Джулиана Морис

Королевский подарок

ПРОЛОГ

Банк спермы?

О господи.

Кейн Халей устало потер ноющие виски и в тысячный раз задался вопросом, кто из сотрудниц компании носит его ребенка.

Он даже представить не мог, что все так получится. Единственная причина, по которой мужчина «внес» сперму, заключалась в том, что он хотел выручить друга. А теперь Кейн оказался в тупике. Он уже устроил в клинике скандал, но это мало чем помогло.

Сожалеем, мистер Халей, но мы не имеем права разглашать имя женщины. Они не имеют права!

А как же его права? С помощью медицинских технологий врачи сделали его отцом, а теперь он даже не может узнать имя матери своего ребенка. Конечно, к делу уже подключился его адвокат, но неизвестность сводила Кейна с ума.

В который раз он перебирал в уме сотрудниц «Кейн Халей инкорпорейшн» – тех, кто мог родить ребенка.

По крайней мере, это точно не Шэрон Уотертон из бухгалтерии. Она недавно вышла замуж за клиента компании, Джека Уотертона. Есть еще Дженнифер Холдер, но она недавно родила.

Лорен Митчелл тоже отпадала. Кейн невольно усмехнулся, вспоминая, какую охоту на Рэйфа Митчелла развернула Лорен. Вице-президент его компании решил, что проще жениться на настырной претендентке, чем выдерживать ее ежедневные атаки.

Но если это не Шэрон, не Дженнифер и не Лорен, то кто тогда мать его ребенка?

Кейн со стоном вытащил из ящика стола аспирин. Проглотив сразу две таблетки, он встал и направился к дверям.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

– Ты свободна сегодня днем?

– Смотря для чего. – Двадцатисемилетняя Джулия Паркер улыбнулась Мэгги Стюард, помощнице президента компании.

– Приезжает новый начальник финансового отдела. Его зовут Рауль Оман. Ты встречалась с ним в июне на конференции в округе Колумбия, помнишь? У Кейна важная встреча, поэтому он просил тебя устроить мистеру Оману небольшую экскурсию.

Рауль Оман.

Джулия смертельно побледнела.

О да, она знакома с шейхом Раулем Оманом. Его образ навсегда запечатлелся в памяти молодой женщины. Джулия инстинктивно положила руку на живот. Утреннее недомогание, терзавшее ее последние несколько месяцев, снова дало о себе знать. Она глубоко вздохнула, пытаясь справиться с тошнотой и успокоить бешено колотящееся сердце.

– Вижу, ты его действительно помнишь. – Глаза Мэгги наполнились состраданием.

– Да. – Джулия еще раз глубоко вздохнула и тряхнула головой, словно освобождаясь от наваждения. Она никогда не думала, что снова встретит Рауля. Новость о его приезде потрясла ее.

– Надеюсь, у тебя не возникнет проблем с… – Мэгги выразительно посмотрела на округлившийся животик Джулии.

Договаривать не было никакой надобности. Ребенок весил настолько мало, что Джулия, находясь на седьмом месяце беременности, без труда маскировала живот объемными свитерами. Большинство сотрудников компании даже не догадывались о ее положении. Но Мэгги была в курсе.

– Все хорошо, – заверила девушку Джулия. Она солгала. Сегодня она вновь поймала на себе странный взгляд Кейна Халея. Последние несколько месяцев босс вел себя довольно необычно. Хотя, напомнила себе Джулия, будучи президентом компании, Кейн может поступать, как ему заблагорассудится.

– Я с радостью покажу компанию мистеру Оману, – добавила Джулия, убирая руку от живота.

Она стремительно направилась к лифту, поднялась в свой кабинет на шестнадцатом этаже и закрылась в нем, пытаясь собраться с мыслями.

Планы Джулии рушились на глазах, а она ничего не могла сделать.

* * *

На столе зазвенел телефон. Джулия с облегчением отодвинула в сторону свой обед, состоявший из стакана молока и пакета крекеров, и подняла трубку.

– Слушаю.

– Это Труди, из приемной. Мне поручено сообщить вам о прибытии мистера Омана.

Боже мой, началось.

– Спасибо. Я сейчас спущусь.

– Я передам, мисс Паркер. – В голосе Труди звучало восхищение, что, впрочем, было неудивительно.

Малышка, должно быть, лишилась чувств от одного только взгляда на Рауля Омана. Этот мужчина был чертовски привлекателен. Исходящая от него сексуальность способна выбить из колеи любую женщину.

Джулия посмотрела в зеркало и пригладила ладонями непослушные локоны. Собственная привлекательность мало беспокоила ее, главное – выглядеть опрятно и профессионально. Упрямо тряхнув головой и расправив плечи, Джулия вошла в лифт и нажала кнопку четырнадцатого этажа. Минуту спустя она оказалась в приемной и увидела темный затылок Рауля над спинкой дивана.

Джулия с трудом поборола новый приступ тошноты.

– Шейх Оман, – Джулия сама поразилась, как спокойно звучал ее голос. – Добро пожаловать в «Кейн Халей инкорпорейшн».

Рауль обернулся и приподнял одну бровь.

– Вы же знаете, мисс Паркер, я не пользуюсь своим титулом в Америке.

Она знала. А еще она знала, что, несмотря ни на что, Рауль останется членом королевской семьи… и отцом ее ребенка.

При мысли о его отцовстве Джулия почувствовала, как по коже побежали мурашки. Или это всего лишь воспоминание о тех мгновениях, которые они провели вместе? Она не хотела, чтобы их краткосрочный роман вышел из-под контроля, но, оказавшись в одной постели с Раулем, совершенно потеряла голову.

Джулия упрямо сжала губы.

Он доставил ей немало приятных минут, но одним удовольствием сыт не будешь. Мужчины, подобные ему, никогда не станут относиться к женщине как к равной. Даже в спальне.

– К сожалению, у мистера Халея важная встреча.

Рауль кивнул и улыбнулся.

– Я сам попросил Кейна, чтобы именно вы провели для меня небольшую экскурсию.

– Вот как?

Тайная надежда на то, что Рауль и думать забыл об их стремительном сближении прошлым летом, растворилась без следа в темной пучине его глаз. Он помнил все. И наверняка испытывал недовольство оттого, что Джулия сама пожила конец их связи.

Но разве мужчины не предпочитают мимолетные интрижки серьезным отношениям?

Конечно, Джулия не слишком разбиралась в подобных вопросах, но, судя по ее небольшому опыту, больше всего на свете лица мужского пола ненавидят обязательства.

– Кейн даже не подозревал, что мы знакомы, – пробормотал Рауль. – Я надеялся, ты упомянешь обо мне хотя бы мельком.

От Джулии не укрылось, как за его спиной Труди произнесла одними губами: О господи! Ты знаешь этого красавчика?

Секретарша места себе не находила от волнения. Романтичная Труди была главной сплетницей офиса. Правда, нужно отдать ей должное, она ни о ком не отзывалась дурно.

– Кейн – президент компании. Я обсуждаю с ним только вопросы, связанные с бизнесом, – зачем-то принялась оправдываться Джулия. – И не рассказываю о людях, с которыми знакомлюсь в командировках.

– Нуда, – озорной огонек, засверкавший в глубине почти черных глаз, заставил ее вздрогнуть.

Рауль мог выразить взглядом больше, чем иные люди словами. И прямо сейчас он смеялся над ее попытками притвориться, что между ними ничего не произошло.

– Хорошо, – чересчур жизнерадостно произнесла Джулия. – Начнем?

– Давай.

Джулия круто повернулась на каблуках и пустилась в описание первого из трех этажей, арендованных компанией.

Когда экскурсия по четырнадцатому этажу подошла к концу, им пришлось довольно долго дожидаться лифта. Рауль предложил подняться по лестнице, но Джулия вспомнила, что ее доктор порекомендовал воздерживаться от подобных прогулок до рождения ребенка. Поэтому она сообщила, что лестницей пользуются только в случаях экстренной необходимости.

Джулия редко прибегала к подобным уловкам, но насмешливое выражение в глазах Рауля и воспоминание о жарких ночах, проведенных вместе, окончательно вскружили ей голову.

Они зашли в пустую кабину лифта. Едва двери закрылись, как Рауль нажал на кнопку «Стоп».

– Bien-aime,[1] – вкрадчиво произнес он. – Прошло так много времени.

Сердце Джулии бешено заколотилось.

– Не слишком много. Всего два или три месяца, – как можно небрежнее бросила она, словно совершенно не вспоминала о той встрече в Вашингтоне.

Как глупо. Ребенок рос в ее животе, не давая ни на минуту забыть, сколько месяцев, недель и даже дней прошло с их последнего свидания.

– Больше полугода, – поправил ее Рауль. Джулия, не отрываясь, смотрела на его руку, удерживающую кнопку лифта.

– Все решат, что лифт сломался.

– Или занят.

– Рауль…

– Джулия, – передразнил он, копируя ее сердитый тон. – Рад, что ты помнишь, как меня зовут.

– Помню, – едва слышно подтвердила Джулия и залилась краской.

– Я тоже, – свободной рукой Рауль нежно провел по ее щеке. – Я много чего помню.

– Пожалуйста, Рауль. Мы прекрасно провели время, но все в прошлом. – Чувство вины комом подступило к горлу, мешая говорить.

Несмотря на краткосрочность их отношений, Джулия решила оставить ребенка.

Это была моя последняя возможность стать матерью.

Сгорая от стыда, Джулия закусила губу.

Рауль не был ее последним шансом, но чем дольше она ждала, тем меньше становилась вероятность забеременеть. Конечно, эндометриоз не всегда приводит к бесплодию, но чаще всего именно этим и заканчивается. Она поехала на конференцию сразу после того, как врач сообщил неутешительные результаты обследования. И встречу с Раулем Джулия восприняла как ответ на свои молитвы.

– Я не хотел, чтобы наши отношения заканчивались. Ты сама так решила.

Рауль, судя по всему, не на шутку рассердился. Впрочем, другой реакции Джулия и не ожидала. Обычно инициатива разрыва принадлежит мужчинам, и мысль о том, что их кто-то опередил, для них просто невыносима. К тому же сильная половина человечества просто помешана на том, чтобы все держать под контролем. Именно поэтому Джулия не хотела сообщать Раулю о ребенке.

Она достаточно общалась с властными представителями противоположного пола. Ее отец считал, что вся вселенная должна вращаться вокруг него только потому, что он мужчина.

– Нам нужно ехать, – она попыталась сдвинуть его руку с кнопки, но безуспешно. – Рауль, отпусти немедленно!

– Мы должны поговорить. – Рауль внимательно наблюдал за Джулией. Даже спустя полгода она все еще волновала его, заставляя кровь быстрее бежать по венам.

– Нам не о чем разговаривать, – отрезала молодая женщина.

Рауль видел Джулию в разном настроении, но в гневе она была воистину великолепна. Волосы разметались по плечам, глаза горят, румянец окрасил нежную кожу. Она тяжело дышала, и ее великолепная грудь вздымалась. Рауль сделал глубокий вдох, призывая на помощь все свое самообладание.

– Не о чем? – переспросил он. – Может, объяснишь, почему оставила неверный номер телефона?

– О чем ты? – Джулия на мгновение закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями.

– Ты прекрасно знаешь, о чем я. Дама, работающая в химчистке, была весьма любезна, но я хотел услышать твой голос.

– Ты мог позвонить в мой офис.

– Без сомнения. Но я понял, что ты не желаешь со мной общаться, и через какое-то время смирился. Хотя сейчас сомневаюсь в правильности принятого решения. Ты что-то недоговариваешь, Джулия.

– Я же сказала тебе…

– Да, – нетерпеливо прервал ее Рауль. – Ты много чего говорила. И кое о чем я предпочел бы забыть.

– Ты ведешь себя высокомерно.

– Разве ты ждала другого? Шейх именно так и должен себя вести.

– Дело не в твоем королевском происхождении, – парировала Джулия.

– Насколько я понимаю, мисс Паркер невысокого мнения о мужчинах в целом?

– При чем тут пол? Хотя в некоторых случаях он имеет немаловажное значение. – На мгновение ее глаза остановились на его лице, и Рауля обдало жаром.

От ее дерзкого взгляда у него сладко заныло внизу живота.

В прежние времена женщину типа Джулии покрыли бы в его стране позором. Но сейчас все изменилось. Взойдя на трон, его дед изменил свои взгляды на место женщины в обществе, и вот уже два поколения представительниц прекрасного пола вольны в своих высказываниях и предпочтениях.

– Я до сих пор не понимаю, почему ты решила уйти. Обычно женщины стремятся к продолжительным отношениям.

– Обычно – да. Рауль вздохнул.

– Ты не последовательна, chere.[2]

– Прекрати обращаться ко мне по-французски! Рауль сдержал улыбку. Французский был у него в крови. Хотя бабушка провела большую часть жизни в стране, которой управлял ее супруг, она навсегда осталась изящной француженкой, от кончиков ухоженных ногтей до всегда безукоризненно уложенной прически. Рауль говорил на ее родном языке с колыбели.

– Джулия, ты не похожа на женщину, довольствующуюся случайными связями.

– Это смешно. Ты ничего обо мне не знаешь! Как ты можешь делать выводы о моей личной жизни?

На губах Рауля заиграла самодовольная улыбка.

– Мужчина всегда может определить, когда у женщины давно не было близости. Хочет она того или нет, ее тело…

– Мне это не интересно, – торопливо оборвала его Джулия.

Рауль оказался слишком осведомленным в подобных вещах. Если он укрепится в мысли, что у нее давно не было свиданий, то никогда не поверит, что ребенок, которого она носит под сердцем, не от него. Остается только догадываться, что он предпримет, когда узнает о ее беременности.

Стоит ли ей обо всем рассказать?

Или лучше уволиться и уехать из города?

Джулии нравилось работать в «Кейн Халей инкорпорейшн», и она отлично справлялась со своими обязанностями.

Отдел, который она возглавляла, стремительно развивался. Джулия отлично зарабатывала, к тому же в Чикаго у нее полно друзей. Отъезд, тем более в ее положении, не самый удачный выбор.

Неожиданно высокомерное выражение исчезло с лица Рауля, и он убрал руку с кнопки.

– Ты права. Мы не должны так долго задерживать лифт.

Словно опасаясь, что он передумает, Джулия сама нажала кнопку шестнадцатого этажа, и кабина со свистом понеслась вверх. В другой ситуации она бы предпочла воспользоваться лестницей, но сейчас, когда речь шла о здоровье ее малыша, молодая женщина неотступно следовала рекомендациям врача. Поэтому она соблюдала режим, не волновалась, как можно меньше двигалась и хорошо питалась.

Дальше экскурсия проходила по плану. Больше разговор на личные темы не заходил.

Когда они, наконец, оказались у дверей ее кабинета, Джулию ждал еще один сюрприз. За ее столом сидел не кто иной, как президент компании собственной персоной.

– Что-то случилось, Кейн?

– Моя встреча закончилась, – ответил он и переключил внимание на гостя. – Как прошло первое знакомство, Рауль?

– Мисс Паркер отлично справилась со своими обязанностями.

– Хм. Да, да, хорошо… Прекрасно…

Рауль удивленно поднял брови. Казалось, Кейн Халей его совершенно не слушал. Мужчины были знакомы уже много лет и успели подружиться. Поэтому, когда в компании освободилось место начальника финансового отдела, Кейн немедленно связался с другом. И Рауль принял его предложение.

Еще бы.

Он украдкой взглянул на стройную блондинку, отрешенно стоящую в стороне. Отчасти Джулия повлияла на его решение. Рауля заинтриговало ее упорство, ее яростное нежелание продолжить их отношения. Впервые Рауль Оман встретил женщину, способную устоять перед его неотразимым обаянием.

Кроме всего прочего, он не понимал ее мотивов. Разве женщины во всем мире не стремятся к прочным отношениям?

Джулия кашлянула.

– Кейн, думаю, вам есть что обсудить с мистером Оманом. А я тем временем вернусь к своим непосредственным обязанностям.

Кейн странно посмотрел на нее, уже в который раз за последнее время.

– Джулия, как ты себя чувствуешь? – неожиданно спросил он.

– Великолепно, – поспешно заверила она, не понимая, откуда такая забота.

– Мне говорили, тебе несколько раз было нехорошо.

Молодая женщина вздрогнула и на мгновение прижала ладонь к животу.

– Никак не могу прийти в себя после Рождества. Сам понимаешь, жирная пища, море сладостей и все такое. Но теперь я в порядке. И даже поправилась на несколько килограммов.

Кейн рассеянным взглядом обвел ее фигуру.

– Да, я вижу.

Рауль нахмурился, задаваясь вопросом, какую цель преследует его друг. Он бы понял беспокойство за больного служащего, но цветущий вид Джулии говорил сам за себя. Что касается этих «нескольких килограммов», он и сам заметил, как соблазнительно округлилась ее фигура, хотя она тщательно скрывала великолепные формы под толстым кашемировым свитером.

Почему западные женщины так зациклены на своем весе? Джулия не потеряла бы привлекательности, даже если бы набрала еще десять килограммов. Хотя, возможно, проблема заключалась не в женщинах, а в западных мужчинах, не способных оценить красоту зрелого, чувственного тела.

Америка всегда загадывала ему загадки. Рауль провел здесь большую часть своих тридцати шести лет, но все еще не нашел ответа на многие из них.

Он повернулся к Джулии.

– Приглашаю тебя сегодня на ужин. Познакомишь меня с кухней Чикаго, о которой я так много слышал от тебя.

Глаза Джулии сузились. Дела шли из рук вон плохо. Но если Рауль решил, что может командовать, он сильно ошибается. Конечно, она выставит себя в невыгодном свете перед президентом компании, но ужинать с этим самонадеянным нахалом не станет. К тому же Рауль слишком настойчиво интересовался причиной их разрыва…

– Прекрасная идея. – Кейн Халей присоединился к разговору прежде, чем она успела возразить. – Приглашаю вас обоих на ужин.

Джулия и Рауль обменялись изумленными взглядами. Она никак не могла понять, зачем ее присутствие понадобилось на ужине двух старинных приятелей.

– Мне очень жаль, но на сегодня у меня запланирована важная встреча, – быстро произнесла Джулия. – Думаю, вы отлично проведете время и без меня.

– Нет, – в один голос произнесли мужчины.

– Ты должна поужинать со мной сегодня, – настаивал Рауль. – За то время, пока мы не виделись, накопилось столько новостей…

Новостей?

Нет, ей определенно нечего делать на этом ужине.

Единственная «новость», которую Джулия хотела сообщить Раулю, так это то, что она не желает иметь с ним ничего общего. Известие о том, что она использовала его в качестве донора спермы, нанесет ощутимый удар по самолюбию восточного гостя. Шейх Рауль Оман не простил бы ей подобного оскорбления.

Ее сердце снова сжалось от привычного за последние полгода чувства вины, и Джулия сделала неуклюжий шаг к двери.

– У меня правда есть планы на вечер. Может, в другой раз?

– Пожалуйста, отмени свою встречу, – прорычал Кейн. Его просьба больше походила на приказ, а лицо снова приняло странное выражение. – Думаю, мы обязаны должным образом поприветствовать нашего нового начальника финансового отдела, не так ли?

– Но я…

– Я бы очень оценил это небольшое одолжение, – с Нажимом добавил он.

– Ладно, – неохотно согласилась Джулия. – Но сейчас мне нужно кое-что согласовать с миссис Стюард.

– Постой. – Кейн что-то взял со стола и протянул ей. – Неважно выглядишь, думаю, тебе пора перекусить. Рауль, встретимся в твоем кабинете через пятнадцать минут?

Пальцы Джулии сомкнулись на пакетике крекеров, которые она не доела во время обеда. Как это понимать? Почему президент компании так живо интересуется ее самочувствием?

– Я правильно понял, что ты не хочешь афишировать наши отношения? – произнес Рауль, когда за Кейном закрылась дверь.

– У нас нет отношений. – Джулия избегала его пристального взгляда.

Рауль убедился, что дверь плотно закрыта. Если бы речь шла о любой другой женщине, он бы немедленно выбросил случившееся из головы. Но воспоминания об их близости до сих пор не давали ему уснуть по ночам.

Что мешает им наслаждаться друг другом? Особенно, когда оба так стремятся сохранить свою независимость.

– Не хочу показаться навязчивым… Но, Джулия, ничего не изменилось… Я все так же сильно желаю тебя.

Джулии показалось, что стены стремительно сжимаются вокруг нее. Она судорожно сделала глубокий вдох.

Казалось, в его заявлении не было ничего особенного. Он просто сообщал о своем желании.

Проблема заключалась лишь в том, что она сама жаждала вновь очутиться в его объятиях.

ГЛАВА ВТОРАЯ

– Пожалуйста, прекрати.

– Но я хочу быть честным с тобой.

Честность Рауля сейчас интересовала ее меньше всего. Джулию больше беспокоило, что сказать в ответ.

Я беременна, но ты не волнуйся, мне от тебя ничего не надо! Мы ведь занимались любовью, не позаботившись о мерах предосторожности.

Конференция продолжалась три дня, и ее уловка сработала. Спустя месяц Джулия ощутила первый приступ тошноты.

И поняла, что забеременела от шейха.

Все, что ей было нужно от Рауля, так это его великолепные внешние данные. К сожалению, она не учла, как тесен мир. И то, что рано или поздно биологический отец ее ребенка потребует объяснений.

– Кейн прав. Ты плохо выглядишь, – пробормотал Рауль, испуганный ее бледностью. – Думаю, тебе лучше присесть.

– Мне не нужна сиделка. – Джулия смерила его презрительным взглядом. Но ноги действительно не держали ее, и она с вздохом опустилась на стул. – Ты последний человек, которого я ожидала сегодня увидеть.

– Кейн решил, что я лучшая кандидатура на освободившееся место.

– Как тебе удалось приехать в Чикаго? Разве у тебя нет обязательств перед семьей? – Джулия нервно барабанила пальцами по столу.

Рауль плотно сжал губы.

Семья была уверена, что его главная обязанность – жениться и произвести на свет наследников. Правда, отец не так настаивал на немедленной свадьбе, как мать, но оба выразили недовольство, когда Рауль объявил об отъезде. Его родители встретились, влюбились и связали себя узами брака совсем молодыми. И теперь не могли понять, почему сын не хочет последовать их примеру.

– Мое отсутствие вряд ли кто-нибудь заметит. У меня есть три брата, которые помогают отцу и деду.

– Вот как… А сестры есть?

– Две. – Лицо Рауля озарила улыбка. – Наши главные семейные сокровища.

– Но их не допускают до государственных дел, верно? Полагаю, вы завернули бедняжек в паранджу и разрешаете говорить, только когда к ним обращаются?

В глазах Рауля мелькнуло недоумение.

– В Америке бытует неправильное представление о моей стране. Наши женщины не носят паранджу, – со вздохом объяснил он. – Они так же свободны, как американки. Полагаю, даже больше, потому что наши мужчины не столь ограничены во взглядах на женскую красоту. Что же касается твоего вопроса, то моим сестрам не интересно заниматься государственными делами. Жасмин – художница, которая мечтает, чтобы все оставили ее в покое и дали творить. Она даже не согласилась стать министром культуры. А Фатима – доктор. Она занимает должность главного врача и большую часть времени проводит, практикуясь в клинике.

– Понятно.

Рауль посмотрел на часы. Он предпочел бы остаться с Джулией, но его уже ждал президент компании.

– Я не прощаюсь. Надеюсь, Кейн передумает, и мы сможем поужинать вдвоем.

Кровь бросилась в лицо молодой женщине, и она с яростью посмотрела на собеседника.

– Ах, да. Я же обещала познакомить тебя с нашей кухней.

– Когда мы встретились в Вашингтоне, ты просто бредила пиццей и итальянскими бутербродами с говядиной. Ты говорила…

– Мне все равно, что я говорила. – Им обоим сейчас не нужны воспоминания.

Рауль ухмыльнулся. В этой женщине пылал нешуточный огонь.

– Если бы я просто пригласил тебя, ты бы ни за что не согласилась.

– Точно.

– Поэтому мне пришлось сделать это в присутствии твоего начальника, чтобы ты не могла отказаться.

На мгновение в ее глазах появился такой холод, что Рауль невольно вздрогнул.

– В моей жизни было достаточно мужчин, которые знали, что для меня лучше. – В ее голосе зазвучали стальные нотки. – И я больше никому не позволю указывать, что мне делать.

После такой отповеди Раулю ничего не оставалось, как откланяться. Он задержался в дверях:

– Мне жаль, что у тебя сложилось обо мне такое впечатление. Давай поговорим позже, когда тебе… станет лучше.

Едва он закрыл дверь, как послышался глухой удар. Интересно, чем запустила в дверь Джулия?

Такой она нравилась Раулю даже больше, чем в роли роскошной обольстительницы. В ней неожиданно открылись качества, о существовании которых он даже не подозревал во время их бурного романа. Рауль понял, что с нетерпением ждет предстоящего ужина.

Давай поговорим позже, когда тебе… станет лучше.

Лучше.

Джулия презрительно фыркнула. Он подразумевал физическое или душевное состояние?

Она несколько раз глубоко вздохнула и положила руку на живот. Пожалуй, в ее положении не стоит так волноваться.

Ее жизнь круто изменилась после того визита к гинекологу. Когда Джулия услышала о результатах обследования, у нее мороз пошел по коже. Доктор объяснил, что эндометриоз обычно прогрессирует, но беременность могла бы улучшить ситуацию. В некоторых случаях может даже наступить полное выздоровление. Однако с каждым годом шансов на благополучный исход будет оставаться все меньше…

Джулия поежилась, вспоминая о своем детстве.

Она всегда боялась отца, властного военного, который обращался с домочадцами словно с солдатами в казарме. Джулия пыталась объяснить ему, что каждый месяц у нее очень болит живот, но отец велел прекратить распускать нюни. Он считал, что у нее просто низкий болевой порог.

Зазвонил телефон, и Джулия вздрогнула от неожиданности.

– Да?

– Как все прошло? – в трубке зазвучал мурлыкающий голосок Мэгги Стюард.

– Скверно, – призналась Джулия. – Кажется, я совершила самую большую глупость в своей жизни.

– Сегодня?

– Нет. Полгода назад.

– Так шейх Оман и есть… – Мэгги задохнулась от волнения. – Хорошо. Давай поужинаем сегодня вечером и все обсудим.

– Я не могу. – Джулия вздохнула. – Рауль пригласил меня на ужин, А Кейн, в свою очередь, пригласил на ужин нас обоих.

– Не может быть!

– Да. Что последнее время творится с твоим начальником? Он ведет себя очень странно. Ты бы слышала, как он расспрашивал меня о приступах тошноты…

– Между прочим, он и твой начальник. – Голос Мэгги зазвучал строго, как всегда в тех случаях, когда она защищала Кейна Халея. Она боготворила своего босса.

– Он не мой начальник, а начальник моего начальника, – дерзко парировала Джулия.

– А есть какая-то разница?

– Вообще-то, никакой.

Впервые за последние несколько часов Джулия улыбнулась. Мэгги была всего на несколько лет старше, но она отлично знала, как поставить на место строптивого сотрудника. Особенно, если этого сотрудника звали Джулия Паркер.

– Послушай, Мэгги, спасибо за поддержку. Но боюсь, мне придется разбираться с этим самой.

– У тебя все в порядке? Ты справишься?

– Постараюсь.

Джулия положила трубку и гордо вскинула голову.

Ее представления об отце ребенка оказались далеки от истины. Джулия никогда бы не подумала, что Рауль Оман – наследный принц. Теперь, когда открылась вся правда о его королевском происхождении, ситуация еще больше усложнилась.

Ей придется подумать над тем, как признаться Раулю в своей беременности… и в том, что он отец ребенка.

Джулия боялась даже представить, какими будут последствия.

– Как ты себя чувствуешь, Джулия?

– Прекрасно.

Она села за столик. Кейн и Рауль были крайне внимательны к ней. Джулию уже порядком раздражала их забота.

Тебе не холодно?

Все хорошо. Она продемонстрировала Раулю пальто, но он только нахмурился в ответ.

Уже январь, и давно выпал снег. Нужно одеваться теплее.

Когда она выходила из машины, Кейн бросился навстречу и схватил ее за руку.

Осторожно, здесь очень скользко. Не упади.

Ловя на себе страстные взгляды Рауля, Джулия была готова кричать во весь голос. Прошло уже полчаса, а они до сих пор не сделали заказ. Джулия призвала на помощь все свое самообладание. Похоже, сегодня вечером оно ей понадобится.

Когда Рауль предложил пойти в итальянский ресторан, Джулия только улыбнулась в ответ, хотя пицца – не самая идеальная пища для беременной женщины, страдающей от постоянных приступов тошноты.

Между мужчинами завязался спор о достоинствах «Чикагских быков» и «Далласских ковбоев». Спустя несколько минут они наконец вспомнили о еде и спросили, что их спутница думает насчет пиццы.

– Заказывайте что хотите. – Джулия пожала плечами.

– Какое вино ты предпочитаешь? – обратился к ней Рауль.

– Никакого вина, ведь так, Джулия? – вмешался Кейн.

– Я пожалуй… выпью молока.

Кейн снова странно на нее посмотрел, и Джулия недоуменно подняла бровь. Они никогда близко не общались, но сейчас он вел себя, словно заботливая мамочка.

Джулия тяжело вздохнула. Вынашивать ребенка оказалось сложнее, чем она думала. Но когда она представляла, что скоро на свет появится малыш, ее сердце трепетало от радостного предчувствия.

– Ты уже нашел квартиру? – обратилась она к Раулю.

Официант принес ей молоко и кофе для мужчин.

В ресторане было довольно тепло, и Джулия боролась с внезапно навалившейся сонливостью.

– Я пока остановился в гостинице. – Рауль отпил кофе и с трудом заставил себя проглотить напиток. С его стороны было бы невежливо заявить официанту, что их кофе имеет вкус помоев. Похоже, у американцев особый взгляд на его приготовление.

– Тебе стоит купить дом в районе Нортшир, – посоветовал Кейн. – Там отличные дома. Даже если не захочешь в нем жить, это хорошее вложение денег.

– Мне не нужен дом. В доме должна жить семья.

– Иногда семья появляется, когда мы этого совсем не ждем. – Его друг пожал плечами.

Стакан предательски задрожал в руке Джулии, и часть молока выплеснулась на стол. Кейн пошел за салфетками.

Видя, как она побледнела, Рауль ласково потрепал Джулию по руке.

– Все в порядке, chère, – спокойно произнес он. – Ничего страшного не произошло.

– Конечно, – кивнула Джулия. – Что-то я разволновалась.

– Что же тебя так взволновало?

– Ничего. – Джулия пожала плечами. – Кейн прав, я не очень хорошо себя чувствую. Пожалуй, мне лучше поехать домой.

– Я поймаю такси.

– Нет!

Но Рауль уже исчез. Несколько секунд Джулия боролась с желанием незаметно улизнуть из ресторана. В конце концов, она сама может поймать такси.

Возвратился Кейн с официантом, который принялся приводить стол в порядок.

– А где Рауль?

– Я ловил такси. – Мужчина приблизился к столику. – Машина уже ждет. Джулия плохо себя чувствует, я отвезу ее домой.

– Снова проблемы с желудком? – нахмурился Кейн.

– Похоже на то.

– Помощь нужна?

Поскольку вопрос адресовался Раулю, а не Джулии, она вспыхнула от негодования.

– Мне не нужна ваша помощь! – прорычала она. – Я прекрасно сама о себе забочусь с семнадцати лет.

– Я не отпущу тебя одну, – упрямо произнес Рауль.

Мужчины!

– Возможно, в твоей стране все по-другому, но в Америке…

– Я согласен с Раулем, – вмешался Кейн.

– Я отвезу тебя, – настаивал Рауль. Джулия снова оказалась в затруднительном положении. Если она сейчас откажется от компании Омана, то представит себя в невыгодном свете перед руководством. Поэтому она стиснула зубы и промолчала.

Рауль выглянул на улицу и протянул Джулии свой шарф.

– Вот возьми. Ты слишком легко одета.

– В такси обычно тепло, – возразила она.

– Тебе нельзя переохлаждаться.

У нее не осталось сил для споров. Словно почувствовав, что Джулия сдалась, Рауль заботливо обернул шарф вокруг ее шеи. Он бы накинул на ее плечи и свое пальто, но опасался нового приступа гнева. Слава богу, строптивая красотка не забыла надеть перчатки.

Кейн остался оплачивать счет, поэтому Рауль попрощался с другом кивком головы и взял спутницу под руку.

– На улице скользко, – ответил он на протестующий взгляд Джулии.

– Нам не привыкать, а вот в твоей стране, кажется, вообще не бывает снега.

Несмотря на ее протест, Рауль крепко держал Джулию под руку до самого такси. Женщины в его стране тоже независимы, но охотно принимали знаки внимания.

– Тебе совсем не обязательно провожать меня. – Джулия опустилась на заднее сиденье машины.

– Послушайте, я не могу ждать всю ночь, – раздраженно вмешался водитель. – Леди, куда вас везти?

Глаза Рауля сузились.

– Вы будете ждать столько, сколько потребуется. Я ясно выражаюсь?

– Да, сэр. – Шофер вздохнул и расстегнул воротник рубашки.

Джулия поняла, что сопротивление бессмысленно. Рауль проводит ее до дома, хочет она того или нет. Она назвала шоферу адрес. Ну вот, теперь Рауль знает, где она живет.

Когда такси подъехало к ее дому, Джулия расправила плечи и с вызовом посмотрела на спутника:

– Спасибо за все… Увидимся в офисе.

Рауль вежливо улыбнулся в ответ и достал бумажник.

– Не так быстро, chère. Сначала я уложу тебя в постель.

– Нет.

– Да, Джулия, – произнес Рауль нежно, но в то же время тоном, не терпящим возражений.

– Ладно, – еле слышно пробормотала молодая женщина.

Господи, как она устала.

В конце концов, в ее состоянии не было ничего удивительного. Сказывалась и тяжелая беременность, и волнения пережитого дня. Она не думала, что когда-нибудь вновь встретит Рауля. А он ворвался в ее крошечный мирок, подобно урагану. И всего за каких-то пару часов перевернул все с ног на голову.

В доме было на редкость прохладно, и Джулия поспешила включить отопление.

– Иди ложись, – распорядился Рауль. – Я приготовлю горячее питье.

Не раздумывая, Джулия повиновалась. В спальне она сбросила юбку и свитер и натянула плотную ночную рубашку, которая полностью скрывала фигуру. Этот бесформенный наряд представлял собой разительную противоположность легкомысленному полупрозрачному шелковому белью, которое она носила в Вашингтоне.

Затем Джулия посмотрела на себя в зеркало и ужаснулась. Бледная, с темными кругами вокруг глаз и безжизненно висящими прядями тусклых волос, она мало походила на ту соблазнительницу, которой предстала перед Раулем всего полгода назад.

Маппет, черно-белый кот, спал у камина. Но стоило хозяйке забраться под плед, как он потянулся и не торопясь прошествовал к кровати. Затем кот запрыгнул на постель и свернулся клубочком около живота Джулии.

– Привет, – молодая женщина погладила любимца за ушком.

Маппет довольно заурчал, и Джулия почувствовала, что тошнота отступает.

Когда Рауль уедет, нужно будет поесть и выпить молока. Последнее время ее жизнь проходила строго по расписанию. Поесть. Снова поесть. Выпить молока. И молиться, чтобы ребенок набирал вес. А по утрам не забывать принимать витамины…

Сонливость как рукой сняло. Витамины.

Она пыталась вспомнить, где оставила коробочку. Если в кухне на столе, то ее тайна вот-вот откроется. Джулия стремительно бросилась в ванную и едва сдержала вздох облегчения при виде яркой упаковки.

– Джулия?

– Я сейчас. – Она затолкала коробку в ящик. Рауль уже поставил поднос на ночной столик и теперь наблюдал за ней. Несмотря на тошноту и усталость, Джулия почувствовала, как внизу живота сладко заныло. Она не ожидала, что когда-нибудь вновь окажется с Раулем в одной спальне. Воспоминания снова нахлынули на нее.

Судя по его напряженному взгляду, он тоже кое-что помнил.

– Я принес немного супа и чай. Немедленно ложись под одеяло, иначе замерзнешь.

– Я включила отопление.

Рауль улыбнулся. Джулия преподнесла ему сегодня немало сюрпризов, одним из которых стал ее дом. Это было красивое кирпичное здание начала девятнадцатого века. Простой и строгий интерьер его был выдержан в светлых тонах.

– Надеюсь, ты не будешь возражать, если я выпью чашку кофе, – произнес Рауль, после того как уложил Джулию в постель. – Я решил, что тебе больше по душе придется чай. Я заварил травяной, который стоял возле плиты.

Джулия смотрела на него широко распахнутыми глазами. В этот момент она была так соблазнительна, что он едва удержался от искушения заключить ее в объятия. Они провели вместе всего несколько дней, но каждая клеточка его тела отчетливо помнила запах и тепло этой женщины. Иногда по ночам Рауль просыпался, изнемогая от желания, и без сна ворочался до самого утра.

– Пей, конечно, – еле слышно прошептала Джулия. – Я не хотела показаться нелюбезной…

– Давай отложим разговоры на потом.

Рауль хотел выяснить причину, по которой она исчезла после конференции. Но сейчас не время. Джулия слишком слаба для выяснения отношений.

Одеяло рядом с ней шевельнулось, и показалась кошачья морда. Джулия погладила животное, но кот настороженно наблюдал за каждым движением Рауля.

– Кажется, я ему не нравлюсь.

– Маппет всегда встает на мою защиту.

– Ясно. Я бы дорого отдал, чтобы поменяться с ним местами.

Рауль был готов поклясться, что рука Джулии дрогнула. Он намекнул ей на свой интерес, и его замечание не осталось незамеченным.

Весь день он гадал, куда подевалась смелая соблазнительница с горящими глазами и нахальной улыбкой. Почему Джулия так холодна с ним? Разумеется, право решать, пригласить ли мужчину в свою спальню или выдворить его оттуда, всегда принадлежало женщине. Но Рауль все равно не мог понять причину столь разительных изменений.

Размышляя над сложившейся ситуацией, Рауль присел на край кровати и сделал глоток кофе. Конечно, напиток был не таким ароматным, как на родине, но, по крайней мере, надлежащей крепости.

Джулия пила чай небольшими глоточками и не смотрела на бывшего любовника. Рауль недоумевал, куда подевалась вся ее энергия и задор. Может, она и вправду серьезно больна? Не в силах больше выносить тягостное молчание, он подался вперед.

– Похоже, Кейн прав. Ты больна? Мне кажется, дело совсем не в несварении желудка после обильного рождественского стола.

Джулия нервно облизала губы и поставила чашку на поднос.

– Все в порядке. Как бы там ни было, мое здоровье не твоя забота.

– Мы были близки, – напомнил Рауль. – Неужели ты думаешь, что мне наплевать на женщин, с которыми я ложусь в постель?

Мы были близки.

Слова эхом отозвались в ее сердце. Они были близки так, как только могут быть близки мужчина и женщина. Поначалу Джулия старалась думать о происходящем как о процедуре, необходимой для продолжения рода. Но все изменилось, едва Рауль Оман впервые коснулся ее.

Он поставил свою чашку на поднос.

Скажи ему.

Повинуясь внутреннему позыву, Джулия неуверенно начала:

– Рауль, мы… Я…

У нас будет ребенок. И я подстроила нашу близость, чтобы забеременеть.

– Отдыхай. А завтра я отвезу тебя к врачу. Волна раздражения захлестнула Джулию.

– Не утруждайся. Мне не нужны ни доктор, ни твоя забота.

Глаза Рауля странно засверкали.

– Возможно.

– Никаких «возможно». Я же сказала, что…

– Я помню, – перебил ее Рауль. – Ты самостоятельно заботишься о себе с семнадцати лет.

– Вот именно. – Джулия схватила телефон и набрала номер вызова такси. Закончив разговор, она положила трубку и подняла глаза на гостя. – Машина будет через двадцать минут.

Рауль по-прежнему с невозмутимым видом сидел рядом с ней. Он вел себя так, словно ему не нужно было никуда ехать.

– У тебя есть родные, Джулия?

– Только отец и брат, – пробормотала она. – Моя мать умерла, когда мне было четыре.

– Ты не очень близка с семьей?

– Не очень. – Губы Джулии тронула горькая улыбка. – Мой брат служит в морской пехоте. Он старше меня. У нас очень мало общего. Поэтому мы встречаемся раз в пару лет.

– А отец?

– Мы не виделись с тех пор, как мне исполнилось семнадцать. Я не оправдала его ожиданий. Когда я поступила в колледж вместо того, чтобы завербоваться в армию, отец заявил, что не желает меня больше знать. Он считает меня слабачкой.

Рауль боролся с захлестнувшим его гневом. Оказывается, его родители просто ангелы по сравнению с отцом Джулии.

– Он – дурак, – категорически заявил Рауль. На лице Джулии отобразилось удивление.

– В Пентагоне его очень ценят. Насколько мне известно, недавно он стал генералом.

– Это всего лишь звание. Оно не делает людей умнее. Даже слепому ясно, что ты не слабая женщина. У тебя сердце тигрицы.

Джулия часто заморгала. Она была уверена, что Рауль встанет на сторону ее отца, но принц безоговорочно поддержал ее. Сердце предательски дрогнуло в груди.

– Спасибо. – Она зевнула и слабо улыбнулась. – Извини.

Рауль долго смотрел на нее.

– Ты устала, chère. Я подожду такси в соседней комнате.

Он наклонился над Джулией и нежно провел ладонью по ее лицу. От его прикосновения по коже побежали мурашки.

– Я думал, память изменяет мне и в жизни ты не так прекрасна, как в моих воспоминаниях, но я заблуждался. Ты восхитительна.

С этими словами Рауль поцеловал ее.

– Сладких снов, – пробормотал он. – И подумай о моем предложении насчет доктора.

– Хорошо… я… подумаю. – Джулия была благодарна Раулю за то, что он не воспользовался моментом и не предпринял дальнейших попыток к сближению.

Мгновение спустя он закрыл за собой дверь. Джулия повернулась на бок, вытирая внезапно нахлынувшие слезы. Последние несколько месяцев она была подвержена резким перепадам настроения. Очевидно, всему виной всплеск гормонов.

Но утром все снова наладится.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

– Больше никаких глупостей, – пробормотала себе под нос Джулия, когда утром чистила зубы.

Как ни странно, вчерашние переживания никак не отразились на ее самочувствии, и она избежала обычных утренних недомоганий. Ей даже удалось съесть тарелку овсянки и выпить стакан молока.

Накануне вечером она поддалась минутной слабости, но подобного больше не повторится. Сейчас нужно думать о ребенке, и ничто больше не отвлечет ее от этих мыслей.

Джулия привычным жестом положила ладонь на живот. Последнее время она носила более свободную одежду, предпочитая облегающим блузам и деловым костюмам объемные свитера. Но рано или поздно ее беременность станет очевидной для всех.

Обдумав сложившуюся ситуацию, Джулия пришла к выводу, что должна поговорить с Раулем до того, как по компании поползут слухи. Он непременно догадается, что она носит его ребенка. Поэтому лучше рассказать обо всем самой и надеяться на благоприятный исход. Она объяснит ему, что ни в чем не нуждается. Возможно, этого окажется достаточно.

– Так и надо поступить, – сказала она своему отражению в зеркале.

Забавно, но она даже представить не могла, как отреагирует Рауль. Конечно, поначалу он будет в шоке от ее поступка. Но что потом?

Дверной звонок прервал ее размышления. Джулия выглянула в окно и увидела стоящего на пороге Рауля.

Это была прекрасная возможность поговорить, но Джулия не хотела бы объясняться дома. Она планировала, что беседа состоится в офисе или на худой конец в ресторане. Ей еще нужно время, чтобы собраться с мыслями.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она, открыв дверь.

Рауль радостно улыбнулся, заметив, как порозовели щеки Джулии. Она была еще прекрасней, чем накануне.

– Доброе утро, chère.

– Я же просила не называть меня так.

– Просила. В арабском существует множество слов для выражения привязанности и восхищения. Хочешь, чтобы я обращался к тебе на своем родном языке?

– Нет, – прорычала в ответ Джулия.

Рауль усмехнулся и показал ключ, который накануне снял с ее связки.

– Я пригнал твою машину.

– Не стоило утруждаться.

Губы Рауля вытянулись в тонкую линию. Что за мужчины попадались ей, если она удивляется таким пустяковым знакам внимания?

– Как ты себя чувствуешь?

– Прекрасно. – Она горделиво вскинула голову. – Если подождешь, пока я возьму пальто и сумочку, то можем поехать в офис вместе.

– Мне казалось, тебе сегодня лучше отдохнуть.

– Я в порядке. – Джулия исчезла и тут же вернулась, надевая пальто. – Поехали?

Притворное веселье в ее голосе не обмануло Рауля. Хотя она явно чувствовала себя лучше, следы недомогания все еще были заметны.

Ночью подморозило, асфальт обледенел, и Рауль заботливо поддерживал Джулию за талию.

Когда они подошли к машине, он снова достал ключ.

– Сама поведешь или лучше я?

В ее глазах вновь мелькнуло удивление, затем Джулия покачала головой.

– Давай ты.

Рауль кивнул, закрыл пассажирскую дверцу и, обойдя машину, сел на водительское сиденье.

– Расскажи мне о сотрудниках «Кейн Халей инкорпорейшн». – Он решил выбрать для беседы нейтральную тему. – Я познакомился с некоторыми из них и просмотрел отчеты.

– Хорошо. Маргарет Стюард – помощница Кейна. Она чрезвычайно компетентна и знает все обо всех сотрудниках. Если у тебя возникнут вопросы или трудности, сразу обращайся к ней. Мэтью Холдер и Дженнифер Мартин в прошлом году поженились, и Дженнифер сейчас в отпуске по уходу за ребенком. Шэрон Дэвис недавно вышла замуж за одного из наших крупных клиентов, Джека Уотертона. Шэрон и я… – Джулия умолкла, и по ее неровному дыханию Рауль сделал вывод, что она чрезвычайно взволнована.

– Да?

– Нет, ничего. Ну, Кейна ты знаешь.

– Мы познакомились во время учебы в Сорбонне.

– Разве ты учился не в Оксфорде? – Джулия заерзала на сиденье, поправляя ремень безопасности. – Я считала, что принцы из восточных стран предпочитают Британию.

– Я начинал учиться в Англии. Но затем по настоянию бабушки перевелся во Францию.

– А я училась в обычном американском колледже, о котором никто и не слышал.

Рауль удивленно поднял брови. В голосе Джулии звучал вызов, словно она ожидала, что он неодобрительно отзовется о ее университете.

– Тебя высоко ценят в компании. Полагаю, колледж немало способствовал твоему блестящему продвижению, хотя ты в любом случае превзошла бы всех.

– Спасибо.

Сердце Джулии забилось быстрее. Конечно, в каком-то смысле она использовала Рауля, но она даже мысли не допускала о том, чтобы обратиться в банк спермы. А вокруг не находилось подходящих кандидатов на отцовство.

Они подъехали к зданию офиса.

– Джулия, ты уверена, что действительно хорошо себя чувствуешь?

В голосе Рауля звучала такая неподдельная тревога, что Джулия невольно вспыхнула.

– Конечно. А что?

Рауль протянул ей ключ и улыбнулся.

– Ты не захотела садиться за руль. Я считал, американские женщины слишком независимы, чтобы доверять мужчине свой автомобиль.

Джулия усмехнулась.

– А мне казалось, что восточные мужчины невысокого мнения о женщинах-водителях.

– Я так не думаю. – От пристального взгляда Рауля, задержавшегося на ее губах, у Джулии перехватило дыхание. – Кажется, мы еще многого друг о друге не знаем. Не так ли, bien-aimé?

Вспоминая Рауля и его нежные поцелуи, Джулия и не заметила, как промчалось утро. А он держится великолепно.

Многие мужчины, которых она знала, строили из себя джентльменов, сошедших со страниц исторических романов. Но это было лишь притворством.

Джулия была готова признать, что где-то существуют мужчины, способные ценить и уважать женщину. Но ей обычно попадались тираны, которые предпочитали покорную, готовую на все любовницу.

– Джулия, спустись с небес на землю. – Она подняла голову и увидела в дверях улыбающуюся Шэрон.

– Привет, – поприветствовала подругу Джулия.

После замужества Шэрон стала гораздо общительней. А теперь, когда обе молодые женщины находились в положении, у них появились общие темы для разговоров. Правда, беременность Шэрон ни для кого не была тайной.

– Приехала Дженнифер с малышом. Они сейчас в кафе. И я собираюсь спуститься проведать их. Почему бы нам не пойти вместе?

Джулия посмотрела на кучу бумаг, затем вспомнила все звонки, которые необходимо сделать в течение дня. С другой стороны, она обожала маленького Джейсона. Малыш был просто загляденье. Держа его на руках, она всегда представляла, как возьмет собственного ребенка.

– Думаю, я могу сделать перерыв.

Джулия бросила на стол карандаш, который вертела в руках, и поднялась, одергивая толстый свитер. Мысль о том, что Рауль может находиться где-то неподалеку, заставляла ее еще тщательнее следить за одеждой.

– Совсем незаметно, – заверила ее Шэрон. – У тебя великолепная фигура. Не то что у меня. Живот просто огромный. Джек так волнуется. Представляешь, он накупил мне столько одежды, что я вряд ли смогу надеть все наряды хотя бы по одному разу. Я уж не говорю, сколько всего он накупил для малыша.

На мгновение Джулия позавидовала подруге. В ее жизни все так понятно… так размеренно. Она явно без ума от мужа, Джек Уотертон не скрывает своей любви к супруге. Они составили прекрасную пару.

– Позволь Джеку покупать, что ему вздумается, – посоветовала Джулия. – Эти хлопоты делают его счастливым. По крайней мере, твоя беременность протекает без осложнений.

Шэрон вздохнула.

– У тебя тоже все будет хорошо, вот увидишь!

Джулия вежливо улыбнулась. Стараясь сдержать бурю одолевавших ее эмоций, она последовала за Шэрон к лифту. В комнате отдыха вокруг Дженнифер и малыша уже столпились сотрудники. Поэтому пришлось подождать, прежде чем Джейсон оказался у Джулии на руках.

Ребенок что-то залопотал, пуская пузыри, и молодая женщина едва сдержала слезы. Да, дети – настоящее сокровище. Независимо от того, как Рауль отреагирует на известие о ребенке, сама Джулия ни минуты не жалела о решении, которое приняла полгода назад.

Раздались мужские голоса, и она оторвалась от созерцания малютки. Прямо перед ней стояли Рауль и Кейн.

– И давно ты так живо интересуешься младенцами? – пробормотал Кейн.

Джулия почувствовала, как к горлу подкатывает комок. По правде говоря, поведение шефа становилось с каждым днем все более странным.

– Я всегда любила детей. – Она вернула Джейсона матери и встала. – Если помнишь, именно я настаивала на создании у нас детской комнаты.

– А… верно.

Рауль нахмурился.

– А почему ты не показала мне детскую комнату во время экскурсии? – спросил он.

В его темных глазах появился странный блеск, от которого Джулия невольно вздрогнула.

– Я не думала, что тебе будет интересно, – пробормотала она. – У тебя нет семьи. К тому же там еще не все готово.

Кейн что-то пробурчал себе под нос и удалился. Рауль, казалось, даже не заметил его ухода. У него накопилась куча новых вопросов к Джулии. Нежность в ее глазах, когда она держала на руках малыша, сказала ему о многом. Как и ее резкое замечание о том, что у него нет семьи.

Рауль отвел ее в пустой кабинет и закрыл дверь.

– Значит, ты разорвала наши отношения, так как я дал понять, что не хочу детей? По крайней мере, в ближайшее время.

Глаза Джулии расширились. Рауль видел, что она судорожно ищет ответ.

– Нет.

– Но сама ты хочешь завести семью. Я же вижу это по твоему лицу. Да и забота о посторонних детях говорит сама за себя.

– Не говори глупостей. Просто я люблю детей.

– Конечно. Я сказал тебе тогда, что не собираюсь обзаводиться семьей еще несколько лет и…

– И ничего! – фыркнула Джулия – Поверь мне, я совсем не хочу выходить замуж. Поэтому твои планы на будущее не имеют никого отношения к нашему разрыву.

Ее замечание больно задело Рауля. Однако Джулия не сказала, что не хочет замуж за него. Она не хочет замуж вообще. А всем хорошо известно, как переменчиво настроение женщин.

К тому же, как он успел убедиться накануне вечером, он не наскучил Джулии в роли любовника. Она по-прежнему пылала к нему страстью. Вчера у Рауля имелась отличная возможность оказаться в ее постели, но он неожиданно для самого себя решил повременить.

– Может, перенесем наш разговор наверх, в мой кабинет?

Джулия открыла было рот, чтобы возразить. Но Рауль жестом показал, что не примет отказа.

– Иногда ты просто невыносим. – Она скользнула мимо него к двери.

– Серьезно?

– Привык, что всегда будет по-твоему, так? – резко обернувшись, с горечью произнесла Джулия.

– Я лишь хочу получить ответы на свои вопросы.

– Я уже все объяснила.

– Но не сказала всей правды.

Джулия судорожно сглотнула.

– Тебя расстраивает лишь то, что я тебя опередила, – возразила она. – Впервые тебя бросила женщина.

Рауль вздохнул. В некотором смысле Джулия была права. Он осторожно выбирал любовниц, и отношения обычно заканчивались по обоюдному согласию. Но не всегда. Несколько бывших возлюбленных устраивали Раулю сцены, не желая мириться с его решением. А теперь он столкнулся с женщиной, которая не только бросила его, но и не желала иметь с ним ничего общего.

– В твоих словах есть доля правды, – после недолгих размышлений согласился Рауль. – Но я все еще хочу получить ответы на свои вопросы.

И я все еще хочу тебя.

Этого он вслух говорить не собирался. Он уже дал Джулии понять, какого рода чувства испытывает к ней. Теперь ее очередь. Он не станет на нее давить.

– Давай пообедаем вместе, – наконец произнесла она. – Думаю, нам есть что обсудить.

– Хорошо. Я могу уехать прямо сейчас.

В глазах Джулии вспыхнуло недовольство, и Рауль вздохнул. Раньше он не подозревал, что она настолько упряма.

– Я зайду за тобой через час. Тебя устроит?

– А это имеет значение? – Не дожидаясь ответа, Джулия повернулась на каблуках и выскочила в коридор.

Всю дорогу до своего кабинета Рауль размышлял над сложившейся ситуацией. Его офис выходил окнами на набережную. На стенах он развесил фотографии с видами родной страны. И сейчас Рауль стоял перед ними, пристально всматриваясь в знакомые пейзажи. На его любимой фотографии был запечатлен восход солнца в пустыне. Непредсказуемая, вечно меняющаяся пустыня так походила на Джулию…

Рауля беспокоило то, что Джулия занимает все его мысли. Никогда прежде он не испытывал ничего подобного. Эта женщина была такой соблазнительной, такой манящей и такой непредсказуемой. На то, чтобы приручить ее, может понадобиться целая жизнь. Целая жизнь?

Рауль горестно усмехнулся. Долгий же путь им предстоит проделать.

К условленному времени Джулия сделала большую часть запланированных звонков. Впереди ее ждал нелегкий разговор, и в глубине души молодая женщина опасалась предстоящего свидания.

Конечно, она не расскажет всю правду. Только признается, что забеременела, несмотря на все меры предосторожности. Сама мысль о том, что опять придется лгать, была невыносима, но другого пути нет.

В дверь постучали. Она подняла глаза, уверенная, что пришел Рауль, но на пороге стоял Кейн Халей. Джулия жестом предложила ему войти.

– У тебя ко мне дело, Кейн?

Казалось, президент компании чувствует себя не в своей тарелке.

– Я узнал, что по твоему совету несколько наших клиентов вложили деньги в создание детского центра.

Джулия нахмурилась.

– Это часть моей работы, не так ли? А забота о семье сотрудников – неотъемлемая часть политики компании, если, конечно, руководству нужны преданные и компетентные специалисты. Насколько я понимаю, именно поэтому ты одобрил создание центра?

– Да.

Джулия взглянула на часы. Когда она вновь подняла голову, за спиной Кейна маячил Рауль. Как всегда пунктуален.

– Еще что-то, Кейн?

– Нет… да! – резко выдохнул он. Джулия недоуменно посмотрела на его расстроенное лицо. – Я знаю о твоей беременности. Кто отец?

Я знаю о твоей беременности…

Рауль уставился на побелевшую Джулию. Она попыталась встать, но затем рухнула обратно в кресло, словно силы оставили ее.

– Что? – едва слышно прошептала она.

– Ты беременна. Все сходится: тошнота, увеличение веса, соленые крекеры, – перечислял Кейн, загибая пальцы. – Всем известно, что беременных женщин тошнит и они обожают соленое.

– О чем ты говоришь? – вмешался Рауль. Кейн вздрогнул от неожиданности и обернулся.

– Не знал, что ты здесь, Рауль.

– Значит, соленое печенье навело тебя на мысль о том, что Джулия беременна? – В глубине души Рауль знал, что приятель совершенно прав. И как он сам мог так долго оставаться в неведении?

Хотя Кейн явно смутился, он ответил на вопрос друга.

– Не только печенье. Джулия не заказала вино в ресторане, а попросила молоко. А как она печется о создании в компании детского центра! И ты заметил, как она кладет руку на живот? Типичный жест беременной женщины.

Рауль заметил это движение, но в тот момент приписывал его недомоганию Джулии. Сейчас же все представало в совершенно ином свете.

– Так кто отец? – настаивал Кейн. – И какой у тебя срок?

– Почти семь месяцев. – Джулия нервно облизала губы.

– Но у тебя слишком маленький живот для семи месяцев, – недоверчиво протянул Кейн.

– Почти семь месяцев, – с нажимом произнесла Джулия. – Ребенок весит меньше нормы. Гораздо меньше. Но все обойдется. Я постоянно посещаю врача и следую его рекомендациям.

– А ты уверена в сроке? Ты не обращалась… ну, скажем, в начале осени… не обращалась в… в…

Рауль не вслушивался в неразборчивое бормотание друга. Все это время он пристально смотрел на Джулию.

– Если срок – семь месяцев, то Джулия носит моего ребенка, – резко бросил он.

Эта мысль так отчетливо пронеслась в его мозгу, что Рауль едва не заскрежетал зубами от бессилия. Господи, он не собирался становиться отцом. По крайней мере, не сейчас. Именно поэтому он и покинул родную страну.

– Твой? – Глаза Кейна распахнулись от удивления. – Ты уверен?

– Мы познакомились в прошлом июне на деловой конференции. И некоторое время были близки… Я уверен, что ребенок мой. Ведь так, Джулия?

Она немного поколебалась, затем кивнула.

– Рауль – отец.

Кейн явно был шокирован.

– Ты уверена в сроке?

– Господи, да поговори с начальником отдела кадров, – отчаянно воскликнула Джулия. – Я сказала Кэрол, что мне понадобится декретный отпуск в марте. Но просила сохранить все в секрете, пока я не буду готова объявить о своей беременности.

Кейн некоторое время молчал, затем упрямо тряхнул головой.

– Я сделаю это за тебя. – И торопливо вышел из кабинета.

Повисло тяжелое молчание. Наконец Рауль заговорил.

– Мы едем? Теперь тебе нужно есть за двоих, и я за этим прослежу.

Джулия глубоко вздохнула, пытаясь сосредоточиться. Рауль ведет себя так отстраненно.

– Рауль…

– Мы поговорим позже, Джулия, – оборвал ее Рауль. – Я не желаю обсуждать это здесь.

– Я никуда не поеду, пока ты себя так ведешь. Рауль даже не повернулся в ее сторону, и сердце Джулии болезненно сжалось.

– А что не так с моим поведением? Джулия вздохнула.

– Закрой, пожалуйста, дверь. Тогда ты можешь сказать все, что захочешь, и тебя никто не услышит. Думаю, на сегодня достаточно сенсаций.

– Ладно. – Он с треском захлопнул дверь. – Ты вообще собиралась рассказать мне о ребенке?

Джулия медлила с ответом.

– Да. Но мне от тебя ничего не нужно.

– Ты же говорила, что предохраняешься!

– Прости… я только… хотела ребенка, – прошептала она.

– Иными словами, ты меня использовала. Джулия инстинктивно прижала дрожащую ладонь к животу.

– Поверь, у меня были причины так поступить. Конечно, тебе они могут показаться незначительными. Но если бы ты позволил мне все объяснить…

– Нет. – Рауль провел рукой по волосам. – Поверить не могу, что ты так со мной обошлась! Ты же знала, что я не хочу быть отцом.

– А ты и не совсем отец. – Джулия нервно кусала губы. – Скорее… – она запнулась.

– Донор спермы?

В его голосе зазвучали металлические нотки. Джулия поежилась. Никогда прежде он не разговаривал с ней подобным тоном.

– Мне очень жаль, – прошептала она. – Ты даже не представляешь, насколько. Но я ничуть не сожалею о своей беременности.

Рауль взялся за дверную ручку.

– Мне нужно обо всем подумать. Если я сейчас останусь, то наверняка наговорю много такого, о чем впоследствии буду сильно жалеть.

Оправившись от потрясения, Рауль снова и снова прокручивал в памяти состоявшийся разговор. А что, если у Джулии и вправду были серьезные причины так поступить?

– Проклятье, – пробормотал Рауль.

Она сказала, что беременность протекает сложно. Не могли его, пусть и справедливый, гнев расстроить Джулию настолько, что это повредит ребенку? Рауль считал, что ему слишком рано становиться отцом, но это не снимало с него ответственности за малыша и его мать.

Он позвонил в ее офис и узнал, что она давно уехала с работы. Легкое беспокойство сменилось тревогой, и Рауль поспешил на улицу в поисках такси.

Окна Джулии были ярко освещены. Выйдя из такси, Рауль ощутил запах разожженного камина. Но мужчина был слишком встревожен, чтобы поддаться праздничному настроению, витавшему в воздухе.

Он несколько раз нажал на звонок, и дверь тотчас же распахнулась.

Джулия.

Ее прекрасные глаза покраснели от слез. Значит, она тоже переживала из-за их ссоры. Раздражение Рауля мигом улетучилось.

– Хорошо, – спокойно произнес он. – Я готов выслушать твои объяснения.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Джулия думала, что выплакала уже все слезы, но соленые потоки хлынули по щекам с новой силой. Она не хотела обижать Рауля или вмешиваться в его жизнь. Она просто хотела ребенка. Хотела так сильно, что забыла обо всем на свете.

– Проходи.

Когда они вошли в гостиную, Джулия бросилась собирать разбросанные бумажные салфетки. Судя по всему, она использовала целую коробку, и полкомнаты словно замело снегом.

– Не беспокойся, – пробормотал Рауль.

– Это займет всего минуту.

Рауль вышел и через мгновение вернулся со стаканом в руке.

– Тебе нужно пить молоко, а не переживать из-за разбросанных салфеток, – довольно резко произнес он. – Ты ужинала?

– Немного перекусила. – Джулия взяла стакан и опустилась на стул.

Рауль слишком добр к ней. Она не заслуживает подобного отношения после того, как обошлась с ним в Вашингтоне.

– Расскажи подробно о своем состоянии. Насколько велик риск?

– Доктор говорит, что ребенок здоров и все будет в порядке, если я наберу вес. Я прошла тщательное обследование.

– А как он узнал, что ребенок здоров?

– На прошлой неделе я несколько раз делала УЗИ. Они сказали, что у меня будет девочка.

Рауль кивнул. На Джулии было вязаное платье, которое, в отличие от тяжелых свитеров, мягко подчеркивало ее округлившийся животик. Он оказался не таким уж маленьким. Ее изящная, но в то же время спортивная фигура была словно создана для беременности.

Их дочь вырастет такой же красавицей.

Стоп.

Рауль до сих пор не верил в реальность всего происходящего. Отправляясь в Чикаго, он рассчитывал разделить с Джулией постель, а не заботы о ребенке.

– Ты говорила, у тебя были веские причины поступить так, как ты поступила. Может, расскажешь?

Джулия вздохнула и сделала глоток молока.

– Ты когда-нибудь слышал об эндометриозе?

– Какая-то женская болезнь?

– Да. – Джулия поморщилась. – У меня довольно болезненно протекали месячные, но я росла без матери и не могла говорить об этом с отцом. Он считал, что я… – Джулия умолкла и пожала плечами.

– Что?

– Нытик. Он думал, я притворяюсь. Я рассказывала тебе о нем вчера вечером, помнишь?

Глаза Рауля потемнели.

– По правде говоря, мне не нравится твой отец, Джулия. Он не заслужил такую дочь, как ты.

Меньше всего она ожидала услышать из уст Рауля похвалу.

– Так или иначе, я привыкла к постоянной боли во время месячных. А в прошлом году прошла обследование, и гинеколог обнаружил эндометриоз. Он сказал, что беременность облегчает, а в некоторых случаях и полностью излечивает болезнь. Но самое ужасное заключается в том, что эндометриоз может вызвать бесплодие.

Рауль что-то пробормотал на арабском языке. Слова прозвучали так грубо, что Джулия не хотела знать перевод.

Не поднимая глаз, она поспешно допила молоко. Джулия ожидала, что желудок, как всегда, воспротивится, но тошнота удивительным образом прошла.

– Я всегда мечтала о детях, – прошептала Джулия. – Узнав о болезни, я очень испугалась.

– И решила по-быстрому соблазнить кого-нибудь, чтобы забеременеть. – Рауль говорил спокойно, но в его душе бушевало негодование.

– Ну, уж тебя-то соблазнять не пришлось. – Джулия чувствовала себя ужасно, но решила быть честной до конца.

Рауль тогда просто сгреб ее в охапку и утащил к себе в номер. Она улыбнулась при воспоминании об этом и по его взгляду поняла, что он думает о том же самом.

– Ты очаровательна. Я знал много женщин, но ни одна из них не сравнится с тобой. У тебя есть чувство собственного достоинства, твоему самообладанию можно только позавидовать. Но внутри пылает яркое пламя. – Он немного помолчал и продолжил: – Я ведь не ошибся насчет огня? Ты хоть что-то чувствовала, когда мы были вместе?

– Ты думаешь, я притворялась в постели? Не притворялась. И чем же еще я отличаюсь от остальных твоих женщин?

– Именно это я и пытаюсь определить. Джулия проигнорировала язвительный тон его замечания. В конце концов, он имеет право злиться.

– Рауль, я поехала на конференцию через несколько дней после того, как узнала результаты обследования. – Джулия старалась говорить спокойно. – Я ни о чем другом думать не могла. Понимаю, это вряд ли послужит мне оправданием, но наша встреча была словно ответом на мои молитвы. Ты сильный красивый мужчина, а значит, твои дети будут такими же красивыми.

На мгновение ей показалось, что Рауль смутился. Но Джулия говорила абсолютно искренне. Рауль был самым привлекательным мужчиной, которого она когда-либо встречала. Спокойный, уверенный в себе, чувственный – он с первого взгляда поразил ее воображение.

Рауль откашлялся.

– Кроме того, я иностранец, поэтому вероятность того, что правда выплывет наружу, практически равнялась нулю.

Джулия поставила пустой стакан на журнальный столик. Последнее время вся ее налаженная жизнь пошла наперекосяк. А мысль о том, что она не сможет выносить малыша, становилась с каждым днем все невыносимей.

Нет. Этого не произойдет.

Джулия вскинула голову. Она сделает все, чтобы малыш родился здоровым. С этой мыслью Джулия схватила стакан и поднялась на ноги. Нужно выпить еще молока.

– Джулия?

Рауль последовал за ней, размышляя над сложившейся ситуацией. Потребность женщины забеременеть и родить ребенка продиктована самой природой. Его сестры, несомненно, поддержали бы Джулию.

В ее глазах читалась такая боль…

Я не готов быть отцом, кричал его внутренний голос. Здравый смысл все еще отказывался верить в происходящее.

И все же его отцовство – свершившийся факт.

Он обязан заботиться о ребенке и его матери.

– Тебе нужно больше отдыхать, – пробормотал Рауль.

– Я достаточно отдыхаю.

– Возможно. Но мне кажется, следующие два месяца тебе лучше провести в постели. Это пойдет на пользу ребенку.

– Доктор не видит такой необходимости, – покачала головой Джулия. – И я не хочу бросать работу.

– Если тебя волнует вопрос денег, то я…

– Даже не думай. – Джулия сердито смотрела на него. – Я не возьму от тебя ни цента. Поскольку моя работа не вредит беременности, я продолжу работать.

– Все не так просто.

– Послушай, я очень сожалею, что обманула тебя. Но тебе не о чем волноваться. Я ничего не буду у тебя просить. Тебе не придется заниматься ребенком или содержать нас. Я хорошо зарабатываю и вполне могу заботиться о дочке самостоятельно.

Самостоятельно. Рауль мысленно усмехнулся. Да, как же!

Но вслух он сказал совсем другое.

– Я – отец ребенка.

Джулия налила себе стакан молока и залпом осушила его. Она была погружена в собственные мысли и не заметила, что на верхней губе осталось немного молока. Рауль, не отрываясь, смотрел на белые капельки. Как бы он хотел слизать остатки молока, снова ощутить вкус ее губ…

Наконец Джулия заговорила.

– Я хочу сказать… Тебе не придется исполнять обязанности отца. Тебе не нужно будет тратить на нас время или признавать малышку своей дочерью. Никто ничего не узнает. Уверена, Кейн тоже никому не скажет.

– Все не так просто, как тебе кажется, – ответил Рауль. – Хочешь ты этого или нет, но я несу ответственность за своего ребенка.

– Но я решила…

– То, что ты решила, сейчас не имеет значения. Я сам не рад тому, как все сложилось. Я могу понять твои чувства, но ты носишь мою дочь, Джулия. И я не отвернусь от вас обеих. Совесть просто не позволит мне так поступить.

– Совесть? Рауль, мы живем в двадцать первом веке! В мире полно матерей-одиночек. Или ты считаешь, что я неспособна позаботиться о собственном ребенке?

– Конечно, нет. – Как только подобное пришло ей в голову? Он ни разу не усомнился в силе этой женщины. – Но это не означает, что я оставлю вас одних.

– Не думала, что ты так старомоден.

– Таким уж меня воспитали родители. Я размышлял над сложившейся ситуацией и пришел к выводу, что нам необходимо пожениться.

– Что? – потрясенно спросила Джулия.

По крайней мере, мать обрадуется, мрачно подумал Рауль.

Известие, что один из ее сыновей обзавелся семьей и ждет прибавления, приведет Рианну Оман в неописуемый восторг.

Конечно, он не расскажет семье, что ребенок стал результатом случайной интрижки.

– Мы должны пожениться, Джулия, – настойчиво повторил Рауль.

Джулия несколько раз глубоко вздохнула, стараясь придумать вежливый предлог для отказа.

– Я сегодня же позвоню родителям. Они наверняка захотят прилететь на свадьбу, – добавил Рауль.

– Нет. – Она не собиралась выходить за него замуж. И точка.

– Ты не хочешь знакомиться с моими родителями?

– Нет… То есть, конечно, мне было бы приятно познакомиться с твоими родителями. Но свадьбы не будет.

Рауль недоуменно вскинул брови. Почему она упрямится? Ведь ради нее и малышки он готов пожертвовать очень многим.

– Мы находимся на территории моей страны, – стараясь сохранять самообладание, произнесла Джулия. – Ты не можешь принудить меня выйти за тебя замуж. Современные женщины прекрасно рожают и воспитывают детей в одиночку.

– Конечно, если рядом нет человека, который позаботился бы о них.

Ох уж эти мужчины.

– Ты можешь сколько угодно убеждать меня в том, что твоя страна освободилась от предрассудков, но твое поведение говорит об обратном, – сухо произнесла Джулия. – Беременная женщина не нуждается в заботе мужчины. Сто лет назад, возможно, так и было, но не теперь.

Лицо Рауля помрачнело.

– Наша свадьба…

– Не будет никакой свадьбы.

Джулия устало потерла ноющую поясницу. Те немногие килограммы, которые ей удалось набрать за семь месяцев, давали о себе знать.

– Пожалуйста, Рауль, давай закончим этот разговор. Я ценю твою заботу, но действительно справлюсь со всем сама. Мы слишком разные, чтобы соединить наши судьбы. Я устала и хочу прилечь.

Он нахмурился, но не стал возражать.

– Хорошо. Вернемся к этому разговору в другой раз. Тебе что-нибудь нужно?

– Только как следует выспаться.

– Вот и отлично. – Рауль сделал шаг вперед, жадно вглядываясь в ее лицо. – Разговор не закончен, Джулия. Ты частично права насчет различий между нами, но делаешь неверные выводы. Я не хотел становиться отцом, но я буду отцом этой малышки, хочешь ты того или нет. Я не могу просто так отказаться от собственного ребенка.

Джулия знала, что Рауль не причинит ей вреда.

С любым другим мужчиной она бы опасалась судебных тяжб, медицинских анализов и огромных затрат на адвоката. Хотя многие из тех, кого она знала, с радостью бы отказались от ребенка.

Но с Раулем все обстояло иначе.

Почему-то Джулия была абсолютно уверена, что он никогда не навредит ей и ребенку. И от осознания данного факта на душе становилось только тяжелее.

– У тебя такие грустные глаза, – прошептал Рауль. Он поднес ладонь к ее лицу и ласково погладил по щеке. – Не думай сегодня об этом. Бабушка как-то сказала мне, что не подозревала о красоте рассвета, пока не увидела, как солнце встает над пустыней.

Он наклонился вперед, и Джулия ощутила на коже его теплое дыхание. Ее глаза сами собой закрылись. Она могла сколько угодно спорить с Раулем, доказывая свою независимость, но противостоять его чувственности было выше ее сил.

Он провел языком по губам Джулии, слизывая молоко, и крепко прижал ее к себе, не давая усомниться в силе своего желания. С ее губ слетел едва слышный стон. Рауль был единственным мужчиной, который заставлял ее тело трепетать от страсти.

Но сейчас не время наслаждаться друг другом. Джулия открыла рот, чтобы озвучить свои сомнения, и Рауль немедленно воспользовался этим. Их губы сомкнулись в таком страстном поцелуе, словно и не было долгой разлуки. Желание сопротивляться его неистовому натиску куда-то испарилось.

Что и говорить, Рауль Оман был чертовски хорош.

Слава богу, он не попросил ее руки между поцелуями, потому что тогда она вряд ли смогла бы отказать. Когда Рауль на мгновение отстранился, чтобы перевести дух, Джулию охватила дрожь.

– Я не могу… заниматься любовью, – выдохнула она. – Доктор… Я не спрашивала его об этом… но уверена, что он бы ответил «нет».

– Ничего страшного. – Рауль совсем не выглядел расстроенным. – Твое здоровье сейчас – самое главное. Ответь мне лучше на один вопрос. Ты позволишь моим родителям видеться с внучкой?

– Конечно. Они могут приезжать в любое время. Если захотят.

– Они захотят. – В его голосе прозвучала такая уверенность, что Джулии захотелось плакать. Последние дни она слишком часто плакала. Вызвано ли это гормональным изменением или чувством вины, она сказать не могла.

– Мне нужно побыть одной, – прошептала Джулия.

– Конечно. Увидимся завтра. – Рауль поцеловал ее в лоб и направился к двери. Щелкнул замок, и все снова стихло.

Не в силах унять дрожь, Джулия поднялась в спальню и комочком свернулась на кровати. Она чувствовала ужасную усталость.

С той самой встречи в Вашингтоне она еще ни одной ночи не спала спокойно. Ее терзали муки совести. Что ж, по крайней мере, больше не нужно бояться и лгать. Самое плохое позади.

– Все будет хорошо. – Джулия устало закрыла глаза.

Постепенно напряжение, скопившееся в душе за долгие месяцы, оставило ее. Мурчащий Маппет свернулся клубочком рядом с ее животом. Казалось, коту совершенно не мешали толчки малышки, которая под вечер неожиданно расшалилась.

Тихое урчание кота и движения ребенка самым умиротворяющим образом подействовали на Джулию. Она сонно зевнула и почти сразу уснула.

В гостинице Рауль допоздна размышлял над разговором с Джулией. В конце концов, раздражение сменилось сожалением. Она долго его обманывала, но по крайней мере в минуты близости она была искренна.

Его восхищала решимость Джулии. Она достойно приняла известие о болезни и не опустила руки. И он понимал ее недоверие. Многие мужчины, оказавшись в подобной ситуации, легко бы отказались от ребенка. Но Рауль никогда бы не поступил так со своей женщиной.

Уж тебя-то соблазнять не пришлось.

Это замечание крепко засело у него в мозгу, и Рауль пожал плечами.

С момента первой встречи он понял, что должен получить эту женщину.

Конечно, Джулия использовала его, но разве он сам не возжелал ее, забыв о своем происхождении и наплевав на здравый смысл?

Его нелегкие раздумья прервал телефонный звонок.

– Слушаю.

– А я-то надеялась, что ты позвонишь первым, сын мой.

Мама.

Рауль невесело усмехнулся. Сейчас был неподходящий момент для общения с семьей.

– В Чикаго очень холодно?

– Мама, на дворе январь. Здесь всегда холодно в это время года.

– Ну да, конечно. А у нас великолепная погода.

– Я знаю.

Он не нуждался в напоминании. Загадочная, вечно меняющаяся пустыня, бескрайний океан, буйство красок в садах дворца. Но Чикаго тоже был по-своему хорош…

– Сынок, ты разговариваешь так отчужденно, – нерешительно произнесла мать. – Что-то случилось?

Проклятие!

Если бы Джулия приняла его предложение, то он сам позвонил бы родителям и попросил приехать. Но она отказала. Ее беременность протекает сложно. Не мог же Рауль сообщить родителям, что они рискуют провести остаток дней, оплакивая внучку. Нет, нужно выждать время. Возможно, тогда ему будет, чем порадовать мать.

– Я очень занят, – пробормотал Рауль. – К тому же смертельно устал. А в остальном все в порядке.

Рианна Оман была умной женщиной и поспешила сменить тему. Они поболтали о пустяках еще несколько минут, а потом Рауль попросил позвать отца. В компании накопилось несколько вопросов, которые требовали безотлагательного решения, и он хотел посоветоваться со старшим.

Наконец Рауль положил трубку и вновь остался один на один со своими мыслями.

Он не сомневался, что в конечном счете убедит Джулию выйти за него замуж. Она любит ребенка и поймет, что для девочки гораздо лучше иметь и мать, и отца. А пока придется исполнять отцовские обязанности на расстоянии.

– Выглядишь гораздо лучше, – сказала Мэгги Стюард, когда они с Джулией вошли в лифт. – Я так за тебя волновалась.

Джулия улыбнулась. К своему удивлению, впервые за последние месяцы она прекрасно выспалась. К тому же завтрак не окончился привычным недомоганием.

– Все в порядке, – произнесла она стандартную фразу.

Кто бы ни спрашивал, как у нее дела, Джулия неизменно отвечала, что все в порядке. Она не любила посвящать окружающих в свои проблемы и не нуждалась ни в чьем сочувствии. Мэгги с сомнением посмотрела на подругу, но промолчала. Лифт остановился на четырнадцатом этаже, и она вышла. В кабину вошли Лорен и Рэйф Митчелл.

– Привет, – поприветствовала вошедших Джулия. – Как семейная жизнь?

Молодожены обменялись влюбленными взглядами. Рэйф откашлялся и уставился на свои ботинки, а Лорен широко улыбнулась.

– Прекрасно.

– А я думала, вы в свадебном путешествии, – немного удивленно произнесла Джулия.

– Мы поедем… но чуть позже, – ответил Рэйф и тут же перевел разговор в другое русло: – Ты видела отчет Джека Уотертона относительно строительства детского центра?

– Да, все идет по плану. – Столь резкий поворот не удивил Джулию. На работе Лорен и Рэйф изо всех сил старались вести себя как коллеги. Но все замечали взгляды, которыми новоиспеченные супруги обменивались, когда им казалось, что на них никто не смотрит.

Лифт остановился на шестнадцатом этаже. Рэйф направился в свой кабинет, а Джулия и Лорен пошли в противоположную сторону.

Женщины остановились и поздоровались с Шэрон Уотертон. Джулия задумчиво прислушивалась к болтовне подруг. Пожалуй, пришло время объявить о ребенке. Больше откладывать нельзя. На следующей неделе она посетит врача, и, если прогноз будет благоприятный, она позволит Мэгги, Шэрон и Лорен открыть ее тайну. А уж они-то с радостью разнесут новость по всему офису.

Вид распахнутой двери кабинета прервал ее размышления. Внутри раздавались мужские голоса. Джулия вошла в комнату и замерла.

– Нет, его нужно установить на столе, – говорил Рауль одному из рабочих отдела материально-технического обеспечения. – Так, чтобы ей не пришлось наклоняться.

– Что здесь происходит? – громко спросила Джулия.

Рауль поднял голову и широко улыбнулся.

– Устанавливаем небольшой холодильник.

– Зачем?

– Тогда молоко и еда всегда будут у тебя под рукой, – терпеливо объяснил Рауль.

– Но в этом нет никакой необходимости. В комнате отдыха есть холодильник, – процедила Джулия сквозь зубы.

– Ты сама знаешь, что тебе нужно хорошо питаться. Я лично прослежу, чтобы холодильник не пустовал.

– Тебе не придется беспокоиться, потому что его немедленно уберут. – Джулия с трудом сдерживала негодование.

– Еще чего. – Рауль жестом попросил рабочего оставить их. Мужчина упаковал инструменты и поспешно покинул кабинет.

Джулия захлопнула дверь и перевела глаза на Рауля.

– Сейчас же убери его отсюда.

Вместо ответа Рауль вопросительно поднял брови, и Джулия почувствовала, как ее переполняет раздражение.

– Я не нуждаюсь в опеке.

– Ты же не собираешься запретить мне заботиться о собственной дочери? – Рауль принялся извлекать из огромной сумки пакеты с молоком и фрукты.

– Рауль, так не пойдет. – Джулия изо всех сил старалась сохранять спокойствие. – Я не могу выделяться среди других сотрудников.

– Значит, я куплю холодильники во все кабинеты, – ответил он, не прекращая перекладывать продукты. – И поверь, на холодильнике я останавливаться не собираюсь.

Джулия промолчала.

– Кроме того, я считаю, что мы немедленно должны объявить о твоей беременности, – добавил Рауль. – Конечно, мы не станем скрывать моего отцовства.

Конечно, мы не станем скрывать моего отцовства.

Джулия не мигая смотрела на Рауля. Господи, когда все вышло из-под контроля?

ГЛАВА ПЯТАЯ

Джулия почувствовала легкое головокружение и опустилась на стул.

Наверняка Рауль имел в виду что-то другое.

Сейчас он успокоится, хорошенько все обдумает и поймет, что лучше держать язык за зубами.

– Не думаю, что это хорошая идея, – как можно спокойней произнесла она.

– Но я хочу, чтобы все знали правду. Правду.

Он снова пытается сыграть на ее чувстве вины.

– Я не позволю тебе командовать мной, – в отчаянии бросила Джулия. – И никому не позволю.

Рауль выставил нужную температуру, закрыл дверцу холодильника и выпрямился. Он не собирался командовать. Что ужасного в его заботе о матери своего ребенка? Джулия упомянула, что плохо набирает вес, и он всего лишь привез ей лакомства, которые могли разбудить аппетит.

Но в глазах Джулии он видел неизвестно откуда взявшийся страх.

– Я не командую тобой.

– Конечно. Ты просто пытаешься заставить меня чувствовать себя виноватой.

– Я знаю, что ты чувствуешь, Джулия. И не хочу причинить тебе боль. Что сделано, то сделано, и мы должны идти дальше.

– Почему я должна тебе верить?

– Я не лгу тебе.

Она привычным жестом положила ладонь на живот. Рауль снова отметил про себя, что тщательно подобранная одежда делает беременность Джулии совершенно незаметной.

– Почему ты скрыла от всех свою беременность?

Джулия неопределенно пожала плечами.

– О ней знают несколько человек. В конце концов, это мое личное дело.

– Разве ты не гордишься ребенком?

– Конечно, горжусь. – Ее карие глаза яростно засверкали. – Но я могу сама позаботиться о себе и не хочу, чтобы кто-то считал, что я нуждаюсь в помощи или особом отношении.

– Почему же ты продолжаешь держать все в секрете даже сейчас?

– В моей ситуации… То есть учитывая, как сложно протекает беременность… Если что-нибудь случится… я не хочу, чтобы они испытывали…

Жалость.

Джулия не произнесла этого вслух, но Рауль и так все понял. Он боролся с искушением прижать ее к себе, развеять все ее страхи.

– Уверен, твои друзья и сотрудники хотели бы поддержать тебя в трудную минуту.

– Они бы жалели меня. Что еще можно испытывать к женщине, которая не в состоянии выносить ребенка? – она перешла на шепот.

Сердце Рауля сжалось от боли. Джулия Паркер отчаянно желала ребенка, и ей чудом удалось забеременеть. И теперь, когда жизнь малыша находилась под угрозой, она во всем винила себя.

Он должен с кем-нибудь посоветоваться. Может, позвонить Фатиме? Будучи врачом, сестра могла бы помочь в сложившейся ситуации.

– Ты не потеряешь ребенка, – убежденно произнес Рауль.

– Нет, конечно, нет. – Но по ее лицу было ясно, что она сомневается.

– Когда ты идешь к врачу?

– В пятницу. Я решила, что если наберу вес, то расскажу в компании о беременности.

Рауль хотел было спросить, не пойти ли ему с ней, но сдержался. После ее обвинений он боялся еще сильней расстроить Джулию.

– Вот и славно. А что касается холодильника… Джулия, это такой пустяк. И я очень хочу, чтобы ты его приняла.

Заметив сомнение в ее глазах, Рауль поспешно добавил:

– А когда ребенок родится, ты передашь его другой беременной сотруднице. Договорились?

– Хорошо, – сдалась Джулия. – Но продукты я буду покупать сама.

Рауль улыбнулся, но ничего не сказал. Он по-прежнему станет приносить ей деликатесы.

– Сейчас мне нужно идти. Пообедаешь со мной сегодня?

– Нет.

– Джулия, я не хочу настаивать, но ты должна мне завтрак. Вчера нам так и не удалось поесть.

Она смерила его ледяным взглядом.

– Это было вчера. А сегодня я обедаю с Шэрон Уотертон.

– Значит, пообедаем втроем. – И Рауль вышел из кабинета прежде, чем Джулия успела возразить.

Глубоко вздохнув, она встала и обошла стол. Просмотрев ежедневник, Джулия перевела взгляд на холодильник и поняла, что здорово проголодалась.

Она открыла дверцу и изучила содержимое полок. Чего здесь только не было: молоко и фрукты, рисовый пудинг и огромный сэндвич с цыпленком, салатом, маслинами и маринованным огурцом. За все время беременности Джулия редко испытывала тягу к какому-то определенному продукту, но в этот момент она готова была многое отдать за бутерброд с цыпленком. Ребенок в животе шевельнулся.

– Милая, тебе хочется маслин и маринованных огурцов?

Новый толчок заставил Джулию улыбнуться.

– Вот и славно.

Джулия съела полсэндвича, запила молоком, а затем приступила к пудингу. Странно, но ее желудок охотно принял необычный второй завтрак. Насытившись, она сосредоточилась на работе. Мысли о Рауле практически не беспокоили Джулию, разве только в те минуты, когда она наливала себе очередной стакан молока или когда малышка начинала толкаться.

Впервые за долгое время она чувствовала себя умиротворенной. Все проблемы постепенно отступали: вернулся аппетит, ребенок чувствует себя великолепно. А Рауль… Рауль передумает. Наверняка его предложение пожениться продиктовано воспитанием и чувством долга. Но вскоре он потеряет к ней всякий интерес.

Джулия где-то читала, что ничто так не отпугивает закоренелых холостяков, как вид беременной женщины. Ей необходимо перестать скрывать свое положение и подчеркнуть округлившийся животик. Благо, рядом с офисом расположено немало магазинов одежды, где можно подобрать что-нибудь подходящее.

Улыбаясь, Джулия набрала номер Шэрон Уотертон.

– Привет, это Джулия. Боюсь, мы не сможем сегодня пообедать.

– Что-то случилось? – В голосе Шэрон звучало беспокойство.

– Я собираюсь обновить гардероб. А у тебя одежды хватает…

– Я с радостью составлю тебе компанию, – перебила Шэрон. – Поищу обтягивающую ночную рубашку. Представляю лицо Джека, когда он меня в ней увидит.

– Договорились. Встретимся в обеденный перерыв.

Джулия положила трубку. Пришло время открыть карты. Она вернется в офис в новом платье, и будь что будет!

После обеда Рауль увидел в коридоре Джулию, беседующую с Мэгги Стюард, и не смог сдержать улыбку. Объемный свитер и просторная юбка сменились изящным шелковым платьем, которое выгодно подчеркивало ее великолепную фигуру и округлившийся живот. Теперь беременность Джулии была очевидна для окружающих.

К девушкам подкатил на инвалидном кресле Энди Хуффман, главный бухгалтер компании.

– Джулия, я узнал, что ты ждешь ребенка, – весело воскликнул он. – Мои поздравления, юная леди. Ты будешь прекрасной матерью.

– Спасибо. Я очень счастлива. – Щеки Джулии порозовели от смущения.

– Кто-то упоминал, что беременность протекает с осложнениями, – пробормотал Энди. Впервые Рауль видел его таким озабоченным. – Тебе нужна помощь?

Джулия гордо вскинула голову и в этот момент встретилась взглядом с Раулем.

– Все хорошо. Я справляюсь, – твердо произнесла она.

– Но ведь тебе, наверное, приходится нелегко.

– Энди, я ценю вашу заботу, но я в порядке. – Джулия резко повернулась и пошла прочь.

Рауль в ярости стиснул зубы. Почему Джулия умолчала о его отцовстве? Она теперь не одна, ей нечего опасаться. Они должны поговорить.

Нет, сначала необходимо успокоиться. Иначе разговор снова ни к чему не приведет.

Но, несмотря на решение повременить, ноги сами понесли Рауля к кабинету Джулии.

Он постучал и, когда ответа не последовало, дернул ручку.

Заперто.

Рауль пробормотал ругательство. В этот момент в коридоре появилась Шэрон Уотертон.

– Джулия поехала домой. Я могу вам чем-нибудь помочь, мистер Оман?

Рауль покачал головой.

– Спасибо, миссис Уотертон. Я договорюсь о встрече с мисс Паркер… завтра.

– Не знала, что вы сотрудничаете. Кажется, ваши отделы никак не связаны.

Невинное замечание Шэрон разозлило Рауля еще больше. В конце концов, почему он должен придумывать предлоги для встречи с матерью своего ребенка?

– Приятного вечера, миссис Уотертон, – пробормотал он.

Рауль спустился на подземную парковку и через несколько минут уже направлялся к дому Джулии.

Припарковавшись возле знакомого здания, он взлетел по ступенькам и забарабанил в дверь.

– Джулия, открой.

Секунды казались ему вечностью. Наконец дверь приоткрылась.

– Что ты хочешь?

– Нам нужно поговорить.

– Мы обо всем поговорили вчера.

– Как оказалось, не обо всем.

– Ну что еще? – Джулия пропустила Рауля внутрь и потуже затянула пояс халата, под которым было только нижнее белье. – Я же предупредила, что не смогу с тобой пообедать. И нечего так кипятиться. Кроме того, я только что поела и не хочу выходить из дома.

– Я кипячусь, как ты выразилась, потому что ты никому не сказала, кто отец ребенка. Теперь все решат, что я уклоняюсь от ответственности. Ты опозорила меня!

– Я ничего такого не делала, – беспомощно произнесла Джулия. – Ты оказался в этой ситуации по моей вине, и я хотела защитить тебя. Вот увидишь, так будет лучше для всех.

– Я не просил тебя о защите. И собираюсь всем объявить, что ты носишь моего ребенка.

Он говорил абсолютно серьезно. Джулия без сил опустилась на кушетку. Она надеялась, что, хорошенько все обдумав, Рауль откажется от отцовства. Выходит, она ошиблась.

– Джулия, – Рауль сел рядом с ней, – тебе нелегко, я знаю. Но мы обязательно достигнем взаимопонимания.

Взаимопонимания?

Господи, почему она не обратилась в банк спермы? Мужчины-доноры заранее отказываются от прав на ребенка, превращаясь в безликих производителей.

Но хуже всего то, что она испытывает жгучую потребность оказаться в объятиях Рауля.

– Я хочу, чтобы ты хорошенько обдумала мое вчерашнее предложение.

Она упрямо покачала головой.

– Люди, которые не любят друг друга, не должны жениться.

Он мог возразить, что люди, которые не любят друг друга, не должны иметь детей, но промолчал.

– Почему ты так уверена, что у нас ничего не получится? – Рауль нежно провел ладонью по ее щеке. – Ты прекрасна. Я готов проводить с тобой все ночи.

От его прикосновения Джулия затрепетала.

– Ничего не получится, – повторила она, правда, без прежней уверенности в голосе. – Мы едва знакомы.

– Самое главное нам известно, – не отступал Рауль. – Мы подходим друг другу в постели. У нас есть общие интересы.

– Ох, мужчины, – мрачно пробормотала Джулия. – Секс – это еще не все.

– Я знаю. Но мы во многом похожи. Джулия покачала головой и отодвинулась, следя за тем, чтобы полы халата не распахнулись. Ей было тяжело сосредоточиться. Она могла сколько угодно отрицать важность сексуальных отношений, но сгорала от желания при одном лишь взгляде на Рауля.

– Нет. Ты меня не знаешь. Мы выросли в разных мирах. Кроме того, я не принадлежу к тому типу женщин, с которыми ты обычно встречаешься.

– Вот как? – Рауль вопросительно поднял бровь.

Хотя Джулия не могла похвастаться большим опытом в общении с мужчинами, одну вещь о Рауле она знала наверняка. Он никогда бы не стал встречаться с женщиной, жаждущей продолжительных, серьезных отношений.

– Ответь мне на один вопрос. – Джулия набрала полную грудь воздуха. – Если бы тогда, в Вашингтоне, я призналась, что хочу ребенка, ты бы остался со мной?

– Теперь это не имеет никакого значения. – Было заметно, что ее вопрос застал Рауля врасплох.

– Нет, имеет, – прошептала Джулия. – Я не из тех женщин, которые прыгают в кровать к мужчине спустя пять часов после знакомства. По крайней мере… никогда прежде так не поступала, – добавила она, вспомнив, что разделила постель с Раулем в первый же вечер. – Если бы я вела себя как обычно, ты бы потерял ко мне интерес уже через пять минут. А через некоторое время я растолстею, так что…

– Мне все равно, – Рауль ухватился за ее последнее высказывание, словно за соломинку. – Для меня ты всегда будешь самой прекрасной женщиной.

– Рауль, я беременна. А любой мужчина мечтает о стройной, изящной любовнице.

Он глубоко вздохнул. Глаза Джулии выражали множество чувств, но он увидел лишь одно. Сомнение. Она сомневалась, что желанна.

– Ты думаешь, я не захочу тебя после рождения ребенка?

– Не удивлюсь, если ты не хочешь меня уже сейчас.

Глаза Рауля расширились. Неужели она сама верит в то, что говорит?

– Мы целовались вчера вечером, помнишь? И если бы ты позволила мне не останавливаться…

– Это было вчера вечером. – Джулия отвела взгляд и непроизвольно облизала губы.

– И что с тех пор изменилось?

– Во-первых, я беременна. К тому же я знаю, ты не испытываешь ко мне… – Она умолкла и закусила губу.

– Чего я не испытываю?

– Ничего.

Рауль знал это выражение лица. Когда его сестры так надували губки, это означало только одно. Он, Рауль Оман, только что пропустил нечто очень важное и совершенно не понимает женщин.

– Возможно, – прошептал Рауль, придвигаясь к Джулии, – нам следует проверить, осталось ли прежнее влечение.

– Рауль, не надо, – взмолилась Джулия. – Дело не только в моей беременности. Я никогда не вела себя так, как тогда, в Вашингтоне… И не уверена, что у меня снова получится.

Он улыбнулся. Оказывается, мисс Я-все-могу-сама чертовски не уверена в себе. Что ж, если ему суждено стать примерным семьянином, Джулия Паркер – не самый худший вариант спутницы жизни. С ней, по крайней мере, не соскучишься.

– Мы не станем заниматься любовью. – Рауль пропустил сквозь пальцы шелковистые пряди ее волос. – Нельзя рисковать здоровьем малышки. Просто сейчас мы проверим, насколько ты права относительно моего влечения.

Она с отчаянием заглянула в его глаза, но Рауля уже нельзя было остановить. Сама мысль о том, что он потерял к Джулии всякий интерес, казалась ему смехотворной.

– Первое, что ты должна понять, – продолжал Рауль, развязывая пояс ее халата, – мужчины моей страны ценят женщин с округлыми формами. Мы не разделяем увлечения твоих соотечественников худосочными моделями.

Джулия затаила дыхание и не проронила ни слова. Рауль спустил халат с ее плеч. При виде ее великолепного тела он почувствовал, как кровь закипает в жилах. Трусики плотно облегали округлившийся животик. Пышную грудь сдавливал прозрачный шелк бюстгальтера.

Воспоминания каскадом обрушились на него. Она стала единственной женщиной, с которой он занялся любовью без презерватива. И сейчас Рауль вновь хотел погрузиться в ее зовущую плоть.

– Джулия, – простонал он, накрывая ладонью набухшую грудь.

У нее перехватило дыхание. От прикосновений его пальцев к соскам по телу бежали электрические разряды.

– Ты такая красивая, – хрипло произнес Рауль. – Как я могу не желать тебя?

Джулия дрожала и боролась с искушением ответить лаской на ласку, поцелуем на поцелуй. Она не может, не должна поощрять это безумие. Ведь Рауль не любит ее и не хочет ребенка.

Иногда по ночам она мечтала о том, чтобы он оказался рядом, сжал ее в объятиях. Но утром мечта рассыпалась в прах, потому что шейх Оман олицетворял собой все то, что она не выносила в мужчинах. Он приказывал, а не просил, не знал, что такое компромисс. Выйти за него замуж означало для Джулии совершить самую большую ошибку в жизни.

Но как приятно снова чувствовать себя желанной. Беременность сделала ее невероятно чувствительной к ласкам. Джулия уже почти забыла, как великолепно ощущать себя в объятиях Рауля. Она запустила пальцы в его шевелюру, притягивая мужчину еще ближе.

– Милая, – простонал Рауль, прижимаясь к ней всем телом и покрывая ее грудь и плечи поцелуями. – Чувствуешь, как велико мое желание? Разве его можно скрыть?

Словно протестуя против материнской слабости, малышка сильно толкнула Джулию в живот. Чувственный туман мигом рассеялся. Рауль резко отпрянул и теперь удивленно взирал на Джулию.

– Что это?

Джулия откашлялась и перевела дыхание.

– Малышка… она пошевелилась.

– Это ребенок?

Ребенок.

Рауль желает ее тело, но дитя, которое она носит под сердцем, ему не нужно. Джулия хотелось бы думать, что Раулю помешало незнание языка, но не стоит обманывать себя. Ее девочка для него – всего лишь непредвиденное осложнение.

Сдерживая слезы, она тряхнула его за плечи со всей злостью, на которую была способна.

– Да, – выпалила Джулия. – Младенцы имеют обыкновение шевелиться в животе матери. А теперь, когда ты доказал нашу сексуальную совместимость, пожалуйста, уходи.

– Джулия…

– Оставь меня.

Рауль не двигался с места.

– Я не выйду за тебя замуж. А теперь уходи.

– Ты должна быть благоразумна.

– Это ты должен быть благоразумен. Подумай сам. Ты принц, твоей семье нужны наследники. – Ее голос сорвался на крик. – Я жду девочку, Рауль. И, возможно, других детей у меня уже не будет.

Она едва сдерживала слезы.

– Джулия, не говори так.

– Нет. – Она покачала головой. – Когда-нибудь ты захочешь сына, а я не смогу тебе его родить.

Рауль вздохнул и поднялся. Он жаждал убедить Джулию, что находит ее привлекательной. И ему это удалось. Но почему тогда он не может избавиться от ощущения, что, выиграв сражение, проиграл войну?

ГЛАВА ШЕСТАЯ

В течение следующих двух недель Рауль и Джулия едва ли сказали друг другу несколько слов.

Действительно, женщины полны загадок. Они словно существа с другой планеты. Рауль понимал, что упустил нечто очень важное. Но что?

Его не покидала тревожная мысль, что большую часть жизни он встречался не с теми женщинами.

Единственным утешением было то, что Джулия чувствовала себя гораздо лучше. Она быстро набирала вес. Новости в компании разлетались молниеносно, и от сотрудников Рауль узнал, что врач больше не беспокоится за жизнь ребенка. Ему также стало известно, что Шэрон Уотертон и Лорен Митчелл тайком от Джулии готовят вечеринку в ее честь. Вечеринку, которую он ни за что не пропустит.

В среду утром, выходя из кабинета Джулии с пустым пакетом в руках, Рауль столкнулся с ней в коридоре.

– Я так и знала, что ты делаешь это либо рано утром, либо после работы. Я же запретила тебе носить мне еду.

– Да, но мне доставляет удовольствие заботиться о тебе.

Она сердито вздохнула и кивнула.

– Хорошо, но о твоих маленьких вылазках никто не должен знать.

– Я очень осторожен, – заверил ее Рауль.

– Я знаю, – Джулия отвела взгляд. – Спасибо. Наберись терпения, велел себе Рауль.

Один раз он уже пытался надавить на Джулию.

И к чему это привело? Ему стоило дать ей время хорошенько обдумать его предложение. Но нежелание Джулии открыто признать его отцовство вывело Рауля из себя, и он потерял голову. На сей раз он будет вести себя более осторожно.

В коридорах компании стояла тишина. В столь ранний час они были одни в здании.

– Мы так и не пришли ни к какому решению, – напомнил Рауль, убедившись, что их никто не услышит. – Ты не рассказываешь мне о визитах к врачу. Почему я должен узнавать новости о своем ребенке от третьих лиц?

Джулия молчала.

– У тебя есть еще неделя, – продолжил Рауль, – чтобы рассказать в компании о наших взаимоотношениях. Это нужно сделать, Джулия. Так больше не может продолжаться.

– Рауль, нет.

– Пожалуйста, – умоляюще произнес он. – Это для меня очень важно. Тогда, в коридоре, когда мистер Хуффман пожалел тебя, я чуть со стыда не сгорел… Все считают тебя матерью-одиночкой.

– Я ничего от тебя не жду, Рауль.

– Но я не оставлю тебя.

Она долго молчала, затем подняла на него грустные глаза и кивнула.

– Хорошо. Я подумаю.

– Неужели перспектива жить со мной представляется тебе такой ужасной? – Рауль искренне хотел разобраться, что происходит в ее душе. – Я не жестокий человек. Я дам тебе и ребенку все, что пожелаете. А если ты сомневаешься в моей верности, обещаю, что не дам ни малейшего повода для ревности. Узы брака священны в моей семье.

– Одного чувства ответственности недостаточно, чтобы стать хорошим отцом. Я это знаю точно, – прошептала Джулия, и ее прекрасные карие глаза наполнились слезами.

Раулю захотелось прижать ее к себе, осушить слезы поцелуями. Но такое поведение наверняка вызовет протест с ее стороны. Неопределенность злила Рауля. Кейн предложил подать в суд, но он не хотел решать проблему таким кардинальным способом. Оставалось надеяться на благоразумие самой Джулии.

Тем же вечером Рауль позвонил домой. Дальше утаивать новости от семьи он не мог.

В его стране было утро, и трубку подняла служанка. Рауль позвал к телефону Фатиму, которая по счастливой случайности оказалась дома.

– Рауль, милый. Мама расстроится, что ты ее не застал. Она уехала в свой благотворительный фонд, – поприветствовала брата Фатима. – Хотя зачем я тебе это рассказываю? Ты и сам прекрасно знаешь, что она ездит туда каждое утро, а отец отправляется к дедушке.

– Знаю. – Впервые за две недели Рауль улыбнулся. – Я хотел поговорить с тобой.

– Да?

– Помнишь, я рассказывал о женщине, которую встретил в прошлом июне? Джулии Паркер?

– Да, помню. Ты никогда раньше не рассказывал о своих подругах. – В голосе сестры звучал неподдельный интерес.

Последнее замечание задело Рауля.

– Она не одна из моих подруг. – Ему хотелось, чтобы семья сразу поняла, как высоко он ценит Джулию. Что она единственная, хотя он сам долгое время не желал этого признавать.

Повисла короткая пауза.

– Ты отзывался о мисс Паркер очень тепло. Она показалась мне милой девушкой.

Рауль вздохнул. После возвращения из Вашингтона он все время думал о Джулии и решился рассказать о ней сестре. Поговорить с отцом или матерью он не мог. Они пришли бы в восторг от услышанного и настаивали бы на немедленной свадьбе. Даже тот факт, что предполагаемая невеста – американка, вряд ли смутил бы его родителей.

– Рауль? – прервала его размышления сестра.

– Фатима, Джулия беременна. – Не дождавшись ответной реакции, он вздохнул и продолжил: – У нас будет ребенок.

– Не могу поверить… Она скрыла от тебя свою беременность? – В голосе Фатимы звучало искреннее изумление, и Рауль стиснул в руке трубку. Он не хотел рассказывать семье об обмане Джулии, но не из-за уязвленной гордости. Они должны принять ее в семью, и тот факт, что она долгое время скрывала свое положение, мог значительно усложнить дело.

– Джулия знала, что я не готов обзаводиться семьей. Она подумала, я не захочу лишних сложностей…

– Тогда она тебя совсем не знает.

– Джулии не слишком везло с мужчинами, Фатима. Она полагала, что я такой же, как все остальные.

– Когда свадьба?

Рауль вздрогнул.

– Джулия мне отказала. Она очень независима.

– Ты в кои-то веки делаешь женщине предложение, и она тебе отказывает? – Фатима звонко рассмеялась. – Я хочу познакомиться с этой независимой американкой. Она мне уже нравится.

– Нравится? Она отказывается выходить за меня замуж, – сердито напомнил сестре Рауль. – К тому же она вбила себе в голову, что поправилась и не привлекает меня как женщина. – От одной мысли о прелестях Джулии Паркер у него участилось дыхание. – Но это не так.

– Ты любишь ее?

– При чем тут любовь? Она ждет моего ребенка и должна стать моей женой.

– Очень романтично.

Рауль уставился на стену. Он знал, что сестры встанут на сторону Джулии. Женщины есть женщины.

– Она разрешила матери и отцу навестить ребенка, когда он родится. Уверен, что, в конце концов, она примет мое предложение.

– Ребенок? – переспросила сестра. – Ты уже дважды произнес это слово.

– Что ты имеешь в виду?

– Ничего… Просто оно звучит так отстраненно.

– Я отец. Разве этого недостаточно? Расскажи родителям, но постарайся удержать их дома. Мне и без них проблем хватает. Я позвоню, когда появятся новости.

Они тепло попрощались.

Рауль долго размышлял, как дальше будут развиваться его отношения с Джулией. Разговор с Фатимой заставил его усомниться в правильности собственных поступков. Ему просто необходимо задать Джулии несколько вопросов и получить на них ответы.

Сложность заключалась в том, что Джулия всячески его избегала.

Джулия вышла из здания компании и вдохнула холодный зимний воздух. После обеда она отпросилась с работы и решила пройтись по магазинам. Теперь, когда ребенок активно набирал вес, ей не помешает купить новую одежду.

– Привет, Джулия.

Она молча наблюдала, как Рауль выходит из серебристого «мерседеса», припаркованного у тротуара.

Последнее время она испытывала к Раулю смешанные чувства. С одной стороны, он властный, не терпящий возражений человек, которому не место в жизни ее дочери. Но с другой стороны, ей не хватало его французской галантности, его объятий и страстных поцелуев…

– Куда ты идешь?

– По магазинам.

– Тогда тебе наверняка понадобится мужская сила. Позволь сопровождать тебя. – Он жестом указал на «мерседес».

В машине Джулия согрелась, немного расслабилась и завела разговор о сотрудниках компании. Рауль Оман был замечательным собеседником, образованным и остроумным. Уже через несколько минут она заливалась смехом над его рассказом о взаимоотношениях Кейна Халея и Мэгги Стюард.

– Миссис Стюард – превосходная помощница, – уверял Рауль. – Кейну с ней необычайно повезло.

– Да уж, – согласилась Джулия, хотя в душе сомневалась, что Кейн догадывается о своем везении.

Рауль припарковался и обошел вокруг машины, чтобы помочь Джулии выйти. Она с благодарностью оперлась на протянутую руку. Последние недели малышка быстро набирала вес, и Джулия чувствовала себя неуклюжей.

В торговом центре она с облегчением избавилась от пальто.

– Ты замерзнешь, – забеспокоился Рауль.

– Ты даже не представляешь, как мне жарко. Такое ощущение, что внутри меня работает небольшая печка.

– Вот как? – Рауль взял у нее из рук пальто. – А когда ребенок шевелится, ты испытываешь дискомфорт?

Джулия нахмурилась. Господи, как она ненавидела это слово – ребенок! Сможет ли Рауль когда-нибудь полюбить свою малышку?

Лишь одно она знала наверняка: Рауль не отступится. Он выполнит все свои обязательства, чего бы это ни стоило.

– Я нормально переношу ее движения. Каждый раз, когда она шевелится, я знаю, что она жива и здорова. Было время, когда я с замиранием сердца ждала каждого толчка.

– А что сказал доктор?

– Мы приблизились к нижней границе нормы.

Еще пара недель – и я наберу нужный вес. Сейчас я постоянно ем и стараюсь высыпаться. Это очень благотворно влияет на малышку.

– Я рад.

Они вошли в очередной магазин, наполненный игрушками и детской мебелью. Джулия с восхищением провела рукой по погремушкам над одной из колыбелек. Они были выполнены из дерева и раскрашены вручную.

– Тебе нравится? Давай купим. – Рауль жестом подозвал продавщицу.

– Я пока только смотрю. – Джулия испуганно взглянула на него.

Появилась улыбающаяся продавщица.

– Какой у вас срок, мадам?

– Семь с половиной месяцев.

– Вы ищете что-то конкретное?

Джулия покачала головой.

– По правде говоря, я еще не определилась. Я жду…

– Ждете? – в голосе продавщицы звучало удивление, но тут вмешался Рауль.

– Мы пока выбираем, – властно произнес он. Продавщица тут же отступила.

– Конечно, сэр. Я буду неподалеку, если вам что-нибудь понадобится.

– И как часто люди делают то, что ты им говоришь? – спросила Джулия, когда они вошли в следующий магазин.

– Почти всегда, если не брать в расчет одну упрямую американку, которая меня даже слушать не хочет. – Озорные огоньки заплясали в глубине его темных глаз.

– А может, она просто очень умна?

– Бесспорно… и очень красива. Даже когда упрямится.

Джулия улыбнулась и положила ладонь на живот. Ребенок шевельнулся, и это движение наполнило ее умиротворением.

– Могу я? – Рауль, как зачарованный, следил за толчками под ее рукой.

Джулия всегда мечтала разделить с кем-нибудь такие моменты, но никогда не думала, что Рауль сам попросит ее об этом. Видя ее нерешительность, Рауль нахмурился.

– В чем дело, Джулия? Я уже много раз спрашивал, почему ты не пускаешь меня в жизнь ребенка, но так и не получил вразумительного ответа.

– Разве ты не понимаешь? – Слезы наполнили ее прекрасные глаза. – Конечно, ты не хотел становиться отцом. Но послушай себя. Ты ни разу не сказал «моя малышка» или «наша дочь». Она для тебя лишь безликий ребенок. Она будет расти, видеть, как сильно ее друзей любят отцы, и не поймет, почему ты держишься так отстраненно.

Я не хочу, чтобы она страдала.

Я не хочу, чтобы она страдала.

Внезапно Рауль представил маленькую Джулию. Милую девочку, которая всем сердцем любила отца и не понимала, что делает не так.

– Я не похож на него, – резко произнес Рауль.

– На кого? – Джулия подняла бледное лицо.

– На твоего отца.

– Он здесь ни при чем.

– Ты думаешь, я буду вести себя так же и причиню боль… нашей дочери.

– Ты не похож на моего отца, но это ничего не меняет. Она все равно будет страдать. Дети тонко чувствуют разницу между долгом и любовью, а ты ее не любишь. После того, как я с тобой поступила, не думаю, что ты сможешь полюбить малышку. Я не хочу, чтобы ты обвинил нас в том, что мы испортили тебе жизнь.

Так вот в чем дело.

Джулия не простила себя за то, что обманула его, и она не верит, что он простил. Раньше он действительно был против отцовства и семьи. Но разве время не меняет людей? Он всегда желал эту женщину, она носит его ребенка. Если ему и суждено обрести семейное счастье, то только с Джулией.

– Дорогая, – прошептал Рауль. Они свернули за полку с игрушками, которая скрыла их от посторонних глаз, и он ласково провел ладонью по щеке Джулии. – Мои чувства к тебе остались прежними. Я желаю тебя так, как никогда не желал ни одну женщину.

– Ты изменился, – она подняла на него наполненные болью глаза. – Ты всегда говоришь по-французски с людьми, которые тебе дороги. А с тех пор, как ты узнал о ребенке, ты не сказал мне ни единого французского слова.

– Ты же сама мне запретила.

– С каких пор ты меня слушаешь? – парировала она.

– Не часто, – вздохнул Рауль. – Пойми, когда я узнал о ребенке… о нашей малышке, я был шокирован. Ты держала меня на расстоянии и отказывалась от моей помощи. Ситуация вышла из-под контроля, и я не знал, что делать.

– Вот именно. Ты привык контролировать всех и вся.

– Нет, я… – Он запнулся. А если она права?

Как-то отец сказал, что власть не делает тебя мужчиной. Хороший правитель служит своим подданным больше, чем они ему. Тогда они со старшим братом не приняли слова отца всерьез.

– Джулия, – осторожно начал Рауль. – Мне о многом нужно подумать. Я так же, как и ты, желаю нашей дочери всего самого лучшего. Пожалуй, ты права, я никогда не думал о ней, как о живом существе. Просто я мало времени проводил с детьми.

– И что нам делать?

– Для начала вот что. – Рауль убрал руку Джулии и осторожно положил свою ладонь на ее живот. Немедленный толчок вызвал в нем целую гамму чувств. Гордость. Облегчение. Беспокойство.

– Рауль?

– Научи меня, – прошептал он. – Научи меня любить эту малышку так, как любишь ее ты. Помоги стать для нее самым лучшим отцом на свете. Клянусь, что не разочарую тебя.

Джулии очень хотелось верить. Рауль был человеком слова. Она знала это с самой первой минуты, иначе никогда не легла бы с ним в постель. Но действительно ли он изменился? Сможет ли стать хорошим отцом?

У Джулии не было ответов на эти вопросы.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

На следующий день Джулия сидела в кабинете и изучала список телефонов сотрудников. Она уже выучила телефон Рауля наизусть, но никак не решалась набрать заветные цифры.

Его вчерашние слова до сих пор звучали у нее в голове.

Научи меня любить эту малышку так, как любишь ее ты. Помоги стать для нее самым лучшим отцом на свете. Клянусь, что не разочарую тебя.

Теперь был ее ход. Джулия гадала, чем обернется ее поступок для ребенка, которого она носит под сердцем.

Она не ожидала, что Рауль так безошибочно распознает ее страхи. Он всегда рос в любви. Откуда ему знать, как чувствовал себя отвергнутый родителями ребенок. Накормить, одеть, дать крышу над головой – этого еще не достаточно.

Пожалуй, она слишком возбуждена. Лучше поговорить с глазу на глаз.

Джулия схватила сумочку и бутылку воды и направилась в кабинет Рауля.

Дерби Эллиотт, секретарша Рауля, подняла голову и улыбнулась.

– Добрый день, мисс Паркер. Проходите.

– Мистер Оман не занят?

– У меня есть распоряжение пропускать вас в любое время, – секретарша пожала плечами.

Джулия кивнула и направилась к дверям.

– Джулия, – поприветствовал ее хозяин кабинета. – Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо. – Она помолчала, а затем продолжила: – Через полчаса мне нужно быть у врача. Поедешь со мной?

– Конечно, – Рауль расплылся в улыбке. – Неужели я наконец увижу фотографию нашего ребенка… то есть нашей дочери?

– Изображение будет не слишком четким.

– Я поведу машину, – предложил Рауль. Джулия не возражала.

До клиники они добрались без происшествий.

– Джулия, привет, – поприветствовал ее Карл Киросаки, ассистент. – Представишь мне своего спутника?

– Рауль Оман. – Он протянул руку. – Я отец ребенка.

Мужчины обменялись рукопожатием. Джулия едва сдерживала раздражение.

Рауль встрял в разговор, даже не спросив ее мнения!

Они прошли в кабинет, и по мере подготовки к процедуре раздражение сменялось смущением.

Не будь дурой, мысленно ругала себя Джулия. Не так давно Рауль видел тебя полностью обнаженной!

Но сейчас она смущалась не столько собственной наготы, сколько огромного живота.

Она легла, и, пока Карл смазывал гелем ее живот, пришел доктор. Через несколько мгновений на экране появилось черно-белое изображение.

– Это она? – еле слышно спросил Рауль, не отрывая глаз от монитора.

– Да, – ответил за Джулию Карл. – Малышка сейчас спит и сосет во сне пальчик. – Он нажал на кнопку и выделил контуры младенца.

Рауль смотрел на экран. Господи, какая она крошечная! Внезапно ему захотелось защитить свою дочь от всего мира.

– Сколько ей еще не хватает до нормального веса?

– Полагаю, сейчас она весит около четырех фунтов, – ответил доктор Свенсон. – Если прибавка в весе будет продолжаться такими же темпами, то к родам она должна весить около пяти. Этого вполне достаточно.

– А не мало? – обеспокоенно спросил Рауль.

– Конечно, нам, взрослым, эта цифра может показаться ничтожной. Но поверьте, пять фунтов – отличный вес для младенца, – доктор похлопал Джулию по плечу. – Я жду вас у себя в кабинете.

Джулия схватила бумажное полотенце и поспешила скрыться за ширмой.

– Сюда я записал видео с вашей малышкой. – Карл протянул Раулю кассету.

Спустя пару минут появилась раскрасневшаяся Джулия. Она была так хороша, что будущий отец не удержался и поцеловал ее.

– Рауль?

– Нас ждет доктор, – напомнил он.

Раньше мысли о браке и детях навевали на него скуку. Но с Джулией все было иначе, и Рауль Оман с радостью погружался в новый для него мир.

Доктор Свенсон еще раз осмотрел Джулию, измерил давление и пульс и задал несколько вопросов. Судя по всему, он остался доволен осмотром.

– Вы стабильно прибавляете в весе. Думаю, все будет прекрасно.

– Спасибо. Вы мне очень помогли, – лицо Джулии озарилось счастливой улыбкой.

– Вы молодец. Жду вас на следующей неделе. Джулия выпорхнула в приемную и повернулась к Раулю.

– Ты слышал? Кажется, опасность миновала.

– Я услышал, – широко улыбнулся Рауль. Через огромные окна он увидел, что на улице идет снег, и поморщился.

– Давай я отвезу тебя домой, – предложил он. – Завтра суббота, тебе не нужно ехать на работу. А ближе к вечеру я пригоню твою машину.

Джулия покачала головой.

– Хорошо, но я сама заберу машину. Или поеду в понедельник на такси.

Ему стоило невероятных усилий удержаться от спора.

Рауль совершенно искренне не понимал, почему ее так раздражают маленькие знаки внимания. Ну что плохого в том, что он отгонит машину Джулии и заодно привезет ей еду?

– Зайдешь? – спросила Джулия, когда они подъехали к ее дому.

Рауль хотел было согласиться, но, заметив смятение в ее прекрасных глазах, отрицательно покачал головой.

– Вот мой телефонный номер в гостинице. Звони, если что-то понадобится, – он вложил визитку в ее ладонь.

– Все еще живешь в гостинице?

– Пока да, но обдумываю предложение Кейна. – Рауль залюбовался ее профилем.

– А мне казалось, ты был против покупки дома.

– Это было до того, как я узнал о малышке. – Рауль положил ладонь на живот Джулии. – Теперь все изменилось. Возможно, это наша судьба.

– Не стоит путать судьбу и чувство долга, – пробормотала Джулия и опустила глаза.

– При чем здесь чувство долга? – Рауль приподнял ее лицо за подбородок и запечатлел поцелуй на прохладных губах. – Я заинтригован.

– Заинтригован?

– Сегодня был непростой день, и тебе нужно отдохнуть, bien-aimé. Мы поговорим позже.

Он вручил Джулии видеокассету, помог ей выйти из машины и подождал, пока она скроется за дверью. Только после того, как щелкнул дверной замок, Рауль снова сел в автомобиль и повернул ключ в замке зажигания.

На следующий день снегопад прекратился.

Джулия разожгла огонь в камине, намазала тосты арахисовым маслом и с удовольствием уплетала их, обмакивая в мед.

Впервые за долгие месяцы беременности она по-настоящему наслаждалась едой.

– Ммм, – Джулия облизала пальцы, перепачканные медом.

Еда и тепло от камина действовали на нее умиротворяюще.

За долгие годы дом претерпел множество изменений. К счастью, камины уцелели, как и некоторые другие детали интерьера, вроде дубовых балок в комнатах. Это здание – одно из немногих, переживших Чикагский пожар 1871 года.

Джулия задремала, и тут раздался звонок в дверь.

Рауль?

Впервые за последние недели она без особого беспокойства подумала о его визите.

Зевая, Джулия пошла в гостиную и выглянула в окно. Перед домом припарковался фургон.

– Кто там? – Джулия приоткрыла дверь, не снимая цепочку.

– Мисс Паркер? У меня доставка на ваше имя.

– Я ничего не заказывала.

– Значит, кто-то решил сделать вам сюрприз. Здесь пакеты от «Тойз энд Кидз», «Джекки Бейби»… В общем, много чего.

Сонливость Джулии как рукой сняло. Рауль.

– Я ничего не заказывала. Отвезите все обратно.

– Мисс, послушайте. Заказ полностью оплачен. Почему бы вам просто не расписаться в накладной, и мы занесем покупки в дом?

– Нет. Вы сейчас же отвезете все обратно в магазины. Пускай они вернут деньги мистеру Оману.

– Но…

– Я сказала «нет».

Конечно, не стоило срываться на доставщике. Молодой человек, скорее всего студент, просто решил подзаработать. Но она не примет от Рауля ничего. Особенно, когда он поступает против ее воли.

Краем глаза она заметила, как за фургоном остановился серебристый «мерседес», из которого вышел сам виновник происшествия и неторопливо направился к крыльцу.

– Не получилось? – поинтересовался он у растерянного молодого человека. – Ты объяснил, что тебе не заплатят, если получатель не распишется в накладной?

– Не успел.

– Рауль! – негодующе воскликнула Джулия.

– Что ж, я так и думал. Подожди меня в машине.

Он повернулся к Джулии. В его глазах заплясали озорные огоньки. Когда паренек скрылся в фургоне, Рауль шире распахнул дверь и прижал палец к губам Джулии.

– Да, я должен был сначала спросить, – сказал он, не давая ей вставить ни слова. – Ты права. Я немного поторопился. Но если бы ты приняла эти небольшие подарки для нашей дочери, я был бы тебе очень признателен.

– Ну вот, опять, – прошептала Джулия. – Ты снова пытаешься манипулировать мной. Сейчас ты спрашиваешь разрешения, но так, что у меня практически нет шансов отказаться.

– Ему заплатят, – спокойно произнес Рауль. – И я оставлю щедрые чаевые. Видишь, никто не пострадает в случае твоего отказа.

Как бы там ни было, он старался ради своей дочери. Последние дни они много разговаривали, и сейчас Джулия осознавала, что, требуя от Рауля понимания, она сама редко шла на компромиссы.

– Ну… хорошо.

– Спасибо, chère, – Рауль ласково прикоснулся к ее щеке. – Где ты решила устроить детскую?

– Пойдем, – Джулия пропустила его в дом. Они прошли через просторный холл, и Рауль снова поразился, каким огромным оказалось ее жилище. Сейчас многие комнаты пустовали, но со временем Джулия, несомненно, обставит их со вкусом.

– Вот здесь.

Рауль остановился в дверях. Мебели в комнате практически не было – лишь огромный старинный шкаф. Не говоря ни слова, Рауль распахнул дверцы. Внутри висели женские платья, на пустой полке красовался плюшевый медвежонок, а рядом валялась погремушка. Его сердце сжалось. Опасаясь потерять ребенка, Джулия ничего не покупала для малышки.

– Очевидно, мне давно следовало пройтись по магазинам. – Она привычным жестом прижала ладонь к животу. – Просто…

– Все в порядке, я понимаю.

Не поднимая глаз, Джулия кивнула. Рауль тяжело вздохнул. Конечно, он не мог возместить ей свое отсутствие в течение долгих семи месяцев. Но теперь он ни на секунду не исчезнет из жизни Джулии.

– Пойду принесу коробки.

Следующие полчаса Рауль заносил многочисленные покупки в дом. Воспользовавшись передышкой, Джулия скользнула на кухню. Пожалуй, ей сейчас не помешает чашка молока и пара тостов с медом. Уплетая лакомство за обе щеки, она услышала звук отъезжающего фургона.

– Где у тебя инструменты? – В кухню вошел Рауль. Рукава его дорогой рубашки были закатаны. – И дай, пожалуйста, нож.

– Нож?

– Нужно открыть коробки.

– Я могу открыть их сама.

– Но ты же не будешь сама таскать все наверх и собирать мебель. Можно? – Он кивнул на тост в ее руке.

Не дожидаясь ответа, Рауль откусил большой кусок.

– Обожаю мед. – Он медленно облизал каждый ее палец.

От его прикосновений по коже Джулии побежали электрические разряды.

– Пожалуй, я сварю кофе. – Она отдернула руку. – Или ты предпочитаешь чай?

– Не спеши. Думаю, мне придется некоторое время повозиться в детской. Так, где у тебя инструменты?

Джулия махнула рукой в сторону шкафа в прихожей.

Рауль извлек ящик с инструментами и направился в детскую.

Когда Джулия проснулась на диване в гостиной, за окном уже темнело. Она потянулась и услышала шум наверху. Значит, Рауль еще здесь.

Джулия знала, что он пьет только очень крепкий кофе. Как-то в Вашингтоне она сделала глоток из его чашки и долго не могла избавиться от горечи во рту.

– Как дела? – она остановилась в дверях, держа в руках кружку с ароматным напитком.

Рауль обернулся и заулыбался.

– Нормально. Но теперь я понимаю, почему один из моих друзей с таким ужасом отзывался о сборке мебели.

– И почему же?

– Только представь, что тебе нужно вставить деталь А в отверстие Б, которого и в помине нет.

Джулия рассмеялась.

– Надеюсь, кофе поможет. – Она протянула чашку.

– Mon trésor,[3] ты читаешь мои мысли. – Он сделал большой глоток и одобрительно закивал. – Превосходно. Обычно американский кофе напоминает помои.

– Не всем нравится избыток кофеина в организме, – поддразнила Джулия. – А некоторые и вовсе любят травяной чай.

– Это даже хуже, чем помои, – поморщился Рауль.

Джулия снова положила ладонь на живот и прошлась по комнате, рассматривая покупки. Рауль внимательно за ней наблюдал. Если Джулии что-то придется не по душе, он легко заменит не понравившуюся вещь.

Он уже собрал кроватку и закрепил погремушки, которые она с таким восторгом рассматривала в магазине несколько дней назад. С мягкой улыбкой Джулия коснулась фигурок и теперь наблюдала за их движением. А ее непоседа-кот уже устроился на детском матрасе.

– Эй, Маппет. – Джулия подняла животное на руки. – Похоже, ты мешаешь.

– Он вел себя превосходно. – Рауль отставил в сторону пустую чашку.

– Ты столько всего накупил.

– Это еще не все. – Рауль как раз заканчивал собирать пеленальный столик.

– Как насчет ужина? – спросила Джулия, пока он собирал пустые коробки.

Рауль боролся с искушением согласиться. Но он опасался, что, оставшись, не сможет держать себя в руках.

– Спасибо, но мне нужно ехать. У меня запланирована встреча.

– Прости, что задержала. Я не хотела нарушать твои планы. – Джулия запнулась и отвела взгляд.

Неужели она ревнует?

– Тебе не за что извиняться. Увидимся в понедельник. Позвони мне в гостиницу, если тебе что-то понадобится.

– Хорошо. И, Рауль, спасибо… – Она снова прошлась по комнате, то и дело дотрагиваясь до вещей. – Теперь мы готовы к появлению малышки на свет.

– Все будет хорошо, chère. Вот увидишь, все будет хорошо.

– Запланирована встреча, – пробормотала Джулия, когда машина Рауля отъехала от дома. – Как думаешь, Маппет, с кем он встречается?

Кот зевнул.

Джулия отпустила его и еще раз осмотрела комнату. Благодаря Раулю она теперь напоминала настоящую детскую. Но кое-что еще требовало доработки…

Когда спустя пару часов Джулия закончила разбирать подарки, комната походила на картинку из журнала. Настоящее уютное гнездышко для будущей малышки.

– Что скажешь, Маппет?

Кот повернулся к кроватке, заполненной множеством мягких игрушек, и недовольно дернул хвостом.

Устало улыбаясь, Джулия опустилась в кресло-качалку и закрыла глаза. Она так и не решила, примет ли предложение Рауля, но мысль о замужестве уже не вселяла в нее страх.

Дверной звонок прервал ее размышления, и она радостно поспешила вниз.

Должно быть, вернулся Рауль.

Джулия мысленно перебрала содержимое холодильника, лихорадочно придумывая меню для ужина.

– Прости за столь поздний визит, Джулия, но нас выгнали из дома, – воскликнула Шэрон Уотертон. За ее спиной маячили Лорен и Мэгги. – Можно войти? Мы принесли пиццу.

– Да, конечно…

Лорен выглядела смущенной.

– Ну, нас не совсем выгнали, – принялась объяснять она. – Но Джек занялся ремонтом, и стало немного шумно. Тогда Мэгги предложила поехать к тебе.

– Ты же знаешь, когда мужчина берется за инструменты… – многозначительно протянула Шэрон.

Джулия не знала. Ее отец не любил работать руками. Но приезд пришелся как нельзя кстати. Она уже много месяцев проводила вечера в одиночестве и теперь радостно предвкушала ужин, наполненный шутками и смехом.

Они устроились на кухне. Молодые женщины без устали нахваливали интерьер. А от камина все были просто в восторге.

– По-моему, Лорен и Шэрон у тебя впервые. Покажешь им дом? – предложила Мэгги после ужина.

– Конечно, – кивнула Джулия.

– Какая прелесть! – воскликнула Лорен, переступив порог детской. – На обустройство этой комнаты у тебя, должно быть, ушла куча времени.

Джулия счастливо рассмеялась.

– Это все Рауль. Он сегодня приезжал. Лорен и Шэрон смотрели на нее широко распахнутыми глазами.

– Шейх Оман? – наконец обрела дар речи Лорен. – Ты шутишь.

Джулия глубоко вздохнула и решилась.

– В общем… Рауль и есть отец моей малышки. В комнате повисло молчание. На какое-то время Джулия даже забеспокоилась за подруг. Но их реакция была вполне предсказуема. Ведь Рауль Оман, без преувеличения, был мечтой всех женщин компании.

– Мы познакомились в прошлом году на конференции в Вашингтоне. Но когда он приехал в Чикаго, то еще не знал о ребенке, – принялась объяснять Джулия. – Рауль сделал мне предложение, но я пока думаю.

– Думаешь, выходить ли тебе замуж за Рауля Омана?! – Лорен сделала неловкий шаг назад и шлепнулась на пол.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спросила Джулия.

Лорен поднялась на ноги и протерла ушибленное место.

– Я-то да. А вот за тебя начинаю волноваться.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Я-то да. А вот за тебя начинаю волноваться.

На следующий день, вспоминая лицо Лорен, Джулия то и дело покатывалась со смеху.

Возможно, не стоило рассказывать о предложении Рауля, но она не хотела, чтобы подруги осуждали его. С каких это пор ее волнует репутация Омана?

Джулия размышляла об этом по дороге на работу. Хотя Рауль предложил заехать за ней, она отказалась и вызвала такси.

Войдя в кабинет, она сразу же направилась к холодильнику, задаваясь вопросом, какое лакомство приготовлено для нее сегодня.

Следом влетела Шэрон Уотертон и шлепнулась на стул.

– Умираю с голоду. У тебя что-нибудь есть? Джулия усмехнулась и открыла холодильник.

Внутри были греческий салат, несколько бутербродов с индейкой и сыром, молоко, фрукты и пудинг.

– Ты будешь салат или бутерброд с индейкой?

– Бутерброд.

– Держи. Рауль пополняет запасы каждый день.

Шэрон замерла с открытым ртом, так и не откусив от бутерброда.

– И ты еще раздумываешь, принять ли его предложение? Предложение мужчины, который кормит тебя деликатесами, готов ради тебя на все и к тому же красив как бог.

– Я не хочу это обсуждать.

Малышка в ожидании завтрака начала толкаться, и Джулия с улыбкой погладила живот.

Зазвонил телефон. Не переставая жевать, Шэрон поднялась и направилась к дверям, помахав подруге на прощание.

– Джулия Паркер.

– Мисс Паркер, вас беспокоят из Центра планирования семьи. Хотим сообщить, что сегодня вечером пройдет первое занятие. Вы сами сообщите мистеру Оману или нам позвонить ему?

Джулия застыла.

– Мистеру Оману?

– Да. Вы ведь будете посещать занятия вместе?

– Мы вам перезвоним. – Джулия была вне себя от бешенства.

Она стремительной походкой отправилась к кабинету начальника финансового отдела.

– Он у себя? Один? – не поздоровавшись, осведомилась Джулия у секретаря.

С лица Дебби Эллиотт сползла доброжелательная улыбка, и она кивнула.

– Отлично, – Джулия влетела в кабинет и захлопнула за собой дверь. – Как ты посмел? Ты же обещал, что не станешь ничего предпринимать за моей спиной. И я тебе почти поверила!

Рауль спокойно положил ручку и встал.

– Что случилось?

– Только что звонили из Центра планирования семьи. На сегодня назначено первое занятие. Неужели все то, что ты сказал в субботу, – лишь пустые слова?

Рауль выругался на арабском.

– Джулия, я пока ничего не сделал.

– Неужели? Кто же записал нас в группу?

– Да, я действительно звонил в центр и узнавал расписание занятий. Но это было больше двух недель назад. А в прошлую пятницу я перезвонил и просил пока нас не записывать. Я хотел сначала поговорить с тобой.

– Очевидно, они забыли о твоей просьбе.

– Я переговорю с ними. Но ты не можешь винить меня за то, что я хочу ходить на эти занятия и присутствовать при рождении нашего ребенка.

– Нет, так не пойдет. – Джулия глубоко вздохнула и опустилась на диван. – С чего я взяла, что ты сможешь измениться?

В этот момент она была такой красивой и такой несчастной, что Рауль невольно испытал раскаяние.

– Джулия. – Он сел рядом и взял ее за руку. Молодая женщина не отстранилась, но Рауль почувствовал, как она напряжена. – Я желаю тебе только добра. Возможно, я выбираю не самые лучшие методы, но поверь, в моих действиях нет злого умысла.

Она покачала головой.

– У нас проблема, Рауль. Ты считаешь, что я не смогу позаботиться о себе и ребенке. Поэтому ты все решаешь за меня.

В его глазах мелькнул ужас, сменившийся растерянностью.

– Это неправда. Ты умная, самостоятельная женщина. О лучшей матери для своего ребенка я и мечтать не мог.

– Мы совершенно разные. Разве ты не видишь, Рауль? – Джулия подняла на него несчастные глаза. – Ты – член королевской семьи, принц, привыкший отдавать приказы. А я обычная американская женщина, вынужденная зарабатывать себе на жизнь.

– Не говори так, Джулия. Поверь, обычная женщина не смогла бы очаровать меня настолько, что я совершенно потерял голову.

– Это был просто секс.

– Я говорю о женщине, к которой меня неудержимо влечет. Об упрямице, которая не позволяет мне стать частью ее жизни, – терпеливо объяснял Рауль. – Неужели ты еще не поняла, Джулия? Я скорее отрежу себе руку, чем причиню тебе боль. К тому же теперь я не могу просто так уйти.

Она не верила. Он понял это по настороженному взгляду карих глаз.

– Chère, пожалуйста. – Рауль боролся с паникой. Он мог в любую минуту потерять самое дорогое, что у него есть. – Я понимаю, у тебя нет причин доверять мне. Но дай мне еще один шанс. Я хотел показать тебе проспекты центра сегодня утром. Я надеялся, ты предложишь мне ходить на занятия вдвоем.

Джулия посмотрела на их переплетенные руки.

Может, она зря так разошлась? Что плохого в желании Рауля быть рядом с ней в момент рождения малышки? Мало кто из женщин может похвастаться подобным.

– Возможно, я слишком близко все приняла к сердцу, – медленно произнесла она.

– У тебя были причины сердиться.

– Я могу посмотреть брошюры?

– Конечно. – Рауль отпустил ее руку, подошел к столу и вытащил пачку разноцветных буклетов.

– Почему ты записался только через две недели? – Джулия листала брошюры.

– В центре очередь. Они обещали сообщить, если смогут принять нас раньше. – Он внимательно посмотрел на нее. – Но ты не обязана ходить, если не хочешь. Или, может, ты решишь посещать занятия с кем-то другим.

Джулия понимала, чего Раулю стоили последние фразы.

– Думаю, нам стоит вместе посетить первое занятие.

– Серьезно? Ты действительно не против? – лицо Рауля озарилось ребяческой улыбкой.

– Ты в курсе, что они показывают документальные фильмы о родах? Самые настоящие роды: отцы падают в обморок, женщины с красными от напряжения лицами, схватки…

– Ты пытаешься меня напугать?

– Большинство мужчин боятся родов.

– Я не принадлежу к большинству. И хочу сделать все, чтобы хоть как-то облегчить тебе процесс, – серьезно произнес Рауль. – Поедем на занятия после работы?

Джулия вздохнула.

– Я на прошлой неделе разговаривала со своим начальником и просила разрешения уходить домой после двух часов. Но в компании нет практики неполного рабочего дня.

– Я поговорю с Кейном. Джулия покачала головой.

– Он не станет менять политику компании из-за меня, Рауль.

– Я могу быть очень убедительным.

Уж она-то это знает!

За дверью раздались голоса, и в глазах Рауля мелькнула тревога. Он с мольбой посмотрел на нее.

– Пожалуйста, Джулия, не сердись. Но, кажется, приехали мои родители.

Сердце Джулии бешено заколотилось.

– Твои… родители?

– Несколько дней назад я позвонил домой и рассказал сестре о ребенке. Я должен был догадаться, что удержать мою мать после таких новостей будет невозможно.

Джулия не знала, что сказать.

Мысль о том, что через несколько секунд она столкнется лицом к лицу с королем другой страны, пугала ее. А когда она думала о том, что носит под сердцем внучку этого короля…

Дверь широко распахнулась, и в кабинет вошла статная красивая женщина, которую сопровождал мужчина, как две капли воды похожий на Рауля. Под мрачным взглядом сына пара застыла на пороге.

Женщина заговорила первая.

– Рада видеть тебя, мой сын.

– Я же просил, чтобы вы оставались дома.

– Мы… мы здесь проездом. Твой отец привез бумаги, которые необходимо подписать.

– Бумаги? Неужели нельзя было послать их с курьером?

– Как мы могли оставаться дома после таких потрясающих новостей? – Королева перевела взгляд на Джулию и приветливо улыбнулась. – Это и есть та самая Джулия? Молодая леди, которая отказывается выйти за тебя замуж?

Рауль помрачнел.

– Не начинай, мама. Мы сами разберемся. Джулия, познакомься. Мои родители, Рианна и Джамал Оман.

Джулия попыталась подняться, и Рауль тут же подал ей руку.

Взгляды женщин встретились.

– Боюсь, с моим сыном вам пришлось нелегко, милое дитя, – мягко произнесла Рианна. – Временами он просто невыносим.

Джулия смутилась, не зная, что ответить. Рауль в свою очередь попытался протестовать.

– Помолчи, сын, – одернула его Рианна и заключила Джулию в объятия.

Молодая женщина ощутила запах дорогих духов. Внезапно Джулии захотелось как можно дольше оставаться в объятиях Рианны Оман. От нее исходило материнское тепло, которого она никогда не знала.

– Мы просто хотели познакомиться с вами. – Рианна отступила на шаг и заглянула в глаза Джулии. – Можно?

Джулия кивнула. Мать Рауля осторожно положила ладонь ей на живот. Когда ребенок шевельнулся, в глазах Рианны появились слезы.

– Девочка, – прошептала Джулия, опасаясь, что родители Рауля будут разочарованы.

– Дочери – самое большое сокровище, – вздохнула Рианна. – Господь дважды благословил нас с Джамалом.

– Наша дочь, Фатима, врач от бога, – впервые заговорил отец Рауля – А Жасмин – талантливая художница.

– Джулия знает, я ей рассказывал, – перебил Рауль. – Где документы, которые нужно подписать?

– Мне пора идти, – Джулия улыбнулась. – Очень приятно было познакомиться. Мне назначили срок на март. Если вы вдруг захотите… – Она застенчиво опустила глаза.

– Спасибо. – Рианна прижала платок к глазам. – Мы счастливы, что вы позволяете нам навещать внучку. С этого дня вы стали частью нашей семьи.

– Спасибо. – Джулия поспешила к дверям. Рауль проводил ее взглядом.

– Не следовало давить на Джулию, мама, – сказал он, когда за ней закрылась дверь.

– Я и не собиралась давить на нее, сын. Но если ты позволишь этому очаровательному созданию уйти из твоей жизни, то будешь жалеть до конца своих дней. Когда двое созданы друг для друга – это дар богов. А сейчас переговори с отцом, и мы поедем.

– Вы уезжаете сегодня?

– Да, – мать лукаво улыбнулась. – Мы направляемся в Диснейленд. Твой отец мечтает прокатиться на аттракционе «Пираты Карибского моря».

– Шутишь? – Рауль выглядел обескураженным.

– Нисколько, сын, – усмехнулся Джамал. – В конце концов, наша внучка – американка. Я намерен изучить все обычаи этой страны.

Перед тем как Джулия собралась ехать домой, ей доставили небольшой пакет. Внутри оказалась нить розового жемчуга, которую утром она видела на Рианне Оман. К ожерелью прилагалась карточка:

Очаровательной матери моей внучки и новому члену нашей семьи.

Рианна.

Джулия задумчиво пропустила жемчужную нить сквозь пальцы. Она не слишком хорошо разбиралась в драгоценностях, но даже беглого взгляда хватило, чтобы понять: ожерелье было самым настоящим произведением искусства и наверняка баснословно дорогим.

Она не могла принять такой подарок. Необходимо сегодня же вернуть жемчуг Раулю. Он наверняка сумеет все уладить.

Возле лифта Джулия столкнулась с Кейном Халеем. Они обменялись натянутыми улыбками.

По правде говоря, Джулия до сих пор не понимала, почему Кейна так заинтересовала ее беременность.

– Привет, Кейн.

– Джулия. – Он мельком взглянул на ее живот. – Вижу, ты делаешь большие успехи.

– Таким образом ты вежливо намекаешь на мои размеры?

– Я… нет. Проклятье. Мне так жаль. – На лице Кейна появилось заискивающее выражение. – Вы с Раулем уже что-нибудь решили?

– А что мы должны были решить?

– Ну… – Кейн сделал неопределенный жест в сторону ее живота.

Джулия хотела было попросить его не совать нос не в свои дела, но в этот момент двери лифта бесшумно разъехались. Гордо вскинув голову, она вошла в кабину.

– Джулия?

– Полагаю, это касается только нас двоих.

– Конечно. Прости. – Поколебавшись, он вошел следом.

Сдерживая улыбку, Джулия нажала кнопку первого этажа, а Кейн выбрал четырнадцатый. Перед тем как выйти, Халей обернулся.

– Мы с Раулем дружим больше десяти лет, но, поверь, от меня он ничего бы не узнал.

Джулия в ответ пожала плечами.

– Не переживай, Кейн. Рано или поздно правда все равно бы вышла наружу.

– Если вдруг тебе что-нибудь понадобится… Он торопливо пошел по коридору.

Джулия никогда не стремилась к дружеским отношениям с Кейном. Но он был отличным руководителем и поддерживал ее во всех начинаниях.

Она поспешила к своей машине. На крыше красовалась огненно-красная роза. Не нужно было обладать большой смекалкой, чтобы догадаться, кто решился на такой романтичный жест.

Джулия с наслаждением вдохнула цветочный аромат.

* * *

После первого занятия в центре они сели в машину Рауля. Джулия притихла, размышляя обо всем, что произошло за день.

– Забери, пожалуйста, жемчуг, – наконец произнесла она. – Я не могу принять такой дорогой подарок.

– Но моя мать не возьмет ожерелье назад.

– Нельзя дарить такие ценности первому встречному.

– Ты не первая встречная. Ты мать ее внучки. В моей стране это значит много.

Джулия нервно теребила край пальто.

В ее голове мелькали тревожные мысли. Если они с Раулем продолжат заниматься в центре, если станут вместе выполнять домашние задания… Физического контакта не избежать, а она сейчас слишком уязвима.

– Рауль… В моем положении нельзя заниматься любовью, – тихо произнесла она.

Рауль замер с ключами в руке.

– Ты намекаешь на то, что временами я плохо себя контролирую?

– Нет… Я… Я не знаю, что имею в виду.

– Я хочу тебя, Джулия, но готов ждать, пока ребенок не родится. Тебе не следует бояться оставаться со мной наедине. – Он запечатлел на ее губах краткий, почти целомудренный поцелуй. – А теперь позволь мне отвезти тебя домой к камину и коту, которому я не нравлюсь.

– Ты несправедлив к Маппету. Он просто ревнует.

– Вот как? И на чьей же ты стороне?

Джулия лишь улыбнулась в ответ.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

– Сюрприз!

Джулия прижала руки к груди и рассмеялась.

Комнату отдыха украшали разноцветные шары, плакаты, детские погремушки и множество цветов. Все сотрудники компании собрались здесь. Даже Дженнифер Холдер приехала.

– Я не могла пропустить столь важное событие, – произнесла Дженнифер, обнимая Джулию. – Ты устроила для меня такой замечательный праздник перед рождением Джейсона.

– Когда ты возвращаешься на работу?

– Думаю, скоро. – Дженнифер снова взяла сына на руки. – Ты даже не представляешь, как мне не хочется оставлять Джейсона одного. Жду не дождусь, когда откроется детская комната.

Джулия понимающе кивнула в ответ, не отрывая взгляда от Рауля. Он поднял свой бокал в молчаливом тосте и улыбнулся. Он больше не настаивал, чтобы Джулия открыла имя отца ребенка, хотя многие сотрудники что-то подозревали. Правду знали только Шэрон, Мэгги и Лорен, но они поклялись хранить все в тайне, пока Джулия не будет готова сообщить новости.

И вот момент истины настал. Она сегодня же объявит, кто отец ее малышки.

Рауль это заслужил.

– Ты счастлива, chère? – приблизившись, негромко спросил мужчина, который последнее время занимал все ее мысли. – Улыбнись, сегодня твой день.

Джулия широко улыбнулась. Она даже не подозревала, с каким теплом к ней относятся в компании.

– Надеюсь, ничего не изменилось? – спокойно продолжил Рауль. – Сегодня вечером я заеду к тебе, чтобы выполнить задание, которое нам дали в центре?

– Тебе бы только добраться до моего тела, – с легким кокетством парировала Джулия.

– Твое тело того стоит, – прошептал ей на ухо Рауль, прежде чем ее увлекли Мэгги и Лорен.

Он подошел к Кейну, Рейфу и Митчеллу, которые разговаривали с Джеком Уотертоном. Насколько понял Рауль, Джек был женат на Шэрон, которая должна была родить через пару месяцев после Джулии.

Женщины тем временем затеяли озорные конкурсы, за которыми Рауль наблюдал с легким недоумением.

– Игры – традиционная забава на таких мероприятиях, – пробормотал Джек. – Когда вечеринка устраивалась для Шэрон, было то же самое. Что ж, старина Рейф, придет и твой черед, когда Лорен забеременеет.

От Рауля не укрылось, как помрачнел при этих словах Кейн.

Наконец пришло время открывать подарки.

Джулия заправила пряди, выбившиеся из прически, и вышла на середину комнаты. Гул голосов тотчас смолк. Она откашлялась и негромко начала:

– Многие из вас, возможно, догадались, что Рауль Оман и я познакомились до его появления в нашей компании.

Рауль замер, не сводя с нее пристального взгляда.

Джулия снова откашлялась.

– Я считаю, что Рауль, как отец моей дочери, тоже должен разворачивать подарки.

Все разом загалдели. Мужчины хлопали Рауля по спине, а женщины радостно поздравляли. Он и не заметил, как оказался рядом с Джулией.

Рауль понимал, что признание далось ей нелегко, и в знак благодарности легонько сжал ее руку.

Пока Джулия разворачивала подарки, Рауль не отрывал от нее восхищенных глаз. За последние несколько недель она расцвела. Прежде Раулю доводилось слышать от своих женатых друзей о необычайной красоте беременной женщины. И сегодня он смог убедиться в справедливости этих слов.

Подарков было великое множество: упаковки подгузников, книги о воспитании детей, игрушки, детская одежда, а также подарки для самой Джулии.

Когда она открыла коробку от Джека и Шэрон, то не смогла сдержать восхищенного восклицания. Внутри оказалась детская колыбель ручной работы.

– Как красиво!

– Я знаю, у тебя уже есть кроватка. – Шэрон подмигнула Раулю. – Будущий отец опередил нас.

– Я просто хотел, чтобы моя крошка ни в чем не нуждалась, – улыбнулся в ответ Рауль.

– Понимаю. Но когда я увидела эту кроватку, то просто не смогла удержаться. Джулия заслуживает самого лучшего.

За их спиной заплакал ребенок. Рауль обернулся и увидел, как Дженнифер пытается успокоить сына. Мэтью Холдер, директор по персоналу, взял Джейсона из рук жены и направился к Раулю.

– Полагаю, тебе не терпится попробовать себя в новой роли. – Он протянул другу малыша.

– Мэтт, что ты делаешь? – воскликнула Дженнифер.

– Говорят, у Рауля получается все, за что бы он ни взялся. Интересно, как он справится с этим заданием.

С замиранием сердца Рауль взял на руки крошечное существо. Младенец отчаянно размахивал ручками и кричал во всю мощь маленьких легких, словно выказывая недовольство окружающим миром.

Движимый каким-то неведомым инстинктом, Рауль ласково похлопал Джейсона по спинке и тихонько заговорил с ним по-французски. К всеобщему удивлению, ребенок тут же затих.

– Вот это да, – произнес кто-то в наступившей тишине.

– Сколько он весит? – спросил Рауль у Дженнифер.

– Чуть больше одиннадцати фунтов.

– Одиннадцать фунтов? – поразился Рауль, с тревогой глядя на Джулию.

Джейсон весил вдвое больше его дочери и все же казался настолько крошечным и хрупким, что до него было страшно дотрагиваться.

Рауль протянул руку и положил ладонь на живот Джулии. Мощный толчок заставил его улыбнуться. Что ж, их дочь, похоже, не даст себя в обиду.

– Рауль? – Джулия с тревогой посмотрела на него.

– Не беспокойся, bien-aimé. Я только хотел удостовериться.

– В чем?

– Что с малышкой все в порядке.

Остался последний подарок. Джулия вытащила карточку и не удивилась, прочитав на ней имя Рауля. Она медленно разворачивала бумагу, теряясь в догадках, что может быть внутри. За последнюю пару недель Рауль накупил столько всего для своей малышки…

Джулия открыла крышку, и у нее перехватило дыхание. В коробке лежало прелестное стеганое покрывальце, которое она на днях видела в антикварном магазине. Под ним обнаружилось такое же стеганое одеяльце поменьше.

– Господи, – от волнения она с трудом подбирала слова. – Это те самые…

– Я слышал, они тебе очень понравились.

– Но они стоят целое состояние. – Джулия отчаянно боролась с наворачивающимися слезами.

– Пустяки.

Рауль развернул одеяльце, и Джулия осторожно провела пальцами по изысканной вышивке. Когда-то у ее матери были похожие одеяла, которые сшила еще прабабушка Джулии. Но вследствие многочисленных переездов они потерялись.

– Продавец сказал, такие одеяла в Америке – настоящая семейная реликвия, которая передается из поколения в поколение. Он выразил надежду, что мы будем ими дорожить, и я пообещал передать их нашим детям.

Джулия улыбнулась сквозь слезы. О лучшем подарке она и мечтать не могла.

Когда праздник подошел к концу, Джулия, несмотря на усталость, предложила свою помощь в уборке.

– Даже не думай, – категорично заявила Мэгги.

– Позволь мне проводить тебя и занести все подарки в дом, – попросил Рауль по дороге к стоянке.

Джулия благодарно кивнула. У нее разболелась спина, и она страшно устала.

Дома Джулия рухнула на диван в гостиной и, прежде чем Рауль успел занести хотя бы часть свертков, крепко уснула.

Рауль с улыбкой смотрел на спящую Джулию.

Теперь, когда не нужно было больше скрываться от всех, он не собирался сдерживать свои чувства. Рауль снова и снова вспоминал, как светились ее глаза, когда она объявила, что он отец ребенка. Жаль только, она не сообщила заодно об их помолвке.

Маппет запрыгнул на диван и подозрительно наблюдал за каждым его движением.

Рауль подоткнул одеяло вокруг Джулии и строго посмотрел на кота.

– Нечего трогать мою дочь, ясно? Животное моргнуло.

– Мне приходилось иметь дело со зверями и посерьезней. А ты не похож на двухсоткилограммового тигра.

Маппет принялся вылизывать блестящую шерсть, показывая полное безразличие к происходящему. Рауль усмехнулся. Что ж, им и впрямь нечего делить. Оба обожают одну и ту же женщину, так почему бы им не подружиться?

Обожают…

Да.

Он обожает Джулию. Восхищается ее силой, теплотой, любящим сердцем. Рауль сел на пол рядом с диваном и положил ладони на округлившийся живот Джулии. Он очень боялся за ребенка и его мать. Если с ними что-нибудь случится, его сердце не выдержит.

Когда Джулия проснулась, за окном уже стемнело. Она потянулась и почувствовала на животе небольшую тяжесть.

Джулия села и с удивлением обнаружила уснувшего на полу Рауля. Одной рукой он обнимал ее за живот.

Волна нежности захлестнула ее, и она провела рукой по волосам мужчины.

– Chère? – сонно пробормотал Рауль.

– Как ты узнал, что это я?

– Ничего сложного. – Он встал и потянулся, разминая затекшее тело. – Твой аромат, твои прикосновения… Я не спутаю их ни с чьими другими.

– Как удачно сложилось, что тебе предложили работу в Чикаго.

Рауль зажег свет и недоверчиво посмотрел на Джулию.

– Я управляю финансовыми делами своей страны, chère. Неужели ты и вправду считаешь, что я нуждаюсь в работе? – Рауль помолчал немного и продолжил: – Я не хотел расставаться с тобой. А когда я узнал о ребенке, – он сел перед Джулией на корточки и сжал ее плечи, – не передать словами, что я испытал. Я хочу стать хорошим отцом и смогу этого добиться только с твоей помощью.

– У тебя замечательный папа, Рауль. Наверняка ты унаследовал его любовь к детям.

– Мы будем любить нашу малышку больше всего на свете.

Джулия кивнула, и он поцеловал ее.

– Вот и славно. Может, приступим к занятиям? Мне не терпится обнять тебя.

Джулия засмеялась и встала с дивана.

– Пойду принесу подушки. Закажешь еду из китайского ресторана?

– Тебе хочется чего-нибудь конкретного? Джулия подумала о цыпленке под кисло-сладким соусом, и у нее слюнки потекли.

– Закажи цыпленка, много соуса, бобы и жареный рис.

В спальне горел свет. Несколько секунд Джулия стояла на пороге, не отрывая глаз от антикварной стойки для одеял, стоящей у ее кровати. Она идеально подходила для покрывал, которые Рауль подарил ей.

Глаза Джулии наполнились слезами. Никогда прежде ни одна живая душа не заботилась о ней так, как это делал Рауль. А теперь, когда она знала, что он приехал в Чикаго не случайно…

Джулия спустилась в гостиную, прижимая подушки к груди.

– Спасибо, – просто произнесла она. Рауль обернулся.

– За что?

– За потрясающие подарки, за внимание… По-моему, ты слишком балуешь нашу дочь. Что же будет, когда она родится?

– Пустяки. Ты еще не видела бриллиантовую диадему, которую подарю ей, когда она появится на свет.

Джулия рассмеялась и бросила в него подушку.

Они приступили к занятиям. Рауль сел за спиной Джулии и обнял ее за талию. Она постаралась сосредоточиться, но это оказалось не так просто.

За прошедшие месяцы она привыкла к мысли, что пройдет через все испытания одна. Доктор говорил, схватки похожи на менструальные боли, только сильнее. А так как Джулия всегда очень болезненно переносила критические дни, она с ужасом думала о том, что ждет ее во время родов.

– Ты не сосредоточена, – прошептал ей на ухо Рауль. – Помнишь, что говорил преподаватель? Тело женщины предназначено для родов. Материнский инстинкт живет внутри каждой. Ты все сможешь сама. Я лишь немного помогу.

– Хорошо.

Джулия сосредоточилась, стараясь дышать максимально глубоко. Все верно. Женщина должна доверять своему телу.

Тишину разорвал дверной звонок. Джулия недовольно нахмурилась.

– Наверное, еду привезли, – предположил Рауль.

– Открывай быстрее, я умираю с голоду.

Он усмехнулся и встал.

– Надеюсь, они не пожалели соуса. Я обещал хорошие чаевые.

Джулия улыбнулась и вытянула перед собой ноги. Никто никогда ее так не баловал.

– Простите, возможно, я ошибся адресом. Я ищу Джулию Паркер. Я ее брат.

Господи.

Словно во сне, Джулия наблюдала, как Рауль отступил в сторону, впуская в дом лейтенанта Лайла Паркера.

Лайл всегда отличался наблюдательностью. Он перевел взгляд с живота сестры на ее безымянный палец, на котором не было кольца, и резко повернулся к Раулю.

– Кто вы такой?

– Не уверена, что это твое дело, но перед тобой шейх Рауль Оман, – резко ответила Джулия. – И не смей говорить с ним в таком тоне.

– Я буду говорить так, как сочту нужным.

– Не думаю, – предостерег Лайла Рауль. – Советую следить за тем, что и как вы произносите.

– Вы женаты?

– Мои отношения с Джулией вас не касаются.

Лайл побагровел.

– Как раз касаются. В последний раз спрашиваю, Джулия, вы женаты?

– Нет! – бросила она с вызовом и сложила руки на животе.

– Черт побери, Джулия. Да ты хоть представляешь, как это отразится на карьере отца? – взорвался Лайл. – Думаю, в Вашингтоне придется не по вкусу новость о том, что дочь генерал-полковника Паркера родила внебрачного ребенка.

– Значит, он все-таки получил долгожданную звездочку, – как ни в чем не бывало произнесла Джулия.

Ее ничуть не волновало, как воспримут известие о ее беременности в Пентагоне. К тому же она сомневалась, что эта новость заинтересует кого-нибудь, кроме ее брата и отца.

С губ Лайла сорвалось грязное ругательство.

– Держи язык за зубами, – прорычал Рауль, закипая от ярости.

Сейчас он напоминал тигра, готовящегося к прыжку.

Лайл резко повернулся и нанес Раулю удар. Дальнейшее происходило как в замедленной съемке.

Рауль перехватил занесенную руку, и в следующую секунду Лайл уже лежал на полу, схватившись за вывихнутое плечо.

– Я предупреждал, – спокойно произнес Рауль. – Жаль, что вас не научили хорошим манерам, прежде чем присвоить офицерский чин. В моей стране вам вряд ли удалось бы сделать хорошую карьеру.

На лице Лайла застыло изумление.

– Мистер Паркер, прошу вас немедленно покинуть дом и больше не появляться без приглашения. Если нужно, я вызову вам такси.

– Я поговорю с ним, когда он придет в себя, – робко произнесла Джулия.

– Он уже уходит.

– Но Рауль!

– Я не позволю ему расстраивать тебя и тем более разговаривать с тобой в подобном тоне.

Джулия колебалась. Она привыкла к грубости брата и безразличию отца. А Рауль сейчас пытался управлять ее жизнью, выдворяя Лайла из дома. Но с другой стороны, он так самоотверженно встал на ее защиту. Рауль прав. Ей сейчас ни к чему лишние переживания.

Джулия с трудом поднялась на ноги. Она посмотрела в полное решимости лицо Рауля, перевела взгляд на брата и вздохнула.

– Ты слышал, что сказал Рауль, Лайл. Уходи и не появляйся без приглашения.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Заказ из ресторана привезли через несколько минут после того, как Лайл уехал. Джулия слышала, как брат попросил таксиста отвезти его в обычную гражданскую больницу. Лайл не хотел, чтобы кто-то узнал, что над ним, опытным морским пехотинцем, одержал верх тип, который ниже на несколько сантиметров и весит меньше на двадцать килограммов.

Вспоминая о случившемся, Джулия вздрогнула. А если бы Рауль пропустил удар, поскользнулся или еще что-нибудь?

– Сердишься, chère?

– Конечно. Ты чуть не залил мне кровью ковер и едва не переломал мебель.

Рауль улыбнулся. Он уже успел понять, что за строгими выговорами Джулии зачастую скрывается беспокойство.

– Отец настоял, чтобы все его сыновья отслужили в армии. Мужчины вроде твоего брата забывают, что высокий рост – еще не гарантия превосходства. – Улыбка сошла с его лица, и Рауль взял Джулию за руку. – Я должен был остановить его. Но я не хотел тебя напугать. Как ты? Может, съездим к врачу?

– Нет, – Джулия покачала головой. – Завтра я все равно к нему поеду. А сейчас я просто умираю с голоду.

Они ели прямо из коробок. Джулия не поднимала глаза на Рауля. Спустя несколько минут она уронила палочки. Ее хрупкие плечи затряслись в беззвучном рыдании, а слезы хлынули ручьем. В ту же секунду она оказалась в объятиях Рауля.

– Это гормоны, – всхлипнула Джулия.

– Знаю, chère, знаю. – Он ласково похлопал ее по спине.

– Он же мог убить тебя, – сквозь рыдания произнесла Джулия. – Он на самом деле мог тебя убить.

– Никто не сможет запретить мне заботиться о тебе или видеться с дочерью. Пожалуйста, поверь мне, я в очень хорошей форме и мне ничто не угрожало.

Джулия резко выпрямилась и вытерла лицо салфеткой.

– Это гормоны, – повторила она. – Я не слабонервная дурочка, которая готова сутки рыдать над сломанным ногтем.

– Слезы не делают тебя слабой. – Рауль поцеловал ее в кончик носа. – Ты уверена, что все в порядке?

– Да. Просто я немного устала.

В ту же секунду Рауль подхватил Джулию на руки и понес в спальню.

– Я и сама могу идти, – слабо запротестовала она.

– Разреши оказать тебе эту маленькую услугу.

Джулия покорно откинулась на подушки, позволяя Раулю укрыть себя одеялом. Позже ей придется встать и переодеться в ночную рубашку, но сейчас она свернулась калачиком и наблюдала, как Рауль разводит огонь в камине и выключает свет.

На какое-то мгновение Джулия даже поверила, что Рауль действительно любит ее. Стоит ли ей принять его предложение?

Но сможет ли она подарить ему еще детей? Готов ли принц восточной страны ради американской жены смириться с мыслью, что у него никогда не будет наследника?

Джулия вздохнула и закрыла глаза. Она слишком устала, чтобы думать об этом. Пожалуй, даже не станет переодеваться. В конце концов, платье уже помялось, так какая разница?

На следующее утро доктор Свенсон был поражен, услышав историю, которую рассказал Рауль. Свенсон принадлежал к старому поколению докторов, уверенных в том, что необходимо проявлять интерес не только к здоровью пациента, но и к его жизни.

– Джулия, вы только сказали «Значит, он все-таки получил долгожданную звездочку»? И ничего больше?

Она лишь пожала плечами. Благодаря Раулю, вся история, произошедшая накануне, приобрела комический оттенок.

– Мой брат – тяжелый в общении человек. Но небезызвестный вам Рембо сумел поставить его на место.

– Рембо? – озадаченно переспросил Рауль.

Джулия и доктор рассмеялись.

– Рембо – национальный герой Америки, – объяснила она. – Олицетворение силы и мужества.

– Понятно.

Во время обследования Рауль держал Джулию за руку. Странно, но она совсем не смущалась. Напротив, чувствовала радость, что отец малышки находится рядом с ней.

– Можете вставать, Джулия. Все прекрасно, – заверил доктор. – Через несколько недель вы произведете на свет чудесную малышку.

Мужчины вышли. Одеваясь, Джулия размышляла над сложившейся ситуацией.

С каждым днем Рауль проводил все больше времени в ее доме. Он терпеливо переносил все ее капризы и прихоти. Джулия винила во всем беременность и гормоны, но знала, что причина кроется совсем в другом. Она переживала, как сложатся дальше их отношения с Раулем.

Рауль больше ни разу не обмолвился о браке. Но сейчас Джулия была почти уверена, что в следующий раз примет его предложение. Вот только не передумал ли Рауль жениться?

В четверг она сидела в кабинете, когда почувствовала острую боль.

– О, нет, – Джулия бросила ручку и схватилась за живот.

До назначенного срока оставалось еще около трех недель. Подавив приступ паники, Джулия несколько раз глубоко вздохнула. Скорее всего, волноваться не о чем. Просто тело приспосабливается к растущему ребенку. Доктор предупреждал, что могут быть ложные схватки.

Но внутри все переворачивалось, и Джулия схватила телефонную трубку. Она нуждалась в поддержке Рауля.

– Возьми трубку, – молила Джулия, набирая заветный номер.

Гудки тянулись бесконечно.

– Да?

– Рауль!

– Я сейчас буду.

Он бросил трубку и стремглав понесся по коридору, не обращая внимания на удивленные взгляды окружающих. Он лишь на мгновение задержался в дверях, чтобы оценить ситуацию.

– Отвези меня в больницу, – прошептала Джулия. Ее лицо было белое, как мел. Обеими руками она держалась за живот. – Что-то не так. – Ее лицо исказилось от очередного приступа боли. – Господи, она же еще слишком маленькая.

Рауль опустился перед ней на колени и убрал с лица мокрые пряди. Лоб Джулии покрылся испариной.

– Все будет хорошо, bien-aimé. Я сейчас же вызову «скорую».

Джулия кивнула. Рауль забрал у нее телефонную трубку и набрал номер. Его заверили, что машина прибудет через несколько минут.

В дверях уже потихоньку начали собираться встревоженные сотрудники. Но под грозным взглядом Рауля толпа любопытных быстро поредела.

Через пару минут в кабинете появился Кейн.

– Звонили из службы безопасности. Санитары уже внизу.

Рауль кивнул, не отрывая взгляд от женщины, которую он любил больше жизни. Опасения за ребенка были ничтожны по сравнению со страхом потерять Джулию. Он ощутил бессильную ярость. Тело женщины предназначено для родов. Джулия все делала правильно. Так что же пошло не так?

Рауль обнял Джулию и поцеловал в лоб. Она заметно дрожала.

– Если Маппет ревнует тебя ко мне, представь, что случится с беднягой, когда мы принесем нашу дочь. Он может сбежать из дома.

Шутка получилась так себе, но Джулия улыбнулась.

– Он понемногу привыкает к тебе.

Пока Джулию укладывали на носилки, Кейн обратился к сотрудникам с просьбой разойтись по своим рабочим местам.

– Не волнуйтесь, мадам, все жизненные показатели в норме, – заверил Джулию санитар после небольшого осмотра. – Этот ваш муж? – он указал на Рауля.

– Отец ребенка. Я хочу, чтобы он остался, – Джулия схватила Рауля за руку.

– Я никуда не ухожу, chère.

По дороге в больницу у Джулии не прекращались схватки. Вскоре она почувствовала, что у нее отошли воды.

– Рауль!

– Тсс, – он заметил намокшие простыни. – Мы почти приехали.

В приемном покое их уже ждал доктор Свенсон.

– Кажется, малышка решила не дожидаться приглашения? – ласково улыбнулся врач.

– Похоже на то.

– К счастью, ребенок набрал достаточный вес. – Доктор ласково похлопал пациентку по плечу. – Думаю, все пройдет без проблем.

Только бы с малышкой все было в порядке.

Рауль присел на край кушетки и поцеловал запястье Джулии. Она понимала, чего ему стоит сохранять спокойствие.

– А что, если доктор ошибся? Результаты ультразвука не всегда точны. Малышка может быть меньше, чем мы думаем.

– Или больше.

– Да. – Эта мысль немного успокоила Джулию.

– Кстати, мы еще не придумали имя, – напомнил Рауль, нежно массируя ей живот. – У тебя есть идеи?

– Я думала, если все пройдет нормально и ты не будешь возражать, назовем ее Рианна Карлин, в честь наших матерей.

Сердце Рауля наполнилось нежностью.

– Сочту за честь. – Он поцеловал Джулию. – Моя мать придет в восторг. Она всегда мечтала о внучке.

Следующие несколько часов прошли как в тумане. Джулия следовала указаниям врача, выполняла его рекомендации.

Когда схватки немного ослабли, Рауль позвонил своим родителям. В его стране уже было далеко за полночь, но они очень обрадовались новостям и попросили дать трубку Джулии. После разговора она заплакала и спросила, что бы сказали Рианна и Джамал, если бы знали об их романе в Вашингтоне. Рауль лишь поцеловал ее и заверил, что это не имеет никакого значения.

Схватки становились все чаще, но она больше не боялась. Благодаря занятиям в центре и присутствию Рауля, Джулия точно знала, что делать.

Наконец показались головка и плечики. Через несколько минут малышка появилась на свет.

В следующую секунду тишину разрезал пронзительный плач.

Лицо Джулии озарилось счастливой улыбкой. Доктор Свенсон положил ребенка ей на живот.

– Посмотрите, какая очаровательная крошка, – воскликнул доктор. – И она весит гораздо больше, чем мы полагали.

– Милая… милая, – шептала Джулия, нежно поглаживая малышку по головке. – Не плачь, Рианна, мы здесь.

Доктор Свенсон отнес кроху на пеленальный столик, завернул ее во фланелевое одеяльце и вручил Раулю.

– Держите. Нам с мамой нужно еще кое-что закончить.

Рауль с благоговением взял на руки крошечный сверток. Его дочь ничуть не уступала по красоте своей матери. От Джулии она унаследовала глаза, а от него – темные волосы. Малышка перестала плакать и теперь корчила умилительные рожицы.

Эти две женщины составляли смысл его жизни.

Затем медсестры забрали Рианну, взвесили ее, искупали и положили на грудь матери. В изумлении Рауль наблюдал, как его дочь сомкнула крошечные губки на соске и принялась причмокивать.

– Вот и славно, – похвалила медсестра. – Эта кроха сама отлично знает, чего хочет.

– Она же останется со мной в палате? – встревоженно спросила Джулия. – Ведь Рианна весит достаточно?

– Вполне, – заверил доктор Свенсон. – Вы обе хорошо потрудились.

– Спасибо… спасибо за все.

Доктор снова похлопал Джулию по плечу, его глаза подозрительно заблестели.

– Сейчас вас отвезут в вашу палату. Я навещу вас позже.

Джулия устало закрыла глаза. Ей было все равно, куда ее везут. Значение имели только легкое посапывание дочери на груди и рука Рауля, ласково поглаживающая ее по волосам.

Проснувшись поздно вечером, Джулия чувствовала себя неважно. Хотя все оказалась не так плохо, как она предполагала. Обстановка в больнице была почти домашней. На окнах висели кружевные занавески, на стенах – пейзажи, свет ночника мягко освещал палату.

Возле кровати сидел Рауль. Он полностью сосредоточился на ребенке, которого держал в руках. Рианна Карлин казалась совсем крохой по сравнению с ним.

– Ты такая маленькая, мое сокровище, – бормотал Рауль. – Я даже боюсь прижать тебя к груди.

Рианна забавно пискнула. Сердце Джулии заныло от желания прижать к себе дитя. Но мешать зарождающимся отношениям между отцом и дочерью она не хотела.

– Эй, – наконец не выдержала Джулия. Рауль поднял на нее глаза. – Ты все это время держал ее на руках?

– Да.

– Так ты испортишь ребенка.

Рауль вновь посмотрел на кроху.

– Кажется, ей это очень нравится.

– Конечно она совсем не против того, чтобы ее держали на руках. – Ребенок закапризничал, и Джулия попросила: – Дай ее мне. Я соскучилась по своей дочурке.

Она поудобнее уселась в кровати. Рауль бережно протянул ей девочку. Джулия погладила Рианну по головке и прислонила детское личико к груди.

Малышка сразу обхватила сосок губами и принялась громко причмокивать.

Кормление грудью вызывало у Джулии необычные ощущения. С одной стороны, она чувствовала тянущую боль в низу живота, а с другой – буквально парила от счастья.

– Ты прекрасна, – не удержался от комплимента Рауль, когда женщина отвела взгляд от ребенка. Он смотрел на Джулию с такой нежностью, что даже камень не смог бы остаться равнодушным.

– Ты ошибаешься. До идеала мне далеко.

– Для меня ты самая прекрасная женщина в мире. Я люблю тебя, Джулия.

– Не надо… – Она затихла и потупила глаза. Джулия мечтала услышать эти слова. Но жизнь научила ее быть реалисткой. – Ты сам не осознаешь, что сейчас говоришь. Я – женщина, родившая тебе дочь. И не надо путать благодарность с любовью.

Рауль удивленно поднял брови.

– Ты думаешь, я слишком сентиментален?

– Похоже. Поэтому…

Он закрыл ладонью рот Джулии. Рауль не собирался слушать, что она скажет. Он обожал эту женщину.

– Ты ошибаешься. Я влюбился в тебя еще в Вашингтоне и не переставал любить все это время, – прошептал он. – Я пытался бороться со своими чувствами. Но мое желание быть с тобой лишь усиливалось со временем. О, Джулия, ты мой свет в окне, моя единственная звезда на небосклоне. Мое сердце разорвется от тоски и печали, если тебя не будет рядом…

– Рауль, одумайся. – Джулия пыталась говорить спокойно.

– Милая, скажи, что любишь меня.

– Да, люблю, но…

– Никаких «но».

Рауль светился от радости. Джулия никогда не видела его таким счастливым. Сердце женщины сжалось от боли.

– Разве ты не понимаешь? – в отчаянии произнесла она. – Ты забыл, о чем мы с тобой говорили? Скорее всего, я больше не смогу иметь детей, а значит, у тебя не будет наследника. Не рожу тебе сына, понимаешь?

Рауль кивнул.

– Но если тебя не будет рядом, то вряд ли у меня когда-нибудь появится сын. Я не смогу тебя забыть. И к тому же у нас уже есть дочь. Она просто красавица.

– Твои родители никогда не согласятся. Они… Рауль покачал головой.

– Они хотят, чтобы я был счастлив. Моя мать сразу поняла, как много ты для меня значишь. Она сказала, что я буду жалеть всю жизнь, если потеряю тебя. Прежде мы с ней часто ссорились. Но сейчас я согласен с ней целиком и полностью. Я буду последним глупцом, если позволю тебе уйти.

– Я…

Внезапный стук в дверь заставил Джулию торопливо натянуть одеяло на грудь. На пороге появился гигантский плюшевый мишка. Он еле проходил в дверь.

– Меня зовут Эдвард, – грубым голосом сообщила игрушка. Лапа медведя помахала всем в знак приветствия. – Я ищу нового друга.

Глаза Джулии округлились от удивления.

– Папа?

Рауль что-то пробормотал себе под нос.

– Да, это я.

Медведь отодвинулся в сторону, и Джулия увидела отца. Его грудь была увешана наградами.

– Что ты здесь делаешь? – воскликнула Джулия. Как много сюрпризов принес ей сегодняшний день!

– Я… – генерал Паркер откашлялся. – Лайл позвонил мне и сообщил, что ты беременна.

– Могу себе представить, – попыталась пошутить Джулия.

Она не понимала, зачем отец пришел да еще принес в подарок игрушку. Ведь он наверняка считает, что дочь допустила ужасную ошибку и запятнала его репутацию.

Генерал Паркер поставил медведя в угол и нерешительно приблизился к дочери.

– Лайл считает, что ты оскорбила меня. А я, наоборот, рад, – тихо произнес он и снова откашлялся.

Джулия заморгала от удивления.

– Папа, что произошло?

– Я устал от одиночества, родная. А когда услышал о ребенке, то подумал, что мы могли бы все начать сначала. – Джулия впервые в жизни увидела слезы в глазах отца. – Мне было нелегко растить тебя без матери. Я не знал, как нужно воспитывать девочку. И всегда считал, что нужно готовить тебя к суровой жизни.

– Вы плохо знаете свою дочь, – резко сказал Рауль. – Она сильная и все выдержит.

– Знаю.

– Что вы знаете? – потребовал ответа Рауль. – Вы даже не догадываетесь, какой она замечательный человек.

Джулия улыбнулась. Рядом с ней человек, которого она любит всем сердцем. Она чувствовала, что из Рауля выйдет самый замечательный отец на свете. Ее собственный отец предложил начать все заново. У ее малышки будет настоящая большая семья.

– Я знаю свою дочь. – Генерал Паркер пристально изучал молодого человека. – Ты отец моей внучки?

– Да. – Рауль не отвел взгляда.

– Познакомься, папа, – вмешалась в разговор Джулия. – Рауль – отец моей малышки. И если ты оставишь нас ненадолго одних, то окажешь мне неоценимую услугу. Мне нужно сказать ему что-то важное.

Рауль повернул голову.

– Что-то важное?

Джулия улыбнулась и осторожно поправила одеяло, стараясь не разбудить дочь.

– Да. У меня к тебе предложение.

Рауль улыбнулся.

– Я согласен.

– Но ты еще не выслушал меня.

– Я знаю, что ты хочешь предложить, и не дам тебе возможности передумать.

Генерал Паркер вышел, тихонько прикрыв за собой дверь.

– Хорошо. Ты женишься на мне? – спросила Джулия.

Рауль заглянул в глаза любимой.

– Я хочу этого всем сердцем, – и прильнул к ее губам в жарком поцелуе.

ЭПИЛОГ

Джулия принесла кувшин с лимонадом и поставила на стол. Рауль играл на лужайке с трехлетней Рианной. Девочка громко смеялась, требуя подбросить ее еще выше.

– Малышка совершенно ничего не боится, – заметил Джамал Оман. Он с гордостью наблюдал за своей единственной внучкой.

– Вся в отца, – согласилась Джулия.

– И очень похожа на тебя, – прибавила мать Рауля. Она сжала руку Джулии. – Присядь, моя дорогая, отдохни.

Джулия улыбнулась. Спустя столько лет у нее появилась мать. Родители Рауля были замечательными людьми.

Многое произошло с той поры, как родилась Рианна. Джулия не надеялась, что их отношения с братом когда-нибудь наладятся. Зато она очень сблизилась с отцом. Генерал Паркер все свободное время проводил с дочерью и внучкой.

Джулия налила лимонад в стаканы, взяла свой и сделала маленький глоток. В жаркий летний день было приятно чувствовать прохладный ветерок с озера.

– Вот и принцесса приехала, – объявил Рауль, опуская дочь на землю. Он наклонился, поцеловал Джулию и примостился у ног матери.

– Тебе понравилось играть с папой, милая? – поинтересовалась Джулия у дочери, поглаживая маленькую кудрявую головку.

Рианна улыбнулась. Она росла замечательным добродушным ребенком, полным энергии. Мир вокруг казался ей таинственным и загадочным. И девочка с интересом исследовала его. Посидев еще немного возле матери, Рианна потянула на лужайку дедушку. Они принялись запускать бумажного змея.

Рауль, придвинувшись к Джулии, массировал ей ноги. Она откинулась на спинку стула и несколько минут наслаждалась нахлынувшим на нее умиротворением. Внезапно тишину нарушил плач ребенка.

– Я посмотрю, – предложил Рауль. Но Джулия покачала головой и поспешила в дом.

Он последовал за ней. Плач доносился из детской. Там в кроватке стоял маленький Уорд. Выпятив вперед нижнюю губку, мальчик громко плакал.

– Что случилось, милый? – Джулия склонилась над малышом и поцеловала его в теплую щечку.

Рауль не отрываясь смотрел на жену и сына. Ему казалось, что это самой счастливый момент в его жизни.

Уорд получил бутылочку с питьем. Теперь дошла очередь до его брата. И хотя Халил меньше капризничал, чем Уорд, Джулия знала, что он также нуждается в ее внимании и заботе.

Как и их отец.

Доктор Свенсон предупреждал, что близнецам нужно уделять равное внимание, чтобы никто не чувствовал себя обделенным материнской лаской. Но Рауль знал, что такого никогда не случится. Джулия была одной из тех редких женщин, рядом с которыми всегда чувствуешь себя самым важным человеком в мире.

– Все. Они спят, – сообщила Джулия и на цыпочках направилась к двери.

– Я тоже не прочь вздремнуть.

– И ты?

Рауль усмехнулся и поцеловал ее в шею.

– Мне кажется, нам нужно заглянуть ненадолго в спальню.

– Ты забыл, что в саду твои родители, – напомнила Джулия. Рука мужа скользнула в вырез ее платья. – И скоро приедет мой отец.

Рауль притянул жену к груди.

– Тогда нам нужно торопиться.

Она усмехнулась.

– Учитывая мое теперешнее состояние, нам действительно стоит поторопиться.

– Кто бы мог подумать, что ты плодовита, как черепаха, – с улыбкой произнес Рауль. Он обнял Джулию за пока еще тонкую талию.

Она засмеялась.

– Я, во всяком случае, не знала.

Рауль ногой закрыл за собой дверь в спальню.

– Ты просто прелестна.

Он больше не мог ждать. В следующую секунду платье Джулии валялось на полу, а она лежала в кровати.

– Ты сводишь меня с ума, – прошептал Рауль. Прижавшись лицом к пышной груди жены, он принялся покрывать ее страстными поцелуями. Джулия трепетала в его объятьях.

– Я твоя, – воскликнула она.

Рауль усмехнулся, вспомнив, что когда-то мечтал о послушной женщине.

– Ты для меня дороже всех на свете. И в будущем, возможно, станешь королевой. Ты заслуживаешь самого большого уважения. Все будут повиноваться тебе.

Джулия замерла.

– Ты о чем?

– Рианна – самая старшая из наших детей. И если мой брат Малик не женится, то трон перейдет к ней.

– Не думаю. – Джулия нахмурилась. – Здесь не настолько прогрессивные законы, чтобы допустить переход трона по женской линии. Даже в Англии сопротивляются этому, особенно если есть сыновья.

– Думаю, ты права. Нельзя забывать о старшем внуке короля Джамала, – многозначительно произнес Рауль и замолчал.

– Ты имеешь в виду… – воскликнула Джулия и слегка ткнула его кулаком. – Нет, Уорд не будет править. Как такое тебе только в голову могло прийти?

– Слушаюсь и повинуюсь, принцесса Джулия.

– Не называй меня так.

– Но ты принцесса. Принцесса Джулия Оман.

– Даже не верится. Если бы я знала, что однажды стану королевой, то никогда бы не вышла за тебя замуж.

– Ты бы все равно вышла за меня, – с уверенностью произнес Рауль. – Ты слишком умна, чтобы отказаться от такого прекрасного мужа.

– Что правда, то правда.

– Тебе не стоит волноваться, что наши дети когда-нибудь унаследуют королевский трон. У меня хорошие новости. Малик собирается жениться. Твоя плодовитость произвела на него большое впечатление. И он хочет испытать счастье отцовства.

– Очень хорошо, – обрадовалась Джулия. – Ты ведь на самом деле не хочешь, чтобы дети унаследовали трон?

– Не хочу, – кивнул Рауль. – Я хочу жить с тобой в Чикаго. И кататься зимой с детьми на санках.

Джулия нежно поцеловала мужа.

Лежа на его груди, она вспоминала годы своего замужества. Ее вторая беременность протекала спокойно. Роды прошли довольно быстро и практически безболезненно. Близнецы оказались настоящими богатырями.

Нынешняя беременность также не доставляла Джулии беспокойства. Кейн Халей позволил ей работать полдня. Поэтому она могла совмещать обязанности по дому с профессиональным ростом. Рауль занимал должность вице-президента в той же компании.

В такие минуты, как сейчас, Джулия задумывалась, почему они с Раулем вообще встретились. Рауль считал, что их свела судьба. Она порой спорила, но потом смолкала, не представляя себе жизни без его любви. Теперь Джулия не сомневалась, что они были бы счастливы вместе, даже если бы она не смогла родить второго ребенка.

– Я люблю тебя, – прошептала молодая женщина. – Обещай, что мы будем вместе еще очень долго.

– Обещаю, – кивнул Рауль, целуя жену в лоб и страстно прижимая ее к себе. – Некоторые пары могут похвастаться браком на всю жизнь. Но наш с тобой будет длиться вечно…

Примечания

1

Милая (фр.).

2

Дорогая (фр.).

3

Мое сокровище (фр.).

Content

Джулиана Морис
Королевский подарок

ПРОЛОГ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ЭПИЛОГ

Примечания