Сахиба Абдулаева

Меченосец

Камал нарисовал диковинное существо — странное, фантастическое создание. В осмысленном взгляде его, напоминавшем взгляд человека, затаилось неотразимое страдание. Так обычно смотрят больные дети.

Животное, которое изобразил Камал, пожалуй, отдаленно напоминало антилопу. У нее, этой причудливой антилопы, — крылья, только совсем не похожие на крылья птиц. Они — в форме квадрата, и края их свисают. Мальчик и сам бы охотно улетел с этой антилопой, но для этого надо было рисовать и себя тоже.

К тому же он не может оставить маму одну.

«Я не могу улететь с тобой», — думает он, глядя на свою картину. И ему кажется, что глаза антилопы удивленно загораются: «Почему?»

Камал грустно качает головой и мысленно предлагает: «А давай, если тебе скучно, я нарисую еще твоих сестер и братьев?..»

И он снова принимается рисовать. А по ночам видит, как рисунки оживают и он приходит в этот мир.

Играет с животными, разговаривает с ними долго-долго… И ему совсем не хочется спать.

Просыпается мама: обеспокоенная бессонницей сына, встревоженно спрашивает:

— Камалчик, ты почему не спишь?

Камал отмалчивается.

Мама беспокоится пуще:

— Тебе приснилось что-то страшное? А может, ты болен? — мама испуганно трогает лоб сына.

— Не-ет, — наконец произносит Камал, — это я так… Вы, мама, спите. Я тоже постараюсь заснуть.

Мать ласково обнимает сына.

— Умница ты мой, засыпай скорее…

Они спят в одной комнате, а папа — на веранде. Он так сильно храпит, будто это рычит тигр в зоопарке, которому страсть как хочется выбраться из клетки.

И вообще, когда папа приходит домой пьяный, его глаза напоминают глаза хищного зверя…

Проснувшись утром, Камал снова садится рисовать.

Его альбом уже полон антилопоподобных зверей. Вот антилопа-папа. Крылья у него, конечно же, совсем большие. А это — антилопа-мама. Какие у нее красивые витые рога! Глаза у антилопыпапы добрые-предобрые. Он очень любит антилопу-маму и своих детенышей. Чуть поодаль, на поляне, резвятся крылатые антилопчики. Они играют в прятки — то взлетают на ветки деревьев, то снова спускаются на землю. Они такие счастливые! А крылья Камал пририсовал им для того, чтобы они могли взлететь высоко в небо, если на них вдруг набросится враг.

Камал один. Ах, если бы мама могла купить ему братишку…

— Что это ты все время одних и тех же уродов рисуешь? Хочешь быть художником — учись изображать то, что видишь. Вот хотя бы нашу машину. Ну же, нарисуй так, чтобы я ахнул от восторга…

От отца исходит какой-то горький запах. Камала начинает подташнивать, и он слегка отодвигается от отца.

— Ты почему уходишь от меня? — начинает придираться отец. — Ну-ка, ответь: кого ты больше любишь — меня или маму? А? Меня, да?..

И так каждое утро. И каждое утро Камал с нетерпением ждет, когда отец уйдет на работу.

Вот и сегодня он трижды повторил свой вопрос:

— Так кого же ты больше любишь, а?

Камал молчит. Что он может ответить? Скажет, что сильнее любит маму получит затрещину. А обманывать он не привык.

Отец начинает свирепеть:

— Ну, ты, мальчишка! У тебя ведь все есть, разве не так? Чего ни пожелаешь — я все покупаю немедленно!.. Так почему же ты воротишь от меня нос? Один только раз я тебя ударил, а ты, неженка, не можешь мне теперь этого простить?! Да знаешь, сколько я в детстве нахватался подзатыльников… Ну и что с того?!

Камал начинает мямлить, заикаясь:

— Я люблю, я… и маму, и… и…

— Не-е-ет, ты мне все-таки скажи, кого больше любишь?

А Камал опять молчит.

— Что молчишь, как истукан?! — ярится отец. — У-у, мамашин выкормыш!..

Обозленный, он уходит на работу.

…В то утро за окном было холодно и по-зимнему неуютно. Вдруг дверной звонок затрещал, громко, протяжно. Камал, протирая сонные глаза, разбудил маму:

— Мама, вставайте, кажется, папа пришел.

Мать проснулась и торопливо побежала во двор.

Камал направился за ней, ежась от холода. Вот с грохотом упал крючок. А потом отец, едва переступив порог; вдруг изо всех сил ударил жену По лицу. Та отшатнулась.

— Почему вы бьете маму?! — отчаянно крикнул Камал, вцепившись в рукав отцовского пальто.

«Какой страшный у папы взгляд…» — успел подумать мальчик, и в тот же миг от сильной пощечины перед глазами у него вспыхнули искры..: И он провалился в бездну.

…Очнулся Камал в постели. Мама сидела рядом, и слезы катились по ее щекам. Рядом, нахмурившись, стоял отец. Камал почувствовал у себя на лбу липкую давящую повязку. От сильной головной боли его вдруг стошнило, и мальчик снова потерял сознание…

Две недели пролежал Камал в больнице. Несмотря на то, что на дворе стоял январь, отец каждый день приносил ему свежие фрукты. Мама их тщательно мыла, чистила, а Камал съедал все это с удивительным аппетитом. Но иногда сердце мальчика неожиданно переполнялось щемящей грустью, и он тихо плакал.

Камал ел принесенные отцом яблоки, груши, гранаты и начинал себя ненавидеть. Он думал, думал и не понимал, как могли столько лет вместе прожить его отец и мама. Особенно не мог понять ее.

От отцовского удара Камал отлетел, как перышко, и ударился головой о ворота. Хрустнула черепная кость. И с того времени Камалу снятся удивительные сны. Он стал летать с крылатыми антилопами, которых рисовал. А после они ему снятся по ночам… Может быть, кто-то из его предков был художником, а кто-то ясновидцем? А еще один далекий предок наверняка жил у моря. Потому что перед глазами у Камала всегда стоит кромка морского берега с набегающими на нее волнами прибоя.

После того как Камал перенес сотрясение мозга, он приобрел какую-то необъяснимую способность видеть прошлое. В нем проснулось универсальное, соединяющее с духами предков, Великое Сознание. Сам Камал осмыслить этого не мог, и все происходящие в нем перемены воспринимал как нечто естественное. Да и как мог это осознать маленький ребенок…

Камал полюбил ночи. Дни казались ему бесконечно длинными и тяготили. В дневные часы он особенно остро чувствовал одиночество. Были каникулы, но ему не хотелось выходить на улицу, не хотелось играть с мальчишками, которые, наверное, давно о нем позабыли…

Мать Камала — портниха. Она часами сидит за машинкой, чтобы вовремя выполнить заказы клиентов.

Она очень довольна покладистым характером сына.

Ведь он всегда рядом с ней, вечно занят рисованием.

А когда не рисует, часами наблюдает за рыбками в аквариуме. Он всегда рядом, всегда вовремя поест.

И мать довольна.

Вот и сейчас Камал не может отвести взгляда от рыбок за стеклом. Им так хорошо, думает он, они плавают, резвятся. Вот эта, красная рыбка похожа на принцессу. С яркими мечами-плавниками, она плавает легко и гордо и совсем не причиняет неудобства собратьям. А вот другая рыбка — телескоп. Так ее, наверное, прозвали за то, что у нее выпуклые глаза.

«Мир этих рыбок… Как он, спокоен… — подумал Камал. — И никто там не кричит, не бранит… никогда…»

«Ты хочешь стать рыбкой?» — спросил его неизвестно откуда раздавшийся голос. Камал вздрогнул, огляделся. Кто это? В комнате кроме него самого вроде бы никого нет… И тогда мальчику показалось, что хозяин неизвестного голоса находится в нем самом. Не раздумывая, Камал ответил: «Да!»

Из груди мальчика вырвался стон. По всему телу пробежала мелкая дрожь. Камал вдруг перестал чувствовать свой вес. Он ощутил приятную прохладу воды и вдруг понял, что плывет. Да да, плывет. Вот он уже проскользнул сквозь водоросли и приблизился к телескопу.

Рыбка с выпуклыми глазами почему-то вела себя беспокойно. Она нырнула на дно аквариума, расшвыряла в разные стороны камушки, выискивая червячков.

Рыбка с мечами-плавниками тоже почувствовала голод. Она схватила червячка, которого с другого конца сжал губами телескоп, откусила и быстро проглотила.

Разозлившийся телескоп погнался за меченосцем. Тот спрятался в водорослях и застыл, широко разинув рот.

Потом губками дотронулся до нежных водорослей. Но вкус листочков меченосцу не понравился, и он, слегка шевеля плавниками, снова поплыл вперед. Меченосцу вдруг стало скучно: ни одной рыбке не было до него дела…

Голос мамы заставил Камала вздрогнуть.

— Камалджан, сынок, что с тобой? Вставай, обед уже остыл.

Камал долго мешал ложкой машевый суп, глядя в пространство перед собой. Внезапно его осенила мысль: а что если как-то повлиять на отца? Ведь сумел же он, пусть и на одно мгновение, превратиться в рыбку.

Вон она, с мечами-плавниками, теперь глядит на него недоуменно через стекло аквариума. Она, наверное, до сих пор находится под воздействием воли Камала…

И мальчику так захотелось, чтобы отец скорее вернулся с работы. Он даже стал мысленно звать отца.

И отец в самом деле вернулся рано. Мать хлопотала на кухне, поэтому, когда прозвучал звонок, попросила Камала: — Сынок, у меня руки в муке: отвори ворота — видать, папа вернулся.

Камал пошел открывать.

Отец поставил машину в гараж и окликнул сына: — Камал, я тебе кое-что принес, поди-ка сюда!..

Камал подошел, пронзительно глядя на отца. Вдруг у того задрожали руки. Коробка упала, и содержимое ее — детали конструктора — рассыпалось по земле. Богатырского сложения мужчина едва доковылял до скамейки и, обессиленный, опустился на нее. Он почувствовал, что под пристальным взглядом сына, начинает тонуть в водовороте воспоминаний…

Вот Хуснора кормит грудью маленького Камала.

Насытившись, младенец игриво бросается к отцу, вскрикивает и, снова поворачивая головку к груди матери, хватается за нее пухлыми ручонками…

— Папочка, подержите его, пожалуйста. Мне нужно постирать, — просит Хуснора.

Сильные отцовские руки подхватывают крошку…

Сверкая глазками, малыш тянется к отцу…

Время словно отступило назад…

А Камал все смотрит на отца, и глаза его горят непонятным огнем.

…Почему я стал пить, думает отец. Ах, да, деньжата завелись, ведь я был назначен на хорошую должность…

Подхалимы так и норовят напоить меня, устраивают пиры для своей выгоды. Потом привозят меня, пьяного, домой. А в багажнике машины оказываются подарки, дорогие напитки… Я так ударился в пьянство, что совсем перестал думать о жене, о единственном сыне…

Но почему Камал так не любит меня? Что с ним?

Неужели до сих пор не может простить меня за тот случай?.. Почему, ну почему он так пристально смотрит на меня?..

Отец напрягся, силясь освободиться от цепкого взгляда сына, и из последних сил прохрипел:

— Хуснора, слышишь, Хуснора! Скорее сюда! Здесь что-то неладное…

Хуснора выбежала из дома, на ходу вытирая руки о фартук.

— Ой, отец, что с ним?! Камал, сыночек, что с тобой, родненький?..

А Камал стоял, покачиваясь, и все не отрывал пристального взгляда от отца. Вдруг мальчика затрясло, на побледневшем лице появились крупинки пота, нежные пальцы сжались в твердые кулачки.

Отец испуганно поднес ладони к глазам Камала и стал ими водить перед лицом сына то вверх, то вниз.

Но взгляд мальчика был устремлен в одну точку. В следующую секунду Камал вдруг ничком упал на землю.

Глаза выкатились, руки и ноги скрючились, и он, как-то сразу обмякнув, вытянулся во весь рост.

Подавленный отец подхватил на руки маленькое тело сына, отнес в дом и бережно уложил в постель.

Мать, чтобы не разрыдаться, зажала ладонями рот.

Камал обессиленно взглянул на отца, перевел замутненный взор на мать и увидел людей, между которыми не было ни единой искорки любви. Мальчик отвернулся и остановил взгляд на аквариуме. Глаза его совсем потускнели. Вдруг дрожь опять пронзила его тело, глаза мальчика стали закатываться. Он, задыхаясь, ловил ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. Рыбка-меченосец, раскрыв ротик, удивленно и с каким-то ей одной понятным сожалением смотрела через стекло аквариума на два плачущих существа, так и не сумевших опереться друг на друга, не попытавшихся понять друг друга даже в их большом горе. Потом она отвернулась и стремительно ринулась в гущу слегка подрагивающих водорослей.

Content

Сахиба Абдулаева
Меченосец