Сафронов Юрий Павлович

Огненный водопад

Юрий Сафронов

Огненный водопад

Шклод быстро прошел в свой кабинет, кинул папку с документами в сейф и плюхнулся в мягкое кресло. Так портить ему настроение мог только шеф. Чертова жердь! Шклод нагнулся к письменному столу и включил селектор. Сделал паузу в несколько секунд (подчиненные не должны знать, что он нервничает) и спокойным голосом произнес в микрофон:

— Майор Юск, зайдите ко мне!

Шклод выключил селектор и криво улыбнулся. Так уж устроен управленческий аппарат. Импульс, полученный им от шефа, пройдет через всех подчиненных, перелетит через моря в Россию и, по мере удаления от кабинета шефа постепенно затухая, заставит непосредственных исполнителей операции работать чуточку быстрее.

Послышался тихий звук зуммера. Шклод нажал под крышкой стола кнопку. Сработал электромагнитный замок, и дверь в кабинет распахнулась.

— Разрешите, шеф?

— Входите, Юск. Садитесь. Курите.

С минуту Шклод молчал. Потом, не повышая голоса, — кричать на подчиненных было не в его правилах, — сказал:

— Вам надоело служить у нас, Юск? Вы собираетесь уйти?

— Что вы, шеф! У меня и в мыслях этого не было! Я хочу и дальше работать с вами.

— Не замечаю этого, Юск. Не замечаю, если судить не по вашим словам, а по делам ваших подчиненных. Почему до сих пор мы ничего не знаем о гигантской ракете русских?

— Вчера получены новые сведения. Ракета не предназначена для военных целей. Ее изготовили по заказу одного из научно-исследовательских институтов Академии наук.

— Что за исследования?

— Пока не совсем ясно. Известно лишь, что испытания готовит лаборатория профессора Васильева, который больше тридцати лет занимается проблемой получения электроэнергии.

— При чем же здесь ракета? Судя по ее огромным размерам, она предназначена по крайней мере для полета на Марс. Может быть, русские собираются привезти оттуда уран для атомных электростанций?

— Секрет скорее всего в тридцатиметровой головной части ракеты.

— Тридцать метров? Вы не ошиблись, Юск? Ведь это высота десятиэтажного дома!

— Мы специально уточняли. Тридцать метров в диаметре. К сожалению, пока нам больше ничего не известно.

Полковник Шклод задумался. Когда русские собираются запустить ракету? С какой целью? А вдруг они запустят ее не сегодня-завтра? Тогда научный эксперимент русских, по всей видимости очень важный, останется неизвестным разведуправлению.

— Если вы дорожите местом, Юск, то через месяц, самое позднее, у меня на столе должны лежать исчерпывающие сведения о работах профессора Васильева. Это сейчас задание номер один. Ясно?

* * *

Причудливый силуэт четко выделялся на фоне светлого неба: шесть огромных ракет, соединенных прочным металлическим каркасом. Конструкция напоминала древний шестиугольный замок, только вместо башен по углам крепости возвышались огромные ракеты. На площадке еще кипела работа.

Четыре наклонные решетчатые колонны с ажурным соединением образовывали сорокаметровую башню, на верхней площадке которой и собиралась головная часть этой составной ракеты.

К башне подходила железнодорожная ветка. Пятидесятитонные краны подхватывали контейнеры с платформ и переставляли их в кузова грузовиков. Те перевозили контейнеры на открытые бетонные площадки.

Среди лабиринта пустых контейнеров и подготовленных для транспортировки на башню узлов уверенно, словно таежный охотник по давно известным тропам, пробирался пожилой невысокий человек. Вот он остановился возле разгрузочной площадки. Посмотрел, как подъемный кран снял с кузова грузовика большой контейнер и рабочие откинули деревянные стенки. Внутри контейнера оказалась составленная из длинных пластин золотая сетка с мелкими, как пчелиные соты, ячейками. Отполированные ячейки ослепительно заблестели на солнце; невольно все на секунду зажмурились.

— Александр Николаевич! — послышался голос из-за ящиков. — Можно вас на минуточку…

Главный конструктор обернулся на голос:

— Что у вас там, Семенов?

— Да сетки не стыкуются. Взгляните сами.

Обойдя груду пустых контейнеров, Васильев оказался перед гигантским реактивным двигателем. Внутри воздухозаборника двигателя во весь рост стоял высокий слесарь-сборщик Семенов. Его голос с переливами звучал из этой трубы:

— Макаров, дай-ка свой халат Александру Николаевичу.

Васильев надел белый халат и взобрался на помост.

— Вот полюбуйтесь, — говорил Семенов, пропуская конструктора вперед. — Это уже второй случай.

Оба скрылись внутри двигателя. Через несколько минут высунулась голова Семенова.

Пока Макаров с двумя другими рабочими подносил новую золотую сетку, Александр Николаевич Семенов вынимали из двигателя негодную. Когда она показалась на площадке и засверкала на солнце, трудно было поверить, что деталь с такой ювелирной отделкой может быть негодной. Сетку подхватили со всех сторон и бережно опустили на чистый брезент. Спустя полчаса новая была поставлена на место.

— Это восемнадцатый двигатель? — спросил Александр Николаевич, снимая халат. — Завтра сдадим девятнадцатый. А ту сетку — на вторую проверку в лабораторию. Мы должны добиться полной точности подгонки.

Васильев отдал халат Макарову, попрощался и зашагал в сторону главной башни.

* * *

Консультант главного разведывательного управления профессор Варн опоздал только на две минуты. Майор Юск услужливо пододвинул ему мягкое кресло, сам полковник Шклод передал профессору коробку с отличными сигарами. Он знал, чем угодить своему консультанту…

Пока профессор отрезал кончик сигары, майор Юск проверил настройку магнитофона, скрытого в письменном столе полковника.

Варн краешком глаза наблюдал за майором Юском. Профессор не был безучастной пешкой в этой игре, но делал вид, что ничего не подозревает.

В душе ему было даже весело: пусть ухитряются, как хотят, пусть записывают на магнитофон его речь, снимают его на кинопленку — консультант скажет лишь то, за что может поручиться головой. Никаких догадок и гипотез! Теперь это его правило!

Однажды он высказал смелую гипотезу. Разведуправление построило на ней весь план операции, а гипотеза оказалась ошибочной. Операция провалилась… Его долго таскали по разным управлениям, приводили дословно фразы, произнесенные им во время злополучной консультации, пытались свалить на него всю вину… Ему удалось выкрутиться. Но он понял, что каждое его слово и даже жесты фиксируются на пленке. Теперь он держался настороженно…

Беседу начал полковник Шклод.

— Мы получили интересные материалы, профессор, и вызвали вас для того, чтобы вы помогли нам уточнить их истинное назначение.

Варн кивнул:

— Я готов.

— Покажите документы, Юск.

Майор раскрыл папку и достал из нее несколько машинописных листов.

— Вот прочтите.

С полчаса Варн внимательно просматривал документы. Потом отложил их в сторону, не спеша стряхнул пепел с сигары и сказал:

— Не густо. Здесь много не скажешь. Упущено очень важное звено. Из-за него трудно установить сам принцип изобретения…

— Но что-то ведь вы можете сказать?

— В записке говорится, что речь идет о новом мощном электрическом генераторе.

— Вы этому не верите? У вас возникают сомнения? — насторожился полковник Шклод.

— Во всяком случае, по тем рисункам, которые приложены, я не взялся бы этого утверждать. Передо мной лишь наружные контуры какого-то устройства. Сказать, что это принципиально новый электрический генератор, я не могу.

— Хорошо. Допустим все-таки, что это электрический генератор, — прервал его полковник Шклод, которого начинала бесить лисья осторожность профессора. — Сделаем такое допущение. Что тогда вы можете сказать о нем? Хотя бы по внешнему виду.

— А что вас интересует в первую очередь? — снова ушел от прямого ответа Варн.

— Конечно, мощность!

Варн снова взял со стола материалы, долго рассматривал их, что-то бормоча себе под нос и делая вычисления на листе бумаги.

— Мощность можно оценить лишь приближенно, — сказал, наконец, Варн. — Многие параметры неизвестны. Но если этот генератор контрроторного типа и сделан по последнему слову техники, с учетом всех новинок, — а к русским надо подходить именно с такой меркой, — то он может вырабатывать около миллиарда киловатт-часов в год. Это огромная цифра. Десять-одиннадцать таких генераторов эквивалентны гигантской гидроэлектростанции на Волге.

Слова Варна поразили полковника. Он переглянулся с Юском.

— А как, по-вашему, профессор, — снова спросил Шклод, — зачем русские собираются закинуть этот генератор в космос?

— Закинуть куда? — переспросил Варн. Ему показалось, что он ослышался.

— В космос, в космос. Я не оговорился. У нас есть сведения, что русские сделали для этого специальную сверхмощную ракету. Зачем им в космосе такой гигантский генератор?

Профессор Варн только пожал плечами.

— Почему вы решили, что он будет работать в космосе? Мне кажется, в описании ясно сказано, — он взял со стола пояснительную записку: — «…встречное вращение статора и ротора обеспечивается прямоточными реактивными двигателями…» Заметьте, прямоточными. Такие двигатели могут работать только в воздушной среде, но не в пустоте космического пространства.

Шклод задумался:

— Вы правы. Неужели русские собираются отправить этот генератор на другую планету, где есть атмосфера? На Марс, например, или на Венеру… Согласен, у нас слишком мало данных, чтобы ответить на этот вопрос. Какие сведения вы считаете необходимым получить, чтобы разгадать тайну генератора Васильева?

Профессор Варн почувствовал, что наступил самый решительный момент в разговоре. Именно теперь консультант должен дать четкий ответ. Варн задумался, щелкнул зажигалкой, закурил погасшую сигару и медленно заговорил, ни на минуту не забывая о спрятанном в столе магнитофоне:

— В материалах, которые были мне показаны, недостает ответа на самый существенный вопрос: какую энергию используют русские для вращения своего генератора? Иными словами, на каком топливе работают реактивные двигатели генератора. Если ответ будет получен, то решение остальных вопросов сразу облегчится. Гадать и выдвигать гипотезы бесполезно…

Видимо, после его ухода полковник вызовет другого консультанта и задаст ему те же вопросы. Он, Варн, сказал все, что мог сказать в таких условиях. Пусть другие говорят больше, если хотят…

Варн вышел на улицу, не переставая думать о генераторе.

Профессор Васильев… Эта фамилия попадалась ему в литературе. Зачем это русские задумали забрасывать на Марс такой генератор, каких еще не испытывали на Земле? Странная конструкция с реактивными двигателями… Не понятно. Но вместе с тем они создали ее, значит в ней есть какой-то смысл. Русские слишком сильны в технике, чтобы ошибаться… А может быть, они вовсе и не думают забрасывать генератор на Марс?

И вдруг Варна осенила мысль, из-за которой ему пришлось свернуть на ближайший скверик и опуститься на скамью. Сердце его бешено колотилось. Мысли стали короткими и хаотическими, но в них ясно звучало слово — ионосфера… И вдруг все стало на свои места. И огромный размер генератора, и прямоточные реактивные двигатели, и остроотточенные штыри на концах его оси — все это было просто и гениально воплощено в целую конструкцию.

Варн не мог успокоиться. Может быть, это не так? Может быть, он ошибается? Если бы у этих олухов в разведуправлении был разрез хотя бы одного прямоточного реактивного двигателя генератора, все бы стало на свои места. Русские действительно талантливый народ, они делают буквально чудеса…

Варн прижался затылком к прохладной перекладине скамьи. Что же делать? Вернуться в разведуправление и сказать, что он понял принцип изобретения профессора Васильева? Высказать им очередную гипотезу? Ни за что! С него хватит одной ошибки. Пусть докапываются до истины сами!

Профессор Варн отер пот со лба и посмотрел по сторонам. Потом он встал со скамьи, поправил очки и решительно направился на биржу, чтобы продать все свои акции угольных и нефтяных компаний и купить как можно больше акций электрокомпаний.

* * *

За месяц в кожаной папке Шклода скопилось несколько расшифрованных радиограмм. По ним можно было более или менее точно представить место и время испытаний генератора, но у Шклода не было главного — программы испытаний. Видимо, русские специально выбрали этот малонаселенный и труднодоступный для посторонних лиц район. Надо было на что-то решаться…

Звук зуммера вывел Шклода из задумчивости. Принесли свежую почту. Бегло просмотрев документы, Шклод выбрал из них маленькую шифрограмму: «Самоходные баржи вышли на место сегодня. Грузовой пароход «Ермак» с Васильевым и его сотрудниками отправляется завтра»… Дальше медлить было нельзя.

* * *

Командир подводной лодки «Трепанг» оторвался от окуляра перископа и вызвал в рубку майора Юска.

— На рейде самоходные баржи и пароход. Мы в районе операции.

Двигатели выключены. Лодка легла в дрейф. Юск прильнул к окуляру перископа, предназначенного для наблюдения за горизонтом. Высовывающаяся из воды часть перископа была замаскирована внутри надувного чучела баклана. Изредка резиновый баклан взмахивал крыльями и откидывал назад голову, словно проглатывая рыбу.

Вокруг не видно ни одного военного судна. Район испытаний не охранялся. Его лишь оконтурили буями с сигнальными флажками. Это была большая удача…

Четверо суток на самоходных баржах шла непрерывная работа. Люди, словно муравьи, сновали по ним целый день. С баржи в воду спускали большие стеклянные шары, соединенные металлическими тросами. На каждом была закреплена огромная металлическая антенна с метелкой проводов на конце. Шары, упав с баржи в воду, тотчас же всплывали, величественно покачиваясь на волнах. Их устанавливали в строгом порядке на равном расстоянии друг от друга. Казалось, запас стеклянных шаров на баржах безграничен. За несколько дней на море вырос целый лес антенн с метелками на концах…

На берегу у самой воды виднелось небольшое здание. К нему сходились высоковольтные кабели от стеклянных шаров, плавающих в море. От здания в глубь острова тянулась на мачтах-опорах короткая линия электропередачи. Она заканчивалась у странного сооружения высотой с пятиэтажный дом. У Юска сложилось впечатление, что это здание специально построено для проведения эксперимента.

Вечером пятого дня одна из самоходных барж снялась с места и чуть не вплотную подошла к подводной лодке. Если бы не электронные приборы ночного видения, соединенные с перископом, в наступившей темноте нельзя было бы различить ни единого предмета. Но на экранах высокочувствительных приборов баржа была видна отлично. Она находилась так близко, что при большом увеличении можно было разобрать даже выражение лиц людей, находящихся на борту. Юск не поверил своим глазам, увидев на барже силуэт крупной зенитной ракеты и очертания пусковой установки. Он сделал несколько снимков с экрана электронного прибора ночного видения.

— Взгляните сюда, майор! — подозвал Юска командир подводной лодки; он стоял у окуляра зенитного перископа, предназначенного для обзора верхней полусферы. — У горизонта новая звезда!

Над островом ослепительно белым светом горела яркая точка. Она блестела сильнее Венеры. Загадочная звезда быстро перемещалась. Юск понял, что это генератор профессора Васильева. Уже здесь, на подводной лодке, он получил шифрованную радиограмму, в которой сообщалось, что запуск гигантской ракеты прошел успешно.

— Спутник? — спросил командир. Юск поморщился. Он не любил любопытных.

— Нет! Не задавайте лишних вопросов! Скоро начнут…

Спустя четверть часа генератор замер прямо над районом испытаний, точно в зените. На палубе баржи, выделяясь на фоне ночного неба, словно гигантский остроотточенный карандаш, стояла готовая к запуску ракета.

— Ничего не понимаю, — шептал Юск, не отрываясь от перископа, — зачем им понадобилась ракета! Что они, хотят сбить свой собственный генератор?

Неожиданно на барже полыхнуло сильное пламя. Оно вырвалось из-под ракеты огромным языком, отразившись миллионами отблесков на волнах. Ракета на мгновение замерла над баржей, потом быстро понеслась вверх.

Юск кинулся от командирского перископа к зенитному. За ракетой в черном небе оставался желтовато-красный след, словно она тянула за собой толстую, раскаленную докрасна проволоку.

— Что это? — недоумевал Юск. — Новый трассер? Система управления по световому следу? Долго ли он будет гореть?..

Ракета, словно маленькая звездочка-спутник, быстро приближалась к сияющей звезде генератора. Прошла минута. Юску она показалась часом.

Огненный след в небе не угасал. Он колебался, скручивался в спираль, изгибался под порывами ветра огромными зигзагами, но не тускнел и не разрывался на части, словно был сделан из светящегося резинового жгута, который мог противостоять любому ветру.

— Сияние! Они ионизировали воздух! Слышите, командир, — это ионизированный жгут…

Юск ни на секунду не отрывался от окуляра. Один конец огненного следа вился вокруг металлических антенн, установленных на стеклянных шарах, а другой, высоко в небе, воткнулся прямо в сияющую звезду генератора. И вдруг…

Море озарилось ослепительно ярким светом. От неожиданности Юск отпрянул от перископа. Раскаленный след теперь казался яркой молнией, на которую было больно смотреть. Но эта молния не исчезла, мелькнув в небе. Точно гигантская голубая змея, извиваясь и играя кольцами, спускалась она из темноты.

Видимо, над водой прокатился гром. Может быть, от сверкающего жгута грохот шел непрерывно — в подводной лодке Юск ничего не слышал. Майор лихорадочно крутил ручку перископа, осматривая электрический жгут от плывущего в небе генератора до самой поверхности моря.

Электрический водопад, падавший с неба, расщеплялся у самой воды на сотни голубых змеек. Каждая из них впивалась в одну из метелок-антенн на стеклянных шарах-поплавках. Металлические антенны, казалось, приводили в ярость электрические змейки. Они впивались в антенны, извиваясь, старались укусить, разрушить неподатливые металлические острия. Порой змейки перескакивали с одного острия на другое.

Юск был до того очарован зрелищем, что нехотя обернулся на голос командира:

— Взгляните, майор, на острове море света…

Юск подошел к его перископу. Остров нельзя было узнать. На нем вспыхнули десятки мощных прожекторов, осветивших вершину высокого вулкана. Гора, точно по волшебству, выпрыгнула из мрака. Над островом взвились стаи перепуганных птиц. Попадая в луч света, птицы вспыхивали яркими точками и ошалело неслись дальше.

Силуэт странной установки на острове, к которой вела электролиния, преобразился. Сейчас здание светилось изнутри. Докрасна накалились десятка два гигантских углей-электродов, каждый величиной с трехэтажный дом. Вот между ними вспыхнула яркая дуга, одна, другая, третья… Посыпались искры. Там, на берегу, ученые замеряли мощность созданного ими генератора…

Энергии было так много, что даже в мыслях Юск не находил подходящего сравнения.

Он только сейчас до конца понял, что коммунисты стали обладателями сказочного богатства. То, что было создано раньше человеческой фантазией, не шло в сравнение с этим неисчерпаемым сокровищем…

Вдруг сильный удар потряс лодку. Юска швырнуло на пол. Корпус лодки дрожал как в лихорадке. Лязганье, скрежет, клокотанье… Юск вскочил, кинулся к перископу. Взглянул в окуляр — и закричал во все горло.

На оба перископа подводной лодки перескочили две голубые молнии от сияющего электрического жгута, падающего с неба. Через перископы шел ток невиданной силы, расплавлявший все на своем пути. Из трубы перископа капля за каплей потек металл. Расплавленный металл смешивался с прорвавшейся в лодку водой. Повалил густой пар.

Юск кинулся к командиру и, стараясь перекричать грохот, шум и лязганье, заорал:

— Уходить! Уходить!

…Но лодка уже не могла погрузиться. С прожженной насквозь боевой рубкой, со сгоревшими перископами, с оплавленным мостиком, она могла идти только в надводном положении.

* * *

— Задержали лодку в наших территориальных водах, — продолжал после паузы следователь, обращаясь к профессору Васильеву. — Теперь вы, Александр Николаевич, знаете, кто и как охотился за генератором. Хотелось бы, чтобы и вы мне кое-что объяснили. Откуда, например, берется энергия для вращения генератора?

— От Солнца, — ответил профессор. — Я с удовольствием поясню подробнее.

Следователь кивнул.

— Молекулы кислорода и азота, которые входят в состав воздуха, можно расщепить на отдельные атомы, — начал профессор. — Для этого надо затратить определенную энергию, как бы разрубить молекулы топором, если хотите. И такой топор существует в природе. Это Солнце, точнее — его излучение, и космическая радиация. На больших высотах они все время разбивают молекулы кислорода и азота на атомы. Над нашими головами в ионосфере, на высоте ста километров, плещется целый океан законсервированной солнечной энергии. Стоит вновь соединить атомы газов в молекулы, и освободившаяся энергия хлынет неудержимым потоком.

— И вам удалось соединить их?

— Да, для этого достаточно внести в ионосферу обычное золото, и атомы кислорода и азота будут соединяться в молекулы. Золота при этом не уходит ни грамма. Оно служит в реакции лишь катализатором.

— В вашем генераторе выделяющаяся энергия расходуется на вращение?

— Да. Генератор работает в ионосфере на высоте около ста километров. По краю его диска расположены прямоточные реактивные двигатели. Внутри двигателей установлены позолоченные решетки. В момент отделения от ракеты-носителя генератор раскручивается вокруг оси. В двигатели попадают атомарные кислород и азот. Под действием золота они соединяются в молекулы. Выделяется энергия, которая нагревает воздух, и он с огромной скоростью выбрасывается через выходное сопло реактивного двигателя. Генератор вращается все быстрее. В двигатели поступает больше и больше «горючего». Обороты скоро достигают расчетных. Двигатели установлены под углом и не только вращают, но и поддерживают генератор в воздухе, заставляя его парить высоко над землей. Вращательное движение преобразуется в электроэнергию обычным путем. Овладев этим сокровищем в ионосфере, мы получили неисчерпаемый источник электрической энергии…

— «Неисчерпаемый» надо понимать, конечно, в переносном смысле?

— Он не иссякнет до тех пор, пока светит Солнце и существует земная атмосфера, — улыбнулся Васильев, — значит, практически он неисчерпаем. Над Землей в ионосфере могут находиться тысячи таких генераторов. Благодаря своим реактивным двигателям они будут перемещаться в воздухе по команде с Земли. Например, все морские и океанские суда могут быть переведены на электроэнергию. Представьте себе корабль, пересекающий океан. Электродвигатели неограниченной мощности вращают его винты… Корабль может быть любого водоизмещения. Энергии ионосферного генератора, плывущего вслед за ним, высоко в небе, хватит на все. Такие генераторы незаменимы для строительств или экспедиций, — с увлечением продолжал Васильев. — Когда в пустыне или в Антарктиде начнется строительство нового города, не потребуется, как прежде, заботиться об энергетической базе. Радиокоманда — и к району строительства спустя несколько часов прилетит столько генераторов, сколько нужно. Заманчиво?

— Очень. У меня еще один вопрос. Для чего запускалась с баржи зенитная ракета?

— В ней было установлено специальное устройство для ионизации воздуха, с тем чтобы передать энергию от генератора на Землю. Пока это устройство является секретом нашей лаборатории. По-видимому, за ним в основном и охотился майор Юск… Впрочем после их допроса вам будет виднее, зачем явились к нам эти «визитеры».

---

Рисунки Н. Гришина

Журнал "Вокруг света", N 3 (март) 1962 г.

Content

Сафронов Юрий Павлович Огненный водопад

Юрий Сафронов Огненный водопад