Рэмси Кэмпбелл

Конец летнего дня

Перевод: Old Fisben

— Не садитесь туда, миссис, — прикрикнул гид. — Намочите свои штаны!

Мария, чувствуя себя оскорбленной, соскочила с камня у входа в пещеру. Она видела, как остальные, посмеиваясь над ней, уходят вслед за проводником: шумная парочка, чей смех не смолкал в автобусе всю поездку, немощная бледная старуха, шедшая под руку с бородатой женщиной, то и дело насмехавшейся над ковыляющим впереди неё китайцем, незнакомые ей люди, галдевшие у остановки. Идти за ними не хотелось. Держись она от них подальше, ее достоинство больше никто не унизит. Однако, Тони схватил её за руку и силой потащил за собой. Мария еще раз глянула за спину, на залитый солнцем склон холма, поросший деревьями, на птиц, летающих над палаткой с гамбургерами, словно опавшая листва, и позволила ему вести себя. Вниз, во мрак.

Факел гида успел исчезнуть за углом. За огороженной дорожкой было слышно, как река ярится в дали от дневного света. Тони оттянул ей блузку и поцеловал в плечо.

— Мария Торнтон, — прошептала она, словно заклинание. — Мария Торнтон. Прощай, Мария Уэст, прощай навсегда.

Река пронзала собой слепые тоннели.

Они поспешили вперед, идя на звук смеющегося эха. В темной нише, между двумя остроконечными сталактитами, они заметили целующуюся парочку. Голова девушки была чуть поднята, словно она пила воду; лица влюбленных перемещались вокруг точки соприкосновения губ, словно планеты во тьме. На мгновенье Марии стало страшно. Воспоминания вновь вернули её в автобус. Стекло, в которое она смотрела, было мутным, его покрывали пятна лака для волос и следы старых поцелуев.

То, что она уже много лет боялась называть по имени, наконец свершилось. Они сошлись на том, что Тони уже достаточно «возмужал». В автобусе она поласкала его. Язвительные замечания бородатой женщины и гул китайской группы заполнили салон и никто ничего не заметил.

«Тони Торнтон» — вкрадчиво и нежно повторяла она ему.

Впереди тоннеля вспыхнул свет факела и сталактиты вокруг влажно заблестели.

— Ну же, миссис, — позвал гид. — Шлепайте сюда!

Группа собралась в пещере. Кто-то закурил сигарету и выбросил спичку в реку. Та зашипела и погасла среди оберточной бумаги из под гамбургеров.

— Я приехал сюда к праздник, — повторял всем кто его слушал китаец.

— Разве не чудесно? — фыркнула бородатая женщина, игнорируя опирающуюся на её руку старуху. — Слушай, Китаяц, ты же приехал сюда на праздник, да? На праздник. Похоже, что ты не слишком-то хорошо знаешь английский, — громко добавила она.

— О, Тони, я ненавижу все это, — прошептала Мария, разворачиваясь обратно.

— Брось, милая. Она лишь восполняет отсутствие страха. Скоро будем дома, — сказал он, сжав ей руку, сильный, как камень, но не твердый и не холодный.

— Группа, за мной, — поторопил всех гид, высоко подняв факел. — Я не хочу никого из вас потерять. Прошлонедельную партию я нашел только вчера.

— О, Боже! О, хо-хо-хо! — громко, задыхаясь от смеха, расхохоталась шумная парочка. — Эй, самец, не смей оставлять меня с ним одну! — воскликнула женщина.

Группа двигалась вперед в дрожащем круге света. Шипы сталактитов напоминали клыки. Позади себя Мария слышала парочку, обнимавшуюся в нише.

Она жадно поцеловала Тони.

Однажды ночью они ужинали в каком-то грязном кафе: затасканные скатерти, засохшие пятна кетчупа, официантки, чистящие салфетками тарелки. За соседним столиком сидела еще одна пара. Они ели, касаясь друг друга ногами.

— Она, наверное, его госпожа, — нежно сказал ей на ухо Тони, указав на то, что она до этого предпочитала не замечать.

— Тоже хочешь, чтобы я была твоей госпожой, Тони? — чуть шутливо, слегка сочувственно и немного стыдливо спросила она.

Его лицо искренним.

— Нет, Мария, я хочу, чтобы ты была моей женой.

Глубоко в тени слепое лицо шевелило обвисшими губами. Глядя по сторонам, Мария видела их повсюду. Пещерные стены напоминали ей детскую картинку-паззл, что однажды так испугала её. На ней был изображен лес, у деревьев были лица, словно у дриад.

Она вцепилась Тони в руку.

Решив провести вместе праздники, они выбрали автобусную экскурсию — в память об их медовом месяце.

Тогда, девять месяцев назад, они вышли из автобуса и увидели башню над морем. Они пробежали по горячему песку и взобрались на её верх. Оттуда они смотрели на волны и на чаек, парящих в небе, словно листья.

— Мне нравятся твои духи, — сказал Тони.

— Это лаванда, — ответила она и неожиданно разрыдалась. — О, Тони, лаванда! Как у старой девы. Я не умею готовить, пройдут годы, прежде, чем научусь. Я не буду хороша в постели… мне просто предначертано быть старой девой!

Он поднял ей лицо и встретился с ней взглядом. Голуби вспорхнули с башни, словно какой-то знак.

— Дай мне шанс доказать, что это не так, — сказал он.

Гид держал факел над подземным мостом. Внизу, в черной воде, он выглядел, словно перевернутый Христос. Отражения лиц туристов мелькали в реке и исчезали, сметаемые мерцающим потоком.

— Теперь послушайте меня внимательно, — сказал гид с противоположной стороны моста. — Я не советую спускаться вниз без меня. Если снаружи будет дождь, река поднимется под потолок, — подчеркнул он.

Даже сейчас, когда ему стоило бы казаться серьезным, в его голосе слышалось веселье.

— Мне он не нравится, — прошептала Мария. — Случись чего, на него нельзя положиться. Я рада, что ты рядом, Тони.

Его пальцы сжали её.

— Это ненадолго, — успокоил он.

Она знала, что он тоже мечтает о гостинице и положила голову ему на плечо.

— Пещерная уборка, — заметил шумный мужчина.

— Уборка! — громко повторил гид и его эхо заметалось между стен. Лица на камнях притворились, что не слышат. — Ха-ха, очень смешно! Надо будет запомнить.

Он сунул факел в узкий тоннель и поманил их за собой. Позади себя Мария по-прежнему слышала парочку из ниши. Она подняла голову с плеча Тони.

Её мысли вновь вернулись к гостинице.

В темноте спальни, когда первая боль уже прошла, ей показалось, что Тони покинул её. Его тело, ритмичные толчки внутри неё, жадные любопытные руки — все это было уже не его. Чье-то. Включить ночник она не решилась.

И даже после, когда они в обнимку лежали в кровати, она не нашла в себе смелости сказать ему, что тогда почувствовала. Она грезила о возвышавшейся над морем башне и о том дне, когда они поднимутся на неё и она полностью ему откроется.

Склеп был огромным. Стены изгибались вверх, словно ребра; клыки и битые каменные зубы были покрыты влагой, словно слюной. Выйдя из тоннеля, идущая позади парочка восторженно выдохнула. Сталактиты свисали с потолка, словно восточные башенки или гигантские свечки, готовые вот-вот начать капать воском. Стены старались держаться подальше от огня факела, Мария ощущала их лица. Впереди раздался смех. Группа собралась вокруг света, словно мотыльки.

— Эй, влюбленные пташки, подойдите ближе, — эхо повторяло слова гида. — Вас спустилось тридцать и я не хочу расходиться со списком.

Мария схватилась за пальцы Тони и сделала несколько шагов вперед, остановившись на границе света.

— Прежде, чем мы двинемся дальше, я хочу предупредить вас, — зловеще произнес гид. — Был ли кто-нибудь из вас тут без света? Только не вы, миссис, не верю! Это же ваш отец с вами, не так ли, ведь не муж?

Шумная женщина сплюнула.

— А даже если и были, то никто из вас не видел настоящей темноты, — продолжил гид. — Больше такого места на Земле не найти. Разумеется, что эта темнота не начинается прямо отсюда. Смотрите, — он погасил факел.

Над ними сгустился мрак. Мария потеряла руку Тони, но тут же нашла её на ощупь.

— Боже! Где же Моисей! — воскликнула шумная парочка.

Девушка из ниши хихикнула.

Где-то, словно на другом конце вселенной, вспыхнула сигарета. Чернота наполнилась бормотанием. Мария еще сильнее вцепилась Тони в руку. Ей показалось, что она снова в спальне, незрячая, грезящая о башне над морем.

— Надеюсь, что мы никого не потеряли, — сказало лицо гида, которое из-за подсвечивающего снизу факела сейчас напоминало восковую маску. — Вот и все на сегодня. Надеюсь, что вы запомнили дорогу обратно.

Он махнул факелом, призвав группу следовать за ним. Веселящиеся фигуры полезли в тоннель. Мария чувствовала, что все еще боится лиц во тьме. Она потянула Тони поближе к факелу. Внезапно ей стало стыдно и она повернулась, чтобы поцеловать его. Мужчина, которого она держала за руку, был не Тони.

Мария оступилась. Свет факела удалился и лицо её спутника исчезло во мраке.

— Тони! — крикнула она и побежала к тоннелю.

— Стой! — позвал её мужчина. — Не оставляй меня! Я ничего не вижу!

Гид вернулся. Из тоннеля, словно привлеченные светом насекомые, выползали туристы.

— Не очень-то и долго, пташки, — пожаловался проводник. — Через часок смогу предложить другую кандидатуру.

— Мой муж, — сказала она, запинаясь. — Я потеряла его. Пожалуйста, найдите его.

— Только не говорите мне, что он сбежал от вас!

Позади него туристы расползались по склепу. Мария разглядывала их лица в дрожащем свете факела, но ни одно из них не было лицом Тони.

— Вот же он, миссис, — сказал гид, указывая ей за спину. — Зачем вы его бросили?

Мария радостно обернулась. Гид показывал на мужчину, стоявшего рядом с ней. Он, выставив перед собой руки, скрывался и появлялся из тени. Факел осветил ему лицо и Мария поняла почему он это делает. Мужчина был слепым.

— Это не мой муж, — сказала Мария, стараясь держать свой голос под контролем.

— А по мне так — он, дорогуша. Это твоя жена, приятель? — гид увидел глаза мужчины и голос его стал жестким. — Ну же, — обратился он к Марии. — Лучше бы тебе проследить за ним.

— Муж? — сказал китаец. — Или не муж? Нет.

— Что это было, приятель? — спросил гид, но бородатая женщина его перебила.

— Не слушайте Китайса, он не умеет разговаривать на нашем языке! Ты же видела их вместе, да? — подсказала она своей компаньонке, стиснув ей руку.

— Не могу сказать, что видела, — ответила старуха.

— Конечно ты видела! Они сидели за нами!

— Ну, может и видела, — согласилась та.

— Вы только представьте себе, — сказала шумная женщина. — Взять слепого в поездку вроде этой. Жестокость, так я это называю.

Марию окружали каменные лица, поливающие её грязными словами. Каждое из них больно ранило её в сердце. Она с отчаянием повернула обратно к пещере. Мужчина ходил по кругу, в темноте, за которой могла укрыться любая ложь.

— Пожалуйста, — взмолилась она. — Кто-то должен был видеть моего мужа! Моего Тони!

Лица белели от стен до потолка — следы, уходящие вглубь пещеры.

— Вы шли за нами, — крикнула она девушке из ниши. — Вы видели?

— Я не знаю, — задумчиво сказала девушка. — Этот не очень-то и похож.

— Вы знаете, что это не он! — выкрикнула Мария. Её руки хватали темноту. — На нем другая одежда! Пожалуйста, помогите мне найти Тони!

— Не вмешивайся, — прошептал девушке её парень. — Разве не видишь, что она не в себе?

— Я думаю, что пора бы нам всем закругляться, — сказал гид. — Вы поможете ему или как?

— Можно мне на секунду ваш факел? — всхлипывая, спросила Мария.

— Я не могу его вам дать, нет. Что если вы его выбросите?

Мария с надеждой потянулась за факелом, но чья-то рука перехватила её. Это был слепой.

— Мне не нравится весь этот шум, — сказал он. — Кто бы вы ни были, помогите мне, пожалуйста.

— Ну вот, — упрекнул её гид. — Теперь вы его расстроили. Все, шоу закончилось. Уходим.

Он осветил зияющий чернотой тоннель.

— Интересно, зачем ей понадобился факел?

— Слепой ведет слепого, вот что я думаю, — раздавались голоса из тоннеля.

Проводник помог незрячему войти в тоннель. Мария, оставшись в склепе, выставила перед собой руки и двинулась в темноту на поиски Тони. Однако вскоре тьма рассеялась и гид схватил её за руку.

— Забудь про это, — пригрозил он ей. — Слушай, я привел сюда тридцать человек и тридцать же хочу вывести обратно. Будь хорошей девочкой и подумай об этом.

Он подтолкнул её к тоннелю. Слепой был окружен людьми.

— Вот она, — сказал кто-то. — Теперь все будет в порядке.

Мария вздрогнула.

— Я позабочусь о нем, если вы неважно себя чувствуете, — неожиданно заботливо сказал ей проводник.

Они привели слепого прямо к ней и вложили его ладонь ей в руку. Гид прошел в начало группы, тоннельный зев вокруг потемнел и померк.

— Тони! — крикнула Мария, но услышала лишь свое эхо.

— Не надо, — жалобно попросил её слепой.

Она слышала, как под мостом ярится река, задыхаясь во тьме, унося прочь Тони Торнтона. Она подумала, что ей потребуется всего лишь мгновение, чтобы столкнуть в неё слепого, а после убежать обратно в пещеру. Однако, рука незрячего держала её крепко, куда жестче, чем требовалось. Лица вокруг нее смеялись и исчезали, стоило факелу их осветить.

«Они все сговорились, — подумала она. — Избавились от Тони и подсунули ей этого».

Они даже могут убить её и оставить в одном из тоннелей.

Мария посмотрела в реку и увидела в отражении незрячие глаза.

Факел догорел. Впереди дневной свет заливал холмистые склоны. Незнакомые люди ели и стояли в очереди у палатки с гамбургерами.

— Ладно, давайте удостоверимся, что все на месте, — сказал гид. — Не нравится мне, как выглядит небо.

Он начал считать. Все вокруг смотрели на неё. Гид отметил её и поспешно двинулся дальше. Пещера за её спиной манила и звала.

— Где мы? — тихо спросил слепой. — Такое чувство, что вокруг лето.

Мария подумала о предстоящей поездке. Китаец и девушка сомневались, но говорить с ней не желали. Бородатая женщина отвернулась. Шумная парочка громко её обсуждала. А где-то в глубине пещеры, во тьме, возможно в полубессознательном состоянии, её зовет Тони. Ей даже показалось, что она слышит свое имя. Или это птица с холмов? Гид ждал. Туристы нетерпеливо переминались с ноги на ногу.

Она толкнула слепого вперед и он оказался под солнцем. Все протестующе загомонили. Гид окрикнул её, но она уже со всех ног неслась в темноту. Последний луч света блеснул на её слезах, словно море под стенами башни. Впереди ревела река. Когда свет пропал, она услышала слабый шум дождя.

Content

Рэмси Кэмпбелл
Конец летнего дня