Аркадий Гайдар

Стихи

Из поэмы «Пулеметная пурга»

Еще и еще раз в эти метельные дни

Надо вспомнить о том, что прошло.

Как в пурге пулеметной трехдюймовок огни

Зажигались светло.

Опоясанные лентой ружейных патрон,

Через пепел, огни и преграды,

От Урала до Киева,

Со всех сторон,

Торопясь, собирались бригады.

В те дни паровозов хриплые гудки

Гудели у Донбасса, Каспия, Волги.

Были версты тогда коротки,

Но зато

Были схватки долги.

И в патронах вместо свинца

Был заряд огневого задора,

А глаза солдат в обоймах лица

Зажигались огнями, как порох.

И тогда, в метельные дни,

Когда солнце бронь снега било,

По снегу куда ни взгляни —

Эшелоны да цепи… Дым, шинельная Русь,

Казачье седло…

И усадьбы ничьи, и поместья ничьи,

А по талому снегу — кровяные ручьи.

По ночам — от пожаров светло.

И вот, разделенный баррикадами лет,

Веков,

Помню я февральский дым,

Батальоны с винтовками без штыков,

Которые тянулись, не гнулись, а шли.

Шли и жгли…

Путали левую ногу с правой,

Катились ручьями, потоками, лавой.

Пели «Варшавянку», «Березоньку», «Соловья»,

Пулеметным гиканьем пугали пургу.

Хохотали в зеленые глаза офицерскому сброду:

— Идешь ты, иду и я!

— Куда?

— В огонь, в воду… на черта, на дьявола,

Если он будет ставить революции преграды. —

И вот

Полк за полком — бригада,

Наконец, дивизии, рожденные в зареве дымных зорь.

— Белый, сдавайся, офицер, не спорь…

С плеч прочь погоны, палач! —

Офицер на коня… Офицер вскачь —

В черных черкесках, в зеленых бешметах,

В сердце ненависть, в душе страх.

И мчались офицеры ото всех сторон

Туда, где орлы о двух головах,

Туда,

Где казаки, где Дон.

Так, в пулеметной пурге,

На две половины хряснул край,

И гаркнул кто-то с Дона властно:

— Это мое! —

Но гневно в ответ

Крикнула кровью Красная:

— Это наше… Отдай!

Не хочешь?

Точишь нож в спину из офицерских отрядов?

Все равно — нас миллионы —

Отдашь!

Эй, справа, поротно, побатальонно…

Без штыков в штыковую атаку

Марш, ма-а-р-ш!

1926 г.

Кавалерийская походная

Травы наземь клонятся,

Ветер тучи рвет,

А по степи конница

Красная идет.

Пылью придорожною

Затуманен взор,

С вестью к нам тревожною

Прискакал дозор.

— Эй вы, кони-птицы!

Ну-ка, с шага в рысь…

К западным границам

Тучи собрались.

Странный шум нам слышен

С вражьей стороны,

Что-то ветер дышит

Запахом войны. —

Отвечал ребятам

Командир седой:

— Красные солдаты

Все готовы в бой.

Скатки приторочены,

Пики на весу,

Сабли поотточены,

Кони — понесут.

Смелости немало

Позапасено,

Красного сигнала

Ждем мы день и ночь. —

Травы наземь клонятся,

Сталь звенит о сталь,

Это рысью конница

Унеслася вдаль…

1927 г.

Письмо

Шелестел над речкой

Осенью тростник.

Говорил товарищам

Парень-отпускник:

— Службу отслужил я,

И домой пора.

Получил от милой

Я письмо вчера.

Пишет, что в деревне

Крепок урожай.

«Новые лепешки

Кушать приезжай».

Будто бы родилось

Крупное зерно.

Пишет, что заждалась,

Глядючи в окно…

Ей письмо последнее

Отослал свое,

Что на той неделе

Буду у нее.

Что с тех пор как с призывом

В город уезжал,

Многим изменился я,

Многое узнал.

«Будешь мне женою,

Но не забывай,

Что в селе работы

Непочатый край.

И, когда вернуся

Я к тебе домой,

Верю, что в работе

Будешь ты со мной».

1927 г.

Наблюдатель

— Товарищ Сергеев, — сказал комбат,

Снарядов полет не виден,

Попробуй взберися на этот дуб,

Быть может, и что-нибудь выйдет.

И вот к верхушке в густую листву

Ползет наблюдатель скорее…

— Готово… вижу. — А в ответ ему

Команда:

— Огонь… бат-тар-рея! —

Рвануло… Завыла железная смерть,

А по дубу в ответ пулемет…

И крикнул Сергеев, наморщив лоб:

— Двести шагов недолет!

Опять внизу рванулась сталь,

А пуля за пулей у виска поет.

— Слезай! — наблюдателю снизу кричат.

А он:

— Сто шагов перелет!

Пуля железной пчелой ужалила,

Когда рявкнул третий залп.

Судорожно вздрогнул наблюдатель, падая,

Крепко навек закрывая глаза.

Но, прежде чем упасть к земле,

Крикнул он, торжествуя, четко:

— Батарея кроет прямо в цель,

Давай по белым без счета!

1927 г.

Наш отряд

Наша деревенька

В поле затерялась,

В нашей деревеньке

Только три двора.

Как-то ранним утром

Кучкою собралась,

Игры затевая,

Наша детвора.

Мой братишка Миша,

Лет шести от роду,

Выстроил девчонок,

Выстроил ребят.

Говорил мальчишкам:

— Будете вы взводом.

— А девчатам:

— «Первой помощи» отряд. —

В барабан не били,

В трубы не гудели,

Вместо музыкантов

Васька дул в дуду.

Из окошек деды

Старые глядели,

Как по деревеньке

«Красные» идут.

Ой ты, поле, поле,

Сиро и убого,

Слева косогоры,

Справа камыши.

Только было солнце

Да задору много,

Как маршировали

В поле малыши.

Парень перед кучкой

О походах смелых

Говорил ребятам,

Как он воевал.

Как Буденный красный

Бил нещадно белых

И как Врангель черный

Перекоп сдавал.

Огоньками жарко

Взгляды загорались,

Лучше всякой сказки

Повесть о былом.

В сказке все нарочно,

В сказке всё наврали —

Здесь же только правда,

Только, что прошло.

Наша деревенька

В поле затерялась,

В нашей деревеньке

Только три двора,

И, как колос солнцем

Спеет наливаясь,

В ней растет и крепнет

Маленький отряд.

1927 г.

Content

Аркадий Гайдар
Стихи

Из поэмы «Пулеметная пурга»

Кавалерийская походная

Письмо

Наблюдатель

Наш отряд