответила я.

Бесполезно пытаться что-то скрыть от Тани. Она выведает мельчайшие подробности во что бы то ни стало, даже применив пытки. С этой целью она запросто волоски пинцетом вырвать по одному может. Проще самой во всем признаться. К тому же, ее поддержка мне не помешает. Так разбито я себя еще не чувствовала.

— Уже лечу, — бросила она и отключилась.

Я предположила, что ждать мне ее нужно уже через полчаса. За такими «вкусными» подробностями она прискачет вмиг, даже арендует метлу у Бабы Яги для этой цели, если придется.

Пользуясь таким щедрым подарком в виде тридцати минут тишины, я решила хоть как-то собрать себя по кусочкам. Это напоминало сложный пазл. Но, спустя отведенное мне время, я уже сидела на кухне немного взбодрившаяся и посвежевшая. Следы ночного безумства были смыты теплой водой, и о фантастическом сексе напоминал лишь небольшой отпечаток на моей шее в виде полумесяца. Я с трепетом гладила это место, радуясь тому, что Артем хоть что-то оставил после себя.

Звонок в дверь отвлек меня. Предположив, что заявилась Танька, я пошла открывать.

«Ох уж этот звонок. Нужно сменить его, а то прямо переворачивается все внутри от этого звука», — подумала я.

Подруга стояла на пороге, расплывшись в улыбке, словно мартовский кот. Она, очевидно, пришла узнать все самые интимные подробности моей встречи с «ремонтником». Что ж, ее ждет сюрприз.

— А вот и я, — радостно защебетала она. — Тащи бокалы, будем обмывать твое боевое крещение.

У нее в руках я заметила бутылку мартини. Это было кстати.

— Ага. Уже бегу, — мрачно ответила я.

Я развернулась и пошла на кухню. Танька шествовала следом.

— Ты чего такая мрачная? — наконец, прозрела моя подруга.

— А чего мне веселиться? Эх, Танька, если бы ты только знала, что со мной приключилось вчера. Мне до сих пор не верится, что такое возможно.

Что-то в моем голосе ее явно встревожило. Она внимательно, как хирург во время операции, осмотрела меня.

— Да, тебя точно что-то шибануло. Ты выглядишь помято, да и круги под глазами…

— Хорош диагноз. Ничего не скажешь.

И я все ей рассказала. Начиная с моих приготовлений, заканчивая сценой на пороге квартиры.

— Ничего себе история, — сказала она после моего рассказа.

Я осушила два бокала, и меня развезло. Алкоголь всегда так действует на меня. Вчера выяснилось, что не только он.

— Тебе, Лизка, достаточно на пробку наступить и ты готова, — между делом упрекнула меня подруга.

Ей пришлось допивать оставшееся мартини одной. Хорошо, что это не было для нее проблемой.

— Таня, ну почему это случилось именно со мной? Мне было так хорошо в его объятьях. Он любил меня так, как никто и никогда меня не любил, — выплеснула я наболевшее.

— И даже Колька? Хотя, что я спрашиваю? У него же, как у арбуза — живот растет, а хвостик сохнет, — пошутила Таня.

Подруга мне так и не простила, что в свое время я не послушала ее, и связалась с моим бывшим гражданским мужем. С тех пор она постоянно меня поддевала им.

— Ты смеешься? Подруга еще называется, — уже заплетая языком, обиделась я.

— Да ладно тебе. Ты мне только одно скажи. Ну, неужели такие сантехники существуют в природе? С трудом верится. Чтобы и красивый, и сексуальный, и гордый. По мне, так в сантехники подаются лишь спившиеся мужики.

— А ну тебя, — махнула я на нее рукой.

Разве она поймет? Может, ей встречались такие, а мне повезло больше. Я вспомнила крепкие руки Артема, поддерживающие меня во время секса. Я видела, как он поднимается на локте, заглядывая в мои глаза. Мне хотелось скрутиться калачиком рядом и, положив голову на его грудь, заснуть. Господи, мне больше ничего не нужно.

— Если бы увидеть его еще раз. Я хочу, чтобы он снова ласкал меня на этом столе, а затем перенес в спальню на руках. Какие же у него руки…

Кажется, я сказала это вслух, так как Танька посмотрела на меня удивленным взглядом.

— И где только таких сантехников делают? — заплетаясь, спросила она.

— В ЖЭСе.

— Так в чем проблема? Позвони и вызови его к себе на дом. Скажи, что кран сломался, — выдвинула предложение Танька.

Меня словно ток прошиб от ее слов.

— Вот идиотка. И как мне самой не пришла в голову эта идея? — кажется, я даже отошла от мартини. — Я же могу все ему объяснить.

— Ага, а потом ровненько в кроватку вдвоем.

Я снова вспомнила, как мое тело сотрясалось от оргазма, и не смогла сдержать слабого стона. Такая картина была мне явно по вкусу.

— А если он не придет? — все же засомневалась я.

— Придет. Где он денется. Вот тут ты только не оплошай. Ик!

Подруга явно перебрала с алкоголем. В моей голове уже немного прояснилось, и я решила, что на сегодня хватит развлечений.

— Танька, может, тебе лучше домой поехать? Ты же сейчас под стол скатишься, — предположила я.

— Нет, все в норме. Я у тебя на диванчике в гостевой комнате полежу часок, а потом поеду. Меня Пупсик должен дома встречать в десять.

Везет же. У нее есть Пупсик. Точнее, дюжина Пупсиков, и Танька вполне счастлива. Я тоже хочу быть счастливой, только мне катастрофически не везет.

Доведя Таньку до дивана, я отправилась в свою комнату. Мне тоже полагается отдых.

Пока шла, явственно почувствовала непонятный зуд в области половых губ. Стало вдруг влажно между ног и внизу живота защекотало.

«Вот черт. А тело помнит его и хочет. И что мне теперь делать?»

Я обреченно вздохнула и упала на постель. В конце концов, воскресенье — имею право отдохнуть.

Только к вечеру мы с Таней пришли в себя. Она уже протрезвела и все время ругалась. Весь ее вид говорил о том, что ей ужасно плохо. Я заварила зеленый чай и отпаивала ее еще полчаса на кухне. Затем, я погрузила тело подруги в такси и помахала на прощанье ручкой.

В подъезде я остановилась, чтобы заглянуть в почтовый ящик. Мимо меня проходила соседка по лестничной клетке со своей закадычной подругой. Бабульки просто обожали посидеть и посудачить на лавочке у нашего дома. Я уловила лишь обрывок их разговора, но и этого хватило, чтобы мое сердце поскакало галопом.

— Ох уж эти коммунальщики. И когда работать научатся? Вчера целый день прождала сантехника. Так представляешь — не явился. А хулиганье что вытворяет? Вчера скрутили квартирный номерок. И зачем, спрашивается, он им понадобился? Ух, выпорола бы эту детвору.

Соседка прошла мимо, любезно поздоровавшись. Я растерянно кивнула головой в ответ. Теперь мне стало понятно, как Артем ошибся дверью. У меня-то номера квартиры уже с месяц не было. Те же хулиганы свинтили его как-то ночью.

От всего этого ситуация была бы комичной, если бы одновременно не была грустной. Я провела самый чудесный вечер в своей жизни и самую ужасную ночь.

Вернувшись в квартиру, я еще час болталась без дела, переходя из одной комнаты в другую. Я больше для видимости, чем для пользы, смахивала тряпкой пыль, и все время возвращалась мыслями к Артему. Его образ не давал мне покоя. И так до самой ночи. Наконец, сон сморил меня, и я заснула без каких-либо сновидений.

Утро выдалось пасмурное. Высунув голову из-под одеяла, я мигом вернула ее обратно. Вставать ужасно не хотелось. И лишь одна мысль заставила меня подскочить, как ошпаренную.

«Артем. Сегодня я увижу его».

Быстро приведя себя в порядок и перекусив, я схватила сумочку и выскочила из квартиры. Остановившись возле двери, я карандашом для глаз (за неимением ничего более подходящего) нарисовала рядом со звонком цифру «12». Удовлетворенно вздохнув, я отправилась не на работу, как обычно, а за покупками. Твердо решив разобраться во всем с Артемом, я не могла не показаться в лучшем свете.

— Маша, привет, — по дороге набрала я сотрудницу своего салона.

— Здравствуйте, Елизавета Валерьевна.

— Машуня, я сегодня не приеду на работу. Получи оборудование за меня. Пусть они установят капсулу там, где мы решили. Ну, ты и сама все знаешь, — дала инструкции я.

— Конечно, Елизавета Валерьевна.

Дела были улажены, и я со спокойной душой направилась в огромный супермаркет, на втором этаже которого находились модные бутики. Поблуждав часа два, я, наконец, выбрала себе элегантное темно-синее платье с широким рукавом, завышенной талией, доходящее до середины колена. V-образный вырез придавал груди более красивый вид. Наряд был простым и, вместе с тем, очень подходящий. В нем я выглядела как благовоспитанная дама.

Прикупив еще фрукты и бутылку вина, я довольная отправилась домой. Подготовительный этап был закончен. Наступила пора переходить к решительным действиям. Я сама себя не узнавала. Во мне горело адское пламя, побуждающее приложить максимум усилий для того, чтобы понравиться самому желанному мужчине в моей жизни.

Дома я, первым делом, набрала номер нашего ЖЭСа. Пока в трубке раздавались длинные гудки, я нетерпеливо и взволнованно барабанила пальцами по поверхности стола, на которой стоял телефон. Наконец, приятный женский голос ответил на мой настойчивый звонок.

— ЖЭС. Диспетчер слушает.

— Здравствуйте. Мне нужен сантехник сегодня, — выпалила я, практически заученную фразу.

Еще бы. Я повторяла ее про себя раз двадцать. Это выдавало мое волнение.

— Хорошо. Но у нас сезон отпусков, так что работает только один мастер. К вам он сможет придти в районе пяти часов.

— Отлично. Мне подходит, — обрадовалась я.

Все складывалось очень удачно. Артем не сможет не придти — он один.

— Диктуйте адрес, — попросила девушка.

Продиктовав адрес, я попрощалась и положила трубку. У меня было предостаточно времени. Первое что я сделала — приготовила канапе и выложила фрукты в вазу. Вино я поставила в холодильник, а сама пошла в комнату. На этот раз я действовала более уверенно, чем в прошлый. Уже без отвращения и содрогания я рассматривала то, что услужливо подарила мне Таня.

Из всего представленного разнообразия я выбрала комплект черного ажурного белья с поясом для чулок. Еще одно издевательство над женским организмом было принято мной спокойно. Я уже убедилась, что для любимого человека мы, женщины, готовы идти на любые жертвы.

К оговоренным пяти часам у меня все было готово. Я переоделась, облачив свое тело в ужасно сексуальный и откровенный комплект белья, чулки, пояс. Прикрыло это все мое новое платье. Уложив волосы в элегантную прическу, и подкрасив лицо, я сидела на кухне за сервированным столом и сгорала от нетерпения. Мои глаза были буквально прикованы к циферблату настенных часов.

Среди абсолютной тишины квартиры и наэлектризованной ожиданием атмосферы, раздался долгожданный звонок в дверь. Сердце подскочило в груди и застряло где-то в горле, живот скрутил болезненный спазм. Пошатываясь от волнения, я подошла к двери и, как обычно не глядя, открыла ее.

На пороге стоял Артем. Он был одет все в тот же красный комбинезон, но майка была уже не черная, а бежевая. Все те же карие глаза и манящая линия губ привлекала к себе внимание. Только глаза, которые раньше были более теплыми, сейчас напоминали два кусочка льда. Губы Артема были плотно сжаты, что говорило о плохом расположении духа. Он буквально сверлил меня взглядом, и взгляд был тяжел и мрачен.

— Здравствуй, — начала я первая разговор.

— И вам не хворать, — как-то грубо бросил он.

Я поежилась от его прохладного тона, но взяла себя в руки. В конце концов, я хотела помириться с ним и объяснить всю ситуацию.

— Проходи, — пригласила я.

Артем вошел в квартиру, тщательно избегая лишнего контакта со мной. Это не укрылось от меня.

— Какие жалобы? — как на приеме у врача, спросил он.

— Кран в ванной, — соврала я, чтобы потянуть время.

Ничего больше не спрашивая, он разулся и прошел в ванную. Я стала за его спиной, отчаянно соображая, как начать сложный разговор. Пока я мучилась и терзалась сомнениями, Артем провел беглый осмотр и, обернувшись ко мне, поставил диагноз:

— У вас все в порядке с краном.

Я не знала что говорить. Все слова, заготовленные заранее, вылетели из головы под действием его взгляда. Сейчас он выглядел раздраженным до крайней степени и разочарованным одновременно.

— Зачем вам это понадобилось? Я только время из-за вас потерял, — грубо сказал он.

— Артем, послушай. Я хотела поговорить с тобой.

— Разве нам есть о чем говорить? — все тем же тоном ответил он.

— А разве нет? Я хотела сказать, что мне было очень хорошо с тобой. Я не ожидала, что так все случится. Я думала, что ты…

Я запнулась. Сознанием я понимала, что говорю что-то не то, но как правильно изъясниться, я не знала.

— Мальчик по вызову, — закончил он за меня.

— Да, но я не хотела…

— Не трудитесь, — оборвал он меня.

Сейчас он испепелял меня взглядом, но было в нем кроме гнева и еще что-то. Это что-то было до боли знакомо. Я снова видела его полный желания взгляд. Эта ядерная смесь — гнев и желание — возбудили меня и, вместе с тем, напугали.

— Триста. Триста долларов, и я сделаю это снова. Вы ведь этого хотите, — продолжил он.

Я пораженная стояла и не знала что ответить.

— Да, я хочу тебя, — призналась я.

Слова вырвались сами собой, но я, действительно, буквально сгорала от желания. Трусики предательски намокли, обильно увлажненные моим соком. Под его горящим взглядом мои губы зачесались, прося долгожданного поцелуя.

— Ну, так как? — снова грубо спросил он.

Я, ничего не понимая, кивнула головой. В эту минуту я готова была согласиться на все что угодно ради его ласк и поцелуев. В маленькой ванной комнате, в которой мы находились, стало нечем дышать.

— Отлично, — бросил Артем.

Он сделал шаг мне навстречу и грубо схватил за плечи. Прижав к себе, Артем буквально впился в мои губы, прикусывая их до такой степени, что я почувствовала вкус своей крови. От таких его действий я совсем растерялась, а он ловко этим воспользовался, повернув меня к ванной лицом. Прижимаясь ко мне спиной, он кусал мою шею, а руками стаскивал лямки своего комбинезона. Через мгновение я уже ощущала, как его обнаженный член упирается в мою попку.

Теперь его руки больно сжимали через ткань мою грудь. Он резко дернул платье, отчего ткань не выдержала и затрещала. Я оказалось до пояса обнажена. Мой бюстгальтер он даже не потрудился аккуратно расстегнуть. Одним рывком он вырвал крючки с петельками, отшвыривая его в сторону. Теперь ему был отрыт доступ к моим соскам, и он не стал себя сдерживать. Больно прищипнув один, он теребил рукой другой. Наконец, оставив соски в покое, он заставил меня наклониться вперед, и я оперлась о ванну. Другой рукой он закончил начатое, разрывая платье окончательно. Теперь я стояла в одних трусиках и чулках, прикрепленных к поясу, а мое новое и дорогое платье валялось кучей тряпья у ног.

Трусики оставались на мне не долго. Спустя мгновение они валялись там же, где и вся остальная одежда. Я стояла, наклонившись перед ним с голой попкой. Он опустился на колени, и я почувствовала резкую боль. Артем больно укусил меня за одну половинку, отчего я слегка вскрикнул.

Продолжая гладить одной рукой мою спину, другой он раздвинул мои губки. В следующее мгновение я почувствовала, как его пальцы проникают внутрь меня, ритмично двигаясь и лаская стенки моего лона. Сил терпеть эту страстную пытку не было.

— Да, — вырвалось у меня.

Артем тут же встал и больно схватил меня за волосы, заставляя выгнуть спину. Он резко вошел в меня, и я в очередной раз вскрикнула. Не было в его движениях ни капли нежности. Он грубо и резко двигался во мне, оттягивая волосы на себя. В наших движениях было что-то звериное. Этот страстный, грубый и необузданный секс доставлял мне неземное блаженство. Лишенный малейшей нежности, он будил во мне самые низменные и порочные желания. Мне хотелось подчиниться ему, отдаться на его милость. Я кусала губы до крови, наслаждаясь этим яростным актом.

Вершина блаженства была невероятно близка. Одновременно со мной наслаждение получил и Артем. Он сделал последний резкий и глубокий толчок, и излился в меня, переполняя своим семенем.

Мое тело обмякло. Оно пребывало в какой-то сладостной истоме после пережитого дикого секса. Шея и ягодицы болели после укусов Артема, а губы горели. Я все еще продолжала ощущать вкус крови, когда облизывала их. Артем выпустил мои волосы и вышел из меня. Это тут же привело меня в чувство.

Обернувшись, я увидела полный злобы взгляд. Мой любимый выглядел растерянным и раздраженным. Ни слова, ни говоря, он поднял свою одежду и быстро оделся. В мою сторону он больше не смотрел.

Я наблюдала за всеми его действиями, словно это происходило не на самом деле, а во сне. Наконец-то я начала понимать, что он хотел просто отомстить мне. Это было его наказание мне за то, что я покупаю мужчину для своих утех. Теперь я понимала истинный смысл его необузданной страсти.

Словно в подтверждение этому, Артем вышел из ванной комнаты, и спустя минуту я услышала, как хлопнула входная дверь.

Я оставалась сидеть на полу. Слезы потекли против моей воли. Я плакала и подтягивала к себе остатки одежды. Прижимая к себе абсолютно испорченное платье, я рыдала, стараясь закрыться этой тряпкой от жестокой действительности. Тщетно. Даже если я сейчас сбегу на край света, я буду помнить об этой унизительной сцене до конца своей жизни.

Не знаю, сколько я так просидела, сжавшись в комок, пока телефонный звонок не привлек мое внимание. Я подняла голову, но все виделось мне размыто и нечетко. Слезы все еще стояли в моих глазах. Смахнув их, я нашла в себе силы подняться. Набросив на голое тело халат, висевший на крючке, я прошла в гостиную. Взяв в руки черный аппаратик, я прочитала на дисплее «Танька». Что произошло дальше, я так и не поняла.

Очнулась я, когда за окном было уже темно. Я лежала на полу посреди осколков. В них я узнала свою вазу и пепельницу, которые стояли раньше на журнальном столике возле меня. Чуть дальше у стены валялись детали мобильного телефона. Я, с трудом передвигая ноги, добралась до спальни и рухнула без сил на кровать. Спасительный сон пришел сразу.

Утром я проснулась и поняла, что меня одолевает жуткое желание умереть. Может, было бы лучше, если бы я уснула прошлой ночью и не проснулась. Но день пришел, а вместе с ним вернулись и болезненные воспоминания. Я поежилась под одеялом, но все же встала, чтобы принять душ.

В ванной все еще валялась моя испорченная одежда. Я отодвинула ее ногой в сторону, и стала под струи воды. Думать абсолютно не хотелось, но мысли лезли в голову независимо от моего желания или нежелания.

«Артем. Почему? Почему ты ушел?»

Я вышла из ванной и остановилась возле телефонного аппарата. Он словно притягивал к себе. Сняв трубку, я набрала номер.

— ЖЭС. Диспетчер слушает.

— Девушка, будьте добры, пригласите к телефону Артема.

Я понимала, что мне не следует этого делать, но желание услышать его голос и объясниться было непреодолимо. Даже после случившегося, я не могла не думать о нем.

— А по какому вы вопросу?

Голос моей собеседницы стал более жесткий.

— По личному, — ответила я.

— Девушка, между прочим, Артем женат и у него двое детей. Вы уверенны, что вам это нужно? К тому же, это служебный телефон, а не таксофон.

Послышались короткие гудки, но я их уже не слышала. Я второй раз за последние сутки упала в обморок.

Часть пятая (последняя)

Я переехала. Уже на следующий день после того, как узнала, что Артем женат. Мне не хватало сил находиться в той квартире. Куда бы я ни пошла, везде я видела его. Что стало с моим сердцем и душой? Да ровным счетом ничего. Мне казалось, что у меня больше нет сердца, а душа заточена в ставшую ненавистной телесную оболочку.

Пожалуй, единственным моим спасением была помощь Тани. Она быстро организовала мой переезд. Квартиру я решила продать.

Новое место жительства меня вполне устраивало. Я всегда мечтала именно о такой квартире, но радости было меньше, чем могло бы быть. Она находилась на другом конце города, и это давало крохотную надежду, что я больше не встречусь с Артемом.

Я помню, как Танька примчалась ко мне в тот злополучный день, когда я узнала правду о нем. Ей позвонила Маша, которая не смогла до меня дозвониться. Я не вышла на работу и не предупредила ее, что никогда раньше со мной не случалось, и она забила тревогу.

У Таньки был запасной ключ от моей квартиры, и она подобно торнадо ворвалась ко мне. Увидев меня распростертой на полу, она тут же предприняла меры по спасению моего бренного тела. Ох, и зачем только она это сделала?

Сил у меня не было, и она, как верная сиделка, провозилась со мной неделю. Периодически я слышала, как она посылала то одного, то другого своего Пупсика куда подальше, крича в трубку «Все вы козлы».

Я пыталась ее успокоить, но она была сама не своя.

— Как он мог? Кобель. Я его найду и отрежу ему член. Нет, отгрызу. Так будет мучительнее, — негодовала она.

— Танька, успокойся, — из последних сил пыталась я вразумить подругу. — Не смей искать и разговаривать с ним. Слышишь? Я этого не хочу. Мне нужно поскорее все забыть. А для этого мне нужна твоя помощь.

— Все что угодно, — заверила меня подруга.

— Помоги мне съехать с этой квартиры.

— Хорошо.

Я сбежала от груза своих проблем. Так я думала. На самом деле они переехали вместе со мной.

На кухне было тихо. Я пила кофе и мысленно составляла план действий на завтра. Лето заканчивалось, а я за всеми переживаниями забыла про отпуск. Танька мне все уши прожужжала про то, как сейчас хорошо на море, и я почти поддалась на ее уговоры.

Так как завтра суббота, а уже было довольно поздно, я решила не мучиться этим вопросом и отложить принятие решения. Как всегда не вовремя, ход моих размышлений прервал звонок в дверь.

«Кто это может быть в десять вечера?» — подумала я, посмотрев на часы.

Я успокоилась, так как никто из посторонних не мог войти в подъезд, оборудованный новой системой безопасности и видеонаблюдения.

«Наверняка соседка».

По старой привычке, я даже не посмотрела в глазок. Жизнь в очередной раз преподнесла мне урок, доказывая, что так делать нельзя.

На пороге собственной персоной стоял Николай Сергеевич Богушев.

— Коля? — удивленно подала голос я.

Мой несостоявшийся муж соизволил заявиться ко мне в гости. Через год после того, как сам же ушел, прихватив с собой половину «совместно нажитого имущества».

Я рассматривала этого еще более округлившегося героя-любовника и не могла поверить своим глазам.

— Лизонька, — заискивающе проворковал этот перезревший арбузик. — Можно войти?

Я начинала приходить в себя. Удивление сменилось безразличием. Возможно, еще месяц назад я бы бросилась со всех ног обихаживать его на своей кухне, стараясь вернуть все в прежнее русло. Но теперь все изменилось. Точнее, Артем все изменил.

Я смотрела на Колю без прежнего обожания и восторга. Отчего-то именно сейчас я разглядела все его недостатки, на которые Танька безуспешно указывала мне все время. И касались они не только его внешности.

— Проходи, раз пришел, — холодно пригласила я.

Я прошла на кухню и включила чайник. Мне было безразлично, что привело его ко мне. Мной владело желание поскорее выполнить роль радушной хозяйки и захлопнуть за ним дверь.

Коля мигом разулся, обул тапочки и присоединился ко мне. На стол он поставил торт, бутылку шампанского и вручил букет цветов. Я без каких-либо эмоций рассматривала букет, составленный из моих любимых темно-синих ирисов.

— Коля, тебя сбила машина, и ты забыл события последнего года? Тогда сочувствую. Тебе бы врачу показаться, — выдала я.

Он на секунду растерялся от моих слов, но тут же нашелся:

— О чем ты говоришь, Лизонька. Я просто прозрел. Я был таким идиотом, милая.

«Таким ты и остался», — подумала я, глядя на раскрасневшееся от волнения лицо своего «бывшего».

— Как я мог так ошибаться? Знаешь, я бы еще год назад вернулся, бросился бы к тебе в ноги и вымаливал прощение. Но рана, нанесенная мною, была слишком свежа и глубока, чтобы ты меня простила. Да, и стыдно было.

«Врет», — абсолютно точно определила я.

Он с видом кающегося грешника посмотрел на меня. Как ни странно, но его слова меня не тронули. Букет я поставила в вазу, а ему заварила зеленый чай, как он любит.

— Зачем ты пришел, Коля? И как нашел мой новый адрес?

Он немного оживился и стал нарезать торт.

— Милая, я очень хочу, чтобы мы попробовали начать все заново. Я сделаю все, что ты скажешь. Любое твое желание будет исполнено мною. А адрес… Ты забыла, что у нас с тобой много общих знакомых.

Коля услужливо положил кусок торта мне на тарелку.

— Я не люблю сладкое, — сказала я, отодвигая ее в сторону.

— Правда? — удивился он.

Раньше я просто обожала именно этот торт с кусочками фруктов. Но сейчас я не могла на него смотреть.

— Да.

Он неопределенно пожал плечами и стал поедать свой кусок, запивая чаем.

— Я о многом передумал за это время, Лиза. Если бы ты только знала, сколько раз уже я пожалел о том, что ушел тогда от тебя.

Я промолчала. В эту минуту я смотрела в окно. Мысли мои были далеко отсюда. Мне не хотелось сейчас думать о том, что вот он, наконец, раскаявшийся явился ко мне, как я когда-то мечтала.

Очнулась я лишь от прикосновения к своей руке. Коля стоял на одном колене и театрально держал меня за руку. Я поняла, что он готовится сказать мне что-то торжественное и трогательное.

— Лизонька, любовь моя. Я все понял, все осознал. Я готов все исправить. Нам давно следовало это сделать. Давай поженимся? Хоть завтра.

Надо же. Такого я не ожидала. Я смотрела в его серые глаза, и устало размышляла.

«Артема нужно забыть. Просто забыть, как страшный сон. Я уже не боялась одиночества, как когда-то, но Коля предлагает мне себя, а, значит, новые заботы, переживания, события. Я не нужна Артему. Ему не нужны мои ласки, не нужно мое тело. У него все это и так есть. Если я что-то не изменю в своей жизни, я не смогу стать прежней, не смогу ожить».

— Хорошо, Коля, я дам тебе шанс. О свадьбе пока даже не говори. Вернем все, как было, а там посмотрим.

Это все, на что я была способна. Коля же просто светился от радости. Он начал целовать мои руки, бормоча что-то типа «я просто счастлив», «ты — свет моего сердца» и прочую чушь.

Спустя час мы отправились в мою спальню, где он проявил все свои способности и познания в сексе, которые сводились к стандартной позе «он сверху» и экзотике для него «я на животе». Погладив немного мою грудь, и, проверив пальцем достаточно ли я увлажнена, он вошел в меня. Его движения были не ритмичные, а немного спонтанные. Он входил в меня, двигался какое-то время, а затем останавливался, мял мою грудь и снова продолжал движения. Когда я лежала на животе, а он был сверху, он вдавливал меня в кровать своим животом, и я слышала его сопение возле своего уха.

После того, как он кончил и откатился от меня, я почувствовала внезапный приступ тошноты. Меня тошнило от всего того, что только что произошло. Мои внутренности перевернулись, и я готова была опустошить желудок прямо на постели. Стремглав бросившись в ванную комнату, я упала на колени перед унитазом. Спазмы крутили меня, заставляя снова и снова избавляться от рвоты. Наконец, желудок был пуст, и я без сил села на кафельный пол.

Вернувшись в спальню спустя пятнадцать минут, я застала спящего Колю. Он, отвернувшись от меня к окну, негромко похрапывал. Мне оставалось только лечь рядом и постараться заснуть. Осуществить это я смогла лишь через час.

Утром меня разбудил его голос.

— Доброе утро, соня.

Я открыла глаза и увидела на столике поднос с завтраком. Мой вновь обретенный Донжуан лежал рядом, мило мне улыбаясь.

— Доброе.

«Если оно доброе», — про себя подумала я.

Я оценила Колины старания. Кофе и бутерброды были кстати. Мой пустой желудок потребовал еды, но едва я откусила кусочек, как очередной спазм скрутил мой живот, а к горлу подступила тошнота.

Я вскочила с постели и снова бросилась в ванную комнату. Спустя какое-то время выйдя оттуда, я с ужасом поняла, что с моим организмом происходит что-то странное. Вот что это было, я и хотела узнать. Но мои мысли тут же растворились, так как раздался телефонный звонок. На новом мобильном была установлена мелодия практически на всех абонентов и в этой я узнала ту, что была на Таньке.

— Привет, Лизунь, — радостно поприветствовала она меня.

— Привет, Танюш.

— Ты там как? Подумала над моим предложением?

Я не знала, что ей ответить. С одной стороны поправить пошатнувшееся здоровье на море мне не помешало бы, но с другой, у меня появилась новая задача. Нужно было что-то решать с Колей.

— Танька, тут такое дело. В общем, я не знаю. У меня изменились обстоятельства.

— Какие еще обстоятельства? — недоумевала подруга.

— Ну, Коля объявился, — наконец, призналась я.

— ЧТО???

Кажется, гнев переполнил мою подругу, и у нее «сорвало крышу» от моих слов. Я представляла, как она, должно быть, сейчас негодует.

— Ты с ума сошла? Нет, Лизка, ты точно сдурела, — вылила на меня она все свои негативные эмоции.

Я не могла больше говорить, так как подошел Коля. Он чмокнул меня в щеку.

— Ладно, Танька, если хочешь, я приеду сегодня к тебе, и мы поговорим, — примирительно сказала я.

— Немедленно. Я жду тебя у себя через двадцать минут, — отрезала подруга.

Это кто еще с ума сошел? Двадцать минут…

— Коля, я съезжу к Таньке, — поставила я его в известность.

Он недовольно нахмурился, но любезно согласился, словно я ждала его разрешения. Раньше так и было, но только не сейчас.

Быстро переодевшись, я буквально пулей вылетела из дома, оставив Коле запасной комплект ключей. Мне нестерпимо захотелось оказаться как можно дальше от него и той комнаты, в которой мы занимались сексом. Я уже не была уверенна, что это было хорошей идеей давать ему второй шанс. Определенно, я не могла с ним больше жить. Мне требовался совет. За ним, собственно, я и отправилась к подруге, хотя заранее знала, что она мне скажет.

Я управилась за тридцать минут. Мне даже не пришлось звонить в дверь. Танька стояла на лестничной клетке и поджидала меня.

— Лизка, я тебя прибью. А ну, марш ко мне в квартиру, — приказным тоном обратилась она ко мне.

Я фыркнула, но вошла. Подруга с порога приступила к «обработке».

— Это что за новости, Лиза? Ты снова снюхалась с этой тыквой недоделанной?

Я поморщилась, но ничего не ответила. Я уже и сама поняла, что совершила ошибку. От одних только воспоминаний о кошмарном сексе меня выворачивало наизнанку. Вот и сейчас накатил приступ тошноты.

— Танька, меня мутит.

Только я сказала эти слова, как живот снова скрутило. Я бросилась в туалет подруги и вовремя склонилась над унитазом. Танька подошла через минуту и протянула стакан с кипяченной водой.

— И давно тебя так? — как-то странно спросила она меня.

— Нет. Вчера началось. Видимо, съела что-то не то.

— Ага, — с издевкой бросила она. — Иди на кухню. Я тебе травок заварю, как бабушка моя покойная советовала.

Я прошла на кухню и села за стол. Танька суетилась у плиты, и все время меня отчитывала.

— Сдался этот ловелас тебе. Да зачем он тебе вообще нужен? Объявился, видишь ли. Гони его в шею, и не вздумай в постель пускать.

— Поздно, — ответила я на ее гневную речь.

Подруга повернулась ко мне и впилась в лицо своим взглядом.

— Ну, и дура. Полная.

Я согласно кивнула головой.

— Сама знаю.

Это ее смягчило, и она уже более мирно продолжила.

— Сейчас чая выпьешь, а потом мы решим, как избавиться от этой пиявки. Присосался, убогий.

Я вымученно улыбнулась. Организм меня явно подводил. Сил хватило лишь для этой улыбки.

В дверь позвонили, и Танька побежала открывать.

— Кран сломался, — бросила она на ходу. — Сантехника вызвала экстренно. Обещала доплатить.

Мое сердце ухнуло куда-то вниз. Только этого не хватало. Я совсем забыла, что Танькин дом обслуживается тем же ЖЭСом, что и мой прежний. Моя пятая точка приросла к стулу, но на самом деле мне хотелось бежать куда угодно, лишь бы подальше.

Я вскочила под действием неизвестно откуда взявшихся сил, и рванула в прихожую. Мне нужно было как можно быстрее покинуть квартиру. Вот только осуществить задуманное я так и не смогла. Я буквально врезалась в мощное и до боли знакомое тело.

Отскочив, как от прокаженного, я посмотрела на Артема, который тоже ошарашено, смотрел на меня.

— Ты? — прошептал он.

Его глаза наполнились теплом, словно ласковое летнее солнце. Только я уже не верила никакому его дружелюбному облику. Я, опираясь о стенку, медленно направилась в сторону выхода. Таня наблюдала за моими действиями удивленно и с широко открытыми глазами.

— Что здесь происходит? — задала она вполне уместный вопрос.

Никто ей не ответил. Я продолжала пятиться к двери, а Артем все так же с удивлением и радостью одновременно смотрел на меня. Когда до заветной двери оставалось лишь пару шагов, он подскочил ко мне с удивительным проворством и скоростью. Я не успела и сообразить, что произошло, как он сжал меня в своих объятьях.

— Наконец-то. Я нашел тебя.

Мы с Таней удивленно смотрели друг на друга. Она начала понимать что случилось, а я молча пыталась найти у нее поддержку.

— Я вас оставлю, — бросила она и быстро обувшись, захлопнула за собой дверь.

Только теперь я осознала до конца, в какой ситуации оказалась. Эта неожиданная встреча перевернула мою жизнь с ног на голову в очередной раз. Я находилась в крепких объятьях Артема, но сердце рвалось на части. Казалось, вот он — моя мечта, но вся правда и все то, что произошло в нашу последнюю встречу, заставляли меня оттолкнуть его. Я начала вырываться, издавая истошные вопли:

— Пусти. Пусти меня, немедленно.

— Теперь нет. Ни за что, — шептал он, покрывая мое лицо горячими поцелуями.

— Уходи. Прошу тебя, — взмолилась я.

Я боялась, что не выдержу искушения. Но Артем не сдавался. Он целовал мое лицо, шею, зарывался руками в волосы.

— Я искал тебя. Искал, — прервав на мгновение свои ласки, признался он. — Прости меня. Я идиот, дурак, глупец. Я так был зол тогда. Но как же я потом пожалел об этом. Прости меня за боль, за обиду. Умоляю. Я не переживу, если ты снова исчезнешь. Это было равносильно убийству. Зачем ты так поступила? Почему не дала шанса объясниться и извиниться?

Его слова музыкой звучали в моем сознании. Они были наполнены нежностью и отчаянием. И они были искренними, я чувствовала. Но я все еще помнила, что он не свободен.

— Как ты можешь. Твоя жена и дети…

— Жена? Дети?

Он внезапно остановился, на минуту отпуская меня.

— Какая жена? Я не женат. И не был. С чего ты это взяла?

Я совсем растерялась. Лишенная поддержки его рук, я начала оседать. Он ловко меня подхватил и внимательно посмотрел в мои глаза.

— Откуда ты это взяла? — настойчиво, глядя в них, спросил он.

Я не могла не ответить. Под действием этих гипнотических глаз мои губы сами собой зашевелились.

— Я звонила. В ЖЭС. Девушка сказала, что ты женат и у тебя двое детей. И ты так груб был со мной. А еще ушел, ничего не сказав.

Я поняла, что слезы текут по моим щекам, и я не могу с этим ничего поделать. Мне стало ужасно обидно и жаль себя. Я вдруг вспомнила те дни, что провела без него, без любимого мужчины, без его ласк.

— Тише, моя маленькая. Не плачь. Я так виноват, — утешал он меня, гладя по волосам. — Это недоразумение. Оля, с которой ты разговаривала, набрала себе в голову, что у нас с ней что-то может быть. Она не давала мне проходу. Из ревности она сочинила про меня эти глупости. Я безоглядно люблю тебя. Тебя одну. И никто другой мне не нужен. Слышишь, девочка моя?

Его голос успокаивал, баюкал. Я прижималась к его груди, и счастье начало заполнять меня, словно пустой сосуд. Оно охватило каждую клеточку меня.

Губы Артема целовали мой лоб, нежно спускаясь все ниже и ниже. Вот они снова накрыли мои губы, и стали все более настойчиво ласкать и исследовать мой рот. Из нежного, его поцелуй превратился в обжигающий, напористый, полный страсти. И я ответила ему.

Страстно, неистово он целовал меня, заставляя отвечать тем же. Последние защитные барьеры, выстроенные мной, рухнули. Его руки блуждали по моему телу, лаская и дразня. Я не могла больше сдерживать свою страсть и свою любовь. Все вокруг нас исчезло.

Артем сбросил комбинезон и задрал мне майку. Его руки легли на мои бедра, и он поднял мою юбку. Трусики он просто разорвал, открывая доступ к влажной щели. Пальцами он ласкал чувствительное место между моими ногами и проникал внутрь моей плоти. Сменив пальцы на горячий и пульсирующий член, он вошел нежно и осторожно, совсем не так, как раньше. Руки продолжили ласкать мои груди, а сам он начал плавные и тягучие, как патока, движения внутри моего тела.

Толчок. Еще толчок. Он подхватил меня, упирая в стену и придерживая за ягодицы. Мы двигались друг, другу навстречу, наслаждаясь нашим актом любви. И это было прекрасно. Как никогда нигде и ни с кем.

Оргазм накрыл нас одновременно. Я кричала и извивалась в его руках от удовольствия, а он содрогался всем телом, продолжая нашептывать на ухо слова любви:

— Девочка. Люблю тебя. Сладкая моя…

Гораздо позже я узнаю, что жду ребенка от Артема. Он будет несколько минут кружить меня на руках, целуя и благодаря. Я обрету, наконец, кусочек своего счастья…

Content

Новикова Юлия Откровение, или Мужчина по вызову

Новикова Юлия. Откровение, или Мужчина по вызову

Часть первая

Часть вторая

Часть третья

Часть четвертая

Часть пятая (последняя)