Борис Бабкин

Оживить сердце дракона

Китай. Чифын

– Где она? – приставив острие изогнутого кинжала к горлу лежащего на циновке старика с окровавленным лицом, зло спросил рослый бритоголовый китаец. Старик, вздохнув, тихо застонал. – Говори! – Бритоголовый основанием левой ладони ударил его в нос. Старик что-то прошептал. – Что? – склонился к нему бритоголовый.

Старик, неожиданно дернувшись вперед, сомкнул крепкие зубы на кончике носа бритоголового, потом его голова со стуком упала на циновку.

– А-а-а! – взвыл бритоголовый, с силой пнул старика в бок и ударил пяткой в живот.

– Зря! – усмехнулся куривший трубку худой смуглолицый мужчина в темных очках. – Он горлом на кинжал напоролся. Странные люди эти китаезы, – презрительно по-английски проговорил он, посмотрев на стоявшую у входа в комнату молодую женщину. – Ответь на вопрос и получишь деньги. Он же предпочел смерть. Странные…

– Он просто любит свою дочь! – Резко перебив его, женщина вышла.

– Старуха тоже ничего не сказала, госпожа, – с поклоном проговорил невысокий китаец в армейском камуфляже.

Женщина быстро прошла мимо. Рослый блондин, стоявший у джипа, открыл заднюю дверцу. Она села. Блондин устроился рядом с водителем. Прозвучал вызов спутникового телефона. Женщина поднесла его к уху.

– Слушаю.

– Что нового, Джулия? – спросил мужчина.

– Ничего, кроме того, – недовольно отозвалась она, – что я трижды объясняла китайской полиции, что я туристка из…

– Ты понимаешь, что я имею в виду, – сухо перебил ее звонивший.

– Мы нашли их. Но любовь к дочери оказалась сильнее денег, которые мы предлагали, сильнее боли, которую они испытывали, и что меня особенно поразило – они приняли смерть совершенно спокойно. Мне нужны объяснения. Например, я не…

– Я все объясню тебе при встрече, – заверил ее абонент. – Возвращайся на базу, я буду ждать тебя там.

– Что? – наклонившись к губам шептавшей пожилой китаянки с распоротым животом, спросил китаец средних лет.

– Им нужна Лейфа, – сумел расслышать он.

– Кто?

– Она на небе, – тихо проговорила стоявшая рядом женщина.

– Кто здесь был? – поднимаясь с колен, спросил китаец.

– Никто ничего не видел, – ответил пожилой мужчина у двери. – У соседа начал выть пес. Вой собаки оповещает о пролитой крови.

– Две машины были, – произнес другой, низкорослый мужчина. – Женщина была, европейка. Я плохо видел, глаза старые стали. Китайцев было трое, машины большие. Женщина долго сидела в машине и ждала. Потом ее позвали, и она вошла в дом. Больше Унсу ничего не видел.

– Тунь Ту, – тихо проговорил подошедший старик с редкой бородкой, – не надо ничего узнавать. Вань Дуна и его жену постигла кара за дела его, совершенные много лет назад.

– А что он сделал? – спросил Тунь Ту.

– Много разного говорят, – вздохнул старик. – Правду знает только Вань Тун. Теперь он небесным духам будет…

– Зачем тогда про Лейфу спрашивали? – Тунь Ту покачал головой.

Пекин

– Здравствуй, сестра! – обнял выпрыгнувшую из вертолета Джулию атлетически сложенный рыжеватый мужчина.

– Слушай, Джордж, – недовольно произнесла она, – я хочу знать все. Пыталась выяснить у папы, но он, как всегда, начал нести какую-то чепуху о вечной жизни и…

– Вот в этом как раз все дело, – усмехнулся Джордж. – Ты знаешь, как я относился к его бредовым идеям, но теперь меня это очень заинтересовало.

– Что именно?

– Помнишь, отец искал китайского монаха?

– Конечно. Я потеряла три месяца, кучу денег и несколько человек. Люди, живущие в труднодоступных горных районах, не очень приветливы.

– Его нашел Мио. Оказывается, бредни о вечной жизни не лишены…

– Перестань, – недовольно бросила Джулия. – Неужели ты тоже…

– Сейчас примешь ванну, отдохнешь, приведешь себя в порядок. И за ужином я тебе все расскажу.

– Хорошо. Но сначала скажи мне, на каких основаниях мы здесь находимся?

– Все в порядке. Опрос людей мы запросто объясним. Мы из общества любителей древней китайской культуры. Правда, вы там наследили…

– Знаешь, я тоже думала, что не стоит в чужой стране применять насилие. Но меня убедили, что род Дуна проклят и никто не станет нас преследовать. Разумеется, кроме закона. Будут искать не иностранцев, а тех, кто действительно виновен в смерти пары Дун. Их найдут умершими от передозировки. Но мне не терпится узнать все, что знаешь ты.

– Я тебе обязательно обо всем расскажу. Только после того, как ты отдохнешь.

– Ты прав, мне надо прийти в себя. Все-таки я не готова к пыткам, которые…

– Это только начало. И то, что ты видела, не пытки, а просто избиение. Настоящие восточные пытки – это действительно видение ада. Мне дважды приходилось присутствовать на подобных мероприятиях, и поверь, впечатления потом незабываемые.

– Надеюсь, до этого мы не дойдем.

– Я как раз уверен в обратном. Восток – это Восток, и здесь все по-другому. Особенно это касается Китая и, следовательно, китайцев.

– Все, я пошла мыться и приводить себя в порядок. До встречи. – Джулия поцеловала брата.

– Жду через два часа в баре отеля, – сказал Джордж.

США. Чарлстон

– Доктор Ульман, сэр, – открыв дверь кабинета, сообщил рослый негр.

– Наконец-то, – вздохнул сидевший в глубоком кресле пожилой бледный мужчина, закутанный в плед.

В кабинет вошел полный мужчина среднего роста.

– Вы все-таки работаете, Чарлз. А ведь вам прописан строжайший покой. Извольте наконец прислушиваться к советам…

– Я просто изучаю рукопись. – Хозяин снял очки. – Чай, кофе?

– Спасибо. – Уильям сел в кресло. – Позволю себе полюбопытствовать, вы действительно поверили в легенду о бессмертии? Ведь вы образованный человек, авантюрист в лучшем смысле этого слова, и вдруг…

– Понимание приходит с годами, – устало улыбнулся Чарлз. – Прежде чем поверить, я все тщательно исследовал. Надеюсь, вы не станете отрицать этого. Вы только что упомянули авантюристический склад моего характера. Да, я много рисковал в жизни, да и самой жизнью. Но повторюсь: понимание сути жизни приходит с годами. Я многое бы изменил, в первую очередь в себе. И позволю себе вопрос, доктор, надеясь на честный ответ. Почему вдруг вы стали так заботиться обо мне? Я занимаюсь этим на свои деньги и ни в коей мере не…

– Перестаньте, Чарлз. Неужели я заслужил такое отношение?

– Ответьте, Стив, на мой вопрос. Никто из вас раньше не пытался заботиться о моем здоровье. И когда я подыхал в Африке от лихорадки, никто не пришел на помощь. Так какого черта сейчас вы вдруг начали волноваться о моем здоровье? Хотя можете не отвечать. Я знаю ответ. Каждый из вас надеется на кусок от моего пирога. Или хотя бы на несколько крошек. Я прав, Стив? – Он насмешливо посмотрел доктору в глаза. – Вы со своей ученой степенью прозябаете в повседневной рутине. Знаете почему? Да потому что ваша ученая степень не принесла вам никакого дохода ни тогда, когда вы пытались пробиться в ученый совет, а затем стать преподавателем, ни тем более сейчас. Я вдохнул в вас веру, что жизнь еще не закончилась. И первое, что вы сделали, стали носить более дорогие костюмы и обувь. И даже позволили себе нанять водителя для Элизабет. Но сделали это потому, что вас съедает ревность. Элизабет красивая молодая женщина, она вышла за вас только потому, что вы вскружили ей голову рассказами о том, что работаете в космическом…

– Хватит, Чарлз! – Стив резко поднялся. – Я больше не намерен выслушивать ваши…

– А куда вы денетесь? Вы зависите от меня. Мы знакомы уже не первый десяток лет. Но только последние два года вы начали прикидываться моим другом. А когда я заболел, вы окружили меня заботой, хотя в глубине души каждый из вас надеется на мою смерть. Тогда все отойдет вам. Но я бы на вашем месте просто работал, потому что после моей смерти все останется моим детям и, думаю, они не станут держать вас, а поменяют команду на более молодых и удачливых. К тому же у меня появился шанс выжить и пережить вас всех. Да, я поверил в то, о чем говорится в рукописи, и понял, что это правда. А самое главное – мне начали помогать дети – и Джулия, и Джордж. Хотя еще полгода назад они смеялись надо мной и за моей спиной называли меня свихнувшимся старикашкой. Вспомните, каким я был полгода назад. Я умирал. А рукопись Дзя Мина вдохнула в меня жизнь. Поэтому я найду все необходимое и буду здоров. Пусть не бессмертным, но здоровым на долгое время стану точно. – Чарлз усмехнулся. – Странно, но Рони опаздывает уже на три минуты. Обычно по его появлению я сверяю часы.

– Извините, Чарлз! – В открытую дверь влетел запыхавшийся невысокий толстяк. – На авеню…

– Делайте свой укол, – поднимаясь, пробормотал Чарлз. – В последнее время вам удается делать это почти безболезненно.

Китай. Чифын

– Успокойся. – Тунь Ту налил пахнущую лесом жидкость в маленький стаканчик. – Выпей это.

– Кто их убил? – спросила красивая молодая женщина.

– Полиция ничего не говорит. Да это и понятно. Дядю Вана все считали сумасшедшим и опасным человеком. Но мне удалось выяснить, что там были четверо мужчин и женщина, европейка.

– Двоих нашли под мостом через один из притоков Хуанхэ, – вздохнула она. – Считают, что кто-то не поделил добычу и убил сообщников. Но что могли взять у…

– Я был последним, кто слышал шепот тети Му, – покачал головой Тунь Ту. – Она сказала, что им нужна Лейфа.

– Лейфа? – удивилась женщина. – Но…

– Этого никто, кроме меня, не знает, – перебил он. – И получается, что к лучшему. Я думаю, это как-то связано с подарком дяди Вана Лейфе.

– Но тогда они будут искать Ин.

– А где сейчас Ин?

– Точно не знаю. Она училась на медицинском факультете в университете. Но ее отчислили за активное сопротивление намечавшейся реформе образования. И где она сейчас, я не знаю. Но у меня есть адрес ее подруги, и я надеюсь найти Ин.

– Послушай, Мэй, – сказал Тунь Ту, – я бы на твоем месте…

– Лейфа моя сестра, – перебила она. – И я найду свою племянницу. Ей нужна помощь, а у нее не осталось никого, кроме меня.

– Но чем ты можешь помочь Ин? Я думаю, что с дядей Ваном расправились его бывшие товарищи. Он всегда боялся, что они его найдут, и поэтому отдал что-то Лейфе. Ты не знаешь, что именно?

– Нет. – Мэй посмотрела на часы. – Мне пора на поезд.

– Я могу отвезти тебя. Куда тебе надо?

– В Пекин. К тете Фей. Она может знать, где сейчас Ин. Лейфа часто бывала у нее с Ин. Она единственная из родных, кто не отказался от…

– Но дядя Ван тоже не отказался от дочери. Просто родственники его жены…

– Поехали в Пекин, – остановила его Мэй.

Россия. Чечня. Итум-Кале

Раздался взрыв гранаты. Простучала автоматная очередь.

– Твою мать! – пробормотал вжавшийся в землю рослый молодой мужчина в камуфляже. – На хрену я видал все эти контракты. – Неподалеку вспыхнула перестрелка. – Один сюда ломится, – услышав автоматную очередь, криво улыбнулся рослый. – Иди к папе, чех!

Послышался приближающийся топот. Рослый прищурился и резко выбросил вперед ногу. Споткнувшись об нее, коренастый бородач рухнул на землю. Не выпуская из рук АКМС, сгруппировался и вскочил на ноги. Рослый резко ударил мыском ботинка боевика по копчику. Взвыв, тот упал на бок и нажал на курок. Рослый сильно пнул бородача ногой в лицо. Перестрелка стихла.

– Зубов! – раздался крик. – Ты…

– Здесь один! – крикнул в ответ рослый. – Не чех! – добавил он.

Присев, Зубов заломил лежащему без сознания бородачу руки и быстро связал их эластичным шнуром. К нему подбежали двое в форме. Зубов встал. Вытащил из нагрудного кармана мятую пачку «Примы». Увидел поломанные сигареты, выругался и отбросил пачку.

– Курить есть? – спросил он.

– Так вам сегодня вечером домой, – улыбнулся старший прапорщик ВДВ. – Везет же… А мне еще полтора месяца.

– Везет уж в том, – подмигнул ему Зубов, – что в последнее время бабки начали выдавать сразу и без обычной, как раньше, канители.

– Послезавтра будешь с невестой в постели воевать. – Старший прапорщик засмеялся.

– Была бы невеста, неужели я бы под пули лез? – усмехнулся Зубов. – Стариков проведаю, отдохну чуток и, наверное, снова сюда. Без меня вы с чехами не управитесь. – Он засмеялся. Тем более сейчас все больше духов попадается. А к ним у меня счет за вывод имеется. Они тогда Ваську Глухова кончили. Как мы выводу радовались – и повоевали полгода, и домой едем. Да не доехал Глухов.

– Говорят, на контракт в Чечню брать не будут. Сейчас ведь всех солдатиков на контрактников в горячих точках меняют.

– Значит, все, – кивнул Зубов, – это моя последняя война. Хотя и войны-то не было. За полгода два рожка не расстрелял, – усмехнулся он. – Чехи бьют там, где меня нет.

Все засмеялись.

– А ты в Москве так и живешь? – поинтересовался прапорщик.

– Прописан там. Но больше чем на месяц меня не хватает.

– Ну а как вообще думаешь устроиться? – спросил старший лейтенант.

– Хрен его знает!..

– Все! – крикнул кто-то издалека. – Уходим!

– Только бы улететь нормально, – пробормотал Зубов.

– Ты, Сашка, адресок оставь, – поднимая с земли связанного боевика, сказал прапорщик.

Москва

– Здравствуйте! – В кабинет вошла полная, модно одетая женщина. – Как дела с моим заказом?

– Садитесь, Анна Павловна, – приподнявшись, улыбнулся худощавый мужчина. – Все сделано. – Он протянул ей конверт.

Она нетерпеливо вытряхнула из него фотографии и схватила одну.

– Как он смел?! – взвизгнула Анна Павловна. – Негодяй! Он у меня получит, гад! Подонок! – Отбросив фотографию, она схватила другую.

– Что там, Тань? – кивнув на дверь кабинета, из которого доносился разъяренный женский голос, спросил крепкий парень в темных очках.

– Шеф показывает Гродской заказ, – улыбнулась миловидная девушка.

– А, – усмехнулся он, – тогда понятно. Знаешь, – он понизил голос, – не понимаю я таких баб. Ведь она просто беременная корова, а виноват муж. Будь она…

– Я его разотру в порошок! – Из кабинета выскочила клиентка.

За ней появился хозяин кабинета. Громко хлопнув дверью, она ушла.

– Фу-у! – облегченно выдохнул худощавый. – Ну и работенка! Единственное, что утешает, за ценой такие дамы не стоят. Привет, Славик, – кивнул он парню. – Что с делом?

– Все успешно. – Тот протянул конверт с фотографиями. – Посмотрите, Лев Николаевич.

– И что? – спросил коротко стриженный здоровяк.

– Да все путем, – подмигнул ему длинноволосый амбал. – Бабки получили. В общем, все о’кей. Ты, Джек, молоток. Я, например, никогда бы не рискнул наехать на азиков.

– Я, конечно, не скинхед, никогда им не был и не буду, но их лозунг «Россия для русских» я принимаю.

– Слушай, Джек, тут базарок прошел, что китаезы голову подняли, свои порядки на рынке хотят установить.

– Ерунда все это, – отмахнулся Джек. – Ты, Таран, меньше слушай и чаще с ушей лапшу стряхивай. – Он потянулся. – Самому бы вес заиметь, надоело на других работать. Хотя в столице сумели раскрутиться за полтора года, и то ништяк. А насчет китаез уши не ломай. Они кому-то, видно, плешь проели, вот и пустили базарок про то, что они вроде как всех на хрену видали. Наши пути не пересекались, поэтому они на хрен нам не нужны. Вот чеченцев на место поставили, ФСБ ими сейчас вплотную занимается. Правда, диаспора вроде пока есть, свои законы и традиции соблюдает. Но в день ВДВ на улицах не светятся, – хохотнул он. Прозвучал вызов сотового. Он посмотрел на номер и поднес телефон к уху. – Да?

– Ты нужен, – послышался женский голос. – Жду через полчаса.

– Через полтора буду, – посмотрел он на часы. – Раньше никак не успею.

– Твоя королева? – усмехнулся Таран.

– Наша, – подмигнул ему Джек. – Она нам нужна. Да и в постели она самое то.

Таран рассмеялся.

– Что-то не пойму я тебя, Алиса, – говорил плотный, высокий молодой мужчина, – на кой черт ты держишь этого придурка? Ведь он никто и зовут его никак. Или просто в постели хорош?

– Не тебе чета. К тому же он в отличие от других сам стал утверждаться в столице. Надеюсь, ты не забыл, что именно помощь Джека спасла твою задницу? Он отмазал тебя от грузинской группировки, взяв вину за убийство Царя на себя. И он меня устраивает пока во всем. Я понятно выразилась?

– А твоего папу такой союз устраивает? – вкрадчиво поинтересовался мужчина.

– Ты, наверное, будешь удивлен, Даев, но папа совершенно спокоен за меня, он знает о моей дружбе с Джеком. Если не веришь, можешь ему позвонить.

– Да я к тому, что Иннокентий Яковлевич не одобрял твоих знакомств с уголовниками. И всегда говорил…

– Его знакомство с тобой, – засмеялась Алиса, – убедило, что и от уголовников может быть польза. Тем более сейчас, в такое время, когда основным аргументом в споре оппонентов является киллер.

– А ты стала другой, – помолчав, отметил Даев.

– Знаю. Я сама стала делать деньги. Конечно, не совсем законно, но тем не менее, – рассмеялась она.

– А как же Иннокентий Яковлевич? Думаю, он будет не в восторге от твоих дел. Ведь это…

– Слушай, Руслан, – недовольно остановила его Алиса, – это уже мое дело, и я сама буду говорить с папой. Так что не лезь.

– Я ведь люблю тебя, – вздохнул Руслан.

– А я тебя не люблю. И знаешь, ты мне уже порядком надоел. Неужели тебе нравится унижаться и…

– Любить женщину, – спокойно прервал ее он, – не значит унижаться. Надеюсь, ты поймешь это и изменишь свое мнение обо мне. Ты думаешь, что я только хочу стать зятем профессора Игнатьева? Нет, мне нужна ты. Я не упертый болван, как ты говоришь про меня своим подругам, я мужчина, который полюбил раз в жизни и навсегда. У меня есть свой бизнес, кстати, приносящий весьма приличный доход. Кроме того, я пользуюсь уважением, и мое имя кое-что значит. И ты этим пользуешься, – засмеялся он, – и однажды даже заявила, что ты невеста Эмира. Мне было приятно услышать это. Ну ладно, до свидания, и надеюсь, вечер мы проведем вместе.

– А куда пойдем?

– Куда пожелает моя царица, – серьезно ответил Руслан.

– Убирайся! – указывая на стоявший у двери чемодан, гневно проговорила Анна Павловна. – И чтоб я тебя больше не видела. На развод подам завтра. – Она вошла в комнату.

– Аня, – растерянно пробормотал шагнувший к двери полный мужчина в очках, – я не понимаю…

Дверь чуть приоткрылась, и ему в лицо вылетели несколько фотографий. Присев, он взял одну и выругался. Взял другую. Покачал головой:

– Да я ведь был очень пьян и абсолютно ничего не помню. Меня просто подставили. И эту дамочку я…

– Я нанимала частного детектива! – раздался разгневанный голос жены. – Убирайся! На то, чтобы уйти, у тебя три минуты. Время пошло. Советую, Антошка, уйди по-хорошему.

Сзади послышался шорох. Обернувшись, мужчина увидел бритоголового детину в спортивном костюме, смотревшего на часы.

Схватив чемодан, муж выбежал из квартиры.

– Да подумаешь! – раздался его крик. – Я-то без тебя обойдусь. А вот что ты будешь делать? – Не дожидаясь лифта, он побежал вниз по лестнице.

– Чего ты к ней прилип? – недовольно посмотрел на севшего рядом Даева чернобородый мужчина. – Неужели нет других…

– Знаешь, Марат, – перебил его Руслан, – тебе этого не понять. Если женщина не отдалась тебе сразу, ты навсегда вычеркиваешь ее из своей памяти.

– Только не говори, – повернув руль «ауди», усмехнулся тот, – что ты влюблен и сгораешь от страсти.

– Давай не будем об этом, – холодно проговорил Руслан.

– А над чем сейчас работает профессор Игнатьев? – помолчав, спросил Марат.

– Он востоковед. Сейчас находится в США. Там проходит слет ученых-ориенталистов, и Иннокентий Яковлевич получил приглашение. С ним интересно беседовать о Востоке, которым я до сих пор увлекаюсь. Есть очень занимательные и поучительные легенды. В конце концов, именно Китай подарил миру и порох, и бумагу, и фарфор, и многие виды боевых искусств.

– К чему это ты? – Марат бросил на него быстрый взгляд.

– Да просто так. Я, можно сказать, немного помешан на этих восточных легендах. Почти за каждой древней рукописью кроется тайна.

– А у тебя действительно крыша по этой теме едет, – кивнул Марат.

Усмехнувшись, Руслан посмотрел на часы.

– Давай к «Восходу». Они уже ждут.

– Братва интересуется, – снова взглянул на него Марат, – что у тебя за дела с киргизами? Уж не наркотой ли ты…

– А вам-то что за дело? Не суйте свой нос куда не надо, а то отрезать могу.

– Да мы думали, что ты по нашим делам…

– Только по своим! – отрезал Руслан.

– Можно я поживу у тебя недельку? – спросил Антон.

– Опять твоя корова тебя наладила? – усмехнулась плотная молодая женщина. – Заходи, братишка. Но жрать будешь на свои, – предупредила она. – Кстати, ты еще за тот раз не рассчитался. Ну а если денег и сейчас нет, то на пару дней…

– Я и за те дни долг принес, – перебил сестру Антон и протянул ей триста долларов. – Надеюсь, хватит.

– За все в расчете, – засмеялась она. – Ты не обижайся, а постарайся понять – одной с двумя детьми тяжело. Ведь я получаю…

– Да хватит тебе, Оль, – улыбнулся он, – не пропадем. Мне недавно работу хорошую предложили. Благодаря одной знакомой получил перевод с древнекитайского. Потом отметили. Перебрал я здорово. А Анна детектива наняла и попала в цвет.

– Перестань! – засмеялась Ольга. – Ты никогда ни одну юбку не пропускал. Да Анна сама виновата, распустила себя. Была такая фифа, а сейчас…

– Пожрать есть? – вздохнул Антон.

– Конечно, проходи, сейчас накормлю. Я как раз суп гороховый сварила. И котлеты есть с картошкой. Решила праздник себе и детям устроить. Заходи, а то мы стоим перед дверью как неродные. А с Анькой тебе давно развестись пора.

– Да сейчас дело к тому и идет, – кивнул Антон.

– А что за работа у тебя такая дорогая? – спросила Ольга.

– Так я говорил, переводил с древнекитайского.

– Иди поешь, – входя в кухню, позвала сестра.

Курская область. Вишнянка

– Во! – кивнула на окно пожилая женщина. – Каждый день, как проснется, водой холодной обливается. Из колодца черпанет, голову вверх задерет и стоит. А потом льет на себя воду из ведра. Ну ладно летом. А зимой? Морозы под тридцать пять были этой зимой, а он выйдет в трусах, прости Господи, – старушка перекрестилась, – башку вверх и стоит. А потом кулаком лед в ведре расколет и воду на себя опрокидывает. Бррр! – поежилась она. – Я когда в первый раз увидела, думала, мерещиться стало под старость. Ну мыслимое ли дело?

– А кто он такой-то? – глядя на стоявшего в соседнем дворе худощавого бородача с длинными волосами, спросила сидевшая напротив хозяйки женщина.

– А кто его знает? Появился в прошлом году, дом купил и уехал. Почитай, полгода не было. Потом заявился и живет. Ни бабы, ни детей, кто такой, неизвестно. Участковый пару раз приехал, и все. Вроде безобидный, но выпивает. Не как наши, которые последнее пропивают, алкашня проклятая, прости Господи, но как запьет, так неделю еле ходит. Потом перестанет, куда-то уедет дней на десять. Приедет и снова, как волк, один сидит. Правда, дрова рубит, пилит. Картошкой целый огород засадил. И осенью копал ее пять дней. А сейчас вот уже месяц не бреется и вообще никуда не выходит. Мальчишки к нему четверо ходят. Вроде как драться их учит. А чему? – Она махнула рукой. – В Щиграх бабы видели – ему двое каких-то морду били, а он даже не ответил. Но мальчишки ходят через два дня. И родители говорят, вроде как послушнее стали. Митька Телин, например, курил как паровоз. Бросил. В общем, непонятный он мужчина.

– Действительно, целое ведро на себя вылил, – удивилась гостья. – И вон четверо мальчишек пришли, – кивнула она на окно.

– Сэмпай! – раздался громкий мальчишеский голос.

– Сколько можно говорить? – недовольно послышалось из дома. – Не называйте меня так. Я просто подвожу вас к армейским будням. Поверьте, – из открытого окна выглянул бородатый худощавый мужчина неопределенного возраста, – армия сейчас не та, что была в мое время. И обращайтесь ко мне просто – Глебов. Ну а если совсем просто… Впрочем, вам это не надо. Глебов, и все.

– А почему не Леонид Николаевич? – спросил один из парней.

– Все! – отрезал Глебов – Давайте разминайтесь. И не сачковать.

– Есть, – кивнул другой.

Глебов посмотрел на яркое небо.

– Надоели мне эти деревенские будни, – пробормотал он. – Хотя на большее я уже не годен! Так, – он взглянул в зеркало, – осталось два дня. Быстро же я оброс. Хотя, может, когда пьешь, волосы растут быстрее. – Открыв холодильник, он вытащил бутылку пива и сделал несколько глотков.

– Да я бы на твоем месте, – возбужденно говорил плотный молодой мужчина, – пошел и морду ему набил. Чего он пацанам голову задурил? Я подсмотрел – какие-то движения делают, как дурачки. Ну ладно бы этот Глебов действительно драться умел. Вон в Щиграх ему наваляли двое, а этот сэмпай, мать его, не отмахнулся ни разу.

– Ну и что? – вышла из дома дородная женщина. – Чему надо, тому и учит. Наш вон стал совсем другим. Слова поперек не говорит. Чего ни попросишь, все делает. А раньше…

– Действительно, – кивнул сидевший на ступеньках крыльца лысый мужчина. – Я тоже вроде собирался наладить их от этого Глебова. А наш с другом своим Митькой курить бросили. И вроде как поздоровее стал. В общем, плохому он их не учит, это точно. Да и пацанам ли не знать, что в райцентре их тренеру морду начистили. А если им все равно, так мне и подавно. Плохого там ничего нет, это я по Сережке вижу. Да и Степку спроси. Он тоже сейчас на Митьку не нарадуется. Их же сначала четверо ходили. Так трое курить бросили, а четвертый, Ванька Сажин, нет, Глебов его и наладил. Тот вроде и не курит сейчас, а Глебов его не берет. Если мужчина сказал, то сделал сразу. А если его принудили, он уже не человек слова, – повторил он сказанное ему сыном. – И верно. А кстати, что это ты, Тарас, так настроен против? У тебя детей нет, а ты…

– Так он же вроде как начал учить и вашего пацана, – усмехнулся подошедший старик. – А они к Леониду перебежали. Ты-то, как говорят по нынешним временам, – кивнул он Тарасу, – крутой. И вроде как руками по мешку с песком лупишь. И ногами, как футболист, пинаешь. Но значится, что-то есть у этого Глебова такое, что пацанве интереснее. Ежели они предпочли твоему мордобою…

– И чему он их научит? – усмехнулся Тарас. – Подумаешь, курить бросили. Достижение! – презрительно добавил он.

– Я те молочка принесла, – сказала открывшему дверь Глебову невысокая старушка. – Парное. Ты мне, помнишь, подсобил…

– За молочко спасибо. – Он взял из ее рук литровую банку.

– А что ты все один да один? – вздохнула старушка. – Ведь и молодые бабы есть в селе.

– Если что надо, – улыбнулся Глебов, – зовите, помогу. Правда, в электричестве я полный болван. Но копать, рубить или ломать – запросто.

– Ежели что понадобится, скажу, – довольно улыбнулась она. – Меня баба Поля зовут.

– Да я вроде знаю, – засмеялся Глебов.

– А ты чего такой заросший? Чистый бирюк…

– Хочу рекорд установить по длине волос, – вполне серьезно заявил Глебов.

Китай. Пекин

– Так, значит, это ты приходила, – сказала китаянка лет пятидесяти. – А я к сыну ездила в Фусинь, третий внук у меня родился. Проходи. – Отступив, она пропустила Мэй внутрь. – Что привело тебя ко мне?

– Я разыскиваю Ин, дочь Лейфы, – тихо ответила Мэй. – Вы слышали?..

– Да. Вана пора было лишить жизни, он не был человеком уже давно. С четырнадцати лет был в триаде. Затем стал членом сообщества монахов-убийц. Лейфа не родная его дочь. Ты тоже, – кивнула она удивленной Мэй. – Моя сестра была проституткой, – тихо сказала тетя Фей, – поэтому ее и не любили соседи. Я знаю, что Лейфа забеременела в восемнадцать лет. От кого, неизвестно. Из-за Вана вас отправили в Пекин. Лейфа выступала в цирке, там и погибла.

– Она не погибла, – поправила ее Мэй. – Ее убили. Лейфу хотели захватить неизвестные, но она оказала сопротивление, убила одного из нападавших и кого-то ранила.

– Все из-за нательного хранителя сердца, – кивнула тетя Фей. – Ван отдал его Лейфе, чувствовал, что его убьют. А теперь стали погибать те, кто считал его родственником. Сестру Вана убили в Байхэ. Где Ин, я не знаю. Видела ее год назад, когда ее арестовали за участие в студенческих беспорядках. Потом выпустили, и она куда-то уехала. Если она узнает о гибели матери, то приедет и ее убьют люди из общества монахов-убийц. Они убивают за деньги по всему миру. Бойся за свою жизнь, Мэй.

– Где же может быть Ин? – задумчиво спросила та.

– Думай о себе, – строго наказала тетя Фей.

Цзыбо

– Надо найти Мэй, – сказала Джулия. – Она может вывести нас на дочь Лейфы. Конечно, жалко, что не удалось поговорить с самой Лейфой.

– Кто думал, что эта китаянка окажется такой подготовленной? – недовольно отозвался пивший виски брат. – Убить голыми руками…

– Удар по сонной артерии, – снисходительно перебила его Джулия. – Я тоже делала это. Китайцы драться умеют. А Лейфа служила в армии. Кроме того, она…

– Мы нашли адрес Фей Дун. – В комнату вошел коренастый китаец. – Она живет в Пекине одна.

– Немедленно в Пекин! – Джулия вскочила.

– Не забудь одеться. – Джордж кивнул на ее смелый купальник.

– Надоел этот Китай, – выплюнув жевательную резинку, проворчал детина в широкополой шляпе. – Так хочется в Штаты!..

– Я лично здесь для того, – проговорил мускулистый парень, – чтобы заработать на приличную жизнь. Ведь вот смотаешься куда-нибудь за пару тысяч, а через неделю снова надо куда-то ехать. А в этом деле обещали приличные деньги.

– Например, я бы плюнул на все деньги мира, – потягиваясь, сказал рослый блондин со шрамом на левой щеке, – только бы провести ночь с этой красоткой, сестрой Джорджа, уж больно она…

– На твоем месте, Билли, я бы даже не заикался об этом, – серьезно перебил его смуглолицый мужчина в очках. – Хозяйке это не понравится, и она прикажет кастрировать тебя. И поверь, так оно и будет. Я дважды был свидетелем подобных несчастий. Слабым утешением является только тот факт, что она сама может это сделать, – под дружный хохот закончил он.

США. Чарлстон

– Значит, Чарлз действительно занялся поисками эликсира жизни, – усмехнулась крепкая миловидная женщина в темных очках. – Никогда не подумала бы, что он…

– Знаешь, Элизабет, – перебил ее куривший сигару Ульман, – все не так уж и фантастично, как можно подумать. По крайней мере если бы это было просто красивой старой сказкой, то не было бы пролитой во многих странах мира крови при поисках ожерелья императрицы Цыси. Помнишь шумиху в газетах? А ведь некто рассказал эту легенду, а кто-то нашел рукопись в музее, с этого все и началось. Я не знаю, что именно скрывается за этой рукописью, но одно то, что она заинтересовала Чарлза Бронкса, уже говорит о многом. Чарлз не верит, как говорят в заснеженной России, ни в Бога, ни в черта.

– Зря ты так о России, – улыбнулась Элизабет. – Мне там, например, понравилось. Это уже не та Россия, которой нас пугали. Конечно, ей очень далеко до…

– Ради всего святого, – умоляюще воскликнул муж, – не будем о политике! Я пытаюсь выяснить, что именно так заинтересовало Чарлза. Джордж и твоя лучшая подруга, – насмешливо посмотрел он на жену, – сейчас в Китае. Их туда послал Чарлз. Он в течение двух лет искал какую-то рукопись. Как он вышел на это, я не знаю. Его люди рыскали по всей Азии. Около десятка погибли, но он продолжал поиски. И рукопись нашли. Я очень хочу знать, что это за рукопись. Сейчас Чарлз плюнул на все дела, ему все равно, что будет с фирмой. Казалось бы, самое время собрать совет директоров и акционеров и прибрать фирму к своим рукам. Он прекрасно понимает, что может потерять все, и тем не менее…

– Он просто чувствует приближение смерти, – сказала Элизабет, – и ему плевать на все.

– Согласен. Однако ему не плевать на своих детей. Он имеет миллионы и все оставит сыну и дочери. Но, я уверен, с тем условием, что работа фирмы будет продолжаться. Фирма за последние три месяца потеряла несколько выгодных контрактов, а Чарлзу плевать. Придумал себе болезнь и умирает. А заодно ищет лекарство от смерти. И что особенно занятно – послал на поиски своих детей. Вот это меня и настораживает.

– Джулия сама всю жизнь ищет себе неприятностей. А Джордж не пропустил ни одной более-менее серьезной войны только потому, что там хорошо платили. И заметь это при том, что в банке у папы около двухсот миллионов. – Так что…

– Стоп, – остановил ее муж. – Ты сама только что сказала, что Джордж рискует жизнью лишь ради денег. А значит…

– Это значит, что мистер Бронкс-младший поехал только потому, что отец пригрозил лишить его наследства, – перебила жена. – И по этой же причине он отправил туда и дочь.

– Я так не думаю, – возразил Стив. – Джулия не боится остаться без наследства. Она много раз посылала отца к черту. Выходит, здесь есть что-то такое, что заинтересовало и дочь, и сына Чарлза.

Элизабет усмехнулась:

– Значит, и ты хочешь начать поиск живой воды?

– Я просто постараюсь выяснить, что именно ищет Чарлз, – сказал Стив.

– Давление нормализовалось, – убирая тонометр, проговорил Рони.

– Слушай меня внимательно, – произнес лежащий на широкой кровати Бронкс. – Для всех я болен, и состояние мое ухудшается. Ты понял?

– Конечно.

– Если кто-то узнает о том, что мне стало лучше, ты умрешь как собака. Ты меня хорошо знаешь, я делаю то, что обещаю.

– Ответь, Дзя Мин, – сидя на коврике, говорил полный пожилой китаец в шелковом темно-красном халате, на спине которого была вышита морда дракона, – зачем ты отдал рукопись старца янки?

– Он ищет ключ к Сердцу Огненного Дракона. – Тонкая улыбка скользнула по губам крепкого китайца. – И мне известны все его действия. Он потерял уже восемь человек. Его дети убивают в Китае, и их нетрудно сдать властям. Но только тогда, когда они найдут ключ к сердцу. Мы искали ключ, но не приблизились к разгадке, вышли на общество монахов-убийц и остановились. Это общество работает по заказам триады. Поэтому пусть люди Бронкса выполнят всю работу, а результат получим мы.

– Ну что ж, – повернувшись к сидевшим на ковриках семи китайцам в темно-красных халатах, решил первый, – пусть будет так. Но помни, Дзя Мин, твоя жизнь зависит от тебя.

* * *

– Ну и что скажешь? – строго спросил в спутниковый телефон Чарлз.

– Едем в Пекин, – ответил ему Джордж. – Нашли тетку Лейфы. Ее убили неделю назад, поэтому мы зря потратили время.

– Узнайте, кто убил, – приказал отец. – И кроме того, у Лейфы была сестра, Мэй. Правда, она почти не поддерживала отношения ни с матерью, ни с Лейфой, но ее надо найти и проверить, знает ли она о нательном хранителе сердца. Сразу после разговора с Фей свяжитесь со мной.

Китай. Пекин

– Надеюсь, этот разговор состоится, – усмехнулся отключивший телефон Джордж. – Интересно, откуда она китайский знает? – удивленно прошептал он.

Метрах в трех от машины Джулия оживленно разговаривала с китайским полицейским.

– Это он говорит по-английски, – объяснил сидевший на заднем сиденье смуглолицый мужчина в круглых очках.

– А ты, Клаус, понимаешь по-китайски?

– Конечно. Я много азиатских языков знаю. Идет, – кивнул он на подходившую Джулию.

– И о чем же вы так долго разговаривали? – спросил брат.

– Он изучает английский язык, – садясь в машину, ответила Джулия, – и был очень рад, что я стала разговаривать с ним. Практика – большое дело, это даже китайцы понимают, – рассмеялась она. – Кстати, я как бы невзначай спросила, не опасно ли ездить по Китаю, поскольку слышала, что где-то целую семью убили. Он ответил, что это дело уже расследовали и виновные наказаны. Двое убиты сообщником, который потом покончил с собой при аресте. Они из общества монахов-убийц. Так что разговор был полезным. И правильно мы убили тех двоих китайцев. Они, оказывается, говорили правду и были членами общества монахов-убийц.

– Но если мы убьем эту Фей, – помолчав, сказал Джордж, – у следствия появится новая версия. А оставлять ее в живых нельзя. Кстати, ты зря там светанулась. Я имею в виду Чифын, где…

– Я надеялась что-то узнать, – перебила его сестра. – Я не доверяю твоим бандитам, – посмотрела она на Клауса. – Точнее, ему и Джо, – она перевела взгляд на бритоголового здоровяка, – особенно. И ты зря так спокойно…

– Я знаю, что делаю, – сухо проговорил брат. – Так, – посмотрел он на часы, – когда навестим тетю Фей?

– Так я тебе все и рассказала, – проворчала сидевшая перед телевизором тетя Фей. – А уж я знаю, что им надо. Видела я это. – Тяжело вздохнув, она пультом выключила звук и, откинувшись на спинку плетеного стула, закрыла глаза. – Я говорила Вану, – прошептала она, – это принесет смерть и тебе, и тем, кого ты называл своими родственниками. Виновата в этом я. И все время жду монахов-убийц. Я отдам им ключ и спасу жизнь остальным.

– Я думаю, надо послать Клауса и двух его азиатских бандитов, – сказал Джордж. – Поставим там «жучки». Мы будем слышать каждое слово. Надеюсь, им ты доверяешь?

– Она в любом случае будет говорить то, что услышит, – усмехнулась Джулия. – Мало взять ключ, надо найти указатель пути, карту к Убежищу. Ведь так сказано в писании Одинокого Человека Гор.

– Знаешь, – признался Джордж, – мне кажется, что отец чего-то недоговаривает. Странно уже то, что он доверил розыск…

– Господин Бронкс, – вмешался Клаус, – сразу говорил, что завершающую фазу операции он доверит только своим детям. Я знал об этом с самого начала. И вы, мисс, – он поклонился Джулии, – напрасно не доверяете мне и Джо. Мы преданы вашему отцу и, следовательно, ничего не предпримем против вас, разумеется, до тех пор, пока вы не попытаетесь обмануть мистера Бронкса-старшего. А вашей знакомой Ми я бы не особенно доверял. Она дочь известного гангстера Чуп Дина. Он был пиратом, а затем в течение нескольких лет держал побережье Южно-Китайского моря под своим контролем. И в жестокости с ним не могли соперничать даже знаменитые общества – триада, Желтые Драконы и…

– Я все это прекрасно знаю, – остановила его Джулия. – Но Ми я доверяю больше, чем вам. Она от меня и не скрывает, что ей нужен процент от того, что мы сможем найти. Ну а если там действительно только лекарство, то я заплачу ей пятьдесят тысяч долларов. А вы…

– Мы преданные люди вашего отца, – вмешался бритоголовый. – И будем защищать вас и подчиняться до тех пор, пока не поймем, что вы решили обмануть хозяина. А Ми я не верю. Она…

– За нее ручаюсь я, – снова перебила Джулия.

– Кажется, говорят обо мне? – В комнату вошла молодая китаянка с рассыпанными по плечам смоляными волосами. – Я уже объясняла, но так и быть, повторю для особо тупых: я здесь только потому, что в самом крайнем случае получу пятьдесят тысяч. И я сделаю все, что нужно Джулии. Поэтому оставьте каждый свое мнение обо мне при себе. Мы будем работать? – посмотрела она на Джорджа. – Фей вернулась. Она была в соседнем доме, там у нее что-то вроде гостиницы. Но заведение это не тянет даже на две звезды. Однако доход она имеет. Сейчас она одна, и можно работать. Но какой бы результат ни был, надо будет навестить ее сына. Он, кстати, учитель китайской истории, и она не зря ездила к нему.

– Давайте установим микрофоны, – сказал Джордж. – Займись этим, Клаус.

– Послушай, Пунг, – плотный молодой китаец выбросил в открытое окно машины окурок, – а ты сам веришь в это? Например, я…

– Ву, – усмехнулся сидевший за рулем атлетически сложенный китаец лет тридцати, – это не наше дело – верить или не верить. Черный Монах поручил нам задание, и мы просто делаем свою работу. И давай остановимся на этом. Где они могут быть? У нас нет никаких сведений. Тех, кого мы искали, найдены убитыми возле реки. А вот на кого они работали, нам неизвестно. О женщине-европейке упоминали трижды. Скорее всего она ищет ключ. Почему нам сразу не сказали о Ване? Тогда все было бы гораздо проще и мы давно бы владели и ключом, и всей информацией, которая ему известна.

– Рукопись, найденная в частном музее умершего старика, попала в Пекин совсем недавно, и ею никто не занимался. Только после ее исчезновения заговорили о жившем одиноко монахе-отшельнике и о том, что его рукопись содержит сведения о бессмертии, – проговорил сидевшей за ним низкорослый китаец с бородкой и длинными волосами. – И как только об этом узнали Посланцы Небес, сразу началась охота за этой бумагой. Точнее, за тем, что от нее осталось. Вполне возможно, рукопись уже найдена и мы выполняем ненужную работу. Но надо делать то, что от нас требуют Посланцы Небес.

– А кого мы ищем в Пекине? – спросил Пунг.

– Ждем, а не ищем, – поправил его низкорослый. – Иностранку, которую видели в Чифыне. Нам должны принести списки всех прибывших в Китай женщин не старше сорока лет и их фотографии. Мы вернемся в Чифын, покажем фотографии и тогда уже будем знать, кого именно искать.

– Я знала, что вы придете, – услышали Клаус и Джо тихий женский голос.

Оба резко повернулись и вскинули пистолеты с глушителями. В темном сумраке плотно занавешенных окон после солнечного света они почти ничего не видели.

– Что она сказала? – нервно спросил Джо.

– Она ждала нас, – по-английски ответил Клаус и, опустив пистолет, шагнул на голос. – Если ты ждала нас, – сказал он по-китайски, – то зачем тебе нужна смерть раньше, чем она сама придет за тобой? Отдай нам…

– На столике в углу, – сказала Фей. – Там все, что вам надо. Я была хранительницей музея старого Муна. И я взяла после его смерти рукопись и ключ. Отдаю вам все, потому что Ван убит. А я хотела его гибели. Теперь, когда Ван убит, я могу умереть спокойно. Возьмите все и уходите, – махнула она рукой.

– Джо, – не спуская с женщины внимательного взгляда, сказал Клаус, – возьми со столика в углу все, что там есть.

Джо с пистолетом в руке осторожно двинулся в сторону.

– Тут что-то небольшое, обтянутое буйволовой кожей, – взяв в руки предмет величиной со спичечную коробку, сообщил он. – Посмотреть?

– Нет, – быстро отозвался Клаус. – Нельзя открывать без огня священного факела. Так по крайней мере говорится в предании. Где священный огонь? – по-китайски обратился он к Фей.

– Огонь укажет путь к Сердцу Огненного Дракона. Но прежде чем он зажжется, ты потеряешь много друзей, и путь к огню будет залит кровью. Так говорится в предании. Так и будет. Возьми и уходи! – неожиданно громко и требовательно проговорила Фей.

– Что-то не пойму я, – пожал плечами Клаус, – почему ты…

– Дымом пахнет, – встревоженно перебил его Джо. – Ты чувствуешь?

Теперь и Клаус все яснее чувствовал распространявшийся запах дыма. Вдруг из соседней комнаты полыхнуло пламя. Клаус и Джо бросились к выходу.

– Я сделала то, – догнал их громкий торжествующий голос старой китаянки, – что должна была сделать.

– Мистика какая-то, – пробормотал Джордж.

Стоя у окна, Джулия смотрела на пожарные машины и объятый пламенем дом. Из окутанного дымом дверного проема выскочили двое пожарных с телом на носилках. Огонь сдавался под мощными водяными струями.

– Значит, мы получили ключ, – возбужденно проговорил Джордж. – Но что это за огонь? – удивленно посмотрел он на Ми. – Ты ничего не перепутала?

– Спроси Клауса, – усмехнулась та. – Он все повторит слово в слово.

В комнату вошли Джо и Клаус.

– Вот. – Джо протянул Джорджу маленький сверток. – Но я не понял, что это и откуда начался пожар. Там вдруг запахло дымом, а потом как полыхнуло! Чертовщина. Похоже, она это знала. Я ни хрена не понял, но Клаус мне вкратце объяснил. Вот это ключ. Только на ключ эта штука совсем не похожа, – усмехнулся он. – Но она сказала, что открывать надо только при священном огне. Так? – посмотрел он на Клауса.

– Именно так она и говорила, – подтвердил тот. – Точнее, так сказал я.

– Да, – подошла к нему Джулия, – отец тоже говорил об этом. Интересно, что это? – Она осторожно взяла предмет в буйволовой коже. – Будем открывать?

– Кажется, нам не стоит этого делать, – вмешалась Ми. – Сказано про огонь, и в доме Фей все вдруг загорелось. Я, конечно, современный человек и не верю во всякую чертовщину, но…

– Тогда возьми и открой, – протянула ей предмет Джулия. Ми поспешно отступила.

– Первым же рейсом улетаем, – забрав ключ, решил Джордж. – Отдадим это отцу. Интересно, рискнет ли открыть он?

– Вас не заметили? – спросила Джулия у Джо и Клауса.

– Мы просто зашли спросить о номере в отеле, – отозвался Вилл Клаус. – И тут начался пожар. Не хотелось бы попадаться китайской полиции, но если возьмут, придется говорить так.

– Но почему там все загорелось? – удивленно спросил Джордж.

– Она торопилась нас выпроводить, – отозвался Джо. – А потом говорила про священный огонь. И что будет много крови, прежде чем он укажет путь к Сердцу Дракона.

– Путь к Сердцу Огненного Дракона, – поправил его Клаус. – Не пойму я ничего и, наверное, больше в такие игры играть не буду. Скажу хозяину, пусть посылает другого.

– Я тоже, – заявил Джо. – Тут или сгоришь, или за поджог посадят на бамбук, говорят, в Китае до сих пор такое практикуют.

– Если будете отказываться, – усмехнулась Джулия, – отец точно посадит вас на бамбук. Это растение растет очень быстро и уже через сутки достанет до кишечника. Боли страшные. А может, сделает проще, – засмеялась она, – не захочет портить растение и привяжет к вашим задницам сосуды с крысами.

– Черт возьми! – процедил Джо. – Я поговорю с хозяином, он не должен так поступать с преданными ему людьми.

– Вы знаете его тайну, – сказала Джулия, – и поэтому вас лучше убрать. А папа любит всякие восточные штучки.

– Это точно, – нехотя признал Клаус.

– Надо сообщить ее родным, – закончив писать, сказал китаец в штатском.

– Теперь остался только ее сын, – сказал пожилой мужчина.

– И родственница в Пекине, – добавила средних лет женщина. – Она была у нее вчера. Я знаю, где она живет, и позвоню ей.

– Дайте номер телефона нам, – предложил полицейский.

– И что? – спросил Ву у Пунга.

– Посланцы Небес недовольны, – отключив телефон, поморщился Пунг. – Они говорят, что мы должны были первыми найти Фей. Но она жива, и через пару дней мы навестим ее. У тебя, Лим, есть свои люди в ожоговом центре? – повернувшись, спросил он у китайца с бородкой.

– Найду, – кивнул тот.

– Можно пройти к Фей Дун? – подошла к регистраторше Мэй.

– Она в тяжелом состоянии, – ответила та, – и посещения запрещены. Ее только что спрашивали из полиции, – указала она глазами налево. – Но и им не разрешили поговорить с ней.

– Вы кто? – подошел к Мэй один из двоих молодых мужчин.

– А вы? – тут же спросила она.

Он вытащил удостоверение.

– Я старший инспектор отдела расследования Фунь Тау. А это мой помощник, инспектор отдела по расследованию убийств Жуу Пин.

– Извините, – удивилась Мэй, – а при чем здесь отдел по расследованию убийств? Мне сказали, что пожар в спальне тети Фей начался от невыключенного утюга.

– В это время у нее были двое иностранцев, – ответил Жуу. – Правда, они заявляют, что зашли к ней, чтобы снять номер в отеле, и почувствовали запах дыма. Но Фей Дун попросила их выйти. У вашей тети были причины для самоубийства? Вы навещали ее недавно, и что вы можете сказать?

– Только то, что тетя Фей не могла таким образом убить себя. Впрочем, как и любым другим. Причин для самоубийства у нее не было, поверьте. И забыть о включенном утюге она тоже не могла. Тетя Фей…

– Однако пожар начался именно из-за включенного утюга, – перебил ее инспектор. – Я хочу попросить вас кое о чем. Вы скорее всего первой поговорите с ней. Постарайтесь вызвать ее на откровенность. Нам важно знать, что именно произошло. Вполне возможно, это как-то связано с убийством ее сестры и зятя в Чифыне. Вы…

– Да, – не дала ему договорить Мэй, – я была там и все знаю. Преступников, конечно, не нашли? – горько улыбнулась она.

– Нашли, – сказал Жуу. – К сожалению, двоих убил третий, а сам он покончил с собой при задержании. При нем были обнаружены неопровержимые доказательства, что именно он принимал участие в убийстве.

– Но насколько я знаю, там была женщина европейской внешности. Вы нашли ее? – спросила Мэй.

– Данными о женщине мы не располагаем, – сказал Тау. – А откуда вы знаете о ней?

– Говорили соседи, – ответила Мэй. – Но вполне возможно, они что-то напутали или обманули меня. Дядю Вана не любили жители селения за его прошлое. Извините, – посмотрев на часы, заторопилась она, – мне пора идти. Когда мне позвонили и сообщили о тете Фей, я отпросилась с работы.

– Это я звонил, – сказал Жуу. – Номер мне дала соседка. Нам, к сожалению, строго запрещено общаться с вашей тетей.

– Мэй Дун, – раздался женский голос, – пройдите в третий отсек. Срочно, – сказала стоявшая у двери в отделение интенсивной терапии медсестра.

Мэй быстро пошла к ней. Сестра накинула на ее плечи халат и поставила перед ней тапочки. Мэй сунула ноги в шлепанцы и вошла в открытую медсестрой дверь.

– Она умерла? – остановил проходившего врача Фунь Тау.

– Она очень просила пропустить к ней племянницу, – ответил врач. – Но вас мы не пропустим, даже не просите.

– Надеюсь, ей она что-то скажет, – пробормотал Жуу.

* * *

– Садись, – прохрипела лежавшая под капельницей Фей с забинтованными телом, руками и ногами. – Я хочу открыть тебе глаза на правду. Ты моя дочь.

– Что? – наклонилась к ней Мэй. – Что вы говорите, тетя? Я…

– Я была хранительницей музея общества Руки Жизни, – простонала Фей. – И не имела права иметь ребенка. Но я была молода и забеременела. Родилась Лейфа, а через пять лет ты. Вас забрала сестра, я постоянно давала ей деньги. Она обещала не говорить правду обо мне и о вас никому. Ван женился на сестре и очень плохо относился к вам. Я поклялась, что он умрет в мучениях. В музее старейшины общества была рукопись Одинокого Человека Гор. Он искал эликсир бессмертия, и все смеялись над ним. Тогда он ушел в горы и сорок два года жил один. Люди ходили к нему, он исцелял многие болезни, даже когда медицина утверждала, что человек обречен. Это было в восемнадцатом веке. Его искали воины императора, но он всегда уходил от преследователей. Потом у него появились ученики, последователи его образа жизни и его искусства. Но они все погибли. В рукописи отмечено, что они оставили рецепт, понятный всякому, где-то в Убежище Огненного Дракона. Есть ключ с надписью: «Оживи Сердце Дракона и обретешь…» – Она вздохнула. – Что обретешь, неясно. Прочитать не удалось. Может, позже это смогли бы сделать, но рукопись похитили. Мне удалось устроить так, что все думают, будто ключ к Сердцу Дракона у Вана. Я приехала к вам и увидела, что и ты, и Лейфа покрыты синяками. После этого я поклялась, что рано или поздно, когда вы уйдете из дома Вана, он умрет. Я отдала ему ключ к Сердцу Дракона. Восемь лет назад он убил Человека Горы Жизни. Через двести с лишним лет дело Одинокого Человека продолжил, сам того не ведая, Человек Горы Жизни. За какую-то провинность он был изгнан из Шаушена. И тоже предпочел жить в одиночестве. И разум его просветлел, и он… – Не договорив, Фей потеряла сознание.

Линия биения сердца на экране контрольного датчика стала ровной.

– Помогите! – Мэй бросилась к двери.

В палату вбежали две медсестры и врач. Мэй вывели в коридор.

– Выпейте, – протянула ей стакан воды медсестра.

– Нет. – Мэй направилась к выходу из отделения.

– Она вам что-нибудь сказала? – подошли к ней полицейские.

– Что она моя мать, – чуть слышно отозвалась Мэй и быстро вышла из здания.

– Что? – посмотрев друг на друга, одновременно спросили офицеры полиции.

В дверях Мэй столкнулась с входившими в здание Ми и высоким китайцем в красной шапочке.

– Нельзя так спешить, – насмешливо проговорила Ми, – иначе можно погибнуть.

Мэй, не ответив, быстро двинулась дальше.

– Здесь сейчас находятся двое сотрудников специального отдела, – остановила мужчину и Ми медсестра. – Встретимся вечером. – Она многозначительно посмотрела на них.

Ми и мужчина пошли назад.

– Ты действительно будешь работать на американку до результата? – тихо спросил он.

– Вонг Чу, – усмехнулась она, – я думала, ты обо мне лучшего мнения. Я выросла в Штатах и знаю, что такое американцы. Это нация надменных, властолюбивых людей. Я сумела завоевать доверие Джулии и благодаря этому сделала свою жизнь относительно безбедной. В моем отношении к ней меня можно сравнить с вкладчиком банка. Он будет защищать банк, если кто-то попробует ограбить его или уничтожить. Но если он сам сможет сделать это, а кроме того, получить еще кое-что, он, не задумываясь ни на секунду, пойдет на это. Джулия всегда относилась ко мне как к своей служанке, – вздохнула Ми, – а я просто ждала момента. Кстати, Джордж решительнее ее и пытался устроить покушение на мистера Бронкса. И все получилось бы, не вмешайся Джулия. А сейчас я дойду с ней до конца и уничтожу ее, когда будет результат. А ты, Вонг Чу, почему с ними?

– Об этом ты узнаешь, но не сейчас, – улыбнулся он.

– Джулия и Джордж улетели в Штаты. Ты веришь, что ключ тот самый?

– Если бы я поверил в это хоть на секунду, они и их люди были бы уже мертвы.

– Но рукопись находится у Бронкса. И это дает им определенное преимущество. Почему…

– Бронксы делают нашу работу, – засмеялся Вонг. – А результат получим мы.

– Я ничего не могу понять, – шептала сидевшая на кровати Мэй. – Правду сказала тетя Фей или нет? Но зачем ей врать? Ван действительно очень плохо обращался и со мной, и с Лейфой. И прямо-таки ненавидел маленькую Ин. Неужели Фей наша мать? – Она обхватила голову руками. – Только бы успеть, – умоляюще прошептала Мэй. – Я должна узнать, кто наш отец. Должна! – Она бросилась к столу, схватила сотовый и набрала номер.

– Ожоговый центр, – почти сразу отозвался женский голос. – Что случилось?

США. Чарлстон

– Где ключ? – Чарлз порывисто шагнул навстречу вошедшим детям.

– Похоже, тебе уже намного лучше, – усмехнулся сын.

– Ключ! – схватил его за грудки отец. – Где ключ?

– Не все так быстро, папа, – снова усмехнулся Джордж. – Ключ у нас. Но нам хочется увидеть твое завещание. И тогда мы решим, как быть с ключом – отдать его тебе или…

– Значит, ты желаешь моей смерти?! – закричал отец.

– Я не желаю, чтобы ты все раздал своим шлюхам, – жестко отозвался сын.

Чарлз перевел взгляд на дочь. Та спокойно выдержала его взгляд.

– Хорошо, – пробормотал он. – Вызывайте Корда. Адвокат составит завещание так, как вам нужно.

– И вот еще что, – заговорила Джулия. – Ты давно забросил дела фирмы. Мы поставим во главе своего человека. Ключ вот. – Она вытащила из кармана предмет в буйволовой шкуре и положила его на стол. – Что с ним делать, мы знаем. Можешь взять. Но не открывай. Как и где его открыть, мы скажем потом.

– Не думал я, что вы так со мной поступите, – покачал головой Бронкс.

– Ты сам вынудил нас, – спокойно заметила Джулия. – Ты можешь вспомнить, когда ты нам давал хоть что-то? Например, я хорошо помню, что свой первый подарок получила, когда мне исполнилось семнадцать. Ты подарил мне часы, – улыбнулась она. – И больше тебя никогда не интересовало, чем я занимаюсь и как живу. Помнишь свои слова? «Я начал с пяти долларов. У вас по тысяче у каждого. Кроме того, я оплачу вашу учебу в колледже, и на меня больше не рассчитывайте». Тебя никогда не интересовало, где мы и что с нами. Ладно, – она кивнула на Джорджа, – он мужчина. Но я же женщина, и из-за тебя я потеряла своего любимого человека. Ты не дал…

– Знаете что, – сев в кресло, вздохнул Бронкс, – я передумал. Не буду переделывать завещание и вообще ничего не буду делать. Мне плевать на все ваши требования. Рукопись у меня. Так что…

– Отлично, – рассмеялся Джордж. – Значит, мы все остаемся при своих интересах. – Он шагнул к двери. Джулия схватила предмет.

– Задержать их! – Бронкс включил громкую связь.

– Ты нас недооцениваешь, папа, – весело сказала Джулия. – Если нас задержит твоя охрана, сюда сразу приедет полиция. И тогда тебе придется…

– Отставить! – зычно скомандовал Бронкс появившимся в дверях пятерым телохранителям.

– Тебе надо ехать к Бронксу, – проговорил старший темно-красных халатов. – Ему привезли ключ, и ты должен…

– Извините мою смелость, – вздохнул Дзю Мин, – но если Бронкс не пригласил меня, как я могу знать, что ключ ему доставили? Я просто вызову подозрения и…

– Он прав, – поддержал его один из семи красных халатов.

– Но что же делать? – недовольно спросил старший. – Бронкс может…

– С рукописью еще не все ясно, – снова заговорил Дзю Мин. – Поэтому я уверен, что Бронкс позвонит и позовет меня. Самому ехать к нему нельзя.

– Он прав, – подал голос еще один темно-красный халат.

– А если Бронкс нашел другого? – помолчав, спросил старший. – И пока мы будем дожидаться, он поедет и…

– Установим наблюдение, – спокойно отозвался первый, – и будем знать каждый шаг Бронкса. Люди-тени днем и ночью будут вести за ним наблюдение. И если там кто-то появится, мы будем знать, кто он и почему пришел к Бронксу.

– Думаешь, он все сделает? – тихо спросила Джулия.

– Скорее всего да, – кивнул Джордж. – Он абсолютно уверен в том, что лекарство для продления жизни существует. Но нам теперь надо решить, как мы воспользуемся подарком папочки. Ты очень хорошо сказала о наших отношениях с ним. Мама умерла очень рано, и мы были предоставлены сами себе. Я старше тебя на два года и хоть немного, но помню маму. А ты?

– Нет. Я из детства хорошо помню только Кима, своего тренера-корейца. Мне всегда очень хотелось, чтобы у меня была мама, хотелось рассказать о своей первой любви, да и вообще хотелось нежности, ласки, в конце концов. И знаешь, я завидовала тем, кто был беднее нас и жил скромно, но у них были родители, которые их любили. А у меня были два телохранителя, я ездила в школу на «мерседесе». Правда, были еще карманные деньги, которые давала секретарша отца. Но в семнадцать лет и это закончилось. Я училась в престижном университете, а жила так же, как пробивавшие себе дорогу наверх вундеркинды из среднего класса. И вот тогда я впервые почувствовала ненависть к отцу, а потом пришло безразличие. Я приезжала сюда и не чувствовала ничего. Да и он, кажется, не испытывал не то что радости, а даже удовольствия. Если до семнадцати лет я думала, что он относится ко мне так, потому что больше любит сына, то потом, когда тебя ранили в Кувейте, поняла, что он не делит нас, а просто мы оба для него даже меньше, чем хорошие соседи.

– Хватит, – усмехнулся Джордж, – а то я сейчас расплачусь. Я ни разу не видел тебя такой обиженной. Ты же сильный человек. Да, может, поделишься, что у тебя там за несчастливая любовь? Как я понял, к этому папаша приложил руку. Расскажи, будь добра, что за история?

– Как-нибудь потом. Что будем делать с этим? – Она кивнула на обшитый буйволовой шкурой предмет.

– Понятия не имею. Я же говорил тебе, что не мое это и в вечную жизнь я не верю. Но судя по всему, денег там нет. Иначе бы эта хранительница сама все забрала. И очень интересно, с чего это вдруг загорелся дом китаянки? И почему она не стала звать на помощь, пытаться спастись? Вот этого я понять не могу. Может, Ми что-то узнает.

– Черт! – зло бросил вошедший в комнату Ульман. – Черт, – повторил он.

– Что произошло? – В комнату вошла Элизабет. – Ты обычно вспоминаешь черта, когда очень зол. В чем дело?

– Мы теряем компанию! Чарлз неожиданно устроил проверку и заменил нескольких членов из совета директоров. И как-то туманно дал понять, что очень скоро владелец сменится. Он продает компанию! И тогда нас всех просто…

– Подожди, – остановила его жена, – но ведь акционеры…

– Чарлз продает контрольный пакет акций, – сказал муж. – В общем, конец. Я предлагал всем объединиться, но…

– Я не думаю, что Чарлз продаст компанию, – возразила жена. – Скорее всего Джордж и Джулия поставили ему условия. Они вернулись, насколько я знаю, не с пустыми руками. И вполне возможно, потребовали отдать компанию им.

– Тогда еще хуже. Джордж и Джулия терпеть меня не могут. Кстати, в этом есть доля твоей вины.

– Да, – усмехнулась жена. – Я сцепилась с этой гордячкой и поставила ее на место. Я не дала ей выйти замуж и сделала так с помощью…

– И сколько ты за это получила от Бронкса? – усмехнулся Стив.

– Это не важно. Я всегда ненавидела Джулию. С того момента, как увидела ее в первый раз, выходящую с охранником из «мерседеса». И всегда ненавидела. Потому что она…

– Все, что у нее есть, – перебил ее Стив, – она заработала сама. В отличие от тебя, кстати.

– Я всегда знала, что ты мечтаешь уложить эту сучку в постель. И пытался это сделать, – кивнула она. – А со мной…

– Может, хватит? – вздохнул Стив. – Я ищу решение возникшей проблемы. Представь, что случится, если меня выбросят из компании. Я потеряю деньги, большие деньги. Кроме того, при смене руководства будет проведена ревизия, и тогда вскроются мои делишки в других городах.

– А когда ты этим занимался, о чем думал? – сердито спросила Элизабет. – Я уверена, что кардинально ничего не изменится. Если во главе компании встанут Джордж и Джулия, то это даже к лучшему. Они не деловые люди, поэтому ваши услуги им будут необходимы. К тому же рано паниковать. Еще ничего, как я поняла, не известно. Меня больше интересует, вернулись ли Джордж и Джулия. Нашли они что-то или просто приехали за консультацией? Я покопалась в книгах по истории Китая. Там вскользь упоминается о некоем монахе, создавшем эликсир бессмертия. А в национальной библиотеке я нашла кое-что интересное. У этого монаха-отшельника, долгое время жившего без контакта с людьми, появились последователи. И там упоминается о дорогих подарках, сделанных этому Одинокому Человеку неким Пань Ту. Но я ничего не нашла о Пань Ту. И тем не менее подарки были. Об этом упомянуто в летописи середины девятнадцатого века. Были убиты двое сановников императора, которые пытались найти эти подарки. А кроме того…

– Подожди, – остановил жену Стив, – ты поверила во все это? И, как я понял, намерена искать этот самый подарок Пань Ту?

– Да, я попытаюсь выяснить все более подробно. Мне понадобится помощь профессионалов. Я имею в виду боевую помощь, поэтому буду говорить с Генри. Надеюсь, ты вытерпишь его пару дней? – спросила Элизабет.

– С трудом, – поморщился Стив. – И вообще я против этого. Ты же абсолютно нормальный человек.

– Я только хочу уточнить кое-что, – улыбнулась Элизабет. – Значит, я приглашу Генри к нам.

– А сколько денег попросит твой брат за это? – вздохнул Стив. – Может, лучше воспользуешься услугами моих…

– Твои люди привыкли к городским условиям, а…

– Подожди, – нахмурился Стив. – Значит, ты хочешь посетить Китай? И вполне возможно…

– Возможно и это, – холодно улыбнулась она. – Все будет зависеть от того, сколько стоит подарок этого самого Пань Ту. И предупреждаю: не пытайся остановить меня.

«И не подумаю, – мысленно ответил ей Стив. – Может, наконец-то я останусь вдовцом». Он улыбнулся:

– Ну разве я могу возражать своей любимой жене? Надеюсь, это не очень опасно. Хотя подобные авантюры не по мне.

– Спасибо и на этом, – рассмеялась Элизабет.

– Да, – кивнул Чарлз, – мне нужна вся документация компании. И нужно провести тщательную ревизию сделок с недвижимостью за последние три года в США и за рубежом. Через неделю я хочу видеть у себя все документы, и не забудьте о ревизии. – Он отключил телефон и взглянул на сидевших у окна сына и дочь. – Довольны?

– Нет, – усмехнулся Джордж, – мы еще не видели завещания.

– Сейчас приедет адвокат, – процедил отец, – и все оформит. Но почему вы не желаете дождаться моей смерти? Ведь, насколько я понимаю, вы не верите в бессмертие. Но получается – боитесь, что я буду жить долго…

– Нет, – ответил Джордж. – Мы желаем стать законными владельцами того, что по праву принадлежит нам. Ты сейчас забросил дела компании, и мы терпим убытки. Фирма на грани банкротства. На наших деньгах богатеют, и мы хотим положить этому конец. Будешь жить вечно – карты тебе в руки, но мы станем владельцами компании. Ты будешь получать приличные деньги, и тебе ни в чем не будет отказа. Нам не нужны твои особняки ни здесь, ни на курортах, пользуйся. Мы поставим во главе компании толкового человека и будем продолжать дело прадеда.

– Знаешь, – Чарлз удивленно посмотрел на сына, – никогда бы не подумал, что ты можешь так здраво рассуждать. Ты же просто авантюрист, наемник, «дикий гусь». И вдруг такая забота о деле нашей семьи. Это в какой-то мере утешает. Но я надеюсь на вашу порядочность. Там, – он кивнул на завернутый в кусок шкуры предмет, – не сувенир из китайской лавки?

– Нет, – ответил сын. – Мы взяли это у хранительницы музея частного…

– У Фей? – неожиданно спросил отец.

Джулия удивленно посмотрела на него.

– Да, – ответил не менее удивленный Джордж.

– Тогда это может быть ключом, – пробормотал Чарлз. – Ладно, сейчас подъедет Корд, и мы все сделаем.

– А откуда ты узнал о Фей? – спросила Джулия.

– Значит, вы сумели выйти на нее, – усмехнулся Бронкс. – Это радует. Выходит, вы действительно работали. Где же Корд? – недовольно спросил он.

– А мы можем увидеть рукопись? – осторожно спросил Джордж.

– Зачем? – пожал плечами отец. – Ведь ты не веришь в это. А из праздного любопытства не стоит. Так, – он снова взглянул на часы, – расскажите мне о том, где и как можно достать ключ?

– Папа, – укоризненно произнесла Джулия, – зачем эти проверки? Ты же прекрасно знаешь, что ключ нельзя доставать без огня священного факела. И огонь укажет путь к Сердцу Огненного Дракона, но прежде чем он зажжется, ты потеряешь много друзей, и путь к огню будет залит кровью. Кажется, я все правильно запомнила? – посмотрела она на брата.

– Точно, – кивнул тот.

– Так сказано и в рукописи, – согласился отец. – И значит, надо как-то искать тот самый путь. Потеря друзей уже началась, – усмехнулся он. – По крайней мере я потерял своих детей. Я хотел, чтобы вы сами научились выживать. Я не дал бы вам погибнуть или опуститься на дно. Фей жива?

– Мы сняли комнату напротив ее дома и видели пожар, – ответил Джордж. – Ее спасли, но в больницу мы не поехали, торопились к тебе. Туда послали Ми и Вонг Чу. Они сообщат, если она жива. Если не звонили, значит…

– В этой жизни никому нельзя доверять, – наставительно произнес отец. – Основную работу надо делать самому. А я нарушил это правило и поплатился за это компанией.

– Мы просто решили воспользоваться ситуацией и получить то, что нам полагается по закону, – сказал сын. – И по человеческому, и по Божьему. В конце концов, мы имеем на это право. Мы совершили в Китае не одно преступление. Пошли на убийство и неужели мы не можем…

– Все верно, – кивнул отец. – Поэтому я и изменил свое решение. Когда-нибудь с годами вы поймете меня. Надеюсь, у вас будут дети…

– Ты уже мог бы быть дедом, – раздраженно проговорила Джулия и, порывисто встав, вышла из кабинета.

– Может, ты объяснишь, что случилось? – проводив ее взглядом, спросил Джордж.

– Значит, Джулия ничего тебе не сказала? Придет время, и она сама все объяснит. Я считаю, что поступал правильно, а она так не думает. Поэтому подожди, пока сестра не станет тебе доверять полностью.

– Значит, приедешь? – спросила по телефону Элизабет.

– Если я тебе понадобился, – отозвался мужской голос, – то прибуду. Может, просветишь, что к чему?

– Когда приедешь, все узнаешь. Думаю, тебя это заинтересует. Дорогу я тебе оплачу. Жить будешь у меня. И послушай, у тебя есть знакомые, которые хорошо знают Азию?

– Азию? Конечно, найдутся. Черт возьми, ты меня уже заинтересовала!

– Когда тебя ждать?

– Прибуду завтра.

– Я встречу.

– А как твой придурок относится к моему приезду?

– Терпимо, – рассмеялась Элизабет.

– Ну вот и все, – кивнул дородный мужчина, – завещание изменено. Теперь вы в случае смерти вашего отца получите по пятьдесят процентов…

– Можете идти, – поторопил адвоката Бронкс-старший.

Понимающе кивнув, тот вышел.

– Надеюсь, теперь это мое? – Отец протянул руку к ключу.

– Но компания еще не наша, – сказал Джордж.

– И мы не ознакомились с документацией! – заметила Джулия. – Может, там уже одни долги, тогда нам такая компания не нужна.

– Вы все-таки действительно внуки вашего деда, – произнес Бронкс-старший.

Россия. Москва

– Привет, – шагнув навстречу стоявшему у двери Зубову, протянул ему левую руку мужчина среднего роста. Правый рукав рубашки был заправлен за ремень.

– Ну и как ты тут? – подняв рюкзак и чемодан, спросил Александр. – Пакеты возьми, там гостинцы, закусь и выпивка, – подмигнул он однорукому.

– Зря гостинцы привез, ушла Танька и сына с собой забрала. Кому я такой нужен?

– Погодь-ка, – спросил Александр, – выходит, мне от ворот поворот?

– Да уж проходи, – хмуро произнес хозяин.

– А встретил как родного. – Зубов поставил в прихожей чемодан и рюкзак, взял два пакета. – Давно Танька ушла?

– Два месяца назад. В госпиталь ездила, плакала, клялась и все такое прочее. А когда первую пенсию получил, враз изменилась. Пять шестьсот, – усмехнулся он. – И все, прошла любовь, завяли помидоры, а с помидорами пропали огурцы! – пропел он.

– Короче, сейчас наскоряк закусь приготовлю, врежем по паре стаканчиков и поплачешь в жилетку, – вытаскивая из пакета продукты, усмехнулся Зубов.

– Да уж вроде как и отплакал я свое, – вздохнул хозяин.

– Слушай, Петька, я что-то не пойму. Ведь ты говорил, что сам от нее свалишь. А сейчас…

– Да поверил я ей, стерве. Уж больно искренне рыдала и переживала. Ведь неделю в госпитале ночевала. Она в Ростов приехала сразу, как меня туда доставили. Ей кто-то позвонил и…

– Я, – кивнул Александр.

– Спасибо тебе, – усмехнулся Петр. – Да еще никак не привыкну к одной руке. – Он выругался. – И угораздило же правую. Левую бы, может, и не так хреново было. А то ведь заново учусь и писать, и все остальное. Ты налил бы, – остановил он резавшего овощи на салат Зубова. – Я неделю горе заливал. А потом глядь – и денег даже на хлеб нет. Ты надолго?

– Не знаю. Я ж еще и у своих не был. Мать снова в слезы ударится, нет желания видеть это. Я у тебя пару дней побуду, отметим возвращение, а уж потом домой нарисуюсь. Про капитана нашего слышал что?

– Нет. Не звонил он и не писал. Я и Таньку спрашивал, но ничего не было. Может, умер. Он, говорят, пил здорово, когда его в Москву привезли. Из госпиталя удрал. Надо спросить у Тольки Сапогова. Он у него гостил.

– Так звони и зови, – кивнул на телефон Зубов. – Я его тоже не видел с Бамута. Нормальный мужик. Зови.

– Точно. – Петр левой рукой быстро набрал номер.

– Ловко, – усмехнулся Александр.

– Наловчился, – нехотя отозвался Петр. – Это я, – громко проговорил он в трубку, – однорукий. Тут Сашка Зубов приехал. Давай ко мне. Мы…

– Без меня не начинайте, – перебил его Анатолий. – Через двадцать минут буду.

– Ты жив? – Алиса стремительно ворвалась в открытую дверь.

– Да вроде как живой, – усмехнулся Джек. – А ты меня отпевать пришла? Так хрен им на рыло!

– Мне сказали, что тебя убили. – Порывисто шагнув вперед, она крепко прижалась к нему всем телом. – Как я перепугалась!..

– Осторожнее, – аккуратно освобождаясь из ее объятий, попросил Джек. – Все-таки подстрелили меня малость. Вскользь пуля по левому боку прошла. Кожу вспорола, крови много было. – Он приподнял майку и показал бинт.

– Извини, милый.

– Да все путем, – он одернул майку, – и хуже бывало. А ты примчалась, – улыбнулся он, – спасибо. А то базар идет, что, мол, я к тебе вроде из-за бабок и…

– Пусть что хотят, то и говорят. Ты скоро в себя придешь?

– Вопрос невзволнованной женщины, – усмехнулся Джек. – А что, работа есть?

– Пока ничего конкретного сказать не могу. Позвонила одна знакомая и спросила, не могу ли я найти троих-четверых подготовленных парней. Задачу она объяснит, когда приедет. Ей нужны русские. Как я поняла, что-то надо сделать в России.

– Погоди, – покачал головой Джек, – смотря что за работа. Может, она подельница Басаева и хочет Кремль взорвать или…

– Ничего подобного! – рассмеялась Алиса. – Но если ты не хочешь получить пятьдесят тысяч долларов, тогда…

– И за какое время? – перебил ее Джек.

– Она приедет от силы недели на две.

– Неплохо… за две недели пятьдесят кусков зелени. А почему не евро?

– Она платит баксами.

– Потолкуем, узнаем, что за работа, тогда и решим.

– Почему не пришили Долова? – зло спросил Руслан. – Я вам за что бабки заплатил?

– Да там его люди были, – стал оправдываться черноволосый парень с перевязанной правой кистью. – В общем, бабки вот. – Он протянул Руслану плотный конверт.

– Все? – спросил Даев.

– Сосчитай, – усмехнулся парень. – И знаешь, больше не заказывай нам наших, понятно? Еще раз – и свою башку потеряешь.

– Вот как? – усмехнулся Руслан. – Значит, Джек вам свой стал? И давно он с вами пасется?

– Со вчерашнего дня. А тебе лучше здесь не показываться. И не вздумай демонстрировать свою удаль кавказскую, завалим сразу.

– Ну что ж, – ответил Руслан. – Здесь вас многовато для меня. Но дорожки пересекутся, тогда и расклад другой будет. – Он направился к джипу.

– Может, хлопнутъ? – спросил длинноволосый парень в темных очках.

– За ним чечены стоят, – возразил крепкий, – война с ними нам не нужна. Вот на кой хрен ты заказ взял? – спросил он у черноволосого.

– Да на Джека у меня тоже зуб имелся, – пробормотал тот. – Но он вроде не в обиде, ведь разобрались. Зато он теперь в курсе…

– Хорошо, что Таран нарисовался, – перебил его крепкий. – Для понта Джеку бочину забинтовали и базар пустили, что завалить его пытались. А Руслан пришел, не испугался. А что он к Джеку имеет?

– Скорее всего из-за Алиски Игнатьевой, – сказал куривший у машины парень. – Он к ней уже давно клеится, а она ему хрен на рыло. В общем, наверное, из-за нее…

– Джек знает правду? – спросил крепкий.

– Да, – усмехнулся Джек, – твой ухажер на меня заказ сделал. Руслан Даев, его еще Эмиром кличут.

– Не мог Эмир этого сделать, – возразила Алиса.

– Я в натуре говорю! – разозлился Джек. – Мне парни разжевали. У нас стрелка была забита на…

– Я узнаю и все тебе скажу. – Она вышла.

– Передай ему, что он последние часы живет, – громко проговорил ей вслед Джек.

– И зачем тебе это надо было? – недовольно спросил Марат.

– Я знал, что ему обо всем сообщат, – ответил Даев, – а это подтолкнет его к действиям. И тогда я расправлюсь с этим придурком.

– Не понимаю тебя. На хрена тебе Алиска нужна?

– Я уже пытался все тебе объяснить, но…

– Неужели ты думаешь, что я поверил в твою сказку о безответной любви? – расхохотался Марат. – Мне кажется, все дело в ее отце. Но могу сказать точно: зря стараешься, Игнатьев не…

– Да знаю я, – не выдержав, расхохотался и Руслан. – Просто ты о многом не знаешь. Впрочем, как и она. Но все скоро будет прозрачно, тогда и ты будешь работать. Пока ничего конкретного сказать не могу, сам только понаслышке знаю, а детали еще надо уточнять.

– Да он куда-то в деревню уехал, – сказал светловолосый верзила, – где-то дом купил. По крайней мере так он говорил. Где именно, я не в курсе. Писать не обещал, звонить тоже. Напоследок сказал – забудьте капитана. Майором, мол, я уже не буду, а капитаном быть надоело, да и старый я стал. Это его слова. Такое чувство, что прощался он. Да, – верзила посмотрел на Петра, – я твою видел. С каким-то новым русским на джипе по проспекту Мира катила. Приоделась…

– Хорош тебе! – крикнул Петр и, схватив стакан водки, не отрываясь выпил.

– Да плюнь ты на нее, – посоветовал верзила. – Пусть…

– Заткнись! – Петр схватил бутылку за горлышко.

Александр коротко ткнул его кулаком в солнечное сплетение. Сдавленно икнув, тот осел и ткнулся лбом в край стола.

– Совсем из ума выжил, – покачал головой верзила.

– Твоя-то как? – наливая водку, спросил Зубов.

– Да все нормально, но нервы ни к черту. Как увижу кавказцев, бросаюсь. Пару раз за это в ментовку попадал. Везло, что мужики там нормальные были. Ну ладно, – верзила взял стакан, – давай за тех, кто там остался…

Оба встали и молча выпили.

– Ты охренел, – прохрипел пришедший в себя Петр, – инвалида…

– Выпей. – Александр налил в его стакан водки. – Верно тебе Толик сказал: плюнь на такую жену и разотри. Пей!

– А на сына тоже плюнуть и растереть? Вам-то что…

– Слушай, Пестов, – сказал Александр, – пацану там, может, полегче будет. Может, хахаль нормальный попался и для мальчишки что-то сделает. Обидно, конечно, но что теперь поделаешь? Дай развод и…

– А ты бы как себя чувствовал? – процедил Петр. – Вам говорить легко, – он взял стакан, – а вот тебя на мое бы место, тогда посмотрел бы я…

– Тьфу, тьфу, тьфу, – сплюнул через левое плечо Зубов. – Спасибо тебе за совет, только мне этого не надо. Ну а случится, скулить, как баба, не буду. Люди без ног в олимпиаде для инвалидов золотые медали выигрывают. Без ног, без рук живут и что-то делают. Слепым страшнее, но и они живут. А тут одной руки нет. Да и хрен на нее! Пить можешь, жрать тоже. Протез купи, может, еще и бабу найдешь – подмигнул он. – А капитана надо найти. Все-таки тогда, если бы он не остался, мы бы все там полегли.

– Да где его искать-то? – пожал плечами Анатолий. – Если только через милицию.

– Послушайте, Константин Петрович, – сказал, войдя в кабинет, Антон, – я, конечно, понимаю, что не вовремя, но я ушел от жены. Точнее, она меня попросила. Сейчас живу у сестры. И мне бы очень хотелось снова поработать. Время сейчас у меня тяжелое…

– Разумеется, мил человек, – повернулся к нему невысокий седой мужчина с профессорской бородкой. – Но к сожалению, много платить вам я не смогу. Конечно, если мы доведем работу до успешного завершения, то существенно поправим свое материальное положение. А как давно вы перестали заниматься легендами восемнадцатого-девятнадцатого веков?

– Я никогда не переставал заниматься этим, – признался Антон. – Это очень интересно и…

– Вам сколько лет, мил человек? – добродушно улыбаясь, поинтересовался профессор.

– Тридцать девять. А почему вы спросили?

– Вы так увлеченно об этом говорили, что я вспомнил свои юные годы. Сейчас изменился не только строй в нашем государстве. Изменились и люди. Сейчас все стремятся к наживе. Есть, конечно, еще люди, отдающие себя работе за гроши, но с каждым годом таких становится все меньше. А позволю себе полюбопытствовать: почему вы бросили работу?

– Так случилось. В начале нового тысячелетия все стали заниматься своими делами. То есть не все, но большинство. Мы вели разработку легенды о захоронениях в Индии…

– Конечно, – кивнул профессор, – я слышал об этом. Могу сообщить, да, впрочем, вы, наверное, знаете, что эту разработку так и зарубили. До лучших времен, такова формулировка. – Он протер пенсне. – Ну что ж, давайте обсудим кое-какие вопросы, – перешел он к делу.

* * *

– А где дядя Антон? – поинтересовался малыш лет шести.

– На работу пошел, – ответила стоящая у плиты Ольга.

– Он хороший, обещал мне машину с пультом подарить. А Сашке медведя большого. Он ведь не уйдет от нас? – неожиданно спросил мальчик.

– Пока нет, – вздохнула мать.

– Нужна группа продавцов, – проговорил в телефонную трубку узкоглазый мужчина. – Желательно молодых женщин. С ними меньше проблем. Милиция в основном мужчин проверяет. И документы женщинам легче сделать. Точнее, дешевле.

– Я уже подбираю, – отозвался мужской голос.

– А ты давно на родине был? – спросил китаец.

– Месяц назад. У твоих все нормально. Деньги я передал. Как там Сум?

– Как всегда. Связался с Тигриной Лапой и почти все время проводит у него. А чем занимается Тигриная Лапа, ты знаешь.

– Конечно знаю. А вот ты, видно, забыл, Лио Тум. Если бы не Тигри…

– Я все помню! – отрезал Лио Тум.

Хабаровский край

– Сколько здесь? – спросил, выходя из джипа, крепкий молодой мужчина в камуфляже.

– Пятнадцать, – ответил раскосый мужчина. – Девять женщин и шесть…

– Хорошенькие есть?

– У нас плохих не бывает, – засмеялся раскосый.

– Да уж, лучше русских баб нет, – посмеиваясь, проговорил русский. – Но экзотики хочется. Ладно, – он подошел к старому бараку, – показывай нарушителей.

Сидя вдоль стен, китайцы, мужчины и женщины, подняв головы, посмотрели на открывающуюся дверь.

– Встать! – заорал мужчина в камуфляже.

От стен поднялись трое – девушка и два молодых мужчины. Остальные, посмотрев на них, тоже начали вставать.

– Так, – кивнул камуфляж. – Ты, – ткнул он рукой в сторону девушки, – и вы ко мне.

Мужчины подошли.

– Ты чего ждешь? – сказал девушке камуфляж. – Особого приглашения?

– Я вас не понимаю, – испуганно, проговорила она по-китайски.

– Говорит, не понимает, – негромко перевел сказанное раскосый.

– А почему встала? – спросил камуфляж.

– Посмотрела на нас, – вмешался молодой китаец, – и поднялась. Я учился в Москве.

– А ты? – Камуфляж посмотрел на второго.

– Я с детства учил русский, – спокойно ответил тот, – у меня мать русская.

– А чего же вам на родине не живется? – усмехнулся камуфляж. – Или хвост есть?

– Мы оба только что обзавелись семьями, – вздохнул первый. – Наши жены ожидают детей, а работы нет. Мы и решили поработать в России год, чтобы хоть как-то помочь семьям.

– В России вас уже до такой-то матери. Наверное, решили переселиться сюда. Даманский оттяпали, а теперь…

– Даманский затоплен, – поправил его первый. – А мы, как только заработаем денег, сразу вернемся назад.

– А ты знаешь, – посмотрел на камуфляжа раскосый, – что за переход платят самое малое две штуки зелени? Да и добраться до приграничного района…

– Все, – буркнул камуфляж. – Через час приедет автобус. Погрузишь и отвезешь к вертолету. Доставишь до точки сортировки. Я приеду туда через пару дней.

– А зачем ты этих двоих позвал? – тихо поинтересовался раскосый.

– Слушай, Монгол, ты стал задавать много вопросов, а я этого не люблю.

– Извини, Буран, я просто…

– И просто не надо. – Буран пошел к машине.

* * *

– Плохо, – недовольно сказал по телефону полный немолодой мужчина. – В последнее время что-то маловато поставлять начали. Ты там…

– Погранцы работают очень активно, – перебил его Буран. – Так что, Кэп, хорошо, что еще столько прошли. По крайней мере голов сорок вернули назад. Хотя вы правы, Кирилл Игнатьевич, этот бизнес перестал приносить ощутимый доход. Поэтому есть предложение…

– Обсудим это вечером, – поморщился Кэп. – Сегодня у Варвары день рождения. Приезжай к восьми.

– Зачем им нужны понимающие по-русски? – спросил китаец, который учился в России, у своего товарища.

– Не знаю. Но слышал, что тех, кто говорит по-русски, устраивают на более высокооплачиваемую работу. Конечно, судя по отношению этих, в такое верится с трудом. Но поживем – увидим, – по-русски проговорил он. – Меня зовут Нао Тон.

– Лу Тай, – представился другой. – Знаешь, что-то мне не нравится Россия. Я ожидал другого приема. И вообще все не так, как говорили.

– Они нас вербовали, – засмеялся Нао. – Я даже удивлен, ожидал еще худшего отношения. А что привело в Россию тебя? – обратился он к сидевшей рядом девушке. – И почему ты скрываешь, что знаешь русский язык?

– Я хочу найти отца, – тихо ответила та. – Он русский. Мама погибла, и я хочу его найти. А говорить по-русски женщине сразу нельзя: отдадут в публичный дом.

– Туда попадают красивые, – улыбнулся Нао. – Им не обязательно говорить по-русски. Хорошо, если отправят в центр России. Там уже устоялись нормы жизни и работы наших соотечественников. Хотя и на Дальнем Востоке немало китайцев. В Красноярске да уже и в Хабаровске есть китайские кварталы. Плохо, что среди них нет наших родственников или хотя бы хороших знакомых. Хотя, как говорят в России, каждый выживает сам. Правда, сейчас всех объединяет страх перед русскими фашистами, скинхедами.

– Так, – раздался голос Монгола, – выходите. Все, что есть, забирайте с собой. Сюда вы уже не вернетесь.

Хабаровск

– Надо посмотреть, – сказал худой китаец, – может, знакомые будут. Правда, сейчас соваться сюда не советуют. Русские в последнее время стали как злые собаки. Но постепенно мы все-таки занимаем российскую территорию, – подмигнул он курившему сигару толстому китайцу.

– Мне нравится в России, – проговорил тот. – И нет никакого желания возвращаться в Поднебесную. – Он рассмеялся. – А ты, Ху, как относишься…

– Хорошо, – кивнул худой. – Правда, Сянь, между нами есть разница. Ты получаешь деньги, а я некую часть отдаю. Правда, благодаря тебе меньше, чем другие.

– Совсем освободить тебя от уплаты я не могу. Надеюсь, ты меня понимаешь. Нам постоянно приходится платить милиции, разным службам – пожарным, медикам и так далее. Хорошо, что сейчас перестали платить русским уголовникам.

– Но некоторые продолжают требовать.

– Да. Однако очень скоро они сами платить будут нам, – самодовольно заявил Сянь.

– Я так не думаю, – с сомнением произнес Ху.

– Потом сам убедишься, – сказал толстяк.

Китай. Фусинь

– Здравствуйте, – пытливо глядя в лицо вошедшему Вонг Чу, поздоровался молодой китаец. – Чем обязан вашему приходу?

– Ты сын Фей До?

– Да. А вы…

– Я приехал из больницы от твоей мамы, – сказал Вонг. – Слушай, нам надо кое-что узнать, а твоя мама ничего не сказала. Что ты знаешь о ключе от Сердца Огненного Дракона?

– Кого? – переспросил сын Фей.

– Плохо со слухом? – усмехнулся Вонг. – Иглоукалывание помогает восстановить слух. К тому же у нас есть средство, способное развязать язык, – рассмеялся он.

Сын Фей шагнул вперед.

– Убирайтесь, иначе я вызову полицию.

– Я не думаю, что ты так сделаешь, – усмехнулся Вонг.

– Лоу! – раздался испуганный женский голос.

Вонг повернулся и увидел в проеме двери крепкого молодого китайца с ребенком на левой руке. В правой он держал нож.

– Что вы хотите? – испуганно спросил Лоу. – Я…

– Что ты знаешь о ключе от Сердца Огненного Дракона? – повторил вопрос Вонг.

– Ничего, – поспешно отозвался Лоу.

– Спрашиваю еще раз! – разозлился Вонг. – Что ты знаешь о ключе?

– Ничего! – отчаянно завопил Лоу. – Я ничего не слышал ни о каком ключе! Не троньте сына, пожалуйста. Я действительно ничего не знаю. Я никому не скажу о вашем визите. Только не троньте сына! – Упав на колени, он протянул руки. – Я умоляю вас всем, что для вас свято, не троньте ребенка.

– Похоже, он действительно ничего не знает, – недовольно проворчал Вонг.

Он ударил ногой стоявшего на коленях Лоу в висок. Державший на левой руке ребенка китаец ударом рукоятки проломил голову жене Лоу и посмотрел на Вонга.

– Что делать с мальчишкой?

– Брось его, – равнодушно отмахнулся тот. Китаец швырнул малыша в угол.

– Ну что еще? – увидев в зеркальце заднего вида догонявшего ее машину полицейского на мотоцикле, недовольно вздохнула сидевшая за рулем Мэй.

Притормаживая, она прижалась к краю шоссе. Мотоциклист направился к ней. Остановившись, он приказал:

– Выйти из машины! Руки держать впереди!

– В чем дело? – сердито спросила Мэй.

– Вы превысили скорость, поэтому…

– Я очень спешу, – перебила его она. – Делайте что нужно и разрешите мне ехать. Я больше не стану превышать скорость.

Мимо них в противоположную сторону на приличной скорости пронесся джип.

– А им можно так ездить? – кивнула вслед Мэй.

Инспектор, что-то бормоча в переговорное устройство, бросился к мотоциклу и рванул с места.

– Не думаю, что ты их догонишь, – насмешливо сказала Мэй и вернулась в машину.

– Зря ты так гонишь, – недовольно проворчал Вонг. – Патрульный увязаться может.

Бандит, который держал ребенка в доме Лоу, посмотрел в зеркало заднего вида.

– Увязался, – кивнул он.

– Останови, – бросил Вонг, – иначе может сообщить вперед и…

– Уже сообщил. – Водитель сбросил скорость. – Сейчас тоже что-то говорит.

Мотоцикл, опередив джип, остановился.

– В чем дело, офицер? – по-английски спросил вышедший Вонг. – Извините, – перешел он на китайский, – я только что вернулся из Англии. Я вас слушаю.

– Документы! – держа руку на кобуре пистолета, потребовал инспектор.

Водитель достал удостоверение. Инспектор протянул левую руку, и в этот момент удар ножа пришелся ему в подреберье. Охнув, он метнулся в сторону и выхватил пистолет. Удар ногой в грудь сбил его на землю. Подскочивший водитель дважды ударил его ножом в горло.

– Быстро тащи тело в кусты! – крикнул Вонг, скатывая с шоссе мотоцикл.

– Лоу! – толкнув дверь, громко крикнула Мэй. – Тани! – позвала она его жену.

Не услышав ответа, Мэй осторожно прошла в дом, а потом, остановившись, закричала и бросилась к двери.

– Куда же делись инспектор Чой и джип, про который он говорил? – удивленно спросил сержант сидевший рядом с водителем патрульный машины с открытым верхом.

– Странно, – отозвался водитель. – Они уже должны были с нами встретиться.

* * *

Вонг уверенно вел мотоцикл с устроившимся на заднем сиденье подельником по лесу. Замедлив ход, остановился. Прислушался.

– Давай веди ты, – кивнул он подельнику. – Устал я, в глазах что-то рябит.

Тот сел за руль. Вонг мощно ударил его по шее сзади, поймал голову падающего с мотоцикла подельника и резко крутнул ее. Потом осторожно пошел, стараясь наступать на пеньки, камни или поваленные деревья, к неширокому ручью.

– Мужчина убит ударом в висок, – сказал врач. – Женщина – ножом. Ребенок мертв. – Он посмотрел на плачущую Мэй. – Убийство произошло совсем недавно.

– Около дома следы джипа, – проговорил вошедший в комнату полицейский. – И люди видели двоих китайцев. Хорошо разглядели одного. Второй закрыл лицо платком и крестьянской шляпой. Лица его не видел никто.

– А другого, значит, могут описать? – спросил оперативник в штатском.

– Мы нашли джип, – докладывал в переговорное устройство сержант дорожной службы. – Номер автомашины…

– Значит, смерть идет за мной, – прошептала Мэй. – Убийцы будут искать и Ин. Но почему? – чуть слышно спросила она. – Тетя Фей все им сказала. Что им еще надо? – Сев в машину, она завела мотор. Достав сигарету, прикурила от зажигалки и сунула ее в бардачок. – Надо найти Ин. Но где она? Никто ничего о ней не говорит. Или не знают, или просто не желают. Но бандиты заставят сообщить о ней все, что им нужно. Я не успела поговорить с братом. Ведь Лоу так и не узнал, что у него есть две сестры. Надо найти Ин, – как заклинание повторила она. – Кто может знать, где она сейчас? Обратиться в полицию? Нет. Но что-то делать надо. Я должна найти ее раньше монахов-убийц. Это они охотятся за нами. Но почему все началось только сейчас? Рукопись похищена. Там была европейка, как сказали соседи. А полиция так ничего и не может найти. Надо искать Ин. Где же она может быть? – Мэй завела машину.

– Разыскивается опасный преступник, – читал офицер полиции, – убийца инспектора дорожной службы. Преступник вооружен. При попытке оказать сопротивление – уничтожить. – Офицер долго всматривался в лицо на фотографии.

– Эй, крошка, – сказал подвыпивший китаец в дорогом костюме, – принеси еще пива. Да побыстрее.

Молодая официантка, поставив на поднос бутылки, подошла к столику. Сидевший напротив пьяного плечистый китаец оценивающе осмотрел ее.

– А выглядишь ты здорово! – Он звучно хлопнул девицу по тугим ягодицам. Официантка, поставив на стол поднос, взяла бутылку за горлышко и наотмашь ударила его в лоб. Тот упал. Подвыпивший вскочил. Официантка, легко увернувшись от удара, двинула его ребром ступни по колену. Вскрикнув, он осел. Удар основанием ладони уложил его на пол. К столику бросился хозяин кафе. Девушка, проскочив мимо, выбежала на улицу и сразу свернула в узкий переулок.

– Правильно она их! – громко заявила полная китаянка. – Приехали из Европы и ведут себя как скоты.

– Осторожнее! – поймав бегущую официантку, крикнул французский матрос.

– Извините! – отпрянув, по-английски попросила она. – Я вас просто не увидела. Прошу прощения. – Девушка тут же побежала дальше.

– Вот тебе и Китайская Народная Республика, – проворчал матрос. – А ты, Жак, пробовал китаянок? – спросил он смотревшего вслед официантке приятеля.

– Не приходилось. Но обязательно попробую. Я в Японии был, но как-то не повезло. Уж больно холодной оказалась. – Он рассмеялся.

Пекин

– После того, – сделав глоток из чашки, проговорил пожилой китаец в широком шелковом халате, – как ее освободили, в университет она, разумеется, не вернулась. Я ее иногда видел. Ин была способной студенткой и наверняка добилась бы многого, если бы не очутилась среди протестующей против учебных реформ молодежи. Она работала сначала в библиотеке, потом мать забрала ее в цирк. Могу сказать, что мать Ин, Лейфа, в последний раз, когда я ее видел, была чем-то сильно встревожена и просила меня оставить Ин у себя на неделю. Говорила, что дочь нездорова, а у нее гастроли. Но гастролей не было. А я как раз в это время уезжал на всемирный симпозиум.

– Когда вы последний раз видели Ин? – спросила Мэй.

– Сразу после того, – подумав, ответил мужчина, – как услышал по телевизору о гибели Лейфы. Но ведь ее убили. По крайней мере так говорила Ин. Она пришла ко мне вечером, была испугана. Почему-то много расспрашивала о занятиях своей мамы санчин-до. Я был инструктором у женщин по подготовительной части этого вида. Затем Ин почему-то поинтересовалась Россией. Она неплохо говорит по-русски, как и ее мать. А вы, наверное, родственница Ин?

– Да, – кивнула Мэй. – Как вы догадались?

– Вы очень похожи на ее мать, – сказал профессор. – Могу я узнать, почему вы разыскиваете Ин?

– Она единственная оставшаяся в живых моя родственница. Маму и ее мужа убили, тетя в больнице, ее сын и внук тоже убиты. Скажите, профессор, вы ничего не слышали о ключе? Это относится к похищенной рукописи Одинокого Человека.

– Ну как же не слышал? Я ведь занимаюсь всеми известными методиками оздоровления человека. Одинокий Человек еще в восемнадцатом веке разработал систему повышения иммунной системы человека и воздействия…

– И все? – нетерпеливо перебила его Мэй.

– Вы считаете, что гибель ваших родственников, – помолчав и пристально глядя ей в глаза, произнес он, – как-то связана с…

– Сестра мамы, – через силу сказала Мэй, – тетя Фей, была хранительницей в музее монаха…

– Я знаю, – мягко перебил ее профессор. – Лейфа говорила об этом. Но у Фей не было ключа. Ключ был у Человека Горы, Чин Таинту. Он передавался из поколения в поколение. Двести лет семья Таинту хранила ключ у себя. Их постоянно преследовали, поэтому они ушли в горы и скрывались от людей. Правда, в девятнадцатом веке преследование прекратилось. Посчитали, что это просто легенда, одна из многих.

– Значит, вы считаете, что ключ есть?

– Я думаю, что да. Но вот есть ли что-то за ключом, не знаю. По крайней мере я не стал бы рисковать жизнью из-за этого. Хотя можно понять семейство Таинту. Это была их семейная реликвия, и они передавали ее из поколения в поколение, хотя знали, какой опасности подвергают себя и тех, кто присоединяется к их семейству. Как я понял, вы думаете, что вашу семью преследуют именно из-за ключа. В этом я с вами вынужден согласиться. Похищена рукопись, была пролита кровь. Если желаете, я покопаюсь в архиве и узнаю все, что связано…

– Профессор, – перебила его Мэй, – мне не нужно ничего, и я ничего не хочу знать. Мне надо найти Ин, ей угрожает опасность.

– Чем вы сможете ей помочь? Обращаться в полицию или в другую государственную структуру смысла нет. Насколько я знаю, они якобы нашли всех, кто виновен в совершенных преступлениях. Поэтому вы ничего не добьетесь. Найти Ин? – Профессор покачал головой. – Я даже примерно не могу сказать, где она может находиться. А вы не думали о том, что ваши поиски как раз и могут заинтересовать тех, кто разыскивает ключ? Если я правильно вас понял, вы думаете, что всех ваших родственников убили из-за…

– Я думала, что вы сразу поняли это, – недовольно перебила его Мэй. – Ладно, – она поднялась, – извините и спасибо. До свидания.

– До свидания, – приподнявшись, кивнул профессор. – Если вам понадобится помощь, я к вашим услугам.

– Благодарю вас, профессор Чоун. – Мэй вышла.

– История повторяется спустя век, – пробормотал профессор. – Значит, кто-то снова заинтересовался ключом. Зачем? – Он нахмурился. – Как зачем? – тут же ответил он себе. – Рукопись похищена, а в ней рецепт, который безрезультатно искали хранители ключа.

– И что же делать? – зло спросила Ми.

– Не знаю, – недовольно отозвался Вонг Чу. – Как чувствует себя эта Фей?

– Без сознания, – сказала Ми. – Мэй, – прочитала она на листке, – сестра Лейфы. Может, она знает…

– Вряд ли, – возразил Вонг. – Она всегда была отдельно от родственников. Раньше всех ушла из семьи и редко навещала дом, в котором росла. Ин, – прищурил он и без того узкие глаза, – тоже не думаю, чтобы она что-то знала. Ей сейчас семнадцать лет. И ее, об этом говорили соседи Вана, не любил никто из родственников. Лейфа забеременела от иностранца в восемнадцать лет. Ты видела ее?

– К сожалению, ее нашли без меня. Она оказалась хорошим бойцом. Но сейчас надо думать, где искать ключ. Бронксы скоро вернутся.

– Убить их, – спокойно проговорил Вонг, – и они не будут путаться у нас под ногами.

– Нельзя, – возразила Ми. – У старшего Бронкса находится рукопись. Похитить ее нет никакой возможности. Посланцы Небес приказали помогать Бронксу, что мы и делаем. Я бы сама с удовольствием отрезала голову этой надменной американке.

– Но ты же ее подруга! – засмеялся Вонг.

– Служанка, – процедила Ми. – И ей понадобилась моя помощь, когда надо было ехать в Китай. Скажи, ты веришь в существование ключа?

– Да, верю. Хорошо еще, что в это не поверило государство, иначе все было бы для нас очень и очень плохо. Соперничество с государством означает заведомый проигрыш. А в нашем случае это смерть.

– Но с другой стороны, – возмутилась Ми, – почему этим занимаются янки? Почему они безнаказанно убивают?

– Сами они еще никого не убили, – поправил ее Вонг. – Убивают наши. Кстати, мы с тобой тоже. И чтобы замести следы и вывести полицию на другого, я убил своего напарника. Мы с ним работали в Корее, во Вьетнаме, и мне пришлось убить его на родине. Знаешь, важно не то, кто что делает, а то, кто получит все. И я очень надеюсь, что это будем мы.

– А как же Посланцы Небес?

– На этот счет есть безопасное для нас решение.

– Какое?

– Об этом чуть позже. – Вонг забрал у Ми бумаги и несколько фотографий и начал их просматривать. – Поедешь в клинику, узнаешь об этой тете Фей. И вот что еще. Вызови Функа, пусть проведает профессора, который был покровителем дочери Лейфы, Ин. Он может многое знать.

Устье Янцзы

– Черт возьми, – недовольно буркнул русобородый мужчина. – Даже за территорию порта выйти не можем. Что за ерунда? – спросил он стоявшего на мостике сухогруза капитана.

– Нам ночью выходить, а там какие-то волнения. – Капитан махнул рукой в сторону города. – Да это и хорошо. Лучше сейчас на берег не выходить. Хватит отдыхать, – повысил он голос. – Запасы воды надо пополнить. Вот ты, Сухарев, и займешься этим. Возьми себе в помощники Иванова, – кивнул он на молодого длинноволосого матроса. – Черт бы побрал этот СРТ! Влупился в нас как специально. Давно уже дома были бы. – Он выругался.

– Я сначала думал, – сказал старпом, – что это пираты. А оказались – соотечественники. Главное, не забыть счета за ремонт. Наши получат с рыбаков деньги, которые мы заплатим тут.

– Мне очень надо поговорить с русскими, – умоляла двух китайских пограничников молодая официантка. – Я хочу…

– Или ты уйдешь, – сердито перебил ее один пограничник, – или мы тебя сейчас…

– Я ненадолго, – заплакала она. – Мне надо…

– Пошли! – Второй ухватил ее за руку.

Она пяткой ударила его по колену и тут же локтем в лоб. Пограничник шлепнулся на задницу. Другой рванулся к девушке. Она встретила его ударом ноги в грудь. Он упал на спину. Девушка побежала от ворот.

– Ну как? – восхищенно спросил Сухарев. – Вот это да! Я такое только в кино видел. Не хотелось бы мне такую жену иметь. Слова лишнего не скажешь! – Он рассмеялся.

– Да, – согласился молодой матрос.

Первый пограничник, тряхнув головой, вытащил из кобуры пистолет и дважды выстрелил в воздух.

– Хана бабе, – сказал Сухарев.

– Она девчонка еще, – проговорил Иванов. – Девушка туда побежала! – тыча рукой в противоположную сторону, крикнул он и, боясь, что его не поймут, несколько секунд имитировал бег на месте.

– Туда? – по-русски переспросил пограничник.

– Да, – кивнул Иванов и снова махнул рукой. – Туда.

– Понравилась тебе девчонка, – подмигнул ему Сухарев. – Но ты зря в дела чужой страны влезаешь. На этот счет строгая инструкция имеется. Пошли, – кивнул он на стоявший у причала грузовик. – Поедем, возьмем бак, заварим и воды наберем. Она и не нужна вроде, но бочонок с запасной пресной водой у шлюпок должен быть обязательно.

Девушка, присев в кустах, сжалась.

– Молодая! – послышался неподалеку мужской голос. – В брюках и блузке, в руках пакет. Хотела пройти к русскому кораблю!

Обернувшись, она увидела яму с затхлой водой зеленоватого цвета.

– Искать тщательно, – требовательно проговорил офицер пограничной службы, – ее нельзя упустить. Проверить каждый метр.

– Ну что еще? – недовольно спросил сидевший в кабине рядом с водителем-китайцем Сухарев. – Уже и так два раза осматривали.

Водитель, высунувшись в окно, показал какую-то бумагу и что-то сказал.

– Не поймали, видно, – проговорил из кузова Иванов.

– Ты их со следа сбил, – рассмеялся Сухарев. – Но ни гу-гу об этом, – тихо предупредил он парня, – иначе с загранкой прощайся. Жесткие правила.

Китаец-водитель завел машину и, весело скалясь, кивнул.

– Поехали, – засмеялся Сухарев.

– Я все понимаю, – говорил сидевший в радиорубке капитан, – но постарайтесь понять и вы, Константин Валерьянович, нас вынудили зайти в порт…

– Вы идете в Шанхай, – перебил его мужчина. – Соответствующие бумаги вам доставят сегодня. Там находится крупная партия китайского чая и оргтехники. Наш сотрудник будет встречать вас в порту.

Связь прервалась. Капитан выругался и отключил рацию.

– Ее нигде нет, – доложил командиру один из пограничников. – Все проверили, пусто. Собака след взяла и дошла только до поворота. Скорее всего ее ждала машина.

– Приметы в полицию сообщили? – спросил командир.

Зеленоватая вода в яме колыхнулась. Торчавшая из нее невидимая среди густых зарослей водяных растений тростинка начала подниматься, и из воды вынырнула голова. Девушка стала осторожно выбираться из ямы. Выпустила из руки большой камень и вышла. Прислушалась. Потом опустила голову и заплакала. Тихо поднялась и медленно пошла в заросли.

Пекин

– Я хотела напугать их, – прошелестела лежавшая на кровати Фей, – чтобы они перестали преследовать вас. Тебя, семью сына и Ин. Но кажется, не удалось. Здесь одна из них. Я слышала, как она звонила и сказала, что я поправляюсь. Найди Ин, – умоляюще проговорила Фей, – она моя внучка. Найди ее. У нее… – Вздрогнув, она расслабленно раскинулась. Раздался протяжный писк контролирующего работу сердца прибора.

Мэй с криком «Помогите!» бросилась к двери. Успела заметить отпрянувшую от смотрового окна медсестру, которая тут же ушла. К палате бежали медики.

– Да-да, – кивнул профессор, – я понял. Скажи Ин, что ее разыскивает сестра ее мамы Мэй Дун. Очень прошу. – Слушая женский голос в трубке, он нахмурился.

– Ну что? – спросил Вонг садившуюся в машину Ми.

– Скорее всего об Ин может знать профессор Чоун, он ей покровительствовал. Именно благодаря ему прекратили дело о ее сопротивлении полиции во время студенческих выступлений. Надо ехать к профессору, она может быть у него.

– Адрес знаешь?

– Да.

– Где родственница? – оглядываясь, удивился пожилой врач. – Только что была здесь. Куда она могла уйти?

– А где сестра Цунь? – сердито спросила старшая сестра. – У больных время приема лекарств, а ее нет. Где она?

Средних лет женщина, выскочив из трамвая, бросилась к небольшому дому. Стоявшая неподалеку машина, как только она забежала в ворота, двинулась и затормозила рядом. Из машины вышла Мэй и направилась к воротам. Пригнувшись, прошла под окнами к двери, сняла обувь, осторожно приоткрыла дверь и проскользнула внутрь.

– Да ответьте же наконец! – сердито говорила находившаяся в комнате женщина. – Возьмите сотовый!

– Не шевелиться! – раздался от двери угрожающий женский голос. – Полиция! Положите трубку!

Повернувшись, женщина усмехнулась:

– Странно, что тебя еще не убили. Наверное, забыли. Ты же никогда не была членом семьи Дун. – Она бросила в стоявшую у двери Мэй телефон и, схватив с полки длинные ножницы, метнулась к ней.

Мэй, отпрянув чуть вправо, резко рванула захваченную руку на себя и ударила женщину коленом в живот. Сразу заломила ей руку за спину и уложила лицом вниз. Схватила висевший на спинке кровати пояс от плаща и связала ей руки. В висевшем на поясе Мэй футляре прозвучал вызов сотового телефона. Она вытащила его и поднесла к уху.

– Слушаю.

– Это я, – послышался быстрый мужской голос, – профессор Чоун. Мне позвонила подруга Ин и сказала, что… – Не договорив, он крикнул: – Сейчас! Извините, ко мне пришли. Я свяжусь с вами позже. А еще лучше приезжайте ко мне, и мы вместе поедем…

– Буду через час. – Мэй, убрав сотовый в футляр, встала.

Медсестра, замычав, дернулась.

– Вот что, – присев у ее головы, сказала Мэй, – сейчас ты все мне расскажешь или я прикончу тебя. У меня убили всех родственников, и поэтому я…

– Я буду кричать, – пробормотала медсестра.

– Хорошо, – спокойно согласилась Мэй, – кричи. Я все расскажу полиции, и, поверь, там тебя заставят говорить. Поэтому просто расскажи мне все, я уйду, и больше мы никогда не увидимся.

– Почему ты не сообщил, что приезжаешь? – поставив на стол фарфоровый чайник, упрекнул профессор Чоун плотного молодого китайца в военной форме.

– Сам не знал, что попаду в Пекин, – ответил тот. – Я вообще-то заскочил на час. За мной приедет машина, мы на учения отправляемся и в Пекин приехали за новой техникой. Я отпросился у своего командира на час. Так что времени у нас осталось сорок восемь минут и ни секундой больше.

– Армия тебя сильно изменила, – разливая чай, заметил профессор. – А когда тебя повысили в звании, – он довольно улыбнулся, – я всем знакомым сообщил, что ты уже капитан.

– Откуда ты знаешь этого Вонг Чу? – спросила Мэй.

– Он друг моего брата, – ответила медсестра. – Они воевали в Афганистане против янки. Там брат и погиб. Вонг Чу приехал ко мне. Ну а потом… – Замолчав, она тяжело вздохнула.

– Но ведь ты знаешь, что он убийца, – сердито проговорила Мэй. – И…

– Он хорошо платит, – перебила ее медсестра. – Отпусти меня, руки занемели. Пожалуйста…

– Видишь? – Мэй показала ей записывающее устройство. – Все, что ты сказала, записано, и я отдам пленку в полицию. Ты помогла им найти тетю Фей и сообщила, что она жива. Ты сказала им про сына тети Фей, и они убили всех! – Не выдержав, она пнула медсестру в бок. Та вскрикнула. – Сейчас я вызову полицию, – пообещала Мэй и направилась к телефону.

– Цунь! – раздался мужской голос. – Ты где? Почему дверь открыта?

– Кто это? – подхватив валявшиеся ножницы и приставив острия к шее медсестры, быстро спросила Мэй.

– Мой муж, – всхлипнула та.

– Цунь! Где ты?

– Здравствуйте, – встретила вошедшего крепкого мужчину Мэй, – я вам сейчас все объясню. Дело в том…

– У нее магнитофон! – закричала Цунь. – Пунк, убей ее!

Мужчина получил удар ногой в пах и осел. В комнату вбежали еще трое. Мэй метнулась к окну и, выбив стекло, выпрыгнула во двор. Трое выхватили пистолеты.

– Отставить! – приказал им Пунк. – Выстрелы услышат, и нам конец. Убейте ее и уходим, – приподнимаясь, кивнул он на Цунь. Та завизжала.

Удар подскочившего парня рукояткой пистолета по переносице оборвал ее крик. Парень, размахнувшись, проломил женщине висок.

– Магнитофон возьми, – промычал, ковыляя к двери, Пунк.

Мэй, сев в машину, запомнила номер стоявшей впереди «тойоты» и нажала на газ. Доехав до поворота, посмотрела в зеркальце заднего вида. Увидела, как к машине, подтаскивая согнувшегося мужчину, подошли двое. Четвертый, сев, открыл дверцу сзади.

«Еду в управление полиции», – решила она.

* * *

– Когда приедешь? – спросил сына профессор.

– Не знаю, – открыв заднюю дверцу военной машины, ответил он. – Я напишу позже. Может, когда учения закончатся, заеду. Береги себя, папа! – крикнул он, уже отъезжая.

– Будь здоров, сын!

– Там была женщина! – сообщил сотрудник полиции. – Приметы уточним на месте. Она ее связала и уехала! – Он сел в машину и хлопнул дверцей.

Три автомобиля рванулись с места.

Мэй, остановившись, посмотрела на часы.

– Меня арестуют, – тяжело вздохнула она. – Магнитофон я оставила возле тела медсестры. Я ничем не докажу свою невиновность.

– Вы хотите сделать заявление? – подошел к ней молодой полицейский.

– Нет, – ответила Мэй, – я уже все, что надо, сделала.

«Поеду к профессору», – подумала она.

– Так, – сказал Вонг, – ждите нас у Пэма. А мы пока навестим кое-кого. – Он отключил телефон.

– Профессора? – уточнила Ми.

– Его. Ин была его любимицей. Значит, ключ у нее. Профессор должен знать, где она. Ин наверняка просила у него помощи. Поехали.

«Если бы я не услышала слов сотрудника полиции, – думала Мэй, – меня бы арестовали. Там мои отпечатки, связывала ее я, да и била тоже. Полиция не поверила бы мне, если бы я рассказала о том, что узнала от медсестры. Пунк, – вспомнила она, – Вонг Чу. И что? Как в каком-то фантастическом боевике. Но это не фильм, а моя жизнь, и назад пути уже нет. Черт возьми, – она остановила машину, – что же мне делать? – Не находя ответа, тяжело вздохнула. – Для начала надо найти Ин. Тетя Фей, точнее, мама… – Она тяжело вздохнула. – Я думала, меня в жизни удивить уже невозможно, но… Надо найти Ин. Профессор сказал, что знает, где она находится.»

* * *

– Извините, – удивленно сказал профессор, – я не знаю вас и не понимаю, что вам нужно. Я сейчас вызову полицию. Мой сын…

– Нас не интересует ваш сын, – улыбнулась Ми. – Мы знаем, что вам известно, где находится ваша бывшая студентка Ин Дун. Она нам нужна. Ей угрожает опасность. Убита ее семья, и мы хотим ее предупредить.

– Ничего не понимаю!

– Вполне вероятно, она прячется, – сказала Ми. – Мы прилагаем все усилия, чтобы найти ее, и просим вас помочь.

– Я не могу вам помочь, – ответил профессор, – так как ничего не знаю об Ин. Она была у меня в последний раз сразу после гибели ее матери.

– Профессор, – недовольно проговорил Вонг, – давайте сразу определимся. Нам нужна Ин. Вы знаете, где она. Нам это известно. Поэтому по-хорошему или по-плохому вы нам скажете, где она находится. Я жду минуту. – Он посмотрел на часы. – Решение принимаете вы.

– Я ничего не знаю, – покачал головой профессор.

– Ну что ж, – сказал Вонг, – разговоры закончены, начинается время боли. – Он кивнул двоим стоявшим у двери молодым китайцам.

Те, шагнув вперед, схватили профессора за руки и завернули их за спину. Рванувшись вперед с неожиданной для его возраста силой, профессор одновременно ударил их пятками по коленям. Освободив руки, перевернулся через плечи-спину и вскочил. Вонг покачал головой:

– Сколько вам лет профессор?

– Помогите! – громко крикнул тот и, схватившись за живот, рухнул на спину.

Вонг, подойдя к упавшему профессору вплотную, выстрелил ему в ухо из пистолета с глушителем. Потом бросил оружие и неторопливо направился к двери. Ми презрительно посмотрела на парней и подняла брошенный Вонгом пистолет. Парни, прихрамывая, пошли к выходу. Она, пропустив их, выстрелила в затылок одному и сразу другому, быстро вышла и села в машину.

– Пистолеты не бросают, – усмехнулась Ми.

– Я к этому привык, – недовольно произнес Вонг. – Оказывается, профессор знаком с приемами санчин-до. Поехали, – кивнул он водителю.

Плотный лысый китаец молча завел машину.

– Наверное, такого давно не было в Китае, – тихо проговорила Ми.

– Здесь всего хватает, – засмеялся Вонг. – Триада жива, а Китай ее родина. Поэтому тут до сих пор происходит такое, что Западу только удивляться приходится. О Китае вообще мало кто знает правду. – Он вздохнул. – Надо искать Ин. А парней ты убила зря. Ведь они не рассчитывали, что профессор окажется таким боевым.

– Не люблю слабых, – рассмеялась Ми.

Мэй осторожно приоткрыла дверь, на мгновение замерла, а потом бросилась назад. Выбежав на улицу, села в автомобиль и рванула с места.

– Да что же это? – прошептала она. – Меня скоро объявят в розыск, как опасного преступника. – Она тяжело вздохнула. – Профессор предупреждал об опасности меня и не думал, что убийцы могут прийти к нему. Почему я ничего не сказала ему о медсестре? Хотя я не думала, что она сумеет так быстро сообщить обо всем убийцам. Так, что же теперь делать? В полицию идти нельзя. Поеду к Хо, – решила она. – Побуду у нее несколько дней. Надо денег взять, у меня осталось немного. – Она пересчитала купюры. – Пятьсот пятьдесят юаней. – Мэй покачала головой и посмотрела на часы. – Еду к Хо.

Цзиньци

– Он не отвечает, – пожала плечами молодая китаянка. – Я поеду в Пекин и все узнаю. Ты останешься здесь. Мама и папа уехали по делам, их не будет еще неделю. Я вернусь завтра вместе с профессором. Тебе ехать нельзя. Молодых девушек проверяют патрули.

Юная официантка всхлипнула.

– Я вернусь завтра с профессором, – сказала ей подруга.

Россия. Москва

– Ну что ж, – сказал Зубов, – я улетаю в десять. Проводите?

– Без разговоров, – кивнул Сапогов. – Я отвезу, у меня тачка есть. Правда, «копейка» и лет ей уже прилично, но ездит.

– Я тебя до аэропорта провожу, – сказал Пестов.

– Слышь, Петька, – посмотрев на него, решился спросить Александр, – а очень плохо без руки?

– Первое время вообще хотел с собой покончить, – ответил тот. – И если бы не Танька, наверное, так и сделал бы. Она же в госпитале со мной возилась и все уверяла, что я для нее самый-самый. В общем, она мне жизнь спасла. Ты же помнишь, каким я был. А сейчас… Да и с сыном как-то не получалось. Но знаешь, все-таки живу. Спасибо тебе за поддержку…

– Да хорош тебе, – остановил его Зубов. – Я самое большее там дня три пробуду и назад. Ты моим, если встретятся, ни слова, а то мать расстроится. Я обещал одному солдату его родным сообщить, что жив он, и узнать, сами-то они как. Молчат уже три месяца. А телефонной связи там нет. Да заодно и Русакова навещу. Может быть, с ним и вернусь. И уж тогда к родителям пойду.

– Надо было сразу пойти, – проговорил Петр. – Ты просто не представляешь, каково матери сына из зоны боевых действий ждать. Она же наверняка с ума сходит.

– Поэтому сразу и не пошел. Она ведь от себя минимум дня три-четыре не отпустит. Когда все сделаю, пойду. Подарков накуплю и заявлюсь.

– Я подъеду к семи, – пообещал Сапогов и ушел.

– Знаете, мил человек, – одобрительно проговорил профессор, – просто великолепно. Вам удалось сохранить в первозданном виде написанное сто пятьдесят лет назад. Я очень доволен.

– Спасибо, Константин Петрович, – сказал смущенный похвалой Антон. – В детстве я жил в Биробиджане, у нас соседи были из Китая, я и учился у них. Ну а потом…

– Постойте, – остановил его профессор, – но древнекитайский и китайский – это большая разница. Древнекитайский язык только письменный и к разговорному отношения не имеет.

– Моим учителем был Озанский, – сказал Антон.

– Тогда больше вопросов не имею. Озанский – величина мирового мастерства. Товарищи коммунисты не дали ему работать в полную силу. Так он и не смог осуществить свои планы. Хорошо еще, что учеников способных оставил, – улыбнулся профессор.

– Позвольте узнать, Константин Петрович, – осторожно спросил Антон, – а зачем вам это?

– Прочитал из чистого любопытства последнюю работу уважаемого Озанского, и меня это заинтересовало. Конечно, поверить в то, что некий живущий отшельником китайский монах нашел эликсир бессмертия, трудно. Но очень хотелось бы увидеть хоть часть его трудов. И знаете, смею думать, что это вполне возможно. Я созвонился со своим коллегой из Китая, премилый человек и доброй души. Он обещал мне посодействовать. – Профессор достал бумажник. – Это за работу, – протянул он Антону деньги.

– Пять тысяч? – удивленно посмотрел на него тот.

– Это минимум, мил человек, – добродушно проговорил профессор.

– Спасибо, Константин Петрович, – поблагодарил Гродский.

Курская область. Вишнянка

– Резче удар, – недовольно проговорил сидевший на траве Глебов. – Какого дьявола разгибаешь ногу в конце? Это же не балет. Хотя и там это делают лучше.

Трое парней били ногами висящие на деревьях мешки с песком.

– Стоп! – скомандовал Глебов. – Теперь удар рукой с шагом. Левой, правой… – У дома прозвучал автомобильный сигнал. – Сколько раз говорил, – процедил Глебов, – не светитесь в деревне. – Поднявшись, он пошел к дому. Сигнал повторился. – Иду! Какого хрена прикатили? Ведь говорил…

– Но вы такси заказали, – растерянно сказал сидевший за рулем «десятки» крепкий парень.

– Подожди чуток! – Глебов бросился к дому. – Отбой, парни! – крикнул он. – Послезавтра в это же время придете. – Через минуту он выбежал со спортивной сумкой в руках. – Я уехал!

– Можно мы просто удары поотрабатываем? – спросил кто-то из парней.

– Работайте, – подбежав к машине, кивнул Глебов. Сев на заднее сиденье, он вытащил из сумки джинсы и рубашку. – Как забыл? – переодеваясь, пробормотал он.

– Где он? – посмотрев на часы, недовольно проговорил рослый мужчина. – Поезд вот-вот подойдет.

– Вот он, – сказала молодая женщина.

– Простите, забыл, какой сегодня день, – виновато проговорил подбежавший Глебов.

– На кого вы похожи? – покачала головой женщина. – Вы не в монастыре…

– Собираюсь туда, – перебил ее Глебов.

Мужчина протянул ему толстый конверт. И сразу, словно дожидаясь этого, диктор объявил о прибытии электрички на Курск.

– Почему вы не взяли деньги сразу? – поинтересовалась женщина.

– У меня они быстро кончаются, поэтому частями удобнее, – усмехнулся Глебов и, не прощаясь, быстро вошел в вокзал.

– Сколько еще осталось? – спросила она.

– Два раза по полторы тысячи, – ответил мужчина.

– Так, – сев на заднее сиденье «десятки», сказал Глебов, – сейчас в баню, в центральную, потом через час подъедешь и отвезешь меня в Курск.

– Но это стоит… – начал водитель.

– Все нормально! – засмеялся Глебов. – Я знаю, сколько стоит. Через два дня заберешь меня там, где оставишь. Тронулись.

США. Чарлстон

– Привет, сестренка! – Атлетически сложенный блондин ткнулся губами в щеку Элизабет.

– Здравствуй, Генри. Садись и поехали. – Она сделала шаг к машине.

– А ты красиво живешь, сестренка, – усмехнулся он, – «мерседес», личный водитель. А он не доложит твоему?..

– Это мой человек. – Она села на заднее сиденье.

Генри уселся рядом. Водитель, выйдя машины, взял большой армейский рюкзак, положил его в багажник и вернулся на место.

– В чем дело? – спросил Генри. – Ты говорила…

– Мы успеем все обсудить, – остановила она брата.

– Ну как, – спросил Бронкс-старший, – все, что вы хотели, получили и теперь будете работать?

– Все сделаем, – кивнул сын.

– Да, – сказала Джулия.

– Разрешение на полет получено, – сообщил пилот. – Садитесь.

Проводив взглядом входящих в самолет дочь и сына, Бронкс, играя желваками, помахал рукой.

– Я не все рассказал моим деткам. – Он пошел к машине. – Найдете и сдохнете, – процедил Бронкс и набрал номер на сотовом.

– Слушаю, – раздался голос Дзю Мина.

– Приезжай, ты мне нужен.

– Буду через полчаса.

– Вонг и Ми много убивают, – недовольно проговорил один из Посланцев Небес. – Но мы по-прежнему почти ничего не знаем. Я думаю, надо заставить Бронкса отдать нам рукопись и под пытками узнать у него все.

– Это неразумное решение, – возразил старейшина. – Мы не знаем, с кем еще придется столкнуться, прежде чем мы найдем факел, свет которого позволит увидеть ключ. Пусть пока этим занимается Бронкс, а когда все станет ясным, мы вмешаемся. Поисками ключа начала заниматься и триада. Так что нам не время вмешиваться. Ми и Вонг работают на нас, но никто об этом не знает. Мы вмешаемся, когда будет полная ясность. Я думаю, совет Посланцев Небес не станет возражать?

– Нет, – выразил общее мнение один из старцев.

– Постой, – остановил Элизабет Генри, – неужели ты веришь в эти сказки? Вот уж не думал…

– Значит, ты отказываешься работать?

– Разумеется, не стану же я гоняться за героями китайских мультфильмов.

– Ну что же… – Элизабет поднялась. – Вот деньги за дорогу, – кивнула она на чек. – Прощай.

– Подожди, – покачал головой Генри. – И за это ты готова выложить пятьдесят тысяч?

– Сто.

– Сто тысяч?

– Конечно. Плюс расходы на дорогу и все остальное: оружие, обмундирование и так далее.

– Хорошо. Значит, сто тысяч. То есть по двадцать пять на каждого. Ты же говорила…

– Остальные получат по пятнадцать, – перебила его Элизабет. – Ну а если ты решишь поделиться, это уже твое дело.

– Все, согласен. В общем, вот что. Я поеду в Чикаго и наберу там команду. Отправлюсь немедленно. Но мне надо как-то убедить людей.

– Вот чек на десять тысяч, на них купите все необходимое. Через три дня вы должны быть здесь.

– Я еду немедленно. Закажи билет до Чикаго на ближайший рейс.

– Полетишь самолетом Стива.

– Как ты терпишь этого старого борова?

– Надеюсь, он очень скоро умрет, и я останусь при своих интересах.

– Так это можно было сделать давно, – усмехнулся Генри.

– Умереть он должен естественной смертью, – покачала головой Элизабет. – Готовиться я уже начала. В случае его насильственной смерти я лишилась бы всего. Но через полгода я получу все.

– А ты опасна, – помолчав, сказал Генри. – Интересно, в кого? Я убиваю быстро. Правда, и пытать приходилось, но чтоб вот так, ядом, потихоньку…

– Это мое дело, – Элизабет рассмеялась. – Сейчас я позвоню в аэропорт. – Она взяла телефон.

– Я так и не понял, что это? – Бронкс указал на строку непонятных знаков.

– Я, к сожалению, тоже, – пожал плечами Дзю Мин. – Может, я покажу это…

– Только здесь, – не дал договорить ему Бронкс. – И только тем, чья смерть тебя не огорчит.

– Вот как? Меня может огорчить только сознание, что вот-вот умру я. А на остальных мне плевать.

– Тогда вези. Чем скорее мы это узнаем, тем лучше. И еще вопрос – ключей не может быть два?

– Два? – удивленно посмотрел на него Дзю Мин. – А почему вы спросили?

– Появилась информация еще об одном ключе, поэтому возникли сомнения в том, что этот, – он кивнул на сейф, – и есть ключ, открывающий что-то в свете огня священного факела. И не зря так неожиданно загорелся дом хранительницы. Я был уверен, что все это взаимосвязано. Но тут неожиданно появляется информация о втором ключе. Тогда или мой ключ, – он снова бросил взгляд на сейф, – не настоящий или их два. В рукописи ничего об этом не сказано.

– Мы не прочитали всей рукописи, – напомнил китаец. – Надо прочитать ее всю, а уже потом делать выводы.

– Тоже правильно, – согласился Бронкс. – Ищи специалистов, которые смогут разгадать…

– Прочитать, – поправил его китаец. – В таких вещах гадать нельзя, иначе можно поплатиться жизнью. Все, что укрывают, наверняка спрятано таким образом, что просто так к этому не подойдешь. По крайней мере так прятали у нас в Китае в старину.

– Какого черта ты отдала ему мой самолет?! – гневно спросил ворвавшийся в кабинет жены Стив.

– Во-первых, не твой, – спокойно отозвалась она, – а самолет компании, из которой тебя, кстати, вот-вот выкинут. К тому же я получила разрешение на полет и, разумеется, все оплатила. Я перестаю верить в то, что ты на что-то способен, и решила сама заработать себе на жизнь. Все, что я у тебя беру без твоего разрешения, – улыбнулась она, – я очень скоро верну.

– Сомневаюсь. Я заблокирую свои счета от тебя.

– Как только я пойму, что ты это сделал, с тобой будет разговаривать мой адвокат. Надеюсь, ты не забыл, что у нас есть сын? И поверь, мой милый, ты потеряешь гораздо больше, чем получишь.

– Ну ладно. Только ради всего святого, сообщай мне, с какого из счетов ты снимаешь деньги.

– Да! – громко проговорил в сотовый телефон Генри. – Не веришь? – рассмеялся он. – А это так, лечу в ВИП-классе на самолете. Один. И парочка очень даже привлекательных стюардесс. Скажи что-нибудь моему приятелю. – Он протянул телефон черноволосой смуглой стюардессе.

Россия. Хабаровский край

– Ну и глушь, – проговорил сидевший рядом с водителем «Нивы» Зубов. – Далеко еще пылить-то? Хотя какая, к черту, пыль, – посмотрел он в окно. – Дождь, похоже, вас тут напрочь залил.

– Точно, – кивнул водитель. – Правда, для кого как, а для меня навар. Где асфальта нет, еду я. Из наших извозчиков только у двоих «Нивы». Но один сломался, а другой в больнице сейчас, пассажиры буйные попались. Два ножевых и голову разбили. Правда, вроде поправляется.

– А сам не попадал под таких? – спросил Александр.

– Тьфу, тьфу, тьфу! – плюнул в раскрытое окно водитель. – Бог, как говорится, миловал. Да и нельзя мне, у меня сын только что родился. Дочери уже пять, а пацаненок неделю назад на свет посмотрел.

– А жена работает?

– Она учительница младших классов, но сейчас в декрете с пацаненком…

– Знаешь, чего я не пойму? Живете, как говорится, в долг перед Богом, а детей…

– Выдюжим, – уверенно сказал водитель. – Вот поворот, еще пара километров и на месте. Тебя как, ждать или…

– От силы минут пятнадцать, – ответил Зубов, – и назад.

– Постой, – удивился плотный плешивый мужчина, – неужели у тебя отец в России? Как это?

– Да вот так, – опустив голову, проговорила по-русски девушка. – Мама познакомилась с ним в России, когда училась. Он был офицером. Потом появилась я. Маму убили, и теперь я хочу найти отца.

– И как же ты его найдешь?

– Не знаю, но постараюсь. Он же учился в училище, в Рязани.

– Имя, фамилию знаешь? – спросил плешивый.

– Нет. Но я найду. Отпустите меня, пожалуйста, – попросила она.

– Вот, блин, дурища! – усмехнулся рыжеволосый здоровяк. – А где ты по-русски так шпрехать научилась?

– Я по-русски только говорю, шпрехать не умею.

Четверо парней и плешивый расхохотались. «Смейтесь, – думала китаянка. – Я знаю, как мне найти отца».

– Ну и где ты по-русски говорить научилась? – спросил плешивый.

– Мама учила.

– Ладно, – он кивнул на дверь, – иди. Мы подумаем, чем тебе помочь.

Она, поклонившись и поблагодарив по-русски, вышла.

– Во блин! – покачал головой здоровяк. – На нее позыришь и подумаешь – из наших. Ну там татарка или…

– Надо будет ее куда-нибудь пристроить, – решил плешивый. – Кем-то вроде переводчицы. А то порой придет партия, и вообще ни хрена не волокут. Все только и мурлычут.

– Тетю Пашу отпускать можно? – заглянув в комнату бревенчатого домика, спросил длинноволосый парень.

– Отпусти, – кивнул плешивый. – Когда Буран нарисуется? – посмотрел он на Монгола.

– Он вроде базарил, что в Хабаровске ждать будет, – ответил тот. – Хотя точно не помню.

– Короче, вот что, – сказал Зубов водителю, – ты кати домой. Я тебе завтра звякну и скажу, во сколько меня забрать. Тут матери Андрея нет, она на работе и придет поздно вечером. А мне как раз она и нужна.

– Ладно, – согласился тот. – Вот номер моего сотового. Звони, я обязательно прикачу. Правда, желательно было бы знать сегодня вечером, во сколько именно. Может, клиент путный попадет, а ему в другую сторону. Но я кого-нибудь из парней все равно пришлю. В общем, звони.

– Счастливо тебе. – Александр пошел во двор большого дома.

– Бабушка скоро придет… – сообщил ему возившийся с трехколесным велосипедом мальчик лет пяти.

– Откуда ты знаешь? Твоя мама сказала, что бабушка придет…

– Вон там окна закрыли, – указал малыш вправо.

Зубов увидел над деревьями крышу.

– А что это? – спросил он.

– Там бабушка работает. Окно закрыли, значит, бабушка придет. Конфеты ей там для меня дают. – Он засмеялся.

– А что там за работа? – спросил Александр, но мальчик снова стал возиться с велосипедом. Протирал его тряпочкой, делал вид, что подтягивает гайки на колесах.

Зубов пошел к дому.

– А что ваша мать там делает? – спросил он длинноволосую женщину.

– Уборщица. Какой-то туристический центр. По крайней мере так говорят. Мама ничего не рассказывает, а когда спрашивают, сердится. Платят ей там пять тысяч. Где еще такие деньги здесь заработаешь? – вздохнула она.

– А ваш муж не работает?

– В тюрьме он, – резко ответила женщина и ушла в дом.

– Лучше бы заплатил водителю, чтобы подождал, – пробормотал Зубов. – Но мне сказали, что Павлина Антоновна придет поздно вечером. – Он увидел идущую по тропинке пожилую черноволосую женщину и пошел ей навстречу. – На кой хрен машину отпустил? – снова недовольно пробормотал он.

– Ты кто есть-то? – Остановившись, женщина внимательно посмотрела на него.

– Я от сына вашего, – ответил Зубов. – Он…

– Живой, значит? – вздохнула она и неожиданно заплакала.

– Да жив он, – быстро сказал Александр. – Просто что-то от вас писем нет, ну а дозвониться…

– Он не в больнице? – спросила Павлина Антоновна.

– Да нет. Вы почему ему не пишете?

– Я-то пишу, да, видать, не отправляют мои письма-то. Я уж несколько раз в военкомат собиралась, но, думаю, как скажут, что убитый он… – Она помолчала. – Значит, не отправлялись мои письма, – сердито проговорила она. – Ну я им задам!

– Кому? – спросил он.

– Да тем, кто работу мне дал. – Она махнула рукой. – Тут рядышком, всего метров двести. Там раньше была база туристическая, потом прикрыли ее. А два года назад другие хозяева появились. Через полгода мне работу предложили. Уборщицей. Я сначала с неохотой шла, думала, убирай там грязь после гулянок ихних. Ан нет. Там… – замолчав, она пристально посмотрела на Александра. – Уж больно рассказать все хочется, – вздохнула она, – но опасаюсь. Ты дай мне слово твердое, что никому не скажешь, что услышишь.

– Даю, – кивнул Зубов.

Хабаровск

– Нам-то что? – усмехнулся Буран. – Мало ли кто кого ищет. Короче, вот что. Привозите их сюда через пару дней, будут покупатели. Отберите трех баб для торговли на рынках и двоих мужиков посильнее, грузчики нужны. Остальных продадим.

– А что с этой делать будем? – спросил плешивый.

– Насчет нее поговорим с Арсеном, он несколько раз просил подобрать китаянку, которая по-русски базарит. У него дела с китаезами, они начнут что-то меж собой чирикать, а он не понимает ни хрена. В общем, перетру с ним сегодня, Арсен бабки неплохие обещал. Дела снова пошли в гору! – подмигнул он плешивому.

Азия, горный массив

Соскользнув по отвесной каменной плоскости вниз, молодой мужчина с криком ударился о торчащий из щели пенек. Застонав, осторожно дотронулся до бока и снова вскрикнул. Со стоном, держась рукой за пенек, сел. Посмотрел вверх. До зарослей добраться по каменной плоскости было невозможно. Он подрагивающими пальцами вытащил фляжку и сделал несколько жадных глотков. И тут же покачал головой, увидев двумя метрами ниже расщелину.

– Винтовка там, – прошептал он по-немецки.

Обвязавшись тонкой, но крепкой веревкой и захлестнув петлю на пеньке, мужчина начал осторожно спускаться к расщелине. Левая нога, которой пытался найти выбоину для упора, соскользнула с каменной стены, и он заскользил вниз. Его тело, перелетев расщелину, ударилось о противоположный край и полетело в пропасть. Веревка несколько секунд внатяг скользила по камню. Потом мгновенно ослабла.

– Соскользнул по каменному склону, – опустив бинокль, произнес узкоглазый молодой мужчина. – Надо идти к горе Дракона, все-таки там есть растительность и камень не такой гладкий.

– Послушай, Тавуша, – вздохнула молодая женщина, – мне кажется, что с тех пор как мы высадились на берег, за нами кто-то неотступно следит. У тебя нет такого ощущения?

– Женщина, – усмехнулся голый по пояс верзила, – я же говорил, чтобы ты предоставила это нам.

– Я ничем не хуже тебя! – огрызнулась она.

– Надо проверить дорогу к горе Дракона. – Тавуша с «винчестером» в руках пошел вверх по зарослям ярко цветущих растений.

– Ты веришь этому узкоглазому? – тихо спросил верзила.

– А ты?

– Я им вообще не доверяю. Они после сорок пятого года, когда мы их атомной бомбой шарахнули, нас ненавидят.

– Тогда зачем ты его взял?

– Он говорил, что знает местность. Благодаря ему мы и живы еще. Никогда бы не подумал, что есть такие дикие страны.

– Стой! – Она схватила его за руку.

– Что? – Вскочив, он клацнул затвором «винчестера».

– Кажется, Тавуша кричал, – кивнув в ту сторону, куда ушел японец, сказала женщина.

– Тебе показалось. – Подождав несколько секунд, мужчина сел на камень. – Тавуша опытный солдат и… – Вздрогнув, он завалился вправо. Под лопаткой у него торчала стрела.

Завизжав, женщина бросилась бежать по травянистому склону. Потом, упав на живот, заскользила вниз. Ее шею пробила стрела.

Китай. Пекин

– Как мне здесь не нравится, – проворчала выходившая из машины Джулия.

– Я тоже не в восторге от Китая, – сказал Джордж. – Но зато успокаивает мысль, что все теперь наше, правда, с небольшим условием – мы полгода продолжаем поиски этого чертова зелья для бессмертия. Найдем раньше – станем владельцами компании. Слушай, а если все-таки этот эликсир бессмертия действительно существует? Тогда получается…

– Перестань, – остановила его Джулия. – Человечество еще не придумало такого. Хотя мне кажется, в этой истории что-то есть. Тот монах был отшельником и жил один. Но с людьми он все-таки встречался. И вполне возможно, помог исцелить от болезни богатого человека, который щедро наградил его. Ведь рукопись была похищена. Надо было узнать у Дзю Мина, где он ее нашел.

– Я спрашивал много раз, – Джордж поморщился, – но он не ответил, и я уверен: даже если бы у него был выбор между смертью и рассказом о рукописи, он бы предпочел смерть. И кроме того, я никак не могу забыть о том, как неожиданно загорелся дом этой тетушки Фей. И знаешь, впервые за все это время почувствовал что-то вроде страха. Я никогда не верил в потусторонние неведомые силы. И вдруг это. В общем, я немного испугался. Так что вполне возможно, что средство для бессмертия существует, – вздохнул он.

– Я уверена, что все это очень серьезно, – сказала Джулия, – и потому пойду до конца. Я найду эту гору и обязательно все увижу своими глазами. А вот и моя подруга с твоим наемником. – Она увидела приближающихся Ми и Вонга.

– И что ты собираешься делать? – спросила, ставя на стол чашки с чаем, молодая китаянка.

– Не знаю, Хо, – покачала головой Мэй. – Я боюсь, что меня уже ищет полиция.

– Не ищет, – успокоила ее Хо. – Я знаю двоих из управления, тебя не разыскивают.

– Точно?

– Зачем мне тебе врать?

– Надо искать Мэй, – заявила Ми, – и дочь Лейфы Ин. Медсестра что-то начала говорить о дочери Лейфы, но передумала и сказала, что объяснит все потом. Видно, к ней как раз пришла та женщина. И это была Мэй.

– Убивать профессора было обязательно? – посмотрел на Вонга Джордж.

– Он оказал сопротивление, – спокойно отозвался тот. – А устраивать соревнования не было времени. Соседи могли услышать и вызвать полицию. Оставлять его в живых тоже было нельзя. Впрочем, как и всех, с кем нам придется иметь дело.

– Вонг прав, – поддержала его Ми. – Нельзя оставлять…

– Я не сказал, что можно оставлять свидетелей, – недовольно прервал ее Джордж, – но они нужны для пополнения информации. Покойники не говорят ничего. Начиная с Лейфы, только и делаете, что убиваете. Но в результате не продвинулись ни на шаг. Вот что, еще раз позволите себе такое, я вас просто выброшу. Вы меня поняли?

Вонг шагнул к нему и замер. Ему в живот уперся пистолет.

– Если хочешь что-то сказать, – спокойно проговорил Джордж, – то необязательно подходить ближе, у меня прекрасный слух.

– Не надо так со мной говорить, – процедил Вонг.

– А кто ты есть, чтобы я выбирал тон и выражения? Я плачу тебе и требую не трупов, а работы. Мне нужны сведения! – не сдержавшись, крикнул Джордж. – И если я ничего не получу от этих Мэй и Ин, я перестреляю вас как собак! – Он ткнул стволом Вонга в солнечное сплетение. Сдавленно икнув, тот осел.

– Зачем же на улице? – усмехнулась Джулия.

Они сели в машину.

– Поехали, – сказал Джордж.

– Подожди, – остановила водителя Джулия. – Посади его в такси, – приказала она Ми, – и езжайте за нами.

Китаянка вышла из машины.

– А ты мужчина, – удивленно сказала брату Джулия. – Я не думала…

– Я был хорошим солдатом, – спокойно отозвался тот. – Знаешь, у меня есть предложение: надо выйти на одного из полицейских Пекина. Есть такой на примете, за ним должок имеется. С его помощью, я думаю, мы найдем и Мэй, и Ин. И чем скорее мы это сделаем, тем для нас лучше. Мэй наверняка что-то поняла и сейчас скрывается. Про Ин вообще никто ничего не знает.

– Сейчас тебе все-таки надо быть настороже, – предупредила его сестра. – Вонг не упустит момента, чтобы с тобой поквитаться.

– Пока мы не доберемся до цели поисков, мне никто из них ничего не сделает, – усмехнулся Джордж. – Всем важен результат, поэтому сейчас им плевать на уязвленное самолюбие. И кстати, как ты думаешь, почему нас не преследует триада? Триада – хозяйка Китая и близлежащих стран. А ответ прост: Вонг ее солдат и Ми, кстати, тоже, я в этом уверен.

– Наверняка, – согласилась Джулия. – Иначе как объяснить наличие людей у Вонга и Ми? Но все-таки будь осторожнее.

– Обязательно буду, – улыбнулся он. – Я теперь просто не имею права умереть. Представляешь жизнь, когда все это закончится? Мы будем получать деньги, и все. Управление компанией отдадим в надежные руки умного и честного человека. Такие есть.

– Куда мы сейчас? – спросила Джулия.

– К себе в отель, – засмеялся он – Нас там уже знают и примут весьма приветливо. А Ми везет Вонга? – Он оглянулся.

– Да, мистер, – на плохом английском отозвался водитель. – Ми сразу же остановила машину, и они едут за нами.

– Послушай, Чен, – обратился к нему Джордж, – а ты знаешь, чем мы занимаемся?

– Да, – кивнул тот. – Но мне все равно. Вы очень щедры и ни разу не унизили меня, как это делают другие. Если вам понадобится помощь, я готов ее оказать.

– Спасибо, Чен, – улыбнулся Джордж.

– Я убью его, – процедил Вонг.

– Ты извинишься перед ним, – поправил его водитель машины, – и будешь преданным слугой. Малейшая ошибка – и ты умрешь на бамбуке. Сначала тебе отрубят руки, а затем посадят на подросший бамбук. Запомни это, Свирепый Кабан. – Опустив голову, Вонг молчал. – Тем более что Бронкс прав. Вы не сдвинулись с места. Что вы узнали нового? Ничего. Поэтому наказание ты получил заслуженно. Совет триады недоволен вами. Постарайтесь больше не допускать ошибок, иначе вы умрете.

– Найдите Мэй и дочь Лейфы, – приказал Пунк. – И чем быстрее, тем лучше. Результат нужен в течение суток.

– Профессор убит двумя выстрелами, – доложил инспектор. – Второй выстрел был лишним, и…

– Орудие убийства нашли? – перебил его седой китаец.

– Нет. Как и свидетелей, – виновато сообщил инспектор. – Но все это связывается с…

– Рано делать выводы, – недовольно проговорил седой.

Цзиньци

– Да? – схватив телефон, поднесла его к уху девушка-официантка.

– Это я, – услышала она голос подруги. – Профессор Чоун убит. Сестра твоей матери тоже видела Дунь Му, и она сказала, что тебя искали. Я постараюсь поточнее все выяснить и вернусь завтра. Никому не открывай дверь и на звонки не отвечай.

– Спасибо тебе, Юа, – тяжело вздохнула девушка.

– Вот мы и опять в этом порту, – улыбнулся Сухарев. – Правда, сейчас нам разрешили в город выйти. Наконец-то попробуешь рис палочками, – подмигнул он Иванову. – Ведь ты бредишь этим.

– Да мне никто не поверит, что я в Китае был, – вздохнул тот. – Ведь кроме двух портов, я и не видел ничего. А рубли поменять здесь можно?

– Конечно. Сейчас выйдем и все сделаем.

– Может, и свою каратистку увидишь, – хохотнул один из матросов. – А то нарассказывал сказок, прямо ниндзя какая-то. Двоих мужиков, китайских пограничников уложила!..

– Да какой мне смысл врать-то? – обиделся Сухарев. – Вон и Митька вам то же говорит, – кивнул он на Иванова.

– Да он тоже трепло порядочное, – усмехнулся матрос.

– Ты, Глухов, ей-богу, договоришься, – обиделся Сухарев. – Я тебе морду подкрашу, как во Владик придем.

– Да я просто шучу, – испугался тот.

– Уважают Толяна, – подмигнул Иванов стоявшему рядом матросу.

– Так у него силищи немерено, – отозвался тот. – И приемы знает. Он однажды в Петропавловске-Камчатском устроил шоу. Куда там боям без правил!.. В общем, какие-то мордатые бритоголовые в коже выпендриваться начали, девчонку-барменшу обидели. Сухарь попросил их отстать от нее. А те на него. Он их и давай молотить. Менты прикатили, только тогда и успокоился. Капитан потом ходил в милицию. Девчонка тоже, другой бармен и владелец бара. В общем, отмазали Сухарева. А тех троих в больницу увезли. Ему, правда, тогда по башке бутылкой врезали, но ему вроде как и плевать. А девка – китаянка, точно…

– Да, точно, – не дал договорить ему Иванов.

– Ну что же, – на палубе появился капитан, – выгружайтесь на берег. На все про все у вас три часа. И чтобы без эксцессов! – Он посмотрел на Сухарева и перевел взгляд на рыжебородого амбала.

– Да мы порознь идем, – ответил тот.

– Хорошо, – говорил по телефону молодой китаец, – понятно. Все сделаем.

– Вот тебе и город китайский, – кивнул на окно автобуса Сухарев. – Сейчас выйдем и прошвырнемся по улицам. Надо на память побрякушек разных купить. Здесь много интересного и недорого. Только смотри, Медведев, без эксцессов, – подмигнул он выходившему рыжебородому.

– Как получится, – засмеялся тот.

– Мы на следующей остановке выйдем, – кивнул Иванову Анатолий.

– Это здесь, – сказал сидевший за рулем молодой китаец и открыл дверцу. Из машины вышли трое. – Ты смотри через окно сзади, – кивнул он китайцу с длинными волосами. – Ты, – взглянул на рябого, – через задний вход. Мы с тобой, – сказал он третьему, – идем через дверь. Главное, не дайте ей уйти. И она нужна живая. Работаем.

Ин, закрыв холодильник, покачала головой.

– Есть хочу, – прошептала она, – а ничего нет. Пойду и куплю. Здесь совсем рядом лавка. – Посчитала деньги. – Хватит…

Девушка, шагнула к двери, сунула ноги в кроссовки и замерла. Кто-то пытался открыть замок снаружи. Она посмотрела на телефон и услышала звон разбитого стекла в спальне. Бросилась к заднему выходу. Она уже протянула руку, чтобы открыть, когда дверь от удара с улицы дрогнула. Ин, прижавшись к стене, отдернула засов. Дверь от нового удара распахнулась. Потеряв равновесие, какой-то мужчина влетел в помещение. Удар ногой в лоб уложил его на пол. Девушка выскочила в проем выбитой двери.

– Стой! – бросился за ней длинноволосый, впрыгнувший в окно.

Девушка, ускорив бег, свернула налево и, перепрыгнув невысокий забор, выскочила на улицу. Перейдя на шаг, оглянулась. С визгом тормозов свернув к тротуару, рядом остановился армейский автомобиль. Из него выскочили четверо пограничников.

– Стой! – крикнул один, бросаясь к девушке.

– Помогите! – Она указала на дом. – Меня хотят убить! Они вон там, в доме!

Пограничник схватил ее за руку и завел за спину.

– Узнала меня? – зло спросил он.

Девушка пяткой резко ударила его по ступне и, согнув ногу, тут же нанесла удар присевшему мужчине в лоб. Крутнувшись, встретила подбегающего второго ударом другой ноги в живот. Ее в прыжке сбил на землю третий. Девушка попыталась подняться. Подбежавший третий ударил ее в бок. К ним мчались четверо китайцев, пытавшихся захватить девушку.

– Все в порядке, офицер! – закричал старший. – Мы ее сами возьмем!

Узнавший девушку пограничник бросился и пнул ее ногой.

– Перестаньте! – крикнул кто-то из прохожих.

Ударив его ногой, девушка, чуть отпрянув, захватила ступню, резко крутнула ее и, прыжком встав на ноги, нанесла удар локтем в живот второго пограничника. Четверо бандитов бросились на нее.

– Восток, твою мать! – раздался громкий голос по-русски. – Девчонку толпой бьете, самураи хреновы!

Рыжебородый верзила сбил одного из китайцев с ног и, подпрыгнув, ногой ударил бившего девушку пограничника в плечо. Тот упал рядом с Ин. На Медведева бросились два пограничника, трое бандитов и двое выскочивших из патрульной машины полицейских.

– Держись, Иван! – крикнул бежавший к месту драки Сухарев. – А ты отвали! – Он отбросил назад Иванова.

Дмитрий подбежал к девушке и, увернувшись от удара длинноволосого, пнул его между ног. Китаянка с окровавленным лицом, держась за левый бок, оттолкнула его в сторону и сильно ударила полицейского в грудь.

– Бежим! – Схватив за руку, Дмитрий потащил ее в сторону.

– Эй, земляк! – раздался громкий голос. – Садитесь, а то хапнут. – Из машины махал рукой худощавый мужчина в темных очках.

– О! – снимая происходящее на видеокамеру, восхищенно выдохнула европейская туристка. – Русские медведи против китайской триады и армии с полицией.

Медведев и Сухарев, успешно отбиваясь от полицейских, отступали к стене небольшого здания.

– Влипли, Медведь! – отбросив одного из противников, крикнул Сухарев. – Им подкрепление прибыло!..

– Не убей только никого, – подняв невысокого китайца и бросив его в двух других, отозвался Медведев. – Она ушла. – Отскочив к стене, он поднял руки. – Сдаемся! – на ломаном китайском закричал он.

На него посыпался град ударов. Медведев, закрывая руками голову, сполз спиной по стене и упал. Прекратившего сопротивление Сухарева били ногами. Туристка продолжала снимать все на видеокамеру.

– Ну ты и дерешься! – Дмитрий сел рядом с Ин на траву. – Я только в кино такое видел. Жаль, ты по-нашему не говоришь.

– Ин, – представилась китаянка. – А тебя как зовут? – по-русски спросила она.

Дмитрий уставился на нее и удивленно приоткрыл рот.

– Я хорошо говорю по-русски, – улыбнулась Ин. – Меня мама с детства учила. Мой отец из России, поэтому я и хотела пройти к кораблю русских. Иногда бывают счастливые мгновения. Может, кто-то знает моего папу.

– Вот это да! – пробормотал пораженный Иванов. – Ты по-русски говоришь очень хорошо. А твой отец откуда?

– Я не знаю. Знаю, что из России. Он военный. Приезжал в Пекин восемнадцать лет назад для определения степени мастерства по древнекитайскому боевому искусству. Мама тоже была там, для сдачи на вторую степень мастерства искусства санчин-до. Там они познакомились, и такое бывает, – грустно улыбнулась Ин. – А через девять месяцев появилась я. Маму осудили и, можно сказать, выгнали из дома. Она работала в цирке. Меня, едва мне исполнилось десять лет, отправили к ней в Пекин. Мамин приемный отец учил меня приемам боевого ушу. Мама тоже водила к учителю. И это мне сейчас помогает. Маму убили, – на ее глазах появились слезы, – и семью в Чифыне, где мы все жили, тоже. Я одна осталась, и меня почему-то разыскивают бандиты триады. Я была у подруги, а они и туда заявились…

– Во, блин, дела, – покачал головой Дмитрий. – И что же ты делать будешь?

– Я попытаюсь попасть в Россию и найти отца. Надеюсь, он не откажется хоть немного помочь мне. Тебе спасибо, если бы не ты, меня бы…

– Да это не я, а Толик Сухарев и Иван Медведев. Мы тебя тогда в порту видели, ну, когда ты с пограничниками…

– Но увел меня ты, – улыбнулась Ин, – и помог тоже кто-то из русских. В России, значит, все хорошие люди.

– Ну, положим, далеко не все. Есть, конечно, но дерьма тоже хватает.

– Дерьма? – Ин удивленно посмотрела на него. – Как это понять? Я не все слова…

– Плохих людей.

– Поняла. Ладно, – Ин поднялась, – тебе надо уходить, а то со мной тебя могут арестовать, и тогда меня обвинят в шпионаже в пользу России. Спасибо и до свидания.

– Постой, – Дмитрий поднялся, – а куда ты теперь?

– Прощай! – Китаянка быстро пошла вправо.

– А где порт? – крикнул Иванов.

– Но мы им тоже поднаваляли, – сплюнув кровь, прохрипел Медведев. – Ты про эту бабенку рассказывал? – посмотрел он на лежащего на полу Сухарева.

– Да, – стонуще отозвался тот. – А ты чего влез-то?

– Уж больно жаль ее стало. – Покряхтывая, Иван лег на спину. – Хорошо, что мы остановились, а то бы и пристрелили на хрен. Но похоже, мы теперь узнаем, что такое китайская тюрьма. Рис дали, запах какой-то дерьмовый. – Он сплюнул кровь. – Лучше уж…

– Привыкнем, – усмехнулся Сухарев и поморщился. – Как я выгляжу-то?

– На меня глянь, – посоветовал Иван, – один в один, наверное. Харя шире плеч стала. – Он посмотрел на руки. – Во, блин, опухли, – пошевелил он пальцами. – И никого из посольства нет. – Он выругался.

– Они напали на людей, пытавшихся задержать преступницу, – по-русски сказал китаец в штатском.

– Извините, – возразил молодой мужчина в позолоченных очках, – матросы просто вмешались, чтобы спасти девушку-китаянку. На нее напали пограничники, когда она просила у них защиты от бандитов. Впрочем, посмотрите сами. – Он кивнул стоявшему около двери плечистому мужчине. Тот протянул ему кассету видеокамеры. – Мы можем устроить просмотр здесь?

– Конечно, – ответил китаец.

– Валерий Владимирович, – увидев капитана, обрадованно воскликнул Сухарев, – наконец-то!

– Выходите, былинные богатыри, – процедил тот. – Я вам сейчас кое-что скажу. По-русски.

– Да не виноваты мы, Валерий Владимирович, – покачал головой Медведев. – Несколько мужиков напали…

– Вы, видно, забыли, мать вашу, что вы в чужом государстве! Влезли в драку, помешали задержать опасную преступницу и отправили в больницу троих…

– Выходит, только в кино китаезы мастера в драках, – недовольно буркнул Медведев. – Мы же и не били их по-настоящему. Так, просто отмахивались. А получается…

– Я не знаю как, – зло проговорил капитан, – но вас наши дипломаты спасли. Иначе бы вы на всю катушку загремели.

– Пошли отсюда, – Сухарев, прихрамывая, направился к выходу, – а то вдруг передумают. Скорее бы на судно. Там уже наша территория.

– В машину садитесь, – сказал капитан.

– Двое опасных преступников видны на пленке видеокамеры, – зло говорил офицер милиции, – и они помогают пограничникам, а потом и подоспевшим патрульным захватить эту девушку. Всех участников задержать. В доме, откуда они выбежали, выбита дверь и разбито окно. Хозяев найти и допросить. Получается, что наши сотрудники и пограничники связаны с триадой.

– Кто? – спросила миловидная молодая китаянка в спортивном костюме. – Юа? Да ее отец связан с Посланцами Небес, это…

– Вот, значит, куда она уехала, – прошептала Ин. – Надеюсь, ты не…

– Перестань, – остановила ее женщина. – Я ученица твоей мамы, неужели ты думаешь, что предам тебя? Хотя понять тебя можно. Ладно, поживешь пока у меня, потом что-нибудь придумаем.

– Мне в Россию надо, – прошептала Ин.

– К отцу хочешь? – поняла женщина. – А если у него семья? Дети? И я уверена, что он про тебя даже не знает. Как ты к нему приедешь? Скажешь – я ваша дочь? Я знаю, Лейфа несколько раз хотела написать ему, но так и не решилась. А ты что-то знаешь о нем?

– Что он есть, – помолчав, отозвалась Ин.

– Немного, – улыбнулась женщина и посмотрела на часы. – Извини, но мне надо идти. К вечеру я вернусь.

Двое китайцев с распоротыми шеями лежали во дворике часовой мастерской.

Юа, получив удар ножом в живот, согнулась и рухнула на колени. Лезвие вошло ей под лопатку. Мужчина и женщина с затянутыми на шеях шелковыми шнурами лежали в центре большой комнаты.

– Никого из них найти не удалось, – доложил офицеру полицейский. – Никто не появлялся со вчерашнего дня.

– Найти, – приказал пожилой китаец в штатском. – Хорошо, что любопытство пересилило страх у туристки, иначе мы так и не узнали бы, что среди нас предатели. Зачем им нужна была эта девушка? Кто она? – посмотрел он на офицера.

– Узнаем у хозяев дома, – ответил тот.

– Никто ничего уже не скажет, – стремительно вошел в кабинет полный китаец. – Семья убита. И мать, и отец, и дочь. Кроме того, найдены двое сотрудников…

– Триада, – процедил пожилой. – Найти Ин Дун, – приказал он, – и ее тетку Мэй Дун. Чтобы спасти им жизнь, мы должны опередить триаду.

– А девочка тоже отлично дерется, – хмыкнул Джордж. – Видно, у нее это от матери. На русского уже вышли? – посмотрел он на Пунка.

– Она еще не уехала, – ответил тот.

– Поторопи своих знакомых, мы им неплохо заплатили. И разумеется, у нее должно быть сопровождение.

– Мне кажется, мы попусту теряем деньги, – недовольно произнесла Джулия. – Что нам даст этот русский? Он наверняка даже не знает, что у него есть дочь.

– Главное, выйти на него. Я уверен, что эта Ин сумеет выбраться в Россию и найти его. Хорошо, что мы узнали, кто он и как его найти.

– А как ты узнал это? – удивилась Джулия.

– Знакомые помогли, – усмехнулся Джордж.

Пекин

– Что? – вскочив, взволнованно спросила Мэй.

– Ее хотели захватить, – тихо ответила Хо, – в городе. А до этого Ин пыталась пройти к русскому судну и подралась с пограничниками. Они узнали ее в городе. Потом вмешались патрульные и люди из триады. Их опознали по видео, какая-то женщина сняла все на видеокамеру. Ин отбили русские матросы.

– Значит, она хочет попасть в Россию, – прошептала Мэй.

– А она сможет найти отца?

– Не знаю. Так, надо ехать в Цзиньци. Там сейчас гастролирует цирк, в котором работала Лейфа. Ин вполне может зайти к кому-нибудь из старых знакомых.

США. Чарлстон

– Вот команда. – Генри кивнул на четверых крепких молодых мужчин. – Все, что нужно для поездки в Китай, купили. Вот чеки, – он протянул бумажки сестре, – так что все в порядке.

– Отдыхайте, – улыбнулась Элизабет. – Вечером я приду, и мы все решим. Но без всяких гулянок.

– Перед работой не гуляем, – усмехнулся рослый мулат.

– А янки неплохую комбинацию придумал, – произнес Черный Монах, – это может сработать. Необходимо подключить наших людей, работающих в России, – сказал он длинноволосому китайцу.

– Но они занимались наркотиками и…

– Пошлем умного человека с боевиками. Необходимо держать Ин в поле зрения. Надеюсь, она умная девушка. Нашли знающих тайнопись Людей Гор? – посмотрел он на жидкобородого толстяка.

– Нет, – ответил тот. – Но обещали прислать из Тайваня. Там есть один.

– Он должен будет умереть, – напомнил Черный Монах, – таково решение Бронкса. А мы пока вынуждены подчиняться его требованиям.

– Все смертны, – вздохнул жидкобородый.

– Скоро привезут человека, умеющего читать тайнопись Людей Гор, – сообщил Бронксу Дзю Мин.

– Скажи, ты веришь в бессмертие? – поинтересовался тот.

– Не знаю. Я всегда верил в жизнь и прекрасно понимаю, что она очень коротка, если сравнивать ее со смертью. Смерть неизмеримо длиннее. Конечно, некоторые живут в памяти людей вечно. А в большинстве семей ничего не знают о своих предках.

– Значит, ты не веришь в бессмертие. А со мной ты лишь из-за денет. Ты работаешь только на меня? – неожиданно спросил Бронкс. Китаец вопросительно уставился на него. – Ты был связан с Посланцами Небес. И я знаю, что до сих пор ты посещаешь собрания этого, кстати, запрещенного в Штатах, общества. Смею предположить, что, оказывая помощь мне, ты выполняешь задание семи старейшин общества. Так?

– Если появилась мысль, что не удастся напоить молоком змею, не пытайся этого желать. Укус может быть смертельным. Если вы не доверяете мне, то почему держите рядом?

– Я просто спросил и желаю получить честный ответ.

– Я посещаю своих соплеменников, – кивнул китаец, – но уже давно работаю только на себя.

– Ладно. Если имеешь еще хозяина, себе хуже сделаешь. Значит, в бессмертие ты не веришь. Я тоже. Но приятно, пусть ненадолго, почувствовать себя бессмертным, – усмехнулся Бронкс.

– Извините, – мягко проговорил китаец, – я не понимаю людей, у которых есть деньги. Они никогда ни в чем не нуждаются, однако…

– Риск, – засмеялся Бронкс. – Он делает старых молодыми и здоровыми тех, кто придумал себе болезни. Если ты действуешь, значит, ты еще жив. Я азартный человек. К тому же вдруг там действительно есть что-то существенное?.. Ведь не может быть, чтобы в рукописи просто так говорится об эликсире бессмертия. Одинокий Человек искал, пробовал и все это записывал. Представляешь, какой шум поднимется в научных кругах, если неожиданно будут обнародованы его труды Кроме того, он лечил людей, а значит, вполне возможно, что опередил наших современников в лечении многих болезней. И я это узнаю.

– Надеюсь, ты понимаешь, – предупредила по телефону Элизабет, – что, обманывая меня, ты подвергаешь свою жизнь опасности?

– Я все прекрасно понимаю, – ответил мужчина. – И у меня есть желание покончить со своей зависимостью от других людей, которые гораздо глупее и хуже меня. Преимущество их состоит только в наличии большого счета в банке. И давай больше об этом не говорить. Недоверие порождает подозрение, которое переходит в ненависть.

– Значит, я выезжаю в Россию, – сказала Элизабет, – а моих людей…

– Я пришлю человека.

– Пусть он их встретит, так будет спокойнее.

– Тоже верно. Запиши время и место встречи.

Россия

– Хорошо, – вздохнул крепкий китаец лет тридцати, – я отправлю людей в Хабаровск. Но почему они не могут встретить ее здесь?

– Ее надо взять под охрану в Хабаровске, – ответил сидевший напротив узкоглазый молодой мужчина. Поднявшись, он коротко кивнул и вышел из кафе.

– Позови Тигра, – негромко сказал крепкий молодой китаянке.

– Здравствуйте, – улыбаясь, приветливо проговорил невысокий полный мужчина.

– Добрый день, – отозвалась сидевшая за компьютером Татьяна.

– Привет, – кивнул пивший кофе Вячеслав.

– Я могу видеть вашего хозяина? – спросил полный.

Таня улыбнулась:

– У нас нет хозяина. Вы пришли в детективное агентство.

– Ради Бога, извините. Но я не знаю, как точнее сказать.

– Вы Илларион Викторович? – спросила она. – Ильюшин?

– Да. Я звонил, и вы меня пригласили.

– Лев Николаевич, – включив переговорное устройство, сказала Таня, – пришел Ильюшин.

– Пусть войдет, – отозвался голос.

– Проходите, пожалуйста. – Она поднялась и открыла дверь.

Посетитель вошел в кабинет.

– Мы этим не занимаемся, – сказал Лев Николаевич, – но попробуем. Надеюсь, вы понимаете…

– Разумеется, – улыбнулся Ильюшин. – И готов заплатить всю сумму сразу.

– Когда будет результат, – покачал головой Лев Николаевич, – тогда заплатите. Если, к сожалению, мы не сможем вам помочь, то предоставим отчет о проделанной работе.

– Я надеюсь на положительный результат, – сказал Ильюшин. – Это не войдет в оплату, – он положил на стол конверт, – просто, как говорится, для поднятия тонуса. И не надо возражений. Я не буду в претензии в любом случае. До свидания. Мои данные у вас есть. Удачи вам, детектив. – Он вышел.

– Зайдите ко мне, – позвал Лев Николаевич своих сотрудников.

– Привет! – кивнул Петру, входя, Зубов.

– Ну и как съездил? – пожимая ему руку, спросил тот.

– Удачно, – улыбнулся Александр. – Правда, как добирался, вспоминать не хочется. Говорят, граница на замке. А недалеко от хутора, где живут Глуховы, целая база для выходцев из Китая. Их сначала на вертушке привозят, а затем автобусом дальше отправляют. Мать Юркина там работает уборщицей.

– А куда милиция и погранцы смотрят?

– Да мне без разницы, – усмехнулся Александр. – Новостей о капитане нет?

– Есть, – поспешно ответил Пестов. – Тут Мишка Прокофьев заезжал. Помнишь, из Курска собровец? Мы вместе зачистку в Хасавюрте делали.

– Помню. И что?

– Так он же мент. В общем, месяц назад попадал к ним Глебов Леонид Николаевич за мордобой с армянами. Живет в Курской области. Вот, – Петр достал листок с телефонным номером, – он обещал узнать точный адрес и сообщить.

– Неужели трудно узнать там, где он находится? Ведь наверняка в дежурке остались какие-то данные.

– Значит, не остались. Но он, как только выяснит, сразу позвонит.

– Ладно. Сегодня небольшой сабантуй, а завтра к своим пойду.

– Чжун Лау отправит людей сегодня, – говорил по телефону узкоглазый мужчина.

– Поезд идет, если я не ошибаюсь, – недовольно произнес мужской голос, – шесть суток или пять. Но это время, а…

– У Чжуна есть люди с российскими паспортами, и они полетят самолетом.

– Смотри на небо, Белый Змей, ошибка будет стоить тебе головы. – И телефон отключился.

– Я все понимаю, – усмехнулся узкоглазый и набрал номер на сотовом.

– Да, – отозвался Ильюшин.

– Как успехи? – поинтересовался Белый Змей.

– Кто это? – настороженно спросил тот.

– Наю Фу.

– Все в порядке, – сказал Ильюшин. – Его начали искать. Правда, как сказал детектив, данных мало…

– Мы им очень хорошо заплатим, да и тебе тоже.

– Они будут искать.

– В твоих интересах будет, если найдут, – сказал Белый Змей.

– Азаев сумел прочитать главу рукописи Одинокого Человека, – войдя, сообщил ему мускулистый китаец. – Сейчас читает дальше.

– Надеюсь, ты не забыл, – спросил узкоглазый, – что профессор должен умереть после этого?

– Я все помню, Белый Змей.

– Что делаете? – удивленно спросила сестра. – Переводите с древнекитайского? И за это тебе такие деньги платят? – Она недоверчиво посмотрела брату в глаза.

– Я и сам немного удивлен. Но учти, что это довольно трудоемкая работа, точнее сказать, утомительная…

– Ну что же, ладно. Да, а я видела Анну. Такая вся деловая. – Проплыла мимо как королева.

– Сказать тебе честно, – откликнулся брат, – меня она совершенно не волнует. Давно надо было уйти.

– А я тебе сколько раз это говорила. Хочешь молока?

– Нет. Надо позвонить Константину Петровичу. Вечером, наверное, будем работать, его торопят заказчики.

* * *

– Ну что ж, – сказал Лев Николаевич, – будем искать капитана Глебова. Ты, Вячеслав, поедешь в Рязань, в училище. Ты, Таня, пойдешь в министерство обороны и встретишься с Горовым. Пусть попробует узнать хоть что-то о Глебове.

– А зачем Ильюшин ищет Глебова? – спросил Вячеслав.

– Это не наше дело, – ответил Лев Николаевич. – Занимайтесь каждый своим.

– Можно вопрос? А откуда известно, что он капитан? Здесь указано, что он исчез в две тысячи первом году. Как это исчез? И почему не обратились в милицию?

– Послушай, Вячеслав, – недовольно сказал Лев Николаевич, – клиент хорошо платит. В МВД не обратился, потому что считает, что Глебов жив и нуждается в помощи. Он из армии ушел после скандала с начальством, чуть под трибунал не угодил. В общем, хватит вопросов.

– Привет! – Зубов поцеловал прижавшуюся к нему плачущую женщину. – Успокойся, мам, жив я. Даже царапин нет. Лучше подарки посмотри. – Он осторожно попытался освободиться из материнских объятий.

– Я что-то не пойму, Константин Петрович, – осторожно начал Антон, – кому это надо?

– У каждого свое хобби, – улыбнулся профессор. – Я приветствую таких людей, они достигли высокого материального уровня и не прожигают жизнь, а пытаются сделать что-то полезное. В конце концов, такая рукопись невероятная редкость.

– Вот именно, – кивнул Антон. – Но почему в России?

– Ответ прост – конкуренция. А судя по тому хотя бы, как нам с вами платят деньги, получат там прилично. Империалисты, мать их, просто так деньги на ветер не бросают. Позволю себе вопрос: почему вдруг это вас заинтересовало?

– Да просто так, профессор, – поспешил ответить Антон.

– Э, нет, мил человек! – Азов покачал головой. – Похоже, у вас к этому свой интерес появился. Или, может, конкуренты?

– Да Бог с вами, профессор, – засмеялся Антон. – Какие конкуренты? Просто я читал в китайской газете, что рукопись Одинокого Человека совсем недавно нашлась и вскоре была похищена. А за год до этого был убит хранитель…

– Сын хранителя, – уточнил профессор. – Его пытали. Но это дело не наше, а посему не станем задавать вопросов и будем работать. Кстати, нас попросили перевести текст как можно быстрее. Кроме того, вам придется поехать в США, там имеется еще рукопись, ее нужно посмотреть. Командировка, а эту поездку можно назвать именно так, будет очень хорошо оплачена. А если это говорят американцы, то вам можно будет забыть о проблемах с деньгами лет на пять.

– Да я готов, – сказал Антон. – А когда?

– Как только я пойму текст до конца, – профессор кивнул на рукопись, – я смогу разобраться сам. Меня держит вот эта часть. – Он показал три пожелтевших листа. – Вот как только вы с этим самым закончите, так и поедете.

– Да, – ответил по телефону Белый Змей, – он отлично работает с текстами. Как только они смогут прочитать третью часть, я сразу отправлю рукопись вам. В Хабаровск вылетала группа Свирепого Буйвола.

– Что? – спросил по телефону Александр.

– Позвонил мой приятель, – ответил Петр. – Капитан живет в Курской области. В Щиграх, это под Курском, километров пятьдесят с небольшим.

– Найду, – сказал Зубов.

– Я с тобой поеду. А лучше давай поговорим с Сапогом. У него же тачка есть, вот и смотаемся.

– Тоже верно. Звони ему, пусть приезжает и поговорим. Я через полчаса подъеду.

– Куда же ты снова, Саша? – спросила мать. – Ведь только приехал…

– Помнишь, я тебе про капитана Глебова рассказывал? Он сейчас живет в Курской области. Хочу проведать. Все-таки мы ему жизнью обязаны.

– Да я и так за него постоянно Бога молю, – вздохнула мать.

– Бог – это, конечно, хорошо, но надо и человеческую помощь оказать. Поэтому я съезжу и быстро вернусь.

– Не торопись, сынок, пока все у него не наладится, – вздохнула мать. – Ведь все-таки ты жив, потому что он тогда никого не бросил.

– Ты у меня самая лучшая мама на свете, – поцеловал ее Зубов.

– Подожди, – спросил Джек, – а при каких тут ты? Пусть они сами и разбираются с этим капитаном. На кой хрен тебе-то он нужен? Или просто канители захотела?

– Десять тысяч зелени, – ответила Алиса, – только за то, что найдем. Как тебе нравится.

– Так, – он стал размышлять вслух, – надо прошвырнуться по воякам, по тем, кто в Чечне воевал. А может, и афганцев стоит проверить.

– Вот и займись. Глебов Леонид Николаевич. Шестьдесят первого года рождения. Воевал в Афганистане после окончания училища. Командовал разведротой. Воевал в Чечне в первой и второй кампаниях. Проживал по адресу: Ленинградская область, город Сестрорецк, Курортная, двенадцать. Но там не живет уже шесть лет. Из армии ушел, точнее, его попросили после скандала с каким-то подполковником из штаба армии. Дважды ранен, отличный солдат. Его надо найти, и все.

– Погоди, но на кой хрен китаезам нужен этот Глебов? Да еще за такие бабки?

– А это уже не наше дело, я случайно услышала этот разговор и вспомнила, что у тебя есть знакомые солдаты, воевавшие и в Чечне, и в Афганистане. И обещала попробовать помочь в розыске…

– Все, звоню Автандилу, он в курсе всех дел афганцев и тех, кто с Басаевым воевал.

– Не лучше ли обратиться в милицию? – спросил Ильюшина плотный мужчина. – Почему задействовали частного детектива?

– Скорее всего этого Глебова убьют, – ответил Ильюшин. – И милиция наверняка будет опрашивать тех, кто его искал. Кстати, за местонахождение этого Глебова очень неплохо платят. Поэтому ты, Семенов, попробуй найти его раньше частного сыщика. А то потом придется этих детективов убивать.

– Значит, что-то серьезное с этим капитаном связано.

– Да уж за просто так не стали бы бешеные бабки платить, – усмехнулся Ильюшин.

– Глебов? – переспросил по телефону полный мужчина лет сорока пяти. – Глебов. Капитан. Да, знаю такого. Правда, он давно не показывается. Может, и погиб уже. Кстати, его два года назад в Словении видели, он там искал какого-то американца. И говорят, неплохо ему за это заплатили. Но где он находится сейчас, не знаю. А зачем он вдруг тебе понадобился?

– Просто нужен, – ответил Джек.

– Темнишь ты что-то, Жека. Может, все-таки поделишься информацией, кому так неожиданно понадобился бывший капитан? Его, случаем, не чехи ищут? А то он провел там пару успешных операций и…

– Ты думай, о чем базаришь, – перебил Джек. – Просто нужен он людям. Может, тебя утешит то, что если поможешь найти капитана, пара кусков зелени твоя.

– Я воинов на бабки не продаю и тебе не советую.

– Автандил, ты прикинь…

– Я все сказал. – Автандил отключил телефон.

– Твою мать солдатскую и армию всю, – процедил Джек. – Во, блин, попал, как фраерок на приманку.

– Да понятное дело, – криво улыбнулся Таран. – А то ведь и на нас наедут. Не бойся, с ним все будет ништяк.

– И чем быстрее, тем лучше, – процедил Джек.

– Да, – говорил по телефону Автандил, – Глебова ищут. Звонил один из уголовников, просил помочь найти. Я отказал. Если ты знаешь, где он, предупреди его. Поверь это не просто так. Предлагали две тысячи долларов.

– Вот как? – усмехнулся абонент. – К сожалению, помочь не могу. Я не знаю, где сейчас Глебов. Его вроде нанимали для розыска какого-то журналиста в бывшей Югославии, и он нашел того человека. Был он в Чечне, уже не будучи военным, и тоже успешно. А кто именно его разыскивает?

– Да один уголовник спрашивал, шестерка. Видно, какой-то разговор был, он и вспомнил меня. Женька Долов.

– Я постараюсь узнать о Глебове. Тебе сообщить?

– Просто предупреди его.

– Если найду знакомых Глебова, обязательно все сделаю.

Автандил отключил телефон. Поднявшись, вышел на кухню и открыл холодильник. Входная дверь приоткрылась. В прихожую скользнул невысокий худощавый парень. Прикрыв двери, он бесшумно двинулся к кухне, откуда доносилось негромкое пение. Автандил, разбив третье яйцо на сковородку, посолил и прибавил огонь. Вздрогнул и, попытавшись повернуться, упал.

– Ладно, – кивнул Сапогов, – завтра с утра пораньше и двинемся. Я тогда у тебя заночую. Тачку на стоянку поставлю.

Курская область

– Это вам, баба Поля. – Глебов протянул старушке пакет.

– Ой, спасибочки, милок! – увидев там виноград, коробку конфет и две шоколадки, обрадовалась она. – За домом твоим я присматривала, все хорошо, никто не лазал. Правда, вот на огород вечером две коровы забрели.

– Спасибо, – кивнул Глебов и пошел к своему дому.

– А что же ты никак не побреешься? – вдогонку спросила она.

– В монастырь ухожу, – услышала она и, раскрыв рот, удивленно посмотрела ему вслед.

– Леня, – позвала миловидная крепкая женщина в спортивном костюме, – тебя к телефону.

– Я же говорил, Роза, – недовольно отозвался из ванной мужской голос, – меня ни для кого нет. Я уехал, а куда, ты не знаешь.

– Это Романов. Он говорит, что тебя кто-то разыскивает. Не милиция. Звонили Автандилу, он сказал об этом Романову.

– Вот как? – Из ванной, набросив на плечи халат, вышел мускулистый мужчина лет сорока. – Дай-ка трубку… Кто меня ищет?

– Автандил не сказал, – ответил мужчина, – говорил, что какой-то уголовник. Я поехал к нему, а там милиция. К нему Анна пришла, а он на кухне лежит мертвый. Под лопатку заточку сунули. Погиб мгновенно. Дверь открывали отмычкой. Так что смотри, капитан, кому-то, видно, твоя голова понадобилась.

– Интересно кому? – усмехнулся Леонид. – Понять не могу, кому я так насолил, чтоб из-за меня убивали. А ты уверен, что это из-за того…

– Он отказал уголовнику, поэтому его и убрали.

– Ты сказал милиции о своем предположении?

– Нет, конечно. Во-первых, это может навредить тебе. А во-вторых…

– Боишься, что и тебя шлепнут?

– Слушай, Глебов, – недовольно проговорил абонент, – ты особо-то не выделывайся.

– Вот что, – откликнулся Леонид, – постарайся выйти на уголовника. Кстати, Автандил не мог не назвать его, – усмехнулся он. – Что-то ты темнишь, Андрей, боишься…

– Я просто тебя предупредил, – сухо проговорил Романов, – чтобы ты знал, что тебя разыскивают. Почему и кто, думай. – Телефон отключился.

– Вот это номер, – пробормотал Леонид. – Кому же я так поперек горла встал? Автандила убили. Странно это…

– Боже мой! – воскликнула Роза. – Автандила убили?

– Да. Романов утверждает, что он звонил ему и рассказал, что какой-то уголовник просил Автандила помочь найти меня. Через полчаса Романов приехал к Автандилу, но тот был уже мертвый.

– Но кто может тебя искать? – нервно спросила Роза. – Неужели он вернулся?

– Нет, он бы не стал нанимать уголовников, – ответил Леонид. – У него есть кому доверить такое дело.

– Но кто еще может тебя искать?

– Мне тоже это интересно. Ладно, все-таки вариант с твоим мужем мы проверим. – Он набрал номер на сотовом.

Хабаровск

– Здравствуй, – кивнул, заходя в бар, длинноволосый молодой китаец. За ним вошли еще трое.

– Давно не виделись, Чун, – улыбаясь, вышел из-за стойки коренастый китаец лет тридцати.

– Покорми их, – показал на парней длинноволосый.

– Ими сейчас займутся. – Бармен сделал знак выглянувшей из кухни молодой китаянке. – Пошли. – Он направился к кабинету.

Чун последовал за ним. Вошел и увидел сидевшего за столом рослого китайца со шрамом на левой щеке. Поклонился.

– Сейчас вас отвезут, – хрипловато проговорил рослый. – Из квартиры не выходить. Будете там два дня. Уедете поездом. Девушку вы увидите, она вас – нет. Вы должны постоянно держать ее в поле зрения.

– Но мы не русские, – проговорил Чун. – И она…

– Делай, что тебе говорят. В Москве вас встретят. Она должна доехать в любом случае. Даже если вы все погибнете. Иди, – кивнул он на дверь. – И помни, что я предупредил.

– Через три дня поедешь в Москву, – по-русски проговорил пожилой китаец. – Там тебя встретит наш человек. Сколько ты пробудешь в Москве, не знаю. Но будешь там столько, сколько надо. Вопросы есть?

– Нет, – покачала головой Ин.

– Тебе что-нибудь нужно?

– У меня все есть.

– Знаешь что, – сказал Буран, – похоже, ты, Сянь, мне лапшу на уши вешаешь. Почему забрали ту девицу?

– Тебе платят, – спокойно ответил толстый китаец, – не за заданные тобой вопросы. И с тебя не требуют ответов. Я дам тебе совет: не надо проявлять интерес к нашим делам, можешь не дожить до дня рождения.

– А вот жути гнать на меня тоже не надо! – разозлился Буран. – Ты в России, а не у себя дома.

– Мы везде живем так, как надо нам, – улыбнулся китаец, – и делаем то, что надо нам. И очень легко расправляемся с теми, кто мешает.

– А ты в натуре боров! – Буран поднялся. – Толстый боров! – Шагнув вперед, он ткнул кулаком в выпирающий живот китайца. И, взвыв от резкой боли в подмышке, отшатнулся. Рука повисла плетью. – Сдурел? – заорал он. – Рука онемела! Ты что? – растирая подмышку, спросил он.

– Еще раз поведешь себя неправильно – умрешь, – ответил китаец.

Китай. Пекин

– Где Мэй? – зло спросил Джордж.

– Ее в городе нет, – ответила Ми. – Девчонку упустили…

– Виновные сдохнут, – процедил Вонг. – А ты, – он мрачно посмотрел на Джорджа, – не делай так больше, иначе тебя я убью.

– Слушай, ты, кусок дерьма, – усмехнулся американец, – если еще слово в подобном тоне скажешь.

– Хватит! – закричала Джулия. – Как маленькие дети! Когда закончим дело, устройте поединок и решите, кто чего стоит. К тебе претензий нет, – она взглянула на китайца, – но иногда появляется ощущение, что ты работаешь еще на кого-то. Кстати, это относится и к тебе. – Она перевела взгляд на Ми. Та усмехнулась:

– Да, мы иногда выполняем заказы местных дельцов. Но к работе на вас и к рукописям это никак не относится. Деньги ты обещала по завершении дела, а жить мне надо и сейчас. Но повторяю: к вашему делу это не относится.

– Понятно, – кивнула Джулия. – Но больше никакой работы на стороне. Платить буду еженедельно по пятьсот долларов.

– Где искать Мэй? – посмотрел на Пунка Джордж. – И как твои люди упустили девчонку?

– Вмешались русские моряки, – раздраженно отозвался тот. – Двое, довольно тренированные. Трое полицейских в больнице. Какая-то американка снимала все на видеокамеру и…

– Надо найти девчонку, – процедил Джордж. – Она наверняка знает, где ее русский папа. А у него скорее всего имеются сведения о недостающей части рукописи.

– Ты веришь в то, что говоришь? – насмешливо спросила сестра. – Откуда у русского может что-то быть? Он просто переспал с Лейфой и забыл о ней. Она, наверное, тоже забыла бы, но родилась дочь. Хотя еще неясно, от русского ли этот ребенок. Я считаю, что мы зря пытаемся его найти, Ин и Мэй надо искать. Ин уже почти была у нас.

– Девочка тренированная, – заметила Ми.

– Надо ее найти, – сказал Джордж.

– Она пытается уйти в Россию, – проговорил Вонг. – Не зря ее видели в порту. И русские за нее заступились.

– А что, если ее отец моряк? – неожиданно предположил Джордж. – С ним она и встречалась в порту. А потом он приехал к ней…

– Перестань, – усмехнулась Джулия.

– А такое вполне может быть, – неожиданно поддержал его Вонг. – Пусть не сам русский отец Ин, а его знакомые. Почему они вмешались, и почему Ин была в порту в то время, когда там находилось это же русское судно? Полиция обратила на это внимание.

– Надо искать Мэй и Ин, – заявила Джулия.

– Подключу к ее поискам человека из отдела безопасности, – сказал Вонг.

– Русские матросы спасли ее, – повторила Хо. – Но сейчас поисками Ин занялась и полиция. Хозяева дома, где она была, убиты. Правда, есть подозрение, что они работали на триаду. Убиты так же, как убивает своих людей триада. И тем не менее Ин разыскивают.

– Где она сейчас? – тихо спросила Мэй.

Цзиньци

– Знаешь, – сообщила, войдя, молодая женщина, – у тебя появился шанс попасть в Россию. У меня есть знакомый, – она вздохнула, – я была с ним некоторое время, и все шло к тому, что у нас будет семья. Но я узнала, что Сяо состоит в одной из работающих на триаду групп, он преступник. И мы расстались. А сейчас я случайно встретила его после представления. Он пригласил меня, я обедала с ним и осторожно спросила, не сможет ли он помочь одному человеку попасть в Россию. Сяо согласился. Правда, нужно заплатить около полутора тысяч долларов, но он обещал уладить этот вопрос. Я предупредила, что человек едет туда не работать, а просто хочет…

– Извини, Сю Юнь, – перебила Ин, – но ты сказала, что этот Сяо член триады. А как раз они и разыскивают меня. Получается, что…

– Он не знает, кто именно поедет в Россию, – возразила Сю Юнь. – А даже если узнает, то не предаст тебя. Но он ничего не узнает. Просто отведет тебя к тем, кто переправляет людей в Россию, и все.

– Я согласна, – сказала Ин. – Хуже все равно не будет.

– Я дам тебе с собой денег. Вошьешь их в одежду, так посоветовал Сяо. Иначе все заберут. А одежду не обыскивают. В России тебя встретит человек Сяо и поможет. Подумай как следует…

– Я согласна, – повторила Ин. – Все равно другого выхода нет. Меня найдут. А так все-таки есть надежда, что Сяо не обманет тебя и поможет мне. Я найду папу.

– А я в этом не уверена. Как ты будешь искать его?

– Я кое-что знаю и найду.

– Да поможет тебе покровитель судьбы человеческой, – негромко проговорила Сю Юнь.

– Понял? – спросил невысокого китайца крепкий молодой мужчина в темных очках.

– Да, конечно, – кивнул тот. – Только вот кто платить станет? Ведь…

– Все будет оплачено, – перебил его крепкий.

– Тогда завтра пусть приезжает к тетушке Фо, – проговорил невысокий. – Да ты и сам все знаешь.

– Мимо проходим, – подмигнул Сухареву Медведев. – Нет желания попрощаться?

– Домой хочу, – засмеялся Анатолий. – По Машке и детишкам соскучился. Мимо этого Цзиньци каждый раз с радостью проходить буду. Как вспомню камеру эту… – Он поморщился.

– Да камера и есть камера, – усмехнулся Медведев. – А вот рис поганый, чем они его приправляют? Просто кошмар!

– По местам! – раздался усиленный динамиком голос капитана.

Россия. Хабаровск

– Вот она, – указал на подошедшую к вагону девушку Буран. – С ее головы не должен упасть даже волосок. Понятно?

– Вполне, – ответил один из двух крепких парней. – Доставим в лучшем виде.

– Теперь вот что. Ее там встретят. Я хочу знать, кто именно и куда ее отвезет. Девочка не просто так появилась тут, хотя переход, кажется, обычный. Это меня и настораживает. Она явилась сюда с определенной целью. И я желаю знать, в чем тут дело. Вас в столице встретят, и вы все разжуете тем, кто подъедет, понятно?

– Стоп, Буран! – сказал парень. – Так мы за ней пасем или охраняем? Что-то я не въехал, что именно…

– Просто присматривайте за ней, – перебил его Буран. – Если кто-то начнет приставать, тогда…

– В общем, вмешиваться в экстремальных ситуациях, – усмехнулся парень.

– Буран, – сказал Свирепый Буйвол, – кого-то провожает. Но почему он стоит около вагона, в котором едет Ин? Так, – он посмотрел на троих парней, – запомните этих двоих и присматривайте за ними. Кажется, Буран посадил Ин «хвост». Неужели что-то понял? Хотя и слону тут понять несложно. Перешла, как все, а тут неожиданно и документы ей сделали, и все остальное. Сянь говорил, что Буран не так прост. Будьте внимательны, – предупредил он парней. – Впрочем, я сам все решу. А вы крутитесь поблизости, но ко мне не подходите. Если что-то надо будет сообщить, кто-то из вас подойдет и попросит прикурить. Все.

– А если ты будешь в вагоне? – спросил один из парней.

– Закурить, – поправился Буйвол.

Курская область. Щигры

– Леня, – позвала Роза, – тебя спрашивает какой-то парень.

– Что ему надо? – недовольно спросил из комнаты Леонид.

– Не знаю. Просит тебя его принять.

– Я сейчас выйду. – Леонид направился на террасу и увидел стоявшего около двери рослого парня. – Я Леонид Глебов, – кивнул хозяин. – Чего надо?

– Я сотрудник уголовного розыска, – достав удостоверение, сказал парень. – К вам имеется несколько вопросов.

Осмотрев удостоверение, Глебов взглянул на лицо стоявшего перед ним человека и покачал головой:

– Сейчас и получше документы делают. Сотрудники обычно называют звание и фамилию. Что надо и кто ты такой?

– Старший лейтенант Хорин, – ответил милиционер. – Если не верите, позвоните в управление, – сунув удостоверение в карман, он вытащил листок с номером, – вам подтвердят.

– А в чем, собственно, дело? – спросил Леонид.

– Вы знали Автандила Качиашвили?

– Вот оно что, – пробормотал Леонид. – Да, мы с ним воевали и выходили из Афгана вместе в восемьдесят девятом. Я не знаю, кто и за что его убил. А почему вы приехали ко мне?

– У Качиашвили в записной книжке нашли такую запись: связаться с Глебовым. Поэтому мы и решили, что вы вполне можете знать, из-за чего…

– Детский сад, – усмехнулся Леонид. – Вы давно в угро?

– Это не имеет отношения к делу. Когда вы видели…

– Я отказываюсь с тобой разговаривать. – Глебов захлопнул за собой дверь.

– Я вызову тебя повесткой! – крикнул инспектор.

– Присылай хоть десяток.

– Зря ты с ним так, – упрекнула Глебова Роза. – Надо было сказать про звонок Андрея и…

– А Романов откажется от этого. И как я тогда все объясню? Может, именно Андрей и навел на меня милицию. Не верится что-то про запись в записной книжке, Автандил никогда этого не делал.

– Может, теперь начал. Ведь ты не видел его несколько лет.

– Поеду к Жохову, – решил Леонид. – Пусть свяжется со своими в Москве и прижмет Романова. Сейчас соберусь и…

– Сначала позвони, – сказала жена. – Может, его нет.

– Тоже верно.

– Я думаю, что это Урмас. Он начал искать тебя. А Автандила убили, потому что знали, что он тебе сообщит.

– Не думаю. Хотя, возможно, ты и права. Но Урмас согласился на развод и не возражал против нашей свадьбы.

– Плохо ты знаешь Урмаса. Я уверена, это он.

– Разберемся, – попытался успокоить жену Глебов.

– Да, – говорил по телефону Хорин, ведя машину, – он живет в Щиграх. С бабой. Ну, с женой. Она из Прибалтики. Недавно расписались. Отнесся ко мне с подозрением, и разговора не получилось. Передай, что мы нашли Глебова. Бывший капитан ВДВ. Был ранен и…

– Немедленно уезжай из области, – перебил его абонент. – Немедленно!

Навстречу джипу по трассе на приличной скорости ехала бежевая «копейка».

Обернувшись, Леонид помахал рукой. Роза, проводив «ауди» взглядом до поворота, вошла в дом и услышала шум подъехавшей машины. Посмотрев в окно, увидела у ворот «копейку» с московским номером. Из машины вышли трое. У одного не было правой руки.

– Капитан! – подходя к дому, крикнул рослый молодой мужчина в камуфляже. – Где ты есть?

– Он уехал, – выйдя на крыльцо, сказала Роза.

Мужчины переглянулись.

– Капитан за ум, видно, взялся, – усмехнулся Александр. – А вас как зовут?

– Роза Михайловна. А вы воевали с Леней?

– С Леней? – посмотрев на Петра, засмеялся Зубов. – Непривычно как-то, – объяснил он женщине. – А вы давно знакомы?

– Нет, – улыбнулась она. – Как говорится, любовь с первого взгляда. Я была замужем, и так получилось, что не раздумывая оставила мужа и ушла с вашим капитаном. Мы поженились. Он только что уехал в прокуратуру, там у него знакомый работает. Кто-то начал искать Леню, и убили одного его знакомого, Автандила…

– Мы знаем, – кивнул Сапогов. – Я жене звонил, и она мне сказала.

– Кому же так понадобился капитан? – спросил Зубов.

– Да недавно приезжал какой-то парень, – сказала Роза. – Представился милиционером. Но Леня что-то заподозрил и поехал к своему знакомому. Тот работает в прокуратуре. Вы с ним буквально на миг разминулись. Он умчался, я вошла в дом, и тут вы подъехали.

– И что ты от меня хочешь? – пожал плечами грузный мужчина в прокурорском мундире.

– Но ведь у тебя есть знакомые в столице, – сказал Глебов. – И ты…

– Я ничем не могу тебе помочь. А точнее, не хочу. Потому что все эти дела с тобой ни до чего хорошего не доведут.

– Вон ты как заговорил, – процедил Глебов. – Значит, когда надо…

– Перестань! – Грузный опасливо покосился на дверь.

– Слушай, Жохов, – сузил глаза Леонид, – ты, видно, забыл, что я из-за тебя на преступление пошел. А ты, гнида! – Он ткнул помощника прокурора пальцами в живот. Вытаращив глаза, хватая широко открытым ртом воздух, тот осел и сполз с кресла. – Я убью тебя, сволочь! – Леонид ухватил Жохова за кадык.

– Тебя посадят, – прохрипел тот. – Хорошо, я свяжусь с Туркиным, и он все выяснит.

– Надеюсь, ты это сделаешь. – Глебов отдернул руку. – Как только что-то выяснишь, позвони. – Он быстро вышел из кабинета.

– Идиот, – потирая шею, пробормотал Жохов. – Я тебя сам пришибу. Я тебя… – Выдохнув, он осторожно дотронулся до низа живота. – Показалось, ножом ударил. Научился в Китае, собака! – Он сплюнул и, вздохнув, протянул руку к телефонной трубке.

Курск

– Значит, все-таки вышли на Глебова, – сказал полный мужчина в очках. – Ну вот, теперь остается дождаться появления доченьки Глебова, и все. Дальше он уже будет не нужен.

– Наоборот, – не согласился смуглый здоровяк. – Тут уж ему придется идти до конца. Ведь наверняка конкретного она ничего не знает, а следовательно…

– А если эти типы найдут? – усмехнулся полный.

– Они уже нашли, – ответил смуглый. – И скорее всего вот-вот появится дочурка Глебова. Подожди, Остап, ты что-то хотел сказать?

– Да если честно, – вздохнул тот, – я как-то не совсем верю в это самое дело. Просто анекдот…

– И из-за этого анекдота убивают людей, тратят немалые деньги. Заметь, ты с самого начала был против. И вот, пожалуйста, результат уже есть. Глебова ищут и нашли. А в Москве убит…

– Перестань, Рубен. Уж не хочешь ли ты сказать, что Автандила убили не твои головорезы?

– Мы узнали об этом уже после того, как он был убит, – ответил Рубен.

– Ты серьезно? – недоверчиво спросил Остап.

– Вполне.

– Погоди. Получается, Глебов с Розой ходят под прицелом снайперов? Но тогда…

– Нет, – засмеялся Рубен. – Как раз им пока ничего не угрожает. Сейчас к Глебову вот-вот должна приехать дочь. Я уверен, что ей помогут найти отца.

– Зачем?

– Глебова ищут, следовательно, он нужен. И мы правильно ведем партию.

– Шахматист ты и в жизни, – усмехнулся Остап. – Но я все равно не верю в эти сказания или предания. Интересно, ты сам в эту чепуху веришь?

– Если бы не верил, – ответил Рубен, – не занимался бы этим.

– Откуда ты об этом узнал?

– Что-то с памятью твоей стало! Оттуда же, откуда и ты. Ты, кстати, не вздумай заикнуться о своем неверии при Новрузе, а то…

– Да я это и Новрузу не раз говорил. Просто он бабки неплохие за всю эту белиберду платит, поэтому я с вами. И знаешь, кто-то стоит за всем этим. Не мог Новруз сам такое придумать. Кто-то ему лапшу на уши навешал. Хотя, собственно, мне это без разницы. Бабки хорошие…

– Значит, ты только из-за бабок?

– А ты? За просто так или по-дружески помогаешь? И давай завяжем. Я не верю в эту хренотень, ты веришь, так что остановимся.

– Дурак ты, Остап. Там можно наварить на всю свою жизнь и потомкам оставить. Прикинь варианты – рукопись похищена, из-за нее замочили по крайней мере двоих. А теперь кто-то платит приличные бабки за то, чтобы просто потерять время, а возможно, и жизнь. Ты сам подумай. Из-за пустяка не закрутилось бы такое дело. Новрузу кто-то позвонил, и он занялся этим и неплохо все организовал.

– А Розка попала, – усмехнулся Остап. – Вот дела…

– Короче, – перебил его Рубен, – ты Жохова на коротком поводке держи. Он сейчас для нас очень важен.

– Ты Глебова давно видел?

– Пару дней назад он в Курске был.

– Зря катается, может и на знакомых нарваться.

– Что? – спросил по телефону Глебов и выслушал ответ. – Я в магазин заеду, возьму что-нибудь. Через полчасика буду. Пусть они меня обязательно дождутся.

– Кто эту хренотень здесь поставил?! – зло орал длинноволосый парень, сидевший за рулем джипа.

– Это про вашу машину, – сказала стоявшая у окна Роза.

Александр с Сапоговым бросились к двери. Петр за ними.

– Ты куда? – обернулся Сапогов. – С одной клешней много не навоюешь. Лучше хозяйку прикрой.

– В чем дело, парни? – подбегая, крикнул Зубов.

Один из парней, разбив ногой стекло «копейки», просунул внутрь руку и открыл дверцу.

– Москвичи гребаные! – шагнул к Александру белобрысый здоровяк. – Везде себя чувствуют, как…

Зубов сильно ударил его каблуком в солнечное сплетение. Второй парень в прыжке достал его плечо ногой. Зубов упал. Ударивший, подпрыгнув, нацелился обеими ногами ему в грудь. Отпрянув, Зубов ударил парня каблуком по колену. Вскрикнув, тот упал. Александр той же ногой сверху ударил его в живот. Подоспевший Сапогов дрался с двумя другими. Один, получив удар в висок, упал и, мотая головой, пытался подняться. Последний, оставшись один против двоих, отбежал к середине дороги и выхватил пистолет. Из окна дома грохнул выстрел охотничьего ружья. Жакан попал парню в живот. При звуке выстрела бросившиеся на землю Зубов и Сапогов вскочили.

– Охренел?! – повернувшись к дому, заорал Зубов.

– Это она! – выскакивая на крыльцо, крикнул Петр.

– Уезжайте! – раздался женский крик. – Я скажу, что на меня напали! Уезжайте!

– Умный совет! – Зубов бросился к машине.

Сапогов и Петр бежали за ним.

– Приезжайте! – кричала в телефонную трубку Роза. – Меня пытались убить! Я стреляла из ружья. Приезжайте!

«Копейка» рванулась с места.

– Вообще-то зря мы уезжаем, – сказал сидевший сзади Петр. – Могут подумать, что мы…

– Баба отмажет, – перебил его Зубов. – Главное, нам не светануться. Давай к гостинице.

– В чем дело?! – выскочил из машины Глебов. Он увидел жену и бросился к ней.

– Их четверо было, – прижавшись к нему, шептала Роза. – У одного пистолет. Я увидела, как они ко мне бегут и что-то кричат – убьем или что-то в этом роде. Я хотела их напугать, – посмотрев на стоявшего рядом капитана милиции, всхлипнула Роза. – А этот, – она перевела взгляд на накрытый простыней труп, – пистолет выхватил. – Она теснее прижалась к мужу.

– На чем они приехали? – спросил Глебов.

– Не знаю. Машина стояла там, – она кивнула на пустующий дом, – за ним. Я только услышала шум мотора.

– И что тут происходит? – Из подъехавшей «Волги» выбрался Жохов.

– Вы велели не трогать Бурю, – пробормотал один из троих парней. – Мы бы их…

Трижды выстрелил пистолет с глушителям.

– Крепко им досталось, – усмехнулся худощавый молодой мужчина в очках, подув на конец глушителя.

– Так мы и не увидели капитана, – недовольно проговорил Александр. – И рисоваться там теперь не в наших интересах, наверняка кто-то запомнил. Хотя уже тормознули бы нас. Но все равно вовремя мы в гостиницу сунулись.

– А по-моему, лучше бы сразу ехать, – вздохнул Петр.

– Все в порядке, – войдя в номер, сообщил Сапогов. – И охранники на стоянке, и портье с дежурной по этажу подтвердят, что мы в гостинице с двух.

– И во сколько тебе такое алиби обошлось? – спросил Зубов.

– По сто евро каждому.

– Может, позвоним капитану? – спросил Петр. – Я номер записал.

– Конечно, – обрадовался Зубов.

– Их нет, – сказала по телефону молодая женщина. – Здесь кое-что произошло. Розе Михайловне стало плохо. Ее Леонид Викторович увез в больницу в Курск.

– А разобрались, кто там был? – спросил мужчина.

– Бандиты местные. Их милиция давно разыскивает. Уже установили, кто они. Один убит, ищут остальных. Но меня просили вам передать, чтобы вы больше здесь не показывались. Он сам приедет в Москву, адрес у него есть.

– Еще бы не было, – усмехнулся Зубов. – Твой-то он наизусть знает, – кивнул он Сапогову.

– Значит, зря ты деньги платил, – подмигнул Александр, – мы можем ехать.

– Знаешь, – нахмурился полный майор милиции, – а ведь я встречался с Леонидом Глебовым…

– Да мало ли однофамильцев, – отмахнулся полковник милиции.

– Я в Сочи встречал Жохова Юрия Ивановича, – усмехнулся помощник прокурора. – И возраст почти тот же. Мы когда познакомились, смеялись.

Вишнянка

– Послушайте, Глебов, – проговорил старший лейтенант милиции, – почему вы не пользуетесь льготами для воинов-афганцев?

– Пиво будешь? – Открыв холодильник, Глебов вытащил четыре бутылки. – Холодненькое классно идет. А вот опохмеляться лучше джином с тоником, – улыбнулся он и, сняв пробку, сделал несколько глотков. – А льготы… – Он прищурился. – Помнишь, может, как с подачи Сахарова нас оккупантами звали. И льготы только на бумаге были. Я видел солдата без рук, без ног, а жил он на деньги старой бабушки, родителей не было. Я с тех пор решил не брать милостыню у государства. К тому же из армии я не в отставку ушел, попросили. – Он улыбнулся. – В общем, не хочу я ничего и ни от кого. Пока сам себя кормишь, значит, жив. А ты с какой стати явился, старлей? Вроде ничего я…

– Да претензий по нашей линии нет. – Участковый сделал несколько глотков. – Вот вы секцию ведете…

– Понятно, – кивнул Глебов. – Значит, снова…

– Да нет, – поспешил прервать его милиционер. – Просто тут разговор ходит – в Щиграх вам морду набили…

– И что в этом особенного? – засмеялся Глебов.

– Но в Курске вы троих армян довольно быстро уложили. У меня знакомый там на вокзале работает, он и сказал.

– Я там, где живу, не бью, – спокойно проговорил Глебов. – Ну а если что, то могу ответить. Но я все-таки не пойму, к чему ты это?

– Может, поучите меня? – смущенно попросил участковый. – Я занимался боксом и самбо в училище. А тут как-то забросил…

– Давай об этом завтра поговорим, – сказал Глебов. – Устал я. Завтра приезжай и посмотрим, что из тебя слепить можно. В армии был?

– Во внутренних войсках.

– Как тебя зовут, старлей?

– Старший лейтенант Мишин. Игорь.

– В общем, приедешь завтра, и мы все обсудим.

– Что-то все-таки не то, – задумчиво пробормотал Зубов. – Что-то не так.

– Что не так? – спросил Сапогов.

– Да с капитаном нашим. Что именно, не пойму, но…

– Например, я удивился, – усмехнулся Петр, – когда нас жена встретила. Капитан, насколько я помню…

– Одежда, – сказал Зубов. – Размер не тот. Точно. Капитан чуть ниже ростом. И он никогда бы не надел костюм с галстуком. А там целых три и галстуков много. Черт, ни хрена не пойму. И почему она не дала нам поговорить с ним по сотовому?

– Костюмы точно не капитана, – согласился Сапогов. – И не по его фигуре.

– Черт, – буркнул Александр, – что за дела? Может, вернемся?

– И тогда нас менты сцапают, – сказал Петр. – Надо из Москвы послать кого-нибудь, чтоб последил за домом и сфотографировал.

– Хорошая идея, – усмехнулся Сапогов. – Только не пойму я ни хрена. Кому и зачем такая игра понадобилась? Значит, и этих четверых нам просто подставили? И баба стреляла специально?.. Но что за дела? – Он удивленно посмотрел на Зубова. – Ничего не понимаю.

– Я тоже, – кивнул тот, – никак не въеду в ситуацию. Получается, что кто-то живет по документам капитана. Имеет жену и…

– Может, просто совпадение? – пробормотал Петр. – И фамилия, и имя?

– Вот чертовщина! – тряхнул головой Зубов. – Мент дал адрес капитана. Значит, он был задержан и его документы проверялись. Он потом узнавал адрес и проверял еще раз. Чертовщина какая-то, – снова растерянно пробормотал он.

– Но надо как-то все выяснить, – высказался Петр.

– Надо, – в один голос подтвердили Сапогов и Зубов.

– А как? – спросил Пестов.

– Задачка, – помолчав, буркнул Александр. – В общем, приедем – решим, как и что делать.

– Лучше сейчас решить, – не согласился Петр. – Может, вернемся и…

– Понятно одно, – перебил его Сапогов, – кто-то не желает, чтоб мы увидели капитана. И нас, если вернемся, вполне могут шлепнуть. Едем в Москву, а там подключим Вадика, и он все выяснит.

– Точно, – обрадовался Зубов, – он же мент.

Москва

– Понятно, – недовольно сказал атлетически сложенный смуглый мужчина лет сорока. – Кто они, знаете? – Выслушав ответ, кивнул: – Ясно. Но эту проблему мы решим. Еще новости есть?

– Это уже плохо, – пробормотал державший сотовый телефон бритоголовый здоровяк. – Кто они, известно? То есть откуда? – поправился он.

– Зря ты так, – сказала Алиса, – сейчас в это вмешается милиция, и тогда…

– А ты прикинь, что было бы, если б Автандил остался жив? – усмехнулся Джек. – Он знает этого капитана и наверняка связался бы с ним. Ты же сама говорила…

– Ладно, что сделано, то сделано. Но ты не приблизился к цели ни на сантиметр. Как ты теперь намерен искать капитана?

– Слушай, может, ты все-таки разжуешь, на кой хрен вам нужен этот капитан? Бабки платите, конечно, приличные, но…

– Это тебе. – Алиса положила на стол две пачки долларов. За Автандила, – засмеялась она. – Ты правильно поступил. Но надо найти капитана, причем желательно очень быстро.

– Да я вообще-то на Автандила надеялся. – Правда, и по другим афганцам сейчас справки наводят. Найдем. Может, ты мне все-таки хотя бы намекнешь?

– Я и сама хотела бы знать, в чем тут дело. Ко мне обратился один знакомый, сказал, что тот капитан очень нужен. Я говорю – убрать? Викинг ответил, что нет, просто нужно знать, где он сейчас находится. Но что-то там не то, Викинг капитана не знает. Я хочу найти этого Глебова первой и выяснить, что у него за дела с Викингом. Он серьезный человек, его знают и в бизнесе, и…

– Да слышал я об этом отморозке. А ты откуда его знаешь?

– Эмир познакомил. Но сейчас к Руслану он не обратился. Поэтому меня и заинтересовало, зачем ему так понадобился Глебов. Сначала думала, заказ на этого капитана бывшего, потом поняла, что нет, Викингу нужен только адрес Глебова. И я очень хочу узнать зачем.

– А как твой пахан отнесется к этим делам?

– С ним я все улажу.

– Не уверен, что получится. У Иннокентия Яковлевича советская закваска.

– Я сумею с ним договориться. Он меня очень любит и прощает мне все. И давай больше об этом не будем.

– А где он сейчас?

– В Штатах. Ты ищи адрес Глебова. Я хочу опередить всех, ведь Викинг наверняка попросил там же еще кого-нибудь.

– Да, – сказал в трубку Константин Петрович, – он согласен. Но я хотел бы дочитать…

– Что сможете, профессор, – перебил его мужчина, – сделаете сами. Тем более что Гродский будет там недолго и через несколько дней вернется. Разумеется, при условии, что он хорошо знает язык.

– Отлично работает. Разбирается даже в горном диалекте, что в наше время редкость.

– Вот и отлично. Значит, он пробудет там несколько дней. И привезет вам много интересного по этой теме. За ним сегодня вечером заедут, и, пожалуйста, профессор, не нужно, чтобы об этом узнал еще кто-то. Виза Гродского готова. Загранпаспорт тоже. Сегодня вечером его увезут. Желательно, чтобы он был у вас.

– Да, – согласился профессор. – Конечно.

– Ты веришь в то, – с сомнением спросила сестра Антона, – что полетишь в Америку? Да неужели там не найдут кого-то из своих, чтоб перевели бумаги?

– Выходит, что нет, – самодовольно отозвался Антон. – Вот еще неделя, и все. Закончим с двумя листами, и поеду. Может, там и останусь, найду себе американку. Ну, тебя, понятное дело, не забуду, стану деньги присылать. Там платят не так, как у нас. Там труд человеческий ценят.

– Да если останешься, – отмахнулась она, – забудешь, как меня и звать-то.

– Перестань, Оля, да как же я тебя забуду? Ты же мне…

– А я думаю, не возьмут тебя в Америку. Им лучше сюда привезти бумаги, дешевле будет.

– Да понимаешь, – Антон понизил голос, – как я понял из того, что перевел, деньги там большие можно сделать. Одинокий Человек Гор нашел какую-то пещеру с сокровищами. А про это, видно, пронюхали. Недавно Монаха убили, а у него рукопись была. Ее украли. Так вот я и думаю, что меня повезут в Штаты, чтоб как раз эту самую рукопись и прочитать.

– Погоди-ка, – нахмурилась Ольга. – Выходит, тебя туда преступники повезут? Мафия?

– А мне все равно, – засмеялся Антон. – Не я же буду искать или убивать конкурентов. Я свою работу сделаю и назад. Не надо мне американки! – Он рассмеялся. – Ну ладно, – посмотрев на настенные часы, Антон поднялся, – поеду. Чем скорее закончу с рукописью, тем быстрее США увижу изнутри. Сколько себя помню, мечтаю об этом.

– Ну, смотри, Антошка, – вздохнула Ольга, – как бы это тебе боком не вышло. Может, для того чтобы сделать виновным, тебя и вывозят туда.

– Как ты на маму похожа! – поцеловав ее в щеку, весело ответил Антон.

– И чего ты хочешь? – спросил Эмир у Марата.

– Да я хочу, чтобы ты встретился с Беком. Он предлагает хорошие бабки. Надо разобраться с китаезами. Мы сами хотели их бить. Китаезы порядком обнаглели, лезут во все дыры. Их покрывает…

– Погоди, – остановил его Даев. – Ты про этого Белого Змея говоришь? Ну, про Наю Фу?

– Да, – кивнул Марат.

– Он нам платит, – усмехнулся Эмир, – и лично у меня к нему претензий нет. Кроме того, его бойцы помогли нам разобраться с кодлой корейцев на Речном. А чем Бек недоволен?

– Не в курсе. Просто разговор был, вот и…

– Сколько ты получил от него? – спросил Эмир.

– Да ты что? – попытался возмутиться Марат. – Я…

– Я тебя слишком хорошо знаю. И знаю, что ты берешь бабки за помощь, а потом наводишь меня на людей, против кого имеют зуб те, кто тебе платил. Вот что я тебе скажу – больше никаких дел. Сейчас я занят. И никаких разборок и стрелок не будет, пока нас это не коснется. Ясно?

– Да, – недовольно ответил Марат.

– И вот что еще, найди парней, которые уверенно чувствуют себя в горах Азии. Я имею в виду Китай, скорее всего его юг.

– Южный Китай? – удивленно уставился на него Марат. – А с какого…

– Делай, что говорят, – раздраженно оборвал его Руслан.

– Ну, – Зубов пожал руки Петру и Сапогову, – я домой. Надо мать успокоить, наверняка слезы льет. Завтра встретимся и тогда решим, как и что будем делать.

– А может, зря мы все закрутили? – пробормотал Петр. – Завтра-послезавтра приедет капитан, и будем вместе смеяться над этим. Мы солдаты хорошие, а сыщики…

– Завтра все и решим, – перебил его Александр.

– Как сегодня? – растерянно спросил Антон. – Надо же и документы какие-то сделать, ну, там, визу…

– Все готово, – перебил его невысокий молодой мужчина в очках. – Через пять минут жду вас в машине. Если, конечно, вы согласны лететь…

– Да, я готов, но вещи и…

– Вас всем обеспечат.

– Но мне надо позвонить сестре. Я сейчас. – Он достал сотовый.

– А вот этого делать не надо, – остановил его собеседник. – Константин Петрович позвонит вашей сестре и скажет, что вы срочно уехали в командировку на три дня. Когда вернетесь, объясните сестре, что это дело государственной важности и так далее. Надеюсь, вы не говорили ей о предстоящей поездке в Соединенные Штаты Америки? – тут же спросил он.

– Да нет вообще-то, – растерянно отозвался Антон.

– Тогда в машину. – Невысокий посмотрел на часы. – А вы, профессор, надеюсь, сумеете успокоить сестру господина Гродского. – Он повернулся к профессору и протянул ему доллары.

Тот, пересчитав, кивнул:

– Разумеется, сумею. Но позвольте поинтересоваться, почему все так таинственно?

– Потому что в этом замешаны большие деньги, а также важные и известные в мире люди.

– А как же я без документов? – Антон недоуменно посмотрел на профессора.

– Документы у вас есть, – улыбнулся невысокий и вытащил из дипломата паспорт. – Вот, – он протянул его Антону, – виза тоже готова. Прошу в машину.

Петр вошел в квартиру и протянул руку к выключателю. Резкий удар в подбородок сбил его на пол. Однако нападающий тут же получил удар ногой в колено и вскрикнув, упал на спину. Удар пяткой сверху упавший получил в пах. Рядом раздался грохот рухнувшего на пол второго.

– Свет включите! – прорычал мужчина и получил в лоб дном брошенной Петром бутылки.

Кто-то щелкнул выключателем. Около двери скорчился плотный парень. У двери в комнату расслабленно лежал второй. Опираясь на кресло и мотая головой, пытался встать бородач с окровавленным лицом. Стоявший у выключателя ослепленный вспыхнувшим светом коренастый парень зажмурился. Вскочивший Пестов ударил его в подбородок и рванулся к выходу, но, согнувшись, упал.

– Уходим! – крикнул плотный парень с ножом. – С одноруким справиться не могли, спецы хреновы!

– Зинка! – открыв дверь, крикнул Сапогов. – Я приехал. Ты мне пожрать дай. Лопать хочу, спасу нет! – Он шагнул в кухню и замер: на полу в растекавшейся вокруг луже крови лежала его жена. Из комнаты чуть слышно хлопнул выстрел пистолета с глушителем. Пуля вошла Сапогову в висок.

– Спасибо. – Зубов рассчитался с водителем и быстро пошел во двор двенадцатиэтажного дома.

– Найти, мать вашу! – прорычал в сотовый смуглолицый атлет. – Надо было протрясти бабу, она и сказала бы.

– Да она понятия не имеет, где этот Зуб живет, – послышался ответ. – Это кликуха никому ничего не говорит. Хорошо еще, что баба Сапогова сказала, когда муж приезжает, она и назвала адрес Пестовых. Кстати, однорукий этот Лошаку с парнями всыпал прилично, так что спрашивать его о Зубе не было времени. С Сапоговым рисковать не стали. Тем более баба его пыталась в окно крикнуть. В общем…

– Найти Зуба! – заорал атлет. Отключив телефон, он что-то гневно пробормотал не по-русски.

– Когда? – спросил по телефону Белый Змей.

– Через три дня будем в Москве, – услышал он голос Свирепого Буйвола. – Но русские за ней следят. Что делать?

– У русской нации есть неизлечимая болезнь – алкоголизм. Надеюсь, ты меня понял? – Отключив телефон, Белый Змей положил его на столик. – Кто-то вмешивается в наше дело, – недовольно проговорил он. – Надо сообщить старейшинам. – Он посмотрел на молодую китаянку, сидевшую на коврике у двери. Она встала и выскользнула из комнаты. – Что с Алиевым? – Белый Змей перевел взгляд на коренастого лысого китайца.

– Мы не нашли его. Наши люди начали привлекать внимание милиции.

– Ты разговаривал с Ильюшиным?

– Он говорит, что детективы нашли выход на Глебова и осталось лишь проверить…

– Как только что-то конкретное сообщат, убить всех.

– Хорошо, Белый Змей.

– Надоело мне в России, – вздохнул Белый Змей. – Хочу в Нью-Йорк, в китайский квартал.

– Получается, что Глебовых двое, – недоуменно проговорил Вячеслав. – Оба капитаны ВДВ. Оба воевали в Афганистане, и оба Леониды. И что самое странное – живут в Курской области в одном и том же районе. Какой из них нам нужен? – спросил он Льва Николаевича.

– Черт его знает. Странно все это. Так, – он взял листок с напечатанным на компьютере текстом, – Леонид Николаевич Глебов. Родился пятнадцатого ноября шестьдесят третьего года. А этот? – Он взял второй листок. Прочитав, расширил глаза. Посмотрел на Вячеслава.

– Вот и я о том же, – ответил Вячеслав.

– Но такого не может быть, – пробормотал Лев Николаевич.

– А такого и нет, – входя, проговорила Татьяна. – Рязанское училище закончил один Глебов. В Афганистане воевал и был ранен тоже один Глебов.

– Выходит, кто-то из них ненастоящий, – проговорил Вячеслав.

– Тонкое замечание! – Лев Николаевич рассмеялся и тут же недовольно посмотрел на Таню. – Верить данным об одном Глебове можно? Ибо данные есть на двоих.

– Да, я проверила…

– Значит, один самозванец или преступник, – сделал вывод Вячеслав.

– На этот раз ты прав, – кивнул Лев Николаевич. – Что же делать нам? – задумчиво спросил он. – Сообщить в органы?

– А если речь идет об одном человеке? – спросила Татьяна. – Ведь данные из разных источников.

– Конечно, – насмешливо хмыкнул Лев Николаевич. – И этот один умудряется проживать сразу в двух местах, а кроме того…

– Один женат, другой нет, – сообщила Таня.

– Да и адреса разные, – покачал головой Вячеслав. – Я думаю, Лев Николаевич, надо сообщить в милицию. Или хотя бы поговорить с полковником Гурьяновым.

– Я все понимаю, – сказал Лев Николаевич. – Но клиент заплатил немало и обещал еще столько же. А дела у нас, как вы знаете, идут не совсем так, как хотелось бы. Но с другой стороны, ему придется дать два адреса. Как быть, я не знаю. Скорее всего действительно стоит поговорить об этом с Семеном Борисовичем.

– Черт! – буркнул сидевший в наушниках плешивый мужчина.

– С нас имеете, Дмитрий Павлович! – оскалился в усмешке бритоголовый здоровяк.

– Надеюсь, это будет соответствовать моему сообщению в денежном эквиваленте, – услышал он в сотовом мужской голос.

– Разумеется, – согласился бритоголовый.

– А как это? – удивленно спросил Антон. – Без таможни и…

– Вы летите в Соединенные Штаты Америки, – улыбнулся сидевший напротив невысокий. – Все формальности сделаны без вашего участия. Что будете пить? – махнув рукой длинноногой мулатке в форме стюардессы, спросил он.

– Неплохо бы водки, – ответил смотревший в иллюминатор Антон, – и хвост селедки.

– Сейчас все будет, – кивнул невысокий и что-то сказал стюардессе. Улыбнувшись, та взглянула на Антона и ушла.

– Да я пошутил насчет хвоста селедки, – смущенно признался тот.

– Меня зовут Билл, – протянул ему тот руку. – Билл Дейган. Я жил в России до семьдесят первого года. Мама забеременела от американца во время гастролей. Она была гримершей в цирковой труппе. Отец сумел забрать нас в США, когда мне исполнилось восемнадцать. Поэтому я прекрасно говорю на двух языках.

– Слушай, – Зубов поцеловал мать в щеку, – если позвонит Сапогов или Пестов, скажи, что меня не будет два дня. Я надеюсь, за это время мы с дядей Толей управимся с сенокосом.

– Конечно. Ты, сынок, по грибы сходи. Там подберезовиков тьма…

– Хорошо, – засмеялся он. – Обязательно сходим.

– Подожди, – сощурил и без того узкие глаза Белый Змей, – как это?

– Я сам не понимаю, – ответил Ильюшин. – Но вы правильно подсказали с прослушкой.

– Немедленно к ним. И возьми оба адреса. Их убить.

– Но я на это не способен, – испугался Ильюшин. – И вы говорили, уважаемый Наю Фу, что…

– Делай свое дело. Об остальном позаботятся мои люди.

– Хорошо, уважаемый Наю Фу, я сию секунду буду там.

– Убей всех, – посмотрел на полного китайца Белый Змей. – Его тоже, – кивнул он на дверь. – Почему их двое? Да, узнай, где сидит его человек с прослушкой.

– Он в машине, – отозвался стоявший у двери молодой китаец. – И сейчас их обоих приведут.

– Молодец, Кун! – засмеялся Белый Змей. – Но толстяк должен ехать за адресом, так что…

– Адрес мы узнаем, – негромко сказал полный китаец.

* * *

– Во, блин, попал в ситуацию, – бормотал сидевший за рулем «Жигулей» плешивый. – Там, похоже, мочиловка по полной программе. Что делать-то? – Он вжал педаль тормоза. Машину занесло к тротуару, и она остановилась. – Хорошо еще так. Но что делать? Идти к ментам с этим? Тогда придется говорить все, а это срок, и приличный. Надо все рассказать Иллариоше. – Он посмотрел назад. – Пусть решает сам, что делать.

– Его машина, – сказал сидевший рядом с водителем полный. – Останови.

Плешивый, присев около спущенного колеса, выругался. Вытащил сотовый, набрал номер. От тротуара, голосуя, шагнул вперед полный. Рядом с китайцем остановилась белая «семерка».

– Савеловский, – на чистом русском проговорил полный, наклонившись к открытому окну машины. – Триста.

– Садись, – кивнул сидевший за рулем пожилой мужчина.

Китаец, открывая дверцу, резко дернул другой рукой назад. Плешивый, сидя у колеса с ключом, вздрогнул и завалился на бок. «Семерка» тронулась с места.

– Ты чего? – недовольно спросила полная женщина шагнувшего к «девятке» мужчину.

– Да вон водитель около колеса лежит. Может, с сердцем…

– Пошли! – сердито сказала женщина. – Вечно тебе надо больше других.

– Человеку плохо! – раздался крик.

Около плешивого присела девушка.

– Пошли, – зашипела полная, – лишь бы на баб пялиться!

У машины собиралась толпа. Какая-то женщина по сотовому вызывала «скорую». Присевшая около плешивого девушка затерялась в толпе.

– Срочно наряд на Вспольный переулок, – послышался в рации голос дежурного. – Убийство!

* * *

Трое китайцев подошли к двери.

– Здесь, – облизнув пересохшие губы, прошептал Ильюшин.

– Входи! – подтолкнул его один из них. Он на дрожащих ногах подошел к двери и открыл ее. Сделал два шага вперед. Сильный удар по затылку ребром ступни забросил его в офис. За ним вошли трое китайцев. И замерли. Около двери лежала молодая женщина с перерезанным горлом. У перевернутого стола, с кровавой точкой на лбу, – молодой мужчина. Дверь в кабинет была приоткрыта, и можно было увидеть ноги лежащего на полу человека.

– Руки! – раздалось сзади.

Один из китайцев, обернувшись, выстрелил из пистолета. Падая, старший лейтенант нажал на курок. Получив пулю в шею, китаец упал. Двое других бросились к открытой двери кабинета. На бегу один ударил пытавшегося подняться Ильюшина ножом под левую лопатку. Сержант, напарник старшего лейтенанта, дважды выстрелил им вслед.

– Все получилось! – улыбнулся бритоголовый здоровяк. – Вовремя мы связались с Дмитрием Павловичем.

– Товарищ полковник, – негромко доложил капитан милиции, – Лепехин ранен в ногу, сержант Павленков в левое плечо, двое китайцев убиты. Один тяжело ранен. Еще убит некий Ильюшин. Его, судя по всему, зарезал китаец. А ваши знакомые, – он тяжело вздохнул, – убиты все. И знаете, что странно? Не взяли ничего. Все на месте. Ничего не искали. Китайцы…

– Кто вызвал наряд? – перебил его полковник.

– Поступило сообщение о тройном убийстве в офисе по этому адресу. Сюда подъехал наряд…

– Ясно… – Полковник направился к кабинету, который осматривали эксперты.

– Да, – зло бросил Белый Змей, – кто-то занимается этим же делом. Убиты мои люди и частный детектив с помощниками, которые искали русского капитана. Мой человек успел сообщить, что найдены два капитана с одинаковыми фамилиями.

– Найди и убей их, – приказал Черный Монах.

США. Чарлстон

– Вот мы и прибыли, – открывая заднюю дверцу «мерседеса», с улыбкой сказал Билл.

– А здорово у вас тут! – воскликнул Антон. – У нас, конечно, не хуже, но тут как-то все по-другому. Можете прокатить меня по городу? Посмотреть хочется…

– Обязательно будет экскурсия, – улыбнулся Билл, – но не сейчас. После дороги надо отдохнуть. Мы непременно покажем вам все.

Антон забрался на заднее сиденье. С переднего к нему повернулся сидевший рядом с негром-водителем китаец, который, улыбаясь, что-то быстро сказал.

– Привет, – кивнул Антон. – А он что, вместо штурмана? – посмотрел Гродский на севшего рядом Билла.

Тот рассмеялся.

– Это человек, который поможет вам в работе. Он китаец, и это он доставил рукопись.

– То есть украл? – уточнил Антон.

– Можно и так сказать, – посмеиваясь, согласился Билл.

– Ого! – увидев перед собой дверцу небольшого холодильника, удивленно пробормотал Антон. – Можно открыть?

– Конечно, – улыбнулся Билл. – Если хотите выпить или утолить голод, то не стесняйтесь. Вот здесь термос с кофе, там с чаем. Можете посмотреть телевизор. Включить?

– Не надо. А правда, что в городе есть русский квартал?

– В Чарлстоне нет, – улыбнулся Билл. – Но ваших соотечественников можно встретить везде.

– Русского привезли, – сообщил старейшинам молодой китаец.

– Хорошо, – кивнул Черный Монах. – Значит, скоро мы сможем все узнать. Странно, русский и вдруг может читать написанное нашими предками, тогда как мы не сумели найти такого человека. – Остальные старейшины промолчали. – Хотя и тут есть оправдание перед небесами, – он поднял голову вверх, – прочитавший умрет. Убить его надо быстро и безболезненно, – приказал Черный Монах.

– А знаете, – рослый негр достал из холодильника пиво, – мне такая работа нравится, сидим и ничего не делаем. Правда, так можно и форму потерять.

– Умеющий убивать убьет легко, – засмеялся могучий блондин.

– Скоро будем работать, – объявил Генри. – Китай ждет нас. Кто бывал у желтолицых?

– Я в Гонконге был, – сказал негр, – и Сэм тоже, – кивнул он на рослого брюнета.

– Какая разница, – равнодушно проговорил тот, – Китай, Монголия или Вьетнам… Правда, порой стыдно бывает вспоминать Вьетнам, проиграли мы им тогда. Сейчас увязли в Ираке. А тут еще Иран со своей ядерной программой. И надо их тормозить, потому что если у Ирана будет ядерное оружие, Израилю точно не поздоровится. Верно, Рик? – спросил он негра.

– Я не политик, – ответил тот. – И не солдат регулярной армии. Я «дикий гусь» и доволен жизнью. Как ты считаешь, Джон, – обратился он к блондину, – там будет…

– Понятия не имею, – не дал тот ему договорить. – Нас наняли, и мы будем выполнять работу. Слушай, Генри, а сестра твоя, видно, что-то ценное желает заполучить. Как ты смотришь на то, чтобы мы с ней были в доле?

– Этот вопрос интересует всех или только тебя? – спросил Генри.

– Да я тоже не против, – высказался Сэм.

– И я, – поддержал его Рик.

– Неплохо работать на себя, – сказал коротко стриженный блондин.

– Ты, Джек, как всегда, лаконичен! – рассмеялся Стив.

– Я думаю, ей об этом следует сказать в самый последний момент, – усмехнулся Генри. – Иначе нам придется все покупать самим, даже билеты.

– Но примет ли она наше новое условие в этот самый последний момент? – спросил Рик.

– А куда ей деваться? – посмеиваясь, посмотрел на него Генри. – Мы, конечно, частично оплатим потраченные на нас деньги. В конце концов, она рискует остаться ни с чем.

– Не хотел бы я быть твоим родственником, – покачал головой Джон.

– Значит, все-таки привезли переводчика, – процедила Элизабет. – Пора переходить к активным действиям. Хотя и так уже кровь пролита. Молодец, я не думала, что он что-то действительно сможет что-то. А он узнал многое и помешал китайцам. Интересно, эта дура знает о том, что китайцы почти нашли русского офицера? Они, конечно, пожелают получить половину и скажут об этом уже в финальной части предприятия. Но у меня ответ готов. Я слишком хорошо знаю своего брата. А вот ты меня, Генри, не знаешь совсем, я сильно изменилась.

– Прекрасно, – кивнул довольный Бронкс. – Вы говорите по-английски? – обратился он к Антону.

– Нет, – ответил за него Билл. – Не понимает ни слова. Он и в университете немецкий изучал. Но по-китайски говорить умеет. А переводит со старокитайского довольно быстро и весьма понятно.

– Кто знает о том, – поинтересовался Бронкс, – что этот человек уехал в США?

– Только профессор Азов. Но не беспокойтесь, он никому ничего сказать не сможет, мертвые обычно не говорят.

– Это точно, – улыбаясь Антону, кивнул Чарлз. – С него не спускать глаз. Он постоянно должен быть на виду. Выполнять все его желания. Захочет женщину, привезите. Но один он оставаться не должен ни на секунду. Надеюсь на вас, Билл.

– Все будет о’кей, – заверил его тот и тут же спросил: – А чего вы опасаетесь? Неужели, думаете, он сможет…

– Конкурентов, – не дал договорить ему Бронкс. – Они, к сожалению, появились и не бездействуют. Вы осторожно спросите русского, не знает ли еще кто-нибудь о его отъезде в Америку. Мне не верится, что он никому не говорил.

– Хорошо, я выясню это.

– Аккуратнее, иначе он может начать нервничать, а это наверняка повредит работе.

– Вот так-то, – самодовольно проговорил сидевший в кожаном кресле Антон. – Надо будет нафотографироваться и в Вашингтон съездить. Закончу работу, деньги будут, обязательно смотаюсь. Эх, узнает моя корова, – вспомнил он полную жену, – визгу будет! А мне плевать! На заработанные деньги я накуплю акций крупных компаний и буду стричь купоны. А может, мне и здесь предложат работать на этого… как его? Чарлза Бронкса. Мужик нормальный. Чувствуется, что властный, а значит, богатый. Домище-то какой! Охраны сколько, машин! Черт возьми, умеют же жить в Америке. Хотя сейчас и у нас таких полно. А тут все сделали за меня, и самолет личный, и деньги порядочные. Правда, может, там хрен что вообще разберешь, – вспомнил он о работе. – Надо будет посмотреть. Китаец этот еще в машине, – покачал он головой. – Он-то на кой черт нужен? Надо будет сказать Биллу, что мне никто не требуется. Только мешать будет. В общем, скажу Биллу, что я привык работать один.

– Мои воины готовы напасть на дом Бронкса, – поклонившись старейшинам, проговорил рослый китаец.

– Нельзя сейчас этого делать, – высказал общее мнение Черный Монах. – Но будьте всегда в готовности тигра для атакующего прыжка.

Китаец низко поклонился.

– Хорошо, – кивнул Бронкс, – пусть работает один.

«Это даже лучше, – подумал он. – Никто, кроме меня, не будет знать о результатах его труда».

– Он будет работать один, – повторил он.

Билл понимающе кивнул.

– Когда он начнет? – спросил Бронкс.

– Он уже хочет увидеть рукопись.

– Чудесно.

Стоявший у двери Дзю Мин был явно недоволен.

«Значит, тебя интересуют не только мои деньги, – искоса наблюдая за ним, подумал Бронкс. – Может, ты и есть утечка информации?»

Он отвел взгляд от окна и прямо посмотрел китайцу в глаза.

– Поедешь на родину, – улыбнулся он. – Будешь помогать Джулии и Джорджу. И никаких возражений. Ты работаешь на меня и будешь делать все, что я скажу.

– Хорошо, – покорно отозвался Дзю Мин. – Когда я вылечу в Китай?

– Завтра. Поедешь на аэродром от меня. Никуда не выходить. – Он отвернулся и взял сигарету. Китаец вышел. – Не оставлять его без внимания ни на секунду, – приказал Бронкс сидевшему около двери телохранителю. – Но не мешать звонить. Разумеется, я должен знать, кому он звонит и о чем говорит.

– Ну что ж, – вздохнул Антон, – придется попотеть. Бумага, можно сказать, труха. Но вообще-то это удивительно, – посмотрел он на стоявшего рядом Билла. – Ведь рукописи лежат сотни лет, а читать можно. Их чем-то обрабатывали, что ли? – надев очки, пробормотал он и наклонился над первым листом. Билл понял, что Гродский начал работать, и вышел.

– Если русский что-то попросит, – негромко сказал он сидевшему около двери рослому мужчине с пистолетом, – сразу исполняйте. Попусту не беспокоить.

– Да, – говорил по телефону Дзю Мин, – меня отправляют в Китай. Почему – не знаю.

– Не спрашивай, – послышался ответ, – можешь вызвать подозрение. Делай все, что он скажет. Это и неплохо, что ты будешь в Китае. Свяжешься там с Тан Ку. Все! – Абонент закончил разговор.

Дзю Мин отключил свой телефон и, оглянувшись, сунул его в мешочек и положил в густой розовый куст. Услышал шаги сзади. Начал поворачиваться и от удара в висок рухнул.

– Свяжите это дерьмо, – приказал рослый молодой мужчина. – И хирурга сюда, нужна его помощь.

* * *

– Его не надо уродовать, – негромко сказал Бронкс. – По крайней мере до самолета. Потом будете обрабатывать его, как вам угодно. Я должен знать все.

– Он скажет все, – ответил Билл. – Русский работает увлеченно. Я, конечно, ни на чем не настаиваю, – вздохнув, нерешительно сказал он, – но русского на вашем месте я бы оставил в живых. Он специалист…

– Дальше будет видно, – остановил его Бронкс.

– Слушай, ты, ублюдок, – рослый выплюнул жевательную резинку в лицо привязанного к железному стулу Дзю Мина, – мой тебе совет – говори все. Тогда умрешь от пули. А иначе будет очень и очень больно. И придется все рассказать.

Китаец с бесстрастным лицом неотрывно смотрел на стену.

– Я и забыл, – усмехнулся здоровяк, – вы же не чувствуете боли. Он твой, Хирург, – кивнул он невысокому молодому мужчине в белом халате.

– К сожалению, еще рано, – подошел тот к китайцу. – Но я обещаю вам незабываемые ощущения. Кстати, множество приемов развязывания языка позаимствовано из китайской культуры, – рассмеялся он. – Но не сегодня.

Китай. Цзиньци

– Ну что? – Сю Юнь шагнула навстречу Сяо.

– Все в порядке, – кивнул тот. – Я лично все контролировал. Она в России. Но у меня есть один вопрос: кто она и насколько хорошо ты ее знаешь?

– А почему ты спрашиваешь? – удивилась Сю Юнь.

– В Россию неделю назад была переправлена Ин Дун. Она тоже хочет найти там своего русского отца. И мне интересно, что бы все это значило? Насколько ты уверена, что твоя…

– Значит, так, – сказала Сю Юнь. – Ты уверен, что у Ин не будет проблем?

– У какой? – поинтересовался Сяо. – У первой или…

– У настоящей, – сердито ответила она. – Ин Дун – дочь Лейфы. Сейчас ее разыскивает триада.

– Значит, эта девушка Ин. Тогда ты вовремя спохватилась. Ее действительно разыскивают. И не только триада. Полиция тоже. И пограничники. Кстати, ее спасли русские моряки.

– Можно? – раздался голос за дверью.

– Да, – кивнула Сю Юнь.

В комнату вошла Мэй.

– Привет! – обрадовалась Сю Юнь. – Но ты, к сожалению, опоздала, Ин только что…

– Два дня назад, – вмешался Сяо, – ее переправили в Россию. Она будет искать отца.

– Значит, я немедленно вылетаю в Россию, – сказала Мэй.

– Может, ты объяснишь, что происходит? – спросила Сю Юнь.

– К сожалению, кроме того, что всех, кто как-то связан с нашей семьей, убивают, я ничего не знаю, – ответила Мэй.

– Может, ты что-то знаешь? – спросила у Сяо Сю Юнь.

– Только то, что Ин и Мэй ищут люди Посланцев Небес. Причина мне неизвестна.

– Я еду в Россию, – повторила Мэй.

– Если нужна помощь, я готов, – кивнул Сяо.

– Я поеду туда как туристка, – отказалась она.

Пекин

– Ее нигде нет, – говорил невысокий офицер полиции. – Сестры Лейфы тоже в городе нет. Пограничники и контрразведка заинтересовались этим делом. Поэтому мы прекращаем с вами все связи.

– Сейчас, наоборот, – сказал пожилой, куривший трубку китаец, – вы нам особенно нужны. И не советую уклоняться от встреч, это плохо кончится для тебя и Куна в любом случае. – Опустив голову, офицер молчал. – Мэй надо найти обязательно. Жду приятного для нас сообщения.

– И что делать нам? – недовольно спросил в спутниковый телефон Джордж. – Вмешались копы Китая. Кстати, девчонку спасли русские. А перед этим она пыталась пройти к русскому сухогрузу. Все это было в портовом городке Цзиньци. Что делать нам?

– Отдохните неделю, – насмешливо посоветовал отец, – а может, чуть больше. Сейчас рукописью занимается знающий человек. И скоро вы получите инструкции. А сейчас отдохните. Кстати, эта китаянка с вами?

– Да, и с ней…

– Скорее всего они работают на триаду, – перебил Бронкс, – на одну из ее ветвей. Я очень скоро многое узнаю. Поэтому будьте осторожны, – неожиданно попросил он.

– Это говорит отец или человек, который нанял нас для выполнения работы? – помолчав, спросил Джордж.

– А разве можно отделить одно от другого?

– Хорошо. Но долго ждать мы не сможем.

– Деньги я передам. Завтра получите. Рейс Вашингтон – Пекин. Моего человека вы знаете.

– Что-то не нравится мне это, – прошептала на ухо Вонгу Ми.

– Скорее бы конец, – процедил тот. – Я разрежу этого янки на мелкие кусочки и еще живого отдам…

– Вы можете говорить громче и по-английски? – недовольно перебила его Джулия.

– Извини, – посмотрела на нее Ми. – Просто он намного лучше понимает по-китайски, когда его обвиняют. Я считаю, что он вел себя непозволительно по отношению к…

– Какая трогательная забота, – усмехнулся Джордж. – Уж не мечтаешь ли ты обо мне как о мужчине? Чтобы тебя особо не разочаровывать, скажу, что предпочитаю европейский тип женщин.

– Какое совпадение! – насмешливо отозвалась Ми. – Я как раз хотела сказать, что не вижу в белой расе мужчин, способных дать женщине по-настоящему полное удовлетворение.

– Съел? – Джулия бросила на разъяренного брата насмешливый взгляд.

– Где Сид? – спросила Ми. – Он должен был появиться еще три дня назад.

– Действительно, – сказала Джулия. – Где он?

– Я бы тоже хотел это знать, – проворчал Джордж.

– Он уехал в Шанхай, – напомнила Джулия, – сразу после возвращения из Чифына. И должен был вернуться…

– С ним нет связи уже три дня, – вмешался бритоголовый. – Совершенно пропал, и все. Я несколько раз пытался дозвониться.

– Не исключено, – усмехнулся худой смуглолицый мужчина, – что китаезы уже сажают его на растущий бамбук.

– Он все расскажет, – нервно произнесла Джулия. – И тогда…

– Хорошая новость, – сообщил Джордж. – Больше не работаем, отдыхаем. Посещаем ваши достопримечательности. Кстати, – он посмотрел на Ми, – как пройтись по Великой стене?

– Тебе все равно, где сейчас Сид? – удивилась сестра.

– Какая разница? В конце концов, можно обратиться в полицию, и пусть она занимается розыском…

– Но он приехал в Китай нелегально, – напомнила Ми.

– Тогда забудем о нем. Помочь мы ему ничем не сможем. Если его захватила триада, сказать ей что-то новое о нас он не сможет.

– Тоже верно, – кивнул бритоголовый Джо. – А ты, немец, – посмотрел он на смуглолицего, – как думаешь? Где твой приятель?

– Он никогда не был моим приятелем, – ответил Клаус. – Напарником – да.

– Но где он все-таки? – спросила Джулия.

– Да черт с ним! – раздраженно буркнул Джордж. – Сейчас будем просто туристами, приехавшими увидеть великую империю, – усмехнулся он.

– Говори, – надавив большим пальцем на шею Сида слева, по-английски проговорил худощавый китаец, – или сдохнешь как собака! Кто…

– Он мертв, – дотронувшись до сонной артерии справа, тихо проговорил невысокий китаец в очках.

– Не думал, что белые мужчины умеют так терпеть боль, – сказал худощавый. – Кто этот человек? – посмотрел он на невысокого.

– Гражданин США. – Тот протянул ему паспорт. – Сид Уильямс. В Китай прибыл незаконно.

– Значит, американцы, – процедил худощавый. – Почему мы ничего о них не знаем?

– Посланцы Небес сообщали о них, – почтительно доложил стоявший у двери молодой мускулистый мужчина. – Но мы не вмешиваемся. Посланцы Небес – американская ветвь всемогущей триады.

– Плевать я хотел на триаду и ее ветви! – возмутился худощавый. – Мой отец был у них в услужении. Я не пойду его путем, я выбрал свой, и никто не смеет становиться на моем пути или идти со мной одной дорогой. Узнай все о нем, – кивнул он на труп американца, – и о тех, с кем он приехал в Китай. Сделать это легко, нелегально проникать в Китай помогает Седой Медведь. Узнай у него, когда и с кем прибыл этот янки. Я должен знать все.

– Великий Воин! – В комнату ворвался толстый мужчина. – Пришел Большой Брат.

– Один? – нервно спросил тот.

– С ним его люди.

– Значит, все, – обреченно выдохнул Великий Воин, – меня оставили мои люди. Путь жизни закончен. – Шумно выдохнув, он вытащил широкий обоюдоострый нож с длинной костяной рукояткой.

– Остановись, Лю Чан! – раздался повелительный голос. – Всемогущий Дракон простил тебе заблуждения. Молодость совершает ошибки, желая прославить себя. Твой отец был предан братству. Отдай американца, и…

– Он мертв, – кивнул на труп Великий Воин.

Покачнувшись, он успел ухватиться за рукоятку метательного ножа и рухнул на спину.

– Только в память о твоем отце ты не подыхаешь на бамбуке, – процедил вошедший. – Убить всех! – приказал он. На находившихся в помещении шестерых мужчин набросились вооруженные длинными ножами люди. Только один успел оказать сопротивление, отбил удар противника и пнул его в пах. Но тут же получил два удара ножами. В живых остались невысокий в очках и сообщивший о прибытии Большого Брата толстяк. Невысокий с поклоном отдал вошедшему крепкому китайцу паспорт убитого американца.

– Седой Медведь может рассказать о нем многое, – проговорил он.

Гималаи

– Снова ничего, – сказал бледный мужчина в темных очках. – Сколько времени ищем, и все впустую. Может, это просто…

– Да мы опоздали, – недовольно поправил его загорелый крепкий мужчина. – Надо было искать Хранителя, а мы решили, что лучше проверить горы. Но почему именно эти? – посмотрел он на очертания горного хребта на фоне темнеющего неба. – Может…

– Потому что гора Дракона есть только здесь, – напомнил бледный. – Мы обследовали два склона и три пещеры. Кстати, последняя имеет несколько ответвлений. Значит, очень может быть, что мы скоро выйдем на то, что спрятал Одинокий Человек Гор.

– Знаешь, Жак, – сказал крепкий, – если бы я сам не читал эту рукопись, то никогда бы не поверил в существование Убежища Дракона и в то, что буду лазать по горам, разыскивая это самое Убежище. Я никогда не верил в легенды, но сейчас поверил. А теперь мне надо убедиться, что я не напрасно потратил время и деньги.

– Мы обязательно что-нибудь найдем, – улыбнулся Жак. – Но нужно время. Мы же не из тех, Луи, кто так просто сдается.

– Конечно, нет, – согласился Луи. – Но терпение местного правителя, наверное, небезгранично. И я опасаюсь за наши жизни. Как-то мне не верится, что он ничего не знает об этих горах.

– Я понимаю твои опасения. Однако мы знали, на что идем. К сожалению, мы ведем поиск вслепую. Но неужели эти дикари стали бы убивать просто так?

– Дикари? – насмешливо переспросил Луи. – Ничего себе дикари! У них превосходная связь, а у местного князя я заметил швейцарские часы-компас, которые, кстати, измеряют кровяное давление и температуру. А о термосах-горелках я вообще молчу. Фляжки с охладителем. И это при том, что они вооружены луками и ножами, и наверняка где-то у каждого припрятано настоящее оружие. Но мы успеем уйти и станем достаточно богатыми.

– Ну уж нет, – возразил Луи. – Если наши поиски увенчаются успехом, я заберу все. В конце концов, вызову отчаянных парней. Нам дали разрешение на поиски сокровищ в этой местности. А значит, мы вполне можем просить помощи у Франции. А если проще, то без боя я ничего не отдам.

– Смотри, – Жак указал в сторону низины, – костер. Значит, снова какие-то искатели приключений пожаловали. И выходит, не одни мы поверили в легенды.

– Мне жаль их, – усмехнулся Луи. – Нас спасет только разрешение.

– Пошли спать, – зевнул Жак.

– Четверо чужих, – доложил мускулистому мужчине лет сорока пяти длинноволосый слуга.

– Почему они живы? – сурово спросил мускулистый. – Дым наносит вред растительности. Я хочу, чтобы огонь погасили кровью этих чужеземцев. А как обстоят дела у французов?

– Они обследовали пещеру Горного Медведя.

– Я не понимаю, повелитель, – сказал седобородый старец в белоснежном халате, – почему вы допустили их в свои владения и позволяете…

– У них есть разрешение на исследование, – недовольно напомнил мускулистый. – Поэтому я называю их гостями. Но если они что-то найдут, – он усмехнулся, – то, к сожалению, я не могу контролировать всю территорию своего княжества, а на границе тем более. Сейчас появилось множество различных групп повстанцев и просто бандитов. И французов убьют. Виновных я, конечно же, найду и представлю их головы Отделу безопасности королевства.

– Вы мудры, повелитель, – сказал длинноволосый.

– Не забудь про четверых в Долине Коз, – напомнил старец.

– Да, – кивнул мускулистый.

– Они умрут через час, – посмотрел на часы длинноволосый.

– Ты, Острый Нож, должен убивать сразу, а не спрашивать, что делать с теми или другими. Иди, – приказал мускулистый.

Длинноволосый выскользнул из спортивного зала. Мускулистый начал отрабатывать удары ногами на выструганном из крепкого дерева манекене. Бил резко, мощно.

– Ты, Аренз, достиг высот воинского искусства, – негромко произнес старец, – а вот ведешь себя…

– Дядя Анс, – улыбаясь, посмотрел на него тот, – я просто хочу выбраться из этих мест, окруженных горами и реками. Я хочу нормальной, цивилизованной жизни. Дохода уже давно нет. Отец забросил хозяйство. К сожалению, я узнал об этом слишком поздно. И я бы продал все это, если бы не ты, дядя Анс. Я уже два года ищу Убежище Дракона. Теряю людей, деньги, в конце концов, убиваю таких же авантюристов, как и я сам. И совершил уже по крайней мере пять преступлений, за которые по закону королевства я должен быть казнен. – Он засмеялся. – Но я верю, что найду Убежище Дракона и разбогатею. Ты поедешь со мной в…

– Я останусь на земле своих предков, – перебил его старец, – и умру здесь. А ты…

– Тогда все это будет твоим.

– Звезды говорят, – закрыв глаза, монотонно произнес старец, – что много людей погибнет, прежде чем священный огонь озарит Убежище Дракона. Разгадка в руках молоденькой девушки, которая гонима сильным и жестоким врагом. Над тобой нависает угроза от людей. – Старец тяжело вздохнул. – Скоро будет жестокий бой, и ты должен выбрать, чью сторону принять. Это решение или убьет, или спасет тебя.

– Спасибо, дядя Анс, – насмешливо поблагодарил Аренз. – А ты не можешь сказать, буду я счастлив и богат или так и останусь нищим?

– Я все сказал, – прошептал старец, – что услышал от звезд. Выбирать ты будешь сам.

– Странно ведут себя звезды. Говорят о какой-то девушке, а про меня только то, что я буду выбирать между жизнью и смертью. Конечно, я выберу жизнь! – Аренз рассмеялся.

– Хозяин, – послышался женский голос, – скоро приедут сборщики налогов. А у нас…

– Вот она, жизнь в азиатской глуши, – пробормотал Аренз. – Предсказание смерти и весть о налогах. Ну и как тут не напиться? – по-английски произнес он.

Четыре обезглавленных трупа, освещаемых ярким пламенем большого костра, лежали в спальных мешках.

– В огонь их, – приказал Острый Нож.

– Завтра надо будет навестить тех, – Жак кивнул в сторону костра, – и предупредить, что здесь очень небезопасно. Ты помнишь хоть кого-то из тех, кого мы встретили, кто ушел отсюда? Например, я нет.

– А мне плевать на всех, – отозвался невидимый в темноте Луи. – И это хорошо, что воины князя убивают всех. Иначе это пришлось бы делать нам. – Жак услышал усмешку в его голосе. – Ты сам понимаешь: здесь правила простые – или ты, или тебя. Думаю, ты выберешь первое.

– Конечно. Но уходит время, а мне отпущено его не так уж и много.

– Поэтому я и согласился отправиться с тобой сюда. Не придется нам следить друг за другом и бояться, что кто-то пристрелит напарника. Я сделаю все, о чем мы договорились, если что-то найдем. Только бы успеть. Потому что одному сделать ничего не удастся. Ты говорил, что у тебя еще год. Или чувствуешь…

– Наверное, странно звучит, – перебил его Жак, – но я не чувствую ничего. Когда узнал результат анализа, был потрясен. Страха не было, только удивление: как это так? Я молодой, здоровый мужчина, и вдруг у меня рак. Я снова и снова проверялся. Спасибо Мишель, она помогала мне пройти этот путь до конца. Несколько раз предлагала облучение, или как там по-научному называют, и спасибо ей за откровенность – шансы очень и очень невелики. Потом я узнал о рукописи Одинокого Человека Гор и решил найти ее. А тут ты появился и сразу принял приглашение поучаствовать в этой чистой воды авантюре. Я не раз хотел спросить, почему ты все-таки согласился?

– Все очень просто. У меня после службы в Иностранном легионе возникли нелады с законом. Из легиона меня, мягко говоря, попросили уйти. Я очень хотел попасть куда-нибудь на войну, все равно куда, лишь бы повоевать. И чуть было не спровоцировал войну в Намибии, где мы выполняли миротворческую миссию. Хорошо, что все обошлось и меня уволили. Я пытался стать солдатом удачи, но не вышло. Хотел уехать в Ирак, но тоже не дали. В общем, я ограбил одного фермера в Провансе, и полиция едва не сцапала меня. Мы были втроем. Одного убили при задержании, второго взяли. И я решил, что пора покинуть Францию. А тут звонит Дюпен и предлагает поехать с тобой в Китай, а оттуда в это королевство. Я сразу согласился. Дюпен обещал неплохие деньги. – Луи помолчал и неожиданно заметил: – А ты боишься солнца. Может, зря?

– Я боюсь и солнца, и переохлаждения, острой и горячей пищи. Все это ускорит мою смерть. А я должен оставить Мишель с деньгами. Она столько потратила на мое лечение. Даже когда узнала, что я обречен, все равно пыталась найти какое-то лекарство. И очень возражала, когда я принял предложение Дюпена. Я хочу успеть найти Убежище Дракона. Это будет, наверное, единственное, что я сделаю не для себя и жалеть об этом не стану. Пока чувствую себя хорошо, по крайней мере лучше, чем в Париже, – вздохнул Жак.

Россия. Хабаровск

– Ну, – сказал высокий белобрысый парень, – я сделал все, что обещал Сяо. Поживи пока тут. Я постараюсь найти тебе работу. Чтобы сделать путную ксиву, нужны бабки. Так что если все путем будет, через годишко мы что-нибудь придумаем. Конечно, если тебя менты раньше не вычислят.

– Подождите, – остановила его Ин, – я мало что поняла. Путную ксиву, – медленно повторила она. – И при чем тут мои бабушки? Я знала только одну.

– А с чего это ты вдруг мне про бабок начала базарить? – удивленно уставился на нее парень.

– Извините, – окончательно смутилась Ин, – вы не могли бы говорить чисто по-русски? Я не понимаю многих ваших слов.

– Ясно, – усмехнулся парень. – Вообще-то если по-русски, то, чтобы сделать документы, с которыми ты можешь поехать в центр, нужны приличные деньги.

– У меня есть. Сейчас, – Ин потянулась за рюкзаком, – я достану…

– Да, – усмехнулся он, – сразу видно, что долго ты не протянешь. Твое счастье, что мне Сяо здорово помог и я не могу обмануть его. А так бы бросил тебя за твои бабки и выкинул бы на улицу. И через часик ты уже была бы в ментовке.

– Меня зовут Ин, – назвала она свое имя. – А как обращаться к тебе?

– Серый, – буркнул парень.

– Ты член какой-то организации? Потому что я не знаю такого русского имени.

– Это кличка. Зовут меня Сашка. А тебя, значит, Ин. Почти Инна, – засмеялся он. – А откуда ты знаешь Сяо?

– Его знает ученица моей мамы, – вздохнула Ин. – Она учила ее акробатике.

– А в России что тебе надо?

– Я хочу найти отца. Он русский офицер, был в Китае, сдавал на степень мастерства по санчин-до.

– Ушу, что ли?

– Нет. Это древнекитайское боевое искусство. Я не знаю, где он изучал его, но мама говорила, что он сумел получить серебряный пояс. А это знак высокого мастерства. Извини, – Ин вздохнула, – тебе это совсем неинтересно.

– Так. Девчонка ты классная. Но где и как ты будешь искать этого мастера? Что ты о нем знаешь?

– Вот. – Ин достала блокнот. – Глебов Л.Н., – прочитала она. – Старший лейтенант воздушно-десантных войск.

– И все? – помолчав и не услышав продолжения, удивился Серый. – Ну ты и мочишь капканы! Это же капля в море. Ну ты даешь! А сколько у тебя бабок? Ну, денег.

– Вот, – она показала ему доллары, – тысяча…

– Не густо, – вздохнул он. – Ну ладно, попробую побазарить с Рафаэлем. Он по старой дружбе, может, сделает тебе ксиву. Паспорт, – увидев взгляд девушки, засмеялся он, – баксов за пятьсот. Тебе же еще ехать надо. Лучше в Рязань. Скорее всего этот старлей оттуда. Там, может, скажут, где он или куда обратиться. А если у него семья? Представляю, каково будет женушке узнать. В общем, тебе в Рязань надо. Но найдешь ли ты? – Он с сомнением посмотрел Ин в глаза. – Вообще-то язык до Киева доведет.

– Зачем мне в Киев? – удивилась Ин.

– Это пословица такая, – улыбнулся Серый. – В общем, еда на кухне, ванна знаешь где. Никому не открывай. Да сюда не должны прийти, но если кто-то вдруг позвонит, не открывай. К телефону не подходи. Я, как только переговорю с Рафаэлем, приеду. Пока! – Кивнув, Серый вышел из комнаты.

– Пока, – повторила она. – Это одна из форм прощания. Пока, привет, хотя привет иногда заменяет здравствуйте. – Ин подошла к окну. – Совсем не похоже на китайский город, – улыбнулась она. – Я все равно найду тебя, папа. Я хочу знать, что мне делать. Я не буду беспокоить тебя, но совет мне очень нужен.

– Погоди, – усмехнулся черноволосый грузный мужчина в очках. – Что-то много развелось отцов российских у китайских девочек. Ее не Ин, случайно, зовут?

– Точно, – опешил Серый. – А ты, Рафаэль, откуда знаешь?

– Да я неделю назад делал ксиву одной Ин. Тоже отца ищет. Он по какой-то восточной дисциплине экзамен сдавал. Ну и трахнул ее мать. А сейчас эта китаянка решила ему, видимо, жизнь подпортить. Мне заказ сделал Буран. Ты только ему не вякни.

– А фамилию этого русского не называли? – быстро спросил Александр.

– Глебов. А что?

– Да так. Ну, поможешь ксиву сделать?

– Что-то ты, похоже, на китаянку запал, – рассмеялся Рафаэль. – Короче, фотки давай, и хрен с ними, с бабками. Твой отец меня в зоне от долга приличного спас. Фотки сегодня вечером привези.

– Может, это, – нерешительно предложил Александр, – ты заскочишь на Речную? Ну, к…

– А ты молодой, да ранний. Приеду в восемь.

– Годится! – обрадовался Серый. – Значит, говоришь, Ин ксиву делал? – усмехнулся он.

– Одну Серый забрал, – сказал Монголу невысокий мужчина. – Ему какой-то знакомый китаеза за нее ксивы, видимо, присылал. В общем, одна у Серого. Но все как полагается, бабки отдали.

– С каких это пор Серый начал в наши дела лезть? – зло спросил Монгол.

– Да, видно, попросили из Китая. Кентам надо помогать.

– Все нормально, – вошел в комнату Александр. – Придет Рафаэль, сфоткает тебя, и через пару-тройку дней ксива будет готова. Кстати, у тебя сестренки нет?

– Нет, – ответила Ин. – А почему ты спросил?

– Да тут какая-то от вас появилась, кстати, и ее Ин зовут. Она тоже пахана, ну, отца искать к нам приехала.

– Значит, они здесь, – по-китайски прошептала Ин.

– Что? – не понял Серый.

– У меня убили всех, – тихо сказала Ин. – Маму, того, кого я считала отцом, бабушку с дедушкой. Убили профессора, который хотел помочь мне. Меня предала подруга. И я подумала, что это из-за того, что мой отец русский. Но сейчас поняла: мама что-то передала ему. Видно, из-за этого и убивают.

– Понятно. Значит, что-то у этого старлея есть. Я раньше любил читать разные сказки. В Азии много легенд. И эти карате и разные там ушу, айкидо, ведь все узкоглазые придумали. Правда, наше самбо тоже ништяк. Ты не обижайся за узкоглазых, так у нас базарят. А у тебя, кстати, глаза и не узкие совсем, восточный разрез. Ты красивая. У тебя парень есть?

– Нет. Я, наверное, очень требовательна к людям. Все как-то не так получилось. Маму называли падшей женщиной за то, что родила от европейца. Ну и ко мне отношение соответственное было. А тут начались убийства. Сейчас у меня осталась только тетя Мэй, но я не знаю, где она. Может, тоже погибла. И я хочу найти отца. Я не буду у него ничего просить. Просто хочу знать, из-за чего начали убивать моих родных и почему хотят убить меня. Что такое отдала ему мама?

– Дела!.. – покачал головой Серый. – Ну, ксиву Рафаэль сделает. Конечно, экспертизу она не выдержит, но ментам смело можно показывать. По-нашему ты чирикаешь классно, не скажешь, что ты не из России. Только вот где ты его искать будешь? Похоже, он не только тебе нужен, – пробормотал он.

– Что? – не расслышала Ин.

– Да так. В общем, я тебя до поезда провожу. Лучше бы, конечно, на самолете, но это и гораздо дороже, и бьются самолеты сейчас через раз. К тому же контроль там дай Бог. Лучше на поезде. В общем, ксиву Рафаэль сделает, и я тебя отправлю. Номер телефона возьмешь, если что, звякни, чем смогу, помогу.

– Серый китаянку встретил, – сообщил по сотовому Монгол. – Какой-то знакомый ее привез. Заплатили путем. Поэтому…

– Поэтому мы спросим, что за китаянка, – перебил его Буран.

– А ты чего такой злой? – расслышав в голосе Бурана раздражение, спросил Монгол.

– Парней наших с поезда менты сняли в Ярославле. До столицы, суки, доехать не могли, бойню устроили. Если вернутся, лично закопаю!

– Насчет Серого не забудь.

– Сегодня же им займутся.

– Вот что, – отключив телефон, Буран повернулся к сидевшему на кровати Сяню, – тут фраер один, ну, в общем, заблатненный трохи, китаянку одну забрал из последней партии. Какой-то китаеза…

– Я тоже китаеза, – спокойно перебил его Сянь. – Молодая?

– Да.

– Надо выяснить, кто такая. И чем скорее, тем лучше. Для вас, – усмехнулся Сянь.

– Да ты особо-то не выделывайся, – процедил Буран. – Не забывайся!

– А ты с Туманом поговори об этом, – посоветовал Сянь, – и поймешь, что ты по сравнению со мной просто маленькая собачка, которой я имею право говорить «фас». Поэтому делай, что я говорю, а я тебе буду платить. Ты меня понял? – едко спросил он.

– Слушай сюда, Туман, – недовольно посмотрел на вошедшего плотного мужчину лет пятидесяти сидевший в кресле с газетой в руках худой мужчина в темных очках, – твои люди не справляются. Тех, кто поехал за китаянкой, сняли. Бакланы они, одним словом.

– Вот что, Маэстро, – резко произнес Туман, – ты под китайцев улегся и думаешь…

– Ты, блин, – Маэстро вскочил, – выбирай выражения, а то и…

– Да тебе любой то же самое скажет! – заорал Туман. – Скоро китаезам платить будем! Они уже…

– Не путай хрен с гусиной шеей! – Маэстро вернулся в кресло. – Китаезы мне так же, как и тебе, на хрен не упали. А это триада, с ними шутки шутить – себе дороже. И платят они прилично, а если где-то запал, все на них списать можно. А будем ставить из себя, кончат нас, и все дела. Вот с девчонкой не вышло, и могут быть неприятности.

– Так, может, разжуешь, что к чему? – Буран сел на стул. – А то делай то, встреть там, проводи, а что почем и на кой хрен все это надо, не знаю.

– Меньше знаешь, дольше жить будешь. Я и сам знаю хрен да маленько. Надо было китаянку в центр отправить. Ты об этом знаешь. И если вдруг объявится еще одна, как ее… – он вытащил из ящика письменного стола записную книжку, – вот, Ин Дун, немедленно дать знать о ней этому узкоглазому толстяку Сяню. Видать, все здесь у китаез повязано. Буран мне про это говорил. А с ним шутки хреновые, с другой стороны, делов никаких вроде, а бабки приличные получаем. Но все это, похоже, скоро нас касаться не будет. Кажется, в центре у этой шкуры все получилось. А вот твои потеряли ее перед самой Москвой. На кой хрен они там бойню устроили?

– Вэвэшники ехали. Ну, по бухе парни и…

– Бурану надо втык сделать. Хотелось бы знать, кто в Москве эту китаянку встретил.

– А зачем тебе это?

– Хочется все-таки выяснить, что за дела такие. Ни разу в международном масштабе не работал. – Маэстро рассмеялся.

– Антон Васильевич, – приоткрыв дверь, заглянула в кабинет молодая миловидная женщина. – К вам…

И, вздрогнув, упала лицом вниз. В кабинет ворвались двое китайцев. Вскочивший Маэстро со звездочкой ниндзя в горле, осел на ослабевших ногах и, падая, ударился виском о край стола. Выхватившему пистолет Туману звездочка тоже вспорола горло. Китайцы, подскочив каждый к своей жертве, вытащили звездочки и метнулись к двери. Затащили в кабинет мертвую женщину и закрыли дверь. Один кивнул на торчащий в замочной скважине ключ. Второй, дважды повернув, сунул ключ в карман. Оба вышли и очутились во дворе кафе. Бросились на улицу и сели в «Москвич», который тут же отъехал.

– Русских, кто знает о нашем деле, надо убрать, – требовательно проговорил по телефону мужчина.

– Мы этим уже занимаемся, – ответил Сянь. – Мне самому пришлось выполнить работу посланцев смерти. – Он взглянул на тело Бурана на полу.

– Убрать также тех, кто ехал в поезде. Они арестованы и вполне могут также заговорить. А это провал. Ты меня слышишь?

– Считайте, что они уже мертвы, – ответил Сянь. – Появилась информация, что в Россию кто-то переправил через канал Худого Сюна девушку. Ее принял здесь русский. Выясните, кто помог девушке перейти границу…

– Так это твой канал, – напомнил абонент. – Найди русского и девушку. Это она, Ин Дун. Иначе умрешь! – Телефон отключился.

– Не надо со мной так, Учитель, – пробормотал Сянь. – Я далеко и, если что-то почувствую, просто растворюсь в мире. Тогда никто не сможет прислать ко мне посланцев смерти. Я дождусь ее на берегу океана в уютной вилле, – улыбнулся он. – А насчет русских ты прав, Учитель, – засмеялся он. – Я получаю от этого удовольствие. На Даманском убили моего отца, и я в два года стал сиротой.

* * *

– Да? – Серый поднес к уху сотовый.

– Слышь, приятель, – послышался голос Рафаэля, – тебе лучше лечь на дно и не подавать позывных. Тебя ищут люди Бурана и Тумана. Ко мне приходили китайцы. Похоже, им тоже нравится та девчонка, которую ты держишь при себе. Имей в виду, настроены они очень и очень серьезно. Так что ложись на дно. Лучше, если ты это сделаешь в моем вигваме на Расовке. Я послал машину с Семеном, он вас туда отвезет. Выходи на улицу и садись, он уже около дома.

Серый подошел к окну и посмотрел вниз. Увидел подъезжающий «мерседес».

– Быстро за мной! – сказал он Ин. Та, подхватив свой рюкзак, бросилась к двери.

«Молодец, – одобрительно подумал он, – не спрашивает, а сразу делает, что говорю. Отлично».

– Его нет ни дома, – услышал Сянь, – ни у родителей. Никто его не видел.

– Найдите Серого, – требовательно проговорил он.

– Будьте здесь, – кивнул пожилой мужчина. – Я отвезу фотографии Рафаэлю. Когда будут готовы документы, привезу. Никуда не выходите. Свет в комнатах не включайте. Телевизор и еда в бассейне. Оттуда свет с улицы не виден. – Посмотрев на Ин, он подмигнул Александру. – Хороша! – И вышел.

– Хороша Маша, да не наша, – усмехнулся Александр. – Так дед говорил про соседку. – Он засмеялся.

– И что будем делать? – спросила Ин. – Из-за меня у тебя неприятности.

– Будем ждать твои документы, – ответил он. – А сейчас пошли в бассейн и приготовим поесть. Ты ела что-нибудь из русской кухни?

– Пельмени. И они мне очень понравились И щи со сметаной. Тоже вкусно было.

– А вы в Китае только рисом и питаетесь, наверное?

– Нет. Китайская кухня славится во всем мире.

– Пойдем посмотрим, что здесь есть. Ночевать нам придется в бассейне. Надеюсь, недолго. Я поеду с тобой.

– Зачем? У тебя же здесь…

– Ну не могу же я отпустить тебя одну, – не стал он объяснять настоящую причину.

– Твою мать! – зло бросил капитан милиции. – Четвертое убийство. Мочат всех наших клиентов. И на заказуху не похоже. Короче, глухарь.

– И не один, а четыре, – сказал дежурный.

– На одном три трупа, – усмехнулся и капитан. – Мусина, Маэстро, его секретаршу и Томанова замочили в кабинете. Эксперты никак не поймут, чем их убили. Что-то вроде очень маленьких топориков. Туда Васин поехал.

– Свидетели есть? – спросил дежурный.

– В кафе никого не было. Видели только бармен с официанткой, как Томанов заходил. Странно. Вроде не было никаких разборок ни у Мусина, ни у Томанова. В чем же дело?

– А по мне так и неплохо, что эту шваль убрали, – высказался полный майор. – Сейчас время пошло…

– Секретарша Маэстро, – сообщил вошедший оперативник, – убита ножом. Томанов и Мусин звездочками ниндзя…

Капитан выругался и пробурчал:

– Ниндзя нам еще не хватало.

– Так, – Рафаэль убрал фотоаппарат, – через два дня принесу паспорт. Вот твое новое имя. – Он протянул Ин листок. – Фамилия, имя, отчество и так далее. Выучи, как верующие учат «Отче наш».

– Я поняла, – улыбнулась Ин. – А почему вы мне помогаете?

– Да я не тебе, – кивнул на Серого Рафаэль, – ему. А вот почему он за тебя готов голову на плаху положить, это вопрос к нему.

– Да какая там плаха, – отмахнулся Александр. – Подумаешь…

– А тут думай не думай, – вздохнул Рафаэль. – Маэстро с Туманом хлопнули в кафе, Бурана замочили. Не знаю где, а нашли около свалки. И по-моему, вполне ясно, из-за чего. Нужен им этот Глебов зачем-то. – Он посмотрел на Ин. – И ты нужна. Как я понял, что-то в Китае всплыло. И я никогда не видел, чтоб китаезы так активизировались. Ищут они тебя, Серый, а значит, и ее. А найдут, и дураку понятно, что будет. Тебя сразу шлепнут, ну, может, трохи помучают согласно восточным традициям, быстрая смерть суждена только врагу, которого они считают достойным. А остальных мучают. Даже если и ясно все. Традиция, – улыбнулся Рафаэль. – Так что тебе надо что-то придумать. Идти в милицию бесполезно, только на неприятности нарвешься.

– Я с ней поеду, – кивнул на Ин Александр.

– Это, пожалуй, единственно правильное решение, – улыбнулся Рафаэль. – Вот, – он вытащил из кармана пачку евро, – полторы тысячи. Разбогатеешь – отдашь. Если нет, то приготовь мне на том свете место поближе к котлу. В рай я один хрен не попаду, – засмеялся он, – всю жизнь грешу. Сюда никто не сунется, – уже серьезно сказал он. – Носа не кажите. Как стемнеет, в бассейн. Но тихо. Не врубайте музыку. В общем, не шумите. Я сегодня останусь, у меня свидание. А вы сидите тихонько как мыши. Еды там полно. В морозильнике и рыба есть, и мясо. Воду не заливайте в бассейн. Там фильтры на сливе делать надо. В общем, вперед.

Москва

– Поедешь к нему. – Белый Змей протянул китаянке листок. – Ну а что делать дальше, ты в курсе. Тебя будут подстраховывать. Если что-то пойдет не так, знаешь, как дать сигнал. Поедешь сегодня вечером.

– Ясно. – Прочитав, она сожгла листок.

– Запомнила? – удивился он.

– Да.

– Как у тебя с боевой подготовкой?

– Хорошо.

– А ведь твое настоящее имя Юнь, – вспомнил Белый Змей. – Привыкла к Ин уже?

– Да, – кивнула Юнь. – Я хочу спать. Этот поезд… Мне там очень тяжело пришлось.

– Комнату тебе приготовили.

Она поклонилась и вышла за молодым мужчиной.

– Ну? – Из соседней комнаты появился невысокий китаец.

– Она справится, – кивнул Змей.

– Адрес проверили?

– Да. Глебов Леонид Викторович, живет в Щиграх с женой. Женился недавно. Недавно К нему приезжали трое. Интересно, кто убил детектива, – зло спросил он, – и подослал милицию? Может, стоит…

– Времени нет. Кто-то еще пытается найти Убежище Дракона. Сейчас многое зависит от рукописи, которая находится у американца. Но из-за этого волноваться нечего. В любом случае все, о чем там говорится, мы узнаем сразу же. И тогда Бронксы умрут. Все. Сейчас надо выйти на Глебова. Он что-то знает и сам об этом не догадывается. Неплохо было бы найти и настоящую Ин. Но она никуда не денется. И очень может быть, что скоро объявится здесь. Ей почему-то помогают русские, голос крови, что ли? – Он усмехнулся. – Кстати, ее тетка тоже собирается в Россию. Интересно зачем? – пробормотал китаец. – Чтобы найти племянницу или Глебова? Данные о нем точные?

– Абсолютно.

– Но ты говорил о двоих Глебовых.

– Вышли на того, который сейчас у нас, – объяснил Белый Змей. Другой живет в деревне, и скорее всего он никто. Ходит неопрятный, бывает, запивает. В военкомате на учет не становился, никаких мероприятий, посвященных…

– Да, – перебил его невысокий, – и эти трое были у нашего Глебова. Кстати, ты говорил с кем-нибудь из этих бывших солдат?

– Двое убиты. Третий куда-то уехал. А до них убит Автандил. Он из общества бывших афганцев.

– Знаю. Будьте готовы. Как только выяснится что-то конкретное, все, кто что-либо знает об этом, должны умереть. И надо узнать, кто убил детективов и подставил твоих воинов. Кого задержали?

– Дам Туня… он ранен и…

– Он должен умереть, – покачал головой невысокий. – Надеюсь, ты понимаешь это?

– Да, – отозвался Белый Змей.

* * *

– Что? – расширил глаза Зубов. – Как убили? Да…

– И Сапогова с женой тоже, – перебил его коренастый молодой мужчина со шрамом на лбу. – Так что поглядывай вокруг. Вот, блин, жизнь пошла, как в тылу врага. Идешь и не знаешь, кто тебя и когда…

– У моих был? – спросил Александр. – Как они там?

– Да нормально. Ты прикинь варианты и не суйся домой, пока все не выяснишь. Сам подумай, вы возвращаетесь, и Сапога с Пестовым валят. И жену Сапога. А Петьку…

– Значит, из-за Глебова, – процедил Александр. – Ладно, спасибо, что сообщил.

– Да хорош тебе. Если что, звони. В любом случае поддержим. Я мужикам свистну, и этим духам мало не покажется.

– А можно я у тебя поживу пару дней? – попросил Александр. – Пока…

– Без вопросов. Мои сейчас в деревне у родичей и вернутся осенью. Так что даже хорошо, что ты у меня будешь. А то порой хоть волком вой. Куда-то пойти боюсь, еще не отошел от Чечни. Как увижу этих, – он шумно выдохнул, – тянет туда снова. Правда, сейчас там намного тише стало. ФСБ работать стала почетче. Вот что, ты пока тут похозяйствуй, ну, там яичницу зажарь и хлеба нарежь, душ прими. А я в магазин смотаюсь. Куплю горячительного и курева.

– Не надо, у меня все есть, – сказал Зубов. – Я заработал трохи, сопровождал одного коммерсанта. Делов-то на два дня, а он отстегнул неплохо. Насчет душа ты прав. Пойду ополоснусь. Слушай, позвони-ка моей матери и осторожно узнай, что там и как. Спроси обо мне. Ну, вроде пригласить меня куда-то хочешь.

– Все сделаю, – кивнул коренастый.

– Толик, – вздохнул Зубов, – а может, съездишь? По телефону…

– Запросто, – улыбнулся Анатолий.

– Вы одурели! – кричал по сотовому полный седой мужчина.

– А ты прикинь варианты, – ответил ему смуглолицый атлет. – Не было другого варианта. Почему ты нервничаешь? Мы тебе подарили…

– А тех за что?

– Слушай сюда, Доронов, ты получаешь бабки и абсолютно ничем не рискуешь. Просто иногда оповещаешь нас…

– Я выхожу из дела! – отрезал седой. – Убийство…

– Поздно, Дмитрий Павлович, ты уже в деле. И трупы на твоей совести. Ты же знал, зачем мы спрашиваем об этих двоих. И ты дал адреса и фамилии. Кстати, ты и посоветовал это сделать. Короче, вот что. Сегодня нарисуешься в нашем баре. Приедет Литовец. Есть серьезный разговор. Похоже, это дело не на один лимон тянет. Как тебе такой расклад? Не хочешь неожиданно стать миллионером? Конечно, если нет такого желания, можешь…

– Я приеду. Но ты, Новруз, не особо на меня наезжай, я в любом случае в стороне останусь. А вот тебе…

– Вот даже как? Ну, вольному воля, спасенному рай. Только не делай глупостей…

– Я приеду в бар, там и поговорим. Пока, Бек. – Доронов отключил телефон и задумчиво посмотрел на окно. – Что дело прибыльное, я сразу понял. А вот до тебя, Бек, кажется, пока не дошло, кто под кем ходит.

– Валить его надо, – возбужденно говорил в сотовый Бек. – Он, похоже, хочет…

– Успеем, – насмешливо проговорил бритоголовый здоровяк. – Не гони лошадей, Бек. Он нам сейчас очень нужен. Благодаря ему мы этих подчистили и дальше играем. Только вот настоящего что-то никак не найти. Кстати, китаянка уже здесь. Значит, вот-вот к папане поедет. Представляешь, каково будет…

– Зуба так и нет, – перебил его Бек. – Как бы он снова не намылился…

– Он коммерсанта возит, – сообщил бритоголовый, – владельца автозаправок. И не понимает тот бедолага, что именно благодаря этому смертный приговор себе подписал.

– Что? – не понял Бек.

– Скоро автомобиль Петрова, владельца пяти автозаправочных станций по Ярославскому шоссе, взорвется, а с ним вместе и Зубов.

– Ну ты даешь, Литовец! – захохотал Бек.

* * *

– Пора, – посмотрев на сидевшего за рулем крепкого парня в спортивном костюме, кивнул худощавый мужчина лет тридцати и нажал на кнопку пульта.

Ахнул мощный взрыв. Подброшенный вверх разорванный пополам темно-синий «мерседес» отбросило с шоссе. И снова раздался взрыв. На этот раз взорвался бензобак. Несколько автомашин, объезжая искореженный «мерс», столкнулись.

– Валим! – Худощавый достал сотовый. – Все, – сообщил он, – сработали. Никто уцелеть не смог, – хохотнул он.

– Приезжай за гонораром, Подрывник, – сказал ему Литовец.

– И что делать думаешь? – закурив, спросил Анатолий.

– Да хрен его знает, – ответил Зубов. – Надо навестить того Глебова. Неужели кто-то за него себя выдает? На кой хрен? Если только капитана убили, а его документы…

– Они бы не вели себя так спокойно, – возразил Анатолий. – Вас бы еще там убрали на фиг. На кой черт нужны свидетели? Тем более баба с ним по телефону говорила.

– Нам не дала поговорить. Ничего не понимаю. Надо ехать в Щигры и все выяснить.

– Ага, – усмехнулся Анатолий, – тебя там уже наверняка ждет пара снайперов. На этот раз живым уйти не дадут.

– Может, в милицию пойти? – наливая в стаканы водку, вздохнул Александр.

– Иди. Тогда уж точно твоих зарежут. Без тебя их не тронут, а вот если ты в милиции нарисуешься, наверняка кончат. Сам знаешь, какое сейчас время. А может, это с Чечней связано? Ведь ты, Пестов и Сапог участвовали в операции, когда Масхадов…

– Да ну! – отмахнулся Александр. – Здесь что-то другое. А вот что именно, не пойму. Вообще ничего не понимаю. Жена Глебова, ну, того, вроде о нас знает. Обрадовалась, приняла, как полагается. Потом эти бакланы появились. Ну мы и свалили. Она же там труп сделала. Короче, надо ехать туда и разбираться.

– А может, это те и вышли на вас, которые Сапогова и Петьку…

– Твою мать! – Александр поставил стакан. – А я как-то про них и не подумал. Точно оттуда. Короче, надо ехать к капитану. Иначе, похоже, ему там сейчас очень невесело. Поедешь?

– Да запросто. Но вы же оставили номера телефонов. Чего же он не звонит?

– Тоже верно. Но что-то надо делать, иначе меня могут хлопнуть.

– Я завтра с утра позвоню Ваське Орлову. Он хоть и мент, капитан ППС, но мужик нормальный. Узнаю у него, какие версии у сыщиков имеются.

– А это подозрения не вызовет?

– Да мне важно узнать, я же все-таки воевал с ними вместе. Так что мой интерес вполне понятен. Ну, давай за тех, кто там.

В квартиру позвонили.

– Кто бы это мог быть? – посмотрел на дверь Анатолий. – Жена обычно звонит, если что-то надо.

– Спроси.

– Ты подстрахуй. – Анатолий сунул в карман выкидник. – Ружье в спальне, патронташ в шкафу.

Александр метнулся в спальню.

– Иду! – крикнул Анатолий. – Я мылся! Иду! – Увидел выскочившего из спальни с двустволкой двенадцатого калибра Зубова.

– Дверь открывай и сразу вправо, – прошептал тот.

– Помню. Кого там принесло?

– Открывай, – раздался мужской голос. – Звал в гости, а я тут уже полчаса трезвоню.

– На ловца и зверь бежит! – обрадовался Анатолий. – Орлов Васька. – Он открыл дверь.

– Привет, – шагнул вперед плотный молодой мужчина. – Во, – увидел он Александра, – Зубов. Давненько не виделись.

– Пить будешь? – Анатолий поставил на стол третий стакан.

– Давай.

– Китаец себя прикончил! – крикнул старший сержант, дежурный по ИВС. – Спичку заточил и в шею воткнул. Сразу…

Дежурный офицер бросился к двери.

* * *

– Погоди, – остановил Зубова захмелевший Орлов, – выходит, Сапогова и Пестова могли те, из Курска, сделать. А почему ты раньше молчал?

– Да светиться не хотелось, – ответил Зубов. – Все-таки труп там.

– Понятно. Ну что же, – взяв стакан, кивнул Орлов, – я постараюсь что-нибудь узнать. Пока никаких зацепок нет, насколько мне известно. Но и с курскими неувязка получается. Как они могли узнать адреса Сапогова и Пестова? Почему к тебе не приходили? Да и не похоже, чтоб там какие-то авторитетные были. Те себя так не ведут и… – он, не договорив, сделал глоток и закусил огурцом. – К тому же нашли троих, свеженьких. Похоже, они и были у Пестова. Так что никак на курских бакланов не тянет. А ты из-за этого и остановился у Тольки? Значит, думаешь, и тебя могут?

– Да просто найти надо этих гнид, – процедил Зубов. – Не могу же я так оставить…

– Правосудие одиночек называется местью и преследуется законом, – усмехнулся милиционер. – Не советую я тебе, Зубов, этим заниматься…

– Но вы-то ни черта не можете! – раздраженно проговорил Александр. – Только…

– И мы можем, – перебил Орлов. – И берем многих, и расследуем. Только сейчас… – Он допил водку. – Например, убийцы Пола Хлебникова. Взяли, доказали, а присяжные, мать их, освободили в зале суда. И так нередко бывает. На мента в квартире напали, он пристрелил двоих, его посадили. А одного судили, он соседку убил, оправдали. А все на нас валят. И взяточники мы, и сами преступления совершаем.

– А разве не так? – усмехнулся Анатолий. – Ведь не из воздуха это берут. Хотя и раньше, наверное, так было, только не было гласности, вот и молчали. А сейчас на чистую воду вашего брата вывели. Хотя, если честно, не понимаю я. Ну ладно еще, сержант-гаишник собирает по сотне или по две. У него и зарплата не ахти, и жизнью рискует. А вот эти полковники из МУРа. И работа не бей лежачего, и наверняка получали немало, а пошли…

– Хватит, – засмеялся Орлов, – а то сейчас пойду и уволюсь. Дерьма, конечно, хватает. А насчет Сапогова и Пестова я обещаю, что постараюсь все выяснить и сообщу. Конечно, это тоже нарушение, но воевали вместе. В общем, если что узнаю, свяжусь с вами.

– Пиво будешь? – спросил Анатолий.

– Да уж до кучи, – кивнул Орлов, и в этот момент у него в кармане прозвучал сотовый. – Ну вот, – недовольно пробормотал он, – нет покоя ни днем, ни ночью. – Он поднес телефон к уху. – Да? – Нахмурился. Покачал головой. – Понял. Но я сейчас не в форме, у меня законный… – Абонент перебил его. – Да, понятно. Значит, мы с ним закончили. Жаль, – засмеялся он. – До завтра! – И отключил сотовый. – Петрова взорвали на МКАД, – сказал он. – А он у нас по делу шел.

– Петрова? – переспросил Зубов.

– Ну да, – посмотрел на него Орлов. – А ты что, знал его?

– Я только что от него, можно сказать. На него наезжать кто-то стал, вот он и обратился ко мне – поднатаскай, мол, мою охрану.

– А не знаешь, кто именно наезжал? – спросил Орлов.

– Похоже, это не Петрова взорвали, – вмешался Анатолий, – а тебя, Зуб. Тебя, как говорится, Бог отвел. Похоже, ты влип крупно.

– Может, все-таки растолкуете, что к чему? – зло спросил Орлов.

– Да понимаешь, – вздохнул Зубов, – мы капитана своего искали.

– И что? При каких тут Глебов?

– Место ты выбрал не очень, – проворчал, усаживаясь за стол, Доронов.

– Место самое то, – успокоил его Литовец. – Здесь чужих в это время не бывает. Я вот зачем тебя позвал… – Он поднял рюмку коньяка. – Ты чего выделываешься? Сам понимаешь, что отыгрывать поздно. Мало бабок? Скажи – добавим. Осталось совсем чуток, а ты…

– Послушай, Литовец, – сказал Доронов. – Начали убивать, а у нас насчет этого была договоренность: моей информацией для убийств вы не…

– Игра пошла по-крупному, – перебил его тот. – Но ты не бойся, все путем. На тебя никто не выйдет. А вот умереть можешь запросто. Малейший зехир с твоей стороны, и все. Я тебя не пугаю. Но на кону большущие бабки. И чтобы выиграть, приходится мочить. Не мы, так нас. Сколько ты хочешь?

– Процент от доли, – неожиданно проговорил Доронов. – Я понял, чем вы занимаетесь. И что у руля не ты с Беком, а штатники. Ты думаешь, я не знаю, что в Штаты улетел Антон Гродский, а профессора Азова на следующий день машина сбила? Совпадение! – Он рассмеялся. – А занимались они китайскими грамотами. Я тут покопался в прессе и узнал любопытную деталь: похищена старая китайская рукопись некоего отшельника. Его прозвали Одинокий Человек Гор. И есть версия, что в этой рукописи указано место, где монах оставил свой рецепт бессмертия. Одно это уже стоит миллион долларов. Хотя, разумеется, ни о каком бессмертии не может быть и речи, но оксфордский профессор Брайан дает за эти рукописи миллион фунтов стерлингов.

– Твою мать! – возмутился Литовец. – Выходит, нас за дураков держат! Погоди, ты по натуре лапшу на уши вешаешь?

– А ты не знаешь ничего? – удивился Доронов. – Выходит, в самом деле тебя за дурака или Бек держит, или те, кто тебя нанял. Китайцы в столице активизировались, ищут кого-то…

– Короче, вот что! – Литовец встал. – Покатили к Беку. Ты ему все это разжуешь и…

– Хорошо, – кивнул Доронов. – Только заедем ко мне. Я возьму газеты, вы сами увидите.

– Ага, – усмехнулся Литовец, – мы с Беком по-английски запросто читаем. Но газету возьмем, – тут же согласился он.

– Ее я не видела уже два дня, – стоя в дверях, говорила пожилая женщина. – И дети ее тоже не выходили. Я думала, может, уехали куда. И газеты не берет никто. У нее брат жил. С женой поскандалил, видно, и приехал к сестре.

– Спасибо, – кивнул парень в штатском. – Что делать будем? – обратился он к стоявшему рядом лысому мужчине лет сорока.

– Пусть начальство решает, – отмахнулся тот и достал сотовый.

– Думаешь, там жмур? – прошептал молодой.

– Не привыкай говорить на жаргоне, – предупредил лысый, – потом сам не рад будешь, укоренится он в твоей речи.

– Удачи тебе, – пожелал Юнь рослый китаец в очках. – Как нас вызвать, знаешь. Но надеюсь, что не придется.

– А если он ничего не знает? – спросила девушка.

– Не мы решаем, что делать.

– А ты говорил, паспорт. – Ин, улыбаясь, посмотрела на идущего рядом Серого. – Все хорошо прошло. Меня даже приняли за русскую.

– А я все-таки нервничал, – признался Серый. – Рафаэль хоть и заверил, что все будет нормально, я боялся.

– Это Москва? – озираясь, спросила она.

– Домодедово, – улыбнулся Александр. – Аэропорт. Дальше городок такой же. До Москвы отсюда километров сорок. И куда нам ехать? – Он остановился.

– Куда молодым надо? – подошел к ним средних лет мужчина. – Цена умеренная, безопасность гарантирую и доставлю…

– Министерство обороны, – не дала договорить ему Ин.

– Куда? – удивился он.

– Не слышал, что ли? – усмехнулся Серый. – Минобороны.

– Хорошо, – кивнул таксист, – поехали.

– А сколько это будет стоить? – спросил Александр.

– С вас две тысячи, – улыбнулся водитель.

– Поехали! – Ин потянула Серого за руку.

– Зря, наверное, мы с Орловым разоткровенничались, – сказал Зубов.

– Да ничего, – Анатолий зевнул, – он мужик нормальный. Не думаю, что будет в это своих впутывать. Ведь ничего конкретно неизвестно. Давай еще врежем и на боковую, – наливая водки, предложил он.

– Хватит, – покачал головой Зубов. – Пойду холодный душ приму и прошвырнусь. Надо все-таки мать навестить.

– Не советую. Запросто можешь под пулю или нож попасть. Петрова вот хлопнули, а метили наверняка в тебя. Для тебя мину подсунули.

– Тогда чего мне бояться? Для них я уже покойник.

– А ты думаешь, они не проверят? Наверняка уже знают, что ты жив.

– Его не было в машине, – зло говорил Бек.

– Да и хрен с ним, – усмехнулся Литовец. – Пусть живет, он нам не мешает. Значит, теперь мы одна команда? – посмотрел он на курившего у окна Доронова.

– Кто вас нанял? – не поворачиваясь, спросил тот. Бек и Литовец переглянулись. – Зачем вам нужен капитан Глебов? Давайте договоримся сразу: если мы команда, я должен знать все. Если нет, расходимся.

– И ты думаешь так легко уйти? – шагнул к нему Литовец и замер.

– Руки за головы! – держа в руке пистолет, приказал Доронов. – Я пристрелю вас обоих, и мне еще поощрение будет. Оружие здесь наверняка есть, а этого вполне хватит…

– Ну ты сука! – процедил Бек. – Я говорил, его валить надо, а ты…

– Да если бы не он, – откликнулся Литовец, – так мы и не знали бы ни хрена. Я с ним работаю, – заявил он. – Не хочешь, дело твое.

– Но ты же знаешь условие, – напомнил Бек.

– Короче, дело вот какое, – сказал Литовец. – Одна американка, ну, есть у меня любовница оттуда, предложила нам заработать по двести тысяч баксов, а все расходы за ее счет. Правда, что именно от этого будет иметь, она не сказала. Да если откровенно, нам и чхать на это было. Снабжала бабками постоянно. Потом потребовалось найти Леонида Глебова. Мы нашли. Все как заказывала. И женили его за отдельную плату на одной дамочке. Так что он под постоянным контролем. А тут выясняется, что…

– Значит, частных детективов вы убрали? – понял Доронов. – А мы думали, китайцы. Или вы просто подставили…

– Ты умный мент, – усмехнулся Бек.

– Но совсем рядом живет настоящий Глебов, – быстро проговорил Доронов. – Вы это знаете?

– Нет, – в один голос ответили Бек и Литовец. – А ты откуда знаешь?

– Когда я прочитал о рукописи, заинтересовался этим. Потом узнал об убийстве Сапогова и Пестова и довольно быстро понял, что это связано с их поездкой в Курск к капитану Глебову. Кстати, я знаком с ним лично. Правда, шапочное знакомство, но тем не менее видел. А вы, значит, решили убрать этих, чтоб не засветить своего Глебова. А кто он?

– Глебов, – сказал Бек, – Леонид Николаевич. – Он криво улыбнулся.

– А не боитесь, что когда он поймет, в чем дело, может вас кинуть? – спросил Доронов.

– Нет, – засмеялся Литовец, – это исключено.

– Значит, штатники увезли Гродского, – сказал Доронов. – Он специалист по старокитайскому. Профессора, значит, нанял кто-то из США, а он подключил Гродского. Его убьют там, в Америке, а здесь, чтобы не связать это воедино, хлопнули Азова и наверняка убили сестру Гродского. Вы в курсе, что противостоите триаде? Ну, точнее, одной из ветвей этой могущественной преступной организации. Они основательно устраиваются на нашем Дальнем Востоке. В частности в Хабаровском крае. А теперь и в Москве появились. Хотя и тут они давно прощупывали почву. У них есть свои каналы. Правда, по мелочи. Например, поставка подделок электроники…

– И хрен с ними, мы у себя дома и в гробу видели и триаду, и «Козу ностра». – Бек рассмеялся.

– Зря ты так, – сказал Доронов. – Триада – это очень и очень серьезно. А как вы хотели искать пещеру, в которой…

– Да мы о ней и не знали, – напомнил Бек, – только догадывались, но не думали, что из-за этого все…

– Брешете, – уверенно произнес Доронов. – Не пошли бы вы на трупы так спокойно. Значит, что-то знаете. И не зря же вы…

– Мы делали все, – перебил его Литовец, – о чем просила американка. Она нам бабки платит. Неужели не поймешь никак? Вроде полковник УБОП, а ни хрена въехать не можешь. Или на вшивость проверяешь? – Он засмеялся.

– Проверяю, – усмехнулся Доронов. – Просто не верится, что вы на это пошли только из-за денег. Ведь…

– А сейчас люди ради денег делают все, что угодно. Да, мы знаем о рукописи и о том, что ее ищут. Мы подставили китайцев. Да, над нами стоит американка. Но мы посмотрим, как дело будет идти, и скорее всего бросим ее на хрен. Мы только цену не знали, поэтому я и решил с тобой серьезно переговорить. Ты, похоже, знаешь больше, чем мы, и…

– Вот что, – перебил его Доронов, – вызовите американку сюда, тогда и разговор будет. И еще, – он посмотрел на Бека, – не советую пытаться убрать меня. Вам тогда крышка. Надеюсь, вы меня понимаете? Прежде чем идти к вам, я все…

– Да понял я это с ходу, – усмехнулся Бек. – Мент, он и в деле ментом остается. Но ты тоже запомни: если нас возьмут, ты прицепом пойдешь. Если шлепнут, то тебе на нарах местечко приготовлено.

– Конечно, – спокойно ответил Доронов, – ведь я видел, как ты включил записывающее устройство. – Он рассмеялся. – Но здесь замешаны очень большие деньги, и поэтому нам лучше держаться вместе. Вы не сможете располагать той информацией, которую запросто могу получить я. А я никого не могу убрать, если будет очень нужно. Мы нужны друг другу. А американка нужна для того, чтобы все выяснить. И торопитесь, время может работать не на нас. Кстати, Зубов жив. Но мой совет – не трогайте его. И еще, – он вытащил из нагрудного кармана листок, – здесь адрес настоящего Глебова. За ним надо установить постоянное наблюдение. Надеюсь, на вашего клюнут китайцы, а этот будет наш. Но трогать его нельзя. Знать бы, зачем он понадобился?

– У него в Китае дочь, – ответил Литовец. – В общем, американка нам сказала, чтобы мы придумали…

– Умно, – не дослушав, усмехнулся Доронов. – Из этого действительно может что-то получиться. Тогда убийство детективов оправдано. Но настоящего Глебова надо держать на виду. Зовите американку. Кстати, как ее имя?

– И куда вам теперь? – остановив машину возле медленно бредущих по тротуару Ин и Серого, спросил водитель такси.

– А тебе что за дело? – недовольно посмотрел на него Александр.

– Да просто интересно. На бандитов или террористов вы не похожи. Те обычно знают, куда едут. Конечно, не мое это дело, но я высадил вас, отъехал и остановился. Думаю, и что дальше? Вижу, вы постояли и пошли побыстрее от министерства. Хорошо еще, что вас не остановили. Сейчас в Москве с этим делом строго. Садитесь. Мне мать не раз говорила: твое любопытство до хорошего не доведет. Но вижу, хреново вам. Садитесь, денег не возьму.

– Он добрый, – прошептала Ин Александру. – Давай скажем ему, почему мы приехали в Москву и что нам нужно в Рязани. Мне кажется, там нам помогут найти Глебова.

– Хорошо. Только что-то не верю я сейчас в…

– А ты однажды поверь, и, может, жить веселее станет, – рассмеялся таксист.

Они сели на заднее сиденье.

– Андрей Соколов, – повернувшись, протянул он руку Александру, – частный таксист. Но постоянно таковым не являюсь. Просто познаю жизнь, – улыбнулся он. – Куда бы вы хотели поехать?

– Мы совершенно не знаем Москву, – негромко, слегка волнуясь, ответила Ин.

– Ясно, – кивнул Андрей. – Но зачем-то вы прилетели в столицу нашей необъятной Родины. Неужели только для того потратили немалую сумму, чтобы…

– Я хочу найти своего отца, – вздохнув, призналась Ин. – Я…

– Поэтому я и остановил вас, – сказал Соколов. – Я услышал фамилию Глебов. Не Леонидом ли зовут Глебова, о котором вы говорили?

– Да, – кивнула Ин. – Вы его знаете?

– Отчасти. Вы не будете против, если мы посидим где-нибудь и поговорим?

– А ты откуда Глебова знаешь? – спросил Серый.

– Давайте все вопросы, а следовательно, и ответы оставим до кафе. Я не очень хорошо вожу машину в городе, поэтому не отвлекайте меня. Я все обстоятельно вам расскажу.

– Вы надолго в Москву? – по-китайски спросил Мэй невысокий молодой мужчина в очках.

– А я думала, «железный занавес» больше не существует и прилетевших в столицу демократической России не берут на заметку в КГБ, – улыбнулась Мэй.

– Извините, – смущенно отозвался тот. – Я впервые встретил настоящую китаянку и хотел бы попрактиковаться в разговорном языке.

– Вы хорошо знаете Москву? – спросила Мэй.

– Я родился и вырос в Москве, – ответил мужчина. – И если вы хотите…

– Как мне быстрее доехать до Курска? – перебила его Мэй.

Курск

– Ну вот, – молодой мужчина в темных очках остановил машину, – дальше ты сама. Вот билет на поезд Москва – Курск. – Он протянул ей билет. – Ты приехала на поезде. И запомни: до этих, как их, – он вытащил записную книжку, – Щигров ты доедешь на автобусе. Никакого такси. Ну а что говорить, ты знаешь.

– А почему я не поехала в Щигры на поезде? – спросила Юнь. – Вполне можно было…

– Ин никогда не была в России и не знает, как добраться до этих самых Щигров. Курск – да, а дальше ты поехала по подсказке пожилой женщины, попутчицы в поезде Удачи. И если что-то не так, сразу давай вызов. Наши парни будут рядом.

– Понятно, – кивнула Юнь. – Я была в России, даже жила почти год. И сумею…

– Но по-русски для папы ты понимаешь не совсем хорошо, – напомнил он.

– Успокойся, Фо, – улыбнулась она, – я все знаю. – И, не прощаясь, пошла к автобусной остановке.

– Надеюсь, у тебя все получится, – прошептал он.

Щигры

– Все нормально, – сказала по телефону Роза. – Прикрытие хорошее. Кстати, меня еще и похвалили, – усмехнулась она. – Говорят, в газете напишут.

– А вот популярность ни к чему, – холодно заметил Литовец. – Ты вот что сделай… – проговорил он.

– Слышь, капитан, – отпив из банки пива, вздохнул коротко стриженный парень. – Надоела порядком эта глушь. Работы никакой, так и со скуки подохнуть можно. Может…

– Лучше со скуки, – осадил его Глебов, – чем от пули или ножа. Хотя, говорят, Бек предпочитает удавкой свои жертвы кончать.

– Хорош тебе жути гнать, – усмехнулся парень. – Мы тоже…

– Завянь! – Глебов достал сотовый.

– Один жив остался, – услышал он голос Бека. – В общем, держи парней при себе.

– А что насчет того, – зло спросил Глебов, – которого застрелила Роза?

– Все нормально, жертва предусмотрена. – Делай свое дело. И запомни: в любое время кто-то может появиться. Так что парней держи при себе.

– А с чего это ты вдруг такую заботу проявляешь? – сухо спросил Глебов.

– Твоя жизнь нам пока нужна, – усмехнулся Бек. – Кстати, как отношения с Розкой? Она тебя во всем устраивает? – Он засмеялся.

– Мне нужны деньги, – переждав его хохот, проговорил Глебов. – И немедленно.

– Будут деньги, завтра привезут. Но запомни, Глебов, если что-то по твоей вине не срастется, лично секим башка сделаю.

– Все будет нормально, если вы не просчитались.

– Должна твоя доченька появиться. Обязательно появится.

– Извините, – обратилась к пожилой женщине Юнь, – вы не подскажете, как мне найти дом номер двадцать четыре по улице Садовой?

– Конечно, подскажу. – Женщина повернулась вправо. – Вон туда иди, через два дома сверни влево и попадешь на улицу Садовую. А дом двадцать четвертый будет посередке, напротив большого пруда.

– Спасибо вам, – улыбнулась Юнь.

– Значит, есть еще неиспорченная молодежь, – провожая ее взглядом, прошептала женщина.

Вишнянка

– Вон тот дом, – кивнул налево сидевший за рулем Хорин. – Я же знал, что твой мужик – это и есть…

– А я думала, ты из триады, – усмехнулась Роза. – Пойду проведаю своего муженька. – Рассмеявшись, она распахнула дверцу.

– Сиди. – Он остановил ее. – Мы сейчас скатимся к дому по дорожке и попросим воды. Скажем, закипели.

– Думаешь, он не понимает в машинах?

– Просто попросим попить или таблетку от головной боли. Или спросим, не продает ли картошку.

– Все, – глядя на свое бородатое лицо, сказал Глебов, – траур завтра кончится, и я бреюсь. Лет шестьдесят на вид, – усмехнулся он. Вытащил из ведра с водой бутылку пива и сделал несколько глотков. – Зря я в деревне остановился, – пробормотал он. – Хотя в городе, может, уже и умер бы. – Он увидел подкатившую к калитке «десятку». – Кого принесло? – всматриваясь в лицо сидевшего за рулем мужчины, прошептал он. – Его не знаю.

– Хозяева! – Хорин вышел из машины. – Хозяева!

– Ну чего тебе? – Глебов вышел на крыльцо.

– Кого еще принесло к Леониду-то? – Тетя Поля надела очки и посмотрела на стоявших у машины мужчину и женщину.

«А он ничего мужчина, – оценивающе глядя на Глебова, думала Роза. – Конечно, оброс, одежда чистая, но видно, что гладил сам. А вот глаза хищника. Смотрит, как будто прицеливается. Конечно, моему Глебову до него далеко».

– Ну, спасибо, – протянул руку Хорин. – А то бы мы так и разъезжали…

– Надеюсь, доедете. – Леонид пожал его руку и пошел к дому.

– Разве это капитан? – усмехнулся Хорин. – Ходит как старик какой-то. И трусоват, близко не подошел, а…

– Он держался на расстоянии своего удара, – проговорила Роза. – Глаза у него хищные. Чувствуется, что солдат хороший.

– Может, и был хорошим, – пренебрежительно отмахнулся Хорин, – а сейчас все, его в Щиграх трое отполоскали запросто. Да и в деревне один чуть не прибил.

– Волк капканы обходит, – улыбнулась она.

– А тебе он, вижу, понравился, – ехидно проговорил Хорин.

– Слушай, Миша, если бы у меня был выбор между ним и тобой, я бы выбрала его.

– Да кто ты есть-то? – заводя машину, засмеялся он.

– Триста пятнадцать, – повторил номер машины Глебов. – Местные. Тачка из Щигров. Кто же ко мне интерес проявляет? Зачем? Что не менты, факт. Да и на уголовников не тянут. Кому и что от меня надо?

Щигры

– Кто был? – переспросил Леонид.

– Девушка, – ответил старичок с палкой, – молоденькая такая, симпатичная. Постучала, подождала немного и ушла. Вон туда пошла.

«Девушка, – мысленно повторил Глебов. – А где же Розка? Интересно, кто это был?»

– А вы, Пантелеймон Федорович не видели, куда Роза ушла? – спросил он.

– Как же не видел? Понятное дело, видел. У меня ж вся улица в этом квадрате оконном на виду. Роза, твоя жена, значит, вышла около двенадцати и постояла трохи. К ней машина подъехала. Марку, значит, назвать не могу. Но она села рядышком с водителем, и они уехали. Туда поехали, – указал он. – А ты, выходит, и не знал, что женушка на машине с другим катается? – хмыкнул старик.

– Просто вашу наблюдательность проверял, – рассмеялся Глебов. – Я Витьку за ней послал. А вам спасибо. Теперь можно дом без охраны оставлять. Вы действительно все видите. – Протянув руку, он пожал сухую ладошку старика и пошел к дому.

«Что-то все это перестает мне нравиться, – думал он. – Какие-то однополчане этого капитана, теперь кто-то увозит Розку. Выходит, она все знает. – Остановившись, он вытащил сигарету. – Надо выяснить. А кто эта девушка? Неужели из Китая? Посмотрю, что она мне скажет, а то я и сам возьму то, что всем так нужно. Так, – он повернулся в ту сторону, куда указал старичок, – пошла в центр. Уехать она не может. Значит, вернется. Лучше, конечно, без Розки узнать, кто она такая и что ей надо».

– Пантелей Федорович! – Он вернулся к сидевшему на лавке около калитки старику. – Вы не подскажете, как девушка выглядела?

– Так это я запомнил, – гордо отозвался старик. – Династия у нас чекистская. В общем, вот как она была одета…

Вишнянка

– Здравствуйте, – кивнул, выходя из «шестерки», старший лейтенант.

– Узнал про номер? – спросил Глебов.

– Да, машина принадлежит Михаилу Владимировичу Хорину, недавно уволенному из милиции. Был инспектором ГИБДД. Попался на довольно большой взятке. Дело возбуждать не стали, а просто…

– Адрес его знаешь? – перебил Глебов.

– Да. А зачем он вам?

– Мне надо узнать, зачем он ко мне приезжал. И я узнаю… Слушай, старлей, вон там, – он повел глазами в сторону заброшенной фермы, – после отъезда машины сели двое с биноклем. Тебе это ни о чем не говорит?

– Где? – спросил Мишин.

– Не поворачивайся, а скоси глаза влево и увидишь блеск бинокля. Будешь уезжать, козырни. Сегодня, сам понимаешь, занятия откладываются.

– Действительно, – Мишин увидел бинокль, – и вы думаете…

– Я уверен, – не дал договорить ему Глебов. – Пиши адрес и дай мне два листка. Один я отдам тебе, как бы распишусь за повестку или что-то в этом роде.

– А может, возьмем их? – азартно предложил участковый.

– И что ты им предъявишь? Они там просто сидят и разглядывают купающихся в пруду баб. Делай, как я говорю. А вечерком навести их. Но поаккуратнее, кажется, все это очень серьезно.

– Оштрафовали его за что-то, – проговорил державший бинокль рослый парень. – Козыряет легавый. Зеленый еще, не понимает, что в этом деле он король. – Опустив бинокль, парень лег на надувной матрац. – Скукота, – зевнув, он вытащил сигарету, – придется сутки тут торчать. Ночью иногда посматривать надо, а то вдруг Баржа нарисуется, он с ходу изуродует.

– А почему этот фраер их так заинтересовал? – спросил коренастый длинноволосый парень.

– Хрен их знает, – пожал плечами рослый. – Да какая разница? Бабки, считай, за просто так получим. Пиво есть, жратвы полно. Если кто усечет, так мы просто отдыхаем, туристы, – хохотнул он.

– Дома он, – услышала в сотовом Юнь. – Только что приехал. О чем-то говорил со стариком. Сейчас пошел домой. Иди к нему.

– А твой не заревнует? – усмехнулся Хорин.

– Он не мой, – ответила Роза. – Вроде как временно.

– А настоящий муж не ревнует?

– Скорее всего нет. Скажем, что ездили к Жохову в Курск. О настоящем Глебове он знать не должен.

– Иду, – услышала Юнь мужской голос. – Кто там? – Глебов открыл дверь и увидел стоявшую перед ним стройную симпатичную девушку, с миндалевидными глазами. – Что надо?

– Неужели я не похожа на маму? – по-китайски спросила она.

– Что? – удивился он.

– Неужели я не похожа на маму? – по-русски повторила вопрос Юнь. – Мама говорила, что ты понимаешь китайский.

– Понимал немного, но все забыл. Да, Лейфа отлично говорила по-русски. А ты Ин?

– А ты ждал кого-то еще?

– Как ты нашла меня?

«А он не удивлен моим появлением», – отметила китаянка.

– Ты знаешь, кто я?

– Моя дочь, – вздохнул Леонид. – Я это понял, когда ты заговорила по-китайски. Память все-таки кое-что сохранила. Хотя на мать ты не похожа.

– А на тебя? – вызывающе спросила Юнь.

– Тоже нет. Только если характер такой же беспардонный. Проходи, – отступив, пригласил он.

– Ты один живешь? – Сняв кроссовки, девушка прошла в комнату.

– С женой, детей нет. Что случилось? – спросил он. – Почему ты приехала ко мне?

– Маму убили, – опустив голову, вздохнула Юнь. – Перед смертью она рассказала о тебе и дала твои координаты. Она сказала, что ты можешь теперь все забрать.

– Что все? – не понял Глебов.

– Я есть хочу. У тебя есть еда?

– Пошли на кухню. А ты будешь есть наше? Ну, там, картошку с мясом.

– Да. – Юнь пошла следом за ним на кухню.

– Кто ты? – услышал открывший холодильник Глебов. Оглянувшись, крутнулся и прижался к холодильнику спиной, вытянул вперед руки. Юнь держала небольшой пистолет с глушителем.

– Не дури, – быстро заговорил он. – Тебя же поймают. Понимаешь?

– Кто ты? – повторила она. – Скажи честно и останешься живым.

– Я Глебов, – кивнул он. – Леонид Викторович. Я твой отец…

Пистолет в ее руке дернулся. От попавшей в левое плечо пули Глебов, вскрикнув, шагнул вперед, и девушка резко ударила его ногой в пах. Сдавленно промычав, Глебов осел. Юнь вытащила сотовый.

– Это не он, – по-китайски проговорила она. – Он ждал меня.

– Ты уверена в этом? – спросил Белый Змей.

– Да.

– Он жив?

– Ранен. Меня видели и могут узнать.

– Свяжись с Лу Ченом, – приказал Белый Змей. – И скажи – кровь. Он знает, что делать. Покажи ему того, кто тебя видел.

– Поняла. – Отключив телефон, Юнь набрала другой номер и в окно увидела остановившуюся у калитки машину.

– Я не пойду, наверное, – сказал Хорин, – а то…

– Ты пойдешь, – твердо проговорила Роза. – И скажешь Леньке, что мы были в Курске у Жохова. Но сначала позвони ему, пусть подтвердит.

– Он и так подтвердит, – усмехнулся Хорин.

– Пошли. Он не знает, что я в курсе всех дел. Ясно?

– Ладно, – нехотя согласился Михаил.

– Звони Жохову, – приказала Роза. Хорин вытащил сотовый. – А Жохов не знал о том, что ты работаешь на нас. Да и я тоже…

– Это не так важно, – усмехнулся Михаил. – Главное, разобрались. Это я, – услышав голос Жохова, сказал он. – Вот что, мы с Розой были у тебя. Это на тот случай, если позвонит Глебов.

– Ясно. Ну и как впечатление от настоящего Глебова?

– Разное. Розке он понравился, мне нет. Опустившийся тип. Кажется, зря мы там оставили…

– Не мы, а ты. Кстати, ты был на волосок от смерти.

– В общем, надеюсь, ты понял, что сказать Глебову, – усмехнулся Хорин, и, отключив сотовый, пошел вслед за Розой.

– Милый! – входя в дверь, громко позвала она. – Я приехала. Со мной так напугавший тебя старший лейтенант Хорин. Оказывается, он… – Расширив глаза, она замолчала.

– Где хозяин? – спросил появившийся за ней Хорин. – Я… – И, вздрогнув, упал. Роза, прыгнув вперед, ударом ноги выбила пистолет из руки китаянки. Едва коснувшись пола, ударила другой ногой. Юнь присела и тут же метнулась вперед. Ударила Розу головой в живот. Падая, та успела поймать ее за плечи, дернула, подбив коленями бедра китаянки, и бросила ее через себя. Прыжком встала на ноги. Юнь тоже вскочила. Роза схватила пистолет. Юнь выпрыгнула в раскрытое окно. Роза бросилась к Хорину. Увидела на его лбу рану от пули. Достала сотовый и набрала номер.

– Вы опоздали, – недовольно посмотрела на крепкого парня Юнь. – Фо говорил, вы будете поблизости.

– Мы приехали через семь минут после твоего звонка, – ответил парень.

– Поехали, – сказала она. – Не думала, что русские женщины имеют навыки карате.

– Я не знаю, что произошло, – со слезами на глазах говорила Роза. – Леня всегда был ревнив ужасно, а тут… – Она, всхлипнув, стала вытирать слезы. – Ударил меня, выхватил пистолет. Миша тоже, – кивнула она на лежащего Хорина. – Миша выстрелил первым. – Она снова всхлипнула. – Попал в ногу, пуля прошла навылет, кажется… – Роза зарыдала.

– Картина ясна, – сказал майор милиции. – Хорин ранил Глебова, они выстрелили одновременно и пристрелили друг друга.

– Да, – кивнул мужчина в штатском. – Положение тел соответствует траектории выстрелов. Неплохо бы найти пулю, прошедшую по ноге вскользь.

– Перестань, Васин, – отмахнулся майор. – Все просто, поэтому не надо усложнять работу. И так висяков полный сейф.

Курск

– Ну вот, – криво улыбнулся Остап, – Появилась китаяночка и устроила шоу со стрельбой. Хорошо еще, что Розка правильно отреагировала. Надеюсь, менты не станут копаться. А Розка, оказывается, умеет не только ноги раздвигать, но и махать ими! – Он засмеялся.

– У нее черный пояс по тейквондо, – усмехнулся Рубен. – Она мастер спорта по самбо. Так что дамочка очень даже тренированная для нынешней жизни. Или ты думал, что просто подставят Глебову бабу и все? – усмехнулся он.

– А правда, что она жена…

– Нас это не касается, – сказал Рубен. – Как бы не вышел кипиш из-за Глебова. Начнут вычеркивать из всех списков, а настоящий…

– Извини, – рассмеялся Остап, – а кто тебе сказал, что этот не настоящий? Он даже в Афганистане воевал. Правда, он не был офицером ВДВ, он артиллерист. Попался нам довольно просто. Тогда еще не было дел с Китаем. Глебов работал на нас. Он поставлял марихуану и справлялся с этим весьма успешно.

– А на чем именно вы его подловили?

– На убийстве по пьяному делу. Видно, так распорядился Бог. Через полгода мы узнали о рукописи. А уже через три месяца понадобился Глебов. Но мы даже предположить не могли, что тот Глебов, который действительно нужен китаянке, живет совсем рядом. Так что сейчас все внимание нужно уделить ему. Китаянка наверняка должна там появиться.

– Не думаю. Она знает только адрес этого Глебова. Черт возьми! Литовец и Бек будут в ярости. Что теперь делать?

– Ничего особенного. Бек и Литовец все знают, они мне звонили. У Розки хватило ума сообщить им. Так что все нормально. Теперь остается только дождаться появления китаянки у Глебова.

– Но она не знает этого адреса. Да и не может знать. Это провал нашего дела. Или мы сами подскажем…

– Это подстава, – перебил Остап, – так сказал Бек. Девчонка никогда не пошла бы на убийство и нападение на хозяйку. Это была подстава. И я, подумав, согласился с ним. Но у нас все равно имеется козырь. Мы знаем, где настоящий Глебов, а они нет.

– Но они вышли на этого, значит, вполне могут выйти на настоящего. Или ты думаешь, что его дочь…

– Если триада сделала эту приманку, – повторил слова Бека Остап, – я имею в виду китаянку, значит, настоящая пытается прорваться к отцу. И кто знает, может, она в курсе, где он живет. Поэтому Бек с Литовцем приказали наблюдать за Глебовым.

Вишнянка

– Что? – спросил в сотовый Глебов.

– Хорин убит, – ответил Мишин, – в Щиграх. Успел пристрелить мужа одной дамочки. Кстати, вы будете удивлены.

– Не тяни кота за хвост, – недовольно буркнул Глебов.

– Убит Глебов Леонид Викторович, – четко выговорил Мишин.

– Почти я, – усмехнулся Глебов. – Что еще?

– Сосед напротив утверждает, что к убитому приходила какая-то девушка и что она находилась там, когда подъехала машина с Глебовой и Хориным. Они вошли. Потом старик увидел, как в открытое окно выпрыгнула девушка и побежала. А еще через некоторое время прозвучали два выстрела. Глебова утверждает, что никого не видела, а муж встретил ее и Хорина с пистолетом в руке. Может, у него была любовница?

– Когда можешь приехать? – спросил Глебов. – Разговор лицом к лицу лучше, чем телефон.

– Завтра. Вечером хочу посмотреть на тех двоих на заброшенной ферме. Вроде как случайно кто-то их увидел и сообщил мне.

– Тогда надо брать с собой пару ментов. Ни один участковый не пойдет один, если узнает о двоих чужих на заброшенной ферме. Ведь, насколько я знаю, пистолет вашему брату сейчас дают только в случае…

– Значит, не трогать их? – перебил его Мишин.

– Не пугай. Я жду тебя завтра. Зайди со стороны огорода и ко мне через сад. Там у колонки есть калитка в сад.

– Понял, – сказал Фо и резко ударил сидевшую рядом с ним Юнь по горлу. Девушка сразу обмякла. – Добей, – кивнул он, сидевшему впереди парню и приказал водителю: – Давай к карьеру. Все, – сообщил он в сотовый, – ее приняло небо. Правда, сначала надо куда-то…

– Свидетеля старика нужно убрать, – заявил Белый Змей. – Женщину взять живой, и она должна рассказать все.

Курск

– Правильно сделала, что уехала, – сказал Рубен. – Ведь тебя запросто убрать могли. А старику хана, – уверенно добавил он. – Но если, как сказал Бек, китаянку пришибут, то зачем им старика убирать?

– В назидание другим, – усмехнулся Остап. – Увидев, как упал путник, другой обязательно обойдет это место, – вспомнил он китайскую пословицу. – К тому же триада стремится к тому, чтобы…

– Триада сама не пошла бы на это, – возразил Рубен. – Китайцы много раз получали по сопатке от России, поэтому…

– Азиаты всегда отличались ненужной жестокостью, – вмешалась Роза.

– А ты где научилась драться? – спросил Рубен.

– С детства тяга к этому была. И, как говорится, слава тебе Господи. Я не раз могла погибнуть, если бы не умение нападать и защищаться.

– А если китаянку не убьют, – задумчиво произнес Остап, – а пошлют к настоящему Глебову? Черт возьми, надо было сначала найти настоящего, а уж потом…

– Найти для чего? – спросила Роза. – Если попытаться с ним договориться, то уверяю тебя, настоящий Глебов не знает, что такое сговор. Я видела его глаза. Он никогда не пойдет ни на какие договоренности ни с кем.

– А он, видимо, произвел на тебя впечатление, – помолчав, отметил Остап.

– Туркин, – раздался из другой комнаты женский голос, – тебя к телефону.

– Кто? – Остап вышел.

– Жохов, – ответила высокая дородная женщина.

– Да? – Он взял трубку.

– Что делать? – нервно ответил Жохин. – Обнаружен труп девчонки. Ей…

– Да ничего. Командуй следственными действиями и не паникуй. Ведь по законам военного времени паникеров расстреливают. А мы сейчас на этой самой войне.

– А вот пугать меня не стоит, – вздохнул Жохов. – У меня на вас компромата по самое некуда. И я на всякий случай подстраховался. Если со мной что-то произойдет…

– Насмотрелись кино, – усмехнулся Остап. – С тобой все будет нормально, если, конечно, сам себя не подставишь. Не нервничай, и все обойдется.

– Что обо мне говорит Литовец?

– Все нормально и идет как надо. Хорина, конечно, жаль. Но согласись, Хорин был темной лошадкой. В общем, деньги тебе привезут завтра, а пока затихни. Когда понадобишься, к тебе приедет человек.

Москва

– Жохова придется убрать, – сказал Литовец.

– Но он о каких-то бумагах говорил, – напомнил Бек.

– Да какие бумаги? Просто он ужасно напуган, поэтому и вспомнил про имеющийся у него на нас компромат. А компромат у него в башке, и ее, башку, надо отделить от тела как можно скорее. Он запросто может что-то написать или пойдет к коллегам и все выложит. Крови на нем нет, а остальное запросто может пройти без тюрьмы. Работу потеряет, и все дела. Хотя он знает об убийстве и…

– Тогда пусть Туркин с Рубеном пошлют своих…

– Они об этом знать не должны, потому что, как только войдем в заключительную фазу, мы будем убирать всех. Доронов прав, никого не должно остаться. Ты ему веришь?

– А выход есть? – усмехнулся Бек. – Мужик с головой дружит и вполне может довести это дело до завершения. Но на кой ему американка понадобилась, я что-то не пойму.

– Хочет узнать все.

– В общем, пошли к Жохину своих.

– Да, – вздохнул Доронов, – значит, все очень и очень серьезно. Гродскому можно посочувствовать, он примет кончину на чужбине, в далекой Америке. А сестру его прирезали, даже детей не пожалели. Значит, что-то у них там не складывается. Я говорю про рукопись. Неужели они не могли купить человека, который сумел бы прочитать древние иероглифы? Могли. Но тот, кто их прочитает, должен умереть. Поэтому все сделано умно. Нелегально ввезли Антона в Штаты, он работу сделает, его убьют – и в бетон или в огонь. Но мы можем узнать, кто забрал Гродского. Самолет наверняка, частный. Договориться с таможней можно запросто. Сейчас следствие ведется как раз по таким делам. Отличная мысль. Сделаю запрос и все узнаю. А у Литовца с Беком, значит, прокол. Но главное, они узнали, что китаянка все-таки приходила к Глебову. Молодцы. Здесь они все рассчитали верно. Жаль сорвалось. Значит, китаяночка не дура. Хорошо сработали Бек и Литовец. Но делиться с вами я не стану. Да и оставлять их в любом случае нельзя. Я должен поймать фортуну за хвост. Слишком долго я верой и правдой служил государству Российскому и ничего не получил. А многие мои знакомые живут в полном довольствие и достатке. Конечно, они шли к этому постепенно. Хотя кто знает… Надо было сразу после распада СССР карман себе набивать. Но я был честным служакой родине. А сейчас пора задуматься и о себе.

– И что теперь? – резко спросил невысокий китаец.

– Она поняла, что это ненастоящий Глебов, – ответил Белый Змей.

– Надо было просто уйти. Теперь мы потеряли возможность…

– Нет, Великий, – улыбнулся Белый Змей, – мы очень скоро найдем Глебова и все узнаем. Наш человек выполнил поставленную перед ним задачу. Он сейчас рядом с китаянкой, которой нужен Глебов. Сработал ваш план – «Петля для глупцов».

– Познакомь меня с ним, – потребовал Великий.

– Я брал у него интервью, – рассказывал Соколов. – Я работал в «Известиях», был в командировке в Чечне и там познакомился с бывшим капитаном ВДВ Глебовым. Он проник в Чечню незаконно, его наняли родители попавшего в плен сына. Караваевы, – назвал он их фамилию. – Глебов вытащил Сергея Караваева. Но его взяли солдаты внутренних войск, решили, что он чеченский наймит, и чуть было не расстреляли. На них наткнулись разведчики ВДВ. Командир группы хорошо знал Глебова. Он служил под его командованием. Вот я и хотел взять у него интервью. А он меня по-русски послал далеко и без адреса. Точнее, адрес указал, – улыбаясь, поправил себя Андрей.

– Понятно, куда он тебя послал, – кивнул Серый.

– Я сегодня же выясню, где сейчас живет Глебов. Вы побудете у меня. И вполне возможно, послезавтра мы поедем к твоему отцу, – улыбнулся он Ин.

– Знаете, – вздохнула она, – мне не верится в это. Как будто в древней легенде про принцессу, искавшую своего отца. Ей помог сначала смелый воин, а потом старый отшельник-мудрец.

– Получается, что роль отшельника-мудреца отводится мне? – засмеялся Соколов.

– Извините, – смутилась Ин, – я не хотела…

– Да я шучу, – успокоил ее Андрей. – А мне интересно, почему вы вдруг начали искать Глебова? Ну, то, что он ваш отец, это я понял. Но ведь, вполне возможно, что у него другая семья, дети, и вдруг объявитесь вы. Он, насколько я понял, и не подозревает о вашем существовании. Что же у вас случилось?

– Ей хочется увидеть отца, – вмешался Серый.

– Похвальное желание, – засмеялся Соколов. – А по-русски, Ин, ты говоришь просто отлично.

– Меня мама с детства учила русскому. Сама она тоже очень хорошо говорила на вашем языке. Мама была переводчицей, потом работала в цирке. Она не раз писала папе. Писем ждала. Так она говорила, когда я стала спрашивать об отце, но сама искать его не пыталась. Она погибла месяц назад.

– Извини, – вздохнул Андрей.

– Давай больше без вопросов, – предупредил его Александр. – Тогда и извиняться не придется. И вот что еще, не вздумай написать об этом в своей газете. Ин еле ноги унесла из Китая. И из Хабаровска я по той же причине уехал.

– Вопросов больше не будет, – ответил Соколов. – Вообще-то удача вам улыбнулась. Я не особенно в деньгах нуждаюсь. Хотел написать о частных таксистах, поэтому и катаюсь уже неделю. А когда вы сели и я услышал, как вы говорите о Глебове, вспомнил я того капитана. И оказалось, это он и есть. Я завтра узнаю его адрес, а послезавтра мы отправимся к нему. Если он где-то в центре России, поедем на машине. Если нет, поездом или на самолете. Но я вам помогу.

– Давайте поужинаем, – предложил невысокий мужчина Мэй.

– Я не откажусь, – улыбнулась она.

– А где вы научились так прекрасно говорить по-русски?

– Я училась во Владивостоке, в медицинском институте. Даже хотела остаться в России, но потом передумала. И наверное, зря. В Китае жизнь не так прекрасна и безоблачна, как ее представляют. Да, сейчас разрешен частный сектор, свободы стало больше, но это не всегда хорошо. Россия тоже идет по пути демократии. Но это не всем нравится. А я приехала по личному делу. Мне необходимо найти одного человека, с которым была близко знакома моя сестра. И он мне очень и очень нужен. Я знаю, что он где-то в Курске жил. Но чтобы узнать точный адрес, необходимо обратиться в соответствующие органы. А я из Китая, и меня могут неправильно понять. Спасибо вам, Веня. Надеюсь, ответ будет скоро и я вас надолго не стесню.

– Ну что вы, Мэй, это я вам беспредельно благодарен. Друзей у меня нет, родных в Москве тоже. – Вениамин застенчиво улыбнулся. – Знакомых много, но мне не нравится то, чем они живут. Одиноким я себя не чувствую. Я занимаюсь изучением китайской культуры. Меня с детства влекло это, мне очень интересно читать китайские книги.

– У вас прекрасная библиотека, – уже не в первый раз отметила Мэй.

– Что вы будете есть? – спросил Вениамин.

– Все, что и вы, – засмеялась Мэй.

– Глебова в Щиграх убили, – сообщил вошедший Орлов. – Но это не ваш капитан, точно не ваш, – повторил он, отвечая на удивленный взгляд Зубова.

– Но, – растерянно начал тот, – жена его сказала, что вроде…

– Вот смотри, – Василий протянул ему листок.

– Точно. – Александр прочитал записку. – Понятно.

– Девчонку, – сказал Орлов, – которая была у него и потом почему-то выпрыгнула в окно, нашли в песчаном карьере. Ее убили ударом по горлу. Документов никаких. Но есть татуировка, не наша. Спецы говорят, китайская. Такие знаки делают людям триады. А Глебов в Китае был и, наверное, что-то там оставил. Ну, я имею в виду памятку о себе. Но чем он мог так насолить триаде, что почти через двадцать лет его искала девка от них? И видать, тренированная сучка. По крайней мере…

– Ладно, – не дал договорить ему Зубов. – Ты по своему ведомству можешь найти капитана. Узнавай его адрес, и я туда смотаюсь. И пошустрее давай.

– Запрос уже сделан, – сказал Орлов, – завтра узнаем. Хотя завтра суббота. Но в понедельник, на крайний случай во вторник точно узнаем.

– Что? – спросил по-английски Литовец. – Хорошо, – улыбнулся он, – обязательно встретим. До встречи. – Отключив телефон, он посмотрел на Бека. – Американка приезжает. Так что звони Доронову и обрадуй его.

– А ты по-английски шпаришь без запинки, – удивленно отметил Бек.

– Я же учился в инязе. И еще со школы по-английски говорю вполне прилично. А сейчас запросто объясняюсь.

– А она по-русски говорит?

– Да, и неплохо. Мы с ней познакомились в Питере. Я ей иконы предложил, взяла с удовольствием. И ночь вместе провели. – Литовец рассмеялся. – А потом я ей помог кое в чем. Она меня в Штаты приглашала, но я решил, что, пока капитала приличного не будет, не поеду. А тут она приезжает и об этой китайской рукописи говорит. Я заинтересовался. Когда она все разжевала подробно, я согласился.

– Зачем она нужна Доронову?

– Без понятия. Я ее позвал для того, чтобы она поговорила с дочерью той китаянки, которую пришили в Китае. А когда приедет, скажу, что не та оказалась.

* * *

– Кто-то нас переигрывает, – зло говорил Великий. – Подставили наших людей у детективного агентства. Подставили нам не того Глебова. Хотя все указывало на то, что это он и есть. Но Юнь сказала, что этот человек никогда не был в Китае. Юнь была умной и хладнокровной Змеей, но ее пришлось убрать. Попавший в капкан отрубает себе ногу, чтобы не погибнуть. Но теперь будем надеяться на план «Петля для глупцов». – Он тонко улыбнулся. – Расчет прост: человек, приехавший в чужую страну с определенной целью, почувствовав кого-то, неожиданно появившегося рядом, невольно раскроет ему свой план. Ну а вам нужно неотступно следовать за ними. Если на этот раз будет осечка, вас всех ожидают Врата Смерти.

– Нигде нет Гродского, – говорил майор милиции, – брата убитой Ольги Гродской. И профессора Азова, с которым в последнее время работал Гродский, убили. А его никто не видел уже почти неделю. Что-то непонятное происходит.

– А над чем работали Азов и Гродский? – спросил подполковник милиции.

– Оба востоковеды, занимались древним Китаем. А над чем именно работали, неизвестно. После убийства Азова кто-то похитил его дневники и бумаги. А в офисе убитых частных детективов были китайцы. Думаю, это взаимосвязано.

– Это одна из рабочих версий, – согласился подполковник.

– Значит, приедет? – усмехнулся Доронов. – Отлично. Поговорим с ней, и я решу, что делать. Хотя, конечно, к финишу, может, и все придем, но финиширую я один.

– А кто это? – недовольно спросила миловидная молодая женщина.

– Мои друзья, – улыбнулся Соколов. – Ты не волнуйся. Они через два-три дня уедут. Много не съедят, сорить не будут, – рассмеялся он. – И вообще…

– Но мы же хотели ехать в Крым, а теперь…

– Позволю себе напомнить, Оксана, что это твое желание. Я остаюсь в Москве. Так что счастливого пути и приятного отдыха.

– Ну что ж, – усмехнулась она, – оставайся. И готовься к разводу.

– Всегда готов. Может, подадим заявление сегодня?

– Сегодня суббота. – Она вышла.

– Она не хочет, чтобы мы остались у вас? – спросила вышедшая из комнаты Ин.

– Все нормально, – успокоил ее Андрей.

– И что? – спросил сидевший за рулем «БМВ» плотный средних лет мужчина.

– Все, – усаживаясь рядом, ответила Оксана, – развод. Поехали.

– Послушай, – сердито проговорила Алиса, – я все понимаю. И твою ревность тоже. Но убивать из-за этого Джека и Тарана… Неужели ты думаешь, что я спала с ним?

– Ты попросила его найти Глебова, – сказал Даев. – А этого делать не следовало. И вот тебе совет – забудь о моей просьбе. Кстати, Иннокентий Яковлевич приехал?

– Он приезжает завтра, – недовольно ответила Алиса. – Когда я узнала, что Джека и Тарана убили, то просто растерялась.

– Сегодня вечером приглашаю тебя на ужин, кстати, мои знакомые уже давно хотят с тобой познакомиться.

– А ты уверен, что этого хочу я? Наверняка какие-то бандиты.

– Но я тоже бандит, а ты предпочитаешь именно таких.

– Не обижайся, но мне не все твои знакомые нравятся.

– Это хорошие люди. – Он поцеловал ее в губы. – И тебе они понравятся.

Самолет Вашингтон– Москва

– А вы прекрасно говорите по-английски, – сказала Элизабет сидевшему рядом седому мужчине.

– Спасибо, – улыбнулся тот. – Профессор Игнатьев, – представился он, – Иннокентий Яковлевич.

– Элизабет Ульман. Вы домой?

– Да. В США хорошо, но я соскучился по дому и по дочери. А вы по работе?

– Нет. Я немного говорю по-русски и раз в год обязательно посещаю вашу страну. В Санкт-Петербурге и Москве у меня есть друзья. Мы отлично проводим время.

– Где вы учили русский язык?

– В школе. А вы историк? И чем именно занимаетесь?

– Историей, – засмеялся Игнатьев. – Упор на Азию, я востоковед.

– Вот как? Тогда у меня к вам есть вопрос: вы верите в бессмертие?

– Вы имеете в виду пропавшую рукопись Одинокого Человека Гор? Вы, как я понял, тоже интересуетесь этим.

– Но согласитесь, это весьма занимательно. А если говорить серьезно, то вы допускаете мысль, что такое средство действительно может существовать?

– Исключаю полностью. И поверьте мне, не средство для бессмертия интересует похитителей рукописи, а скрытые Человеком Гор сокровища. Я разговаривал с китайскими коллегами, и они уверены, что эти сокровища существуют. Конечно, не такие огромные, как пишут некоторые газеты, но если оценивать древность этих самых сокровищ, то вполне возможно, как предполагают китайские ученые, сумма будет весьма приличная. Но опять-таки у нескольких китайских историков есть мнение, что все это вымысел. И тем не менее вполне трезвый человек, довольно известный ученый профессор Брайан предлагает миллион фунтов стерлингов за рукопись Одинокого Человека Гор. Так что если в рукописи, хранившейся в музее, есть хоть доля правды, то те, кто ищет, могут в одночасье разбогатеть.

– Вот вы сами говорите, что какой-то профессор предлагает за рукопись миллион и в то же время не верите…

– Я сказал, что не верю в бессмертие. А в заявление профессора Брайана – да. Он богатый человек и выполняет свои обещания. А вы, как я понял, увлекаетесь непознанным.

– Отчасти. Если вы не против, мы могли бы продолжить беседу в России.

– Где именно? В Москве или Санкт-Петербурге?

США. Чарлстон

– Убийство владельца компании «Деловой Чарлстон» Чарлза Бронкса! Полиция от комментариев отказывается! – кричал мальчишка-газетчик. – На его вилле найден неизвестный! Врачи утверждают, что перед смертью он говорил по-русски!

– И что теперь? – зло спросил Сэм. – Перерезали восьмерых, а зачем?

– Заткнись! – бросил Генри. – Нам за это заплатили! – Он опрокинул в рот полстакана виски и закурил.

– А где твоя сестра? – спросил Сэм. – Что-то я ее не видел. А ее муж вот-вот на нас копов натравит. В общем, вот что, ты как хочешь, но я из этой команды ухожу. Сейчас идет набор у генерала Стальные Нервы. Я к нему подамся.

– Не торопись покидать задымившееся здание, – усмехнулся Джон. – Например, я не откажусь от части миллиона профессора Брайана. Надо иногда газеты почитывать, – подмигнул он удивленно посмотревшему на него Сэму. – Элизабет уехала в Китай. Я слышал, как она с мужем говорила. Нам не сказала, чтобы мы выполнили работу здесь. Вызовет оттуда.

– Тогда другое дело, – кивнул Сэм.

– Да нет, – процедил Генри, – все не так просто. Я слишком хорошо знаю сестрицу. Что-то не так пошло. Договоренность была такая – она все выяснит, а мы ждем. Потом едем в Непал и переходим в Китай. И вдруг она говорит, что уезжает, а нам надо убрать Бронкса и ждать. Самое плохое то, что исчез адвокат Бронкса Корд, а это еще тот сукин сын. Он был, когда мы подъехали, отдал ключ от гаража и исчез. Помните, Элизабет говорила, что рукопись у Бронкса. А мы ничего не нашли. И этот русский. Он, насколько я понял, что-то говорил как раз о рукописи. Удар ножом нанес не солдат. Вот я и думаю: может, Корд пытался убить русского и забрал рукопись? В общем, кто как хочет, а я пойду до конца. Я обязательно доберусь до этой чертовой пещеры или как там называется эта чертовщина с рукописью о бессмертии или с золотом. Хотя бы для того, чтобы разобраться с Кордом и с сестрой. Такого я не прощаю. К тому же надеюсь, там есть хоть что-то. Значит, вы как…

– Я с тобой, – перебил его Джек.

– Я тоже, – сказал Джон.

– Я остаюсь, – кивнул Сэм, – но хотелось бы знать, как мы доберемся туда?

– У меня в Китае есть хороший знакомый, – ответил Генри, – он торгует оружием. Одно время я сотрудничал с ним и делал весьма неплохие деньги. Затем наш канал перекрыли, и я отошел от этого. Но связь с ним поддерживаю. Поэтому я и согласился на предложение Элизабет. Летим в Непал, связываемся с Лу Ваном и переходим границу. Он наверняка слышал о похищенной рукописи и поможет выйти на человека, который что-нибудь знает о тайнике. И кроме того, мы можем встретить Элизабет с адвокатом.

– А ты думаешь, они в одной команде? – спросил Джек.

– Почти уверен. Скорее всего Элизабет и затеяла убийство Бронкса, чтобы заполучить рукопись. И она, как ты говоришь, полетела в Китай. Хотя мне в это слабо верится.

– Элизабет говорила, что у Бронкса есть какой-то желтолицый, – вспомнил Джон. – А где он?

– Черт его знает, – отмахнулся Генри. – Да и хрен с ним. Меня волнует, куда адвокат подевался? Наверняка это он рукопись увел. Ловко Элизабет все просчитала.

– Пощади! – вытянув руки вперед, простонал окровавленный Дзю Мин. Старец в алом халате плюнул ему в разбитое лицо и, повернувшись, пошел к закрытой занавесом двери. Двое китайцев, заломив руки Дзю Мину, потащили его вниз по ступенькам каменной лестницы.

– Найдите Корда, – требовательно проговорил старец. – Он знает, кто убил Бронкса.

– Что делать с этим, Великий? – спросил одноглазый китаец.

– На бамбук, – отрывисто бросил тот. Остановившись, повернулся к сидевшим на ковре шестерым алым халатам. – Свяжитесь с Советом Посланцев Небес. Пусть проверят всех прибывших в Китай белых. Возможно, рукопись прочитали, и поэтому Бронкс убит. Ищите Корда. Адвокат знает, кто убил Бронкса.

Китай. Пекин

– Хорошо, – кивнул державший телефонную трубку крепкий китаец. – Я встречу вас у Лонги, на стыке индийской, непальской и китайской границ. Там легче всего перейти. Нет никакого сигнального оборудования, и по горам довольно легко…

– Мы прилетим в Катманду завтра, – перебил его Генри. – И ты, Ван Лу…

– Вас встретит мой человек, – не дал продолжить ему китаец. – Он отведет вас в приграничный район к надежным людям. Они и переправят вас в Китай. А там вас встречу я. Жду звонка из Катманду. – Отключив телефон, он потянулся и прошептал: – Что-то серьезное затевается. Генри никогда не просит о мелочах.

– Что с тобой? – спросила Джулия закатывающегося от смеха брата.

– Сюрприз! Ха-ха-ха… – Он схватился за живот.

– Да приди ты в себя! – зло воскликнула она, схватила вазу с цветами и вылила воду на брата.

– Брр! – Сев, тот тряхнул головой. – Отца вместе с его людьми вырезали. Адвокат Корд пропал. Кстати, рукопись тоже. Русский убит. Правда, он был еще жив, когда нашли трупы, но умер в больнице. Вот так-то. Все придется делать самим. Черт возьми, мы столько времени потеряли, надеясь на рукопись, и получили убитого отца. Поневоле будешь смеяться, это как-то облегчает внутреннее состояние. А то, пожалуй, я возьму винтовку и пойду по улицам Пекина, убивая всех, кто окажется на расстоянии выстрела. Я в бешенстве. Где и как теперь искать это чертово Убежище Дракона? Дочь Лейфы мы не нашли. На помощь отца рассчитывать, увы, не приходится. Рукопись пропала. Похоже, мы в том положении, когда надо заканчивать дело и возвращаться домой.

– Черта с два! – зло возразила Джулия. – Отца убили, и это лишний раз доказывает, что наша затея дорогого стоит. Как искать? Да так же, как мы и искали. Только теперь мы объявим охоту. Свяжись с тем, кто тебе сообщил о гибели папы. Пообещай прилично заплатить, но мы должны знать, кто из наших знакомых вылетал в Китай или ближайшие к нему страны. А мы встретим этих туристов здесь и заберем рукопись. Сил у нас хватит.

Джордж с удивлением посмотрел на сестру.

– А ты стала воинственной амазонкой. Раньше я не замечал…

– Нам объявили войну, – резко перебила девушка.

– Но убивать начали мы. Ты помнишь об этом?

– Я помню все и поэтому отступать не намерена.

– А почему ты так уверенно говоришь о том, что к убийству папы обязательно имеют отношение те, кто бывал у него?

– А ты думаешь иначе? – усмехнулась Джулия. – Тогда хочу напомнить тебе о системе безопасности. Посторонний не смог бы войти в дом. Неужели ты забыл о карточках-пропусках?

– Верно. Полиция разыскивает адвоката Корда. Ну что ж, будем работать. А ты здорово изменилась.

– Я впервые в жизни хочу довести дело до конца, – сказала Джулия. – И не остановлюсь теперь ни перед чем.

– Значит, Бронкса убили, – усмехнулась Ми. – Похоже, Элизабет начала действовать.

– Элизабет? – удивился Вонг. – Но при чем здесь она?

– Это с ее подачи я напросилась в помощницы к Джулии. Точнее, сделала все для того, чтобы она предложила мне работать на нее. Но я не предполагала, что Элизабет пойдет даже на убийство, и поэтому ничего не сообщала Совету Посланцев Небес. Надеюсь, вы тоже промолчите.

– Мы работаем в первую очередь на себя. К тому же я хочу сам разделаться с Джорджем и его сестрой…

– Джулия моя, – возразила Ми. – А сколько у них еще людей? – Мне кажется, есть и другие наемники. Джордж не пошел бы на такой риск, я говорю об убийстве…

– Он слишком себя переоценивает, – сказал Вонг. – На этом мы и сыграем. Но теперь, когда их отец убит, они, мне кажется, ничего не смогут сделать. И наверное, самое лучшее – покончить с ними сейчас.

– Рано. Джулия что-то знает. Ведь она нашла семью Дун, выяснила все про Лейфа и ее дочь. И заметь, она настояла на продолжении поисков Убежища Дракона. Покончить с ними мы всегда успеем.

* * *

– Не по душе мне эта парочка узкоглазых, – глядя на Ми и Вонга, процедил Джо.

– Мне они тоже не нравятся, – усмехнулся, сплюнув окурок, Клаус. – Однако их наняла Джулия, поэтому пусть пока живут. Но глаз с них спускать нельзя.

– Установите постоянное наблюдение за американцами, – требовательно проговорил старейшина. – Сейчас все сходится на них. Вполне возможно, что Бронкс убит по их заказу и к ним привезут рукопись. Русский почти закончил ее перевод. План с отцом дочери Лейфы провалился. Кто-то пытался сыграть против нас по жесткому сценарию. Но Учитель сообщил, что настоящий отец Ин найден и взят под наблюдение.

– Извините, – нерешительно произнес невысокий толстый китаец с двумя серебряными полумесяцами на спине халата, – нашли не отца Ин, а…

– Американцев держите под постоянным наблюдением, – повторил старейшина. Смерив взглядом толстяка, он покачал головой. – Мудрый Слон забывает о законах Совета и заслужил наказание. Десять ударов палками по пяткам.

– Я только хотел сказать, – испуганно забормотал тот, – что…

– Двадцать, – бросил старец.

– Вы кто? – спросил начальник полиции.

– Интерпол. – Невысокий плотный мужчина протянул ему удостоверение. Второй, молодой рыжий здоровяк, тоже показал удостоверение.

– Мы прибыли по приглашению вашего начальства. – Здоровяк вытащил бумагу с печатями. – За задержанным у вас в Нинбо англичанином Майклом Джорданом. Ваше правительство любезно согласилось выдать его нам. Он разыскивается государственными службами восьми стран.

– Да-да, – улыбнулся офицер полиции. – Сейчас вам отдадут этого преступника.

– Отлично, – кивнул невысокий. – И я должен вам сообщить, что ваше обращение в Интерпол с просьбой о розыске Ин Дун рассмотрено и вынесено решение, что оснований для объявления ее в международный розыск нет. Ин Дун скорее жертва, чем преступница. Сожалею, – улыбнулся он.

Стоявший у двери молодой офицер полиции удивленно посмотрел на заволновавшегося начальника.

– Сейчас сюда приведут Джордана, – покосившись на него, кивнул интерполовцам начальник.

– Меня вот-вот разоблачат, – послышался в трубке нервный голос.

– Кто может помочь? – спокойно спросил коренастый китаец.

– Представляю, как удивятся эти два придурка, – насмешливо говорил, спускаясь по трапу самолета, крепкий загорелый, молодой мужчина. – Когда…

– Надеюсь, ты не собираешься сам отправляться туда? – недовольно перебила его молодая женщина.

– Не сейчас. Но и затягивать нельзя. Они, кажется, приблизились к разгадке. Ты же не желаешь, чтобы все досталось другим.

– Я хочу, чтобы все было нашим! – Она засмеялась.

– Поэтому мы здесь, – кивнул он.

– Он должен отправиться на небеса сегодня, – требовательно проговорил старейшина.

Двое молодых китайцев, стоя на коленях, коснулись лбами ковра у его ног.

Гималаи

– Черт! – восторженно воскликнул Жак. – А я даже не надеялся на такое. Черт! – повторил он.

– Я бы на твоем месте лучше поблагодарил Бога, – аккуратно протирая носовым платком небольшой предмет, с улыбкой проговорил Луи и приподнял его на ладони.

– Да это же чья-то голова, – присмотревшись, сказал Жак. – Точно, бороденка, усы и…

– Это золото, – перебил его Луи. – Килограмма полтора золота. Ты представляешь, как мы богаты?! – подняв вверх руку с золотым самородком, засмеялся он.

– Надеюсь, ты не думаешь уходить? – спросил Жак.

– Конечно, нет! – Луи положил золото на носовой платок. – Значит, Убежище Дракона где-то в этом квадрате, – указал он на карту. – Помнишь, в предании говорится об Одиноком Человеке Гор: «И укажет путь к Убежищу Дракона найденный дорогой предмет, не для продажи хранившийся в недрах земли». Помнишь?

– Да, что-то такое было, – кивнул Жак. – Но я не уверен, что мы правильно истолковали слова предания. Рукопись бы найти, – мечтательно проговорил он, – вот тогда бы…

– Мы же договорились не вспоминать об этом, – одернул его приятель. – Если бы рукопись оказалась у нас, все было бы гораздо проще. Но мы не пошли на преступление, хотя искушение было велико.

– Они что-то нашли, – прячась в густой растительности пологого склона, сказал в переговорное устройство мужчина. – Что-то ярко блеснувшее на солнце.

– Продолжай наблюдение. И учти – их пока трогать нельзя, – произнес Аренз.

Отложив микрофон переговорного устройства, Аренз потянулся.

– Они выведут меня на Убежище Дракона, – пробормотал он. – Хотя за эти годы я почти потерял веру в то, что оно существует. Интересно, что Убежище Дракона пытаются найти весьма состоятельные люди. Они прекрасно экипированы, держат внушительные суммы на банковских карточках. Правда, два раза были чистой воды авантюристы из нищих. Кроме оружия, у них ничего не было, и на двоих сто долларов. Однако после того как объявили о похищении рукописи, наплыв желающих разбогатеть возрос. И это приносит доход. Правда, не тот, который меня устроил бы. А эти двое французов уверенно идут к цели. Правильно я сделал, что не тронул их. К тому же у них есть разрешение королевской службы безопасности. Но когда они выведут меня на Убежище, я устрою для них несчастный случай. Здесь так часто бывает. А почему мои люди ничего не нашли? Плохо искали? Но поисками руководил я сам. Хотя мы проверяли лабиринты горного массива гораздо выше. В предании упоминается река. Или, может быть, просто вода? Ладно, пусть французы выведут меня на Убежище.

– В район предгорья вошли четверо, – доложил Острому Ножу длинноволосый мужчина. – Мои люди следят за ними.

– Продолжайте наблюдение, – приказал Острый Нож.

Россия. Москва

– Здравствуй, милая! – поцеловал прижавшуюся к нему дочь Игнатьев.

– Наконец-то ты вернулся, – улыбаясь, проговорила Алиса. – Надеюсь, ты не собираешься снова в Америку?

– Сейчас нет, – рассмеялся он, – Она мне уже изрядно надоела. А у тебя как дела? Надеюсь, со своим кавалером-уголовником ты рассталась?

– Его убили, – вздохнула Алиса. – Ты слышал о китайской рукописи какого-то Человека Гор? – неожиданно спросила она.

– Похоже, весь мир потихоньку сходит с ума, – пробормотал Иннокентий Яковлевич. – А как ты узнала, из-за чего убили Джека?

– Искали одного человека, какого-то офицера-десантника. Вроде к нему должна была приехать дочь из Китая. Вот я и попросила…

– Ты попросила? – поразился отец. – Но тебе-то это зачем?

– Меня тоже попросили. Но я теперь боюсь. Джека убили вместе с…

– Кто тебя просил об этом?

– Даев. Руслан Даев. Ну, его зовут Эмиром, он…

– Да ты что, с ума сошла?! – заорал отец. – Ведь Даев бандит! Для него человека убить – то же, что курицу зарубить на обед! Ты зачем с ним связалась? Уж лучше бы этот Джек. Черт возьми, – растерянно пробормотал он. – Значит, так… Собирайся, поедешь к бабушке. Немедленно! – закричал он. Вздрогнув, Алиса бросилась в свою комнату. – Вот это да! – Игнатьев тяжело вздохнул.

– Она приехала, – услышал Доронов в трубке голос Бека. – С ней двое громил. Я сказал, что с ней хочет поговорить человек, у которого есть сведения о…

– Дурак! – рявкнул Доронов. – Ну да ладно, – негромко пробормотал он. – Придется играть так. Хотя задумка была другой… Где встреча? – спросил он.

– Кретин! – Элизабет наотмашь ударила Корда по лицу. – Идиот! Ради этого…

– Но как бы я прошел таможенный досмотр? – испуганно спросил адвокат. – Двадцать четыре куска древней бумаги. Меня бы…

– Черт возьми, об этом я не подумала. Но ты мог переписать то, что там написано.

– Нет, это русский перевод.

– Ну что ж… Ты вернешься в Штаты и…

– Исключено, меня разыскивает полиция. Я прилетел по другому паспорту.

– Где сейчас рукопись?

– В надежном месте. Но я не скажу где. Это гарантия моей безопасности.

– Слушай меня внимательно, Оскар! Или ты говоришь, где рукопись, и тогда мы продолжаем работать вместе, или сейчас тебя свяжут и отвезут к американскому посольству. Там тебя подберет русская полиция, а потом экстрадируют в США. На тебе восемь трупов. Выбор за тобой.

– А не боитесь, что я все расскажу ФБР, и тогда вам…

Договорить ему не дал ее веселый смех.

– У тебя нет ни единого доказательства для этих обвинений. Я скажу, что ты говоришь так потому, что в самолете я узнала о зверском убийстве в доме Бронкса. Я увидела тебя в Москве и приказала своим людям схватить тебя. Поэтому ты и пытаешься оклеветать меня. Как ты думаешь, кому поверят? Свяжите его! – громко проговорила она.

В комнату вошли двое здоровенных парней.

– Хорошо, – Корд отскочил в угол, – я все скажу. Но как вы привезете рукопись сюда?

– Это не твое дело. Рукопись привезут. Где она?

– Так, – сказал по телефону Доронов, – вот что сделать надо. И немедленно…

– Всегда готовы, Оборотень, – усмехнулся его абонент.

– Вот адрес. – Орлов положил на стол бумажку. – Курская область, село Вишнянка.

– Отлично! – вскочил Зубов. – Еду сегодня же!

– Да успокойся ты, – остановил его Анатолий, – вместе поедем. На машине завтра с утречка и рванем. А что слышно о Сапогове и Пестове? Какие-нибудь зацепки у вас есть?

– Да ни хрена нет, – ответил Василий. – Кроме того, тут еще женщину с двумя детьми ухлопали и профессора. И почерк вроде похож. Наши на китаез грешат, думают, это они разборки устраивают.

– Надо ехать, – кивнул Анатолию Зубов.

– С утра пораньше и покатим, – повторил тот. – Пойду тачку подремонтирую. Завтра поедем.

– Может, лучше курское УВД подключить? – нерешительно проговорил Орлов.

– Не стоит, – сказал Зубов. – Сейчас милиция больше, чем те, кого ловит, преступлений совершает. Теперь «оборотень» – самое модное слово. Поедем к капитану и узнаем, что там и как. А уж потом будем решать с теми, кто убил Сапога и Пестова.

– Все-таки хочешь отомстить… – проворчал Орлов.

Оставив в стекле маленькое отверстие, пуля вошла сидевшему за столом Игнатьеву в правый висок. Застывшей от ужаса Алисе пуля пробила сердце.

– А почему вы мне помогаете? – налив чаю в чашку, спросила Мэй.

– Мне кажется, вы так же одиноки, как и я, – смущенно проговорил, стоя у плиты и помешивая жарившуюся картошку, Вениамин. – По крайней мере в данном случае. Если я вам неприятен, скажите, и я…

– Спасибо вам, – улыбнулась она. – Вы очень хороший человек. Сейчас таких, наверное, не так уж и много. Мне кажется, что раньше люди были намного лучше, добрее и приветливее. А сейчас…

– Вы правы, наверное. Мама с папой много говорят на эту тему. Но давайте оставим в покое прежние и нынешние нравы. Я хочу спросить вас вот о чем… Кто этот мужчина, которого вы пытаетесь найти? И почему не попытались сделать это через посольство или иным дипломатическим путем?

– Можно я оставлю ваш вопрос без ответа? Я сама еще не уверена, правильно ли я поступаю. Но мне кажется, что от этого зависит жизнь моей племянницы. Я правильно назвала дочь моей сестры?

– Абсолютно. Вы прекрасно и совершенно правильно говорите по-русски.

– Я учила русский язык с детства. Но вы уверены, что…

– Да, – не дал договорить ей Вениамин. – Данные безусловно точные. И надеюсь, это тот самый Леонид Глебов, который вам нужен.

Мэй благодарно взглянула на него.

– Спасибо вам, Вениамин. Не знаю, что бы я делала, если б не вы. Хотя поначалу вы вызвали у меня…

– Можете не продолжать, – виновато улыбнулся он, – я вас прекрасно понимаю. Но видите, все-таки моя настойчивость принесла некоторую пользу. Вы разрешите мне поехать с вами? Я уже спрашивал об этом, но вы промолчали.

– Конечно. Без вас я наверняка заблужусь.

– Машину сделают, и поедем, – сказал Соколов.

– А может, поедем на поезде? – спросил Серый.

– На машине гораздо удобнее, – возразил Андрей. – Конечно, если вы не хотите, чтобы я ехал с вами, ради Бога, только скажите…

– Мы поедем с вами на машине, – решила Ин.

* * *

– Что? – переспросила Элизабет. – Что вы сказали?

– Извините, но это так, – услышала в ответ мужской голос.

Она отключила сотовый.

– Убит Игнатьев, – прошептала Элизабет. – Значит, уже и в России начали убивать из-за рукописи. Ну что ж… Рукопись привезет Джейн. Зря, выходит, я пожертвовала братом и его людьми. Показаний против меня они не дадут, а если и начнут говорить, то все это бездоказательно. И скорее всего обвинят моего мужа. Бедный Стив, – она рассмеялась, – тебе была нужна совсем другая женщина. Этот Корд – полный идиот, оставил где-то рукопись. Хотя, может, он поступил правильно. Я как-то не подумала о таможенных досмотрах. А рукописью наверняка заинтересовались бы как наши, так и российские службы. Тем более, как утверждает Корд, сделан русский перевод. Значит, мне пригодятся эти русские. Урмас говорил, что второй – надежный, верный друг. И спасибо Ми, благодаря ей мне теперь все известно, что знает Джулия. Ненавижу ее! Всегда она была во всем лучше меня. И не потому, что сильнее или умнее. Все делали деньги ее папы. И вот он мертв. Я не ожидала, что Джулия продолжит поиски. Но на этот раз выиграю я.

– Что с вами? – по-русски спросил ее остановившийся пожилой мужчина.

– Извините, – по-русски сказала Элизабет. – Просто мысли вслух. – Она посмотрела на часы. – К Урмасу я сейчас не поеду. Надо будет как-то переправить их в Китай. Жаль, что я подставила Генри, – снова вспомнила она брата. – Но кто мог подумать, что Корд не привезет рукопись… Скажу Урмасу, что заболела, – в конце концов решила она.

– Где ваша американка? – посмотрев на часы, недовольно спросил Доронов.

– Приболела, – ответил Бек. – Но как только сможет, сразу приедет.

«Может, чувствует опасность, – подумал Доронов. – Но мне отступать некуда, да и поздно уже. Этих двоих тоже надо бы убрать. Но без них не будет встречи с американкой! – Он поморщился. – А она приехала с охраной. Молодец! Два бугая, видно, бывшие морпехи. И адвокат».

– Значит, приболела, говоришь? – Он посмотрел в глаза Беку. – Подождем. Но ты свяжись с ней и напомни: время играет против нас. Наверняка в Китае уже полно авантюристов всех мастей. И они случайно могут найти то, что должно принадлежать нам. Но я в любом случае пойду до конца. Однако мы можем опоздать. А как дела с Глебовым?

– За ним наблюдают, – ответил Урмас.

– А что ты решил со своей женой? – спросил Доронов. – Ведь она несколько месяцев была Глебовой. Комбинация, конечно, превосходная. Он наверняка не думал, что она контролирует его. Но каково тебе знать, что ночью твою женушку другой удовлетворяет? Я бы так не смог! – рассмеялся он.

– А я смог, – спокойно ответил Литовец. – Правда, было зря все это! Хотя от свидетелей все равно надо избавляться. Так что с Розкой мне покончить сейчас будет гораздо легче, чем если бы она мне была верна.

– Ты, однако, расчетливый, – помолчав, удивленно отметил Доронов.

– Ты убьешь Элизабет? – неожиданно спросил Бек.

– Почему ты задал этот вопрос? – повернулся к нему Доронов.

– Пытаюсь понять, зачем ты ее вызвал. Думаю, чтобы убрать. Но с нами этого делать не советую. Сядешь сразу, как только один из нас сдохнет. Так что лучше…

– А вот в советах я не нуждаюсь, – оборвал его Доронов. – И не стоит вам меня бояться. Мы получим все и разделим на троих. А вот Эмира надо убрать, он влез не в свое дело.

– А почему мы? – спросил Бек.

– Потому что вы, – усмехнулся Доронов.

– Эмир помогал нам, – покачал головой Литовец.

– Поэтому вы его и уберете, – раздраженно произнес Доронов. – И поскольку операция подходит к заключительной фазе, подчистите всех, кто более или менее в курсе дела. Это не обсуждается. И поторопите американку.

– Она собирается ехать к Глебову, – сообщил Учителю Белый Змей.

– Очень хорошо. Надеюсь, на этот раз вы не оплошаете. И еще, после выяснения того, что нас интересует, всех нужно убрать. Но сделать это должны русские. У тебя есть такие на примете?

– Есть.

– Пусть займутся этим сразу после того, как твои люди получат информацию. А лучше, если ты сам будешь искать ответы на вопросы.

Федеральная трасса Москва – Ростов

– А вы уверены, что Ин приедет к Глебову? – спросил сидевший за рулем «БМВ», Вениамин.

– Конечно, – ответила Мэй. – Она знает, что он живет в Курской области. А если нет, надеюсь, Глебов поможет ее найти. Хорошо, что вы быстро починили машину.

– Помог один знакомый, – улыбнулся Вениамин. – Конечно, не за спасибо.

– За нами от вашего дома едет машина, – неожиданно проговорила она. – Вон тот темно-синий автомобиль.

– Это мой сосед, – посмотрев в зеркальце заднего вида, улыбнулся Вениамин. – Я его заметил. Может, он тоже в Курск собрался, у него там теща живет.

– Теща? – задумчиво переспросила Мэй. – Это мать его жены. Правильно?

– Совершенно верно, – кивнул Вениамин.

– Взяла? – удивленно спросила по телефону Элизабет. – Не думала, что ты так быстро управишься.

– Я хорошо знаю дом Родни, – рассмеялась женщина. – Я не раз бывала у него, у меня даже ключ есть. Что делать дальше?

– Все-таки зря мы тронулись под вечер, – проворчал сидевший за рулем Анатолий. – Слышишь, что-то постукивает?

– Да нормально все, – отмахнулся Зубов. – Побыстрее хочется капитана увидеть и понять, что происходит. Да и с теми шакалами встретиться есть желание. Наверняка это они Сапогова и Пестова убили.

– Прошу, – кивнул на открытую заднюю дверь «десятки» Соколов. – Все готово. Надо ехать немедленно. К вечеру доберемся до Курска. Оттуда до этих Щигров, а потом до деревушки. В общем, переночуем в Курске или в Щиграх, а утром отца увидишь.

– Все исполнено, Оборотень, – услышал Доронов.

– Знаю. Ты мне скоро понадобишься. А сейчас вот что: приклей кого-нибудь из толковых ребят к одной американке. Я должен знать о ней все.

– Сделаем, – прозвучало в ответ.

Курская область. Вишнянка

По пояс голый, Глебов с полотенцем на шее неторопливо шел от речки. Справа раздался грубый мужской голос:

– Ты, старая карга! Наливай литровку! Сказали, отдадим потом, значит, отдадим.

– Да я же вам говорю, – испуганно отозвалась женщина, – нет у меня ничего. Вчерась дрова мужики привезли и перепилили, вот и отдала им все.

– Наливай, сучка! – проорал другой голос. – Или спалим на хрен твою хибару, тебе все равно скоро подыхать!

Глебов увидел рыжеволосую женщину у калитки небольшого дома и троих мужчин.

– Перестаньте! – От дома напротив к ним быстро шла миловидная женщина. – Как вам не стыдно? Что вы привязались?

– Ты свалила бы на хрен, сучка, – угрожающе посоветовал мужчина с усиками, – а то ведь и нарваться можешь!

– Да трахаться она хочет, – усмехнулся плешивый здоровяк. – А мужиков тут путных нету. Покатили с нами, кобылка! – Он шагнул к женщине и дотронулся до ее груди. – Мы тебя порадуем и сами кайф поймаем. Выглядишь ты ништяк.

Женщина ударила его по щеке. Мужчина сильно толкнул ее в грудь. Она не удержалась на ногах и упала.

– Не трожь маму! – Из калитки дома напротив выскочил мальчик лет тринадцати и бросился к женщине.

– Иди на хрен, окурок! – Собираясь толкнуть его ладонью в лоб, плешивый поднял руку.

Мальчик, присев, ногой в подсечке сбил его на землю.

– Убью! – взревел тот.

Женщина вскочила и схватила палку.

– Убью, сучонок! – Поднявшись, плешивый рванулся к мальчику.

– Эй, мужики! – Глебов быстро пошел к дому. – Тормознули! Есть желание размяться – прошу! – усмехнулся он.

– Быстрее! – подбежав к опорному пункту участкового, закричала почтальон. – Возле дома бабы Саши этот мужик… ну как его? Глебов каких-то троих насмерть забил.

– Ни хрена себе, – покачал головой державший бинокль парень, – голимый ниндзя! Я – пас, – усмехнулся он. – Вот тебе и колхозничек. На хрен надо с таким связываться?

– В натуре, – согласился второй. – Пасти пасем, но если что, вмешиваться не будем.

– Он не виноват, – в один голос проговорили три женщины.

– Эти на Александру Пантелеевну набросились, как дикие собаки, Света, дочь бабы Паши, выбежала и начала их стыдить. – Женщина посмотрела на троих лежащих на траве мужиков, которых осматривала сельский фельдшер. – Он, – указала она на плешивого здоровяка, – сильно толкнул ее. А сначала за грудь хватал. Света ему по харе врезала. Он ее толкнул, она упала, а тут сын Светин на помощь матери бросился.

– Спасибо вам, – прижимая к себе мальчика, благодарно посмотрела на курившего Глебова Светлана.

– Да зря я влез, – взъерошив мальчику волосы, усмехнулся Глебов. – Он бы их один уработал, молоток!

Курск

– Да вы что? – пятясь задом, испуганно говорил Жохов. – Я же… – И, захрипев, схватился за грудь. По белой майке из-под пальцев поползла кровавая полоска. Двое парней выскочили из комнаты.

* * *

– Следов не оставили? – спросил в сотовый Остап.

– Все по высшему разряду, – послышался ответ.

– Глебова пасут?

– Конечно.

– Он там троих «химиков» основательно отработал, – посмеиваясь, сообщил вошедший Рубен. – Мне звонили и сообщили. Тот еще капитан!

– Жохов – труп, – сказал Остап.

– Не нравится мне эта хренотень, – покачал головой Рубен. – Что-то мочить начали своих. Как будто подчищают. Не нравится мне это, – повторил он. – Так и нас могут зачистить.

– Пусть только сунутся, – криво улыбаясь, проговорил Остап.

– Тоже верно. Но я на всякий пожарный парнишек возле себя держу. И тебе советую. В столице Эмира завалили и Алиску с папашей. И все, как я понимаю, из-за делов этих.

– Чувствуется, большие бабки там хапнуть можно.

– А ты думал, гроши или музейный экспонат? – хохотнул Рубен. – Китайская триада вмешалась. А они по мелочам не работают. Интересно, сколько нам отстегнут Бек с Литовцем?

– Надеюсь, не обидят. Розка успокоилась?

– Боится, что менты что-то заподозрят. В больницу я ее положил, вроде как с сердцем нелады.

– За домом Глебова наблюдают двое, – говорил по телефону Фо. – Не знаю, сколько дней, но что не первый, ясно. Что делать?

– Ничего, – ответил Белый Змей. – Наблюдайте. Как только появится дочь, Глебова берите. А наблюдателей убейте и оставьте трупы в его доме. И сыграйте под русских. Оставьте там пустую бутылку из-под водки, окурки. Чтоб было ясно – работали как минимум четверо. И сделайте вид, будто что-то искали.

– Понял.

– Главное, нужно узнать о ключе. Как получить ответ, ты знаешь.

«Надо уезжать куда-нибудь, – думала лежащая в отдельной палате Роза. – Ничего хорошего уже не получится. Милиция наверняка все поймет, и у меня будут неприятности. Хотя я не знала, что он не настоящий Глебов. Впрочем, он настоящий, – вздохнула она. – Но Урмас наверняка не раз упрекнет меня этим. Как я надеялась, что его убьют, но все впустую…»

– Вот и Курск, – улыбнулся Вениамин. – Сейчас остановимся и переночуем. Узнаем, где эта Вишнянка, и с утра поедем.

– Наверное, так и будет, – вздохнула Мэй.

– Вы чем-то недовольны? – внимательно посмотрел на нее Вениамин.

– Машина эта так и ехала за нами. Отставала два раза, но потом снова догоняла.

– Успокойтесь, Мэй, я же говорю, это семья соседа. Покровский Альберт Васильевич едет с женой и сыном к своей теще, она где-то в Курской области живет.

– Ну вот, – буркнул Соколов, – я же говорил, надо было починить машину. До Курска осталось около десяти километров. Все равно пришлось бы там ночевать. А в Курске и машину посмотрят, и заночуем. Мотель тут, кстати, на уровне.

– А далеко до Вишнянки? – спросила Ин.

– От Курска километров сто, – ответил, посмотрев на карту, Соколов. – Часов в шесть выедем и к девяти точно там будем.

Александр, зевнув, взглянул на придорожное кафе.

– Пойдем поедим.

– В мотеле поужинаем, – отозвался Андрей. – За деньги не волнуйтесь, я довольно состоятельный человек.

– Мы тоже не бедные, – проворчал Александр.

Соколов рассмеялся.

– Я вижу, ты вроде как ревнуешь? – подмигнул он парню! – Зря. Я просто хочу вам помочь, да и с профессиональной точки зрения интересно. Согласись, ситуация редкая.

– Не думаю, что об этом стоит писать, – сказал Александр.

– Потом решим, – улыбнулся Соколов.

* * *

– Снова закипела, сука! – Анатолий пнул колесо.

– И надолго это? – спросил Зубов.

– Через полчаса поедем. Надо в пункт технического обслуживания заскочить. Я во внутренностях почти не разбираюсь.

– Я по этой части тоже баобаб, – засмеялся Александр.

– Что случилось, мужики? – остановившись рядом, спросил водитель «Оки».

– Закипели, – нехотя ответил Анатолий.

– Сейчас помогу. – Мужчина вышел из машины. – Скорее всего…

– Если можно, без терминов, – засмеялся Зубов. – Один хрен не поймем!

Вишнянка

– Ну вот, – улыбнулся Мишин, – отношение к вам стало другое. Мать Витьки Морозова всем хвастается: Глебов пацанов приемам учит.

– Да я уж не раз пожалел, что вмешался, – хмуро признался Глебов.

– Но и пройти мимо настоящий мужчина тоже не может, – сказал участковый. – А как с моими данными?

– Тебе сколько лет?

– Двадцать восемь.

– Молодец, на свой возраст тянешь. А то тут приходили пацаны, им по семнадцать лет, а по системе посчитаешь – двадцать два, а один на тридцатку тянул. Канители много. Пока подтянешь организм к положенному, тридцать – тридцать пять занятий надо провести. И при жестком условии, что делаешь утреннюю зарядку, ну и так далее. Зарядка, кстати, непростая, а тайзацегун, зарядка молодости. В Китае ею многие занимаются. Вроде скучно: не менее пятнадцати минут плавные, на вид довольно глупые движения. Каждое упражнение на определенный орган действует.

– Научите меня, – попросил участковый. – Я бы очень хотел познакомиться с подобными упражнениями. Обязуюсь делать всю жизнь! – торжественно заявил он.

Москва

– Я вылетаю в Токио завтра, – сказала Джейн в трубку. – Оттуда в любое время в Пекин. На этих линиях у меня есть хорошие знакомые, они помогут перевезти все, что надо. Так пойдет?

– Отлично, Джейн, – ответила Элизабет. – Ты не встречала Генри?

– Он сказал: до встречи в Китае. В его голосе я расслышала угрозу.

– Значит, они не попались, – прошептала Элизабет.

– Что? – спросила Джейн. – Прости, но я не расслышала.

– Когда прилетишь в Токио, – сказала Элизабет, – сразу сообщи, как с тобой можно связаться. И еще. Умоляю, никому не говори о рукописи. Кстати, она у тебя в переводе?

– Одна в каких-то иероглифах, другая, насколько я поняла, на русском. Ты из-за этой рукописи и…

– Да, – не дала договорить ей Элизабет. – Сделай так, как я прошу, и тогда довольно скоро станешь богатой. – Она отключила мобильник.

– За нами уже сутки ведется наблюдение, – сообщил Элизабет накачанный высокий парень. – Что делать?

– Я заметила, – спокойно сказала она. – Ничего делать не надо. Не забывайте, что мы в чужой стране. И приготовьтесь к отъезду. Мы летим в Стокгольм, а оттуда сразу в Токио. Ситуацию надо держать под контролем. Джеймс, – посмотрела она на накачанного, – ты убивал людей?

– Да. А что, нам придется?..

– А ты, Чарли? – Она перевела взгляд на второго, рослого парня с миндалевидными глазами.

– Приходилось.

– А вы когда-нибудь предавали тех, на кого работали?

– До этого не опускались, – усмехнулся Чарли. – Мы уже семь лет работаем вместе. Вы знаете о нас все. Насчет убийств, кстати, тоже.

– Хорошо, – кивнула она, – собирайтесь. Но надо сделать так, чтобы те, кто следит, не смогли нас проводить.

– Без проблем, – сказал Джеймс. – Следят любители.

– Прекрасно, – улыбнулась она. – Однако я немного подстрахуюсь. Если это они, то прекратят слежку.

– Она назначила встречу, – услышал Доронов голос Литовца, – через час в «Космосе».

– Отлично. Отправляйтесь туда и ждите. Я приеду позже и буду наблюдать со стороны. – Отключив сотовый, он сунул в карман. – Значит, решила бросить своих российских партнеров. Хотя придумала все ловко. Лже-Глебов. Молодец! – Он рассмеялся. – Но дела делать надо не так.

Доронов набрал номер.

– Да? – отозвался мужской голос.

– Их черед пришел, – сказал Доронов и отключил телефон.

– Значит, очень скоро она будет у него, – проговорил Белый Змей. – Не забудь подключить Фо и оставь вместе с телами отца и дочери труп русского. Предавший однажды предаст снова и снова. Лечение этому – смерть.

– Надеюсь, на этот раз обойдется без ошибок, – холодно отозвался Учитель.

– Все будет хорошо, – заверил его Белый Змей.

– В противном случае ты умрешь, – спокойно заявил Учитель.

– Вот и все, – сообщил Джеймс, – чисто. Можно ехать.

– Сначала надо привести себя в порядок. – Элизабет сняла светлый длинный парик, большие очки и туфли, каблук на левой был немного длиннее, чем на правой. – А где Чарли?

– Он будет ждать в аэропорту.

Неожиданно прозвучал вызов сотового. Взглянув на экран, Элизабет удивленно хмыкнула – высветившийся номер был ей незнаком.

– Да? – Она поднесла сотовый к уху.

– Не удивляйтесь, – послышался мужской голос, – но я думаю, вам не стоит ехать в Японию. Давайте встретимся и все обсудим.

– Кто вы? Вы не американец.

– Я все знаю. И если вы не пойдете на партнерство, многое потеряете. В том числе и свободу. Джейн действительно сделала все, как вы сказали. У меня есть люди в Японии, и они контролируют ее.

– Сейчас вы блефуете. Вы тот новичок, который сумел подчинить себе Урмаса с его товарищем. Но тем не менее я согласна на разговор с вами. Где и когда? Я плохо знаю Москву. И надеюсь, вы позаботитесь об Урмасе и его…

– Разумеется. Где мы встретимся?

– Приезжайте к моей гостинице, – предложила Элизабет.

– Через тридцать минут буду, – ответил мужчина.

Китай. Пекин

– Почему бы нам не убивать американцев? – удивленно спросил полный старейшина.

– Во-первых, – нехотя отозвался Черный Монах, – они явились сюда в качестве туристов и находятся под защитой государства. В столице великой страны ему бросать вызов нельзя. Во-вторых, нам многое неясно, а они ближе к цели, чем мы. Захватить и пытать их тоже невыгодно. Нет уверенности, что они все скажут, а после исчезновения американцев их начнут усиленно разыскивать госслужбы. А главное, мы не сможем найти рукопись. Ее похитили у Бронкса, и есть мнение, что рукопись взяли его дети. Ее привезут сюда. К тому же благодаря Ми они находятся под нашим контролем.

– Но Ми одна из Посланцев Небес, – напомнил невысокий худой старейшина.

– Она работает на нас, – заявил Черный Монах. – Вонг охраняет ее. Вот Вонг меня беспокоит, он не может простить американцу своего унижения, а это опасно для нашего дела. Однако менять его поздно. Американцы и так подозревают Ми и Вонга. Но, думаю, ждать осталось недолго. Ин уже у отца, кстати, там же и Мэй, и все у нас под контролем. Скоро все соединится – рукопись, ключ и священное огниво. Тогда откроются врата Убежища Дракона. Оживет Сердце Дракона, священное огниво зажжет огонь, и откроется тайна Одинокого Человека Гор, – торжественно произнес он.

* * *

– Я не знаю, что делать, – развел руками Джордж. – Мне кажется, самое разумное – уехать отсюда. Деньги отца, его фирма – этого нам вполне достаточно. Не стоит рисковать дальше. Думаю, ты поняла, что мы в тупиковой ситуации и добром это для нас не закончится. Что скажешь?

– Поступай как хочешь, – раздраженно отозвалась сестра. – Я пойду до конца. Те, кто убил папу и похитил рукопись, наверняка тут появятся. Как нам сообщили, это скорее всего адвокат Родни Корд. И он явится сюда. Я дождусь его, отомщу за отца и заберу рукопись. Мне помогут они, – кивнула Джулия на троих наемников. – Я с ними говорила, и они останутся со мной в любом случае.

– А чем ты собираешься расплачиваться с ними?

– Я заплачу им из половины того, что оставил мне отец.

– Значит, ты готова рискнуть всем ради призрачной надежды?

– Да. Я раскрою это Убежище Дракона. И пусть не найду золото и рукопись Одинокого Человека, но получу подтверждение, что все это существует. Уже на этом я заработаю пару миллионов долларов и, кроме того, войду в историю как человек, ожививший древнюю легенду. А это тоже немалые деньги. Неужели ты не понимаешь, что триада не случайно пытается нам помешать? Они понимают…

– Надежда была на рукопись, – перебил ее брат. – А так… Что у нас есть, что могло бы помочь в поисках? К тому же я не уверен, что адвокат Корд жив. Допускаю, что с его помощью наемники проникли в дом, убили отца, перебили охрану и взяли рукопись, которая наверняка и была целью налета. Но Корда убрали. Нам не за что ухватиться. Мы искали китаянку и не нашли ее. И уже не найдем. Мы потеряли отца…

– Его убила триада, – уверенно произнесла Джулия. – Но ты кое-что забыл. Я уверена, что за всем этим стоит Элизабет Ульман. Помнишь ее увлечение древним Китаем?

– Черт, – нахмурился Джордж, – а ведь ты права. Корд был любовником Элизабет. Еще все удивлялись, что их связывает. Она эффектная, спортивная дама, он – неказистый толстяк. Да, – кивнул он, – Элизабет наверняка в этом замешана. Но тогда получается, – он покосился на пивших чай Ми и Вонга, – что они…

– Их подослала Элизабет. Но она просчиталась. Они работают на китайскую мафию и на кого-то еще. И это наш шанс. У меня есть план, который должен сработать.

– Какой план? – спросил брат.

– Я удивляюсь Джулии, – негромко говорила Ми. – Ведь, кажется, нет ни одного шанса, а она продолжает на что-то надеяться. Джордж уже не раз заявлял, что хочет уехать. И не уезжает только из-за нее. Порой возникает чувство, что она что-то знает, поэтому и остается. А ведь прекрасно понимает, что сильно рискует. Во-первых, из-за убийства семьи Дун, а во-вторых, из-за вмешательства триады.

– Смелая женщина, – усмехнулся Вонг, – или глупая.

– Она куда-то звонит, когда рядом никого нет, – сообщил водитель. – И несколько раз говорила на другом языке.

– Вот как? Надо выяснить куда. Значит, у нее действительно есть какая-то зацепка, – кивнула Ми. – Надо узнать, кому она звонит.

– Я впервые в Пекине, – озираясь, сказал мускулистый молодой мужчина. – А ты, Пьер, бывал здесь?

– Проездом, – ответил рослый бритоголовый мулат.

– Где остальные? – спросил Франсуа.

– Какая тебе разница? – усмехнулся Пьер. – Каждый делает свою работу. Например, я доволен, что для охраны выбрали нас. Нет желания лазать где-то по горам.

– Они выходят, – кивнул мулат.

Из магазинчика сувениров вышли коротко стриженная женщина и рослый мужчина в темных очках и широкополой шляпе.

– Чувствуется, что они тут были, – тихо отметил Пьер.

– Водитель мне не нравится, – шагнув к открытому джипу, поморщился Франсуа.

– Не мы его выбирали, – покачал головой Пьер.

– Интересно, где остановимся? – забираясь на заднее сиденье через борт, проворчал Франсуа.

– Комфорта мы вам не обещали, – обернувшись, насмешливо проговорила женщина.

– Комфорт мы создадим сами, – сев рядом с Франсуа, хмыкнул Пьер. – Когда вы с нами рассчитаетесь?

– Поехали, – кивнул водителю, усевшись рядом с Пьером, спутник женщины.

Гималаи

– Где они? – недовольно спросил, медленно водя винтовкой со снайперским прицелом, худой смуглый мужчина. – Уже двое суток ищем, но даже следов не нашли. Точнее, нашли, – усмехнулся он. – Четыре сожженных трупа. На связь они выходили позавчера. Но где именно?

– Следопыт, – послышался голос справа, – появились трое. Все с луками, длинные кривые ножи на ремнях. Хотя стоп! – хмыкнул мужчина. – У одного на груди вполне современный передатчик. Кто же это?

– Может, возьмем и спросим? – предложил крепкий бородач с ручным пулеметом.

– Светиться нельзя, – возразил худой. – Наша цель – эта парочка. Их надо найти, а потом узнаем, что с ними делать. И запомните – они не должны нас видеть. А кто эти современные дикари?

– Скорее всего охотничьи собачки местного князька, – ответил бородач.

– Значит, нас никто не должен видеть, – требовательно повторил худой. – Эти туземцы со связью и сожгли тех четверых. Идем неровным квадратом. Кубинец слева, араб справа, в тылу немец, на острие я. Сигнал опасности – кнопка. Тронулись!

– Не знаю почему, – наливая в кружки чай, сказал Луи, – но у меня предчувствие сюрприза. Мне кажется, мы совсем рядом с Убежищем. Вот просто чувствую, и все.

– Я тоже, – согласился Жак. – Мы нашли две головки какого-то божества. И заметь: одна немного больше, другая поменьше, и ее нашли первой. Мне кажется, это указывает путь к Убежищу.

– Конечно, это все хорошо. И предчувствие, и головки. Но почему нас не трогают эти современные дикари? Мы нашли с тобой три места стоянок. Но людей там не было. Видели запекшуюся кровь. Значит, их убивают. А нас не трогают. Почему?

– Может, из-за разрешения королевской службы безопасности?

– Наверное, да. Но за нами постоянно наблюдают. И у меня такое чувство, что если мы с этими головками повернем назад, нас убьют. Тот, кто давал нам бумаги, предупреждал: этот район принадлежит семейству Гафут. Сейчас здесь правит сын. Отец умер. И этот сын, забыл его имя, жестокий, властолюбивый тиран. И я подумал, что он не зря здесь остановился. Наверное, тоже ищет Убежище Дракона. Но почему он не нашел даже эти головы?

– Мы с тобой начали с подножия. А другие в основном идут в горы. Да кто знает, может, это какие-то божества древних и мы случайно наткнулись на них.

– Но ты не думаешь прекращать поиски?

– Конечно, нет!

– Не спугните их, – предупредил Аренз. – И не теряйте из виду.

– Да, повелитель, – ответил Острый Нож.

Непал. Катманду

– Привет, Ван Лу! – Генри пожал руку коренастому, дочерна загоревшему мужчине.

– Здравствуй, Белый Воин, – улыбнулся тот. – Я встретил вас сам. Пойдемте. Ты звонил и говорил, что вас будет пятеро.

– Один не смог приехать. Куда мы сейчас?

– Отдыхать. А завтра поедем к границе. Вам нужен человек, который хорошо знает Китай?

– Я думал, это будешь ты, – улыбнулся Генри.

– Сколько? – посмотрел на него непалец.

– Не обижу. Но вполне может быть и такое, что ничего.

– Согласен, – засмеялся Ван Лу.

– А женщин можно пригласить на вечер? – спросил его Сэм.

– За доллары все можно, – кивнул Ван Лу.

– Никаких вечеринок! – отрезал Генри. – Завтра с утра перейдем в Китай. Ночью отдыхаем.

Россия. Вишнянка

– Ого! – покачал головой Глебов. – Кого я вижу! А где твой хахаль?

– Позвольте представиться, – улыбнулась стоявшая у калитки женщина. – Глебова Роза Георгиевна. А вы – мой муж. Ведь вы Леонид Глебов, одна тысяча девятьсот…

– Мадам, – усмехнулся Глебов, – не знаю, что за игру вы затеяли. Но даже если ваш муж рожден в тот же день, месяц и год, что и я, вы никак не можете претендовать на меня. Я Глебов Леонид, – кивнул он. – А вот отцы у вашего мужа и у меня разные. И по имени разные.

– Как? – не поняла Роза. – Вашего отца звали…

– Ко мне гости пожаловали, – увидев подъезжавшую к дому «десятку», сказал Глебов. – Так что прощайте, мадам. И скажу честно: вы не в моем вкусе.

Из машины вышел Вениамин.

– Здравствуйте, – посмотрел он на Розу. – Добрый день! – Он повернулся к Глебову. – Вы…

– Прощай, однофамилица, – кивнул Розе Глебов.

Она села в машину и, газанув, рванула с места.

– Извините, – смущенно улыбнулся Вениамин. – Я думал, что она…

– Чего надо? – прервал его Глебов.

– Понимаете… – нерешительно заговорил Вениамин. – Извините, но вы кто? Как вас зовут?

– Сейчас была одна, которая навязывалась в жены, – усмехнулся Глебов. – А ты не в братья мне метишь? Или, может быть, в сыновья?

Из машины вышла Мэй. Глебов, увидев ее, нахмурился.

– Вы Глебов? – спросила она.

– Да. И что из этого?

– Помните Лейфу?

– Была такая в моей жизни, – помолчав несколько секунд, кивнул Леонид. – А ты из Китая? – спросил он. – Лейфа просила что-то передать.

– У вас есть дочь, – заявила Мэй. – И ей угрожает опасность.

– Мило день начинается, – усмехнулся Глебов. – Сначала приезжала жена, а теперь дочь появилась. Ты серьезно?

– Вполне, – кивнула Мэй. – Мы можем поговорить не здесь?

– Да. Прошу в мои апартаменты. – Глебов показал на дом. – Ты тоже родственник? – посмотрел он на Вениамина.

– Я просто водитель, – застенчиво улыбаясь, проговорил тот.

– Что-то ты уж очень стеснительный, – усмехнулся Глебов.

– Я такой, какой есть, – отозвался Вениамин.

– Таких и девки не любят! – Глебов подмигнул Мэй.

– Зато у вас их было в избытке! – сухо отозвалась она.

– Да вроде грех жаловаться. Ну, пошли в хоромы!

– Извините, – из окна остановившейся машины выглянул Соколов, – вы не подскажете, где живет Леонид Глебов?

– Да что ж не подсказать-то? – сказала женщина. – Вон туда смотри. У его дома, который с железной крышей, машина стоит. Видишь?

– Ага, – кивнул Андрей. – Спасибо, – поблагодарил он женщину и завел мотор.

– Да успокойся ты, – сказал Серый взволнованной Ин. – Все будет нормально.

– Погодите! – вновь затормозив, крикнул Андрей. – А вы не скажете, он женат?

– А ты ему что, – рассмеялась женщина, – невесту везешь? Один он, как волк в лесу. На него наши бабы уж давно глаз положили. Но он ни на кого не смотрит. Тут уж говорят, может, импотент он? – Она засмеялась.

– Тормози! – закричал Зубов.

Анатолий резко вжал педаль тормоза. Машину развернуло, и она остановилась поперек дороги. Александр бросился к стоявшей возле машины женщине. Она говорила по сотовому. Бросив взгляд на крутнувшуюся машину, отвернулась и поэтому не заметила подбегавшего Зубова. Он, подпрыгнув, ударил ее ногой в плечо. Роза упала на асфальт. Зубов заломил ей руки за спину.

– Ты офонарел?! – бросился к нему Анатолий.

– Ремень дай! – рявкнул Александр.

– Помогите! – пронзительно закричала Роза. – Убивают! Помогите!

* * *

– А это еще кто? – притормозив, прищурился Соколов. – Номер московский. Сейчас узнаем. – Увидев сидевшего в машине Вениамина, он кивнул Ин и открыл дверцу.

– Ни хрена не пойму! – покачал головой Глебов. – Какая рукопись? Какой к черту, ключ? Ты вот что, докажи, что ты сестра Лейфы. А то сейчас одна тут мне мозги канифолила, бред несла…

– Что такое канифолить? – повторила незнакомое слово Мэй. И, неожиданно вскочив, бросилась к двери. Глебов рванулся за ней. И замер. Около двери Мэй и молоденькая девушка, обнявшись, плакали.

– Вы Глебов? – спросил его парень.

– Да караул какой-то получается, – пробормотал Глебов. – Ты не сын мне?

– Здравствуй, капитан! – Улыбаясь, к нему шел Соколов.

– Наконец-то хоть одна знакомая морда! – усмехнулся Глебов. – Может, ты разжуешь?

– Дочь тебе привез, – сказал Андрей.

– Твою мать, – обомлел Глебов. – Да ты-то откуда знаешь, что она моя дочь? Где она?

– Замерли все! – раздался угрожающий крик. Из сада и от калитки к дому бежали пятеро парней. Серый, выхватив нож, бросился навстречу двоим из сада. Первый в высоком прыжке ударил его ногой в голову. Но перед падением Серый успел полоснуть его по икре ножом. Парень тоже упал.

– Ты как в рукопашном? – быстро спросил Глебов у Соколова.

– В дружбе. С одним, думаю, справлюсь.

– Твой! – Глебов кивнул на выбегавшего из сада.

Мэй и Ин, стоя у двери, наблюдали за происходящим. Глебов встретил подбегавших ударом ног. Правой одному в подбородок, левой в живот другому. Третий выбросил вперед руку. Леонид после прыжка опустился на корточки и резко ударил его кулаком в низ живота.

Андрей пропустил удар в грудь, но его кулак попал в переносицу противника. В саду хлопнул выстрел. Серый, навалившись на парня с порезанной икрой, пытался вырвать из его руки пистолет. Соколов, ударив парня ногой в живот, рванулся вперед. Снова хлопнул выстрел. Серый, матерясь, лбом врезал парню в нос. И еще два раза подряд. Тот, потеряв сознание, выпустил пистолет.

– Кажется, ты права, – связывая парней, пробормотал Глебов подошедшей Мэй.

– А где твой шофер? – спросила у Мэй Ин. Та посмотрела на калитку. Машины Вениамина не было.

– Не знаю, – растерянно ответила она. – Наверное, испугался и уехал.

Глебов встал и пристально посмотрел на Ин. Та замерла.

– Ты похожа на мать, – тихо сказал Леонид и шумно выдохнул. – Скажи мне кто-то, что у меня есть дочь, – пробормотал он, – в жизни бы не поверил. А тут…

– Вот взгляните. – Достав из сумочки фотографию, Ин протянула ее Глебову. Он взял и увидел себя молодого рядом с красивой девушкой с миндалевидными глазами. Машинально перевернув фото, прочитал на обороте: Курская область, Вишнянка.

– Я писал, – кивнул он.

– Кто-то еще едет, – встревоженно сказала Мэй.

Глебов выругался.

– Встретим, – подошел к нему Соколов. В руке у него был ПМ. К ним присоединился Серый тоже с пистолетом.

– У второго взял? – спросил Глебов.

– Да, – кивнул Александр.

– Ну и житуха у тебя, капитан! – Из машины вышел Зубов. – Вылазь, шкура поганая! – Он выдернул из машины Розу со связанными сзади руками.

– Вот и женушку привезли, – усмехнулся Глебов.

– Привет, капитан! – из машины вышел Анатолий.

– Привет, Саблин! – кивнул тот. – А эту зачем привезли?

– Да я тебе сейчас такое расскажу! – зло воскликнул Зубов.

– Привет! – Анатолий увидел Мэй. – Это вы ехали на «десятке»?

– Да, – кивнула она.

– Ваш водитель догнал джип, тоже, кстати, с московским номером, и врезался в него. И его там двое огуливают. Мы…

– Далеко? – перебил его Глебов.

– Да километра полтора от деревни.

– Погнали! – скомандовал Глебов.

– Есть! – Анатолий завел мотор.

– Я с вами. – Мэй села на заднее сиденье.

– Тут какие-то пятеро навалились на Глебова и тех, кто приехал, – быстро говорил в сотовый один из парней на старой ферме. – Но поломали их прилично. Там два раза стреляли. Мы сваливаем, сейчас точно менты приедут, потому что выстрелы слышали многие.

– Отваливайте, – отозвался Туркин. – Баба приезжала?

– Была. Как эти подъехали, она укатила.

– Смотрите! – Анатолий кивнул на стоявшую у обочины «десятку» с помятым передком и затормозил. Мэй бросилась к машине Вениамина. Глебов поспешил за ней. Вскрикнув, она спрыгнула в придорожную канаву. Леонид увидел лежащего в канаве окровавленного мужчину.

– Я никогда не умел драться, – с трудом двигая опухшими, разбитыми губами, произнес Вениамин. – Это сосед, он привез бандитов. Извините, Мэй.

– Все нормально, – приподнимая его, сказал Глебов. – Сейчас поедем ко мне.

– Я их достану! – послышался крик Анатолия из отъезжающей машины.

– Не переусердствуй! – крикнул в ответ Глебов.

Они с Мэй вытащили Вениамина из канавы и понесли к его машине.

– Тачка в порядке? – усаживая его на заднее сиденье, спросил Глебов.

– Да, – ответил Вениамин.

– Слушай сюда, красавица! – наклонившись над побледневшей Розой, процедил Зубов. – Или ты все расскажешь, или я тебя изуродую. Ясно?

– Я все скажу, – быстро заговорила та.

* * *

– Ты чего? – выскочили из джипа двое крепких мужчин. – Пес комолый!

Подбежав, один рванул на себя дверцу машины.

Анатолий сильно двинул его по коленям и, выскочив рыбкой, достал ноги второго и ударил его под колено. Заорав, тот упал на спину и, ударившись затылком о твердую поверхность дороги, потерял сознание. Анатолий быстро поволок первого к своей машине.

– Отвези меня к Тольке, – попросил Соколова Зубов.

– А эти как? – кивнул тот на связанных парней.

– Женщины справятся, да и Серый не промах. А вот и тот мужик, – увидел Зубов подъезжающую машину Вениамина.

Курск

– Куда эта сучка делась? – зло спросил Туркин.

– Наверное, под Глебова улеглась, – усмехнулся Рубен. – А если серьезно, то не знаю. И не звонит. Странно. Эти двое сказали, что она уехала, но ее сотовый молчит.

– Короче, вот что, – сказал Зубов, – она тебе все расскажет, – кивнул он на связанную Розу. – Но эти не с ней, – посмотрел он на парней. – Говорят, их какой-то Фо нанял.

– Поэтому мы и приехали, – вмешалась Мэй. – Не знаю, кто она, но, как я поняла, они пытались подставить Глебова, потому что думали, что у него что-то есть.

– Значит, это не сказка, – пробормотал Глебов.

– Что не сказка? – в один голос спросили Зубов и Анатолий.

– Что с джипом делать будем? – Глебов недовольно посмотрел на Анатолия. – И куда всех этих девать? – Он поочередно взглянул на парней, Розу и двух мужчин из джипа.

– Отпускать их нельзя, – покачал головой Зубов. – Хотя бы потому, что они слышали, что у тебя что-то есть. Но убивать тоже не хочется. За них же как за нормальных судить будут.

– Давай их ментам сдадим и все расскажем, – предложил Глебов. – А о ней у тебя информация имеется. Вот пусть и разбираются, что и кто они.

– Слышь, мужик, – простонал один из парней, – нам китаеза Фо заплатил. Сказал, чтоб мы девчонку и тебя хапнули и его вызвали. А с остальными… – Он замолчал.

– И эти, видно, на китайцев работают, – кивнул на двух мужиков Зубов.

– Это сосед мой, – простонал Веня. – Я ему, дурак, рассказал про Мэй, а он, видно…

– Да! – заорал один из мужиков. – Белый Змей в Москве мне бабки дал, чтоб я проследил, куда вы поедете, и сразу ему позвонил. Я же не думал, что здесь…

– Заткнись! – бросил Зубов. – Давай отойдем, капитан.

– Отпустите меня, – заплакала Роза. – Я уеду. Я из Литвы и сразу туда уеду.

– Закрой рот, сучка! – процедил Анатолий.

– Так, – вошел Глебов, – собирайтесь. Уезжаем.

– А с ними как? – спросил Анатолий.

– Пусть остаются, – улыбнулся Глебов. – Только чтоб быстро не развязались и не орали.

– Это мы можем, – подмигнул Анатолий.

Глебов посмотрел на Ин.

– Ты похожа на мать, – тихо сказал он, – а глаза мои. Собирайтесь, – повысил он голос, – уезжаем.

Зубов подмигнул непонимающе смотревшему на него Анатолию.

– Ты, кстати, поедешь с нами, – кивнул соседу Вениамина Глебов.

– Я не поеду! – пытаясь отодвинуться, закричал тот.

– Еще как поедешь! – Зубов ухватил его за шею, резко дернул к себе и выбросил из комнаты. – Думаешь, получится? – посмотрел он на Леонида.

– Вот что, дух, – подойдя к соседу Вениамина, процедил Глебов, – жить хочешь?

– Да, – просипел тот. – Я же не знал…

– Тогда утихни и не возникай. Как она? – спросил Глебов у Зубова.

– Сейчас все будет как надо. – Тот направился в ванную, где сидела прикованная наручниками к батарее Роза.

– Что вы себе позволяете?! – закричала она. – Я требую…

– Вот что, мразь, у тебя есть выбор. Или ты ждешь ментов и садишься надолго, или ты делаешь, как скажу я, и мы тебя отпускаем.

– Я сделаю все, что скажете!

– Какое у тебя впечатление о папе? – спросила Мэй.

– Он мне понравился, – прошептала Ин.

– Мне тоже, – лукаво улыбнулась Мэй.

– А почему мы уезжаем? – спросила Ин.

– Давай доверимся твоему папе, – сказала Мэй.

– Все! – Зубов вытолкнул из ванной Розу.

– К остальным ее, – сказал Глебов.

– Но вы же говорили, – завопила та, – что…

– И рты всем заклей.

– Есть, капитан, – отозвался Александр.

Курск

– Понял, – сказал по телефону Туркин.

– Вот паскудина! – процедил Рубен и схватил мобильник. – Кот! – заорал он. – Дуйте в Вишнянку к Глебову! Там китайцы все из наших выбивают! Валите всех. И пошустрей давайте. Менты могут подкатить!

Москва

– Фо все сделает, – прошептал Белый Змей.

– Ты провалил дело, – сказал Учитель, – и знаешь, что заслужил.

К Белому Змею шагнули двое молодых китайцев. Он вскочил, но от удара в живот согнулся. Один из китайцев захлестнул на его шее шелковый шнурок и резко рванул концы. Белый Змей обмяк и вяло попытался поднять руки, но уронил их и осел. Китаец со шнурком, уложив его лицом вниз, поставил ногу между лопаток и продолжал затягивать шнурок. Учитель набрал номер на мобильнике.

– Мы покидаем Россию, – сказал он. – Нужны билеты на самолет до Пекина.

* * *

– Ты не торопись, – наставительно сказал Доронов по телефону. – Пусть они сначала со своими разберутся. Понял?

– А чего не понять-то? – усмехнулся рослый парень. – Все ясно! Но ведь вы, Оборотень, и опоздать могли. Просто приболел я, поэтому и…

– Снова с путанами забавлялись? – укоризненно перебил его Доронов. – В общем, вот что, можно работать и эту пару. Но сначала надо узнать, кто у них имеется в Курске и области. Ясно?

– Так точно, господин Оборотень, – оскалился в усмешке парень.

– Слушай, Шило, – Доронов разозлился, – тебе, кажется, доставляет удовольствие постоянно…

– Нервишки сдают, господин полковник? – усмехнулся парень. – А называю я тебя по профессии. Сейчас оборотни в погонах являются худшим достоянием России. Я ведь просто киллер. Ты вроде меня ловить должен, а я твои заказы выполняю. Ну да ладно, платишь ты нормалек, поэтому меня пока устраиваешь. Начинаю работать сегодня.

– Не торопись. Я позвоню, когда все выясню о курских.

– Так мне это раз плюнуть, научился в Чечне правду выбивать.

– Все! – отрезал Доронов. – Делай, как я сказал.

– Это называется подчищать концы, – усмехнулась сидевшая в кресле-качалке Элизабет.

– Почти так, – согласился Доронов. – Но есть желание быть богатым и не бояться, что коллеги возьмут за задницу. У вас, кажется, так говорят? – подмигнул он.

Она рассмеялась, но тут же зло спросила:

– Что ты хочешь? Джейн ждет в Японии…

– С ней и с рукописью все в полном порядке. А мы ждем кое-что, без чего рукопись просто красивая сказка. Мало найти дверь, – вспомнил он восточную мудрость, – надо открыть ее. Даже если открыть несложно, входи осторожно.

– А ты философ, – улыбнулась Элизабет.

– Я просто опытный мент, – ответил Доронов. – Но мне порядком надоело служить родине, рисковать жизнью и не иметь ничего. Сейчас я играю на себя и сделаю все, чтобы выиграть. Судя по всему, противник у меня очень и очень серьезный и действует беспощадно. И умный. Жаль, не получилось у твоих знакомых, Литовца и Бека.

Щигры

– Надеюсь, ты все сделаешь правильно, Мишин, – отключив сотовый, пробормотал Глебов.

– А он кто? – спросил Зубов.

– Участковый. На удивление честный для нашего времени. И вообще правильный мужик. Я уверен, он сделает все как надо.

– Менту верить себе дороже, – сказал сидевший на заднем сиденье Серый.

– А у тебя, видно, с законом нелады, – повернулся к нему Глебов.

– Бывало, – усмехнулся тот.

– А что ты насчет Ин думаешь? – неожиданно строго спросил Глебов.

– Да я просто помогаю. – Александр смутился.

– Не спали? – Глебов пристально взглянул на него.

Зубов и сидевший за рулем Анатолий засмеялись.

– Ничего смешного не вижу, – процедил Глебов.

– Да нет, конечно, – сказал Серый.

– Значит, не нравится она тебе? – Глебов снова уставился на него.

– Да хорош тебе, капитан, на тезку наезжать, – посмеиваясь, попросил Зубов. – На тебя, похоже, не угодишь.

– Спасибо тебе, – посмотрела на сидевшего за рулем Вениамина Мэй. – Здорово тебе досталось.

– Все нормально, – застенчиво улыбнулся тот. – Вы меня извините, я ведь не думал, что сосед…

– Перестань. А почему их оставили в доме?

– Я сам удивляюсь.

Вишнянка

– Ничего себе! – покачал головой вбежавший в дом омоновец. – Я такое только в Чечне видел. Сколько холодных?

– Семь, – ответил капитан милиции. – Одна баба и…

– В погребе трое, – войдя, перебил его оперативник. – И мы троих сделали. Отстреливаться начали. Жаль, конечно, что никого живым не взяли. Кто хозяин?

– Нет его, – ответил стоявший около двери участковый. – Он уехал еще до приезда этих, я это точно знаю. И соседи говорят: наехали машины какие-то, и началась драка, даже выстрелы слышали. Глебов уехал за два часа до этого, подтверждают все. К нему приезжали двое сослуживцев и две женщины. Где он сейчас, неизвестно.

– Собственно, он особо и не нужен, – сказал оперативник. – Дверь взломана, ясно, что проникновение незаконное.

– Глебов нужен, – не согласился капитан милиции, – хотя бы для опознания.

Курск

– Сейчас иду! – крикнул Туркин. Звонок не прекращался. – Да чего надо?! – Туркин рывком открыл дверь. Ему в глаз попала пуля из пистолета с глушителем. Он упал. Еще одна пуля вошла в лоб уже мертвого Туркина, и рядом упал брошенный убийцей пистолет.

Рубен, допивая пиво из горлышка, подошел к зазвонившему телефону, снял трубку:

– Да?

Пуля попала ему в висок.

– Что-то менты почти всех останавливают, – притормаживая, сказал Анатолий.

– Как бы дамы не попали, – встревожился Серый.

– С ними Соколов, – успокоил его Глебов.

Инспектор ГИБДД и старший сержант ДПС с автоматом бросились к пытавшемуся объехать остановившуюся машину автомобилю Соколова.

– Мужики! – закричал в открытое окно Андрей. – Мать в больницу попала! Вот! – Он протянул телефон подскочившим милиционерам. – Я журналист, – другой рукой он показал удостоверение.

– Молодец Сокол! Во блин! – покачал головой Зубов. – Уважают прессу. Отпустили.

– Куда едем? – спросил Анатолий.

– В Москву. – Достав сотовый Глебов набрал номер.

Вишнянка

– Мужик он хороший, – тихо говорила баба Поля. – Недавно вон заступился за женщину с ребенком. И помогает завсегда. Чего ж его под милицию-то совать? Уехал он, ну и ладно. А бандюки-то, видать, прибить его хотели, да обожглись. Так и будем говорить всем, – сказала она сидевшим на лавочке пожилым женщинам.

– Похоже, тут дело серьезное, – заявил, осмотрев дом, районный прокурор. – Необходимо найти Глебова. Он должен все объяснить. С чего это вдруг к нему приезжают две преступные группы и убивают друг друга? Странно это.

– Я бы сказал, что странно другое, – заметил молодой мужчина. – Здесь оказалась Глебова Роза Михайловна. Ее муж Глебов Леонид Викторович был убит…

– Я помню, – не дал договорить ему прокурор.

– И там, и тут замешаны китайцы. К тому же заметьте, Иван Сергеевич, что трое убитых при попытке сопротивления – китайцы. И тут трое точно связанных с ними. В частности, с неким Фо Муном. Впрочем, занимайтесь своим делом, а мы будем своим, – улыбнулся он.

– Дело у нас одно, – веско проговорил прокурор, – соблюдать законность в России.

– Хорошо сказано, – усмехнулся сотрудник ФСБ. – Но тем не менее ваш коллега Жохов убит не как представитель прокуратуры, его убрали как ненужного…

– Это еще не доказано, – возразил прокурор.

– Уже доказано, – спокойно сообщил фээсбэшник.

Москва

– Ну вот и все, – услышал парень насмешливый голос Доронова. – Теперь можешь заняться Литовцем и Беком.

– Понятно, – кивнул он. – Сегодня же уберу обоих.

– Отлично! – довольно улыбнулся Литовец.

– Все, – Бек взглянул на Литовца, – твоей женушке конец. Правда, там что-то не так, хозяина дома не было. Странно. Ну да ладно, теперь можно заниматься делом. Правда, эта стерва Элизабет что-то не выходит на связь.

– Я, кажется, понимаю в чем дело, – процедил Литовец. – Они спелись и решили все сделать без нас. Доронов забыл о нашем договоре. Или думает, что мы блефуем. Зря он так…

– Но мы не можем сдать его, он нас за собой потащит, тогда и нам мало не покажется, – покачал головой Бек.

– Мы уедем. И больше в эту поганую Россию не вернемся. Она мне вот где сидит! – Литовец чиркнул себя по горлу. – Уедем через Украину, я канал знаю. А кассету отправим…

– Доронов тогда про нас такого наговорит, что Интерпол искать начнет. Не надо посылать кассету. Ведь там и наши голоса.

– А что делать? Выходит, все это время мы работали за подачки Элизабет, а плоды будут срывать они? Хрен им! Я не…

В комнату вошли двое парней с пистолетами с глушителями.

– Значит, так, – сказал невысокому лысому бородачу сидевший в инвалидном кресле седой мужчина. – Вот на эти фамилии приготовь документы. Фотографии будут завтра утром. Понял?

– Хорошо, я все сделаю, – кивнул бородач.

– И еще… Найди канал, по которому этих людей можно будет переправить туда, куда они скажут. Азия, – добавил он. – Китай или куда-то рядом. Разумеется, с таким расчетом, чтоб они могли оттуда запросто попасть в Китай.

– Я все понял, Василий Артемьевич.

– Уж не подведи старика, кудесник ты мой! – рассмеялся седой.

* * *

– И что делать думаешь, капитан? – спросил пивший кофе Зубов.

– В этой истории надо ставить точку, – вздохнул Глебов. – Иначе Ин и Мэй все равно найдут и убьют. Да и меня в покое уже не оставят. Сейчас мной наверняка очень заинтересовалась милиция. Но там я знаю, что говорить. Конечно, если Мишин сделал все как надо. Он должен был заметить, как в дом войдут убийцы, и вызвать подкрепление. Надеюсь, так и вышло. Но сейчас надо разобраться с этим… – Глебов вытащил из спортивной сумки завернутый в полотенце предмет и развернул.

Все увидели семиконечную звездочку с отверстием посередине. Глебов протянул руку к Ин. Она вложила в его ладони десятисантиметровый ключ. Глебов сунул ключ в отверстие.

– Значит, этим можно что-то открыть, – сказал Глебов. – И скорее всего то место, где хранится рукопись… Одинокого Человека Гор, – посмотрел он на Мэй. – Так ты его называла?

– Да. Я сейчас все объясню.

– Ну вот, – улыбаясь, Доронов посмотрел, на сидевшую рядом Элизабет, – мы летим в Пекин. Вашу Джейн туда доставят через час после нас.

– Но в Китае очень строги к туристам из США.

– Россия – верный друг и партнер Китая по Шанхайскому договору, а у вас российский паспорт.

– Я и забыла, – засмеялась она. – А мои люди?

– Тоже граждане России.

– С вами летят телохранители?

– Двое.

– Вы вернетесь в Россию?

– Наверное, нет. Меня скоро начнут искать коллеги. Но думаю, я успею стать богатым и сделать пластическую операцию. Сколько лет я мечтал об этом! И вот он, мой шанс. Я не упущу возможности в корне изменить свою жизнь.

– Все, – кивнул невысокий мужчина и убрал фотоаппарат, – фото будут готовы завтра к утру, вам привезут документы и все остальное – визы, билеты и деньги. До свидания.

– Вот это да! – удивился Зубов. – Капитан, ты что, с мафией…

– Я спас сына Василия Артемьевича, – не дал договорить ему Глебов, – и он обещал помочь мне, если что-то будет нужно. А теперь к делу. Ты, ты и ты, – он поочередно взглянул на Зубова, Анатолия и Соколова, – летите с нами. Мужики вы битые и нам понадобитесь. Если кого-то убьют, семья получит долю. Разумеется, если таковая будет.

– Мне это нравится, – сказал Зубов. – А ты не в восторге, кажется? – посмотрел он на Анатолия.

– А что поделаешь? – усмехнулся тот. – Без меня вам хана!

– А я? – спросил Серый. – Как же я-то?

– Извини, приятель, – произнес Зубов. – Но мы обойдемся без…

– Он поедет с нами, – не дала договорить ему Ин. – Папа, – она подошла к Глебову, – Саша должен ехать с нами.

– Подожди, – удивился Глебов, – а кто тебе сказал, что ты летишь? Это дело мужское, и девочкам там не…

– Я должна быть там, – перебила его Ин. – Я не отпущу тебя одного. Я потеряла маму и только что нашла отца. И если тебе суждено погибнуть, я хочу быть рядом.

– С таким аргументом нельзя не согласиться, – заметил Соколов.

– Надеюсь, я есть в списке вашей команды, капитан? – спросила Мэй.

Токио

– Значит, вы моя охрана? – спросила молодая темноволосая женщина.

– Именно так, – кивнул рослый японец. С ним рядом стояли двое мускулистых парней.

– Самураи или ниндзя? – поинтересовалась она.

– Это не важно, – ответил рослый.

– А они говорят по-английски?

– С вас хватит того, – невозмутимо отозвался рослый, – что с вами буду говорить я.

– Вполне хватит, – усмехнулась она. – Когда мы вылетаем?

– Я сообщу, – ответил японец.

Непал. Упанга (граница с Китаем)

– Долго еще ждать? – проворчал Джон.

– Терпение – залог успеха, – отозвался Ван Лу. Перевернувшись на спину, он сунул в рот какую-то травинку и начал жевать.

– Как верблюд чавкаешь, – покосившись на него, проговорил Сэм.

– У каждого есть свои неприятные привычки, – спокойно отозвался тот. – Не курить, – тут же предупредил он вытащившего сигарету Сэма. – Дым сразу почувствуют люди наверху. Тем более запах американских сигарет.

Сэм, покосившись на него, хотел что-то сказать.

– Отставить, – шепнул Генри.

Китай. Ганьцюань

– И что мы тут делать будем? – недовольно спросил Джордж. – Наняли самолет и летели черт знает куда. Что-то не пойму я тебя, сестренка, – посмотрел он на сестру.

– Здесь горный хребет, – ответила она. – В этом районе видели нескольких человек, которые что-то разыскивают. Вполне возможно, они ищут рукопись Одинокого Человека Гор. Очень может быть, что в поисках принимает участие русский отец девушки. Ведь русские известные авантюристы и храбрецы. И не исключено, что именно у русского имеется разгадка тайны Одинокого Человека Гор.

– Разумно, – кивнул он.

Ми и Вонг переглянулись.

– Мы не успели сообщить, что улетаем, – прошептала она.

– Это хорошо, – неожиданно ответил Вонг. – Если мы что-то найдем, то получим что желаем и расправу над ними. Ты над ней, я над ним.

– А эти? – кивнула она на Джо и Клауса.

– Их я убью первыми.

Пекин

– Ну что там, Следопыт? – недовольно спросила женщина по телефону.

– Понимаете, Мишель, – ответил ей мужчина. – Они дальше в горах. Но пройти туда мы не можем, район контролируется людьми местного правителя. По внешнему виду они напоминают дикарей и вооружены луками. Но у них прекрасная современная связь, а кроме того, мы видели троих с «калашниковыми». Наткнулись на останки девяти человек. Но…

– Жак и Луи живы? – нетерпеливо спросила она.

– Да. Мы видели их в бинокль. Они что-то нашли. По крайней мере с двумя сумками обращаются очень бережно. Но здесь нужна команда из тридцати хороших вояк. С этими цивилизованными дикарями иначе не справиться. Мы сейчас наблюдаем за тем, что будет дальше, и не переходим ручей, иначе убьют.

– Ясно, – сказала Мишель. – Продолжайте наблюдение. Очень скоро я приеду. Пока узнайте, кто в тех местах правитель, и сразу выходите на связь.

– Есть, – ответил Следопыт, и она отключила спутниковый телефон.

– Ну что, – насмешливо спросил мужчина, – жив твой муж или уже сдох? – Он рассмеялся.

– Ты прекрасно знаешь, Дюпен, что Жак абсолютно здоров. Это мы придумали ему болезнь. Иначе бы он никогда туда не отправился. Но территория горного района охраняется. Надо узнать, кто там правитель.

– Узнаем.

– Следопыт сказал, что потребуется не менее тридцати хорошо вооруженных, умеющих воевать людей.

– Он наверняка преувеличивает, – снисходительно заметил Дюпен. – Нам хватит людей, чтобы разделаться с кем бы то ни было. Но нужна уверенность, что Убежище там. Когда приедет Элизабет?

– Она завтра будет здесь.

– Кому ты отдашь предпочтение?

– Пока не знаю. Надо собрать все вместе – рукопись, ключ, священный факел. И найти Убежище Дракона. Рукопись у Элизабет. Ключ пыталась захватить Джулия. Но похоже, ей это не удалось. Когда обе будут здесь, узнаем, кому из них осталось жить чуть дольше другой.

– А у кого все-таки больше шансов? – прижав ее к себе, шепотом спросил он.

– Решим вместе, – чуть слышно отозвалась Мишель, и они начали целоваться.

– Я бы тоже не против сейчас пообжиматься, – усмехнулся сидевший в машине Франсуа.

– И я бы не отказался, – рассмеялся Пьер.

Водитель, скуластый китаец, молчал.

– В России провал! – гневно воскликнул старший Совета старейшин. – Белый Змей понес заслуженную кару. Посланцев Небес в США тоже ожидает смерть. Совет предоставляет последнюю возможность исправить допущенные ошибки.

– Власти провели ряд операций, – проговорил один из старейшин. – Задержано два десятка наших людей. Военные уничтожили…

– Поэтому мы и должны найти Убежище Дракона первыми, – перебил его старший.

Недонг

– Вот и Китай, – подойдя к окну невысокого домика, сказал Генри. – Надо добираться до Пекина. Нам нужны документы, – повернулся он к Ван Лу.

– Я все сделаю, – кивнул тот. – У вас будут документы членов археологической экспедиции из Лондона. Но при тщательной проверке вы можете попасть под подозрение в убийстве пяти англичан.

– Какая разница, – усмехнулся Генри, – в чем нас обвинят? Уж лучше в убийстве, чем в шпионаже, как это делают китайцы.

– Надеюсь, до этого не дойдет, – высказался Сэм.

– Мне что-то перестала нравиться эта затея, – вздохнул Джон. – Но в то же время я понимаю, что возвращаться поздно. Значит, пойдем до конца.

Пекин

– Ты поедешь в аэропорт, – сказала водителю Мишель, – последишь за ней. – Она протянула ему фотографию. – Ее должны встретить. Доведешь их до места. Ясно?

– Хорошо, – кивнул китаец.

– А мне здесь нравится. Долго мы здесь пробудем, шеф? – спросил у Доронова один из парней.

– Не знаю. Но в любом случае не расслабляйтесь, постоянно будьте в боевой готовности. Присматривайте за людьми американки.

– Все будет о’кей, шеф.

– И не забывайте, – предупредил Доронов, – что вести себя надо аккуратно.

– Не думаю, что это правильное решение, – сказал рыжеволосый верзила. – Русский, тем более полицейский… – Он взял чашку и сделал несколько глотков. – И как ты думаешь поступить? Сотрудничать с ним или…

– А что ты можешь предложить? – перебила его Элизабет. – Карл, знаешь, я уже начинаю жалеть, что ввела вас в курс дела.

– Перестань, Бетти, – усмехнулся, бритоголовый толстяк. – Здесь без нашей помощи тебе не обойтись. А с русским все-таки будь поосторожнее, у него действительно хорошие связи. Джейн в Японии охраняли, и с ней сейчас летят двое якудза. А это очень серьезные люди. Наверняка они есть и в Китае. Так что в принципе его помощь будет нужна, учитывая множество желающих разбогатеть. Особенно опасны люди триады. Кстати, я весьма удивлен, что они до сих пор не прикончили янки.

– Ты плохо знаешь Китай, – усмехнулся Карл. – Здесь триада не имеет такого влияния, как, например…

– И тем не менее, – перебил его толстяк. – Они готовы на все и делают то, что хотят, везде, по всему свету.

– Послушай, Арнольд, – сказала Элизабет, – они идут след в след за американкой и ее братом. Триада просто не хочет зря рисковать в Китае, у них нет возможности действовать так, как они, например, действуют в Юго-Восточной Азии, но когда появится более или менее четкий след к Убежищу Дракона, начнутся убийства. Кстати, я была поражена, когда узнала, что Джулия пошла на убийство семьи в Чифыне. Она явно что-то знает. Сейчас нет ничего, что помогло бы ей найти Убежище Дракона, но, однако, она не уезжает и удерживает Джорджа, который уже несколько раз хотел вернуться в США. Значит, Джулия на что-то рассчитывает.

– Или на кого-то, – пробормотал Карл. – Ты здесь тоже потому, что уверена в партнерстве с французами. Это так?

– Мы с Мишель давние подруги. И я хорошо знаю Дюпена. Мы с ним не раз проворачивали дела на Востоке. Благодаря ему я неплохо заработала в Штатах на оружии. Правда, потом…

– Хватит, Бетти, – усмехнулся Арнольд. – Сейчас главное – выиграть. А как и с кем, не имеет значения. Надеюсь, вы не собираетесь ни с кем делиться. Но нам нужны будут люди.

– Люди ждут сигнала, – улыбнулся Карл.

– Она встретилась с двумя немцами, – сообщил по телефону невысокий китаец. – О чем говорили, не слышал. Немцы живут в частном доме у Туань Цу, он наполовину кореец. Живет один. Занимается поставками электроники в Европу. Дважды привлекался к уголовному делу по обвинению…

– Черт с ним, – перебил его Доронов. – Значит, у нее есть команда. Я мог убить ее в Москве, но одна рукопись ничего конкретного об Убежище Дракона не говорит, нужны ключ и священный источник огня. Черт бы побрал этих китаез! Неужели нельзя просто спрятать и хотя бы туманно указать место? Но возврата назад нет. Я просто обязан найти это. – Доронов отключил сотовый. – Так… Почему же Элизабет не пытается меня убить? – Он покачал головой. – Почему ее не убил я, понятно. Но почему в Китае она не приказала своим головорезам…

– Потому что у нас Джейн, – услышал он и, повернувшись, увидел двух японцев.

– Харуки, – засмеялся он, – Кэдзабуро! Наконец-то вы явились. Я уже начал беспокоиться. Думал, может, у Джейн есть…

– Все нормально, – отозвался первый. – Джейн у нас. То есть сейчас с ней наши братья по клану. Рукопись ничего конкретного о местонахождении Убежища Дракона не говорит. Правда, трижды упоминается вот что: «И укажет путь к Убежищу Дракона приложенный к мозгу Поднебесной клапан Сердца Дракона». Так в рукописи повторяется три раза. Мозг Поднебесной, клапан Сердца Дракона, – пробормотал японец. – Ничего существенного нет. Мне кажется, что…

– Если бы это была просто сказка, – перебил его второй, – меня бы здесь не было. Вот, – вытащив пачку старинной бумаги, он осторожно отделил один лист и развернул его, – смотрите. – Он положил рядом рукопись на русском языке. – «И будет богат и бессмертен сумевший оживить Сердце Дракона. И ничего в жизни земной больше не надо будет ему и спутникам сумевшего оживить Сердце Дракона». – Он посмотрел на соплеменника. – А ты, Харуки, говоришь, что это сказка. Там несметные богатства, и мы найдем их и рецепт бессмертия. Ну, пусть не совсем бессмертия, – заметив, как переглянулись Доронов и Кэдзабуро, усмехнулся Харуки, – но рецепт продления жизни наверняка есть. «И не оставлю я живущих со мной единовременно постигнутого мной, – прочитал он снова. – И пусть жизнь будет в болезнях и ожидании смерти. Надежно укрою постигнутого мной на многие года, и только терпеливый к лишениям и упорный в стремлении познает учение мое и завладеет богатством моим».

– А ты хорошо понимаешь русский, – отметил Доронов.

– У тебя плохая память, полковник, – усмехнулся Харуки. – Я учился в России и там же проходил школу выживания.

– И все-таки это весьма туманно, – сказал Доронов. – Про ключ понятно, значит, им можно открыть дверь в это чертово Убежище. Но что это за клапан? – непонимающе спросил он. – Мозг Поднебесной? Что это?

– Больше здесь ни о чем не говорится, – сказал Харуки.

– Значит, надо захватить Глебова с дочерью, – пробормотал Доронов.

– А ты уверен, что они появятся в Китае? – спросил Кэдзабуро. – Ведь девчонка, можно сказать, чудом унесла ноги, и я не думаю, что она вернется сюда.

– Вернется, – уверенно произнес Харуки. – Она понимает, что в противном случае ее будут искать всю жизнь. И найдут. В этом ее наверняка убедило случившееся в доме русского отца. Кстати, он умный человек?

– Сейчас он никто, – презрительно фыркнул Доронов. – Отшельник, отгородился от жизни в небольшой деревушке. Получает деньги, когда нужны. Он спас сына какого-то богатого человека, и тот платит ему. Учитывая его возможности, я имею в виду богача, его деньги и благодарность Глебову, он сделает все, чтобы тот попал в Китай. Так что они очень скоро объявятся здесь. И тут уже ваша задача найти и захватить их.

– Я боюсь, – всхлипнула в трубку Джейн. – Эти японцы, как я поняла, якудза. И они очень жестоки. Они вели дела с Дороновым. Какие именно, не знаю. Рукопись сейчас у них. Они поехали к Доронову. Что мне делать?

– Ты сняла копию с рукописи? – спросила Элизабет.

– Разумеется. Но здесь больше вопросов, чем можно найти ответов.

– К тебе зайдет человек, отдашь ему копию рукописи. Веди себя как обычно. При первой возможности я тебя заберу, ты вернешься в США и получишь чек на большую сумму.

– Скорей бы, – вздохнула Джейн.

– Успокойся, я тебя не брошу, и ты будешь богатой.

– Китай, – осмотревшись, улыбнулся Глебов. – Родина Лейфы и моей дочери. – Он покосился на стоявшую рядом Ин. – До сих пор не могу в это поверить, – чуть слышно закончил он.

– Быстрее в машину, – поторопила Мэй. – Нас могут узнать.

Глебов, Соколов, Зубов и Серый забрались в микроавтобус. Последним, пропустив Ин, вошел Анатолий.

– Поехали, – сказала водителю Мэй.

– Куда мы сейчас? – спросил Глебов.

– К одной моей знакомой.

– Не хотелось бы, – покачал головой он.

– О ней никто не знает, – сказала Мэй.

– А как тебе удалось устроить, чтобы автобус к самолету подъехал? – удивленно спросил Зубов.

– У меня хорошие знакомые в аэропорту. И они знают, что меня не раз пытались убить, поэтому помогают.

– Оказывается, и в Китае дружбу понимают, – произнес Зубов.

– По крайней мере не меньше, чем в России, – тут же ответила Мэй.

– Съел? – подмигнул Зубову Анатолий.

Япония. Токио

– Все, – недовольно проговорил высокий японец в дорогом костюме, – с Россией дела закончены. Доронов объявлен в розыск. Пока федеральный, то есть по стране, но не исключено, что потом им займется Интерпол. Я думаю, с ним надо кончать. Если его арестуют, он наверняка расскажет о наших делах, и мы потеряем своих людей в России.

– Я согласен с Исануро, – кивнул плотный японец.

– Смерть русскому! – в один голос проговорили еще трое.

– В поисках Убежища Дракона он нам ничем помочь не может, – пробормотал первый. – Русский умрет.

Россия. Москва

«Да, – вздохнул про себя прокурор города, – вроде уже даже привыкли к тому, что среди офицеров МВД появляются небезызвестные оборотни, но чтобы полковник себя именно так называл, впервые. Розыск Доронова объявлен, он понесет наказание и расскажет о заказанных им убийствах и об исполнителях. И о разговоре с Алиевым по кличке Бек и Пицкевичусом, он же Литовец, и о китайской рукописи. Факты гибели Глебова Леонида Викторовича и убийства Туркина и Рыбина подтвердились. Необходимо найти Леонида Николаевича Глебова. Вот в чем просчет преступников – отчества у Глебовых разные. У настоящего – Николаевич. Его отец был серб, Никола Глебыч. Он изменил фамилию и имя на русские. Кстати, рукопись действительно похищена в Китае, и при этом убиты трое».

Курск

– Найти Леонида Николаевича Глебова не удалось, – доложил подполковник милиции. – И никто не знает, где он сейчас. Существует версия, что Глебов убит и тело его…

– Абсурд, – возразил полковник. – Видели, как он уезжал в одной из двух машин. Сколько людей было в машинах, неизвестно. Номера и марки машин назвать никто не может. Глебов, вероятно, скрывается. Есть основание полагать, что он причастен…

– Позволю себе не согласиться, – веско проговорил помощник прокурора. – Я хорошо знаю Глебова, он никогда не пойдет на преступление. И в то же время допускаю, что он находился в доме, когда приехали убийцы, и защищался. Глебова необходимо найти.

– Надо отметить участкового Мишина, – высказался начальник милиции. – Он проявил бдительность, и благодаря этому удалось пусть не взять, но все-таки не дать преступникам уйти.

– Нашли Фо? – спросил прокурор.

– Исчез, – ответил полковник. – Но ведется федеральный розыск. Кстати, тут руку приложил и один из Москвы, из наших, – зло проговорил он.

Китай. Ганьцюань

– Новое место, – недовольно буркнул Генри. – А нам надо в Пекин. И встречать самолеты из Штатов или Европы. Наверняка Элизабет уже в Китае, а мы все еще далеко от столицы Поднебесной. Так можно и ни с чем остаться.

– А может, возьмем банк? – кивнул на здание напротив Сэм. – И этим же путем, каким пришли, уйдем. Взять его – плевое дело.

– Хватит! – рявкнул Генри. – Оставь свои бандитские замашки до Штатов.

– Китаец идет, – сообщил Джон. – И не один, – добавил он.

Все четверо достали оружие.

– Твоя сестра в Пекине, – войдя, сообщил Генри Ван Лу. – Вот мой человек. Он многое расскажет.

Пожилой китаец с узкой бородкой поклонился.

Пекин

Один из парней Доронова, покачнувшись, упал. Из распоротой звездочкой шеи сильно текла кровь. Второй, ткнувшись спиной в стену, сумел ухватиться за рукоятку воткнувшегося в область сердца метательного ножа. Но выдернуть его сил не хватило, он упал.

– Дальше мы сами, – войдя в комнату, остановили двоих мужчин в черной одежде с закрытыми масками лицами Харуки и Кэдзабуро.

Сидя на диване, Доронов держал в руках русско-китайский разговорник.

– Учу, – увидев японцев, сообщил он. – И уже успехи есть. Например…

Японцы бросились к нему и одновременно ударили его длинными клинками. Харуки – в горло, Кэдзабуро – в грудь.

– А здесь не так уж и плохо, – сказал вошедший в комнату Зубов. – Даже бассейн небольшой есть. Говорят, в Китае почти коммунизм, а тут и частных лавок полно, и…

– У нас разрешено частное предпринимательство, – улыбнулась Мэй.

– Все это хорошо, – пробормотал Глебов. – Бассейн и так далее. А оружие ты достать сможешь?

– Здесь все? – на плохом английском спросил невысокий китаец.

– Да, – кивнула Джейн, – копия вся. И на старокитайском, и в переводе на русский.

Взяв папку, китаец резко ударил ее ребром ладони в горло. Джейн отшатнулась и, раскрыв рот, осела. Китаец рубанул ее по шее сзади. Она упала. Хлопнула входная дверь. Он бросился к окну и, выбив стекло, выпрыгнул. Услышав звон разбитого стекла, в комнату ворвался Кэдзабуро.

– Что там? – вбежал в комнату Харуки.

Подскочивший к окну Кэдзабуро сплюнул:

– Ушел. Вот и нам объявлена война. Что в папке?

– Думаю, копии, – ответил Харуки.

– Значит, теперь мы на равных. Кто прислал убийцу? Триада?

– Не думаю, – покачал головой напарник. – Скорее всего американка. Потому что Джейн только ей могла сообщить, где живет.

– И что делать с трупом? – посмотрел на убитую Кэдзабуро.

– Как всегда, – спокойно ответил Харуки. – На части и отдадим воде.

– Вот и рукопись, – говорила Элизабет. – Правда, тут тоже нет никаких указаний на то, что нам нужно. Афоризмы и пожелания. Описание жизни Одинокого Человека Гор, упоминается и богатый подарок в знак благодарности за излечение родственников какого-то сановника. Рецепты лечения многих болезней и намек на несметные сокровища. Это писал Одинокий Человек Гор перед кончиной.

– Надеюсь, русский перевел все правильно, – вздохнул Арнольд. – Хотя если и ошибся в слове, суть одна: есть Убежище Дракона, и путь к нему укажет приложенный к мозгу Поднебесной клапан Сердца Дракона. А вот это непонятно. Все, насколько я помню, разыскивают ключ. Но о ключе…

– «Оживит ключ Сердце Дракона, – начала читать Элизабет. – И осветит тайну всего священный огонь священного факела».

– Значит, нужен ключ, – пробормотал Карл. – Но что это за клапан? И где его искать?

– Ответ на это есть у дочери Лейфы и отца этой девчонки, – уверенно проговорила Элизабет.

– А может, у Джулии? – спросил Арнольд.

– Нет, у Ин, – заявила Элизабет. – Не зря ее искала триада. И не зря Доронов пытался подставить лже-Глебова. А где он, кстати? – посмотрела она на часы. – Надеюсь, якудза среагировали на смерть Джейн правильно, и Доронов мертв.

– Всегда опасался умных женщин, – пробормотал Арнольд. – Тем более если с ними приходится работать.

Элизабет рассмеялась.

– Люди надежные? – спросил у Карла Арнольд.

– Абсолютно, – ответил тот. – И умеют воевать.

– Сколько их? – Элизабет взглянула на Карла.

– Я сказал Бешеному Псу, чтобы привел не меньше десяти.

– Фридрих, значит, собирает людей. Действительно, Бешеный Пес. – Арнольд усмехнулся. – Но воевать он умеет и не предаст.

– А если они потребуются немедленно? – спросила у Карла Элизабет.

– Они будут здесь через пять минут, – улыбнулся тот.

– Вот и Пекин, – показал вниз Ван Лу. – Сейчас приземлимся, и я отвезу вас в дом. Завтра мы все узнаем об Элизабет.

Китаец с узкой бородкой что-то быстро сказал.

– Чего он хочет? – Генри посмотрел на Ван Лу.

– Он говорит, что скажет о женщине-янки все.

– Очень на это надеюсь, – кивнул Генри. – Я с нее лично шкуру спущу.

– Но сначала, надеюсь, узнаешь все об этой рукописи, – усмехнулся Джон.

– Разумеется, – вздохнул Генри.

– Слышь, – спросил Сэм у Ван Лу, – а как насчет баб? Я заплачу.

– Отставить! – бросил Генри. – Надо действовать. Мы и так потеряли время.

– Можно уточнить? – подал голос Джон. – Мы ищем рукопись или собираемся наказать твою сестру?

– Одно другому не помешает, – ответил Генри.

– Так, – сказал Глебов, – что мы имеем? Ключ и эту штуку. – Он повертел в руках плоскую звездочку с отверстием для ключа. – С четырех сторон небольшие выступы. Семиконечная звездочка. Ключ вставляется. Но дальше не проходит. Вывод? – Он взглянул на Мэй.

– Звездочка вставляется во что-то, – немного помолчав, сказала она. – В нее ключ. Выступы упираются во что-то, и именно это позволяет ключу отпирать. Скорее всего какой-то хитроумный замок.

– Не совсем так, – вмешался Соколов. – Зубцы звездочки скрывают выступы. И заметьте, – он показал на отверстие, – оно какое-то неровное. Ключ такой же формы. Но он вставляется, а значит, действительно что-то отпирает. – Вставив ключ в отверстие, он повернул его в одну сторону и тут же в другую. – Влево ключ не крутит эту штуку. – Он несколько раз свободно повернул в отверстии ключ. – Только вправо. Значит, именно так и открывает. Но звездочку тоже надо куда-то вставлять, чтобы ключ открыл вместе с ней.

– Может быть, в Сердце Дракона? – помолчав, предположил Глебов. – В общем, сплошной ребус.

– Нужна рукопись, – сказал Соколов. – А где ее взять?

– Вопрос на засыпку, – усмехнулся Зубов. – Но ответ могут дать те, – он посмотрел на Мэй, – кто пытался вас убить.

– Дельно говоришь, – усмехнулся Анатолий. – Но где мы их будем искать?

– Можно сыграть на наживку, – высказался Зубов.

– То есть подставить Ин? – недовольно спросил Серый. – Я не согласен.

– А иначе мы ничего не узнаем. – Зубов пожал плечами.

– Узнаем, – кивнула Мэй.

– Как? – спросил Зубов.

– У меня есть знакомый, он знает многих из триады.

– Ему можно доверять? – спросил Глебов.

– Можно.

– Если осторожно, – усмехнулся Зубов.

– Так, – Мэй посмотрела на часы, – сейчас я поеду…

– Одна не поедешь, – перебил Глебов. – Это во-первых. Во-вторых, перекрасишься в блондинку, оденешься как туристка из России, и с мужем, – он посмотрел на Зубова, – вперед.

– Я в белый цвет? – возмущенно спросила Мэй. – Никогда!

– Ты хочешь, чтобы нас всех перебили? – вздохнул Глебов. – Ведь тебя до сих пор ищет триада.

– Это правда, – согласилась Мэй. – Но у меня нет краски для волос.

– Я все захватил, – сказал Глебов. Ин, сдерживая смех, отвернулась.

– Доронов говорил, что Глебов и его дочь-китаянка приедут в Китай. Кроме того, – Элизабет достала записную книжку, – сестра матери Ин, дочери Глебова, Мэй, тоже что-то знает. Вот их и надо искать.

– Как? – спросил Арнольд.

– Этим уже занимаются, – улыбнулся Карл.

– Ты выглядишь потрясно, – прошептал Зубов.

– Потрясно – это как? – спросила Мэй.

С осветленными волосами, в юбке чуть выше колен, в белой блузке и туфлях на высоком каблуке Мэй выглядела красивой европейкой.

– А раньше я, значит, тебе не нравилась? – лукаво улыбнулась она.

– Еще как нравилась, – быстро ответил Александр. – Но сейчас надела юбку и выглядишь просто великолепно.

– Такси! – Она направилась к машине.

– Глебов и Ин находятся в Пекине, – сообщил Черный Монах. – Их узнала стюардесса. С ними были четверо мужчин и женщина-китаянка. Скорее всего это Мэй Дун, тетка Ин. Им кто-то помогает. Прямо у самолета их встретил микроавтобус. Сейчас мы пытаемся найти водителя. Американцев мы потеряли. Ми и Вонг молчат. Возможно, их раскусили и они мертвы. Надо искать янки и принять все меры, чтобы найти Ин и Мэй Дун.

– Здравствуй, Сяо, – улыбнулась Мэй открывшему дверь рослому китайцу.

– Привет, – удивленно ответил тот. – Но мы, к сожалению, не знакомы. – Он рассматривал с ног до головы стоявшую перед ним эффектную блондинку.

– Я Мэй, – улыбнулась она.

– Мэй? – переспросил он. – Какая Мэй? Вот это да! Подожди… – Сяо тряхнул головой. – Это твоя…

– Ин тоже здесь, – не дала договорить ему Мэй. – Она мне обо всем рассказала.

– Заходи скорее. – Он отступил от двери.

– Я не одна, – сообщила Мэй, за ней вошел Зубов.

– Привет, – по-русски поздоровался он.

– Кто он? – спросил Сяо.

– Друг, – кратко ответила Мэй. – Ты можешь рассказать мне о рукописи?

– Здравствуй, Мэй, – вышла из комнаты женщина в халате.

– Сю Юнь! – весело удивилась Мэй. – Привет!

– Расскажи ей все, Сяо, – попросила Сю Юнь.

– Что скажешь? – выпустив дым в лицо худому китайцу, спросила Мишель.

– Она в городе, с ней два немца. Она сумела получить рукопись, Джейн погибла, ее убили люди одного из немцев. Я следил за ними до последнего момента. Русский тоже убит вместе с охраной. Но власти об этом не знают. Триада сообщила о том, что Ин и Мэй Дун находятся в Пекине. Я могу получить свои деньги?

– Конечно, – кивнула Мишель. Дюпен резко ударил его кулаком в висок. Китаец упал. – Он нам больше не нужен? – улыбаясь, посмотрела на Дюпена Мишель.

– Он расскажет все, если прижмут. И поэтому его лучше убить, пока он ничего не сказал о нас триаде.

– А я думала, это твой человек.

– Я купил его. Он бывший полицейский, отсидел два года за помощь какому-то браконьеру. Сумел попасть в триаду. Я нашел его и купил. Свое он отработал. Использованные вещи подлежат утилизации, а человек, который исчерпал себя, – ликвидации.

– Надо выйти на Джулию и встретиться с Элизабет. Они обе забыли обо мне, и каждая ведет свою игру.

– Надо забрать у Элизабет рукопись и искать Ин Дун, у нее наверняка есть ключ. Джулия ничего не знает и помешать нам не сможет. К тому же она думает, что ты с ней в одной команде. А вот знакомые сестры Лейфы нам помогут.

– Ты говоришь так уверенно, как будто…

– Знаешь, Мишель, когда я начал заниматься этим делом, прежде всего нашел тех, кто может помочь в кризисных ситуациях. А сейчас как раз такая ситуация. Правда, я опоздал и не смог захватить Мэй и Ин. Рукопись у Бронкса должен был похитить брат Элизабет. Кстати, интересно, где он сейчас? И надеюсь, адвокат Корд…

– Он мертв, – улыбнулась Мишель.

– Скажи наконец, как тебе пришла в голову блестящая идея отправить на поиски Убежища Дракона мужа с его приятелем?

– Очень просто. Жак обязательный и честный человек, поэтому я и выбрала его. У него были богатые родители. Они погибли в автокатастрофе. И этот идеалист отдал почти все, что осталось от родителей, своей младшей сестре. У нее заболел сын, и нужны были деньги на очень дорогую операцию. Так я осталась ни с чем. А год назад ты рассказал мне о китайской рукописи. Луи заинтересовался этим. Но Жак – нет. – Она покачала головой. – И я придумала ему болезнь. Постоянно давала ему таблетки для похудения, капсулы для потери аппетита, которые прописывал мне знакомый доктор. В результате у моего мужа вроде бы обнаружили раковую опухоль. Я делала вид, что очень переживаю, вкладывала якобы все деньги в его лечение. Затем с твоей помощью заставила его поверить в то, что ему осталось жить самое большее год. Ну и несколько раз так, чтобы он слышал, говорила с подругами по телефону о том, что отдала все сбережения на его лечение и как буду жить дальше, не знаю. Он позвал Луи, и они уехали в Китай. Точнее, не в Китай, в какое-то небольшое королевство. И уже два месяца там. Боюсь, что он поправится! – Мишель засмеялась.

– Как только они найдут Убежище Дракона или хотя бы что-то похожее на это, они останутся там навечно. Что-то они уже наверняка нашли. Помнишь последний телефонный разговор с ними? И я уверен, что они найдут это чертово Убежище Дракона. Никогда даже в детстве не верил ни в драконов, ни в иную подобную живность. А тут, черт возьми, приходится искать Убежище этого самого Дракона. Знаешь, чего мне стоило изображать деликатную заботу о своем друге Жаке? И я, как ты помнишь, даже пытался отговорить его от этой экспедиции. – Дюпен рассмеялся. – Я очень боялся, что на него подействуют мои уговоры.

– Все это, конечно, весело вспоминать, – вернулась к действительности Мишель. – Но надо делать дело. Как забрать рукопись у Элизабет? Насколько я поняла, Карл – опасный тип.

– Опасный – мягко сказано. Его кличка Скорцени. Он прекрасный солдат и организатор. Прошел множество войн и конфликтов в качестве наемника. Организовал несколько громких политических убийств. Создал лагерь по тренировке кого угодно, только бы заказчики платили. И самое главное – он нигде не засветился. Карл Бреннер очень и очень серьезный противник.

– А второй?

– Арнольд Штольц – финансист. Он давно сотрудничает с Бреннером. Его еще называют Бешеный Пес. И это в принципе хорошо. Надо как-то столкнуть его с триадой. А мы в это время успеем сделать свое дело и исчезнуть. Но сейчас нам необходимы рукопись и ключ, иначе мы останемся ни с чем. Я не уверен, что твоему мужу с его другом повезет. Тебе надо встретиться с Элизабет или как-то свести ее и Джейн. И искать Ин и Мэй с Глебовым. Интересно, почему они приехали? Неужели не поняли, что от бравого капитана-десантника остались лишь воспоминания?

– Однако, по словам Элизабет, Доронов говорил, что Глебов сумел справиться…

– Это лишь предположение, – перебил ее Дюпен.

– Что-то твоя француженка не выходит на связь, – сказал Арнольд.

– Она ждет, когда позвоню я, – улыбнулась Элизабет.

– А где сейчас Бронксы? – спросил Карл. – В Пекине их нет, это точно. Триада их тоже вроде потеряла. Ни Ми, ни Вонг не подают сигналов. Или что-то произошло, или просто каждый решает свои задачи.

– Они тоже ждут моего звонка.

В ее голосе Карл услышал неуверенность.

– Ты сама не рассчитываешь на них. Вот что надо сделать. Свяжись с француженкой и встреться с ней. Постарайся выяснить, что она знает и где ее муж. Помнишь, ты говорила, что она…

– Но это, может быть, она придумала, – перебила Элизабет.

– Делай, как говорят.

– Но она может потребовать рукопись, – нервно проговорила Элизабет.

– Тоже верно, – согласился Арнольд.

– И что? – пожал плечами Карл. – Дашь ей рукопись. Мы уже все знаем. Вполне возможно, она найдет в ней что-то новенькое, за что удастся зацепиться. С ней наверняка находится мой знакомый Дюпен. А это еще тот тип. Он знает, что я в Пекине, – пробормотал Карл. – Поэтому выходи на связь с Мишель и отдай ей рукопись. И мы, и они будут искать ответ, и кому-то повезет. Если нам, то это спасет им жизнь. Если же им, то повезет только в этом. Заодно ты все узнаешь о муже Мишель. Свою задержку объясни встречей со мной. Дюпен поверит в это. Он наверняка знает о нашей связи.

– Значит, нужна рукопись, – пробормотал Глебов. – А где ее взять? – Он посмотрел на Мэй. Она покачала головой:

– Я даже приблизительно…

– Извините, – вмешался Соколов. – Рукопись? Это, наверное, та, которую похитили из частного музея, при этом убив троих. Потом из Москвы был тайно увезен некто Антон Гродский, переводчик, как говорится, от Бога. И наконец, третье. Убит профессор Азов. Он работал с Гродским. Кроме того, есть еще интересная новость, это уже из западной прессы. В США, в городе Чарлстон убит Бронкс, президент крупной фирмы, миллионер, есть предположение, что убит он из-за рукописи. Среди убитых в его доме обнаружен тяжелораненый, вскоре умерший неизвестный, который, по утверждению медиков, что-то бормотал по-русски. Сейчас устанавливается личность этого убитого. И опять-таки, по версии одной газеты, дети убитого Бронкса разыскивают следы рецепта бессмертия, оставленные где-то Одиноким Человеком Гор. Эта газета упоминала о причастности к убийству и похищению рукописи некоего адвоката Родни Корда. Он бесследно исчез после произошедшего. Я считаю, что все это взаимосвязано, и именно брат и сестра Бронксы…

– Знаете, – перебила его Мэй, – я видела в Чифыне, где были убиты мама и остальные родственники, двух европейцев – женщину и мужчину. Они…

– Подожди, – остановил ее Глебов. – Но ты, – посмотрел он на Ин, – говорила о триаде. И что же тогда получается?

– Триада, разумеется, не может остаться в стороне, – ответил Соколов. – Но я уверен, что кто-то использует некую часть этой всемогущей организации, и скорее всего без ведома вождей триады. О чем, кстати, говорил и ваш друг, – кивнул он Мэй.

– Да, – согласилась та. – Он сказал, что над теми, кто разыскивает меня и Ин, стоит Чунг Ланг Фун, или, как его называют, Черный Монах. Он уже давно не подчиняется высшему совету триады, но не разрывает отношений с ней. Его терпят только потому, что никак не могут создать устойчивую сеть своей организации в Китае. Я уверена, что именно брат и сестра Бронксы стоят и за выдачей лже-Глебова китайской девушке, и за попыткой убийства вас в деревне. Помните, Роза говорила о партнерстве ее настоящего мужа с некоей американкой. И она также говорила о том, что рукопись американка обещала привезти с собой.

– Да, – кивнул Зубов, – действительно, так оно и было.

– Стоп, – сказал Глебов. – Но ты, Андрей, говорил, что дочь и сын убитого миллионера уже в Китае. Значит…

– Адвокат Корд наверняка нашел кого-то, кто имеет знакомых в России, – перебил его Соколов. – И я предлагаю через друга Мэй найти детей Бронкса.

– Они пошлют тебя подальше, – проворчал Глебов. – Или всадят по пуле. Хотя Ин разыскивают и те, и другие. И на этом можно сыграть. Всем нужен ключ. Но если мы можем вывести триаду на нас благодаря Сяо, то как нам выйти на Бронксов? – Он посмотрел на Соколова. – Думай, журналист. Чтение зарубежной прессы иногда очень даже полезно. Делаем вот что. Ты, – посмотрел он на Мэй, – засветишься так, чтобы об этом узнала триада или Черный Монах. Сумеешь?

– Но это опасно, – вмешалась Ин. – Ее могут просто убить.

– Похитить – да, – сказал Глебов. – Им надо узнать, где ключ. А убивать сразу они не будут.

– Утешил! – воскликнула Ин. – Так спокойно ты говоришь об этом!

– И почему ты так хорошо говоришь по-русски? – пробормотал Глебов. – Ее будут подстраховывать Зуб и Сокол поочередно. А мы с Анатолием будем на подхвате. Так что бояться нечего.

– Мне это не нравится, – заявила Ин. – Я боюсь за Мэй.

– Мне вообще-то тоже, – вздохнул Зубов, – не по душе эта затея. Мэй захватят, а когда мы попытаемся вмешаться, убьют. Ведь ты знаешь правило войны: если пленного могут отбить, его кончают.

– Но что же делать? – раздраженно спросил Глебов. – Мы можем сидеть здесь до скончания века, и ничего не изменится. Не забудьте, что мы в Китае незаконно, под чужими именами. И вполне возможно, что в России нас разыскивают за трупы в моем доме. Время работает не на нас. Надо что-то предпринимать.

– Позвони своему миллионеру, – предложил Зубов. – Может, он что-то узнает и подскажет, как действовать.

– Он наверняка знает меньше Соколова. Если мы проторчим здесь еще пару недель, придется просить, чтоб он вытаскивал нас отсюда, – недовольно произнес Глебов.

– Сяо обещал помочь, – негромко проговорила Мэй. – По крайней мере узнать что-то о рукописи. У Черного Монаха везде свои люди, и он наверняка что-то узнает. А в телохранителях Черного Монаха один из родственников Сяо. И он обещал…

– Я вижу, у тебя с этим Сяо хорошие отношения, – вдруг недовольно буркнул Зубов.

– Он жених моей подруги, – улыбнулась Мэй, – и просто хороший человек. А я узнаю о тех, кто прилетел, через свою знакомую в аэропорту. Больше пока мы ничего сделать не можем.

– Ты где? – спросила Мишель.

– В Пекине, – ответила Элизабет. – Извини, но были некоторые неприятности с японцами, они убили Джейн. – Мишель услышала вздох. – И русского тоже. Меня спасли немцы.

– Рукопись у тебя?

– Конечно. Правда, копия.

– Приезжай.

– Лучше ты. Рукопись нужна тебе, достала ее я. Так что если хочешь хотя бы увидеть ее, приезжай. Меня ищет мой брат и…

– А Бешеный Пес? Или, как его еще называют, Скорцени, разве не обеспечил тебе охрану?

– Значит, ты все знаешь. Но я тоже знаю, что ты договаривалась с Джулией и…

– Но если бы ты что-то поняла в рукописи, ты бы не позвонила.

– Я предлагаю встретиться в баре отеля «Великая стена». Мы нужны друг другу и вполне можем договориться. Приезжай с Дюпеном, в двенадцать по местному времени.

– В три в «Напитке жизни», – заявила Мишель и отключила телефон.

– Молодец! – Дюпен снял наушники. – Показала, что мы им нужны больше, чем они нам. Значит, они решили играть в открытую. Прекрасно. Но необходимо подстраховаться. Карла не зря зовут Бешеным Псом.

– Тебя тоже называют Сумасшедшим Аллигатором, – рассмеялась она.

– Хорошо, – одобрил Карл. – Сейчас наши интересы совпадают. Рукопись ничего, кроме новых вопросов, не дала. Поэтому заключим союз и постараемся вместе найти китаянок. А дальше уж как выйдет. К тому же довольно интересно, как там дела у ее мужа. Все-таки сильно любить женщину – значит, обрекать себя на безумные поступки. Это доказал Жак Жувье, муж Мишель. И судя по всему, у него там что-то получается. Значит, завтра в три в «Напитке жизни»? Ну и названия у китаез! – покачал он головой. – Свяжись с Диким, – посмотрел он на стоявшего у двери верзилу, – пусть будет там со своими людьми.

– Ну ладно, – сказал Генри. – Значит, она точно в Пекине? Стерва! Но кто эти немцы? – спросил он у Ван Лу.

– Я знаю только, что оба немцы, – ответил тот. – Сейчас выясняют, кто именно.

– Что она не одна, – подал голос Сэм, – было понятно сразу. Нас использовала там, этих тут. Умная у тебя сестра, – усмехнулся он.

– Здесь она никого использовать не может, – возразил Генри. – Это ее компаньоны. Но клянусь печенкой, она пожалеет об этом. Ты можешь приказать своим людям вести наблюдение постоянно? – спросил он у китайца.

– За спасибо они работать не будут, – улыбнулся тот.

– За день пятьсот баксов, – пообещал Генри.

– Хорошо.

– Нам ничего не дала эта рукопись, – вздохнул Кэдзабуро. – Сплошные вопросы, и нет ни одного даже приблизительного ответа.

– Я согласен, – поддержал его Харуки. – И что нам делать дальше?

– Продолжать искать ответы, – твердо проговорил худой невысокий японец. – Найдите русского с его китайской дочерью. Если они не знают ответа, то у них есть ключ и то, что Лейфа отдала русскому. Их соединила тайна ключа. Лейфа не подозревала, что за этим стоит тайна Одинокого Человека Гор. Она хранила два предмета, оставленные ей отцом. А потом отдала один из них русскому, а дочери ключ и адрес ее отца. Найдите их и получите ответы на все вопросы. В рукописи есть ответ, но для этого надо собрать все, о чем хоть как-то в ней упоминается. И в первую очередь ключ и то, что находится у русского.

– Клапан и мозг Поднебесной? – спросил Харуки. – Тоже у русского?

– У них есть ответы, – кивнул худой. – Свяжитесь с Черным Монахом, и он поможет захватить русского с дочерью.

– Но о чем мы, якудза, можем говорить с бандитом? – высокомерно произнес Харуки.

– Делайте, что вам приказывают, – процедил худой, – или умрете. Это приказ Исао Судзуки.

– Никто не знает, – сказал плотный китаец, – о вашем стремлении завладеть тайной Одинокого Человека Гор.

– И не должны знать, – заявил Черный Монах. – В Китае нашим людям очень тяжело. Особенно в центральных провинциях. Армия и полиция держат все под своим контролем. Полицейских, которых удается купить, довольно быстро разоблачают. Теперь, после подписания Шанхайского договора, контроль только усилился. Мы уже давно теряем свое влияние в Китае, а сейчас особенно. И я решил уйти. Найду Убежище Дракона, разыграю свою смерть и освобожусь от всех обязательств, данных Высшему Совету. Буду свободен и богат.

– А твои подчиненные? – спросил плотный.

– Многие погибнут раньше. Другие выберут себе путь сами. Ты встречался с Судзуки?

– Да. Его воины найдут тебя. Когда все будет сделано, они должны умереть.

– Конечно. Путь настоящего воина всегда заканчивается гибелью, этим он и отличается от простого человека. Когда будет встреча с посланцами Судзуки?

– Мы должны встретиться с китайским пиратом, – недовольно проговорил Харуки. – Черный Монах грабил небольшие торговые суда в Японском и Восточно-Китайском морях. Убивал людей и, вспарывая им животы, бросал за борт. А теперь вдруг будет нашим партнером, – криво улыбнулся он. – Я не понимаю Судзуки.

– Уже давно поговаривают, что Исао ставит свои личные интересы выше организации. Но сейчас мы будем выполнять его приказ, – вздохнул Кэдзабуро.

Гималаи

– Что-то твоя Мишель не звонит, – наливая из термоса чай, сказал Луи.

– Первым на связь всегда выхожу я, – ответил Жак. – А я не тороплюсь. Во-первых, чувствую себя прекрасно, а во-вторых, чудеса, оказывается, бывают. Я, кажется, выздоровел. – Он улыбнулся. – Мы найдем Убежище Дракона.

– Не думаю, что она будет рада твоему выздоровлению, – неожиданно проговорил Луи. – Я давно хотел сказать тебе, что не верил в твою болезнь. Я видел больных раком. И знаешь, по глазам обычно видно, что человек обречен. В твоих глазах была только усталость. Ответь, ты сам обращался к медикам?

– Все делала Мишель.

– И Дюпен, – добавил Луи.

– Да, – кивнул Жак.

– Что-то непонятное волнение о твоем здоровье стал проявлять Дюпен, который тебя всегда, мягко говоря, недолюбливал. Ты увел у него Мишель.

– Перестань, – вздохнул Жак. – Как только я почувствовал себя значительно лучше, я стал думать об этом. И сейчас вспомнил, что пять врачей, которые ставили один и тот же диагноз, работают на Дюпена. И когда моя сестра хотела отвезти меня к доктору Лувайе, Мишель очень рассердилась и заявила, что она не позволит шарлатану наблюдать меня, это ускорит мою кончину. Как-то все это вспомнилось сразу. Конечно, я понимаю всю нелепость подобных подозрений, но они есть.

– А ты заметил, что за нами уже сутки не следят? Странно. – Луи пожал плечами. – Я уже привык к наблюдателям. Интересно, кто они? Люди правителя Гуфута?

– Скорее всего да. А что перестали наблюдать за нами, то меня это скорее волнует, а не забавляет, как тебя. Ведь мы видели, что они убивали людей. И не думаю, что мы живы благодаря выданному королевской службой безопасности разрешению.

– Я иронизирую, чтобы ты не почувствовал моего волнения, – признался Луи. – Я вообще-то по складу характера авантюрист, умею воевать, люблю риск. Но сейчас вдруг понял, что жить вполне можно и даже нужно, не подвергая себя опасности быть убитым из-за денег, пусть и немалых. Я очень хочу обнаружить Убежище Дракона. Пусть там ничего не окажется, но мы прикоснемся к истории. Представляешь? Человек что-то прятал от людей. А через двести с небольшим лет мы найдем спрятанное тем, чьи кости давно истлели, но он оставил о себе память.

– Конечно, – кивнул Жак. – Признаюсь, меня не столько волновали спрятанные сокровища, сколько рецепты, оставленные этим отшельником. Я хотел вылечиться. А сейчас хочу быть богатым и знаменитым! – Он засмеялся.

– Знаешь, – помолчав, заговорил Луи, – а ведь из-за этого убили уже по крайней мере четверых. Я совершенно уверен, что Мишель и Дюпен сейчас в Китае. И они…

– Перестань, – засмеялся Жак, – это уже перебор…

– Давай запросим центр о нахождении абонента номера Мишель, – предложил Луи.

– Давай, – сразу согласился Жак. – А это возможно?

– Вполне. Нужно только заплатить.

– Делай запрос.

– С номера должны разговаривать.

– Тогда чуть позже. Мне надо как-то привыкнуть к тому, что меня использует моя жена. А значит, я, как принято говорить о мужьях, рогоносец.

Россия. Москва

– Хорошо, – сказал в трубку Василий Артемьевич. – Я все узнаю и свяжусь с тобой, капитан. Как вы там? Помощь нужна?

– Единственное, что нужно, – ответил ему Глебов, – узнать, не разыскивает ли меня милиция за произошедшее в деревне, и еще все, что можно, о рукописи Одинокого Человека Гор. Это…

– Вот что, капитан, – не дал договорить ему Василий Артемьевич. – Я дам тебе адрес человека в Китае. Он наверняка много знает обо всяких там рукописях и других тайнах древности. Записывай.

– Один из задержанных китайцев дал показания, – доложил сотрудник ФСБ. – Оказывается, это охота за какой-то древнекитайской рукописью. И убийство профессора Азова, и перелет Гродского в США, где нашли его труп, связаны с этой рукописью. Кстати, проясняется и дело с убийством Глебова Леонида Викторовича. Это связано с бойней в Вишнянке Курской области. Там жил Леонид Николаевич Глебов, бывший капитан разведроты ВДВ. Это на него шла охота. Так что теперь все объясняется. Кроме одного – где Глебов? И жив ли он вообще? Восемнадцать лет назад он был в Китае. И у него действительно был роман с Лейфой Дун. По непроверенным сведениям, она родила от Глебова дочь.

– Сейчас не существует строгих правил поведения российских граждан за границей, – сказал полковник ФСБ. – Глебова надо найти, полковника Доронова тоже. Он связан с китайцами и японской мафией – Доронов состоит в обществе якудза. Благодаря ему в Россию легко попадали китайцы и корейцы. Японские якудза делали на этом большие деньги. Во Владивостоке задержан некто Сахнин Павел Викторович, он и дал показания о Доронове. В Москве на счету Доронова несколько заказных убийств. К сожалению, исполнитель до сих пор не задержан. Учитывая связь Доронова с якудза, дело берем себе. Доронова необходимо задержать. Есть информация от Сахнина, что он, возможно, находится в Китае. Свяжитесь с китайской службой безопасности, пусть проведут проверку. И ищите Глебова. Я не верю в его причастность к убийствам, но хотя бы объяснить свое исчезновение он должен.

– «В Москве ФСБ задержаны члены якудза, а также обезврежены несколько китайцев, принадлежавших к печально известному преступному синдикату триада», – прочитал в криминальной хронике газеты Василий Артемьевич. – Похоже, ты, капитан, столкнулся с могущественным противником. И да поможет тебе Бог. – Он перекрестился на висящую в углу икону. – Я бы очень хотел, чтобы ты вернулся, капитан.

– Убитый на вилле Бронкса в Чарлстоне – это Гродский. – Мужчина в штатском положил на стол полковника ФСБ бумаги.

– Значит, все-таки рукопись Одинокого Человека Гор была у Бронкса, – сказал полковник. – Интересно, каким боком к этому имеет отношение Глебов? Значит, сумела дочь его найти, – пробормотал он. – Может, Глебов в Китае? – Он взглянул на глобус. – Нежелательно. Но в любом случае с Глебовым предстоит разговор.

Китай. Пекин

– Мы на месте, – сообщил в переговорное устройство плотный мужчина.

– Внимание! – услышал он голос Карла. – Не прозевайте сигнал. И тщательно осмотрите все вокруг. Вполне возможно, там будут люди Дюпена.

– Все проверили, – ответил плотный. – Чисто.

– Не может быть. Дюпен не так прост. Значит, они среди посетителей. Когда возьмете на прицел наших друзей, просигналь.

– Их четверо, – услышал в сотовом Дюпен. – Один держит автостоянку, двое справа от входа в заведение и один у окна строящегося дома. Мы их контролируем.

– Думаешь, они могут нас убить? – тихо спросила сидевшая рядом Мишель.

– Надеюсь, у Карла хватит мозгов не делать этого, – сказал Дюпен. – Мы сейчас как никогда нужны друг другу живыми. Все еще впереди.

– Только ради всего, что у тебя осталось святого, – тихо попросил Скорцени, – не провоцируй француженку. Не надо сейчас войны. Сначала нужно все выяснить. Ведь у них наверняка что-то есть. По крайней мере муж Мишель где-то ищет Убежище. У нас имеется рукопись. Но мы ни черта в ней не понимаем. Вопросов появилось еще больше. Это даже хорошо, что появились конкретные вопросы. Я подключил своих знакомых китайцев, они постараются что-нибудь узнать об этих делах. А ты не провоцируй Мишель, она женщина с гонором и вполне может…

– То есть что бы она ни говорила, – усмехнулась Элизабет, – мне придется…

– Она тоже не будет выделываться, – перебил Скорцени. – Конечно, может высказать претензии, но это понятно. Ты согласилась работать на нее, и она тебе платила за это. Она же оплатила участие в деле твоего брата. Кстати, его появление нежелательно. Вперед, – подождав, когда машина остановится и выйдет сидевший рядом с водителем верзила, кивнул он. – И помни, что я сказал. Надеюсь, Дюпен с Мишель думают так же. Не хотелось бы войны. Китайцы этого не поймут и не выпустят нас из Пекина. Что-что, а задерживать иностранцев они умеют.

* * *

– Они на мушке, – услышал сидевший на пеньке, заменяющем стул, Дюпен. – Их трое. Двое мужчин и женщина. Идут к входу.

– Сейчас появится Бетти, – обратился к Мишель Дюпен. – Держи себя в руках. Нам нужно услышать, что они предложат. В том, что предложение будет, я уверен. Рукопись у них, а они идут на контакт.

– Я не знаю, сумею ли говорить с этой сучкой спокойно, – процедила Мишель. – Она потратила мои деньги и захватила…

– Повторяю: спокойно, – сказал Дюпен. – Веди себя достойно. Это наш шанс, мы не должны его упустить. Уступи в малом, чтобы получить все.

– Ты знаешь, где это? – спросил Глебов.

– Километров пятьдесят от Пекина, – прочитав адрес, ответила Мэй. – А вы уверены, что у меня получится?

– Ты отлично говоришь по-русски. Лейфа, кстати, тоже… хорошо говорила. А как она погибла? Может, ты наконец скажешь?

– Ее убили. Пытались захватить, но она оказала сопротивление, и им пришлось стрелять. Кто это сделал, никто не знает. Власти почему-то объявили о том, что она разбилась на репетиции.

– Тут какой-то китаеза пришел, – заглянул в комнату Серый.

– Китаец, – поправила его Мэй. – Ин тоже, выходит, китаеза?

– Ну, – смутился парень, – Ин – дочь капитана. Значит, не чистокровная…

– А я? – улыбнулась Мэй.

– Ты красивая и вообще не похожа на…

– Тормоз, – остановил его Глебов. – Чего ему надо?

– Ее, – кивнул на Мэй Серый.

– Зови.

Серый вышел.

– Кто это может быть? – спросил Глебов. – Ты говорила, что об этом жилье никто не знает.

– Только Сяо, – ответила она. – Значит, у него какие-то новости. И скорее всего плохие.

В комнату вошел Сяо.

– Черный Монах объединился с якудза, – сообщил он. – У якудза есть рукопись. Правда, они не поняли, как обнаружить Убежище Дракона. Но вполне могут найти человека, который объяснит им символы, о которых говорится в рукописи.

– Ты можешь сфотографировать рукопись? – спросила Мэй.

– Да. Хранитель рукописи мой хороший знакомый. Я постараюсь.

– Если это очень опасно, – сказала она, – то не надо. Про нас им что-нибудь известно?

– Только то, что вы в Пекине. Но это для них неточная информация. Все-таки вас ищут люди Черного Монаха. Я пойду, – он посмотрел на часы, – и сегодня постараюсь сфотографировать рукопись. Тебе наверняка нужен русский перевод. Я сделаю фотографии.

– Значит, договорились? – протянул руку Карл.

– Разумеется, – пожал ее Дюпен. – Ищем русского и его дочь. Понимаешь, Скорцени, все это, конечно, хорошо, но у нас договор о взаимодействии. Однако рукопись у вас, и мы даже не видели ее.

– Так в чем дело? – улыбнулся Карл. – Я отдам вам копию, а вы скажете, где сейчас находится Жак. Это будет проявлением взаимного доверия.

– Тоже верно, – сказал Дюпен. – Но мы знаем, что Жак где-то в Азии, а где именно он находится, нам неизвестно. Можешь не верить, но это так. Как только мы узнаем, где он, сразу сообщим и вам. Но сейчас нам Жак не нужен, для этого есть веские причины. Как только он найдет что-то существенное, сразу сообщит нам.

– Так позвоните ему, – предложил Карл, – и узнаете.

– А вот этого делать как раз нельзя. Он может послать запрос в центр мобильной связи, и ему сообщат, что абонент находится в Китае. Этого ему будет вполне достаточно, чтобы понять, что им манипулируют.

– А вдруг он уже что-то обнаружил?

– Он бы сразу связался с нами. Он ищет. И я думаю, что какие-то сдвиги есть.

– Но куда именно он поехал?

– Честное слово, даже приблизительно не знаю. Он с другом Луи Шанталем сидел в музее, ходил в архив института востоковедения, но так и не сказал, куда именно поехал. Поверь, как только он что-то сообщит, ты немедленно об этом узнаешь. Где рукопись?

– Отдай им, – обратился Карл к Элизабет.

– Ты мне должна пятьсот тысяч евро, – взяв папку, напомнила ей Мишель.

– Разочтемся, – усмехнулась Элизабет.

– Что вы знаете о Генри? – спросил Карл.

– Ничего, – ответил Дюпен.

– Так, – сказал Генри, – понятно. Она встречалась с французами. Вот, значит, куда она постоянно звонила. Когда я приехал к ней, она постоянно разговаривала по телефону с Францией. Получается, она на кого-то работает. А я еще удивлялся, откуда у нее такие деньги… В отеле она живет одна? – спросил он у Ван Лу.

– Одна. Но в двух соседних номерах немцы, и на этаже постоянно находится кто-то из охраны.

– Это понятно, – вздохнул Генри. – Но мне необходимо навестить сестру. Вот что, парни, я сейчас отлучусь, а вы…

– Не выйдет, – покачал головой Сэм. – Она и нас через себя бросила. Так что я тоже очень желаю пообщаться с ней. А вы? – посмотрел он на Джона и Джека.

– Я – за, – кивнул Джек.

– Такое прощать нельзя, – подхватил Джон. – Но надо учитывать, что и козыри у нее. Вы еще не передумали найти рукопись? – взглянул он на Генри. – За нее какой-то придурок миллион дает.

– Ты сможешь достать план отеля? – спросил китайца Генри.

– Конечно, – ответил тот.

* * *

Сяо подошел к раздевалке спортзала. Услышал вопль из зала и вошел туда. На ринге двое мужчин в кимоно стояли над неподвижно лежащим человеком.

– Кто это? – спросил Сяо у рослого китайца со шрамами на лбу.

– Профессор Цу. Он знает человека, который может много рассказать о рукописи.

– Он уже назвал того человека? – лениво поинтересовался Сяо.

– Еще нет. Но если не сдохнет, скажет.

– Сейчас его поторопят, – насмешливо заявил подошедший парень. – Привезли его дочь. Это метод безотказный. – Он засмеялся.

– Ты будешь говорить? – Черный Монах присел перед пожилым китайцем с окровавленным лицом. – Или хочешь увидеть, как подыхает твоя дочь?

– Отпустите ее, – застонал лежащий. – Я не знаю ответа. Отпустите…

– Разденьте ее, – приказал Черный Монах.

– Нет! – отчаянно закричала девушка лет восемнадцати. Один из парней сильным ударом в живот свалил ее на твердое покрытие ринга.

– Не надо, – умоляюще заговорил избитый.

Парни начали срывать с девушки одежду.

– Я скажу, – приподнявшись, прошептал избитый.

– Оставьте ее, – приказал Черный Монах. – Говори.

– Ты веришь Сяо? – спросил Глебов.

– Да, – кивнула Мэй.

– Почему? Ладно бы он был твоим женихом, тогда можно было бы понять его стремление…

– Наоборот, – рассмеялась она. – Ты бы стал помогать своей невесте, которая уехала в другую страну и вернулась не одна? И которая приходила к тебе с парнем из той страны? И было видно, что парень, который пришел с ней, ей нравится.

– Тогда, конечно, не стал бы, – засмеялся Глебов. – И все-таки почему ты ему веришь?

– Он в хороших отношениях с моей подругой, – отозвалась она. – А кроме того, люди Черного Монаха, находясь под воздействием наркотиков, убили его брата и мать. Сяо был в армии, потом попал в тюрьму, но очень быстро вышел. Как раз в это время его мать и брат погибли. Он поклялся отомстить Черному Монаху и для этого стал входить к нему в доверие. Сяо ждет удачного момента и поэтому сейчас находится рядом с ним. Он делает все, чтобы людей Черного Монаха периодически арестовывали. Черный Монах является членом триады, но отделился от нее и ищет Убежище Дракона, чтобы исчезнуть. Триада не прощает отступников, и он понимает, что очень скоро получит шелковый шнур.

– Это что-то вроде черной метки у пиратов?

– Да, это приговор, который обжалованию не подлежит. Сяо можно верить. Он помог Ин перебраться в Россию.

– Она мне говорила. Когда мы поедем в Чендэ?

– Не в Чендэ, а в Чжухэ. Это рядом. А кто такой этот Хай Фун?

– Ни черта не понятно! – раздраженно проговорила Мишель. – Ты точно перевел? – посмотрела она на лысого толстяка.

– Абсолютно точно. Я с детства говорю по-русски.

– Вот почему Карл решил отдать нам эту бумагу, – сказал Дюпен. – Они тоже ничего не поняли. Но ясно одно, и Элизабет говорила об этом: нужны ключ и клапан. Ключ у дочери Лейфы, а клапан, наверное, у русского. Поэтому они и вернулись. Они, может, уже…

– Но они не читали рукописи, – перебила его Мишель. – И кроме того, у них нет священного факела. Интересно, что это такое?

– Интересно все, – проворчал Дюпен. – Знаешь, я сначала решил, что ты это придумала, чтобы избавиться от Жака. Потом прочитал рукопись, но не поверил. Думал, просто очередная восточная легенда. И решил проветриться, тем более что спецслужбы плотно меня прижали. А когда понял, что в этом что-то есть, поклялся обязательно добраться до этого самого Убежища, даже если придется потратить на это всю жизнь.

– Надеюсь, мы найдем его гораздо раньше, – рассмеялась Мишель.

– Очень бы хотелось, чтобы это было так.

– Что будем делать? – спросила она.

– Надо выходить на Глебова и его незаконнорожденную дочь. У меня предчувствие, что у них есть и ключ, и этот клапан. Ну, с ключом еще более или менее понятно. Но что такое клапан? Его надо приложить к мозгу Поднебесной, и он укажет местонахождение Убежища. Поднебесная, – пробормотал он. – Так называли Китай. Про мозг неясно. Очень хочется разгадать эту загадку. Хотя в принципе я никогда не увлекался ребусами.

– Наверное, потому, – рассмеялась Мишель, – что за ними не стояли такие большие деньги.

– А кто точно знает, что там что-то есть? Например, тот миллион, что обещает профессор, я могу заработать, не пытаясь искать Убежище. Но теперь принципиально буду доводить это дело до конца. Хотя бы потому, что Клод Дюпен тоже участвует в этом.

– Отправь туда людей Жала Скорпиона, – приказал Черный Монах.

– Слушаюсь, – отозвался худощавый молодой китаец. – А что делать с ними? – Он показал глазами на обнимавшихся на ринге девушку и ее избитого отца.

– Проводи их на небеса, – усмехнулся Чунг Ланг Фун.

Сяо покачал головой.

– Ты не держишь свое слово, черная душа, – прошептал он. – Осталось немного, и я покончу с тобой. Убить тебя я мог и раньше, но такие, как ты, должны жить и мучиться.

– Что? – взглянул на него китаец со шрамом.

– Чтобы не забыть песню, повторяю, – улыбнулся Сяо.

– Что? – переспросила по телефону Мэй, слушая быструю речь Сяо, и нахмурилась. – Это точно? – машинально спросила она и тут же быстро добавила: – Я не понимаю, почему Черный Монах не нашел этого профессора раньше?

– Он был в России и только вчера вернулся. Я случайно услышал, как его…

– Извини, – перебила его Мэй, – нам надо ехать.

– Понятно, – послышалось в ответ, и телефон отключился.

– Черный Монах, – сообщила Мэй, – поедет к профессору Хай Фуну. Он вернулся из Москвы.

– Вперед! – Глебов вскочил.

Чжухэ

– Устал я, – улыбнулся невысокий худой мужчина в очках. – Но отдыхать некогда. Ко мне должны приехать знакомые Караваева, это мой хороший знакомый в России, и я должен им многое разъяснить. Помнишь газетную публикацию о рукописи так называемого Одинокого Человека Гор?

– Разумеется, – ответила молодая девушка. – Неужели ты, папа, поверил в это?

– Я всегда верил, – улыбнулся он. – А вот ты, Яюнь, постоянно споришь со мной. Но давай сейчас поговорим о другом. Я бы не хотел чтобы ты уезжала в Англию. Почему ты не хочешь учиться в России?

– Кто-то приехал. – Услышав шум остановившейся машины, Яюнь направилась к двери.

– Проводи их в гостиную, – попросил отец. – А я пока переоденусь.

– Быстрее можно? – спросил Глебов.

– Я стараюсь, – улыбнулась Мэй. – Быстрее нельзя, здесь стоит ограничитель скорости.

– А говорят, женщина за рулем – обезьяна с гранатой, – засмеялся Зубов.

– Далеко еще? – спросил Глебов.

– Десять километров, – ответил за Мэй Соколов. – Здесь указатели хорошие.

– Можем не успеть, – пробормотал Глебов.

* * *

– Что такое? – Услышав крик дочери, профессор вышел в прихожую и увидел четверых крепких молодых китайцев. Сдавленно вскрикнув, он вцепился пальцами в обхватившую его горло руку.

– Не делай глупостей, ученый, – послышался шепот, – иначе ты и твоя дочь умрете.

– Что вы хотите? – прохрипел профессор.

– Все, что ты знаешь о рукописи Одинокого Человека Гор, – ответил державший его Жало Скорпиона. – Или твою дочь…

– Позвольте, но я ничего не знаю. Моя профессия не…

– Отрежь ей руку, – бросил Жало Скорпиона. Один из парней вытащил длинный кинжал. Двое других схватили лежавшую без сознания девушку и растянули ее руки в стороны. Парень взмахнул рукой с кинжалом.

– Стойте! – выдавил профессор. – Я все объясню. Видите ли…

– Или ты говоришь, – проорал Жало Скорпиона, – или она поочередно лишится всех конечностей!

Неожиданно парень с кинжалом рухнул. Двое других, отпустив руки девушки, выхватили пистолеты. Тому, что был слева, метательный нож вошел в правый глаз. Другой такой же нож, брошенный одновременно, воткнулся второму в горло.

– Кто ты?! – заорал Жало Скорпиона. – Выходи или профессор сдохнет!

– А мне плевать на него! – раздался насмешливый голос.

Жало Скорпиона отдернул обхватившую горло профессора руку: в его предплечье воткнулась звездочка ниндзя. Он выхватил пистолет. В левый глаз бандита влетел метательный нож. Жало Скорпиона рухнул на спину.

– Доченька! – бросился к дочери профессор. – Яюнь, милая, как ты?

– Я в порядке, папа, – простонала она.

– Нас кто-то спас. Кто вы?! – поднявшись, громко спросил профессор и, не услышав ответа, бросился к телефону.

* * *

– Опоздали, – недовольно пробормотал Глебов.

– Ждите тут. – Мэй вышла из машины и направилась к дому, возле которого стояли две полицейские машины и четверо полицейских никого не пропускали в здание.

– А у нее связи не только в аэропорту, – усмехнулся Зубов, увидев, как Мэй подошла к одному из милиционеров и стала с ним говорить.

– Это не так уж и плохо, – отозвался Глебов. – Хреново то, что профессора, похоже, мы не увидим.

Мэй вернулась к машине.

– Ну? – нетерпеливо спросил Зубов.

– Профессор жив, – сев за руль, проговорила она. – Их спас неизвестный, убил пятерых бандитов. И главное – Жало Скорпиона. Полиция очень удивлена. Ведь это жестокий и опытный преступник.

– Радоваться надо, – сказал Зубов. – А как нам к профессору попасть?

– Пока никак, – ответила Мэй. – Потом позвоним ему и спросим.

– Там сейчас полиция вовсю орудует, – высказался Анатолий.

– Не повезет, – пробормотал Зубов, – и на жене своей триппер подхватишь.

– Что? – удивленно спросила Мэй.

Остальные рассмеялись.

– Да так, – растерянно пробормотал Александр. – Ну, дурость это. Просто вспомнилось как-то.

– Да ты и краснеть не разучился! – засмеялся сидевший рядом Анатолий.

Мэй завела машину.

– Подожди, – сказал Соколов. – К нам китаянка бежит и руками машет.

Пекин

– Все убиты, – упав на колени, сообщил Черному Монаху плотный китаец. – Кто-то…

Резкий взмах руки Черного Монаха с коротким, широким, немного изогнутым мечом отделил голову плотного от плеч. Обильно хлынула кровь. Брезгливо отбросив окровавленный меч, Черный Монах поджал ноги. С двух сторон подскочили четверо по пояс голых мужчин. Двое быстро отволокли обезглавленное тело, третий подхватил голову, четвертый накрыл лужу крови ковром. Черный Монах по ковру отошел от кресла.

– Там сейчас русские, – процедил он. – Они все должны умереть. Девчонку и ее тетку взять живыми. И найдите ниндзя, я хочу видеть его мертвые глаза.

– Они убьют профессора, – сказал Кэдзабуро.

– А почему тебя это волнует? – усмехнулся Харуки. – Это их дело. Мы ведь просто наблюдатели. Как ты провел время?

– Осматривал город. А ты?

– Искал женщину для развлечения. Но увы, здесь не Гонконг.

– Извините, – виновато произнес профессор, – но сейчас я не могу говорить об этом деле. Есть определенные соображения, но я должен кое-что уточнить. Василий Артемьевич очень просил меня об этом. Приезжайте завтра, и я вам все расскажу.

– А может, что-то объясните сейчас? – спросил Глебов.

– Извините, но я не умею говорить частями. Тем более я совершенно не готов к разговору. Извините, – повторил он.

– А вы хорошо говорите по-русски. У меня такое чувство, что здесь каждый второй может если не разговаривать, то понять русскую речь.

– Раньше было другое время. Советский Союз был братом Китаю. И наше поколение уважает русскую культуру, а следовательно, и язык. Сейчас многое изменилось, к сожалению. Но я обязательно помогу вам. Я раньше увлекался родными историями. И даже пытался найти сокровища Цыси, или, как пресса называла их, ожерелья смерти. Кстати, они находились у вас в России, кажется, где-то на севере. Потом я увлекся философией, которая и стала моей основной специальностью. Завтра мы вместе поедем в Пекин и все выясним, так будет правильно. Я хотел сделать это сегодня, но устал. На нас напали люди триады, ими руководил давно разыскиваемый преступник Жало Скорпиона. Имени я не запомнил. И не знаю, кто нас спас. Бросить одновременно два ножа могут немногие.

– Два ножа сразу? – переспросил Зубов. – Лихо!

– И этот человек умеет пользоваться звездочками ниндзя. Полиция забрала их, надеясь получить отпечатки, но я не думаю, что им это что-то даст.

– Давайте ужинать, – предложила Яюнь. – И может, вы останетесь ночевать у нас? – посмотрела она на Мэй.

– Будем ужинать, – перевела Мэй для Глебова. – И она предлагает нам остаться у них на ночь. А завтра утром мы все поедем в Пекин.

– Согласен, – кивнул Глебов. – Тем более бандиты могут вернуться, – негромко добавил он.

Гималаи

– Что там с этими двоими? – спросил Гафут.

– Все в порядке, повелитель, – ответил Острый Нож. – Они вошли в лабиринт, который мы не раз проверяли, и пробудут там самое малое три дня. Что прикажете, повелитель?

– Продолжайте наблюдение.

– Хорошо, что мы захватили аккумуляторы, – сказал Жак. – Иначе бы уже пришлось жечь факелы.

– Здесь кто-то был, – присев, Луи осветил фонарем грунт. – И совсем недавно.

Жак тоже присел и увидел четкий отпечаток подошвы.

– И не один. – Жак поднял окурок. – Совсем недавно, – помяв в руках окурок и понюхов его, определил он, – как раз перед нашим появлением. Тогда, я думаю, нам нет смысла исследовать лабиринт. Наверняка здесь все уже проверено.

– Согласен, – кивнул Луи.

Ганьцюань

– Наверное, нам надо вернуться в Пекин, – проговорил Джордж.

– Знаешь, – недовольно посмотрела на него сестра, – я думаю, надо идти к южной границе. Помнишь последний разговор с отцом? Он что-то говорил о южном рубеже Китая. И вспомни слова китайца, которого мы встретили утром. Он говорил, что Одинокий Человек жил гораздо южнее. И кроме того, его звали Одинокий Человек Гор. Значит, он спрятал все в горах. Мы идем туда, где он жил. Я позвонила Роберту, и он сказал, что Одинокий Человек Гор жил на юго-западе империи. Кстати, отец упоминал, что Одинокий Человек Гор, преследуемый властями, перед смертью перебрался в горы к каким-то племенам. Надо чаще говорить с местными жителями и пытаться узнать от них все, что им известно об Одиноком Человеке Гор.

– Я думаю, это правильно, – поддержала ее Ми. Клаус и Джо молча слушали.

– Хорошо, – кивнул Джордж, – сделаем именно так. Но не забывайте, что у нас нет разрешения на пребывание в этом районе.

– Об этом не волнуйтесь, – неожиданно проговорил Вонг. – Я все улажу, если возникнут проблемы.

– Слушай, – подошел к нему Джордж, – извини за тот случай, просто нервы были ни к черту. Извини! – Он протянул руку.

Вонг, посмотрев ему в глаза, кивнул и пожал протянутую руку. Ми удивленно взглянула на Вонга.

– А он изменился, – негромко проговорил Клаус. – Вчера с кем-то говорил по телефону, и было видно, что расстроен.

– Я бы сказал, он был в бешенстве, – усмехнулся Джо. – Но лезть к нему с разговорами нет никакого желания.

– Что с тобой? – удивленно спросила Ми. – Ты…

– Это не твое дело! – грубо отрезал Вонг.

– Что-то случилось? – попыталась разговорить его она.

– Не лезь ко мне, женщина. – Вонг отошел к Клаусу и Джо. Она удивленно смотрела ему вслед.

– Странно, – прошептала Ми. – Но зря ты так со мной, Вонг.

Пекин

– Они не вернулись, – сообщил невысокий молодой китаец.

– Значит, что-то узнали и уехали в другое место, – пробормотал Черный Монах. – Захватить профессора с дочерью, – приказал он. – Мы его как следует прижмем, он нам все скажет. – Кривая улыбка изломала его губы.

Слуга вышел.

– Это мой шанс изменить жизнь, – пробормотал Черный Монах. – Исчезнуть. Я рожден, чтобы повелевать, а не подчиняться. И я буду повелевать.

– Их видели на площади Мао, – наклонившись над картой города, проговорил Карл. – Ее, – он ткнул в фотографию Ин, – и какого-то европейца. Они о чем-то оживленно беседовали. Проследить не удалось. – Он недовольно посмотрел на стоявшего у двери китайца. – Полиция неожиданно начала проверять документы, и девка с парнем скрылись. Я оставил там своих людей. Если появятся, мы будем знать, где они, и тогда возьмем.

– Ты можешь мне объяснить, чтобы я поняла, – попросила Элизабет, – зачем эта встреча с французами? И почему ты отдал им рукопись? Если повел свою игру, то можно было отдать поддельную…

– Нет. Если пускать их по ложному следу, они и будут узнавать то, что мы им отдали. А мне нужна правда. Вполне возможно, ответы получат они. И тогда мы их уничтожим. Сейчас у нас временное перемирие, и мы можем работать спокойно. Дюпен и Мишель сейчас наши союзники против остальных. Я имею в виду Черного Монаха, якудза и особенно твоего брата. Он наемник, и с ним рядом, разумеется, такие же головорезы. От них всегда можно ждать сюрпризов. Было бы хорошо, если бы Дюпен и Генри столкнулись. С японцами нам нужно быть осторожными. Но как я понял, якудза не всей организацией участвуют в деле. И тем не менее это очень опасный враг, и с этим надо считаться. Черный Монах представляет триаду, но в центре Китая она не имеет влияния. Вот если окажется, что Убежище Дракона находится где-то в южных горных районах, тогда будет тяжело. Там у якудза есть люди, и нам придется нелегко. Но я уверен, что мы выйдем из любого положения.

– Скажи мне вот что, – вздохнула Элизабет. – Ты намерен делиться с Дюпеном? Потому что, насколько я поняла, мы будем работать вместе.

– Искать вместе русских и ответы на загадки рукописи. До определенного момента мы союзники.

– Поняла, – облегченно улыбнулась Элизабет. – А я думала…

– Не обижайся, но думать ты вообще не умеешь. Тебе платили, хорошо платили. Взяли в долю, дали часть акций фирмы. А ты выбрала тропу войны. И чем все это кончится, неизвестно. Кроме того, если мы найдем Убежище, а там ничего не окажется, сама понимаешь, время, потраченное мной, придется оплачивать тебе. Говоря откровенно, это и спасет тебе жизнь.

– Что? – расширила глаза Элизабет. – И после того, что я сделала, ты мне…

– А что ты сделала? – перебил ее Карл. – Втянула меня в авантюру. Если там что-то есть, слава Богу. А если нет? Я уже потерял двоих. А скольких еще потеряю? И представь мое состояние, когда я доберусь до конца, а там пустота. Так что пообещай мне, что ты все оплатишь.

– И сколько ты хочешь?

– Сейчас мы в расчете, поскольку приехали сюда за твой счет. Но с завтрашнего дня я начну подсчет.

– Спасибо, но это слабое утешение.

– Это реальность.

– А если мы все-таки обнаружим драгоценности?

– Если мы найдем там что-то на миллион евро, поделим пополам, – кивнул он. – Но разумеется, с прессой говорить буду я. Тебя это устраивает?

– По сравнению с первым вариантом я просто счастлива, – недовольно проговорила Элизабет.

– Не забывай о Генри. Он, кстати, сейчас в Пекине со своей командой. Их видел мой человек в баре. Проследить, где они остановились, не удалось. Парни битые и от слежки ушли спокойно. Так что будь осторожна, мне бы очень не хотелось, чтобы Генри тебя четвертовал. – Он рассмеялся.

– Не нахожу ничего смешного, – обиделась Элизабет.

– Я тоже. – Карл резко сменил тему: – Надо искать русских.

– Они были у нас в руках, – зло говорил Черный Монах, – но вмешался какой-то ниндзя. Звездочками сейчас многие пользоваться умеют, но бросать два ножа одновременно может далеко не каждый.

– Два ножа сразу? – переспросил худой японец. – Да, действительно сложно.

– Послушай, Мауцуки, – насторожился Черный Монах, – ты это так сказал, будто кого-то подозреваешь.

– Я просто удивлен. Харуки и Кэдзабуро пытаются найти русских, но пока безуспешно. Наши люди проверили ведущие к горным районам дороги, но там их транспорт тоже не видели. Где они?

– Мои люди сейчас у профессора, – посмотрел на часы Черный Монах.

– Вас к телефону. – В кабинет вошла молодая китаянка и протянула сотовый. Черный Монах поднес его к уху.

– Говори.

– Тут пусто, – услышал он. – Машины профессора и русских в гараже. Но людей нет.

– Как нет? – свистящим шепотом спросил Черный Монах. – А наблюдатели?

– Никого. Крови нет, мы проверили. Что делать?

– Возвращайтесь. – Черный Монах с размаху грохнул сотовый об пол и послал кому-то проклятие.

– Что случилось? – спросил Мауцуки.

– Их нет. Никого. Наблюдатели пропали. Я убью их всех!

– А у тебя нервы слабоваты для твоего положения, – насмешливо отметил японец.

– Упустили! – заорал Черный Монах. – Я им сделаю жизнь хуже смерти, если найду наблюдателей!

– Значит, русские оказались умнее нас, – сделал вывод японец. – Найди их. Только в этом случае ты сможешь рассчитывать на нашу помощь.

Глаза Черного Монаха сузились в блеснувшие яростью щелки.

– Мы партнеры, – напомнил он. – Ты в моей стране, Мауцуки. И не надо говорить со мной так, – угрожающе добавил он.

– Мы вообще можем расторгнуть соглашение, – проговорил японец. – Исао-сан дал мне такие полномочия.

– Я найду русских и профессора, – сдержанно пообещал Черный Монах.

* * *

– Это, конечно, хорошо! – громко говорил Зубов на ухо Глебову. – Но как известно, самолет хорошо, вертолет хорошо, а олени лучше. Я бы сейчас…

– Все-таки летим! – прокричал в ответ Глебов. – Я и не предполагал, что эта рухлядь сможет взлететь. И удивляюсь, что журналист умеет управлять вертолетом.

– Надеюсь, действительно может.

– Интересно, где он летал? – удивленно спросил Глебов.

– Может, у него свой? – предположил Анатолий.

Управлявший вертолетом Соколов включил общую связь.

– Внимание, пассажиры, – громко проговорил он, – пора садиться, а в моей практике посадок не было. Да и летных часов всего три, но ведь мы не упали. А вот с посадкой большая проблема. У кого слабое сердце, прошу принять лекарство.

– Я тебя, репортер хренов, – взвыл Зубов, – если начнем падать, успею прикончить!

– Тогда мы разобьемся все, – наклонилась к нему Мэй.

Александр удивленно посмотрел на нее.

– Но ты поняла, что он впервые управляет вертушкой?

– Я очень хорошо понимаю русский, – улыбнулась она. – И поняла все, что сказал Соколов.

– Ну и нервы у барышни, – покачал головой Анатолий.

– Ни разу Бога ни о чем не просил, – прошептал Зубов, – а сейчас молю. Даже пару свечек поставлю. Три, – вспомнив, что Бог любит троицу, поспешил добавить он, – если жив останусь.

– Почему он так волнуется? – спросила Яюнь у отца.

– Он впервые летит на вертолете, – улыбнулся профессор.

Пекин

– Ну где же они? – взволнованно спросила Ин.

– Приедут, – ответил Серый. – Неужели ты думаешь, что-то может случиться с капитаном? Да и Зубов с Анатолием, и журналист тоже не промах. Все путем будет.

– Саша, – тихо попросила Ин, – не говори больше на уголовном языке, прошу тебя. Ты хороший человек, и ты мне нравишься, но твоя речь…

– Мамой клянусь, больше не буду, – пообещал Серый.

* * *

– Будьте готовы к войне, – проговорил Мауцуки. – Черный Монах выходит из-под контроля. Не знаю, может, ему удалось договориться с советом триады, но он стал меня раздражать. Я предложил Исао-сан прислать еще людей, но он отказал. Говорит, что верит китайцу. А где ты был вчера вечером? – посмотрел он на Кэдзабуро.

– Обследовал Пекин, – спокойно ответил тот. – А почему вы спросили?

– А ты? – Мауцуки перевел взгляд на Харуки.

– Делал то же самое, – улыбнулся он. – Просто у нас разные вкусы и желания. А в чем дело?

– Такое впечатление, – сказал Кэдзабуро, – что вы подозреваете нас в чем-то.

– Людей Черного Монаха у профессора убили звездочками ниндзя, а кроме того, был бросок двух ножей одновременно. – Он посмотрел в глаза Кэдзабуро, потом перевел взгляд на Харуки.

– Профессор видел, сколько было людей? – спокойно спросил тот.

– Нет.

– Тогда откуда уверенность, что бросал один человек?

– Что? – переспросил Мауцуки.

– А если бросали двое? – усмехнулся Кэдзабуро.

– Да, такое возможно, – помолчав, кивнул Мауцуки. – Как я сразу не подумал об этом? – пробормотал он.

– А откуда вообще такие сведения? – спросил Харуки. – Черный Монах видел профессора?

– Профессор давал показания в полиции, – пояснил Мауцуки. – А у Черного Монаха там есть свой человек.

– А почему же он не сказал, куда делись профессор с дочерью и русские? – снова спросил Харуки. – И наблюдатели? По-моему, китаец что-то не договаривает.

– Проверю, – буркнул Мауцуки. – А вы все-таки будьте бдительны.

– Почему мы сами ничего не предпринимаем? – спросил Кэдзабуро. – У нас есть рукопись. Мы найдем человека, который объяснит нам непонятные места.

– Пока ничего не предпринимайте, – покачал головой Мауцуки. – Когда будет нужно, я скажу. И выходите на связь каждые полчаса.

– Твою мать и бабушку с дедушкой! – вывалившись из вертолета, пробормотал Зубов. – Пусть Бог наградит их здоровьем и всем, чего им хочется. Сели! – Словно не доверяя себе, он потрогал землю. – Фуу, – он длинно выдохнул, – жив! А ты действительно летал только три часа? – спросил он у Соколова.

– Если честно, – засмеялся Андрей, – то полтора, наверное, наберется. Просто это южнокорейский вертолет, на таком я и пробовал. И довольно легко смог лететь. Правда, сесть мне не доверили.

– Так какого черта ты нам не сказал?! Ведь ты мог нас…

Анатолий, посмотрев на него, захохотал.

– Ничего же не случилось, – усмехнулся Глебов. – А вот если бы поехали на машинах, то вполне могли остаться без скальпов.

– Тоже верно, – кивнул Александр. – Но я никогда не боялся так, как после того, что услышал от нашего вертолетчика.

– Скоро профессор вернется? – посмотрел на часы Соколов. – Надо было, наверное, пойти с ними, а то…

– Можно догнать. – Зубов кивнул на уходивших профессора и дочь.

– Но они сказали, что без нас им будет лучше, – напомнил Глебов.

– Их встретит полицейский на машине, – сказала Мэй, – знакомый Яюнь. И с ним они вернутся.

– Профессор с дочерью находятся в музее истории Китая, – быстро сообщил по телефону невысокий китаец.

– Не упусти их, – требовательно проговорил Черный Монах. – Иначе погибнет вся твоя семья.

– Значит, все-таки вы считаете, что Убежище существует? – спросил профессор у пожилого китайца в круглых очках.

– Абсолютно уверен в этом, – ответил тот. – Чего не могу сказать о тех богатствах, которые Одинокий Человек Гор якобы укрыл там же. Скорее всего там есть исписанные рецептами стены. И я не сомневаюсь в том, что они произведут сенсацию. В этом я тоже абсолютно уверен.

– Но ведь имеется упоминание о подаренных Одинокому Человеку знаменитым разбойником Пан Ту сокровищах. Есть сведения, что Одинокий Человек Гор вылечил его любовницу, – сказал профессор.

– Вполне возможно, что там и есть какие-то драгоценности. Но не в том количестве, о котором вопит западная пресса. Для меня главное – рецепты. А почему вы, уважаемый профессор, проявили такой интерес к этому?

– Просто хотел кое-что уточнить, – ответил тот.

– В этом есть моя вина, – вмешалась в разговор его дочь. – Прочитав одну из публикаций в «Дейли телеграф», я заинтересовалась и попросила папу рассказать мне. Поэтому мы здесь.

– Понятно, – улыбнулся сотрудник музея. – Ну что я еще могу сказать? Я одно время увлекался поисками Убежища. И знаю довольно много. Например, о символах – клапан, ключ, факел. Все это довольно просто. – Выдвинув ящик стола, он вытащил старую книгу.

– Он с дочерью в музее, – невысокий кивнул на здание.

– Пошли, – сказал рослый китаец.

Пятеро мужчин быстро пошли к входу. Невысокий китаец направился к стоянке машин.

– Что-то мне не по себе, – проговорил Соколов. – Нет их уже давно. – Он посмотрел на часы.

– Я поеду в музей. – Мэй достала сотовый. – Вызову такси и через двадцать минут буду там.

– Я с тобой, – не терпящим возражений тоном заявил Зубов.

– Я тоже, – сказал Саблин.

– Тогда уж лучше ехать всем, – усмехнулся Соколов.

– А если они вернутся? – спросил Глебов. – В общем, так, – предупредил он всех, – нам нельзя ни во что вмешиваться. Если даже профессора будут убивать, не лезть, иначе нам всем хана. А в мои планы это никак не входит. Думаю, и в ваши тоже. Профессора спасла случайность, его все равно убьют. Помешать этому мы не можем, мы не в России, не забывай этого, – посмотрел он на собиравшегося возразить Соколова.

– Капитан прав, – тихо проговорила Мэй. – Профессора нашли до нас, и нашей вины здесь нет. Пусть лучше его убьют из пистолета или винтовки, чем он будет под пытками.

– Да хрен им на рыло! – разозлился Анатолий. – Капитан, воевать мы умеем и…

– Мы не в России, – повторил Глебов. – Нас убьют, а если убьем мы – посадят.

– Так что же делать? – зло спросил Зубов. – Подставлять голову под топор? На кой хрен…

– Надо уходить из Пекина, – перебил его Глебов. – Но только после того, как узнаем что-то существенное об этом Убежище, мать его! – не сдержался он. – Вы можете возвращаться, – кивнул он Анатолию, Зубову и Соколову.

– Ни за что! – усмехнулся Андрей. – Я с тобой до конца. Но понимаешь, мне понравилась Яюнь. Поэтому я хочу…

– Ладно, – кивнул Глебов, – отправляйтесь к музею. Если придется повоевать, полиции не сопротивляйтесь и требуйте представителя нашего посольства. Мне нельзя, я под чужим именем приехал. И если все будет нормально, загляните к Ин, проверьте, как она там.

– Но ведь ей сказали, – напомнил Зубов, – если что, сразу звонить.

– Однако бывает, что человек на курок нажать не успевает, не то что позвонить. Даже если оружие в руках. Кроме того, они подготовлены если не лучше, то по крайней мере не хуже вас. Поезжайте. И не забудьте об Ин.

Мэй вызвала по телефону такси.

– Спасибо, Мацун Ту, – сказал профессор. – Мы узнали много интересного. Спасибо!

– Если вдруг возникнут вопросы, заходите, – улыбнулся Мацун Ту, – я постараюсь найти ответы.

– Стоять! – протянув руку вперед, потребовал стоявший у двери в кабинет охранник. – Сюда вход воспрещен.

Пятеро, не останавливаясь, быстро шли к нему. Он выхватил пистолет. Ему в грудь воткнулись два ножа. Охранник упал.

– Берите всех! – приказал рослый и ногой распахнул дверь.

– Сюда нельзя, – бросился навстречу им хранитель. – Здесь библиотека…

Короткий тычок указательного пальца в живот согнул его пополам. Профессор загородил собой дочь.

– Беги!

Удар ногой в грудь сбил его с ног. Падая, он повалил не успевшую отскочить дочь.

– Берите их и уходим, – остановившись в дверном проеме, приказал рослый.

И тут сзади ударил пистолетный выстрел. Пуля попала ему между лопаток. Двое, выхватив пистолеты, бросились к двери. Третий держал профессора, четвертый его дочь. Лежавший на полу в луже крови охранник выстрелил в третий раз. Пуля попала в горло одного из двоих подскочивших к двери. Другой, вскинув пистолет, дважды нажал на курок. Одновременно с ним выстрелил появившийся в коридоре второй охранник. И тут же прозвучал еще один выстрел раненого. Бандит и охранник убили друг друга. Раненый выстрелом свалил полоснувшего ножом по шее профессора и потерял сознание. Яюнь ударом пятки по стопе державшего ее бандита заставила его, вскрикнув, разжать руки и присесть. Другой пяткой она ударила его между ног и бросилась к отцу.

– Папа!

Согнувшийся бандит был опытным бойцом и давно усвоил закон боя: пока в сознании, не обращай внимания на боль, иначе погибнешь. Метнувшись вперед всем телом, он сбил склонившуюся над отцом Яюнь, схватил ее за горло, а другой рукой выхватил нож.

– Брось! – крикнул один из двоих прибежавших на выстрелы охранников.

Бандит ударил девушку ножом. Одновременно грохнули два пистолета. Пули вошли в спину бандита.

– Что случилось? – спросила Мэй у толпившихся перед зданием музея людей.

– Нападение, – ответил кто-то. – Там стреляли.

Полицейские быстро оттеснили зевак и образовали живой коридор, по которому несли носилки.

– Яюнь! – Соколов увидел лежащую на носилках девушку и бросился вперед. Его сильно оттолкнул охранник. Яюнь увидела его. Приподняв голову, она что-то крикнула и потеряла сознание.

Отбросив двух охранников, Соколов прыгнул к носилкам. Его сильно ударили по ногам, он упал. На него навалились трое и, заломив руки, потащили к полицейской машине. Зубов дернулся вперед. Мэй повисла на нем.

– Остановись! – от волнения по-китайски крикнула она.

Увидев носилки с профессором, Александр остановился.

– Что она кричала? – имея в виду Яюнь, спросил он у Мэй.

– Надо выручать Соколова, – не отвечая, сказала она.

– Как? Я, например, не знаю. Если только напасть на них, – мрачно проговорил Анатолий.

– Перестань. Что-нибудь придумаем. – Мэй посмотрела в сторону отъезжающей машины. – С ними же ехал полицейский, – прошептала она. – Где он?

– Его тоже в «скорую» несли, – ответил Анатолий.

Короткий изогнутый меч сверкнул в лучах солнца. Голова молодого китайца упала с плеч. Черный Монах слева направо рубанул рябого. Уставился на стоявшего на коленях полного и ударил его мечом. Повернувшись, ожег взглядом четверых стоявших у стены китайцев.

– Больше ошибок я не потерплю! – прорычал он. – Найдите русских! Узнайте, что сказал хранитель! Яюнь в больнице! Я все должен знать сегодня!

– Никого к ней в палату не впускать, – требовательно предупредил офицер полиции двоих сотрудников. Посмотрел на стоявших у другой палаты еще двоих. – К нему тоже только персонал больницы в сопровождении главного врача или его заместителя.

– Да люблю я ее! – кричал Соколов. – Любовь с первого взгляда, черт бы вас побрал! Вам, наверное, незнакомо это чувство.

– Перестаньте, Андрей Сергеевич, – попросил один из двоих сотрудников посольства, – не надо эмоций. Вас задержали за…

– Он свободен, – неожиданно для всех перебил его сидевший за столом начальник полиции. – Я шесть лет был на вашей родине, но стараюсь не выказывать знание языка. Это очень помогает в работе. А Яюнь сейчас будет нужна твоя помощь, – посмотрел он на Андрея.

– Спасибо вам, – удивленно пробормотал тот.

– Да у нас все нормально, – сказала Ин. – А вы почему…

– Тогда все по-прежнему, – перебила ее Мэй. – Мы поедем в полицию. Задержали Соколова.

– За что? – вскочил Серый.

– Что? – наклонившись над лежавшей Яюнь, спросила полная медсестра. – Что ты говоришь?

– Да все что-то бормочет, – отозвался стоявший рядом врач. – А что именно, не понять.

– Ищите карту? – пробормотал Глебов. – Как это понять?

– Она говорила именно это, – подтвердила Мэй. – И трижды повторила: ищите карту. Дальше я не разобрала.

– Я пойду и узнаю, – сказал Соколов. – Мне начальник поможет, он молодец мужик, поймет меня. Немедленно еду в больницу.

– Не думаю, что это хорошая мысль, – с сомнением произнес Глебов. – Не забудь, что за нами охотятся и действуют нагло, не останавливаясь ни перед чем. Так что тебе там делать нечего.

– Слушай, капитан, – вздохнул Соколов, – я раньше как-то плевал на все эти любовные дела. Но понимаешь, увидел Яюнь, и все что-то внутри взорвалось. Почувствовал, что если не она, то никто. Пойми ты меня, капитан.

– Ее наверняка охраняют, – мягко сказала Мэй. – И тебе там действительно лучше не показываться. Кроме того…

– Да, черт возьми! – недовольно перебил ее Зубов. – А как вы думаете искать эту хреновину? Яюнь наверняка что-то узнала. Андрея туда пустят, он заодно и охранять ее будет и узнает, что она говорила. Ну пусть там не останется, но посетить любимую просто обязан. Вот если бы с ней, – он кивнул на Мэй, – что-то случилось, я бы в гробу видел и триаду, и полицию, и тебя тоже, – взглянул он на Глебова. Мэй смущенно потупилась.

– Железный довод! – рассмеялся Глебов. – Только недолго, – предупредил он Андрея.

– Туда и обратно, – ответил Соколов.

– Нам надо знать, что сказал хранитель, – требовательно говорил по телефону Черный Монах. – А он наверняка что-то объяснил профессору и его дочери. И я должен знать что.

– Я ничего не могу узнать, – услышал он нервный мужской голос. – После ареста двоих людей, которые были причастны…

– Посланцев Небес больше нет, – усмехнулся Черный Монах, – с ними покончено. Надо читать газеты. В США многих арестовали, а некоторые успели покончить с собой. Я жду до завтра или прощайся с семьей и со своей головой тоже. – Он отключил телефон. – Где же русские? – прошептал он. – Они наверняка что-то знают. Ключ у них. Кто спас профессора в доме? Где они? Скоро соберут совет триады и вынесут мне приговор. Осталось совсем немного, но я должен успеть.

– Пропустите его, – кивнул офицер полиции. – Разрешение начальника.

Соколов открыл дверь в палату.

– Ну, что надо? – недовольно спросила из душевой Элизабет.

– Да немного, – узнала она голос брата. – Рукопись и остаток твоей жизни. Я решил забрать его. – Она замерла. – Выходи, если не желаешь остаться в душевой навсегда. Отдай рукопись, объясни, что там и, возможно, я оставлю тебе немного времени для жизни.

– Перестань, Генри! – Она вышла. – Ты просто…

– Рукопись! – бросил он.

– Сейчас. – Она подошла к столику, выдвинула ящик и резко повернулась.

– Не думал, что на «магнуме» может быть рукопись, – усмехнулся Генри.

Чуть слышно хлопнул выстрел пистолета с глушителем. Пуля попала собравшейся что-то сказать Элизабет в рот. Генри подошел к упавшей сестре, вздохнув, покачал головой. Направил глушитель на лоб и нажал на курок.

– Никогда не любил самоделок, – проворчал он. – Хлопки слышны. – И с пистолетом в руке вышел из номера.

– Быстрее, – поторопил его Сэм. – Охранники в туалете.

– А я ждал тебя, Генри! – раздался усиленный динамиком голос Карла. – Ты сделал мою работу. Я бы в любом случае убил ее. Но теперь я покончу и с тобой. Она была приманкой, не более. Мне нужны были рукопись и ты. Помнишь Генриха фон Брюге? Ты убил его три года назад в Мексике. Он был моим братом.

– Это ты, Бешеный Пес? – усмехнулся Генри. – Выйди, и мы все обсудим.

– Бросьте оружие! – приказал Карл. – Двое твоих у меня. И если вы будете…

– Ты все равно убьешь всех, а у нас есть шанс прорваться. Начнется стрельба, и, вполне возможно, ты попадешь в лапы китаез. Так что пытайся, бери!

– Ты хороший солдат, Генри, – засмеялся Карл. – Но очень плохой киллер. Ты только что говорил о неважном качестве самодельных глушителей. А у нас…

Пуля попала Генри в правую лопатку. Он упал.

Одновременно с ним рухнул с пробитым пулей виском Сэм.

– Вложите им в руки пистолеты, из которых убита прислуга, – приказал сидящий перед микрофоном Карл, – и все там уберите. Времени очень мало. Скоро придут рабочие. За ремонт на этаже пришлось немало заплатить.

– Смотрите! – махнув рукой в сторону экрана видеокамеры, закричал плотный брюнет. Карл взглянул на экран. Рука Генри медленно поднималась к поясу.

– Убейте его! – крикнул Карл.

– Я сделал это, – прошептал Генри.

Грохнул мощный взрыв. Из окон шестого этажа посыпались стекла и вырвались языки пламени. Из дверей отеля выбегали перепуганные постояльцы. Раздались звуки сирен подъезжающих машин «скорой помощи», пожарных и спецслужб.

* * *

– Откуда у тебя такие деньги? – пораженно спросила средних лет китаянка. Ван Лу вздохнул:

– Отдал американец. Мы установили взрывчатку на шестом этаже отеля, двадцать килограммов тола. Генри знал, что ему не уйти оттуда, и сознательно пошел на это. Он и взорвал. Все погибли. Я нашел его сестру. Это сейчас наши деньги.

– Сколько здесь? – не отрывая взгляда от уложенных в серый дипломат пачек, тихо спросила она.

– Почти тридцать тысяч.

– Сработало взрывное устройство на поясе неизвестного человека, – говорил эксперт. – От взрывной волны сдетонировала заложенная посередине коридора взрывчатка, около двадцати килограммов тола. В итоге шестой этаж уничтожен полностью, погибли по крайней мере двенадцать человек. Седьмой этаж и крыша частично обрушились. К счастью, нижние этажи не пострадали. Подрывник устроил направленный взрыв. Специалист, – кивнул он, – большой мастер.

– Установить, кто именно там был, не удалось, но мы работаем, – сказал офицер полиции. – Террористический акт исключен полностью. В телах троих найдены пули. Есть предположение, что в номере была женщина. Хозяин арестован. Он не может объяснить, почему шестой этаж был закрыт якобы на ремонт. Никаких работ там не велось. Имена постояльцев не записаны. Найдено большое количество оружия. Но с уверенностью можно говорить, что это не триада. В расположенном в конце коридора туалете найдены три трупа европейцев. У всех ножевые ранения. Они были вооружены, но оружие достать не успели. Убили всех троих в другом месте, по одежде видно, что их тащили…

– Этим делом займется служба безопасности, – перебил его начальник.

– Отмочил Генри номер! – посмеиваясь, проговорил Дюпен. – Вот уж не думал, что он на такое способен.

– Он знал об этом. – Мишель положила перед ним газету «Вашингтон пост».

Дюпен прочитал короткую заметку.

– Понятно. Значит, его разыскивают за убийство восьми человек в Чарлстоне. Элизабет все-таки подставила его. А что произошло в музее?

– Вот Элизабет и погибла, – сказал Кэдзабуро. – Знаешь, – посмотрел он на Харуки, – все-таки пресса нередко выступает как наводчик. Ведь никто ничего не знал об Убежище. И про Одинокого Человека Гор знали очень немногие. Но после публикации об исчезновении рукописи началось нечто невообразимое. Триада, например, столько лет занимавшаяся различными преступлениями, неожиданно…

– Триада здесь как раз ни при чем, – возразил Харуки. – Черный Монах нарушил многие правила этого тайного общества. В особых случаях собирают совет, состоящий из девяти так называемых судей неба. И они выносят приговор, который должен быть исполнен обязательно и который не утрачивает своей силы даже через столетия. Если в течение семи дней приговоренного к смерти не удастся убить, то начинают убивать мужчин его рода. Потом через полгода женскую часть. Еще через год – связавших свою жизнь с кем-то из родни приговоренного. И так до тех пор, пока не останется никого, в ком есть хоть капля крови родственников провинившегося. Чаще, конечно, убивают только того, кого приговорили. Но с Черным Монахом так вряд ли получится. Триада, наверное, самое жестокое общество. Будет очень несправедливо, если Убежище Дракона найдет Черный Монах. Это спасет ему жизнь. Я считаю, что все, что там есть, должна получить девушка, чью мать убили. У нее есть ключ, благодаря которому она нашла русского отца.

– Поэтому ты и спас профессора? – улыбнулся Кэдзабуро. Харуки пристально вгляделся в его лицо. – Успокойся! – засмеялся тот. – В этом нарушении правил якудза я на твоей стороне. Конкретно – против Черного Монаха. И на то имеется причина.

– У меня тоже, – вздохнул Харуки. – Но все равно спасибо. А как ты понял, что вмешался я?

– Во-первых, я видел, как ты искал адрес профессора, во-вторых, никто не обратил внимания на твою обувь. На ней брызги грязи. А в Пекине дождя не было.

– А из тебя вышел бы неплохой полицейский, – улыбнулся Харуки.

– В детстве я мечтал о работе в полиции, – рассмеялся Кэдзабуро, – но родственные связи уготовили мне другой путь.

– Ты согласен со мной, что Убежище должны найти девушка-китаянка с русским отцом?

– Ты предлагаешь отдать им рукопись? Но возможно, Мауцуки захочет просмотреть ее.

– Пусть девушка пройдет этот путь сама, – проговорил Харуки. – А мы не дадим Черному Монаху получить все. Как, впрочем, и остальным. Все они готовы на предательство даже самых близких. Яркий пример – Элизабет. Подставила брата, убила Джейн. И остальные из той же грязи. Когда я узнал, зачем мы едем в Китай, был готов выполнить возложенную на меня миссию. Но когда узнал, что партнером будет Черный Монах, а Элизабет предала ту, которую мы привезли, решил…

– Я с тобой, – прервал его Кэдзабуро.

– Просто слушай, – тихо говорил сидевший около кровати Яюнь Соколов. – Ты нужна мне. Это, может, и смешно, в это трудно поверить, но я действительно люблю тебя. Да, сразу и без оглядки. Главное, выживи, – он чуть коснулся руки Яюнь, – и все будет хорошо. Надеюсь, ты уедешь со мной в Россию. Если захочешь, я останусь здесь. Хотя, признаюсь, не мыслю своей жизни вне России. И у тебя, кстати, есть преимущество. Ты пусть немного, но все-таки понимаешь русский. И даже говоришь…

– Извините, – прервал его заглянувший в палату охранник, – ей пора делать уколы.

– Да, – не поняв, кивнул Андрей, – я выйду.

– Ищите карту, – услышал он тихий голос китаянки. – Кла… – Она замолчала. Раздался тонкий писк подключенного к девушке аппарата.

– Сестра! – взвыл Андрей.

– Ищите карту, – вновь послышался прерывистый голос Яюнь. – Клапан у… – Девушка снова замолчала.

Соколова буквально вытолкнули из палаты прибежавшие медики.

* * *

– Боюсь я за него, – покачал головой сидевший в машине Зубов. – Вот ведь втрескался, даже…

– А ты сам-то? – перебил его Глебов. – Не хватает вам баб на Руси, – усмехнулся он.

– Уж чья бы корова мычала, – хохотнул Зубов, – а твоя бы молчала. При советской власти сделать дочь за границей.

– Завязали, – пробормотал Глебов. – Знаешь, я в Ин даже себя кое в чем узнаю. Хорошо, что у меня не сын, а то бы пошел в триаду или просто стал бандитом. А Ин молодец, представляешь, сколько ей вынести пришлось? Не всякий мужик выдержал бы.

– Это точно, – согласился Анатолий.

– И Мэй молодец. Не оставила ее и в Россию поехала, – сказал Зубов.

– Поняла, что только там и можно найти Сашку Зубова, – вполне серьезно заявил Анатолий. Зубов хотел что-то сказать, но не успел.

– Карту ищите! – закричал появившийся Соколов. – И какой-то клапан у кого-то. У кого, сказать не успела.

– Умерла? – ахнула Мэй.

– Жива. Карту надо и клапан этот. А вот у кого?

– Может, очухается завтра или послезавтра и скажет? – предположил Зубов.

– К ней запретили пускать всех, – сообщил Соколов. – Ей нельзя нервничать. Поэтому она и чувствует себя неважно. Ранение не опасное, но у нее большая потеря крови. Надо было идти с ними.

– И перебили бы там мы этих триадцев, – сказал Зубов. – И сидели бы сейчас в кутузке и ели гнилой рис палочками. Ты пробовал?

– Клапан, – задумчиво проговорила по-китайски Мэй. – Клапан, – повторила она. – Что-то я слышала об этом. Карта. Что за карта?

– Наверное, Китая, – сказал Зубов. – И что она нам даст? – Вытащив атлас, он посмотрел на карту Китая.

– Что ты на эту карту уставился? – негромко проговорил Глебов. – В каком веке этот мужик, ну, Одинокий Человек Гор, помер?

– В восемнадцатом, – ответила Мэй. – Примерно в конце века.

– Надо узнать точно, – сказал Глебов. – И искать карту того времени. Хорошо бы, конечно, Яюнь все объяснила, но если речь действительно идет о карте, то наверняка восемнадцатого века. А вот что это за клапан? И при каких он тут?

– Где Смертельный Укус? – спросил Черный Монах.

– Здесь, – ответил Сяо.

– Тебе я доверяю, – кивнул Чунг Ланг Фун. – И своим хранителям. – Он взглянул на шестерых парней. – Нужна рукопись, – доверительно сказал он Сяо. – В ней тайна Убежища. Ключ и клапан находятся у русского и его дочери. Но их уничтожат, и все окажется у нас. Тогда мы уедем, и триада нас не найдет. Я знаю, что ты давно хочешь уйти, это наш шанс. Ты умный человек и хороший воин. Я доверяю тебе, твой отец умер на моих руках. После этого по моей просьбе тебя нашли и помогали вашей семье.

– Я все помню, – склонив голову, чтобы Черный Монах не увидел ярости в его глазах, тихо отозвался Сяо.

– И тебя прозвали так по моему совету, – улыбнулся Чунг. – Ты в четырнадцать лет загрыз обидчика матери, поэтому тебя и зовут Смертельный Укус.

– Я не понимаю, зачем вы это говорите, – тихо, не глядя на Черного Монаха, сказал Сяо.

– Найди Мэй, – улыбнулся Черный Монах. – Твоя подруга знает, где она. И скажи, что в обмен на ключ и клапан Мэй получит головы убийц своих родственников в Чифыне и пятьсот тысяч долларов. Кроме того, им помогут выбраться из Китая в любое место.

– Но я не знаю, где Мэй, – ответил Сяо. – И Сю Юнь не знает.

– Значит, у нее есть тайна от тебя. Она встречалась с Мэй. Даю тебе час, – посмотрел он на висевшие на стене часы. – Или ты узнаешь правду, или мои хранители будут задавать тебе тот же вопрос. Клянусь небом и землей, – торжественно проговорил Черный Монах, – я заплачу Мэй пятьсот тысяч и помогу им выехать из Китая, куда они пожелают, в обмен на ключ и клапан. И отдам ей головы убийц ее матери и остальных. У тебя час на то, чтобы убедить свою подругу. Потом ею займутся мои хранители. Бежать пусть не пытается, иначе погибнут ее родственники.

– Хорошо, – кивнул Сяо, – я узнаю у нее, действительно ли она знает, где находится Мэй. – Поклонившись, он пошел к выходу.

– Для вашей безопасности с тобой пойдут Горный Волк и Мертвый Захват, – вдогонку ему сказал Черный Монах.

– Русский был в центральной больнице, – сообщил невысокий худой китаец.

– Где он сейчас? – спросил Дюпен.

– Джулия с командой находится в Ганьцюань, – сообщила вошедшая Мишель. – Она работает сама и больше не собирается ни с кем входить в компанию.

– Наконец-то она приняла правильное решение, – улыбнулся Дюпен. – Вот что, свяжись с ней и сообщи: рукопись у нас. Элизабет и Карл убиты. С братом Элизабет тоже покончено. Пусть она оценит проделанную тобой работу и, учитывая, что рукопись принадлежит ее отцу, свяжется с тобой. К тому же ей наверняка будет интересно узнать, как дела у Жака.

– А это неплохая мысль, – подумав, кивнула Мишель.

– Надеюсь, это сработает. Но не переиграй. Сейчас случайно сказанное слово может испортить все.

– А почему ты не хочешь покончить с японцами? Ведь у них тоже есть рукопись, и они…

– Они ничего не смогут сделать, – уверенно проговорил Дюпен. – С ними Черный Монах, а якудза никогда не были в услужении у чужестранцев, тем более бандитов. У них есть свой кодекс чести. А вот Джулия пойдет до конца. Она совершила убийство в чужой стране. У нее убили отца, ее предали. Постарайся убедить ее, что ты всегда была на ее стороне и просто выполняла черную работу.

– Постараюсь, – засмеялась Мишель. – Интересно, как там Жак? – неожиданно спросила она. – Наверное, чувствует себя намного лучше.

– Кстати, он никуда не звонит, – напомнил Дюпен. – И где они находятся до сих пор, неясно.

– Я могу ему позвонить.

– Если Жак узнает, что ты в Китае, то он порвет с тобой. Не забудь, что все принадлежит ему. Свяжись с Джулией.

Сяо вошел в комнату.

– Ее тут нет. – Он пожал плечами. – Позвоните повелителю и скажите: все будет так, как он хочет. Я сам заставлю ее сказать правду о Мэй.

Один из стоявших у двери китайцев вытащил из кармана мобильник. Сяо, резко развернувшись, полоснул его по горлу скользнувшим из рукава ножом. И резко ударил второго, рослого молодого мужчину, в горло пальцами. Всхрипнув, тот медленно осел на пол. Удар ноги раздробил ему переносицу.

– Я никогда не верил тебе, – раздался голос Черного Монаха. – Твоя девка у меня. Подумай до утра.

Сяо сел на живот лежащего с перерезанным горлом бандита.

– Я мог догадаться, что ты играешь, – проговорил он.

– Как ты узнал, что ее захватили? – спросил Черный Монах.

– Разбитое зеркальце на полу, – вздохнул Сяо. – Она бы убрала осколки. И видеокамеры. Ты никогда не доверял мне. Моего отца убил ты.

– У профессора был ты? – вкрадчиво спросил Черный Монах.

– Нет, и сожалею об этом. Скоро суд совета, – улыбнулся Сяо, – а триада не умеет убивать легко. Ты будешь сдыхать долго, мучительно. И это будет расплата за все.

– У тебя время уходит, – предупредил Черный Монах. – Твоя Сю Юнь будет сильно мучиться…

– Ты все равно убьешь ее. – Сяо посмотрел на видеокамеру. – Так что у меня есть шанс рассчитаться с тобой.

– Если в восемь утра ты принесешь мне ключ и клапан, – перебил его Черный Монах, – получишь ее живой. Покажешь мне ключ и клапан, я покажу ее тебе.

Сяо услышал щелчок отключившейся связи. Он встал и быстро вышел.

– Следить за ним не надо, – сказал Черный Монах. – Он заметит тех, кто следит, и убьет. Ее убейте, – кивнул он на связанную китаянку. – Когда появится Сяо, пристрелите его. Он принесет ключ и клапан. Скоро я наконец получу рукопись. – Он посмотрел на часы. – Японца убьете сразу, как только он отдаст ее мне. Если заартачится, берите его, и мы заставим тех двоих отдать рукопись. Партнеры! – усмехнулся он. – Даже прочитать рукопись не дали. Запись переговоров с Исао отправьте в Токио. Якудза не прощает предательства, впрочем, как и триада.

– Черный Монах просит рукопись, – проговорил по телефону Мауцуки.

– Не давай, – ответил мужчина. – Договор был таким: он получает инструкции, что надо достать, и выполняет их. Почему до сих пор нет ключа и клапана?

– Исао-сан, – почтительно произнес Мауцуки, – вы приказали нам не применять силу, а Черный Монах…

– Предупреди его: или он покончит с русским и его дочерью и предоставит ключ и клапан нам, или для него больше уже ничего не будет.

Гималаи

– Нас ожидают, – улыбаясь, кивнул вверх Жак. – Интересно, – он открутил пробку фляги, – если на нас кто-то нападет, они помогут или нет?

– Черт их знает, – недовольно отозвался Луи. – Знаешь, кажется, мы зря ищем, результат будет нулевой. Наверное, надо уходить, пока есть то, что нашли. Ведь это уже приличная сумма, около миллиона получить на аукционе мы сможем. Но уходить надо так, – Жак посмотрел на вершину горы, – чтобы не поняли наши сопровождающие. Сейчас я убежден, что мою болезнь спровоцировала Мишель. Я ненавижу ее и очень боюсь встречи. Я, наверное, убью и ее, и Дюпена. Они заодно. Только не пойму, зачем они все это затеяли. Сказали бы, и я бы дал ей развод. А она почему-то решила…

– Успокойся, – не дал продолжить ему Луи. – Надо думать, как выбраться отсюда живыми. С этими находками, – он кивнул на два больших ранца, – нас просто так не выпустят. Значит, решили – уходим.

– Я думаю, это будет правильно, – согласился Жак.

* * *

– Они уже сутки находятся на одном месте, – доложил Острый Нож.

– Отдыхают, – усмехнулся Гафут. – Как только попробуют уйти, их надо уничтожить. Вполне возможно, именно поэтому они и прекратили работу.

– Мы постоянно держим их под наблюдением, – сказал Острый Нож.

Китай. Чамдо

– И чего ты хочешь? – резко спросила Джулия по телефону.

– Того же, чего и ты, – ответила Мишель. – Но у меня есть рукопись, и мы можем помочь друг другу. Я наказала Элизабет за предательство.

– Странно, – сказала Джулия, – что-то ты не торопилась объявиться, а теперь вдруг…

– Решила не отвлекать тебя, – усмехнулась Мишель, – сначала хотела разобраться с японцами, Элизабет и Генри. И у меня все получилось.

– Значит, ты хочешь отдать мне рукопись? – удивленно спросила Джулия.

– Я хочу восстановить наши отношения. Ведь мы вместе начали все это. И я нашла убийц твоего отца и рукопись. Кстати, она переведена на русский. Где мы встретимся?

Пекин

– Мне нужна карта Китая начала восемнадцатого века, – сказала Мэй сидевшему в плетеном кресле-качалке пожилому китайцу.

– Тогда вы не по адресу, здесь только современные карты.

– Но вы можете подсказать, где мне найти подобную карту?

– Подсказать могу, – довольно улыбнулся он. – Но вот ведь какое дело, в начале восемнадцатого века империю раздирали междоусобные войны. Многие хотели захватить власть. Императоры…

– Я знаю историю Китая, – перебила его Мэй. – Извините, но мне надо знать, где я могу найти карту начала восемнадцатого века.

– Хорошо, – снова улыбнулся китаец. – Я дам адрес и позвоню. Если у Ван Чу нет подобной карты, то он наверняка знает, где ее можно взять хотя бы на время.

– Не дай Бог, появятся эти, – процедил сидевший в машине Зубов. – Буду бить на поражение. Хватит с нас Яюнь.

– Она выживет, – вздохнул Соколов. – Не ожидал я, что со мной такое может случиться. И если ее вдруг не станет, не знаю, что делать буду. Застрелюсь, наверное, или пристрелю кого-нибудь. Никогда не думал, что испытаю подобное. Ведь я ее почти не знаю. Выходит, – увидел он появившуюся Мэй.

– Будем добиваться, чтоб ты жила в России, – говорил Ин Глебов. – Русский ты знаешь отлично, я твой отец. В конце концов, анализ ДНК сделаем, и тогда на все сто процентов…

– Подожди, – остановила его дочь. – Значит, у тебя есть сомнения?

– Да нет, конечно. Но у представителей власти могут возникнуть сомнения. Как вашей, так и нашей.

– А если тебе предложат остаться в Китае? – спросила Ин. – То есть переехать из России в Китай.

– Нет, я не смогу здесь жить. Я русский и из России никуда. А вот тебе надо перебираться ко мне. Ты умная, красивая, и все у тебя в жизни хорошо будет. С этим делом закончим – и в Россию. Я переговорю с Василием Артемьевичем, и он все устроит. У него связи и возможности неограниченные. Надеюсь, ты согласна быть моей законной доверью? Ин Леонидовна Глебова. Ты что? – подался он к всхлипнувшей девушке. Не отвечая, она выбежала из комнаты. – Не хочет, – решил он. – А в Китае я жить не смогу.

– Ты чего, Ин? – Серый подбежал к уткнувшейся в стол навзрыд плачущей девушке. – Тебя капитан обидел? Убью гада! – Схватив с полки нож, он рванулся в комнату.

Ин бросилась следом. В комнате раздались вскрик и стук упавшего на пол ножа. Ин, вбежав, увидела потиравшего плечо Серого.

– Тебя спасло то, – негромко проговорил Глебов, – что ты заступился за мою дочь. Иначе бы изуродовал.

– Он меня не обидел, – сказала Ин. – Просто я очень-очень хотела этого. Понимаешь? – по-китайски заговорила она. – А он сказал, что я буду носить его фамилию и отчество. – Спохватившись, она повторила это по-русски и, покраснев, выскочила из комнаты.

– Понял? – повеселевший Глебов подмигнул Серому. – Но ты, конечно, парень, оторви и выбрось, на свадьбу моего благословения не получишь. Ты уголовная морда, и я не хочу, чтобы моя дочь передачи в зону возила.

– Да я завязал, – продолжая потирать плечо, буркнул Серый. – Я в тачках, ну, в машинах, разбираюсь хорошо. Свою ремонтную открою, и все. За это сейчас бабки хорошие платят. «Крыша» есть, – усмехнулся он, – ты и твои знакомые. Вон тот же Зуб.

– Мне нравится, как ты мыслишь. Только вот что, уговори ее уехать в Россию. Я позвоню Караваеву, и он все сделает. Здесь опасно оставаться…

– Она не должна уехать, – раздался чей-то голос.

Глебов, крутнувшись, выхватил пистолет.

– Оружие для вас дал Мэй я, – спокойно проговорил стоявший у окна Сяо. – Ин нельзя уезжать. Сказано в рукописи Одинокого Человека Гор: «И войдет в Убежище Дракона, и узнает мою тайну девушка с чистым сердцем и ясными мыслями».

– Сяо, – узнал его Глебов, – ты появился кстати и по-нашему, оказывается, говоришь.

– Я долгое время был связан с русскими делами, вот и могу объясняться по-вашему. И повторяю: тайну Убежища Дракона может узнать и войти в него девушка с чистым сердцем и ясной мыслью.

– Кажется, я начинаю сомневаться в этом деле, – пробормотал Глебов. – А вообще-то ты зачем пришел?

– Вам нужна карта, – проговорил Сяо. – И…

Оставив в оконном стекле дырку, ему под лопатку вошла пуля.

Глебов, прыгнув, сбил с ног дочь и дважды выстрелил в ворвавшихся в дверь китайцев. Серый, щелкнув выкидником, встал справа от двери. Как только появился китаец с пистолетом, он ударил его ножом в живот и упал на пол. Над ним свистнула пуля из пистолета четвертого. Он бросил в него нож, но не попал.

Около дома раздались характерные звуки рукопашной схватки – вскрики, топот ног и удары. Глебов бросил пистолет Серому:

– Прикрой ее! – и выскочил в окно.

– Опоздал, капитан, – усмехнулся Зубов. – А ты где научилась такому? – удивленно посмотрел он на Мэй.

Она, присев около лежащего коренастого бандита, требовательно спросила:

– Где Черный Монах?

– Да не скажет он, – пробурчал Соколов. – Я слышал, что…

– Где Черный Монах? – надавив острием ножа на пах китайца, повторила Мэй.

– Ну и жена у тебя будет! – усмехнулся Анатолий.

Зубов подмигнул ему:

– Зато как за каменной стеной. На хрену всех пиратов асфальта видел. Личный телохранитель!

– Рукопись принес? – спросил Черный Монах.

– Где ключ и клапан? – в свою очередь, поинтересовался сидевший напротив Мауцуки.

– Слушай, японец, – недовольно сказал Черный Монах, – ты в моей стране, и вы попросили помощи у меня, а не я у вас.

– Ты договорился с Исао, – напомнил Мауцуки, – что принесешь клапан и ключ, мы будем читать рукопись, а ты растолкуешь ее непонятные места. Где клапан и ключ?

Китаец щелкнул пальцами. Из-за шторы сзади к японцу подскочили двое. Один, схватив его руки, завел их за спинку кресла, другой приставил к горлу Мауцуки нож.

– Где рукопись? – требовательно спросил Черный Монах.

Мауцуки, оттолкнувшись ногами от стола, свалил спинкой кресла державшего его за руки бандита и ногой при падении нанес сильный удар бандиту с ножом в грудь. Перевернувшись, он вырвался из рук ослабившего захват китайца, рубанул его ребром ладони по горлу и вскочил. Пуля вошла ему в живот. Сложившись, он метнул тело вперед. Но сил хватило только на то, чтобы упасть на стол. Подскочивший телохранитель рубанул его по шее коротким изогнутым мечом. Отрубленная голова японца упала на пол. Черный Монах поднялся.

– Быстро к его людям! – закричал он. – Найдите рукопись!

Трое телохранителей с воткнувшимися в горло звездочками упали. Отрубивший голову Мауцуки получил в грудь пулю из пистолета с глушителем.

– Займись им! – отбиваясь подхваченным мечом, крикнул Кэдзабуро.

Харуки, прыгнув, руками достал спину рванувшегося к бархатной занавеси Черного Монаха и сбил его на пол. Потом сильным ударом локтя под основание черепа сломал ему шею. Кэдзабуро с кровоточащей раной на щеке отбивался от наседавших на него шестерых бандитов. Двое уже лежали на полу с рублеными ранами. Харуки вскинул пистолет и начал стрелять.

К отелю подъезжали полицейские машины.

– Карту можно взять, – сказала Мэй. – Но кажется, хорошо, что мы не поехали, а вернулись. Кстати, в отеле «Великая стена» тоже перестрелка.

– Рукописи уничтожь! – продолжая стрелять, крикнул Кэдзабуро.

Пуля из снайперской винтовки пробила ему висок. Харуки, облив бензином папки с рукописями на русском и древнекитайском, щелкнул зажигалкой.

Получивший приказ вести огонь на поражение снайпер всадил ему пулю в затылок. Харуки упал на охваченные огнем папки.

Япония. Токио

– Исао Сумаваци, – негромко говорил облаченный в черное кимоно мужчина, – вы нарушили несколько заповедей якудза. Из-за вас погибли верные кодексу чести люди. Учитывая ваши заслуги, вам оставлен выбор. Вы воспользуетесь им?

– Да. – Встав на колени, коренастый японец лет пятидесяти протянул руки вперед.

Ему на ладони положили клинок. Склонив голову, он сжал рукоятку. Приставив острие к солнечному сплетению, Исао широко раскрыл глаза, вскинул голову, резко надавил на клинок и всадил его в живот.

– Он умер, – объявил мужчина в черном. – Услышьте и запомните: любое упоминание о рукописи Одинокого Человека Гор будет караться смертью под палками.

Китай. Шанхай

– Черный Монах погиб, – сообщил собравшимся невысокий китаец в очках. – Сгорел в пламени справедливого гнева, посланного на него тремя силами мира, которым подчиняемся мы: огнем, водой и землей. Любой изменивший триаде обречен на ужасную смерть. Да будет так всегда!

Пекин

– И что дальше? – недовольно спросил Зубов. – Так и будем мотаться по Пекину? Нас скоро уже начнет искать полиция.

– Где и как нам достать карту? – покачал головой Глебов. – А еще лучше рукопись. Но где ее взять?

– Для начала неплохо бы и карту, – заметил Соколов. – Тем более Яюнь говорила о карте. И еще о чем-то. – Он посмотрел на Мэй.

– Я поеду за картой. – Она взглянула на часы.

– Я с тобой. – Зубов поднялся и повернулся к Глебову: – Дай ствол, капитан. А то…

– С собой нельзя, – ответил Глебов. – Особенно тебе.

– Понял. – Зубов вышел за Мэй.

Анатолий, увидев кивок Глебова, пошел следом вместе с Соколовым.

– А мы так и будем сидеть? – сердито спросила Ин.

– У каждого своя работа, – спокойно отозвался Глебов. – Тем более…

– Сейчас говорит папа, а не капитан, – перебила его дочь.

– А разве это плохо? – усмехнулся он.

– Прости! – Помолчав, Ин поцеловала его в щеку.

* * *

– Так, – усмехнулся Дюпен, – значит, претендентов все меньше. Отлично! Это можешь приписать в заслугу себе, – подмигнул он Мишель.

– Но в газетах напишут совсем другое.

– И пусть пишут. Главное, дать понять Джулии и ее брату, что мы сильны и можем все. Пусть они осознают это и в них поселится страх. Когда человек боится, он уступает. Тем более что Джордж наверняка не раз говорил о возвращении домой. Но Джулию что-то удерживает. Интересно что? Она, похоже, уверенно идет к цели. Это настораживает. И заметь, она не проявила интереса к рукописи, но и встретиться не отказалась. Надо быть готовыми ко всему и даже к тому, что нас попытаются убрать. Я, конечно, подстрахуюсь, но не хотелось бы проливать кровь, не зная причин, заставляющих Джулию идти и идти к Убежищу. Ведь у нее, кажется, нет ни одного факта, указывающего на Убежище, однако она двигается к южным границам Китая. Почему?

– Это мы узнаем. – Мишель поцеловала его. – Но мы совсем забыли о толстяке Арнольде. Он…

– Он финансист, и опасаться его не стоит. Он уже наверняка улетел в Германию и забыл об этом ужасе.

– Ты оставил меня, Карл, – глядя на фотографию Бешеного Пса, плакал Арнольд. – Клянусь, убийцы заплатят за твою смерть своими жизнями!

– Здравствуйте, – остановилась перед дверью Мэй.

– Добрый день, – приподнявшись, отозвался невысокий хрупкий старик в монашеском одеянии. – Ты Мэй, и тебе нужна карта времени жизни Одинокого Человека Гор. Я дам тебе как раз то, что тебе надо, и кое-что объясню. Одинокий Человек Гор был очень мудр, он составил несколько карт южных районов Поднебесной. Правда, присоединил территории независимых государств. Вот карта, составленная им перед смертью. Никто не знает, когда именно умер Одинокий Человек Гор, как никто не знает и его имени. Но это было последнее, что от него получили люди, а потом его никто не видел. Есть непроверенные сведения, что он что-то делал в горах. Он жил там, а где именно, не знал никто. Его пытались найти, но все попытки были безуспешными, а люди, которые искали Одинокого Человека Гор, исчезали. Вот карта. – Он положил перед Мэй кожаную папку. – Бумага пропитана особым раствором и не рассыплется, – увидев, как осторожно берет папку женщина, улыбнулся он. – Обычно я не позволяю уносить ее из моего дома. Но, выполняя просьбу моего друга, я отдаю ее вам. Надеюсь, эту услугу вы оплатите иностранной валютой?

– Да, – ответила Мэй и положила на стол деньги. – Здесь полторы тысячи евро.

– Хватит вполне, – кивнул лама.

– Спроси его, – прошептал Зубов, – ему действительно сто лет?

– Неудобно, – тихо отозвалась она.

– Вот три тысячи евро, – кивнул на дипломат Арнольд. – Я должен постоянно знать, где они находятся.

– Хорошо, – отозвался китаец лет сорока пяти. – Вы будете это знать.

– И что? – Глебов пожал плечами.

– Действительно, – кивнул стоявший рядом Соколов.

– Таких и названий сейчас, наверное, нет, – высказалась Ин. – Я, например, ничего не понимаю.

– А мы тем более, – усмехнулся Анатолий.

– Ладно, – решил Глебов, – уберите карту. Ты отвечаешь за нее головой, – сказал он Анатолию. – Может, что-то придет на ум. Ты не был в больнице? – посмотрел он на Соколова. – Как там Яюнь?

– Состояние ухудшилось, – ответила Мэй. – Я звонила в клинику. К ней никого не пускают.

– А почему ей стало хуже? – заволновался Соколов.

Правый берег реки Цангпо (Брахмапутра)

– Хорошо, – сказала Джулия, – давайте встретимся. Где именно?

– Выбирайте вы, – ответила Мишель. – Я надеюсь, мы не собираемся воевать, лучше объединить усилия.

– Но раньше ты об этом не думала.

– Я занималась нашей безопасностью и устраняла конкурентов.

– Хорошо, – усмехнулась Джулия, – встретимся в Недонге. Там есть вертолетная площадка. – Она отключила телефон.

Стоявший рядом Джордж рассмеялся.

– Получилось! – обрадовалась она. – Они сами прилетят в ловушку, и мы покончим с ними. Мишель я буду убивать лично.

– Погоди, – удивился брат, – я что-то не понимаю…

– Мы договорились с Мишель о совместной работе. Мы должны найти рукопись, она – ключ. Но оказывается, она так же договаривалась с Элизабет. То есть использовала ее для убийства нашего отца. К тому же обещала помощь своего мужа, который якобы уже почти месяц где-то в горах ищет Убежище…

– Стоп, – остановил ее брат. – Но два месяца назад двое действительно ушли в горы. Об этом говорили местные жители. Там, – он махнул рукой вперед, – два небольших озера. А рядом с тем, что поменьше, граница. Туда, наняв проводника, перешли двое. И как говорил один китаеза, они угощали его французским вином. Черт, он же подарил одному сто франков. Значит, ее муж там. Тогда почему она в Пекине? И как он узнал, где надо искать Убежище?

– Об этом кое-где писали, и он пошел просто наудачу, вдруг повезет. Из-за Мишель я и оставалась здесь. А теперь тем более не уеду. Я рассчитаюсь с этой змеей. Из-за нее погиб отец, и…

– Вот за то, – перебил ее брат, – что отца нет, я скажу ей спасибо. И при этом совершенно спокойно сверну шею. Она хороша собой?

– В твоем вкусе, – усмехнулась Джулия. – Но она моя.

– Хорошо. А Дюпеном займусь я. Давно мечтаю о встрече с ним. Я не знал, что Аллигатор это и есть Клод Дюпен. К нему у меня имеются претензии. Так что я с удовольствием с ним покончу.

– А я разберусь с этой гадиной, – повторила Джулия. – Мы получим рукопись и ее мужа. Надо обязательно узнать, где он находится.

– Значит, будем ждать рукопись, – рассмеялся Джордж.

– Но как быть с русскими? Мы так и не сумели найти эту девчонку и ее отца. Надо найти их, ведь у них ключ к разгадке.

– Мишель и Дюпена сюда ведет твое непонятное им поведение. У тебя нет ни одной зацепки, и тем не менее ты неожиданно покидаешь Пекин и углубляешься в южную часть Поднебесной. Потому они и вышли на тебя. Я тоже тебя не понимал и уже готов был покинуть Китай. Но твое упрямство удержало меня, и за это тебе отдельная благодарность. Я думал, какого черта мы лазаем здесь, когда в Штатах у нас есть фирма и миллионы долларов. А сейчас понял: ты просто выжидала, – усмехнулся Джордж.

– Ты умнее, чем я думала, – рассмеялась Джулия.

– А как быть с нашими китайскими помощниками? – Он покосился на Вонга и Ми.

– С ними мы покончим, когда будем уверены в том, что нашли Убежище Дракона. Вонг изменился. Не знаю почему, но сейчас я верю ему. О Ми могу сказать другое: она мне не нравится все больше.

– Мне тоже. Но сейчас у нее просто нет выхода. Черный Монах мертв. Посланцы Небес перестали быть организацией. Их ловко подставила Элизабет в связи с убийством нашего отца. Позже кто-то сообщил полиции о настоящих убийцах, но до этого многих Посланцев Небес арестовали, а некоторых убили при задержании. Ми приходится оставаться с нами. А у Вонга, как я понял, убили дядю, какого-то профессора с дочерью. Или, может быть, дочь профессора была его невестой. Но так или иначе, сейчас он на нашей стороне. Не зря я перед ним извинился. Хотя я ничего не забыл. И мы оставим их в Убежище. Как и этих, – он покосился на сидевших на камнях Клауса и Джо, – иначе они убьют нас.

– Я так не думаю, – возразила Джулия. – Они просто выполняют свою задачу и ни на что большее не рассчитывают. Убивать нас им невыгодно и небезопасно. Я оставила сведения о нашей экспедиции и о тех, кто с нами, в надежном месте, к тому же они не получат ни цента без моего ведома. Так что о них можно не беспокоиться. А вот русских хотелось бы захватить.

– Это еще не все причины, почему нам нужен союз с Мишель и Дюпеном. Я хотел сказать, что ее муж может быть уже близок к результату. А ты молодец, все сделала правильно.

– Жаль, что мы так и не знаем, где сейчас русский со своей дочерью.

* * *

– Что с тобой? – насмешливо спросил Вонг.

– Я не знаю, как быть, – растерянно отозвалась Ми. – Посланцы Небес кто убит, кто арестован. Черный Монах, который помогал им, убит. Я не знаю, что делать.

– Работать на них, – посмотрел на американцев Вонг. – Это, пожалуй, единственное, что может как-то нам помочь. Черный Монах убил мою невесту и ее отца. Я так рассчитывал, что получу приличные деньги за американцев и буду жить нормальной жизнью, с семьей. Но не вышло. Теперь я покину Китай, переберусь к своим родственникам в США и буду просто жить. Черный Монах убит, и мстить некому. Да и не могу я больше убивать, поскольку считаю, что в гибели невесты есть и моя вина. Я пойду с американцами до конца. И тебе советую поступить так же.

– А у меня нет другого выхода, но я боюсь, что Джулия…

– Все будет нормально, – уверенно заявил Вонг. – Без нас им не выбраться из Китая.

Пекин

– Что ты там делаешь? – спросил Глебов у дочери.

– Знаешь, та вещь, которая у тебя, точно подошла к очертаниям границы на карте, – ответила Ин.

– Что? – Он подошел к ней и посмотрел на положенный на карту предмет. – Точно. Но вот зачем здесь два маленьких выхода с углублениями? Опять загадка. А ты почему встала в такую рань? Еще и солнце не взошло. Ложись…

– Я хочу понять, зачем нужна карта, – сказала Ин. – Мне кажется, это и есть клапан. – Ин дотронулась до звездочки, в которую входил ключ.

– Точно, – согласился Глебов. – Но что нам это дает?

– Папа! – воскликнула Ин. – Смотри!

На ее крик выскочили Зубов и Анатолий с пистолетами. Следом появился Соколов, тоже с оружием. У Серого в руках был АК китайского производства.

– Что случилось? – Мэй подошла к столу и замерла.

Первый солнечный луч попал на лежащий на карте клапан. В результате от одного из двух выступов с прорезями на карте высветилась узкая яркая полоска. И остановилась на двух пятнышках.

– Что это? – прошептал Соколов.

– Это путь к Убежищу Дракона, – чуть слышно ответила Мэй.

Глебов схватил карандаш и поставил на конце солнечной полоски маленький крестик. И сделал это вовремя, потому что полоса начала медленно смещаться влево.

– Так, – сказал Зубов, – смотри на современной карте. Что там?

– Район озера Цангпо, – ответила Мэй. – Совсем рядом река с таким же названием и озеро поменьше. Кстати, озерко поменьше в народе называют Слеза Дракона. Мы были в Лхасе и ездили на эти озера.

– Сяо был прав, – пробормотал Глебов. – Действительно, если бы не ты, мы бы никогда не узнали этого. Туда далеко ехать?

– Там совсем рядом граница с королевством Бутан, – ответила Мэй. – Думаю, я сумею договориться. У меня там хорошие знакомые.

– Слушай, Мэй, – засмеялся Серый, – есть ли в Китае такое место, где у тебя нет хороших знакомых?

– А как добраться до этой самой Слезы Дракона? – спросил Соколов.

– Только не предлагай вертолет, – сказал Зубов.

Берег реки Цангпо

– Значит, будем работать вместе? – спросил Дюпен.

– А иначе зачем бы мы встретились с вами? – пожал плечами Джордж. – Только мы хотели бы видеть рукопись. Ведь она по праву принадлежит нам.

Мишель и Дюпен переглянулись.

– Если мы компаньоны, – улыбнулся Дюпен, – то почему бы и нет? Отдай им рукопись, – кивнул он рослому мужчине с автоматом.

– Они точно здесь? – сипло спросил Арнольд китайца.

– Да, вон там. – Он указал на прибрежные кусты. – Их там шестеро, четверо мужчин и две женщины.

Арнольд, вытерев платком пот с полного лица, передернул затвор автомата и пошел к кустам.

– Сообщи нашим, – сказал пограничник сидевшему в четырехместном вертолете напарнику, – что около Недонга появилась группа вооруженных людей. Четверо в заводи, трое мужчин и женщина-китаянка, а правее кустов, в высохшем ручье, пятеро иностранцев.

Напарник включил рацию.

Сидящие на траве Дюпен и Джордж курили. Джулия и Мишель стояли у реки и молча смотрели на воду. Вооруженный автоматом человек Дюпена прятался за кустом, готовый к стрельбе. В метре от него находился Клаус с М-16. Раздалась автоматная очередь. Срезая верхушки кустов, пули зацепили охранника Дюпена, пробили короткий пунктир на песке, две вошли Дюпену в поясницу, одна попала пытавшемуся пригнуться Джорджу в голову, а рванувшемуся Клаусу четыре пробили грудь.

– Я любил Карла! – раздался визгливый крик Арнольда.

Трясущимися руками он начал менять рожок. Неожиданно прозвучали два пистолетных выстрела. Одна пуля вошла ему в лоб, другая в грудь. Справа и слева раздались автоматные очереди. В небе появился вертолет. Женщины бросились в воду. Вертолет начал снижаться, и сверху ударила очередь ручного пулемета.

– Уничтожена группа наемников, – передавал телеграф, – в составе тринадцати человек. Три женщины. Из уничтоженных трое китайцы. Личности устанавливаются.

– И тебе хорошо, – кивнул взявший у Арнольда деньги китаец, – и мне тоже. Непонятно, почему толстый так стремился к этому.

– Любовь голубого, – пересчитывая деньги, усмехнулся офицер-пограничник. – У него обнаружены фотографии, где он целуется с мужчиной. Брать живьем не пытались, а то волокита большая. Посольства, причина появления, как прошли и так далее. Все были вооружены и оказали активное сопротивление, – засмеялся он.

Пекин

– Я куплю велосипед, – заявил Зубов. – И раньше вас там буду. Говорят, ужас придает человеку силы неимоверные. А я как вспомню нашего вертолетчика и его объявление, сердце холодеет.

– Но теперь он и садиться может, – рассмеялся Глебов. – Так что…

– Я договорилась с экспедицией, – входя, объявила Мэй, – и получила разрешение на пребывание в приграничной зоне. Оказывается, там в горах есть кельи монахов-отшельников и туда возят экскурсии. Правда, пришлось заплатить. – Она виновато посмотрела на Глебова. – Довольно много…

– Терпеть не могу доклада о денежных тратах, – отмахнулся Глебов. – Когда едем?

– Летим, – улыбнулась Мэй.

– Отлично. Не верится, что все это скоро закончится. Вероятно, это Убежище находится где-то там, среди келий в горах.

– Не думаю, – возразил Анатолий. – Если бы оно было там, его давно бы нашли. Кельи, наверное, появились как раз в то время, когда и жил этот бомж в горах. И с того времени…

– Извините, – перебила его Ин, – а что означает слово «бомж»?

– Сокращенное от «без определенного места жительства», – улыбнулся Глебов. – А раньше называли – бич, бывший интеллигентный человек. Ну что ж, давайте собираться. Но с оружием, наверное, нас не возьмут? – посмотрел он на Мэй.

– Оружие, если понадобится, – улыбнулась она, – я достану вам в Лхасе. У меня там очень хорошие знакомые, муж и жена, – ответила она на вопросительный взгляд Зубова. И тут раздался вызов сотового. Мэй достала телефон из сумочки.

– Извини, Мэй, – виновато говорил мужчина средних лет, – но в том районе пограничники ликвидировали группу вооруженных наемников. Так что сейчас полеты туда запрещены. Проводится поисковая операция, возможно, кто-то из членов группы остался в живых. Но если вы согласны лететь в Лхасу, а уже оттуда добраться до Слезы Дракона, то вылетаем завтра утром. Я свяжусь с Лим Думом, и он наверняка разрешит.

– Отлично, – ответила Мэй. – Конечно, мы согласны.

– Кому сообщить о ее смерти? – тихо спросил врач.

– Ее отец погиб, – вздохнула медсестра, – а больше родственников…

– Извините, профессор, – несмело вмешалась молодая медсестра. – Сюда по разрешению начальника полиции пускали иностранца. И он оставил номер телефона. Если можно, я позвоню…

– Конечно, – кивнул профессор.

– Что?! – воскликнул Андрей.

– Она умерла, – тихо ответила Мэй.

Андрей посмотрел на Глебова, перевел взгляд на Ин.

– Спасибо вам. Я хоть знаю теперь, как выглядит женщина, которой я мог сказать «люблю». – Он медленно ушел в другую комнату.

– Эй, – рванулся за ним Анатолий, – успокойся ты! – Он подошел к стоявшему у окна Андрею. – Конечно, дело такое, что и…

– Я не пущу себе пулю в лоб, – сказал Андрей. – Но тяжело сознавать свое бессилие. И сейчас я никому не советую вставать у нас на пути. Я буду драться. И пока я жив, больше не умрет никто.

– Странно, – пожилой китаец покачал головой, – эта неожиданно вспыхнувшая война между якудза и Черным Монахом в Пекине. Обычно разборок, это международный термин, – засмеялся он, – в Пекине и даже в центральной части Китая никогда не было. И что известно о так называемом Убежище Дракона? – посмотрел он на женщину средних лет.

– Информации о желающих найти это Убежище много, – улыбнулась она. – Но никаких сведений о нем нет. Никто еще не сказал, что он приехал в Китай из-за этого Убежища. Что касается моего мнения, то я считаю, что это только красивая легенда. Хотя убийство хранителя музея и его семьи дает повод думать…

– А убийство семьи Дун в Чифыне? – перебил ее офицер безопасности. – А вчерашний случай на реке Цангпо? Там уничтожены…

– Почему уничтожили всех? – спросил пожилой.

– Они оказали активное вооруженное сопротивление, – отчеканил офицер. – И поэтому, чтобы не допустить жертв среди пограничников, был отдан приказ вести огонь на поражение.

– Надо учитывать, – проговорил пожилой, – что если Убежище все-таки существует, то оно является достоянием и собственностью китайского народа. И всякий, кто, обнаружив его, не сообщит об этом властям, будет объявлен преступником и понесет заслуженное наказание.

– Завтра в шесть приедет микроавтобус, – сказал Мэй средних лет китаец.

– Мы будем готовы. Значит, вертолет отменяется?

– Группа туристов из Японии, – ответил он, – желает облететь Великую стену по воздуху. Разрешение на полет получено. А это все-таки немалые деньги, поэтому…

– Все, – не дала договорить ему Мэй. – Спасибо.

– Извини, Мэй, но…

– Все нормально, – ответила она. – Вы и так много для нас сделали. Кстати, розыск Ин продолжается?

– Нет, – улыбнулся он. – Убедились, что она не могла находиться в порту в то время, так как была у нас.

Горный массив

– Жак! – крикнул Луи. – Иди сюда! Быстрее!

– Что случилось? – Жак выбежал из-за скалы.

– Да скорее ты! – снова поторопил Луи. – Эй-би-си поймал.

– И что там? – спросил Жак.

– Мишель и Дюпен убиты. С ними еще несколько человек. На берегу реки Цангпо. Кстати, это не так уж далеко от нас, то есть от границы с Китаем. Помнишь, мы собирались на горный массив, где существуют кельи монахов-отшельников? Вот это место как раз в километре от наших гор.

– Так я и думал, – кивнул Жак. – Значит, нас послали на разведку. Я помню неожиданный интерес к публикации о похищенной рукописи. Значит, это идея Дюпена. – Он осмотрелся по сторонам. – Что-то наших сторожей не видно.

– Может, оставили в покое?

– Не думаю. Скорее всего мы их просто не замечаем. Но если попытаемся уйти, нас убьют.

– Ну, это мы еще посмотрим. Воевать в таких условиях мы тоже умеем. Конечно, жаль бросать все свое снаряжение, но будем пробиваться только с находками и с оружием. Ну, еще возьмем фляжки с водой. Нам лучше уходить так же, как и вошли – через Бангладеш. Правда, сначала надо переходить границу с Индией, а потом некоторое время идти по территории…

– Надо добраться до столицы Тхимпху, – перебил его Жак. – Оттуда улетим частным рейсом, как обещал нам Тахму Буру из службы безопасности. И запросил он немного – миллион в инвалюте. Мы возьмем франки в филиале банка «О’Бажун». Так что лучше прорываться в Тхимпху. Кстати, это не так далеко. Главное – перейти перевал, как я понял, владения этого Гафута там заканчиваются. И поэтому самое правильное идти через горы.

– Ладно, – согласился Луи, – так и сделаем. Еще сутки отдыхаем и уходим. Вполне возможно, придется повоевать.

– Я готов, – улыбнулся Жак, – поскольку уже не болен смертельно. Спасибо Мишель, я многое в своей жизни пересмотрел и буду жить совсем по-другому.

– Сначала уйти надо, – вздохнул Луи – а уж потом о жизни говорить.

Китай, берег реки Цангпо

Молодой офицер-пограничник, сидя на корточках, задумчиво смотрел на воду. Подняв голову, взглянул на затянутое облаками небо и поднялся. В его руке была кожаная папка. Он посмотрел по сторонам и засунул ее за пазуху. Застегнул пуговицы, поправил автомат на плече и быстро пошел к стоявшей метрах в десяти от него машине. Раздался длинный свист. К машине стали сходиться пограничники.

Пекин

– Ну, – Глебов посмотрел на дом, – не верил никогда ни в какого Господа, но тут дай Бог, чтоб сюда не вернуться. Знаешь, – он обнял дочь, – тебе, наверное, не понравился мой замок. Но мы купим дом где-нибудь под Курском. В городе я жить не могу, чувствую себя как перед операцией. Я имею в виду боевую операцию. И еще всю жизнь мечтал в своем огороде ковыряться. Сад чтоб был. Недалеко от города купим, и все будет как надо. Деньги есть, – он прижал к себе Ин, – так что все у тебя будет хорошо. Ну и у меня тоже, конечно. – Он засмеялся.

– Знаешь, – вздохнула Ин, – я не буду скучать по Китаю. Здесь у меня ничего хорошего в жизни не было. Убили маму, бабушку. Дедушка, говорят, был не настоящий. И очень хорошо, что ты у меня такой… солдат, – смущенно добавила она. – Был бы какой-нибудь, как это у вас говорят, новый русский, не поехал бы со мной и наверняка не признал бы. Я люблю тебя, папа, и горжусь тобой! – Ин чмокнула его в щеку и побежала к микроавтобусу.

– Я тоже горд, что у меня такая дочь, – тихо проговорил Глебов.

– Поехали! – крикнул ему из микроавтобуса Зубов. – Никак расстаться не можешь?

– Да ведь здесь мы решили задачу наполовину, – ответил Глебов. – А может, и совсем, – чуть слышно добавил он. – Хотя в такое почти не верится.

– Да поехали, капитан! – прокричал Анатолий.

Бутан. Тхимпху

– Что-то задерживаются твои знакомые, – сказал полный мужчина лет пятидесяти.

– У них виза еще на две недели, – ответил коренастый смуглолицый человек в форменной рубашке песочного цвета. На ремне справа висела кобура с пистолетом.

– А как ты думаешь, Тахму, – спросил полный, – что именно там понадобилось французам? Кстати, на границе с нашим королевством уничтожена большая группа иностранцев с оружием. И там тоже были французы, женщина и мужчина. Китайская сторона назвала их террористической группой. Но к нашему королевству претензий не было, они пришли в Китай не от нас. А ведь вы добились того, чтобы Жаку Жувье и Луи Шанталю выдали разрешение на посещение приграничных районов.

– Что ты хочешь, Чаху? – насмешливо спросил Тахму.

– Просто разговариваю с тобой как с сотрудником королевской службы безопасности, – спокойно ответил полный. – И знаешь, о чем я подумал? Не тайну ли Убежища Дракона желают открыть эти два француза? И вполне возможно, уже открыли. Среди убитых на китайской территории была Мишель Жувье, жена знакомого тебе Жака Жувье.

– И что? Например, меня куда больше беспокоит хозяин той территории, Гафут. Он был связан с повстанцами Бурега и жив только потому, что король со свойственным ему великодушием простил его. А ты с ним постоянно поддерживаешь связь. И как раз из-за Убежища Дракона, в поисках которого ты очень заинтересован.

– Да, – кивнул Чаху. – Но у меня чисто профессиональный интерес. Я магистр медицины и очень хотел бы ознакомиться с рецептами Одинокого Человека Гор.

– И ради этого вы наверняка договорились, что когда французы найдут Убежище, их ликвидируют, – усмехнулся офицер и вошел в небольшое здание овальной формы.

– Он с ними заодно, – прошептал Чаху, – и это плохо.

Гималаи

– Я контролирую каждый их шаг, каждое движение, – говорил по спутниковому телефону Гафут. – Причин для беспокойства нет. Я уже перестал верить в то, что Убежище Дракона находится в моих владениях. Я потратил на поиски около двух лет, но ничего даже отдаленно напоминающего какое-то убежище, тем более Убежище Дракона, не обнаружил. Правда, эти двое что-то нашли на Панцире Черепахи. И я им не мешаю. Но скоро мне это надоест, и я просто покончу с ними. Разумеется, не раньше, чем на разрешении будет поставлена отметка об их уходе с подвластной мне территории.

Китай. Лхаса

– Вот разрешение на пребывание здесь и в приграничном районе вышеперечисленных людей. – Офицер-пограничник протянул Мэй казенную бумагу с тремя печатями. – И вот еще что… – Он посмотрел на дверь, достал из ящика стола папку и сунул в руки Соколова. – Убери.

– Спрячь, – по-русски сказала Мэй удивленному Андрею.

Он сунул папку под рубашку.

– Будьте осторожны, – предупредил офицер. – Здесь два дня назад уничтожили группу вооруженных людей. Скорее всего это были не террористы или контрабандисты, а искатели так называемого Убежища Дракона. – Он кивнул на живот Соколова.

– Спасибо, Ушань Су, – улыбнулась Мэй.

– Я нашел ее там, – тихо сообщил он, – на берегу.

– Больше никто не обнаружен, – сказал офицер-пограничник. – И разрешение у них есть, подписанное службой безопасности народной армии. Не мешайте им, но договоритесь о связи, мало ли что.

– Вот и рукопись у нас, – подмигнул Глебову Зубов. – И на русском. Как специально приготовили.

– Она ничего не дает, – сказал Глебов. – Священный факел, – вспомнил он. – Где его взять, этот факел, мать твою? И ты угадала, – кивнул он дочери. – Как там? «И укажет путь к Убежищу Дракона приложенный к мозгу Поднебесной клапан Сердца Дракона». Мозг – столица, клапан у меня был, я его в память о Лейфе хранил. Значит, Убежище находится у Слезы Дракона. Там есть горы?

– Просто несколько скал, – ответила Мэй. – А дальше горная гряда с кельями монахов-отшельников. И там все не раз проверено.

– Чего мужик хочет? – Зубов кивнул на сделавшего рукой приглашающий жест низкорослого китайца в похожей на соломенный колпак шляпе.

– В чем дело? – спросила у него Мэй.

– В Бутан надо? – подмигнул он. – Сто долларов, и вы там. Знаю баранью тропу.

– Да вы что! – улыбнулась она и отошла назад.

– Если надо будет, – сказал он ей вслед, – спросите любого, где Пьяный Хау живет, вам покажут.

– Чего он хочет? – спросил у нее Глебов.

– Не надо ли нам в Бутан, – рассмеялась она. – Это соседнее королевство.

– Знаю, – кивнул Глебов.

– А я бы не против, – засмеялся Зубов. – Ни разу короля живого не видел.

– Поехали, – позвала Мэй.

– Туристы, – увидев остановившийся микроавтобус, сказал плотный мужчина в монашеской одежде. – Снова будут задавать вопросы об Одиноким Человеке Гор. Когда ответ в руках, не задавай вопросов, – улыбнулся он, провожая взглядом Ин.

«Снова этот монах», – увидев его взгляд, подумала Ин.

– Он, кажется, преследует меня, – тихо сказала она Мэй.

Мэй подошла к нему.

– Что вы хотите?

– Вы ищете путь, – негромко заговорил монах, – в два отрезка. Я видел в руках девочки указатель Одинокого Человека Гор. Он служит компасом и указывает то место, которое дорого человеку. Если моими устами говорит правда, то половину пути вы прошли. – Сложив перед собой ладони и поклонившись, он ушел в выбитую в скале келью.

Мэй удивленно смотрела ему вслед.

– Если начало пути укажет первый луч солнца, – услышала она тихий голос отшельника, – то продолжение обозначит солнечный свет.

– Ни хрена не пойму, – пробормотал Зубов. – Какие-то намеки, богат будешь и счастлив. И ничего уже не потребуется. А как дойти, не написано. Может…

– Так, – услышал он голос Глебова, – значит, услуга этого алкаша нам потребуется.

– Что там? – Зубов и Анатолий подошли к сидевшим на гладкой каменной площадке Ин, Глебову, Мэй и Серому.

Соколов курил, сидя на камне, отвалившемся от скалы.

– Ручку дай! – крикнул Глебов.

Зубов выхватил из нагрудного кармана карандаш и бросил его Глебову. Мэй набрала номер на сотовом.

– Что-то случилось? – тут же ответил ей офицер, нашедший рукопись.

– Кто такой Пьяный Хау?

– Он вам предлагал в Бутан перейти? – рассмеялся офицер. – Он всем предлагает. Но самое смешное, – он вздохнул, – что старик действительно ходит в Бутан. Как – никому не известно. Может, только отшельникам. Мне рассказывали, как давным-давно один монах решил, что горы отделяют его от рая, и начал пробивать ход. Сделал он его или нет, не знает никто, но такая легенда существует, и этот самый Пьяный Хау бывает в Бутане. Но я понял ваш интерес так, – проговорил он, – что вы собираетесь…

– Понимаешь, Сянь, – сказала Мэй, – от того, как все закончится, зависит наша жизнь.

– Понимаю, – помолчав, ответил пограничник. – Ну так что вам нужно от меня?

– Я просто хотела узнать о Хау, – улыбнулась Мэй.

– Сбылась твоя мечта, – посмотрел на Зубова Глебов, – в королевстве побываешь.

– Класс! – кивнул он. – С детства мечтал об этом.

Соколов промолчал.

– Поеду искать Хау, – сообщила Мэй.

– Что-то не верится в это, – сказал Глебов. – Но другого выхода нет. – Он взглянул на Зубова.

– Уже иду, – кивнул тот.

– Линия заканчивается здесь. – Глебов посмотрел на карту. – Судя по современной карте, сейчас там нет ничего. До ближайшего селения около двадцати километров. Горный массив. Там вполне может быть что-то вроде убежища. Но священный факел – что это такое? Ключ – понятно, клапан – тоже. Клапан куда-то вставляется, скорее всего в Сердце этого самого Дракона. Из чего он, интересно, сделан? Никогда не думал, что буду серьезно размышлять о таком. А вот и Пьяный Хау, – увидел он вошедшего за Мэй китайца. – Спроси его, он в самом деле может провести нас в Бутан?

Мэй перевела вопрос. Хау кивнул и что-то сказал.

– Да, – ответила Мэй. – Правда, это очень тяжело и долго, но переход есть. И еще, – посмотрев на заговорившего снова китайца, продолжила она, – у него есть непременное условие. Он ведет нас до хода с завязанными глазами. И никто не пытается освободиться от повязки. Если кто-то это сделает, он сразу уходит.

– Нам и через границу придется идти с завязанными глазами? – спросил Глебов.

– Смотрите сюда. – Сянь указал на карту, поделенную на квадраты. – Имеется информация о попытке прохода каравана с наркотиками. Перекройте третий и четвертый квадраты.

– Но, командир, – начал плотный пограничник, – откроется…

– На этом инструктаж закончен! – отрезал офицер.

– Если сломаю ногу, – проворчал стоявший с завязанными глазами Зубов, – я этому пьянчужке шею сверну.

– А почему оружие оставляем? – недовольно спросил Анатолий.

– Без оружия мы просто заблудившиеся туристы, – ответила Мэй. – С оружием – преступная группа.

– Спроси, – обратился к ней Глебов, – долго нам идти?

– Он сказал, чтоб вы положили руки на плечи идущего впереди и выполняли его команды. Налево, направо, ногу вверх или, наоборот, ниже. За ним пойду я. За мной Зубов, потом Серов, Ин, Анатолий, Соколов и Глебов. Сколько это займет времени, он не говорит, я уже не раз спрашивала.

Все выстроились так, как она сказала, и положили руки на плечи впереди стоящих. Хау усмехнулся.

– С левой ноги вперед, – сказал он Мэй. – Повтори по-ихнему громко.

«Сколько раз вижу это, – улыбаясь, думал Сянь, – и не перестаю удивляться. Он полчаса водит людей по двум выходам из пещеры. То левее, то правее. Теперь подведет их к камню и прикажет нагнуться. Когда войдет последний, его помощник задвинет камень. Хау остановится на выемке и по одному начнет снимать повязки с глаз. Мэй хорошая женщина и помогла маме, когда она болела, но у каждого свой бизнес, и с Хау я неплохо имею, да и командир заставы тоже».

Мэй остановилась.

– Можешь снять повязку, – послышался тихий голос Хау, – и ползи за мной. – Он показал на проход в горе высотой с метр и шириной примерно полтора-два. – Каждому скажи то же самое, и пусть снимают повязки. Не разговаривать и не кричать, если будет больно. И вообще стараться не шуметь. Пусть третий возьмет факел, последний тоже. Есть место для отдыха, там будем останавливаться. – Хау зажег небольшой факел и, протянув вперед руку с ним, осторожно пополз внутрь.

– Зря ты, Сянь, не отдал рукопись мне, – сказал крепкий китаец. – Ты обрек их на гибель. Я бы получил хорошие деньги за рукопись и тебе отдал бы третью часть. Теперь они все погибнут.

– Нао, – удивленно посмотрел на него офицер, – ты о чем говоришь?

– Я… – Нож прошел между ребер и достал сердце пограничника. И тут же грохнул пистолетный выстрел. С пулей, пробившей затылок, Нао рухнул на тело только что убитого им человека.

– Ну и переход, – пробормотал Зубов. – И долго нам еще так ползти? – спросил он у Мэй.

Она перевела Хау вопрос.

– Еще минут десять, – улыбнулся тот. – Здесь все спрашивают об одном и том же. Поэтому можно было не переводить. Потом будет намного легче.

– Сколько метров мы проползли? – спросил Анатолий.

– Шестьсот пятьдесят два метра, – перевела ответ Мэй.

– Еще сто двенадцать, и там будет гораздо легче, – сказал Хау.

– Ты в порядке? – спросил у Ин Глебов.

– Да, папа, – улыбнулась она.

Гималаи

– Тише, – прошептал Луи и замер.

Метрах в двух за ним, пригнувшись, шел Жак с «узи» в руках. Услышав предостережение, он остановился и бесшумно присел. На них из темноты бросились четверо. Луи сумел перебросить нападавшего через себя, но получил сильный удар по голове и упал. Жак, сбитый телом одного, подсек ноги другому и схватил навалившегося на него человека за длинные волосы. Дернув к себе, сильно ударил противника лбом в лицо. Попал в нос, но от удара прикладом по макушке потерял сознание.

– Мы взяли их, повелитель, – проговорил худой длинноволосый мужчина.

– Мне нужны живые, – раздался из передатчика голос Гафута.

– Оба живы.

– Доставьте их сюда.

Потянувшись, Гафут встал и, мгновенно выхватив из висевших на стене ножен кривой меч, рубанул по лежащему на столике арбузу. Арбуз развалился пополам.

– Так будет со всеми, – высокомерно заявил он. – Вы готовы к встрече искателей чужого богатства? – спросил он стоявшего около двери Острого Ножа.

– Да, повелитель.

– Мне нужны живыми все. И не раненными. Ясно?

– Да, повелитель.

– Все само идет в руки, – пробормотал Гафут. – Молодец Санг, все подчистил.

– Здесь отдохнем, – проговорил Хау, – часа четыре. Можете поесть, попить. Туалет за тем камнем, – кивнул он на поросший зеленым мхом валун, вытащил фляжку и сделал несколько глотков. – Кто хочет рисовую водку? – спросил он.

– Они не пьют, – улыбнулась Мэй.

Китаец сунул фляжку в чехол, прислонился к влажной стенке грота и закрыл глаза. Около противоположной стены тихо журчал ручей.

– Спит, – усмехнулся Зубов. – Вот это подготовка!

– Что-то мне перестает это нравиться, – проворчал Глебов. – Неизвестно, куда мы выйдем и кто нас там ждет. Я почему-то уверен, что зря взял тебя, – посмотрел он на Ин.

– Но без нас вы бы ничего не смогли сделать, – улыбнулась девушка.

– И оружия нет, – недовольно отметил Глебов. – Твой ствол не в счет, – сказал он Соколову.

– А как ты узнал? – удивленно спросил тот.

– Рубашка натягивается, когда садишься, и видны очертания за ремнем сзади. – Прислонившись к камню, Глебов закрыл глаза.

Китай. Недонг

– Нао ударил Сянь ножом в сердце, – проговорил офицер безопасности. – Но Лоу успел выстрелить и убил Нао Фуна. Интересно, что между ними произошло?

– Хорошо, если бы остался только этот вопрос, – пробормотал мужчина в штатском. – Пистолет, из которого убит контрабандист Нао, в руке Сяня. Но выстрел произведен с расстояния в десять метров. Стрелял кто-то другой. Так что начинайте следствие, – приказал он.

Гималаи

– Значит, разочаровались, – насмешливо сказал Гафут по-французски, – и решили уйти потихоньку. А разве у вас не принято сообщать о своем уходе хозяину? В конце концов, это просто невежливо.

– Так ты нас привел, чтобы попрощаться? – спросил связанный Луи с окровавленным лицом. – Извините и прощайте. Если это все, прикажи своим придуркам развязать нас.

– Да нет, – покачал головой Гафут. – Я хочу, чтобы вы увидели то, зачем пришли. Я уже близок к этому. Так что увидите Убежище Дракона, все, что в нем есть, и умрете. Правда, я еще не решил как, – усмехнулся он. – У вас будет время выбрать. Уберите их, – приказал он.

Французов схватили и поволокли вниз по широким ступеням.

* * *

– Ну вот, – увидев в отдалении светлое пятно, облегченно вздохнул Анатолий, – кусочек неба. А то я думал, так и будем по этим проходам ползать. А почему мы не пошли по гроту вдоль ручья?

Мэй повторила вопрос по-китайски.

– Этот грот образовался в результате землетрясения, – ответил Хау, – много сотен лет назад. Потом был пробит лаз через горы. Если верить легенде, Одинокий Человек Гор со своими учениками пробивали его двадцать пять лет и два дня. Впоследствии все ученики были убиты, и он снова остался один. Предупреждаю, – серьезно проговорил Хау, – хозяин этих мест – жестокий тиран Аренз Гафут. И лучше с его людьми не встречаться. Гафут – тигр-людоед в человеческом обличье и…

– А разве есть тигры, которые не лопают людишек? – спросил Серый, которому Ин переводила слова Хау.

– Давайте двигаться, – поторопил Зубов. – Так хочется глотнуть воздуха. – Он пополз вперед и скоро увидел выход. – Ура! Свобода нас встретит радостно у входа!

– Тише! – прошипел Хау.

– Кретин, – процедил Глебов.

– Да успокойтесь вы, – усмехнулся подползший к выходу Зубов. – Мы в горе, и под нами метров десять, если не больше. Здесь, кстати, есть веревочная лестница, спускаю ее вниз.

– Останови его, – обратился Хау к Мэй.

– Они сбросили лестницу, – сообщил мускулистый мужчина с М-16. – Начал спускаться последний.

– Внизу трава, – посмотрел на спускавшегося за ним Анатолия Зубов. – Сейчас…

– Внимание! – раздался усиленный громкоговорителем голос. – Замерли!

Мэй быстро перевела.

– А это для того, чтобы вы поверили! – Простучала пулеметная очередь. – Повторяю, поступайте так, как я буду говорить. Спускается первый, и пока его не свяжут, никто не двигается. При малейшей попытке оказать сопротивление будут убиты все. Переведи своим русским друзьям, Мэй Дун! – послышался смех.

– Они знают все, – поразилась Мэй.

– Что он говорит? – спросил Глебов.

– Первый начинает спуск! – приказал невидимый человек.

– Духи! – плюнул Анатолий. – Во попали!

Снова простучала пулеметная очередь.

– Первый спускается или следующая очередь по вам.

– Тут задохнуться можно, – зажимая нос оторванным от рубашки лоскутом, прохрипел Жак.

Их конвоир зажег факел и воткнул его в гнездо на стене. Луи и Жак отшатнулась. На колах вдоль стен висели трупы.

– Этих только что убили, – прохрипел Луи. – Ну, может, пару дней назад.

Дверь в подземелье захлопнулась.

– А тут головы, – сказал, озираясь, Жак.

– Этот выбор он и предлагал, – прошептал Луи.

– Вот и мои дорогие гости, – весело проговорил вышедший на каменную площадку Гафут. – Я вас так долго ждал! – Говорил Гафут по-китайски. – К сожалению, я не могу объясняться по-русски, – засмеялся он. – Хотя говорю по-французски, по-английски и по-немецки. Никто не знает хоть один из…

– Что вам надо? – перебила его Мэй. Она, как и все остальные, была связана.

– Рукопись, ключ и клапан, – ответил Гафут. – Я великодушен и обещаю жизнь тому, кто мне поможет. Рукопись на русском, а я уже говорил, что не понимаю этот язык, искать переводчика долго. Да, хочу успокоить вас, Мэй. Сянь не виноват в этом. Просто мои люди услышали ваш разговор, и я приготовил достойную встречу. А где Пьяный Хау?

– Пытался бежать, – ответил Острый Нож. – Мы стреляли и…

– Да он мне не нужен. Проводите гостей в их покои. Я попробую разобраться во всем сам.

– Скажи ему, – обратился к Мэй Глебов, – пусть отпустит тебя и Ин, и мы сделаем все, что он скажет.

– Бесполезно, – ответила она. – Не видишь разве – он упивается своей властью.

– А я вдруг вспомнил конец рукописи, – проговорил Зубов. – «И погубит все рука алчного, жадного до легкой наживы, возомнившего себя всемогущим», – процитировал он по памяти. – Конечно, может, немножко не так. Помнишь? – взглянул он на Глебова.

– От этого нам не легче, – процедил тот.

– Они приказывают идти, – сказала Мэй.

– Отлично! – потирая руки и довольно улыбаясь, воскликнул Гафут. – Вставляется в клапан… – Он вложил в отверстие ключ. – И что дальше? Верните их, – заорал он, – в комнаты для гостей! Нет! В зал. Вернуть! Женщин!

– Я не пойду! – отбросив ударом ноги одного воина, закричала Ин.

– Перебьем всех! – направив на мужчин ручной пулемет, коверкая язык, проговорил Острый Нож.

Ин растерянно посмотрела на Глебова. Играя желваками, тот стоял неподвижно.

– Пошли. – Вздохнув, Мэй взяла Ин за руку.

Мужчин под охраной шести вооруженных автоматами воинов повели к подземелью.

– Выпустите! – бросился к открывшейся двери Жак. – Здесь невозможно ды… – Удар приклада отбросил его назад.

Неожиданно один из охранников завалился вправо. Анатолий сильно ударил второго по горлу, и он тоже упал. Соколов пнул ногой в пах третьего. Зубов головой в прыжке достал живот четвертого. Пятого локтем в висок уложил Глебов. Луи в прыжке сбил телом того, кто ударил Жака. Глебов ногой ударил в висок сбитого Анатолием. К нему подскочил Хау.

– Во, – усмехнулся Зубов, – явление Христа народу. Правда, узкоглазого.

– А это кто? – спросил Серый.

– Французы, – ответил Соколов. – Их захватили сегодня, – перевел он быструю речь Жака, – когда они хотели уйти. Они тоже искали Убежище. Как отсюда выбраться? – на хорошем французском спросил он.

– Это можно, – обрадованно ответил Жак. – Надо позвонить, и за нами прилетит вертолет. Но мы боялись вызвать его сюда, хотели добраться до…

– Они знают дворец этого духа? – зло спросил Глебов.

– И что ты видишь? – нервно спросил Гафут. – Где Убежище?

– Здесь, – растерянно посмотрела на него Ин.

– Здесь? – Гафут оторопел.

Ин взглянула на приложенный к карте клапан. Он светился весь, не бросая отблесков в стороны.

– План дворца сюда! – заорал Гафут.

– Какой это язык? – тихо спросила Ин у Мэй.

– Бхотия, – ответила та. – Язык королевства Бутан.

Гафут, казалось, забыл про них. Он бросился навстречу бегущему с двумя толстыми папками слуге и выхватил их. Уселся на полу и стал лихорадочно просматривать план строительства.

– Какой же я идиот! – простонал он. – Вот, – он выхватил лист, – здесь Убежище. Я сказочно богат! Столько лет сидеть на сокровищах и искать их в горах! – захохотал он. – Дядя! – позвал Гафут.

К нему подошел седобородый старец.

– Смотри, – Гафут показал ему лист, – видишь? Помнишь, делали озеро бассейном? – Он кивнул на озерцо с облицованными мрамором берегами и двумя вышками для прыжков. – И вот видишь? Нашли углубление в скале, забетонировали его. А это вход в Убежище! – снова расхохотался он. – Срочно пробейте туда вход! Срочно!

Старец вышел.

– Вон этот дух, – кивнул на Гафута Зубов. – Может, щелкнуть его? – Он прижал приклад снайперской винтовки к плечу.

– А Ин и Мэй где? – зло спросил Глебов.

– Это площадка двора, – быстро сказал Жак. – В нее не зайти. У него много охраны, и там есть три тигра. Я не знаю, как их убирают, но они сидят за решеткой, а на ночь их выпускают во двор. Бывает, что и днем.

– Смотрите! – Анатолий поднял руку. – Вертушки.

Все увидели в небе две приближающиеся точки. За дворцом послышался шум отбойных молотков.

– Что там такое? – спросил у Луи Зубов.

Соколов повторил вопрос по-французски.

– Ставшее бассейном озеро, – отозвался француз. – Не тронули только место втекающей в него реки.

– Как найти Ин и Мэй? – процедил Глебов.

– А ты ничего, пьяница, – сказал Хау Анатолий. – Ловко у тебя получилось. Что с тобой? – спросил он, увидев побледневшее лицо китайца.

Улыбаясь, тот что-то виновато сказал.

– Он ранен, – бросился к нему Жак.

– Пуля, – сказал Хау. – Еще там, у скалы. Я виноват, – посмотрел он на Глебова, – водил вас, как и всех, по лазам, устроенным на китайской территории. Граница – это ущелье, где ручей. Когда я веду людей, на это время солдат оттуда убирают. Я не знал, что Гафут нападет. – Опустившись на землю, он виновато улыбнулся.

Зубов поднял его рубаху и покачал головой. Живот китайца был плотно перемотан уже пропитавшейся кровью плотной материей, которой к ране была примотана какая-то трава.

– Три пули получил! – поразился Александр.

Гул приближавшихся вертолетов был уже хорошо слышен.

– Папа! – неожиданно позвала Ин.

Глебов бросился на голос. Сверху из кустов выпрыгнула Ин, а за ней Мэй.

– Живы, – обняв обеих, прошептал Глебов.

– А где этот дух? – спросил Зубов.

– Папа, – сказала Ин, – Убежище здесь. Там работают. Когда делали…

– Хрен с ним! – отмахнулся Глебов. – Надо ноги уносить, пока этот пес работой занят.

– Он умер, – прошептал Жак.

– Умер Хау, – перевел Соколов.

Мэй присела и приложила пальцы к сонной артерии Хау.

– Смерть пришла за человеком, – вздохнул француз.

– Вертушки садятся, – сообщил Анатолий. – Может, ты и на таких сможешь? – посмотрел он на Андрея.

– Попробую, – ответил тот.

– А не боишься? – усмехнулся, взглянув на Зубова, Глебов.

– Он же великий вертолетчик, – подмигнул ему Александр. – А с оружием в руках гораздо легче стало, и все уже не так страшно.

– Обычно пассажиры выходят, – пробормотал Глебов, – а вертолетчики остаются. Только бы не хватились тех, которых мы…

– Если уж ее не хватились, – кивнул на Ин Зубов, – так тех тем более. Сейчас там все вкалывают. И не удивлюсь, если и этот дух тоже помогает, – рассмеялся он.

«Хорошие солдаты, – подумал Луи. – Когда у них есть оружие, они уже не испытывают страха и даже волнения».

– Быстрее! – орал, отбрасывая отколотые куски бетона, Гафут. – Псы вонючие! Собаки, подбирающие куски со стола победителя! Быстрее!

– Ого! – покачал головой подошедший Чаху. – Что я вижу? Повелитель Гафут работает наравне с…

– Помогай! – крикнул тот. – Здесь Убежище Дракона!

Сбросив пиджак, Чаху спустился в углубление.

– Помогайте! – приказал он сопровождающим его девятерым мужчинам. Те спустились вниз. – Вы тоже, – сказал Чаху трем женщинам. – И вертолетчиков сюда. Ты уверен, что Убежище тут? – Кряхтя, он выбросил небольшой кусок бетона.

– Да, – ответил Гафут.

– Повелитель, – позвал его Острый Нож, – тут скала и углубление, засыпанное землей.

Гафут бросился к нему.

– Осторожно! – присев закричал он. – Руками! Пять тысяч нгултрумов! Тому, кто найдет дверь или что-то подобное! Всем по пять тысяч!

Плотный мужчина с винтовкой, охнув, рухнул на мраморный пол. Другой успел вскинуть оружие, но его сзади ударили ножом под левую лопатку. Соколов и Глебов с автоматами бежали вверх по лестнице. Жак и Зубов вытерли окровавленные лезвия ножей.

– Твою мать! – Зубов отшатнулся от бросившегося с рыком на решетчатую перегородку тигра. – Ни хрена себе!

– А где все? – Серый с пистолетом в руке заглянул в небольшую комнату.

– Работают, – усмехнулся Анатолий, ногой открыл дверь и вошел в небольшой кабинет.

– Уходим! – послышался голос Глебова.

– Повелитель! – позвал Острый Нож из прохода. – Дверь.

Оттолкнув двух телохранителей, Гафут бросился к нему.

– Светите! – крикнул он.

Телохранители и Острый Нож направили ему под ноги свет фонарей. Острый Нож перевел луч света на дверь в каменной стене. Гафут трясущимися руками вытащил клапан и ключ.

– Расчистите замок!

К двери бросились трое и стали очищать ее от земли, мха и каких-то веток. Под руками троих мужчин дверь подалась внутрь.

– Отойдите! – крикнул Гафут. Фонари осветили образовавшуюся щель. – Откройте! Нет, не надо! – тут же рявкнул он.

Гафут подошел и уперся в дверь руками. Она неожиданно легко поддалась. Гафут шагнул вперед. Фонари освещали небольшую, метра полтора высотой, пещеру. Неожиданно впереди что-то сверкнуло, и вся пещера начала светиться синеватыми всполохами. Гафут замер. Стоявший у входа тоже.

– Что это? – прошептал шагнувший было вперед Чаху.

– Фосфорные камни, – отозвался стоявший позади старец.

Гафут увидел в свете фонарей лежащий на плоском камне факел.

– Зажгите! – крикнул он. – Это священный факел!

Острый Нож щелкнул зажигалкой.

– Воздух на удивление чистый, – потянул носом Чаху.

Гафут поднял факел и увидел справа от себя двухметрового, каменного дракона. Шагнул к нему. Заметил на груди ровное отверстие.

– Светите, псы! – завопил он и отбросил факел в сторону. Поднес к отверстию клапан. Тот туго, но вошел в него. Гафут чуть повернул, и клапан легко подался внутрь. – Вот она, тайна! – заорал он. И тут грохнул мощный взрыв.

* * *

– Надеюсь, ты сможешь, – прошептал сидевший у люка Зубов.

– Без проблем, – подмигнул ему, усаживаясь на место пилота, Соколов.

Двигатель, взревев, заработал ровно.

– Поднимайся! – крикнул Глебов. – Как бы эти духи не вернулись!

Вертолет оторвался от каменной площадки и начал, поднимаясь, уходить на юг. И тут раздался мощный взрыв. Осколки камня, мрамора и бетона поднялись метра на три вверх и разлетелись в стороны.

– Вот это да! – покачал головой Зубов. – Озеро разливается! Взрыв разрушил мраморную облицовку берегов!

Вода стремительно уходила в образовавшуюся дыру, расширяя ее.

– Она вниз уходит! – сообщил Анатолий.

– И вон там выходит! – крикнула Ин.

– Там они и работали, – громко произнес Жак.

Соколов повернулся к Глебову:

– Куда, капитан?

– В Тхимпху, – сказал ему Луи, – столицу королевства. Там у нас друзья, они влиятельные люди и помогут нам всем.

Залитый водой дворец, плавающие бумаги, стулья и другие вещи, которые могли держаться на воде, несколько обезображенных взрывом трупов… Выброшенный водой на торчавший камень, лежал лист старинной, похожей на пергамент бумаги. На нем на древнекитайском языке было написано: «Алчный, жадный до богатства человек бросит священный факел, который упадет на полоски порошка вдоль свода Убежища. И будет у бросившего факел несколько малых долей времени, чтобы погасить вспыхнувшую полосу. Но не успеет он, и полоска огня священного факела дойдет до заложенного в нишу большого количества огненного порошка, и последнее, что увидит бросивший священный факел, – огненная вспышка. И все разметает вокруг сила огненного порошка, и прорвется берег озера, и зальет вода Убежище, и вокруг него все будет залито водой священного озера».

Россия. Москва

– Привет, капитан! – пожал руку Глебову рослый молодой мужчина со шрамом на лбу, переходящим через бровь на переносицу.

– Привет, Леха, – кивнул Глебов. – Спасибо отцу твоему. Как там Василий Артемьевич?

– Ждет вас с рассказом, – улыбнулся Алексей. – Да и я не прочь послушать. Газеты вовсю описывают взрыв и прорвавшееся озеро. Причины взрыва называются разные, но все сходятся на том, что владелец тех земель Гафут нашел Убежище Дракона. Там хранился большой запас пороха, и он взорвался. Погибли пятьдесят шесть человек. Сам подумай…

– Только это и делал, пока летели, – засмеялся Глебов. – А как с моей просьбой?

– Все в порядке, – ответил Алексей.

Ин получила российское гражданство и фамилию и отчество Глебова. Изменила имя, и сейчас она Инна Леонидовна Глебова-Серова. Только при этом условии дал согласие на свадьбу Ин и Александра Серова (Серого) Глебов. Зубов женился на тоже получившей российское гражданство Мэй. Через девять месяцев у них родился сын, которого они назвали Леонидом. Соколов с помощью Лео и Жака устроился на работу в парижскую газету. Анатолий Саблин ушел по контракту в армию. Жак и Луи по-прежнему продолжают заниматься розыском кладов, иногда кое-что находят. Но никто из них не забывает о Пьяном Хау, и, разумеется, еще долго в их семьях будут рассказывать об Убежище Дракона.

Content

Борис Бабкин
Оживить сердце дракона

Китай. Чифын

Пекин

США. Чарлстон

Китай. Чифын

Россия. Чечня. Итум-Кале

Москва

Курская область. Вишнянка

Китай. Пекин

Цзыбо

США. Чарлстон

Китай. Пекин

США. Чарлстон

Россия. Москва

Хабаровский край

Хабаровск

Китай. Фусинь

Пекин

Устье Янцзы

Пекин

Цзиньци

Россия. Москва

Курская область. Вишнянка

США. Чарлстон

Россия. Хабаровский край

Хабаровск

Азия, горный массив

Китай. Пекин

Цзиньци

Пекин

США. Чарлстон

Россия

Курская область

Хабаровск

Китай. Пекин

Цзиньци

Россия. Хабаровск

Курская область. Щигры

Курск

Вишнянка

Москва

США. Чарлстон

Китай. Цзиньци

Пекин

Гималаи

Россия. Хабаровск

Москва

Курск

Щигры

Вишнянка

Щигры

Вишнянка

Курск

Вишнянка

Курск

Москва

Самолет Вашингтон– Москва

США. Чарлстон

Китай. Пекин

Гималаи

Россия. Москва

Федеральная трасса Москва – Ростов

Курская область. Вишнянка

Курск

Вишнянка

Москва

Китай. Пекин

Гималаи

Непал. Катманду

Россия. Вишнянка

Курск

Курск

Москва

Щигры

Вишнянка

Курск

Вишнянка

Москва

Токио

Непал. Упанга (граница с Китаем)

Китай. Ганьцюань

Пекин

Недонг

Пекин

Япония. Токио

Россия. Москва

Курск

Китай. Ганьцюань

Пекин

Гималаи

Россия. Москва

Китай. Пекин

Чжухэ

Пекин

Гималаи

Ганьцюань

Пекин

Пекин

Гималаи

Китай. Чамдо

Пекин

Япония. Токио

Китай. Шанхай

Пекин

Правый берег реки Цангпо (Брахмапутра)

Пекин

Берег реки Цангпо

Пекин

Горный массив

Китай, берег реки Цангпо

Пекин

Бутан. Тхимпху

Гималаи

Китай. Лхаса

Гималаи

Китай. Недонг

Гималаи

Россия. Москва