Брагинский Эмиль Вениаминович

Любовный контракт

Эмиль Вениаминович Брагинский

Любовный контракт

Лизе не повезло – была она такой хорошенькой, такой слишком хорошенькой, что никакой нормальной жизни. Все пристают, все подряд, независимо от возраста, интеллекта и семейного положения. Кончик носа у Лизы был слегка вздернут кверху, пухлая нижняя губка всегда оставалась заманчиво влажной, а глаза, сильно удлиненной формы, были, надо же такое, разноцветными. Левый глаз карий, а правый почему-то серый. А фигурка у Лизы, нет, лучше ее не описывать, а то читатели станут писать в издательство нервные письма с требованием срочно сообщить домашний адрес упомянутой Лизы.

Училась она в Высшем Гуманитарном университете, – сегодня большинство институтов сами присваивают себе звание университетов, – на факультете углубленного изучения иностранного языка (как будто имеет право существовать высшее учебное заведение, где язык изучают не углубленно). За учебу надо было платить, у родителей денег не было, сейчас много таких неудачных родителей, и Лиза поступила на службу в гостиницу, где останавливались исключительно иностранцы, что должно было обогатить ее познания в языке и позволяло совмещать работу с учебой. Но и здесь не повезло. Когда иностранцы обнаруживали горничную Лизу, то вовсе не хотели улучшать ее английское или французское произношение, а сразу предлагали деньги, с тем чтоб она оказала им пустяковую услугу. Они, тупые, никак не могли понять, почему Лиза отказывается. Какому-то настырному бельгийцу Лиза раздраженно объяснила, что занимается этим по любви, а не за деньги. Бельгиец согласился, что по любви, конечно, лучше, хотя в конечном счете обходится дороже, но он по любви тоже согласен. Лиза же едко заметила, что он ей не нравится. Примитивный бельгиец весьма удивился, как он может не нравиться, когда у него старинный фламандский замок под Антверпеном и завод по производству стиральных машин. Бельгиец был не худшим вариантом, он приехал – уехал, а вот гостиничный охранник Алеша, гордо называвший себя секьюрити, находился в гостинице постоянно, но и он был не самым худшим, ибо существовал еще Дмитрий Саввич. Он приходил в гостиницу для делового контакта с тем самым дебильным бельгийцем, чтобы приобрести у него, конечно, не стиральные машины, а вовсе замок под городом Антверпеном. Но Дмитрий Саввич увидел Лизу и тотчас позабыл про славный город Антверпен, хотя этот город навеки прославлен тем, что в нем проживал и работал великий Питер Пауль Рубенс. Дмитрий Саввич увидел Лизу в форменной одежде, в кружевном чепчике и кружевном фартуке, с японским пылесосом в руке, и задал умный вопрос:

– Вы что здесь делаете? Вам с такой королевской внешностью работать горничной?!

– Хотите предложить мне королевскую должность? – с насмешкой спросила Лиза.

– Это можно обсудить! – серьезно ответил Дмитрий Саввич. – Вас как зовут?

– Меня зовут горничная.

Первое, что сделал Дмитрий Саввич, приехав в офис, отдал распоряжение помощнику – снять для него в гостинице номер люкс сроком на… пока бессрочно.

Дмитрию Саввичу казалось, что он с ходу и по-настоящему влюбился. Это следовало проверить. К удивлению жены, Дмитрий Саввич провел с ней бурную ночь, однако безо всякой радости. Назавтра Дмитрий Саввич поехал к любовнице номер один, переспал с ней – рутина, скукота, уехал, не прощаясь. Потом помчался к любовнице номер два, там вообще получился полный позор – перед глазами стояла Лиза, а рядом лежало ненужное, постороннее тело, и в результате – никакой реакции на номер два. Позже, по телефону, через помощника, Дмитрий Саввич дал обеим дамам отставку. Он четко понял, что погиб. Он стал появляться в гостинице каждый раз, когда была Лизина смена. Лиза мило здоровалась, даже улыбалась, нижняя губка при этом становилась нарядней. У Дмитрия Саввича кружилась голова, от любви он зверел, мрачнел и, казалось, потерял дар речи. За месяц или два он не сказал Лизе ни единого слова. Только смотрел на нее, не отрываясь, и не отвечал на нервные призывы мобильного телефона. А Лиза под шум пылесоса зубрила английские идиомы. Дмитрий Саввич ее не интересовал. Зато секьюрити Алеша дико ревновал к Дмитрию Саввичу и, когда тот находился в гостинице, болтался где-то неподалеку.

– В случае чего, – говорил Алеша Лизе, – ты зови, выручу!

Роста Алеша был незначительного и в плечах узок, и вообще оставалось непонятным – какой из него охранник.

– Ты выручишь! – насмехалась Лиза. – Тебя самого придется выручать!

– Я вооружен! – понизив голос, сообщал Алеша.

Наконец Дмитрий Саввич заговорил. Было это на улице, где Дмитрий Саввич поджидал Лизу, стоя возле золотистого «мерседеса». Он изучил маршрут, по которому Лиза возвращалась с работы, и ждал терпеливо. А когда она появилась, то преградил ей путь весьма решительно:

– Я вас довезу!

– Нет!

– Вам добираться на автобусе черт те куда, восемь остановок, автобус ходит редко.

– Моя проблема.

– Живете вы некомфортабельно – четыре человека в двух комнатах. Я вам снял квартиру.

– Поймите, – Лиза возвысила голос, – вы зря стараетесь, все про меня выведываете, в гостинице попусту время теряете, вы не в моем вкусе!

– Откуда вы знаете? – поразился Дмитрий Саввич. – Мы же с вами еще не были близки!

– Какой кошмар! – вырвалось у Лизы.

– Нет, это правда! – продолжал Дмитрий Саввич. – Я реалист, прагматик и лишен всяческих сантиментов. То, что я в вас пронзительно влюбился, нарушает все мои принципы и привычки!

Лиза насторожилась:

– Может, вы недалекий человек, Дмитрий Саввич?

– Этого не может быть. Я стою несколько миллионов долларов. У меня две фирмы в нашем городе, филиалы в восьми других русских городах и еще филиал в городе Трире.

– Трир это где? – Лиза уже откровенно издевалась, но Дмитрий Саввич не замечал этого, а скорее, делал вид, что не замечал.

– Трир – это Германия. Родина Карла Маркса.

– Поняла. Вы хотели быть поближе к автору «Капитала». Передайте ему привет!

– Обязательно передам! – Дмитрий Саввич был сейчас на высоте. – Я обещал вам королевскую должность – не желаете стать консультантом по связям с англоязычными странами? Оклад в свободно конвертируемой валюте…

– Я еще недостаточно знаю английский! Я очень занята – мне нужно сдавать зачет по истории Великобритании!

– Не нужно! – спокойно возразил хозяин жизни. – Отдадите зачетку, я подскажу кому, и вам поставят зачет!

Лиза обомлела:

– Это уже наглость! Кто вам позволил вмешиваться в мои дела?

– Если понадобится, – Дмитрий Саввич позволил себе улыбнуться, улыбнуться с чувством собственной значимости, – я прикуплю не только кафедру истории, но и весь институт, и Министерство народного образования тоже.

– А вдруг оно не продается!

– Но это смотря сколько дать! – со знанием жизни вздохнул влюбленный.

– Меня вы тоже собираетесь прикупить? – с интересом спросила Лиза.

– Вас – нет!

– И на том спасибо!

Лизе удалось обогнуть Дмитрия Саввича и зашагать к автобусу.

Ни одна женщина в мире не может ничего хранить в себе. Женщине непременно нужно высказаться, излить душу. Именно поэтому все шпионы заводят романы, чтобы, одновременно с удовольствием, выведывать у соблазненных женщин секреты и тайны.

Ближайшую подругу Лизы звали Анжелика.

– Ты клюква, – отреагировала Анжелика на рассказ подруги, – ты недозрелая брусника, ты волчья ягода!

– Но я его не люблю!

– Он сильно в летах?

– Лет двадцать пять, я думаю.

– Горбатый, глухонемой, у него заячья губа?

– Да нет, он даже симпатичный!

– Ты пустырь, ты торфяное болото, ты овраг, который зарос крапивой!

– За что ты меня? – расстроилась Лиза.

– За то, что ты глухой овраг.

Влияние подруг трудно переоценить. Подруги зачастую влиятельней не только педагогов, родителей, братьев и сестер, но даже любимых мужчин. Подруги – это великая сила, и почему наука не занимается изучением этой проблемы – неведомо.

В ближайшую смену Лиза согласилась прийти к Дмитрию Саввичу на свидание.

– Но только не в гостинице!

– В квартире, которую я для вас снял! – Потрясенный Дмитрий Саввич церемонно поцеловал Лизе руку.

Стоило осчастливленному Дмитрию Саввичу покинуть гостиницу, как возле Лизы возник секьюрити Алеша. От волнения его рыжие волосы разметались в разные стороны.

– Я все слышал!

– Причешись!

– У меня внизу подслушка, я могу прослушать любой номер!

– Не раскрывай государственные тайны! Тебя уволят!

– Я все слышал и все запомнил, адрес, время, я тоже там буду!

– То есть как? – изумилась Лиза.

– Вы оба не будете знать, где я, но я буду там и буду все слышать, каждое слово, техника позволяет!

– Болван! – презрительно произнесла Лиза

– Я провел расследование, – гордо произнес Алеша, – у него семья и две постоянных любовницы, ты хочешь быть третьей?

– Я не хочу быть оврагом, который зарос, забыла чем! – непонятно ответила Лиза. – А любовниц я выведу, как выводят тараканов!

– Тараканов вывести очень трудно! – мудро заметил Алеша. – У нас дома мама который год воюет с тараканами!

Золотистый «мерседес» был припаркован у дома, где Дмитрий Саввич арендовал квартиру. «Мерседес» ожидал владельца под уличным фонарем, свет от которого мягко падал на глянцевую крышу.

А в квартире, нервно поглядывая на часы, маялся Дмитрий Саввич, то и дело выглядывая в окно, – «мерседес» был виден, а Лизы видно не было, она злостно опаздывала. Дмитрий Саввич и его бордовый пиджак – оба теряли престижный вид. Наконец в дверь позвонили. Дмитрий Саввич ринулся отворять.

– Я не опоздала? – невинным голоском пропела Лиза. – Автобусы ходят так редко.

– Вы всегда вовремя! – Дмитрий Саввич принял у Лизы курточку и, более не выдерживая напряжения, упал в кресло: – Я так боялся, что ты не придешь! Ты моя тоска! Ты моя надежда! Не могу без тебя!

– Вы начали на такой высокой ноте, как же вы теперь будете продолжать? – Все-таки Лизе были приятны его слова.

– Понятия не имею! – признался Дмитрий Саввич.

– И кажется, перешли со мной на «ты»?

– Да, я перешел!

А Лиза уже стояла перед зеркалом, явно намереваясь поправить прическу.

– Не трогай! – закричал Дмитрий Саввич, вскакивая с кресла. – Так лучше!

– Пожалуйста! – Лиза была щедра. – Пусть буду растрепкой, если вам так нравится!

Лиза оглядела комнату:

– Какую вы развели красоту! Это вы сами или приглашали кого?

– Сам! – сказал Дмитрий Саввич.

– Врет! – возмутился Алеша, прятавшийся в подворотне напротив, держа в руках современное подслушивающее устройство. – Нагло врет! Две женщины квартиру подготавливали – я наблюдал!

Комната, в которой Дмитрий Саввич принимал Лизу, имела вид необыкновенный. Во-первых, она была заставлена цветами. Цветы произрастали всюду – на столе, на тумбочках, на подоконнике, даже на полу. Во-вторых, накрытый стол сверкал хрусталем, оправленным в серебро, а в центре стола высился арбуз, размером, непредвиденным в природе. В-третьих, из полураскрытого шкафа доносилась музыка, там был припрятан музыкальный центр. А в-четвертых, Дмитрий Саввич таинственно произнес:

– Это еще не все! – и выключил свет.

Лиза искренне огорчилась:

– Вот вы все испортили!

Тотчас из-под потолка, вдоль всех четырех стен, засветились, заморгали разноцветными глазками крохотные электрические лампочки.

– Разве сегодня Новый год? – Лизе стало интересно.

Она как-то по-новому взглянула на Дмитрия Саввича. Тот откровенно сиял, хотя солидному предпринимателю сиять, выдавая сокровенные чувства, никак не положено.

– Ты, Лиза, угадала! Мы с тобой начинаем не только Новый год, но и новое летосчисление!

– Идиот! – громко сказал Алеша в подворотне, нарушая конспирацию.

– Идиотов много! – отозвался прохожий.

А Дмитрий Саввич уже суетился возле стола:

– Лизанька, садись! Что будем пить? Вот – легонькое «божеле», любимое вино комиссара Мегрэ… Нет, что это я. Новый год непременно встречают шампанским. Тут французское, мум, венгерское и наше, отечественное, ей-богу, оно лучше!

– Вообще-то я не пью! – произнесла банальную фразу Лиза.

– А кто у нас пьет? – пожал плечами Дмитрий Саввич. – Наша страна непьющая!

Дмитрий Саввич уже ловко откупоривал серебряную головку, как вдруг с улицы отвратительным, пронзительным голосом завизжала машина. Дмитрий Саввич насторожился, и белая пена полилась из бутылки на стол.

– Это вашу машину угоняют? – Лиза почему-то развеселилась, должно быть, подсознательно сработала классовая вражда.

– Нет, – Дмитрий Саввич покачал головой, – мою угнать невозможно. Машина выполнена по специальному заказу, это штучный экземпляр – я его заказывал в Дортмунде.

– Запомню, – с нарочитой серьезностью повторила Лиза, – не буду приобретать стандартный «мерс», съезжу в Дортмунд.

– И там же, – продолжал Дмитрий Саввич, – мне вмонтировали охранное устройство, секрет которого никому не известен.

– Хвастун! – прокомментировал Алеша.

– Шампанское выдохлось, – капризно сказала Лиза, – я есть хочу, кстати, а на чем добывают такие дикие деньги, как у вас, на наркотиках?

– На наркотиках это просто, – согласился бизнесмен, – но опасно. Я зарабатываю на том, без чего нельзя обойтись, – на обуви и сопутствующих товарах. – Дмитрий Саввич передал Лизе бокал. – С Новым годом, Лиза!

– Принято! – поддержала Лиза. – С Новым годом… – тут она выдержала паузу, – Дима, – первый раз назвав его по имени, – вы продолжайте про сопутствующие товары!

– Шутишь! – сказал Дмитрий Саввич. – А я, извини, забыл похвалить твое платье. Очень даже ничего! Оно тебе идет, не идет даже, а бежит.

– Вы излагайте вашу программу. Вы ее наверняка заготовили!

– Ты умная, что ли?

– Про платье – подлецу все к лицу! – Лиза нацепила на вилочку маслину. – Ну а про ум – говорят, что да.

– Красивая и умная – это явный перебор! – улыбнулся обувной король. – Тогда слушай!

– Я одновременно буду питаться, слушать и жевать.

– Хорошо, – Дмитрий Саввич был терпелив, – чего тебе положить?

– Я на самообслуживании.

Дмитрий Саввич кивнул:

– Мы должны заключить с тобой любовный договор!

Лиза поперхнулась крабом.

– Существуют деловой контракт, – продолжал воздыхатель, – брачный контракт, а мы заключим любовный контракт, мой юрист подготовит соответствующий текст, наши с тобой подписи скрепит нотариус!

– Кажется, я потеряла аппетит! – грустно сказала Лиза, а кавалер раздраженно спросил:

– Но почему? У меня серьезные намерения, не на легкий переспун, а на продолжительный роман, по контракту я возьму на себя определенные обязательства, и нравственные, и материальные. В случае если я тебя брошу, то должен буду возместить тебе моральный ущерб!

– Если я правильно поняла, это вы мне объясняетесь в любви?

– Конечно.

– Вы потрясающе объясняетесь!

– Я честно объясняюсь, искренне!

В подворотне слегка продрогший Алеша покрутил головой:

– Нет, он не идиот, он сволочь!

А в комнате любовную беседу прервал звонок в дверь. Дмитрий Саввич нахмурился:

– Кто-то перепутал квартиру.

– Может, вернулись хозяева?

– Этого не может быть, они на полгода уехали в Австралию.

– Да, – согласилась Лиза, – это далеко. Оттуда так внезапно не возвратишься. – А так как в дверь продолжали звонить, то добавила: – Это, Дима, ко мне!

– К тебе?

– Должна же я вас познакомить со своей лучшей подругой! Откройте, пожалуйста!

Дмитрий Саввич послушно поднялся из-за стола:

– Да, ты девушка с сюрпризами, с тобой скучно не будет! Это даже неплохо!

И пошел отворять.

В квартире появилось нечто, закутанное в ярко-желтую ткань. Длинное туловище, на острие которого маленькая головка, как у змеи, а внизу непомерно раздавшиеся бедра. Такая фигура в просторечии зовется гитара.

– Привет! – сказала гитара. – Я – Анжелика, сильно голодная Анжелика. Мне безо всяких шампанских, я пролетарий, моя мама была секретарем райкома партии. Мне всего-навсего рюмку водки, кусок черного хлеба и ломтик семги.

– Анжелику привела, – развеселился Алеша, – это колоссально!

Дмитрий Саввич налил незваной гостье водки, не в рюмку налил, а в бокал для шампанского, и налил доверху.

– Что ж это вы в открытую злитесь, как серый волк, – усмехнулась Анжелика. – Перед лучшей подругой нужно заискивать, как перед налоговым инспектором. – Она повысила голос: – Перелейте в обычную рюмку!

– Это я себе налил в бокал, – спокойно ответствовал Дмитрий Саввич, – а вам вот, махонькая рюмашка, и семга тоже – вот она, со слезинкой!

Лиза не говорила ничего, смеялась глазами и резво ела.

– Лучшая подруга – это профессия! – произнес тост Дмитрий Саввич. – И трудная профессия, говорят!

Анжелика выпила, Анжелика закусила, Анжелика уперлась взглядом в Дмитрия Саввича:

– Я вас изучаю, оцениваю вас. Что вы за птица?

– Я не птица, я серый волк, – попробовал отшутиться изучаемый.

– Женатик?

– Да.

– Дети?

– Один деть. Три года шесть месяцев.

– В тюрьме сидели?

– Пока еще нет.

– Рэкетирам платите?

– Плачу!

– Налоги скрываете?

– Скрываю.

– Взятки даете?

– Каждый день.

– Киллеров нанимали?

– Пока еще нет. Это в перспективе.

– Лизу любите?

– Увы.

– Мы тут обсуждали любовный контракт, – наконец нарушила молчание Лиза, – он будет составлен в письменной форме на бланке обувной компании.

– Это мне нравится, – сказала Анжелика, – как тебе будут платить – по дням, ежемесячно или лишь по постельным минутам?

– Ты с ума сошла! – возмутилась Лиза. – Что я, проститутка?

– Плохо знаешь русский язык! – сделала выговор Анжелика. – Ты не в проститутки идешь, а в содержанки!

– Что вы несете! – возмутился Дмитрий Саввич.

– А иди ты! – небрежно бросила Анжелика.

И тут снова отчаянно, навзрыд зарыдал за окном автомобиль. Он кричал и плакал так, будто ему без наркоза рвали все зубы подряд.

– Все-таки это вас угоняют! – Лиза встала и выглянула в окно. – Хотя угонщиков я не вижу!

– Не суетись, сядь! – прикрикнула Анжелика. – Угонят – он новую купит!

– Мою не угонят! – упрямо повторил Дмитрий Саввич.

– Ха-ха! – сказал Алеша, не покидавший наблюдательного поста. Как вдруг его окликнула девушка, совсем молоденькая, весьма хорошенькая, маленькая, ему под размер:

– Скучаешь?

– Я на работе! – хмуро ответил Алеша.

– Понятно, – прошептала девушка. – Что работаете – квартиру, машину или кого-то убираете?

– Уйди, не встревай! – попросил Алеша.

Девушка неожиданно чмокнула Алешу в щеку:

– Ты похож на порядочного, но можно ли у нас найти порядочного? – и быстро ушла.

Автомобиль перестал орать, должно быть, его оставили в покое.

– Где текст контракта? – строго потребовала Анжелика. – Прежде чем Лиза подпишет, я должна просмотреть!

– Я согласия на этот дурацкий контракт не даю! – быстро вставила Лиза.

– Она его дает! – уточнила Анжелика. – Только вставьте пункт, что если вас пристрелят или взорвут вместе с вашей воющей машиной, то ваша наследница, жена, выплатит Лизе компенсацию за утерянную выгоду! Нет, из жены деньги не вынешь, пусть платит ваша фирма!

– Это разумно! – согласился Дмитрий Саввич. – Сейчас впишу. – Он достал контракт и стал в него добавлять требуемое.

– О Господи! – только и нашлась сказать Лиза.

– Как вы думаете, все-таки почему Лизанька пришла к вам на свиданку? – спросила Анжелика.

– Вы уговорили! – догадался Дмитрий Саввич.

– Это само собой. Но главное – ей осатанело по утрам выбрасывать из номеров пустые бутылки, слюнявые окурки, пакетики из-под использованных презервативов и сами использованные презервативы! Лиза брезгливая!

– Думаете, только поэтому? – грустно спросил Дмитрий Саввич.

– Зря надеетесь, что я вас пожалею. – Анжелика была жестока. – Чтобы Лиза вас полюбила, квартиры, икры и визжащего «мерседеса» мало – тут нужен душевный подвиг! – Она рванула контракт из рук Дмитрия Саввича. – Если я завизирую, Лиза подпишет. Спасибо за семгу! – И быстро ушла.

– Умница! – сказал ей вдогонку Дмитрий Саввич.

Теперь он тщетно пытался разрезать арбуз. Хоть нож был достаточно острым – арбуз упрямо не поддавался. Наблюдая за этой процедурой, Лиза оперлась обеими руками на стол, и без того короткое платье потянулось вверх, обнажив бедро.

Дмитрий Саввич взмолился:

– Перемени позу, а то я никогда не справлюсь с этим проклятым фруктом!

– Ну-ка, – расхулиганилась Лиза, естественно не меняя позы, – кто сильнее – вы или арбуз?

– Сильнее нас обоих – ты, лично я капитулировал. – Дмитрий Саввич кинул на стол бесполезный нож. – Возьмись за засохший хвостик и сильно дерни.

Лиза подхохотнула, ухватилась за сморщенный арбузный хвостик, дернула, и… арбуз покорно развалился на две половины. А в самом центре, там, где по идее должны быть семечки, лежала пара прелестных туфелек.

Дмитрий Саввич улыбался, покровительственно улыбался.

– Вы зря старались, это не мой размер! – сказала Лиза.

– Померь!

Лиза скинула свои туфли. Дмитрий Саввич бережно надел ей на ноги новые.

Лиза прошлась по комнате:

– Жмут!

– Этого не может быть! – возразил Дмитрий Саввич. – Моя фирма не ошибается. Уровень.

Лиза все еще расхаживала по комнате:

– Я ошиблась, не жмут, а спадают!

– Не могут спадать! Ты ощути – какие они мягкие, невесомые, не туфли, а перчатки для ног.

Лиза резко остановилась, ровно напротив ухажера:

– Значит, любовный договор, значит, туфли в арбузе и Новый год, когда захочу! По какому принципу вы живете?

Дмитрий Саввич ненадолго задумался:

– По сегодняшнему – человек человеку вор!

– Я тоже, да?

Дмитрий Саввич решительно обнял Лизу и впился ей в губы с решительностью мужчины, который стоит несколько миллионов долларов. Лиза миллионера не отпихнула.

Конечно, именно в этот момент отчаянно завопил автомобиль, он надрывался, взывая о скорой помощи.

Лиза порывисто высвободилась:

– Успокойте ваш «мерседес»! Я не могу настраиваться на любовь под этот истерический аккомпанемент!

– Безусловно! Ты украла мою свободу! То, что я тебя полюбил, – глупее этого быть ничего не может!

– Дмитрий Саввич!..

Но Дмитрий Саввич уже вошел в состояние повышенной возбудимости…

– Плевать! Плевать мне на «мерседес»!

Он поднял Лизу на руки и понес к постели.

– И я на него плюю! – поддержала Лиза. – Он уже весь оплеванный, ваш «мерс»!

Дмитрий Саввич бережно опустил Лизу на шелковое покрывало:

– Когда ты надела новые туфли, я тебя полюбил еще больше!

Он расстегнул на Лизиной блузке верхнюю пуговицу и приложился губами к девичьей коже.

«Мерседес» за окном отчетливо взревел мощным двигателем.

– Вот его уже угоняют, и слава Богу, – облегченно вздохнула Лиза, – наконец-то будет тихо!

– Угоняют, и так ему и надо! Видели мы его в белых тапочках!

Все-таки Дмитрий Саввич покинул Лизу, подскочил к окошку, всмотрелся.

«Мерседес» уже отъезжал от тротуара.

– Я мигом – догоню его и обратно! – И Дмитрий Саввич исчез.

Лиза застегнула на блузке верхнюю пуговицу, поднялась с постели, привычным жестом горничной оправила помятое покрывало, села за стол и, выбрав пирожное «корзиночку», принялась его есть в задумчивости. Потом произнесла вслух:

– Он, конечно, подонок, – вытянула ноги, посмотрела, – а туфли классные.

Вдруг в комнате объявился торжествующий Алеша:

– Ну как я, на высоте, верно? Это я заставлял машину гудеть, это я, как услышал, что сейчас он тебя… – Тут Алеша запнулся. – В общем, я открыл секретку и отогнал «мерседес» за угол и там поставил в глухой двор, пусть поищет! Ты рада, да?

– Очень рада. – Лиза поднялась из-за стола, дожевывая пирожное. – Ты хочешь, охранник, чтоб я продолжала гнить в гнусной гостинице, среди грязного белья и запаха мочи в туалете?

– Но я… – растерялся Алеша.

– Но ты, – Лиза уже надела куртку, – ты негодяй – хуже него. Вместе со своей подслушкой! Не смей ко мне подходить! – Лиза размахнулась, хотела попасть по лицу, попала Алеше по шее и ушла.

Когда Дмитрий Саввич вернулся в квартиру, то обнаружил Алешу, который, пригорюнившись, сидел в углу.

– Только тебя здесь не хватало! Лиза где?

– Купишь другую! – мрачно отозвался Алеша.

Дмитрий Саввич внезапно увидел в углу старые Лизины туфли, которые она забыла, значит, ушла в новых. Дмитрий Саввич победоносно улыбнулся:

– Именно ее куплю, понял, ты, недоносок!

Лицо Алеши приняло решительное, жесткое выражение.

– Нет! – коротко сказал Алеша.

– Да! – сказал Дмитрий Саввич, он все еще улыбался.

Алеша тоже заставил себя улыбнуться:

– Нет!

Content

Брагинский Эмиль Вениаминович Любовный контракт

Эмиль Вениаминович Брагинский Любовный контракт