Джозефа Шерман

Третье желание

Комедия в двух действиях

Действующие лица

Профессор Уильям Бредфорд — директор научно-исследовательского центра.

Профессор Мартин Блейк — руководитель лаборатории.

Доктор Элизабет Гордон — научный сотрудник.

Робби Джонс — лаборант.

Мод Дженнингс — курьерша и уборщица.

Мадлен, Миссис Джонс — мать Робби.

Сэр Роберт Боинг — премьер-министр.

Доктор Маневринг — генеральный директор отделения ООН.

Аллан Смит — корреспондент газеты "Таймс".

Долли Честер — корреспондент агентства Рейтер.

Том Гардинг — репортер компании Би-би-си.

Действие происходит в наше время, в течение трех дней, в лаборатории научно-исследовательского центра.

Действие первое

Лаборатория профессора Мартина Блейка в крупном научно-исследовательском центре. Огромное окно, за которым на фоне неба видна гигантская чаша радиотелескопа. Вдоль стен — приборы. На панелях мигают лампочки, светятся циферблаты. Одна из установок является приемным устройством радиотелескопа. Небольшой письменный стол и несколько стульев, а также полка с папками дополняют обстановку. Монотонный гул. Мартин Блейк, представительный сорокалетниймужчина, увлеченнозаписывает показания приборов. Его помощник Робби Джонс — парень лет двадцати — повторяет все действия шефа, переходит за ним от прибора к прибору, но то и дело обгоняет. Тогда Блейк, который вроде бы не замечает помощника, возвращает его, как нечто неодушевленное, на прежнее место. Оба молчат. Блейк машинально ест бутерброд и, откусив, каждый раз, неглядя, нашаривает какой-нибудь выступ на приборе, оставляет там бутерброд и продолжает работу. К этому же бутерброду несколько раз прикладывается и Робби. Последний кусочек съедает Робби, и рука профессора безуспешно ощупывает место, где только что лежал, бутерброд. Сообразив, что произошло, профессор замахивается на помощника, но в эту минуту сквозь гул мотора раздаются три мелодичных гудка.

Робби. Вы слышали?

Снова те же три гудка.

Мартин (бросаясь к рубильнику, отключает установку. После паузы снова включает рубильник. Опять слышны три гудка). Не может быть! (Опять выключает приборы и после паузы включает их. Три гудка.) Те же… Будь я проклят!

Робби (показывая пальцем на потолок). Вызывают…

Мартин (проверяет контакты. Выключает машину и снова включает ее. Ждет). Пропали…

Робби. Прибавьте напряжение, профессор.

Мартин (машинально тянется к прибору, но, спохватившись, отдергивает руку). Не болтай глупости!

Робби. Простите, сэр.

Входит Элизабет Гордон, коллега Мартина, ей под тридцать, в белом халате, привлекательная, решительная.

Элизабет. Мартин, шесть часов.

Мартин не отвечает. Она кивает Робби, тот застенчиво улыбается.

Элизабет. Мартин! Уже шесть часов! Мартин!

Мартин. А, это ты, Лиз… Минуточку…

Элизабет. Никаких минуточек! Мы ведь решили сегодня…

Мартин. Лиз, это невероятно!

Элизабет. Что невероятно?

Мартин. Сигналы… оттуда…

Элизабет. Откуда?

Робби (показывает пальцем на потолок). Правда!

Мартин. Они дали три гудка.

Элизабет. Совпадение, наверное.

Мартин. Нет! Они трижды отвечали.

Робби. Четвертый раз не ответили.

Элизабет (Мартину). Вот видишь. У них тоже закончился рабочий день.

Мартин (Робби). Тебя здесь не спрашивают!

Элизабет. Не обижайтесь, Робби. Профессор переутомлен. (Мартину.) Кончай!

Мартин. Лиз, это очень важно. Мы же все этого ждем… Уже столько лет…

Элизабет. Важно. А все остальное тебе не важно?

Мартин (продолжая проверять записи). Ты о чем?

Элизабет. Так… ни о чем… (Подходит к установке.) Будем слушать.

Мартин (обрадованно). Включай ты, Робби. Может быть, у меня завихрение мозгов?

Элизабет (сухо). Только не у тебя, Мартин.

Мартин. Ввод двадцать семь.

Робби (повторяет). Ввод двадцать семь. (Настраивает приборы.)

Мартин: Напряжение двадцать тысяч.

Элизабет (удивленно). Двадцать тысяч? Это же…

Мартин. Подай напряжение на катоды. (Подходит к главному рубильнику.) Отойдите подальше.

Элизабет отбегает. Робби остается.

Мартин. Тебя это тоже касается!

Робби нехотя отходит.

Мартин. Включаю!

На фоне мерного жужжания, как и раньше после паузы слышатся три гудка.

Робби. Вот!

Элизабет (озадаченно). Странно…

Мартин. Я тоже теряюсь в догадках.

Элизабет. Надо проверить контакты и пересчитать схему.

Робби. Все двадцать раз проверено.

Мартин (Робби). Тебя здесь не спрашивают.

Элизабет (Мартину). Ты же сам говорил, что Робби за эти годы изучил установку как свои пять пальцев! Не обижайтесь, Робби, я сейчас уведу это чудовище!

Мартин. Да, да, Робби, не обижайтесь. Дело действительно не в контактах и не в схеме. И если это сигналы внеземной цивилизации, то надо решить, что делать дальше. Надо решить, как им ответить.

Элизабет. Все проблемы лучше решать на свежую голову. Там столько нас ждали — подождут еще. Когда что-то не получается — надо отвлечься, переключиться. Встретимся через десять минут.

Мартин (не слушая ее). Да, да… через полчаса… (Себе под нос.) Необходимо увеличить напряжение.

Элизабет (обернувшись в дверях). Ни в коем случае.

Мартин (задумчиво). Да, да…

Элизабет. Это самоубийство, Мартин. Двадцать тысяч — это предел.

Входит профессор Уильям Бредфорд, директор научно-исследовательского центра. Ему за пятьдесят, он крепкого сложения, держится самоуверенно.

Робби кланяется, но Бредфорд не замечает этого, потому что никто не обращает внимания на Робби — такой он незаметный.

Бредфорд. Хелло, Элизабет. Хелло, Мартин. (Весело.) О чем речь? Какие двадцать тысяч?

Мартин. Билл, случилось нечто удивительное…

Элизабет. Мартин, только не задерживайтесь… (Уходит.)

Бредфорд (провожает ее взглядом). Выход в свет?

Мартин (нетерпеливо). Да… Но слушайте, Билл. Действительно случилось такое…

Бредфорд (с улыбкой, поднимая руку). Только не сегодня, Мартин, у меня еще куча дел. Завтра — большой день, как вам известно… Я хотел…

Мартин (хватаясь за голову). Да кто же вы, Бредфорд, в конце концов? Ученый или экскурсовод? Произошло невероятное событие, а вас беспокоит визит идиотской группы туристов.

Бредфорд. Я бы не сказал, что премьер-министр и генеральный директор отделения Организации Объединенных Наций — это идиотская группа туристов.

Мартин (громко стонет). О-о… (Бросается в кресло.)

Бредфорд. Не волнуйтесь, Мартин. Крепче нервы!

Мартин. Дело не в нервах.

Бредфорд. Вы и сами не замечаете, как они у вас взвинчены. Вам надо чаще бывать на воздухе. А вы дни и ночи сидите здесь. У радиотелескопа. Посылаете сигналы к звездам, отстоящим от нас на миллионы световых лет. Вот и воображаете, будто живете в другом мире. А вы стойте прочно на земле, Мартин. Обеими ногами.

Мартин. Хорошо. Постараюсь. А теперь… можно рассказать вам об этом эксперименте?

Бредфорд (с глубоким вздохом). Только побыстрей…

Мартин. Ладно. (Встает.) Опыт шестьсот двадцать четыре. Вам он известен? (Подает Бредфорду блокнот с записями.)

Бредфорд (мельком взглянув на записи). Гм!

Мартин (взволнованно). Мы получили ответ! Совершенно отчетливо: ти-ти-ти.

Бредфорд. Забавно.

Мартин. Уверяю вас. Я проверил. И не один раз. (Поспешно.) Только не говорите мне, что не в порядке схема.

Бредфорд. Но по логике вещей что-то определенно не в порядке.

Мартин. Не знаю! Понять не могу! Такого никогда еще не было.

Бредфорд (теперь задумчиво). Как излучение?

Мартин. Жесткое, гамма, двадцать шесть.

Бредфорд хмурится, подходит к контрольной панели и настраивает приборы. Мартин сверяет. Оба поглощены работой и не замечают Робби, который стоит рядом и ведет себя как третий участник научного коллектива, только что не вмешивается. Мартин хочет тронуть рычаг управления.

Бредфорд (властно). Нет! Ставьте выше.

Робби утвердительно кивает. Мартин тоже кивает, отнимает руку и вносит исправление в запись. Затем читает.

Мартин. Двадцать шесть. Шестьдесят пять. Сто двадцать семь. Готово.

Бредфорд. Давайте.

Мартин включает рубильник. Мигают индикаторные лампочки. Оба внимательно следят. Гул машины то усиливается, то слабеет и вдруг совсем смолкает.

Мартин. Дьявол!

Бредфорд. Где же ваши "ти-ти-ти"?

Мартин. Повысить напряжение!

Робби поспешно кивает.

Бредфорд. Ставьте на тридцать.

Мартин (двигает рукоятку). Тридцать тысяч!

Бредфорд. Отлично!

Мартин включает, но опять ничего не происходит.

Мартин. Что за идиотизм! (Тянется к переключателю напряжения.)

Бредфорд. Нет, Мартин. Довольно. Хватит. Нельзя рисковать. Завтра слишком ответственный день. А это наш показательный прибор.

Мартин (с ненавистью смотрит на панель телескопа). Черт! Черт! Черт!!!

Пауза.

Бредфорд. Мне, пожалуй, пора. Много дел на завтра.

Мартин (тихо). Да…

Пауза.

Мартин. И мне пора. До свиданья, Робби.

Робби. До свиданья, сэр.

Бредфорд (впервые заметив присутствие лаборанта). О… До свиданья,

Робби.

Робби. До свиданья, сэр.

Оба профессора уходят. Робби, оставшись один, подходит к окну и долго смотрит вверх на чащу радиотелескопа. Затем отворачивается, вздыхает и снова берется за работу: смахивает пыль с приборов и накрывает их защитными чехлами. С пультом, за которым работал Мартин, он обращается особенно бережно, вытирая его снизу доверху. Обнаружив следы пыли на полу под машиной, со злостью отметает их в сторону. Выпрямившись, он с вожделением смотрит на аппарат и, не в силах удержаться, тянется к рычагам. Гладит их пальцами, словно передвигая, и шепотом отдает сам себе команды. Глаза сияют от восторга.

Робби. Двадцать восемь. Восемьдесят три. Сто девяносто семь. Готово!

Входит Элизабет. Теперь она выглядит совсем иначе. На ней красивое выходное платье; прежде стянутые узлом волосы распущены и падают на плечи. В руках летнее пальто.

Элизабет. Март… (Оглядывается.)

Робби виновато вздрагивает и поспешно отходит от прибора.

Робби. Он только что вышел, мисс Элизабет… Простите… доктор Гордон.

Элизабет. Ну что ж, подождем. (С улыбкой смотрит на Робби.) А ты чем занимался, когда я вошла?

Робби. Я ничего плохого не делал, мисс. Честное слово.

Элизабет (весело). Знаю, Робби. Я никому не скажу.

Робби. Благодарю вас, мисс.

Элизабет бродит по комнате, что-то напевая. Робби с восхищением смотрит на нее. Пауза.

Робби. Идете куда-нибудь?

Элизабет (радостно). Угу. В театр!

Робби. Чудесно. (Набравшись смелости.) Какое красивое у вас платье, мисс…

Элизабет (очень довольна). Очень мило, что ты заметил.

Робби, смутившись, принимается яростно сметать пыль с совершенно чистой машины. Элизабет смотрит на него с улыбкой.

Элизабет. Ты просто влюблен в радиотелескоп, правда?

Робби (с жаром). О, это чудесная машина! Прослушивает все звезды Вселенной. Как бы стучится в другие миры. И они уже пытаются ответить.

Элизабет. Робби, ты начитался научной фантастики.

Робби. А это «ти-ти-ти», которое мы сегодня слышали? Кто-то пробует поговорить с нами! (Очень серьезно.) Когда-то смеялись над возможностью телевидения.

Элизабет (стараясь скрыть улыбку). Я знаю, Робби, и — разумеется, с точки зрения науки — нет ничего невозможного.

Робби. Я ведь очень много думаю. И в школе я был первым по физике.

Элизабет. Первым учеником?

Робби. Да. Конечно, там были только начала физики, не то, с чем нам приходится иметь дело здесь, но я еще много читал вдобавок. И не только научную фантастику. (Гордо.) Я читал книги профессора Блейка. И профессора Бредфорда.

Элизабет (удивленно). Правда?

Робби. Да. (С увлечением, хвастливо.) Я мог бы сам управлять этой машиной.

Элизабет. Смотри, как бы тебя не поймали за этим занятием.

Робби. Ну нет, что вы! (Любовно смотрит на прибор.)

Входит Мартин в спортивном пиджаке и с трубкой в зубах.

Мартин. Я готов. Ты давно ждешь? (Идет прямо к панели телескопа и задумчиво стучит по шкале.)

Элизабет. Пустяки. Тут Робби развлекал меня. (Направляется к двери.) Пошли?

Мартин (пыхтит трубкой, глядя на машину). Нет, это невероятно. А если увеличить напряжение до ста тысяч?..

Элизабет (быстро). И поздороваться с господом богом!

Мартин. Интересно все-таки… (Лениво, словно бы нехотя, переводит рычаги и тумблеры.)

Робби. Вы поставили на сто тысяч вольт, сэр?!

Мартин (улыбаясь). Угу… Хотелось посмотреть хотя бы, как это выглядит.

Элизабет. Мартин, это не игрушка.

Робби. Вы так и оставите, сэр?

Мартин (беззаботно). А-а, пусть остается. Вдруг забежит какая-нибудь мышка, махнет хвостиком — и откроет новую эпоху в науке.

Элизабет (с иронией). А не захватить ли нам эти приборы в театр?

Мартин. А?.. Ну нет… Все! Пошли.

Подходит к Элизабет и подает ей пальто. Она тщетно старается, чтобы он заметил ее новое платье, но ему это и в голову не приходит. Открывает дверь.

Мартин. До свиданья, Робби.

Робби. До свиданья, сэр. Желаю хорошо повеселиться.

Мартин и Элизабет уходят. Робби смотрит им вслед, потом подходит к радиотелескопу и впивается глазами в контрольную панель. Он задумывается и не замечает, как в дверь просовывается рыжая, цвета моркови, голова девочки лет семнадцати, с очень невзрачным лицом. Это Мод Дженнингс, курьерша.

Мод. Робби!

Робби не слышит.

Мод (громче). Эй!.. Ты! Эйнштейн!

Робби вздрагивает и оборачивается.

Робби. Ах, это ты, красавица. Сейчас ты у меня получишь. Входи, входи.

Мод (входит). А чего? В чем дело?

Робби (хватает ее за руку и ведет к телескопу. Указывая на пол, строго). Смотри сюда, чистюля! Ты почему не подметаешь как следует?

Мод (хнычет). Можно подумать, это твой собственный.

Робби. Почти. По крайней мере он в моем ведении.

Мод. Хвастун!

Робби. Я тебе дам «хвастун»! Если ты не перестанешь устраивать под этой машиной мусорный ящик — будешь иметь дело со мной. Поняла? (Трясет ее.)

Мод (с удовольствием). Ой, как хорошо!

Робби (легонько отталкивая ее). Иди!

Мод. А ты?

Робби. Нет, я еще не закончил.

Мод. Тогда я тоже не пойду. Буду в буфете играть в пинг-понг. Приходи! Я тебе вмажу партию! (Убегает.)

Робби бросается за ней, но Мод уже и след простыл. Робби возвращается к машине.

Робби (бессознательно, но точно копируя Мартина). А если увеличить напряжение до ста тысяч?

Робби тянется к рычагу управления, но резко отдергивает руку, виновато оглядывается, затем решительно берется за рычаг и долго смотрит на панель, давая полную волю своему воображению. Не в силах сдержаться, он идет к двери и после мгновенного раздумья запирает ее на ключ. Возвращается к панели и слегка изменяет положение рычагов и тумблеров. Переходит к главному рубильнику и берется за негорукой, затем настороженно оборачивается. Наконец, решившись, дергает рубильник вниз и отскакивает. Машина начинает гудеть, снова слышно жужжание, мигают лампочки индикаторов. Робби подходит к машине, следит за шкалой, затем хватается за рычаг и медленно, с трудом опускает его вниз. Вдруг он громко вскрикивает, пытаясь оторвать руку. Шум машины все громче и громче. Ослепительная вспышка, и одновременно гаснет свет. Робби в судорогах падает на пол. Это видно при свете окна и лампочек приборов. Немного погодя он садится, не сводя глаз с панели. Лампочки мигают и разгораются все ярче. Из машины доносится испуганный голос, сначала шепот, потом все громче и громче.

Голос. Вы слышите меня? Вы слышите меня? Вы слышите меня?

Робби (с трудом поднимается и включает аварийное освещение). Слышу.

Голос (менее испуганно, но отрывисто). Слушайте внимательно… Я попалась в ловушку… застряла здесь, в машине… Освободите меня.

Робби. Но как же вы сюда попали?

Голос. Мы странствуем по Галактике в потоке излучений. Мы передвигаемся быстрее света…

Робби. Это невозможно. Нет ничего быстрее света…

Голос. Не говорите глупостей. В мире нет ничего невозможного.

Робби. Есть. Это доказано наукой.

Голос. Ваша наука — младенец, а нашей миллион лет. Выпустите меня, или я погибну…

Робби (не может прийти в себя). А… а что… что же… мне… делать?

Голос. Запишите.

Робби берет карандаш и блокнот.

Робби (с усилием). Я готов.

Голос. Ввод сто двадцать.

Робби записывает, повторяя инструкции.

Голос. Напряжение — сто десять тысяч, на все катоды. Рычаги четыре, шесть, восемь врубить до упора. Выполняйте. Скорей.

Робби (смотрит на запись). Это немыслимо. Все взлетит на воздух.

Голос. Не взлетит. Скорей! Пожалуйста, скорей!

Робби. Не могу. Вы не понимаете. Я здесь только…

Голос (с мольбой). Вы должны меня выпустить. Я дам вам все что угодно. Исполню три любых ваших желания, только освободите меня! Скорей! Скорей!..

Робби (как под гипнозом). Ладно, попробую. (Еле держась на ногах, шатаясь, подходит к панели.)

Голос. Соберитесь с мыслями.

Робби трет кулаком лоб, затем выключает общий рубильник и устанавливает ручки и рычаги согласно записи в блокноте.

Робби. Вот! Готово.

Голос. Врубай!

Робби включает рубильник. Машина ровно гудит, загораются индикаторы, но постепенно все прекращается. У Робби вырывается вздох облегчения. Вдруг прямо перед ним появляется большой прозрачный воздушный шар. Он может висеть на черной нитке, прикрепленной к рейке, которая позволит двигать его в любую сторону.

Робби. Что это?..

Голос. Я — со звезды Бетельгейзе. Мы приняли ваши сигналы, и меня послали исследовать. А я застряла в вашей машине.

Огненный шар парит в воздухе. Изумленный Робби следует за ним.

Робби. А кто вы… или что вы?

Голос. Мы — чистое излучение, первоисточник вещества и энергии.

Робби. А?

Голос. Мы обогнали вас на миллионы лет.

Робби. О!.. А это что — ваш обычный вид?

Голос. Я могу принять любой вид, какой хотите.

Робби. А вы можете стать настоящей… живой?

Голос. Нет. Но если вы сосредоточитесь как следует, то сможете меня увидеть.

Робби. Почему?

Голос. Ваш мозг получил электрический шок, и его атомы стали более восприимчивы.

Робби пытается сосредоточиться. Огненный шар не меняется.

Робби. Вы все такая же, ничуть не изменились.

Голос. Думайте… представьте себе образ… сосредоточьтесь…

Робби закрывает лицо руками. Огненный шар исчезает, появляется кукла-фея в полметра ростом.

Робби. Нет, это сон!.. (Быстро отворачивается, потом неожиданно оглядывается: фея все еще там. Он начинает осторожно ходить вокруг нее). А о чем же полагается говорить с феями?

Фея (нежно). О чем угодно.

Робби (чешет в затылке). С детства не вспоминал о феях… О чем с ними можно говорить?

Фея. А разве у вас нет желаний? Такова, кажется, нормальная процедура.

Робби. Желаний?

Фея. А вы что, забыли? Я обещала исполнить три любых ваших желания.

Робби. Правильно, обещали. Три желания. Как в сказке. Только погодите!.. А почему вы вдруг фея?

Фея. В ответ на ваши мысли.

Робби. Да… но послушайте… это же была первая попавшаяся мысль, когда вы сказали про три желания… А я могу до вас дотронуться?

Фея. Нет. Я — излучение. От меня исходят лучи, благодаря которым в твоем мозгу создаются определенные комбинации электронов. И мой образ кажется тебе живым. Но только ты один можешь меня видеть и слышать.

Робби. А-а… значит, все это мне только мерещится?

Фея. Вовсе нет. Я существую, но ты меня видишь такой, как тебе хочется.

Робби (подозрительно). А как мне убедиться, что это не сон?

Фея. Пожелай что-нибудь — вот и убедишься.

Робби. Ладно. Вот мое первое желание. (Торжественно.) Я желаю, чтобы вы остались здесь на три дня.

Фея. Но мне необходимо уйти.

Робби (с упреком). Вы обещали. Слово надо держать.

Фея. Хорошо.

Робби (внимательно глядя на фею). Вы мне нравитесь… Но не могли бы вы

стать кем-нибудь посерьезней?..

Фея. Пожалуйста. Кем?

Робби (с опаской). А это не войдет в счет моих желаний?

Фея. Нет.

Робби. Дайте подумать. (Крепко зажмуривает глаза.)

Фея. Твои мысли не очень ясны. Стать блондинкой?.. Сосредоточься…

Робби. Нет! Нет!.. Ни в коем случае!.. А что, если рыженькой?.. Вот вроде той… у нее чудесные волосы цвета медной кастрюли. Такой, чтобы я чувствовал себя по-свойски…

Затемнение, гул…

Фея превращается в девушку, о которой он мечтает.

Девушка. Устраивает?

Робби. О-о-о! В самый раз!.. Без осечки! Как же тебя назвать?.. Мэри?.. Нет. Бетти?.. Нет. Как-нибудь по-французски. А! Мадлен!.. (Осматривает ее с головы до ног.) Экстра-люкс!

Мадлен. Однако, ты разборчив…

Робби (с важностью). А как же? Ведь я же холостяк.

Мадлен. А что такое — холостяк?

Робби. Ты что, не знаешь? Ну, тот, кто свободен.

Мадлен. Не понимаю.

Робби (запинаясь). Ну-у… одинокий… неженатый…

Мадлен. А-а… поняла. Без биологической пары? У-у, как устарело!

Робби. А разве у вас… ничего этого нет?

Мадлен. Давно!

Робби (взглянув на нее). Ты даже не представляешь себе, что вы теряете.

Мадлен. Например?

Робби (застенчиво). Ну-у… сама знаешь.

Мадлен. Любовь?

Робби. А разве там у вас нет никаких чувств?

Мадлен. Нет.

Робби (изумленно). Один голый разум?

Мадлен. Конечно.

Робби. Вот тоска!

В дверь яростно стучат и дергают за ручку. Слышен голос Мартина.

Мартин (за дверью). Робби! Открой!.. Робби!..

Робби (вздрагивает). Здесь! Слышу! Иду!

Мадлен. Кто это?

Робби. Профессор Блейк, мое начальство. Вот теперь мне влетит!

Мадлен. Ну и что?

Новый стук в дверь.

Робби (чуть не плача). Ну и что?! Выгонят меня, вот что!

Мадлен. Не понимаю. Ваш мир впервые установил прямую связь с нашим. И это сделал ты!

Мартин (за дверью). Робби!..

Робби. А ведь верно! Я стану знаменитым! Иду-у! (Важно идет к двери, но вдруг останавливается и нерешительно оглядывается назад.) Ах, Мадлен, ты не знаешь наших порядков! (Отпирает дверь.)

Входят Мартин и Элизабет.

Мартин. Что здесь происходит, черт возьми?!

Элизабет. Что с тобой, Робби? Ты не заболел?

Мартин подбегает к телескопу, смотрит на панель, резко оборачивается и набрасывается на Робби.

Мартин (с угрозой). Ты трогал телескоп. Я предупреждал тебя…

Робби. Простите, профессор Блейк… Я ничего… Честное слово, я…

Мартин. Нет, хватит! Это уже слишком!..

Робби. Прошу вас, сэр, я…

Элизабет подходит к телескопу, с недоумением смотрит на панель.

Мартин (в бешенстве). Убирайся отсюда. Немедленно! Завтра утром в конторе получишь расчет. Больше я не подпущу тебя даже близко к лаборатории!

Элизабет (перебивает, настойчиво). Мартин!

Мартин. В жизни не видел такого…

Элизабет. Мартин!

Мартин (обернувшись к ней). Что еще?

Элизабет указывает на контрольную панель. Он недоуменно смотрит туда же.

Элизабет (шепотом). Смотрите! Сто десять тысяч вольт!

Мартин. Господи!.. (Подходит к Робби.) Ты цел и невредим?

Робби (оживает). О да, сэр! Мне ничего не сделалось. И я ничего не испортил. Аппаратура прекрасносработала…(Вдруг, спохватившись, замолкает.)

Мартин. Сработала?! Ты мог взорвать всю лабораторию!

Элизабет. Его надо немедленно отправить в больницу.

Мартин (сердито). Его надо отправить в… психиатричку. (Вдруг останавливается и впивается взором в Робби.) Робби! Поди сюда!

Робби приближается на один шаг.

Мартин. Так это правда? Ты действительно включил сто десять тысяч вольт?

Робби. Да, сэр.

Мартин (хлопнув в ладоши). Значит, это возможно! Она выдерживает! Вот хорошо! Чудесно!.. Замечательно!

Элизабет (с упреком). Мартин! (Обернувшись к Робби.) Тебя тряхнуло, Робби? Шок?

Робби кивает.

Элизабет. Сильный?

Робби кивает.

Элизабет. Но как же… как же?..

Мартин. Шок, наверное, отбросил его от аппарата.

Робби кивает.

Мартин. Чудо, что он еще жив! (Смотрит на него.) Невероятно!

Элизабет (спешит к телефону). Надо вызвать "скорую помощь".

Мартин. Нет, погодите. Сначала надо выяснить подробности.

Элизабет. Мартин!

Мартин (беззаботно). Робби, слушай. Если ты честно и точно ответишь на все мои вопросы, я постараюсь замять это дело. Я слушаю, Робби.

Робби (старается вспомнить). Мадлен!

Мартин. Мадлен?

Робби (обернувшись, указывает на Мадлен). Ну да. Вот она.

Мартин и Элизабет тупо смотрят в ту сторону, но не прямо на Мадлен.

Элизабет. Он бредит. Это от шока.

Мартин (с досадой). Постойте. (Стараясь набраться терпения.) Робби, слушай меня внимательно.

Робби кивает.

Мартин. Начнем с самого начала. Ты поставил аппаратуру так, как она настроена сейчас…

Робби кивает.

Мартин. Включил…

Робби кивает.

Мартин. Потянул вниз рычаг управления… и получил шок… изоляция не выдержала…

Робби кивает.

Мартин. Тебя отбросило назад… Ты отлетел от аппарата… но не потерял сознания…

Робби (бросив взгляд на Мадлен). Нет, кажется…

Мартин. Так. А что было потом?

Робби думает.

Мартин. Что первое тебе запомнилось?

Робби. А-а!.. Голос… Он сказал: "Освободите меня!" Потом он превратился в огненный шар… а потом — в фею… а потом — вот она! (Переминаясь с ноги на ногу.) И еще обещала исполнить три моих желания.

Молчание. Робби с надеждой смотрит то на Мартина, то на Элизабет. Наконец Элизабет захлопывает записную книжку. Слушавший с большим вниманием Мартин со вздохом выпрямляется.

Мартин (безнадежно). Ладно, Лиз. Звоните в "скорую помощь".

Элизабет. Придется. Ты присядь, Робби, отдохни.

Робби. Я не хочу в больницу! Я не болен и не сошел с ума. Я на самом деле слышал голос. И вот Мадлен. Вот она, смотрите сами. (Указывает.) Неужели вы ее не видите?

Мартин. Ты только не расстраивайся…

Элизабет. Робби, сядь, отдохни немного…

Мадлен (усмехнувшись). Что с тобой, Робби? Ты же знаешь, что они не могут меня видеть.

Все трое говорят одновременно.

Робби (раздраженно, Мартину и Элизабет). Погодите!.. Дайте ей сказать.

Мартин и Элизабет недоуменно смотрят друг на друга.

Робби. Прости, Мадлен. Что ты сказала?

Мадлен. Ты забываешь, что они не могут меня видеть и слышать.

Робби. О!..

Все смотрят на него.

Робби. Правильно… совсем забыл. (Обернувшись к Мартину.) Видите ли, профессор, вам будет довольно трудно понять…

Брови Мартина поднимаются.

Робби. …но дело в том, что благодаря электрическому шоку я воспринимаю определенные излучения… и я могу с ней общаться, а вы — нет.

Мартин. Какие излучения?

Робби. Э-э… ммм… излучения!

Мадлен. Их формула: икс — два ипсилон — гамма в степени пи.

Робби (быстро). Икс — два ипсилон — гамма в степени пи.

Мартин. Что?

Элизабет. Икс — два ипсилон… Это та странная формула, которая получилась у нас в прошлом году!

Мартин. Действительно!

Элизабет (с любопытством). Робби, а как она выглядит, эта Мадлен? Жаль, что мы не можем ее видеть.

Робби (простодушно). Почему? Вы тоже можете, если рискнете получить шок…

Элизабет. Ой, нет! Благодарю!

Робби. А выглядит она так, как мне хочется…

Мартин. Это галлюцинация. Ему мерещится. (Ласково.) Робби, ты получил чудовищный шок…

Робби. Не в этом дело!.. Она существует. Стойте! У меня же есть право на три желания! То есть — два. Одно она уже выполнила: осталась со мной!

Элизабет. А долго она здесь пробудет?

Робби. Три дня. И мне надо успеть придумать остальные.

Мартин (насмешливо, пожав плечами). Так валяй…

Робби (возмущенно). Но я не могу так сразу решить…

Мартин. Пожелай миллион фунтов стерлингов. Для начала хватит. А потом можешь получить еще пятьдесят миллионов, в качестве второго желания. (С усмешкой оборачивается к Элизабет.) Мы — люди не жадные, правда, Лиз?

Элизабет не обращает внимания на шутку.

Мартин. Звони в больницу.

Элизабет. Робби, а если она не выполнит твоих желаний? Тогда ты поверишь, что все это просто шок?

Робби. Да все исполнится, я уж знаю. (Мадлен.) Правда?

Мадлен. Правда.

Элизабет (настойчиво). Ну давай, Робби, сейчас. Чтобы мы могли убедиться.

Мартин. Пожелай себе новый костюм.

Робби (очень серьезно). Нет, сэр, этого я не могу. Это значит зря потратить желание. (Застенчиво.) Я хочу пожелать что-нибудь важное… что принесло бы пользу… Я могу пожелать, например… (Подходит к окну и выглядывает. Затаив дыхание.) Самый большой телескоп в мире!

Мартин. Ради бога, не надо! Нам его некуда ставить.

Элизабет. Пожелай какую-нибудь мелочь. Просто чтобы убедить нас.

Робби (терзаясь сомнениями). Не знаю, стоит ли… Я… (В замешательстве чешет затылок.)

Мадлен (внимательно разглядывая Элизабет) Она — твоя биологическая пара?

Робби (поспешно). Нет-нет! Что ты!..

Мартин и Элизабет (вместе). Что ты сказал?

Робби. Это я с ней…

Мадлен (недовольно). Мне они не нравятся, Робби. Пусть уйдут.

Робби. Но я должен их убедить, Мадлен. Они мне не верят.

Мартин. Что ты бормочешь?

Робби. Сейчас. Сейчас. Подождите.

Элизабет. Подождем.

Мадлен. Хорошо. Пусть будет еще одно маленькое желание.

Робби. Сверх?

Мадлен. Сверх.

Робби (восторженно). Вот здорово! Все в порядке. Я могу пожелать еще что-нибудь! И это не будет считаться. Так… Теперь, что же мне пожелать?

Мартин. Что хочешь!

Робби. Да, но что-нибудь значительное, а не пустячок. Может, что-нибудь в помощь науке?

Мартин (сдерживая смех). Ну, уж если тебе так хочется помочь науке, я бы, пожалуй, не отказался от новой считалочки. Наша ужасно устарела. (Указывает на компьютер, который Робби накрыл чехлом.)

Робби. Прекрасно. Сейчас пожелаю. (Оборачивается к Мадлен.) Можно?

Она пожимает плечами и улыбается в знак согласия.

Робби (сосредоточенно). Я желаю… Я желаю… (Закрывает глаза и весь

напрягается.)

Мартин (с улыбкой). Кстати, раз уж мы можем выбирать — надо бы

попросить новейшую модель. Компьютер "Порш-Берг"!

Робби (напряженно). Новейшую модель компьютера "Порш-Берг".

Мадлен улыбается, но не двигается с места. Через секунду Робби раскрывает глаза.

Мартин. Не было ни грома, ни молнии, ни огненного шара… Правда ведь, Лиз?

Элизабет (с большим сочувствием). Ничего не случилось, Робби.

Робби. Но ведь должно было!.. Мадлен, ты не подвела меня?.. Ты же

обещала!

Мадлен улыбается и показывает жестом. Робби бросается к вычислительной машине и срывает чехол. Новенькая, сверкающая модель заменила старую рухлядь.

Робби. Смотрите!

Мартин. Лиз… ущипните меня. Я не верю своим глазам.

Элизабет (ошеломленно). Но… но… этого не может быть!

Мартин (все еще не веря, подходит к машине и ощупывает ее). Нет, этого не может быть!..

Робби (с гордостью). Может! Может! (Подходит к Мадлен.) Теперь вы мне поверите?

Мартин (вдруг начинает трясти головой, словно желая избавиться от наваждения). Нет, это… это… какой-нибудь трюк. Фокус! Гипноз!

Элизабет. А она действует? Проверьте.

Мартин (включает машину, проверяет различные контрольные приборы. Затем оглядывается в поисках записной книжки, хватает ее, внимательно перелистывает, подходит и выстукивает на клавиатуре формулу). Вот. На старой рухляди для решения этой задачи понадобилась бы целая неделя. Эта должна дать ответ через несколько секунд.

Жужжание. Мартин берет из машины бумажную ленту, читает и протягивает Элизабет. Оба изумленно разглядывают результат. Мадлен, соскучившись, бродит по комнате, рассматривая, где что стоит.

Элизабет (смущенно). А… что же теперь?

Мартин (с глубоким вздохом). Прежде всего надо выйти на воздух и проветриться… Надо понять: мы в здравом уме или нет?..

Мадлен (быстро). Не покидай меня, Робби.

Робби (смотрит на нее, затем оборачивается к Мартину). Она говорит, чтобы я не оставлял ее одну.

Небольшая пауза.

Мартин. Пусть она идет с нами.

Мадлен. Нет, я не могу отойти от телескопа. Мне нужна его энергия.

Робби. Она не может отойти от аппаратуры. Ей необходимо излучение.

Мартин. О!

Элизабет (Робби). Тогда тебе придется не выходить отсюда трое суток.

Робби. И не выйду.

Мартин. Хорошо! Мы принесем подушку и плед. А еду доставят из буфета.

Робби (озабоченно). Только я должен предупредить маму.

Мартин (поспешно). Пока никому ничего не говори. (Потирая руки.) Теперь у профессора Бредфорда будет что показать премьер-министру!

Элизабет. Только премьер-министру?.. Это поразит весь мир!

Робби. Но мама будет волноваться!

Мартин. Мы объясним ей, что у тебя чрезвычайное задание.

Робби (тихонько, с гордостью). Чрезвычайное задание!

Мартин. Пошли, Лиз. Скорей.

Элизабет. Да, пошли.

Мартин. Сперва зайдем к Бредфорду, а потом к матери Робби.

Элизабет. Хорошо.

Мартин (останавливается у порога). Робби, а ты уверен, что не нужно доктора?

Робби. Все нормально.

Мартин. Понимаешь, не хочется, чтобы узнали лишние люди… (Уходит с Элизабет.)

Мадлен стоит у телескопа и греет руки, как перед камином.

Робби. Это что у вас — вместо питания?

Мадлен. Угу. Мы поглощаем излучение.

Робби. Космические лучи?

Мадлен. Любое — рентгеновское, бета-лучи, световое… любое. Я их обожаю! Вот почему мне надо быть близко к аппаратуре.

Робби. Если так… то мы попробуем вот что. (Включает мощную лампу у кресла.) Годится?

Мадлен (повернувшись к лампе). До чего хорошо! Наслаждение! (Вся изгибается.) Прелесть!

Робби. Так-так. Ну что ж. Питайся на здоровье!

Мадлен свертывается калачиком в кресле, подставляя лучам то руки, то ноги. Робби смотрит на нее во все глаза.

Робби. Ого! Вот бы увидела тебя сейчас электрокомпания. Немедленно повысили б тариф.

Мадлен. Пожалуй, хватит! (Встает.)

Робби. Сыта?

Мадлен бродит по комнате, останавливается перед книжной полкой и

разглядывает книги.

Робби. Тут собраны последние достижения нашей науки по теории относительности и квантовой механике, включая книги профессора Блейка и директора центра Бредфорда.

Мадлен берет книги с полки, просматривает их и ставит на место.

Мадлен. О, я помню все это. Я выучила это через час после того, как меня произвели.

Робби. Где?

Мадлен. Да ну… Примитивным старым способом. На синхрофазотроне.

Робби. Ну, знаешь… Тот, кто тебя вывел, потрудился на все сто. Ай да лаборант! Наверно, работал сверхурочно.

Мадлен улыбается и быстро перелистывает еще одну книгу. Пауза.

Робби. Как ты попала к нам?

Мадлен. Меня привлек ваш радиолуч. Элементарно! Я просто соскользнула по этому лучу.

Робби. Новый вид спорта: скользить по радиолучам!.. А я чуть не принял тебя за настоящую фею, из сказки.

Мадлен. Вероятно, потому, что я обещала тебе исполнить три желания? Но в сказках всегда такие глупые желания. Просто мура. Давай свои!

Робби. Но что? Что мне пожелать? Посоветуй!

Мадлен. Запрещено. Ты сам должен решить. У нас огромные ресурсы энергии. Можешь пожелать все что угодно. (Вытягивается на кушетке.)

Робби (не сводит с нее глаз). Все что угодно?.. Даже чтобы ты стала живой?

Мадлен. Да… но для этого нужен другой вид энергии… и я могу неожиданно взорваться. Ты этого хочешь?

Робби. Категорически нет. Ни в коем случае!

Мадлен. Благодарю.

Робби. А нельзя пожелать еще три желания?

Мадлен. Э, нет! Это уже нахальство…

Робби (потирая подбородок). Нельзя… Так я и думал… Против правил, а?

Мадлен смеется.

Робби. Если бы ты знала, как ты мне нравишься… и как мне хочется…

(Подходит ближе.) Постой… Погоди минуту, не двигайся. Я хочу…

(Пытается поцеловать ее. В отчаянии отступает.) Ничего не выходит.

Мадлен. А что ты хотел?

Робби. Поцеловать тебя.

Мадлен. Поцеловать?.. А что это?

Робби. Это сигнал любви.

Мадлен. А как это?

Робби. Ну… э-э… надо прижаться губами друг к другу.

Мадлен. Зачем?

Робби. Ну-у-у! Если б ты только знала!.. Это так приятно!

Мадлен. Меня это не интересует.

Робби. А у вас нет никаких эмоций?

Мадлен. А зачем?

Робби. Вам легче!

Мадлен. Но мне хотелось бы видеть, как это — целуются… Учиться никогда не поздно.

Робби. Я бы показал, но ничего не получается.

Мадлен. О, я знаю твои мысли! Ты крепко зажал меня… стиснул… прижимаешь губы…

Робби. Нет, это бесполезно!

Мадлен тихонько смеется.

Робби. И ничего смешного тут нет.

Мадлен. Да… любовь… Слышала… (Серьезно.) Она играет большую роль в вашем мире?

Робби. Заставляет весь шарик вертеться.

Мадлен. Ну, это уж глупо. Но, кажется, она дает большой психологический эффект. Надо бы мне изучить ее хорошенько, эту вашу любовь.

Робби. О, непременно. (Подходит к ней.) Мадлен!

Мадлен. Да, Робби?

Робби. А у вас… ничего такого… нет?

Мадлен. Чего «такого»? Любви?

Робби. Угу.

Мадлен. Есть нечто… отдаленно напоминающее… Но это относится к области познания.

Робби (стойко). Да-а… может быть, мы здесь, на Земле, и старомодны кое в чем, но я этому даже рад. (Поспешно.) Впрочем, неважно. Слушай, Мадлен, а ты не хотела бы жить в нашем мире?

Мадлен. Так вот чего тебе хочется, Робби? Чтобы я осталась жить на Земле?

Робби. Ну конечно!.. Ты сама знаешь… Ты такая… Мадлен, если бы я пожелал, ты могла бы стать жительницей Земли?

Мадлен кивает.

Робби. А потом я могу пожелать, чтобы ты влюбилась в меня, правда?

Мадлен. Когда я стану жительницей Земли, я не смогу больше исполнять желания…

Робби. Верно!.. А мы это сделаем третьим желанием! Можно?

Мадлен. Твое право!

Робби (настойчиво). Но ты бы хотела, Мадлен? Ты, сама, хотела бы?..

Мадлен (нерешительно). Не знаю, Робби.

Пауза.

Мадлен. Я посоветуюсь со своими старшими товарищами.

Робби. У вас тоже?.. Э, нет! Только не это!

Мадлен. Почему?

Робби. Не знаю… но мне это не нравится. Незачем вмешивать начальство! Но вот маму я должен спросить. Традиция.

Занавес

Действие второе

Картина первая

Там же, на следующее утро. К обстановке добавились диван-кровать, глубокое кресло и радиоприемник. На столе поднос с остатками пищи и бутылка пива. Робби спит, сняв только пиджак и туфли. Мадлен свернулась калачиком в кресле. Глаза широко раскрыты. На ней сверхмодная пижама. Из коридора доносятся голоса. Входят Мартин и Бредфорд. Мартин направляется прямо к компьютеру, приподнимает чехол, заглядывает и снова накрывает его.

Мартин. Ночь прошла, а машинка все еще здесь.

Бредфорд. А она… э-э?..

Мартин (пожав плечами). Не знаю. Она же невидимка.

Мадлен лениво протягивает руку и сбрасывает на пол книгу. Оба ученых внимательно смотрят вниз на книгу.

Бредфорд. Она здесь.

Оба почтительно смотрят на кресло.

Мартин (кивнув в сторону Робби). Лучше бы его разбудить.

Бредфорд. Одну минуту. Нам надо кое-что обсудить.

Мартин. Что?

Бредфорд (нерешительно). Если мы расскажем об этом премьер-министру…

Мартин. Но как же это можно скрыть от него?

Бредфорд. А что я могу сказать?

Мартин. Только правду.

Бредфорд. О трех желаниях? Он сочтет меня сумасшедшим.

Мартин. Покажите ему компьютер.

Бредфорд (раздраженно). Он же не техник. Он ничего в этом не поймет. А потом… Кто сделал это открытие?

Мартин. Робби.

Бредфорд. Мы не можем этого сказать.

Мартин. Почему?

Бредфорд. Опять-таки потому, что никто не поверит. Нельзя заявить премьер-министру, что самое невероятное открытие сделал мальчишка, лаборант.

Мартин. Да, мы все будем выглядеть круглыми дураками. Но что поделаешь! Ему повезло.

Бредфорд. Нам придется взять это дело в свои руки.

Мартин. Каким образом?

Бредфорд. Не знаю. Надо с ним поговорить.

Мартин кивает, подходит к Робби и трясет его за плечи.

Мартин. Робби, проснись!.. Вставай!

Робби не шевелится.

Мадлен (звонко и нежно). Проснись, Робби!

Робби ворчит, затем садится и с недоумением озирается. Увидев Бредфорда, встает.

Робби. О, простите, сэр! Я, должно быть, вздремнул. Мне снился такой сон… (Вдруг замечает Мадлен.) Ой, нет! (Бежит к креслу и загораживает ее от Мартина и Бредфорда пледом, который держит на вытянутых руках.)

Бредфорд. В чем дело?

Мартин. Она все еще там?

Бредфорд (Мартину). Почему он стоит в такой странной позе?

Робби (вспомнив, опускает плед). О, совсем забыл. Ведь вы ее не видите, правда?

Бредфорд. К сожалению.

Мартин (с любопытством). А что с ней?

Робби. Нет-нет, ничего! (Мадлен, яростным шепотом.) Где ты добыла эту одежду?

Мадлен (демонстрирует пижаму). Материализовала. Хороший фасон?

Мартин. Что случилось?

Робби. Ничего, сэр, ничего! (Снова Мадлен.) Иди материализуй что-нибудь приличное!

Бредфорд и Мартин смотрят друг на друга, потом на Робби.

Мадлен. Неужели тебе не нравится?

Робби (ведет ее за приборы). Да, да. Очень мило… но тут не спальня. Придумай платье.

Мартин и Бредфорд снова озадаченно переглядываются.

Робби. Ну, пожалуйста, Мадлен. Будь хорошей девочкой.

Мадлен. Так и быть… (Скрывается.)

Мартин. Что происходит?

Робби (застенчиво). Ничего особенного, сэр. Просто она была без платья.

Бредфорд. Без платья! (Нервно подтягивает узел галстука.) Э… а она еще здесь?

Робби. Нет, ушла одеваться.

Мартин. Слушай, Робби, пока ее нет, пожалуй, удобно поговорить обо всем.

Робби. Да, сэр?

Бредфорд (решительно). Так вот. У нас у всех было время подумать…

Робби. Да, сэр.

Бредфорд. Ведь это очень большое дело, а? И, наверное, волнует тебя?

Робби. Конечно, сэр. Это очень важно для всех. Наконец-то мы установили связь с другими существами в Галактике.

Бредфорд. Это все понятно. Но два этих… желания…

Робби. Можно пожелать все что угодно.

Бредфорд. Вот! Вот! И какая огромная ответственность. Она слишком тяжела для тебя. Мы не хотим, чтобы ты портил себе нервы.

Робби (робко). А я не буду портить себе нервы, сэр.

Бредфорд. М-да…

Мартин. Ты ведь знаешь, Робби, сегодня к нам приедет премьер-министр и с ним генеральный директор отделения Организации Объединенных Наций.

Робби (кивает). А меня представят им, профессор Блейк?

Мартин (бросив взгляд на Бредфорда). Э-э… возможно.

Бредфорд. Дело очень деликатное, ты же сам понимаешь. Нам надо произвести впечатление на весьма ответственных людей.

Мартин. А это будет довольно трудно сделать, Робби. Ну как их убедить?

Робби. Я могу рассказать только правду, сэр… все как было.

Бредфорд. Пожалуй, лучше, если ты предоставишь нам с профессором Блейком давать объяснения.

Робби (разочарованно). Если угодно, сэр… А я совсем не буду говорить с премьер-министром?

Бредфорд. О, мы постараемся это устроить… Представим тебя как ассистента профессора Блейка.

Лицо Робби проясняется. Входит Мадлен. На ней очаровательное платье. Ее никто не замечает.

Мартин. Надо будет придумать какое-нибудь научное объяснение. Ведь никто не поверит, что какое-то… существо подарило тебе три желания.

Робби. Почему? Это же чистая правда.

Бредфорд (ласково). Разумеется! Конечно, это правда. Но, видишь ли, люди привыкли, что научные открытия делают ученые. У кого есть настоящий кругозор, необходимая подготовка, нужные знания… Я… или профессор Блейк…

Мартин(сочувственноидобродушно). Это чертовски большая ответственность для тебя, Робби. Пожалуй, тебе лучше избавиться от нее… свалить на кого-нибудь другого…

Бредфорд. Быть может, передать эти… э-э… желания?

Мадлен. Нет!

Робби (вздрогнув). А? (Оборачивается к ней.)

Оба профессора замечают это и внимательно следят за ним.

Мадлен. Желания твои, Робби. И я никому не позволю заменить тебя.

Робби. Но…

Мадлен. Не будь ребенком! Не уступай им!

Робби. Но как же я могу не уступить, когда они…

Мадлен. А ты стой на своем, и все!

Мартин. Она вернулась?

Робби кивает.

Бредфорд. Она… э-э… одета?

Робби. О да. На ней очень красивое платье.

Мадлен довольно улыбается, гладит его по щеке, щекочет.

Мартин. Что она сказала?

Робби (ему щекотно). О… ничего…

Мадлен. Трус!

Робби (возмущенно). А вот и нет! (Бредфорду.) Видите ли, сэр, она говорит, что я не могу передать свои желания. Я должен сам.

Бредфорд. О!.. Вот как!..

Робби (упрямо). Это мои желания. Их обещали мне. Я знаю, что я не ученый. Ходил только в обычную школу, и ту пришлось бросить, когда мне исполнилось пятнадцать лет. Я не учился ни в университете, ни в колледже. Но я не думаю, что мои желания будут хуже, чем у кого-нибудь другого.

Бредфорд. Так что же ты пожелаешь, расскажи!

Робби (нерешительно). Я еще не придумал.

Бредфорд. Ну вот видишь!

Робби. Хорошо, а что бы вы пожелали?

Бредфорд. Я… я посоветовался бы с ответственными лицами.

Робби. С какими?

Бредфорд. С правительством… и с Объединенными Нациями.

Робби. Я хотел поговорить с премьер-министром, но вы против этого.

Мадлен. Молодец, Робби!

Бредфорд. Ну что ж… раз ты не хочешь выслушать совет…

Робби. Нет, я хочу, сэр. Я с радостью выслушаю любой совет. Но желания должны быть мои собственные.

Входит Элизабет.

Элизабет (Бредфорду). Пришла миссис Джонс. Она хочет видеть Робби.

Бредфорд (чуть слышно, про себя). Черт!

Робби (бежит к двери. Спохватившись). Мне нельзя.

Мартин (поспешно). Да, ты лучше не уходи отсюда, Робби. Я ее приглашу сюда.

Робби (потрясение). Сюда, в лабораторию? О, благодарю вас, сэр.

(Бредфорду.) Мама давно мечтает посмотреть лабораторию.

Бредфорд (холодно). Да?

Мартин (быстро, Бредфорду). Можно?

Бредфорд. Да, пусть поднимается.

Мартин уходит.

Бредфорд. Поверь, я только хочу помочь тебе, мой мальчик.

Робби. Я понимаю, сэр…

Бредфорд. Как-никак, а ведь я значительно старше, а? (Шепотом Элизабет.) Присмотрите тут. (Уходит.)

Робби шагает взад и вперед по комнате.

Элизабет. Что случилось?

Робби. Это начинает мне надоедать, мисс Гордон, честное слово! Я думал, все будут довольны, а получилось наоборот. Мне не позволяют говорить с премьер-министром.

Мадлен. Нет, ты будешь с ним говорить!

Робби. Что? Это правда?

Элизабет. Я ничего не сказала.

Робби. Нет, простите, это Мадлен. Она сказала, что я буду говорить с премьер-министром.

Элизабет. Я уверена в этом.

Робби. Вот мама будет рада!

Элизабет. Бедный Робби!

Робби (удивленно смотрит на нее). Бедный?.. Почему?

Элизабет. Какая огромная ответственность выпала на твою долю.

Робби. Они тоже так говорят. Как вы думаете, мисс, я должен был передать свои желания профессору Блейку? Или еще кому-нибудь? Да или нет.

Пауза.

Элизабет (задумчиво). Не знаю, Робби. Это ты сам должен решить. Профессор Блейк, конечно, большой ученый…

Робби. Еще бы! По-моему, он самый умный человек на свете!

Элизабет (улыбаясь). Я бы так не сказала… (Направляется к двери.)

Входит миссис Джонс, полная женщина лет сорока с небольшим.

Элизабет. О, привет, миссис Джонс!

Миссис Джонс. Доброе утро, мисс.

Элизабет (с улыбкой). Я покидаю вас. Всего хорошего! (Уходит.)

Робби. Здравствуй, ма.

Миссис Джонс (встревоженно). Здравствуй, сынок! Ты здоров?

Робби. Конечно, здоров! Еще как!

Миссис Джонс (оглядывая лабораторию). А чем ты занят? Что ты делаешь, Робби?

Робби. Чрезвычайное задание, ма.

Миссис Джонс (на нее это произвело впечатление). Чрезвычайное задание! Наверное, тайна, молчок? Ну что ж, тогда я не стану расспрашивать.

Пауза.

Миссис Джонс. И все связано с этой машиной? (Указывает на телескоп.)

Робби. Да.

Миссис Джонс. О!.. Они говорят, что ты пробудешь здесь еще целых два дня.

Робби. Да, ма.

Миссис Джонс. У тебя будут большие сверхурочные.

Робби. Наверно.

Миссис Джонс. Я так разволновалась, когда мне сказали. Думала, с тобой что-нибудь случилось.

Робби. Нет, нет. Все нормально.

Миссис Джонс. Смешно, правда? Хотят, чтобы ты спал здесь, и все? Да, я не должна задавать вопросов. Я принесла тебе сандвичи, Роб. Ты ведь не станешь тратиться на буфет. Не к чему зря швырять деньги.

Робби. Меня кормят за счет Организации Объединенных Наций.

Миссис Джонс (потрясение). Что ты говоришь! Тогда я заберу их обратно.

Робби. Нет, ма, оставь. Твои вкуснее.

Миссис Джонс (улыбаясь). Ладно, сынок. (Кладет сандвичи на стол.)

Робби искоса бросает взгляд на Мадлен.

Робби. Спасибо.

Пауза.

Миссис Джонс. Но все-таки… какая у тебя работа, Робби? Я никому не скажу.

Робби. Трудно объяснить тебе, ма.

Миссис Джонс. О!.. наверное, очень… (подыскивая слово) техническая, да?

Робби. Вроде.

Миссис Джонс. А они дадут тебе прибавку к жалованью?

Робби. Не знаю.

Миссис Джонс. Ты лучше прямо попроси. Нельзя быть таким нерешительным.

Робби. Угу!

Миссис Джонс. Точь-в-точь как отец. Он тоже готов был сделать все! Для других. Для себя — ничего!

Робби. Угу!

Миссис Джонс. Ты же не захочешь быть таким… отсталым. У тебя здесь хорошее место, и ты должен продвигаться. Мы с отцом дали тебе хорошее образование…

Пауза.

Робби. Слушай, если б тебе обещали исполнить любое твое желание… какое только хочешь… что бы ты тогда попросила?

Миссис Джонс (смеется). Вот странный вопрос… Даже не знаю, что тебе сказать. Мне бы хотелось, чтоб ты был устроен, обеспечен хорошей работой… ну, и был счастлив, что ли.

Робби. Да, но не просто так, для тебя и меня… а вот для всех?

Миссис Джонс (с сомнением). Для всех? О, этого я не могу сказать. Ты должен сначала позаботиться о себе. А почему ты спрашиваешь?

Робби (нерешительно). Ма… я задерживаюсь здесь теперь потому, что… я сделал открытие…

Миссис Джонс. Открытие?!

Робби. Да. Я работал на этой машине… ну, знаешь… я тебе рассказывал — на радиотелескопе — и нашел… существо из другого мира.

Миссис Джонс. Существо? Как в твоих книжках?

Робби кивает.

Миссис Джонс. И в кино?

Робби кивает.

Миссис Джонс. И ты поймал его?

Робби кивает.

Миссис Джонс. Но ты его не помял? Не сделал ему больно?

Робби. Нет-нет. Я освободил его… то есть ее.

Миссис Джонс (недоверчиво). Ее?.. Так это женщина?

Робби кивает.

Миссис Джонс. А она похожа на… этих… как их?.. (Показывает пальцами

усики антенны над головой.)

Робби отрицательно качает головой.

Миссис Джонс. А где она? Дай поглядеть!

Робби (огорченно). Ты не сможешь ее увидеть… Только я могу. Она здесь… в этой комнате.

Миссис Джонс (подскочив). Где?!

Робби (указывает). Вот.

Миссис Джонс. О!.. (Смотрит искоса с сомнением в сторону Мадлен.) Здравствуйте!

Мадлен. Здравствуйте!

Миссис Джонс (шепотом). А она умеет говорить?

Робби. Ты ее не слышишь. Она тебе ответила.

Миссис Джонс (вконец ошалев). О!..

Робби. И она обещала мне исполнить три желания.

Миссис Джонс (вежливо). Очень любезно с ее стороны.

Робби. Одно я уже пожелал — чтобы она побыла на Земле, с нами, а два желания у меня еще остались.

Миссис Джонс. Великолепно.

Робби. Но я не знаю, что мне пожелать. Это обязательно должно быть что-нибудь важное… для всей страны… даже для всего мира.

Миссис Джонс. Погоди… Ты думаешь, вроде как жилища для всех и для каждого или что-нибудь такое, да?

Робби (горячо). Вот-вот!

Миссис Джонс. Да-а… Так об этом надо подумать как следует… хорошенько… Не торопись. Может быть, спросить у премьер-министра или…

Робби. Так я же хотел!.. Но профессор Бредфорд считает, что я должен передать все желания ему или профессору Блейку…

Миссис Джонс. Вот это новости! А почему, позвольте вас спросить? Чем плохо, если ты сам пожелаешь? О чем он думает, этот профессор? Если мы с тобой бедные и ты не ходил в их шикарные школы, так и желания твои не годятся, да?

Робби. Не знаю, ма.

Миссис Джонс (набрав полные легкие воздуха). Так!.. Пошли!..

Робби. Куда?

Миссис Джонс. К профессору Бредфорду!

Робби. Зачем?!

Миссис Джонс. Пусть не считает, что это сойдет ему с рук. Да кто он такой? Это твои желания, и они должны быть на пользу тебе.

Робби. Но, ма…

Миссис Джонс (решительно направляется к двери). В жизни не слыхала ничего подобного! А он отдал бы тебе свое открытие? Пойдем! (Тащит Робби за руку.)

Робби. Ма!.. Ма!.. Мне нельзя уходить отсюда…

Миссис Джонс. А-а-а. Ладно. Оставайся. Я сама с ним поговорю.

Робби. Но, ма…

Миссис Джонс. Не пускать тебя к премьер-министру!..

Робби (в отчаянии). Ну что ты ему скажешь? О чем ты с ним будешь говорить?

Миссис Джонс. Я скажу ему, что ты должен получить прибавку, вот что я скажу.

Робби. Ма… ну, пожалуйста! (Резко.) Не надо! Я запрещаю тебе!

Миссис Джонс. Ах, вот оно что! Соплив еще запрещать, молокосос!

(Выходит в коридор, затем, спохватившись, оборачивается, просовывает

голову в дверь.) О простите меня, мисс. До свидания! (Уходит.)

Мадлен. Так это твоя… мама?

Робби. Да. Неужели у вас там и матерей нет?

Мадлен. Таких нет.

Робби (иронически). Вам хорошо!

Короткая пауза.

Мадлен. А может быть, наоборот?

Робби. Пожалуй! Мамы бывают чудесные. Попадаются. Не знаю, как вы там обходитесь без них. А что у вас взамен?

Мадлен. О, тебе это покажется сложным. Видишь ли, на Бетельгейзе продолжение рода — это чисто административная обязанность.

Робби. Хо!.. Вот уж не хотел бы, чтоб вместо отца у меня был завкадрами.

В дверь просовывается рыжая голова Мод. Она с наклеенными ресницами и ярко накрашена.

Мод (шепотом). Роб!.. Роб!..

Робби (вздрогнув). Чего тебе?

Мод. Я только что видела твою маму.

Робби. Ну и что?

Мод. Что она здесь делает? Как она сюда попала?

Робби. А тебе какое дело?

Мод (входя). Что у вас здесь, собственно говоря, происходит? Во всем здании кругом «шу-шу-шу»… Никого сюда не пускают…

Робби (с важным видом). Так и должно быть! Мы здесь проводим очень ответственный эксперимент.

Мод. Чепуха!

Робби. И во главе его — я! Ясно?

Мод. Ври, да знай меру.

Робби. Нет, правда!

Мод. Брехня!

Робби. Ну вот еще!..

Мод. Может быть, ты еще скажешь, что Элизабет Тейлор сделала тебе предложение?

Робби. А зачем мне Элизабет Тейлор? У меня есть девушка.

Мод. Скажите пожалуйста! Какая?

Робби. Изящная, обаятельная и очень хорошенькая. (Смотрит на Мадлен.) Красивее, чем кинозвезда.

Мод. Может быть, покажешь?

Робби. Она… (Спохватившись.) Я никому ее не покажу.

Мод. Дай хотя бы фотокарточку.

Робби. У меня нет.

Мод (немедленно). Ага! Я же говорила, что врешь!

Мадлен (улыбаясь, тихонько). Покажи ей зеркало, Робби.

Робби. Зер… Ах да! (Ищет зеркало.) Зеркало!

Мод (бормочет). Чокнулся! Разговаривает сам с собой.

Робби. Есть фотокарточка. Сейчас тебе покажу. (Берет со стола зеркало.)

Мод. Хо-хо!.. Зеркало? В нем я увижу себя. (Радостно.) Робби, милый, так это я — твоя девушка? (Бросается к нему.)

Робби. Да нет же! (Смотрит умоляюще на Мадлен.)

Мадлен. Не беспокойся, Робби. Сейчас она меня увидит.

Мод. Это что, какой-нибудь фокус? Зеркало с трюком, да?

Робби (гордо подает ей зеркало). Вот она какая!

Мод (с воплем). О-о-ой!!!

Робби берет у нее зеркало, заглядывает и тоже раскрывает рот.

Робби (с укором). Мадлен, кто это?

Мадлен с независимым видом внимательно рассматривает пол.

Мадлен. Она. В старости.

Картина вторая

Там же, к концу дня. На Робби белый халат, который ему явно велик. Он нервничает и крутит пуговицы. Входит Элизабет.

Элизабет. Ты готов, Робби?

Робби. Да.

Элизабет. Не забудь, что тебя представят как ассистента профессора

Блейка.

Робби. Да, да.

Элизабет. Они будут здесь через две минуты.

Робби. Ох!

Элизабет. Ты скоро оторвешь все пуговицы.

Робби. О, простите…

Входят репортер газеты «Таймс» Аллан Смит, корреспондентка агентства Рейтер Долли Честер и Том Гардинг из компании Би-би-си. У Гардинга в руках микрофон, провод от которого тянется за дверь. Он разматывает его на ходу.

Робби близок к обмороку. Элизабет успокаивает его.

Элизабет. Не обращай внимания. Это всего лишь репортеры.

Робби (приходит в себя). О!..

Корреспонденты, игнорируя Элизабет и Робби, продолжают разговор между собой.

Смит (с усмешкой). Кто сказал, что люди науки бессердечные сухари? Сейчас они нам подарят величайшую сенсацию. А потом все окажется пшиком.

Долли (цинично). Подумаешь! Тебя еще раз обманут, ты ещераз обманешь…

Гардинг. Они как дети, эти ученые. Им бы только забавляться.

Смит. Ну, с сэром Боингом не очень-то позабавишься. Наш премьер-министр не отличается чувством юмора.

Долли. А ты веришь этой истории?

Смит. Я верю в горячие новости, с пылу с жару.

Долли. Неплохо! А каким будет второе желание?

Гардинг (фыркает). Пятьдесят тонн плутония, всего-навсего.

Смит. Но такого количества нет на земном шаре.

Долли. А нашему премьер-министру нечего скромничать.

Смит. Тш!.. Вот они идут.

Входят премьер-министр сэр Роберт Боинг и генеральный директор отделения Организации Объединенных Наций доктор Маневринг. Их сопровождают Бредфорд и Мартин.

Мартин (Боингу). Моя сотрудница — доктор Гордон, мой ассистент — мистер Джонс.

Боинг. Добрый день!

Робби. Добрый день, сэр.

Рукопожатия.

Боинг. Доктор Маневринг — генеральный директор отделения Организации Объединенных Наций.

Элизабет и Робби обмениваются рукопожатиями с доктором Маневрингом.

Боинг. Мы поражены тем, что нам рассказал профессор Блейк. Это просто невероятно!

Маневринг. Вы абсолютно уверены в этом, профессор?

Мартин. Убежден. Вы сможете сами убедиться.

Боинг. И ваше… э-э… привидение сможет произвести пятьдесят тонн плутония? Да откуда они возьмутся? Фантастика!

Мартин. Безусловно.

Маневринг. Если это не блеф, мы сможем обеспечить энергией все страны на тысячи лет вперед.

Боинг. Дайте сначала его увидеть, а потом будем обсуждать, на что его тратить.

Маневринг. А нельзя нам повидать этот… индивидуум… или побеседовать с ним?

Мартин. Он состоит из излучений, которые не воспринимаются нашими обычными чувствами.

Боинг. Но вы-то можете его видеть… и разговаривать с ним?

Мартин. Э-э… Честно говоря — нет. Вот мистер Джонс, он был у пульта, когда все произошло.

Маневринг. Мистер Джонс?

Боинг. В самом деле?

Смит (быстро, Долли). Оказывается, вот этот мальчишка поймал его!

Робби (смущенно). Я получил электрический шок… и что-то случилось с моими мозгами.

Боинг (сухо). Мм… Понимаю.

Маневринг. А когда это начнется?

Бредфорд. Назначено на пять… то есть ровно через десять минут. Плутоний материализуется там, во дворе… в свинцовых контейнерах.

Боинг. А мы откуда будем наблюдать?

Бредфорд. Можно отсюда, сэр, или там, внизу, так сказать, в первом ряду партера.

Боинг (улыбаясь). По-моему, в первом ряду!

Долли. А я, если можно, буду смотреть из окна.

Гардинг. Я тоже.

Смит. Если только можно?

Мартин. Пожалуйста.

Боинг. Пойдемте, джентльмены.

Уходят все, кроме журналистов, Элизабет и Робби. Корреспонденты набрасываются на Робби, как стая хищных волков.

Смит. Это правда? Значит, вы — хозяин желаний?

Гардинг (с микрофоном в руках). Мистер Джонс, не желаете ли сказать несколько слов нашим радиослушателям?

Смит. Мистер Джонс, а вы не могли бы нам рассказать кое-что о себе?

Робби испуганно смотрит то на одного, то на другого. Элизабет выходит вперед на защиту.

Элизабет (спокойно). Никаких вопросов, прошу вас. После эксперимента будет сделано официальное сообщение.

Смит (презрительно). Официальное сообщение! Я ему не завидую: принять на себя такую ответственность!

Долли (фыркнув). И вы верите в это? Ха!

Гардинг. Тш! Теперь тихо — через минуту я в эфире. (Поднимает микрофон.)Добрыйдень! Говорит Гардинг. Наш микрофон в научно-исследовательском центре в Баруэлле. Отсюда, с места, где я сейчас нахожусь — а я нахожусь в лаборатории на самом верху здания, — мы и будем вести наш репортаж. Именно здесь, в этой самой лаборатории, вчера был произведен опыт, который, как предполагают, ошеломит нашупланету. Профессор Блейк… и его ассистент мистер Джонс… ухитрились послать некий луч и, простите за каламбур, залучить к нам нечто из другого мира! Профессор Блейк сравнил этот источник энергии со сказочной феей, поскольку она, как он говорит, согласилась исполнить три желания. И одно из них профессор намерен использовать сейчас, на наших глазах. Атмосфера здесь накалена до предела. Даже представители прессы, которые обычно ко всему относятся скептически, взволнованы невероятно. Здесь, рядом со мной, стоят Долли Честер из агентства Рейтер и Аллан Смит из газеты «Таймс». Они жадно смотрят в окно. А там, внизу, операторы кино и телевидения уже нацелили свои съемочные камеры…

Входит взволнованный Мартин. Он направляется прямо к Робби.

Мартин (с большим беспокойством). Ну как, Робби, можно?

Робби (шепчет). Мадлен! Мадлен!

Долли и Смит переглядываются. Робби подходит к панели, Мартин — следом за ним.

Гардинг (продолжает свой комментарий). И вот уже остается одна минута, всего лишь минута до заветного мгновения… Профессор Блейк занимает свое место за пультом управления, его ассистент — рядом с ним…

Робби (обращается к панели). Мадлен, ты здесь?

Голос Мадлен. Здесь.

Робби. Ты готова?

Голос Мадлен. Готова.

Долли (шепотом). Они уже рехнулись!

Смит. Тшш!

Робби (напряженно и очень тихо). Я желаю… Я желаю, чтобы пятьдесят тонн плутония в защитных контейнерах материализовались во дворе нашего центра… (Кивает Мартину.)

Мартин включает рубильник, слышен характерный шум мотора.

Гардинг (возбужденно и громко). На контрольной панели мигают огни, я слышу загадочный гул. Он нарастает. Мы все в ожидании… Мы все в ожидании… Мы все в ожидании. Пока ничего нет.

Элизабет. Заткнитесь, вы!

Огоньки мигают все быстрее и быстрее. Затем медленно угасают.

Гардинг. Он есть! Появился! Вот он, плутоний! Несколько человек в белых халатах подходят к нему со специальными счетчиками. Они поднимают руки… это сигнал, что все количество здесь, налицо! Он здесь, здесь!.. Невероятно, но это правда! Произошло небывалое — мы вступили в контакт с другой цивилизацией.

Смит, который перед этим бросился к телефону в углу комнаты, одновременно кричит в трубку.

Смит (во время речи Гардинга). Алло!.. Алло!.. (Стучит по рычагу, закрыв ухо свободной рукой.) Дайте мне редакцию «Таймс». Срочно!.. Что?! Вы с ума сошли!.. Черт! (Швыряет трубку, когда Гардинг заканчивает. Устало.) Побереги голос, Том. Ты говоришь только для нас. Тебя выключили.

Гардинг. Когда?

Смит. Как только ты начал.

Долли. На каком основании? Это возмутительно!

Смит. Меры безопасности.

Долли (в ярости). Черт бы их побрал! Раз в жизни выпадает такое счастье и то… (Подходит к Робби, который все еще сидит у пульта телескопа с опущенной головой.)

Мартин и Элизабет растерянно смотрят друг на друга.

Долли. Мистер Джонс, а вы не расскажете нам, как вам удалось поймать этот призрак?

Смит (подбегая). А как он выглядит, мистер Джонс? Лицо у него есть?

Робби, поникнув, только отрицательно качает головой. Мартин выпроваживает репортеров к двери.

Мартин. Потом. Пожалуйста, потом.

Смит. Профессор Блейк, а вы нам ничего не скажете?

Долли (вкрадчиво). Только несколько слов…

Мартин. Мне нечего сказать. Вы все видели сами.

Смит. Что мы видели?

Гардинг (Мартину). А вы не хотели бы записать на пленку заявление для наших радиослушателей, сэр?

Мартин (устало). Только не теперь. Позже, пожалуйста. У нас теперь одно желание — побыть одним.

Смит (настойчиво). Да, но как насчет этого… этого… (машет рукой) третьего желания? Это правда?

Мартин (тихо). Правда.

Долли (не переставая писать). О, какая сенсация! Какой бум!

Гардинг. Но… но мы ведь не можем называть это "третьим желанием"? Абсолютно не научный термин.

Мартин (утомленно). Называйте как хотите.

Смит. Но, профессор…

Журналисты быстро переглядываются и приходят к безмолвному согласию.

Смит. А теперь туда! Вниз!

Долли. И поскорей!..

Оба убегают.

Гардинг (в дверях). До свидания!.. (Уходит.)

Робби (шепотом аппарату). Спасибо, Мадлен.

Мартин. Ты нездоров?

Робби. Нет, нет. (Поднимается, медленно идет к окну.) Теперь они поверят.

Мартин. Да, теперь каждый поверит.

Элизабет (подходит к Робби, ласково кладет руку на его плечо). Бедный Робби!

Мартин (смотрит в окно). Пятьдесят тонн плутония. И весь он твой, Робби!

Робби (механически). Мне он не нужен.

Мартин. Идут!

Входят Боинг, Маневринг и Бредфорд.

Боинг (к Робби). Мой дорогой!..

Маневринг. Монументально! Беспримерно! Мистер Джонс, это настоящее чудо!

Боинг (треплет Робби по плечу). Сказка! Просто сказка!

Маневринг. Открывается новая эра. Безграничная энергия — прямо под руками, на благо всему человечеству.

Робби (слегка запинаясь). Это все ваше, доктор Маневринг. Для Организации Объединенных Наций.

Боинг. Погодите, Джонс… Куда вы так спешите?.. Нам еще надо как следует подумать…

Робби. Я уже подарил.

Маневринг. Это великий, благородный дар!

Боинг. Пока еще не решено главное — кому принадлежит этот плутоний?..

Робби. Мне. Это мое второе желание.

Бредфорд (поспешно, Боингу). Я уже объяснял вам, сэр…

Боинг. Конституцией для таких случаев предусмотрено создать королевскую комиссию… Только она будет вправе…

Маневринг. Но мистер Джонс уже передал этот плутоний в дар Объединенным Нациям.

Боинг. Да-да, конечно… все от его имени… Но решать будет правительство…

Маневринг. Это — международная акция.

Боинг. Возможно, возможно…

Маневринг. Никаких «возможно». Решать будут Объединенные Нации.

Робби (глядя то на одного, то на другого). Да не ссорьтесь вы из-за этого. Я не хочу, чтобы мои желания создавали новые раздоры.

Маневринг. Правильно… Никаких раздоров. Все должно принадлежать Объединенным Нациям.

Робби (простодушно). Всем нациям — объединенным, необъединенным, разъединенным! Всем, кто крутится на нашем шарике. Всем.

Бредфорд (торопливо). Джентльмены, мистер Джонс очень устал. Он переутомился. Такое неслыханное напряжение…

Боинг. Да, да, разумеется. (Подходит к Робби.) Мы покидаем вас, Джонс. И не волнуйтесь ни о чем. Я лично прослежу, чтобы вы были проконсультированы. (Треплет Робби по спине и направляется к двери.)

Доктор Маневринг пожимает Робби руку.

Маневринг (уходя, с беспокойством). Так вы не забудете свое обещание, мистер Джонс?

Боинг (у двери). Пошли, доктор Маневринг, пошли…

Уходят. Бредфорд выходит следом.

Элизабет. О господи!

Мартин (с горечью). Пятьдесят тонн изумительного, бесценного, чудодейственного плутония… а теперь вспыхнет мировая война из-за того, кому он принадлежит.

Робби (сокрушенно). Простите меня.

Мартин. Тебя не за что прощать, Робби. Это я должен просить у тебя прощения.

Элизабет. Вы тоже ничего не могли поделать, Мартин.

Мартин. Да, но какая преступная трата драгоценного желания! Что мы выиграли от этого? Что все поверили и взбесились?.. (Робби.) Хорошо еще, что у тебя осталось последнее желание!

Робби (печально). В том-то и беда! Ведь если из-за второго начались споры, то из-за последнего будет просто смертоубийство.

Мартин (мрачно). Похоже, ты окажешься пророком, Робби.

Элизабет. В каком смысле?

Мартин. В прямом. Смертоубийство!

Пауза.

Мартин. Нужна круглосуточная охрана, вот что.

Элизабет. Ну кто же посмеет…

Мартин. Через несколько часов эта новость разнесется по свету. Найдутся люди, которые пойдут на все.

Робби (недоумевая). Зачем?

Мартин. Чтобы заполучить в свои руки последнее желание.

Робби. Как они смогут?

Мартин. Они смогут заставить тебя пожелать за них.

Элизабет. Каким образом?

Мартин (легко, не придавая этому особого значения). Любым. Угрозами, пытками…

Робби. Пытками?

Элизабет (с укором). Мартин! Вы пугаете его!

Мартин (рассеянно). А?.. О, не волнуйся, Робби. Здесь ты в полной безопасности.

Робби отдувается и расстегивает воротник.

Мартин (Элизабет). Пошли! Надо организовать ему охрану.

Элизабет. Хорошо… Мы ненадолго, Робби.

Робби (хрипло, когдаонивыходят). Подождите!(Откашлявшись.) Подождите!..

Ответа нет. Он бежит к двери, складывает руки рупором и кричит им вслед.

Робби. Я сейчас, кажется, пожелаю улететь отсюда к черту на рога!

Бормоча себе под нос, бежит обратно в комнату и вдруг сталкивается с Мадлен, которая бесшумно появляется перед ним.

Робби. Ой!..

Мадлен. Что с тобой, Робби?

Робби (поперхнувшись). Ничего… Просто ты напугала меня.

Мадлен. Ты чем-то недоволен, Робби?

Робби. Нет, нет, я очень доволен.

Мадлен (с грустью). Разве получилось не то, что ты хотел?

Робби. Что ты! Все получилось замечательно! Мне даже стыдно, что я так невесел. Но ты не думай, это не твоя вина. Виноваты совсем другие.

Мадлен. Ваши люди иногда очень жестоки. Но только не надо грустить, Робби.

Робби. Я не грущу. (Улыбается ей.) Честное слово! Я не грущу, когда я с тобой.

Мадлен. Вот и хорошо!

Робби. Знаешь что? Давай устроим вечеринку! Вдвоем! Только ты да я.

Мадлен (не понимая). Вечеринку?

Робби. Ну да. Хорошо? Мне хочется танцевать с тобой…

Мадлен. Танцевать?

Робби. Двигаться в ритме музыки… (Как бы берет ее в объятия, не прикасаясь к ней.) Я закрою глаза и буду думать, что ты действительно в моих объятиях… моя Мадлен… (Закрывает глаза.)

Они танцуют. При повороте Робби словно проходит сквозь нее и танцует дальше один. Мадлен протягивает к нему руки. Он все удаляется в танце. Мадлен громко смеется. Робби вдруг останавливается, открывает глаза и с удивлением смотрит вокруг.

Мадлен (смеется). О Робби, какой ты смешной!..

Но Робби больше не улыбается. Он мрачно уставился в пол.

Мадлен (перестает смеяться). Робби, что с тобой?

Робби. Ничего.

Мадлен. Ты опять загрустил?

Робби качает головой.

Мадлен. Нет, загрустил. Почему? Почему, Робби?

Робби (тихо). Потому что я люблю тебя… а ты не понимаешь.

Мадлен медленно идет к окну. Уже стемнело. Робби идет за ней.

Робби. Если бы только можно было сделать тебя настоящей, такой, чтобы я мог тебя обнять…

Он стоит уже близко, у нее за спиной.

Мадлен (качает головой). Нельзя. Ты же знаешь…

Робби. Куда ты смотришь?

Мадлен. На звезды.

Робби. Звезд еще нет.

Мадлен. А я их вижу.

Пауза.

Робби. На какую ты смотришь?

Мадлен. На мою. Она далеко.

Робби (очень нежно). Соскучилась? Тянет домой? Ностальгия?

Мадлен. Ты же знаешь, у нас нет чувств.

Робби. Мадлен… Завтра мне предстоит объявить последнее желание…

Мадлен. Да.

Робби. Но сегодня я не хочу больше думать о нем. Скажи мне…

Пауза.

Робби. …а если бы я пожелал, чтобы ты взяла меня с собой, на твою звезду, ты бы это исполнила?

Мадлен. Не знаю… Может быть…

Робби (подходит ближе). И я мог бы стать таким же, как ты?

Пауза.

Мадлен. Да.

Робби. И мы могли бы любить друг друга?

Мадлен. Мы могли бы… общаться. Мыслями…

Смотрят друг другу в глаза.

Робби. У вас это так называется?..

Картина третья

Там же, на следующее утро. Солнце заливает всю комнату. Робби задумчиво ходит из угла в угол. Входит Мадлен с подносом в руках. Она в модном фартучке с оборками. На подносе чашка кофе и яйца.

Мадлен. Робби!

Робби. Что это?

Мадлен. Завтрак. Кофе и яйца.

Робби (берет чашку). Очень мило. Как раз то, что нужно. (Хочет отпить и

вдруг останавливается.) Постой… Ты сама приготовила?

Мадлен. Да.

Робби. А как?

Мадлен. Излучила немного атомной энергии.

Робби. Сейчас попробуем… (Кривится.)

Мадлен. Невкусно?

Робби (давится). Мм… не очень хорошая реклама для атомной энергии.

Мадлен. Прости меня, Робби. Попробуй лучше яйцо.

Робби. А его ты как сделала?

Мадлен. Синтезировала.

Входит Мартин и следом за ним Мод. Они проходят мимо Мадлен, не замечая ее. Мадлен показывает Мартину язык, Робби бросается к ней.

Робби. Мадлен, пожалуйста…

Мадлен. Хорошо. Я ушла.

Удаляется. У Мартина в руках целая кипа телеграмм и охапка газет. Мод тоже несет груду писем.

Мод. Знаешь, чего бы я пожелала, Робби? Я пожелала бы, чтобы ты и не начинал всей этой кутерьмы. (Складывает письма на стол.)

Входит Элизабет, в руках письма и телеграммы.

Робби. Откуда это все?

Мод. От твоих поклонниц! Ловелас!

Мартин. Все! Хватит. Отправляйся! (Выпроваживает Мод за дверь.)

Мод неохотно удаляется.

Элизабет. Это еще только начало. А что творится на почте!.. Сумасшедший дом!..

Мартин. Слава богу, что только пишут, а не являются лично.

Элизабет. Вы думаете? Тысячи людей собрались внизу. Но никто не прорвется. Войска оцепили здание.

Мартин (разбирает пачку газет на столе и мельком пробегает заголовки). Да, Робби, твое имя так и пестрит на первых страницах…

Робби (читает). "Каким будет третье желание?"

Элизабет (читает). "Уничтожьте оружие!"

Робби (читает). "Пожелайте равенства для рабочих!"

Элизабет (с газетой «Таймс» в руках). "Необычные претензии мистера Джонса".

Мартин (с газетой "Дейли экспресс"). "Сильная империя — вот оплот мира". А что говорят за границей?

Элизабет. «Правда» считает, что решать должны Объединенные Нации. И большинство других стран, кажется, тоже…

Робби. Доктор Маневринг будет доволен.

Мартин. Они скоро придут к тебе в гости.

Робби. Опять?.. А что будет, если я откажусь выполнять их советы? Меня посадят?

Мартин. А ты пожелай, чтобы их посадили.

Робби (просматривая письма). Смотрите! Из Литлхемптона. "Будьте так добры — уничтожьте всех тараканов, сделайте такое одолжение искренне Вашей…" — и подпись.

Все улыбаются. Мартин, разбиравший телеграммы, поднимает голову.

Мартин. А вот телеграмма от профессора Споткина.

Робби. Знаменитого антер… антре…

Элизабет. Антрополога.

Мартин. Да. Ему хочется, чтобы ты пожелал ускорения развития мозга у человека.

Робби. Блестящая идея! Как раз то, что мне сейчас необходимо — мозги ускоренного действия.

Элизабет (читает письмо и улыбается). Каких только желаний нет у людей! Послушайте, это от женщины из Пэкхема. "Ну пожалуйста! Пожалуйста, пожелайте, чтобы ко мне вернулась моя любимая собачка".

Робби (сочувственно). Вопль души.

Элизабет. А вот еще — этот хочет, чтобы ты провел закон о многоженстве. Пока у него только две.

Робби. Псих!

Элизабет. Чтобы разобрать это все, нужна куча секретарей.

Робби. А что бы вы пожелали, мисс?

Элизабет. Боюсь, у меня было бы эгоистическое желание, Робби. (Бросает взгляд на Мартина.)

Робби. Вы, сэр?

Мартин (качает головой). Не знаю, что сказать… Мне приходили в голову сотни разных желаний, но я все их отверг. Уверен, что и мое желание окажется эгоистическим.

Робби (поднимает письма). Страшные письма, ведь правда?.. От неизлечимо больных, от умирающих с голоду, от бедных с маленькими детьми… (В отчаянии роняет письма на стол.)

Элизабет. О, Робби!

Мартин. Я даже не предполагал, что на свете столько несчастья… Мы все так дьявольски толстокожи и ничего не замечаем.

Робби. Я… я даже не знаю, что думать…

Элизабет. Робби, ложись отдыхать… Постарайся заснуть.

Робби. Нет, нет, благодарю вас. Не смогу.

Мартин. Послушайся Элизабет и приляг отдохни.

Звонок телефона.

Элизабет (снимает трубку). Да… Да… Одну минуту. (Прикрыв рукой микрофон.) Доктор Маневринг приехал. Просит встречи.

Мартин. А ты в состоянии?

Робби. Нет, но все равно ведь придется…

Мартин. Отказаться нельзя, Робби.

Робби. Ладно…

Элизабет (в трубку). Да… Попросите подняться, пожалуйста.

Мартин. Странно… Доктор Маневринг, и вдруг в единственном числе.

Элизабет. Наверно, хочет обскакать премьер-министра.

Мартин. У-у, для этого нужна сверхъестественная ловкость! Лиз, нам лучше удалиться.

Робби. Но я не знаю, что ему сказать.

Мартин. А ты ничего не говори. Улыбайся и кивай головой.

Робби. А-а… ладно!

Стук в дверь.

Мартин. Пойдем, Лиз. (Подходит к двери и открывает.)

Входит доктор Маневринг и вежливо уступает дорогу Мартину и Элизабет.

Те уходят.

Маневринг. Мой дорогой мистер Джонс!..

Робби улыбается и кивает. Маневринг подходит и пожимает ему руку.

Маневринг. Как поживаете?

Робби с улыбкой кивает.

Маневринг. Все теперь очень тяжело. На вашу долю выпало большое испытание.

Робби улыбается и кивает.

Маневринг. Я вам искренне сочувствую. Перед вами — труднейшая задача. Вы ее решите сами.

Робби улыбается и кивает.

Маневринг. А мое дело — лишь сообщить вам решение специального комитета, который заседал всю прошлую ночь, обсуждая ваше третье желание.

Робби улыбается и кивает.

Маневринг. Какое желание может поистине объединить всенации?.. Культура?

Робби улыбается и кивает.

Маневринг. Но людям с пустым желудком не пойдет на ум никакая культура. Пища, основа основ всей жизни!

Робби улыбается и кивает.

Маневринг. Я очень рад, что вы согласны со мной. Теперь конкретно. Вам надо пожелать, чтобы мы научились синтезировать пищу из элементов, из солнечных лучей, из воздуха. Вот в чем спасение. И вы обязаны это сделать! (Направляется к двери.) Я верю в вас. Вы могли бы возглавить будущий институт мирового синтетического питания! Я это возьму на себя.

Робби улыбается и кивает.

Маневринг. Превосходно. Примите мою благодарность. До свидания, мистер Джонс.

Робби улыбается и кивает. Маневринг уходит. Робби в раздумье пожимает плечами. Появляется Мадлен.

Мадлен. Робби!

Робби (обернувшись). Наконец-то! Что слышно?

Мадлен. Мне не нравится сэр Боинг…

Робби. А его еще нет.

Мадлен. Не беспокойся, приехал.

Стук в дверь. Входит Мартин.

Мартин. У Маневринга был рот до ушей. Прекрасно. Сэр Боинг поднимается. Что просил Маневринг?

Робби. По его мнению, я должен пожелать, чтобы открыли способ синтезировать продукты питания.

Мартин (пожав плечами). Что ж. Неплохая мысль. А что ты ответил?

Робби. Ничего. Я только улыбался и кивал, как вы велели.

Мартин. Вот уж не думал, что ты поймешь меня так буквально.

Робби. А он был очень доволен.

Мартин. Еще бы!..

Робби. А что говорить премьер-министру?

Мартин. Скажи, что ты…

Стук в дверь.

Мартин. А вот и он. (Идет к двери, впускает сэра Боинга и удаляется.)

Боинг (входя). А, Джонс…

Мадлен (передразнивает его). А, Джонс…

Робби (загораживая ее). Сэр?

Боинг. Вы произвели фурор, а?

Робби. Я не собирался, сэр…

Боинг. Нет, нет. Разумеется! Но… как-никак, на вас возложена немалая ответственность, а? Теперь вы чувствуете, каково приходится мне?

Робби. Да, сэр.

Боинг. Тяжеленько, а?

Робби. Я не жалуюсь, сэр.

Боинг. Вот как?.. Значит, вы пришли к какому-то решению?

Робби. Нет еще.

Боинг. Правильно. Очень умно. Лучше взвалить эту тяжесть на старые, испытанные плечи.

Робби (кивает). Только что у меня был доктор Маневринг.

Боинг. Вот как?.. И что же он просит?

Робби. Он считает, что надо научиться производить синтетическую пищу.

Боинг. Какая чушь! Да ведь это вызовет полное крушение мировой экономики!

Робби. О! Разве?

Боинг. Ну да! Эти деятели Организации Объединенных Наций вечно витают в облаках. Ни одной конструктивной мысли…

Робби. Правда?

Боинг. Нет… Каждый из них — светило в своем деле. Но как только они собираются вместе — ничего не выходит.

Робби. Не контачат?

Боинг. Да, да, не контачат… А что это такое? Да ладно! Вам следует положиться на мудрость моего кабинета. Согласны?

Робби. Еще бы, сэр!

Боинг. Мы заседали в полном составе всю ночь.

Робби. Благодарю вас, сэр.

Боинг (расхаживая по комнате). Дело в том, Джонс, что на свете существуют два блока крупных государств. Отсюда постоянная борьба. Вам ясно?

Робби. Ясно.

Боинг. Значит, нужна одна ведущая, но очень сильная держава. Необычайно сильная.

Робби (чешет в затылке). Предположим… Но кто бы это мог быть?

Боинг. Правильно! Умница! В том-то и вопрос! Теперь… рассмотрим исторический прецедент.

Робби. Чего?

Боинг. Я говорю, заглянем в прошлое. Какая держава сумела одна командовать и, указывая путь всему человечеству, обеспечить почти сто лет покоя?

Робби. Не знаю.

Боинг. Великобритания!!! Девятнадцатый век. О, как недостает сейчас ее благотворного влияния! А теперь вам выпала возможность восстановить былое величие своей страны! Это в ваших силах. Это ваш долг. И вы обязаны это сделать.

Робби. О!

Боинг. Вот наше решение, мой мальчик, и я уверен, что оно вас вдохновило!

Робби. Благодарю вас, сэр.

Боинг (направляется к двери). Я очень рад, что сумел вам помочь.

Робби. Да, сэр.

Боинг (великодушно). Мы все решили, что вас ни в коем случае не следует принуждать исполнить наш совет. Хотя с точки зрения закона мы имели полную возможность…

Робби. Благодарю вас, сэр.

Боинг. До свидания! (С заминкой.) А ваш… э-э… друг здесь?

Робби кивает. Боинг растерянно обшаривает комнату взглядом, снимает цилиндр и отвешивает общий поклон.

Боинг. Всего хорошего, мадам. Мы вам очень признательны. (Уходит.)

Мадлен (копирует его). Всего хорошего, мадам. Мы вам очень признательны.

Робби смотрит на нее, она на него, и оба заливаются смехом. Входит Мартин.

Мартин. Ого! Что за смех?

Робби (еле сдерживается). Ничего.

Мартин. Идет Бредфорд.

Робби. О!

Мартин. Ну как? Помогли они тебе хоть чем-нибудь, Робби?

Робби. Не очень. Сэр Боинг, например, советует пожелать, чтобы всем миром правила Британия!

Мартин. Фью! Какая свежая идея!

Робби. Что вы скажете, сэр?

Мартин. Не знаю. Ты веришь, что в наши дни одна страна может решать за весь мир?

Робби. Не думаю, сэр.

Мартин. Вот и все. Вопрос отпадает.

Робби. Так что же мне пожелать, скажите?

Мартин. А-а-а! В этом вся загвоздка!

Входит Бредфорд. Кивает Робби.

Мартин. Есть много предложений. Уничтожить атомное оружие. Бредфорд (перебивая). Уничтожить одно, человек найдет другое.

Мартин (задумчиво). Возможно… Затем — уничтожить болезни…

Бредфорд. По крайней мере — ослабить их эффект. Истребить боль и страдания. Вот где зло.

Мадлен. Боль сама по себе не зло. Надо уничтожить причины, которые ее вызывают.

Робби. Боль сама по себе не зло. Надо уничтожить причины, которые ее вызывают.

Оба профессора смотрят на него.

Бредфорд. Правильно. Очень правильно!

Робби. Что ни возьмешь — на все есть две противоположные точки зрения!..

Входит Элизабет.

Элизабет. Робби, репортеры не дают покоя. Ты не мог бы их принять?

Робби. Придется.

Элизабет уходит.

Бредфорд. Нет, я здесь не останусь ни за какие деньги! Репортеров с меня хватит на всю мою жизнь.

Мартин. С меня тоже.

Робби. Но как быть с желанием?..

Мартин. Не тревожься, Робби, я уверен — почти каждое твое желание будет хорошим. Мы только не можем решить, какое из них самое лучшее.

Оба профессора уходят. Когда раскрывается дверь, слышен шум голосов в коридоре. Входит Элизабет.

Элизабет. Ты готов, Робби?

Робби кивает.

Элизабет. Заходите.

Входят представители прессы: Долли Честер, Том Гардинг и Аллан Смит.

Элизабет. Не больше десяти минут. Он очень устал. Вы обещали.

Гардинг. Ладно. Десять так десять.

Смит. В общих чертах мы знаем все, но нам нужны подробности. Факты. Что вы делали все это время?

Долли. Что говорит призрак?

Гардинг. Мы хотим получить у него интервью.

Мадлен. Нет.

Робби. Я вам все расскажу завтра.

Долли. Нам нужно получить интервью сегодня. Вы не представляете себе, что творится.

Смит. Некоторые решили, что наступил конец света.

Робби. Неужели до такой степени?

Гардинг. Дайте нам факты. Как оно выглядит, это привидение?

Мадлен. Скажи — хорошенькая.

Робби. В действительности она — радиация, излучение. (С трудом подбирая слова.) Разреженное вещество, если угодно.

Долли. Но вы сказали — «она». Как это понять?

Робби. Для меня она — "она".

Мадлен. Ты говоришь так, будто я — кошка.

Смит. Вы хотите сказать, что видите ее как живую женщину?

Робби. Да.

Смит. Так опишите ее.

Робби (поглядывая на Мадлен). Рост пять футов пять дюймов, цвет волос рыжий, очень красивая… можно сказать, красавица.

Смит. Красавица!..

Долли (строчит). Основные размеры?

Мадлен (в недоумении). Не поняла.

Робби. Что я, портной? Откуда мне знать, я ее не мерил.

Смит. Не дается, да?

Долли. Я напишу — сорок, девятнадцать, тридцать пять. Классика!

Робби. Она самая красивая во всем мире.

Мадлен. Ты, по-моему, тоже очень миленький, Робби.

Смит. Неужели на нее никак нельзя взглянуть?

Робби. Можно, если вы рискнете получить электрический шок.

Долли. Вперед, Смит! Рискните ради науки.

Гардинг. И для рекламы. Сразу попадете на первые страницы газет.

Смит (Робби). Значит, еще раз: как она выглядит?

Робби. Очаровательно!

Смит. Рискну. Дайте мне маленькую порцию.

Элизабет. Это не разрешается.

Гардинг. Вы что, оспариваете свободу печати, мадам?

Долли. Смит, вы великолепны. (Элизабет.) Ну что вам стоит? Минимальную дозу!

Элизабет (со вздохам). Хорошо. Если вам нравятся глупые игры… (Смиту.) Подойдите сюда.

Смит подходит к телескопу и по указанию Элизабет хватается за обнаженный контакт.

Смит. Где она?

Робби (указывает на Мадлен). Вот.

Долли. Дайте-ка ему, доктор!

Гардинг (поспешно). Смит, не забудьте оставить завещание.

Долли. Надо будет побывать у его вдовы.

Смит. Бросьте глупые шутки! (Элизабет.) Только немножко, да?

Элизабет. Вы готовы?

Долли. Он готов.

Смит (решительно, Робби). Вы сказали — рыжая?

Робби кивает.

Смит. Готов.

Долли. Смит, внимание! Смотрите прямо в аппарат, сейчас вылетит птичка.

Элизабет. Не мешайте! Приготовились.

Все смотрят на Смита. Элизабет переводит рубильник. Смит издает вопль, отдергивает руку и трясет ее как ошпаренную.

Долли. Ну, что вы видели?

Смит (мрачно, растирая руку). Как звезды из глаз посыпались.

Долли (с досадой). Эх, все испортил. Ну зачем было отрывать руку?

Гардинг. Не мог получить приличный шок. (Элизабет.) Высокое напряжение?

Элизабет (улыбаясь). Пятьдесят вольт.

Долли (указывая на Робби). А он сколько выдержал?

Робби (с гордостью). Сто десять тысяч!

Долли (в ужасе). Ой-ой-ой!

Смит (хлопая Робби по плечу). Сынок, вы заслужили пятьдесят красавиц всех цветов радуги.

Долли. Можно задать ей вопросы? Вы будете переводчиком.

Мадлен. Я не хочу отвечать этим одноклеточным, Робби. Прогони их.

Робби. Она говорит, что, к сожалению, сейчас не может отвечать ни на какие вопросы.

Мадлен. Этих одноклеточных!

Робби. Не затевай скандала, Мадлен.

Гардинг. Расскажите нам о том мире, где она живет.

Смит. Звезда Бетельгейзе, так, кажется?

Робби. Совершенно верно. Это самая большая звезда в нашей Галактике. В двадцать девять миллионов миллиардов раз больше нашей Земли.

Долли (усиленно пишет). В двадцать девять миллионов миллиардов раз!.. Ничего себе территория! А мы вообще бактерии. Ужас!

Смит. А что там за люди? Что они едят? Как развлекаются?

Робби нерешительно оглядывается на Мадлен.

Мадлен. Робби, они примитивны!

Элизабет. Довольно! Робби очень устал.

Смит. Вы сказали — десять минут. Робби, расскажите о себе.

Долли. Как вы учились в школе?

Робби. Первый ученик!

Долли. У вас есть девушка?

Робби (скромно). Э-э… н-нет…

Смит. Хоть одна должна быть!

Робби (с грустью). Настоящей нет…

Мадлен. Как бы мне хотелось быть для тебя настоящей, Робби…

Долли (быстро пишет). Самый завидный жених на свете.

Гардинг. Теперь насчет желания, сэр.

Смит. Да, перейдем к желанию.

Долли. Весь мир ждет затаив дыхание!

Смит. Он, должно быть, еще не сознает…

Долли (пишет). Скромный, застенчивый, сдержанный, скрытный…

Гардинг. Мистер Джонс, пусть микрофон будет у вас. Тут две кнопки: красная — «приготовиться» и зеленая — «передача». Нажмите, когда будете готовы. На этот раз я сам прослежу, чтобы нас не выключили.

Робби. Хорошо!

Смит. Но теперь о самом желании, Робби.

Долли. На чем вы остановились, мистер Джонс?

Робби. Я еще сам не знаю…

Гардинг. Да, когда это будет? Точно?

Робби. В двенадцать часов. В это время звезда Бетельгейзе займет нужное положение.

Смит. Значит, она улетит обратно, эта… радиация?

Робби (печально). Да. У нее свидание в высших сферах.

Смит. Мы обеспечим вам сто тысяч за подробный рассказ.

Робби. Не надо мне денег. Не знаю, чего я хочу… (Внезапно.) Постойте! Вы — журналисты, вы всегда среди людей, в самой гуще. Скажите мне: что бы вы пожелали? Вы, Гардинг?

Гардинг (очень серьезно). Я уже думал об этом. Я хотел бы знать, что нас ждет в будущем. Что бы это ни было, пусть станет известно заранее…

Робби (с сомнением). Как знать?.. (Смотрит на Долли.) А вы?

Долли. По-моему, нам необходима любовь. Не просто романтическая любовь, влюбленность, а настоящая любовь друг к другу, и сочувствие, и понимание. Одно из самых больших несчастий — это одиночество.

Робби. Да, вы правы… Это ужасно… (Смотрит на Смита.) Вы?

Смит. Я считаю, что нам нужны великие люди, вожди. Только великие люди способны вывести человечество из океана страданий. (Подходит к Робби.) Почему бы вам не стать таким, как Шекспир, как Бетховен, Эйнштейн?

Робби. О, я не прочь стать таким, как Эйнштейн! Вот было бы здорово!

Элизабет. Ваши десять минут давно истекли. Ему нужен покой.

Долли (уходя). Пожелайте одно: любви к людям.

Смит. Станьте великим философом, чтоб научить нас, как жить.

Гардинг. Счастливо, старик! Мы еще вернемся.

Элизабет выпроваживает их всех и сама уходит вслед за ними.

Робби (вытирая платком лоб). Фью-у-у!..

Мадлен. Бедный Робби. Тебе все труднее и труднее…

Робби. И спросить больше не у кого, вот что. Мадлен… Неужели ты мне не поможешь?

Мадлен. Не могу, ты же знаешь. Ты сам должен решить. (Скрывается.)

Робби. Не знаю, на чем остановиться. Просто не придумаю!..

Появляется Мод.

Мод. Робби, меня прислали сказать, что твоя мама хочет тебя видеть.

Робби. О, Мод, спасибо! Попроси ее подняться, ладно?

Мод. Есть! Да! Чуть не забыла… Насчет этого желания…

Робби (подозрительно). Ну.

Мод. Я тебе скажу, что надо сделать…

Робби. Тебя только не хватало.

Мод. Не-не, слушай. Кроме шуток. Я все обдумала.

Робби. Ну ладно. Говори.

Мод. Что нам необходимо, Робби, это…

Внушительная пауза.

Мод. …чтоб мужчины были порядочными.

Робби. Что?!

Мод. Поцеловался с девушкой — и ни на кого не смотри! Жизнь будет!

Робби. Вот о чем ты мечтаешь!..

Мод. А что? Разве плохо придумано? Скажи?

Робби (хлопая ее по плечу). Ладно, Мод, я подумаю.

Мод. Только, Робби, не забудь! Ты меня уже один раз поцеловал, правда в нос…

Робби. Я столкнулся с тобой. Ты всегда летишь как угорелая.

Мод. Но все же?

Робби. В нос не считается. (Выталкивает ее за дверь.)

Мод. Я еще раз с тобой столкнусь. (Уходит.)

Робби (тихонько). Мадлен! Мадлен!

Нет ответа.

Робби (погромче). Мадлен!

Нет ответа. Робби снова вздыхает и бесцельно слоняется по лаборатории.

Стук в дверь. Входит миссис Джонс. Она очень озабочена.

Миссис Джонс. Ну что, сын?

Робби. Не знаю, ма.

Миссис Джонс. Волнуешься?

Робби. Немного.

Миссис Джонс. Ну, что бы ты ни пожелал, а кой-чего ты уже для себя добился. Теперь ты ассистент профессора Блейка!

Робби. Я знаю. Но это я. А все? Другие? Я волнуюсь за всех…

Миссис Джонс. Ты еще не решил?

Робби. Нет, ма…

Миссис Джонс. Ты, конечно, поступай по-своему, Роб, но…

Робби. Да?

Миссис Джонс. …но постарайся помочь тем несчастным, кто болен. Это такие муки, такие страдания… Я сижу у тяжелобольных, я ухаживаю за ними… Есть такие страшные болезни… От них надо избавиться! Ты должен помочь… Ты должен помочь, Робби…

Робби. Трудно, ма.

Миссис Джонс. Я знаю, сын. Я больше ничего не скажу. Я… я горжусь тобой, правда… за то, что ты не просто пожелал что-нибудь для себя одного. Что бы там ни говорили, а все они сделали б именно так.

Робби кивает. Неловкая пауза.

Миссис Джонс. Ну… Мне только хотелось повидать тебя, убедиться, что ты здоров.

Робби. Спасибо, ма.

Миссис Джонс. Я подожду внизу. Буду слушать тебя по радио.

Робби. Хорошо, ма.

Миссис Джонс. Только подумать, Роб: ты будешь выступать по радио! (Целует его и уходит.)

Робби берет одно за другим письма и безнадежно роняет их.

Робби. Мадлен!.. Мадлен!..

Входит Мадлен.

Мадлен. Я здесь, Робби.

Робби. Как хорошо!..

Мадлен. Уже скоро, Робби…

Робби. Уже?

Мадлен. Пора тебе назвать последнее желание.

Робби. Я… я вдруг оробел, Мадлен… Мне страшно… Я не знаю, что пожелать… (Подходит к ней ближе.) Мадлен, у тебя слезы?

Мадлен. Ничего, Робби!

Робби. Это я виноват? Вот натворил!

Мадлен. Ты ни в чем не виноват, Робби. Ты такой добрый… Давай свое желание, Робби. Мне пора.

Робби. А ты помоги… Ты просто обязана помочь! А почему ты плачешь?

Мадлен. Я была там, на улице, я видела людей… таких несчастных… и я почувствовала всю их боль… вот здесь… (Прижимает руки к вискам. Вдруг яростно.) Убери мою боль, Робби… убери мою боль…

Робби. Твою боль? Но ведь у вас нет чувств…

Мадлен (сквозь слезы). Нет. Мы не чувствуем… Но что-то… какие-то токи из мозга… пронизывают меня. О Робби, убери эту боль…

Робби. Ох, Мадлен! Пожелать, чтобы ты могла чувствовать все, как и мы, и боль, и любовь?.. Чтобы ты стала живой, настоящей? Чтобы я мог обнять тебя… успокоить… утешить… и никогда не расставаться… Я желаю… Я желаю… (Вдруг, с усилием, словно избавившись от гипноза.) Нет! Нет и нет! Что я говорю?.. Надо пожелать что-нибудь для всех!.. Я обязан!..

Мадлен (отвернувшись). Так решай, Робби. Время идет.

Робби. Но почему?.. Почему ты подарила мне только три желания, как в сказочке для детей? Почему? Почему?

Мадлен. Поздно объяснять, Робби. И некогда.

Робби. Так помоги мне. Прошу тебя, помоги!

Мадлен. Как я могу помочь? Чем?..

Робби. Ты понимаешь, Мадлен, все, о чем просят люди, все решительно, так необходимо: и пища, и источники энергии, и заводы, и лечение, и искусство, и образование, и все на свете… Так как же мне пожелать все это сразу для всех?

Мадлен. Только косвенно. Прямым путем это невозможно.

Робби. Что же мне делать?

Пауза.

Мадлен. Робби, неужели ты ничего не хочешь пожелать для себя?

Робби. Нет, не очень… по крайней мере, кроме…

Мадлен. Кроме?

Робби (смутившись). Кроме… кроме тебя, конечно… Чтобы ты не разлучалась со мной. Ведь я… я люблю тебя.

Мадлен (чуть слышно). О Робби…

Робби. Тебе нужен кто-нибудь получше. Ну кто я рядом с тобой? Поживи среди нас, и ты сама убедишься. Я — никто… и ничто.

Мадлен. Нет, Робби. Ты не прав.

Робби. Это было бы нечестно и перед тобой, и перед всеми.

Мадлен. Все постепенно образуется, Робби. Ваш мир будет развиваться и совершенствоваться. Вы научитесь предупреждать болезни, синтезировать продукты питания, покорите все виды энергии…

Робби. Я знаю, знаю, что когда-нибудь все это будет. Но все двигается так медленно, с такими мучениями.

Мадлен. А что мешает?

Робби. Войны и всякое другое… (Задумывается, затем снова повторяет.) Войны… бесполезные, бесцельные войны…

Мадлен. А когда нет войны?

Робби (медленно, с нарастающей убежденностью). А ведь правильно… мир, вот что действительно необходимо. Мир, чтобы иметь время…

Мадлен. Пора. Надо спешить.

Робби (очень грустно). Ты уже покидаешь меня? И я больше никогда тебя не увижу?

Мадлен. Не знаю, Робби… Не знаю, вернусь ли я когда-нибудь сюда… на вашу планету.

Робби. Она огорчила тебя?

Мадлен. Это такой жестокий, беспощадный круговорот страданий! Такого я нигде раньше не видела! Никогда! Никогда…

Пауза.

Мадлен. И все же находятся люди, полные доброты и отваги, люди, способные на подвиг…

Робби (нетерпеливо). Но ты все-таки скажи мне: это хорошее желание, Мадлен? Скажи!

Мадлен (тихо). Это прекрасное желание, Робби.

Робби. Ах!.. (Обернувшись к ней лицом.) Я никогда тебя не забуду, Мадлен. (Запинаясь, но очень искренне.) Ты пришла к нам сюда… из далеких миров… само совершенство… само очарование… И ты всегда будешь со мной… Во мне! Правда! (Руки его беспомощно висят, глаза устремлены на нее с обожанием.)

Мадлен. О Робби! Бедный мой Робби… Почему ты ничего не хочешь для себя? Чтобы я стала живой… хоть на минутку?

Робби. Рисковать, чтобы ты взорвалась? Ни за что!

Мадлен (совсем близко). Ну и пусть!

Робби. Что ты! Я не могу даже подумать…

Мадлен. Ох, Робби!.. Погоди! Стой спокойно… спокойно… не двигайся…

Огни мигают. Мадлен, окруженная каким-то странным светом, подходит ближе и прикасается к нему.

Робби (не верит самому себе). Ты живая!

Мадлен. Только на мгновенье. Обними меня, Робби.

Робби прижимает ее к себе. Потом они робко целуются.

Мадлен (шепотом). Прощай, Робби!(Начинает медленно, спиной, удаляться.)

Робби протягивает к ней руки. Мадлен улыбается. Он как зачарованный идет к микрофону, протягивает руку к рубильнику и берет микрофон.

Мадлен (шепчет). Прощай, Робби! Я еще вернусь…

Часы где-то вдали начинают бить двенадцать. Образ Мадлен медленно тает. Робби застыл на месте. Вспыхивает зеленая кнопка.

Робби. Мое третье… мое главное желание — это мир на всей Земле…

Занавес

Content

Джозефа Шерман
Третье желание
Комедия в двух действиях

Действующие лица

Действие первое

Действие второе

Картина первая

Картина вторая

Картина третья