Андрей Буровский

Предки ариев

Нашим предкам и ближайшим родственникам, неандертальцам, — с надеждой, что капелька их славной крови течет в жилах автора и его читателей, — посвящается!

Я не согласен на пуды блаженства, если за них надо заплатить хотя бы золотником лжи.

Г. Гейне

Введение

Все знают, что расовая теория — это очень плохо. Расовая теория сводила все отношения в обществе к отношениям разных рас, то есть разных по биологии групп людей. Теорию нордической расы выдумали плохие нацисты, чтобы с ее помощью оправдать истребление евреев и завоевание земель славян. Причем истреблять и завоевывать они хотели и без всякой теории — просто натура у них была такая паскудная.

А нордической расы то ли никогда не существовало, то ли немцы и сами принадлежали к разным расам, в том числе и к нордической.

Другие думают, что расовую теорию придумала буржуазия, чтобы обманывать рабочих. А нацисты только выполняли волю буржуев.

Но в любом случае и все очень дружно уверены: РАСОВАЯ ТЕОРИЯ НЕНАУЧНА!!!!

Все «точно знают»: личные качества людей и их способности никак не зависят от внешних данных и биологии. Внешность и способности — параллельные качества, которые не имеют друг к другу никакого отношения.

Точно так же «все знают», что культура и биология человека никак не связаны. Носители всех культур всегда смешанного происхождения, все народы тоже образовались из смешения разных рас и групп. Достижения любого народа, успехи носителей любой культуры и языка не имеют никакого отношения к биологии.

Это очень хорошая позиция: она высоконравственна, утверждает равенство людей, политически корректна, опирается на данные науки и на мнение всех мировых религий, от христианства до буддизма и конфуцианства. Очень, очень хорошая позиция.

В современном мире она считается «единственно правильной». Расовую теорию могут обсуждать высоколобые ученые в своих кабинетах и лабораториях, но упаси Боже их вынести проблему на обсуждение! Тем более, упаси их Боже попытаться сделать расовую теорию частью политики. Расизм — это не только «ненаучно». Это глубоко неприлично! Всякая попытка говорить о неравенстве рас ставит крест на любом ученом в любой стране. В этом правиле есть одно исключение: в современном Израиле о расовых законах говорят довольно откровенно. Но и в Израиле идея нордической расы, мягко говоря, не популярна. Там развивают идею расового превосходства евреев, а вовсе не «каких-то» северян.

Даже у ярого антисиониста Исраэля Шамира, врага Израиля и идеи превосходства евреев, братство евреев и арабов объясняется кровным родством: для него палестинские арабы — потомки евреев, принявших ислам. Потому они и братья евреям: братья по происхождению.[1]

В общем, звезда идеи нордической расы родилась в XIX веке, ярко вспыхнула в первой половине XX и тихо закатилась в его второй половине.

…Вот только есть одна такая «странность»: все расселение по лицу земли древних индоевропейских народов показывает движение вполне определенного расового типа. Ученые конца XIX и начала XX века частенько называли его как раз «нордическим», потому что больше всего он распространен на севере Европы. Большинство ученых называли его северным европейским или скандинавским. Впрочем, многие люди этого древнего народа принадлежали к восточноевропейской и центральноевропейской расам.

Как ни называй, как ни открещивайся от зловещих нацистов, а смысл названий все равно один и тот же: такой расовый тип известен только на севере Европы. Именно там он был изучен и описан.

В любой точке мира появление индоевропейских — арийских племен служило толчком для развития культуры. Разумеется, культурные достижения и правда мало связаны с расой. Но «почему-то» арийские племена в любой точке мира первоначально состояли из представителей нордического расового типа.

В Китае этот тип исчез очень давно… Но его следы прекрасно прослеживаются в расовом типе Северного Китая. А китайцы прекрасно знают, что часть их предков, создатели первоначальной китайской цивилизации ШанИнь, были рослыми блондинами с пышными бородами и светлыми глазами.

Более того, как раз цари и аристократы эпохи ШанИнь были в основном европеоидами… А их подданные в массе своей — монголоидами. Светлые волосы, светлые глаза и светлая кожа вообще-то в биологии человека — рецессивные признаки. То есть нестойкие признаки, которые не передаются гибридным организмом. Вот темные волосы, темная кожа и темные глаза — признаки доминантные. При скрещивании блондинов с брюнетами и кареглазых с серо- и голубоглазыми «темные» признаки будут наследоваться чаще. При равном числе брюнетов и блондинов в составе одного народа брюнеты рано или поздно «победят». Тем более они «победят», если «темных» на территории одного государства или народа окажется больше, чем «светлых».

В Китае кучка «светлых» пришельцев была затоплена полчищами местного «темного» населения. Потомки тех и других быстро утратили «рецессивные» признаки… Но импульс развитию культуры дало именно переселение «светлых»… И цари и аристократы первоначального Китая тоже были как раз «светлые»… Как неприлично!

Европеоидный расовый тип был обычен для Северного Китая во II тысячелетии до Р.Х. Потом он все слабел и слабел. Уже в V веке до Р.Х. европеоиды сделались для китайцев непривычными. Они казались китайцам некрасивыми, нелепыми, похожими на громадных обезьян. «Мохнатые» жители Южной Сибири со светлыми глазами оценивались ими совсем нелицеприятно.

Из чего вывод один: в Южной Сибири и в Центральной Азии сохранился расовый тип, который за тысячу или полторы тысячи лет совершенно исчез в густонаселенном Китае.

Что интересно: в Сибири практически нет следа индоевропейских языков. Но в культурном отношении многие культуры Южной Сибири — явно арийские, индоевропейские. И афанасьевская культура III тысячелетия до Р.Х., и андроновская культура XX–XIII веков до Р.Х. созданы рослыми европеоидами. На керамических сосудах андроновской культуры — сплошные свастики, а весь облик культуры — типично индоевропейский-арийский. Как же так?!

Возможно, дело в том, что многие арийские культуры обнаруживают два языковых субстрата: индоевропейский и финно-угорский. Двигаясь через территорию Восточной Европы, древние арии «захватывали» в орбиту своей культуры финно-угров, и те разделили с ними их великий и загадочный путь до берегов бутылочно-зеленого Енисея, прозрачных вод Байкала и мутно-желтой Хуанхэ. Вот ведь как нехорошо получается: языки разные, а расовый-то тип тот самый… Независимо от языка. И тип культуры — тоже тот же самый. Эти подозрительные носители андроновской культурной общности плевать хотели на политическую корректность, материалы Нюрнбергского процесса и глубокомысленные рассуждения о вреде расовой теории. Негодные!

Трудно доказать, что носители андроновской культуры были светлокожи и светловолосы, но таковыми были еще носители всех скифских культур VII века до Р.Х. — II века по Р.Х. от Китая до берегов Черного моря.

«Да, скифы мы, да, азиаты мы / С раскосыми и жадными очами!» — нес чепуху внук раввина с немецкой фамилией Блок. Бред сумасшедшего. Пустой треп интеллигента, доказывающий только одно: интеллигент, как правило, невежественен. Отродясь не было ни у одного скифа «азиатских» раскосых глаз. Ярко выраженные европеоиды северного типа, со светлыми волосами, светлой кожей и светлыми глазами.

Жители Центральной Азии и Средней Азии еще в первые века по Р.Х. изображали самих себя светлокожими и светловолосыми. Во всех могильниках — крупные, массивные европеоиды, словно пришедшие из Северной Европы.

В Южной Сибири расовый тип изменился только после нашествия монголов. Еще первые тюркские государства создавались нордической расой. Опять же — язык совершенно другой, не индоевропейский, а расовый тип — тот же самый.

Еще тюркоязычные печенеги и половцы — народы европеоидного облика. Половцы были людьми со светлыми бородами и головами, светлыми глазами.

Вся история Великой Степи, Казахстана и Средней Азии в историческое время — история замены европеоидного типа монголоидным или южными, «темными» европеоидами. Современные осетины — прямые потомки аланов, но аланы были крупные, северные европейцы по расовому типу. А осетины в основном среднего роста и, как правило, брюнеты.

На Северном Кавказе носители рецессивных признаков «забивались» в горы — туда при каждом переселении и передвижении народов забиралось меньше пришельцев. Менялись народы и языки — а расовый тип оставался.

Чеченский язык принадлежит к древнейшей семье картвело-адыгейских языков (дальний родственник грузинского). Но очень многие современные чеченцы — крупные люди со светлыми глазами. Особенно представители племенной знати.[2]

Даже среди монголов североевропейский расовый тип очень даже присутствовал. Чингисхан, по описаниям современников, был светлобородым и зеленоглазым… Но среди монголов рецессивные признаки уже в XIII веке были почти совсем вытеснены из популяции.

В Средней Азии, Индии, Персии и на Кавказе происходило то же самое. Вторжение племен ариев в Индию и Иран дало толчок к появлению цивилизации в этих местах. Арии привели новые породы домашних животных, новые способы ведения хозяйства, войны и организации государства. Они сохранили свои языки и в какой-то степени — расовый облик. Среди жителей Северной Индии и Ирана много крупных людей массивного телосложения, но все они — «темные», южные европеоиды. Ведь пришельцев-ариев в Индии окружали тоже европеоиды, но не северные, а южные — темноволосые и темноглазые. И много негроидных племен. И племен с примесью негроидной крови.

Как бы ни кичились современные иранцы происхождением от древних ариев, а ведь и тут «темные» южные европеоиды «победили», вытеснили «светлых». У древних персов было представление, что настоящий перс — это перс и по отцу, и по матери, который может проследить свою родословную на много поколений назад… Только такие персы могли становиться воинами царской гвардии «бессмертных», жрецами высшего посвящения и главами завоеванных провинций.

Естественно, в каждом поколении «настоящих персов», светлокожих и светловолосых, становилось все меньше. За века расовый тип совершенно изменился, и современные иранцы мало похожи на воинов Дария и Ксеркса. Похожи на них только те персы, которые «забились» в горы: талыши и горные таджики. Опять же — меньше пришельцев, меньше размываются рецессивные признаки. И пухлощекие, светлоглазые горные таджики с их могучими рыхлыми телами мало похожи на смуглых, сухих черноволосых жителей Ирана с быстрыми темными глазами.

В Закавказье и Малой Азии причудливо смешивались местные жители, говорившие на хурритских, картвельских, адыгейских языках, и арийцы-завоеватели. Урарту объединило много племен, говоривших на разных языках. В царстве Урарту большинство населения были местные, «темные» хурриты. Меньшинство, «светлые» арии, дали язык и основы культуры жителям этого государства… Сохранилось название страны, в котором, как и в Урарту, до сих пор угадывается корень «арий»: Армения. И самоназвание одного из племен — хай (так называют себя армяне).

Но современные армяне — темнокожие, темноглазые брюнеты.

В античное время греки очень мало походили на современное население Греции. Достаточно посмотреть на статуи античного периода, чтобы узнать все тот же тип: крупные, массивные люди с тяжелыми лицами северян. По описаниям мы знаем, что были и греки, и римляне светлокожи, светловолосы, светлоглазы. Века смешения с пестрейшим населением империй, образованных после завоеваний Александра Македонского, потом Римской империи, сделали свое дело. Сегодня нордический тип не отыщешь в Южной Европе совершенно никакими силами. Мелькнут разве отдельные черты: серые глаза на темно-смуглом челе турчанки, один из пяти сыновей сицилийского крестьянина родится светловолосым… Но даже в этих случаях непонятно, с чем мы имеем дело: с воскресшим обликом далеких предков или с последствием более поздних смешений: с норманнами, завоевавшими Сицилию, с кровью польской пленницы, угнанной из-под Кракова в XVI веке…

Северный тип в античные времена считался красивым и аристократичным (в точности как у постоянных врагов греков и римлян, у персов). Светлокожий, светлоглазый человек как бы становился подобным легендарным предкам, основателям античной цивилизации.

И на Руси еще совсем недавно боярышни светлили кожу, старались не загорать. Поэты воспевали светлые косы и синие, как озера, глаза славянских красавиц. Смешанный мы народ, но в этих эстетических принципах жила память о светловолосых нордических предках.

Возможно, с моей стороны нехорошо писать об этом, а со стороны читателя нехорошо об этом читать. Но помимо распространения культуры было и это: распространение по лику земли расового типа. Я писал, что индоевропейцы, арийцы — это не раса, а тип культуры.

«Если на валах древнего фатьяновского городища встретятся испаноязычные индейцы Южной Америки, ирландец, англосакс из Новой Зеландии, негр из США и украинец из Петербурга — это встретились дальние, но родственники».[3] Я и сейчас думаю точно так же.

Но в основе всех известных нам индоевропейских культур лежало расселение все того же, одного и того же расового типа. Люди этого типа говорили не только на индоевропейских языках. Наверняка можно утверждать, что часть из них говорили на языках финно-угорских.

Часть, вероятно, и на тюркских.

У нордической расы вообще есть способность оказываться в самых невероятных местах. Тур Хейердал всерьез утверждал, что цивилизации Центральной и Южной Америки создали белые бородатые люди. Будь Хейердал немцем — не сносить бы ему головы! Но норвежцу и после войны было можно нести такую политнекорректную, расистскую ересь… Тем более норвежцу, который принимал участие во Второй мировой войне на стороне союзников.

Если верить Хейердалу, то индейские культуры возникают внезапно, без всяких предшественников в лице местных индейских культур. Появляются какие-то другие люди издалека — и вспыхивает местная цивилизация! Светлокожие бородачи создали цивилизации ацтеков и майя, а часть из них пошла в Южную Америку — неизвестно почему и зачем. Там они стали основателями древнейшей доинкской цивилизации, строившей крепости и города из колоссальных камней.

В конце концов индейцы поднялись против завоевателей. Они разгромили государство пришельцев, и наступил долгий упадок культуры. Он продолжался до тех пор, пока в Южной Америке не появились индоевропейцы — испанцы, наследники Великого Рима.

А белые бородатые люди, отвергнутые индейцами, ушли, уплыли в Тихий океан на примитивных бальзовых плотах. Высаживаясь на островах Тихого океана, они заложили основы еще одной цивилизации — полинезийской.

На острове Пасхи еще в начале XVII века жили люди двух расовых групп: длинноухие и короткоухие. Длинноухие с детства оттягивали мочки ушей — откуда и название. Они были европеоидного типа — бородатые, рослые, светлокожие. Короткоухие прибыли позже, с запада. Они были темнокожие безбородые брюнеты с примесью негритянской крови. Длинноухие были владыками острова и заставляли короткоухих много работать, высекая из камня громадные статуи. Людей разного расового типа на острове Пасхи зарисовали члены первых европейских экспедиций на остров Пасхи: голландца Роггевена и француза Лаперуза.

В конце концов у короткоухих лопнуло терпение: сколько можно работать?! В начале XVIII века они восстали и истребили всех длинноухих. На острове начался чудовищный упадок культуры. Статуй больше никто не строил, роды воевали друг с другом, шла вековая резня. Как выразился археолог Арне из экспедиции Хейердала, извлекая из слоев земли следы людоедства: «Здесь сидели эти свиньи, жрали друг друга, а зубы сплевывали на землю».[4] Ну да… Примерно так оно и было.

Вряд ли язык длинноухих был индоевропейский. Но и на затерянном в океане острове Пасхи, к которому приходят ровные, ничем не тревожимые волны от самой Антарктиды, в миниатюре повторялось то же, что и везде: нордическая раса начинает и проигрывает. Она приносит импульс развития, а потом смешивается с местным населением. Если это население способно построить собственную цивилизацию — ей быть. Если местные не очень восприимчивы к культуре, они истребляют неспокойных пришельцев… И потом могут веками жрать друг друга в свое удовольствие.

Политически некорректно? Может быть. Но зато соответствует фактам.

Каким бы ни был язык длинноухих, этот расовый тип никак не мог сложиться в Южной Америке. Он не мог бы сложиться и в Центральной Америке, и даже в Старом Свете, на Переднем Востоке… Потому что везде и всюду, на всей земле, действовали одни и те же законы генетики. Везде и всегда доминантные признаки за считаные поколения вытесняли рецессивные: светлокожих, светлоглазых, светловолосых. Есть только одно место на земле, где сложилась популяция людей нордического облика: это Европа.

Называют разные сроки, на протяжении которых могла бы возникнуть популяция, несущая в себе эти рецессивные гены: от 2–3 до 5–6 тысяч лет. В любом случае группа людей должна была долго прожить в Европе, чтобы приобрести эти признаки. А уже оттуда она могла бы расселяться куда угодно… Хоть в Индию, хоть в Китай, хоть на Кавказ, хоть в Сибирь. Да хоть и в Южную Америку.

Удивительно неспокойный он, этот расовый тип, — вечно куда-то расселяется.

Что еще более удивительно, этот расовый тип постоянно обгоняет другие. Он постоянно и активно развивает культуру, а как только разовьет — тут же щедро делится с соседями — поколачивая, чтобы усерднее учились.

Прародина древних ариев, скорее всего, — культурная общность воронковидных кубков. Эта общность сложилась на громадной территории от Рейна до Польши и Волыни в IV тысячелетии до Р.Х.: племена воронковидных кубков первыми заговорили на предках индоевропейских языков… Возможно, индоевропейский язык возник как способ общения этих первоначально разноязыких племен. Возможно, он исходно был языком одного отдельного племени, и это племя навязало его другим, как римляне навязали всей Европе свою латынь.

Во всяком случае, с IV тысячелетия до Р.Х. из Европы вырвались носители индоевропейских языков… И вместе с ними — носители нордического расового типа. Невольно возникает предположение: а может, вместе с индоевропейцами из Европы, как чертик из коробочки, вырвались и другие нордические народы? Тоже светлокожие светлоглазые блондины, но говорившие на других языках? Если даже это не так, то, и утрачивая изначальный язык, древние европейцы удивительным образом сохраняли свой несокрушимый дух культуртрегеров, завоевателей и путешественников. Да-да. До самого острова Пасхи.

Более того… Есть много свидетельств тому, что и задолго до индоевропейцев из Европы вылетал своего рода человеческий протуберанец.[5] И 20, и 40 тысяч лет тому назад, задолго до самых первых ростков современной цивилизации, происходило неведомое НЕЧТО, и на Передний Восток, в Восточную Европу или в Среднюю Азию текли ручейки нового населения. Они несли с собой высокую культуру — культуру охотников каменного века, но более высокую, чем культура местного населения.

Возникает сразу несколько вопросов, один другого неприличнее, удивительнее, загадочнее, судьбоноснее.

1. Где и когда сложился нордический тип?

2. Что особенного в этом типе? Почему он сыграл такую странную, тревожную роль в развитии мировой цивилизации? Как вообще соотносится биологическое и культурное в человеке?

3. Что такого особенного происходит с людьми в Европе? Почему именно отсюда исходят импульсы мирового развития?

Я написал эту книгу именно для того, чтобы выяснить — кто же были они, предки арийцев и наши отдаленнейшие предки?

Часть I. Появление северной расы

Здесь люди дремлют в пьяной неге, Ведут войну рукой наемной. Им чужды вольные набеги… Но ты суровый север помни!

В. Брюсов

Глава 1. Нордический — это на Севере!

Здесь обрели, в стране богатой, Но ты родимый север помни!

Б. Брюсов

Изображения древних европейцев

Нордическая раса могла возникнуть только в Европе… Больше нигде! Данные генетики подтверждаются и данными археологии. Ведь древние европейцы потрудились оставить нам свои довольно точные изображения.

Причем в настенных росписях пещер почти никогда не изображали людей. Сегодня нам известно более 300 пещер, гротов или навесов с изображениями, бесспорно относящимися к эпохе верхнего палеолита. Из них во Франции — 150, в Испании — 125, в Португалии — 3, в Италии — 21, в Югославии — 1, в Румынии — 1, в Германии — 2, в России — 2.

Во Франции, Италии и Испании особенно богаты пещерами с искусством провинции, прилегающие к Пиренеям: Дордонь, Арьеж и Верхние Пиренеи во Франции, испанские провинции Кантабрия и Астурия. В литературе даже установилось обобщенное название этих провинций «Франко-Кантабрия», а о палеолитическом искусстве пещер этого региона говорят обобщенно: «франкокантабрийское искусство». Центр этого района: французские склоны Пиренеев, долина р. Везер. Во «ФранкоКантабрии» находятся такие знаменитые пещеры с сотнями изображений, как Альтамира в Испании, западнее Сантандера, пещеры «Трех братьев» и Нио (южнее Тулузы), Ляско у Монтиньяка, Фон-де-Гом и Камбарель (югозападнее Лиможа).

Чуть менее «густо» расположены пещерные памятники с палеолитическим искусством на французской и итальянской Ривьере и на острове Сицилия.

Почему именно в этих местах так много пещер с искусством палеолита? Случайность? Маловероятно… Потому что пещеры в других регионах мира, например на Кавказе и в Сибири, изучены очень неплохо. А ничего похожего на живопись такого возраста нигде не нашли.

А вот во Франции и в Италии на самой небольшой площади постоянно открывают новые и новые пещеры, стены которых покрыты изображениями. Открытия приносит и Дордонь, казалось бы, исхоженная вдоль и поперек. Но в 1956 году в пещере Руфиньяк в Дордони открыто свыше 100 изображений мамонтов, носорогов и других животных.

С 1984 по 1994 год на юге Франции открыта 21 неизвестная ранее пещера с живописью. Среди них — такие, как Коске и Шове, которые по древности, богатству и разнообразию не уступают всемирно известным росписям Альтамиры, Ляско и др., а Шове, пожалуй, и вовсе занимает теперь первое место среди них.

Ученые не без оснований полагают, что в любой момент могут быть открыты новые пещерные живописные галереи, которые затмят все известное доныне.

Открывают и новые области распространения пещерной живописи в Европе, например в Италии — около Тиволи (близ Рима), в районе Отранто и Палермо и на маленьком островке Леванцо (близ северного побережья Сицилии).

В общем, в Европе изображения эпохи палеолита есть практически везде, где есть пещеры. Общее число изображений в исследованных пещерах превышает 20 тысяч. Но среди них крайне редки человеческие изображения. Если в наскальных росписях и попадаются отдельные рисунки человека, то они схематичны, неточны, сделаны намного менее искусно, чем изображения животных. Эти рисунки выполнены настолько примитивно… словно древний художник рисовал человека нехотя, без интереса. Таковы и бегущие фигурки из пещеры Валь-дель-Чарко-дель-Агва-Амарга (Теруэль, Испания), и гравировка высотой 22 сантиметра в пещере Габийю (Дордонь, Франция), и падающий перед бизоном человечек в пещере Ляско.

Исключения есть — это случаи, когда изображаемое существо сочетает в себе черты человека и животного. Великолепен «колдун» из пещеры «Трех братьев», «люди в масках» из пещеры Комбарель. Но это изображены, строго говоря, не люди, а какие-то человекоподобные существа. Духи? Звероподобные предки? Участники ритуальной пляски? Полет фантазии — личной или коллективной? Кто знает….

Одни ученые считают, что человек древнекаменного века просто еще не научился изображать сам себя. Не был он себе достаточно интересен, не считал человека достойным объектом рисунков. Вот к зверю — огромное внимание, зверь интересен и важен. А человек — не пища и не источник опасности. Первобытный художник не видел смысла изучать и изображать человека.

Другие ученые полагают, что дело не в искусстве живописцев. Они считают: человек сам для себя был частью живописного произведения. Вот маленький ребенок рисует волка или собачку и считает их живыми существами, играет с ними, как с реальными животными. Так и человек древнекаменного века рисовал мамонта и носорога — и эти животные становились для него как бы живыми существами из плоти и крови. Сам художник делался частью единого ансамбля, одним из участников неведомого ритуала вместе с изображенными им же самим существами.

Так это или нет — спорить трудно… Да и не нужно.

Важно то, что изображений человека на стенах пещер мало, и судить о его расовых признаках трудно. К счастью, существуют еще и образцы так называемого «мобильного искусства», или «мелкой пластики». Это мелкие произведения искусства из камня, кости, рога. Таких изображений тоже известно очень много: десятки тысяч. Это и костяные пластинки с изображениями оленей, лошадей, рыб, тигрольвов. Это костяные фигурки лошадей, мамонтов, бизонов, оленей, резные костяные жезлы и кости с самыми различными гравировками.

Особое место среди произведений палеолитических художников занимают женские фигурки, которых археологи назвали «Венерами» из-за пышности их форм. Фигурки разной величины, но чаще всего небольшие: 12–22 сантиметра в высоту. Около трехсот таких фигурок было найдено на территории Европы — от Франции до Сибири.

В Западной Европе наиболее известны женские фигурки из Брассемпуи и Леспюга (Франция), Гримальди и Савиньяно (Италия). Итальянские фигурки изготовлены из камня, «Венера» из Виллендорфа (Австрия) сделана из известняка, статуэтка из Тро-Магритт (Бельгия) — из слоновой кости. Статуэтка из брассемпуи натуралистична, из других мест — несколько стилизованы. В Дольних Вестоницах наряду с женскими статуэтками из мергеля и слоновой кости многочисленны фигурки животных из обожженной глины.[6]

В России особенно много «венер» на верхнепалеолитических стоянках в Костенках, Гагарино (верхний Дон) и Авдеево (р. Сейм). Последние «венеры» в России найдены на Зарайской стоянке в Подмосковье.[7]

В ходе раскопок, проводившихся в 2005 году на расположенной в Подмосковье и уже ставшей известной Зарайской палеолитической стоянке, впервые за 25 лет после открытия этого уникального памятника — остатков поселения охотников на мамонта, были найдены наряду со многими другими интересными предметами две женские статуэтки, вырезанные из бивня мамонта. Одна из них — завершенное произведение, вторая осталась незаконченной.

Статуэтка, представляющая собой завершенное изделие, обнаружена в одной из ям-хранилищ, которая относится к поселению, датируемому временем около 22 тысяч лет от наших дней. Эта яма первоначально была перекрыта лопаткой мамонта. Есть основания предполагать, что статуэтка намеренно была уложена в яму на том этапе ее существования, когда она примерно на одну треть заполнилась оплывшим грунтом. Судя по всему, именно в этот момент яма и была накрыта (скорее всего, в последний раз) лопаткой мамонта. Не ради ли этой статуэтки она была закрыта? Ведь к тому времени яма уже утратила свою изначальную функцию — служить достаточно вместительной кладовой для хранения утвари, материалов и припасов.

Сохранность фигурки плохая. Но не настолько, чтобы не распознать в ней характерное изображение палеолитической «венеры».

Большинство палеолитических «венер» были изготовлены от 25 до 20 тысяч лет назад и почти все изображают женщин с преувеличенно большими грудями, ягодицами и животом. Нередко женщины изображаются беременными или в позе роженицы.

Назначение «венер» еще служит предметом споров; большинство специалистов видит в них символ плодородия, изображение богини-матери, которую люди эпохи палеолита почитали как мать, хранительницу очага, покровительницу охоты и, возможно, даже как прародительницу рода людского. Во всех областях Европы палеолитические «венеры» очень похожи… Видимо, они играли в культуре сходную роль.

Есть и более экзотические предположения: некоторые ученые считают, что «венер» изготовляли озабоченные люди. По каким-то причинам они не могли вступать в интимные отношения с женщинами и вот так «отдыхали»… В этом случае палеолитические «венеры» — это аналог рисунков, которыми «украшают» стены общественных уборных неполноценные люди.

Вот эти многочисленные, до 300 изображений, «венеры» и могут послужить для очень интересных выводов. Один из ведущих специалистов в области палеолита, Зоя Александровна Абрамова, сравнила пропорции тел, изображенных в виде «венер». Она сравнила практически все известные к концу 1970-х годов палеолитические изображения женщин и сделала такие выводы…

Раз «ничто не мешает предположить, что особенности статуэток в палеолите Сибири… являются отражением исторической реальности», Зоя Александровна указывает на различия в расовом типе изображаемых людей… В Сибири они совсем иные, чем в Европе. Если «при взгляде на европейские палеолитические фигурки возникают ассоциации с пышнотелыми женщинами Рубенса», то «сибирские скорее напоминают укутанных в плотно прилегающие одежды с капюшонами жительниц Гренландии Рокуэла Кента».[8]

Дамы палеолита

Вот так. Европейские статуэтки изображают людей, очень похожих на жителей Северной Европы: крупных, пышных, с жировыми валиками и жировыми складками на теле, с большими задами, на которых откладывается жир. Нам могут нравиться такие женщины или не нравиться, дело вкуса, но расовый тип виден четко.

К сказанному Зоей Александровной добавлю одно: единственное реалистическое наскальное изваяние-барельеф в гроте Лоссель (Франция) тоже изображает крупную массивную женщину «североевропейского» типа с большим животом, крупной грудью, сильными, массивными руками и ногами.

Дамы палеолита

Фрагменты женских тел среди росписей в пещере Перш-Мерль, гравировки в пещере Ла-Марш показывают тот же самый расовый тип.

Сделать серьезные выводы на основании немногочисленных рисунков трудно… Но они полностью подтверждают наблюдения, сделанные на основании материалов многочисленных и представительных.

Вот так. В Европе жили люди нордической расы. Причем и на юге Европы, и на востоке. Именно они рисовали на стенах пещер, резали из кости палеолитических «венер». А если эти «венеры» — плод фантазий сексуально озабоченных?! Даже в этом случае вывод верен. Ведь получается — озабоченным виделись женщины именно этого типа, а не длинноногие, тощие и горбоносые.

А жители древней Сибири принадлежали к другому расовому типу… К типу, больше похожему на монголоидных обитателей современной Арктики — эскимосов, чукчей, коряков, алеутов.

Может быть, это очень неприличный факт. Может быть, он очень раздражает «прогрессивную» общественность, и «демократически» настроенные люди не должны его ни в коем случае приводить… Но это — факт!

Глава 2. Сапиенсы в Европе

Многообразие должно находиться в единстве.

Юлий Цезарь о Римской империи

Конечно, любая раса — лишь часть единого биологического вида Homo sapiens. Более того — нордическая раса появилась далеко не первой из многих форм человека современного вида, неоантропа.

Дело в том, что человек современного физического облика, неоантроп (от греческого неос — новый и антропос — человек), появился в Европе не так уж давно, порядка 32–36 тысяч лет назад.

Первые находки людей — современников мамонта делали еще в XIX веке. Одна из первых находок сделана еще в 1868 году в гроте Кро-Маньон (Франция). Древность находок несомненна: слой, в котором найдены скелеты, перекрывала многометровая толща более поздних отложений.

Незадолго до этого открытия Лартэ узнал, что по приказу властей департамента Верхняя Гаронна на приходском кладбище похоронено 17 скелетов, обнаруженных при ведении хозяйственных работ в пещере Ориньяк.

Лартэ без труда доказал, что погребенные — вовсе не французы и не христиане, а древние люди, современники мамонта. Власти позволили ему выкопать обратно и изучить костяки… Такие же, как у современных людей! Каменные орудия, останки зверей из пещеры Ориньяк позволили назвать целый период каменного века ориньяком. И получалось — люди такие же, как мы с вами, а жили в эпоху мамонта, шерстистого носорога и тигрольва.[9] Теперь в гроте Кро-Маньон Лартэ обнаружил еще пять скелетов, практически тождественных скелетам из пещеры Ориньяк. Людей этого типа он назвал кроманьонцами.

Вскоре последовали десятки открытий кроманьонских скелетов и стоянок по всей Западной Европе. К 1900 году известны уже более 600 скелетов людей этого типа.

Кроманьонцы — ярко выраженные европеоиды очень высокого роста (мужчины от 174 до 194 сантиметров, а в среднем 187 сантиметров) и очень крупной головой: от 1600 до 1900 см3. У современного человека объем мозга в среднем — 1450 см3.

Кроманьонцы почти ничем не отличались от нас. Отдельные мелкие отличия есть — скажем, более крупная, чем у современного человека, голова. Антропологи говорят и о других малозначащих отличиях по массивности костей скелета и черепа, форме отдельных костей.

Но это был человек современного физического типа! У кроманьонцев был прямой вертикальный лоб, высокий черепной свод, резко выступающий подбородок. Облик кроманьонца таков, что нет сомнений — получи он образование, кроманьонец мог бы писать и читать книги, освоить медицину, математику, все разделы науки и культуры современного мира. Ну да… Ну да… Среди всего прочего кроманьонец мог бы сделаться и убежденным коммунистом, и нацистом, и исламским фундаменталистом… Много кем.

Кроманьонцами стали называть всех людей, живших в Европе, и даже во всем мире в эпоху Великого Оледенения. Это очень странные названия. В мире тогда жили люди разных рас, а может быть, и разных биологических видов.

Человек эпохи Великого Оледенения жил в Африке (находки в Кейп-Флетс, Фиш Хук (около 35 тыс. лет), Назлет Хатер (33 тыс. лет), в Восточной Азии (Дуньдяньянь (30–10 тыс. лет), Аитапе (19 тыс. лет), Чжоукоудянь (10 тыс. лет), в Америке (Лос-Анжелес (23,6 тыс. лет), Лагуна Бич (17 тыс. лет), Монте-Верде (13 тыс. лет), Лагоа-Санта (11,5 тыс. лет), Тепекспан (11 тыс. лет), в Австралии (Мунго (19–14 тыс. лет), Кохуна, Кейлор и Талгай (все около 12 тыс. лет), Коу Свэмп (около 10 тыс. лет).

Все это — люди современного физического типа. Все они не съедены и не брошены, как падаль, а похоронены по сложному и везде различному обряду. Все находки скелетов сопровождают находки разнообразных каменных и костяных орудий. С эволюционной точки зрения, по морфологическому строению и сложности поведения эти люди мало отличаются от современного человечества. Но это не европеоиды. Они не имели с кроманьонцами ничего общего, и называть их так было бы глубоко неправильно.

Даже в самой Европе не все люди подобны кроманьонцам. Стоило найти побольше скелетов сапиенсов в разных уголках Европы, как выяснилось: одновременно с кроманьонцами в Европе жили люди, вовсе на них не похожие.

В гроте Ментона (Южная Франция), на стоянке Младеч (в бывшей Чехословакии) и в других местах жили кроманьонцы. А вот в Комб-Каппель в той же Франции жили люди современного типа, но ростом порядка 165 см, и сильно отличавшиеся от кроманьонцев пропорциями тела: в частности, у них были очень длинные руки.

От кроманьонцев отличаются и люди типа Шанселад — все в той же Франции.

Обитателей плато Перигор некоторые ученые всерьез считают продуктом смешения кроманьонцев с более древними типами человека.

От кроманьонцев отличаются и люди из Гримальди.

Гримальди (Grimaldi) — группа пещер близ итальянского города Вентимилья на берегу Средиземного моря, около франко-итальянской границы. В одной из пещер («Грот детей») в 1901 году на глубине 8,7 метра было открыто двойное погребение. Мальчик шестнадцати лет и женщина были похоронены в скорченном положении, женщина была, вероятно, крепко связана и положена слева от подростка. Оба были снабжены украшениями из раковин, скелет мальчика окрашен охрой, между головами погребенных лежали две гальки, еще одна — у головы женщины. Головы покрывала плоская каменная плита.

В слое выше находится погребение мужчины в вытянутом положении. Рядом обнаружено несколько каменных орудий. Еще выше, над мужчиной, погребены двое детей, снабженные богатыми украшениями из раковин. Наконец, у поверхности находится погребение еще одной женщины.

По поводу людей этого «многослойного погребения» археологи сочли, что они принадлежат к «протонегритянской» расе. Говорили даже об особой «расе Гримальди». Позже «гримальдийцев» стали относить к особой группе кроманьонцев… Но если это и кроманьонцы, то какие-то необычные.

Это в самой Франции такое разнообразие! Рони-Старший в своем романе «Борьба за огонь» довольно точно описал жизнь в одной стране людей разного облика и даже разных размеров.[10] Рони-Старший опирался на данные современной ему науки и дружил с известным археологом того времени, с Капитаном.

Люди с востока Европы — скелеты со стоянок Брно, Пшедмости, Дольни Вестоницы — тоже не подобны кроманьонцам. Они меньше ростом, массивнее, у них немного иные пропорции тела. Так и говорят: «люди типа Пшедмости».

В России, в третьем слое Маркиной горы (Костенки, XIV в.), в знаменитых Костенках под Воронежем, в 1954 году А. Н. Рогачев открыл погребение, содержавшее почти полный скелет мужчины 20–25 лет. Человек из Маркиной горы имел рост 160 сантиметров, объем мозговой полости 1165 см3. И имел ярко выраженный негроидный облик… Больше всего этот человек напоминал современных дравидов, жителей Южной Индии.

Во Владимирской области, там, где ручей Сунгирь впадает в реку Клязьму, в 1955 году нашли первые погребения. В наше время известно 9 скелетов из Сунгиря. Это были крупные люди, по размерам похожие на кроманьонцев. Рост взрослого сунгирца составлял около 180 сантиметров.

Сотрудник Института археология РАН М. Б. Медников предполагает, что большие размеры тела кроманьонцев, к которым относятся и сунгирцы, свидетельствуют о процессах, сходных с акселерацией XX–XXI веков.

Но сунгирцы — кроманьонцы своеобразные. Расовый тип одного из погребенных чаще всего определяют как тип «восточных кроманьонцев» с отдельными чертами, напоминающими то ли северных монголоидов, то ли предков американских индейцев.

Другие погребенные тоже европеоиды, но своеобразные. У них присутствуют то ли негроидные черты, то ли неандерталоидные. Можно спорить, в чем тут дело: смешались ли кроманьонцы на востоке с местными негроидными народами, стали ли скрещиваться с неандертальцами или у этой популяции почему-то «задержались» черты предков человека современного вида.

Получается — в пределах только одной Европы в верхнем палеолите выделяются до 7 «рас». Конечно, с современными расами они не имеют ничего общего. Современные европейцы принадлежат к 9 или даже 10 разным малым расам… Может быть, в те времена тоже были малые расы, только другие?

Но как бы ни были разнообразны жители Европы времен Великого Оледенения, можно говорить уверенно: у них преобладал «светлый» расовый тип. Потому что пропорции тела у них типичны для северян. Для людей того светлоглазого, светловолосого и светлокожего типа, который сегодня характерен для Северной Европы. А в те времена был характерен для всей Европы, в том числе для самого ее юга.

В литературе утвердилось совершенно противоположное представление: европейцы упорно изображают своих предков брюнетами. И Нао у Рони-Старшего встряхивает своими «жесткими, черными волосами до плеч».[11] И у братьев Стругацких родившиеся в наши дни происками космических Странников кроманьонцы тоже имеют иссиня-черные жесткие волосы.[12]

Объяснить это можно только одним способом: в нашем сознании (а еще больше в подсознании) черные волосы и темная кожа ассоциируются с какими-то древними, архаичными признаками.

Но наши непосредственные предки, жившие в Европе в эпоху Великого Оледенения, определенно не были брюнетами.

Все находки костей и скелетов человека современного типа сопровождали находки каменных и костяных орудий, произведений искусства, украшений, расколотых костей съеденных животных. Большая часть кроманьонцев были погребены, и порой по очень сложному обряду.

Всем погребениям сапиенсов соответствовали находки орудий так называемого верхнего палеолита… О том, что это такое, придется рассказать особо.

Сапиенсы и палеолит

Стадии развития культуры в каменном веке устанавливались по уровню обработки каменных и костяных орудий. Эти стадии просты и понятны, а разделение разных «веков» доистории сделано было в музеях.

Директор Национального музея в городе Копенгагене, К. Томсен, обратил внимание — в некоторых коллекциях присутствуют изделия из железа, бронзы и камня. В других — только из бронзы и камня. А в третьих — только из камня. Так в 1836 году родилось разделение всех археологических коллекций на каменный век, бронзовый век и железный век. Сначала — именно самих коллекций! Но вскоре музейную классификацию стали использовать как культурно-историческую.

Сначала, мол, не было никаких металлов, потом появилось плавление бронзы… потом железа… Разделение понравилось, было принято большинством ученых, вошло в учебники и стало классическим.

Вскоре швед Монтелиус (1843–1921) и другие археологи усовершенствовали систему трех веков, разделив каменный век на палеолит (древний каменный век), мезолит (средний каменный век) и неолит (новый каменный век).

Границы между этими «веками» тоже просты и понятны. Неолит — новокаменный век наступает с появлением глиняной посуды, примерно 6–8 тысяч лет назад.

Мезолит — средний каменный век наступает с появлением маленьких каменных пластинок — микролитов. Он начинается после отступления Великого Ледника и вымирания мамонта и других животных эпохи Великого Оледенения.

Палеолит — древнекаменный век — современник Великого Оледенения. Человек палеолита был современником мамонта и других вымерших животных. В палеолите не было глиняной посуды, не делались вкладыши-микролиты.

В этом разделении объединялись геологические классификации, культурно-исторические и технологические: до конца Великого Оледенения был палеолит, древнекаменный век. В этот век жили мамонты и другие вымершие животные и господствовала определенная техника выработки каменных орудий. Орудия и природная обстановка каким-то образом связаны между собой.

В 1880-е годы О. Монтелиус разделил палеолит на три этапа: нижний, средний и верхний. Разделить эти три этапа палеолита очень легко, по крайней мере во Франции. В нижнем палеолите было много каменных рубил. Исчезают каменные рубила — конец нижнего палеолита.

В среднем палеолите много грубых каменных скребел. Появляются скребла — начинается средний палеолит. Исчезают скребла — конец среднего палеолита.

Верхний палеолит — эпоха множества разнообразных каменных орудий. Абсолютные даты границ этих периодов менялись много раз, и всегда в сторону удревнения.

Открыватель первых каменных рубил возле предместья города Амьен, Сент-Ашеля, Буше де Петр полагал, что этим орудиям «несколько десятков тысяч лет». За это его сурово осуждали: Господь создал мир 6 тысяч лет назад! Не кощунствуй!

В 1860-е годы вал возмущения несколько спал, а ученые уточнили: «до ста тысяч лет». В 1885 году де Мортилье предположил, что возраст каменных рубил может достигать и 200 тысяч лет.

Автор этой книги в 1960-е годы учился по учебникам, которые определяли возраст эпохи каменных рубил, «дошелля-шелля-ашеля», как 150–300 тысяч лет назад.

Сегодня считается, что самые первые каменные рубила изготовили примерно миллион триста тысяч лет назад. Последние — 300 тысяч лет назад.

Систематизируя находки верхнего палеолита в Европе, уже к 1880-м годам археологи выработали простую и ясную схему появления и смены периодов этого раздела каменного века. По понятным причинам нас интересует больше всего именно он.

На долгие десятилетия установилась четкая схема. Отдельные детали в ней «плавают»: ученые никак не могут договориться о точных сроках начала периода или его смены другим. Поэтому я привожу всякий раз несколько возможных дат. Ни на одной из них я не настаиваю — не в них дело.

Ориньяк (40-36-32 — 21–19 тысяч лет назад)

Соллютре (21–19 — 18-17-15 тысяч лет назад)

Мадлен (17–15 — 13–11 тысяч лет назад)

Каждый этап развития верхнего палеолита — это одновременно и тип культуры. Эпоха, когда изготавливались именно такие каменные и костяные орудия. Что иногда поражает, так это стандартизация!

Есть такое понятие, как «мадленский гарпун». Костяной гарпун, применявшийся, скорее всего, в охоте на северного оленя и лошадь. Еще в 1912 году эпоху мадлен разделили на 6 этапов…[13]

Так вот, гарпуны каждого этапа отличаются от гарпунов других этапов очень просто: расстояние между зубцами гарпунов каждого из шести этапов строго стандартизировано. Если между вторым и третьим зубцами расстояние в 3 миллиметра — это четвертый этап. Если 4 миллиметра — то это второй этап. И так далее. Так что датировать мадленские памятники просто: нашел гарпун или хотя бы обломок гарпуна, и хватай штангенциркуль, измеряй расстояния между зубцами.

Теперь вдумайтесь: мадленская эпоха длилась несколько тысячелетий. Вся история цивилизации — от строительства пирамид до настоящего момента — по протяженности не дольше мадлена. Памятники мадленской эпохи разделены сотнями, иногда и тысячами километров, и это километры пути при полном отсутствии дорог, кроме звериных тропинок. А сотни мадленских гарпунов в каждый из шести этапов стандартизированы до миллиметра. На уровне чуть ли не современной стандартизации деталей для автомобиля или посуды, изготавливаемых на заводе.

Только не надо думать, что мы все знаем и понимаем. Вовсе нет… Порой в коллекциях и даже на витринах музеев лежат изделия, которые вызывают у нас чувство полного бессилия. Мы просто не можем понять, что это такое.

Тайна каменных наконечников

Есть такое понятие, как «соллютрейский наконечник». Каменный наконечник, изготовленный в эпоху соллютре…

По форме они представляют собой листовидные (в виде лаврового листа, реже иволистные с выемкой) предметы. Размеры этих «наконечников» колеблются от 10–12 до 15–22 сантиметров при очень маленькой толщине: 0,8–0,2 сантиметра. Чаще всего предметы выполнялись из качественного мелового кремня или тонкозернистой яшмы.

Поверхность «наконечников соллютре» обработана с двух сторон множеством мелких сколов — так называемой ретуши. Число таких сколов на один наконечник — до 300–400. То есть выбирали сырье самого высокого качества и долго, старательно работали. Огромный труд, результатом которого становилось совершенное, даже прекрасное изделие. В более поздние этапы палеолита «соллютрейские наконечники» исчезают бесследно.

А в эпоху соллютре, кроме «соллютрейских наконечников», вместе с этими листовидными наконечниками находят и специальные наконечники для охоты. Более грубые, но и более функциональные. Такие, которые и охотиться позволяют, и на которые не надо тратить столько времени и сил. Итак, в арсенале соллютрейцев было достаточно охотничьих наконечников, чтобы не использовать «лавролистные формы».

«Наконечники соллютре» по праву традиционно считаются символом технических достижений в палеолите, вершиной искусства обработки камня, недостижимой на последующих этапах развития каменного века. В последующее время не встречаются крупные инструменты со столь тщательной обработкой поверхности, такой же совершенной формой и просто художественным изяществом.

«Соллютрейские наконечники» известны давно, с 1850-х годов. Они тщательно изучены, а некоторые современные ученые научились делать точно такие же. Французский ученый Франсуа Борд производил сильное впечатление и на коллег, и на дам, надевая кожаный передник и изготовляя на глазах публики различные каменные орудия… В том числе и «соллютрейские наконечники».

Но вопрос остается… зачем?! Действительно ли перед нами — наконечники охотничьего оружия: копи/i и дротиков? Есть версия, что это ножи… Есть версия, что это инструменты комбинированного характера (нож-скребок, скребок-резец, резчик-скребок), то есть такие орудия, которые сочетали в себе несколько функций в зависимости от задач.

Но если это так, то зачем на них тратили столько времени и сил? Ведь изготовление «соллютрийских наконечников» требовало высоких навыков, то есть было доступно лишь ограниченному количеству мастеров, плюс ко всему значительного времени (по крайней мере, несколько часов). Это ставит под сомнение их использование как обычных инструментов. Ведь каменное орудие всегда недолговечно, оно легко ломается, его рабочий край постоянно крошится в ходе самой простой работы.

Тогда, может быть, «наконечники соллютре» являются предметами «неутилитарного назначения»… Никакие это, попросту говоря, не наконечники, а некие символы власти и влияния, атрибуты вождей или шаманов, вроде жезла или короны.

Некоторые ученые всерьез пишут о «соллютрейских наконечниках» как о «образцах палеолитического искусства» и свидетельствах «культа камня» в палеолите. А если честно — черт знает, что это такое.

Все датировки этих периодов тоже пересматривались — и тоже в сторону удревнения. Лартэ давал пещере Ориньяк «десять или пятнадцать тысяч лет назад». Капитан в 1915 году — уже «не менее тридцати». Сейчас ориньяк считают эпохой, начавшейся то ли 36, то ли 40 тысяч лет назад.

Сначала ученые честно считали: все человечество проходило одни и те же стадии развития каменного века. Накапливался материал… И оказалось — эти представления неверны. Мало того, что в других частях света культура развивалась совсем не так, как в Европе… Об этом еще придется говорить потом, потому что ведь развитие культуры очень зависит от людей. Но и в самой Европе разные группы людей современного физического типа создавали разные культуры.

Уже в XX веке «оказалось», что ориньяк типичен не для всей Европы. Одновременно с ориньяком существовала другая каменная традиция на плато Перигор. Большинство ученых считают ее более примитивной, чем ориньяк. Есть даже мнение, что «перигорцы» — потомки «ориньякцев» и более ранних обитателей Европы, неандертальцев. Другие считают их «просто другой расой»…

От перигорской культуры пошла культура, которую называют граветтской (граветтом, Ла-граветтом, лаграветтской, граветтянской…). Названа она по пещере Ла Граве в департаменте Дордонь во Франции и датируется обычно 28–21 тысячелетиями назад. В Центральной и Восточной Европе выделяют особый «восточный граветт».

В ориньяке выделяют разные стадии, и ученые далеко не всегда согласны друг с другом, какие стадии надо выделить и по каким признакам.

Картина изменений культуры, столкновения, взаимного превращения культур намного сложнее, чем я пытался описывать. Но как бы сложны ни были приключения культуры, тем больше это подчеркивает главный вывод: на протяжении всего верхнего палеолита изменялась культура, а не человек…

Человек, носитель всех и разных культур, принципиально не изменялся. От ориньяка, который начался порядка 30 тысяч лет, до конца мадлена 11 тысяч лет назад в Европе жил все тот же самый человек современного физического типа.

Все группы европейцев верхнего палеолита — люди современного физического типа, и даже все они — люди нордической расы. Пусть очень разные.

У ученых сразу же возник вопрос: от кого они произошли?

Глава 3. Долина реки Неандер

Обычно если я что-то нахожу, то обычно зерно или червя… Вопрос, что же именно нашел епископ?

Л. Кэрролл

Находка

В XIX веке не было необходимости спорить о том, произошел ли человек от обезьяноподобных предков.[14] Дарвин и его последователи считали, что человек постепенно выделялся из животного мира. Сначала появился обезьяночеловек — питекантроп. Был он очень дикий, говорить не умел, пользовался только дубинками, не знал семьи, частной собственности, государства и не читал сочинений Дарвина, бедняга. Питекантроп медленно и постепенно менялся под влиянием внешних условий и превращался в человека. Значит, у современного человека должны быть предки, которые ближе его к обезьянам. Так и получилось! До кроманьонцев в Европе жили люди другого физического типа — неандертальцы. А до первой культуры верхнего палеолита, ориньяка, в Европе господствовала культура мустье. Так называемый средний палеолит, эпоха грубых каменных скребел.

В пещере Ориньяк орудия ориньякского человека лежат в чуть более высоком, то есть позднем, слое, чем орудия эпохи мустье. Верхний палеолит перекрывает средний — это очень наглядно.

В 1868 году каменные индустрии мустье только начинали связывать с человеком другого физического типа… потому, что их только что нашли. Нужно было еще соотнести мустье и неандертальца.

Первой находкой людей этого типа надо считать, наверное, находку на северных слонах Гибралтара. В 1848 году английский натуралист с «пиратской» фамилией Флинт находит в каменоломнях хорошо сохранившийся и ни на что не похожий череп. Флинт публикует сообщение о находке, ее изучают… Но в целом открытие проходит незамеченным. Похоже, его просто не готовы понять и обсуждать.

В конце августа 1856 года рабочие резали глину в живописной долине реки Дюссель, в пещере Фельдгофер, для местного кирпичного завода. Они знали, что за находки интересных древних костей им могут заплатить: школьный учитель Иоганн Фульрот любит естественную историю, древности, долгие прогулки вдоль реки Неандер и охотно платит за находки.

Дюссельдорф вообще очень интеллигентный город.

Само название Неандерталь обязано своим происхождением пастору Иоахиму Неандеру, ректору Дюссельдорфской латинской школы. Иоахим Неандер прославился сочинением церковных гимнов, долина названа в его честь.

На этот раз рабочие извлекли из земли череп и отдельные кости человека… С одной стороны, за человека, наверное, заплатят больше. С другой стороны, кто его знает, что это за покойник… Того и жди неприятностей с полицией, да и церковь не одобряет, когда тревожат покойных…

В общем, темное дело… Скелет три дня пролежал в сарае и только потом оказался в руках у Фульрота. Иоганн Фульрот был совершенно уверен: ему попался в руки скелет предшественника человека современного физического типа! Приземистый, могучий, этот «предшественник» обладал массивными костями, длинными руками, кривыми короткими ногами. Вероятно, он стоял, широко расставив массивные ноги, немного наклонившись вперед. Толстые кости его черепа были почти лишены подбородочного выступа, низкий лоб убегал назад, а затылочная часть была намного массивнее, чем у современных людей.

Сложность в том, что вместе со скелетом не нашли ни каменных орудий, ни костей других животных. Правда, в 30 метрах от Фельдгофера находится еще одна пещера, Чертова комната. В ней найдено много костей ископаемых животных… Но все же кости животных найдены в одном месте, а кости человека — в другом.

Да и сами кости… какие-то сомнительные они! Может, это попросту урод? Деревенский пастушок заполз в пещеру и в ней тихо помер… Может, несчастный калека, которого прятали в пещере родственники, чтобы он их не позорил? Ученые, которым скромный провинциальный Фульрот показал кости, словно изощрялись в сомнительном остроумии. Что угодно, лишь бы не признавать находку!!!

Чарльз Дарвин, правда, мимоходом упомянул о находке… Но именно что мимоходом.

В 1864 году английский врач и анатом Кинг поверил в находку и предложил термин «неандертальский человек» — как видовое обозначение.

Но врагов было гораздо гораздо больше. Самым сильным из противников был великий ученый, Рудольф Вирхов. Да не буду я понят превратно: называя Вирхова великим, я нимало не иронизирую. Великий врач, физиолог и биолог, основатель нескольких направлений в науке, в том числе патологической анатомии.

До сих пор выходит журнал «Архив патологической анатомии, физиологии и клинической медицины», основанный Рудольфом Вирховом в 1847 году. Называют его еще «Вирховским архивом», и это очень, очень престижный журнал. Еще при жизни Вирхов стал членом чуть лине всех академий и медицинских сообществ всех стран цивилизованного мира.

Не удивительно, что при одном упоминании имени Рудольфа Вирхова лица врачей и биологов приобретают уважительное выражение. Но вот археологу намного труднее отнестись к Вирхову так же хорошо… Потому что Рудольф Вирхов приложил все усилия, чтобы загнобить и уничтожить нарождающуюся археологию палеолита. Для этого неблагородного дела он использовал весь свой громадный и вполне заслуженный авторитет, колоссальный интеллект, энциклопедические знания, гибкий, сильный, изощренный умственный аппарат.

В теории Вирхов был великим сторонником поиска предков современного человека… Но только, видите ли, был он одновременно убежден, что ни от каких таких обезьяноподобных предков человек никогда не происходил. Великое дело — найти предка! Вирхов писал даже, что «одно открытие может совершенно изменить аспект проблемы» (проблемы происхождения человека). Да здравствует открытие предка!.. Но найденный предок должен быть «правильным». Не таким, какого находят при раскопках, а каким выдумал его Рудольф Вирхов.

И еще одно… Не нравились Рудольфу Вирхову «слишком древние» даты… Неприятна ему была мысль о человеке — современнике мамонта. Объяснить это можно только одним: с детских, нежных лет… с тех пор, как маленький Руди сидел на горшке, он твердо усвоил: Бог создал мир 6 тысяч лет назад! А тут находят каких-то в пещере Ориньяк… На нас похожи, а на мамонтов охотятся… нехорошо… Люди другого физического типа? Тоже нехорошо… Потому что таких предков у человека быть не может… То есть не должно у него быть таких предков…

Одним словом, предок современного человека должен ничем не отличаться от нас и жить… ну пусть не 6000… допустим, 8… или 10 тысяч лет назад… Но не больше…

И вот провинциальный учитель подсовывает Вирхову человека из долины Неандерталь! Та-ак… Ясное дело, перед нами — патологический тип и урод. Череп — совершенно нежизнеспособного существа, с такими черепами не живут. Кривые ноги — тоже дегенеративный признак.

У первобытных дикарей столь дефективная личность вообще не дожила бы до старости. Уже из этого следует, что найден современный человек.

В общем, найденный субъект — наш современник со следами детского рахита и старческой деформации. В среде бедняков он тоже не выжил бы. Наверное, скелет принадлежал человеку из обеспеченной семьи — из верхушки буржуазии или из помещиков.

Хотя да! Кривые ноги — это еще признак монголоидной расы, и в особенности татар. Наверное, этот человек из пещеры Фельдгофер был монголом… Как он сюда попал? А! Вот в чем дело! Это был казак. Русский казак, пришедший в Германию в 1814 году в составе армии Александра I, громившего Наполеона. Потому и череп такой дегенеративный — казаки поголовно дегенераты. Потому ноги кривые — с детства ездил верхом. Казак, наверное, заболел или был ранен, заполз в пещеру и умер.

Бред? Несомненно. В безумном бреду медицинского светилы Вирхова неслись татары, монголы, казаки, и он руководствовался не реальностью, а дикими стереотипами про монголоидных дегенеративных казаков. Почему? А потому, что очень не хотел этой находки. Не в силах дать другого объяснения.[15]

Но хотел он или нет, а «коллекция» неандертальцев все пополняется. В 1956 году в Дюссельдорфе состоялась международная конференция, посвященная 100-летию находки Фульрота. Участники конференции отметили, что в среднем каждый год за это столетие открывали по 2–3 скелета неандертальцев, и теперь их известно больше 200…

Действительно, уже в 1886 году, в Бельгии, в пещере Спи, найдены два скелета, похожих на находку в долине Неандерталь.

1899–1905 годы. У скалы Крапина, в нынешней Югославии, найдено около 500 человеческих костей, останки более 20 неандертальцев.

1901 год. Открытие Фульрота практически признано научной общественностью. Жаль, сам Фульрот не дожил до этого 24 года.

В 1908 году найден скелет молодого неандертальца в пещере Ле-Мустье. Он покоится в слое, в котором найдено множество каменных орудий… Это не рубила, но и не многообразные изящные изделия верхнего палеолита.

Преобладают скребла и остроконечники. С этого времени, кроме термина «неандерталец», устанавливается и термин «мустье». Это тоже термин одновременно для культуры и для эпохи.

В 1909–1921 годах в пещере Ла-Ферраси раскапывают скелеты мужчины, женщины и четверых детей.

1910–1927 годы. Двадцать взрослых и детей в пещере Ля-Кина. 1947 год — обнаружены знаменитые фонтешевадские черепа…

Германия отставала от Франции по добыче неандертальцев, но все же на месте не стояла. В 1914–1925 годах в Эрингсдорфе близ Веймара на глубине 12–17 метров найдены скелеты двух взрослых и ребенка.

В 1924 году Г. А. Бонч-Осмоловский находит в крымской пещере Киик-Коба (в 25 километрах от Симферополя) 77 костей взрослого неандертальца и скелет ребенка. Кииккобинец долго оставался самым восточным европейским неандертальцем. Он очень отличался от современных людей, и не только строением черепа, но и строением рук. Вот что пишет сам Г. А. Бонч-Осмоловский о кисти «своего» крымского неандертальца: «Она была относительно крупной, очень мощной, грубой и неуклюжей, с широкими, как бы обрубленными пальцами, заканчивающимися чудовищными ногтями. Толстая в основании, она клинообразно утончалась к относительно плоским концам пальцев. Мощная мускулатура давала ей колоссальную силу захвата и удара. Захват уже был, но он осуществлялся не так, как у нас… Кииккобинец не брал, а „сгребал“ предмет всей кистью и держал его в кулаке. В этом зажиме была мощь клещей».[16]

После Первой мировой войны палеоантропы показались и на других материках. В 1921 году в Северной Родезии (ныне независимое государство Замбия) двух неандертальцев («родезийские люди») находят в свинцовом руднике Брокен-хилл.

В 1930—1940-е годы неандертальские кости обнаруживают на территории Эфиопии, на обнажившемся дне озера Эясси в Танганьике, в Марокко выкапывают четверых, одного — в Ливии, близ Средиземного моря (1952 год), а в следующем году неандерталец появляется на противоположном конце Африки, близ бухты Салданья (недалеко от Кейптауна).

Начиная с 1925 года сделано множество важнейших находок в палестинских пещерах. В 1958 году череп с неандертальскими чертами в китайской провинции Гуандун.

На крайнем юго-востоке Азии, на реке Соло на острове Ява, в местечке Нгандонг, тоже находят неандертальцев.

В последних числах августа 1956 года, на 100-летие открытия в долине Неандерталь, в Дюссельдорфе состоялся международный конгресс археологов и антропологов. На него прибыло 130 ученых из 14 стран. Проводили его очень торжественно: конгресс открывал обер-бургомистр, специальные автобусы доставили всех в Неандерталь, где на могилу Иоганна Карла Фульрота были возложены цветы, а покойного помянули добрым словом.

Конгресс констатировал: за сто лет были открыты более ста скелетов или черепов неандертальцев… И все время открывают новых и новых! Прямо на конгрессе возник спор о том, надо ли считать неандертальским череп женщины лет 35–40, всплывший во время наводнения возле деревни Рюнда, в Германии. Одни участники конгресса признали находку. Другие, в стиле Вирхова, объявляли его черепом урода… «Да и вообще мало ли костей осталось в Германии после прошедшей войны!»

Принадлежность именно этого черепа из Рюнда неандертальцу до сих пор не доказана. Но за 50 лет, прошедших со времен конгресса, найдено еще более 100 бесспорных неандертальцев. Скорость появления новых находок возросла, потому что стало больше археологических работ.

Классические неандертальцы

С самого начала неандертальцы распадались на две группы: классические и атипичные. Позже атипичных стали называть еще «прогрессивными».

Образцом классического европейского неандертальца принято считать мужчину, найденного в 1908 году на каменном дне пещеры Ля-Шапелль-о-Сен. Так и говорят: «шапелльский неандерталец». Погребенный был немолод, порядка пятидесяти лет. Небольшого роста, 154–155 сантиметров, но могучий, широкоплечий, с толстыми, массивными костями.

Рядом со скелетом найдены типичные мустьерские орудия, кости животных ледникового периода: шерстистого носорога, северного оленя, бизона, пещерной гиены.

Это был очень пожилой человек по понятиям своего времени. Больной, страдающий от многочисленных травм, он мог выжить только заботою ближних. Неандерталец страдал, среди всего прочего, тяжелой формой артрита. Некоторые ученые считают, что именно из-за этого представления о неандертальцах оказались очень искаженными. Мол, неандертальцев считали более грубыми, примитивными, тупыми, обезьяноподобными, чем они этого заслуживают… А все из-за того, что за эталон приняли тяжелобольного человека.

Согласимся: о неандертальцах сложилось не лучшее мнение. Эдакие громадные прямоходящие «почти обезьяны».

Не согласимся: тут вовсе никакая не случайность.

Во-первых, сам шапелльский неандерталец, живший и умерший примерно 50 тысяч лет назад, обладал многими никак не примитивными и не грубыми чертами.

1. У шапелльца был колоссальный мозг, больше нашего, около 1625 см3.

2. Руки у него были короткие, не длиннее наших: длина плечевой кости составляла 70,3 % длины бедренной кости (у орангутана — 139, шимпанзе — 102, гориллы — 116,5, а у современных европейцев — 72,5 %).

3. Этот тяжелобольной человек прожил много лет почти беспомощным. Значит, было кому о нем позаботиться? Существовали и общество, и семья… Существовали и нравственные представления, и традиции заботы о состарившихся и беспомощных.

4. Неандерталец был похоронен. Кто-то заботливо, а может быть, и с любовью положил с ним каменные орудия, которыми он мог пользоваться в другом мире.

Во-вторых, практически одновременно с находками в Шапель-о-Сен сделаны находки в другой пещере, в ЛаФерраси. Находка сделана ровно через год после «шапелльской»: в сентябре 1909 года. Погребение показывает довольно трагичную картину гибели целой семьи: мужской скелет уложен голова к голове с женским. Рядом — останки 5 детей от грудничков до 10 лет. В захоронении среди прочего погребального инвентаря найдена костяная пластинка с резными символами. Большинство исследователей считает, что это пластинка с астрономическими записями.[17] Эти погребенные не страдали артритом. Они жили семьей.[18] Неандерталец из Ла-Ферраси был не более обезьяноподобен, чем шапеллец: объем мозга более 1600 см3, короткая могучая рука. Но возле него нашли еще и пластинку с не очень понятными значками. Только существо, обладающее разумом, могло делать нечто подобное.

В общем, выбор у господ ученых, моих драгоценных коллег, был.

Во-первых, выбор между разными находками неандертальца, как образцами этой формы человека. Ученые имели выбор, и выбрали больного артритом, пожилого и страдающего множеством хворей.

Во-вторых, у ученых был выбор: на что именно обращать первоочередное внимание? Ведь классический неандерталец и правда очень отличался от нас.

Лоб у него был покатый. У нас он почти идеально вертикальный, с углом наклона порядка 90 градусов. У них угол наклона лба — порядка 63 градусов. Высота нашего сводчатого, вытянутого вверх черепа составляет примерно 60 % его длины. Низкий и длинный череп неандертальца имел высоту 38,5 % длины.

Были у неандертальца и надглазничные валики, которые есть у обезьян и которые были у обезьянолюдей, и которых нет у нас с вами.

Голень и бедренная кость дают основание считать, что неандертальский человек стоял, слегка согнув колени. Шея у него была короткая, шейные позвонки не вертикальные, как у нас, а горизонтальные. В результате голова была выдвинута вперед.

Если вы, мой уважаемый читатель, встанете, чуть согнув колени, вы заметите, что ваша голова и плечи наклонились вперед. А у неандертальца голова и так была сильно выдвинута. По всей вероятности, мустьерский человек ходил широкими шагами, пригнув голову, словно зверь на охоте. Походка у сутулого, подавшегося вперед неандертальца была не идеально прямая, он раскачивался при ходьбе.

Вопрос: что важнее? Эти признаки или огромный объем мозга, явная разумность, способность считать время и вести астрономические расчеты, короткие руки, семейная и общественная организация, забота о стариках?

Буквально каждая новая находка неандертальцев свидетельствовала об их разумности, высокой культуре, интеллекте.

Вот в 1938 году А. П. Окладников открывает погребение неандертальского мальчика в гроте Тешик-Таш в современном Узбекистане… Это ребенок лет 9—10. Окладников публикует материал, рассказывая о том, что ребенка похоронили, сделав над ним выкладку из рогов горного козла-киика. Причина смерти ребенка неочевидна, и ученые тут же придумывают — наверное, его укусила змея. Почему не умер от болезни? От голода? К чему пустые домыслы? Но почему-то эти домыслы оказываются страшно важными.

Голый малыш с обезьяньим выражением лица входит в школьные учебники. При том, что объем мозга ребенка — 1500 см3 — больше, чем у современного взрослого.

…А позже оказывается, что похоронен был не мальчик, а девочка. И что кости мальчика, с которых каменными орудиями счистили мясо, положили сложным орнаментом вместе с костями и рогами козлов, выполняя сложный ритуал… И что возраст находки — не 40 тысяч лет, а по крайней мере 70 тысяч…

Но эти важнейшие детали не замечают, не изучают. Показывают голого дикаря с камнем в руке.

Таким же дикарем представляли и первого известного науке неандертальца, открытого Фульротом. Ему, этому первому неандертальцу, даже поставили памятник: здоровенный голый человеко-обезьян с неизменным камнем в руке и с тупым выражением на «морде лица».

Правда, исследование его костей позволило предположить: этого неандертальца похоронили. И похоронили, совершая какой-то сложный обряд. Может быть, насечки на черепе и костях показывают, что неандертальца съели… Но и в этом случае обряд вовсе не исключается.

Ведь насечки на костях и этого и других неандертальцев сделаны не случайно, в этих действиях просматривается система… Если одинаково раскалывают кости многих людей, тут можно предположить не просто поедание трупа, а какую-то обрядовую церемонию… Ученые называют такие церемонии красиво: культовый каннибализм.

И христиане ведь на причастии поедают мистически тело, пьют кровь Христа, принимая его жертву за человечество. А в первобытных языческих культах известно причащение плотью и кровью ярких, известных людей. Их приносят в жертву, чтобы умилостивить духов, послать посланника к богам, отдать что-то важное и ценное, чтобы взамен получить что-то другое, еще более важное и ценное. Съеденный воин, вождь или шаман не только продлят своим телом жизнь голодающих соплеменников, но и мистическим способом помогут справиться со стихийным бедствием, голодом, обрушившимся несчастьем…

Так, в Китае и в Египте топили самых красивых девушек в реке: приносили жертву богам реки. Так, при возведении крепости закапывали самого сильного воина или его ребенка. Само слово «детинец» многие ученые возводят именно к этому: при закладке крепости под ее первыми камнями убивали и хоронили крепкого, сильного младенца.

Жутковатый обычай? Но он существовал очень долго, отголоски его слышны и в христианстве.

Кстати, известен и такой способ погребения людей, как поедание. Массагеты, азиатские скифы, хорошо известны из истории. Так вот, они съедали умерших сородичей. Это сопровождалось сложными церемониями. Поедание было способом похорон.

Доказать предположение, что такой обычай существовал уже у неандертальцев, трудно, но ведь и для него есть основания. Этих оснований побольше, чем видеть в неандертальце здоровенную прямоходящую обезьяну.

Но ученые, а вслед за ними и вся образованная общественность предпочитали увидеть неандертальца тупым, свирепым, грубым существом, которое расхаживает чуть ли не нагишом по Европе, жрет сырое мясо и особенно любит человечину.

Карикатура на неандертальцев

По поводу наготы… Тех многочисленных картинок, на которых неандертальцев изображают то в каких-то нелепых первобытных трусах, называемых полупонятным словом «набедренная повязка», то в нелепых обрывках шкур… Картинок таких так много, что трудно даже на чтото определенное сослаться. В общем, дикарь, что с него возьмешь.

Шапелльский неандерталец жил в самое суровое время последнего (вюрмского) оледенения. 50–70 тысяч лет назад ледяная пустыня Великого Ледника сковывала громадные просторы севернее современных Москвы, Лондона, Берлина, Варшавы. Песцы и северные олени водились на побережье Средиземного моря. Во многих местах найдены морозобойные клинья и морозобойные бугры: землю рвало от страшного мороза, как сегодня — на севере Сибири.

Без хорошей одежды и без надежного жилья неандерталец попросту не смог бы существовать. Позже мы увидим — жилища у неандертальцев были… По крайней мере у некоторых их них. Но в литературе прочно утвердился образ дикого полуголого существа, жмущегося от холода в пещере.

«Только громадная сила, ловкость, сообразительность шапелльца позволили ему уцелеть, и, вероятно, он считал совсем неплохим свое житье: чуть освещенные и слабо согретые костром пещеры, охотничьи вылазки за крупным зверем, уносившие жизни соплеменников и приносившие в случае удачи мясные горы».[19]

Говоря коротко: никакую пещеру и никаким костром невозможно обогреть так, чтобы в ней можно было жить как в доме. Во всей привходовой части пещеры — везде, куда достигает солнечный свет, — температура будет лишь на считаные градусы выше, чем вне пещеры. Если на улице минус 40 или минус 50 (как раз при минус 50 начинает рвать землю от холода и образуются морозобойные клинья), то при постоянно горящем костре в пещере будет не выше минус 30. Верная гибель.

Правда, некоторые северные народы живут в очень ненадежных жилищах типа чумов эвенков или эскимосских иглу, сделанных из блоков плотного снега. Люди этих народов имеют очень плотную, очень надежную меховую одежду и зимой никогда не раздеваются. Да и негде. Но если неандерталец жил именно так, то получается — одежда у него была не хуже, чем у эскимосов и эвенков XVIII–XX веков. Какие там обрывки вокруг бедер…

Что касается «охотничьих вылазок, уносивших жизни соплеменников»… Ни один хищник никогда не охотится, если охота может грозить ему гибелью или ранением чаще, чем в одном случае из нескольких тысяч. Будь это иначе, ни один вид хищных животных не мог бы существовать.

Воссоздавая неандертальца, Герасимов изобразил его чуть ли не дебилом. Вон, даже рот полуоткрыт. А кроманьонец из Ла-Ферраси изображен очень даже симпатичным существом, явно с интеллектом и с чувством юмора

Для прокормления группы из 20–30 человек нужно в год добыть 12–20 тонн мяса. То есть убить 5–6 мамонтов, или 20–40 крупных быков, или 80—150 лошадей или лосей, или 240–400 северных оленей. Если за этот год погибнет хоть один охотник, это поставит под сомнение существование всей группы. Ведь охотников — всего 3–4 взрослых мужчины. Взрослый мужчина любого охотничьего народа убивает крупных зверей совершенно так же, как мы с вами ходим на работу и снимаем деньги с пластиковых карточек. Охотники гибли чаще нас — но ненамного… Гибель взрослого охотника была событием почти таким же экстраординарным, редким и трагичным для многих людей, как гибель взрослого мужчины в наши дни.

Не замечать того, о чем я пишу, вроде бы невозможно. Но научная общественность — не журналисты, не писатели, не популяризаторы! — сами ученые писали об «охотничьих вылазках», в которых древние люди платили своими жизнями за каждого крупного зверя.

В духе: «Культура мустье была еще очень примитивной и не могла оградить его (человека. — А. Б.) в полной мере от тягостного влияния природных условий».[20]

Или: «Мороз заставлял человека кутаться в шкуры — первый прототип одежды. Зимой он был принужден селиться по преимуществу в пещерах и гротах».[21]

На уровне же представлений неспециалиста — вообще мрак. А что хотите, если сами ученые кормят людей страшными сказками?

Вроде известно, что неандерталец охотился на крупных зверей… Но у американского фантаста Хайнлайна неандерталец — это трусливая нечистоплотная тварь, практически неразумная, жрущая какую-то гадость в вонючей пещере. Инопланетные пришельцы совершенно справедливо засовывают его в зоопарк вместе с другими зверьми.[22]

В прекрасной книге О. Дивова «Храбр» выведен вид громадных, невероятно могучих человекоподобных монстров. Живут в лесу, не владеют никакими начатками культуры, не одеваются и не пользуются орудиями труда. И членораздельной речи у них нет. Громадное двуногое зверье. В голодные зимы группы монстров выходят на дороги, врываются в деревни и пожирают людей. Противостоять им почти невозможно: такие чудовища физически во много раз сильнее людей.

Только богатырь Илья Муромец смог одолеть монстров, не допустить гибели новых и новых людей.

Автор талантливой книги в авторском предисловии оговаривается: описанные им человекоподобные чудовища и есть неандертальцы.[23]

Это при том, что уже полвека известны находки, показывающие неандертальца весьма разумным существом, носителем высокой культуры.

Еще в 1939 году владелец горы Монте-Чирчео в Италии пришел в отчаяние: после землетрясения «его» гора сползла в море! Исчез прекрасный вид, благодаря которому туристы приезжали сюда и останавливались в его гостинице! Что теперь он будет есть!!!

Обходя свои владения и исследуя масштабы разрушений и потерь, храбрый человек нашел темную узкую нору, ведшую в глубь горы. Землетрясение открыло этот лаз… Землевладелец полез в глубь горы… И храбрость была вознаграждена! Насколько мне известно, потомки его до сих пор кормятся с того, что он нашел. Потому что нашел он пещеру, из которой 50–60 тысяч лет назад вышли неандертальцы… Вышли, а обратно не вошли, потому что очередной оползень запечатал пещеру, в которой они жили. Новый оползень открыл пещеру… В которой все осталось таким, каким оно было 50–60 тысяч лет назад, еще до появления в Европе людей современного облика. Естественно, такая пещера привлекала еще больше туристов, чем привлекала красивая гора!

Среди находок было погребение мужчины лет 40–50, окруженное овальной выкладкой из камней. А в углу пещеры лежал череп пожилой дамы, который когда-то насадили на кол и оставили стоять в углу пещеры… Смысл сохранения черепа? Пройдут века, и люди научатся делать погребальные маски… потом станут ваять бюсты. Чтобы сохранить навсегда облик предков… Потом напишут картины, и в домах знати появятся целые картинные галереи… вроде тех, которые описаны у Конан Дойла в его «Собаке Баскервилей»…. В XIX веке появится фотография, и мы сможем поместить в альбомы фотографии близких людей… в том числе умерших десятки лет назад.

Череп в углу — первая попытка сохранить память об облике бабушки… С точки зрения современного человека — довольно неприятная, даже жуткая попытка. Но о дикости и примитивности неандертальца она никак не свидетельствует.

Объем мозга людей из Монте-Чирчео — порядка 1550 см3.

В 1951–1960 годах американский ученый Ральф Солецки раскапывает пещеру Шанидар в северо-восточном Ираке. Он находит скелеты шести взрослых неандертальцев и девятимесячного малыша. Все — погребены.

Особенно сильное впечатление производит погребение пожилого, лет 45, неандертальца-калеки. При жизни он лишился кисти правой руки, и эту руку ему ампутировали, резали по кости каменными орудиями. Обезболивание вряд ли применялось.

Страшный удар по правой стороне лица выбил неандертальцу правый глаз. Полуслепой, с одной рукой, он жил еще много лет… А после смерти его похоронили, уложили в могильную яму и сопроводили в последний путь едой, орудиями труда и… лекарствами.

Жена Ральфа, Роза Солецки, работала вместе с мужем. Она — специалист по ископаемой пыльце растений. Во время раскопок она в микроскоп исследовала породу, извлекаемую из погребения. И выяснилось: покойного неандертальца уложили на ложе из сосновых лап, а сверху засыпали ворохом цветов, некоторые виды которых до сих пор известны в Загросских горах Ирака и используются местными жителями как лекарственные растения.[24]

Не полуживотное жило в пещере Шанидар, не звери проводили папу и дедушку, любовно уложив его на сосновые лапы, в последний раз позаботившись о дорогом для них полу калеке.

Никак не был он громадной обезьяной, тупым дикарем, этот сутулый и могучий человек с громадным мозгом, покатым лбом, надглазным валиком и массивными костями северянина. Его ХОТЕЛИ выставить диким, тупым, заеденным насекомыми, гибнущим при одном виде мамонта или бизона, беспомощным перед любыми силами природы.

Но еще больше сюрпризов готовят нам более ранние, «атипичные» неандертальцы…

«Атипичные» неандертальцы

Шапелльскому неандертальцу «давали» 40–50 тысяч лет… Потом 50–70 тысяч… Потом осторожно произнесли «страшную» цифру — «сто тысяч лет назад»… Теперь считают: шапелльский неандерталец жил 130—40 тысяч лет назад.

Но уже с XIX века известны и гораздо более древние неандертальцы… Только они — не шапелльские. Еще в 1886 году в пещере Бетш-о-Рош близ Оноз-Спи, в бельгийской провинции Намюр, нашли два черепа… Вроде бы неандертальских. Объем мозга одного — 1300–1560 см3, второго — 1420–1720 см3.

Вместе с черепами нашли орудия типа мустье. Но, вопервых, оба черепа мозаично сочетали в себе признаки неандертальцев и сапиенсов. Во-вторых, вероятный возраст находки уже тогда определялся в 70–80 тысяч лет.

Сегодня черепам из Спи «дают» не менее 200 тысяч лет…

Потом были находки в Югославии, в пещере Крапина… Раскопки 1899–1905 годов открыли останки 35 человек разного возраста (от 1 года до 50 лет) и обоих полов.

С ними найдены около 300 орудий мустьерского типа…

Но некоторые орудия примитивнее обычных мустьерских, а другие, наоборот, совершеннее.

Скелеты в Крапине очень резко делятся на две группы: массивных неандертальцев и более изящных, с некоторыми чертами современного человека. А тут еще находки обугленных и расколотых для добывания костного мозга человеческих костей… Эти кости найдены вместе с костями благородного оленя, вымершего вида кабана, пещерного медведя, дикого быка.

Ясное дело, тут пировали людоеды!!! Одни были более дикие, обезьяноподобные, а другие больше похожи на нас… Которые больше на нас похожи, подкрались к пещере, где спали мохнатые монстры… напали… И сожрали этих «отсталых» неандертальцев, а заодно своих собственных убитых и раненых.

А может, было еще интереснее? К стоянке грубых мохнатых неандертальцев подкрались умнейшие сапиенсы, люди современного типа. Битва была жестокой, потери были с обеих сторон. Умные сапиенсы победили, сожрали своих погибших и врагов — страшных мохнатых мужчин. А вот страшных мохнатых женщин они не съели, а рыцарственно поделили между собой, и от них пошли детишки, в облике которых причудливо смешивались черты обезьяноподобных мам и сапиенсов-пап.

Примерно такую эпическую картину «битвы при Крапине» рисовали сразу после открытия. Правда, позже появились другие реконструкции. Когда и поедание людей стали объяснять как часть какого-то непростого обряда и видеть в людях двух типов не разные «племена», а людей разных полов и возрастов… Скажем, сочетание в одной популяции могучих мужчин и тоненьких миниатюрных женщин.

Но главное — и в чертах этих «атипичных» неандертальцев сочетались черты шапелльцев и людей современного физического облика… Эти находки датировали сначала примерно 80—100 тысяч лет назад. Уже в конце XX века возраст Крапины определили методом урановых серий… 130 тысяч лет…

В 1925 году в каменоломне Эрингсдорфа в Германии найдены останки 9 человек. Останки определены как «ранние атипичные неандертальцы», и по ним выделена особая «группа Эрингсдорф». Объем мозга — порядка 1450 см3. Это на 200–250 см3 меньше, чем у шапелльского неандертальца. Но «зато» лоб у него на 10 % вертикальнее.

Возраст находки — от 150 до 200 тысяч лет.

В 1933 году в Штейнхайме (Германия) найден череп женщины около 30 лет. Объем мозга — около 1070 см3. Череп представляет собой мозаичное сочетание архаичных черт (лицевая часть) и современной морфологии (затылочная часть). Череп очень древний, и в то же время у штейнхаймца голова приближалась к нашим сводчатостью, прямым лбом, круглым затылком.

В 1935 году в Сванскомбе (Англия) найден очень древний, 250–400 тысяч лет череп женщины с объемом мозга 1325 см3. Череп был очень «странный» — очень уж похож на череп современного человека, но с рядом черт архаичных.

Вместе с черепом найдены кости таких древних зверей, которых даже шапеллец никогда не видел. Орудия их были также более примитивными. Можно сказать, что сванскомбец и его современники жили на одно и даже полтора оледенения раньше, чем классический неандерталец, во время предпоследнего оледенения (рисского) и даже на подступах к нему (так называемый период миндель-рисс).

В 1947 году в пещере Фонтешевад близ Ангулема (Франция) найдены части двух черепов неандертальцев.

Кость лани, зуб гиены, кремневые орудия и, наконец, анализ на фтор засвидетельствовали большую древность находки, более 100 тысяч лет.

Фонтешевадский человек был особенно не похож на шапелльца. Менее покатый лоб и отсутствие характерных надбровных валиков придавали ему очень большое сходство с нами, людьми разумными. Правда, позже выяснилось, что череп подвергался действию огня… Сожрали?! Каннибализм!!! Но череп не расколот. Мозг из него не извлекался, его не ели. Огонь использовался не для приготовления пищи, для обряда…

И это не отдельные находки, тут система!

Еще одного «атипичного неандертальца» находят в Гибралтаре (1926 год), несколько неандертальцев появляется близ Рима, в Венгрии, Чехословакии, в 1960 году — в гроте Петралона (Греция). Этот последний череп найден в пещерном сталагмите, в 23 сантиметрах над поверхностью земли. Кто-то аккуратно положил его так, чтобы вода капала на череп (или еще на свежеотрезанную голову?), и череп с объемом мозга порядка 1220 см3 постепенно становился бы частью сталагмита.

Этот обряд, смысл которого нам малопонятен, совершился 250–500 тысяч лет тому назад. Датировкам можно верить, потому что сделаны они несколькими разными способами: по стратиграфии, по сопутствующей фауне, по палеомагнетическому, радиометрическому и электрон-спин-резонансному анализам.

Выстроим последовательность по времени.

Петралона. 250–500 тысяч лет.

Сванскомб. 200 тысяч лет.

Штейнхайм. 200 тысяч лет.

Эрингсдорф. 150–200 тысяч лет.

Крапина. 130 тысяч лет.

Фонтешевад. 100 тысяч лет.

Шапелль-о-Сен. 50 тысяч лет.

В этом ряду классические шапелльские неандертальцы самые последние, то есть самые близкие к нам. И в то же время они отличаются от нас сильнее других.

Чем древнее палеоантропы, тем больше они на нас похожи! Людям, втрое более древним, чем шапеллец, следовало бы больше походить на обезьяночеловека, чем на нас, «людей разумных». Действительно, кое-какие примитивные черты (валик над глазами, широкие носовые отверстия) у штейнхаймского человека и его современников есть, но при этом по целой группе признаков они куда ближе к нам, «человечнее», чем более поздний, классический неандерталец.

Эти находки сначала очень огорчали и сердили уважаемых коллег, потому что никак не ложились в концепцию эволюционизма: более древние находки оказывались более «прогрессивными», чем более ранние. Но в ученые идут люди неглупые, они из любого положения найдут выход. Они создали любопытную гипотезу: что ранние неандертальцы — это вовсе и не неандертальцы. Это — особый тип человека — «пресапиенсы». От них произошли люди современного физического типа. И произошло это в Европе. А шапелльцы?! Они к происхождению современных людей никакого отношения не имеют. Дикая боковая ветвь.

Тайна Схул и Табун

В 1929 году в Палестину, тогда английскую подмандатную территорию, прибыла объединенная англо-американская экспедиция. Ученых привлекали бесчисленные пещеры, вкрапленные в невысокие палестинские горы. В пещерах можно было ожидать самые неожиданные памятники из прошлого библейской страны.

Шестью годами раньше английский археолог Турвиль в Пещере разбойников близ Генисаретского озера (провинция Галилея) открыл фрагмент человеческого черепа, каменные орудия и останки животных. Галилейский череп был вполне неандертальским, но с более сводчатым, «кроманьонским» обликом. Как всегда, в этих случаях вторая находка важнее первой, потому что говорит и за себя, и за предшественницу. Гаррод и Мак-Коун как раз надеялись сделать эту находку.

Сенсационные находки были сделаны на горе Кармель… Место это историческое. Кармель, горная гряда, также часто упоминается как гора Кармель или как горных хребет Кармель. Он нависает над Хайфой.

С запада хребет ограничен Средиземным морем, с севера — Хайфским заливом и долиной Звулун. На юге и востоке хребет понемногу понижается, переходя в холмы примерно через 25 километров и к югу, и к востоку.

Наименование горы «Виноградник Божий» (КеремЭль) происходит от винограда, который когда-то в изобилии рос на ее склонах. Высшая точка горы или хребта Кармель — 546 метров над уровнем моря, где возведена телебашня Хайфы. На соседней вершине расположен кампус Хайфского университета.

На горе Кармель стоял монастырь кармелиток, и монахини делали вкусные конфеты. Отсюда название «карамель».

В хребте известно много пещер… Амуд, Табун, Схул, Кебара. Раскопать их!

После нескольких интересных открытий в горах между Яффой и Иерусалимом исследователи поднялись на знаменитую по Библии гору Кармель и забрались в труднодоступные пещеры Схул (Козья) и Табун (Печная). Узкие заваленные входы были постепенно расчищены, и стало ясно, что эти убежища в течение тысячелетий не пустовали. Правда, в пещере Табун культурные отложения составляли гигантскую толщу — 15,5 метра (очаги, каменные орудия, разнообразные кости), а в пещере Схул — всего 2,5 культурного метра и отсутствуют потухшие очаги.

И в Табуне, и в Схуле сохранилось много человеческих костей: в первой пещере вместе со скелетом 30-летней женщины (она осталась в науке под именем Табун I) нашлась челюсть взрослого мужчины (Табун II).

В пещере Схул было найдено 5 неполных и 5 полных скелетов, лежавших на разной глубине. Ученым нелегко понять, отчего в Схуле, где не было очагов и, возможно, не жили, сохранилось столько древних обитателей. Девять скелетов из десяти лежат скорчившись, а в руке у человека, наименованного Схул V, — нижняя челюсть кабана. Решили, что пещера использовалась как склеп, где оставляли умерших, снабжая их на дорогу оружием и едой.

Впрочем, некоторых костей у погребенных недостает. То ли их съедали… То ли съедали частично… То ли вырезали и отдельно хоронили некоторые части тел…

Но самое поразительное в этих погребенных — сочетание в них черт неандертальцев и людей современного физического типа.

Женщина Табун 1 — типичная неандерталка, всего 151 сантиметра ростом. Однако ее современник, может быть родственник, представленный мощной неандертальской челюстью, привлекал внимание четким подбородочным выступом, то есть такой особенностью, которая, как правило, отсутствовала у неандертальцев, но присутствует у нас. Подбородочный выступ…

В Схуле нашли 10 погребенных.

Три человека умерли детьми, в возрасте от 4 до 10 лет. Четыре человека прожили 30–40 лет. Одному было больше сорока, и только один мужчина умер в возрасте 50 лет.

Десять людей Схул жили в разные времена. Хорошо сохранившиеся скелеты Схул VII и IX лежат намного глубже, чем Схул IV и V: их разделяет, вероятно, несколько столетий. Но у каждого из десяти, без исключения, сочетается множество безусловных неандертальских признаков со многими чертами современного человека, причем именно кроманьонского человека. У всех надглазничный валик, и у всех сравнительно прямой лоб и округлый затылок. Рост почти что кроманьонский (в среднем 175 сантиметров).

У некоторых индивидов отмечены признаки, сближающие их с «классическими» неандертальцами Европы (например, у Схул IX), а у других обнаружен комплекс весьма прогрессивных черт строения (Схул IV и V). У таких индивидов был подбородочный выступ, высокий свод черепа, очень прогрессивное строение мозга.

У «старика» 50 лет, лежавшего поглубже, неандертальских признаков побольше, зато у двух других преобладают кроманьонские особенности.

Составлены большие сравнительные таблицы, где подсчитаны признаки, по каким древние обитатели горы Кармель могут считаться современными людьми, а по каким — неандертальскими.

Пещера Схул сохранила много удивительного, но одна из замечательнейших загадок — облик ее обитателей. При всех кроманьонских и неандертальских чертах, свойственных каждому из 10 людей Схул, они все же поразительно отличаются друг от друга. Два человека — Схул IV и Схул V — обнаружены в одном слое и, вероятно, жили в одно время, в одном месте. Но так называемый лицевой угол черепа Схул IV равен 97 градусам, а у его партнера — 73,5!

Эти громадные расовые отличия не случайность: и другие признаки словно подобраны для демонстрации того, как сильно могут различаться люди в пределах одного неандертало-кроманьонского типа. Лицевые углы, размеры голов, формы носов у всех десяти находятся в самых причудливых сочетаниях. Между бушменом и скандинавом, японцем и арабом значительно меньше разницы, чем между людьми пещеры Схул. Одни признаки их как будто тяготеют к белой расе, но тут же рядом — негроидные, монголоидные и совершенно неизвестные черты.

Эти примеры могут служить еще одним доказательством того, что все люди современного типа составляют один биологический вид и что расовые отличия четко определились, разграничились после, а сначала даже столь непохожие существа, как Схул IV и Схул V, встречались в одной пещере.

Обрадованные и потрясенные сделанными находками, ученые сначала резко разделили обитателей двух пещер: в Табуне — неандертальцы, в Схуле — переходные формы между неандертальцем и кроманьонцем. Однако приходилось считаться и с тем, что каменные, мустьерские орудия в обеих пещерах примерно одинаковы. Кроме того, существовал «прогрессивный подбородок» у мужчины Табун II.

В конце концов, специалисты решили, что в двух пещерах жила одна группа, может быть, одно сообщество, где неандертальские и кроманьонские черты причудливо перемешивались.

Пришлось, однако, от этого суждения отказаться и вернуться на старые рубежи. Выяснилось, что охотничья добыча людей Схул состояла в основном из крупных быков, а у людей Табун — из мелких, более древних газелей. Археологи и зоологи настаивали, что люди Табун жили раньше; по некоторым расчетам, примерно на 10 тысяч лет раньше людей Схул, по другим — на 2500 лет…

Говоря коротко: до самых недавних пор было не совсем ясно — в одно время или на стовековой дистанции жили соседи на горе Кармель. Что давало дополнительные возможности поспорить… И предложить разного рода объяснения.

О смысле находок в пещерах Схул и Табун спорят до сих пор.

Одни ученые считают, что население пещер Кармель — результат смешения людей неандертальского и современного типа; другие видят в них эволюционный переход от древних людей к новым. Некоторым уважаемым коллегам хватало совести описывать эдакое эволюционное путешествие «атипичных неандертальцев» из Европы на Передний Восток. Мол, появившиеся в Европе могучие, но тупые шапелльцы вытеснили «прогрессивных неандертальцев», те ушли от них подальше, и на Переднем Востоке начали превращаться в кроманьонцев…

Прямо дарвиновская идиллия.

Сложность в том, что время обитания пещер в хребте Кармель изначально определяли в 45–40 тысяч лет назад. Древняя зола из пещеры Табун поддавалась анализу и давала дату в 41 тысячу лет. Отсюда следовало, что более молодая (на 10 тысяч лет) пещера Схул лишь немного старше 30 тысяч лет.

Получалось просто прекрасно: «атипичные неандертальцы» попутешествовали несколько десятков тысяч лет, а потом отправились на Передний Восток с большим удовольствием превращаться там в кроманьонцев.

Вот только современные датировки Схул и Табун иные… порядка 120—90 тысяч лет назад. Не очень хорошо получается.

Но кроме Схула и Табуна, в Западной Азии сделаны весьма интересные находки…

Еще в тридцатые годы XX века на горе Кафзех, близ Назарета, нашли останки шести неандертальцев с такими кроманьонскими отличиями, как высокий свод черепа, округлый затылок и другие. Возраст кафзехцев определяют в 70 тысяч лет.

Японская экспедиция, работавшая на территории Израиля, нашла в 1963 году целого неандертальца. Сопровождавшие его кости газели указывали на ту же эпоху, в которой жили люди Табун, но кроманьонский рост найденного (170 сантиметров) еще раз подтверждал, что все не так просто…

Северо-восточная Ливия, пещера Хауа-Фтеах близ Средиземного моря. В 1947 и 1952 годах здесь открывают каменные орудия и неандертальские кости, весьма близкие к находкам в пещере Табун.

Марокко. 1962–1963 годы. Необыкновенные черепа в руднике Джебел-Ирхуд. По многим чертам эти люди сходны с классическими неандертальцами, но объем мозга, как у «прогрессистов» из Эрингсдорфа и Схула, наклон лба, как у женщины Табун I.

Староселье. В Крымской пещере под этим названием (близ Бахчисарая) А. А. Формозов открыл в 1953 году мустьерские орудия, а также фрагменты черепа и скелета полуторагодовалого ребенка: это был очень древний Homo sapiens, с некоторыми неандертальскими чертами.

Уже в XXI веке в гроте Оби-Рахмат, недалеко от Ташкента (Узбекистан), найден череп человека, которому порядка 50 тысяч лет.

Человек из Оби-Рахмата демонстрирует смешанные характеристики неандертальцев и людей современного физического типа, а многие его морфологические характеристики специфичны и не имеют аналогов. Исследователи, конечно, тут же заспорили: в чем причина такой уникальности этого парня из Средней Азии? Ископаемые останки древнего обитателя Оби-Рахмата считаются либо доказательством независимого образования человека современного физического типа: мол, здесь, в Средней Азии, неандерталец превращался в кроманьонца. Либо ученые видят в этом черепе свидетельство гибридизации современного человека и неандертальца.

В общем, проблема Схул и Табун в миниатюре. Кроме того, в 1960-е годы ученые начали переосмысливать свое отношение ко многим находкам.

Неандертальцев из пещеры Шанидар стали считать не «классическими», а «прогрессивными». Ведь они — типичные неандертальцы, но со сравнительно прямым лбом и небольшими надглазничными валиками.

Открытый Окладниковым неандертальский ребенок из Тешик-Таш… В 1950-е годы крупные советские и западные антропологи пришли к окончательному выводу, что это не классический неандерталец (как думали раньше), а прогрессивный, способный к дальнейшей эволюции тип.

Изучение каменных орудий тоже принесло много огорчений археологам.

Древних людей Табун, Схул и других сопровождали мустьерские, даже раннемустьерские рубила, скребла, остроконечники. Это было нормально: орудия мустье обычно сопутствуют неандертальцу. Если копать в глубину, можно ожидать под слоями мустье еще более примитивную каменную индустрию с рубилами. Кроманьонская же культура ориньяк по всем правилам должна размещаться в слоях поздних, более высоких, чем мустье…

Но вот находят мощные «мустьерские толщи» в сирийской пещере Ябруд. Ученые пробирались в глубины сквозь 14 слоев мустье, то есть сквозь десятки неандертальских тысячелетий. А под четырнадцатью слоями лежал… ориньяк. Каменные резцы и другие совершенные орудия, сопровождающие первых Homo sapiens. Огорчительно… неправильно это…

Если бы это «нарушение археологических правил» наблюдалось только в Ябруде, можно было бы воздержаться от обобщений. Но тот же необычный ориньяк найден и в глубине пещеры Табун, и в других местах: ему никак не меньше 60 тысяч лет.

Может быть, злые неандертальцы напали на хороших сапиенсов и сожрали их, бедных? Так сказать, погубили зачатки цивилизации? Или все-таки не в «расовой войне» тут дело?

Неандертальцы — предки кроманьонцев?

Чарльз Дарвин полагал, что между человеком и обезьяной находится обезьяночеловек — недостающее звено эволюции. От греческих корней «антропос» — «человек» и «питекос» — «обезьяна» слепили словесный уродец — питекантроп — обезьяночеловек. Этот самый питекантроп и был «недостающим звеном» в эволюции человека. По-английски «недостающее звено» — missing link. Это «миссинг линк» стал таким же расхожим названием, как и питекантроп.

Остановка была за малым… Найти костные останки питекантропа, который недостающее звено. А то ведь оба слова оставались чисто теоретической конструкцией, кабинетным изобретением.

В 1895 году увлеченный теорией Дарвина голландский врач Эжен Дюбуа находит на острове Ява останки существа, которое как будто ходило прямо, а объем черепной коробки имело порядка 900 см3. Вот он, питекантроп!!! Попался!

Скажем откровенно: с этим самым питекантропом все оказалось очень и очень неясно.

Во-первых, Дюбуа «слегка» выдал желаемое за действительное: рассказал о том, что нашел скелет… А на самом деле нашел кости нескольких похожих существ, из которых и «собрал» «необходимый» скелет.

Не случайно же потом Эжен Дюбуа до самой смерти в 1936 году не выступал со своим открытием, не рекламировал его и фактически прятал скелет питекантропа в сейфе музея…

Во-вторых, с питекантропом вместе не нашли никаких каменных орудий. Кости были захоронены рекой с костями других животных.

В-третьих, кости с самого начала вызвали массу сомнений у специалистов. Одни признавали питекантропа «просто обычной обезьяной», другие — каким-то уродливым человеком… Рудольф Вирхов предположил, что это громадный гиббон. Ходил по земле, а руками держался за ветки.

Питекантропа все же стали считать человеком… пусть очень примитивным.

Именно этот, найденный в 1895 году питекантроп и правда сомнительный. Но с тех пор, начиная с 1895 года, ученые постоянно находили останки то одного, то другого обезьяноподобного человека. Почти после каждой находки делали вывод и в обнаружении нового биологического вида. Хорошо еще, когда в пещере Чжой-коу-Дянь под Пекином нашли останки сразу 20 существ, дали виду название «синантроп» (китайский человек).

А то нашли под Гейдельбергом в Германии одну отдельно взятую челюсть в очень древних слоях — и то новый вид рода гомо (человек). Человек гейдельбергский.

В 1964 году американский антрополог Ле Гро Кларк предложил считать всех людей этого типа, с объемом мозга от 900 до 1200 см3, представителями одного биологического вида — homo erektus, то есть человек прямостоящий.

До этого у кабинетных теоретиков родилась очень красивая, но тоже очень уж отвлеченная схема. Неандертальцев тогда уже знали… Они считались примитивнее людей современного физического типа, сапиенсов, но «прогрессивнее» питекантропов и синантропов. Ну и родилась трехчленная схема:

1) архантропы, то есть древнейшие люди (от греческого «архайос» — «древнейший» и «антропос» — «человек»);

2) палеоантропы, то есть древние люди (от греческого «палайос» или «палеос» — «древний»);

3) неоантропы, то есть новые люди (от греческого «неос» — «новый»).

По этой схеме очень логично предположить, что неоантропы, кроманьонцы, произошли от неандертальцев. Ведь кроманьонцы мало отличались от нас с вами, а неандертальцы были сутулые, могучие, с массивными черепами, с покатым лбом и длинными руками, свисавшими ниже колена.

Ясное дело: люди современного типа произошли от неандертальцев. Они были совершеннее неандертальцев и умнее, а потому постепенно вытеснили их, и неандертальцы вскоре вымерли.

Все очень логично, да стройной кабинетной теории мешают некоторые неясности… Главная из них та, о которой все время шла речь: чем древнее были найденные неандертальцы, тем они «прогрессивнее».

150—200 тысяч лет назад жители Европы были более сапиентоидными, чем 40–60 тысяч лет. Этих сапиентоидных — прогрессивных! похожих на нас! с высокими лбами… сменяет зверообразный шапеллец с покатым лбом, без подбородочного выступа и с колоссальной могучей рукой, в захвате которой сила клещей.

И вообще, что-то в Европе не очень получается с этим «происхождением». В Европе кроманьонец появляется по историческим меркам мгновенно: за считаные тысячелетия. А может быть, и за века. Резкий переход от мустье к ориньяку, без малейшего перехода. Пришельцев сопровождает громадная техническая революция: вместо 3–4 примитивных каменных орудий неандертальца в период ориньяк употребляется около 20 каменных и костяных «приборов»: шилья, иглы, наконечники и так далее. Сразу, будто из ничего, возникает изумительное пещерное искусство.

Не меньший контраст и между двумя типами человека. Не обсуждая, каков был неандерталец и почему его так жестоко оболгали, заметим: кроманьонец сменил классического неандертальца в течение нескольких тысяч лет. За такой короткий срок шапеллец не мог выпрямить лоб, утоньшить кости, ликвидировать мощные валики над глазами, существенно изменить размеры мозга. Значит, от классических западноевропейских неандертальцев мы не могли произойти, это не прямой наш предок.

Два вопроса:

1. Кто же наши предки?

2. Куда же девались европейские неандертальцы, могучие, мозговитые, казалось бы, непобедимые? Начнем со второго вопроса…

Об окончательном решении неандертальского вопроса

Кроманьонец ворвался в Европу (интересно, откуда?), и неандертальцы исчезли, как исчезают звери, отступая от лесного пожара. Р-раз! И их нет. Почему?

Еще совсем недавно вопрос казался очевидным, даже праздным. «Прогрессивный» кроманьонец победил «отсталого» неандертальца. Более прогрессивные формы людей всегда вытесняют более отсталые. Сотни тысяч лет назад появились первые обезьянолюди и вытеснили, истребили, сожрали своих предков, смышленых древних обезьян. Потом появились неандертальцы и вытеснили, истребили, сожрали обезьянолюдей. Появились сапиенсы, и настал их черед…

Ученые старшего поколения представляли эту борьбу довольно просто, вполне в духе своей эпохи. Они ведь были современниками мировых войн, а к старости стали свидетелями противостояния двух сверхдержав, чреватых Третьей мировой… Их собственная судьба диктовала понимание реалий любой эпохи по знакомому образцу… «Можно вообразить, как несколько тысячелетий шла ожесточенная, страшная борьба, бесшумная или сопровождаемая воинственным, звериным кличем победителя и предсмертным хрипением побежденного».[25]

И еще «круче»: «Понятно, кроманьонец был все-таки умнее предшественника; но в чем это реально могло выразиться, когда вооруженные дубинами или камнями существа сходились на ледяных равнинах?»[26]

Судя по всему, в прямых военных действиях шапелльский неандерталец не уступил бы кроманьонцу… наоборот. Громадная физическая сила неандертальца даже давала ему немалые преимущества… Если камнями и дубинами — кроманьонцу пришлось бы туго.

Может быть, дело в более совершенной организации сапиенсов? В чем-то они были лучше устроены… Ищущий — обрящет! Ученые искали, чем сапиенс «совершеннее» дикого неандертальца, и, конечно же, нашли, что им надо.

Долгие годы сравнивали мозг современного человека с эндокраном неандертальцев. Эндокран — это точный слепок мозговой полости черепа, позволяющий отчетливо видеть следы древних мозговых извилин и определять, какие части мозга были в этом черепе развиты, а какие нет.

Неандертальский мозг «оказался» очень негармоничным, «неправильным», со следами неравномерного развития различных частей. Мозг обезьяны и мозг современного человека при всех своих отличиях имеют более плавные, округлые очертания и выглядят более законченными творениями природы. Впрочем, так оно и есть: и обезьяна и Homo sapiens — более завершенные, законченные в своем роде существа, чем неандертальские люди.

Уже отличие не в пользу неандертальца: переходная форма, что возьмешь! Началось с гармоничной обезьяны, закончилось гармоничным человеком, а неандерталец — посреднике.

А кроме того, наш мозг намного лучше неандертальского, поскольку у нас лучше развиты лобные доли. Так называемая префронтальная область мозга. У шимпанзе эта область занимает примерно 14 % мозговой территории, у неандертальца — около 18, а у кроманьонца и у нас — свыше 24.

Еще в начале XX века научились делать лоботомию: удалять лобные доли или части этих долей. И что оказалось? Люди без лобных долей оказывались не способны или почти не способны сдерживать своих эмоций: если голодны, разбивали витрину магазина и хватали еду; если злились, не могли смирить звериную ярость. Как выражается герой одного американского романа:

«— Что, заваливают нянек прямо посреди операционной?

— Нечто вроде…»[27]

Вот мы и выяснили, чем совершеннее неандертальцев!

Узнали, почему высокий лоб лучше, чем низкий. Мы ведь всегда знали, что лучше, но тут еще узнали, чем именно!

«Оказалось», именно под нашим красивым высоким, крутым лбом заложены способности современного человека к коллективности, общественной жизни.

Неандерталец жил не в одиночестве, охотился большими или малыми группами, но для сложного постоянного общения в крупном коллективе, видимо, не годился: был еще слишком зверем. Процитируем еще раз хорошую, по заслугам любимую многими книгу Эйдельмана:

«Урезанная его покатым лбом префронтальная область мозга, видимо, не имела достаточного „заряда“ торможения, сознательного ограничения. Порою стихийно возникали крупные группы, стаи неандертальцев, но взрывы ярости, необузданных желаний или других форм взаимного антагонизма расшатывали, ослабляли первобытный коллектив. Вероятно, он очень часто распадался на совсем небольшие группы, по нескольку человек.

Но вот наступает кроманьонец: его лобные доли способны усмирять страсти, сплачивать этих людей в большие группы по нескольку десятков и даже сотен… Между ними возникают постоянные семейные связи, и постепенно образуется первый постоянный тип человеческого общества — род.

Сознательное подчинение, самоограничение (как ни дидактически и назидательно это звучит) — вот с чего начинается Homo sapiens. Куда было устоять неорганизованному, анархическому неандертальцу против дисциплинированного противника!

Возможно, предки кроманьонцев много занимались такой охотой (облава, загон), которая требовала особенно слаженных коллективных действий, и постепенно достигли высшей стадии „общительности“.

Принципиально новый уровень связи между большим числом людей сразу дал мощный результат (по известному наполеоновскому принципу: „Два мамелюка, безусловно, превосходили трех французов. 100 мамелюков были равноценны 100 французам. 300 французов большей частью одерживали верх над 300 мамелюками, а 1000 французов уже всегда побивали 1500 мамелюков“).

Более тесное общение — значит более развитый язык.

Богатство языка — богатство мыслей, и наоборот.

Бурный рост ассоциаций, то есть сообразительности, выдумки, знаний.

Производственный процесс, охота все сложнее, но результаты все лучше.

Личность человека все ценнее: каждый — часть целого, и целое каждого охраняет. Детство кроманьонца удлиняется. Ему не нужно так рано взрослеть, как неандертальцу».[28]

В общем, все понятно: мы «качественнее» неандертальца.

Действительность намного сложнее… Как вытесняет один вид другой? А очень просто: чем вид эффективнее, тем меньше территории ему надо, чтобы кормиться. Вот в Австралию проникают дикие собаки динго. Они охотятся эффективнее, чем сумчатые волки. Грубо говоря, они чаще ловят намеченную добычу. Число кенгуру уменьшается, но динго хватает добычи. А для сумчатых волков нужна большая плотность стад кенгуру! Сумчатые волки все чаще не могут поймать добычу, начинают голодать, у них чаще погибают выводки детенышей… Начинается вымирание. В Австралии сумчатые волки не дожили до появления европейцев, они сохранились только на острове Тасмания, где динго не было…

Таким же образом охотник более эффективный вполне может вытеснять охотника менее эффективного. Тот, у кого есть более совершенные орудия, может вытеснить того, у кого материальная культура примитивнее… причем без всякого ведения военных действий. Никаких торжествующих воплей победителя, хрипов побежденного, «битвы у Крапины», людоедского торжества вооруженных камнями и дубинами существ на фоне соплеменных пещер.

Отметим: вместе с людьми современного физического типа в Европу пришел… или в Европе произошел громадный переворот в технологиях, образе жизни, даже в продолжительности жизни.

Как сообщает агентство Reuters, Рейчел Каспари из Университета Мичигана и Сан-Хи Ли из Университета Калифорнии в Риверсайде опубликовали в академическом журнале Proceedings of the National Academy of Sciences результаты исследований, согласно которым в верхнем палеолите резко увеличилась продолжительность жизни людей и произошел популяционный взрыв.

Впрочем, о том же давным-давно писали и советские антропологи.[29]

Французский антрополог А. Валлуа исследовал 20 неандертальцев. Из них, по его мнению, 55 % умерло в возрасте до 21 года, и только один дожил до 32 лет.

Особенно часто в раннем возрасте умирали женщины. Все изученные неандертальцы, дожившие до 31 года, являются мужчинами.

Средний возраст девяти людей Схул не превышал 30 лет. Еще в недавнее время некоторые племена просто оставляли беспомощных стариков (вспомним рассказ Джека Лондона «Костер») или убивали их (на Огненной Земле, по свидетельству Дарвина).

Если так было несколько десятилетий назад, то что же происходило в глубинах каменного века!

Удлинение средней человеческой жизни, хорошо заметное за последние столетия, — один из самых безусловных признаков прогресса. Даже гигантские мировые бойни XX века, унесшие десятки миллионов жизней, не смогли перевесить успехов медицины и результатов улучшения жизненных условий, сохранивших миллиарды человеко-лет. В каменном веке жизнь человека была в среднем на 30–40 лет короче, чем теперь. Можно сказать, что древний человек проживал жизнь лишь наполовину. В каждом поколении были миллионы непрожитых, «убитых» жизней.[30]

Кроманьонцы жили заметно дольше! Продолжительность жизни у них была порядка 37 лет. И размножались они довольно быстро.

Палеогенетические исследования показали: современные жители Северной Европы являются потомками очень небольшого числа людей — примерно 2 тысяч человек. Вероятно, именно такое количество сапиенсов изначально пришли в Европу 36–37 тысяч лет назад.

Но в конце Ледникового периода, примерно 13 тысяч лет назад, людей в Европе было уже порядка миллиона.

Рост населения за 20–25 тысяч лет — в 500 раз.

Кроманьонец вторгся в охотничьи угодья европейского неандертальца и не столько победил, сколько обрек на голод. Богатые для сапиенса охотничьи угодья оказывались для неандертальца бедноватыми, а то и пустыми.

Перед неандертальским человеком встала задача: перенять новую технологию — и изготовления орудий, и общественной жизни или постепенно вымирать.

…Вот только есть некоторые сомнения, что так уж быстро вымерли бедные неандертальцы. Кроманьонцы жили в Европе 32–36 тысячелетий назад.

Неандерталец из Сен-Сезера (Франция) жил примерно 35 тысяч лет назад. Уважаемым коллегам так хочется, чтобы неандертальцев побыстрее истребили, что они часто называют его «Последний неандерталец». Но это не так… Известны находки неандертальцев и из более поздних времен. Причем неандерталец из Сен-Сезера найден вместе с каменными орудиями не мустьерского типа, а с каменными орудиями верхнего палеолита, типа шательперрон. Эта техника хорошо известна, и ее часто находят вместе с останками людей современного анатомического типа.

Самая поздняя (пока) находка неандертальца в Европе сделана в 1974–1986 годах в Виндижа (Хорватия). Возраст находки — 24–30 тысяч лет. В этой пещере найдены кости 12 человек. Это позднейшие неандертальцы в Европе, но при этом у них есть некоторые анатомические черты современного человека. Каменные орудия у них есть и мустьерского, и ориньякского типа. Действительно: а кто мешал неандертальцам заимствовать технику верхнего палеолита? Сумчатым волкам было сложно превратиться в динго… Но неандертальцам вовсе не надо превращаться в сапиенсов, чтобы овладеть техникой верхнего палеолита.

Это в Европе… А 20–30 тысяч лет назад в Африке, в Родезии, в бухте Салданья, жил родезийский человек. Родезиец выглядел, в общем, примитивнее, чем шапеллец: таких мощных надглазничных валиков, такого наклона лба, такого плоского черепа не встречали прежде ни у одного из неан- дертальцев. Родезийский человек некоторыми чертами скорее приближается к обезьянолюдям, архантропам, хотя по объему мозга (1325 см3) и по толщине костей он выглядел даже «лучше», чем неандертальцы Европы.

Ярко выраженные «сверхнеандертальские» черты его, соединенные с некоторыми прогрессивными особенностями, говорили о сложных, во многом еще непонятных нам путях эволюции. В одном, правда, почти нет сомнения: родезиец — это боковая, специализированная ветвь, тупик, из которого не было возврата на «кроманьонскую дорогу».

Пожалуй, это самый поздний неандерталец, обнаруженный на планете. В несколько более высоких, то есть более поздних, слоях археологи находят в тропической Африке уже человека вполне современного типа. По-видимому, он пришел с севера.

Глава 4. Когда и куда?

Рай переливался надо мной всеми цветами теории…

А. Макаренко

Находки 1960-х годов

Беда антропологии в том, что ученые вынуждены делать далеко идущие выводы из очень небольшого числа находок. Нашли одного-единственного питекантропа — и составили целые схемы происхождения рода человеческого. Нашли челюсть по Гейдельбергум? «Уточнили» схемы, переделали, «усовершенствовали». Еще одна находка? Возникает чуть ли не новая научная школа, споры кипят… А число спорящих больше, чем число скелетов, вокруг которых кипят страсти.

Очень многие ошибки уважаемых коллег вызваны именно отсутствием достаточного числа находок. Ученые составили чудесную схему архантропы — палеоантропы — неоантропы. Архантропы — синантропы и питекантропы порождают неандертальцев — палеоантропов. От палеоантропов — неандертальцев происходят неоантропы — люди современного физического типа. Это была очень красивая, очень правильная схема, учитывающая все последние достижения теории. Если бы эта схема «работала» — цены бы ей не было!

…А главное, если бы ученые могли воздержаться от выводов на несколько десятков лет, они никогда не создали бы такой схемы. Потому что в 1967 году в долине реки Омо, в Эфиопии, нашли удивительный череп… Это череп человека современного физического типа: сводчатый, с высоким лбом и округлым затылком, с подбородочным выступом. И лицевая часть скелета, глазницы и зубы, строение челюстей, была вполне современной… пройдись обладатель этого черепа по улицам, никто не обратил бы внимания. Потому что все особенности черепа вполне укладываются в обычные вариации черепа сапиенсов.

Только вот датировка у этого черепа — 130 тысяч лет. В Крапине пировали неандертальцы, а гомо сапиенс жил себе и жил в своей Африке…

Очень быстро черепа такого же возраста нашли еще в нескольких районах Восточной Африки, а три черепа из Херто, в той же Эфиопии, даже старше — порядка 160 тысяч лет.

Как всегда бывает в подобных случаях, выяснилось, что и раньше делались находки похожей древности, но их как-то не заметили… не обратили внимания… не придали значения… Как всегда бывает в таких случаях, пришлось пересмотреть датировки уже сделанных находок… Например, на Переднем Востоке.

Новые сюрпризы с горы Кармель

Напомню: в пещерах Переднего Востока выделяли две группы неандертальцев. Людей из пещер Табун, Кебара, Амуд справедливо относили к группе, близкой к шапелльцам.

Людей из пещер Схул и Кафзех язык не поворачивался назвать неандертальцами… Но находили их вместе с орудиями эпохи мустье, а ведь ученые твердо знали, что средний палеолит — это орудия неандертальцев, а вот верхний палеолит — орудия сапиенсов. Выводы эти делались на примере Европы, куда сапиенсы явно откудато пришли… Но ведь должен же неандерталец быть дикой обезьяноподобной скотиной?! Должен. Не может же сапиенс пользоваться такими же каменными орудиями, которые изготовляет мохнатый обезьяночеловек, жрущий на закуску детишек сапиенсов?! Все понимали, что не может… Об этом и говорить неприлично.

К тому же скелеты людей из Схула и Кафзеха все же и не совсем скелеты сапиенсов… есть в них и неандерталоидные черты… Или черты, унаследованные от общих предков… В общем, «прогрессивные» неандертальцы.

Если внимательный читатель помнит, ученые сразу установили: эти группы не были современниками. Вопрос — НАСКОЛЬКО они современниками не были? Оказалось — на громадный исторический срок. В 1980-е годы слои начали датировать намного более точными способами, и выяснилось: «прогрессивные» неандертальцы типа Схул-Кафзех жили от 70 до 100 тысяч лет назад. А классические, похожие на сородичей из Шапель-оСен и Ла-Ферраси, жили намного позже 60–70 тысяч лет назад.

Получается: никак не были «классические» неандертальцы предками «прогрессивных» (скорее наоборот). И не были «прогрессивные» неандертальцы грустным свидетельством того, как мерзкие мохнатые неандертальцы сжирали хороших сапиенсов, а их женщин насиловали, делая помеси, «прогрессивных» неандертальцев. Выдумки все это, и неумные. Что-то здесь совершенно другое…

Сапиенсы — от питекантропов!

Но если сапиенсы никак не могли произойти от неандертальцев… То от кого же они произошли?!

Французский археолог Б. Вендермееш, который долго копал пещеру Кафзех, давно называет «прогрессивных» неандертальцев «протокроманьонцами». По его мнению, неандертальских черт у них вообще нет. Совсем. С неандертальцами их сближают только черты, унаследованные от общих с неандертальцами предков. Остается установить — кто этот предок?!

В поисках такого предка опять попадаем в Африку: именно на этом континенте есть много находок, как бы заполняющих пробел между эректусами и сапиенсами. Нигде в мире такие находки не сделаны, а тут как раз «их известно довольно много и они очень выразительны».[31]

Еще в 1932 году найден череп в Южной Африке, около города Флорисбада. Тогда ему (ну, конечно же!) нужного значения не придали. В 1960-е годы найдено много очень любопытных черепов возрастом от 130 до 300 тысяч лет. В Лэтоли в Танзании, на реке Омо, в Синги в Судане, Илерете в Кении… Много их. Все эти черепа выглядят почти такими, как у нас с вами. Почти… Надглазничные дуги развиты чрезмерно, лоб более покатый, чем у нас… Существам, оставившим эти черепа, осталось сделать буквально один шаг к человеку современного типа.

А в Кабве, Ндуту, Бодо… во многих других пунктах все той же Африки сделаны находки черепов более архаичных, но тоже промежуточных между эректусами и сапиенсами. Их возраст — 300–600 тысяч лет. Получается такая эволюционная цепочка, которая соединяет эректусов и сапиенсов рядком переходных форм. Можно уверенно говорить: в Африке южнее Сахары эректус плавно переходит в сапиенса.

Китайские археологи считают, что такой же процесс превращения эректуса в сапиенса шел и в Восточной Азии — вот только прямых доказательств у них нет.

Африканские переходные формы и европейские «прогрессивные неандертальцы», «пренеандертальцы» явно очень похожи. Если не один вид, то явления одного порядка. Всех этих людей ученые то включают в два-три вида, каждый из которых является предшественником для другого. То придумывают единый вид для них для всех: человек гейдельбергский. Такая переходная форма от питекантропов к неоантропам, которая жила и в Африке, и в Европе 800–300 тысяч лет назад.

От этого то ли вида, то ли от этой формы человека и произошли две группы более поздних людей. Примерно в одно время появляются «классические неандертальцы» в Европе и сапиенсы в Африке. Около 130 тысяч лет назад возникают две разные и сильно различающиеся формы человека от одних предков.

Как сапиенсы покидали Африку

Итак, древнейшие пресапиенсы оказались на Переднем Востоке около 100 тысяч лет назад. Никаких признаков «войны рас», никаких причин считать, что кто-то кого-то истреблял, угнетал или ел.

В это время климат был теплый, на Переднем Востоке было примерно так же тепло, как сейчас, только влажнее.

Примерно 80–70 тысяч лет назад наступает ледник. Климат резко ухудшается, на Переднем Востоке он становится примерно таким же, как сейчас на севере Европы. Средиземное море если и не все замерзает, то ледяные поля и забереги на нем появляются и держатся по нескольку месяцев. Морозобойных трещин не возникает, морозы не рвут землю, нет вечной мерзлоты. Но холодно, все же очень холодно…

И сапиенсы уходят, отступают на юг! Они вовсе не нордические типы, эти древние сапиенсы. Давно известно, что жизнь на севере заставляет любой вид изменяться, адаптироваться к холоду… И людей тоже. У жителей севера другие пропорции тела: руки и ноги у них менее длинные по отношению к остальному телу, пальцы рук и ног короче, головы больше, таз шире, масса тела больше по отношению к росту, трубчатые кости массивнее. Тело с такими пропорциями проще согреть.

У северян нет далеко выступающих частей тела. Грубо говоря, уши и носы у них будут меньше, чем у южан, — ведь такие выступающие части тела труднее согреть.

У неандертальцев есть анатомические черты приспособления к холодному климату. У ранних сапиенсов их нет. Первые сапиенсы с их удлиненными конечностями, узким тазом, сравнительно небольшой по отношению к росту массой тела, более тонкими костями — откровенные южане, жители тропического климата. К холоду они приспособлены мало и с изменением климата уходят на юг, вымирают… Передний Восток надолго оказывается в руках у неандертальцев — опять же без радостно-погромных воплей победителей, предсмертного хрипа побежденных, водружения неандертальских знамен над пещерами побежденных сапиенсов, без подписания вождями сапиенсов Акта о безоговорочной капитуляции.

Много позже, около 40 тысяч лет назад, сапиенсы вернутся на Передний Восток. Упорные, они двинутся на север вместе с новым теплом. Помнили ли они, что десятки тысяч лет назад это уже была земля их отдаленных предков? Маловероятно… Неандертальцы же вместе с потеплением уйдут, вернутся на привычный, более приятный им север.

На этот раз они пойдут и в сравнительно холодную Европу… Но, похоже, изначально сапиенсы вовсе не рвались расселяться именно на север… Они сделали все возможное, чтобы заселять территории с более теплым климатом.

Куда пошел сапиенс с Переднего Востока?

…Говоря откровенно, мы очень мало знаем, чтобы уверенно ответить на этот вопрос. Не известна ни одна находка человека современного физического типа в Средней Азии, Центральной Азии, в Сибири старше 20–25 тысяч лет. Вероятно, первым сапиенсам, вышедшим из Африки, в этих местах было еще слишком холодно.

Есть смутные находки с неясными датами в Китае… Китайские археологи считают, что в их стране сапиенсы жили уже 60–80 тысяч лет назад. Но речь идет о костях, извлеченных на юге Китая при ведении хозяйственных работ. Их датировки очень ненадежны.

Надежная дата есть у находки черепа вполне современного типа в пещере Ниа на острове Калимантан, в Индонезии. Этому черепу 39 тысяч лет. Скелету из Мунго-3 в Австралии даже больше — 43 тысячи лет. Вероятно, вырвавшись из Африки, с Переднего Востока сапиенсы сначала направились на юг Азии. Там было привычнее — теплее, и животный мир более похож на привычных африканских зверей. Те же тропики.

В Европу они попали чуть позже…

Чем была привлекательна Европа?

А потом они все же заселяют Европу. Почему они вообще туда двинулись? Чем их так привлекала Европа? Там же холодно… Зачем туда расселяться?

Парадоксально, но холодная приледниковая Европа, ее ледяные степи как раз много чего могли дать.

Во-первых, на севере возможна специализированная охота… Грубо говоря, на севере живет меньше видов животных, но зато представителей каждого вида намного больше. Северные степи — это тысячные стада оленей, лошадей, бизонов, мамонтов. Всего несколько ценных промысловых видов, но каждый вид — многотысячные стада, огромный охотничий потенциал.

Могут возразить, что саванны в Африке и степи на Переднем Востоке и в Средней Азии — такие же многотысячные стада диких копытных. Но на юге все же больше видов копытных, охота менее специализированная.

Во-вторых, на юге даже при самой удачной охоте мясо попросту негде хранить. Охотники тропического пояса стараются солить мясо, вялить его на солнце или густо посыпать его пеплом своих костров — чтобы дольше хранилось. Но много и надолго так не сохранишь. К тому же качество вяленого мяса очень уступает свежему… Жители тропиков стараются после удачной охоты как можно больше сразу же съесть.

Кука и его спутников, Дарвина в Южной Америке, Стэнли в Африке поражало, как невероятно много могут съесть местные жители. Шотландский охотник Джон Хантер уже в XX веке описывал, как африканцы после забоя слона или носорога мгновенно «очищают» тушу до костей скелета. Когда он убил сразу 12 слонов, «казалось, что мяса хватит на всю Кению на много недель, но в удивительно короткое время от слонов остались одни кости».[32]

А там, где холодно, мясо можно хранить очень долго. Часто его можно хранить не только зимой, но и летом. Если вечная мерзлота, то даже без особых специальных усилий. Если вечной мерзлоты в этом районе нет, сделать ледник.

В-третьих, как ни парадоксально, на севере лучше с витаминами и сахарами. Южные фрукты разнообразны… Но только северяне считают, что они могут плодоносить весь год. Дикорастущие фрукты юга — сезонные. Собирать каждый фрукт можно только небольшую часть года, считаные недели. Преимущество юга в этом отношении не такое уж большое.

Южные фрукты вкуснее? И это сомнительно… Сейчас тропические фрукты довольно доступны для россиянина. Но всякий, кто пробовал авокадо, дуриан или манго, убедился: они ничем не лучше яблока или персика. Дело вкуса, конечно, но груша или персик даже вкуснее.

Это касается и овощей. Японские саби или экзотические овощи Индии пробовали многие. И почти все, кто пробовал, отдают пальму первенства помидорам, сладкому перцу или даже прозаической морковке. Северные овощи вкуснее.

А главное — южные фрукты содержат несравненно меньше витаминов. Многие районы Африки — области распространения страшной болезни бери-бери, которая и возникает как следствие авитаминоза. Фруктов — навалом! Овощи — главный продукт питания! А люди страдают от острой нехватки витаминов. И от отсутствия сладкого: в южных овощах и фруктах мало сахара.

Получается — расселение на север имеет много преимуществ… Жить на севере труднее: нужны прочные, надежные жилища. Нужна теплая одежда. Нужно полноценное питание. Того, кто недоедает, у кого не хватит одежды и тепла в долгую зиму, быстро убьют холод и голод. Но север — это место, где труд дает великолепные результаты.

Сапиенсы в Европе живут всего 36–32 тысячи лет. В те времена в Европе было холоднее, чем сейчас. Чтобы поселиться в этом холодном краю, провеваемом ледяными ветрами из Арктики, сапиенсам пришлось очень усовершенствовать свою материальную культуру.

А как только они стали северянами по месту жительства, они начали становиться северянами и по строению своих тел. Нордической расой, если угодно.

Генный дрейф «светлой» расы

Наверное, формирование нордической расы шло с момента проникновения сапиенсов в Европу: там и в межледниковье было так же «прохладно», как сейчас. А 24 тысячи лет назад началось новое похолодание. И у жителей Европы, уже у сапиенсов, сразу же появляются особенности скелета, которые раньше наблюдались у неандертальцев. Под влиянием холодного климата.

Сложнее всего решить вопрос со «светлыми» особенностями. Действительно, светлая кожа и светлые волосы — они разве имеют какое-то приспособительное значение?

Часто становление «светлой» расы объясняют случайностью. Получается так, что совершенно случайно в числе первых поселенцев Европы оказалось несколько «светлых» людей. Чуть больше, чем в других популяциях. Настолько больше, что «светлые» люди вытеснили из популяции «темных».

Вообще-то науке хорошо известное явление — генный дрейф. Если число людей с каким-то признаком в популяции ниже определенного числа, то постепенно их число будет становиться все меньше и меньше. Пока этот признак в популяции вообще не исчезнет. Если на некий остров высадить 100 парней и 100 девиц и 60 из них будут лопоухие, то можно даже рассчитать, через сколько поколений на острове вообще престанут рождаться не лопоухие дети. Через 20 поколений, то есть примерно через 4–5 тысяч лет, все население острова поголовно станет лопоухим. У лопоухих пап и мам будут рождаться лопоухие дети, лопоухие бабушки станут нянчить лопоухих внучков, а подросткам будет легко дергать за уши своих лопоухих сверстниц — не промахнешься.

Если на острове и родится ребенок с обычным размером ушей, привычным для всех остальных людей Земли, он покажется каким-то уродом. Родителям будут сочувствовать, как маме-утке из «Гадкого утенка» Андерсена, а ребенку попытаются уши оттянуть, чтобы сделать их «правильными» и «красивыми».

Теория случайности неплоха… Действительно, если бы в Европе появилась группа людей со светлой кожей и светлыми волосами, они бы могли вытеснить «темных» из популяции. Почему нет? Но только вот есть две причины, по которым этого никак не могло быть…

Во-первых, «светлые» признаки относятсяк числу рецессивных. При скрещивании «светлых» людей с «темными» неизменно побеждают «темные» признаки. Чтобы «светлые» вытеснили из популяции «темных», блондинов должно быть во много раз больше, чем брюнетов.

Во-вторых, среди пришельцев с юга не было и не могло быть «светлых» людей. До сих пор все европейцы теплого пояса — «темные».

«Светлые» люди появились именно в Европе… Мы знаем, что расовые признаки северян включают и массивные кости, и светлые волосы, и глаза. Наверное, люди, похожие на изображенных Рубенсом, были светлокожими и светловолосыми уже десятки тысяч лет назад.

Светлоглазые блондины могли изредка рождаться где угодно…. Но что должно было произойти, чтобы они начали рождаться часто, их появление на свет стало системой?! Это же противоречит законам биологии, не говоря ни о чем другом!

И как могло родиться столько светлоглазых светлокожих блондинов, чтобы они начали вытеснять «темных» людей из популяции? Это уже не генетический дрейф, а генетический взрыв! Это стремительное появление людей с новыми признаками, которые очень быстро занимают главное место в популяции. А вот почему это происходит… Вот этого мы не понимаем. Потому что ведь никаких преимуществ сама по себе светлая кожа или светлые глаза не дают. Не дают — и все. И ничего с этим нельзя поделать.

Глава 5. Кто же от кого произошел?!

— Кто на ком стоял?!

Профессор Преображенский

Может быть, разные группы сапиенсов произошли от разных предков? Некоторые ученые думали так уже в XIX веке. Размеры мозга и многие биологические особенности у разных рас и правда позволяют так думать. К тому же чистоплотным брезгливым европейцам так неприятно было думать о родстве с грязными дикими неграми, которые живыми жрут червей и улиток!.. А архантропы были такие разные…

Сторонников происхождения людей из разных центров стали называть полицентристами (от «поли» — «многочисленный, множественный»).

Сторонников единого центра происхождения человека стали называть моноцентристами (от «монос» — «единый»).

Представления полицентристов научно обосновал Франц Вейденрейх в 1938 году. Ученый без преувеличения выдающийся и на редкость талантливый.

Вейденрейх полагал, что от синантропов в Восточной Азии произошли монголоиды. Современные китайские ученые, кстати, считают примерно так же — что в Восточной Азии шел особый, независимый от остальных очагов происхождения человека процесс: местные архантропы «превращались» в неоантропов.

Нгандонгский (яванский) неандерталец очень похож на родезийского человека. Есть у него много общего с яванским питекантропом. Логичное предположение — что от яванского питекантропа произошел нгандонский неандерталец, а от того — австралийцы и другие негроиды.

А вот от «прогрессивных» неандертальцев Переднего Востока произошла европеоидная раса…

Теорию полицентризма много раз ругали — в основном с моральных позиций. Мол, нельзя же считать людей, современное человечество разными видами! Почему нельзя, кто запретил — это вопросы без ответов. Нельзя, и все. Нельзя потому, что «все равны», а думать иначе аморально.

Монотеисты правы, потому что люди (вроде бы) все-таки один вид.

Полицентристы правы, потому что есть основания считать нгандонгца ближе к неграм, чем к европейцам. У синантропов и правда прослеживаются черты, сближающие их с современными монголоидами…

Те и другие не правы, потому что у них очень мало аргументов и «за» и «против». Мало черепов, мало информации. Построенные ими цепочки объединяют буквально единичные находки, разделенные громадными промежутками времени — десятками и сотнями тысяч лет.

Если правы полицентристы, то можно объяснить, как появилась «светлая» раса: да просто такой и образовалась от «прогрессивных» неандертальцев! Не было генного взрыва, генного дрейфа — просто от светлокожих и светлоглазых неандертальцев сразу появились сапиенсы нордического обличья…

Сложность в том, что, во-первых, все европеоиды генетически ближе друг к другу, чем к монголоидам. И «светлые» европеоиды, и «темные». Так что происходят они, скорее всего, от одних и тех же предков, а уж потом внутри европеоидной расы образовались «светлые» и «темные» варианты.

Во-вторых, если и были предки нордической расы «светлыми», остается актуальным самый главный вопрос: сами-то они каким образом стали «светлыми»? У человекообразных обезьян не бывает светлых глаз! Так что проблема «светлой» расы только удаляется в глубь времен, и только, а вовсе не получает ясного и точного решения.

Теории полицентризма и моноцентризма сразу же стали использоваться в политике. Если правы полицентристы, то расовая теория получает могучее подтверждение! Нордическая раса, лучшая и самая совершенная из рас, происходит от других предков, чем остальные, «низшие» расы. «Низшие» расы — это вообще как бы и не совсем люди. Европейцы XVIII–XIX веков часто были так убеждены в своем генетическом, биологическом превосходстве, что действительно не считали азиатов и особенно африканцев человеческими существами… До какой степени не считали, показывает такой эпизод…

Тасманийская история

К югу от Австралии, в 224 километрах, лежит большой, порядка 68 тысяч квадратных километров, остров Тасмания… Открыт он голландцем Абелем Янзоном Тасманом в 1642 году и назван в его честь.

Умеренный влажный климат похож на климат Британии. С 1803 года на остров хлынули переселенцы: разводили овец, распахивали землю, разводили яблоневые сады. Переселенцев очень огорчало, что на острове живут еще какие-то дикие черные то ли люди, то ли подобия людей…

Тасманийцы, быть может, единственное общество, сохранившееся к началу европейской колонизации на стадии развития, соответствующей позднему палеолиту. Они проникли на остров еще в эпоху Великого Оледенения, когда уровень океана был ниже, пролива между Тасманией и Австралией не было. Уровень Мирового океана поднялся, тасманийцы оказались в изоляции и жили почти так же, как их предки 15 и 10 тысяч лет назад.

Они охотились на кенгуру, опоссума, сумчатых крыс, тюленей, собирали водоросли, моллюсков, грибы, ягоды, коренья, птичьи яйца. Пищу тасманийцы пекли или жарили на кострах, потому что не знали даже самой простой керамики.

Жилищем им служили крайне примитивные шалаши и хижины, заслоны от ветра, а часто и пещеры. Каменные орудия — на уровне тех, что бытовали в Европе 50–60 тысяч лет назад. Наконечники копий тасманийцы обжигали на костре, вырезали из корней дубинки.

Обычно они ходили голыми. Больные, детишки, женщины иногда кутались в плохо обработанные шкуры, и только.

В общем, это был крайне примитивный народ, еще более отсталый, чем австралийцы. Они ели овец, а коров не трогали — не могли справиться с такими большими животными.

Поселенцам мешали две формы жизни: тасманийцы и сумчатые волки, которых в Австралии вытеснили одичавшие собаки динго. И тех и других поселенцы отстреливали и травили ядами: оставляли туши овец, отравленные стрихнином.

Трудно поверить, но есть свидетельства, что поселенцы иногда… ели убитых тасманийцев. До такой степени не считали их человеческими существами. Невероятно, но об этом пишет свидетель — британец Клайв Тернбулл в своей книге «Черная война: перемещение аборигенов Тасмании».[33]

В 1830 году поселенцы окончательно решили тасманийский вопрос, провели «черную войну» с мешавшими им формами жизни: в один прекрасный день они встали на побережье острова так, чтобы каждый видел двух других. И начали сходиться от побережья к центру острова. По дороге они стреляли из ружей во всех тасманийцев и всех сумчатых волков, которых видели. К вечеру этого дня было убито около 4 тысяч сумчатых волков и примерно 6 тысяч тасманийцев. В одном лагере «дикарей» заметили: в дупле огромного дерева кто-то еще шевелится. Вроде все взрослые уже мертвы, наверное, забрались туда дети.

Цивилизованные собственники, оберегавшие свои стада, заложили в дупло пороховой заряд и рванули… Они оказались правы — среди обломков дерева валялось шесть обгорелых трупиков детей от 3 до 10 лет. Одна девочка лет шести еще дышала… Ее совсем было собирались добить ножами, да один поселенец сообразил: это же последняя тасманийка! Давайте подарим это существо губернатору колонии Новый Южный Уэлльс! Идея понравилась. Девочку вылечили и подарили…

Конец хороший: губернатор удочерил ребенка и воспитал ее вместе со своими тремя дочерьми. Словно назло для расистов, Лала Рук, или Труганини, оказалась очень способной. Дочери губернатора талантами не отличались. Одна из них даже грамоте не научилась — не помогли ни порки, ни внушения. И не раз губернатор говаривал, глядя на дочерей: «Заменить бы вас на тасманиек…»

Позже в глубинах острова еще находили недобитых тасманийцев. В 1832 году Дж. Робинсон вывел из отдаленных районов острова 63 человека, в следующем году — 42, а из своей последней экспедиции в 1834 году он вернулся с 28 тасманийцами. Наконец, в 1842 году некий тюленепромышленник привел семью из шести человек. Всех «найденных» ссылали на остров Флиндерс в Бассовом проливе. К 1860 году их осталось одиннадцать.

В 1869 году на берегу Устричной бухты, близ Хобарта, умер Уилльям Лэнни, последний тасманиец, а спустя семь лет, в 1876 году, в возрасте примерно 70 лет скончалась Труганини, которую обычно называют последней тасманийкой. Лишь недавно выяснилось, что последняя представительница коренного населения Тасмании на самом деле сошла в могилу в 1905 году. Ее звали Фанни Смит. Возможно, впрочем, что, в отличие от Труганини, она не была чистокровной представительницей коренного населения острова. О Фанни Смит известно лишь, что родилась она в 1833 или 1834 году и что мать ее была чистокровной тасманийкой; отец неизвестен. До последних дней своей жизни она помнила услышанные в детстве песни своего народа. С ее смертью была перевернута последняя, трагическая страница его истории.

Каких-нибудь 70 лет понадобилось белому человеку для того, чтобы уничтожить тасманийцев. Труганини стала свидетелем ухода родного народа из жизни.

Любимое обвинение колонизаторов: «дикари» в Африке или на островах Южных морей — людоеды. Это обвинение доказывало и дикость туземцев, и право европейцев на их земли. Действительно, нельзя же считать людоедов полноценными человеческими существами?

Представления европейцев хорошо передаются хотя бы в книгах Жюля Верна (а на них ведь воспитывалось не одно поколение). Путешественники, пролетающие над Африкой на воздушном шаре, видят сражение двух африканских племен. Один местный отрубает у врага руку и тут же вцепляется в нее зубами.[34]

Каннибализм у туземцев был. В том числе и в Африке он был. Но что «цивилизованные» англичане тоже оказывались порой людоедами — простите, печальный, но факт. И ничего тут не поделаешь.

Достойный предок

Вернемся от британских поселенцев, закусывавших трупами тасманийцев, к политическим проблемам Европы. Получается, что Вейденрейх, независимо от своего желания, поддерживал именно такое настроение умов. Так сказать, духовно окормлял расистов… в том числе самых отвратительных.

Несомненно, сам он был интеллектуально честным человеком, в высшей степени приличным и культурным. Он не желал иметь ничего общего с заправилами Третьего рейха и после взятия Гитлером власти в 1933 году уехал в Китай, а потом в США. Там он умер в 1948 году, ни разу ни единым словом не поддержав нацистов и их политический строй. Но что его теории были использованы в Рейхе — это факт. И со ссылкой на авторитет очень известного ученого.

Ведь если человечество произошло от разных предков — может быть, еще и найдут предков именно нордической расы… Совсем других, чем у остального человечества.

Найти «правильного» предка очень хотелось. Так хотелось, что его и нашли… В 1922 году профессор Гарольд Кук, консультант-геолог Американского музея естественной истории, нашел в отложениях русла Змеиного ручья на западе штата Небраска окаменевший зуб… Как будто человеческий! Г. Кук показал находку профессору Генри Ф. Осборну, директору музея.

У Осборна не возникло особых сомнений — вот он, еще один обезьяночеловек! Осборн назвал новый вид человека гесперопитеком Гарольда Кука — дал ему имя первооткрывателя.

Статья Осборна «Гесперопитек, первый антропоидный примат, обнаруженный в Америке» была опубликована одновременно в трех ведущих научных журналах: Сайенс (Т. 60, № 1427, май 1922 г. С. 281), Америкэн мьюзиум новиэйтис (№ 37, 1922 г. С. 2) и Нэйчур (Т. 110, 1922 г. С. 281).

Не только Генри Осборн, другие крупные американские палеонтологи, Уильям Грегори и Мило Хелльман, определили зуб как принадлежащий ископаемой человекообразной обезьяне, впервые открытой на материке Америки.

В печати появились далеко идущие догадки о родственных связях и миграциях гесперопитеков. Такова, например, статья известного английского биолога Дж. Эллиота Смита в одном из английских журналов.

В популярном журнале «Иллюстрэйтед Ландан Ньюс» даже поместили рисунок гесперопитека. Семейство гесперопитеков прогуливалось на фоне представителей плиоценовой фауны — древних лошадей Pliohippus, антилоп Illingoceras, безрогого носорога Rhinoceros. Рисунок иллюстрировал статью Дж. Элиота Смита о родственных связях и путях миграции гесперопитеков. По мнению этого биолога, гесперопитек попал в Америку посуху. Как?! Это вопрос не ко мне.

Шум поднялся большой. В результате шума и пиара без особого труда удалось получить деньги на продолжение исследований. В 1927 году исследования слоев на Змеином ручье в штате Небраска были продолжены… Вскоре был найден полный скелет обладателя легендарного зуба.

Только был это вовсе не человек. И не обезьяночеловек. Зуб оказался принадлежащим дикой американской свинье из семейства пекари, из рода простенопс. Вид этот вымерший, но ближайшие родственники гесперопитека и сегодня проживают в Парагвае.

Но пока суд да дело, гесперопитек успел оказаться предком нордической расы. Немецкий ученый Франц Кох в 1929 году в своей монографии поместил новую родословную человека, в которой рассуждал в основном о происхождении «высшего типа человечества», североевропейской или нордической расы. Гесперопитек в этой книге был представлен как предок современного человека… в первую очередь нордических арийцев. Это всякие там семиты и негры происходят от питекантропов! Нордические люди, включая Коха, происходят от гесперопитека…

Так в предках нордической расы оказалась ископаемая североамериканская хавронья. Могу только поздравить Коха с достойным любого расиста предком.

В зоне политических баталий

Теория полицентризма и стала такой востребованной потому, что отвечала важным, часто подсознательным потребностям людей западного мира. Британские фермеры и матросы ели тасманийцев не потому, что уверовали в эту теорию… Скорее теория утвердилась и стала фактором политики потому, что давала научное объяснение их представлениям.

Естественно, теория полицентризма была совершенно неприемлема для марксистов. Если люди — от разных предков… Если это разные биологически виды… То как же тогда быть с мировой ценностью марксизма?! Ведь тогда можно объявить идеи Маркса несостоятельными — и как идеи «расово нечистого» типа, и как неприменимые к большей части человечества.

Для марксистов доказать теорию моноцентризма сделалось просто делом чести. Им было крайне важно показать, что все человечество, разом и дружно, проходило одни и те же стадии развития. От архантропа к палеоантропу, от палеоантропа к неоантропу… Последовательно и плавно.

Любой ценой доказать, что сапиенсы произошли от неандертальцев, стало для коммунистов необходимостью.

Для нациков таким же делом чести стало доказать, что неандертальцы — некая патология, отклонение от нормы, а человек современного типа никогда не проходил стадии неандертальца. Нордическая раса пришла с Переднего Востока… или с Северного полюса в готовом виде, перебила обезьян-неандертальцев, а теперь готова заняться и прочими «низкими» расами, если они будут себя плохо вести.

Многие германские ученые всерьез доказывали, что вне Европы никогда не было неандертальцев, нордический сапиенс произошел из Азии, где неандертальцами и не пахло.

Для советской науки и советской пропаганды была просто подарком находка 1938 года в Тешик-Таш А. П. Окладникова. Потом выяснилось, что найден не мальчик, а девочка и не «классический» неандерталец, а «прогрессивный»… Но не в том соль! Главное — находку можно было использовать для пропаганды.

Вот! Везде были неандертальцы, и мы от них происходим, потому что не можем не происходить. Учение Маркса верно, потому что непобедимо, а непобедимо потому, что верно.

Не случайно ведущий советский антрополог Я. Я. Рогинский в 1949 году яростно протестовал против теории полицентризма. Не могли расы зародиться еще у архантропов! Партия ясно сказала: НЕ МОГЛИ!!! Значит, не могли. А если кто-то сомневается в этом, он — подлец, негодяй, соратник Гитлера и вообще расист. А расист — это слово ругательное и очень обидное.

Наверное, это очень нехорошо со стороны неандертальцев… Но эти негодные неандертальцы цинично нарушили марксистскую идейность. Вы себе представляете? Скорее всего, эти негодные неандертальцы и правда не могли быть нашими предками…

От неандертальцев?

А может, мы все-таки произошли от неандертальцев? Ведь у людей современного типа есть некоторые неандертальские признаки. Эти признаки заметны у ископаемых сапиенсов возрастом 30–40 тысяч лет. Есть они и у современных людей. Неандертальцы не так уж катастрофически от нас отличались.

Одна британская газета напечатала фотографии восстановленных по черепам неандертальских лиц, снабдив древних людей современными шляпами и галстуками. Редакция попросила читателей высказаться об этих джентльменах. Джентльмены кому-то показались очень знакомыми, другие отмечали, что такие типы ежедневно встречаются на улице, особенно возле пивных…

Шутка не лишена смысла: на многих черепах, современных и древних, можно наблюдать большие или меньшие «неандертальские валики» над глазами, покатые лбы и тому подобное. В фильме «Ширли-мырли» у одного из актеров — ярко выраженная неандертальская внешность (правда, играет он здоровенного громилу-уголовника)… Так что не только у пивных… «Неандертальские» признаки вовсе не свидетельствуют о дегенеративности или тупости. Они скорее нейтральны к таким качествам, как интеллект и талант.

Конечно, могло быть и не только прямое происхождение от неандертальцев: а если сапиенсы могли захватить в плен неандертальских женщин? Если от таких пар рождалось потомство со смешанными чертами?

Тогда получается, мы все же хотя бы частично происходим от неандертальцев…

Сложность в том, что в наше время ископаемые кости можно изучать молекулярными методами. ДНК из костей неандертальцев сопоставлены с ДНК из костей современных людей… И получается: маловероятно, чтобы современный человек мог скрещиваться с неандертальцем. Генетически неандерталец отличался от нас с вами в три раза сильнее, чем любая из современных рас — от другой. Более чем в три раза сильнее, чем негроиды отличаются от монголоидов, а монголоиды — от европейцев.

При этом ДНК неандертальца ничуть не ближе к ДНК европейцев, чем к ДНК людей других рас.

Правда, такого рода исследования только начинаются. Генетики не всегда согласны друг с другом, они яростно спорят, возражают один другому.

Схема происхождения человека

Может быть, одни группы неандертальцев могли скрещиваться с сапиенсами, а другие как раз не могли? Есть основания полагать, что неандертальцы на западе Европы были более специализированными и с сапиенсами не скрещивались. А на востоке Европы скрещивание было возможно.[35] В общем, все это очень неясно.

Проблема вида

Многое зависит от того, насколько разошлись неандертальцы и сапиенсы от их общего предка. Кто они друг другу: разные подвиды одного вида, разные расы или разные биологические виды одного рода гомо?

Впрочем, тут встает вопрос: а что же такое этот самый вид?

По Карлу Линнею, вид — это совокупность особей, которая может иметь жизнеспособное и плодовитое потомство.

Род — совокупность особей, которые могут иметь потомство жизнеспособное, но неплодовитое.

Мул, у которого папа — осел, а мама — кобыла, вполне жизнеспособен. Мулов и разводят потому, что они крепки, сильны, выносливы и почти никогда не болеют. Но мулы бесплодны. Ни с лошадьми, ни с ослами, ни друг с другом они не могут иметь потомства. Никакого.

Ясно! Осел и лошадь — животные одного рода, но разных видов.

Как всегда, практика посложнее теории. Никто особенно не сомневается, что белый медведь и бурый — разные виды. На них посмотреть уже достаточно! Но эти два вида могут иметь потомство жизнеспособное и плодовитое. В природе виды никогда не встречаются, и гибридов не возникает. Но в зоопарках детеныши у них могут быть… Жизнеспособные и плодовитые. Потому что виды эти разделились совсем недавно — после конца Великого Оледенения, 13 тысяч лет назад, начал образовываться Северный Ледовитый океан. И одна из популяций медведей приспособилась к жизни в полярных странах, начала превращаться в другой вид. Но генетическое расстояние между видами такое, что они вполне могут плодиться.

В общем, и по отношению к современным живым существам границы видов установить бывает непросто. А если речь идет о видах ископаемых — мы ведь не можем проверить, могли ли они скрещиваться между собой… И какими получались детишки, плодовитыми или нет.

Тот же неандерталец… То его объединяют в один вид с сапиенсом: тогда он, получается, вполне мог иметь с людьми современного биологического вида общих детей.

То говорят об особом виде неандертальского человека.

Тогда, получается, мы с неандертальцем иметь общих детей не могли.

Все это очень нечетко. Американские ученые поставили эксперимент: стали применять те же методы, что служат для работы с костями ископаемых обезьян, но на материале обезьян современных. И получили совсем не ту картину, которая существует в реальности. Получается, очень неточное это дело — выделять виды живых существ по костным останкам. Но ничего другого ведь не остается — и питекантропа, и неандертальца мы не можем изучать, как изучаем лошадей и ослов.

Поженить космонавтов — Николаева и Терешкову — было хорошим экспериментом. После него мы точно знаем, что побывавшие в открытом космосе люди могут иметь вполне полноценное потомство. Но «поженить» неандерталку и современного скинхеда мы не имеем никакой возможности. Или китайского профессора обвенчать с женщиной из пещеры Чжоу-коу-Дянь — пусть проверит, как там насчет расовых признаков монголоидной расы.

Приходится опираться только на находки костей и черепов… И те, кто включает неандертальца в один вид с человеком современным, и кто жестко отделяет неандертальца от современных людей, опираются на одни и те же находки одних и тех же костяков и черепов. Первый нашли в 1856 году. Спорят до сих пор, а мораль: никто ничего толком не знает. Единственные данные, которые вообще чего-то стоят, это как раз данные о том, что неандерталец генетически в три раза дальше от нас, чем китайцы и вьетнамцы. Но имеем же мы с китаянками общих и очень красивых детей. Очень может статься, и с неандертальскими женщинами имели бы.

Скажу даже больше: вполне возможно, мы могли бы иметь общих детей и с женщинами питекантропов. Ведь и о том, насколько мы генетически далеки от архантропов, судить очень трудно.

Некоторые из уважаемых коллег цинично говорят: мол, подождем, пока генетики договорятся, могли скрещиваться неандертальцы и сапиенсы или нет. Но они вряд ли договорятся… по крайней мере в ближайшие десятки лет.

Самое разумное — это не исключать ни одной, на первый взгляд самой невероятной возможности.

Часть II. Лидеры мирового развития

Неси это гордое бремя…

Родных сыновей пошли

На службу тебе подвластным

Народам на край земли —

На каторгу ради угрюмых

Мятущихся дикарей,

Наполовину бесов,

Наполовину людей.

Р. Киплинг. «Бремя белого человека»

Глава 1. Мир Великого оледенения

И вот тут я почувствовал, что такое настоящий холод.

Р. Хайнлайн

Что такое Ледниковый период?

Нордическая раса возникла в холоде и как способ приспособления к холоду. Но «холодная страна» — очень относительное понятие. В Якутии холодно, но и Украина находится в зоне умеренного климата. Что же ждало людей, осваивающих Европу 200, 150 или 35 тысяч лет назад?

…Их ждал Ледниковый период. Но и в Ледниковый период бывают понижения и повышения температуры. В некоторые межледниковья в Англии росли пальмы, а в реках плескались бегемоты. Иногда Ледниковый период представляют примерно так: сплошные ледовые поля, как в современной Антарктиде. А прямо на толстенном льду художник ухитряется нарисовать редкую травку и пасущиеся стада животных. Картины это, разумеется, совершенно неправдоподобные, они способны только запутать читателя и создать полный заворот мозгов в его голове.

Внесем ясность в вопрос: Ледниковый период — относительно длительный этап геологической истории Земли, в течение которого на Земле вообще есть ледники. Были безледные эпохи, когда на Земле вообще ледников не было. Были и ледниковые периоды. Самые древние ледниковые отложения, обнаруженные на Земле, имеют возраст более 2 млрд лет. Следы материковых оледенений обнаружены в слоях эпох, которые называют рифеем (850–800 млн лет назад), вендом (680–650 млн лет назад), карбонским периодом палеозойской и пермским периодом мезозойской эры (300–250 млн лет назад).

Я не буду рассказывать об этих невероятно древних оледенениях. При желании читатель без труда найдет книги о них. Главное — ледниковые периоды случались в истории Земли неоднократно. Причем бульшая часть геологической истории приходится на безледные периоды.

В громадный период времени, от 250 млн лет до 30 млн лет назад, на всей Земле вообще не было ни одного ледника. Совсем. Появились и вымерли громадные ящеры — динозавры, Землю захватили млекопитающие, в воздух поднялись птицы, а ледников на Земле не было. Безледный период в геологической истории Земли.

Но 30 млн лет назад началось оледенение Антарктиды… О причинах этого спорят и гадают до сих пор, приводя множество разных по убедительности предположений.

Самые убедительные предположения исходят не из падения комет и изменений положения Земли около Солнца, а из внутренних закономерностей развития самой Земли. Замечено, что все великие оледенения нашей планеты совпадали с крупнейшими горообразовательными эпохами. В такие эпохи рельеф земной поверхности становился наиболее контрастным. Площадь морей уменьшалась, колебания климата становились более резкими. Оледенение еще усиливало контрастность.

Горы высотой до 2000 метров, возникшие в Антарктиде, на Южном полюсе Земли, стали первым очагом образования покровных ледников.

Стоит леднику возникнуть, он начинает воспроизводить сам себя. Ледник отражает лучи солнца. Ледник понижает температуру вокруг. Значит, понижается в этой местности и высота, на которой количество выпавших осадков больше, чем растаявших и испарившихся. Осадки, то есть снег и вода, накапливаются, превращаются в лед… Ледник растет, он еще сильнее отражает солнечные лучи и еще сильнее влияет на климат. Такой громадный «ледяной лишай».

Ледник Антарктиды рос как в высоту, так и в толщину. Постепенно он занял ВСЮ территорию Антарктиды, полностью погубив весь ее растительный и животный мир. До сих пор спорят о происхождении пингвинов: некоторые ученые считают, что эти удивительные птицы произошли от древнего птичьего населения Антарктиды. Другие — что пингвины появились в Южной Америке и намного позже заселили побережья ледяного, мертвого материка.

Если даже правы первые, то пингвины — единственные, кто уцелели.

Тридцать миллионов лет тому назад Антарктический материк стал огромнейшим аккумулятором холода на планете. Его влияние на тепловой режим Земли все увеличивалось, и в Северном полушарии становилось холоднее и суше. Уровень Мирового океана становился все ниже и ниже.

До 30–25 млн лет назад в Северном полушарии был теплый и влажный климат. Но 25 млн лет назад он начал становиться все холоднее и суше. Примерно 3 млн лет назад началось оледенение и Северного полушария. Трудно сказать, как вел бы себя ледник Антарктиды, если бы мог свободно ползти по земле, а не обрушивался в море. Возможно, он бы так и полз до самого экватора, убивая все живое и превращая землю в ледяную пустыню.

Но в Северном полушарии ледники несколько раз увеличивались, росли, надвигались на юг. Причина их роста загадочна, есть много противоречащих друг другу и в разной степени убедительных предположений. Каждый раз оледенение вело к тому, что уровень Мирового океана понижался.

Так же загадочны и причины, по которым оледенения начинали сокращаться. Каждый раз при отступлении ледника скованная им вода возвращалась в океаны, их уровень повышался.

Ледниковый период — это эпоха, на протяжении которой многократно чередовались отрезки времени с очень холодным климатом (ледниковые эпохи, гляциалы, стадиалы) и отрезки времени с более теплым климатом, когда значительная часть материковых ледников стаивала (межледниковья, интерстадиалы, перигляциалы).

В ледниковые эпохи (гляциалы, стадиалы) покровные ледники лежали на уровне моря не только в Арктике, но и в умеренных широтах.

В межледниковья (интерстадиалы, перигляциалы) ледяные лишаи ледников сохранялись только близ Северного полюса — на острове Гренландия и других островах Северного канадского архипелага. Они и сегодня там находятся. Мы живем в типичное межледниковье. Ученые спорят только о том, насколько теплый климат еще установится и как быстро начнется новое похолодание, и ледники двинутся на юг. То есть, может, они никогда не двинутся, но пока сохраняются ледники в Арктике — это теоретически возможно.

Все формы людей жили в ледниковую эпоху, — потому что весь род гомо возник, когда на Земле уже были ледники. Но одно дело — жить в тропической Африке в эпоху даже самого жестокого оледенения, а совсем другое — жить в тех местах, где уже сказывается дыхание Великого Оледенения.

Три и четыре

Четвертичный период в истории Земли выделил французский геолог Ж. Денуайе в 1825 году. Периоду как части истории соответствовала «четвертичная система», то есть система геологических отложений, накапливавшихся в это время.

Почему четвертичный? А потому, что в эту эпоху начались оледенения. Денуайе насчитал их четыре. Более ранний период делился у него на три части — Третичный период. А этот пусть будет Четвертичный. В общем, Третичный и Четвертичный периоды — это не порядковые номера.

В 1832 году английский геолог Ч. Лайель ввел для молодых морских отложений, непосредственно предшествующих современным, название плейстоцен. Вскоре Четвертичный период стали делить на плейстоцен — эпоха Великого Оледенения и голоцен — или эпоха послеледниковая.

В 1932 году на конференции Международной ассоциации по изучению Четвертичного периода официальной международно признанной основой периодизации Четвертичного периода стала схема, разработанная еще в 1909 году для древнего оледенения Альп. Разработали ее два немецких ученых — А. Пенк и Э. Брюкнер.

На основании изучения геологических отложений в Альпах они установили для плейстоцена Западной Европы четыре ледниковых и три межледниковых эпохи. По речкам у подножья Альп, где они производили свои исследования, ученые назвали четыре ледниковые эпохи: гюнц, миндель, рисс и вюрм.

Межледниковья получили двойные названия: гюнцминдель, миндель-рисс и рисс-вюрм. Просто, наглядно, конкретно. Английский ученый Зейнер предложил для этих эпох абсолютные даты… Вот его таблица:

Только не нужно считать, что эти даты признаются всеми учеными.

Среди геологов нет единой точки зрения не только по вопросу о длительности оледенений и их точном возрасте, но и по вопросу об их количестве. Количество оледенений в плейстоцене Европы определяется по-разному. В пределах европейской части России насчитывают шесть оледенений, в Центральной Европе — шесть-семь. Внутри больших периодов были и меньшие по значимости колебания климата.

Полигляциалисты считают, что в течение Четвертичного периода было несколько оледенений, сопровождающихся каждый раз сменой флоры и фауны в тех областях земного шара, которые подвергались влиянию наступления и отступления ледника.

Некоторые полигляциалисты считают, что оледенений было шесть, и вводят между минделем и риссом еще две ледниковые эпохи — кандер и глюч.

Моногляциалисты считают, что была только одна ледниковая эпоха и можно говорить лишь о ее различных стадиях, о смене похолоданий и потеплений.

Нет единого мнения о том, когда же начался Ледниковый период. В 1832 году называли цифру 100 или 200 тысяч лет. К концу XIX века уверенно говорили о 600 тысячах. В XX веке стали называть цифру 1 млн лет.

Сегодня чаще всего полагают, что наступление Четвертичного периода определяется появлением современных родов некоторых крупных животных: слонов (Е1еphas), быков и лошадей с одним копытом (Equus). Ученые, которые относят отложения с останками этих животных целиком к Четвертичному периоду, определяют продолжительность Четвертичного периода в 2,8 или 3–3,5 млн лет.

В 1922 году русский геолог А. П. Павлов вместо Четвертичного периода ввел термин «Антропоген» или «антропогеновый период (система)». То есть эпоха появления на Земле человека. Но и такое название не вносит полной ясности. Род Homo существует на Земле уже около 3 млн лет. Что считать границей — появление человека вообще или его проникновение в зону действия Великого Ледника?

Для нас важнее всего, что за последние 2,5 млн лет в Северном полушарии теплые межледниковые периоды занимали только десятую часть всего времени, остальное пришлось на оледенения.

Долгое время считалось, что изменения климата в Ледниковый и послеледниковый периоды происходили постепенно. Но в последнее время установлено, что многие важные климатические события происходили очень быстро, в геологическом масштабе времени — мгновенно. Буквально за сотни и максимум тысячи лет.

Как считать тысячелетия?

В XIX веке считали, что история начинается с появления цивилизации. Все, что предшествовало появлению пирамид и государств Древнего Востока, называлось неопределенно: «доистория».

Существование огромного по продолжительности периода первобытной истории было как-то… непривычно. Еще в «Манифесте коммунистической партии» в 1848 году Маркс и Энгельс браво писали: «Вся история человечества была историей борьбы классов».[36] После чего в последующих изданиях им приходилось уточнять: большая часть человеческой истории, более 90 % ее протяженности, приходится на первобытно-общинный строй, когда никаких классов не было.

Само существование человека — современника ископаемых животных, мамонта и шерстистого носорога, противоречило Библии. С точки зрения многих, было чем-то сомнительным, малопочтенным… Делом в духе занятия естественными науками, тоже ставившими под сомнения религиозную теорию Творения.

Историю считали «от Рождества Христова». Атеисты ввели другое чтение даты — «от нашей эры». Но, во-первых, во многих странах продолжают писать «before Khrist», то есть «до Христа». Во-вторых, дата-то все равно осталась та же самая.

А для эпохи Великого Оледенения эта шкала не применялась. В наше время, с 1970-х годов, это правило начали нарушать. Но вообще-то оно существует и до сих пор. Все даты истории времен Великого Оледенения — истории и геологической и истории людей — даются «до нашего времени». Или «столько-то тысяч лет назад».

Первые оледенения

Первые волны значительного похолодания — биберское, дунайское — относят к 2–2,5 млн лет назад. Тогда увеличились горные ледники, возникли небольшие материковые оледенения (небраскское в Северной Америке, подлясское в Польше, древнейшие оледенения Литвы и Белоруссии). Дунайское оледенение — древнейшее оледенение в Альпах в начале плейстоцена датируют около 1,5–1,8 млн лет назад.

Но климат был намного более теплым, чем ныне. Фазы похолодания были слабыми и кратковременными.

Даже эти слабые оледенения сильно изменили животный мир. Уточним: далеко не во всем мире. Нет, во всех регионах мира, кроме подверженных непосредственному влиянию ледника, климат изменялся очень мало.

Вот в Европе при наступлении ледников субтропическая растительность в средних широтах уступала место лесам и степям почти современного вида. В моря Западной и Южной Европы проникали северные виды моллюсков. Большая часть теплолюбивых животных вымерла. Только некоторые приспособились к более холодному климату. Таковы, например, мастодонты рода Anancus… Эти животные выглядели не как их тропические предки, они были покрыты густой шерстью и переносили несильные морозы. Сохранились и саблезубые кошки.

Ледники отступали, и теплолюбивые животные возвращались в Европу. Но кроме таких перемещений животного мира, появлялись и новые группы. Основную роль в фауне Европы стали играть современные группы животных: слоны (семейство Elephantidae — род Archidiskodon), настоящие быки (подсемейство Bovinae — роды Leptobos, Bison), однопалые лошади (род Equus) и др. Наверное, контрастность и жесткость Ледникового периода вызывали так называемые направленные мутации — приспособления, направленные на приспособления к новым условиям.

Но даже во время наступления маломощных ледников гюнца и минделя животные в Европе жили не арктические. Тогдашние слоны, быки и лошади — вовсе не северяне с пышной шубой и толстым слоем жира. А во время межледниковий сразу восстанавливалась субтропическая теплолюбивая фауна: различные виды слонов, носорог Мерка. В Европе вплоть до Англии жили представители африканских сообществ: даманы и гиппопотамы.

Только предпоследнее рисское оледенение было таким грандиозным, что повело к ухудшению климата на всем полушарии, отразилось на всем животном и растительном мире.

Свидетели первых оледенений

Древнейшие свидетельства пребывания человека в Европе немногочисленны. Да и как они могут быть многочисленны, если тысячи, быть может, даже сотни людей буквально терялись на колоссальной территории.

Если находки и есть, они далеко не столь ярки и выразительны, как африканские местонахождения того времени. Из Сан-Валье (Франция) происходит каменное орудие; возраст слоя — 2,3–2,5 млн лет. В Ля-Рош-Ламбер, тоже во Франции, найдено много разбитых костей животных вместе с кусками кварца и кремня. Местонахождение? Об этом спорят до сих пор. Также спорят о том, стоянка или не стоянка найдена в Синзеле (Франция).

Кости животных там расколоты и разломаны… Людьми или другими животными? Неизвестно… Это неясное местонахождение датируется 1 млн лет назад.

Вот Шийяк I во Франции — наверняка стоянка древнейших эректусов. Там найдены галечные орудия вместе с животными, жившими до дунайского оледенения, примерно 1,8 млн лет назад.

Еще более надежный памятник — пещера Шандалья I в Истрии, в Югославии, дата которой — 1,6 млн лет назад. В пещере найдены два примитивных каменных орудия из гальки, зуб гоминида и много костей животных: молодых лошадей Стеннона, носорога, кабанов, быков. Кости частично обожжены, найден и древесный уголь. Видимо, в пещере жили люди, разводили огонь, а кости животных были остатками их охотничьей добычи.

Так же уверенно можно говорить о жизни людей в гроте Ле-Валлоне во Франции, в Пржезлетице в Чехии. Возраст этих стоянок порядка 800–700 тысяч лет. Несколько моложе их Ле-Ромье во Франции и Вертешсёллёш в Венгрии. Это — крупное стойбище древнего человека (эректуса), располагавшееся у теплых источников.

Остатки самих эректусов не найдены… Вот останков гейдельбергских людей известно немало: фрагменты черепа из Вертешсёллёша, череп из Петралоны, легендарная челюсть из Мауэра под Гейдельбергом (ФРГ). Их датируют временем приблизительно 360–340 тысяч лет назад. К более позднему периоду, около 240–220 тысяч лет назад, относятся черепа пренеандертальцев: находки из Сванскомба (Англия) и Штейнхайма (ФРГ). Немного моложе череп из Араго (Франция): ему примерно 150–200 тысяч лет.

Скорее всего, эректусы не раз проникали в Европу — на глухую и холодную периферию тогдашнего мира. Это были люди разных культур и разных языков. Население Европы было немногочисленным и уступало по уровню развития населению Африки.

Найти останки людей или остатки их культуры можно только при удачном стечении обстоятельств: в большинстве случаев при естественном захоронении кости погибшего человека, орудия его труда и остатки трапез не сохранялись. Людей и в Африке было очень немного, в Европе тем более. Шансы найти памятник поэтому невелики.

Но объяснить малочисленность и невыразительность находок можно иначе: условия для сохранения остатков людей и их культуры в Европе были гораздо менее благоприятны, чем в Африке. Всю историю человечества Африка оставалась геологически стабильным континентом. А вот в Европе прокатывались ледники, разрушая более древние отложения, реки много раз меняли свои русла. Да и человек «постарался»: во многих пещерах велись работы по добыче глины, фосфатов, других полезных ископаемых. Неандертальца ведь тоже нашли рабочие, добывавшие глину. И сколько таких погребений разного возраста могли вылететь из пещеры под ударами лопат рабочих, история умалчивает.

Уважаемые коллеги порой выдумывают просто фантастические причины малочисленности людей и бедности находок. Иногда предполагают, например, что в Европе часть года… слишком короткий световой день. В Африке, близ экватора, не бывает, чтобы световой день длился меньше 10 часов. Вдали от экватора, где световой день иногда бывает короче, у древних людей не хватало времени, чтобы найти себе пищу.

Это очень интересное предположение… Особенно интересное потому, что не известно ни одного первобытного племени, когда-либо изученного этнографами, у членов которого уходило бы на поиски пищи больше 5–6 часов в сутки.

Не менее увлекательны бывают и рассуждения о возможных путях проникновения людей в Европу. Уважаемые коллеги всерьез пишут о пути через Босфор и Дарданеллы, через Гибралтар и… через Тунисский залив.

Допустим, проливов Дарданеллы и Босфор не было до последнего межледниковья, Черное море существовало отдельно от Средиземного. Допустим, ширина Гибралтара не превышает и 22 километров. Такое расстояние можно преодолеть и на самом примитивном плоту.

А вот Тунисский залив… Расстояние от побережья Африки до Италии в нем — порядка 150 километров. Преобладающие глубины — 300–600 метров, так что во время даже самых сильных оледенений суша на его месте не возникала. Разумеется, противоположного берега не видно. Чтобы отправиться в плавание из Туниса и обнаружить Европу, нужно выйти в открытое море. Во время первых оледенений уровень океана существенно не опускался. Преодолеть это расстояние означает владеть не хилыми навигационными познаниями и талантами. А если древний человек ими владел — почему должен был плавать именно в Тунисском заливе? Он мог проплыть Средиземное (и любое другое) море в любом месте. Или он действовал вплавь?

В общем, об обитателях Европы до миндель-рисского межледниковья можно сказать не очень много.

Самое главное: человек живет в Европе больше двух миллионов лет. Эту часть света заселил гомо эректус. В Европе возник непосредственный предок неандертальца и сапиенса — человек гейдельбергский. Он даже создал различные археологические культуры.

Традиция ручных рубил

Ручные рубила — орудия универсального назначения, сделанные из каменной гальки путем тщательной двусторонней обработки. Они довольно массивны, достигая длины от 15 до 35 сантиметров, и весом от 700–800 граммов до 2–3 килограммов. Рубила имеют овально-миндалевидную форму, два продольных лезвия, которые сходятся к одному заостренному концу.

У рубила есть «пятка» — противоположный острию конец. Обычно это необработанная часть гальки. «Пятка» неудобна для нас с вами, потому что у современного человека большой палец противостоит остальным. А у эректуса и даже у неандертальца большой палец на руке не противостоял остальным. Человек не брал, а «сгребал». Для него «пятка» была как раз очень удобна.

Для создания каждого рубила надо было совершить не менее 200 целенаправленных трудовых операций. Иногда говорят, что ручное рубило — это воплощенная в камне философская концепция. Очень сложное изделие, появление которого свидетельствует о немалом уме и сложности культуры его создателей.

Культуры рубил известны с XIX века. Буше де Перт, таможенный чиновник, предприниматель, писатель и неугомонный первооткрыватель палеолита, нашел много слоев, содержащих рубила. Было это возле городов с названиями Ашель и Аббевиль. Провинциальные французские городки дали название культурам и эпохам.

Аббевиль чаще всего датируют временем 900–600 тысяч лет назад. Его ареал ограничивается в основном территорией Франции. Здесь зародились культуры ручных рубил.

Ранний ашель датируется временем 600–350 тысяч лет назад, он широко распространен на западе и юге Европы. Средний и верхний ашель датируют временем 350–170 тысяч лет назад. Финальный ашель существовал и позже.

Ашельских памятников возрастом 350 тысяч лет и меньше много на территории Западной и Южной Европы, в центральной части Европы (Германия, Чехия, Словакия). Основные памятники ашеля в Северо-Западной Европе находятся на меловых отложениях, где был хороший кремень для изготовления орудий. Они встречаются на территории Украины и на юге России: в Закарпатье, Поднестровье, Приазовье, на Кавказе и в Закавказье.

Расцвет ашеля — как раз миндель-рисское потепление-интерстадиал.

Памятники архаического ашеля сосредоточены лишь в Юго-Западной Европе и Юго-Западной Азии; по особенностям распространения они сближаются с африканским ашелем: некоторые из них (Торральба, Испания) находятся на больших высотах. К архаическому ашелю относятся Амброна (Испания), Терра Амата (Франция), Альпиарка (Португалия). Ареал памятников и их специфические особенности указывают на африканское происхождение архаического ашеля Европы.

В ашеле человек уверенно охотился на самых крупных животных.

В Торральбе (Испания) на высоте 1115 метров над уровнем моря ашельские люди занимались охотой на вымершие теперь виды слонов, лошадей, оленей, быков, носорогов. Стоянка располагалась на пути сезонных миграций животных.

Уже первые раскопки маркиза де Серральбо 1909–1911 годов выявили две большие странности стоянки. Во-первых, памятник был насыщен костями южных слонов. Южный слон — самый крупный из известных до сих пор видов слона. В холке он достигал высоты порядка 5 метров, самцы весили по 8—10 тонн. Кости нескольких сотен этих колоссальных зверей найдены были на Торральбе. Клыки, не представлявшие в ашеле никакой ценности, складывались параллельными рядами. Многие бивни превышали в длину 3 метра.

Запомним это: человек уже в ашеле, задолго до появления мамонтов, охотился на слонов, причем на зверей заметно крупнее и тяжелее любого современного слона.

Во-вторых, маркиз Серральбо нашел кости, лежащие в анатомическом порядке. То есть на стоянки приносили фрагменты туш слонов, и чуть ли не целые туши. Зачем?

Сам автор раскопок считал, что жившие здесь язычники приносили в жертву своим богам фрагменты туш. Своего рода первобытный храм.

Американские раскопки Торральбы 1961–1963 годов выявили еще более интересную деталь… Слонов убивали в болотистых низинах, на трассах их сезонных перекочевок. Примерно в 3–5 километрах от стойбища. Найдены были фрагменты обожженных на огне деревянных копий.

Кстати, такое деревянное копье — более грозное оружие, чем можно было бы предположить. В 1979 году в Петербурге (тогда Ленинграде) проводился интересный эксперимент — тушу умершего в зоопарке слона отдали «на растерзание» археологам. Тушу затащили в подвал Зоологического института Академии наук СССР, и несколько дней подряд археологи кромсали ее самыми разнообразными орудиями.

Быстро выяснилось, что каменный отщеп режет ничем не хуже стального ножа, но плохо берет шкуру и особенно сухожилия. Сухожилия лучше рвать зубчатовыемчатыми орудиями или отщепами с выемкой. Для разрывания шкуры ни с чем не сравнимы рубила.[37]

Так вот, деревянное копье с обожженным на конце наконечником вполне можно вогнать в тушу слона на глубину до 60–80 сантиметров. Одним ударом. Археологи — люди рукастые, физически развитые. Часть года мы все проводили в экспедициях. Но, конечно же, мы были и физически слабее эректусов, и несравненно менее умелыми. Опыт показал: даже современный человек мог нанести резкий удар, пробивавший шкуру, толщу мышц, проникавший между ребер во внутренние органы слона.

Разумеется, колоссальная разница между ударом по неподвижно лежащей на полу туше и стремительному зверю в родной ему саванне. Но, похоже, и мы, современные археологи, могли бы убивать слонов деревянными копьями.

Древний же человек подкарауливал слонов на путях миграции. Уважаемые коллеги предполагают, что слонов загоняли на болотистые участки, где громадные звери вязли в болоте и не могли быстро двигаться. Коллеги с самой богатой фантазией предполагают, что звери вообще очень боятся огня. И стоило показать слону факел, как он в ужасе бросался в болото.

Увы, нам наверняка не известно, как именно убивали слонов. Мы только знаем, где проходили их миграционные пути, и знаем, что у древнего человека было оружие, которым вполне можно убить слона.

Еще мы знаем, что в Торральбу часто приносили целиком части туш слонов. Зачем? Есть предположение: так нести было удобнее. Другое предположение: части тел слона использовались в неизвестных нам ритуалах. По крайней мере один раз на Торральбу принесли… левую половинку слона. То есть древние охотники убили слона, разрезали его аккуратно пополам и левую половинку перенесли на стойбище, за несколько километров. Скорее всего, вместе со шкурой. Такой полуслон размещался в естественной позе, спиной вверх, передней частью на запад. Голову охотники с собой не взяли, но перед полутушей положили бивни.

Силен же был ашельский человек, регулярно убивавший самых больших в истории слонов, владык тогдашней суши, проносивший полтуши весом в 3–4 тонны за несколько километров!

Неподалеку от Торральбы, на памятнике испанского ашеля, Амброне, тоже жили охотники на слонов. Кроме них, в Амброне охотились на волков, зайцев, обезьян, ласку, птиц. Но охота на слона была основным и важнейшим занятием. В Амброне не найдено таких же «полуслонов», но открыты своего рода «костяные композиции» — выкладки из костей слона, лежащие друг за другом по одной линии. Есть и скопления, кучи костей, освобожденных в древности от мяса и выложенных в какой-то непонятный нам «узор».

Справедливо видеть в таких действиях «начальное становление особой сферы коллективно-символических, или, иначе, теоретических, действий».[38] А попросту говоря, проявление каких-то очень непростых представлений о внешнем мире.

В поздний период рисского оледенения ашельские местонахождения концентрируются на мезозойских известняках юга Франции и Италии. Тогда же идет интенсивное освоение пещер.

Один из ашельских лагерей раскопан в Терра Амата (Франция). Найдены остатки 21 сезонного стойбища примерно в одном и том же месте. В одном из них открыта овальная ограда из камней. Длина ее 8—16 м, ширина — 4–6,5 метра. Это сооружение интерпретируется как основание легкого жилища, древнейшего из найденных в Европе. Внутри жилища находились очаги и места изготовления орудий. Вероятно, построили жилище тоже гейдельбергские люди. Они жили здесь в конце весны — начале лета и занимались охотой на травоядных, сбором морской рыбы, моллюсков и черепах. Один из горизонтов Терра Амата датируется временем между 450 и 380 тысяч лет назад.

Базовый лагерь ашельских людей открыт поблизости, в пещере Ле-Лазаре. Внутри пещеры было сооружено убежище (И х 3,5 м). Ряды камней и ямки, возможно от опорных столбиков, позволяют реконструировать его нижнюю часть. На опорах могли быть укреплены занавесы или крыша из шкур.

Шкуры натягивались на каркас из веток, предохраняя обитателей пещер от пронизывающей сырости и капели, постоянно падающей со сводов. Вход в первобытную палатку ориентирован в сторону, противоположную входу в пещеру. Сразу за входом в палатку лежал череп волка.

По-видимому, он выполнял функции магического стража.

Реконструируются вход, внутренние перегородки, два очага в большем помещении и малое помещение без очагов. Восстанавливаются даже места для сна, своего рода постели. Вероятно, эти участки пола жилища были покрыты волчьими, рысьими, лисьими шкурами или ворохами сена.

Терра-Амата и Ле-Лазаре свидетельствуют, что жители Европы уже устраивали на стоянках сооружения из камня и дерева, пользовались настоящими очагами, имели постоянные места для сна и для изготовления орудий.

По крайней мере со средней части ашеля появляются региональные различия. Причины их остаются неизвестными, хотя можно предположить различия в экологических условиях и хозяйственных особенностях и даже отражения этнических традиций, закрепленные в технике и форме орудий.

В конце концов, в те времена любой коллектив составлял не больше 50–60 человек, проводивших большую часть года вне всякого другого общества людей. В таких изолированных коллективах не могли не накапливаться свои обычаи и традиции, отличные от обычаев и традиций соседей.

Другие традиции палеолита

К востоку и к северу от зоны индустрии ручных рубил простирается обширная зона индустрии, названных клэктонскими (по названию опорного памятника). У этих людей не было рубил, они изготовляли орудия из обработанных с одной стороны галек, массивные отщепы с особыми характерными чертами, отщепы с выемками.

Клэктонские памятники относятся преимущественно к миндель-рисскому интергляциалу.

Клэктонские памятники сосредоточены в зоне между 48° и 50° 30 с. ш., на небольшой высоте над уровнем моря (в Англии — ниже 80 м, в континентальной Европе — ниже 180 м), почти все — в речных долинах. В Англии они лежат на Британской низменности, на меловых холмах; в континентальной Европе — на южных окраинах Среднеевропейской равнины; в ЧССР — в бассейне верхней Лабы и на северных притоках Дуная. Почти совсем нет в клэктоне озерных, прибрежных, пещерных и горных памятников. Несомненна связь клэктонских местонахождений с районами, богатыми высококачественным кремнем. В Англии это районы меловых отложений, в континентальной Европе клэктонские местонахождения связаны с так называемой границей кремня: местами, куда ледниковая морена принесла кремень из более северных районов.

С наступлением рисского оледенения их ареал передвинулся в восточную часть Апеннинского полуострова. Эти поздние клэктонские памятники открыты в районе реки По, в Южной и Центральной Франции. В теплые интерстадиалы клэктонцы могли проникать на север, в Англию и в район среднего течения реки Рейн, но основным их ареалом оставалась Южная Европа.

Часто распространение клэктона связывают с лесами умеренного пояса. Высокие широты и высокогорья не были доступны клэктонцам, не приспособленным к суровым условиям. Непреодолимым барьером долго служили для них Альпы, а к западу от Альп ашельское население мешало их продвижению на юг. Восточная граница клэктона неясна.

Со временем поздние и финальные ашельские индустрии продвинулись в ареал клэктонских и частично вытеснили их.

Кроме ашельских и клэктонских индустрий, в нижнем палеолите Европы видят еще и прямые продолжения традиций галечных индустрий древнейшего палеолита, в которых преобладают галечные орудия и орудия на отщепах. Сохранение этих древнейших традиций галечных индустрий прослеживается на памятниках Юго-Западной Франции (лангедокская индустрия), Португалии, ФРГ и Чехословакии.

Означают ли различные традиции обработки камня, что тут жили люди разного физического типа? Предположим, что гейдельбергский человек создал ашельскую индустрию, уверенно охотился на слона, строил жилища, выполнял сложные ритуалы, для которых использовал целые туши огромных зверей.

А эректус по-прежнему коснел со своими гальками и отщепами. Он забивался в леса и постепенно отступал перед нашествием более развитого «гейдельбержца». Возможно… Такое предположение, уж во всяком случае, более обоснованно, чем сказки о преодолении вплавь Тунисского залива или извлеченные из «Маугли» истории про панический страх диких зверей перед огнем.

Но это — только умозрительное предположение. Очень может быть, в исторической реальности люди одного и того же физического типа создавали и ашель, и клэктон.

Для однозначного вывода мы знаем еще слишком мало.

Глава 2. Наши братья — неандертальцы

Та же порода людей, но крепче, конечно… остов из костей плотнейших, мощные мышцы… телом подобны щетинистым вепрям.

Тит Лукреций Кар. «О природе вещей» (I в. до Р. X.)

Рисское оледенение

Примерно 250 тысяч лет назад грянуло рисское оледенение. Это было самое сильное оледенение за всю историю Ледникового периода… по крайней мере, пока.

Общая площадь ледников на Земле увеличилась примерно втрое по сравнению с современной. Материковые льды спускались на юге Восточно-Европейской равнины до 48°30, а в США почти до 37° с. ш. Средние годовые температуры в Европе понижались приблизительно на 6–8 °C; область развития многолетнемёрзлых пород распространялась до Южной Франции, до берегов Средиземного моря.

Даже во время следующего, вюрмского оледенения климат был не настолько суров, а площадь ледников заметно меньше.

Основными центрами оледенений в Европе были Скандинавия, где толща ледника доходила до 3 километров, Новая Земля и Северный Урал. В период максимального рисского оледенения льды, расходясь из скандинавского центра, покрывали Европу приблизительно до северных границ Карпатского бассейна.

Великая ледниковая область в Европе в период максимального оледенения охватывала Скандинавию, Англию до широты Лондона, Голландию, территорию Германии, европейской части России до среднего течения Днепра и до Северного Урала. Толщина льда местами достигала 2 километров. Альпийская ледниковая область была отделена от северного ледника территорией в Средней Европе, никогда не покрывавшейся льдом. Никогда не были покрыты льдом большая часть территории Франции, значительная часть Южной Европы, кроме отдельных мест, где ледники с гор спускались далеко в низины длинными «языками».

В Восточной Европе обычно выделяют не одно оледенение, а два, одновременно с рисским: днепровское и московское, разделенные осташковским межледниковьем. Но межледниковье было короткое и не теплое, климат к миндель-рисскому не вернулся. В Америке одновременно шло иллинойсское оледенение.

На Русской равнине льды проникали по долинам Днепра и Дона далеко на юг.

Вот в это время, 200 тысяч лет назад, и сложились ландшафты, типичные для Великого Оледенения… Приледниковая зона.

До начала рисского оледенения в Северной Европе существовали темнохвойные леса таежного типа из елей, пихт, сосен с лиственницей, березой и ольхой. Теперь лесная зона умеренного пояса оттеснялась к югу, суживалась, а местами и вовсе исчезала. Или леса сохранялись в «укрытиях», в горных и предгорных районах. По соседству с ледяными щитами широко распространились ландшафтные зоны тундры и холодной степи с мхами, осоками, разнотравьем, карликовыми березами и ивами.

Пояс тундры тоже был узким, в прилежащих к ледникам районах шла своеобразная тундростепь, сочетавшая в себе особенности тундры и степи. Под вечно ясным небом приледниковой зоны соединялись ландшафты, в наше время разделенные тысячами километров, широким поясом лесов. Ученые спорят до хрипоты: как была устроена тундростепь? Разделялись в ней зоны тундры и степи, или на соседних участках, как в гигантской мозаике, шла то тундра, то степь? К этому надо добавить, что в приледниковой зоне было много озер, а многие реки того времени были цепочками широких мелководных озер. Так что к ландшафтам степи и тундры надо добавить еще ландшафт заливного луга.

Приледниковая тундростепь смыкалась с расположенными южнее настоящими степями. В этой обширной засушливой полосе формировались лёссы и лёссовидные породы и обитала «ледниковая» фауна. Пояс тундростепей и открытых пространств простирался на колоссальной территории от Ирландии западных районов Франции до Северного Китая и Кореи.

В большей части тропического и в экваториальном поясе климат менялся слабее. Обстановка на суше все время оставалась близкой к современной.

Но там, где сейчас находятся пустыни и полупустыни субтропического и тропического пояса, в рисское время было много воды. Выражаясь научным жаргоном, каждому стадиалу соответствует свой плювиал. Плювиал — это фазы значительного увлажнения климата в теплой, ныне засушливой, зоне Земли. Во время плювиалов здесь, между 30 и 40 градусами северной широты, возникали крупные пресные и солоноватые озерные водоемы. Даже во внутренней области Сахары тогда проникали такие влаголюбивые животные, как гиппопотамы и крокодилы.

Во время первых оледенений в умеренной зоне еще не сложился животный мир приледниковых тундростепей. Природа словно получила сильнейший удар и на какое-то время оцепенела… Теперь она пришла в себя и «вырастила» животных, приспособленных к этой новой природной зоне.

Хазарская фауна

Хазарская фауна так названа потому, что ее первоначально исследовали в Поволжье. В местности, где когда-то давно жили хазары. Это совокупность животных холодного климата.

Громадный южный слон, жертва обитателей Торральбы, был еще вполне тропическим или субтропическим животным. Потомками этого гиганта стали все современные виды слонов — и африканских, и индийских.[39]

Его потомком был и один северный вид, трогонтериевый слон. Еще трогонтериевого слона называют «степным мамонтом». У этого слона была шерсть, он мог жить в условиях умеренного климата. Трогонтериевого слона находят за 70-м градусом северной широты. Животное, порожденное оледенениями.

Трогонтериевый слон стал предком «раннего мамонта». «Ранний мамонт» уже был северянином с густой плотной шерстью.

Во время рисса и рисс-вюрма ранний мамонт населил приледниковую зону. Как и все слоны, жил он стадами. Одни ученые считают, что мамонт вполне мог бы водиться в степи, лишь бы зимы стояли бесснежные, без оттепелей. Чтобы можно было доставать пищу из-под тонкого слоя снега, а корка льда чтобы не образовывалась.

Другие ученые полагают, что ни в степи, ни в тундре мамонт никогда бы не нашел 300–400 килограммов корма в сутки. Только обилие воды в приледниковой степи обеспечивало северного слона кормовой базой.

По соседству с мамонтом жил носорог эласмотерий (Elasmotherium). Происходило это животное из Северного Китая.

От других носорогов он отличался крупными размерами и способом питания. Длина взрослого эласмотерия достигала до 5 метров, высота — до 2,5 метра, вес до 4 тонн. Тогда как самый крупный из современных носорогов — белый африканский носорог — никогда не весит больше 2,5 тонны.

Эласмотерий жил возле водоемов. Передние ноги заметно выше задних. На лбу — крупный куполообразный вырост. Считается, что на нем находился длинный (более 1,5 м) и толстый рог. Наваливаясь своей громадной тушей, своим рогом эласмотерий вскрывал, как бы вспахивал почву и поедал корни растений. Быстро бегать этот зверь не мог.

Носорог Мерка тоже пришел из Забайкалья и Северного Китая. Он больше напоминал шерстистого носорога и, вероятно, был его предком. Жил он в своего рода северной саванне, там, где росли кустарники, высокотравье, редкие леса. То есть тоже поблизости от воды. Это были одиночные животные высотой 1,5 и длиной около 3,5 метра — размером с белого африканца.

Он не в такой степени был приспособлен к холоду, как шерстистый носорог. Постепенно его ареал смещался к югу. На Северном Кавказе носорог Мерка жил еще в самом конце плейстоцена.

На открытых пространствах жил гигантский, весом до тонны, верблюд Кноблоха. Он предок современного дикого бактриана, или двугорбого верблюда. Но кноблох менее специализирован, чем современные виды верблюдов, он не мог бы заселить почти безводную пустыню. Хотя открытые степи и полупустыни ему нравились. Жил он группами.

Кноблох водился на территории Украины, России, Монголии и Якутии в среднем плейстоцене, потом стал постепенно исчезать. На Северном Кавказе он жил до конца ледникового периода как минимум.

Еще одно типичное животное хазарской фауны — большерогий олень, или мегалоцерас (ирландский лось). Зверь этот — родственник лани, и форма рогов у него похожа на форму рогов лани. Такие же типичные «лопаты», совсем не похожие на «лопаты» лося. Был он высотой более 2 метров в холке, носил невообразимо огромные рога размахом до 4 метров и весом до 40 килограммов. Толстенная шея требовалась, чтобы нести голову с такими рогами. Волей-неволей мегалоцерас отбрасывал голову назад, походка и рысь у него получались очень гордыми, весь вид — довольно высокомерным. Род большерогих оленей возник 350 тысяч лет назад, обитал по всей Евразии, от Англии и Ирландии до Японии.

Жить в лесах большерогий олень не мог бы. При движении через них его огромные рога служили бы непреодолимой помехой. Олени обосновались в тундростепи или в степи в средних широтах. Они не подходили близко к леднику и избегали влажных субтропиков.

В приледниковой зоне существовало несколько видов медведей — современный бурый и два пещерных. Самый крупный — большой пещерный медведь — достигал 2 метров в холке и мог весить больше тонны. Его сородич — малый пещерный медведь — отличался как меньшими размерами, так и местами обитания. Если большой пещерный медведь тяготел к местности с пещерами, то малый — вполне обходился без них и жил в поймах рек или на степных участках. Пещерные медведи произошли примерно 400 тысяч лет назад от этрусского медведя, появившегося 2 миллиона лет назад, при первых похолоданиях. Распространено мнение, что пещерные медведи были невероятно опасными животными, но это недоразумение. Зубы ископаемого зверя больше похожи на зубы свиньи. Они приспособлены для перетирания растительной пищи. Пещерный медведь был зверем спокойным и вряд ли очень злобным. Добродушный гигант, он легко становился добычей древнего человека. Уже в эпоху верхнего палеолита пещерного медведя в гроте Массет (Франция) изобразили держащим в зубах ветку растения. Медведь… Но повадки то ли кабана, то ли носорога, то ли быка. Опасный зверь? Как и любое животное таких размеров, раз в 10–15 тяжелее человека. Но не хищник.

Вот пещерный лев (Panthera leo spelaea) был активным хищником! С названием, правда, неувязка, потому что он в любом случае не пещерный и очень может быть, что и не лев. Впервые был описан немецким врачом и естествоведом Георгом Гольдфусом, по находке черепа в пещере… Его останки найдены во множестве пещер, откуда и название.

Судя по костям, ученые спорят, считать ли пещерного льва особым подвидом африканского льва. Или близким к африканскому льву, но самостоятельным видом? Или правильнее называть это животное тигрольвом? Предком современных тигра и льва?

Не столько находки костей, сколько изображения на стенах пещер ставят эти интересные вопросы. Из 93 известных наскальных изображений пещерного льва 13 изображают обычнейшего льва. Одноцветного, с гривой. Остальные же 80 изображают странное животное, похожее и на льва, и на тигра одновременно. Есть и грива, и полосы на боках.

Французский палеобиолог М. Руссо предположил, что пещерный лев — гибрид льва и тигра. В зоопарках мира таких гибридов живет немало. Якобы тогда тигры и львы могли встречаться и метисироваться. Руссо даже предложил названия для таких гибридов льва и тигра: тигр-самец и львица — тигон, лев-самец и тигрица — лигр.

Но что-то много получается гибридов… Обитал пещерный тигролев на колоссальной территории — от побережья Атлантики до Северной Америки. И от Новосибирских островов в Арктике до Алжира. Десятки тысяч особей, обитавших одновременно. И все гибриды?! А родители этих гибридов где?! А если не гибриды — что же это за лев с полосами и тигр с гривой?! В общем, загадочное животное.

Кроме этих экзотичных животных, в состав хазарской фауны входили животные, нам хорошо знакомые.

Так называемая пещерная гиена — это фактически и сегодня живущая в Африке пятнистая гиена. Часть популяций этой гиены приспособилась к жизни в холодном климате, и только. Гиена вела образ жизни не только падалеяда, но и активного хищника.

Ископаемый бизон отличался от современного более массивными и широко расставленными рогами и выдвинутыми глазницами. Это говорит о значительной длине шерстного покрова и высоко поставленной головы. Такую посадку головы мог иметь лишь зверь, обитавший в степях с перелесками. У современного американского бизона, живущего в открытой степи, низко посаженная голова. Но мы легко узнали бы этого зверя.

Хазарская лошадь внешне практически ничем не отличалась от других видов диких лошадей. Вид выделяется по анатомическим признакам, которые ни для кого не важны, кроме биологов. Благородный олень, живший в лесах или в зарослях близ многочисленных рек и озер, тоже ничем не отличался от современного.

Тем более нам хорошо знакомы кабан, лось, косуля, сайгак, волк, бурый медведь.

Рисс-вюрмское межледниковье

Рисское оледенение продолжалось около 125 тысяч лет. Средние летние температуры для Центральной Европы колебались в это время около точки замерзания.

Примерно 130 или 125 тысяч лет назад началось РиссВюрмское межледниковье. Закончилось оно 120 или 118 тысяч лет назад. Большую часть этого времени, на протяжении 10 тысяч или 8 тысяч лет, климат был ровный, без существенных изменений. Потепление, с которого началось межледниковье, и похолодание, которым оно закончилось, длились менее 400 лет. По геологическим меркам — мгновенно!

Рисс-Вюрмское межледниковье (оно же Микулинское, оно же Земское) было заметно теплее нынешнего. В его середине, приблизительно 125 тысяч лет назад, в районе Санкт-Петербурга росли вязы, дубы, липы и даже грабы, а елей и других видов хвойных деревьев было мало. Широколиственные леса произрастали на широте Вологды, где теперь располагается тайга. В зоне пустынь и полупустынь межледниковьям соответствовали фазы иссушения климата — ариды.

Южнее и западнее в теплом и сухом климате, в Европе еще сохранялась субтропическая фауна: древний слон, гиппопотам, носорог Мерка. Но это уже северные субтропики, близкие к умеренной зоне. На территории Венгрии еще были распространены хвойные и лиственные леса, а климат был теплее современного: средняя температура зимы — не ниже 0°.

Потом пошли сначала незначительные изменения климата, потом — продолжительный переходный период и, наконец, последнее оледенение — вюрмское.

Но к субропической фауне с бегемотами в Англии Миндель-Рисского межледниковья возврата не было. Рисс-Вюрмское межледниковье было теплее нынешнего. Контраст климата межледниковья с климатом рисского оледенения громаден… но умеренный климат в Европе сохранялся. И животный мир тоже был умеренного пояса.

«На необъятных равнинах Поднепровья, Поволжья и Южной Сибири тут и там паслись сотенные косяки лошадей и ослов. Местами в березовых и осиновых перелесках широких луговых пойм колыхались бурые волны небольших стад мамонтов, приземистые туши одиночных эласмотериев и носорогов. По опушкам приречного тальника кормились большерогие и благородные олени. Вдали, в мареве открытых водораздельных пространств, в сухой степи медленно проплывали уродливые фигуры мохнатых верблюдов и темнели живые массивы кочующих тысячных стад бизонов».[40] Красивая картина… И научно достоверная.

Суша, отвоеванная у моря

На образование материковых ледников расходовались огромные массы воды, заимствовавшейся из океанов и после стаивания льдов вновь в них возвращавшейся. Это вызывало общие колебания уровня моря. Рисское оледенение было сильнее всех — уровень океана понижался больше всего, на 85—120 метров по отношению к современному.

Пять миллионов лет назад уровень Средиземного моря был выше, чем сейчас, на 200 метров, а во время последнего оледенения — ниже на 100 метров.

Большая часть материковой отмели Северной Евразии и Северной Америки обсыхала в рисское время. До сих пор в рельефе дна этих окраинных морей видны затопленные речные долины, древние береговые линии и другие элементы затопленного рельефа. Британские острова во время стадиалов соединялись с материком Европы.

Вся эта суша была густо населена растениями, животными и человеком. И вся она погибла за очень короткий срок. Рисс-Вюрмское потепление было теплее сегодняшнего, уровень Мирового океана стоял на несколько метров выше современного. А столетиями раньше был ниже на 120 метров. Максимум за 400 лет уровень моря поднялся более чем на 130 метров!

После того как великий ледниковый покров рисского времени начал таять, происходят новые большие изменения в климате и географических условиях.

Морские отложения перекрывают мощной толщей мустьерское поселение у нынешнего Волгограда, на Волге.

На севере морские воды проникают далеко в глубь материка по долинам Онеги, Печоры и Северной Двины. Белое и Балтийское моря, по-видимому, соединяются друг с другом и отделяют Скандинавию от Европы. В Якутии море вдается на юг вверх по Лене и Вилюю.

Это был самый настоящий Всемирный потоп для всех, кто не успел убежать. Наверняка многие популяции и животных, и человека погибли при стремительном заполнении морем прежних низменных земель.

Таинственные пути древних зверей

Еще один массив суши, отвоеванной ледниками у моря, соединял Америку и Азию, — 46 % акватории современного Берингова моря, вся его северная часть, мельче 200 метров. Не только узкий Берингов пролив, большие пространства суши обсохли во время рисского стадиала.

Чаще всего ученые пишут о том, что на месте Берингова пролива во время оледенений возникал «мост» суши между Азией и Америкой. По этому «мосту» из Америки в Евразию проникали некоторые североамериканские животные (например, северные олени). Впрочем, есть и другое предположение — что северный олень сформировался как вид на берингийской суше. По крайней мере овцебык вполне определенно сформировался именно на этом «сухопутном мосту»…

Из Евразии в Северную Америку шли другие животные. Вся фауна Аляски, Канады и севера США очень напоминает фауну Сибири и Севера Европы, — потому что во время оледенений «сухопутный мост» перешли медведи, олени, лоси, мамонты, горные бараны, волки, шакалы-койоты, лисы, росомахи, много видов птиц и мелких животных. Они оттесняли коренных «американцев», потому что были современнее, умнее и активнее.

Вот кабаны не перешли «берингийский мост»… они вполне могли бы жить в лесах умеренного пояса Америки! Но чтобы воспользоваться «сухопутным мостом», вид должен был водиться в суровых условиях, на открытых или полуоткрытых пространствах. Ведь и лось, и медведи, и горные бараны могут водиться в степях и лесостепях. В наше время эти виды живут даже в морозной Якутии.

Кабан — животное типично лесное и в очень холодном климате не живет. Вот и не попал кабан в Америку.

Наверное, большая часть названных сейчас животных попала в Америку из Азии и в Азию из Америки во время более позднего оледенения, вюрмского. Мамонты, росомахи, лошади и медведи могли проникнуть в Америку и в рисское время. Я не буду настаивать ни на каких сроках «путешествия» разных видов. Книга у меня не о животных, а ученые, к которым я обращался, имеют очень разные мнения об этих «сроках».

О «молекулярных часах»

Человек жил в Европе накануне рисского оледенения. На эти десятки тысяч… может быть, даже на считаные тысячи человеческих существ обрушился страшный удар холода.

Можно только гадать, как реагировали на похолодание разные группы людей. Наверное, часть людей навсегда ушли из Европы. Они отступали перед холодом, как звери перед ревущим лесным пожаром. Эти группы «гейдельбергцев» смогли выжить… и стать потом предками сапиенсов или тихо дожить свой век на другой территории. Но в неандертальцы они не пошли.

Другие «гейдельбергцы» остались в леденеющей, суровой Европе. На разрываемой морозобойными трещинами, покрытой тундрой, но родной земле. Они стали неандертальцами. Благодаря методу «молекулярных часов» мы можем даже предположить, когда именно это произошло.

Пока люди живут вместе, появляющиеся у них мутации распространяются по всей группе. Если же группы разделились, процесс накопления мутаций идет в них независимо. Способ датировки эволюционных событий по генетическим изменениям основан на постоянстве числа накопленных мутаций за определенный отрезок времени. Лишь небольшая часть этих мутаций вредна. Большинство мутаций, по современным представлениям, нейтральны, то есть не оказывают какого-либо полезного или вредного влияния на их обладателя. Они не отсеиваются отбором и, раз появившись, передаются из поколения в поколение.

Метод, предложенный английским биохимиком Лайнусом Полингом для аминокислотных замен в белках, был назван «молекулярными часами». Позже скорость хода «молекулярных часов» была установлена по скорости изменения ДНК тех видов, время расхождения которых было известно по ископаемым останкам. Точность этих методов по статистическим причинам не очень высока — ошибка в молекулярных датировках может составлять 20–30 %. Но когда речь идет о событиях, отделенных от нас десятками и сотнями тысяч лет, точность всегда невысока. «Молекулярные часы» не менее точны, чем геологические даты или датировки по степени распада тех или иных элементов.

«Молекулярные часы» помогли определить дату разделения ветвей человека и обезьян — от 5 до 7 млн лет назад. До этого палеонтологи полагали, что разделение произошло около 25 млн лет назад. Считается, что предки человека и шимпанзе разделились около 5 млн лет назад.

Отделение горилл произошло раньше, а еще раньше, около 10–15 млн лет назад, отделилась ветвь орангутанов.

Согласно палеогенетическим данным, полученным методом «молекулярных часов», общие предки сапиенсов и неандертальцев жили от 320 до 850 тысяч лет назад (а скорее всего, 350–620 тысяч лет назад).

Общий предок всех неандертальцев жил 250–350 тысяч лет назад. Он жил во время теплого миндель-рисского оледенения. Трогонтериевые слоны, носороги Мерка и гиппопотамы были его современниками.

А потом началось самое холодное в истории Земли рисское оледенение…

Рожденные рисским оледенением

Появление первых «атипичных» неандертальцев по срокам совпадает или почти совпадает с началом рисского оледенения.

130 тысяч лет назад началось Рисс-Вюрмское межледниковье. Это время появления классических неандертальцев. И это появление культуры мустье, «среднего палеолита»…

Я не могу этого доказать. Для уважаемых коллег малоинтересны такого рода совпадения. Но уж простите, я лично совершенно убежден — неандертальцев сделало оледенение. Появление этого типа людей стало ответом на резкое похолодание.

Неандертальцы — биологический ответ на холод.

Культура мустье — ответ культурный.

Чтобы жить на севере, в приледниковой зоне, нужно развивать культуру!

Нужны жилища, одежда, высокая культура охоты, сложно устроенное общество.

Дети холода

Физический тип неандертальцев — признак адаптации к суровым условиям приледниковой зоны. Для неандертальцев характерно высокое отношение массы тела к его поверхности (это позволяло уменьшить теплопотери с поверхности тела). Черта, типичная для северных видов животных. Любая часть их скелета может быть описана двумя словами — широкий и массивный. Неандерталец был широкоплечий, малорослый: рост мужчин в среднем 160–163 сантиметра, женщин — 155–160 сантиметров. Сильное развитие мускулатуры и костяка, внутренняя массивность скелета — все эти признаки тоже говорят о приспособленности к холодному или умеренному климату. Грубость и массивность костяка объясняется необходимостью противостоять различным нагрузкам.

О мускулатуре судят обычно по углублениям от сухожилий на костях — чем мощнее мускулатура, тем эти выемки глубже. Судя по этим выемкам, был неандерталец невероятно могуч, вынослив, физически силен.

Не случайно же на Бонч-Осмоловского такое впечатление произвела кисть руки неандертальца: «Мощная мускулатура давала ей колоссальную силу захвата и удара… Кииккобинец не брал, а „сгребал“ предмет всей кистью и держал его в кулаке. В этом зажиме была мощь клещей».[41]

Важная деталь: судя по некоторым специфическим признакам в строении черепной коробки неандертальцев, они были правшами. Долгое время считали, что их руки грубее рук сапиенсов.

«Типичная неандертальская кисть отличается от современной исключительной массивностью трубчатых костей, расширением запястья, наличием компенсаторных признаков, облегчавших противопоставление большого пальца, — считают антропологи Елена Хрисанфова и Илья Перевозчиков. — Иными словами, многие черты кисти отражают адаптацию к силовому захвату, что, возможно, делало руку неандертальца менее ловкой по сравнению с ее современным типом». Об этом, например, говорит исключительная толстостенность костей конечностей и даже ключиц у 8—9-летнего ребенка-неандертальца, погребение которого найдено в 1937 году в гроте Тешик-Таш на территории нынешнего Узбекистана. Казалось бы, с этим вопросом все ясно. Но…

В марте 2003 года сотрудники университета штата Калифорния в Сан-Бернардино выполнили трехмерную компьютерную реконструкцию большого и указательного пальцев неандертальца. За основу они взяли ископаемые кости, найденные в местечке Ла-Ферраси во Франции. Эта работа ставит под сомнение существующую теорию. До сих пор полагали, что они не могли совершать хватательные движения, аналогичные тем, что делаем мы, когда берем в руки карандаш или пинцет. Поэтому большинство из принадлежавших им орудий труда, дошедших до наших дней, лишены, например, рукояток, — это просто заточенные осколки камней. Люди современного физического типа насаживали заостренные камни на рукоятки из костей.

Неандертальцы начали исчезать примерно в это же время. Может быть, неандертальцы проиграли сапиенсам именно в том, что не обладали достаточной «ловкостью рук» и не могли в полной мере пользоваться необходимыми инструментами?

Результаты выполненной американскими исследователями работы свидетельствуют, что неандертальцы были не только в состоянии пользоваться аналогичными орудиями, но и могли спокойно дотронуться кончиком указательного пальца до кончика большого. То есть могли выполнять тонкие и сложные операции типа вдевания нитки в иголку.

Так как туловище неандертальца было относительно коротким, а изгибы позвоночника были слабо выражены, то, возможно, ходил он сутулясь, а бегал, слегка пригнувшись к земле. О такой походке свидетельствуют массивные кости стопы неандертальцев из пещеры Киик-Коба в Крыму и из Шапелль-о-Сен. Но это кости людей немолодых… Человек из Шапелль-о-Сен и правда ходил, скорее всего, сутулясь, с полусогнутыми коленями и наклоненной головой. Но позвоночник и туловище молодых неандертальцев мало чем отличаются от наших. Позднейшие открытия и анатомические сравнения убедили ученых в том, что прямохождение у неандертальца было полностью развито.

Даже «прогрессивность» ранних неандертальцев Европы в сравнении с поздними может объясняться половозрастными причинами: ранняя группа составлена в основном из женских черепов и более молодых особей. А поздняя группа представлена мужчинами средних лет и пожилыми.

Лоб у неандертальца был низкий, покатый, как бы «убегающий» назад. На лице сильно выступали вперед надбровные дуги, сливались в сплошной надглазничный валик. Верхняя челюсть сильно выдавалась вперед, резцы крупные, лопатообразные. Подбородочного выступа нет или он слабо выражен.

Надбровные дуги, низкий лоб и более резко очерченные «черты лица» в значительной степени отличают черепа неандертальцев от строения черепа нашего предка.

Особенно очевидным это стало после компьютерной реконструкции древних останков, причем было установлено, что все характерные черты проявлялись уже с самого младенчества.

Но все эти черты очень изменчивы. Так, например, надглазничные валики выступают тем резче, чем старше представленный индивид, и в зависимости от пола: у 50-летнего мужчины из Ла-Шапелль-о-Сен они резко выражены, у женщины из Гибралтара — меньше и еще меньше — у юношей из Шанидара, девочки из Тешик-Таш.

Главное: объем мозга неандертальцев достигал 1300–1600 см3 — это зачастую больше, чем у современного человека! Это намного важнее внешних особенностей рельефа черепа. Этот мозг и по строению мозг разумного существа. На слепках, сделанных с внутренней полости неандертальских черепов, ясно видно развитие отдельных долей мозга, связанных с размещением центров высшей психической деятельности: увеличиваются лобные доли, разрастается теменная доля. Согласно развитию мозга повышается свод черепа, уменьшается наклон лба, округляется затылок… В строении черепа неандертальца заметны черты, связывающие неандертальца с современным человеком.

Что характерно — заметно развитие неандертальского типа в ту же сторону, что и сапиенса: увеличение объема и усложнение структуры мозга.

Слабее развиты лобные доли… Это серьезно, потому что в лобных долях сосредоточены ассоциативные центры, важные для функции мышления, а также центры торможения. Возможно, способность к логическому мышлению была у неандертальцев менее развита, чем у людей современного физического типа, а его поведение характеризовалось резкой возбудимостью.

Но даже если это и так, то в сравнимой с современным человеком степени. Сложение неандертальца грубее.

Возможно, походка и моторика у пожилых мужчин напоминала движения огромной обезьяны.

Но в целом европейские неандертальцы не примитивны, а скорее специализированы. Их скелет морфологически приспособлен к обитанию в холодном приледниковом климате. Многие из этих черт являются не примитивными, а именно специализированными и даже в какой-то степени гиперсапиентными. Это значит, что такие признаки ушли от «обезьяньего» состояния дальше, чем это произошло у современного человека.

Судя по всему, неандерталец мог и говорить… Хотя тоже не в такой степени, как человек современного физического типа.

Речевые тракты современных людей разделены на две части — горизонтальную в ротовой полости, включающую собственно рот и ротоглотку, и вертикальную глотку, находящуюся позади языка и повыше гортани. Эти две части речевых трактов образуют определенный угол между собой и примерно одинаковы по длине. Движения же человеческого языка позволяют десятикратно изменять диаметр тракта, в результате чего люди обладают способностью к произношению формант дискретных звуков «и», «у» и «а» — так называемых открытых гласных, имеющих особое значение во многих современных языках.

Речевые тракты ныне живущих обезьян не позволяют им произносить подобные звуки: помимо маленького языка у этих приматов (в том числе и у наших ближайших родственников шимпанзе) горизонтальная часть речевого тракта непропорционально длинная по сравнению с вертикальной.

Мы можем произносить десятки гласных звуков, потому что у нас высокая, резонирующая гортань и полость рта. Выступающий подбородок тоже играет в этом важную роль.

Неандерталец имел гортань ниже, чем гортань современного человека.

Антропологи давно пытались восстановить мягкие ткани гортани неандертальца, чтобы выяснить, какие звуки он мог произносить. Еще в 70-х годах лингвист Фил Либерман из Университета имени Брауна в США сделал выводы о размерах гортани неандертальцев, на основании которых смог заключить, что речь неандертальцев была очень груба по сравнению с современной: неандерталец вряд ли мог произнести звуки «е», «о», «у».

Неандерталец не мог бы произнести звуки «я», «ё», «ю», «и».

Однако услышать звуки, издаваемые неандертальцем, стало возможным лишь сейчас. В последние годы антропологи из Университета Флориды в Бока-Ратон стали моделировать на компьютере звуки, которые мог бы произносить неандерталец. Ученые смогли синтезировать их голос, измерив параметры реконструированных речевых трактов древних людей.

Роберт Маккарти, главный автор данной работы, отмечает, что древние люди, судя по всему, не знали «универсальных» гласных звуков, то есть гласных, долгота — краткость которых имеют смыслоразличительную функцию. Именно такие звуки в наши дни составляют основу речи практически в любом языке. Благодаря навыку обращения с такими гласными люди, обладающие речевыми трактами разного размера, могут свободно понимать друг друга.

Но из этого исследования вовсе не следует, что неандерталец вообще не мог говорить.

Неандерталец не мог бы говорить по-английски.

Неандертальское «и» не имеет качеств долготы и краткости, и это не позволит неандертальцу внятно произнести слова «beat» (англ. — удар) с продленным «и» от короткого «bit» (англ. — кусочек, частица).

Точно так же неандерталец не мог бы говорить по-русски. Он не мог бы внятно произносить звуки «о» и «а», необходимые для произнесения слов нашего языка.

Но и сейчас есть народы, в языках которых только две гласные.

Неандертальцы из пещер Крапина, Ла-Мустье или Шапелль-о-Сен не могли бы правильно говорить по-русски или по-английски. Но они могли бы говорить по-чеченски, например. А понимать они могли бы любую членораздельную речь. В общем, общение неандертальца и современного человека вполне возможно.

По поводу исследований Либермана и Маккарти американский антрополог Э. Тринкауз сказал: анатомия рта и гортани менее важна, чем умение с ними обращаться. А такой большой мозг, как у неандертальца, мог появиться только у мыслящего и способного к речи существа.

Европейские неандертальцы рыжие, светлокожие, светловолосые. В одной американской статье даже напечатали «портрет» неандертальца… Получился он очень похожим на современных ирландцев.

Сапиенсы в Европе тоже стали такими!

Творцы мустьерской культуры

Мустье — это эпоха изготовления каменных орудий. Одновременно это культура, которую связывают с неандертальцами.

Принято выделять премустьерские и раннемустьерские культуры и позднее, или развитое, мустье. Возраст развитого мустье — 75–70 — 40–35 тысяч лет.

Прямая генетическая связь между премустьерскими культурами и нижним палеолитом устанавливается не везде. Большинство ученых согласны с тем, что европейское мустье первоначально развилось в Западной Европе и на Кавказе и оттуда распространилось на остальную Европу.

Для мустье не характерны двусторонне обработанные орудия. Ручные рубила если и есть, то уменьшаются в размерах, часто изготавливаются из отщепов.

Появляются листовидные наконечники и острия различных типов, а самое типичное орудие мустье — скребло.

Мустьерские памятники довольно четко разделяются на базовые лагеря и на временные охотничьи лагеря с их бедной и специализированной индустрией. Встречаются и мастерские для добычи и первоначальной обработки камня. Базовые лагеря и временные охотничьи стойбища располагались как в пещерах, так и под открытым небом.

В кантоне Берн (Швейцария) найдены мустьерские места добычи кремня в виде вертикальных ям глубиной 60 сантиметров, выкопанных роговым орудием. Здесь же производилась первичная обработка кремня. В Балатенловаше (Венгрия) открыты две шахты среднего палеолита, в которых добывались лимонит и гематит — красящие вещества. В шахтах найдено более сотни орудий из рогов и костей благородного и гигантского оленя (топоры, острия, лопаточки). Из этих шахт в древности было извлечено около 25 м3 красящих веществ.

Основным занятием населения оставалась охота. Есть много признаков того, что охота у неандертальцев стала специализированной: неандертальцы использовали такую важную особенность севера, как изобилие многочисленных стад животных одного вида. Эта специализация намного сильнее прослеживается на севере ареала неандертальцев, чем на юге.

В Северной Италии до самого начала рисского оледенения охотились на самую разнообразную дичь. Места для базовых лагерей выбирались там, где охотничья территория создавала максимальное разнообразие в ресурсах.

Гейдельбергский человек регулярно брал таких животных, как слон, гиппопотам, носорог. На той же территории неандертальцы осваивали совершенно другие ландшафты. Ведь субтропические влажные леса и болота исчезли, а с ними вместе слоны и бегемоты.

Люди мустьерской культуры пещер Монте-Чирчео (Средняя Италия) охотились на животных, которые обитали на их охотничьей территории. В окрестностях пещер находились открытые местности, где паслись лошади, и области редкой парковой растительности или сухих светлых лесов на водоразделах. В таких лесах обитали олени и дикие быки. Недалеко были и густые влажные леса, в которых жили кабаны и косули.

Пока нет никаких признаков целенаправленной специализации в охоте. Базовые лагеря располагаются так, чтобы можно было использовать ресурсы разных зон.

Иная картина в сухом прохладном климате Испании. Там, в пещере Мори, около 50 % костных остатков принадлежит крупному быку, остальные — благородному оленю и лошади. Открытые пространства и возможность хранить мясо порождают специализацию.

В Крыму охотились почти исключительно на дикого осла (Староселье) и сайгу (Заскальная), в Кавказе, в Воронцовской пещере, 98,8 % остатков фауны принадлежат пещерному медведю. Уважаемые коллеги очень удивляются тому, как неандерталец охотился на такого крупного и опасного зверя, как медведь. Опять недооценка физических и духовных возможностей человека. К тому же пещерный медведь был не активным хищником, а всеядным гигантом, со склонностью скорее к растительной пище. Человек же был активным хищником. Если современный человек может брать медведей рогатиной и копьем… если охота на медведя — обычная форма хозяйственной деятельности у многих народов, то чем неандерталец хуже? В Эрде (Венгрия) объектом охоты был в основном пещерный медведь (было убито около 500 особей), а в меньшей степени — лошадь.

На Ильской стоянке (Кубань) до 87 % охотничьей добычи приходится на кости бизона (тоже зверь грозный и могучий, посильнее медведя будет). Население поселения Молодова на Днестре в мустье охотилось главным образом на мамонта, а также на лошадь, бизона и северного оленя.

В Кёнигсхауэ близ Гарцских гор в современной Германии группа людей около 30 человек жила с апреля по октябрь на берегу озера, в довольно открытой местности. В тростниковых болотах и в лесах из ольхи, березы, тополя они охотились на мамонта, носорога, дикую лошадь и быка.

Еще севернее, на поселении Лебенштедт у Зальцгиттера (Германия), неандертальцы 55 тысяч лет назад существовали в условиях тундровой растительности. Основным их занятием была охота на северного оленя, бизона, лошадь, шерстистого носорога. Все каменные орудия — орудия охоты и разделки туш. Это летний лагерь группы охотников (40–50 человек), живших здесь всего по нескольку недель, но в течение ряда сезонов.

Неандерталец охотился и на пушных животных. В гроте Ортюс (Франция) охотились на пантеру, рысь, волка. В Эрде брали пещерную гиену и волка. Возможно, конечно, что у неандертальца вкусы отличались от наших, но вообще-то на этих зверей ради мяса обычно не охотятся.

Во многих поселениях неандертальца зафиксированы охота на птиц, собирательство диких плодов. В пещере Кударо (Кавказ) отмечена активная рыбная ловля.

Мустье неоднородно. В мустье Европы выделяется ряд локальных и временных вариантов. Знаменитый французский археолог Ф. Борд на материалах памятников Дордони выделил несколько комплексов мустьерских орудий. Он считал, что это различные культуры, сосуществовавшие в течение многих тысячелетий, не оказывая заметного влияния друг на друга.

Уважаемые коллеги много спорят о том, что стоит за такими различиями. Некоторые соглашаются с Бордом и говорят об археологических культурах. Другие полагают, что это не археологические культуры, а пути, или линии, развития.

Пути, или линии, развития отражают ограниченность используемого сырья, уровень развития техники, определенный набор орудий. Число путей развития ограниченно, и каждый из них не привязан к определенной территории. Напротив, на одной и той же территории сосуществуют различные пути развития. Таким образом, к одному пути развития могут относиться памятники, весьма отдаленные друг от друга и принадлежащие к разным культурам. Выделяют леваллуаский, зубчатый, типично мустьерский, шарантский, понтийский и другие пути развития.

Пытаются выделить и мустьерские археологические культуры — территориально ограниченные группы памятников, сходных по набору орудий: сходство прослеживается не только в основных типах, но и в количественном соотношении групп различных орудий. Внутри культур находятся памятники различного хозяйственного назначения, равно как и разновременные. Но развитие внутри одной такой культуры удается проследить только изредка, лишь там, где многослойные памятники мустье содержат однокультурные слои.

Неоднородности мустье Европы не отрицает никто, спорят только о том, какие именно реалии стоят за этими различиями.

Мощность культурных слоев в мустьерских памятниках больше, чем в нижнепалеолитических. Это интерпретируется как результат увеличения оседлости. Человек дольше жил на одном месте. Если жил сезонно, то чаще и регулярнее сюда возвращался.

Неандертальцы идут по миру

Приспособившись к холоду, неандерталец расселился почти на всей свободной от ледового покрова территории Европы. Значительно возросло по сравнению с нижним палеолитом число археологических памятников. Территория европейской части России заселяется вплоть до Волги. Мустьерские местонахождения появляются в бассейне Десны, верховьях Оки, Среднем Поволжье. В Центральной и Восточной Европе памятников среднего палеолита в 70 раз больше, чем нижнего.

Уже писалось о том, что во время похолоданий неандерталец расселяется на Переднем Востоке вплоть до современного Ирана (пещера Шанидар).

Есть интересное предположение, что это похолодание связано с извержением вулкана Тобав на Суматре — катастрофическое извержение, самое сильное за последние несколько сотен тысяч лет. В атмосферу было выброшено огромное количество породы, в высоких широтах началось резкое и сильное похолодание. В Европе очень холодный климат держался 68/69 — 62/61 тысячу лет. Именно в то время неандертальцы появляются в низких широтах: на Переднем Востоке и в Средней Азии.

Допустимо сомневаться, неандерталец ли оставил все памятники типа мустье: может быть, люди другого физического типа заимствовали эту технику обработки камня? Но погребение в Тешик-Таш — определенно неандертальское.

Памятники мустье есть и в Южной Сибири, по крайней мере до Енисея. Оставили ли их именно неандертальцы, такой же вопрос. Но если неандерталец проникал сюда — это очень логично: климат Южной Сибири напоминал климат приледниковой Европы. Любой биологический вид, любая форма жизни распространяются в знакомом климате и в привычных природных условиях. Неандерталец расселялся в холодных местах, в приледниковых ландшафтах, которые хорошо знал и к которым был прекрасно адаптирован.

Очень часто людей, обитавших в Восточной Азии между 200 тысячами лет назад и появлением там человечка современного физического типа, тоже называют неандертальцами. В какой степени они имеют отношения к неандертальцам Европы — непонятно…

Для ученых старших поколений, лет 100—40 назад, все было просто и очевидно: существовала неандертальская стадия развития всего человечества. Палеоантропы по всей земле сменяют архантропов. Палеоантропы — это все, что находится между архантропами и человеком современного физического типа.

Для современного ученого все не так однозначно. Генетически «палеоантропы» Восточной Азии вряд ли хоть как-то связаны с неандертальцами Европы. Насколько имеет смысл выделять «стадию палеоантропов» — не очевидно.

Оставим для уважаемых коллег их высоконаучный спор о палеоантропах. Ограничимся двумя главными выводами:

1) неандертальцы Европы не имеют ничего общего с палеоантропами Восточной и Южной Азии;

2) неандертальцы Европы в периоды оледенений расселялись на Передний Восток, в Среднюю Азию и, быть может, в Сибирь.

Но что означает «расселялись»? Для нас земля, населенная одним человеком на несколько десятков квадратных километров, казалась бы пустой. Для человека тех времен вся земля была чьими-то охотничьими угодьями. Население на Переднем Востоке или в Средней Азии могло быть еще реже, чем в Европе, но главное — оно было.

«Расселиться» в этих местах означало вытеснить предшественников. Не обязательно истреблять их и вести войны, но тогда создавать для них неблагоприятную обстановку, вытеснять из тех же экологических ниш — как собака динго вытеснила сумчатого волка из Австралии.

Позволю себе утверждать: осуществить это неандертальцу было несложно. Потому что если о ранних неандертальцах этого нельзя уверенно утверждать, то классические неандертальцы вполне определенно стали лидерами мирового развития.

Везде, где появлялись неандертальцы, они несли свои достижения: начатки искусства, сложные представления о потустороннем, погребальный обряд, навыки сооружения жилищ.

Ни у кого другого на земле 70–40 тысяч лет назад не было ничего подобного.

Начатки искусства

Во многих мустьерских памятниках обнаружены плиты камня с искусно выдолбленными углублениями. Они получили даже специальное название — это так называемые «чашечные камни».

На известняковой плите из Ла-Ферраси (длина — около 75, толщина — 15 см) чашечные углубления располагались не поодиночке, а компактной группой, вдоль ее длинной стороны. В их размещении обнаруживается какая-то связь. Эта плита перекрывала погребение ребенка лет пяти.

Углубления объясняли как символ женского полового органа, как «знаковое письмо», «чашечки для хранения священной воды», чаши для жертвоприношений, изображения звезд, солнца, условные воспроизведения ран. Скажем сразу — до сих пор совершенно нет однозначного понимания, что же означают эти углубления. Главное — они существуют.

В той же Ла-Ферраси найдена гравированная кость при скелете в одном из погребений. На ней нанесены ряды параллельных насечек-нарезок.

Похожие изделия встречены в Турске Маштале в Чехии, в пещере Джручула в Грузии, сразу три гравированные кости — в мустьерском гроте Эскичо-Граппау (Франция).

Все это находки эпохи развитого мустье. А есть сведения о более ранних находках, рисс-вюрмского (Истюриц) и даже рисского возраста (Мекленбург). То есть первые параллельные насечки на кости сделаны еще в эпоху раннего неандертальца, раннего мустье.

В пещере Эрмитаж (Франция) найдены гравировки из углообразных фигур.

Крестообразные фигуры изображены на фрагменте нижней челюсти зверя из Видена (ФРГ), на плитке известняка в Цонской пещере (на Кавказе).

В пещерах Ла-Мустье и Ла-Ферраси обнаружены широкие полосы красной краски (охры), нанесенные рукой неандертальского человека поперек небольших плиток камня.

Еще интереснее находки в пещера Базуа в Северной Италии. В 1950 году в ней нашли новую галерею протяженностью 400 метров. Эта галерея была замурована еще в древности, в эпоху мустье. На пещерной глине стен сохранилось множество следов пальцев в виде параллельных «прочерчин» и отпечатки выпачканной в саже руки, а на полу — 25 отпечатков ног разных людей. В основном ходили подростки. Остались и сажистые пятна на месте брошенных факелов, такие же пятна на стенах: вероятно, факелами ударяли по стене, «оживляя» пламя.

На стенах найдены «глиняные кляксы» — следы шариков из глины, которыми кидали в стены. Десятки «глиняных клякс» диаметром от 3 до 7 сантиметров. Некоторые шарики так и валялись на полу — их не успели швырнуть.

И до этой находки были известны лепные шары из глины в мустьерских комплексах Ла-Кина, Мюре, комков охры в гроте Северного оленя в Арсисюр-Кюр (Франция). К Рисс-Вюрмскому межледниковью (порядка 130 тысяч лет назад) относится скопление шаров из лесса в Анхейме (Эльзас).

Оговорим сразу: конечно же, это только начатки искусства, следы каких-то неизвестных нам ритуалов. Но получается — 130—40 тысяч лет назад у неандертальцев были начатки искусства и сложные духовные представления, требовавшие ритуалов. А нигде больше на земле в это время их не было. По крайней мере искусства точно не было.

Таинственные каменные ящики

«Медвежьи пещеры» известны давно. Обилие в них костей медведя означает, как правило, действие глубоко естественных сил. У старых и раненых медведей есть обычай своего рода «самозахоронения»: предчувствуя смерть, животное забирается в самые глухие уголки пещеры и именно там умирает.

Но археологи давно обнаружили совсем другие «медвежьи пещеры» — такие, к которым самое прямое отношение имел человек. Еще с 1902 по 1927 год директор Музея естественной истории в швейцарском Сент-Гелере Эмиль Бехлер раскопал пещеры Вильдкирхли, Вильденманнлислох и Драхенлох.

Пещеры находятся на большой высоте, откуда открывается потрясающий по красоте вид на швейцарские Альпы.

Самая известная и яркая из этих пещер — Драхенлох, то есть «Драконья дыра». Высота ее — 2445 метров. Пещера представляет собой простой коридор 70 метров длины. 99,5 % всех обнаруженных в пещере костей — медвежьи. В основном это молодые медведи до 3 лет, редко-редко — 3–7 лет.

Среди прочих находок — «медвежий стол» из плиток известняка. Что-то вроде доисторического алтаря.

Вдоль стены пещеры тянется стеночка из плит известняка на расстоянии 50–60 сантиметров от скалы и высотой около 80 сантиметров. За стеночкой расположены склады костей медведей — длинные кости конечностей, группы черепов, 40 тазобедренных сочленений. Кости так тесно прилегали друг к другу, что видно было — их положили сюда уже без мышц.

Найдены и очаги, сделанные из камней. В одном из них, перекрытом тяжелым камнем, на линзе сосновых углей в 34 сантиметра, лежали обугленные кости лап медведя. Жертвоприношение? Ритуальное убийство самого опасного «орудия» медведя — его лапы? Кто знает…

Найден и странный каменный ящик со стороной порядка метра. Лицевая сторона ящика тщательно собрана из 18 отдельных камней.

Внутри ящика — 7 черепов медведей, поставленных один на другой, мордами к входу в пещеру. Сохранились позвонки — значит, головы клали еще свежими, черепами они сделались уже в ящике.

Еще найдены малые ящики — 6 штук. В каждом из них — отчетливые группы «выбранных костей». Композиции, заключенные в каменные ящики, обложенные плитняком. Черепа медведей стояли на плитках, как на постаментах.

В глубине пещеры найден каменный «сейф», перекрытый плитой 52 х 47 х 3 сантиметров. В «сейфе» заключен череп медвежонка 3 лет без нижней челюсти. Через его скуловую дугу продета бедренная кость.

Две правые большие берцовые кости проложены рядом — «веселый Роджер» каменного века.

Всего в Драхенлохе было использовано 50 медвежьих черепов, а в общей сложности — кости более 100 зверей. Захоронения медвежьих костей известны в Петерсхёле в ФРГ. Медвежьи кости погребали в специальных. каменных сооружениях в Регурду (юго-западная Франция).

Чаще всего уважаемые коллеги говорят о «зачатках религиозных верований» и проводят аналогии с известными языческими представлениями: анимизмом, фетишизмом и тотемизмом. Честнее сразу сказать, что мы не знаем, был ли медведь тотемом для древнего человека и были ли неандертальцы анимистами. Но какие-то идеальные представления у них явно были. И почему только «зачатки»?

«Натуральный макет»

Во многих местах встречаются признаки создания «натуральных макетов» — подобий зверя. В Торральбе полтуши слона просто принесли на площадку.

В пещере Пеш-Мерль множество медвежьих костей сложено в яме около 50 сантиметров глубиной, а на четырех глиняных «холмиках» около 30 сантиметров высотой каждый стоял очень крупный медвежий череп.

С точки зрения петербургского археолога А. Д. Столяра, это остатки глиняных сооружений, на которых натягивалась шкура зверя.[42]

В пещере Монтеспан обнаружен «монтеспанский медведь» — безголовая скульптура 110х60 сантиметров, припавшего к земле безголового медведя, «присевшего в позе Большого Сфинкса».[43] Между лапами скульптуры — череп медвежонка.

В глиняной шее — треугольное глубокое отверстие, «куда, наверное, вставлялся деревянный колышек, соединявший в момент „сборки“ глиняное тело с подлинной мордой».[44] То есть приносили голову только что убитого зверя, приставляли к глине, накрывали холмик снятой шкурой… И совершали ритуал. Археологи дорого дали бы за удовольствие подсмотреть, но «машина времени» пока еще не изобретена.

Холмики с водруженными на них черепами заставляют вспомнить и восемь загадочных глиняных холмиков в JIa-Ферраси… Может, это тоже основы для натуральных макетов?

И в Монтеспане, и в Пеш-Мерле есть признаки того, что теперь называют «промысловой магией» — ритуальное поражение изображений зверей в ходе какого-то неизвестного нам обряда.

Придет время, и культ медведя распространится на огромные территории Земли. Жители Сибири и индейцы будут набрасывать шкуру медведя на глиняный холмик или на бревно — тот же самый натуральный макет, имитирующий медведя. С черепом медведя и с его лапой будут проделывать самые разнообразные магические действия. Даже зелья из них станут варить. В медвежью шкуру будут наряжаться шаманы, а другие шаманы других племен будут плясать с медвежьим черепом на голове. Медвежий клык станет символом мужества и оберегом, поедание медвежьей печени сделается актом причащения и способом посвящения в мужчины…

Но пока, 70–50 тысяч лет назад, нигде нет ничего похожего. Неандертальцы — единственные люди на Земле, которые поклоняются медведю и создают натуральные макеты.

Гении домостроения

Жилища известны с эпохи нижнего палеолита. С наступлением оледенения без жилища жить стало совершенно невозможно.

В юго-западной Франции мустьерские стоянки найдены под скальными навесами и в малых пещерах, редко превышающих 20–25 метров в ширину и глубину. Часть пещер, видимо, использовалась без каких-либо дополнительных сооружений, другая «дооборудовалась», чтобы приспособить их для человеческого обитания.

К концу Вюрма I относятся крупные многоочажные жилища, найденные во Франции (Ле-Пейрар, Во-дел'Обезье). В Комб-Гренаде и Ле-Пейраре (южная Франция) открыты ямы от столбов, поддерживавших, возможно, занавесы из шкур. В Ле-Пейраре у основания навеса было выстроено жилище (11,5 х 7 м) из небольших каменных блоков, с очагами по главной оси.

Остатки десяти небольших жилищ обнаружены в низовьях реки Дюране (Франция).

Жилища под открытым небом найдены на стоянке Молодово I на Днестре. Это такое же точно жилище из костей мамонта с остатками очагов внутри, какие будет строить повсюду сапиенс… спустя самое короткое время.

Для этой эпохи, 70–40 тысяч лет назад, не известны никакие капитальные жилища ни в каком регионе Земли, кроме Европы. Даже на Переднем Востоке их нет.

Создатели погребального обряда

Некоторые ученые считают, что уже в поведении животных можно обнаружить определенные действия, характерные для преднамеренного захоронения: забрасывание останков сородича землей, ветками, на которых могли быть и цветы, и прочее.

Германский антрополог Ульрих упорно утверждает, что уже эректусы знали погребальные обряды. Они не закапывали своих покойников в землю, но совершали над ними сложные ритуалы, прощались с ними, провожали в другой мир.

Ульрих судит по следам работы каменными орудиями по костям и черепам эректусов. Во всех случаях он находит на них насечки и нарезки, свидетельствующие о совершении обряда.

Но до сих пор неизвестно ни одно погребение, сделанное до неандертальца. Все известные науке останки питекантропов, синантропов и других эректусов — это разрозненные останки людей, найденные вне какого-либо погребения. Чаще всего это останки людей, съеденных точно так же, как и все остальные животные, найденные в той же самой кухонной куче.

По поводу синантропов в пещере Чжоу-коу-Дянь под Пекином даже делались предположения: а может быть, синантроп вовсе не обитатель пещеры и не создатель культуры, а охотничья добыча людей другого физического типа? Поблизости от Чжоу-коу-Дянь обитали люди современного физического типа… Может, они охотились на синантропов, как на огромных обезьян, и ели их (напомню: для Ульриха, наоборот, синантропы — невероятно развитые и интеллектуальные существа, совершавшие сложные ритуалы)?

Вообще-то хорошо известна датировка скелетов людей современного физического типа из так называемого «Верхнего грота» Чжоу-коу-Дянь: порядка 20 тысяч лет. Так что предположения о синантропах — добыче сапиенсов, мягко говоря, натянуты. Но тут важен сам факт: останки синантропов таковы, что предположить нечто подобное возможно!

А с неандертальцем такого рода предположения не пройдут. Неандерталец исходно обнаружен как существо похороненное. Есть веские основания думать, что даже находка Фульрота из долины Неандерталь была уложена в могилу… Просто условия находки таковы, что не зафиксировать погребение не было ни малейшей возможности. Погребения не нашли, потому что не искали и даже не допускали возможности, что оно существует.

Классические находки неандертальцев в Шапелль-оСен и в гроте Мустье в 1908 году — это погребения.

В нижнем гроте Ле-Мустье в неглубокой могиле был обнаружен скелет юноши: на правом боку, правая рука под головой, ноги согнуты. Около скелета лежали кремневые орудия и несколько обожженных звериных костей: они были даны мертвому на дорогу в вечность.

В Шапелль-о-Сен были найдены остатки погребения с почти целым неандертальским скелетом.

В 1909–1921 годах в Ла-Ферраси было найдено два скелета взрослых (мужчины и женщины) и четыре скелета детей.

В 1910–1927 годах в местонахождении Ла-Кина (в 25 км к югу от Ангулема, Франция) во время раскопок мустьерской стоянки были найдены многочисленные остатки захоронений, принадлежавших не менее чем 20 особям разного пола и возраста.

В 1924 году археолог Г. А. Бонч-Осмоловский вел раскопки в гроте Киик-Коба (Дикая пещера). Размещается грот под карнизом высокого плоскогорья, одного из отрогов Долгоруковской яйлы, на высоте около 90 метров над горной речкой Зуей. Грот хорошо скрыт в лесных зарослях и среди скалистых обвалов. Недалеко от грота вытекает источник.

На жилой площади грота, перекрытой нависающим скальным потолком, сохранились следы древних очагов, в нижнем слое выявлен один очаг, в верхнем — три очажка. Повсюду в границах жилой площади встречается расколотый кремень, орудия, кости животных, угольки.

Здесь было найдено более 500 кремневых орудий труда (остроконечники, рубильца, пластины), применявшихся около 100 тысяч лет назад, много костных остатков вымершей фауны Крыма. Среди животных, обитавших в то время в окрестностях Киик-Кобы и служивших предметом охоты, были мамонт, шерстистый носорог, зубр, пещерная гиена, дикая лошадь, большерогий и благородный олени, пещерный медведь, кабан, дикий осел (джигетай).

Всего по найденным в гроте костям определено более 110 видов различных животных, в их числе около 50 видов птиц.

В этом гроте Бонч-Осмоловский обнаружил погребение неандертальского человека (взрослой женщины) в специальной яме, выбитой в полу в скальном грунте. Скелет лежал в несколько согнутом положении, на боку, в специально выдолбленной в скалистом полу яме.

Около захоронения женщины был погребен почти годовалый ребенок, тоже положенный в скорченном, «утробном» положении.

Раскопки в Монте-Чирчео (100 км к югу от Рима) показывают еще более сложную картину отношения неандертальцев к умершим. Там была найдена пещера, в углу которой лежал глазницами вниз череп старой женщины.

Теменное отверстие расширено, возле черепа в днище пещеры видно отверстие, в которое вставлялась палка.

Многие ученые считают — череп старушки насадили на палку с той же самой целью, с которой мы можем повесить в доме портрет или фотографию бабушки. Памятование и поклонение, сложный ритуал, хотя и никак не погребение. Впрочем, что сделали с остатками трупа бабушки? Вполне вероятно, что съели…

В 1938 году открыли погребение в гроте Тешик-Таш (Узбекистан). Это погребение в той же степени интересно само по себе, что и скверно раскопано.

И найден там не мальчик, а девочка, и какое-то дикое объяснение смерти придумали, и вообще все было не так, как говорил А. П. Окладников.

По Окладникову, скелет мальчика лежал в мелком углублении, а вокруг черепа были воткнуты в землю рога горного козла, которые образовывали вокруг черепа мальчика что-то наподобие ограды.

Если же верить известному немецкому антропологу Ульриху, кости девочки и горного козла выложили в сложный узор. А до этого каменными орудиями счистили с них все мясо.

Недалеко от могилы были следы небольшого костра, который горел очень короткое время. Возможно, это был ритуальный огонь, имевший отношение к погребению.

В 1960 году известный американский антрополог и археолог Р. Солецки в пещере Шанидар (в Ираке) обнаружил окаменелости девяти неандертальцев. Здесь и был обнаружен неандерталец — сорокалетний калека, потерявший руку и правый глаз.

В его погребении обнаружено такое количество пыльцы растений, «которое превосходило всякое вероятие». Кое-где эта пыльца была в комочках, а рядом с некоторыми из них сохранились даже остатки частей цветка. Из этого был сделан вывод, что могилу забросали охапками цветов, собранных на склоне горы, представители той группы, к которой принадлежал умерший охотник.[45]

Цветы в основном лекарственных растений… Трудно сказать, что именно породило культ цветов: лекарственные функции или их символика. Возможно, уже для неандертальца цветы на могиле символизировали сам процесс жизни и смерти. Свежие, они радуют глаз, вызывают сложную гамму эстетических чувств; потом их краски постепенно блекнут, лепестки начинают увядать и опадают; наконец соки, питающие жизнь цветка, улетучиваются, цветы умирают. Весь этот процесс — словно модель человеческого бытия, красивый и мудрый процесс. И это началось с неандертальцев…

Интересно и важно, что найдены погребения именно поздних, классических неандертальцев. Прогрессивные, «атипичные» неандертальцы еще не хоронили покойников. Некоторые из уважаемых коллег предполагают, что просто их погребения пока не найдены… ведь возраст классических неандертальцев эпохи мустье — не более 70 тысяч лет. Тогда как возраст прогрессивных неандертальцев Рисс-Вюрма вдвое больше — не менее 100–130 тысяч лет.

Но, во-первых, если мы находим жилища прогрессивных неандертальцев и даже эректусов, то почему не сохраняются погребения? Какая-то мистика.

Во-вторых, прогрессивные неандертальцы изучены не так уж плохо. Если у них чего-нибудь нет, вряд ли это случайность.

В-третьих, если нет погребения в земле, это еще не значит, что нет погребального ритуала и обряда поминовения покойника. В Монте-Чирчео вон что сделали…

И Ульрих считает, что погребальному обряду столько же, сколько человечеству.

В-четвертых, классических неандертальцев в погребениях найдено больше, чем вне погребений. Для них быть погребенными стало так же или почти так же типично, как для нас с вами.

Большинство мустьерских погребений находится в пределах поселений, в основном в пещерах. Могильные ямы — неглубокие, неправильных очертаний, но часто вырыты или выдолблены специально для погребения. Это очень важная деталь — яму копали специально, чтобы положить в нее покойного.

Основной погребальный обряд — трупоположение на боку, со слегка подогнутыми в коленях ногами. Сверху погребение засыпалось землей или камнями. Там, где можно установить, погребенный обращен головой на запад или восток. В могилах находят минеральную краску охру, орудия и кости животных. В одних случаях считается, что все это могло попасть туда и случайно, из культурного слоя, а не в качестве жертвоприношений покойному (погребального инвентаря). Чаще всего так думают о погребениях, которые копались давно и небрежно, не на уровне современной методики.

В других случаях погребальный инвентарь в погребение явно положен намеренно — как видно в Шанидаре и Киик-Кобе.

Сам факт ставших системой погребений с инвентарем и строгой традицией трупоположения говорит сразу о многом.

О том, что связь умерших с родовой общиной сохранялась и после смерти. О том, что «своего» любили, что он и после смерти требовал заботы и почитания. О том, что неандерталец отлично понимал свое отличие от других животных. О том, что в сознании неандертальца существовали какие-то представления о «жизни после смерти».

О том, что была уже вера во «что-то».

О том, что неандерталец считал необходимым совершать сложные иррациональные действия.

Наверняка за десятки тысяч лет и на огромном пространстве применялись совсем разные ритуалы. Говорились разные слова и на разных языках, совершались разные действия. Но вот что поразительно: все найденные в погребениях неандертальские костяки положены в одной и той же позе. Поза спящего… Поза ребенка в утробе матери… Ее уж точно придавали трупу сознательно и преднамеренно. Не с тех ли пор в сознании человека отождествляются сон и смерть, смерть и брачная постель?

И еще одно: все покойники и во всех погребениях расположены головой на восток или на запад. Нет ни одного случая расположения трупа головой на север или на юг. Так везде: в Западной Европе, в Крыму, в Палестине, в Средней Азии.

Почему?! А. П. Окладников считал, что это показывает: у неандертальцев существовал некий «солнечный культ».

«Существенно одно, — писал А. П. Окладников, — неандерталец уже убедился, что мертвец не просто „спящий“, что по отношению к нему нужны особые заботы, качественно иные, чем по отношению к живому человеку. Он не просто оставлял мертвеца на поверхности земли в той позе, в какой его застигала смерть, а придавал ему, пока еще не окоченело тело, определенную, строго выдержанную позу; клал его не как попало, не как пришлось, а в определенном направлении — головой на восток или запад, наконец, помещал его в яму и засыпал землей. Отсюда следует, что у неандертальца уже возникли какие-то идеи о качественно иной форме существования умерших после смерти, т. е. первые идеи о „жизни за гробом“».[46]

Интересно, а у самого Окладникова были «какие-то идеи о качественно иной форме существования умерших после смерти»? Если человек в молодости состоял членом «Союза воинствующих безбожников», а в старости частенько ставил свечку перед иконой, это свидетельствует о многом.

Культурная преемственность

Каким бы грубым и «обезьяноподобным» ни считать неандертальца, именно он, а вовсе не сапиенс был лидером мирового развития 130—35 тысяч лет тому назад. Не было на земле людей цивилизованнее, активнее, прогрессивнее, совершеннее. Неандерталец обладал самой высокой культурой на тогдашней Земле. Неандерталец жил в такой же степени сложнее и совершеннее остального человечества, в какой обитатели Европы превосходили остальное человечество в XIII или в XIX веках.

Бессмысленно и сравнивать культуру неандертальца с жившим тогда же человеком современного физического типа. Сапиенс уже был, но десятки тысячелетий сравнение всегда было бы в пользу неандертальца.

Неандерталец знал плотную меховую одежду и строительство домов, погребальный обряд и начатки искусства. Он совершал сложные ритуалы, создавал непонятные до конца культы медведя, в том числе медвежьей головы и медвежьей лапы. Он раскрашивал охрой и испещрял насечками кость и каменные плитки. Его каменные орудия были совершеннее и сложнее каменных орудий всех остальных людей на Земле.

Ничего подобного не было у сапиенса до того, как сам сапиенс заселил Европу и начал учиться у неандертальца. Учение могло принимать разные формы. Уже узнать, что нечто возможно: что можно построить теплое жилище и сшить меховой комбинезон, — тоже форма научения.

Интересно, что и у людей современного физического типа есть культ медведя: такой культ существует везде, где человек живет рядом с этим могучим, опасным и вкусным зверем. И что характерно, во всех местах прослеживается культ медвежьей головы и медвежьей лапы.

Точно так же в горах Средней Азии в местном язычестве горный козел — совершенно особое животное. Как не вспомнить рога горных козлов вокруг погребения в Тешик-Таш!

Сапиенсы пришли к этому самостоятельно? Все люди создавали культы особенных животных независимо друг от друга? Вполне возможно. Но именно неандертальцы первыми вошли в эту дверь. Они опередили остальное человечество, и они — лидеры.

Есть много признаков явного научения неандертальцев от сапиенсов: заимствование ими элементов культуры верхнего палеолита. Например, украшения. В мустье Европы украшений нет. Но сразу же после прихода в Европу сапиенсов неандертальцы вдруг начинают пользоваться ожерельями из звериных зубов, подвесками, гравированными предметами. В точности такими же, какими пользовались люди современного физического типа. Самое разумное и естественное объяснение этого — заимствование.

А кроме того, очень часто видна самая непосредственная преемственность сапиенса от неандертальца.

В двух случаях четко прослеживается культурная преемственность между вариантами мустьерской культуры неандертальца и культурами верхнего палеолита Homo sapiens.

На Ближнем Востоке непрерывное развитие одной традиции может быть прослежено с конца среднего до середины верхнего палеолита, то есть от финального левантийского мустье через переходные традиции к верхнему палеолиту: эмиран и ахмар.

Начало эмирана, а вместе с ним и перехода к верхнему палеолиту на Ближнем Востоке обычно относят ко времени от 43 до 47 тысяч лет назад.

Ахмар уже практически лишен среднепалеолитических черт как в технологии, так и в типологии. Возраст этой культуры — 36–38 тысяч лет. На севере Израиля и в Ливане ахмар прекращает свое существование после появления там первой стадии верхнего палеолита — ориньяка. Но в некоторых «периферийных» районах Ближнего Востока эта традиция доживает по крайней мере до начала Вюрма II.

Индустрии, находящиеся в самой нижней и самой верхней частях описанной последовательности, настолько несхожи между собой, что, не будь промежуточных звеньев, в них трудно было бы увидеть проявления одной традиции. Ранний эмиран и тем более позднее левантийское мустье очень мало похожи на ахмар.

Но благодаря наличию материалов средней и поздней фаз эмирана можно с большой степенью вероятности предполагать, что своими корнями ахмар связан как минимум с самыми ранними переходными индустриями Ближнего Востока, а скорее всего, и с индустриями конца среднего палеолита.

Кем же были носители эмиро-ахмарских традиций обработки камня? Судя по морфологии черепа и нижней челюсти из 17-го (ахмарского) слоя Кзар-Акила, их обладатель был человеком вполне современного анатомического типа. Это позволяет довольно уверенно связывать ахмар с Homo sapiens.

С эмираном вопрос намного сложнее. Тем не менее имеющиеся косвенные данные свидетельствуют все же скорее в пользу связи эмирана с неандертальцами, нежели с Homo sapiens. Во-первых, очень похоже, что в период формирования этой индустрии на Ближнем Востоке неандертальцы вообще были единственными его обитателями. Во всяком случае, все те человеческие кости, которые могут быть уверенно или с оговорками отнесены к интервалу от 40 до 70 тысяч лет назад, принадлежат именно им (Кебара, Дедерьех, Табун С1), тогда как останки Homo sapiens имеют или намного более ранний (Кафзех, Схул), или же более поздний (Кзар-Акил, слой 17-й) возраст.

Таким образом, имеются достаточно веские основания предполагать, что последовательность финальное левантийское мустье — ранний эмиран — поздний эмиран — ахмар представляет собой не только результат развития одной традиции. Это еще и пример культурной преемственности между неандертальцами и людьми современного анатомического типа.

С не меньшими основаниями, чем для эмирана, можно предполагать «двойное авторство» и для стрелецкой культуры. Она выделяется, прежде всего, благодаря наличию во всех относимых к ней комплексах двусторонне обработанных треугольных наконечников с вогнутым или прямым основанием.[47]

Стрелецкая культура начала свое существование не позже 37 тысяч лет назад и, вероятно, даже несколько раньше, 40 тысяч лет назад. Самые поздние ее памятники в Костенках имеют радиоуглеродный возраст порядка 28–32 тысяч лет. В это время стрелецкие комплексы известны уже и далеко к югу (низовья Северского Донца), и далеко к северу (верховья Камы). Заключительный этап развития стрелецких традиций, представленный материалами Сунгиря и Русанихи, приходится на период примерно от 28 до 25 тысяч лет назад.

Истоки стрелецкой культуры большинство ученых связывают с микокскими комплексами Крыма (Заскальная 5, Чокурча, Пролом). Аналогии, выявленные и систематизированные М. В. Аниковичем,[48] слишком специфичны и многочисленны, чтобы можно было списать их на счет параллельного развития или простой случайности.

Намного проще объяснить эти аналогии преемственностью между традициями мустье Крыма и юга Русской равнины (микоком) и стрелецкими традициями обработки камня (верхним палеолитом).

Есть ли основания и в данном случае предполагать существование культурной преемственности между людьми разного физического типа? Безусловно, есть. Средний палеолит Крыма в его микокской разновидности определенно был «делом рук» неандертальцев (Заскальная V И VI, Киик-Коба).

Скелеты из сунгирских погребений, связанные, скорее всего, со стрелецкой культурой, несомненно, принадлежат Homo sapiens. При этом, однако, для них отмечается и наличие ряда архаичных, «неандерталоидных» черт.[49]

Получается, что у истоков традиции, представленной последовательностью «восточный микок — стрелецкая культура», стояли неандертальцы. Но настал момент, когда носителями этой традиции стали люди современного анатомического типа.

Впрочем, и мустьерская культура не обязательно только неандертальская. В 1953 году А. А. Формозовым раскопано погребение в пещере на восточной окраине Бахчисарая, в поселке Староселье. Здесь был обнаружен костяк младенца (немного моложе двух лет), лежавший под 40-сантиметровым слоем с находками мустьерского времени.

Но младенец из Староселья — ребенок современного физического типа! В очередной раз приходится вспоминать, что все не так просто…

Еще одно место, где заметна преемственность, — долина Днестра. Раскопки на многослойном поселении Молодова показали полное отсутствие зависимости между материальной культурой и физическим обликом ископаемого человека. До слоя V на поселении обитали неандертальцы. Позже — сапиенсы. А материальная культура развивается так, словно и не было смены физического типа человека. В том числе неандертальцы строили точно такие же жилища, тип которых сохраняется и в «кроманьонских» слоях.[50]

Видимо, люди современного физического типа перенимают у неандертальцев их традиции монументального домостроительства…

Я привожу несколько случаев, когда даже уважаемые коллеги согласны: преемственность между неандертальцами и нами все же есть. А ведь наверняка преемственность была гораздо шире… В смысле, бывала в гораздо большем числе случаев.

Если я назову неандертальцев нашими учителями, кто-то еще, чего доброго, обидится. А ведь оно так и есть…

Загадочный неандерталец

Все же он очень загадочное существо, наш рыжий нордический неандерталец! Среди представлений о нем — прямо противоположные. В 1966 году американский антрополог Б. Кэмпбелл отнес неандертальского человека к виду Homo sapiens и стал его рассматривать в качестве подвида. Мы — Homo sapiens sapiens, а неандерталец — Homo sapiens neanderthalensis.

По мнению Кэмпбелла, огромна «размытость» границ между палеоантропами и человеком современного типа Homo sapiens.

Почти одновременно с Кэмпбеллом известный российский историк профессор Борис Поршнев определял неандертальцев как «высокоспециализированных обезьянолюдей». «Наши ископаемые предки до человека разумного были не людьми, а животными, существами, с нашей точки зрения, отталкивающими, до жути антипатичными, но изумительно приспособившимися к лихорадочному кризису земной природы в ледниковую эпоху».[51]

Это мнение тоже разделяет часть ученых… Хотя сторонников Кэмпбелла больше.

Насколько далек неандерталец от нас с вами?

Согласно результатам недавних исследований группы ученых Цюрихского университета (Швейцария), неандертальцы были не одной из ступеней эволюции вида Homo sapiens, а отдельным видом, существовавшим параллельно с предками современного человека.

Выводы швейцарских исследователей подтверждают и совсем уж недавние исследования специалистов из Стэнфордского университета. Их мнение категорично: «Неандертальцы и предки современных людей не смешивались. Неандертальцы вымерли, не оставив своих генов в наследство человечеству».

Вымерли или нет — дело темное, но что факт: ареал Homo neanderthalensis по мере распространения Homo sapiens все более и более сокращался. В конце концов он распался на ряд небольших изолированных областей. Последние представители этой формы людей продолжали обитать на крайнем западе Европы и, вероятно, еще в каких-то районах (на Балканах, возможно, в Крыму), сосуществуя с людьми современного физического типа.

Иногда особо выделяют «пережиточных» неандертальцев Европы, живших после расселения сапиенсов (Шипка, Виндижа, Сен-Сезер, Мустье I).

Известный испанский ученый Хуан Луис Арсуага основывается на своих исследованиях в горах Атапуэрка, недалеко от города Бургос. Он приходит к выводу, что представители этих двух ветвей человеческого рода сосуществовали на Иберийском полуострове на протяжении 10 тысяч лет. Общее число их было около 8 тысяч. А затем, после очередного наступления ледника, между ними началась борьба. По мнению Арсуаги, лучше организованные и «технологически» более продвинутые кроманьонцы постепенно оттесняли неандертальцев на худшие территории, где те оказывались обреченными на вымирание.

Могли ли уцелеть, сохраниться до исторической современности неандертальцы? Почему бы и нет… Ведь и бушмены, и австралийцы, и тасманийцы, и некоторые африканские и южноамериканские племена — реликтовые типы людей, которые сильно отличаются от нас даже на уровне анатомии. Жили бы в труднодоступных горнолесных районах земного шара и продолжали бы жить без каких-либо существенных изменений…

Жаль только, что реальных свидетельств сохранений неандертальцев мы не наблюдаем. Есть, конечно, находки скелетов неандерталоидного типа то в погребениях новокаменного века, то в скифских курганах… Но все это — вне всякой системы. Ни одного поселения, похожего на Шапелль-о-Сен! Ни одного погребения типа Шанидар, но возрастом… скажем… ну, 5 или 6 тысячелетий.

Иногда с неандертальцами связывают так называемого «снежного человека» — он же реликтовый гоминоид, он же йети, он же чучуна, он же алмасты… Много названий у этого существа… или у разных, хотя и похожих существ.

Сам я абсолютно убежден в том, что эти существа — вовсе не плод фантазии, а совершеннейшая реальность. Пока я не буду доказывать своих слов и рассуждать о том, насколько и почему возможно их существование на Земле.

Важно отметить два обстоятельства.

1. Мохнатые и дикие полулюди, обнаруживаемые в разных областях земного шара, это явно вовсе не один биологический вид. Существа эти разные даже по размерам. От агогве — «мохнатых человечков» Африки, размером с подростка, до великанов ростом в 2,3–3 метра в Тибете.

Поведение и экология таких существ тоже очень различны — от скрещивающихся с людьми гоминоидов Кавказа до людоедов — сасквачей в Канаде и на севере США.

2. Все эти существа несравненно примитивнее неандертальца. Они не одеваются, не владеют речью, не знают огня, жилищ, искусства и орудий труда.

Неандерталец возник в холодном климате как существо, изначально способное построить «вторую природу». Неандерталец заведомо владел культурой в той же степени, что и сапиенс. Как и сапиенс, он не мог существовать вне культуры. Можно, конечно, предположить, что какие-то группы неандертальцев одичали и утратили культуру… Но такое же предположение можно сделать и по поводу сапиенса.

Было бы приятно думать, что где-то в горах и лесах нас еще ждет встреча с приземистым рыжим человеком, издающим ограниченное число гласных звуков. Живет такой, охотясь на крупных животных, а может быть, выращивая на укрытых в лесу делянках картошку…

Но места, где мог жить неандерталец, хорошо известны. Все они густо заселены современными людьми. Там, где мог жить неандерталец, для него места больше нет.

Возможность генетической преемственности

Но как же быть с явно неандерталоидными чертами людей из Сунгиря, из многих памятников начала верхнего палеолита? Как быть с неандерталоидными чертами австралийцев и тасманийцев — наверное, самой архаичной из существующих рас? Может, все-таки есть какая-то генетическая преемственность?

Большинство ученых считают, что неандертальцы должны рассматриваться как обособленный биологический вид, отделенный от Homo sapiens, возможно, и не совсем непроницаемым, но все же труднопреодолимым барьером репродуктивной изоляции.

По мнению большинства генетиков, если даже имеющиеся данные не исключают полностью вероятность гибридизации между людьми современного физического типа и неандертальцами, то и в этом случае вклад неандертальцев в генофонд Homo sapiens очень и очень ограничен.

Правда, количественные оценки возможной степени гибридизации могут очень сильно различаться: от 0,1 до 25 %.

Однако если судить по аналогии с некоторыми современными приматами, то может показаться вполне вероятным другое. Возможно, что, несмотря на внешние различия, вообще все виды рода Homo, включая современных людей и неандертальцев, потенциально были интерфертильны, то есть способны скрещиваться и давать при этом плодовитое потомство.

Например, вот род Рар'ю (павианы)… Виды этого рода скрещиваются, но морфологически заметно различающиеся между собой. Эти виды, согласно палеогенетическим исследованиям, разошлись около 1,7 млн лет назад.

В отдельных случаях плодовитое потомство появляется и в результате скрещивания приматов разных родов, в частности таких, как Theroplthecus (гелады) и Рар'ю.

В самое последнее время в геноме как неандертальцев, так и современных людей были выявлены некоторые особенности… По мнению описавших их исследователей, эти «особенности» проще всего объясняются, если допустить вероятность обмена генетическим материалом между неандертальцами и сапиенсами.

«Наиболее правдоподобной кажется так называемая ассимиляционная модель, сторонники которой, признавая африканское происхождение Homo sapiens, предполагают, что в процессе расселения последних за пределы их прародины имела место скорее хотя бы частичная ассимиляция, нежели полная аннигиляция автохтонного населения других регионов…

…Что касается неандертальцев, то действительно ряд общих черт в морфологии представителей этого вида и ранних анатомически современных европейцев позволяет предполагать, что их сосуществование сопровождалось хотя бы незначительной гибридизацией. Особенно показательно то обстоятельство, что на черепах европейских Homo sapiens ранней поры верхнего палеолита бывают довольно отчетливо выражены некоторые признаки, отсутствующие или крайне редкие у первых африканских и ближневосточных представителей нашего вида, но обычные для неандертальцев. Это, например, значительный среднелицевой прогнатизм и наличие хорошо выраженного затылочного валика. В частности, последний отмечен у 80 % (8 из 10) черепов европейских неандертальцев и 68 % (13 из 19) черепов верхнепалеолитических людей современного физического типа Европы, но ни разу не зафиксирован ни на черепах людей из Схул и Кафзех, ни на черепах ранних Homo sapiens Африки.

Факты такого рода свидетельствуют в пользу присутствия неандертальского анатомического компонента у европейцев ранней поры верхнего палеолита, наиболее простым и правдоподобным объяснением чего является гибридизация».[52]

На вероятность гибридизации указывает сделанная в 1998 году находка полного скелета 4-летнего ребенка, жившего в современной Португалии 24 500 лет назад. Перед погребением ребенок был обернут в шкуру, окрашенную красной охрой, а на дне погребальной ямы был зажжен ритуальный костер. Особенности скелета сближают ребенка одновременно и с неандертальцами, и с ранними представителями современных людей: ему свойственно мозаичное сочетание признаков и тех, и других. А это означает, что европейские неандертальцы не исчезли бесследно 32 тысячи лет назад — они смешались с современными людьми и оставили потомство.[53]

К тому же, говоря и о неандертальце, и о сапиенсе, надо иметь в виду: обе эти формы человека очень разнообразны. Между разными географическими популяциями обоих типов человека подчас прослеживается большое количество различий. Не забудем — до появления земледелия все люди на земле жили отдельными, изолированными популяциями. В этих популяциях накапливались признаки, сильно отличавшие этих людей от всего остального человечества.

В работах некоторых исследователей проводится мысль о том, что в Европе неандертальцы были представлены как минимум двумя вариантами. Один из них, внешне более близкий к сапиенсу, существовал в южных районах с относительно мягким климатом. Второй, классический, обитал в более высоких широтах — это крайняя степень приспособления к приледниковой зоне.[54]

При этом «южный вариант» неандертальцев (Чирчео 1, грот Брейля и т. д.) сближают с неандертальцами Ближнего Востока. А эти неандертальцы Леванта также представляли собой довольно своеобразную группу.

Может быть, одни неандертальцы могли метисироваться с людьми современного физического типа, а другие — не могли?

Есть похожее мнение о неандертальцах как «кольцевом виде». Западные популяции неандертальцев наиболее анатомически обособлены и были репродуктивно изолированы от Homo sapiens. А восточные, и прежде всего ближневосточные неандертальцы, напротив, имели много общих черт с сапиенсами. Они представляли собой своего рода промежуточное звено, существование которого обеспечивало возможность межвидовой гибридизации. Если это так, то тогда понятно, почему признаки существования преемственности между двумя видами пусть и с оговорками, но все же прослеживаются на востоке и полностью отсутствуют на западе.[55]

В общем, судьба разных популяций неандертальцев могла быть очень и очень различной.

Системное превосходство сапиенсов

Рассуждая о возможных причинах исчезновения неандертальца, уважаемые коллеги порассуждали о войнах, которые велись палками и камнями, о преимуществах сапиенсов в организации и в технологиях.

Как часто бывает, причину большой и сложной трагедии все время пытаются свести к одной какой-то причине. А возможных причин очень много.

1. Преимущества в пластичности.

Некоторые ученые полагают, что неандерталец исчез вообще вне связи с конкуренцией сапиенса. Период между 59 и 24 тысячелетиями — это эпоха сравнительно теплого, но очень нестабильного климата. Для этого периода выделяют как минимум 24 периода потепления, когда климат был сравним с современным или незначительно холоднее. В Европе и вообще в высоких широтах переход от стадии холода к относительному теплу происходил очень быстро, за считаные десятки лет. Такое «тепло» длилось от 500 до 2000 лет, а потом, опять за считаные десятки лет, устанавливался жестокий ледниковый режим.

Неандертальцы, по мнению некоторых ученых, не выдержали не холода или тепла, а именно постоянных перепадов. Вынужденные все время приспосабливаться и меняться, они вымерли. А сохранились дольше всего в Испании, где благодаря разнообразию ландшафтов природная среда была стабильнее.

Эта идея интересна, но критики не выдерживает. На юге Европы и тем более на Переднем Востоке и в Средней Азии природная среда была стабильнее, переходы от тепла к холоду и наоборот происходили более замедленно. Кто мешал неандертальцам осваивать именно эти районы? То есть известно, кто мешал, — сапиенс!

Если нестабильность среды и привела к вымиранию неандертальцев, то именно в силу его конкуренции с сапиенсом в новых условиях.

2. Преимущества в технологиях, благодаря которым сапиенсы кормились при большей плотности населения, а для неандертальцев земля становилась «пустой».

Допустим, технологии неандертальцы могли и заимствовать… Но вероятно, их собственная анатомия и физиология не давала им возможность заимствовать полностью, стать технологически равными сапиенсу.

Взять хотя бы то самое противостояние большого пальца у сапиенса, благодаря которому он мог брать, а не «сгребать». Неандерталец мог делать вещи ничем не хуже, но с большим усилием, реже и не в таких количествах. Трудясь, он проигрывал сапиенсу.

Вот тут колебания природной среды и правда могли сыграть роковую роль — при жесткой конкуренции за ресурсы.

3. Преимущества в организации и в культуре. Сапиенсы лучше говорили, лучше и плотнее общались между собой. Их коллективы были устойчивее и стабильнее.

Это тоже очень реальная причина, учитывая, что говорил неандерталец все же хуже, чем мы.

Эта причина могла сильно сказаться, когда климат сделался неустойчивым и надо было быстро адаптироваться к меняющимся условиям.

4. Преимущества в типе питания.

Сегодня существуют методики, позволяющие по костям людей определять режим их питания. Получается, что неандертальцы были в такой же степени плотоядны, как волки и гиены. Они почти не употребляли растительной пищи. Это была очень калорийная, но однообразная диета. Разнообразное, насыщенное витаминами и различными микроэлементами питание очень важно для вынашивания плода.

У неандертальцев должна быть выше смертность и младенцев, и матерей.

Однообразие рациона вело к дефициту в организме неандертальских женщин ряда важных элементов (например, витаминов А, С и Е), — значит, у них были чаще выкидыши и рождение мертвых детей, чем у сапиенсов. И дети умирали чаще.

Разница всего в 2 % в смертности между популяциями привела бы к тому, что неандертальцы всего за 30 поколений, то есть меньше чем за 1 тысячу лет, полностью уступили бы место сапиенсам.

5. Преимущества в плотности сложения и в размерах тела.

Для могучих неандертальцев требовалось больше пищи. При резких кризисах природной среды дефицит пищи делал выигрышнее менее могучее сложение и способность ограничиваться меньшим количеством пищи. А она у сапиенсов к тому же еще и разнообразнее…

Все эти причины, скорее всего, действовали одновременно. На разные популяции и в разных условиях — по-разному и в разной степени, но действовали везде. Чересчур специализированный неандерталец проигрывал именно потому, что он — специализированный. Практически везде и во всех случаях сапиенсы получали преимущество и вытесняли неандертальцев… вытесняли без всяких войн и конфликтов, но неуклонно и постоянно.

К тому же сапиенсов было больше. Намного больше. Сапиенсы возникли на юге. Они хлынули в Европу из Африки и с Переднего Востока. Предполагаются различные пути их в Европу. И с Переднего Востока через Причерноморье, и с Переднего Востока через Босфор и Дарданеллы. И из района Персидского залива на север. Может быть, сапиенсы сначала заселили Восточную Европу, а уже потом двинулись в свой «натиск на запад», оттесняя и обрекая на вымирание неандертальцев.

Все эти предположения уважаемых коллег очень умозрительны и неточны. Называя вещи своими именами, мы не знаем, как и откуда именно они шли. Но можно уверенно сказать: сапиенсы шли из мест, где плотность населения выше, чем на юге. Их исходный ареал был в несколько раз больше, чем у неандертальцев.

Сапиенсы были пластичнее, активнее, лучше говорили и качественнее работали. Они были всеяднее. И, кроме того, они несли с собой неизвестные неандертальцам заболевания…

О том, что неандертальцы пали жертвой неизвестной эпидемии, предполагали не раз. Как обычно, сложное явление попытались объяснить одной простейшей причиной. Александр Кульберг даже точно знает, что это за эпидемия: СПИД.

Сила аргументации чарует: «Само собой разумеется, что не может идти речи об обнаружении ни самого вируса иммунодефицита, ни его продуктов в костных останках древнего человека или неандертальца. Но этот вирус был у них, они заражались друг от друга и погибали от СПИДа… В данном случае мы имеем дело с наиболее корректно документированным древнейшим заболеванием инфекционной вирусной природы».

В общем, доказать ничего нельзя, но все равно: СПИД!

Откуда взялся? Почему погубил именно неандертальцев и почему именно в это время? А потому, что так дяденьке хочется. Люблю серьезные исследования, черт возьми!

Разумеется, ВСЕ неандертальцы не могли вымереть от ОДНОЙ болезни уже потому, что жили изолированно друг от друга. Множество народов-изолятов имели разные возможности противостоять заболеваниям. Но что сапиенсы несли враждебную северянам микрофлору и микрофауну — несомненно. Какие-то популяции неандертальцев могли вымереть и по этой причине.

Но самое главное не зависит от того, от чего вымерли неандертальцы. Неважно даже, вымерли ли неандертальцы поголовно или капелька их крови течет в жилах современных европейцев.

По-настоящему важны только три обстоятельства.

1. 130-40 тысяч лет назад именно неандертальцы были лидерами мирового развития.

2. Центром мирового развития в эту эпоху была Европа.

3. После смены населения, вымирания неандертальцев и прихода в Европу сапиенсов Европа осталась лидером мирового развития.

Глава 3. Звери нового оледенения

Человеческие общества… как отдельные острова разума среди темного мира зверей.

И. Ефремов

Вюрмское оледенение

Вюрмское оледенение изучено лучше и подробнее остальных, потому что оно самое позднее. Для него точнее всего определен возраст отложений и восстановлены течения природных процессов.

Рисс-вюрм закончился примерно 70, 65 или 60 тысяч лет назад (уж пусть меня простит читатель — такая вот точность. А кто возмущается неспособностью ученых к большей конкретности — милости прошу, исследуйте вопрос подробнее).

Вюрмская ледниковая эпоха разделена на два принципиально различных отрезка: Вюрм I и Вюрм II.

Первый, безледный, продолжался в интервале 70–24 тысячи лет назад. На протяжении этого времени в Европе преобладали приледниковые условия, климат был холодным и влажным, но настоящего оледенения еще не было. Ледники были лишь в Скандинавских горах, в Альпах и на островах Ледовитого океана.

В это время климат менялся несколько раз, но не кардинально.

Уже в ходе первого похолодания на территории севера Европы и северо-запада Русской равнины исчезли леса. По всей Европе — от Северной Франции до Верхнего Поволжья — распространились тундры, сходные с распространенными сейчас по берегам Северного Ледовитого океана.

На территории Голландии росли парковые ландшафты субарктического типа с разреженными лесами из березы и ольхи. Летняя температура составляла около 10 °C.

Во время интерстадиалов раннего вюрма климат устанавливался примерно такой, как сейчас. В первое ранневюрмское потепление (амерсфорд) здесь росли березовые и сосновые леса. Июльские температуры достигли 14–15 °C. На юге Франции на протяжении раннего вюрма климат был умеренно холодным, преобладали сосновые леса. На севере Русской равнины широко распространялись леса из сосны и ели.

На Русской равнине похолодание произошло приблизительно 36–32 тысячи лет назад. Там установились арктические условия, леса исчезают совсем, на смену приходит растительность типа тундровой. Летние температуры опускаются до б°С.

На юге Франции и севере Италии преобладали сухие степи.

Особенно теплым был второй ранневюрмский интерстадиал. Потепление известно на севере Русской равнины под названием дунаево (32–23 тысячи лет назад). Летние температуры поднялись до 16–17 °C. В центральных районах и на северо-западе Русской равнины распространились еловые и сосновые леса, на юге произрастали широколиственные леса, переходящие в лесостепь.

В лесах появился ольшаник, до широты современного Петербурга заметна примесь широколиственных пород: липы, орешника, в меньшей мере — дуба, вяза.

На территории Франции около 32 тысяч лет назад распространились сосновые леса и ольшаники с примесью орешника и широколиственных пород: дуба, вяза, граба. 29–26 тысяч лет назад появилось много смешанных лесов с участием дуба, вяза, липы, ясеня. Несколько потеплело около 23 тысяч лет назад. В остальное время климат был холодным и сухим, господствовали степи.

Вюрм II

В кульминации Вюрма II (24–20 тысяч лет назад) температура января упала до -10–15°, а температура июля опустилась до +10° (как в современной тундре). Именно тогда произошло максимальное распространение, а затем быстрое сокращение покровного оледенения.

В Восточной Европе вюрму соответствуют калининское и осташковское ледниковья и разделяются мологошекснинским межледниковьем (не все исследователи разделяют эту точку зрения). В Америке аналогичное оледенение — висконсинское.

Валдайский ледник в Восточной Европе занимал 2748 кв. км и имел объем в 4,8 млн куб. км.[56]

Все, что к северу от линии Рыбинск — Ржев — Смоленск — Минск, 15–20 тысяч лет назад было занято ледником. Как и вся Скандинавия, весь север Великобритании.

В Америке Лаврентийский ледовый щит охватывал современные Лабрадор и Квебек.[57]

Второй отрезок вюрма тоже не одинаков, но и межледниковья были суровее современного. Не как в раннем вюрме.

Около 25 тысяч лет назад тундра и холодные степи продвинулись на юг до Пиренеев, Альп, Динарских гор и Кавказа. Появились арктические виды животных: белая куропатка, песец, лемминг, полярная сова. В Средиземноморье еще сохранялась лесная растительность, в основном хвойная, но с участием широколиственных пород.

На Русской равнине опять установились холодные, арктические условия.

Здесь росли редкие леса из березы, сосны, ели, сибирского кедра и лиственницы. Огромные пространства занимали болота. На водоразделах была безлесная, степного вида растительность со злаками, вереском, сложноцветными, осокой.

Природная обстановка максимума вюрма соответствует коренной перестройке всего облика планеты. На поверхности суши возник общепланетарный пояс вечной мерзлоты. Зона вечной мерзлоты опускалась на территории Восточной Европы более чем на 2000 километров и доходила до 47–50° северной широты. Сезонное промерзание и оттаивание грунта происходило на юге до побережья Черного моря. В континентальной Азии вечномерзлые почвы доходили до Монголии.

Северного Ледовитого океана не было: он не оттаивал даже в июле. Материковый ледник плавно переходил в совершенно замерзший океан.

Исчезла привычная зональность растительности, произошло смешение фауны. Опять исчезали леса, «забиваясь» в убежища на Балканах и на Северном Кавказе.

Тундра опять «слипалась» со степью… Но это было не просто соединение двух ландшафтов — таких же, как сегодня. Нет…

Опять появились холодные озера у края ледника. Система приледниковых озер тянулась на сотни километров. Долины многих рек представляли собой цепочки и каскады озер.

Непосредственно у края ледника располагалась полоса приледниковой тундры. Среднюю и южную части Русской равнины, Европу к северу от Альп занимала растительность типа приледниковой тундростепи. Бассейн среднего Днепра, Полесье, Средне-Дунайскую низменность, большую часть Франции, Северную Италию занимала приледниковая лесостепь. Редкие леса из сосны и лиственницы существовали в Карпатах и в горах ЮгоВосточной Европы. В Центральной Европе были распространены травяные степи с тундровыми элементами.

Вюрм II сменяется интерстадиалом, переходным к верхнему вюрму, 20–16 тысяч лет назад.

Первый период верхнего вюрма называется древний дриас — 16–13 тысяч лет назад. Название очень характерное: дриасом называют тундровую растительность высоких альпийских лугов. Древние горные тундры…

Некоторые коллеги выделяют еще период готского оледенения, или вюрм IV, — 16–14 тысяч лет назад. Они относят древний дриас ко времени 14–13 тысяч лет назад.

Затем следует период потепления боллинг (назван по озеру в Дании) — 12 300—12 600 лет назад, средний дриас — 12 600—11 900 лет назад, период потепления аллерод (назван по деревне в Дании) — 11 900—10 900 лет назад и, наконец, поздний дриас — 10 900—10 000 лет назад.

Одни ученые полагают, что аллерод — уже начало голоцена. Другие считают, что Ледниковый период окончился с поздним дриасом, 10 тысяч лет назад.

Легко заметить, что для конца вюрма даты стали намного точнее.

Изменения климата и колебания уровня моря в ослабленной форме происходили и в течение послеледникового, или голоценового, времени (т. е. за последние 10 тысяч лет). Так, наибольшее потепление климата в Европе имело место около 5–6 тысяч лет назад (так называемый послеледниковый климатический оптимум), после чего произошло некоторое похолодание.

Опять про море и сушу

Максимальное распространение ледника в Европе произошло почти 18 тысяч лет назад. Тогда ледник покрыл толстой коркой значительную часть Великобритании, Ирландии, Дании, север Германии, Польши, Белоруссии, обширные пространства на северо-западе Русской равнины. В эпоху максимума оледенения уровень моря опустился на 100–120 метров по сравнению с современным. Это было связано с тем, что огромная масса воды перешла в ледяной панцирь, местами достигавший толщины 2 километров. Значительные пространства шельфа были осушены. Мощный ледяной покров охватил шельф Баренцева моря.

Сильное понижение уровня моря в ледниковую эпоху стало причиной осушения обширных районов нынешнего шельфа. В то время они были и родиной многим плейстоценовым животным, и теми мостами, что соединяли между собой материки. По этим мостам вслед за стадами животных кочевали древние охотники, заселяя новые земли.

В эпоху вюрмского оледенения Северного моря не существовало. Британские острова соединялись сушей с Шотландскими и Оркнейскими островами и с континентальной Европой. В состав единого массива суши входили и полуострова Ютландия и Скандинавия. Огромные ледники покрывали почти всю Скандинавию, Шотландию и всю северную часть нынешнего Северного моря.

Нынешний пролив Ла-Манш между Англией и Францией был долиной мощной древней реки, впадавшей в Атлантический океан. Притоками этой реки являлись Темза, Сена, Шельда, Маас, Рейн и много других, более мелких рек Северо-Западной Европы. Сейчас они впадают в Северное море. Древние долины этих рек образуют разветвленную сеть, которая проходит по склонам огромной отмели, называемой Доггер-банка. Огромная, продолговатой формы отмель Доггер-банка более чем на 250 километров протянулась с юго-запада на северовосток. Ширина ее достигает 30 километров, а глубины не падают ниже 37 метров. Еще несколько тысяч лет назад на месте этой отмели находился большой остров.

Остров был населен — с шельфа Доггер-банки были подняты не только торфяник и кости мамонта, но и свидетельства деятельности людей. Эти люди или погибли, или научились делать лодки или плоты. Впрочем, дерева на острове было немного, скорее всего, не все уплыли. Британские острова окончательно отделились от материка только в третьем тысячелетии до Р.Х., а Северное море затопило низменные районы Северо-Западной Европы. Море продолжало наступать на сушу на протяжении всего исторического периода.

Берингийская суша

Опять появилась Берингия между Америкой и Азией.

По ней опять потоком хлынули животные, шел обмен видами. Через этот же мост не более 20 тысяч лет назад произошло и заселение Америки человеком.

Колоссальная приледниковая зона

Приледниковая зона достигала громадной площади, простираясь от побережья Атлантического океана до побережья Тихого. А благодаря Берингии похожие виды животных водились и в Америке.

В наше время тоже существуют похожие природные зоны… Они порой очень обширные, но ни одна из них сегодня не достигает масштабов приледниковой.

Великая Степь начинается в Венгрии и кончается в Северном Китае. В Америке распространены похожие степи — прерии, но они не соединены с евразийскими степями. И вообще по площади не так велики.

Зона лесов умеренного пояса опоясывает Европу, Азию и Америку. Но широколиственные леса растут только близ побережья океанов, в Евразии они не проникают западнее Забайкалья и восточнее Урала. Большие «пятна» таежных лесов в Америке и в Евразии тоже разорваны.

Вот приледниковая зона была действительно колоссальной. На десятках миллионов квадратных километров установились если не тождественные, то похожие условия. Разумеется, на такой территории возникало множество разных подзон. И в зависимости от близости ледника, и в зависимости от удаленности от океана, высоты над уровнем моря, наличия местных видов животных и так далее…

Нигде, кроме Америки, не было короткомордого медведя, мохнатого мастодонта, гигантского наземного ленивца, предков современной пумы. Шерстистого носорога, гиены, пещерного медведя в Америке не было.

Только в Забайкалье обитала винторогая антилопа ростом с лошадь и забайкальский як. Тур и бизон в Забайкалье не водились.

Пещерный медведь, кабан, эласмотерий встречались только в Европе.

Но многие виды жили по всей приледниковой зоне. На этих общих видах и основывается представление о мамонтовой фауне.

Мамонтовая фауна

Поздний мамонт дал название всей фауне, как ее типичный представитель. Он — типичное арктическое животное. Он мог жить в самом холодном климате. Мамонтов находят даже на Таймыре и на севере Якутии. Севернее 70 градуса северной широты. Но в современной тундре мамонту просто не хватило бы пропитания.

Мамонт ближе всего к индийскому слону. Массивный, могучий, весом до 5 тонн, мамонт был внешне неуклюж. Массивная голова, крутой горб над передними лопатками, спина круто спадает к крестцу.

Огромные бивни у самцов росли всю жизнь, достигая до 4 метров длины и веса до 150 килограммов каждый. Спирально закрученные концы бивней, по мнению некоторых исследователей, были приспособлены к разгребанию снега. Конец хобота мамонта был устроен не так, как у слона. Он имел два ладонеобразных выступа для захвата низкой полярной травы.

Тело мамонта сплошь покрывала густая шерсть черно-бурого или рыжевато-бурого цвета, особенно пышная по бокам. На животе спускалась длинная шерсть, как у современного тибетского яка. Мамонт мог лечь на эту шерсть, прямо на мерзлую, страшно холодную землю. Был и очень густой теплый подшерсток.

Мамонты были превосходно приспособлены к условиям арктической природы того времени. На заливных лугах они находили обильную пищу в виде сочной зеленой травы. Тут важно отметить: в приледниковой зоне зимы были очень холодными, но малоснежными. Сухая трава была доступна животным всю зиму.

И все же «позднему» мамонту было на земле не так хорошо, как «раннему». «Поздний» мамонт мельче. Для зоологов измельчание вида ясно говорит об угнетении, о нарастании неблагоприятных условий.

Человек активно охотился на мамонта. В мерзлой холодной степи было мало деревьев, и люди строили из костей мамонта жилища. Черепа крупных самцов ставили альвеолами бивней вниз. Для устойчивости эти громадные черепа подпирали черепами маленьких мамонтят. В теменное отверстие черепа вставляли шест или бивень все того же мамонта. На систему шестов натягивали полог из шкур… возможно, тоже мамонтовых. Для небольших жилищ размером 3x 3 метра могло хватить и одной крупной мамонтовой шкуры — ведь ее площадь могла составлять порядка 30 квадратных метров. Известны жилища и покрупнее, диаметром до 9 метров. Кровля таких больших жилищ держалась на шестах, и для нее требовались шкуры нескольких крупных животных.

Человек современного физического типа очень часто рисовал мамонта на стенах пещер. Есть рисунки довольно слабые, есть сделанные очень реалистично. Так и видишь громадного и в то же время быстрого, активного зверя.

Иногда на фоне мамонта рисуют эдакую странную конструкцию…

Уважаемые коллеги объясняют такие рисунки двумя способами:

1) это нарисована ловушка. Мамонт проламывает крышу этой ловушки и проваливается в приготовленную для него яму;

2) мамонт был так связан с жилищами в представлении людей, что его сразу изображали вместе с жилищем.

Конечно же, это очень интересные мнения. Но вот насчет ловушки можно сказать сразу и четко: не было никаких ловушек. То есть долгое время писали и говорили о ловчих ямах на мамонтов — не мог же дикий человек с каменными орудиями охотиться на такого крупного зверя! В книжке Покровского[58] подробно описано, как древний человек копает такую ловушку, как ловит мамонта и убивает его, причем один из охотников проваливается в яму и мамонт его растоптал.

А Виктор Михайлович Васнецов по заданию Исторического музея в Москве написал прекрасную картину «Охота на мамонта». Написана она в 1885 году, но до сих пор воспроизводится в учебниках и популярных книжках. Это прекрасная картина. Она очень хорошо сделана, и, кроме того, на ней изображено все «как полагается». Тут и мамонт в огромной яме, и пораженный его бивнями охотник, которого подруга держит за руку. И толпа диких «палеолитиков», которые забрасывают мамонта камнями. Вот пожилой воин с диким криком кидает громадный камень в мамонта. Шкуры, в которые завернуты люди, развеваются, камни летят, мамонт ревет, раненый лежит с искаженным от боли и страха лицом… Все, как представляли в конце XIX века.

Вот только одна беда: мамонт жил исключительно в тех местах, где была распространена вечная мерзлота… Было бы, наверное, жестоко отвезти Васнецова в современную Якутию и попросить его выкопать яму для мамонта, пусть даже железной лопатой. Нехорошо было бы издеваться над этим достойным человеком. Но желание такое у меня появляется всякий раз, когда я смотрю на его картину, грешен.

Кстати, и кровля у этих «ловушек» какая-то странная: не плоская, замаскированная под поверхность земли, а вертикальная, двускатная — как у избы и у любого деревянного дома. Очень загадочная «ловушка».

Про жилища… жилища из костей мамонта хорошо известны. Раскопали их уже несколько тысяч по всей Европе, и еще в Мальте, Бурети и на Ачинской стоянке. Но все эти жилища — округлые или овальные. Ни у одного такого жилища нет вертикальных ровных стен и двускатной крыши.

Ни разу ни один мамонт не нарисован на фоне жилищ — таких, какими их знают археологи. А вот рисунков, в которых мамонт изображается на фоне схематично изображенной избы, известно несколько.

Известен и рисунок бизона на фоне такой же конструкции.

Что характерно — и шерстистых носорогов, и эласмотериев тоже изображают на стенах пещер. Громадный это был зверь и грозный, шерстистый носорог! В две тонны весом, с двумя рогами — причем передний до метра длиной.

Постоянной охотничьей добычей он не был — водился мелкими группами, и уж очень опасен. Но впечатление зверь производил, носорогов постоянно рисовали.

Эласмотериев рисовали меньше… Видимо, эти животные сохранялись только в очень небольшом количестве и по большей части там, где тепло. Известны рисунки эласмотериев из пещер в Испании и в Каповой пещере на Урале.

Есть мнение, что именно эласмотерий послужил прототипом для мифического единорога. Если это так, то получается, что память о зверях плейстоцена дожила до времен намного более поздних. Или это все же дожила не только память, но дожили и сами звери? Позже мы увидим, что вовсе не все животные времен Великого Оледенения вымерли.

Но носорога никогда не рисовали на фоне «дома-ловушки». Почему бы? Дорогой читатель! Охотно открою тебе один секрет: я бы многое отдал за удовольствие это узнать. Но я не знаю. И никто на земле тоже не знает. И дикого быка — тура тоже на фоне «ловушек» не рисовали.

С туром связана другая загадка… Дикие животные вообще чаще одноцветные. Пятнистые или в яблоко — обычно домашние животные. Ведь для домашних животных нет необходимости приспосабливаться к цвету природных ландшафтов, по этому признаку отбор не идет, и человек его тоже не производит.

Известно и какого цвета туры… Они черные, с белой полосой вдоль хребта. И с длинными прямыми рогами.

А коровы… вернее, турицы и телята — рыжие.

Так выглядят туры на рисунках средневековых книжников. Такими описывали их, пока туры водились в Европе — то есть до начала XVII столетия. Такую окраску имеют туры, «восстановленные» немецкими учеными — братьями Лутцем и Гейнцем Хек.

Лутц Хек занимал должность директора Берлинского зоопарка, Гейнц — мюнхенского. В этих зоопарках в 1920 — 1930-е годы проводились работы по восстановлению животных с обликом предков — диких лошадей, диких быков-туров, зубров. Наука многим обязана умным и активным братьям Хек.

Берлинское стадо восстановленных туров погибло во время войны. Мюнхенское стадо живо до сих пор. Оно состоит из черных и густо-рыжих зверей…

Такого же цвета и большинство туров на рисунках людей палеолита. Но только большинство… Потому что в нескольких случаях изображаются коровы… пятнистые.

В точности как домашний скот.

Уважаемые коллеги знают совершенно точно, что эти коровы никак не могут быть домашними. Домашними стали туры особой мелкой породы 5–6 тысяч лет назад, на территории современной Швейцарии.

Уважаемые коллеги спорят о том, одомашнили ли мелких туров, или, наоборот, туров стали держать возле поселков, им не хватало пищи и они измельчали.

Еще они спорят о том, одомашнивали или нет крупную породу туров. Вроде на Переднем Востоке в 4–5 тысячелетиях до Р.Х. одомашнивали и их… Вполне определенно с турами скрещивали скот на протяжении Средневековья. То-то братья Хек так легко восстановили исходную породу европейского тура. И потому совершенно непонятно, в каких родственных отношениях с мелкой и крупной породой туров состоят современные быки и коровы.

Но тут всю эту картину нагло портят эти противные европейские туры времен Великого Оледенения! Еще нет никакого разделения на мелкую и крупную породы, не должны их еще одомашнивать… И вообще палеолитический человек был очень дикий, ходил в обрывках плохо выделанных шкур, жил в пещерах и глушил попавших в яму мамонтов каменюками по черепу. Куда там ему разводить домашний скот…

…А эти политически некорректные, зловредные туры — пятнистые! Домашняя скотина, назло уважаемым коллегам! Нет бы им быть приличными, одноцветными, как полагается…

Но еще противнее всех лошади времен Великого Оледенения… Начать с того, что иногда — всего в нескольких случаях, но все же — на стенах пещер изображают лошадей в яблоках. Пятнистых. Таких вот, с окрасом домашних лошадей, которых не может быть, потому что не может быть никогда.

К тому же пропорции тела у домашних и диких лошадей разные. У домашней лошади и форма головы совсем другая, и пропорции тела не такие, как у дикой. Да и пятнистая она, что немыслимо для дикого животного.

К тому же тут вот какое дело… Еще в XIX веке в пещере Мас-д'Азиль в Дордони найдена головка лошади, вырезанная из кости. Наверное, это часть скульптуры всей лошади, но сохранилась только голова. На этой голове у лошади очень явно видна веревочная узда.

Уважаемые коллеги очень не любят, когда я их спрашиваю о том, как они понимают это изображение. Потому что если это узда, то есть только два объяснения:

1) каким-то непонятным образом в культурный слой палеолита попала гораздо более поздняя вещь;

2) в палеолите были домашние лошади и для них делали веревочную узду.

Уважаемые коллеги хорошо знают, что головка лошади извлечена из культурного слоя вполне корректно. Значит… Но ведь ученые «точно знают»: в палеолите не было скотоводства!!!

И вот некий уважаемый коллега пишет статью, в которой «доказывает» — вовсе на лошади никакая не узда. Это у лошади такие складки кожи, от усталости и после долгого бега. У лошадей в этой местности как раз и бывают ну в точности такие складки…

Скромно спрошу: а какое отношение современные лошади какой бы то ни было местности имеют к лошадям, жившим в этой местности 15 и 17 тысяч лет назад?

Спрошу еще скромнее: а почему никак нельзя допустить, что домашние лошади в палеолите все же были? Но это вопросы бессмысленные. Чтобы отвечать на них, нужно самостоятельно мыслить. А этого ученые не любят.

Еще интереснее вот что… Есть еще несколько скульптурных изображений лошадиных головок, где менее четко, но все же видна узда…

Есть и изображение лошади, которое называют «Лошадь в „попоне“».

Даже такой блестящий ученый, как Абрам Давидович Столяр, берет это слово «попона» в кавычки. А почему, собственно? Я испытываю искреннее и очень сильное уважение к А. Д. Столяру, человеку энциклопедических знаний. Его исследования внесли в науку чрезвычайно много, он пользуется громадным и заслуженным авторитетом. Но не понимаю, почему я не должен видеть на этой лошади именно попону — без каких бы то ни было кавычек.

Есть, впрочем, и изображения запряженной лошади…

В общем, гады они, эти палеолитические лошади. И еще большие гады палеолитические люди, которые рисовали каких-то «неправильных» лошадей. Не таких, какими им полагается быть.

Иногда уважаемые коллеги ведут себя тоже неправильно. Даже такой крупный ученый, как Пол Банн, провел интересное исследование… Он пришел к выводу, что зубы у многих лошадей палеолита хранят следы применения удил. По мнению Пола Бана, этих лошадей привязывали, как домашний скот.[59]

Уважаемые коллеги выразили свое большое «фу» таким глупостям. Сам Пол Банн не настаивал на своем открытии, так все тихо и закончилось. Конечно же, никто не проверял выводов Пола Банна и больше никто не проводил подобных исследований. Зачем? Мы ведь и так знаем, что в палеолите домашнего скота не было.

А что палеолитические люди не знали этого — так на то и дикари, уважаемых коллег не читали. И вообще рисовали эти палеолитические люди частенько не то, что следует…

Изображали, например, животных, которых в природе не существует.

«Неправильные» животные палеолита

Вот, скажем, пещера Коске… Открыл ее в 1985 году аквалангист А. Коске на берегу Средиземного моря. На глубине 36 метров он обнаружил щель в скале, обрамленную кораллами и водорослями. Наклонный тоннель через 150 метров вывел его выше уровня моря, в большой сухой зал. В 1990–1991 годах на стенах этого зала были найдены изображения человеческих рук, десятки рисунков лошадей, бизонов, тюленей…

Дальнейшие исследования проводились морской археологической экспедицией министерства культуры Франции. Ход в пещеру Коске довольно опасен. Недавно двое любителей погибли при попытке в нее проникнуть. В пещере одновременно работали 8 специально подготовленных исследователей и 11 водолазов. Они обнаружили много незамеченных ранее рисунков эпохи палеолита, кострища, орудия мадленской эпохи.

По мнению археологов, возраст рисунков — порядка 13–18 тысяч лет.

Эту пещеру использовали до того, как окончилось Великое Оледенение и тающие ледники подняли уровень Мирового океана. Тогда вход в нее затопило, и пещера оказалась фактически «запечатана».

По словам всех, побывавших в пещере, человека там охватывает ощущение «эмоциональное, но столь понятное всем, кто имел счастье побывать в подземных святилищах…».

Действительно: исследователь отделен от мира повседневности многотонной громадой скал, уходит в загадочный и не очень подходящий для жизни человека минеральный мир подземелья. Да к тому же он оказывается в месте, которое было как бы законсервировано самой природой, в котором все сохранилось таким или почти таким же, как было в момент создания изображений.

Вот как описывает это ощущение известный французский ученый-археолог Жак Клотт в своей книге, посвященной пещерным памятникам Франции:

«Мы были охвачены странным чувством. Все столь красиво, столь свежо, почти слишком. Время исчезло, как если бы десятки тысяч лет, которые нас отделяли от творцов этих росписей, не существовали больше. Кажется, что они только что создали свои шедевры. Мы чувствовали себя незаконно вторгшимися пришельцами. Находясь под очень большим впечатлением, мы были угнетены ощущением, что были не одни: души художников нас окружали. Мы чувствовали их присутствие, мы их раздражали».[60]

Это пишет не экзальтированная барышня и не кабинетный невротик… даже не дилетант, впервые оказавшийся в пещере. Это пишет известнейший исследователь пещерного искусства; ученый, который много часов, в общей сложности сотни рабочих дней провел под землей, копируя и изучая рисунки ископаемого человека.

В этой пещере найдено много изображений… Среди них и изображения «пингвинов». Только расскажите мне, бога ради, что же это за такие «пингвины»?!

То есть я знаю. Мне уже говорили: никаких таких динозавров во время жизни человека на Земле не было. Но что я могу поделать, если древний человек в пещере Коске изобразил именно плезиозавров?!

В другой пещере есть еще более странные изображения… Опять же — этого не может быть, но изображены там двуногие динозавры. Неправда? Не может быть? Тогда не будете ли вы так любезны, рассказать, кого эти рисунки изображают?

Или вот этот рисунок…

И в других пещерах попадаются очень странные изображения. Допустим, знаменитый «колдун» из пещеры «Трех братьев», странное существо из Фон-де-Гом — это чистейшей воды фантазии древнего человека, его выдумки. Так сказать, плод фантазии дикаря, представлявшего таким образом то ли своих предков, то ли общих предков самого себя и других животных… Некоторых видов.

Или это изображения ряженых? Колдунов и шаманов, одетых такими «первопредками»?

Все может быть, не буду спорить. Но вот изображения вовсе даже не фантастических животных, которых наука не знает.

Может быть, тут тоже плод фантазии художника? Может быть, так представлял себе древний художник мифического предка волков? Или так неумелый художник изобразил росомаху? Все может быть, не исключаю никакой возможности.

Но именно так должны были выглядеть медведесобаки, «ужасные волки», известные из слоев, которым порядка полутора миллионов лет.

Наивно думать, что мы знаем ВСЕХ животных эпохи плейстоцена. Ведь в отложениях встречаются только костяки очень распространенных видов. Кости умершего животного крайне редко бывают захоронены и сохраняются в слоях земли. Это скорее редкое исключение из правила. Если вид редкий, то и захоронение его костей маловероятно. Одновременно на Земле жили сотни тысяч мамонтов… То-то их и находят постоянно. А вот эласмотериев было мало… И находки костей этих животных нечасты.

И на этом рисунке изображены какие-то довольно странные животные.

Или вот… Не так давно из слоев плейстоцена, скрытых сегодня под дном Северного моря, извлекли челюсть гомотериума — крупного саблезубого хищника. Правда, был этот зверь больше приспособлен к бегу и преследованию добычи, чем большинство саблезубых хищников. Махайрод — саблезубый тигр, имел могучие передние лапы и слабые задние. Быстро бегать он не мог. Подкарауливание добычи, мгновенный бросок… И в ход идут громадные когти, клыки длиной в 15 сантиметров.

В отличие от него гомотериум мог бегать, преследуя добычу. И клыки у него не такие большие. Но все же он принадлежал к саблезубым кошкам, а саблезубые кошки, «как известно», вымерли не менее чем 600–700 тысяч лет назад.

Челюсть гомотерия так потрясла ученых, что ее датировали одновременно в трех разных лабораториях. Даты совпали: порядка 26 тысяч лет назад.

Ефремов рассказывает о скифском изображении саблезубого тигра… Это не сказка, не выдумка. Золотая бляшка для ремня, на которой изображен саблезубый тигр во всех подробностях, хранится в Золотой кладовой Эрмитажа. Я видел ее собственными глазами.

Не может быть?! Но это так. Саблезубые кошки дошли почти до нашего времени. Но было их мало, и их кости не попали в геологическую летопись.

Вполне возможно, на Земле жили и другие животные, о которых мы не имеем ни малейшего представления. Но этих животных древний человек знал очень даже хорошо. Жил он непосредственно в естественных ландшафтах лесов и степей. Охота на зверей была его повседневным, самым обычным делом, и знал он их получше нашего.

Например, в пещере Руффиньяк есть интересное изображение мамонта… На нем видно, что из отверстия на виске животного течет какая-то жидкость. У современных слонов есть особая височная железа… во время гона из отверстий на голове течет секрет этой железы, пахнущая мускусом жидкость: чтобы все знали, что мамонт готов к сражениям за самку.

Оказывается, и у мамонтов было такое! В последнее время на головах трупов мамонтов нашли такие же отверстия и железы… Но нашли уже после того, как «подсмотрели» рисунок в пещере Руффиньяк.

И в наше время существуют звери, которых знают охотники, местные жители и о которых официальная наука не имеет ни малейшего представления… В пещере Горозомза (Южная Африка) среди изображений самых обычных животных обнаружен… рисунок бронтозавра.

Ученые вам на голубом глазу скажут, что бушмены никак не могли рисовать бронтозавра, потому что бронтозавры давно вымерли, вместе со всеми остальными динозаврами. Задолго до появления человека. А рисунки сделаны всего 3,5 тысячи лет назад предками современных бушменов.

В легендах бушменов рассказывается об огромном водном звере, жившем в озерах. Называли этого зверя «властелин вод» и охотились на него. Зверь был очень опасный, с длинной изгибавшейся шеей; иногда «властелин вод» ухитрялся уже в ловушке убить кого-то из охотников.

По мнению бушменов, исчез «властелин вод» совсем недавно.

В 1806 году Жорж Кювье заявил, что больше нет шансов открыть хоть одно крупное новое животное! Земля уже вся изучена, «сюрпризов» не будет. А спустя всего шесть лет он был вынужден внести в свою «Естественную историю» такое крупное животное, как чепрачный тапир, обитатель Юго-Восточной Азии. Угадайте с трех раз, знали ли о существовании этого вида тапиров местные жители?

Вообще с 1850 года, менее чем за 200 лет, открыто больше ста видов крупных животных. В их числе такие гиганты, как ремнезубый кит, горная горилла, дикий бык купрей (крупнее зубра), белый носорог (тот самый, с которым сравниваем шерстистого), жирафа окапи, карликовый бегемот, комодский варан (до 4 м длиной), лошадь Пржевальского, медведь кадьяк, олень Давида…

О каждом из этих животных прекрасно знали туземцы, но не имела никакого представления официальная наука. Право же, имеет смысл повнимательнее ознакомиться с наскальными рисунками… есть смысл.

Ведь мы до обидного мало знаем о животных Великого Оледенения! Намного меньше, чем знал их современник, живший бок о бок со зверьми.

На юг… и на север…

В эпоху Великого Оледенения на одной территории водились животные Арктики, степей, пойменных лугов, лесов и гор. Из этого не следует, что они водились в одних и тех же ландшафтах. Дикая лошадь не может водиться там же, где водится северный олень. Пещерный медведь не поселится там же, где водится дикий осел. Горный баран и большерогий олень нуждаются в совершенно разных местах обитания, разном составе растительности и разных убежищах.

Чем разнообразнее были ландшафты в данной местности, тем разнообразнее была и фауна.

Уже в начале Вюрма II, 24 тысячи лет назад, в Сибири исчезли шерстистый носорог, большерогий олень, пещерная гиена. Еще раньше в Западной Сибири исчез эласмотерий. Чуть позже, в XV–XIV тысячелетиях, на юге Сибири исчез и мамонт. А пещерного медведя, кабана, тура, в Сибири никогда в эпоху Вюрма II изначально и не было.

Вот в Европе было разнообразнее! В ней рядом с мамонтами и носорогами в степях и тундрах мирно паслись табуны северных оленей, стада диких лошадей и диких быков. Вместе с ними в причудливом смешении встречались животные глубокой Арктики и центрально-азиатских пустынь, горных областей и степных пространств: песец и антилопа-сайгак, пещерный лев и благородный олень.

Мир животных Великого Оледенения был нестабилен и подвижен. Ледник полз на юг — и животные Арктики оказывались на берегах Средиземного и Черного морей.

Овцебыки важно шествовали по дюнам Северной Италии, песцы непринужденно шныряли по холмам современной Южной Украины и Крыма. Северные олени, полярные куропатки, лемминги становились совершенно обычными животными на юге Русской равнины или во Франции.

Ледник полз на север, и холодолюбивые звери отходили вслед за ним. Холодные сухие степи тоже ползли на север, и вместе с ними на север шли степные животные: сайгаки, дикие полуослы-куланы, лошади, зубры, благородные олени и волки.

Таким был природный фон, на котором развертывалась история верхнепалеолитического человека в приледниковой области Европы.

Животных «своей» эпохи он знал получше нас… Но знал не для того, чтобы их изучать или любоваться на них! Древний человек на них охотился.

В воспаленном воображении кабинетных теоретиков древний человек очень бережно относился к животным, был стихийным экологом. Но ничто не подтверждает эти теоретические выдумки. Человек старался селиться там, где природа была особенно щедрой. И брал полной мерой все, до чего мог дотянуться. Ресурсы исчерпывались? И он переходил в другое место.

Из истории хорошо известны чудовищные по расточительности охоты современных первобытных народов. Индейцы устраивали ловушки для бизонов и загоняли в них целые стада. За несколько часов сотни бизонов скатывались по крутым склонам и оказывались за прочной оградой из камней. А люди с упоением расстреливали из луков мечущихся беспомощных гигантов. Всякий раз индейцы не могли унести и половины доставшегося им мяса. Сотни тонн мяса сгнивали или доставались хищникам.

Конная охота индейцев выглядит очень романтично в описаниях Шульца и других европейцев, успевших застать этот способ охоты.[61] Не менее красочно, весело описывали эту охоту сами индейцы.[62]

Но что происходило во время этих охот? Стреляя на скаку в бегущее стадо бизонов, конные охотники добывали в лучшем случае 20–30 % зверей, в которых попадали. Остальные убегали умирать.

В конце XIX века в руки чукчей попали карабины… Раньше они охотились только на маленькие стада моржей, и только на берегу или на прочном льду. Моржа поражали гарпуном, в упор, потерять добычу считалось большой неприятностью.

Карабин позволил нападать на крупные стада в открытом море. Не страшно! Громадные звери могут броситься всем стадом, но вооруженные карабинами охотники не подпустят их к своим байдаркам. Вода Ледовитого моря краснела от крови, до 80 % убитых зверей тонули.

Примеры можно умножать до бесконечности, но ведь главное уже ясно. Не был первобытный человек великим экологом, что тут поделать.

Я уже рассказывал, что при строительстве жилищ из костей мамонта череп громадного мамонта укрепляли, подкладывая под него черепушки маленьких мамонтят… И не только маленьких мамонтят, а черепа «эмбрионального мамонта» — еще не родившихся детенышей. Били беременных самок, которые не могут быстро бежать, а черепа извлеченных из них детенышей — на строительство.

На современного человека эта практика производит отталкивающее впечатление.

Некоторые стоянки просто изобилуют останками животных. Соллютре во Франции, давшее название эпохе, содержит кости более чем 100 тысяч лошадей. Многие кости лежат в анатомическом порядке: загнав и убив животное, его никогда и никак не использовали.

В Пржедмосте (Чехословакия) вместе с костями других животных найдены останки примерно 800—1000 мамонтов.

В Амвросиевке, на Украине, открыто скопление костей, залегавших метровой толщей на площади около 200 кв. м и принадлежавших 950—1000 бизонам. Тут тоже встречено немало костей, лежавших в анатомическом порядке.

Такой же завал мертвых бизонов обнаружен на стоянке Волчья Грива в Западной Сибири.

На способы охоты указывает нередко само расположение древних стоянок. Они находятся вблизи скалистых обрывов и оврагов, в пересеченной местности, представлявшей наибольшие удобства для устройства загонов и облавной охоты. Чтобы добыть сразу и много.

Глава 4. Новые лидеры мира

То, что сумел ты сделать

В великой своей судьбе,

Оценит только строгий

Суд равных тебе.

Р. Киплинг. «Бремя белого человека»

Сапиенсы жили в Африке сотни тысяч лет. За этот срок жизни в Африке, с 180 тысяч лет назад, никакого переворота в культуре не произошло. Лидерами мирового развития были неандертальцы, а у сапиенсов в Африке не было ни искусства, ни погребений, ни домостроительства. Техника изготовления их каменных орудий ничуть не более совершенна, чем у неандертальцев. Тот же самый средний палеолит, даже грубее, чем мустье.

Техника обработки каменных орудий, которую мы называем верхним палеолитом, родилась на Переднем Востоке, в самом непосредственном контакте с неандертальцами. Революция верхнего палеолита продолжилась в Европе. Если не во всей Европе, то по крайней мере в Восточной Европе она шла с активным участием неандертальцев.

Еще 40 тысяч лет назад сапиенсы проигрывали неандертальцам. В Северной Африке распространены культуры среднего палеолита. Похожие на мустье… Но их носитель — не неандерталец, а сапиенс!

Ученые считают, что сапиенсы стали лидерами мирового развития потому, что были очень совершенные и умные. Одно слово — венцы творения! Но «почему-то» наши «венцы творения» не стали лидерами мира в своей родной Африке. И в Австралии, куда они попали раньше, чем в Европу, тоже не стали. Конечно, в Австралии нет необходимых ресурсов для создания цивилизации. Как сказал один неглупый английский ученый, «нельзя выращивать колючую траву и доить кенгуру». Справедливо! Но в Индии, на Переднем Востоке, в Средней Азии, на Востоке Азии было сколько угодно растений, которые можно было окультуривать. И животных, которых можно было одомашнить. Сапиенсы этого не сделали.

«Венцы творения» — самый совершенный и самый замечательный вид человека — стали лидерами мирового развития только и исключительно в Европе. Вот в Европе сапиенсы действительно стали лидерами мирового развития, обгоняя неандертальцев. Но с тем же успехом они опередили своих собратьев по физическому типу в Африке, в Южной Азии и в Австралии. Видимо, дело не только в физическом типе человека. Дело, видимо, еще и в Европе.

Европа сапиенсов

36 или 32 тысячи лет назад начался удивительный верхний палеолит Европы. Верхний палеолит — гораздо более короткий период по сравнению со средним и тем более нижним палеолитом. Однако именно в верхнем палеолите древние обитатели Европы сделали ряд существенных шагов как в экономике, так и в области культуры.

Сколько людей жило в тогдашней Европе? Подсчитать можно только приблизительно. С учетом сухого и холодного климата Центральной Италии во время последнего оледенения предполагается плотность один человек на 50—100 кв. км. Все палеолитическое население Центральной Италии в целом могло составлять одновременно 800—1600 человек.

В более сложных природных условиях возможна была и более высокая плотность населения на меньшей территории — за счет разнообразия способов добывания средств существования. В таких условиях плотность населения возрастала до одного человека на 8 кв. км или даже на 5 кв. км. Полагают, что минимальная община в палеолите состояла в среднем из 25 членов. При плотности населения один человек на 50—100 кв. км территория минимальной общины должна была составлять от 1250 до 2500 кв. км.

Минимальные общины могли образовывать более крупное объединение, связи внутри которого осуществлялись через общие ритуалы, а также сеть браков, которая гарантировала биологическое сохранение его членов. Такое объединение — максимальная группа охотников палеолита, вероятно, включала от 200 до 500 человек, в него входило от 7 до 19 минимальных общин. Возможно, такая группа была небольшим народом со своим языком и культурой.

При плотности населения один человек на 50—100 кв. км территория этой максимальной группы составляла бы 17,5—47,5 тысяч кв. км.

При плотности один человек на 200 кв. км территория этой «максимальной группы», примитивного маленького этноса, равнялась бы 95 тысячам кв. км, то есть включала всю Юго-Западную Францию от Атлантики до Средиземного моря.

При более высокой плотности (один человек на 20 кв. км) территория максимальной группы могла включать, например, весь район Перигора во Франции.

Венгрия с ее территорией 93 тысячи кв. км была бы занята 74 минимальными общинами с общим количеством населения 1850 человек.

Общее число населения Европы к концу Великого Оледенения определяют от 500 тысяч до 1 миллиона человек. Тут надо сказать, что подсчеты обычно не учитывают территорий, которые сейчас находятся под водами морей и океанов. Ведь в плейстоцене не было Северного моря, а весь шельф с глубинами менее 100 метров представлял собой сушу. И это были самые низменные и уже потому самые теплые и благодатные земли.

Все эти люди жили крохотными, изолированными друг от друга общинами. Все они не знали другой жизни, кроме жизни в дикой природе, среди темного мира зверей.

Для этих людей в их грубой и жестокой жизни многое казалось само собой разумеющимся: постоянные травмы и частые голодовки, смерть от болезней и голода, рождение детей почти каждый год каждой женщиной, чудовищная детская смертность, очень раннее старение и смерть.

У этих людей не было даже глиняной посуды. Мясо они ели печенным или жаренным на костре, а скорее всего, полусырым, в большей степени согретым, чем приготовленным в пламени костра. У них не было совершенно никакой мебели, и они спали, ели и сидели непосредственно на полу своих жилищ.

Стриглись ли они? Обрезали ли ногти на ногах? На руках можно было обгрызть… А вот с ногтями на ногах что они делали? Обгрызали друг у друга? Обрезали? Делали ли женщины прически, и если делали, то какие?

Вряд ли у них были очень уж изысканные представления об отношениях полов, об ухаживании и браке. Они совокуплялись на глазах друг у друга (в том числе на глазах собственных детей), с чавканьем пожирали мясо руками, а жир стекал по бороде и меховой одежде. Поев, они непринужденно вытирали руки об одежду или о спутанные колтунами волосы. Они мылись только в теплое время года и только в холодной воде. Хотя, конечно, умываться можно и снегом, мы не имеем ни малейшего представления, был ли у них такой обычай.

Эти люди прекрасно знали растения и животный мир вокруг себя, могли неутомимо ходить, носить тяжести и работать самыми грубыми орудиями труда. Они не особенно пугались, заслышав тяжелую поступь бизона или носорога, рыканье тигро-льва или столкнувшись нос к носу с медведем. Скорее медведь или бизон еще подумали бы, стоит ли им связываться с косматым, могучим двуногим, уставившим длинное копье.

Наверное, эти люди показались бы нам дикими, грубыми, чудовищно жестокими, черствыми и к собственным страданиям, и к страданиям других людей.

Наверное, мы показались бы им изнеженными, трусливыми, мало приспособленными к жизни и не особенно умными.

Тем загадочнее, что именно эти люди создали удивительный верхний палеолит Европы с его жилищами, искусством, погребениями, сложными обычаями и духовным миром. Европа опять опередила весь остальной мир!

Вопрос: научились они у неандертальцев или сами создали такую высокую культуру?

Техника обработки камня

Археологи палеолита работают в основном с каменными орудиями. По этим орудиям они могут очень точно судить, каков возраст стоянки, чем занимался на ней человек и к какому кругу культур она относится.

Известнейший французский археолог Франсуа Борд даже составил типлисты — списки типов. Одни типы орудий для нижнего палеолита, другие — для среднего, третьи — для верхнего.

Только в нижнем палеолите есть рубила и галечные орудия. Только в среднем палеолите есть скребла и остроконечники. Верхний палеолит Западной Евразии полностью свободен от «архаичных» типов орудий. Так же четко отличаются друг от друга эпохи внутри верхнего палеолита.

Границы ориньяка, соллютре и мадлена прослеживаются так же четко, как и граница мустье и верхнего палеолита.

Интересно, что это явление имеет свой «эпицентр» — территорию части современной Франции. По мере удаления от «эпицентра» границы между эпохами и периодами размываются, становятся менее четкими и, наконец, исчезают.

На «незападе» отдельные проявления культуры, подобные проявлениям этих эпох, случайны, отделены друг от друга и не образуют ни единства, ни логической последовательности.

Палеолит везде, во всех регионах, проходит различные культурно-исторические этапы развития. Но нигде они не отделяются друг от друга с такой же четкостью, как на «западе».

Невольно возникает, быть может, рискованная аналогия с несравненно более поздними реалиями. Намного позже в том же самом регионе феномен «западного» типа цивилизации проходит хорошо различимые и прекрасно отделимые друг от друга стадии культурно-исторического развития (античность — Средние века — Возрождение — Реформация — Просвещение).

В палеолите Европы раньше появляются более рациональные индустрии расщепления камня. Рационализация каменной индустрии может прослеживаться по множеству весьма различных параметров. Пожалуй, наиболее точный и в то же время самый наглядный и зрелищный — выявление метража режущих поверхностей, получаемых из килограмма камня.

Этот метод связан с развитием так называемой «призматической» технологии расщепления и с появлением вкладышевых орудий, микропластин и геометрических микролитов.

Мне возразят, что если не абсолютно везде, то в очень многих регионах земного шара можно проследить возникновение таких же рациональных техник.

Но везде рациональные техники расщепления всегда соседствуют с гораздо более грубыми и архаичными техниками первичного расщепления. Техника расщепления не изменяется вся, полностью, целиком и во всех своих элементах.

А в палеолите Западной Евразии — изменяется. Во многих регионах возникают сложные и чрезвычайно рациональные формы многократного переоформления нуклеуса или сработанного орудия.

На всем остальном земном шаре происходил медленный, очень постепенный процесс эволюции каменного и костяного инвентаря, сопровождаемый невероятно долгим переживанием прежних, более ранних традиций.

Конечно, на палеолитическом «незападе» тоже делались технологические открытия. Появлялись отдельные, не образующие системы элементы верхнего палеолита.

Но какие бы новые и сложные способы обработки камня ни появлялись, вместе с ними всегда присутствовали и пережиточные, давно исчезнувшие на западе типы орудий. По мнению большинства японских археологов, галечные орудия, скребла, остроконечники «почти полностью» исчезают в конце позднего палеолита. Но даже в памятниках возрастом 11 —9 тысяч лет они иногда встречаются.

Насколько можно доверять публикациям — непонятно. Например, многие «ножи», судя по иллюстрациям, очень напоминают остроконечники. Другие орудия явно восходят к галечным или представляют собой некий их локальный, «местный вариант».[63]

В Европе галечные орудия исчезают вместе с нижним палеолитом. На сто десять тысяч лет раньше, чем в Японии.

Остроконечники в Европе исчезают вместе с мустье, за 30 тысяч лет до того, как исчезли в Японии.

И точно такое же сочетание «прогрессивных» и «архаичных» форм присутствует повсеместно, во всех решительно памятниках.

Галечные орудия и скребла присутствуют во всем палеолите Северной Америки — от «стадии до наконечников» до финальной плейстоценовой «культуры фолсом».[64]

Все, что известно автору о каменном веке Южной Америки, убеждает в переживании там «архаичных» среднепалеолитических форм вплоть до этнографической современности (как и в Австралии, и в Юго-Восточной, и в Северо-Восточной Азии).

В синхронных верхнему палеолиту Европы палеолитических памятниках Африки присутствуют «архаичные» категории и типы.[65]

Палеолит Средней Азии и Южного Казахстана обнаруживает те же самые признаки. Чопперы, чоппинги, скребла встречены даже в инвентаре Самаркандской стоянки, наиболее близкой к «верхнему палеолиту».[66]

В Сибири, при всем многообразии ее традиций, архаичные категории орудий встречаются совершенно везде.

В Якутии и на северо-востоке Азии даже голоценовые памятники с керамикой, то есть уже эпохи неолита, обнаруживают ту же самую смесь «поздних» и «архаичных» черт (Археологические памятники Якутии. Новосибирск, 1983. С. 120. Табл.18–10; С. 125. Табл. 23-1,2,6; С.187. Табл. 85–36; С. 202. Табл. 100-2-5; С. 245. Табл. 14324-36).

В Ушках на Камчатке 13–15 тысяч лет назад появляются наконечники стрел! Но наконечники стрел тоже соседствуют с «архаикой» в виде чопперов и скребел.[67]

И в неолитических слоях Бирюсы, в одних слоях с керамикой, попадается «архаика».[68] Галечные орудия и скребла встречаются и в неолите других районов Сибири.[69]

Палеолит Сибири вообще буквально с момента своего открытия сделался классическим местом столкновения каменных орудий, которые в палеолите Западной Евразии встречаются только в разное время. В 1884 году в Красноярске открыли Афонтову гору… И буквально не знали, что с этим памятником делать. Потому что в Афонтовой горе вместе с тончайшими микропластинками и орудиями из кости лежали галечные орудия…

В ту эпоху господствовала стадиальная схема… По ней все общества на всей земле должны были проходить одни и те же этапы развития. В точности такие же, как в Европе. Серьезнейший ученый П. П. Ефименко вполне серьезно писал о «енисейском мадлене». Так и писал: по П. П. Ефименко, и на Афонтовой горе раскопан «лагерь охотников мадленской эпохи».[70]

При разделении палеолита на нижний и верхний было эмпирически очевидно, что эталон «верхнего палеолита» — это и есть памятники Европы, в первую очередь Франции (других практически не знали); что «верхний палеолит» — это и есть соллютре и мадлен Г. де Мортилье и ориньяк А. Брейля.[71]

Правда, чем больше становилось известно о палеолите мира, тем чаще археологи сталкивались с памятниками, синхронными ориньяку, мадлену и тарденуазу, но типологически и технологически отличных. Палеолит Афонтовой горы (а впоследствии и весь енисейский палеолит) не дал ни жилищ, ни образцов искусства, да еще и обнаружил сосуществование крайне различных групп каменных орудий.

Здесь есть вкладышевые орудия, а для производства каменных вкладышей — индустрия микропластинок.

Но здесь же присутствуют и грубые, массивные галечные орудия, каждое из которых оформлено 5–6 и даже 2–3 ударами.

В верхнем палеолите Европы микропластинки появляются только в мезолите, но и галечные орудия, и скребла полностью исчезают уже в мустье и служат убедительным признаком крайней архаичности индустрии.

Все это, мягко говоря, создавало проблемы для первых исследователей енисейского палеолита.

Только в 1950-е годы археология избавилась от «стадиальной схемы». Уважаемые коллеги до сих пор не воздали по заслугам А. Н. Рогачеву за его мужество и упорство. В своей вошедшей в историю науки статье[72] Рогачев показал, что одновременно существовали стоянки с очень разными наборами каменных орудий.

Было признано, что развитие материальной культуры каменного века на каждой территории специфично, не воспроизводит развития материальной культуры на соседних (и тем более отдаленных) территориях.

Но теория археологических культур и многовариантного развития культуры может служить прекрасным обоснованием того, что верхний палеолит, конечно, везде разный. Но этот «разный палеолит» — тем не менее все тот же верхний палеолит… Или это вовсе и не верхний палеолит!

Феномен Мальты и Бурети

В палеолите Сибири очень необычны памятники в Иркутской области, на Ангаре: Мальта и Буреть. В них все, как в верхнем палеолите Европы! Есть жилища из костей мамонта. В полу одного из этих жилищ найдено погребение ребенка — девочки лет шести. С ребенком положили куклу и украшения.

В Мальте и Бурети много образцов искусства, а каменные орудия этих стоянок очень напоминают верхний палеолит Европы. Но скребла и галечные орудия встречаются даже в инвентаре Мальты и Бурети, хотя они там «единичны и нехарактерны».[73]

К тому же кругу культур принадлежит Ачинская стоянка в Западной Сибири… Там много резной кости, орудий верхнего палеолита… И есть скребла.

Известны другие, более поздние стоянки мальтинобуретской культурной общности: верхний комплекс Красного Яра, Федяево в Иркутской области, Голубая в Красноярском крае. В них еще больше скребел и галечных орудий.

Полное впечатление, что в мир культур «незапада» вторглась культура верхнего палеолита Европы. И была постепенно ассимилирована, растворилась в море «неевропы».

Получается: «архаичные» типы каменных орудий переживаются и исчезают именно в Европе, и только в Европе. Во всем остальном мире, несмотря на отдельные феномены, нарушающие общую картину, галечные орудия и скребла существуют на протяжении всего каменного века. И даже позже, часто вплоть до этнографической современности.

Обосновывая разделения труда в мустьерскую эпоху, А. П. Окладников проводил аналогии между скреблами мустье и чукотскими скреблами «улу», которыми должны были пользоваться только женщины.[74] Скребла типа «улу» еще в начале XX века клались в погребения вместе со стреляными патронами и с фабричными ситцами.[75]

И не только по типологии каменного инвентаря специфичен весь верхний палеолит «незапада».

Искусство

В мустье Европы совершенно неизвестны украшения. Только «пережиточные» неандертальцы начали украшать себя.

А в погребениях верхнего палеолита чрезвычайно возрастает количество украшений, сопровождающих умершего. В поселении Сунгирь (самое начало верхнего палеолита) на каждого захороненного 25–28 тысяч лет назад приходится в среднем 4–5 тысяч бусин, подвесок, амулетов и других украшений, тщательно и искусно изготовленных из зубов животных, бивней мамонтов и камней мягких пород. Применяются резьба, гравировка, сверление, полировка, окрашивание. Технология обработки мамонтовой кости особенно поражает своей «индустриальностью».

В ориньяке Европы происходит буквально «взрыв» искусства.

В обширной области от Сибири до Западной Европы в эпоху расцвета ориньякской (граветтской) индустрии (между 25–18 тысяч лет до н. э.) были распространены женские статуэтки, сделанные преимущественно из слоновой кости (мамонтовых клыков), так называемые палеолитические «Венеры». В пещере Фогельхерд (Вюртемберг) найдены фигурки животных (лошадь, мамонт, носорог), сделанные из слоновой кости.

В конце граветтского времени пластические изображения человека в Западной Европе почти совсем исчезают. Редкость статуэток мадленского времени, вероятно, объясняется боязнью изображать человеческие фигуры, вызванной, может быть, каким-либо табу. Впрочем, это не совсем точно. Исчезают статуэтки, но человеческие фигуры изредка все же появляются в гравировке на кости и камне (Ложери-Ба, Ла-Коломберр и другие во Франции, Крезвелл-Крэг около Ливерпуля в Англии и др.) и в позднейшей мадленской живописи, особенно в пещерах Франции и Испании.

В раннем верхнем палеолите еще редки рисунки, гравированные на камне или кости, шире они распространяются в Мадлене I–III.

В Мадлене IV появляются различные виды рельефов и крупной круглой скульптуры, распространенные главным образом в Пиренеях и Дордони, но в отдельных экземплярах доходящие до Верхнего Рейна (местонахождение Кесслерлох в Швейцарии). Это «начальнические жезлы» из рогов оленя со скульптурными изображениями животных, плоские кости с изображением лошадей и горных козлов.

Широко распространяется гравировка на камне — изображения объектов охоты того времени: оленей, лошадей, бизонов, горных козлов. В Средней и Восточной Европе в мадленское время появляются сильно стилизованные фигурки или подвески-амулеты без головы с подчеркнутыми нижними частями тела. Гравировка на кости либо представляет самостоятельные произведения (три бизона и четыре лошади из Пекарны, женская фигура из Пржедмоста), либо украшает предметы, которые имели собственное назначение.

В Восточной Европе нет ни скал, ни пещер, но есть огромное количество образцов произведений искусства малых форм — гравировок и скульптур.

* * *

Разумеется, образцы палеолитического искусства встречены и на других территориях. Но образцы плейстоценового по возрасту искусства в Австралии, обеих Америках, Восточной, Центральной и Южной Азии и Африке, во-первых, крайне редки, фрагментарны и порой сомнительны. А во-вторых, качество самих произведений искусства несопоставимо с европейскими образцами.

Вне плейстоценового «запада», если не считать орнаментов по кости и украшений, произведения искусства того же возраста представлены буквально единичными находками.

Головка медведя в Толбаге из Забайкалья, «птички» и «мамонт» из Ковы на Ангаре, пещера Мойлтын-ан в Монголии, «скульптурка животного» из Дзадзарага в Японии, каменные изваяния человеческих голов из Малакофф, крайне схематичные изображения группы животных на тазовой кости мастодонта из Вэлсеквилло,[76] примитивная и схематичная глиняная скульптурка человека из Майны на Енисее, плитка с крестовидным узором из округлых ямок из Ушков на Камчатке…

Во многих стоянках Африки появляются бусы из скорлупы страусиных яиц. В Австралии — бусы из раковин моллюсков и шлифованные костяные бусы.

Я перечислил не все, но уже весьма заметную часть всех известных образцов плейстоценового искусства «незапада».

Соотношение известных образцов искусства «запада» и «незапада» — 1000:1. Искусство «незапада» производит впечатление разделенных тысячелетиями, не связанных между собой попыток порождения этой формы общественного сознания.

Пещерная живопись

Нигде, кроме «эпицентра» плейстоценового «запада», Западной Европы, не прослеживается столь же древняя традиция наскальной живописи.

Академик А. П. Окладников буквально болел идеей найти в Сибири живопись «не хуже», чем в Европе. Найти бы… Сразу докажешь, что Россия — родина слонов и ничем не уступает буржуйским странам. И докажешь, конечно, свое умение неукоснительно находить то, что нужно партии и правительству.

Находка палеолитической живописи в Сибири была бы для Окладникова повторением его «подвига» с находкой неандертальца из Тешик-Таш.

…Не нашел.

Раз вроде стукнуло сердце: в монгольской пещере Хойт-Цэнкер нашли образцы пещерной многоцветной живописи!!![77]

Но, во-первых, далеко не все ученые согласны с датировками пещеры. Вполне возможно, что рисункам не 14–15 тысяч лет, а «всего» 8–9.

Во-вторых, достаточно сравнить слабые, скверно выполненные настенные росписи Хойт-Цэнкер в Монголии и даже самые ранние и архаичные образцы пещерной росписи Франции, Испании или Италии. И все сразу же станет предельно ясно: Хойт-Цэнкер несопоставима с палеолитическими пещерами Европы ни по возрасту, ни по качеству живописи.

В «эпицентре» палеолитического «запада» использовано множество пещер. И в Монголии, и на Енисее пещер очень много, но в плейстоцене никто не использовал их стены для живописных панно.

Причем многоцветная живопись появляется во всем мире, и явно без прямого влияния верхнего палеолита Европы, 6–4 тысячелетий назад начинают рисовать индейцы Южной Америки. По их рисункам ученые восстанавливают животный мир этого континента.

В Австралии наскальная живопись возникает на рубеже плейстоцена и голоцена.

Многоцветная живопись Бхимпетки в Центральной Индии по ряду параметров очень напоминает пещерную живопись плейстоцена Европы, но она значительно позднее.

В урочище Нгомокурира в Зимбабве сохранились изображения шести зебр. Аллюр этих животных очень похож на бег знаменитых «китайских лошадок» из Ласко. Стиль один, но зебры из Нгомокурира исполнены от 6 до 3 тысяч лет назад.

Многоцветная живопись бушменов в Южной Африке тоже напоминает палеолитическую. И живопись в горах Ахаггара в Сахаре. Но и всем этим образцам самое большее 5–6 тысяч лет. А европейской пещерной живописи — не менее 30 тысяч лет!

То же можно сказать и обо всех образцах «писаниц» Сибири и Северной Америки, наскальной живописи австралийцев — все они несравненно моложе.

Можно смело сказать, что сложные образцы палеолитического искусства и развитие живописной традиции есть только там, где есть европейский верхний палеолит. Причем искусство верхнего палеолита прямо вырастает из искусства среднего и нижнего палеолита все той же Европы неандертальцев… но именно при сапиенсах в Европе происходит взрыв. Осколки этого взрыва долетают до села Мальты в Иркутской области, а может быть, и до Забайкалья.

А во всех остальных областях Земли никакого взрыва не происходит. Туда только долетают осколки чужого культурного взрыва.

Схематизация живописи

Только на материале пещерного искусства «запада» прослеживается многовековой процесс совершенствования художественной традиции, процесс схематизации, создания условных, почти «беспредметных» образцов живописи.[78]

Достаточно посмотреть, как схематизируются образы в пещерной живописи Европы. Для понимания того, что вот именно эта закорючка есть олень, лошадь или женщина, нужно принадлежать к определенной культуре.

Значок «олень» — это такая же условность, как буква «а» или китайский иероглиф. Могли ли эти значки использоваться для обозначения неких абстрактных понятий?

А почему бы и нет…

Могли ли древние обитатели Европы создать письменность?

По крайней мере, они вплотную подошли к ее созданию. А может, и правда писали. Кто мог им помешать выдавливать на бересте те же значки, что мы видим на стенах пещер, и придавать этим значкам понятное для всех значение?

Пещерная живопись и религия

Палеолитический человек рисовал для удовольствия? Это он так радовался жизни? Французский исследователь палеолита А. Бегуэн еще в начале XX века высмеял кабинетные построения. Он пригласил их авторов поползать вместе с ним по пещерам, где таятся древнейшие произведения живописи и графики. Все они малодоступны…

В пещеру Фонт-де-Гом приходится протискиваться через узкую щель, в Нио — ползти больше полукилометра по низкому ходу, в Ток-д'Одюбер — проплыть по подземной реке и подняться по узкой трубе, в Пасьеге, наоборот, спуститься в отвесный колодец… То же можно сказать и о новейших находках… И о пещере Коске, и о Каповой пещере на Урале, куда надо идти долго и трудно. Создавая рисунки для своего удовольствия, человек выбрал бы другие места — доступные, заметные, может быть, освещенные. Художник, желающий увековечить некое событие, не стал бы рисовать зверей поверх старых изображений…

Нет, для наших далеких предков гравировки и росписи на скалах были не простой забавой, а частью тайных религиозных церемоний, без которых первобытный человек не мыслил благополучия своей общины. Их надо было проводить в укрытых от чужого глаза, труднодоступных местах. Именно поэтому для их отправления были избраны пещеры.

По мнению ученых Франции, в древнекаменном веке человек в пещерах искал контакта с миром духов, которые казались ему совершенно реальными. На мой взгляд, неплохо бы уточнить — как могли выглядеть те, к кому обращался человек, чем они могли заниматься в глубинах пещер, какого рода беседы могли бы вести со своими почитателями…

Действительно, как представляли себе богов и духов первобытные язычники? Кто они были, их боги? Воплощения сил природы, персонификации тех сил, с которыми сталкивался первобытный человек, могут быть представлены в виде очень различных существ. Их облик, имена и характеры, скорее всего, мы не узнаем никогда, в отличие от греческих богов, обитателей Олимпа.

Вероятно, это были духи-воплощения конкретных мест… Чем необычнее и чем «сильнее» проявляло себя место — погодой, минерализованной водой, открывающимися видами, тем необычнее и «сильнее» и дух, воплощающий в себе особенности этого места.

В более поздние времена появлялись и языческие боги, воплощавшие в себе целые природные силы или даже общественные явления — как Посейдон олицетворял собой все море, а Меркурий отвечал за торговлю.

Можно долго и бесплодно спорить, существуют ли эти духи и боги в действительности или же они — только названия сил природы, которые человек давал им от своей слабости, от непонимания настоящих законов жизни природы. Правда, это очень сомнительно — первобытный человек, который якобы так уж боялся и не понимал окружающего мира, от собственных страхов сочинял сказки про духов… Вот это-то наверняка в лучшем случае сильнейшее преувеличение!

Более интересно другое… Ученые давно заметили, что все места поклонения богам и духам находятся или ниже, или выше той поверхности земли, на которой идет повседневная жизнь человека. Не случайно ведь шаманы делили мир на три области: нижний мир, населенный чудовищами, верхний мир, населенный призрачными существами, и средний мир, где живем мы с вами. Шаманы не делали различий между существами нижнего и верхнего мира.

Грубо говоря, обитатели нижнего мира не считались у них «плохими» или «демоническими», а обитатели верхнего мира — «хорошими» или «ангелоподобными». И те и другие могли вредить человеку, могли быть расположены к нему. И тех и других можно было подкупить, привлечь на свою сторону, а «сильный» шаман мог их напугать или победить.

Но даже и в этом случае все равно есть разница, у кого просить помощи — у духа, обитающего в божественно-холодном, пронизанном лучами солнца воздушном высокогорном пространстве, или у чудовища, скалящего жуткую морду откуда-то из подземелья. Храмы-пещеры и храмы-вершины сильно отличаются по характеру тех, у кого там просят помощи и защиты. А постепенно начинают отличаться и по характеру просьб — ведь светлое существо, может быть, не с таким уж удовольствием поможет вам резать горла врагов и разбивать о деревья головки их младенцев. А светлая радость познания и творчества может оказаться не особенно близкой как раз обитателям бездны.

Шаманизм считается довольно поздней формой религии… Ему «всего» несколько тысяч лет. А в Европе, похоже, не несколько, а несколько десятков…

Погребения

Самый известный исследователь погребений неандертальцев писал о появлении «очагов формирования и развития погребальной практики в мустьерское время».[79]

В верхнем палеолите возникшие «на Западе» формы культуры распространяются по Ойкумене… В первую очередь по Европе, в том числе по Восточной.

Погребения людей позднего палеолита принципиально не отличаются от погребений предыдущей эпохи. Все основные элементы погребального комплекса были заложены уже тогда… Это само по себе есть подтверждение культурной преемственности на протяжении среднего и позднего палеолита. Погребения людей позднего палеолита чаще окрашивались охрой и обильнее снабжались погребальным инвентарем. В них чаще находят черепа и кости животных, особенно мамонтов и оленей. Черепа, зубы и другие части человеческого скелета, подвергнутые обработке, указывают на возможное использование их в ритуально-магических целях.

К началу позднего палеолита относится многоярусное погребение в Гримальди. Мальчик шестнадцати лет и женщина были похоронены в скорченном положении, женщина была, вероятно, крепко связана и положена слева от подростка. Оба были снабжены украшениями из раковин, скелет мальчика окрашен охрой, между головами погребенных лежали две гальки, еще одна — у головы женщины. Головы покрывала плоская каменная плита. В следующем слое, выше, находится погребение мужчины в вытянутом положении. Рядом обнаружено несколько каменных орудий. Выше, над мужчиной, погребены двое детей, снабженные богатыми украшениями из раковин. Наконец, у поверхности находится погребение еще одной женщины.

Двойственное отношение к умершим очевидно. О них заботятся, щедро украшают их и в то же время боятся. Связывают, заваливают камнями — значит, хотят обезопасить живых от возможных козней мертвых.

Отметим еще, что юноша и женщина из Гримальди были положены на остывающее кострище. Это далеко не единственный случай находки кострища в позднепалеолитическом погребении. Здесь несомненна связь с представлением об огне как силе, уничтожающей и в то же время несущей жизнь, способствующей возрождению. С этой идеей двойственной природы огня, возможно, связан обычай трупосожжения.

Для позднепалеолитического погребения Костенки 15 была вырыта могильная яма в полу жилища. На дно ямы, засыпанное охрой, была положена куча глины, а на нее, возможно, в связанном виде, посажен труп мальчика 5–6 лет, снабженный богатым погребальным инвентарем, включающим каменные орудия. На голове мальчика находился головной убор, украшенный многочисленными зубами песца. Могила была перекрыта крупной лопаткой мамонта.

Интересно сравнить это погребение с погребениями на позднепалеолитическом поселении Сунгирь, недалеко от Владимира, одно из которых располагалось в жилище. Вероятно, на месте его центрального очага. Дно каждой могилы освящалось огнем (вспомним о животворящем значении огня в палеолите), а затем покрывалось ярко-красной охрой, на которую укладывался умерший в праздничной, богато украшенной одежде, сопровождаемый разнообразным погребальным инвентарем — орудиями труда и произведениями искусства.

Такой же обряд погребения засвидетельствован и далеко на Западе, в окрестностях Ментоны: сложный ритуал, богатая одежда погребенного, обилие украшений из раковин и зубов. После этого могила снова засыпалась охрой.

В одной из могил Сунгиря, что находилась в центре жилища, обнаружено необычное ритуальное погребение — два скелета подростков, девочки 7–8 лет и мальчика 12–13 лет, лежащих голова к голове (так же, как это изображено на двойной статуэтке из другого палеолитического местонахождения — Гагарина).

В могилу положены два длинных копья, одно из них принадлежало девочке. На груди мальчика лежала скульптура лошади, под левым плечом — скульптура, мамонта, у рта и пояса — кости пещерного льва. Захоронение подростков, видимо, произведено одновременно.

Все свидетельствует о большом внимании, которое уделялось погребениям подростков обоего пола, о стремлении сохранить их возможно ближе к средоточию общинной жизни — очагу.

Среди находок в Сунгире — и солнечные знаки, любовно вырезанные из кости. И не просто диски, нет! Это самые настоящие колеса, солнечные знаки, изображенные в движении. Бегущие по небу колеса солнца…

Погребения говорят о возможном культе животных, быть может, о тотемической связи с ними или иной форме первобытного анимализма, о культовом значении огня и охры — символов возрождения. Истоки этих явлений прослеживаются еще с мустьерского времени.

Погребение мужчины из Костенок 11 представляет собой сооруженную из костей мамонта погребальную камеру, пристроенную к стене жилища. Труп был связан и посажен в центре камеры. После погребения жилище, вероятно, было покинуто обитателями. И здесь — стремление сохранить покойника, возможно, не рядового члена общины, в непосредственной связи с жилищем.

Погребение мужчины в связанном состоянии обнаружено и в Костенках 14. Снова налицо восходящее еще к мустьерской эпохе двойственное отношение к погребаемым. Их окружали почитанием и вместе с тем стремились обезвредить, рассматривали как существа, потенциально опасные для живых. Все это — вплоть до оставления жилища, где произошла смерть, — хорошо известно и этнографии. Да и из нашего собственного отношения к мертвецам.

…Только вот вне Европейской приледниковой зоны нет таких же по богатству инвентаря и обряда погребений. Нет, и все. Они появятся, но на десятки тысяч лет позже, чем появились в Европе.

Культовые места

В верхнем палеолите известно много погребений черепов. Наиболее впечатляющим часто называют захоронение черепа молодой женщины из Мас-д'Азиль (Франция). Культовый характер памятника несомненен. Череп лишен нижней челюсти, а в левую глазницу вставлена костяная пластина. Вероятно, такая же пластина была вставлена и в правую глазницу, но она не сохранилась. Как полагают специалисты, пластины предназначались для того, чтобы «оживить» череп, усилить впечатление заключенной в нем жизни: череп как бы смотрит.

Но возможно и другое объяснение: сделано это для того, чтобы закрыть «вход» в череп через глазницы или «выход» через них из черепа, обезопасив этим живых или сам череп; глаза всегда играли большую роль в культе.

Известны и чаши, изготовленные из человеческих черепов, — например в позднепалеолитической пещере Ле-Плакар (Франция). Эти изделия кажутся нам мрачноватыми… Но они напоминают нам о сохранявшемся на протяжении тысячелетий использовании человеческих черепов для изготовления ритуальных сосудов.

В пещере Офнет в Баварии найдено 33 черепа, из них 20 — детских. Головы, окрашенные охрой, были преднамеренно отделены от туловища и захоронены в пещере. Глазницы всех черепов ориентированы на запад.

Придет время, и культ черепа станет обычнейшим делом у народов Южной Азии, Океании, Африки… Некоторые племена даже будут называть «охотниками за черепами». Но это все будет не скоро! По крайней мере через несколько тысячелетий после пещер Мас-д'Азиль и Офнет.

Домостроение

Плейстоценовый «запад» — единственное место, где прослеживается традиция строительства жилищ из костей крупных животных. В традиции строить жилища сапиенсы в Европе — продолжатели неандертальцев и гейдельбергских людей.

Ни в одном другом регионе в палеолите не строят жилищ, хотя бы отдаленно похожих на европейские по размеру, качеству.

Всевозможные американские и арктические аналоги (строительство яранг, использование китовых позвонков и т. д.) — несравненно более позднего происхождения.

Строго говоря, в верхнем палеолите всех регионов мира обнаружены хоть какие-то, но жилища. В ряде памятников Северной Америки, Сибири, Восточной Азии обнаружены остатки очагов и жилищ. Но все это — остатки каких-то наземных сооружений, скорее всего — типа чумов или индейских барабор. Не используется ни кость, ни камень. И ничего похожего на «капитальное» домостроительство «запада».

Попытки освещать жилище жиром животных также прослежены только в палеолите «запада». Китовым жиром освещается и топится эскимосская и чукотская яранга, но простите, это какое время?! 3–4 тысячи лет назад максимум. А в Европе наливали жир в зуб мамонта, как в лампу, еще 20–25 тысяч лет назад.

Лук и стрелы

В официальной науке всегда и очень многое было «заранее известно». Например, было «известно», что в палеолите не было лука и стрел. Еще автора этих слов учили, что «лук изобрели в неолите или в мезолите».

Самое парадоксальное даже не то, что на некоторых образцах пещерной живописи явственно просматриваются именно оперения стрел.

Еще более невероятно то, что и на других изображениях, менее известных, просматриваются изображения оперенных стрел.

При этом отлично известны изображения животных, поражаемых именно копьями. Хотя бы из пещеры Кондамо.

Как видно, человек каменного века вполне четко различал копье и стрелу. И очень ясно изображал то, что хотел. Но десятилетиями (!) никто (!) не подверг сомнению априорно «известное».

Но самое невероятное все еще впереди! В своем блестящем исследовании Н. Д. Праслов ясно показал, что лук и стрелы в палеолите были, по крайней мере в верхнем палеолите. Мало того, что Николай Дмитриевич взял на себя труд собрать свидетельства наскальной живописи (те, которые прекрасно известны коллегам, но на которых они «в упор не увидели» того, чего на них «не может быть»). Николай Дмитриевич взвесил наконечники стрел и наконечники дротиков, известные из этнографической современности, а затем — наконечники из верхнепалеолитических памятников. Те самые, которые всегда считались «наконечниками дротиков».

И получил вполне однозначные выводы — параметры наконечников в целом ряде верхнепалеолитических комплексов соответствуют именно параметрам стрел.[80]

Со стороны коллег интереса проявлено не было. Невероятно? Как сказать…

Читателю, может, будет все же интересно, и вот я сообщаю: в палеолите Европы лук и стрелы определенно были если не в ориньяке, то уже точно 20–25 тысяч лет назад.

В самом конце палеолита, 14–16 тысяч лет тому назад, наконечники стрел встречены в Японии и в Ушках на Камчатке. С опозданием на несколько тысячелетий и только в одном регионе. В Австралии еще в XIII–XIX веках лука не знали, метали копье копьеметалкой.

Керамика

Еще одно мистическое представление ученых: долгое время они «точно знали», что никакой керамической посуды в палеолите нет и быть не могло. Керамику стали делать в эпоху новокаменного века! Понятно?! В эпоху новокаменного, вам сказано!

…Жаль только, палеолитический человек не слушал лекций и не читал книг уважаемых коллег. Он не знал, что ему не полагается изготавливать керамику, и он ее изготавливал. Редко, несистемно, и использовал ее тоже несистематически. Но знал, как керамику изготовить.

Гадкие жители древней Японии и побережья Тихого океана изготовляли керамические сосуды 9—11 тысяч лет назад. Это уже огорчало уважаемых коллег, потому что противоречило всем их замечательным, очень научным схемам. А в Европе керамику знали еще раньше…[81]

Два слова о семье

Теоретики XIX века точно знали, как возникла семья. Сначала был «промискуитет», то есть время полностью не упорядоченных, не норматизированных половых отношений. Все со всеми, в причудливой бессистемности, как попало. Хроническая сверхгрупповушка.

Потом наступило время семьи групповой. Да-да, это как раз то, что подумали: несколько дам и мужчин считаются общими мужьями и женами. Групповушка, но уже не с участием ближайших родственников, собственных родителей и детей.

И это, оказывается, еще время матриархата…

С матриархатом вообще получается полная прелесть: европейские ученые оказываются преемниками древних греков и римлян.

Народные легенды

Древние греки верили, что где-то в необъятной Скифии живут амазонки. Женщины у них воюют, а мужчины пасут скот и ведут домашнее хозяйство. Рассказывали еще о нравах острова Лесбос, где в мифологической древности правили женщины. Они захватывали моряков с разбившихся у берегов острова кораблей и держали их, пока не рождались дети, а потом убивали. Новорожденных мальчиков они тоже убивали, и на острове процветала однополая любовь, откуда и слово «лесбиянка».

Заметим: ни один грек ни разу не видел ни одной амазонки. И никогда не был в племени, где правили бы женщины. Вроде с амазонками дружил и воевал Геракл… В трех разных городах показывали могилу Геракла, и который из них интимно общался с амазонками, неведомо. Во времена, когда складывались легенды, на острове Лесбос ничего необычного опять же не происходило. Остров как остров, глухая оливково-виноградная «глубинка». Якобы лесбиянки — все это в «древности» было. Легенды, легенды…

Научные легенды

Само слово «матриархат» ввел в науку швейцарский юрист Иоганн Якоб Бахофен (Базель, 1815–1887). Для этого он соединил латинский корень mater (родительный падеж — matris) и греческий arche (власть). Женовластие. В 1861 году вышла книга Бахофена «Материнское право». В ней Иоганн Якоб утверждал, что у всех народов развитие семьи шло, проходя одни и те же стадии. От беспорядочных половых отношений, «гетеризма», к материнскому роду, а потом к отцовскому. Причину смены материнского рода отцовским Бахофен видел в развитии религиозных идей.

Идею матриархата Бахофет взял из греческих мифов.

Эта идея прекрасно вписывалась в идею эволюции человеческого общества.

У Льюиса Генри Моргана (1818–1881) мы уже находим готовую теорию развития семьи и общества в целом.[82] Теория Моргана так очаровала классиков марксизма, что Ф. Энгельс почти полностью содрал ее, только по дороге упростил и добавил больше про труд и про собственность.[83]

Вначале было первобытное стадо, а в нем господствовали неупорядоченные половые отношения (Морган называл их не «гетеризм», а «промискуитет»). Потом появляется материнская родовая община. Люди еще глупые, Моргана не читали и не знают, что дети рождаются от мужчин. А матерей люди уже знают, и материнский. род — объединение людей, которые считают себя потомками одной женщины или женского мифологического предка.

При материнской общине женщины доминируют в обществе. Господствует матрилинейность наследования имущества и положения в обществе. Брак матрилокальный, то есть муж поселяется на территории общины жены и переходит в ее общину. Но у такого «перешедшего» мужа есть своя собственность, он может оставлять ее в наследство сыновьям… Так зарождается патрилокальный брак.

Потом материнский род сменяется отцовским, люди начинают считать себя потомками предка по мужской линии — реального или мифологического. Мужчины владеют собственностью и потому господствуют в обществе.

А у некоторых народов на стадии разложения родового строя появляется этот самый матриархат.

Бахофен в своих изысканиях потревожил только древнегреческие мифы и легенды. Этнографы конца XiX века «нашли» «пережитки матриархата» в Тибете, у минангкабау на острове Суматра, у племен Микронезии, в Древнем Египте.

О матриархате писали очень уверенно, как о реальности. Выходили целые монографии, специально посвященные этому вопросу.[84] В популярной литературе о матриархате писали так: «В орде около ста человек, но преобладают женщины… Мужчин мало, они тщедушны, а женщины рослые и сильные». Эта выдуманная фантастом орда захватила современных исследователей и не отпускает, потому что они нравятся женщинам: ведь они «красивее и сильнее мужчин их племени».[85]

Женщины в этой орде «выше и значительно шире в плечах» мужчин, которые возле них «производят впечатление подростков».[86] Живут групповым браком, но ребенок «имеет одну мать и несколько отцов».[87] Видимо, все же многомужие?

В Историческом музее в Москве еще недавно были выставлены картины, изображавшие могучих первобытных дам, с пафосом выступавших у костра. Где-то вдали от огня толклись чахоточного вида мужчины с убогим выражением на лицах.

Ни одно племя из изученных этнографами никогда не было похоже на людей из этих описаний и с этих картин.

Раньше было, как у Обручева? Но у всех предков человека, неандертальцев, сапиенсов ранних, эректусов (питекантропов и синантропов) половой диморфизм был выражен даже сильнее, чем у современных людей. Ничего похожего на вдохновенные, но плохо нарисованные, а главное, неверные по смыслу картины.

Матриархальные обычаи? Ни у одного племени никогда и не был зафиксирован «матриархат», исключительно «пережитки». Счет родства по женской линии у некоторых африканских племен и в Полинезии, матрилокальность брака почему-то совершенно не препятствует наследованию имущества мужчинами от мужчин (что и вызвало к жизни сложную схему Моргана).

Многомужество и в Тибете, и во всех других регионах вызвано вообще не матриархатом, а сознательным желанием сократить число детей и наследников. При очевидной власти мужчин в семье и в обществе.

Дислокальность брака, когда каждый из супругов живет в своей общине, а дети остаются в общине матери, объясняется еще проще: так община сохраняет свое имущество. Причем дислокальный брак, помимо многих первобытных племен Африки, обеих Америк и Океании, зафиксирован в Японии (брак цумадои), у наяров в Индии, а до XIII века — в горной Шотландии. Иногда раздельное проживание супругов длится только часть года, что связано с отхожими промыслами или религиозными обычаями.

Порой дислокальность брака вызывается просто разделением жилища на женскую и мужскую половину. Муж приходит на женскую половину, и потом у него остается еще мужская… Вероятно, культ рабочего кабинета у интеллигенции XIX века — тоже проявление то ли матриархата, то ли его пережитков.

Матрилинейность наследования имущества или социального статуса обычно сочетается с патрилинейностью. Род присваивает себе право отправлять функции вождей и жрецов и готов допустить к хлебным местечкам не только сыновей, но и зятьев. Так было и в Древнем Египте, где потенциальных зятьев жреческие роды испытывали на интеллект и стойкость. Своего рода обеспечение притока свежей и притом качественной крови. Если даже женщина в Африке владеет имуществом, то пользуется им и умножает его всегда мужчина. Владение собственностью выступает как некая гарантия для дамы и главным образом для ее детей.

Реальный «матриархат»

Пресловутые «пережитки» или элементы «матриархата» действительно известны у ряда племен. У всех этих племен есть одна общая черта: они обитают в комфортной природной обстановке и ведут хозяйство, не требующее затраты большого количества усилий. В таких условиях, во-первых, ослабевают требования к социальной иерархии — она становится не нужна. Во-вторых, общество не востребует от своих членов мужских качеств: не нужно ничего завоевывать, организовывать, не нужен тяжелый, на пределе возможностей, труд, участие в рискованных мероприятиях и так далее. У «матриархальных» племен не столько высок статус женщины, сколько очень низок статус мужчины.

В. Шапошникова объясняет «матриархат» у племени тода тем, что в горах Нилгири возник своего рода «пересменок»: «матриархата» уже нет, женщины не работают в основных сферах производства. Но мужчины за женщин «еще не принялись», и домашним хозяйством они не задавлены.[88] Но из описаний самой же Шапошниковой следует: труд отнимает у мужчин так мало времени, что им несложно взять на себя многое в домашнем хозяйстве. А проблемами улучшения, усовершенствования, развития тода вовсе не озабочены.

Предки всех «матриархальных» племен явно вели совершенно иной образ жизни. Только усилия и тяжкий труд многих поколений создали ту комфортную среду, в которой мужчины могут занять периферийное положение в обществе. Сама же Шапошникова показывает, что предки тода владели ремеслами, которые потом утратили, и много воевали. Для создания ситуации «матриархата» нужны немалые усилия мужчин.

У всех «матриархальных» обществ невостребованность мужчин и мужских качеств оборачивается исторической катастрофой. Вековое лежание кверху пузом под бананом в Западной Африке и идиллическая пастьба буйволов в горах Южной Индии неизбежно ведут к отставанию, потере активности, организованности, неспособности дать отпор врагу и выдержать технологическую перестройку. «Матриархальные общества» — это отсталые общества, обреченные потерять землю, которую предки завоевывали кровью и преобразовывали потом. А патриархальные победители пинками погонят их работать.

Причины создания легенд

Подведем краткий итог: не существует никаких серьезных причин говорить о «матриархате» как некоем этапе в истории развития семьи. Собственно говоря, и групповой брак, и пресловутый «промискуитет» — тоже не доказанные никем, умозрительные теории. В реальных стадах обезьян нет ничего даже отдаленно похожего на «промискуитет»: действует весьма разная, но всегда очень жесткая иерархия. Ничего похожего на «промискуитет» не было и нет ни в одном человеческом обществе, кроме разве что сообщества посетителей публичного дома.

Теории групповушки… извините, группового брака и «промискуитета», говоря откровенно, больше всего похожи на неприличные фантазии подростков, которых не очень умные родители вовремя не заняли лыжами, бассейном и чтением книжек… Только не Энгельса! Я вас умоляю, не Энгельса!

Но — о «матриархате».

Наверное, потомкам трудно будет восстановить сейчас еще хорошо понятную логику, согласно которой все женское и материнское считается «хуже» и примитивнее мужского и отцовского, а потому и кажется более древним.

Классики этнографии сочиняли «матриархат» по той же самой причине, по которой Фрейд приписывал женщинам очередной «комплекс»: по поводу отсутствия у них пениса.[89]

Удивительно, но Фрейду и в голову не могло прийти, что это мужчины могут комплексовать из-за отсутствия у них молочных желез или матки.

Теоретики составляли схему истории первобытного общества, упорядочивали имеющийся у них материал. Но, упорядочивая и схематизируя, исходили из своих предрассудков. Как сказали бы американцы, стереотипов. Ни одному из них не пришло в голову, например, что «матриархальные» и «патриархальные» общества могут сосуществовать в одну и ту же эпоху и неплохо дополнять друг друга.

Парадоксально, но «матриархат» своим рождением обязан просто патологическому неуважению к женщинам.

Принципиальная невозможность «матриархата»

У всех видов крупных сложных животных физиологическая норма — смертность 60–70 % новорожденных. Самка шимпанзе и слона рождает за свою жизнь 10–15 раз. 7, 10 или даже 12 из этих детенышей умрут до того, как станут взрослыми. Вырастут и сами дадут племя те самые 2 или 3 детеныша, которые необходимы для воспроизводства вида.

Чтобы численность вида не сокращалась, человек должен родить такое же количество детенышей. Мозг человека так громаден, что ему необходима очень большая голова. За то, чтобы рожать умных детенышей с громадным мозгом, женщины расплачивается тремя особенностями.

Особенность первая: женщина с широким тазом менее подвижна, чем мужчина.

У предков человека еще полтора миллиона лет назад таз был узкий, наши предки бегали наравне — самцы и самки. А как только объем мозга увеличился — расширился и таз. Тут-то женщины и стали «слабым полом»: они не смогли ходить и особенно бегать наравне с мужчинами.

Широкий таз и меньшая подвижность уже делают женщин более зависимыми от мужчин, чем самок большинства других животных того же размера.

Особенность вторая: тяжелые, драматические роды человека.

Даже недоразвитая голова с подвижными костями черепа у человека с трудом проходит сквозь родовые пути женщины. Самка шимпанзе рожает детеныша, голова которого легко проходит сквозь родовые пути, не делая ни одного поворота. При рождении ребенка человека его голова три раза поворачивается в родовых путях.

Роды длятся долго, во время родов и сразу после родов женщина совершенно беспомощна. От 4 до 5 % женщин умирало родами — чаще всего первыми.

Особенность третья: долгое детство человека.

Чем сложнее организм, тем дольше ему расти. Олененок и лосенок сразу после рождения могут бежать за мамой — буквально через несколько часов. К тому времени, как у лосихи появится новый детеныш, первый будет уже почти взрослым.

У волчицы и тигрицы рождаются несколько беспомощных слепых детенышей, но через год (волки) или через два (тигры) у самки родятся новые детеныши, а эти будут уже самостоятельными.

Человек рожает совершенно беспомощного недоноска. Детеныши всех животных при опасности инстинктивно затаиваются, пытаются спрятаться. Младенец же пугается и дико орет — требует, чтобы ему помогли, защитили, убрали пугающий фактор.

Что стоит для женщины за формулой «родить 10–15 раз»? Это значит рожать лет с 15–16 каждый год или через год. Все эти пятнадцать лет постоянно один ребенок еще в животе, второй на руках у груди, третий уже ходит, но плохо. Эти детеныши еще очень долго будут оставаться беспомощными! Когда последний ребенок еще в утробе, старшие только начинают быть самостоятельными, и то не до конца.

Самка тоже беспомощна — ведь она не может сама добывать пищу с таким выводком. Самка человека гораздо более зависима от самца, чем самка других животных. Как ухитрились теоретики «матриархата» просмотреть это? Наверное, очень хотелось.

Когда стал возможен «матриархат»?

В середине XIX века в цивилизованных странах прошла Великая Гигиеническая революция. Сделалось нормой принимать ванну, мыть ноги, подмываться, чистить зубы. В прусской армии одно время новобранцу выдавали вместе с мундиром и шнурованными ботинками еще и две пары трусов, зубную щетку, один кисет с табаком, второй — с зубным порошком.

Европейцы привыкали носить нижнее белье, и притом регулярно стирать его и менять. В домах появилась канализация, а в окнах — форточка.

Стало нормой регулярно делать влажную уборку, проветривать, выметать мусор. Насекомые — все эти блохи, вши, тараканы, клопы — сделались признаком дурного воспитания и чем-то неприличным для сколько-нибудь культурного дома. Бедных паразитов начали изводить всеми мыслимыми способами, и даже мухи стали редкостью в Германии.

Детей стали регулярно мыть, стирать им пеленки, проветривать их комнаты и не давали им грызть собачьи кости и лакать из кошачьего блюдца.

В больницах стали применять методы антисептики, начали стерилизовать инструменты перед осмотром пациента, мыть с хлоркой посуду больного.

Еще в Версале XIII века платья придворных дам снабжались блохоловками, нечистоты накапливались в ночных горшках и выливались прямо в сад, нижнего белья не носили, а менять ночные рубашки чаще, чем раз в полгода, считалось совершенно необязательным.

Великая Гигиеническая революция XIX века совершенно изменила образ жизни людей. Самым важным последствием Великой Гигиенической революции стало почти полное исчезновение детской смертности. Великая Гигиеническая революция сначала уменьшила, а потом фактически отменила детскую смертность. И смертность женщин при родах.

В конце XIX века смерть рожениц в Германии упала с обычных 4 % до 0,3 %. Смертность детей — с обычных 60–70 % до 7 %. Ко времени Первой мировой войны детская смертность во всей Европе составила 4–5 % родившихся.

В России детская смертность у крестьян оставалась очень высокой до конца Второй мировой войны, даже до начала 1950-х годов. Еще доживают свой век женщины, которые родили по 10 и по 12 детей, а сохранили 2 или 3. Но и в России к концу 1950-х Великая Гигиеническая революция победила полностью и окончательно.

К середине XX века женщины реально, не на словах, получили равные с мужчинами возможности. Если кому и угрожает «матриархат» — это нам, а не нашим предкам.

Вот причины вполне обычны: мы сами создали для него материальную базу.

«Матриархат», групповуха и археология

Раскопки показывают, что очень многие жилища из костей мамонта предназначены для парной семьи, ведущей самостоятельное хозяйство: таков уж размер этого жилища с одним очагом.

В некоторых пещерах Франции найдены отпечатки босых ног пары, возле которых идут их дети. В одной из них совершался какой-то ритуал… Две пары отпечатков ног — мужских и женских — позади камня, покрытого натеками глины. И на камне — отпечатки ног двух детей, примерно 3 и 5 лет. Папа и мама поставили детей повыше, чтобы им было лучше видно.

Комментарии нужны?

Поздний палеолит Западной Евразии: характеризующие признаки

Окончательно расставаясь со стадиальной схемой, в 1960-е годы Г. П. Григорьев пришел к выводу, что «верхний палеолит — явление строго ограниченное по территории — пределы Европы и Передней Азии. Вне этой территории есть либо самый конец верхнего палеолита (последние 2–3 тысячи лет его), либо элементы верхнего палеолита на всем протяжении выступают только в соединении с мустьерскими или ашельскими».[90]

По Григорьеву, синхронные верхнему палеолиту памятники «незапада» должны называться «постмустье». Уважаемые коллеги очень огорчались таким высказываниям. Ведь Григорьев лил воду на мельницу расистов! Он показывал политическую безграмотность!

Но новое поколение археологов пошло еще дальше… Еще один уважаемый коллега, С. А. Васильев, по поводу палеолита Южной и Юго-Восточной Азии и Австралии даже счел термин «постмустье» слишком слабым и предложил термин «посташель».[91]

По мнению Леонида Борисовича Вишняцкого, и среднего палеолита на большей части Земли не было. Нижний палеолит (причем более примитивный, чем ашель, на уровне Клэктона и даже культур галечных орудий) существовал в Восточной Азии примерно 25 тысяч лет назад. И сменяется сразу «готовым» верхним палеолитом. А в Австралии вообще непонятно, когда кончился нижний палеолит… Похоже, только на рубеже плейстоцена и голоцена.[92]

Получается так: примерно 35 тысяч лет назад на Переднем Востоке, на Балканах или в Западной Европе возник новый культурно-исторический.

Чисто условно, просто для того, чтобы как-то его назвать, назовем «наш» феномен «палеолитом Западной Евразии». Это определение не абсолютно точно — культурно-исторический феномен охватывает ряд памятников Сибири и Средней Азии.

Культурно-исторические феномены привязаны к географическим регионам, возникают в них, но вовсе не обязательно остаются локализованы в среде, в которой возникли первоначально. «Наш» феномен возникает в ареале обитания неандертальцев, и потом уже, в сложившемся виде, распространяется на остальной территории Земли.

И вовсе не с одним сапиенсом он связан. Насколько можно судить, на грани рисс-вюрма и вюрма в ряде мест Переднего Востока вычленяется несколько локальных вариантов «переходной культуры» «от мустье к верхнему палеолиту» (Коробков, 1978. С. 181). И не только Переднего Востока! В Европе тоже известно несколько «переходных индустрии»… в том числе и в те времена, когда сапиенсов там явно не было.

Получается: верхний палеолит — это тип культуры, который начинали создавать неандертальцы, а завершали уже сапиенсы.

Принципиально то, что, возникнув на Переднем Востоке (возможно, что одновременно — и на Балканах), новый тип культуры охватывает всю приледниковую зону Европы, ее Запад и Центр (которые до того в культурно-историческом смысле не были палеолитом Запада Евразии), Восточную Европу и даже некоторые районы Урала и Сибири. Но не весь мир.

Восточная Азия перенимала новый тип культуры заметно позднее. В Африке он возник еще позднее, а изолированная Австралия его вообще не знала.

Невольная аналогия

Легко заметить, что тот же самый регион, в тех же самых границах и в голоцене развивался не так, как весь остальной мир.

В этом обширном, но в масштабах Земли весьма незначительном пространстве последовательно происходили те изменения культуры, которые фактически и легли в основу современной цивилизации.

В этом регионе раньше всего возникло земледелие и скотоводство. В этом регионе родилась буквенная письменность. В этом регионе родилось единобожие. В этом регионе родилась философия. В этом регионе зародились индивидуализм и персонализм во всем многообразии их модификаций. В этом регионе зародилось гражданское общество, идея частной жизни, идея власти с ограниченным диапазоном влияния… а в исторической перспективе — и парламентаризм, и идея разделения властей.

Нравится или нет нам это обстоятельство, но общность человечества и мировая цивилизация в их современных формах возникли только потому, что одна из региональных цивилизаций, западнохристианская, оказалась в состоянии стать доминирующей цивилизацией в масштабах земного шара.

Уже в III–II тысячелетиях до Р.Х. развитие Переднего Востока уникально за счет того, что здесь формируется целый ансамбль примерно равноуровневых культур, активно обменивающихся друг с другом своими достижениями. В этом очень большое отличие Переднего Востока от Китая или Индии, где цивилизация формировалась вокруг одной этнической культуры.

Но в это время общественный строй и культура Древнего Переднего Востока еще имеют много аналогий с развитием в других регионах. А с античности, с «эллинского феномена» идет уже полный «отрыв». В «нашем» регионе складывается абсолютно уникальный тип общества, само развитие культуры приобретает «нигде не виданное» направление.

Всякая попытка делать вид, что «в Европе было как везде» или «везде было как в Европе», неизбежно проваливается.

Если даже историки упорно пользуются термином «рабовладельческий строй», то им приходится признать: в Европе был какой-то особый «рабовладельческий строй».

Только в Европе (и то исключительно в ее западноевропейской части) сложился «классический», «настоящий» феодализм с его системой условного держания, феодальной лестницей и вассалитетом. Нечто отдаленно похожее можно найти разве что в Японии. Но и это — лишь наиболее точное подобие.

«Обнаруживая» феодализм в остальных местах, всегда приходится придумывать для него какой-то особенный эпитет. Типа «особого византийского феодализма», «тяглого», «государственного», «кочевого» или «восточного» феодализма.

Если даже этот термин нам необходим — для всего мира вне Западной и Центральной Европы приходится оговаривать его особенности.

Тем более нигде, кроме Европы, не возник ни капитализм, ни феномен прединдустриальной цивилизации (типа нашего Нового Времени), ни самой индустриальной цивилизации. Некоторые отдельные аналоги капитализма можно найти в городах Китая и Индокитая; элементы нововременной цивилизации прослеживаются в Японии XVII–XIX веков. Но это именно отдельные «элементы», отдельные проявления, не составляющие единой системы, не определяющие возникновения качественно нового общества.

Называть сложившиеся вне Европы общества «восточными» будет глубоко неверно. Во-первых, эти общества не столько «восточные», сколько «всемирные». Точно таковы же были и общества германцев, славян и, вероятно, галлов и иберов до римского завоевания и влияния на них античной культуры. Во-вторых, европейский тип развития приходится признать за Египтом, Месопотамией, Сирией… за типично «азиатскими» территориями.

Географические наименования культурно-исторических типов и цивилизаций вообще неточны по определению. Но если уж другие, не связанные с географией названия отсутствуют и географическая привязка становится неизбежной, то лучше воспользоваться определениями Г. Померанца. У него эта проблема продумана точнее и детальнее, чем у любых других известных нам философов и культурологов. Его определения «Запад» и «Незапад» гораздо точнее, чем рассуждения о «Востоке», в который приходится включать и Ирландию, и обе Америки, и Новую Зеландию.[93]

Итак, в известной нам глобальной истории существует «запад» — как реалия, различная в разные периоды истории, но неизменно привязанная к западной оконечности Евразии.

Все остальное на Земле — это «незапад». «Запад» в истории Земли представляет собой нечто исключительное. «Незапад» — скорее выступает как нечто «нормативное», обычное для человечества.

Внутри «запада» постоянно вычленяются области, в которых «западный» тип развития усиливается, а остальные части «запада» по отношению к этой области становятся «незападом». Эллада расположена восточнее Галлии-Франции. Но в V веке до Р. Х. Эллада была «западом», а Галлия — «незападом». В XV веке все стало наоборот.

В создании европейской цивилизации и верхнего палеолита просматривается еще одна особенность… И правда почти мистическая — в том смысле, что совершенно непонятная.

Но верхний палеолит возникает сначала на Переднем Востоке, а потом Европа его обгоняет и становится эпицентром верхнего палеолита.

Так и современная цивилизация зарождается на Переднем Востоке, а потом Европа перехватывает эстафету и становится лидером мирового развития.

А вдруг все-таки цивилизация?

Есть вещи, о которых просто страшно говорить. Действительно… вот вроде все очевидно: домашний скот… Изображения домов, похожих на рубленые избы… Лук и стрелы… Парная семья… Знаковая система, все больше напоминающая предписьменность…

Но страшно высказать предположение: а не могла ли в Европе сложиться цивилизация? В приледниковой зоне? Очень уж мы привыкли к мысли, что цивилизация рождается на юге, на Переднем Востоке.

Самые первые памятники с наиболее ранними элементами производящего хозяйства — это Зарзи Б в Ираке (12000+400), Хоту — от 11860+80 до 9190+590, Белт — 114891550, Джармо — 11240±300.

По времени это синхронно жизни последних мамонтов, великой катастрофе палеолитической цивилизации в Европе.

И домашних животных, как мы привыкли думать, приручили на Переднем Востоке. Свинью — в VIII тысячелетии до Р.Х., овцу и козу — в VII–VI тысячелетиях, корову — в VI тысячелетии, лошадь и осла — в V–VI тысячелетиях до Р.Х.

Эти даты хорошо проверены, надежны, на них привыкли полагаться.

Считается, что сначала человек начал выращивать культурные растения, и произошло это в горных областях Переднего Востока, потом уже начал приручать зверей — появилась кормовая база…

После открытий на Переднем Востоке мы убеждены, что земледелие первично. Мысль о цивилизации сразу заставляет подумать: а какие культурные растения мог разводить человек приледниковой зоны?

Я задавал этот вопрос коллеге, к мнениям которого привык прислушиваться с уважением и интересом. Лицо Леонида В. отразило почти физическую муку…

— Наверное, они разводили большие поля конопли…

— Конопли?!

— Да. Мака и конопли… Разводили в огромных количествах и щедро снабдили тебя своей продукцией.

Весело? Да… Но не только. Действительно, только в совершенно воспаленном воображении могла появиться мысль о земледелии в районах вечной мерзлоты, в двух шагах от сверкающих на солнце ледяных щитов. Закомпостированные стереотипами мозги специалиста — это очень серьезная проблема.

Но вот какой вопрос… Из истории известно, что цивилизация вовсе не обязательно должна быть земледельческой… Действительно, а если в Европе верхнего палеолита была цивилизация, но не земледельческая? Если это скотоводческая цивилизация?

Скотоводческая цивилизация?

Сегодня научный мир считает, что сначала возникло земледелие, а уж потом скотоводство. В этом убеждают материалы Древнего Переднего Востока. Во всех его регионах земледелие старше скотоводства на тысячи лет.

Но предки думали не так, как мы. В XIX веке считалось, что скотоводы на Земле появились раньше земледельцев. Логично: скотовод без земледелия примитивнее, чем земледелец. Он больше привязан к природным ландшафтам и меньше их изменяет. Он ведет более близкий к природе образ жизни и больше зависит от природных циклов и от образа жизни зверей.

Классики XIX века, в том числе Морган и Фрезер, подробно описывали, как человек становился сначала скотоводом, а уже потом и с большим отрывом — земледельцем.

Они предполагали даже, что северный олень — первое домашнее животное, и одомашнен он 15–14 тысяч лет назад. Дело в том, что тундровые охотники пасут, по сути дела, диких или, по крайней мере, полудиких оленей. Человек мадленской эпохи в тундровой зоне охотился в основном на северного оленя. Логично предположить, что специализированная охота привела к более сложным отношениям с оленями. Человек отгонял других хищников, выбивал в первую очередь хилых и больных зверей, отгонял стада на более тучные пастбища…

Так же могли складываться отношения человека конца палеолита и лошади, а с меньшей вероятностью — и зубра. Если животное продолжает жить в природной среде, на него действуют те же факторы, что и на домашнее. Оно становится домашним, но практически не изменяется внешне. В этом трудность определить, имеем мы дело с домашними или с дикими северными оленями. Но ведь и лошадь жила в тех же ландшафтах приледниковой зоны. Ни селекции, выведения других пород, ни стойлового содержания, ни особых кормов. Вот пятнистость могла появляться, если человек защищал своих домашних животных от хищников: тогда не нужно было скрываться, становиться незаметными в природе. Медведя или волка, даже тигрольва человек отгонит, не пустит их к стаду.

Но пятнистость не определишь по костям в «кухонных кучах» на стоянках древнего человека. Разве что на стенах пещер появлялись рисунки странных пятнистых животных.

Сведений о возможном скотоводстве у нас очень мало. Но не забудем, что в Европе четвертая часть всех доступных человеку земель лежала ниже уровня современного океана. Очень может быть, самые интересные и высокоразвитые области расселения человека соллютре и мадлена нам сейчас попросту недоступны для изучения.

Глава 5. За пределами Европы

Здесь сидели эти первобытные свиньи… Они жрали друг друга, а зубы сплевывали на пол.

Т. Хейердал

Приледниковая зона без верхнего палеолита

Южная Сибирь заселена еще в эпоху мустье и даже позднего ашеля. На Енисее и на Алтае есть памятники, которым порядка 300 тысяч лет. Некоторые ученые относят к той же эпохе и самые древние памятники Приамурья. Но где тут погребения неандертальцев? Где хотя бы подобия таких памятников, как Терра-Амата или Торральба? Где хотя бы зачатки искусства? И той «натуральной деятельности», из которой вырастало искусство?

Ничего этого нет и в помине. И позже в приледниковой зоне за пределами Европы не было ничего, даже отдаленно похожего на верхний палеолит. Человек заселяет юг Сибири уже в начале верхнего палеолита… или постмустье, если точнее. К поре 17–20 тысяч лет назад он заселяет побережье Тихого океана до Берингии, Якутию примерно до 65 градуса северной широты, Западную Сибирь до современных Томска и Васюганска.

И тоже никаких точек соприкосновения с Европой: ни искусства, ни домостроения, ни погребений, ни культовых мест, ни использования пещер как святилищ, ни изживания древних грубых форм орудий. Жилища наверняка есть… Если их удается проследить, как в Южной Сибири, на Енисее, — это жилища типа чумов или индейских вигвамов.

Заселяется Америка, и в ней тоже нет ничего похожего на удивительный мир приледниковой Европы.

ПОЧЕМУ?!

Ответов может быть два:

1) Европа — особенный регион, в котором происходит то, чего не может произойти больше нигде. Правда, непонятно, почему;

2) Европу населяют особенные люди. Они могут то, чего не может больше никто. И тоже по непонятной причине.

Видимо, оба ответа имеют право на существование.

Европа и правда какое-то «заколдованное» место: кто в него ни попадет, тут же становится лидером мирового развития.

Но ведь и нордическая раса — тоже особенная раса.

Мальта и Буреть как будто нарушают эту закономерность: люди с внешностью и расовым типом жителей Северной Азии, а культура — почти верхний палеолит Европы.

Но это явление вполне можно объяснить переселением из Европы сапиенсов — носителей верхнепалеолитической культуры. На Урале верхний палеолит вполне определенно был. Какие-то группы людей вполне могли проникать и к востоку от Урала. А жители Сибири могли перенимать у них тип и уровень принесенной культуры.

Сибирь среди регионов «незапада» в самой большой степени являет нам образцы искусства того же возраста, что и в Европе: Кова на Ангаре, Малая Сыя в Кузнецком Алатау, Толбага и Варварина Гора в Забайкалье. Но ведь и это — только мерцающие и гаснущие искорки, которые не сливаются в единый костер, подобный европейским соллютре и мадлену.

Но не являются ли эти искорки искорками европейского костра? Появляются переселенцы, постепенно поглощаемые местным населением, и культурные импульсы гаснут. Потомки утрачивают культурные достижения предков.

По крайней мере пока я не могу найти никакого другого объяснения: почему в Сибири искусства больше, чем во всем остальном мире (кроме Европы, конечно).

Ведь в Америке и этого нет.

Вне приледниковой зоны

Вне приледниковой зоны — вообще полная беда по части культуры. Сапиенсы заселили Индию, а потом Австралию… Неандерталоидный тип расы в Австралии сохранился до наших дней: возможно, следствие метисации.

Ладно, создать цивилизацию в Австралии невозможно, потому что в ней не растут растения, которые можно окультурить. Не живут животные, которых можно приручить. Но австралийцы забыли и прежние культурные достижения!

Австралия в плейстоцене составляла единое целое с островом Новая Гвинея. От остальной суши этот громадный материк отделяло море шириной порядка 100 километров. Глубины в нем такие, что пролив никогда не превращался в цепочку островов. Попасть в Австралию могли только люди, владеющие мореходными навыками и умеющие строить хотя бы большие надежные лодки.

Предки австралийцев мореходными навыками обладали и лодки строили… Но современные австралийцы все забыли. Даже и то, с чем пришли, — все утратили.

В Африке, породившей сапиенсов, в Южной Азии — полная тишина. Искусство появится, погребения будут…. Но позже. Много позже, чем в Европе.

Обитатели Восточной Азии

В сущности, мы не знаем, были ли на востоке Азии неандертальцы. Все, что находится между эректусом и сапиенсом, в этом громадном регионе или плохо датировано, или плохо исследовано. Всех найденных между эректусом и сапиенсом условно причисляют к неандертальцам, но это очень неопределенно.

Единственный череп из Мапы в Китае (130 тысяч лет) похож на европейские. Затем в Азии появляется уже современный человек с датировками около 40 тысяч лет.

Китайские ученые вообще настаивают на том, что от местных, китайских эректусов происходят и местные же сапиенсы… Монголоидная раса для них — очень древнее явление, уходящее корнями в эпоху легендарного синантропа. Якобы у синантропа прослеживаются признаки монголоидов.

Если это справедливо, искать аналогий и не следует. Неандертальцы востока Азии все равно не родственники европейским.

И независимо от того, родственники они или не родственники — очевидно, неандертальцы или неандертальцы Восточной Азии вели себя совершенно не так же, как их европейские современники или собратья.

И сапиенсы тоже. И постмустье Китая, и посташель Юго-Восточной Азии совершенно лишены черт европейского верхнего палеолита. Люди современного физического типа есть. Но произошли они от местных архантропов или пришли с запада — все равно ничего общего с уровнем культуры Европы они не знали.

Китайские коллеги порой выражают энтузиазм: мол, китайская археология только начинается! Мы еще найдем погребения, произведения искусства, святилища, какие вам в Европе и не снились!

От всей души готов пожелать удачи милым китайским коллегам, но скажу откровенно — в их удачу ни на секунду не верю. Окладников вон тоже страдал по «пока не найденной» пещерной живописи Сибири. Уж как искали! Как искали! Как искали!.. Ну и что? Много нашли?

Так же будет и с погребениями, искусством, святилищами, технологиями Китая. Если что-то и найдут — это «найденное» будет или намного моложе европейских образцов, или значительно ниже по качеству.

Если вам так приятнее, обзовите меня расистом, не обижусь. Но в сказанном совершенно уверен.

Метисация с чудовищами

В Европе с людьми было как с каменными орудиями: как только появляются новые формы, так старые быстро исчезают. Появился неандерталец? Тут же исчезает эректус и гейдельбергский человек.

Появился сапиенс? И очень быстро только память остается от бедного неандертальца. А на востоке Азии очень долгое время одновременно сосуществуют разные формы человека.

Когда сапиенсы появились в Юго-Восточной Азии, там еще доживали свой век последние эректусы. Самым молодым черепам эректусов на острове Ява — порядка 28–30 тысяч лет. Сапиенс победным маршем движется к Австралии, а из зарослей глядят на него полузвериные глазки из-под низкого лба дегенерата…

Могли ли смешиваться сапиенсы и эректусы? Исключить этой возможности мы не можем. Трудно представить себе самку эректуса в роли желанной невесты, но опыт всех времен и всех народов показывает, что очень многое зависит от привычки. Если люди долго живут бок о бок, их внешность перестает быть чем-то непривлекательным или экзотичным.

Европейцы еще в конце XIX века считали жительниц Вьетнама и Лаоса очень некрасивыми. Особый шарм и красоту жительниц Юго-Восточной Азии начали отмечать уже в середине XX века. Привыкли и оценили.

Так же точно могло произойти и с архантропами на острове Ява… Некоторые ученые обращают внимание на то, что ранние сапиенсы в Африке больше похожи на современных людей, чем ранние сапиенсы вне Африки. Они считают это следствием метисации с местным населением.

Вопрос только: и что могло получиться в результате скрещивания сапиенсов и эректусов? Да что угодно… От полной дегенерации потомков сапиенсов до появления расы, которая к сапиенсам ближе. Жаль, что прогнозировать такой вариант событий можно только на уровне допущений и фантазий.

Загадка айну

Какие-то невнятные следы скрещивания сапиенсов с другими формами человека прослеживаются в облике австралоидов. Изолированные в Австралии, они сохранили эти черты архаических форм человека.

Прослеживаются последствия скрещивания и на севере Японии, на Сахалине. Живет там такой маленький народ, айну… Еще недавно айну были широко распространены в бассейне Японского моря и на севере Японских островов.

Очень мохнатые, с грубыми чертами лица, айну даже внешне производили впечатление пришельцев из другой исторической эпохи. Средний рост мужчин у айну — 158 сантиметров.

В VII–VIII веках по Р.Х. предки японцев двинулись на север острова Хонсю, оттесняя и истребляя айну. Маленький и плохо организованный народ быстро проигрывал войну за войной и отступал все дальше на север.

Число айну убывало. Еще в XIX и начале XX века айну было много на острове Хоккайдо и на Южном Сахалине — несколько десятков тысяч. В конце XIX века японцы начали массовую колонизацию Хоккайдо. Сейчас айну в основном смешанного происхождения, чистокровных осталось мало. Их всего 16–18 тысяч человек на острове Хоккайдо и Сахалине. Впрочем, похожий расовый тип встречается у маленького народа гиляков, да и у японцев — народов, которые скрещивались с айну.

Недавно новосибирский археолог Руслан Сергеевич Васильевский предположил, что в складывании маленького народа айну принимали участие не только люди современного расового типа, но и неандертальцы.[94]

Вопрос только один: а почему именно неандертальцы? Их на востоке Азии, скорее всего, все же не было.

Цивилизация эректусов?

По Америке, особенно по ее тропической части, ходит много слухов про таинственных «мохнатых индейцев». Говорят о них много — индейцы севера Южной Америки хорошо знают, что живут в глубине лесов странные мохнатые люди. Лбы у них покатые, глазки маленькие и свирепые, тела покрыты волосами. Они ходят почти без одежды, и нравы у них очень грубые. Эти дикие люди имеют мрачную репутацию людоедов.

Конан Дойл в своем «Затерянном мире» описал человекообезьян, живущих рядом с индейцами… Он, конечно, руководствовался в основном слухами, которые привозили путешественники того времени из Южной Америки. Но европейцы с мохнатыми индейцами иногда тоже встречаются. Видел таких индейцев полковник Фосетт во время своих путешествий по Бразилии и даже описал поселок таких индейцев. Мохнатые индейцы знают лук и стрелы, живут в примитивных хижинах, но никого к себе не подпускают, а путешественников убивают и съедают. Если верить полковнику (а он обычно довольно точен в своих описаниях), он лично наблюдал таких индейцев вблизи и даже вынужден был отпугнуть их выстрелами.[95]

Георг Даль тоже встретил как-то в приморском поселке индейцев довольно странного человека… Незнакомец был с очень грубым лицом, покрытым волосами, с жесткими волосами на голове, похожими больше на волосы животного. Странный человек имел покатый, убегающий назад лоб, и в его блестящих круглых глазах застыло какое-то странное выражение. Вел он себя тоже необычно. Не общался с остальными покупателями в лавке, сидел на корточках в стороне, смотрел в пространство. Индейцы очень не советовали Далю интересоваться этим человеком и особенно проникать в области, где живут такие люди.[96]

Эти истории про «мохнатых индейцев» особенно интересны после исследований странных изображений на камнях в Центральной Америке. Находят их довольно давно. Изображены на них какие-то странные люди с большими головами и неуклюжими телами. Эти люди сидят верхом на странных слонах с длинными головами, на лошадях и безгорбых верблюдах. Таких изображений на камнях известно до 50 тысяч.

Первая мысль, разумеется, — «подделка»! Писали даже о том, что для гравировки на камнях применялась бормашина. Поражает, конечно, масштаб работы неизвестного маньяка… Да и найдены некоторые камни при раскопках, в не потревоженных человеком слоях земли. В обстоятельствах, вроде исключающих возможность подбросить камень в слой…

Что еще вызывает восхищение — подделывали находки люди, прекрасно знающие палеонтологию Америки. Потому что странные неуклюжие люди сидят на спинах не только лошадей, но и мастодонтов, которые то ли вымерли, то ли были истреблены человеком примерно 20 тысяч лет назад. И крупных верблюдов вымершего (или истребленного) вида — размером с лошадь, но внешне подобных современным ламам и гуанако.

Сами же изображенные верхом люди по пропорциям тел очень уж похожи на неандертальцев или еще более примитивную форму человека. В принципе, почему бы и нет? Теоретически неандертальцы могли проникнуть в Америку, в теплых тропических областях создать свою скотоводческую цивилизацию и бесследно исчезнуть перед натиском предков современных индейцев. В точности как исчезли их родственники — неандертальцы в Европе.

Впрочем, могли это быть и не только неандертальцы… Неандертальцы на востоке Азии все же отсутствуют. А допустить, что вытесняемые сапиенсами эректусы или помеси между эректусами и сапиенсами могли заселить Америку… Конечно, это допущение совершенно бездоказательно. Но это умозрительное объяснение все же позволяет свести концы с концами.

Никак не настаиваю на своем предположении… но почему бы и нет?

Нужно исследовать и странные камни с изображениями, и поискать мохнатых индейцев. Знающие люди очень не советуют иметь с ними дела? Ну, так искать, понятное дело, с оружием. В конце концов, вели же в советское время раскопки в местах, где ночевать приходилось, положив голову на заряженный карабин.

Изоляты, как и было сказано

До появления земледелия все живущие на земле народы поневоле были народами-изолятами. Изоляты — это популяции, в которых почти не присутствуют гены всего остального чeлoвeчeствa. Уединенная группа людей живет сама по себе и сама для себя.

Во-первых, она приспосабливается к местным условиям. Те, кто не приспосабливаются, попросту быстро вымирают, не оставив детей.

Известно, что чистокровные эскимоски не беременеют чаще, чем раз в три года. Если у женщины дети могут быть чаще — она не чистокровная эскимоска.

У эвенков не бывает варикозного расширения вен. Они могут переходить вброд ручейки с ледяной водой, и никаких последствий. Тот, кто болел варикозом, потомства не оставлял.

Замечательный певец Кола Бельды не мог есть овощей… Москвички упоенно кормили его салатами, а для Кола эти салаты были ядовитее цианистого кали. Его маленький народ гольдов сотни поколений питался исключительно животной пищей.

Во-вторых, народ-изолят немногочислен. Если в число первых поселенцев попал человек с какими-то особенностями, они могут закрепиться. Если совершенно случайно какой-то признак у первопоселенцев был выражен ярче, чем у других людей, он почти обязательно закрепится.

Скажем, у индейцев Северной Америки не четыре группы крови, а три. Видимо, при проникновении в Америку носители одной из групп крови совершенно случайно оказались в таком меньшинстве, что их генетические признаки оказались «вымыты» из популяции.

У индейцев Южной Америки — всего две группы крови. Видимо, история повторилась еще раз: люди переходили узкий Панамский перешеек, и среди очень небольшого числа предков южноамериканских индейцев, считаных сотен, а то и десятков человек носителей одной из групп крови не оказалось или оказалось очень мало.

Народов-изолятов очень много вне запада приледниковой зоны… Можно говорить даже о расах-изолятах. Расовые признаки негров, европейцев и монголоидов изменяются постепенно, переход между расами плавный, включающий много промежуточных типов. А эти расы оказались изолированными в очень давние времена…

Готтентоты на юге Африки считаются одной из малых рас большой негроидной расы. Но они сильно отличаются от негров. Например, половые губы готтентотских женщин свисают на полметра вниз.

Еще сильнее отличаются от негров бушмены. У них есть расовые признаки и монголоидов, кстати. Физиология бушмена заметно отличается от физиологии всех остальных людей. А половой член у них всегда находится в эрегированном, то есть в возбужденном, состоянии. Изображения на скалах безошибочно можно интерпретировать как бушменские, если на них изображены мужчины с эрегированными половыми органами.

Еще совсем недавно готтентоты и бушмены занимали в Африке намного большие территории. На нынешние места обитания, на самую южную оконечность Африки, их вытеснило расселение современной негроидной расы в первом тысячелетии по Р.Х. Совсем недавно в Европе уже начался период Средних веков.

Но самую интересную расу-изолят обнаружили недавно на острове Флорес… Этот небольшой остров уже 700 тысяч лет не присоединялся к другим массивам суши.

И на этом острове недавно найдены останки людей, неофициально названные «хоббитами». Рост мужчины «хоббита» составлял не более 1 метра. Соответствующих размеров и их каменные орудия.

«Хоббиты» жили на острове Флорес 26–28 тысяч лет назад, и исчезли так же бесследно, как появились.

О происхождении расы карликов предполагают разное.

Большинство ученых думают, что это потомки эректусов. Жили они на этом острове еще до того, как он отделился от другой суши. Островные расы часто становятся мельче своих континентальных родственников. Живет же на острове Бали очень мелкий тигр, размерами почти с леопарда. А на острове Мальта в Средиземном море жил карликовый вид слона ростом около полутора метров в холке — с корову.

Другие ученые полагают, что это все-таки такой измельчавший от островных условий сапиенс… Череп у карликов-хоббитов вроде примитивнее черепа сапиенсов… Но на острове Флорес вообще происходят странные вещи. Например, у его современных жителей все чаще рождаются дети без подбородочного выступа. Почему?! А этого как раз никто не знает…

В общем, исследования продолжаются, и самое интересное, скорее всего, впереди.

Легенды всех народов мира говорят не только о карликах, но и о великанах… А в Юго-Восточной Азии обитал когда-то гигантопитек, человекообразная обезьянища ростом в 2,5 метра… Полуразумный Кинг-Конг. В общем, веселое это место, Восточная и Юго-Восточная Азия.

Главное

Как мы видим, вне «запада» Евразии, Европы и Переднего Востока расовый облик людей очень разнообразен. Множество изолятов, пережиточных типов, причудливых смешений, загадочных переселений.

На западе Ойкумены идет ранний и бурный процесс формирования и расселения человека современного физического типа.

Восток Ойкумены — место проникновения туда сапиенса из других мест.

Африка породила сапиенса и на том «благополучно» остановилась.

А главное — ничего похожего на тип культуры, сложившийся в Европе и при неандертальце, и при сапиенсе. Ничего даже похожего нет нигде в тропиках и нигде в холодной приледниковой зоне, кроме Европы.

Постмустье в тех районах, где сказывается влияние верхнего палеолита.

Посташель в тех областях, где такое влияние отсутствует.

Глава 6. Великий потоп

Мощно и грозно тек океан,

Навек поглотя Атлантиду.

Платон

Нет на земле народа, который не знал бы легенды о Великом потопе. Уважаемые коллеги туманно рассуждают о том, что все народы переживали в своей истории наводнения.

Трудность положения уважаемых коллег еще и в том, что народы мира частенько указывают время, когда именно произошел Всемирный потоп.

И у многих народов пора, когда воды морей хлынули на сушу, совпадает с концом Великого Оледенения. А ведь и правда был в истории человечества такой и вовсе не лучший момент.

Катастрофа голоцена

При максимальном наступлении ледника 45 млн км2 площади Евразии было занято ледником. Сегодня ледниками занято всего 16 млн км2 (Антарктида, Гренландия, Канадский арктический архипелаг, Шпицберген, плюс горные ледники).

Резкое повышение температуры поверхностного слоя океана произошло почти одновременно в разных районах океана около 10700+700 лет до н. э.

Уважаемые коллеги порой предполагают, что это произошло в результате падения одного естественного спутника Земли и появления другого, из-за изменения магнитного поля Земли (смены полюсов).

Сейчас становится модной теория, что 12 900 лет назад Земля столкнулась с космическим телом диаметром около пяти километров.

Почему нет кратера? Потому что все «улики» буквально смел громадный ледник, который прошел по местности подобно исполинскому грейдеру. Другие эксперты уверяют, что космическое тело и не врезалось в Землю, а взорвалось в атмосфере.

Главное — весь Североамериканский континент охватили пожары. Они вызвали резкое похолодание. Или таяние ледника? Одни уважаемые коллеги утверждают одно, другие — прямо противоположное. Главное — причина сложных явлений была только одна, и притом очень простая.

Профессор Калифорнийского университета Джеймс Кеннетт даже выяснил, что именно удар метеорита повинен в исчезновении нескольких видов крупных североамериканских млекопитающих в конце последнего Ледникового периода.

«Все слоны, включая мастодонта и мамонта, а также гигантский ленивец могли вымереть из-за пожаров, — рассказал он в интервью Би-би-си. — Вымерли все лошади, североамериканские верблюды, крупные хищники, включая короткомордого медведя арктодуса и саблезубую кошку».

Ну и, конечно же, падение метеорита, судя по всему, оказало огромное влияние на первобытного человека. Например, исчезла одна из праиндейских культур — культура кловис.

Катастрофические наводнения

Более интересно, что можно найти свидетельства множества локальных наводнений. В отдельных регионах при постепенном накоплении значительных масс воды были возможны их прорывы в океан. Территории, лежащие на пути этих потоков, подверглись бы воздействию, сходному с воздействием волны цунами.

Возле озера Ливингстон в Канаде в послеледниковых отложениях были обнаружены ископаемые ледниковые холмы, образованные мощным потоком талой воды. По некоторым оценкам, объем сброшенной воды составлял 84 000 км3, что должно было поднять уровень Мирового океана на 23 сантиметра. Поток был направлен по современному руслу реки Святого Лаврентия.

Наводнение произошло примерно 11 600 лет назад. Причиной накопления воды могло быть таяние льда под щитом из-за разогрева в результате трения при движении ледника. Непосредственно под щитом образовались ледниковые озера, которые в какой-то момент прорвались в направлении Атлантики. Возможно также бурное таяние южного края ледника из-за быстрого движения ледника на юг.

У тех, кто пережил такую катастрофу, навсегда сохранилась память о Великом потопе.

Локальные катастрофы

Черное море было соединено с Каспийским. Это было громадное озеро, уровень которого был заметно ниже уровня Мирового океана.

Турецкий океанолог Седа Окай полагает, что современное Черное море образовалось в результате катастрофы.

7—8 тысяч лет назад тающие ледники Мирового океана подняли уровень Средиземного моря и позволили ему преодолеть естественную дамбу, которой являлся нынешний Босфор.

После его прорыва воды хлынули в Черное море с силой, равной мощности 200 Ниагарских водопадов.

«Воды Средиземного моря поступили в Черное в результате стихийного бедствия, более известного как Всемирный потоп», — утверждает Седа Окай.

Но даже такая катастрофа — детские игрушки в сравнении с главной. Это лишь часть Всемирного потопа.

Катастрофа в Европе

Площадь Европы составляет примерно 10 млн квадратных километров.

12 тысяч лет назад 2 млн квадратных километров было занято ледниками в Скандинавии и в Альпах и 2,7 млн квадратных километров в Восточной Европе.

К западу от Вислы человек жил или в Южной Европе (порядка 1,3 млн квадратных километров), или в приледниковой зоне к северу и западу от Альп.

Площадь всей приледниковой зоны к западу от Вислы составляла порядка 2 млн квадратных километров. 1,8 млн квадратных километров — это площадь материковой отмели вокруг Европы. Из этой площади 700 тыс. квадратных километров суши лежало там, где сейчас плещутся воды Северного и Ирландского морей. До конца Великого Оледенения эта отмель тоже была населена. Мы изучаем историю приледниковой зоны по раскопкам на 65 % ее территории. 35 % приледниковой зоны ушло под воды морей.

Таяние ледника в Европе произошло за очень незначительное время. Уровень Мирового океана поднялся на 100 метров за 2 тысячелетия. За этот срок пригодная для жизни человека часть Европы уменьшилась на 1,8 млн квадратных километров и тут же приросла на 4,7 млн.

Буквально на глазах Британия отделилась от Европы, а море затопило громадные массивы суши. Животные и люди бежали туда, где выше, и очень часто оказывались в ловушках, на окруженных водой островах.

Скопление громадного количества мамонтовых костей на Новосибирских островах многие ученые считают результатом действия такой ловушки. Громадные звери бежали от наступающих вод океана… И в невероятном числе скапливались на уменьшающихся, не дающих им пищи островках.

Такие же трагедии разыгрывались в Северном море, где современная Доггер-банка стала изолированным островом. Низменный островок, размываемый наступающими водами океана. Пищи заведомо на всех не хватит. Бежать некуда. Люди хотя бы теоретически могли построить лодки и уплыть, хотя очевидно — и из людей спаслись далеко не все. Даже изучать останки мамонтов и других погибших там зверей не получится — Новосибирские острова хотя бы частично остались над поверхностью моря, Доггер-банка ушла под воду полностью.

Когда одну третью часть обитаемой страны захватывает море — это и есть Великий потоп. Придумывать его нет никакой необходимости. Десятки и сотни тысяч людей бежали от наступающего моря. И у бегущих, и у наблюдающих это бегство (на фоне собственных катастроф) было невероятное количество самых сильных впечатлений.

Даже если бы все ограничилось наступлением моря, конец Великого Оледенения стал бы невероятной катастрофой для людей. Такой, о которой помнили бы тысячи лет. Но произошла еще и полная перестройка ландшафтов.

Гибель приледниковой зоны

Ледник растаял не сразу. Даже тогда, когда уже наступило сильное потепление, он временами даже наступал.

В Скандинавии стала резко подниматься суша, освобожденная от давления тяжелого щита льда. Он тащил глыбы камней, которые и сейчас показывают, до каких границ доходил ледник.

Край ледника отступал в среднем на 500 метров в год… При том, что потепление приносило новые осадки, снегопады, новые наступления ледника, особенно в зимние месяцы. Отступал ледник, а вслед за ним отступала и тундра.

Менялся климат, менялась растительность. А в тех областях, где не было ледника, очень быстро, иногда катастрофически быстро, менялось все — и климат, и растительность.

Во-первых, появилась широкая зона лесов из хвойных (ель, сосна, кедр, лиственница) и лиственных (береза, осина) пород деревьев.

При дальнейшем потеплении климата в голоцене лесная зона занимала и самые северные районы Сибири.

Степь оказалась отделена от тундры. Исчезала тундростепь, формировались современные условия. Это разделило ареалы многих животных.

Во-вторых, исчезли обводненные приледниковые ландшафты, обширные заливные луга. Многие мелкие озера высохли, сократились в размерах даже крупные озера. Реки стали мелководными, многие из них в это время проложили себе новое русло.

Судьба мамонтовой фауны

Большая часть животных мамонтовой фауны не вымерла… Большая часть видов скорее «разбрелась» по новым экологическим нишам.

Северный олень, песец, овцебык, лемминг и сегодня превосходно себя чувствуют в тундре. Но зубр, лошадь, сайгак в тундре жить не могут, им нужна степь. Зубр и лошадь могут приспособиться и к лесам… Но скорее всего, как другие подвиды и даже виды.

Только в лесах или на опушках, в лесостепи могут жить благородный олень, большерогий олень, тур, лань, медведь и кабан.

Общая закономерность: лучше всего чувствовали себя животные пластичные, выносливые, с высокими темпами размножения. Эти виды прекрасно чувствовали себя в новых экологических зонах. Человек преследовал их, но истребить не сумел.

Животные более специализированные, с меньшими темпами воспроизводства порой исчезали во многих местах.

Северный олень — массовый вид до сих пор во всех тундрах и в лесах Сибири до границы с Монголией.

А вот овцебык вымирал, ареал его сокращался. Еще в XVII веке овцебык водился на Таймыре. Известны черепа овцебыка, простреленные русскими землепроходцами. К XX веку овцебык сохранился только в Гренландии и на островах Канадского арктического архипелага. Сегодня его не без успеха разводят в Азии.

Так же точно и в лесах неплохо чувствовали себя зубры, туры, кабаны и лошади. Что характерно — большинство лесных животных Европы в голоцене сохранялись скорее на востоке: в Германии и Польше густые леса шумели, когда во Франции их давно вырубили. Тура в Британии истребили в XII, а в Польше — только в XVII веке.

Зубры исчезли в Галлии в VI веке, а в Германии, Скандинавии и в Польше они неплохо чувствуют себя везде, где их оставляют в покое. Европейская лесная дикая лошадь, тарпан, в Германии исчезла к XV веку, а в польских лесах исчезла одновременно с туром. Кабанов и сегодня полно везде. Сорный зверь.

Не выжил большерогий олень. Более требовательный к влажности и климату, чем зубр и лошадь, он, видимо, не мог жить в континентальном климате. Возможно, мог бы существовать на юге Европы. Но там еще были угодья для дальнего родственника большеротого оленя, для лани. А громадному зверю прокормиться на юге уже негде: сплошная распашка и сады.

Римские легионеры наблюдали большерогого оленя на севере Галлии. Еще в Средневековье этот красивый, благородный зверь был известен в Британии. Позже его называли «ирландский лось»: большерогий олень до XII века попадался в Ирландии. На него охотились с собаками, и зверь, в конце концов, не уцелел.

Поразили датировки большерогого оленя на Южном Урале: 4–5 тысяч лет. Датировок этих много, им вполне можно доверять. И вот, поди ж ты…

Такова же судьба степных зверей. Сайгаки, ослы и лошади приспособились к жизни в современных степях. В степях на юге современной Украины степного тарпана истребили к концу XIX века.

Лошади Якутии были ближе всего к лошадям ледникового времени. И лошади, и зубры водились в Якутии, на Таймыре всего 2–3 тысячи лет назад. И даже позже… Предки якутов, курыкане, в X–XI веках застали этих свидетелей Великого Оледенения. Уходя с юга, курыкане плыли по реке Лене на плотах и уже никак не могли вернуться назад. На плотах они везли и свой скот.

В Центральной Якутии неизвестно по каким причинам посреди тайги встречаются открытые степные пространства — аласы. На этих аласах, как в эпоху Великого Ледника, продолжали пастись дикие лошади и зубры. Якуты прекрасно помнили, что их предки скрещивали привезенных из Забайкалья лошадей с этими местными животными, прекрасно приспособленными к морозным условиям Якутии.

Несколько лет назад якутский коллега написал о том, что плейстоценовая лошадь жила в Якутии всего несколько веков назад. Разумеется, уважаемые коллеги облили презрением этого непристойного типа. Вот только выводы его полностью подтверждаются. Что сделанные на основе датировок костей, что извлеченные из народных легенд. В результате уважаемые коллеги осторожненько так, на цыпочках, покинули место спора и больше не вякали… я хочу сказать, не делали умных замечаний и не давали ценных указаний.

А дикие лошади в Якутии не выдержали конкуренции с домашним скотом: в Якутии ограничены площади открытых луговых пространств — аласов. Домашний скот вытеснял диких лошадей из аласов… А в тайге лошадь не жилец.

Тур жил в степях до XVII века. Зубр тоже. Этот гигантский бык заходил до степей Западной Сибири на протяжении всего Средневековья. Известны находки зубра в бронзовом веке Алтая.

Только в XVIII веке ареал зубра разорвался — этого зверя не стало в степях, образовались две изолированные популяции на Кавказе и в лесах Белоруссии и Литвы.

Степной бизон Америки немного отличается от плейстоценового предка… Но лесная форма бизона в Канаде — это практически тот самый плейстоценовый бык, во всей красе.

Горный баран и сегодня неплохо чувствует себя в гоpax Путорана, на севере Красноярского края, в горах Корякского нагорья и Якутии. А вот самые крупные животные вымерли полностью.

Носороги

Эласмотерий исчез как-то мгновенно. Видимо, он был очень требовательным зверем к местам обитания: мог кормиться только возле озер и рек.

Шерстистый носорог встречался в южнорусских степях еще в IX–VIII тысячелетиях. Что доказывает — он мог жить и в современных ландшафтах. Арабский путешественник VIII века Ибн-Фадлан рассказывает о громадном звере, которого убивают стрелами местные жители в степях. Некоторые ученые видят в нем носорога… Не буду ни оспаривать это, ни настаивать, что это мог быть именно носорог.

Хищники

Пещерный медведь исчез так же мгновенно, как эласмотерий. Оба вида.

Пещерный лев задержался… На юге Туркмении найдены останки этого страшного хищника водившегося в III–IV тысячелетиях до Р.Х. Вероятно, это последние тигрольвы на Земле.

Почему гиена исчезла на севере, непонятно. Судя по всему, этот зверь вполне мог существовать в лесах и степях… Но факт есть факт — гиена полностью исчезает из Европы вместе с Великим Оледенением.

Более чем вероятно, хищники не выдержали так называемую депрессию численности копытных животных. 12–13 тысяч лет назад их стало так мало, что хищникам недоставало пищи. Численность копытных потом восстановилась… Но уже без пещерного льва и пещерной гиены.

Мамонт

Мамонт на Украине, на юге России, на юге Сибири существовал до 11 тысячелетий назад. Последние даты для мамонтов: в Кунде (Эстония) он датирован 9780±260, Костенки (под Воронежем) — 11 000+200, Юдиновка (Брянская область) — 13 650±200, 13 830±850, Елисеевичи (Сумская область) — 14 470±180, 15 600+200 тысяч лет назад.

Есть и более поздние даты — 9–8 тысяч лет назад.

Значит, мог бы жить и в современных ландшафтах?! Некоторые ученые полагают, что мог бы. Лишь бы в степи было не очень снежно, а травяной покров достаточно высок.

В высокотравной степи Восточной Европы мамонт определенно мог бы жить… Хоть до XX века. Но именно в этих регионах он исчез довольно быстро.

На севере мамонт задержался. В Берелехе на Индигирке найдено целое кладбище мамонтов, они погибли между 11 830+110 и 12 240±160 лет назад. Самый поздний берелехский мамонт жил 10 370±90 лет назад. На Таймыре — 11 450 тысяч лет назад.

Еще моложе мамонт на Новосибирских островах, к северу от побережья Якутии. Материковая отмель уходила под воду. На мелководьях моря Лаптевых до сих пор находят кости и бивни десятков тысяч мамонтов.

Животные скапливались на Новосибирских островах, вода гнала их все выше… Если удавалось уйти от вод океана, не хватало еды для скопившихся великанов. Новосибирские острова — самое большое в мире кладбище мамонтов.

Впрочем, вся область вечной мерзлоты — такое кладбище. Туши мамонтов в целом виде много раз находили в Сибири. Эти туши настолько хорошо сохранились, что родилась легенда: якобы собаки с удовольствием ели мясо мамонта. И не только собаки: не раз геологи и другие путешествующие люди хвастались, что ели мясо мамонтов. Рассказывать, что ел бифштекс из мамонта, было так же престижно, как показывать знакомым дамам рукоятку охотничьего ножа из мамонтова бивня. И Солженицын рассказывает, что заключенные охотно поедали мясо мамонта.

Жаль, что это только легенда: за тысячи лет мясо мамонтов даже в слое вечной мерзлоты превращается в особое вещество — жировоск. Оно выглядит как мерзлое мясо, на солнце быстро протухает, издавая вполне «мясное» зловоние. Но есть его невозможно. Даже собакам.

Мог ли уцелеть мамонт?.

Людям приятно верить, что где-то могут существовать сейчас или существовали еще совсем недавно последние мамонты. Ходят по миру истории похлеще историй про снежного человека и мохнатых индейцев. То мамонты сорвали крыши с домов в одной деревушки в Мордовии (деревушка предусмотрительно не называется).

То мамонтов видели некие геологи на Таймыре. То на том же Таймыре землепроходцев гонял мамонт в XVII веке. То живым мамонтам поклоняется одно из племен юкагиров.

Иногда сообщают очень «свежие» даты мамонтовых останков. На острове Врангеля — 3,8–4,5 тысячи лет. Мог ли мамонт жить в условиях тундры?! Оказывается, да! При условии, что мамонт смог бы перейти на веточный корм: поедал бы ветки растущих в тундре кустарников. Кстати: именно в это время, в IV–III тысячелетиях, на острове Врангеля исчезает кустарниковая береза. Похоже, мамонт «помог» ей исчезнуть… но и сам все же не уцелел.

Вообще «поздний» мамонт явно был угнетен условиями своей жизни: мельчал, а это верный признак скверных условий жизни вида. И признаки вырождения на костях и зубах порой прослеживаются.

В голоцене условия жизни мамонта в тундре были еще тяжелее, чем в тундростепи.

А в степи? В южнорусских степях? Наверное, там мамонт мог бы жить. Но в степях и людей было побольше. Если где-то человек все же истребил это громадное животное, то как раз в степях Восточной Европы.

«Помог» ли человек вымереть мамонту?

Технически истребить мамонта человек мог. Известно, что в 1857–1876 годах африканцы самым простым оружием убили порядка 51 тысячи слонов.

Правда, действовали африканцы не для пропитания, а чтобы продавать европейцам слоновую кость.

И. Г. Пидопличко подсчитал, что при наличии в Восточной Европе одновременно полумиллиона мамонтов человеку потребовалась бы всего 1 тысяча лет, чтобы истребить этих зверей.

Тем более никаких экологических запретов в первобытной культуре в общем-то нет.

Вопрос в том, что мы не знаем достоверных цифр численности ни человека, ни мамонта. Подсчеты Пидопличко очень интересны как модель, но насколько она близка к реальности, мы не знаем.

Наверное, человек мог оказать решающее воздействие на численность мамонта только раз… Правда, в случае, определяющем совершенно все, — в момент географической и экологической катастрофы конца плейстоцена.

Голод

Называют разное число людей, живших в Европе в момент окончания плейстоцена: от 1 миллиона до 5 миллионов. Разброс цифр показывает только одно: любые подсчеты ненадежны.

Независимо от числа людей третья часть населения приледниковой зоны стали беженцами, когда океан начал затоплять их территорию. Бежать можно было только туда, где уже жили люди.

С чем это можно сравнить? Разве что с мгновенным, по историческим меркам, затоплением 35 % территории современной Европы.

Сам факт передвижения такого множества людей, вынужденных вторжений на чужую территорию, столкновений из-за охотничьих угодий и мест жизни вызывал колоссальное напряжение. Тем более каждый коллектив был жестко привязан к своей территории и не мыслил себя вне своей земли с ее духами, богами и могилами предков. Трудно даже представить, сколько конфликтов вспыхнуло, какие ожесточенные сражения велись на границах всех племен и родов. Уже ситуация голода.

А тут еще вымирание знакомых животных, привычной охотничьей добычи. Вымирание — не как продолжительный процесс уменьшения численности поголовья. Если бы! Влажные зимы с оттепелями и буранами вернее губили Мамонтову фауну, чем мог бы погубить артиллерийский огонь. Ведь эти звери привыкли к сухому холоду, когда за всю зиму с ясного синего неба не упадет ни капли, ни снежинки.

Овцебыки и северные олени легко выносят морозы до минус 60, но оттепели их губят мгновенно.

Шла быстрая, кардинальная перестройка всех существующих ландшафтов, ломка экологических систем, связей между видами, изменение миграционных путей и образа жизни сообществ.

Прежние ареалы мамонтовой фауны — от Атлантики до другого берега Атлантики в Америке распались. Все ареалы, всех зверей плейстоцена. Численность зверей падала в десятки и сотни раз. Вместо сплошной зоны обитания возникло множество изолированных маленьких убежищ-рефугиумов. Возможно, вид как таковой сохранялся, но число его представителей снижалось в десятки и сотни раз. Вместо громадных стад — отдельные группки. И не везде. Пусть мамонта и большеротого оленя находят потом и в голоцене… Число этих зверей такрво, что прокормить население бывшей приледниковой зоны он уже не мог.

Вот в таких условиях человек и мог «помочь» вымереть мамонту. Голодающие люди уничтожали зверей и в рефугиумах, досасывая остатки богатств Великого Оледенения. И дорубая сук, на котором сидят. Звери исчезали, и голод вспыхивал с новой силой.

Домашняя скотина? Но ведь и она привязана к привычным ландшафтам, к образу жизни в своей экологической нише. Исчезает ниша? Гибнет и скот. Скотоводческая цивилизация вообще очень уязвима. Скотоводы центральной Азии в годы жестокого джута теряли до 90 % стада. Только что вполне обеспеченные, даже богатые люди разорялись, гибли, уходили на окраину степи и нанимались в работники к оседлым земледельцам. Иногда они восстанавливали свои стада и свое место в хозяйстве и в жизни, но не во всех случаях.

Скот жителей палеолитической Европы погибал не в привычной… погибал в изменяющейся, становящейся враждебной среде. В степях после самого катастрофичного массового падежа скота стадо постепенно восстанавливалось. Тут скот погибал без малейшей надежды на восстановление стад и прежнего образа жизни. И оседлых соседей, которые могли бы накормить, у жителей приледниковой Европы не было. Скорее всего, человек «помогал» исчезнуть и домашним стадам: подъедал все, до чего физически мог дотянуться.

Оценить масштабы катастрофы, процент уцелевших невозможно. Бессмысленно сравнивать среду плейстоцена и голоцена: сколько людей могли прокормить новые ландшафты? Потому что новые ландшафты и новый животный мир возникли не мгновенно. По крайней мере несколько десятилетий не создавался новый, а погибал старый, обжитой мир.

Масштаб катастрофы явно намного больше всех похолоданий и потеплений эпохи Великого Оледенения. Ведь ни в один из прошлых катаклизмов не погибли ни северные слоны, ни северные носороги, ни эласмотерии, ни пещерные львы и гиены. Линии этих животных развивались сотни тысяч лет, весь Четвертичный период… И вот, погибали бесследно.

Часть мира эпохи плейстоцена, человек погибал вместе с остальными животными своей эпохи и своей страны. Его цивилизация погибла вместе с ним, в том числе и домашние стада.

Страшно думать о том, сколько трагедий разыгралось там, где только что все дышало достатком и довольством. В любом случае число выживших было меньше погибших. Одна из тех ситуаций, когда живые завидуют мертвым.

Глава 7. Нордическая раса после Великого оледенения

Неси это гордое бремя.

Ты будешь вознагражден

Придирками командиров

И криками диких племен:

«Чего ты хочешь, проклятый?!

Зачем смущаешь умы?!

Не выводи нас к свету

Из милой египетской тьмы!»

Р. Киплинг

Экологические изменения после конца оледенения имели комплексный характер: менялись и температура, и влажность, а вместе с ними — растительность и животный мир. Важное значение, особенно для датирования, имеет многократное изменение уровня морей.

Первая теплая климатическая фаза голоцена названа пребореалом — XI–VIII тысячелетия до Р.Х. За этой фазой последовал более сухой бореальный период — начало VII — середина VI тысячелетий до Р.Х. В следующий, атлантический период, в середине VI — середине III тысячелетий до Р.Х., было заметно теплее и влажнее, чем сегодня. Широколиственные леса шумели на берегах Белого моря и в Скандинавии. Граница лесов в Сибири проходила на 200 километров севернее, чем проходит сейчас.

После отступления ледника человек смог заселить Скандинавию, Шотландию, высокогорья Альп, морские побережья, север Русской равнины. Но приходилось приспосабливаться к совершенно другой природной среде.

Человек в новой среде

Не стало громадных стад крупных животных. Не стало и специализированной охоты… По крайней мере в лесах. Туры, зубры, благородные олени, кабаны не образуют сотенных стад. Но «зато» на севере Европы возникло много новых богатых экологических ниш. На одном месте не могли кормиться сразу много людей. Коллективы сделались меньше, но хозяйство в целом разнообразнее.

В V1I1 тысячелетии до Р. X. в Европе известно меньше памятников, чем в предыдущий и последующий периоды. Видимо, именно в это время Северная Европа прошла своего рода «горлышко бутылки» — максимальное падение численности населения. Тот, кому суждено было погибнуть, уже погиб. Оставшимся суждено было жить.

С окончанием ледникового периода часть сохранившегося мадленского населения продвинулась на север Европы вслед за стадами оленей… Знать бы нам еще, за стадами диких оленей шли они или домашних?

Очень характерны сезонные стоянки. Например, летние поселения на берегах лесных озер. Их обитатели охотились на лесную и водоплавающую дичь, ловили щук.

Другие в долинах рек и на берегах озер занимались охотой на крупную дичь: дикую лошадь, зубра, гигантского оленя, благородного оленя, дикого тура и лося.

Примером небольшого поселения пребореального периода в Англии является Стар-Карр в Йоркшире. Стоянка датируется первой половиной и серединой VIII тысячелетия до Р. X. Она лежит на берегу древнего озера.

Экономическая территория стоянки определяется в 30—100 квадратных километров. Основное занятие населения — охота на благородного оленя, преимущественно на взрослых самцов, в течение полугода, с октября по апрель. Олень давал обитателям Стар-Карра не только основную пищу, но и материал для изготовления одежды, орудий труда и оружия.

На примере этого поселения хорошо видно, что человек вынужден был жить на одном месте только часть года. Что он вынужден был вести более подвижный образ жизни — эдакое полукочевничество. В течение года сезонная жизнь на разных поселениях в разных экологических зонах. Вероятно, общины стали менее крупными, а количество сезонов, когда община могла собираться целиком, сократилось.

Во фьордах, лагунах и заливах человек начал интенсивно осваивать морские ресурсы. В Конгемозе (Дания) засвидетельствованы морское рыболовство — треска, угольная рыба и камбала, охота на тюленя.

Освоение ресурсов моря привело к тому, что в мезолите появился новый тип памятников — раковинные кучи (кьёккенмёдинги). Раковинные кучи тянутся вдоль побережья, иногда на километры. Это скопления остатков человеческой жизнедеятельности в виде обширных куч раковин морских моллюсков. Раковины миллионов съеденных моллюсков смешаны с костями морских и сухопутных млекопитающих.

Раковинные кучи характерны для побережий Средиземного и Северного морей, как и Атлантического океана.

Живя на берегу моря, человек не прекращал охотиться на крупных животных. А рыбу он ловил сетями; остатки сетей найдены во многих памятниках Германии и Дании. Комплексное, сложное хозяйство. Беднее, но сложнее, чем в палеолите.

Мезолит — средний каменный век

В XIX веке считали, что палеолит кончается сразу после Великого Оледенения. Р-раз! И везде устанавливается среднекаменный век, мезолит. Он продолжается до появления керамики и шлифованных каменных орудий.

Жизнь показала, что не все в этом мире так однозначно.

Так же, как в палеолите, и в памятниках эпохи голоцена на «западе» смена эпох происходит четко и однозначно. А на «незападе» разные элементы культуры соединяются друг с другом бессистемно. Не сплошной и логичный процесс, а отдельные усовершенствования, не связанные между собой.

И керамика в Японии появляется заметно раньше, чем в Европе, — еще в конце плейстоцена. И микропластинки в Забайкалье появляются 35 тысяч лет назад — в Европе еще самое начало верхнего палеолита.

В Сибири на некоторых памятниках керамика сочетается с такими каменными орудиями, что исследователь каменного века Таймыра Л. П. Хлобыстин задавал вопрос: «А возможен ли керамический палеолит?»

Не буду спорить. Не буду доказывать, есть мезолит во всем мире или только в Европе. Главное — только в Европе был ТАКОЙ мезолит.

Характерной чертой большинства мезолитических культур Европы является обилие микролитов — орудий, сделанных из мелких пластин или отщепов. Микролиты обработаны с нескольких сторон и имеют геометрические формы (треугольники, трапеции, сегменты и др.). Они чаще всего служили наконечниками стрел и метательных дротиков, но могли использоваться в качестве составных орудий. Микролиты и микролитическая техника использовались и в неолите, энеолите и даже раннем бронзовом веке.

В мезолите Европы видят по крайней мере три разные традиции: маглемозе, советерр-тарденуаз и монтадьен. Центр традиции маглемозе охватывает западную Прибалтику, Северное море и часть Англии. Для бореального периода характерно увеличение числа сезонных поселений, усиление роли собирательства и рыболовства. В каменной индустрии маглемозе встречаются две традиции: микролитическая и макролитическая. В этой последней изготавливались топоры и тесла. Эти орудия пока не полировали, но были они достаточно эффективны для рубки деревьев, постройки хижин и лодок.

В Дании на памятниках маглемозе встречены костяные, роговые и янтарные изделия с натуралистическими и импрессионистическими изображениями. В юго-западной Норвегии найдены такие рисунки, выполненные на мыльном камне.

Советерр-тарденуазская традиция распространена на территории Англии, Франции и Голландии, Германии, Нижней Австрии, Венгрии и Словакии, Румынии и Молдавии. Это преимущественно микролитическая традиция. Населению свойственна большая подвижность. Поселения носят в основном кратковременный характер. Основа хозяйства — охота на крупную дичь, имеется собирательство. Распространение советерр-тарденуазских комплексов едва ли следует считать большой миграцией. Скорее речь может идти о проникновении отдельных групп населения на север и северо-восток из Южной Франции.

Традиция монтадьен, вероятно, восходит к пребореальному и бореальному периодам. Характерны поселения в скальных убежищах. Культурные слои богаты раковинами моллюсков. Засвидетельствована охота на зубра, оленя, кабана, зайца и кролика. Кремневые индустрии этой традиции встречаются всюду в Средиземноморье.

Мелкие коллективы мезолита

Общины мезолита — это малые группы людей, ведущих довольно подвижный образ жизни. Они передвигались из одной зоны в другую в зависимости от времени года и сезонного изобилия средств существования.

Изучение поселений в различных частях мезолитической Европы показывает, что они были, как правило, очень небольшими и соответственно имели малое число обитателей. Так, в Южной Франции раскопан ряд мезолитических поселений в пещерах и скальных убежищах (Кова-дель'Эсперит, Бельфон, Шатонеф-ле-Мартиг) площадью от 11 до 140 квадратных метров. Число их обитателей не превышало 6—18. Большинство мезолитических поселений на Среднеевропейской равнине, между Эльбой и Одером, были сезонными. Крупные поселения более или менее постоянного характера редки. Одно из них (Юнсдорф-Автобан, ГДР) в одну фазу существования насчитывало от 8 до 15 малых землянок площадью 3,5–8 квадратных метров. Считается, что такое поселение могло иметь от 40 до 100 обитателей. Подсчитано также, что на пространстве между Одером и Эльбой существовало одновременно около 15 таких поселений, где могли жить от 600 до 1500 человек с плотностью один человек на 30–80 квадратных километров.

Поскольку мезолитическое население эксплуатировало в течение года различные экологические зоны внутри своей экономической территории, система поселений варьировалась в зависимости от сезона.

Свойственная мезолиту охота на одиночных животных уже означала, что человеческие коллективы могли стать меньше.

Видимо, община то разделялась на более мелкие группы, состоявшие из нескольких семей, то вновь собиралась вместе в более благоприятные и богатые пищей сезоны.

На теплом юге Европы

В Средиземноморье экологические изменения происходили менее резко. С началом голоцена медленно повышались температура и влажность. Часть населения этой области долго переживало традиции охотничьего хозяйства.

В Западном Средиземноморье известна группа поселений типа романелли, или гримальди. Пещерные поселения культуры романелли известны на берегу моря. Здесь человек охотился на крупную дичь, но этим было уже не прожить. Шла нетипичная для палеолита охота на мелких животных и птиц, собирательство моллюсков на берегу.

Средиземноморские культуры раннего голоцена имеют четкие связи с местными верхнепалеолитическими индустриями. Так, микролиты с затупленными спинками были типичны уже в мадлене. Мезолитическая азильская культура представлена во Франции, Испании, Швейцарии. В ряде пещер найдены стойбища охотников на оленя, косулю, кабана, дикого быка, на альпийские виды животных.

В Италии пребореального периода охота на крупных животных была основой хозяйственной деятельности населения. Обитатели внутренних районов страны, расположенных довольно высоко, занимались охотой и собирательством. Прибрежные поселения, лежавшие на берегу моря или озера, переходили к собиранию моллюсков, рыбной ловле.

В VIII тысячелетии у жителей пещеры Франтхи, в Греции, все большую роль в хозяйстве стало играть рыболовство. В этой пещере использовали вулканическое стекло — обсидиан. Обсидиан привозили с острова Мелос, который лежит на расстоянии 150 километров от Франтхи.

Рыболовы и мореходы Франтхи могли ловить рыбу не только на мелководье, но и в открытом море.

Кроме охоты и морского промысла, обитатели Франтхи активно занимались собирательством. Они собирали фисташки и миндаль, содержащие растительное масло, а также дикие бобовые растения (чечевицу, лику, горох).

Обитатели Франтхи последовательно шли к созданию земледельческого хозяйства.

На Дунае, у Железных Ворот, у жителей ряда поселений основой экономики оставалась охота на благородного оленя, косулю и кабана. Но занимались также рыбной ловлей, пушной охотой и собиранием наземных моллюсков. Единственным домашним животным была собака.

На Пиренейском полуострове стены многих скальных убежищ покрыты красочными росписями: сценами охоты, собирания пищи. Это изображения охотников, стреляющих из лука в горного козла или благородного оленя, собирание меда диких пчел.

Особняком стоят сцены… военных столкновений. Кто с кем воевал?! По наскальным изображениям это очень трудно определить. Сцены войн становятся понятнее, если проанализировать материалы из Юго-Восточной Европы…

Собиратели против земледельцев

В среднем и нижнем течении Дуная, в Подунавье на территории Румынии и Югославии, в конце мезолита распространена культура лепенски вир.

Создатели лепенского вира вплотную подошли к переходу к земледелию.

У них были такие типичные орудия труда земледельцев, как землекопные мотыгообразные орудия и каменные ступы.

На поселении Лепенски Вир люди жили в прочно построенных трапециевидных в плане домах столбового типа с обмазанными известью полами. Площадь домов колебалась от 5,5 до 30 квадратных метров. Одновременно существовало около 20 домов, в которых могли жить до 100 человек. И характер домов, и размеры поселениями количество его обитателей — все это скорее соответствует поселению земледельцев, чем собирателей.

Но основой экономики оставалась рыбная ловля на Дунае. Не случайно почти в каждом доме найдены огромные монолиты — культовые изображения людей-рыб. Велась и охота, ставшая более специализированной, чем в раннем мезолите. Единственным домашним животным была собака. Собак на Лепенском Вире еще и ели.

В начале существования культуры лепенски вир, в VII тысячелетии до Р.Х., население лепенского вира в антропологическом отношении было явными преемниками населения верхнего палеолита.

А вот во второй фазе, в конце VII — начале VI тысячелетия до Р.Х., население начинает меняться. Появляется новое население, принадлежащее к иному, средиземноморскому антропологическому типу. Появляется и масса гибридов.

Культура лепенски вир существовала уже в тот период, когда на юге Балканского полуострова сформировалась земледельческая культура. В ней было производство керамики, земледелия и скотоводство. Наверное, с самого начала «лепенски-вировцы» заимствовали у южан некоторые орудия труда, учились у них.

В верхнем слое лепенского вира найдены остатки неолитической старчевской культуры южного происхождения. Перемещалось и население.

«Неолитическая революция»

Этот неудачный термин ввел великий английский ученый Гордон Чайлд. И не неолитическая она, и не совсем революция. Под этим термином Чайлд понимал переход к земледелию и скотоводству. Строго говоря, сам неолит — технология обработки камня, не имеет отношения к земледелию и скотоводству. Неолитические народы могут быть и земледельцами, и скотоводами.

Считается, что когда отступал Великий Ледник, на Земле еще не жили земледельцы и скотоводы. Есть и другие мнения, но изучать их в этой книге нет никакой необходимости. Скажем, 16 тысяч лет назад, или 14 тысяч лет до Р.Х., в Египте были поселения примитивнейших земледельцев. Эти люди научились не только регулярно собирать и сохранять дикорастущий хлеб. Они умели сохранить часть урожая и на другой год высевать, когда воды Нила отступали.

Но таких людей было мало, они еще почти не отличались от охотников и рыболовов. Только в IX–VIII тысячелетиях до Р.Х. появилось МНОГО таких коллективов — и все в Египте и на Переднем Востоке. В VII–VI тысячелетиях до Р.Х. отдельные поселки сливаются в целые области, населенные земледельцами.

На той же территории, где бродили десятки, от силы сотни человек, могут прокормиться тысячи и десятки тысяч земледельцев. Шел тот же процесс, что и при вытеснении более примитивных животных более сложными и совершенными: побеждал тот, кто мог кормиться в большем числе на меньшей территории.

На Переднем Востоке земледельцы и скотоводы распространялись со скоростью лесного пожара. Распространились и хлынули в Европу — в ее южные, теплые области. Пришельцы вовсе не были нордической расой.

Швейцарские свайные поселения

В 1854 году в Швейцарии, на Цюрихском озере, открыли поселения, частично стоявшие в воде. В дно мелководья вбивали сваи и на сваях ставили платформы.

Иногда — для каждой хижины отдельно, иногда — для всего поселения. На некоторых поселениях сваи сразу поддерживают крышу и образуют каркас для стен. В общем, несколько близких технологий.

Четырехугольные дома в свайных поселениях разделялись на секции. В каждой секции, вероятно, жила семья.

У обитателей свайных построек уже была керамика. Они культивировали пшеницу, ячмень, просо, горох, чечевицу, бобы, пастернак, морковь, капусту, петрушку. Позже — еще полбу и овес.

У них были лен и конопля, и они умели изготавливать из них одежду. В Швейцарии находят чёсаный лен, нитки, куски плетеной и тканой материи.

У «свайников» была собака, свинья, коза, овца, корова. В самых поздних пбселениях появляется и лошадь.

Открытие свайных поселений стало крупным научным событием того времени. Его обсуждали, и не только в кругах узких специалистов. В книжке Д'Эрвильи про «доисторического» мальчика[97] главный герой прямо из пещер, где охотятся на зверей ледникового периода, попадает прямо в свайное поселение. Д'Эрвильи «слепил» две разные эпохи в своей книге, но свайные-то поселения были! Пусть намного более поздние, чем пещерная жизнь и охота на дикую лошадь.

Для ученых же чуть ли не основным вопросом было: а зачем вообще строились свайные сооружения? Огромная ведь работа, цель которой неочевидна.

Некоторые свайные поселения огромны — как Альпенка на Цюрихском озере — 40 тысяч квадратных метров, 4 гектара. Учитывая, что строилось все это каменными орудиями, работа была проделана просто невероятная.

Предположений, как обычно, очень много:

— «свайники» хотели быть ближе к воде, чтобы ловить рыбу;

— они очень боялись диких зверей;

— они поклонялись озерам;

— они плавали на лодках, лодки было удобнее причленять к платформе, чем вытаскивать на берег.

Есть и еще около сотни предположений разной степени легкого и тяжелого безумия. Одно из предположений, далеко не основное: «свайники» старались защитить себя от врагов.

Действительно: попробуй залезть на платформу свайного поселения, даже если стоит платформа недалеко от берега. Стоит втащить на платформу мостки, соединяющие ее с берегом, и пространство между берегом и платформой превращается в ров. А если платформа от берега далеко, даже с плотов высадить десант не так просто.

Ведь на платформе любого врага с нетерпением поджидают энергичные люди с копьями и каменными топорами.

Появление свайных поселений говорит о том, что древние земледельцы хорошо понимали: у них очень даже есть что взять. Действительно, у охотника можно стащить разве что запасы мяса — и то зимой. Можно «прихватизировать» еще запасы хорошего камня для орудий и сожрать самого охотника и членов его семьи. Прямо скажем, не так и много получается.

А вот земледелец имеет много чего… Запасы хлеба, бобов, проса… Того, что можно унести и долго хранить. Причем в совершенно любое время года. Да и скотину можно угнать. Одно дело — охотиться на здоровенного лося или зубра. Совсем другое — зарезать домашнюю корову.

Для защиты от кого сооружались платформы на озерах? От других земледельцев или от охотников, бродивших вокруг? Скорее всего, для защиты и от тех, и от других. Но земледельцы древней Европы были населением пришлым, по своим корням не местным. Южане, брюнеты с длинными руками и ногами, тощие и тонкие. Средиземноморская раса. Само по себе стремление «отгородиться» от окружающего мира, в том числе и поселившись на воде, очень характерно для «не местных». Всегда и у всех народов проходит много времени, пока переселенцы почувствуют себя уверенно на новой для них земле.

Чайлд полагал, что во время «неолитической революции» население Европы сменилось полностью. Кто не ассимилировался в рядах пришельцев и не был истреблен, тот бежал в почти непригодные для жизни пространства Севера.[98] Вряд ли это справедливое мнение.

Еще в конце 1970-х годов немецкий ученый Хойслер доказывал, что «в Европе имело место непрерывное развитие культуры и населения вплоть до исторически засвидетельствованных индоевропейских языков и культур».[99]

В пользу того, что население сменилось не полностью, говорит и внешний облик жителей Северной Европы — от неолита до нашего времени. Та самая нордическая раса. Как возникла в начале заселения сапиенсами Европы, так и живет себе до нашего времени. И во время «неолитической революции» тоже жила… Не во всей Европе, правда. В южной и в западной Европе смена населения имела место быть. В ней прежнее нордическое население то ли истребили, то ли быстро ассимилировали.

Действительно, даже если сотни охотников будут перенимать у земледельцев их тип хозяйства, пришельцев все равно будет в десятки раз больше, чем их. Прежнее население быстро растворится среди пришельцев.

Но к северу и к востоку от Альп население вовсе не менялось! Прелесть палеогенетики в том, что она позволяет сравнивать организмы ныне живущие и любые останки организмов ископаемых. И устанавливать родство между ними.

Выясняется: к югу от Альп живут люди, предки которых не жили в палеолитической Европе. Их предки уныло (а может, и радостно? Какая разница!) охотились на разнообразных зверей Северной Африки и Переднего Востока, собирали дикорастущие растения… Пока «неолитическая революция» не сделала их многочисленными и могучими.

А вот к северу от Альп живут те, чьи предки охотились на мамонтов, рисовали зверей и людей на стенах пещер, накидывали попоны на лошадей, превращали одноцветных туров в пятнистую домашнюю скотину.

Потом их предки бежали с затопленных Всемирным потопом земель на юг, осваивали новые экологические зоны и постепенно растеряли достижения эпохи палеолита.

Но в них, жителях Северной Европы, сохраняется капелька крови тех, кто пришел в Европу с Переднего Востока 35–32 тысячи лет назад. И тех, кто жил в Европе до них… Кровь создателей Торральбы, Драхенлоха, ТерраАматы, Монте-Чирчео…

Неолит северян

В начале IV тысячелетия до Р.Х. в Северной Европе появляется огромная общность: культура воронковидных кубков. Культура эта возникает на той же территории, где обитали люди культуры маглемозе. Судя по всему, они были прямыми потомками этой культуры. В VI–V тысячелетиях до Р.Х. носители культуры маглемозе освоили начатки земледелия и начали разводить коров… Не все, а некоторые их группы, на севере Германии и в Дании.

В IV же тысячелетии до Р.Х. культура воронковидных кубков затопила громадные пространства от южной Швеции до Дуная и от Баварии до Польши, а в III тысячелетии — и до Волыни.

Само название происходит от характерной формы одного из сосудов — кубка в форме воронки с шейкой. Есть в этой культуре и сосуды для хранения сыпучих тел и жидкостей — пузатые, с круглым или плоским дном.

Клады каменных топоров, шлифованные моть1ги и тесла, микролиты, вставленные в костяные серпы, доказывают: это культура каменного века.

Воронковидные кубки выращивали тот же набор культур, что и «свайники»: горох, чечевицу, фасоль, просо, ячмень, пшеницу.

На поселениях воронковидных кубков находят сараи и помещения для сушки хлеба, амбары на сваях, дома-полуземлянки. Такие дома очень не похожи на сооружения на сваях. Свайные длинные дома — все же для более южного климата. Дома воронковидных кубков — жилища людей, вросших в суровую землю, где бывает настоящая зима с морозами и устойчивыми снегами.

Покойников воронковидные кубки погребали в грунтовых могильниках, позже — под небольшими курганами. Во всех погребениях — люди той же, хорошо знакомой нам нордической расы.

Северная Европа не ассимилировалась в полчищах пришельцев с Переднего Востока. Нордическая раса поступила хитрее: сама перешла к земледелию и скотоводству. Без смены населения, даже без массовой ассимиляции. Она вышла на совершенно новый уровень развития культуры, не поступившись сама собой.

Глава 8. Начало ариев

Неолитизация Европы породила индоевропейцев.

К. Ренфру

По мнению большинства серьезных исследователей, именно с культурой воронковидных кубков связано появление предкового праиндоевропейского языка. Был ли это язык одного небольшого народа, на котором заговорили и другие, близкие к нему народы Северной Европы? Был ли это язык, созданный специально для общения между разнокультурными и разноязыкими? Или язык одного из племен, принятый для общения между людьми одной общности? Ученые спорят об этом. Есть много мнений, и все они неплохо обоснованы.

Во всяком случае, именно в начале IV тысячелетия до Р.Х. начал распадаться, делиться на дочерние языки этот древнейший праязык. Язык-предок для всех индоевропейских языков, на которых сегодня говорит больше половины человечества.

Индоевропейцев стали так называть потому, что нашли общие черты между языками жителей Индии и Европы. Мы не знаем, как называли себя люди культуры воронковидных кубков. Мы знаем, что часть их потомков, завоевавших Иран и Северную Индию, называли себя ариями, арийцами. До сих пор спорят, что означает это слово. То ли «лучший»… То ли «свободный»… То ли «лучший» и «свободный» одновременно…

Всех индоевропейцев не совсем правильно называть арийцами, да что ж поделать? Другие слова нам неизвестны.

Праиндоевропейский язык, язык воронковидных кубков, отражал реалии земледелия и скотоводства. Воронковидные кубки стали земледельцами и невероятно размножились: теперь на небольшой территории могло жить очень много людей.

Как и все земледельцы, арийцы скоро заселили все, что могли, освоили свою исконную территорию. Им стало тесно, они начали искать новых земель для расселения. Желательно с похожим климатом и природными условиями. В отличие от жителей Переднего Востока они умели жить и вести земледельческое хозяйство в умеренном климате. В том же IV тысячелетии до Р.Х. из Северной Европы вырвался протуберанец — часть индоевропейцев ушла на Балканы и в Причерноморье. Эта «южная группа» арийцев затопила южнорусские степи. Возможно, там еще доживали свой век пока не доеденные мамонты и шерстистые носороги… Арии прошли мимо них, раскалываясь по дороге. Часть их осталась на Балканах и постепенно проникала в Малую Азию, Другие затопили Северный Кавказ, перевалили Кавказский хребет и начали осваивать Армянское нагорье и проникать в ту же Малую Азию.

Часть из них дошла до Южного Урала, а потом несколькими волнами затопила Западную Сибирь до Енисея и Казахстан.

Другие проникли в Иран, заселили его и двинулись в Северную Индию. Само слово Иран, кстати, и означает «страна ариев».

Во II тысячелетии до Р.Х. из Европы вырвались новые племена индоевропейцев. Они затопили Восточную Евpoпy, дошли до Сибири и вместе с первыми индоевропейцами «южной» группы проникли до самого Китая. До мутно-желтых вод излучины Хуанхэ, где кончаются муссонные леса и начинается привычная для ариев, любимая ими степь и лесостепь.

В самой Европе они тоже вовсе не сидели спокойно. Во II и начале 1 тысячелетий до Р.Х. индоевропейцы заселяют Скандинавию, Западную Европу, Апеннинский полуостров, Балканский полуостров, Британию и Центральную Европу. Уже в исторические времена часть ариев вторично завоевывает Прибалтику и Восточную Европу — балты и славяне.

Создатели мировой цивилизации

Везде на их пути, кроме Переднего Востока, попрежнему — сплошное море охотников и рыболовов. Даже в III тысячелетии до Р.Х. ими населена вся Сибирь, вся Средняя и Центральная Азия, почти весь Китай — там земледелие встречается только отдельными очагами, как на Переднем Востоке в VIII тысячелетии до Р.Х.

В Индии и в начале II тысячелетия до Р.Х. только на северо-западе цветет цивилизация Мохенджо-Даро. Большая же часть субконтинента Индия заселена по-прежнему охотниками.

И тут появляются арии. Происходит взрыв! Они затопляют Центральную и Среднюю Азию, Южную Сибирь — и с их появлением в эти области мира приходит цивилизация. Они проникают в Северную Европу — и происходит то же самое. Арии в Китае — и в излучине Хуанхэ вспыхивает очаг Ханьской цивилизации. Он постепенно распространяется на весь громадный Китай.

Арии в Индии — и тут же возникает очаг цивилизации в Северной Индии. Он постепенно распространяется на весь субконтинент, плещет в Юго-Восточную Азию.

То, что мы называем цивилизацией, родилось во II тысячелетии до Р.Х. Это произошло в огромной полосе между 20 и 40 параллелями. Не южнее Персидского залива и порогов Нила. Не севернее Причерноморья. Во II тысячелетии до Р.Х. широкий пояс цивилизации протянулся от Великого океана до Средиземного моря.

К северу от этой зоны цивилизации не было: до появления железа у людей не было достаточно эффективных орудий, чтобы раскорчевывать северные леса и поднимать бедные северные почвы.

В этом «поясе цивилизаций» происходили все основные события мировой истории, шла основная духовная жизнь человечества.

Можно, конечно, делать вид, что арии не имеют к нему никакого отношения, но факты — упрямая вещь. Начало Индусской цивилизации положено арийским вторжением в эту страну, а вовсе не вторжением дравидов в Европу. Начало Китайской цивилизации тоже проистекает вовсе не из миграций древних китайцев в Причерноморские степи.

А там, где никакой цивилизации до этого не было, она возникает после прихода ариев. Индоевропейцы расселяются в Южной Сибири и в Казахстане — и там появляются земледелие и скотоводство.

Арии сыграли исключительную роль в создании этого пояса цивилизации между Средиземным морем и Тихим океаном.

Констатируем факт — арии почему-то были активнее других народов. Почему? Нам важно знать это, и не только для того, чтобы лучше понимать свою историю. Поняв источник невероятной арийской активности, мы можем использовать его и для себя… Для того, чтобы стать не хуже предков.

Пластичность ариев

Один неглупый историк сказал как-то автору этой книги: мол, арамеи и вавилоняне не расселялись в Сибири и в Казахстане потому, что для них там было слишком холодно. Пусть так… Но почему одним народам «слишком холодно» или «слишком жарко» на чужбине, а кто-то другой легко приспосабливается?

Все верно: народы Древнего Переднего Востока жили в своей комфортной среде и вовсе не рвались ее менять ни на что. А вот ариям почему-то было не холодно в Сибири и не жарко в Индии. Северяне? Да… но тропическую Индию завоевали и заселили.

Ариев не пугали ни степные суховеи в Казахстане, ни трескучие морозы на Верхней Волге, ни муссонные ливни на Хуанхэ, ни безводье пустынь Средней Азии. Они неизменно расселялись на громадных территориях и неизменно приспосабливались к новым климатам, растениям, рекам, дождям и морозам. Они были невероятно пластичны, эти арии. Одни оставались в Сибири, другие уходили на юг… Всего лишь пятиюродные, семиюродные родственники начинали жить одни в тропиках, другие чуть ли не в Арктике.

Арийские культуры были пластичнее других. У них был больше потенциал приспосабливаемости к внешним условиям.

Арии — носители культуры

Благодаря ариям достижения цивилизации попадали в районы Земли, где о них и не слыхивали. Считается, что коров приручили на Древнем Переднем Востоке около V тысячелетия до Р.Х. Овец и коз — скорее всего, в горных районах того же Переднего Востока в VIII–VII тысячелетиях до Р.Х. Лошадь — скорее всего, на Балканском полуострове в V тысячелетии до Р.Х. Примем пока без критики эти представления — что домашний скот появился в тех местах и тогда, где ариями и не пахло.

Но благодаря ариям эти домашние животные распространились по всему поясу цивилизации — в том числе в районы, где никогда не жили дикие предки домашнего скота и где их никак не могли бы одомашнить.

То же самое — и с породами культурных растений. Пшеница, ячмень, горох, овес распространились в Среднюю Азию, Казахстан, Сибирь, Центральную Азию, Китай и Индию, туда, где не растут дикие предки этих злаков.

Может быть, не арии приручали первых коров и овец… Не арии разводили первые делянки пшеницы и овса. Но именно арии познакомили с этими достижениями культуры другие народы.

Не арии изобрели колесо. В III тысячелетии до Р.Х. колеса довольно широко распространены на Переднем Востоке. Это еще очень простые колеса, из цельного древесного распила, массивные и страшно тяжелые. Но в тех местах, куда несли свет цивилизации арии, и таких колес не было.

Считается, что первый гончарный круг закружился в Шумере в IV тысячелетии до Р.Х. В III тысячелетии он уже широко распространен по всему Переднему Востоку. Но по всему миру он становится известен вместе с арийским расселением. В Южной Европе — с XVI–XIV вв. до Р.Х., в Китае — с XIV в. до Р.Х., примерно с того же времени — в Средней Азии и в Южной Сибири.

Не арии первыми научились плавить металл, сплавлять медь с другими цветными металлами, получать бронзу. На Переднем Востоке обрабатывали самородную медь еще в VI–V тысячелетиях до Р.Х., но еще не сплавляли с другими металлами, не отливали заготовок и не ковали горячий металл. Только на Переднем Востоке существовал халколит — меднокаменный век, когда одновременно использовали каменные и медные орудия. В других областях земли не было халколита, потому что не шло самостоятельное становление бронзоволитейного производства. С III тысячелетия до Р.Х. начался бронзовый век, и арии понесли секреты плавления бронзы по всему поясу цивилизации.

Опять же, легко обвинить автора… ну, скажем, в расизме. А то, что я вовсе не считаю ариев какой-то отдельной расой, это мелочи. Главное — громко обвинить, а там пусть я сам отмываюсь, как хочу. Можно обвинить и в преступлениях помельче — скажем, в преувеличении роли древних ариев в истории. Куда сложнее отрицать главное — то, что арии несли с собой бронзовый век в Сибирь, Монголию, Китай, Индию и Среднюю Азию. Ну что тут поделаешь?! Несли. Точно так же, как именно они несли на большую часть Евразии культурные растения и домашних животных, колесо и гончарный круг.

Для того чтобы нести культурные достижения за пределы Переднего Востока, их было нужно еще освоить самим. Пластичные, умеющие быстро учиться, арии очень быстро переняли культурные достижения древнего Переднего Востока. Невероятно активные, они разнесли эти достижения по всему поясу цивилизации. Они всех завоевывали, и всем их соседям просто приходилось перенимать некий уровень достижений. Деваться им было решительно некуда. В точности как некуда было деваться жителям Северной Европы под грохот нашествия с Переднего Востока.

Так арии оказались народами-посредниками. Теми, кто принес достижения цивилизации из самых культурных и развитых регионов Евразии во все остальные. В результате развитие цивилизации в Евразии пошло намного равномернее.

Впрочем, кое-что они и сами придумали.

Арии — создатели культуры

Арии — великолепные ученики, они прекрасно умели заимствовать у соседей их достижения. Но они не только заимствовали, они изобретали, совершенствовали и дополняли.

Возможно, не арии и не предки ариев были первыми земледельцами. Но есть основания полагать, что культуру виноделия создали именно они. Не случайно же, по Библии, спившийся Ной валялся именно на склонах горы Арарат. Масштабы виноделия, зафиксированные у хеттов, урартов, персов, ни в какое сравнение не идут с масштабами виноделия в Ассирии, Сирии, Вавилонии, Египте. Урартские купцы ввозили в Вавилонию вино еще в IV–V вв. до Р.Х.

И у греков вино было совершенно обычным напитком, причем до завоевания эллинами Греции о нем там и слыхом не слыхали.

Но арии изобрели нечто и более существенное. В начале II тысячелетия до Р.Х. в Малой Азии и на Армянском нагорье появляется новый тип колеса… Это уже не распил дерева. Колесо стоит из обода и отделенной от него втулки. Во втулку вставляется слега, соединяющая два колеса. Втулку с ободом соединяют спицы. Такое колесо легкое, намного легче сделанного из цельного распила ствола.

Сделать отверстия для втулок можно только с помощью узкого зубила или полукруглого долота. Такие инструменты известны только в поясе древних культур от Словакии до Гиссара в Иране. В зоне обитания ариев.

Долгое время считали, что колесо с ободом изобрели шумеры… Но вот раскопки 1956 года в Лчашене, на берегу озера Севан. В этом году запустили Разданскую ГЭС, и уровень воды в озере понизился. Обнажилось множество погребений, которые датируются примерно 2150 годом до Р.Х. Могильные ямы были выложены камнем, покойников клали на колесницы и телеги. Выглядят эти телеги и колесницы очень современно.

Телеги — по существу, фургоны с крышами из согнутых деревянных полос — как у американцев времен освоения Дикого Запада. У фургонов и телег колеса сплошные, но у колесниц-то колеса с ободом в виде единого обруча, с одним местом соединения. И с огромным числом спиц.

25 повозок бронзового века реставрировал армянский архитектор Г.К. Кочоян. Они выставлены в Историческом музее Армении в Ереване, видеть их там может всякий.

Громадное колесо-распил мог тащить только могучий бык. И тащил он не телегу, а двухколесную арбу. В сравнении с такой арбой и самая примитивная телега — это просто чудо техники. Бык неторопливо идет, тащит за собой страхолюдную арбу… Чтобы не спеша пройти десять или двадцать километров за день, провезти нехитрые пожитки семейства бронзового века, арбы достаточно. Самые старые и самые малые могут ехать в арбе — у быка хватит сил тащить и их.

Но конечно же, запряженная быками арба — никак не боевая машина.

А вот легкое колесо позволило сделать совсем другую повозку — легкую, подвижную, быструю. Родилась колесница, в которую запрягают уже не быков, а стремительных лошадей. Не особенно комфортные повозки без рессор, амортизаторов, шин на колесах. Трясло в колеснице неимоверно. Но мчалась она быстро, эта двухколесная колесница. А в колеснице стоял лучник, пускал стрелы в противника.

Долгое время считалось, что первыми колесницы применили шумеры… Но строго говоря, их двухколесные повозки — никакие не колесницы, а арбы. В тяжелую арбу шумеры впрягали быков, в облегченную — ослов. Лошадей шумеры называли «горный осел» — ведь домашних лошадей в их страну привозили из горных районов Малой Азии и Армении.

Первые колесницы, тачанки бронзового века, поскакали в X–VIII вв. до Р.Х. Их быстро усовершенствовали — стали делать их с четырьмя колесами. Такую колесницу… уже телегу, получается, тянули четыре лошади, а на платформе стояли 2–3 лучника.

Колеса колесниц стали снабжать ножами-косами. Колесница мчится — косы бешено вращаются. Начали ставить копья-лезвия, торчащие перед грудью коней.

Изобретение колесниц сделало бой стремительнее, активнее. Арии вообще первыми ввели в боевую тактику применение животных — и быков, и лошадей. Конницы еще нет. На лошадях верхом не ездят, верховая лошадь появится только в 1 тысячелетии до Р.Х. Тот, кто научился применять колесницы, резко вырывается вперед.

Ну, и еще важный момент: лошадь и колесо с ободом позволили связать огромные пространства. Подготовили объединение обширных территорий в едином государстве.

Арии и нордическая раса

Арии, индоевропейцы — не раса. Это языковая группа. Индоевропейская общность изначально — это общность культуры.

Арии не были расистами. Они легко смешивались со всеми, кого завоевывали, и со всеми, кому несли свет цивилизации. Большая часть современных индоевропейцев — никак не нордические люди. Не будем даже говорить об испаноязычных жителях Южной Америки, потомках негров и индейцев.

Но и в самой матушке-Европе, кроме ее севера, нордической расы нигде нет. Испанцев — потомков иберийских племен нордическими людьми считать смешно. В античные времена греки и римляне были ярко выраженными нордическими людьми. Достаточно посмотреть на статуи греков и римлян… крупные, тяжелые люди, от которых только тяжелый физический труд и культ физических упражнений отгоняет избыточную полноту. Светлые волосы и светлые глаза греков и римлян отмечали все говорившие и писавшие о них.

За века множества нашествий и переселений очень многое переменилось. Современные греки и итальянцы, даже французы — никак не нордическая раса. Но толчок к их цивилизациям дала нордическая раса. Их предки принадлежали к нордической расе… их самая цивилизованная часть. Те, кто изначально эту цивилизацию и создавал.

Современные персы и армяне — никак не нордический народ. Но еще в Средние века знатный перс имел светлые глаза и светлую кожу. Горные таджики и талыши в Азербайджане до сих пор сохраняют эти черты древних ариев.

Индусы отражают неизбежную смесь множества разных народов… И такое же неизбежное изменение расового облика в жарком климате. Слишком выгодно в Индии быть смуглым и черноволосым! У самых что ни на есть чистокровных северян рано или поздно начнут рождаться темнокожие, темноволосые детишки. Направленная мутация, понимаешь.

Но и в Индии идеал красоты сложен, как северянинариец. Толстенький такой, энергичный и умный. А женщины должны «сгибаться под тяжестью своей груди» и тоже иметь плотное сложение. Вплоть до складочки на животе.

Китай… Китайские хроники хорошо знают европеоидные народы Северного Китая: серов, усуней, юэчжей. Были они с голубыми или серыми глазами и рыжими бородами. Мало обволошенным китайцам они, волосатые телом и буйноволосые на голове, казались похожими на обезьян, В VII–VI веках до Р.Х. предки китайцев воевали с европеоидными племенами ди, и не только воевали, но охотно с ними смешивались. У многих китайцев в древности, особенно у аристократов, были длинные носы и бороды. У многих легендарных героев летописи особо отмечают и голубые глаза.

Только в 350 году по Р.Х. народ хун-ну проиграл войну с Китаем и навсегда ушел из Северного Китая. Они ушли в Европу, где известны под именем гуннов. Были хун-ну бородаты и могучи, поклонялись корове и солнцу.

Арии, что тут поделать. Многое в китайской культуре принесено в Китай индоевропейцами, принадлежавшими к нордической расе.

В общем, индоевропейские народы изначально принадлежали к нордической расе.

Трудно сказать, были ли индоевропейцами создатели индейских культур в Южной Америке. Но что были они европеоидами — это факт. Светлокожие, бородатые, они попали в Америку неведомо когда и как. Тур Хейердал считал, что они приплыли на лодках из папируса.[100] Индейцы в конце концов победили этих людей, разгромили, и европеоиды ушли в Тихий океан. Уплыли на бальзовых плотах и основали новую цивилизацию на острове Пасхи. Там тоже получилось не очень хорошо: европеоиды «длинноухие» строили сложные каменные сооружения и возводили гигантские статуи. Беспокойные люди, «слишком активные».

«Длинноухие» заставляли «слишком много» работать «короткоухих», прибывших с запада. В конце концов «короткоухие» восстали. Они с простотой первобытных людей возмущались необходимостью вечно что-то делать.

Чтобы им не мешали вкусно кушать и спокойно лениться, они истребили (и между нами говоря, съели) «длинноухих»… После чего на острове наступила эпоха взаимных войн, истребления, упадка культуры и людоедства. И в наше время самые творческие, самые активные жители острова — отдаленные потомки «длинноухих». Культуры строителей и зодчих давно нет, а некое беспокойство, активность и стремление к творчеству — живет.[101]

В общем, везде-то нордическая раса «наследила», вплоть до уединенных тихоокеанских островов. На удалении от мест своего рождения она не уцелела, ассимилировалась в конце концов. Но что можно поделать, если именно она заложила основы той цивилизации, которую мы знаем? И к которой мы принадлежим?

Глава 9. Наследники древнейшей Европы

Что все же конец мой —

Еще не конец,

Конец — это чье-то начало.

В. Высоцкий

Индоевропейские народы — наследники древнейшей Европы

Индоевропейская общность родилась как ответ на стремительное заселение Европы земледельцами с Переднего Востока. По этому поводу Ренфру и произнес свое знаменитое: «Неолитизация Европы породила индоевропейцев».[102]

Но кто они были, носители мезолитической культуры маглемозе, а потом неолитической культуры воронковидных кубков? Северные дикари, облагодетельствованные волной цивилизации, докатившейся до их земель? Или все было несколько сложнее?

Если у древних европейцев в палеолите были хотя бы начатки цивилизации, то это не просто дикари. Есть такое понятие: «вторичная дикость». Иногда под влиянием природных катаклизмов или вражеских нашествий культура сильно упрощается. Но как бы она ни упрощалась, какие-то ее достижения все-таки сохраняются в памяти, а главное — в поведении народа.

Известны племена даяков на острове Борнео в Индонезии, предки которых имели высокую культуру. Под ударами малайских пиратов они вынуждены были отступить в глубь огромного острова. Жители приморских городов, они стали вести чисто крестьянское хозяйство, жить в небольших деревушках. Но у них сохраняется письменность, сложные общественные отношения. Женщины у них не считаются видом домашнего скота, они не охотятся за головами врагов, их мифы и легенды сложнее и добрее, чем у соседей.

Если была цивилизация, европейцы VII–V тысячелетий до Р.Х. должны были сохранить ее остатки. И, похоже, такие остатки мы знаем!

В культуре маглемозе и других мезолитических культур известны чуринги. Чуринги — это гальки или камни, расписанные разными красками, с изображениями непонятных нам знаков.

Само слово «чуринга» — австралийское, у аборигенов Австралии были такие же камни еще в историческое время. Кстати, вот еще пример того, как европейцы обогнали остальной мир: у нас были чуринги за тысячи лет до того, как они появились у австралийцев.

Но главное — сами значки… Очень уж они напоминают, во-первых, знаки на стенах пещер. Ту самую схематизацию знаков…

Во-вторых, многие знаки на мезолитических чурингах очень напоминают буквы и цифры.

По мнению большинства ученых, чуринги использовались в ритуальных целях, особенно часто — для гаданий. Очень может быть, что и так. Но видите ли… Видите ли, магия, гадательные значки часто становятся основой для письменности. Египтяне придавали своим иероглифам и магическое значение. Знаки были у них священными, начертания знаков нельзя было произвольно изменять, чтобы не прогневать богов.

Китайские иероглифы прямо происходят от гадательных знаков на панцирях черепах. Панцирь раскалялся, его поливали водой… по характеру трещин гадали. Из конфигурации трещин рождалась иероглифическая письменность. Чуринги использовали для гадания… За 5 тысяч лет до китайцев, за 3 тысячи лет до египтян.

Возможные смыслы

Некоторые ученые решаются хотя бы попробовать восстановить древний смысл знаков на чурингах мезолита. Если принимать их «дешифровки» всерьез, получается, предки придавали этим знакам мистическое и притом в основном сексуальное значение.

Скажем, буквы О и Л — это знаки женского полового органа.

Латинское I… понятно, что.

Буква Ф означает то же самое, но с яичками. Один конец палочки ведь может быть и подлиннее. Буква Н — это два совокупляющихся человечка. Буква Ш… даже неловко объяснять… В общем, к одной даме… сразу с двух сторон… да, вы все поняли правильно.

Все остальные объяснения даются совершенно в том же духе. В общем, сплошное неприличие. Но для древнего язычника культ плодородия вовсе не был чем-то грубым или неприличным. Половая жизнь совершенно не была тем, что полагается скрывать, или «тем, о чем не говорят». Еще в Элладе был обычай, когда супруги для вступления во владение землей должны были совокупиться на ней. Причем именно публично, чтобы было как можно больше свидетелей. Чтобы земля брала пример с новых владельцев и исправно плодоносила. А свидетели чтобы помнили и могли подтвердить: эта пара вступила в фактическое владение землей.

Магические значки плодородия… Но может быть, им могли постепенно придавать и совершенно другое значение?

Официальная история письма

Считается, что история возникновения письменности хорошо известна. В XVI–XIV веках до Р.Х. египетскими иероглифами начинают изображать не целые понятия, а отдельные слоги и даже отдельные звуки. При этом гласные звуки никак не обозначались, изображались только согласные.

В конце II тысячелетия до Р.Х. появляются три семитские «протоалфавитные» системы письма, в них отдельными значками изображались и слоги, и согласные звуки. В X–VIII веках до Р.Х. появляется собственно алфавитное письмо: придумали его финикийцы, неугомонные мореходы и торговцы.

Финикийское письмо прошло такой же путь от рисунков к значкам, как и все знаки всех видов письменности. В конце концов, и первая буква древнесемитского, а потом и всех произошедших от него алфавитов прямо происходит от изображения головы быка. Алеф — это голова быка. И за буквой «а» в славянском алфавите, если у вас есть воображение, нетрудно представить бычью голову. Но рисунок был понятен всем, людям любой культуры. Значок «а» прочитает только тот, кто заранее знает его смысл.

Считается, что «от Ф.п. ведут свое происхождение почти все буквенно-звуковые системы письма»[103] и что «историческим родоначальником всех видов алфавитного письма явилось древнесемитское (финикийское)… письмо».[104]

У финикийцев алфавит позаимствовали греки. В VIII веке до Р.Х. грек Кадм привез в Грецию эту идею — обозначать каждый звук особым значком. Греки придумали значки для гласных звуков, и с VIII века до Р.Х. известен первый в мире алфавит — греческий. Кадма они обожествили и ставили ему статуи на площадях, как богу.

Латинская письменность прямо заимствована из Греции. Считается, что знаки армянской и грузинской письменностей, всех алфавитов Индии и Юго-Восточной Азии или прямо порождены финикийской письменностью, или по крайней мере, испытали ее сильное влияние.

Вполне определенно использовали греческую графику аланы, касоги, другие народы Северного Кавказа и Причерноморья. Епископ Ульфила-Вульфила тоже использовал греческую письменность, создавая готский алфавит, — но спустя почти тысячу лет после римлян.

Кирилл и Мефодий создавали славянскую азбуку, используя греческую письменность. Они только создавали новые буквы для звуков, которых нет в греческом языке, но есть в славянском.

Точно так же поступали и создатели письменностей на языках германцев и финно-угров: они просто приспосабливали латинскую графику к реалиям своего языка.

Неофициальные руны

Хорошо известна руническая письменность германцев. Руны известны с римского времени. Постепенно ее вытеснила латынь, она стала совершенно неважной и исчезла. Старшие руны известны со II века по Р.Х., самая ранняя надпись рунами датируется 200 годом. В старшем руническом алфавите, футарке, 24 знака. Младший рунический алфавит, или датские руны, вытеснил футарк и утвердился во всей Скандинавии с VII! века. В датском алфавите было всего 16 знаков. Разные виды рунического алфавита использовались до XIV–XV веков, потом их окончательно вытеснила латынь.

Рунам придавалось и гадательное значении. Во многих сагах прямо описывается, как вожди военных отрядов викингов в сложных случаях жизни «бросали руны» и из сочетания рун делали далеко идущие выводы: что происходит, какова воля богов и что теперь следует делать.

По мнению некоторых ученых, руны произошли от написания знаков позднего латинского алфавита. Но это не доказано — до сих пор никто не видел никаких переходных форм от латыни к рунам. И в германских лесах никогда не использовалась латынь ДО рун. Руны появляются внезапно, необъяснимо — и тем самым нарушают вообще все современные представления о том, как же возникла и развивалась алфавитная письменность.

Могли ли руны прямо происходить от гадательных знаков на чурингах? Это не доказано, но ведь не доказано и противоположное.

Важная деталь: какие-то непонятные «гадательные знаки» были у друидов — кельтских жрецов, в Галлии и Британии. Гадательные знаки были страшной тайной кельтских жрецов; если непосвященный узнавал о них, ему вскрывали живот, привязывали кишками к стволу священного дуба и гоняли вокруг дерева, пока не умрет. Друиды вообще очень часто приносили человеческие жертвы и делали это очень страшно, постепенно расчленяя людей на священных валунах или медленно сжигая жертву: сначала ноги и руки, потом отдельные части торса, стараясь оставить целой голову.

После завоевания Галлии Юлий Цезарь велел истребить друидов. Это не было тупым зверством, бессмысленной вспышкой жестокости. Не было это и стремлением колонизатора уничтожить самый образованный слой завоеванных. Дело в том, что даже Юлий Цезарь, сын рабовладельческого Рима, не мог вынести религиозной практики друидов. Кельтских жрецов перебили, но вплоть до раннего Средневековья известны случаи человеческих жертвоприношений — таких же страшных, как у друидов. Наверное, языческие верования продолжали жить в Европе, и стоит иметь в виду: инквизиция боролась как раз с такими явлениями.

Гадательные знаки кельтских жрецов известны далеко не все. Уже очень давно некому объяснить, что именно они обозначают. Но знаки, высеченные на валунах и на скалах, известны. Они очень напоминают руны.

О какой-то грамоте славян писали многие греческие и арабские ученые — задолго до Кирилла и Мефодия. Они не приводят никаких примеров этого письма (а жаль!), но уверенно утверждают: славяне знали грамоту! У них была своя письменность!

Черноризец Храбр вполне определенно писал о том, что и до Кирилла и Мефодия у древних славян была письменность, некие «начерки и резы», которыми славяне пользовались до появления кириллицы.

Во всяком случае, если с происхождением кириллицы хоть что-то ясно, то с глаголицей неясно все вообще. Пытались вывести ее и из восточных алфавитов, и из греческой скорописи… Тщетно. «Вопрос о происхождении глаголицы не может считаться окончательно решенным. Основная трудность вопроса в том, что неизвестен древнейший вид глаголицы».

В X–XII веках кириллица и глаголица употребляются одновременно (в точности как руны и латинская графика в Скандинавии). Только с XII века кириллица начинает вытеснять глаголицу, и этот загадочный алфавит постепенно исчезает.

Так вот — начертания глаголицы, как может судить и сам читатель, очень похожи на начертания рун. Есть в этом какая-то удивительная тайна — в бытии у индоевропейских народов Европы древнейших письменных систем, в чем-то похожих.

«Вторичная дикость»?

Если такие предположения верны (а они вполне научны и имеют право на существование), то мы получаем полное подтверждение: мезолит маглемозе — «состояние вторичной дикости»!

В мезолите Европа — вовсе не лидер мирового развития. Нордическая раса не имеет никаких преимуществ перед всем остальным миром. Достижения Европы в палеолите давно освоены остальным человечеством. Не обязательно видеть в этом влияние: развитие всех народов в мире шло примерно в одном направлении.

В VIII–V тысячелетиях до Р.Х. во всех регионах Земли знают погребения, искусство, сооружения домов. Исключение — разве что Австралия и часть Африки, где мало строят домов… Но там в этом и нет необходимости.

Лидер мирового развития в это время — скорее Передний Восток.

Но получается, что и в Северной Европе в это время тлеет огонек цивилизации. Тлеет, как присыпанные уголья в остывающем очаге. Ночь, и огонь пока не нужен, он тихо тлеет… но настанет утро, придет хозяйка. Она бросит свежей растопки, подует на угли. И огонек весело побежит по свежей растопке, оживет, окрепнет, жизнерадостно загудит под сковородой или глиняным сосудом, чтобы делать свое извечное доброе дело.

Древнейшее слово — «вздуть огонь». Тысячи лет огонь поутру именно «вздували». Может быть, так же тлел огонек цивилизации в Европе после конца Великого Оледенения. Тлел, еле заметный, пока его не раздула «неолитизация» — нашествие племен, знавших новый способ существования.

Напомню, ведь и верхний палеолит зародился на Переднем Востоке. Зародился, но своего расцвета достиг именно в Европе. И сапиенсы появились не в Европе.

Возможно, в который раз произошло чудо, — в Европу принесли новый тип культуры, и его тут же подхватили, укрепили… «раздули». Как и обычно, «раздули», опираясь на уже имеющийся опыт.

А буквы в этом случае — тоже изобретение Европы, плод творчества нордической расы. Еще одно наследие невообразимо древних времен, которое почти мистически объединяет всех нас — наследников и продолжателей Торральбы, Амброны, Драхенлоха, Ляско и Альтамиры.

Часть III. Политически некорректная история нордической расы и арийской культурной общности

Когда книга Ч. Дарвина о происхождении видов докладывалась в Парижской академии, один из академиков заметил: «Такую пасквильную книгу мог написать только самый отъявленный негодяй. Но неприятнее всего, что все, о чем он в ней написал, — чистейшая правда».

Исторический факт

Глава 1. Что же именно произошло в Европе?

или Культура и биология

И если можешь кости, нервы, жилы

Так завести, чтобы вперед нестись,

Когда с годами изменяют силы,

И только воля говорит: «Держись!»

…И если можешь мерить расстоянье

Секундами, пускаясь в дальний бег,

Земля — твоя, мой мальчик достоянье.

И более того: ты — человек!

Р. Киплинг

Вопрос: что же сделало нордическую расу настолько активной и талантливой?

С этим вопросом получается почти как с луком и стрелами в палеолите: все всё давно знают, но, во-первых, не решаются даже подумать, во-вторых, говорить (и думать) на такие темы неприлично. Ах! Стоит произнести два слова, и запишут в расисты. Произнесешь третье и — ах! — окажешься соратником Геббельса. Ах! Ах!

Покончив с бабьими ахами и всхлипами, перейду к делу.

Нет ничего нового, что весьма редки тощие и притом интеллектуальные люди. Норма — это люди толстенькие и притом интеллектуальные. Закономерность не абсолютная. Данный конкретный умник может напоминать собственную мумию. Но в целом умная популяция — это упитанная популяция. И такого мумифицированного умника обязательно окружают люди со складками на животиках и гладкими сытыми лицами.

В эпоху моды на железобетонную стройность, маниакального подсчета калорий в съеденном и культа бассейнов-тренажеров сказанное выглядит особенно злостным издевательством.

Но это вовсе не издевательство, а, уж простите, научный факт. Причина его очень проста — сахар.

О великой пользе сахаров

Нет ничего нового в том, что сахар необходим для работы мозга. Каждый может проверить это на себе, если захочет: попробуйте посидеть на диете без сахара, и притом активно работать головой. Скажем, «кремлевская диета»: мясо, дефицит углеводов, никакого сахара… Эту диету легко можно выдержать и две, и три недели, если в это время копать землю или сколачивать ящики. Но если вы будете сидеть на «кремлевке» и вести научную работу или писать статью или книгу — диета вдруг станет мучительной. Захочется чего-то… чего-то… сразу вы и не поймете, чего именно, но потом в ваших видениях вдруг всплывет засахаренный орешек… кусок рафинада… большущая сладкая груша…

Кстати, как раз сладкие груши или мед рекомендовали мне диетологи. С их точки зрения, диета диетой, а оставлять мозг без сахара никак нельзя — особенно есть работаешь головой.

Если популяция окажется в ситуации стресса, людям придется есть сахара. Никуда они от этой необходимости не денутся.

О великой пользе стрессов

Еще одна мания сегодняшнего дня, не меньше мании «сохранения фигуры», — мания страха перед стрессом. Причина страхов понятна: стрессов вокруг чересчур много. Стрессы разрушают здоровье, буквально убивают людей.

Но если чего-то «слишком много» — это же не значит, что этого вообще не надо употреблять? Если съесть зараз десять буханок хлеба или выпить ведро воды, пользы получишь немного. Но не будем же мы из-за этого говорить, что хлеб и вода вредны для организма?

Если избавить это слово от любой мистики и любого неточного употребления, то стресс — это напряжение. Стресс совершенно необходим. Человеческий организм нуждается в напряжении так же, как в хлебе, воде… или вот в сахаре.

Женский организм еще получает регулярные стрессы — за счет месячного цикла. Мужской нуждается в стрессах не меньше, только у нас стрессы не регулярные, не цикличные и сила их крайне различна.

Стресс нам необходим как отдельным личностям. Лишенные напряжений, мы впадаем в скуку и начинаем создавать себе стрессы сами: начинаем рискованные игры, пьем спиртное, курим, впадаем в азарт, поддерживаем сомнительные мероприятия. Ничего хорошего из этого, конечно, не получается.

Стресс необходим популяциям. Живя в идеальном комфорте, группа теряет понимание смысла своего существования, целей и причин, деградирует и утрачивает жизнеспособность. Если группа не отвечает на вызовы среды обитания, то зачем вообще нужна группа?

Стресс — жизненная необходимость! В какой-то степени напряжение — это сама жизнь.

Можно возразить, конечно, что все хорошо в меру. Чрезмерный стресс уничтожит индивидуального человека. Напряжение, идущее из внешней среды, группа может и не выдержать. Конечно! Организмам необходим стресс не чрезмерный, но и не слишком слабый… Оптимальный. Это касается организмов и биологических, и общественных. И отдельных людей и животных, и биологических видов, и экологических систем, и родов и племен.

Но чем больший стресс способен выдерживать организм, тем лучше для него самого. Это важно и для решения новых задач, создающих стресс. Важно и для того, чтобы выдержать конкуренцию с другими аналогичными организмами.

Стресс всегда порождает активность: поставленную задачу нужно решать! Активность делает необходимым поедание сладкого.

Стресс путешественников

Стрессом может стать абсолютно любое событие, независимо даже от его действительной важности. Если подаренные цветы или выпитый кофе порождают напряжение — это стресс.

Любое изменение в жизни популяции — тоже стресс. Переселение на новые места — неизбежный и жестокий стресс. Путешественникам приходится сталкиваться со множеством незнакомых реалий — от направления ветров до непредсказуемых стихийных бедствий и столкновений с незнакомыми опасными зверями.

Правда, именно при изменении места обитания и происходит чаще всего развитие — и в животном мире, и в мире людей.

Известный палеонтолог Роберт Керролл убедительно показывает, что даже очень крупные и важные группы животных возникают из популяций и даже из частей популяции, оказавшихся в нестандартной ситуации. Из тех популяций, которые «сумели использовать» эту стрессовую ситуацию для собственного развития.[105]

Если речь идет не о животных, а о людях, то слова «сумели использовать» не обязательно брать в кавычки. Именно так — одно и то же переселение в одних популяциях вызывает стресс, который губит популяцию. А в других популяциях те же события становятся толчком для изменений.

Для историков нет ничего нового в том, что перемещения народов, переселения и расселения ведут к развитию культуры. При переселениях и путешествиях создаются новые образцы культуры, ускоряется развитие в целом.

На новых местах рождаются и новые культуры.

Пытаясь найти общие закономерности развития культуры, М. А. Аркадьев приходит к выводу, что для «скачка в динамике исторического развертывания» необходим «разрыв традиционной непрерывности» ткани исторического бытия культуры.[106]

«Попадание популяции в необычные условия» тоже является толчком для эволюции — и для биологической, и для культурной. Такой толчок получает всякая группа при переселениях и миграциях. В «необычных условиях» оказались русские на Волге, на Урале, на Северном Кавказе и в Сибири (особенно в Восточной), китайцы в Маньчжурии, финикийцы в Карфагене, римляне вне Италии и эллины вне Эллады. Тем более в «необычные условия» попали англосаксы в Америке, Южной Африке и в Австралии.

Итогом каждого такого «попадания в новые условия» оказывается новый мощный толчок развития.

Переселение — всегда «разрыв традиционной непрерывности», беременный рождением новых культур. Но рождение идет через стресс. И стресс общности, и стресс индивидуальных людей. Стресс и биологический, и культурный.

Об одной особенности стрессов

Если принимать всерьез законы наследственных изменений Менделя и Моргана, то быстрее всех должны изменяться организмы с самыми быстрыми темпами смены поколений. У мух поколения сменяются чуть не каждый год: вот у кого эволюция должна идти просто стремительно! Ведь чем быстрее смена поколений, тем быстрее накапливаются мутации.[107]

Но в реальности все наоборот… Биологам и палеонтологам прекрасно известно, что «с уменьшением плодовитости и ослаблением общей элиминации (т. е. смертности. — А.Б.) скорость эволюции не уменьшается, а растет».[108]

Говоря попросту — чем сложнее группа животных, тем быстрее она эволюционирует. При том, что продолжительность жизни индивида растет, а значит, за единицу времени и поколений протекает меньше. Логически рассуждая, мухи должны эволюционировать быстрее, чем крупные млекопитающие, но вот факты: «В плейстоцене состав крупных млекопитающих менялся неоднократно и резко, тогда как из 2000 видов насекомых, известных из тех же условий, вымершими считаются только около 30».[109]

Причина ускоренной эволюции сложных организмов состоит в том, что у них есть особый механизм «направленного мутагенеза».

Направленный мутагенез — это поток изменений, отвечающий на вызовы именно этого стресса.

Освоение и заселение новой территории неизбежно включает механизм направленного мутагенеза.

Попав в Европу, в приледниковую зону, популяция начинала меняться именно так, как это нужно для приспособления к жизни в приледниковой зоне. Генетики не смогли определенно сказать, сколько именно времени требуется для превращения сапиенсов-южан в нордическую расу. Всего 1–2 поколений достаточно для того, чтобы появились люди с рецессивными признаками: светловолосые, светлокожие и светлоглазые, упитанные. Числа поколений, необходимых для того, чтобы такими стало большинство популяции, называются очень уж разные — от 5 до 30. Из этого разброса я делаю вывод: специалисты сами толком не знают.

Даже и 30 поколений — это меньше тысячи лет. Тем более учитывая, что люди в те времена становились взрослыми и размножались раньше, чем их отдаленные потомки. Значит, нордическая раса возникла практически мгновенно.

Направленный мутагенез — это, с одной стороны, закономерность формирования именно такой человеческой общности, с такими физическими и культурными параметрами.

С другой стороны — это сплошной поток новых стрессов. И от преобразования себя, и от самого факта жизни на Севере.

Север — стресс по определению

На юге, в теплых краях, жить легче хотя бы в том смысле, что среда комфортнее для человека. Даже в самые «теплые» межледниковья, когда липы и дубы росли на берегах Балтики, даже летом не везде и не всегда можно ходить без одежды. Даже в самые мягкие зимы на Севере, где лежит снег и температура падает ниже нуля, природа быстро убьет человека, если у него не будет одежды, огня и жилища.

Север — край, трудный для жизни, постоянно требующий совершения усилий, осмотрительности и внимания.

Сама смена контрастных, очень различающихся времен года — своего рода «ожидаемый стресс». Такой стресс мягче, чем внезапное вторжение чего-то опасного и грозного, но это тоже стресс. «Цикличные стрессы» можно уподобить стрессам женского организма, менструальному циклу.

На Севере в высоких широтах часть года световой день заметно убывает. Это сказывается уже на 45—50-й широтах, а тем более на 55-й. Тоже часть цикличного стресса.

Север все время испытывает опасностью голода, необходимостью все время совершать усилия, дефицитом тепла и света. Человеку все время и очень наглядно показывается: ты тут не хозяин!

Пусть в очаге потрескивают политые жиром мамонта дрова, ямы полны запасов мяса, и вой вьюги сотрясает плотный полог из шкур бизона или мамонта. Пусть будущее обеспечено, на долгое время все сыты, довольны и счастливы.

Но и для поддержания этой благодати необходимо все время затрачивать много сил, времени и энергии (хотя бы постоянно топить очаг). Сама же благодать обеспечена тем, что запасы мяса надежно хранятся на очень сильном холоде.

Заваленное снегом жилище из костей мамонта окружает не добрый и теплый, пронизанный солнцем мир южных широт. Выйдешь на слепящий, сверкающий на солнце снег или в снег, несущийся под порывами ледяного ветра… И окажешься в мире совсем ином, гораздо менее комфортном для человека.

Даже родившись на Севере, даже любя Север как родину, чувствуя себя плохо в любом другом месте, человек одновременно чувствует себя на Севере не так уверенно, не так психологически комфортно, как на юге.

Это психологическое напряжение очень хорошо прослеживается и в наше время. На протяжении всей истории Европы Север всегда был источником разного рода мифов о всевозможных неприятных существах, а в античное время рассказывали даже о Севере как области, где действуют другие физические законы.

Жители уже исторической Скандинавии рассказали множество историй про чудовищ типа одноногих людей, волосатых великанов с наклонностями к людоедству, гигантских троллей, троллей менее зловещих разновидностей, про пульпа, Снежную королеву, Короля Мрака и других невеселых созданий. Историй такого рода ходило невероятное количество в Средневековье, продолжало ходить в Новое время и продолжает ходить до сих пор.

Судя по всему, мифы о «других» в культуре северных народов живут как-то иначе, чем на юге. В Средневековье рассказы о встречах с «другими» — с разумными созданиями нечеловеческой породы, с нечистой силой — ходили по всей Европе, включая теплые страны Средиземноморья. В Италии и на юге Франции рассказывали на редкость неприятные истории про оживающие статуи (литературную версию такой истории приводит П. Мериме[110] и уверяю вас, он опирался на народные рассказы). Карликов, чертей и ведьм, привидения и вампиров видели постоянно и по всей Европе.

Но наступило прозаически скучное Новое время, а особенно тоскливый XIX век — век науки, техники и железных дорог. И массового образования. Из народной культуры стремительно стали исчезать фольклорные персонажи, сохраняясь только в самых низовых слоях национальных культур.

А вот на Севере, особенно в Скандинавии и Шотландии, почти не произошло исчезновения этих созданий из самого актуального, повседневного пласта культуры. По страницам далеко не фантастических повестей и романов Сигрид Унсет и Сельмы Лагерлеф постоянно расхаживают то лесные девы, то великаны, то еще кто-то не очень симпатичный. Просто поразительно, с каким удовольствием рассказывают финны всевозможные жутики про водяных, русалок, привидения и встающих покойников! Причем рассказывают вовсе не глупые, не малокультурные люди, а самые что ни на есть образованные и просвещенные. И рассказывают чаще всего в жанре былички, то есть как о подлинных происшествиях.

Этому есть полнейший аналог в России — тот пласт не всегда ушедшего в прошлое фольклора, который жил и сегодня живет на русском Севере. Фольклора скорее преображенного, чем измененного современной цивилизацией. Уже в XX веке для русского северянина леший или водяной были не просто мифологическими персонажами, а совершенно реальными существами — такими же, как сосны или медведи. И современный автор описывает встречи с ними живых свидетелей, с которыми беседовал лично с сам.[111] Любопытно, но ведь таких историй и правда совершенно нет на Юге России, — скажем, на Кубани.

Может быть, действительно в Скандинавии и на русском Севере нечисти больше, и она активнее и зловреднее, чем на юге; а может быть, дело все же в особенностях культуры северян. Не буду спорить, предложу свое объяснение — просто на правах гипотезы, не больше.

А что, если даже коренные жители Севера ощущают: Север — это экстремальное для человека место обитания?

Мало того, что Севера боятся и о Севере рассказывают страшилки жители более благодатных земель, те, для кого Север — малознакомая земля за их родными пределами.

Жители Севера тоже побаиваются своего местообитания и психологически готовы делить его с существами не своей породы. Видимо, и северяне, независимо от числа прожитых на Севере поколений, чувствуют: их земля экстремальна для обитания человека. И человек на ней — не единственный возможный хозяин.

Повторюсь: Север — это сам по себе источник стрессов.

Прелесть поедания сахаров

Создавая стресс и заставляя приспосабливаться к себе, Север одновременно дает то, что необходимо при стрессах. Мороженая ягодка — прекрасный источник сахаров. Дерево почти никогда не сохраняется, и мы не находим деревянных и кожаных изделий при раскопках. Следует ли из этого, что деревянных вещей вообще не было? Конечно, нет.

А собрать и запасти источник сахаров очень просто: собрать мороженую, тронутую первыми морозами ягоду в деревянный сосуд. В выдолбленный из бревна сосуд или в сплетенный из коры туесок. Собрать, хранить на холоде и поедать ее всю зиму.

Другой источник — мед диких пчел. Я специально пишу о диких пчелах, а то ведь уважаемые коллеги мне голову оторвут, если предположить — могли быть и прирученные пчелы… При том, что создание пасеки ничуть не более сложно, чем сооружение жилища из костей мамонта или изготовление наконечника копья из кости и каменных пластин.

В любом случае в Европе очень быстро появляются пресловутые люди «рубенсовского типа». Толстенькие люди со складкой на животе, и притом очень активные и умные. Без постоянного поедания сахаросодержащих продуктов им бы такими не стать.

Сахара ведут к образованию лепидов. Лепиды — это и есть жировые клетки. Запасы лепидов тратятся на физическую и умственную активность. Если есть такой запас — человек активнее, в том числе и умственно активнее. Поработал, в том числе поработал головой — и «употребил» еще мороженой ягодки из туеска. Жизнерадостно облизнулся — и еще поработал и подумал.

Альпинисты и полярники порой берут с собой запас сахара. «Сразу в кровь!» — радуются они, засовывая в рот кусок рафинада при крутом подъеме, в задуваемой ветром палатке, когда сил остается немного.

Потребляя сахара, нордический человек становился активнее и бойчее, интеллектуальнее и сообразительнее.

Опасность поедания сахаров

Но накопление лепидов имеет свою опасную сторону.

Если лепиды своевременно не сжигаются, то в организме появляется много активного кислорода. Соединения кислорода называют «научным» словом «оксиданты».

Жировые отложения, если их не расходовать, ведут к появлению оксидантов.

Знали это давно, но только в 1956 году Денам Харман предположил, что кислород разрушает не только объекты неживой материи, но и разрушает ткани организма.

Это одна из причин старения.

Новая теория вызвала настоящую лавину экспериментальных исследований. Прошло полвека, накоплен огромный экспериментальный материал, в котором еще предстоит разобраться и дать ему однозначную интерпретацию.

Но достаточно очевидно: одной из наиболее характерных особенностей пожилого возраста является жировое перерождение нежировых тканей. В первую очередь опасно перерождение тимуса, костного мозга, печени, поджелудочной железы, мышц. К концу среднего возраста удельное содержание жира в организме, рассчитываемое как отношение жир/вода, неуклонно возрастает. Это означает, что воды в тканях становится меньше, а жира — больше. Жир не сжигается в клетке и скапливается в цитоплазме.

Причина жирового перерождения нежировых тканей — прямое следствие хронического недорасходования энергии.

Что делать?! Разумеется, проще всего принимать таблетки: никаких усилий совершать вроде бы не надо.

В результате биологически активные добавки (БАД) с антиоксидантными свойствами активно выбрасываются на рынок. Эти «сжигатели жиров» пользуются большим спросом у потребителей. Многие врачи назначают антиоксиданты как средство для профилактики болезней возраста.

Насколько полезны эти БАДы, можно спорить… Спорят и сами врачи. Злые языки говорят, что главная причина приверженности некоторых врачей к БАДам объясняется просто — материальной поддержкой производителей БАДов. Те отругиваются, обзывая противников «консерваторами» и «лекаришками».

Если даже БАДы и правда помогают, есть же и другие способы «разбираться» с накоплением оксидантов-убийц.

Доктор биологических наук, заведующая лабораторией липидного обмена Российского научно-исследовательского института геронтологии Росздрава рекомендует эти… собственно, давно известные способы:

«Антиоксиданты должны стать составной частью сбалансированного питания и поступать в организм с пищей, которая не требует технологической обработки, например со свежими овощами и фруктами…

На наш взгляд, более разумным является подход, предлагающий к концу репродуктивного возраста снизить потребление энергетических субстратов и увеличить их расходование…

Для этого достаточно обыкновенной ежедневной утренней зарядки…. Причем желательно сделать эту нагрузку постоянной. Людям позднего среднего и старшего возраста настоятельно рекомендуется также снизить количество насыщенных жирных кислот и увеличить содержание рыбьего жира в рационе питания».[112]

В общем, в зрелые и преклонные годы надо больше двигаться, работать, сохранять интерес к окружающему и активность. Надо меньше есть мяса и жира, больше овощей. Полезные советы, несомненно, и нам с вами прямой резон послушаться этих советов. Но как мог следовать им древний человек? Советовать охотнику есть поменьше мяса и жира — примерно то же, что советовать ему побыстрее умереть с голода.

Но вот беда! Толстенький человек, питающийся в основном мясом, неизбежно будет стареть рано и тяжело. Особенно в неподвижности. Он раньше состарится и умрет, чем тощий.

Кстати, неандертальцы явно были «мясоеднее» сапиенсов. Употребление людьми современного физического типа более разнообразной пищи давало им еще и такое преимущество: более долгую жизнь и большую активность в зрелые годы.

Физиология интеллектуала

Конечно, активная физическая работа сжигает лепиды. Английский ветеринар Джеймс Хэрриот поражался тому, сколько жира поедают фермеры, и притом вовсе не производят впечатление слишком толстых, ожиревших людей. Он делает весьма логичный вывод, что эти фермеры очень много работают, потому у них в организме «все перегорает».[113]

Человеку, который все время работает, не очень опасны сахара. Но только до тех пор, пока он активно работает. Остановился, стал «отдыхать», потому что уже «заслужил отдых». И природа командует: смерть! Природа гуманна. Человек мирно угаснет, вполне комфортно толстея на своем заслуженном отдыхе.

Стереотипная нефизическая работа не сжигает столько лепидов. Конторскому работнику намного легче растолстеть и умереть, чем работнику физического труда.

В школе много отличниц-отвечалок. Эти девушки честно, но без особого творчества и без больших усилий выучивают материал. Они честно получают свои «пятерки»… А спустя считаные годы вы обнаруживаете их расплывшимися, потускневшими, на однообразной, нетворческой работе.

Почему? Они некреативны. Они ведь не почемучки, ищущие свои собственные ответы. Они — отвечалки, выучивающие чужие ответы. Любой педагог прекрасно знает, что между отвечалкой и почемучкой — принципиальная разница. Если школа формирует отвечалок, почемучки в школе чувствуют себя неуютно…

В этих случаях они идут в бандиты и школу взрывают… чаще всего скорее в своих мечтах, чем в реальности, но главное — им хочется это сделать.

Интеллектуалу потолстеть, состариться и умереть еще легче, чем крестьянину… Но тоже при условии, что он почему-либо остановился. А останавливается он реже и с меньшим желанием, чем работник физического труда.

У пассионарного, активного интеллектуала энергии еще больше, чем у активного работника физического труда. Сама эта энергия все время гонит его по миру: изучать, проверять, думать, испытывать. Пассионарию необходимо все время что-то делать, и притом делать творчески, активно, сжигая очень много энергии.

Креативщик не может не интересоваться тем, что вокруг. Его невозможно воспитать так, чтобы он перестал интересоваться окружающим и изменять его.

Сахара — это источник «быстрой энергии». Если есть энергия — ее необходимо расходовать. Пока сама жизнь создает такую необходимость — все прекрасно. Стресс — необходимость для интеллектуала.

А если источник внешнего напряжения ослабел и исчез? Тогда интеллектуал сам будет создавать источники стресса. Хорошо, если эти источники признаются обществом и объективно полезны.

Интеллектуал, который все время думает, может заняться исследованием того, что лежит за границами разведанных земель. Так уходили в океан на поиски новых земель предки австралийцев. Утлые челноки посреди кишащего акулами моря, весла против штормов и течений.

Так пересекали ледяное пространство Берингии предки индейцев. Так уже в исторические времена плыли через Атлантику скандинавы, американцы правили фургонами через Великие Равнины, а русские строили остроги в стынущей сибирской беспредельности.

Интеллектуал может заняться улучшением, усовершенствованием того, что уже есть. Научиться рисовать… достигать большей художественной выразительности… Схематизировать нарисованное… Добавлять новые строки к гимнам в честь чудовищ, затаившихся в темноте пещер. Рисовать, вырезать из кости солнечные знаки, волшебно бегущие по небу круги, огонь и солнышко одновременно, чудно выраженные в свастике.

Это второе занятие не требует таких физических сил, как географические открытия. Интеллектуал может заниматься этим и в преклонные годы, спасаясь от ожирения и смерти.

И немолодым интеллектуал может влюбиться. Он просто органически не может не изменять, не улучшать, не структурировать мир. Влюбляясь и строя новую семью, он пусть не для всех; но для себя индивидуально структурирует и улучшает. Причем делает это в годы, когда крестьянин давно считает, что любовь — «это дело молодое», а ему пора кушать и спать… Да! Кушать, причем сладкую пищу, несущую быструю энергию. Спать, чтобы эта энергия не расходовалась. Заплывать жиром, болеть и умирать.

Нет ничего более опасного для интеллектуала, чем остановиться. Стоит ослабеть в его священном труде мысли, улучшения, усовершенствования, и тут же его погубит та самая энергия, которая гонит за горизонт.

Если бы Александр Македонский сидел и ничего не делал, он стал бы стремительно толстеть. Он быстро превратился бы в фактического калеку и умер. На его месте трудолюбивый, но туповатый крестьянин будет толстеть все-таки меньше.

Пока общество принимает труд интеллектуала, пока ему есть чем заняться, — все в порядке. Тогда мы имеем долго живущего, активного на протяжении всей жизни творческого человека. Скорее добродушного и счастливого, склонного к полноте, а в старости вынужденного налегать не только на ягоды, мед, мясо упитанного мамонта и жир пещерного медведя, но скорее на овощи и постную оленину.

Величие нордической расы, лидера мирового развития, в том, что таких людей у нас всегда было много. Они и сделали все, о чем я писал во второй части книги: верхний палеолит, жилища, непонятные для нас значки на стенах пещер, приручение животных, покорение пространств великим и загадочным племенем ариев.

Можно, конечно, не давать воли интеллектуалам. А то что это они — думают, сволочи! Тоже тут, корчат гениев, смущают умы, возмущают спокойствие. Да еще и вызывают комплекс неполноценности у расово ушибленных и генетически ущербных соплеменников.

Можно объявить, что за границами охотничьих угодий племени лежат области, населенные чудовищами, и туда соваться нельзя. Что рисунки на стенах пещер нанесли мудрые предки и они же сочинили священные гимны. Никак изменять раз сделанных изображений нельзя, и своих слов к гимнам тоже нельзя добавлять.

Да! И влюбляться нельзя. Боги и невыразимо мудрые духи божественных предков раз навсегда установили групповой брак. Они явились 96-летнему жрецу верховного бога, все ему раз навсегда объяснили, и нечего тут выдумывать всякую ерунду.

Такое закостеневшее общество не дает интеллектуалу ничего делать. Ни открыть, ни улучшить, ни изменить.

Ему останется только толстеть, злобствовать, все больше болеть и быстрее освободить племя от своей вечно недовольной физиономии и жирного брюха.

Наверняка были и такие варианты развития культуры, в том числе у нордической расы. К счастью, мы не являемся потомками людей, сделавших такой выбор. Тот, кто не развивался, давно вымер. Мы не знаем сделанных ими рисунков, не раскапываем их жилищ, не взвешиваем сделанных ими наконечников стрел. И генетически мы не от них. Любители первобытной групповушки на юге еще имели шанс пополнить генофонд горилл и макак, в Европе и таких шансов у них не было. Хотя да!!! Снежный человек. Если верить Поршневу, люди могут метисироваться со «снежными людьми» в меру обоюдного удовольствия. Наверное, доисторические извращенцы продолжили себя в этих неприятных существах, до сих пор прыгающих по Гималаям.

Глава 2. Культура и география

Проплываем океаны,

Бороздим материки,

И несем в чужие страны

Чувство русское тоски.

А. Вертинский

Но почему именно в Европе возникла нордическая раса с ее сахарами, лепидами, творческими озарениями, пещерной живописью и приручением лошади? Почему именно здесь любовно изображали упитанных дам со складочкой на животе и обширной сытой попой?

Почему именно Север, мы уже выяснили. Но Север велик. Область холодного климата лежала в те времена от современной Маньчжурии и Желтого моря на востоке до побережья Средиземного моря и до Пиренейского полуострова на западе. Тысячи километров холодных степей, тундростепей, континентальных степей, тундр/лесотундр, тайги разной степени «прохладности».

Почему именно в Европе возникла нордическая раса и произошел взрыв культуры? Ведь в Южной Сибири тоже жили люди и 500, и 300 тысяч лет назад. Далеко на Север они не проникали: в Якутии, на территории Эвенкии, нет среднего палеолита. Вообще нет памятников старше 20–25 тысяч лет. Кова на Ангаре — от силы 20 тысяч лет. Макарово на Лене — тот же возраст. Похоже, там климат все же не очень способствовал жизни человека, и люди проникли туда поздно.

На север Западной Сибири они и не могли проникнуть, потому что ледник, превратившиеся в лед воды Северного океана запрудили русла великих сибирских рек, Оби и Енисея. Реки разливались громадным озером, занимавшим всю северную и центральную часть ЗападноСибирской равнины. Жить севернее 59–60 градуса северной широты в Западной Сибири в плейстоцене было попросту негде.

Но все же было как минимум три-четыре холодные области, кроме Европы: Урал, юг Западной Сибири, юг Восточной Сибири, Дальний Восток. Везде холодно.

Почему же нордическая раса возникла именно в Европе?

Какие бывают ландшафты

Как и всякий талантливый человек, Лев Николаевич Гумилев огорчал научное сообщество еще больше Григорьева. И что самое ужасное, как правило, оказывался прав! Например, Лев Гумилев первым обратил внимание на то, что развитие культуры в контрастных ландшафтах происходит иначе, чем в монотонных.

Конечно, Гумилев писал о «пассионарных толчках» из космоса, о рождении в контрастных ландшафтах стереотипов поведения — этносов…[114] Много чего. Пассионарные толчки остались недоказанной и даже не очень нужной гипотезой, наследственные стереотипы поведения под конец жизни сам Лев Николаевич как-то незаметно начал считать следствием воспитания…

Но культуры и правда рождаются в самых контрастных ландшафтах. На стыках географических стран, ландшафтов, на геологических разломах. В лесостепи, на берегу моря, на стыках поймы огромной реки и пустыни, на опушке леса, на берегах пресного озера в саванне… Главное, чтобы был стык, край, предел одного и начало другого.

Льва Гумилева и его идеи ругают и критикуют кому не лень. А ведь в основном эти идеи подтверждаются! Пользуясь своим собственным пониманием связи ландшафта и культуры, он сделал то, что не сумел ни один, пусть самый талантливый ученый до него: нашел, где именно находилась Хазария.[115] Впрочем, контрастность среды обитания важна не только для человека.

Возникновение всего нового и в мире неживой природы, и в животном мире, и в культуре привязано к одним ландшафтам и никогда не происходит в других.

Многообразие (гетерогенность) среды

Ландшафтная оболочка Земли — это особая пространственно-временная структура. В ней тесно связано друг с другом неживое (косное), живое, а с появлением человека и мыслящее вещество. В ландшафтной оболочке Земли, на поверхности космического тела, протекают важнейшие геологические, биогенетические, энергетические, информационные процессы, определяющие само состояние земного шара в целом.

Неоднородность ландшафтной оболочки составляет ее неотъемлемое качество — независимо от того, существует ли в ней жизнь и разум. Ландшафтная оболочка гетерогенна за счет двух факторов.

1. Неоднородности структуры самой планеты. На Земле соседствуют участки с очень различными физико-географическими условиями. Например, суша и океаны. «Внутри» этих основных элементов структуры Земли сосуществуют равнины и складчатости, низменности и горные районы, мелководья и глубоководные океанские абиссали. Конечно же, и этим многообразие условий на поверхности планеты не исчерпывается.

2. Постоянного притока к поверхности планеты космической, в первую очередь солнечной энергии. На разных участках поверхности аккумулируются разные энергетические потенциалы. Во многом это происходит в силу неоднородности структуры Земли: солнце по-разному нагревает равнину и гору, пресную мелкую и глубокую соленую воду.

Но если даже представить себе Землю с абсолютно гомогенным на всех участках рельефом… Например, если представить себе Землю в виде планеты без океанов, вся поверхность которой представляет собой абсолютно ровную поверхность… все равно энергетические потенциалы в разных местах такого шара будут различны. Ведь наклон оси Земли таков, что солнечная радиация достигает поверхности планеты далеко не равномерно.

Так что гетерогенность ландшафтной оболочки Земли — не случайность и не «стечение обстоятельств». Это фундаментальное и принципиально важное свойство ландшафтной оболочки. Вопрос только в том, насколько велика гетерогенность на разных участках ландшафтной оболочки в каждый отдельный момент ее существования.

Чем гетерогеннее данная область или регион, тем больше оснований ждать в нем развития культуры. А ведь и физико-географическая, и культурно-историческая среда «запада» отличается особой степенью гетерогенности.

Контрастность и мозаичность

Вся динамика ландшафтной оболочки Земли происходит за счет ее неоднородности. Неоднородности как самого по себе рельефа, так и аккумуляции разных энергетических потенциалов на разных территориях. Для того чтобы твердое вещество переносилось с одних территорий на другие и переоткладывалось в виде осадочных пород, необходима работа воды и ветра. Для того чтобы текли реки — нужен перепад высот. Для того чтобы дули ветры, нужно, чтобы соседние территории нагревались по-разному. Для того чтобы на поверхности планеты накапливалось наиболее сложно агрегированное вещество, планета должна вращаться, должны происходить колебания земной коры, извергаться вулканы и расходиться литосферные плиты, а нестойкие химические соединения — разрушаться.

Не буду останавливаться на этих интереснейших моментах, отсылая заинтересовавшихся к Учителю своих Учителей — к книгам Владимира Ивановича Вернадского.[116]

Наиболее неоднородны участки земной поверхности, на которых соседствуют территории с разными физикогеографическими условиями. Всякий контраст, вне зависимости от его природы, создает необходимую для движения «разность потенциалов». Динамика всех процессов тем больше, чем больше разность потенциалов и чем на меньших территориях проходят физико-географические границы.

Чем больше различия между «нагреваемыми» территориями, чем сильнее перепад высот между истоком и устьем, тем интенсивнее будет движение атмосферы и активнее работа воды.

Аналогичная по смыслу закономерность кроется за хорошо известным биологам «эффектом краевых границ». На стыках природных областей животные разнообразнее: на опушке леса встречаются и лесные, и степные животные. Мало того, что зверей больше и они разнообразнее. Отношения между видами тут сложнее, и они тут сильнее изменяются. Образование новых видов чаще всего происходит тоже на границе природных сред.

Мозаичные территории

Контрастность — это расположение на границе каких-то крупных географических контуров. Об этом писал и Лев Гумилев: о пограничье, о стыках разных природных зон. Но что, если границ на этой территории много? В тундростепи участки тундры, степи, заливного луга постоянно смешивались на небольших территориях. На склонах гор, в лесостепи, в поймах рек тоже образуется мозаика из участков с разными растениями и животными.

Применительно к таким местам следует говорить уже не столько о контрастности, сколько о мозаичности. Мозаичность — соединение разнородных участков ландшафта внутри одной территории или внутри сложно устроенного гетерогенного ландшафта. Лесостепь изначально «состоит» из степи и леса. Тундростепь еще разнороднее.

Одни территории земного шара однородны: например, тайга Западной Сибири. Другие территории мозаичны: Передний Восток, Западная Европа, Балканский полуостров. На этих территориях проходит множество физико-географических границ разного уровня и типа, но целостность сохраняется.

Термин «контрастность» скорее следует отнести к местам стыков крупных и внутренне целостных физикогеографических стран — типа леса и степи, или Западной и Восточной Сибири.

Европа чрезвычайно мозаична. Это заметно хотя бы по многообразию заселяющих ее видов крупных животных. Нигде больше нет такого смешения горных, лесных, степных, тундровых, лесостепных видов.

Оледенение усиливает мозаичность

В Северном полушарии с появлением «ледяных лишаев» возникает новая и крайне контрастная система ландшафтных поясов. К тому же эти пояса, от субтропиков до арктических пустынь, постоянно перемещаются с севера на юг (во время каждой из стадий оледенений), то с юга на север (во время интерстадиалов).

На одной и той же территории очень быстро меняются климаты, ландшафты, биоценозы и т. д. Это влечет за собой усиление динамизма, своего рода «спрессовывание времени». Для обозначения этого явления, пожалуй, следует ввести термин «вариативность» — в дополнение к «контрастности» и «мозаичности».

По мнению геолога и философа В. А. Зубакова, «приуроченность практически всех главных рубежей антропогенеза к климатической фазе 5 (вюрм, ока и их фазовые аналоги), видимо, не случайна. Она находит свое объяснение в специфической неустойчивости, суровости и контрастности климата этой фазы».[117]

Случайно ли, что формирование и неандертальцев, и самой активной формы человека современного физического типа идет в более холодных, непосредственно подверженных действию ледника районах? Ведь это происходит в наиболее мозаичных и вариативных районах ландшафтной оболочки.

Емкость пространства «запада». Ускорение течения времени

Гетерогенные территории обладают свойством, которое географы передают термином «емкость ландшафта». То есть это территории, на которых помещается много весьма различных по своим условиям районов. Гомогенные территории могут быть огромны по площади — и притом весьма однообразны. Таковы австралийские пустыни, дождевые экваториальные леса или западносибирская темнохвойная тайга.

А в одной маленькой Италии, Японии, Греции или Палестине на небольшой территории представлены области с чрезвычайно различными природными условиями. В этих странах всего несколько километров могут отделять берег субтропического моря от хвойного горного леса, мало отличающегося от таежного. Это сейчас! А в ледниковое время контрастность среды еще возрастала, и намного.

За единицу астрономического времени (земной, солнечный, галактический год) на гетерогенных территориях по-другому протекает время, которое можно назвать «событийным». «Событийное» время определяется не безличным ходом светил, а числом и важностью происходящих событий и проистекших изменений. Очень многие науки, имеющие дело с Его величеством временем, вынуждены вводить представления о каком-то «своем» времени, отличном от астрономического.

Историки прямо разводят периоды «емкие», с множеством событий за единицу астрономического времени (особенно показательны войны, восстания, крутые переломы и т. д.) — и периоды «спокойные», бедные событиями. Привычно говорить о «геологическом времени», определяемом ходом накопления осадков.

Менее привычно говорить об «эволюционном» времени, определяемом числом возникших макроэволюционных изменений. Но «геологическое время» — это только частный, более привычный случай «событийного» времени.

Другим частным случаем такого «событийного» времени будет и «историческое» время, и «ландшафтносферное» время, определяемое возникшими в ландшафтной оболочке усложнениями.

Чем гетерогеннее территория по своим природным условиям, тем быстрее идут в ней основные энергетические и геологические процессы. Пространственно-временная структура этих территорий более «плотная», чем гомогенных территорий.

Степени контрастности

Чем крупнее и значительнее проходящие через регион границы, тем «контрастнее» регион. Граница между плитами земной коры важнее, чем граница между равниной и взгорьем. Граница между флористическими областями (например, европейской и африканской) важнее, чем границы ареалов отдельных подвидов одного вида (скажем, изюбра и марала — подвидов благородного оленя).

Чем больше территорий с разными параметрами включает данная территория, чем многообразнее условия внутри нее, тем плотнее его пространственно-временная структура, тем выше его емкость.

Чем мозаичнее территория, тем напряженнее в ней жизнь, тем больше факторов приходится учитывать. Мозаичная территория отбирает людей с определенными психофизиологическими характеристиками — пластичностью поведения, активностью. Чтобы жить в таком регионе, приходится «выращивать» способность к многовариантному поведению, учиться рационально осмыслять действительность, быстро принимать решения, учиться новому и так далее. Приходится отражать в языке и в строе своих представлений более разнообразные реалии, осмысливать и комбинировать их, накапливать более разнообразный опыт.

Тот, кто больше способен к творчеству, — выигрывает.

Чем среда обитания контрастнее и мозаичнее (гетерогеннее), тем плотнее ее пространственно-временные характеристики. Тем больше событий происходит в ней за единицу времени. Чем среда контрастнее, мозаичнее, вариативнее, тем интенсивнее отбор тех, кто умеет жить напряженно, рационально, многовариантно.

«Запад» представляет собой сегодня и представлял в ледниковое время уникальную на современном земном шаре среду — по степени своей гетерогенности, то есть по уровню контрастности, мозаичности, вариативности.

Это «потенциальное поле развития цивилизации», потому что в нем и через него проходит и являет собой множество разноуровневых и разнотипных «стыков».

«Запад» — место стыка Евразии и Африки. В геологическом прошлом Европа до Урала была частью расколовшегося 70 млн лет назад континента Лавразия. Африка — частью распавшегося 130 млн лет назад континента Гондваны. Только 90—100 млн лет назад Европа и Африка соединились. Это материки с разной геологической историей, с разной геохимией ландшафтов, разными тенденциями развития.

«Запад» — район внутриконтинентальных морей. Причем эта система Средиземного — Черного — Азовского — Каспийского морей возникала на окраине умирающего древнего океана Тетис. Многие части океана оказывались в глубине континента, отрезанные от Мирового океана.

Расположение и протяженность этих морей такова, что их разные участки имеют весьма различные глубины, температурный и солевой режим, фауну и флору и т. д. Бассейн этих морей включает области от Тропической Африки до Субарктики, — не говоря уже о температурном, геохимическом, биогенном воздействии стока огромных рек на разные участки акватории.

Добавим к этому цепочки озер в приледниковой зоне и реки, впадающие в огромные пресные озера — целые пресные моря, типа Черного моря плейстоцена.

Причем различные территории «запада» в разной степени удалены / приближены к акваториям с разными параметрами.

На «западе» есть горы разной высоты — Альпы, Карпаты, Пиренеи. Есть равнины и области складчатости, как Балканы. Это регион, где есть и широтная, и высотная поясность, со всеми неизбежно вытекающими климатическими, ландшафтными и биогеографическими «стыками».

«Запад» — область стыка животных и флористических областей. Мамонт ближе к индийскому слону. Шерстистый носорог и эласмотерий пришли из Маньчжурии. Овцебык (а возможно, и мамонт) — из Берингии. Северный олень — «американец». Пещерный лев, скорее всего, из Африки. Пещерная гиена и Homo sapiens — точно из Африки. Пещерный медведь, неандерталец, зубр, благородный олень, кабан — «европейцы», но происходят из разных частей Европы.

Животные, возникшие на разных континентах, встречались или в одних ландшафтах, или на совсем близко расположенных.

Причины сложения «запада» как предельно гетерогенного района коренятся в соединении здесь едва ли не всех возможных факторов, создающих контрастность.

Это — район молодого горообразования.

Это — район разломов и движения плит земной коры.

Это — район активного вулканизма.

Это — район покровного оледенения.

Это — район внутриконтинентальных морей.

Каждый из этих факторов сам по себе способен создавать контрастность и мозаичность в определенном географическом контуре.

По крайней мере с эпохи плейстоцена «запад» — уникальная на земном шаре территория по интенсивности протекающих в этом пространстве процессов в костной, живой и мыслящей природе.

Если последовательно учитывать все это, уже не будет удивлять давно известное: что в масштабах земного шара развитие культуры и социальных отношений и в плейстоцене, и в голоцене наиболее интенсивно протекало в регионе Переднего Востока — Средиземноморья — Европы.

Учитывая все, что сказано о «западе» как исключительном поле для эволюции цивилизации, приходится сделать вполне «невероятный» вывод: территориально основное поле эволюции мыслящего вещества сохраняется ни много ни мало — на протяжении последних 130 тысяч лет.

Весь «пафос» нашей работы в том, что исключительность «запада» в плейстоцене проявлялась не менее ярко, чем в голоцене (хотя и в совершенно иных формах).

Поэтому автор стремится еще раз с предельной краткостью и конкретностью проговорить положения, которые ему представляются наиболее важными.

1. Верхний палеолит Запада Евразии — явление уникальное. Оно состоит в том, что культурное развитие этого региона обогнало все остальные регионы Земли на тысячи и десятки тысяч лет.

2. Культурное развитие в регионе Запада Евразии уникально и в плейстоцене, и в голоцене.

Только в голоцене ход истории убыстрился, и теперь «запад» обгонял «незапад» не на десятки тысяч или тысячи лет, а на сотни или десятки.

3. Уникальность развития этого региона имеет свое естественно-научное объяснение. Никакой мистики! «Запад» обгоняет «незапад» потому, что он разнообразнее по своим физико-географическим параметрам. Такова важнейшая закономерность глобальной эволюции ландшафтной оболочки Земли.

Глава 3. Биологическая основа культуры

Только самый поверхностный человек не судит по внешности.

О. Уайльд

Культура и биология

Продолжим наши рассуждения… вредные рассуждения, глубоко враждебные демократии, отрицающие равенство людей, непреклонно расистские и социально опасные. Нюрнбергского процесса на меня нет. И как только мне не стыдно? Сам удивляюсь.

Итак, расовые признаки нордической расы, ее динамичная культура, ее склонность к новшествам в огромной степени порождены природной средой приледниковой Европы.

Действительно… средой порождены и биология, и культура в одинаковой степени! И внешний облик, и особенности психики, и домостроение, и активность, и традиция рисовать на стенах пещер, и особенности физиологии, и морозно-голубые глаза.

Нордическая раса родилась от географической среды. Но, однажды родившись, она не так уж сильно от этой среды зависела. В том числе и потому, что, и переселившись в другую среду, нордический человек оставался сам собой и нес свою силу внутри своей черепной коробки.

Народы и культуры имеют родины. Но они очень часто оказываются далеко от этих родин. И при том продолжают существовать… Англосаксы несут в себе не все, но очень многие особенности культуры, родившейся далеко, на другом берегу Атлантического океана. Русские сохраняют черты своей культуры и в той же Америке, в том числе и в Аргентине. А уж в Маньчжурии или в Сибири — тем более. Особенно если селятся вместе.

Все народы несут культуру главным образом негенетическим путем. Культуре учат, в культуре воспитывают, по нормам культуры живут. Но кроме того, у культуры есть и своя биологическая основа!

Во-первых, ни один человек не может усвоить больше, чем позволяет размер и строение его мозга. Никто не может сделать работу, которую мешает выполнять строение его конечностей. Точно так же, как ни один человек и никогда не сможет летать или бегать со скоростью 100 километров в час.

Биологическое строение ставит ограничения на развитие. Возможно, потому сапиенс и вытеснил неандертальцев.

Во-вторых, культура, которая воспроизводится десятки поколений, становится чем-то биологическим. Попросту говоря, культура в каждом поколении беспощадно «выбраковывает» тех, кто не соответствует ее критериям.

Известно, что чистокровная эскимоска не может рожать чаще, чем раз в три года. Известно, что южноамериканские индейцы спят в гамаках. Так прямо и спят, не подложив одеяла на веревки и на узлы. Мы так не можем, а они могут.

Известно, что чистокровный эвенк не может страдать варикозным расширением вен. Все остальное человечество может — а он не может. Те, кто жил в тайге Восточной Сибири и страдал варикозным расширением вен, давно вымерли. Умирали они рано и мучительно, не оставляя детей или оставляя их очень мало.

Но ведь так действует абсолютно всякая культура.

Если человек не может вести образ жизни земледельца, в крестьянском обществе он быстро погибает или уходит. Или изгоняется, как не способный жить «как все» и вместе со всеми. Это касается и горожанина. И человека эпохи всеобщей грамотности. И человека эпохи компьютера. По некоторым данным, 10–15 % населения самых развитых стран не могут выучить грамоту. Просто не способны, и все. Но эти люди не находятся в верхах этих обществ. Их удел — самый неквалифицированный труд. Грубый, тяжелый, малооплачиваемый.

Удел не умеющего читать в России или в Европе — это удел эвенка, у которого может быть варикозное расширение вен.

Анатомические различия

После Второй мировой войны говорить о расовых различиях стало глубоко неприличным. Как и проводить всякие расовые исследования. Стоило Руслану Сергеевичу Васильевскому предположить, что в сложении народа айну могли участвовать неандертальцы, его обвинили в расизме. Стоило Г. П. Григорьеву заговорить о «постмустье», как раздались голоса: что же, этот ужасный Григорьев не считает жителей Азии и Австралии полноценными людьми?! Как это можно!

Но до Второй мировой войны расовые исследования проводились, и вовсе не научными маргиналами. В конце XIX века и даже еще в 1920-е годы — до гитлеровского переворота, расовых законов и прочего безобразия — расовые вопросы еще не считались глубоко неприличными. Считалось чем-то совершенно обычным сравнивать объем мозга разных рас и народов или объяснять достижения народов и рас биологической предрасположенностью к тем или иным занятиям.

В числе первых, кто связывал культурные достижения народа и страны с объемом черепа, был знаменитый врач, физиолог и биолог Рудольф Вирхов. Все достижения европейской цивилизации он объяснял размерами и сложным устройством мозга европейца.

Классик немецкой антропологии Иоганн Ранке сравнивал соотношение головного и спинного мозга у разных расовых и этнических групп. Он полагал, что чем примитивнее организм, тем больше развита у него периферийная нервная система, в ущерб центральной. Это касается вообще всех организмов… У человека же представители малокультурных народов отличаются завидным развитием чисто физических и физиологических качеств в ущерб интенсивности и сложности духовной и интеллектуально работы.[118]

Крупный немецкий антрополог Роберт Видерсгейм писал, что мозг веддоида легче мозга европейцев в среднем на 200 граммов.[119]

Георг Бушан, придавая огромное значение размерам и сложности извилин мозга, писал: «Человеческий мозг богат извилинами, однако у низших рас эти складки проще или имеют более прямое направление, борозды между ними более открыты и менее глубоки. У высших рас эти извилины обыкновенно шире, более изогнуты и тесно сближены между собой; борозды от этого становятся глубже и уже».[120] Грациоле полагал, что «нормальный мозг готтентота означал бы для европейца идиотизм». Фридрих Тидеман полагал даже, что мозг готтентота намного ближе к обезьяньему мозгу, чем у европейца.

Почему я все привожу в пример исследования немцев? А потому, что до Второй мировой войны в мире была немецкая наука — и вся остальная. Но и российские ученые писали принципиально то же самое. Уже при советской власти Б. С. Жуков полагал, что «представитель более высокой в отношении умственного развития человеческой расы имеет более тяжелый, более объемистый мозг, чем дикарь. И эта разница в развитии мозга заключается не только в большем количестве мозгового вещества у первого, но также и в более сложном строении самого мозга, и в особенности питания мозга кровью через кровеносные сосуды».[121]

Известнейший русский археолог Василий Алексеевич Городцов непринужденно сравнивал объем мозга синантропов с объемом мозга европейцев, негров и австралийцев — совершенно не задумываясь над глубокомысленными вопросами, правильно так поступать или неправильно, и не льет ли он тем самым воду на мельницу реакционных учений.[122]

Еще одно «звездное» имя: Дмитрий Николаевич Анучин. Институт антропологии РАН до сих пор носит имя Анучина. При упоминании этого великана науки у гуманитария возникает инстинктивное желание стать по стойке «смирно».

Темой докторской диссертации этого великого ученого стало исследование метопизма и метопических швов на черепе… Нет ничего нового в том, что младенец рождается с «родничком» — на темени кости его черепа не заросли, образуя пятно плотной кожицы в несколько квадратных сантиметров. Прямо под кожицей — мозг. Швы между костями черепа младенца подвижны и зарастают только примерно к 9—12 месяцам. Как зарастают — так малыш и начинает говорить.

Метопический шов — шов, образовавшийся на месте соединения двух половин лобной кости. Лобные доли мозга могут давить на кости черепа, если они быстро растут именно у младенца. «Родничок» есть абсолютно у всех людей, а вот метопизм не у всех. По Анучину, черепа с метопизмом объемистее, чем без него, на 3–5 %.

У разных рас разный процент людей с метопическим швом. У европейцев Анучин насчитал черепов с метопизмом 5—16 %. У негров — 0,6–3,5 %.

«Известное соотношение существует, по-видимому, между наклонностью к метопизму и интеллигентностью расы. Мы видим, например, что во многих расах более интеллигентные племена представляют больший процент метопических швов. У высших представителей монгольской и белой рас он выражается цифрой, по крайней мере в 8–9 раз большей, чем у австралийцев и негров».[123]

Это не бредни скинхедов, а слова из книги, которая была докторской диссертацией выдающегося ученого.

Можно привести много высказываний очень известных и ярких антропологов о том, что метопизм «является критерием умственного развития».[124]

Ойген Фишер (никак не «ариец») в фундаментальном учебнике «Антропология» пишет: «Расовые различия в частоте метопизма связаны с разной емкостью мозга. Мы встречаем его, например, у немцев — 12,5 %, на черепах, найденных в Помпеях, — в 10,5 %, у древних египтян — в 7 %, у негров — в 1 % случаев. У человекообразных обезьян сохранение лобного шва — очень редкое явление».

Еврея Фишера довольно трудно обвинить в том, что он льет воду на мельницу немецких нацистов.

Еще труднее обвинить в этом советских ученых Дебеца, Урысона и Бунака… Все они — классики советской антропологии. Отцы-основатели, незнание трудов которых — профессиональная безграмотность.

В. В. Бунак писал: «Аномальный лобный шов у человека наблюдается чаще у культурных рас, что связывается с увеличением головного мозга и возрастающим его давлением на лобную кость».[125]

Георг Францевич Дебец установил частоту встречаемости метопизма в погребениях средневекового Новгорода и Пскова в X–XII веках очень высокой — 14 % всех черепов.

Сегодня в Средней и Северной Европе есть области, где уровень метопизма достигает 16,5 %. Заметно выше, чем в среднем у немцев. Скажем, в Баварии он равен тем же 14 %.[126]

Еще выше метопизм был у этрусков (26 %).[127] Это самый высокий из всех известных показателей.

Давно известно, что мозг человека растет и после юности… В сущности, почти всю его жизнь, лет до 40.

С XIX века известно, что время зарастания передних и задних швов различно у разных рас человека. Писал об этом и основоположник русской антропологической школы — Анатолий Петрович Богданов.

Много писали и о том, что при зарастании черепа в первые годы жизни швы зарастают в разной последовательности. У негров сначала зарастают швы на границе лобных и теменных костей. У европейцев сначала зарастает затылочно-теменной шов, а лобные доли могут еще какое-то время развиваться и увеличиваться. Р. Видерсгейм справедливо полагает, что «это должно быть поставлено в связь с умственным развитием племен».[128]

Позвольте… позвольте! Но ведь размер черепа должен сказываться и на размерах женского таза! Есть ли признаки этого? Есть.

Эгон фон Эйкштедт писал о том, что таз у женщин веддоидов, негров и монголоидов меньше европейского. Легко обвинить этого ученого в пристрастности, тем более писал он уже в годы гитлеровского режима. Но то же самое писали и русские ученые, и французские.

Русский антрополог Владимир Мошков писал, что индианки часто тяжело рожают от белых. Они даже стараются избавиться от плода…[129]

Мне могут возразить: а как же Сат-Ок? Знаменитый польский писатель, мама которого — польская революционерка, а отец — вождь шеванезов, индейского племени Канады.

Да… Но ведь мама-то полька. У нее-то не возникло проблем с рождением очень талантливого сына. Будь она индианкой, а папа — польским революционером, еще неизвестно, как бы все обернулось.

М. И. Лутохин в 1899 году даже предлагал классифицировать расы именно по строению таза.[130]

Вот оно как получается: чем «выше» популяция по своим культурным и эволюционным качествам, тем крупнее у нее мозг, тем позже у нее завершается генетически запрограммированное развитие мозга. Чему способствует и последовательность зарастания черепных швов, и размер таза женщин этой популяции.

Физиологические различия

Было бы очень полезно сравнить энергетику людей разных рас и социальных слоев. В XVIII веке в Британии даже официальная медицина считала, что джентльмены и леди лучше умеют переносить боль, выносливее и активнее. Они могут выносить большие нагрузки, чем простолюдины.

Британские офицеры «из джентльменов» считались более выносливыми и надежными. Слуга не может больше идти, а хозяин — может. Объяснять это явление можно и большей ответственностью, и лучшей подготовкой… но полное впечатление, что стоят за этими различиями еще и факторы биологического отбора. Веками тот, кто «не тянул» определенных нагрузок, в джентльмены не попадал. А если в семье рождался ребенок без нужного количества энергии, он джентльменом не оставался.

Подтвердить или опровергнуть мое предположение можно только путем специальных исследований. А какие тут исследования, если даже сравнивать размеры черепов разных расовых групп считается глубоко неприличным.

Если же исследования проводятся, они дают, как правило, более чем любопытные результаты.

Савельев считает, что количество связей между нейронами мозга людей разных расовых и этнических групп может колебаться от 10 до 10 тысяч. Масса мозга, «ответственная» за абстрактное мышление, может различаться в 5 раз.[131]

Великий лингвист, нобелевский лауреат Наум Хомски полагает, что человек имеет наследственную программу логического мышления и языка. Ребенок в младенчестве заучивает и комбинирует звуки по наследственной инстинктивной программе.

Впрочем, инстинктивные программы — совершенно особая тема.

Об инстинктивных программах

Специалисты по инстинктивным программам, этологи, почти не работают с людьми. На русском языке есть только одна популярная книга на эту тему.[132]

Нет исследований, и самое сложное существо в мироздании — человек остается еще и самым загадочным существом.

Инстинктивные программы часто считают неким «наследством», которое досталось нам от животных предков. Но позвольте! Род Homo существует уже по крайней мере полтора миллиона лет. Сменилось по меньше мере 75 тысяч поколений. Неужели за это время не возникли никакие инстинктивные программы, свойственные именно человеку?

Они и возникли… Приведу только один пример. Широкий таз женщины делает ее «медленнее» мужчин. Кобылы и жеребцы на ипподроме бегут вместе. Стада копытных убегают от хищников, не создавая прикрытия самкам: в этом и нет необходимости. Но очень может статься, даже читая эти строки, мой читатель (независимо от пола) ощутит некое беспокойство. Как же так?! Ведь у человека инстинктивные программы другие. Если возникает опасность, мы стремимся прикрыть от нее женщину. Крик «Беги!». И если дама не торопится, это вызывает не восхищение ее храбростью, а гнев. Ведь она бегает медленнее, а дети без мамы долго беспомощны. Как и во многих других случаях, за рыцарством стоят очень простые и очевидные вещи.

Существуют и инстинктивные программы, связанные с хозяйственной деятельностью, с образом жизни. Понаблюдаем, как дети 3–4—5 лет играют в «домик». Мальчики бегают вокруг и строят, а девочки быстро начинают делать что-то внутри этого домика.

Или вот такой факт: среди археологов самые сильные специалисты по керамике — женщины. Мужчины-археологи прекрасно понимают ценность керамики как источника, но, видимо, относятся к керамике все же иначе… И строят свою профессиональную карьеру не на изучении керамики.

Популяции человека тысячелетиями жили в разных ландшафтах. Последствия этого заметны очень и очень хорошо. В том числе и потому, что ландшафт и ведение хозяйства, образ жизни в нем отбирает людей с определенными биологическими особенностями. И закрепляет эти особенности.

Все исследователи отмечают, что жители Восточной Азии отличаются маниакальным трудолюбием, невероятно старательны и кропотливы. К тому же они очень большие конформисты и всегда предпочитают гармонию спорам и конфликтам. Они очень уважают стариков и почитают начальство.

Эти качества сформировали в них не сами по себе природные особенности Восточной Азии. Их сформировал образ жизни и характер труда китайцев, вьетнамцев и корейцев.

Поливное земледелие требует просто маниакально кропотливого, упертого, постоянного труда. Надо отводить воду из реки, и она впадает в поле… Из этого поля она вытекает, чтобы попасть на второе… До восьми полей насчитывается в традиционном китайском земледелии — каждое дальше от реки, в каждое попадает вода, уже побывавшая на другом поле. Чем дальше поле от реки, тем более тонкая взвесь ила осаждается на нем. Самые урожайные поля — шестое, седьмое и восьмое.

Двести лет нужно, чтобы эти поля «заработали» и стали приносить громадные урожаи. Труд восьми, если не десяти поколений. А уничтожить плоды этого труда может один человек за несколько часов: достаточно мотыгой забросать магистральный канал, и все в порядке! Труд десяти поколений погиб, надо начинать все сначала.

В III веке по Р.Х., во время одной из гражданских войн, население Китая за три года сократилось с 70 млн человек до 17 млн. Мало кого убили, большая часть людей умерла от голода: враждующие стороны уничтожали системы орошения на территории «противника». Не стало самых урожайных полей… А население уже выросло с расчетом на этот урожай.

Урок оказался впрок, китайцы хорошо его усвоили. Сколько поколений сменилось с тех пор, за 17 веков? 55–85. Столько поколений отбиралось на трудолюбие, аккуратность послушание, общественную дисциплину. И мы хотим, чтобы эти качества не стали у китайцев генетическими?!

Русские в XIX веке часто считали набеги горцев Кавказа результатом их бедности. Способом жить за счет других, более богатых обществ. Согласимся: от невероятного богатства эта система не возникла бы.

Но быстро выяснилось: дело вовсе не только в экономике, и не только в культурной отсталости горцев. Набеговая система возникала веками как реакция на проблемы горского общества — нет слов. Но, сложившись, набеговая система сформировала совершенно определенный тип общества и определенный человеческий типаж.

Необходимость участвовать в вечной войне всех против всех отсеивала в жизнь людей невероятно агрессивных, крайне жестоких, очень равнодушных и к собственным страданиям, и к страданиям других людей. На протяжении веков и поколений самым выигрышным способом вести себя была готовность к военным действиям, к бою в любой решительно момент. Самому лично — против истинного или надуманного «обидчика», силами своей семьи — против других семей, в составе отряда своего рода или племени — против других родов и племен.

Для европейца, вообще для человека старой земледельческой культуры тот, кто отвечает ударом кинжала или выстрелом на сказанное невпопад слово, — в лучшем случае инфантильный, антиобщественный тип. Тот, кто мстит убийствами за обиду трехсотлетней давности или похищает коня и понравившееся ему оружие просто потому, что «не может удержаться», должен рассматриваться как смертельно опасный безумец. Но для горцев многие поколения проявление агрессивности, неуживчивости, неустойчивого настроения, непредсказуемого поведения, готовности драться с кем угодно при любом перевесе сил, рисковать жизнью даже из-за пустякового каприза были так же важны, как для земледельца из теплой долины — трудолюбие, аккуратность, доброжелательность к другим людям, любовь к животным и растениям.

Не проявляя этих качеств, горский подросток вызывал у окружающих сомнения в том, что он правильно развивается, а юноша — в своей приспособленности к жизни. Набег был не только доходным экономическим мероприятием, но и важным общественным институтом, формой подготовки к жизни и проверки нового поколения.

Только приняв участие в набеге, юноша, и в собственных глазах, и с точки зрения соплеменников, из «совсем большого мальчика» превращался в члена сообщества взрослых мужчин, потенциального жениха и хозяина в доме.

Набег был проверкой личных качеств и совсем взрослых горцев, подтверждением их общественного статуса. Во все века и у всех народов обязанностью взрослого мужчины было кормить семью. В набеговой же системе умение воевать, набегать на чужую землю и возвращаться, грабить поверженного врага, похищать и продавать рабов было ценнейшими качествами хозяина — ничуть не меньшими, чем в обществе земледельцев было умение быть сельским хозяином, а в современном обществе — умение выполнять квалифицированную работу.

Отказавшись участвовать в набеге, юноша не только рисковал обвинением в трусости, в отсутствии мужских качеств. Такое обвинение было бы предъявлено ему незамедлительно, а если бы он не «смыл обвинение кровью», оскорбление превратилось бы в диагноз. Но и взрослый мужчина, перестав «набегать» вместе с другими, не только рисковал не свести концы с концами в хозяйстве, он буквально выпадал из системы общественных отношений. Родовичи и соплеменники теперь не знали, как к нему относиться, каков теперь его общественный статус и что должен и может делать такой человек.

Так набег оказывался важнейшим не только с экономической и социальной, но и морально-нравственной точки зрения. Набег был краеугольным камнем для любых морально-этических оценок. Как у русских — земледельческие работы.

Уже давно нет набеговой системы. Но повышенная криминогенность горцев хорошо известна. Слишком часто эти люди применяют оружие там, где в этом вовсе нет необходимости… С нашей, европейской точки зрения.

Среди индейцев набеговая система сложилась у племени навахов… Никакой необходимости в набегах у навахов нет уже полтора столетия. Но 60–70 % мужской молодежи у них рано или поздно попадают в тюрьму за преступления, связанные с насилием.

Все эти факты опять заставляют говорить о биологических основах культуры. А говорить неприлично, и эти факторы не изучаются.

Генетика человека в небольших народах-изолятах

Бельгийский математик и статистик А. Кетлэ в 1830-е годы вывел закономерность: в замкнутой группе людей и физические, и психические явления группируются вокруг некой средней величины.

Статистика показывает, что браки, смерти, рождения, преступления в такой популяции повторяются с определенной последовательностью.

Точно так же и масса тела, объем мозга, рост, объем груди отклоняются от средней для популяции в правильном порядке.

Кетлэ вычислил по теории вероятности число людей разного роста на число лиц одного народа, возраста и пола, и эти теоретически полученные данные полностью совпали с фактически наблюдаемыми.

Напомню: северные европейцы, нордическая раса, происходят примерно от 2000 человек, первопоселенцев Европы. Все народы на стадии охотничьего хозяйства, от заселения Европы до воронковидных кубков, были народами-изолятами. Представители этих народов-изолятов в Европе отличались друг от друга сильнее, чем все современные европейцы.

В таком малолюдстве, естественно, все качества первоначальной популяции особенно быстро становились качествами всей популяции. И анатомические, и физиологические, и инстинктивные.

Естественное неравенство популяций

Я мог бы гораздо больше сказать в пользу естественного, на биологическом уровне, неравенства и отдельных людей, и популяций. Но думаю, все предельно ясно.

«Мозг человека обладает генетически детерминированными свойствами. Для нормального развития мозга нужна нормальная генетическая программа. Доказано, что пять шестых мозга формируется у человека после рождения. Эта непрерывная биологическая преемственность на протяжении истории человечества обеспечивается наличием в генетической программе каждого индивида типологических черт. Человек обладает определенными биологическими свойствами, специфика которых проявляется на молекулярном клеточном, организменном и популяционном уровнях».[133]

Так писал уже в наше время крупный ученый Дубинин Николай Петрович. Писал очень политкорректно, но понятно.

Переведем? Применительно к теме нашей книги получается так: нордическая раса отличается от других большим по размеру и более сложно устроенным мозгом. Таз наших женщин приспособлен к рождению детей с более крупными головами. И после рождения наш мозг растет дольше. Наши черепные швы зарастают в другом порядке, чем даже у других европеоидов, не говоря о монголоидах и негроидах.

Возможно, эти высказывания автора вызовут психологический протест читателя. Очень уж долго и старательно нам внушали, что «все люди равны». Хотя мы и знаем, что вовсе они не равны, говорить об этом психологически трудно… Естественно, расы и популяции не сделаются равны от идеологических заклинаний. Но, даже и понимая это, чисто эмоционально все время чувствуешь, что вторгаешься в какую-то запретную тему. Вот чуть-чуть, и сделаешься страшным расистом… Но давайте все же выясним: что же такое расизм? И расисты ли мы, говоря о неравенстве популяций и расовых групп?

Почему я не расист?

Строго говоря, расизм исходит не только и не столько из биологического неравенства людей. Расизм — это:

1. Вера в существование рас. Рас для них то 3, то 4. Все эти расы имеют разных предков. Каждая раса для них существовала на протяжении всей истории человечества.

2. Вера в превосходство одной, реже нескольких рас — над другими. Эта вера обычно сочетается с иерархической классификацией расовых групп.

3. Идея, что превосходство одних и неполноценность других рас имеют биологическую природу.

4. Вера в то, что превосходство и неполноценность неискоренимы и не могут быть изменены, например, под влиянием социальной среды или воспитания.

5. Вера в прямую зависимость между биологией и общественным строем, политической доктриной, государственной мощью, всеми достижениями цивилизации.

6. Вера в законность господства «высших» рас над «низшими».

7. Вера в то, что есть «чистые» расы, и смешение неизбежно показывает их упадок и вырождение.

Я согласен с расистами в том, что популяции и расы не равны по своим исходным качествам. Для меня это такой же естественно-научный факт, как различия между мужчинами и женщинами, старыми и молодыми, детьми и взрослыми.

Я согласен с тем, что биология разных людей и разных популяций в разной степени позволяют им создавать, изменять и поддерживать культуру.

Я согласен с тем, что в истории человечества очень сильно сказались особенности разных рас.

Я согласен даже с тем, что истребление или поглощение более совершенных рас менее совершенными может приводить к утрате более высоких форм культуры. События на острове Пасхи — прекрасная модель того, как это может происходить.

Но точек несоприкосновения с расистами у меня гораздо больше.

Во-первых, я не считаю вполне научным слово «раса». Строго говоря, мы сами не знаем, сколько на Земле существует рас. Границы между тремя большими расами размыты и нечетки. Антропологи насчитывают то 3, то 4, то 9 «больших» рас. А внутри каждой из этих «больших» насчитывают множество «малых». Внутри европеоидной — от 8 до 17, внутри монголоидной — от 6 до 18, а внутри негроидной выделяют от 12 до 28 «малых» рас.

Одним словом — даже число рас довольно условно. Расы — это не объективная истина в последней инстанции, а продукт наших собственных классификаций.

Я использую этот термин, потому что он устоялся и всем понятен. Но есть даже в нем некая условность. Нордическая раса хорошо отличима от других… Но грани между ней и балканской, центральноевропейской или апеннинской расами довольно расплывчата. От европейцев же в целом к неграм ведет переход в виде эфиопской малой расы, а к монголоидам — в виде южносибирской и уральской малой рас.

Во-вторых, я не считаю, что у людей разных рас разные предки. Может быть, современные сапиенсы и произошли от смешения сапиенсов из Африки и разных групп эректусов. Но более древние предки все равно общие. Да и скрещивались все со всеми, включая сапиенсов и эректусов.

В-третьих, я не считаю расы неизменными.

Биология человека — не что-то постоянное и данное от века. Судя по раскопкам, мы постоянно имеем дело с людьми расовых типов, которые впоследствии исчезли. Ни «людей типа Гримальди», ни «людей типа Пшедмости» на земле сегодня уже нет.

Китайские археологи настаивают на монголоидности синантропа… Но далеко не все специалисты разделяют их точку зрения.

Современные же расы образовались сравнительно поздно. Нордической расе сапиенсов не больше 35 тысяч лет, а скорее всего — еще меньше.

В-четвертых, я считаю, что не только биология человека творит культуру, но и культура изменяет биологию человека. Если требования, которые предъявляет культура к человеку, длительны и постоянны, человек генетически изменяется под влиянием этих требований.

Поселите бушменов в Европу, и они создадут новую нордическую расу с метапсихическим швом порядка 10–15 %. Возможно, они создадут ее не скоро, спустя сотни, даже тысячи лет. Но создадут неизбежно.

В-пятых, я считаю относительным и условным превосходство одних рас над другими. Преимущество каждой расы — это преимущества ее местообитания и преимущества ее исторического пути.

Все популяции Homo sapiens развиваются в одном направлении. Все человечество, в конце концов, начало рисовать на скалах и погребать покойников, набрасывать попоны на домашних животных и поклоняться духам и богам. Скорость пути к цивилизации различна, но зависело это от того, где оказалась популяция, в каких условиях. А не от генетически предопределенных свойств рода и племени.

Нет никаких причин полагать, что одни люди пройти этот путь могли, а другие — никак не могли. Все это надуманные построения.

В Европу 35 тысяч лет назад вломились дикари с дубинами и скреблами. Останься они в Африке — и спустя тысячи лет у африканских берегов закачались бы на волне корабли с нордическими неандертальцами. Низкорослые крепкие люди навели бы пушечные жерла на берег, энергичные рыжие неандертальцы потащили бы на борт слоновую кость и бананы. А неандертальские ученые из Лондона и Парижа сочинили бы интереснейшие теории причин, почему сапиенсы не способны к культуре, да и вообще туповаты. И носы у них маленькие, и ноги длиннее, чем надо. И метопизма у них не было и нет. Низшая раса.

В-шестых, я не верю в пагубные последствия метисации. Известно слишком много великих людей, в крови которых смешались разные народы и культуры, а то и целые «большие» расы.

Не будем даже о смешениях разных европейских народов: немцев, поляков, французов, итальянцев, болгар и так далее.

Но вот Лев Николаевич Гумилев — еврей по бабушке, а по отцу имеет в родне грузин. Фет — еврей по отцу. Карамзин — татарин по корням. Князья Юсуповы были монголоидны еще в XIX веке. Жуковский — мать татарка. Ну, а Пушкин… Тот вообще негр на одну восьмую.

И за рубежом то же самое: индус по матери Оруэлл, полуиндеец Сат-Ок, полуевреи Сепир и Фромм, целые династии полуевреев — Рокфеллеров и Ротшильдов. Династии испанских аристократов с сильной примесью арабской и еврейской крови.

Чтобы болтать чушь про ужасы смешения и про несчастных метисов, гниющих заживо с рождения, приходится забыть очень уж о многом… включая и происхождение Пушкина.

В-седьмых… И это самое главное!

Я помню о том, что все свойства рас — статистические. Да, у современных северных европейцев метапсихоз встречается чуть ли не в 20 % случаев. Верно! Но еще среди европейцев встречаются патологические типы, матери — убийцы собственных детей, психопаты, негодяи и, наконец, обычнейшие биологические дураки. Имея дело с данным конкретным немцем или шведом, вы можете напороться решительно на кого угодно. Независимо от метапсихического шва, свойственного всей популяции в целом.

У негров метапсихоз встречается в 1 % случаев? Да, верно! И потому негра легче встретить в футбольном клубе, чем в библиотеке Академии наук.

Но имея дело с данным конкретным негром, осторожнее! Прадед Пушкина был слуга и друг Петра I, черный Ганнибал. Вы оттолкнете негра, потому что у него нет метопического шва и родился он через слишком узкий родовой путь…

…А вдруг это еще один Пушкин?

Нет, я не политкорректный человек. Факты мне намного интереснее, чем выдумки, и уж тем более интереснее, чем идеологические заклинания. Если выдумки гласят одно, а факты другое, я целиком на стороне фактов. Если бы факты подтверждали теорию «высшей» расы, имеющей других предков, чем все остальное человечество, — я стал бы расистом.

Но в том-то и дело, что факты не согласуются с теорией «высших» и «низших» рас. Расы и популяции — различны, и не более. Одни из них обогнали другие, но посмотрим, что будет впереди.

Мне отвратителен всякий расизм. Не обязательно белый.

Мне неприятны и бредни прямых потомков синантропа, представителей высшей желтой расы. И теории негритюда, высосанные из черного пальца сенегальского негра Сегюра.

А если уж быть расистом… Наверное, надо быть таким расистом, как глава расового ведомства Национал-социалистической немецкой рабочей партии (НСДАП) Вальтер Гросс. Он в открытой партийной прессе настаивал на том, что никаких «высших» и «низших» рас не существует.

И вообще, замечал Вальтер Гросс, упирая на нордическую тематику, нужно быть максимально сдержанным и корректным, чтобы не оскорбить такой достойный народ, как японцы.

Или хочу быть как расовый теоретик Третьего рейха Людвиг Фердинанд Клаус. В Израиле, в Музее памяти жертв холокоста, ему открыта памятная стела «за спасение евреев с риском для собственной жизни».

Естественное неравенство людей

Кроме того, внутри каждой популяции, каждого народа и племени есть свое неравенство людей. По каким-то необъяснимым причинам одни люди хотят успеха и многое для этого делают. А другие даже при самых благоприятных обстоятельствах не делают ничего и никогда не оказываются в верхах общества.

Взять ту же Германию… Как был Арнольд Шпрингер «наверху» до прихода Гитлера к власти, так и остался в верхах общества после. И после войны тоже не бедствовал.

Возьмем Россию. 1991 год прошелся по многим жизням и судьбам. Но есть немало людей, которые при всем изменении «правил игры» опять успешны, обеспечены й активны.

В конце XIX — начале XX века успехом пользовалась теория «социального дарвинизма» и поднималась бихевиористская теория, то есть теория биологической предрасположенности к успеху. Мол, самые биологически полноценные, самые качественные особи и становятся богачами и начальниками. Ну, предназначение у них такое.

То, что у людей успешных больше энергии, — это факт. Это заметно сразу, как только начинаешь с ними общаться. Очень часто отсутствие или нехватка энергии страшно мешала даже умному, достойному человеку сделать что-то интересное, показать и реализовать себя.

Но ведь энергетика — уже биологическое качество…

А похоже, сказываются различия и чисто анатомические. Что верхи общества в Британии почему-то выше ростом и более тощие, замечено давно. В Индии многие удивляются, как быстро могли возникнуть настолько различные группы людей: сикхи образовались в XV–XVI веках… А они сильно отличаются от остального населения Индии, в том числе и своей буйной энергией.

Или вот такое наблюдение… Оставлю его пока без комментариев.

«В Древнем Египте религиозные традиции требовали мумификации умерших. Анализ черепов мумий позволил сопоставить объем мозга и время захоронения конкретного человека. В период расцвета древней египетской культуры вместимость черепа египтян была на 44,5 куб. см выше, чем в периоды длительного упадка».[134]

Идеи евгеники

Идея отбора людей по наследственным признакам восходит к древности и обсуждается, например, в «Государстве» Платона. В 1883 году английский ученый Фрэнсис Гальтон предложил ввести новую науку — евгенику. И хотел ввести евгеническую практику… Гальтон предлагал улучшать род человеческий с помощью искусственных мер: подбирать «перспективные» пары, от которых будут рождаться дети с хорошими задатками. Если дети не обладают желаемыми качествами, их следует выбраковывать. На какой стадии жизни детей и какими средствами их надо «выбраковывать», Гальтон как-то не расшифровывал. Ведь очень часто таланты и способности человека раскрываются не с рождения и не в раннем детстве…

«Совесть, талант и другие чисто человеческие свойства — это биологически детерминированные черты личности, передающиеся через половые клетки по поколениям», — так полагал Фрэнсис Гальтон.

Сторонников у евгеники было немало. В их числе и такие крупные ученые, как антрополог и палеонтолог Осборн. Он даже боролся за официальное разрешение евгеники — чтобы сделать ее частью официальной политики в европейских странах.

После Второй мировой войны идеи евгеники стали такими же непопулярными, как расовая теория. И по той же причине: отталкивала практика Третьего рейха.

Глава 4. Политические бредни и реальность

Входит Пушкин в Летний сад…

Там скинхеды. Он назад…

Неуютно смуглолицым

В нашей северной столице.

Шухееич

От науки к идеологии

Людям свойственно приукрашивать и возвеличивать самих себя. Европейцы вряд ли хуже всех остальных, но возможностей у них было больше. В XVIII веке молодая европейская наука охотно объясняла, почему европейцы даже и биологически превосходят всех остальных.

Знаменитый основатель палеонтологии Кювье писал про чернокожую расу: «ее характерная морда и огромные губы сближают ее с обезьянами»; о «желтой расе» писал, что ее общества не способны к развитию и только «белая раса» — хорошая. Благодаря «красоте овала, образующего ее голову».

Для создателя позитивистской философии Огюста Конта тоже само собой разумелось, что авангард и элиту человечества составляют народы Европы. Он всерьез считал осмысленным изучение предков только белой расы. Исследовать же историю азиатов и негров, по мнению Конта, бессмысленно и даже вредно.

Философы немецкой классической школы, особенно романтики (Гердер, Фихте), полагали, что каждый народ обладает своим собственным специфическим гением или духом, запечатленным в глубоком прошлом.

Ведущий философ этой школы, Гегель, учил об «абсолютном духе», который в разные эпохи пребывает в разных странах. Был он в Древнем Египте, переселился в Древнюю Грецию, потом в Древний Рим, во Францию и, наконец, обрел себе новую родину в Пруссии. Прусская монархия соответственно — воплощение абсолютного духа.

Но Фихте и Гердер считали: каждый народ обладает не абсолютным духом, а своим собственным. Этот дух народа должен выразить себя в национальном духе (Volksgeist). Национальный дух, согласно их философии, является сверхсилой и обладает собственной духовной вселенной, чья внешняя форма проявилась в национальной культуре.

А тут идея происхождения человека от животных предков, идея развития самого человека!

На стыке иррационалистических учений и науки в 1850-е годы в самых развитых странах Европы сложилась расово-антропологическая школа. Лицо школы определяют французы Ж. А. Гобино и Ж. Лапуж, британцы Ф. Гальстон, К. Пирсон, X. Чемберлен.

Жозеф Артюр де Гобино происходил из знатной французской семьи и родился в частном доме родителей близ Парижа в 1816 году. Социолог, антрополог, писатель и публицист, он четверть века, с 1849 по 1877 год, находился на дипломатической работе. Жозеф Артюр де Гобино написал несколько исследований по истории и этнографии Востока, которые принесли ему известность и ученые степени, а также несколько художественных и публицистических книг. Пока было можно, на русский язык перевели «Век возрождения» (1913), «Кандагарские любовники» (1923) и «Великий чародей» (1926). Кое-что напечатано в журнале «Земля и люди» за 1905–1906 годы. Между прочим, книги очень неплохие, а что их колорит устарел — так это касается и Киплинга.

В своем главном труде «О неравенстве человеческих рас» (1853–1855) де Гобино отстаивал идею, согласно которой три основные расы имеют разные способности и разный творческий потенциал. Белая раса — самая способная к творчеству. Она постоянно развивается и стремится расширить свое влияние. Это вызывает напряжение у других рас, и борьба рас становится движущей силой развития народов. Плохо то, что белая раса при распространении по земному шару и в ходе борьбы смешивается с более низкими расами, а это ведет к снижению ее способностей и культуры.

По его мнению, белая раса «миновала эпоху богов, когда ее расовый тип был абсолютно чист. Эпоху героев, когда смешения были умеренны по количеству. Эпоху дворянства, когда еще великие способности не освежались из иссякших источников, он пришел более-менее быстро к окончательному смешению всех своих начал. <…>Отныне белый вид исчез с лица земли».[135]

С точки зрения Гобино, самой творческой частью белой расы является ее германская ветвь, которую он упорно называл слишком знакомым термином: «арийская»; по его мнению, этой-то ветви предстоит создать культурную элиту человечества. Как?! А путем евгеники, отбора самых творческих и в то же время расово «правильных» людей.

Так Жозеф Гобино совместил идею евгеники с общими расовыми наблюдениями и применением их к истории. Он создал такую форму расовой теории и идеи расового неравенства, которые сделались очень удобны для понимания и использования.

Жорж Ваше Лапуж — человек несравненно более скромного происхождения и положения в обществе, чем де Гобино. Так, провинциальный профессор, один из многих. Родился в городке Нёвилль, в департаменте Вьенна, в 1854 году и окончил свой жизненный путь уже в годы торжества своих замечательных идей — в 1936 году в Пуатье. Но в своих теориях пошел он куда дальше учителя. По его мнению, длинноголовая раса долихокефалов, нордическая раса, постоянно борется с короткоголовыми, брахикефалами. Развитие всякой цивилизации начинается с того, что во главе ее становятся арийцы, раса господ, и составляют высший класс этого общества. По мере того как длинноголовые смешиваются с короткоголовыми, цивилизация приходит в упадок. И получается, что раса — это основной движущий фактор истории.

Хьюстон Стюарт Чемберлен (1855–1927) родился в Англии, где фамилия эта куда как известная: семья Чемберленов-политиков, папа и два сына, приходятся ему дальними родственниками. Изучал естественные науки в Женеве, эстетику и философию в Дрездене. Стал ревностным поклонником Рихарда Вагнера. Р. Вагнер полагал, что героический германский дух был занесен вместе с нордической кровью. Чемберлен объяснял, как хорошо быть нордическим типом и писать музыку.

Основная и очень скандальная книга «Основы XIX века» («Die Grundlagen des neunzehnten Jahrhunderts») принесла Чемберлену шумную международную славу. В этой книге, вышедшей в 1899 году, Чемберлен развивает две основные темы: арийцев — как творцов и носителей цивилизации и евреев — как негативной расовой силы, разрушительного и вырождающегося фактора истории.

Эта расовая вражда арийцев и семитов стала основой исторического процесса! Все, чем гордится коллектив, сделали, конечно же, светлокожие, светловолосые арийцы, высокие и с длинными черепами. Невыразимо отвратительные семиты с круглыми головами и курчавыми волосами низко гадили арийцам и паразитировали на их достижениях.

Позже Чемберлен женился на дочери Вагнера, Еве Вагнер, и в 1908 году поселился в Германии: поближе к арийцам.

Тут его ждало, с одной стороны, разочарование — далеко не все немцы так уж торопились в арийцы, а некоторые так просто крутили пальцем у виска.

Чемберлен показал себя куда большим фанатиком всего немецкого, нежели сами немцы. Во время Первой мировой войны публиковал в немецкой прессе многочисленные антибританские статьи, получив за это на родине прозвище «английский перевертыш».

С другой же стороны, идеями Чемберлена некоторые все-таки проникались, в том числе люди весьма влиятельные. Книга Чемберлена стала необычайно популярна в Германии после того, как император Вильгельм II назвал его работу монографией величайшей важности. Критики взахлеб восхваляли книгу за блестящее высочайшее красноречие, огромную эрудицию и необычайную проницательность автора.

Х. С. Чемберлен даже сделался вхож к канцлеру Вильгельму II и вел с ним долгие беседы о черепах и культурах.

В Англии книга Чемберлена подверглась яростным нападкам: ее либо высмеивали, либо поносили резкой бранью. О ней говорили даже, что это «похмельная отрыжка пьяного сапожника».

В Америке Теодор Рузвельт считал, что теория Чемберлена исходит из глупой ненависти и что его исторические пассажи «выглядят отражением ненормальной психики».

В чем тут правда: как и многие идеологи, Чемберлен слишком уж старался разделить всех на «хороших нордических» и «плохих ненордических» типов. Микеланджело, Данте и Леонардо да Винчи Чемберлен объявил арийцами… Наполеон же был для него «истинный представитель безрасового хаоса». Вкусовщина побеждала строгое исследование.

В последние закатные годы к Чемберлену захаживал некий новый политический деятель, не имевший, впрочем, особых шансов, — Адольф Гитлер. Чемберлену очень нравилась политическая программа Гитлера, но решительно не нравился его череп и другие расовые признаки.

От идеологии к политике

У Чемберлена окончательно сформировалась основная ошибка, так сказать, «практического расизма»: Чемберлен последовательно путал расу и культуру. Вопрос: почему его бредни так хорошо приняло такое количество людей? В конце концов, ну мало ли что пишут интеллектуалы? Фактором политики становится только то, что востребовано народными массами.

Во второй половине XIX века Германия была на подъеме. На волне экономического подъема и образования Германской империи немцы чувствовали себя эдаким центром Европы и чуть ли не мира. А одновременно испытывали комплекс неполноценности из-за того, что в странах романских языков их считали недостаточно цивилизованными и культурными.

Расовая теория позволяла чувствовать себя людьми, имевшими великое происхождение. Сейчас трудно даже перечислить все направления в науке и в общественной мысли, все книги и статьи, в которых поднималась на щит нордическая, то есть северная, раса.

Арийцев стали объявлять этими самыми… нордическими. И, конечно же, вовсю сближать с нордической расой. Мол, немцы и есть потомки ариев и носители исконно арийских расовых черт. С красивым овалом головы, само собой.

Не раз серьезные ученые выступали против такого смешения понятий. Вот такая знаменитость, как М. Мюллер, получает кафедру в Эльзасском университете и произносит вступительную речь 23 мая 1872 года. «Надо держать строго разграниченными понятия расы и языка, — говорил Мюллер. — Говорить об арийском черепе так же абсурдно, как о долихоцефальном языке… Существуют арийские и семитские языки, но антинаучно говорить… об арийской расе, арийской крови или об арийском черепе».

Но эти осторожные мудрые слова вовсе не были замечены публикой. Тем более сам Мюллер много раз смешивал понятия расы, народа и языка. Он и стал знаменит потому, что говорил вещи, приятные и интересные для большинства.

Арийцы, арии, делаются носителями «правильных» расовых черт и предками германцев. Еще в 1818 году Ф. Шлегель сопоставил корень «арии» с немецким «эре» — то есть «честь». Такая вот очень благородная раса.

Термин «индоевропейцы» ввел еще в 1816 году англичанин Томас Юнг. Этот термин категорически не устраивал некоторых германцев. В 1823 году Юлиус фон Клапрот ввел термин «индогерманцы». Это понравилось. Не зря же даже ведущие журналы в области индоевропеистики назывались «Журнал сравнительного языкознания в области индогерманских языков» и «Индогерманские исследования». Словно единственной или основной была связь именно Индии и Германии.

Многие профессора всерьез писали о таких «наших индогерманских предках», как Шлегель, Гердер или Фихте. Тот, кто знаком с историей философии, оценит: все три имени принадлежат выдающимся философам, отцамоснователям философских и научных школ, существующих до сих пор.

Великий филолог, собиратель германского фольклора и автор народных сказок Якоб Гримм в своей «Истории немецкого языка» всерьез и подробно писал, как «индоарии» переселялись в Германию.

В России слово «арийцы» употреблялось Ф. Достоевским, М. Меньшиковым, А. Белым, Тэффи и другими как собирательное название славян и народов Западной Европы. Тоже ведь идеология, между прочим.

Политическое заострение идеологии

Немцев дико и считать «арийцами», и поголовно записывать в одну какую-то расу… Потому что если они и говорят на одном языке, то явно относятся к нескольким расовым типам большой европеоидной расы. Нордическая раса у них преобладает, но не более того.

С лютыми врагами «арийцев», «семитами», получается еще интереснее: народы, говорящие на семитских языках, проживают в Европе, Азии и Северной Африке, но народы это очень разные. Причем само слово «семиты» означает именно людей, говорящих на языках. Входящих в семитскую семью языков.

В семитскую семью языков входят иврит и арамейский, на которых говорили предки современных евреев. Давно, еще во времена царей Шломо-Соломона и Давида, в XI–X веках до Р.Х., во времена пророков — в VII–III веках до Р. X., при царях Вавилонии и Персии.

В немецких евреях XIX и XX веков есть капелька крови тех древних иудеев Палестины, но сколько ее — вопрос ну очень полемичный. А главное — говорят-то они по-немецки. Иврит если и сохранился у них — то как язык богослужения, а не бытового общения. Эти евреи — тоже индоевропейцы, арийцы. Арийцы — и дело с концом! Хоть обрезай его, а хоть не обрезай.

Что до расового типа, то по любой классификации расовых типов евреи — ярко выраженные европеоиды. Крючковатые носы? Курчавые волосы? Миндалевидные глаза? Но этих черт полным-полно в среде любых южных европеоидов. И нет никакой такой еврейской малой расы. Не выделено.

Пикантность в том, что евреи — народ чуть ли не самый разнообразный в расовом отношении. У них почти в равных пропорциях представлены по крайней мере три малые расы, а в меньшинстве индивидов процентов по пять — еще три.

Сартр рассказывает забавную историю про французского еврея, который уже в пору действия расовых законов развлекался в Германии Гитлера: ходил по кабакам, где собирались эсэсовцы, и слушал их рассказы о страшных семитах, смертельной угрозе человечеству.

— А я на них разве не похож?!

И эсэсовцы разъясняли еврею, что он-то хоть и француз, но в этом он не виноват, в нем сразу виден ариец — вон какой высокий и светловолосый. А у них, у истинных арийцев, у них-то природный нюх на семитов!

Почему же Чемберлен стал противопоставлять «арийскую» и «семитскую» расы?! А потому, что так ему хотелось. И его заказчикам? Конечно.

Наполеоновские войны вызвали в Германии мощный национальный подъем. Шло прославление своего языка, религии и крови германцев, истории и культуры страны. Евреи не вписывались в эту картину единого народа с его «арийскими корнями».

Тем более, в Германии именно французские оккупанты уравняли евреев с остальными жителями страны. Дело все равно шло к эмансипации евреев. Даже без французов и Наполеона еще 10… ну, 20 лет — и в правах бы евреев уравняли. Но получилось, что «восстановление евреев в гражданских правах осуществлялось под присмотром французских оккупантов, оно было вдвойне непопулярно, и германский патриотизм, как следствие, принял форму „антисемитизма“».[136]

А тут еще евреи оказались очень уж активными и захватчивыми. Не успели они получить гражданские права, как в их руках оказалось до половины всей винной и хлебной торговли в Германии. До половины банковского дела было в их руках и раньше. Совсем не евреи основывали в Германии производство фарфора. Немцы справедливо гордятся своим фарфором как немалым народным достижением. Но к началу XX столетия то ли 65 %, то ли даже 80 % всех акций производства фарфора оказалось в руках евреев и выкрестов.

В науке до 20 % всех открытий и изобретений делалось евреями, а в медицине и в математике — до половины.

Можно как угодно относиться к творчеству Гейне и Цвейга, но попробуйте представить без них германскую литературу XIX века. А ведь это — лишь надводная часть айсберга, наиболее яркие имена, которые светят и через полтора столетия.

Результат — сильнейшая вспышка явления, которое я назвал «антисемитизм страха».[137] Это и страх проиграть конкуренцию, и страх, что твоя страна будет «захвачена» этими юркими инородцами. И страх, что привычное тебе с детства изменится до неузнаваемости.

«Приобщение евреев к европейской среде производило на горожанина и на интеллигента в большинстве стран Европы впечатление головокружительного успеха. Выяснилось, что, если евреям предоставляется возможность свободно — в более или менее равных условиях — конкурировать с окружающей средой, их шансы на успех значительно более высоки.

Лишь на этом фоне можно найти объяснение тому поразительному явлению, что во многих европейских странах в конце XIX века послышались голоса, грозно усилившиеся с течением времени, призывающие к защите бедного европейца от всемогущего еврея».[138]

Говорить о «семитской расе» — такой же сказочный абсурд, как и об арийской расе. Но борьба с языком… с носителями языка… это, знаете ли, вовсе не так романтично и увлекательно, как борьба с расой чудовищ.

В середине XIX века немецкий интеллектуал А. Штекер стонал: «Евреи — это наше несчастье!» А один из лидеров немецкой социал-демократии, Евгений Дюринг, полагал: «Еврейский вопрос есть просто вопрос расовый, и евреи не просто нам чуждая, но врожденно и бесповоротно испорченная раса». «Германия стоит перед опасностью иностранного господства».

Вильгельм Марр, полуеврей, в 1879 году в книге «Победа иудаизма над германизмом» ввел слово «антисемитизм».

И во Франции Эдуард Дрюмон в 1886 году в книге «Еврейская Франция» пугал читателей тем, что евреи с их хитростью, умом и образованностью скоро покорят Францию и сделают ее еврейским государством. Но Германия по антисемитизму страха лидировала в Европе.

И классики марксизма гораздо большие расисты, чем было принято полагать в СССР.

Ф. Энгельс всерьез писал, что «дикари легко могут опускаться до состояния, весьма близкого к животному». Негры, например, не способны усвоить математику.[139]

К. Маркс вопил, что славяне «не принадлежат к индогерманской расе» и, следовательно, «их нужно отбросить за Днепр».[140]

О своем противнике Лассале Маркс писал: «Он происходит, судя по его голове и волосам, от негров, смешавшихся с евреями во время исхода из Египта».

Видимо, расистские настроения были чем-то совершенно обычным.

Антисемитизм в Германии возник до арийской идеи и до идеи нордической расы. Но легко соединился с этими мифами в нечто довольно единое…

Расовая теория родилась не в политике… Но она легко стала обслуживать политику. В начале XX века в Германии очень широко были распространены статьи и брошюры с изложением расовой теории, которые превозносили германскую и всячески унижали семитскую расу — «неполноценную» от природы расу евреев.

Первая мировая война усилила эти настроения. Действительно ли немецкие евреи так активно старались избежать фронта? В это трудно поверить, наверняка были разные (как и среди немцев). Но евреев удобно было сделать ответственными за поражение.

Разочарованные и униженные поражением, писатели и публицисты воспевали благородного немецкого солдата с чистой кровью. Евреи изображались виновниками всех постигших Германию бед. В «Майн Кампф» очень четко описано, что едва немцы ушли на фронт, как в их постелях их заменили скрывшиеся от фронта евреи.

Влиятельные люди в Германии, многочисленные слои немецких жителей хотели, чтобы немцы были хорошие и происходили от древних, прекрасных и замечательных арийцев.

Они же хотели, чтобы евреи от арийцев не происходили, и вообще были бы немцам чуждыми, а по сути своей — как можно более опасными и отвратительными.

Политика сделала заказ, и наука старательно взяла под козырек, выдала то, что требовалось: «арийскую» и «семитскую» расы, которые находятся в непримиримой борьбе. Наука оправдывала предрассудки, делала как бы научными дикие племенные представления, объявляла ксенофобию «здоровым расовым инстинктом».

Не ученые лепили из евреев образ врага — коварного, чудовищного, подлого. Но ведь и такой гигант философии, как К. Шопенгауэр, жестко противопоставлял «германизм» и «семитство». Практических выводов он, конечно, не делал — слишком интеллигентен. Но выводы и без него было кому сделать — опираясь на книги самого же Шопенгауэра. Даже восстань Шопенгауэр из гроба — это ничего не изменило бы.

Наукоподобие идеологии

Известный ученый Герман Вирт полагал, что арии… вернее, нордическая раса… в общем, нордические арии с характером нордическим и стойким сложились не гденибудь, а на Северном полюсе. Мол, когда-то давно окрестности Северного полюса были совершенно благодатным местечком и арии населяли некий арктический остров — теплый и замечательный.

Эти арии, разумеется, не имеют ничего общего со всем остальным человечеством. Не то что другой вид… А просто так совершенны, что остальные им в подметки не годятся. С этого острова арии и отправились на завоевание всей остальной планеты. Из Арктики — в Скандинавию, из Скандинавии — в Германию, а уж оттуда — во все остальные края.

Собственно говоря, идея эта не нова. Ее развивал в начале XX века индийский ученый и политический деятель Б. Г. Тилак: с его точки зрения, ведические мифы позволяют выводить ариев именно с Северного полюса. Иногда эту идею называют чуть ли не официальной точкой зрения индусской науки… Это, мягко говоря, не так. Индусские научные школы вовсе не поддерживают идей Тилака, и, скорее всего, их бы быстро забыли, если бы не поддержка из Европы. Только вот ухватились за идею Тилака вовсе не ученые, а мистики. Скажем, печально знаменитая мадам Блаватская. В совсем оккультном учении она активно развивала идею смены рас: мол, на земле они менялись много раз и наследовали друг другу. Никаких данных археологии, антропологии и палеонтологии, подтверждения этому нет, но подобные «мелочи» обычно не смущают недоучек. Подумаешь, никаких сведений нет! «Зато» ей некие мистические существа лично на ушко пошептали, что и как было.

Творения Е. П. Блаватской настолько несерьезны, что их и анализировать не стоит. Скажу коротко — абсолютно все сведения из археологии и истории, на которые она ссылается в своих книгах, выдуманы или подделаны. А чаще всего частично выдуманы, а частично подделаны одновременно. Следует, скажем, ссылка на некие невообразимо древние города в Тибете — якобы Пржевальский во время своих путешествий их видел.[141] У Пржевальского эти заброшенные города и впрямь упоминаются, но только с уточнением, что города эти XIV века и заброшены были после эпидемии чумы.[142]

И до Блаватской в XVIII и начале XIX века увлеченные европейцы порой ухватывались за идею арктической прародины… и не одних арийцев. А чуть ли не всего человечества.

Известный астроном Ж. Бейли думал, что первые люди пришли в Индию из Гренландии. А оттуда уже, из Индии, высокая цивилизация распространилась по всему свету. Примерно то же утверждал и философ Фабр Д'Оливье. Он-то и придумал некий затонувший то ли остров, то ли материк Арктиду или Арктогею, откуда могучие гипербореи и двинулись на завоевание земли во главе со своим вождем Рамой.

С чего вообще взяли люди того времени, что на Северном полюсе можно было жить? Да оттого, что до начала XX века на нем ведь никто не бывал. Ученые предполагали и наличие там огромного материка типа Антарктиды, и открытое море… Об этом, кстати, и у Жюля Верна написано много и увлекательно. Не более чем гипотезы, которые не подтвердились в XX веке.

В общем, есть некоторые, не очень значительные донаучные предположения. Есть бредни мистиков. Есть отдельные высказывания одного отдельно взятого индуса, пытавшегося совместить ведические сказания с данными европейской науки. Не особо богатые источники.

Тем более — никаких серьезных сведений о приходе нордической расы с севера… И вообще о самой нордической расе.

Но в своей книге «Происхождение человечества»[143] серьезный ученый Г. Вирт поддерживал именно эти, мягко скажем, сомнительные сведения. Зачем?! Я могу предположить только одно: именно потому, что наука не подтверждала того, что ему хочется. Вирту хотелось быть арийцем с нордическим подбородком и характером, чтобы на генетическом уровне быть лучше всех остальных. Доказать эту глупость средствами науки невозможно… «Пришлось» перенести действие в такое место, где никакими раскопками ничего не узнаешь, и можно утверждать все, что угодно.

Так же точно поступил и другой отец-основатель — Ф. Энгельс. Есть у него классическая статейка про то, как развитие руки становилось основой основ для становления человечества. Не какого-то там интеллигентского мозга — а вполне пролетарской руки! Данные науки уже в середине XIX века свидетельствовали о прямо противоположном: что рука с противопоставленным большим пальцем, приспособленная для тонких трудовых операций, появляется довольно поздно: только у современного биологического вида человека, хомо сапиенс. В общем, непролетарская какая-то, непрогрессивная картина получается. И тогда Энгельс перенес действие на некий затонувший материк в Индийском океане. В эдакую марксистскую Атлантиду.[144]

Так же точно поступил и Герман Вирт! Нигде на земле не раскопаны остатки нордических ариев? А их там и не было! Все они остались под льдами Гренландии и на дне Ледовитого океана.

Герман Вирт даже сделался основателем общества «Аненербе» — «Наследие предков». Арийских нордических предков. Интеллектуал, выпестовавший жуткую теорию нацистов.

К партийной идеологии нациков[145]

После сногсшибательных открытий Вирта расовая теория приняла свою окончательную форму. Арийцы — люди нордической расы, с голубыми глазами и светлыми волосами, обитали на острове Туле, в районе Северного полюса. Они были рослые, невероятно умные и невообразимо гармоничные. Естественно, это они придумали руны, кто бы еще мог додуматься.

То есть вроде бы руны возникли из упрощения пещерной живописи… А жили в Европе вовсе не индоевропейцы… Но когда творится легенда, на несуразности внимания не обращают.

Эти дивные, идеальные арийцы то ли пошли на юг, гонимые холодом, то ли просто решили прогуляться по живости характера и неистребимой страсти к приключениям. Они заложили основы всех земных цивилизаций и вообще сделали абсолютно все, о чем только стоит говорить.

Гитлер вполне серьезно писал, что «вся человеческая культура, все достижения искусства, науки и техники, свидетелями которых мы сегодня являемся, — плоды творчества арийцев… Он (ариец. — А. Б.) — Прометей человечества, со светлого чела которого во все времена слетали искры гениальности, разжигающие огонь знаний, освещающий мглу мрачного невежества, что позволило человеку возвыситься над другими существами земли…».[146]

Постепенно они смешались с низкими расами и потому деградировали. Гиммлер полагал, что, «пока люди живут на земле, законом истории является борьба между людьми и недочеловеками. Право сильной расы является детерминантом справедливости».[147]

Вот Германия — это да! В ней да в Скандинавии только и сохранился древний, почти не подпорченный семитами нордический тип. Из Германии и должна пойти новая цивилизация, новая великая империя арийцев, нордической расы.

Первая империя — Рейх: это средневековая Священная Римская империя германской нации. Вторая империя — это Германская империя, созданная в конце XIX века. А вот третья империя, Третий рейх, простоит тысячу лет и будет более славен, чем первые два, вместе взятые. Только надо сперва подчинить себе низкие расы и ни в коем случае не смешиваться с ними. А семитскую расу лучше вообще истребить под корень, чтоб не мешала.

В таком виде расовая теория была понятна даже самому тупому «арийцу». В том числе и тому, что уж никак не отягощен «семитской химерой интеллекта». Она легко делалась основой решительно всего, что хотела нацистская партия.

Гитлеру и его «соратникам по борьбе» очень нравилось быть арийцами — древним, полумистическим народом, завоевателями Вселенной. При этом хотелось быть и нордической расой. Была в этом мечта походить на героических предков — и древних германцев, сокрушивших Римскую империю, и предков самих древних германцев: завоевавших Индию ариев — сильных и жестоких язычников, бесшабашных «белокурых бестий». Была, наверное, и мечта повторить вторжение в Индию. Но главное — была попытка приобщиться к полумистическому наследию таинственного и великого народа. И сделаться особенными в расовом отношении. И, конечно же, мечта стать объединителями Европы, самой важной и значительной нацией.

Идейный теоретик НСДАП Розенберг писал еще в 1921 году, задолго до прихода нацистов к власти: «Из всех классов и вероисповеданий с непреодолимой силой вырастает новое, юное и жизнерадостное миросозерцание. Со временем оно явится куполом, под которым будут собраны и будут бороться друг за друга не все расы, но все немецкие племена. Это — идея народности».

Остальные «племена» европейцев и германцев не хотят?! Так покорить их! «Если поделить человечество на три категории: творцов культуры, ее носителей и ее разрушителей, то представителем первой следует считать лишь арийцев… Немецкий народ — воплощение достоинств арийской расы, он призван в качестве расы господ подчинять себе менее ценные народы, прибегая к любым средствам принуждения… Пусть тот, кто хочет жить, вступает в борьбу, а тот, кто не хочет воевать в этом мире вечной борьбы, не заслуживает права на жизнь».[148]

Отцы-основатели

Одна из забавных сторон теории нацизма в том, что отцы-основатели немецкой национал-социалистической партии с точки зрения расовой теории были очень сомнительными типами.

Один из основателей расовой гигиены Макс фон Грубер так живописал расовый портрет фюрера в 1923 году: «Лицо и голова низшего типа, полукровка, низкий покатый лоб, безобразный нос, маленькие глаза».

«В первый раз, — пишет Грубер, — мне пришлось видеть Гитлера в непосредственной близости. Лицо и голова — плохая раса, помесь. Низкий убегающий назад лоб, некрасивый нос, широкие скулы. Коротко подстриженная щетка усов в ширину носа придает лицу что-то вызывающее. Выражение лица не такое, какое бывает у вполне владеющего собой человека повелевающего, а безумно возбужденное. Частые судороги мускулов лица. Общее выражение счастливого самодовольства».

Другой, не менее яркий портрет принадлежит перу одного из бывших политических друзей Гитлера — Вейганду фон Мильтенбергу: «Кто наблюдает его (Гитлера), уже через пять минут приходит к убеждению, что до северной расы господ, которую он хочет разводить, еще очень далеко. Он вечно либо неуклюж, либо суетлив. Никогда не обладал он замкнутой сдержанностью, покоящейся на внутренней, сознающей свои задачи уверенности вождя. Поэтому часто бывает, что, принимая парад, он держит руки на животе, как берлинская хозяйка меблированных комнат. Ни один из его жестов не закончен, не округлен. Каждый жест говорит о страхе маленького человека, пробравшегося в люди, который боится, не сделал ли он снова какой-нибудь промах, но еще точно не знает, каким образом этот промах будет открыт. Он часто прибегает к декоративности, однако и тут результатом бывает неизбежный провал. Самое плохое из всего — это плетка, которую он почти никогда не выпускает из рук. Это не длинный хлыст, которым диктатор в гневе ударяет по ботфорту, чтобы подчеркнуть необходимость точного и беспрекословного исполнения своего приказа. Нет, это всего лишь собачья плетка с толстым серебряным набалдашником и с коротким, потрепанным ремешком. Иногда он держит его как маршальский жезл, и тогда у каждого невольно является мысль, что вот-вот раздастся звонок к началу циркового представления. Эта плетка — символ: она просто коротка. Эта плетка — дилетант, как и ее хозяин. Но именно потому он и является вождем масс, Клеоном немецкого бюргерства. В нем каждый находит самого себя; подражать тому, как он пыжится или плюет, ни для кого не представляет никакого труда. Этой массе он поможет преподнести любую безвкусицу».

К этой характеристике «расовой чистоты» можно прибавить мнение самого Гитлера, что наиболее «полноценными» являются северогерманские племена, а не южные, к которым принадлежит и он сам.[149]

Один из первых историков нацизма Конрад Гейден открыто свидетельствовал, что у проповедника мессианства арийской расы Адольфа Гитлера были «балканские черты лица».

Политическое завещание Гитлера, написанное им 29 апреля 1945 года, за пару дней до смерти, содержит такие слова: «Превыше всего я требую от руководителей и народа неукоснительно соблюдать расовые законы и безжалостно бороться с вездесущим отравителем всех народов — мировым еврейством».

Странная мысль — завещать борьбу с самим собой. Ведь сам Гитлер, по многим данным, то ли внук, то ли правнук раввина.[150] Учредитель расовой доктрины СС Генрих Гиммлер не смог бы быть принят в эту организацию и потому по злой иронии судьбы вынужден был ее возглавить. Мягко говоря, неарийская кровь в его жилах начиналась уже со второго колена, хотя от рядовых членов СС требовалось доказать свою расовую чистоту аж с 1750 года.

Один из функционеров национал-социалистической партии Эрих Кох еще в 20-е годы опубликовал статью в духе времени под названием «Результаты смешения рас», в которой, в частности, писал, что «люди с изуродованными ногами — подозрительные субъекты». Имелся в виду будущий глава имперской пропаганды доктор ПаульЙозеф Геббельс. Арийское происхождение Геббельса вызывало большие сомнения даже у рядовых членов партии. А уж к нордической расе «Карлик Луженая Глотка» определенно не принадлежал.

Мало того, что нацистов стали называть фашистами… Образ «фашиста» неразрывно связан с особой коричневой рубашкой — эдакой страшной униформой.

Но эту «нордическую арийскую» рубашку придумал торговец бельем по фамилии Гейнис. Фамилия… не очень арийская. Что не помешало Гейнису разбогатеть на этой расхожей униформе штурмовиков и всех сочувствующих идеям «почвы и крови».

Арийцы и неарийцы

Прелесть теории состояла и в том, что в зависимости от политического момента теоретики могли и включать в нордическую расу, и исключать из нее кого угодно.

В периоды сближения с Муссолини пресса писала об итальянцах как о «потомках древних римлян». В моменты же охлаждений сразу вспоминала, что они — следствие смешения нордической расы со всякими «низкими» южанами.

Славяне? Друг и учитель Гитлера Фриц Ленц полагал, что славяне — «раса неисторическая».

Другой теоретик расового вопроса, Людвиг Шеман, напротив, считал славян «перспективной расой» и самыми что ни на есть нордическими типами.

Такие авторитеты расологии, как американские ученые Лотроп Стоддард и Мэдисон Грант, не задумываясь, относили население европейской части России к «континентальным нордическим арийцам».

Глава бельгийских нацистов Леон Дегрелль в своей книге воспоминаний «Гитлер на 1000 лет» с завистью и сожалением писал о негативных последствиях неразумной расовой политики в Третьем рейхе, ибо сам мог на практике убедиться в том, что в целом тип расовой арийской чистоты русской деревни был много выше, чем в руководстве Германии.

Но в том-то и дело, что расовая теория в Третьем рейхе прочно находилась в плену текущей политики.

Когда в 1944 году дошло до официального создания целых дивизий славянских народов в составе вермахта, оставалось одно исключение: поляки. Причина одна: очень уж нужно было давить поляков как народ, чьи земли предстояло «прихватизировать». Пусть остаются неарийцами…

От теории — к практике

Провозгласив курс на самые простые и примитивные эмоции и упрощенное видение мира, нацисты поневоле оказались отступниками от своих отцов-основателей. Для Гобино и Чемберлена арийцы тем и были хороши, что очень интеллектуальны и, что называется, с закрытыми глазами одолеют расы, менее одаренные умственно.

Но то, что казалось важным старой европейской профессуре, вовсе не казалось значимым для дорвавшихся до власти люмпенов и полуучек. Для наглых выскочек самым важным в «арийской» расе оказались не бездны интеллекта — к ним-то как раз нацисты испытывали крайнее подозрение, и всякий умник казался им тайным евреем.

Понимал ли Геббельс, что, провозглашая интеллигенцию «отбросами нации», он зачисляет в «отбросы» и собственных «отцов-основателей»? Что восстань из гроба Гобино и даже Чемберлен, он бы этих высказываний Геббельса, мягко говоря, не похвалил бы?

Впрочем, быть профессором при нацистах стало куда менее почетно, чем когда-либо в прошлой истории Германии. Адольф Гитлер всерьез предлагал «не пичкать ученика никчемными знаниями», а учить его «строить здоровое тело». Ведь «гении никогда не смогут появиться из нации дегенерировавшей!».

Полуграмотный функционер Юлиус Штрайхер, выступая перед студентами Берлинского университета, нарисовал две чаши весов.

— Вверху — содержимое мозга фюрера, — вещал Штрайхер, — а в нижней чашке — дрек, дерьмо профессорских мозгов.

За двенадцать лет правления Гитлера, под трескучие вопли о величии немецкой науки, биографии ученых проверялись, и до трети цвета немецкой науки были отстранены от преподавания за каплю еврейской, французской, славянской или цыганской крови в их жилах.

А треть оставшихся лишили кафедр и лабораторий за то, что они оказались не в силах постигнуть глубину расовой теории или всю бездну премудрости космической борьбы горячего и холодного. Даже ученые, когда-то поддержавшие нацистов, не были в силах вести курсы «нордической геометрии» или «арийской физики твердого тела», и от них старались избавляться.

Не говоря уже о том, что сами университеты закрывались, а в оставшихся число студентов сокращалось последовательно и закономерно. Скажем, в Лейпцигском университете в 1938 году осталось всего 1928 студентов против 7348 в 1932-м — главное ведь было вовсе не во вбивании в юношей глупостей и не в насыщении профессорским дреком их юных арийских мозгов.

Расовые законы

Расовая теория стала основой идеологии нацистов в Германии. Экономическая программа так называемых 25 пунктов ставит своей целью только «генетическое улучшение германской расы и защиту ее от расового смешения». Ведь смешение неизбежно приводит к упадку «высшей расы».

Придя в Германии к власти, нацики последовательно проводили расовую политику и политику расовой гигиены. Они ввели целый ряд законов, которые так и стали называться «расовыми» или «нюрнбергскими» — по месту принятия.

«Нюрнбергские законы» 1935 года — это «Закон о гражданстве Рейха» и «Закон о защите немецкой крови и немецкой чистоты». Этими законами вводили правила, по которым определяется принадлежность к немецкой или еврейской расе. «Чистокровными» немцами (нордическими арийцами, вероятно) являлись немцы, которые могли подтвердить чистоту крови на протяжении четырех поколений. Евреями считались потомки трех-четырех поколений евреев, а между ними находились «полукровки» первой или второй степени. Если предки исповедовали иудаизм или были записаны в еврейские общины, потомки тоже являлись евреями.

Согласно Брачному кодексу брак с евреем или еврейкой считался для арийца преступлением. Нередко супруги принуждались к разводу, что нередко заканчивалось трагедиями. Так, известнейший германский актер Иоахим Готшалк предпочел покончить жизнь самоубийством, нежели расстаться со своей женой-еврейкой. Она, впрочем, тут же застрелилась, убив и своего 8-летнего сына.

Арийцы карались даже за связи с полуеврейками. Более того, одного немца осудили за то, что он мастурбировал, глядя на обнаженную еврейку. А чтобы еврей не смог «снять» проститутку-немку под покровом темноты, ему запрещалось выходить из дома после 8 часов вечера.

Нацизм возобновил запреты времен Средневековья. С сентября 1937 года в Германии законодательно было запрещено вскармливать детей евреев арийским кормилицам. Аналогичный запрет касался и кормилиц-евреек. Из ноты министра юстиции Гитлер узнал, что одна из них продавала свое молоко в клинику немецкого педиатра. Судебное дело против нее было возбуждено тайно, «чтобы не травмировать родителей-арийцев». Аналогичный запрет еще более категорично касался еврейской донорской крови. Многие пациенты не соглашались на переливание без официальной справки, что кровь арийская, — стало быть, принимали расовую теорию всерьез?

Даже прикоснуться к еврею было делом опасным в плане расовой «чистоты». В 1942 году гауляйтер Кубе пожал руку одному минскому еврею за то, что тот вывел его «Хорьх» из горящего гаража. Немедленно последовал донос в Берлин от одного из приближенных гауляйтера, и ему пришлось оправдываться перед Гимлером. Начиная с 1936 года на всех скамейках в общественных местах были помещены таблички «Только для арийцев». А для евреев скамейки были окрашены в ярко-желтый цвет, они устанавливались с немецкой педантичностью: на 40 «арийских» — одна «еврейская».

Цыгане тоже воспринимались как «расово неполноценные». Был в этом некий парадокс… Нордическая раса пришла то ли с Северного полюса, то ли из Индии. Если даже в Индию арийцы пришли позже, чем с Северного полюса, то все равно там они жили. Цыгане же, вообщето говоря, непосредственные выходцы из Индии… И цыганский язык — один из индоевропейских. Так они, получается, арийцы?!

«Пришлось» «выяснить», что цыгане представляют собой печальный результат смешения арийского племени с самыми низшими расами всего мира. Цыгане же — асоциальные бродяги, что у них общего с арийцами?! Живое подтверждение ужасов смешения рас.

Специальная комиссия рекомендовала отделение «цыганства» (Zigeunertum) от немецкого народа.

С марта 1936-го на цыган были распространены положения «нюрнбергских законов», которые прежде распространялись только на евреев. С них было снято гражданство Третьего рейха, им было воспрещено вступать в браки с немцами и участвовать в выборах.

Расовые законы принимались и до 1935 года. Началось, строго говоря, с «Закона о защите народа и государства» от 18 февраля 1933 года. Этот закон фактически отменил Веймарскую конституцию и дал право нацикам делать буквально все, что угодно.

«Закон об упорядочивании национального состава управленческого аппарата» от 11 апреля 1933 года предполагал изгнание всех неарийцев из системы управления страной.

В июне 1933 года глава Управления аграрной политики Р. Дарре издает закон о наследовании, по которому земельные участки от 7,5 до 125 гектаров могут пожизненно закрепляться за их владельцами и передаваться в наследство, только если владельцы могут доказать чистоту своей крови до 1800 года. Под действие этого закона попадает более 60 % всей сельскохозяйственной территории Германии.

В 1933 г. генетик Фишер (судя по фамилии — еврей) заявил, что с научной точки зрения браки и половые отношения между живущими в Германии евреями и неевреями нежелательны. Он категорически требовал принятия закона о запрещении таких браков. В 1941 году Фишер будет одобрять план поголовной стерилизации тех немцев, чьи дед или бабка были евреями. Этот план так и не был осуществлен, но характерно — он разрабатывался.

15 октября 1934 года партийный лидер Рудольф Гесс создал ведомство для изучения родства при национал-социалистической партии. Позже оно получило название «Имперское ведомство по изучению родства». Работой ведомства руководило СС и министерство юстиции.

Главное расово-поселенческое управление СС разработало методику расового отбора в СС, а также Брачный кодекс СС, который запрещал эсэсовцам жениться на нечистокровных арийках. В 1936 году уже известный нам Р. Дарре публикует книгу «Кровь и почва, главная идея национал-социализма», где пропагандирует единство немецкой расы и ее жизненного пространства.

15 ноября 1938 года еврейским детям запрещается посещать немецкие школы.

Впрочем, и ко многим немцам относились расовые законы. В том числе стремились «предотвратить вырождение» немецкого народа. Немцев они полностью отождествляли с нордической расой. Нацисты стремились «очистить» генофонд немцев и всех европейских народов от «нежелательных» наследственных качеств: от врожденной неполноценности, низкого иммунитета, уродств, наследственных психических заболеваний, а также от гомосексуальности.

«Тот, кто нездоров и ущербен физически и душевно, не имеет права увековечивать свое страдание в своих детях», — полагал Гиммлер.

Для того чтобы предотвратить вырождение нордической расы, нацики проводили следующие мероприятия:

— истребление гомосексуалистов;

— программа эвтаназии Т-4 — уничтожение психически больных и вообще больных более 5 лет, как нетрудоспособных. По разным данным, было уничтожено от 245 до 300 тысяч «расово ущербных»;

— зачатие и воспитание в детских домах детей от служащих СС, прошедших расовый отбор, то есть имеющих преимущественно нордическое происхождение и не имеющих неевропейских расовых примесей. Они стремились подбирать пары по расовым качествам и воспитывать в специальных детских домах детей от эсэсовцев и других «расово полноценных».[151]

В рамках расовой политики было также «окончательное решение еврейского вопроса». Сначала немецких евреев намеревались выслать из страны. В том числе планировали отправить их на Мадагаскар или в Палестину.

По многим причинам эти планы не удались.

И тогда возник план физического уничтожения «расово неполноценных». 9 октября 1942 года Мартин Борман подписал постановление, гласившее: «Постоянное устранение евреев с территории Германии не может далее осуществляться путем эмиграции, но только применением безжалостной силы в специальных лагерях на Востоке».

В наше время иногда сомневаются, что евреев действительно истребляли по «расовому» принципу. Но вот выдержка из речи Гиммлера в Познани 4 октября 1943 г. Он выступал перед офицерами СС:

«Здесь я буду говорить с вами совершенно откровенно об особенно трудной главе… Между собой мы будем говорить открыто, хотя никогда не сделаем этого публично… Я имею в виду изгнание евреев, уничтожение еврейского народа…

Лишь немногие из присутствующих знают, что это значит, когда лежит груда трупов, — сто, пятьсот, тысяча трупов… Выдержать все это и сохранить порядочность — вот что закалило наш характер. Это славная страница нашей истории, которая никогда не была написана и никогда не будет написана».

Гиммлер поторопился — глава эта написана, и масштаб преступлений даже многократно преувеличен. В общей сложности было уничтожено 130 или 150 тысяч людей, которые по нюрнбергским законам считались «семитами» и не успели или не захотели уехать из страны. Еще 30 тысяч были уничтожены до этого: убиты во время погромов или умерли в концлагерях.

В числе расовых мероприятий был согласно плану «Ост» (Восток) не только захват восточных территорий, но и «сокращение» местного населения, как относящегося к низшей расе. Особенно пострадали поляки. Отношение числа уничтоженных поляков к общему их числу было самым большим среди славян.

«Эта масса расово неполноценных, тупых людей нуждается, как свидетельствует вековая история этих областей, в руководстве. Если германскому руководству удастся не допустить сближения с русским населением и предотвратить влияние немецкой крови на русский народ через внебрачные связи, то вполне возможно сохранение германского господства в этом районе при условии, если мы сможем преодолеть такую биологическую опасность, как чудовищная способность этих примитивных людей к размножению». «Замечания и предложения по генеральному плану „Ост“ рейхсфюрера войск СС».

Подписан 27 апреля 1942 г. Э. Ветцелем — начальником отдела колонизации 1 — го главного политического управления «восточного министерства».[152]

Рейхскомиссар для Украины Э. Кох 5 марта 1943-го сказал: «Мы народ господ и должны жестко и справедливо править. Я выну из этой страны все до последнего. Мы должны осозновать, что самый мелкий немецкий работник расово и биологически в тысячу раз превосходит местное население».

Обалдение от собственных теорий

Судя по всему, сами нацики искренне верили в расовую теорию. Сложность была в определении того, кто тут ариец, а кто семит. Для выяснения этого важнейшего вопроса в Берлине с 1934 года стал функционировать специальный антропологический институт расовых исследований, который занимался установкой стандартов расовой чистоты. В этом институте проводились антропометрические тесты на все органы человека, чтобы установить конкретные параметры арийца и еврея. К примеру, только для ушей существовало 22 таких параметра. Еще больше параметров касалось «семитского» носа. Считалось, что он крючковат и по нему легко отличить еврея.

Маниакальный антисемит Розенберг опубликовал целое пособие для молодежи, обучавшее ее распознаванию евреев по их внешним признакам, среди которых главным считался нос. Гитлер также категорично заявлял: «Есть черта, общая для всех евреев от варшавского гетто до марокканских базаров: агрессивный нос с жестоким и порочным разрезом ноздрей». Еще один корифей расовой теории, доктор Вершауэр, утверждал, что у евреев бегающие глаза и большие оттопыренные уши. Считалось также, что у типичного еврея обязательно черные волосы. Потому-то в нацистской Германии брюнет вполне реально мог вызывать подозрения.[153]

Нацисты обвинили евреев в исходящем от них дурном запахе. Сам фюрер активно поддерживал миф о зловонии евреев. В речи, произнесенной 29 ноября в Мюнхене, он заявил: «Расовый инстинкт арийцев позволял им отличить еврея по дурному запаху и препятствовал половым связям с этими недочеловеками. Но они изобрели духи, чтобы пахнуть как все и не отталкивать немецких женщин. На это и рассчитывали евреи».

Нацисты искали научное объяснение «еврейским испарениям» и нашли их в том, что они аналогичны запаху негров. Нацистские антропологи утверждали, что «еврей — это всего лишь побеленный чернокожий… Специфический запах евреев выдает их негроидные корни». Этот миф использовался нацистами прежде всего, чтобы внушить отвращение к половым контактам с евреями.

С этой же целью распространялось гитлеровцами измышление, что арийские женщины заражаются спермой евреев при половых сношениях. Юлиус Штрейхер в новогоднем номере «Штюрмера» за 1935 год опубликовал «исследование», в котором доказывалось, что одного соития с евреем достаточно, чтобы все дети у немки рождались уродливыми, слабыми и болезненными. А Гитлер являлся одним из самых верных сторонников идей Штюрмера, которые были положены в основу нюрнбергских законов расовой чистоты. Впрочем, задолго до них фюрер писал в «Майн Кампф»: «Еврей оскверняет арийку своей кровью, при половом акте он отравляет ее кровь».

После «Хрустальной ночи» 10 ноября 1938 года, когда нацисты убили сотни евреев и изнасиловали тысячи евреек, их не карали за убийства, но за изнасилования наказывали, как за деяние, нарушавшее закон «О чистоте арийской крови». Евреи же, нарушившие этот закон, карались нередко и смертной казнью. А уж каторга в таких случаях была наказанием неизбежным. Кстати, некоторые из таких дел становились предметом интереса самого фюрера, который требовал, чтобы судебные материалы присылались в рейхсканцелярию. Процессов же о нарушении законов расовой чистоты было немало: только за первый год после принятия Нюрнбергского кодекса их насчитывалось более 500.

Чтобы сильней разжечь ненависть к евреям, нацисты возродили миф об их безудержной похотливости, который восходит к Средневековью. Этот миф получил самое широкое распространение в ходе антисемитских кампаний в Германии 30-х годов. Штюрмер издал специальную книгу для детей под названием «Ядовитый гриб», в которой они предостерегались от малейших контактов с евреями, ибо все они — сексуальные маньяки, только и мечтающие о насилии над арийским девочками и мальчиками. В других сочинениях евреям приписывались невероятная сексуальность и извращенность. В берлинском вполне солидном медицинском издании 1936 года можно было прочесть статью под аршинным заголовком: «Врачи-евреи насилуют пациенток, находящихся под наркозом». В статье перечислялись фамилии врачей, сосланных в концлагерь за «осквернение юных ариек».

Еще одним измышлением против евреев было их якобы нежелание служить в армии во время Первой мировой войны. Во многих газетах помещались материалы бывших фронтовиков, утверждавших, что евреи, окопавшиеся в тылу, развлекались с женами и дочерьми тех, кто сражался на фронтах.

Естественно, эта практика вызывала и вызывает протест.

Она имела много последствий, и в их числе — крайне подозрительное отношение к любым исследованиям в области биологии человека. Каких бы сторон нашей телесности или инстинктивного поведения эти исследования ни касались.

Глава 5. Раса, которой не повезло

(вместо заключения)

Но чем ты к успеху ближе,

Тем лучше распознаешь

Языческую Нерадивость,

Предательскую Ложь.

Р. Киплинг

О вреде некоторых сожалений

Кошмарная практика нациков основывалась на такой же кошмарной теории.

Но, во-первых, чем этот бред хуже другого: про эксплуатацию человека человеком и про то, что «вся история человечества была историей борьбы классов»?[154] Да ничем. В бреде отцов-основателей расовой теории даже больше своих жемчужных зерен, чем у Карла Маркса.

А во-вторых, страшны ведь не теории сами по себе. Страшны попытки с пионерской серьезностью воплотить эти теории в жизнь.

И не надо мне рассказывать, что корень зла в «неправильном понимании» отцов-основателей или в неправильном применении их замечательных идей! Такие мысли высказывались не раз. Не удивительно.

Сейчас и по России, и по всему остальному миру ходит немало «страдальцев по социализму». Идеи их, при всем разнообразии, очень просты. По их мнению, весь ужас советской истории вовсе не в том, что в СССР пытались воплотить в жизнь утопию. Ничуть не бывало! Все дело в том, оказывается, что они — по одной версии, строили социализм «неправильно», отклоняясь от первоначального и совершенно разумного плана. Вот если бы злодей Сталин не сменил ангела Ленина, тогда социализм был бы «построен правильно» и человечество захлебнулось бы в потоках не вполне представимого счастья.

По другой версии, в СССР строили «неправильную» модель социализма. Вот если бы во главе процесса стоял Троцкий (Бухарин, Чаянов, Чернов, Мартов, Церетели, Свердлов, Алкснис, да кто угодно), тогда все было бы в порядке, и опять же человечество уже давно купалось бы в лучах невообразимой благодати и жило бы как в раю на земле.

Точно так же думают и страдальцы по «настоящему национал-социализму». Мол, нацисты применили расовую теорию «неправильно», и в этом их главная вина. Вот если бы они использовали правильно это сокровище, тут бы рай на земле оказался построен со скоростью необычайной! А у автора, конечно же, есть «правильное» понимание расовой теории.

Ну, или: «Вот если бы во главе нацистов стоял не Гитлер, а… ну, допустим, зарезанный им Рэм!» «Вот если бы тень Гобино могла бы направлять нацистов, не позволяя им отступаться от идей Первоучителя!»

В общем, типичные страдания по социализму — только не по интернациональному, а по национальному.

Есть идеи, которые вообще не могут быть воплощены в реальность и вовсе для этого не предназначены. Как их ни воплощай, все равно это будет попыткой реализовать очередную утопию… То есть заведомо известно — получиться ничего путного не получится, а вот грязи и крови может пролиться изрядно, независимо от красоты и благородства самой первородной идеи.

И потому я вовсе не грущу о «неправильном» применении расовой теории. Я грущу о том, что она вообще когда-то была воплощена в жизнь, породив расовые законы и прочие непристойности.

Я, как ученый, плачу не от того, что идеи теоретиков применили неправильно… Я плачу оттого, что их применили, и это имело самые печальные последствия.

Мне, как ученому, очень грустно оттого, что полуграмотные дикари дорвались до научных теорий. И что исследования интеллектуалов они сделали еще отвратительнее и опаснее, чем атомная бомба или танк.

Жаль попытки построить очередную утопию.

Жалко убитых и замученных, жаль сметенных с лица земли городов и юность миллионов, проведенную в окопах.

Вопрос один: а какой прок скрывать факты, если какой-то идиот паразитировал на этих фактах?

О правде и лжи

Наверное, в этой книге я сообщил читателю не так уж мало нового. Это уже печально. Потому что если даже образованный человек у нас не знает некоторых фактов, это может означать только одно — эти факты от него скрываются. Что в любом случае печально.

Я очень жалею о том, что после нациков исследования на некоторые темы считаются просто-напросто неприличными. Сожалею и как ученый, и как гражданин, и как европеец. Гм… гм… сожалею как представитель нордической расы и как носитель индоевропейской… ой, страшно… но договаривать приходится — как носитель арийской культуры.

Очень печально, что после опыта воплощения расовой теории на практике в сегодняшней науке психологически почти невозможны исследования в трех направлениях:

— изучение биологического неравенства популяций людей. То есть изучение связи генетических, биологических, даже анатомических черт человека и его принадлежности к культуре;

— расовые исследования. То есть изучение разных рас, как разных подвидов, если не видов, человека;

— исследования в области евгеники. То есть изучение биологического неравенства людей на индивидуальном уровне. И предложение мер, которые помогут улучшить качество популяций человека;

— исследование мирового вклада арийцев в современную цивилизацию;

— исследование вклада нордической расы в мировую цивилизацию.

В чем опасность?

Установка на то, что все люди в принципе одинаковы, мешает порой даже самым что ни на есть частным людям, в самой что ни на есть частной жизни.

Скажем, в Бразилии пришлось предупреждать людей: если женятся местные индейцы и негры — дети редко бывают хорошими.

Очень много внутриутробных патологий, люди внешне некрасивые, очень много разных заболеваний, в том числе и психических.

Если люди все же женятся — их дело, но власти их официально предупреждали. А теперь вот не предупреждают, и люди гробят свое будущее, потому что не знают полезных для них, жизненно необходимых фактов.

Или вот: в США очень много врачей и медсестер из Филиппин. В этой стране традиционно велико уважение к медсестрам, эта специальность считается очень престижной для женщины. Ведь чтобы быть медсестрой, нужно особое устройство мозгов, нужно быть очень достойным, очень добрым человеком. Американцы считают, что медсестры становятся прекрасными женами и мамами.

Американцы стали жениться на прелестных хрупких филиппинках. Все чудесно. Но только оказалось — размеры половых органов у филиппинца раза в три меньше, чем у европеоида. Люди женились по любви, хотели только самого лучшего… Филиппинки тоже выходили замуж по любви к большим, умным, замечательным американцам. А те — совершенно не желая этого! — жестоко калечили жен.

Вредная штука — идеология. Идеология расизма вредна. Но и идеология всеобщего «равенства» ничем не лучше, потому что тоже построена на произвольных выдумках. О последствиях браков на филиппинках писала американская пресса. Но в ученом мире, в журналистике, в газетах, журналах и книгах обсуждать эту проблему нехорошо. Политически некорректно. Некоторые бравые политики отрицали даже очевидные факты — не хотели признавать, что люди устроены по-разному. Ведь это — расизм!!!

Что тут поделать? Люди разных рас отличаются друг от друга… Даже вот и анатомически. Объясняют это двумя разными способами.

С точки зрения одних ученых, люди происходят от разных предков. Человечество состоит из разных биологических видов.

С точки зрения других, предки у нас одни, но мы так далеко ушли от этих исходных предков, что стали чуть ли не разными видами. Но результат все равно один и тот же.

Совершенно загадочная косточка

Как ни удивительно, но иногда у людей отдельных народов тоже появляются анатомические различия. Именно — народов, то есть у общностей языка и культуры. Самое забавное в этой истории, что у немцев и правда есть некоторые анатомические черты, отличающие их от других людей. Например, «немецкая косточка». Есть такая странная косточка, торчащая аккурат над верхним позвонком позвоночника. Вообще-то никакой такой «немецкой косточки» быть не может, ведь немцы, как и все остальные народы, очень смешанного происхождения. По всем данным науки, никак не может соотноситься язык, культура и анатомия. Но вот беда! Как будто назло всем данным современной, невероятно развитой науки, немецкая косточка существует. Причем у многих «вольгадейчей», переселенцев времен Екатерины, этой косточки нет. А вот у прибалтийских немцев, «остзеедейчей», эта косточка, как правило, есть.

В гитлеровские времена для «специалистов по расовой теории» эта косточка была самым верным признаком принадлежности к числу арийцев. А то и рост у кого-то под два метра, и голубоглазый блондин, а такой важной косточки у него нет! Или наоборот…

Родись автор сих строк в другом поколении, вполне могла бы состояться примерно такая сцена… Шеренга советских солдат, при первом удобном случае сдавшихся в плен. Вдоль шеренги идет специалист по расовой теории: определяет, кто тут неариец, кого можно никуда и не вести, пристрелить сразу. Напротив вашего покорного слуги важный специалист останавливается… Действительно, маленький смуглый брюнет со склонностью к полноте и с живыми чертами лица.

— Jude! — заявляет специалист, уверенно тыкая пальцем.

— Aber nein! Du bist selbst Jude! — возглашает автор жизнерадостно. — Вот и нет! Сам ты Jude, специалист хренов! Подходи, дядя, и пощупай.

И хочешь не хочешь, приходится признать меня арийцем — уже независимо от формы половых органов, ушных раковин и прочих второстепенных расовых признаков.[155]

Биологическое неравенство людей

Действительно, почему одни люди неизменно оказываются в верхах общества, другие и так же неизменно — в низах? Меняются правила игры, законы и типы тех, кто выиграл… А некоторые люди органически не способны добиться социального успеха. Вот на наших глазах в России в 1991 году сменился политический строй… Кому-то смена пошла во благо, кому-то во вред, но есть немалое число людей, которые как были в самом низу общественной пирамиды, так и остались там.

И есть некое число людей, которые столь же неизменно оказываются на самом верху, и ничего тут не поделаешь. Изучить бы связь биологии человека и способности добиваться успеха. Это интереснейшая тема, и в начале XX века ее развивали так называемые «социал-дарвинисты».

Но после идей нациков по «улучшению расы» изучать, какие черты генетики приводят человека и в нищенскую лачужку, и в кресло директора корпорации, считается попросту неприличным.

Биологическое неравенство популяций

Это очень неполиткорректно со стороны черепов и мозгов, но что поделаешь: у разных этнических групп и правда объем мозга и некоторые другие анатомические свойства различны.

Независимо от того, правильно это или неправильно, но у австралийских аборигенов объем мозга меньше, чем у европейцев. Объем мозга австралийцев и некоторых индейских племен ближе к объему мозга ископаемых форм человека, в том числе питекантропов, чем к объему мозга современных европейцев.

Например, у некоторых племен-изолятов из-за низкого маленького лба лобные доли, столь необходимые для высших форм интеллектуальной работы и для социальной дисциплины, развиты слабее, чем у европейцев и у китайцев. Что с этим можно поделать?!

Поделать с фактами и правда нельзя ничего. Но сейчас, после нацистов, ученые реагируют на такого рода вопросы очень просто — эмоционально. Научная общественность попросту не замечает этих явлений. Она ничего о них не знает. И если попытаешься нарушить табу, реакция будет однозначной: вы что же, батенька, изволите быть нацистом?! Вы что, проповедуете то же самое, что Йозеф Геббельс и Рудольф Геринг?! Знаем мы, куда заводят такого рода исследования про форму черепа, объем мозга и размер лобных долей! Начнут с формы черепа, а кончат крематориями и расстрелами в противотанковых рвах!

В результате уважаемый коллега смотрит на вас прямо-таки с ужасом, как на воскресшего из гроба эсэсовца в черном мундире с рыцарскими крестами, дубовыми листьями, в парадном рогатом шлеме. И, конечно же, с пальцами, замершими на спусковом крючке автомата.

Неодинаковость людей и популяций

Совершенно не обязательно считать разных людей «выше» или «ниже» друг друга. Помню встречу с одним интересным ученым из Якутии. Меня этот человек просто очаровал не только явной талантливостью, но и прекрасным знанием литературы русского Серебряного века.

Очарование продолжалось до банкета… И как же было тяжело видеть превращение умнейшего, интеллигентнейшего человека в кошмарную пьяную скотину. Ну что поделать: нельзя чистокровному якуту пить вино. Вообще. А этот человек выпил и после первой же рюмки мгновенно утратил даже подобие интеллекта. Орал, дрался, глупо хохотал, падал мордой в салат и гнусно ругался. Порывался петь, и опять орал, и опять дрался.

После третьей рюмки ученый свалился под стол и совершенно утратил контроль над естественными функциями организма. Так и валялся в собственной луже… даже в лужах, потому что его еще и вырвало.

Спрашивается: а если запретить ему приобретение спиртного? Ах! Это же несправедливо! Это же неравенство людей! Нарушение прав человека!

А если предупреждать всякого европейца об этой особенности народов Сибири? О патологическом опьянении, в которое они впадают даже от микроскопических порций спиртного? Это еще ужаснее!!! Это расизм. Это евгеника! Страшно подумать!

Но если вдуматься: а разве лишение информации — это справедливо? Разве это не нарушение прав человека? Девушка очарована якутским археологом… пока он трезв, очень даже есть чем чароваться. А потом начинается полный кошмар, причем не только с мужем, но и с детьми.

Так что справедливее? Скрывать информацию или рассказать каждому о биологических особенностях разных групп людей, и пусть люди сами принимают решения? На основании знаний, а не идеологических заклинаний?

К вопросу о справедливости

Жил в Австралии такой Элеа, с родовым именем Наматжира, абориген из племени аранда. Родился он 28 июля 1902 года на Северной территории, близ столицы этого штата, Алис-Спрингс.

Поблизости располагалась лютеранская миссия Херманнсбург, куда соплеменники Наматжиры часто наведывались, чтобы послушать проповеди священников. Других развлечений ведь не было. Отец будущего художника даже крестил своего сына. При крещении его нарекли Альбертом. Это не помешало совершить над мальчиком обряд инициации по законам племена аранда.

Наматжира вынужден был бежать из племени как отступник: он женился на даме из другого племени, нарушил волю старейшин. Беглец стал работать погонщиком верблюдов. Еще он занимался изготовлением традиционных рисунков: животных, сцен охоты. Эдакие копии наскальных рисунков. Никого они особенно не интересовали.

В то время в Херманнсбург приехал из Мельбурна художник Рэкс Баттерби. Он хотел написать серию местных пейзажей и нанял Альберта в качестве проводника. Альберт с интересом наблюдал, как работает художник. Однажды он попросил у него кисть, бумагу и акварели и уверенно нарисовал пейзаж в стиле Баттерби.

Художник был поражен способностями аборигена, начал учить его рисованию. Взамен Наматжира водил Баттерби по самым замечательным пейзажам, какие только знал. Альберт оказался очень способным учеником, вскоре у него появился свой стиль. Акварели Наматжиры были такими тщательными, с такой прорисовкой деталей, что их можно использовать как пособия для изучения природных ландшафтов Центральной Австралии.

В 1938 году в Мельбурне прошла первая выставка Наматжиры. Успех! Большой успех! Все картины нового художника были проданы. Не меньший успех сопутствовал его акварелям в Сиднее и Аделаиде.

Наматжира очень много работал. Сотни, тысячи акварелей, не в ущерб качеству! Слава австралийца распространилась далеко за пределы Австралии, о нем заговорили в Англии и Америке. В 1953 году он был в числе наиболее уважаемых австралийцев, которым было поручено встречать королеву Елизавету II в Австралии. За рисунки и талант королева наградила его медалью.

Сложность в том, что Наматжира не только рисовал… Еще он пил. И пил безобразно, доводя себя буквально до скотского состояния. Так же как у аборигенов Сибири и у индейцев Америки, в его организме не было необходимых веществ, чтобы принимать и перерабатывать алкоголь. Мельчайшая доза — и последствия совершенно ужасны.

«Прогрессивная общественность», конечно же, объяснила причину этой «слабости» художника. Он ведь не был гражданином Австралии! Не гражданин, как бы ни были велики его доходы/ не мог купить землю и дом. Вот Наматжира не выдержал этого чудовищного унижения, изобретенного мерзкими расистами. Не выдержал и запил.

…Вранье все это, потому что пил Наматжира еще до того, как нарисовал первую акварель. Только у погонщика верблюдов возможности пить куда меньшие, чем у богатого человека, известного и признанного художника.

К тому же чудовища-расисты придумали еще один способ измываться над аборигенами: они запрещают продавать им спиртное. Вернее, запрещали. Все в прошлом, потому что в 1967 году аборигены Австралии получили гражданство. Даже те племена, которые никогда не имели контактов с европейцами. Даже те аборигены, для которых гражданство означало доступ к спиртному и гарантированный алкоголизм.

Живя в больших городах, Наматжира легко мог просить граждан Австралии покупать ему спиртное — что и делал.

В 1957 году правительство Австралии дало ему гражданство. Наматжира часто ездил к своим соплеменникам. Привозить им спиртное он не имел права. Но по законам племени он не мог отказывать сородичам и контрабандой возил в резервацию смертельно опасный для аборигенов алкоголь. Очень интересные рассуждения об этом есть в книге-интервью, написанной австралийским писателем Локвудом по рассказам аборигена Вайпулданьи, который научился работе фельдшера и тоже смог получить гражданство Австралии.[156]

Какое-то время преступления сходили Наматжире с рук, но в конце концов некая местная дама в пьяном остервенении убила мужа. Патологическое опьянение, полное затемнение сознания, из-за которого аборигенам и запретили продавать спиртное.

В ходе следствия быстро стало понятно, откуда у аборигенов зелье: Наматжира привез. Художника приговорили к шести месяцам тюрьмы за незаконное распространение алкоголя на территории резервации. Приговор максимально мягкий, и просидел Наматжира только два месяца. Прогрессивные, политически корректные люди знают, что это нанесло ему ужасную психотравму. От этой психотравмы он никогда не смог оправиться, впал в тяжелую депрессию, перестал рисовать и умер в 1959 году, в возрасте 57 лет. В общем, жертва отвратительной расистской теории о якобы неполноценных народах.

Почему никому нельзя провозить алкоголь аборигенам, а именно Наматжире можно, трудно понять. Еще труднее понять, почему людей нельзя ограждать от смертельно опасного для них алкоголя. С логикой у прогрессивных и политкорректных всегда как-то не очень хорошо.

Отмечу только, что прожил Наматжира заметно больше, чем большинство людей племени аранда. Что умер он от сердечной недостаточности, вызванной запойным пьянством. И что его два раза спасали, не уберегли в третий раз.

Справедливо ли было бы не дать Наматжире стать художником? Разумеется, нет. Но этой несправедливости цивилизованный мир и не совершил. И Вайпулданья стал гражданином, когда получил профессию и научился жить как цивилизованный человек.

Тут справедливость состоит в том, чтобы опекать людей, которые не в состоянии сами о себе позаботиться. А если они становятся способны, то их признают равными, дают документы о гражданстве, но и спрашивают как с граждан, независимо от традиции породившего их первобытного племени.

С точки зрения эволюции, любая популяция людей развивается. Каков бы ни был объем и структура мозга у аборигенов, среди них неизбежно появляются те, у кого объем и структура мозга совершенно другие. В конце концов, и наши с вами предки были не лучше… Только пресапиенсов в Африке и неандертальцев в Европе содержать было некому. И уйти от тяжелой борьбы за существование у них тоже не было ни малейшего шанса.

Не забудем и о направленных мутациях, о направленном приспособлении к стрессу. В данном случае к стрессу контактов с могучим цивилизованным обществом.

Справедливо относиться к таким, как Наматжира и Вайпулданья в соответствии с их возможностями и заслугами.

Но есть и другое понимание справедливости… Состоит оно в том, что «все равны». Все «имеют право». Человек не может распорядиться этим правом? Реализация этого «права» для него — путь к деградации и к смерти? Ну и что?! Главное — дать ему все права, включая «право» спиваться. А последствия — уже его личное дело.

В конце концов, победило второе понимание справедливости. Результат? 90 % аборигенов оказались не в состоянии получать образование, накапливать богатства, делать карьеру в любом смысле этого слова. Свои права они использовали в основном для того, чтобы пить и «балдеть». Ведь чем меньше цивилизации, тем меньше желания улучшать, трудиться, меньше заботы о созидании и совершенствовании. Но люди ведь должны тратить куда-то свою энергию. Нет труда и заботы — есть желание развлекаться и «кайфовать». Из резерваций тянет сладковатым запахом «травки», там булькают самогонные аппараты и разливаемые напитки. А живут эти люди за счет тех, кто трудится…

Скажите по совести: а такое положение дел — справедливо?

Беда для арийцев

И еще одна несправедливость… Нормальное развитие науки о биологии человека было прервано потугами применить к жизни расовую теорию. Расистские бредни привели к тому, что и арийское расселение, вклад арийцев в развитие мировой цивилизации стало изучать почти что неприлично.

Так же, как стало неприличным сравнивать анатомию разных рас и народов, стало неприличным выяснять — что же такого ценного принесли арии со своей неведомой родины в Индию, Европу и Китай?! В чем достижения индоевропейцев (если угодно, арийцев)? Что в них такого особенного?

Попробуйте заговорить об ариях в профессиональном сообществе, и уважаемые коллеги мгновенно напрягутся, подтянутся… Сомнительная тема, нехорошая. Лучше этой темой вообще не заниматься, спокойнее. А если уж занялся, то никаких выводов делать не надо. Неприлично.

Не надо говорить неприличной расистской крамолы, будто арийские племена дали толчок и индусской, и китайской цивилизациям, что они внесли важный вклад в цивилизацию Древнего Переднего Востока, а потом еще и объединили Древний Восток в своей Персидской империи.

Эти слишком сложные, слишком неопределенные вопросы следует обходить стороной, туманными намеками, недоговорками. А то и правда — вдруг кто-то и что-то подумает?! Этого нельзя допустить!!!

В результате страдает и наука, и наши представления о своих предках. А получается — и о самих себе.

Беда для нордической расы

Тем более стало неприличным говорить о неравенстве разных рас и популяций человека. Неприлично и упоминать о том, что европейская нордическая раса обгоняла остальное человечество на века и тысячелетия. Это расизм!!! Это нацизм!!! Так нельзя говорить и даже думать!!!

…А жаль. Во-первых, потому, что если какие-то вопросы не решаются нормальным путем, они решаются извращенно. Если вопросы естественного неравенства людей не обсуждаются на научных форумах и заседаниях правительства, они решаются в подворотнях, на сходках единомышленников все более радикального толка.

Во-вторых, потому, что получается — нас лишают права испытывать естественную гордость за предков. Само по себе знание — вещь очень полезная, но нейтральная. Но есть знание, которое разрушает. Если ты происходишь от негодяев и преступников, с таким знанием трудно жить, как бы оно ни было справедливо и точно.

А есть знание возвышающее. Если ты происходишь от лидеров мирового развития, от могучих и умных людей, твоя самооценка повышается. Такое знание делает тебя самого увереннее в себе, сильнее и ответственнее.

Конечно, возвышающее знание можно использовать по-разному. Можно замкнуться в гордом самолюбовании и считать, что ты все равно выше всех и что «за предков» тебе все позволено.

А можно осознавать свою ответственность и идти дальше с чувством, что тебе много дано — потому много и спросится. А таких, как Наматжира и Вайпулданья, приветствовать как своих братьев. И как подтверждение эволюции человечества в целом.

Позволю себе не быть вместе с Кохом, Ветцелем и Гиммлером, даже с Чемберленом и Виртом — вне зависимости от их намерений. Но хочу быть вместе со Шлегелем, Мюллером, Вирховым, Дебецом и Городцовым. С Сат-Оком, Намаджирой и Вайпулданьей.

Я не хочу быть вместе с солдатами Королевской конной полиции, с карабинами против луков загоняющими шеванезов в резервацию. Но я хочу быть вместе с чиновниками Австралийской республики, которые дали Вайпулданье гражданство.

Это вопрос не знания, а этики.

А знание… что же плохого в знании, что мы — люди нордической расы? Не расы господ, оставим эти бредни нацикам. Но люди, сыгравшие в развитии цивилизации совершенно исключительную, лидирующую роль. И продолжающие ее играть.

Мне приятно думать, что во мне самом и в моем читатели течет капелька крови тех гейдельбергских людей, которые невообразимо давно разделяли тушу слона пополам и тащили ее за несколько километров. Кровь тех, кто складывал черепа медведей в каменные ящики Драхенлох и проникал в мрачные недра пещер, чтобы рисовать зверей и людей на их стенах.

Кровь и почва… Да, вечно мерзлая почва приледниковой зоны. Она в нас — в нашей крови, в наших костях. В нашей генетической памяти — трубные крики мамонтов и трогонтериевых слонов, дрожание этой самой почвы под тяжелой поступью эласмотериев и бизонов. И дрожь, пробегающая по крупу полудикой лошади, когда на нее набрасывают попону. И вкус молока пятнистой самки тура, полукоровы, которое сделало нас и делает наших детей молочными братьями зверей, могучих быков плейстоцена.

Мы наследники того, что делали предки. Наследники по факту, независимо от нашего желания. Наследники по плоти, по инстинктивным программам, по беспокойному желанию нового, которое гнало предков осваивать мир, с чувством ужаса и восторга осваивать пока не населенные никем материки, делать флейты из костей оленей, на пронизывающем ветру горных хребтов поднимать лица к освещенному звездами небу. От нас зависит, как мы отнесемся к этому факту.

Братья и сестры… К вам обращаюсь я, друзья мои… Что, принимаем наследство?

Примечания

1

Шамир И. В тени оливы. М., 2007.

2

Вот написал — и сам испугался. Непременно ведь кто-нибудь сделает далеко идущие выводы, что чеченцы — «арии Кавказа». А что поделать, если это чистая правда?!

3

Буровский A. M. Арийская Русь. М., 2001.

4

Хейердал Т. Аку-Аку. М., 1960.

5

Не сомневаясь в абсолютной образованности читателя, все же напомню: протуберанцем называется поток раскаленного газообразного вещества, который вырывается из Солнца.

6

Котова Г. А. Доисторические Венеры // Природа. 1979. № 6. С. 113–114.

7

Амирханов Х. А., Лев С. Ю. Зарайская палеолитическая стоянка — памятник исключительной значимости // Природа. 2003. № 10. С. 44–47.

8

Абрамова З. А. О некоторых особенностях палеолитических женских статуэток Сибири // Антропоморфные изображения. Новосибирск, 1987. С. 35.

9

Это животное вечно называют «пещерным львом»… Но он никогда не водился в пещерах и не был львом. Это тигролев — громадный хищник, сочетавший в себе признаки и льва и тигра. Некоторые ученые считают его предковой формой и для тигров, и для львов.

10

Рони-Старший Ж. Борьба за огонь. Пещерный лев. Красноярск, 1978.

11

Рони-Старший Ж. Борьба за огонь. Красноярск, 1978.

12

Стругацкий А., Стругацкий Б. Волны гасят ветер. М., 1994.

13

Вернее, этапов четыре, но два из них разделены на два подэтапа каждый… А я все ломаю голову, нужно ли забивать голову читателя этими деталями?

14

Не будем повторять глупости: «человек произошел от обезьяны». Разумеется, ни от какой такой «обезьяны» мы не произошли. Человек и современные обезьяны имеют общих предков… И эти предки были ближе к обезьянам, чем к людям. Человек прошел более длинный эволюционный путь и сильнее изменился, чем обезьяны. Так намного точнее.

15

Интересная деталь: я несколько раз рассказывал об этой стороне деятельности Вирхова биологам и врачам… И всякий раз они искренне удивлялись: очень странно им было, что такой умный, по заслугам уважаемый человек нес подобную чушь. А ведь он нес! Вот что самое удивительное.

16

Палеолит Крыма. Вып. 1. М.-Л., 1940.

17

Зубов А. А. Палеоантропологическая родословная человека. Институт этнологии и антропологии РАН. М., 2004.

18

Удивительно, но факт: ученые знали об этой и подобных находках, но продолжали токовать, как глухари, про выдуманный ими «матриархат».

19

Эйдельман Н. Я. Ищу предка. М., 1976. С. 124.

20

Герасимова М. М. Люди каменного века. М., 1964. С. 51.

21

Там же. С. 53.

22

Хайнлайн Р. Будет скафандр — будет и путешествие. М., 1992.

23

Дивов О. Храбр. М., 2004. С. 7.

24

Solecki R. S. Shanidar, the First Flower People.

25

Эйдельман Н. Ищу предка. М., 1974.

26

Там же.

27

Уоррен Р. П. Вся королевская рать. С. 278.

28

Эйдельман Н. Я. Ищу предка. М., 1974.

29

Рогинский Я. Я., Левин М. Г. Антропология. М., 1963;

Нестурх М. Ф. Происхождение человека. М., 1958. С. 321–338.

30

Эйдельман Н. Ищу предка. М., 1974.

31

Вишняцкий Л. Б. Человек в лабиринте эволюции. СПб., 2004. С. 116.

32

Хантер Д. Охотник. М., 1964. С. 104.

33

См.: Кабо В. Р. Тасманийцы и тасманийская проблема. М.: Наука, 1975.

34

Жюль Верн. Пять недель на воздушном шаре. Путешествие и открытия трех англичан в Африке. М., 1989.

35

Вишняцкий Л. Б. Человек в лабиринте эволюции. СПб., 2004.

36

Маркс К., Энгельс Ф. Манифест коммунистической партии. М., 1978.

37

Не подумайте, что мы использовали подлинные орудия древнего человека, найденные при раскопках! Все орудия для эксперимента были сделаны сотрудником института археологии Щелинским. Они представляли собой практически копии подлинных, но все же, конечно, не имеющие той культурно-исторической ценности.

38

Столяр А. Д. Происхождение изобразительного искусства. М., 1985. С. 169.

39

Школьные учебники сообщают, что слонов на свете два вида: африканский и индийский. Учебники врут. Слонов известно по меньшей мере 14 видов.

40

Верещагин Н. К. От ондатры до мамонта. Путь зоолога. СПБ., 2002. С. 225.

41

Палеолит Крыма. Вып. 1. М. — Л., 1940.

42

Столяр А. Д. Происхождение изобразительного искусства. М., 1985. С. 187–191.

43

Кастере Н. Десять лет под землей. М., 1956. С. 140.

44

Столяр А. Д. Происхождение изобразительного искусства. С. 190.

45

Хрисанфова Е. Н., Перевозчиков И. В. Антропология. М., 1999.

46

Окладников А. П. О значении погребений неандертальцев для истории первобытной культуры // Советская этнография. 1952. № 3.

47

Рогачее А. Н., Аникович М. В. Поздний палеолит Русской равнины и Крыма//Палеолит СССР. М., 1984. С. 162–271.

48

Аникович М. В. Сунгирь в культурно-историческом контексте и проблема становления современного человечества // АЭАЕ. 2005. № 2. С. 37–47.

49

Козинцев А. Г. От среднего палеолита к верхнему: адаптация и ассимиляция (сунгирская проблема на новом этапе изучения) // АЭАЕ. 2003. № 1.С. 58–64.

50

Молодова I. Уникальное мустьерское поселение на Среднем Днестре. М., 1982. С. 239; Кетросы. Мустьерская стоянка на Среднем Днестре. М., 1981. С. 166.

51

Поршнев Б. Н. Современное состояние вопроса о реликтовых гоминоидах. М., 1963.

52

Вишняцкий Л. Б. О возможных случаях культурной преемственности между Homo neanderthalensis и Homo sapiens // Записки ИИМК. 2007. № 2. С. 178.

53

Zilheo J. Fate of the Neandertals \\ Archaeology, 2000, voi.53, no. 4, pp.24–31.

54

Hambucken A. La variabilite geographique des Neandertaliens: apprt de Г etude du membre superieur // Anthropologica et Prahistorica. 1997. T. 108. P. 109–120.

55

Вишняцкий Л. Б. О возможных случаях культурной преемственности между Homo neanderthalensis и Homo sapiens // Записки ИИМК. 2007. № 2. С. 178.

56

Свшпоч А. А. Ледниковые пустыни в истории Земли // Природа. 2008. № 3. С. 48.

57

Асеев А. А. Древние материковые оледенения Европы. М., 1974.

58

Покровский С. В. Охотники на мамонтов. Проселок на озере. М., 1956.

59

Bahn P. G. Crib-Biting: tethered horses in the Palaeolithic? // World archaeology. Vol. 4. № 2. 1980/ Oxford/ S/ 212–218.

60

См.: Абрамова З. А. Тайны подземных святилищ // Археологические вести. Вып. 5. СПб., 1998 (Рецензия на серию из трех книг Ж. Клотта, известнейшего французского исследователя пещерного искусства). С.329.

61

Шульц В. Моя жизнь среди индейцев. М., 1968.

62

Мато-Нажин. Мой народ сиу. М., 1964.

63

Деревянко А. П. Палеолит Японии. Новосибирск, 1984. С. 271, табл. 78.

64

Ларичева И. П. Палеоиндейские культуры Северной Америки. Проблема взаимоотношений древних культур Старого и Нового Света. Новосибирск, 1976. С. 53; 57; 126; 134; 147.

65

Археология Центральной Африки / Под ред. Ф. ван Нотена. М., 1988. С. 35.

66

Лев Д. Н. Самаркандская палеолитическая стоянка (предварительное сообщение) // История материальной культуры Узбекистана. Ташкент, 1965. С. 336. Рис. 124.

67

Диков Н. Н. Древние культуры Северо-Восточной Азии. Азия на стыке с Америкой в древности. М., 1979.

68

Ауэр6ах Н. К., Громов В. И. Материалы к изучению Бирюсинских стоянок близ Красноярска // Палеолит СССР. ГАИМК. 1935. С. 219.

69

Конопацкий А. К. Древние культуры Байкала. Новосибирск, 1982.

70

Ефименко П. П. Первобытное общество. Очерки по истории палеолитического времени. Л., 1938. С. 274.

71

Деревянко А. П., Маркин С. В., Васильев С. А. Палеолитоведение. Введение и основы. Новосибирск, 1994. С. 9—10.

72

Рогачев А. Н. Многослойные стоянки Костенковско-борщевского района на Дону и некоторые проблемы развития культуры в эпоху верхнего палеолита на Русской равнине. Палеолит и неолит. Т. 3 (МИА, № 59) М.-Л., 1957.

73

Абрамова З. А. Археологические культуры в верхнем палеолите Северной Азии и южносибирская культурная область // Соотношение культур Сибири с культурами сопредельных территорий. Новосибирск, 1975. С. 331.

74

Окладников А. П. Сибирь в каменном веке. Эпоха палеолита // История Сибири. Т. 1.Л., 1968. С. 71.

75

Тан-Богораз В. Т. Чукчи. Ч. 1. Л., 1934.

76

Ларичева И. П. Палеоиндейские культуры Северной Америки. Проблема взаимоотношений древних культур Старого и Нового Света. Новосибирск, 1976. С. 64; 66–68.

77

Окладников А. Л. Центральноазиатский очаг первобытного искусства (пещерные росписи Хойт-Цэнкер Агуй (Сэнгри-Агуй), Западная Монголия. Новосибирск, 1972.

78

Столяр. Происхождение изобразительного искусства. С. 246–248.

79

Смирное Ю. Л. Мустьерские погребения Евразии. Возникновение погребальной практики и основы тафологии. М., 1991. С. 192.

80

Праслов Н. Д. О времени возникновения лука // Тезисы докладов к конгрессу INQUA. М. 1982.

81

Праслов Н. Д. О керамике эпохи верхнего палеолита в Северной Евразии // Археологические вести. Вып. 1. СПб., 1992.

82

Морган Г. Л. Древнее общество, или Исследование линий человеческого прогресса от дикости через варварство к цивилизации. М.: Изд-во Ан СССР, 1934.

83

Энгельс Ф. Происхождение семьи, частной собственности и государства. М.: Политиздат, 1978.

84

Косвен М. О. Матриархат. История проблемы. М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1948.

85

Обручее В. А. Плутония. М.: Географгиз, 1956. С. 258.

86

Там же. С. 262.

87

Там же. С. 275.

88

Шапошникова Л. В. Тайна племени голубых гор. М.: Географгиз, 1972. С. 275.

89

Фрейд З. Я и Оно. М.: МГУ, 1980.

90

Григорьев Г. П. Начало верхнего палеолита и происхождение Homo sapiens. Л., 1968. С.18.

91

Васильев С. А. Феномен сибирского позднего палеолита и его место среди культурных проявлений финальноплейстоценового возраста // Палеоэкология и расселение древнего человека в Северной Азии и Америке. Краткое содержание докладов Международного симпозиума. Красноярск, 1992. С. 28–30.

92

Вишняцкий Л. Б. Культурная динамика в середине позднего плейстоцена и причины верхнепалеолитической революции. СПб., 2008. С. 84–86.

93

Померанц Г. Н. Выход из транса. М., 1994. С. 243–244.

94

Васильевский Р. С. Древние поселения на Сахалине: Сусуйская стоянка. Новосибирск: Наука, 1976.

95

Фосетт А. Неоконченное путешествие. М., 1967.

96

Даль Г. Последняя река. М., 1994.

97

Д'Эрвильи Д. Приключения доисторического мальчика. М., 1966.

98

Чайлд Г. У истоков европейской цивилизации. М., 1952.

99

Hausler A. Die Indoeuropaisierung Criechenlands nach Aussage der Grabund Bestattungssitten // Slovenska archeologia. 1981. XXIX. S. 61.

100

Хейердал Т. Плавание на «Ра». М., 1993.

101

Хейердал Т. Тайна острова Пасхи. М., 1960.

102

Renfrew С. Archaeology and Language // The Puzzle of Indo-European Origins. L., 1987.

103

Большая советская энциклопедия. Издание третье. Т. 27. М., 1977. С. 443.

104

Там же. Т. 19. М., 1975. С. 573.

105

Керролл Р. Палеонтология и эволюция позвоночных. Т. 3. М., 1992.

106

Аркадьев М. А. Конфликт жизни и ноосферы // Ноосфера и художественное творчество / Под ред. В. В. Иванова. М., 1991. С. 77.

107

Уважаемые коллеги обожают все усложнять. Как говаривал покойный академик А. П. Окладников, «чем непонятнее, тем научнее». Слово «мутация» используется уважаемыми коллегами так, что без бутылки… нет, лучше без цистерны коньяку не разберешь. Но элементарное слово «мутация» — это всего лишь «изменение». В этом смысле я и употребляю термин, не придавая ему ни какой-то «научной» усложненности, ни возвышенно-мистического оттенка.

108

Расницын А. П. Темпы эволюции и эволюционная теория (гипотеза адаптивного компромисса) // Эволюция и биоценотические кризисы. М., 1987. С. 51.

109

Расницын А. П. Темпы эволюции и эволюционная теория (гипотеза адаптивного компромисса). С. 61.

110

Мериме П. Венера Илльская // Мериме П. Собрание сочинений в шести томах. Т. 2. М.: Огонек, 1963.

111

Онегов А. Я живу в заонежской тайге. М.: Мысль, 1972.

112

Терешина Е. В. Антиоксиданты — средство от старения? // «Медицинская газета». № 16. 08.03.2006.

113

Хэрриот Дж. Среди йоркширских холмов. М., 1994.

114

Гумилев Л. Н. Этногенез и биосфера Земли. Л., 1989.

115

Гумилев Л. Н. Открытие Хазарин. Л., 1966.

116

Вернадский В. И. Философские мысли натуралиста. М., 1988.

117

Зубаков В. А. Эволюция и человечество // Эволюция геологических процессов в истории Земли. М., 1993. С.182.

118

Я знаю, что расисты не правы по определению. Я также слыхал, что это все придумала буржуазия и ее платные агенты, буржуазные ученые. Но только вот беда… Не могли бы вы показать мне хотя бы одного чернокожего лауреата Нобелевской премии? Уже не первый десяток лет западный мир заходится в пароксизме покаянного самоуничижения. Негру сейчас не труднее, ему значительно легче получить «нобелевку», чем белому. Однако вот не получают же. А вот негров — выдающихся боксеров и футболистов — довольно много. Опять же — кто мешает европейцам успешно конкурировать с ними? Никто не мешает, вряд ли действуют какие-то негласные запреты. А европейцы явно уступают темнокожим спортсменам. Неужели этот неприличный Ранке все-таки прав?! Напомню еще — во второй половине XIX века ассоциации боксеров отказывали неграм в соревнованиях с европейцами. Не потому, что считали ниже своего достоинства драться с «черными». Считалось, что чернокожие менее чувствительны к боли. Они имеют естественное преимущество.

119

Видерсгейм Р. Строение человека со сравнительно-анатомической точки зрения. М., 1900.

120

Бушан Г. Наука о человеке. М., 1911.

121

Жуков Б. С. Происхождение человека. М., 1928.

122

Городцов В. А. Археология. Каменный период. Пг., 1923.

123

Анучин Н. Д. О некоторых аномалиях человеческого черепа и их распространения по расам. М., 1880.

124

Лека В. Человек, его происхождение и эволюционное развитие. М., 1913.

125

Бунак В. В. О гребнях на черепе приматов // Русский антропологический журнал. Т. 12. Кн. 3–4. 1922.

126

Дебец Г. Ф. Палеоантропология СССР. М., 1948.

127

Урысон М. М. Метопизм у человека // Советская антропология. 1959. № 1.

128

Видерсгейм Р. Строение человека со сравнительно-анатомической точки зрения. М.: 1900.

129

Мошков В. А. Новая теория происхождения человека и его вырождения. Варшава, 1907.

130

Лутохин М. И. Исторический обзор литературы о расовых различиях таза. М., 1899.

131

Савельев С. В. Стереоскопический атлас мозга человека. М., 1996.

132

Дольник В. Р. Непослушное дитя биосферы. Очерки об этологии человека. СПб., 2005,

133

Дубинин Н. П. Что такое человек? М., 1983.

134

Савельев С. В. Стереоскопический атлас мозга человека. М., 1996.

135

Гобино Ж. А. де. Опыт о неравенстве человеческих рас. М., 2001.

136

Сартр Ж.-П. Портрет антисемита. М., 1993.

137

Буровский A. M. Евреи, которых не было. Книга I. M., 2004.

138

Очерк истории еврейского народа. Под ред. проф. Ш. Эттингера. Иерусалим, 1994.

139

Ульянов Н. А. Замолчанный Маркс. Франкфурт-на-Майне,1968. С. 22.

140

Ульянов Н. А. Замолчанный Маркс. Франкфурт-на-Майне,1968. С. 17.

141

Блаватская Е. П. Тайная доктрина. Магнитогорск, 1992.

142

Пржевальский Н. М. Монголия и страна тангутов. М., 1949.

143

См.: Fischer H. Volkerkunde im Nationalsozialismus. Berlin, 1990. S.102.

144

Энгельс Ф. Роль руки в происхождении человека. М., 1937.

145

Как почти все немцы, автор относится к национал-социалистам с таким отвращением, что принимает народное немецкое название этой партии.

146

Гитлер А. Моя борьба. С комментариями редакции. М., 1998.

147

Хене Х. Черный орден СС. История охранных отрядов. М., 2005.

148

Гитлер А. Моя борьба.

149

Из комментариев редакции издательства «Витязь» к главе «Народ и раса» книги А. Гитлера «Mein Kampf» // Гитлер А. Моя борьба. С комментариями редакции. М., 1998.

150

Прусаков В. Оккультный мессия и его рейх. М., 1992.

151

Dane W. Blut und Boden. — Berlin, 1936.

152

Volkmann H.-E. Das Russlandbild im Dritten Reich. Koln 1994. S. 43.

153

Rosenberg A. Der Mythos des 20. Jahrhunderts. Erstes Buch. Munchen, 1933.

154

Маркс К., Энгельс Ф. Манифест коммунистической партии. М., 1980. С. 3.

155

На всякий случай вношу ясность: я не претендую на принадлежность к «высшей расе». По той же причине, по которой не считаю себя марсианином, жидомасоном, летающим человеком, головкой сыра, прокурором и Наполеоном. И вообще у меня справка от психиатра на всякий случай лежит. Вдруг еще пригодится?

156

Локвуд Дж. Я — абориген. М., 1972.

Content

Андрей Буровский
Предки ариев

Введение

Часть I. Появление северной расы

Глава 1. Нордический — это на Севере!

Глава 2. Сапиенсы в Европе

Глава 3. Долина реки Неандер

Глава 4. Когда и куда?

Глава 5. Кто же от кого произошел?!

Часть II. Лидеры мирового развития

Глава 1. Мир Великого оледенения

Глава 2. Наши братья — неандертальцы

Глава 3. Звери нового оледенения

Глава 4. Новые лидеры мира

Глава 5. За пределами Европы

Глава 6. Великий потоп

Глава 7. Нордическая раса после Великого оледенения

Глава 8. Начало ариев

Глава 9. Наследники древнейшей Европы

Часть III. Политически некорректная история нордической расы и арийской культурной общности

Глава 1. Что же именно произошло в Европе? или Культура и биология

Глава 2. Культура и география

Глава 3. Биологическая основа культуры

Глава 4. Политические бредни и реальность

Глава 5. Раса, которой не повезло (вместо заключения)

Примечания