Надежда Кузьмина

Наследница драконов. Охота

Глава 1

Что делать, когда закончил дело всей жизни?

Посмотреть на все хорошенько с утра.

Игги Поп

Неподвижно замерев в траве под сосной, я караулила белку. Вот интересно, удастся ли подманить зверька без помощи драконьей магии? На раскрытой ладони соблазнительно красовалось несколько орехов. Рука уже затекла, шея онемела. В голый живот впечаталась незамеченная шишка — не больно, но неудобно. Спина отчаянно чесалась, по ней кто-то ползал — кажется, я залегла поперек муравьиной тропы. Белка попалась то ли вредная, то ли сытая, то ли с тараканами в голове — рыжая зараза раз за разом вытягивалась в струнку, жадно глядя на орехи, но потом, решив, что я все же не внушаю доверия, взлетала на ствол соседней сосны и начинала оттуда возмущенно цокать.

«Бель! Долго ты там будешь валяться? Иди сюда — ты нам нужна!» — донесся ментальный голос Тиану.

Вздохнув, поднялась с земли. Отряхнула прилипшие к коже иголки, одернула тунику и пошла к ждущим меня друзьям.

Два дня назад мы вернулись в Галарэн из места Силы драконов — горной долины с озером Полумесяца. Плоды это паломничество принесло неожиданные, чтобы не сказать просто странные. Мне, первой в этом поколении драконов, удалось донырнуть до дна озера, откуда бил дающий магическую мощь источник. Чем это обернется в будущем, можно было только догадываться. Мое достижение повторил Тиану. Когда-то, совсем юным, он уже ходил к озеру, но нырял неглубоко. Теперь Дух озера дал ему второй шанс испить из волшебных вод, и Ти не подкачал.

Но удивительнее всего поиск обернулся для эльфийского кронпринца Арденариэля. Чистокровный эльф Арден стал таким же чистокровным драконом, не потеряв при этом эльфийской крови и магии. Объяснить эту мистику не мог даже наш гениальный Шон, маг только пожимал плечами и ерошил волосы на макушке: «Бель, ну ты же привыкла уже, что сама на три четверти эльф, на три четверти дракон, да еще имеешь восьмушку человеческой крови в придачу? Почему тебе можно, а Ару нельзя?» Я согласно кивала, но все равно чувствовала, что ни фига не понимаю.

Хотя, на мой взгляд, Повелителю можно было все и даже еще больше. После того как он едва не погиб, превратившись в камень, чтобы дать Шону шанс спасти Тиану и меня, я сама была готова умереть или убить за Ардена. Убить, конечно, предпочтительнее. Умирать еще раз мне совсем не хотелось — я и так просыпалась по ночам с воплями, повергая в панику спящих рядом парней. Кроме того, я очень неровно дышала к этому прекрасному блондину. А если уж сказать честно — была влюблена в него по уши. Вот только сам Повелитель никак своих чувств не проявлял. Возможно, держал данное им весной слово молчать, пока не вылетит дракон, которого я бережно пестовала в себе с конца осени прошлого года.

А сейчас у Ара должен был начать расти собственный зверь. Это было потрясающе здорово, но имело один небольшой побочный эффект — чтобы вырастить в себе дракона, требовалось полностью забыть о плотских радостях, то есть соблюдать целибат.

Мне было легче — не так уж сложно отказаться от того, чего никогда не пробовала. Но Ар уже давно не был мальчиком… впрочем, как и Ти, который согласился разделить с Аром и мной наложенные ограничения, чтобы помочь кузену. Так что сейчас мы трое оказались в забавной ситуации «видит око, да зуб неймет». Или не зуб… но неймет — это точно. Я хихикала, парни скрежетали зубами.

Из горной долины я и Арден летели на драконах. Наконец-то я смогла как следует разглядеть Штормового Ветра при солнечном свете. Дракон Тиану был прекрасен! Даже крупнее Шонова Мрака, темный, но не черный — цвет его шкуры вызывал у меня мысли о сумрачных океанских глубинах, где ворочаются мощные течения и плавают древние гигантские твари. Окаймление чешуи и глаза цвета темных сапфиров. Подпалины цвета черненого серебра. Нара внутри меня завизжала от восторга. В результате, вместо того чтобы сесть дракону на шею, я кинулась с ним обниматься. Впрочем, Шторм не возражал.

Матери Всех Драконов — именно так звали духа озера Полумесяца — очень понравился наш прощальный дар — ваза в форме дракона с невянущей охапкой ярких цветов с горных склонов. Мы все получили приглашение заглядывать в долину, когда будем пролетать мимо или как придет желание. Приятно. Еще один букет с альпийских лугов я захватила с собой на память. Теперь алые маки и лиловые шары лука с цветами, похожими на звезды, стояли в спальне Тиану, где ночевала наша четверка.

Спать по прибытии решили все вместе. Причин было две, или, если уж совсем честно, целых три.

Первая — прошло меньше недели с тех пор, как чуть не погиб Тиану, заслонивший меня собой от взгляда василиска. А вслед за ним в страну теней едва не отправился Арден. Если б не гений Шона и помощь Матери Всех Драконов, давшей подсказку в нужный момент, мне бы оставалось только умереть вослед за своей любовью. Я старалась не показывать парням свои неврозы, но стоило отойти от них на три шага, как меня начинало колотить крупной дрожью. А по ночам снились кошмары. Наверное, нужно просто больше времени, чтобы окончательно поверить, что мы все живы и целы.

Другой причиной была особенность развития драконьей магии. У влюбленных, находящихся рядом, она росла быстрее. Получалось, что для ускорения роста драконов нам троим стоило держаться как можно ближе друг к другу, но при этом исхитряться хранить целомудрие. За последним условием взялся следить Шон. Ему всякие страсти-мордасти были глубоко перпендикулярны, маг существовал в мире чистого интеллекта, а потому смотрел на нашу троицу как на интересный, требующий изучения феномен. Так что тер Дэйл ночевал вместе с нами, приглядывая и раздавая ментальные подзатыльники тем, чьи сны начинали идти в неправильном направлении.

Ну и последней, совершенно нерациональной причиной было то, что нам просто нравилось быть вместе, постоянно чувствовать друг друга рядом. Я была сиротой, родители Тиану бросили его в нежном возрасте, Шон тоже много лет не видел предков. Наконец, на Ардена взвалили груз ответственности слишком рано, а вместе с властью пришло одиночество… Так что друг для друга мы стали настоящей семьей.

Я как-то не загадывала, что буду делать и чем займусь, когда дойду до мистического озера. А подумать-то было надо… Прогуляли мы заметно дольше, чем рассчитывали, — лето уже подходило к концу. И сейчас голова пухла — за что хвататься в первую очередь?

Через неделю в магической Академии Галарэна начинались вступительные экзамены. Шон и Ти закончили факультет драконьей магии несколько лет назад. Вдобавок Шон занимался человеческой магией, а Ти был специалистом по эльфийской. Теперь получить образование хотелось мне — и потому, что нравился сам процесс учебы, и потому, что отчаянно не хватало фундаментальных знаний в самых различных областях. Ведь мой опекун — лорд Гвидо тер Фирданн — сознательно держал меня в невежестве, и до встречи с Ти я была самоучкой, начитавшейся тайком чего попало в отцовском кабинете. Как может насамообразовываться десятилетняя пигалица, можно себе представить… и вот острова моих скудных знаний дрейфовали в океане невежества, как айсберги в Северном море близ берегов викингов.

На Повелителя Ардена счастье обладания драконьей магией свалилось совершенно неожиданно — до него никто и подумать не мог, что драконом можно не родиться, а стать. Таких случаев в истории зафиксировано не было. До метаморфозы Ар был одним из сильнейших в мире эльфийских магов, а тут — бац! — и начинай учить другой вид волшебства с азов. Конечно, и Ти, и Шон, и даже я с энтузиазмом взялись за обучение Повелителя. Но все же было бы неплохо заложить академический теоретический базис. Наконец, парни были твердо уверены, что за мной глаз да глаз нужен и отпускать меня одну в Академию — чистое безумие. Получалось, что поступать на драконий факультет мы будем вместе с Арденом, причем, ясен пень, делать это под своими именами нельзя. Я, по легенде, вообще сейчас лежала опухшая от пчелиных укусов где-то на северном берегу Империи в келье монастыря Святой Цецилии. А наличие у эльфийского кронпринца драконьей магии мы решили скрывать хотя бы до тех пор, пока дракон Ара не появится на свет.

Отсюда вылезали две проблемы. Первая — мне надо было лично посетить монастырь и посмотреть на все воочию — а то столкнусь с Настоятельницей во дворце в Ларране — и не узнаю! Или засыплюсь при ответе на какой-нибудь дядин вопрос о тамошних яблоневых садах или убранстве ризницы. Вторая — нам нужны были достоверные легенды и личины для поступления в Академию. Решили, что в этот раз мне и Ару предстоит стать подданными Мириндиэля из семьи, достаточно близкой к правящему дому Лоо’аллен. Это позволило бы избежать ненужных вопросов — эльфы были скрытным народом и праздного любопытства не одобряли, — и при этом учиться в полную силу, не прикидываясь дурачками. Хотя, конечно, часть известных нам заклинаний скрывать придется — стазис, трансмутацию элементов, окаменение и его обращение вспять мы единогласно причислили к запретным знаниям и доступ к ним посторонним давать не собирались — будь то ректор Академии или кто другой.

До вступительных экзаменов оставалось критически мало времени. Мы с первого же дня насели на Ара, обучая его медитировать и заставляя искать в себе источник драконьей магии. Аура Повелителя изменилась сразу после того, как смешали кровь, значит, источник должен был быть или вот-вот появиться. Ведь на экзаменах Ару предстоит предъявить наличие хотя бы зачатков драконьей магии, иначе его не возьмут! Но результатов не было… и несчастный Ар пока учился плавать в бассейне без воды: мы по очереди мысленно демонстрировали ему, что надо делать, чтобы найти свой источник, и как строятся заклинания. Арден стойко терпел…

У меня была своя, чисто девичья проблема. За время скитаний по горам, когда без помощи всякой магии приходилось преодолевать подъем за подъемом, перевал за перевалом, таща на себе немалый груз, я отощала, как подзаборная кошка, и нарастила недевичьи мышцы. И загорела, как крестьянка. И, несмотря на когти, одолженные у Нары, от моих собственных рук дворцовая маникюрша пришла бы в ужас. И от ног. И от выгоревших волос. И облупленного носа в веснушках. Мне перемены нравились, да и на мечах я махалась теперь лихо, лишь немного отставая от Шона… но для знатной леди, благородной девицы и наследной принцессы, коими я являлась, такой облик совершенно не подходил. Не ходить же мне двадцать четыре часа в сутки под мороком? А потому я час за часом отмокала в бассейне Тиану с минеральной горячей водой, пудами изводила кремы, бальзамы и притирания, скрепя сердце сводила загар. Лопать для восстановления округлостей пирожные я отказалась наотрез, мы с Нарой предпочитали мясо.

Сразу после возвращения с гор Арден связался с подчиненными и узнал последние новости. Сбор информации о гильдии убийц-полуорков продолжался, стал известен адрес третьего их дома в Ларране. О пропажах людей и кровавых алтарях в других городах пока ничего не было слышно. Дом в Таргане тоже стоял пустым. Нашего вмешательства на данном этапе не требовалось, и, честно говоря, я была рада затишью — поступить в Академию мне действительно хотелось. Да и немного отвлечься и развлечься тоже не повредит. Например, я сто лет не танцевала. Кстати, как там поживает прекрасный лорд Шаорран?

От тлеющих углей на полянке с кострищем поднимался ароматный дымок. Над импровизированным грилем лежала решетка, на которой благоухали уже поджаренные куски оленины. М-м-м… какая золотистая корочка! А запах! Сидящий рядом Ти разминал в деревянной миске приправы для соуса. «Так, что там у нас?» — втянула я воздух носом: тимьян, эстрагон, чеснок и что-то еще ароматное, похоже, эльфийского происхождения. Зубы непроизвольно клацнули. Ти поднял глаза на облизывающуюся меня и улыбнулся:

— Садись, растущий организм, уже готово!

Я огляделась, выбирая место. Ага, если угнездиться между Ти и Аром, то можно на одного опереться, а на другого закинуть ноги. Плюхнулась на землю и привалилась к Ардену.

Похоже, Повелитель до сих пор не поверил, что мои чувства к нему — это не благодарность или просто дружба. Каждый раз, когда я к нему прикасалась, на лице эльфа появлялось выражение недоверчивой радости, словно он увидел прекрасный мираж. И чуть ему мнилось, что меня тяготят его знаки внимания, как Арден тут же замыкался под маской благовоспитанной холодности. О своих чувствах он молчал. Иногда даже начинало казаться, что эльф передумал и я ему больше не нужна.

— Ар, как у тебя дела с медитациями? — поинтересовалась я, поудобнее устраиваясь под боком парня.

Тот пожал плечами, мол, все так же, то есть — никак.

— Есть у меня одна идея… Дашь поэкспериментировать после обеда?

— Мм-м? Конечно, дам. А что ты хочешь сделать? — в голосе блондина прозвучал сдержанный интерес.

— Увидишь! — Я хмыкнула и потерлась о плечо эльфа затылком. Изложить в рамках благопристойности мои намерения вряд ли бы удалось. Просто вспомнила, когда и при каких обстоятельствах я в первый раз услышала мою Нару, и решила попробовать нечто подобное с Арденом. А еще мне ужасно, до невыносимости, хотелось, чтобы он поцеловал меня. Не как друга — легким касанием в щечку при встрече, а по-настоящему — чтобы слить уста с устами, смешать дыхание, услышать стук сердца друг друга. Но почему-то казалось немыслимым подойти самой и сказать: «Ар, я не могу без тебя! Обними меня, пожалуйста!» А сам он шагов навстречу делать, похоже, не собирался. Пробуждение драконьей магии казалось хорошим поводом повиснуть у Повелителя на шее. Надо же как-то дать понять, что он мне нужен?

«Шон! Я хочу попробовать поцеловать Ардена, а потом попросить Нару позвать его. Подстрахуешь нас?» — послала я направленную мысль сидящему напротив тер Дэйлу.

«Конечно! Интересно же! Только не очень увлекайся — мужчины заводятся легче, чем девушки, а мне не хотелось бы лупить Ара по голове или лить ему за шиворот ледяную воду. Такое обращение с кронпринцем может плохо отразиться на дипломатических отношениях с Мириндиэлем».

Это он так шутит, да?

Перекинувшись парой мысленных фраз с Ти, которого я приняла за правило держать в курсе всех моих начинаний, после окончания обеда взяла Ара за руку и потянула за собой в дом. По пути два раза открывала рот, чтобы рассказать, что хочу сделать… и оба раза его захлопывала, не находя слов. В итоге решила объяснения заменить демонстрацией. Шон подмигнул Тиану и отправился вслед за нами.

Поднялись на второй этаж. Честно говоря, мне было слегка не по себе — до сих пор я не проявляла настолько явной инициативы и, вообще, подозревала, что девушкам так поступать не положено. Арден молча последовал за мной в спальню. Шон остался где-то снаружи, хотя я знала, что он поблизости.

Глубоко вздохнув, повернулась к Ару и положила ладони ему на плечи.

— Если попрошу тебя о чем-то, сделаешь?

Блондин чуть наклонил голову, глаза прищурились.

Потом кивнул.

— Тогда раздевайся. Оставь только бриджи.

Арден напрягся. Потом чуть пожал плечами. Присел на край постели, чтобы снять сапоги. Затем настал черед туники. Я смотрела не отрываясь. Как он невероятно прекрасен — наверное, такие плечи бывают только у богов. Прикусила губу — только самой сейчас не хватало потерять голову, разглядывая этого головокружительного красавца, от которого я бегала почти целый год, пока не поняла, насколько он любит меня и как сильно необходим мне самой.

Ар вопросительно поднял глаза, мол, что дальше?

— Отвернись, пожалуйста! — смутилась я.

— Ты меня стесняешься? — пристальный изумрудный взгляд.

— Немного, — честно ответила я. Объяснять, что чувствую, как под моей одеждой соски от возбуждения собрались в горошины, мне не хотелось, — этот умник и без меня все разглядит.

Ар чуть улыбнулся, смежил веки. Я вздохнула, глядя на полукружья темных теней от по-девичьи длинных ресниц на его щеках. Его красота была как удар в солнечное сплетение — когда перехватывает дыхание и все мысли вылетают из головы… А ведь внешность — это не лучшее, что есть в Ардене. Полюбила я его не за это.

Быстро стянув с себя все, кроме бриджей, запрыгнула на кровать за спиной парня. И потянула его на себя, так, чтобы светловолосая голова легла мне на колени. Он послушно откинулся назад, открыл глаза, увидел склонившуюся над ним меня… Во взгляде появилась радость, а потом — неожиданное беспокойство с примесью боли.

— Это эксперимент?

— Аа-а? — уставилась на него я, пытаясь сфокусировать взгляд. Он что, запомнил неудачно выбранное слово?

— Для тебя я — эксперимент?

Ну вот как объяснить? Не признаваться же мне самой в любви?

— Самый бестолковый принц на свете, Арденариэль эрд Лоо’аллен, если ты сейчас меня не поцелуешь, никогда этого не прощу!

Глаза Ара сузились. Сильные руки взметнулись вверх, хватая меня за плечи. И с чего я взяла, что могу диктовать ему условия? Рывок, и мы уже лежим рядом. Точнее, не совсем рядом — я на спине, его колено прижало мои бедра к кровати, он навис надо мной, твердая ладонь накрыла мою грудь.

— Ты возбуждена. Ты меня хочешь. — Не вопрос, констатация. Взгляд темных глаз в упор.

— Больше, чем хочу. — Тоже констатация. Зачем отрицать очевидное? Он умный, должен понять.

— Я сам дал тебе время на раздумья. И не стану пока спрашивать… Но подтолкнуть в правильном направлении готов. — Ар нагнулся к моей груди и медленно, с нажимом лизнул.

Ой! И я думала, что знаю, что такое желание? Спина выгнулась дутой, я ахнула и вцепилась пальцами в плечи склонившегося надо мной мужчины, чувствуя, что падаю в бездну. Сколько там будет — триста четырнадцать поделить на восемьдесят пять? Не делится? Какая жалость… Ну и фиг с ним, с остатком, зато я снова могу дышать. А сейчас сделаю вот что… Подняла голову и потянулась так, чтобы прикусить чувствительную мочку уха эльфа. То, что ему это нравится, я уже знала. Теперь застонал и напрягся Арден… Ну, Нара, давай, зови! Я скинула ментальные щиты, потянулась к сознанию Повелителя и дала волю моей второй сущности.

Резонирующий рык драконицы сотряс нас обоих. Я слышала зов, чувствовала его кожей и костями, моя кровь пела от слов более древних, чем все существующие языки. И, кажется, что-то в Ардене отозвалось. Моя драконья магия оплела его, нити трогали, гладили, прикасались, ласкали, окутывали, оплетали. Повелитель был окружен коконом, ореолом, сиянием моей драконьей сущности. Я точно знала — ему нравятся эти касания, и мне самой было удивительно приятно ощущать его. Получается, можно целоваться, соприкасаясь не только губами, но и магией?

— Бель, я что-то в себе чувствую!

Неужели вышло? На радостях обняла Ара обеими руками, уронив на себя. Тот впился поцелуем мне в рот, прижимая к кровати всем телом. Нара протестующе заревела — ой, сейчас меня изнутри за такое покусают!

Не знаю, чем бы закончился этот революционный «эксперимент» по пробуждению драконьей сущности моего второго любимого мужчины, если бы влетевший в комнату Шон не выплеснул на нас кувшин ледяной воды.

Я открыла рот, чтобы возмущенно завопить… и закрыла его снова. Вдохнула-выдохнула. А потом сказала:

— Спасибо, Шон!

Арден, встряхивая мокрой шевелюрой, промолчал. Наверное, подходящих слов благодарности не находил. А потом взял тунику и попытался натянуть через голову. Застрял. Я пригляделась повнимательнее и засмеялась:

— Ар, оставь мою одежду в покое! Все равно не влезешь — у нас размеры разные!

Блондин выпутал руки и смущенно уставился на треснувшую по швам в проймах тряпочку.

— Брось, потом починю! — сказала я, подходя к шкафу, выбирая и натягивая на себя другую тунику. — Давай посмотрим, что там у тебя с магией?

Оказалось, внутри Ара затеплился голубоватый огонек. Крошечный, слабый… но он там был! А заставить его разгореться при помощи медитаций и постоянных занятий — это уже только вопрос времени и старания.

Мы с Шоном переглянулись и на радостях пустились в пляс по комнате. Вот только почему Арден не радуется с нами?

— Значит, это был эксперимент? — спокойный голос был прохладным, как тающий снег.

Гоблины зеленые, ну как такой умный парень может быть таким дураком?

— Шон, объясни ему. А я пойду на площадку, потренируюсь с мечом. Ближе к вечеру сходим с тобой на рынок, хорошо? — Я чувствовала себя незаслуженно обиженной. Чего-чего, а друзьями я не манипулировала никогда, и подозрения Повелителя казались мне жутко несправедливыми. Неужели он не видел, как я теряю от него голову, и решил, что все было только притворством?

Распахнула балконную дверь, не оглядываясь на Ардена, взлетела с полушага и через несколько минут опустилась на плитах плаца. Коснулась камня призыва меча на браслете и медленно, постепенно разогревая и растягивая мышцы, начала комплекс упражнений. Постепенно темп ускорялся, я добавляла резкие выпады, развороты, прыжки. Хотелось намахаться до одурения, свинцовой усталости, неподъемной тяжести рук, дрожания ног… Почему же так хочется плакать?

Оглянувшись, увидела, что неподалеку от меня приступил к тренировке с парой мечей Тиану. Я улыбнулась ему и продолжила крошить в капусту воображаемого противника, представляя, как сначала обрею мечом блондинистые кудри налысо, а потом выцарапаю на прекрасном лбу слово «идиот».

Слева возник со своим легким мечом Шон. Отсалютовал мне и начал разминку.

А где?.. Ну, нет — и не надо! Выкинув из головы высокомерное лицо с холодными, как зимний речной лед, глазами, мысленно позвала Тиану: «Попрыгаем вместе?» Через минуту мы хищно кружили по плацу, делая выпады и время от времени для психологического устрашения клацая друг на друга зубами.

Ну вот, все и вернулось на круги своя — Ти, выкрутив над моей головой сальто, ловко приземлился и плашмя приложил меня мечом пониже поясницы. На этом тренировка была завершена. Напряжение схлынуло, вместе с ним ушли раздражение и дурное настроение. Я решила, что не стану оправдываться перед Арденом за то, в чем не виновата. Либо он поймет это сам… либо не поймет. Пока нам год сидеть, как в монастыре смешанного мужско-женского состава, может, даже к лучшему, чтобы он держался от меня подальше.

Ти подошел ко мне и обнял за плечи.

— Что с тобой? Тебя как оса покусала, такая ты несчастная. Расскажешь?

От его непритворного сочувствия слезы снова подступили к глазам. Я хлюпнула носом. Потом взяла себя в руки.

— Ти, сейчас расскажу. Но прежде… Вот послушай, пока не забыла. Есть у меня одна идея. Два камня призыва — один на рукояти меча, другой на теле — позволяют мгновенно вызвать оружие в случае нужды, да? Но сейчас нам придется вернуться в дом, чтобы положить клинки на место, в оружейную. А нельзя ли зачаровать еще пару камней? Пусть один будет закреплен на висящих в оружейной ножнах, а другой — на мече. Тогда после окончания тренировки или боя можно будет воспользоваться камнем на рукояти, чтобы вернуть клинок в ножны и не таскать с собой. Понимаешь?

Ти задумался, потом блеснул улыбкой, кивнул.

— Здорово придумала. Можно накупить парных камней, сначала попробовать на чем-нибудь не очень ценном, а потом, если выйдет, сделать так с мечами. Должно быть удобно! Так что у вас там с Аром в лесу сдохло? Шон мне сказал, что кузен умчался через портал в Ларран.

В Ларран! И не попрощался. И не сказал ни слова. Я прикусила губу, чтобы не разреветься. Вот чувствовала, что не стоит подходить к нему близко, не стоит подпускать к своему сердцу!

— Ти, я хотела его поцеловать, а заодно попробовать пробудить драконью магию.

— И?

— Магия проснулась. Как огонек маленький… голубой такой.

— Ну и прекрасно, а в чем проблемы?

Он решил, что для меня это был эксперимент. Что я его целовала, только чтобы подтолкнуть драконью сущность и мы смогли поступить в Академию!

А почему ты хотела его поцеловать? Кроме драконьей магии?

— Потому что хотела! Я соскучилась по нему. А он совсем на меня внимания не обращает. Вежливый и холодный, как мраморная статуя в парадной приемной во дворце в Ларране. Я ему разонравилась, да? Я же не могла сама к нему подойти… А тут повод был…

— Ну, ко мне ты подходила сама. И, как видишь, сработало.

Ти приподнял мое лицо за подбородок и нежно поцеловал. В чувствах друг друга мы не сомневались, ибо давно уже стали чем-то единым целым, неразрывным и нераздельным. А недавно Тиану чуть не погиб, спасая меня. И если бы он умер, я ушла бы за ним следом, потому что жить без него не смогла бы и не захотела.

А вот с Аром все было не так однозначно. Мы трое были мистически связаны объединением наших аур. А в свете последних событий, когда принц Арденариэль приобрел драконью сущность, стали подходить под одно маловразумительное пророчество, касающееся судеб наших стран. Вот только в предсказании говорилось, что мы должны «слиться в одно», а именно это нам теперь и не грозило. Похоже, Арден меня разлюбил.

Ти, как всегда следивший за ходом моих мыслей, ласково усмехнулся:

— Ну и с чего ты взяла, что он разлюбил? Просто Ар поверить не может, что ты, наконец, ответила на его чувства. Посчитай, сколько раз ты от него улетала?

Я хихикнула. До паломничества к озеру Полумесяца у меня стало чуть ли не традицией улетать каждый раз, как эльфийский принц набирался духу меня поцеловать. Получалось так само собой, обычно просто с перепуга, но Арден все равно расстраивался и обижался.

— Но как он мог подумать, что я целую его по расчету? Я не стала бы так делать ни ради ускорения роста его магии, ни ради поступления в Академию, ни ради спасения Империи! Я не продаюсь! И не играю чувствами тех, кого люблю! — ну вот я и выплеснула все, что меня на самом деле волновало. Я в него влюбилась — а он счел меня расчетливой тварью.

— Бель, ты сгущаешь краски. Такое тебе несвойственно. И следует из этого только одно — ты действительно в него влюбилась. Вот и хорошо!

Я недоуменно уставилась на Тиану. К тому, что для себя он давно решил, что идеальной для нас будет жизнь именно втроем, я уже привыкла. Но чего хорошего он нашел в нынешней ситуации?

— Он тоже тебя любит. И вам просто нужно поговорить, чтобы во всем разобраться.

— Но как? Он ушел в Ларран… И даже если он вернется, как можно говорить с тем, кто не хочет тебя слушать?

— Бель, я тебя знаю — ты способ найдешь!

* * *

Ближе к закату я уговорила Шона и Ти пойти со мной за покупками. Одичав за месяцы блужданий в горах, я соскучилась по проявлениям цивилизации, разглядыванию прилавков, лотков и витрин, шуму голосов, торговой суете и сутолоке. Практической целью похода было обновить гардероб к поступлению в Академию. Я предвкушала оргию примерок и приобретений — парни еще не знают, на что подписались, согласившись меня сопровождать! Ну и просто интересно было посмотреть на южные новинки — в прошлое посещение рынка я заметила, что домашние туалеты и белье здешних леди разительно отличаются от того, что принято носить в Ларране. Хотелось подобрать что-то для себя и в подарок для Ланы.

— Бель, маскируемся так, чтоб никакого сходства с прошлыми личинами — нам сейчас неприятности не нужны! Так что не обижайся! — Ти взмахнул рукой.

Я посмотрела в зеркало — ой! Сглотнула. Из зеркала на меня пялилась тетка лет на двадцать пять старше и на пуд тяжелее.

— А платья как покупать? Я же мерить не смогу!

— Скажешь, что выбираешь для молодой госпожи. А в примерочной мы тебя прикроем.

— А вы кем будете? Гномами? — прищурилась я.

Шон и Тиану заржали — нацепленных на нас перед отъездом в горы личин бородатых шкафообразных коротышек мы до сих пор забыть не могли и шутили по этому поводу регулярно.

Шон превратился в сухопарого пожилого слугу из богатого дома. А Ти — в этакого солидного управляющего, которому хозяева доверяют и ключи, и кошелек.

В таком виде нас не то что неведомый враг, но даже Ар не признает!

Хождение по торговой площади привело меня в состояние, близкое к эйфории, — я едва не мурлыкала вслух. Это был мой первый выход в людное место после возвращения из Драконьих гор, и я желала насладиться им сполна. Сначала — не выдержав — совершила налет на продуктовые ряды. Мы так нагрузились вкусностями, сладостями, копченостями, фруктами, что парни заявили — сейчас возвращаемся домой. Сделать купленное невесомым мы могли, но таскаться с грузом таких габаритов по людной площади было решительно невозможно. Я вздохнула и согласилась. Обрадованные Шон и Ти зарулили «по пути» в винные ряды и закупили несколько корзин с продукцией местных виноградников, объясняя по дороге, что молодое красное мне понравится однозначно, а вот этот бочонок трехлетней выдержки нам еще пригодится — праздновать поступление в Академию. И вообще пригодится…

Второй раз мы попали на рынок уже на закате. Энтузиазма у меня чуть поубавилось, да и становилось ясно, что за один день с покупками нам не управиться. Я скосила взгляд на лавки, где продавали дамское белье. Идти туда вместе с Тиану мне не очень хотелось, может, отправить его пока в ювелирный ряд за камнями для наших экспериментов? А что, хорошая мысль! Будем поддерживать ментальный контакт, а за мной тер Дэйл присмотрит. Кстати, Шон уже высказался, что конструкции корсетов, поддержек для груди, накладных штучек, подвязок, плетений, шнуровок и прочих женских хитростей «ой как интересны!» и в приложении к магической науке могут произвести настоящую революцию. Ага! Это он нашу косметику еще не рассмотрел!

Ой, какая красота! Я вертела в руках золотисто-бежевое, в цвет моих теперешних волос и загорелой кожи, шелковое одеяние для сна. Длиной всего до середины бедер — ах, как неприлично! — хихикнула я. Без застежек, но с большим запахом и шелковым пояском. К нему прилагались шелковые же трусики, прикрывающие попу, но оставляющие голыми ноги, и маленький топик на тонюсеньких лямочках — грудь спрятана, пупок на виду.

Я отложила вещицы в немалую уже стопку покупок.

«Бель, если ты это наденешь, мне придется на парней стазис накладывать, чтобы тебя уберечь», — послал мысль Шон.

Я усмехнулась, вспомнив, как он прокомментировал мои остальные приобретения. Из всего выбранного мной маг счел практичным только корсет на хитрой шнуровке спереди, который я могла легко утянуть сама и в который можно было попрятать полдюжины метательных ножей. Интересно, для кого его шили? Вряд ли они рассчитывали на мой визит.

Не успела я отойти от прилавка, как получила локтем под ребра от какой-то проталкивающейся сквозь толпу расфуфыренной фифы с задранным носом. Ну что за манеры? Проводила наглую особу глазами, пройдясь взглядом по ее одежде — пяток швов тут же разошелся, юбка сзади сползла вниз, явив торговому люду для обозрения розовые панталоны в сердечках и кружавчиках. Фу, у нее еще и вкуса нет! А голос! Ну нельзя ж девушке из хорошей семьи визжать, как пила на гномьей лесопилке! Перевела глаза вниз, от чего у присевшей в попытке подхватить падающую юбку девицы сломался один из каблуков. Ну вот, после такого конфуза она на рынок долго носа не высунет. Вот и хорошо, тут и без нее достаточно шумно!

Шон потянул меня за локоть: «Бель, кончай представление! Еще чуть-чуть, и нас заметят!» А он прав. Подхватив свертки с купленной одеждой, кинула мысль Ти: «Как управишься, встречаемся на западном выходе с площади!» — и, лавируя, стала выбираться из торговых рядов.

* * *

Уже стемнело. Арден так и не вернулся из Ларрана. Я, решив, что не стану, не стану, не стану из-за него плакать, сидела на кровати скрестив ноги, уткнувшись в толстый гримуар и разучивая сложное эльфийское заклинание по вызову дождя.

Шон и Ти ушли в оружейную опробовать идею по возвращению мечей на место.

Я в двадцатый раз подняла правую руку, выписывая в воздухе хитрый вензель, которым активировался этот троллев ливень. Опять что-то не так!

Нет, устраивать наводнение в спальне Ти я не собиралась, но любое эльфийское заклинание требовало долгой отработки и тренировки. Мой опыт был уже достаточен, чтобы чувствовать, что что-то идет неверно, как видишь нарушение гармонии или соразмерности, даже когда не можешь объяснить словами, что именно цепляет глаз.

Закрыла глаза. Может, так будет легче? Вызвала по памяти картинку из фолианта. Подняла руку. Ну что, поехали снова?

Кто-то подхватил меня под локоть, помогая вести руку, обозначая изгибы и повороты, ускорения и замедления темпа.

— Вот так.

Я замотала головой. Не хочу, он не может так, мне же плохо, больно!

— Бель! Давай выйдем наружу, и ты устроишь дождь над садом. А потом поговорим, да? Нам надо. Пошли?

Кивнула, не глядя на него — просто не могла поднять глаз, — встала, вышла на балкон. Позвала источники эльфийской магии, произнесла нужные слова и подняла руку. Он, стоя за моей спиной, снова поддержал мой локоть, направляя и страхуя…

— Адлен алаоста — пролейся!

Действительно волшебство! Там, где не было ничего, кроме туманной дымки, заклубились облака, сгустились в тучи, и с неба хлынул ливень! Тяжелые капли стучали по крыше, разбивались о террасу у меня под ногами, шлепали по листьям. Волосы, одежда мгновенно вымокли… и теперь я могла рыдать вместе с небом, и он бы этого не увидел. Хотя, наверное, заметил, как затряслись мои плечи. А может, ему все равно…

— Бель! Ты плачешь?

Нет, у меня истерика! От смеха! Захотелось оказаться где-нибудь за тридевять земель отсюда, все равно где, лишь бы от него подальше! Напряглась, собираясь взлететь… смех сквозь слезы — я опять от него улетаю…

Наверное, Повелитель понял, что я хочу сделать. Его руки опустились, а потом, на отрыве от земли, схватили меня и крутанули, прижав к нему и запрокинув голову. Арден впился мне в рот поцелуем, заставляя разомкнуть уста, подчиниться его силе, принять его ласку, его язык, жар его дыхания, вкус его губ.

— Астер Кибела тер Калариан, я тебя люблю и спрашиваю: ты любишь меня?

— Арденариэль эрд Лоо’аллен, я полюбила тебя не сразу, но теперь люблю больше жизни. Веришь мне?

Арден, мокрый как мышь, прижал меня к себе еще теснее и засмеялся. Я подняла глаза — ой, у него на кончике носа дождевая капля висит! — и засмеялась тоже.

Ну неужели же мы разобрались?

Из двери высунулся Шон.

— Конечно, вы почти драконы, и, вообще, зараза к заразе не липнет… Но все же насморк абитуриентов не украшает! Или вы планируете еще и в доктора поиграть?

— Рррр! — дружно обернулись мы к нему. Потом снова посмотрели друг на друга.

«Полетели, поплаваем под дождем?» — поднял бровь мокрый блондин.

«Давай!» — улыбнулась уголками рта и опустила ресницы я.

Мы взмыли в воздух и, держась за руки, понеслись к пруду.

Меньше десяти минут понадобилось нам на то, чтобы понять, что идея была замечательной, но при этом совершенно дурной. Шлепанье капель по теплой воде, гладь пруда, на которой дождь играл, как на ксилофоне, запах мокрой травы — это все было прекрасно. Но вот то, что, не успев опуститься в воду, мы обвили друг друга ногами и руками и стали целоваться — никуда не годилось. Шона-то рядом нет!

— Хорошо, что вода прохладная, — засмеялся Ар, отрываясь от моей шеи.

— А-а? — не уловила мысль я. Это снова про пользу холодного душа, что ли? Но, пожалуй, Арден прав… еще немного, и никакой душ не поможет.

«Нара, а ты не чувствуешь, его собственный зверь уже зародился?»

Арден, увидев, что я отстранилась и ушла в себя, дотронулся пальцем до моего лица:

— Бель, что-то не так?

— Я с Нарой разговариваю. Спрашиваю, может быть, она может почувствовать твоего дракона.

— И как?

— Пока вроде бы нет. Ты хочешь, чтобы он проснулся быстрее?

— Шутишь? Конечно, хочу! — Арден выделил последнее слово голосом, одновременно стиснув мою талию ладонями.

— После этого должно стать легче держать себя в руках. Понимаешь?

— Не очень.

— Они же живые! Вот в тебе живет единорог, да?

Арден кивнул.

— У него есть имя? Я тебя никогда не спрашивала…

— Есть, — в голосе послышалась нежность. Ага, он любит своего жеребца, хорошо.

— Ты можешь представить, чтобы какая-нибудь девушка ради минутного порыва в «доказательство любви» предложила бы тебе убить единорога? И, как бы ты ее ни любил и ни желал, ты бы на это согласился?

— Я никогда бы не пошел на такое.

— Вот наша страсть может убить мою Нару. И твоего еще не рожденного дракона. А они — повторюсь — живые!

На обычно сдержанном лице Повелителя проступало понимание.

— Я не смотрел с этой точки зрения. Может, потому, что мой собственный зверь еще не появился. И потому, что было слишком мало времени, чтобы осознать то, что я приобрел и чем стал. Обещаю — мы будем очень осторожными. Теперь, когда ты сказала, что любишь меня, это не слишком трудно.

— Люблю… Но послушай, будет хорошо, если Нара станет при каждой возможности звать твоего дракона. И Мрак со Штормом тоже. Это действует! Да, к вопросу о зверях… Ар, тут есть поблизости место, где можно хорошо побегать?

— Побегать? Зачем?

— Элги не высовывала носа полгода, чтобы не сбить мое чувство направления. Надо ее выпустить.

— Живая? — улыбнулся эльф.

— Живая! — согласилась я.

— М-м-м… если пройти через телепорт к границам Мириндиэля, там есть подходящая равнина. И там же, кстати, можно хорошо поохотиться. Кабаны, капибары, антилопы, индейки…

По мере того как Ар перечислял дичь, в моем животе начало урчать. Я как-то резко вспомнила, что после утреннего мяса у костра так ничего и не ела — кусок в горло не лез.

— Голодная? А я тоже не ел, знаешь? Не мог. Пошли поужинаем? Только повтори, мне не послышалось, что ты меня любишь?

Глава 2

Анекдоты о сумасшедших, рассказанные ими самими, внушают беспокойство — слишком уж разумны.

С. Е. Лец

После ужина мы вчетвером устроились у камина в зеленой гостиной. За окном все еще шумел дождь — похоже, силы в заклинание я вбухала немерено. Арден рассказал, зачем ходил в Ларран. Теперь у нас были имена, подходящие легенды, свитки с родословными и даже благословение и содействие Владыки. Отец Ардена — Алсинейль — одобрил все предпринятые сыном шаги и дал ему карт-бланш и на учебу в Академии, и на любые другие действия, если таковые потребуются. Лично мне Владыка передал привет как новому члену семьи и приглашение в гости, как только выкрою время.

Ай да Арден! Сколько всего провернул за полдня! Но послушаю — кто же мы теперь?

Оказалось, я и Ар — кузены, родственники матери Тиану. Той самой полудраконицы. Согласно родословным Айтеллороэля эрд Неллао и Силвернаринель эрд Неллао, запечатленным на свитках, привезенных Аром, три четверти нашей крови были эльфийскими, четверть — драконьей. А у Силвер-как-ее-там была еще капля человеческой крови. Наша семья стояла достаточно близко к правящему дому Лоо’аллен и владела несколькими заклинаниями королевского рода. Поскольку данная магия причислялась к государственным тайнам, по давнему соглашению нам позволялось носить постоянные ментальные щиты и никто в Академии не мог потребовать их снять. Идеально!

— Ар, но такие имена! Язык сломаешь! Понуждение к произнесению такого лингвистического ужаса надо приравнять к убийству с особой жестокостью путем завязывания языка в узел!

— Ну и отлично, — хихикнул Шон. — С таким имечком часто в деканат вызывать не будут! Проще на проступок рукой махнуть, чем такое выговорить!

— Ну, для своих будете Ар-Ароэль и Нара-Нель, или уж как получится, — предложил Ти.

— Да, Бель, — продолжил Арден, — по легенде мы помолвлены с детства, хотя свадьба будет еще неизвестно когда. Статус жениха позволит объяснить наши отношения. К тому же я одобряю политику кузена касательно любопытных носов.

Я представила свой жизненный путь, украшенный отрубленными носами, и вздохнула. Справа — отрезанные Ти. Слева — трофеи Ара. Интересно, чей ряд окажется длиннее?

Поставив меня посреди комнаты, парни занялись обсуждением эльфийской личины. Замечательно! Стою, как кукла, и понятия не имею, что они со мной вытворяют. Сейчас понаваяют — мало не покажется! Нет, так не пойдет! Быстро сотворила рядом фантом-копию — вот на ней пусть и экспериментируют — и плюхнулась в кресло, Ти на колени. Поерзала, устраиваясь так, чтобы не заслонять жениху обзор на застывший посреди ковра «подопытный экземпляр».

По легенде Наринель было семнадцать. Отлично! О фигуре и пластике можно не заботиться. Так, надо немножко изменить форму кистей рук, ногтей, стоп, чуть подправить осанку и постав головы. Теперь лицо. Ар встал, подошел к манекену вплотную. Я с интересом наблюдала, как изменилась на слегка заостренную эльфийскую форма ушей, немного сместились вверх скулы и поднялись брови, стал миндалевидным разрез глаз, чуть острее подбородок, лицо сузилось, на лбу появился мысок волос, на щеке — крохотная ямочка. Небольшая родинка изменила абрис рта. Цвет кожи посветлел, а губы, наоборот, из розовых стали алыми.

Повелитель обошел вокруг, провел рукой по волосам — мои волнистые пряди стали идеально прямыми и окрасились в цвет белого золота, как у Тиану.

— Глаза сделаем голубыми?

Я кивнула.

А что, красиво. И абсолютно неузнаваемо.

— Да, Бель, — поймал мой взгляд Повелитель, — я привез из Ларрана десяток эльфийских платьев твоего размера и кое-какие украшения. Тебе по статусу положено. Потерпишь?

Значит ли это, что любимых штанов мне как своих ушей не видать? Ну, это мы еще поглядим!

— Ой, Ар, у меня же есть несколько артефактов, которые я ношу постоянно, — цепочка-маяк, браслет с камнями вызова, детектор ядов, драколилия… — начала перечислять я.

— Молодец, что подумала! Их тоже замаскируем, — кивнул Повелитель.

Теперь настала очередь личины Ардена. Оценив мой фокус с манекеном, он тоже создал дубль, а потом занялся его переделкой. Глаза стали синими, брови и волосы потемнели до русого цвета, неуловимо поплыли и изменились черты лица. Фигура сделалась более сухощавой. Потом Ар занялся деталями — зубами, формой ушей, кистей рук, прической. Еще пять минут, и перед нами возник молодой симпатичный эльф, не вызывающий никаких ассоциаций с Повелителем.

— Ароэль, двадцать семь лет, драконья магия только начала пробуждаться, поехал учиться, не желая отпускать невесту в чужой город без защиты. Одна штука. Сделано! — хохотнул Арден. — Бель, завтра сядем с тобой где-нибудь, я покажу картины тех мест, где ты росла и жила, и расскажу о наших родственниках. Верю, что ты выкрутишься и без этого, но лучше подготовиться.

— А что дальше? — поинтересовалась я.

— Завтра нам надо приехать в город и подать документы в приемную комиссию Академии. Мы — близкие родственники Тиану, и никого не удивит, если поселимся в его доме, а не в общежитии. А вот въехать в Галарэн надо по-эльфийски. То есть на эльфийских скакунах, иначе какие же мы эльфы? Предлагаю совместить приятное с полезным — прямо сейчас прыгнуть через портал к границам Мириндиэля — там пасется один из наших табунов. Попробуешь выбрать себе коня.

Мои глаза загорелись. Как ни был хорош мой любимец Черный Ветер, но эльфийцы — умные, стремительные, выносливые, преданные хозяевам — были несбыточной мечтой любого лошадника Империи. Неужели моя может сбыться?

— Бе-ель! Выпадай из астрала! Слушай дальше. Решим дела с табуном, и можно выпустить единорогов. А заодно поохотиться. Согласна?

Подскочив как пружина, я чмокнула Ара в подбородок и полетела на второй этаж — переодеваться в охотничий костюм.

Парни поднялись наверх через несколько минут. Оглядев меня, уже одетую в замшевые бриджи, сапоги, тунику, из-под которой виднелась легкая нательная рубаха, Шон одобрительно кивнул:

— Хорошо, что ты так запакована. Возьми еще с собой плащ — пригодится, когда будешь перекидываться. И, прежде чем тронемся, давайте объединим ауры. Мой Мрак и Шторм Ти готовы попробовать позвать дракона Ардена.

После возвращения из Драконьих гор мы сливались каждый день. Правда, из соображений безопасности всегда брали четвертым тер Дэйла — маг не терял головы и был готов настучать парням по бубнам, буде те слишком увлекутся процессом слияния. В присутствии Шона, который был олицетворением чистого разума, волна желания, которая подхватывала и уносила нас троих, сглаживалась и поддавалась контролю. Хотя все равно у меня дух захватывало и колени подгибались.

Появившиеся в дверях Арден и Тиану, увидев нас, стоящих в центре комнаты, поняли все без объяснений и шагнули к нам. Этот свет, вспышка, взрыв радости, единения, понимания, любви… невозможно ни описать словами, ни насытиться. Такого всегда будет мало. Сейчас в центре сияющего круговорота был Ар — к нему мы тянулись. Мы — и наши драконьи сущности, голоса которых сливались в один ревущий хор. Я отдала Наре контроль над происходящим, веря, что себе-то эта хитрая поганка не навредит…

Ой, неужели моя чешуйчатая недоросль кокетничает? Явно… Вот как можно умудриться мысленно так крутить хвостом? Оказывается, можно! Шторм от ее выкрутасов и авансов завелся так, что вот-вот воплотится, разнеся в хлам нашу спальню — зверюга таких размеров сюда просто не поместится! Но зато Арден напрягся, вибрирует, как басовая струна, на лице выражение блаженства и экстаза. Куда же нас опять заносит?

Похоже, Шон тоже решил, что хорошенького понемножку, и, распихав в разные стороны прильнувших ко мне эльфов, прервал контакт. Жаль… но все равно послевкусие сияющего безграничного счастья останется со мной надолго. До утра так точно. А завтра мы сольемся снова!

* * *

Арден и Тиану, перебрасываясь короткими репликами, рассматривали утоптанную землю. В центре пятачка, на котором не осталось даже травы, лежал обглоданный добела скелет кого-то рогатого. Судя по обрывкам фраз, обычно на этих тигробыков хищники не нападали, уважая их за непримиримую решительность, крупные габариты, кошачье проворство и убойные рога. Я тоже уставилась на залитую кровью землю, спасибо эльфийское зрение позволяло хорошо видеть даже при свете неполной луны. Следы. Похожи на волчьи, но шире, пятка более округлая. Здоровые. Когти невтяжные. И сколько зверюг тут топталось, сразу и не скажешь. И не сразу — тоже. Только видно — очень много.

Ти обернулся к нам:

— Стая гиен-убийц. Штук пятьдесят. Как эльфийские патрули не засекли такую банду раньше, непонятно. Надо бы табун проведать, все ли там ладно.

— А может быть неладно? — поинтересовалась я.

— С десятком гиен жеребцы справятся и без табунщиков, но полсотни — это другой разговор.

С пастухами разговаривал Арден. Эльфы явно обрадовались появлению Повелителя и его кузена, а на нас с Шоном косились с вежливым интересом, очевидно ожидая, пока Арден представит спутников и позволит начать разговор.

Гиены появились недавно. Пришли с равнины, очень голодные. Нет, на коней нападать не пытались. Пока не пытались. Дозорные видели несколько раз цепь из горящих глаз, следящих за лошадьми. Отогнали хищников стрелами. Но кони продолжают беспокоиться, перестали пастись по ночам и держатся кучно, согнав жеребят в центр табуна.

Я покосилась на замерший в отдалении табун. Лошади и впрямь казались встревоженными — лишь немногие паслись или лежали. Жеребцы, насторожив уши, стояли в напряженных позах, вглядывались в темноту.

— Ну, каков план? — обернулся ко мне Ар.

«Охота тоже помогает пробуждению дракона», — возникла мысль в голове. Спасибо, Мать!

— Сделаем так. Я раскидываю охранную сеть, нахожу хищников. Мы оборачиваемся единорогами, Шон — драконом. Догоняем, окружаем силовым барьером, чтобы никто не ушел, деремся! Нравится план? — я обвела парней взглядом.

— Ну, похоже, твоя Элги и впрямь застоялась… — хихикнул Ти.

Откуда-то изнутри донеслось полное надежды ржание. Ну потерпи чуть-чуть, сейчас разденусь и выпушу тебя, радость ты моя рогатая!

Стая хищников расположилась недалеко, в нескольких лигах… возможно, гиены планировали скорое нападение. Ну еще бы, тут столько вкусного мяса на копытах бегает!

Арден властным тоном велел эльфам приготовить луки и стеречь табун. Те молча поклонились и кинулись исполнять сказанное — похоже, авторитет Повелителя был непререкаем.

— Ну надо ж мне чем-то их занять, чтобы подглядывать за нами было некогда? — поднял бровь Ар.

Мы отошли за деревья. Разделись до бриджей и упихали снятое в большую суму. Сегодня меня посетило еще одно озарение — дать баул с нашей одеждой Шону, который превращался в дракона и обратно, не теряя при этом своих вещей. Может, и наши получится на него навесить? Если обсчиталась — пойдем домой голыми. М-м-м… вот тогда я и погляжу, что они там прячут! — мелькнула хулиганская мысль.

Шон хмыкнул и отошел в сторону. Мы трое, повернувшись друг к другу спинами, стали стягивать штаны — при превращении в единорога одежда бесследно исчезала, — что-то тот высший, кто наградил семейку Ардена этим Даром, недодумал.

Еще секунда — и девушка Бель исчезла. Вместо нее на поляне возник белоснежный сплав скорости, силы, магии и жажды свободы — моя непарнокопытная рогатая ипостась, называющая себя Элги.

В раздутые ноздри ударили запахи — как же давно я не была собой! Подпрыгнула вверх на четырех ногах, отвесив в высшей точке траектории мощный удар задними копытами. Рухнула набок и с визгом начала кататься по траве. Вскочила. Снова подпрыгнула. Ночь пьянила, околдовывала, манила за горизонт — хотелось помчаться, как тогда, в первый раз, вслед за луной… и не останавливаться, пока не разорвется сердце. Встряхнулась, ударила о землю копытом, оглянулась на ждущих меня жеребцов и — с места в галоп — понеслась сломя голову неведомо куда. Улетая в темноту, еще успела увидеть, как тер Дэйл, провожая нас взглядом, пихает в сумку штаны Повелителя. Ну, Шон — дракон, легко догонит…

Вдох-выдох, вдох-выдох, стук сердца в такт уносящему меня вдаль бешеному карьеру… Раздутые ноздри, грива и хвост по ветру, мощные удары копыт по сухой земле… высокая трава бьет по коленям и расступается передо мной, как волны, взрезанные носом корабля. Огромные скачки пожирают пространство, темная равнина ложится под копыта и уносится назад, скорость пьянит… Кто-то с резким криком вылетает из-под ног — те дрофы, о которых рассказывал Арден? А почему я не умею летать? Я тоже так хочу…

«Летать? Хочешь крылья? Могу тебе дать».

Моя подруга-дракон, с которой мы делим пополам одно имя… ей самой пока появляться рано. Чуть-чуть рано. Но крылья? Интересно же… как это?

«Драконьи крылья. Это я уже могу. Хочешь?»

Конечно, хочу!

Кожа на спине напряглась, натянулась… а потом раздался треск разворачивающихся за спиной крыльев и хлопок перепонок, наполнившихся воздухом. С перепугу заложила уши, подпрыгнула — и не опустилась назад. Земля ушла куда-то вниз, одновременно заваливаясь вбок. Выпучив глаза, скосилась под брюхо: ноги болтались и дрыгались, рефлекторно продолжая скакать и пытаясь найти опору, копыта молотили по воздуху. Крылья махали безо всякого моего участия, похоже, управляла полетом Нара. И, судя по провалам и метаниям, это был ее первый опыт. Хотела выдохнуть, заржать, что передумала — лошадям летать не положено! — но вместо этого выпустила струю пламени локтей в двадцать длиной. Мама! Снимите меня отсюда!

С земли донеслось нечто неразборчивое про брых вызгатый, хрыгбу и чью-то мать. Обернувшиеся в парней единороги ошалело смотрели на мой рваный полет… Голые! Эх, жаль, с такого ракурса их не разглядеть…

Луну заслонила гигантская черная тень: «Бель! Интересно выглядишь!»

Шон. Ой, какой огромный!

«Ты чего, решила в птички податься? Скоро осень… пора на юг… Вот Бель полетела с журавлиным клином», — а это уже превратившийся в дракона поднявшийся в небо Тиану.

Упс! От двоих точно не удрать… ох и попадет мне за выверты! Ну я ж не нарочно, оно само…

«А мы думали, ты поохотиться на гиен хотела».

Уши навострились сами собой. Нара внутри рыкнула. Охота? А ругать не будут? Это интересно! Крылья сложились, и я, ускоряясь с каждой секундой, понеслась навстречу земле. Щиты на месте, теперь поддержу себя левитацией… Копыта мягко коснулись грунта.

Подскочивший ко мне сбоку белый жеребец чувствительно куснул за холку. Я огрызнулась и клацнула зубами.

«Ну, вот и первая семейная ссора, — в ментальном голосе Шона послышалась усмешка. — Бель! Ну, ты отожгла! Ты б себя видела! Мотается под луной моль рогатая с выпученными глазами! Я чуть сам от смеха на землю не упал!»

Со второго бока подскочил и тоже куснул неслышно приземлившийся и снова ставший единорогом Тиану. Так нечестно — их трое, а я — одна!

«Бель! Убери крылья и приструни Элги! Разворачиваемся — у нас еще есть дело», — голос Тиану был серьезен, похоже, шутки кончились.

* * *

Коротким галопом мы скакали навстречу гиенам. Наши щиты были проверены и даже сделаны двухслойными. Драться собирались только рогами и копытами. Арден пообещал не использовать эльфийское волшебство — его задачей было подхлестнуть дракона, а не демонстрировать впечатляющий потенциал Повелителя. Шон — сверху ему было удобнее — уже обнес стаю магическим барьером, чтобы ни один хищник не сбежал.

Тролль хромоногий! Как же их много! Высоченные, почти по три локтя в холке, с короткой шеей, опущенным задом, жуткой квадратной зубастой пастью и горящими жаждой крови глазами… Масти не разобрать, слишком темно. Окружают. Неужели решили, что мы — лошади, отбившиеся от табуна?

«Бель, держись между нами!»

Ага, сейчас. Затем сюда и прискакала — за вашими широкими крупами прятаться! Я дракон или где?

Почувствовав, что Шон за нашими спинами замкнул круг смерти, рванулась вперед, встала на дыбы и ударила передними копытами, переломив самой наглой твари спину. В запале выдохнула струю пламени — гиены шарахнулись, а потом бросились на меня. И началось! Я прыгала, лягалась, поддевала рогом, била копытами, вспарывала животы, даже рвала зубами… Ярость окрасила ночь в красный цвет. Какая-то громадная тварь тушей повисла у меня на спине, пытаясь вгрызться зубами в холку. Некстати мелькнуло давно прочитанное в книге: зубы гиены разгрызают бедренную кость буйвола. Верю! Вон как старается! Прицепилась, словно пиявка!

Решила перекатиться, чтобы стряхнуть. И это была ошибка. Ту, со спины, я раздавила, но на меня, не давая подняться, кинулся еще десяток. Навалились, кусая ноги, шею, голову, даже репицу хвоста. Если бы не магия, разорвали бы на части живьем. Магия! Накинув поверх щитов водяной громоотвод, долбанула по себе же молнией. Твари, получив электрический разряд, с визгом разлетелись в разные стороны. Кинувшийся мне на помощь Тиану от неожиданности присел на задние ноги.

Вскочив, встряхнулась, лязгнула зубами и бросилась вперед — расправиться с теми, кто валял меня в грязи.

Потом Шон сказал, что бой длился всего полчаса — но по моим личным ощущениям прошло намного больше. Мы, ошалевшие и перемазанные кровью по самые уши, тяжело дыша, смотрели на учиненный разгром — ни одного целого трупа в поле зрения не наблюдалось.

«Ар, что делать будем? Надо бы их прибрать — иначе вонь пойдет, с полусотней туш жучкам и паучкам не справиться».

«Мм-м… — покрытая бурыми пятнами зеленоглазая голова качнулась. — Скажу табунщикам, прикопают».

«Ага! И, посмотрев на эту расчлененку, начнут от тебя шарахаться. Да еще слухи поползут. Оно тебе надо?»

Нет, ну точно у всех нас извилины сплюснулись от усиленного мотания головами! Вредно для мозгов головой драться! Можно же просто сделать так, что трупы погрузятся в землю! Оставить десяток поприличнее для отчета о проделанной работе, а с остальными, как говорится, — концы в воду! Точнее, в землю!

Я уставилась на ближайшую половину туши с вытекшими глазами. Интересно, кто из нас ее так? И куда делись задние лапы? Хотя какая теперь разница! Туша под моим взглядом осела и начала погружаться в грунт. Через несколько секунд на этом месте как ни в чем не бывало сомкнулась трава. Оглянулась на парней — что, еще спорят? Ну и ладно, могу и одна тут порядок навести.

Когда через пять минут пришедшие к консенсусу кузены оглянулись, закапывать, собственно, было уже некого. Дюжина относительно целых трупов была сложена рядком, а остальные бесследно исчезли.

«Бе-е-ель? А где?»

Ага! Молодец я!

«Ну что, где тут можно обмыться?» — задрала нос и топнула по земле копытом.

Ветер — единорог Тиану — поднял голову, всхрапнул, принюхиваясь: «Вода там!»

Повернулся и порысил куда-то в темноту. Мы с Арденом бок о бок пристроились ему в хвост.

«А пиявок тут нет?» — опасливо поинтересовалась я.

Жеребцы фыркнули. Мол, женская логика во всей красе! Устроила кровавую баню, а теперь червяков боится!

«Бель, ты б лучше спросила, нет ли тут крокодилов!»

«Есть крокодилы? А где?» — Я с энтузиазмом завертела головой.

То, что беспокоиться нам надо было не о пиявках и даже не о крокодилах, мы осознали позже, когда вымылись, перекинулись в людей, надели сохраненную Шоном одежду и вернулись к кострам табунщиков. Те ошеломленно уставились на Повелителя, потом на нас. Выражения лиц варьировались от «что за гоблин зеленый?» до «ой, сейчас помру со смеху!». Я посмотрела на Ти с Арденом и сползла, зажав рот рукой, на траву: гоблин и в самом деле был зеленым! В темноте мы влезли в пруд с цветущей водой и, перемазанные кровью, не почуяли запаха тины. И теперь оба блондина щеголяли шевелюрами нежно-салатового цвета…

Оглянувшийся Ти ехидно ухмыльнулся: чего, мол, веселишься? Сама-то не лучше! Ну и пусть! Зато лошадям должно понравиться — не каждый день найдешь хозяина с такой клумбой на голове!

Кони действительно одобрили и прически, и нас самих. Арден как-то сумел передать мысль, что нам нужна помощь — служба в Галарэне длиной в год. Две высокие светлые длинногривые тени подошли к нам, ткнулись в волосы, фыркнули… Интересно, какой они масти? Завтра увижу. Один из табунщиков пообещал перегнать выбравших нас скакунов к середине дня на перекрестье дорог в десяти лигах от Галарэна.

Шон уже ожидал нас у портала. А рядом с ним на траве лежали две немалых размеров туши — кабан и какая-то антилопа. «Пока вы общались, поохотился немного», — пожал плечами маг. Подняв левитацией добычу в воздух, мы прошли в телепорт.

* * *

Ти сказал, что купаться с водорослями в волосах в большом пруду нежелательно — занесешь эту заразу в воду, а потом будешь долго выводить и без конца дно чистить. Впрочем, и бассейн в ванной меня более чем устроил. Вышла оттуда чистая, расслабленная и упала на постель. Парни, как обычно, отправились плескаться втроем. Первым из купальни показался Арден с полотенцем на бедрах — и почему я была уверена, что это будет именно он?

Изумрудные глаза испытующе посмотрели на меня: «Не передумала?»

Я улыбнулась и чуть сдвинулась в сторону. Арден правильно понял приглашение и одним прыжком оказался рядом.

— Не передумала. И не передумаю. А ты?

— Никогда!

— Тогда скажи…

— Бель, я тебя люблю…

— Арден, я тебя люблю… — Положила голову ему на плечо, запустила пальцы во влажные волосы, второй рукой стала гладить шею — как здорово, когда уверен в чувствах, и можно, не боясь смутить и быть смущенной, их выражать.

Ар обнял меня и, откинувшись на спину, затянул к себе на грудь. Ладони уютно легли на мою попу. Будто тут им и место.

— Эй, я понимаю, что вы рады… Но все ж не увлекайтесь! — склонив голову набок, над нами навис Шон. Умом я понимала, что он прав. Но год ожидания впереди казался бесконечным…

«Бель, брось! Начнешь учиться в Академии, станешь мотаться каждый день между Ларраном и Галарэном, не высыпаться, разбираться со своим дядей, выслеживать некроманта… будет не до лирики. Не заметишь, как год пролетит!» — Шон подмигнул и улыбнулся.

Я улыбнулась в ответ.

Глава 3

Диплом учебного заведения: документ, удостоверяющий, что у тебя был шанс чему-либо научиться.

Я. Ипохорская

За завтраком парни решили припомнить мне вчерашнюю нервотрепку. Темой беседы зловредных ехидин стали аэродинамические качества единорогов. Сначала мне популярно объяснили, почему я болталась под крыльями, как взятая за шкирку кошка, — оказывается, дело было в неправильно расположенном центре тяжести. Потом продемонстрировали по памяти вид снизу на мотающийся в воздухе белый круп с хвостом по ветру и молотящие по воздуху копыта. И, наконец, довершили мой моральный разгром зрелищем выпученных глаз на лошадиной морде, на которое успели полюбоваться страховавшие меня в воздухе Шон и Тиану.

Сперва я надулась, потом поклялась страшно отомстить за такое вопиющее неуважение к моей персоне, а затем начала хохотать вместе со всеми.

После еды меня оставили в покое — следующей жертвой коллективных издевательств предстояло стать Повелителю. Драконьей магией мы занимались с ним по очереди, ибо обучение требовало от преподавателя сил даже больше, чем от ученика. До Ара я никогда никого ничему не учила, так что ему повезло стать первой жертвой моего педагогического таланта. Я бы как следует насладилась моментом… но, увы, время поджимало. Надо было быстро выбрать пяток заклинаний и — невозможное дело! — научить им эльфа всего за неделю. Подумав, решила начать урок с установки драконьего щита — эта магия не требовала много сил и притом была потрясающе полезной. Если Арден освоит ее — будет здорово.

Я устроилась напротив Повелителя. Тиану подошел и сел за спиной — я попросила его подстраховывать мои действия. Потом, когда устану, Ти сам займется Аром. А следующим учителем будет Шон. Я еще помнила, как выматывалась сама после первых уроков магии, но Ар сказал, что раз надо — он выдержит. Я кивнула. Сомневаться — значит ранить его мужскую гордость.

Ти положил руки мне на плечи, я сплела пальцы с Арденом, и он открылся мне. Удивительно, еле заметный вчера светлячок драконьей магии эльфа превратился в небольшой огонек — похоже, зов драконов, объединение аур, охота и мое стимулирующее присутствие под боком оказали должное влияние. Ар и сам поразился.

«Так быстро?» — донеслась его изумленная мысль.

Ну и отлично! Так и ему, и нам будет легче.

Через час я уже сомневалась касательно «легче». Учить действительно оказалось не в пример тяжелее, чем учиться самому. Как же мучился со мной Ти? Я прижалась спиной к груди сидящего сзади жениха, передавая ему волну моей благодарности — вот как он смог сотворить чудо и вытянуть совершенно неподготовленную девчонку, сделав из нее всего за год умеющего постоять за себя мага? Сумел как-то. А сейчас нечто подобное должна была сотворить я сама.

Невероятно, но дело пошло на лад — сначала, раз за разом, я вместе с Арденом ставила на него щит, а потом он смог создать защиту сам.

А еще час спустя перед нами висел довольно дохлый зелененький фонарик — первый успешный опыт сотворенного Аром драконьего светлячка. Теперь я могла отдохнуть, а к делу был готов приступить Ти. Следующим заклинанием для изучения мы выбрали драконий огонь.

Отойдя, присела на траву рядом с читающим фолиант на неизвестном мне языке Шоном. Неужели завтрак был всего пару часов назад? А что ж тогда так есть хочется? Шон, не отрываясь от книги, протянул руку и ткнул мне в нос миску с кусками еще горячего мяса — заклинание стазиса в быту мы использовали напропалую. И как удачно, что вкусы в еде у нас всех совпадают!

— Шон, мне твоя помощь нужна! — дожевав кусок, позвала я.

— A-а? Что случилось?

— Пошли, покажу!

Тер Дэйл со вздохом отложил талмуд и поднялся с земли. По опыту маг знал, раз привязалась — не отстану, пока не добьюсь своего.

Моя проблема была связана с солнечными камнями, найденными во время паломничества. Вернувшись, я со стыдом осознала, насколько все эти месяцы была сосредоточена исключительно на своих личных заморочках. Например, я даже не знала, когда у моих любимых — Тиану и Ардена — дни рождения. Аккуратно наведя справки, выяснила, что Тиану родился в середине июля и его годовщина проскочила незамеченной в череде одинаковых дней, когда мы блуждали в горах. Холодный и ясный Арденариэль принадлежал зиме, он появился на свет в самом конце февраля. А Шон родился в сентябре — хоть этот праздник я еще не проворонила!

И теперь мне хотелось, пусть с запозданием, поздравить эльфов. Подарки напрашивались сами собой — я решила изготовить для себя и моих принцев три одинаковые диадемы с найденными мной раритетами. Если получатся просто дорогие игрушки, то эти обручи станут символом нашего единства и любви, а если правдивы легенды о том, что солнечные камни многократно увеличивают и фокусируют ментальную мощь, то цены этим артефактам не будет.

Чтобы не ошибиться с размерами, я использовала драконьи щиты, наложив их однажды вечером на головы спящих парней. Добавила морок и получила замечательные болванки для примерок. Материалом для изготовления обручей должны были стать платина и белое золото. Форма — лаконичный двойной обод с «мыском» на лбу, где будет закреплен большой камень. По моему замыслу, можно будет носить обруч как выступом вниз, чтобы камень ложился на точку над бровями, связанную с ментальной магией, так и наоборот, мыском вверх, чтобы кристалл сиял надо лбом. Два других камня, поменьше, я собиралась поместить где-нибудь в районе висков.

Вот сейчас мне и нужна была консультация Шона сразу по нескольким вопросам. Во-первых, так ли, как надо, я располагаю камни? Во-вторых, верно ли выбрала материал для самих диадем? И наконец, как правильно огранить необработанные камни, придав им красоту и блеск? Последний вопрос тревожил больше всего. Чтение найденной в библиотеке Ти книги по кристаллографии, где описывались низкоиндексные кристаллические плоскости, на которые нужно ориентироваться при огранке, привело меня в состояние тихой паники.

Я не ошиблась в маге. Шон, издав привычный вопль: «Ой, как интересно!», впился клещом в солнечные камни. Он крутил их так и эдак, попутно засыпая меня сведениями о структуре, кристаллической решетке, плотноупакованных плоскостях. Я внимала его гласу с интересом, которого никогда не удавалось добиться от меня дяде Фирданну при посещении проповедей в Храме. Уже через полчаса я поняла, как именно надо гранить камни, сколько уйдет в отход, и даже то, как можно изготовить из осколков еще один вполне натуральный солнечный камень. Шон попросил его для экспериментов, и я с радостью пообещала отдать.

Следующий час мы занимались огранкой. Какое счастье, что магам не нужно мазать крути абразивной пастой — все делается мысленно, главное — точно понимать, что творишь. Мы начали с одного из маленьких камней, посмотрели на результат, дружно сказали: «Ага!» — и взялись за камень покрупнее. Пожалуй, Шон был прав — при такой интересной жизни можно вполне обойтись еще годик без романтики!

Мы успели огранить два больших камня и три мелких, прежде чем нас оторвали от этого захватывающего занятия. С сожалением спрятав недоделанные украшения, пошли на голоса искавших нас эльфов. Как же должен был вымотаться Повелитель, если зовет меня вслух, вместо того чтобы пойти на сигнал цепочки-маяка, которую я носила не снимая?

Та-ак! Не стоило их вдвоем оставлять — оба бледные, как брюхо зимней лягушки, с капельками пота на лбу и слипшимися на висках волосами… стоят, друг Друга подпирают, болезные… позанимались, называется! Краше в гроб кладут! И что делать? Меньше чем через час нам надо быть на перекрестке в десяти лигах от Галарэна. Конечно, нас подождут, но мы ж сегодня хотели продемонстрировать прибытие в город и сразу завезти документы в приемную комиссию Красной башни Шарр’риот.

Шон, оценив ситуацию, рванул к дому за кружками с горячей тайрой. Я подошла к опирающейся друг на друга паре энтузиастов, перетрудившихся на магической стезе, и положила ладони на виски Ардена — похоже, ему досталось больше. Через несколько минут, когда дыхание Повелителя нормализовалось, а размер зрачков вернулся к нормальному, занялась лечением Ти. Чем они тут занимались?

Оказалось — готовили мне сюрприз. Спасибо большое! Двойные похороны вместо свадьбы — отличный подарок для любой девушки! Вот прибила бы, если б они и так не были полудохлыми. Похоже, не только для меня год промчится незаметно…

Вернувшийся Шон застал меня сидящей на траве. Эльфы лежали с двух сторон, положив мне головы на колени. Я их лечила, гладила, целовала и ругала попеременно. Судя по лицам блондинов — моим врачеванием они были вполне довольны.

Через полчаса кузены уже твердо стояли на ногах. Я посмотрела на них, вздохнула, покрутила в последний раз пальцем у виска и пошла надевать эльфийское платье. Выбирать не приходилось, Ар уже выложил на кровать нечто «подходящее к случаю» — златотканое, с подолом длиной в лигу и по виду жутко неудобное. Правда, реакция вошедших в комнату парней меня утешила — оба, открыв рты, уставились на красивую меня и замерли на полушаге. Ой, беда, если им нравятся такие наряды… хотя если носить этакую сбрую только в виде исключений и по большим праздникам, то пережить можно. Но в дамском седле я ездить не стану, пусть и не мечтают!

Наряд Ардена оказался мужским вариантом моего — так и хотелось сказать: «Здравствуй, солнце ясное!» Но произнесла я другое:

— Ар, для меня эльфы всегда были мерилом вкуса. К чему такие излишества?

— Бель, во-первых, нам надо, чтобы нас запомнили на воротах, а во-вторых, когда люди смотрят на платья, они не видят лиц. Ну и, наконец, стоит сразу продемонстрировать в Академии высокий статус и близость к королевской семье — тогда в будущем проблем будет меньше.

Циник остроухий! Но прав же, ничего не возразишь.

Телепорт перенес нас к границе равнины. С интересом огляделась — в светлое время суток я оказалась тут впервые. Под голубым небом с перьями облаков до самого горизонта раскинулся океан трав. Метелки качались, шелестя под ветром, по травяному морю бежали настоящие волны. Красиво-то как! И как хочется тут побегать днем… Повернулась к деревьям, за которыми проходила граница Мириндиэля. И там я бы тоже хотела побывать. А еще я никогда не видела моря…

— Бель, не спи! Давай накладывай на себя и на Ара мороки, а мы посмотрим и подправим.

Личины поручили именно мне, потому что я одна владела всеми тремя видами магии и могла намешать такое, что и ректору Академии было бы распознать не под силу. Я воспроизвела, как могла, сотворенное нами вчера. Меня слегка подкорректировали и потом похвалили — разглядеть нас за мороками не смог даже Шон. Вот потом еще потренируюсь, чтоб делать все по одному щелчку, и будет вообще отлично.

К месту встречи добрались быстро — долетели на драконах, укрытых пологом невидимости. Забавно, что пригнавший лошадей табунщик нас не узнал, а вот лошади — опознали сразу. Оказалось, что меня выбрал необыкновенной красоты жеребец соловой масти — светло-рыжая, скорее даже золотистая шкура красиво сочеталась с «соломенными» гривой и хвостом. А уж его стати я вообще не могла описать, слов не находила, только языком восхищенно цокала — высокий, поджарый, с сухими стройными ногами, длинной шеей, изящной «щучьей» мордой… не конь, а сказка. Звали его Закатом.

Ар улыбнулся, увидев, как я вытащила из расшитой золотом прорези элегантного кармана большую морковку и протянула жеребцу. Похлопал себя по карманам и горестно вздохнул. Теперь уже, доставая вторую морковку для его серебристо-серого Тумана, улыбнулась я.

Шон и Ти проследовали за нами почти до ворот, проследили за нашим торжественным въездом в Галарэн и рванули обратно к телепорту — снова встретиться мы должны были у Красной башни Шарр’риот. Парни, бывшие выпускниками драконьего факультета, могли даже личин не надевать — их появление у порога альма-матер было совершенно естественным. И то, что Тиану лично сопровождает своих родственников, тоже не должно было вызвать ни у кого удивления.

Мы неспешно, лишь изредка переходя на рысь, ехали по улицам Галарэна. Сказать, что на нас глазели, — это еще ничего не сказать. Ну еще бы, выглядели мы знатно. Корректно выражаясь — блестяще… в некоторых местах. Все же Арден слегка переборщил с нашими нарядами. В принципе, горожане и не к такому привыкли — в городе, где обитали несколько сотен магически одаренных студентов, на улицах можно было встретить что угодно — от шествия скелетов с местного кладбища на экзамен по некромантии до снежной бабы ростом до второго этажа посередь лета. Но сейчас было затишье — большинство студентов еще не вернулось с каникул, сессия давно осталась позади, а потому заскучавшие горожане пялились на нас.

«Привыкай, — послал мне мысль Арден. — Вот коронуешься, придется еще и не так выеживаться».

«Умеешь ты девушку порадовать», — вздохнула я.

К трону я абсолютно не рвалась, просто деваться было некуда. Империя без сильного, справедливого монарха и надлежащего выполнения законов трещала по швам. И принять груз власти всего через год с небольшим предстояло мне. Потому как больше некому.

Улицы закончились. Башни Академии стояли чуть в стороне от города, посреди огромного ухоженного парка. Из кустов справа раздалось хихиканье, а потом перед нами на дорожку выскочило нечто черно-бело-полосатое. Лошадь? А почему хвост как у коровы? Следом за непонятным зверем с треском вывалился рыжий парень. Посмотрел на озадаченных нас, пробормотал: «Извините, я ее сейчас уберу» — и, накинув полосатому феномену на шею веревку, потащил обратно в кусты. Из зарослей раздался хохот, потом высунулась другая, черная голова и сообщила: «Это он на спор зебру объезжает! Пока зебра ведет со счетом семь — ноль!» Я засмеялась. Арден удивленно поднял бровь.

У Красной башни толпился народ. Похоже, желающих стать студентами было не так уж мало. Впрочем, учитывая, что существовала Академия на щедрые дотации трех государств и обучала способных бесплатно, только дурак не захотел бы попытаться поступить сюда в надежде получить образование и диплом, который котировался во всех уголках Империи. Отъехав чуть в сторону, мы спрыгнули с коней. Привязывать их не требовалось — эльфийцы и сами не убегут, и увести себя никому не позволят.

— Бель, прекрати вертеть головой! — одернул меня Арден.

— Ар, не занудствуй — мне интересно! Можно подумать, эльфы — не люди! Те, кто ходят с задранными носами, в соседнее государство учиться не поедут! А драконам положено быть любопытными!

Приемная комиссия расположилась у боковых дверей Красной башни. Наверное, чтобы не блокировать центральный вход — потому как бардак от скопища потенциальных студентов был впечатляющим. Масса народа толпилась справа от нас — что там они нашли ценного, разглядеть за спинами тесно сомкнувшихся абитуриентов я не смогла. Публика, кстати, тут толклась самая разномастная. Возраст варьировался от примерно шестнадцати до сорока и даже старше, социальный статус — от крестьян до богато одетых дворянских отпрысков. Девушек было немного, не больше пятой части. Эльфов, кроме нас, видно не было.

— Ну и куда нам?

— Наверняка туда, где толпа.

— Подождем Ти с Шоном?

— Аа-а! Сами разберемся.

Ар задвинул меня за спину и спокойным шагом пошел вперед. Не знаю, что за магию он применил, но толпа перед ним расступилась, образовав проход. Ага! Там столы под зеленым сукном, за ними сидят молодые люди какого-то несолидного вида, а перед ними расставлены таблички и навалены кипы бумаг.

Я раскинула ментальные щупальца, и через минуту мы уже знали, что сидят за столами студенты-старшекурсники, которых припахали для помощи приемной комиссии, что таблички — это всего лишь буквы алфавита: чтобы не было путаницы, поток жаждущих знаний сразу дробился на мелкие ручейки. Нам нужно было разыскать табличку с буквой «Н» — Неллао, внести свои имена в список, взять анкеты, заполнить, сдать на проверку и узнать, в какую группу абитуриентов нас распределили. И наконец, когда у этой группы экзамены.

Арден навис над черноволосым студентом, который с тоской рассматривал упавшую на пергамент со списком абитуриентов здоровенную кляксу, заглянул в расстроенное лицо брюнета, хмыкнул и провел над пятном ладонью. Клякса побледнела и бесследно исчезла. Парень оживился и благодарно посмотрел на нас. Через минуту мы были записаны и получили анкеты. Выбравшись из толпы, отошли к скамейкам и сели заполнять бумаги.

Ой, как интересно! Часть граф в анкетах отличалась по цвету от основного тона бланка. Мне был известен этот фокус — бумага, когда на ней писали, распознавала явную ложь. И не принимала ее, выделяя буквы багровым. В принципе, обмануть такой детектор было можно, если твердо верить в то, что пишешь, или формулировать мысли так, чтобы в них не было ни слова неправды. Ага, так выделены вопросы, принципиальные для обучения — раса, возраст, пробудился ли источник драконьей магии. Еще один отмеченный вопрос гласил: «Не совершали ли вы преступлений и не подвергались ли уголовному преследованию на территории Империи, Тер-Шэрранта и Мириндиэля?» Разумно. Обучать магии уголовников совершенно ни к чему. Если абитуриент писал, что у него были проблемы в прошлом, то такие случаи разбирались в индивидуальном порядке — обычно для принятия решения достаточно было просмотреть воспоминания.

Итак, пишем… Раса: три четверти эльфийской крови, часть драконьей, капля человечьей. Ни слова неправды! Бумага стерпела.

Возраст… Мне ж уже почти семнадцать? Это и сообщим. Проехали.

Источник магии… О да! Хорошо, что не надо уточнять размер по десятибалльной шкале.

Преступления? Да что вы, я самая законопослушная принцесса в этом государстве! Потому как единственная!

Напоследок мне пришлось влезть за подсказкой в свиток со своей родословной — как пишется мое имя, я пока не запомнила.

Закончив, оглянулась на Ара — а он что тормозит? Оказалось — ждет Тиану, который вместо него должен был вписать возраст и расу, которые точно ложились в рамки легенды. Бумаге-то глубоко фиолетово, кто заполняет анкету, лишь бы писавший не врал. Кстати, задумалась я, — это же дыра в системе безопасности. Проследить в толчее, чтобы абитуриентам никто не «помогал» заполнять бланки, было невозможно.

Через полчаса мы уже знали, в какую группу зачислены и что первый экзамен состоится через четыре дня.

Испытаний предстояло несколько. Первое — на наличие волшебства нужного вида. После него от полутысячи рвущихся учиться драконьей магии абитуриентов останется меньше сотни. Второе — на общую грамотность: при поступлении считалось обязательным свободное владение общим языком и хотя бы начальное — драконьим. Академия резонно полагала, что абитуриенты должны являться подготовленными или не приходить совсем. Потом — вот странность! — предстояла проверка общего уровня физической подготовки. Почесав за ухом, я вспомнила, как Ти рассказывал, что величина магического резерва связана с физическим состоянием. Последним шло собеседование — выяснялся общий уровень интеллектуального развития абитуриента и то, пригоден ли он вообще к обучению.

К начальству мы решили пока не соваться. Ясно, что по протекции Алсинейля нас бы зачислили и без экзаменов… но гордость не позволяла пойти таким путем. Если уж учиться, то честно. Вот поступим — тогда и сходим к ректору познакомиться.

Шон и Ти захотели задержаться в Академии — послушать последние новости и сплетни. Честно говоря, с учетом недостоверности любых слухов, чем первые отличаются от вторых, было для меня загадкой.

Ар подсадил меня в седло Заката, вскочил, не касаясь стремян, на своего Тумана, и мы тронулись домой. Оказалось, что эльфийские скакуны отлично воспринимают мысленные команды седоков. Ар, почувствовав мое изумление, объяснил, что кони и выбирают себе тех всадников, с которыми ощущают сродство и возможность установить ментальный контакт.

До дома добрались легко — только на одном перекрестке свернули не в ту сторону, но быстро поправились. Заехали, закрыли за собой ворота. Завели жеребцов в чистую конюшню — Закат и Туман одобрили свое новое жилище. Запирать их не было надобности, более того, мы открыли задние ворота, чтобы лошади могли гулять и разминаться в большом загоне.

Закончив с конями, я заскочила на кухню — глотнуть стакан сока, а потом помчалась переодеваться — стоящее колом золотое платье успело уже надоесть хуже горькой редьки.

В комнате меня ждал Арден. Белая свободная шелковая рубашка со шнуровкой у шеи, темно-серые замшевые бриджи в обтяжку, распущенные волосы — я споткнулась на бегу и уткнулась ему в грудь. Поймав на лету, одной рукой он прижал меня к себе, другой приподнял подбородок и заглянул в глаза.

— Бель… Хорошо, что ты еще одета. Я с ума от тебя схожу.

— А у меня от тебя коленки подгибаются, — пожаловалась я в ответ.

— Как думаешь, целоваться мы можем?

Вместо ответа я потянулась к нему губами.

— Подожди секунду. — Ар подхватил меня на руки, посадил на край кровати, а потом достал с тумбочки блюдо с уже нарезанной лартайей. Похоже, пока я на кухню бегала, он времени не терял…

Сначала мы по очереди откусывали от одной дольки, а потом начали целоваться… Я чувствовала, что уплываю. Глаза сами собой закрылись, я откинулась на спину. Его прикосновения, запах, вкус, волна жара, бегущая вниз по спине, сводили с ума. Прогнув спину, застонала. Арден оторвался от меня и потянул за плечи, возвращая в вертикальное положение. Во взгляде Повелителя сквозило сожаление.

— Эх, если бы не драконы…

— То что? — заинтересовалась я.

— Узнала бы прямо сейчас что. А завтра я б на тебе женился.

Я задумалась. Хорошо, что Ар может так себя контролировать. Хотя, будь по-другому, я бы не рискнула остаться с ним наедине. Ладно, если нельзя целоваться, то можно поговорить — ведь на самом деле я не так много знаю о вкусах и пристрастиях этого среброволосого красавца.

— Ар, а давай посидим на веранде, посмотрим на закат и поговорим о тебе?

— Что ты хочешь узнать? — поднял бровь парень.

— Все! И еще больше… мне про тебя все интересно.

— Не-е… все я рассказать не могу. Стесняюсь! — И хитрый изумрудный взгляд из-под длиннющих ресниц.

Вот демон лукавый! Ну ладно, попляшешь ты у меня!

Я сидела на коленях устроившегося в мягком кресле Ара. Сначала мы молча наблюдали, как медленно опускается меж двух рядов кипарисов-стражей остывающее багровое светило, а потом снова стали смотреть друг на друга.

Накручивая белый локон на палец, я сообщила:

— Твой камень — радужный алмаз. Самый прекрасный, твердый и редкий. Твоя звезда — голубой Сиррус — самая яркая звезда зимнего неба…

— Мой фрукт — лартайя, — продолжил Ар со смехом. — А моя девушка… — эльф приподнял бровь и примолк.

— Кто твоя девушка? — округлила глаза я.

— Ну, попробуй угадать с трех раз?!

— Леди Фрейм? Основательная, положительная, воспитанная… — вскочив с колен Ара, я отбежала подальше, — …и по возрасту тебе подходит! Ей как раз пятьдесят в прошлом году стукнуло!

— Рррр!

Глава 4

Есть два способа командовать женщиной, но никто их не знает.

Ф. Хаббард

Следующим утром я узнала, чему так старательно учил Ти Повелителя и что за сюрприз они мне готовили. Оказалось, что после того, как Арден худо-бедно освоил драконий огонь, Ти стал показывать ему, как делать иллюзии. И как укреплять их изнутри драконьим щитом, получая полноценный фантом. Затем кузены задумались — а что бы такое им сотворить? И придумали…

И вот теперь меня позвали на плац, чтобы предъявить впечатляющий прорыв в обучении, а именно наглядную демонстрацию в натуральную величину чего-то невероятно занимательного. Я стояла рядом с Шоном. Ти, как-то опасливо на меня покосившись, встал по другую сторону мага. Потом подумал и отступил, еще шагов на пять в сторону. Та-ак, уже интересно…

Арден отошел на дальний конец плаца, засучил рукава, прищурил глаза, сосредоточился. Издали послышался стук копыт, а потом из-за кустов на плац выскочил белый единорог с развевающейся по ветру гривой. Красота какая! Но это не Ар и не Ти… а кто? Неужели так со стороны выглядит моя красавица Элги? Точно, кобыла! Я раздулась от гордости — ну до чего ж хороша!

Единорожица сделала еще два скачка, затем за ее спиной распахнулись перепончатые крылья, и она взмыла в воздух. Цензурных слов для того, чтобы описать дальнейшее, у меня не нашлось. Белый упитанный зад мотался под хлопающими крылами, демоническую кобылу носило, бросало и колбасило туда-сюда по всему обозримому участку небосвода. Зрелище наводило на мысли о болтающейся на вилке сосиске, которая вот-вот упадет. «Сосиска» выпустила струю пламени и жалобно заржала. Ну, все! Убью мерзавцев!

— Ар, ты собираешься продемонстрировать это на экзаменах? — начала атаку я.

— Аа-а? — Сосредоточенность нарушилась, и крылатая кобыла — о радость! — растаяла в воздухе.

— Вроде бы экзамен будет в закрытом помещении. Там не разлетаешься, — спокойным голосом продолжила я. — Знаешь, у меня есть идея получше!

— Какая? — Повелитель заинтересованно посмотрел на меня. Наивный.

— Ну как? Есть же просто замечательная сцена как раз для публичного показа. Помнишь, в Нарсе?

Подняла бровь, и на лужайке возникли стоящие друг против друга два расхристанных блондина.

Шон первым понял, что будет дальше, и закусил рукав мантии, чтоб не заржать.

Светловолосые красавцы прикрыли глаза и потянулись навстречу друг другу. Еще секунда, и Повелитель с кузеном слились в страстном поцелуе. Ну, честно говоря, градусов я добавила, решив, что так интереснее. Но ведь сам факт имел место быть!

Реальные блондины покраснели, даже побагровели на глазах, как скороспелые тепличные помидоры продвинутой эльфийской селекции. Теперь уже они открывали и закрывали рты, не находя слов. Ага! А вы думали, что можете безнаказанно издеваться?

Возмущенные взгляды скрестились на мне.

«Бель! Осторожнее — сейчас они захотят свою гетеросексуальность доказать!» — пришла усмешка от Шона.

Гетеро — что? Впрочем, смысл ясен. Простым языком — пора драпать! Метнулась за спину Шона, присела. Секунда — и иллюзия Бель рванула прочь. Эльфы бросились за ней. Я, прикрытая невидимостью, распрямилась и осталась стоять за спиной мага. Ага! Теперь надо рассчитать траекторию. Отлично! — Тиану справа, Арден слева… Идут на сближение — контакт! Иллюзия исчезла, а мои блондины с размаху впечатались на бегу друг в друга и повалились на траву. Ти очутился сверху. Странно. Мне почему-то казалось, что будет наоборот.

— Ну вот! — выступила я из-за спины Шона. — Говорила же — вы друг к другу неравнодушны!

— Я б не советовал вам ее дразнить. А то женит друг на друге, — подытожил Шон.

* * *

Мы расселись кружком, чтобы обсудить предстоящий экзамен по магии. Шон и Ти рассказывали, что помнят по своему опыту.

— Экзамен проходит в помещении, где блокированы все внешние источники магии. То есть об эльфийской или человеческой можно забыть.

Амулеты брать с собой запрещено, и следят за этим достаточно строго.

— Значит, придется снять Око и драколилию? — вздохнула я. Брошь в форме то ли лилии, то ли летящего дракона была моим безотказным средством связи с друзьями, и я ее таскала с собой даже в ванную и кровать. А о том, чтобы добровольно расстаться с принадлежавшим когда-то моей прабабке Рамин артефактом-накопителем — огромным алмазом «Око золотого дракона», или, на драконьем, — Шарденаргвасиль, я и вовсе помыслить не могла.

— Замаскируем, — пожал плечами Шон. — Мне тоже не хочется, чтобы ты их снимала. Спрячешь между слоями драконьего щита, ауру заэкранируем. Так, с этим ясно. Перейдем к экзамену. Каждый из вас должен будет показать по три-четыре драконьих заклинания. Для проверки наличия магии хватило б и одного, но одновременно идет измерение магического резерва — он должен быть достаточным для обучения. Если источник еще слаб, абитуриенту рекомендуют вернуться через год.

Вы — родственники. То есть никого не удивит, если покажете одинаковые или схожие заклинания.

— Угу, — задумалась я. — Сначала, чтобы вдохнуть в присутствующих бодрости, могу запустить в аудиторию фантом волкодлака. Если этого не хватит — добавлю каменного тролля. И напоследок могу состарить и развалить всю мебель в помещении и одежду на абитуриентах и экзаменаторах. Как думаете — это хорошая программа? — я захлопала ресницами.

Парни, представив разбегающуюся из Красной башни толпу голых мужиков, за которыми гонится волкодлак, громко захохотали. Потом Арден вздохнул и укоризненно посмотрел на меня:

— Бель, ты хочешь учиться или развлекаться? Ты и так выбиваешься из статистики — всего семнадцать, эльфийка, а голос драконьей крови уже проснулся. Если ты покажешь, на что способна, начнется расследование. И, как бы мы ни шифровались, выяснится, что никакой Силвернаринель эрд Неллао в природе не существует.

Мне стало стыдно. Я действительно заигралась… а дело серьезное.

Решили, что предъявим магические светильники, драконий огонь и иллюзии. На закуску, если этого окажется недостаточно, оставили фантомы. Никаких вывертов, связанных с ментальной магией или же сложной физикой, решили не показывать.

Я задумалась… мне казалось, что что-то мы упустили. Вот!

— Ар! Если на экзамене эльфийская магия экранируется, то твои ментальные щиты перестанут действовать! И любой заглянувший в твою голову увидит, кто ты такой на самом деле!

— Вот брых… извини, Бель! Хорошо, что ты об этом подумала!

Ясно — надо срочно учить Ардена видеть ауры при помощи драконьей магии и ставить ментальные щиты. А времени осталось трое суток Я и так поражалась, как Повелитель умудрился переварить за несколько дней то, на что мне потребовались месяцы. Ар поймал мою мысль и улыбнулся.

— Бель, я взрослый, привык учиться, систематизировать факты, логически мыслить. И я уже владею одним видом магии. Восхищения достойна ты, а не я.

— Кончайте расшаркиваться! — прервал наш обмен любезностями Шон. — Сейчас медитируем, сливаемся, чтобы пополнить резерв, а потом топаем в город. Надо Ара научить читать ауры и ставить блокировку.

* * *

Три дня пролетели незаметно. Мы вкалывали так, что по вечерам падали в кровать вповалку и снов — ни романтического содержания, ни каких-либо вообще — не видели вовсе. Арден почти непрерывно медитировал, мы помогали, чем могли. Я в спешном порядке подтягивала мой все еще хромающий драконий и занималась юриспруденцией Тер-Шэрранта и Мириндиэля, географией и другими естественными науками — были у меня нехорошие предчувствия, что на собеседовании я могу сесть в здоровенную лужу. А позориться ой как не хотелось…

Несмотря на занятость, мы с Шоном выкроили несколько часов и закончили огранку солнечных камней. Диадемы были готовы. От своей я была в восторге. Она как будто делала мир яснее, а сама я казалась окутанной золотым сиянием. Преподнести их решила, как только закончится запарка, связанная с экзаменами.

А еще Шон пообещал научить меня, как зачаровать мои подарки от потери и воровства.

Хорошей новостью для меня стало, что учащиеся в Академии девушки чаще всего юбок не носили. Связано это было с тем, что студенты перепархивали с пары на пару из одной башни в другую. А летать по небу в раздувающейся юбке — это чистый срам, хотя пешеходов, конечно, такое зрелище радовало. Компромиссом стали костюмы, напоминающие амазонки для верховой езды, — бриджи, поверх которых пристегивалась удобная юбка. Впрочем, на наличии последней никто не настаивал.

На экзамен я выбрала темно-зеленое платье эльфийского стиля с узким мыском выреза на груди и стоячим воротником. Под платье надела темно-зеленые же шелковые брюки. Волосы спереди собрала в несколько косичек, хитро сколотых на затылке. На лбу блестел узкий золотой обруч — просто украшение. Сзади плащ волос ниспадал до бедер. Вид очень эльфийский, да.

Ар облачился в темный костюм голубовато-серых тонов. Несмотря не неброскую гамму, смотрелся его спокойный наряд достойно и в то же время строго.

Сев на коней, мы помахали друзьям и выехали за ворота. Шон и Ти собирались чуть позже порталом махнуть в парк Академии и встретить нас у башни. Закат с Туманом неспешно рысили по улицам еще спящего города — мы попали в первый поток, и наш экзамен начинался на заре.

Позевывающий старшекурсник зачитал пофамильный список абитуриентов, споткнулся, как я и ожидала, на наших с Арденом именах, сглотнул, попробовал снова. Ага! Сообразительный! Вместо того чтобы ломать язык по третьему разу, парень ограничился «леди Неллао» и «лорд Неллао». Желающих испытать силы в драконьей магии набралось около сорока человек, и девушек, включая меня, было всего лишь шестеро. Многие, как и наш поводырь, зевали. Нестройной вереницей мы побрели куда-то в глубь Красной башни.

На входе в большой зал нужно было пройти через металлическую арку. «Поиск амулетов, — кинул мне мысль стоявший, скрестив руки, у стены Ти. — Не волнуйся, не засекут». Ну, я, в общем-то, и не беспокоилась, поскольку свято верила, что мы вчетвером можем перемагичить и передраконить кого угодно.

Войдя в аудиторию, я закрутила головой, оглядывая огромный зал с темными стенами. Похоже, из базальта. Пол спускался вниз большими ступенями, образуя амфитеатр. Внизу, в центре, стоял массивный стол с каменной столешницей, за которым сидели три темные фигуры. «Стол называется кафедрой», — услышала я ментальный голос Шона. Неужели он пробрался прямо в аудиторию? Смешок «Ага. А что тут сложного? Ты б тоже могла!»

Мы с Аром устроились в третьем ряду, не далеко, не близко. Видно экзаменаторов и все, что происходит. При этом сами глаза не мозолим.

Я скосила взгляд вниз. Невдалеке ерзала и ломала пальцы темноволосая худющая девчонка. Как будто почувствовав мой взгляд, девушка обернулась. Глаза — как темные вишни, а в них — жуткое выражение отчаяния. Что с ней такое? Посмотрела на ауру — вроде бы чистая, хорошая девочка. А вот всполохи беспокойства и неуверенности просто бьют по глазам. Вздохнув — не мое ведь дело, — потянулась к ней мыслями. Надо же разобраться…

Ага, зовут Мирика. Приехала из небольшого городка, о котором я никогда и не слышала. Росла без отца. А поподробнее? Ага, отец, дракон или полудракон, пообещал жениться на матери, но добился своего и пропал. Родилась Мирика. Мать — младшую дочь купца средней руки — родители выгнали из дома. Она пыталась работать, потом побираться, а потом сломалась и пошла в веселый дом. Два года назад Мирика осталась сиротой — мать умерла, не выдержав такой жизни. Пока девушке удалось сберечь себя — она исхитрилась устроиться в дом к ни на что уже не способному дедуле-архивариусу. У него выучилась читать и писать и даже нескольким драконьим рунам. Источник почувствовала в себе недавно… а тут как раз ее работодатель умер. И теперь Мирике оставались два пути: или в Академию, или по стопам матери — без защиты на нее быстро наложат лапы.

И последний вопрос — что станет делать девушка, выучившись? Если мстить, самоутверждаться направо и налево, то давать ей в руки власть и магию нельзя. Я бросила мысль-приманку… Нет. Она действительно добрая. Ничего, кроме печали и сожаления, что она уже не успеет спасти мать.

Ну и как тут можно помочь?

«Шон!» — позвала я.

«Ау? Чего орешь?»

«Вон, девчонку видишь? Можешь объяснить мне, как пропустить нить силы через ее источник так, чтобы со стороны казалось, что это — ее собственная магия?»

«Зачем тебе это?»

«Хочу помочь. Посмотри сам».

«Грустная история… — отозвался Шон. — Поговори с ней, чтоб она вопить не начала от неожиданности. А с экранировкой я помогу. Тебе просто надо прогнать свою нить через ее источник. Но гадостей ты при этом наглядишься… Может, ты поговоришь, а помогу я? А то меня Ти прибьет за такие плоды просвещения».

Я подумала… и согласилась. Лезть в воспоминания Мирики о жизни ребенка в публичном доме мне совсем не хотелось. У меня своих волкодлаков в голове хватает.

Потянулась в девушке нитью драконьей магии. Прикоснулась ко лбу. Погладила. Мирика завертелась — явно почувствовала.

«Привет!»

«Привет! Ты кто? Как ты со мной говоришь?»

«Прекрати вертеться, сейчас все расскажу».

Мирика замерла.

«Ты хочешь поступить в Академию? Тогда слушайся. Я помогу».

«КТО ты?»

«Да сижу за партой позади тебя. Тоже поступаю. Только не выдавай меня!»

Мирика обернулась и встретилась со мной глазами. На ее лице отразилось неверие. Я чуть улыбнулась и подмигнула.

«Зачем тебе мне помогать?».

«Зови меня Наринель. Почувствовала, что так надо. У нас, эльфов, бывает. Сейчас скажи, ты совсем никаких заклинаний не знаешь?»

«Светлячок научилась делать», — в голосе звучала безнадежность.

«Так. Вторым объявишь иллюзию — красный цветок. А третьим — сгустишь клочок тумана». Я знала, что Шон внимательно слушает.

«Но я же не…»

«Выучишься потом. А сейчас чего тебе бояться? Терять нечего!»

Мирика обернулась еще раз. В глазах мелькнула решимость. Девушка блеснула улыбкой и кивнула. Вновь появилось ощущение, что я поступаю правильно.

Оглянулась вокруг — пока шепталась с Мирикой, ряды абитуриентов заметно поредели. Очередной страдалец потел, стоя перед комиссией, — что-то у него не выходило. Серьезный экзаменатор в центре покачал головой, два других согласно кивнули. Похоже, неудача.

Я обернулась к Ардену: «Иди, что ли? Чего кошку за хвост тянуть?»

«Какую кошку? Зачем ее тянуть?»

Ну неужели же он этой поговорки не слышал? Неужели он хоть чего-то не знает? Я представила себя и Ардена — я, с пучком и с пенсне на носу, с серьезным видом читаю ему курс «имперского фольклора», а Повелитель с выпученными глазами внимает человеческим перлам про «едущую крышу» и «дитя без глазу».

Но смысл Арден уловил. Встал и спокойным шагом пошел вниз, к комиссии. Подуставшие экзаменаторы оживились — похоже, эльфы были в башне Шарр’риот нечастыми гостями. Ар спустился, встал в центре, поклонился, что-то негромко сказал. Щелкнул пальцами, и над его головой завертелись три ярких светлячка — красный, белый, зеленый. Дождавшись одобрительной реакции комиссии, эльф погасил огоньки.

Отошел на несколько шагов, взмахнул рукой — и перед ним закружился в танце полупрозрачный призрак длинноволосой девушки. Мы решили, что дева должна походить на любимую невесту — это нормально.

Упс! Кажется, с этим аттракционом мы перестарались — комиссия подперла щеки руками и наладилась смотреть балет… Что-то надо делать, Ара до бесконечности не хватит!

«Ар! Превращай ее в лебедя, и пусть летит нафиг!» — кинула я первую пришедшую в голову мысль.

Повелитель встрепенулся. Дева воздела руки к потолку, на глазах истончилась, обросла перьями, взмахнула крылами и взлетела. Сделав круг над комиссией, лебедка растаяла в воздухе. Я с облегчением вздохнула. Оглянулась — абитуриенты застыли морожеными сусликами — похоже, повторить такого не мог никто.

Комиссия, выпав из транса, оживилась. Может, отпустят его? Ага, размечталась — попал эльф к драконам в лапы! Председатель сделал приглашающий жест рукой — мол, не покажете ли нам что-нибудь еще? Ар снова коротко поклонился, взял стоявший у первого ряда стул и поставил на то место, где танцевала эльфийка. А потом отошел на шаг и поджег драконьим пламенем. Спутать темный огонь с чем-либо еще было невозможно, и, судя по высоте костра, Повелитель дал волю раздражению. Председатель замахал руками, мол, довольно! Ар пожал плечами, пламя исчезло… а стул осыпался на пол невесомыми хлопьями пепла.

На этом экзамен закончился. Ар обернулся, подмигнул мне, блеснул улыбкой и исчез в боковой двери.

«Мирика, вперед! Я тут до вечера сидеть не буду!» — пнула я соседку. Ох, только бы Шон не подкачал!

Девушка бросила на меня обреченный взгляд и пошла вниз.

Ее светлячок оказался вполне пристоен. Иллюзия красного тюльпана была довольно правдоподобной. И наконец, Мирика чуть не полила уважаемых экзаменаторов дождиком из-под потолка — интересно, кто из них насолил Шону в прошлом? Председатель поджал губы, стряхивая рукой с волос капли воды, но потом одобрительно кивнул девушке — экзамен зачли!

«Шон! Попроси ее дождаться меня за дверью».

«Ага…»

Настал мой черед.

Огонек — фиолетовый, очень яркий — я зажгла прямо в кулаке. Когда разжала пальцы — на стенах заплясали резкие тени. Потом огонь стал менять цвет, медленно проходя по всем цветам радуги — синий — голубой — зеленый — желтый — оранжевый — красный. А потом обратно. Выглядело это красиво и необычно.

С иллюзией мудрствовать не стала — из пола выбился росток, превратился в цветущее дерево, потом созрели румяные плоды, осыпались золотые листья, и дерево исчезло. Мило и стандартно.

— Что еще вы можете? — председатель заинтересованно смотрел на меня. Я чувствовала, как он пытается продолбить мой ментальный щит и удивляется, почему не может сломать защиту какой-то девчонки.

— Уважаемый лорд… — Я сделала выжидательную паузу.

— Лорд Гаррад, — улыбнулся председатель. Почему-то сразу вспомнилось, что улыбка — это еще один способ показать зубы.

— Лорд Гаррад! Мой жених и я являемся близкими родственниками Владыки Алсинейля, и любое сканирование нас является незаконным. Не могу поверить, что вам это неизвестно! — Вот так. Чтобы показать зубы, не обязательно улыбаться.

Ментальная возня прекратилась. Лорд Гаррад улыбнулся уже несколько искреннее.

— Прелестная леди… мм-м… — уставился в лист перед ним… Ага! Не одним же драконам своим языком остальным расам нервы портить! — Прелестная леди! Вы можете показать что-нибудь еще?

— Драконий огонь, — я мило улыбнулась и опустила ресницы. — Что я тут могу поджечь, не подскажете?

— Может, не надо? — вмешался сидящий с краю дракон лет тридцати на вид. Реально ему могло быть и триста, и в пять раз больше. — А то эти эльфы оставят нас без мебели! А нам еще три группы сегодня экзаменовать.

— Как хотите, — снова улыбнулась я нежной улыбкой, поднимая ветер ресницами.

Шон в моей голове беззвучно заржал. Я изобразила изысканный реверанс и поплыла к боковому выходу.

Выплыв в дверь, я вмиг растеряла всю свою вальяжность. Ар раскрыл объятия, и я нырнула туда, чувствуя, как меня поднимает волна его любви и восхищения. Глаза Повелителя сияли. Обернувшись, нашла скромно стоящую у стены Мирику: «Иди за нами!» Взяв Ара под руку, направилась к выходу из башни.

Ой-ей! Уже почти полдень! А казалось, времени прошло всего ничего… Мы отошли за деревья, где обнаружилась пара скамеек, стоявших друг напротив друга. По пути я мысленно рассказала Ару историю Мирики и объяснила, почему решила ей помочь. Ар кивнул: «Резонно. Похоже, она стоит участия. Но именно помоги, не больше. Дашь слишком много — сломаешь ее. Начнет полагаться на чужую доброту, а не на себя, и пропадет».

«А я не начну?» — подколола я эльфа.

«Ты? Я б мечтал о таком… да, похоже, не дождаться мне счастья под названием „беспомощная Бель“»…

Я хмыкнула: «Ага. На нежную эльфийскую деву без веснушек на носу я не тяну. Уж извини! Кстати, не раздобудешь нам чего-нибудь попить?» В горле действительно пересохло. А еще надо было переговорить с Мирикой наедине.

— Мирика, садись рядом. Сейчас кое-чему научу, будешь делать это каждый день столько раз, сколько сможешь. Поняла?

Мирика кивнула и присела на краешек рядом. Робкая, как голодный пуганый воробей. Однако решимости добраться сюда и записаться на экзамены ей хватило. Я перешла на мысленную речь. Темы были не для публичного обсуждения.

— Ты знаешь о том, как важно для девицы-дракона хранить целомудрие? — в нескольких словах я рассказала про зов крови и рост дракона. Пусть знает и решает сама, нужно ей это или не очень. Потом показала, как медитировать. Теперь только от нее зависит, справится она с учебой или нет.

— Я не думала, что эльфы такие… добрые!

— Мы — разные, — улыбнулась я. — Как и люди. Мне пора. Удачи тебе, Мирика!

Ждавший окончания нашего разговора Ар отдал девушке — явно голодная! — толстый бутерброд с куском мяса и флягу с соком. Мы повернулись и пошли прочь — Туман и Закат уже застоялись.

* * *

Вечером парни отмечали нашу сдачу экзамена, распивая красное вино. Я завидовала — для Ара трудности позади, — три остальных испытания сложности для него не представляли. А вот мне сейчас стоило сидеть в библиотеке, уткнувшись в книги, а не хохотать, вспоминая мины на лицах экзаменаторов, когда сожженный Арденом стул осыпался пеплом.

— А тебя пытались сканировать? — поинтересовалась я.

— А то как же! Хорошо, что вы меня натаскали.

— Ко мне тоже в голову лезли. Ведь знают, что нельзя… Как думаешь, это просто любопытство, инициатива местного масштаба или установка Властелина Небес?

— Поучимся — узнаем. Мне и самому интересно. Что-то там не ладно. К тебе отморозка Шэрна прислали, тут по головам шарят… Мы себе такого не позволяем.

Вздохнув — вот еще одна загадка, — взяла бокал и налила себе тоже.

Пьяные головы рождают странные мысли. Не знаю, кто из парней вспомнил детскую игру «салки — ножки на весу», но через полчаса мы с воплями бегали друг за другом по саду. Смысл догонялок был в том, что водящий должен был осалить кого-то, кто после этого сам начинал водить. Но нельзя было салить того, кто умудрился оторвать обе ступни от земли. Играть договорились без левитации, а то неинтересно. Сейчас за нами гонялся Ти. А мы удирали от него, время от времени шлепаясь на попы и демонстративно болтая ногами в воздухе. Выглядело это феноменально по-дурацки и было потрясающе весело.

Кто-то, кажется Ти, предложил продолжить игру в виде единорогов. Но Шон отверг начинание, сказав, что если кто из нас шлепнется лошадиной задницей на него — ворона, то ничего хорошего из этого не получится. И вообще воронам задирать лапы неудобно. Но зато потом, когда все мы станем драконами, можно будет играть в салочки в драконьих ипостасях. Представив в саду четырех пьяных игривых драконов, мотающих в воздухе лапами, я икнула — зрелище явно не для слабонервных.

Потом — не уверена — мы купались в пруду, выясняя, кто из нас лучшая жор-рыба. Еще, кажется, я показывала русалку с крыльями, а парни спорили, где у меня должен быть центр тяжести, и по очереди просили увеличить грудь и попу…

Я слушалась до тех пор, пока Шон не объяснил нам всем, что из высоких теоретических соображений правильно, чтобы бюст и зад были расположены с одной и той же стороны тела. Обидевшись на несправедливую критику, я их ему наколдовала — как спереди, так и сзади. С примесью эльфийской магии, чтоб сам снять не мог. Шон завопил: «Ой, как интересно!» — и закрутился волчком. Через три минуты маг обнаружил, что интерес пропал, а грудь — точнее, четыре груди — остались. Потом мы его расколдовывали — заколдовала я его со злости, а чтобы снять заклятие, нужно было сосредоточиться, а у меня никак не получалось.

Потом мы пели песни. Кажется, на трех языках по очереди. Услышав народную эльфийскую песню то ли про деву, которая стала ивой, то ли про иву, которая стала девой, но так и осталась бревно бревном, я расчувствовалась и начала всхлипывать. Парни принялись утешать меня поцелуями… Сложно сказать, чем бы завершился вечер, но я отрубилась. Все же денек был не из простых, а встали мы затемно.

Вот интересно, у студентов так в каждую сессию после каждого экзамена? И как они доживают до конца обучения?

Глава 5

Хороший поцелуй стоит еще одного…

Мэрилин Монро

Проснулась я под мышкой у Ара. Зато Ти наполз сверху на мои тылы и обнимал двумя руками за талию. Оба еще спали. Кровать была почему-то мокрой. На краю сидел нахохлившийся Шон и моргал красными глазами. Ну и что тут было?

Оказалось, вчера мы назюзюкались до потери контроля, и Шону пришлось караулить всю ночь, как бы чего не вышло. Не в физическом смысле — драконий щит на мне стоял. Но парням снились такие сны, что маг замучился раздавать ментальные оплеухи. К утру он тупо поливал всех неправильно спящих холодной водой. А теперь клевал носом и был готов уснуть сидя.

Я выпуталась из объятий эльфов и недоуменно уставилась на свой наряд. Ноги голые, а сверху туника. Явно не моя. Широкая, длинная и наизнанку. Вопросительно уставилась на Шона.

— Ну, вы вчера купались прямо в одежде. Не класть же тебя было мокрой? А сушить магией побоялись. Вот они и переодели.

Ага! Теперь ясно, с чего им снились такие сны…

Все! Год не пьем!

Я переоделась, приволокла себе кружку горячей тайры, книгу на драконьем и отправила тер Дэйла отсыпаться в соседнюю комнату. Устроилась на краю нашего ложа, аккуратно магией высушила все лужи — все же кровать, а не болото! — и уткнулась в книгу. Сосредоточиться не получалось — глаз сам собой косил вбок. Пейзаж в виде двух спящих полуголых красавцев действовал на редкость отвлекающе — хотелось забраться на то место, откуда десять минут назад я так рьяно выползала. Но, вообще-то, представить, как это однажды мы все поженимся, у меня до сих пор не получалось. Да ведь и Арден до сих пор не сделал мне предложения, вздохнула я. То ли не уверен в моих чувствах, то ли в своих…

— Уверен.

Я что, говорила вслух? А он проснулся?

— А почему тогда? — отправила мысль я. Шуметь и будить Ти не хотелось.

— Я обещал, помнишь?

— И ты думаешь, для меня что-то изменится после вылета Нары? — искренне удивилась я.

Передвинулась ближе к Ардену, помогла приподняться и села так, чтобы его голова оказалась у меня на коленях. И стала смотреть в эти дивные изумрудные глаза…

— Мой дракон еще не проснулся, — покачал головой Ар. — Я не могу тебя связывать.

— Так давай его позовем, — пожала плечами я. Магия Повелителя росла поражающими темпами, и я была уверена, что очень скоро его вторая сущность даст о себе знать.

— Давай! — блеснул белозубой улыбкой эльф.

Руки обвили меня, утягивая вниз, на кровать. Арден перевернулся на бок так, чтобы наши лица оказались на одном уровне. Потом потянул мои волосы назад, заставляя запрокинуть голову, и стал целовать шею, ключицы. Мои руки обняли его, притягивая, ногти чуть царапали голую спину. Я тоже хотела ласкать, целовать, прижиматься… но не дотягивалась.

— Привет! Хочешь целоваться — поцелуй меня! — Губы проснувшегося от нашей возни Тиану накрыли мой рот.

Я задохнулась от ощущений, отвечая на его ласку. А потом забеспокоилась:

«Ти! Мы сейчас Шона опять поднимем, а он всю ночь из-за нас не спал! Держи себя в руках!»

«Не бойся. Держу. Не разбудим. Но поцеловать-то невесту я могу?»

Арден оставил мою шею, сдвинулся ниже и, задрав тунику, стал вылизывать мой пупок. Ти продолжал целовать и покусывать губы, одной рукой обнимая меня за плечи, а другой лаская под туникой грудь. Ладонь Ара оказалась на моей ягодице, попеременно поглаживая и сжимая…

Да что ж они творят! Я сейчас сама контроль потеряю! И, самое ужасное, хочу его потерять. Интуитивно я чувствовала: то, что делают со мной сейчас, — это только начало, малая часть чего-то большего.

Изнутри раздался рев разбуженной Нары. Голос драконицы заполнил мое сознание — в нем было и беспокойство, и требование, и зов, и мечта о свободе, и жажда любви. А потом послышался ответ Шторма — басовитый гневный рык. Ой, Ти, ну сейчас ты получишь за то, что покусился на мою Нару… Но что это? Как будто эхо? Или?

«Нара, зови снова!» И снова зов — отклик Шторма — и эхо.

«Ти, попроси Шторма помолчать! Нара, зови!»

Раздался голос моей второй сущности и — теперь в этом не было никаких сомнений — отклик откуда-то изнутри Ардена.

Дракон Ардена зарычал!

Мне сделалось даже чуть обидно, что оба эльфа, казалось, забыли обо мне. Впрочем, вздохнула я, целью наших объятий и было как раз разбудить в Ардене зверя. То, что его разбудили и во мне, стало побочным эффектом. Какой толк целоваться, если, чуть увлечешься, прибегает Шон и льет за шиворот кувшин холодной воды? Чистой воды расстройство! — грустно скаламбурила я.

— Ар! Сразу же познакомь своих дракона и единорога!

— Зачем?

— Хочешь, чтобы твой жеребец огнем дышал? — усмехнулся Ти.

— И не только! — продолжила я. — Так он будет быстрее расти. Еще Нара должна продолжать его звать. И надо как можно чаще сливаться!

Перед тем как спуститься на завтрак, я заглянула к Шону. Маг спал поверх покрывала, подтянув тощие коленки к груди. Во сне его лицо казалось мягче, совсем мальчишеским. Я осторожно левитацией приподняла его с кровати, откинула одеяло и, положив Шона назад, хорошенько укрыла. Тот вздохнул, сморщил нос, вытянул ноги и снова затих. Пусть отдыхает!

Завтракать мы перебрались в сад, благо, погода была хорошей. Эльфы занимались жарким, а мне доверили чистить и резать фрукты. По сравнению с сегодняшней новостью вчерашние события отошли на задний план. Ти сказал, что вечером надо б заскочить в Академию, посмотреть, сколько народа осталось после экзамена по магии и когда будет следующий.

Устроившись между парнями так, чтобы касаться обоих, я грызла сочные жареные ребрышки и размышляла о том, какого цвета дракон может оказаться у Ара. О том, какой будет моя красавица, я уже догадывалась — ало-золотая. Как тот прекрасный дракон на моем любимом гобелене. Или золотая с алым… Скоро уже увидим.

Но Ар… выдержанный, разумный, логичный, с сухим и чуть ехидным юмором. Страсть в нем есть, но она спрятана глубоко внутри, под маской спокойствия, невозмутимости и холодной иронии. Только рядом со мной, Ти и Шоном он снимал броню самообладания и становился непосредственным и живым. Хотя даже сейчас иногда я замечала, как он отстраняется, уходит в себя. Нет, его дракону алый совсем не подходит.

И черный тоже не для него. Арден редко надевал темные цвета. Чаще он выбирал что-то в изумрудной, серебристой или искристо-белой гамме и, что удивительно, всегда ухитрялся оставаться при этом чистым!

— Бель! Кончай грезить! Хочешь, прогуляемся в город? Попьем шоколаду, купим фруктов. А по пути еще позанимаемся с Аром ментальной магией. Как тебе план?

План отличный. С сожалением отложила в сторону обглоданное кабанье ребро — вкусно! — и оглянулась: обо что бы вытереть руки? Ар, понимающе хмыкнув, протянул полотенце.

Замаскировав меня под сорокалетнюю экономку с сопровождающими, мы отправились бродить по Галарэну.

— Ти, я вот подумала… мы ходим под личинами. Но наверняка же в городе, где полно магов, не мы одни такие умные? Сколько замаскированных студентов бродит по Галарэну?

— Да уж, тут амулеты, которые позволяют видеть «сквозь», очень популярны. Знаешь, какие чудеса бывали? Для воровства-то студенты личины не используют — знают, если поймают, выгонят из Академии сразу. Но однажды некий старшекурсник влюбился в молодую жену пожилого купца. И не нашел ничего лучше, чем нацепить личину ее мужа. Тот пришел домой, заходит в спальню — а в кровати он сам со своей женой! Скандал был жуткий! Хорошо, жену никто ни в чем не обвинял — она ж не знала. Студенту надавали плюх, но позволили доучиться.

— А нас так не распознают?

— Бель, ты же помнишь, я объяснял, чтобы видеть сквозь морок, смотрящий или сделавший амулет маг должен быть сильнее, чем тот, кто сотворил личину. Есть еще нюансы с видами магии. Обычно амулеты настроены на драконьи мороки, реже — на эльфийские. А о таких, чтоб можно было разглядеть трехслойный морок, я никогда и не слышал. И еще — ты ведь знаешь, что, кроме нас троих, нет драконов, которые донырнули до источника на дне озера. Понимаешь, что это значит?

Я хмыкнула. Когда Властелин Небес Тер-Шэрранта узнает, что эльфийский кронпринц и имперская принцесса сильнее в драконьей магии, чем он сам, — хвост себе с досады отгрызет!

— Ти! Тогда другой вопрос. Я поняла, что нас не видно. Отлично! А мы, раз такие сильные, видеть сквозь мороки можем? И как это делать? И можно ли развеять чужой морок, а не только смотреть сквозь него?

В итоге мы застряли в городе на несколько часов. Сняли номер в трактире с окнами на большую площадь — уж не знаю, что подумал трактирщик, увидев, как два пожилых кавалера рванули вверх по лестнице за немолодой матроной, — и устроились у открытого окна, рассматривая прохожих. Сначала Ти прочел нам с Аром потрясающе интересную лекцию о нюансах чтения аур и мыслей, о том, как последние отражаются на первой, и о том, как наводить на нужные мысли. Многое я уже знала раньше, но сейчас Тиану нарисовал стройную исчерпывающую картину. Я даже задумалась, нужна ли мне вообще Академия при таких-то личных педагогах.

— Нужна-нужна! — отозвался Ти. — Есть много общих дисциплин, где я тебе не помощник.

Интересно, это ж какие? По-моему, на пару с Арденом они знают все!

После чтения аур занялись распознаванием чужих мороков. Надо было пристально вглядываться магическим зрением, чтобы заметить дымку или плетение волшебства. Больше всего сил я потратила, учась видеть все три вида магии одновременно. Думала, что окосею. Ощущение было такое, будто пытаешься сфокусировать глаза одновременно на кончике носа и линии горизонта, и чтоб ни то, ни другое не расплывалось. Закончился урок головной болью и обещанием Ти, что скоро я привыкну.

Арден, который мучился со своими двумя магиями, сочувственно чмокнул меня в лоб и снял головную боль легким прикосновением пальцев. Перед уходом мы развлеклись — распотрошили постель и на ней попрыгали. Нельзя же разочаровывать трактирщика!

Потом пошли на рынок. Накупили дынь, любимой мной лартайи, черного сладкого винограда без косточек, спелых помидоров, из которых Тиану обещал приготовить потрясающую острую приправу к мясу, пару копченых окороков, свежего хлеба и масла. И молока, которое любил пить Шон.

Еще оказалось, что начался грибной сезон — и на прилавках были выложены рядами желтые забавные лисички, крепкие белые, пряно пахнущие, похожие на мифических гидр рыжевато-коричневые опята. Любителем грибов оказался Арден. Даже хуже, чем любителем, — фанатиком. Из этого ряда мы ушли с двумя здоровенными, набитыми под завязку корзинами. Я сразу наложила на них стазис: ведь грибы — продукт нежный и скоропортящийся.

Пока отоваривались — всматривалась в лица окружающих в поисках мороков. Вот это да! Студентов под личинами я не встретила, зато каждая вторая горожанка оказалась выглядящей не так, как на самом деле. Прятали родинки и бородавки, меняли черты лица, делали больше глаза и груди и утягивали талии… бедные мужчины Галарэна! Неудивительно, что амулеты против мороков раскупались связками. А то женишься вот так на юной красотке, а потом заглянешь под морок — обыкновеннейший крокодил!

Главное, чтоб эта мода до Ларрана не дошла — а то во дворце такой кавардак начнется!

* * *

К тому моменту, как проснулся Шон, я учиталась драконьим до одурения, а по дому плыл обалденный запах жаренных с луком грибов. Я уминала жаркое из расписной глиняной миски — иногда эльфов пробивало на этнические мотивы — и слушала Ти и Шона, которые наперебой рассказывали, чего ждать на письменном экзамене.

Оказывается, обычно предлагалось несколько тем, по каждой из которых надо было написать сочинение объемом не менее двух страниц. Для положительной оценки считалось достаточным раскрыть два вопроса, ответив на один на всеобщем языке, а на второй — на драконьем. Можно было писать и больше, но тогда соответственно ответы нужно было давать на других языках. Обычно на выбор предлагались четыре-пять тем. Проверялись уровень знания языков, грамотность, общая образованность, способность логически мыслить и связно излагать свои суждения.

После обеда я снова уткнулась в мозгодробительный драконий фолиант, Ар и Ти уселись на лужайке медитировать и отрабатывать заклинания иллюзий и фантомов, а Шон обернулся вороном и полетел к Академии — узнать результаты первого тура экзаменов. Вернулся он через час с новостями. Из более чем шестисот подавших заявления на драконий факультет прошла всего пятая часть — сто двадцать три человека. А к концу экзаменов нас останется около полусотни.

Следующий экзамен должен был состояться завтра. Я вздохнула — опять вставать ни свет ни заря… Отложила драконий — перед смертью не надышишься — и пошла на плац махать мечом. Скоро подтянулись и остальные. Размявшись, устроили бой двое на двое — я с Ти против Ара с Шоном. Потом я и тер Дэйл отошли в сторону, чтобы посмотреть, как сражаются кузены.

Какие ж они красивые! Золотой, загоревший в горах Ти и серебряный Арден. Мое Солнце и моя Луна. Стремительные, грациозные, широкоплечие, узкобедрые, в вихре светлых волос. Бой был похож на танец — противники словно чувствовали друг друга, двигаясь поразительно синхронно — выпады и блоки, атаки и контратаки, медленное кружение, сменявшееся сериями стремительных прыжков.

«Бель! Подними челюсть и прекрати их есть глазами», — послал мне мысль Шон.

Я вздохнула, пытаясь вернуть к норме сердцебиение. Наша ситуация слишком была похожа на жонглирование факелами в пороховом складе, чтобы я могла позволить себе терять контроль.

Ар и Ти остановились, отсалютовали друг другу и повернулись ко мне. В три шага я оказалась рядом, поцеловала Ара, потом повисла на шее у Ти и лизнула его в нос — соленый! Ти засмеялся. И попытался лизнуть меня. Я увернулась и бросилась удирать в сторону пруда — после тренировки неплохо освежиться…

* * *

Погода с утра хмурилась. Жаль, но лето подходило к концу, и скоро даже здесь, на юге, начнется дождливый сезон. Может, пойти пешком? Мне не хотелось надолго бросать на улице коней — если пойдет дождь, им будет плохо в мокрой сбруе, а показывать уровень наших истинных умений казалось неразумным. Ар сказал, что я перестраховываюсь и что если он поставит над лошадьми эльфийский щит от дождя, это никого не удивит. Вздохнув, согласилась. Что-то я везде подвохи ищу…

Около башни нам снова устроили перекличку — я с удовлетворением отметила, что зачитывавший список молодой маг опять споткнулся на наших именах, — а потом отвели в ту же самую аудиторию, что и в первый раз. Теперь, поскольку писали сочинение все вместе, свободных мест там почти не было. Я заметила Мирику и улыбнулась ей — она поклонилась в ответ. А потом пересела поближе к нам с Аром.

«Если нужна будет помощь — зови», — кинула мысль я.

«Спасибо. Я сама».

Гордая. Вот и хорошо.

Нам раздали чистые тетради с эмблемой Академии на каждой странице — страховка против тех умников, что могли принести из дома готовую, не ими написанную заготовку. Хотя как заранее темы угадать?

Перевела взгляд на кафедру, за которой сидели двое скучающих преподавателей. Еще несколько разбрелись по залу и пристроились в разных местах — следить, чтобы никто не лазил по словарям или по соседским тетрадям.

Когда все расселись, на стене за кафедрой загорелся список из шести тем для сочинений. Прошлась взглядом — вроде не страшно, сказать несколько слов я могла по каждой, наболтать пару страниц по четырем или пяти. Интересно, а последняя тема — «Брачные обычаи орков», — это они всерьез или экзаменационная комиссия мило пошутила? Эти удивительные обычаи были любимой темой для обсуждения в любом трактире от Северного моря до южных границ. Причем выдавались столь сочные гипотезы, что даже от тех брызг народного юмора, что долетали до дворца, у самых прожженных кавалеров пылали уши. Если это все изложить на бумаге, да на вступительном экзамене, занятное чтиво может получиться.

Для сочинения на всеобщем я выбрала нейтральную тему: «География южной части Драконьей Империи». С картами я была знакома, перечислить города и сказать по паре слов могла о каждом, природу видела. Моя степень осведомленности была именно такой, как должна быть у выросшей далеко от этой самой южной части, но хорошо образованной эльфийки. Поэтому я спокойно извела три страницы, описав расположение горных массивов, рек, городов и основных торговых путей. Перечитала, поправила одну описку. Неплохо. Посмотрела на Ара — тот сосредоточенно строчил что-то аккуратным почерком.

Кстати, Ару пришлось заранее потренироваться, чтобы изменить почерк Его подпись была хорошо известна во всех трех странах, так что пришлось поменять угол наклона и написание части букв, чтобы не засветиться.

Посмотрела на список тем — что выбрать для изложения на драконьем: «Магические свойства кристаллов» или «Лекарственные растения, используемые в алхимии»? Подумав, решила остановиться на растениях — после путешествия с Тиану я знала десятки названий трав на драконьем, а вот как перевести «низкоиндексные плоскости», мне было неизвестно. Да и разумнее было писать на нейтральную тему, иначе я могла увлечься и начать описывать те амулеты, которые носила. А это уж совсем ни к чему.

Итак, начав с описания священной для эльфов лимиры и закончив галлюциногенными грибами Восточных гор, я аккуратно изрисовала три страницы драконьими рунами. Есть определенная извращенная прелесть в том, чтобы писать на драконьем языке про растущие в гномьих горах мухоморы, которые едят орочьи шаманы.

Ага, а вот тема как раз для изложения на эльфийском — «Роль рыцарских романов в воспитании доблести». Ну, драконы, берегитесь — сейчас вы узнаете у меня все про мудреца Эльдоррана. И про остальных тоже. Показав тетрадке язык, с упоением начала строчить высокопарную чушь… Исписав четыре страницы, остановила себя волевым усилием.

Ну, и последняя тема — «Устройство гномьих ходов и шахт». Ехидно ухмыльнувшись, я начала выводить: «Грршваргх берхолц ейнфарт гриппе…»

Экзамен шел почти восемь часов. Они что, заодно еще и выносливость проверяют? На выходе к нам подскочил Ти с кружками горячей сладкой тайры. Наверное, мне полагалось изобразить изящество, степенность и пить маленькими глоточками, но об этом я вспомнила, только отхлебав половину кружки. Пока шли в парк, выяснилось, что, как и ожидалось, Арден меня переплюнул. Про рыцарские романы, причем исключительно военной тематики, он написал на всеобщем. Географию южных краев изложил на драконьем, акцентировавшись на описании местоположения городов, торговле, пошлинах и этническом составе населения. Кристаллы удостоились рассказа на эльфийском языке — Ар подробно расписал лекарственные свойства бериллов, хризопразов и лунных камней в зависимости от фаз Луны. А я и не знала, что тут есть зависимость… Подгорные сооружения Повелитель, как и я, описывал на гномьем, но его темой стали способы выкладывания каменных арок, колонн и подпорных стенок, а также цементирующие растворы. Оказывается, он все это подробно изучил, пока занимался перестройкой дворца в Лариндейле. Про лекарственные растения он поведал на орочьем. А о брачных обычаях орков — на языке викингов.

Я сглотнула смешок, представив, как экзаменаторы бегают по башне в поисках знатока языка северного народа, чтобы узнать, что именно написал вредный остроухий на такую захватывающую тему!

Результаты и дата следующего экзамена должны были стать известны завтра к вечеру. Пока мы собирались вернуться к себе, поесть — живот при этой мысли радостно забурчал, немного отдохнуть, потренироваться на плацу, помедитировать, объединить ауры и завалиться спать. Завтра Ару и Шону предстояло вернуться в Ларран. Ардена ждали дела, а задачей Шона было долететь до монастыря Святой Цецилии и поставить рядом с ним телепорт. Посетить место заточения безропотной принцессы Астер мне было необходимо, но не в карете же туда ехать и не единорогом скакать? Можно, конечно, прилететь на Ти-драконе верхом… и собрать богатый урожай монашек в отключке. От этой явно нездоровой мысли я захихикала.

Глава 6

Вы убережете себя от множества ненужных хлопот, если сожжете мосты сразу, как только подойдете к ним.

Первое правило негативного предвидения

Сегодня нам с Ти предстояло провести целый день вдвоем. Когда я открыла глаза — Ара с Шоном уже не было рядом. Смутно помнилось, как еще затемно Повелитель поцеловал меня в губы долгим нежным поцелуем и сказал, что будет скучать. Мне тоже не хватало его. Интересно, а теперь, после озера Полумесяца, мы можем слышать друг друга на расстоянии? Без драколилии? Прикрыла глаза, представила прекрасное лицо с изумрудными глазами и потянулась: «Привет!» И немедленно получила в ответ: «С добрым утром, любимая!» Славно-то как… А Шон? «Привет! Ты где?» — «Где-где? Машу крыльями над северными лесами. Есть хочется!» Ага, какому-нибудь лосю или оленю сегодня крупно, можно сказать — фатально, не повезет. Интересно, как при таком аппетите маг умудряется оставаться тощим, как глиста?

Я снова приткнулась под бок Ти, вдохнула такой родной запах. Море… Вот вылетит Нара — полетим туда. Хотя бы на пару дней. Я никогда не видела моря и только представляла себе синюю беспокойную гладь до горизонта. Ти открыл глаза:

— Полетим, обязательно полетим… У меня там есть для вас с Нарой сюрприз!

— Какой? — загорелась я.

— Если скажу, какой же это будет сюрприз?

— А если не скажешь…

— То что?

— Сейчас узнаешь что!

— Аа-а, ты так?

— Ага! И еще вот так!

Утро начиналось бурно. Пока Ти удалось меня скрутить и, чтобы утихомирить, усесться сверху, мы устроили в кровати настоящий кавардак. Ну и хорошо.

Я уже дня три лениво думала, что пора бы поменять белье… а тут появился повод.

Я поймала взглядом сапфировый взор, потом опустила ресницы и медленно облизнула губы. Сидящий на мне эльф напрягся.

— Бель, прекрати! Это незаконное оружие!

— Ага. Но оно у меня есть! — Мои ладони легли на напрягшийся живот парня. — Ти, ты помнишь, что обещал мне еще весной?

Блондин расстроенно вздохнул:

— Не выйдет.

— Почему?

— Я слишком сильно на тебя реагирую и боюсь подвести Ара.

— Не поняла. Что может случиться, если я на тебя посмотрю?

— Бель, ну, представь… Ты купаешься в бассейне, обнаженная, а я на тебя смотрю… что ты чувствуешь?

— Возбуждение, — выдохнула я. От одной фантазии о Ти рядом с голой мной стало жарко в животе.

— А у меня все еще хуже. Я-то уже знаю, что может быть… и, если ты меня разденешь, могу не выдержать. Случайных прикосновений и взглядов может оказаться достаточно.

— А если считать?

— Что считать?

— Шон мне посоветовал, если заведусь слишком сильно, перемножать числа. Я уже дошла до трехзначных, — серьезным голосом, стараясь не засмеяться, сообщила я.

— Ну Шон, ну затейник! — захохотал Тиану. — Хотя неглупо… буду иметь в виду.

— Так можно поглядеть?

— He-а. Лучше потерпи.

Ну вот. Но если и впрямь все так, как он описывает, стоит свое драконье любопытство спрятать под большой замок. Я, конечно, могла бы посмотреть на кого-нибудь еще — достаточно было магией распустить на парне посимпатичнее штаны на ниточки… но почему-то совсем не хотелось. Мне нужен был именно Ти. И еще Ар. А больше никто. Но именно они-то и были недоступны — вот досада!

— Целый год, — простонала я. — Ти, по имперским меркам, я — старая дева!

— Только год, — улыбнулся, целуя меня в нос, жених. — А про «старую деву» расскажи дяде Фирданну — то-то он обрадуется!

Я зарычала и попробовала ущипнуть Ти за попу. Вредный эльф подпрыгнул и взлетел под потолок… утро продолжалось.

Ти потащил меня на кухню, учить готовить гриб ной суп. Ну правильно, что за принцесса, если сама суп сварить не может? Я уже сама чищу и седлаю лошадей, чиню одежду, точу оружие, развожу костры… а вот с супом, да, тут мы недоработали.

Пока варился бульон, занимались грибами — чистили, промывали, резали. Ти произносил названия на четырех языках — общем, драконьем, эльфийском и гномьем, одновременно заставляя меня запоминать их внешний вид, нюхать и даже лизать. Хорошо, что видов грибов в корзинке было немного и все они были заведомо съедобными… а то б я наготовила — только иммунным к ядам драконам и кушать.

— Да, Бель, ты права. Драконы считают съедобным то, от чего порядочный гном копыта отбросит.

Гном с копытами? Ну-ну! Отсмеявшись, задумалась над вчерашним экзаменом.

— Ти, а почему так важен драконий язык?

Тиану пожал плечами.

— Язык определяет способ мышления. Чтобы быть драконом, надо мыслить по-драконьи. Когда он станет для тебя родным — сама почувствуешь.

Эльф перевел взгляд с полупустой корзины на меня:

— Ты уже поняла, что Ар грибы любит? И есть, и собирать. В Северных лесах пристрастился. Так что готовься морально — скоро все пойдем за грибами.

— Ну, хорошо, что не картошку сажать, — пожала плечами я. — Кстати, о планах. Что-то меня беспокоит, не больно ли за многое сразу мы хватаемся?

— Ты про что?

— Про все. Вот смотри. Надо обеспечить гладкий переход власти в Империи через год — без возмущений, восстаний лордов, саботажа Совета, — это первое и главное. Нужно найти того некроманта, что строит кровавые алтари — тоже непростая задача, — это второе. И тут мне еще приспичило учиться… Вот я и беспокоюсь, не слишком ли я много на себя взяла? Ведь проколы недопустимы.

— Бель! Три задачи, да. И нас трое, а с Шоном — даже четверо. Так чего ты беспокоишься? Справимся, — улыбнулся жених.

Я встала, подошла и, тесно прижавшись, уткнулась носом ему в грудь. Как я без него жила?

Потом мы занимались магией и языком, грелись на солнце в полуголом виде — мне надоело сводить загар, я решила, что он и сам сойдет, подманивали орехами белок, плавали вдвоем в пруду. Чудесный день. Ближе к вечеру явился голодный Шон, сказал, что телепорт поставил, слопал огромную яичницу с ветчиной и улетел в Академию. Арден вернулся уже в темноте, усталый и голодный. Мы поволокли его на кухню и, усадив за стол, поставили перед носом миску грибного супа. Повелитель немедленно оживился.

После еды я села расчесывать ему волосы и массировать плечи, а он рассказывал о новостях. Отдельные ниточки, которые он протягивал к разным гильдиям, сплелись в крепкую сеть, и к следующему лету у меня будет полная поддержка гильдий и ремесленников. Закончив рассказ, Ар перетащил меня к себе на колени, обнял и уткнулся носом в волосы. Так мы и сидели.

Шон нас огорошил, сказав, что экзамен по физкультуре состоится завтра. И допущено к нему меньше шестидесяти человек. Наша знакомая Мирика наскребла минимальный нужный балл… но прошла.

— Ти, Шон! И чего нам ждать? Что там бывает?

— Ну, обычно устраивают полосу препятствий, которую нужно преодолеть за какое-то время. Разрешается ставить на себя щиты — лишние увечья никому не нужны, но во время кросса пользоваться магией запрещено. Полоса разная каждый год, хотя некоторые излюбленные шуточки бывают почти всегда.

— Это какие? — насторожилась я.

— Например, яма с грязью. Любимый народный аттракцион. К ней обычно столько зрителей собирается, посмотреть на падающих абитуриентов… — Шон мечтательно улыбнулся.

— А как через нее перебраться?

— Да каждый раз по-разному. Перепрыгнуть с помощью каната. Как-то бегали по скользкому бревну. Один раз была пара брусьев над ямой, за которые надо было цепляться руками… Да не волнуйся, ты справишься!

Приятно, когда в тебя так верят.

* * *

На заре мы с Аром, одетые в охотничьи костюмы, стояли в шеренге зевающих абитуриентов. Шла перекличка. Я задумалась: какой дурак будет вставать в такую рань, чтобы посмотреть, как кто-то шлепается носом в лужу? Повела плечами. Вчерашний рассказ про яму с грязью меня насторожил, и щиты мы поставили аж трехслойные — двойной, как обычно, на себя, и третий слой поверх одежды, чтобы при любом раскладе остаться чистыми.

Пересчитав, нас повели к началу дистанции. Обозначенная ленточками трасса заворачивала куда-то за башню Шарр’риот. Две лиги по пересеченной местности, которые надо пройти за полчаса. Казалось бы, несложная задача… но что-то подсказывало, что все не так очевидно. Студентов выстроили по алфавиту и каждые две минуты выпускали очередного на полосу. Эге, да так два часа только стартовать будем, прикинула я. Вздохнула. Мы с Аром в середине списка… могли бы еще час дома поспать.

Присевший на траву Ар, наблюдавший смену эмоций на моей физиономии, иронично поднял бровь: «Садись рядом, помедитируем». Только присела, как из-за башни раздался рев толпы — похоже, первые жертвы драконьего чувства юмора добрались до ямы с грязью. Кстати, я ошиблась — любящих ранний подъем дураков в городе Галарэне было полно — вдоль огораживающих полосу препятствий ленточек люди стояли в два-три ряда. Кажется, они на нас спорили.

«Шон! — послала мысль я. — А не хочешь поставить на нас с Аром?»

А что? В этом странном городе среди толпы любящих ранние подъемы чудаков вполне могли найтись идиоты с лишними деньгами.

Ару предстояло стартовать впереди меня. Вот и отлично! Я не сомневалась, что тренированный эльф легко найдет оптимальный путь преодоления всех препятствий и, посмотрев на то, что он делает, мне останется это только повторить.

Подошли к старту. Вопрос, нельзя ли бежать вместе, мы не задавали — ясен пень, что нельзя. Так чего спрашивать? Ар подождал, пока в списке напротив его имени поставят галку, и неспешно потрусил вперед — мы договорились, что будем держаться в поле зрения друг друга. По толпе пронесся разочарованный вздох — очевидно, от эльфа ждали большего. Я похлопала глазами на стоящего у старта старшекурсника: «Пора?» Было на тридцать секунд меньше, чем надо, но тот взглянул на меня, поставил галочку и махнул рукой — давай уж! На физиономии темноволосого парня читалось написанное большими буквами: «Надоели вы все, бегают и бегают, спать не дают!»

Резво — надо было догонять Ара — рванула со старта. В моей теперешней форме я б, наверное, могла за лошадью угнаться. Промчалась до поворота, завернула — и уткнулась носом в уходящую вверх конструкцию из переплетения брусьев, лестниц, узких мостков, веревок. Мне что, надо наверх? Ну, надо, так надо. Первые три яруса я проскакала как белка, перелетая с одной опоры на другую. Рыжие нахалки из сада Тиану мной бы гордились! А потом схватилась за облюбованный канат — и в кулаке ничего не оказалось! Что за ерунда? Иллюзия? А зачем? Она тут висит постоянно или это сюрприз для нас?

«Бель! Я тут чуть не провалился! На седьмом ярусе аккуратнее, мостки — иллюзия».

«Ар! Я на такой канат наткнулась! А больше никто не упал — похоже, это для нас! Подожди меня!»

«Нельзя… иначе забег не зачтут. Но я приторможу, чтобы ты была недалеко».

Брых вызгатый! Перестроила восприятие так, чтобы видеть «сквозь» чужие заклинания. Обвела конструкцию взглядом. Одна лестница, пара канатов, мостки впереди оказались мороками. Ну и фиг с ними. Подпрыгнув, подтянулась на руках на следующий ярус. И помчалась дальше, хватаясь только за те опоры, которые не расплывались перед глазами.

«Ар! Я вижу „сквозь“! А ты как?»

«Я — нет. Но не волнуйся, прорвусь».

Примерно на высоте донжона капитального замка конструкция закончилась. Я оказалась на небольшой площадке, с которой куда-то вниз полого уходила веревка. Ар, судя по всему, уже усвистел вперед и дальше. На всякий случай подергала трос рукой — настоящий! Сняла широкий пояс костюма, накинула на веревку, обмотала вокруг запястий и, не глядя вниз, оттолкнулась ногами. Ой, куда ж так быстро-то!

С разлету я чуть не влетела в ту самую канаву с неопознанным содержимым. Назвать грязью буро-зеленую пакость, которая бурлила, пенилась и воняла, было бы оскорблением для добропорядочной дорожной грязи. Яма была локтей тридцать в длину — и на коне не перепрыгнуть. Кое-где из липкой жижи торчали низенькие столбики — похоже, по ним-то и предлагалось скакать абитуриентам. За лентой шумел народ. Ну ясно, развлечение знатное — на бортике траншеи уже пыталась хоть как-то отчиститься дюжина недопрыгнувших, еще две облепленные тиной головы пускали пузыри недалеко от столбиков. Свеженькие!

Ар уже преодолел треть ямы, ловко балансируя на опорах, и примеривался перед следующим прыжком. Я посмотрела… ой, там же иллюзия!

«Ар! Справа впереди — морок! Смотри моими глазами, запоминай!»

«Спасибо! Запомнил!»

Ар, уже без заминок, совершил серию размашистых прыжков и приземлился на той стороне ямы. Народ выдохнул и зашумел снова. Из рук в руки начали переходить деньги. Ну, теперь моя очередь? Присмотрелась к столбикам, выбирая маршрут, и, разбежавшись, прыгнула на первую опору. Главное — не останавливаться! Сила толчка у меня все же меньше, чем у Ардена, так что будем рассчитывать на инерцию… На четвертом столбе я поскользнулась, замахала руками и чуть не сверзилась вниз. Еле удержав равновесие, скакнула на следующий столбик — толпа издала коллективный разочарованный вздох. Да-да, я тоже всех вас люблю! Последний прыжок — и я оказалась на заляпанной грязью скользкой траве.

А как же, кстати, через эту яму все остальные перебираются? Тролли грязи не боятся? А заодно проверим крепость духа абитуриентов и их решимость учиться? Судя по уходящему за очередной поворот грязевому следу, так оно и есть.

Рванула вперед, набирая скорость. По пути обогнала пять или шесть человек, облепленных илом. Могла б и не торопиться — несколько барьеров в четыре локтя высотой, столб, на который зачем-то надо было влезть, и канат, на котором надо было слететь вниз со столба, препятствиями для меня не были. Еще поворот — и я увидела финишную черту, к которой подбегал Арден, преподавателя с блокнотом, засекавшего время, и валявшихся на травке неподалеку чумазых будущих студентов. Ускоряюсь в последний раз — и я там! Я потратила на дистанцию чуть меньше пятнадцати минут!

Гм-м… из всех добравшихся до финиша только мы и не побывали в той яме. Смотрели на нас с неодобрением — еще не успели поступить, а уже отрываемся от коллектива! Я обвела группу раскинувшихся на лужайке кикимор дружелюбным взглядом и широко и искренне улыбнулась. Подействовало!

— Эй, эльфы, идите к нам! — позвал нас кто-то. Судя по голосу, парень.

— Сейчас, — откликнулась я, — вот отдышусь…

Надо ж показать, что мы — тоже люди. И не любить нас не за что…

Я занялась дыхательными упражнениями, размеренно нарезая круги по лужайке и поднимая и опуская руки. Рядом ходил Ар.

«Похоже, эльфов в Драконьей башне не очень-то ждут? Гробанись ты с седьмого яруса, цел бы остался… но в срок мог и не уложиться».

«Либо политика Мудрейшего, либо секреты местного масштаба. Разберемся в процессе», — пожал плечами Арден.

«А парни тебе не рассказывали, что за штука — собеседование?»

«Просто разговор с прощупыванием абитуриента. И позволяет дополнительно проверить тех, в ком есть сомнения. Помнишь, ты говорила о дырке в системе безопасности при заполнении анкет? Вот на собеседовании эту дыру закрывают».

Мы, закончив упражнения, подошли к клубу любителей целебной грязи и, не особо выбирая место, шлепнулись рядом.

— Твоя сестра? — поинтересовался кто-то у Ардена.

— Невеста, — улыбнулся Повелитель.

Разочарованное:

— Аа-а…

Мы с интересом смотрели, как очередная облепленная вонючей субстанцией фигура ковыляет к финишу… Еще… И еще одна… Неужели эта тощая — только глаза из-под грязи блестят — Мирика? Молодец, добежала!

До финиша в срок добрались тридцать семь человек.

Появившийся Шон сообщил, что любовь к аттракционам и неверие в ловкость эльфов обошлись горожанам почти в двести золотых. Я посмотрела на Мирику, которая примостилась невдалеке от нас. Хотелось предложить ей помощь. Но как это сделать, не задев гордость девушки?

«Мирика, привет!» — послала я мысль.

«Привет», — и робкая улыбка в ответ.

«Осталось только собеседование. Правда, здорово?»

Ага. Попала я верно — в ауре появились тревожные нотки. Теперь как бы выяснить, в чем дело?

«Ты не рада?» — доброжелательный прямой вопрос.

«Я… рада».

«Мирика, да говори уж! По-моему, на курсе будут четыре девушки, включая нас с тобой. Если мы не поймем друг друга, то кто нас поймет?»

«Видишь мой единственный костюм? Вот и весь ответ». Мирика развела руки в стороны, демонстрируя облепившую ее грязную тряпку.

«Всего-то? Потом, как объявят результаты, отойдем в сторону, и я тебе помогу. Я ж эльфийка, у нас с этим просто!»

Девушка расцвела широкой улыбкой.

Ну вот. Мы оказались лучшими в забеге и были допущены к завтрашнему собеседованию. Я попросила спутников подождать и увела Мирику в кусты. Пришлось поработать — платье оказалось ветхим. Увы, понятно, что денег на новое девушка у меня не возьмет. Не в том месте она выросла, чтобы верить в бескорыстные благодеяния посторонних. А вот грязь счистить — это да, можно. И какое ей дело, что на это у меня ушло в пять раз больше времени и сил, чем на создание нового наряда, в котором и ко Двору явиться бы не стыдно было. В общем, я вычистила, разгладила, подновила ткань, укрепила швы и убрала все следы своей магии. А потом спокойно попрощалась и пошла к поджидавшим меня друзьям. Оглянулась — Мирика круглыми глазами разглядывала край подола. Она что, не подозревала, что платье — голубое?

Вечером мы с Арденом устроились под корнями сосны, где я когда-то его поцеловала. Мы открылись друг другу, и Повелитель стал показывать картины Мириндиэля, места, где я выросла, лица моих родственников. Я старательно вглядывалась и запоминала. Характеристики моей новой родни Арден давал исчерпывающие — от портретов и общих сведений до пристрастий, любимых словечек, жестов и даже хобби. Для себя я сделала два вывода: первый — Ар любит свою семью, и второй — я хочу побывать в Мириндиэле, посмотреть все сама. Иногда, чувствуя, что меня уже клинит от переполнения новыми сведениями, Ар прерывался, и мы просто тихо сидели рядом и смотрели на вечерний Галарэн, опутанный гирляндами ярких желтых огоньков.

Потом за меня взялся Ти. Жених устроил настоящий допрос, нащупывая дыры и несостыковки в моих рассказах об эльфийском детстве. Ар внимательно слушал. Парни считали, что, если я буду слишком уклончивой, это будет выглядеть подозрительно. К тому времени, как мы собрались спать, я знала о себе все — от цвета младенческих пинеток до того, как выглядело первое длинное девичье платье, и могла рассказать три десятка забавных историй с участием меня и моих родственников.

Кстати, обо мне…

— Шон, ты в монастырь заглядывал? Как там мое здоровье?

— Аа-а… нормально. Слаба, но поправляешься. Тебя собираются перевезти в Ларран к середине сентября.

Я кивнула. Почти идеально по времени. Как раз успеем устроить все дела тут. И еще — Лана дохаживала последние месяцы. Мне хотелось быть с ней рядом к тому моменту, когда маленькому настанет время появиться на свет.

Повернулась на живот, устроилась поудобнее, уткнувшись носом в пахнущего дождем Шона, почувствовала, как меня придавили две руки — по утрам я уже привыкла просыпаться с эльфийскими дланями на своей попе, как будто блондины боялись, что я от них ночью сбегу, — и уплыла в сон.

* * *

— Леди Силвернаринель эрд Неллао!

Ух ты — выговорили! Я оправила серебристое платье, вышитое зелеными листьями, и вошла в высокую двустворчатую дверь.

Длинный стол. За ним сидят трое — уже знакомый мне по экзамену магии темноволосый лорд Гаррад справа, некто с русыми волосами до плеч и внимательным взглядом слева и — неужели на собеседование прибыл лично декан драконьего факультета лорд Раннкарр — в центре черноволосый плечистый мужчина с серыми глазами и умным лицом.

Напротив — одиноко стоящий стул. Для меня.

Присаживаюсь в реверансе. Дождавшись ответного приветствия, опускаюсь на стул, держа спину, как положено леди, идеально прямой. Как линейку проглотила. Делаю заинтересованно-доброжелательное лицо, взмахиваю ресницами.

Молчание.

Они что, ждут, что я заговорю? Ага, нашли слабонервную… Сидим. Смотрим друг на друга. Улыбаемся. Наконец лорд Раннкарр решает начать разговор.

— Леди, почему вы решили поступить на наш факультет? — вопрос задан на всеобщем. Ах да, он же считает, что имперский для меня не родной!

— Лорд Раннкарр! — Ага, я не ошиблась — это декан. И, судя по искре веселья в глазах, ему нравится эта игра. — Мой родственник, лорд Тинуириннель эрд Лоо’аллен, закончил ваш факультет несколько лет назад, и он характеризовал образование, полученное в стенах башни Шарр’риот, как превосходное, — взмахиваю ресницами. Вежливо улыбаюсь.

— Скажите, а откуда у вас интерес к драконьей магии?

— Драконья кровь, лорд. И в моей семье всегда считалось, что данные от природы способности нужно развивать.

— Напомните, кто вы по крови?

— На три четверти эльф, доля драконьей крови и капля человеческой, — ни слова лжи.

Угу. Сейчас он прикинет, что девушка, да с относительно небольшой долей крови, да при красавце женихе…

— И вы рассчитываете, что однажды научитесь превращаться в дракона?

— Любая душа мечтает о полете, но дано это немногим, — вздохнула я. Ага, зацепила. В глазах драконов словно облака поплыли…

— А чему бы вы хотели учиться?

— Основам, — абсолютно честный ответ. А теперь мой черед спрашивать: — Лорд Раннкарр, я надеюсь, показанные мной на экзаменах результаты достаточны для зачисления?

Лорд вздохнул и улыбнулся:

— Ваша подготовка и способности, леди Силвернаринель, более чем достаточны. Возможно, что вам даже стоит зачислиться сразу на второй курс. Очевидно, базовая программа будет вам неинтересна. Буду рад обсудить с вами индивидуальную программу обучения позже.

Я вышла за дверь. Декан мне понравился. У меня не возникло ощущения, что он ведет двойную игру.

«Ну как?» — кинул мысль Ар.

«Вяловато, — откликнулась я. — Я ожидала большего. Да, возможно, нам предложат пойти сразу на второй курс. Что думаешь?»

«Сейчас зайду, гляну на них».

Ар вышел из кабинета с каким-то странным выражением лица. Я тут же пристала: «Что тебе сказали?» Эльф, поняв, что отвертеться от вопроса не удастся, раскололся.

— Меня спросили, умею ли я обращаться в дракона и девственник ли я.

— И? — теперь мне было понятно смущение Ардена.

— Я честно ответил на оба вопроса «нет». Ну, понимаешь, быть девственником в моем возрасте… — Ар чуть виновато пожал плечами.

— Угу! И они решили, что если дракона нет до сих пор, а ты уже не мальчик… — я хихикнула, — …то твоя магия достигла предела. Правильно?

Глаза Ара озорно блеснули.

— А правды мы им не скажем, да?

Во второй половине дня прошедших испытания абитуриентов собрали в красивом зале со сводчатым потолком, разрисованным летящими драконами, и помощник декана — имя я не запомнила — огласил приказ о нашем зачислении в Академию на факультет драконьей магии. Нам были выданы цепи с аляповатыми, на мой вкус, бляхами с изображением дракона, удостоверяющими, что мы — студенты.

А еще было объявлено, что в последний день августа состоится бал в честь начала нового учебного года. Начинать обучение с танцев — забавно… хотя так студентам будет легче перезнакомиться друг с другом.

Вечером мы вчетвером устроились в кабинете. Разложили на столе листы с перечислением дисциплин, которые читались в различных башнях. Было традицией, что, выбрав один факультет как основной, студент мог прослушать курсы и сдать экзамены по интересующим его предметам на двух других. Любознательность и разносторонность интересов поощрялись.

Шон крутил в руках наши с Аром студенческие амулеты.

— Ну что? — поинтересовалась я.

— Маячки. В наши времена на студентов следилки не навешивали, — отозвался встрепанный маг.

— Это только наши или общая тенденция?

— Надо попросить у кого-нибудь бляху и сравнить, — пожал плечами тер Дэйл.

— Попросить вряд ли выйдет. Но ненадолго позаимствовать для изучения — это мы запросто, — хихикнула я и снова зависла над списками.

Голова шла кругом. Нужно было разобраться, что мне надо слушать с самого начала, а что имеет смысл сдать экстерном. Беда в том, что интересующие меня курсы в трех башнях часто пересекались по времени, ставя перед необходимостью выбора. Например, мне очень хотелось пройти полный курс анатомии и целительской магии в башне Алла’тель, но часы лекций совпадали по времени с курсом «Культура и язык викингов», читавшимся в Магии.

— Бель, что ты уперлась в целительство? — поинтересовался Ти.

— Хочу понимать, что делаю, — отозвалась я. В настоящее время я неплохо лечила… но делала это чисто интуитивно. Пока дело не доходило до сложных случаев, это срабатывало. Но попади ко мне больной с аппендицитом, и что я натворю, пытаясь снять боль вместо того, чтобы устранить причину?

— Мы тебя научим!

— Ага. С небольшим ограничением. Называется: «Только выше пояса. Болезни для бла-ародных девиц».

Ти, поймав камень в свой огород, обиженно фыркнул. Шон уставился на него карими глазами.

— Ты знаешь, что она права. Не хочешь заниматься этим с ней сам, пусть учится в Академии.

Ар, следивший за нашим спором, вмешался:

— Бель, твой интерес к анатомии похвален — вещь эта крайне нужная. Но если ты начнешь учить в башне Алла’тель то, что в Мириндиэле знает любая эльфийка, это будет выглядеть странно. Я лично обещаю тебе прочесть полный курс — согласна? А также любые другие курсы, которые тебя заинтересуют на эльфийском факультете.

— А они там трупы препарируют! Я тоже хочу, — уставилась я на Ара исподлобья.

— Да притащу я тебе труп, если захочешь! Хоть дюжину! — хихикнул Шон.

— Чувствую себя дураком, — пожаловался Ти. — И, согласен, был не прав. Так что готов поучаствовать в обучении.

— Тебе доверим гланды и лечение мозолей, — съехидничал Шон.

— И чтобы все учебники и атласы по анатомии у меня были! — потребовала я.

Парни обменялись горестными взглядами и покачали головами.

Мы снова уткнулись в списки…

Итак: на человеческом факультете я хотела слушать «Культуру и язык викингов», «Законодательство подгорного народа», «Верования и язык орков. Шаманская магия крови», «Боевая магия», «Защитная магия», «Некромантия», «Трансмутация».

На драконьем — курсы «Методы усиления внутреннего источника», «Основные виды пассивных и активных заклинаний», «Химия и алхимия. Неорганические соединения. Металлы», «Химия — органические соединения», «Защитная магия», «Физические законы материального мира», «Виды атакующих заклинаний», «Законодательство Тер-Шэрранта».

Я, высунув язык от избытка эмоций, ставила галочку за галочкой в программе.

На лицах парней проступало отчаяние — дорвалась!

Глава 7

Религиозные убеждения — прекрасный предлог, чтобы делать людям гадости.

Р. Олдингтон

— Бель, как у тебя с арифметикой?

Я уставилась на Ара, чувствуя в вопросе какой-то подвох.

— Хорошо, — и впрямь, в последнее время я так часто занималась прикладными вычислениями, лежа в кровати между двумя эльфами, от каждого из которых у меня сердце замирало, что могла б наняться приказчиком к самому придирчивому купцу — и меня бы с моими математическими талантами взяли.

— Вот и молодец. — Повелитель иронично посмотрел на насторожившуюся меня. — Тогда тебе не составит труда прикинуть вот что: в семестре четыре месяца — это примерно восемнадцать недель, или чуть больше ста учебных дней. А теперь сложи часы, отведенные на каждый из выбранных тобой курсов, и подели на количество дней. И скажи, что получится.

Шон захихикал. Ти, пряча улыбку, отвернулся.

Ткнулась в список, сложила, поделила. Потом проверила результат еще раз. Получалось двенадцать учебных часов каждый день.

— Ну и как ты хочешь совмещать это с жизнью в Ларране? — доброжелательно поинтересовался Ар.

Вздохнула — наверняка он посчитал все прежде меня, но не стал доказывать свою правоту или навязывать решение, а позволил самой прийти к выводу, что программу нужно урезать. Увы…

— Не расстраивайся так. Ты ж не думала, что выучишься за один семестр или за один год? Перенеси часть дисциплин на весенний семестр, например, зачем тебе прямо сейчас язык викингов? Вроде бы северной угрозы давно нет. И без законодательства гномов ты тоже еще годик проживешь — ведь бессонница тебя не мучает?

Я непонимающе уставилась на Ардена.

— Он хочет сказать, что чтение кодексов гномов вгонит в сон даже каменного тролля, — ухмыльнулся Тиану. Поверь, так оно и есть!

Я представила, как, забравшись на уступ повыше, чтобы тролль меня не достал, монотонно бубню на гномьем статью за статьей, пока пригорюнившийся тролль не садится, подперев каменным кулаком безобразную голову, и не начинает храпеть. Кстати, а каменные — храпят? Или они вообще не дышат? Та-ак, это я с мысли сбилась… а мысль такая: дотошное занудство вроде гномьего — это тоже вид магии, которым можно многого добиться, если применять к месту и в достаточных дозах!

— Бель! Ау-у, ты еще с нами? — Шон водил ладонью перед моим носом, пытаясь привлечь внимание.

Я клацнула зубами:

— Здесь я, здесь!

Вздохнув, уткнулась в список, прикидывая, что еще придется перенести «на потом». Выходило, что в день должно быть не больше четырех пар. Ведь у нас есть дела и в Ларране. На этот раз в борьбе здравого смысла с жадностью должен был победить здравый смысл. Увы!

На следующий день с утра пораньше мы отправились к декану — утверждать учебных планов громадье. Программа занятий на драконьем факультете у нас с Аром совпадала, а на человечьем он хотел послушать четыре курса по разным видам магии и трансмутацию в придачу. Лорд Раннкарр поинтересовался, зачем эльфу, не владеющему человеческим волшебством, его изучать.

— Многие заклинания эльфов и людей похожи, — пожал плечами Арден. — Но при более скудных ресурсах люди иногда проявляют редкую изобретательность. Вот я и хочу послушать, может, узнаю что-нибудь полезное. И, кроме того, буду рядом с невестой. — Ар улыбнулся мне, а я расцвела в ответ. На несколько секунд мы подвисли вне пространства и времени, утонув в глазах друг друга.

Декан понимающе хмыкнул, глядя на наши переглядывания, а потом кивнул, принимая аргументацию.

— Вы понимаете, что при таком количестве курсов каждый день у вас будет по три-четыре пары? Кроме того, два раза в неделю в каждой из башен проводятся не входящие в учебный план, но обязательные занятия по физической подготовке. Мы считаем, что хорошая физическая форма начинающих адептов способствует лучшему усвоению знаний и скорейшему росту магического резерва. Время от времени устраиваются соревнования между башнями. Ваши результаты на кроссе были впечатляющими — могу я надеяться, что вы будете выступать за драконий факультет, а не за эльфийскую башню Алла’тель?

Переглянувшись, мы дружно кивнули. Если мы учимся в Шарр’риот, это справедливо.

— Соревнования между башнями — старинная традиция. Кстати, можете посмотреть, через пару недель состоятся престижные состязания по левитации. Завоевать титул «победитель Клевера» — это большая честь, — продолжил декан.

Я решила обязательно расспросить Шона и Ти, что это за Клевер такой. И если окажется, что мне это по зубам — а летать я умела, — поучаствовать. Интересно же! Нара изнутри одобрительно рыкнула, Элги поддержала ее похожим на смешок коротким ржанием. Ар, оценив появившееся на моей физиономии хищное выражение, мысленно хмыкнул: «Надеешься меня обогнать?» — «и обгоню!» — отозвалась я.

На прощание декан сообщил, что мы зачислены сразу на второй курс с условием сдачи не позднее октября трех базовых предметов с первого — «Основы видов магии», «Законодательство Империи» и «Эльфийский язык». Мы ответили, что готовы сдать их прямо сейчас — зачем тянуть целый месяц? В итоге договорились об экзаменах на следующей неделе после занятий.

Раскланявшись с лордом Раннкарром — кстати, Ардену он тоже понравился, — отправились в Белую башню, искать тамошнего декана — Алвия тер Грасина, прозванного Черным. Нужно было завизировать учебные планы и у него.

У кабинета лорда Грасина толпился народ совершенно немагического вида с папками, бумажками и свитками в руках. Сначала я удивилась, но потом вспомнила, что, поскольку формально Академия находилась на имперских землях, административное управление хозяйственными делами велось именно из башни Магии. При Академии существовали общежития для студентов, библиотеки и читальные залы, ботанический сад и музей, студенческие столовые, прачечные, учебные полигоны, химические лаборатории и еще уйма всего, о чем я даже не подозревала. И перед началом учебного года множество хозяйственных дел требовало решения, согласования и выделения финансирования. Бюрократия везде одинакова.

Посмотрев на скопище озабоченных дядек, я прикинула, что к декану нам светит попасть часа через два, и то, это если повезет. Вздохнув, прислонилась к стенке — изображать несгибаемую деву эльфийского леса настроения не было.

Ар обвел взглядом толпу, глянул на мою хмурую физиономию, подмигнул. И прежде чем я успела поинтересоваться, чему это он так радуется, хитрый эльф оказался в другом конце комнаты, у стола, где держала оборону уже озверевшая от толкотни в приемной помощница декана. Я видела, как Ар обаятельно улыбнулся темноволосой девушке, что-то сказал, выслушал ответную реплику, кивнул, кончиками пальцев бегло притронулся к ее вискам — снял головную боль?

Как бы то ни было, но через пять минут девушка нырнула с нашими листочками в кабинет, а еще через три — вернула учебные планы Ару уже подписанными. Арден, блеснув улыбкой, стал благодарить шатенку, та смущенно засмеялась… Нет, ну дела — делами, но я почувствовала раздражение. Я что, ревную Повелителя?

«Бель! Ты ревнуешь? Я польщен!»

«Гррр! Нашел, чему радоваться!»

«Радуюсь косвенным признакам твоего неравнодушия», — и ментально усмехнулся.

Во загнул! А если я начну строить глазки направо и налево в поисках этих самых признаков у него? Ему понравится?

Теперь, когда список курсов был утвержден, можно было идти получать книги. Я слышала про академические библиотеки, но все оказалось еще интереснее, чем представлялось.

Книгохранилище напоминало приземистый темный гриб с окошками-амбразурами по периметру. Стояло оно примерно в центре треугольника, вершинами которого были Красная, Белая и Зеленые башни. У окошек толпились студенты. Амбразур с засевшими в них библиотекарями было много, так что длинных хвостов не возникало.

— А почему она такая темная и приземистая? — поинтересовалась я, трогая кончиками пальцев шершавую стену библиотеки.

— Драконий базальт, — объяснил Ар. — Материал вечный, абсолютно негорючий, с запредельной температурой плавления и почти иммунный к магии. А форма здания такая, чтобы удобно было силовым щитом прикрыть в случае чего. И… — Повелитель напрягся, вглядываясь в траву под нашими ногами, — …посмотри сама, большая часть хранилищ расположена под землей. Как интересно, неужели гномы строили? Но идея хороша…

Ар ушел в себя, очевидно прикидывая, как можно использовать такие конструкции в эльфийской столице. У меня возникла дурная мысль, что не будь библиотека столь похожа по форме на любимые Повелителем грибы, его б так не зацепило.

Подошла наша очередь. Мы протянули в окно учебные планы и студенческие жетоны…

А еще через десять минут я таращилась на гору книг, талмудов, фолиантов, гримуаров, альбомов и свитков, достигшую высоты четыре локтя и думала о том, как все это попру через город, как буду читать, и вообще на тему «о вреде жадности».

Кипа Ара была лишь чуть ниже.

— Ар, а зачем нам две? И одной бы хватило…

— Как зачем? Одну прихватим в Ларран, спрячем в кабинете лорда Сирила. Не бегать же туда-сюда с книгами? Давай, Бель, накладывай левитацию, и пошли к лошадям…

Необходимость скрывать мой потенциал в драконьей магии Арден использовал для дополнительной тренировки в эльфийской. Например, сейчас я должна была соорудить довольно сложное, на мой взгляд, эльфийское заклинание — сделать книги невесомыми, поднять их в воздух и привязать невидимыми нитями ко мне и Ардену. Вот так, с грузом знаний на веревочке, и поедем по улицам Галарэна. Очередной аттракцион для горожан.

Домой вернулись еще до полудня. Я хотела было зарыться в учебники — посмотреть, что мне дали, но пришлось отложить это на светлое незанятое будущее. А сейчас время поджимало, ведь получалось, что сегодня — последний день, когда мы могли нанести визит в монастырь Святой Цецилии. Завтра вечером состоится приуроченный к первому дню нового учебного года бал, а послезавтра начнутся занятия. А потом у нас будет около двух недель до возвращения в Ларран, чтобы втянуться в учебу…

В данный момент Шон и Ти паковали в корзины заблаговременно накупленное съестное. Маг порассказал таких ужасов о монастыре, что мы решили хоть чем-то порадовать воющих там с тоски уже полгода Эриса и Эмита. Мы с Аром, стараясь не перемешивать кучи, затащили кипы книг в кабинет и присоединились к сборам.

* * *

Выйдя из второго телепорта, мы оказались на вершине высокого утеса с видом на расстилавшийся внизу безрадостный пейзаж с темной глыбой монастыря посредине. Тут, на северо-востоке Империи, осень уже вступила в права, небо было серым, затянутым низкими тучами, из которых сыпала противная невесомая ледяная морось. Бррр!

Обвела взглядом окруженную меловыми скалами долину — небольшая деревенька сплошь из одноэтажных покосившихся избенок, раздолбанная пустынная мокрая дорога, криво выползающая из-за горизонта и туда же пугливо сбегающая, и стылая мрачная громада монастыря за каменным забором справа от дороги. Что? Это и есть обещанный дядей Фирданном рай, куда отправили «отдыхать» принцессу Астер? А где те чудесные яблоневые сады, что мне сулили? Вон те ряды корявых почерневших раскоряк без листьев на холмах за дорогой? А яблоки где? Как нету? В общем, очень, очень впечатляюще… За пять минут налюбовалась так, что век бы не видела!

Накрывшись невидимостью, мы слетели вниз — пройтись по холмам, оценить прелесть яблоневых садов вблизи. Кое-как скошенная и тут же брошенная трава гнила под деревьями, стволы сплошь покрыты пятнами голубоватого лишайника, часть сучьев явно засохла и давно просила обрезки, на ухабистых, заросших сорняками дорожках всюду стояли лужи. Так. Запомнили, оценили.

Взлетели над монастырем. Зависли. Я внимательно смотрела, запоминая планировку. Шон давал пояснения, где тут молельни, где ризница, где столовая, а где кельи, в которых живут монахини. Наши эльфы обитали на втором этаже жилого корпуса, рядом с комнатой настоятельницы. Поселили их так, чтобы принцесса была круглосуточно под присмотром. Бедные Эрис и Эмит! Я решила, что в награду за перенесенные муки изваяю им памятник в натуральную величину из шоколада и дам его съесть!

Выяснилось, что парни и вправду голодные — привезенную нами еду они поглощали со скоростью лесного пожара. Оглядела келью — небогато. Серые, без украшений шершавые стены. Никаких занавесок на единственном узком окне и портьер на дверях. Пересчитать предметы обстановки можно по пальцам одной руки: узкие койки с тощими матрасами — две штуки, шкаф один, стул один. Имелась еще табуретка со стоящим на ней медным тазиком с холодной водой в углу и красующийся рядом горшок под крышкой. Это что — здешние «удобства»?

Было холодно и из-за дождливой погоды промозгло. На стуле, ибо больше просто было негде, лежали несколько книг с описаниями жития святой Цецилии. Ага, если она так и жила, неудивительно, что ее причислили к великомученицам после смерти. По-моему, дядя совсем сбрендил! Пихнуть меня на полгода в такую коробку из-под туфель — это с рук ему не сойдет!

— А моетесь вы где?

— В мыльне. Холодной водой…

Только я хотела посочувствовать, сказав «жуть какая!», как Эрис добавил:

— …вместе с остальными монашками.

Не успела я присесть на узкую кровать рядом с Эмитом, чтобы просмотреть его воспоминания о жизни в монастыре, как в коридоре послышались шаги. Дверь заскрипела, распахнутая резким толчком. Мы еле успели, прикрывшись невидимостью, мухами взвиться под потолок. Корзины с едой прихватили с собой. Эмит и Эрис в образах тощей синюшной девицы помладше — меня, и бледной осунувшейся шатенки постарше — Ирис, застыли, сидя на кроватях, и уставились на входящих.

— Почему вы не на вечерней службе, чада мои? — пропела елейным голосом вошедшая первой дебелая тетка с глазками-буравчиками. Темная шелковая ряса до полу, белоснежный чепец на голове — это и есть Настоятельница?

— Матушка, — опустив глаза долу, ответила Ирис, — леди Астер снова стало плохо, и мы решили помолиться прямо в келье.

Вошедший вторым здоровенный дядька в черной рясе потянул носом и спросил густым басом:

— А пахнет чем? Еда вроде…

«А этот что делает в женском монастыре?» — малость обалдев, послала я мысль Эрису.

«Это настоятель соседнего мужского. Он тут частый гость», — хохотнул тот.

«И что? Вот так шляется по кельям монашек, заходя без стука?» — окончательно прифигела я.

«Шляться Мать-настоятельница не дает», — снова хихикнул эльф.

Дядька продолжал водить носом. Потом нагнулся и подозрительно заглянул под кровати.

— Мы проветривали. Может быть, с кухни тянет? — невинным голосом предположила Ирис. Втянула воздух: — Странно, мы ничего не чувствуем. Да, Матушка, нельзя ли нам принести жаровню? Очень холодно! Мы обе кашляем…

Неприятная тетка уставилась на Ирис в упор.

— Неразумным девицам надлежит испытывать телесные неудобства, чтобы их посещали мысли о духовном! Пока я не вижу в вас должных кротости и смирения!

Ясно. Жаровни принцессе не видать.

«Я и не представлял, что все ТАК плохо. Лорд Регент обнаглел. Завтра получит ноту. Сошлемся на отчет побывавшего тут лекаря. Пригрозим начать войну, а лично с него и сыночка пообещаем кожу содрать живьем», — послал мне мысль Арден. В ауре обычно спокойного Повелителя мелькали красные сполохи.

«А эльфы могут содрать? Живьем?» — поразилась я. Никогда не подозревала, что дивный народ настолько кровожаден.

«Вообще-то, нет. Но он об этом не знает, а судить будет по себе».

«Арден, не надо. Сейчас время работает на нас. Будем его тянуть, сколько можно. Не трогай пока дядю…»

Хотя, честно говоря, сама я тоже начала закипать. Вот ТАК бы со мной обращались, если бы я не встретила Тиану? Вот на ЭТО была бы похожа моя жизнь? Гррр… Как только стану совершеннолетней, турну эту тетку с теплого места, пусть летит носом в ближайшее болото… хотя… вспомнилась услышанная в детстве смешная история. Ага! Вот это доброй Матушке я могу устроить прямо сейчас!

Когда Настоятельница удалилась, повернув снаружи в двери ключ — меня что, еще и запирают? Совсем обалдели! — мы спорхнули с потолка вниз. Эрис и Эмит тут же вцепились в корзину с провизией и стали упихивать за щеки булки с орехами, а мы сели посовещаться…

Решили следующее: сейчас я считаю воспоминания Эмита, после чего Шон возьмет парней с собой на ночь в Ларран — пусть нормально отдохнут, помоются, развеются… и вообще, чем там занимаются эльфы в отпуске? Мне хотелось переночевать в келье, чтобы лично перепробовать весь спектр «приятных» ощущений, которые испытала принцесса в обители святой Цецилии. Да и задуманная гадость требовала личного присутствия в монастыре с утра пораньше. Как и ожидалось, Арден и Тиану захотели составить мне компанию. Вместо отсутствующей жаровни, наверное. А то вдруг замерзну?

Воспоминания Эмита нельзя было назвать радужными. Одинаковые серые дни, ранние побудки, пение монотонных гимнов в честь кого-то с неразборчивым именем, выскобленные добела доски столов в трапезной, на которых стоят деревянные миски с какой-то бурдой… Забавными были только каверзы, которыми баловались эльфы. Я похихикала, глядя на восьмилоктевую каменную Цецилию, сокрушенно качающую головой и грозящую Настоятельнице пальцем. Теперь-то понятно, почему возмущалась святая, усмехнулась я, вспомнив, как непринужденно выходящий из кельи Настоятель положил лапу на филейную часть плывущей перед ним Матушки.

Еще в воспоминаниях Эмита интересными мне показались лица послушниц. Что-то не наблюдалось в них кротости и стремления посвятить себя Храму. Сразу возник вопрос — а добровольно ли они сюда попали? Надо бы разобраться. Вот эта, например, кто такая?

— Эмит, живая черненькая девушка с голубыми глазами. Расскажи о ней?

— Мы несколько раз работали рядом в саду. Симпатичная. Зовут Лиррит. Она единственная дочь лорда, живущего к северо-востоку отсюда. Отец у нее уже старый, да еще был сильно ранен на войне и так и не оправился. Весной к ним в поместье пришли какие-то люди, все перевернули. Отец сделать ничего не смог, а Лир удрала. Прибежала сюда, думала тут спрятаться и попросить помощи. А ее заперли — и в послушницы… Хорошо, что по уставу должен пройти год, прежде чем можешь стать монахиней. Лир уже и не чает вырваться. Честно говоря, — эльф замялся, — я обещал помочь.

— Обещал или обещала? — поднял бровь Арден.

— Обещала. Я ж девушкой был!

— Вот ею и оставайся! — Ар был суров. Эмит покаянно кивнул.

— А что за люди напали? Она говорила? — заинтересовалась я.

— Да какие-то типы в капюшонах… Лир и не разглядела толком. Она их издали видела. В тот день она гуляла в лесу. Только потому и смогла убежать.

Мы переглянулись. Не может быть! Неужели мы наткнулись на очередной след?

— Эмит, где ее келья — знаешь?

Ага, кто бы сомневался, конечно, знает. Первый этаж, три окна вправо. Только живет Лиррит в общей спальне, с ней еще пять девушек.

— Эмит, слушай. Скажешь ей потихоньку, что получил весточку из Ларрана. А раньше молчал потому, что не хотел зря обнадеживать. А теперь знаешь точно, что есть хороший дом, где она может пожить, пока мы разберемся, что творится в поместье ее отца. Я говорю про дом моей бывшей камеристки Ланы. Ей как раз помощь сейчас к месту будет. Из монастыря мы Лиррит вытащим, как только вам настанет срок возвращаться в столицу. Все понял? — я серьезно посмотрела на юного эльфа. Тот кивнул.

Теперь надо бы было посмотреть воспоминания самой девушки. Взяв за руку Ти, потянула его к окну. Ар двинулся следом. Спланировав с подоконника, чуть не застряла в колючих кустах этажом ниже. Это садовник постарался, чтоб монашки в ночное время по округе не шастали, да? Заглянула в нужное окно. Угу, не комната, а склеп повышенной вместимости. Только вместо гробов — койки в домовину шириной с серенькими одеялами. Четыре девицы уже спят, две пока бродят. А что это на них за странные мешки с прорезями для рук и головы одеты? Аа-а… покопалась я в голове одной — сия упаковочная тара для девиц имеет название — «посконная рубаха». Наверное, носить такое — это особо садистский народный обычай для умерщвления плоти. Ведь наверняка эта жуть трет и колется! Причем спорить могу — законодательницей мод для юных послушниц выступала Настоятельница, добровольно такого ни одна мазохистка не нацепит!

Позвав Ардена, открылась ему — пусть смотрит, на что способна драконья магия. Сотворила контрольную сферу и усыпила всех шестерых. Потом раскинула сеть, чтобы нас не застали врасплох. Использовав энтропию, вынула два прута из оконной решетки — уходя, надо б не забыть поставить их назад. Оглядела спящих девушек — которая тут Лиррит?

Втроем мы подошли к койке с тощей подушкой, на которой лежала черноволосая голова. Ти занялся считыванием воспоминаний… Через пять минут мы были уже почти уверены, что попали в яблочко. Темные фигуры в плащах из памяти Лир были страшно похожи на типов, преследовавших нас с Тиану после Таргана. Почти наверняка это полуорки из тайной гильдии убийц, следы которой Арден уже несколько месяцев искал по всем углам Империи. И что привлекло их в уединенном поместье? Хотя, может быть, именно уединенность? Ведь, кроме Лиррит, никто и не узнал о захвате имения. А она так и не смогла никому рассказать.

Ти прошел вдоль остальных кроватей, вглядываясь в девушек.

— Две бедные родственницы, одна невеста, за целомудрие которой боятся, одна сестра непутевого брата, который проиграл ее приданое, и, наконец, представьте себе, вон та блондинка пришла сюда добровольно.

Мы вылезли в окно, восстановили решетку и вернулись к себе в келью.

Эрис и Эмит уже приплясывали от нетерпения, так им хотелось смыться из узилища хоть на одну ночь. Арден разрешающе махнул рукой, мол, летите уж, а Шон догонит. Эльфы резво, пока начальство не передумало, выпорхнули в окно. Шон с сомнением посмотрел на остающихся со мной кузенов. Подумал, хмыкнул, щелкнул пальцами. Оба блондина почему-то подпрыгнули.

— Шон, ты уверен, что это надо? — спросил, неловко ерзая и переминаясь с ноги на ногу, Ти.

— Так всем будет спокойнее, — искренне улыбнулся маг.

— Что он сделал? — дернула я стоящего рядом Ара за рукав.

— Систему охлаждения, — не совсем понятно отозвался Повелитель.

В штанах, что ли? Обалдело посмотрела на эльфов — неужели угадала?

Я присела на кровать. Попрыгала. Жестко, неудобно. Да еще и узко. И как ночевать на этих трех досках? Но мне ж хотелось личного опыта для полноты впечатлений? Вот, буду получать.

— Ты предлагаешь на этом спать? — В голосе жениха тоже звучало сомнение.

— Ти, ну, если хочешь, наколдуй себе перину и спи на койке напротив.

— Я просто уточнил. Думаю, после ночлега в этом гостеприимном месте твой личный счет к дяде Фирданну достигнет астрономических высот…

Арден также отнесся к моей идее переночевать в холодной келье, не используя никаких магических удобств, скептически. Ведь мы могли бы запросто создать силовую сетку, в которой почивать было бы и мягко, и тепло, и просторно. Но я уперлась, а он спорить не стал.

В итоге, покрутившись так и эдак, эльфы устроились валетом, оставив для меня в середине щель, где могла б уместиться небольшая кошка. Меня спросили — к кому я хочу лечь головой, а к кому — ногами? Вот вопрос — и как никого не обидеть? Я сказала, что меня устраивает любой расклад, и предложила бросить монетку. В результате оказалась лежащей нос к носу с Арденом. На другом конце койки Ти обнял мои ноги, а потом начал гладить под коленом, постепенно поднимаясь выше. Внимательно смотрящий на меня Ар уловил, как участилось мое дыхание.

«Можно? Шона нет, а на нас предохранители. — Ментальная усмешка. Волна ласки: — Если Нара начнет тревожиться, скажешь, и мы прекратим. Можно?»

Я неуверенно кивнула, глядя в потемневшие зеленые глаза.

Оказалось, целоваться в тесноте, когда между телами невозможно даже руку просунуть, — это очень здорово. Я слышала стук его сердца, он — стук моего. У нас был общий пульс и общее дыхание. Его рот творил чудеса с моими губами — мне очень понравилось, когда Арден втянул в себя мою нижнюю губу и начал ее ритмично сосать, иногда чуть прикусывая зубами. А затем стал учить целоваться, используя язык. Было жаль, когда он, отстранившись, посмотрел темным взглядом на мой припухший рот: «Бель, пока хватит».

Вздохнув, заглянула в полуприкрытые стрелами ресниц затуманенные глаза Ардена — о чем он сейчас думает?

«Вот этого тебе пока лучше не знать».

Еще один ревнитель моей нравственности нашелся? Ну что за напасть?!

«Нет. Просто на тебе-то нет предохранителя. А если я дам тебе заглянуть сейчас в мои мысли, Нара нас обоих съест! И я ее пойму!»

К утру я поняла, как был прав Ти в своих сомнениях касательно нашего ночлега. Было страшно тесно. Я быстро отлежала на тощем матрасе бок, а перевернуться оказалось невозможно. Думаю, на этой троллевой койке была самая большая плотность принцев и принцесс на единицу площади за всю историю Империи.

Посреди ночи Ти что-то приснилось, и он въехал пяткой Ардену в нос, в результате чего мы все оказались на полу. Потом на нас вдруг закапало — где-то наверху протекла крыша. И наконец, не успели мы заснуть, как зазвонил зовущий на утреннюю молитву колокол. Гррр! Я убью дядю!

Сползши с койки, попробовала разогнуться. Эльфы, сидящие на нарах — иначе после этой дивной ночи обозвать монастырскую кровать я не могла, — глядя на мои гримасы и потуги, обменивались ехидными репликами — обсуждали, нужна ли им такая скособоченная невеста. Ну, этим врединам припомню и отомщу позже — сейчас есть другие дела!

Прикрывшись щитом от усилившегося за ночь дождя, выскользнула в окно и подлетела к покоям Настоятельницы. Заглянула внутрь — вот это постель! — широченная, с тремя перинами, под балдахином. В мою келью такая б горизонтально не поместилась, разве что стоймя. Достойная Настоятельница уже поднялась… как я вовремя успела! А кто же тогда сопит в кровати? Ага, вот тот, чьи портки висят на спинке стула, и почивает под пуховым одеялом!

Теперь надо присмотреть за туалетом достойной Матери, а то вдруг спросонья чего перепутает? Морок на пару предметов, легкий ментальный щелчок по лбу — угу, отлично! Добившись искомого результата, вернулась к себе.

Тиану превратился в Ирис, Арден прикрылся невидимостью, я изобразила саму себя, вариант — немочь бледная, и мы поплелись на заутреню. Ти потирал поясницу, похоже, его продуло, я не выспалась и готова была кусаться. Унылые серые коридоры, лестницы со слишком высокими и узкими ступенями, каменные стены… смотреть тут было решительно не на что. Наконец длинный проход привел нас в сумрачный зал с высоким сводчатым потолком и каменной статуей Цецилии восьми локтей высоты у дальней стены. Мать-настоятельница уже была тут. Бросив укоризненный взгляд в нашу сторону, матушка поднялась на возвышение у ног святой.

Монашки, глядя на свою начальницу, изумленно захлопали глазами и зашептались. Но, похоже, скандала, который я хотела спровоцировать, не выйдет… больно затюканными были обитательницы этой твердыни благочестия. Значит, надо помочь…

Прищурилась. Статуя Цецилии повернула голову и с брезгливым удивлением на лице уставилась на голову Настоятельницы. Монахини округлили глаза. Одна мягкой черной кучей без чувств осела на пол. Стоявшая спиной к святой Мать негодующе уставилась на нарушительницу устава, не понимая, чего это та с утра на ногах не держится. И только открыла рот, чтобы высказать все, что думает по поводу неподобающего поведения и разнузданности некоторых сестер, как каменная святая простерла длань, протянула ее к головному убору главной блюстительницы монастырской нравственности и двумя пальцами сдернула с головы. И встряхнула, явив всем на обозрение мужские кальсоны с расстегнутой ширинкой. Да-да, сегодня поутру достойная Мать, личный пример для каждого и неусыпный страж моральных устоев для всех, слегка напутала с предметами туалета и вместо чепца повязала на голову портки своего коллеги из мужского монастыря.

Почувствовав прикосновение, Мать-настоятельница обернулась, вытаращила на ожившую святую глаза и завизжала резаным поросенком, глядя, как статуя брезгливо поднесла портки к носу, понюхала, фыркнула и отшвырнула прочь. Пригрозив продолжающей визжать Настоятельнице пальцем, Цецилия задумалась, потом приподняла подол длинного одеяния и отвесила грешнице пинка. Та, завывая на лету, словно баньши, которой тролль ногу отдавил, задом наперед точно вписалась в дверной проем и улетела во двор, где и впахалась в мокрую клумбу. Святая обвела остальных взглядом, милостиво кивнула, мол, можете начинать молитву, и снова застыла в каменной неподвижности.

Ясное дело, молебна не получилось. Зато, поскольку воля Небес была высказана однозначно, произошла смена власти. Место Настоятельницы заняла ее заместительница по хозяйственной части, а бывшую Мать заперли в подвале — до получения из Храма распоряжений о судьбе отступницы.

Мы, пользуясь наступившей неразберихой, превратили воду в колодце в яблочный сидр — пусть народ порадуется. Потом вернулись к покоям Настоятельницы и разбудили спящего там мужика, запустив в комнату несколько фантомных черных, с собаку размером, крыс с красными горящими глазами. Ти сказал, что у меня нездоровая фантазия, но желаемого эффекта я добилась — голый Настоятель, прикрыв самое дорогое бесхозным чепцом, с воплями вылетел из комнаты, и его целый час ловили по всему монастырю призванные на помощь конюх и сторож. Я с гордостью подумала, что рассказов о сегодняшнем дне хватит монахиням не на один месяц.

Эрис и Эмит в сопровождении Шона вернулись к обеду и горестно взвыли, узнав, какое веселье пропустили.

Мы попрощались — через пару недель встретимся в Ларране — и покинули монастырь.

Глава 8

Единственный способ установить границы возможного — попытаться сделать шаг за эти границы.

Второй закон Кларка

Я стояла на утесе с телепортом, в последний раз обводя взглядом серую, пеленой дождя полустертую из реальности долину.

— А море отсюда далеко?

— Да лиг сто — сто двадцать на север. А что?

— Я никогда не видела моря. Это же меньше часа драконьего лета? Давайте слетаем? Мы же успеем вернуться к балу?

— Бель, сейчас на Северном море начало сезона осенних штормов. Уже холодно, прибой сильный, и купаться нельзя. Ты уверена, что хочешь?

— Уверена! Очень хочу!

Ти улыбнулся, отошел от обрыва и стал драконом:

— Залезайте!

В этот раз я взлетела на спину Шторма раньше Ардена, привычно устроилась в ложбине на загривке зверя, прижалась к нему, втягивая запах моря и нагретого металла и нежно гладя ладонями темную чешую с сапфировым отливом — как же он хорош, и как я его люблю! Устроившийся за моей спиной Ар с восхищением провел рукой по рельефному гребню:

— Неужели и я буду таким?

Мрак уже кружил над нами, гигантской хищной тенью рассекая завесу дождя. Шторм, спружинив задними лапами, рывком кинул себя в воздух, распахнул крылья и стал мощными взмахами набирать высоту.

— Ти, не очень высоко, мне хочется видеть, что внизу, — попросила я.

Дракон сделал «горку», от которой захватило дух, и два темных силуэта понеслись на север. Я чувствовала, что обнимающий меня Ар тоже наслаждается полетом, будто примеряя на себя каждый взмах крыльев, каждый порыв ветра, сумасшедшую скорость, с которой мелькали под нами распадки и горные отроги этого пустынного края. Скоро леса и скалы сменились холмистой равниной с наростами бурых деревушек, распаханными уже пустыми черными полями, нитками мокрых разъезженных дорог. Вдали показался какой-то город — Мрак и Шторм, забрав вправо, в сторону Гномьих гор, обогнули его по широкой дуге.

Равнины сменились меловыми холмами и вересковыми пустошами, и, наконец, последний раз взмахнув крыльями, драконы приземлились на краю цепи обрывающихся вниз утесов.

Первое, что я почувствовала, был запах — соленый, свежий, влажный, резкий. Потом в уши ударил шум — будто там, внизу, ревело и перекатывалось чудовище — огромное, неустанное — раз за разом, опять и опять, снова и снова. Я перевела взгляд туда, где впереди заканчивалась земля, — небо вдали расчерчивала надвое идеально ровная горизонтальная полоса, и я не сразу поняла, что нижняя часть того, что сначала показалось мне небом, была водой. Океан. Бесконечность. Стихия.

Борясь с ветром, подошла к самому краю обрыва. Ого! А высота-то тут не меньше ста локтей! И внизу, на черных скалах, ревел и бесновался прибой, разбиваясь о камни и брызгами взлетая выше места, где стояла я. Резкий ветер швырнул в лицо капли воды. Я запрокинула голову, слизывая с губ горько-соленую морось — частички океана.

Как описать то, что я чувствовала, смотря на эту бесконечную, безграничную, бескрайнюю неспокойную равнину, пенящуюся барашками волн? Вдали вода казалась спокойнее, светлее и синее, но ближе к берегу, там, где щерились скалы и над рифами бурлили водовороты, она была почти черной. Волны, достигая мелководья, поднимали головы, на них закручивались пенные гривы, и уже огромные валы обрушивались на казавшиеся сверху такими хрупкими утесы. Закрыв глаза, я стала слушать ритмичный и неумолчный рев бездны, ворочавшейся у меня под ногами.

— Бель, о чем ты думаешь? — раздался голос Ти.

— О свободе. О силе. О бесконечности. Смотри, вода, ударяясь о берег, разбивается на мельчайшие брызги, и кажется, что камень победил. Но самая крошечная капелька по-прежнему остается частичкой моря, и она осыплется вниз, снова сольется с волной и станет с ней целым, как будто никогда не терпела поражения. И ударит снова. И снова. И так до тех пор, пока не подточит камень и он не сдастся и не обрушится, превратившись в мелкую обкатанную гальку. Море невозможно обуздать. Оно упорно, своенравно и всегда свободно. Понимаешь?

— Бель, ты сама как стихия. Вот и чувствуешь сродство, — улыбнулся Ти чуть грустно.

Наверное, он прав. Я никогда не стану домашней. И свобода значит для меня больше всего остального. Я готова ограничить себя ради любви и долга, но это — те путы, которые наложу на себя сама. Только так.

— Ар, Шон, идите сюда, — позвала я. И объяснила: — Я чувствую, мы должны слиться. Здесь и сейчас. Давайте?

— Только все же немного отойдем от края, — улыбнулся Арден. — Так что уж лучше идите вы к нам.

Это слияние стало чем-то особенным и невероятным, непохожим на все, что было раньше. В общую радугу нашего счастья я смогла принести с собой ощущение бескрайней мощи и запредельной свободы, которыми прониклась, стоя на краю обрыва. Мы вчетвером стали той самой волной — вечной и бесконечной, простирающейся от горизонта до горизонта, не знающей ни мгновения покоя. Той, которую невозможно победить и нельзя раздробить на части, которую никому не удастся удержать или пленить, которая будет накатывать снова и снова, пока не добьется своего. А еще было чувство нереальной свободы — весь мир, сияющий, многогранный, прекрасный, лежал перед нами, мы разлетались над ним брызгами, проносились ветром, проливались дождем. И краски от этого становились ярче, радуга искрилась немыслимыми оттенками, как будто именно мы несли в мир дыхание и волшебство жизни, чудо магии. Я сфокусировала глаза на Шоне — он сиял, впитывая невероятную картину, немыслимые цвета и ощущения нашей общей реальности. Арден и Тиану приникли с двух сторон к моему рту поцелуями, и я умудрялась отвечать им обоим. Я почувствовала, как парни, обняв меня с двух сторон, приподняли, оторвав от земли. Посмотрела вниз — мы зависли в воздухе высоко над утесом, медленно дрейфуя в сторону океана… Оо-о! Может, это и не Ти с Арденом? Но, кто бы ни поднял, стоит позаботиться о мягкой посадке.

Когда все закончилось и я левитацией мягко опустила нас всех на утес, у меня осталось ощущение, что я что-то поняла, чему-то научилась, и ради этого одного стоило сюда лететь. Вербализовать это чувство пока было невозможно, но я знала, что однажды подберу правильные слова. Единственно — я чуть улыбнулась, — мне не хватало в наших теперешних слияниях нот страсти, желания, ощущения вжимающихся в меня разгоряченных, твердых тел моих любимых. Происходившее было прекрасно, но как-то отстраненно, что ли? Хотя ведь так будет не всегда?

— Шон, а сложно поставить здесь телепорт? — Мы уже полчаса молча сидели на лужайке, привалившись друг к другу и глупо улыбаясь, и, наверное, пора было возвращаться в реальность.

— Хочешь сюда прилетать? — Маг скосил на меня карий глаз.

— Да! — Я развела руки, пытаясь охватить горизонт. — Тут просторно. Смотришь — и понимаешь свой истинный масштаб в этом мире. Правда, странно — в одно и то же время учиться мощи и смирению?

— Эх, найти б еще местечко, где кротости учат! — не удержавшись, ввернул Ти.

— Да мы ж только из одного такого прилетели. Хочешь вернуться? — округлила глаза я.

Шон хихикнул. Ар, отвернувшись, спрятал улыбку.

Пока Шон занимался телепортом, настроенным, как обычно, на нас четверых, я решила обсудить полученную в монастыре информацию о захваченном неизвестными злодеями поместье.

— Бель, нахрапом лезть туда не стоит. Я сегодня же отправлю на разведку несколько наших магов. Очень аккуратно, издалека, чтобы не потревожить. Вот прикинь сама, что бы ты сделала после того, как два подразделения, посланные на отлов неизвестных охотника с девицей, канули без вести?

Я задумалась.

— Усилила бы меры безопасности. Во-первых, увязала бы все защитные амулеты между собой в единую сеть. Чтобы, если какой-то внезапно исчезнет из цепи, это стало бы сигналом тревоги для остальных. Во-вторых, обнесла бы все, что можно и нельзя, кучей охранных плетений. Во избежание неожиданностей. Наконец, выставила бы внешнее наблюдение.

— Ну вот я пришел к таким же выводам, — кивнул Ар. — Значит, если в поместье окопался один из отрядов гильдии убийц, надо позаботиться о том, чтобы никто не сбежал и не подал сигнал тревоги. Начинать такие дела стоит с разведки. Так что запасись терпением и жди — пара недель тут погоды не сделают.

— Арден, я тебя не спрашивала… Тот трактирщик с перевала, убивавший путников на черном алтаре. Йор Садер, кажется? Что с ним?

— Маги работают, но очень медленно. Уже известны имена и описания более пятидесяти его жертв. К сожалению, к числу убитых драконят надо приплюсовать еще троих. С «хозяином» сложнее. Пока все существенное, что удалось вытащить из анализа воспоминаний, — то, что это действительно мужчина. Приходится анализировать мелочи — например, длину теней, когда некромант стоял рядом с трактирщиком. Или случайно оставленный в луже крови отпечаток сапога.

— Не много, но лучше, чем ничего. Спасибо, Ар! Что б я без тебя делала? — я потерлась щекой о плечо рядом сидящего эльфа. Арден тут же обнял меня, прижимая еще теснее. Я потянула за собой Ти, который расслабленно откинулся на мой живот. Лучше б он его не трогал! — сразу вспомнилось, что день перевалил за середину, а у нас еще маковой росинки во рту не было. Если не считать, конечно, того сидра, что мы хлебнули из монастырского колодца — надо ж было продегустировать наколдованное?

Задумалась: может, нырнуть за рыбой? И вообще, на дне морском я еще не была…

— Бель, выбирай — дно или бал. В оба места нам не успеть.

Я вздохнула с сожалением:

— Бал. Если не придем, это заметят.

А еще дома есть уже готовая еда. А тут, даже если поймаю рыбу, ее придется чистить и жарить…

* * *

— Ар, не стоит тебе этого надевать!

— Почему?

— Потому что любимые цвета кронпринца Арденариэля эрд Лоо’аллена, как я успела заметить, — снежно-белый и зеленый. И вообще принц предпочитает искристо-светлые тона. Из чего следует, что Айтеллороэль эрд Неллао должен одеваться по-другому. Рост и осанка у обеих ипостасей схожи, вот и подумай, что будет, если кто-то из знакомых увидит тебя со спины?

Арден вздохнул, глядя на разложенные на кровати костюмы, один из которых хотел надеть на бал.

— Ты сейчас синеглазый и русоволосый. Вот, предлагаю изменить цветовую гамму, сделав ее темнее, глубже, более насыщенной. А тона подбирать под новый цвет глаз. Например, берем вот этот, — схватила лежавший с краю наряд. — Твой любимый зеленый делаем синим… — взглянула в глаза Ару, подбирая правильный оттенок, — а белый превращаем в искристо-серый цвет горного кварца. Нравится?

Костюм стал выглядеть скорее темным, чем светлым, но не потерял при этом нарядности. Очень недурно! Теперь нужно подобрать что-нибудь в тон для себя, и можно трогаться.

Тиану хотел пойти с нами, а Шону светские мероприятия были совершенно неинтересны, и он решил остаться дома — посидеть за книгой с чашкой горячей тайры. И вообще, он давно не занимался теорией. Я инициативу поддержала, тем более что были два-три вопроса, над которыми сама ломала голову последние дни и которыми хотела озадачить тер Дэйла.

Портал из комнаты Тиану перенес нашу компанию в парк Академии. Выбравшись из кустов, куда закинул нас телепорт, мы пошли по украшенной светящимися гирляндами дорожке. Я с интересом крутила головой. Все три башни были ярко освещены, издалека доносилась музыка и голоса, звучал смех. Неискренние взвизгивания в кустах впереди замолкли, и теперь оттуда слышались звуки поцелуев. Академия праздновала начало нового учебного года…

Сегодня вечерние балы были во всех трех башнях, и народ вольно перетекал с одного мероприятия на другое, веселясь, общаясь и сравнивая. Меня заинтересовал вопрос, о каких танцах может идти речь, если среди поступивших в башню Шарр’риот оказалось сорок парней и четыре девушки. Хороводы, что ли, водить будем? Ведь наверняка на других курсах и в других башнях ситуация аналогичная.

— Ну, во-первых, у дивного народа дело обстоит по-другому. Сюда приезжает учиться целительству множество эльфиек, так что соотношение парни — девушки в Алла’тель примерно два к одному, — пояснил идущий справа от меня Тиану. — А кроме того, тут сегодня половина города — приглашены все значимые персоны и куча хорошеньких девушек в придачу. Что ты, балы в Академии — это развлечение для всего Галарэна и ярмарка магически одаренных женихов одновременно. Ну, ты ж видела весной?

Я попыталась вспомнить, что ж я такое видела. Ничего, кроме толпы девиц, следовавших, как хвост кометы, за Шаорраном, в памяти не возникало. Ну, теперь понятно… Красавец и умница, да еще принц, да не женат… Та-ак, постойте-ка! Получается, что сейчас куча непонятных особ женского пола прицепится к моему жениху? Ведь на лбу Тиану не написано, что он — мой, а он тоже принц, маг и неженат! Гррр!

— Бель! — Ти, следивший за ходом моих мыслей, наклонился и чмокнул меня куда-то в район уха. — Успокой Нару, Шторм — ее добыча. А я — твоя. И следи за драконицей, а то она со своими собственническими инстинктами дел натворит. Ведь это же не твои эмоции — в Ларране тебе не нравились приставания ко мне фрейлин, но ты не злилась и не видела причин во мне сомневаться.

Так, Нара! А Ти ведь прав! Сейчас накручу тебе хвост, чтоб мысли не путала и вела себя прилично! Мы сейчас — мирные эльфы, а не летучий огнедышащий отряд «Смерть охотницам на принцев!», поняла?!

Изнутри донесся виноватый рык.

Вот так. Вздохнула полной грудью и огляделась вокруг. Парк сиял, переливаясь морем огней.

— Как красиво, когда высокие деревья увешаны фонариками! — поделилась я эмоциями с Тиану.

— А как полезно! — хмыкнул тот. — Не забывай, половина празднующего народа левитирует, причем не все умеют это делать хорошо, и не все к концу праздника будут трезвыми. Вот проще, чем снимать поутру с вершин дубов пьяных студентов, заранее развесить в кронах фонарики, чтоб летуны видели, куда их несет.

Мы с Арденом хихикнули.

— Ой, Ти, — вспомнила я, — а расскажи, что это за состязания «Клевера»? Декан что-то говорил…

— Это соревнования по левитации. В Академии они считаются очень престижными. Проводятся раз в год, и в них принимают участие все курсы. Победителей «Клевера» заносят на Доску почета.

— Ну, звучит интересно… — протянула я. — А куда лететь-то надо? И почему клевер?

— Три башни стоят широким треугольником, да? А в середине — библиотека. Вот стартуют с ее крыши, огибают одну из башен, возвращаются к библиотеке, потом вторую башню и снова летят назад, потом третью. Финиш там, где был старт. Прикинь, какая фигура получится, если посмотреть сверху?

Я представила себе три петли со скругленными краями-поворотами вокруг башен. И вправду, похоже на лист клевера! Посмотрела на Тиану, потом перевела взгляд на Ардена… хлюпнула носом.

— Все ясно, можешь не продолжать, — хохотнул Ти. — Хочешь полетать? А почему бы и нет? Только учти, нравы там суровые. Стартует куча народу, и уследить за всеми невозможно. Доходило и до членовредительства.

— А ты летал? — заинтересовалась я.

— Летал. Остался третьим. Очень неплохой результат для дракона-недоучки, каким я тогда был.

— Расскажешь про правила?

— Простые. Пользоваться только своей магией, не нападать на соперников.

Я задумалась, уже не замечая красот парка вокруг и переглядывания парней над моей головой… А если вот так? Драконьей магией я могла проделать такое легче легкого, но светиться мне было нежелательно. Значит, завтра после занятий зажму Ара в угол и выясню, способна ли на такое эльфийская магия!

Пока я строила планы, добрались до Красной башни. Поднялись по широкой лестнице, устланной сейчас малиновым ковром, и вошли в уже знакомый мне зал. Кружащиеся под сводчатым потолком разноцветные светильники рассыпали зайчики-блики по стеклам высоких стрельчатых окон и стенам. Магические огни отражались в блестящем черном мраморе пола, дробились на изгибах отполированных до зеркального блеска колонн, скрадывая и искажая пространство, превращая зал в наполненный звездами космос, где по Млечному Пути кружились в танце десятки пар.

— Кузен, прости, но старший родственник сейчас — я, — усмехнулся Тиану, подавая мне руку и приглашая на танец.

Хорошо, что в данный момент мы — эльфы и не надо скрывать, на что мы способны! Я сто лет не танцевала! Через несколько часов наступит осень, а в последний раз я кружилась в этом же самом зале весной… как давно это было! Целую жизнь назад. Я рассмеялась, когда Ти подбросил меня в воздух, поймал одной рукой и, не дав коснуться пола, крутанул вокруг своей талии. Жених, уловив мое настроение, блеснул улыбкой, и понеслось… Я и не заметила, как часть танцующих расступилась, давая нам место. Похоже, даже для эльфов подобная резвость была редкостью.

Когда музыка закончилась, мы уставились друг на друга и расхохотались. Вокруг зааплодировали. Приятно!

Тиану отвел меня назад к Ару, который смотрел на наши выкрутасы, стоя у стены.

«Не бойся, я еще не устала и даже не напрыгалась! Так что готовься показать класс!» — отправила я ему мысль. Повелитель усмехнулся. С классом у него никогда проблем не возникало.

Протанцевав несколько туров подряд со своими кавалерами, присела отдышаться на широкую скамью у стены. Ти принес незнакомый терпкий фруктовый напиток в высоком бокале с сахарным ободком поверху. В стеклянном бокале звенели кусочки льда, а пить полагалось через соломинку. Красиво! Надо ввести в Ларране такую моду на балах. Я с интересом разглядывала танцующих. Ти строго меня предупредил — по головам не шарить! Поймают — хлопот не оберешься! И вообще, этому учат на старших курсах, мне такого знать не положено. Так что я просто рассматривала ауры. Вот мне кажется или посторонних тут не очень много? — только те девушки, которых пригласили и привели на бал драконы.

— А где же горожане?

— В основном в человеческой башне. Древних народов люди все же слегка опасаются, поэтому при наличии альтернативы имперцы предпочитают общаться, выпивать и танцевать с себе подобными. — Тиану чуть пожал плечами, мол, их выбор.

— Пойдем еще потанцуем? — Арден подал мне руку.

Пока мы кружились, в зал вошла большая компания, и, когда музыка смолкла и мы вернулись к Ти, он был не один. Рядом сидел широко улыбающийся парень — бронзовые волосы, золотые искры в смеющихся карих глазах — я как раз вспоминала о вас, принц Шаорран. Вот только показывать, что мы встречаемся уже в третий раз, мне никак нельзя. Ну что ж, поиграем?

Тиану незаметно подмигнул мне и заговорил:

— Принц Шаорран, позвольте мне представить вам моих родственников — Силвернаринель эрд Неллао… — я присела в реверансе, — и Айтеллороэль эрд Неллао, — Ар улыбнулся и коротко поклонился.

— Очень приятно познакомиться, — искренне улыбнулся дракон. — Особенно с прекрасной леди, которая столь превосходно танцует. Ну, меня Тиану уже представил. Я — Шаорран Ал’Эроллд, кронпринц Тер-Шэрранта. Надеюсь, — взгляд драконьего принца скользнул с Ти на Ара и обратно, — вы позволите мне пригласить вашу спутницу на следующий танец? Если, конечно, сама леди не против.

Дежавю какое-то!

«Он что, помешан на танцах?» — послала я мысль Ти.

«И на танцах, и на леди…» — хихикнул жених.

Ну ладно, потанцуем, усмехнулась я про себя, скользя за драконом по черному мрамору пола в центр зала. Заодно, может, узнаю что-нибудь интересненькое. Оглянулась — Ти и Ар плечом к плечу с бокалами в руках удобно привалились к стенке в ожидании бесплатного цирка. Похоже, в моих талантах парни не сомневались.

— Леди Силвер-на-ри… — начал, старательно выговаривая мое имя, Шаорран.

— Лорд, зовите меня просто Наринель, этого достаточно, — и, не удержавшись, добавила на драконьем: — Не все же исключительно драконам своей фонетикой остальным разумным расам жизнь портить?

Шаорран хмыкнул, сглотнув смешок, и с интересом посмотрел на меня.

Я присела в низком реверансе — начался танец. Лорд отдал глубокий поклон, а потом, взяв меня за кончики пальцев, поинтересовался:

— Я тут разучил несколько эльфийских па, не оцените, леди Наринель?

Да неужели? Та самая дорожка, которой я по весне заплела его ноги косичкой? И ведь выучил! И красиво… Ну ладно, сначала похвалю, потом поговорю, а уж потом буду портить настроение новыми фокусами.

— Лорд, вы тут гость или учитесь в Красной башне?

— Учусь, но всего на третьем курсе. Увы, хотел бы я больше времени посвящать учебе, но у принцев есть и другие обязанности.

— Другие? — я вопросительно подняла бровь и затрепетала ресницами, показывая, как жажду услышать продолжение захватывающего рассказа о жизни почти коронованных особ. Добиться, чтобы мужчина заговорил, очень просто — достаточно дать ему возможность распустить павлиний хвост, рассказывая о себе, прекрасном и замечательном. А оперение данной особи интересовало меня в чрезвычайной степени. Конечно, Шаорран — хороший парень, но его отец вел себя неоднозначно…

— Да. Осенью мне предстоит много времени проводить в Ларране. Трудно будет совмещать частые отлучки с учебой.

Решив, что сказал и так слишком много, дракон замолк. Потом поймал мой взгляд — я тут же смущенно потупилась, опустив ресницы и чуть добавив краски щекам. Пусть отвлечется — ведь сказал он и вправду достаточно. Теперь я знала, что сразу по возвращении из монастыря принцессу Астер ждет встреча с Посольством Тер-Шэрранта и возглавлять его будет лорд Шаорран. Вряд ли сейчас удастся вытянуть больше, так что вернемся к танцам.

— Леди Наринель, вы тут в гостях у Тиану?

— Нет. Я только что поступила, — улыбнулась я. — Буду учиться. Если завтра не просплю.

Дракон хихикнул.

— На целительскую магию в башню Алла’тель? — понимающе произнес Шаорран. Вопроса в голосе почти и не звучало, так он был уверен в ответе.

— Нет, сюда, — улыбнулась я, глядя, как округляются глаза принца. — Во мне, как и в Тиану, есть доля драконьей крови. Для поступления этого хватило. Лорд, не хотите попробовать что-нибудь еще из эльфийских па? У вас получается удивительно естественно…

И правда, Шаорран был хорош. Точнее, будет хорош, когда протанцует с эльфами столько, сколько проплясала я. А пока… упс! — лорд в очередной раз споткнулся. Ну да, тяжело подпрыгнуть на одной ноге так, чтобы развернуться почти кругом, да еще приземлиться в полупоклон…

— Думал бы, что так опозорюсь, не стал бы просить учить, — бронзовый дракон не растерял с весны ни чувства юмора, ни обаяния.

Я рассмеялась. Точно дежавю.

Когда Шаорран отвел меня назад к друзьям, Ти послал мне насмешливое: «Эх-х, вот знал я, что ты его спотыкаться заставишь! Хотел с Аром поспорить — а он отказался! Потому как тоже был в тебе уверен». Похоже, я — не я, а какое-то оружие массового поражения… «А что, не так? — пришла мысль от Ара. — Вон нас с Ти ты как поразила! И, Бель, нам домой не пора? День-то был длинный. Может, пошли уже?»

Шаорран искренне огорчился, услышав, что мы уходим. Похоже, с компанией равных у драконьего лорда были проблемы. Кстати, интересно, куда делась та брюнетка, которая висла на нем в прошлый раз?

Выразив надежду, что скоро встретимся на занятиях, мы откланялись.

В ванную я побежала первой. А потом, пока парни купались, растянулась по диагонали на нашем ложе — после монастырских нар простор, тепло, мягкость и запах свежего белья приводили в настоящую эйфорию.

Лишь бы завтра не проспать!

Глава 9

Теория — это когда все известно, но ничего не работает. Практика — это когда все работает, но никто не знает почему. Мы же объединяем теорию и практику: ничего не работает… и никто не знает почему!

А. Эйнштейн

Увы, проспать мне не дали ни на следующий день, ни после. Занятия в Академии начинались с утренней зарей, а зимой и раньше, и опаздывать на них не рекомендовалось. Первый день семестра пришелся на середину недели, и только то, что впереди маячил близкий выходной, давало мне силы вставать еще в темноте и, нагрузившись книгами, верхом трюхать по направлению к аномально жизнерадостно светившимся в любое время суток башням. Парни с интересом наблюдали — надолго ли меня хватит? Я стиснула зубы и слабину не показывала.

Не облегчало жизнь и то, что мы с Аром попали на второй курс, в уже сложившийся коллектив, который принял свалившуюся к ним на головы пару красавчиков эльфов, примерно как встретила б стая голодных котов пару случайно упавших сверху воробьев. Нам пришлось постараться, чтоб показать, кто тут коты, а кто — воробьи. Народ довольно быстро понял, что дружить с нами куда лучше и интереснее, чем на нас наезжать.

Сначала Ар на занятиях по физической подготовке перевалял в грязи половину группы, потом я показала, что мы с женихом легко парируем любые магические гадости, которые старательно подстраивали нам сокурсники. А вот наколдованные мной свиные пятачки на физиономиях самых упертых недоброжелателей пришлось снимать в эльфийской башне совместными усилиями похрюкивающих от смеха эльфийских и драконьих педагогов. Мне сделали выговор за хулиганство… и, как ни странно, именно после этого нас приняли за своих.

Правда, одна самоуверенная девица еще некоторое время пыталась портить нервы мне, одновременно строя глазки Ардену, но и на нее нашлась управа. Сначала на занятиях по физкультуре я врыла эту Шамли при приземлении после прыжка по пояс в землю, и она еле выбралась, вся в грязи. Потом, когда она спешила вслед за Аром по коридору, приклеила подметки ее туфель к полу. Эффект получился неожиданным — девица споткнулась и влетела головой в живот очень кстати вывернувшему из-за угла первому помощнику декана. Наконец, я подошла и пригрозила, что если она не оставит моего жениха в покое, то однажды утром проснется с рыбьей чешуей вместо рыжих кудрей на голове. И вонять будет тухлой селедкой. А что, есть такая эльфийская магия!

Нахалка искренне удивилась:

— А что тебе не нравится? Все знают, что он уже не девственник, так что ему можно! А тебе нельзя, если хочешь получить хоть какую-то магию. Вот и выходит, что ты сидишь, как собака на сене!

Собака или нет, но это сено — мое. Тем более что само «сено», наблюдавшее за нашей разборкой хитро прищуренным глазом, было со мной полностью согласно.

Пару раз я сталкивалась на переменах с Мирикой. У девушки все шло неплохо. Она поселилась в общежитии, учеба и сокурсники ей нравились. Правда, ходила она по-прежнему в том же самом голубом платье. Похоже, пока оно было единственным. Объяснив на всякий случай, где можно нас найти, я пожелала худенькой брюнетке удачи.

Курс, на котором числилось полсотни студентов, был разбит на три группы по пятнадцать-двадцать учащихся в каждой. Теоретические лекции мы слушали все вместе, а семинары, где шли практические занятия и решались прикладные задачи, проводились для каждой группы отдельно. Разумно, ведь иначе проследить за каждым студентом было бы невозможно. Преподаватели мне понравились: подтянутые мужчины лет тридцати на вид — сколько им на самом деле, предположить было сложно, — с набитыми знаниями головами и смешливыми огоньками в глазах. Оно и понятно, без чувства юмора в этом академическом сумасшедшем доме сохранить душевное равновесие было затруднительно, на практических занятиях постоянно происходила какая-то фигня — то что-то взорвется, и вся группа окажется перемазанной сажей до бровей, то студент к потолку прилипнет, то начнется пожар или по этажу забегают толпы синих тараканов.

Нам с Аром приходилось метаться от пары к паре из Красной башни в Белую. Уже на второй день я не стала надевать юбку — летать было быстрее, чем ходить. Кстати, Ар, верный обещанию возместить мне утрату оливковой амазонки, привез из Ларрана три охотничьих костюма, сшитых по моим меркам из того самого сукна. Носить я их собиралась с белыми рубашками или шейными платками. Хотелось надеть что-нибудь в нынешний цвет глаз, голубое, — но нельзя ж иметь все сразу? А голубой с оливковым — не самое удачное сочетание.

Еще оказалось, что, планируя нагрузку, я забыла о такой существенной части, как домашние задания. Вечерами по свежим следам приходилось расшифровывать записанные днем лекции, иначе над моей курописью — сокращение от «как курица лапой», как дразнили мою скоропись парни, — потом бы самый дотошный гном голову сломал. Звери-семинаристы обычно задавали по десять-двадцать примеров из задачников, дабы мы прорешали их к следующему занятию для лучшего усвоения пройденного. Или сообщали, что ко вторнику должны быть прочитаны двести страниц о свойствах электричества из такого-то талмуда на драконьем языке.

Кроме того, на следующей неделе нас с Аром ждали три экзамена по дисциплинам с первого курса. По вечерам Шон и Ти попеременно натаскивали нас по программе «Основ видов магии». Предмет мы с Аром знали достаточно, но существовали признанная классификация, профессиональная терминология и прочие заморочки, и в них надо было разобраться. Я, в свою очередь, вместе с Ти гоняла Ара по «Законодательству Империи». В современных кодексах и правилах он чувствовал себя как рыба в воде, а вот древние хартии и уложения в сферу его интересов до сих пор не входили. В отместку Ар заставлял меня зубрить наизусть длиннющие куски эльфийского эпоса, на котором зиждилось законодательство дивного народа.

Обещанный Арденом курс эльфийского целительства пришлось отложить до лучших времен, то есть до Ларрана. Повелитель обещал, что по прибытии я найду в кабинете отца комплект учебников и атласов. Но пока заниматься этим было некогда.

Шон снова зарылся в теорию времени. Он считал, что может научиться воспроизводить то, что происходило в том или ином месте раньше, считывать образы прошлого. По его прикидкам, это не требовало слишком больших энергетических затрат. Мне такое реконструирование событий казалось и занимательным, и актуальным, поэтому я всячески поощряла и поддерживала мага.

Кроме того, тер Дэйл помогал нам с Аром готовиться к экзаменам и прорабатывать по вечерам то, что днем нам конспективно объясняли в Белой башне. А по ночам маг по-прежнему хранил покой нашей троицы, позволяя хоть как-то высыпаться. Несмотря на усталость, парней иногда заносило, и Шону приходилось раздавать ментальные оплеухи, чтобы сладкие грезы не обернулись потерянным драконом.

Тиану с началом учебного года взял на себя часть обязанностей Ардена в Ларране. Теперь три раза в неделю моему жениху предстояло проводить в столице целый день, следя за переговорами с купцами и гильдиями, документооборотом, взаиморасчетами, корреспонденцией. На него же Ар перевел срочную связь нашей шпионской сети. Кроме того, Тиану занялся тем, до чего у нас раньше не доходили руки, — разбором документов из шкатулки пиратов с Тихого озера и поисками их высокого покровителя в столице. Летом Ар предпринимал попытки выйти на заказчика, опрашивая бывших пиратов — ведь кто-то соблазнил их бросить дома, надежное ремесло и заняться грабежом, — но этот след никуда не привел. Почти каждый раз незадолго до того, как очередной кормилец, обуянный идеей скорого обогащения, срывался с места, бросая семью и привычный промысел, в его дом заходил незнакомец. Мужчина. На этом совпадения кончались. По описаниям пришелец был высоким или низким, рыжим или лысым, молодым или старым, здоровяком или хромоногим, шепелявил или рычал… В результате вывод мы сделали один: мозги у этого мужчины были. Так что теперь Тиану копался в бумагах в надежде выйти на адрес, с которого были отправлены письма.

Времени катастрофически не хватало. Иногда мне казалось, что я несусь по чистому полю за скачущим табуном, пытаясь поймать двумя руками за хвосты десяток коней, не схлопотав при этом копытами по лбу. Планов и проблем было столько, что я начала путаться. Наверное, именно поэтому моя прабабка вела дневники, где некоторые страницы представляли собой списки из десяти-двадцати дел, напротив каждого из которых стояли галочки — выполнено! В итоге я завела толстенную тетрадь в кожаном переплете и начала записывать туда важные мысли, приходившие в голову идеи, существенную информацию и списки неотложных задач. Полегчало.

* * *

Сегодня суббота — какая радость! Последний учебный день на этой неделе — и всего четыре пары. Открыла глаза — за окном еще ночная тьма, а вот Арден уже проснулся и тихо лежит напротив — только глаза блестят.

«Привет, Ар!»

«Привет! Скажешь?»

С того момента, когда мы чуть не погибли на пути к сакральному озеру, прошло немногим больше двух недель. И всего две недели миновало с тех пор, как мы с Арденом, разобравшись в чувствах, признались друг другу в любви. Мне до сих пор иногда снились кошмары, в которых я снова билась над окаменевшими телами любимых, а у Ара были свои заморочки — с утра пораньше он начинал сомневаться: я его люблю или это ему приснилось? Тараканов в чужих головах при таких количествах собственных я уважала и никогда не отказывалась подтвердить, что «нет, не приснилось, да, люблю!».

Протянула руку и погладила Ара по липу. Потом потянулась губами: «Люблю. Ты меня поцелуешь?» Мимолетное нежное касание, улыбка, и мы уже поднялись с кровати. Шон и Ти могли поспать еще час, а нам было пора. Умыться, одеться, проглотить на бегу кружку горячей тайры — хорошо, что магией можно довести жидкость до нужной температуры почти мгновенно, — схватить тетради и выскочить за ворота. Можно было бы ходить через телепорт, можно ездить верхом. Но мы с Аром решили не реже трех раз в неделю бегать до Академии: пара лиг разминки при сидячем образе жизни будут совсем не лишними! Вот только вставать приходилось еще затемно.

Бок о бок, постепенно набирая темп, мы неслись по спящим улицам, прохладным и влажным после ночного дождя… Хорошо-то как!

Первой парой стояло «Законодательство Тер-Шэрранта». Судя по дотошности и неспешности, с которой лорд Каршинн читал свой предмет, в душе он был гномом. С длинной седой бородой. Я сглотнула зевок — то, что Каршинн наговорил за полчаса, можно было уместить в десять минут. Нет бы дал еще поспать! Перевела глаза на портреты, висящие на стене над кафедрой, и задумалась о гномах и их бородах. Очнулась тогда, когда в аудитории послышались сдавленные смешки и всхрюкивания, а Ар пихнул меня локтем в бок: «Бель, немедленно прекрати!» Ой! Оказывается, я в задумчивости наколдовала трем портретам, на которых были изображены два важных неизвестных мне дядьки и одна тетка, седые бороды. Которые доросли до багетных рам… а потом их переросли и теперь трепались вдоль стены на идущем от двери сквознячке. При этом все три обладателя бород следили глазами за марширующим туда-сюда и размахивающим указкой в такт шагам Картинном, который, невзирая на странную реакцию студентов на рассказ о «Наследственном праве Тер-Шэрранта», продолжал бубнить лекцию.

Я сморгнула — бороды исчезли. По аудитории пронесся разочарованный вздох.

«Ар, как думаешь, мы это сдать экстерном не сможем? Скажем, через пару недель? Жалко тратить на этого зануду четыре часа в неделю».

«Думаю, сможем», — ментально кивнул Ар.

Еще один курс, который мы надеялись спихнуть экстерном в ближайшее время, назывался «Методы усиления внутреннего источника». Мы б и записываться не стали, но он входил в перечень обязательных Дисциплин. На втором курсе на него отводились четыре учебных часа в неделю, посвященных медитациям, упражнениям на внимание, тренировку памяти и прочим, в принципе, полезным вещам. Вот только нам все это было уже известно, да и демонстрировать мое личное солнышко и Аров источник, доросший уже до размеров лартайи, мы не собирались. Так что делать на практических занятиях нам было нечего. Критерием сдачи курса, по счастью, было просто выполнение ряда магических действий, требующих определенного уровня драконьего волшебства. А это мы могли изобразить хоть сейчас.

А в химию и физику я влюбилась сразу и безоглядно. Было не жаль тратить время на повторение уже известного мне с самых азов, ощущая, как в голове складывается гармоничная картина окружающего мира. Ведь когда выучусь, то смогу им управлять. Кстати, Арден тоже слушал эти предметы как прекрасную сказку. Сидя на этих парах, он даже забывал поглядывать на меня! Для его рационального ума такая картина мира была внове — обычно эльфы не пытались разбирать гармонию на отдельные кирпичики и раскручивать окружающий мир на винтики и колесики, молекулы и атомы. Впрочем, оказалось, что повернуты на точных науках мы все вчетвером. Когда я и Ар вечерами садились за физику с химией, Ти и Шон немедленно появлялись рядом. Задачки решали наперегонки. Шон проходил вне конкурса. Кстати, тер Дэйл заметил, что у меня хромает математика, и взялся ее подтянуть. Потому что, как он выразился, физики без адекватного математического аппарата не существует.

Последнюю на сегодня пару нам предстояло прослушать в Белой башне. «Орочьи верования и язык» тоже были по-своему сказочным предметом, вот только сказка эта была кошмарной и кровавой. Орки молились духам предков, которые после смерти уходили в загробный мир и бились там с демонами, защищая от них потомков. Демонам приписывались все напасти — болезни, падеж скота, роды со смертельным исходом, неудачные случаи на охоте. И каждый раз считалось, что несчастье произошло потому, что потомки недостаточно хорошо «накормили» своих мертвых пращуров, поэтому те и не смогли отвести от них беду. До этого момента все звучало если не разумно, то хотя бы логично. А вот дальше начинался ужас. Силы духам предков давали жертвоприношения, причем чем кровавее они были, тем лучше. Кормить духов полагалось не реже, чем раз в сезон, в крайнем случае — раз в год. А потому племена орков постоянно воевали между собой и совершали набеги на соседей. Если воин был настолько неудачлив, что не мог убить в положенный срок на алтаре пленника, сначала он мог умилостивить предков, отрезав себе косу. Потом ухо. Потом что-нибудь еще. Потом — убив одного из членов семьи. И так далее…

Попутно я зубрила орочий язык, в котором особое место уделялось войне, способам убийства и пыткам. Предмет мне жестоко не нравился, но я понимала, что знать всю эту жуть необходимо. Бррр!

И еще я теперь ясно представляла, что стало бы с живущими в Империи людьми, если б орки нас завоевали. Дважды бррр!

Домой мы тоже возвращались бегом, лавируя между спешащими по делам и фланирующими пешеходами. Те не удивлялись — в этом городе и не такое видели. Подумаешь, бежит пара эльфов, за которыми по воздуху кипы учебников с тетрадями летят.

Пока рысили, Арден с горящими от восторга глазами поведал, почему в единственный выходной мне не светит выспаться. Оказывается, после вчерашнего сильного ливня завтра — самое время, чтобы пойти в лес за грибами! Я уже слышала от Ти о микологическом пристрастии Повелителя, поэтому не очень удивилась. Просто споткнулась от нежданной радости на повороте, чуть не въехав лбом в фонарный столб, но сумела удержать комментарии при себе. Если вспомнить, куда и сколько раз летал ради меня Арден, то мне совсем и не трудно прогуляться с ним разок по лесу. И наплевать, что вставать за этими троллевыми поганками полагалось с рассветом, как будто позже они куда-то убегут! Правда, я честно предупредила Ардена, что в грибах понимаю ровно столько, сколько сумел втиснуть мне в голову Ти, пока мы разбирали одну-единственную корзинку. Но Ар утешил меня, сказав, что через годик, если стану ходить достаточно часто, я во всем разберусь. Я скрипнула зубами. Снова от радости.

Решив, что стоит лечь спать пораньше, отправилась в кровать сразу, как только закончила с вечерними занятиями. Неделя была неполной, но меня вымотала. То ли я отвыкла работать головой, пока бродила по горам, то ли пожадничала с программой обучения. Через полмесяца буду знать точно, подумала я, закрывая слипающиеся глаза. Парни остались в гостиной — устроили этакую небольшую мужскую вечеринку с книгами и бутылкой вина.

Я уже проваливалась в сон, когда услышала на границе сознания: «Наринель! Леди Силвернаринель… Помогите!» Открыла глаза. Тихо. В спальне я одна. Никого. И никаких голосов. Снова смежила веки, распахнула сознание… и услышала слабое: «Помогите!» В этот раз я поняла, кто меня зовет — Мирика! Что с ней случилось? Нужна помощь? Впрыгнув в штаны и надевая на бегу тунику, помчалась вниз — надо что-то делать, и быстро. Влетела в гостиную:

— Мирика в беде! Как нам ее найти?

Парни вскочили с мест.

— Ты ее слышишь? Да? Раскидывай сеть широко, насколько можешь, и зови. Если она откликнется, ты почувствуешь, какой из огоньков — ее.

Я сделала, как сказал Шон. Накрыла сетью весь Галарэн и округу, удивилась, как много тут людей… поля огней… и стала звать: «Мирика! Где ты?» И откуда-то со стороны Академии донесся ответ: «Леди? Я на дереве! Помогите!» Я затрясла головой. Она что, забралась куда-то, откуда не может слезть? Вряд ли… Но направление я засекла. Вчетвером, накрывшись невидимостью, мы понеслись к Академии.

Мирика была не в парке. Мы нашли ее в одном из темных скверов расположенного недалеко от Академии жилого района, действительно на вершине дерева. Девушка висела, вцепившись руками и ногами в тонкую вершину раскачивающейся березы. А внизу толклись пятеро поддатых парней и время от времени, чтобы подбодрить жертву, стреляли в нее из лука, как в белку. Мол, давай слезай, нам ждать надоело. Несколько стрел торчало из сучьев ниже Мирики — очевидно, пытались бить вдоль ствола, да сучья помешали. Вообще, как ее занесло на вершину березы? Жутко неудобное для лазанья дерево — ствол скользкий, сучья редкие, хлипкие! Какого тролля здесь произошло?

Еще по дороге мы с Аром накинули мороки. И сейчас, опустившись на землю, просто сбросили невидимость.

— Шон, обнеси нас всех силовым барьером, чтоб никто не сбежал!

— Уже есть, — отозвался маг.

— Ти, присмотри за этими господами. Мы с Аром снимем Мирику и вернемся.

Парни были не настолько пьяны, чтобы не забеспокоиться при виде четырех незнакомцев, внезапно появившихся из темноты. Один, правда, присел и хихикнул: «Ой, мне эльфы мерещатся! Какая де-евочка — эльфиечка…» И сделал мне «козу». Более трезвый стрелок попытался спрятать лук за спину, а потом отбросил его в темноту. «Ну, если Мирика пострадала, тебе, сволочь, не жить!» — мелькнула злобная мысль.

Мы с Аром плавно взвились в воздух и зависли на уровне верхушки березы. Раскачивающиеся тонкие ветки, густые еще листья мешали разглядеть Мирику, от которой несло болью и паникой. Да что ж тут случилось? Откуда боль? Неужели? Если так — сама поубиваю этих гадов!

— Мирика! Это я, Наринель! Ты жива?

В ответ послышались сдавленные всхлипы вперемешку со стуком зубов.

Я, протиснувшись между сучьями, подлетела поближе.

— Мы сейчас тебя снимем. Внизу наши друзья, не бойся.

Мирика кивнула, продолжая выбивать дробь зубами. Побелевшие руки намертво впились в ствол дерева, похоже, разжать пальцы она просто не могла, даже если б захотела. Сколько ж она тут висит? И как ее снимать прикажете — отпилить вместе с вершиной дерева? Так береза не виновата.

— Ар, помоги мне! — и стала аккуратно, по одному, разжимать пальцы девушки. Эльф подлетел с другой стороны…

— Бель, она ранена. В ноге торчит стрела!

Ох-х… и плохо, и хорошо. Если боль именно отсюда то это намного лучше, чем то, о чем подумала я. Это поправимо.

— Мирика! Отпусти дерево! Мы сейчас тебя осторожно снимем, — повторила я.

Вдвоем с трудом отцепили закоченевшую девушку. Я обратила внимание на платье — со спины все в грязи, юбка разодрана. Не к добру это! Я и Ар с Мирикой на руках осторожно спустились вниз. Ти снял и расстелил на земле плащ, мы положили девушку на него и присели вокруг. Сначала помощь, разбирательство потом.

Парни, оставшись без присмотра, оживились. О чем-то зашептались, а потом стрелок вдруг поднял лук и наставил на нас:

— Спасибо, что помогли ее достать! А теперь валите отсюда — не ваше это дело, эльфы!

Ну вот каким идиотом надо быть, чтобы спорить с магами в городе, которым заправляет магическая Академия?

Ти, оторвавшись от осмотра раненой ноги, поднял голову и иронично поинтересовался:

— Рискнешь выстрелить в принца и наследника престола дружественной страны?

Парни зашептались снова. Должно быть, решали, что им делать с принцем.

Стрела застряла в мягкой части икры. Удачно, что сухожилие и сустав оказались не задеты. Арден положил руки с двух сторон от торчащего из ноги древка. Я видела льющийся из его ладоней поток серебристой эльфийской магии… и вот стрела дрогнула, поползла и, выйдя из тела, упала на траву. Полилась кровь. Да, это правильно, так должно быть, чтобы рана очистилась от попавшей в нее грязи. Пока внимание Мирики было отвлечено ногой, быстро провела руками вдоль ее тела, одновременно сканируя ауру. Синяки, ушибы, шишка на голове, один порез на боку… и больше ничего! Я облегченно вздохнула.

— А вы ка-акой страны принц? — донесся голос со стороны парней.

Очень умный вопрос. И такой существенный в данных обстоятельствах… Сглотнула смешок — вот как надо упиться, чтобы спрашивать эльфа, какой страны он принц? Драконьей, наверное…

Ответ Ти меня не разочаровал:

— Той, что отсюда на западе.

Парни опять зашептались. Потом закрутились, соображая, с какой стороны запад. Они что, надеются отсюда разглядеть границы? Интересно, а зачем? Непостижно уму…

Арден закончил с ногой Мирики — рана сомкнулась и даже затянулась тонкой блестящей пленкой новой кожи. Если еще подлечить, то и шрама не останется. Я успела считать воспоминания о произошедшем в ее голове, но копание в мозгах подонков, устроивших в ночном парке стрельбу по живой мишени, оставила на долю Тиану.

Оказалось, поселившаяся в студенческом общежитии при Академии Мирика нашла себе подработку в городе. Да, теперь крыша над головой и стол у нее были… но, кроме того, нужны были деньги, чтобы купить тетради и письменные принадлежности, новые башмаки и хотя бы еще одно платье на зиму. Единственным местом, где она нашла работу по вечерам после учебы, был небольшой трактир через пару улиц от парка. Туда она приходила вечером помогать с уборкой, мыть посуду и, как грамотная, проверять счета.

Буквально на второй день работы, когда девушка протирала пол, к ней подкатился «стрелок». Знакомство началось с того, что, проходя мимо, он ухватил нагнувшуюся Мирику за мягкое место. Удивительно, но девушка сдержалась и, вместо того чтобы въехать нахалу половой тряпкой по физиономии, выпрямилась и вежливо объяснила, что она — работающая по вечерам студентка Академии и в авансах не заинтересована. Парень выдал в ответ, что «ага, маги по вечерам все так полы в городе и моют!», а еще что «нефиг ломаться!». Несмотря на то что приставала был сынком какого-то важного чиновника, трактирщик защитил Мирику и выставил хама вон. И вот на следующий же день ее подкараулили, когда она возвращалась после работы. Она даже пискнуть не успела, когда кто-то дернул ее за руку, втягивая в темный проулок, кто-то стукнул по голове, кто-то ударил под дых. Закончив бить, повалили на спину, порвали платье. Поняв, что сейчас будет, Мирика чуть с ума не сошла. Ей удалось пнуть в пах стоявшего перед ней, укусить за руку одного из двоих ее державших. Еще одному она разодрала лицо ногтями и кинулась бежать. На улице не было ни души, она пробовала кричать, стучать в двери, но никто не откликался, а ее нагоняли. И тогда она бросилась в парк и вскарабкалась на первое попавшееся дерево. С перепугу забралась. Преследователи полезли ее доставать. Попадали. Полезли снова и снова свалились. Мирика уж думала, что отделается синяками и порванным платьем, но тут кто-то вспомнил, что его дом совсем рядом, и, пока остальные караулили, принес лук. «Чтобы сшибить дичь», — как он выразился. Мирике ничего не оставалось, как лезть выше и выше, пытаясь спрятаться в ветвях. А когда в нее попали, стала от отчаяния звать меня, вспомнив, как я ее «слышала».

«Ар, что посоветуешь?»

«Если ты не хочешь прикопать этих уродов прямо тут, в парке — а делать этого не советую, маги найдут, и будет разбирательство, — то стоит позвать декана Красной башни. И мы, и Мирика его студенты, так что случай в его компетенции. А мы, — эльф ментально фыркнул, — как принцы и наследники, проследим, чтобы кем бы ни был папаша этого ублюдка, дело не замяли».

Ти кивнул, соглашаясь с предложением Ардена.

Возможность вызвать лорда Раннкарра у нас была. Поскольку мы были высокопоставленными персонами, да еще необычной для драконьего факультета эльфийской крови, декан подстраховался, дав нам средство экстренной связи — на наши студенческие бляхи было наложено соответствующее заклинание.

Ар достал свою и позвал. Уж не знаю, от чего мы оторвали лорда Раннкарра субботней ночью, но счастливей наш зов его точно не сделал. Деканское «Что?!» прозвучало весьма недовольно.

— Нападение. Не на нас, но на одного из первокурсников. Необходимо ваше присутствие.

Топтавшиеся под березой недоумки поняли, что запахло паленым, и, не сговариваясь, бросились в темноту. Шон по-птичьи склонил голову и с любопытством уставился им вслед. Через пару секунд раздались вопли, и вылетевшие из темноты тела попадали грудой друг на друга — похоже, Шонов щит не только остановил убегавших, но и надавал им пинков, возвращая на исходные позиции.

Из тьмы в сопровождении двух мрачных помощников — наверное, их тоже вытащили из кроватей — появился лорд Раннкарр. Быстро, однако! Шон раздвинул щит, пропуская прибывших к нам.

— Что тут у вас? — Серые глаза обежали сидевшую на земле Мирику в разодранном платье, нас, группу мнущихся под березой парней.

— Нападение на первокурсницу. Избиение. Попытка изнасилования. — Тиану сделал паузу, давая Раннкарру осознать — девушка потеряла бы не только невинность, но и магию, и еще не рожденного дракона. Тиану продолжил: — Когда она вырвалась, ее загнали на вершину дерева и стали стрелять, как по мишени. Если б упала, точно бы разбилась. Так что попытка убийства.

— В нее попали?

— Да. — Тиану поднял с земли и протянул декану перемазанную кровью девушки стрелу. — Рану мы уже залечили.

Серые глаза лорда сузились.

— И по мелочи, — закончил Ти. — Когда мы сняли девушку с дерева, на нас тоже пытались напасть, угрожая оружием. А мы все же члены королевского дома Мириндиэля. Закон на этот счет вы знаете.

Декан кивнул, оценив подсказку. Возможно, нашлись бы желающие спустить на тормозах нападение на безродную студентку, выдав все за неудачную шутку. Но вот угрожать оружием особам королевской крови — этого уже не замнешь.

Лорд Раннкарр подошел к Мирике, положил пальцы на виски. Ага, читает воспоминания и одновременно проверяет физическое состояние.

— Как вы оказались тут? — декан посмотрел на нас.

— Счастливая случайность. Были неподалеку. Похоже, у нее от ужаса получился драконий зов. — Ти, который говорил сейчас за нас всех, кивнул на Мирику. В общем-то, он и не солгал. Наш дом был относительно неподалеку, а если декан решит, что мы гуляли в парке Академии или проходили мимо, — это его собственный вывод.

— Услышали, пошли посмотреть, кто зовет на помощь… а тут эти… охотнички… — Ти брезгливо сморщил нос.

— Она украла у меня кошелек, а у Бута — кольцо! — выступил вперед, набравшись смелости, главный «охотничек». — Мы просто хотели вернуть свое!

Ой, идиоты… А про чтение мыслей они не слышали? Или рассчитывают на те хиленькие амулетики, что понавесили на нерадивых отпрысков разбаловавшие их родители?

Мирика дернулась, собравшись возразить…

«Молчи! Просто смотри, что будет!» — кинула я ей мысль.

А дальше те самые амулетики вспыхнули драконьим пламенем под взглядом разгневанного декана, прожигая одежду и кожу. Парни, завыв, попадали на колени с воплями: «Мы не хотели! Мы пошутили!»

— В последнее время произошло еще несколько случаев нападения на студентов в городе, — обернулся к нам лорд Раннкарр. — Пожалуй, стоит напомнить господам, сидящим в ратуше, кто тут на самом деле хозяин. Кстати, вот этот, — лорд кивнул на скорчившегося на земле подвывающего стрелка, — сын первого заместителя мэра. Похоже, пора произвести некоторые кадровые перестановки. Уведите их! — приказал лорд помощникам, стоявшим до этого момента темными безгласными статуями. Теперь они выступили вперед, молча и споро спутали «охотников» силовой сеткой и уволокли прочь.

— Студентке Мирике йор Грейс явиться ко мне в понедельник после окончания занятий для дачи показаний. Вы проводите ее до общежития? — обратился декан к нам.

Ти кивнул в ответ:

— Отведем. И в понедельник я загляну к вам, тоже дам показания.

«Угу, добрые дела наказуемы!» — поймала я обращенную к Тиану насмешливую мысль черноволосого лорда. Раннкарр шутливо отсалютовал и исчез в портале.

Я посмотрела на Мирику, которая всхлипывала, разглядывая разодранное от пупа до подола, превратившееся в тряпку голубое платье. Не хочу я его снова чинить — проще два новых сделать! Но ведь придется…

Мне хотелось помочь Мирике, взять ее к нам… но она была чужим, непроверенным человеком, о котором мы почти ничего не знали. А от сохранности тайн, которые мы прятали за стенами дома Тиану, зависел не только наш личный покой, но и безопасность двух государств и мирный сон сотен тысяч их граждан. Просочится наружу, что я не эльфийка, а единственная наследница Имперского трона, которая сбежала из дворца от дяди, да еще помолвлена без разрешения Совета с принцем соседней страны — и что тут начнется? Что сотворит дядя, узнав, что я вышла из-под контроля и обрела магическую мощь? А другие лорды? В лучшем случае меня объявят самозванкой и начнут гражданскую войну. Когда на одной чаше весов лежит судьба моей страны, а на другой — помощь понравившейся мне студентке, понятно, как я должна поступить.

— Мирика! Синяки сейчас залечим, платье, — не сдержала вздох, — я починю. Принц Тинуириннель в понедельник поговорит с деканом, попросит того найти для тебя работу в Академии. И, наконец, ты примешь в понедельник небольшой подарок лично от меня.

Мирика открыла было рот, но я подняла руку, пресекая возражения.

— Я настаиваю. Это не обсуждается. Никаких излишеств не жди, бриллиантовое колье дарить не стану…

Девушка нервно хихикнула.

— …Ты сможешь сделать его сама, когда доучишься до пятого курса, — закончила я.

Чувствуя, что засыпаю на ходу, подошла к Мирике и стала магически чинить платье — восстанавливать ткань, счищать грязь, латать. Ар встал сзади и положил мне руки на плечи, внимательно смотря на то, что и как я делаю, — это было новое для него знание. Одновременно он делился со мной энергией. Не то чтобы в этом была необходимость, но его магия будто ласкала меня, и это было удивительно приятно.

Девушка глубоко вздохнула, глядя на нас. А потом перевела глаза на чистый целый подол, округлила глаза и ахнула. Я пожала плечами, мол, легко!

— Ну что, полетели? Показывай дорогу! — Мы вспорхнули, унося с собой Мирику, и понеслись к Академии.

Через час — о, радость! — мы оказались дома. А еще через четыре часа нам полагалось встать, одеться и отправиться куда-то к троллю рогатому за грибами. Может, есть какое-нибудь заклинание, чтоб не хотеть спать? Или чтобы собирать грибы во сне?

Глава 10

Чем меньше народу, тем больше праздник.

Л. Ландау

Лес я всегда любила. Особая свежесть и влажность воздуха, которую не найдешь больше нигде, терпкий запах прелых листьев, подстилка из хвои и мха, пружинящая под ногами, — я наслаждалась этим. А еще казалось, что лес хранит множество секретов, маленьких и больших — надо только уметь смотреть и хотеть видеть, чтобы их разглядеть. Вот спрятавшаяся под листком красная ягода поздней сладкой земляники. Вон по стволу сосны деловито топает жук длиной в пол-ладони с блестящими бронзовыми надкрыльями и глянцевым рогом на голове. А там светится в полумраке лесного полога нежная ветреница с полупрозрачными белыми лепестками. Иногда можно неожиданно наткнуться на полянку с синими цветами и порхающими над ними удивительно яркими бабочками и замереть надолго, глядя на эту красоту.

Оказалось, что грибы — это тоже такие маленькие тайны. Их надо не просто собирать, за ними нужно охотиться. Заглядывать под влажные от утреннего тумана еловые лапы, обходить кругами деревья, забираться в чащу, куда в здравом уме не полезет даже еж. Самое удивительное, я поняла, что мне это нравится! Первый найденный боровик — упитанный крепыш с плотной темно-коричневой шляпкой на толстой ножке — привел меня в восторг. Внутри удовлетворенно порыкивала Нара — она тоже сочла занятие интересным и достойным охотничьего азарта.

Мы шли цепью — в паре дюжин локтей друг от друга — по хвойному лесу где-то у границы Мириндиэля. Слева — Арден, справа — Тиану. Шон барражировал на границе видимости, причем способ собирания грибов у мага был нестандартным — тер Дэйл летал лежа локтях в трех от земли, грибы сами срезались под его взглядом, крутились перед носом для проверки на отсутствие червяков и отправлялись в следующую за магом по воздуху корзинку, сплетенную из силовых нитей. Арден сказал, что от такого способа собирания нет никакого удовольствия! Я подумала… и, как ни странно, согласилась — мне понравилось бродить, уткнувшись носом в землю, в поисках сюрпризов.

Лес изменился, посветлел — мы вышли к пологим холмам с редкими соснами. Трава тут не росла, только пышные мхи и лишайники — зеленые, серые, голубоватые, белые, — нога тонула в них по щиколотку. И весь этот бархатный пейзаж, насколько хватало взгляда, пестрел заплатками — бурыми, желтыми, рыжими. Это же грибы! Белые, подберезовики, маслята, моховики… Тут и искать не надо, только ходи и собирай! Кстати, срезала я грибы не ножом, а удобно изогнутым, бритвенно острым когтем. Ти посмотрел на меня, подумал… потом заткнул кинжал за пояс и тоже отрастил коготь. Синий. Ар завистливо хмыкнул.

Через пару часов за нами по воздуху плыла длинная вереница погруженных в стазис кубических авосек с грибами. Мы решили не заморачиваться, сваливая все в общую кучу, а затем ее разбирая, а сразу набирали чистые, без мусора, земли и хвои грибы на одну готовку и так погружали в стазис. Потом следующую порцию и следующую… А кубическими их делали, чтоб удобнее было ставить на полки в подвале. Вот только где мы будем держать весь этот стратегический грибной запас?

— Ти, Ар, может, хватит? — обернулась я, обозревая тянувшийся за нами обоз. — Куда мы все это денем?

— Аа-а! Это не проблема! Мы с Шоном как раз подумали, что еще пара подвальных этажей нам не помешает, и уже начали рыть. Через пару дней доделаем, — радостно улыбнулся стоящий с боровиком в руках Ти.

— Кстати, а Шон где? — закрутила головой я.

— Он кабаньи следы увидел. Похоже, молодые секачи. Полетел посмотреть, — сообщил Ар.

«Как? На охоту? Без меня?!» — взвыла Нара.

«Успокойся, потом побегаем за антилопами, это интереснее! И вообще, ты когда вылетать собираешься? Мне казалось, что ты уже почти готова…»

Я почувствовала смущение Нары. Как будто она что-то хотела спрятать. Отлично! У моей второй половины завелись тайны!

«Нара?! Ну-ка, рассказывай!»

Оказалось, драконица проявила инициативу, чтобы помочь растущему зверю Ардена. Она затормозила в росте, а всю поглощенную энергию перерабатывала в удобный для усвоения вид и скидывала ее Ару во время слияний.

Позвав Ти и Ардена, я раскрыла сознание и рассказала о том, что творит Нара.

— Даже так? А я-то удивлялся, что он так быстро растет… — Чувства на лице Повелителя были смешанными. И радость, и изумление, и тень недовольства. — Бель, скажи ей, чтобы так больше не делала!

— Почему? — удивилась я.

— Потому что тебе предстоит противостояние с дядей, да и не только с ним. И борьба за трон. А наличие драконьей сущности может стать очень сильным аргументом, — объяснил Ар.

Что тут скажешь? Повелитель, как всегда, прав.

— Ти, может ли Шторм помогать росту дракона Ардена, как это делает Нара? — поинтересовалась я.

Развалившийся рядом со мной на моховой перине Тиану ушел в себя. Потом вздохнул:

— Нет, когда сущность обретает плоть, она перестает брать энергию. Прости, Бель, я не могу помочь.

— Тогда делаем так, — подытожила я. — Пусть Нара продолжает рост и остановится в одном шаге от вылета. После этого можно будет продолжать подкармливать зверя Ардена, а в случае чего я быстро встану на крыло. Так пойдет?

— Спроси сначала Нару, чувствует ли она границу, — посоветовал Тиану.

«Нара? Ты все слышала и поняла? Что скажешь?»

Сопение и пыхтение внутри.

«Буду расти. Как почувствую предел, остановлюсь снова. Хорошо? А на антилоп поохотимся сегодня?»

Ну, кто о чем, а дракон об охоте…

«Хорошо. И, как остановишься, предупреди об этом меня. Обязательно!»

Я пересказала парням, о чем договорились мы с Нарой. Те кивнули.

Вставать с мягкого мха совершенно не хотелось, тем более что Ти незаметно переполз так, чтобы положить мне голову на колени, а Арден, наоборот, предложил свои в качестве подушки. Сапфировый взор снизу, изумрудный сверху… ленивые, как бы изучающие… и я дрожу между ними, как росинка на кончике листа. Ти повернулся на бок, лицом ко мне. Я протянула руку, чтобы погладить его по щеке, а он поймал ее и стал целовать. Второй рукой завладел Арден, перебирая пальцы, целуя запястье. Неспешно, давая ощутить мне каждую ласку губ, теплое дыхание на коже, касания языка, позволяя прочесть буквы слова «люблю», которое он выводил пальцем на моей ладони. Ни одно прикосновение не заходило выше локтя, но то, что они делали, заставляло меня трепетать. Оба переплели свои пальцы с моими и стали не спеша прокладывать дорожку поцелуев от запястья к локтевому сгибу. Я чувствовала, как затуманиваются и сами собой закрываются глаза, как участившиеся удары сердца отдаются в кончиках пальцев рук, которые целуют мои любимые, как бьются в моих ладонях их сердца, как наш пульс становится общим… наверное, я застонала. Эльфы остановились и отпустили мои руки. Ар легко подул сверху мне в лицо, заставляя открыть глаза. Выглядел он очень довольным. Я вздохнула:

— И думаешь, после такого я еще могу грибы собирать? Вот сам на руках домой понесешь!

Ар и Ти обменялись понимающими взглядами. Они что, сговорились? Ладно, хорошо, согласна. Пусть несут вместе!

Впрочем, томную лебедь я изображала лишь до опушки, пока не появился Шон с тушами трех подсвинков на прицепе, а Нара не напомнила об обещании поохотиться. Мне и самой хотелось размяться — кровь пела и звала начать сумасшедший бег.

— Я перекинусь в единорога и часок побегаю по степи?

— Не одна. Мы с Ти с тобой. А Шон займется транспортировкой домой всего собранного и присмотрит за нашей одеждой, — посмотрел на приплясывающую от нетерпения меня Арден.

Шон пожал плечами. У него не было единорога, а ворон лишний раз напрягаться не желал, потому что был умным.

Мы втроем летели размашистой рысью по бескрайней степи. До сих пор как-то получалось, что я выпускала Элги бегать только по ночам, и теперь кобыла озиралась и всхрапывала, втягивая запахи нагретой солнцем земли, высохшей травы, пряного, прилетевшего издалека ветра. Краски — желтые, рыжие, охряные, багряные — превращали равнину в пестрое яркое полотно, выгоревшая трава звенела и шелестела под ветром. Я смотрела — и не могла насмотреться, дышала — и не могла надышаться. Сам бег сейчас был и целью, и смыслом…

— Бель! Суслики! Не хочешь поохотиться? — хихикнул Тиану, глядя на покрытое земляными кучками поле слева.

— На сусликов? — удивился Арден.

— Ага! Бель их знатно ловит! И готова есть сырыми! — заложил меня жених.

— Сырых сусликов? — на морде жеребца Ара было написано такое удивление, что я не выдержала и заржала. А потом ехидно добавила:

— А еще червяков!

Вот так! Пусть знает, на ком жениться собрался!

— Зачем? Неужели они такие вкусные? — Ар пытался найти логику там, где она и не ночевала.

— Ага, как грибы! — кивнула я.

— Бель, допрыгаешься! Вот получишь на день рождения в подарок банку лично накопанных кронпринцем червяков, что делать будешь? — поинтересовался Ти.

— Как что? Честно поделю пополам и ночью насыплю вам обоим в штаны! — я прижала уши и на всякий случай прибавила ходу.

— Что, опять мои штаны покоя не дают? — фыркнул Ти.

Я изогнула шею, пытаясь заглянуть ему под брюхо. Ти шарахнулся. Ар изумленно уставился на нас.

— Ар, — воззвала я к справедливости, — вот скажи, ну как я могу выйти замуж, если не до конца представляю, что вы мне предлагаете? Разве это правильно? Кто ж покупает котов в мешке?

— Или принцев в штанах? — снова фыркнул Ти. — Скажи, кузен?

— Гм-м… Ну, в эльфийских летописях не описаны случаи свадеб с принцами без штанов. Так что, наверное, это нормально. — Ар, насколько смог, изобразил серьезность на морде. — Конечно, если ты настаиваешь, мы можем прийти в Храм без…

Тут уже не выдержала я, представив всенародный восторг при виде стоящей в белом платье у алтаря меня и двух блондинов с голыми задами. Ти и Ара, которые, захотев разделить со мной веселье, неосторожно заглянули ко мне в голову, чуть кондрашка не хватила. Или тот самый таинственный Аров родимчик… Оба присели на задние ноги и, повизгивая, затрясли мордами. Ну не жеребцы, а щенята какие-то!

Спасло парней от полного морального разгрома то что я увидела на горизонте облако пыли и рванула к нему — чем бы оно ни было, я свято верила, что страшней меня в степи нет никого! А значит, это добыча!

По равнине с бешеной скоростью неслось стадо или стая кого-то. Здоровенные птицы, вытянув голые шеи с маленькими головами, в сумасшедшем темпе перебирали ногами. На заду у каждой развевался пучок роскошных белых перьев.

— Страусы! С ними здорово наперегонки бегать! — кинул мысль догнавший меня Тиану.

— А они съедобные? — засомневалась я. — Как-то выглядят не очень чтобы…

— Ну, вообще-то, как очень большая жесткая индейка. При наличии выбора я предпочту курицу с рынка, — фыркнул Ти.

— Тогда хоть побегаем! — я скосила глаз на промчавшегося мимо птаха и рванула за ним. Страус почему-то занервничал и стал перебирать ногами еще резвее. Я тоже прибавила ходу — надо ж доказать, что я не только самая страшная, но и самая быстрая, да? Сделав последний рывок, вцепилась в метелку белых перьев, колыхавшихся у меня перед носом. Страус рванулся… и птичий хвост остался у меня в зубах. Мелькая розовой проплешиной на заду и пронзительно вопя, птица почесала к горизонту. Я чихнула. Ну и зачем мне эти перья? Но не выкидывать же теперь? Жалко… не зря ж птичка пострадала.

Жеребцы, наблюдавшие за представлением со стороны, откровенно ржали.

Укоризненно вздохнув — вот весельчаки нашлись! — повернула к пасущемуся вдалеке стаду антилоп-джейранов. Пора и впрямь поохотиться и возвращаться — я хотела сегодня еще успеть зайти на рынок, подобрать платья для Мирики, а вечером устроить маленький праздник для Ти и Ара. Да и ежедневных занятий и слияний никто не отменял.

* * *

Вот какой бы день рождения я мечтала устроить для себя? Понятно, что вокруг должны быть те, кого я люблю. Если будут подарки, которые мне понравятся, — тоже было бы здорово. Но почему-то особенно мне хотелось того, чем радовал меня отец в детстве и чего я не видела ни разу после семилетнего возраста, — торта с зажженными свечами, которые надо задуть, загадав при этом желание. Закончив с покупками для Мирики, я потащила сопровождавшего меня Шона в кондитерскую — надо было купить два торта. Я знала, что Тиану любит взбитые сливки и шоколад, а вот со вкусами Ардена была еще не настолько знакома. Потом меня осенило — нужно купить фруктовый торт с лартайей! Повелителю она действительно нравится, а еще он воспримет это как объяснение в любви. И будет прав — улыбнулась я.

Вечером я попросила эльфов красиво одеться — хотелось сделать момент торжественным, запоминающимся. Те удивились, но кивнули. Для себя выбрала мягко струящееся приталенное золотистое платье с зеленым кантом, длинными рукавами и узким глубоким вырезом. В нем я казалась хрупкой и очень красивой — честно говоря, сама такого не ожидала. Облако русых волос до бедер, зеленые с золотыми искрами огромные глаза на худеньком лице, тонкая талия — словом, настоящая принцесса.

Арден и Тиану ждали меня в погруженной в сумрак гостиной. Вскочив с кресел, эльфы изумленно уставились на плывущие передо мной по воздуху сияющие зажженными свечами торты. Аров горел ярче — ну еще бы, почти три десятка лишних свечей что-нибудь да значат! Кстати, пока я пыталась разместить их, втыкая в желе между ломтиками лартайи, всерьез задумалась — а что буду делать лет так через двести? Или с какого-то момента соответствие возраста и количества свечей становится чисто символическим? Представив тортик для Властелина Небес Тер-Шэрранта, которому, по слухам, перевалило за семьсот, хихикнула.

Гостиная озарилась мерцающим светом огоньков, горящих на тоненьких разноцветных витых свечках. Парни удивленно хлопали глазами, а я замялась, думая, что и как сказать — почему-то все торжественные слова разом вылетели из головы.

— Тиану! Арден! Так получилось, что мы не праздновали в этом году ваши дни рождения. И, пусть с большим опозданием, я хочу исправить это. Поздравляю вас, а подарки будут, как только вы задуете на тортах свечи. Я очень-очень вас люблю. Вот.

Они так смотрели на меня, что я смутилась и замолчала, проглотив последние слова. Речь получилась не слишком выразительной. Ничего, со временем научусь…

— Бель! А зачем свечи и почему их надо задувать? — Ар разглядывал подплывший к нему торт, принюхался… было видно, что ему хочется попробовать.

— Это обычай. Количество свечей соответствует количеству прожитых лет. Именинник должен постараться задуть их всех с одного выдоха, загадывая при этом желание. Если свечи потухнут — загаданное сбудется. И ни за что нельзя рассказывать вслух, что ты пожелал, — объяснила я.

Ар поднял бровь.

— Какая интересная магия!

Наклонился к торту и, не отрывая глаз от моего лица, дунул. Свечи снесло. Точно сбудется! Гм-м… И у Тиану тоже. Вот знать бы еще, что они там назагадывали.

Я поманила пальцем два небольших подноса, накрытых темным бархатом. Один подплыл к Ти, второй — к Ару.

— Мои подарки. Шон помог мне с огранкой камней, все остальное сделала я сама. Надеюсь, понравится…

Арден сдернул покров и, онемев, уставился на диадему. Солнечные камни сияли собственным мягким светом, отражаясь в изгибах обруча.

— Бель! Какая необыкновенная красота! И какая редкость — даже у моего отца таких нет… Откуда?

— Ну, так, — сморщила кончик носа я, — шла-шла, нашла… Надень?

Тиану с улыбкой на лице вертел свою диадему в руках. Солнечные камни из горного потока я выудила при нем, но Ти никогда не спрашивал, что я с ними сделала. Ну, вот теперь он это узнал, улыбнулась я.

Арден примерил обруч на голову, центральным камнем вниз. Идеально! Я ахнула. Лицо, озаренное мягким золотистым светом, казалось нереально прекрасным. Изумрудные глаза сияли.

А Ти? Цвет белого золота на обруче почти слился с его волосами, а контраст сапфировых глаз и золотистых камней делал и те и другие ярче. Как солнечный день золотой осени. До чего он красив!

Я надела свою диадему. Парни, расширив глаза, уставились на меня. Не знаю, что там насчет ментальных способностей, но, похоже, харизму солнечные камни увеличивают однозначно…

— Вы на себя в зеркало посмотрите! — посоветовал Шон, крутивший в пальцах средних размеров солнечный камень в кожаной оплетке. Позже маг собирался сделать достойную оправу, а пока носил свой кристалл на шее на шнурке.

Мы посмотрели. Слов не было. Прекрасные принцесса и два принца с золотистым сиянием надо лбами. Мелькнула мысль: «Такой лоб и лбом-то не назовешь — это уже чело». Меня обняли за плечи, наши руки сплелись… Шон вытащил из кармана кристалл рубина.

— Постойте секундочку! Только не целуйтесь!

Парни хмыкнули, я хихикнула. Ар тут же притянул меня к себе ближе и, приподняв пальцем подбородок, нежно поцеловал в губы. «А после торта — он с лартайей, да? — будет еще лучше», — пришла от него мысль. Ти прижался к моей спине, оплетя меня руками, и потерся подбородком о макушку.

— Да расступитесь вы, ненормальные! От Бель один подол платья виден!

Лучше бы он этого не говорил. Меня тут же подхватили на руки и сунули Шону под нос — мол, на, любуйся! Нет, наша семейная жизнь точно скучной не будет! Хотя, кстати, Повелитель до сих пор так и не попросил моей руки.

«А тебе хочется?»

«Нет!»

«А если попрошу сейчас?»

«Нет!»

«Обиделась?»

«Нет!»

«Бель, ты станешь моей женой?»

«Нет! Ох-х, Ар… конечно, да!!!»

«А теперь давай сделаем все правильно…»

Арден поставил меня на пол, опустился передо мной на одно колено и произнес:

— Принцесса Астер Кибела тер Калариан, я люблю вас и не могу без вас жить. Вы — моя любовь-судьба. Согласитесь ли вы сделать меня счастливым и выйти за меня замуж?

Краем глаза я заметила, как стоявший сбоку Тиану сверкнул улыбкой от уха до уха и кивнул.

Я не отрываясь смотрела в лицо Ардена. Он знал, что я его люблю… и все равно в глазах Повелителя таилась тревога. Он старался держать лицо… но я слишком хорошо его изучила, чтобы не видеть признаков волнения. Неужели он думает, что я могу сказать «нет»?

— Принц Арденариэль эрд Лоо’аллен, я люблю вас больше жизни. И я стану вашей женой, как только взлетят наши драконы. Хотя… — задумалась на секунду, — я согласна заключить брак прямо сейчас, но с отсрочкой осуществления супружеских прав до появления наших драконьих сущностей.

Боги! Да за одно выражение сумасшедшего счастья, которое осветило лицо Ардена, можно было отдать все на свете! И, наверное, я тоже сияла… и Ти, шагнувший к нам и обнявший нас обоих… И как я могла думать, что ЭТО — неправильно? Ничего более правильного, истинного и естественного не было на этом свете!

«Бель, мое желание сбылось!» — услышала я мысль Ара.

«Вот странно… мое тоже», — светло улыбнулся Ти.

Мы уткнулись друг в друга и слились… потому что счастья было слишком много, чтобы держать его в себе, это было то, что мы хотели, могли и должны были поделить на троих… потому что мы трое были этим счастьем, фитилями трех небесных свеч, пылающих любовью.

Потом Шон рассказывал, что когда мы объединились, он увидел нашу общую ауру как мощный белый столп огня, пронзающий небеса. А я просто парила… у нас сейчас была не только общая аура, но единая душа.

Все же Шону пришлось нас растащить… мы так прижимались друг к другу, будто хотели стать еще и единым телом, и возбуждение, желание, жажда каждого ощущались и умножались остальными… поэтому, когда тер Дэйл выдернул меня из рук блондинов, оставив тех обниматься друг с другом, я была благодарна. Плюхнулась в кресло, пытаясь отдышаться, а потом, оценив, как в записи будут смотреться два сплетенных в объятии кузена, тихо начала хихикать. Шон тоже прикусил губу и хитро блеснул карим глазом: «Ага, я все записал! Потом посмотрим, да?»

— А у меня будут два обручальных кольца или одно?

— Думаю, одно. Точнее, у каждого из нас по одному. Бывают очень редкие окрашенные радужные алмазы, я поищу для нас. — Ар, сидя в кресле, держал меня на коленях. Его дыхание щекотало мне шею.

«Бель, я хочу попросить…»

«Да, Ар?»

«Сними сейчас все щиты. Ничего не случится, но я хочу чувствовать, что ты целиком моя… очень хочу… Я свои уже сбросил».

Такая малость для счастья… как я могу отказать?

«Сняла».

Рука Ардена, лежавшая у меня на животе, стала как будто тяжелее, весомее. Его сердце глухо стучало у меня за спиной. Я заерзала, устраиваясь поудобнее, — а разница-то есть!

«Справишься или поднять их снова?»

«Сейчас», — губы Ара приникли к изгибу моей шеи в глубоком поцелуе. Я застонала — чуть больно и невероятно чувственно и сладко.

«Бель, прости, я не удержался…»

«Аа-а?»

«Оставил на твоей шее засос. Очень захотелось. Долго он не продержится, но так приятно смотреть…»

«Мм-м… А мне можно?» — Рука Тиану отвела волосы с другой стороны шеи, и мой первый жених прильнул к тому месту над ключицей, где под кожей пульсировала тонкая жилка.

Я точно выхожу замуж за эльфов? А то оба ведут себя как какие-то сказочные вампиры из детских страшилок!

«Бель! Прекрати их баловать, а то доиграетесь! Подними щиты и не снимай больше!» — Голос Шона выдернул меня из нирваны, в которую я впала от поцелуев Ти и снова припавшего к моей шее Ара…

Ти и Ар, будто договорившись о чем-то, в четыре руки ловко переместили меня на диван так, что я оказалась на коленях у обоих. Я попыталась высвободиться…

— Мы — драконы, и ты — наша добыча!

По-моему, я крупно влипла… Хотя, может, просто стоит объяснить женихам сразу, что к чему?

— Тиану, Арден, — начала сладким голосом я. Парни насторожились. — Девушки бывают двух типов: «Я — твоя!» и «Ты — мой!». Вот как вы думаете, к какому типу принадлежу я?! Так вот, послушайте, повторять не стану: это вы — моя добыча!

Эльфы ошеломленно переглянулись. Шон заржал.

— Бель, я сообщу отцу, что мы помолвлены. Думаю, он не будет возражать. И рассказывать кому-либо тоже не станет. Согласна?

Я кивнула. От Владыки эльфов Алсинейля эрд Лоо’аллена я видела только добро, и он был другом моего отца. Приняв Дар от Ардена почти год назад, я уже стала членом семьи Лоо’аллен, и теперь нам просто предстояло сблизиться еще больше. Интересно, что скажет Владыка, узнав, что на мне собрались жениться ОБА реальных наследника Мириндиэля? — стоявший формально вторым от трона отец Тиану с его археологическими пристрастиями в счет не шел.

— Если бы он был против, не позволил бы мне год сидеть в Империи. Ты думаешь, он еще не догадался, что меня тут держит?

— Медом намазано? — невинно поинтересовалась я.

— Каким медом? — удивился Арден.

Ой, я все время забываю, что принц плохо знаком с человеческим фольклором. Надо исправлять… иначе в будущем общение сулит нам массу сюрпризов.

— Ты еще поинтересуйся, какое именно место намазано, — хихикнула я.

— Какое?

Я затрясла головой. Тиану засмеялся.

— Ар, Бель тебя за нос водит, это поговорка такая, про мед, потом объясню.

— За нос? Зачем?

— Ар, не валяй дурака, не мог ты такого не слышать! — Мы уже вчетвером сгибались от смеха.

Ар на секунду разогнулся, чтобы поинтересоваться:

— Зачем валять дурака? И в чем — в меду? — изумрудный глаз невинно уставился на меня из-под длиннющих ресниц.

Ох, лучше б он молчал — уже живот от хохота болит!

Глава 11

Принято считать, что роскошь — противоположность нищеты.

Нет, роскошь — противоположность вульгарности.

Коко Шанель

Я проснулась раньше всех. Что у нас сегодня? Снова четыре пары, экзамен по эльфийскому, экзамен по законодательству Империи и вечером визит к Мирике. Еще есть час… пойду поплаваю в большом пруду.

Аккуратно, чтобы не разбудить обнимавших меня эльфов, высвободилась из их рук и сползла к изножью кровати. Заскочила в ванную — умыться и почистить зубы, а потом тихонько растворила окно и выпорхнула наружу. Мне безумно нравилось летать… думаю, это не надоест никогда… Кстати, а ведь если Элги заразилась нашей с Нарой любовью к небу, у меня сейчас хватит магии левитировать табун таких, как она. Мм-м? А не попробовать ли немножко полетать в лошадиной шкуре? Ведь, пока остальные спят, я все равно собиралась поплавать в пруду раздетой.

«Элги! Хочешь, чуть-чуть полетаем?»

Образ косящего глаза и тихое ржание в ответ.

Опустилась у пруда, сняла бриджи и тунику и превратилась. А потом, облегчив магией себя почти до полной невесомости, ступила на гладь пруда. И пошла по ней… Невероятно, получается! Сунула морду в воду и всхрапнула — оказывается, пузырьки газа ужасно щекочутся! Топнула копытом и выбила фонтан брызг. Понравилось. Следующие пять минут Элги скакала по озеру, как мартовский заяц, подкидывая зад, поднимая волны и рассыпая радугу разлетающихся капель и водяной пыли. Интересно, а по воде можно кататься, как по траве? Оказывается, можно! Но только вот потом не подняться, потому что оттолкнуться не от чего, нет упора. Значит, взлетаем. Как есть, кверху брюхом. А уж там перевернемся. Крутанув крупом в воздухе, сделала кульбит — почти получилось… я — молодец! Буду тренироваться — научусь летать не хуже Шторма! Приземлилась на берег, встряхнулась по-собачьи и снова стала девушкой.

Подняла руки над головой, потянулась, выгнув спину…

— Бель…

Ну вот, проснулся и пошел за мной. И давно он на меня смотрит? Я перекинула влажные волосы на грудь, закрывшись от темного взгляда Ардена.

— Нет. Не уйдешь.

В голосе звучала улыбка и одновременно свирепая жажда. Ар шагнул ко мне и прижал к груди.

— Ар, не надо. Я никуда от тебя не уйду. Но не дразни себя и меня тоже. Давай поплаваем? Хочешь?

На мгновение руки сжались еще крепче, а потом эльф со вздохом меня отпустил.

— Давай! Но ты собиралась купаться раздетой? Не одевайся только из-за меня… я ж тебя уже видел…

Захотелось брякнуть в ответ: «А я тебя — нет!», но что-то от этого удержало. И так Арден слишком остро на меня реагировал. Может быть, дело в том, что он взрослее Ти?

— Хорошо, — кивнула я.

Разбежалась и рыбкой, без брызг, нырнула в глубокую воду. Арден, одетый только в бриджи, прыгнул следом. Опоздал! Вертя русалочьим хвостом, я уже чесала вокруг острова. Обогнув его, выплыла в центр пруда и улеглась на воде.

— Бель! Ну что ты со мной делаешь? Я за тобой теперь всю жизнь гоняться буду?

— Вырасти дракона — и догонишь, — засмеялась я. Потом перешла на серьезный тон: — Арден, я вчера не спросила. Что такое любовь-судьба?

Лежащий рядом на спине блондин вздохнул и посмотрел в бледное еще предрассветное небо.

— Это когда за всю жизнь можешь полюбить одного-единственного человека. И никто, кроме него, не нужен. Одна любовь навсегда. Это бывает очень редко. И, если случилось, уйти от этого нельзя. Судьба.

— Ты думаешь, у тебя ко мне так?

— Не думаю. Знаю. Когда я тебя увидел там, в зале Приемов, такую хрупкую, маленькую, худенькую, с невероятной решимостью в глазах, — будто стрела в сердце кольнула. И еще твои волосы… Как воды золотистой вечерней реки… я б расчесывал и разбирал их вечно…

— А как же Тиану? Как у него?

— Его ты зацепила еще раньше. Бель, когда-нибудь в легендах тебя назовут Погибелью Эльфов, — чуть грустно улыбнулся Ар.

Поги-бель… Тоже мне, скаламбурил, фыркнула я.

— Но ведь взаимная любовь-судьба — это хорошо? — хотелось в два гребка доплыть до него, обнять, прижаться всем телом. Но, наверное, лучше не надо…

— Знаешь, пока ты была недоступна, я как-то держался. А сейчас, когда ты призналась, что тоже любишь, желание сводит меня с ума… И ведь понимаешь, я всегда прохладно относился к любовным забавам. Ну, то есть я научился делать все, как надо… — Ар чуть смущенно замолк.

— Научился?

— Конечно. А ты как думаешь? Ты ж училась ездить верхом, метать кинжалы, летать, даже правильно бегать… А заниматься любовью — это тоже умение. Причем непростое. Поначалу его может заменить страсть, которая кидает двоих в объятия друг друга. Но этого недостаточно.

Ар поймал в воде мою руку, поднес к лицу, а потом поцеловал запястье, вызвав волну тепла вдоль моего позвоночника и восхищенный вздох.

— Знаешь, боюсь даже думать о твоих талантах в этой области, — улыбнулась я. Воистину, все, что делал Ар, он делал превосходно. — Из нас троих я одна пока сплю спокойно. Не лишай меня этого, пожалуйста!

— А я тебе снюсь?

— Иногда…

— И что мы делаем?

— Где-то ходим, разговариваем. Ты мне улыбаешься, иногда целуешь.

— Эх-х, мне б такие сны… — мечтательно протянул Арден.

— Какие сны? — Между нами вынырнула светловолосая голова Ти.

— Ар хочет во сне сам с собой целоваться, — объяснила я.

— Хорошо, что не со мной… — глубокомысленно произнес Ти, пытаясь въехать в суть происходящего. — Давайте наперегонки вокруг острова, и пора собираться в Академию!

Как ни странно, я победила. Обиженные эльфы обвинили меня в том, что мое сопротивление меньше из-за лучшей обтекаемости. Я согласилась и добавила, что еще из-за меньшей массы я резвее на поворотах. Вот так!

* * *

Перерыв после третьей пары был почти в час длиной, чтобы студенты могли перекусить между занятиями. Мы с Аром устроились на скамейке в парке с полной флягой тайры и толстыми бутербродами с мясом джейрана.

— Какие у вас, однако, неприхотливые вкусы! Привет, кстати. Еле вас отыскал. — На край сиденья с моей стороны плюхнулся Шаорран. Да у нас тут слет наследников, усмехнулась про себя я.

— Привет! Присаживайся! — заломил бровь Арден. Я оценила приветствие Повелителя: предложив присесть уже откинувшемуся на спинку скамейки дракону, он мягко указал сразу на два нарушения этикета. Во-первых, Шаоррану следовало поздороваться и попросить о разрешении присоединиться до того, как он сел.

А во-вторых, сесть ему полагалось именно со стороны Ара, который был мужчиной, моим женихом и защитником. И Арден, ответив вместо меня на обращенную ко мне реплику, сейчас указал на это.

— Мм-м, а что тут у вас? — дракон потянул носом. Очаровательный парень! Но так ли он прост, как хочет казаться?

— Сложно сказать, как это называется. В рамки стандартного бутерброда оно точно не укладывается. Но тут много мяса и грибы. Нам нравится. Хочешь попробовать? — откликнулась я.

Шаорран кивнул. И через секунду вгрызся в сочный ломоть розового мяса, нафаршированного изнутри грибами пополам с какой-то эльфийской зеленью, придававшей всему яству пикантный вкус.

— Наринель, это ты готовила? Если «да», бросай своего жениха и выходи за меня — я тебя королевой сделаю! — смеющиеся золотистые глаза заглянули мне в лицо.

Самое забавное, что дракон угадал. При всей моей неспособности к кулинарии я решила, что учиться кухарить все же придется, и эти стейки были чуть ли не первым моим удачным опытом. Но пошутил Шаорран не совсем уместно — Ар стал похож на грозовую тучу, сейчас как бабахнет! Пора вмешаться.

— Спасибо, конечно, — легкомысленно отозвалась я, — но я люблю своего жениха. А готовлю, кстати, так себе. И это еще мягко сказано. Надо очень хорошо ко мне относиться, чтобы терпеть эту дилетантскую стряпню.

Драконий принц уже сменил тему:

— Вообще-то, я вас искал, чтобы пригласить к себе сегодня в гости на вечеринку. А еще мне нужна небольшая дружеская помощь…

— Чем можем быть полезны? — поинтересовался Ар, дожевав свой кусок и потянувшись за флягой с тайрой.

— Да даже не знаю, как объяснить… — замялся Шаорран. — Одна из первокурсниц в эльфийской башне… я был бы рад, если б вы посмотрели на нее и сказали — кронпринц Арденариэль на самом деле собрался на ней жениться?

Ар поперхнулся тайрой и закашлялся. Я чуть не прикусила себе палец вместе с куском мяса, который несла в рот.

— Так. Судя по вашим лицам, ответ ясен. Вы слышите об этом впервые. Ну хоть зайдите, посмотрите… а то эта особа всех своими претензиями уже достала.

— А у этой особы имя есть? — осторожно поинтересовался Арден.

— Какая-то Верисиэлль эрд Роон’нал — пожал плечами Шаорран, дожевывая последний кусок. Встав, вежливо поклонился: — Так вечером я вас жду! Тиану знает, где я живу, — взлетел и умчался по направлению к Красной башне.

Проводив глазами дракона, я перевела взгляд на еще раз поперхнувшегося Ардена. Так, с этой невестой надо разобраться… он ее явно знает. Подняла бровь и выжидающе уставилась на жениха.

— Женский вариант кузена Ру, — поежился тот. — Когда ей в предыдущий раз приспичило замуж, я сбежал в северный патруль и два года носа в Лариндейле не показывал.

— Сбежал? — заинтересовалась я.

— Не поверишь. Посреди ночи без штанов выпрыгнул из окна собственной спальни, куда эта особа пробралась, чтобы залезть ко мне в постель. Если б нас застали вдвоем утром, оправдаться было бы сложно. Хотя жениться на ней я не стал бы все равно.

Ну вот, какая-то левая липучка видела моего жениха без штанов, а я — нет!

Вздохнула:

— А теперь расскажи, в чем суть проблемы.

— Она — единственная дочь главы дома Роон’нал. Ее отец отвечает за патрулирование половины северных границ и весьма уважаем в Лариндейле. Ссориться с ним нам никак не с руки.

— У тебя нет никаких обязательств перед этой Верисиэлль? Твой отец ничего ей не обещал? И еще… Владыка уже знает про нас с тобой? Он согласен?

Ар пересел ко мне ближе, приобняв за плечи. Ткнулся носом в волосы. Я поняла, как он рад, что у меня не возникло даже сомнений в его любви и верности. Но какие же тут сомнения? Арден год не отходит от меня ни на шаг, помогая всем, чем может. А три недели назад пошел ради меня на смерть. Если это не любовь, то что?

— Отец не стал бы ничего обещать. Он знает мое отношение к этой амбициозной девице. Да и никому другому он бы тоже не стал давать слово от моего имени. Он не такой. А про нас я успел вчера сказать по амулету связи очень коротко, и он ответил только, что рад, если мы нашли свое счастье.

— Вот и хорошо. Вечером сходим, посмотрим на эту Верисиэлль, выясним, зачем она сюда приехала.

— Подозреваю, меня искать, — скривился Арден. — Если меня нет в Мириндиэле и Ларране, то куда я мог деться? Скорее всего, учусь тут инкогнито. В эльфийской башне. Ведь другой магии у меня нет?

— Ну вот, ты сам и подсказал решение, — прыснула я. — Если она тебя выслеживает, надо сделать так, чтобы она подумала, что ты — это кто-то другой из башни Алла’тель. И пусть себе гоняется! Главное, подобрать подходящую кандидатуру на эльфийском факультете и подбросить слух.

Ар, онемев, смотрел на меня. По-моему, до него наконец дошло, с кем он связался!

— Бель! Ты гений…

Последней парой была лекция по защитной магии. Вообще, по всем видам волшебства сначала давали большие куски теоретического материала, а уж потом, когда у студентов в голове складывалась относительно ясная картина, переходили к практике, помогавшей прояснить и зафиксировать детали. Голубоглазый смешливый блондин, читавший нам «Защиту» в Белой башне, мне понравился. Клодден тер Мидран — живой, бодрый, с очень ясным, отлично структурированным стилем изложения — умудрялся впихнуть в два академических часа уйму информации. При этом, разбавляя сухую теорию рассказами о реальных случаях, он добивался неусыпного внимания аудитории.

Сначала давалась классификация видов ущерба — как именно можно вырубить мага. Ясно, что способов — от усекновения головы при помощи топора до ментальной атаки, когда маг сам втыкал в грудь кинжал, — было множество. В ход шло все — молнии, тяжелые предметы, ядовитые газы, ямы под ногами… оказалось, что маги обладают на редкость извращенной фантазией… себе подобных они изводили тысячу и одним нетривиальным способом. И всегда были готовы придумать тысячу второй.

За рассказом об ущербе всегда следовал вопрос, обращенный к слушателям: «И как, вы считаете, можно от этого защититься?» Очень умно. Пока студенты не знают традиционных правил и методов защиты, был шанс, что кто-нибудь головастый родит новую идею. Лорд Клодден давал несколько минут на раздумья, а сам в это время внимательно разглядывал нас, примечая — кто работает головой, а кто филонит. Мне пришлось чуть ли не язык прикусывать, чтоб не выдать свои идеи о фильтрах на кожу, громоотводах и прочих вещах, о которых эльфийке Наринель знать пока было не положено.

Ар весело ухмылялся, глядя на ерзающую меня. А радоваться-то на самом деле было нечему. Только что мне в голову пришел убойный способ, как можно отправить к предкам всех нас четверых, даже не запыхавшись. И нашему неведомому врагу-некроманту сей метод явно был по силам. Ох, надеюсь, что не по мозгам… Идея была примитивна и убийственна, как удар кирпичом по темечку: в зоне прямой видимости, там, где открыть телепорт может даже последний криво-ручка, нужно сделать портал внутрь наших драконьих щитов и запустить туда какую-нибудь гадость. Например, разорвать сердце глыбой льда. Или осколками железа. Или устроить взрыв внутри щита. Или, еще веселее, кинуть какое-нибудь вредоносное заклинание, можно замедленного действия.

Или дом… Открыть ночью портал над нашей кроватью и устроить кислотный дождик — мало не покажется.

Картины вырисовывались жутковатые. Вечером нужно поговорить с Шоном, узнать, пробиваем ли драконий щит для чужих порталов. И если «да», то как от этого защититься. Может, сама магия порталов позволяет делать какие-то области недоступными для прыжков? В принципе, сейчас, обладая драконьей магией и эльфийской, мы все могли научиться телепортации. А Ардену пришло время потихоньку заняться трансмутацией, сил у него уже для этого достаточно. Время! Боги, где нам, почти бессмертным, взять время, которого так страшно не хватает?!

* * *

После окончания пары мы вежливо раскланялись с лордом Клодденом, который всю лекцию изумленно на нас косился, пытаясь понять, каким ветром к нему на занятия занесло эльфов, учащихся на драконьем факультете, и отправились сдавать экзамены. По пути я рассказала Ардену о своих опасениях. Тот нахмурился.

— Мы действительно плохо защищены от магических нападений. Но вот что я думаю… если есть возможность отрезать эльфа или человека от источников волшебства, подобный же механизм должен помочь блокировать эльфийские или человеческие заклинания. Давай поговорим с Шоном? Он наверняка знает, как это делается. Но, вообще-то, ты права: мы почти неуязвимы для немагов, но сильный опытный маг может сделать из нас рагу просто потому, что он знает финты и штуки, о существовании которых мы пока даже не догадываемся. У нас есть сила, но слишком мало опыта ее применения.

Ясно, будем думать. Только хотелось бы, чтобы эта оборона выглядела менее экзотически, чем изобретенный нами с Ти водяной громоотвод. Почему-то в голове крутилась мысль, что пара вложенных друг в друга драконьих щитов могут послужить каркасом, внутри которого надо поместить собственно защиту. Интуиция говорила, что что-то в этой идее есть…

Экзамен по эльфийскому языку, как мы и ожидали, стал скорее проформой, чем реальным испытанием. Сидевший за столом маг неопределенного возраста вежливо приветствовал нас по-эльфийски, поинтересовался нашими родословными и самочувствием родни, погодой в Мириндиэле и последними сплетнями из Лариндейля, после чего протянул руку и попросил наши зачетки. Очевидно, решил, что больше отнимать друг у друга время нам резону нет.

А вот на имперском законодательстве меня и Ара поджидала целая комиссия из трех человек. Эти были настроены пощипать залетных эльфов так, чтобы пух и перья полетели. Перед нами на столе разложили полсотни белых карточек — билетов, мы с серьезными лицами вытянули себе по одному, предъявили номера комиссии и сели готовиться. На четыре вопроса нам щедро отвели полчаса. Я хмыкнула, просмотрела билет, решила, что достаточно готова, и отправилась отвечать. Разговор шел на имперском — очевидно, лорды-преподаватели надеялись подловить нас на незнании или непонимании юридических терминов, произнесенных на неродном языке. Всякие «майораты» и «сервитуты» так в воздухе и порхали. Слегка подустав от придирок, я начала дословно цитировать статьи эдиктов на древнеимперском диалекте. Такой подлянки драконы от меня не ждали — я пару раз заметила, как сидевший с краю молодой шатен пинал под столом старшего коллегу и тихо переспрашивал: «Что она сказала?» Наконец, после прослушивания пятидесяти трех статей «Хартии свобод вольных рыбаков Северного моря» от меня отступились. Вообще-то, отвечала я так специально — моей целью было создать впечатление, что древние имперские законы нам вдалбливали с колыбели, читая вместо сказок на ночь. Чтоб спали крепче. Соответственно, Ара будут гонять по современным кодексам и последним указам и уложениям Регентского Совета.

Так оно и вышло. Вот нашли кого пытать о таможенных тарифах и законах об обязательном страховании! Арден изображал полнейшую невозмутимость, будто не замечая, как каждым следующим ответом все больше загоняет комиссию в состояние ступора. Наконец до драконов дошло, что никого они сегодня не раздраконят и если пух и перья полетят, то не от нас.

— …при доставке текстиля морем страховые платежи составляют теперь двенадцать процентов от стоимости груза без учета таможенных пошлин, неужели вы не слышали об этих изменениях, ведь они вступили в силу уже четыре дня назад? — закончил Арден очередной монолог.

Председатель заскрежетал зубами и очень вежливо попросил наши зачетки. Сохранив серьезность на лицах, мы раскланялись и вышли, вежливо прикрыв за собой дубовую дверь. Я не удержалась и приложила ухо. Ар приник выше. Из-за двери послышалась ругань, касающаяся какого-то проигранного пари. «Брых вызгатый» я расслышала точно!

Взявшись за руки, мы с Аром отправились доложить о результатах экзаменов декану и договориться с ним о датах сдачи «Основ видов магии» и «Методов усиления внутреннего источника». Последний предмет лорд Раннкарр предложил сдать немедленно непосредственно ему. Мы переглянулись и кивнули — четыре свободных часа в неделю при нашем перегруженном расписании будут явно не лишними! Раннкарр поднялся из-за стола и куда-то нас повел. Оказалось, в тот самый, защищенный от проникновения эльфийской и человеческой магии базальтовый зал, где мы сдавали приемные экзамены.

Но это же как раз то, что нужно нам для защиты, сообразила я! Установить такие экраны по границам драконьих щитов, и половина задачи решена — ни эльфы, ни люди нас уже не достанут. Кинула мысль Ару — пусть тоже посмотрит — и перешла на внутреннее зрение. Ух ты, какие затейливые плетения! А как это работает? Ну ладно, сейчас внимательно все рассмотрю и запомню, как выглядит, потом расскажу Шону, и вместе помозгуем. А если что будет неясно, так он сюда заскочит и разберется!

— Леди Неллао, Вы меня слышите? — Голос лорда Раннкарра вырвал меня из раздумий.

Я захлопала глазами.

«Ар, что он сказал?»

«Спросил, готова ли ты».

— Спасибо, лорд. Конечно, я готова.

Вот только знать бы еще, к чему, вздохнула я.

«Надо сделать несколько магических действий, требующих определенной мощи», — мысленно подсказал Ар.

В общем-то, упражнения оказались несложными. Они просто проверяли наличие у второкурсников магической силы, необходимой для успешного обучения. На следующем курсе требования будут выше.

Сначала мы по очереди зажгли и продержали несколько минут магический светильник Яркость должна была быть такой, чтобы можно было прочесть надпись под потемневшим портретом какого-то древнего деятеля. Оказалось, крючконосый брюнет с недобрыми глазами был первым деканом Красной башни. «А нынешний симпатичней», — подумала я. Ар хмыкнул.

Потом нам предложили поднять кафедру. Мы сказали, что, может, ее и поднимем, но вот аккуратное возвращение этой бандуры на место гарантировать не можем. Раннкарр ответил, что это не страшно, он ее починит. Это у них что, нормально, что студенты на экзаменах мебель ломают? Ну ладно, декану виднее, это же его имущество. Я начала первой. В общем-то, можно было отправить эту кафедру одним броском в Зеленую башню или вообще на другой конец Галарэна, но я изобразила неуклюжее переваливание и перетаптывание прямоугольной конструкции по центру зала, лишь в конце позволив себе маленький подлет. Ар, почти скопировав мои потуги в обратном порядке, аккуратно передвинул гробообразную хреновину на место.

Декан покосился на нас и задумался, потирая рукой подбородок. Что-то мне не понравился его взгляд…

— А летать вы умеете?

— Да, конечно.

— Я имею в виду, пользуясь драконьей магией.

— Принц Тинуириннель научил нас, как только наша сила стала достаточной.

— А зачем?

— Из соображений безопасности. Лиши летящего эльфа связи с источником, и что с ним будет? — Ар пожал плечами. — Потенциально мы бессмертны, но тот, кто не заботится о своей безопасности, точно долго не проживет.

Лорд Раннкарр кивнул:

— Прекрасно! Значит, три круга по этому залу!

Гм-м… странно… что-то я не заметила, чтобы драконы-второкурсники порхали в массовом порядке. Но не спорить же?

Чинно воспарила под потолок и двинулась по кругу, попутно рассматривая магическим зрением и запоминая вплетенные в стены и свод зала заклинания. Следом летел Ар. Не знаю, на что он смотрел, но мне показалось, что на мои ноги. Наверное, ракурс понравился.

К концу второго круга я соскучилась, но для воздушных танцев или другого хулиганства сейчас было не время. И так задания, данные Раннкарром, казались мне подозрительными.

Мы приземлились. Декан кивнул — экзамен сдан.

Расписался в зачетках, задумчиво погладил длинными пальцами гладкий подбородок, а потом заговорил:

— Чего-то я в этой ситуации не понимаю. Я стребовал с вас программу четвертого курса, и вы ее выполнили. И что прикажете с вами делать?

Я улыбнулась:

— Только не надо переводить нас на четвертый курс! Столько экзаменов нам экстерном не сдать! А вот о третьем после зимней сессии можно будет подумать…

Сероглазый лорд покачал головой. Вздохнул, снова взял наши зачетки и вписал в них сдачу экзамена по «источнику» за третий курс.

На прощание мы договорились о сдаче «Основ видов магии» в конце недели и «Законодательства Тер-Шэрранта» через десять дней. Честно говоря, в разумности последнего шага уверенности у меня не было. Если мы попадемся той же комиссии, нас на ленточки располосуют и бантиков из них навяжут.

«Не бойся, я его знаю. Если засыплешься, подскажу».

Я гордо задрала нос — вот еще, не хватает пользоваться этой белобрысой шпаргалкой — сама выучу!

Ар вздохнул: «Не видать мне беспомощной невесты…»

«Ага, если б тебе была нужна такая, ты б уже лет двадцать окольцованным ходил», — хмыкнула я.

Тиану ждал в парке с кипой свертков для Мирики и бутербродами для голодных нас. Болтая и закусывая на ходу, мы двинулись к студенческому общежитию. Три корпуса — два для парней и один для девушек — стояли за парком на отшибе, в отдалении и от города, и от башен. Задвинули их сюда не просто так — именно здесь был эпицентр всех студенческих хулиганств и безобразий. Тут по ночам летали «привидения» мужеского пола в простынях, заглядывающие к визжащим девчонкам в окна, бегали невиданные зверушки психоделических тонов с нестандартным количеством лап, хвостов и крыльев. Один раз какой-то умник прочел детскую сказку про молочную реку с кисельными берегами и воплотил этот гастрономический кошмар в жизнь — на следующий день все не умеющие летать студенты опоздали на занятия, потому как влипли. В самом прямом смысле слова.

За порядком в этом сумасшедшем доме предписывалось следить старшекурсникам и дежурным преподавателям с каждого из факультетов. Но, как показывала практика, они чаще принимали участие в различных непотребствах, чем их пресекали. Когда к ректору Академии лорду Барракшу в очередной раз приходила делегация из мэрии Галарэна с жалобой, что поутру по рыночной площади опять бродило стадо розовых бегемотов с сидящими на них мороками голых девиц, тот гладил пальцами подбородок, кивал, обещал принять меры… и оставлял все как было.

— Бель! Свяжись с Мирикой, узнай, где она сейчас.

— А что, в общежитии спросить нельзя?

— Можно. Но вот нужно ли?

— Ти, ты о чем?

— Подумай сама. К девушке ни с того ни с сего начинают ходить эльфы — одна женщина и двое мужчин. Что бы ты подумала?

Я вздохнула.

— Интрижка. С одним из эльфов. И после этого Мирику, которой и без того нелегко, могут начать шпынять. И из вредности, и из зависти, что внимание обратили именно на нее.

— Ну вот, я и предлагаю либо пройти под покровом невидимости, предварительно узнав, где ее комната, либо влететь в окно. Тоже под пологом. Зачем привлекать к ней лишнее внимание?

Мирика жила на пятом этаже и была сейчас одна. Я договорилась, что она откроет окно и нам помашет. Через пару минут мы влетели в раскрытые створки и, скинув заклинание невидимости, «возникли» посреди комнаты. Вообще, комнатой назвать эту клетуху было сложно. Восемь локтей в длину от двери в одном конце до окна в другом, крохотный душ у выхода, две неширокие кровати, письменный стол у окна с двумя стульями рядом и книжные полки по всем стенам. А куда они одежду прячут? Ага, вот какие-то дверцы прямо в стене. Наверное, туда.

Хозяйка кельи — так называли эти апартаменты студенты, — малость обалдев, захлопала глазами. К повседневной магии девушка, похоже, еще не привыкла.

— Вы летаете? И умеете становиться невидимыми? Ой, простите, добрый день! — Мирика сделала реверанс.

— Добрый день! — отозвалась я. Именно мне предстояло вести разговор. — Рассказывай, ты уже была у декана?

— Да, спасибо вам! И теперь все очень хорошо! Я буду работать по вечерам в библиотечном архиве. Там платят больше, а еще есть возможность учиться. — Мирика сияла.

— Вот и отлично! — улыбнулась я. Потом повернулась к женихам: — Вы не полетаете полчасика где-нибудь? Нам надо поговорить о своем, о девичьем.

Чмокнула обоих в нос и выпихнула в окно.

Я принесла для Мирики два платья. Первое из набивной саржи бежевого цвета с шоколадной отделкой и обрамлением из кружев ручного плетения по вороту и обшлагам рукавов. Кружева я заговорила так, чтобы они не трепались и не пачкались. Второе — зимнее, из плотного сукна, цвета благородной стали, с кантом из серебряного шнура. К платьям я докупила четыре пары подходящих бриджей и две туники.

— Зачем мне штаны? — Мирика уставилась на бриджи.

— А ты летать собираешься учиться или так и останешься недоразвитой пешеходной? — подняла я бровь.

Девушка засмеялась.

Из отдельного пакета я извлекла десяток пар носков, чулки под платья и — не удержалась от этой покупки — набор шампуней и кремов. А вот без духов она пока вполне проживет.

Выложила на стол кипу тетрадей из плотной эльфийской бумаги и набор письменных принадлежностей к ним — для учебы это понадобится.

Мирика ахнула.

— Я не смогла подобрать тебе обувь. Ее надо мерить. Только вот это, — достала мягкие замшевые туфли в эльфийском стиле и кожаные полусапожки на низком каблучке.

Смотреть на то, как округляются глаза девушки, было необыкновенно приятно. Уж я-то знаю, каково это, когда годами никто не обращает на тебя внимания, а о подарках и мечтать не приходится. Несколько монет за такое счастье — разве это цена? Но когда черные глаза Мирики налились слезами и она начала всхлипывать, растерялась. И что тут полагается делать? Хотя ясно что. Шагнула к ней и обняла. Так мы и стояли, уткнувшись друг в друга. Пока Мирика не отстранилась сама и не вытерла тыльной стороны кисти слезы с глаз.

— Наринель, спасибо вам! Но… я не знаю, как сказать, чтоб не обидеть. Вы трое спасли меня. Но вы — из эльфийского леса. Если однажды вы попросите сделать что-то против Империи или принцессы — я откажусь. — Брюнетка исподлобья уставилась на меня, ожидая реакции.

Я открыла рот. Закрыла. Непослушная челюсть тут же снова поползла вниз. Волевым усилием я ее захлопнула. Мирика что, решила, что в обмен на помощь в будущем мы можем попытаться потребовать от нее каких-то услуг для Мириндиэля в ущерб Империи? Но шутить тут нельзя, такой вопрос требует серьезного ответа.

— Ох, Мирика! Клянусь, все, что я делаю для тебя, я делаю без задней мысли. И никогда не попрошу тебя вредить Империи. И если бы принцесса Астер была здесь, думаю, она бы поступила так же, как я, — было так неожиданно встретить преданность принцессе в девочке, выросшей в трущобах. Не зря я помогла Мирике…

— Простите, леди…

Я покачала головой — ничего страшного! — и пристроилась на край кровати.

— Теперь садись рядом. Сейчас я научу тебя важному заклинанию. Кстати, тебе нравится здешний парк? Правда, красивые цветы?

Девушка присела рядом и кивнула. Отлично, пусть думает о клумбах — лезть в воспоминания о детстве в публичном доме мне решительно не хотелось. А попросить «не думай о черной кошке» — это то же самое, что попросить «думай именно о черной кошке». Кто не верит, пусть сам попробует!

Через полчаса Мирика поняла, что такое драконий щит и как его ставить.

Правда, мне пришлось охладить ее радость, объяснив, что более сильный дракон может взломать ее защиту.

— А если сломают?

— Тут же ставь снова. Ты не сильнее, но можешь оказаться быстрее. А заблокировать твой внутренний источник невозможно. Так что тренируйся, медитируй, расти магию…

Улыбнувшись, встала. Тиану и Арден уже ждали меня. Сейчас нужно быстро заскочить домой, перекусить, переодеться, сделать задание на завтра, и можно отправляться на бал к Шаоррану!

На праздник к Шао мы прибыли с опозданием. Виноват был Арден, который за ужином сделал мне замечательный подарок — преподнес собственноручно им составленный сравнительный словарь юридических терминов на пяти языках. Страницы увесистого фолианта были расчерчены на пять колонок. В каждой из них — правоведческие понятия на соответствующем языке — эльфийском, имперском, драконьем, гномьем и викингов. И написанные бисерным четким почерком примечания по их применению, потому что нюансы в разных странах различались.

Например, у драконов не было таможенных сборов. А как их собирать, если две трети населения страны порхает по небу туда-сюда и границ вообще не признает? Да и проблемами накопительства драконы не особо озадачивались. Зато оказалось, что в Тер-Шэрранте весьма популярны азартные игры, состязания, розыгрыши и лотереи — и правилам их проведения посвящался отдельный кодекс. Например, шансы выигрыша в лотерею не могли быть ниже определенного законом минимума. А во время состязаний по полетам при прохождении дистанции запрещалось менять сущности. Отдельным кодексом регулировались также правила дуэлей — там, где соперники могут менять ипостаси и драться магией, это было необходимо, чтобы избежать смертельных исходов.

Начав листать книгу, я зачиталась. Через полчаса женихи сообщили мне, что пора собираться к Шаоррану. Через час — что мы уже опаздываем. А потом просто выдрали книгу у меня из рук и сунули головой вперед в первое попавшееся платье. Я взвыла и начала собираться сама.

* * *

Оказалось, что дом Шаоррана стоит на вершине соседнего холма. Если взлететь повыше — можно даже увидеть наш сад. Точнее, можно было бы увидеть, если бы усадьба Ти не была обвешана по периметру охранными заклинаниями, которые плели мы вчетвером, вкладывая все свои немалые силы. Мы даже не поленились накрыть дом с садом куполом, защищающим нас сверху как от проникновения, так и от любопытных взглядов.

Драконий дом был построен совсем в ином стиле, чем наш, — там, где эльфы украшали интерьер плавными изгибами мореного дуба и мягкими тканями «лесных» тонов, Шаорран предпочитал камень. Превалировали теплые красноватые и коричневые, строгие черные, нарядные бронзовые и золотистые тона. Только один зал выбивался из общего ряда — потолок в нем был искусно расписан под голубое небо с бегущими по нему облаками, а подпиравшие стены колонны изваяны из белого, с янтарными прожилками мрамора. Стены украшали фрески с морскими пейзажами и далекими островами. Это море — теплое, поняла я.

— Да, я тоже люблю этот зал. В нем хорошо думается, — улыбнулся подошедший хозяин.

Мы поклонились. Тиану вручил наш подарок — роскошно оформленную книгу эльфийских легенд. Я никогда не видела ее в нашей библиотеке.

Шаорран искренне обрадовался. Но потом, оценив вес богато украшенного драгоценными камнями позолоченного переплета, поинтересовался:

— Ну и куда мне ее тащить — в библиотеку или сокровищницу?

— А ты в иллюстрации заглянул? — ехидно прищурился Ти.

Дракон раскрыл книгу. Бронзовые брови медленно поползли вверх. Пролистнул еще несколько страниц. Глаза округлились, Шаорран присвистнул:

— Ничего себе! Несу ее в спальню!

«Ти! Что вы ему подарили?» — протелепатировала я.

«Ну-у… Мы решили, пусть займется… — В голосе Ти послышалось легкое смущение. — А то он слишком внимательно на тебя смотрит».

«Ти, ты не ответил, что там, в книге?»

«Бель, благородным девушкам до свадьбы…»

Я мысленно захихикала, сообразив, что за подарок получил Шаорран. Вот затейники!

В бальной зале играла музыка и толпился народ. Человек сто, прикинула я навскидку — ничего себе, небольшая вечеринка! Смех, звон бокалов, гул голосов… Интересно, это мероприятие в честь чего-то или Шаорран просто любит устраивать приемы?

«Просто любит. Но эта — в честь нового учебного года», — кинул мысль Ар.

Ага, ясно. Испитое из источника знаний усваивается лучше, если разбавить сей нектар хорошим вином. Кстати, сам Шаорран, как я заметила, был абсолютно трезв. Мы тоже пить не собирались — по возвращении домой нас ждала работа над магическими щитами вместе с Шоном, который в данный момент исследовал экзаменационную аудиторию Красной башни.

А вот потанцевать можно.

«Как приятно быть старшим родственником. Первый танец — мой», — подмигнул Ти, протягивая мне руку. Ар спокойно отступил к стене, рассматривая публику.

— Принц Тинуириннель, как я рада вас видеть в Галарэне! — удивительно красивая девушка с на редкость неприятным выражением лица заступила нам дорогу. Взгляд голубоглазой златовласки скользнул по мне, как по пустому месту, после чего она продолжила: — Вы не потанцуете со мной?

Так это и есть Верисиэлль эрд Роон’нал? Настойчивая особа. И такая вежливая…

— Леди Верисиэлль, мне тоже приятно вас видеть, — поморщился Ти. — Я сопровождаю мою младшую родственницу — леди Силвернаринель, и именно ее партнером я обещал стать на этот вечер.

Холодный оценивающий взор смерил меня от носков шелковых бальных туфелек до украшенного дождинками топазов в цвет моих глаз серебряного обруча на голове. Нос красавицы в золотом платье задрался еще выше. Изображавшая Солнце золотая диадема над гладким лбом качнулась. Блистательная безвкусица, подумала я. Услышавшие мою мысль Ар и Ти ментально фыркнули.

Леди не отступала.

— Дело в том, принц, что я хотела посекретничать с вами о вашем кузене — моем женихе — кронпринце Арденариэле.

— Я не слышал о помолвке. Но при следующем разговоре с дядей обязательно спрошу его об этом. — Лицо Тиану стало высокомерно-невозмутимым. Сейчас он был очень похож на Ардена.

Блондинка нервно облизнула губы. А потом снова защебетала, одновременно пытаясь вклиниться между мной и Ти:

— Ну что вы, не стоит отвлекать Владыку от дел государственной важности такими мелочами. Дело в том, что я прибыла в Галарэн недавно, и Ари еще не нашел меня. Не могли бы вы передать от меня весточку или лучше подсказать — где он остановился? Кстати, не у вас ли? И не могла бы я тоже поселиться у вас как у будущего родственника?

Вот нахалка!

— Леди, в моем доме сейчас живут мои настоящие родственники. — Ти выделил нажимом слово «настоящие». — И принять у себя еще кого-то в данный момент у меня возможности нет. Думаю, вам лучше обсудить все дела напрямую с кузеном.

Я обернулась и посмотрела на подпиравшего стенку Ара — мол, понятно, почему в Северном патруле тебе показалось уютнее, чем рядом с этой навязчивой стервой. Арден хмыкнул. Радость оставшегося неузнанным кронпринца прямо-таки затопила меня. Чем бы мне еще повеселить Ара? Вот на что у нас драконья магия способна, а эльфийская — нет? Ага, есть идея, вот так будет забавно. Только надо отойти подальше — негоже, если на меня подумают…

Ти вздохнул. Пока мы отбивались от настойчивой леди, музыка кончилась. Я пожала плечами — не стоит переживать, танец не последний. И действительно, пару минут спустя раздались звуки менуэта. Хотелось бы что-то более живое, но и это неплохо. Ти улыбнулся, выводя меня за кончики пальцев в центр зала.

«Ты что-то собираешься сделать?»

«Так, мелочь. Но лучше быть на глазах, чтобы на нас не подумали», — присела я в низком реверансе.

Тем временем сияющая диадема клубничной блондинки начала оплывать, меняя форму и цвет… Леди Верисиэлль как раз пересекала зал по диагонали, не смущаясь тем, что мешает танцующим, и метаморфоза украшения на ее лбу просто не могла остаться незамеченной. Очередной взгляд падал на красавицу… и гость застывал с отвисшей челюстью и выпученными глазами. А потом начинал нервно кусать губы, чтобы не заржать в голос. Наблюдавший это со своего места Ар светился тихой радостью.

Стена в торце зала, куда направлялась эльфийка, была увешана зеркалами. Я предполагала, что тщеславная особа, столь гордящаяся внешностью, не упустит лишнего шанса на себя взглянуть. Но совершенно не была готова к тому, что леди Верисиэлль способна ТАК громко визжать! Ну чего, спрашивается, нервничать? Ну сидит на лбу жаба пупырчатая, бородавчатая, ну хлопает голубыми глазками, поразительно похожими на глазки хозяйки, но это же не повод доводить до икоты музыкантов? Судя по звукам, двое с перепугу порвали на виолах струны. Нет, будет так шуметь, в следующий раз саму девицу превращу в жабу — Шон меня научил!

Из-за происшествия бал закончился несколько раньше запланированного. Впрочем, Шаорран не был огорчен — об этой вечеринке вспоминать будут месяцами. В какой-то момент мне показалось, что у него мелькнула мысль о нашей причастности к конфузу леди… но потом он эту идею отмел. Резоннее было предположить, что чванливая леди Верисиэлль походя обидела какого-то сильного мага.

Ти тепло попрощался с хозяином.

— Она — дочь уважаемого человека, но, насколько я успел разузнать, к кузену никакого отношения не имеет. Так, девичьи мечты. Единственный совет — не подходи слишком близко. Леди без разницы, за какого именно кронпринца выйти замуж.

Шаорран поежился.

— Бррр!

Потом обратился ко мне:

— В следующее воскресенье состоится состязание «Клевера». Придете на меня посмотреть? Я выиграл в прошлом году и надеюсь повторить результат.

— Конечно, мы там будем, — опустила ресницы я.

И не только для того, чтобы посмотреть.

Уже за полночь мы вчетвером уселись поговорить о защитной магии. Шон не только понял принцип отсечения человеческих и эльфийских заклинаний, но и мог теперь сплести сетку для каждого из нас. Моя идея с парой драконьих щитов, которые бы служили каркасом для защитного плетения, тоже пошла в ход. Вроде бы эта же самая конструкция должна была блокировать и телепорты. Шон обещал поэкспериментировать и разобраться к концу недели. Отлично!

Оставалось небольшое «но» — как пользоваться эльфийской или человеческой магией, сидя в таком панцире? Да, снаружи тебя достать не могут. Но тебе источники тоже недоступны!

Можно, в принципе, сделать дыры или трубки в защите и работать с источниками через них. Вроде как через печную трубу небо наблюдать. Можно подобрать форму отверстий так, чтобы ни одно заклинание не влетело снаружи, как воробей в окно. Можно устроить хитрую систему шлюзов… короче, идеи были, вот только все они требовали обдумывания и отработки на практике.

Со всякими неприятными субстанциями вроде кислот или ядовитых газов решили бороться, растянув по драконьему щиту молекулярный фильтр вроде того, что я постоянно носила в горле. Пропускать он должен был только кислород и другие обычные газы из воздуха.

Завершил праздник паранойи Арден, предложив повесить на шею каждому из нас контролирующий состояние организма амулет. При ущербе больше критического артефакт должен активировать заклинание, отправляющее владельца в стазис и телепортирующее его по заданным координатам — проще говоря, в ту самую спальню, где мы сейчас сидели. И одновременно подать сигнал тревоги остальным владельцам амулетов. Мы с Шоном кивнули — да, сделать такое возможно.

Видел бы нас сейчас магистр защитной магии Клодден тер Мидран — сразу бы за экзамен шесть баллов по пятибалльной шкале поставил, усмехнулась я.

Как известно, и крепость обороны, и огневая мощь не бывают избыточными!

Глава 12

Многие люди боятся сказать, чего они хотят. И именно поэтому этого не получают…

Мадонна

Тер Дэйл сунул нам в нос таз с какой-то бурдой.

— Давайте все-таки с ними разберемся! Не буду ж я держать их в стазисе век?

— Что это? — спросила я, глядя на плавающие в почерневшей воде непонятные темные бесформенные куски. Выглядела жидкость подозрительно.

— Куски шляпок грибов. Тут споры. Посеять можно. И давайте, наконец, это сделаем! Мне надоело постоянно спотыкаться об этот троллев таз.

— Опят тут нет? — поинтересовался Арден.

— Конечно, нет, — обиделся Шон.

— А что не так с опятами? — влезла я.

Оказалось, грибы питаются мертвой древесиной, селясь рядом с деревьями и существуя с ними во взаимовыгодном союзе. Причем под разными деревьями растут разные грибы — не зря они зовутся подосиновиками или дубовиками. А вот опенок — единственный съедобный гриб, поедающий живую древесину. Занести его в сад означает создать угрозу для деревьев.

С тазом наперевес мы потопали в ту часть парка, где росли пихты с соснами. Эльфы разгребали хвою до корней, Шон раскладывал куски набрякших шляпок и поливал их водой. Эльфы снова закапывали. Я изображала группу поддержки — то есть хлопала глазами, переминалась с ноги на ногу, зевала и ежилась — было раннее утро, и по земле полз холодный туман.

Вторая неделя занятий подходила к концу. Я втянулась, но как совместить такую нагрузку с пребыванием в Ларране, пока еще не понимала. Нам удалось убедить декана дать освобождение от общефакультетских занятий физкультурой и таким образом освободить еще несколько утренних часов. Кстати, Шаорран тоже на них не ходил. Для этого пришлось продемонстрировать лорду Раннкарру одну из наших тренировок по фехтованию. Ар легко победил декана, выбив у него меч, а я протанцевала с лордом Раннкарром больше двадцати минут и свела поединок вничью. В какой-то момент до меня дошло, что я тоже могу выиграть… но, решив, что взрослому мужчине обидно потерпеть поражение от семнадцатилетней, хрупкой на вид девицы, уступила. Хорошие отношения дороже сиюминутного удовлетворенного самолюбия. Вдобавок черноволосый декан был мне симпатичен. Думаю, однажды мы еще станем друзьями.

Лорд Раннкарр записал нас с Аром на соревнования «Клевера». Ти тоже не отказался бы полетать наперегонки, но, увы, он уже был выпускником, а допускались только студенты. Мы попросили декана держать наше участие в секрете до последнего момента — совершенно не хотелось нарваться на очередных любителей заключать пари: срежут они эльфов или нет?

Вчера мы успешно сдали «Основы видов магии» и теперь с полным правом считались студентами второго курса. Принимал экзамен снова декан лично — похоже, наша пара его заинтересовала. В общем-то, это было не формальное тестирование знаний, а скорее беседа. Обычно экзамен по «Основам» проходил в теоретической плоскости — владеющих двумя видами волшебства и могущих это продемонстрировать на младших курсах было мало, а тремя — так вообще единицы. Мы же закрылись в кабинете декана и два часа развлекали друг друга несложными заклинаниями и забавными иллюзиями. Арден додумался, как можно показать лорду Раннкарру, на что похожи эльфийские реки-источники — он создал совершенную иллюзию рассекающих пространство перламутровых светящихся потоков и омутов. Декан был заворожен — он никогда не видел такого раньше и не подозревал, что это выглядит так. После этого я показала намного более бледную картинку человеческих ручейков. Потом мы наложили одну картину на другую и сравнили… В итоге два часа пролетели как пять минут, и разошлись мы очень довольные друг другом. Я сыто облизывалась — на прощание декан угостил нас шоколадом.

Теперь мы готовились к состязаниям. У меня была пара идей, которые я опробовала в нашем саду. В первый раз, когда я просвистела со скоростью арбалетного болта мимо дома, парни повыскакивали наружу со зверским выражением на лицах и мечами в руках. Нервные какие! Но зато с хорошей реакцией. А я всего-то училась разгоняться и менять направление движения.

Развороты стали отдельной песней. Если хорошо разогнаться, а потом попытаться повернуть, то тебя неизбежно занесет. Получалось, что, огибая башню на большой скорости, ты делал слишком большую петлю и терял время. А чтобы обогнуть ее по маленькой петле, надо было затормозить… и опять-таки потерять минуты. Помозговав, я придумала два способа, как этого избежать.

Первый — просто повернуть голову и выпустить струю драконьего пламени помощнее. Только нужно следить, чтобы никто под выхлоп не попал. И, чтобы не светить возможности, скрыть огненные плевки пологом невидимости. Тиану и Шон уверили меня, что, поскольку это моя личная магия, все в рамках правил. Главное — никого случайно не подпалить.

Второй способ был еще интереснее. Я вспомнила, как однажды Шон, демонстрируя мне, что такое инерция, раскрутил на веревке полное ведро с водой. Во-первых, вода из наклоненного ведра не выливалась. А во-вторых, когда он отпустил веревку, ведро сорвалось с круга и усвистело вдаль. Получалось, что если при облете башни прицепиться к ней магической нитью — а с моим умением метать кинжалы это не проблема, — то меня просто понесет по кривой без потери скорости. А когда нить исчезнет, я помчусь дальше по касательной. Это же тоже магия, значит — можно? Неужели никто такого раньше не делал? Оказалось, нет, не делал. Я попробовала так облететь наш дом. Арден был в восторге. Даже то, что я чуть не въехала головой в стену, слишком поздно отпустив нить, не смазало положительного впечатления. Теперь мы тренировались вместе — похоже, обычно хладнокровного кронпринца тоже охватил азарт.

Шон приволок планы трех башен и библиотеки в масштабе, и мы трое, склонив головы, часами рассчитывали радиусы кривизны, ускорение, длину нитей, траектории. Выходило, что одной нити, чтобы обогнуть башню, мало. Нужны несколько, причем разной длины.

Сами привязки решили делать драконьей магией, но скрыть сверху чехлом из эльфийской, чтобы запутать возможных наблюдателей. Вообще, магические следы мы все подчищали за собой виртуозно, и можно было быть уверенными, что не наследим.

Наконец выбрали такую траекторию полета, чтобы основная масса участников не путалась под ногами, и на этом успокоились.

Интересно, а Шаорран тоже готовит сюрпризы?

Пару дней назад мне приснилась Мать Драконов. Я снова была в горной долине с мерцающим под луной полумесяцем озера и слышала ее голос. Она похвалила меня, мы немножко поболтали об Академии, об Империи, о моих эльфах и росте дракона Ардена. Мать снова позвала меня в гости и сказала, что хотела бы посмотреть на демоническую летающую Элги. А потом предупредила, что Наре стоит расти быстрее. Мне она может понадобиться — тянуть дальше нельзя. А еще я проснулась с четким знанием, что делать дальше, чтобы отсечь нашего врага некроманта от источников его силы. И тут без помощи Ардена и лучших эльфийских магов было не обойтись.

При пробуждении Шон встретил меня понимающим взглядом карих глаз: «Я знаю, ко мне она тоже иногда приходит. Можешь верить этим снам».

Как только Арден встал, я рассказала, что от него требуется. Он немедленно связался с отцом. Нужны были несколько десятков мощных магов, далеко видящих потоки и источники. Необходимо было частым гребнем прочесать всю огромную Империю, не пропуская ни горных отрогов, ни многолюдных городов. Искать предстояло аномалии — ту самую скверну, которую мы видели на перевале в Драконьих горах. Можно спрятать черный алтарь, но след, который он оставляет на магическом плане, скрыть невозможно.

Наконец к середине недели были готовы пять амулетов, зачарованных по замыслу Ардена. Пятый решили передать его отцу. На всякий случай. Лучше перестраховаться, чем потом жалеть о несделанном.

Сами мы теперь носили за пределами дома многослойные щиты с хитрой магической начинкой. Пришлось поломать головы… но теперь мы были защищены намного лучше. Похожим пологом, рассчитав хитрые дырки для своих телепортов, мы прикрыли весь дом и сверху, и из-под земли.

И нам по-прежнему страшно не хватало времени. Планов и желаний было намного больше, чем времени на их воплощение. Даже единственный свободный день — воскресенье — был занят уже на месяц вперед. В ближайший выходной нас ждали соревнования «Клевера», в следующий должны были вернуться в Ларран Эрис и Эмит и, соответственно, мы. Потом предстояла операция по захвату поместья отца Лиррит — сведения подтвердились, гильдия убийц превратила это удаленное место в одну из опорных баз.

В очередной обеденный перерыв к нам с небес сошел Шаорран. Как он умудрился отыскать нас в кустах, осталось для меня загадкой. Визит кронпринца Тер-Шэрранта обошелся в два куска жареной кабанины.

— Отличное мясо, — прокомментировал дракон. — Кто поставщик Тиану?

Если так пойдет, нам просто придется поставить его на довольствие и надеяться, что он менее прожорлив, чем Эрис с Эмитом.

— Да, послезавтра вечером у меня небольшой собирушник — приходите! Для узкого круга, но зато с танцами. Леди Верисиэлль не будет — она сочла, что мой дом для нее несчастливый, — усмехнулся Шаорран.

Мы попытались отговориться тем, что готовимся к сдаче «Законодательства Тер-Шэрранта».

— Зануда Каршинн достал? Да уж, знания он выдает в час по чайной ложке. Я тоже не выдержал и побежал сдавать экстерном. К концу семестра, кстати, к декану почти весь курс притопает на досрочную сдачу — Раннкарр уже привык. Высиживают до конца только самые ленивые да терпеливые… — качнув головой, парень встряхнул бронзовой косой. Золотистые глаза смеялись. — Кстати, если есть вопросы по курсу, я готов помочь. Тут я спец! Зовите — прилечу!

Когда Шаорран упорхнул, я задумалась. Ведь надо как-то рассказать кронпринцу о гибели семи его подданных, ушедших на зов озера Полумесяца. И помощь драконов в поисках алтарей тоже бы не помешала. Но как это сделать? Ясно, что эта информация должна идти от принцессы Астер в Ларране. Но опять-таки, была некая недосказанность в поведении Властелина Небес — и присланный им ко Двору в прошлом году красавчик Шэрн, и тревожные звоночки тут, в Академии. Что сделает сын, получив важные сведения? Понятно — пойдет к отцу. А попутно расскажет, что принцесса Астер — не малахольная дурочка, которой представляет меня дядя, а разумная девушка с сильным характером и зачатками магии. И вообще встанет вопрос — а что лично я делала в Драконьих горах? Цветы для венка собирала?

— Можно поступить по-другому, — задумался Арден. — Например, сообщить, что эльфы разыскивали пропавших соплеменников и наткнулись на алтарь. Наши же тоже там лежат… А ты, как принцесса, просто дашь разрешение на проведение розыска на территории Империи. Показывать магию при этом не придется вовсе.

— Ты считаешь, Шаоррану можно доверять, пуская к нам его драконов и разведку?

— Бель! Вспомни, где и как впервые встретила Шаоррана! Они и так летают и гуляют, где хотят.

Кронпринц Тер-Шэрранта когда-то помог выбраться на дорогу заблудившейся в лесу голенастой девчонке. В память о том событии у меня осталась чешуйка бронзового дракона — второй сущности Шаоррана.

— Да, ты прав. И план придумал отличный. А если скоординировать усилия драконов и эльфийских магов, разбить Империю на квадраты и аккуратно их прочесать…

— Именно так. Еще десять дней, и мы начнем.

Я кивнула.

* * *

Ну и народу тут! Больше, чем толклось у приемной комиссии. На крыше грибообразной библиотеки собралась настоящая толпа. Если б не то, что все присутствующие ходили по воздуху, как по земле, точно бы кто-нибудь с краю навернулся и ноги переломал. Я покосилась на Ара — моя идея стать частью этого сборища казалась уже не такой привлекательной. И абсолютно неразумной. Арден подмигнул, мол, если влезли, так давай держаться до конца! Идущий сзади Ти приобнял меня за плечи: «Бель, стартуют всего три сотни! Ты их сделаешь, поверь!»

Ага, поверю.

Разглядев в толпе черноволосую голову декана, мы стали пробираться туда — отметиться и поговорить.

Скажите, лорд Раннкарр, если мы на дистанции сотворим мороки, которые полетят немножко медленнее нас самих, а потом их развеем — это будет законно?

Лорд Раннкарр улыбнулся:

Да, если каждый из вас сотворит сам своего двойника. А зачем вам это, если не секрет?

Я улыбнулась в ответ:

Мы уже несколько раз сталкивались с любителями заключать пари, что они срежут этих нахальных остроухих, непонятно как залетевших в драконью башню. А нам хочется хотя бы из любопытства долететь до конца дистанции. Повторяю. Абсолютно законно при условии, что каждый из вас делает иллюзию сам. Тогда проблем нет, — расцвела я. Разжала ладонь и показала брюнету стоящую на ней крошечную леди Наринель, одетую точно так же, как я, — в охотничий костюм с мягкими сапожками, с подобранными, как у меня, волосами. Куколка изящно поклонилась, а потом подмигнула декану. Тот расцвел в улыбке, покачал головой и тоже подмигнул нам с Аром.

Как я и ожидала, старт превратился в жуткий бардак, переходящий в рукопашную. Похоже, человек пятьдесят записались на соревнования только затем, чтобы позабавиться. И сейчас эти затейники устроили настоящую свалку, пихаясь и дергая конкурентов за ноги. Откуда-то налетел смерч, в котором десяток студентов закружились прежде, чем следившим за порядком преподавателям удалось пресечь безобразие. А потом паника началась уже на крыше, потому что кто-то устроил дождь из мышей. Девушки визжали, деканы ругались последними словами — соображать же надо этим троллевым шутникам безмозглым! — если хоть часть грызунов попадет в библиотеку, беда будет!

Собственно, следила я за этим бедламом глазами хохочущего Ти. Мы с Аром, оставив позади наши достойно плетущиеся в гуще конкурентов фантомы, ускоряясь с каждым локтем, неслись к Зеленой башне Алла’тель — ее облететь полагалось первой. На дальней стороне башни сейчас были подвешены магические ворота, пролетев через которые мы получим первую метку. Потом нужно вернуться к библиотеке и пройти такие же ворота над ней.

По совету Шона мы придали щитам спереди каплеобразную форму — маг сказал, что так сопротивление воздуха будет меньше. А еще по глазам не будет хлестать ветер, и можно спокойно дышать. Хотя сейчас и я, и Ар подключили оба доступных нам вида кислородного дыхания — вдруг понадобится сила или быстрая реакция?

Увы, пока мы не самые быстрые — впереди целеустремленно рассекали воздух несколько десятков фигур. Ага, а вон и Шаорран…

Ар, быстрее можешь? Давай, не жди меня! Я догоню, Нара поможет! И помнишь, что делаем с мороками после той башни?

Арден ускорился, одновременно забирая вверх — наши задумки требовали свободного пространства.

Я сильно нагнула голову, распростерла полог невидимости локтей на тридцать — лучше больше, чем меньше, превратила лицо в чешуйчатую маску — ох, видел бы меня сейчас дядя! — и выдохнула мощный столб пламени. Вот так! Я не только пронеслась мимо ошеломленного Ардена, но и заметно сократила разрыв с конкурентами впереди. Обернулась — догоняй, милый!

Ар рванул за мной.

В поворот мы вошли вместе. Длина и упругость нитей были просчитаны, время отхронометрировано до мгновений, оставалось только не сбиться. Мы пронеслись сквозь контрольное окно.

— Эльфы! Какого гоблина?! — донесся чей-то голос.

Такого. Летучего. Еще два броска нитей, чтобы завершить поворот, — теперь подчистить за собой следы магии и снова максимально ускориться, идя на снижение, чтобы вписаться в контрольные ворота над библиотекой. Наши первые фантомы уже давно приземлились где-то в кустах и бесследно исчезли. Наши нынешние летели в десяти локтях позади невидимых нас.

— Отлично! Я полетел ждать вас у Магии! — пришел посыл невидимого Шона.

Я, предупредив Ара, снова нагнула голову:

— Нара, вперед!

Радостный рев — и я чувствую себя ракетой из Шонова фейерверка. Арден еле успевает следом. Обернулась — ой! — да половина стартовавших еще не облетела Зеленую башню…

— Бель! Не поверишь, мой дракон сейчас ревет непрерывно…

— Почему не поверю? Во мне Нара чуть не пляшет от радости…

Из гущи кустов снизу вылетело несколько огненных шаров и взорвалось перед носами наших мороков. Фантомы чуть шарахнулись — для порядка, чтобы не раскрыть себя раньше времени, — и полетели дальше.

— Метят именно в нас?

— Возможно, что и нет. Сегодня полгорода заключило пари, кто победит. Вот и болеют за своих, как могут. Я, кстати, попросил Шона поставить в нескольких местах на нас с тобой. Так что давай…

— …деньги в казне лишними не бывают! — закончила я.

Мы просвистели через контрольные ворота в первой десятке. Народ обалдело уставился нам вслед.

— Ар, ты попросил папу найти свидетелей, которые качали на коленях в детстве маленькую Наринель и учили стрелять из лука Ай-как-его-там? Ох, никак не запомню, как тебя зовут…

— Ну вот, разве благородные девушки целуются по темным углам неизвестно с кем, чьего имени даже не знают? — подколол Ар.

— Не целоваться? — округлила глаза я и вздохнула. — Хорошо, если ты говоришь, что нельзя, я не буду…

— Бель! Я пошутил, — занервничал Ар. — А легенды у нас теперь такие, что сам Властелин Небес когтем не расковыряет!

— Я тоже пошутила, — светло улыбнулась я эльфу и нацепила чешуйчатую образину. Тот, хоть и видел уже такое раньше, невольно прибавил ход. Что и требовалось!

Нагнув голову и убедившись, что никого не подпалю, я рванула следом.

Белая башня, иначе «Магия», где располагался человеческий факультет, на высоте облета имела прямоугольное сечение. Причем стояла так, что огибать приходилось три угла, а не два. Я захлопнула рот и приготовила первую нить — сейчас не до шуток. Фантомы чуть приблизились к нам — нужно, чтобы наблюдатели не почувствовали временного люфта при прохождении нами контроля. Ну все, пора!

Первая нить, дуга — бросить — полет по прямой — вторая дуга — вписаться в ворота — вовремя отпустить — приготовить последнюю — кидаю в выступающий пилон — ага, есть! — понеслись дальше! Кроме всего прочего, мы с Аром заранее скоординировали траектории, чтобы не столкнуться и не мешать друг другу на поворотах.

Из-за башни мы вылетели первыми.

И хорошо, и плохо… Теперь все внимание привлечено к нам. Ну и пусть — покажем класс! О, а вон и Шаорран четырьмя этажами ниже… Уставился на нас, точнее, на наших фантомов. Ну вот почему мой путь по жизни усыпан отвисшими челюстями? Еще одна!

— Ар, давай, ускоряемся… нечего ему фору давать. Понеслись?

Я послала дракону пылкий взор и воздушный поцелуй в придачу. Морок повторил. Шаорран, засмущавшись, отвернулся. Я тут же воспользовалась моментом, чтобы ускориться, выдохнув пламя. Арден рванул за мной. Шаорран ошеломленно посмотрел нам вслед и тоже прибавил ходу. Похоже, теперь игра пошла всерьез.

«Нара, у тебя как, есть еще резерв?»

Довольное рычание и волна уверенности в своих силах.

«Нара, кстати, ты слышала, что сказала Мать Драконов? О том, что тебе пора вылетать? Ты там как, скоро?»

«Да, скоро. Хотя жаль, что больше нельзя будет помогать Снежному Рассвету».

«Кому-кому? Дракону Ардена? А Ар знает, как зовут его зверя?»

Оказывается, нет, еще не знает.

Ну нет, у нас не вторые сущности, а клуб заговорщиков какой-то!

За разговором не заметила, как промчались через ворота над библиотекой. Внизу ревела толпа, слышались свист и улюлюканье. Как только отлетели чуть дальше, я вложила в желание двигаться быстрее весь свой магический резерв и вдобавок снова выпустила струю пламени.

— Бель, ты можешь так не вписаться в поворот!

— Ар! Или так, или некий чешуйчатый кронпринц нас сделает… Я рискну!

Конечно! Не зря же я столько тренировалась метать кинжалы? Неужели я мимо башни промажу?

Красная Шарр’риот приближалась с угрожающей быстротой. Ой, я слегка не рассчитала, надо завернуть, а то ее протараню! Нара, давай!

Ар еле успевал за мной… А я, перекидывая обеими руками нити от выступа к выступу, неслась вокруг башни. Уфф! Ворота позади… но так быстро, что я чуть не промазала мимо угла. Сзади сыпал проклятиями жених. Откуда-то снизу присвистнул Шон. И сообщил, что только что уложил спать двух охотников, желающих пострелять по эльфам из арбалетов.

Ну вот — последний поворот. Теперь ориентируюсь точно на финишные врата над библиотекой и вперед! Последняя помощь Нары — дальше нельзя, а то возникнет вопрос, чего это я все время шею, как курица в коме, сворачиваю? — ускорение своими магиями, всеми тремя — теперь проследить, чтоб фантом догнал меня и перед самым финишем слился со мной… Урра!

Нара заревела так, что у меня заложило уши. Она соображает, что делает? Ну да, ну победили, ну радуемся… но уши-то жалко!

Виноватое сопение. И ржание Элги. Эта тоже рада. В моей голове сегодня будет праздник, вздохнула я.

Интересно, что Арден выдал все свои скрытые резервы и умудрился финишировать со мной ноздря в ноздрю. Драконий принц потерял время на облете Красной башни и отстал примерно на двадцать корпусов, прилетев третьим.

— Ну, мать вашу, эльфы, вы даете! Ой, извини, Наринель… но как вы меня сделали! — Шаорран тряс бронзовой гривой, пытаясь прийти в себя.

— Мы тоже рады тебя поздравить! — засмеялась я.

— Нет, Тиану! Ты кого приволок на драконий факультет, а? В какой глуши ты этих монстров откопал? Это же не эльфы, а кошмар летучий!

— Да, и не забывай, что ты обещал помочь этому кошмару подготовиться к экзамену, — хихикнула я. — У меня как раз с собой список вопросов… — вытащила из кармана сложенный вчетверо лист. — Тут немного, всего полсотни…

Ну вот, сейчас он опять челюсть потеряет.

«Бель, мы выиграли почти пятнадцать тысяч — на вас никто не ставил!» — раздался ликующий голос Шона. Бедный город Галарэн… мы ж его разорим. Надо покупок, что ли, делать побольше, чтоб вернуть хоть часть денег в оборот…

Оказалось, нам положены призы — очень красивые статуэтки летящих юноши и девушки, держащихся за руки. Постамент статуэтки был украшен выложенным драгоценными камнями листком клевера: один лепесток изумрудный — в честь башни Алла’тель, другой рубиновый — для Шаррриот, и третий — алмазный — символ Белой башни Магии. Внизу был выгравирован год. Статуэток дали две — золотой и серебряный вариант. Шаорран получил бронзовую. Он уже вернулся к хорошему настроению и только хохотнул:

— А что? К моей шкуре идеально подходит! А вам было и проиграть не жалко!

Вручавший призы лорд Раннкарр улыбался в тридцать два зуба. Наша победа стала для него сюрпризом, но чувствовалось, что он искренне рад. Ну еще бы — Красная башня взяла в этом году все три призовых места! Кстати, оказалось, что у декана есть имя — Вэрис, и он предложил обращаться к нему в неформальной обстановке именно так.

Вечером мы отправились к Шаоррану. Сначала, танцуя со мной, он очень радовался… но когда я напомнила об обещании помочь с подготовкой к экзамену, энтузиазм подзавял. Впрочем, дракон умел находить позитив во всем — и следующие два часа он объяснял мне тонкости наследственного и уголовного права Тер-Шэрранта, одновременно шевеля прядь волос у моего уха дыханием. Очевидно, обаять девушек было для принца игрой. Я умеренно подыгрывала, он делал вид, что верит… и мы оба были довольны. Поставив галочку напротив последнего из вопросов в листке, я встала.

— Спасибо, Шаорран! Ты — замечательный учитель.

Дракон вздохнул.

— Ну вот за что меня девушки не хвалили… но чтоб за то, что я учитель… Даже не знаю, радоваться или как?

— Ну-у, еще ты хорошо танцуешь, — засмеялась я. — А теперь нам пора. Завтра понедельник, и вставать рано.

— А не хочешь узнать обо мне еще что-нибудь? — золотистые глаза лукаво сощурились, принц облизнул губы…

— Мне действительно пора. Спасибо еще раз! — «не поняла» я намека.

Вот напасть! Надеюсь, он это не всерьез.

Дома, устроившись на нашей широкой кровати с чашками терпкой тайры, мы обменивались впечатлениями. Ти наблюдал за соревнованиями с крыши библиотеки, из толпы. А Шон не только курировал нашу гонку снизу, но и сумел записать ее на кристалл — благо, сам полет был короче, чем рассказ о нем. Мне было интересно посмотреть и на нас со стороны, и на мчавшегося неподалеку Шаоррана — какую технику он использовал, чтобы огибать башни? Оказалось, подобную нашей. После нескольких просмотров я уловила моменты, когда один кусок плавной траектории переходил в следующий. Не менее плавный, но с центром кривизны совершенно в другом месте. Получалось, не мы первыми придумали этот трюк. А выиграли только потому, что не пожалели времени на подготовку и расчеты.

Арден прав: планирование — это все!

* * *

Во вторник Ар и я спихнули экзамен по «Законодательству Тер-Шэрранта». Теперь, когда мы стали героями факультета, к нам отнеслись заметно мягче. Знаний требовали, но шкуродерки, как на имперском праве, устраивать не стали.

Я рассказывала про Уголовный кодекс и специфику применения некоторых его статей. Например, целый раздел был посвящен запретам взрослым драконам соблазнять или обольщать молодь, у которой еще не проявилась вторая сущность. Кара за роман взрослого с несовершеннолетним была очень суровой. Сами проскрипции тоже отличались от человеческих. Так, у драконов не было тюрем. С одной стороны, строить их было бессмысленно, ведь, превратившись в здоровенного зверя под драконьим щитом, можно развалить любую крепость. С другой, отнимать свободу у существа, для которого именно она — самое ценное, — такое в голову драконам не приходило. Поэтому самым строгим наказанием было изгнание.

Ару опять достались вопросы по имущественному праву. Эльф плавно перешел на драконий язык и закатил лекцию на час на тему ограниченной дееспособности при заключении сделок с недвижимостью. Преподаватели с блаженными улыбками кивали головами, а в конце возглавлявший комиссию лорд Каршинн встал, чтобы лично пожать Ардену руку.

Мы, обнявшись, шли по парку.

— Ой, — спохватилась я, — забыла сказать: Снежный Рассвет.

— Снежный Рассвет? — удивился Арден. — Что это?

— Имя твоего дракона!

— Ты знаешь имя моего дракона? Откуда?!

— Нара проговорилась, — улыбнулась я.

Арден задумался.

— Красиво… Мне нравится.

— Мне тоже. И очень тебе подходит. Ты никогда не говорил мне имени твоего единорога. Его зовут Снег?

— Да. Он появился зимой, как и я, и выбрал имя сам. Ему так понравилось это искристое серебро от горизонта до горизонта. — Арден мечтательно улыбнулся.

— Судя по общему имени, ты их познакомил, да?

— Ну ты же сказала, что так надо, — поднял бровь Ар.

Непонятно как и когда за разговором мы свернули с дорожки, и теперь я стояла, прислонившись спиной к большому дубу, а Арден оперся о ствол ладонями с двух сторон от моих плеч. И разглядывал меня в упор. Кажется, сейчас что-то будет…

— Эй! Ты не забыл, что мой жених запретил мне целоваться с теми, чьего имени я не знаю? — попыталась перевести я все в шутку.

— Имя в обмен на поцелуй, согласна? — Ар наклонился ближе, приоткрыв губы.

От одного его взгляда сердце пропустило удар, вдоль позвоночника побежали мурашки, внизу живота стало горячо.

Прижав меня к стволу, Повелитель накрыл губами мой рот. Настойчивое колено раздвинуло мне бедра, давая возможность эльфу прильнуть еще теснее.

«Ар, не надо! Хватит…» — Контроль уплывал, и я чувствовала, что начинаю паниковать.

«Не бойся, я себя держу», — улыбнулся моей реакции Повелитель.

«Не мог сказать раньше!» — смеяться или сердиться? Хотя сейчас не до того и не до этого, сейчас бы на ногах устоять. Похоже, дуб — недостаточно прочная опора.

— Кхе-кхе, простите, не помешал? — Голос Шаоррана заставил нас отпрянуть друг от друга, разорвав поцелуй. Вот как он нас находит, а?

— Ну что ты, конечно, нет! — отозвался Ар. — Мы специально ушли в кусты, чтобы принимать тут визитеров.

— Ну, извините… — и обаятельная улыбка от уха до уха. — Я подумал, не устроить ли мне завтра небольшую вечеринку? Вы как, придете?

Я засмеялась… и что тут скажешь?

Глава 13

Если вам хочется вывести собеседника из себя, но сделать это дипломатично, сообщите ему, что будете молиться о его заблудшей душе.

Э. Хоу

Я сидела на крыше нашего дома, закутавшись в одеяло, и смотрела на пылающую в темном небе Наргиэль. Рядом, на другом одеяле, держа меня за руку, лежал Тиану. После возвращения из Драконьих гор нам нечасто удавалось побыть наедине, и мне не хватало ставшей привычной и необходимой за год близости только вдвоем. Ти тоже скучал. Не важно, что мы всегда, на любом расстоянии, чувствовали один другого, — иногда просто хотелось тихо посидеть вот так, рядом, сплетя пальцы, чувствуя стук сердец друг друга.

Завтра нам предстояло вернуться в Ларран. Я колебалась — как вести себя дальше с дядей? Пришло ли время показать, что мной нельзя манипулировать и обращаться, как с тряпичной куклой? Или продолжать игру в беспомощную девочку, пока возможно? Ведь до совершеннолетия еще почти пятнадцать месяцев.

— Продолжать. Время работает на нас.

— Пожалуй. Ар следил за происходящим во дворце… пока там все тихо. Дядя планирует свадьбу на весну.

Да, Ар следил. И не только. Мы позаботились о том, чтобы магические шуточки, которыми я развлекалась последний год, не прекратились с моим отъездом. В замке творилось тролль знает что — портреты подмигивали или показывали оттопыренные пальцы, в дымоходах по ночам кто-то выл, а слуги рассказывали, что ночью по коридору бегает огромное черное красноглазое чудовище, цокая по каменному полу когтями. Самое интересное, что они не врали — это Шон анимировал и время от времени выпускал на прогулку чучело убитого мной волкодлака.

В моей комнате сделали ремонт. Точнее, ремонт был предлогом. Дядя Гвидо лично ободрал все панели на стенах, проверяя, что в спальне принцессы нет потайных ходов и что я никуда от него не денусь в последний момент. Естественно, ничего он не нашел — перед отъездом мы перекрыли все выходы из туннелей качественно сотворенными фантомами каменной кладки. Сами мы проходили через них свободно. А вот лорд Фирданн мог до посинения колотиться лбом о намагиченный мной кирпич. Кирка, кстати, тоже мои мороки не брала.

Наконец, лорд Регент на всякий случай поставил решетки мне на окна. Наверное, от залетных драконов.

Комнату было жалко — это было единственное место во дворце, где я чувствовала себя дома. Обидно-то как. Я вздохнула.

— Знаешь, буду очень рада, если до моего приезда пару раз под дядей развалится стул и старый негодяй как следует отшибет себе копчик.

Ти хихикнул. Потом вытянул за цепочку из-за шиворота амулет связи и что-то пробормотал.

— Угу, считай, сделано.

— Ти, у тебя есть мысли, как мне вести себя с Шаорраном? — На последней вечеринке я узнала у дракона, что он на две недели уезжает в Ларран, чтобы лично возглавить Посольство Тер-Шэрранта и познакомиться с принцессой Астер.

— Ну, после того как ты обломала Шэрна, Шао знает, что ты не так проста, как кажешься. Кстати, он расспрашивал меня о впечатлении от принцессы Астер.

— И что ты ему сказал?

— Что ты мне очень-очень симпатична, разумеется. Что с тобой стоит иметь дело. А, да! И сообщил, что ты прекрасно танцуешь!

Я хмыкнула. У меня уже были наготове три танцевальные вариации, которые гарантированно заплетут ноги Шаоррану косичкой, заставив спотыкаться на балу. Вроде бы ему такое нравится… Вообще, понятия о развлечениях у всех разные. И если кому-то приятно путаться в собственных ногах — отчего не помочь?

Но между делом Ти ткнул меня носом в очевидную вещь, которую я сама чуть не упустила из вида. После того как я спровадила Шэрна, у драконов были все основания подозревать, что принцесса Астер обладает магией. И полная уверенность, что она не так беспомощна, как изображает перед лордом Регентом. И Шаорран наверняка это знает. То есть разыгрывать роль несовершеннолетней простушки перед ним бессмысленно.

Еще мы решили, что Арден тоже вернется в Ларран. Для разнообразия в роли самого себя, кронпринца Арденариэля. И, естественно, явится во дворец почти одновременно с драконами. Лишь бы за ним эта, как ее, Верисиэлль не увязалась… а то такая неразбериха начнется!

С учебой мы вроде бы все утрясли. После сдачи экзамена по драконьему законодательству нагрузка снизилась до вполне приемлемой и, что важно, освободились утренние часы. Было бы странным, если б я ежедневно начала просыпать дворцовый завтрак. И эта сонливость затянулась бы на целый год. Еще мы решили, что после полугода в монастыре мне просто необходимо удариться в благочестие — ежедневные молитвы и бдения в часовне, чтение жития святых, отказ от трапез… Так можно прикрыть мое отсутствие во дворце и заодно потрепать дяде нервы. Например, заявить, что мне было видение святой Цецилии, которая строго велела сохранять целомудрие до ее личных особых указаний.

Сегодня днем я на всякий случай попрощалась с Мирикой, передав ей простенький с виду моховой агат в серебряной оправе на черном кожаном шнурке. Вещица в глаза не бросалась, и ее можно было носить и как кулон, и как браслет. Как обычно, я зачаровала амулет от потери или кражи. Похожий на акварельный рисунок овальный камушек с размытыми силуэтами тонущих в тумане лесных деревьев служил усилителем ментального сигнала. Теперь, если Мирике понадобится помощь, я услышу ее и в Ларране. И даже на берегу Северного моря.

Арден затребовал из башни Алла’тель список обучающихся там эльфийских студентов с личными характеристиками, чтобы подобрать кандидата, на которого можно было бы переключить внимание честолюбивой охотницы за кронпринцами. Поскольку семья Роон’нал обладала большими связями, к выбору стоило подходить осмотрительно: подсунь вредную блондинку какому-нибудь рьяному оппозиционеру или честолюбцу — и получишь немалую проблему в будущем. Нужен был верный Владыке парень с сильным характером, которому бы действительно нравилась Верисиэлль. Ти и Ар предполагали, что девица не постесняется влезть к «принцу» в постель… а дальше все будет зависеть от ее выбора. Если она сможет полюбить, то выйдет замуж и будет счастлива. Если же нет, то все закончится скандалом… но парень хотя бы удовлетворит свою страсть. Пока мы не определились с кандидатом и с тем, как объяснить ему происходящее.

Шон почти доковырял заклинание для просмотра картин прошлого, над которым бился последние недели. Я честно пыталась вникнуть, но пока моя теоретическая подготовка была недостаточной, и от зауми про темпоральное что-то-там у меня клинило мозги. Пока я поняла только, что для того, чтобы увидеть действительно что-то стоящее, а не то, как лягушка скачет задом наперед, нужно очень много энергии. Возможно, хватит сил нас четверых, подкрепленных магией наших драконов… а возможно, потребуется подпитка из Ока Дракона, которое я носила на груди не снимая. Вот только как заряжать накопитель, если у нас целибат из-за коллективной беременности драконом Повелителя?

Послушницу Лиррит успешно выкрали из монастыря. Сейчас она вместе с «принцессой» и «камеристкой» ехала в Ларран. Завтра Норд встретит карету в предместьях и заберет девушку в дом Ланы. Там она и останется, пока мы не покончим с гильдией полуорков-убийц. Поучится чему-нибудь полезному, посмотрит столицу, а заодно поможет Лане, которая ждала появления ребенка приблизительно через месяц.

У меня возникла смутная идея, как можно отбить поместье отца Лиррит у убийц, не дав им сбежать через портал и даже поднять тревогу. Теперь, когда мы умели блокировать любую магию, кроме драконьей, можно было отсечь и амулеты связи, и телепорты от источников магии и вывести их из строя. Только непонятно, область какого размера мы можем изолировать за один раз? Шон обещал поработать… у нас была еще неделя на подготовку.

Маги Мириндиэля приступили к облету Империи. Карту разбили на квадраты, которые потом тщательно прочесывали, не пропуская ни одного угла. Пока ничего не нашли, но охота только началась.

* * *

— Принцесса Астер! Племянница! Как же нам не хватало тебя, девочка!

Я сделала вид, что споткнулась, одновременно уклонившись от объятий лорда Фирданна. Как метко написал один поэт: «Давно я не встречал гадюки. И что-то не скучал в разлуке!»[1] Изображавший Ирис Тиану ловко поддержал меня под локоть, в то же время загораживая от распростершего длани дядюшки.

— Как же мы соскучились… — Дядюшка Гвидо, изогнув руки кренделем, попытался подъехать с другой стороны. Он что, всерьез собирается меня прижать к груди? Да я ему сейчас сама нос откушу! Или лучше отрежу — кусать такого противно!

Тиану резво вклинился между нами, успев подхватить большую ковровую сумку, судя по виду — с обувью. И, поскользнувшись на булыжниках двора, уронил ее дяде на ногу. Дядя взвыл.

«Что там было?»

«Не знаю! Но я утяжелил это магией! Пусть лапы не распускает!»

— Дядюшка, — я присела в реверансе, — я тоже рада вас видеть! Но как вы можете так нарушать заветы Храма? Благородным девицам до свадьбы негоже обниматься с мужчинами!

Дядя посмотрел на мое бледное осунувшееся лицо с синяками под глазами и вздохнул. Да, не такой встречи он ждал. Хотя какой смысл обниматься с тощей кикиморой с лицом цвета брюха дохлой жор-рыбы? Никакого удовольствия! Была худышка — стала монашка!

«Да, что-то я тут перемудрил…» — мелькнуло в дядюшкиной голове.

Я захлопала ресницами, сдерживая смех.

— Дядюшка! Как я благодарна вам, что попала в этот чудесный монастырь! Как бы иначе я смогла узреть истинный путь? — приложив ладонь к груди, запрокинула голову, прикрыла глаза, как анемичная курица, и громко затянула визгливым фальцетом:

Славься, святая Цецилия дева!

Путь нам пресве-етлый ты указала.

Жизнь целомудрия клятвой связала…

Блага мирские отринуть велела…

Дядя закатил глаза. Тиану, который уже слышал сегодня мою репетицию, ментально ржал, как-то умудряясь сохранять восторженно-идиотское выражение лица. Кучер ретировался за угол кареты и там заткнул уши, гвардейцы у дверей сморщились, как от зубной боли. Где-то завыла собака. Когда я вывела последнюю строчку: «Твоо-им заветам мы будем верныыыы!» — Двор облегченно вздохнул.

Я уставилась на дядю, всем видом показывая, что ожидаю горячего одобрения. Увы, не дождалась. Дядя как-то странно побагровел, выпучил глаза и начал хватать ртом воздух. Вот непонятный — сам же хотел благочестия и кротости!

В сопровождении Тиану-Ирис и несущих багаж слуг я отправилась к своей комнате, зашла — и вот тут-то завизжала по-настоящему! Вылетела в коридор и издала такой звук, что задребезжали рыцарские доспехи и оконные стекла на трех этажах. Шедший за нами следом лорд Фирданн шарахнулся.

— Вертеп разврата! Гнездо порока!! Жилище блудницы!!! — с искаженным лицом я начала наступать на пятящегося задом дядю.

Не знаю, что лорд Регент узрел в моих глазах, но по коридору разнесся резкий запах тухлых яиц. Потом дядя примиряющее поднял обе ладони и забормотал:

— Все переделаем, как ты хочешь! Я думал, тебе понравится!

Ага, понравится! Он что, такой интерьерчик в любимом публичном доме подсмотрел? От сочетания ржаво-красного атласа с малиновым бархатом на занавесках и обивке стен глаза лезли на лоб. Ковер был густо-багровым, а постель затянули черными простынями. Все небагровое было вызолочено. Полог сняли, и теперь над кроватью красовалось огромное зеркало в оправе из поросячьего цвета сердечек, нанизанных на золотые стрелы.

— Я верна заветам Храма! И если это бесстыдство немедленно не уберут, — я завыла, постепенно повышая тон голоса до визгливых всхлипываний, — я сама пожалуюсь Настоятелю, что меня хотят сделать блудницей! Святая Цецилия защитит свою верную дщерь!

Высыпавшие в коридор придворные морщили от сероводородной вони носы, но не уходили, жадно впитывая каждую нотку скандала. Я не сомневалась, что уже к вечеру по городу поползут слухи, а потому с радостью просветила присутствующих насчет зеркала над кроватью с черным бельем и малиновых занавесок.

Дядя хватал ртом воздух и отмахивался от меня руками. Наконец, не выдержав, отцепил от пояса кошелек, кинул, не считая денег, стоявшей за моей спиной Ирис и, выдавив: «Займись этим немедленно!» — сбежал. Камеристка обняла за плечи плачущую меня и увела в покои принцессы.

Я и вправду была в ярости. Так испохабить комнату моего детства! Что этот похотливый индюк себе позволяет? И эти позолоченные решетки на окнах! Тут что, тюрьма?

Засучив рукава, дернула за занавеску. Крепко прибита, зараза!

— Бель! Ардену показать эту жуть не хочешь? — хихикнул Ти.

— Это кошмарище? Зачем? Чтоб во сне орал?!

— Орал? От чего? — спросил, возникнув из телепорта, Арден.

Оглянулся и вытаращил глаза:

— Ой, кхарфш аргрр брых!

Пожалуй, экспрессивное высказывание моего жениха-полиглота, не имеющее цензурного перевода на другие языки, наиболее точно описывало обстановку.

Появившийся Шон обалдело огляделся, взъерошил волосы на затылке и хихикнул, ткнув пальцем в зеркало на потолке:

— А это еще за каким надом?

Уши принцев покраснели в цвет интерьера.

Гм-м, а пожалуй, на денек-другой я его оставлю. Забавно посмотреть на нас со стороны.

Через пару часов от багрово-рыжей жути не осталось следа. Все содранное мы выволокли в коридор — пусть дядя фаворитке подарит. Арден и Шон изображали мастеров, которых расторопная Ирис привела из города. Лорд Регент пытался было появиться на горизонте, но я ударилась в слезы, обвиняя его во всех грехах, потом заявила, что уйду в монастырь, и, наконец, снова запела гимн. Дядя Фирданн, зажимая уши, сбежал.

Ар опасливо покосился на меня:

— Ты и в самом деле так поешь?

— Нет, что ты! Так — только под настроение! — честно-честно улыбнулась я.

— Ну ничего, я не расстроен. У меня тоже слух не очень, а попеть я люблю, — обрадовался Арден.

Надеюсь, он это не всерьез? Я попыталась припомнить нашу спевку, посвященную горестной судьбе бревнообразной девы-ивы, и кто там что голосил, но картина в памяти была какой-то смазанной. Но вроде как было душевно. Уши поутру не болели. Болела голова целиком.

Деревянные панели светлого дерева на стенах приобрели знакомый мне с детства медовый оттенок, потолок и откосы окон стали снежно-белыми, с дубовых переплетов исчезла позолота, ненавистные решетки улетели вниз, на газон. На кровати появилось белое, со свежим запахом лаванды, белье. Тиану сумел узнать, куда отволокли мой любимый балдахин с летящими драконами, и вернул его на место. Я вздохнула, расставаясь с потолочным зеркалом, но решила, что нам оно и вправду ни к чему.

К счастью, мою старую мебель дядя не тронул. И комод с зеркалом, и платяной шкаф, и кресло, в котором так любил сидеть Арден, сохранились. Ванная тоже была в порядке — мозаичную плитку дядя долбить поленился. И правильно, ведущий отсюда туннель он бы в жизни не нашел! Наладкой покореженных механизмов, открывающих потайные ходы из комнаты, занялся Шон.

Оставалось выбрать цветовую гамму для напольного ковра, медальонов на стенах, покрывала на кровати и штор. Условий было два — чтобы красиво смотрелось рядом с парящими на балдахине драконами и чтобы пришлось по вкусу всем нам. В итоге остановились на спокойной дымчато-бежевой гамме с добавлением белого и светло-зеленого. Вышло симпатично — понравилось даже Шону.

Последним штрихом стали плафоны ламп из цветного стекла, напоминающие те, что освещали кабинет в нашем доме в Галарэне. Арден откуда-то извлек и поставил на тумбочку подходящую к ним цветочную вазу.

— Бель, какие цветы ты любишь?

— Если из осенних, то астры. Те, что с тонкими лепестками, похожие на звезды.

— Будут тебе астры!

— Мне б еще на комод жития святых потолще и статую Цецилии в локоть высотой, — серьезно сказала я. Надо же соответствовать образу!

Ар кивнул — сделаем.

Оглянулась вокруг — теперь это снова была моя комната, ничем не напоминающая душный дурной кошмар, устроенный тут дядей. Светло, просторно, спокойно, много воздуха и солнца… хорошо!

Я вздохнула.

— Ну что, начинаем второе действие? Собираемся в часовню? Там я еще не пела.

Эльфы вздрогнули, Шон хрюкнул.

Когда я вышла к ужину — в платье без украшений, худая и бледная как смерть, с гладко зачесанными волосами — и предложила начать трапезу с застольной молитвы всего в полчаса длиной, содрогнулся весь Двор. Ближе к ночи дядя послал для переговоров парламентера — леди Фрейм, умоляя меня умерить благочестие. Итог нашей беседы свелся к следующему: я согласилась не портить жизнь окружающим, пытаясь их перевоспитать, если они, в свою очередь, не будут мешать мне молиться.

Уходила леди Фрейм с вложенной нами в голову мыслью: «До чего девочку довели! Надо срочно приглашать в замок эльфов! Она же когда-то любила танцевать!»

Лорд Фирданн рвал на себе волосы — вот потащишь племянницу к алтарю, а она прямо в Храме прилюдно и заявит, что хочет пойти в монашки. И что тогда делать? Получалось, что пока меня лучше не раздражать и не трогать, а понемножку возвращать в лоно цивилизации — вкусно кормить, дарить приятные мелкие излишества, читать стихи и по вечерам почаще устраивать балы — вдруг да вспомню о былой страсти к танцам?

Для закрепления успеха перед сном я сама навестила дядю — еще раз поблагодарить его за то, что он меня отправил в монастырь. Пришла я не с пустыми руками, а с подарками — сборником храмовых гимнов и чугунной статуей святой размером в пару локтей. Последнюю, по моему настоянию, дядя поставил в своей спальне. Лицо Цецилии было суровым, а в воздетой деснице дева сжимала что-то неразборчивое. У ее ног притулился сгорбленный мужик самого разнесчастного вида, у которого, похоже, это неразборчивое и оторвали. Эльфы уверяли, что дядя Гвидо поймет намек. Судя по выступившим на лбу бисеринам пота — да, понял.

На обратном пути в свои покои я снова побеседовала с леди Фрейм — сообщила, что два раза в неделю собираюсь пропускать завтрак по причине поста. Леди спросила:

— А почему по вторникам и пятницам?

— Именно во вторник, идя по дороге к монастырю, дева встретила нечестивого лесника… — начала я, подвывая.

На самом деле во вторник первой парой была «Некромантия», которую мне не хотелось пропускать, а по пятницам нам читали «Неорганические химические соединения».

Леди замахала руками.

— Понимаю-понимаю. Наверное, в пятницу тоже произошло что-то замечательное?

Я кивнула, радуясь догадливости леди, и пообещала петь гимны в пять утра не чаще двух раз в неделю.

Умаявшись за день, мы разместились на моей кровати. Комнату защитили заклинаниями и пологом тишины, а в покоях камеристки нас сторожили Эрис и Эмит — сытые, вымытые и довольные возвращением в Ларран.

— Бель, ну и как тебе во дворце? — поинтересовался Арден.

— Знаешь, мелкое все какое-то. Как игрушечное… И дядя нестрашный. Я его сейчас сама напугать могу.

— Бель! Насчет дяди не обольщайся — гадюка тоже крупным зверем не выглядит, а укусить может смертельно. Так что давай будем осторожными. Сегодня ты чуть не переиграла…

В общем-то, я была согласна с Арденом — я так увлеклась представлением, что забыла про чувство меры. Вроде бы сошло с рук. Но к прибытию в Ларран Посольства драконов надо вернуться в относительно нормальное состояние, иначе получится неудобно.

Еще мы проговорили вслух, чтобы ничего не забыть и не упустить, все предосторожности по маскировке. Например, аура эльфийки Наринель ничем не напоминала ауру принцессы Астер. И при каждом переходе из Ларрана в Галарэн и обратно маскировку аур надо было менять вместе с одеждой, формой ушей и зубным прикусом. Еще нежелательно было носить одни и те же прически и украшения. И так далее… А еще где-то тут мог бродить наш некромант. Замаскированный, как и мы.

Уже засыпая, я вспомнила:

— Ар, а ты мне обещал учебники и атласы по анатомии…

— Ждут тебя в кабинете лорда Сирила, любознательная ты наша, — усмехнулся Повелитель.

Конечно, любознательная! Когда ничего не говорят, приходится выяснять все самой.

— Бель, я тебе скелет хороший раздобыл, — обрадовал меня Шон. — Тоже стоит в кабинете.

— Угу, — зевнул Тиану. — Куда ж благородной девушке без личного скелета? Кстати, у взрослого двести с небольшим костей, а у младенца целых двести семьдесят…

— Почему? — удивилась я.

— Срастаются с возрастом. Череп, крестец, таз… Ну, ты выучишь. Сейчас давай спать. Эти занавески были настоящим культурным шоком!

И, уже не вслух, в полусне:

«Ти, помнишь, как год назад я тебя в первый раз уговаривала тут со мной остаться?»

«Конечно, помню… Я был ужасно рад, что ты относишься ко мне не просто как к учителю. И боялся, что не выдержу и начну к тебе приставать…»

«А я так хотела, чтобы ты начал…»

«А сейчас хочешь?»

«Хочу. Очень-очень…»

Мысленная улыбка.

«Спи!»

Глава 14

С глубокой древности люди различают пять стихий: огонь, воздух, вода, земля и женщина.

Б. Трушкин

Полшестого утра, в предрассветной мгле — а что, ведь в монастыре нас поднимали именно во столько! — я подошла к окну и запела, решив напомнить дядюшке Гвидо, окна которого находились этажом ниже и наискосок, что вчерашний кошмар ему не приснился. Вдалеке на псарне дружно откликнулся хор собак. Захлопали створки окон — несознательные и неблагочестивые придворные пытались отгородиться от возносимого мной гимна. Эльфы, забыв о декларируемой гетеросексуальности, в обнимку с Шоном катались по постели, колотя по ней пятками и хохоча. Я недовольно покосилась на весельчаков — мешают же!

Надев серое платье с черными рюшками и гладко зачесав волосы, навела перед зеркалом легкий морок — хрупкость, бледность до синевы, круги под глазами, бескровные губы — и отправилась на завтрак, тешить взор дяди.

Только лорд Регент был почему-то совсем не рад меня видеть. Вместо приветствия он заявил:

— Племянница! Ты прекрасно поешь! Но не кажется ли тебе, что святые лучше расслышат, если ты будешь возносить молитвы из часовни? Ээ-э… днем?

— Я обещала вчера леди Фрейм, что буду исполнять утренний гимн только два раза в неделю, — потупилась я. Ага, и вам ни за что не скажу, по каким именно дням, — ждите сюрпризов! Это и без того большое лишение для меня. Дядюшка, ведь когда вы отправляли меня в монастырь, то хотели, чтобы я привыкла к строгому монастырскому уставу? Я выполнила вашу волю.

Невыспавшиеся придворные злобно уставились на лорда Фирданна. Отлично.

Дядя не выдержал.

— Но тут-то не монастырь, а дворец! И сейчас моя воля такова — прекрати полуночные распевки и изволь вернуться к образу жизни, подобающему молодой девушке!

Я закивала:

— Да, да! Благочестие, молитвы и посещение Храма!

— Не-ет! — взревел дядя. — Вышивание, балы и танцы!

На мои глаза навернулись слезы. Всхлипнув, я встала, сообщила, что буду молить святую покровительницу наставить меня на путь истинный, и удалилась, так и не притронувшись к завтраку.

В голове дяди билась мысль: «Вот троллевы монашки! Если б я знал…»

Покопавшись по ходу дела в головах придворных, я выяснила, почему не видно кузена Роуэна. Оказалось, лорд Фирданн отправил его в сопровождении десятка молоденьких фрейлин на все лето в отдаленное поместье «выправлять ориентацию». Может, идея и была бы хороша, не пошли дядя туда же роту гвардейцев для охраны единственного отпрыска.

В настоящий момент Ру гонялся за каким-то юным сержантиком, а фрейлины, махнув рукой на неправильно ориентированного кузена, развлекали остальных гвардейцев. Две пары уже решили пожениться.

Но в любом случае к зиме Ру должен был вернуться в Ларран.

* * *

Еще вчера Шон поставил два портала, ведущих в наш дом в Галарэне. Ясно, что удобнее всего прыгать туда и обратно было прямо из спальни… но в комнату, несмотря на все меры предосторожности, могли зайти посторонние. Вот забредет дядя посмотреть, как я молюсь, а ему на голову невесть откуда полуголый Повелитель свалится! Как ответ на девичьи молитвы. И что тогда будет? Нет, не надо нам таких сюрпризов.

Поэтому тер Дэйл сотворил еще один телепорт в кабинете короля Сирила — не столь удобный, зато гарантированно безопасный.

Вообще, мы пока не разобрались, как нам наладить быт. Например, где хранить одежду парней? Не у меня же в шкафу? Ясно, каким скандалом могли обернуться эльфийские портки, обнаруженные в спальне принцессы. А куда запихнуть учебники? А эльфийские платья леди Наринель? И нашу коллекцию артефактов и амулетов? Получалось, что для сохранения конспирации нам придется скакать полуголыми по телепортам между тремя домами, держа в голове тысячу мелочей. Радовался этой прикладной комбинаторике один Шон. Ему было интересно.

Хорошо, что хоть о лошадях не надо было беспокоиться — заботу о Закате и Тумане взял на себя Ти.

Сейчас мы с Аром отправились в Галарэн, где надеялись на бегу запихнуть в себя что-нибудь съедобное и поспеть к физике на вторую пару в Шарр’риот. Потом нам предстояло перелететь в Белую башню, чтобы прослушать две лекции по магии.

Ардена очень заинтересовало человеческое волшебство — оно было менее мощным, чем эльфийское, но именно скудость резервов вынуждала искать более изощренные пути. Некоторые приемы казались настолько извращенными, что напоминали попытку почесать левое ухо правой ногой.

С лица Повелителя, приобщавшегося к премудростям магии рода людского, не сходило задумчивое выражение.

— Ар, что тебя так зацепило? У тебя вид как у беременной белки, которая не знает, из чего гнездо свить, — хихикнула я.

Ар без улыбки посмотрел на меня — кажется, сейчас Повелителю было не до шуток — и заговорил, тщательно подбирая слова. По тону было ясно — речь пойдет о чем-то серьезном. Я навострила уши.

— Знаешь, Бель, в эльфах с детства воспитывают убеждение, что естественность — это высшая добродетель. Мы никогда не идем против природы… и потому в нашей магии в принципе не могло возникнуть таких направлений, как некромантия или трансмутация.

Но сейчас мне стало казаться, что в своем принципиальном неприятии мы зашли слишком далеко. Задрали носы и отвернулись, потому что увиденное не понравилось. А ведь если бы Шон не владел превращениями элементов, мы с кузеном стали бы частью каменной осыпи в Драконьих горах. Да и врачи нередко лечат малыми дозами ядов.

Мне становится не по себе, когда я думаю, что может натворить наш некромант с парой десятков василисков в Мириндиэле. И у нас нет от такого никакой защиты, потому что нам в голову не приходило, что она может понадобиться.

Я три недели слушаю вместе с тобой лекции по разным видам человеческой магии, смотрю на те подходы, приемы и плетения, которые применяют люди… и пока не встретил ничего, что не мог бы повторить по-своему. Выходит, дело не в невозможности, а в простом нежелании эльфов идти против естественного хода вещей.

Мне, эльфу, совсем не нравится некромантия. Но я ее выучу. И трансмутацию. А потом переведу все заклинания на язык волшебства дивного народа. Поверь, я достаточно хорош, чтобы справиться с такой задачей.

— Поговори с отцом, — посоветовала я. — Возможно, найдется десяток сильных и верных магов, которых безопасность Мириндиэля волнует больше, чем нарушение вековых устоев. Тогда можно основать школу альтернативной магии. И, чтобы показать важность миссии, назвать ее «Орденом Хранителей» или как-то вроде этого…

— Разумно, — кивнул Арден.

— Попробуй начать адаптацию со стазиса и заклинания, снимающего окаменение, — озвучила я следующую вертевшуюся на языке мысль. — Только вот думаю, делать их общедоступными нельзя.

— Согласен. Они войдут в список заклинаний, которыми владеет только королевская семья. Слишком опасные.

Лекция по «Боевой магии» была позади, и сейчас мы неспешно шли по коридору Белой башни к аудитории, где лорд Рейст читал спецкурс по «Трансмутации». Тощий преподаватель с пронзительными зелеными глазами имел обыкновение опаздывать на несколько минут, прилетая, как с пожара, и с порога начинал в бешеном темпе начитывать материал. Своеобразно, зато интересно. Шон, кстати, его хвалил.

Я остановилась у окна, чтобы поправить выбившуюся из прически прядь. Подняла к затылку руки, прогнула спину… и почувствовала, как на меня кто-то смотрит. Обернулась — никого. Странно.

— Ты заметил? — оглянулась на Ардена.

— Что именно?

— Ничего, наверное, просто кто-то удивился, какого тролля тут делают эльфы.

— Или этому кому-то приглянулась твоя по… твоя походка, — хмыкнул Арден.

Все-таки этот взгляд оставил неприятный осадок. Поежившись, я снова посмотрела в конец коридора. Оглянулась я вовремя — иначе б упустила дивное зрелище.

Из-за угла послышалось бодрое пение и раздалось ритмичное «топ-топ-топ…», а потом показалось нечто. Уж чего мы не повидали в стенах Академии за месяц, но то, что сейчас выползало из-за угла, было из ряда вон. На длинной костистой шее раскачивалась пожелтевшая зубастая черепушка, а за шеей, собственно, начиналась сама тварь. Точнее, скелет твари. Длинный позвоночник с нескончаемыми, как у змеи, рядами ребер, а под ним ритмично шагающие лапы. Правые и левые. Из-за угла показалась одна пара, вторая, третья…

— Как думаешь, сколько будет пар лап? — заинтересовался Ар.

— Ставлю на чет! — быстро сориентировалась я. — Спорим на желание!

Уф! Поймался! Ар, заинтересовавшись перспективой стребовать с меня что-нибудь хорошее, кивнул. А прежде чем кивать, стоило подумать. Я уже заметила в скелете неведомой зверушки повторяющиеся части… значит, ее собрали из нескольких. А лап у большинства обитателей лесов и равнин Империи по четыре штуки — так что, если при жизни среди тварей не было инвалидов, у меня есть хороший шанс на победу!

Над пятой парой марширующих конечностей обнаружилась сидящая верхом рыжая стриженая девица, громко распевающая нечто бравурное про серенького зайчика. Мы, малость оторопев, уставились на наездницу. Поравнявшись с нами, та отсалютовала:

— Победителям «Клевера» привет!

— Привет… — отозвались мы. Из-за угла уже вышло девять пар ног, а хвоста все было не видать.

— Я Рада, с четвертого курса Драконьего, а сейчас еду зачет по некромантии сдавать. Нравится? — Девушка гордо обвела рукой скелет непонятной скотины.

— Красота! А это кто? — заинтересовалась я.

— Ну, точно я не знаю… — смутилась Рада. — Это я на южной равнине отрыла. Там когда-то ящеры водились, а теперь студенты-некроманты копаются. Я тоже думала ящера нарыть… а накопала Заю.

— Кого? — не поверила я ушам.

— Заю! Ну Завром же, как я хотела, это не назовешь? — Девица подбоченилась, округлила серые глаза и уставилась на меня, ожидая возражений.

А чем плохо? Этакая змееобразная Зая на лапках… Только вот сколько у нее этих лап? Я уже сбилась со счета. Честный Арден грустно посмотрел на меня:

— Шестнадцать пар.

Сказка, а не Зая! Думаю, преподаватель некромантии лорд Пирод будет в экстазе. Представив Пирожка, считающего Заины конечности, я захихикала.

— Рада, а почему ты поешь, когда едешь?

— Ну не орать же? А иначе голова и хвост не слышат команд!

Логично.

Хотелось бы поболтать еще с веселым Рыжиком, как про себя я назвала девушку, но зазвенел звонок, мимо зашустрили опаздывающие на пары студенты… Пора было разбегаться. Рада запела, отбивая такт на выступающих позвонках твари костью, которую держала в руках, и Зая бодро замаршировала вперед.

Подняв глаза на Ара, я облизнулась. У меня есть желание! Не знаю, что увидел эльф на моем лице, но его уши порозовели, а сам Повелитель смущенно опустил стрелы длиннющих ресниц. Вот что бы мне такое захотеть?

Взявшись за руки, мы вошли в аудиторию. Первое время при виде того, как взрослый мужчина всюду ходит за ручку с девчонкой и как мы друг на друга смотрим, одногруппники хихикали. Но нам было глубоко бурмалино-фиолетово, что подумают окружающие… и смех постепенно утих. Сейчас Ар кивнул и улыбнулся, здороваясь за нас обоих, и мы направились к привычным местам в третьем ряду. Садиться ближе было чревато — лорд Рейст обожал подкреплять теорию, демонстрируя опыты и химические реакции, так что на занятиях постоянно что-то взрывалось, оплевывая вонючими брызгами первый, а иногда и второй ряд.

Не успели мы сесть, как в дверь смерчем ворвался тер Рейст и кинулся к доске, на бегу сообщив:

— Итак, в прошлый раз мы закончили с вами на том, что благородные газы не могут образовывать ковалентных кристаллов…

Понеслось. Я уткнулась в тетрадку.

* * *

Пока мы грызли гранит науки, Ти разбирал документы и донесения в столице. А Шон, тоже в Ларране, приводил в порядок наш дом, простоявший пустым месяц. Соответственно, на обед можно было не рассчитывать — готовить его было некому. Поэтому, оголодавшие, мы решили зайти в трактир — поесть и прикупить чего-нибудь про запас. Мясное рагу оказалось очень даже ничего — горячее, сдобренное острыми приправами, в густом красном соусе. Главным было не увлекаться — Нара постоянно забывала, что для роста ей требуется энергия, а не еда, и готова была меня раскормить до габаритов леди Фрейм. Я на нее цыкнула, напомнив, что если стану толстой девицей, то у меня будет неподъемная пешеходная драконица. Нара обиженно засопела, но умолкла.

Арден, слышавший наш диалог, покачал головой:

— А я-то думаю, почему в последние дни чувствую себя постоянно голодным?

— За толстого замуж не пойду!

— Я не толстый! — попался в ловушку Арден.

— Ты красивый, — смягчилась я. — И любимый… Но все равно не давай Рассвету своевольничать. Научи его в шахматы играть и чеши почаще!

После трактира я потянула Ардена гулять. Во-первых, после обильной трапезы требовался променад, а во-вторых, мне хотелось заглянуть на рынок — вдруг увижу что-то для Ланы? Один презент — рулон голубого шелка — у меня уже был припасен, но, как известно, подарков слишком много не бывает. Их может быть только недостаточно.

Всю дорогу домой Повелитель задумчиво на меня поглядывал. А стоило ему отвернуться, как я сама начинала коситься на эльфа. Причина смущения была ясна — выигранное мной желание. Вот дернул меня гоблин за язык с этим пари! И что мне загадывать? Того нельзя, этого тоже нельзя… а из списка, что можно, совсем ничего и не хочется! Засада какая-то! Наконец я не выдержала.

— Ар! Я не знаю, чего захотеть! Хочется так много…

— Не беспокойся. Отложи на потом. Когда придумаешь, скажешь мне, — ласково посмотрел на меня жених.

Обязательно скажу, уж не забуду, хмыкнула я.

Вернувшись домой, час попрыгали с мечами. Затем я на бегу метала кинжалы с двух рук — этот навык надо было постоянно тренировать, а Арден медитировал и отрабатывал заклинания драконьей магии. Потом — я на коленях у Ара — сели разбирать сегодняшние лекции. А чтобы не сползла, блондин придерживал меня рукой. Я ерзала — узкая горячая ладонь на животе под туникой не давала сосредоточиться. Перечитав в четвертый раз невразумительное «маг д-н п-ть ос-ти стр-я з-ий», решила отвлечься от этой абракадабры и, обернувшись, запустила обе руки в распущенные серебряные волосы жениха. Через несколько секунд обнаружилось, что мы уже обнимаемся на диване — я лежу у него на груди, наши ноги переплетены, его руки в моих бриджах сжимают попу, а я глажу под рубашкой широкую грудь, шею, целую упрямый рот, вдыхаю хвойно-земляничный запах, смотрю, не отрываясь, глаза в глаза…

— Бель, ты меня любишь?

Ну вот сколько можно спрашивать, а? Хотя прошел только месяц, как он узнал о моих чувствах. А перед этим был целый год, когда он любил молча, безответно и безнадежно.

— Я люблю тебя, Арден. И если б это желание было исполнимым, стала бы твоей женой прямо сейчас.

Ну вот. Я только что сказала, что готова отдать ему все, что у меня есть, — меня саму. Надеюсь, этого хватит.

Мы замерли, глядя друг на друга. Глухой частый стук его сердца у меня под рукой, почти в ладони, выражение невыразимой нежности на прекрасном лице… Он — мой, а я — его.

В таком виде и нашел нас Ти. Посмотрел на нашу диванную идиллию и поинтересовался, сдюжит ли кузен, если он уляжется сверху. Мне идея показалась интересной, а вот Ар стал юлить, говоря, что может не выдержать диван. Ти сморщил нос, заявил, что хлипкой мебели в доме не держит, и таки ж растянулся сверху. Я сдавленно пискнула, почувствовав себя размазанной мармеладкой в толстом бутерброде — романтики в происходящем уже никакой не было, имелось чистое дуракаваляние.

Решив устроиться поудобнее, Ти повернулся и уперся локтем мне в спину. Вот зараза костлявая — он же острый! На моем драконьем щите прорезались небольшие — всего в полпальца — колючки. Локоть поспешно убрался.

Потирая руку, Тиану перебрался в кресло.

— Так зачем я пришел, слушать будете? Просто не мог утерпеть до вечера… Кажется, мы накрыли их банк!

Кого «их», было понятно без объяснений. Речь шла о полуорках из гильдии убийц, охотившихся за нами во время паломничества к сакральному озеру, убивавших эльфов на границе Мириндиэля и выполнявших заказы некроманта.

Я выпуталась из рук Ардена и села, чтобы ничто не отвлекало от рассказа Тиану.

Уже несколько месяцев, с тех пор как всплыло имя Квард и некий адрес в Ларране, шло расследование. Эльфы установили магическую слежку за всеми входящими и выходящими из дома, вытягивая из запутанного клубка новые и новые ниточки. Сначала сумели вычислить еще один особняк в Ларране, потом еще… Всего принадлежащих гильдии зданий в столице разыскали полдюжины. Затем занялись исследованием купчих на недвижимость, нашли тех, на кого записаны дома, и тех, чьи свидетельские подписи стояли под договорами. Вот так и обнаружилось, что тут и там на заднем плане мелькает таинственная фигура некоего богатого купца по имени Ригнон.

Оказалось, что деятельность негоцианта окружена завесой тайны. Он обладал обширными связями и процветал, не имея при этом почти никаких видимых источников дохода. Слежка за клиентами, посредниками и посыльными, считывание их мыслей позволили установить, через какой банк йор Ригнон ведет свои дела. Надев мороки, под видом просящих ссуду под залог дома эльфы пошли туда и, покопавшись в головах служащих, узнали, что банк принадлежит купцу лишь наполовину. А вот кто владеет второй, пока оставалось тайной.

Еще выяснилось, что йор Ригнон ведет потрясающе активную переписку. Одно из посланий удалось перехватить и скопировать. И — тут Ти сделал многозначительную паузу — почерк оказался потрясающе схож с почерком некоего господина Р., письма которого мы нашли в шкатулке у атамана разбойничьей шайки с Тихого озера.

Это был прорыв. Впервые разрозненные нити пересеклись, сплетаясь в единый узор. Некромант — гильдия убийц — беспорядки в Империи. На что я была неопытной, но тут не понять, что к чему, было невозможно. Заговор, нити которого опутали все государство. А, как учат тысячелетия истории, целью почти любого заговора является смена тех, кто стоит у власти. Глупый жадный дядюшка Фирданн, вздохнула я… неужели ради спокойствия в Империи нам придется тебя защищать?

— Заговор?

— Да, Бель, наверняка. — Повелитель, тоже уже давно поднявшийся из горизонтали, обнял меня за плечи.

— Мм-м… А меня он хочет куда? — любопытно же.

— Два варианта. Либо убить, либо жениться. Второе предпочтительнее, ибо придаст легитимность правлению.

Вздохнула. Нет, для девушки, которой всего шестнадцать, у меня очень недурная и, главное, постоянно пополняющаяся коллекция женихов. Другой вопрос, что половине списка место в паноптикуме или, для спокойствия отчизны и меня лично, на ближайшем кладбище.

— А накачанные энергией алтари зачем? Я ломала голову так и эдак, но пока ничего разумного не придумала.

— Не знаю, — Ар пожал плечами. — Можно предположить какой-то стратегический маневр… Выясним.

— И что теперь делать будем?

— Продолжаем то же, что раньше, — следим. Приоритетные задачи — установить совладельца банка, попытаться найти логово гильдии и отыскать все алтари. Кстати, после следующего воскресенья, как бы тихо и аккуратно мы ни отбили поместье Лиррит, они должны забегать, как ошпаренные тараканы. Прекрасное время для слежки!

До возвращения в Ларран к ужину можно было пофилонить еще часок, и мы переместились в сад, на поляну, где по стволам старых яблонь вились цветущие клематисы. Мне безумно нравились эти растения — была в них какая-то легкость, изящество сродни полету. Голубые остроконечные лепестки звездчатых цветов напоминали крылья сказочных фей, элегантные розетки с густым венчиком тычинок и сетью тонких жилок можно было разглядывать часами.

Но сейчас мы пришли не за этим. Я приучила эльфов кормить белок, и мы превратили это в игру, постоянно заключая пари, к кому из нас рыжие хвостатые недотроги подойдут первыми. Драконьей магией для приманивания или эльфийской, чтобы замаскироваться под пенек, пользоваться запрещалось.

Пока лежали в засаде — победил, кстати, Ти, — ментально болтали о том, как мне вести себя во дворце. Решили, что удобнее всего стратегия непредсказуемых рецидивов — то почти нормальная принцесса, то снова ходит в черном и поднимает полдворца гимнами спозаранку. Списать все странности можно на знамения и явления святой во снах. С этим не поспоришь. А уж как это потреплет нервы дядюшке… Я представила открывающиеся перспективы и облизнулась. Думаю, Эрис с Эмитом их тоже оценят.

Закончив с белками, вернулись к учебе. Меня озарило, что «ос-ти стр-я з-ий» — это всего лишь «особенности строения заклинаний», но вот что за «д-н п-ть» с ними полагается делать правильному магу, так и осталось загадкой. Ар хмыкнул и полез в свой написанный бисерным почерком конспект.

* * *

Ужин опять окончился скандалом. По моей вине. Задумавшись о сегодняшней лекции по трансмутации, я машинально выделила натрий из соли на тарелке очередной дядюшкиной пассии, и слепленный мной белый комочек стал скакать по блюду, шипеть и плеваться. Девица зачем-то сунула туда палец — ну вот кто ест руками? — и обожглась. Завизжала, махнула рукавом — серебристый кусочек улетел на середину стола и шлепнулся в бокал с вином кого-то из придворных… обрызгал рядом сидящих… и понеслось. Опрокинутые блюда и бокалы, визг облитых вином леди, крутящийся на месте кавалер Брин, которому куриная кость неведомо как угодила за шиворот, перевернутая скамья…

Наблюдающие моими глазами за этим придворным беспределом эльфы хохотали, как ненормальные. А когда свалка перешла в рукопашную, не выдержала уже я. Куда там гномам из «Боевой секиры» до нашего Двора!

Мимо, поддерживая выпадающее из разодранного декольте достояние, с визгом пронеслась незнакомая мне фрейлина. Следом мчалась еще одна — в корсете и без юбки… Нет, свежеприбывшей из монастыря благородной девице смотреть на такое негоже! Опрокинув напоследок взглядом дяде на колени кувшин с холодным липким шербетом, я гордо покинула трапезную.

Глава 15

Когда не знаешь, что именно ты делаешь, делай это тщательно.

Правило лаборантов

Неделя пролетела незаметно. Может быть, потому, что мне почти все время хотелось спать. Я с трудом сдерживалась, чтобы не клевать носом на лекциях, а на лабораторной по химии однажды чуть не налила воду в концентрированную серную кислоту. Хорошо, что Арден поймал меня за руку в последний момент, — а то б оплевала едкими брызгами кипящей воды пополам с кислотой себя саму и заодно половину аудитории. К огорчению Шаоррана, собиравшегося на пару недель в Ларран, мы не смогли прийти на его прощальную вечеринку. Впрочем, зная драконий размах, я предположила, что народу там и без нас хватало — у Шаоррана редко бывало меньше полусотни гостей, а обычно топталось полгорода.

Пару раз я устроила дворцу побудки под гимн в честь святой Цецилии. Было весело, вот только самой тоже пришлось вставать в рань несусветную. Эмит по еле долгих тренировок научился воспроизводить мой дребезжаще-петушиный тембр голоса, и его рулады неслись из часовни днем, заставляя придворных зажимать уши или хвататься за амулеты — в зависимости от степени благочестия.

Дядя слал мне провокационные подарки — красивые ткани, шелка для вышивки, картинки с прелестными леди, которых на увитых гирляндами роз качелях качают прекрасные волоокие лорды. Пообещал устроить охоту — я вздрогнула и с негодованием отказалась, обвинив его в страшной смерти невинных зверушек. Каждый вечер закатывал во дворце бал — я смягчилась и согласилась принимать участие в хороводах. Для профилактики — чтобы лорд Фирданн не радовался раньше времени — раз в два дня я читала за столом показательные проповеди, а однажды заставила отстоять три часа на коленях на каменном полу часовни десяток придворных дам и среди них дядину нынешнюю пассию. При том, что в монастыре Святой Цецилии Эмиту с Эрисом приходилось делать такое ежедневно, воздаяние казалось мне справедливым и даже слишком мягким.

Ночами по замку продолжал бегать черный волкодлак. Чучело, которое изготовил Арден, а оживил Шон, получилось великолепным — зверь рычал, как живой, красные глаза горели, только что сожрать меня не пытался. Я даже покаталась на нем верхом. Понравилось. Жаль, пришлось прекратить забаву, когда эльфы поинтересовались — как я объясню придворным свое явление на демоническом отродье, буде те застукают меня во время скачек по коридору? Но как-то само собой вышло, что отныне волкодлак стал выбирать для ночных прогулок именно переходы близ моих покоев. И теперь сюда ни дядю, ни кого-то другого ночью было не заманить.

В среду вечером я выбралась в гости к Лане. Подруга напоминала распустившуюся розу, и даже тяготы, связанные с поздним сроком беременности, не портили ощущение счастья и сияния, которое распространяла Лана вокруг себя. Норд жену обожал. Дай ему волю, он носил бы ее на руках, вообще не опуская на пол. «Только на кровать…» — хихикнул пришедший со мной под видом Ирис Тиану.

Беглая послушница Лиррит тоже была всем довольна и вообще пришлась у Нордов ко двору. Из нее вышла отличная помощница, а Лана взамен обучала ее тому, что должна знать и уметь настоящая леди.

К сожалению, рассказать Лане о том, что случилось со мной за эти полгода, я не могла. Она не умела держать ментальные щиты и при полном отсутствии талантов к магии не научится этому никогда. А как показал наш собственный опыт, любой экранирующий амулет можно снять. Поэтому я, вздохнув, поведала стандартную историю о яблоневых садах вокруг скучного серого монастыря… Про себя же решила приглядеться получше к Мирике — личная помощница мне будет нужна, а умная, целеустремленная девочка могла пойти далеко. И ее преданность принцессе тронула меня — своим чутьем она уловила схожесть судеб двух столь разных на первый взгляд сирот. У Мирики с ее драконьей магией не будет никаких проблем со щитами и секретностью. Пока пусть учится — а мы станем за ней приглядывать и поможем в случае чего. Дальше выбор будет за ней.

* * *

На полу кабинета короля Сирила, придавленная книгами, лежала раскатанная карта поместья отца Лиррит. Вокруг на четвереньках бодро ползали мы. Шон тыкал в план циркулем, прикидывая так и эдак, как четыре мага могут покрыть щитом, отсекающим потоки и выводящим из строя телепорты и амулеты как можно большую площадь. Делать все надо было синхронно, и я нервничала — ведь мне впервые предстояло творить сложнейшее волшебство без ставшей уже привычной подстраховки друзей. Арден, который всю неделю бился над переводом нужных нам заклинаний на язык эльфийской магии, наоборот, выглядел спокойным, как образцовый покойник в уютном гробу. Впрочем, я знала его достаточно, чтобы понять, что скрывает эта нарочитая бесстрастность.

Сейчас Повелитель уткнулся носом в кипу донесений о распорядке дня в поместье — маги две недели неусыпно следили за всеми передвижениями жителей и сторожевых постов. Наконец он выдал:

— Вот! В полчетвертого ночи патруль, контролирующий подходы с западной дороги, максимально сближается с южным, стерегущим опушку леса. А северный почти сходится с восточным. То есть площадь, которую мы в этот момент должны накрыть, будет минимальной. Замечу, что за пятнадцать дней орки ни разу не отклонились от расписания — организованные. Вот на пунктуальности мы их и подловим.

После этого озарения осталось обвести площадь карандашом, прикинуть, где должен стоять каждый из нас, и еще раз проговорить, что сначала творим заклинание отсечения, а потом аккуратно погружаем в стазис всех жителей поместья. Основная задача — сделать все без шума, чтобы обитатели усадьбы не смогли поднять тревогу или сбежать.

Затем выставляем свои посты по периметру и начинаем разбираться — кто оказался в нашей сети и почему он туда попал. Мы надеялись спасти крестьян, слуг и отца Лиррит, но умом понимали, что шансы на удачу невелики — наблюдавшие за поместьем маги вообще не видели прежних жителей, как будто те сквозь землю провалились.

— Вылетаем в час ночи. Полчаса для перехода через порталы в ближайший город, еще полчаса лету до поместья. Час — это с хорошим запасом — на аккуратный взлом защитного контура. Полчаса — это тоже с запасом — чтобы занять места. Значит, у нас есть еще шесть часов — предлагаю потратить их на сон. А Эрис с Эмитом пусть вместо ужина посетят часовню и споют песнь во славу святой Цецилии — после этого никто долго не захочет беспокоить принцессу, чтобы та не устроила концерт на бис. — Арден обвел нас взглядом. Мы по очереди кивнули.

Время было неурочным — суббота, семь вечера, — и какая-нибудь горничная или леди Фрейм запросто могла забрести в комнату принцессы с вопросом или очередным подарком от дяди… а если визитер присядет на край кровати, где мы спим под пологом невидимости, и получит эльфийской пяткой в бок — будет весело.

Поэтому — благо, портал был рядом — спать двинули в Галарэн. Если что случится, Эрис и Эмит вызовут нас по амулету.

* * *

Вокруг зудели комары. Мелкие твари в упор не могли понять, почему, если вот она — я — рядом, живая и теплая, то никак не удается куснуть? И они старались, упорно пикируя снова и снова. Когда через зависшее надо мной звенящее облако стали сновать туда-сюда с радостным писком пара решивших подкрепиться скоплением мошкары нетопырей, я совсем затосковала. Ждать предстояло еще двадцать минут, а магию Ар с Шоном до срока попросили не использовать. Хорошо, хоть с погодой повезло — стояло бабье лето. Дождь был бы похуже мошкары…

Шон ювелирно взломал охранный контур, мы рассредоточились по заданным местам и замерли, скрытые невидимостью и целой гирляндой других пассивных заклинаний. Кто же знал, что надо было еще и о комарах подумать? Вот почему им невидимость не мешает? Еще через несколько минут я поняла, что гнус — это цветочки. Мои ноги нашла какая-то полуночная змея — вот разве эти твари ночью не спят? — странные какие-то, — и попыталась устроиться на теплых ступнях. Потом ей показалось этого мало, и настойчивая рептилия, обвив щиколотку, стала тыкаться мне в штанину, пытаясь залезть туда. Я прикрыла одежду драконьим щитом, перекрыв гадине дорогу, но чувствовала себя по-дурацки — под ногами ползают, над головой вьются и зудят. Для полного счастья не хватало, чтоб меня нашла какая-нибудь охотящаяся по ночам кошка размером побольше, чтобы потереться об ноги…

«Бель! Не накликай! — донесся ментальный смешок стоявшего примерно в полулиге от меня Тиану: — У меня тут как раз какая-то зверушка неподалеку гуляет».

«Ти, долго еще?»

«Пара минут… они уже почти сошлись… готовься», — вот теперь никакого смеха в голосе не было.

Я осторожно перешла на магическое зрение и потянулась к источникам — солнышку внутри меня и тем, что снаружи. Ну, волнуюсь… только что толку мандражировать-то? Дергайся, не дергайся — не поможет. Ведь делала это уже много раз… а если что пойдет не так, меня поправят и поддержат. Вдохнула.

«Пора!»

Нашей задачей было не только синхронно начать атаку, но и одновременно доплести экранирующий щит, в один и тот же момент отрезав всех орков от магии. А потом сделать так, чтобы они не смогли разбежаться, и отправить их в стазис одного за другим. Если повезет — это ведь не только база, но и тренировочный центр, — то на ком-то из молодых может не оказаться смертельных заклятий-татуировок, убивающих членов гильдии, стоит их лишить свободы. И тогда мы сможем покопаться в памяти пленников и узнать что-то новое.

Я переплетала потоки магии, помогая себе жестами, выпевала протяжные ключевые слова, черпала из источников и из резерва… если б сейчас меня приложило метеоритом с небес, думаю, и не заметила бы… и краем сознания чувствовала то, что делают Ар, Ти и Шон. Ох, чуть опаздываю — все же в нашей компании у меня самый маленький опыт волшбы.

«Не торопись, мы подождем…»

Отлично. Послала в ответ не слова — их сейчас не было, — но волну благодарности и тепла. И снова нырнула в магию, заканчивая плетение.

Есть! Если б не устала, как лошадь после скачки, то, наверное, была бы очень горда. Мы накрыли несколько квадратных лиг единым куполом, отсекающим эту часть мира от магии. Будем надеяться, драконов среди них нет, хихикнула я. Кстати, смески орков и людей существовали, а вот представителей древних рас, соединивших свою кровь с орочьей, я не встречала и даже о таких не читала и не слышала. Интересно, это конфликт биологический или мировоззренческий?

Раскинув сеть драконьей магии, двинулась вперед, к той точке, где мы договорились встретиться. Обиженная змея зашуршала прочь. Настойчивые комары потянулись следом за мной. Оптимисты крылатые на мою голову — в ушах от них уже звенит!

Сеть показала, как за моей спиной из леса вышли несколько эльфийских магов. Эти стражи были дополнительной гарантией того, что никто, даже замаскировав ауру, не выберется отсюда.

Потирая затекшую спину, я ковыляла по ночному лесу. Вот тьма — эльфу глаз выколи!

Ушла недалеко. После того как я пару раз споткнулась, попыталась протаранить лбом какое-то дерево и чуть не наступила на пыхтящего ежа, стало ясно — пешком в кромешной тьме через этот бурелом я никуда не дойду. Даже моего ночного зрения не хватит, чтобы тут не навернуться. Подумав, приподняла себя левитацией и, по-прежнему невидимая, заскользила в локте от земли — так-то лучше! Встречный орочий патруль отправила в стазис за пару минут. Принцип прост — начинаешь с заднего, а к тому моменту, как передний спохватится и начнет озираться, уже и до него очередь дошла. Подняла трофейных орков в воздух и подвесила сзади на силовой нити. Пусть едут следом — возвращаться лишний раз в это живописное, но плохо освещенное место я не собиралась. Интересно, что в сети огоньки аур орков в стазисе продолжали светиться. Они живы или это остаточный эффект?

Прибрав по пути еще один патруль, выбралась к месту встречи — отделенную от особняка кущей деревьев поляну. Ар уже был там, тоже со связкой орков на веревочке. С гирляндами тел в кильватерах показались Тиану и Шон. Свалив трофеи в не слишком аккуратный штабель, мы устроили совещание. Шон снял с шей орков амулеты, окутал их защитными заклинаниями и спрятал. Потом присоединился к нам.

— Если всех загнать в стазис — ничего не узнаем…

— А если попробовать усыпить? Они же и так спят, умереть при этом не должны — просто сон станет глубже.

— Бель, мысль хорошая, но ты пробовала читать чьи-то мысли во сне? Это же дурдом на выезде! Такого насмотришься…

— Лучше дурдом, чем трупы, — с них точно ничего не считаешь. Давайте попробуем?

— Резонно, — согласился Ар. — Тут мы однозначно ничего не теряем. Тиану, в этом ты лучший — давай! А мы тебя подпитаем из наших резервов. Только аккуратнее — моих магов не усыпи.

Я видела магическим зрением то, что делает Ти. Насколько же он стал сильнее! Арден и Шон положили ему руки на плечи — контакт помогал при подпитке магией. А я просто подошла со спины и прижалась к нему крепко-крепко, сцепив пальцы в замок на животе жениха. Ти закинул руку назад и ласково потрепал меня по волосам. Потом сосредоточился.

Не десятки, сотни контрольных сфер повисли по всей накрытой куполом площади. Чтобы не упустить никого, Тиану «замел» всех крупнее воробья. И погрузил в глубокий сон. Орков в доме, сов и лесных кошек, и даже мою знакомую змею. Эх-х… вот бы еще комаров вырубить, размечталась я. Потом спросила:

— Зверям это не повредит? Они смогут проснуться сами? — собирать и реанимировать тушки зайцев по кустам в мои планы на выходной не входило.

— Проспят до послезавтрашнего утра. А если эльфы на кого наткнутся, так и раньше разбудят.

Праздник для местных комаров. Нормально, пойдет.

Но вот интересно — сколько ж убивцев угнездилось в поместье, если только в патруле ходило девятнадцать орков? И это при том, что нападения они не ждали.

— Сколько? Да полсотни точно наберется, — задумчиво почесал нос Тиану. — А может, и больше.

Прежде чем уходить с поляны, решили разобраться с пленными патрульными. Зажгли светлячок М-да, красавцы сногсшибательные, увидишь — упадешь! И все поголовно до бритых макушек разрисованы сине-красными загогулинами. Интересно, и почему они мне осьминогов напоминают?

Выбрав самого недоузорчатого, связали по рукам и ногам и сняли стазис. Увы, тут же стало ясно, что с путами можно было и не морочиться — татуировка сработала, отправив орка на свидание с духами предков. Жаль. Больше тут делать нечего — об остальном позаботятся эльфийские маги. Переглянулись, вздохнули и направились к темневшей за деревьями трехэтажной громадине дома.

Комнату за комнатой мы обходили особняк, бережно, чтобы не потревожить и не разбудить, перемещая орков в большой зал внизу. Четыре десятка матерых убийц, десяток юных учеников — да мы тут накрыли целое осиное гнездо! Машинально отметила, что для такого количества постояльцев в доме не нашлось ни нужного числа кроватей, ни белья для них — а потому орки натащили в усадьбу из опустевшей деревушки какой Попало мебели и застелили ее чем придется. Набитые сеном тюфяки, покрытые камчатыми скатертями — бывает же! Могли б уже за полгода обустроиться по-человечески!

На нижнем этаже в полуподвале с зарешеченными окнами и земляным полом на соломе спали полторы дюжины крестьян — похоже, этих держали тут для подсобных работ. Еще в паре каморок под замком ютились тринадцать женщин, причем семеро из них были явно беременны. И наконец, в запертой комнатушке в мансарде отыскался отец Лиррит — иссохший седой старик с морщинистым лбом, впалыми щеками и глубокими складками у рта и крыльев носа. Даже во сне было видно, насколько он слаб и как несчастен. Оставив его отдыхать, мы отправились вниз, к оркам.

Вот только куда же подевались остальные обитатели особняка и соседней деревушки?

Посмотреть орочьи сны мне не дали — тут мои друзья выступили единым фронтом. Озвучил общее мнение Арден:

— Бель, ты многое знаешь и умеешь, ты сильная и смелая. Наконец, ты почти дракон. Но от этого ты не перестала быть девочкой, которой нет еще семнадцати. Не лезь в эту грязь. Поверь, в этом нет слабости. Но копаться в мозгах убийц тебе ни к чему. Позволь нам избавить тебя хотя бы от этого. Все, что узнаем, мы тебе расскажем.

Я задумалась, а потом кивнула. Есть долг и есть возраст. Наверное, и у меня имеется психологический предел, и если опытный Арден считает, что мне делать чего-то не стоит, и даже Шон с этим согласен, значит, так тому и быть. И нечего капризничать, лучше пока сделаю для всех горячей тайры — от непрерывного волшебства у меня уже начала кружиться голова. Наверняка парням не лучше.

Следующие несколько часов слились в серое пятно. Эльфы и Шон переходили от орка к орку, прикладывая пальцы к вискам спящих. До того я и не знала, что сны идут не непрерывной чередой. Оказывается, сами сны длятся считаные мгновения, а между ними проходят десятки минут покоя. Проснешься во время сновидения — будешь помнить его. А если во время «тихого» периода — то сна как и не было. Нет тех, кто не видит снов. Есть те, кто не вовремя просыпается.

Я сновала между друзьями, подпитывая магией из своего резерва, вливая в них тайру и запихивая прямо в рот плитки шоколада с орехами. Был уже день, когда, наконец, измотанные парни отступились. Отделили несколько орков от остальных. Ти поколдовал над ними, делая сон глубже.

— Эти знают много — их отправим в Лариндейль. Еще пару недель они спокойно проспят, так что пусть наши маги пороются в их головах.

Усталый Шон открыл портал. Ар отдал кому-то приказ по амулету связи, и тела пленных отправились в последний путь.

— Что с остальными? — спросила я. — На взрослых накладываю стазис, на учеников путы? И уж как кому повезет?

Ар кивнул:

— Давай. Если кто-то выживет, можно будет работать с памятью по-настоящему, а не так… — Повелитель негодующе затряс белой гривой.

Увы, и нам, и оркам не повезло. Как только вплетенное в татуировку заклинание чувствовало, что его носитель попал в плен, оно убивало хозяина. Выживших не оказалось.

Обернулась, вопросительно глядя на Ара. Ну и что делаем теперь? Хотя и без слов понятно — надо просмотреть документы и бумаги, переговорить с отцом Лиррит, обыскать поместье на предмет остаточной магии и чужих порталов. Эх-х… А я-то мечтала выспаться и провести выходной за рыбной ловлей… Нара внутри грустно вздохнула.

Бумаг обнаружилась прорва — переписка с начальством и другими опорными лагерями — жаль, что адресов нигде не значилось, копии счетов — тут имена были, и с сотрудничающими с гильдией убийц купцами и ремесленниками предстояло разбираться отдельно. И, что особо ценно, к нам в руки попал зашифрованный толстый гроссбух, похоже, с записью заказов. Если суметь расколоть тайнопись, то, во-первых, можно раскрыть или даже предотвратить множество преступлений, а во-вторых, капитально подмочить деловую репутацию гильдии и подорвать сам бизнес. Кто станет нанимать убийц, если будет знать, что потом имя заказчика — твое имя — может стать публичным достоянием?

Шон нашел запечатанный телепорт. Скорее, даже следы от телепорта. Раскрыть снова он его не смог и сказать, куда он ведет, тоже. Только самое общее направление — на восток. А что у нас отсюда на востоке? Да уже и ничего… никаких крупных городов или поселков. Малонаселенная местность переходила в отроги Гномьих гор. Неужели телепорт ведет дальше, в орочью степь? Если так, то получалось, что у некроманта и гильдии есть связь с орками. Напрашивалось предположение, что жителями деревни, отдав их в жертвы духам предков, некромант расплатился за какие-то услуги. Например, за отлов василисков. Или еще за что похуже… Картина мне совсем не нравилась.

Тиану и Арден кивнули — похоже, они пришли к аналогичным выводам.

Поколдовав, Шон заявил, что сделал крупную гадость — если кто сунется по координатам с той стороны, то попадет в расставленную тер Дэйлом стазисную ловушку и застынет, как муха в янтаре. Дополнив ловушку сигнализацией, Шон успокоился с видом человека, наилучшим образом выполнившего поставленную задачу.

Наконец, мы разбудили отца Лиррит. Гарнет тер Оран — так звали тощего старика со всклокоченными волосами — долго не мог поверить, что его злоключения позади, и умолял нас уйти, говоря, что иначе орки убьют его Лиррит. Похоже, дочерью его и шантажировали, заставляя подписывать бумаги и отдавая от его имени распоряжения.

Услышав, что его девочка в безопасности в Ларране, лорд Гарнет разом сбросил десяток лет и совсем другим голосом спросил, чем может нам помочь. Ясно чем — рассказать все, что знает, и дать эльфам считать память, вспомнив все, что он видел и слышал с весны.

Тер Оран дал нам две хорошие зацепки — ум у старого лорда оказался ясным. Во-первых, он присутствовал в кабинете, когда глава здешнего отделения принимал доклад о выполненном задании от одного из подчиненных и делал записи в журнале. От старика не таились — для орков он был ходячим трупом. Гарнет запомнил и слова, и даже как выглядела строка, которую написал орк, — полистав журнал, он уверенно ткнул в нее пальцем.

— Я не мог ничего сделать, но глаза и уши они у меня не отняли. Вот я и смотрел — вдруг пригодится? — улыбнулся старый лорд.

Теперь, расшифровав одну запись, можно было разобрать и все остальное. Молодец старик!

Во-вторых, из своего окна тер Оран видел фигуру в черной рясе, идущую по дорожке к дому. Наш некромант! Мы были правы — он тут побывал. Орки перед ним лебезили, разве что задом наперед не ползли, вылизывая путь. Увы, некромант, как обычно, был закутан с головы до пят. Но Гарнет был уверен, что это — высокий мужчина. Об этом говорила походка, манеры, движения, ширина шагов. И еще лорд заметил на руке блеск кольца и постарался разглядеть его как можно лучше. Тиану взялся оживить воспоминания. Через несколько минут эльф сказал:

— Да, это кольцо выпускника Академии. Скажу больше, кольца разных факультетов чуть отличаются друг от друга. Изумруд или рубин были бы заметны даже с большого расстояния. Значит, камень прозрачный. Это кольцо выпускника Белой башни.

На всякий случай воспоминания об этом эпизоде Шон записал на кристалл — вдруг мы что-то упустили?

Солнце уже перевалило за полдень, когда дела в поместье были завершены. Мы оставили лорду Орану кошелек с тремя сотнями золотых — нужно было закупить продовольствие на зиму для выживших крестьян, нанять новых работников и начать восстанавливать хозяйство. Если поспешит — еще успеет посеять озимые. Гарнет попросил передать дочери письмо. Конечно, сделаем. Тиану с Арденом проверили конюшни — кажется, эльфы надеялись найти угнанных эльфийских кобыл, но их тут не было. И наконец, в поместье остались несколько магов для охраны, ибо не факт, что часть орков во время нашего рейда не была где-то в отъезде. Вот и устроим небольшой сюрприз для опоздавших. Ведь правда, приятно, когда тебя ждут и встречают?

Остальные маги отправились с нами в Ларран — Арден готов был биться об заклад на что угодно, что как только весть о пропаже целого подразделения гильдии убийц дойдет до столицы, начнется переполох, как в муравейнике, куда сунули палку. Тут-то и можно будет проследить те связи, которые обычно маскируют и скрывают.

* * *

Во дворец мы успели как раз к обеду. За столом я старательно сдерживала зевоту — недосып, усталость, тяжесть увиденного сказывались — трапезная плыла перед глазами.

Веселое застолье, яркие наряды леди, самодовольство сидящего в обитом алым бархатом кресле с высокой спинкой во главе стола дяди, крахмальные вышитые скатерти, бесшумная суета слуг, подливавших вино, — все казалось каким-то нереальным, будто я смотрела из-под воды.

Лорд Фирданн внимательно взглянул на мою бледную физиономию. Вздохнул:

— Опять не спала?

Я опустила ресницы и придала лицу овечье выражение:

— Я всю ночь молила святую покровительницу о просветлении. Цецилия дала мне знак, что я должна больше прислушиваться к вашим словам, дядюшка. И что танцы, если они не преступают границ приличия, не являются грехом.

Дядя облегченно вздохнул.

— Но все равно я не стану спать две ночи в неделю, отстаивая молебны и встречая утро гимном во славу благочестия! — Мои глаза загорелись нездоровым фанатичным блеском, в голосе появились истеричные нотки.

Лорд Регент застонал, бормоча под нос что-то неразборчивое. Я прислушалась — таких интересных слов не знали даже мои женихи.

— На следующей неделе во дворец пребывают драконы, а следом за ними — эльфы. Вот как они отнесутся к твоим ночным распевкам, а?

— Неужели же дружественные нам представители соседних государств не будут рады видеть мое благочестие? Я готова поделиться с ними светом моей веры! — счастью на моем лице не было предела.

— То-то они будут рады… — проворчал дядя.

— Рады? Дядюшка, вы тоже так считаете? — радостно взвизгнула я.

Лорд Фирданн в раздражении стукнул кулаком по столу и застонал снова.

Решив, что дневная норма по проявлениям кретинизма выполнена, я замолчала. И остаток обеда вредила только по мелочам. Например, куриная нога, соскользнувшая не без моей помощи с золоченой вилки сидевшей по правую руку дяди декольтированной особы, метко шлепнулась прямо в соусник с подливкой. А выбитый оттуда фонтанчик липкой рыжей жижи удачно распределился между напудренным носом и доходящим почти до пупа вырезом платья этой самой леди. Выглядело живописно — мне понравилось. Дяде тоже должно приглянуться — теперь красное платье с обильным золотым кружевом и рыжими потеками напоминало о его экспериментах в области дизайна интерьеров.

Вот странно — и чего он закатывает глаза и стонет снова? Может, от экстаза?

* * *

Остаток воскресенья мы провели в Галарэне, в саду нашего дома. Валялись на траве, дремали, немного поплавали в пруду и уснули снова. Разговор тек лениво, Редкие слова падали, как капли золотистого меда… надо было просто быть рядом, касаться друг друга, смотреть на игру солнечных зайчиков на усыпанном хвоей пригорке, слушать шум ветра в кронах сосен и разглядывать облака — вот это похоже на летящего дракона, а то, что правее, на нос лорда Каршинна — даже бородавка в нужном месте имеется!

К вечеру пришли в себя достаточно, чтобы снова начать говорить о делах. Сегодня мы нанесли серьезный удар по гильдии, сократив ее численность, по нашим прикидкам, где-то на пятую часть. И узнали больше о некроманте — искать его надо в Белой башне, и всех мелких, вертлявых и щуплых можно отмести. Например, симпатичный нам лорд Рейст под описание злодея никак не подходил.

После того как мы привычно слились, восстановив и сияюще-безмятежное настроение, и магический резерв, Арден, Ти и Шон расположились в гостиной. Я улеглась на ковре — посмотреть, что будет. А было интересно — просматривая сны орков, парни обращали внимание не столько на действие, сколько на те места, где оно происходило. Самый опытный менталист — Тиану — несколько раз даже умудрился заставить спящего «увидеть» номера домов и названия улиц. Теперь бы еще понять, в какой части Империи находятся эти улицы и дома.

Вот сейчас парни по очереди показывали то, что нарыли в мозгах душегубов, и обсуждали — где такое может быть? Смотрели на цвет неба и яркость солнца, растительность, архитектуру… Все трое немало пошлялись по городам и дорогам Империи — теперь я уже умилялась своей наивности: ведь верила же когда-то, что эльфы из Мириндиэля ни ногой!

Пару мест, причем фигурировавших в нескольких снах, эльфы опознали довольно уверенно. Похоже, нам удалось вычислить еще две опорные точки… эх, молодцы мы! Но без армии эльфийских магов, готовых встать по слову Ардена, я бы даже шанса не имела справиться с гильдией. Как же мне повезло!

«Везет тому, кто сам себе помогает!» — улыбнулся мне Ар.

Я улыбнулась в ответ.

Глава 16

Лучше делать и раскаиваться, чем не делать и все равно раскаиваться.

Д. Боккаччо

В понедельник, когда во время большого перерыва между парами мы перекусывали на скамейке в парке, к нам с небес слетел Шаорран. Стащил кусок мяса и поведал, что в воскресенье мы пропустили настоящее веселье.

— Какое? — заинтересовалась я.

— День рождения жены мэра Галарэна, — почему-то расхохотался дракон.

— А что в этом смешного?

— Сейчас расскажу… Понимаешь, мэр устроил большой праздник на площади у ратуши. Музыка, накрытые столы, толпа народу, уйма декольтированных дам, начиная с его собственной супруги. Кстати, Верисиэлль тоже там была — как обычно, в золотом платье с вырезом до… — Шаорран замялся. — Ну, в общем, в декольте.

— И? — подтолкнула его я.

— И вдруг над этим блестящим сборищем собралась небольшая тучка, а из нее посыпались лиловые пиявки!

Шаорран замолк, дав нам возможность самим оценить масштабы бедствия. Мы с Аром переглянулись и, представив сочно шмякающихся в дамские декольте пиявок, захохотали.

— Пияяяявка в декольте… — простонала я.

— Ага! И не одна! И в прическах, и в компоте на столе! — золотые глаза драконьего принца горели от восторга. — А как дамы из платьев выскакивали!

Да, судя по последней реплике, он там был!

— Шаорран, ну-ка, колись — кому мэр и его благоверная так круто насолили? — уставилась я на принца в упор.

Шаорран замялся, потом, решив, что уж если прокололся, то можно рассказать все, и вообще мы «свои», продолжил:

— Ну, если уж говорить серьезно, то всем магам. Мэр вдруг решил, что порядки в Галарэне пора менять. На нескольких студентов напали в тавернах. Появились постановления о разделе бюджетов города и Академии, причем была попытка прибрать в казну Галарэна академические дотации. Эти умники даже попробовали ввести налог на проживание в городе магов.

Вот теперь все ясно. Мэру щелкнули по носу, напомнив, кто в городе настоящий хозяин. Обидно, но без членовредительства. Не удивлюсь, если в ближайшее время состоятся перевыборы.

— А жена мэра? Она чем отличилась?

— Высокомерна, хамовата, нетерпима. Весной попыталась отдать приказ высечь какого-то студента, который недостаточно быстро уступил ей дорогу. Скандал едва удалось замять, — глаза Шаоррана сузились.

— Ну и как? Какого цвета у нее белье? — поинтересовалась я. В том, что имениннице прицельно достался десяток пиявок в подарок, я почему-то не сомневалась.

— И у нее, и у дочки — розовое в сердечках…

Так это я дочку мэра на рынке приголубила? Вот уж тесен мир!

— …а у Верисиэлль, кстати, — золотое! Сияет аки солнце! — К дракону, успевшему, пока он рассказывал, стащить второй кусок мяса и даже хлебнуть из нашей фляги, опять вернулось хорошее настроение. — Эх-х… жаль, вас на вечеринке не было… а ночью мне улетать.

— В Ларран?

— Угу.

— И до Ларрана на драконьих крыльях? — Мне действительно было интересно.

— До предместий. Там пересядем на коней — их заранее отправили вперед.

— Зачем?

— Ну нельзя же драконом лететь прямо во дворец? Это может быть воспринято как демонстрация силы, давление и даже угроза. Есть этикет — в чужой Двор, если это не Тер-Шэррант, драконами не летают.

Любопытно.

— А в Академию ты вернешься?

— Пару недель придется пропустить, а там, думаю, вернусь.

— То есть ты в столицу всего на две недели?

— Идеально было бы портал поставить, — вздохнул Шаорран. — Но найти мастера, который пробьет телепорт на такое расстояние, не так уж просто. Отец обещал прислать кого-то из своих умельцев, но это будет позже. Пока придется помахать крыльями — два дня туда, два дня обратно…

* * *

Увы, мне, как и Шаоррану, тоже пришлось прогуливать из-за прибытия послов в Ларран. Ну вот не будь Дяди и всех этих заморочек с секретностью, сели бы прямо в Галарэне у костра с шашлыком или фаршированной орехами и пряными травами курицей, познакомились получше и обо всем договорились… И учебе вся эта дипломатия не мешала бы. А так — тьфу! — расстройство одно.

Арден, видя, насколько я недовольна тем, что меня сорвали с лекций по физике и магии, решил свести временные потери к минимуму и явиться в Ларран в один день с драконами. Ти, которого никто в Галарэне не видел уже неделю или больше, решил «прибыть» ко Двору вместе с кузеном.

— Мне тоже потанцевать хочется, — оправдывался жених, лукаво кося сапфировым глазом.

Вообще, так или иначе, Ти был нам нужен — именно ему предстояло рассказать Шаоррану о погибших драконятах.

И вот теперь я, немного бледная, чуть слишком тощая, зато с потрясающей прической и в сногсшибательном платье, стояла рядом с лордом Регентом в зале Приемов, ожидая гостей. Мой наряд мы мастерили все вместе. Шаорран — бронзовый дракон — скорее всего выберет именно такой цвет для костюма. Арден собирался быть в наряде цвета слоновой кости. Значит, мое платье должно сочетаться с цветами обоих лордов. Получилось нечто строгое — разом выпрыгивать из образа монашки я не собиралась — и в то же время торжественно-элегантное. Розетка ворота под горло, но вниз, до корсажа, идет не ткань, а бронзовая сетка с мелкими жемчужинами. Жесткий, бронзовый же, атласный корсаж, рукава из струящегося шелка цвета слоновой кости с жемчужными застежками у кистей и пышная бронзовая юбка с хитрыми прорезями, в которых мелькали шелк и жемчуг. Вот сюда бы еще мою диадему с солнечными камнями… жаль, нельзя!

Придворные дамы ели меня глазами. Я делала вид, что не замечаю.

Эльфы появились первыми, и этот спектакль доставил мне искреннее удовольствие. Внешне все удивительно походило на тот прием, что состоялся год назад, — сияющее великолепие дивных лордов, холодное высокомерие Повелителя, певучий эльфийский, от звуков которого у дяди перекашивало физиономию… но на ментальном плане картина была совершено иной.

Хоть я и рассталась с любимыми всего час назад, мы радовались друг другу, будто не виделись год. Под конец вмешался Шон: «Бель, если ты будешь так фонить, от драконов это скрыть будет невозможно. Твоя аура сейчас похожа на полярное сияние — освещает все на сто лиг вокруг. Бери себя в руки!»

Вздохнула: «Я вас всех люблю! И беру себя в руки».

Взяла. И вовремя. Двери распахнулись снова.

Как и предполагалось, Шаорран был в бронзовом. Металлический отсвет ткани камзола красиво оттенял блеск перехваченных обручем красного золота длинных волос, загорелый тон кожи, золотистые искры в глазах под разлетом бронзовых бровей. Как же вы прекрасны, принц!

Широкие плечи, гибкий стан, уверенные шаги… Вот он уже поднимается ко мне на помост…

— Я, кронпринц Шаорран Ал’Эроллд, сын Властелина Небес Тер-Шэрранта, рад приветствовать наследную имперскую принцессу Астер Кибелу тер Калариан в ее столице… — начал дракон речь на всеобщем.

Дядя кивал. Я стояла неподвижно и приветливо улыбалась. Интересно, что Шаорран думает на самом деле? Худа, бледна, затюкана? Ну, сейчас мы это подправим!

Дождавшись заключительных «…в мире и дружбе между нашими народами», сделала полшага вперед, улыбнулась чуть шире и заговорила на драконьем. Эх, жаль нельзя сейчас обернуться и на дядю Фирданна посмотреть — наверняка же челюсть на пол от удивления уронил! Только б от натуги пукать не начал, а то на том торжественная часть приема и кончится — и придворные, и оба Посольства разбегутся в ужасе!

Почти слово в слово, вывернув наизнанку приветствие и поменяв местами названия Империи и Тер-Шэрранта, я повторила речь Шаоррана на драконьем. Бронзовые брови медленно поползли вверх, но потом дракон оценил и мой юмор, и знание языка, и маскировку под «курицу домашнюю» и, склоняясь к руке в поцелуе, подмигнул. Я подмигнула в ответ. Есть контакт!

Теперь можно оглянуться на дядю. Нормально — стоит на ногах, только ртом воздух хватает.

Приняв предложенную Шаорраном руку, сошла с возвышения. Кронпринц Арденариэль с кузеном тут же присоединились к нам.

— Я же тебе говорил, принцесса полна сюрпризов, — усмехнулся Ти.

— Я и вправду рад знакомству! — улыбнулся Шаорран. — Вечером бал, потанцуем?

Нет, этот неисправим.

— Когда я тут, первый танец традиционно мой, — вмешался Ар.

Ну просто девичий рай — я и три принца… эх, если б еще дядя под ногами не путался!

* * *

Шаоррана подкосила первая же заготовленная мной танцевальная вариация. Любитель эльфийских па споткнулся и чуть не сел на пол. А потом расхохотался.

— Что же за год у меня такой? Каждая встреченная симпатичная девушка танцует лучше меня!

— Каждая? — подняла бровь я.

— Ну, вы — третья. Сначала весной какая-то девица из приграничной глуши чуть не уронила меня на вечере в Академии. Потом осенью к нам на факультет поступила пара неправильных эльфов и заставила спотыкаться. И вот теперь я приезжаю, чтобы возглавить дипломатическую миссию, и на первом же балу чуть не сбиваю с ног имперскую принцессу. Чем я прогневил богов? — Шаорран в притворном отчаянии закатил глаза к расписному потолку.

Ну это ж надо! Наши блестящие леди вот-вот заработают косоглазие, пытаясь одновременно смотреть на великолепного дракона и уследить за прекрасными эльфами… А этот тип вспоминает встречу пятимесячной давности со мной — провинциалкой Белисией в самодельном платье.

— Пара эльфов? — переспросила я, направляя разговор в интересующую меня сторону.

— Ну да. Родственники Владыки, между прочим. Кстати, — внимательный взгляд Шаоррана обежал меня от сколотых на макушке локонов до носков бронзовых туфелек, — вы похожи.

— Похожа на эльфов? На родственников Владыки? — я округлила глаза. Вот внимательный выискался на мою голову! — Чем же?

— Нет, внешне вы с леди Наринель разные. Но есть что-то в осанке, поставе головы, жестах… — дракон задумался.

Я пожала плечами.

— Если она — родственница Владыки Алсинейля, у нас могут быть общие эльфийские предки. И по драконьей линии, если я правильно понимаю, мы принадлежим к одному дому. Иногда кровь проявляется через поколения…

— Может быть… — кивнул Шаорран, раскручивая меня под высоко поднятой рукой.

Хорошо. Теперь, когда ему кажется, что решение найдено и загадка перестала быть загадкой, он будет смотреть на черточки сходства между мной и Наринель как на забавный казус, не более. Но надо быть очень внимательной — стоит проколоться с прической или украшениями или ляпнуть лишнее — и в голове дракона сложится совсем другая картинка. В том, что, несмотря на кажущееся легкомыслие, Шаорран умен, я не сомневалась ни капли.

— Драконья магия уже проявилась? — глаза принца блеснули, выдавая, насколько его интересует этот вопрос.

Ага, прямо сейчас так и расскажу!

— Лорд, мне всего шестнадцать, — и опущенные ресницы. Ясно, что поймет он эту абсолютно правдивую фразу совсем не так, как надо… но это уже не мои проблемы. Для себя я решила не обманывать Шаоррана ни словом. Дипломатическую игру он оценит, а вот вранья может и не простить.

— Драконий язык стал сюрпризом для лорда Регента, да? — продолжил слишком понятливый Шаорран.

— Ну, папа учил меня, — улыбнулась я. Король Сирил и вправду когда-то пел мне на драконьем колыбельные, а мама сердилась — после них я не спала полночи. Мм-м… кстати, о музыке — надо превентивно предупредить, чтобы нехорошо не вышло. — Да, лорд, позвольте вас предостеречь: если не хотите испортить впечатление, ни за что не ходите в часовню.

— Почему? — удивился Шаорран.

— Я там пою.

— … — захлопал глазами дракон, не понимая, где засада.

— Церковные гимны. Не своим голосом, — серьезно продолжила я. Потом все же не сдержалась и хихикнула.

— Зачем? — поразился бронзовый.

— Дядя хочет выдать меня замуж, а я почему-то совсем не рвусь вступать в брак, — пожала я плечами. — В общем, это долгая история. Лучше петь, чем к алтарю.

— А кто жених? — заинтересовался Шаорран.

— Как кто? — захлопала я ресницами. — Есть только одна приемлемая кандидатура — сам лорд Регент, Гвидо тер Фирданн.

Шаорран поперхнулся и споткнулся второй раз за танец.

Идем на рекорд… что бы еще ему такое веселенькое поведать? Предупредить про волкодлака, чтобы при случайной встрече в темном коридоре не подпалил мою зверушку?

По окончании бала на пути в комнату ко мне обратился незнакомый придворный:

— Принцесса Астер, лорд Регент требует, чтобы вы немедленно явились в его покои, — расфуфыренный лорд встряхнул длинными завитыми рыжеватыми локонами.

Требует? Ага, сейчас! Уже бегу.

Я поджала губы:

— Передайте дяде Фирданну, что я выполнила мой долг наследной принцессы, встретив гостей, а сейчас хочу снять эту мирскую мишуру и отправиться в часовню — молить святую Цецилию простить мне грехи и суетность. Если я нужна дяде — он может найти меня там, — я с радостью исполню гимн вместе с ним!

Лицо кавалера — покопавшись в кудреватой голове, я узнала, что зовут рыжего пуделя Эрий тер Турж, — вытянулось, как у клячи, которой вместо морковки подсунули лимон.

Приложила руку к груди, закатила глаза, изобразив, что готова начать петь прямо сейчас… и Эрия как ветром сдуло. Думаю, дядю тоже не прельстит перспектива полночи возносить хвалы великомученице, стоя на коленях в часовне, и выяснение вопроса — откуда я знаю драконий? — он отложит до утра.

Хотя ответ будет короток — отец-дракон учил. А раньше молчала, ибо повода не было. Ну не перед Шэрном же мне было распинаться?

* * *

Спокойно выспаться нам не дали. В час ночи сработала сигнализация в покоях, отведенных Повелителю. Оказывается, драконий принц решил посреди ночи зарулить с бутылкой вина в гости к собрату кронпринцу, обсудить, что за фигня творится при имперском Дворе. Арден, вспоминая троллеву маму и натягивая тунику на бегу, нырнул в тайный ход и помчался встречать дорогого полночного гостя.

Я знала, что Шаорран аномально активен, но не думала, что мы начнем страдать от его энтузиазма так скоро. И возникал вопрос — а днем-то что делать? Меня ежедневно не бывает от завтрака до ужина. А чем будет занят в это время Шаорран — станет прогуливаться по злачным местам столицы? Ох, вряд ли. Скорее, будет искать встреч с принцессой, чтобы получше прозондировать почву. И напорется на Эмита.

Рассуждаем дальше. Распознать морок дракон не сможет. А вот разницу в манерах или стиле разговора поймает запросто — умен, зараза. И сообразит, что меня тут ходит две, если не больше. А дальше еще хуже — встанут вопросы: где пропадаю я сама, пока по дворцу бродит дубль, и кто намагичил фантом, который драконьему принцу не по зубам?

— Бель, предлагаю сделать так, — вмешался следивший за моими раздумьями Ти. — Днем тобой могу быть я.

А ведь отличная мысль! Ти знал меня как никто — каждый мой жест, каждую мысль… Вот кого не поймаешь на мелочах, так это его.

— Только не флиртуй, — посоветовала я. — У него слабость к девушкам, которые танцуют лучше, чем он сам. Белисию он до сих пор вспоминает. И Наринель.

— Да что ты?

— Я — ничего. А вот если он к тебе целоваться полезет — ты будешь очень чего! Проще изначально держать дистанцию.

— Ясно. — Тиану был серьезен. — А еще стоит как можно скорее занять Шаоррана работой с гильдиями и поисками некроманта. Это его отвлечет.

— Угу… Ти, я уже спю-ю… давай об остальном завтра, а?

* * *

Ар к нам так и не вернулся — увиделись мы уже утром, за столом. Повелитель выглядел, как всегда, свежим, словно майская роза. А вот Шаорран смотрелся слегка невыспавшимся и помятым.

— Ну, и что у вас было? — послала я мысль жениху.

— Практикум по трансмутации — испорть хорошее вино, переведя спирт в сахар. А если серьезно — говорили о тебе. Шаорран будет нам помогать, но, похоже, у них дома не все ладно. Надо будет подробно обсудить, какую информацию ему можно давать, а какую — нет.

— Совсем не выспался? — посочувствовала я.

— Ничего, на «Орочьем языке» отосплюсь. Я ж его уже знаю…

Поспать Ару на «Некромантии» — третьей паре — не дали. Занятия по костестрою, как называли их студенты, проходили всегда в одной и той же аудитории, выглядевшей, словно образцовая пещера спятившего колдуна. По стенам зала висели плакаты с детальными изображениями всяких тварей — от воробья до динозавра. По углам клацали зубами и приветственно махали конечностями зачарованные скелеты. А вдоль кафедры, подскакивая на бегу, сновал туда-сюда лорд Пирод, перечислявший кости скелета вымершего предка лошади с интересным названием меригиппус.

С заднего ряда донесся шепот, что этот самый мерин-гиппус потому и вымер, что мерин… Кто-то захихикал. Лорд Пирод вперил очи в последний ряд. Там зашебуршились и стихли.

Оказалось, оживить набор костей — это половина дела. А вторая половина — собрать эти кости в правильном порядке, чтобы ожившая тварюга могла не только лежа на спине кривыми лапками сучить, но и нормально передвигаться. Вот мы и занимались, с одной стороны, разучиванием заклинаний оживления и подчинения, а одновременно зубрили отделы верблюжьего позвоночника или собирали, как пазлы, собачьи лапы.

Сейчас Пирожок — так за глаза звали уютно-румяного, крепенького лорда студенты — загибал пальцы, перечисляя ребра меригиппуса. Пальцев явно не хватало. Я задумалась: он что, потом снимет сапоги и начнет на ногах загибать? Или пойдет по второму кругу? Но главной сегодняшней засадой была не сдохшая ретро-недоконяка. Впереди нас ждала первая практическая работа по некромантии.

Я относилась к этому меланхолично. После наших с Шоном полуночных визитов на ларранское кладбище прошлой зимой я сама могла собрать какую-нибудь Заю или кентавра и отправить на галарэнский рынок за покупками. А вот Ар волновался. Повелителю предстояло стать не только первым в истории драконом без капли драконьей крови, но и первым эльфом-некромантом.

Пирожок, к моему разочарованию, так и не сняв сапог, закруглился с меригиппусом, пообещал в следующий раз рассказать про складчатозубого гиппариона и заявил, что сейчас мы наконец-то перейдем к практической работе. Достал из-под кафедры стопку низеньких деревянных ящиков-ларцов и пошел вдоль рядов, раздавая наглядные пособия.

Я приподняла крышку своей шкатулки, сунула туда нос и захихикала: «Едет лягушонка в коробчонке, косточки гремят!» Ар удивленно уставился на меня. Я вздохнула: похоже, у Повелителя плоховато не только с пословицами, но и со сказками, надо будет начать ему их на ночь рассказывать — и про гроб хрустальный, и про остальное. Но, как бы то ни было, нам предстояло собирать и оживлять скелет лягушки.

Собрали мы тварюжек быстро, тем более что на одном из настенных плакатов красовалась квакша размером с быка, и студенты не стеснялись на нее пялиться. А вот с оживлением у Ара что-то застопорилось. Лягва один раз дернула лапкой и замерла.

«Ар! Залезай в меня. Я медленно покажу, что делаю, чтобы оживить свою…»

Арден кивнул. А как иначе поймешь, что он потерял при переводе заклинания на язык эльфийской магии? Мы развернулись лицом к лицу, взялись за руки и уставились друг другу в глаза, сливая сознания. Я медленно, раз за разом, начала оживлять косточки из моей коробки. Оживлю — убью снова… и так раз за разом, пока Ар наконец не понял, что пропустил.

Вынырнув в реальность, мы обнаружили, что студенты восприняли наш уход в астрал неоднозначно. Кажется, кое-кто решил, что видит начало любовной сцены. Пара шутников за соседней партой вообще устроила полное непотребство со своими жабками — один скелетик забрался на спину другому и стал там подергиваться.

Ар поднял бровь и посмотрел сначала на заигравшихся студентов — те потупились, а потом на жабок, превратившихся под его взглядом в горку костей. Повелитель ехидно осклабился — кости поднялись маленьким смерчем в воздух, демонстративно перемешались и осыпались вниз неструктурированной кучей. Шутники взвыли.

Между тем Арова лягушка бодро поскакала по парте вслед за моей.

Я оглянулась — по всей аудитории ползали, бегали и прыгали жабообразные уродцы. У половины лапы были перепутаны местами. Вот теперь до меня дошло, зачем в этой аудитории перед дверью неудобный порог почти в локоть высотой, — чтобы намагиченные студентами монстрики не могли выбраться и не скакали потом по всей Белой башне, веселя народ.

* * *

Вечером я вышла к ужину в мешкообразном черном платье. Шаорран, которого Арден ввел в курс дела, изумленно приподнял бровь, оценивая мой бледный вид и жуткий наряд. Дядю перекосило. А когда я заявила, что не хочу сегодня идти на бесовское сборище, именуемое балом, лорд Фирданн побагровел, как свекла. Что будет дальше, мы с эльфами уже знали и в аварийном порядке намагичили фильтры в нос. А вот драконий кронпринц попал под газовую атаку. Как и весь остальной Двор.

Две дамы красиво шлепнулись в обморок. Кстати, я ни разу не видела, чтобы придворные леди падали в обморок абы как — каждый раз результатом потери чувств чудесным образом оказывались выставленные на всеобщее обозрение самые привлекательные части тела обморочной особы. Вот и сейчас пара бескостных голубиц справа и слева от Шаоррана предъявили дракону щедрую панораму своих декольте и — аж до колена — шелковые чулки с вышивкой.

Шаорран чуть сморщил нос, покосился налево, потом направо… и сохранил невозмутимое лицо. Я поймала его ментальный посыл, обращенный к Ардену: «А лорд Фирданн смог бы поспорить с серными выхлопами вулкана Шангари! Неужели такой метаболизм естественен? Несчастная принцесса Астер!»

Так захотелось встрять в этот интересный разговор и сообщить, что бедняжка принцесса этот самый метаболизм и устроила, что даже зачесалось. Эх-х, жаль, нельзя… Буду тренировать выдержку и долготерпение. А заодно послушаю тихонько, что старшие говорят. Гм-м… Шаорран, не подозревавший, что я его слышу, с внешне абсолютно нейтральным лицом перешел на эмоциональный троллий. Ой, сколько новых слов сейчас узнаю! Ар бросил короткий взгляд на развесившую уши меня и икнул.

На мой взгляд, ужин получился крайне интересным.

На бал я все же не пошла. Из чистого упрямства. Дядя, столкнувшись с моей непреклонной решимостью хранить верность монастырским заветам, устроил скандал, напоминая об обязанностях принцессы перед троном, народом Империи и лично им, вырастившим меня лордом Фирданном. На пятой минуте разговора я узнала, что он собственной персоной недосыпал ночей у моей колыбели. Думаю, в следующий раз лорд Регент сообщит, что кормил меня грудью.

Ладно, ладно, сдалась я. Чтобы не быть неблагодарной, я согласна принести такую жертву и ходить на балы. Но Целилия велела мне хранить целомудрие, так что на большее дядя пусть не рассчитывает. А то уйду в монастырь!

Пока придворные стаптывали на танцах каблуки, мы с Аром покончили с домашним заданием. После бала нас ждала тайная встреча и непростой разговор с Шаорраном в одном из заброшенных детских учебных классов на верхнем этаже дворца.

* * *

Шон с нами не пошел — маг опять с головой закопался в темпоральную магию, так тер Дэйл называл свои фокусы со временем. Мы не настаивали. Шон — это наш козырь в рукаве, так зачем лишний раз его светить?

Я надела строгое домашнее платье и спрятала волосы под сетку — производить впечатление на Шаоррана было незачем, да и повод у нашего собрания был нерадостным. Ти выбрал тунику цвета грозовой тучи. Мы специально пришли на место встречи чуть раньше остальных.

Прикинули, у какой из стен лучше показывать иллюзии, и поставили три скамьи так, чтобы было удобно смотреть. Только закончили, как появились Арден с Шаорраном. Поздоровались. Расселись. Я справа, Ар и Ти в центре, Шаоррану досталась левая скамья.

Я кашлянула, привлекая внимание. Потом, подбирая слова, заговорила:

— Мы все собрались тут по моей просьбе. Мы — наследники трех стран, существующих тысячелетия. Веками мы были союзниками. И то, о чем сегодня тут будет говориться, касается нас всех. Похоже, в Империи возникла угроза, которая может затронуть и Мириндиэль, и Тер-Шэррант.

Взгляд Шаоррана стал цепким — драконий принц понял, что ожидается не просто небольшая неформальная вечеринка.

У стены сформировался чуть светящийся морок — густой лес, парящие над ним горы и седловина перевала между ними.

— Узнаешь это место? — Ти посмотрел на дракона.

— Перевал у Сэгова Зада, — кивнул тот. — Отсюда начинается путь. Но при чем тут это?

— В последние годы за перевал ушла и не вернулась уйма народа. И эльфов в том числе. А теперь смотри внимательно. Это воспоминания очевидцев.

Ти исключил из показа событий нас с ним, слова, которые мы кричали друг другу в горячке боя… но все остальное там было: летящие сверху стрелы, каменный тролль, замороженный трактирщик, путь к пещере и — самое жуткое — черный алтарь, жирно лоснящийся во тьме, и груды растерзанных останков у стены залитого кровью зала.

Когда морок растаял, наступила тишина. Потом Ти заговорил снова:

— Там погибло больше полусотни тех, кто шел через перевал. И среди них — семеро ушедших в паломничество молодых драконов. Трактирщик использовал стрелы с парализующим ядом, от которого не спасают Щиты. И потом убивал пленников над алтарем, накачивая туда энергию.

— Зачем? — глухо спросил Шаорран.

— Для хозяина-некроманта. А вот зачем тому алтари — мы не знаем.

— Алтари? Их было больше, чем один? — Дракон уцепился за слово. Казалось, он получил сильный удар и теперь пытается найти хоть какую-то опору в окружающем мире.

— Шаорран, — обратилась я к нему. — Среди невернувшихся был кто-то, кто тебе дорог?

— Да. Мой друг… Я надеялся до сих пор… — обычно веселый дракон был не похож на самого себя. Как дом, во всех окнах которого разом погас свет.

— Мне жаль. — Я и вправду испытывала чувство боли и потери, думая о мальчиках и девочках, которые отправились за чудом, а вместо этого нашли жуткую смерть.

— Да, больше. Мы совершенно случайно наткнулись на еще один алтарь. Туда тоже накачивали энергию, — Ти сделал паузу и вздохнул. — Пытая и убивая девственниц.

У стены снова возник морок — подвал из дома в Таргане. Лужи крови, умирающие девушки, распятые на потолке. Век бы не видела и три века не вспоминала!

Шаорран уставился на нас горящими глазами.

— Вы хотите, чтобы я помог отыскать этого убийцу драконят?

Сейчас дракон был настолько выбит из колеи, что буквально кричал в окружающий мир: «Как он мог?! Как он мог?!»

Я перекинула эту мысль Ару, и тот озвучил вопрос:

— Друг, расскажи, кто из ваших в этом замешан? Это касается нас всех.

Шаорран, поняв, ЧТО услышали эльфы, замялся и подправил ментальные щиты. Ар продолжал смотреть на него мягким, понимающим взглядом. Ти подсел ближе и обнял за плечи: «Ну?»

— Брат отца, Шарид. Он должен был проводить наших до начала Веера.

Я поняла, о чем он. После перевала горы расходились складками, открывая четыре долины, ведущие в разные стороны. Веер. И вправду похоже.

— Отец так ему доверял… и доверяет… — почти простонал дракон.

— Значит, ты не можешь рассказать о том, что услышал здесь. Ты понимаешь? Разбираться со всем этим придется нам самим. — Арден смотрел Шаоррану в глаза.

Тот вздохнул и кивнул:

— Мое слово.

Я вздохнула тоже. Пусть не в том объеме, на который рассчитывали, но помощь мы получили. Теперь надо сразу дожать, обеспечив секретность еще в одном деле.

— Шаорран! — заговорила я. — Я прошу скрыть до времени еще одну вещь, касающуюся меня самой, и не рассказывать отцу пока ничего обо мне. Мы уже знаем точно, что некромант при помощи орков готовит переворот в Империи. Если он услышит, что принцесса — это не просто тощая кукла-малолетка, он может выступить раньше. И тогда это обернется большой кровью. А если он победит, то вы получите в соседи Орочью Империю вместо Драконьей. И ее новый правитель поддержит амбиции лорда Шарида… Ты же понимаешь, некроманту на руку беспорядки и междувластие в Тер-Шэрранте.

Шаорран посмотрел мне в глаза. Пристально. Внимательно. Не знаю, что он увидел, но, чуть помедлив, снова кивнул:

— Слово дракона.

А потом усмехнулся и добавил:

— Я сегодня был у часовни. Голосите вы, принцесса, жутко!

— Знаете, принц, давайте перейдем на «ты»? Если уж вы прознали о такой моей интимной слабости, как пение, и не сбежали за горизонт… что-то мне подсказывает, что мы станем друзьями.

Дракон улыбнулся:

— А танцевать научишь?

— Легко! — подмигнула я в ответ.

Через час мы согласовали план действий. Шаоррану показали, какие следы оставляют алтари на магическом плане. Тот сказал, что у него есть пара десятков близких друзей — молодых драконов, которые без лишних вопросов и не болтая сделают все, что надо. Мы объяснили, что нужно всего лишь как можно быстрее прочесать Империю в поисках алтарей. А потом огорошили Шаоррана известием, что с большой вероятностью некромант окопался в Галарэне. Ти продемонстрировал образ, считанный из головы отца Лиррит.

— Кольцо и орки. Теперь понимаю, — кивнул Шаорран. Потом перевел взгляд на Ардена и спросил: — Та пара эльфов в Академии — эрд Неллао… они ищут некроманта?

— Нет, они поступали по-настоящему и просто учатся. Но и ищут по ходу дела. Они знают о Белой башне, — кивнул Арден.

После того как с делами было покончено, Тиану достал спрятанную за гардиной бутылку красного эльфийского, четыре фужера, и через час мы уже пели хором про деву-иву. Оказалось, Шао — так дракон предложил себя звать — тоже знает эту песню.

По коридору, охраняя нас, цокал когтями волкодлак.

Глава 17

Бог сотворил нас по своему образу и подобию. Но откуда уверенность, что он работал в реалистической манере?

С. Е. Лец

Мне было слегка не по себе — все же мы слишком многое утаили от Шаоррана: то, что я свободно владею тремя видами магии, ментальной речью и вообще без пяти минут дракон, то, что Арден — тоже прошедший паломничество дракон, то, что я почти замужем за наследниками Мириндиэля. И наконец, то, что пара эрд Неллао — это мы с Аром. Что будет, когда Шао все это узнает?

— Поступить по-другому было нельзя, — печально вздохнул Арден. — Расскажи ты все это, и ему пришлось бы идти к отцу. Скрывать такую стратегическую информацию от Властелина Небес — это предательство. А лорд Шангарр поделился бы с братом, которому доверяет. А тот полетел бы к своему союзнику-некроманту… Думаю, ты понимаешь, чем бы все закончилось.

Хорошо, что теперь мы хотя бы знаем, что за тролль горбатый завелся в Тер-Шэрранте. Похоже, брат Мудрейшего сам решил стать Властелином Небес. Хотя зачем это дракону? Вот кто бы надежный и достойный отодвинул от меня трон подальше — я б ему только спасибо сказала…

— Шарид должен искать поддержки у других драконов. А какая идея может объединить лучше национализма? — продолжил мысль Ардена Тиану. — Например, Тер-Шэррант только для драконов. Или: драконью магию — драконам! Звучит, а? И это бы объяснило, почему кто-то пытался засыпать эльфов, поступающих в Красную башню. И почему декан об этом ничего не знает.

Мы с Аром переглянулись и кивнули.

* * *

Конец недели промелькнул хвостом рыжей белки… раз — и нету! Писались какие-то контрольные, что-то жевалось за обедом и танцевалось на балах… Единственным событием, запомнившимся надолго, причем не только мне, стала спевка наследников в часовне. Хвалы Творцам, Хранителям и Защитникам мы вознесли искренне, с чувством, а главное, очень громко. На трех языках одновременно. Сначала народ сбежался посмотреть — кого тут режут? — а потом зажал уши и снова разбежался. Далеко. Кронпринцы были в восторге — они и не думали, что возносить молитвы, а одновременно выяснять, кто кого переорет, — это так весело!

В субботу Шаорран улетел из столицы. Принц загорелся поисками некроманта. Вместе с Аром они составили план и скоординировали действия драконов и эльфийских магов. Для начала Шао хотел сам полетать два-три дня — посмотреть, что к чему… Кстати, он подал отличную мысль — прочесывать Империю не по порядку, с запада на восток, а сначала облететь большие города — в них легче найти жертв, спрятать любое преступление, и их безопасность важнее для страны.

Теперь по стенам кабинета короля Сирила были развешаны несколько больших плакатов.

Один — с картой Империи, расчерченной на квадраты, удобные для облета. Каждый вечер Арден связывался с патрульными и отмечал на карте очередные фрагменты как проверенные. С помощью драконов дело пошло намного быстрее. Пока ничего не нашли, но я верила — Мать Всех Драконов знает, что творит, и она не послала бы нас искать ветра в поле.

На втором выписали все, что знали о некроманте. Туда же заносили приходящие нам в голову мысли. Увы пока похвастаться было особо нечем. Единственной стоящей новой идеей стало озарение Ара, что у нашего врага наверняка должны быть источники информации в замке. И вряд ли это кухарки или молоденькие фрейлины. Значит, стоит прошерстить служащих дворца — в первую очередь мужчин — и полтора десятка Советников. А у каждого члена Регентского Совета было по нескольку помощников — людей незаметных, безымянных… и весьма осведомленных. Арден сказал, что своего шпиона он бы внедрил именно так.

На третьем, последнем листе, размером с простыню с моей кровати, было нарисовано нечто, напоминающее то ли баобаб-мутант — вид сверху, то ли паутину душевно неуравновешенного паука — это были выявленные контакты и связи гильдии убийц. Имена, адреса, должности, города… По вечерам Арден вместе с Ти сидели, расшифровывая записи в журнале, найденном в поместье Гарнета тер Орана. Я помогала, а по ходу дела учила основы криптографии.

Еще в прошлый понедельник мы заскочили в дом к Лане — передать Лиррит весточку от отца и наказ оставаться в столице, пока все не утихнет… и узнали, как быстро могут устраиваться дела сердечные.

Черноволосой Лиррит понравился один из гвардейцев, часто бывавших в доме Норда. И, похоже, взаимно. При этом девушке хватило ума не говорить, что она — единственная наследница большого поместья, так что в том, что парню приглянулась именно она, а не богатое приданое, можно было не сомневаться. Чувствуя определенную ответственность за судьбу юной беглянки, я расспросила Норда о его подчиненном Лейтенант хорошо отзывался о молодом дворянине — честный, деловитый, состоятельный, из достойной семьи, не игрок и не мот… Так что беда Лиррит обернулась счастьем — девушка встретила свою любовь, могла вернуться домой уже замужней леди и привезти в поместье энергичного молодого хозяина.

Эмит тяжело вздыхал. Но он и сам понимал, что для Лиррит так будет лучше.

А вот в моих личных делах наступило затишье, как и предрекал Шон. Каждый день мы вчетвером сливались, получая заряд радости, любви, счастья и добавляя очередную крошечную искорку света в висевшее у меня на груди Око. Но даже во время объединения аур мы просто обнимались, уткнувшись друг в друга носами, а на поцелуи и страсть уже не оставалось сил. И в кровать мы по вечерам падали, как подрубленные. Зато тер Дэйл наконец-то отоспался и перестал пугать окружающих вечно красными глазами.

Арден, как и обещал, начал заниматься со мной анатомией. С самых основ, проще сказать, с опорно-двигательного аппарата. И пока я не вызубрю названия всех двухсот костей человеческого скелета на четырех языках, дальше мы не пойдем. Я не очень понимала, чем меня осчастливит знание, как будет «коленная чашечка» на гномьем, но если Ар за каким-то надом держал это в своей прекрасной белокурой голове, то и я смогу.

Я отомстила, заставляя Ара отрабатывать некромантские заклинания на том самом скелете, кости которого пересчитывала.

Ар пригрозил, что после костей я буду зубрить связки.

Я попыталась его напугать ночными походами на кладбище.

Ар поведал, что в человеке шестьсот мышц.

Я пригорюнилась — ответить пока мне было нечем.

Наконец настало воскресенье. Оставив с вечера Эриса и Эмита держать оборону, мы удрали в Галарэн, где можно было спокойно выспаться и отдохнуть. К тому же я обещала Наре охоту или рыбную ловлю, уж как получится. Как обычно, получилось совсем не то, что планировали…

После приготовленного в саду на открытом огне жаркого с дымком и закуской из свежего салата и грибов мы улеглись на солнышке у пруда. Полуголые парни в одних бриджах и я в легкой тунике без рукавов и тех самых обгрызенных почти по попу портках, в которых шастала по Драконьим горам. С распущенными волосами, босые, сытые и счастливые. Голову я положила на грудь Ару, ноги перекинула через живот Ти, и вообще, жизнь казалась прекрасной, как никогда. Глядя на Шона, который залег в траве, с интересом наблюдая за охотящимся богомолом, я задремала…

Проснулась рывком. Меня словно распирало изнутри, скручивая внутренности узлом. К этому добавлялось чувство беспокойства, казалось, надо немедленно куда-то бежать, что-то срочно делать… Ой, нехорошо-то как… Болеть я не привыкла, а сейчас это было ну совсем не вовремя. Снова накатило ощущение переполнения, сменившееся тошнотой. Стараясь не потревожить парней, сползла с них и на четвереньках двинулась к ближайшим кустам. Уж если выворачиваться наизнанку — так хоть не на виду…

— Бель! Что ж ты нас не разбудила! — Тиану подхватил меня поперек живота, вызвав очередной желудочный спазм. Я сглотнула — вот сейчас оплюю ему белые штаны, будет знать, как не вовремя хватать меня за что не надо!

— Ты не больна, это Нара! Шон, Ар, быстрее тащим ее к телепорту и в степь!

Эх-х, как-то не так представляла я себе этот торжественный момент…

Отволокли меня в считаные минуты. Усадили на пригорок в сухую траву.

— Сними ментальные щиты, мы с Шоном посмотрим… Ар, загляни тоже — тебе это пригодится.

Ну вот, никакой личной жизни и девичьих секретов… Если сейчас выплывут наружу все фантазии, которыми я тешила себя, засыпая рядом с двумя красавцами-эльфами и не смея лишний раз к ним притронуться, ой, неудобно будет… Ох-х, не надо было думать об этой черной кошке — похоже, именно на нее парни и напоролись, заглянув в мою легкомысленную голову. Арден отвел взгляд, сглотнул — уши Повелителя алыми маками пылали на солнце.

Шон заржал:

— Бель, что у тебя в голове? И это все совершенно не так выглядит — я же тебе объяснял!

Ага, объяснял. Сначала сами не показывают, а потом еще и потешаются. Ехидны, а не друзья!

Ти со вздохом прижался ко мне сзади, обнял за плечи:

— Мы тоже тебя любим. Но сейчас выкинь все из головы. Похоже, время пришло. Мы отойдем и позовем тебя. А ты позови Нару. Поняла?

Драконы не ревели. Скорее, они ликующе трубили, звали… Я вибрировала, резонировала, дрожала от их низких мощных голосов… вслушивалась, впитывая звуки костями и кровью, сердцем и мыслями, всем своим существом… пока, наконец, ощущение переполнения не стало невыносимым, а потом, через незаметный миг, оказалось, что я смотрю на них сверху вниз. Я — Бель. Я — Нара. Мы соединились, и я стала драконом.

Первое мгновение изумленного неверия перешло в восторг. Ликование и восхищение моих друзей слились с моим собственным, я хлестнула по земле хвостом, выбив тучу пыли, и распахнула паруса крыльев…

Кажется, парни знали, что бывает дальше. Секунда, и вместо Ти с Шоном рядом со мной оказались два могучих самца-дракона, а Арден белкой взлетел на шею Мраку и вцепился в гребень. Готовы? Ну, тогда полетели!

— Бель! Ты ало-золотая, как и хотела! Шторм в восторге!

— Ага! И красивая до неприличия… За тобой половина Тер-Шэрранта ухлестывать будет! — радостно сообщил Шон.

— Хочешь лететь — лети! Ты умеешь! А если что, мы подстрахуем! — снова Ти.

Ага, если догоните… Спружинив задними лапами, кинула себя в воздух. Поймала крыльями ветер и легко, будто летала всю жизнь, стала набирать высоту, глядя, как уходит вниз земля и расширяется круг горизонта… Хочу лететь и лететь, купаться в облаках… и когда взойдет луна, я не стану мчаться за ней, как Элги, а долечу до нее!

— Ооо, нет! Опять за тобой гоняться? Ты ж сейчас не единорог, и скорость у тебя такая, что ночевать будем у викингов или в орочьих степях… Что-о? На луну?! Не-е-ет!!! Бель, включай голову и думай быстрее, куда полетим!

Куда? А что, разве нужна цель? Разве полет не цель сам по себе? Неужели к этой безбрежной свободе и безграничному восторгу нужно еще что-то?

Распахнув крылья, спикировала вниз, теряя высоту и одновременно набирая скорость… такую, что казалось, крылья вот-вот начнет выламывать из суставов. Но я хотела еще быстрее… я — тень, я — солнечный луч, я — мысль… а быстрее мысли нет ничего! Земля слилась в цветные полосы, уносящиеся назад, край леса мелькнул и исчез… а потом начались горы. И я знала, куда лечу. Я снова почувствовала зов.

Тонущие в тени глубокие долины и нереально четкие на фоне лазоревого неба отроги гор, яркая зелень лугов и серебряные нити рек, строгие, почти черные еловые леса и серые каменные осыпи… Я неслась, то ныряя вниз, почти к пикам скал, то воспаряя, чтобы перевалить через очередную гору, — все пути были для меня открыты…

— Бель, видишь черный склон с солнечной стороны? Притормози над ним, — пришла мысль Мрака.

— Зачем?

— Увидишь… Будет интересно!

Это и вправду оказалось потрясающе — от темной горы вверх шел мощный поток нагретого воздуха, и можно было распахнуть крылья и парить кругами, постепенно набирая и набирая высоту… как катание с горки, только наоборот. Никаких усилий, только волшебство полета и высота, от которой кружится голова…

Как много мне предстоит узнать — воздушные течения и навигация в облаках… А еще я мечтала полетать в грозу — почему-то мнилось, что дракону молнии не страшны.

— Бель! Никаких гроз пока! А то долбанет так, что мало не покажется! Хочешь, как Шэрн, носом землю пахать?

Ну вот, обломали… Но как Шэрн точно не хочу. А вот что я хочу, так это посмотреть, что за серенькие букашки суетятся там внизу над ущельем. Фокусирую взгляд — ого! Как здорово я теперь вижу — оказывается, орлу до дракона что курице до орла. А что делает там эта стая каменных горгулий? Целых десять штук? Они же не должны здесь водиться! Это — ДРАКОНЬИ горы, и так будет впредь! Гррр!

Ти и Шон еле успели за мной, когда я врезалась в середину стаи, круша тварей мощными челюстями и разрывая когтистыми лапами, паля черным огнем и перешибая им хребты бронированным хвостом. Схватка не продлилась и пяти минут. Не уцелела ни одна.

— Ну-у, Бель… — в голосе Ардена звучало уважение. — Если юная Повелительница Мириндиэля захочет прогуляться, я предложу поохотиться в Северных горах — наши патрули будут тебе ужас как благодарны!

— Ужас — точное слово, — захихикал Шон.

Обиженно зашипев, я натужно замахала крыльями, чтобы вновь набрать высоту.

Мне было интересно, придется ли лететь над ледяным плато, через которое в прошлый раз шли мы с Тиану. Нет, снежное плоскогорье осталось белой полосой за левым крылом, зато…

— Я снижаюсь!

— Зачем?

— Ти, узнаешь место? Буду сейчас сусликов ловить! Мы тут спускались — вот осыпь, вон ручей, а наверху наверняка еще торчат наши лыжи.

— Бель, зачем тебе суслики и лыжи?

Да не суслики мне были нужны… я хотела еще раз перерыть русло ручья и найти настоящие солнечные камни для Шона. Он вроде бы был доволен тем, слепленным из осколков. Но недовольна была я — мой маг достоин самого лучшего! Тем более что скоро у него день рождения!

Мы приземлились у ручья. Ар спрыгнул со спины Мрака и стал растирать затекшие плечи, а Шон тут же снова взлетел, сказав, что поищет тура нам на обед. Это он хорошо придумал — есть и вправду хотелось.

— Ти, а как мне назад, в девушку?

— Просто захоти. Это еще легче, чем в единорога. Давай! — Ти уже принял привычный облик и, поджав босые ноги, присел на нагретый солнцем валун.

Не только легче, но и удобнее — обгрызенные порты по-прежнему были на мне. Холодновато для осени в горах… но сейчас станет еще холоднее.

— Ар, Ти, отвернитесь, пожалуйста.

— Зачем?

— Не хочу мочить одежду. Мне надо поплавать.

— Бель хочет для Шона камни поискать, — объяснил Ти недоумевающему Повелителю.

— Может, мы поможем?

Нет уж, спасибо! После моих фантазий, где я, обнаженная, лежала на груди одного блондина, в то время как второй целовал мою спину, лезть голыми втроем даже в очень холодный ручей казалось крайне неразумным.

Вот выйду замуж, тогда будем купаться. И в ручье, и в бассейне, и в ванне. А пока пусть отвернутся. Или займутся чем-нибудь полезным. Например, соберут дров и костер соорудят — когда прилетит Шон с добычей, огонь нам понадобится.

— Ладно, ладно, не хочешь — не надо! — замахал руками, глядя на мои насупленные брови, Тиану.

Эх-х… конечно, хочу. Но не надо.

Через полчаса у меня зуб на зуб не попадал. Частично трансформированная, с руками-граблями, я ползала по дну, перебирая камни. Под раздачу попал пяток слишком любопытных форелей, которых я по ходу дела выбросила на берег. Ти послал мне мысленное «спасибо!» и сообщил, что минут через десять рыба будет готова. То, что искала, я нашла под самым потоком, падающим со скал. Как по заказу — три камня. Один крупный, два поменьше. Теперь уже я послала «спасибо!» сама не знаю кому… и уловила ментальный смешок на краю сознания. Ах ты ж Мать!

«Конечно. Ты же упрямая. Пока не нароешь, будешь по дну ползать. А мне чуть помочь не сложно».

«Спасибо! Мы скоро будем!»

Смешок.

Попросив, чтобы парни снова отвернулись, вышла из ручья и расположилась на том самом теплом валуне, где когда-то грелись мы с Ти.

— Могла б и не требовать, чтобы мы отворачивались, — в голосе Ти звучал смех.

— Ы-ы-ы? — выбила я дробь зубами.

— А ты представляешь, как выглядела в прозрачной воде, где вся глубина — пара локтей? — Ти переслал мне образ выступающей из воды округлой белой попы, вогнав в такую краску, что я не только сразу согрелась, но и начала шипеть, как закипающий чайник.

— Я прямо и не знаю, чем мне запомнится этот день — вылетом Нары или этой чудесной картиной! — продолжал доводить меня Ти.

Ну все. Убью гадов! Обоих! Хотя… лучше отомщу!

И даже знаю как.

Отложив пару запеченных в глине форелей для тощего прожорливого Шона, мы с аппетитом слопали по рыбине каждый. Можно лететь дальше.

Шон вернулся с туром в когтях, превратился в кареглазого вихрастого шатена, хмыкнул, глядя на веселящихся эльфов и дующуюся на теплом валуне меня, слопал рыбу, пожаловался, что ему мало оставили, и предложил трогаться. Тура взяли с собой — пригодится.

* * *

Долина была прекрасной — похоже, здесь царила вечная весна. Я ликующе затрубила, и мой рев подхватили Тиану и Шон — казалось, мы вернулись домой. Во всяком случае, чувство, что нас тут любят и ждут, присутствовало.

Спикировали прямо к алтарю и обернулись людьми. Я на пару секунд задержала взгляд на парнях — ага! — готово! Шон, уже вникнувший в наши трения, проследил за моим взглядом и хихикнул: «Этого они тебе долго не простят — выставить принцев голозадыми перед Матерью Всех Драконов!»

Смешок.

«Ну, они же не знают, что дух — леди? И вообще, не скоро заметят, что…»

Мою мысленную тираду прервал гневный вопль Ти, обнаружившего сзади на штанах дыру, в которую со свистом мог бы пролететь полноразмерный галарэнский арбуз. Арден удивленно повернулся к Тиану, продемонстрировав мне мускулистые ягодицы с аппетитными ямочками, ахнул и тоже схватился руками за задницу.

Смешки в моей голове перешли в хохот.

Сейчас меня убьют, поняла я. И тут и прикопают. Будем дух с духом философские беседы вести… я поделюсь знаниями про двести костей на гномьем, а мне тоже расскажут что-нибудь интересное…

Хотя… гррр!.. я дракон или где? Если приперли к стенке, значит, пора идти в наступление!

— А вы что думали? Что безнаказанно будете надо мной потешаться? А теперь все справедливо: вы посмотрели на меня, а я — на вас. Кстати, Арден, у тебя очень красивый зад.

Выставила вперед ногу и задрала нос. Мол, так и надо.

Ар перевел взгляд на свои руки, совершавшие какие-то странные движения — то ли принц белье отжимал, то ли тренировался курицам шею сворачивать… вздохнул… сморщил нос… встряхнул кистями… и, наконец, захохотал.

Я, смилостивившись, коснулась его бриджей пальцем, возвращая заклинанием в первозданное состояние — белые, глаженые и без дыр. Потом подошла к Ти, заглянула в сердитые сапфировые глаза, встав на цыпочки, чмокнула в подбородок и привела в порядок его штаны тоже.

Впрочем, выглядели мы все равно своеобразно — в приличный дом в таком виде нас бы и на порог не пустили. Нара внутри хихикнула… Мать ответила очередным смешком.

Потом мы разговаривали. Долго. Я рассказала обо всем, что случилось с момента, как мы покинули озеро Полумесяца, перемежая наши планы поисков некроманта забавными байками из жизни Академии.

— Он был тут. Но обманом. Шел по чужим следам и в конце пути убил того, кто должен был получить Силу. Я не успела помешать. Но к озеру я его не подпустила. Уходя, он сказал: «Я нашел это озеро, а мне ничего не дали. Ненавижу драконов!»

— Так ты знаешь, как он выглядел?

— Увы, нет. Для меня он был черным облаком. И это было очень давно. Запомни — в нем есть доля драконьей крови, но драконьей магии нет.

Ух ты… теперь понятно, зачем он устроил ловушку на перевале. Чтобы никто не мог получить того, чего не дали ему самому. И примесь крови дракона должна быть заметна в ауре, если только он это не скрывает.

— Ты покажешь мне свою летающую кобылу?

Я скосилась на парней:

— Пусть отвернутся и не ржут.

— Зачем отвернутся?

— Мне надо раздеться. Иначе потеряю при превращении и эту одежду.

Смешок.

— Да, тут сестра недодумала.

— Сестра?

— Мм-м. Ну, тебе это знать ни к чему. Хотя… ведь ты заметила сходство обрядов? Да, когда-то я и Эль были сестрами.

Знать бы еще, кого она зовет Эль. Наверное, ту богиню, от которой семья Лоо’аллен получила Дар обращаться в единорогов. Потом расспрошу Ардена, ему наверняка известно больше.

Элги задрала хвост трубой и решила показать класс. Но поскольку времени как следует поработать над поворотами у нас так и не было, полет кобылы на драконьих крыльях опять превратился в балаган, когда одну лошадь, белую, рогатую, носит по небу туда-сюда, а трое ехидн на земле корчатся от смеха. Вот если они свои светлые портки травой перемазали — ни за что не стану чистить!

К тому моменту, как Элги спустилась на землю, ее уже поджидали два сияющих белых жеребца-единорога. Через минуту мы неслись вокруг озера, выясняя, кто маневреннее и кто резвее. Каюсь — я куснула Ветра за репицу хвоста, заставив пропустить поворот, а потом завизжала прямо в ухо Повелителю, отчего тот присел на задние ноги и сбился с темпа. Но все равно победила я честно!

Напоследок, встав на дыбы, выпустила струю пламени локтей в десять длиной.

«Спасибо. Это больше, чем я хотела и чем ждала. Я могу что-то для тебя сделать?»

«А Шон? Мы все были на дне… а он? Для него магия — жизнь, ему нужна Сила».

«Мм-м… он был глубоко. Очень глубоко. Но ты уговорила — если хочешь, пусть ныряет. Мне нравится, что ты просишь не для себя… это бывает нечасто».

Эх-х… я бы попросила и для себя. Да какой толк? Все должно идти своим чередом, и если нам суждено еще почти год сходить с ума и пускать слюни, глядя друг на друга, так тому и быть. Ар достоин самого лучшего дракона. Снежный Рассвет не может быть слаб или некрасив.

«Знаешь, пока твой маг ныряет, поплавайте-ка в озере. Все трое. Это поможет. Чем больше времени проведете в воде, тем лучше. А потом слейтесь. Это должно сильно подтолкнуть Рассвета. Больше я сделать тут ничего не могу».

«Спасибо! Ты и так все сделала! Ты дала нам возможность быть вместе…»

Еще через пять минут я отвернулась, и Шон с воплем «Ой, как интересно!» бултыхнулся в озеро. Мы, зная, что в эту воду не заходят одетыми, мялись. Потом Ти что-то сообразил и сотворил для нас всех мороки бриджей до колен.

Мать хихикнула: «Давно я так не веселилась…»

Зайдя в озеро, выплыли почти на середину и улеглись на спину, глядя на синее вечернее небо. Интуитивно мы погрузились под воду почти целиком, кроме лиц, чтобы можно было дышать, смотреть и тихонько разговаривать.

Потом научная мысль двинулась дальше — мы включили кислородное дыхание, закрыли носы непроницаемыми для воды мембранами, перешли на мыслеречь и ушли под воду целиком. А смотреть сквозь прозрачную рябь на мир было странно и забавно — небо плыло, а первые звезды казались окруженными искорками-лучами.

Синь неба постепенно становилась глубже и темнее, звезд появлялось все больше… так удивительно — я парила в невесомости, не чувствуя рук и ног, и вообще уже не была уверена, что эти руки и ноги у меня есть. Пошевелила пальцами — вроде бы еще есть…

«Медитируй. Это правильно. Слейся с тем, что вокруг…»

Я слилась. Так хорошо, что уснула. Но вот зачем выныривавшему тер Дэйлу понадобилось таранить меня головой, я так и не поняла! Будто вокруг места мало! Бодал бы Повелителя! Спросонья, от неожиданности, я выскочила на два локтя из воды, огласив долину истошным воплем. Женихи тут же вынырнули рядом, озираясь — кто напал? Картина вышла на загляденье — Ар со своим любимым огненным шаром в руках, Ти со сгустком драконьего пламени и я с выпученными глазами. И тут между нами всплыла мокрая голова восторженного Шона, который радостно сообщил, что на дне было ой как интересно!

Удивительно, но даже после учиненного нами бедлама Мать хотела, чтобы мы заглядывали к ней почаще. И сама предложила Шону поставить у ручья портал, чтобы мы четверо могли заскакивать, как будет время. Я оценила невероятную щедрость этого предложения. А вторым подарком стало то, что после нашего отмокания в озере Полумесяца и последующего слияния — Шону опять пришлось распихивать, растаскивать и даже поливать нас водой — дракон Ардена мог появиться уже в конце зимы, меньше чем через полгода. А уж столько-то мы потерпим!

Прихватив тура — вот таскаться нам с этой тушей век! — мы прыгнули в Галарэн.

Глава 18

Относительно родственников можно сказать много чего… и сказать надо, потому что напечатать нельзя.

А. Эйнштейн

— Бель, давай сюда амулеты, экранирующие ауру.

— Зачем? — не сообразила невыспавшаяся я. В голове крутилась жуткая каша из впечатлений о том, что теперь я — дракон, фрагментов полета, разговоров с духом озера… Пикантной розочкой эту мешанину украшало воспоминание о произведшей на меня сильное впечатление эльфийской заднице безумной красоты.

— Нара вылетела, и теперь твоя драконья часть стала намного сильнее и ярче. Значит, амулеты надо перенастроить, иначе только слепой кретин не поймет, что произошло, — объяснил владелец запавшей мне в душу попы.

— Угу. А Шао точно не дурак… — вздохнула я.

— Тебе как будто жаль, — хмыкнул Арден.

— Ну, иногда хочется, чтобы жизнь была немного проще…

— Говорю как кронпринц — идиот на престоле соседнего государства жизнь проще точно не делает, — Ар иронично посмотрел на меня. Потом взгляд стал внимательным: — Бель, ты на что там уставилась, как кошка на мясо? У меня что-то за спиной?

Ну да. За спиной и ниже…

Вздохнув, отвела взгляд от предмета вожделения. А так хотелось потыкать пальцем. Погладить. Положить ладони и сжать… а перед этим спустить штаны. Бррр! Все, завязываю! Куда-то я не туда думаю! Никаких штанов, никаких принцев, спать сегодня не дадут, а через час уже на завтрак. А через два на лекции. Сплошные фрустрации!

— Ар, шел бы ты отсюда, — нежно посоветовала я.

Подошла к окну, распахнула створки и приложила руку к груди, решив выплеснуть в песне все, что думаю о ситуации «выспаться не дают и целоваться тоже нельзя». Арден, прибрав амулеты, быстро шагнул к телепорту. Лежавший на кровати Ти попытался натянуть на уши подушку. Я возвела очи горе и громко и жалобно завыла гимн. Собаки привычно подхватили…

* * *

Читавший нам физику лорд Аргхаррн был настоящим мужем науки. Темноволосый, высокий, шевелюра собрана в простой хвост, взгляд доброжелательный и чуть не от мира сего. И потрясающе умный. Он захватывающе интересно вел свой предмет и при этом никогда не отказывался подробно вернуться к уже пройденному или понятно ответить на самый дурацкий вопрос. Иногда, правда, высказывания лорда просто-таки вырубали аудиторию, оставляя нас сидеть с открытыми ртами.

Однажды, когда кто-то задал вопрос касательно лагранжиана для системы многих тел, тер Аргхаррн подошел к доске и произнес:

— Я с детства думал, что…

А потом написал семиэтажную формулу.

Мы вздрогнули, представив, что за детство было у нашего преподавателя.

Иногда дракон рассказывал о шуточках, принятых в академических кругах. Например, при подаче трактата для публикации в «Вестник академических наук» можно было выдрать из текста в середине две страницы выкладок, заменив их словами «Очевидно, что…», и поставить в тупик всех коллег. Ибо повторить чужие вычисления — задача головоломная, а спрашивать про очевидные вещи как-то стыдно. А автор потирал руки и ехидно хихикал.

А еще лорд Аргхаррн обожал показывать различные опыты, демонстрируя, как работают законы физики. Сегодня он приволок узкий высокий стеклянный сосуд больше двух локтей в длину и с ладонь в ширину. Установил его на кафедру торцом, а потом резко перевернул.

Оказалось, внутри находятся монетка и перышко. Монетка через мгновение весело звякнула о дно, а перо поплыло вниз чинно и неторопливо.

— А теперь давайте откачаем из сосуда воздух и посмотрим, что получится? — радостно встряхнул хвостом Аргхаррн, прилаживая к клапану на торце трубку, ведущую к насосу.

Я примерно представляла, что выйдет, но все равно вид пера, падающего со скоростью летящего с крыши кирпича, ошеломлял. Теперь перо и монета ударялись о дно одновременно. Лорд перевернул сосуд еще раз. И еще… пока даже самые упертые из студентов не поверили своим глазам.

— Итак, темой нашего занятия будет равенство гравитационной и инертной массы…

Как же мне тут нравится!

Лорд Аргхаррн слегка не уложился в свои два часа, а мы, соответственно, еле успели к началу «Боевой магии» в Белую башню. Где и узнали, что белобрысый лорд Льютерон собирается нас впервые вывести на учебный полигон.

По пути группа галдела, как стая гусей, бредущая к пруду. Студенты строили предположения, чего именно нам ждать на полигоне, и, заслушавшись, я едва не пропустила буравящий мне спину взгляд из глубины сумрачного коридора. Обернулась — на краю поля зрения мелькнула и исчезла за углом темная высокая фигура. Вроде бы не черная… значит, это не декан. И на том спасибо. Но что этому типу от меня надо? Зачем кто-то следит за заурядной эльфийкой?

— И вернемся мы живыми не все… — завершил речь кругленький Харан тер Адур, закатив серые глаза. Группа захихикала — за прошедший месяц все уже поняли, что Харан — оптимист, каких мало.

Полигон оказался совсем не страшным. Нам показали, где стоять, куда метать заклинания, куда прятаться в случае чего, и заставили по очереди выполнить несколько простых вещей — создать огненный сгусток, ледяной шар и, для особо одаренных, кольцо пламени.

Ар устроился чуть в стороне и моими глазами — сам он потоков человеческой магии видеть не мог — следил за тем, что вытворяли студенты.

Я отстрелялась в первых рядах. Потенциал в человеческой магии был у меня средненьким, но с учетом знания теории и опыта в схожей эльфийской я могла сотворить что-то и покруче стандартной ледышки. Впрочем, хвастаться было ни к чему. Вот когда начнутся обещанные нам позже дуэли-поединки, тогда можно будет немножко поразвлечься. А пока буду сидеть как мышь.

«Ага, мышь. Саблезубая…» — пришла мысль от жениха.

После того как один из студентов, наколдовав огненный шар, обернулся к стоящему за спиной тер Льютерону, чтобы получить похвалу, и упустил заряд, едва не залепив лорду в нос, я поняла, почему преподаватель стриг волосы ежиком. Носить кудри в компании вроде нашей было попросту опасно для жизни.

Когда мы наконец попали домой, время шло к шести вечера. Эх-х, не отдохнуть даже — пора переодеваться и прыгать в Ларран. Тоскливо взглянула на стоящего ко мне спиной Ардена. Тот уже скинул морок и стягивал через голову тунику. На плечах бугрились мускулы, талия казалась невероятно тонкой, а ниже рельефно вырисовывался обтянутый бриджами зад. Я сглотнула. Ну хоть снова дырку верти — так посмотреть хочется! Арден, почувствовав мой взгляд, обернулся:

— Бель, ты сегодня весь день какая-то сама не своя. Смотришь на меня, а потом отводишь глаза. Будто сожалеешь о чем-то.

— Аа-а? — заморгала я, как разбуженная днем сова. Хорошо, что он не знает, что за заднепопые тараканы завелись у меня в мозгах…

— Ты думаешь о том, что если бы не я, то сегодня вы уже могли бы быть с Тиану вместе? Ведь вы так долго этого ждали… Если бы я знал как, освободил бы вас.

— Что-о? — неприличные мысли стаей вспугнутых воробьев вылетели из моей головы. Я рывком развернулась и уставилась в грустные изумрудные глаза. Не шутит. Он и в самом деле так считает. Как он может?

— Ар, никогда, слышишь, никогда не смей во мне сомневаться! Ни на секунду, ни на миг! Я этого не заслужила! Когда ты просыпался утром и спрашивал, люблю ли я тебя, это было понятно… и ты был не уверен в своих чувствах — может, все приснилось? Но как ты можешь так думать обо мне?! Почему?! — на глаза навернулись злые слезы.

Шагнула к нему и с размаху въехала кулаком в солнечное сплетение. Щит на щит, и все равно больно. Не ждавший этого Ар начал хватать воздух ртом, миндалевидные глаза стали круглыми. Вот так ему и надо! Пусть соображает, о чем думает! Всхлипнув, прижалась к нему тесно-тесно, сцепив руки в замок на спине эльфа. Не отдерешь, даже если захочешь.

Впрочем, он не очень и хотел. Наоборот, обнял, прижал к себе еще теснее, стал гладить по волосам, а потом наклонился и поцеловал… Ох, как это у меня вылетело из головы, что в поцелуях Ару нет равных? Веки потяжелели и закрылись сами собой, земля куда-то уплыла, забыв, что она должна меня притягивать и давать опору. Когда я снова открыла глаза и перевела дыхание, оказалось, что мы лежим рядом на кровати.

— Так о чем же ты думала?

Вот пристал! Но не сказать — опять вообразит себе какие-нибудь страсти-мордасти. Пусть лучше надо мной смеется.

— О твоем заде.

— Что-о?!

Ох, и как это объяснить? Вот не могу. Опустила ресницы, чувствуя, как предательски начинают пламенеть уши.

— Бель?! — Ар прервал затянувшуюся паузу.

— Смотри сам, — обреченно вздохнула я. Слов, чтоб описать мои фантазии, по-прежнему не находилось.

— Оо-о! — выдал очень осмысленную реакцию Повелитель минуту спустя. А потом вдруг захохотал.

Я негодующе уставилась на эльфа — чего он ржет? Что тут смешного?

— Бель, я не над тобой! Просто я, с тех пор как ты поплавала в ручье, почти непрерывно думаю о твоей попе — никак из головы выкинуть не могу! Только у меня мечты более… — блондин смутился, а потом подобрал-таки корректное слово: —…конкретные.

Вот теперь хохотали мы оба.

Интересно, а о чем сегодня думает Ти?

— Ар, а расскажи мне про Нару. Она какая? Я же себя почти и не видела… Только лапы да хвост разглядела…

— Оо-о! Она прекрасна! Я такого даже не ждал… А Рассвет, как она появилась, стал так рваться и реветь, что я подумал — оглохну.

Арден замолк. Потом продолжил:

— Твоя чешуя алая с золотистой каймой. Снизу просто золотая. А чем ближе к гребню, тем темнее. И цвет — он очень чистый. Как утренняя заря. Это цвет праздника, радости… И ты такая грациозная… Знаешь, не был бы влюблен в тебя, влюбился бы в Нару. А крылья — как золотые паруса. Ты невероятна!

Арден мечтательно улыбнулся:

— Я хочу подарить тебе платье. Будешь носить для меня?

— Какое?

— Алое, облегающее, из обрамленных золотом чешуек, с длинным шлейфом и пелериной, напоминающей золотые драконьи крылья. Будешь сиять, как Наргиэль — эльфийская Вечерняя Звезда. И в духе драконьих традиций — цвет наряда соответствует цвету чешуи. Что скажешь?

— Похоже, правдивы слухи о том, что женщины в красном особенно притягательны для мужчин, — засмеялась я. — Но не предполагала, что на тебя это тоже распространяется…

— Мм-м… Не знаю, как другие женщины, а ты для меня привлекательна в любом наряде. Или без него… — Взгляд жениха опустился на вырез моей туники.

Так, быстро меняем тему, иначе к ужину мы не попадем. Да и после вчерашних приключений остановиться будет в два раза сложнее.

— А что сегодня делают Ти и Шон?

— Продолжают то, что начали еще неделю назад. Расширяют нашу сеть порталов.

Я знала о проекте купить во всех крупных городах Империи по хорошему дому и поставить в них телепорты. Так бы мы получили систему мгновенного доступа в любой уголок Империи и возможность перемещаться по стране, не теряя времени и сил. И вот Шон и Ти на драконьих крыльях облетали город за городом, потом присматривали подходящий дом, оформляли покупку на деньги из средств, которые принесло нам сотрудничество с гильдиями… и летели дальше. Четыре первоначальные опорные точки — Ларран, Марен-Кар, Галарэн, северное побережье — превратились уже в целую сеть из двух десятков наименований. К тому моменту, как работа будет закончена, порталов станет больше полусотни. А от них можно будет в считаные часы на драконьих крыльях долететь до любой точки Империи.

* * *

За ужином дядя смотрел на меня сурово — наверное, еще не простил утреннего пения. Я сидела с прилизанными волосами, в темном платье, глаза долу, бледная, со впалыми щеками — не принцесса, а бедная гувернантка из третьеразрядного купеческого дома. И на все упреки лорда Фирданна отвечала в том духе, что, мол, ужасно скучаю по монастырю. Нельзя ли мне туда вернуться? Наконец до лорда Регента дошло, что прямое давление только усугубляет ситуацию, и он завел речь о пользе для юных леди верховой езды и свежего воздуха.

Сделав вид, что задумалась, я наколдовала кусочек холода, ползающий под одеждой вверх-вниз по дядиному позвоночнику. Лорд Фирданн передернул плечами и заерзал. Потерся тылом о спинку кресла, привстал, сел, завел руку назад, чтобы почесаться, по пути вспомнил, что чесаться неприлично, и положил ее назад… Следить за его маневрами оказалось крайне увлекательно. Чем бы еще мне любимого родственничка порадовать? Может, покусать кем-нибудь под столом за лодыжку?

— Бель, кончай играться. Заканчивай ужин, и пошли — есть новости от Шаоррана, — в ментальном сообщении Ардена звучала тревога.

Все мысли о том, кого лучше запустить под стол — крысу или змею, разом вылетели у меня из головы. Дожевав нечто неопознанное с морковными розочками — фу, какая гадость! — я сообщила, что сыта и иду молиться на ночь.

Дядя печально вздохнул вслед.

Сегодня Шаорран с приписанным к нему эльфийским магом добрались до Омты на северо-западном побережье. Омта была средним по размеру портовым городом, костяк населения которого составляли рыбаки, промышлявшие устриц, треску и камбалу на отмелях Северного моря, и купцы, плававшие к викингам. Кстати, наибольшей популярностью у викингов пользовались виноградная водка и другие горячительные напитки. Еду светловолосые великаны почти не покупали. Наверное, охотились на мамонтов.

Еще в Омте имелись большие корабельные верфи и парусные мастерские. Вокруг города прилепились несколько деревушек, где выпасали овец, выращивали свиней, сеяли рожь и сажали репу, картошку и свеклу. Город исправно потреблял весь этот провиант.

Покопавшись в горе бумаг, Арден извлек лист с донесением от нашего тамошнего резидента и прочел вслух: «В тавернах говорят о морском чудище, что пожирает лодки вместе с рыбаками. Никто сам то диво морское не видел, но слухи ходят по всей Омте с прошлой весны. Я разговаривал с вдовами двух ушедших на промысел и не вернувшихся моряков. Лодки у них были справные, но в ту пору штормило, и рыбаки могли просто потонуть».

Надо сказать, что показавшаяся нам когда-то здравой мысль о том, что нужно обращать внимание на слухи о пропаже людей, выродилась в нечто чудовищное по своим масштабам. Судя по донесениям, по Империи шастали банды разбойников, волчьи стаи, восставшие мертвецы, летучие чудовища, реликтовые твари, поющие русалки, злокозненные привидения, сказочные вампиры, отряды орков, голые суккубы и еще фиг знает кто. Поначалу Ар старался проверять все слухи… но потом понял, что даже если он припашет всю эльфийскую популяцию Мириндиэля, все равно этот завал нам не разобрать. И теперь сведения просто систематизировались, играя вспомогательную роль.

Портала в Омте у нас не было, а вот в расположенном в часе лета Арморе — был.

Арден связался с Шаорраном, сказал, что мы будем через час, и очень попросил до нашего прилета не предпринимать никаких шагов. Можно упустить что-то важное, да и опасно. Последних слов Повелитель произносить не стал, чтобы не подбивать бесшабашного Шао на необдуманные авантюры. Но я уловила мысль Ара: «Для полного счастья нам еще не хватает угробить на территории Империи драконьего кронпринца».

От Армора я летела на своих крыльях с Арденом на спине. Судя по тому, что эльф без конца гладил мою шею и даже пытался поцеловать, он был в восторге от такого способа передвижения. Перекинулась в девушку в предместьях Омты — ни к чему пока Шаоррану знать, что я — дракон. Уже людьми, прикрывшись невидимостью, мы понеслись к месту встречи.

* * *

— Значит, вот на этом складе?

Мы дружно уставились на темное двухэтажное дощатое строение без единого окна на фасаде. Одним концом склад выходил на пустынную, провонявшую рыбой улицу, где, прикрытые пологом невидимости, мы сейчас и стояли, а вторым прямо к воде — небольшое судно могло заплыть под навес, чтобы там и разгрузиться.

— Похоже, так… Ну, тут и охранок понаверчено! — Шон вглядывался в плетения, окутывающие здание. Я смотрела туда же, и, моими глазами, Ти и Ар тоже. Шао и эльфийский маг спокойно ждали нашего решения.

— Кому склад принадлежит, узнали? — спросил Арден своего мага.

— Одному купцу. Ни в чем дурном не замечен. Склад вроде бы сдает.

— Придется потом навестить… прочитать побольше. Ну что, взламываем и идем?

— Там охрана. Я чувствую семерых, — сообщил Тиану.

— Напугал ежа… — фыркнул Шон начало известной поговорки про неприкрытые тылы.

— Стойте! У меня есть мысль, — влезла я.

Парни уставились на меня.

— А давайте его немножко запутаем? Наденем рясы, как у него, прикинемся тоже некромантами, разнесем все вдребезги, а одного из подручных отпустим — пусть предупредит хозяина, чтоб не переходил нам дорогу. На некоторое время это собьет того со следа — он будет разыскивать не нас, а конкурентов-некромантов. А если повезет, посыльный еще и на новый след выведет…

— Ну ты даешь… голова! — восхищенно произнес Ти.

Шаорран с таким интересом посмотрел на меня, как будто у меня была даже не одна голова, а целых две. Пусть любуется. Потом меньше шок будет.

Через пять минут мы стали просто красавцами — шесть разногабаритных мужиков в темных рясах с горящими красными глазами. Двое бородатые. Это чтоб приметы были, кого искать.

Мы с Шоном вдвоем подошли ближе к складу — маг намеревался воспользоваться случаем и поучить меня распутывать и взламывать сложные охранные заклинания. Тиану и Арден продолжали наблюдать. А вот Шао казалось, что мы просто полчаса уже пялимся, ничего не делая, на серую стенку. Он даже удивился, когда я махнула рукой, подзывая — можно, пошли!

— Шаорран, посмотри магическим зрением на охрану, — серьезно сказал Ти.

— Мм-м… четверо чуть другие. Другая раса? — в голосе Шао прозвучало умеренное любопытство.

— Сейчас увидишь, насколько другая. Запомни, как это выглядит. Не хочу каркать, но боюсь, мы все с ними еще встретимся.

Кусок расчищенной нами от заклинаний стены осыпался трухой, и мы осторожно скользнули в образовавшийся пролом. Магическим зрением я видела, как Тиану погрузил всех семерых сторожей в спячку. Шао только заморгал удивленно:

— Не помню, чтоб ты был так силен.

Ха! Это он еще не видел, как мы отбивали поместье Лиррит…

— Шао, становимся к стенке и смотрим в оба. Если я хоть что-то понимаю, сейчас примчатся еще двое.

— Почему двое?

— Потому что отряд полуорков из гильдии убийц обычно состоит из шестерых. А тут были четверо. Значит, еще двое вот-вот появятся.

Ти был прав. Одна темная фигура проскользнула внутрь через окно, вторая осталась караулить снаружи… и это бы сработало, если б орки имели дело с обычными людьми, а не с магами.

Шон собрал с шей орков и спрятал себе в карман амулеты, Ти и Ар занялись человеческими охранниками — по очереди разбудили и считали их мысли.

Шаорран, разглядывая татуированную башку одного из валяющихся на полу в отрубе убивцев, покачал головой:

— Вы многое должны мне объяснить…

Эх-х, еще бы решить, чего и сколько именно…

Алтарь находился в задней комнате. Драконий принц побледнел, глядя на кровавое месиво на полу, бывшие когда-то людьми кучи полуразложившегося мяса у дальней стены, на прибитых к потолку уже мертвых четырех рыбаков, из которых вытекла вся кровь.

Черный камень в центре жирно лоснился и будто пульсировал. Воздух над ним дрожал — казалось, вверх, как от нагретой сковородки, поднимаются темные испарения. Я почувствовала тошноту. Эльфийскому магу стало плохо, он схватился за косяк и держался из последних сил.

Шон с Аром вышли.

«Куда они?» — мысленно спросила я Ти.

«Отправят двух участвовавших в жертвоприношениях людей в Мириндиэль. Они могли видеть некроманта и наверняка знают, где искать орков из гильдии. А последнего — самого безобидного — припугнут как следует и пошлют к хозяину с весточкой. Чтоб тот не перебегал дорогу здешним некромантам».

— Что будем с этим делать? — кивнул Шаорран в сторону алтаря.

— Чистить. Потом снесем все к троллевой матери. Надеюсь, купец застраховал склад… а если нет, в следующий раз дважды подумает, кому сдавать свою недвижимость.

Мы вчетвером снова, как когда-то на перевале, скрупулезно и муторно собирали кровь — с пола, со стен, с жертвенника. Решили, что ее и тела убитых отдадим морю… оно очистит, омоет, укроет и похоронит. Ни о каком возвращении родственникам этих изуродованных обескровленных останков речь идти не могла. Шао смотрел на то, что мы делаем, а потом подошел и стал помогать. Я поймала его удивленный взгляд, когда до него дошло, что я не просто присутствую, а вношу свою лепту и сил, и заклинаний.

Потом мы попросили его отойти и накрыли алтарь защитным куполом.

Пора было уходить со склада. Шаорран подошел к одному из мертвых орков, присвистнул. Обошел всех.

— Ты ж их только усыпил! Почему же они умерли?

— Сработала магия татуировок, защищающая секреты гильдии убийц. Стоит носителю попасть в плен или под принуждение, и он погибает, не успев сказать ни слова, — объяснил Тиану. — Именно поэтому так трудно собирать информацию.

— А поднимать их некромантскими заклинаниями никто не пробовал? — поинтересовался любопытный дракон.

Мы с Шоном переглянулись. Такая экстремальная идея в наши головы еще не приходила.

— Возьмем одного? Интересно же! — глаза встрепанного мага загорелись.

Обошел всех, выбрал самого, на мой взгляд, страшного и взвалил на плечо.

А что? Не получится, запустим бродить по замку. Чтоб моему волкодлаку и придворным скучно не было.

Вышли. Накрыли склад еще одним защитным куполом, а себя и Шао с эльфом — у меня все время вылетало из головы, как его зовут, — тройными щитами. Потом под руководством Шона я долбанула по алтарю. Расколола с первого раза…

От выброса энергии содрогнулась земля. Крыша подпрыгнула и, сломавшись по коньку, с треском провалилась внутрь. За ней обрушились, сложившись карточным домиком, стены. Теперь мы видели, что творилось внутри… насколько вообще могли видеть сощуренными глазами на искаженных от натуги лицах, изо всех сил упираясь в землю и удерживая наш купол.

За защитным экраном бушевала черная сила — взрывалась огненными цветами, разбрызгивая протуберанцы, ярилась, давила, напирала, грозилась выплеснуться наружу… пока не иссякла и не растаяла в ночной мгле, оставив на земле черную воронку.

Ошалело переглянулись — неужели все? Майский день, именины сердца — теперь самое плохое позади, удержали!

Осталось последнее дело — восстановить ток природных рек магии, искореженный некромантом. Вот только куда бы убрать Шаоррана? Этого ему точно показывать нельзя. Похоже, такая мысль не мне одной пришла в голову — Шон щелкнул пальцами, и драконий кронпринц замер, не дыша. Как и стоявший рядом с ним эльфийский маг. Ну и что тут скажешь?

— Бель, не спи! По-быстрому сливаемся и уходим!

Пять минут спустя дело было сделано. В природе наступила гармония, я улыбалась, прикасаясь пальцами к припухшим от поцелуев губам… и только юный воришка, пытавшийся срезать кошелек со стоящего столбом Шаоррана и сломавший о драконий щит нож, был несчастен. А вот когда он поймет, что не хочет больше воровать, а хочет учиться — это Ти походя подправил ему склад ума, — то станет несчастным вдвойне.

Шао не понял, что что-то пропустил. Маг понял, но посмотрел на Ардена и мудро промолчал.

* * *

— Шао, продолжишь облет или возвращаешься с нами в Ларран?

— В Ларран. А сюда завтра пришлю замену. Важность того, что происходит, я уяснил, — дракон был непривычно серьезен. — На перевале это все тоже выглядело так ужасно?

— Да, — кивнул Арден. — Там мы тоже очистили кровь. А останки драконов храним. Потом вы сможете их забрать, чтобы похоронить дома.

Помолчали.

Потом Ар заговорил снова:

— Ночь на изломе. Пора улетать. Принцессе утром надо быть в Ларране.

— Ну, вы конспираторы… — помотал головой Шаорран. — Я и не подозревал…

— Ну не дяде же Фирданну всем этим заниматься, — пожала плечами я. — Как летим?

Вопрос был непраздным. Показывать, с какой легкостью Шон обращается с телепортами, не хотелось. Пока он всего лишь незаметная фигура, прибившийся к нашей компании однокашник Ти… и ни к чему делать его мишенью. Пусть снова отступит в тень.

— Отсюда до Ларрана часа три с половиной, может, четыре… Чем раньше вылетим, тем раньше вернемся, — пожал плечами Ти.

— Ага, как раз порадовать дядю заутреней. А то вдруг ему вчерашнего концерта не хватило? — хихикнула я.

За чертой города Ти, Шон и Шао превратились в драконов. Нара грустно рыкнула… но спорить не стала. Я забралась на спину Ти. Шаорран любезно предложил мне свою, но я вежливо отказалась. Зато Арден с удовольствием уселся на шею драконьему кронпринцу. Было в этом нечто иерархическое. Шона нагрузили трупом орка — в конце концов, сам захотел!

Посмотрев, как я белкой взлетела на загривок Ти, Шаорран заметил:

— Ты как будто привыкла на спине у драконов летать.

— И на спине, и в когтях, — засмеялась я.

— Как это — в когтях? — изумился Шао.

— Как-как? У твоего кузена Шэрна, когда он решил меня украсть.

— Что-о?! Решил украсть?!

Когда округляются глаза у эльфа — это интересно. Но когда глаза дракона становятся похожими на плошки, это просто незабываемое зрелище.

Так что, выходит, от Властелина Небес скрыли милые проделки его племянника? Как же хорошо, что я не показала тогда, что владею магией, и все случившееся списали на Ардена и Шона!

Но это значит, что дела-то в Тер-Шэрранте еще хуже, чем мы предполагали…

* * *

В Ларран прилетели уже под утро. Приземлились в Саду Королевы. Ти поддерживал меня на спине магией, и по дороге удалось немного поспать. Арден зевал. Шао тоже, но делал вид, что все в порядке, и даже предложил мне потанцевать. Шон нежно обнимал труп орка. Мы переглянулись и стребовали с тер Дэйла обещание, что без нас он это татуированное убоище оживлять не станет. Шон неохотно согласился.

Потом, разогрев тайры, потопали в наш учебный класс — надо было поговорить.

С прошлого раза помещение изменилось — на полу появился толстенный ковер, а к неудобным партам добавилось несколько мягких кресел. Это кто ж позаботился? Я обвела друзей взглядом — Ти подмигнул.

Разместившись, начали разговор. Сначала, чтобы закрыть тему, рассказали Шаоррану про Шэрна. Про его планы касательно меня и трона Империи, про гррх-что-то-там с приворотом, ожерелье с заклинанием подчинения, приставания на балах и лапанье в коридорах…

Шао был поражен. Ибо Властелину Небес представили совсем другой вариант событий. В котором участвовала взбалмошная малолетка-принцесса, устроившая истерику на ровном месте.

Мы продолжили. Шаорран с интересом посмотрел дуэль Шэрна и Тиану в парке и фыркнул, когда дракону снесли нос.

— Как?

— Да он и щиты толком поставить не сумел, — пожал плечами Ти.

Сцену моего похищения Шао просмотрел дважды, попросив меня прокомментировать все, что говорилось, — ведь иллюзии были беззвучны. Посмотрел на меня с уважением:

— Ну, ты его развела…

— Не знаю, что такое развела. Но да, я его спровоцировала. Безо всякой магии. Просто уколов самолюбие. Но я была уверена, что три дракона свиты доложат твоему отцу обо всем, что произошло. Вижу, что если они и доложили, то не ему… Можешь смело записывать их в сторонники твоего дяди.

— Да, именно он подбирал эскорт сыну. Но чем мог привлечь их Шарид на свою сторону?

— Мы тут прикидывали так и эдак… — начала я. — И решили, что самой привлекательной идеей для того, чтобы набрать сторонников, является идея национализма. Тер-Шэррант — для драконов! Драконья магия — только для драконов! Чтобы ты знал, пару эрд Неллао откровенно сыпали на вступительных экзаменах в Академию.

— Как «сыпали»?

— Усложненные испытания по магии. Иллюзии вместо опор на полосе препятствий. И так далее…

— А ты откуда об этом знаешь?

— Не забывай, я принята в семью Лоо’аллен. У нас нет секретов друг от друга. А в этом деле мы вообще должны быть все вместе. Если не хотим однажды проснуться в Великой Орочьей Некромантской Империи.

— Эх-х, жаль, я тебя не встретил раньше… — в голосе Шао звучало сожаление.

— Почему не встретил? Мы встречались, — улыбнулась я. Потянула за шнурок на шее и вытащила на свет бронзовую чешуйку. Шао неверящими глазами уставился на нее. Потом мне в лицо.

— Вот почему ты казалась такой знакомой… я все никак не мог вспомнить, где тебя видел…

— Да, в тот день я пережила одно из покушений, и в результате меня занесло в лес. А ты мне помог. Я помню.

Ну вот. Теперь количество тайн уменьшилось до приемлемого уровня. А Шаорран будет по меньшей мере неделю переваривать услышанное. Пора заняться планированием будущего.

— Шао? Если ты расскажешь отцу про перевал и про Шэрна, ведь этого будет недостаточно, чтобы свалить Шарида?

— Боюсь, что нет… — вздохнул дракон.

— Покажешь нам, как выглядит в человеческом облике Шарид?

Возникла иллюзия мужчины — темноволосый, зеленоглазый, благообразный, внушающий доверие. На подбородке небольшой шрам. Я внимательно рассматривала морок, начиная с формы ушных раковин и кончая кистями рук и стопами. Надеюсь, мы никогда не встретимся… но вдруг?

— Зачем он вам? — спросил Шао.

— Чтобы знать, кого искать в воспоминаниях трактирщика из «Последнего приюта». Вряд ли Шарид маскировался, провожая молодежь к перевалу. Посмотрим, может, что и нароем. Если найдем доказательства, покажем их твоему отцу как завязку для разговора, — объяснил Арден.

— А дальше? Это же его не убедит…

— Предложим проверить Шарида так, чтобы не было никаких сомнений. Например, назначить встречу с моим отцом на нейтральной территории. Скорее всего, где-то в Галарэне. Пусть сам Мудрейший, не говоря никому, выберет место встречи с Владыкой Алсинейлем. И скажет об этом только брату.

— И как ты думаешь, что произойдет?

— А как сам считаешь? У твоего дяди и некроманта появится шанс свалить сразу двух врагов, да еще устроить при этом неразбериху в Империи. Мы предполагаем, что некромант метит на имперский трон. И уж такой случай он не упустит.

— Есть идеи, как их атакуют?

— До сих пор некромант использовал тварей, иммунных к магии, — каменных горгулий и горных троллей. А еще орков из гильдии убийц. Допустим, сначала пустят стрелы с парализующим ядом, как на перевале, — обычные щиты от такого не спасают. А потом неподвижные жертвы будет легко добить. Твой дядя, если ума хватит, может даже подбросить пару трупов оппонентов, заявить, что это они убили Властелина Небес, и выступить в роли мстителя и спасителя отечества.

— Я не хочу рисковать отцом.

— Шао! Никто этого и не предлагает. Мне мой тоже дорог. Запустим качественные фантомы — и пусть их убивают. — Ар скупо улыбнулся.

— Ну вот, это уже похоже на план… — подытожила я. — Осталось придумать, как переговорить с Мудрейшим. Хорошо бы выманить его в Галарэн.

— Думаю, это я могу… — протянул Шао. — Отец иногда любит тряхнуть стариной. Когда надо устроить встречу?

— Чего тянуть? Давай числа десятого октября плюс минус три дня? Пойдет? — я посмотрела на кивнувшего Шаоррана. — Вот и отлично! Тогда последний вопрос — спать мы сегодня собираемся?

Соблюдая конспирацию, расползлись по комнатам. Впрочем, не прошло и нескольких минут, как эльфы появились в моей. Пока я мылась перед сном, Ар растолкал Эмита и объяснил, что тому сегодня придется вместо меня сходить на завтрак.

С учетом того, что в Академию нам ко второй паре, можно было еще часа три поспать. Мы попадали на кровать. Ар за моей спиной завозился. Я почувствовала, как он приподнимает мою тунику, а потом узкая ладонь проскользнула в бриджи и легла мне на попу.

Все ж не утерпел!

«Люблю…» — Ар.

«Люблю…» — Ти.

«И я вас люблю…» — я.

«Да заткнетесь вы, наконец!» — возмущенный голос Шона.

Глава 19

Быть союзниками не обязательно означает хотеть одного и того же.

Б. Хэмбли

Неделя промчалась, как вспугнутый страус-рекордист по степи. Ар и я метались между столицей и Академией, успевая писать контрольные, морочить дяде голову, а по вечерам еще и танцевать. Тиану тонул в бумагах — гильдия убийц суетилась, как муравьи в горящем муравейнике, и донесения о новых адресах, именах, связях сыпались дождем. Мы решили собрать все сведения, какие только возможно, а потом прихлопнуть всех разом. И тут же, чтобы доконать гильдию, пустить слухи, что убийцы торгуют именами своих клиентов. А для подтверждения предать гласности пару десятков записей из журнала. После этого с уцелевшими орками, если такие будут, иметь дело никто не захочет.

Шон днем работал над своим темпоральным заклинанием, стараясь сделать его менее энергоемким. По вечерам маг помогал нам с Аром разбираться с домашними заданиями. И наконец, мы пришли к выводу, что нам всем нужно начать учить телепортацию. Как бы опасна эта область магии ни была, нам она необходима. Значит, будем осваивать. Просто очень осторожно. Тер Дэйл подошел к делу творчески и на ночь стал рассказывать нам вместо сказок основы теории — теперь я засыпала под бормотание о темпоральных конусах и астральных вихрях. Волей-неволей мысли настраивались на соответствующий лад… и спать мы все стали намного спокойнее.

В четверг отпраздновали день рождения Шона. Маг был поражен — похоже, никто не вспоминал об этом празднике годами. Был и торт со свечками, и подарки. Я преподнесла головной обруч с солнечными камнями — точно такой же, как у нас троих. Шон так заморгал карими глазищами, что я сама чуть не расплакалась. Ар и Ти нарыли какую-то безумно редкую рукопись на непонятном языке, в которую маг вцепился, как умирающий от жажды гном в бутылку. Закончилось, понятное дело, все у пруда — пением про деву-иву и купанием прямо в одежде. Сухим остался только драгоценный свиток.

Шон был очень доволен, а я думала о том, как бы мне по пьяной лавочке и с недосыпу не перепутать и не заголосить завтра из окна про деву-иву. А то вот придворные удивятся!

* * *

Арден нашел нас с Ти, точнее, Нару со Штормом, на плацу в саду. Мы сплели шеи и хвосты и тихо сидели, глядя сверху на Галарэн. Город уже накрыло вечерней тенью, на улицах и в окнах загорались гирлянды желтых огоньков, откуда-то плыли запахи пряностей и жареного мяса. Смутно слышалась музыка — горожане праздновали окончание трудовой недели. Мысли скользили неторопливые и причудливые, как закатные облака. Шторм прикрыл мою спину распахнутым крылом и время от времени что-то тихо урчал. Даже не слова… просто передавал ощущение, как рад, что наконец-то мы вместе. Нара что-то тихо булькала в ответ и нежно выдувала горячий воздух из ноздрей.

Ар походя погладил меня по чешуе, потом вклинился между нашими теплыми боками и уселся на землю, прислонив ко мне голову. Я опустила крыло, чтобы прикрыть его от вечерней прохлады.

— Завтра приезжает отец, — заговорил Арден на драконьем.

Я с любопытством скосила на блондина глаз — мне давно хотелось посмотреть на Владыку. Все-таки Алсинейль — мой ближайший сосед, давний союзник, друг отца и, наконец, будущий свекор. Интересно, как Владыка отнесется к тому, что сын собрался жениться на драконице? Арден говорит, что он рад… но хотелось бы убедиться в этом самой. Хотя даже начни он метать громы и молнии — хихикнула Нара — это бы ничего не изменило. Я люблю Ардена, и он — моя добыча. Не отдам.

— Собственница ты моя… — довольный Повелитель с улыбкой потерся затылком о мою чешую.

— Арденовладелица, — охотно согласилась Нара.

Шторм ментально рассмеялся. Когда драконы начинали веселиться вслух, получалось очень громко, да и вообще драконий смех — звук специфический. Поэтому в своем тесном кружке мы обычно использовали мыслеречь.

— И завтра же инкогнито прибывает лорд Шангарр. Пора подумать, где нам встретиться.

— Если тут, в саду? Здесь легче обеспечить и скрытность, и безопасность, чем где-то в городе. Устроить барбекю — драконам это должно понравиться. А что любит твой отец? Подумай — с утра можно сбегать на рынок, купить, — предложила я.

— У меня тоже возникла такая мысль… — протянул Арден. — Не очень хочется пускать драконов на нашу личную территорию, но, пожалуй, придется. Шона с глаз убираем, пусть он последит за всем издалека. Неллао у нас отправятся на выходной в Мириндиэль, навестить родню. Кузина Лионель собирается замуж, вот и повод.

— Та самая, с которой я так и не побегала наперегонки? — поинтересовалась я.

— Еще побегаешь… Можно подумать, мало набегалась, недовыгулянная ты наша. — Ар фыркнул. Потом достал амулет связи и обратился к Шао — поделиться нашими соображениями касательно места встречи.

* * *

— Съедят!

— Не съедят!

— А я говорю — слопают, сжуют, стрескают! Драконы же!

— Вот если только драконами станут…

— На что спорим?

Я вздохнула. Ти и Шон выясняли, сколько мяса надо отчекрыжить от того самого, хранящегося в стазисе, трофейного тура, чтобы накормить Шао и его папочку. Шон голосовал за минимальный вариант, потому что рвался назад к своим книгам, а Тиану считал, что лучше перестраховаться и приготовить жаркого побольше, чем оставить гостей голодными. Арден ушел на кухню — лично заниматься грибами, салатом и напитками. Мне доверили сервировать фрукты.

В который раз я ловила себя на мысли, что, еще не поженившись, мы уже живем какой-то странной семьей. И, надо сказать, эту семью я обожала. Никогда и ни с кем мне не было так хорошо и свободно, как с ними. И ни с кем больше я себя не чувствовала настолько защищенной. И ни с кем не было так весело.

Мы ждали, что Владыка появится у нас через пару часов, а драконы должны были подтянуться позже, к вечеру. У ворот дежурить надобности не было, Ар чуть изменил защитное плетение, перенастроив его на отца, чтобы тот мог пройти в калитку. Так что пока Тиану погнал нас всех на плац, заниматься мечемаханием. Я прихватила еще и кинжалы.

Через час я оценила замысел жениха. Плечи гудели, мы устали как собаки… но зато напряжение и беспокойство ушли. Да и я, пока скакала по плацу, отмахиваясь от наступавшего на меня Ардена, додумала стратегию.

Для себя я решила главное: да, пусть оба прибывающих правителя сидят на своих тронах веками, пусть их могущество и опыт несравнимы с моими куцыми знаниями… но все равно — буду вести себя как равная. За мной стоит та страна, которой мне предстоит править, за которую я отвечаю перед отцом и своими предками. А значит, я ни при каких условиях не стану прогибаться.

Сейчас я не девочка, которая просит защитить ее от злого дяди-некроманта. Я — будущая императрица.

Я специально опустила щиты, чтобы эльфы могли следить за ходом моих мыслей. И не была разочарована. Оба кивнули, а Арден заметил:

— Правильно. Если б сама не сказала, я б тебе посоветовал держаться твердо. То, как ты покажешь себя сейчас, определит, какими станут ваши отношения в будущем. Помни, мой отец однозначно на твоей стороне, с Властелином Небес они не одну бочку вина одолели, и оба дружили с твоим отцом. Так что все не страшно. Но проверка на крепость духа и характер может быть.

Что сказать? И утешил, и напугал. Опять начался мандраж, как перед экзаменом. А вот не поддамся! Подскочив к Ардену, хлопнула его ладонью по плечу: «Салочки!» — и пустилась наутек.

Вот почему они оба вечно гоняются за мной? Бегали бы друг за другом, а я б смотрела… Красиво же! Мускулистые, гибкие, с длинными стройными ногами и гривами светлых волос, быстрые, как олени.

— Какие такие олени? Олени — рогатые! — пришла возмущенная мысль Ардена.

Еще не женился, а уже ревнует? А к кому, можно узнать? Хоть у этого кого есть на что посмотреть-то?

— К бронзовому, — хихикнул устроившийся на верхней развилке яблони Шон.

Еле увернувшись от очередной попытки осалить, я юркнула за дерево. Этот трюк удавался мне виртуозно — самой стать невидимой, вжаться в кору, или взлететь, или прикинуться кочкой, а вместо себя дальше отправить фантом. А что? Меня уже загоняли, а парни явно недобегали — иначе б дурацкие идеи про всяких посторонних чешуйчатых в голову не приходили.

Фантом умчался к пруду. Эльфы понеслись за ним. Ага, три круга по берегу, а потом купание! Я не спеша направилась по дорожке к дому — пора было начинать приводить себя в порядок, причесаться, переодеться. А то похожа на сорванца из предместий, а не на принцессу.

За большим рододендроном каменистая дорожка делала крутой поворот. И тут я налетела на незнакомого эльфа. Инстинкты сработали прежде, чем разум, — мне не хватило всего мгновения, чтобы отправить чужака в стазис. И отправила бы, если б не увидела на груди овал амулета — близнеца того, что висел на моей шее.

— Владыка Алсинейль! Добро пожаловать в наш дом!

Угу! Блондинов прибыло!

Владыка, оценивший и мою реакцию, и боевую стойку, и вежливое приветствие, и затрапезный вид, смешно сморщил нос:

— Спасибо, девочка! Принцесса Астер, я не ошибаюсь? А что за заклинание ты чуть не кинула? — Голос был глубок и мягок. Похоже, не обиделся. Наоборот, ситуация ему нравится.

— Стазис, — коротко ответила я.

— Сын говорил мне, но я никогда не видел…

— Арден тоже умеет им пользоваться, — улыбнулась я.

— А ножи на поясе? Вы ждете нападения?

— Да нет, — пожала плечами я, приняв непринужденный стиль разговора. — Просто решили, что у нас есть еще чуть-чуть времени, и устроили тренировку.

Может быть, он ожидал узреть имперский аналог нежной эльфийской девы? Тогда надо сразу разочаровать, чтобы лишних иллюзий не строил. Лучше высказать все одним махом, чем подлаживаться, морочить голову, а потом, когда все выплывет наружу, оказаться во втрое худшей ситуации. Драконий хвост в мешке не утаишь!

— Ты умеешь их метать?

— Выберите любую цель в пределах тридцати локтей, — чего зря скромничать?

Алсинейль оглянулся:

— Ствол вон того дерева подойдет?

Я посмотрела на серый стволик стоящего на лужайке краснолистного клена. Покачала головой:

— Бросать ножи в живое дерево не стану.

Владыка усмехнулся, похоже, мой ответ его не разочаровал. Так это была проверка?

— Тогда вот, видишь на стене дома деревянную балку? Туда можно?

На пределе, как раз в тридцати локтях, да еще между нами качается ветка сосны… Эх-х! Кинжалы серебристыми рыбками скользнули в руки и сияющими стрекозами полетели туда, куда ткнул пальцем Владыка. Ой, я молодец! Не ударила в грязь лицом — воткнувшийся в балку ряд был почти ровным. Лишь последнее лезвие вошло чуть выше. И то только потому, что ветер в момент броска мотнул ветку сосны вверх и пришлось в последний момент менять траекторию.

— Дочь короля Сирила… — протянул задумчиво Алсинейль. — Помочь вынуть кинжалы?

— Не надо. Арден зачаровал их так, что они вернутся в пояс сами.

— А кстати, где Арден и Тиану?

— Гоняются за мной вокруг пруда, — прикинула я время. — Ага, сейчас как раз на третий круг пошли. А потом будут купаться. Позвольте мне пока проводить вас в дом и предложить что-нибудь выпить?

— Меня всегда интересовало, кого выберет сын. Что ж, он меня не разочаровал, — белозубо улыбнулся эльф.

Оставив Владыку в гостиной со стаканом яблочного сока со льдом — от вина Алсинейль отказался, — пошла наверх, привести себя в порядок. Настроение было отличным — будущий свекор застал меня в самом неприглядном виде, и, похоже, это ему понравилось!

— Ар, твой папа уже тут! Быстро летите переодеваться! — отправила я ментальный посыл.

Ответные реплики, когда до парней дошло, кого они ловили, расшифровке и переводу на цивилизованные языки не поддавались.

Через минуту оба, взъерошенные и сердитые, шагнули в комнату с балкона. Уставились на меня, одетую в струящееся золотисто-зеленое платье, с распущенными волосами до бедер, с солнечной диадемой на лбу, — и, растеряв все заготовленные слова, остолбенели. Чмокнув каждого в нос, я объявила:

— Костюмы на кровати. Давайте, переодевайтесь!

Через десять минут мы были готовы. Наряд Ардена перекликался тонами с моим. А к привычной сероватой гамме Тиану мы добавили золотистый, оттенка солнечных камней, кант. Получилось гармонично. В зеркале мы втроем выглядели сказочно. Интересно, что скажет Алсинейль?

Владыка не сказал. Он просто привстал из кресла, чуть не уронив недопитый сок. И молча уставился на меня и стоящих за моими плечами и держащих меня за руки принцев. Посмотрел долгим взором мне в глаза, отметил диадемы на наших лбах, переплетенные пальцы наших рук.

— Вот так. Да. Так и должно быть! — Алсинейль засиял. — Поздравляю вас и официально даю согласие на этот брак. Хотя тебе, девочка, — усмехнулся эльф, глядя на меня, — придется нелегко.

— Спасибо! Но почему нелегко? О таком женихе мечтает любая девушка, а у меня их двое!

— А кто должен будет обеспечить престолонаследие в двух державах? Не они же… — Бирюзовые глаза хитро прищурились. — Первый ребенок станет наследником Мириндиэля!

— Первый, мальчик или девочка, — задрала бровь я, — станет имперским принцем или принцессой. Потому что у вас есть семья и другие наследники, а я осталась одна. А в стабильности Империи заинтересованы и мы, и вы. А там поглядим!

— Дочь короля Сирила! — захохотал Алсинейль, обнимая меня. — А теперь поговорим серьезно. Как я понял, вы все храните целибат?

— Да, — я решила отвечать за всех. В данный момент устанавливаются отношения не только между мной и моим любимым — в этом я была уже уверена — свекром, но и между Мириндиэлем и Империей. Похоже, Ар и Ти были со мной согласны, и сейчас они были на моей стороне. Теперь оба эльфийских принца — это часть Империи. Я приоткрыла сознание так, чтобы мы трое могли перекидываться мыслями на закрытой волне, как называл такое общение Шон. А кстати, куда делся маг?

«В библиотеке, лопатит какую-то книгу по физике, что-то он там про время углядел», — передал Арден.

Но пауза затянулась.

— Давайте присядем, и мы все подробно расскажем, — улыбнулась я Алсинейлю.

Следующие два часа мы разговаривали обо всем. Арден давно не видел отца, а личное общение разговором через амулет связи не заменишь. Алсинейль спрашивал нас то о том, то о другом, иногда возвращался к уже пройденному, чтобы уточнить детали. Сначала поговорили о личном.

Беременность Аровым драконом на троих его повеселила. Хотя светлые брови на венценосном лбу удивленно поползли вверх, когда я непринужденно заметила, что мы спим в одной кровати вчетвером:

— А кто четвертый?

— Друг Тиану и мой придворный маг — Шон. Он следит за нашими снами. Точнее, за снами Ти и Ара и, если что не так, раздает ментальные оплеухи.

— Тогда понятно, зачем всех надо держать в одной куче. Так проще уследить, — глубокомысленно кивнул Алсинейль.

Ага, уследить. А еще можно спать у любимого под мышкой, вдыхая родной запах, и играть прядями светлых волос, и гладить широкие плечи, и, если дотянешься, прикусить мочку уха. И еще чувствовать горячие пальцы на своей талии и губы на губах… А чьи-то ладони повадились последнее время ночевать в моих бриджах, на попе…

«Бель! Прекрати!» — ментально взвыли Ти и Ар вместе. Ой, похоже, меня занесло.

Заморгала и уставилась на Владыку. Так о чем мы говорили?

Потом мы подробно обсудили положение дел при Дворе в Ларране. У Алсинейля начались колики от смеха, когда мы воспроизвели спевку наследников в часовне. Политику тянуть время как можно дольше, водя лорда Фирданна за нос, он одобрил. Так вернее всего можно было обеспечить плавный и бескровный переход власти.

То, что творится в Тер-Шэрранте, Владыку огорчило.

— Никогда мне не нравился этот Шарид. Слишком слащавый. Но Шангарр будто не видит в нем недостатков, как же, это муж безвременно погибшей любимой сестры, — Алсинейль покачал головой.

— Так он не кровный родственник Шаоррана и Мудрейшего? — удивилась я. Это было новостью. Еще один дядька — сбоку припека, но с амбициями.

— Ну, этой истории уже немало лет, потому никто и не помнит.

— Но тогда выходит, что Шэрн намного старше Шаоррана? — продолжала копать я.

— Так и есть. И за все годы он никак себя не проявил. Вот папочка и решил поправить дело, отправив сынка сватать тебя. Да, Астер, обращайся ко мне на «ты». Это справедливо — ты моя дочь, и как правители мы равны.

— Спасибо, Алсинейль! Зови меня как ближайший — и любимый! — родственник, так, как звал отец, — Бель. А на людях — Астер. Бель я только для них, — потерлась затылком о плечо сидящего рядом Ара и улыбнулась Ти, — и Шона.

— Спасибо, Бель! Для домашних я — Нейли.

«Бель, он и в самом деле от тебя в восторге! Так он позволяет звать себя мне с Ти да брату. Для остальных он — Владыка», — в голосе Ара звучало изумление.

— Нейли, когда закончим с делами, хочешь полетать на Наре?

— А можно? — глаза Владыки загорелись.

* * *

К прибытию драконов мы переоделись еще раз. Парадный вид, золотая парча и диадемы ценой в Галарэн с Академией в придачу каждая для неформальной встречи никак не подходили. Сейчас девизом одежды стало — спокойно, достойно, чуть-чуть по-домашнему. Оливковое с золотистым платье с широкой удобной юбкой у меня, дымчато-серые туника с бриджами — вот любит он этот цвет! — у Тиану, бежевые с белым у Ардена. И Владыка в охотничьем костюме темно-зеленой замши.

Ти как хозяин дома отправился к воротам, встречать гостей. Свиты, как и договорились, не было. Были мороки двух горожан, которые драконы сбросили, зайдя в сад. Шао оделся в предсказуемо-бронзовой гамме, волосы крылом горного беркута рассыпались по плечам. В орлиных глазах плясали золотистые искорки. Красив! Счастлива будет та, что его поймает. Но приручить такого хищника нелегко — слишком хорош, и сам знает это.

Властелин Небес Тер-Шэрранта, Мудрейший и т. д. и т. п., казался ровесником сына. Чуть шире в плечах. Волосы слегка темнее, чем у Шао. Лицо молодое, ни единой морщины. Хищно красив. И глаза — глубокие, мудрые, властные. Как же такая умница умудрилась пригреть на груди змею — Шарида?

Рандеву началось с тисканья друг друга двумя мастодонтами — Алсинейль и Шангарр были старыми приятелями, соратниками и собутыльниками и не облапить друг друга при встрече просто не могли. Смотрелись эти медвежьи танцы забавно. Интересно, что более субтильный на вид Владыка не уступил ни пяди.

Наконец, удовлетворенно сопя, мужчины разошлись. Взор темных глаз Мудрейшего обратился на меня:

— Принцесса Астер, я полагаю? — и короткий кивок.

— Властелин Небес Шангарр? — и неглубокий реверанс под стать его кивку. Решив не портить дракону аппетит, я замолчала. Пока замолчала.

Впрочем, как только дело дошло до жаренного на вертеле мяса тура с острым томатным соусом приготовления Тиану и грибами по рецепту Ардена — умолкли все. И лишь причмокивали и следили за тем, чтобы языки не проглотить.

Легкая плетеная мебель, которую мы приволокли с Закатной веранды, не понадобилась. Гости и хозяева вперемешку непринужденно расположились вокруг блюд с едой на расстеленных на траве покрывалах. Я оказалась между Алсинейлем и Шаорраном, и Шангарр непонимающе хмурил брови, пытаясь понять, за какие заслуги оба соседа по очереди предлагают мне еще кусочек мяса или подливают сока в бокал.

Наконец мы съели все. Ти был прав насчет драконьего аппетита — уцелели только тщательно обглоданные кости. Кстати, драконом в нашем кружке не был только Алсинейль. Мотнула головой, поймав эту мысль — да, придется потрудиться, чтобы привыкнуть называть Владыку домашним именем Нейли.

Ну вот. Пора браться за дела. Не хочется, но придется…

Повернувшись к Властелину Небес, обратилась к нему на драконьем:

— Мудрейший, я должна попросить у вас прощения.

Дракон удивленно хмыкнул. Похоже, Шао не стал его предупреждать о моих лингвистических талантах.

— За что? За то, как обошлась с Шэрном?

— Нет. Я прошу извинить меня за ошибочное мнение о вас.

— Ошибочное мнение? — Ага, удивился, зацепила.

— Да. Ведь я полагала, что это вы послали ко мне Шэрна вместе с приворотным зельем. Впрочем, и вы знаете обо мне только по его рассказам.

— О чем ты говоришь, девочка? Какое приворотное зелье? — рык в голосе.

Ага, девочка! Как же!

— Я говорю, Шангарр, о том, что та история, которую изложили Советники, имеет весьма смутное отношение к действительности. И что нужно разобраться во всем, дабы недоразумения не повторялись в будущем.

По-моему, он захотел откусить мне нос. Но сдержался. Когда за плечами полтысячелетия дипломатического опыта, привыкаешь выслушивать всю информацию. Ибо лишней она не бывает. Сведений всегда только недостаточно.

— Рассказывай!

Легко. Мы сидели так, что создаваемые мной и Ти иллюзии были четко видны на фоне кипарисов.

Первая встреча, навязчивое внимание, сальные взгляды и слова, ползающие по мне руки, ожерелье с наложенным заклинанием подчинения, фрукты, накачанные приворотным зельем.

— И как, приворот подействовал? — поинтересовался Шангарр.

— А то как же! — улыбнулась я. — Как раз в это время мой кузен Роуэн, сын лорда Регента, также преподнес мне съедобный презент. И тоже — удивительное совпадение! — с приворотным зельем. Вот я и решила, что раз лорды так жаждут любви, просто нельзя им не помочь. И поменяла подарки местами…

— И? — против воли заинтересовался Шангарр.

— На следующий день поутру лорд Фирданн лично обнаружил Шэрна в спальне своего сына. Скандал вышел жуткий, но всю зиму оба лорда были счастливы. Потом, к сожалению, действие приворота закончилось, и внимание Шэрна вновь обратилось на меня. И вот что из этого получилось…

На сцену дуэли Властелин Небес отреагировал фырканьем и бурчанием под нос: «Вот бестолочь, позор драконий! Дерется, как сапожник!»

А вот мое похищение, закончившееся торчащим из песчаной воронки драконьим хвостом, стало для него шоком. Он об этом слышал впервые. Шангарр неверяще уставился на меня:

— Это правда?

— Клянусь Семерыми, каждое слово, рассказанное принцессой Астер о действиях лорда Шэрна, — чистая правда, и я тому свидетель, — веско роняя слова, произнес Арден.

Кто такие Семеро, Шангарр знал. И понимал, чего стоит свидетельство кронпринца Мириндиэля, данное в присутствии Владыки и подкрепленное такой клятвой.

Он кивнул, а потом задумался.

Мы молча ждали.

Наконец дракон поднял голову и посмотрел мне глаза:

— Принцесса Астер, я должен извиниться…

— Не стоит, лорд Шангарр, — улыбнулась я. — Вывод был сделан на основе информации, доступной вам на тот момент. Только нужно разобраться, почему столь важные сведения утаили. И это переводит нас ко второму вопросу…

Шангарр внимательно выслушал рассказ о некроманте и кровавых алтарях. Застыл, услышав про найденные на перевале останки семи драконят. И чуть не ушел в гневе, когда Алсинейль лично продемонстрировал ему то, что удалось извлечь из воспоминаний владельца «Последнего приюта». Эльф остановил его, сказав:

— Сколько веков ты меня знаешь? Я тебя хоть раз обманул или дурное посоветовал?

Комментариев к увиденному не требовалось.

В двух случаях юноша и девушка в сопровождении взрослого поднимались на перевал — смотрел на это йор Садер сверху. Потом старший — мы легко опознали в нем Шарида — буквально разворачивал своего подопечного так, чтобы трактирщику было легче его подстрелить. И вместо того, чтобы помочь парализованному, шел навстречу Садеру:

— Ну, вот тебе еще одна недоптичка. До встречи!

А пару раз драконят одурманили прямо за ужином в «Последнем приюте»… и тут тоже Шарид был явным соучастником.

Властелин почернел лицом.

— Как я расскажу их родителям? Но зачем? Я не понимаю — зачем? Должна быть причина…

— Вероятно, чтобы потом свалить все на имперцев или на эльфов, — заговорила я. — А потом на волне негодования сплотить драконов вокруг национальной идеи.

Дракон уставился на меня. Ну что ж, попробую сформулировать — не убьют же меня за попытку?

— Это — часть общей картины. В Империи появилась третья сила, претендующая на трон. Кроме лорда Регента и меня, на престол метит поддерживаемый орками некромант.

Сделала паузу, вдохнула поглубже и, не обращая внимания на жгущий взор темных глаз, продолжила:

— У нас есть веские основания полагать, что муж вашей сестры — Шарид — в союзе с этим черным магом собирается захватить власть в Тер-Шэрранте. Некроманту это выгодно, ибо позволит не опасаться драконов. А Шарид собирается использовать его помощь и идею национализма для захвата трона.

— Я считаю, что доказательств предательства Шарида недостаточно. — На руке Мудрейшего вырос здоровенный гранатовый коготь. Стильно смотрится, ага.

— Но вы не отрицаете его роль в гибели паломников и попытку похищения его сыном меня, наследницы Империи? — Глаза в глаза, и ни пяди не уступлю. Нара, ты там как, не спишь? Рык в ответ, а на моей руке вырастает золотистый коготь подлиннее гранатового и цепочка блестящих чешуек в придачу.

Прелесть! Шангарр, Шаорран и Алсинейль уставились на мою длань. Новый вид спорта — синхронное хлопанье глазами, ага. Пусть похлопают, да, Нара? А то будут нас тут всякие запугивать!

— Ты — дракон? — в голосе Шангарра звучало уважение.

— Мне всего шестнадцать, — усмехнулась я.

Пока хватит и этого, ни к чему вываливать все козыри разом.

— Так ты просишь помощи? — прищурился Мудрейший.

— Нет, если придется, мы справимся и сами, — на другой руке вырос второй коготь. — Наоборот, я хочу предложить нашу помощь в решении общих проблем и подтвердить верность древнему союзу трех держав. Этого желал бы отец.

А еще, но говорить этого я не стану, того же желает Мать Драконов. И что-то мне подсказывает, что с такой союзницей мы получим помощь драконов, раскачается Мудрейший или нет. На границе сознания послышался знакомый смешок. Нет, у меня не голова, а проходной двор какой-то!

— Говори! — Шангарр уставился мне в глаза.

Смутить хочет?

— Вам нужна уверенность в предательстве Шарида. Скажите ему, что у вас будет приватная встреча с Владыкой Алсинейлем на нейтральной территории, чтобы выработать единую политику по отношению к взрослеющей имперской принцессе. До совершеннолетия мне год, так что пора подумать, что со мной делать, — я улыбнулась, подцепила когтем клубничину и отправила в рот. Потом продолжила: — Не говорите никому, кроме Шарида, о том, где произойдет встреча. Нам сообщите ровно за столько, чтобы мы туда успели. Мы думаем, что Шарид предупредит некроманта. А тот не упустит случая избавиться разом от двух врагов и устроить неразбериху в Империи, которая окажется виноватой в смерти любимых правителей двух народов. И тогда ни эльфы, ни драконы не станут вмешиваться, если некромант захватит трон.

— Понимаешь, что будет с тобой, если у него получится? — взгляд дракона стал пронзительным.

— Все просто, — улыбнулась я. — Либо к алтарю, чтобы придать легитимность правлению, либо — в случае отказа — на алтарь.

— И ты смеешься?

— Ну не плакать же? Если б я ревела всякий раз, как очередной урод соберется на мне жениться ради приданого, вокруг Ларрана плескалось бы море.

— Достойная дочь Сирила… — покачал головой дракон.

— Значит, мы ждем от вас вестей в следующую субботу?

— А почему в субботу?

— Так получается проще сбегать из Ларрана. Сами понимаете, дядюшка Фирданн и не подозревает вот об этом, — покрутив коготь для всеобщего обозрения, я подцепила еще одну ягоду и отправила ее в рот.

— Да, — захохотал дракон, — у Шэрна не было шансов… Хорошо, договорились, в субботу!

Шаорран с отцом отправились к себе. Кстати, Мудрейший отлично воспитал сына. Тот не вмешивался в разговор правителей, но явно все запоминал. А мне он штучки с драконьими когтями еще припомнит, вот спорю на шип из гребня хвоста! Нара тут же возмущенно зашипела, что нечего ее шипы по пустячным поводам разбазаривать!

Уже на пороге Шао спросил Ти о том, где сейчас Наринель. Эльф ответил, что чета Неллао проводит выходной с родственниками. Шао же, наверное, в курсе, что у кузины Лионель скоро свадьба?

Закрыв за драконами калитку, мы восстановили защиту и пошли в дом, обсудить встречу. Я, прижавшись к боку Ардена, устало переставляла ноги, снова и снова прокручивая в голове разговор с Мудрейшим.

Говорят, хочешь испортить отношения — начни их выяснять.

Но иногда, чтобы наладить отношения, их необходимо выяснить тоже.

Глава 20

Каждый способен на что-то великое. К сожалению, не каждому удалось в этом помешать.

В. Брудзиньский

Не сговариваясь, мы дружно отправились на Закатную веранду. Каждый раз, когда была возможность, наша компания собиралась там, чтобы посмотреть на темные ряды кипарисов-стражей, провожающих в последний путь остывающее светило. Торжественно, печально и безумно красиво. Сидели молча, пока на небе не загорались первые звезды. Даже вечно спешащий Шон поддавался магии момента и зачарованно смотрел на то, как истекающее кровью небо угасает в зеркале пруда.

Сейчас с нами сидел замерший в неподвижности, задумчивый Владыка. И молчал… Хорошо. Значит, чувствует и понимает. Такой миг абсолютной ясности необходим, чтобы привести в порядок мысли, прийти в равновесие с окружающим миром. И тогда внутри, как звезда на бархате небес, загорится хрустальный сияющий огонек, который сможет разогнать любой мрак… Просто надо помнить, что облака могут закрыть звезды, но потушить их они не в силах.

Когда последние лучи погасли, Алсинейль заговорил:

— Бель! Ты держалась молодцом. Шангарр должен был увидеть своими глазами, насколько лживы донесения о тебе. А осознав это, он легче принял все остальное. И ты правильно осадила его в самом начале — ведь он собирался поторговаться насчет спорной пограничной долины.

Я знала, о каком месте поймы Ирдины идет речь. Симпатичный кусочек — густонаселенный, с протекающей по нему рекой, виноградниками и медными шахтами в склонах окрестных холмов. Пожалуй, хорошо, что я не подозревала о драконьих аппетитах Мудрейшего. А то б ему нос отгрызла. А что, комбинируя щиты, запросто могу такое устроить! Вряд ли Шангарр носит тройной, а двойной мы с Нарой уже научились прокусывать!

Нара гордо рыкнула.

Ар успокаивающе погладил меня по руке:

— Ну, Бель, ну подумай, как это будет выглядеть в летописях? «Имперская принцесса откусила на неформальной встрече нос Властелину Небес».

— Все сразу задумаются, насколько неформальным было то рандеву… — заржал Тиану.

Я хихикнула:

— Выглядеть будет примерно так же, как явление в Храм на свадьбу двух принцев без штанов. Помните, вы мне обещали?

— Мы такое обещали? — воззвал Ар к Ти.

— Ага, — зловредно подтвердила я. — Ты сам сказал, что, если я пожелаю, вы придете без штанов. Вот и думаю: а не пожелать ли?

— Свадьба ж зимой будет… Холодно… Опозоримся… — заныл Ти.

— Дети, дети, — поднял руки хохочущий Алсинейль. — Прекратите! Вы меня уморите!

— А еще в летописях будет написано: «Имперская принцесса уморила Владыку…» — с серьезным видом продолжил Арден.

— …и придушила двух женихов! — подвела итог я, прикидывая, с кого начать.

Эльфы нервно переглянулись.

Пикировка сняла оставшееся напряжение, и мы вернулись к делам. Позвали Шона, который небрежно помахал Алсинейлю ручкой — привет, мол! — и стали обсуждать, чего можно ждать от некроманта и какие меры предосторожности следует принять.

Самым страшным оружием были василиски. Счастье, что встречались эти твари редко. Но Нейли отлично понимал, что два десятка зверушек, подкинутых в поселения Мириндиэля, могут нанести невосполнимый ущерб не слишком резво размножающимся эльфам. А потому был готов на все, чтобы покончить с угрозой.

Хотя, скорее всего, василисков на встрече не будет. Все можно сделать проще. Атака из арбалетов с разбрызгиванием парализующего яда… а потом беспечных монархов останется только добить или выпотрошить над алтарем.

— Как это выпотрошить, если на мне щиты? — недоверчиво поинтересовался Алсинейль.

Я достала из вазы большой персик.

— Нейли, наложи на него щиты, какие носишь сам.

— Сделал. И?..

— Шон, отправь внутрь щита вон ту вилку. Можешь?

— Бель, да ты сама уже можешь! Давай, тренируйся!

— Шон, не сейчас. Не хочу случайно въехать вилкой кому-то в глаз. Глаза долго регенерируют, а у нас завтра физика!

Алсинейль покачал головой, прикидывая, в этом доме всегда такой бедлам или только сегодня, в честь важных гостей.

Шон посмотрел на вилку. И в следующий момент персик внутри щита брызнул соком… Из середины торчала погнутая вилка.

— Вот так, Нейли. А телепортацией этот тип владеет, это мы знаем точно.

— Получается, он может перебить нас, как хорек цыплят?

— Уже нет. У нас есть защита, и на тебя мы ее тоже накрутим — такое ему не по зубам. Такое, мы думаем, никому не по зубам. Может, и существует способ обойти это как-то еще, но не в лоб и не телепортацией. Все вместе работали! — Я и вправду была горда нашими достижениями.

— А от василиска это защитит?

— Нет. Но от него неплохо прикрывает стандартная невидимость. А неполное окаменение мы можем обратить.

— Ну, вы и… — слов Владыке явно не хватало. Надеюсь, что хороших.

Ночевать остались в Галарэне. С утра я собиралась накоротке заскочить во дворец — порадовать за завтраком дядю проповедью, чтоб не расслаблялся. А Нейли мы попросили позаботиться о наших конях — Заката и Тумана стоило отправить назад в табун до весны. Казалось несправедливым держать в конюшне лошадей, на которых нам некогда было ездить. В крайнем случае, если приспичит прогуляться верхом, сотворим фантом… Правда, на фантомах верхом я еще не каталась — но все когда-то случается в первый раз. Ти хихикнул, что ржать, лягаться и кусаться мои мороки будут точно… остается еще научить их бегать.

Последним делом, которое обсудили, было, как поступить с Верисиэлль эрд Роон’нал. Блондинистая упырица продолжала терроризировать эльфийский факультет, подозревая в каждом скрывающегося от нее Ардена и при этом представляясь направо и налево невестой кронпринца. Алсинейль просмотрел отобранные досье пятерки эльфов, подходящих, на наш взгляд, на роль лжепринца. Два отодвинул в сторону, покачав головой — не пойдут. Трех оставшихся кандидатов одобрил — красивые, сильные парни из хороших семей, преданные трону и Мириндиэлю. Из них выбрал одного: «Поговорите сначала вот с этим. Три года назад он просил ее руки, но девица его отвергла. Кронпринц ей нужен, как же… А с лордом Роон’налом я сам потолкую: эту историю пора заканчивать. Тем более что Арден практически женат».

Перед сном мы показали Владыке объединение аур. Смотревший магическим зрением Алсинейль был поражен — таких выбросов энергии он не видел ни разу в жизни.

Шон был с нами, четвертым. Без встрепанного тормоза в черной хламиде я бы не рискнула сливаться — почему-то казалось неудобным выплескивать страсть и желание перед Владыкой. Но и без этого нас унесло куда-то в запредельные радужные выси, где мы парили на драконьих крыльях безграничного счастья.

Когда я уже почти заснула, в комнату заглянул Алсинейль. Посмотрел на нас, вздохнул, подоткнул одеяло, погладил меня по голове и вышел. Я хлюпнула носом, вспомнив, как в детстве так же в мою спальню заходил отец. Обнимавший меня со спины Ар завозился:

— Бель, ты что? Все в порядке?

— В порядке. Лучше и быть не может. Спи!

— А если все в порядке, ты пуговицу на бриджах не расстегнешь? А то мне руку режет.

Задавать риторический вопрос, что делает рука, которую режет, в моих бриджах, я не стала. Мне из-за нее пояс живот перетягивает, но я же не жалуюсь… Хотя, может, и вправду расстегнуть одну пуговку?

— Бель! И не думай… — ментальный голос Шона.

Не думаю.

Просто хочу.

* * *

Началась очередная сумасшедшая неделя. Больше всех уставали Тиану и Шон, каждый день улетавшие все дальше и дальше от Ларрана, расширяя нашу сеть телепортов. Мы с Арденом выматывались тоже — в Академии контрольная шла за контрольной, а в свободное время я зубрила названия костей, сухожилий и мышц на гномьем и тренировалась создавать фантомы Нейли и Шаоррана с папочкой. Шао выходил у меня отлично — его я знала достаточно. Алсинейль — более или менее. А вот с Шангарром начались муки мученические. Что-то было не так, и я никак не могла поймать, что именно. А вот Шарид, знающий Мудрейшего вдоль и поперек, сразу почует подмену.

Попытался было оживиться дядя Фирданн, решивший, что он передарил мне достаточное количество радующих всякую девицу игольных наборов, канвы для вышивания и свитков с любовными поэмами. В ответ я ошеломила его заявлением, что начинаю двухнедельный строгий пост в честь паломничества святой Цецилии к Гномьим горам, когда она обратила на стезю добродетели целую сотню гномок. Причем я не шутила — если бы дяде пришло в голову влезть для проверки в житие великомученицы, он нашел бы там описание этого путешествия. Похоже, при жизни Цецилия была удивительно активной и резвой особой, которая успела прочесать Империю вдоль и поперек. Соответственно, мне не составляло труда найти основание для любых причуд в любой из трехсот шестидесяти пяти дней в году.

К вечеру пятницы я сдалась — фантом Шангарра оказался таким же вредным, как сам Мудрейший в натуре. Бросив дела в Ларране на Эриса с Эмитом, уже озверевших от песнопений и фолиантов по магии, которые их заставил изучать Арден, мы смылись в Галарэн. Солнце уже садилось, но спать пока было рано. Оставив Шона дома в кресле с книгой, мы двинули в гости к Шаоррану.

Ой, зря мы пришли без предупреждения — вышло нехорошо. Шаорран был не один. И, когда его отвлекли от общения с очаровательной шатенкой и вытащили к трем непонятным настойчивым гостям, изволил гневаться. Кронпринц в белых штанах хмурил брови, прикусывал губу и смотрел грозно. Наконец вопросил, какого тролля уважаемым незнакомцам в этот час нужно в его доме. Три дородных бородатых дядьки в роскошных парчовых халатах, какие носило местное зажиточное население, сбросили мороки и оказались тощими, затрапезно одетыми нами.

— Привет, Шао! — поздоровался Арден. — Извини, мы без предупреждения, но тут одно дело не терпит отлагательств.

— И вам доброго утра! — клацнул зубами Шаорран.

Потом посмотрел на меня, одетую в бриджи и тунику. Затем на свой голый пупок. Поднял бровь. Иронично пожал плечами и отправился одеваться. Из двери выглянула шатенка в неглиже, фыркнула и исчезла.

Я вздохнула. С одной стороны, было слегка обидно, что по мне красавец Шао не страдает, а с другой — все складывалось к лучшему: значит, и его заигрывания со мной, и ухаживания за Наринель — это не всерьез.

Дракон появился через пару минут. Одетый, с бутылкой вина и фужерами в руках.

— Так что у вас случилось?

— Пошли туда, где никто нас не увидит и не услышит.

— Ну, пошли… — пожал плечами дракон.

Принц отвел нас в тот самый зал с потолком в облаках и фресками на стенах, который так понравился мне при первом визите. Ой, я же должна удивляться! Принцесса Астер тут никогда не была! Изумилась и восхитилась. Получила в ответ благодарный взгляд хозяина. А теперь пора к делам.

— Шао! Есть проблема. У меня не выходит морок твоего отца — что-то не так!

— Да я сам сделаю…

— Шао! Я тут единственный маг-универсал, владеющий тремя видами магии, и по фантомам я специалист. Давай не будем рисковать. Делай свой, я поставлю рядом мой, и посмотрим, что в моем не так.

Неправильным оказался постав головы. Потом Шаорран подкорректировал осанку и разворот плеч — оказалось, что супруге Мудрейшего Аршиссе нравятся накачанные мышцы и ради ее удовольствия Властелин Небес регулярно тренируется. Я, подняв бровь, посмотрела на эльфов. Арден усмехнулся: «Кто бы возражал! Если ты считаешь, что мы недорабатываем, то можно увеличить норму вдвое. Только заниматься будем все вместе».

Наконец, дошло дело до мимики, прически, кольца-печатки и любимой серьги в ухе.

— Шао, переключайся на магическое зрение. Буду корректировать ауру. Кстати, печатка и серьга — артефакты? Как они должны выглядеть на магическом плане?

Дракон уже только головой мотал, на меня глядючи, пытаясь сообразить, как такое у них под боком выросло, а они проглядели. Ну, что выросло, то выросло.

Потом занялись самим Шаорраном. Он с интересом обошел вокруг расслабленно стоящего бронзововолосого красивого парня. Фантом посмотрел на оригинал глазами с золотистыми искорками, белозубо усмехнулся и заломил бровь.

— Теперь я понимаю, как ты удираешь из Ларрана, — усмехнулся Шао.

— Мой фантом еще и поет, — рассмеялась в ответ я.

— А как разобрать, где ты, а где фантом?

Я чуть не ляпнула: «Попробуй поцеловать. Если получишь в глаз, значит, нашел меня!» Ти хихикнул, послав мне мысль: «…а если по башке сковородкой — то Эмита!», а Арден так недовольно покосился на дракона, будто тот уже лез ко мне с поцелуями. М-да, наверное, лучше переформулировать…

— Скажи на драконьем: «Лорд Регент — козел!» Если засмеюсь, значит, я!

* * *

Подготовка и планирование. Вот не зря Арден твердил мне снова и снова о том, что они — две трети успеха любого мероприятия. И сейчас я своими руками готова была удушить Вреднейшего, ой, извините, Мудрейшего, который совершенно не оставил нам времени на осмотр местности. Если бы не то, что мы поколдовали с фантомами, встроив в драконьи щиты пару артефактов, дававших возможность смотреть глазами мороков и вести запись на один из кристаллов Шона, дело обернулось бы совсем нехорошо.

Когда появились Шангарр с Шао, огорошив нас известием, что встреча состоится в небольшом особнячке на тихой безлюдной улочке на другом конце Галарэна через полчаса, Алсинейль был уже готов. То есть укутан нашей магией от пяток до макушки. И Шон, который невидимым собирался следовать на нами, тоже.

Времени было в обрез, поэтому без всякого политеса Шангарра вытащили на середину комнаты, и им занялся Тиану. Мои и Шоновы возможности решили не светить, поэтому дело представили так, будто магичит именно Ти. Я воспользовалась моментом, чтобы сравнить Властелина Небес с моим фантомом. Вроде бы похожи…

На Шаоррана накручивали защиту уже на лету, по пути. Затормозили за углом, чтобы выпустить фантомов. Морок Шао должен был проводить отца до дверей особняка, где гостей ждал Шарид, а потом отправиться по своим делам, то есть назад к нам. Я раскинула магическую сеть, то же самое сделали и эльфы. Вот тролль хромоногий! В сети горела дюжина рыжеватых огоньков. Полуорки. Переглянулась с Ти и Аром — ага, они видят их тоже.

На крышах, в доме напротив и внутри. И сейчас трогать их нельзя — иначе покушения не произойдет. Ти напрягся. Я знала, что он делает — вешает над каждым убийцей контрольную сферу, чтобы в нужный момент отправить всех разом в отключку.

Шао помрачнел — он тоже в своей сети увидел полуорков. Предположения о предательстве дяди стали уверенностью. Ну, смотрим, что будет дальше…

Ар поманил нас за собой — ближе к месту действия темнела ведущая в чей-то двор арка. Хорошее укрытие. И орков в этой подворотне не было. Держась в тени, прикрытые невидимостью, перебежали по одному туда. Теперь можно было видеть то, что произойдет на улице, своими глазами.

Фантомы не спеша двинулись к особняку. Мужчины переговаривались, улыбались, изредка похлопывали друг друга по плечу. Настоящие друзья после долгой разлуки. Фантом Шао, как и положено младшему, шел чуть сзади, внимательно осматривая улицу. Подошли к дверям. Шангарр с размаху долбанул кулаком по створкам — я знала об этой его манере: дверных молотков дракон не признавал, вместо этого он покрывал чешуей кулак, им и стучал.

Дверь распахнулась — широко улыбающийся Шарид поклонился и сделал приглашающий жест, мол, прошу в дом. Фантом Шао отсалютовал в привычной манере и двинулся назад. Дверь за правителями захлопнулась. Дальше события понеслись галопом.

Не успел «Шао» пройти несколько шагов, как в него с крыш полетели арбалетные болты. Вреда выстрелы не причиняли, но при ударе о щит снаряды разбрызгивали темную жидкость. Плотность огня была такой, что меньше чем за полминуты лицо, шея и открытые руки дракона оказались густо забрызганы коричневой жижей. «Принц» попытался сделать шаг и со стоном опустился на мостовую. Пара выбежавших из дома напротив фигур в капюшонах быстро затащила подергивающееся тело внутрь.

В это же время в доме Алсинейль и Шангарр поднялись по длинной лестнице прихожей, и Шарид услужливо показал им на дверь приготовленной для переговоров комнаты. Шангарр толкнул дверь, сделал шаг вперед, Владыка, не отставая, двинулся следом… и на них с притолоки опрокинулось ведро! Я ждала засады, арбалетов… но сработала старинная студенческая шутка. Оба правителя оказались в темной жиже с головы до ног. Дракон попробовал обернуться к Шариду — мол, что за дурацкий розыгрыш? — но его повело. На эльфа яд уже подействовал, и тот свалился беспомощным кулем на пол.

Распахнулась еще одна дверь, и в коридор вступила темная фигура в плаще с опущенным капюшоном. Увы, лица снова не видать. Но если он здесь, можно попробовать его взять. Стазис же должен сработать, защиты от такого у некроманта нет?

— Всего-то. А ты боялся, что без чудесных зверушек василисков не обойдемся, — раздался глухой мягкий голос из-под капюшона. — А на пару правителей великих держав хватило тривиального ведра помоев.

«Шангарр» пополз вниз по притолоке, смотря в глаза «брату»:

— Почему?

— Потому что я терпеть не мог твою сестрицу и ненавижу тебя! Ты умрешь, а Властелином Небес стану я. Кстати, думаю, я сумею утешить твою вдову… Аршисса такая красивая, я всегда тебе завидовал…

Вот демоны! Услышав, что говорит Шарид о его жене, Шангарр не выдержал, выскочил из подворотни и гигантскими скачками помчался по улице.

Тиану выругался, активируя заклинание, вырубающее орков. Шаорран рванул вслед за отцом, мы понеслись следом. Не успели — дракон буквально вышиб дверь. Некромант взглянул на одного Мудрейшего на полу, несущегося к нему по лестнице другого, кинул Шариду: «Дурак!» — и исчез в телепорте… Шангарр налетел на Шарида, впечатав того в стену. Я вздохнула. Тоже мне, Мудрейший… Упустили такой случай захватить врага врасплох!

Мы устроились в той комнате, где прятался некромант. Сначала осмотрели ее, но никаких следов или сюрпризов не нашли. Ти, Ар и Шао занимались перетаскиванием в дом с соседних крыш и из здания напротив трупов орков — в том, что все они умерли, как только Тиану погрузил их в принудительный сон, мы были уверены.

Замороженный Шарид украшал коридор.

Я сидела на диване и молчала. А что тут скажешь?

Мудрейший ерошил волосы и чувствовал себя виноватым. Когда гнев схлынул, до него дошло, что он натворил.

— Простите. Я сорвался, когда услышал про Аршиссу. Никак не мог поверить, что Шарид…

Я прикинула: а если бы кто-то сказал вот такое при мне о Тиану или Ардене, смогла бы я сохранить хладнокровие? Не уверена…

— Ничего. Мы его поймаем. Все вместе мы сможем, — и улыбнулась Шангарру.

— Может, еще и посоветуешь, что делать с Шаридом? — грустно усмехнулся тот.

Этот вопрос я обдумала заранее. Правда, не предполагала, что моего мнения спросят.

— Во-первых, надо покопаться у него в голове. Вдруг он даст нам какие-то ключи к личности некроманта? А дальше нужно подорвать его влияние. Перевезите останки драконят в Тер-Шэррант. Отдайте их родственникам. И, собрав родителей вместе, покажите им воспоминания трактирщика йор Садера — пусть драконы увидят, кто на самом деле предательски убил их сыновей и дочерей. После этого у Шарида не останется сторонников, а те идеи, при помощи которых он сплачивал вокруг себя драконов, окажутся дискредитированными. А потом я бы посоветовала изгнать Шарида. Оставлять его в живых опасно — змея всегда остается змеей. Думаю, далеко он не улетит — родители погибших не позволят.

Шангарр задумался. Потом кивнул:

— Мудро. Я бы сам лучше не придумал. Так и поступлю. А теперь скажите, чем драконы могут помочь?

— Нам нужно полсотни драконов, чтобы за пару месяцев они вместе с эльфийскими магами прочесали Империю и нашли все кровавые алтари. Мы не знаем ни сколько их, ни зачем они нужны. Но что жертвенники питают силой черного господина, которого вы сейчас видели, — это определенно. С остальным мы вроде бы справляемся сами.

— Это не проблема. Могу дать и больше. Еще, если нужно окоротить твоего дядю Фирданна, только скажи.

— Пока не нужно. Но, может быть, ближе к совершеннолетию он что-то затеет. Попытается жениться или выставить меня недееспособной дурочкой, которой нужна пожизненная опека. Вот тогда поддержка будет не лишней, — улыбнулась я.

Властелин Небес улыбнулся. Потом задумался.

— Может, подскажешь мне кое-что… Год назад я собирался послать к вам Шаоррана — посмотреть на тебя, познакомиться. А может, что-то бы у вас и сладилось… И вдруг, совершенно неожиданно, в одну ночь проснулся Шангари. Спящий до того вулкан как взбесился. Мы так и не поняли, что случилось.

Я поняла, о чем он спрашивает. И была согласна, что да, это весьма вероятно.

— Шаорран видел выброс энергии при разрушении одного из алтарей. Вот если такой камушек швырнуть в жерло вулкана, то спорю на корону против старого башмака, случится извержение. Станете потрошить мозги Шариду, поинтересуйтесь, не уронил ли он чего, пролетая над вулканом. Извержение началось очень вовремя, вместо Шаоррана поехал Шэрн, а в результате у вас сложилось обо мне совершенно неверное, отрицательное впечатление. Правда, спорить могу, что некромант не рассчитывал на то, что Шэрн сам начнет строить матримониальные планы. Но конечная цель была достигнута — в случае беспорядков и смены власти в Империи помогать бы мне вы не стали.

Алсинейль слушал наш разговор и улыбался.

Наконец парни закончили стаскивать орков в одну кучу. Мы вышли в коридор посмотреть. Дюжина трупов с татуированными макушками. Уже без амулетов на шеях. Шон постарался?

«А то кто же? У меня уже целый склад!»

«А ты где?»

«Забрал кристаллы для записи из фантомов, а сейчас осматриваю дом — вдруг что интересное найду?»

«Шон, ты — гений!»

Волна смеха пополам с удовольствием в ответ.

Прощаясь, мы обменялись с Властелином Небес амулетами для прямой связи. Шаорран ушел с отцом, предложив на прощание нам с Арденом заскочить к нему на вечеринку потанцевать.

— Шао, окстись, опомнись! Принцесса Астер сейчас в Ларране псалмы поет. Что будет, если меня заметят в твоем доме на балу? Так что уж лучше ты залетай к нам.

— А что? Через недельку выкрою время, заскочу. Эх, жаль, не знал я тогда в лесу, что это ты. Если б знал, не улетел бы…

Ну вот. Моя привлекательность перевесила притягательность оленя, или кого он тогда изловил. Лестно.

— И что бы тогда? — засмеялась я.

— Уу-у! Как бы я теперь танцевал! — отшутился Шаорран.

Шарида драконы забрали с собой.

Орков мы аккуратно превратили в воздух, заставив Ардена лишний раз потренироваться в трансмутации.

Дома занялись подведением итогов.

Нейли считал, что все прошло неплохо. Если б Шангарр не сорвался, могло бы быть просто отлично… но не все же сразу? Зато теперь он нам должен и сам отлично это понимает. Итак: мы вывели Шарида из игры, получили в безусловные союзники Тер-Шэррант, теперь у нас есть образец голоса некроманта, а гильдия убийц потеряла еще двенадцать бойцов.

Владыка пообещал призвать полсотни магов, которые составят пары драконам. Давно державы не сотрудничали так тесно, и Алсинейль считал, что ситуацию можно использовать для укрепления отношений. Он прав: ведь и эльфы, и драконы живут веками. А рассказы об этом поиске будут помнить еще дольше.

Мы прикинули, что при средней скорости дракона в двести лиг в час Империю можно будет облететь за полтора месяца. С учетом неприятностей и неожиданностей — за два.

Ближе к ночи у меня начался мандраж. Всю неделю я держала себя в руках, не показывая, как боюсь снова столкнуться с василиском и потерять кого-то из любимых. А сейчас воспоминания нахлынули накрывшей меня с головой черной волной. Я сидела на краю кровати и тряслась, кусая кулак и пытаясь не разреветься. Ти бросился ко мне, обнимая за плечи, гладя по волосам. Арден в одном полотенце выскочил из ванной и обнял с другой стороны. Шон пристроился у ног, откинул голову мне на колени и поинтересовался:

— А ты считала, сколько убивцев мы ухлопали с весны?

— Аа-а? — Зубы стучали, выбивая нервную дрожь.

— У меня получается девяносто орков. Проверь?

Невольно я задумалась. Шестеро у Марен-Кара, шестеро в горах, еще полдюжины у алтаря в Омте. Шестьдесят в поместье семьи тер Оран и двенадцать сегодня. Выходило так, как сказал Шон. Или я что-то забыла?

Я настолько сосредоточилась, прокручивая в голове события, что перестала клацать зубами. Шон воспользовался этим, тут же сунув мне в руки чашку с горячей тайрой. А Ар, дождавшись, пока я посмотрю в его сторону, сделал вид, что вот-вот уронит полотенце. Я уставилась на него, распахнув глаза. Арден пристально посмотрел на меня, медленно провел пальцем по влажной полоске золотистых волос, идущих снизу к пупку, поднес палец к губам и лизнул. Я всхлипнула. Ти засмеялся и попробовал прикусить мне ухо.

Вот и помандражируй с такими!

Глава 21

Мы все рождаемся мокрые, голые и голодные. И это только начало.

В воскресенье с утра от мандража и следа не осталось. Были обнимавшие меня теплые руки Ти, запах его волос. Был живот Шона под моим носом и рука мага на моей голове. Был прижавшийся ко мне сбоку Арден и его колено, закинутое мне на поясницу. А беспокойство и напряжение ушли, как будто любимые отгородили меня собой от всех опасностей и тревог мира. Наверное, так оно и есть, улыбнулась я.

Повернула голову. Уловив мое движение, чутко спавший Арден тут же проснулся. Встревоженно завозился, открыл глаза, уставился на меня. Ага, сейчас скажет…

— Я тебя люблю! — сообщила я ему, не дожидаясь вопроса.

— Докажи, — улыбнулся Ар, потянувшись ко мне губами.

Ыы-ы? Новое дело! Теперь мне придется не только уверять его, что я — не галлюцинация, но еще и доказывать? И при этом не опаздывать в Академию? Хотя какие лекции… сегодня выходной!

Повернулась к Ардену, чуть прищурилась, примериваясь. Положила ладони ему на грудь и начала медленно, круговыми движениями, спускаться ниже и ниже, к поясу бриджей. Глаза Ара затуманились, кирпичики живота напряглись, дыхание участилось. Он перехватил мою руку:

— Бель, хватит! А то я с ума сойду…

М-да, вот, похоже, чем больше ума, тем заметнее, когда с него сходишь! Для кристально-ясного холодного интеллекта Ардена любовь ко мне стала потрясением. Он до сих пор не мог свыкнуться с тем, как на меня реагирует. И то, что я точно так же плыву, оказавшись с ним рядом, служило слабым утешением.

— Давай просто друг на друга посмотрим? — предложила я. — А еще Нара может позвать Рассвета, это тоже будет хорошо…

Арден улыбнулся, соглашаясь. Почти нос к носу, глаза в глаза, с переплетенными пальцами рук, мы открылись друг другу. Я не пыталась думать, не контролировала эмоции, просто растворилась в этом изумрудном взоре, чувствуя бесконечную любовь Ара и передавая ему мою. Тихое рычание и ржание на краю сознания не мешали, они как будто служили необходимым дополнением к тому, что происходило сейчас между нами. Синхронный стук сердец, общее дыхание — неужели нужна еще какая-то физическая близость? Неужели ближе бывает?

— Ох, бывает, Бель моя…

* * *

Весь выходной мы с удовольствием занимались налаживанием семейных связей. Спальню, в которой ночевал Алсинейль, отдали ему насовсем — похоже, Владыке тут понравилось и гостить он у нас будет часто. Шон пробил для него персональный телепорт к границе Мириндиэля, откуда у эльфа были свои пути, как попасть в Лариндейль. Пришлось повозиться с окутывающими дом защитными плетениями, но мы дружно решили, что оно того стоит.

Потом предъявили Владыке наши магические достижения. Сначала притащили из сада лягушку и отправили земноводное в стазис — эльф впечатлился. Затем объяснили, как устроены щиты, которые мы вчера на него навертели. Начав демонстрировать, занялись модификацией. И проморочились почти час. Возились бы и дольше, но Шон взвыл, что время к обеду, а мы еще не завтракали.

Пошли завтракать, а заодно обедать. Объелись, раскаялись, отправились исправлять содеянное на плац. Вот тут-то Алсинейль и показал, что значат полтысячелетия опыта. Я всегда думала, что в бою на мечах круче Ти и Ара нет никого. Оказалось, есть! Женихи держались стойко, но все равно перевес опыта над юностью был очевиден. Я неприлично завизжала от радости, когда Нейли стремительно развернулся и плашмя шлепнул Ти мечом по заду. Так вот от кого мой жених подцепил эту безобразную выходку!

Сама я в спарринге с Нейли продержалась чуть дольше трех минут и была горда, как высидевшая первое яйцо юная несушка. Впрочем, Владыка тоже был доволен. Поправил постав моего локтя, а потом подмигнул и показал, как делать изящный и удивительно подлый трюк с ложной атакой в шею и реальной — в бедренную артерию противника.

К сожалению, задержаться до конца дня Нейли не мог. Достаточно того, что в родном Мириндиэле больше года не видели кронпринца. Хоть кто-то должен быть на месте. Амулет связи, увы, не заменяет присутствия реального правителя.

* * *

Мы отправились вместе с Владыкой к границам Мириндиэля — проводить, а заодно показать ему Нару. Я волновалась, а вот драконица — нет. Она просто предвкушала полет и охоту. Все остальное ее не трогало совершенно.

Впрочем, беспокоилась я зря. Алсинейль уставился на Нару такими восхищенными глазами, что спрашивать «понравилось или нет?» было бы пустой тратой времени.

— Арден… Он тоже таким будет?

— Мы пока точно не знаем. Но вряд ли он будет алым. Его дракон выбрал себе имя Снежный Рассвет. Так что ждем кого-нибудь в менее экстравагантной гамме, — пояснил Тиану.

Нара обиженно зашипела. Ти, поняв, что драконица, как любая женщина, нетерпима к критике внешности или тому, что хоть каким-то боком на такую критику похоже, и что сейчас ему вломят за шуточку с двух сторон — и Нара, и Шторм, — полез извиняться, пытаясь при этом поцеловать Нару в нос. Оскорбленная драконица вытянула шею, аки тетерев на току, задрав морду на недосягаемую высоту. Ти отступил на несколько шагов, превратился в Шторма и таки ж чмокнул вредину в нос. Нара обиженно что-то вякнула и уткнулась Шторму в грудь. Шон, Ар и Нейли вздохнули и расслабились.

Я предупредила Нейли — ментальная связь между нами наладилась легко, — что буду поддерживать его магией. Поэтому, что бы моя чешуйчатая поганка ни учинила в небе, он останется на спине. Владеющему в совершенстве левитацией Нейли хлопоты показались пустыми. А зря… До луны мы сегодня не долетели, но остальное Нара показала — пикирование вниз с такой скоростью, что, казалось, воздух перед нами рвется, виражи и перевороты, сальто и крутые горки, парение над облаками и погоню за стадом ошалевших от испуга антилоп над самой травой.

Через час Алсинейль сполз с загривка Нары. Кажется, ноги Владыку не очень держали. Впрочем, он умело это скрыл, обняв драконицу за шею. Ему моя вредина подставила нос для поцелуя без сопротивления.

— Наверное, чтобы оценить прелести драконьего полета, надо родиться драконом, — улыбнулся эльф. Посмотрел на меня бирюзовым хитрым глазом и добавил: — Или летать чаще!

Мне было жаль, когда он нас покинул.

* * *

У воскресного дня есть только один существенный недостаток — он почему-то кончается в два раза быстрее, чем любой понедельник или четверг. Как бы то ни было, вечером пора было возвращаться в Ларран, пока дядя не получил от озверевших близнецов чугунной сковородкой по лысеющей башке.

Оказалось, процесс озверения зашел даже дальше, чем мы предполагали. Эриса с Эмитом достали настолько, что пара остроухих троглодитов пошла вразнос. Начали они с того, что оставили дядю без очередной фаворитки. Поганцы зачаровали стоящую в регентской спальне статую Цецилии так, что стоило лорду Фирданну отвернуться, как великомученица поджимала губы и начинала сурово сверлить глазами дядину даму. Сначала леди решила, что ей померещилось. Потом начала нервничать. Затем стала дергать за рукав дядю, чтобы показать, что происходит. Но стоило лорду Регенту посмотреть на статую, как святая застывала с безмятежным лицом. Закончилось все скандалом: дядя обвинил фаворитку в том, что она истеричка и психопатка, а обиженная леди обозвала его старым каплуном и хлопнула дверью.

Кстати, дядя попытался убрать святую из спальни. Видно, его она тоже нервировала. Не тут-то было! Трое дюжих слуг два часа пытались сдвинуть с места чугунную деву, но та не уступила ни пальца. Как будто к полу прикипела. Хотя почему «как будто»? Так оно и было. Эрис с Эмитом позаботились.

Так что обстановка на ужине, куда я вышла в сером платье с воротником под подбородок, была не радужной. Дядя глушил кубок за кубком и исподлобья посматривал на меня красным глазом. Я делала вид, что ничего не замечаю, и с унылым видом ковыряла ростки спаржи в тарелке — у меня продолжался двухнедельный пост во славу осиянных благодатью гномок. Придворные, глядя на это, хихикали. А вот мне было не до смеха — порывшись в дядиной голове, я узнала, что через два дня состоится Регентский Совет, на котором мне снова будут перемывать кости. И что к концу месяца возвращается кузен Роуэн.

— Совет — это хорошо, — послал мысль сидящий по другую руку от дяди Арден. — Мы собирались проверить Советников и их помощников, а тут они сами соберутся все вместе.

Действительно, удобно. Вот только еще удобнее бы было, чтобы ни дядя, ни его Совет не путались под ногами. Столько времени и сил на эту ерунду тратится! Но этого счастья мне ждать еще четырнадцать месяцев.

— Потерпим. Уже недолго. Прикинь, что в теперешнем положении есть свои плюсы — если б ты сидела на троне, некромант не считал бы тебя безобидной овцой, — усмехнулся Тиану.

Я хмыкнула: лорд Фирданн как прикрытие, защищающее меня от внимания враждебного мага? Мм-м… Лучше за кучей лошадиного навоза прятаться! Однозначно, пахнет приятнее. Ну вот, накликала… заблагоухал!

* * *

Мы уже укладывались спать, когда за дверью послышался шум. Я, как была, босая, с распущенными волосами, в тунике без рукавов и бриджах по колено, выглянула за дверь узнать, что случилось. И обнаружила белого как полотно Норда, который пытался прорваться через заслон в лице Эриса — Ирис. Я подняла ладонь, останавливая спор.

Увидев меня, лейтенант упал на одно колено, глядя совершенно безумными глазами:

— Принцесса Астер, я умоляю о помощи! Лана сказала идти к вам…

Оказалось, подруге пришла пора рожать. Примерно час назад у нее отошли воды. Норд помчался звать повитуху. Та, расспросив и узнав, что это — первый ребенок, зевнула, сказала, что скоро такие дела не делаются и что она заглянет утром — как раз поспеет. Норд побежал к жене. Но, похоже, все нехорошо — Лана кричит, идет кровь, и ничего не происходит.

— Лейтенант, быстро бегите домой! Мы сейчас будем. Если окажетесь там раньше нас, скажите Лиррит, пусть начинает греть воду.

То, что при родах нужна зачем-то уйма горячей воды — варят они там, что ли, кого? — я еще в детстве слышала на кухне и запомнила. Ну а если и не нужна, то пока Норд будет занят тасканием ведер, хоть нервничать не станет.

Ти и Ар все слышали и ждали меня уже одетые. Я накинула куртку, натянула носки — один, кажется, наизнанку — и сапоги. Мы шагнули в ведущий в наш дом в Ларране телепорт. Понадобилось меньше десяти минут, чтобы добраться до дверей Ланы. Самое странное, что Норд примчался раньше нас. Вот она, магия любви в действии!

Лана лежала в спальне наверху. Бледная, на лбу капли пота, на лице испуг. Рядом сидела, держа ее за руку, Лиррит.

— Ки, ты пришла…

— Пришла, пришла. Сейчас все будет хорошо. Я с собой таких лекарей привела!

Я знала, что каждый эльф по определению был умелой повитухой. При их низкой рождаемости к детям относились трепетно, а несколько сот лет назад Владыка волевым решением принял указ, согласно которому все эльфы, достигшие двадцатилетнего возраста, независимо от пола, были обязаны закончить акушерские курсы и сдать экзамены по целительству. После этого случаи смерти матерей или младенцев при родах отошли в область страшных преданий.

Лиррит побежала греть воду и искать чистые тряпки, а я села рядом с изголовьем кровати и взяла Лану за руку, приготовившись вливать в нее силы.

— Подожди, — поднял палец Арден. — Дай я ее осмотрю сначала. Кажется мне, что тужиться ей сейчас нельзя. И, Бель, я понимаю, тебе хочется посмотреть… но прошу тебя, не надо. Не стоит начинать знакомство с брачной жизнью именно с этого.

Я вздохнула. А вот если б их не было рядом? Или не будет в следующий раз? Как тогда?

— К исходу весны я научу тебя всему, что знаю сам, — улыбнулся Ар. — А до того ни ты, ни Лана не успеете…

— Ладно, — вздохнула я. — Не стану подсматривать. Но хоть в общих чертах расскажешь мне, в чем дело?

Стоящий в изножье кровати Норд нервничал. Нашего мысленного диалога он не слышал и не мог понять, чего ждут эльфы и почему они просто смотрят на его жену, ничего не делая.

— Лейтенант, — обратился к нему Ар, — последние дни не был ли ребенок очень подвижен?

— Как вы узнали? Буквально прыгал… Лана шутила, что он там в мяч играет.

— Ну вот, ваш резвый малыш перевернулся ногами вниз, да еще захлестнул пуповину вокруг шеи. Кстати, это мальчик. Сейчас он родиться никак не может, пуповина не пустит. И повитуха тут вряд ли бы смогла помочь.

Ар поднял руку, призывая Норда к молчанию, и поманил к себе Ти. Вместе эльфы склонились над животом моей подруги. Я перешла на магическое зрение. Ага, Ти работает нитями драконьей магии, а Ар подсказывает ему, что именно делать. Вот они ослабили петлю вокруг шеи младенца, почти стянули ее с головы… и в этот момент норовистый малыш дернулся. Эльфы переглянулись, вздохнули и пошли на вторую попытку. Распутали и осторожно перевернули малыша головой вниз, как положено.

Лана, как будто почувствовала, благодарно вздохнула. Я послала подруге ободряющий импульс и толику сил.

— Бель, дальше все может пойти естественным путем. Жаль, конечно, что воды отошли так рано. Но к завтрашнему полудню она родит сама. Или мы можем помочь прямо сейчас. Что скажешь?

Вот хочу ли я, чтобы моя подруга металась в поту и боли еще полдня? Что за дурацкий вопрос! Конечно, нет! Если есть возможность сделать все легче для матери и младенца, зачем заставлять их мучиться?

Арден улыбнулся — кажется, другого решения он и не ждал.

— Мы поможем ей раскрыться, и ребенок появится через час. Лейтенант, подождете тут?

— Сейчас, только схожу вниз, там вся рота собралась, переживает. Скажу, что принцесса…

— А вот этого не надо, — вступила я в разговор. — Скажите, что встретили во дворце эльфийского лекаря и он согласился помочь. Норд, сейчас не время, но я должна предупредить. Старайтесь не думать обо мне, не говорить, не вспоминать. Контролировать мысли вы не можете, а у нас появился серьезный враг — черный маг. Понимаете? И Лану держите дома. Пусть гуляют с малышом во внутреннем дворе.

Норд задумался.

— Понимаю. Значит, на улице и во дворце буду про себя повторять устав.

Я кивнула, удачное решение. Этого должно хватить. Хорошо, что некромант не владеет драконьей магией, в том числе ментальной…

Тиану и Арден, склонившись над Ланой, положили ладони ей на живот. Я понимала, что они делают. Медленно и осторожно, чтобы не возникло разрывов или трещин, готовят путь для ребенка. Стиснула ладонь подруги.

— Да я не боюсь, — улыбнулась Лана. — Теперь я знаю, что с маленьким все будет хорошо, а это главное. И мне уже не так больно.

Заглянула Лиррит, подмигнула мне. Похоже, девушка, пока была в монастыре, весьма тесно подружилась с «принцессой». Надеюсь, она не ждет, что я сейчас превращусь в белокурого красавчика? В голову, что ли, заглянуть, посмотреть, что там Эмит творил? Или мне спокойнее этого не знать?

— Лучше тебе не знать. Эмиту я уже дал втык за нежные девичьи объятия с нашептыванием секретов на ушко, — пришла мысль от Повелителя.

Ага! А я вернусь во дворец — добавлю! Нечего мою репутацию подрывать!

Через полчаса счастливому отцу предъявили перемазанного кровью мокрого орущего наследника. На мой взгляд, выглядело это красно-синее, негодующе вопящее чудо страшновато, но лейтенант был в восторге. Арден взялся обучать нетвердо стоящего на ногах после всех переживаний Норда, как надо правильно держать младенцев, а Ти остался с Ланой — нужно было дождаться выхода последа и залечить все, что можно, чтобы ускорить выздоровление.

У мужчин так здорово получалось все делать, что я даже задумалась — может, они и рожать могли бы сами? А я в сторонке постою… Все же идеи Алсинейля насчет «обеспечить наследников для двух держав» меня несколько нервировали.

Ребенка назвали Ариэл. Уменьшительно Эли или Ли, уж как приживется. Ближе к эльфийскому Арденариэль человеческого имени подобрать не сумели. Арден был польщен. А Тиану извлек откуда-то мелодично позванивающую серебристую конструкцию из палочек, бусинок и колокольчиков и подвесил над колыбелью.

— Мой подарок — навевает спокойные сны. И ребенку, и родителям. Через пару месяцев оцените, — улыбнулся эльф.

— Кстати, о родителях. — Арден строго посмотрел на Норда: — Если любишь жену, два месяца ни-ни!

Норд взглянул на уснувшую с младенцем у груди Лану, вздохнул и кивнул. Я фыркнула: два месяца — это не четыре года, как у нас с Ти… фигня вопрос!

Домой мы опять попали под утро. Ну, хоть Шон выспался…

Так зачем все же нужны были эти три ведра горячей воды? Неужели психотерапия?

* * *

Увы, понедельник был не тем днем, когда на занятиях можно было клевать носом.

Сначала на физике Шамли начала просто-таки клеиться к Ардену. Похоже, мои угрозы касательно рыбьей чешуи рыжая нахалка уже позабыла. Обычно она ограничивалась тем, что присаживалась со стороны Ара за соседнюю парту в нашем ряду и начинала томно вздыхать всякий раз, как он оборачивался в ее сторону. Но сегодня у настырной прилипалы случилось обострение. Когда Ар проходил мимо ее стола, поганка небрежным движением локтя скинула на пол учебники и тетради и сама же громко заахала, мол, как ей, бедняжке, это все подбирать? Ар, уловивший подвох, пошевелил пальцем, и рассыпанная канцелярия, поднявшись в воздух, собралась в кучу и звучно шлепнулась на парту под носом у интриганки.

Народ захихикал. Однако на том девица не угомонилась. Когда она попыталась схватить Ара за руку, чтобы начать благодарить за мужественную помощь в нелегком деле сбора карандашей, я не выдержала. Часть волос на голове рыжей заразы бесследно исчезла, уступив место контуру в форме толстой селедки или тощей камбалы, покрытому серебристой чешуей с характерным запахом. Подумав, что на селедку она похожа все же больше, я напряглась и вывела чешуей же на Шамлином лбу надпись: СЕЛЕДКА. Блестяще… в некоторых местах.

Одногруппники уже ржали в голос — о нашем конфликте слышали все.

Вошедший в аудиторию лорд Аргхаррн ошеломленно уставился на продвинутый макияж своей студентки. До Шамли, которая никак не могла сообразить, над чем все смеются и почему зажимают носы, наконец-то дошло, что с ней что-то не в порядке. О! Это она еще не знает насколько! Я замешала коктейль из трех видов магии, то есть снимать мой морок придется силами трех факультетов. И я не я, если прозвище «селедка» не прилипнет к ней намертво!

А вот чудить на трансмутации не рекомендовалось категорически. В данный момент мы проходили простейшие съедобные органические соединения, и лорд Рейст запросто мог заставить нерадивого студента сжевать плоды его неудачного творчества, благо с ядами мы пока дело не имели. Поэтому все из кожи вон лезли, чтобы не пришлось глотать очередную рукотворную пакость.

Сейчас я старательно пыталась воссоздать в колбе крахмал. Мутная белесая жижа выглядела гадостно. Арден был со мной согласен. Мысль, которую прислал мне жених, гласила: «Я тебя очень люблю, но если Рейст останется недоволен, пить это даже ради тебя не стану».

Я утешила: «Если заставят пить, я все по-быстрому превращу в спирт!»

«Ну, тогда ладно, проглочу».

Рейст подошел, пробуравил меня зелеными глазами, сунул нос в колбу, хмыкнул и капнул в сосуд из пипетки йод. Гадость посинела, лорд кивнул. Но неужели хлеб и в самом деле состоит в основном вот из этого? Никогда особо не увлекалась булочками и впредь не стану!

* * *

Шаорран вернулся в Ларран, и вечером мы танцевали на балу. Я успешно — то есть снова заставив дракона спотыкаться — продемонстрировала вторую заготовленную вариацию. Пусть знает, что у него есть еще потенциал для роста!

Шао рассказал, что по примеру эльфов драконы купили большой особняк в центре Ларрана. Там разместится постоянное представительство Тер-Шэрранта. И, что весьма интересно, присланный Мудрейшим маг уже установил портал, позволяющий прыгать в Галарэн и обратно. Так что теперь кронпринц собирался проводить время в Ларране, не отрываясь от учебы в Академии. Шао даже любезно предложил мне воспользоваться его помощью для быстрого перемещения между городами. Ну что ж, разок точно воспользуюсь. Надо же посмотреть, куда выводит этот портал?

Вообще, я была рада и не рада одновременно. В Академии Шао регулярно возникал на горизонте Наринель, оказывая ненавязчивые знаки внимания. То ли для прекрасного дракона было непривычно, что девушка, узрев такую мужественную красоту, немедленно не пала к его ногам или в объятия, и его заинтересовала такая аномальная устойчивость, то ли ему и в самом деле нравилась эльфийка… но сейчас он активно общался с обеими моими ипостасями. И надо было четко помнить, какая я что ему говорила. И что я знаю, а что — нет. И где я была. И когда мы виделись в последний раз, и что было на мне надето. И чтобы Наринель не терла виски и не прикусывала губу, как это обычно делала принцесса Астер. Все это было и забавно, и хлопотно. Ти и Шон хихикали, а Ар, кажется, ревновал.

Наша собственная сеть порталов неуклонно расширялась. В какой-то момент пришлось повесить на стену кабинета еще одну карту и втыкать флажки в города, где у нас были установлены порталы. Центральная часть Империи была уже хорошо закрыта. На северо-запад тянулась нить через Армор и Омту. На северо-востоке сиротливо маячили отметки близ монастыря Святой Цецилии и портал на берегу Северного моря. На юго-западе крайней точкой был Галарэн. А вот юго-восток был пока белым пятном.

Тиану и Шон прикинули, что при ежедневных перелетах им понадобится еще месяц, чтобы число опорных пунктов стало достаточным. И тогда любой точки Империи на крыльях дракона можно будет достичь за пару часов.

Властелин Небес Тер-Шэрранта сдержал слово. Полсотни драконов были готовы начать облет. Алсинейль обещал прислать магов в ближайшие два-три дня. До этого времени мы должны были определить каждой паре маршрут. Не забывая про те два десятка, что уже прочесывают имперские небеса. Честно говоря, у меня голова шла кругом. И вообще, если б не Шон, для которого вся эта прикладная комбинаторика была игрой, спятили б мы все. Ну, может, кроме Ардена…

* * *

Во вторник нам пришлось прогулять последнюю пару — некромантию, чтобы успеть на заседание Регентского Совета. Вчетвером, натащив под зады подушек, мы засели в потайных ходах за стеной зала, где собрались лощеные лорды, вершившие судьбы Империи. Честно говоря, я бы предпочла обниматься со скелетами лорда Пирода, чем смотреть на этих вельможных умертвий… но выбирать не приходилось.

Задачей было как следует покопаться в мозгах достойных Советников. Благо, магов среди них не было… вроде бы. Вот сегодня точно и узнаем. По совету Алсинейля мы надели наши диадемы с солнечными камнями. Нейли сказал, что надо их носить, и как можно чаще. Кристаллы постепенно подстраиваются под своих владельцев, действительно усиливая ментальную мощь и позволяя преодолевать чужие щиты. Во всяком случае, камни на эльфийской короне действовали именно так.

Очень скоро стало ясно, что пришли мы не зря. Совсем не зря.

Еще готовясь к Совету, мы резонно решили, что сканировать лордов лучше по отдельности, а потом сравнить результаты. Нам понадобилось десять минут, чтобы прийти к одинаковым выводам — интерес представляли двое: Жейфис тер Хейрз и Юлип тер Чепак.

Черноволосый, с физиономией, похожей на лезвие топора, и узкой щелью рта, лорд Хейрз занимался выдачей разрешений и лицензий на строительство. Без дозволения Советника в Ларране и округе нельзя было положить ни один кирпич. Ничего конкретно он не делал, только выдавал бумажки — сертификаты, разрешения, подтверждения, акты о вводе в эксплуатацию. Но реально это поднимало цену каждого нового здания примерно втрое. Эльфы, разобравшись, чем именно занимается достойный лорд, только ошалело головами замотали…

Еще тер Хейрз следил за состоянием дорог, почему-то предпочитая их ремонтировать в зимнее время. Честно говоря, после ознакомления с деятельностью Советника мне захотелось уронить ему на голову кирпич немедленно, замешан он в делах некроманта или нет.

Арден погладил меня по руке: «Через год… осталось недолго…»

Присмотрелась ко второму. Тоже оказалась прелесть несказанная…

Рыжеватый, с лицом доброго дядюшки и глазами-щелочками неопределенного цвета, лорд Юлип курировал всю торговлю лекарствами. Он владел обширной сетью аптек, и после недолгой отлежки на его оптовых складах цена на закупленные в провинции травы, отвары и микстуры поднималась вчетверо. Кроме того, Советник Чепак выдавал знахарям и повитухам лицензии, обновлять которые необходимо было ежегодно.

Было у лорда и собственное производство снадобий — притираний, кремов и настоек для роста волос, бархатистости кожи, помогающих избавиться от худобы или полноты, замедлить старение и так далее. В общем, как хихикнул Ти: «Торгует задорого несбыточными надеждами».

Когда я заглянула к этим господам в головы и постаралась навести на мысли о помощниках, началось нечто странное — воспоминания выглядели как хорошо погрызенный мышами сыр. В мозгах зияли лакуны, лица казались стертыми и размытыми — не разглядеть. Вдобавок оба лорда носили экранирующие амулеты, причем Шон уверенно сказал, что они одинаковые.

Арден пожал плечами — не прошла атака в лоб, так подъедем сбоку. Так оказалось даже интересней. Да, лиц интересующих нас персон мы не разглядели. Зато увидели, где именно Советники с ними встречались, — дома стояли на двух близкорасположенных тихих улицах недалеко от центра Ларрана. Хейрз и Чепак бегали к своим помощникам всякий раз, как при Дворе происходило что-нибудь новенькое или нужно было принять важное решение. Вот и сегодня после окончания Совета оба собирались на встречу — один сразу же, второй — вечером. Надо бы проследить…

А еще Ти озадачился вопросом — а где хранят лорды свои немалые, непосильным трудом заработанные сбережения? Оказалось — в банке. И этот банк нам уже знаком — владел им известный нам Ригнон.

Похоже, мы попали в яблочко!

И что нам теперь делать с этим червивеньким трофеем?

Впрочем, подумать время будет. Пока же мы слушали в восемь ушей, все больше и больше округляя глаза…

Сначала лорд Фирданн повел речь обо мне. Тиану успел предварительно мягко повлиять на его точку зрения, поэтому никаких идей насчет немедленного замужества не высказывалось.

Предложил дядя Гвидо следующее: «Принцессу, пока не перестанет думать об уходе в монастырь и голосить по утрам, трогать не будем. Как успокоится, но не позже начала лета, потребуем от нее ради блага и стабильности государства — ведь именно этого хотел бы ее обожаемый папочка? — выйти замуж. Родит наследника — свободна. Может отправляться в свою обитель. Еще и гвардейцев дадим — проводить, чтоб не заблудилась».

Эх, любит меня дядя!

Теперь уже я гладила по руке Ардена, по лицу которого ходили желваки, а кулаки сжимались.

Но это были цветочки, про ягодки хор имени Регентского Совета запел чуть погодя.

Сначала я услышала, как Юлип тер Чепак предложил на всякий случай скомпрометировать эльфов в глазах принцессы. Сделать это просто — достаточно оболгать белобрысых красавчиков. Пусть парочка якобы соблазненных и покинутых девиц, сидя вместе с принцессой за вышивками под надзором леди Фрейм, со слезами поведают об эльфийском коварстве. Про нежные взгляды и вздохи при луне, ласковые руки и горячие поцелуи… и про то, как им плохо теперь и как они раскаиваются.

Дядя сказал, что сам подберет и потренирует кандидаток. Чтоб раскаивались натурально.

Советники захихикали — при нынешней набожности принцесса станет шарахаться от эльфов, как от чумы!

Потом лорды Советники предложили стравить эльфов и драконов, чтобы убрать из Ларрана и тех и других. Стали мозговать — как? — ни до чего разумного не додумались.

Выход нашел Жейфис тер Хейрз, предложивший подкинуть Шаоррану в покои какую-нибудь важную государственную бяку, потом обнародовать ее пропажу, обыскать весь дворец и обнаружить в присутствии десятка свидетелей. Если же дракон докажет, что не виноват, то найти очевидцев того, как из его покоев крадучись выходили эльфы. И пусть остроухие с чешуйчатыми выясняют между собой отношения!

И мы были уже совсем не удивлены, когда все та же пара лордов с вывернутыми мозгами настояла на том, что впредь надо внимательно следить за любыми проявлениями магии во дворце. Пока, похоже, время от времени шутят эльфы, а принцесса ни при чем. Но при первых признаках появления ее собственной драконьей магии — выдать замуж. Если надо — силой!

Нет, с этой парой надо что-то делать…

* * *

Вечером, когда мы расчесывали друг другу волосы, а забравшийся с ногами в кресло Шон разбирал каракули очередного древнего манускрипта, Арден вдруг отложил гребень и спросил:

— А как вы смотрите на то, чтобы ограбить банк?

Глава 22

Преступления не тяготят современного человека. Они укрепляют его самосознание.

В. Швебель

Кажется, я достала Шаоррана своими издевательствами во время танцев. Иначе объяснить случившееся я не могу. Вскоре после того, как я заставила дракона споткнуться в очередной раз, он подхватил меня на руки, развернул почти горизонтально и, раскрутив, с силой подбросил. Я полетела прочь, пытаясь сообразить, как буду приземляться. Получалось, что на попу, с подолом на голове. На виду у всего Двора!

Ах ты ж, поганец чешуйчатый! И магию использовать нельзя… Перевернувшись в воздухе, как кошка — не зря меня все эти годы Ти швырял на самообороне, — я исхитрилась изящно упасть в полупоклон. Оглянулась — в локте от меня застыл Шаорран с вытаращенными глазами и протянутыми руками. Похоже, принц так мило пошутил. И собирался использовать драконью скорость и реакцию, чтобы, подбросив, тут же поймать снова. А я извернулась сама — вот незадача!

Я прыснула. Потом подняла бровь и протянула руку:

— Продолжим танец, лорд?

Шао затряс головой, а потом засмеялся тоже:

— Да-а, полна сюрпризов…

— А ты чего ожидал? — полюбопытствовала я.

— Ну, я хотел поймать тебя на руки, — неохотно ответил кронпринц, кружась со мной по залу.

— А зачем? — удивилась я.

— Ну, может, ты бы сказала мне спасибо. Или, еще лучше, захотела подышать воздухом на балконе, а я бы вышел тебя проводить…

Безумная какая-то логика. Или он решил за мной поухаживать, потому что не видит с моей стороны интереса?

— Шао, зачем?! За тобой бегает толпа девушек, зачем тебе еще одна головная боль? Престол тебе не нужен — у тебя свой впереди маячит, а от меня сейчас одни неприятности…

— Ну, те — это все не то…

Точно, мужская логика плюс охотничий инстинкт. Чем плод запретнее, тем желаннее. Может, начать на него коровьими глазами смотреть и ресницами хлопать? Тогда его эго успокоится и можно будет нормально общаться? Или не надо? Вдруг там эго таких размеров, что одних ресниц мало будет?

— Знаешь, ты бы лучше подумал вместе с нами, что делать с Советниками — шпионами некроманта при Дворе.

— Интересно… Упоминая эльфов, ты часто говоришь «мы»… — в золотистых глазах блеснула искра любопытства.

— Конечно, — открыто улыбнулась я. — Они — моя семья. И я их обоих очень люблю. Если бы не они, я бы с тобой сейчас вообще не разговаривала.

Абсолютно честно. Но спорю на хвост Нары, Шао поймет сказанное совершенно не так, как надо. И что у него в голове? Я ему про некроманта, а он мне про эльфов!

— Почему не разговаривала? А что бы ты делала?

— Ничего. Была бы мертва, — снова широко улыбнулась я. — И предупреждай, когда соберешься еще меня подбрасывать. Кстати, учти, дядя на нас смотрит.

Опешивший дракон замолк. Похоже, мир, в котором он рос и жил, был дружелюбнее и безопаснее моего.

— Скажи, ты ведь растишь дракона?

— Ращу, — кивнула я.

Нара хихикнула. Правильно, ни к чему всем знать, что это наш второй дракон. Так сказать, коллективный плод…

— Когда он вырастет, я вернусь к этой теме, — сверкнул улыбкой Шао.

— Какой теме? Некроманту? Лучше б было сообразить сейчас, что делать с этими Советниками. Явно они не сами додумались до таких каверз. Кстати, интересно, а что тебе подбросят? Планы военных укреплений, большую королевскую печать или панталоны регентской фаворитки?

— Астер! — Шао икнул. А потом начал хихикать.

— Шао! Будь серьезнее! — я укоризненно посмотрела на дракона. — Кстати, у нас после бала спевка в часовне, не присоединишься? Мы собираемся планировать ограбление банка. У тебя случайно нет в этом опыта?

Шаорран сбился с ноги.

* * *

На самом деле мы второй день спорили, что делать с Советниками. После слежки выяснилась интереснейшая вещь — два разных адреса, где проживали башковитые помощники наших лордов, принадлежали одному большому дому, который выходил противоположными фасадами на две улицы.

На загадочного слугу двух господ, там обитавшего, посмотреть пока не удалось — защитных плетений вокруг было понаверчено столько, что даже Шон присвистнул. Тер Дэйл сказал, что берется это распутать, но, чтобы проникнуть внутрь, не поднимая шума, нужно возиться дня три как минимум. И нам надо было решить, что важнее — закончить построение имперской портальной сети или взглянуть на таинственного помощника.

Ар предположил, что этим помощником может даже оказаться сам некромант, скрывающийся под личиной. Резонно, если черный маг хочет получать информацию о делах во дворце из первых рук. Тогда вспугивать его сейчас нежелательно — пока не найдены и не обезврежены черные алтари, разозлив некроманта, мы можем спровоцировать гадость имперских масштабов.

А вот от одного из Советников мы решили избавиться, устроив несчастный случай. Только нужно было решить, от какого и как Наверное, от строителя. Он казался в одно и то же время и активнее, и противнее.

— Ну и что будем делать с лордом Хейрзом? — вопросил, обводя нас взглядом, Арден.

— Кирпич на голову уроним. Пусть хоть напоследок познакомится со строительством не на бумажках, — пожал плечами Тиану.

— А кто ронять будет? Можно, я? — захлопал добрыми карими глазами Шон.

— А как заманим на стройку?

— Подкинем ему слух, что кто-то перестраивает большой дом, не получив на то его согласия. Вот он и помчится проверять… — пожал плечами Ар.

— Последний вопрос: делаем это до или после ограбления банка?

Мы задумались. Слушавший, но не принимавший участия в беседе Шао с интересом смотрел на нас.

— Давайте после, — прикинул что-то Ар. — Есть соображения, как в банк попасть?

— Может быть, устроить подкоп? Вряд ли под землей есть защитные заклинания… — предложила я.

— Заклинания наложены на стены хранилища изнутри. Но, впрочем, наверняка их меньше, чем со стороны улицы. Да и нас под землей видно не будет.

— А что за банк-то? — спросил наконец Шаорран. — Если вам нужны деньги, только скажите. Это не проблема в любых количествах.

Мы вчетвером вытаращились на драконьего принца. Он что, решил, что мы поправляем материальное положение, грабя по ночам банки родной столицы?!

— Шао, — отсмеявшись, объяснила я, — этот банк принадлежит гильдии убийц. И, возможно, через подставных лиц тому черному типу в рясе, который удрал от нас в прошлый раз. Понимаешь? Мы хотим оставить их без денег!

— Понимаю, — дракон поправил крыло бронзовых волос, упавших на лицо. Я невольно вздохнула — хорош, как юный бог! Ар сощурил глаза. Ти придвинулся ко мне чуть ближе. Шон обвел нас взглядом, взъерошил привычным жестом волосы, а потом заржал:

— Криминальный квартет — три принца и принцесса…

Шутка Шона разрядила напряжение, и мы вернулись к обсуждению, как нам проникнуть в здание банка. Дом, укрепленный как крепость, стоял на отдельном участке. По крышам было не подобраться. Пролететь мешали заклинания, куполом окутывавшие строение сверху. Можно было б их немножко покурочить, но смысла не было — и с земли, и сверху банк был укрыт одинаково.

— Драконов, что ли, боятся? — задал риторический вопрос Шаорран.

— После того, как чуть не отправили на тот свет Властелина Небес с наследником? А то! — хихикнул Шон.

План, который мы выработали в конце концов, был навеян моими выходками во время игры в салочки. Правда, Шао мы об этом говорить не стали.

Закончилась встреча обещанной спевкой.

Я, вежливо попросив парней заткнуть уши, заголосила гимн во славу благочестивой девы.

Шао скосился на темное окно, за которым вставала луна, и завел гимн солнцу.

Кузены переглянулись и уныло затянули речитатив на эльфийском про стратификационные мероприятия при посеве семян лимиры под зиму.

За окном привычно завыли собаки.

* * *

Банк закрывался в семь вечера. За час до конца рабочего дня в дверь постучалась пара солидных гномов. Старший предъявил кожаный мешок в полтора гномьих кулака размером с крупными, неотшлифованными драгоценными камнями и сказал, что они хотят на несколько дней взять денег под залог рубинов с изумрудами. Камни они, конечно, потом выкупят, ведь это добыча их с племянником за целый год.

Гномов, точнее, замаскированных под них Ардена с Тиану, пропустили внутрь. Ти затоптался в открытых дверях, крутя бородатой башкой и давая возможность невидимым мне, Шону и Шао просочиться в помещение. Вообще-то становиться гномами эльфы не очень хотели… но именно они говорили на языке подгорного народа без акцента и досконально знали все обычаи, потому выбора не было. Ти шипел. Я предложила:

— Ну, Ти, если ты так не хочешь быть гномом, ладно…

Ти насторожил уши и с надеждой посмотрел на меня.

— …я готова замаскировать тебя под гномку! — закончила я.

Ти взвыл. Остальные заржали.

Пока Ар объяснялся на ломаном имперском, вставляя через два слова третьим нечто гномье «грр… крр… брр…» — я таких слов в словаре не встречала, но, похоже, старший клерк их уже раньше слышал, — мы втроем зависли, приклеившись к потолку. Там нам до закрытия и предстояло куковать.

Прежде чем выдать деньги под залог, клерк изрядно помотал гномам нервы, вытянув всю подноготную. Ар поведал, что попали они с племянником в Ларран в первый раз, хорошо отметили прибытие в имперскую столицу, а потом, сами не помнят как, оказались втянуты в игру в кости в том самом трактире, где отмечали… И ладно бы просто продулись… Но проигранное золото принадлежало общине. И вот теперь надо вернуть взятые деньги до того, как соплеменники заметят пропажу. Потому и пошли не в свой банк, а сюда, благо, заведение показалось солидным. Но через пару дней приедет брат, и тогда он, мастер Гуррмаш, выкупит залог назад.

Младший гном заохал, услышав от клерка про ставку десять процентов в день… старший тоже изменился в лице и сказал, что они должны подумать. Нервно теребя бороды, гномы поднялись… вот только направились к дверям уже не Ти с Аром, а фантомы. Друзья же воспарили к нам, наверх.

Висеть было скучно. Клерки ничего интересного не знали и совладельца банка никогда не видели. Спать под потолком не удавалось. Я ерзала. Ар, видя мои муки, стал мысленно, с подробными картинками, рассказывать про устройство кровеносной и лимфатической систем — это меня немного утешило. Краем сознания я слышала болтовню Шао и Ти — они перемывали кости какому-то незнакомому дракону. Шон бубнил под нос что-то про матрицу преобразований пространственно-временного континуума. Ему было хорошо.

Через час клерки засуетились, собираясь по домам. Не прошло и пяти минут, как входная дверь хлопнула за спиной последнего и послышался скрежет поворачивающегося в замке ключа. Я потерла руки, собираясь спланировать вниз.

— Бель, постой. Подождем для надежности минут двадцать — вдруг кто-то вернется?

Как всегда, разумный и опытный Ар оказался прав. Никто не возвратился. Зато один из письменных столов сам собой отъехал в строну, открыв люк, из которого полезли орки. Охрана! Причем ауры заэкранированы так, что если не знать, кого именно ищешь, уже в тридцати локтях не разглядеть. Если бы мы, как планировали вначале, полезли среди ночи с улицы, то прямо на эту компашку и напоролись бы.

— Упс. И что теперь? — поинтересовался Шао.

— Это ночная охрана. Значит, у них есть регламент, где кто дежурит. Смотрим, кто куда идет, и потом соображаем, как с ними поступить. Не спешим. Главное, чтобы никто не подал сигнала тревоги. — Ар был спокоен, как сытый удав.

— Может, сделаем, как в поместье тер Оран? — послала я мысль на закрытой волне.

— Хорошая идея! — ментально улыбнулся Ар.

Шестеро орков пошли в заднюю комнату. Похоже, там у них было место отдыха. Вторая шестерка обошла здание, заглядывая во все углы, отдергивая занавески, проверяя запоры окон и дверей. Потом охранники расселись на стульях клерков прямо под нами, достали фляги и начали что-то из них прихлебывать. Резко запахло спиртным. А они расслабились тут, однако…

— Пора? — с надеждой поинтересовалась я у Ара. Сколько же можно изображать распятую летучую мышь?

— Думаю, уже можно. Сначала ставим экранировку, отключающую амулеты. Потом отправляем орков в сон или накладываем заморозку.

По-прежнему невидимые, мы с Шоном и Ти соединили руки и начали плести заклинание. Я слышала, как Шао спросил Ара, чем это мы заняты, — наших безобразиев дракон видеть не мог, а драконья часть заклинания, оторванная от контекста, казалась абсолютной бессмыслицей.

— Это не для нас с тобой, — донесся ответ Ара. — Нужны все три вида магии.

— Я уже жалею, что я — чистокровный дракон…

Так-так, где-то я такое уже слышала…

Прошло полчаса, пока мы накрыли блокирующим человеческую магию куполом обе комнаты с орками. Я с облегчением вздохнула, когда Ти щелкнул пальцами, погрузив всех охранников в сон. Можно спускаться вниз.

Слетели.

— Астер, ты, пока висела под потолком, не сказала ни слова… — обратился ко мне Шао.

У него что, все знакомые девушки трещат как сойки, без перерыва? Тогда понятно, почему он запал на тихих Наринель и меня. Не выдержав, протянула нить драконьей магии и легонько постучала дракона по лбу: «Тук-тук!»

Шао заозирался. Ну вот, сейчас спросит: «Кто там?»

Надо же, не спросил. Просто уставился мне в глаза.

— Шао, я думала, ты сообразительнее, — кинула я ему мысль на общей волне.

Золотые глаза удивленно расширились, а потом прищурились. Ага, вспоминает, не наговорил ли чего лишнего в моем присутствии Ару и Ти…

— Брось, все нормально! Теперь будем болтать за столом! — засмеялась я.

— Полна сюрпризов… — покачал головой драконий кронпринц.

— Отцу пока не рассказывай, — попросила я.

Пока мы общались, Шон привычно снял, заэкранировал и спрятал все амулеты. Ти и Ар достали принесенные с собой мешки и стали собирать туда бумаги — мы решили, что заберем все: журналы с записями, векселя, расчеты, чеки, бланки… не оставим в банке ни одного клочка бумаги! Чтоб как кошка языком слизнула!

Покончив с бумагами, занялись материальными ценностями, коих в подвале обнаружилась гора. Да в дворцовой сокровищнице меньше! Слитки и кошели с золотом, сундуки с камнями, даже ларец с рудой голубого серебра. Похоже, мы нашли либо казну гильдии убийц, либо стратегическую заначку некроманта. Вот теперь и думай — как все это перетащить и куда?

— Куда? Либо в замок, либо в эльфийское Посольство, — пожал плечами Арден. — А как… Кстати, а куда ведет ход, через который в дом вошли орки?

Оказалось, начинался туннель в подвале сгоревшего дома на заброшенном пустыре. Охранные плетения там были, но совсем простенькие. Шон распускал их перед нашим обозом — назвать иначе процессию, за которой тащились тюки, мешки, сундуки и тела дюжины орков, я не могла — и воссоздавал за нашей спиной снова, воспроизводя почерк ставившего их мага. Банк остался стоять пустым, как выеденная устрица, — ни бумаг, ни денег, и исчезнувшая охрана в придачу!

Ой, что там будет завтра с утра!

Наверняка начнется беготня, замельтешат интересные личности, которых иначе бы мы и днем с огнем не откопали… Да и контролировать мысли, когда из-под носа увели самое дорогое, тоже не всякий горазд… так что Ти и Шон вызвались подежурить неподалеку, посмотреть на переполох. Интересно же!

— Куда теперь? — поинтересовался Шао, после того как мы превратили трупы орков в ночной туман и перетащили трофеи в эльфийское Посольство, которое оказалось ближе замка. Кстати, руду по подземному ходу хорошо бы отправить в кабинет отца.

— Ну-у, — задумалась я, — гимн солнцу мы сегодня ночью уже пели. А вот про деву-иву еще нет. Может, полетели в наш класс, отметим удачный налет на банк?

— Вообще, мне понравилось… выгонят из кронпринцев, пойду банки грабить! — заявил дракон.

— Угу, — согласилась я. — Можно выяснить, где хранит свои честно нажитые дядя Фирданн, и слетать туда. Мне тоже понравилось!

* * *

На следующее утро ни свет ни заря мне доставили подарок от драконьего принца — вазу из огненного опала со склонов Шангари. Я задумалась: к чему бы такое внимание? Вот чую, что не к добру.

Это самое «недобро» началось с объяснения с Арденом в парке в перерыве между парами.

— Бель, скажи, тебе очень нравится Шаорран?

— Аа-а? Шао? Ну да, он очень красивый, веселый, умный, с хорошим характером…

Арден помрачнел, как грозовая туча. А до меня дошло, что я несу, — ведь у нас с Аром все начиналось именно так: прекрасный кронпринц стал помогать заинтересовавшей его маленькой принцессе. И сам не заметил, как влюбился по уши…

— Ар! Это совсем не то! К тебе я с самого начала была неравнодушна — стоило тебе коснуться моей руки, и у меня по спине шла теплая волна, а колени подгибались. Меня к тебе изначально тянуло, как иголку к магниту… — я замялась. Все-таки признаваться в таком было неудобно. — А с Шао мне просто весело, и ничего больше. Он точно не для меня! Да и я не для него — вспомни, сколько девиц вокруг него крутится!

— Ты следишь за его подругами? — голос казался спокойным и холодным. Казался.

— Прекрати меня ревновать! Как ты можешь? — я не стала скрывать того, как мне плохо от его подозрений.

— Я не нарочно… но мне так больно смотреть на тебя рядом с ним…

— Ар! Я уже нашла свою судьбу и менять ее не хочу и не стану. Вы с Ти отдали за меня жизни, а Шао — ведь он встретил меня раньше вас — сделал ровно то, о чем его попросили, и упорхнул прочь. Возможно, теперь он жалеет. А может быть, и нет. Он отличный парень, но со мной свой шанс он упустил безвозвратно.

— Ты уверена?

Нет, слова на него не действуют. Попробую по-другому. Сделав шаг к Ару, обвила его руками за шею. Расстегнула пару верхних пуговиц, положила ладонь туда, где сходились ключицы. Пальцы второй руки утонули в густых волосах на затылке эльфа. Я потянулась к нему губами, всем существом… Ар внимательно посмотрел мне в глаза, улыбнулся и ответил. Через минуту я оказалась прижата к стволу дерева и уже не стояла, а висела, обняв Ардена ногами за талию — как все же хорошо, что тут не носят юбок! Мы целовались взасос, руки жениха поддерживали меня под бедра, он вжимался в меня, как будто хотел стать со мной единым целым… Почему у его губ вкус лартайи, ведь мы ее не ели?

«Я захотел, чтобы так было. Для тебя», — пришла мысль-улыбка.

Где-то внутри раздался предостерегающий двойной рык… драконы беспокоились.

— Не волнуйся, я себя держу. А для тебя нужно больше, чем поцелуй и объятия…

— Ты мне расскажешь? — заинтересовалась я. Разорвав поцелуй, стала кончиком языка пробовать губы Ара — да, дурманящий вкус спелой лартайи… Снова тесно прильнув, продолжила поцелуй, чувствуя, как уплываю туда, где нет ни времени, ни пространства, а есть только руки и губы любимого. Если он говорит, что все под контролем, значит, можно.

— Бель! Потом расскажу и покажу… но не сейчас. Сейчас остановимся. Вот только еще немного так постоим, хорошая моя, сладкая, любимая… — Рука скользнула под мою тунику и поползла куда-то в бриджи.

— Я вам не помешал? — послышался сверху голос Шаоррана.

— Рррр! — отпрянув друг от друга, синхронно отозвались мы с Аром. Где этот бронзовый чешуйчатый гад? Неужели опять сожрет наш обед, а потом пригласит на вечеринку?

— Вот не думал, что эльфы такие страстные! — засмеялся Шао, сидящий на верхней ветке дерева, под которым мы устроились. — Ребята, извините, что испортил удовольствие… но мне показалось, что вы увлеклись. А ведь Наринель еще растить дракона. Ароэль, ты в курсе, у нас с этим строго.

— Спасибо за заботу, — иронично поднял бровь Арден. — Но я в состоянии себя контролировать и правила знаю.

— Ну, прошу прощения, — болтая ногой, легко пожал плечами Шао, — значит, мне показалось. Кстати, а что у вас сегодня на обед? Не поделитесь?

Интересно, что вечеринка так и не была упомянута. Похоже, на ночь Шао собрался вернуться в Ларран. Ой, чуть не назвала его «Шао»… тролль раздери все эти прятки!

— Кстати, ты в курсе, что за вазочку тебе подарил Шаорран? — поинтересовался Арден, когда дракон, прикончив нашу жареную кабанятину, вознесся в небеса.

— Нет, а что? Она какая-то особенная? Мне понравился цвет — похоже на чешую Нары. Такой же яркий и чистый.

— Трон Тер-Шэрранта сделан из огненного опала. А цены твоей вазы хватит на то, чтобы пару лет содержать крепость с гарнизоном на перевале в Гномьих горах. Так что это — не просто подарок.

— Но это не ритуальное предложение руки и сердца, которое я по незнанию приняла? — забеспокоилась я. — Может быть, ее надо вернуть?

— Нет, насколько я знаю, ничего такого, — усмехнулся, глядя на ужас в моих глазах, Арден.

* * *

После занятий мы поймали выбранного для нейтрализации честолюбивой Верисиэлль эрд Роон’нал эльфа. Пора было все же разобраться с упырицей, которая меньше чем за два месяца довела до родимчика мужской контингент Зеленой башни.

Симпатичный сероглазый Орисейль эрд Илл’адан был чем-то похож на Ардена — высокий, отлично сложенный, с косой светлых волос до талии. Что ж, тем легче будет его замаскировать. Мы поздоровались — парень, искренне улыбнувшись, ответил. После «Клевера» нас в Академии знали все.

Ар заговорил. Рассказал, что обращается по просьбе Повелителя, но поручение не совсем обычное… Через пять минут Ори был убежден, что от него потребуется героическое самопожертвование во имя Мириндиэля, и был готов голыми руками удушить каменного тролля во славу родной страны. Ну что ж, примерно это от него и потребуется.

Надо было видеть лицо пария, когда он узнал имя тролля…

Впрочем, ума и чувства юмора хватило, чтобы осознать как прелесть ситуации, так и открывающиеся перспективы по завоеванию вредной красавицы.

— Я честно скажу ей, что я — не принц. И буду повторять это снова и снова. Если же она будет продолжать гнуть свое… ну, я же предупредил? — белозубо усмехнулся Орисейль.

— Можно, дам совет? — улыбнулся в ответ Арден.

— Конечно! Всегда стоит выслушать совет по любовным делам от человека, который сам счастлив в личной жизни, — скосился Ори на прижавшуюся к боку Ардена меня.

— Тогда слушай. Не говори ей, что любишь. Как бы ни хотелось, молчи, пока она сама не скажет, что любит тебя. А если выдержишь, то не говори и потом. Верисиэлль из охотниц — она не станет играть с мертвой птичкой, ей интереснее гоняться за живой добычей. А если добыча к тому же может обернуться и зубами клацнуть, так это еще занимательнее. И, кстати, не подумай худого — мы точно знаем, что у нее не было с Повелителем ничего. Они даже ни разу не поцеловались.

Нам повезло — через пятнадцать минут должен был начаться факультатив по редким целебным травам, на который ходила Верисиэлль. Оставалось подкараулить ее и запустить пересекающимся маршрутом прикрытого мороком Ори.

Увидев вынырнувшую из бокового коридора высокую среброволосую фигуру, блондинка, как собака, сделала охотничью стойку. И, позабыв про факультатив, устремилась следом. Полчаса мы гоняли ее вверх-вниз по лестницам, потом устроили пару пробежек по коридорам. В какой то момент запыхавшаяся Верисиэлль чуть не сдалась, решив, что упустила добычу, но блондин снова призывно мелькнул впереди…

Увидев, что девица скинула туфли на каблуках и помчалась дальше босиком, мы решили, что хватит ее манежить. Ори свернул в пустую аудиторию и застыл там у окна. Уже в своем натуральном виде. Через две минуты в дверь, задыхаясь, ввалилась растерявшая весь гламур Верисиэлль с туфлями в руках. Ори, обернувшись, с удивлением уставился на девушку:

— Леди, что-то случилось? Вам нужна помощь?

— Случилось! Принц, я вас нашла!

— Но я не принц…

Ага, понеслось… Мы, переглянувшись, хихикнули и, взявшись за руки, пошли прочь. Дальше тут и без нас разберутся.

Глава 23

Вы говорите, что выбирать надо из двух зол?! Тоже мне — ассортимент!

В. Брудзиньский

Наша компания с блюдом пирожков и парой бутылок сидра засела в учебном классе. Шао собрал нас, чтобы сообщить новость — нашли еще один алтарь.

— Неужели в Драконьей Империи есть город под названием Кердык? — ошеломленно переспросила я.

— Есть. На крайнем юго-востоке. Почти у самых отрогов Гномьих гор. А неподалеку от него начинается южный перевал, ведущий в орочьи степи. После войны гномы отгрохали там крепость, назвали по-гномьи Монолитом — Харрштейнбак. Последнее слово гномьей фортификации — гранитные отвесные стены до небес, башни, плюющиеся огнем. Орки года три назад пытались напасть и ушли с огромными потерями, — выдал информацию знавший все и обо всем Арден.

Так зачем же на задворках Империи, в местечке с дурацким названием Кердык некромант установил алтарь? Не так легко найти жертвы там, где все население на виду и наперечет. Если только…

— А с тылу Харрш… как ее там… так же неприступна? — задала я вертевшийся на языке вопрос.

Парни уставились на меня. На лицах медленно проступало понимание.

— Ты думаешь о портале, да? Алтарь даст достаточно энергии, чтобы перебросить небольшую армию орков. И Монолит падет, открыв вторжению мягкое подбрюшье страны… — медленно роняя слова, произнес Ти.

Ох, не нравится мне эта метафора. Чувствуешь, что тебя реально могут съесть. Даже не съесть — живьем сожрать. Но та гипотеза, что пришла мне в голову, казалась разумной. И очень-очень несимпатичной.

Самое поганое, что в той части страны порталов у нас не было. А своим летом туда-сюда заняло бы дня три, не меньше.

— Астер, не волнуйся. Орки не воюют осенью или зимой. Это традиция. Вроде бы есть даже какие-то религиозные запреты — как раз в эту пору у них проходят свадьбы и праздники, связанные с поклонением духам предков. — Шао тоже решил блеснуть эрудицией.

Я вздохнула. Ага, поклонение духам. Сказал бы еще «духовная пища». Изящный эвфемизм для описания потрошения на алтарях себе подобных. Но хорошо, что время еще есть.

— Тогда пока найденный алтарь не трогаем. Стоял он там невесть сколько и еще недельку постоит. Ищем дальше. Как думаете, сколько их всего?

Теперь, когда над имперскими просторами реяли прикрытые невидимостью семь десятков драконов с магами на спинах, дело пошло несравненно быстрее. К моему дню рождения работа будет завершена. И это станет самым лучшим подарком.

— Я б сказал, от полудюжины до двух десятков, — прикинул Ар.

Моя собственная оценка была дюжина плюс-минус пять. Если бы их было больше, то маг не так быстро бы заметил исчезновение алтаря в Таргане. Если меньше — то непонятен выбор мест размещения.

— Значит, летаем дальше, — кивнул Шао. — Я «слышу» всех патрульных драконов, так что как появится что-то новенькое, сразу сообщу.

Арден улыбнулся. Я знала, что у него тоже есть связь со всеми эльфийскими магами.

Ой, кстати… я ж совсем забыла…

— Шао, я не поблагодарила тебя за чудесный подарок! Эта ваза — творение необыкновенной красоты, несущее радость. Спасибо!

— Рад, что тебе она пришлась по душе. Но вообще-то это не я, а моя мама. Она велела передать тебе «спасибо» за отца и сказать, что Шарид ей никогда не нравился.

Приятно… хотя чуть настораживает. Но на любезность принято отвечать любезностью.

— Шао, а расскажи мне про леди Аршиссу. Чем ее можно порадовать? Так, чтобы это было не формальностью из разряда «дорого и не мило», а чем-то на самом деле приятным, для души?

Дракон задумался. Потом поднял бровь.

— Вспомнил! Мама любит обыгрывать отца в шахматы. Пару веков назад они гостили в Ларране, и она как-то упомянула, что видела тут редкой прелести шахматный набор.

М-да… Что ж она такое видела, что два века помнит? Хотя постой-ка! Попадалось мне в сокровищнице что-то этакое. А ход туда я знаю…

— Шао! Можешь подождать минут пятнадцать? Я скоро вернусь.

Я управилась за десять. Действительно, доска с перламутровыми и черного дерева квадратами была красива. Так и хотелось погладить рукой. Но сами фигурки были просто ювелирным чудом — в половину ладони высотой, с проработанными мельчайшими деталями короли и королевы, драконы и русалки, единороги и гномы-пешки с топорами. Белые — из кости редкого северного нарвала, украшенные россыпью цветных драгоценных камней. А черные — из черненого голубого серебра с вкрапленными в них большими алмазами. Во лбах короля и королевы алмазы были радужными. Ну что ж, вазу мы однозначно переплюнули…

Шао онемел, когда я вручила ему из рук в руки подарок для леди Аршиссы с ритуальными пожеланиями процветания, счастья и благоденствия на драконьем языке.

Ар поднял бровь, затем кивнул, одобряя мой поступок.

Ну еще бы! Жизнь Властелина Небес всяко дороже подаренной вазы, за которую мы сейчас расплатились с лихвой. Так что Тер-Шэррант опять у меня в долгу. Хотя, если все пойдет хорошо, через несколько лет и десяток подарков мы уже и считать не будем, кто, что кому и сколько чего должен.

Когда Шао ушел, мы уселись тесным кружком: проговорить вслух все новости — так информация воспринималась лучше — и решить, что же делать дальше.

Во-первых, ограбление банка принесло намного больше, чем мы рассчитывали. Потеря капиталов так долбанула по гильдии, что расследовать происшествие явились лично высшие чины. Которых мы благодаря гению Шону теперь знали по именам и в лицо. Маг умудрился спрятать в потолочной балке, заменив им сучок дерева, один из записывающих кристаллов. Магический фон у штучки был нулевым, соответственно, ее не обнаружили, несмотря на то что здание обыскали несколько раз, пытаясь понять, как туда проникли посторонние и были ли эти посторонние вообще. Через день Шон телепортировал кристалл к себе, и мы просмотрели запись. Я была поражена — неужели вот этот сухонький старичок с венчиком седых волос надо лбом и есть глава убийц, наводящих страх на Империю?

Мы были на седьмом небе. А вот господину Ригнону не повезло — через день после ограбления его изуродованное тело с перерезанным горлом вытащили из реки.

А через пару дней не повезет еще одному лорду, на которого свалится кирпич.

Операцию по изничтожению гильдии решили провести в начале зимы — нужно было одновременно нанести удары по нескольким местам, и пока мы были не готовы. Вот когда будут порталы и освободятся драконы и маги, тогда будет пора!

Получалось, что сейчас Ти и Шону придется задержаться на пару дней в Ларране — пока все не успокоится, тут их таланты можно было использовать эффективнее всего. А вот потом им снова предстояло тянуть цепочки порталов к самым удаленным городам Империи. К каким именно — покажет облет. Номером первым значился Кердык.

Если получится снести все алтари и изничтожить гильдию убийц, мы вырвем у некроманта зубы. Хотя это ни на шаг не приближало к разгадке его личности. Но зато давало время… Ведь нам нужно было протянуть еще чуть больше года, а потом руки будут развязаны.

Иногда мне казалось, что я успею помереть от старости, пока стану совершеннолетней!

* * *

Шон ушел в кабинет лорда Сирила, заниматься. Как-то тер Дэйл, хлопая карими глазами и ероша волосы, пошутил, что, когда он не двигает науку вперед, то толкает ее вбок Вот верю! Таких мозговоротных финтов и вывертов, как у моего мага, я не видела больше ни у кого. Кстати, он задолжал мне прогулку по луне. А я ему — ночевку на сосне.

Ар сладко поцеловал меня в губы, вздохнул и отбыл в эльфийское Посольство, где накопились нерешенные дела — гильдии опять собачились с таможенниками.

Мы с Тиану остались вдвоем, и я была этому рада — мой серебряный единорог давно стал частью меня, моей половинкой, и мне начинало не хватать Ти, стоило тому отойти от меня на три шага. Сам Ти относился к вынужденным разлукам спокойнее. Он был свято и непоколебимо уверен в моей любви, а все остальное его мало волновало. И на Шао он не реагировал так, как Арден. Никакой ревности. Я понимала — вот если бы дракон стал мне докучать, приставать, портить настроение, как когда-то Шэрн, тогда Ти немедленно намылил бы ему шею. Но Шао был веселым, приятным парнем, и Тиану просто не видел повода для вмешательства.

Днем мы проводили вместе слишком мало времени — Ти выматывался до предела, летая вместе с Шоном от города к городу. Чтобы экономить силы, парни додумались уже до того, что становились драконами поочередно, возя один другого на загривке. А я пропадала в Академии, потом занималась, изображала дурочку перед дядей и три раза в неделю вынужденно посещала светские мероприятия. Кстати, придворные меня сторонились. Никто не пытался завести дружбу или предложить поддержку, что говорило о том, что игра успешна и мой статус в глазах окружающих держится на уровне ниже плинтуса.

Зато ночью Ти был безраздельно моим. Он снова стал спать без рубашки, и я забиралась ему под мышку, закидывала на грудь правую руку, а колено правой ноги на живот. Ар обнимал меня сзади за талию, прижимаясь к спине. Кстати, парни настолько привыкли к соседству друг друга, что случайные прикосновения перестали их беспокоить. Наверное, можно бы было сказать, что Ар относится к рукам и ногам Ти, как к своим собственным — а никто ведь не дергается, дотронувшись рукой до своего же колена.

Один раз дошло до того, что во сне я забралась Ти на грудь. Прилипший ко мне, как банный лист из известной поговорки, Арден пополз следом. В результате придавленному двойным грузом Ти привиделся кошмар, от которого он проснулся с воплем, а разбуженный Шон надавал нам всем по ушам, невзирая на титулы, статусы и регалии.

А сейчас… сейчас я могу уволочь Ти куда-нибудь, где нам никто не помешает, и побыть с ним вдвоем. И даже ясно куда! Подскочив как осой в попу укушенная, потянула жениха за руку.

— Бель, ты куда меня тащишь?

— В Галарэн… там нас никто не найдет!

Ти белозубо улыбнулся. Вместе мы нырнули в ближайший тайный ход, скатились по узкой винтовой лестнице на наш этаж и, кинув Шону ментальное сообщение, где нас искать, исчезли в портале.

— Бель, что ты творишь? — спросил Ти десять минут спустя.

Понятно что. Снимаю излишки одежды с себя и с него, а еще целую — я так соскучилась…

Тиану лежал на спине на кровати — до пояса раздет, волосы разметались вокруг, дышит часто, будто бежал. Мне ужасно хотелось усесться верхом ему на живот, но я знала, что так нельзя. Поэтому просто примостилась рядом и стала его гладить, позволяя ловить и целовать мои руки. В моих фантазиях была одна вещь, о которой я ужасно хотела его попросить… но не знала как.

— Бель, ну что ты сидишь и кусаешь губы, выкладывай, что у тебя на уме? — улыбнулся видящий меня насквозь жених.

— Ти, — замялась я, — а ты тяжелый?

— Что-о?!

— Тяжелый? Только не смейся, я хочу узнать насколько.

Сапфировые глаза ошеломленно уставились на меня.

— И как ты собираешься это выяснить? Притащить меня в Академию на занятия по свойствам физического мира и взвесить? Вроде бы у них там есть весы…

— Нет, — я почувствовала, как покраснели уши, потом краска перетекла на щеки. — Я хочу ощутить…

Уставившиеся на меня глаза округлились Похоже, я ляпнула что-то совсем не то.

— Понимаешь, — заторопилась я объяснить, — мне приятно думать о тебе и о том, что мы будем вместе, и я понимаю, что когда мы поженимся… — сбилась и замолкла. Потом резко вдохнула, выдохнула и выпалила: — Я хочу, чтобы ты на меня лег! Не так, как когда мы валяем дурака и когда ты опираешься на локти и колени, а целиком…

Взгляд Ти стал каким-то нехорошим.

— Просто лег и ничего больше, — убитым голосом закончила я.

— Бель, искушение мое… Вот в каких-то вещах ты уже совсем взрослая, даже мудрая, но иногда выдаешь такое, что я сразу вспоминаю, что ты еще совсем девчонка. Когда взлетит дракон Ара, будет все, и это тоже… но сейчас я даже не рискну думать о таком. Я и так схожу с ума и еле держусь, когда ты рядом. Разве что улягусь по стойке смирно, а ты погрузишь меня в стазис и затащишь на себя, чтобы удовлетворить любопытство.

— А можно? — загорелась я.

Ти горестно закатил глаза и застонал…

Все же издеваться над женихом я не стала. Вместо этого мы стали просто целоваться, мысленно передавая друг другу, как соскучились и насколько рады быть вместе, а потом пошли, держась за руки и переплетя пальцы, бродить по саду. Закончилась прогулка тем, что мы вышли на плац, превратились в драконов и, сидя рядом, долго смотрели на огни Галарэна.

И это тоже было здорово…

* * *

— Шон, меня тревожит, что я до сих пор не слышу зова отца… Я думала, это придет после озера.

— Не беспокойся, пока рано. Я почувствовал связь с моими примерно через полгода. Я, вообще-то, хотел тебе рассказать о другом. Мой резерв после того, как я нырнул, стал расти еще быстрее. И предела я пока не чувствую…

— Предела нет, — улыбнулась я. — Это сказала она.

— Она? — Шон задумался. Склонил по-птичьи голову набок. — Мне нравится эта мысль. Значит, пока мы будем сливаться каждый день и заниматься магией, можно расти и расти… Так я как раз хотел рассказать, что скоро наших сил будет достаточно, чтобы заглянуть в прошлое. Понимаешь? Так что думай, на что бы ты хотела посмотреть!

Что тут думать? Я хотела бы увидеть мою маму, леди Беренис. Мне было всего два года, когда она умерла, и я смутно помнила ласковый голос, нежный запах, то ощущение безопасности и любви, которое окутывало меня с ней рядом. Но когда пыталась вспомнить черты лица, все расплывалось, как в тумане. А портрет девушки в фате, висевший в бывшей комнате отца, был слишком гладким и парадным, как будто его рисовали с фарфоровой куклы, а не с живой женщины.

Шон задумался.

— Это вряд ли. Я посчитаю… но пятнадцать лет — это слишком давно, а зависимость не линейна. По моим прикидкам, десять — это пока предел. Прости, Бель…

Десять, десять… А что интересного происходило десять лет назад? Такого, на что стоило бы взглянуть? Был ли тогда еще жив мой отец, король Сирил? Или он уже ушел на ту, последнюю свою войну? Я бы хотела на него посмотреть… а если?

— Шон! Когда была та, последняя битва у Гномьих гор? После которой папа пропал? Ведь Арден знает, да? И он может показать точное место, где сражался сам и где был отец… может быть, мы сможем увидеть своими глазами, что там произошло?

Тер Дэйл, запустив обе руки в шевелюру, уставился на меня. Я — на него. Потом глаза мага съехались куда-то к кончику носа, он забормотал и стал как полоумный носиться по комнате… вот сейчас по стенам бегать начнет! Все, творческий процесс пошел! Если такое возможно в принципе, Шон додумается, как это сотворить!

* * *

В последний учебный день недели нас пригласил к себе Вэрис тер Раннкарр — декан Красной башни. Вот странно, соскучился, что ли? Вроде бы в последнее время ничем особенным мы не отличились. Ну, если не считать селедки на голове Шамли. С рыбной тонзурой девице пришлось проходить четыре дня, пока не удалось собрать вместе хихикающих магов из трех башен и ее не расколдовали. Причем три дня она гуляла в зимней шапке, злобно сверля меня из-под козырька глазами. Когда мне надоело натыкаться на косые взгляды, я показала рыжей нахалке на ладони маленький морок — Шамли с прицепленным к заду крокодильим хвостом. И внятно проговорила: «Еще раз на моего жениха посмотришь, сделаю так!» После этого девица отсела на задний ряд и начала демонстративно нас игнорировать.

Но вряд ли нас вызвали из-за такой мелочи?

К успеваемости тоже претензий быть не могло. Наоборот, половина преподавателей готова была поставить зачеты-автоматы, чтобы эти троллевы эльфы не маячили у них перед носом и не задавали дурацких умных вопросов, на которые фиг найдешь ответы.

Тогда зачем же?

Декан привстал, приветствуя нас, и сделал широкий жест в сторону кресел. Ага, значит, ругать не будут. Наоборот, от нас что-то нужно. А если еще и шоколадом угостит…

— Леди Неллао, не желаете чашку шоколада? Кажется, вы его любите?

— Благодарю, лорд Вэрис, с удовольствием, — улыбнулась я.

Так что у нас в лесу сдохло? Судя по виду декана, это был скунс…

Скунсов оказалась пара. Первая проблема, в решении которой нас попросили посодействовать, была связана с нашей знакомой Мирикой. Оказалось, живущая в общежитии девушка подверглась настоящей травле. Кто-то начал распускать злые слухи из разряда тех, что невозможно ни проверить, ни подтвердить. Самым корректным из того, что шипели девушке вслед, было: «Малолетняя шалава, место которой в канаве». Сама Мирика не жаловалась. И была слишком горда, чтобы обратиться за помощью. Раннкарр узнал обо всем случайно, став свидетелем одного из инцидентов, когда на идущую поздним вечером с работы Мирику опрокинули ведро с какой-то гадостью. Он был удивлен и самообладанием девушки, и тем, что ни она, ни платье не пострадали. Вроде бы все обошлось, но Раннкарр решил, что история зашла слишком далеко.

Сама девушка писать жалобу отказалась, то есть повода для вмешательства администрации не было. И тогда декан, вспомнив, что мы уже выручали Мирику, решил обратиться к нам.

— У вас есть успешный опыт неформального общения с неадекватными особами, — выдал округлую формулировку Вэрис, начертив двумя руками в воздухе рыбий силуэт. — Может, вы и тут сможете помочь.

— А почему вас так волнует Мирика? — поинтересовался Арден. — Всего лишь недолеток-первокурсница…

— Ну, у меня всего двести студентов, — улыбнулся лорд Вэрис. — Я всех знаю и за всеми приглядываю А эта девушка — молодец. Вцепилась зубами в свой шанс — днем учится, вечером работает в архиве. Я наводил справки — ею довольны.

Мы с Аром переглянулись и кивнули — разберемся, поможем.

— И еще, — продолжил Раннкарр, — у нас тут учатся студенты всех рас, и богатые, и бедные. И из влиятельных семей, и такие, как Мирика. И различия мы делаем только по трудолюбию и способностям. Но никаких иерархических игр в Академии не было и, пока я — декан Красной башни, не будет!

Мы снова кивнули.

А потом лорд Раннкарр спросил, не можем ли мы рассказать ему о том, что случилось на Драконьем перевале. Он предполагал, что у нас, как у членов семьи Лоо’аллен, есть свои источники информации. Глаза лорда Вэриса были грустными — он всего несколько дней назад узнал, что потерял там племянника.

«Ар, что будем делать? Он хороший человек и сильный маг, но сколько ему можно рассказать?»

«Ну… в заговоре Шарида он точно не был замешан. Так что давай-ка проверим его ментальные щиты и, если не продолбим, поговорим».

Декан опешил, когда два студента-эльфа первого года обучения уставились на него в упор. И начали, причем довольно успешно, ковырять ментальные щиты.

— Что вы делаете? — черноволосый лорд был скорее заинтересован, чем испуган.

— Проверяем, можем ли дать ответ на заданный вами вопрос, — ухмыльнулся Арден. — Пожалуй, можем. Хотя еще бы немного, и мы б ваши блоки продолбили…

Лорд Вэрис был потрясен. Помотал головой, улыбнулся:

— Если зачетки при вас, давайте сюда — поставлю «Методы усиления магии» по пятый курс включительно. И вы уверены, что вы — эльфы?

— Ну, с утра, как проснулись, вроде были еще эльфами… Вэрис, не забывайте, из какой мы семьи. У нас свои методы и свои возможности.

Декан кивнул, приняв это объяснение.

Арден заговорил. Поведал в нескольких словах о попытке заговора Шарида и о том, что идеей, позволявшей вербовать новых сторонников, стал национализм. Уже выяснилось, что убийство паломников Шарид планировал свалить на эльфов и после захвата трона на волне негодования драконов разорвать всякие отношения с Мириндиэлем.

И очень мягко рассказал о ловушке на перевале. Описывать алтарь не стал, но сказал, что затеял все сильный маг, практикующий некромантию. Его ищут, но это — строжайший секрет.

— Вэрис, в Красной башне тоже не все ладно. Теперь, узнав, кто на самом деле виноват в смерти драконят, сторонники отшатнулись от Шарида. Но все же присматривайте за лордом Гаррадом и его друзьями. Некоторые идеи подобны пожару на торфяном болоте — все кажется тихо, пока земля не провалится под ногами, открыв огненную бездну.

— Почему Гаррад? — поинтересовался декан.

— Он очень не хотел видеть нас, инородцев, на драконьем факультете. На вступительных экзаменах нас откровенно сыпали.

— Вас засыплешь! Но спасибо, что предупредили, послежу.

— Да, лорд Раннкарр, и вы понимаете, что информация, которой мы поделились, сугубо конфиденциальна? — Ар посмотрел декану прямо в глаза.

Тот кивнул, как будто чувствовал, что сейчас с ним говорит не студент-второкурсник, а Повелитель.

Мы допили шоколад, который не имел вкуса.

Вышли от декана, переглянулись.

— Ну что, посмотрим, что происходит у Мирики? Она в архиве с семи вечера, а сейчас только пять. Полетели? — потянула я Ардена за рукав.

Не успели подняться в воздух, как в нас чуть не врезался Шаорран.

— Привет! Куда летите, голубки?

— И тебе привет! — отозвался Ар. — Не поверишь, невеста тащит меня в женское общежитие!

— Да? — заинтересовался дракон. — А зачем? А с вами можно?

Мы переглянулись и кивнули.

Криминальный триумвират, построившись клином со мной во главе, полетел к женскому корпусу.

По пути мы поведали принцу историю Мирики и о просьбе декана. Шао покачал головой:

— Я слишком забегался последние недели, не уследил. Обычно я присматриваю за теми, кто учится в Красной башне…

Интересно. Совершенно новая сторона Шаоррана.

— Шао, прикройся невидимостью, а то скомпрометируем девушку… — перебила его я.

— Сейчас! Ага, уже… но как ты меня назвала? Шао?!

Вот я знала, знала, что рано или поздно проколюсь!

Да чтоб тебя за наблюдательность ядозуб в хвостатую попу укусил!

— Шао, — кивнула я. Отрицать бесполезно. Он не глухой, не пьян и, что хуже, об этом знает. — Ти и Арден называют тебя так в разговорах. И я тоже привыкла. Извини, Шаорран…

— Нет, ты можешь звать меня Шао. — Дракон казался довольным.

— Спасибо, — отозвалась я. Ох-х, лишь бы сегодня еще чего не ляпнуть, а то ведь сложит два и два и получит… принцессу Астер!

Мирика была в комнате одна. Она растерянно, уронив руки на колени, сидела на узкой койке, уставившись в пол. Такой грустной я еще ее не видела. К тому же она похудела еще больше, став из очень стройной просто прозрачной. На кистях рук просвечивали вены, платье, которое я сама подгоняла ей по фигуре, теперь было велико.

Услышав стук, она подпрыгнула. Ага, знаю я эти симптомы. Называется «нервы шалят».

— Мирика, это я, Наринель, за окном. Пустишь?

Это ее дом, и приказывать я не хотела. Тут она хозяйка, не я. Я слишком ценила неприкосновенность своего личного пространства, чтобы беспричинно вламываться в чужое.

Мирика кинулась к окну, распахнула створки. Я послала ей ментальную улыбку:

— Прилетела к тебе с друзьями. И с пирогами.

По пути мы дали маленький крюк, чтобы заскочить в столовую и разжиться провиантом, ведь из-за разговора с деканом наш обед сделал ручкой.

Приземлившись в центре комнаты, сбросили мороки.

— Ну, с моим женихом ты уже знакома, а это — лорд Шаорран с третьего курса. Нам одна птичка напела, что у тебя что-то случилось… Мирика, почему же ты меня не позвала?

Эх, зря я так ласково заговорила. Участливый голос сделал то, что не смогли неприятности и угрозы, — на черные глаза навернулись слезы. Так, быстро исправляемся…

— Только не принимай Шаоррана всерьез! Он красавец и сердцеед, и у него тысяча и одна девушка. А чтобы он отвязался, сделай вид, что влюбилась с первого взгляда — достаточно неотрывно на него смотреть и хлопать глазами вот так!

И, вытаращив на Шао глаза, я подняла ресницами ветер.

Ар засмеялся.

Шао был ошеломлен:

— Наринель, ты и в самом деле так обо мне думаешь?

Мирика захихикала. Потом тоже уставилась на Шаоррана и затрепетала ресницами.

— Отлично, молодец! — похвалила ее я. — Повторяем для закрепления вместе, а потом наши лорды разложат пироги по тарелке, если ее тут найдут, а мы посекретничаем в уголке.

Парни стали спорить, где искать чайник — в платяном шкафу или на книжной полке? А мы с Мирикой присели в углу. Разговор предстоял серьезный. Я начала расспросы, одновременно просматривая воспоминания девушки — ставить ментальные щиты та пока не умела.

Оказалось, Мирика, сама того не зная, перешла дорогу местной королеве — дочери богатого купца, девице с третьего курса человеческого факультета по имени Олсея. Вроде бы ничего себе девушка, темноволосая, невысокая, с неплохой фигурой и на лицо не страшная, но был у нее пунктик — всегда и везде быть главной. А если вдруг кто-то не давал собой командовать, Олсея надувалась, как мышь на крупу, потом начинала причитать, что ее обидели, и строить планы страшной мести.

Началось все с подножки в коридоре. По замыслу, в результате милой шутки Мирика должна была смешно упасть, а она почему-то устояла на ногах, а на попу села сама Олсея. И тут же завопила: «Эта дрянь меня ударила!» И понеслось…

Даже те, кто Олсею не поддерживал, старались с ней не связываться. Ибо чревато. И очень скоро Мирика осталась одна. Если б не драконьи щиты, ей пришлось бы совсем плохо. Но и с ними приходилось нелегко — были попытки помочь ей навернуться с лестницы, опрокинуть на нее кастрюлю с кипятком, попортить платья и учебники. И еще был изматывающий душу шепот за спиной…

Я отлично понимала, что пережила Мирика. Когда мне было одиннадцать, худенькую тихую принцессу невзлюбила одна из придворных дам. Началось все с подколок, выдаваемых за заботу: «Ах, принцесса Астер, вы, наверное, плохо спали? У вас сегодня такой землистый цвет лица…» Или: «Принцесса, как вы повязали этот шарфик? Бант совершенно кривой! Давайте я его перевяжу… Какой интересный рисунок, я посмотрю получше… Ах! Простите, он упал в камин — я такая неловкая!» И под смешки придворных я смотрю, пытаясь сдержать слезы на глазах, как последняя память о маме — ее шелковый шарф — обугливается на горящих в камине дровах. Потом были щипки, тычки в темных переходах… но ничто не причинило такой боли, как вид кусочка шелка, тлеющего на углях.

Наверное, просто существуют люди, которые не могут чувствовать себя счастливыми, не топча тех, кто рядом. Вот только почему они считают это своим правом?

— И что будем делать? — поинтересовался Шао, откусывая полпирога.

Я задумалась. Миндальничать желания не было.

— А давайте эту Олсею с компанией сперва выставим на посмешище, а потом подставим?

Уплетавшая выпечку за обе щеки, как хомяк, готовящийся к трудной зимовке, Мирика уставилась на меня круглыми глазами. Я жизнерадостно улыбнулась.

План придумался на лету. Была суббота, значит, завтра выходной, а сегодня после занятий женская часть общежития отправляется в парные. Услышав это, я захлопала глазами: в Академии еще и баня есть? А что еще тут можно отыскать? Цирк и зверинец? Бедный Борден тер Барракш! Стать ректором Академии, чтобы курировать закупки мыла, — есть в этом некая вселенская несправедливость!

Компания Олсеи приходила на помывку обычно к восьми вечера. Девицы выгоняли из бани всех «не их круга» и до полуночи резвились в бассейне, не давая несчастным банщицам разойтись по домам. Ну, сегодня они у меня повеселятся, клацнула я зубами.

Шао, до того видевший Наринель везде, кроме разве что танцев на балах, скромной тенью своего жениха, с интересом смотрел, как я начала раздавать ценные указания.

Мирике надо было отпроситься с работы. Та вздохнула, но согласилась.

Шао с Аром я предложила собрать перед баней к девяти вечера побольше парней для просмотра очень интересного зрелища. Закончила инструктаж словами: «Как синие побегут — светите поярче! А Олсее — особое внимание!»

Ар, примерно сообразивший, что я задумала, отвернулся, сдерживая смех.

Сама я, оставив Мирику доедать пирожки — сколько ж надо просидеть голодной, чтобы столько умять? — вылетела в окно и помчалась к реке. Наверняка она там растет!

Я ее нашла. Тут можно б было накосить и стог, но мои аппетиты были скромнее. Связав кипу синь-травы магией, понеслась назад, к Мирике. И, схватив за руку, поволокла к бане.

Вот так я и думала — у компании этих снобок все было свое, личное, эксклюзивное. Своя комната, а в ней свои простыни, полотенца и покрывала. Мирика ошарашенно смотрела, как я добавляю в ткань синь-траву, прикрывая ее мороком. Теперь, выйдя из парной, промокни пот таким полотенчиком — и две недели не отмоешься, сама проверяла!

— Что ты делаешь, Наринель?

— Фитотерапия, — важно заявила я. — Полезно если не для тела, то для характера! А вообще, чего ты стоишь? Давай, включай магическое зрение и смотри, как и что я делаю! Вот это с вензелем — Олсеино? Хочешь заняться им сама?

Раскрасневшаяся Мирика радостно кивнула.

Гм-м? Мы ничего не забыли? Ага, забыли — тапки! Стельки из синь-травы — последнее слово галарэнской моды!

Между тем время близилось к восьми. Схватив Мирику за руку, подняла нас обеих левитацией под потолок и набросила пологи невидимости и тишины.

«Надо молчать?» — послала мысль Мирика.

«Не обязательно, нас не слышно. Так что если хочешь хихикать, не стесняйся. Думаю, скоро тут будет весело. Только я сначала на них морок накину, чтоб они не заметили синие пятна слишком рано. А потом сниму. Поняла?»

Следующий час интересная девушка Олсея со специфическим стилем общения — она то сюсюкала, то дула щеки и начинала командовать — синела на моих глазах вместе с шестью подругами. Получалось замечательно! Я рассчитывала на относительно ровный голубой тон, а вышли яркие трупные пятна. Девы хихикали, в том числе вспоминая опрокинутое на Мирику ведро, что-то пили, лопали конфеты, без конца вытирали лица полотенцами и хорошели на глазах. Наконец я решила, что довольно.

Послышались громкие царапающие звуки и скрежет. Девицы заозирались, не понимая, откуда идет шум. Посреди комнаты вздыбился пол, треснула мраморная плитка, осколки посыпались куда-то в открывшуюся черную яму, из которой хлынули здоровенные красноглазые бурые крысы. Мирика, чтобы не завизжать, сунула в рот кулак.

«Это мороки! Но очень качественные — могут и взаправду покусать», — кинула я ей мысль.

Девицы, завизжав как резаные, вскочили и кинулись в разные стороны. Крысы погнались за ними. Пара крупных тварей клацала зубами у дверей, не давая выскочить вон. Беготня с дикими топотом и визгом продолжалась до тех пор, пока растрепанные фурии не растеряли все простыни и полотенца. Когда сторожившие двери крысюки присоединились к погоне, упырицы переглянулись и дружно рванули на выход. Причем так спешили, что чуть не вынесли двери. А потом, продолжая голосить «Крысы! Крысы!», повылетали на улицу. При пересечении дверного проема мороки, маскировавшие трупные пятна, таяли.

За окном вспыхнул яркий свет, а потом хор мужских голосов завопил: «Зомби! Зомби!»

Женский хор откликнулся: «Где? Где?»

«Вот! Вот!» — заорали парни.

Интересно, они так и будут все по два раза повторять?

Ошалевшие банщицы, пытаясь понять, что случилось с клиентками, выскочили на крыльцо. Мы выбрались туда же.

По кустам стоял треск и визг. Наверху парили десятки магических светлячков разных цветов и размеров, а между стволами деревьев мелькали сине-пятнистые голые девицы.

М-да, этот банный день Академия будет помнить долго…

Надо будет устроить такое, когда соберусь дядин Двор разгонять. А что? Никакого физического вреда и два воза заслуженного морального ущерба!

Когда мы вернулись с Мирикой в ее комнату, парни уже были там. Причем практичный Арден раздобыл где-то каравай хлеба, большой кусок мяса и наготовил для всех бутербродов.

Шаорран не делал ничего — он просто сидел, обхватив голову руками, и ржал.

— Так я не развлекался со времен молочной реки с кисельными берегами!

— Так это ты устроил? — с уважением посмотрела я на дракона.

— Заканчивайте веселиться, давайте подумаем, что делать дальше. — Голос Ара был серьезен.

— Так все уже придумано, — пожала плечами я. — Как только синь сойдет, а это будет дней через десять, скорее всего, пакости начнутся снова. И тогда вместо Мирики пойду я. Пусть они попробуют уронить с лестницы члена королевской семьи Мириндиэля! На том их учеба в Академии и закончится.

Мирика голодным клещом вцепилась в бутерброд. Ее глаза сияли.

Глава 24

Когда ставишь вопрос ребром, он обязательно выйдет тебе боком.

Половину выходного мы провели в долине озера Полумесяца. Загорали, дурачились, купались…

Мать Драконов хохотала, слушая о бегающих по парку синепопых фуриях — самые яркие пятна, как рассказал мне Арден, получились на тех местах, которыми замотанные в простыни девушки сидели. А потом произнесла неожиданную вещь:

— Некоторые недостойны волшебства. Но то, что можно дать, можно и отнять. Помни об этом!

С меня сразу слетело все веселье. Получается, что есть способ лишить магических способностей? Но ведь магия — это же врожденное?

— Да, врожденное. Но она связана с особым строением мозга. Как математические способности или абсолютный слух. А на мозг можно повлиять.

Выходит, и у меня можно отнять то, что я привыкла принимать естественно, как стук своего сердца или дыхание?

— У тебя? С твоими-то щитами? Это вряд ли. То, что я сказала, касается начинающих магов с силой ниже среднего уровня. Дальше проще убить, чем отнять магию.

Уф. И на том спасибо… а то я уж подумала, что в моей жизни появилась еще одна страшилка.

— Речь шла не о тебе… но решение должно быть твоим.

Я поняла, о ком она говорит.

— Я дала им шанс. Если они оставят Мирику в покое, ничего не случится…

— Ты понимаешь. Хорошо. Смотри, как это делается Знай, но не злоупотребляй. А сейчас не покажешь ли мне снова твою Элги?

* * *

Во дворце нас ждали возмущенные Эрис с Эмитом Оказалось, несчастный Эмит, которому, кроме изучения драконьего, гномьего и магии под присмотром Повелителя, еще и приходилось в образе принцессы Астер вышивать под наблюдением леди Фрейм, стал мишенью дядиной клеветнической атаки. Два часа он сидел, пытаясь тыкать иголкой в пяльцы, а не в пальцы, и слушал, как его же самого — то есть эльфа Эмита — обвиняли в совращении неизвестной ему девицы. Это б еще он пережил, но когда появилась та самая соблазненная и покинутая леди Финес, утирающая вышитым платочком луковые слезы на глазах, эльф был оскорблен до глубины души! Страдающая дева оказалась крашеной блондинкой с накладными буклями и бюстом размером с пару дынь сорта «галарэнская селянка». Чтоб он, Эмит, польстился на такое?

Ясно, хихикнула я, девицу дядя подбирал на свой вкус.

Арден похвалил Эмита за выдержку — тот расплылся в улыбке — и отпустил вместе с Эрисом в город, развеяться. Эльфы мотыльками упорхнули прочь. Я их понимала — мне достаточно было провести при Дворе пару часов, чтобы почувствовать острое желание придушить голыми руками стаю волкодлаков или завалить пинками каменного тролля. Никакой выдержки бы не хватило бесконечно общаться со стадом этих слащавых разряженных идиотов, озабоченных только своими личными делишками.

Кстати, а ведь девица Финес — это первая ласточка. А кто будет второй? И кого обвинят в обольщении? Я перевела лукавый взгляд с одного жениха на другого. Те, поймав мою мысль, сглотнули. Быть связанными даже клеветой с обитавшими тут особями женского пола им совершенно не улыбалось.

Так как я должна теперь поступить? Сделать вид, что поверила, и начать, поджав губы, коситься на эльфов? Пойти советоваться к дяде Фирданну, причитая и всхлипывая, что «узнала такое… узнала такое…», и что же мне теперь, бедняжке, делать? Наверняка дядюшка, который пакостит, но открытых конфликтов с древними расами боится, посоветует свою неприязнь не выказывать… А сам решит, что интрига удалась. Заодно можно будет уговорить его отправить несчастную раскаявшуюся леди Финес в монастырь Святой Цецилии, поправить душевное здоровье. Зимовка в холодном каменном мешке и спанье на трех досках надолго отобьют у этой особы вкус к клевете. Решено — так и поступлю!

Следившие за ходом моих мыслей парни кивнули.

Кстати, мы начали заключать пари — что именно попытаются подбросить в покои Шаоррану? Парни горой стояли за панталоны, я думала о компрометирующей переписке, а Шон отмахнулся: «Да подсунут флакон с приворотным зельем, скажут, что хотел обольстить принцессу, и попросят съехать из дворца без скандала».

Мы недооценили дядю. Шаоррану подбросили труп.

Вызов от Шао пришел, когда мы, уже полураздетые, собирались спать. И, похоже, дело было срочным. Две минуты потребовалось, чтобы парни натянули туники, а я нашла потерявшуюся на подкроватных просторах вторую туфлю. Еще через три минуты мы стучали в Дверь дракона. Вообще-то в его покои шел тайный ход, но светить его без очень острой необходимости я не хотела.

Конечно, дракон заигрался сам: ему было так любопытно, что за сюрприз подкинет дядя Фирданн, что он снял охранные плетения с дверей своих покоев. Вот и нарвался. Эх-х…

В полном замешательстве я уставилась на лежащую в кресле женскую фигурку с распущенными волосами. Голова была свернута под неестественным утлом.

— Вот, — развел руками Шаорран. — Я вернулся из посольства десять минут назад, открыл шкаф, а она оттуда выпала.

— Ты ее знаешь? — спросил Ти.

— В первый раз вижу, — пожал плечами дракон.

Я присмотрелась к пепельноволосой девушке — где-то она мне раньше попадалась на глаза. Одна из молоденьких новых фрейлин, что ли? Придворных я уже и не пыталась запоминать — круг дворцовой великосветской тусовки постоянно менялся, а для меня они все были статистами, которым я дам под зад коленом, как только стану совершеннолетней. Эту я помнила смутно — Илида или Илиса? — что-то вроде бы на «И». Ни хорошая, ни плохая — никакая. Что же с ней произошло?

Арден уже осматривал труп. Фрейлину задушили, причем горло сдавили с такой яростью, что не выдержали шейные позвонки. А еще оказалось, что она была на втором месяце беременности. Мы стояли мрачные, рассматривая тело.

— А это что? — потянул Тиану за длинную, уходившую за корсаж цепочку на шее девушки.

— Это мое! — Шао выхватил у эльфа из рук подвеску с бронзовым драконом. Я тут же вспомнила, что украшенный мелкими радужными алмазами символ себя Шао любил надевать поверх парадных костюмов на балы.

— Шао, это то, что убедит любого в вашей связи. А удушил ее ты, когда узнал о беременности. Так скажет дядя, и все поверят. Тебе предложат по-тихому замять скандал, убравшись из Ларрана. Понимаешь? Ты интересовался — в каком мире я выросла. Вот он — мой мир.

— Астер, жаль тебя прерывать, но я раскинул сеть и вижу, что этажом ниже собирается толпа. Думаю, не просто так. И при них собаки, — сообщил Арден.

Ясно. Дядя решил подстраховаться. Чтобы, если Шаорран успеет обнаружить труп и спрячет при помощи магии, собаки его нашли — ведь запах не скроешь! Точнее, поправилась я, это дядя думает, что не скроешь…

Ти ухмыльнулся.

— Собаки? А у нас тоже есть! Сейчас приволоку! — подмигнул мне, шагнул к окну и выпал наружу.

Стоявший тихо до того Шон занялся девицей — труп воспарил к потолку, и я увидела магическим зрением, как тер Дэйл отправил его в стазис, а сверху накинул полог невидимости. Вот и нет запаха, и теперь никаким собакам тело не сыскать.

Шаорран между тем рассматривал меня и Ардена. Я буквально слышала, как в его мозгу крутятся и вертятся колесики. Мы четверо появились одновременно, в одинаково неформальном виде. Вот если б я прибежала вдвоем с Аром или на пару с Ти, дракон бы решил, что у меня что-то есть с одним из эльфов. Но предположить, что мы спим в одной постели вчетвером, — нет, на такое фантазии принца не хватило. Тем более что он видел частичную трансформацию меня в Дракона и был уверен, что я еще девушка.

Наконец, Шаорран вздохнул и отступился. И уставился на меня, стоящую в комнатных туфлях, фланелевых бриджах чуть ниже колена и белой тонкой шелковой тунике с воротом хомут. Сейчас я не потрудилась маскироваться мороками, и были видны и веснушки на носу, и перепутанные завитки волос надо лбом… Ой, а куда это он так смотрит? Я почувствовала, что краснею — сейчас поздняя осень, я легко одета, и соски под туникой от холода съежились, собравшись в проступавшие через ткань горошины. Вот на них Шао и уставился. Гррр! Нашел время! Перекинула вперед часть распущенных волос, прикрыв грудь. Шаорран разочарованно вздохнул, поднял глаза и наткнулся на мой сердитый взгляд. И, ничуть не смутившись, заявил:

— Принцесса Астер, вы прекрасны!

Вот самое время — сюда толпа бежит, а Арден сейчас подерется с Шаорраном… Просто дядина мечта!

Влетевший в окно с волкодлаком на веревочке Ти спас положение.

— Кстати, внизу расположился патруль. Наверное, чтобы Шао трупами из окон не кидался, — небрежно сообщил Тиану. — Что с этим щеночком делаем?

Черный зверюга, вывалив язык, уставился мне в глаза. И не скажешь, что не живой! Как ни странно, именно меня он считал хозяйкой. Если, конечно, у волкодлаков есть хозяева…

Волкодлака поместили в дальний угол, тоже прикрыв невидимостью. Посмотрим, как подожмут хвосты дядины псы!

В дверь забарабанили.

Стоявший посреди комнаты Шао поднял глаза к потолку и посмотрел на висящих там нас. Помахав ему на прощание, мы накинули полог невидимости.

«Шао! Подержи минуты три паузу… Потом отопри и будь очень недовольным!» — посоветовала я.

«Это я могу… Гррр!»

Дальше начался настоящий цирк.

Шаорран открыл дверь, и его чуть не снесли ввалившиеся внутрь во главе с дядей придворные. Сзади ловчий тащил на сворке трех собак. Ищейки казались вялыми и совершенно никуда не рвались. Впрочем, стоило невидимому волкодлаку в углу обнажить зубы и издать низкий рык, как сон с собачек как рукой сняло. Они взвыли, поджав хвосты, и, натянув поводки, стали пятиться вон из комнаты.

— Ловчий, подойдите сюда! — скомандовал дядя.

Зря он это. Собаки были перепутаны до такой степени, что одна тут же присела и сделала лужу ровно на дядины туфли. Две другие путались в ногах псаря, пытаясь за ним спрятаться.

— Чему обязан? — сурово спросил Шаорран. В голосе принца звучал драконий рык.

— Эти собаки привели нас… — начал дядя.

— Эти? Привели? Да они никого никуда привести не могут! Я вижу, что их притащили, и одна уже сделала лужу у меня в комнате! Потрудитесь немедленно ее убрать!

Честное слово, голос Шао звучал так властно, что я думала, дядя сейчас опустится на четвереньки и лично начнет подтирать лужу носовым платочком. Увы, устоял… но не совсем. По воздуху разнесся характерный запах тухлых яиц. Вот теперь собаки точно бесполезны!

— Так чему я обязан столь поздним визитом? — сощурился Шао на дядю в упор.

— Девушка… потерялась… — Гвидо тер Фирданн с каплями пота на лбу уставился в золотые драконьи глаза.

— И что? При чем тут я?

— Ну, собаки…

— Собак мы уже обсудили. Итак, слушаю — излагайте быстро и внятно, я устал и собираюсь лечь спать. И еще — что делают все эти люди в моих покоях?

Дядя замахал руками на придворных, оттесняя их к двери.

А кстати, кто принял участие в охоте? Этих стоит запомнить в лицо. Вот этого рыжего дядиного клеврета с завитыми локонами до талии я уже видела — Эрий тер Турж, да? А вот и наш дражайший аптекарь Юлип тер Чепак. Зря он, зря это затеял — ссориться с драконами не полезно для здоровья… И еще десяток смутно знакомых лиц.

«Бель, я все записал на кристалл», — кинул мне мысль Шон. Ну, он гений!

— Так что девушка? — Шао сверлил лорда Регента взглядом.

— Ну, мы думаем, она пошла сюда… а вдруг она потеряла сознание и ей нужна помощь? — выкрутился дядя.

— С какой радости ваша девушка пошла бы ко мне? Кстати, кто она?

— Леди Илина была в вас влюблена, вот мы и подумали… — закатил глаза дядя. Похоже, на него нашло вдохновение.

— Что-о?! — зарычал Шаорран. — Чтоб я с вашими фрейлинами?..

На руке принца выросли здоровенные бронзовые когти, кожа покрылась чешуей, он схватил лорда Регента за ворот и встряхнул:

— Вы забыли, кто я? Давно дракона не видели?!

Ворот затрещал, дядя обмяк.

— Вот что! Если вы считаете, что где-то тут валяется девица без чувств, можете ее поискать. А потом — все ВОН!!! И если еще сунетесь в мои покои — испепелю!

Это надо же, лорд Фирданн у нас как опоссум — мастер прикидываться мертвой тушкой. Не успел Шао дать согласие на обыск, как дядя бодро встряхнулся и двинул прямо к шкафу, откуда полчаса назад выпала злополучная Илина. Открыл… и застыл соляным столпом.

Пара самых ретивых придворных заглянула в ванную и под кровать, и на этом обыск завершился. Дверь за уходящими Шаорран закрыл пинком, повторив, что отныне не полагается на дипломатическую неприкосновенность и защитит покои магией. А кто сунется — сам виноват будет.

* * *

Мы расселись по периметру Шаоррановой кровати. Размерами она, кстати, мало уступала моей. Я болтала ногой и чесала голову волкодлака, обдумывая происшедшее…

— Астер, кстати, откуда взялась эта черная зверюга? — в золотых глазах блеснул интерес.

— Да трофей, — отмахнулась я.

— Чей? — не унимался любопытный дракон.

Ну хочешь знать, ну на тебе! Надеюсь, сегодня до Шао дошло, что мы тут не в куклы играем.

— Мой!

— Это ты его где?

— В лесу! — Дурацкий вопрос — идиотский ответ.

— Магией?

— Мечом.

Вот тут у Шао отвисла челюсть. Он ошеломленно уставился на меня, очевидно пытаясь представить с мечом в руках. Эх, лорд, вам еще тренировать и тренировать воображение надо…

— Шао, сейчас не до глупостей! — прервала я его раздумья. — Что будем с трупом делать? Не оставлять же его висеть тут под потолком?

Шон, кстати, уже аккуратно снял стазис. Шао так и не понял, что именно мы сотворили, чтобы спрятать запах. Скорее всего решил, что провернули очередной выверт с трансмутацией.

— А кто и за что ее убил? — задала вопрос я. — Что лорд Регент в курсе, это наверняка. Но вряд ли он сам?

— Не сам. Я нашел убийцу, — вздохнул Тиану. — Он ее соблазнил, она забеременела. И потребовала, чтобы он женился. Но у него этого и в мыслях не было. Она решила надавить, заявила, что всем расскажет, пойдет в Храм… а он разозлился и свернул ей шею. А поскольку тут такое не в первый раз, пошел каяться к лорду Фирданну. Тот и решил воспользоваться случаем. Смотри сама, если бы выгорело, то вышло, что Шао соблазняет невинных девушек, да еще сам же потом их и душит. Уверен, что за вышиванием тебе преподнесли бы эту историю в лучшем виде!

Шао поежился.

Я вздохнула.

— И кто же это был?

— Некто Эрий тер Турж, рыжий такой. Заметила его?

— Да. Один из подручных дяди, — кивнула я. — Мы как-то сталкивались.

Задумалась… и загорелась:

— А если труп подложить ему в кровать? И сделать тяжелым, чтоб он его сдвинуть сам не мог?

— Ну, ты — зверь! — захихикал Шон.

Я обернулась к парням, пригнулась к волкодлаку, щелкнула пальцами, подавая команду, и мы вместе сказали: «Рррррр!!!!»

Эльфы и Шон захохотали, у Шао округлились глаза — он к моим шуточкам еще не привык.

Вспомнив, что завтра с утра пораньше мне предстоит петь на радость людям, я засобиралась к себе. Шон пошел меня проводить. Эльфы остались с драконом. Я уже спала, когда они вернулись.

Наутро, когда я привычно дала петуха в конце второй строфы хвалебного гимна, к моему голосу присоединился еще один — мужчина орал фальцетом, как резаный. Это Эрий тер Турж проснулся и обнаружил, что провел всю ночь в объятиях убитой возлюбленной.

Вот теперь преступление точно не удастся сохранить в тайне! Тем более что эльфы и Шаорран примчались к комнате Туржа раньше, чем прибыл дядя.

Больше я рыжего при Дворе не видела.

Глава 25

Счастье — это не станция, на которую вы прибываете, это манера путешествовать.

Дни летели за днями. Мы учились как проклятые — зачетная сессия была уже не за горами, неизбежная, как приход зимы. Драконы отыскали еще пару алтарей: один на северо-западе и другой — на юге от Ларрана. Ти и Шон тянули в разные стороны цепочки порталов — все найденные алтари мы хотели разрушить в течение суток, чтобы не дать времени некроманту устроить прощальную гадость.

Я сходила к дяде пожаловаться на коварство бессердечных эльфов, которые так дурно поступили с леди Финес. Невидимый Ти за моей спиной внушал лорду Фирданну спокойствие и удовлетворение, мол, теперь благочестивая племянница и близко к остроухим не подойдет. А потом помог мне убедить лорда Регента отправить несчастную Финес на зимовку в монастырь Святой Цецилии, чтобы девица замолила грехи и обрела мир в своей душе. Дядя, для которого актуальнее было, чтобы Финес случайно не сболтнула, что у нее была связь с ним, а не с Эмитом, решил, что это отличный выход, и кивнул. На следующий день рыдающую блондинку запихнули в карету и отправили с глаз долой. Эрис и Эмит сияли — лучшей мести за клевету, чем зимовка без жаровни в келье монастыря, они и представить не могли!

Мирика пока жила спокойно, слухи утихли сами собой, когда нашлась новая тема для обсуждения в кулуарах — ночной забег по парку команды синепопых. Вообще, спорт во всех разновидностях в Академии уважали.

У Ланы тоже все было в порядке — она уже оправилась от родов, а малыш набирал вес и довольно гукал, лежа в колыбели.

Я же уставала, как ломовая лошадь. Ти продолжал настаивать на необходимости ежедневных тренировок на мечах, но в дневное расписание они никак не впихивались, и теперь мы поднимались затемно, в пять утра, прыгали в Галарэн и там час скакали по плацу. Потом возвращались, и я услаждала слух дворцового бомонда пением в комнате у окна или в часовне. Затем, если успевала, выходила к завтраку, где, опустив глаза долу, клевала с тарелки три травинки. Оттуда отправлялась в комнату и, запихивая за щеки на бегу кусок мяса, прыгала с Аром в Галарэн. Там мы переодевались и мчались в Академию. С занятий приходили после шести вечера. Ели, плавали в теплом бассейне — последнее восстанавливало силы лучше всего. Снова переодевались и прыгали назад в Ларран — я должна была появиться на ужине и продемонстрировать живость и аппетит полудохлой птички, а Арден шел разбираться с текущими эльфийскими делами — обязанностей Повелителя с моего жениха никто не снимал. Второй жених сейчас помочь не мог, потому что метался по Империи вместе с Шоном и возвращался домой заполночь чуть живым. А по вечерам не реже пары раз в неделю приходилось присутствовать на балах. Я уже начинала думать, не отправлять ли отплясывать вместо себя морок. А самой в это время можно гномий учить… Но потом решила, что Шао обидится, и смирилась.

Когда же балов не было, мы носились по степи единорогами. Надо было и пробежаться, и обеспечить галарэнский дом провиантом.

Кроме того, еще были домашние задания, анатомия — мы подошли к нервной системе, и на ней я прочно застряла, медитации, зубрение основ телепортации и, наконец, ежедневные слияния.

Прокрутив все это в голове, я поняла, что ошиблась: среднестатистическая лошадь от такой нагрузки через пару недель отбросила бы копыта. А мне нравилось.

* * *

Шел большой перерыв между парами. Мы с Аром сидели рядом на нашей любимой скамейке в парке Академии и жевали бутерброды. Отсюда открывался чудесный вид на изгиб дорожки, ведущей к небольшому прудику с болотными ирисами, в которых гнездились дикие утки с необычным темно-зеленым опереньем. А прямо перед нами раскинулась клумба обожаемых мной игольчатых астр — белые, лимонно-желтые, розовые и сиреневые цветы покачивались на стеблях под легким ветерком в лучах неяркого солнца. Сюда, в Галарэн, осень приходила почти на два месяца позже. А в Ларране уже облетели листья и трава по утрам серебрилась от инея.

Мы только что пережили лабораторную по химии. Основным, что запомнилось из сегодняшнего урока, было то, что горячая колба на вид ничем не отличается от холодной. Желтоволосый лорд Кадарр преподавал свой предмет в своеобразной манере — правой рукой писал на доске цепочки реакций, левой смешивал очередную взрывающуюся, горючую или вонючую субстанцию и при этом, кося одним взглядом на доску, а другим на аудиторию, умудрялся одновременно молоть языком, рассказывая побасенки из тех времен, когда сам был студентом.

После того как однажды я неудачно подожгла смесь алюминиевых опилок с магнием и вышла с пары чумазая, как шахтер из забоя, я приняла за правило ничего не хватать руками. Вот есть драконья магия — ею и надо двигать колбы. Тем более что наш веселый семинарист обожал устраивать маленькие подставы — он искренне считал, что так учебный материал усвоится лучше всего. Однажды я так на него обиделась за выплеснутую на меня вонючую гадость, что втихую поменяла местами на кафедре две одинаковые с виду колбы, когда Кадарр отвернулся к доске.

Результат превзошел самые смелые ожидания. Не знаю, что за реакция то была, но когда Кадарр налил в подмененную колбу из мензурки нечто синее, оттуда с шипением повалила пена. И перла, и лезла, пока не покрыла всю кафедру и пол на три локтя вокруг. Взлетевший от неожиданности под потолок Кадарр целых пять минут хлопал глазами, пока не сообразил, что вылил реактив не в тот сосуд. И тут же, зависнув над лужей у доски, вывалил на нас очередную порцию формул. Я старательно запоминала — спонтанная гадость выглядела феерически и могла пригодиться в будущем.

Но сейчас мои мысли были заняты совсем не тем.

— Ар, я вот думаю… а как мы будем жить весной?

— Мм-м? Что ты имеешь в виду?

— Ну-у, Рассвет вылетит, и я смогу выйти за вас замуж. Но я же не смогу!

Арден удивленно уставился на меня:

— Почему? Я так представлял, что нас поженит отец в Мириндиэле. Супружество, заключенное в одном из государств союза, признается в двух других. Так что для Тер-Шэрранта и Империи этот брак будет абсолютно законен.

— Ар, я тер Калариан, будущая правительница Империи. Веками браки монархов заключались публично, при огромном скоплении народа, в центральном Храме или на Соборной площади в Ларране. Люди должны видеть, как их королева выходит замуж. И вдобавок, помнишь то постановление Регентского Совета? О том, что замужество принцессы должно быть одобрено, иначе оно будет считаться незаконным…

— Ну, можно будет потом, в следующем декабре, после коронации, повторить церемонию в Ларране. — Арден, кажется, не понимал, что меня беспокоит.

— Но если дядя узнает, что я уже замужем, а значит, он теряет власть, мы получим то, чего так пытались избежать, — волнения и, возможно, гражданскую войну. И еще… — я потупилась, — Лана оказалась в ожидании через два месяца, а с марта по декабрь целых девять…

Арден посмотрел на меня с нежностью. Я поймала его мысль, как он будет горд, рад и счастлив, когда я стану носить его ребенка. Мне и самой была приятна эта мысль. Его и Ти. Я попробовала это представить, прислушалась к ощущениям внутри… Потрясающе, наверное! Ар притянул меня к себе и, подняв на руки, стал укачивать. На время все мысли о законности, легитимности, разумности и прочей ерунде вылетели из моей головы. Я гладила пальцами лицо Ара, он смотрел на меня сияющими глазами и качал на руках. Потом улыбнулся:

— Бель, о детях не беспокойся. Они появятся, когда мы захотим, и не раньше.

— Как так? — Я была удивлена. Точнее, я слышала, что, в принципе, способы есть, но говорили о них шепотом и так, что становилось понятно, что это или неудобно, или неприятно.

— Ну, часть заклинаний семьи Лоо’аллен опасные, часть интересные, а часть просто делают жизнь проще. В принципе, эта магия у тебя уже есть. Ты не забеременеешь, пока сама не захочешь.

Здорово-то как! Вот только проблема в том, что от Ара я была готова прямо сейчас…

Арден, поймав мою мысль, довольно ухмыльнулся:

— Значит, как только, так сразу… Но не раньше декабря, поняла, хулиганка? А может быть, мы уговорим тебя еще немножко подождать…

— Привет, — раздалось сверху. — Опять обнимаетесь! Не надоело еще?

Шао налетал на наши обеды не реже трех раз в неделю. Не кормят его дома, что ли? Или скучно ему? Прятаться от дракона было бесполезно. Я десять раз давала себе обещание рассмотреть подробно, как мы с Аром выглядим в контрольной сети, и замаскироваться получше. Иного объяснения, как Шао нас находит, я не видела. Но выкроить достаточно времени, чтобы разобраться, все не удавалось, и дракон пикировал на нас снова и снова.

— Привет, Шао! Мы тебе бутерброд оставили. Возьми, в сумке лежит.

— А с чем? Так о чем вы говорили? Можно присоединиться к беседе? — Шао встряхнул бронзовым крылом волос и так обаятельно улыбнулся, что я невольно расцвела в ответ.

— Копченый окорок джейрана пойдет? А беседа для тебя большого смысла не имеет. Разве что у вас в роду были гидры пресноводные.

— Гидры? — удивленно захлопал глазами дракон.

— Ага! — безмятежно подтвердила я. — Они же почкованием размножаются! Была одна гидра — стало две! Мы говорили о наших будущих детях, а для тебя почкование подойдет — ты же пока в гордом одиночестве!

— Два Шаоррана? — переспросил меня Ар. — Ты уверена, что это хорошо?

— Наринель! Ты бы сначала дракона вырастила, — лукаво улыбнулся Шао. — А там многое переменится. Может быть, тебе понравится летать с кем-то крылом к крылу?

Ар обнажил клыки, и на улыбку это было совсем не похоже. Ох уж мне эти мужские игры!

— Может быть, — пожала я плечом, — вот буду с Тиану летать, он обещал меня взять с собой танцевать с западными ветрами… Расскажи, ты там был?

Лицо Шао стало серьезным и мечтательным. Он привычным жестом откинул волосы со лба и улыбнулся.

— Говорить бесполезно, там надо оказаться. Это простор и свобода без границ. Если ты мечтаешь о полете, то обязательно должна там побывать. Но словами этого не передать, понимаешь? Вот как можно описать ласку весеннего душистого ветра тому, кто никогда этого не чувствовал? Как рассказать про свежесть грозы над бушующими волнами и запах озона и соли в воздухе? Слов не для всего хватает… — Шао замолчал, а потом продолжил уже совсем другим тоном: — Если соберешься туда с Тиану, увидимся. Мы с ним соседи.

— Что значит соседи? — не поняла я.

— Океанский берег там на многие лиги изрезан небольшими бухтами. Этакие идеальные драконьи купальни. Песок, солнце, тепло, камни, чтобы на них греться и чесать чешую, коралловые рифы и рыба, которую можно ловить…

Я почувствовала, как, услышав о рыбе, внутри завозилась заинтересованная Нара, и мысленно на нее шикнула. Не хватало мне от Нариного энтузиазма на глазах у Шао чешуей покрыться!

— …ну, у меня есть своя бухта. Как бы территория, куда больше никто не лезет. А у Тиану соседняя. У него еще и пещера рядом есть, — чуть завистливо вздохнул Шао.

Оо-о! А жених-то у меня с приданым! Бухта и пещера в придачу! Интересно, туда поместятся четыре дракона? Или можно поставить там кровать вроде дворцовой, с балдахином. И спать на ней в человеческом обличье. Слушающий мои мысли по обустройству драконьего гнезда Ар сглотнул смешок и пихнул меня локтем, чтобы вернуть на землю.

— Но, вообще-то, до полета туда тебе нужно будет сделать еще одну вещь. Ты же слышала про Драконьи горы? — Шао посмотрел на меня.

Упс! Надо срочно менять тему! Врать драконьему принцу мне категорически не хотелось. А сказать, что я плавала в озере Полумесяца меньше недели назад на выходной, было невозможно.

— Ой, Шао! Я так далеко не загадываю! — отмахнулась я. — Лучше расскажи, что происходит в Ларране. Это может как-то затронуть Академию?

— Академию вряд ли… А что касается остального, так чем дальше смотрю, тем больше вы мне кажетесь похожими…

— Мы?!

— Ты и принцесса тер Калариан. Ей я это тоже говорил. Она ответила, что у вас могут быть общие предки и по эльфийской, и по драконьей линии.

Я хихикнула — ну да, общих предков у нас хватает! Можно сказать, все поголовно общие!

— Кстати, твои кузены-принцы от нее не отходят… — Шао замолк, выжидательно глядя на меня.

— Я слышала, что лорд Сирил спас на войне Тиану, а потом и Ардена, — улыбнулась я. Что такое долг крови, дракон понимает и такое объяснение должен принять. Тем более что это правда. Кусок правды.

И продолжила:

— Так чем мы похожи с принцессой? Расскажи. Интересно же.

Это спросить я была должна. Любая девушка, если ей сказать, что она похожа на кого-то, немедленно спросит: чем? А если не спросит, значит, сама знает. А мне знать было не положено.

— Осанкой, фигурой, некоторыми жестами. То, как вы двигаетесь и как танцуете… Манерой разговора. И тем, что вам обеим совершенно равнофигственно мое легендарное обаяние, — со смехом закончил дракон.

— Последнее говорит о том, что принцесса Астер — разумная, здравомыслящая девушка, — засмеялась я в ответ. — Что при твоем количестве поклонниц значит «минус две»?

— Количество не всегда означает качество, — вздохнул Шао и чуть грустно посмотрел на Ара, который, по-прежнему держа на коленях, обнял меня обеими руками, прижал к груди, положил на мою макушку подбородок и молча слушал наш разговор.

— Ой, Шао! Я спросить хотела. У нас через неделю зачет по атакующим видам магии — это что за зверь?

— Это нечто. Устраиваются спарринги между студентами. Первая пятерка в группе получает автоматы. Остальных гоняют по теории и на полигоне. Причем в Красной башне ты должна атаковать только драконьей магией, в Белой — человечьей, в Зеленой — эльфийской. А вот щиты можно носить любые. Несчастные случаи тут не в почете. Не сможешь поставить защиту сама — преподаватель поможет.

Вот тролль, молью погрызенный! Ведь большинство моих заклинаний гибридного свойства! Я настолько привыкла все переплетать и путать, что это казалось естественным. А сейчас надо было быстро придумать и отыскать десяток эффективных драконьих и человечьих заклинаний…

— Судя по выражению лица, ты не очень рада. Помочь вам подготовиться?

Мы кивнули. Все же Шао — отличный парень!

* * *

Вечером на балу уже в Ларране у меня произошел еще один забавный разговор с бронзововолосым драконом. Прямо скажем, выглядела я неважно, и было бы странно ждать комплиментов, но все же Шао придирался!

Во время танца мы вели ментальную беседу. Так получалось заметно живее, не сбивало дыхания и не привлекало нездорового внимания наблюдателей.

— Я ж тебя видел — ты красивая. Зачем ты делаешь себя страшнее, чем есть? — Шао обвел взглядом мое бледное лицо с кругами под глазами и бескровными губами, перевел взгляд на тонкую шейку и казавшуюся сейчас почти плоской грудь.

— Шао, а ты не хочешь выйти замуж за моего дядю Гвидо? — поинтересовалась я в ответ. — Вот представь, что он может к тебе подходить, лапать, обнимать, слюнявить, что по вечерам будет топтаться вокруг тебя и ты каждую ночь будешь слушать его храп… Представил? Нравится?

Лицо дракона перекосила гримаса такого отвращения, что я засмеялась.

— Понял? Вот моя задача — выглядеть так, чтобы ему мысли о поцелуях со мной были еще противнее, чем мне самой! Мне надо отпугивать его еще год. Если будет нужно, стану хромой и пойду по периметру прыщами! Оо-о! Кстати! Вспомнила! Я заметила, что дядя пауков не любит. Ты не подаришь мне брошку в виде паука? Такую, чтоб можно было на груди носить?

Шао ментально захохотал.

— Какого хочешь?

— Черного и мохнатого! Чуть поменьше ладони! Кстати, в житиях я видела притчу насчет пауков и паутины… так что выбор объяснить сумею.

— Вот не сомневаюсь! Ты все, что угодно, сумеешь объяснить! — хихикнул, раскручивая меня, Шао.

— Только не кидай! Я ужинала недавно! — взвизгнула я.

Шао, крутанув меня еще раз, чуть подбросил и прижал к себе. Почему-то сейчас мой вид недокормленной упырицы его не путал.

Забавно. Похоже, Шао умеренно заинтересовали и принцесса Астер, и Наринель эрд Неллао. Но пока он не сделал выбор, за кем из меня ухаживать. Вот когда сделает — начнутся проблемы. А самое веселое будет, когда он узнает, что Наринель и я — одно лицо. Впрочем, с его легким характером нетрудно будет превратить все в большую шутку, над которой можно долго еще смеяться за бокалом вина в дружеской компании. Надеюсь, что так.

* * *

Уже почти засыпая, лежа в гнезде из одеял между любимыми, я снова попыталась объяснить эльфам, почему мне не нравится идея тайной свадьбы в Мириндиэле. Кроме объективных факторов — того, что это все было бы незаконно после постановлений Регентского Совета и могло при огласке привести к нешуточным проблемам, существовал чисто мой личный, субъективный фактор.

— Ти, Ар, поймите! Каждая девушка мечтает о свадьбе с любимым. Наверное, это самый важный день в жизни. Не коронация какая-нибудь… а вот именно когда ты стоишь в белом платье у алтаря и с замирающим сердцем ждешь, скажет ли он «да»?

— Да! Да! — отозвались одновременно Тиану и Арден.

Я стукнула кулаком по животу того, кто был ближе.

— Вы не слушаете! Это очень важный день и главный праздник. А у меня сейчас чувство, как будто меня ограбили! Дядя испортил мне детство. Из-за него год назад я была вынуждена бежать из дома в поисках Силы. И теперь день моей свадьбы, МОЙ день, он снова собирается украсть! Из-за этого старого скунса мы даже и пожениться, как надо, не можем! Понимаете, девять месяцев спустя это будет спектакль, а не праздник!

— Ты так расстроена? — ткнулся в меня носом Ти. — Ну давай подумаем, что делать. Выход ведь всегда найдется.

— А если бы ты была уже совершеннолетней? — спросил Ар. — Или была бы признана совершеннолетней?

Я насторожила уши. Сама я такого не встречала ни в кодексах, ни в законах и уложениях… но ведь должны быть какие-то предохранительные механизмы на случай, если на троне останется почти взрослый правитель и он будет в этот момент лучшим выбором для страны? Должны? Если бы имперские законы писали дураки, она бы не существовала третье тысячелетие.

— У эльфов предусмотрен такой механизм престолонаследия. Если бы я был еще несовершеннолетним и мне пришлось бы занять трон, то меня бы заставили публично пройти ряд испытаний. И в случае успеха до срока признали бы взрослым.

— Я не встречала такого в наших книгах.

— Возможно, последний случай был века назад. Или же кто-то сознательно спрятал подальше все то, что могло навести тебя на ненужные мысли. Короче, я прямо сейчас переговорю с отцом. Если кто и знает, где искать, так это он.

Арден гибким движением поднялся с постели и плавно перетек в кресло. Достал амулет связи… Как всегда, быстро, умно, эффективно. И это сокровище со светлой во всех смыслах головой — мое!

* * *

На следующий день Шаорран принес мне паука. Глаза были сделаны из мелких рубинов, спина украшена россыпью черных гранатов. На этом красота кончалась. Брошь была даже страшнее, чем я надеялась. Из темного металла, казавшегося древним, с гравировкой, в мельчайших деталях воспроизводившей волоски, крючья на суставчатых лапах, страшные жвала. Последним, что меня добило, были как бы присохшие к челюстям кусочки яда янтарного цвета и бусина — капля яда на торчащем из брюха жале.

Чистый восторг! Обязательно надену это на ужин!

— Это не все, — улыбнулся Шао. — Как только ты приколешь его к платью, он начнет тебя охранять — будет шевелить лапами и может даже укусить, если кто-нибудь поднесет руку слишком близко.

Ага, вот мои женихи будут рады, что дракон на меня сторожевого паука посадил!

— Шао, спасибо! — Я сладко улыбнулась. — А какие еще на нем заклинания? Расскажешь или хочешь, чтобы я их сама расковыряла?

— Эх-х… Ну что за девушки пошли? — обратился дракон к потолку.

Я не удержалась и вместо ответа на этот риторический вопрос аккуратно уронила Шао за шиворот маленький кусочек штукатурки. Теперь он может спросить у меня, что за потолки в замках пошли.

— И? — подтолкнула я дракона.

— Ну, ты можешь меня позвать, если будет нужно. И я тоже могу тебя позвать.

Ладно, это не криминал, а средство связи. Но почему он мнется?

— А что это еще? Маяк? Подслушивающее устройство? Шао, я же все равно разберусь…

— Маяк. Вдруг с тобой что-то случится? — Дракон откинул волосы со лба и улыбнулся самой обаятельной из улыбок.

Позаботился, называется. Вернее уж, что я однажды забуду отколоть эту брошь, когда буду опаздывать в Академию. Эх-х! Подарили собаке новый ошейник.

— Со мной постоянно что-то случается, я уже привыкла. Но ведь вряд ли ты захочешь, чтобы я повесила следилку на тебя самого? — попыталась вежливо объяснить я свое недовольство.

— А ты бы хотела? — заинтересовался Шао.

— Угу. И все слышать… чтобы иметь возможность оценить успех твоего очередного свидания по десятибалльной шкале, — хихикнула я. — Только я не уверена, что такое стоит слушать девушкам до свадьбы.

Все-таки он смутился.

Но о чем мы говорим? Какое мне дело до личной жизни Шао? Пусть хоть табун девиц себе заведет. А маяк мне ни к чему… внимательно осмотрела магическим зрением паука, дернула за одну из ниточек заклинаний, оборвав ее… ага! И еще вот это лишнее! Вот теперь можно носить.

Шао разочарованно вздохнул.

Когда я вышла к ужину в сером платье с черным рисунком паутины на корсаже и пауком размером с блюдце на ней, дядя испуганно вытаращил глаза, передернулся и поспешно отвернулся.

Арахнид — лучший подарок!

Глава 26

Не могу пройти мимо безобразия. Так и хочется принять участие!

Я кружила по поляне, уворачиваясь от ударов ножа убийцы. Прищуренные глаза под низким татуированным лбом неотрывно следили за каждым моим движением. Орк, по габаритам превосходивший любого из нас втрое, вспарывал воздух резкими горизонтальными взмахами тесака, тесня меня в угол, к забору. А там деться будет уже некуда…

— Бель, перехвати нож по-другому! Посмотри, как он его держит, и возьми так же!

— Давай, уворачивайся! Он уже два лезвия о тебя сломал! Ножей на вас не напасешься! У нас тут не скобяная лавка!

— Починишь! Ты маг или где? — оскорбленно огрызнулась я на последнюю реплику Ти. Честно говоря, орк меня загонял — он пер как носорог, и остановить его было не легче. Тем более что наносить ему повреждения в мою задачу не входило. Я поднырнула кувырком под левую руку орка и тут же получила удар ножом в спину.

Шон щелкнул пальцами. Убивец замер на полушаге.

— Ты убита, — вздохнув, констатировал Ти.

Убита? Счастье-то какое! Значит, можно полежать спокойно? Откинулась на спину, закрыла глаза, а потом, не удержавшись, дернулась, изобразив последнюю судорогу предсмертной агонии. Это было ошибкой. Похоже, вышло слишком натурально. Обломки подобранного Ти ножа звякнули о камень, жених подскочил ко мне и приподнял, обняв за плечи:

— Бель? Бель! С тобой все в порядке?

Я открыла глаза и улыбнулась. Мы слишком любили друг друга, чтобы пугать по-настоящему.

— Ти, не получается. Он тяжелее меня вчетверо и быстрее. Я просто не успеваю ничего сделать.

— Значит, будешь тренироваться! Вес я тебе наращивать не предлагаю, — засмеялся блондин, — а вот над скоростью можно поработать. Ты думаешь, прежде чем начать двигаться. Делала бы все на автомате, была бы быстрее, чем он.

Я вздохнула. Буду стараться.

Началось все с того, что Шон в восемнадцатый раз напомнил нам, что в городском доме в подвале у нас лежит труп, который он приволок из Омты. И что он рвется его допросить, зомби маг еще не пытал, так что ему было интересно. Честно говоря, я разделяла его любопытство.

И посередь ночи — другого времени, само собой, не нашлось — мы двинули в наш городской дом, чтобы заняться некромантией. Заодно Шон устроил урок для нас троих. Увы, очень быстро стало понятно, почему раньше никто не допрашивал трупы, — потому что это совершенно бесполезно. Как говорится, дохлый номер. Орк даже имя свое припомнил с трудом.

Зато, как только увидел эльфов, прыгнул к ближайшему и попытался ударить ребром ладони по горлу. Выходило, что интеллект и память пропадают после смерти очень быстро, а вот чувства и моторные навыки еще на какое-то время остаются.

Практичный Арден тут же предложил это использовать для моего обучения. И началось…

Сначала эльфы дали показательный урок. Орку вложили в руку тесак, вывели на поляну и развернули носом к Ти. Эльфу пришлось отступать, но при этом он не дал нанести себе ни одного пореза или укола.

Арден тоже не подкачал, легко ускользая от ударов и снова и снова оказываясь у орка за спиной.

Шон сказал, что все это глупости и ему не интересно. И что если завтра Ти притащит из южных пустынь кочевника-зарифа с копьем или с северных островов викинга верхом на мамонте, то драться с ними он тоже не станет.

Потом пришла моя очередь. Я подозревала, что будет плохо, но и предположить не могла насколько. Всякие придорожные разбойники были настоящей шелупонью рядом с этой машиной для убийства. Если бы не драконья реакция, у меня вообще не было бы шансов. Но и так об меня сломали два — ой, уже три! — ножа, несколько раз изваляли в грязи, один раз попытались удушить и свернуть шею и еще один просто поставили на голову, сильно надавив сверху. Ти объяснил, что так орки ломают позвоночник врагу. Хотя по правилам меня надо было предварительно закатать в ковер, а потом уж тыкать темечком в землю.

— Значит, нужны упражнения на скорость и ловкость, И, похоже, спаррингов на мечах с нами недостаточно — мы слишком тебя бережем, — подытожил Арден. — Будешь бегать с ускорением на короткие дистанции, проходить полосы препятствий на время, заниматься акробатикой, качать мышцы спины и пресс. Гонять тебя будем по очереди. У драконов есть очень интересные тренировочные полосы с мешками с песком, раскачивающимися на веревках… Шон, сможешь соорудить такую для Бель?

Маг кивнул.

Вот только я не поняла, когда мне всем этим заниматься? Или теперь я буду учить физику, одновременно стоя на голове?

На следующий день, не успели мы вернуться с занятий, как пришел вызов от Эмита — во дворец явился Главный Настоятель ларранского Храма отец Арисий и заявил, что желает поговорить с принцессой Астер. Эмит выиграл немного времени, сказав, что ему необходимо помолиться и переодеться перед такой важной встречей.

Вообще-то я понимала, что рано или поздно, прослышав о религиозной одержимости вернувшейся из монастыря принцессы, Настоятель захочет лично на меня посмотреть. Это было неизбежно. Увы, я недостаточно его знала, чтобы заранее пытаться продумать ход беседы… Значит, буду импровизировать.

Надела строгое платье с закрытым воротом, оттеняющее зелень глаз. Из того самого любимого оливкового сукна, воз которого, как и обещал когда-то, подарил мне Арден. Волосы причесала гладко, заплела простую косу и, свернув, спрятала ее под сетку для волос. На грудь приколола драколилию. Задачей было создать строгий образ серьезной девушки, но так, чтобы за монашку не приняли.

Арден остался в том же костюме, в котором пришел из Галарэна. Как раз хорошо — этот наряд был темнее и строже обычной сияющей гаммы Повелителя. Ар собирался меня сопровождать под пологом невидимости, поддерживая постоянный ментальный контакт — опыт общения с чиновниками любых рангов у него был на три порядка больше моего.

Я решила провести встречу в уединенном гроте в Саду Королевы — там нас было невозможно подслушать или подсмотреть, что мы делаем. Тащить Настоятеля в спальню было бы дикостью по любым меркам, а светить наше убежище в учебном классе тоже не хотелось. Эрис, подхватив юбки, помчался за Настоятелем, чтобы отвести его к месту встречи, а я, поднимаясь по лестнице, прокручивала в голове все, что знала об этом человеке.

В детстве пожилой Настоятель с морщинками от смеха у глаз мне очень нравился. И отец относился к нему неплохо. Какие взаимоотношения у Арисия с лордом Фирданном, я точно не знала. Но никогда не видела, чтобы Настоятель публично поддерживал лорда Регента. Впрочем, он никогда его и не осуждал. Похоже, Арисий мудро держался на своей собственной стороне и стороне Храма. Для меня было бы идеально, если бы Настоятель был еще и на стороне своих прихожан.

Пока раздумывала, пришли. Я присела на скамью, а Арден отошел в дальний угол, прислонился, скрестив руки, к стене и исчез. Впрочем — включила магическое зрение: если знать, где эльф стоит, разглядеть можно.

— Бель, кончай пялиться в стену, Настоятель идет. А то решит, что ты ненормальная!

— Думаю, до него дошли такие слухи, что уже ничем не удивишь… так что могу встать хоть на голову. Или запеть…

— Петь не надо!

Я проглотила смешок.

— Добрый день, дитя мое. — Отец Арисий вступил под своды грота. Невысокий, чуть полноватый шатен, на вид лет сорока, с широким некрасивым, но симпатичным лицом с удивительно добрыми глазами.

— Приветствую вас, отец Настоятель, — поднявшись, сделала реверанс. Протянутую для облобызания руку проигнорировала. Я — дракон и целую руки лишь любимым, которые целуют руки мне.

Настоятель удивленно приподнял темную бровь. Я ответила прямым взглядом. Потом сделала приглашающий жест рукой в сторону скамейки и присела сама.

Пока разыгрывалась эта пантомима, успела влезть Арисию в голову. Как мы и предполагали, он был магом. Слабым, владеющим лишь начатками человеческого колдовства. И ментальный щит, который Настоятель носил, не был для меня преградой. Если встреча повернется не так, как задумано, придется просто стереть память о ней, подменив воспоминаниями о восторженной девочке-подростке, которую поразило похожее на героическую сказку жизнеописание святой.

Ну-с, приступим…

— Рада видеть вас, отец Арисий. Я давно ожидала этой встречи, — голос спокойный, уверенный. Уважение, но не фанатизм. Удерживаю его взгляд, не отводя глаз.

— Похоже, я нашел совсем не то, что ожидал. А как же святая Цецилия — неужели это только игра? — соображал Арисий быстро, этого не отнять.

— Я с уважением отношусь к заветам святой и ни в чем их сама не преступала, — серьезно произнесла я, глядя в глаза Арисия. Правильно, я же еще девица? Хотя и не потому, что озабочена сохранением невинности. — К тому же, — улыбнулась, — этому Двору не помешает доза благочестия.

— Похоже, принцесса, вы повзрослели… — Настоятель задумчиво покачал головой.

Отлично. Он назвал меня «принцессой» и обратился на «вы». Не «девочка», не «дитя», не просто «Астер». Принцесса. Начало уважению положено.

— Скажите, Настоятель, вы знали моего отца? — Вот теперь слушаю очень внимательно. От его ответа зависит многое.

— Мне не хватает лорда Сирила, — плечи Арисия поникли. — Он был замечательным королем, который заботился о своей стране. Мы понимали и уважали друг друга.

— Значит, защита Империи, безопасность и покой граждан для вас важны? — спросила я в лоб. — Как вы поступите, если лорд Фирданн предложит Храму богатый дар, но при этом пострадают люди?

Настоятель внимательно посмотрел на меня. Задумался. Было буквально видно, как в голове шевелятся извилины.

— Итак, принцесса, вы не экзальтированная фанатичка, не ребенок и последний вопрос был задан не просто так, да?

Я улыбнулась уголком рта и кивнула.

— Что ж, прямой вопрос — честный ответ. Я не стану ставить богатство Храма выше благополучия граждан, ибо нельзя строить добро, опираясь на зло. Что конкретно вы имели в виду, скажете?

— Я думаю, до следующего лета дядя обратится к вам с одной из двух просьб. Либо выдать меня за него замуж, либо признать недееспособной дурочкой, нуждающейся в пожизненной опеке.

— А почему я должен поддержать вас, а не лорда Регента? Откуда мне знать, что вы повзрослели настолько, что способны править? Я вижу характер, вижу амбиции — но этого мало для управления государством. Насколько мне известно, принцесса Астер, вас обучали вышиванию и танцам. А это не те навыки, которые помогут править Империей. Дурная власть лучше безвластия.

Да, мелькнула мысль, не обучали. И ты знал и не возражал. А ведь мог бы приходить к девочке, отца которой так уважал, и рассказывать ей о законах и обычаях, городах Империи и дальних странах, истории и военном деле. Как бы это помогло мне когда-то.

Ну что ж, сбросим маски. Мое лицо стало жестким.

— Потому что у вас нет выбора. Точнее, выбор есть — но не между мной и дядей Фирданном, а между мной и черным магом, который планирует при поддержке орков захватить Империю.

— О чем ты говоришь? — Настоятель удивленно уставился на меня.

Ну вот, опять «ты». Не поверил.

— Арисий, — начала я, — вы сами слабый маг, владеющий начатками человеческой магии…

— Откуда ты?..

— Вижу, — припечатала я. — Итак, продолжаю. Дослушайте до конца, а уж потом решайте, верить или звать дядю со смирительной рубашкой. Я рекомендую вам первое. — Прищурилась: — Итак, лорд Гвидо тер Фирданн ни разу не маг. А в стране, где у многих есть доля крови древних народов или другое волшебство, это фатальный недостаток. Нам стало известно, что в Империи готовится переворот. Мы сумеем его предотвратить в любом случае, вопрос только — с какими потерями среди мирного населения. И чтобы не проливать кровь тех, кого предки и закон обязывают меня защищать, я готова принять любую помощь. Как и потом, для организации плавного и бескровного перехода власти, когда мне исполнится восемнадцать, — продолжила я. — Сейчас я покажу вам то, что видела своими глазами. Постарайтесь сохранить спокойствие Смотрите!

У темной стены грота возникло видение. Я постаралась сделать иллюзию максимально достоверной, передавая непосредственно в мозг Настоятеля запах крови и смерти, волны мрака и ужаса, которые исходили от алтаря в подвале в Таргане. А потом показала висящих на потолке девочек, из перерезанных вен которых на алтарь медленно капала кровь.

Подержав пару минут, вздохнула и убрала видение. Настоятель застыл камнем. По его щеке скатилась слеза.

— Это же не может быть выдумкой? Это было?

— Да. На юго-западе. Этих девушек мы спасли, но до них было много других, которые не дожили до прихода помощи. И таких алтарей по Империи раскидано больше дюжины. Пока мы нашли шесть, уничтожили три.

— Но почему не все шесть?

— По двум причинам. Первая — мы не знаем, как черный маг планировал использовать накачанную в алтари силу. Мощи там достаточно для чего угодно — от землетрясения до переброски в центр Империи армии орков. Отсюда следует второй резон — жертвенники должны быть уничтожены одновременно, чтобы их хозяин не успел спохватиться и отреагировать. Хотя кое-что мы придумали. И сегодня ночью планируем снести один из алтарей — хотите взглянуть на все своими глазами? Иначе, не успеете вы спуститься по лестнице, начнете сомневаться — не душевнобольная ли принцесса Астер, рассказывавшая столь странные вещи?

Последнюю мысль я считала в мозгу настоятеля.

Тот, кажется, это понял.

— Пожалуй, что принцесса в здравом уме. А вот я перед ней сильно виноват, — криво улыбнулся Арисий. — Да, принцесса, а почему вы все время говорите «мы»?

— Сегодня ночью увидите, — ответила улыбкой я. — Будьте в полночь на крыше Храма. Там и встретимся. И еще кое-что. Скажу прямо — ваша ментальная защита никуда не годится. Если пожелаете, могу вас позже научить, как ставить и держать ментальные щиты. А пока вот — возьмите амулет. Можете посмотреть сами — на нем два заклинания: защита от чтения мыслей и возможность обратиться ко мне с большого расстояния.

Настоятель взял амулет и надел на шею. Встал. Поклонился.

— Я был счастлив познакомиться с дочерью короля Сирила. С настоящей принцессой Астер.

Я улыбнулась и протянула руку для поцелуя.

Сегодня ночью мы решили навестить алтарь к северо-западу от Ларрана, в городишке под названием Лерис. Небольшой, почти поселок, Лерис был центром огромного сельскохозяйственного района и стоял на торговом пути с севера на юг, проходящем по реке Лерее. От столицы туда была всего пара часов лета. Разгром мы снова собирались выдать за дело рук «Лиги некромантов». Пусть наш враг понервничает, поищет загадочных конкурентов. Одним алтарем станет меньше, а внимания мы не привлечем.

Настоятель нас ждал. Стоял на плоской крыше и всматривался во тьму. И чуть не гробанулся через парапет, когда наша компания возникла у него за спиной.

— Добрый вечер, отец Арисий, — обратилась я. — Решились лететь с нами?

— Решился. Это мой долг перед паствой. Да и интересно… засиделся я в Ларране.

Шон понимающе хмыкнул. А у меня мелькнула мысль, что вот свяжется с нами и еще будет мечтать о былом покое.

Я представила моих спутников и Настоятеля друг другу. Отца Арисия первым — его статус был ниже. Он это понял и с интересом уставился на стоящих по бокам от меня парней.

— Кронпринц Мириндиэля Арденариэль эрд Лоо’аллен. Кронпринц Тер-Шэрранта Шаорран Ал’Эроллд. Принц Мириндиэля Тинуириннель, сын брата Владыки эльфов, Третий Наследник Престола. Шон тер Дэйл, дракон. — Внутри группы представление должно было идти по убыванию статуса.

Парни коротко кланялись, когда я произносила их имена. У Настоятеля, который осознал, что за визитеры залетели этой ночью к нему на крышу, медленно округлялись глаза.

— А теперь у меня такой вопрос, — обратилась я к Арисию, выводя того из транса. — Крыша у Храма прочная?

— Аа-а? — не понял тот.

— Трех драконов выдержит? — пояснила я.

— Выдержит, — кивнул настоятель и с любопытством уставился на парней, прикидывая, кто окажется третьим драконом. Эх, не знает он еще, что мы тут все — драконы!

Я не разочаровалась в Арисии — он без страха взобрался на спину Шона и был скорее в восторге, чем испуган. Мой амулет, кстати, висел у Настоятеля на шее. Так что я воспользовалась возможностью потренироваться и передала, куда мы летим и сколько времени это займет. Сама же, связавшись ментально с сидящим на загривке недовольного Шаоррана Арденом, занялась теоретической подготовкой к экзамену по атакующей магии. У Ара был огромный опыт личных поединков — как тренировочных, так и настоящих. А я уже приобрела неплохой навык перевода эльфийских заклинаний на язык человеческой магии. Ничего, что с потерей мощности. Главное, что работало!

Когда ко мне мысленно обратился Шао, я чуть не брякнула: «Не отвлекай, к экзамену готовлюсь!» Нет, с этими прятками пора кончать. Но если сказать, что Астер — это Наринель, то немедленно возникнет вопрос — а кто тот красавец с долей драконьей крови, с которым я целуюсь каждые пять минут? И станет не лучше, а хуже… эх-х! Уж скорей бы Рассвет встал на крыло!

Нара хихикнула: «Вспомни, как меня ждали!» А потом добавила: «Я ему рассказала, как весело рыбу ловить!»

Спасибо, Нара! Только подледного лова нам для счастья и не хватало…

«Почему подледного? В Галарэне тепло. А Северное море у берегов не замерзает. Помнишь, мы хотели понырять?»

Конечно! Нырять со скал высотой сто локтей прямо на рифы — таким не всякий дракон может похвастаться! Только самый умный!

Ар, ментально хихикая, слушал наш диалог…

Алтарь был спрятан на постоялом дворе близ реки. Похоже, в основном путники-одиночки да неосторожные купцы и становились жертвами. Нехорошо было то, что сейчас «Благосклонная ундина» — так назывался постоялый двор — была полна народом под завязку. И, несмотря на поздний час, часть постояльцев еще распевала и распивала что-то, сидя в трапезном зале.

— Больше шестидесяти человек, — вздохнул Ти. — Вижу полдюжины орков.

— Ну куда ж без них, — невесело усмехнулась я.

— Каких орков? — уставился на меня Арисий.

— Из тайной гильдии убийц.

— Это не легенда?

— Подождите немного, сами посмотрите, — улыбнулась я грустной улыбкой. И обратилась к парням: — Ну что, кто пойдет искать сообщников в трактир? Пока ничего не делаем, просто смотрим — кто?

Ти и Шао кивнули одновременно.

Шон, беседующий в стороне с эльфийским магом, обнаружившим алтарь, посмотрел на меня и ментально хихикнул. Я в ответ пожала плечами — мол, не моя вина, что драконий принц стал таким энтузиастом. Подошла к парням и аккуратно наложила невидимость. Такую и ректору Бордену показать не стыдно. Хотя бессмысленно — не оценит, потому как в упор не разглядит.

Дверь хлопнула, принцы исчезли внутри.

— Вы умеете видеть потоки человеческой магии? — заговорила я с Настоятелем.

— Немного. Сами понимаете, в Храме этому не учат. Это просто пришло… а я не смог отказаться, — улыбнулся глазами Арисий.

— Тогда посмотрите внимательно вокруг.

Настоятель сосредоточился. Я перешла на магический план, наблюдая, что он делает. Ага, смотрит… а вот он увидел дыру. Здоровая-то какая! Как чумные крысы жрали! А на эльфийском плане все еще хуже.

— Это от некромантии?

— Некромантия разной бывает, и не вся она зло, — пожала я плечами, вспомнив Заю. — То, что здесь, больше всего похоже на смесь некромантии с орочьей шаманской магией крови.

Настоятель задумался. Кивнул. Потом чуть замялся.

— Принцесса Астер, могу я спросить… Почему вам помогают принцы?

— Потому что я сумела их убедить, — улыбнулась я. — Потому что мы союзники. И потому что уже больше года, как я стала приемной дочерью Владыки. Мое полное имя звучит как Астер Кибела тер Калариан эрд Лоо’аллен.

— Я слышал об этом… Но все больше походило на сказку или розыгрыш… — Настоятель переваривал новую информацию.

Пусть подумает. С дивным народом у Храма никогда не было трений, а вот силу такого союза, основанного на признании родства, священник оценит. И сообразит, кто станет за моей спиной в случае обострения конфликта с лордом Регентом.

Стоящий в тени Арден послал мне ментальное: «Молодец!»

Потом вышел на свет.

— Подтверждаю, что принцесса Астер — полноправный член королевского дома Мириндиэля, которой доступна и дозволена вся магия нашей семьи. Добавлю, что Владыка и я никак не намерены вмешиваться в имперскую политику. Мы — независимые равноправные союзники.

Дверь трактира распахнулась и вновь захлопнулась.

Расслышавший последние слова Ардена Шаорран сбросил полог невидимости и добавил:

— Тер-Шэррант также готов оказать принцессе Астер любую посильную помощь.

Настоятель кивнул. Теперь он уже не сомневался, чью сторону примет.

Наконец Шон успешно доконал охранную сеть, прикрывавшую амбар на заднем дворе. Жаль, в этот раз из-за дурацких дипломатических маневров я не смогла повозиться вместе с ним. Но зато у меня нашлась другая забава.

— Отец Арисий, вы каким некромантом хотите стать — толстым или тонким? — обратилась я к священнику.

Настоятель, приоткрыв рот, уставился на меня.

— Отвлекающий маневр, — пожала я плечами.

— Ну, тогда… Я всегда мечтал быть высоким и стройным!

Шон исчез с глаз долой. Я знала, что он пошел охотиться на орков — если заклинание сна их не проймет из-за ментальной защиты, может выйти неприятно. А вот стазис действует безотказно. И не оставляет следов.

Когда Тиану отправил трактир и округу в мирный сон, Шао только замотал головой:

— Их же почти сотня! Как ты так можешь?

— Ну, пока некоторые танцевали с девушками, другие занимались, — подколол его Ти, сверкая красными глазами из-под черной рясы.

На том веселье закончилось. Восемь некромантов распахнули дверь амбара, зажгли свет и потрясенно отшатнулись. Пол был залит кровью от края до края, алтарь посередине лоснился, как жирная пиявка. Бесконечных куч изломанных тел, которые я боялась увидеть у дальней стены, не было. Наверное, их бросали в реку, чтобы не выдал запах разложения. Единственные тела, которые были в амбаре, принадлежали трем валяющимся на полу фигурам в капюшонах и еще четверым, прибитым к потолку над алтарем.

Арисий сделал знак, отвращающий зло. Как ни старался немало повидавший в жизни священник сохранять хладнокровие, у него не получалось. К такому невозможно подготовиться. Такое за пределами разума и любых границ.

— Двое еще живы! — Голос Тиану вывел нас из транса.

Мы вчетвером, я и Ти, Ар и Шао, парами взвились под потолок. Мы с Ти занялись молодой женщиной, прибитой гвоздями к перекладине. Одна рука несчастной свободно свисала вниз. Из перерезанной вены на алтарь медленно капала кровь.

Прикоснулась к ране, прервав поток. И вместе с Ти, поддерживая девушку магией, начала аккуратно превращать в ничто гвоздь за гвоздем. Краем глаза я видела, как рядом то же самое с каким-то мужчиной делают кронпринцы.

Снаружи пострадавшими тут же занялся эльфийский маг. Отлично! Нам силы еще понадобятся. Сняли и вынесли двух умерших, потом вытащили орков. Настоятель, сдвинув с одной из голов капюшон, обалдело рассматривал татуированную макушку.

— Шон! — ментально позвала я.

— Я тут. Не хочу снимать невидимость.

— Молодец! Ты — наше тайное оружие! Иди ко мне поближе, и давайте чистить кровь.

Шао тоже уже знал, что делать. Не говоря ни слова, дракон подошел, встал рядом со мной и стал помогать. Как и в прошлый раз, кровь решили отдать воде.

— Что вы делаете? — поинтересовался Настоятель.

— Чистим, — отозвалась я. — Убираем кровь, очищаем землю, скоблим алтарный камень. Так оставлять нельзя.

— Я бы хотел потом благословить это место. Это должно помочь.

— Спасибо, отец. Но немного позже.

Наконец, через час с лишним, мы закончили. И встали в круг, чтобы создать защитный купол. Шон по-прежнему держался за моими плечами.

— Я могу помочь? — спросил Шао.

— Только поделиться силой. Но помни, нам еще держать взрыв и лететь назад. Так что не отдавай много.

Мне было даже неудобно соглашаться на его помощь. Мы-то восстановимся, а он нет.

Ну вот. Купол, личные защитные щиты на всей компании, тела выживших тоже прикрыты. И даже трактир — ведь там куча ни в чем не повинного народу. Все готово.

— Бель, давай! — раздался ментальный голос Шона.

Я напряглась, сосредоточилась, представила, как именно хочу расколоть эту черную пакость, которой не место в моей стране и вообще на этом свете, и долбанула. Земля содрогнулась. Амбар зашатался, крыша провалилась внутрь, мешая смотреть. Но даже того, что мы видели, было достаточно. Более чем достаточно. Купол казался раскаленным, под ним перекатывались ревущие волны темного пламени, его будто распирало изнутри. Он был похож на гигантский нарыв, грозящий взорваться черно-багровым гноем и утопить в нем все вокруг. Я вкладывала всю мою силу, внутри рычала помогающая мне Нара. Парни привалились ко мне, мы сливали то, что имели, в единый поток, чтобы удержаться, устоять, не дать вырваться этому ужасу.

А потом стало тихо.

То ли мы оглохли от рева пламени и грохота на ментальном плане, то ли все и впрямь кончилось. Вроде бы кончилось. Я оперлась на Ти, он на меня, а потом мы вместе сели на землю.

Рядом шлепнулся обалдело крутящий башкой Шаорран. Ну да, в академиях такому не учат… Ар привалился к устоявшей стене — та угрожающе затрещала. Эльф вздохнул, отлепился от неверной опоры и опустился рядом с нами.

— Шон, ты живой? — позвала я.

— Ага! Этот мощный был, старый, наверное. Интересно!

Ну вот ничто его не исправит. Хотя сейчас, после реплики тер Дэйла, я поняла, что худшее уже позади и я снова могу улыбаться.

Ти и Шао приволокли из трактира пятерых подельников некроманта-трактирщика и четырех его подручных. Притащили и трупы еще трех орков.

— Стандартный отряд гильдии — шесть человек. И, Арисий, этих убили не мы. Их умертвила магия их татуировок.

Настоятель кивнул. Спрашивать он уже больше не мог — слишком много сегодня прошло у него перед глазами, перевернув привычную картину мира.

— Стазис? — спросил невидимый Шон.

— Ага, давай! — отозвалась я.

Шао, Арисий, дракон из летучего отряда Шаоррана и безымянный эльф застыли. Я вздохнула — опять не помню, как кого зовут, — а ведь они же как-то представлялись при встрече! Принцессе такое не позволительно. Она обязана с первого раза запоминать имена… эх-х, еще и это тренировать!

— Бель, иди к нам! — позвали меня.

Да куда ж я без вас, мои любимые! Шагнула, обняла и слилась.

Почему-то в этот раз в нашем сияющем мире звучала лавандовая нотка грусти, но это было уместно. Мы парили, перетекая друг в друга, сливаясь и расходясь вновь, как расходится радугой, пройдя сквозь кристалл хрусталя, белый свет. Я поцеловала Шона в нос, а он засмеялся. Казалось, что мы летим среди звезд, разбрасывая искры и рассыпаясь фейерверком, попеременно взрываясь сверхновыми и сияя ласковым светом. А потом Шон распихал нас. Я была полна магией, и в глазах больше не было печали. И мир вокруг вновь стал правильным, без грязи и скверны.

Шон, снова накинув невидимость, щелкнул пальцами — застывшие как ни в чем не бывало продолжили прерванное движение.

— Как гроза прошла, — потянул носом Шао.

Умный. Наблюдательный.

— Отец, вы хотели благословить это место. Самое время, — обратилась я к Арисию.

Пусть сделает, что может. Так он почувствует себя лучше.

А мы в это время сделаем необходимое.

Тела орков уже бесследно исчезли. Амулеты перекочевали Шону в карман, а на остальном Ар потренировал трансмутацию. Два трупа жертв сожгли драконьим пламенем, приподняв в воздух, — следов, магических или огня, оставить мы не должны. Теперь надо было разбудить остальных, вытянуть из них, что можно, и пару наименее виноватых пугнуть как следует, наказав сообщить хозяину, что «Ты зашел слишком далеко».

Пусть поломает голову.

Трактирщик амнистии не подлежал.

— Дай догадаюсь, — мысленно обратилась я к Ару. — Постоялый двор стоит в хорошем месте, он не должен прекратить существование, а у тебя как раз есть на примете надежный ветеран. Да?

— Молодец, — засмеялся Ар. — И я отправил его сюда заранее, так что сейчас он спит в комнате на втором этаже. А с ним пара его однополчан, которые помогут тут навести порядок. Все документы на недвижимость уже оформлены. И о выживших он позаботится.

— Ар, я тебя люблю!

— Знаю. И, кстати, я тебя тоже.

Ну да, пара некромантов, красноглазых и бородатых, объяснилась в любви. Забавно. Остается облобызаться — Ти с Шоном на радость.

В Ларран мы вернулись уже под утро. Опять на лекциях зевать, вздохнула я. Почему-то, когда у леди Неллао с женихом начинались синхронные приступы сонливости, все начинали бросать на нас понимающие взгляды и хихикать. Похоже, думали совсем не то, что было на самом деле.

Настоятеля мы высадили там, откуда забрали, — на крыше Храма. Пожилой человек с очень добрыми глазами поцеловал мне руку и склонился в поклоне. И я приняла его знаки преклонения. И была рада, что теперь он наш. Со всеми потрохами и Храмом в придачу.

Вернувшись во дворец, мы узнали последнюю новость. Уже ночью прилетел почтовый голубь с радостной вестью — сегодня возвращается кузен Ру!

Глава 27

На своих ошибках учатся дураки, а умные на чужих. Так что же получается: умные учатся у дураков?

Пристроившись на плече Тиану, я прокручивала в голове неотложные и незавершенные дела. Вот, например, я так и не удосужилась выбраться в Марен-Кар к Фаррштару ар Треббушу, чтобы заказать мечи из голубого серебра. С поручением Ардена гном справился блестяще и среди других кузнецов был известен как выдающийся мастер. Так что я решила, что могу доверить ему эту работу. Конечно, пока оно не горело — но раз задумала, надо бы сделать. Камни призыва для Тиану я нашла. Точнее, выковыряла крупные сапфиры насыщенного цвета и старинной огранки из фамильной диадемы. Размеры мечей тоже были известны. И телепорт в Марен-Каре у нас был. Не хватало только времени, чтобы как следует, не спеша, в гномовской манере провести переговоры и обсуждение заказа… Ну ладно, как появится — так сразу и сделаю, решила я.

— Бель!

Вот и Арден проснулся. Протянув руку, погладила его по лицу, а потом переплела пальцы с его.

— Не сон. И я тебя люблю…

— Я тоже тебя люблю. Но я хотел поговорить вот о чем. Кручу я в голове так и эдак наши дела с некромантом. Вот есть алтари и есть гильдия убийц. Поиск алтарей при таких темпах мы закончим к середине декабря. А про гильдию все известно уже сейчас. Ждать декабря и начать с алтарей или?..

— Жертвенники не убегут, а вот орки могут, — задумалась я. — И без пособников некроманту будет сложнее заложить новые капища. Так что лучше бы начать с гильдии, вот только там надо одновременно атаковать в десятке разных мест. А таких сил у нас нет — драконы заняты прочесыванием Империи, и отрывать их от этого я не хочу.

— Есть новости. Скорее всего, Шао подойдет к тебе сегодня. Его мать, Аршисса, предложила помощь. Она готова прилететь сама и привести с собой три крыла близких подруг. Говорит, что им надоело сидеть дома, а тут такой повод для охоты! А если серьезно, она благодарна тебе за спасение мужа и сына и хочет как можно быстрее устранить угрозу. Да, похоже, и шахматы ей понравились — еще бы, двести лет о них вспоминала!

— Ар, это же здорово и решает все проблемы! Кстати, крыло — это сколько?

— Обычно семеро.

— Только где нам разместить два десятка дракониц так, чтобы они остались довольны?

— Не думаю, что Аршисса ждет торжественного приема. Но поговори с Шаорраном, он подскажет, как лучше все организовать. Советую не отказываться от этой помощи, иначе Властительница Небес может обидеться.

Ар замолчал и стал смотреть на меня из-под опущенных ресниц. Я чувствовала его взгляд так, будто он гладил меня кончиками пальцев. Вот провел по щеке, прикоснулся к губам, затронул ямку у ключиц… Или это не взгляд, а магия? Он ласкает меня нитями драконьей магии, поняла я. А значит, я могу ответить тем же. Окутать его всего, притянуть ближе, слить наши с ним источники…

— А еще потерять голову и дракона заодно! — Шон неласково дернул меня за прядь волос. — Вам пора вставать, а я хочу еще поспать!

Ар, которому тоже досталась оплеуха от мага, ментально развел руками и улыбнулся. Потом гибким движением перетек из горизонтали в вертикаль. Удивительно — у Повелителя никогда не затекали ни руки, ни ноги. И если я после ночных приключений бывала похожа на ведьму после шабаша, то он всегда был свеж, как майский ландыш. Такому учат или это врожденное?

Пока умывались и одевались, поменяли планы. Изначально Ар должен был до занятий гонять меня по галарэнскому саду, тренируя на скорость и быстроту реакции. Но сейчас мы решили, что если прилетят драконицы, их надо будет кормить. Любить драконы могут что угодно, хоть креветок или соленые огурцы, но едят они мясо. А значит, надо слетать на охоту. А заодно размять Снега и дать полетать Наре.

Моя любимая поганка, услышав про охоту, на радостях начала растить у меня на спине шипы, чуть не порвав тунику. Я на нее шикнула, сказав, что если порвет — сама и будет зашивать, а не антилоп по степи гонять. Нара наивно поверила и хулиганить прекратила.

Подо мной раскинулась золотисто-туманная равнина. Слева, на грани видимости, темнела полоска леса. Справа, на горизонте, начинались пологие холмы, переходящие в темные силуэты невысоких гор. Я знала, что где-то за ними лежит людный Марен-Кар. Но тут, кроме меня и скакавшего внизу Ардена, не было никого.

Я ныряла в поднимающийся утренний туман, наслаждаясь прохладными капельками влаги на чешуе, купалась в лучах встающего солнца и запахе трав, кувыркалась в воздухе, как Элги на траве. Мы уже наловили полтора десятка голов разномастной разнокалиберной дичи и отволокли их в телепорт. А сейчас оставалось время для того, чтобы просто кружить в небе, упиваясь полетом.

Гиены! Те самые, убийцы. Больше двух десятков. Догрызают кого-то на земле… Кинув мысль Ару, сложила крылья и метеором понеслась вниз. Заодно поработаю над пикированием. Выхватила одну когтями и, сломав хребет, кинула вниз. Развернулась и бросилась в гущу стаи. Сзади налетел Арден. Повелитель тоже считал, что гиенам нечего делать рядом с теми местами, где пасутся табуны эльфийцев.

Наверное, я слишком увлеклась, потому и не заметила, как в небе появился дракон. Пока это был темный силуэт на грани видимости, но он приближался, и очень быстро.

— Ар! Чужой! Я прикрыла тебя невидимостью, быстро скачи к порталу. Я оторвусь от него и догоню!

— Ох, Бель! Ты видишь, кто это?!

— Ага! В следующий раз больше сил возьму у этого энтузиаста, чтобы спал крепче!

Арден поскакал на юг, а я, оставив растерзанных гиен на земле, понеслась, набирая высоту, на северо-запад.

Заинтересованный бронзовый пустился вслед. Он что, не только за девушками, но и за драконицами гоняется? И где-то у него их табун? Гррр!

Наложила на Нару кислородное дыхание двух видов — интересно, поможет? — и прибавила ходу. Бронзовый чуть отстал, но именно чуть. Прекращать преследование Шаорран не собирался. Мм-м… а если попробовать ускорить дракона при помощи эльфийской и человеческой левитации? Этого-то у чистокровного Шаоррана нет? Да, он старше, он сильнее, он самец… но я хитрее! И летаю быстрее! Вот только куда летим-то? К Алсинейлю в гости, что ли? Такими темпами через пару часов будем в Лариндейле. Здравствуйте, мы тут мимо пролетали, да?

Так куда? Я завертела головой. Высоко, на почти безоблачном небе красовались три пухлых кучевых облака, красиво подсвеченные встающим солнцем. Выбрав ближайшее — оно же казалось самым большим, — изогнулась и рванула туда. Бронзовый, сообразив, что я намерена сделать, помчался наперерез. Отлично! Я думала сделать это внутри облака, но так даже лучше.

Сосредоточилась. Фантом Нары сверху. Под ним — невидимость. Притормаживаю. Морок, махая крыльями, оторвался от Шао и нырнул в туман. Бронзовый кинулся следом. Я развернулась и, сохраняя невидимость, полетела вслед за Арденом. Напоследок распустила иллюзию. Можно, конечно, позабавиться, пусть погоняется за мной от тучки к тучке — но времени на игры не было. И так еле-еле успеваем на «орочий». Хотя этот предмет я б охотно прогуляла вовсе.

* * *

Мы сидели на нашей скамейке, грызли бутерброды и обсуждали орков и только что закончившееся занятие по некромантии. На последнем лорд Пирод объявил, что нужно сделать, чтобы получить у него положительную оценку. Звучало просто — оживить достаточно большую тварь, чтобы приехать на ней верхом на экзамен. Я сразу вспомнила Заю. Но с такой нам пока не справиться… я бы просто запуталась в ейных ногах. Или лапах? Ну, в общем, в конечностях.

А сегодняшний рассказ об орках поверг меня в уныние. В Империи часто и крестьянки, и знатные девушки выходили замуж в четырнадцать-пятнадцать, а к двадцати имели двух-трех детей. Но орки могли выдать замуж и в восемь, и в десять лет. Не важно, что «невеста» была к такому физически не готова. Важно, что она была гарантированно невинной. Почему-то этому пункту придавалось особое значение. Девиц, которые не соблюли себя до свадьбы, по своей охоте или нет, приносили в жертву предкам. И болезненных детишек И стариков. И неудачников. И должников. И вообще всех, кто в чем-то провинился или просто был слаб.

Это был какой-то непрекращающийся кровавый бессмысленный кошмар, основанный на темной вере. И чем больше я слушала, тем лучше понимала, что пускать в Империю это нельзя.

— Ар, но неужели нет способа как-то повлиять на них, чтобы прекратить бесконечные убийства ради убийств?

— Для этого нужно изменить религию. Возможно, это б и можно было сделать. Например, показать на практике, что духи благоволят к тем, кто приносит им золото или снопы колосьев, но…

— Что но?

— Большое «но», Бель. Посмотри вот на что. У орков по пять-десять непрерывно рожающих жен. Их земля в принципе не может прокормить растущую с такой скоростью популяцию. Понимаешь? Прекрати убийства — и через поколение начнется большой голод, а за ним тотальная война. Или же из-за демографического давления орки попрут волной в Империю. И заполонят ее. Мой отец когда-то ломал голову над этим. Поговори с ним. Может, вместе до чего и додумаетесь…

Демографическое давление. Надо запомнить. Звучит так наукообразно… Но выходит, в лоб тут ничего не решается. И менять надо не только религию, но и образ жизни. Как можно уговорить не размножаться кроликов или леммингов? Я не знала.

Положила голову Ару на плечо и вздохнула. Он повернулся и чмокнул меня в лоб. Только я подняла лицо, чтобы ответить, как сверху донеслось:

— Привет! Опять целуетесь? Мне прямо завидно!

— Шао, твоя пара бутербродов вон в той сумке. И привет! — отозвалась я.

Ага, третий раз за сегодня… никуда от тебя не деться!

Шаорран устроился со стороны Ардена — я с некоторых пор садилась на самый край скамейки, чтобы не оставлять дракону рядом с собой места, — и вцепился в мясо. Был он непривычно молчалив и задумчив.

— Шао, с тобой все в порядке? Ты какой-то не такой…

Дракон сверкнул улыбкой, привычным жестом откинул со лба полог бронзовых волос, а потом вздохнул:

— Я сегодня видел мечту. А она от меня улетела.

Внутри гордо рыкнула Нара. Мечта зубастая, ага!

— Мечту? — переспросила я.

— Незнакомую драконицу над равниной. Она как заря — алая с золотыми подпалинами. Прекрасная, гибкая, грациозная и безумно быстрая. Всегда считал себя самым быстрым, но она меня обогнала. Нырнула в облако и исчезла. Я половину первой пары прогулял — караулил…

Ну вот. Мало нам его пируэтов вокруг Наринель и Астер, теперь будет еще за Нарой гоняться. Любвеобильный какой! Что мне теперь, не летать из-за него? Хотя почему не летать? Накину морок — стану, к примеру, Мраком. И никакой Шаорран не привяжется.

Следивший за моими мыслями Ар довольно хмыкнул.

* * *

Кузен прикатил к вечеру. Несколько экипажей в сопровождении десятка гвардейцев въехали во двор замка. Я стояла рядом с дядей на ступенях. Точнее, не совсем рядом. После трех или четырех косых взглядов на паука, шевелящего лапами у меня на груди, дядя сам отступил на четыре шага. Я не возражала. В данном случае присказка «меньше народу — больше кислороду» точно характеризовала ситуацию.

Дверца передней кареты распахнулась, та качнулась на рессорах, и в проеме показался мой кузен. Увидел меня. Почему-то зрелище бледной, как упырь, кузины с зализанными волосами и черным пауком на груди его сильно расстроило. Можно сказать, подкосило. Ру промазал ногой мимо подножки кареты и чуть не выпал носом вперед. Отлично! Этот точно обниматься не полезет!

Внимательно посмотрела на Роуэна, которого не видела девять месяцев. Когда-то я его боялась. А теперь… Что сказать? Скорее жалко, чем страшно. Ему всего двадцать пять, но под глазами уже мешки, на носу проступили красные капиллярные жилки, наметился второй подбородок. Талия расплылась, а вот мышц не заметно вовсе. Это на мне морок, а на нем-то — нет!

Зато одежда блистает! Несколько брошей, кружева с золотой нитью, цепочки в четыре ряда на фоне алого бархата создавали впечатление варварского великолепия. Серьга с большим рубином в ухе на фоне напомаженных каштановых локонов довершала образ блестящего придворного — прожигателя жизни. Интересно, а ориентацию он сменил? Подожду вечернего бала — узнаю.

Ру сделал несколько шагов навстречу отцу, спустившемуся со ступеней и распахнувшему отпрыску объятия. Ну ладно, не стану мешать нежной встрече. Поймав взгляд кузена, присела в реверансе и, пискнув прощальное: «Встретимся в часовне на молитве!», чинно удалилась. Пусть дядя сам поведает ему, как фатально повлиял на меня монастырь.

В часовне мы не встретились. Зато увиделись сначала на ужине, а потом на балу. Не знаю, чем занимался Ру в том месте, куда его отправлял дядя, но, похоже, оно на него дурно повлияло — у кузена на челе появились следы работы мысли. Кажется, до него дошло, что жизнь — это не сплошной пирог с вареньем, и Ру был готов бороться за свое место под солнцем. Что сулило проблемы.

Кстати, при встрече он попытался поцеловать мне руку — спасло меня то, что я стойко вцепилась в увесистый молитвенник. А когда не вышло, захотел потрепать по щеке. Паук среагировал на фамильярность, подняв передние лапы и начав клацать металлическими жвалами. Кузен еле успел отдернуть руку.

— Откуда у тебя такая дрянь? — вежливо поинтересовался Ру.

— Подарил кронпринц Шаорран, когда я рассказала ему притчу о великомученице Цецилии и деве, запутавшейся в паутине лжи, — уставилась я наивными глазами на кузена. — Хочешь послушать?

Ру вздохнул и покрутил пальцем у виска. Потом спросил с надеждой:

— Ну хоть танцевать-то ты в этой обители скорби не разучилась?

— Я дала дяде слово посещать сии бесовские сборища три раза в неделю из уважения к гостям…

По-моему, Ру захотелось плюнуть. К его чести, он сдержался.

Совсем другой разговор произошел с Шаорраном.

Мы медленно плыли в менуэте, кланяясь друг другу через каждые три шага, и вели ментальную беседу. Сначала Шао передал привет от матери и сказал, что Аршисса предлагает свою помощь — ей очень хотелось поучаствовать в разгроме гильдии убийц. Как и советовал Ар, я поблагодарила и помощь приняла. А потом стала спрашивать, как лучше устроить дракониц тут, в столице. Вряд ли будет здорово, если однажды утром во двор замка с небес спустятся два десятка драконов, обратятся в леди и объяснят, что супруга Властелина Небес, пролетая мимо с подругами, решила на пару дней заскочить в гости, посмотреть, хорошо ли устроился в Ларране ее любимый сын.

Сын блеснул карим глазом и хмыкнул. И согласился, что. учитывая наличие при Дворе шпионов некроманта, это будет неразумно. Уж больно явное совпадение выйдет — леди прилетели, и гильдию корова языком слизнула.

Теперь хихикнула я. И предложила то, что днем обговорили мы с Арденом. Одним из лучших постоялых дворов в центре города владел наш шпион. Так что можно было снять все здание на несколько дней и не бояться, что поползут слухи. Что приятно, в заведении были собственные большие купальни и летний сад на крыше. Если убрать цветочные горшки и снять остекление, получится отличная незаметная снизу посадочная площадка.

— Похоже, ты все знала заранее, — покачал головой Шао.

— Да, Ар мне сказал, — не стала отрицать я. Мы все в этом деле по самые уши, так что тут не до игр в конспирацию. И вряд ли Шао ждал, что Ар скроет от меня такую информацию. Более того, в данный момент подпиравший стенку Арден внимательно слушал наш разговор.

— Мне нравится идея с отдельным домом…

— Значит, ты поможешь организовать прием как надо? Сегодня четверг, к субботе я все легко подготовлю, — обрадовалась я. — Но мне надо знать любимые цвета, цветы, блюда, музыку твоей мамы. Как ей нравится проводить досуг и есть ли у нее хобби?

Шао оторопело уставился на меня.

— Ладно, давай проще. В каких тонах оформлены личные покои леди Аршиссы?

— Бежевый, коралловый, терракотовый, серебристый… — начал перечислять Шаорран. — Ну, все в тон ее чешуи.

— А букеты из каких цветов дарит ей отец? И какие стоят у нее в покоях?

Шао задумался…

К концу менуэта я знала достаточно, чтобы не ударить лицом в грязь. Уже на последних тактах Шао вдруг спросил:

— А ты сегодня утром не была в Галарэне?

Я захлопала глазами. Упс! Этот умник сложил два и два — золотистый коготь на моей руке, которым я крутила перед носом у Шангарра, и незнакомую ало-золотую драконицу в рассветном небе. Дважды упс!

— А ты утром был в Галарэне? — переспросила удивленным тоном. — Я ночью так устала, что, будь моя воля, вообще бы сегодня не вставала до полудня.

Абсолютная правда. Пришлось встать.

Шаорран расслабился. И не успел задать следующий вопрос, как возникший откуда-то Ти пригласил меня на следующий тур. Поклонившись дракону, я закружилась в новом танце.

— Ну, он умник, — пожаловалась я Ти.

— Да, Шао такой! Первое, что бросается в глаза, — его красота и обаяние. Но за этим фасадом ум, острый как бритва.

— Угу! Просто сокровище! — клацнула я зубами. — Кстати, Ти, ты видишь, что кузен Ру танцует с девушками? Он и меня хотел пригласить, хорошо, что Шао из-под носа выхватил.

— Значит, решил реабилитироваться и вступить в игру. Интересно, какие условия ему предложит лорд Регент, — повел плечами Ти.

— Не поняла?

— Ну, тебя они прочат кому? Подъедет сам лорд Фирданн или опять пошлет сына?

Я клацнула зубами во второй раз. Дежавю. Не надо мне Ру. Мне и дяди с избытком. Но тот хоть пауков боится и занят своими махинациями. А этому делать нечего — достанет же своими приставаниями, а у меня сессия на носу! Надо его как-то нейтрализовать. А как? Думаю, думаю… Ага! Не зря я химии в Академии учусь!

Ти, поняв, что сейчас произойдет, ментально захохотал.

Я перевела взгляд на кузена, кружившего невдалеке фигуристую шатенку. Несколько тактов, и Ру споткнулся. Но не разозлился, как обычно, а радостно захихикал. Дама тоже прыснула, уцепившись за плечо своего кавалера. Выглядело это так, будто Ру только что поведал ей нечто удивительно смешное. Парочка, слегка пошатываясь и подпирая друг друга, двинулась из центра зала к ближайшей стенке. Им было хорошо и без танцев.

Вот так! Моими стараниями выдыхаемый Ру через нос воздух слегка поменял состав. Немного азота, чуть-чуть кислорода — и веселящий газ готов. Замечательная штука — простой, как репка. Для здоровья не вреден. Бесцветный, с приятным сладковатым запахом. В той концентрации, что я намагичила кузену, да при любви Ру к духам, почуять его вообще невозможно.

Часть кузен вдохнет сам при следующем глотке воздуха, часть достанется его визави. Теперь Ру всегда будет ходить слегка под мухой. Ему вовек обеспечено отличное настроение, и он будет душой любой компании, что бы ни ляпнул, ибо осчастливит собеседников одним своим присутствием! Другой вопрос, что никто и никогда не станет воспринимать лорда Роуэна всерьез…

Кузен добрался до стенки. Он и его леди продолжали цепляться друг за друга и хихикать. Еще две дамы и кавалер, стоявшие рядом, подвинулись поближе, чтобы узнать, что такого забавного случилось, и через минуту захихикали сами. Глядя на эту всеобщую радость, со всех сторон подтягивался народ. И тоже приобщался к веселью. Дело начало приобретать неконтролируемый размах.

Лорд Фирданн, недовольно хмуря брови, твердым шагом отправился призвать сына к порядку… и через минуту уже похрюкивал сам, пихая Ру локтем в бок и пытаясь ущипнуть за попу какую-то рыженькую фрейлину.

Шао с удивлением уставился на веселящуюся толпу и собрался подойти поближе — разобраться, чего это придворных качает, как рыбачью флотилию в шторм. И почему все ржут.

А вот пьяного дракона мне тут не надо — у меня и без реставрационных работ дел по горло!

— Шао! — кинула я мысль. — Не ходи туда!

Дракон развернулся на полушаге и уставился на меня.

— И не надо так на меня смотреть! Привлекаешь же внимание! — отчитала его я за нарушение конспирации. — Не ходи! Или, если идешь, поставь фильтры в нос!

— Астер? Это твои проделки? Что там происходит? — Шаорран вперил в меня взор золотистых соколиных очей.

Я подпрыгнула, отвесила Ти изящный поклон и резво засеменила вокруг эльфа по кругу.

— Ру теперь выдыхает веселящий газ! — сообщила я на середине этого маневра. — Ты какой в пьяном виде — тихий или буйный?

— Ну, занавески не подпалю, — засмеялся Шао. — Но мне и вправду лучше держаться подальше.

Замолчал. Задумался. А потом выдал:

— А сероводородный метаболизм лорда Фирданна — тоже твоя работа?

Ну вот умный, зараза, а?!

— Ну-у… — задумчиво протянула я, — должна же я была хоть как-то отплатить за ссылку в монастырь?

Шао ментально захохотал.

Толпа у стены продолжала ухахатываться… Несколько наименее устойчивых лордов уже уселись на пол, с энтузиазмом хлопая друг друга по плечам и продолжая ржать. М-да… на такое я не рассчитывала. Надо бы уменьшить концентрацию. А то вечно поддатый Ру — это тоже бедствие имперских масштабов!

Глава 28

Самый прекрасный день в моей жизни? Это была ночь…

Брижит Бардо

— Наринель! Ты все делаешь неправильно!

Шаорран разогнулся, потирая живот.

Только что у нас закончился очередной учебный поединок. Похоже, мои понятия об атакующей драконьей магии не вписывались даже в самые широкие рамки привычной парадигмы.

Сейчас, например, я подменила себя фантомом, ловко уворачивающимся от Шаоррановых огненных шаров. А сама, накинув полог невидимости, обошла принца по широкой дуге, подкралась сзади и хлопнула по плечу. Шао от неожиданности подпрыгнул, а очередной шар с пшиком лопнул у него в руках. Повернулся, никого не увидел и тут же получил от меня кулаком в панцире под дых.

А теперь я стояла с покаянным видом и слушала, как он ругается.

Ар, подпирающий дерево в сторонке, захохотал:

— Шао, ты ее не исправишь! Моя невеста обожает избивать принцев!

— Ты уверен, что хочешь на ней жениться? — прищурился Шаорран.

Было в этом вопросе что-то еще, кроме шутки и мужской солидарности. И Ар это тоже понял. Поднял бровь и ответил очень серьезно, глядя дракону в глаза:

— Конечно, хочу. Я люблю ее больше жизни. И никому не позволю увести.

Так. Кажется, сейчас меня начнут делить. А меня спросили?

— Конечно, ему придется на мне жениться, — засмеялась я, подходя к Ару и обнимая его за талию. — Он — моя добыча!

— Нетрадиционная точка зрения для эльфийской девы, — Шао откинул волосы за спину и чуть наклонил голову, внимательно на меня глядя.

Ну вот, доигралась. Блин! Теперь придется неделю кроткую лань изображать, пока он забудет о моем неосторожном ляпе. Потупила глаза. Чуть покраснела и нежно, как хрестоматийная голубка из любовных романов, прильнула к Ару. Тот немедленно воспользовался этим, чтобы водрузить мне на плечо весомую длань и подтянуть к себе под мышку. Ничего так, вполне Удобно… правда, пришлось слегка голову набок свернуть. Зато и Ар успокоился, и Шаорран расслабился.

— Ну что, будете смотреть, как надо парировать удар ледяной битой?

Мы с Аром переглянулись и кивнули.

* * *

Трактир «Цветы Ларрана» готовился к приему лучших плетельщиц шелковых гобеленов Драконьей Империи. Именно такую «легенду» мы придумали, чтобы объяснить прибытие двадцати в прямом смысле слова с неба свалившихся леди. Посторонних постояльцев внутри уже не осталось, комнаты были прибраны и проветрены, погреб ломился от свежей дичи и галарэнских фруктов, которые мы приволокли прошлой ночью. Сейчас мы с Тиану и Арденом обходили покои, проверяя, все ли в порядке, и внося последние изменения в интерьеры. Апартаменты, предназначенные Аршиссе, оформили в ее любимой теплой терракотово-коралловой гамме с серебристой отделкой. Арден еще и умудрился раздобыть из эльфийских оранжерей букет любимых драконицей орхидей — вот нет бы, чтоб любила тривиальные гладиолусы или георгины.

Середину крыши освободили, сдвинув горшки с туями и лаврами к краям. По периметру зажгли светильники, обозначив место посадки. Драконы, конечно, могли ориентироваться и в темноте, но как найти в большом незнакомом городе нужный дом? А сейчас подсвеченный огнями прямоугольник был виден с высоты полета за пару лиг с любого направления.

Накануне, махнув рукой на все дела и даже на недоделанные домашние задания, мы легли спать на два часа раньше. Впереди маячил трудный день и две бессонные ночи. Либо у нас получится расправиться с гильдией убийц раз и навсегда… либо орки разбегутся, попрячутся, и через какое-то время придется начинать охоту сначала.

Сказать, что я нервничала, — это еще ничего не сказать. Мы шли к этому дню больше полугода. Выслеживали, сопоставляли имена и связи, чертили схемы и строили планы. И даже ограбили банк, чтоб оставить гильдию без денег. А сейчас нам надо одновременно, как можно дольше не поднимая шума, накрыть десяток локации — три поместья в отдаленных местах, где базировались и обучались бойцы, несколько домов в разных городах и, наконец, штаб-квартиру гильдии убийц, расположенную в уединенно стоящем отлично укрепленном замке в дне езды от Ларрана. Принадлежала сия крепость некоему Фейхелу тер Мазерсу. Я гадала — это настоящее имя главы гильдии или же прикрытие, как в случае с отцом Лиррит? Захватим замок — узнаем.

Сейчас мы топтались на крыше, ожидая прилета Аршиссы с подругами. Или со свитой, если уж быть совсем точными.

Ти, чувствуя мое беспокойство, обнял и притянул к себе, чмокнув в макушку. Я благодарно привалилась к его груди и расслабилась, ощущая спиной тепло его тела. Ар и Шон в паре шагов от нас по тридцать третьему разу проговаривали вслух порядок действий.

— Летят! — прервала я дискуссию друзей, увидев скопление быстро движущихся огоньков в моей контрольной сети. Понятно — прошли из Галарэна через телепорт, которым пользуется Шао, а теперь в человеческом облике летят сюда.

Мы сами, накидывая невидимость, давно научились становиться незримыми на всех планах — теперь нас не замечали ни летучие мыши, ни другие маги в контрольной сети. Мучились мы долго, Шон что-то химичил, бормоча про разные диапазоны длин волн, — но результат того стоил.

Я отступила на пару шагов от Тиану, встав на равном расстоянии между ним и Арденом. Шон подмигнул и исчез. Маг собирался быть рядом с нами, но, пока возможно, оставаться невидимым. Мы по-прежнему считали, что меньше знаешь — крепче спишь. Точнее, чем меньше все вокруг знают о нас, тем крепче можем спать мы сами.

Ну вот, еще пара минут, и они будут здесь. Двадцать четыре огонька спустились с неба. Секунда — и полог невидимости сброшен. Перед нами оказались служивший проводником улыбающийся Шао и стайка прелестных юных девушек в весьма экзотических, на мой взгляд, нарядах. Наверху короткие жилетки, под которыми надеты тоже короткие, открывающие пупки, рубашки. Внизу штаны. Попа обтянута, ниже свободно. Хорошо, хоть на ногах у них сапожки, а не шлепанцы какие-нибудь…

А в Ларране, между прочим, конец ноября. И в округе не теплее… Конечно, маги могут регулировать температуру окружающей среды и тела, а все леди — я ни секунду в этом не сомневалась — были сильными магами. И идиотом будет тот, кого обманут эти длинные косы и смеющиеся глаза под стрелами ресниц… Но все же лучше бы тратить магическую силу на что-то более актуальное, чем защита своего пупка от ледяного ветра.

Ладно, одежду найдем, не проблема. Сейчас надо поздороваться.

Сделала шаг вперед, к стоящей в группе дам Аршиссе. Та, сориентировавшись, развернулась с широкой улыбкой ко мне. Невысокая, изящная, с миндалевидными глазами и непокорной гривой волос цвета огненного опала. Красота редкая, экзотичная, казавшаяся хрупкой. Только вот в том, что вся эта трепетность — кажущаяся, я не сомневалась. Сама такая.

— Принцесса Астер? — произнесла красавица и протянула руки.

Я сделала последний шаг и обняла Властительницу. Что же, хорошо, если сложится так…

— Властительница Аршисса, я рада вас приветствовать в Ларране! Простите, что не могу, как подобает, принять вас во дворце… увы, там я пока не хозяйка, — начала я речь на драконьем.

— Ах, это такие мелочи! — рассмеялась драконица. — И называй меня просто Аршисса. Я обязана тебе за мужа и сына, так что давай без счетов. И можно зайти в дом? Шао говорил, что тут осень, но я слишком давно в последний раз была в Ларране и забыла, что тут осень совсем иная, чем в Тер-Шэрранте. А тут шагнула из телепорта — брр-р! — Драконица забавно надула губки.

Ар и Ти выступили из тени, также приветствуя Властительницу.

Та протянула руку для поцелуя Тиану и расцеловалась с Арденом. Интересный нюанс.

Внизу уже был приготовлен банкетный зал. Наедаться от пуза мы не собирались, но перекусить перед трудами праведными и прихватить что-нибудь с собой — это никогда не лишнее. Аршисса подняла бровь, оценив трапезный зал со столами, покрытыми белыми льняными скатертями со вставками из тонкого кружева, хрустальные сосуды с прохладительными напитками, блюда с паштетами и тонко порезанными пряными колбасами, окороками и сырами, свежим хлебом и южными фруктами. Вина не выставили специально — не время сейчас расслабляться. Конечно, два десятка пьяных дракониц гильдию разнесут… но нам хотелось разнести ее аккуратно, так, чтобы потом не ловить разбежавшихся орков по всей Империи.

Ар отошел в сторону, сказал что-то по амулету связи, а потом кивнул мне: «Скоро будут!»

Аршисса вопросительно подняла бровь.

— Эльфийские маги в помощь. Нужно, чтобы никто не ушел, — объяснила я.

Драконица кивнула, прикусив жемчужными зубками сладкий финик. Понятно, почему при такой матери Шао никак не удается найти достойную невесту, — с кем ни сравни, а родительница всяко лучше… Если выберет кого-нибудь, трудно будет девушке не потеряться на фоне этой жгучей и экзотической, как цветок из драконьего пламени, красоты.

Дверь распахнулась, появились эльфы. В руках каждый держал теплый запасной плащ. Я улыбнулась Ару — молодец! Мгновенно сообразил, как согреть одетых не по погоде женщин, а заодно сразу установить дружеские отношения. Маги раскланялись и присоединились к компании. Сначала девушки держались отдельно от остроухих, стреляя глазами, шепчась и пересмеиваясь между собой, а потом обе группы перемешались. Эх, если б можно было вот так всю ночь просидеть — как бы это укрепило дружбу между нашими странами!

Ар хмыкнул, поймав мою мысль.

«Между прочим, все эльфы неженаты. И если я знаю Аршиссу, ее подруги тоже не обременены семьями… посмотрим, что будет», — ментально засмеялся Арден.

Вот сваха в государственном масштабе! Он что, решил, что капля драконьей крови не повредит Мириндиэлю, и тут же принялся воплощать идею в жизнь? Кстати, Алсинейль-то в курсе марьяжных инициатив своего сына?

«Конечно, — невозмутимо отозвался Ар, сооружая бутерброд из ветчины, зелени и кусочка сыра и отправляя его в рот. — Спорю, что и у Аршиссы тот же план, только наизнанку. Наверняка Шао ей рассказал о возможностях гибридной магии».

А что? Я знала, что последние века численность и сила древних народов медленно таяли… И если таким образом можно затормозить падение — так почему бы и нет? Мысль о мире, заселенном людьми, похожими на Тиану, была мне симпатична.

Вот бы нам еще и танцы устроить, размечталась я, рассказывая хохочущей Аршиссе о проделке, которую устроила с кузеном Ру.

Увы, как ни хорошо было сидеть и хрустеть яблоками в дружеском кругу, пора было завершать культурную программу и переходить к деловой части встречи. Маги и драконицы разбились на пары — им предстояло работать по двое, подстраховывая друг друга.

В дальней части зала было свободное пространство. Я встала туда. Арден занял место за моей спиной. Шао остался рядом с матерью, а Ти вышел, чтобы притащить наше наглядное пособие.

Сделала шаг вперед и заговорила:

— Итак, все уже знают о задаче, что стоит перед нами этой ночью. Мы хотим уничтожить, выдрать с корнями и всеми побегами разросшуюся на земле Империи гильдию убийц-полуорков, которая угрожает всем нашим странам. Напомню, что несколько лет назад орки напали на патрули на границе Мириндиэля и трое эльфов погибли.

Обвела взглядом лица присутствующих. Как я и ожидала, лица эльфов стали отстраненно-холодными, глаза прищурились. Убийц дивный народ не прощал. Я дожала:

— Этой весной было совершено покушение на принца Тинуириннеля, сына брата Владыки эльфов, Третьего Наследника Престола. Причем покушались неоднократно.

Аршисса заинтересованно посмотрела на меня — об этом она не знала.

— Месяц назад убийцы напали на Властелина Небес и кронпринца Шаоррана. Возможно, многие из вас слышали об этом.

Драконицы запереглядывались и закивали. А эльфы, наоборот, с интересом навострили уши.

— Собрать информацию, которая у нас сейчас есть, было очень непросто, на это ушло много месяцев работы. Сложность в том, что на каждого из членов гильдии нанесена татуировка, которая убивает владельца, как только тот попадает в плен или под принуждение, ментальное или физическое. На шеях орки носят экранирующие амулеты, то есть прочесть их мысли издали невозможно. И еще хуже то, что все эти амулеты увязаны в единую сеть — убей одного орка, и об этом узнают все.

Я специально говорю об этом, чтобы подчеркнуть важность задачи и недопустимость любой самодеятельности. Если в том месте, куда вы отправитесь, поднимется тревога и орки всполошатся, немедленно свяжитесь с нами. И постарайтесь что-нибудь придумать, чтобы потянуть время и сбить орков с толку, — подсуньте им фантом красивой заблудившейся девушки, сотворите мяукающую на вершине дерева кошку — да что угодно! Пусть по улице промчится всадник, рассыпая монеты из рваного кошеля… что в голову придет! Лишь бы преждевременно не начался шум. Все понятно?

Сделала паузу и обвела взглядом лица, дожидаясь кивков.

— Ваша задача — следить за орками и ни в коем случае не позволить им разбежаться. К сожалению, магия, блокирующая амулеты и не дающая поднять тревогу, есть только у нас. Значит, мы, начав со штаб-квартиры, должны будем как можно быстрее перелетать с места на место. Вот карта и наш маршрут на ней. Проставлено примерное расчетное время, когда мы должны быть в каждой точке. После нашего отбытия вашей задачей станет бесследно уничтожить трупы, следы магии и собрать все, до последнего клочка, бумаги. Ну, и что еще интересного найдется. Закончив, возвращаетесь сюда.

А сейчас небольшая демонстрация — вряд ли многие из вас видели орка-убийцу.

Возникший рядом с нами Ти сбросил полог невидимости с замороженного трупа. Орк стоял в угрожающей позе, расставив полусогнутые ноги и занеся для удара нож. Здоровый, как носорог. Страшный, как изготовившийся к атаке кабан. И такой же симпатичный.

Девушки, глядя на бугристую кожу и волосатые уши нашего красавца, сморщили носы. Ага, я бы тоже за такого замуж не пошла! Зато как на его фоне смотрятся эльфы!

— Сейчас накиньте защиту и отойдите так, чтобы все видеть, но не вмешиваться. Можно взлететь. Повелитель Арденариэль покажет, чего ждать от этого красавца в бою.

Изначально я рвалась подраться сама, не зря ж я теперь учила химию, балансируя на одной ноге, а физику — вообще стоя на голове? Но Ар спокойно заметил, что если тощая малявка уделает здоровенное чудище с тесаком, никто не станет воспринимать орков-убийц всерьез. И это будет опасно, жертвы нам были не нужны. А с другой стороны, у Аршиссы с подружками появится желание тоже порезвиться… и, скорее всего, в результате нашего единственного и неповторимого инструктора по бою на ножах спалят драконьим огнем. Да и времени это займет немерено.

Повелитель, как всегда, был прав.

Я отошла к Шао и Аршиссе, взяла их за руки и взлетела, утягивая за собой под потолок. Остальные леди и маги последовали нашему примеру. Шао, не ожидавший от меня такой инициативы, заинтересованно посмотрел на мою руку в его ладони, а потом заглянул в лицо. Арден клацнул клыками.

«Прекрати ревновать! Сам знаешь, что так надо!» — кинула я ему мысль.

«Не могу… как вижу тебя рядом с ним…»

Ну вот, был умный эльф… пока со мной не встретился!

«Ну вот дался он тебе! Я люблю тебя. И смотри, пожалуйста, не на нас, а на орка!»

Ар развернулся и щелкнул пальцами, снимая заморозку.

Следующие пять минут оказались очень волнительными. Несмотря на все боевое искусство Ара, орк неостановимо пер на него, как разъяренный бык на красную тряпку, круша попадавшиеся на пути табуретки и с жуткой скоростью размахивая ножом. Массивная туша двигалась легко, невесомо и стремительно перелетая с места на место. Ару приходилось отступать. Прикинув, куда они движутся, я вознесла столы с остатками нашего ужина к потолку — еще пригодятся.

«Правильно! Хорошая ветчина!» — пришла мысль от Шона, висящего в дальнем углу под пологом невидимости. Я сглотнула смешок.

— Астер, — улыбнулась мне Аршисса, — а ты давно знаешь Повелителя?

— Не очень, — отозвалась я, продолжая следить за боем. — С Шао мы познакомились месяца на три раньше.

Прекрасная драконица вопросительно уставилась на сына. Ага, как я его хорошо заложила! Теперь, когда выплывет наружу, что я помолвлена, то ситуация будет не «хитрые эльфы тайком подсуетились», а «ну и куда же ты смотрел? Эх, пролетел!».

Арден упал боком на пол и подсек орку ноги, ударив под коленную чашечку. Тот рухнул, разнеся в щепки последнюю табуретку. Больше целой мебели на полу не осталось — все остальное висело под потолком, поэтому демонстрацию мы закончили. Ар внимательно взглянул на убийцу — тот замер, стоя на одном колене. Ти спорхнул вниз, чтобы заняться выносом тела.

— А откуда у вас орк? — поинтересовалась драконица, оторвав меня от раздумий, выдержала ли бы знакомство с нашим орком мебель, сделанная гномами.

— Шао не рассказывал? Из Омты притащили. Из него вышел замечательный партнер по бою на ножах! Этот спуску не дает!

— Ты тоже с ним дерешься?

— Ну да, — пожала плечами я. — Хотя обычно проигрываю…

— Мне дадите потом попробовать? — заинтересовался Шаорран.

— А мне? — мелодично пропела Аршисса. Вот в том, что эта песчаная эфа уроет нашего орка за три минуты безо всякой магии, я ни капли не сомневалась. И посмотреть на это казалось интересным.

— Конечно! — искренне улыбнулась я. Кстати, если все пойдет как надо, стоит еще штуки три в стазис отправить — пригодятся для тренировок.

«Ага, понял, сделаю», — отозвался невидимый Шон.

Ну вот. Понеслось. План запущен. Я стояла и смотрела, как пары по очереди поднимались на крышу, девушки оборачивались разноцветными драконами, а затем взмывали в воздух с седоками на шеях и, скрытые невидимостью, уносились в ночь. Раньше взлетали те, кому лететь было дольше.

Аршисса и Шаорран остались с нами. Перед вылетом я попросила их задержаться на минуту и лично навесила защитные щиты. А то не хватало нам угробить любимую жену Властелина Небес или потерять кронпринца.

— Что ты там так старательно накручиваешь? — поинтересовался Шаорран, вертя головой, чтобы посмотреть на мое рукомашество за своей спиной.

Я чуть не ляпнула, что это то же самое, что в экзаменационной аудитории Красной башни. Упс! А как объяснить это по-другому? Мм-м… а если сослаться на Тиану?

— Тиану рассказывал, что в Красной башне, где он учился, есть зал, где не действует человеческая магия. Это так, да? Вот думаю, то, что я сейчас делаю, очень похоже…

Аршисса склонила голову набок. Похоже, сложность того, что я сейчас творила, она представить могла. Пусть смотрит. Я больше не девочка, нуждающаяся в защите и помощи, а принцесса и дракон. И со всеми говорю на равных.

Еще через пять минут Тиану со мной на загривке, Шао с Арденом и Аршисса понеслись к стоявшей на юго-восток от Ларрана крепости Фейхела тер Мазерса. Невидимый Шон последовал за нами.

Блин! Я видела план замка, знала с точностью до локтя его размеры, но сейчас, стоя перед уходящими ввысь стенами чернеющей перед нами громады, как-то засомневалась: а хватит ли сил объять это необъятное? Наша группка из пяти видимых и невидимого Шона казалась кучкой муравьев, решивших взять штурмом баобаб.

— Что мы должны сейчас делать? — поинтересовалась Аршисса.

— План прост. Мы расходимся так, чтобы охватить щитами замок. После того как магия перестанет работать, Тиану отправит всех обитателей в спячку. Тогда заходим внутрь.

Рыжая грива качнулась, когда Властительница задрала голову, пытаясь разглядеть верх стен.

— Вы можете накрыть все это?

— Не попробуем — не узнаем, — пожала плечами я. — Извините, пора. Постойте рядом, пожалуйста, тут охранные плетения, и пока они работают…

Пока я разговаривала с Властительницей, Шон отлетел на противоположную сторону замка, а эльфы встали по сторонам. Место для каждого из нас мы рассчитали по плану заранее. Ну, все. Глубоко вздохнула. «Я готова!»

«Поехали!» — скомандовал Арден.

Я подняла руки, потянулась к эльфийским и человеческим источникам, дотронулась до пылающей сверхновой у себя внутри и начала плетение, растягивая его шире и шире. Внешний мир исчез… краем сознания я чувствовала моих любимых… сейчас я за ними успевала. Мы вчетвером, вкладывая все силы, вытягивая магию из резерва и серебристых рек вокруг, плели, колдовали, ворожили, создавали невероятной сложности узор, растекающийся по основе из драконьего щита. В какой-то момент я почувствовала, что Ар близок к своему пределу — все же он слишком недавно стал драконом, — и кинула ему луч от сияющей внутри меня звезды, вновь наполняя магией его исчерпанный резервуар. Кажется, Шон с другой стороны сделал то же самое…

Не знаю, сколько мы так творили. Но когда Шон издалека выдохнул: «Готово!», я села на землю. Ясно, у нас проблема. Надо улучить момент и незаметно слиться. Иначе к рассвету все протянем ноги от магического истощения. Кстати, хватит ли сил у Тиану, чтобы погрузить всех обитателей замка в сон? В своей контрольной сети я видела примерно сотню огоньков.

«Хватит!» — пришла улыбка Ти.

«Ти, повысь чувствительность сети до предела! Помнишь тех орков в банке — с приглушенными аурами?»

«Уже сделал».

Из-за угла, насвистывая, показался Ар. Блондинистая грива выглядела встрепанной, но в целом Повелитель казался довольным. Незаметно подмигнул мне: «Мы круты! Жаль, поцеловать тебя нельзя! Кстати, твоя магия как хорошее вино! Мы с Рассветом в восторге. Дашь потом попробовать еще?» Упс! Это он всерьез? Лучше б он сейчас оставался трезвым…

«Бель, не волнуйся — он шутит. Ему просто было приятно. Это — больше, чем поцелуй, понимаешь?» — Шон смеялся.

Последним появился Ти и выдохнул вслух:

— Все спят. Можно лететь!

На лице Аршиссы, предвкушавшей, как она сейчас доберется до тех, кто посмел тронуть ее семью, появилось хищное выражение.

— Леди Аршисса, — верно поймал момент Арден. — Если кто-то еще жив…

— Я сама убью его!

— Нет. Потому что их нужно допросить. Гильдия — лишь наемники и союзники. А во главе заговора стоит некромант. И еще — ведем себя максимально осторожно. В коридорах могут быть механические ловушки, их спать не отправишь.

— Мама, Арден прав. Щиты от парализующего яда или василиска не спасут. У Ардена, Астер и Тиану на троих на счету больше сотни орков, а у нас пока ни одного. И подумай, как будет хихикать отец, если мы влипнем в какую-нибудь лужу! — подал голос Шаорран.

Аршисса кивнула. По-моему, сыграл последний аргумент.

В детстве я обожала книги с картинками и планами. В том числе и разных замков. Да и сама всю жизнь прожила в замке. Этот, на донжон которого мы сейчас вознеслись, кстати, не уступал размерами ларранскому. Так, оглядываемся: во дворе разные службы, конюшня, оружейная, кузня и что-то еще — труднораспознаваемое в темноте. Если искать начальство, архив и сокровищницу, то начинать надо с донжона. Ну что же, значит, так и пойдем, сверху вниз.

«Шон, соберешь амулеты с трупов?!»

«Ага, их у меня уже целый мешок. Будет два мешка. Кстати, тут тайных ходов не меньше, чем в императорском замке, — видишь?»

«He-а… с крыши я вообще ничего не вижу. Ты покажешь?»

«Да, и осторожнее! Вниз за первой площадкой — ловушка с арбалетами в стенах. Не наступайте на третью ступеньку!»

Гм-м. Может, как раз и наступить? Не нам, конечно, а драконам… А то сейчас сил на то, чтобы запудрить им мозги, я трачу не меньше, чем на основную задачу. Нет, нехорошо. Как я посмотрю в глаза тем двум десяткам моих крылатых сестер, которые сейчас держат драконьи щиты вокруг остальных убежищ гильдии, если позволю пострадать их Властительнице? Эх-х… честь такая штука — один раз поступившись, теряешь навсегда.

«Ты про девичью?» — хихикнул вредный Ти.

«Вот нашел о чем думать, — пихнула мысленно жениха локтем в бок. — А будешь прикалываться — стану хранить вечно!»

Ти икнул и уставился на меня круглыми глазами, пытаясь понять, пошутила я или нет.

Ага, страшно?

Пока болтали, Шаорран, которому дали поработать, аккуратно взломал замки на ведущем внутрь люке. Присмотрелась к технике принца — ясно, просто энтропия. Я сейчас уже умела открывать, не ломая. Вниз спускалась закрученная по часовой стрелке винтовая лестница с крутыми ступенями. Это было общим правилом для таких башен. Чтобы при обороне, отступая наверх, воины, защищающие башню, свободно орудовали мечами, а клинки нападавших цеплялись за стены.

Арден поднял руку:

— Я иду первым.

Вообще-то, первым пойдет Шон. С таким чутьем на тайные ходы и ловушки и с его драконьим любопытством лучше разведчика не найти. А вдобавок, как я могу ему не разрешить сунуть нос туда, где интересно? Невидимый маг хихикнул.

Я шла за Арденом. Следом Шао и Аршисса, а замыкал отряд Тиану.

На третьей ступени за узкой площадкой нас и вправду ждала ловушка. По виду камень ничем, даже истертостью, не отличался от тех, что были выше и ниже его… но стоило нажать, как из замаскированных в щелях между камнями бойниц полетели короткие дротики, разбрызгивая по противоположной стене знакомую темную жидкость. Аршисса хотела мазнуть по ней пальцами, чтобы понюхать, и Ти еле успел перехватить ее руку.

— Осторожнее. Действует даже на драконов. Не убьет, но пальцы потеряют чувствительность, а реакция замедлится.

Драконица кивнула. Пожалуй, она и впрямь засиделась дома. От наших реалий она была далека — я б с такими замашками долго не протянула. Чтобы чем-то ее занять, попросила связаться с подругами, сообщить, что мы вошли в цитадель. А заодно узнать, как у них дела. Ведь амулеты связи Ардена внутри поставленной нами экранировки не действовали.

Выяснилось, что большая часть драконов еще в пути. А у тех, что прилетели, пока все тихо. Эх-х, лишь бы так и оставалось…

Мы ходили по этому лабиринту уже третий час подряд. Нашли больше полусотни мертвых орков и, сняв и заблокировав амулеты, превратили тела в воздух. В конюшне — о радость! — среди других коней обнаружились спящие эльфийские кобылы. Меньшая радость, что они были снова жеребыми. Но Арден и Ти все равно сияли, будто клад нашли. Арден тут же взлетел над куполом и связался с кем-то по амулету. А спустившись, довольно сообщил, что лошадей заберут уже сегодня. И что в замок приедет десяток эльфийских магов — тут обнаружилась богатая библиотека. И тайных ходов, где можно найти что-то интересное, больше, чем дырок в куске сыра. Эльфы останутся здесь, пока мы не решим, что делать с замком дальше.

Сокровищница оказалась неинтересной — ничего магического там не обнаружилось. Аршисса выбрала несколько вещичек «на память», а я сунула в карман браслет с восемью большими топазами орехового цвета в тон глаз Шона — потом расковыряю, будут камни для призыва. Еще нашлись два кинжала голубого серебра. Я взяла тот, что с рукояткой попроще — он идеально подходил к мечу Тамир, которым я дралась, а мне давно хотелось научиться сражаться двумя руками. Второй меч я бы не потянула, а вот кинжал пришелся бы в самый раз. Другой клинок отдали Шаоррану.

Глава гильдии — старичок с благостным лицом и венчиком седых волос — мирно почивал в своей кровати. Пробираться к нему пришлось через десяток ловушек — нас пытались пристрелить, пришибить падающим сверху каменным блоком, забрызгать парализующим ядом и уронить в открывшиеся в полу люки — перед дверью в спальню дедули проваливалась целая секция коридора. В спальне же, в тайнике, вмурованном в стену, нашлась кипа журналов с зашифрованными записями о совершенных гильдией убийствах. Арден довольно кивнул, пряча их в сумку, — мы собирались предать эти сведения огласке. Причем не все сразу, а по частям. Пусть всплывут два-три десятка преступлений в разных городах, потом, через пару месяцев, еще сколько-то… И снова. И опять. Огласка прикончит деловую репутацию гильдии убийц.

У старичка обнаружилась пара тоже не татуированных, вполне живых заместителей. Троицу укутали заклинаниями — выберемся за наш купол, отправим в Мириндиэль. Договоренность с Владыкой об этом у нас уже была. Тот лично займется ментальным сканированием — ведь личность некроманта по-прежнему оставалась тайной.

В одной из дальних комнат на полу отыскались следы портала. Шон походил вокруг, помахал рукавами, сказал, что портал старый, но он все равно поставит стазисную ловушку с сигнализацией — вдруг повезет?

Дела в замке закончили ближе к двум ночи. Ой, если так дальше пойдет, мы просто не успеем облететь все места… нехорошо. Сейчас наша компания стояла на лужайке среди кустов, и Ти, которого направлял и страховал незримый Шон, открывал портал в Мириндиэль, чтобы отправить туда наш улов. Кстати, встрепанный маг умудрился сопровождать нас всюду, так и не явив драконам своего присутствия. Похоже, игра в прятки ему нравилась.

Шао смотрел на то, что творит Тиану, качал головой и повторял:

— Когда ты успел так натаскаться в магии?

Ага! Надо не с толпой девушек гулять, а выбрать одну — правильную. И выучить магии ее. А попутно и сам так натренируешься, что любого дракона передраконишь!

Сначала в портал пихнули труп орка. Для проверки. И подождали, пока его выпихнут обратно. Все же опыт у Ти был не таков, чтобы сразу прыгать туда самому. Вслед за трупом появился улыбающийся Владыка. Смелый! Обнял Ардена и Тиану, а потом раскрыл объятия мне. Я радостно кинулась ему на шею.

«Бель, привет! Рад тебя видеть! Как ты?» — Владыка чуть отстранился и заглянул мне в глаза.

«Нейли! Я по тебе скучала!» — это была чистая правда. У Ара потрясающий отец, и я успела его полюбить.

«Посмотри-ка, как на нас смотрит Аршисса. Не возражаешь, если мы ее чуть-чуть запутаем? Только сына с племянником предупрежу, что это розыгрыш».

Я ментально хихикнула, сообразив, что задумал Нейли. Мы пока отчаянно не хотели светить наши личные отношения. А Шао упорно пытался вычислить, кто из эльфов мне милее. Так усложним ему задачу!

Рука Алсинейля сползла с моей спины на попу, прижав меня к нему чуть теснее. Пожалуй, для демонстрации хватит. На секунду мы так замерли, а потом я смущенно отпихнула его руками, выпуталась из объятий и отступила. Нейли подмигнул: «Отлично сработали…» Я незаметно подмигнула в ответ. Смущенно оглянулась на Шао — взгляд принца казался озадаченным. Внутри захихикали Нара с Элги — похоже, им понравилось водить за нос бронзового.

Алсинейль улыбнулся и направился к Аршиссе, приветствовать ее и сына. Тиану и Арден, не теряя времени, упихнули спеленутые магией трофеи в портал. Потом переглянулись.

«Бель, надо восстановить магию. Нам сегодня еще пахать и пахать, а резерв исчерпан больше чем наполовину. Отец за нами присмотрит. Шон, давай! Драконов в стазис, а сам иди к нам!»

«Угу, уже…»

Конечно, жаль так поступать с Шао и Аршиссой, но нашего полного доверия они пока не заслужили. Слишком непредсказуемы и слишком порывисты. Оглянувшись на застывших рядом с Нейли драконов, я сделала последний шаг…

Ну как же это хорошо! И после остается такое ощущение, что летала на радуге между звезд, сама была этой радугой. Хочется смеяться и обнять весь мир. И трое моих друзей, моих любимых тоже лучились радостью. Я облизнула припухшие губы: «Ну что, понеслись дальше?»

Шон снова накрылся невидимостью. Кажется, ему стало интересно, продержится ли он до конца нашей операции, не засветившись? Блокирующие магию щиты с замка мы сняли — иначе эльфы не смогли бы там колдовать. Портал оставили открытым — позже его закроют маги Алсинейля. Владыка сказал, что оставлять не до конца обследованный замок без присмотра нельзя и он позаботится и о надзоре, и о лошадях, и обо всем остальном.

Еще несколько часов спустя мы чуть дышали. Зачистили три городских дома и два из трех поместий, служивших учебными базами, добавили еще две сотни убийц в список павших. Каждая из усадеб блокировалась тремя парами «маг — драконица». По окончании миссии одной мы поручали трофеи и уборку трупов, две другие сразу же отправляли на помощь в те места, куда мы еще не долетели. После наших визитов локации оставались чистыми, как орех, выеденный червяком-ударником: ни обитателей, ни денег, ни оружия, ни клочка бумаги. И никаких следов, что за чума тут пронеслась.

Когда я высказала это Аршиссе, та довольно засмеялась:

— Да, остроухая чума на драконьих крыльях…

И все равно до рассвета мы не успевали. Остались еще дома в четырех городах и большое поместье на юго-востоке. А если разделиться на пары и пусть каждая зачистит по два дома? Мы с Тиану и Шон с Арденом отлично бы справились… вот только как будет добираться до места Ар? Сделает вид, что летит на палочке верхом? Шона-то по-прежнему не видно…

— Ну, зачем на палочке? Я б, конечно, сел на Шаоррана… — я уловила ментальный смешок Ардена — точно, это иерархическое! — … но если возьму его с собой, потом придется объяснять, давно ли я драконьей магией балуюсь. Так что открываем портал в нужном направлении, и мы с Шоном уходим туда. А там уж полетим, как обычно.

Разумно. По два дома на каждого. Это позволит сэкономить пару часов на дороге и еще пару на работе. А вот с последним поместьем придется разбираться уже днем. Эх, как там Эмит? Небось уже поет в часовне, а скоро пойдет на завтрак… В животе требовательно забурчало… Спать хочу, есть хочу, устала, как грузчик… вот и стоит родиться принцессой?

С домами мы справились без проблем. А вот последнее поместье преподнесло нам сюрприз. Отряд из дюжины орков попытался спозаранку куда-то выехать и наткнулся на блокирующий дорогу драконий щит. Хорошо, что к этому моменту вокруг собрался уже десяток подруг Аршиссы и, несмотря на большой периметр, щит оказался достаточно крепким. Нам оставался еще час полета, когда пришла весть, что мы обнаружены и орки встали на уши.

— Аршисса! Немедленно передай своим подругам, пусть прикроются невидимостью! И закроют магов, если те не могут хорошо спрятаться сами! А лучше два щита один поверх другого!

— Зачем?

— Хорошая защита от василисков — вдруг там есть хоть один? И одновременно от арбалетных болтов с парализующим ядом — я уже говорила, от них обычные драконьи щиты не спасают!

Поместье занимало целую долину. Огромное какое! Несколько стоящих поодаль друг от друга усадеб, разбросанные по склонам холмов домики непонятного назначения, загоны с лошадьми, даже поля. Интересно, что они там выращивают? Может, ту самую траву, из которой потом варят валящую с ног бурую гадость?

Когда мы прилетели, Арден был уже на месте. Значит, и Шон рядом. Я вздохнула с облегчением. Наверное, у меня пунктик с этими ящерицами. Василискофобия, ага. Но меня до сих пор начинало колотить мелкой дрожью при воспоминании о том ущелье в Драконьих горах.

Мм-м… если тревога уже поднята, может, можно не усыплять их, а просто вырубать? Не было уверенности, что мы даже с полным магическим резервом можем накрыть все это пространство. Я обернулась к Ардену. Тот заговорил вслух:

— Со стороны холмов драконы пусть держат щиты. Невидимость ни в коем случае не снимать! Пусть постоянно поддерживают связь между собой — мало ли что. Мы пойдем со стороны дороги. Будем двигать щит перед собой, постепенно сжимая круг, и морозить всех, до кого дотянемся. Пойдет такой план?

Несколько минут мозговали, выискивая слабые стороны. Вроде бы критических недостатков незаметно. Если не подставляться под арбалетные выстрелы, то должно пройти. Мм-м… Орки понимают, что плен и смерть для них равнозначны. Значит, будут биться до последнего. И способны на любые гадости или глупости. От «палить наугад во все стороны» до подстроить какую-нибудь ловушку. А если не идти, а лететь? Цель ищут обычно на уровне глаз — мало кто смотрит в небо. А и смотри — ничего не разглядишь, мы невидимы. А еще бы хорошо, чтобы Шон поднялся повыше и пригляделся сверху, не топаем ли мы дружно к какой-нибудь свежевырытой яме?

Арден кивнул. А потом озвучил все это вслух, как будто только что придумал.

Ну, стой не стой, а пора начинать. И есть ужасно хочется… Зевнула и взлетела. Раскинула сеть. Ага, вон оранжевый огонек. Вот сейчас я его приморожу!

Ровной цепью, не вырываясь вперед, мы начали сжимать круг, ментально считая орков по мере того, как отправляли их в отключку. Идущие второй цепью эльфы соберут трупы в одно место.

— Первый! — Я.

— У меня отряд… ага — есть шесть штук! — Шао.

— Восемь и девять, — Аршисса.

— Еще трое, — Арден.

— Тринадцатый, несчастливый! — смешок Тиану.

«Я только что сверху прибил василиска. Сидел на валуне за поворотом мордой к дороге», — слышный только нам голос Шона.

Вот как чувствовала! Послала волну любви и благодарности магу — какая же он умница!

Чуть замедлила темп, давая Шону время оглядеться. Ибо там, где есть один, могут быть и еще…

«Ар, ты летишь над дорогой. Скажешь, что пришиб ящерку?»

«Ага», — пришла ответная улыбка.

— Василиск на дороге, один, — Арден.

Ментальная волна изумления и недоверия от Аршиссы и Шао. А они что, думали, у нас паранойя взыграла? Нитью драконьей магии вздернула трупик мелкой серо-бурой обмякшей твари с прикрытыми пленками глазами к себе, покрутила в воздухе, а потом отправила к Шао — пусть полюбуется.

— Астер! Хочешь, подарю тебе такую брошку? — улыбнулся мне дракон.

Ага, полюбовался…

— Давай! — гм-м… задумалась я. Что там было у Цецилии с василисками? Ничего? Да быть не может! У нее со всеми что-то было. Спрошу у Настоятеля — он наверняка знает!

Мысли о деятельной святой не помешали мне заморозить еще троих прятавшихся в кустах убивцев. Скоро пойдем на трехзначные цифры…

Я пролетала в двадцати локтях над каким-то строением, когда оно взорвалось. Куда там фейерверкам в Марен-Каре! Еле успела окружить себя дополнительным щитом из охлажденного воздуха, прежде чем меня накрыл огненный вал. Ой, Арден справа, слишком близко… его наверняка заденет! Потянулась к нему и, выкладываясь до предела, прикрыла любимого тоже — может, он и сам уже знает это заклинание… но лучше перестраховаться… А почему падаю? Летать уже не на чем? Нара, поможешь? Рык в ответ и вливание силы в опустевший источник. Мысленно поцеловала саму себя в нос… выдержим, недолго уже осталось!

Похоже, взрывом орки пытались создать дымовую завесу, чтобы попробовать прорваться в лес. Если б не драконий щит, может, им это бы и удалось. Убийц было столько, что без подруг Аршиссы мы могли бы и не справиться.

Когда все кончилось, я еле стояла на ногах. Держала прямую спину силой воли и старалась, чтобы никто не увидел, как дрожат руки. Резервы, и мой, и Нары, были истощены до предела. Парням было не лучше. Даже Шао выложился. Кстати, у него был самый большой счет убитых орков — похоже, он на них всерьез разобиделся. А Шон засек и прибил еще одного василиска. Тот поджидал нас в доме. Последний орочий привет, так сказать.

«Бель! Ты себя видела?» — раздался ментальный смешок мага.

«Я уже себя и не чувствую. А что, я выгляжу сейчас как-то по-особенному?»

«Ну-у… Посмотри на Ара и прикинь, где был он, а где ты, когда рвануло».

М-да, вид у «наипрекраснейшего из сыновей дивного народа» сейчас был достойный — на паперти Храма он бы собрал немало денег от сочувствующих погорельцу прихожан. Серо-псивые волосы дыбом, морда в полосах сажи, все остальное прихотливо расцвечено грязью разных оттенков. Что сказать, кронпринц при полном параде!

Арден, поймав мою мысль, поднял полосатую бровь и попытался вытереть лицо рукавом. В результате нос наипрекраснейшего из пятнистого стал равномерно серым, как свежевыкопанная картофелина. Я ментально захихикала. Ар гордо задрал подбородок и обвел взглядом меня. Изумрудные глаза смеялись.

Так. А на что похожа сейчас я сама?

«На головешку обгорелую. Молодец, что волосы догадалась подобрать и спрятать, а то б лысой осталась».

Нет, я Шона люблю. Но иногда делать это труднее, чем обычно. Зато и мне с таким придворным магом заболеть манией величия не грозит.

А вот Аршисса и Шао выглядели такими чистенькими и довольными жизнью, что даже обидно…

«Хочешь, я на них бочку сажи опрокину?» — поинтересовался тер Дэйл.

«Шон!» — взвыла я.

Итак, гильдия убийц, годами третировавшая Империю, прекратила свое существование. Может, кто-то и уцелел, но это уже не страшно. Завтра Арден через доверенных людей в гильдиях и нашу разведку пустит первую порцию информации о заказных убийствах. Влияния гильдий хватит на то, чтобы наказать заказчиков, даже если государственное правосудие пробуксует. А потом мы подкинем еще слухов. И еще. И после того как всем станет ясно, что, наняв орков, ты сам кладешь голову на плаху, клиентов им больше будет не найти. Так что гильдии пришел конец! Мы это сделали!

Ти и Ар кивнули.

— Ну что, прибираемся тут и можно по домам? — улыбнулась я. — Предлагаю вечером отметить победу вечеринкой в «Цветах Ларрана»!

— Сегодня хорошо бы выспаться и отдохнуть, — заметила Аршисса. — Завтра мы бы хотели прогуляться по городу, а вечером можно и вечеринку устроить. И вообще, раз уж мы прилетели в Ларран, не погостить ли нам тут денька три?

— Отличная идея, — искренне улыбнулась я. Мама Шао мне и вправду понравилась. И кажется, несмотря на облезло-обугленный вид, я ей тоже.

В Ларран мы прилетели уже к вечеру. Эльфы отправились в свою резиденцию — отмываться. Я, накинув невидимость, чтобы не пугать встречных видом «демоница горелая», и стараясь не ронять хлопья сажи по пути, прокралась к себе в ванную и заперлась там на два часа. Волосы даже после третьего полоскания продолжали вонять дымом…

Когда через портал вернулись Шон и эльфы, мы повисли друг на друге и слились. На поцелуи уже не хватало сил, а вот радости и истерических смешков было выше крыши. И потом просто свалились, как стояли, на кровать. И я еще хотела устроить вечеринку?

А завтра контрольная по физике и начало зачетных боев в Белой башне.

Но это — завтра…

Глоссарий

У самого интересного экспоната не бывает таблички с названием.

Закон зоопарков и музеев Джоунса

Меры длины

Лига — имперская лига равна примерно полутора километрам. Скорость лошадиной рыси составляет, соответственно, около девяти лиг в час.

Локоть — равен половине метра. Обычная высота лошади в холке — около трех локтей.

Ладонь — примерно треть локтя, около 17 сантиметров.

Палец — меряется не вдоль, а поперек, равен одной десятой ладони, то есть 1,7 см. Летописи умалчивают, чей именно палец послужил эталоном.

Драконья Империя

Драконья Империя занимает центральную часть континента, располагаясь между землями других рас. Возможно, поэтому она стала местом, где селятся все, кто согласен соблюдать ее законы и жить в мире, — люди, гномы, драконы, эльфы. Люди живут именно в границах Империи.

Империя существует уже третье тысячелетие. Форма правления — монархия. Правящая династия — семья тер Калариан, в жилах представителей которой течет смесь драконьей, эльфийской и человеческой крови. Превалирует драконья, правители сознательно выбирают супругов так, чтобы у детей ее было больше половины.

Имперцы благородного происхождения ставят перед своей фамилией приставку «тер» — тер Калариан, тер Свонн, тер Тирис. Прочие — крестьяне, купцы, ремесленники — приставку «йор».

Простираясь с севера на юг почти на три тысячи лиг, а с запада на восток на две тысячи, Империя имеет протяженные границы.

На севере ее омывает Северное море, за которыми лежат острова викингов.

На западе находятся эльфийские леса Мириндиэля, и люди туда не допущены.

Гномьи, или Восточные, горы на востоке отделяют Империю от орочьих степей. Диаспоры гномов — кузнецов и строителей — есть и в больших городах, но в основном подгорные жители обитают именно в Подгорном царстве в своих горах.

На юге Империя граничит с Тер-Шэррантом — страной, где живут драконы. На крайнем юго-востоке вклинивается небольшой — всего двести лиг длиной — кусок границы с зарифами — кочевниками пустыни.

Столица Империи — расположенный немного севернее географического центра Империи город Ларран. Через город протекает река — Ларрана.

Галарэн — другой важный город на юго-западе Империи, где расположена магическая Академия. Именно Академия, основанная более пятисот лет назад, а не мэрия, управляет городом. Тут живут сотни магически одаренных студентов всех рас, обучающихся на трех факультетах — человеческой, эльфийской и драконьей магии. Каждый факультет расположен в отдельно стоящей башне. Каждая из башен имеет свой цвет и носит имя «Магия» на своем языке: Зеленая эльфийская Алла’тель, Белая человеческая Магия и Красная драконья Шарр’риот.

В настоящий момент управляет Академией и фактически всем Галарэном ректор Борден тер Барракш, занявший этот пост после гибели своего предшественника на последней войне с орками.

Через город протекает река Ирдина, где летом, шокируя галарэнских жителей, обожают купаться не обремененные предрассудками студенты.

В Империи существует свобода вероисповедания. Тем не менее среди человеческого населения наибольшим влиянием пользуется Храм, во главе которого стоит живущий в Ларране Настоятель. Сейчас Главным Настоятелем Храма является отец Арисий.

Пантеон таков: Бог-отец и Богиня-мать, почитаемые под разными именами, отвечают за все аспекты бытия от рождения до смерти, начиная от пробуждения семян в весенней пашне и заканчивая судом над душой умершего. У божественной четы имеется множество отпрысков, которые занимаются всем на свете, от рыболовства до пчеловодства. Всего в пантеоне около двух десятков разных богов, которым помогают множество святых, прославившихся при жизни добрыми делами.

Правящая династия Драконьей Империи

Бель — полное имя которой звучит как имперская принцесса Астер Кибела тер Калариан — последняя оставшаяся в живых представительница древней династии тер Калариан. В настоящее время она несовершеннолетняя, и страной правит Регент — родственник принцессы с материнской стороны.

Интересный вопрос — состав крови Бель. Принцесса была рождена на три четверти драконом, на 12,5 % эльфом и 12,5 % человеком — так за века перемешалась в правящей фамилии кровь разных рас.

Вопрос расовой принадлежности для магов первостепенен. Именно от состава крови в первую очередь зависит предельная сила магии, доступная заклинающему. Чистокровный эльф «перемагичит» квартерона, а тот, у кого драконьей крови меньше 1/5, при всем желании вряд ли обретет вторую сущность.

Но после того как в пятнадцать лет принцесса Астер стала частью семьи Владыки эльфов, приняв от эльфийского кронпринца Дар — способность превращаться в единорога и творить эльфийскую магию, — она обрела возможность плести заклинания дивного народа, как если бы была от рождения эльфом на три четверти. То есть сила ее эльфийской магии стала такой же, как у Тиану, который от рождения на три четверти — эльф и на четверть — дракон.

Теперь получается, что принцесса Астер как бы на три четверти дракон, три четверти эльф и двенадцать с половиной процентов — человек. Если сложить все в лоб, получится несуразица — 162,5 %, и над нестандартным составом крови принцессы постоянно подшучивают ее друзья. Но и нормировать странноватый результат на привычные 100 % неправильно — ведь сила драконьей магии Бель не уменьшилась ни на йоту.

Подробно это все описано в первой книге цикла — «Наследница драконов: Тайна».

Лорд Сирил — предыдущий король, отец Бель, погиб на войне с орками, оставив сиротой семилетнюю дочь.

Леди Беренис, в девичестве тер Тирис — мама Бель. Умерла, когда той было всего два года.

Тамир — бабушка Бель с отцовской стороны. Именно ее меч перешел по наследству внучке.

Рамин — прабабушка Бель с отцовской стороны. Народ помнит ее как великую Императрицу, которая установила прочный мир с викингами и основала в городе Галарэне магическую Академию. Меньше кто помнит, что Рамин выходила замуж дважды, причем после смерти первого мужа ее избранниками стали стразу двое — полководец человеческой крови Тирс и эльф с примесью драконьей крови Лиунириннель. Впрочем, среди драконов «гнезда» — не редкость. Драконы вообще живут свободно и так, как лично им кажется удобнее.

Гвидо тер Фирданн, он же лорд Регент — сводный дядя Бель с материнской стороны. Чистокровный человек, в котором нет ничего магического, кроме запредельной жажды власти и жадности. Магов не любит, поскольку не без оснований подозревает, что не может ими управлять.

Роуэн тер Фирданн — отпрыск лорда Регента. Именно за него пытается дядя Фирданн выдать свою строптивую племянницу. Кузен Ру старше, чем Бель, на восемь лет.

Мириндиэль

Мириндиэль — принадлежащее эльфам обширное лесное королевство, лежащее к западу от Империи. На юге упирается в Драконьи горы. Другая горная цепь отделяет земли эльфов от Северного моря. Наконец, далеко на западе, за дикими землями, находятся те берега, куда улетают танцевать с ветрами драконы.

Лариндейль — эльфийская столица.

Правит Мириндиэлем Владыка эльфов — Алсинейль эрд Лоо’аллен. Его сын, кронпринц Арденариэль эрд Лоо’аллен, носит титул Повелителя.

Ти, Тиану, или, официально, лорд Тинуириннель эрд Лоо’аллен, сын брата Владыки эльфов, является третьим наследником престола Мириндиэля. Второй, соответственно, отец Ти.

Кроме сына, у Владыки есть две юные дочери — Астейлиэль и Милисэнт. Жена Владыки погибла, когда Ару было всего восемнадцать лет. Помогая отцу пережить горе, Арден разделил с ним ответственность за страну и бремя власти.

Заклинания семьи Лоо’аллен. Правящая эльфийская семья обладает набором уникальных мощных заклинаний, которые составляют часть семейного наследства и достояния. Список заклинаний время от времени пополняется, но этой магии учат только членов семьи и никогда не передают посторонним.

Например, одно из заклинаний позволяет передать Дар — способность превращаться в единорога, которой некогда наградили семью Лоо’аллен боги, — постороннему лицу, когда его принимают в семью.

При этом способность превращаться в единорога — не оборотничество, она передается не с кровью. Обмен кровью Ардена и Бель был лишь ритуальным согласием принцессы принять Дар. Но именно заклинание, которое применил Арден, превратило Бель в единорога. А так эльфийские принцы могут перекусать весь дворец, и никто от этого единорогом не станет.

Тер-Шэррант

Тер-Шэррант — страна драконов. Это гористые, сейсмически активные земли, лежащие к югу от Империи.

Шангари — самый большой вулкан, расположенный почти в центре населенных земель Тер-Шэрранта.

Драконы, с их стремлением к личной свободе, никогда не были озабочены созданием полноценного государства, но свои границы они блюдут свято. Впрочем, это не мешает им самим летать там, где хочется или нравится. А с учетом того, что драконы могут существовать в человеческом обличии и владеют ментальной магией, встретить их можно почти где угодно. И неудивительно, что в южных областях Империи живет множество людей с частицей драконьей крови.

У Тер-Шэрранта есть правитель, титул которого звучит как Властелин Небес или Мудрейший.

В данный момент — и уже седьмой век подряд, а может, и дольше — народом драконов правит Шангарр Ал’Эроллд. У Властелина Небес есть жена — огневолосая красавица Аршисса. Старшего сына и наследника Мудрейшего зовут Шаорран Ал’Эроллд. Второй — младший сын — уже несколько лет летает на далеком западе с дикими драконами — ищет себя, возвращаясь домой лишь на короткое время, чтобы помочь родным. Кроме того, членами семьи Властелина Небес считаются племянник Шангарра Шэрн и отец Шэрна — Шарид.

Разное

Василиск — небольшая серо-бурая ящерица, обитающая в южных отрогах Гномьих гор. Иммунна к магии. Взгляд василиска запускает в организме спонтанную трансмутацию углерода в кремний, вызывая окаменение. Контрзаклинания от полного окаменения не существует, обратить его, вернув жизнь, невозможно.

Веселящий газ — закись азота, или оксид азота (I), с очень простой формулой N_20. Газ получил такое название, потому что в малых дозах вызывает чувство опьянения, веселости, эйфории. В больших приводит к сонливости. Имеет чуть сладковатый запах, не ядовит, не горюч, практически не вызывает побочных эффектов.

Голубое серебро — невероятно редкий металл, несущий в себе магию. Используется для изготовления самого дорогого оружия или мощнейших артефактов. Обладает волшебными свойствами само по себе и позволяет накладывать самые сложные заклинания, от самозатачивания клинка до повышения уровня мастерства его владельца. Баснословная цена связана с тем, что к настоящему времени все известные месторождения исчерпались, а получить голубое серебро искусственным путем не удалось еще никому.

Драконьи горы — странная, постоянно меняющаяся местность к юго-западу от Империи, не входящая в границы ни одного государства. Сердцем драконьих гор является озеро Полумесяца, куда совершают паломничество подрастающие драконы, желающие обрести себя и найти Силу. Испитая из озера вода дает иммунитет к ядам и приворотным зельям, усиливает ментальную мощь и подталкивает рост внутреннего источника магии. Стоит добавить, что отнюдь не все выходящие в паломничество добираются до сакрального озера.

Каменная горгулья — иммунный к магии летающий хищник величиной с медведя, обитающий в северных горах. Собираются в стаи по нескольку десятков особей. Часто нападают на людей.

Каменный тролль — одна из опаснейших горных иммунных к магии тварей. Достигают роста в десять-двенадцать локтей, хитры, настойчивы, агрессивны. Могут быть опасными даже для магов. Единственный известный способ борьбы — поднять повыше и уронить на что-нибудь потверже.

Лартайя — душистый кисло-сладкий фрукт в жесткой кожуре размером с небольшую дыню. Считается на севере изысканным лакомством.

Лимира — священное эльфийское дерево с резными листьями. Символ прекрасного. Семена лимиры служат сырьем для множества целебных снадобий.

Наргиэль — название на эльфийском вечерней звезды, самой яркой на небе. Попеременно мерцает голубым, белым и красным.

Саригла — душистое драгоценное масло. Нанесенное на тело, очень долго сохраняет приятный аромат. Привозят издалека, с южных островов. Стоит баснословно дорого.

Семеро — эльфийское созвездие из семи ярких звезд, названное в честь героически погибшего в древности Владыки эльфов и его шести соратников. Семерыми эльфы клянутся, и нарушить такую клятву считается бесчестьем.

Синь-трава — растение семейства злаковых, произрастающее по берегам рек и озер. Сорванная синь-трава при соприкосновении с влажной поверхностью окрашивает ее в устойчивый синий цвет.

Содружество — вместе Драконья Империя, Тер-Шэррант и Мириндиэль образуют союз трех держав, существующий уже двадцать веков. На территории Империи граждане всех стран содружества имеют равные права. Брак, заключенный в одной из стран содружества, признается в двух других. Наконец, люди, эльфы и драконы вместе отражают набеги орков, регулярно нападающих с востока, из-за Гномьих гор.

Тайра — травяной настой на основе ягод шиповника и мяты в смеси с другими травами. Заваривают и пьют как чай.

Примечания

1

Двустишие принадлежит Борису Заходеру.

Content

Надежда Кузьмина
Наследница драконов. Охота

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глоссарий

Примечания