Линдсей Армстронг

Строптивая жена

ГЛАВА ПЕРВАЯ

— Роза, вот еще один заказ. Что мы с ним будем делать? — спросила Делия Ренфью, положив письмо перед своей начальницей.

Роза Шоу запустила пальцы в копну своих рыжих волос, заложила карандаш за ухо и отодвинула несколько набросков, над которыми работала. Она начала собственный бизнес по оформлению интерьеров несколько лет назад. И свой салон назвала «Алая роза».

— Кто это? Кто-нибудь из прежних заказчиков? — вопросом на вопрос ответила Роза. Ее голос с приятной хрипотцой был, казалось, таким же фирменным знаком, как и изображение розы, которым помечались все ее проекты.

— Нет. По крайней мере я не знаю Фрейзера А. Росса, а вы?

Роза усмехнулась и взяла письмо.

— Наверняка шотландец. Можно поспорить, что это «А» означает — Алистер, Арчи, Андрэ или Агнус. А как высокопарно это звучит! — Роза понизила голос и надула щеки. — Фрейзер А. Росс! Я только удивлена, что он не добавил: «эсквайр».

— Он хочет, чтобы вы оформили весь его дом, — смеясь, сказала Делия.

— Ммм… — Роза внимательно изучала письмо. — Домик для отдыха. Ммм… на острове Уитсандэй.

— Прелестное местечко, — заметила Делия.

— Правда, далеко отсюда. И туда трудно добираться. Нет, — Роза приняла решение, — напишите мистеру Фрейзеру А. Россу, что у меня аллергия на людей с инициалами второго имени, что мне видится напыщенный, пожилой шотландец, который носит клетчатую юбку и считает каждый доллар.

— Другими словами, — невозмутимо произнесла Делия, — вы хотите, чтобы я написала вежливое письмо, в котором сообщила бы, что множество деловых обязательств заставляют вас с глубоким сожалением отклонить его столь лестное предложение.

Губы Розы тронула легкая улыбка.

— Точно. Не знаю, что бы я без вас делала, Делия!

Делия пожала плечами.

— Мы действительно завалены работой, но вы уверены, что не передумаете?

Роза питала к своей помощнице глубокое уважение и привязанность. Делии было сорок пять, а Розе — двадцать пять. У Делии не было детей, брак давно распался, и всю свою энергию она направила на работу. Делия не была художницей, но зато хорошо разбиралась в делопроизводстве и юридических тонкостях, вела бухгалтерию, переговоры с неуступчивыми поставщиками, определяла приоритеты и тому подобное.

Делия также была единственным человеком, способным обуздать крутой нрав и несдержанность Розы. И это было ясно обеим.

— Нет, не передумаю. Ведь нужно много времени, чтобы выполнить эту работу, тем более так далеко отсюда, а оно у меня всегда в дефиците. Потом, что касается доставки туда всех материалов… Это также представляется мне затруднительным. И откровенно говоря, я думаю, что эта работа не для меня. Правда, я и сама не знаю почему.

Она состроила гримасу, снова взяла письмо и шлепнула им по ладони.

— Это, должно быть, старик — написано так старомодно и высокопарно!

Делия взяла письмо и снова прочла его:

— «Не сочтите за труд прислать свой ответ как можно скорее». Мне тоже так кажется, в то же время…

— Понятно, понятно, — прервала ее Роза. Среди наших заказчиков есть, конечно, очень милые старички, но нет, Фрейзер А. Росс и я не поладим друг с другом, поверьте мне.

— Хорошо. А вы не забыли о приглашении на торжественный обед к судье Уитни Спенсу в пятницу? Ведь они его устраивают в вашу честь, поскольку вы заново отделали их дом.

— Да, я помню, но, черт возьми, — мрачно произнесла Роза, — мне же нечего надеть!

— Тогда пойдите и купите что-нибудь, — холодно сказала Делия. — Я уверена, это будет супермодная вещь.

Роза обрадовалась.

— Произведет фурор?

— Почему нет? — ответила Делия. — Мы обе знаем, как вам это нравится. — Она заметила, что задела свою начальницу, и ее взгляд смягчился. — Сейчас вы можете себе это позволить благодаря упорной работе, и своему таланту, и, я должна признать, способностям деловой женщины.

— Спасибо, — улыбнулась Роза. Но после того, как Делия вышла, подперла голову руками и мысленно вернулась на несколько лет назад в прошлое.

Она вспомнила, как все начиналось.

Тогда у нее еще не было своего салона в бухте Санктьюри — чудесном курортном городке на севере Золотого побережья Австралии. Она только что закончила колледж, где изучала искусство, дизайн, текстильное производство и декорирование интерьеров, и жила в небольшой квартирке в Саутпорте.

Роза всегда любила архитектуру, мебель, антиквариат и современное искусство. А больше всего она любила рисовать.

Бухта Санктьюри — довольно большой порт. Сюда-то и приехала Роза в поисках работы.

Дав несколько удачных консультаций по оформлению интерьеров, она получила заказы не только на реставрацию старой мебели, но и на создание интерьера целого особняка. О ней заговорили. Бухта Санктьюри разрасталась — строились новые дома и коттеджи, и в скором времени Роза стала регулярно получать заказы.

Примерно через два года она уже смогла оставить тяжелую работу по реставрации старой мебели и открыть салон «Алая роза». Сейчас ее талант был признан по всему Золотому побережью до самого Брисбена.

Но она никогда не сожалела о том, что обосновалась в маленьком курортном городке. Ей нравилась здешняя атмосфера, магазинчики, картинная галерея, рестораны и открытые террасы кафе. Здесь были рынок и кинотеатр, красивый вид на реку со стоящими на причале многочисленными яхтами, катерами и моторными лодками, много яхтсменов и туристов.

Прекрасные сады всегда были покрыты пышной зеленью. В Клубе для отдыха, в котором состояла и Роза, можно было отдохнуть, играя не только в гольф, но и в теннис, а при желании позаниматься в спортивном зале или поплавать в бассейне после долгого и жаркого рабочего дня. Довольно часто по выходным дням в Санктьюри проходили концерты, показы мод, лодочные шоу, существовала традиция пения гимнов в канун Рождества.

Да, подумала Роза, мне здесь очень хорошо. И пододвинула к себе альбом с набросками.

Четыре дня спустя, в пятницу, Роза вспомнила о своем решении купить модное платье и в обед помчалась по магазинам. Платье, которое она принесла домой, было словно мечта. В этот день Роза закончила работу пораньше. Она приняла ванну и вымыла голову. Пока волосы сохли, Роза, усевшись в удобном кресле, стала красить ногти бледно-розовым лаком. Затем надела кружевной пояс и тонкие чулки. Последней деталью ее нижнего белья стали шелковые кружевные трусики. Потом настала очередь платья с цельнокроеным лифом, и с губ Розы сорвался вздох удовлетворения, настолько оно было ослепительным.

— Кто эта местная Венера?

Диана Марр подняла глаза и с любопытством посмотрела в сторону той, на кого уставился ее брат.

— А, эта… — Она внезапно смолкла, а затем добавила строго: — Она тебе не пара.

— Почему же? — Он удивленно поднял бровь.

Диана прикусила губу и посмотрела на Розу, которая блистала в своем вечернем шелковом платье цвета морской волны. Оно было без бретелек, обтягивало грудь, подчеркивало тонкую талию и ниспадало до пола множеством складок. Кроме того, на ней было ожерелье из нескольких ниток бус, доходящее до талии. Вьющиеся рыжие волосы были распущены. И Диана Марр, одетая более строго, как подобает на торжественном обеде, — ведь это же не танцевальный вечер! — была вынуждена признать, что мисс Шоу затмила всех.

— Диана! — мягко напомнил о себе ее брат.

— Это не твой тип.

— А ты у нас в этом разве специалист, дорогая сестренка?

— Да, — сказала Диана сердито. — Она холодная, расчетливая деловая женщина, посвятила себя карьере. А тебе следует искать жену, а не…

— Вот я и ищу, — перебил он с усмешкой.

Диана встретилась с ним глазами и в глубине его темных глаз увидела обычное спокойное выражение. Но, хорошо зная брата, конечно, не поверила ему.

— Нет, послушай, я серьезно, — с горячностью продолжила она. — Тебе уже тридцать пять!

— Можно сказать, одной ногой в могиле, — пробормотал он.

— Не передергивай! Я имею в виду… — Диана щелкнула языком, она явно была вне себя. — Ты…

— Я знаю, что ты имеешь в виду, дорогуша, — успокоил ее брат с нескрываемым раздражением. — Но, поверь мне, я абсолютно серьезен. Жена — вот что мне действительно нужно, и я, разумеется, стараюсь ее найти.

Диана открыла рот, закрыла его, потом язвительно произнесла:

— Почему бы тебе не дать объявление?

Он рассмеялся.

— Объявление? Ты так считаешь?

— Да, считаю. Хотя не уверена, что это сработает. А от Розы Шоу я бы держалась подальше.

— А, так это и есть Роза Шоу?

Что-то в его голосе заставило Диану повнимательнее отнестись к словам брата. Ее раздражало, что он чертовски привлекателен и женщины не могут перед ним устоять. Она часто была свидетельницей того, как неотразимо действуют его чары, и навязывала ему, сообразно своему вкусу, кандидаток в жены. Но у нее ничего не получалось.

— Да, это Роза, — согласилась Диана. — Она и отделывала этот дом.

— Очень впечатляет. — Фрейзер огляделся вокруг.

— Да, Спенсы очарованы.

— Но не ты, Диана, — произнес он, растягивая слова. — Будь добра, объясни, почему я должен держаться от нее подальше? Прежде, чем ты взорвешь дом, — добавил он мягко.

— Временами я тебя ненавижу, — парировала Диана.

— Да ладно, Ди, — начал упрашивать он с очаровательной улыбкой. — Она что, неразборчива в связях? Или уже замужем? Может, разведена? Что еще она должна была совершить, чтобы заслужить твою антипатию?

Диана слегка покраснела.

— Ничего такого я не знаю, — сказала она жестко, затем смягчилась и прибавила искренне: — И надеюсь, не узнаю. Она просто чрезмерно увлечена своей работой!

— В настоящий момент это незаметно, — сказал он негромко, поскольку Роза в этот самый миг проплывала мимо, кружась в танце с каким-то мужчиной и оживленно с ним разговаривая.

— Как раз наоборот, разве ты не видишь? — с жаром произнесла Диана. — Это лишь вывеска. Она сумеет околдовать любого. И никто не уйдет отсюда, не узнав, кто она такая.

— О да, я это вижу, — ответил ей брат насмешливо.

Диана Марр закрыла глаза и процедила сквозь зубы:

— Я не ревную… Удовлетворен?

Когда высокий темноволосый незнакомец пригласил Розу танцевать, она догадалась, что он проявляет к ней интерес.

Проклятье, невольно подумала она, оказавшись в его сильных руках, мне это доставляет удовольствие. Она взглянула в его темные глаза и холодно поинтересовалась:

— Кто вы?

— Прекрасный незнакомец, — представился он шутливо.

Роза прищурилась. Несомненно, он был хорош собой — высокий брюнет, отлично сшитый темный костюм в полоску скорее подчеркивал, нежели скрывал широкие плечи и стройное, мускулистое тело. Он определенно замечал на себе восхищенные взгляды женщин, танцующих рядом. И, очевидно, чувствовал себя в этой обстановке как рыба в воде. Не вызывало сомнений и то, что он озадачен ее холодностью.

— Прекрасный? — насмешливо спросила Роза. — Вам не кажется, что это можно истолковать по-разному?

— Тогда — таинственный незнакомец, — согласился он. — Не все ли равно?

— Нет, — поспешно сказала она. — Я не люблю танцевать с людьми, которые мне совершенно незнакомы.

Он удивленно поднял брови, кружа ее в такт музыке.

— Я плохо танцую?

Роза стиснула зубы.

— Нет, — ответила она без обиняков.

— Тогда дело в другом, — промолвил он и рассмеялся, и было в его смехе что-то такое, что заставило сердце Розы биться быстрее.

Что это? — удивленно подумала она. Как ему удается вызвать во мне такие чувства? И мысленно пожурила себя: ты же не наивная девочка. В его взгляде, медленно скользящем по ее фигуре, читалось явно недвусмысленное выражение.

— Все дело в том, что мы не представлены друг другу? Я могу исправить это прямо сейчас…

— Не стоит.

— Хорошо, — пробормотал он, по-видимому ничуть не смущаясь. — Вероятно, я с самого начала повел себя не так, как следовало. Кстати, ваше прекрасное платье — несомненное свидетельство тонкого вкуса, — Он бросил на нее беглый взгляд.

Роза, совершенно уверенная, что сейчас он начнет комментировать отсутствие бретелек, стиснула зубы. Но, когда их взгляды вновь встретились, он добавил только:

— Оно подходит к вашим глазам.

Удивленная Роза хранила молчание, и незнакомец продолжил:

— Все это окружающее нас великолепие — дело ваших рук? — Он огляделся вокруг.

— Великолепие?! — с вызовом переспросила она. — Вы говорите так, словно я перегнула палку.

— Убежден, что Спенсы так не считают.

— Возможно, вы правы, — уступила Роза после небольшой паузы, во время которой не смогла удержаться от смешка. — По правде говоря, только благодаря моим стараниям этот дом не превратился в уменьшенную копию Версальского дворца. А вы что, друг Спенсов? — добавила она, думая о возможности поближе познакомиться с этим мужчиной.

— Совершенно верно. Однако это не означает, что я не замечаю их мании величия. Должно быть, было большой удачей получить такую работу.

— И это означает, что вы знаете, кто я, — парировала Роза.

— По-моему, вас знает каждый из присутствующих. Большинство женщин в этом зале позеленели от зависти. Неужели вы думаете, будто поступаете мудро?

Роза застыла на месте.

— Мудро?

— С деловой точки зрения. Ревнивые жены создают большие проблемы, не правда ли? — сказал он мягко.

Роза в изумлении открыла рот, и незнакомец воспользовался этим, чтобы продолжить танец.

— Это всего лишь мое предположение. Я уверен, работа — это ваша жизнь. — Он вопросительно посмотрел на нее. — Хотя, мне кажется, это большое заблуждение.

Роза наконец очнулась и закрыла рот.

— В этом вы правы. Работа занимает всю мою жизнь. И, если вы предложите мне что-то изменить, мистер Таинственный Незнакомец, я откажусь.

Он рассмеялся, и ее сердце забилось быстрее. Внезапно Роза споткнулась, и он сильнее прижал ее к себе.

— Что случилось? — спросил он едва слышно.

Роза заглянула ему в глаза, и, хотя всегда сожалела о своем невысоком росте, в этот момент она ощутила, как прекрасно находиться в крепких руках высокого мужчины. Это заставило ее почувствовать собственную слабость.

И дело не только в его улыбке, подумала Роза с внезапной болью, или его росте, или этих широких плечах, или правильных чертах лица. Но и в аромате его накрахмаленной рубашки, запахе настоящего мужчины, а не одеколона или мыла. Интересно, каков он в постели? И что я почувствовала бы, если бы он не торопясь снял с меня платье? Почти ничего? Незащищенность? Страх? Или удовлетворение, любопытство и восхитительные ощущения?

— Роза…

Она не могла оторвать взгляд от его глаз и отогнать от себя видение, в котором они медленно снимали друг с друга одежду, где-то за миллион миль от судьи Уитни Спенса, его жены и их торжественного обеда. Его руки покоились на ее прозрачном, словно дымка, платье и приводили ее в трепет.

— Я так и думал, — произнес он мягко.

— Что думали? — Ее голос прозвучал откуда- то издалека.

— Что для вас важнее всего на свете бизнес. Хотя что делать, если нет ничего лучше?

— Не понимаю, о чем вы… — Прежнее здравомыслие постепенно возвращалось к ней. И оно подсказывало Розе: этот совершенно незнакомый ей мужчина просто смеется над ней, оскорбляет ее. — Да как вы смеете? — прошептала она и вырвалась из его рук.

Роза удалилась прочь и не слышала, как незнакомец рассмеялся.

Ей вдруг показалось, что вечер безнадежно испорчен, хотя и устроен в ее честь.

Итак, вечер был испорчен по нескольким причинам. Главной была, а вернее, был незнакомец. Кто он такой? Ничто не давало ей ключа к разгадке этой тайны. Был ли он серьезен, когда говорил о ревнивых женах? И если был, что побудило его так сказать? Может быть, я слишком далеко зашла, выбрав такое платье? И в этом ли дело? Роза внезапно осознала, что созданный ею интерьер вызывает у нее отвращение. Поэтому она отвергла все последующие приглашения танцевать. А таинственный незнакомец, когда она смотрела на него, казалось, совершенно не замечал ее.

Так она и сидела на диване, обитом золотой парчой, одна, погруженная в собственные мысли, когда к ней подошла Диана Марр.

— Роза? Вы больше не танцуете?

— О, здравствуйте, Диана. Нет.

— Тогда можно я присоединюсь к вам?

— Да, конечно. — Роза подвинулась. Она была мало знакома с Дианой и знала только, что та принадлежит к весьма состоятельной семье и вращается в высшем обществе.

— Вы, должно быть, очень горды, — сказала Диана, одаривая ее дружеской улыбкой.

— Почему вы так считаете?

— Вы ведь так молоды и так удачливы, — уточнила Диана и сделала жест рукой. — Уитни и Сара очень довольны своим домом.

— Благодарю вас, — ответила Роза с деланной улыбкой, явно уловив фальшивые нотки в голосе Дианы.

— Какая жалость, что вы не смогли принять предложение моего брата по отделке дома, но, я думаю, он поймёт. Особенно после того, как сегодня сам увидел, насколько вы популярны. Я слышала, по крайней мере шесть человек сегодня пригласили вас оформить их дома.

Роза нахмурилась.

— Ваш брат?

— Да, а вот и он сам!

Роза подняла глаза и похолодела.

— Это ваш брат?

— Наказание за мои грехи — да! — сказала Диана весело. — А разве он не представился? Я видела, вы с ним танцевали.

— Мне не позволили, — произнес мужчина, который уже перестал быть таинственным незнакомцем и сел напротив дам в кресло. — Не правда ли, Роза?

Та сглотнула и начала нервно перебирать в руках свои бусы.

— Я… ммм… Итак, значит, вы Марр, — сказала она слабым голосом, чувствуя себя полной идиоткой. — Но я не помню…

— О нет, он не Марр, дорогая! — усмехнулась Диана. — Он Росс, Фрейзер Росс.

Второй раз за этот вечер Роза открыла рот от изумления, и Фрейзер Росс наблюдал за ней, явно потешаясь.

— Фрейзер А. Росс? — спросила она хриплым голосом.

Он кивнул.

— Но этого не может быть! — Слова вырвались у Розы прежде, чем она смогла остановиться.

— Что «не может быть»? — спокойно спросил Фрейзер Росс.

— Ну… ну, — мямлила она, — я думала, вы намного старше.

— Да? Интересно, почему же вы так подумали?

Роза глубоко вздохнула.

— Манера вашего письма, инициалы… — Она не могла подобрать слова и стыдилась глупости ситуации, в которую попала.

— Так вот почему вы дали мне от ворот поворот? — сказал он с дьявольской усмешкой. — Но как видите, я еще не стою одной ногой в могиле. — Он с иронией посмотрел на сестру. — Я использую инициал «А» потому, что моего отца тоже зовут Фрейзер Росс. Что же касается тона моего письма, у нас есть очень преданная служанка, которая выполняет обязанности секретаря. Ей по меньшей мере лет семьдесят, но никому из нас не приходило в голову уволить ее.

— Мы просто следуем традиции, — поспешно вставила Диана. — Роза сейчас слишком занята, не правда ли, дорогая?

— Конечно, понимаю, — согласился Фрейзер Росс. — Может, передумаете, Роза? Из чисто деловых соображений.

Но в быстром взгляде его темных глаз не было ничего, похожего на деловые соображения, этот взгляд раздевал ее от шеи до самых щиколоток, на которых застегивались ремешки ее туфелек.

Роза встала, привела в порядок бусы и расправила складки юбки. Затем сложила руки перед собой и тихо, но с апломбом произнесла:

— Я выбираю себе заказчиков самостоятельно, мистер Росс, а не как-либо еще. И я стараюсь не связываться с теми, кто создает проблемы, придирается или слишком надоедлив. Еще раз спасибо, но я отказываюсь!

Она повернулась и, гордо выпрямившись, двинулась прочь с высоко поднятой головой.

— Неужели я сделала это? — говорила Роза Делии на следующее утро.

— Выкиньте из головы, — промолвила Делия.

— Представьте… как много людей могли слышать мои слова. И они наверняка осуждали меня.

— Вы считаете, что оказались в неловком положении? — осторожно спросила Делия.

— Я была так раздражена, что просто встала и ушла. — Она пожала плечами. — Ушла с торжественного обеда.

— И даже не попрощались, не поблагодарили за вечер?

— Нет, хотя сегодня утром я послала Спен- сам цветы и записку с извинениями. Вы представляете, он имел наглость заявить мне, что я переборщила при оформлении их дома!

— Вы и сами немного беспокоились об этом, — напомнила Делия. — Вы ведь, помнится, решили: пусть они получат то, что хотят.

— Знаю. Но теперь я так не думаю. — Роза глубоко вздохнула и огляделась вокруг, чтобы успокоиться.

Салон «Алая роза» представлял собой демонстрационный зал и примыкающие к нему две комнаты офиса. В этом месяце в демонстрационном зале был воссоздан уголок будуара с восхитительным мягким креслом, в котором хотелось утонуть. Оно было обито голубой тканью с рисунком из желтых и кремовых ирисов. Возле него стоял антикварный столик с изогнутыми ножками и множеством маленьких ящичков. На столике стояла хрустальная ваза со свежими ирисами — кремовыми, желтыми, фиолетовыми.

Стены кабинета, где сидели Роза и Делия, были оклеены плотными золотисто-желтыми обоями, ее собственный огромный стол также был антикварным. Прекрасные гравюры и картины, вставленные в зеленые рамки, висели на трех стенах, на четвертой же красовался букет из крокусов в настенной вазе. Пол был устлан зеленым ковром.

— У меня появились новые сведения о нем, — начала Делия, бросив на свою начальницу пристальный взгляд.

— Я не желаю ничего слушать.

— Хорошо… ту ткань, которую мы присмотрели для дома Джонсов, уже распродали, так что…

— Хотя, впрочем, ладно, выкладывайте, — смирилась Роза. — Тогда я смогу всецело возненавидеть его.

Делия рассмеялась.

— Семья Росс владеет большой сетью различных предприятий: целый ряд магазинов, компания по грузовым перевозкам, траулеры для ловли креветок, отели…

— Достаточно, я поняла, — мрачно произнесла Роза.

— Когда Фрейзер Б. Росс серьезно заболел несколько лет назад, он передал бразды правления своему сыну…

— Фрейзеру А.

— Совершенно верно. Между прочим, инициал Б. означает Бернард, а А. — соответственно Андрэ.

— Как оригинально, — со злостью огрызнулась Роза. — Бесполезно надеяться, что он промотал состояние семьи, что он негодяй и повеса.

— Да, — ответила Делия, но затем поправилась: — А вот повеса ли он, откровенно говоря, я не знаю. Он не женат, хотя ему уже тридцать пять, и он приумножил семейное состояние с тех пор, как принял на себя ведение дел.

— Как получилось, что мы никогда не слышали о нем?

Делия нахмурилась.

— Он тщательно охраняет свою личную жизнь от посторонних. О его родной сестре ходят слухи, будто ее брак не очень счастлив.

Роза задумалась.

— Да-да, вот и вчера на вечере она была одна. Кстати, я встречала Роджера Марра — он бегает за каждой юбкой. Интересно, принадлежит ли его сестра к типу ревнивых жен, о которых упоминал мистер Фрейзер А. Росс? Делия, а как вам удалось все это разузнать? Тем более если он так хорошо скрывает свою личную жизнь?

— У меня есть друг, работающий в утренней газете. Они все про всех знают, включая также и сплетни.

— Жаль, что вы не рассказали мне это до вчерашнего вечера. Теперь уже все равно, а почему вы решили побольше разузнать о нем?

— Не знаю. — Делия помолчала, наморщив лоб. — У меня возникло какое-то странное чувство, когда я думала об этом заказе. Должна заметить, что и у вас было по-своему странное чувство.

Роза недовольно скривила губы, но затем внезапно рассмеялась.

— Напыщенный, скупой, пожилой и носит клетчатую шотландскую юбку, — как я ошибалась! Да ладно, никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь. Но у меня действительно есть веские причины, по которым я никогда не смогу работать с Фрейзером А. Россом.

— Даже если я сообщу вам, что терпеть не могу шотландку? — насмешливо произнес голос, который Роза не могла не узнать.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Он стоял в дверях рабочего кабинета салона «Алая роза», и его явно позабавило, когда Роза подняла голову и уставилась на него с открытым ртом.

— Здравствуйте! — Он протянул руку Делии. — Я — Фрейзер Росс. Прошу прощения за письмо, которое ввело в заблуждение вас обеих: будто я напыщенный, скупой, а также пожилой и ношу клетчатую шотландскую юбку, — добавил он мягко.

— Вы… вы подслушивали! — выдавила из себя Роза, глядя, как покрасневшая Делия пожимает протянутую ей руку. — Сегодня суббота. Мы не принимаем посетителей, — сухо добавила она.

— Тогда неплохо было бы повесить табличку «Закрыто» и запереть дверь, вам не кажется?

— Я заперла дверь, — произнесла Делия, — но… — Она замолкла и взглянула на Розу.

— Это я, придя следом за вами, наверное, забыла ее запереть, — сердито отозвалась Роза. — Однако это еще не означает, что…

— Я сейчас приготовлю всем нам кофе, — вставила Делия. Она вежливо указала Фрейзеру Россу на стул напротив стола Розы. — Это не займет много времени, — добавила она и выскользнула из комнаты.

— Очень любезно с ее стороны, — пробормотал Фрейзер Росс, усаживаясь на стул и отставляя свой кейс в сторону. Затем ленивым взглядом, который Роза так хорошо запомнила, оглядел ее.

А она выглядит моложе сегодня утром, подумал он. Роскошные кудри Розы были зачесаны назад и аккуратно заплетены в косу, перевязанную узкой лентой. Под глазами залегли легкие голубые тени, но вздернутый носик не стал менее надменным.

Роза была одета в широкую зеленую хлопчатобумажную рубашку и, как он мог видеть под столом, зеленые леггинсы, с рисунком из белых маргариток, и зеленые босоножки.

Роза ощущала, что ее рассматривают, и снова едко и тупо повторила:

— Сегодня суббота… — и с досадой прикусила губу.

— Конечно, — согласился он. — Я тоже не потрудился принарядиться сегодня. Вы это имели в виду?

Она холодно посмотрела на него. Его наряд состоял из брюк защитного цвета и желтой, как тыква, тенниски, безупречно чистых и отглаженных, и все это высокого качества. Одежда, как и прошлым вечером, подчеркивала его широкие плечи и стройное тело. Он был свежевыбрит, густые, темные волосы аккуратно причесаны.

Роза очнулась и заметила, что он на нее смотрит, изогнув брови.

— На самом деле я имела в виду, мистер Росс, — начала она холодно, — почему вы здесь? Мне кажется, я достаточно ясно дала вам понять… Я не собираюсь заниматься интерьером вашего дома для отдыха!

— Потому, что именно я предложил вам это? — Он слабо улыбнулся. — В конце концов, теперь вам уже не в чем меня обвинить, и увертки ни к чему. — Он с издевкой поднял брови. — И, кстати, Роза, я не скуп.

— Все намного проще, — сказала она после небольшой паузы, во время которой боролась с раздражением. — Я очень занята. Настолько, что даже не знаю, кто у меня следующий на очереди. Вот Делия, — она с благодарностью взглянула на Делию, которая в этот момент принесла кофе, — может подтвердить. Не правда ли, Делия? — строго произнесла Роза, и в ее зеленых глазах сверкнуло предупреждение.

— Мы сейчас действительно по горло завалены работой, — подтвердила Делия, разливая ароматный кофе в две зеленые кружки, расписанные алыми розами. Она поставила рядом сливки, молоко и сахар и подала тарелочки с бисквитным печеньем. А затем выпрямилась и добавила: — Однако мы могли бы пересмотреть график работ, найти компромиссный вариант и добавить вас в список. Приятного аппетита.

Роза, не веря своим ушам, уставилась на дверь, за которой скрылась Делия.

— Мне кажется, не стоит ждать, пока все остынет.

Роза оторвала взгляд от двери, но еще больше рассвирепела, увидев, что он едва сдерживается, чтобы не рассмеяться.

— Послушайте, здесь я принимаю решения!

— Все это довольно забавно, не так ли? — пробормотал он, вежливо передавая ей сливки и сахар. — А мне говорили, будто вы деловая женщина, и к тому же очень расчетливая.

— Иначе вы здесь не сидели бы, — изрекла Роза с кислым видом. — Вот поэтому-то я и могу выбирать, с кем…

— А… — Фрейзер откинулся на спинку стула, задумчиво помешивая кофе. — Думаю, нам стоит кое-что обсудить.

— Что вы имеете в виду? Я не понимаю.

— А вот что: если вы откажетесь от моего заказа, это может отрицательно повлиять на ваш бизнес — я говорю о перспективах.

Хотя день был отнюдь не холодный, Роза обхватила ладонями свою кружку, чтобы согреть их. По спине у нее пробежал холодок, когда она увидела, как Фрейзер Росс смотрит на нее. Да, в его темных глазах была насмешка, но было и еще что-то, какая-то легкая ирония, и Роза подумала о том, что вся эта ситуация напоминает игру в кошки-мышки и в роли мышки выступает она.

Не будь смешной, Роза! — мысленно сказала она сама себе и горделиво выпрямилась.

— Неужели?

Он сделал жест мускулистой рукой.

— Несколько слов тут, несколько там — и пошло-поехало.

Роза задохнулась от гнева.

— Но вы не сделаете этого! Вы не сможете это сделать! У вас просто ничего не получится.

— Боюсь, получится! — с сожалением произнес он. — И, боюсь, моей сестре это удастся гораздо лучше, чем кому-либо. Ей не нравится, когда другие женщины затмевают ее, как это было вчера вечером.

— Но… — Роза не знала, что ответить.

— Я уверен, вы не хотите, чтобы ваше дело, созданное с таким трудом, с треском рухнуло, — закончил он. — Но если вы примете мое предложение, то наше сотрудничество, несомненно, послужит вам хорошей рекламой и откроет перед вами все двери.

— Я не верю этому, — решительно проговорила Роза.

— Если бы я был на вашем месте, то поверил бы.

— Тогда я скажу вам, чему я действительно верю, — начала она, не торопясь и подбирая слова. — У вас большое и ранимое самолюбие, мистер Росс. И я задела его, когда не позволила вам поучать меня вчера вечером. Боже мой, как печально, — мягко добавила Роза.

— Что действительно печально, — так же мягко заметил он, — так это то, что вчера вечером мы оба непроизвольно почувствовали интерес друг к другу. И вы даже таяли в моих объятиях во время танца, хотя и будете отрицать это. Вы задели мое самолюбие? Бесспорно. — Он усмехнулся, вспоминая события предыдущего вечера.

— А Спенсы, — невнятно пробормотала Роза. — Они всегда заступятся за меня!

— Уитни и Сара? — произнес Фрейзер задумчиво. — Неужели вы считаете, будто они сделают это после того, как старинный друг их семьи был публично оскорблен у них на вечеринке? И кем? Каким-то художником по интерьеру.

Роза заерзала в кресле и стукнула своей кружкой по столу, расплескав при этом кофе.

— А теперь послушайте меня, — выпалила она с яростью. — Что касается оскорблений — вы говорили мне об их мании величия!

— Когда вас загнали в угол, то можно и таким способом выкрутиться, — весело заметил Росс.

Роза встала, с шумом отодвинув свое кресло, и принялась расхаживать по своему кабинету, словно тигрица в клетке.

— Мой ответ остается прежним — нет, — бросила она через плечо. — Люди вольны работать со мной или порвать все отношения. Будущее зависит только от моих способностей.

— Так бывает отнюдь не всегда. Знаете, кого вы мне напоминаете? Разъяренного котенка, — мягко заметил Фрейзер. — Послушайте, — добавил он успокоительным тоном, — если вы будете работать на меня, то не только восстановите дружеские отношения, которые вчера вечером разрушили, но и значительно повысите свой авторитет.

— Домик для отдыха на острове, у черта на куличках? — усмехнувшись, спросила Роза.

— Дом, на который многие хотели бы посмотреть, — ответил Росс. — Дом, построенный из лучших материалов, спроектированный лучшим архитектором. Его фотографии мечтают заполучить самые авторитетные журналы по искусству дизайна.

Роза помедлила и повернулась к Россу.

— И вы позволите, чтобы ваш дом попал на страницы журналов?! Вы, Фрейзер А. Росс, тщательно избегающий любого упоминания о себе в прессе?.. — с презрением добавила она.

— Если бы вы согласились оформить его, то я ничего не имел бы против, по крайней мере, одной публикации.

Роза прислонилась к стене и пристально посмотрела на Фрейзера Росса. Почему он делает это? Роза была заинтригована. Неужели я так задела его самолюбие? Но это бессмыслица. Он миллионер, да к тому же достаточно хорош собой, чтобы шантажом приманивать меня к себе. Должно быть, женщины за ним толпами бегают, размышляла Роза. Но разве он в самом деле осуществит свою угрозу, если я откажусь?

То, как он воспринял ее испытующий взгляд, это учтивое и холодное безразличие, подсказало ей: он сделает это. Но не только мысль о том, сколько трудностей ей пришлось вынести, чтобы добиться успеха, повлияла на решение Розы, но и внезапное непреодолимое желание сразиться с этим человеком и победить его в его же собственной игре.

Роза резко выпрямилась и шагнула к своему креслу.

— Хорошо. С одним условием.

Теперь настала его очередь внимательно изучать ее.

— Интересно, что означает этот блеск ваших глаз, Роза?

Она состроила удивленную гримасу и пожала плечами.

— Может, я представила доллары, которые посыплются на меня!

Росс промолчал. В его карих глазах, обращенных на Розу, промелькнула насмешка.

— Я возьмусь за эту работу в том случае, если начну немедленно и вы позволите сделать ее быстро, — сказала Роза.

— Спешка и халтура не совсем то, за чем я обратился к вам, — пробурчал он.

— Нищие — хотя это выражение в данном случае не совсем подходит — не выбирают, мистер Росс, — оживленно произнесла она. — Через три недели мне предстоит большая работа. В этот промежуток времени, с помощью Делии, которая предложила переделать график… — Роза бросила раздраженный взгляд на дверь, — я могу заняться вашим домом. В противном случае в ближайшие три месяца у меня не будет такой возможности — я чрезвычайно занята.

— Понимаю.

Роза стиснула зубы.

— Не верите? У меня заказ на оформление шикарного дома для гостей с двадцатью пятью спальнями, которые должны отличаться друг от друга!

— Я поражен.

— Надеюсь. Но вы можете не беспокоиться: я работаю даже лучше, когда мне бросают вызов. — Зеленые глаза Розы зажглись злостью. — И раз мне нужно сделать работу за три недели, все другие дела будут отложены. Смиритесь с этим или оставьте свою затею, — сказала она просто и подвинула к себе калькулятор. — Я дорого стою.

— Не сомневаюсь.

Роза подняла голову и бросила на Фрейзера Росса беглый взгляд, так как уловила двусмысленность в его замечании, но он встретил ее взгляд с невинным видом. Она сжала зубы.

И прежде чем она смогла ответить, он заметил:

— Я только удивлен, почему вы не попросили у меня карт-бланш.

— Вы считаете меня дурой, мистер Росс? — Она вздернула свой волевой подбородок.

Росс слегка улыбнулся.

— Не знаю, может, вы мне скажете?

— Вы подпишете подобный контракт?

— Нет.

— Тогда у меня нет охоты годами судиться с вами из-за того, что я не так якобы истолковала ваши пожелания. На каждом этапе вы либо одобряете мои действия, либо нет.

— Очень мудро, — согласился он. — Это даст нам возможность узнать друг друга лучше, не так ли? Он поднял брови и посмотрел на нее.

— Это не входит в мои планы, — холодно заметила она.

— Возможно, и нет, — снова согласился Фрейзер.

— Вы действительно… — обронила Роза, когда он встал.

— Да, мисс Шоу?

— …раздражаете, — сказала она. — И если вы считаете, что раз вы выше меня по положению и, следовательно, то можете меня запугать, то…

— На самом деле запугивание не входило в мои планы, Роза, — не торопясь произнес он. — Я просто интересовался, что будет, если я вас поцелую. Будете продолжать шипеть на меня, как обиженный котенок? Или вновь растаете в моих руках, рассчитывая на другие… маленькие удовольствия, которые мы можем себе позволить?

Густой румянец залил щеки Розы.

— Я не думала…

— О нет, вы думали об этом, — мягко возразил ей Росс и небрежно прикоснулся рукой к ее горящей щеке. Затем наклонился, чтобы взять свой кейс, открыл его и вытащил пакет.

— П-послушайте, — запинаясь начала Роза и остановилась.

— Что, струсили? — лениво поинтересовался Росс.

Роза глубоко вздохнула.

— Нет.

— Отлично. Это планы и фотографии дома. Изучите их сегодня днем, затем мы поужинаем и обсудим план действий.

— Я лучше поужинаю с удавом, — выпалила Роза.

— В самом деле? — рассмеялся Росс. — Извините, но я вряд ли смогу это устроить. Если вы беспокоитесь о своей безопасности, то мой отец будет присутствовать: он хочет встретиться с вами. Адрес — на пакете. Скажем, в семь тридцать. Увидимся вечером, Роза. — Он подошел к двери и обернулся. — Кстати, это будет неофициальный ужин. Вам нет нужды переодеваться, или мне следует сказать — раздеваться? — И он вышел с довольной ухмылкой на лице.

Делия пожалела, что не пришла несколькими минутами позже.

— Это все из-за вас! — налетела на нее Роза.

— Вы согласились с ним работать? Очень мудро, — спокойно парировала Делия.

Роза тихо выругалась.

— Это совсем не мудро, этот мужчина…

— Что с ним? — спросила Делия.

— Невыносим. — Роза разорвала пакет, больше пытаясь справиться со своими эмоциями, нежели желая взглянуть на его содержимое. Она с удовольствием выбросила бы эти глянцевые фотографии в реку. — Он… он, — продолжала Роза, все еще не глядя на фотографии, — втянул меня в эту аферу шантажом, Делия! Он грозился очернить меня в глазах своих состоятельных друзей. Он убедит Спенсов в том, что я отвратительно вела себя вчера вечером, хотя я и сама это понимаю! А его сестра, которая прошла огонь, воду и медные трубы, будет только рада помочь ему.

Делия с недоумением уставилась на начальницу.

— Звучит так, как будто он пришел сюда вооруженный до зубов. Объясните мне, что конкретно вы сделали прошлым вечером?

Роза открыла было рот, но быстро опомнилась. Описывая Делии события предыдущего вечера, она утаила от нее истинный характер того, что произошло между ней и Фрейзером А. Россом.

— Почему вы сразу же вообразили, будто я сделала что-то? — с негодованием обрушилась на Делию Роза.

— Потому что я достаточно хорошо вас знаю, Роза: вы не станете безропотно сносить что-либо, — откровенно ответила Делия. — Мне кажется по меньшей мере странным, что этот человек прибег к шантажу, особенно учитывая его возможности. — Она выжидающе посмотрела на Розу.

— Я… — Роза пожала плечами, — задела его самолюбие.

— Настолько серьезно?

— По крайней мере так ему кажется.

— Значит, это действительно серьезно. — Делия улыбнулась. — Не берите в голову, только представьте, какие деньги и славу принесет вам эта работа.

— Он сказал то же самое. — Роза с выражением обиды на лице вперила взгляд в букет крокусов на стене, затем оживилась и посмотрела на Делию. — Вы понимаете, что нам предстоит? Я пообещала проделать всю работу в течение ближайших трех недель.

— Отлично, — одобрила Делия. — А потом вы сразу приступаете к дому для гостей…

— Кстати, — прервала ее Роза, — а не пойти ли нам с вами вместе на ужин к Фрейзеру Россу? Мне будут нужны ваши рассудительность и хладнокровие.

— А разве вас пригласили? — Делия на мгновение даже растерялась.

— Конечно, меня пригласили! Или, вы считаете, я сама себя пригласила на ужин с этим шантаж… человеком? На самом деле меня не пригласили, — поправилась она, приводя Делию в еще большее замешательство. — Мне скомандовали. Однако не могу поверить, чтобы Фрейзер А. Росс не наскреб денег на лишнюю тарелку.

— А где это?

— Точно не знаю. Он сказал, адрес — на пакете. — Роза перевернула пакет и торжествующе посмотрела на свою помощницу. — Вы можете себе представить, Делия, дорогая? Он живет прямо здесь, в Санктьюри! — И Роза наконец-то обратила внимание на фотографии.

— Роза!.. — начала Делия через несколько минут, наблюдая за своей начальницей и заметив, как изменилось выражение ее лица.

— Ява, — ответила Роза и серьезным тоном добавила: — Не знаете, магазин в Марина-Мираж получил новую партию мебели с острова Ява? Было бы замечательно. Посмотрите на это, Делия! — взволнованно произнесла она.

Но Делия смотрела на Розу — нежно, с облегчением.

— Как скажете. Вечером заехать за вами?

Когда Роза очутилась дома, было уже шесть тридцать.

Она не только работала в бухте Санктьюри, но и жила там в двухэтажной квартире с двумя спальнями, которая принадлежала ей на правах совместного владения с гольф-клубом. И не потому, что она играла в гольф, а просто квартира очень удачно располагалась: до работы можно было дойти пешком, из окон открывался замечательный вид на море, где курсировали яхты и лодки.

Квартира Розы была обставлена в средиземноморском стиле. Светлые стены и окрашенные в темно-голубой цвет двери, шторы-жалюзи на окнах. Небольшие коврики на полу из полированного камня больше подходили к этой обстановке, нежели обычный ковер. Простая, без изысков, мебель, демонстрирующая красоту дерева, и потрясающе удобная кушетка в гостиной со множеством мягких подушек. Тут было и старое кресло-качалка, и изящное антикварное трюмо из темного дерева с квадратным зеркалом. На полированной поверхности столика стояли фотографии в серебряных рамках, а также коробочка с ароматической смесью из сухих цветочных лепестков.

Спальня поражала белизной: стены, занавески и ковер — все было белое; и только покрывало на двуспальной кровати представляло собой буйство весенних цветов: фиалок, нарциссов, ландышей, крокусов.

Роза направилась прямо к стенному шкафу, бормоча про себя: «Неофициальный ужин! Ну хорошо же, мистер Фрейзер Росс!»

Первое, на что упал ее взгляд, было вечернее платье, в котором она красовалась вчера у Спенсов. Какое-то время она рассматривала его. Не было ли ошибкой надеть это платье? Ведь что-то в ее действиях все-таки было ошибочным, это и повлекло за собой неожиданные осложнения. Одного взгляда было достаточно, чтобы Роза вновь представила себя в объятиях Фрейзера.

Она отошла от шкафа и, приблизившись к окну спальни, скрестила руки на груди и нахмурилась. Неужели они оба почувствовали внезапно пробудившийся интерес друг к другу? «Ты должна признать, он разбудил что-то в тебе — мысленно сказала себе Роза. — Что-то, что, как ты надеялась, если и не умерло, то уснуло со времен Саймона. В любом случае нужно остерегаться этого странного человека, делающего с тобой все, что ему заблагорассудится. Преуспевающий делец и искушенный ловелас, вот он кто. Иначе почему одного взгляда Фрейзера А. Росса достаточно, чтобы сразить тебя?»

И она снова направилась к шкафу.

Приехавшая десять минут спустя Делия осторожно спросила:

— Роза, вы в своем уме?

— А что?

— Что вы надели?

— А вам это что напоминает?

— Рабочую одежду водопроводчика.

Роза хихикнула.

— Вообще-то это форма летчика. Очень свободный и удобный комбинезон. — Она повернулась кругом в своем мешковатом цвета хаки цельном комбинезоне со множеством карманов, длинными рукавами и брючинами, которые пришлось подвернуть. — Фрейзер Росс сказал: нужно одеться неофициально, а точнее — раздеться…

— Что он имел в виду? — помедлив, спросила Делия.

— Это был дешевый и непристойный выпад по поводу моего платья, того, которое было на мне вчера. И которое, как мы обе предполагали, произвело фурор у Спенсов.

— А-а…

— Поэтому я и решила так одеться сегодня вечером. Вы должны признать: едва ли этот наряд можно назвать открытым.

— Где же вы это взяли?

— Брат отдал, — с озорством ответила Роза. — В нем удобно, и, — она похлопала себя по карманам, — я могу положить карандаши и всякую всячину и ничего не потерять.

— Роза… — Делия взглянула на свои аккуратные черные брюки и белую льняную блузку с черной отделкой, прикоснулась к зачесанным назад прямым каштановым волосам, — Роза, судя по адресу на пакете, это очень престижный район, и я себя чувствую неудобно, так как иду без приглашения…

— Я и сама, — искренне заявила Роза, — знаю, что это за район! Мне всегда хотелось узнать, кто там живет. — Делия тихо проворчала что-то, и Роза рассмеялась в ответ: — Всю ответственность беру на себя!

Дом, куда они приехали, не имел ничего общего с виллами в гавани. Это был настоящий особняк с высокой белой оградой, выходящей на дорогу, и коваными железными воротами.

— Вы уверены, что мне следует пойти? — спросила Делия, останавливая машину и опуская стекло, готовясь переговорить по внутреннему телефону, чтобы им открыли ворота.

— Совершенно уверена, Делия.

— Мисс Шоу и… э… миссис Ренфью, сэр.

Величественная особа, которая впустила их и провела к хозяину, не смогла скрыть нотки неодобрения в голосе, и казалось, ее слова эхом разнеслись по огромной комнате с удивительно простым убранством и внушительных размеров окном, обращенным на реку. Хотя в комнате и находилось несколько светильников, основное освещение поступало от круглых, с белыми плафонами ламп, стоящих на террасе.

Фрейзер Росс был один и наливал напитки.

Когда они вошли, он обернулся, и на его лице отразилось легкое удивление.

Делия готова была провалиться сквозь землю.

Но Роза уверенно двинулась вперед в своем немыслимом одеянии и любезно произнесла:

— Я знала, вы не будете возражать, если Делия будет сопровождать меня, мистер Росс. Ей придется серьезно заниматься вашим проектом, поэтому она должна, как говорится, быть в курсе дела.

Сзади раздался сдавленный смех, все трое обернулись и увидели пожилого седовласого мужчину.

Он улыбнулся и произнес:

— Конечно, мы не возражаем. Миссис Ренфью, пожалуйста, не стесняйтесь. Я — Бернард Росс. У меня такое ощущение, что вас принудили прийти сюда сегодня. Или я заблуждаюсь?

— Мой отец, Бернард Росс, — пробормотал Фрейзер и добавил: — Пожалуйста, не стесняйтесь. Я все понимаю. — И он проводил Делию к дивану, на котором восседал Бернард Росс.

Роза последовала за ними и, обратившись к Фрейзеру Б. Россу, откровенно сказала:

— Вы правы, сэр. Я действительно настаивала на ее приходе. Но ваш сын значительно сильнее давил на меня. Вот почему я здесь. Кстати, как поживаете? Я — Роза Шоу.

— Роза, — тихо упрекнула ее Делия.

— Очень рад познакомиться, мисс Шоу, — ответил Бернард Росс. — Так значит, он принудил вас? Я так и полагал, ибо мне совершенно точно говорили о вашей занятости.

— Да, так и было. До тех пор, пока он не пригрозил вышвырнуть меня из бизнеса. Не так ли? — весело сказала Роза, обращаясь к Фрейзеру А., который, не спрашивая, вручил ей бокал.

— Роза, — снова прошептала Делия и приняла шерри с извиняющимся видом.

— Не волнуйтесь, миссис Ренфью, — спокойно проговорил Фрейзер-младший, — то, что сейчас происходит, можно назвать просто игрой.

— Не знаю, как возразить вам, — вежливо произнесла Роза, — но я никогда не играю.

— Видите ли, мы с Розой немного повздорили вчера вечером. Она утверждает, что имело место недопонимание. Может быть, поэтому Роза предпочла появиться в таком одеянии сегодня вечером. Хотя, — он наклонил голову, задумчиво изучая Розу, — и в нем есть своя привлекательность.

На какое-то время все замолчали, и вдруг раздался чей-то голос:

— Дорогой, а я-то думала, ты продолжаешь поиски невесты! — Диана Марр вышла на свет и продолжила: — Роза, а почему вы сегодня выглядите как мальчик? Что за метаморфозы?

Роза, которая до этого момента сидела, поднялась и выпрямилась во весь рост.

— Здравствуйте, Диана, очень рада снова вас видеть. Позвольте сказать, что вы меня успокоили. По нескольким причинам. Я уж было подумала, ваш братец вынашивает коварные замыслы против меня и поэтому шантажом заставил заняться его домом. Но раз он просто занят поисками кандидатки в жены, то мне не нужно беспокоиться, не правда ли?

Наступила тишина, которую прервал Фрейзер Росс:

— Отец, мне хотелось бы, чтобы ты показал миссис Ренфью наши фонтаны в саду. — Он наклонился вперед и нажал на кнопку; стеклянная дверь сдвинулась с места, впуская в комнату свежий вечерний воздух.

— Конечно, почему бы нет? — пробормотал Бернард, взглянув на Делию, которая с готовностью поднялась.

Фрейзер повернулся к сестре и вежливо попросил:

— Диана, не передашь повару, что ужинать мы будем через полчаса?

— Полчаса? Но почему так долго? — возразила Диана.

— Сперва нам с Розой нужно заняться делами, — ответил Росс мягко, хотя, как подумала Роза, с интересом наблюдавшая за ними, за этой обходительностью скрываются твердость и непреклонность.

Диана пожала плечами и удалилась.

— А мы с вами идем в кабинет.

— Неужели? — ответила Роза, внимательно изучая его высокую фигуру и с улыбкой заметив, что он переоделся после утреннего визита к ней. — Вероятно, мне стоит напомнить вам: я не ваша сестра или ваш отец и не люблю, когда мной командуют.

— И я, возможно, в свою очередь должен заметить: вы либо по собственной воле пойдете со мной, либо я поташу вас туда силой.

— Вы не посмеете! — Ее зеленые глаза загорелись яростью.

— Ошибаетесь, — тихо произнес он, бросив на нее дразнящий взгляд.

Роза оглянулась вокруг, но Делия и Бернард Росс были вне поля ее зрения, так же как и Диана.

— Я могу закричать! — заявила она, вскинув голову.

— Это, несомненно, придаст еще больше драматизма случившемуся, — неторопливо заметил он. — Вы сегодня и так наговорили достаточно дерзостей, вам не кажется? Идемте.

— Вы… я… у меня нет слов, — с бешенством выговорила Роза и пошла рядом с Россом, который, взяв ее за локоть, направился к двери. — Вы сами это заварили. И считаете, будто, прибегнув к шантажу и… и…

— Но что бы я ни делал, Роза, это не было на глазах у всех. Я не смущал других.

Они прошли коридор и вошли в кабинет.

— Как говорится, в любви и на войне все средства хороши. Я уверена, что вы думаете так же, поэтому давайте оставим этот разговор.

Дверь за ним закрылась, и Роза заметила, что кабинет выходит окнами в освещенный внутренний дворик. Там виднелись прекрасные скульптуры, цветущий кустарник и деревья, ползучие растения на шпалерах и маленький фонтан.

— Кстати… — Она повернулась лицом к Фрейзеру Россу, и с ее губ готов был сорваться вопрос, но он не дал возможности задать его, сказав:

— В любви? Ну, этого я не знаю, но чувствую, существует только один способ заставить вас замолчать, мисс Шоу. Вот он.

Роза замерла, широко открыв глаза, так как он шагнул ближе и обнял ее.

— Что вы себе позволяете? — с негодованием воскликнула она.

— То, чего вы и ожидали, провоцируя меня при помощи этого замечательного костюма, — ответил он, глядя на нее сверху вниз с сардонической усмешкой на губах.

— Не знаю, о чем вы, это летная форма моего брата!

— В самом деле? А вам не приходило в голову, что, если вчера вечером вы были великолепны, словно изящная статуэтка из слоновой кости, и ваше платье провоцировало мужчин, то это, — он коснулся длинными пальцами плотной саржевой ткани цвета хаки, еще большая провокация?

Роза недоверчиво приоткрыла рот:

— Я считаю, контраст был бы еще более разительный, если бы… — тихо произнес Росс, — этот грубый комбинезон и ваша шелковистая кожа, соблазнительные изгибы вашего тела, которые… — он снова прервался, окинул взглядом ее фигуру и заглянул ей в глаза, — делают вас «чертовски привлекательной»… выражение, употребляемое, когда вы не знаете, что конкретно хотите сказать…

ѕ Я… я…

— Вот, например, по поводу вчерашнего вечера… — продолжал он с легкой усмешкой, — что было бы, если бы мы остались одни и я медленно расстегнул ваше платье, которое соскользнуло бы с вашего прекрасного тела, Роза? Поправьте меня, если я не прав, но думаю, на вас не было бюстгальтера, и первое, что открылось бы моему взору, — ваши соблазнительные груди с розовыми сосками, к которым хочется прикоснуться и попробовать на вкус. — Он поднял брови и вопросительно посмотрел на нее. — Вам бы это понравилось?

— Прекратите! — Роза облизнула губы. — Я надела этот костюм совсем по другой причине. Из-за того, что вы сказали сегодня утром, и чтобы совершенно обескуражить вас, если хотите знать. — Роза перевела дух. — Послушайте, вы переходите все границы! Я больше не собираюсь участвовать в этом спектакле…

— Видите? Я был прав. Существует только один способ заставить вас замолчать. — И он наклонил голову, чтобы поцеловать ее.

Пятью минутами позже Фрейзер взглянул на ошеломленную Розу и с усмешкой спросил:

— Вы хотели что-то сказать?

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

— К-кто был дизайнером этого дома?

Фрейзер тихо рассмеялся.

— Инстинкт самозащиты, как мило. Понятия не имею.

Во время поцелуя он сел на угол стола и сейчас сидел так же, обняв ее за талию, и поэтому их глаза оказались на одном уровне.

Похож на шального пирата, подумала Роза. Несмотря на внешние обходительность и привлекательность, от Фрейзера Росса исходила внутренняя сила, заставляющая ее воображать невесть что. Вот он подхватит ее на руки, унесет куда-нибудь против ее воли, этот самодовольный, опасный и привлекательный похититель.

Она судорожно сглотнула.

— Как вы можете жить в доме — и не знать этого? — сказала Роза первое, что пришло в голову, а затем облизнула губы и с достоинством добавила: — Вы не возражаете, если я…

— Я не живу здесь. Просто останавливаюсь время от времени, — прервал он насмешливо.

— Это почему? Где же вы живете?

— В Брисбене. — Росс пожал плечами. — Это дом моего отца, — произнес он с ухмылкой и убрал руки с ее талии, но лишь для того, чтобы подвернуть один из спустившихся рукавов Розиного комбинезона. — Вот так. И снова обхватил руками ее талию.

— Послушайте….

— И он достался ему уже вполне отделанный. Вижу, вы одобряете?

— Да, конечно. — Роза задумалась. — Хоть я и не видела весь дом, но…

— Хотите, я проведу экскурсию? Спальни великолепны.

— У вас стальные нервы, — низким голосом произнесла Роза, пытаясь высвободиться из его объятий.

Во взгляде Росса промелькнула насмешка.

— Вы должны признать, временами мы небезразличны друг другу.

— Мы только второй раз… — Роза резко оборвала себя.

— В объятиях друг друга?

— Может быть, вы отпустите меня?

— Пока нет, — возразил он. — Хотя вы можете расцарапать меня, как разъяренный котенок.

— Мне хотелось бы, чтобы вы перестали так меня называть! — раздраженно сказала Роза.

Я чувствую себя неудачницей.

Он скривил губы.

— Ну, прошлым вечером вы ею не были. Так же как сегодня вечером не являетесь образцом спокойствия и благоразумия. Но, — Росс поднял брови, — не могу не восхищаться вашей горячностью.

— Не возражаете, если я выскажу свою точку зрения?

— Не знаю, как можно помешать этому. Даже хорошо, если я услышу это без свидетелей.

— Я думаю, вам нужно жениться.

Он рассмеялся, поцеловал Розу, чуть коснувшись ее губ, отпустил ее и выпрямился.

— Может быть, вы и правы. Но пока мне хотелось бы, чтобы мы узнали друг друга получше.

— Дело в том, — процедила сквозь зубы Роза, — что я не желаю узнавать вас лучше, и если вы имеете в виду постель, то почему не скажете об этом прямо? — В ее взгляде читалось презрение.

— Хорошо. Так почему вы не хотите? — Росс сложил руки и спокойно взглянул на нее.

— Я скажу вам. Я зареклась иметь дело с мужчинами, вот почему.

— Довольно странно, — помедлив, проговорил он. — Когда я целовал вас, вы совсем не походили на мужененавистницу.

— У меня не было выбора, не так ли?

— Но, Роза, — сухо посоветовал он, — будьте по крайней мере откровенны.

— Зачем это? — неодобрительно отозвалась она, однако, почувствовав, что краснеет, заставила себя собраться с духом и продолжила: — Я не собираюсь откровенничать с вами. Разве вы достаточно честны для этого?

— Возможно, нет, — уступил он, хотя это и позабавило его немного. — Расскажите, почему вы избегаете мужчин.

— О, это старая печальная история, — весело произнесла Роза. — Просто после сердечной раны я не доверяю всяким типам.

Он снова сел на угол стола и пристально посмотрел на нее.

— Но вчера, кажется, вы наслаждались обществом нескольких типов, танцуя с ними до меня.

— Разве это мужчины? Они просто юнцы.

Фрейзер насмешливо скривил губы.

— В самом деле?

— Да, вы же понимаете, — доверительно сообщила Роза. — Я могу держать их на расстоянии. Они обычно довольно забавны, годятся для сопровождения, если нужно куда-нибудь пойти, для танцев, но это все.

— И как его звали?

Роза нахмурилась.

— Вас это не касается.

— Ясно.

— Что вам ясно? — вздернув подбородок, спросила она.

Он опять встал, закатал другой ее рукав, поправил воротник костюма и заправил выбившуюся из косы прядь за ухо.

— Может быть, вы не будете дотрагиваться до меня без разрешения? — резко спросила она, так как у нее возникло ощущение, будто ей пятнадцать лет. — Что вам ясно? — повторила она свой вопрос.

— Мне показалось, вы имеете виды на меня. Я ошибся. Но вы не считаете это ребячеством — обвинять весь мужской род в грехах одного из нас, ведь и для вас это тягостно? Другими словами, не надо быть такой мегерой, если…

Это прозвучало словно пощечина. Ее рукав снова сполз.

Росс взял обе ее руки в свои и рассмеялся.

— А вы не думаете, что вам следует найти кого-нибудь себе под стать, с кем хотелось бы иметь близкие отношения? — спросил он.

— Если вы думаете, я боюсь ответить вам в том же духе, — яростно проговорила Роза, — то я не боюсь!

Он поднял брови.

— Не нужно быть столь уверенной, Роза. Вы находитесь в полной безопасности рядом со мной, но другие… — Он задумчиво покачал головой. — И существуют разные способы и средства мести, вы же знаете, — добавил он мягко, следя за тем, как вздымается ее грудь под грубой тканью летной формы в такт ее учащенному дыханию.

Роза вдруг поняла, что хочет, чтобы Фрейзер снова поцеловал ее, и, собрав волю в кулак, вздохнула.

— О, не в этом дело, мистер Росс. Под средством мести вы имеете в виду поцелуй; как банально!

— Наверное, мое прежнее предположение было правильным: вы бы предпочли, чтобы я сорвал с вас одежду и мы занялись любовью на полу?

В ее зеленых глазах заплясали злобные чертенята.

— Это вы предложили — не я, — тихо произнесла она; чертенята вышли из-под контроля, и Роза рассмеялась.

Чем собирался ответить Росс, осталось тайной, так как раздался стук в дверь и величественная особа, которая впустила Розу и Делию, просунула седую голову в дверь.

— Ужин подан, мистер Росс.

— А, Флора. — Фрейзер отпустил руки Розы. — Простите, я не представил вас: Роза Шоу — Флора Мактавиш. Флора отвечает за мою корреспонденцию.

— Ах, так это вы!.. — Роза прикусила язык и протянула руку.

Флора Мактавиш склонила голову набок и строго посмотрела на Розу, а затем, к ее глубочайшему удивлению, пожала ей руку и сказала:

— Мне нравится, как вы выглядите, юная леди. Пойдемте ужинать.

Обед оказался вкусным: изысканный суп-пюре, копченая семга, жаркое из цыплят, а также великолепный десерт из мороженого и шоколада.

Столовая — малая столовая, как подчеркнула Диана, — была уютной: пол покрыт терракотовой плиткой, зеленые стены, белая плетеная мебель, керамические вазы с желтыми хризантемами на столе и несколько прекрасных картин на стенах, за которые Роза отдала бы все на свете.

Она наслаждалась не только окружающим ее великолепием, но и каждым поданным блюдом, что вызвало удивление некоторых присутствующих.

— У вас удивительно хороший аппетит при таком росте, — заметила Диана.

— В этом нет ничего плохого. — В голосе Флоры, которая гордилась статусом члена семьи, явно слышался упрек в адрес Дианы. — Кроме фигуры, в жизни существует много других вещей, о которых следует беспокоиться.

Роза, еще не закончившая десерт, положила было ложку, но, секунду поколебавшись, решительно доела его.

— Роза много работает, тратит много энергии, — вступилась за нее Делия. — Временами я просто не могу заставить ее отвлечься. Она часто даже забывает поесть.

— Да, я это заметил, — пробормотал Фрейзер Росс. — Я имею в виду избыток энергии.

— Может быть, вы прекратите говорить так, словно я несносный ребенок? — раздраженно произнесла Роза, в то время как ее опустевшую десертную тарелку заменили чашечкой кофе.

Бернард Росс усмехнулся.

— Необычайно привлекательный ребенок, если можно так сказать. Мне кажется, Роза, ваш наряд необыкновенно оригинален.

— Ты так считаешь? — Диана удивленно подняла брови. — Интересно, это из какого магазина? Подержанной одежды?

— Роза, а почему бы вам не показать тс наброски, которые вы сделали сегодня днем? — поспешно вставила Делия. — Мне кажется, они замечательны.

Роза бросила внимательный взгляд на Диану, немного помедлила и начала ощупывать свои многочисленные карманы. В одном из них она обнаружила небольшой блокнот, достала его, посмотрела на рисунок, и лицо се прояснилось, затем она вырвала страницу и передала ее Бернарду Россу.

— Я это вот как себе представляю… — начала она.

— Великолепно, — тихо сказал Фрейзер А. Росс через несколько минут, наблюдая оживленную беседу Розы и Бернарда.

— Беспроигрышный способ, — спокойно заметила Делия. — Кстати, она просто влюбилась в ваш загородный дом. Надеюсь, вам понравится художественный стиль острова Ява. Потому что именно это она и собирается вам предложить.

— Ява? — Фрейзер недоуменно поднял брови.

— Роза!

Роза встрепенулась. Они с Делией уже ехали домой.

ѕ Да?

— Несмотря на все ваши ухищрения, все прошло не так уж плохо, правда?

Мои ухищрения? — подумала Роза, а вслух произнесла:

— Да, неплохо.

— Теперь вам нужно осмотреть это место, да?

ѕ Да.

— Конечно, завтрашнее утро уже не за горами, я постараюсь заменить вас на несколько дней. Что вы возьмете с собой в поездку? — терпеливо спрашивала Делия.

Роза бросила на нее испепеляющий взгляд.

— В чем дело? — недоуменно воскликнула помощница. — Им понравились ваши идеи. Они оплатят все ваши расходы, включая билет первого класса на самолет и номер люкс на острове Хамильтон…

— Хорошо, я скажу вам, Делия, — в отчаянии заявила Роза. — Этот мужчина напоминает мне пирата!

— Кого? — Делия удивленно посмотрела на Розу.

— Безрассудного, бесшабашного морского разбойника. Я даже легко могу представить себе, как он увезет меня на своем галионе и сделает со мной все, что захочет.

Делия заглушила мотор и изумленно уставилась на нее.

— Роза, я знаю, у вас прекрасное воображение, но это уже чересчур, вам не кажется? Я бы сказала, он очень культурный, зрелый человек, внушающий доверие.

— Просто вас, Делия, он не целовал, — холодно ответила Роза.

— Целовал? Когда же это?

— Не имеет значения. — Роза выпрямилась и подперла рукой подбородок. — Делия, вы не отвезете меня на работу? Если мне нужно подготовиться, то лучше сделать это заранее. Я вернусь домой, когда закончу.

— Но…

— Пожалуйста, Делия.

Роза вернулась домой под утро и вспомнила, что еще нужно уложить свои вещи. Сначала она приняла душ и, завернувшись в темно-зеленое махровое полотенце, заварила себе чашку травяного чая. Взяв ее с собой, направилась в спальню, там вытащила дорожную сумку и, тяжело вздохнув, села на край кровати. Ее одолевали мрачные мысли.

Первоначально планировалось, что она поедет в его дом одна и только потом туда приедет Фрейзер Росс, если у него появится такая возможность. Но вскоре выяснилось, что Роза не умеет управлять моторным катером, а следовательно, не сможет самостоятельно добраться до острова. Хотя она и пыталась возразить, что сможет быстро научиться и что Фрейзеру нет необходимости ехать, но в конце концов была вынуждена признать: несмотря на любовь к морским прогулкам, сама она ни разу в жизни лодкой не управляла. Фрейзер с едва уловимой насмешкой напомнил ей, что это именно она считала сжатые сроки основным условием выполнения работы. Тогда Роза заявила, что не собирается нарушать взятые на себя обязательства, и раз больше ее некому отвезти, она поедет с ним.

Роза вытащила несколько шпилек из волос, расплела косу, легла на кровать и закрыла глаза. Но Фрейзер Росс так и стоял у нее перед глазами. Она снова вспомнила его поцелуи. Как давно ей не приходилось испытывать что-либо подобное!..

Не могла же я в такого влюбиться! — уныло подумала Роза. Бесцеремонный, властный, всегда готовый использовать эту власть в своих интересах. Он ищет невесту, но это не мешает ему заигрывать с кем попало, да и вряд ли я подхожу для этой роли в семействе Росс.

Роза резко поднялась и села на кровати. Наверное, я схожу с ума, раз думаю о таких вещах, пронеслось у нее в голове. Но она не могла отрицать одно — так приятно было находиться в его объятиях!

Роза непроизвольно прикоснулась к губам и вновь ощутила его спокойствие и властность, то, как они смотрели друг на друга: она с враждебностью, а он с холодной иронией, и, казалось, даже воздух вокруг них был наполнен страстью.

Неужели все это оттого, что я слишком много работаю? — размышляла Роза. Или оттого, что давно одинока? А может быть, все гораздо проще? Разве не каждая женщина мечтает хотя бы раз в жизни поиграть с огнем? Хотя я знаю, чем это может закончиться.

Она еще раз вздохнула и начала собирать вещи, бормоча под нос:

— Одно вечернее платье, две пары шорт и две рубашки, ночная рубашка, белье и, может быть, купальник. Вот и все, что я возьму с собой, мистер Росс.

— Путешествуете налегке, Роза? — весело спросил Фрейзер, встретив ее утром. Он приехал на новеньком «мерседесе».

— Ага. — Роза небрежно бросила дорожную сумку на заднее сиденье и бережно поставила портфель на пол. Она была в джинсах, кремовой блузе и ботинках на толстой подошве. Спортивную куртку она тоже кинула на заднее сиденье. — Если вы сделаете хотя бы одно замечание по поводу моей одежды или ее отсутствия, я начну кусаться, — предупредила она.

В ответ Фрейзер бросил на нее загадочный взгляд и колко заметил:

— Да перестаньте. Неужели вас это так задевает, что мешает спать?

Роза лишь стиснула зубы, а Фрейзер рассмеялся и предложил садиться.

Она села на переднее сиденье рядом с ним и немедленно потребовала, чтобы Фрейзер поднял верх.

— Зачем? Сегодня чудесное утро, — удивился он.

— Возможно, но я не взяла шарф. Я не желаю, чтобы мои волосы растрепались от ветра, тогда я буду выглядеть как швабра.

— А-а. — Он взглянул на ее распущенные волосы. — То есть вы хотите сказать, что мой автомобиль не произвел на вас впечатления?

— Может, и так. Если хотите знать, не люблю показухи. — Роза оглядела салон с рыжевато-коричневыми кожаными креслами. — Я только удивляюсь вашей смелости: как, вы не побоитесь оставить машину на простой стоянке возле аэропорта?

— А я и не собираюсь этого делать. Ее заберут оттуда. — Фрейзер нажал кнопку, и крыша плавно выдвинулась и опустилась. — Значит, сегодня утром у вас плохое настроение? — Машина плавно тронулась с места.

— Еще бы, ведь вы насильно втянули меня в это дело.

— Почему бы вам не подумать обо всех тех долларах, которые потекут к вам рекой? И об успехе, — предложил он мягко.

Роза пожала плечами.

— Мы еще не оговаривали детали.

— Можно обсудить это сейчас.

Но Роза тяжело вздохнула и откинулась на спинку сиденья.

Фрейзер взглянул на нее.

— Что-нибудь не так?

— Просто устала. Я всю ночь работала, после того как мы уехали от вас вчера вечером, — довольно резко отозвалась она. Потом немного помолчала и уныло добавила: — А теперь как результат — мое ворчание. Извините.

— Вы меня удивляете, Роза.

— Это временно, не сомневайтесь.

— А я и не сомневаюсь. Почему бы вам не поспать немного?

— Не могу сопротивляться, — пробормотала Роза и закрыла глаза. Спустя две минуты она уже крепко спала.

Пару раз, когда грузовая машина с ревом проносилась мимо по скоростному шоссе в направлении аэропорта Брисбена, Фрейзер бросал взгляд на Розу, но она даже не шевельнулась. Фрейзер поймал себя на мысли, что ему хотелось бы узнать о ее прошлом, о мужчине, который нанес ей сердечную рану.

Он недовольно пожал плечами. Несомненно, Роза и сейчас была чертовски привлекательна, так же как и два дня назад, будучи королевой бала. С легким удивлением Фрейзер отметил, что эта маленькая хрупкая девушка, эта фея задела его своим холодным безразличием. К этому добавилось предубеждение Дианы, которое придает остроты и пикантности новому приключению.

«Пикантности», — повторил он про себя, остановившись на мосту Гэйтвей; Роза все еще спала. Фрейзер подумал, что не поддастся женским чарам и уловкам. Он и так порядком устал от женщин, вешающихся ему на шею. Любая из них почтет за честь стать миссис Фрейзер А. Росс и будет соответствовать своему положению, особенно когда дело коснется того, как потратить его деньги.

Он быстро проехал последние мили до аэропорта и за это время, как ему показалось, сумел избавиться от чар Розы. Но все же эта маленькая шипящая кошечка выглядела весьма соблазнительно.

— Я обидела вас? — Роза вопросительно взглянула на Фрейзера Росса.

— Нет. Почему вы спрашиваете?

Они сидели рядом в салоне первого класса на борту комфортабельного лайнера, пролетающего над Квинслендским побережьем в направлении острова Хамильтон и группы островов Уитсандэй, названных так капитаном Куком в 1770 году.

— Ваша обычная вежливость куда-то пропала. Или вы приветливы, только когда это выгодно? — спросила Роза с легкой улыбкой. — Это из-за того, что я уснула? Простите.

— А теперь вы отдохнули и с новыми силами решили напасть на меня, полагаю?

Роза смутилась.

— Я же извинилась.

— Но в то же время, используя слова «вежливость» и «приветливый», вы хотели уязвить меня.

Роза от удивления широко распахнула свои прекрасные глаза, а затем рассмеялась.

— Да, — призналась она. — Не хотела бы, чтобы меня назвали вежливой и приветливой, но я не могла себе представить, что раню этим вас.

— Ну, теперь вы знаете.

— Хорошо. Просто я подумала — что-то вы притихли. — Она с любопытством взглянула на него.

Фрейзер поднял глаза, так как стюардесса подала завтрак на подносе. Это была миловидная девушка, которая и не скрывала своего интереса к привлекательной внешности пассажира. И Фрейзер одарил ее мимолетной улыбкой прежде, чем она отошла.

— Может, вам лучше переключиться на нее? — предложила Роза, разворачивая салфетку и беря нож и вилку. — Возможно, она останется ночевать на острове Хамильтон.

— Пытаетесь сосватать меня, Роза?

— Пытаюсь развеять тоску, — ответила она, спокойно пожав плечами.

— Значит ли это, что вы с большим энтузиазмом отнеслись к моему прежнему предложению?

Роза не ответила, наслаждаясь блюдом из спаржи. Затем вытерла рот, с интересом рассматривая следующее блюдо, и сказала:

— Откровенно говоря, я была очень голодна. Пища, особенно первоклассная, вселяет в меня, как говорят французы, joie de vivre. Я сегодня не успела позавтракать, — лаконично заключила она.

— Напомните мне: я хочу добавить это в мой список советов, — пробормотал он.

— Какой список? — Роза нахмурилась.

Фрейзер криво усмехнулся.

— Как обращаться с Розой Шоу.

— У вас… уже есть список?

— Да, есть один.

— Могу я спросить, откуда? — Ее глаза гневно сверкнули.

— Ну, в основном из собственного опыта, — с приятной улыбкой на лице ответил он. — Сначала нужно накормить вас, потом поговорить о вашей работе, и если все это не поможет — поцеловать вас. — Фрейзер невозмутимо смотрел на нее.

Роза чуть не подавилась куском говядины в бургундском соусе.

— Запейте вином, — посоветовал Фрейзер.

Она воспользовалась советом и, хотя ее глаза слезились, свирепо посмотрела на него.

— Что, уже не так полны, joie de vivre? — спросил он с ядовитой улыбкой.

Роза сделала глубокий вдох и приняла решение не отвечать на его колкости по одной простой причине. Она не сомневалась: он нарочно лезет в драку, а с таким настроем он может выиграть схватку.

— Никогда не была на острове Уитсандэй, — доверительно произнесла она с легкой улыбкой. — И горю нетерпением увидеть его. В настоящий момент я очень счастлива и довольна жизнью.

На мгновение показалось, что Фрейзер сбит с толку, но затем он ухмыльнулся.

— Вы полны сюрпризов, Роза.

— Знаю, — согласилась она. — Поэтому я так удачлива.

— Ваша скромность не имеет границ.

— О, я могу быть скромной. Но только тогда, когда дело касается моей работы. — Она покончила с едой и сложила салфетку. — Отличный завтрак.

— Рад, что вам понравилось. — На этот раз он не улыбнулся стюардессе, когда она заменила им подносы и налила кофе, а лишь наклонил голову в знак благодарности.

От Розы не ускользнуло разочарование в глазах девушки.

— Мудро, — прокомментировала она. — Теперь она определенно потеряла всякую надежду.

— Считаете это делом своих рук, Роза? — спросил он с иронией.

— Нет. Но не забывайте: я на стороне вашей сестры.

— Не думаю, чтобы у вас с Дианой было что-нибудь общее.

— У вас короткая память. — Роза насмешливо взглянула на него и театрально вздохнула. — Вы правы, это не мое дело. — Но потом не удержалась и добавила: — Кажется, вы ищете жену.

— Профессия не имеет значения.

— Конечно.

То, как она это произнесла, заставило Фрейзера внимательно посмотреть на нее.

— Выкладывайте, — сказал он.

Роза пожала плечами.

— Могу себе представить, как трудно отделить зерна от плевел, когда вы так богаты. Кому нужны вы, а кому — ваши деньги? Но в любом случае все работает на вас, я полагаю.

— Как мило.

Она рассмеялась.

— Может, поговорим о чем-нибудь другом?

Фрейзер вытянул свои длинные ноги.

— Хорошо. Расскажите мне о себе. У нас есть двадцать минут до приземления.

— О, мой рассказ не займет так много времени. Мой отец художник, мать была оперной певицей — на вторых ролях. Они давно расстались, обзавелись новыми семьями и живут в разных концах страны. И хотя как родители не состоялись, они довольно милые.

— А братья или сестры у вас есть?

— У меня есть брат, но мы не часто видимся.

— А-а, пилот?

— Да. Сейчас он служит в Эмберли. Кстати, я старше его по меньшей мере на полчаса.

— Это и объясняет вашу независимость? Впрочем, так же, как и летную форму.

— То, что я старше на полчаса? Сомневаюсь, хотя… — Роза умолкла с опечаленным видом. — Он утверждает, будто я пытаюсь командовать им.

— Могу себе представить. Но я имел в виду развод ваших родителей.

— Возможно, и это повлияло на меня, но больше всего этому способствовало… — она заколебалась, а затем равнодушно проговорила: — …нечто другое.

Фрейзер с интересом посмотрел на нее.

— Что?

— Думаю, наша беседа закончена, мистер Росс. Мы приземляемся. — И Роза пристегнула ремень.

— Мужчина, который разбил вам сердце? — осмелился спросить Фрейзер, пристально наблюдая за Розой, которая замкнулась в себе.

— Нет.

— Я не верю вам, Роза.

— Ах, вы не верите?! Ну и пусть, — процедила она сквозь зубы. — Может, это звучит неправдоподобно, но он не хотел отпускать меня. И в то же время постоянно подрывал мою уверенность в себе. Он не мог чувствовать себя спокойно рядом с женщиной, достигшей успеха. И внушал мне, что у меня нет способностей.

— И это мужчина, которого, как вам казалось, вы любили? — с сомнением в голосе осведомился Фрейзер.

— Можно и так считать, — сухо ответила Роза. — Этот человек своим эгоизмом изменил мое отношение к мужчинам. Кстати, он тоже весьма богат.

— Понятно, — мягко заключил Фрейзер Росс и добавил: — Мы приземлились. Добро пожаловать на Уитсандэй, Роза.

Час спустя Роза уже была в своем номере в «Хамильтон Тауэре» — лучшей гостинице острова.

Она быстро переоделась в шорты и футболку, жалея, что нет времени перевести дух, побыть одной и осмотреть остров Хамильтон. Единственное, что Роза отметила, — в ее номере прохладно, удобно и просторно. Следующее, о чем она подумала, — как она не догадалась взять шляпу, чтобы спасаться от палящего солнца. Она пошла к причалу, где ее ждал Фрейзер. Он тоже переоделся в шорты и футболку. Одежда выгодно подчеркивала его стройную, мускулистую фигуру. Они сели в катер, Фрейзер включил зажигание и на большой скорости стал лавировать между другими катерами и лодками. Как только они вышли из бухты, он увеличил скорость еще больше.

— Сколько нам ехать? — прокричала Роза сквозь шум мотора.

— Десять минут. Вы же не боитесь путешествовать на лодке?

— С чего вы взяли? Я много плаваю. У меня даже есть кое-какой опыт в этом деле. Боже мой! — Она в изумлении оглянулась вокруг. — Какая красота!

Их окружала бирюзовая вода, и мчащийся катер рассекал ее на мириады серебристых брызг. Вокруг были разбросаны острова — некоторые довольно большие, лишенные растительности, другие, наоборот, маленькие, покрытые густой зеленью. Они казались совершенно необитаемыми, кроме, конечно, острова Хамильтон. Роза внезапно осознала, что очутилась в тропиках, рядом с Большим Барьерным рифом; это настоящая удача — отдохнуть здесь.

Фрейзер усмехнулся тому, как она упивалась окружавшим ее пейзажем, затем снял кепку и вручил ей:

— Остерегайтесь солнца!

Через десять минут Роза с благоговением в голосе спросила:

— А этот остров… принадлежит вам?

— Здесь это называется долгосрочной арендой.

Роза вылезла из катера и спрыгнула на мягкий песок. Небольшой островок Фрейзера Росса был похож на жемчужину, мерцающую в этой сказочной стране чудес. Роза огляделась, и на ее лице появилось озабоченное выражение.

— Но я не вижу ни дома, ни пристани. Как же сюда можно доставить груз?

— На барже, — пояснил он. — А дом там, — Фрейзер сделал жест рукой, — за деревьями.

— Какие красивые деревья. — Она прищурилась. — Как они называются?

— Это? Сосны. Идемте.

Он протянул руку, и, немного поколебавшись, Роза ухватилась за нее. Они вскарабкались по узкой тропинке, прошли сквозь кусты и очутились прямо перед домом.

Девушка замерла. Даже фотографии не могли передать безукоризненность постройки. Красные кедры росли на склоне холма, окруженные высокими темно-зелеными соснами, и, насколько хватало глаз, своеобразно очерчивали контур острова. Этот пейзаж вызвал у Розы улыбку благоговейного трепета.

— Войдем внутрь? — предложил Фрейзер.

— Да. Могу я попросить вас об одном одолжении?

— Конечно.

— Не могли бы вы не разговаривать со мной? Первое впечатление очень важно, — серьезно заметила она.

— Не произнесу ни слова, — заверил ее Фрейзер.

Роза первая нарушила молчание:

— Да здесь ничего нет!

Они пришли на кухню, которая скорее напоминала камбуз на корабле: небольшую, с необычными массивными табуретами и другими предметами интерьера, сделанными из нержавеющей стали по итальянскому дизайну, — Роза уже такое видела. Но не было ни холодильника, ни плиты, ни посудомоечной машины. Шкафы и полки — абсолютно пустые, как и остальная часть дома.

— Правильно, — согласился он. — Для этого вы здесь, ведь так?

— Хотите, чтобы я выбрала для вас все до последней ложки? — Роза изумленно уставилась на Фрейзера. — Все?

— Каждую вещь. Сковородки, кастрюли, веники, полотенца и простыни, кровати, плиту и все остальное. А что, я прошу слишком многого? — Он насмешливо посмотрел на Розу.

— Вовсе нет. Это мечта любого дизайнера, не говоря уже о женской мечте, — необдуманно ляпнула Роза. — Просто я не ожидала… — Она замялась.

— Такой свободы действий? — продолжил за нее Фрейзер. Он облокотился о стол, с любопытством следя за Розой.

У нее на лице появилось выражение досады при мысли о том, какое удовольствие она доставила Фрейзеру Россу. И она резко ответила:

— Надеюсь, жена не будет засыпать вас вопросами, мистер Росс. Вы не находите, что у каждой женщины есть собственное представление о сковородках и кастрюлях, что ей захочется самостоятельно выбирать посуду и цвет простынь?

— Не думаю, чтобы в ближайшем будущем это представляло какую-либо опасность, Роза, — с улыбкой произнес он. — А пока почему бы вам не поставить себя на место моей будущей жены? У вас все полномочия.

Роза закусила губу и напряженно взглянула на него.

— Вы издеваетесь надо мной?

Фрейзер изумленно поднял брови.

— Зачем мне это?

— Как бы вы ни старались, вам не удастся поразить меня, — холодно ответила она. — Но на ум приходят две мысли: во-первых, вы это сказали потому, что прекрасно знаете мое твердое решение быть деловой женщиной, а не женой; во-вторых, потому, что хотите заставить меня думать о том, что занимает вас.

— О чем же? — мягко спросил он.

— Затащить меня в постель — вот о чем, — резко ответила она.

Он рассмеялся и выпрямился.

— Возможно. Но вы первая заговорили о женах, Роза. Это подсознание? — Он окинул взглядом девушку, в напряжении застывшую посреди пустынной кухни и готовую к схватке.

Но в его вопросе она почувствовала ловушку и попыталась ретироваться.

— Нет, я мыслю реально, — спокойно возразила Роза. — Конечно, когда имеешь дело с таким состоятельным человеком, как вы, это не имеет значения. Вы просто вышвырнете вещи, которые придутся вашей жене не по вкусу. Но не могли бы вы оставить меня в покое?

— Пока вы не ударили меня или еще что-нибудь в этом роде? — предположил он мрачно.

— Вовсе нет. Мне нужно кое-что измерить. Не возражаете, если мы немного помолчим?

Но по мере ее продвижения по дому с рулеткой и фотоаппаратом ее агрессия угасла. Она записывала свои впечатления на диктофон.

Наконец она убрала его и, вздохнув, сказала:

— Замечательно, вы счастливчик. Вынуждена признать: работать здесь будет большим удовольствием. Редко представляется возможность создавать интерьер дома с нуля. Можно возвращаться.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Вернувшись в свой номер в гостинице на острове Хамильтон, Роза тотчас же достала компьютер, который взяла с собой, и начала работать. Это заняло все время до ужина.

Она приняла душ, вымыла голову и села на веранде, любуясь закатом. Постепенно остров засветился огоньками и сумерки поглотили воды, окружающие Уитсандэй. Роза вернулась в комнату и облачилась в свое единственное платье.

Это было длинное белое хлопчатобумажное платье, закрытое спереди и с вырезом на спине. Роза надела черные босоножки, собрала волосы на затылке и вдела в уши золотые сережки в форме колец. Она как раз красила губы, когда раздался стук в дверь.

— Сейчас иду, — отозвалась она, все еще приводя себя в порядок. Роза вдруг вспомнила платье, в котором была на вечеринке и для которого не требовался бюстгальтер. Оно было с плотным корсажем, это же — нет. Она повернулась к зеркалу боком и попыталась взглянуть на свою спину, затем повернулась передом, внимательно изучая себя. Платье было непрозрачное, но все равно заметно было, что лифчика нет. — Черт возьми, — пробормотала Роза, — зачем думать об этом? — Затем повернулась и направилась к двери.

Фрейзер, одетый в брюки цвета хаки и клетчатую рубашку, терпеливо ждал, прислонясь к стене, и смотрел в темноту. При ее появлении он повернулся и выпрямился.

— Это платье подходит? — спросила Роза с вызовом. — Другого я ничего не взяла.

Он осмотрел ее, изогнув бровь.

— Что это означает? — вздернув подбородок, осведомилась Роза.

— Подходит, — мягко ответил он. — Здесь есть ресторан на пляже, я подумал, мы можем поужинать там. Мне нравится сидеть под открытым небом и смотреть на луну.

— Как мило, — вежливо заметила она.

Они прошли сквозь главное здание отеля с высокими потолками, перешли по мостику огромный бассейн, подсвеченный огнями, и направились к облюбованному Россом месту.

Гриль-бар на пляже был выдержан в полинезийском стиле. Его приятная и непринужденная атмосфера располагала — обшитые деревом стены, дразнящий аромат экзотических блюд. Фрейзер выбрал столик на веранде, заказал бифштексы и бутылку вина. Шведский стол был уставлен различными яствами — салаты, овощи, десерты, хлеб.

Но Розу, казалось, больше интересовала луна, серебристый свет которой мягко освещал все вокруг.

Пока они ужинали, Роза не произнесла ни слова, задумчиво ковыряя еду на тарелке.

Наконец Фрейзер подлил себе еще вина и произнес:

— Роза, я серьезно обеспокоен.

Она подняла глаза и вопросительно посмотрела на него.

— Почему?

— Вы просили меня не разговаривать с вами, пока осматривали дом, чтобы не нарушить первого впечатления, но я не предполагал, что молчание затянется до вечера. Вы мало едите, в то время как раньше уплетали за обе щеки, а это, знаете ли, настораживает.

— А, вот в чем дело. — Она улыбнулась. — Извините, ужин замечательный, просто у меня, — она сморщила нос, — возникли кое-какие идеи.

— Например?

Роза молчала, пока не закончила есть, затем взяла бокал с вином и, вздохнув, ответила:

— Занзибар.

— Занзибар?! Я правильно расслышал? — спросил Фрейзер после небольшой паузы.

— Видите ли, я считаю, входная дверь вашего дома должна быть сделана на Занзибаре. Только не представляю, как это организовать.

— Занзибарская входная дверь? — серьезно спросил он, а затем весело рассмеялся. — Послушайте, давайте начнем все сначала. Вы когда-нибудь бывали на этом чудесном острове — Занзибар?!

— Конечно, бывала! — возмущенно ответила Роза. — Могу я хотя бы объяснить?

— Хорошо, — он умиротворяюще поднял руку. — Но вы должны признать — ведь это не ближний свет. Мы не можем просто отправиться туда за… дверью.

— Может, и нет, — уступила Роза. — Но вы так говорите, будто я собираюсь слетать на Луну и обратно.

— Извините. Расскажите мне об этих дверях подробнее.

Роза энергично придвинулась к столу.

— Не знаю, имеете ли вы представление, но Занзибар — довольно необычный остров, со своей историей. Им долгое время управляли султаны — Мускат и Оман.

— Мои познания о Занзибаре ограниченны, — признался Фрейзер.

— Так вот, они управляли страной, и отсюда арабские веяния. Одно из них — обитые кованым металлом двери.

— Понятно.

— С древних времен эти двери служили для отражения нападений захватчиков на слонах — другими словами, чтобы слоны попросту не раздавили дверь. На самом деле эта проблема вряд ли стояла перед ними, так как у них не было слонов, но все равно…

— Это очаровательно, — вставил Фрейзер. — Только, боюсь, у нас тоже нет слонов.

— Конечно, нет, — нетерпеливо перебила Роза. — Но ведь эти двери всего лишь художественная форма. Кстати, там делают изумительной красоты арабские сундуки и кровати с пологом на четырех опорах.

— И вы в самом деле считаете это необходимым для моего дома?

Роза отпила немного вина и задумчиво посмотрела на Фрейзера, а затем сдержанно произнесла:

— Послушайте, мистер Росс. Я полагаю основной причиной, по которой вы меня выбрали, нестандартность моих идей.

— Это так.

— Думаю, вы не хотите, чтобы ваш дом был похож на сотни других старых домов?

Он слабо улыбнулся.

— Нет, не хочу.

— А что касается дверей, разве не вы упоминали о безопасности, разве не поэтому у вас нет даже пристани? Раз слоны не могли сломать эти двери, то и простые смертные не смогут.

— Вы опять правы. Но я не предусматривал оплату вашего путешествия на Занзибар, Роза, только для того, чтобы выделиться чем-то или обеспечить свою безопасность.

— Это как раз то, чего я от вас ожидала, — с довольным видом произнесла Роза. — То есть я хочу сказать, что совсем не рассчитывала, что вы оплатите мне путешествие на Занзибар.

— Да? — Он насмешливо взглянул на нее.

— Я предлагаю два варианта. Первый — у меня есть знакомый поставщик в Занзибаре, но тогда это займет месяцы. Или можно попытаться найти кого-нибудь здесь, кто смог бы сделать подобное. Но… — она с сомнением покачала головой, — лучше бы иметь оригинал.

— Я-то думал, вы собираетесь использовать стиль острова Ява.

— Я и сейчас так считаю. Эти два направления прекрасно дополняют друг друга.

— Хорошо. — Фрейзер долил ей вина. — Вот что мы сделаем. Дайте мне расценки входных дверей и сундуков, а также условия поставки. Я посмотрю и приму решение.

— А кровать?

— Нет, — безапелляционно заявил он. — Когда дело касается кроватей, я консервативен: главное — удобство.

Роза вдруг захихикала.

— Вообще-то, хотя они очень живописные, удобными их назвать нельзя — по крайней мере ту, на которой мы… я спала.

Фрейзер заметил, как Роза внезапно побледнела, и спросил напрямик:

— Он был вместе с вами на Занзибаре?

— Кто? — Она взглянула на него из-под опущенных ресниц.

— Человек, который изменил ваше отношение к мужчинам. Или их было так много?

— О. превеликое множество, — дерзко ответила она, сверкнув глазами.

— Вы не умеете врать, — сказал он после долгой паузы.

— Посмотрим на это иначе. Сколько женщин было у вас, мистер Росс? И раз уж мы заговорили об этом, может, вы поведаете мне о своих вкусах относительно женщин? Уверена, мы можем развернуть продолжительную дискуссию по этому вопросу!

— Кажется, это вы советовали мне не лезть не в свое дело, — насмешливо произнес он.

— Да, — уныло согласилась Роза.

— Может, мы прогуляемся по пляжу?

Удивление, а затем подозрение промелькнули на лице Розы.

— Вы можете прогуляться и без меня, Роза, — мягко проговорил он. — Мне все равно.

— Я… я хотела бы пойти к себе в комнату, — решительно заявила она. — Нужно позвонить Делии и попросить ее прислать по факсу реквизиты занзибарского поставщика и обдумать кое-какие идеи. Кстати, буду вам очень признательна, если вы примете решение быстро. Меня раздражают нерешительные люди.

— Это я уже понял, — холодно заметил он.

— Спокойной ночи. Спасибо за ужин. — Она встала, затем снова села и спросила: — Как вам это удается?

Фрейзер молча бесстрастно смотрел на нее.

— Вы заставляете меня чувствовать себя неблагодарной и виноватой! Хорошо. Я прогуляюсь с вами по пляжу, но при одном условии.

— Если я не буду целовать вас?

— Совершенно верно.

— Забавно, я так и подумал, — пробормотал он и рассмеялся, увидев выражение ее лица. — Я предупрежден. — Он встал. — Идемте.

Беседуя, они добрались до конца пляжа.

Фрейзер рассказывал об острове Хамильтон, пока они шли. Наконец они остановились, любуясь луной и упиваясь магией ночи. Был прилив, и волны плескались о берег, оставляя серебристый след на песке.

Роза обернулась к Фрейзеру, чтобы сделать несколько замечаний, но слова замерли у нее на губах. Чувства, которые она так долго пыталась сдержать, нахлынули на нее.

Казалось невыносимым, что Фрейзер стоит рядом такой спокойный и безразличный. Его черные волосы зачесаны назад, руки в карманах, рубашку треплет легкий ветерок.

Нервы Розы были напряжены, ей снова вспомнился тот первый вечер и вновь захотелось оказаться в его объятиях. Вспомнились запах чистой накрахмаленной рубашки и крепкое мужское тело, руки на ее талии, и внезапно ее захлестнула волна страстного всепоглощающего желания.

Она отвела взгляд от Фрейзера и стала смотреть на море. Но это не принесло облегчения.

— Роза, что с вами?

— А? Ничего. Почему вы спрашиваете?

Он смотрел на нее, и она затаила дыхание, едва сдержавшись, чтобы не спросить: разве ты не чувствуешь то же самое, Фрейзер? Разве я не притягиваю тебя так же, как ты меня?

— Вы как будто чем-то озабочены.

— Извините, я просто задумалась.

— Надеюсь, не о каких-нибудь экзотических вещах для моего дома. — Фрейзер улыбнулся.

Она принудила себя рассмеяться в ответ и двинулась дальше.

— Возможно.

— Вы можете поделиться со мной, — сказал он так доверительно, что Розу обдало и жаром и холодом одновременно, так как она внезапно поняла: Фрейзер догадался, что ее мысли блуждали далеко от занзибарских дверей.

В этот-то момент и случилось несчастье. Роза зацепилась носком босоножки за какое-то вьющееся растение, споткнулась и неуклюже упала.

— Все в порядке? — спросил Фрейзер, помогая ей встать.

Роза ухватилась за Фрейзера, осторожно наступила на ногу и вскрикнула от боли.

— Сядьте, я посмотрю.

— Не надо.

— Делайте, что вам говорят, — приказал он и заставил ее сесть на траву. Потом аккуратно ощупал ее ногу. Когда он коснулся лодыжки, Роза вновь охнула. — Я думаю, это растяжение связок. Давайте вернемся в вашу комнату и позовем медсестру.

— Уверена, все обойдется, и не надо…

— Помолчите, Роза, — посоветовал он. — Можете хоть немного на нее наступать? Я вам помогу. И сделайте одолжение — не разговаривайте. В конце концов, сегодня днем я выполнил ваше пожелание.

Час спустя Роза уже сидела на кровати, вся обложенная подушками. Ее опухшая перебинтованная лодыжка покоилась на еще одной подушке. Медсестра подтвердила, что у нее растяжение, а не перелом, посоветовала поменьше двигаться в ближайшие два дня и оставила болеутоляющее.

— Спасибо. — Роза подняла глаза и взяла чашку кофе, предложенную Фрейзером. Ее волосы были распущены, серьги лежали на прикроватном столике, она была немного бледна, но выглядела бодро.

— Я знаю, что вы хотите сказать. — Фрейзер придвинул к себе кресло и сел рядом с кроватью. — Вам нужно было следовать первоначальному решению.

— Да. Но ничего ужасного не случилось, могло бы быть и хуже.

Он вопросительно посмотрел на нее.

— Я могла сломать ее.

ѕ Да.

— Все равно. — Она тяжело вздохнула. — Это нарушает мои планы. Я хотела завтра снова поехать на остров и сделать еще кое-какие измерения, чтобы точно подтвердить мои идеи. Какая досада!

— Вы сегодня и так сделали достаточно замеров и фотографий.

Роза задумалась, подперев голову рукой.

— Хм. Знаете, у меня появилась еще одна идея — никаких штор. Только жалюзи и ставни. А вы как считаете?

Фрейзер задумчиво взглянул на нее и подумал: знает ли она, что под платьем просматриваются очертания ее груди, не скрытой бюстгальтером? Интересно, какова она в постели? Такая же страстная, увлеченная, как и во всем остальном?

— Они будут не только прекрасно сочетаться с интерьером, но и не выгорят, не обвиснут и их не сорвет ветром, — серьезно продолжала Роза.

— В этом есть смысл, — согласился Фрейзер. — Мне бы хотелось посмотреть ваши наброски теперь, когда вы увидели дом, как говорится, со всех сторон.

— Конечно. Но… — Роза озабоченно нахмурилась.

— Что еще Роза? — Неужели она догадалась, что его мысли заняты вовсе не шторами и жалюзи?

— Не знаю, как сделать… — она замялась, — чтобы ваш дом отражал вашу индивидуальность. Мне бы не хотелось, чтобы вам казалось, будто ваш дом — подобие выставки, или, может, я не права?

— Мне казалось, вы рады возможности сделать все «с нуля».

— Разумеется, — расстроенно произнесла Роза. — Только… — Она замолчала. — Ладно. Значит, вы считаете, что декоративность должна присутствовать, но не чрезмерно?

— Да. У меня есть деловые интересы в этой части страны. Другими словами, я собираюсь использовать это место для туризма и время от времени буду сам отдыхать здесь.

— И чем вы занимаетесь, когда отдыхаете?

— Ем, пью, сплю, плаваю, ловлю рыбу, катаюсь на лодке. Я вполне нормальный во многих отношениях. А вы что подумали? — с иронией посмотрев на Розу, спросил он.

— Честно говоря, думала, вы занимаетесь пиратством, Фрейзер, внимательно наблюдавший за ней, заметил, как щеки ее вспыхнули.

— Вы это серьезно? Откуда такие мысли?

Роза закусила губу, проклиная себя за болтливость.

— Пират в том, что касается женщин? — предположил Фрейзер с искоркой в глазах.

Она небрежно пожала плечами.

— Вы же не можете отрицать, что вели себя со мной как пират.

— И теперь вы живете в постоянном страхе, что я могу похитить вас и удрать куда-нибудь?

— Вовсе нет, — поспешно выпалила она, хотя на самом деле именно так и думала раньше. — Вряд ли вы можете с легкостью похитить меня.

— Это правда. Но, вероятно, ваше раненое сердце вряд ли воспротивилось бы такому приключению?

Роза растерянно заморгала, не зная, как опровергнуть его заявление, не слишком отличавшееся от ее собственного мнения. И как это она позволила втянуть себя в подобный разговор?

— Не стоит пытаться, мистер Росс, — язвительно ответила она.

Фрейзер смотрел на нее, насмешливо улыбаясь.

— Может быть, это как раз то, что вам нужно, Роза. Покончить с несчастной любовью.

— Нет никакой несчастной любви! — решительно возразила Роза.

— Вы все еще любите его? — настаивал Фрейзер.

Роза, понурившись, посмотрела на свою чашку. К ее удивлению и ужасу, по щекам скатились две слезинки. Она быстро смахнула их и раздраженно ответила:

— Все давно кончено. Почему вы заставляете меня… — Роза остановилась на полуслове.

— Просто мне интересно, если вы его до сих пор любите, может ли успешная карьера заменить любовь.

— Работа — это совсем другое, — помолчав, сказала Роза. — Она позволяет проявить себя, свои эмоции и способности.

— Уж это-то у вас есть.

Она подняла голову, и хотя ее ресницы были мокры от слез, она уже не плакала.

— Отлично, — порывисто произнесла она. — Я рада, что вы так думаете. Мы можем вернуться в ваш дом?

Фрейзер поставил свою чашку на столик возле кровати и встал.

— У меня есть идея получше. Сегодня был трудный день. Думаю, вам надо поспать. Уже поздно, — настойчиво добавил он, когда она открыла рот, чтобы возразить ему. — Вам нужна моя помощь?

— Нет… Благодарю вас.

— Ладно, если понадоблюсь — я у себя в номере, вы можете мне позвонить. Спокойной ночи. Да, и не помышляйте о работе. Это может подождать до завтра.

— Я… — начала было Роза, но передумала, заглянув в его глаза, и сама себе удивилась, смиренно согласившись с ним: — Хорошо. Спокойной ночи.

Однако ночь спокойной не была.

Лодыжка болела, мучили сны, в которых чередовались воспоминания об утерянной любви и новом увлечении, если можно было его так назвать.

Лежа без сна в темноте, она уговаривала себя не думать о том, как он взял ее на руки словно перышко и отнес наверх, в комнату. Но как забыть его сильные руки, то, как приятно было положить голову ему на плечо, как забилось сердце, когда он нежно, прижимая к себе, опустил ее на кровать…

Ни в коем случае нельзя показывать ему свои чувства или думать, как прекрасно быть рядом с ним в одной комнате, в одной постели.

И откуда только берутся эти мысли у нее, отрицающей любую возможность случайных связей и наивно полагающей, что ее первая любовная связь приведет к браку!

Наконец она уснула и проснулась утром от звука ключа, поворачиваемого в двери. Следом вошла процессия, состоявшая из Фрейзера Росса, официанта, толкающего впереди себя тележку, и коридорного, который катил кресло на колесах. Комната была залита солнечным светом.

Роза села, откинула волосы назад и торопливо натянула на себя простыню: она была в атласной ночной рубашке, державшейся на тоненьких бретельках.

Если кто-нибудь из мужчин и заметил это, то виду не подал.

— Доброе утро, Роза, — добродушно произнес Фрейзер. — Принес вам завтрак. Как вы себя чувствуете?

— Хорошо, но…

— Пожалуйста, мэм, — с воодушевлением сказал официант, пододвигая тележку к кровати и снимая крышки с посуды. — Если вам еще чего-нибудь захочется, позвоните нам. Воп арреtit! — Он вышел, уводя с собой коридорного.

— Я могла бы и сама спуститься на завтрак, — возразила Роза.

— Вам представится такая возможность, но позже. Кстати, сейчас пол-одиннадцатого.

Услышав это, Роза, которая было снова прилегла, буквально подскочила на кровати.

— Не может быть! Я никогда не сплю так долго.

Фрейзер подошел к ней и показал часы.

— Может, сначала хотите умыться?

— Я…. спасибо. — Она взяла атласный халат, лежавший на краю кровати, и завернулась в него. Затем вылезла из постели и, прихрамывая, направилась в ванную.

Так же прихрамывая, она вернулась в комнату, уселась в кресло, которое любезно пододвинул ей Фрейзер, и сказала:

— Я сегодня не в форме.

— Да уж, — с улыбкой ответил Фрейзер. — Я даже начал беспокоиться.

Роза выпила стакан апельсинового сока и с аппетитом стала есть фрукты. Затем взяла хлебцы, намазала их маслом и перевела взгляд на Фрейзера. Он был одет в белые шорты, светло-голубую футболку и белые мокасины, густые волосы были влажными. Он выглядел отдохнувшим, бодрым и полным сил.

— Вы, наверное, уже давно встали?

Роза придвинула к себе аппетитную ветчину и омлет с помидорами.

— Довольно давно, если учесть, что я успел до завтрака поиграть в теннис и поплавать.

— И с кем же вы играли?

— У меня здесь есть знакомый тренер из Теннисного клуба. Он устроил нам смешанную парную игру.

— Смешанную? — Она удивленно подняла брови.

— Да. Довольно забавно — с двумя стюардессами, одна из них та самая, с которой мы летели и которую вы мне сватали.

— Ага! Как тесен мир! — Роза невозмутимо продолжала уплетать омлет.

Он засмеялся и подвинул к себе стул.

— Вы правы. Налить вам кофе?

— Благодарю. — Она отодвинула тарелку. — Я умираю от голода.

— Верю вам, — пробормотал Фрейзер. — Рекомендую эти пирожки с черникой. — Он развернул льняную салфетку.

— Нет, спасибо, — уныло ответила она. — Я не обжора. И как она играет?

— Неплохо. Мы выиграли.

— А вам представилась возможность изучить ее характер как будущей жены?

— Нет. Не будьте циничной, Роза. — Фрейзер бросил на нее насмешливый взгляд.

Она перевела дух и, смягчившись, ответила:

— Ну хорошо. Больше не скажу ни слова на эту тему! Между прочим, я ни при каких условиях не соглашусь сесть в инвалидную коляску, — добавила она, когда взгляд ее упал на кресло на колесах. — Я хотела бы знать, поедем ли мы сегодня на остров, — озабоченно произнесла она.

— Маловероятно.

— Что вы имеете в виду? — Ее озабоченность переросла в раздражение.

— У меня нет желания ехать туда сегодня, — спокойно ответил Фрейзер. — Я хочу изменить наши планы. А что касается кресла, почему бы вам сегодня не насладиться в полной мере чудным тропическим солнцем, не поплавать в бассейне и не расслабиться? Конечно, я всегда могу отнести вас в лодку на руках. Вы это предпочитаете?

Роза бросила на него быстрый взгляд.

— Нет. Я могу и здесь остаться…

— Как ваша лодыжка? — прервал ее Фрейзер. — Вы уже в состоянии немного ходить? Попробуйте еще раз. Первая попытка была не очень убедительной.

Роза сжала губы и свирепо посмотрела на него.

— Тогда не спорьте, Роза. — Фрейзер встал. — Никогда не встречал такой мегеры, как вы. Я вернусь через полчаса, и мы спустимся к бассейну.

Розе понадобился целый час, чтобы забыть такую обидную характеристику.

Фрейзер Росс подвез ее к нескольким магазинам, где Роза купила шляпу, солнцезащитные очки и, поддавшись минутному порыву, легкую газовую блузу, чтобы надевать ее на бикини вместо футболки. Затем приобрела книгу и пляжную сумку — сложить все покупки.

— Вы всегда покупаете все по дороге? — с легкой усмешкой спросил Фрейзер, подвозя ее к бассейну.

— Я не учитывала возможность отдыха, — ответила она.

— Ладно. — Он без усилия поднял ее с кресла и усадил в шезлонг. — Сейчас вы выглядите как настоящая курортница, хотя инвалидное кресло немного нарушает картину.

Она недовольно поморщилась, надела шляпу и очки от солнца, взяла книгу и неожиданно хихикнула.

— Вы правы!

Ярко светило солнце, шум моря убаюкивал, а шезлонги оказались очень удобными.

Фрейзер уселся рядом и снял рубашку.

— Почему бы вам не сделать то же самое? — с интересом предложил он.

Роза заколебалась, взглянув на свою футболку.

— Сниму, когда станет жарко.

— Как хотите. — Он растянулся в шезлонге и закрыл глаза. — Скажите, когда вам захочется поплавать.

— И часто вы так делаете? — спросила Роза через десять минут.

Фрейзер открыл один глаз.

— Что делаю?

— Расслабляетесь и загораете?

— Нет. Не часто, — с видимым сожалением ответил он. — А что? Вам это не нравится?

— Нет, просто… — она замялась, — я не получаю от этого такого удовольствия, как вы.

ѕ Знаете, — Роза села, скрестив ноги, — в данный момент никто не принял бы вас за миллионера, безумно занятого бизнесмена. — Она с интересом смотрела на Фрейзера.

— И за кого же меня приняли бы?

— Не знаю, — медленно ответила она. — Довольно трудно представить вас в вашем окружении. Я никогда не видела вас на работе или в домашней обстановке.

— Вряд ли это так уж существенно — домашняя обстановка, — сказал он после небольшой паузы. — Но живу я в квартире на южном берегу реки Брисбен, если это поможет вам в чем-то.

— О! Звучит прекрасно. Вы говорите о жилых домах, которые ближе к Южному банку и театру «Лирик»? Недалеко от галереи искусств?

— Именно. И если можно вас опередить, то скажу: понятия не имею, кто делал внутренние работы и обставлял комнаты. Это была очередная удачная сделка.

Роза усмехнулась.

— Вы пропащий человек, вам не кажется?

Фрейзер сел, и у нее перехватило дыхание, когда его мускулы заиграли под загорелой кожей на плечах и спине.

— Я подумал, что исправлю это, нанимая вас, Роза.

— Верно, — уступила она. — Я не размышляла об этом с такой точки зрения, но…

— Значит, я не совсем безнадежен? — Он с наигранной серьезностью посмотрел на нее.

Роза ослепительно улыбнулась, но тут же вздохнула.

— Что теперь?

— Ничего! Хотя… — Она пожала плечами и огляделась вокруг.

— Вам бы хотелось скорее приступить к работе, — продолжил он за нее.

— Не совсем так, просто мне трудно расслабиться.

— Книжка неинтересная?

— Не знаю, — откровенно призналась она с грустью в голосе. — Я не могу вникнуть в содержание.

— Тогда, думаю, нам лучше поплавать. Возможно, когда вы устанете, то сможете расслабиться.

Роза вздохнула, решительно села и сняла шляпу и футболку.

— Я могу… — начала она, спустив ноги с шезлонга, но не успела договорить, так как он легко подхватил ее на руки и понес к бассейну.

У Розы перехватило дыхание, когда они опустились в прохладную воду, и, ахнув, она вцепилась в Росса.

— Единственный способ войти в воду, — тихо сказал он, насмешливо посмотрев на нее, продолжая пытку, — не правда ли, Роза?

Зубы ее стучали.

— Вы садист, Фрейзер Росс!

— Вовсе нет. — Он откинулся на спину, постепенно погружаясь в воду. — Совсем не холодно, просто вы перегрелись на солнце. Вы сможете плыть?

— Конечно, смогу, — ответила она, но не торопилась отпустить его. По какой-то непонятной причине ей не хотелось покидать его руки, прерывать это ощущение близости и безопасности.

— Больше не вспоминаете о пиратских фантазиях? — серьезно спросил он.

Их взгляды встретились, и он, кажется, заметил в глубине ее глаз испуг, равносильный признанию его правоты, поскольку воспротивился ее внезапному порыву вырваться из его рук.

— В этом нет ничего предосудительного, не так ли? — тихо произнес он, мягко удерживая ее. — Мы оба свободные, взрослые люди, а не тюремщик и заключенный.

На этот раз Роза вырвалась из его рук, но он снова схватил ее за запястья и предостерег:

— Помедленнее, маленькая дикая кошечка. Всегда лучше быть честной, знаете ли. Вспомните, что случилось с вами прошлым вечером. — Фрейзер властно притянул ее к себе, их тела соприкасались под водой.

— Как… я хотела бы, чтобы вы не… — раздраженно произнесла она, но потом поняла тщетность своих усилий и умолкла.

— Чтобы я не читал ваших мыслей? — закончил за нее Фрейзер, положив руки ей на бедра. — Может быть, это потому, что они часто совпадают с моими? Как сейчас, например. Как… — он замолчал на время и с интересом заглянул в ее испуганные, широко открытые глаза, — как бы мне хотелось снять с ваших изящных бедер это бикини; признайтесь, вам тоже этого хочется. Скажите, что в этом плохого, Роза?

Ее губы приоткрылись и ее стройное тело подалось вперед под его руками, но в этот момент кто-то подплыл к ним и окликнул Фрейзера по имени, нарушив идиллию. Это была миловидная стюардесса, Роза легко узнала ее.

— Все, — сквозь зубы прошипела она и, высвободившись, поплыла прочь.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Роза несколько раз переплыла бассейн, наслаждаясь свободой передвижения, которой у нее не было на земле. Она вылезла на сушу и сразу же почувствовала, как жарко на солнце.

Фрейзер, его тренер и две хорошенькие стюардессы решили устроить небольшую пирушку прямо рядом с бассейном.

Тренер — приятный мужчина по имени Боб, ровесник Фрейзера и его старый друг — сказал, что весь день у него свободен. А стюардессы Глория и Кэти — с последней Роза была знакома по полету — поспешили заметить, что тоже могут свободно распоряжаться своим временем. И Фрейзер пригласил всех сопровождать его днем на остров. Кэти деликатно осведомилась у Розы, кем она ему приходится.

— О, я всего лишь его художник по интерьеру, — ответила та и без утайки добавила: — Не стоит отвергать предложение Фрейзера из-за меня.

Но, к сожалению, другие собеседники в этот момент умолкли, что позволило им услышать последнее замечание Розы. Кэти покраснела, а Фрейзер бросил на Розу тяжелый, недовольный взгляд. Но она, ничуть не смутившись, улеглась в свой шезлонг и закрыла глаза.

Вскоре все разошлись собираться к обеду, а Фрейзер повез ее в номер.

— Благодарю вас, — кратко поблагодарила его Роза и встала с кресла, при этом неудачно наступив на больную ногу. Она тихо выругалась и, пошатываясь, направилась к кровати.

— Меня так и тянет сказать: поделом вам! — растягивая слова, произнес Фрейзер, подойдя к ней.

— За что же?

— За то, что были такой бесцеремонной, если не сказать хуже, — ответил он спокойно, но его глаза угрожающе сверкнули.

— Я не была бесцеремонной, — невозмутимо возразила она. — Я всего лишь была честной, и все. Я уже как-то говорила вам: в сомнительные игры я не играю. Я приехала сюда работать и буду заниматься своим делом.

— Да вы просто ревнуете, Роза.

Ее бледное от боли лицо, казалось, побледнело еще больше. Но она сделала над собой усилие, чтобы сдержаться.

— Думайте что хотите, — небрежно бросила она. — И пользуйтесь возможностью — идите и отдыхайте. К сожалению, я не смогу к вам присоединиться.

— Вы просто не хотите?

— Не хочу. Я лучше сделаю несколько набросков. — И добавила официальным тоном: — Уже пора определиться, мистер Росс, относительно двери. Нужно, чтобы вы дали добро, тогда я смогу сделать заказ и продолжить работу.

Росс наблюдал, как она села на кровать, упрямо сжав кулаки, готовая к защите.

— Хорошо, — мягко ответил он. — А как насчет обеда?

— Я закажу его в номер.

— Неплохая идея, — задумчиво отметил он.

— Я рада, что вы одобрили; но почему? — Роза не смогла удержаться от вопроса.

— Просто мне кажется, вы не упустили бы возможности стать еще более бесцеремонной.

— Бесцеремонный декоратор? Я?! О Боже! Почему же?

— Ладно, развлекайтесь. Я зайду к вам вечером. — Он повернулся и вышел.

Роза некоторое время смотрела на закрывшуюся за ним дверь, а затем легла, испытывая противоречивые чувства.

Но вскоре она поднялась и позвонила Делии. Оказалось, что Бернард Росс пригласил Делию на ужин.

— Но зачем?

— Ну… — Делия в нерешительности замолчала на другом конце провода, — он просто попросил меня, вот и все. Мы… вчера он пригласил меня, мы сходили в кино, а потом поужинали.

Роза моргнула несколько раз и, когда до нее наконец дошел смысл сказанного, быстро прикинула: Бернарду Россу должно быть около шестидесяти и выглядит он отлично. Неужели это возможно?..

— Желаю приятного вечера, — от всей души произнесла Роза. Она была очень привязана к Делии и всем сердцем желала ей счастья.

Но только она положила трубку, ее стали одолевать беспокойные мысли. Как Диана отнесется к мачехе? А Фрейзер? Я не позволю им обидеть Делию, взволнованно думала Роза, затем слабо улыбнулась: пустяки, ведь это всего лишь ужин.

И, пожав плечами, решительно приступила к работе.

В течение дня Розу прервали лишь один раз — пришла медсестра, чтобы наложить охлаждающую тугую повязку.

— Мистер Росс сказал, что у вас сильные боли, — призналась она. — Это поможет. Я принесла вам трость. Завтра вы уже сможете пользоваться ею вместо кресла.

— О, спасибо вам большое, — с искренней признательностью поблагодарила Роза.

В шесть часов вечера Роза устало откинулась на спинку стула — перед ней лежали законченные наброски основных комнат загородного дома Фрейзера Росса и множество замечаний к ним.

Она зевнула и решила принять душ. Уже стемнело, когда она вновь облачилась в футболку и шорты и уселась на веранде, пытаясь разглядеть в темноте море. Роза не могла отрицать, что чувствует себя одиноко и печально. Это совсем не означало, будто она хотела присоединиться к участникам сегодняшней вечеринки, но в первый раз за последние несколько лет ей не хотелось оставаться в одиночестве.

Какая же я дура, думала она. И совсем мы не подходим друг другу. Если бы у меня была хоть капля здравого смысла, я бы не стала затягивать дело какими-то дурацкими занзибарскими дверьми. За такими, как Фрейзер Росс, женщины толпами бегают, и я уверена, он не теряет времени даром.

Она просидела так еще несколько минут, не в силах стряхнуть с себя хандру. В дверь постучали, но Роза не ответила. Через минуту дверь открылась, и Роза сообразила, что медсестра, должно быть, забыла запереть ее, когда уходила. Роза обернулась, понимая, что это Фрейзер, но ничего не могла разглядеть, пока не зажглась лампа.

— Роза!

— Я… я здесь. — Она поперхнулась.

Он был в тех же брюках цвета хаки и клетчатой рубашке, которые она видела на нем вчера, загорелый, высокий и такой привлекательный. Фрейзер помолчал и подошел к двери на веранду.

— Все в порядке?

— Да. Все хорошо, спасибо, — внезапно осипшим голосом произнесла она.

Фрейзер посмотрел на нее, прищурившись, — Роза сидела неестественно прямо, густые рыжие волосы обрамляли ее маленькое лицо, руки были сцеплены на коленях, и вся ее поза выражала неприступность. Он подвинул к себе стул и сел.

— Вам сделали тугую охлаждающую повязку?

— Да. Это… это было очень мило с вашей стороны. Как вы провели день?

— Замечательно. — Фрейзер наклонился вперед и взял Розу за руку. — А вы?

— Очень продуктивно, — после небольшой паузы ответила она. — Все рисунки лежат на столе, но мы можем посмотреть их завтра.

— Мы можем посмотреть их сейчас, если хотите.

— Но вы ведь, наверное, шли ужинать…

— Вовсе нет.

— Что вы сказали?

— Я никуда не собирался. Другими словами, у меня нет планов на этот вечер.

Роза от удивления даже приоткрыла рот и пристально посмотрела на него.

— Но я думала… — И, сбитая с толку, она замолчала.

— Вы думали, Боб и я свяжемся с двумя залетными пташками? — предположил он.

— Ну… — Роза смутилась и, облизнув губы, продолжила: — Я… мне так казалось.

Росс улыбнулся.

— Я так и понял. Но сегодняшняя встреча с Глорией и Кэти — просто случайное стечение обстоятельств. И это было… — он немного помолчал, как бы подбирая слова, — подстроено, чтобы организовать сегодняшнюю прогулку.

— Подстроено? — повторила Роза, широко открыв глаза.

— Боюсь, что так. — Он взглянул на ее руку в своих ладонях. — Ради вас, Роза. — Фрейзер насмешливо посмотрел на нее.

— М-меня? — заикаясь, спросила она.

— Да, ради вас. Вы снова задели мое самолюбие.

— Чем это?.. — Она запнулась.

— Тем, что решительно сопротивлялись всем моим дружеским предложениям. Хотите выпить?

Роза растерянно заморгала.

— Да, спасибо.

Фрейзер встал и подошел к мини-бару.

— Бокал вина?

Она кивнула.

Он вернулся с бокалом вина для Розы и пивом для себя.

Она сделала глоток.

— Я действительно плодотворно поработала. А еще я позвонила Делии. Вы можете не поверить, но ваш отец пригласил ее на ужин сегодня вечером. — Роза внезапно замолчала, поняв, что проговорилась. Она вовсе не собиралась делиться новостью с Фрейзером Россом.

— Я так и думал. Он был очарован миссис Ренфью.

— Видите ли… — Роза перевела дыхание и приняла решение высказать все до конца. — Я должна сказать вам, Делии однажды уже причинили боль, и мне бы не хотелось, чтобы это случилось снова. — Она с вызовом посмотрела на Фрейзера.

— Роза… — Фрейзер замолчал и бросил на нее рассерженный взгляд, но потом рассмеялся. — Во-первых, — наконец сказал он, — я не сторож своему отцу. А во-вторых, он не из тех, кто разбивает сердца, поверьте. Мы оба не относимся к таким людям. Я знаю, вы придерживаетесь иного мнения, но уверяю вас, вы ошибаетесь, и надеюсь, скоро поймете это.

— Как вы… — Она снова внезапно умолкла.

— Как я догадался? Это было совсем не трудно, — сказал он.

Роза уставилась на свой бокал и какое-то время хранила молчание.

— Но вы… — она посмотрела ему в глаза, — вы вынудили меня взяться за эту работу.

— Однако я еще не соблазнил вас, — бесстрастно сказал он. И, увидев, как расширились ее глаза, добавил: — Скажите честно, неужели вы думали, что я на самом деле уничтожу вашу фирму, Роза?

Она открыла рот.

— Да. Это была одна из основных причин, по которой я согласилась.

— Не знаю, спрашивать ли, но почему вы согласились?

— Я… — Роза помолчала, нахмурившись, — думаю, мне хотелось показать вам, что я не сдамся без боя.

— То есть?

Ее лицо омрачилось, и она раздраженно произнесла:

— Мне присущ инстинкт самосохранения. Так, значит, для вас это игра?

— Не совсем. Разве, когда я обнимаю вас, это похоже на игру?

Роза покраснела и отвернулась.

— А знаете, — после минутной паузы произнес Фрейзер, — почему бы нам не начать все сначала? Не хотите поужинать?

— Умираю от голода.

— Проголодались? А что случилось с обедом?

— Я о нем забыла.

— Мне следовало догадаться. За вами нужен глаз да глаз, Роза Шоу! Давайте закажем ужин сюда, а заодно и обсудим результаты вашего упорного труда.

Роза застыла словно статуя, но потом оживилась:

— Да, пожалуйста.

— Мне все-таки кажется, ваш дом будет напоминать скорее декорацию, чем жилое помещение, — растерянно сказала Роза спустя пару часов. — Мне не нравятся результаты работы. Может быть, вы мне поведаете о своих пристрастиях? Видите ли, в большинстве случаев легче работать с женщиной. Вот, например, у миссис Спенс было несколько любимых уголков в доме, которые по ее желанию были оформлены определенным образом.

Ужин был роскошный. Свежие, вкуснейшие устрицы, запеченная рыба, жаркое… На десерт подали клубнику со взбитыми сливками.

— Сара сама что-то придумала? — Фрейзер встал, отодвинул тележку с остатками еды и налил две чашки кофе.

— Нечто ужасное. Я не знаю, видели ли вы спальни, но Жозефина никогда бы не потеряла Наполеона, если бы у нее были спальни, как у Сары. — Роза пренебрежительно пожала плечами. — Вы знаете, я недовольна тем, как оформила их дом.

— Я не знал. Многим людям очень понравилось. Вижу, — он просмотрел несколько набросков, — с моими спальнями вы обошлись весьма сдержанно.

— Да. Я не стала навязывать свои идеи вашей будущей жене. Мне кажется, здешний климат, — поспешно продолжила она, — не позволяет использовать вычурные решения.

— Этакие простые, рассчитанные на мужчину, но удобные, — пробубнил он.

— Вас что-нибудь не устраивает?

— Я планирую разделить эту спальню с особой женского пола при случае. — И в глазах его заплясали чертики.

— Обещаю достать для вас самую удобную и широкую кровать, какую только смогу найти, — холодно парировала Роза. — Но вернемся к обсуждению. — Она решительно приступила к делу. — Я хочу, чтобы вы ощущали: это ваш дом. Вы понимаете, о чем я?

Фрейзер задумчиво рассматривал Розу и молчал.

— Я имею в виду, даже мужчины знают, что им нравится и что необходимо для уюта.

Фрейзер указал на наброски:

— То, что вы изобразили, вполне стильно и комфортно. Меня это устраивает. Вы можете продолжить работу, я одобряю.

Роза почувствовала разочарование, не понимая его причины. Но потом совершенно неожиданно ей пришло в голову, что на самом деле она хотела просто побольше узнать об этом человеке. Роза прикусила губу, пораженная этой догадкой, и взяла чашку кофе.

— Что с вами? — Он недоуменно поднял брови.

— Я… ничего. Когда мы снова сможем посетить ваш дом?

— Завтра, если хотите. Можете его еще раз осмотреть. К завтрашнему дню вам станет полегче.

— Хотя нет. Мм… нет. Если вас все устраивает, то нет необходимости.

— Почему вы раздумали ехать? — немного помедлив, спросил он.

Роза уставилась на скатерть на столе, затем встретилась глазами с Фрейзером.

— Тупиковый вариант.

Он откинулся на спинку стула и пристально посмотрел на нее.

— Это вы о нас говорите, как я понимаю.

ѕ Да.

Наступила тишина, и Фрейзер подумал, что возможно, она и права. Что же есть в вас такого, мисс Шоу, что так притягивает меня к вам? Эти нежные упрямые губы? Эти чудесные густые волосы, неиссякаемая жажда жизни? Или то, что вы одна из немногих, кто отказал мне?

— Объясните, почему вы так считаете, — наконец произнес он.

Роза сложила руки и сосредоточилась, крайне позабавив его своей непосредственностью. Затем тихо сказала:

— Я никогда не смогу вписаться в ваш образ жизни. Меня и раньше обвиняли в излишней активности. Но я бы не позволила личной жизни затмить работу и… — она пожала плечами, — просто не подхожу на роль вашей жены, как я себе это представляю.

— Вы забегаете вперед, вам не кажется?

— А для коротких романов я и вовсе не гожусь.

— Очень высоконравственно и…

— Не надо опекать меня, Фрейзер.

— Извините, — с улыбкой проговорил он.

— Расскажите, какой вы представляете себе мою будущую жену.

Роза какое-то время внимательно смотрела на Фрейзера, затем разочарованно произнесла:

— На самом деле я почти ничего не знаю о вас.

— Но уже, должно быть, сложилось определенное мнение, раз вы так рассуждаете.

Роза прикусила губу и велела себе выбирать слова более осмотрительно.

— Я опираюсь на факты, а они таковы: вы ищете себе жену, ваша сестра заинтересована в этом и считает, вы ее скоро найдете и должны сделать правильный выбор…

— Моя сестра — вовсе не тот человек, с которым я стал бы советоваться, — холодно вставил он.

— Неважно, на роль жены вам нужна женщина с покладистым характером. Она должна вписаться в ваш образ жизни состоятельного человека, быть хорошей хозяйкой, обаятельной, привлекательной, благоразумной, интеллигентной и, кроме всего, быть подходящей партией для семьи Росс. И не так уж необходимо, чтобы вы безумно любили ее.

Воцарилась зловещая тишина, затем Фрейзер сказал:

— Продолжайте.

— Я не подхожу под это описание.

— Вы интеллигентная и обаятельная, — с улыбкой заметил он.

— Только когда мне хочется такой быть. Я не такая уж благоразумная, какой должна быть хозяйка, я не люблю заниматься домом постоянно, хотя иногда бывают порывы. И войти в империю Росс я не стремлюсь, и вообще…

— Роза, — он жестом остановил ее, едва сдерживая смех, — избавьте меня от дальнейших подробностей.

— Могу я хотя бы договорить?.. Все равно скажу. Я считаю, любовь к вам может принести много страданий. Не думаю, чтобы с вами было легко жить, это все равно что биться головой о кирпичную стену. — Роза немного помолчала, а потом добавила: — Многие женщины хотели бы заполучить вас и ваши миллионы, хотя это и цинично.

Фрейзер прищурился и произнес:

— Вы считаете, что изучили меня достаточно хорошо, Роза?

Она развела руками.

— Извините. У меня сложилось такое впечатление.

— А вы уверены, что оно сложилось не благодаря вашему живому воображению?

— Я основываюсь на фактах: вы сказали, будто не собирались развалить мой бизнес, это была лишь игра. Так мог поступить только мужчина, которому женщины до смерти надоели. А у меня нет ни времени, ни желания флиртовать с вами.

— Так что же вы предлагаете? Поцеловаться и разойтись? — медленно проговорил он.

— Нет, чисто деловые взаимоотношения, Фрейзер, — ответила она.

— И вы думаете, это возможно? — он улыбнулся. — Что же вы сидели в темноте, такая несчастная и одинокая, когда я вошел? Или…

Роза встала и нетвердой походкой направилась к своей трости.

ѕ Я…

— Нет, ответьте мне, Роза, — грубо прервал он ее. — Так или нет?

— Да, бывают моменты, когда мне не по себе, но это не имеет никакого отношения к вам, — резко заявила она.

Фрейзер встал и отобрал у нее трость.

— Вы пытаетесь убедить меня в том, что женщина, на которой я женюсь, не сможет любить меня?

Роза молчала.

— Расскажите мне о нем, — скомандовал Фрейзер и сел в кресло, усадив Розу к себе на колени. — И не пытайтесь бороться и вырываться, — добавил он. — Вы попросту теряете время.

Роза затихла, тяжело дыша, и перестала сопротивляться.

— Вот в такие моменты вы похожи на пирата, — горько сказала она.

Легкая улыбка тронула губы Фрейзера.

— Вы способны спровоцировать такое поведение у любого мужчины. Но не будем отклоняться от темы. Вы были достаточно откровенны, строя различные предположения обо мне, но теперь я собираюсь до конца узнать вашу историю. Сколько вам было лет, когда вас постигла эта любовная катастрофа?

Роза молча смотрела на него, пока он не сказал угрожающе:

— Роза…

— Хорошо. Двадцать один.

— И как долго продолжался ваш роман?

— Шесть месяцев.

— Как вы познакомились?

Она тяжело вздохнула.

— Я занималась внутренней отделкой его яхты. Вы не знаете, но я с этого начинала.

— Продолжайте.

— Ему было тридцать. Мы влюбились друг в друга. Я думала, он по-настоящему любит меня. Он учил меня управлять яхтой, казалось, у нас общие интересы. Мне всегда хотелось путешествовать, ему тоже.

— Отсюда Занзибар?

— Да, — она нахмурилась, — это было своего рода путешествие. В то же время тогда и пошла полоса размолвок. Там он предложил мне выйти за него замуж. Это было прекрасной лунной ночью в местечке Лала-Салама, переводится с местного как «мирно спящий». Прекрасные пляжи, рифы, пальмы. Я согласилась. Тогда он сказал, — она замялась, — что, как только мы вернемся, я должна оставить свою работу и посвятить себя ему.

— Но вместо этого вы вернулись к реальности?

— Да. Хотя мне и следовало ожидать именно этого. Он никогда не относился серьезно к моей работе, в отличие от своей собственной.

— А кто он?

— Врач. Из очень состоятельного семейства. С довольно консервативными взглядами. И его мать, и жена его брата — домохозяйки, только и заботятся что о детях и своих мужьях.

— Вы мне рассказываете о Саймоне Харрисе, не так ли?

Роза удивленно взглянула на него:

— Вы его знаете?

— Да. Я знаком с этой семьей. Вам действительно не повезло, — с сожалением произнес он. — Все они известны своим упрямством и старомодными манерами.

Роза всхлипнула.

— Так, значит, вы отказались? — продолжил свой допрос Фрейзер.

— Я пыталась поговорить с ним, убедить. Сказала ему, что моя работа не станет препятствием между нами, что я очень люблю его, но не смогу просто торчать дома и рисовать акварели. Объяснила, что… А, ладно. — Она заерзала у него на коленях.

— Да уж рассказывайте.

— Ну… все закончилось упреками в мой адрес: как можно сделать успешную карьеру, занимаясь перетяжкой старых стульев, вот его работа — настоящее, нужное людям дело, и ему нужна моя горячая поддержка. В конце концов, у него достаточно денег, чтобы содержать нас обоих, и… — Роза умолкла, вздохнула и продолжила: — Он был… то есть он… замечательный врач, и возможно, это я была идиоткой.

Фрейзер протянул руку и поправил непокорную прядь ее густых рыжих волос.

— Вам было только двадцать один год.

— А сейчас мне уже двадцать пять, — печально констатировала она.

— Да, но вы заметно преуспели! Подумайте об этом.

Роза хрипло рассмеялась.

— В самом деле. — И снова всхлипнула.

— Вот, возьмите. — Росс вытащил из кармана носовой платок и вручил его Розе. — Вы благоразумней его. И сделали правильный выбор.

— Спасибо. — Она вытерла слезы и высморкалась.

— И с тех пор вы ни с кем не встречались?

— Нет. Вы, должно быть, заметили, мне тяжело было пережить это.

— Да, — согласился он.

— Но вернемся к началу: у нас с вами ничего не получится.

Фрейзер помолчал.

— Почему вы не отвечаете?

— Вы хотите, чтобы я поспорил с вами, Роза? — Он погладил ее волосы.

Она вздрогнула.

— Конечно, нет. Просто поймите. Вы мне нравитесь — когда я вас не ненавижу. Не знаю, есть ли в этом здравый смысл? Возможно, нет, но…

Он весело рассмеялся.

— Для вас есть — это точно. Ладно, принимаю свое поражение.

— Благодарю, — пробормотала Роза, не делая ни малейшей попытки подняться. Она вдруг поняла, что меньше всего на свете хотела бы быть благодарной ему. Она чувствовала себя грустно и одиноко, как и до прихода Фрейзера. Что же она почувствует, когда он уйдет?

— Роза… — Он взял ее лицо в свои ладони и повернул к себе.

— Я… я… — промямлила она, — я не знаю, что со мной.

— Возможно, я смогу объяснить вам, — тихо произнес он, заметив ее смущение и нерешительность. — Пытаясь убедить и себя, и меня в том, что между нами ничего серьезного не может быть, вы упустили одну деталь. Мы определенно нравимся друг другу.

— Я… вы правы, — едва слышно сказала она. — Не знаю, что делать.

Странное выражение промелькнуло в его глазах.

— Знаете, — заявил он после минутной паузы. — Вставайте и уходите, Роза. Я не обольщаю девушек, которые этого не хотят.

— Но это вы усадили меня к себе на колени! — Роза осеклась и умолкла, ее щеки вспыхнули. — Хорошо, — проворчала она и встала. — Извините. Я… но это несправедливо.

Фрейзер откинулся на спинку кресла, с улыбкой наблюдая, как она схватилась за край стола, затем сам поднялся.

— Спокойной ночи. Я закажу билеты на самолет на завтра. Если бы я был на вашем месте, то лег бы спать. Хотя почему бы вам не помечтать о вашем следующем проекте? О доме для гостей с двадцатью пятью разными спальнями. Вдруг поможет.

Он небрежно взъерошил ей волосы и вышел.

Роза в оцепенении готовилась ко сну. И, зная заранее, что ей вряд ли удастся заснуть, всячески тянула время. Она старательно расчесала волосы и, собрав их в хвост, перевязала зеленой лентой. Затем умылась, нанесла немного увлажняющего крема на лицо, но, вспомнив, что утром загорала, намазалась вся с головы до пят и только после этого надела изумрудно-зеленую атласную ночную сорочку.

Легла в постель, выключила свет и попыталась отогнать свои печальные мысли, навеянные посещением домика для гостей. Но ей это не удалось. Она села в кровати, включила лампу и взяла книжку, которую купила утром. Идея оказалась не из лучших. Это был любовный роман, и Роза, прочитав первую главу, в каком-то порыве пролистала книгу до последних страниц и убедилась, что все заканчивается хорошо.

В приступе необъяснимой ярости она швырнула книгу в другой конец комнаты. Затем откинулась на подушки, скрестив на груди руки.

Ладно! — подумала она. Пора разобраться в себе, мисс Шоу. Фрейзер Росс интересует и волнует тебя с самого первого момента. Но думать о близости с этим человеком — настоящее безумие. Ты сделала правильные выводы, и он подтвердил это. Значит…

Она вскочила с постели, услышав телефонный звонок. Это была Делия.

— Делия! Что случилось? Вы меня до смерти напугали. Уже… одиннадцать часов.

— Роза, я пытаюсь связаться с Фрейзером. У его отца был сердечный приступ. Врачи считают — ничего страшного, но все-таки…

— О, нет! Это случилось, когда вы ужинали?

— Да, — подавленно ответила Делия. — Я уже думала, что он умирает, но все обошлось. — Она всхлипнула. — По крайней мере так говорят врачи. Бернард все время спрашивает о сыне. Я пыталась поговорить с Фрейзером через коммутатор, но в его комнате не берут трубку. Поэтому я и позвонила вам — может, вы знаете, где он.

— Ну… — Роза запнулась, в глазах потемнело. — Хм… Я посмотрю. Да… дайте мне номер, куда вам позвонить, я перезвоню, как только смогу.

Она положила трубку, и ее мысли закружились в беспорядочном вихре. Если Фрейзера нет в его комнате, то с кем он? С кем-нибудь вроде Кэти? Она, без сомнения, примет его с распростертыми объятиями. Но я не знаю даже ее фамилию. Будет ужасно неловко, если я постучу к ним в дверь! Но, кажется, она говорила, что ее номер на этом же этаже, немного дальше по коридору. Я же видела ключ от ее комнаты сегодня утром. Да! Через четыре двери от моей, точно. Как все это неудобно… но каков тип, а!

Последняя мысль заставила ее решительно выбраться из постели. Роза набросила на себя халат, схватила трость и, прихрамывая, направилась к двери.

Не успела она подойти к двери Кэти, как ее окликнул знакомый насмешливый голос. Голос, который она слишком хорошо знала: Фрейзер…

— Передумали, Роза?

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Роза резко обернулась и, не удержавшись, упала.

Фрейзер подошел к ней, помог подняться. Взгляд его вопросительно скользнул по ее хрупкой фигуре в легком атласном халатике с поясом, подчеркивающим тонкую талию. При падении халат немного распахнулся и обнажил плечо. Фрейзер увидел тоненькую лямку ночной сорочки и очертания груди.

— Где вы были? — как бы потребовав отчета, спросила она и, смущенно покраснев, запахнула халат.

— Гулял. А вы следите за мной, Роза?

Краска бросилась ей в лицо.

— Нет! Совсем нет. Просто…

— Боюсь, ваш румянец говорит сам за себя, — неторопливо произнес он, дотронувшись до ее щеки. — Вы собирались… — он замолчал и нахмурился, — застать меня в объятиях Кэти?

— Да как вы смеете? — сердито прошипела она.

— Тогда какого черта вы делаете здесь в этом сексуальном ночном халате? — парировал он, повысив голос. — И почему выглядите виноватой?

До Розы дошло, что она нечаянно оказалась в двусмысленной ситуации. Она смутилась, поняв, что он подумал.

Роза вздохнула и устало сказала:

— Я на самом деле хотела узнать, у Кэти ли вы. Простите, но…

— Значит, вы решили застать нас вместе?

— Нет! Послушайте…

— Роза!

— Фрейзер, если не знаете — замолчите, — с обидой заявила она. — Я ради вас пришла сюда! Никакой я не соглядатай, я искала вас не из-за того, что передумала, а потому… — Роза вдруг заколебалась и вздохнула. — Это неприятная новость… Я узнала от Делии, что у вашего отца был сердечный приступ. Делия пыталась дозвониться до вас, но не смогла и попросила меня вас найти. Извините, — тихо закончила она.

Фрейзер положил телефонную трубку и потер лоб. Он сидел на кровати бледный и понурый.

— Вот, выпейте, — мягко сказала Роза и предложила ему рюмку коньяку.

Фрейзер хмыкнул и одним махом осушил рюмку.

— Спасибо. Кстати, я должен извиниться перед вами. — Он заметил, что, пока говорил по телефону, она успела переодеться в футболку и шорты.

— Не будем об этом. Как он себя чувствует?

— Лучше. Не могу поверить в то, что случилось. — Фрейзер закрыл глаза. — Несколько лет назад мы чуть было не потеряли его. Но он выкарабкался. А теперь вот опять.

Роза поколебалась немного, затем села на кровать рядом с ним.

— Он очень много значит для вас.

— Да, — ответил Фрейзер после небольшой паузы. — Моя мать умерла, когда мне было два года, а Диане четыре. Отец смирился с тем, что должен воспитывать нас один, и с нашим нежеланием делить его с кем-то еще.

— Поэтому он и не женился второй раз?

— Да, — Фрейзер поморщился, — думаю, это была одна из причин. Вот почему я так обрадовался, когда появилась Делия.

— У меня такое чувство, что и он ей небезразличен. Она была в полном отчаянии, когда позвонила. Не странно ли? Они ведь совсем недавно встретились.

— Любовь с первого взгляда, — сухо заметил Фрейзер и посмотрел на Розу.

Их взгляды встретились, и слабая улыбка тронула его губы.

— Вам не нужно было переодеваться. Я бы пережил этот ваш ночной халат, несмотря на то что говорил совсем противоположное. — Он замолчал и пристально посмотрел на нее. — Неужели вы вправду подумали, будто я пошел к Кэти?

— Я… — Роза сцепила пальцы, готовая провалиться сквозь землю. — Мне это пришло в голову, — сказала она, — учитывая, что вас не было в номере, — добавила она серьезно — и совершила ошибку, посмотрев на него. Она заметила, что он потешается над ее очевидным замешательством. — Не надо так смотреть на меня, — обидевшись, произнесла она. — Можно подумать, это предположение так уж невероятно!

— Зависит от характера мужчины или женщины, я думаю, — спокойно констатировал он.

Роза встрепенулась:

— Что вы имеете в виду?

— Если нет того единственного человека, то и другие не нужны. Вы ведь тоже так считаете?

— Да, верно.

— Так почему вы вообразили, будто для меня все иначе?

Роза приоткрыла рот, потом закрыла его и глубоко вздохнула.

Фрейзер подождал немного и потянулся за телефоном.

— Вы хотите позвонить? Но уже поздно, — сказала она.

— Собираюсь перенести наш полет на более раннее время, если удастся. Есть возражения?

— Нет, разумеется.

Через несколько минут он положил трубку.

— В девять утра.

— Хорошо.

— Итак, спокойной ночи.

— Фрейзер, — пролепетала Роза, — почему вы… хотите меня?

Он поднял брови.

— А почему вас это удивляет?

— Я имею в виду… — Она умолкла в нерешительности. — Я порядком позабавила вас. Часто выходила из себя, неправильно понимала вас, ссорилась с вами. Я же вела себя как капризный ребенок!

— Роза… — неторопливо начал он, взял ее руки в свои и задумался. — Я хотел вас с того самого момента, когда увидел в первый раз. Вы были великолепны в том бальном платье. Вы говорите, вели себя как капризный ребенок? Возможно. Но это притягивает меня к вам еще больше. Если вы сомневаетесь в чем-то, то в этом уж будьте уверены.

Его взгляд скользнул по ее фигуре. Фрейзер заметил, что Роза собрала волосы в хвост, перевязав их зеленой лентой, и понял, что ему бы доставило удовольствие развязать эту ленточку. Ее белая в зеленый горошек футболка прекрасно гармонировала с белыми шортами и зеленым кожаным поясом, подчеркивающим изящную талию. Гладкая кожа рук и ног нежно благоухала после лосьона. На лице ее не было косметики, и он еще раз почувствовал, как сильно она его привлекает и возбуждает.

Розу нельзя было назвать красавицей в традиционном понимании этого слова, ее лицо не отличалось правильными чертами. Проницательный взгляд зеленых глаз, гордо поднятая голова с роскошными густыми рыжими волосами, нежная белая кожа, а губы… Фрейзер мысленно усмехнулся: каким же дураком был Саймон Харрис! Сумеет ли она когда-нибудь забыть его?

— Меня тоже к вам тянет. — Роза прикусила язык, поняв, что проговорилась, высказав свои мысли вслух. — Я хотела сказать — тянуло, в первую встречу, — поспешно поправилась она и, подняв глаза, увидела, что он пристально смотрит на нее. Она опять вспомнила тот вечер, их первую встречу, его сильные руки, свои мечты о близости с ним.

— В свое время вы предпочли отрицать это.

— У меня на то были причины, — парировала она. — Я вас совсем не знала. И вы могли быть… — Она пожала плечами.

— Синей Бородой? — предположил он. — Не говоря уже о пирате.

— Если вы считаете, будто одно имя Фрейзера А. Росса может служить гарантией того, что вы не мерзавец, то вы ошибаетесь.

— Совершенно верно, — признал Фрейзер. — Но кажется, мы отклонились от темы? Тогда вы действительно не знали меня, но за это время вы должны были узнать меня лучше, Роза. Так что же вы скажете?

Роза низко склонила голову и принялась разглаживать несуществующую складочку на шортах.

Он, прищурившись, внимательно следил за ее беспокойными пальцами, пока она наконец не вскинула голову.

— Я все еще считаю, что мы не подходим друг другу, — она вздохнула, — мы и нужны-то друг другу только на время, разве не так?

— А как вы думаете, Роза, вы нужны мне только на время? — внезапно охрипшим голосом спросил он.

Роза неуверенно пожала плечами и посмотрела на веранду.

— Может, это и звучит странно или кажется ненормальным, но где-то там в океане есть чужой остров, который одновременно и раздражает меня, и заставляет грустить и чувствовать себя одинокой. Обычно я справляюсь с этим состоянием, когда дома и занята работой. Однако сегодня, похоже, мне это не удалось.

— Продолжайте, — едва слышно произнес Фрейзер.

— А тут еще вы…

— Нарушил ваше спокойствие?

Роза промолчала, и Фрейзер добродушно улыбнулся.

— Но, Роза, не все и не всегда заканчивается плохо. Одна ночь, и все может измениться к лучшему.

— Я не предлагаю вам этого!

— Тогда сколько же вам нужно времени? Три недели, пока вы будете заниматься моим домом?

Она отвела глаза в сторону, ее дыхание стало прерывистым, она осознала глупость своего положения.

— Вы правы. Не могу поверить, что сделала такую…

— Послушайте, — прервал ее он, — сегодня был очень эмоциональный вечер. Не лучшее время для принятия таких решений. И особенно для того, чтобы забыть свою несчастную любовь.

Роза открыла было рот, попытавшись возразить, но потом передумала. Она слабо улыбнулась и, сделав неопределенный жест рукой, сказала:

— Тогда остается только снова пожелать друг другу спокойной ночи. Вы были правы! — Она встала и потянулась за тростью.

Фрейзер не шевельнулся. Он лишь взглянул на нее: горящие глаза, вздернутый подбородок, горделивая осанка. Его взволновало то, что эта внешне уверенная в себе молодая женщина может бояться ночи и какого-то далекого острова. И он увидел в пылкой и энергичной мисс Шоу маленькую хрупкую девочку.

Фрейзер вздохнул и пробормотал:

— С другой стороны, а почему нет? Нам обоим это необходимо.

— О чем вы говорите?

— А вот о чем, — спокойно ответил он и, поднявшись, притянул ее к себе.

— Фрейзер, — прошептала ошеломленная Роза. — Что вы делаете?

— Целую вас перед сном, вот и все.

* * *

Роза лежала на постели в его объятиях, хотя и не помнила, как очутилась там. Сначала она пыталась сопротивляться, но это длилось недолго, так как он тихо прошептал ей на ухо:

— Не будь глупышкой, Роза. Я не обижу тебя.

Затем, как и ранее, Роза ощутила волшебство обнимающих ее рук и услышала стук своего сердца. Его губы дразнили ее, сводили с ума. Она чувствовала тяжесть его крепкого тела и от этого чувства вся затрепетала и стала податливой, как тонкая тростинка.

— Роза…

— Ммм?.. — Ее щека ощущала тепло его плеча.

— Ты сказала что-то, я не расслышал.

— Я? Да, это, кажется, не… не просто поцелуй на ночь. — Она улыбнулась. — Что ты собираешься делать сейчас?

— Вернуть тебя на землю, вернуть нас обоих на землю, — сказал он как-то уныло. — Я не собирался заходить так далеко. — Он приподнялся на локте и слабо улыбнулся, затем заправил непокорную прядь волос ей за ухо, взглянул на ее губы и поцеловал в нос. — Спокойной ночи, милая Роза. — Он встал.

Она как бы оцепенела, и если за мгновение до этого у нее почти хватало силы воли остановить себя или хотя бы пожелать, чтобы Делия или кто-то еще предостерег ее, то сейчас она уже могла совладать со вспыхнувшим в ней желанием. Целый букет чувств вдруг пробудился в ней: и разочарование, и оскорбленное чувство ее женского достоинства… Ведь сначала он зажег ее, а теперь бросает.

Тут-то и проявился ее необузданный характер, с которым она сама часто боролась. Ей вообще-то удавалось сдерживать свою порывистость, но только когда это касалось работы. И все равно иногда она теряла контроль над собой…

— О, нет, не делай этого, Фрейзер, — сказала она жалостно и присела на пятки, забывая про боль в лодыжке.

Он покачнулся и иронически взглянул на нее.

— Не делать что, Роза?

— Думаешь, что ты командуешь парадом? Думаешь, можно так просто поцеловать меня, разбудить все чувства и желания и потом уйти? Думаешь, что можешь угрожать мне, обманывать и шантажировать?

— Если ты считаешь, что от тебя легко уйти, то ты не права, — сказал он резко, затем, помолчав, добавил: — Любопытно, а как ты сможешь заставить меня остаться?

— А вот так, — дерзко сказала она, и в глазах ее блеснул дьявольский зеленый огонек. Она стащила через голову футболку и отбросила ее.

— Роза… — Он сжал зубы.

Она развязала ленточку, которой были собраны ее волосы, и медленно распустила их. Мягкой золотистой волной они упали на обнаженные, цвета слоновой кости плечи. Заметив, что его взгляд остановился на белом бюстгальтере с вышитыми на нем бутонами роз, она расстегнула его и отбросила прочь.

Фрейзер не отрываясь смотрел на нее, как бы изучая тонкую кожу ее плеч, по которым рассыпались роскошные волосы, ее упругие, высокие маленькие груди и тонкую талию, исчезающую в шортах, ее стройные бедра, и, сжав ее запястья одной рукой, сказал:

— Остановись. Я знаю, ты будешь потом сожалеть об этом.

— Нет, не буду, — возразила она, приподняв голову. — И я скажу, почему. Я никогда еще не испытывала такого удовольствия, какое испытала с тобой, когда мы целовались. И это по крайней мере мой собственный выбор.

Он резко отпустил ее запястья.

— И ты думаешь, что только в таком чертовском настроении ты способна заниматься любовью, Роза?

Она пожала плечами и гордо откинулась назад, на пятки, обнаженная до талии, положив руки на бедра.

— А я думаю, что не следовало целовать меня так, Фрейзер Росс.

— И теперь я должен заплатить штраф? — сказал он мягко и как бы обреченно. — Или ответить «нет» и ускользнуть?

— Это зависит от тебя.

— Если бы я был уверен, что ты осознаешь, что делаешь, Роза, — сказал он примирительно, — то я…

— Осознаю.

В течение нескольких секунд Фрейзер молча смотрел на нее, затем прикоснулся рукой к ее груди и почувствовал, как бархатный сосок твердеет под его пальцами. Он взглянул на ее грудь, затем в глаза, которые смотрели гордо и сурово. И, со стоном заключив Розу в объятия, упал с ней на постель.

— Ты — необыкновенная. Я никогда не встречал такой, как ты, — сказал Фрейзер, уткнувшись в ее волосы.

— Я… — всем своим существом она ощутила силу его желания, — я… ин… иногда не совсем уверена в себе, ты знаешь. Но есть несколько вещей, которые я должна сделать, чтобы…

— Тише. — Он притронулся пальцем к ее губам. — Я знаю, ты такая утонченная.

Все происходило как в том памятном медленном танце. И это было откровением для Розы. Она сначала собиралась сказать Фрейзеру об этом, но затем передумала.

То уютное, уединенное место, которое она представляла себе во время первой встречи, стало реальностью, когда он выключил, пользуясь пультом дистанционного управления, все лампы, кроме одной. Затем снял с себя рубашку и снова обнял Розу.

— Теперь мы единое целое, — сказал он глухо.

— А ты… ты действительно представлял себе все это в тот вечер, в наш первый вечер? — спросила она с робкой улыбкой.

Фрейзер удерживал Розу перед собой на вытянутых руках, и свет ночника мягко оттенял разные тона их кожи: ее — цвета слоновой кости, его — бронзовой от загара. Нежность и хрупкость ее тела резко контрастировали с его мускулистыми руками и грудью.

— Действительно, я представлял себе это, эту странную фантазию. Тебя без одежды.

Ее глаза расширились.

— И я тоже.

Его губы прошептали:

— Я верю тебе. — Он нежно прикоснулся к ее грудям и почувствовал, как они вздымаются и опускаются в такт ее учащенному дыханию. Он крепко прижал ее к себе.

— Не слишком ли много одежды? — спросила она низким голосом, нервно посмеиваясь.

— Неужели?

— Да, на мне в тот вечер было меньше надето.

— Это нетрудно исправить. — Он положил Розу на спину и расслабил ремень на ее шортах. А когда они были сняты, посмотрел в ее глаза и поддразнил: — Все еще тесно?

Ее трусики соответствовали бюстгальтеру — тот же белый хлопок с вышитыми бутонами роз.

— Да, — прошептала Роза.

Фрейзер склонился над ней и поцеловал ее.

— Бутоны роз… — промурлыкал он. — Как верно.

— Почему ты так говоришь? — Она задвигалась, когда он начал раздевать ее.

— Нежный и благоухающий цветок среди шипов. — Ее трусики сползли с лодыжек, и он занялся остатками своей одежды.

Роза повернулась на бок и, опершись щекой на руку, подумала, как романтично было бы, если бы все происходило на пиратском судне и она была бы его пленницей…

— Чему ты так таинственно улыбаешься? — спросил он, обернувшись к Розе.

Как только они оказались лицом друг к другу, а тела их соприкоснулись, все ее чувства вспыхнули с новой силой.

— Просто фантазии, — ответила она. — Неужели я действительно такая колючая?

— Расскажи мне о своих фантазиях. — Он скользнул рукой вниз по ее спине и остановился на бедре. — И я расскажу, какая ты колючая.

Ее губы дрогнули.

— Я представила себя наложницей на борту твоего галиона…

— Желанной?

— Да. Если сказать…

— Не надо.

— Не надо что?

— Испортишь мгновение. Пусть так и будет. Считай, что я пират-любовник. — В его черных глазах появилась насмешка.

— Мне нравится. Может быть, я не буду выглядеть слишком колючей на этом фоне. — Она придвинулась ближе и обняла его за шею.

— Даже самые нежные розы имеют шипы. — И он приник к ее груди.

— Фрейзер, — выдохнула Роза.

Все лампы были уже погашены, и лунный свет струился в комнату, освещая стены веранды, покрытые кафелем: как будто серебряные листья на морозе.

Фрейзер собрал все подушки в одну кучу и оперся на них спиной. Роза сидела на его бедрах обнаженная и прекрасная. Его руки как бы изучали ее тело, они были везде, ласкали, гладили, дразнили. И везде, в самых потаенных уголках ее тела, они находили трепетный отклик. Роза возвращала ему ласки, поглаживая его грудь, запуская свои пальцы в жесткие черные волосы, чувствуя, как с каждым восхитительным мгновением их движения становятся все более ритмичными и слаженными.

Желание пело в каждой клеточке ее тела, и она отдалась полной свободе движений.

— Роза! — застонал он. — Роза!

И наступил финал.

После этого сон не мог так просто прийти к ним. Роза лежала, дрожа мелкой дрожью, в объятиях Фрейзера. Наконец он сказал:

— Успокойся, — и погладил ее волосы. — Я кое-что узнал о тебе.

Через некоторое время она нежно спросила:

— И что же ты смог узнать?

— Что для тебя нет полумер, Роза.

И снова ей захотелось сказать, что никогда еще она не испытывала ничего подобного. Весь ее предыдущий любовный опыт был приятен, но бледен по сравнению с тем, что произошло. Никогда она еще не поднималась на такие высоты. Чаще всего было просто желание доставлять удовольствие, никогда не было такого состояния, в котором бы она чувствовала себя абсолютно равной в любовной игре.

Роза изумленно думала, что никогда не чувствовала себя так восхитительно, так легко и свободно.

— Ты останешься до утра? — спросила она с ноткой озабоченности в голосе, уткнувшись лицом в его плечо.

Даже в лунном свете он мог видеть в ее глазах всю теплоту ее сердца, ее неподдельный страх остаться одной и ее… любовь? Очевидно, так или иначе Фрейзер почувствовал это. И тихо сказал:

— Конечно, я буду здесь и когда ты проснешься.

Роза расслабилась и, насладившись его близостью, приятным чувством силы и защиты его рук, обнимающих ее, в конце концов заснула.

Проснулась она очень рано, когда солнце только начало вставать. Фрейзер спал рядом, мирно посапывая.

Она лежала переполненная чувствами. Хотелось коснуться темной тени на его небритой щеке, пригладить волосы на лбу, пробежаться рукой по его Широкому плечу, которое было укрыто простыней, но она заставила себя сдержаться. Роза легла на спину, подняла руки вверх и потянулась.

Когда она снова прильнула к Фрейзеру, то заметила, что хотя он и не двигается, но уже не спит и лениво наблюдает за ней.

— Привет, — сказала она мягко. — Хорошо спалось?

— М-м… — Он сбросил с нее простыню.

— Ох, — сказала Роза и безуспешно попыталась натянуть ее на себя.

Его губы дрогнули.

— Мне нравится смотреть на тебя, вот и все.

— Да?

— Я так наказан тем, что видел тебя раньше только в одежде, — добавил он глухо. — То первое твое платье с декольте, блузка с леггинсами и, наконец, твой летный костюм, который произвел неизгладимое впечатление, как ты помнишь…

— Да, — сказала она строго и весело рассмеялась.

— Одним словом, — продолжил Фрейзер, — давно пора сбросить шкуры — вот и все. — Он вдруг сел и взглянул на нее.

— Я никогда не думала, что это так важно, — сказала Роза, снова загораясь.

Он пристально посмотрел в ее изумрудные глаза.

— Как говорят, лучшие подарки — в скромных обертках. Я думал, что сказал тебе прошлым вечером о твоей изысканности и утонченности.

— Правда?

— Да. Прекрасно сложена и совершенна. Например, вот…

Он прикоснулся к каждому ее соску и наблюдал, как они набухают под его пальцами. Затем наклонился и начал нежно и неторопливо ласкать их языком.

— Ты не говорила, нравится ли тебе это, — прошептал Фрейзер. В глазах его запрыгали чертики.

— Я думала, это очевидно, — ответила Роза, и волна страстного желания прошла дрожью по ее телу, а руки обвили его плечи. — Мне нравится это.

— Я рад, — ответил он. — Мне тоже.

Но его пристальный взгляд снова затуманился, руки медленно заскользили вниз к ее талии, бедрам…

Роза открыла рот, и ее голос вдруг стал необычно хриплым.

— Можно попросить, чтобы вы оставили других наложниц, мистер Росс?

Тихий смех сотряс его, затем его пальцы снова стали ласкать ее, и в этот момент Роза подумала, насколько утонченные ощущения она испытывает от его легких прикосновений. Настолько сильные, что ее глаза расширились, губы приоткрылись, пальцы судорожно сжали его плечи и все ее тело содрогнулось с явным удовольствием.

— Как тебе это удается? — выдохнула она.

— О чем ты?

— Нет, о нет, но…

— Хорошо. Я только почувствовал себя снова пиратом, так мне кажется.

Роза улыбнулась, и бесенок озорства заиграл в ее глазах.

— А как назвать женщину-пирата?

Глаза его сузились, и он крепко сжал ее талию.

— Я не думаю, что есть такие. А зачем это тебе?

— Я чувствую, что могла бы быть пиратом.

— А-а. — Он отпустил ее и лег на спину, раскинув руки, в классической позе поверженного. — Сдаюсь.

Роза перевернулась и положила кулачки ему на грудь, придавив их подбородком.

Внезапно раздался телефонный звонок. Они пристально смотрели друг другу в глаза, и Фрейзер поднял трубку.

— Плохие новости? — спросила Роза с тревогой, когда он закончил разговор.

— Боюсь, что да. Отцу стало хуже. Роджер, муж Дианы, организовал одно место для меня на учебном самолете, который будет здесь через час. Это частный полет, не коммерческий, и есть только одно место. Но этот самолет доставит меня домой гораздо быстрее, чем любой другой. Роза…

— Не беспокойся обо мне, Фрейзер, — сказала она. — Могу я помочь тебе собраться или еще чем-нибудь?

Его глаза потемнели, а лицо осунулось.

— Ты молодчина. Слушай. — Он обнял ее. — Его доставят в Брисбен, так что, может быть, через несколько дней я…

— Иди прими душ, Фрейзер, — посоветовала Роза мягко и поцеловала его в щеку.

— Но я не хочу, чтобы ты…

— Со мной все будет в порядке, поверь мне. Иди прими душ.

Но прощание с островами Хамильтон и Уитсандэй было печальным.

Ожидая такси, которое должно было отвезти ее в аэропорт. Роза провела последние полчаса, погрузившись в глубокое раздумье. С веранды открывался прекрасный вид на пляж, ярко рас-цвеченные суденышки скользили по поверхности моря, повинуясь легкому дуновению ветерка.

И Роза вспомнила, как они с Фрейзером на этом самом пляже любовались луной, как она, неосторожно споткнувшись, повредила лодыжку. Она отвернулась от пляжа, чтобы побыть наедине с воспоминаниями о прошедшей ночи. И вдруг ясно осознала, что стала жертвой обстоятельств, ведь она связала себя чувствами с человеком иного круга, мужчиной, который не предназначен для нее.

— Роза, а где Фрейзер? — спросила Кэти, наклонившись к ней и держа в руках поднос с завтраком и прохладительными напитками.

— Улетел немного раньше. Спасибо.

— Как прошла ночь?

Роза так и застыла, не донеся бокал сока до рта. Теперь она посмотрела совсем другим взглядом на эту девушку, такую, казалось бы, уравновешенную и элегантную в своей униформе.

— Что вы имеете в виду?

— Я видела вас двоих в коридоре прошлым вечером. Через час или даже позже я звонила Фрейзеру в номер, но он не отвечал. Можно предположить, что вы для него больше чем декоратор по интерьеру, не так ли?

Роза почувствовала, что краска стыда медленно заливает ее лицо, и решительно стиснула губы.

— Если так, — продолжила с натянутой улыбочкой Кэти, — ему не следовало предлагать мне обручальное кольцо. Хозяйкой, экономкой еще можно быть, но женой?.. Я подозреваю, что настоящая претендентка должна быть чем-то большим, чем вы или я. — И она горделиво поплыла дальше.

Роза устало закрыла глаза и мрачно откинула голову назад.

— Вот это сюрприз! — воскликнула Роза, увидев Делию в зале прилета.

— Фрейзер звонил мне и попросил встретить вас, — ответила помощница. — Есть еще какой-нибудь багаж?

— Нет, одна сумка. — Роза немного помолчала, затем бросила быстрый взгляд на Делию: — Как он? Его отец, разумеется.

— Держится. Это все, что пока можно сказать.

— Лучше бы вам оставаться в Брисбене, вместо того чтобы встречать меня.

Делия болезненно улыбнулась.

— У меня нет на это приглашения.

— Фрейзер? — спросила Роза недоверчиво.

— Нет. Он был очень обходителен, но Диана… — выдавила из себя Делия.

— Могу представить.

Делия направилась к главному выходу.

— Мы действительно недостаточно хорошо знаем друг друга, Бернард и я. — Она пожала плечами. — Машина здесь, недалеко. Дело в том, что я не чувствую себя вправе создавать трудности в чужой семье, да еще в такой момент.

Роза молчала, переваривая это. Затем сказала:

— Фрейзер в этом смысле лучше. Я уверена: если бы он почувствовал, что его отцу вы нужны, он бы разрешил вам повидаться с ним.

— Я удивилась, как он узнал о нас? Наверно, это вы сказали ему?

— Думаю, отец сам намекнул ему.

— Я еще не могу представить себе, что это случилось так быстро, что… — Делия передернула плечами. — А у вас как все прошло?

— Что прошло?

— Работа. Его дом. То, ради чего вы ездили туда.

— Ах, это… — Роза защелкнула свой портфель. — Все прошло очень хорошо. Осталось разобраться с некоторыми заказами, как только вернемся в офис.

— Значит, работа оказалась легче, чем вы ожидали? — Делия открыла дверцу автомобиля. — А почему вы хромаете?

— Споткнулась и растянула связки. Сейчас уже лучше. — Она осторожно забралась в автомобиль Делии.

— И как, с ним было легко работать? — спросила Делия, включая зажигание, и поправила зеркало заднего вида.

— Вы знаете, — сказала Роза медленно, — я сомневаюсь, что найду еще человека, с которым было бы легче… И очень боюсь, что с моим сердцем случилось что-то, о чем я буду сожалеть всю оставшуюся жизнь.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

— Роза, я так беспокоюсь за вас, — сказала Делия на следующее утро, как только пришла на работу.

— А я волнуюсь за вас, — улыбаясь ответила Роза, но серьезно добавила: — Как вы справляетесь с происшедшим?

— Сейчас получше, так как знаю, что Бернард успешно перенес операцию.

Бернарду Россу была сделана операция коронарного шунтирования, и хотя он был еще в отделении интенсивной терапии, но чувствовал себя неплохо. Роза узнала это еще прошлым вечером, во время телефонного разговора с Фрейзером. Говорили они недолго и как-то натянуто. В конце Фрейзер спросил, как она себя чувствует, и Роза уверила его, что чувствует себя прекрасно, пусть он все внимание уделит отцу.

— Вот посмотрите, — сказала Делия, кладя на стол газету. — О нем напечатали на первой странице. Вы, наверное, здесь с самого рассвета? Хотите, я приготовлю что-нибудь перекусить?

— Это было бы здорово! Не знаю, что бы я без вас делала.

Роза взяла газету, как только Делия вышла.

На первой странице красовались два фотоснимка: на одном из них был Бернард Росс, а на другом — Фрейзер. Фрейзер, в костюме и галстуке, выходящий из величественного здания, получился на фотографии холодным и невыразительным. Было видно лишь, что это человек сильный, но отягощенный обязательствами, весьма самоуверенный, приятной внешности… и весьма далекий от того мужчины, с которым она спала две ночи назад.

Роза судорожно вздохнула и прочла статью. Это было краткое сообщение о болезни Бернарда, затем резюме об империи Росса, включая биографию великого деда Фрейзера, ее основателя. Было отдано должное и Бернарду, и Фрейзеру, причем особенно — Фрейзеру, его проницательности, с которой он обеспечил расширение империи и, что особенно важно, расцвет, в то время как другие империи разваливаются.

Была также выдержка из биографии Фрейзера: престижная школа, Оксфорд, — а также информация о всемирно известных призах для яхтсменов, финансируемых им.

В это время вернулась Делия с подносом, полным еды.

— Жареный бекон, сэндвич с яйцом, горячая сдоба, яблоко и кофе. Как вам это?

— Да. Спасибо. Я и не знала, что он яхтсмен.

— Кто?

— Фрейзер — разве вы не читали? — Она протянула Делии газету.

Та села и пододвинула Розе чашечку кофе.

— Ах, да. Бернард говорил об этом. Разве вы не видели его яхту? Она была у причала вечером, когда мы собирались ужинать.

Роза пожала плечами.

— Нет, у меня не было настроения разглядывать яхты. Я полагаю, она хорошая?

— Ну, я не эксперт, но выглядит очень симпатично. Как же она называется?.. — Делия нахмурилась. — О, вспомнила, «Пират»!

Роза чуть не подавилась сэндвичем.

— А откуда такое название? — спросила она, пытаясь выглядеть равнодушной.

— Его отец считает, что в жизни Фрейзера не было большой любви, хотя ему именно любви и не хватает. Он хотел совершенствоваться в спорте.

— И однажды досовершенствовался до того, что потерял интерес и к нему, — сказала Роза медленно.

— Не совсем так. У него просто нет времени, Роза. Но, по-видимому, Фрейзер еще ходит на яхте, только как любитель. И после того, что вы рассказали мне в машине по пути домой из аэропорта вчера, я…

— После того как вы буквально затащили меня в свой автомобиль — вы это имеете в виду?

Делия скорчила гримасу.

— Если бы вы не упомянули о том, о чем собираетесь сожалеть до конца дней своих, я была бы менее озабочена. Как вы можете быть так уверены, что он не подходит вам?

Роза подняла брови.

— Я думаю, что, скорее, не подхожу я. А если даже и подхожу, то я бы не… не хотела бы обсуждать это.

— Ну, и что вы собираетесь делать? Вы уже приняли какое-то решение?

— Я полагаю, да, — ответила Роза.

— После… того, что случилось?

— Да, но ничего не изменишь. И надо смириться с этим. Будем считать, кино окончено. Делия, если вам нужна будет помощь, вы скажете мне — обещаете?

— Обязательно, спасибо.

Роза закончила завтракать и поблагодарила Господа за то, что она в родных стенах. Она оглядела свой офис и удовлетворенно вздохнула. Что бы жизнь ни готовила, у нее есть свое дело.

Она положила перед собой блокнот и снова начала работать. День начался битвой с производителем жалюзи, который захотел самостоятельно сделать замеры, сообщив при этом, что успокоится только тогда, когда будет уверен, что ему не придется платить из своего кармана за дорогу в Уитсандэй.

Роза порылась в каталогах фарфора, хрусталя, серебра, тканей, посуды и оплатила счет за поездку в Марина-Мираж на просмотр новой мебели с острова Ява. Нашла реквизиты занзибарского поставщика и удивилась сумасшедшим ценам на двери и сундуки.

Она выбрала также несколько прекрасных ковров и была рада тому, что внутренняя обшивка стен дома была выполнена из натуральных деревянных панелей и не надо беспокоиться о том, в какие цвета красить стены. «Завтра, — сказала она себе, — придется посетить лучшие местные галереи для поиска object d`art».

Было девять часов вечера, когда Роза вернулась домой, чувствуя себя усталой и разбитой. Приняла душ, надела махровый халат, запекла несколько тостов с сыром, поставила диск Энии «Водяной знак» и уселась, скрестив ноги, на свою роскошную кушетку.

В дверь позвонили.

Роза вздохнула и некоторое время поколебалась: открывать ли? В дверь снова позвонили, более настойчиво.

— Иду! — крикнула она, вставая с кушетки и ступая на ковер.

Запыхавшись и долго провозившись с замком, она наконец открыла дверь. На пороге стоял Фрейзер, в джинсах и джемпере, волосы его были растрепаны ветром. Она увидела за ним «мерседес» с опущенным верхом.

— А, это ты! — выдохнула она.

— Да, — подтвердил он. — А кого ты ждешь?

— Никого! Это…

— Тогда тебе не помешала бы еще кое-какая одежда, — промурлыкал он с ухмылкой.

Роза опустила глаза и только тогда заметила, что халат ее распахнулся и на голом теле выделяются лишь желтые трусики.

— Дьявол! — выругалась она, запахнула халат и затянула пояс. — Я спешила, — объяснила она.

— Только не надо больше никаких травм. Разрешишь войти? Или предпочитаешь целоваться на пороге? — В его черных глазах была усмешка.

— Входи, — сказала она поспешно и отступила, позволив ему войти в прихожую. — Я не ожидала тебя, Фрейзер…

Но не успела сказать больше ни слова. А когда смогла продолжить разговор, они уже сидели на кушетке обнявшись, ее голова лежала у него на плече. Голос Энии пел «Течение Ориноко», что соответствовало состоянию Розы — она тоже как бы парила в экстазе.

— Как он себя чувствует? — спросила Роза.

— Вполне сносно. Врачи обещали, если все будет хорошо, эта операция сделает его совершенно другим человеком.

— Я очень рада.

— Ммм… ненавижу больницы. — Фрейзер потер подбородок. — Сейчас с ним Диана. Но я должен вернуться в больницу на ночь. — Он огляделся вокруг. — Вот она — настоящая мисс Шоу.

— Да, это все моя работа, — ответила она гордо и встала. — Что тебе предложить? Что-нибудь поесть или выпить?

— А что у тебя на ужин?

— Тосты с сыром. Они еще не остыли. — И Роза откусила кусочек.

— И это ужин?

— Да! Так как, будешь?

— Нет, спасибо. — Он улыбнулся. — Не то чтобы мне не нравились холодные тосты с сыром, просто не хочется лишать тебя даже такой скудной пищи. Но я мог бы чего-нибудь выпить. Оставайся здесь. Скажи только, что и где лежит, я сам возьму.

Роза наморщила нос.

— Хорошо, там на кухне, в холодильнике, бутылка красного вина.

Фрейзер рассмеялся, взъерошил ей волосы и пошел на кухню. Когда он вернулся, то принес на подносе не только вино и два стакана, но и нарезанный сыр, салями, маринованный чеснок, оливки и огурцы.

— А я-то думала, что ты там делаешь?

— Грабил твою кухню. Ты не возражаешь?

— Нет, конечно. Только я чувствую себя виноватой — ты ведь ничего не ел, правда? Мне надо было что-нибудь приготовить, но я не слишком хорошая…

— Внимание! — прервал он и откупорил вино. — Основательная закуска. Если я правильно понимаю, ты любишь поесть. А как поживает Делия? — Он присел рядом с ней и вытянул ноги.

— Беспокоится и… — Роза закусила губу.

— Я собирался предложить ей повидаться с отцом послезавтра. Ему еще предстоит масса процедур и анализов, но, я знаю, он хочет ее увидеть.

— О! — Лицо Розы посветлело. — Она может? Она очень волновалась. Но… — Роза помрачнела, — Диана…

— Предоставь Диану мне. Роджер, что бы там ни было, возвращается к ней. Это ей на пользу. Они вроде бы помирились.

— Понятно.

Фрейзер внимательно посмотрел на Розу:

— Что тебе понятно?

Она замялась, раздумывая, говорить ли.

— Да ничего.

— Теперь, Роза, я изучил тебя достаточно хорошо и знаю, что ты что-то не договариваешь, — поддразнил Росс. — Выкладывай.

— Тебе может не понравиться.

— Когда это останавливало тебя? — спросил он с иронией.

— Ну, тогда я скажу от имени всех женщин, в общем… в общем… я больше не обижусь на утверждение, будто без мужчин все женщины становятся ведьмами.

— Я не обобщал, — сказал он после небольшой паузы.

— Разве? — Она бросила на него быстрый взгляд.

— Не думаю, что тебе нравится моя сестра.

— Это я не нравлюсь ей. И даже знаю точно, почему не нравлюсь. Она уверена, что я весьма неподходящая кандидатура для тебя, Фрейзер, как жена. Разве я не права, предполагая, что, по ее мнению, у тебя критический возраст для женитьбы?

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил он нетерпеливо. — Это у девушек бывает критический возраст для замужества.

В этот момент раздался щелчок отключившегося проигрывателя, и воцарилась тишина. Они пристально посмотрели друг другу в глаза: он в ее — потемневшие от обиды, а она в его — холодные и бесстрастные.

— У меня нет такой проблемы относительно тебя, Фрейзер. — Роза произносила слова четко и отрывисто. — Я всегда осознавала, что брак для нас невозможен. Но интересно, из чистой любознательности, что у тебя на уме относительно моей персоны? Кем ты меня видишь? Экономкой, любовницей? До тех пор, пока не появится настоящая жена? А может, даже и после этого?

— Ладно, чертовка, а может, ты зря так далеко заглядываешь? — выдавил он. — Или из озорства самой хочется залезть в постель на законном основании? О, нет, — добавил он грубо, предотвратив пощечину у самого своего лица. — Держите свои пальчики при себе, мисс Шоу. Если только не собираетесь сбросить одежду и заняться любовью прямо на полу! Между прочим, не так уж много одежды надо сбрасывать…

Она посмотрела вниз и, увидев, что халат ее распахнулся, пока они боролись, в отчаянии закрыла глаза.

— Отпусти меня, — сердито сказала Роза.

Фрейзер запахнул ее халат до подбородка и сказал, улыбаясь ей прямо в глаза:

— Ни одна разумная особа не станет предъявлять список условий для брачного контракта, да и с твоей стороны, Роза, это не слишком ли преждевременно?

Она закрыла лицо руками, проклиная себя за то, что сама из ничего раздула этот конфликт. И эти рассуждения о неудачном браке его сестры, и сравнение со своим возможным будущим — к чему все это? Но почему только мужчины считают, что все женские проблемы решает исключительно секс?

— Роза!

Она опустила руки и глубоко вздохнула.

— Фрейзер, ты считаешь, я преждевременно начала этот разговор? Нет, — сказала она печально. — Я только хотела объясниться…

— До того, как снова соблазнить меня? — прервал он с неподдельным интересом.

Роза закусила губу и сжала пальцы.

— Давай не будем забывать, кто начал все это, — сказала она запальчиво.

— Но мне интересно, разве что-то изменилось после того, как ты соблазнила меня?

— Может, ты перестанешь говорить об этом? — вспыхнула она.

— Почему? Разве это неправда? — Фрейзер с иронией посмотрел на Розу.

— Только после того, как ты поцеловал меня. — Она поднялась с кушетки и встала перед ним, держа руки на бедрах. — Ничто не изменит того, что я не гожусь для тебя в качестве жены. Зачем лицемерить, будто ты действительно не знаешь, кого ищешь.

Он встал и в этот момент показался ужасно грубым и высокомерным.

— На основе этих предположений я и действую, так, что ли, Роза?

Ее плечи слегка опустились.

— Фрейзер, не следовало мне с тобой работать, — сказала она чуть хрипло. — Я думаю, мы оба знали, что нам не следовало работать вместе. Скажи мне честно, если я не права относительно тебя.

Молчание длилось целую минуту.

— Хорошо, я могу сказать одну вещь, — ответил он, растягивая слова. — Этого ты никогда не узнаешь. Вы закончите дом, мисс Шоу?

Ее губы раскрылись, она внимательно смотрела на него.

— Нет, если вы этого не хотите, мистер Росс, — произнесла она громко и отчетливо.

— О, нет. Я не уклоняюсь от своих деловых обязательств.

— Но…

— Я думаю, вы также. — Взгляд его был тяжелым.

— Это означает, что мы должны оставаться в контакте, — выдохнула она.

— Вероятно, вам следовало подумать об этом до того, как разговаривать со мной в такой манере. — Взгляд его был высокомерен, а голос тверд.

Роза внезапно отвернулась и проговорила:

— Я думаю, вам лучше уйти, мистер Росс.

— Хорошо, я ухожу, — сказал он. Но положил руки ей на плечи и, повернув ее лицом к себе, добавил с усмешкой: — Опять в слезы? Я думал, вы сильнее.

Роза выпрямилась и, хотя ее зеленые глаза оставались сухими, ответила:

— Буду, Фрейзер, буду сильнее.

— Хорошо. — Он поцеловал ее в лоб. — Всего хорошего тебе, мой чертов дизайнер. До того, как мы встретимся снова. Я не удивлюсь, если мы опять найдем повод для битвы. Занзибарские двери, например.

И с этими словами он ушел.

Роза подождала, пока не услышала, как отъехал его автомобиль, затем упала на кушетку и разрыдалась. Почему… — спрашивала она себя… почему она ввязалась в этот глупый спор, в то время как он просто приехал повидаться? Ведь ему и так в больнице досталось… Почему?

Она вытирала слезы тыльной стороной ладони и лежала, уткнувшись головой в подушку, пока рыдания не прекратились. Затем присела и, взяв бокал с вином, к которому ранее не прикатилась, сделала большой глоток.

— Быть, в общем-то, правой — и так неразумно себя вести! — пеняла она себе. — Все из-за того, что я влюбилась в него. И ужасно боюсь, что Фрейзер меня не любит. А что, если бы он сказал, что любит, и попросил выйти за него замуж?

Роза выпила еще вина, закрыла глаза и удивилась мысли, пришедшей на ум: то, что она не могла бы сделать для другого мужчины, она, весьма возможно, сделала бы для Фрейзера Росса. Даже махнула бы рукой на свою карьеру.

Но со мной даже не обмолвились о любви, напомнила она себе. Так что же мне теперь делать? Что мои слезы для человека, который никогда не любил ни одну женщину? Нет, думала она, подальше, подальше от него…

Она горько усмехнулась, представив себя этаким Сиднеем Картуном, восходящим на гильотину в конце «Сказки о двух городах». Затем она умышленно напомнила себе о страданиях, которые причинил ей Саймон Харрис, и вдруг осознала, что прошлое кажется ей теперь таким мелким, незначительным…

Был понедельник, но это не имело значения для Розы. Она упорно работала весь уикенд.

— Он уже дома, — радостно сообщила Делия несколькими днями позже.

— Прекрасно. Все заняло не так уж много времени, правда?

Делия пожала плечами:

— Пять или шесть дней. Бернард вернулся домой уже вчера после полудня. Я провела с ним почти час. Теперь там Фрейзер.

— Хорошо, — равнодушно сказала Роза. — А как твои отношения с Дианой?

— Они с Роджером уехали на несколько дней, без детей. По-видимому, это…

— Примирение, одним словом, — весьма прозаически закончила Роза, заложив карандаш за ухо.

— Будем надеяться, все уладится… Как вы думаете, кремовый оттенок подходит для мужского жилища? Для гостиной, например?

— Ну, мне очень нравится этот цвет в окружении вещей из дерева, но я не совсем пони маю, насколько это практично. Посмотрите. — Роза показала Делии фотографию гостиной, просторной и удобной комнаты, и раскрасила ее кремовым цветом. Затем показала свой набросок, который сделала в главной гостиной дома Фрейзера Росса: уже с лампами, картинами, столами и сундуками.

— Думаю, вполне прилично выглядит, — сказала Делия мягко. — Я восхищена этим уголком: два стула с деревянными спинками и низкий кофейный столик. А эта золоченая ширма, разрисованная фигурками слонов, просто великолепна, да и шкаф, — она указала на высокий, покрытый красным лаком двустворчатый антикварный шкаф с бронзовыми подсвечниками, — просто находка. Но если вы беспокоитесь о практичности, почему бы не попробовать кожу кремового цвета?

— Нет, — решительно ответила Роза, — я ненавижу кожу, кроме как в рабочих кабинетах или клубах чопорных, старомодных стариков, и не думаю, что она подойдет по настроению к этой комнате. Интерьер ее должен быть решен в восточном стиле.

Делия, которая обычно разделяла мнение Розы, оставалась спокойной.

— Ладно, есть и другие комнаты, где можно расслабиться, например, после рыбалки, — сказала она с юмором. — Комнаты, где необходим типично мужской фон. Я полагаю, вы знаете, что для этого нужно? Тигровая шкура или шкура зебры. Или голова оленя на стене.

Роза выразительно подняла глаза к небу.

— Даже и не предлагайте это. Вполне достаточно хлопот с занзибарской дверью. Кроме того, тигры — это агрессивно, — сказала она сурово.

— Тигры — может быть, но я никогда не слышала, что зебры…

— Откуда зебры на Яве?

— А слоны на Занзибаре? — спросила Делия, смеясь.

Роза взглянула на нее и тоже рассмеялась.

— Простите. Знаете, вы правы. В чем-то мне явно необходимо мужское влияние, а здесь совершенно неуместен кремовый цвет. — Она разорвала набросок и бросила кусочки в корзину под столом.

— Почему вы не спросите его, что ему нравится? — спросила после паузы Делия.

— Я пыталась, — произнесла Роза холодно. — Кем бы ни был Фрейзер Росс, он не фонтан идей. — Она машинально начала рисовать что- то на бумаге.

Делия наблюдала за ее склоненной головой и чувствовала, что сердце ее разрывается. У нее не было ни малейшего сомнения, что у Розы и Фрейзера Росса не получится ничего путного. Но как помочь? Мужчина есть мужчина, заключила она философски и вдруг сказала:

— Его отец такого мнения, что очень много женщин остались облапошенными им.

Роза подняла голову и внимательно посмотрела на Делию.

— Думаете, я не знаю об этом? — спросила она очень спокойно. — Вы думаете, я не вижу собственными глазами?

Делия села и вздохнула. Пора было менять тему разговора.

— Ладно! Хватит об этом. Гостиные — еще одна забота. Что касается, — Делия снова нахмурилась, — подушек для гостиной, стилизованных под шкуру зебры, думаю, их должно быть немного. Например, только две большие подушки по углам дивана, украшенные золотыми кистями. Он, очевидно, не возражает против разных национальных особенностей, иначе не одобрил бы стиль острова Ява, не говоря уже о Занзибаре и слонах на ширме.

Роза подняла брови и стала внимательно изучать свой набросок, в то время как Делия сдержанно ждала реакции на свою идею. Но начальница удивила ее. Она встала, обошла вокруг стола и нежно поцеловала ее в лоб.

— Делия, — сказала она своим неповторимым голосом с легкой хрипотцой, — вы гений. Только так! То, что надо.

Но Делия вдруг засомневалась:

— А что, если ему не понравится шкура зебры?

— Нет, делаем, как нам самим нравится, — твердо сказала Роза. — Я не думаю, что он так уж озабочен выбором того или иного варианта, но очень хорошо представляю фотографию этой комнаты в ежегоднике «Дом и сад»!

— Мне только кажется, следует проконсультироваться с ним, — упрямо повторила Делия.

— Две подушки? Он может выбросить их, если они ему не понравятся, важно, что разворот журнала, считайте, сделан. В любом случае мы с ним не поддерживаем отношений, разве вы не обратили внимания?

— Фрейзер хотел бы увидеть вас завтра утром в доме отца. И просил принести расценки на занзибарские двери и арабский сундук. Он просил передать, — Делия вздохнула и пожала плечами, — что есть несколько тем, которые вам необходимо обсудить, например как доставить материалы на остров, а также сказал, что на этой неделе будет очень занят.

— А что еще он приказал? — возмущенно спросила Роза.

— Чтобы вы обязательно были в десять часов утра, завтра.

— Алло? Я бы хотела оставить послание для мистера Росса, мистера Фрейзера А. Росса, пожалуйста, — говорила Роза в телефонную трубку несколькими минутами позже. В это время Делия отлучилась, чтобы встретить посетителя в демонстрационном зале.

— Продолжайте! — ответил довольно живой, хотя и старческий голос, не оставляя Розе сомнений, что это Флора Мактавиш.

— Это мисс Шоу, а это вы, мисс Мактавиш?

— А кто же еще, Роза, кто же еще? Как, вы поживаете?

— Прекрасно, спасибо, а вы?

— Если не учитывать, что мне семьдесят шесть, что в доме больной, а Диана именно сейчас уехала к своему непутевому мужу, то относительно нормально. Так что вы хотели передать Фрейзеру?

Роза вздрогнула.

— Он передал мне приглашение прийти к нему завтра в десять утра. Я боюсь, мне не удастся сделать это, но он знает, где меня найти.

— Послушайте, девушка, — строго сказала Флора. — Вы мне нравитесь, и я восхищаюсь вашей карьерой. Но Фрейзер ответствен за громадную империю и за множество людей, у него нет времени бегать за каждым дизайнером, пусть даже таким восхитительным, как вы. Вы будете здесь, Роза, если понимаете, что это для вас же лучше. Не опаздывайте! — И в трубке раздались гудки.

Роза отняла телефонную трубку от уха и озадаченно поглядела на нее. Затем осторожно положила ее на место, закрыла лицо руками и рассмеялась.

Однако на следующее утро, собираясь на работу, она не смеялась.

Был ненастный день, хлестал дождь, принесенный юго-восточным ветром, было гораздо холоднее, чем обычно в это время года.

Как одеться? Может, вообще не ходить? — думала она, уныло рассматривая свой гардероб. Как вести себя с человеком, с которым ты спала совсем недавно и потом все оборвалось самым наихудшим образом? Обсуждать только чисто деловые вопросы, и ничего больше, внушала она себе, перебирая одежду.

— Прекрасно выглядите, Роза, — сказала Делия, одобрительно оглядывая бежевую замшевую юбку, короткую, но не слишком, жакет с короткими рукавами и поясом в тон юбке и туфли от Шанель — бежевые с черными носками и пятками. Довольно большую черную фирменную сумочку и черный плащ Роза положила на спинку стула. Волосы были собраны в пучок.

Выглядит вполне прилично, отметила Делия, хотя, если быть точной, у нее появились синие круги под глазами.

— Спасибо, Делия, — сказала Роза и слабо улыбнулась. — Я полагаю, вы одобряете это больше, чем мой летный комбинезон.

— Да, вы выглядите не только приятно, но и весьма официально. Годится для собственника преуспевающей дизайнерской фирмы «Алая роза».

— Если вы хотите поддержать меня, Делия, считайте, это вам удалось. Спасибо, вы настоящий друг! — Она обняла Делию и села за стол. — Тем временем…

— Знаю, давайте поработаем.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Флора Мактавиш и на этот раз одобрила ее внешний вид, пригласив Розу войти и взяв у нее плащ.

— Что ж, вы можете выглядеть как истинная леди, — сказала она.

— Думаю, вы и раньше не осуждали мой внешний вид. — Говоря это, Роза не могла удержаться от усмешки.

— Всему свое время и место. Сейчас делу время, полагаю. Он в рабочем кабинете. Я вас оставляю, — сказала Флора и продолжила в том же духе: — Между прочим, не забудьте поздороваться с его отцом… Мистер Росс, это мисс Шоу, — громко объявила она после короткого стука в дверь кабинета.

— Входите, Роза, — прозвучал голос Фрейзера.

Она сделала глубокий вдох и вошла в кабинет. Флора закрыла за ней дверь.

Фрейзер разговаривал по телефону, поворачиваясь на стуле за письменным столом, и жестом показал на стул напротив, не прерывая своей беседы.

Кивнув, Роза стала вынимать из сумочки блокнот, ручку, калькулятор. Она разложила все это перед собой и стала ждать.

— Прекрасно, я бы хотел видеть все это на моем столе в следующий понедельник… Да, я вернусь в Брисбен к тому времени. Будьте здоровы. — Фрейзер положил трубку и сказал: — Ну, Роза?

Она едва сдержалась, чтобы не сказать: «Что „ну“, Фрейзер?» Взгляды их встретились, и она почувствовала, что не может отвести глаз. Фрейзер был одет в джинсы и футболку, которые делали его моложе, сильнее и опаснее.

Наконец она отвела взгляд и кратко сказала:

— Перейдем к делу, мистер Росс.

— Что ж, вернемся к делу, мисс Шоу, — пробурчал он. — Разве я могу что-нибудь предложить со своей стороны? Между прочим, выглядите вы все лучше. — Он нежно посмотрел на нее, одетую в замшевый костюм, на ее прелестные волосы с каплями дождя, на изысканный макияж и жемчужины, дрожащие в ушах.

— Вот все то, что я хочу вам предложить, — внезапно успокоившись, сказала она и положила перед Фрейзером папку с бумагами. — Посмотрите, пожалуйста. Здесь рисунки орнаментов, аппликаций, фурнитуры, домашней утвари… в общем, все, что я посчитала необходимым для вашего дома, а также стоимость товаров. В списке все перечислено по порядку, но можно сразу же его сократить или изменить список. Кое-что надо бы уже оплатить, иначе будет поздно.

Он поднял брови и начал читать. Затем закрыл папку, отодвинул ее и сказал:

— До последней чайной ложки. Все отлично, Роза.

— Хорошо. Я также прозондировала пути и средства доставки всех товаров, и, мне кажется, самый простой способ — воспользоваться услугами транспортного агентства. Я знаю одну надежную фирму. Можно доставить товары на их склад. Они упакуют все в контейнер и доставят, ну, например, в Арли-Бич. — Она вопросительно взглянула на Фрейзера.

— Шют-Харбур.

— Хорошо, Шют-Харбур, — Роза сделала пометку в блокноте, — где контейнер будет перегружен на баржу. Может, вы скажете мне наименование компании, с которой вам хотелось бы иметь дело?

Он продиктовал, и она снова сделала пометку в блокноте.

— Еще замечания есть? — спросила Роза живо.

Фрейзер слегка улыбнулся и растянулся на стуле, глядя, как она вертит ручку своими длинными пальцами.

— Все выглядит внушительно и, с точки зрения бизнеса, привлекательно. Кстати, как называется транспортное агентство, о котором вы говорили?

Она сообщила название, добавив, что хотя у фирмы дорогие услуги, но прекрасная репутация: они доставляют грузы в целости и сохранности и в срок.

— Рад слышать, поскольку это часть моей корпорации.

— О! — Она взглянула на него с искрой неподдельного интереса. — Хорошо, ведь тем самым я сэкономлю для вас какую-то сумму, не так ли?

— А вы заинтересованы в этом, Роза?

— Конечно, — парировала она жестко. — Хороший вкус иногда требует больших денег, но, поверьте мне, я всегда ищу возможность сэкономить деньги своего клиента. В этом главный смысл бизнеса, так я думаю. В частности, здесь вы получите все по самым разумным ценам. — И она красноречивым жестом захлопнула папку.

— Выходит, вы торгуетесь со своими клиентами? — заметил он.

— А почему бы и нет?

Мысль об этом, очевидно, забавляла его. Он выпрямился и снова щелчком открыл папку.

— Я что-то не вижу информации о занзибарских дверях.

Роза сделала глубокий вдох и настороженно посмотрела на Фрейзера.

— Я решила отказаться от них.

— Почему?

— Подумала, что это слишком дорогое удовольствие.

— Но приобрести их можно?

— Да, — сказала она опрометчиво, — мне кажется, можно.

— Тогда почему вы не представили это для обсуждения?

Наступила напряженная тишина, их глаза встретились в своеобразной дуэли — сверкающие, злые и зеленые Розы и издевательские и черные Фрейзера.

— Очень хорошо. — Она пожала плечами, как бы пытаясь сказать, что ей безразлично, какой выбрать вариант, и стала рыться в своей сумке, разыскивая бумаги, касающиеся этого заказа. — А вот и они.

— За пару дверей, каких ни у кого еще в Австралии нет, за пару дверей, которые могут отразить набег слонов или что-то подобное, притом поставляемых весьма издалека, это не так уж и дорого, Роза, — сказал он после паузы, просмотрев бумаги.

— Займет три месяца, чтобы изготовить их и обеспечить доставку.

Роза беспокойно барабанила пальцами по столу, закусив губу, Фрейзер сдержанно наблюет за ней.

Затем, когда молчание явно затянулось, он сказал:

— Я тут как-то столкнулся с Саймоном Харрисом.

Ее губы приоткрылись, а глаза расширились.

— Где?

— Где обычно сталкиваются с врачами, в больнице, — сказал он с иронией. — Вы подумали, я искал его?

— Нет, конечно. Но почему вы рассказываете мне об этом?

— А почему бы и нет?

— Вы говорили с ним обо мне? — спросила Роза с опаской.

— Не совсем так, хотя мы и беседовали о вас, ведь мы оба знакомы с вами.

— Я только надеюсь, это не был разговор экс-любовников, — сказала Роза задыхаясь.

— Что, сразу оправдываться? — ответил он с оттенком неприязни. — Саймон первым затронул эту тему.

— Почему? — На мгновение Роза закрыла глаза, смутившись.

— Он был в бригаде врачей, оперировавших моего отца. Через некоторое время после операции в беседе с отцом он настоятельно рекомендовал ему отдохнуть, и разговор коснулся дома на Уитсандэй, а также вашего участия в его оформлении. Странно, что жизнь полна совпадений, не так ли? — Фрейзер взглянул на Розу, посмеиваясь.

— И что он сказал? — Как только эти слова слетели с ее губ, Роза готова была убить себя, но было уже поздно.

Быстрый взгляд, который Фрейзер бросил на нее, говорил о многом.

— Саймон с интересом послушал, чем вы занимаетесь, — ответил он, растягивая слова. — И упомянул также, что у него с вами было весьма памятное знакомство. Но выказал сомнение, что это для вас обоих одинаково важно. Между прочим, он еще не женат, если это вам интересно.

— Нет, не интересно.

— И еще, мне кажется, он сделал правильный выбор. — Фрейзер просто резал Розу вдоль и поперек.

— Ч-что заставляет вас так говорить? — выдавила она с трудом.

Фрейзер пожал плечами и выдержал паузу.

— Хорошо, что в свое время он перестал перевоспитывать вас. Я думаю, что и вы тогда приняли правильное решение.

Роза почувствовала, что краснеет. Она бросила на Фрейзера пристальный взгляд, крепко, до боли, сжала пальцы и произнесла:

— Я уверена, вы собираетесь объяснить мне почему.

Он засмеялся и наклонился вперед.

— А я вам действительно нравлюсь? Не думаю, что Харрис смог бы понять вас, хотя бы чуть-чуть. И не верю, что он действительно смог бы увлечь вас снова. А не вы ли соблазнили его, Роза?

И на этот раз она густо покраснела, ей хотелось убить Фрейзера Росса.

— А вы думаете, что действительно сможете увлечь меня, Фрейзер? — спросила она натянуто. — Почему, интересно, в этом случае не предположить, что я сама вас брошу?

— Потому, что вы по уши влюбились в меня и беситесь оттого, что я не потерял голову из-за вас.

У Розы перехватило дыхание.

— Как обухом по голове, я вижу, — сказал он. — А что до того, чтобы зажечь вас… мне с моей пиратской тактикой достаточно знать, например, что под всей вашей амуницией находится белый бюстгальтер с розочками, и мы оба знаем, как он расстегивается.

— Вы… вы… — Она не смогла продолжить.

— Кстати, — сказал он, растягивая слова, — то, что я поцеловал вас первым, совсем не означало пиратских замашек, наоборот, это просто делает вам честь.

Роза встала, с шумом отодвинув стул.

— Идите вы к черту, Фрейзер Росс, вместе со своим проклятым домом! — Она собрала вещи со стола. — Я слагаю с себя все обязательства, здесь и сейчас!

Однако он живо соскочил со своего стула и обогнул стол.

— О нет, ты не сделаешь этого, Роза. — Он удержал ее, усадил снова и положил руку ей на плечо. — Ты закончишь работы в доме, иначе нечего даже и надеяться на процветание салона «Алая роза».

Он резко снял с ее плеча руку, сел за стол и безучастным взглядом посмотрел на нее. Лицо Розы выражало оскорбленное чувство собственного достоинства и в то же время браваду. Она пыталась скрыть унижение, но руки ее дрожали.

Роза поняла, что в этом коротком приступе бешенства Фрейзер показал ей, на что способен.

— Ну ладно, — совершенно спокойно сказал он. — Вернемся к делу.

Роза открыла было рот, словно хотела сказать что-то наперекор, но вдруг потупилась, изменив свое решение.

— Очень мудро, — пробурчал он и раздраженно собрал бумаги. — Я не вижу здесь сметы на ваш гонорар.

— Я еще не выполнила до конца свою работу, — ответила она уклончиво.

Он сдвинул брови.

— Давайте обсудим сейчас. Я вижу, верный калькулятор при вас?

— Мм…

— Роза, — повторил он.

— Ладно, — пробормотала она, подумала немного, написала что-то на листе бумаги и пододвинула к нему.

Его брови поднялись.

— Это нелепо и смешно. За три недели работы, включая уикенды, весь день и работу ночами, не упоминая уже о вашем энтузиазме.

— Это лишь часть работы, поэтому сумма невелика. — Роза нервно вздохнула. Заметив, что его глаза внимательно изучают ее, она гордо вздернула подбородок. — Кроме того, я назначаю столько, сколько считаю нужным.

— А где еще одно заявление? — спросил наконец Фрейзер. — О том, как мало все это значит для вас?

Она пристально посмотрела на него и ответила про себя: «Нет. Твое заявление, что это не ты соблазнял меня, я никогда не смогу забыть…»

Роза бросила на него быстрый взгляд и сказала упрямо:

— Если материалы по вашему дому попадут в журнал, это будет хорошей рекламой. — Она взяла сумочку и стала собирать бумаги. — Если вы выпишете чек хотя бы на фурнитуру и мебель, то я смогу получить их к концу следующей недели.

— И?..

— Что вы имеете в виду?

— Кто будет размещать все это там, в доме?

— Делия. Боюсь, вам придется оплатить ей проезд, но она весьма надежный человек, всегда следует моим инструкциям и эскизам до последней буквы. Конечно, вы должны обеспечить ей в помощь несколько сильных мужчин. — Роза встала.

Фрейзер же, напротив, развалился на стуле.

— Итак, вы даже не желаете увидеть конечный результат своей работы?

— Ну, обычно-то я делаю это, — честно призналась Роза. — Но в данном случае я доверяюсь Делии.

— Только не мне. Или, может быть, вы и себе не доверяете?

Роза задержала дыхание и проигнорировала его укол.

— Вам также понадобится плотник, чтобы установить жалюзи.

— Это что, прощание, Роза?

Боже, помоги мне продержаться эти последние мгновения! — молила она Всевышнего.

— Да, Фрейзер. Я, пожалуй, пойду, — добавила она и, выскользнув из кабинета, плотно закрыла за собой дверь.

Фрейзер пристально посмотрел на дверь, затем повернулся к окну, наблюдая, как дождевые капли стекают по стеклу. «Она права, ей не следовало работать со мной».

Воспоминания о ночи, проведенной с Розой, нахлынули на него. Воспоминания о странной смеси огня, воодушевления и неуверенности в себе. Аромат ее лосьона, который так возбуждал его, он до сих пор не мог забыть.

И как она с таким характером справляется со своими делами? Какую же я, собственно, жену ищу? — спрашивал он себя. Определенно не такую, чтобы приспосабливать свою жизнь к ее… Нет, мы оба по-своему безумны. Почему же я постоянно думаю о ней? — мрачно подумал он.

— Фрейзер! — Флора просунула голову в полуоткрытую дверь. — Фрейзер, тут несчастный случай. Роза…

Он резко повернулся и стремительно вскочил со стула.

— Что с Розой?

— Да не волнуйтесь так, с ней все в порядке, — Флора смягчила тон. — Вот что случилось. Она подала машину со стоянки назад под проливным дождем, а в это время ваш автомобиль въезжал. Шофер объясняет, что, хотя он увидел ее и остановился, Роза не заметила его и они столкнулись. Но и тот и другой в порядке.

— Ну и?..

Ваша машина довольно сильно повреждена.

— Мой «мерседес»… — сказал он медленно.

— Ага. Ее машина избежала повреждений, вероятно, из-за буксировочного крюка на заднем бампере.

— Значит, она влетела своим крюком в мою машину?

— В дверцу шофера, но случайно. — Флора пыталась успокоить его. — Роза также просила передать вам, что заплатит за все. Она обещала, что известит свою страховую компанию немедленно.

— А где она, Флора?

— Уехала. Она была ужасно смущена. Я удивляюсь, что вы ничего не слышали, но, полагаю, дождь помешал.

— Соедините меня с ней по телефону, Флора.

— Вы ведь не будете слишком строги к бедной девочке, Фрейзер?

— Вероятно. Но я тоже хочу быть уверен, что у нее все в порядке, — ответил он сухо.

— Это же только машина. Я знаю, как дорого она стоит и что она сделана лично для вас на заказ, однако, повторюсь, это только машина…

— Флора, — процедил сквозь зубы Фрейзер, — вы меня хорошо знаете, я сразу же устрою кровавую разборку! Так вы соедините меня с Розой?

— Я? А что вы имели в виду?

— Ладно, не берите в голову. Я сам позвоню. — Он огляделся с явным нетерпением.

— Вот возьмите, — Флора величественно подала ему телефонную книжку. — Я должна сказать, что ваше поведение все эти дни было весьма странным. Я не удивлюсь, если Диана права. — С этими словами она покинула комнату.

Фрейзер уселся в кресло и глубоко вздохнул.

— Где же вы были, Роза?

— Делия! Вы?! — Роза чуть не подпрыгнула от неожиданности. Было восемь часов вечера, она только что вошла в салон «Алая роза». — Что вы здесь делаете так поздно?

— Слава Богу, вы пришли. Я так беспокоилась за вас! — ответила Делия.

— Почему?

— Мало ли что могло случиться!

Роза сняла плащ и облизала губы.

— А что случилось?

Фрейзер звонил по крайней мере три раза, Флора — в два раза больше.

Но Флора знает, что у меня все в порядке, — удивилась Роза.

Делия тяжело вздохнула, перехватила взгляд своей начальницы, полный усталости и напряжения, и решила сменить тон:

— Как же это случилось?

— Был проливной дождь. — Роза подошла к своему столу и устало рухнула на стул.

Разве он не включил фары — шофер Фрейзера?

— Включил, наверное. Я, должно быть, не заметила. — Роза выдержала паузу и прикусила губу. — Фрейзер очень зол?

— Он справлялся, все ли у вас в порядке. Я вообще не услышала злости.

— Я бы не обиделась на него, даже если б он разозлился. — Роза улыбнулась. Хотя на душе у нее все еще скребли кошки. Не могу поверить в случившееся! — твердила она про себя, а надо…

— А где же вы были? — спросила Делия.

— Я ездила повидаться со своим братом.

— До Эмберли и обратно за рулем по такой погоде?

Роза пожала плечами.

— Мне нужно было как-то отвлечься. С братом все в порядке. Представляете? Он помолвлен с девушкой, которую учил летать.

О, моя дорогая, подумала Делия, бедная девочка…

— Позвоните Фрейзеру, — предложила она. — После того как вы разбили ему машину, да еще такую дорогую, вы должны это сделать.

— Зачем?

— Роза, — решительно произнесла Делия, — делайте, что вам говорят!

Фрейзера не было, но Флора сказала, что передаст послание. Роза положила телефонную трубку и беспомощно поглядела на Делию.

Та мягко проговорила:

— Кто сказал, что не бывает крушений? Домой, небольшой ужин и в постель, в постель сразу же, мисс Шоу. И не возражайте.

На следующее утро Роза воодушевленно занималась переустройством выставочного зала своего салона.

Она поправила шторы на окне так, чтобы с улицы все было хорошо видно и чтобы новая экспозиция приобрела законченный вид. Здесь была представлена прихожая, как и намечалось на этот месяц. Гвоздем экспозиции был лакированный французский столик со старинным телефоном и антикварным венецианским зеркалом. На столике стояла оловянная ваза ржаво-розового цвета с темно-синими гортензиями, белыми розами и белыми лилиями.

Роза стояла и разглядывала экспозицию, когда отворилась дверь и вошел Фрейзер. Тяжелый альбом по искусству, который она собиралась положить на столик, выпал у нее из рук и больно ударил по пальцу ноги, так, что она вскрикнула, и они оба одновременно наклонились, чтобы поднять книгу.

— Так можно и упасть, столкнувшись, — скачал Фрейзер, вырвал у нее альбом и тут же положил в ее протянутые руки.

Роза оправила зеленую блузку, которую надела с леггинсами и старыми босоножками, забрызганными краской, которые он уже лицезрел когда-то.

Фрейзер был одет в строгий черный костюм, на белой рубашке красовался голубой галстук в серую крапинку.

— Я… я очень виновата перед вами за вашу машину. Вы, должно быть, думаете, я это нарочно сделала, но шел дождь, вы же знаете. И было не только плохо видно, но и плохо слышно.

Он ничего не ответил — лишь пристально смотрел на нее. Затем все-таки коротко сказал:

— Забудьте об этом. Вы уверены, что с вами все в порядке?

— Все нормально. Честно!

— Мне так не кажется.

— Почему?

— Вы еще не полностью освободились от желания знать, можем ли мы быть ближе друг другу.

— Нет уж, благодарю покорно, — сказала Роза, тряхнув головой и бросив на Фрейзера испепеляющий взгляд. — Так, здесь у меня все закончено, мы могли бы пойти в офис, хотя, по сути, обсуждать нам уже нечего.

— Так-то лучше. — Неестественная улыбка играла у него на губах. — Вы заставили меня немного побеспокоиться. Но это еще не все. — Фрейзер достал чек из внутреннего кармана.

— Ах, да, пройдемте, пожалуйста. Я напишу вам расписку. — Роза провела его в офис. — Кстати, — сказала она, вытащив из ящика книжку с расписками. — Это войдет в кредитные счета, и каждое потраченное пенни будет учтено и задокументировано расписками поставщиков, так что вы будете знать, как используются ваши деньги.

— Очень разумно, мисс Шоу, — прокомментировал он и положил перед ней чек.

— Но это, — Роза взяла чек и уставилась на него, — не та сумма, о которой мы договаривались.

— Мы не договаривались ни о какой сумме. Вы, конечно, любите работать даром, но я решил не потакать вам. Вот и все. — Фрейзер раздраженно взглянул на Розу.

— Но…

— Никаких «но», дорогуша. Я давал задание Флоре изучить этот вопрос, и она пришла к выводу, что вы требуете намного меньше, чем запросили бы другие дизайнеры. Если вы собираетесь спросить, почему я так поступаю, я просто объясняю, что не хочу быть обязан вам, — сказал он, смягчаясь. Взгляд его потеплел.

— И вы думаете таким способом избавиться от всех обязательств? — Почему она выпалила это, она и сама не могла объяснить, просто слова сорвались с губ. Роза бросила чек. Фрейзер терпеливо ждал, что будет дальше.

Но в комнате повисла тягостная тишина. Роза пыталась найти нужные слова, чтобы бросить Фрейзеру вызов и одновременно защитить себя, однако не могла связать концы с концами. Только еще раз призналась себе, что безнадежно любит Фрейзера Росса и отсюда эта сердечная боль.

Она нервно вздохнула, расписалась на бланке и подала расписку Фрейзеру.

— Большое спасибо, — нарочито формально произнесла она. — Надеюсь, что больше я ничем вам не обязана. — И встала. — Я уверена, вы человек очень занятой, потому не хочу больше занимать ваше время.

— Вы не правы, нам еще есть что обсудить, — сказал он после долгого молчания.

— О чем это вы? — Она вопросительно посмотрела на Фрейзера.

— А вдруг вы забеременели?

Эти слова были сказаны очень спокойно. Ее сердце забилось чаще, и ей опять показалось, словно они одни в целом мире. Эти черные глаза видели все, что творится у нее в душе. На нее нахлынули воспоминания о той ночи.

— Нет, — сказала она решительно. — Я… если вы действительно хотите знать, я ударила вчера вашу машину не только из-за дождя, я… ну, я вообще все это время не в себе.

— Так. — Он встал. — Что, больше нечего сказать?

Роза открыла рот, но ее губы задрожали. Она поняла, что если скажет хоть слово, то расплачется. Однако, собрав все силы, после паузы произнесла:

— Да, между прочим, не беспокойтесь о занзибарских дверях. — Она вздохнула. — Если вы действительно хотите их приобрести, я могу заказать их.

— Вы же первая высказали пожелание прекратить всякие отношения. Но я думаю, вы правы. Мы оставим это на конец, на подчистку, другими словами. — Фрейзер сухо улыбнулся.

— Можно и так, — промолвила она тихо.

— Тогда до свидания, мисс Шоу. Желаю процветания вашему бизнесу.

— И вашему также, мистер Росс. — И она отвернулась, слушая его удаляющиеся шаги.

Снова шел дождь. Роза отдыхала, лежа на кушетке и слушая Моцарта. Косой дождь бил в окно и барабанил по земле. Она поела, затем надела свою любимую длинную зеленую ночную рубашку. Роза не могла вспомнить, когда она чувствовала себя более усталой, одинокой и покинутой.

Знает ли он, спрашивала она себя, как бы снова переживая тот момент, когда они были словно отрезаны от всего мира, как я хочу от него ребенка. Эта мысль сверлила ей мозг, словно слабый росток, пробивающий поверхность земли, и не оставляла ее.

Почему она хочет ребенка от этого мужчины, который даже не любит ее? Ведь это против всех правил! На что она надеется?

Но самое удивительное было в том, что она никак не могла выбросить из головы эту мысль. Уж очень по-особенному вел себя с ней Фрейзер Росс.

Могло раздражать, что он так циничен и разочарован в жизни, она могла ругать себя за частые и губительные вспышки раздражения и ярости, за свой характер, однако Роза не могла ненавидеть этого человека.

Она смахнула слезы, ибо, конечно же, эта маленькая несбыточная надежда была только маленькой мечтой, не более.

Как неожиданно и сильно это чувство обрушилось на нее! Ведь она была уже на грани того, чтобы самой позвонить ему.

Что-то он поделывает сейчас? — подумала Роза печально, положив руки под голову. Что-то его ждет в будущем? Женится на даме из своего круга, которая станет послушной женой и будет угождать ему во всем. Такая женщина никогда не совершит тех глупых ошибок, которые совершила она, Роза.

Несомненно, так и будет.

Роза всхлипнула и снова вытерла слезы… Ей невыносимо даже думать, что он может быть с кем-нибудь еще.

Она пристально глядела на темный потолок, безуспешно пытаясь отделаться от мучительных мыслей о Фрейзере.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

— И почему это все хотят отличаться друг от друга? — воскликнула Роза.

Прошло десять дней. Она усердно работала над оформлением интерьера дома для гостей с двадцатью пятью разными спальнями.

— Неужели они не понимают, что даже четыре или пять вариантов спасут им массу денег? — продолжала она, обращаясь к Делии.

— А мне нравится это шикарное здание, — ответила та.

— Набитое доверху антикварными вещами или чем-то вроде этого, — мрачно — пробормотала Роза. — Ну хорошо. — Она пожала плечами. — Пусть будет так.

Делия с жалостью посмотрела на ее склоненную голову.

— Почему вы так смотрите на меня?

Делия вздрогнула, заметив, что ее начальница хмурится.

— Я все еще беспокоюсь за вас, — призналась она.

— Это очень мило с вашей стороны, но не стоит. А как Бернард? — (Делия покраснела.) — Как обычно? — Я очень рада за вас. Это значит, нам скоро придется расстаться?

— О нет. Мы не торопимся. Во всяком случае, я не тороплюсь.

— Значит, Бернарду не терпится жениться?

— У нас с ним не дошло даже до постели… Роза, я хотела попросить вас вот о чем. — Делия сделала паузу и глубоко вздохнула. — Вы помните, мы откладывали доставку вещей в дом Фрейзера в течение двух недель из-за того, что баржи не ходили?

— Угу.

— Так вот, Бернард предложил, а Фрейзер одобрил, чтобы мы отодвинули это на некоторое время и… когда будет удобное время, отправились бы туда вдвоем. Бернард и я.

— Почему бы и нет? Заманчивое предложение. Почему бы вам не махнуть на недельку?

— Как же я пойду в отпуск? — смущенно сказала Делия.

— Не раздумывайте, соглашайтесь, — дружелюбно произнесла Роза. — У меня еще несколько недель напряженной подготовительной работы. Я пока справлюсь и сама.

Делия вздохнула и вымолвила с трудом:

— Вы… Большое спасибо.

Два дня спустя по предложению Делии они закрыли салон и решили устроить пикник.

— Должна признать, это вы здорово придумали, — сказала Роза, когда они с Делией сидели у самой воды и, наслаждаясь плеском волн, бесцельно смотрели куда-то вдаль, на воду, на небо… — Вы все-таки беспокоитесь обо мне, не так ли?

— Почему вы так думаете? — вопросом на вопрос ответила Делия.

— Вы чуть не связали мне руки, чтобы доставить сюда. Интересно, как бы вы стали меня кормить.

— Сомневаюсь, что стала бы, — сказала Делия, смеясь.

— Отвлекаете от переживаний, да?

— Возможно. Знаете, что нам сейчас надо сделать? Немного погулять. Давайте спустимся к пристани. — Помощница решительно встала.

Роза улыбнулась.

— Делия, вы полны энергии, а вот я — нет.

— Да, вы правы, к сожалению, — сказала Делия.

Чуть погодя, когда они спустились к лодкам, Роза сказала:

— Мне кажется, я понимаю ваше беспокойство. — Она вдруг резко остановилась. Прямо перед ней покачивалась на воде шикарная белая яхта, на носу которой было написано: «Пират». — Неужели это?..

Роза оглянулась, но Делии и след простыл. Она пожала плечами, полагая, что какая-то другая яхта привлекла внимание Делии и та просто пошла посмотреть на нее. Роза снова бросила взгляд на яхту.

Неужели это тот самый «Пират» Фрейзера? Она не верила своим глазам. И если это так, то почему яхта здесь, у пристани? Роза приложила руку к носовой обшивке судна и провела по ней пальцами.

— Привет, Роза, — услышала она тихий голос над собой, и пристань слегка покачнулась, когда на нее кто-то легко спрыгнул с яхты. Это был Фрейзер.

Она изумленно смотрела на него, думая, не сон ли это. Но нет — перед ней стоял живой Фрейзер! Он был одет в желтую тенниску и шорты цвета хаки и, не отрываясь, взволнованно смотрел на нее.

— Что… — сказала она еле слышно, — что ты тут делаешь?

Жду тебя, чтобы похитить.

Она в недоумении посмотрела на него.

— Ты шутишь…

— А вот и нет.

— Не надо…

Однако он легко поднял ее на руки и понес на яхту. Только когда они очутились в капитанской рубке, до Розы стал доходить смысл происходящего.

Фрейзер, зачем ты это делаешь? — спросила она, но он уже отчалил от берега.

— Не устраивай сцену, Роза, — пробормотал он, оглядываясь через плечо и осторожно отводя яхту от пристани. — Или я запру тебя в каюте.

— Что ты сделаешь?

— Разве не так поступают настоящие пираты?

Ее рот так и остался открытым, и он умиротворяюще добавил:

— Будь хорошей девочкой и не болтай, по крайней мере, пока я не выведу яхту в безопасное место.

— Но… но куда мы направляемся?

— Туда, куда я захочу, Роза.

— Неужели Делия — твоя соучастница? — все еще не веря в происходящее, спросила она.

Порт остался позади.

— Да! — Фрейзер стоял за штурвалом из нержавеющей стали, его ноги напрягались, когда яхта рассекала волны. — Она велела передать, что обо всем позаботится.

— Не может быть. Нет. Просто не может быть. — Роза все еще была удивлена, и Фрейзер слегка улыбнулся, когда посмотрел на нее.

— А я бы поверил. Ты всегда говорила, что из меня выйдет настоящий пират.

— Фрейзер, — прошептала она, — зачем ты это делаешь?

— Странно, что это говоришь ты, Роза.

— Но ведь ничего не изменилось…

— Подожди, если мы не хотим сесть на мель, мне придется осуществить сложный маневр. Может, ты пока осмотришь яхту?

Неужели это то, о чем я мечтала, говорила она себе, спускаясь вниз, в каюту, и почему это я подчиняюсь ему? А что еще тебе остается делать, ответила она себе, остановившись на пороге и осматриваясь вокруг. Перед ней был вместительный и комфортабельный салон, с красивой деревянной отделкой. Встроенные кушетки были покрыты темно-бордовым велюром, на полу лежал ковер. Роза повернулась и спустилась по другой лесенке в каюту на корме. Это была небольшая отдельная каюта, а в ней — двуспальная кровать, накрытая белым покрывалом. Но что особенно привлекло ее внимание, так это полиэтиленовые пакеты, лежащие на кровати. Они были из лучших магазинов Золотого побережья.

Она взяла первый пакет, и из него выскользнуло желтое бикини вместе с белым и желтым саронгом. Затем последовали шорты, рубашки и очаровательное летнее платье с длинной юбкой. Она изумилась, когда обнаружила косметику, туалетные принадлежности и даже щетку для волос и набор заколок.

В последнем пакете лежали нижнее белье и ночная рубашка. Все было из шелка и тончайшего хлопка, красивое и самого высокого качества. Такие вещи она редко могла себе купить.

Вдруг яхта резко остановилась. От толчка Роза потеряла равновесие и едва не упала. Затих мотор, и загрохотала якорная цепь. Внезапно в голове Розы родилась шальная мысль. Они не могли уйти далеко от бухты Санктьюри, хотя она и не знала, почему остановились. Но здесь всегда много лодок, река не такая широкая и, во всяком случае, много песчаных отмелей…

— Извини, — с ухмылкой сказал Фрейзер, когда Роза поднялась на палубу, — но нам надо преодолеть сильное течение. Что ты делаешь?.. Стой!

Последние его слова она уже не слышала, так как, быстро оглядевшись вокруг, сбросила туфли и прыгнула в воду.

Вынырнув, она изо всех сил поплыла к берегу, не замечая, что Фрейзер прыгнул в воду за ней, и не успела Роза оглянуться, как он быстро догнал ее и схватил за ноги, а затем обхватил за талию. Даже в пылу борьбы, задыхаясь и яростно сопротивляясь, она видела, что Фрейзер взбешен.

— Стой, утонем! — крикнул он. Она все еще сопротивлялась, и тогда он пригрозил, что ударит ее.

Остановилась Роза, лишь когда выбилась из сил, и Фрейзер поплыл с ней обратно к яхте.

— Вверх, — скомандовал он сурово, держась за лесенку.

— Фрейзер, — она задыхалась, — я…

— Вверх, — повторил он свирепо и грубо подтолкнул ее сзади.

Она с трудом поднялась по лесенке и, добравшись до палубы, рухнула, обессилев. Однако передышка была недолгой, так как он схватил ее, перекинул через плечо, как тряпичную куклу, и отнес в каюту.

— Не вздумай опять что-нибудь выкинуть. Не думал, что ты такая дуреха. — И он довольно грубо встряхнул ее за плечи.

Вода ручьями стекала с них обоих. Его черные волосы слиплись, желтая тенниска была испачкана.

Роза сбросила водоросли со своей блузки, зубы ее выбивали мелкую дробь, хотя было не холодно.

— Мы и…испачкали к…ковер.

— Черт с ним, с ковром. — Он опять встряхнул ее.

ѕ Это… это все ваши пиратские штучки, Фрейзер, но вам не следовало делать это. Вы довели меня до головной боли.

ѕ Нет, настоящий пират в здравом уме не стал бы спасать вас.

ѕ Я тоже могла бы сказать вам кое-что. — Она вытерла лицо руками и закинула назад волосы. ѕ Что… что ты делаешь? — воскликнула она.

ѕ Рву твою блузку, — процедил Фрейзер сквозь, зубы, в то время как пуговицы разлетались в стороны. — Ты провоцируешь мои пиратские наклонности, Роза, и не смотри на меня так. Ты ведь даже не понимаешь, что характер у реки коварный, и я не мог допустить, чтобы ты утонула. — Он стянул с нее остатки блузки, достал из шкафчика полотенце и протянул ей. — Держи. И снимай брюки, — скомандовал он и потянулся, чтобы сорвать с нее брюки.

ѕ Я сама. — Она вздрогнула, когда их руки сплелись. — Что уж теперь.

Роза сняла промокшие брюки, затем обмоталась полотенцем и принялась выжимать волосы.

— Оставайся здесь, — скомандовал Фрейзер и исчез в другой каюте.

Розу охватило смятение, но Фрейзер вернулся до того, как она смогла что-то обдумать. Он был уже в сухих шортах и вытирал волосы.

— Ну, — сказал он, надвигаясь на нее.

— Фрейзер, я сожалею обо всем, — торопливо проговорила она. — Однако я не хочу быть твоей любовницей — пожалуйста, пойми меня правильно, — сказала она, когда их взгляды встретились.

— Разве речь шла о любовнице?

— Мне кажется, ты так подумал. — Ее губы дрожали. — Я не смогла бы.

Он отбросил полотенце и положил руки на ее плечи.

— А почему не смогла бы?

Сердце Розы заныло, и она отвернулась, но его рука скользнула по ее шее, и он большим пальцем повернул ее лицо к себе.

— Роза?..

Ее израненное сердце стало биться быстрее из-за близости его тела, которое однажды уже было для нее надежным пристанищем.

Роза судорожно сглотнула и закрыла глаза. Правда. Возможно, только правда спасет ее от еще большей душевной боли. Пусть, узнав правду, он отпустит ее навсегда.

Она посмотрела на него, и он увидел в ее зеленых глазах отчаяние.

— Я тебе не рассказывала, что плакала.

— Ты плакала?

— Когда врезалась в твою машину. И это случилось не из-за дождя. Не думаю, что дождь сыграл решающую роль. Я плакала, так как сознавала, что не смогу иметь ребенка от тебя. Не знаю почему, но я не могла перестать думать об этом. Просто наваждение какое-то… — Она прерывисто вздохнула. — Я… я всегда думала только о своей карьере и никогда раньше не мечтала о ребенке…

— Ты хотела бы иметь ребенка? Нашего?

Она кивнула и всхлипнула.

— Странно, не правда ли?

— Совсем нет, если ты меня любишь.

— Да, — сказала она. — Вот почему я не могу быть твоей любовницей…

— Продолжай, Роза.

— Ты хочешь сказать, что любишь меня?

— А зачем же я сделал все это? Разве ты не видишь, что я люблю тебя, Роза? Я не могу жить без тебя, и дело тут не в сексе. Ты для меня значишь больше. Ты думаешь, я не надеялся на то, что ты забеременеешь и мы сможем выйти из этого тупика?

— Ты… хочешь, чтобы мы поженились? — прошептала Роза, совершенно ошеломленная.

— Эх ты, маленькая дурочка, — сказал он, обнимая ее и держа так крепко, что она слышала, как бьется его сердце. — Я уже совсем не тот, каким был до встречи с тобой, и никогда не буду таким снова. — Его голос смягчился. — Моя прекрасная дикая кошечка.

— О, Фрейзер, — вздохнула она, — а когда это произошло?

Он пристально посмотрел на Розу, затем поцеловал ее и усадил на встроенное сиденье.

— Я же сказал: как только увидел тебя. — Фрейзер сел рядом и притянул ее к себе.

В этот момент Роза почувствовала, как ее сердце забилось от счастья. Затем рассудок взял верх, и, обхватив его лицо руками, она произнесла:

— Но ведь я была права в том, что… что ты сомневался.

— Из-за моего невежества, грубости и высокомерия, — сказал он сухо, — и я не понял, как это случилось. А когда до меня дошло, что порвалась последняя нить, связывающая нас, вот тут я и задумался. Если бы я знал, что тебе придется пройти через такие мучения, то сразу попросил бы выйти за меня замуж.

— Ты сказал, что я выгляжу бледной и изможденной.

— Но у тебя есть причины на это, — ответил он.

— Если бы ты только знал… — И ее плечи задрожали, из глаз потекли слезы, и буря скопившихся эмоций, включая не высказанные в тот последний день сомнения, вырвалась наружу. — Я так хотела объяснить тебе, что могу быть для тебя всем, чем ты захочешь, и буду любить только тебя, но одно знаю: что не смогла бы быть просто любовницей.

— Успокойся, — сказал он так нежно, что она улыбнулась сквозь слезы.

— Ты так часто говоришь мне это… — прошептала она.

— Потому, что ты такая ранимая. Но теперь ты мне веришь, Роза? Веришь? Я скажу тебе больше, если хочешь. Я скажу, например, что ты была права насчет меня. — Он сделал паузу. — Я действительно решил, что пришло время искать жену.

Роза немного смутилась.

— Я, наверное, не смогу стать идеальной женой.

Он посмотрел на нее с такой нежностью и любовью, что у Розы перехватило дыхание.

— Зачем мне идеальная жена, когда у меня есть ты?

— В самом деле?

— Я говорю искренне. Ты однажды сказала, что я похож на пирата, Роза, но веришь ли ты, что это вошло в привычку?

— Похищение девушек? — переспросила она.

— Да, — согласился он. — Похищение, потому что я думал, что ты не согласишься по-хорошему.

— Т-так, — ее голос задрожал, — и что ты собираешься делать теперь, Фрейзер?

— Плыть с тобой на Уитсандэй… чем не приключение? Заниматься с тобой любовью… Это, конечно, не пиратский галион, но название обязывает.

Она покраснела, а он поцеловал ее в волосы и продолжал:

— Жить подобно цыганам, не заботиться об одежде, есть когда захочется, ловить рыбу и омаров своими руками, слиться с морем, солнцем, луной и звездами. На борту есть небольшая библиотека, будем слушать музыку. Будем сами приводить в порядок наш дом на острове. А отец и Делия могут быть нашими первыми гостями.

— Это фантастика.

— Одно я упустил — нашу женитьбу по пути.

Что ты думаешь насчет Мулулаба? Во всяком случае, это наша первая остановка.

— Не знаю, что и сказать…

— Это в первую очередь, — посмотрел он на нее искоса.

Роза встала, и полотенце, заменявшее ей одежду, упало.

— Со мной никогда такого не было… — Она замолчала, вздохнув, и приникла к его плечу. — Я так ошибалась в тебе, Фрейзер.

— Роза, моя дорогая Роза, — сказал он внезапно осипшим голосом, — я тоже. Ты собираешься соблазнить меня?

— Да, — прошептала она.

Порыв страсти не был похож ни на что. Это были приливы и отливы, как в океане, и, когда они насытились любовью, Роза поняла, что переполнена чувствами.

— Тебе хорошо? — спросил Фрейзер, приглаживая ее все еще мокрые волосы.

Она спрятала лицо у него на груди.

Но он заставил ее посмотреть ему в глаза.

— Ты больше не должна ничего стесняться, любимая.

— Мне вдруг стало страшно, ведь я… бросилась в воду из-за тебя, — призналась она.

Он взглянул на ее изящную фигуру и заметил:

— Если хочешь знать, так это именно то, что мне нравится в тебе. Если ты думаешь, что мы могли утонуть вместе, то ошибаешься. — Он крепко обнял ее.

ѕ Я так люблю тебя, Фрейзер, — бормотала она сквозь слезы.

— Я тоже люблю тебя.

— Мы пропустили время прилива. Придется провести ночь здесь.

Наступила ночь, но они так и сидели бок о бок в махровых халатах, взявшись за руки и потягивая легкое белое вино. Они не могли оторваться друг от друга.

— Это не имеет значения, правда? — сказала Роза полусонно.

Фрезер улыбнулся и поцеловал ее в макушку.

— Я хочу кое-что показать тебе.

— Ой! Не знаю, смогу ли я выдержать еще какой-нибудь сюрприз.

— Я знаю, это тебе понравится.

— Мне ничего не понравится больше, чем то, что уже было со мной.

— Иди и посмотри все-таки, — сказал он с некоторой долей самодовольства в голосе.

Они переглянулись и рассмеялись.

— Ну, хорошо, веди, — согласилась она.

— Вот, смотри, — сказал Фрейзер, проведя ее в салон.

— Невероятно! — ахнула Роза, медленно осматриваясь.

Здесь все было как в офисе. Вся необходимая оргтехника стояла на своих местах.

— Вот мое место, вот твое, — жестом показал он.

Роза подошла к своему рабочему столу, где лежали плотная бумага, ручки, цветные карандаши — все, что необходимо дизайнеру. На видном месте красовалась папка с аккуратной надписью — «Домик для гостей».

— Как?.. — Она повернулась и пристально посмотрела на Фрейзера.

— Делия скопировала эти документы по моей просьбе. Это так, если появится настроение поработать и у нас будет стоянка. Здесь же установлены спутниковый телефон, факс, так что можно немедленно связаться с внешним миром, когда нужно.

— И ты не возражаешь, если я буду работать? — Она вдруг резко остановилась, взяла его за руку и поцеловала, слезы счастья струились по ее щекам.

— Как я могу возражать? Я такой же обязательный, как и ты, моя дорогая.

— Но…

— Роза, ты же понимаешь: то, что мы оба пытались склонить друг друга на свою сторону, — неправильно, — сказал он нежно и обнял ее. — Мы думали, что один из нас бросит свою карьеру. Точнее говоря, это должна была сделать ты. Но зачем, если мы можем сочетать наши привязанности и использовать все достоинства современной техники? Вот и все. Теперь, когда обрели друг друга, мы преодолеем любые препятствия.

— Ты чудо, — сказала она тихо. — Значит, ты действительно не возражаешь, если я немножко поработаю?

— Действительно. Кстати, я переезжаю.

Она заморгала:.

Куда? Зачем?

Я вынужден признать, это как раз тот случаи, когда Магомет идет к горе. Я получаю от отца дом. Ему нужно что-нибудь поменьше, поуютней.

Ты переезжаешь в Санктьюри?

— Ага. Я надеюсь, ты одобряешь?

— Ради меня?

Фрейзер сел на стул и усадил Розу к себе на колени.

— Нет. Я сделал это для себя. Я же говорил тебе, что не могу жить без тебя, Роза. Вот потому и решил переехать сюда. Я должен был сделать это, не так ли?

Роза вся задрожала в его руках и очень тихо сказала:

— Я не знаю, как объяснить свои чувства… Только так. — Она развязала пояс халата, и он упал на пол.

Фрейзер прильнул к ее груди, она обхватила его голову и наклонилась, чтобы поцеловать его.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Content

Линдсей Армстронг
Строптивая жена

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ