Дженни Лукас

Похититель невест

Глава 1

Такое могло произойти только в сказке.

Еще три месяца назад Роуз Линден едва сводила концы с концами. Но сейчас она больше не работает в двух местах в Сан-Франциско, и ей не нужно каждый вечер возвращаться домой на видавшей виды развалюхе, «дворники» которой едва справляются с замерзшими каплями дождя. Час назад она стала женой Ларса Вэксборга, баронессой, и теперь весь мир у ее ног.

Роуз посмотрела на своего мужа, находящегося в другом конце огромного роскошного бального зала его замка в Северной Швеции. Стройный светловолосый барон, такой элегантный в смокинге, пил шампанское в компании нескольких молодых женщин.

Теперь она жена этого человека. Ей следовало быть без ума от радости, и все же, наблюдая за Ларсом, она вдруг обнаружила, что ей трудно дышать.

– Шикарная свадьба, баронесса, – поддразнил ее отец, затем нахмурился. – Но почему ты так осунулась, дорогая? Ты больна?

Мать Роуз толкнула его локтем в бок.

– Сегодня день ее свадьбы, – прошипела она. – Роуз прекрасно выглядит!

Отец окинул дочь взглядом с головы до ног:

– Кожа да кости. Черт бы побрал эти модные диеты!

Мать похлопала себя по пухлым щекам:

– До нашей свадьбы, Элберт, я тоже была стройной как тростинка. Но, разумеется, – она вздохнула, – это было до рождения пятерых детей. Ради бога, пусть Роуз наслаждается своей худобой, потому что она не сможет долго оставаться такой.

Обычно Роуз смеялась, когда ее родные так добродушно над ней подшучивали, но сейчас осталась серьезной. Она также не сказала им, что не сбрасывала вес специально. Рядом с Ларсом ей никак не удавалось расслабиться, несмотря на то что – или, напротив, из-за того что – он постоянно ее уверял, что она само совершенство.

Она думала, что дело в предсвадебном волнении, но, хотя они с Ларсом уже обменялись брачными клятвами, ей все еще было не по себе. Это из-за того, что она ничего не ела со вчерашнего дня? Или из-за того, что корсет ее платья затянут слишком туго?

Ей следовало радоваться, что из Золушки она превратилась в принцессу в прекрасном платье, с кружевной фатой и диадемой на голове. Но вместо этого она чувствовала себя жалкой и неуместной в роскошных интерьерах замка.

Вера, ее мать, очень проницательна, особенно когда дело касается ее детей. Роуз увидела тревогу, промелькнувшую в ее глазах. Сейчас мать начнет задавать ей вопросы, на которые она не может ответить даже самой себе.

Содрогнувшись, Роуз поставила свой бокал с шампанским на поднос проходящего мимо официанта.

– Пойду подышу свежим воздухом, – сказала она родителям.

– Мы пойдем с тобой.

– Нет, пожалуйста. Я всего на минутку. Хочу побыть одна.

Повернувшись, Роуз быстро направилась к выходу из зала. Пробежав по пустым коридорам замка, она выскочила на улицу и прислонилась к массивной двери. Та захлопнулась за ее спиной с громким звуком, который разнесся эхом по ночному зимнему саду.

Закрыв глаза, Роуз сделала глубокий вдох, и морозный февральский воздух обжег ей легкие.

Теперь она замужняя женщина.

Она думала, что после свадьбы будет чувствовать себя… по-другому.

Двадцатидевятилетняя Роуз уже давно была объектом жалости своих братьев и сестер. Все они имели свои семьи, за исключением Тома, младшего из братьев. После их постоянных «Ты слишком привередлива» или «Кого ты ждешь, Роуз, прекрасного принца?» она плакала в одиночестве в своей маленькой квартирке, но по-прежнему продолжала верить. Она не собирается выходить замуж за кого попало. Она будет ждать настоящую любовь, даже если на это уйдут годы.

И вот в одно прекрасное утро в кафе, где работала Роуз, вошел высокий красивый блондин. Он сел за стойку и заказал себе завтрак.

Сан-Франциско – густонаселенный мегаполис, в котором живут люди множества разных национальностей. Это полная противоположность маленького городка, расположенного на побережье к югу от него, где родилась и выросла Роуз. Но даже в Сан-Франциско нечасто встретишь красивого богатого аристократа, окончившего Оксфорд и имеющего фамильный замок в Швеции. С того момента как Ларс увидел Роуз, он не давал ей прохода.

Мужчины и раньше за ней ухаживали, но никто из них по-настоящему ее не заинтересовал. Однако обходительный и романтичный Ларс быстро завоевал ее сердце. Неделю назад он сделал ей предложение.

– Давай поженимся сегодня. Мне не терпится сделать тебя своей, – сказал Ларс.

Она согласилась выйти за него замуж, но только через неделю, чтобы вся ее семья смогла присутствовать на церемонии. Когда она предложила ему устроить свадьбу в ее родном городке, он отказался и вместо этого оплатил перелет до Швеции ее родителям, бабушке, братьям и сестрам с их семьями.

У них была чудесная свадьба, и сегодня ночью они с Ларсом впервые займутся любовью.

Тогда почему у Роуз сосет под ложечкой? У нее нет причин нервничать. «Тебе нечего бояться», – сказала она себе.

Все же при мысли о том, что она навсегда отдала себя Ларсу, ее бросает в дрожь. Мороз здесь ни при чем. Она только что вышла замуж за мужчину своей мечты. Почему она не находит себе места? Что с ней не так?

Отойдя от двери, Роуз перешла по мостику через замерзший ров с водой и очутилась в безмолвном белом саду. Длинный подол ее платья волочился по дорожке, разметая снежную пыль, которая блестела в свете луны подобно россыпи бриллиантов.

Ночь была темная и холодная. Роуз ахнула, когда, подняв голову, увидела внезапно промелькнувшие в небе полосы бледно-зеленого света. Северное сияние.

Она никогда не видела в своей жизни ничего более странного и прекрасного. Это волшебство подарило ей надежду. Закрыв глаза, она тихо взмолилась:

– Пожалуйста, пусть мой брак будет счастливым.

Но когда она снова открыла глаза, полоски света исчезли и ее взору предстало только пустое темное небо.

– Итак, – произнес глубокий голос у нее за спиной, – значит, вы невеста.

Роуз резко повернулась, разметая снег подолом платья.

Перед тремя черными спортивными автомобилями, припаркованными на подъездной аллее, рядом с одинокой рябиной, увитой омелой и покрытой инеем, стоял высокий мужчина в длинном черном пальто. Его черные как смоль волосы блестели в лунном свете.

Роуз задрожала, как будто увидела привидение.

– Кто вы? – прошептала она.

Не сказав ни слова, мужчина начал двигаться в ее сторону.

Что-то в выражении его лица напугало Роуз. Она вдруг осознала, как далеко ушла от замка. В бальном зале играет струнный оркестр, люди болтают и смеются. Услышит ли ее кто-нибудь из сотен гостей, если она закричит?

Ради бога! Что за глупые страхи? Она же находится в Швеции. Это самая благополучная и безопасная страна в мире.

Проигнорировав инстинкт самосохранения, побуждающий ее развернуться и бежать со всех ног, она сложила руки на груди и, гордо подняв подбородок, стала ждать ответа.

Незнакомец остановился прямо перед ней. Их разделяло всего несколько дюймов. Он был таким высоким, что ее макушка едва доходила ему до плеча.

– Вы здесь одна? – спросил он, глядя на нее своими выразительными темными глазами.

По ее рукам под рукавами из тонкого белого кружева пробежала дрожь. Она покачала головой:

– В бальном зале несколько сотен гостей.

Уголки его четко очерченных губ приподнялись.

– Но сейчас вы не в бальном зале. Вы одна. Разве вы не знаете, какой холодной может быть зимняя ночь?

Холодной. По ее телу снова пробежала дрожь. Но, несмотря на то что внутри замка работает центральное отопление, там она тоже не могла согреться. Наверное, причиной тому была предстоящая брачная ночь. Вот только она не собирается говорить об этом незнакомому человеку.

– Я не боюсь снега.

– Какая смелость. – Взгляд мужчины скользнул по ее фигуре, и ее вдруг бросило в жар. – Даже несмотря на то, что вы знаете, зачем я пришел.

– Да, конечно, – смущенно произнесла она.

– Но все же вы не убегаете?

Ее ноги самопроизвольно сделали шаг назад, но она ответила:

– Зачем мне убегать?

– Значит, вы готовы ответить за свое преступление? – Он пронзил ее взглядом.

В лунном свете ей не удалось как следует разглядеть черты его сурового лица. На фоне белого снега он казался ей похожим на сверхъестественное существо. Ангела тьмы.

От него исходила угроза, и все же Роуз заставила себя стоять на месте. Для укрепления уверенности она оглянулась и посмотрела на замок. Ларс и ее родные близко. У нее нет причин испытывать страх. От волнения она навоображала себе бог знает что.

– Под «преступлением» вы имеете в виду свадьбу? – произнесла она полушутливым тоном. – Возможно, она слишком шикарна, но это вряд ли можно назвать преступлением.

Мужчина даже не улыбнулся, и Роуз прокашлялась.

– Простите, мне не следовало шутить. Вы, должно быть, проделали долгий путь и обнаружили, что опоздали на час. На вашем месте любой бы расстроился.

– Расстроился? – процедил он сквозь зубы.

– Пойдемте, я угощу вас шампанским, – предложила Роуз, снова попятившись назад. – Ларс будет рад вас видеть.

Незнакомец издал грубый смешок:

– Это еще одна шутка?

Роуз остановилась:

– Разве вы не один из его друзей?

Мужчина приблизился к ней.

– Нет, – отрезал он. – Я ему не друг.

Он угрожающе навис над ней, закрыв ей свет луны. Их тела не соприкасались, но она чувствовала исходящую от него силу.

Вдруг она поняла, что ее инстинкты не ошиблись. Если она хочет спастись, ей нужно бежать. Немедленно.

– Прошу прощения, – пробормотала она, сделав шаг назад. – Мой муж ждет меня для нашего первого танца.

Рука мужчины схватила ее за плечо, помешав дальнейшему отступлению.

– Муж? – повторил он ледяным тоном.

Почему он смотрит на нее так, словно готов убить?

– Да, это наша… Вы делаете мне больно!

Его пальцы сильно сжимали верхнюю часть ее руки. Темные глаза с яростью смотрели на огромное кольцо с бриллиантом на ее безымянном пальце. Затем его взгляд скользнул вверх и немного задержался на ее декольте, прежде чем встретиться с ее взглядом.

– За то, что вы сделали, оба должны гореть в аду.

Ее глаза широко распахнулись от удивления.

– Что? О чем вы говорите?

Незнакомец резко рванул ее на себя.

– Вы прекрасно это знаете, – отрывисто бросил он. – Вы знаете, почему я сюда приехал.

– Я ничего не знаю! – крикнула она в отчаянии. – Вы спятили! Отпустите меня!

Порыв холодного ветра поднял сзади ее фату и накрыл головы их обоих. Пар его дыхания коснулся ее лица.

– Вы лжете. Впрочем, я так и предполагал, – прошипел он, затем, откинув назад фату, слегка отстранился и добавил: – Чего я не предполагал, так это того, что вы окажетесь такой красивой.

– Должно быть, здесь какая-то ошибка. – Роуз облизала пересохшие губы, и его взгляд задержался на них, затем спустился ниже, на ее грудь. Ее снова бросило в жар.

– Никакой ошибки нет, – отрезал мужчина, сильнее вцепившись в ее плечо. – Вы совершили преступление и ответите за него.

Тогда Роуз изо всех сил ударила ногой по его ногам, вырвалась и сломя голову побежала к замку. К своей семье, к своему мужу, к толпе веселых и нарядных гостей.

Но незнакомец быстро догнал ее. Издав гортанный звук, похожий на львиный рык, он схватил ее за талию, поднял, словно пушинку, и понес в обратном направлении.

– Что вы делаете? Остановитесь! – кричала она, пытаясь вырваться. – Отпустите меня! На помощь!

Но никто не пришел ей на выручку. В шуме всеобщего веселья никто в замке не услышал ее криков.

Не ослабляя хватки, незнакомец шел по снегу в сторону черных машин. Моторы всех трех одновременно заурчали. Роуз брыкалась изо всех сил, но ее похититель, казалось, этого не замечал. Неудивительно. Он, наверное, весит раза в два больше, чем она.

Запихнув ее в салон последней из трех машин, он присоединился к ней и, захлопнув дверцу, приказал водителю:

– Поехали.

Тот надавил на газ, и машина так резко дернулась с места, что присыпанный снегом гравий полетел из-под задних колес. Другие две машины уже мчались впереди них по направлению к темным горам, поросшим лесом.

Незнакомец отпустил запястье Роуз, и она, потирая его, повернулась на сиденье и в отчаянии уставилась на удаляющийся замок. Ее родные, ее муж, ее вещи – все осталось там.

Вздохнув, Роуз посмотрела на безумца, забравшего ее у тех, кого она любит.

– Вы меня похитили, – прошептала она. – С моего собственного свадебного приема.

Мужчина стиснул зубы, и на его щеках задергались мускулы. Путаясь в подоле платья, она отодвинулась от него и вжалась в дверцу:

– Зачем я вам? Что вы собираетесь со мной сделать?

Его губы изогнулись в мрачной усмешке, темные глаза зловеще сверкнули. Затем он протянул к ней руку. На мгновение ей показалось, что он собирается ее ударить, и она зажмурилась и вздрогнула. Но вместо этого он сорвал с ее головы фату и диадему. Ее глаза широко распахнулись, когда стекло с его стороны начало опускаться.

– Что вы делаете? – пролепетала она.

В ответ он выбросил ее фату и диадему в окно, после чего стекло бесшумно вернулось на место.

Повернувшись, Роуз беспомощно уставилась в заднее окно на фату, трепыхающуюся на дороге в лунном свете. Бриллианты диадемы сверкнули ей на прощание. Затем машина завернула за угол, и все исчезло.

– Как вы посмели! – бросила Роуз, ощутив новый приступ ярости.

– Это подделка, – холодно ответил мужчина.

– Диадеме нет цены. Она принадлежала нескольким поколениям семьи моего мужа.

– Подделка, – повторил он, отворачиваясь. – Как и ваш так называемый брак.

– Что? – прошептала Роуз.

– Вы прекрасно меня слышали.

– Вы спятили.

Уголок его рта дернулся.

– Вы знаете, что ваш брак ненастоящий. Также вы знаете мое имя.

– Нет, не знаю!

– Меня зовут Ксеркс Новрос, – отрезал он, снова переведя на нее взгляд.

Ксеркс Новрос.

Она слышала, как Ларс выкрикивал в гневе это имя в потоке своей речи на шведском языке, обращенной к его телохранителям.

Ксеркс Новрос.

Внезапно у Роуз перехватило дыхание. Никакая это не ошибка. Ее похитил враг ее мужа. Безжалостный злодей с ледяным сердцем.

– Что вы собираетесь со мной сделать? – прошептала она.

Ксеркс холодно улыбнулся ей:

– Ничего. Абсолютно ничего.

Она не поверила ему ни на секунду. Она должна отсюда выбраться, пока он не вышвырнул ее из окна. Она схватилась за ручку дверцы, но та оказалась заблокирована.

Угадав ее намерения, Ксеркс схватил ее за запястья и навалился на нее:

– Вы не сможете сбежать.

– Помогите! – закричала Роуз, хотя знала, что это бесполезно. – На помощь!

– Никто не придет вам на помощь, Роуз Линден. – Он посмотрел на нее с ненавистью. – Вы… моя.

Глава 2

Ксеркс не солгал ей. Он действительно не ожидал, что женщина Вэксборга так хороша собой.

Пока его автомобиль мчался в ночи, он смотрел на хрупкую блондинку, которую держал за запястья. В тот момент, когда она попыталась убежать, он, даже зная, что дверца заперта, инстинктивно бросился ее спасать.

Сейчас, когда она снова сидит рядом с ним, он слышит ее мягкое дыхание, чувствует легкий аромат чайных роз, исходящий от нее. При каждом вдохе ее полная грудь вздымается. Кажется, что она вот-вот вырвется из тугого корсажа.

Его тело напряглось, и он заставил себя отвести взгляд.

Он не должен желать Роуз Линден. Он должен ее презирать и использовать в своих целях.

Тогда как можно объяснить этот внезапно возникший порыв желания?

Перед тем как затащить женщину в постель, Ксеркс никогда не изучал черты ее характера и не заглядывал ей в душу. Зачем все это, если утром они расстанутся и он никогда больше ее не увидит?

Его любовницы не были наивными простушками и могли сами о себе позаботиться. Обычно они преследовали свои цели. Одни просто хотели с ним переспать, другим нужны были деньги и дорогие подарки. Он знал, что всех можно купить, только у каждого своя цена.

Но желать эту женщину – что-то из ряда вон выходящее. Роуз Линден аморальна, корыстна, безжалостна и хитра. Он это знал, но не ожидал, что она так красива. Сейчас он понимает, почему Ларс Вэксборг пошел на такой большой риск, чтобы сделать эту женщину своей.

Любой мужчина хотел бы, чтобы рядом с ним была такая красавица. Когда он сорвал диадему с ее головы, ее светлые волосы выбились из-под шиньона. Сейчас длинные светлые пряди обрамляют лицо в форме сердечка, касаясь гладкой кремовой кожи с легким румянцем. Глаза цвета морской волны, обрамленные густыми черными ресницами, неистово сверкают. Розовые губы слегка приоткрыты.

«Она похожа на женщину, которая только что занималась любовью», – подумал Ксеркс.

Он хочет ее, и это сводит его с ума.

Должно быть, она специально его завлекает. Пользуется своим женским шармом, чтобы завоевать его сердце и избежать наказания.

К несчастью для нее, у него нет сердца.

С тех пор как Ксеркс услышал об этой так называемой свадьбе, его люди день и ночь вели наблюдение за замком Троллсхелм. Он планировал похитить барона и заставить его силой открыть местонахождение Летиции. Но Ларс Вэксборг был слишком осторожен и никогда не выходил из замка один.

Ксеркс больше не мог ждать. После исчезновения Летиции прошел уже год, а он до сих пор ничего не знает о ее состоянии. Возможно, она умирает. В отчаянии он чуть было не ворвался в замок с оружием, хотя знал, что это закончилось бы катастрофой.

Но сегодня ему повезло. Увидев невесту Вэксборга одну в заснеженном саду, освещенном луной, он понял, что не может упустить эту возможность.

На этот момент Ксеркс знал все о Роуз Линден, американской официантке, которая тратила деньги на драгоценности, меха и наряды от-кутюр. Ради того, чтобы стать баронессой, эта охотница за состоянием не испугалась лгать, давая священные клятвы во время свадебной церемонии. Вместо того чтобы заработать себе состояние честным трудом, она предпочла стать сообщницей преступника.

Это все, что Ксерксу нужно было знать. Он не чувствовал жалости. Он ничего не испытывал, кроме ярости и презрения.

И желания.

Сидя рядом с ней в салоне своего «роллс-ройса» и держа ее за руку, он ненавидел ее и желал.

– Вам это с рук не сойдет, – прошептала его пленница.

– Неужели? – Ксеркс изо всех сил старался смотреть ей в глаза, а не на грудь, которая часто вздымалась и опускалась.

– Мой муж вас…

– У вас нет мужа.

– О боже, – пролепетала она, потрясенно уставившись на него. – Что вы сделали?

– Вы знаете, что я имею в виду, – отрезал он.

Она замерла на сиденье, лицо ее стало белее мела.

– Вы его… убили?

Час назад он испытывал соблазн это сделать, но, сидя за решеткой, он не сможет позаботиться о Летиции.

– Отвезите меня назад, – прошептала Роуз Линден. – Обещаю, что никому не скажу, что вы сделали. Честное слово.

– Вы обещаете? – цинично усмехнулся он. – Мы оба знаем, что вашим обещаниям нельзя верить.

– Как вы можете так говорить? – Ее голос дрожал, глаза блестели от слез. – Ведь вы меня даже не знаете!

«Она хорошая актриса», – сказал себе Ксеркс.

– Я знаю достаточно, – грубо бросил он в ответ. – И вы с вашим любовником оба заплатите.

Тогда она начала вырываться и бить его по ногам высокими каблуками своих туфель. Подол ее платья разметался по сиденью. Затем она стала с такой силой ударять ногой по стеклу дверцы, что Ксерксу пришлось схватить ее за лодыжку, чтобы она его не разбила.

– Прекратите! – приказал он, навалившись на нее всем телом. К его большому удивлению, она, несмотря на то что у нее нет в этом противостоянии никаких шансов, продолжала бороться.

– Мерзавец! Трус! Преступник! – кричала она. – Мой муж вас найдет и остановит. Вам это не сойдет с рук!

Пока она извивалась под ним, его желание только усиливалось.

– Успокойтесь! – прорычал он.

Роуз перестала пинаться, но ее глаза по-прежнему неистово сверкали. В них Ксеркс прочитал гнев, ненависть и вызов. К своему ужасу, он обнаружил, что невольно испытывает к ней уважение.

Когда конвой из двух автомобилей остановился, он резко отпустил ее. Впереди на пустой взлетной полосе стоял его реактивный самолет. Полоса, очищенная от снега, походила на черную реку.

При виде самолета Роуз пришла в отчаяние. Машина остановилась, и она повернулась лицом к своему похитителю. По ее щеке медленно покатилась слеза.

– Не делайте этого, – прошептала она. – Пожалуйста, какие бы разногласия у вас ни были с Ларсом, не заставляйте меня садиться в этот самолет. Прошу вас, отвезите меня к людям, которых я люблю.

Любовь. Как будто эта лицемерная женщина знает, что это такое.

– Разрешите мне вернуться к моему мужу, – продолжила она.

Губы Ксеркса искривились.

– Я же сказал, что у вас нет мужа.

Она издала испуганный возглас, но он снова ей не поверил. Она прекрасно знает, что он имеет в виду. Это актерская игра.

– Я умоляю вас, – прохныкала она, глядя на него своими бирюзовыми глазами, полными слез. – Не делайте ему больно.

Грубо схватив ее за руку, Ксеркс процедил сквозь зубы:

– У вас нет мужа, потому что у Ларса Вэксборга уже есть жена.

Глава 3

Потрясенная, Роуз на несколько секунд лишилась дара речи. Когда Ксеркс вытащил ее из машины и повел к ждущему их самолету, она не сопротивлялась.

– Но у него не может быть жены, – наконец произнесла она, растерянно глядя на него. – Я жена Ларса!

– Ваша свадьба была ненастоящей, – холодно сказал Ксеркс. – Клятвы были ненастоящими. Священник был ненастоящим. Но самое главное, мисс Линден, – он посмотрел на нее сверкающими черными глазами, – вы ненастоящая.

Они поднялись по трапу в самолет, где их поприветствовали два пилота и две стюардессы. Телохранители прошли в салон вслед за ними и скрылись в задней части самолета.

Первый пилот почтительно кивнул Ксерксу:

– Мы готовы взлететь в любой момент, сэр. Ждем ваших распоряжений.

Темноволосая бортпроводница взяла у Ксеркса пальто, а вторая, рыжеволосая, принесла серебряный поднос с напитками.

Взяв бокал шампанского, он опустился в белое кожаное кресло и, повернувшись, обратился к Роуз:

– Не хотите шампанского, мисс Линден?

Когда Роуз ошеломленно уставилась на него, он слабо улыбнулся ей и обратился к первому пилоту:

– Через несколько минут взлетаем.

Пилоты пошли в кабину, а стюардессы – в заднюю часть самолета. Оставшись наедине с Роуз, Ксеркс сделал глоток шампанского и положил руку на подлокотник кресла. Первая часть плана выполнена. Он почувствовал некоторое удовлетворение.

Роуз уставилась на хрустальный бокал в большой загорелой руке. Всего час назад она пила шампанское на собственном свадебном приеме в замке своего жениха и счастливо улыбалась гостям.

Могло ли все это действительно быть ложью?

Ее сердце пронзила боль. Нет, это исключено.

– Вы ошибаетесь насчет Ларса, – сказала она Ксерксу. – Он бы не пошел на то, в чем вы его обвиняете.

– Двоеженство.

Она поморщилась:

– Не смейте произносить это ужасное слово!

– Вы правы, – холодно ответил он, допив шампанское. – Это двоеженство, поскольку ваша свадьба от начала до конца была спектаклем.

– Вы ошибаетесь!

– Вы подписывали какие-нибудь документы?

Внутри Роуз все упало, когда она осознала, что не подписывала никаких бумаг. Никаких бланков. Никакого брачного договора. Ничего.

– Вэксборг не был в Швеции много лет, – продолжил он, не дожидаясь ее ответа. – Никто из его друзей не знает о его первом браке. Священник, который проводил вашу церемонию, не кто иной, как безработный актер из Стокгольма.

– Нет, – машинально ответила Роуз.

Но она вспомнила, что священник был очень молод и красив. Во время церемонии в старой каменной церкви она слишком волновалась, чтобы придать этому значение. Может, в словах Ксеркса Новроса есть доля правды?

Нет! Роуз неистово замотала головой:

– Ларс не стал бы за мной ухаживать, если бы уже был женат. Он не обратил бы на меня внимания, когда я подала ему завтрак в кафе в Сан-Франциско.

– Неужели?

– Разумеется, он этого не сделал бы. Брак длится всю жизнь. Любовь и верность – это основа всего.

Он посмотрел на нее с сарказмом:

– Кто вам такое сказал, принцесса?

– В этом не было необходимости, – отрезала она. – Мои родители женаты почти сорок лет. До того как умер дедушка, они с бабушкой прожили душа в душу шестьдесят лет. Две мои сестры и брат состоят в браке. Все они счастливы.

Ксеркс долго на нее смотрел, затем нажал кнопку внутренней связи. Когда к нему подошла стюардесса, он протянул ей пустой бокал и распорядился, чтобы ему принесли стакан скотча.

Когда девушка удалилась, Ксеркс повернулся лицом к Роуз:

– Я вижу, как много для вас значит брак. – Он с циничной усмешкой посмотрел на ее обручальное кольцо: – Так много, что вы согласились участвовать в спектакле, придуманном Вэксборгом, чтобы получить это.

Он думает, что это она попросила Ларса купить ей кольцо с таким огромным бриллиантом? Роуз всегда была равнодушна к ювелирным украшениям. Это кольцо имеет для нее чисто символическое значение. На его месте мог бы быть простой металлический ободок.

– Думаете, я бы позволила Ларсу за мной ухаживать, если бы знала, что он женат? Ни за что!

– В этом мире все продается и покупается. У каждого есть своя цена. Очевидно, – он перевел взгляд с кольца на ее платье от-кутюр, – такова была ваша цена.

«Кружево сплетено вручную монахинями во Франции», – гордо сообщил ей Ларс, когда подарил ей это платье. Когда она сказала ему, что хочет устроить скромную церемонию в своем родном городке в Калифорнии, он заявил: «Всю подготовку к свадьбе я беру на себя, дорогая. От тебя потребуется только быть красивой и готовой к нашему медовому месяцу!»

Прогнав воспоминание, Роуз глубоко вздохнула.

– Это не так, – сказала она. – Вы либо ошибаетесь, либо…

«Либо лжете», – хотела добавить она, но ей не хватило смелости.

Поднявшись, ее похититель подошел к ней. Его глаза горели черным огнем, подобно агатам. Он навис над ней, но она не позволила себе отступить назад.

– У Вэксборга ничего нет. Он транжирит деньги своей жены, которые та унаследовала от своей богатой матери. – Его губы дернулись, когда он коснулся кружевного рукава ее платья. – Этот наряд куплен на ее деньги.

– Я вам не верю!

– Продолжайте себя в этом убеждать, принцесса.

– Если он действительно такой ужасный человек, как вы утверждаете, почему его жена с ним не разведется?

Ксеркс стиснул зубы и отвернулся:

– Она не может.

– Почему?

Прищурившись, он снова посмотрел на нее:

– Они попали в аварию. Она в коме. Впрочем, вас это вряд ли волнует.

Судя по его тону, он считает ее алчной и бессердечной. Ее, работавшую одновременно в двух местах, чтобы обеспечивать себя во время своего обучения в колледже и помогать родителям после банкротства семейного бизнеса!

Роуз часто заморгала. В этот момент моторы заработали громче. Когда самолет пришел в движение, она дернулась и чуть не споткнулась.

– Сядьте, – сказал Ксеркс.

Восстановив равновесие, Роуз гордо вскинула подбородок:

– Не смейте мне указывать…

– Сядьте, – прорычал он.

Ее колени подогнулись, и она упала на белый кожаный диван. К своему ужасу, она обнаружила, что ее тело подчинилось ему, даже когда разум отказался.

Он сел рядом с ней и потянулся за своим ноутбуком. Роуз вцепилась в подлокотник.

Когда они поднялись в воздух, она посмотрела в иллюминатор и увидела бесконечную темноту, в которой плыли серые облака, освещенные луной.

Сейчас ей никто не может помочь. Она совсем одна. Она несколько раз глубоко вздохнула, чтобы не запаниковать, затем спросила:

– Куда вы меня везете?

Ксеркс не ответил. Глядя на экран ноутбука, он что-то быстро печатал, затем сделал глоток скотча, который с улыбкой подала ему стюардесса. Когда они снова остались одни, она повторила:

– Куда вы меня везете?

– Это не имеет значения.

– Я требую, чтобы вы мне сказали.

– Мне кажется, вы сейчас не в том положении, чтобы требовать.

– Вы меня похитили!

– Не нужно излишне драматизировать.

– Что это, по-вашему, если не похищение?

– Восстановление справедливости, – произнес он ледяным тоном.

– У вас нет моего паспорта.

– Я об этом позаботился.

– Но как?

– Так же, как обо всем остальном. С помощью нужной суммы.

Глядя на капельки конденсата на внешней поверхности его стакана, Роуз сжала руки в кулаки.

– Немедленно говорите мне, куда мы летим, – яростно бросила она, – или я…

Его темные глаза смеялись над ней.

– Или вы – что?

Как жаль, что у нее нет при себе старой бейсбольной биты брата или на худой конец сумочки!

– Вы немедленно скажете мне, куда мы летим, или я превращу для вас это путешествие в ад, – решительно заявила она, собравшись с духом.

Ксеркс долго не сводил с нее глаз.

– Вот теперь я вам верю, – наконец ответил Ксеркс. Допечатав последние несколько слов, он снова переключил свое внимание на нее: – Я везу вас в Грецию.

– Зачем?

– Чтобы заставить Вэксборга отдать то, что мне нужно.

– И что же это?

– Если он действительно вас любит, как вы думаете, он согласится на обмен.

– Обмен? – Она уставилась на него. – Какой обмен?

– Я хочу обменять вас на нее. – Сделав еще глоток скотча, он поставил стакан на столик и смерил Роуз холодным взглядом: – Я использую вас, чтобы заставить Вэксборга развестись с его женой. Его настоящей женой.

Его ответ ошеломил ее, но она не подала виду.

– Я его настоящая жена, – спокойно произнесла она, гордо подняв голову. – И вам не убедить меня в обратном.

Ксеркс прищурился:

– Может ли быть так, чтобы вы действительно ничего не знали?

Роуз покачала головой:

– Нечего знать! Вы совершили ужасную ошибку!

– Я не могу понять, зачем Вэксборгу понадобился весь этот фарс со свадьбой. Но если вы не знали, что у него уже есть жена… – Окинув ее взглядом, он наклонил голову набок. – Вы предъявили ему ультиматум? Он думал, что фальшивая свадьба – это единственный способ удержать вас в его постели?

Удержать ее в постели Ларса? Его вопрос возмутил ее до глубины души. Она никогда не была ни в постели Ларса, ни в чьей-либо другой. Она хранит невинность до первой брачной ночи!

При этой мысли ее вдруг бросило в дрожь.

Ларс определенно не мог устроить такой шикарный спектакль лишь для того, чтобы затащить ее в постель…

«Для тебя я сделаю все, – сказал ей Ларс на прошлой неделе, глядя на нее своими светло-голубыми глазами. – Все, дорогая. Каждый день ожидания для меня пытка. Ты должна быть моей».

Глубоко вздохнув, Роуз прогнала это воспоминание.

– Наш брак настоящий! – заявила она. – Никакой другой жены у Ларса нет.

Неожиданно Ксеркс поднялся и пересел в кресло напротив нее. Он слегка подался вперед, и его колени задели подол ее платья.

– Я говорю вам правду, Роуз, – спокойно произнес он.

Она пристально посмотрела на него. Черты его лица слишком резки, чтобы считаться красивыми, в отличие от плавных черт Ларса. Темные глаза под черными бровями кажутся бездонными омутами. Короткие черные волосы слегка взъерошены. Квадратный подбородок уже потемнел от щетины, отчего Ксеркс стал похож на пирата.

Когда он наклонился вперед и заглянул ей в глаза, она почувствовала его силу и исходящее от него тепло, древесный аромат его одеколона, смешанный с запахом кожи.

Он находится так близко от нее…

Почувствовав опасность, Роуз отвернулась.

– Как зовут его так называемую жену? – спросила она.

– Летиция ван Рейн.

– Ван Рейн?

– Вам знакома эта фамилия?

– В Сан-Франциско есть богатая семья ван Рейн, о которой часто упоминают в газетах.

– Летиция из этой семьи, – мрачно ответил он.

– Родители, кажется, умерли, – вспомнила Роуз. – Их единственная дочь недавно закончила школу. Я читала, что она уехала поступать в университет.

– Летиция в коме, – отрезал Ксеркс. – Никто не знает, что она нуждается в помощи. Я не могу ее найти и отвезти в больницу. – Он окинул ее взглядом. – Но вы его слабость. Он обменяет ее на вас.

Роуз ошеломленно покачала головой.

– Вы самая красивая женщина, которую я когда-либо видел. – Он прищурился. – Только ваше платье мне не нравится. Снимите его.

– О чем вы говорите? – возмутилась она.

– Свадебное платье оскорбляет меня и Летицию. Снимите его. Вы не невеста.

– Но я была… я вышла замуж за Ларса!

– Снимите его, – прорычал он, – или я сделаю это сам.

– Мне больше нечего надеть.

Ксеркс холодно улыбнулся:

– Это не моя проблема.

Разъяренная, она резко вскочила на ноги:

– Я имею полное право носить это платье. Я замужняя женщина. А вы лжец!

Поднявшись, Ксеркс произнес обманчиво мягким тоном:

– Повторите это еще раз, принцесса.

– Баронесса, – поправила его Роуз. Откинув назад волосы, она гордо вскинула подбородок и посмотрела на своего похитителя сверкающими от ярости глазами: – А вы, Ксеркс Новрос, лжец!

Глава 4

– Лжец!

Вцепившись в позолоченные подлокотники кресла, юная темноволосая Летиция ван Рейн с ненавистью уставилась на Ксеркса, когда тот пришел в ее фамильный особняк с видом на Золотые Ворота. После похорон отца она пропустила несколько учебных недель в закрытой частной школе, чтобы побыть дома с матерью, которую подкосила смерть мужа.

– Нет! – Выслушав новости Ксеркса, она вскочила на ноги и заткнула уши пальцами. – Вы лжец! Убирайтесь из моего дома и больше никогда сюда не возвращайтесь!

Ксеркс поморщился. Лжец. То же обвинение, но женщина другая.

Он посмотрел на молодую блондинку, стоящую рядом с ним в салоне его частного самолета. Роуз Линден великолепна. Возможно, худовата, но это трудно заметить, когда ее полная грудь так вздымается при каждом вдохе, что, кажется, вот-вот вырвется из тесных оков корсажа. Ее талия настолько узка, что мужчина может запросто обхватить ее пальцами обеих рук. Когда она тряхнула головой, шиньон окончательно свалился с ее волос и они рассыпались по плечам мягкими светлыми волнами.

– Вы лжец! – крикнула Роуз, неистово глядя на него своими глазами цвета морской волны. – Я не верю ни единому слову из того, что вы говорите!

Лжец. Для Ксеркса главным критерием человека всегда была его честность, поэтому он не смог стерпеть подобное обвинение. Схватив Роуз за плечи, он тряхнул ее и процедил сквозь зубы:

– Я эгоистичен. Возможно, даже безжалостен. Но я никогда не лгу.

Его взгляд упал на ее рот. В этот момент она облизывала губы. При виде розового кончика языка его тело напряглось. Внутри его разгорелся огонь желания. Он должен поскорее избавить ее от свадебного платья, которое оскорбляет его и настоящую жену Вэксборга. Роуз продолжает как ни в чем не бывало его носить, словно Летиции уже нет в живых!

Руки Ксеркса медленно скользнули по ее рукам.

– Я предупреждал, что сам его с вас сниму, – мрачно произнес он.

Ее глаза расширились.

– Вы не посмеете…

Тогда резким движением он сорвал платье с ее плеч. При этом крошечные белые пуговки на спине отлетели и рассыпались по полу салона. Затем он дернул за низ рукавов с такой силой, что Роуз покачнулась и чуть не упала на колени.

Через несколько секунд великолепное свадебное платье от-кутюр из атласа и кружева бесформенной кучей лежало на полу. Нажав на кнопку внутренней связи, Ксеркс распорядился, чтобы для Роуз принесли халат. Затем он неожиданно замер на месте.

Роуз стояла перед ним в белом шелковом бюстгальтере, кружевных трусиках и чулках того же цвета. Он обнаружил, что не может отвести взгляд от ее хрупкого тела, напоминающего формой песочные часы, от нежной кремовой кожи, и едва сдержал стон вожделения.

Кажется, он зря снял с нее платье. Ее красота представляет для него опасность.

Ему следовало знать, что под платьем у нее белое белье, какое надевают невинные девушки для первой брачной ночи. К чему это притворство? Он не сомневался, что Роуз и Вэксборг перед свадьбой уже спали вместе. Ни один мужчина не устоял бы перед мягкой, женственной красотой Роуз Линден. Несомненно, они были любовниками с первого дня своего знакомства в кафе в Сан-Франциско.

Вэксборг виновен. Но виновна ли Роуз? Знала ли она все это время о Летиции?

«Это не имеет значения», – сказал себе Ксеркс. В любом случае Роуз выходила замуж за барона из-за денег и титула. У каждого своя цена. Ксеркс давно это понял. Чувства – такой же товар, как и все остальное.

Обнаружив, что он на нее смотрит, Роуз опустила глаза, густо покраснела и попыталась прикрыться своими тонкими руками. Затем она опустила руки, сжала их в кулаки, медленно подняла голову и посмотрела на Ксеркса сверкающими от гнева глазами.

«Какая женщина», – изумился он. Любая другая в подобной ситуации трепетала бы от страха, а она пытается ему противостоять.

– Вы должны Ларсу свадебное платье, – произнесла она низким голосом, – а также бриллиантовую диадему и невесту.

Затем она наклонилась и, подобрав с пола порванное платье, прижала его к груди.

Почему это происходит? Как простая американская официантка может вызывать у него такое сильное желание?

Стиснув зубы, Ксеркс потянулся к ней. Она затаила дыхание, но вместо того, чтобы вырвать платье у нее из рук, он помог ей его надеть. Его пальцы медленно скользнули вверх по ее обнаженным рукам. Ее кожа оказалась гладкой и теплой.

Роуз смущенно посмотрела на него, и ее полные розовые губы приоткрылись.

Внезапно Ксеркс понял, что ему делать дальше. Ему представилась отличная возможность узнать, виновна она или нет.

Он ее поцелует.

Если она действительно алчная охотница за деньгами, она не только не оттолкнет его, но и постарается соблазнить. Чтобы избежать наказания, она переметнется на его сторону.

Если нет… Впрочем, это маловероятно.

Тот факт, что он сейчас ни о чем не может думать, кроме ее губ, здесь ни при чем. Это будет обычный эксперимент. Удовольствие, которое он получит, будет приятным дополнением к результату.

Прижав к груди порванный корсаж, Роуз с вызовом посмотрела на Ксеркса:

– Не думайте, что вам удастся меня запугать, потому что я никогда…

Она не договорила, потому что в этот момент Ксеркс заключил ее в объятия. Затем наклонился и накрыл ее губы своими.

Глава 5

Губы Ксеркса, твердые и жаркие, безжалостно впились в губы Роуз, взбудоражив ее чувства.

Напрягшись, она инстинктивно уперлась ладонями в его грудь. Когда он слегка наклонил ее назад и его язык бесцеремонно ворвался вглубь ее рта, она неожиданно для себя испытала удовольствие. Он крепче прижал ее к себе, и все вокруг перевернулось с ног на голову. Она словно закружилась в вихре сильного чувственного наслаждения, которого никогда раньше не испытывала.

Она чувствовала его дыхание, жар его тела, вкус скотча у него на губах, покалывание в тех местах, где его щетина касалась ее кожи. Все это заставило ее подчиниться своему похитителю. Ее никогда прежде не целовали в губы, и разум ее внезапно отключился. Она быстро растворилась в его прикосновениях, и ее губы сами задвигались, а руки обвились вокруг его шеи, словно хотели притянуть его ближе к себе. Словно он, и только он мог дать ей воздух, необходимый для дыхания…

Неожиданно она поняла, что делает, и, издав приглушенный стон, резко отстранилась. Затем смерила его испепеляющим взглядом, замахнулась и ударила по лицу.

Прижав ладонь к щеке, Ксеркс в изумлении уставился на нее.

– Как вы посмели меня поцеловать! – крикнула Роуз, дрожа всем телом. – Я замужняя женщина!

Его губы дернулись.

– Нет, – спокойно произнес он, подняв темную бровь. – Этот разговор мне надоел, и я только что его закончил. Мой поцелуй был не чем иным, как попыткой найти ответ на интересующий меня вопрос.

«Что за чушь он несет!»

– Какой еще вопрос?

Ксеркс пожал плечами:

– Вы не знали, что Вэксборг женат, иначе попытались бы меня соблазнить и привлечь на свою сторону. Ваш неуклюжий ответный поцелуй заверил меня в этом.

Неуклюжий? Ее щеки вспыхнули.

Это был ее первый настоящий поцелуй. Еще подростком она решила, что будет ждать идеального мужчину и только ему позволит себя поцеловать. Двадцатидевятилетняя девственница – редкое явление, не говоря уже о женщине этого возраста, которая еще ни разу не целовалась.

Но она не собирается объяснять все это Ксерксу Новросу и подвергать себя его насмешкам!

– Сейчас я вижу, что вы не виноваты, – небрежно сказал он. – Ваша единственная вина состоит в том, что вы наивны и доверчивы.

Наивна и доверчива. Возможно, это действительно так. Ее губы до сих пор покалывает от его поцелуя. Что с ней не так? Как она могла ответить на его поцелуй? Как могла позволить физическому желанию заглушить голос разума?

– Больше не прикасайтесь ко мне.

– Не буду.

Сглотнув, Роуз отвернулась. Она прежде не испытывала такого сильного желания, даже когда позволила Ларсу легонько коснуться губами ее щеки, после того как священник объявил их мужем и женой.

Она ненавидит своего похитителя, но себя она ненавидит еще больше.

– Я не шучу. Если вы снова попытаетесь меня поцеловать, я вас убью, – предупредила его она.

– Вы мне угрожаете? – В его голосе слышались нотки веселья.

– Да, – отрезала она.

Несомненно, глупо угрожать безжалостному миллиардеру, который тебя похитил с твоей собственной свадьбы, но ярость и унижение лишили ее здравого смысла.

Его губы растянулись в полуулыбке.

– Хорошо.

– Что – хорошо?

– Я больше не буду вас целовать.

Подумав, что это может быть уловкой, Роуз нахмурилась:

– Правда?

– Даю вам честное слово, – небрежно сказал он. – Я не буду вас целовать до тех пор, пока вы меня сами об этом не попросите.

– Отлично, – ответила Роуз, обхватив себя руками, чтобы унять дрожь. – Потому что я никогда не попрошу вас меня поцеловать.

Отвернувшись, Ксеркс снова опустился на диван, взял со столика свой стакан и залпом допил остатки скотча.

– Теперь, когда мы разобрались в этом вопросе…

Он нажал кнопку связи. Когда появилась рыжеволосая стюардесса, он резко сказал ей:

– Мисс Линден устала. Отведите ее в спальню.

– В вашу спальню! – возмутилась Роуз. – Я так и знала, что здесь есть какой-то подвох. Вы…

– Я останусь здесь, – перебил ее он. – Вам нечего бояться. Идите отдыхайте. Мы приземлимся через несколько часов.

Оказавшись в небольшой спальне в задней части самолета, Роуз провела часть пути сидя в кресле и глядя в темноту за иллюминатором.

При воспоминании об объятиях и поцелуе Ксеркса по ее коже пробегали электрические разряды. Ее губы все еще помнили жар его губ. Вопреки здравому смыслу его поцелуй доставил ей огромное удовольствие, и она ненавидела его за это.

Роуз попыталась заставить себя думать о чем-то другом. Должно быть, ее родные сейчас не находят себе места. «Пожалуйста, пусть Ларс позвонит в полицию», – мысленно взмолилась она, закрыв глаза. Она надеялась, что в аэропорту Греции их встретит целый отряд полицейских, который схватит Ксеркса Новроса и отправит за решетку, где ему и место. Уютно устроившись под пледом, она начала придумывать всевозможные наказания для своего похитителя и сама не заметила, как погрузилась в сон.

Она вернулась к реальности, когда кто-то легонько потряс ее за плечо. Глаза ее распахнулись, и она огляделась, чтобы понять, где находится. Рядом с ней стоял Ксеркс.

Самолет приземлился. Снаружи по-прежнему было темно, но она увидела пустую взлетную полосу рядом с морем. Никаких сигнальных огней. Никаких полицейских.

Ее охватило разочарование. Прищурившись, она отвернулась:

– Я не выйду из самолета.

Ксеркс протянул ей руку:

– В доме вам будет гораздо удобнее.

Сложив руки на груди, она холодно произнесла:

– Спасибо, но я останусь здесь.

– Неужели вы не хотите поговорить по телефону с вашим бойфрендом?

Слово «бойфренд» привело ее в ярость.

– Вы имеете в виду, с моим мужем?

Он фыркнул:

– Вы упрямая женщина.

Роуз устало потерла глаза. Ее родные должны узнать, что она жива и здорова. Ей нужен этот телефонный звонок. Она снова посмотрела на своего похитителя:

– Вы можете дать слово, что не причините мне вреда?

– Я бы никогда не сделал больно женщине.

– Пленник имеет право на самозащиту, – предупредила его она.

– От вас я меньшего и не стал бы ждать.

В его взгляде больше нет ненависти и презрения.

В то же время между ними по-прежнему существует какое-то странное притяжение, которое она никак не может объяснить.

Как же ей не хватает Ларса, такого очаровательного и предсказуемого, который не всегда ее слушает, зато осыпает бесконечными комплиментами. Правда, его голодные взгляды и постоянные заверения в том, что она совершенство, нервируют ее. До свадьбы она убеждала себя, что после того, как она станет его женой, у него будет много времени, чтобы лучше ее узнать.

Но вот стала ли она его женой?

Нет! Роуз прогнала страх, нарастающий внутри ее. Она не может позволить Ксерксу заставить ее сомневаться в Ларсе. Не может доверять этому беспощадному хищнику, который ее похитил. Врагу ее мужа, который поцеловал ее против ее воли.

Она должна верить в то, что Ларс спасет ее и докажет ей, что она его законная жена.

Роуз медленно поднялась на ноги, прижимая к груди порванный корсаж:

– Пока у меня есть ваше честное слово, вы ничего со мной не сделаете.

Убрав с ее щеки прядь волос, он прошептал ей на ухо:

– Я не причиню вам вреда.

Отстранившись, он протянул ей руку. Она уставилась на нее, затем прошла мимо него гордой поступью, достойной королевы в изгнании.

Снаружи их ждало несколько автомобилей, включая черный «бентли». Когда они с Ксерксом пошли к нему, шофер в униформе открыл пассажирскую дверцу.

Ксеркс положил руку Роуз на талию, пропуская ее вперед. Она дернулась от его прикосновения, словно оно ее обожгло, и быстро села в салон. Ксеркс молча присоединился к ней.

Мотор заурчал, и черная машина помчалась по прибрежной дороге. Роуз смотрела в окно на лунную дорожку на черной поверхности воды. «Как странно, – подумала она. – Эта же самая луна сейчас освещает замок Троллсхелм».

– Мы рядом с Афинами? – спросила она, чтобы нарушить напряженное молчание.

– Нет. На острове в Эгейском море.

– На каком острове?

– На моем.

Потрясенная, она повернула голову и посмотрела на него:

– Вашем острове?

Он пожал плечами.

– Вам принадлежит целый остров?

– Вообще-то у меня их несколько.

Ее рот приоткрылся от удивления.

– Зачем вам столько островов? Одного не достаточно?

– Остальные я обычно сдаю своим друзьям, когда те хотят отдохнуть от постоянного внимания прессы.

– Чтобы ваши друзья могли побыть наедине со своими любовницами?

Он пожал плечами.

Роуз стиснула зубы и сложила руки на груди. Чего еще можно ожидать от такого беспринципного человека?

– Сколько у вас островов? Или вы сбились со счету?

– Сейчас три. Четвертый я недавно обменял на дворец в Стамбуле.

Дворец в Стамбуле?

– А-а, – небрежно произнесла Роуз, словно в ее мире подобные вещи происходят сплошь и рядом.

– На самом деле предметом сделки было офисное здание в Париже стоимостью в несколько сотен миллионов евро. – Он пожал плечами. – Остров и дворец всего лишь часть дополнительного соглашения.

– Понятно. – Сглотнув, Роуз вспомнила, как недавно отдала своей соседке сверху коробку шоколадного печенья в обмен на запеканку из макарон и сыра. – Вашему другу, должно быть, понадобилось уединенное местечко, чтобы проводить там время со своей любовницей, – добавила она.

Ксеркс фыркнул:

– Я бы не назвал Рафаэля Круза своим другом. – Отведя взгляд, он добавил более мягким тоном: – В действительности я был рад избавиться от того острова.

– Конечно, – усмехнулась Роуз. – Владеть собственными островами так скучно. Я недавно продала все свои и купила вместо них японские чайные домики.

Его губы дернулись, затем он покачал головой:

– Я вырос на том острове. Мой дед был рыбаком. Даже несмотря на то, что после их с бабушкой смерти я построил на месте старой хижины виллу, мне никогда не хотелось туда возвращаться.

Ксеркс когда-то был бедным? Наверное, с тем островом у него связаны неприятные воспоминания. Роуз начала испытывать к нему сочувствие, но тут же запретила себе подобное проявление слабости.

– Как же плохо живется вам, миллиардерам, – язвительно произнесла она. – Владеть собственными островами, быть вынужденным путешествовать по всему миру на собственных самолетах. Похищать замужних женщин. Прямо собачья жизнь. – Она посмотрела на него: – Почему мы здесь, а не в вашем новом турецком дворце?

Ксеркс отвернулся, чтобы она не видела его лица:

– Я привез вас сюда, потому что это мой дом.

Лицо Роуз вытянулось.

– Вы привезли меня к себе домой? Но… но ведь Ларс наверняка знает, где ваш дом.

Он снова посмотрел на нее:

– Вот именно.

– Что же это тогда за похищение? Я не понимаю.

– Я уже говорил вам. Это не похищение, а обмен.

Машина остановилась, и шофер открыл дверцу.

Ксеркс выбрался из салона, затем протянул Роуз руку.

Снова проигнорировав его помощь, она быстро вышла из машины и споткнулась. Увидев на его лице улыбку, она покраснела, и он убрал руку за спину.

– Пойдемте, – произнес он с усмешкой. – Вам, должно быть, не терпится увидеть свою тюрьму, баронесса.

Он больше не попытался к ней прикоснуться, и Роуз испытала облегчение. После того поцелуя в самолете, когда она уступила ему против своей воли, она панически боялась его прикосновений.

По дороге к его дому она подняла голову и застыла на месте.

Когда-то она мечтала поехать в Грецию, но такое даже представить себе не могла.

На краю крутой скалы стояла огромная белая вилла, окутанная лунным светом. Строгая классическая архитектура делала ее похожей на крепость и внезапно напомнила Роуз о другом острове, находящемся ближе к ее дому. О тюрьме Алькатрас.

Когда они вошли внутрь дома, слуги, ждавшие хозяина в холле, вежливо поприветствовали их, после чего исчезли в темных коридорах.

Ксеркс провел ее в библиотеку со стеллажами до потолка, заполненными книгами в кожаных переплетах. Когда он открыл стеклянную дверь, ведущую на веранду, в помещение проник прохладный морской бриз, и по спине Роуз пробежала дрожь.

– Вы голодны? – спросил Ксеркс, стоя к ней спиной.

– Нет, – прошептала она, закрыв глаза, чтобы сдержать слезы. – Я просто хочу позвонить своей семье.

– Семье? – повторил он, скривив губы. – Не вашему любимому бойфренду?

Роуз часто заморгала. На какое-то время она действительно забыла о Ларсе. «Это вполне естественно», – сказала она себе. Ларса она знает всего несколько месяцев, а родных всю свою жизнь. Но все же ей не следовало о нем забывать.

Она сердито посмотрела на Ксеркса:

– Мой муж часть моей семьи.

Достав из кармана мобильный телефон, он набрал номер и протянул его ей:

– Держите.

Взяв телефон, она уставилась на него с удивлением.

– Я набрал номер Вэксборга, – сказал он.

Роуз с недоверием поднесла телефон к уху. Услышав в трубке голос Ларса, она чуть не заплакала от облегчения:

– Ларс!

– Роуз? – взволнованно произнес он. – Где ты? Один из моих людей нашел на дороге диадему. Твои родные сходят с ума от беспокойства. Почему ты уехала? – Его голос дрожал. – Тебя что-то расстроило? Ты услышала что-то неприятное? Только скажи, и я постараюсь все тебе объяснить.

– Меня похитили, – пробормотала она. – Я в Греции.

На другом конце линии установилось молчание. Затем Ларс заговорил мрачным тоном:

– Новрос. Это он тебя похитил, не так ли?

«Как он узнал?»

– Да, – ответила она. – Он…

– Что он тебе сказал?

Отвернувшись, чтобы Ксеркс не видел ее лица, она прошептала в трубку:

– Он наговорил мне много ужасных вещей. О, Ларс! Он сказал, что ты двоеженец, что диадема подделка и наша с тобой свадьба ненастоящая. Все это нелепые выдумки, в которые ни один нормальный человек не поверил бы!

Затаив дыхание, она стала ждать, что Ларс опровергнет слова Ксеркса и пообещает связаться с Интерполом.

Но вместо этого он молчал.

– Все сложно, – наконец произнес он извиняющимся тоном.

– Сложно? – Роуз заподозрила неладное.

– Видишь ли, дорогая, несколько лет назад я заложил бабушкину диадему. Но копию почти не отличить от настоящей, – сказал он. – Я собирался ее выкупить, но у меня никак до этого руки не доходили. Но клянусь, твое обручальное кольцо настоящее.

Почему он говорит о драгоценностях? Кого они интересуют?

– А как насчет всего остального? – спросила она.

– До нашей свадьбы я действительно уже был женат, но моя так называемая жена целый год находится в коме. Она не жилец, Роуз. Я никогда ее не любил. Мне были нужны ее деньги, понимаешь? Мне нужно было поддерживать имидж богатого аристократа. Клянусь тебе, – поспешно добавил он, – Летиция ничего для меня не значит.

– Ты женат, – беспомощно пробормотала Роуз.

Все ее надежды вмиг рухнули, и она оказалась в жутком кошмаре наяву. Ксеркс пошевелился у нее за спиной, и она почувствовала исходящее от него тепло.

– Значит, наша свадьба была ненастоящая, – добавила она.

– У меня не было выбора. Иначе ты бы не позволила мне к тебе прикоснуться, – сказал Ларс. – Я нанял актера, чтобы он провел церемонию. Это было легко. Никто из моих друзей не знал о Летиции. На следующий день после того, как мы сбежали, моя безмозглая жена врезалась на машине в столб.

От услышанного у Роуз перехватило дыхание.

Словно почувствовав, что зашел слишком далеко, Ларс сменил тон:

– Ты единственная женщина, которую я люблю, мой идеал. Единственная, кого я хочу иметь рядом с собой в качестве своей жены. Обещаю, что мы повторим наши клятвы, когда Летиция умрет. Доктора говорят, что она быстро угасает. Она может умереть в любой день.

– Ты… – У Роуз сдавило горло. Ей понадобилось время, чтобы заставить себя произнести: – Ты хочешь, чтобы она умерла?

– Конечно хочу! – ответил он. – Мне нужна ты, моя прекрасная роза. Пожалуйста, дорогая, ты должна мне верить…

Больше ничего Роуз не услышала: телефон выскользнул из ее оцепеневших рук и со стуком упал на мраморный пол.

Она тупо уставилась на сверкающее бриллиантовое кольцо у себя на руке. Она собиралась отдаться мужчине, у которого уже есть жена. Ларс устроил весь этот спектакль лишь для того, чтобы затащить ее в постель. Но самое ужасное, он желает смерти своей больной жене.

Роуз поверила ему. Она думала, что действительно стала его женой. Если бы не Ксеркс, она бы сегодня ночью подарила этому негодяю невинность.

Как она могла быть такой идиоткой?

Сказка о прекрасном принце с самого начала была ложью.

Сорвав с пальца обручальное кольцо, Роуз швырнула его в противоположный конец библиотеки, и оно, отскочив от стеллажа с книгами, покатилось по полу. Ее колени начали подгибаться, она рухнула на пол, закрыла лицо руками и разрыдалась.

Подобрав с пола кольцо и телефон, Ксеркс спокойно произнес в трубку:

– Итак, Вэксборг, ты согласен на обмен?

Роуз услышала яростные крики Ларса, но слов не смогла разобрать.

– Вот мое последнее предложение, – сказал Ксеркс. – Ты сохранишь замок и машину, которую купил на деньги Летиции. Но в течение недели ты с ней разведешься, откажешься от остального ее состояния и передашь ее мне. Иначе ты горько пожалеешь.

Снова крики.

Ксеркс посмотрел на Роуз.

– Мы оба знаем, что ты согласишься, Вэксборг, так что поторапливайся. Твоя любовница очень красива. – Его губы изогнулись в чувственной улыбке. – Любой мужчина пошел бы на все, чтобы обладать ею.

Глава 6

Когда Ксеркс закончил разговор, в библиотеке установилась тишина, которую нарушали только тихие всхлипывания Роуз. Ее похититель навис над ней, и она чувствовала на себе его взгляд. Она пыталась успокоиться, но тщетно.

Ксеркс оказался прав. Ларс обманул ее. Предал. Он никогда ее не любил. Он просто хотел обладать ее телом. У него уже есть жена, и он не может дождаться, когда она…

– Он ждет смерти своей жены, – пробормотала Роуз вслух.

Она почувствовала, как он коснулся ее руки.

– Я знаю.

Она подняла голову. Его темные глаза смотрели на нее с сочувствием.

– Пойдемте, – мягко сказал он. – У вас был трудный день Я отведу вас в спальню.

Роуз не смогла сопротивляться, когда он взял ее за руку и помог подняться. От его прикосновения ее бросило в жар. Плетясь по коридору рядом с Ксерксом, она чувствовала слабость во всем теле. Ноги снова начали подкашиваться. Остановившись, она посмотрела на мужчину, так не похожего на Ларса. Грубого, жестокого, мстительного. Заслуживающего доверия.

Неожиданно Ксеркс подхватил ее на руки. По ее телу пробежал сильный электрический разряд, как во время их поцелуя в самолете.

Ксеркс не знает, что это был ее первый настоящий поцелуй. Что после долгих лет одиночества внутри ее впервые пробудилось желание.

Сначала он нес ее по коридору, затем вверх по лестнице. Ритмичный стук его шагов по мраморному полу смешивался с музыкой морского прибоя.

Роуз посмотрела на его лицо. Выражение его было суровым, даже жестоким. Поначалу она считала его злым демоном, но теперь изменила свое мнение. Возможно, он черный ангел, который неожиданно прилетел, чтобы ее спасти.

Остановившись у двери в конце коридора, он толкнул ее плечом, и она отворилась с тихим скрипом. Войдя в комнату, он прижал к себе Роуз одной рукой, а другой включил лампу.

Роуз увидела большую комнату со спартанской обстановкой, лишенную цвета. Белые стены, черная кровать. За огромными окнами балкон с видом на море.

Посадив Роуз на кровать, он посмотрел на нее черными как ночь глазами, полными желания.

Он собирается снова ее поцеловать. Она это знает. Он ее поцелует, несмотря на данное ей обещание. Обещания ничего не значат для мужчин. Они ничего не значили для Ларса. Сейчас Ксеркс безжалостно ею овладеет. Силой отберет у нее то, с чем она всегда собиралась расстаться только в свою первую брачную ночь.

У нее больше не осталось сил бороться.

Положив ее на спину, он осторожно высвободил из ее оцепеневших пальцев порванные края корсажа. Его взору предстал ее бюстгальтер и обнаженная кожа ее живота. Она ощутила магнетическую власть его тела над ее телом. Поняв, что от этой власти невозможно избавиться, она прошептала:

– Я… я ненавижу вас.

Его чувственные губы изогнулись в кривой ухмылке.

– Мне не нужно, чтобы вы меня любили. Мне просто нужно, чтобы вы меня слушались.

Закрыв глаза, Роуз стала ждать, когда он стащит с нее платье, ляжет поверх нее и грубо ею овладеет.

Ей стало почти все равно. Она полностью потеряла себя. Всего несколько часов назад она была романтичной идеалисткой, волнующейся перед первой брачной ночью. Сейчас она не чувствует ничего.

Затем Ксеркс прикоснулся к ней.

Кончики его пальцев легонько, подобно перышку, коснулись ее ключицы. Ею завладела странная смесь эмоций. Смятение? Страх? Да. Но глубоко внутри ее все дрожит от более сильного чувства, нежели страх.

Его рука скользнула вниз по ложбинке на ее груди, отчего по всему ее телу побежали электрические импульсы. Ее грудь налилась, соски затвердели под шелковым бюстгальтером, который Ларс заказал для нее в Париже. Она покраснела, когда он вручал его ей. Ларс пришел бы в бешенство, если бы узнал, что первым мужчиной, увидевшим на ней его подарок, стал его враг.

Взяв двумя руками пышный подол ее платья, Ксеркс осторожно стащил его с нее и бросил на пол.

– Я знал, что в конце концов сниму его с вас, – прошептал он.

Роуз хотела ответить, но затем увидела, что он опустился на колени у изножья кровати. Образ Ксеркса, стоящего на коленях перед ее почти обнаженным телом, так взволновал ее, что она зажмурилась.

Но все ее чувства обострились еще сильнее, когда он положил руки ей на бедро и начал отстегивать чулок от кружевного пояса. Его дыхание приятно согревало обнаженную кожу ее живота, и она тихо застонала от удовольствия, за что мысленно отругала себя. Ей не следует желать мужчину, которого она знает всего несколько часов!

Ксеркс принялся стягивать чулок с ее ноги. Легкий шелк медленно заскользил по ее ноге, после чего она почувствовала на обнаженной коже прохладный ветерок.

Неожиданно матрац у нее в ногах начал проседать. Открыв глаза, Роуз обнаружила, что Ксеркс забрался на край кровати и смотрит с вожделением на ее тело. Встретившись с ней взглядом, он снова потянулся к ее поясу и, отстегнув второй чулок, стянул его с ее ноги и швырнул на пол.

Желание внутри ее нарастало с каждым его взглядом, с каждым прикосновением. Ее затвердевшие соски ныли под тканью бюстгальтера, в глубине ее женского естества разливался расплавленный огонь. Ее дыхание стало поверхностным и прерывистым.

Ей не следовало позволять ему к ней прикасаться. Он ее похититель. Он преступник. Чужак.

Но, несмотря на неистовые протесты разума, Роуз не смогла даже пошевелиться. Она просто лежала на мягких простынях, наблюдая за тем, как легкий ветерок играет прозрачными занавесками на окнах, и слушая жалобные крики чаек в отдалении. Закусив до боли губу, она посмотрела на лицо Ксеркса.

Его выражение больше не было суровым. Проведя ладонью по ее впалому животу, он пробормотал:

– Какая худая.

Чары рассеялись, и Роуз резко приподнялась.

– Наивная. Неуклюжая. Тощая, – с горечью произнесла она – Вы жестокий. Ларс все время говорил, что я самая красивая девушка на…

Ее голос прервался, когда она вспомнила, что Ларс жестоко ее обманул.

Пальцы Ксеркса замерли.

– Вэксборг не лгал, – тихо сказал он. – Вы самая красивая женщина, которую я когда-либо видел, Роуз Линден.

Он опустил ее на кровать. Она не стала сопротивляться и закрыла глаза. Почувствовав прикосновение чего-то мягкого к своей коже, она широко распахнула глаза и уставилась на Ксеркса.

Он стоял рядом с кроватью и, склонившись над Роуз, укрывал ее одеялом. Внезапно она поняла, что он делает. Он не пытается ее соблазнить. Он укладывает ее спать.

– Вы оставляете меня? – прошептала она, когда он направился к выходу.

Остановившись у двери, он, не оборачиваясь, произнес:

– Спокойной ночи.

– Я не понимаю. Почему вы так себя ведете?

– Как?

– Как джентльмен. Как хороший человек.

Ксеркс выключил свет, и комната погрузилась во мрак.

– Не считайте меня хорошим, – произнес он низким голосом, – иначе потом будете жалеть об этом до конца своих дней.

С этими словами он вышел из комнаты, тихо закрыв за собой дверь и заперев ее на замок.

Глава 7

Когда Роуз проснулась следующим утром, комната была наполнена слепящим солнечным светом. Кошмары, мучившие ее всю ночь, сразу рассеялись.

Девушка сладко зевнула и потянулась. «Это был всего лишь сон, – подумала она. – Слава богу, что все это произошло со мной во сне». Она находится в своей комнате в замке Троллсхелм. Сегодня день ее свадьбы. День, когда она навсегда свяжет себя узами брака с Ларсом…

Роуз часто заморгала, затем резко поднялась в постели и огляделась по сторонам. Это не ее спальня.

Она посмотрела на свои бюстгальтер и трусики, в которых спала. При воспоминании о том, как Ксеркс стаскивал с нее ночью платье и чулки, ее бросило в жар. Она провела кончиками пальцев по своим губам, вспоминая, как в самолете он прижал ее к своей груди и поцеловал.

– Доброе утро.

Издав испуганный возглас, она натянула одеяло до подбородка.

Ксеркс стоял, прислонившись к дверному косяку. На нем были шорты цвета хаки и черная майка, открывающая загорелые мускулистые руки.

– Доброе утро, – пролепетала она в ответ.

– Надеюсь, вы хорошо спали, – вежливо сказал он. – Я здесь, чтобы дать вам то, что вам нужно.

Он догадался, о чем она только что думала?

– Что? – произнесла она сдавленным голосом.

– Вот.

Сев на край кровати, он поставил ей на колени поднос с серебряным кофейником, шоколадными круассанами, свежими фруктами, жареным картофелем и апельсиновым соком. При виде всего этого у нее потекли слюнки.

– Вы принесли мне завтрак? – тихо спросила она.

– Прошлой ночью вы выглядели голодной.

Она действительно очень проголодалась, но ее внимание привлекло что-то еще на подносе. Отодвинув в сторону кофейник, она взяла маленькую вазочку с бутоном розовой розы и вдохнула тонкий аромат.

– Его мне тоже нужно съесть? – пошутила она.

– Этот бутон напомнил мне о вас.

– Вы сами сорвали цветок? – удивилась она.

– Да. Зимой мой садовник выращивает их в теплице, – сухо произнес он. – Моя бабушка выращивала полиантовые розы. Это самое красивое, что у нас тогда было. – Он посмотрел на крошечный бутон. – Цветок выглядит хрупким, но на самом деле он сильнее, чем кажется. Эти розы цветут даже на бедных почвах, они устойчивы к болезням. – Он слабо улыбнулся. – Их шипы больно колются.

Роуз посмотрела сначала на цветок, затем на него, по-прежнему ничего не понимая.

– Таким образом я пытаюсь попросить у вас прощения за то, как я вас похитил, – произнес он, вздохнув. – Если бы я знал, что вы ни в чем не виноваты, я бы… – Откинувшись назад, он провел рукой по своим черным волосам и криво ухмыльнулся: – Я бы все равно вас похитил, но сделал бы это более галантно.

– О! – только и смогла вымолвить Роуз. Находясь так близко от него, она снова разволновалась. Теперь, когда Ксеркс улыбается, он представляет еще большую опасность для ее самообладания. Она быстро переключила свое внимание на поднос: – Выглядит аппетитно. Полагаю, сейчас вы скажете, что сами все это приготовили.

– Нет. – Его чувственные губы дернулись. – Но у меня здесь очень комфортная тюрьма. Работает по принципу «все включено».

– Как хорошо. – Она заставила себя поднять на него глаза. – Но было бы еще лучше, если бы вы меня отпустили.

Он моргнул, и его взгляд посуровел.

– Но мы ведь уже с вами договорились, что я не хороший. Я бизнесмен. А вы слишком худая. Больше никаких диет. Вы будете хорошо есть.

– Я не сидела на диете, – раздраженно произнесла она. – Я не пыталась сбросить вес. Просто не могла расслабиться рядом с Ларсом. У меня не было аппетита.

– Вы находили его неаппетитным? Как интересно, – произнес Ксеркс, поднимая бровь. – Но сейчас вы на моем попечении. Если вы и дальше будете голодать, то потеряете свою ценность. Вы должны мне подчиняться.

Его командный тон возмутил ее, и ей захотелось сказать ему в ответ что-нибудь резкое. Но от кофе исходил такой божественный аромат, а круассаны выглядели так аппетитно… У нее заурчало в желудке. Она ничего не ела со вчерашнего дня. Или с позавчерашнего? Она даже свадебный торт не попробовала.

Вместо того чтобы спорить с Ксерксом, Роуз глубоко вздохнула и положила себе на грудь салфетку. Когда она откусила кусочек круассана с шоколадной начинкой, ее глаза расширились.

– М-м-м… – восхищенно простонала она и откусила еще.

– Вот это мне нравится, – одобрительно произнес Ксеркс.

Сделав большой глоток апельсинового сока, Роуз сказала:

– Я могу расслабиться рядом с вами, Ксеркс. Мне не нужно быть для вас совершенством, – она улыбнулась, – потому что вы ужасный человек.

– Да, – согласился он, затем, наклонившись вперед, неожиданно провел пальцем по ее верхней губе.

Ее словно током ударило, и она изумленно уставилась на Ксеркса:

– Почему вы это сделали?

– У вас была капля сока на губе.

Роуз сглотнула. Как он это делает? Как ему удается одним-единственным прикосновением заглушить в ней голос здравого смысла?

– Продолжайте, – сказал он. – Не останавливайтесь. Я хочу, чтобы вы были красивой и здоровой, когда я буду вас обменивать.

Роуз чуть не подавилась круассаном.

Обмен. Ну разумеется, он хочет, чтобы она хорошо выглядела. Она для него словно племенная лошадь, которую он собирается обменять на животное другой породы. Закусив губу, Роуз уставилась на поднос.

– Как вы можете быть уверены в том, что он все еще хочет меня вернуть? – тихо произнесла она. – Ларс женат. Он не может меня любить. Если человек женат, он не может любить кого-то другого.

Темные глаза Ксеркса заблестели.

– Вы действительно так считаете?

– Разумеется, я так считаю, – неистово бросила она. – Он не любит меня, и я не… я больше не могу его любить.

– Почему? – полюбопытствовал Ксеркс. – Вэксборг все-таки барон. Когда он разведется, он сможет жениться на вас законным образом. Но у него больше не будет состояния Летиции. Проблема в этом?

Роуз рассмеялась:

– Деньги меня не интересуют. За долгие годы, прожитые в бедности, я научилась довольствоваться малым.

– Тогда в чем дело?

– Он мне лгал. Свадьба – это серьезное событие в жизни человека, а не красивый спектакль. Обещания – это не просто слова. Я выйду замуж только за такого человека, который умеет выполнять свои обещания.

Брови Ксеркса взметнулись.

– Вы не перестаете меня удивлять, – пробормотал он. – Я не ожидал, что современная женщина, тем более такая красивая, как вы, может быть…

– Какой? – спросила Роуз.

– Старомодной, – спокойно ответил он. – Для которой слова «честь» и «верность» не пустой звук. Которую нельзя купить. – Он покачал головой. – Я не знал, что такие еще остались в мире.

– Это не такая уж редкость, – сказала она, сложив руки на груди. – В моем родном городке много таких людей. Особенно в моей семье.

Ее семья. Она закусила губу. Как Ларс объяснил родным ее исчезновение? Они беспокоятся? Недоумевают? Злятся?

Распрямив руки, она с мольбой посмотрела на Ксеркса:

– Вы не позволите мне позвонить моим родителям и объяснить им, что произошло?

Он покачал головой:

– Нет. Простите. Это слишком рискованно. Ваши родители вызвали бы полицию. Ларс этого не сделает.

– Ясно, – прошептала она, отворачиваясь. – Я до сих пор не понимаю, зачем ему понадобилась эта притворная свадьба.

Ксеркс приподнял ее подбородок, заставив посмотреть на него. Его глаза прожигали ее насквозь.

– Он хотел убедиться, что никакой другой мужчина у него вас не отнимет.

Никакой другой мужчина? Она глубоко вздохнула. Что бы Ксеркс сказал, если бы узнал, что он первый мужчина, который ее поцеловал? Он посчитал бы ее фригидной старой девой?

– Как трогательно.

– Роуз, – тихо произнес Ксеркс, не убирая руки с ее подбородка, – я ошибся, когда назвал вас наивной. Вы… вы просто верите лучшему в людях. Это редкое качество.

Его пальцы обжигали ей кожу. Нет! Она не может позволять ему прикасаться к ней, иначе безвольно рухнет в его объятия.

Отпрянув, она сердито посмотрела на него:

– Если вы так считаете, позвольте мне позвонить моим родным и сказать им, что я в безопасности!

– Уверен, что Ларс им уже это сказал.

Подумав о своих родителях, бабушке, братьях, сестрах, племянниках и племянницах, Роуз едва сдержала слезы.

– Нет, – возразила она. – Мне нужно самой с ними поговорить.

– Я уже дал вам свой ответ. Нет. – Он резко встал с кровати. – Наслаждайтесь завтраком. В шкафу новая одежда для вас.

Когда он ушел, Роуз поднялась с кровати и направилась к встроенному шкафу. Как и обещал Ксеркс, она обнаружила там множество новых вещей разных стилей, начиная с футболок и тренировочных брюк и заканчивая элегантными вечерними платьями.

Ларс настаивал, чтобы она одевалась особым образом. Он даже не позволил ей самой выбрать свадебное платье. «Ты прекрасна во всем, – говорил ей он. – Но я предпочитаю, чтобы ты носила шелка, меха и драгоценности».

Она пыталась сказать ему, что ей во всем этом некомфортно, но он не хотел ничего слушать. Поэтому ей приходилось носить купленные им роскошные вещи, но в них она не чувствовала себя аристократкой.

Налив себе чашку кофе, она подошла к зеркалу и уставилась на свое отражение. Бледная, осунувшаяся, с кругами под глазами, она похожа на привидение. Вчерашний макияж размазан по лицу.

Несмотря на все заверения Ларса, Роуз прекрасно знала, что не является совершенством. Но она боялась ему возражать, отстаивать право быть самой собой. Ради Ларса она полностью отказалась от себя, а все, что он предложил ей взамен, оказалось ложью.

Роуз сделала еще глоток черного кофе. Ее взгляд упал на порванное свадебное платье на полу. Подойдя к нему, она взяла его двумя пальцами и отнесла в мусорную корзину.

Все. С ложью покончено. Ей сразу стало легче.

Вернувшись на кровать, Роуз добавила в кофе три ложки сахара и большое количество сливок. Кофе оказался таким вкусным, что она застонала от наслаждения. Она доела шоколадный круассан, затем взяла еще один. Не переставая жевать, она сорвала с себя дорогое белье, подаренное Ларсом, и тоже выбросила в мусор. Затем, пройдя в ванную, встала под горячую воду и принялась тереть лицо мочалкой, удаляя следы вчерашнего макияжа.

Выключив воду и завернувшись в полотенце, она начала искать фен, но быстро остановила себя. Нет. Больше никакого фена. Никакого выпрямителя для волос.

Вернувшись в спальню, она открыла шкаф и нашла там бюстгальтер без косточек и закрытые хлопчатобумажные трусики. Проигнорировав атласные платья, она достала простую льняную юбку и вязаный топ. Надев все это, она посмотрелась в зеркало и довольно улыбнулась своему отражению.

Она снова почувствовала себя самой собой. Заурядной Роуз Линден из Калифорнии, официанткой из кафе, которая проводит выходные с родителями, а пятничными вечерами присматривает за племянниками и племянницами. Никаких драгоценностей, мехов и шелков. Только она сама.

Но ее глаза изменились. Дело было не только в следах усталости. Хотя она по-прежнему оставалась девственницей, она знала, что ей никогда уже не стать прежней романтичной идеалисткой.

Однако без макияжа, в удобной одежде и с распущенными волосами, падающими на плечи мягкими волнами, Роуз, к своему удивлению, почувствовала себя свободной. Эта новая свобода была такой же освежающей, как легкий морской бриз, проникающий в окно.

Отнеся поднос на столик у окна, девушка съела немного жареного картофеля и свежих фруктов и выпила еще чашку кофе. Насытившись, она вышла на балкон полюбоваться лазурными водами Эгейского моря. В воздухе пахло солью и экзотическими цветами.

Прошлой ночью, когда ее нервы были напряжены до предела, вилла показалась ей мрачной. Но сейчас при солнечном свете, пробивающемся сквозь серые облака, она увидела, что дом Ксеркса прекрасен. Закрыв глаза, она подставила лицо солнечным лучам, подобно тому как цветы поворачиваются к солнцу. Впервые за последние три месяца она не испытывала ни беспокойства, ни напряжения.

– В таком случае покупай, – донесся до нее снизу голос Ксеркса. – Но не раньше, чем цена достигнет сорока. К тому времени их акционеры начнут паниковать, и у них не останется другого выбора, кроме как продать.

Задержав дыхание, Роуз посмотрела вниз и увидела в саду рядом с бассейном Ксеркса, разговаривающего по мобильному телефону.

Он сегодня тоже показался ей другим. Дневной свет смягчил суровые черты его лица. Она больше не находила его безжалостным и пугающим. Только сильным и мужественным.

Это потому, что она перестала его бояться? Перестала его ненавидеть? Разве могло быть иначе? Если бы Ксеркс не похитил ее прошлой ночью, она бы отдалась Ларсу и совершила бы самую большую ошибку в своей жизни.

– Прекрасно, – произнес Ксеркс в трубку, затем неожиданно поднял голову и посмотрел прямо на Роуз.

Ее сердце подпрыгнуло, и она тут же скрылась в тени.

Мгновение спустя она услышала его мягкий смех:

– Роуз, я вас вижу.

Густо покраснев, Роуз сделала шаг вперед.

– Привет, – произнесла она, изо всех сил стараясь говорить непринужденно. – Э-э… я не знала, что вы там.

Ксеркс лениво улыбнулся:

– Спускайтесь. Я хочу кое-что вам показать.

Глава 8

Ксеркс знал о присутствии Роуз с того самого момента, когда она появилась на балконе. Обсуждая дела с вице-президентом «Новрос груп» в Нью-Йорке, он украдкой наблюдал за ней.

На ее лицо падала тень, зато он видел прекрасные светлые волосы, спускающиеся на плечи мягкими волнами, полную грудь, обтянутую вязаным топом, и длинные стройные ноги. При виде ее все его тело напряглось от желания. В этой девушке определенно что-то есть. Нет, девушка – это неподходящее слово. В свои двадцать девять Роуз Линден определенно уже давно не девственница, хотя и целуется как неопытная школьница.

Пока он наблюдал за ней, его охватило чувство, которого он никогда раньше не испытывал. Это ему не понравилось. Они едва знакомы, а она уже имеет власть над его телом. Теперь он понимает, почему Вэксборг рискнул всем ради того, чтобы ею обладать.

Он позвал ее вниз, но она не бросилась сразу к нему, как поступила бы на ее месте любая другая женщина. Просто наклонила голову набок и спросила:

– Что?

В действительности ему очень хотелось показать ей свою постель и свое обнаженное тело, но он, как и обещал, подождет, пока она сама его об этом не попросит.

– Мой дом, – ответил Ксеркс. – Возможно, вам придется провести здесь некоторое время. На этот случай вам следовало бы научиться здесь ориентироваться.

– Спасибо, но я останусь здесь. В своей комнате.

«Где я буду в безопасности».

Ксеркс улыбнулся ей:

– Пойдемте, мисс Линден. Это не тюрьма, и вам нет необходимости все время сидеть взаперти, когда я дома. Спускайтесь.

Немного помедлив, Роуз покачала головой. Ее щеки зарделись.

– Нет, спасибо. Увидимся позже, – сказала она, после чего исчезла в своей спальне.

Она боится находиться рядом с ним, потому что тоже его желает. Ксеркс довольно улыбнулся. Соблазнить ее будет проще, чем он думал. Насвистывая греческую народную мелодию, он вошел в дом и направился к лестнице. По дороге у него в кармане завибрировал мобильный телефон, и он ответил на звонок:

– Новрос.

– Дай мне поговорить с Роуз, – потребовал Ларс Вэксборг.

Услышав надменный тон своего врага, Ксеркс прошел в свой кабинет. Встав у окна с видом на море, он спокойно произнес в трубку:

– Ты уже развелся?

– Практически. Я в Лас-Вегасе. Я подписал все необходимые бумаги. Учитывая мое влияние, результат не заставит себя долго ждать. Считай, все уже сделано. Дай мне с ней поговорить.

– Нет. – Они оба прекрасно понимают, что до окончательного постановления можно повернуть на попятный. – Ты сможешь поговорить с Роуз во время обмена.

– Черт бы тебя побрал, Новрос! Ты к ней прикасался? Скажи мне! Ты ее целовал?

– Да, – произнес Ксеркс со злорадством.

– Ты мерзавец! Что еще ты…

– Всего один поцелуй, – ответил Ксеркс, затем дерзко добавил: – Пока.

– Не смей к ней прикасаться, грязное животное! Она моя!

Ксеркс самодовольно рассмеялся:

– Закончи свой развод и поскорее верни мне Летицию. Поторопись. Я могу потерять терпение и воспользоваться твоей невестой. Я буду наслаждаться телом Роуз в своей постели до тех пор, пока она не забудет твое имя.

– Не смей к ней прикасаться, негодяй! – прокричал Вэксборг. – Даже не думай о том…

Улыбаясь, Ксеркс разорвал соединение. Затем он услышал какой-то шум и огляделся.

Роуз стояла в дверях его кабинета с раскрытым ртом.

– Вы все слышали? – спросил он, испытывая чувство неловкости.

– Я просто… просто спустилась вниз посмотреть… – Тяжело сглотнув, она прошептала: – Вы собираетесь соблазнить меня только для того, чтобы навредить Ларсу? Значит, ваше обещание было лживым?

– Нет, Роуз, послушайте…

Она закрыла уши руками:

– Не пытайтесь ничего мне объяснять. Вы такой же лжец, как и он!

Повернувшись, она убежала.

Выругавшись себе под нос, Ксеркс помчался за ней. Для такой хрупкой женщины она двигалась слишком быстро. Выскочив на улицу через черный ход, она побежала вдоль бассейна в сторону виноградников.

Серые тучи полностью затянули небо, когда он наконец схватил ее. Она отчаянно пыталась вырваться, ее грудь вздымалась и опускалась под тонким топом.

– Отпустите меня!

Ксеркс прижал ее спиной к каменной изгороди.

– Перестаньте называть меня лжецом, – отрывисто бросил он.

– Но вы сказали…

– Я намекнул Вэксборгу на то, что собираюсь вас соблазнить, чтобы он за вас испугался. Это единственный способ заставить его развестись с Летицией и отказаться от ее состояния.

Внезапно Роуз перестала сопротивляться. По ее щекам потекли слезы.

– Почему вы так решительно настроены ее спасти? – прошептала она. – Кто она вам? Скажите!

Ксеркс помнил, как сверкали от ярости темные глаза Летиции, когда он с ней разговаривал в первый и единственный раз. Сейчас он испытывал то же ощущение пустоты внутри, что и в тот день.

«Ничего никому не рассказывайте. Никогда, – потребовала она. – Вам было недостаточно погубить моего отца. Теперь вы хотите погубить мою мать. Пообещайте мне, что никому об этом не скажете».

Вдалеке раздался раскат грома. Ксеркс посмотрел на Роуз в своих руках, такую хрупкую и красивую. Он заглянул в ее большие глаза цвета морской волны, и ее полные розовые губы приоткрылись.

Его захлестнула волна желания, и он, сделав над собой усилие, отпустил ее.

– Я не солгал, – произнес он низким голосом. – Я не стану вас целовать, пока вы сами меня об этом не попросите.

Роуз наклонила голову набок:

– Вы не собираетесь меня соблазнять?

– Я хочу вас соблазнить, – ответил он. – Я больше ни о чем другом думать не могу, но я дал вам слово и намерен его сдержать.

Роуз глубоко вздохнула:

– О! – Она уставилась себе под ноги. – Ларс по-прежнему хочет меня вернуть?

– Он уверен, что сможет снова завоевать ваше сердце.

Стиснув зубы, она неистово замотала головой:

– Никогда. – Она подняла на него глаза. – Знаете, вчера вы спасли меня от самой ужасной ошибки в моей жизни. Вы держите данное мне слово. Вы не можете быть таким плохим, как говорите. Я не считаю вас…

– Я плохой, – возразил он.

– Но вы рискуете всем, чтобы спасти Летицию, – мягко сказала она.

– У меня есть на это свои причины.

– Почему вы так хотите ее спасти?

– Потому что я обещал ее защитить.

Роуз кивнула:

– Это только подтверждает мою правоту.

Ксеркс тихо рассмеялся. Он всегда гордился тем, что умеет держать слово. В пятилетнем возрасте, брошенный обоими родителями, он поклялся себе, что однажды их найдет. И несколько лет назад нашел.

Свинцовое небо вдалеке осветила вспышка молнии.

– Я выполняю свои обещания, – сухо произнес он, – но это не делает меня хорошим.

– Кто для вас Летиция, Ксеркс? – мягко спросила Роуз, коснувшись его руки. – Она ваша подруга?

От ее нежного прикосновения по его телу пробежала дрожь желания, и ему пришлось сделать над собой невероятное усилие, чтобы не овладеть Роуз здесь и сейчас.

– Это не имеет значения, – уклончиво ответил он.

– Ваша… любовница?

Он отвернулся.

– Вы ее любите?

Ксеркс снова посмотрел на нее. Их взгляды встретились, и в этот момент с неба упали первые капли дождя.

– Да, – отрезал он. – Я люблю ее.

Глава 9

«Ксеркс любит ту женщину».

По какой-то причине его признание расстроило Роуз.

– Значит, вы думаете, что, когда она окажется у вас в руках, вы сможете ее спасти? Вы думаете, что сможете ее разбудить?

– Из-за мужа ее жизнь сейчас висит на волоске, – произнес он низким голосом. – Я не допущу, чтобы она умерла.

Сердце Роуз упало. Он так любит женщину, что намерен спасти ее любой ценой. «Это и есть настоящая любовь», – подумала она.

– Вы любите ее по-настоящему, не так ли? – прошептала она.

Его губы дернулись в саркастической усмешке.

– Вижу, вы представляете меня этаким благородным рыцарем на белом коне.

– Разве вы не такой?

Он фыркнул:

– Вы очень романтичны, не так ли?

Эти слова прозвучали как оскорбление. Роуз покраснела:

– Только из-за того, что я умею видеть в людях хорошее…

– Вы ошибаетесь на мой счет. – Глаза Ксеркса заблестели. – И еще в одном вы ошибаетесь. Вашего благородного рыцаря не существует.

Роуз глубоко вздохнула:

– Я верю, что он существует, и буду его ждать.

Он издал неприятный смешок:

– Вера – это ложь, которой тешат себя дураки, когда боятся смотреть в глаза реальности.

Она пристально посмотрела на него. Ничего более циничного она в своей жизни не слышала.

– Вы действительно так считаете? – спросила она.

Ксеркс повернулся лицом к морю. Ее руки сами потянулись к нему, чтобы утешить его, но она вовремя остановилась. Разве такой богатый и влиятельный мужчина, как Ксеркс Новрос, нуждается в ее утешении? В чьем бы то ни было утешении?

– Возможно, вы правы. – Она покачала головой. – Но жизнь без веры, без настоящей любви – это не жизнь.

– Для меня главное в жизни заключается в другом. В способности держать свое слово.

Роуз пришлось сделать над собой огромное усилие, чтобы не обнять его и не спросить, что оставило такую глубокую рану в его душе.

– Но это бессмысленно, если нет любви, – тихо сказала она. – Должно быть, вы и сами это знаете. Именно по этой причине вы так отчаянно хотите спасти Летицию. Потому что любите ее.

Он медленно повернулся к ней лицом:

– На самом деле вы так не думаете.

– Правда?

Ксеркс не ответил. Глубоко вздохнув, она сменила тему:

– Но что, если ваш план не сработает? Что, если Ларс в конце концов передумает менять ее на меня?

– Это должно сработать.

В его взгляде что-то промелькнуло. Отчаяние? Страх?

Сердце Роуз разрывалось от сочувствия к этому сильному мужчине, который казался ей таким одиноким и несчастным. Но в тот момент, когда она снова потянулась к нему, чтобы утешить, он уставился на что-то у нее за спиной. Затем сказал что-то по-гречески. Обернувшись, она увидела направляющегося к ним телохранителя. Подойдя к Ксерксу, мужчина что-то сказал ему на ухо.

Глаза Ксеркса расширились. Сделав глубокий вдох, он обратился к Роуз:

– Нам пора ехать.

– Ехать? – пробормотала она. – Куда?

Внезапно он снова превратился в прежнего Ксеркса, решительного и самоуверенного.

– У меня возникло желание посетить тропический пляж.

– Но сейчас же холодно и дождь идет, – удивилась она.

– Там тепло, даже жарко. – Положив руки ей на плечи, он с улыбкой заглянул ей в глаза: – И я хочу увидеть вас в бикини.

– Куда вы собираетесь меня везти?

Но Ксеркс просто повернулся и направился к дому вместе с охранником. Роуз ошеломленно уставилась ему вслед. Что вынудило его так внезапно изменить планы?

Раздраженно топнув ногой, она крикнула:

– Если вы думаете, что я надену для вас бикини, вы спятили!

Во второй половине дня они прилетели на самолете Ксеркса на остров в Индийском океане с белым песком и пальмами, листья которых лениво покачивались от теплого ветерка.

– Где мы? – спросила Роуз, выйдя из автомобиля.

– На Мальдивах, – ответил Ксеркс.

Она уставилась на него в изумлении:

– Этот остров тоже принадлежит вам?

Он мягко рассмеялся:

– Не мне. Моему другу Никосу Ставракису. Он любезно предоставил мне один из коттеджей. Телохранители будут жить в домике у ворот в миле отсюда.

Взяв ее за руку, Ксеркс провел ее в небольшой желтый коттедж. На деревянном потолке в гостиной работал вентилятор. Через окна до пола Роуз увидела веранду, бассейн, пляж с пальмами и лазурь океана.

Роуз читала о курортах Ставракиса в глянцевых журналах. Они предназначались для людей состоятельных. Обычному человеку вроде нее отдых здесь не по карману. Она бы не удивилась, если бы узнала, что одна ночь пребывания здесь стоит десять тысяч долларов.

Похоже, они с Ксерксом будут занимать это уединенное гнездышко вдвоем. Она забеспокоилась.

– Здесь нет телевизора, – сказал он, – но думаю, что вы не заметите его отсутствия.

– Почему? Чем мы будем заниматься?

– Здесь есть множество книг и журналов. Домработница будет готовить для вас все, что вы пожелаете. Вам не придется ничего делать. Только плавать и загорать.

Роуз посмотрела на него с удивлением, затем нахмурилась:

– Но я не смогу покидать территорию курорта.

– Вам это не понадобится.

Значит, она не сможет сходить в какую-нибудь деревушку, чтобы позвонить оттуда домой. Здесь нет ни телефона, ни компьютера, подключенного к Интернету.

– Вам нравится коттедж?

– Конечно. Для тюрьмы здесь очень красиво, – горько усмехнулась она.

– Ну, если вы хотите так к этому относиться…

– А как, по-вашему, мне следует к этому относиться?

– Как к отпуску. – Подняв темную бровь, он окинул взглядом ее фигуру и улыбнулся. – Жаль, что в Греции у нас не было времени собрать вещи. К счастью, я заранее распорядился, чтобы для вас здесь приготовили новый гардероб.

Подойдя к встроенному шкафу, он открыл дверцу, и Роуз увидела множество разноцветных бикини и несколько коротких пляжных халатиков из прозрачного шелка. Больше там ничего не было. Упершись руками в бока, она спросила Ксеркса:

– Где нормальная одежда?

– Неужели здесь ничего нет, кроме бикини? – произнес он невинным тоном.

Все оказалось гораздо хуже. Заглянув в глубь шкафа, Роуз увидела мужские шорты и футболки, и внутри ее все упало.

– Что делают ваши вещи в моем шкафу?

Он подошел ближе, и Роуз почувствовала тепло, исходящее от его тела.

– Это коттедж для новобрачных. Здесь всего одна спальня. И кровать тоже одна.

Внезапно у Роуз пересохло во рту. Отойдя от него, она сказала:

– В таком случае я буду спать на диване в гостиной.

– Вы будете спать на кровати, а я на диване.

– Это несправедливо.

Она не сможет уснуть, зная, что Ксеркс ворочается на узком диване. Он пообещал, что не прикоснется к ней, и она начала ему верить.

– Полагаю, мы могли бы вдвоем…

– Нет, – грубо перебил ее он.

– Почему?

– Находиться рядом с вами, когда запрещено к вам прикасаться… Разве мужчина может такое вынести? Или вы хотите заставить меня страдать?

Их взгляды встретились, и у Роуз на несколько секунд перехватило дыхание. Затем она моргнула и озорно улыбнулась:

– Да, немного пострадать вам не повредило бы.

Его черты начали медленно расплываться в улыбке, и ее вдруг со страшной силой потянуло к нему.

Она начала к нему приближаться, но в этот момент раздался стук в дверь.

– Войдите, – сказал Ксеркс.

– Сэр. – В дверях появился один из его телохранителей.

Кивнув ему, Ксеркс обратился к Роуз:

– Я должен вас оставить.

– Но мы ведь только что сюда приехали.

– У меня возникли срочные дела. Я вернусь позже. – Он нежно провел по ее щеке. – Я распорядился, чтобы домработница приготовила ужин и накрыла стол на улице.

После его ухода Роуз немного погуляла по пляжу, затем отправилась смотреть сад за коттеджем. Было так странно находиться одной в этом прекрасном месте. Пройдя аллею с тропическими растениями, она увидела два огромных куста бледно-розовых полиантовых роз.

Как удивительно. Любимые цветы Ксеркса на тропическом острове в Индийском океане в тысячах миль от Греции.

Роуз протянула руку и осторожно, чтобы не уколоться, сорвала один цветок. Вернувшись в дом, она поставила его в крошечную вазочку, которую нашла на кухне.

Она провела остаток дня в уединенном коттедже. Читала книгу на веранде, любовалась игрой солнечных бликов на бирюзовой глади океана. Домработница приготовила для нее вкусный обед.

Она должна была получать от всего этого удовольствие, но ей чего-то не хватало. Или кого-то.

Эта мысль возмутила ее. Она не может скучать по Ксерксу. Это нелепо. Он ее похитил и не дает ей связаться с родными.

Однако в самолете по пути сюда они хорошо провели вместе время. Ксеркс угощал ее греческими блюдами, задавал ей вопросы о семье и о работе. Поначалу она давала ему колкие односложные ответы, но его это, похоже, нисколько не обижало. Напротив, он получал удовольствие. Постепенно их разговор стал более непринужденным, и Роуз обнаружила, что ей приятно быть в центре его внимания.

Она чувствовала тепло его руки, лежавшей за ней на спинке дивана. Всякий раз, когда он смотрел на нее своими темными глазами, внутри ее все начинало трепетать.

Роуз не хотелось думать об этом сейчас. Как и о том, почему она принесла для него его любимый цветок.

Отложив книгу, она заметила на пляже полную молодую женщину, в одиночку несущую стол. Забыв о своих проблемах, она тут же поднялась с шезлонга и выскочила на улицу:

– Подождите! Я вам помогу.

Полная темноволосая домработница, которая выглядела всего на несколько лет старше Роуз, покачала головой, хотя едва сдерживала слезы.

– Пожалуйста, миссис Вади, позвольте мне вам помочь.

– Нет, – пробормотала женщина, после чего разрыдалась.

Через несколько минут Роуз выяснила, что она горюет о муже, умершем полгода назад, и беспокоится о больной восьмилетней дочке, которую ей пришлось оставить дома одну.

– Но я не могу потерять эту работу, мисс, – всхлипывала она, вытирая слезы. – Если я это сделаю, я не смогу содержать свою дочь.

– Идите домой, – настаивала на своем Роуз.

– Не могу.

– Мистер Новрос не узнает, что вы ушли. – Видя, что женщина колеблется, Роуз схватила ее за рукав. – Прошу вас, послушайте меня, – прошептала она. – Я сейчас нахожусь далеко от своей семьи. Позвольте мне помочь вам быть с вашей.

Рыдая, домработница порывисто обняла ее, после чего объяснила ей, как готовить несколько восточных блюд. Но, оказавшись через полчаса на кухне, оборудованной самой современной техникой, Роуз обнаружила, что все забыла. После нескольких неудачных попыток она решила приготовить свое любимое блюдо. Пока варилась рисовая лапша, она вышла на улицу и сервировала столик на пляже.

Солнце уже находилось на западной стороне небосклона и окрашивало его в оттенки красного и оранжевого. Зная, что Ксеркс может вернуться с минуты на минуту, она быстро вернулась в дом, приняла душ и расчесала волосы. Но что ей надеть? У нее ничего нет, кроме купальников и пляжных халатиков. Будь она любовницей Ксеркса, она бы выбрала одну из его футболок.

В конце концов она надела два халатика поверх бледно-розового бикини, посмотрелась в зеркало и довольно улыбнулась, представив себе реакцию Ксеркса на ее скромный внешний вид.

Собираясь отнести на улицу поднос с ужином, она под влиянием сиюминутного порыва прихватила вазочку с розой. Сев за столик, она залюбовалась красками заката, отражающимися в сапфировых водах океана.

Когда кто-то легонько тряхнул ее за плечо, она резко дернулась. Оказывается, она сама не заметила, как заснула, положив голову на сложенные на столе руки.

Уже почти стемнело. На фоне догорающего заката она различила силуэт Ксеркса. Он переоделся в самолете. Она заметила, что его джинсы и футболка были пыльными, а от хорошего настроения не осталось и следа.

– Что случилось? – спросила она.

– Забудьте об этом, – пробурчал он, садясь напротив нее.

– Где вы были?

Он мрачно покачал головой:

– Это не имеет значения. – Он посмотрел на цветок: – Откуда взялась эта роза?

Роуз закусила губу:

– Почему вы спрашиваете?

– Я слышал, что роза национальный цветок этих островов. Но я никогда раньше здесь не был, и персонал не знает, что мне нравятся эти цветы. Это совпадение? Или, может, вы попросили принести розу для меня?

Щеки Роуз вспыхнули.

– Нет. Я сама ее принесла. Гуляя по саду, я с удивлением обнаружила здесь те же цветы, что растут на вашем острове за тысячи миль отсюда. Я подумала, что вам будет приятно.

– Мне приятно, – тихо сказал Ксеркс. – Спасибо.

Взяв розу, он воткнул ее в светлые волосы девушки. Его пальцы нежно коснулись ее щеки. Затем, глядя на нее блестящими от желания глазами, он взял ее за руку, и она, несмотря на теплый вечер, задрожала.

– Простите за опоздание, – пробормотал он, затем посмотрел на блюдо с крышкой. – Ужин, наверное, уже остыл. – Он разочарованно вздохнул. – Последний час я думал о том, что приготовила для нас домработница. Мальдивская кухня, должно быть, особенная. В ней сочетаются элементы южноазиатских и ближневосточных кухонь. Никос в восторге от стряпни этой женщины. Не могу дождаться, когда…

Не договорив, Ксеркс снял крышку с блюда и с недоверием уставился на его содержимое.

– Спагетти болонезе? – разочарованно спросил он.

– Да. Это очень вкусное блюдо, – сказала Роуз. – К тому же лапша не обычная, а рисовая. – Она взяла ложку. – Давайте я вас обслужу.

Положив им обоим немного лапши, она с удивлением посмотрела на неаппетитный комок на своей тарелке. Нужных ингредиентов не было, и ей пришлось импровизировать. Вместо обычных спагетти она использовала рисовую лапшу. Поскольку в холодильнике не оказалось ни соуса маринара, ни томатной пасты, она приготовила что-то наподобие соуса из свежих помидор, добавив туда рубленое мясо и понемногу разных специй.

Да, приготовление пищи не самая сильная ее сторона, но испортить такое простое блюдо, как спагетти, невозможно.

Попробовав свою стряпню, Роуз убедилась в обратном. На вкус она оказалась ужасной, но она заставила себя ее проглотить и произнести «м-м-м».

Когда Ксеркс попробовал лапшу, его лицо исказила гримаса. Вытерев рот салфеткой, он поднялся и бросил ее на стол.

– Не знаю, это шутка или домработница была пьяна, но я буду жаловаться, – заявил он.

– Нет! – Схватив его за запястье, Роуз умоляюще посмотрела на него: – Это не ее вина, а моя!

Его брови взметнулись.

– Что?

– Я отправила миссис Вади домой. Убедила ее, что смогу приготовить хороший ужин и вы не почувствуете разницы. – Роуз печально покачала головой: – Не говорите ее работодателю, что она ушла. Если он узнает, то уволит ее. Она не виновата, что я так плохо готовлю.

Не сводя с нее глаз, Ксеркс медленно опустился на стул:

– Почему вы отправили ее домой?

– Я разговаривала с ней. Ее муж недавно умер. Ей пришлось оставить больную дочку одну дома. Она нуждалась в помощи, и я ей помогла.

– Вы с ней… разговаривали? – недоверчиво спросил он. – Некоторые из моих сотрудников работают на меня больше десяти лет, а я ничего не знаю об их личной жизни.

– Это очень печально.

– Мне так нравится, – ответил он. – Но я не понимаю, почему вы вызвались ей помочь, когда могли просто отдыхать на пляже. Это ее работа. Ее проблемы. Не ваши.

Роуз прислушалась к плеску волн.

– Я должна была отпустить ее домой к маленькой дочке, – прошептала она, гордо вскинув подбородок. – Потому что все, чего я хочу, это поговорить со своей матерью.

– Я не могу рисковать, – ответил Ксеркс после долгого молчания. – Если вы поговорите с матерью, она может обратиться к американским властям, и скоро весь мир облетит сенсационная новость о похищении молодой невесты.

– Что, если я дам вам слово, что она никому ничего не скажет?

Он покачал головой:

– Мне очень жаль.

Роуз тупо уставилась в свою тарелку.

– В любом случае я должна была отпустить миссис Вади к дочери. Я не могла поступить иначе.

– Я по-прежнему не понимаю.

– Разве у вас нет семьи?

– Нет.

– Никаких братьев и сестер?

– Я был единственным ребенком.

– Ваши родители живы?

– Мать умерла, а отца у меня нет.

– Мне очень жаль, – мягко произнесла Роуз, крепче сжав его руку.

Какое-то время Ксеркс сидел неподвижно, затем внезапно отдернул руку.

– Дайте угадаю, – саркастически усмехнулся он. – Вы жили в большом доме, ваша мать кормила вас вкусными пирожками, когда вы возвращались домой после школы, а отец в выходные брал вас с собой на рыбалку.

– Да, – просто ответила она.

– Понятно. – Он отвернулся. – У вас была не жизнь, а сказка.

Встав из-за стола, он взял ее за руку и помог ей подняться:

– Пойдемте ужинать. Только на этот раз готовить буду я.

Когда они шли к дому по пустынному пляжу, в небе уже светила полная луна. Войдя в кухню, он включил свет.

– Я могу вам помочь, – предложила Роуз.

– Не надо. – Ксеркс указал ей ножом на стул у кухонной стойки: – Присаживайтесь.

Он быстро приготовил два больших сэндвича с индейкой и порезал спелое манго. Открыв две бутылки индийского пива, он сел напротив нее и с улыбкой произнес:

– Приятного аппетита.

Сэндвич оказался вкусным, манго – сочным. За едой Роуз украдкой поглядывала на Ксеркса, размышляя над его словами, которые повторялись у нее в голове.

У вас была не жизнь, а сказка.

Еще пару дней назад она думала, что сказка – это выйти замуж за красивого барона. Теперь она осознала, что сказкой была вся ее жизнь до встречи с Ларсом.

У нее были родные и друзья, которых она любила. Собственная маленькая квартирка, находившаяся всего в часе езды от ее родного дома. Она зарабатывала достаточно денег, чтобы оплачивать счета. Что с того, что для этого ей приходилось работать в двух местах? Что с того, что ее старенькая машина все время ломалась и из-за этого она иногда опаздывала на работу? У нее было счастливое детство.

Ей очень повезло.

– Вы правы, – произнесла она, сглотнув. – Думаю, у меня была счастливая жизнь.

Доев остатки сэндвича и запив их пивом, Ксеркс наклонился вперед:

– Она у вас еще будет. Такая женщина, как вы, заслуживает счастья.

Когда его взгляд задержался на ее губах, ее дыхание участилось. Он собирается ее поцеловать. Она это чувствует.

Он нежно погладил ее по щеке, отчего ее сердце бешено заколотилось.

– Я никогда раньше не встречал женщин, подобных вам. Вы меня приятно удивляете.

В этом коттедже для новобрачных на пустынном пляже они словно находились в своем собственном мире. Его близость так опьяняла, что ее разум отказывался работать. Дрожа, она облизала губы. Она бросится в его объятия, если он ее поцелует? Отдастся ему?

Ксеркс посмотрел на ее почти пустую тарелку:

– Вы закончили?

Роуз молча уставилась на него, не в силах даже произнести «да».

Улыбнувшись, он взял ее за руку:

– Пойдемте.

Отведя ее в гостиную, он усадил ее на диван, после чего снова отправился на кухню и вернулся с подносом. Бросив несколько свежих ягод малины в хрустальный бокал, он наполнил его шампанским и протянул ей.

– Что это? – прошептала она, не торопясь взять напиток.

– Небольшая компенсация.

– За что?

– За то, что я испортил вашу брачную ночь.

Ксеркс вложил ножку бокала ей в руку и, согнув ее пальцы, накрыл их своими.

– Я намерен все вам возместить сейчас, – произнес он, не сводя с нее блестящих от желания глаз.

– Каким образом? – пролепетала Роуз.

Она так нервничала, что ей казалось, будто у нее внутри порхают бабочки. Чтобы немного расслабиться, она выпила шампанское, но это не помогло. Напротив, ее волнение только усилилось. Не сказав ни слова, Ксеркс заново наполнил ее бокал.

Бросив на нее взгляд, полный обещания, он прошел в ванную. До Роуз донесся шум льющейся воды. Когда она представила себе их с Ксерксом в ванне для двоих, у нее перехватило дыхание.

– Все готово, – прошептал он, вернувшись в комнату и протянув ей руку.

Взявшись за нее, она поднялась с дивана и пошла с ним в ванную. Ее ноги словно налились свинцом, голова кружилась.

По-прежнему держа в руке бокал, который каким-то образом наполнился снова, она посмотрела на огромную ванну с белой пеной. За окном простирался освещенный луной океан. Оно было приоткрыто, и в него проникал теплый ветерок с ароматами экзотических цветов.

Протянув руку, Ксеркс развязал пояс ее халатика и снял его с нее, затем второй. Когда она оказалась перед ним в одном бледно-розовом бикини, его оценивающий взгляд скользнул по ее телу, отчего у нее на груди выступила капля пота и покатилась вниз по ложбинке.

Его чувственные губы растянулись в улыбке.

– Снимайте бикини, – прошептал он.

Не подумав, Роуз начала развязывать веревочки бюстгальтера сзади на шее. Затем, осознав, что делает, она быстро опустила руку.

– Я не могу, когда вы на меня смотрите, – пробормотала она.

– Я отвернусь.

Он это сделал, и Роуз уставилась на его мускулистую спину и узкие бедра, обтянутые джинсами.

– Все? – спросил он.

Вздрогнув, она снова подняла руку. Неужели она только что на него пялилась? Похоже, шампанское усыпило ее бдительность.

Девушка посмотрела на ванну с ароматной пеной. Она знает, что ей следует немедленно отсюда уйти. Сказать Ксерксу, что не нуждается в его «небольшой компенсации». Пойти одной в спальню и закрыть дверь. Это было бы благоразумно.

Но внезапно ей расхотелось быть благоразумной.

Она провела двадцать девять лет в ожидании своего принца. Берегла свою невинность для мужчины, который подарил бы ей настоящую любовь. Но что, если он не появится в ее жизни? Что, если Ксеркс прав и ее рыцаря в сверкающих доспехах просто не существует? Что, если она потратила всю свою молодость, лелея романтическую мечту, которая никогда не сбудется?

Она устала быть одинокой. Ждать идеальной любви, отказывая себе в удовольствиях.

Роуз глубоко вдохнула. Если ей, в отличие от ее родных, не суждено встретить настоящую любовь, значит, она будет довольствоваться маленькими радостями. Будет рисковать.

Она сняла с себя сначала бюстгальтер, затем трусики и бросила на пол. Забравшись в ванну, она на несколько секунд погрузилась с головой под воду. Вынырнув, она почувствовала себя заново родившейся.

За спиной у нее послышался приглушенный стон.

Обернувшись, она увидела Ксеркса, стоящего у ванны и смотрящего на нее. Проследив за направлением его взгляда, она обнаружила, что по ее груди текут струйки воды, а соски потемнели.

Ее щеки загорелись, и она по шею погрузилась в воду.

– Вы сказали, что отвернетесь! – возмутилась она.

Ксеркс рассмеялся:

– Я не говорил, что буду все время стоять к вам спиной. – Он сел на край ванны. – Вы так прекрасны. Вы самая красивая женщина, какую я когда-либо видел.

Она еще больше покраснела:

– Должно быть, шампанское ударило вам в голову.

– Я не пил шампанского.

Ее глаза расширились, когда она увидела почти пустую бутылку на полу рядом с ванной. Неужели она одна столько выпила? Судя по тому, что ее разум отказывается соображать, это действительно так. Она покачала головой:

– Вы… вы пытаетесь?..

– Что?

– Напоить меня.

Его чувственный рот искривился.

– Зачем мне это делать?

– Не знаю, – ответила она. – Это я у вас должна спросить.

Ксеркс провел рукой по ее мокрым волосам. У нее перехватило дыхание, рот приоткрылся. Он склонился над ней. Их губы разделяло всего несколько дюймов. Она придвинулась еще ближе, желая, чтобы он ее поцеловал.

– Перевернитесь на живот, – приказал он, и Роуз не раздумывая подчинилась.

Она почувствовала, как его руки легли на ее обнаженные плечи и стали разминать затекшие мышцы. Она закрыла глаза. Это настоящее блаженство. Это рай.

Это опасно.

– Значит, вы думаете, что я все это затеял, чтобы вас соблазнить, – спокойно произнес он.

Услышав от него эти слова, она поняла, как нелепы ее страхи. Он влиятельный, безжалостный миллиардер, у его ног лежит весь мир. Кроме того, он сам сказал, что любит другую женщину. Женщину, на которую собирается обменять ее, Роуз. Она всего лишь его пленница, пешка в его игре. Зачем ему прилагать столько усилий, чтобы соблазнить ее, бывшую подругу его врага, официантку из кафе, которая ничего собой не представляет?

– Я знаю, что это звучит нелепо, – пробормотала она.

– Вы правы, – тихо сказал он. – Я собираюсь вас соблазнить.

Ее глаза широко распахнулись. Пока он разминал ей плечи и спину, она смотрела в окно на черные силуэты пальм на фоне облаков, освещенных луной, на звезды, мерцающие в ночи.

Она чувствовала его силу, тепло его дыхания на своей шее. Затем его губы нежно коснулись мочки ее уха, и по ее телу пробежал электрический ток.

– Я хочу вас, – прошептал он, – и намерен сделать все возможное, чтобы вас завоевать.

У нее кружилась голова от шампанского, но еще более опьяняющим было новое ощущение, нарастающее внутри ее. Эта странная боль запретного желания.

Она снова закрыла глаза и стала ждать, когда он заключит ее в объятия и положит конец этой сладкой пытке.

Ведь он поцелует ее, не так ли?

– Я хочу вас, Роуз, – прошептал Ксеркс. – Очень хочу. – Судорожно вздохнув, он добавил: – Но вы заслуживаете лучшего мужчину, чем я.

Внезапно она перестала чувствовать его тепло. Она резко повернулась, и хлопья пены полетели на пол.

Ксеркс вышел из ванной и закрыл за собой дверь.

Глава 10

Следующим утром Ксеркс проснулся в гамаке на пляже. Все его тело ломило.

Вы заслуживаете лучшего мужчину, чем я.

Он не мог поверить, что действительно сказал это Роуз. Что ушел, когда желаемое было так близко. Ее щеки раскраснелись, плечи подрагивали от его прикосновений. Еще несколько умелых ласк, и она сама попросила бы, чтобы он ее поцеловал. Овладев ею, он бы одновременно отомстил Вэксборгу и получил удовольствие.

Однако он ее отпустил. Не сказав ни слова, он убрал руки от ее соблазнительного тела и ушел. Оказавшись на улице, он сбросил с себя пыльную одежду и долго плавал в океане, чтобы снять напряжение.

Почувствовав боль в шее, он тихо выругался и несколько раз повернул голову в разные стороны. Почему он отпустил Роуз? Почему сжалился над ней?

– Я буду верить, – сказала она ему. – Жизнь без веры, без настоящей любви – это не жизнь.

Его губы искривились в презрительной усмешке. Похоже, из-за постоянного напряжения и недосыпания он тронулся умом.

Вчера он, полный оптимизма, отправился на Мальдивы, после того как начальник его охраны сообщил ему, что Летицию видели на этом острове. Он знал, что, если сам ее найдет, ему не придется иметь дело с Вэксборгом и отдавать ему Роуз.

После долгих безрезультатных поисков Летиции по всему земному шару ему не следовало возлагать больших надежд на эту информацию. Маленькая хижина в конце пыльной дороги в противоположной части острова оказалась пуста. Поговорив с соседями, он выяснил, что там действительно жила девушка, похожая на Летицию, но ее куда-то увезли всего два дня назад. Заботившаяся о ней беззубая старуха на ломаном английском сказала ему, что девушка еще жива. Это все, что ей было известно.

В коттедж он возвращался в подавленном настроении. Он был зол не столько на Вэксборга, сколько на самого себя. Почему он никак не может найти Летицию?

Увидев Роуз, спавшую за столиком на пляже, он остановился. В тонких пляжных халатиках поверх бикини она выглядела очень сексуально. Внезапно он понял, как можно отомстить Вэксборгу и избавиться от чувства разочарования. Он решил соблазнить Роуз, используя тактику медленного обольщения, чтобы она сама захотела ему отдаться. Он не сомневался, что у него получится.

И получилось бы, если бы он не ушел.

Почему он это сделал? Потому что у нее доброе сердце? Потому что он восхищается ею?

Вспомнив, как капли воды стекали по ее обнаженной груди, он сказал себе, что в следующий раз будет безжалостным.

– Вы спали здесь всю ночь? – послышался робкий голос Роуз.

Подняв глаза, он увидел ее, стоящую рядом с гамаком. В тонком белом халатике и в шлепанцах, с легким загаром на лице и распущенными светлыми волосами она казалась совсем юной.

– Да, – отрезал он.

– Вам не следовало этого делать. Вы могли бы лечь на диван. – Она застенчиво улыбнулась. – Я не кусаюсь.

– Зато я кусаюсь.

– Я вас не боюсь.

Над океаном взошло солнце, окрасив горизонт в оттенки розового. Свежий ветерок играл листьями пальм и светлыми волосами Роуз.

Глядя на ее красивое лицо, Ксеркс вдруг кое-что понял.

Он небезразличен Роуз. Это открытие подействовало на него как удар в солнечное сплетение. Он так быстро выбрался из гамака, что чуть не упал.

– Вы в порядке? – спросила она.

– В полном, – раздраженно бросил он.

– Почему вчера вы так внезапно ушли?

Неужели она не видит, что он не хочет об этом говорить?

– Ради вашего блага.

– Что?

Он сердито посмотрел на нее:

– Поверьте мне, в моей компании вам бы спалось гораздо хуже.

– Вы ошибаетесь. Я вообще не спала, – прошептала Роуз. – Всю ночь думала о вас.

Их взгляды встретились, и Ксеркс не смог отвернуться.

Он так сильно ее хочет, что каждая клеточка в его теле звенит от желания. Ему пришлось сжать руки в кулаки, чтобы не повалить ее на песок и не овладеть ею.

– Почему вы обо мне думали?

– Вы пытаетесь притворяться эгоистичным и жестоким, – мягко произнесла она, – но, поразмыслив, я пришла к выводу, что вы хороший человек.

Ксеркс громко рассмеялся.

– Я не хороший. – Внутри его словно что-то переключилось, и он, положив руки ей на плечи, прошептал: – Это вы хорошая.

– О! – Роуз покраснела. – Я не хорошая. Я глупая. Я не должна была своим поведением лишать вас удобного места для ночлега, – смущенно лепетала она.

Подумать только, Роуз чувствует себя виноватой, в то время как он специально арендовал этот коттедж для новобрачных, чтобы ее соблазнить.

– Об этом не беспокойтесь. Ночь под звездами – это именно то, что мне было нужно.

Она закусила губу:

– И все же мне неловко. Давайте договоримся, что вы больше не будете спать на улице. Пойдемте в дом. Я приготовила для вас завтрак.

– Правда? – Немного помедлив, он добавил: – Это утешение или наказание?

– Я умею готовить! – возмутилась она. – Я просто не знала, что рисовая лапша никудышная замена спагетти.

Он встретился с ней взглядом:

– С чего вы взяли, что наедине со мной вы в безопасности?

– Я это чувствую. Кроме того, – девушка озорно улыбнулась ему, – вы дали мне слово.

С этими словами она повернулась и направилась в дом. Ксеркс через несколько секунд пошел за ней, любуясь ее стройными ногами. Он с удовольствием отметил про себя, что она начинает поддаваться на его чары. Скоро она будет целиком в его власти. Внезапно у него перед глазами нарисовался образ Роуз, ждущей от него ребенка.

Черт побери. Остановившись, он едва удержался от того, чтобы не ударить себя по лбу. Откуда взялось это безумие?

– Сюда, – позвала она.

Ксеркс проследовал за ней через дом во внутренний дворик, где она сервировала столик на двоих. На нем стоял кофейник, тарелка с тостами, намазанными маслом, блюдце с джемом, чаша с нарезанными фруктами и ваза с цветами.

Роуз улыбнулась ему:

– Вот видите? Я умею готовить.

– Фрукты и тосты?

– Я убедила миссис Вади оставаться дома до тех пор, пока ее дочка не выздоровеет. – Она посмотрела на него с тревогой. – Надеюсь, вы ничего не имеете против такого завтрака. Я знаю, что я плохой повар. У меня гораздо лучше получается убираться, чем готовить. В коттедже сейчас порядок, не так ли?

На кухне и в гостиной действительно было чисто, но он не придал этому значения. Он никогда не обращал внимания на работу своего персонала. Считал ее результаты чем-то само собой разумеющимся.

Он убрал с ее лица прядь волос.

– Значит, вот как вы предпочитаете проводить отпуск? Я не встречал никого, похожего на вас, Роуз. Никого, кто бы так заботился о других. Вы никогда не думаете о себе. Мы с вами такие разные.

Роуз глубоко вздохнула и, наклонив голову набок, посмотрела на него:

– Это не так.

Немедленное возражение. Как это на нее похоже. Он едва удержался от смеха. Как она может думать, что в нем есть что-то хорошее?

Она провела ладонью по его шершавой щеке. Ее бирюзовые глаза блестели.

– Вы хороший человек. Я это знаю. Почему вы это делаете, Ксеркс? – прошептала она. – Почему притворяетесь, что у вас нет сердца?

Ее нежное прикосновение обожгло его кожу, и он резко отстранился. Роуз уставилась на него с удивлением. Прошлым вечером он тоже испытал это чувство.

Ксеркс Новрос, противостоявший могущественным магнатам и коррумпированным бизнесменам, был обезоружен этой хрупкой женщиной, которая рано встала и приготовила завтрак, чтобы домработница могла остаться дома со своим больным ребенком.

– Извините, – пробормотал он. – Мне нужно э-э… принять душ. Я скоро вернусь.

Пройдя в ванную, он быстро принял горячий душ, но это не помогло ему расслабиться. Тогда он резко понизил температуру воды. Однако это не смогло потушить огонь желания, полыхающий у него внутри.

Она единственная женщина с чистой душой, которую он когда-либо знал. Кто из красоток, побывавших в его постели, стал бы жертвовать своим отдыхом ради чужого ребенка?

Никто из его знакомых не стал бы этого делать, да и сам он тоже. «Это не моя проблема», – сказал бы он.

Ксеркс прислонился спиной к холодной, отделанной мрамором стене, затем выключил воду, вытерся и надел шорты и черную футболку.

Он был голоден, но этот голод не имел отношения к еде.

Он сделал глубокий вдох. Разве может он безжалостно соблазнить женщину с такой чистой душой?

Но, разумеется, она давно уже не девственница и не будет ни о чем жалеть. Ни одна женщина, познавшая его умелые ласки, не жалела.

Или он ошибается? Роуз не из тех, кто, расставшись с одним мужчиной, сразу бросается в объятия другого. Секс для нее это не только удовольствие. Отдавшись ему, она подарит ему не только свое тело, но и свою душу.

Расправив плечи, он вышел во внутренний дворик. Увидев его, Роуз мило улыбнулась и указала ему на стул:

– Должно быть, вы умираете с голоду. Вам налить чай или кофе?

Он тяжело опустился на стул сбоку от нее.

– Кофе.

– Со сливками или?..

– Черный.

Роуз наполнила фарфоровую чашку кофе и протянула ему. Он сделал глоток, и горячий напиток обжег ему язык.

Он обрадовался боли. Он знает, как с ней справляться, чего нельзя сказать о желании, которое пробуждает в нем эта женщина.

Роуз задумчиво посмотрела на него, затем, прокашлявшись, сказала:

– Простите меня.

– За что?

– За то, что по моей вине вам пришлось спать на улице.

Разве она виновата в том, что природа наделила ее такой красотой? Выпив кофе, он провел рукой по волосам и протянул ей пустую чашку:

– Налейте еще. – Это прозвучало грубо, и он добавил: – Пожалуйста.

Роуз взяла серебряный кофейник и заново наполнила его чашку. «Она выглядит как женщина, к которой хочется возвращаться домой после работы, – промелькнуло у него в голове. – Как женщина, которая создает домашний уют».

О чем он только думает, черт побери?

Мысленно отругав себя, Ксеркс сделал глоток обжигающего кофе.

Ему предназначено судьбой быть одному. Его пальцы крепко сжали ручку фарфоровой чашки. Он всегда был и будет один. Неужели он до сих пор этого не понял?

– Может, хотите намазать тост джемом? – с улыбкой предложила она.

– Нет, спасибо. – Взяв с тарелки тост, он быстро его съел, почти не почувствовав вкуса.

За столом установилось неловкое молчание. Единственными звуками, нарушающими тишину, были крики чаек и шум прибоя.

– Вы разговаривали с Ларсом? – спросила Роуз.

– Нет, – отрезал Ксеркс.

Ему придется отдать Роуз этому мерзавцу, потому что он не смог сам найти Летицию. Он опять опоздал. Она исчезла у него из-под носа.

Мысль о том, что Роуз будет принадлежать другому мужчине, привела его в такую ярость, что ему захотелось ударить кулаком по стене. Вместо этого он проглотил еще один тост.

– Вы заглатываете еду, как удав, – с улыбкой заметила Роуз.

Вытерев рот рукой, Ксеркс посмотрел на нее. На плавный изгиб ее шеи, на полную грудь под тонким халатиком. Она была так близко, что он чувствовал ее головокружительный аромат. От нее пахло цветами и теплым ветром. Ее золотистые волосы рассыпались по плечам, словно она только что занималась любовью..

Словно он, вместо того чтобы пойти в душ, сорвал с нее одежду и овладел ею прямо на столе.

Он должен противостоять своему желанию. Впервые в жизни должен сделать что-то хорошее для другого человека. Он не может соблазнить такую женщину, как Роуз, иначе она будет страдать. Она достойна лучшего.

Глубоко вздохнув, Ксеркс взял из чаши кусочек манго и отправил в рот.

– Вэксборг в Лас-Вегасе, – сказал он. – Он свяжется со мной сразу, как только закончит разводиться. Думаю, это произойдет со дня на день.

Глаза Роуз расширились от удивления.

– Развод можно получить так быстро? Даже в Лас-Вегасе?

– Бракоразводный процесс в Вегасе, в случае если оба супруга не имеют друг к другу претензий, обычно занимает около двух недель. Я использовал свое влияние, чтобы его ускорить.

– Разумеется, для вас это несложно. – Отвернувшись, она сделала глоток кофе со сливками. – Должно быть, вам не терпится увидеть Летицию.

Ее слова напомнили ему о его вчерашнем провале.

– Да. А как насчет вас? – отрезал он. – Вам не терпится вернуться в объятия Вэксборга?

Роуз снова повернулась к нему лицом. Ее глаза цвета морской волны неистово сверкнули.

– Вы прекрасно знаете, что нет!

Как он может знать наверняка? Роуз верит в людей. Возможно, со временем она простит барона. Эта мысль разозлила его.

– Вам следует знать. Вы не единственная женщина, с которой он изменял Летиции, – жестоко сказал Ксеркс.

Роуз облизала губы:

– Правда?

– До вас у него было пять или шесть любовниц.

Дрожащей рукой она поставила чашку на стол.

– Наверное, вы считаете меня полной идиоткой, – прошептала она, часто моргая. – Как я только могла подумать, что Ларс женится на такой, как я.

Ксеркс взял ее руки в свои. Его тут же пронзила боль желания, но он проигнорировал ее и посмотрел ей в глаза:

– На такой, как вы? Вы не обычная женщина. Вы особенная, Роуз. – Крепче сжав ее руки, он прошептал: – Вы та, с кем он хочет быть.

Она резко отдернула руки, словно обожглась:

– Я до сих пор не понимаю, что он делал в Сан-Франциско, когда мы встретились. Он сказал мне, что искал новые возможности для бизнеса, но я никогда не видела, чтобы он работал.

Ксеркс стиснул зубы, чтобы сдержать ярость, вызванную неприятными воспоминаниями.

– В часе езды от Сан-Франциско находится лучшая в мире клиника, специализирующаяся на лечении черепно-мозговых травм. Сначала я думал, что он отвез Летицию туда. Но вместо этого он спрятал ее в старой хижине в горах, перед тем как отправиться в Сан-Франциско, чтобы выставить на продажу ее фамильный особняк.

– В хижине? – удивилась Роуз.

– Она старая и заброшенная. В ней нет ни электричества, ни водопровода. – Он нахмурился и отвернулся. – Когда я туда приехал, я обнаружил тлеющие угли в камине, новое одеяло на полу и полпакета чипсов на кухне. Но Летиции не было. С тех пор я объезжаю уединенные частные клиники по всему миру в надежде найти ее раньше, чем она умрет.

– Я все еще не могу поверить в то, что Ларс может быть таким жестоким.

– Не можете? – Он издал резкий, неприятный смешок. – Любовь на многое закрывает человеку глаза.

Глаза Роуз увлажнились.

– Неужели вы думаете, что я до сих пор его люблю?

Ксеркс пожал плечами.

– Что с вами случилось? – мягко спросила она. – Что сделало вас таким жестоким и циничным?

– Я просто знаю, что, когда люди думают, будто они влюблены, они обычно лгут, – усмехнулся он. – Либо другим, либо самим себе.

– И все же вы сказали, что любите ее.

Он стиснул зубы и отвернулся:

– Я не брошу ее. Не позволю ей умереть одинокой и забытой. Я не могу этого допустить.

Роуз наклонилась к нему, и он прочитал в ее глазах вопросы. Он не должен больше позволять ей приближаться ни на дюйм. Желание, которое она у него вызывает, делает его слишком уязвимым. Он боится даже представить себе, что будет, если он захочет обладать чем-то большим, нежели просто ее телом. Если однажды он захочет стать хорошим человеком, каковым она его считает.

Он снова посмотрел на нее:

– Летиции только исполнилось восемнадцать, когда они с Вэксборгом поженились в Лас-Вегасе. Должно быть, они поссорились, потому что назад в Сан-Франциско она приехала одна. Думаю, она уже тогда решила с ним расстаться. Затем она попала в аварию. – Он напрягся. – Я вот уже почти год тщетно пытаюсь ее найти и чувствую, как время ускользает… – Замолчав, он потупил взор.

Внезапно он почувствовал, как руки Роуз сомкнулись вокруг него. Подняв глаза, он увидел, что она стоит перед ним на коленях. Вдохнув аромат ее волос, он неожиданно почувствовал себя защищенным. Какая нелепость! Его никто никогда не защищал. Тогда почему ему так спокойно в объятиях женщины, которая весит вдвое меньше его и у которой нет ни денег, ни связей?

Зато у нее есть невероятная сила, с какой он никогда раньше не сталкивался. Она заставляет его сомневаться в своих убеждениях, которые он много лет считал непреложной истиной. Искушает его, причем не только своей красотой.

Делает все, чтобы рядом с ней он чувствовал себя дома.

Он закрыл глаза и глубоко вздохнул.

– Как-то вы сказали, что любого человека можно купить, – произнесла она.

Его глаза снова открылись.

– Да.

– В таком случае почему бы вам не откупиться от Ларса, не позволить ему сохранить состояние Летиции?

– Вознаградить его за то, что он с ней сделал? – возмутился Ксеркс. – Позволить ему извлечь выгоду из того, что он подвергает опасности ее жизнь?

Роуз встретилась с ним взглядом:

– Это было бы проще всего.

– Для меня главное не как проще, а как правильно. Вэксборг не получит от меня ни единого цента. Никогда, – процедил он сквозь зубы.

– Я так и думала. – Ее губы дрогнули в улыбке. – Вы человек принципиальный. Но есть одна маленькая проблема.

– Какая проблема?

– Что, если Ларс передумает менять ее на меня?

Ксеркс протянул руку и погладил ее по щеке.

– Он не передумает. Любой мужчина сделал бы все возможное ради обладания такой женщиной, как вы, – прошептал он. – Он бы продал свою душу дьяволу.

Роуз задержала дыхание.

Ксеркс начал наклоняться к ней, затем неожиданно остановился и сжал руки в кулаки.

– Мне следует уйти. – Он резко поднялся со стула.

Роуз схватила его за руку.

– Останьтесь, – произнесла она, глядя на него.

– Если я останусь, – ответил он хриплым голосом, – я вас поцелую.

– Я знаю.

Он пристально посмотрел на нее:

– Вы понимаете, о чем меня просите?

– Да. – Ее глаза цвета морской волны засветились, когда она прошептала: – Я хочу, чтобы вы меня поцеловали.

Глава 11

Роуз услышала, как Ксеркс глубоко вздохнул. Ее щеки горели огнем, сердце бешено колотилось. Она высказала ему то, что мучило ее бессонной ночью, когда она лежала одна на огромной кровати.

Она поняла, что Ксеркс никогда не нарушит свое слово. Если она хочет, чтобы он ее поцеловал, ей придется его об этом попросить.

Сейчас, взяв в ладони ее лицо, он смотрел на нее горящими от страсти глазами. Ей казалось, что она вот-вот расплавится под его взглядом.

– Если я сейчас вас поцелую, – произнес он хриплым голосом, – одним поцелуем дело не закончится.

Неужели? Так далеко вперед в своих мыслях она еще не заходила. Она только знает, что, если он сейчас ее не поцелует, она взорвется от напряжения.

«Это безумие», – шептал здравый смысл, но ее тело уже давно перестало его слушать.

– В этом случае ваши отношения с Вэксборгом испортятся навсегда, – тихо сказал он.

Ее глаза расширились.

– Вы правда думаете, что меня это волнует?

– Очень надеюсь, что нет, – хрипло произнес Ксеркс. Нежно проведя большими пальцами по ее скулам, он встретился с ней взглядом. – Но… я хочу, чтобы вы знали: назад дороги не будет.

От его прикосновений по ее телу разлилась сладкая истома.

– Поцелуйте меня, – прошептала Роуз.

Ее веки опустились, губы приоткрылись, и она стала ждать. Она отдает себя отчет в том, что длительные отношения между ней и Ксерксом невозможны. Что она может никогда не встретить мужчину своей мечты. Но она не хочет состариться, не познав сексуального наслаждения.

В данный момент для нее главное не то, что будет завтра, а то, что происходит здесь и сейчас. Разве она может думать по-другому, когда Ксеркс находится так близко, что его дыхание согревает ей кожу?

Он легонько провел пальцем по ее нижней губе.

– Боль предательства все еще свежа в вашем сердце. Вы хотите отомстить.

О чем она сейчас меньше всего думает, так это о Ларсе. Все же, открыв глаза, Роуз произнесла:

– Разве вы не захотели бы отомстить, если бы вас кто-то предал?

– Да, – тут же ответил он, затем покачал головой. – Но вы не такая, как я. Вам небезразличны другие люди. У вас доброе сердце. Совершив из чувства мести безрассудный поступок, вы потом мучились бы от угрызений совести. Я не хочу вам навредить.

– Вы мне не навредите Я в любом случае никогда не вернусь к Вэксборгу.

– Это вы сейчас так думаете, – мягко сказал Ксеркс, погладив ее по щеке. – Черт побери, я не могу поверить, что отговариваю вас… но готов поспорить, что у вас было немного сексуальных партнеров. Мы с вами по-разному относимся к сексу. Уверен, что, когда вы ложитесь в постель с мужчиной, вы отдаетесь ему не только телом, но и душой.

В ответ на это Роуз рассмеялась:

– Я понятия не имею. Могу только делать предположения.

Ксеркс застыл на месте:

– Что?

Ее щеки покраснели от смущения. Все же она должна ему сказать.

– Вы будете смеяться.

Ксеркс насторожился:

– Что значит ваше «понятия не имею»? О чем идет речь?

– Мужчине вроде вас это покажется нелепым.

Его темные глаза расширились, словно до него наконец дошел смысл ее слов. Он покачал головой:

– Уж не собираетесь ли вы сказать…

Его голос прервался. Глубоко вздохнув, Роуз заставила себя договорить за него:

– Да. Я девственница.

Ксеркс изумленно уставился на нее.

– Но это невозможно, – прошептал он. – Вы самая красивая женщина, какую я когда-либо видел.

– Все гораздо хуже. – Она выдержала паузу. – Вы первый мужчина, с которым я целовалась.

Ахнув от изумления, Ксеркс взял ее за плечи и встретился с ней взглядом:

– Не может быть…

– Именно по этой причине Ларс и устроил весь этот спектакль со свадьбой, – сказала она. – Я не позволяла ему даже себя целовать. Во время свадебной церемонии он только чмокнул меня в щеку. Он знал, что я берегу себя для первой брачной ночи.

– А сейчас? – Его пальцы сильнее вцепились в ее плечи.

Она вскинула подбородок:

– Сейчас я хочу, чтобы вы меня поцеловали.

В течение нескольких секунд Ксеркс молча на нее смотрел, затем громко выдохнул через нос.

– Не предлагайте мне себя только из мести, – отрезал он. – Не делайте этого!

– Месть здесь ни при чем.

– Вы сказали мне, что хотите вечной любви. Я не могу вам ее дать. Я не из тех мужчин, с кем можно построить семейное счастье.

– Мне все равно.

Он слегка тряхнул ее за плечи:

– Неужели вы не понимаете? Я по-прежнему собираюсь обменять вас на Летицию.

– Я знаю.

– Тогда какого черта вы просите меня вас поцеловать?

Роуз глубоко вздохнула.

– Я устала ждать идеального мужчину, которого, возможно, никогда не встречу, – прошептала она. – Которого, возможно, не существует. Я хочу познать удовольствие, в котором отказывала себе все эти годы. Здесь и сейчас. Если… – она запнулась, – если, конечно, вы не перестали меня хотеть.

Проводя рукой по своим черным волосам, Ксеркс выругался себе под нос.

– Вы сказали, что любите Летицию, – тихо продолжила она. – Возможно, вы настолько благородны, что не позволите мимолетной интрижке…

– Я не благородный, – перебил ее он. – Вы ошибаетесь. Летиция не моя возлюбленная и никогда ею не была.

Глаза Роуз расширились от удивления.

– Я не понимаю.

– Мои чувства к Летиции имеют скорее родственный характер.

– Родственный? Что это значит?

Ксеркс не ответил.

– Она ваша кузина? Племянница? – Роуз закусила губу. – Определенно она не настолько молода, чтобы годиться вам в дочери.

Он стиснул зубы и отвернулся.

– Значит, вы не собираетесь ничего мне говорить?

– Нет, – отрезал он.

– Потому что пообещали ей, что никому не скажете?

Он молча кивнул.

Родственные чувства. Значит, они никогда не были любовниками. Летиция член его семьи, или, по крайней мере, он относится к ней как к родственнице.

Его слова принесли Роуз невероятное облегчение.

– Вы также обещали, что поцелуете меня, если я вас об этом попрошу, – мягко сказала она, погладив его по щеке. – Я прошу вас. – Ее ладонь скользнула вниз по его шее и задержалась на груди, в которой учащенно билось сердце. – Поцелуйте меня, Ксеркс. Поцелуйте меня сейчас.

Ксеркс вздохнул и взял ее руки в свои.

– Хорошо, – хрипло ответил он.

– Правда?

– Да, черт побери.

В следующую секунду его рот безжалостно впился в ее губы. Положив ладонь ей на затылок, он прижал ее к стене и поцеловал с такой страстью, что она чуть не задохнулась от наслаждения. Она чувствовала, что он намного сильнее ее, но больше не боялась. Запустив пальцы в его волосы, она откинула голову назад и ответила на его поцелуй.

Оторвавшись от ее губ, Ксеркс начал покрывать поцелуями ее шею, что-то бормоча по-гречески. Когда его ладони накрыли ее грудь, по всему ее телу разлетелись огненные искры, и она задрожала. Неожиданно он отстранился и посмотрел на нее:

– Ты замерзла.

Не дожидаясь ответа, он подхватил ее на руки и понес на пляж. Роуз на миг ослепил яркий солнечный свет, и она зажмурилась. Ксеркс опустил ее на теплый белый песок и лег рядом с ней. Затем он склонился над ней. Его темноволосую голову окружал золотистый ореол.

Опустившись поверх Роуз, он поцеловал ее в губы. Его твердая грудь прижалась к ее груди, руки заскользили по ее обнаженным рукам.

Затем, немного приподнявшись, он стянул с себя футболку и, швырнув ее на песок, потянулся к поясу ее халатика.

Роуз схватила его за руку.

– Нет, – прошептала она. – Не здесь.

– Здесь.

– Но…

– Это место сейчас принадлежит нам одним.

Он поцеловал ее. Его губы были настойчивыми и нежными одновременно, и у нее не осталось сил сопротивляться. Она подчинилась ему и не заметила, как он снял с нее тонкий халатик.

Его ловкие пальцы расстегнули ее бюстгальтер и принялись легонько пощипывать затвердевшие соски. Затем, встретившись с ней взглядом, он стянул с нее крошечные трусики.

Роуз вдруг осознала, что лежит перед ним, обнаженная, на песке и его глаза, полные желания, заглядывают ей в душу. Когда Ксеркс начал снимать с себя шорты, она закрыла глаза. Она чувствовала кожей жар солнца и прохладу океана.

Затем она почувствовала, как его обнаженное тело опустилось поверх ее. Твердое и мускулистое, покрытое мелкими жесткими волосками. Склонившись над ней, он поочередно ласкал губами и языком ее соски до тех пор, пока она не застонала от наслаждения.

Тогда его губы спустились ниже. Они покрыли легкими, словно прикосновения лепестков роз, поцелуями ее живот. Затем его язык скользнул вокруг ее пупка и проник в его ямку. Его руки тем временем раздвигали ей бедра.

У Роуз так громко стучало в висках, что она не слышала ни криков чаек, ни шелеста пальмовых листьев на ветру.

Дыхание Ксеркса обожгло низ ее живота. Ей вдруг стало не по себе, но она уже не могла ему сопротивляться. Ее тело подчинилось его воле, здравый смысл куда-то испарился. От его пьянящих ласк у нее кружилась голова. Она развела руки в стороны на песке, отчаянно пытаясь за что-нибудь схватиться, чтобы удержать свое тело на земле и не позволить ему воспарить ввысь.

Его пальцы скользнули вверх по внутренней стороне ее бедер. Неужели он собирается… Нет, это невозможно. Но в следующую секунду его язык коснулся нежной складки между ее бедер. Издав приглушенный стон, она выгнулась дугой. Эта запретная ласка, о которой ей до сих пор и думать было стыдно, доставила ей невероятное наслаждение.

Напряжение внутри ее увеличивалось, дыхание стало тяжелым и прерывистым, в глазах потемнело.

– Посмотри на меня, – попросил Ксеркс.

Она не смогла.

– Посмотри на меня! – потребовал он, и ей ничего не осталось, кроме как подчиниться.

Когда она увидела его темноволосую голову между своих бедер и встретилась с ним взглядом, по ее телу пробежал мощный электрический разряд.

Затем он поднялся на колени, и она впервые увидела его полностью обнаженным. От его мужественной красоты у нее захватило дух. Ее взгляд скользнул по его широким плечам, мускулистой груди, плоскому животу с дорожкой из темных волосков посередине. Затем она увидела огромный твердый символ его мужского естества, доказательство его желания, и, внезапно испугавшись, зажмурилась.

Ксеркс лег поверх нее и, убрав с ее лица растрепанные волосы, тихо сказал:

– Не бойся.

Ее глаза по-прежнему оставались закрытыми.

– Я знаю, что будет больно, – прошептала она. – Пожалуйста, сделай это побыстрее.

Он хрипло рассмеялся, и ее глаза распахнулись.

– Моя красавица, – сказал он, обжигая ее взглядом. – Торопиться я не буду. – Затем, когда он начал медленно спускаться вниз по ее телу, она услышала: – Даже если это меня убьет.

Он приподнял ее бедра, слегка их раздвинул и приник жаркими губами к потайному влажному местечку между ними. Напряжение было так велико, что она дернулась, пытаясь отстраниться, но он не отпустил ее.

Почувствовав, как его язык ласкает ее чувствительные складки, она капитулировала. Ей ничего не оставалось, кроме как полностью раствориться в этом мучительно-сладком удовольствии, покачиваясь на песке, подобно кораблю на волнах.

Когда его язык ворвался внутрь ее, она затряслась и из ее горла вырвался отчаянный стон. Она никогда не испытывала ничего подобного. Ее тело выгнулось дугой ему навстречу. Тогда он немного отстранился, но лишь для того, чтобы заменить язык пальцами, которые проникали все глубже и глубже, готовя ее к кульминации этой любовной игры. Его губы тем временем покрывали поцелуями низ ее живота и внутреннюю поверхность бедер. С каждой секундой напряжение нарастало, и Роуз взмолилась о пощаде, но он безжалостно продолжал свою сладкую пытку.

И вот наконец, когда она уже больше не могла это выносить, когда небо над головой превратилось в голубые пятнышки на черном фоне, он проник еще чуточку глубже, она громко закричала, и окружающий мир разлетелся на тысячи разноцветных осколков.

Ксеркс тут же отстранился, шире раздвинул ей ноги и лег на нее. Растворившись в головокружительном экстазе, она почувствовала, как его затвердевшая плоть прижалась к ней. Затем, судорожно вздохнув, он приподнял ее бедра и одним стремительным рывком вошел в ее влажную алчущую пустоту.

Как она и ожидала, ее тело пронзила боль, и она задержала дыхание, чтобы не закричать. Ксеркс замер на мгновение, словно давая ей передохнуть, затем медленно задвигался, проникая все глубже. Сомкнувшись вокруг него, Роуз подхватила его ритм и закачалась вместе с ним. Постепенно внутри ее начала нарастать новая волна наслаждения. Когда он полностью погрузился в нее, эта волна захлестнула ее целиком, а затем подкинула вверх, и ее тело задрожало в экстазе. К ее удивлению, боль превратилась в удовольствие, и через минуту она в новом порыве исступления, даже более мощном, чем первый, прокричала его имя. В эту же секунду Ксеркс затрясся и, хрипло застонав, извергся в нее.

Почувствовав теплую влагу на своих щеках, Роуз осознала, что плачет от радости.

После того как Ксеркс в приятном изнеможении рухнул на тело Роуз, он долго приходил в себя.

В конце концов он почувствовал жар солнца на спине и шероховатый песок под коленями. Он посмотрел на красивую женщину в своих объятиях. Глаза Роуз были закрыты, на губах играла улыбка.

Сердце перевернулось у него в груди.

Прежде он никогда не испытывал ничего подобного ни с одной женщиной. Даже не представлял себе, что интимная близость может быть такой. Это потому, что до сегодняшнего дня он ни разу не занимался любовью с девственницей? Именно отсюда это удивление, эта нежность?

Он чуть не взорвался от напряжения, пока сдерживался. Но, зная, что она девственница, он хотел в первую очередь доставить удовольствие ей. И какое же невероятное удовольствие он получал при этом сам… что чувствовал…

Осторожно, чтобы не разбудить Роуз, он перекатился на бок и лег рядом с ней, не размыкая объятий. Еще вчера он представлял себе, как будет заниматься с ней любовью на белом песке. Как овладеет ею, наполнит ее собой, заставит ее кричать в экстазе его имя. Но все оказалось не так, как он рисовал в своем воображении. Намного лучше. Это был самый удивительный сексуальный опыт в его жизни.

Положив руку себе под голову, он несколько минут наблюдал за легкими белыми облачками, плывущими по голубому небу. Затем снова перевел взгляд на красивую женщину, спящую в его объятиях, и, к своему глубокому потрясению, осознал, что ему нужно от нее намного больше.

Что он не хочет ее отдавать. Что хочет обладать ею вечно.

Глава 12

Следующим утром Роуз лежала на большой кровати в объятиях Ксеркса и любовалась розовыми полосами рассвета над океаном.

Вчера посреди дня они переместились с пляжа в спальню. Они покидали постель только для того, чтобы перекусить.

Она посмотрела на спящего Ксеркса. Сейчас он выглядел мягче и ранимее. Заниматься с ним любовью, спать рядом с ним было настоящим блаженством.

И пыткой.

Почему она чувствует себя неразрывно связанной с ним? Потому что он забрал ее невинность? Или она заблуждается, как до этого с Ларсом, предаваясь пустым романтическим мечтам?

«Не думайте, что я хороший человек», – как-то сказал ей Ксеркс. Она не хочет ему верить. Как она может, когда каждая клеточка в ее теле говорит обратное? Он сдержал все обещания, которые дал ей. Даже вчера, когда она практически бросилась в его объятия, он сдерживался, пытался ее отговорить. Она сама попросила его ее поцеловать. Сама отдала ему свою невинность.

Она не может об этом жалеть.

И все же…

Вчера она сказала себе, что сможет испытывать сексуальное удовольствие не влюбляясь. Сейчас она поняла, что ошиблась. В отличие от Ксеркса она не может окружить броней свое сердце.

– Никаких сожалений? – тихо спросил он, словно прочитав ее мысли.

Сердце Роуз учащенно забилось. Она неуверенно улыбнулась ему.

– Никаких, – солгала она. – На самом деле я думаю, что мне уже давно следовало заняться сексом с каким-нибудь мужчиной.

– Я рад, что ты этого не сделала, – ответил Ксеркс и поцеловал ее. В этом поцелуе было столько нежности, что у нее защемило сердце.

Затем он отстранился и посмотрел на нее. Неожиданно его темные брови сдвинулись.

– Что-то не так, Роуз? Ты думаешь о Вэксборге?

– Нет.

– Ты по-прежнему его любишь?

– Нет. – Она неистово замотала головой. – Сомневаюсь, что я вообще его когда-либо любила.

Его глаза заблестели.

– Я рад.

Их взгляды встретились, и на мгновение она забыла обо всем на свете. Ее чувства к Ларсу были каплей по сравнению с океаном желания, в который она окунулась сейчас.

Но она не может влюбиться в Ксеркса, после того как он предупредил ее не делать этого. Не может быть такой доверчивой и наивной!

Она резко приподнялась в постели.

– Роуз?

– Я в порядке. – Она улыбнулась ему, с трудом сдерживая слезы. – Правда. Мы провели вместе прекрасную ночь.

– Это был твой первый раз, – мягко сказал он, лаская ее взглядом. – Важное событие в твоей жизни.

– Тебе не о чем беспокоиться. – Она отвернулась. – Я не собираюсь просить тебя подарить мне обручальное кольцо.

– Это хорошо. – Он фыркнул. – Мы оба знаем, что я не из тех мужчин, которых приводят знакомиться с родителями. Я не очень подхожу на роль мужа и отца.

– Я знаю.

Он сел рядом с ней. Лицо его внезапно посерьезнело.

– Ты считаешь Вэксборга эгоистичным мерзавцем? Поверь мне, я еще хуже.

Роуз отвернулась:

– Это ты так думаешь.

– Я не смогу сделать счастливой ни одну женщину, – настаивал он. – Тем более такую, как ты, Роуз… – Он взял ее руки в свои. – Ты заслуживаешь сказки. Мы оба знаем, что я не рыцарь на белом коне.

Она отдернула руки:

– Тебе правда ничего не нужно мне объяснять. – Ее голос сломался. – Я в полном порядке. Через несколько дней ты обменяешь меня на Летицию. Я вернусь домой и найду сильного, доброго и порядочного мужчину, которого буду любить всю оставшуюся жизнь.

– А если не найдешь? – спросил Ксеркс после продолжительной паузы.

– Тогда я буду одна, – прошептала она. – До конца своих дней.

– Этого не случится.

Ксеркс снова заключил ее в свои объятия. Она попыталась вырваться, но он крепко прижал ее к своей груди и сказал:

– Тебя ждет впереди счастливая жизнь. Вот увидишь. Ты заслуживаешь все лучшее, что есть в этом мире, – прошептал он, наклоняясь.

Запустив пальцы в ее спутанные волосы, он накрыл губами ее припухшие губы. Его поцелуй был таким нежным и сладким, что к ее глазам подступили слезы, а горло сдавило от эмоций.

Почему ее сердце так болит? От избытка радости и наслаждения? Или потому что она знает, что это долго не продлится?

Он перекатился на спину, так что она оказалась на нем. Его руки заскользили по ее обнаженной спине, и огонь желания разгорелся внутри ее с новой силой.

Ксеркс не походит ни на одного из мужчин, которых она знала раньше. Если он не принц на белом коне, значит, он темный рыцарь из ее ночных фантазий. Ее завораживает его мужественная красота. Его сила. Но больше всего огонь в его глазах, когда он смотрит на нее.

Он приподнял ее бедра и начал медленно в нее погружаться. Голова Роуз откинулась назад, глаза закатились от удовольствия. Затем он задвигался быстрее, и она подхватила его ритм. Когда напряжение достигло наивысшей точки, внутри ее словно что-то взорвалось, и она закричала в экстазе освобождения. Сделав последний рывок, он задрожал и издал гортанный звук, похожий на львиный рык. Рухнув на него, она перестала дрожать только минут через десять. Затем они забылись сном в объятиях друг друга.

Когда Роуз снова открыла глаза и ее ослепил яркий солнечный свет, она поняла, что больше не может себя обманывать.

Ксеркс видит ее несовершенства и принимает ее такую, как есть. Он знает, что сам несовершенен, и не предъявляет завышенных требований к другим. У них обоих есть недостатки, но все же они могут быть…

Друзьями?

Нет, «дружба» неподходящее слово для обозначения душевного томления. Боли, которая пронзает ее сердце всякий раз, когда она думает, что через несколько дней он обменяет ее на Летицию и все закончится.

«Мои чувства к Летиции имеют скорее родственный характер», – сказал он. Эта девушка его кузина? Племянница? Дочь старого друга?

Одно она знает наверняка: Ксеркс Новрос всегда держит свое слово. Несмотря на все его предостережения, отдав ему свое тело, она также отдала ему свое сердце.

На улице ярко светило солнце, в кронах пальм пели птицы. Роуз беззвучно плакала в объятиях спящего Ксеркса.

Она любит его. Когда все закончится, ее сердце будет разбито. Иначе быть не может.

Ксеркса пробудило от приятного сна какое-то настойчивое жужжание. Открыв глаза, он определил источник этого звука – мобильный телефон в кармане его шорт на полу. Он посмотрел на Роуз и улыбнулся. Она по-прежнему крепко спала.

Тихо выбравшись из кровати, он взял телефон и вышел из спальни, закрыв за собой дверь.

– Новрос, – произнес он в трубку.

– На этот раз мы точно ее нашли, босс, – сказал ему начальник его охраны. – Монтес уверен.

Через десять минут Ксеркс, побрившись, приняв душ и одевшись, вернулся в спальню. Он протянул руку, чтобы разбудить Роуз, но помедлил.

Ему все не верилось, что до вчерашнего дня она была девственницей. Что из всех мужчин на свете она выбрала его на роль своего первого любовника. Вспомнив, как они занимались любовью, он задрожал. Ему следовало бы испытывать чувство насыщения, но, глядя на нее сейчас, он чуть не забыл о своей миссии и не лег рядом с ней.

Но он вовремя взял себя в руки. Жизнь Летиции находится в его руках, и он не имеет права ее подвести. Он должен сосредоточиться. Если он найдет Летицию, то спасет ее.

И сможет оставить Роуз себе.

Неужели он может быть настолько эгоистичен, зная, что ей было бы лучше с другим мужчиной, чем с таким бессердечным эгоистом, как он?

Он посмотрел на ее приоткрытые розовые губы, и все его тело напряглось. Да, он может быть эгоистом. Сейчас он нейтрализовал бы любого, кто попытался бы отнять ее у него.

Он легонько потряс Роуз за плечо.

– Просыпайся, – тихо произнес он. – Нам нужно ехать.

– Ехать? – Она зевнула и приподнялась в постели. – Куда ехать?

Простыня упала, обнажив верхнюю часть ее тела. При виде ее полной груди с розовыми сосками, которую он ласкал несколько часов назад, его прошиб холодный пот. Он заставил себя отвернуться, пока не забыл о чувстве долга и обещаниях и не провел с ней в постели еще двадцать четыре часа.

– В Мексику, – ответил он, сжав руки в кулаки, чтобы не дотронуться до нее.

– В Мексику? – удивилась она. – Зачем? У тебя там дела?

Он прокашлялся:

– Можно сказать и так. Одевайся. Моя помощница уже упаковала твои бикини и остальной гардероб.

– Какой еще гардероб? По твоей милости у меня есть только бикини!

– Я распорядился, чтобы тебе купили еще одежду.

– Когда?

– Через несколько часов после нашего приезда.

– Почему ты мне не сказал? – возмутилась она.

Ксеркс хотел повернуться, но вовремя остановился. Если бы он еще раз увидел ее обнаженное тело, он бы не устоял перед искушением. Ведь он всего лишь мужчина, черт побери!

Он поспешил к двери:

– Чемодан с вещами лежит под кроватью. Мы выезжаем через десять минут.

Но, как и в прошлый раз, его надежды найти Летицию не оправдались. Когда их самолет приземлился в городе Сан-Лукас на оконечности полуострова Калифорния, Ксеркс отвез Роуз на роскошную виллу в горах, после чего вместе с двумя телохранителями отправился на внедорожнике в маленькую деревушку, находящуюся в нескольких десятках миль к северу от города.

Остановившись у обветшалой хижины, он вышел из машины и постучал в дверь. В ответ послышался женский стон, и его сердце учащенно забилось. Распахнув настежь дверь, он позвал Летицию по имени.

Внутри на кровати лежала хрупкая темноволосая женщина с повязками на лице. На мгновение ему показалось, что его долгие мучительные поиски наконец закончились.

Затем женщина что-то прокричала по-немецки. Раздосадованный, Ксеркс объяснил ей по-английски, что произошла ошибка. Она оказалась бизнес-леди из Берлина, которая приехала сюда восстанавливаться после подтяжки лица. С помощью значительной денежной компенсации Ксерксу удалось убедить ее не звонить в полицию.

«Эта сумма будет вычтена из жалованья Монтеса», – подумал он, стиснув зубы.

Но в глубине души он не винил частного детектива, сообщившего его главному телохранителю ложную информацию. Он винил только самого себя. Он подвел Летицию. Из-за него ее жизнь сейчас висит на волоске.

Обратный путь на арендованную им виллу в Сан-Лукасе прошел в напряженном молчании. Ксеркс чувствовал себя полностью опустошенным.

Но когда он толкнул плечом тяжелую калитку, до него донесся божественный звук, который притупил боль в его сердце.

Это был звонкий голос Роуз.

– Я так рада, что ты вернулся! – воскликнула она.

Подняв глаза, он увидел ее на широкой веранде с видом на Тихий океан. В новом розовом платье без рукавов, с распущенными светлыми волосами она была прекраснее, чем когда-либо. Она воплощала в себе все хорошее, что есть в этом мире.

При виде его хмурого лица она широко раскрыла глаза, но ничего не сказала. Просто распахнула свои объятия.

Он подошел к ней, и она так нежно его обняла, что ему захотелось плакать. Все же он сдержался. Мужчины не плачут. Зато они могут делать другие вещи.

Взяв ее за руку, он провел ее в ванную и включил душ. Небольшое помещение начало наполняться горячим паром. По-прежнему не говоря ни слова, он подошел к Роуз и начал расстегивать ее платье.

Она не сопротивлялась. Просто смотрела на него своими выразительными бирюзовыми глазами, пока он избавлял их обоих от одежды. Мгновение спустя они вдвоем оказались в душевой кабине.

Горячая вода обожгла его кожу, смыла с него дорожную пыль и прогнала печаль. Он посмотрел на Роуз. Ее тело порозовело от пара, отчего казалось еще соблазнительнее. Налив себе на ладонь немного шампуня, он принялся мыть ей волосы. Она снова подчинилась. Ее молчаливое сочувствие было для него лучшим лекарством.

Затем он развернул ее и, прижав спиной к стеклянной стене кабины, накрыл ее губы своими. Роуз страстно ответила на его поцелуй. Тогда он приподнял ее, и она обхватила ногами его бедра. В следующую секунду их тела слились воедино под горячими струями.

После этого он отнес ее в спальню, где они снова занялись любовью. На этот раз его ласки были такими нежными, что с ее лица не сходила блаженная улыбка. «Кто эта женщина?» – думал он, прижимая ее к своей груди. Кто эта женщина, которая предлагает ему свое тело, свое сердце, свое сочувствие, ничего не требуя взамен?

Жаль, что все это скоро закончится.

Этим вечером они вдвоем ужинали в уютной столовой с видом на бухту Кортеса. На волнах у берега покачивалась старая рыбацкая лодка, вдалеке виднелся круизный лайнер. Из курортного городка внизу доносилась национальная музыка в исполнении уличного оркестра.

Сделав глоток «Маргариты» с лаймом, Роуз наклонилась вперед. При свете свечи она походила на мадонну, сошедшую с полотна эпохи Возрождения.

– Почему мы так много путешествуем? – тихо спросила она. – Ларс позвонил в полицию? Нас разыскивают?

Ксеркс фыркнул:

– Вэксборг никогда бы не обратился в полицию. Таким образом обнаружились бы его собственные преступления. Он по-прежнему в Лас-Вегасе. Ждет, когда будут готовы бумаги.

– Тогда почему? – Она поджала губы. – Полагаю, это имеет отношение к твоей работе. Должно быть, ты очень устаешь.

Ксеркс хотел объяснить ей, что он мотается по свету в поисках Летиции, а не выгодных контрактов, но слова застряли у него в горле. Если бы она сейчас начала его утешать, говорить, что он хороший человек и делает все, что в его силах, он бы этого не вынес.

Не дождавшись его ответа, она съела еще кусочек тортильи с морепродуктами и, наклонив голову набок, спросила:

– Я знаю, что ты богат и влиятелен, но чем именно ты занимаешься?

Ксеркс положил себе еще один рыбный тако:

– Я покупаю разоряющиеся компании. Я делю их на части и продаю с выгодой для себя те, что приносят прибыль. Те, от которых нет никакой пользы, я уничтожаю.

Выражение ее лица стало холодным.

– О!

– Ты этого не одобряешь?

Роуз покачала головой.

– Почему? – спросил он.

Она пожала плечами.

– Скажи мне.

Она вздохнула:

– Послушай, я не имею права тебя критиковать. Ты миллиардер с личным самолетом, а я официантка с пятьюдесятью долларами на банковском счете. Но помимо работы я еще изучаю экономику и менеджмент в Сан-Францисском государственном… – Она остановилась, словно ожидая, что он будет над ней смеяться.

Ксеркс наклонился вперед:

– Продолжай.

– Твой бизнес приносит прибыль, и это замечательно, но…

– Но что?

Она плотно сжала губы, затем, глядя ему в глаза, ответила:

– Но в этих компаниях работают люди. Они теряют свои места.

– И что с того?

Роуз отвернулась и посмотрела на темный океан.

– Полагаю, я необъективна в этом вопросе. Мой дед владел небольшой компанией, занимающейся производством сладостей. Сначала все шло хорошо, но затем ингредиенты подорожали, и нам пришлось уменьшить объем производства. Десять лет назад, когда компанией уже управлял мой отец, один конгломерат предложил ему продать «Линден кэнди». Это было очень выгодное предложение, но мой отец знал, что эти люди закроют фабрику и переместят производство, в результате чего половина нашего городка останется без работы. Поэтому ради благополучия своих сотрудников – своих соседей и друзей – он отказался.

– Твой отец поступил глупо.

– Нет, не глупо, – возразила она. – Благородно. Даже смело. Он сказал, что либо они все вместе пойдут ко дну, либо он придумает, как спасти компанию от разорения.

– И что произошло?

Роуз посмотрела на свои руки, сложенные на коленях:

– Несмотря на все его усилия, компания обанкротилась.

Ксеркс уверенно кивнул:

– Ему не следовало позволять своим чувствам брать верх над деловым расчетом.

– Он защищал своих сотрудников!

– Он не защитил их. Он их подвел. И, что еще хуже, он подвел тебя. Если бы он тогда продал компанию по выгодной цене, ты бы уже давно окончила колледж и не работала бы официанткой.

Ее глаза неистово сверкнули.

– Мой отец поступил в соответствии со своими принципами. Я думала, что ты, как никто другой, это оценишь.

– Я, как никто другой, умею реально смотреть на вещи. Компания по производству сладостей – это бизнес, а не благотворительная организация.

– Какие жестокие вещи ты говоришь!

– Таков главный закон бизнеса, – спокойно произнес он, обмакивая свой тако в гуакамоле. – Менее успешные уходят со сцены. На смену им приходят более успешные.

– Так не должно быть! – выпалила она. – Однажды я попытаюсь возродить «Линден кэнди». Составлю бизнес-план. Открою фабрику и…

– Забудь об этом, – жестоко сказал он. – Смирись с тем, что все кончено, и двигайся дальше.

Губы Роуз задрожали. Отвернувшись, она сделала глоток «Маргариты», затем произнесла:

– Тебе легко об этом говорить, не так ли? Ты раздираешь компании на части, как безжалостный хищник.

– Это выгодно.

– Ты понятия не имеешь, что значит управлять компанией, любить свое дело, вкладывать в него душу.

– Ты права, – ответил он. – Но мне это не нужно. Я не хочу примешивать к работе чувства. Бизнесмен должен сохранять трезвый ум.

– В твоей жизни чувствам вообще нет места, не так ли? – Положив ладони на стол, она поднялась на ноги. – Мне тебя жаль. Правда.

Будь на месте Роуз кто-то другой, он пропустил бы его критику мимо ушей и позволил бы ему уйти. Но Роуз единственный человек на свете, отношениями с которым он дорожит. Он не может допустить, чтобы они испортились.

Накрыв ее руки своими, он мягко сказал:

– Прости меня. Я не хочу с тобой ссориться.

Ее лицо просветлело.

– Я тоже не хочу ссориться. – Она облизала губы. – Но если бы только ты мог понять, насколько приятнее и увлекательнее создавать что-то свое, чем уничтожать чужое.

– Я не стал бы этого делать, даже если бы умел. Это пустая трата времени и денег. – Он поднялся. – Ты весь день просидела в четырех стенах. Не хочешь прогуляться?

– Прогуляться? – удивилась она.

Он пожал плечами:

– В городе играет музыка. Не хочешь потанцевать со мной?

– Ты позволишь мне пойти в людное место? – удивилась она. – Не боишься, что я побегу в полицию? Ты мне настолько доверяешь?

– Я буду тебе доверять, если ты пообещаешь мне, что не обратишься в полицию.

– Даю честное слово. – Немного помедлив, Роуз добавила: – В любом случае я хочу помочь Летиции. Хочу… помочь тебе.

«Она святая», – подумал Ксеркс, вглядываясь в ее красивое лицо, словно желая навсегда запечатлеть в памяти его черты. Он похитил ее, соблазнил, не отвечает на ее вопросы, запрещает ей звонить домой родным. Но, несмотря на все это, она хочет ему помочь. Роуз самая добрая и отзывчивая из всех людей, которых он когда-либо знал.

Внезапно ее лицо снова помрачнело.

– Как ты думаешь, когда Ларс закончит разводиться?

Ксерксу не хотелось об этом думать.

– Со дня на день.

Роуз улыбнулась.

– Но у нас есть сегодняшний вечер. Мне не верится, что я за такое короткое время побывала в стольких странах, – сказала она, когда он накинул ей на плечи розовый кардиган.

– Значит, ты ничего не имела против всех этих переездов?

– Разве я могу быть против? Я увидела своими глазами Грецию, Мальдивы, Мексику. Учитывая то, что до сих пор я почти не выезжала за пределы Северной Калифорнии, это было невероятно!

– Этого я не могу себе представить.

– Как можно никуда не ездить?

Он покачал головой:

– Я не представляю, что значит иметь дом, который не хочется покидать.

– У тебя никогда не было настоящего дома?

Ему не понравилась жалость в ее глазах.

– Я никогда в нем не нуждался.

«Но если рядом ты, я везде чувствую себя как дома», – добавил он про себя, а вслух сказал:

– Мне тоже доставило удовольствие время, проведенное с тобой.

– Поначалу я думала, что не нравлюсь тебе, – поддразнила его она, когда они шли к взятому им напрокат кабриолету. – Когда ты сказал, что поцелуешь меня только после того, как я сама тебя об этом попрошу…

Открыв для нее пассажирскую дверцу, он сказал:

– Я всегда знал, что мы с тобой будем заниматься любовью.

Она замерла на месте и уставилась на него:

– Правда?

Внезапно ему захотелось сказать ей правду. Она это заслужила.

– Я нарочно соблазнил тебя, Роуз. Я делал это постепенно, но был абсолютно уверен, что у меня получится.

– О! – ошеломленно произнесла Роуз.

Она забралась в кабриолет, и он, закрыв дверцу, обошел капот и сел за руль.

Несколько минут спустя они уже ехали по извилистой горной дороге в направлении города. Все это время Роуз молчала.

– Теперь ты жалеешь о нашем романе? – тихо спросил ее Ксеркс.

– Нет. – Она отвернулась. – Просто…

– Просто – что?

– Когда я встречу своего идеального мужчину, он может спросить, почему я не дождалась его. Почему не верила, что однажды мы с ним найдем друг друга. Что я ему на это отвечу?

– Роуз!

– Но правда заключается в том, что я ждала, – прошептала она. – Так долго ждала, а он все не появлялся. Единственный мужчина, походивший на принца, оказался коварным злодеем.

Ксеркс посмотрел на нее и позавидовал мужчине, который однажды на ней женится. И возненавидел его.

– Он не будет задавать тебе таких дурацких вопросов. Он просто упадет на колени и поблагодарит Бога за то, что повстречал тебя на своем жизненном пути.

Ее губы дрогнули в улыбке.

– Правда?

– Да.

Припарковав машину рядом с пристанью, он заглушил мотор, повернулся к Роуз и взял в ладони ее лицо.

– Ты имеешь хоть малейшее представление о том, как ты уникальна? – спросил он. – Как ты улучшаешь жизнь людей, которые находятся рядом с тобой? Даже мою?

Роуз посмотрела на него. В ее глазах промелькнула странная тревога, но она весело произнесла:

– Признаться, твой случай самый тяжелый.

Он рассмеялся и наклонился, чтобы ее поцеловать, но в этот момент зазвонил его мобильный телефон.

– Новрос, – произнес он в трубку, не переставая улыбаться.

– Мы развелись. – В голосе Вэксборга слышалась едва сдерживаемая ярость.

Отвернувшись от Роуз, Ксеркс тихо спросил:

– Что?

– Ты меня слышал.

– Бумаги у тебя?

– Завтра утром я их получу.

– В таком случае звони завтра, – отрезал Ксеркс, посмотрев украдкой на Роуз, которая не сводила с него глаз, полных тревоги.

Завтра. Неужели ему уже так скоро придется с ней расстаться?

– Подожди! – сказал Вэксборг, когда он уже собирался разорвать соединение. – Мне нужно поговорить с Роуз.

– Нет.

– Только что мне позвонил ее отец. У бабушки Роуз был сердечный приступ. Возможно, она не протянет до утра. Тебе придется мне позволить отвезти Роуз домой.

– Думаешь, я на это куплюсь? – фыркнул Ксеркс.

– Это же ее любимая бабушка. Прояви хоть каплю жалости, мерзавец.

Ксеркс снова посмотрел на Роуз, такую добрую и отзывчивую. Семья у нее на первом месте.

– У меня нет сердца, Вэксборг, – холодно ответил он. – Неужели ты до сих пор этого не понял?

– Это был Ларс? – спросила Роуз, когда он закончил разговаривать по телефону.

Ксеркс мрачно кивнул.

– Что он сказал?

– Он уже развелся. Завтра получит документы.

– О, – тихо произнесла она, затем сглотнула и добавила: – Значит, это наш последний вечер вместе.

Они оба знали с самого начала, что их роман скоро закончится. Чего он не знал, так это того, что ему будет так больно с ней расставаться.

В ответ он лишь молча кивнул.

– Ты все еще собираешься обменять меня на Летицию, – прошептала она, – не так ли?

Он дал слово. У него нет выбора.

– Да.

Роуз улыбнулась, но ее губы дрожали.

– Значит, нам следует сделать этот вечер незабываемым. Завтра мы оба получим то, чего хотим. Ты вернешь Летицию, а я отправлюсь домой к своей семье.

Стиснув зубы, Ксеркс отвернулся и, найдя в памяти своего мобильного нужный номер, позвонил по нему и быстро заговорил по-гречески.

Его сомнения рассеялись. Похоже, Вэксборг впервые в жизни не солгал.

– Куда мы сейчас? – спросила Роуз, когда он убрал телефон. – Пойдем танцевать, как ты хотел?

– Мы едем в аэропорт.

– В аэропорт? – Ее голос дрожал, словно она едва сдерживала слезы. – Мы не сможем провести вместе даже эту последнюю ночь?

– Я отвезу тебя в Сан-Франциско, – спокойно сказал он.

– В Сан-Франциско? Не в Лас-Вегас?

Он нежно обнял ее за плечи:

– Тебе нужно быть сильной, Роуз. У меня плохие новости. У твоей бабушки случился сердечный приступ.

Роуз испуганно вскрикнула, и он крепко прижал ее к своей груди.

– Я найду для нее лучших врачей, куплю необходимые лекарства, – сказал он. – С ней все будет в порядке. Обещаю.

Роуз с тревогой посмотрела на него, затем обхватила его руками и расплакалась.

– Спасибо тебе.

Ксеркс поглаживал ее по спине, бормотал слова утешения. Он дал себе слово, что поможет бабушке Роуз, оплатит дорогостоящее лечение, если понадобится. Сделает все, чтобы Роуз была счастлива.

Когда девушка наконец отстранилась от него, по ее щекам катились слезы.

– Почему ты так добр к ней? – прошептала она. – Ты ведь даже ее не знаешь.

– Не знаю, – согласился Ксеркс. Он нежно погладил ее по щеке, и к его горлу подступил комок. – Но я знаю, что ты ее любишь. Это все, что мне нужно знать.

Глава 13

Когда Роуз наконец оказалась в своей детской комнате, было уже почти полночь.

Плотнее закутавшись в розовый кардиган, она устало опустилась на старую кушетку и тупо уставилась на выцветшие постеры рок-групп, которые она подростком наклеила на цветастые обои. С одной из книжных полок на нее смотрит ее любимый плюшевый мишка. Рядом с ним стоят сувениры, полученные ею в школьные годы за призовые места в конкурсах пекарей на местной ярмарке. Она слышит скрип половых досок и голоса своих родных, доносящиеся снизу. Чувствует аромат похлебки из морепродуктов, которую приготовила на ужин ее мать.

Она дома. Ничего не изменилось. И в то же время – Роуз посмотрела на темную фигуру Ксеркса у окна – прежней она никогда уже не станет.

В самолете они подготовились к холодному дождю в Северной Калифорнии. Одетый в черные брюки, белую рубашку и черное пальто, Ксеркс, опершись руками о подоконник, смотрел на огоньки, мерцающие вдалеке.

– Это старая фабрика твоей семьи? – спросил он.

Роуз провела много вечеров на этом подоконнике, читая книги или предаваясь девичьим мечтам под шум прибоя.

– Да, – тихо ответила она.

Несколько тусклых фонарей до сих пор освещали пустое здание фабрики ее деда, на которой в середине прошлого века работало полгорода. Но Роуз не хотела говорить о фабрике. Не хотела снова услышать от Ксеркса, что ситуация безнадежна и ей не следует думать о возрождении семейного бизнеса.

Ей хотелось наслаждаться последними бесценными минутами наедине с Ксерксом и просто быть благодарной судьбе. За то, что ее бабушке стало лучше. За то, что она сама наконец вернулась домой.

Подняв на кровать ноги, обтянутые черными джинсами, и скрестив их по-турецки, Роуз посмотрела на Ксеркса:

– Спасибо.

Он обернулся:

– За что?

– И ты еще спрашиваешь? За все, что ты сделал для бабушки.

Он пожал плечами:

– Я ничего не сделал.

– Ошибаешься, – мягко сказала она. – Ты привез меня домой.

– Твоя бабушка не знала, обнять меня или ударить, – криво усмехнулся он.

Еще в Мексике Ксеркс связался с одним из ведущих кардиологов Сан-Франциско и попросил его приехать в больницу в родном городке Роуз. Доктор обследовал ее бабушку и сказал, что это не инфаркт и осложнений не возникнет, если Дороти Линден будет правильно питаться и увеличит физические нагрузки.

Пожилая женщина заверила его, что диета и занятия спортом ей не нужны, поскольку она просто перенервничала из-за внучки. Именно тогда Роуз узнала, что Ларс сказал ее семье, будто она пожалела, что вышла за него замуж, и сбежала. Будто она не звонила родным, потому что ей было стыдно.

До сих пор Роуз не испытывала ненависти к Ларсу, но теперь она ненавидит его и презирает. Вместо того чтобы признать свою собственную вину, он поставил Роуз в неловкое положение. Ей пришлось объяснять больной бабушке, почему она сбежала с собственного свадебного приема и через несколько дней появилась в больнице с другим мужчиной.

Как хорошо, что все это время рядом с ней был Ксеркс. Сейчас, глядя на его мужественный профиль, она едва сдерживала слезы. Она сама не смогла объяснить своим родным, что произошло на самом деле. Тогда ей на выручку пришел Ксеркс. Он сообщил ее родителям и бабушке, что Ларс двоеженец и что он, Ксеркс, похитил Роуз, чтобы заставить Вэксборга во всем признаться. Он спокойно встретил гнев и упреки ее родных и попросил у них прощения. Одним словом, он был с ними любезен и тактичен.

Единственное, о чем он им не сказал, так это о том, что они с Роуз любовники. Наверное, понял, что с Линденами шутки плохи.

Сейчас он находится в старой спальне Роуз. Этот красивый мужчина, который был так добр к ее семье. Сильный мужчина, который поступился своими интересами, чтобы отвезти Роуз домой. Безжалостный мужчина, у которого доброе сердце, хотя он и пытается утверждать обратное.

Мужчина, которого она любит.

Посмотрев на его темную фигуру у окна, она задрожала, и причиной этому был вовсе не холод.

Она медленно поднялась с кровати:

– Почему ты привез меня домой? Местный шериф друг моей семьи. Он живет на этой же улице.

Ксеркс повернулся, и она впервые заметила темные круги у него под глазами.

– Если ты захочешь сейчас убежать или заявить на меня в полицию, я не смогу тебя остановить.

– Так почему ты это сделал? Почему рисковал, зная, что, упустив меня, ты потеряешь шанс вернуть Летицию?

Ксеркс уставился на старый дощатый пол у себя под ногами.

– Потому что твоя семья значит для тебя все. – Он улыбнулся самому себе. – Она именно такая, как ты мне рассказывала.

В этот момент маленькие племянники Роуз, играющие внизу, что-то уронили на пол, и ее отец начал их ругать.

Ксеркс рассмеялся:

– Я никогда не думал, что семья может быть такой.

– Неужели твое детство настолько отличалось от моего?

Он стиснул зубы и снова повернулся лицом к окну.

– Я всегда знал, что не был желанным ребенком. Моя мать работала горничной в богатой семье в Сан-Франциско и забеременела от своего босса. Разумеется, он ее уволил.

Ее глаза расширились.

– Ты из Сан-Франциско?

Он пожал плечами:

– Я жил здесь до пяти лет. Устав от ответственности, моя мать отправилась к своему бывшему боссу и пригрозила, что расскажет о моем существовании его хрупкой, болезненной жене. – Он резко рассмеялся. – Чтобы избавиться от проблемы, мой отец откупился от нее, а меня от греха подальше отправил к родителям моей матери в Грецию.

Роуз была потрясена:

– Должно быть, твоя мать тяжело переживала разлуку с тобой.

Он фыркнул:

– Куда там. Получив отступные, она отправилась в Майами наслаждаться свободой и развлекаться на полную катушку. – Он небрежно провел рукой по старым льняным занавескам. – Она не хотела возвращаться к той жизни, от которой сбежала. На пустынный скалистый остров к родителям, которые презирали ее. Мои бабушка и дедушка не говорили по-английски и стыдились меня, своего незаконнорожденного внука. Но мой так называемый отец посылал им деньги. Я был для них источником дохода, от которого они не смогли отказаться.

С болью в сердце Роуз подумала о пятилетнем мальчике, отвергнутом отцом, брошенном матерью и вынужденном жить на богом забытом острове с бабушкой и дедушкой, которые его презирали.

Ксеркс обвел взглядом ее комнату:

– Когда бабушка и дедушка не разговаривали со мной по несколько дней, я мечтал о таком доме, как этот, о большой дружной семье, как твоя. Я дал себе слово, что однажды вернусь в Америку и разыщу своих родителей.

– И ты это сделал?

Он издал неприятный смешок:

– Да. К тому времени я уже стал взрослым мужчиной и сколотил себе состояние. Я нашел своего отца и отобрал у него его бизнес.

– Ты обанкротил своего отца? – прошептала она.

– Мне это доставило огромное удовольствие. – Его глаза засверкали. – Я не знал, что он умрет от сердечного приступа. Но исходя из того, что он бросил меня на произвол судьбы, мне следовало знать, что у него было слабое сердце.

– О, Ксеркс…

Он помедлил.

– Но, несмотря ни на что, я хранил секрет, который мог погубить его репутацию. Я никогда никому не говорил, что я его сын.

– Ты защищал его.

– Нет, я защищал не его. – Он резко задернул шторы. – Затем я отправился на поиски своей матери. Я нашел ее во Флориде в какой-то жалкой дыре. Ее только что бросил очередной сожитель. Она страдала от цирроза печени, вызванного чрезмерным употреблением алкоголя.

– И что ты сделал?

– Я принес ей бутылку водки с ярко-красным бантом. – Он горько рассмеялся. – Я хотел бросить ее, как она когда-то бросила меня. – Он отвернулся. – Но вместо этого я положил ее в дорогую клинику, купил ей квартиру и оплачивал ее счета, пока она не умерла.

– Ты заботился о ней, – прошептала Роуз.

Он небрежно пожал плечами, но во взгляде его была печаль.

– Это был момент слабости. В любом случае она умерла.

У Роуз сдавило горло. Подойдя к нему сзади, она крепко обняла его:

– Мне очень жаль.

Ксеркс повернулся к ней лицом.

– Теперь ты знаешь, какой я, – тихо произнес он. – Знаешь, что я недостоин любви. Особенно твоей.

«Но я люблю тебя», – подумала она, и ее сердце бешено заколотилось.

Только она открыла рот, чтобы признаться ему в своих чувствах, как в этот момент дверь открылась с громким скрипом и на пороге появилась ее мать в цветастом фартуке. Посмотрев на обнимающуюся пару, Вера Линден уперлась руками в бока и произнесла предостерегающим тоном:

– Эй, вы, двое!

Они тут же отстранились друг от друга. Тогда она более любезно обратилась к Ксерксу:

– Мистер Новрос…

– Ксеркс, – поправил он ее с улыбкой.

– Ксеркс, я постелила вам в старой комнате Тома. Пойдемте, я вас провожу. – Вера перевела взгляд с него на дочь. – Учтите, никаких любовных утех в этом доме.

– Конечно нет, мэм, – мягко сказал Ксеркс. Он посмотрел на Роуз, и в его темных глазах заплясали озорные огоньки. Затем он посерьезнел: – Постарайся хорошо отдохнуть, Роуз. Завтра утром мы летим в Лас-Вегас.

Когда ее мать увела его, Роуз глубоко вздохнула, чтобы не расплакаться.

Утро. Лас-Вегас. Обмен.

Прогнав болезненные мысли, Роуз переоделась в пижаму и села на кровать.

Присутствие Ксеркса в ее родном доме до сих пор казалось ей странным. Но что еще удивительнее, ему было комфортно в этой скромной обстановке. В отличие от него Ларс ни за что не согласился бы ночевать в детской комнате ее брата. Он бы снял номер в роскошном отеле на побережье в двадцати милях отсюда.

– Роуз?

Подняв глаза, она увидела в дверях Веру:

– Заходи, мам.

– Я собиралась принести тебе это раньше. – Сев рядом с ней, мать протянула ей чашку чая с мятой. —

Я так рада, что ты вернулась. Мы все так беспокоились.

– Спасибо. – Сделав глоток теплого чая, Роуз спросила нарочито небрежным тоном: – Ксеркс уже лег спать?

Пожилая женщина фыркнула, затем покачала головой:

– Не верится, что всего несколько дней назад мы были в Швеции на твоей свадьбе с другим мужчиной.

Роуз густо покраснела.

– Да, – пробормотала она. – Странно, правда?

– Полагаю, теперь я могу тебе признаться, что Ларс никогда мне не нравился, Роуз.

– Он тебе не нравился? – удивилась девушка. – Ты никогда мне этого не говорила.

Ее мать пожала плечами:

– Я не могу тебе указывать, кого любить, а кого нет. Но я всегда надеялась, что ты выберешь себе в мужья простого парня. – Немного помедлив, она добавила: – Вроде того, который сейчас спит в комнате Тома.

Роуз чуть не поперхнулась чаем, узнав, что ее мать считает Ксеркса Новроса, могущественного миллиардера, простым парнем.

– Слава богу, что твоей бабушке лучше. – Вера мягко улыбнулась и поднялась с кровати. – И что ты дома. Теперь у нас снова все хорошо. – Она остановилась у двери и, повернувшись, прищурилась. – Но предупреждаю тебя еще раз, дочка. Никаких любовных утех в этом доме.

– Хорошо, мам. – Роуз закатила глаза.

Но она поняла, почему ее мать повторила свое предупреждение дважды. Когда она через несколько минут пошла в ванную чистить зубы, ее ноги сами остановились возле двери, за которой находился Ксеркс.

Она его любит. Почему она ему это не сказала, когда у нее была такая возможность? Почему не смогла набраться смелости?

На обратном пути из ванной она снова остановилась возле этой двери и, сделав глубокий вдох, тихо постучала в нее.

Ответа не последовало.

Она разочарованно выдохнула. Должно быть, он уже спит.

«Завтра», – пообещала она себе. Завтра по дороге в Лас-Вегас она признается ему в своих чувствах. Завтра, прежде чем он обменяет ее на Летицию и она утратит свой шанс навсегда.

В ее жизни было уже столько чудес. Чудесный дом. Любящая семья. Спасение от коварного злодея, желавшего обладать ее телом. Путешествия по удивительным странам. Выздоровление бабушки.

Ответная любовь Ксеркса стала бы для нее самым большим чудом. Завтра она узнает, произойдет ли оно.

Ксеркс услышал тихий стук в дверь.

Роуз. Она пришла к нему, несмотря на предупреждение матери. Он поднялся с кровати и сделал несколько шагов по направлению к двери. Затем остановился.

Он знает, что произойдет, если пригласит ее в спальню. Ему безумно хочется заняться с ней любовью в этом доме, где царит любовь.

И все же совершенно очевидно, что дело не столько в доме, сколько в Роуз. Она его любит.

Она не сказала ему о своих чувствах. Он прочитал их на ее красивом лице. Она не умеет лгать. Ее выразительные глаза для него открытая книга.

Она знает обо всех его недостатках, но все равно любит. Разве такое возможно?

Сжав руки в кулаки, Ксеркс сделал глубокий вдох. Роуз никуда не ушла. Она по-прежнему стоит за дверью и ждет, когда он ее впустит. Какая же это пытка – знать, что она рядом, и ничего не делать.

Наконец он услышал ее удаляющиеся шаги. Вздохнув, он снова опустился на кровать и закрыл глаза.

Он хочет Роуз больше, чем когда бы то ни было. Но сейчас это нечто большее, нежели физическое влечение, восхищение и даже уважение.

Она добрая, чуткая, честная и смелая. До нее он не встречал ни одной женщины, которая могла бы заставить любого мужчину – даже его – измениться к лучшему. Как же он ее любит!

Его глаза широко распахнулись от потрясения.

Он, Ксеркс Новрос, безжалостный хищник и неисправимый эгоист, которого всегда интересовали только деньги и власть, впервые в жизни полюбил кого-то по-настоящему. Он недостоин Роуз, но с ее помощью готов измениться.

Нельзя терять ни секунды. Он должен заключить ее в объятия, признаться ей в любви, предложить стать его женой.

Поднявшись с кровати, он подошел к двери и схватился за ручку.

Неожиданно он замер на месте.

Он любит Роуз. Но он обещал, что обменяет ее. Выполнив это обещание, он спасет жизнь девятнадцатилетней девушки.

Он дал слово. У него нет выбора.

Но у Роуз есть выбор.

Подойдя к окну, он открыл его и вдохнул холодный ночной воздух.

Впервые в жизни он готов подчиняться другому человеку. Роуз.

Он уставился на черную поверхность океана, мерцающую в свете луны. Признаться, эта женщина с самого начала имела на него большое влияние. Он был ее пленником. Она всегда была сильнее его, только ни один из них этого не понимал. Завтра она решит его судьбу.

Взяв телефон, он позвонил сначала своему нотариусу в Сан-Франциско, затем набрал номер, который знал наизусть.

– Вэксборг, – сказал он. – Я готов меняться.

Глава 14

Когда следующим утром они ехали в сторону Сан-Франциско, по стеклам автомобиля хлестал дождь.

На Роуз было черное платье и тонкое черное пальто. Подходящая одежда для женщины, от которой собираются отделаться, как от использованной вещи. Она в десятый раз посмотрела на Ксеркса, сидящего рядом с ней. Он продолжал ее игнорировать.

Ее родители предложили отвезти их в аэропорт, но он отказался. Полчаса спустя к их дому подъехали черный спортивный автомобиль и фургон, из которого вышли шесть телохранителей. Вера и Элберт разинули рты. «Простой парень», ночевавший в их доме, оказался далеко не простым.

«Сегодня», – подумала Роуз, снова украдкой посмотрев на него. Сегодня она скажет Ксерксу, что любит его. Но не сейчас. Закусив губу, она соединила руки в замок и уставилась на них. Путь до Лас-Вегаса на самолете займет два часа, так что у нее нет необходимости признаваться ему в своих чувствах в присутствии шофера и телохранителя.

Бросив взгляд в окно, она удивилась и, наклонившись вперед, коснулась плеча шофера.

– Простите, но вы, наверное, не туда повернули. Эта дорога не ведет к аэропорту.

– Он не ошибся, – сказал Ксеркс.

Роуз откинулась на спинку сиденья:

– Неужели?

Ксеркс повернулся и посмотрел на нее:

– Помнишь, я как-то тебе говорил о лучшей в стране клинике, специализирующейся на лечении черепно-мозговых травм? Той, что находится в часе езды от Сан-Франциско?

Роуз уставилась на него:

– Мы едем в клинику? Не в Лас-Вегас?

Он кивнул.

– Ты вернул Летицию? – прошептала Роуз.

Он отвернулся:

– Да.

Когда она поняла, что это значит, ее охватила радость.

Ксеркс не собирается менять ее на Летицию. Наверное, он понял, как много она для него значит, и вместо нее предложил Ларсу целое состояние. Нарушил клятву не давать Вэксборгу денег.

Ксеркс выбрал Роуз. Она для него важнее, чем его обещания. Значит, он ее любит.

Но когда она снова посмотрела на него, улыбка исчезла с ее лица. Почему Ксеркс не выглядит счастливым? Потому что впервые в жизни не сдержал свое слово?

Проехав по аллее из можжевельника, машина остановилась на краю парковочной площадки рядом с небольшой современной больницей. Даже несмотря на холодный февральский дождь, Роуз казалось, что она в жизни не видела ничего прекраснее.

Ксеркс предпочел ее. Она для него дороже чести и обещаний. Она едва сдерживалась, чтобы не заключить его в объятия и не запеть от радости. Ее переполняла любовь к нему, и ей вдруг стало все равно, услышат ее признание посторонние или нет.

Повернувшись к нему лицом, она произнесла:

– Я люблю тебя.

Он резко вздохнул. Его темные глаза расширились.

– Роуз…

Она приложила пальцы к его губам.

– Если я не скажу тебе этого сейчас, в следующий раз мне может не хватить смелости. Я люблю тебя, Ксеркс. Люблю и никогда не забуду сегодняшний день, когда ты предпочел меня…

Она резко замолчала, увидев проехавший мимо них красный «феррари», за которым следовал фургон. Обе машины остановились перед ними. Из «феррари» вышел светловолосый мужчина, и рука Роуз безвольно упала ей на колени.

– Ларс? – Она ошеломленно уставилась на Ксеркса. Ее глаза умоляли его дать ей объяснение, которое она сможет вынести. – Что здесь делает Ларс?

Шофер и телохранитель вышли из машины, оставив их наедине. Ксеркс посмотрел на нее. Его лицо было непроницаемым.

– Он приехал для обмена.

– Для… обмена? – пробормотала Роуз.

В следующую секунду задние дверцы стоящего перед ними фургона открылись, и Роуз увидела внутри хрупкую темноволосую женщину, лежащую на носилках. Ларс встретился взглядом с Ксерксом и, указав ему большим пальцем на женщину в машине, уперся руками в бока и стал ждать.

Затем он увидел Роуз и приторно улыбнулся ей.

Резко отвернувшись, она закрыла глаза ладонью:

– Ты не можешь отдать меня ему, Ксеркс, не можешь.

– У меня нет выбора.

Его жестокие слова пронзили ее сердце подобно ледяной игле.

Какой же она была идиоткой, когда думала, что он изменился. Что она ему небезразлична. Его честь значит для него больше, чем все, что между ними было.

Роуз часто заморгала:

– Должен быть какой-нибудь другой выход…

– Его нет, – отрезал он. – Я пытался его найти, но безуспешно. Всякий раз, когда мне казалось, что я нашел Летицию, я либо приезжал слишком поздно, либо выяснял, что меня дезинформировали. – Его темные глаза заблестели. – Но то, что произойдет дальше, зависит от тебя.

Когда до нее дошел смысл его слов, она испытала сильное потрясение.

– Значит, все эти поездки не были деловыми? – спросила она. – Коттедж для новобрачных на Мальдивах. Вилла в Сан-Лукасе. Я думала, ты решил совместить работу с романтическими путешествиями, а на самом деле ты все это время втайне от меня искал Летицию!

В ответ на это Ксеркс лишь отрывисто кивнул.

Ее глаза начали гореть от подступивших к ним слез.

– Ты не лучше, чем Ларс, – прошептала она. – Ты ухаживал за одной женщиной, в то время как у тебя были обязательства перед другой.

– Все было не так!

Она увидела в его темных глазах боль, но ее обида была слишком велика, чтобы ее сдерживать.

– Кем тебе приходится Летиция, Ксеркс? Ты ее любишь? Кто она тебе?

– Я не могу тебе этого сказать.

– Потому что дал слово?

– Да.

– А мои чувства ничего для тебя не значат.

– Это неправда. – Он глубоко вздохнул. – Но я должен выполнить свои обязательства.

– Значит, вот что я для тебя? Средство для выполнения обязательств?

– Нет, Роуз. Я… – Он посмотрел на нее. – Ты мне небезразлична.

– Я тебе небезразлична, – горько сказала она. – Спасибо. Я только что тебе сказала, что люблю тебя!

Он вложил в ее оцепеневшие руки конверт.

– Я даю тебе выбор. Я похитил тебя, соблазнил. Теперь власть в твоих руках. Я предоставляю тебе свободу выбора.

– Обменивая меня на другую женщину? – Она смяла конверт в руке, и ее глаза наполнились слезами, которые вот-вот перельются через край. Она не может себе позволить расплакаться перед ним! – Избавляясь от меня, толкая в объятия другого мужчины?

– Нет! – неистово возразил он, накрыв ее ладонь своей. – Я знаю, что ты не полюбишь его снова. Но сейчас выбор за тобой.

Роуз осознала весь ужас происходящего. Ксеркс отпускает ее. Меняет ее на женщину, которую любит по-настоящему. Охваченная безумной яростью, она отдернула свою руку.

– Раз ты так любишь давать обещания, я возьму с тебя одно. – Гордо вскинув подбородок, она посмотрела на Ксеркса блестящими от слез глазами. – Не ищи меня, Ксеркс. Я никогда больше не хочу тебя видеть!

– Ты не можешь говорить это всерьез.

– Я абсолютно серьезна. Я согласна на этот обмен. – Ее губы дернулись. – Но я хочу, чтобы ты мне пообещал больше не искать со мной встреч.

– Нет! – Положив руки ей на плечи, он встретился с ней взглядом. – Неужели ты не понимаешь? Если я дам тебе обещание, то не смогу его нарушить.

– Я это понимаю, как никто другой. – Стряхнув его руки со своих плеч, она произнесла ледяным тоном: – Именно поэтому я и хочу, чтобы ты дал мне слово.

– Но я не хочу этого делать!

– Как ты сказал, – она пронзила его ледяным взглядом, – выбирать не тебе.

Ксеркс сделал глубокий вдох и закрыл глаза.

– Хорошо, – отрывисто бросил он. – Если ты действительно этого хочешь, я не стану тебя искать. Ты никогда больше меня не увидишь.

– Пообещай мне!

– Даю честное слово. – Он сглотнул. Когда он снова открыл глаза, в них было столько боли, что ее сердце сжалось. – Но взамен ты должна мне пообещать, что прочтешь это письмо.

– Хорошо.

Чтобы он не увидел ее слез, она быстро отвернулась и открыла дверцу машины.

Он это сделал. Дал ей обещание. В глубине души она надеялась, что в последний момент он передумает и скажет, что любит ее, и только ее. Этого не произошло, и им больше не о чем говорить.

Выбравшись из машины, она направилась к Ларсу, ждущему ее возле своего красного «феррари».

– Дорогая, – произнес барон, ослепительно улыбаясь, – наконец-то ты вернулась ко мне.

– Отныне все будет по-другому, дорогая. Я изменюсь к лучшему. Клянусь. Я сделаю все, чтобы ты была счастлива…

Роуз устало смотрела в окно на унылые пейзажи восточной окраины Сан-Франциско. Ведя автомобиль по мокрому от дождя шоссе, Ларс целый час без умолку болтал о любви и прощении. Она сомневалась, что он знает, что такое любовь.

«Я тоже не знаю», – горько подумала Роуз. Затем она вспомнила выражение лица Ксеркса, когда он давал ей обещание больше не искать ее, и с трудом сдержала слезы.

Возможно, она все же наконец узнала, что такое любовь.

Это боль.

– Я был таким эгоистом, когда настаивал на том, что мы должны пожениться в Швеции. Мне следовало понимать, какое важное значение имеет для тебя твой родной городок. Клянусь, дорогая, что на этот раз все будет по-другому…

– Просто отвези меня домой, – прошептала она.

– Обязательно, – ответил Ларс, обрадованный тем, что наконец получил от нее хоть какой-то ответ. – Прямо домой к твоим родителям. У нас будет такая свадьба, о какой ты всегда мечтала. Зачем тянуть время? Может, поженимся завтра?

Предложение Ларса было таким возмутительным, что она уставилась на него широко распахнутыми глазами:

– Неужели ты на самом деле думаешь, что я выйду за тебя замуж?

Вэксборг обогнал пару автомобилей.

– Я знаю, что ты сейчас в подавленном настроении, дорогая. Еще бы. Ведь тебе пришлось несколько дней терпеть общество этого грубого животного.

Грубого животного?

Внезапно она вспомнила, как встретилась взглядом с Ксерксом, когда они проезжали мимо. Затем Ларс сильнее надавил на педаль, и он остался позади. Но его печальный, полный муки взгляд навсегда останется в ее памяти.

Ксеркс для нее потерян. Навсегда.

– Но мы должны забыть все эти неприятные вещи и продолжать жить дальше, – решительно закончил он.

Сделав глубокий вдох, Роуз произнесла ледяным тоном:

– Самым неприятным для меня было то, что ты устроил фальшивую свадьбу, чтобы затащить меня в постель, пока ждал смерти своей жены, чтобы завладеть ее состоянием.

На несколько секунд в салоне «феррари» установилась тишина.

– Я старался только ради тебя. Деньги Летиции были мне нужны для того, чтобы сделать тебя счастливой, – непринужденно сказал Ларс. – Дорогая, нам нужно двигаться дальше. – Он ослепительно улыбнулся. – Давай поженимся сегодня вечером. Я хочу поскорее начать компенсировать тебе все неудобства, которые ты испытала по моей вине.

Его слова заставили ее вспомнить о малине в шампанском, о ванне с ароматной пеной, о темных глазах, полных нежности и страсти.

– Что это? – спросила она, когда Ксеркс угостил ее шампанским с малиной.

– Небольшая компенсация, – ответил он.

С трудом держа себя в руках, Роуз посмотрела на светловолосого барона, сидящего рядом с ней. Очевидно, этот самоуверенный негодяй думает, что сможет вернуть ее практически без усилий. Как она могла быть такой слепой и думать, что любит этого человека?

– Я не выйду за тебя замуж, – спокойно произнесла она. – Ни сегодня вечером, ни когда-либо еще.

– Но я сделал все это из любви к тебе, – сказал он в свою защиту. – Я развелся с Летицией, отказался от ее денег. У меня осталась только эта машина и замок, на содержание которого нужно целое состояние. Ради тебя я отказался от всего!

Ее глаза сузились.

– И ты думаешь, что это обязывает меня стать твоей женой? То, что ты через столько месяцев наконец позволил Ксерксу отвезти бедняжку в больницу?

Ларс взял ее за руку.

– Понимаю, сейчас ты злишься на меня, – сказал он. – Но после нашей свадьбы…

– Что мне нужно сделать, чтобы ты меня услышал? – крикнула она. – Я не выйду за тебя замуж. Никогда! Высади меня у обочины. Я доберусь до дома на такси!

Лицо Ларса помрачнело. Он резко отдернул руку, но вместо того, чтобы свернуть на обочину и остановить машину, развернулся и поехал в обратном направлении.

– Ты правда думаешь, что я тебя отпущу? – холодно спросил он. – Я отказался от состояния Летиции. Ты обязана отдать мне свое.

– Мое состояние? – рассмеялась Роуз. – Ты имеешь в виду пятьдесят долларов на моем банковском счете? Можешь их забрать.

– Я имею в виду те деньги, что тебе дал Новрос, – ответил Ларс. – Миллионы долларов и старую фабрику в придачу. – Он переключил передачу, и машина поехала быстрее. – Если снести здание, землю можно выгодно использовать. Например, устроить там зону отдыха для туристов.

– О чем ты говоришь?

– Забавно, правда? Новрос звонил мне вчера вечером. Он всегда говорил, что не даст мне ни пенни. Но на этот раз он предложил дать денег тебе. «То, что произойдет дальше, зависит от Роуз», – заявил он. – Ларс посмотрел на нее краем глаза. – Неужели Новрос ничего тебе не сказал? Он только что сделал тебя очень богатой женщиной.

Тут Роуз вспомнила о конверте, который все еще сжимала в руке, и начала вскрывать его дрожащими пальцами.

Неожиданно Ларс выхватил его у нее из рук и вышвырнул в окно.

– Зачем ты это сделал? – возмутилась она.

– Тебе это не нужно.

– Что?

– Забудь его, Роуз.

– Останови машину!

– Новрос ублюдок. Никто. Он промыл тебе мозги, настроил тебя против меня, – возмущенно бросил Ларс. – То же самое он проделал со своей сестрой.

У Роуз вытянулось лицо.

– Летиция его сестра?

Ларс пожал плечами:

– Кажется, по отцу. Он молчал об этом, поскольку дал ей слово. Ее мать была слабой, болезненной женщиной. После смерти своего отца Летиция боялась, что та не переживет еще одно потрясение. Новость о внебрачном сыне мужа убила бы ее. – Вэксборг холодно улыбнулся. – Моя жена была права. Вот только потрясением, убившим ее мать, стала авария, в которую попала Летиция, благодаря чему моя жена унаследовала огромное состояние.

Роуз ошеломленно уставилась на него:

– Ты чудовище!

– Это все, что ты можешь сказать мужчине, которого любишь?

– Я не люблю тебя!

– Ты полюбишь меня, дорогая, – заявил он, по-прежнему улыбаясь. Затем протянул руку, чтобы погладить ее по щеке: – Я обещаю тебе это.

Когда она резко отстранилась, Ларс возмущенно посмотрел на нее:

– Думаешь, что слишком хороша для меня, не так ли? Меня сводит с ума одна лишь мысль о том, что ты позволяла ему до тебя дотрагиваться.

Ничего не сказав, Роуз отвернулась. Выругавшись себе под нос, Ларс еще сильнее надавил на педаль, и машина помчалась по шоссе с оглушительной скоростью. От страха Роуз вцепилась в края сиденья.

– Ты была такой кроткой, послушной девочкой, – сказал Ларс. – Ничего, я снова сделаю тебя такой.

Неожиданно он свернул на проселочную дорогу, ведущую через лес в сторону гор. Автомобиль подпрыгивал, когда колеса попадали в рытвины. На скользких участках его заносило, но Ларс не сбавлял скорость. Дождь усилился, и Роуз охватила паника.

«Ксеркс! – мысленно взмолилась она, закрыв глаза. – Пожалуйста, забери меня».

Возможно, он забыл о ней в тот самый момент, когда получил свою сестру, так нуждающуюся в его помощи. Затем она вспомнила об обещании, которое взяла с него, и чуть не заплакала. Ксеркс человек слова. Он не станет ее искать, даже если захочет. Она сама так решила, и теперь ей придется за это расплачиваться.

«Ты был прав, Ксеркс», – подумала Роуз. Единственный раз, когда она от обиды попыталась уязвить другого человека, она причинила боль самой себе.

Повернувшись к Ларсу, она спросила:

– Куда ты меня везешь?

– В хижину в горах, где нам никто не будет мешать. Мы проведем там несколько дней. Если понадобится, несколько недель. – От его похотливой улыбки Роуз передернуло. – Я заставлю тебя полюбить меня, – промурлыкал он. – Я буду наслаждаться твоим роскошным телом. И когда я очищу тебя от воспоминаний об этом безымянном ублюдке, ты отдашь мне все и станешь моей женой.

Глава 15

– Мистер Новрос, мы все еще продолжаем ее обследовать, но наши прогнозы оптимистичны.

Испытав чувство облегчения, Ксеркс прислонился к белой стене клиники:

– Слава богу.

– Мы будем держать вас в курсе. – Доктор участливо посмотрел на него. – Но вам нужно как следует отдохнуть, иначе нам в ближайшее время придется вас тоже госпитализировать.

– Я в порядке.

Доктор ободряюще похлопал его по плечу:

– Не беспокойтесь. Летиция молодая и сильная. Ее шансы на полное выздоровление велики.

Когда он ушел, Ксеркс закрыл глаза и подставил лицо мелким каплям дождя. Его сестра в безопасности. Сейчас Летиция получает лучшую медицинскую помощь, которая только возможна в этой стране. Впервые за последний год он не испытывал чувства страха. Он больше не боялся, что подведет ее. Что не сможет о ней позаботиться, как обещал, и она умрет.

Ему следовало прыгать от радости, но почему-то он все еще был напряжен. Повернув голову, он увидел на стоянке светловолосую женщину. Его сердце учащенно забилось.

– Роуз, – прошептал он.

Она прочитала письмо? Она передумала?

Затем Ксеркс увидел, как блондинка обняла мужчину в белом халате, который только что вышел из клиники. Присмотревшись повнимательнее, он обнаружил, что женщина совсем не похожа на Роуз. Вероятно, он принял желаемое за действительное.

Она сказала ему, что любит его, а он отдал ее Вэксборгу.

Знать бы, она уже прочитала письмо? Она сдержит свое слово?

Ксеркс потер усталые глаза. Все, чего он сейчас хочет, – это заключить Роуз в объятия и поделиться с ней радостной новостью, которую только что сообщил ему доктор. Сказать ей наконец, что Летиция его сестра.

Но он дал ей слово, что больше не будет искать с ней встреч. У него связаны руки. Он заложник своего обещания.

«Возможно, так будет лучше», – сказал себе Ксеркс. Роуз заслуживает лучшего мужчину, чем он. Ей нужен добрый человек с открытым любящим сердцем, а не угрюмый мстительный эгоист вроде него.

«Но ты можешь измениться, – сказал ему внутренний голос. – Ты уже изменился благодаря ей».

Больше всего на свете он хочет, чтобы она была счастлива. Когда он видел ее в последний раз в красном «феррари» Вэксборга, ее лицо было бледным и печальным. Барон, напротив, выглядел довольным. В его глазах Ксеркс увидел что-то еще. Но вот что? Он всегда считал Вэксборга слабаком, но, загнанные в угол, такие люди бывают очень опасны.

Пытаясь убедить себя в том, что для беспокойства нет причин, он достал из кармана мобильный телефон и позвонил родителям Роуз. Ее мать Веру удивили его вопросы.

– Роуз? Нет, мы ее не видели. Нет, она не звонила. Почему вы спрашиваете? Что-то случилось? Мы думали, что она с вами.

– Я вам все объясню позже, – сказал Ксеркс, но, когда закончил разговор, его прошиб холодный пот.

Роуз не сбежала бы с Вэксборгом по своей воле. Она презирает этого жестокого, аморального типа. Она бы сразу отправилась к своей семье.

Ксеркс запустил пальцы в волосы. Как он только мог думать, что Вэксборг не представляет для Роуз никакой угрозы? Что он без борьбы откажется от нее и ее нового состояния?

Именно трусость и слабость этого человека делают его таким опасным. А он, Ксеркс, ничего сейчас не может сделать, чтобы спасти Роуз от него.

Глубоко вдохнув, он ударил кулаком по стене с такой силой, что кровь потекла из костяшек пальцев. Но его отчаяние было столь велико, что он почти не чувствовал боли. Он не может найти женщину, которую любит.

Или может?

Всю свою жизнь он считал способность держать слово главным достоинством мужчины. Но сейчас он осознал, что есть нечто еще более важное.

Любовь.

У мужчины есть одна обязанность, которая стоит выше любых обещаний.

Мужчина должен защищать женщину, которую любит.

Он должен защитить Роуз.

Не теряя ни секунды, он позвонил начальнику своей службы безопасности, частным сыщикам, работающим на него, даже шерифу из родного городка Роуз. Никаких дорожных аварий в окрестностях Сан-Франциско за последние несколько часов не произошло. В ожидании новостей он ходил взад-вперед по стоянке, не обращая внимания на холодный дождь. Ему хотелось запрыгнуть в машину и отправиться ее искать. Но в каком направлении ехать?

Ларс определенно не повез ее в мотель или другое общественное место. На то, чтобы фрахтовать самолет, у него больше нет денег.

Если только он не женился на Роуз. Еще утром Ксеркс думал, что дать Роуз денег и позволить ей самой выбрать свой дальнейший жизненный путь – это идеальный способ отомстить Вэксборгу, использовать его жадность против него. Он снова запустил пальцы в волосы. Каким же идиотом он был!

Наконец у него в руке зазвонил телефон, и он сразу ответил:

– Да?

– На трассе И-50 был замечен красный «феррари», быстро движущийся на восток, – сообщил ему один из частных сыщиков. – Данных о номерном знаке нет, но такие машины выделяются среди других.

Почему на восток? Там же ничего нет. Только горы и озеро Тахо, которое в это время года еще покрыто снегом. Ни один нормальный человек не поедет туда на спортивном автомобиле с низкой подвеской. Что там делать Вэксборгу?

Неожиданно Ксеркс все понял. Засунув телефон в карман, он помчался к своей машине.

– Ну давай же, заходи, черт побери!

Втолкнув упирающуюся Роуз внутрь старой хижины, он вошел сам и захлопнул дверь. Девушка попятилась назад, сверля его взглядом и потирая полузамерзшие запястья, на которых остались синяки от его железной хватки.

Они три часа шли под дождем вверх по грязной горной дороге, после того как у «феррари» спустило колесо. Тонкое пальто Роуз нисколько не защищало от холода. Ее черные кожаные полусапожки промокли насквозь, и ноги закоченели. Она не знала, сможет ли когда-нибудь снова согреться.

Но все же, когда Роуз увидела среди деревьев хижину, она попыталась убежать. Она свернула с дороги и помчалась в глубь леса, хотя понимала, что в заснеженных горах ее шансы спастись равны нулю. Разумеется, Ларс ее поймал и потащил в хижину.

– Чей это дом? – спросила она, подойдя к холодному камину.

– Его построил прадед Летиции. – Его губы искривились в циничной усмешке. – После аварии я оставил свою жену здесь с некомпетентной медсестрой. Надеялся, что к моему возвращению из Сан-Франциско она присоединится к своей матери на небесах. Но мне не повезло, – отрезал он. – Моя жена все еще была жива.

Он взял одно из поленьев, аккуратно сложенных у камина.

– Чурбаны неотесанные – вот кто такие ван Рейны. Крестьяне, зарабатывавшие деньги физическим трудом. Такие же выскочки, как Новрос.

У Роуз перехватило дыхание. Имя Ксеркса подействовало на нее как удар. Если бы только…

– Он следовал за мной по пятам, – холодно сказал Ларс. – В прошлом году он был здесь и почти нашел Летицию. Мне едва хватило времени, чтобы спрятать их с сиделкой в лесу. После того как он уехал, я, чтобы сбить его с толку, начал оставлять в разных частях света ложные следы, используя женщин, похожих на Летицию.

Роуз подумала о том, сколько усилий приложил Ксеркс, чтобы найти свою сестру.

– Как ты мог быть таким жестоким? – возмутилась она.

Ларс пожал плечами:

– Мне было проще водить его за нос, чем искать более надежное место для Летиции. Я не хотел рисковать. – После небольшой паузы он мрачно добавил: – Я думал, что та авария – это подарок свыше за все мои заслуги. Я даже представить себе не мог, что она проживет целый год.

Закрыв рот ладонью, Роуз уставилась на Вэксборга широко раскрытыми глазами.

– Ты настоящее чудовище, – прошептала она. – Ты пытался убить собственную жену!

– Нет, – отрезал он. – Никто не может сказать, что я пытался ее убить. Я просто помогал судьбе. Она должна была умереть. Я заслужил ее деньги больше, чем она. Она вышла за меня замуж. Я заработал их. Заслужил. – Он посмотрел на Роуз: – Так же, как заслуживаю тебя.

В его глазах появился опасный блеск, и Роуз сделала шаг назад.

Должно быть, Ларс заметил ее страх и решил дать ей возможность немного успокоиться. Наклонившись, он открыл дымоход, положил в камин одно полено, зажег спичку и поднес пламя к древесине.

Без лучины полено не загорится, но откуда это может знать человек голубых кровей? Все, что удалось Ларсу, – это обжечь себе пальцы. Он использовал еще четыре спички, но все без толку. С каждой неудачей его гнев усиливался.

В конце концов он задул пятую спичку и, грубо выругавшись, швырнул ее на пол. Тогда он снова повернулся к Роуз, которая тут же закрыла рот ладонью, чтобы он не увидел ее скептическую усмешку.

Его губы начали медленно растягиваться в чувственной улыбке.

– Я разожгу огонь позже. Пока я буду согревать тебя сам.

С этими словами он бросился к ней. Закричав, она попыталась отбежать в сторону, но Ларс оказался быстрее. Он схватил ее и потащил к кухонному столу.

Она кричала и упиралась изо всех сил. Когда она укусила его за ладонь, которой он зажал ей рот, он грубо толкнул ее на стол и перевернул на живот.

– Больно будет только сначала, – произнес он, тяжело дыша. – Затем ты начнешь получать удовольствие.

– Нет! – закричала она, извиваясь.

– Перестань ерзать! – приказал Вэксборг.

Роуз не послушалась. Тогда он схватил ее за волосы и ударил головой о стол. У нее перед глазами замелькали блестящие звездочки, и она обмякла.

– Когда ты от меня забеременеешь, ты примешь меня как своего мужа. – Он расстегнул молнию на своих брюках и задрал ей платье. – Ты…

Неожиданно Ларс замолчал и отпустил ее.

Повернув голову, Роуз увидела чудо: Ксеркс схватил ее обидчика за горло.

– Тебе нравится делать больно женщинам, которых, по твоим словам, ты любишь, – произнес Ксеркс с ледяной яростью. – Ты заслуживаешь смерти.

– Нет, пожалуйста, – взмолился Ларс. – Нет…

Ксеркс со всей силы ударил его по лицу и толкнул на стену рядом с дверью. Ларс с грохотом упал на пол.

– Ксеркс, – захныкала Роуз.

Он подошел к ней и крепко ее обнял:

– Роуз, дорогая, скажи, он над тобой надругался?

– Не успел. Ты пришел вовремя, – прошептала она, глядя на него с удивлением. – О, Ксеркс, ты все же пришел…

В этот момент позади них Ларс поднялся с пола, распахнул дверь и, грубо выругавшись, выскочил из хижины и побежал в лес.

Ксеркс бросился вслед за ним, но Роуз схватила его за руку.

– Нет, пожалуйста, – прошептала она, вцепившись в него ледяными пальцами. – Прошу тебя, останься со мной.

– Да. – Он сразу вернулся к ней. – Ты замерзла. – Прижав ее к своей груди, он накрыл ее полами своего пальто. – Я сейчас тебя согрею.

Роуз посмотрела на него. Ей больше не было холодно. Радость, поселившаяся в ее сердце, медленно согревала ее изнутри.

– Ты нарушил свое обещание, – изумленно произнесла она. – Ты пришел за мной.

– Да, я пришел. – Отстранившись, он с тревогой посмотрел на нее: – Прости меня.

– Простить тебя? – Она рассмеялась и заплакала одновременно. – За то, что ты спас мою жизнь? Так уж и быть. На этот раз я тебя прощаю.

Но его глаза по-прежнему оставались серьезными.

– Я всегда гордился тем, что умею держать слово. Но сегодня я понял, что честь ничего не значит без любви. Без тебя.

Нежно погладив ее по щеке, Ксеркс приподнял ее подбородок и заглянул ей в глаза.

– Я люблю тебя, Роуз, – тихо произнес он. – Скажи мне, что еще не поздно. Скажи, что у меня еще есть шанс вернуть тебя. Я так тебя люблю.

Ее сердце бешено заколотилось, когда она услышала слова, которые всю жизнь хотела услышать, от мужчины, которого ждала всю жизнь. Сильного, мужественного, благородного мужчины, которого будет любить до конца своих дней.

Проведя ладонью по его шершавой щеке, она прошептала:

– Я не переставала тебя любить. Я буду любить тебя всегда.

К ее удивлению, его темные глаза увлажнились.

– Стань моей женой, Роуз.

В ответ она молча кивнула, и по ее щекам покатились слезы.

Наклоняясь, чтобы поцеловать ее, Ксеркс прошептал:

– Ты моя жена. Моя семья. Обещаю любить тебя вечно.

Два месяца спустя Роуз вышла из белой часовни на яркий солнечный свет, держа за руку своего новоиспеченного мужа.

– Дождь перестал, – удивленно заметил Ксеркс, глядя на кучевые облака в голубом небе. – Это солнце?

Он намекает на то, что Северная Калифорния, его новый дом, не самое солнечное место на земле? Роуз посмотрела на него глазами, полными любви и радости:

– Я не знаю. Каждый день для меня солнечный, если ты рядом со мной.

Его темные глаза ласкали ее взглядом. Он взял ее левую руку с простым обручальным кольцом, поднес к губам и нежно поцеловал.

Под радостные возгласы и аплодисменты родных и друзей, осыпающих их лепестками роз, молодожены направились к машине, чтобы отправиться на ней в аэропорт. Им некогда присутствовать на свадебном приеме. У них мало времени для медового месяца.

Посмотрев на своего красивого мужа, Роуз вздохнула:

– Как жаль, что мы проведем в Мексике всего два дня.

Он улыбнулся ей:

– Обещаю, что ты никогда их не забудешь.

– Еще мне жаль, что нам придется пропустить наш свадебный прием.

– Роуз, – он крепче сжал ее руку, – свадьба – это всего лишь один-единственный день. У нас есть вся оставшаяся жизнь, чтобы праздновать то, что мы нашли друг друга.

– Обещаю, что, когда я окончу колледж и дела в «Линден кэнди» пойдут в гору, – сказала Роуз, – я на целый месяц увезу тебя в какое-нибудь романтическое место.

– Моя жена – будущий промышленный магнат, – поддразнил ее Ксеркс. – Мне придется больше работать, чтобы не отстать от тебя.

За прошедшие два месяца Роуз отремонтировала здание старой фабрики и установила новое оборудование. Она наняла прежнюю команду сотрудников, за исключением одного руководителя, который наотрез отказался.

– Я буду приходить только на встречи на поле для гольфа, – рассмеялся ее отец, обняв ее за плечи. – Я горжусь тобой, Роуз. Ты ради этого столько работала. Но тебе еще многому предстоит научиться.

Роуз улыбнулась. Ей так хочется поскорее начать изучать кондитерское дело и заняться исследованием рынка. Она собирается не только производить фирменные ириски Линденов, но и экспериментировать с новыми вкусами. Неудивительно: в последнее время ее тянет на сладкое больше, чем обычно.

Перед раритетным лимузином тридцатых годов, украшенным цветами, Ксеркс заключил ее в объятия. В его взгляде было столько страсти, что она испугалась, что они не доедут до аэропорта и им придется провести медовый месяц в каком-нибудь мотеле.

На глазах у всего города он накрыл ее губы своими и так долго целовал, что она удивилась, как ее свадебное платье, одолженное у матери, не вспыхнуло от искр, проскакивающих между ними.

– Хватит целоваться! – крикнул Том, младший брат Роуз.

– Пусть наслаждаются друг другом, – прошипела одна из их сестер. – Медовый месяц бывает только один раз в жизни.

– Да, хватит целоваться! – поддержал Тома звонкий девичий голосок.

Покраснев, Роуз отстранилась от мужа и улыбнулась его девятнадцатилетней сестре, наблюдающей за ними из инвалидного кресла. Благодаря интенсивному курсу физиотерапии Летиция с каждым днем становилась все сильнее. На прошлой неделе она уже сделала несколько шагов. По словам докторов, она сможет полностью восстановиться.

А вот Ларсу Вэксборгу, в отличие от его бывшей жены, не повезло. Он заблудился в лесу рядом с озером Тахо, и его тело нашли, только когда растаял снег. Роуз было его жаль.

– Бросай букет! – прокричала одна из ее незамужних школьных подруг. – Бросай сюда, Рози!

Встав спиной к толпе, Роуз швырнула букет через плечо. Повернувшись и увидев, кто его поймал, она испытала потрясение. Но не такое сильное, как ее младший брат, футбольный вратарь, который, должно быть, схватил букет чисто инстинктивно. Парень в ужасе уставился на розовые розы.

Роуз смеялась до слез. Успокоившись, она сказала мужу:

– Жаль, что мы не можем остаться на свадебный прием.

– Мы и так надолго здесь задержались, – проворчал Ксеркс. – Мне не терпится увидеть тебя в бикини.

– Насчет бикини я не уверена, – ответила она. – За прошедшие два месяца я набрала десять фунтов.

– Не беспокойся, они отложились в нужных местах.

Когда она в притворном гневе толкнула его в плечо, он заключил ее в объятия.

– Я не могу насытиться тобой, – прошептал он и поцеловал ее. Оторвавшись от ее губ, он добавил: – Забудь про пляж. Мы будем заниматься любовью и пить «Маргариту» в спальне.

Роуз глубоко вздохнула:

– Я не буду пить «Маргариту».

– Тогда шампанское.

Покачав головой, она загадочно улыбнулась и, встав на цыпочки, прошептала ему на ухо:

– Никакого алкоголя. Я беременна.

Резко отпрянув, он потрясенно уставился на нее:

– Ты… что?

– Ты станешь отцом, – весело сказала Роуз.

Не в силах произнести ни слова, он продолжал молча на нее смотреть.

Улыбка Роуз поблекла.

– Я знаю, мы решили подождать обзаводиться детьми до тех пор, пока не наладится мой бизнес, но получилось так, что я забеременела раньше. – Она закусила губу. – Надеюсь, ты не возражаешь?

– Как я могу возражать? – воскликнул он так громко, что голуби, сидевшие на крыше часовни, разлетелись в стороны.

Потрясение прошло, и его красивое лицо засветилось от счастья. Подхватив Роуз на руки, он так быстро ее закружил, что белые атласные туфельки соскочили с ее ног.

Когда Ксеркс усадил ее в лимузин и крепко прижал к себе, она осознала, что реальная жизнь может стать сказкой, если обретешь настоящую любовь. Соединение двух любящих сердец – это обещание, которое нельзя нарушить.

Content

Дженни Лукас
Похититель невест

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15