Анатолий Сарычев

Бешеный корсар

От автора

Действующие лица и события целиком и полностью являются вымыслом автора. Совпадения случайны.

Глава 1

– Господин генерал! На диске очень интересный материал, с которым хотелось, чтобы вы познакомились! – сказал толстый, с обвисшими щеками генерал-лейтенант моложавому генерал-майору, едва тот вошел в огромный кабинет, больше смахивающий на теннисный корт.

– Слушаю! – вытянулся в струнку генерал-майор, которому на вид было не больше сорока пяти лет.

– То, что записано на этом диске, является не просто государственной тайной, а одним из самых важных секретов страны! Мне хочется, чтобы вы посмотрели материал и высказали свое мнение. Материал закодирован под компьютерную игру. Стоит только кликнуть пять раз на девушку с автоматом, как выскочит табличка с паролем. Набираете мое имя, и открывается база данных! Все материалы и демонстрационный файл по проекту «Сириус»! – поднял вверх правую руку генерал-лейтенант.

– Если мне память не изменяет, проект «Сириус» – это космический лазер, который был установлен на спутнике «Орион»? – спросил генерал-майор, подходя к столу.

– В свое время ты участвовал в этом проекте и помнишь, какой резонанс подняли политики, когда информация о лазерной пушке, установленной в космосе, просочилась в печать, – напомнил генерал-лейтенант, протягивая дискету в яркой коробочке, на которой было написано: «Пигмалион-6».

– Считалось, что сам образец и все материалы по нему уничтожены. В то время заклятые враги превратились в заклятых друзей, но… – успел сказать генерал-майор, пряча дискету в карман.

– Ты не рассуждай, а посмотри материал! Твоя задача: определить, можно ли снова запустить лазерную пушку по этим материалам? – прервал подчиненного генерал-лейтенант.

– Слушаюсь! Будет исполнено, Василий Семенович! – вскинул голову генерал-майор.

– Сроку тебе неделя! Свободен! – приказал генерал-лейтенант, подвигая к себе стопку бумаг.

Резко зазвонил телефон, стоящий в правом углу стола.

Генерал-лейтенант отодвинул от себя бумаги и с несвойственной для него живостью схватил трубку.

Послушав минуту, генерал-лейтенант поднял левую руку, призывая к вниманию, и быстро сказал:

– Через десять минут выезжаем! Скворцов как раз у меня в кабинете!

Генерал-майор, уже взявшийся за ручку двери, остановился, услышав свою фамилию.

– Отбой, Сергей Владимирович! Сейчас едем на совещание к заместителю министра! – сказал генерал-лейтенант, вставая из-за стола. – Не люблю я такие вызовы! Очень они мне не нравятся, Серега!

Домой генерал-майор Скворцов попал только в двадцать один десять.

Снимая туфли в прихожей, Сергей Владимирович обессиленно присел на пуфик.

«День выдался просто сумасшедший! Просидеть три подряд совещания в Министерстве обороны – такого давно не было! Лучше в поле за диверсантами бегать!» – устало подумал генерал-майор, откидываясь на стенку прихожей.

– Дедушка приехал! – радостно закричал Димка, пятилетний внук от старшей дочери, выскакивая из кабинета.

– Привет, боец! Как твои дела? – спросил Сергей Владимирович, надевая тапочки.

– Смотри, какую я тебе картину нарисовал! – громко закричал Димка, хватая дедушку за руку.

Прямо на столе в кабинете стояла небольшая картинка, на которой подводник в акваланге копьем протыкал зубастую акулу.

На горевшем экране монитора был изображен осьминог, который обвил щупальцами еще одного подводника.

– Что-то, брат Димка, у тебя все время идет морская война! – сказал Сергей Владимирович, снимая пиджак.

– Деда! Поправь краски на Иллюстраторе! – дернул за пиджак Димка, ткнув пальцем в монитор.

Коробочка с дискетой выскочила из кармана и бесшумно упала на пушистый ковер.

Глаза Димки азартно блеснули, но говорить мальчишка ничего не стал, а только быстро, одним движением, задвинул ногой дискету под стол.

– Сережа! Пошли ужинать! – громко сказала Татьяна Феоктистовна, жена генерал-майора.

– Ты, Дима, ужинал? – спросил Сергей Владимирович, кидая взгляд на экран монитора.

– Сейчас приду, только картинку сброшу в память! – сказал Димка, усаживаясь в компьютерное кресло.

– Ты мне эту картинку распечатай! – попросил Сергей Владимирович, кивнув на зубастую акулу, красовавшуюся в середине экрана. Генерал-майор сам не знал, какие силы приводит в действие, оставляя своего внука в кабинете на лишние пару минут.

Как только дед покинул кабинет, Димка нажал на кнопку «Печать» и, нагнувшись, выудил дискету из-под стола.

Еще раз оглянувшись, Димка засунул дискету под рубашку на животе.

Вытащив цветной лист из принтера, Димка гордо понес его впереди себя, стараясь втянуть живот.

Не надо забывать, что Димке было всего пять лет и это было первое воровство в его жизни.

Изостудия, куда Димку водили второй год, находилась в подвальном помещении бывшего доходного дома купца Первушина.

Дом, построенный купцом незадолго до Великой Октябрьской социалистической революции, находился в двухстах метрах от Садового кольца и сегодня влачил жалкое существование.

Сгоревший третий этаж четырехэтажного кирпичного здания уже два года не ремонтировали, а крыша, разломанная доблестными пожарниками, так и не была восстановлена. Если в морозные дни в подвале можно было жить и работать, то в дождливые разломанная крыша текла, как решето, заставляя весь персонал работать за уборщиков, забывая про свои прямые обязанности по обучению детей пению, рисованию и прочим премудростям детского воспитания.

Но Дом творчества, отстаивая свои права на жизнь, никак не хотел уходить из здания недалеко от центра Москвы и всеми правдами и неправдами цеплялся за подвал, тем более что все мальчишки группы были тайно влюблены в Светлану Федоровну, которая учила Димку рисовать.

Вернее, не только Димку, но и всю группу, занимавшуюся два раза в неделю в этом всеми любимом подвале.

Мама рассказывала, что пятнадцать лет тому назад она сама ходила в кружок к Светлане Федоровне и там познакомилась с папой.

– Я вчера классную игру у деда взял! Называется «Пигмалион»! Там такие стрелялки! – рассказывал Димка своему другу Вовке, который был на два года старше и уже ходил в первый класс.

– Мне отец подарил акулий зуб! Только вчера приехал из Африки и сразу отдал! Смотри, какой здоровый! – похвалился Вовка, вынимая из кармана акулий зуб на серебряной цепочке.

– Что ты хочешь за зуб? – загорелся Димка, гладя острые кромки заморской диковины.

– Давай игру и нож! – предложил практичный Вовка, дергая за цепочку.

– Заметано! – согласился Димка, выуживая из кармана никелированный ножик.

– Дима и Вова! Перестаньте шушукаться! Вы мешаете остальным детям работать! – строго сказала Светлана Федоровна, подходя к мольберту Димы.

Едва Вова пришел домой, как сразу побежал в свою комнату и вставил диск в компьютер.

– Быстро обедай! Через полчаса за нами заедет дядя Саша! – сказал дочерна загоревший отец, сгоняя сына с кресла.

– Только ничего не трогай! У меня игра загружается! – предупредил Вова, с восхищением смотря на отца, которого не видел целых четыре месяца.

– Я только посмотрю почту! – пообещал отец, включая Интернет.

Когда обед уже заканчивался, на кухню заскочил отец и быстро сказал:

– Извините, родные, но через два часа улетаю! Нашего радиста увезли с малярией, и меня срочно вызвали на корабль!

– Опять на полгода пропадешь! – со вздохом сказала мама.

– Мы только сходим в Кению и сразу обратно! – махнул рукой отец и выскочил из кухни.

Глава 2

Перед обедом в кабинете генерал-майора раздался телефонный звонок.

– Ты посмотрел материалы по лазеру? – спросил генерал-лейтенант вместо приветствия.

– Не успел еще. Вчера вместе с вами целый день совещался, а утром замотался, не до дискеты было, – честно ответил генерал-майор, хлопая себя по левому карману пиджака, куда он вчера положил дискету.

– Сейчас я улетаю с инспекционной поездкой на десять дней, а к моему приезду изложишь свои соображения! – приказал генерал-лейтенант и, недовольно хмыкнув, положил трубку.

«Куда я положил эту чертову дискету?» – подумал Сергей Владимирович, открывая правый ящик стола, где хранил дискеты.

Ни одной дискеты в яркой обложке там не было.

Как все разведчики, тем более такого высокого ранга, Сергей Владимирович обладал абсолютной памятью, и перед его глазами моментально развернулся вчерашний день.

«Мне дали в руки дискету, которую я положил в левый карман пиджака. Платок у меня лежит в правом кармане, а ручка в нагрудном. Значит, я в левый карман до самого вечера не лазал.

Утром я сменил рубашку, а костюм остался тот же. Я мог выронить дискету или в машине, или дома, так как больше никуда не заходил!» – вспоминал Сергей Владимирович, смотря на портрет адмирала Нахимова, висящий на противоположной стене кабинета.

Быстро набрав телефонный номер дома, не здороваясь, приказал взявшей трубку жене:

– Посмотри в кабинете дискету в глянцевой обложке! Она может быть только на полу, около стола, или на диване!

Жена, как хорошо вымуштрованный солдат, не стала задавать ненужных вопросов и, положив трубку на стол, принялась за поиски.

Сергей Владимирович, не теряя времени даром, набрал по другому телефону своего водителя:

– Иван Федорович! Вы в машине дискету с лазерным диском не находили? – быстро спросил генерал-майор.

– Только что закончил уборку и ничего постороннего в машине не обнаружено, товарищ генерал! Ребята из особого отдела машину тоже проверяли! Все чисто! – доложил водитель.

И тут Сергей Владимировича как будто ударили по голове.

Буквально неделю назад он утверждал счет, в котором было сто микрокамер для видеонаблюдения. Куда могли пристроить эти камеры, знали только особисты. То, что некоторые кабинеты и квартиры находятся под постоянным наблюдением, Сергей Владимирович знал точно.

«Сейчас проверим мою догадку насчет собственной квартиры! Должна же быть от особистов хоть какая-то польза!» – невесело подумал Сергей Владимирович, нажимая кнопку вызова заместителя начальника особого отдела Воронова, с которым вместе заканчивал военное училище.

– Филипп! Есть серьезный вопрос! Зайди ко мне, пожалуйста! Нужна твоя механизированная помощь! – попросил Сергей Владимирович после того, как услышал:

– Полковник Воронов у аппарата!

«Казалось бы, небольшая разница: полковник и генерал-майор? Всего одна ступень между нами, а как много значит! Полковников вон сколько, а в генералы выбивается из сотни один!» – горделиво подумал Сергей Владимирович, и тут же внутренний голос ехидно заметил:

«С таким проколом недолго не то что обратно в полковники прыгнуть, но и вполне реально самому под суд попасть!»

Без стука открылась дверь в кабинет, и вошел коренастый мужчина с одутловатым лицом и большими залысинами на широком лице.

«Жизнь секретчика не усыпана розами!» – пожалел сокурсника Сергей Владимирович, с удовлетворением вспоминая свой цветущий вид.

Филипп не стал ничего говорить, а, вытащив из кармана небольшой прибор, начал обходить кабинет по периметру.

Ткнув пальцем в Сергея Владимировича, пальцами правой руки сделал знак клювом.

– Посмотри вот этот документ, Филипп! – попросил Сергей Владимирович, правильно поняв жест особиста.

Огонек на передней панели прибора, тлевший еле заметно, при звуках голоса Сергея Владимировича ярко вспыхнул.

– Пойдем ко мне, снимем копию с этого листа! – предложил Филипп, глазами показывая на огонек прибора, который еле тлел.

– Выносить из кабинета нельзя! – попробовал возразить генерал-майор, делая знак, что колеблется.

– Как знаешь, Сергей Владимирович! Тебе это больше нужно, чем мне! – цинично ответил особист, присаживаясь на край стола.

Генерал-майор, ни слова не говоря, первым вышел из кабинета.

Уже в коридоре полковник, сунув прибор в карман, остановился и сказал:

– Сейчас я к тебе пришлю ребят, которые досконально проверят твой кабинет. Но откуда ты узнал о «жучке»? – быстро спросил Филипп, подходя к окну.

– Какое-то внутреннее чувство! Сам не знаю, но сегодня мне почему-то стало неуютно в своем кресле! – озабоченно сказал генерал-майор.

– Сегодня ночью мои ребята проверяли все кабинеты командного состава управления и ничего не нашли! – задумчиво сказал заместитель начальника особого отдела.

– Ты хочешь сказать, что это не твой «жучок»? – недоверчиво спросил генерал-майор.

– Наша контора такие «жучки» не получала. Этот проводного типа и настроен строго на твой голос. Ты же видел, что при звуках моей речи «жучок» не включился, а среагировал на твой голос, – быстро сказал полковник.

– В чем разница между проводными и беспроводными «жучками»? – спросил генерал-майор, мучительно размышляя, как перейти к теме интересующего его вопроса.

Конечно, обнаружение в собственном кабинете вражеского «жучка» генерал-майора не обрадовало, но потеря дискеты огорчала намного больше!

– Беспроводные «жучки» обнаружить намного проще, чем проводные. А такие, как засадили к тебе в кабинет, я давно не встречал. Это не наши «жучки»! С этим вопросом придется много и серьезно работать!

– У меня к тебе просьба, Сергей! – в конце монолога попросил Филипп.

– Надо подумать! – внутренне ликуя, с сомнением в голосе сказал Сергей Владимирович, видя, что сам Филипп перекидывает мостик разговора в нужном направлении.

– Это тебе не будет стоить ничего! – попросил Филипп, зыркнув глазами по сторонам.

– Так уж и ничего? – не поверил генерал-майор, готовый подпрыгнуть на месте от радости.

Филипп сам шел в расставленную ловушку.

– Твой шеф на две недели уезжает в командировку на Дальний Восток. Ты можешь по старой дружбе не докладывать своему шефу о «жучке» сейчас? Только по возвращении! За две недели я разберусь с «жучком» и расскажу, откуда он взялся в твоем кабинете! – попросил Филипп.

– Плата натурой! Мне нужна видеозапись за вчерашние сутки из моего домашнего кабинета! Тогда я забуду написать заяву! – жестко сказал генерал-майор.

– Откуда у меня такие записи? – почти натурально удивился Филипп.

– От сырости! Я прекрасно знаю, что ты пишешь меня, вернее, мой дом! Лучше дай мне посмотреть запись вчерашнего дня у меня в кабинете! Больше я ничего не прошу! Тогда ты получишь свои десять дней и такую нужную сейчас передышку! – весело сказал генерал-майор.

– Через десять минут тебе принесут запись! А «жучок» заблокируют! – пообещал особист, круто разворачиваясь на месте.

Глава 3

Зазвучала тягучая музыка, и под нее два капитана устанавливали в кабинете большие черные динамики.

Еще через минуту из динамиков зазвучал собственный голос генерал-майора, который громко распекал собственного секретаря.

Голос был собственный, слова знакомые, и даже ответы собственного секретаря были знакомыми, но Сергей мог поклясться, что такого разговора не было.

Но не это сейчас занимало генерал-майора, а картинки на жидкокристаллическом мониторе, стоящем в правом углу стола.

«00 часов 00 минут 22 октября» – вспыхнула в правом углу дисплея красная надпись.

На экране появился собственный кабинет, где за компьютером сидела собственная жена и внимательно смотрела на экран стоящего на столе монитора.

«Ты же, солнышко, говорила, что не можешь работать на компьютере!» – сделал первое открытие генерал-майор, который не знал еще, какие «приятности» его ждут при просмотре диска, который прислал Филипп.

Остановив картинку, Сергей Владимирович колесиком компьютерной мыши увеличил изображение, приблизив стол.

Любимая жена с интересом смотрела порнофильм, в котором два негра одновременно пользовали белую малолетку.

Щелкнув правой кнопкой мыши, генерал неожиданно увидел картинку с другой стороны.

Лицо жены было показано крупным планом, и только японский халат из натурального шелка с ярко-желтым драконом на груди да родинка над правой бровью позволили узнать в этой маске с обвисшими щеками родного человека.

Выпученные от возбуждения глаза, опущенные щеки придавали гротескной маске еще большее сходство с покойником, только что вылезшим из могилы.

«Свиньи! Поставили две камеры и записывали все мои разговоры и встречи в кабинете!» – зло сказал про себя генерал, просматривая диск дальше.

В два часа ночи в кабинет вошла Снежана.

Подсвечивая фонарем, дочь подошла к столу и из нижнего ящика стола, где генерал хранил свои деньги, достала портмоне. Отсчитав две купюры, дочь вытащила из середины пачки и, презрительно скривив пухлые губки, задрала ночную рубашку до пояса.

Сунув купюры под резинку трусиков, девушка вышла из кабинета.

«Дочка совсем взрослая! Вон и грудки появились, и попка! Как я раньше не заметил, что девочка совсем взрослая? Девчонки сейчас в тринадцать лет уже совсем большие! Надо девочке назначить постоянную ренту! Долларов сто давать в неделю!» – решил для себя Сергей Владимирович.

Дальше до самого утра ничего не происходило.

В шесть часов утра генерал увидел самого себя в длинных семейных трусах.

Странно было смотреть на самого себя, просматривающего электронную почту. Вот генерал скорчил презрительную гримасу, читая сообщение от агента в Аргентине, который извещал о поставках зараженного туберкулезом мяса.

На экране отчетливо читался перевод расшифрованного сообщения от агента, и тут до генерала дошло:

«Сколько же информации ушло в особый отдел! Каждое сообщение – это бомба замедленного действия!

Одно сообщение о зараженном мясе чего стоит! Я забыл передать в санэпидстанцию, или как она там сейчас называется, материал!» – записал на листке бумаги генерал, с неудовольствием смотря на себя с выпирающим животом.

«Ладно, потом внимательно просмотрю!» – решил генерал, копируя дискету на свою флешку, продолжая просматривать диск.

Его даже не очень тронул вид Елизаветы Петровны, обшаривающей его карманы.

И вот наконец Сергей Владимирович дошел до того места, когда вернулся домой.

Пиджак дернулся, и диск, сверкнув красочной обложкой, полетел на пол, выскочив из кармана.

«Зачем диск одели в такую красивую обложку?» – тяжело вздохнув, подумал генерал, наблюдая за действиями внука.

«Шустрый мальчонка вырастает! Сейчас позвоню дочери, пусть заберет у пацана диск, и все будет хорошо! Выполню задание шефа – и сразу же положу диск в сейф!» – с облегчением подумал Сергей Владимирович, набирая на мобильнике номер телефона дочери.

Общаться с зятем генерал не любил и предпочитал все вопросы решать через дочь.

Ни до дочери, ни до зятя дозвониться не получалось.

Телефоны, как мобильный, так и домашний, не отвечали.

Тяжело вздохнув, генерал набрал рабочий телефон старшей дочери.

– Могу я услышать Полину Сергеевну? – спросил генерал.

– Не можете! – отрезал тонкий женский голосок, и в трубке послышались короткие гудки.

Набрав второй раз тот же номер, генерал вежливо попросил:

– Позовите, пожалуйста, Полину Сергеевну к телефону!

– Не позову, старый хрыч! Куда ты к молодым клеишься! – снова оборвал писклявый голос генерала.

Нажав кнопку коммутатора, генерал вызвал начальника оперативного отдела.

Ровно через минуту подполковник стоял в кабинете генерал-майора.

– Срочно собрать все сведения на Полину Сергеевну Климову и членов ее семьи! – приказал генерал высокому худому мужчине с седым ежиком на голове.

– Работы полно, Сергей Владимирович! У меня шесть дел в разработке! Быстро не успеем! – попробовал отказаться подполковник.

– Все бросай и начинай искать! – приказал генерал, прикидывая, куда могла деться дочь. Особой тревоги генерал не испытывал, но червячок сомнения начал теребить душу.

Хотя до возвращения шефа времени был вагон и маленькая тележка. Оставалось целых десять дней!

Строчки оперативной докладной всплыли перед глазами.

«Командировать старшего лейтенанта… сроком на тридцать дней…»

Для чего командировали в оперативный отдел ГРУ старшего лейтенанта, генерал-майор не помнил, но две строчки из докладной накрепко засели в памяти.

«Какой-то старший лейтенант, а его командируют через всю Россию, да еще на целый месяц!» – вспомнил генерал-майор, что именно привлекло его внимание в этой докладной.

– К тебе молодого старлея прислали на стажировку из Владика, вот и посади его на это дело! Хочет карьерного роста – пусть носом землю роет! – громко сказал генерал, записывая на листе бумаги номера телефонов подруги дочери и ее домашний адрес, неожиданно всплывшие в памяти.

– Но он же боевой пловец, а не оперативник! – сделал последнюю попытку отказаться от задания подполковник.

Если бы дело не касалось собственной дочери, генерал просто бы приказал. Но речь шла о нем самом и членах семьи, а использование служебного положения в Конторе, мягко говоря, не приветствовалось.

– Пришли ко мне этого старлея, я его сам озадачу! – приказал генерал, делая отмашку рукой.

– Через пять минут старший лейтенант будет у вас в кабинете! – четко сказал подполковник.

– Старшего лейтенанта Бурцева в кабинет двести пять! – приказал подполковник дежурному офицеру.

– Предупреди секретаря: как только старлей придет, пусть сразу проводят ко мне! – приказал генерал-майор, склоняясь над бумагами.

Глава 4

Едва Борис вошел в приемную, как секретарша глазами указала на высокую дубовую дверь.

Два подполковника и майор, сидевшие на стульях вдоль стены, проводили старшего лейтенанта завистливыми взглядами, но говорить ничего не стали.

Коротко постучав в дверь, Борис потянул за ручку. Дверь неожиданно легко открылась, и он очутился в большом квадратном кабинете.

За дубовым столом сидел мужчина в гражданском костюме и внимательно смотрел на входящего Бориса.

Едва он открыл рот, как генерал приказал:

– Отставить, старлей! Ставлю задачу: надо срочно найти мою дочь, которая не отвечает на звонки. Ни мобильный, ни домашний телефоны не отвечают. Муж улетел за границу, и достать его сейчас нет возможности.

У дочери есть сын – мой внук, в руки которого попал диск с игрой «Пигмалион-шесть», который мне нужен! – сказал генерал, подвигая к Борису листок бумаги с написанными телефонами.

– Я плохо Москву знаю, и у меня нет транспорта, – сказал Борис.

– Через час получишь деньги, документы прикрытия, автомобиль и спецсредства! – жестко сказал генерал-майор, пристально смотря на старшего лейтенанта.

– Слушаюсь! – четко ответил Борис, готовясь выйти из кабинета.

– У тебя во Владике напарник есть? – неожиданно спросил генерал, помня, что боевые пловцы всегда работают парами и тройками.

– Есть хороший парень, который может оказать неоценимую помощь в этом расследовании! – с ходу выпалил Борис, имея в виду Викинга.

– Передашь установочные данные на своего парня секретарю, и через десять часов он будет в Москве! – закончил разговор генерал, снова склоняясь над бумагами.

Усаживаясь в потертую «Субару Форестер», Борис с удовольствием вдыхал запах кожи и смотрел на большой экран навигатора – телефона, установленного на передней панели.

Карта Москвы змеилась перед ним четкими линиями.

На два звонка по служебному телефону дочери генерала тот же писклявый голос резко послал Бориса по известному адресу, куда идти или ехать было бессмысленно.

Справочная база ГРУ, пока Борис пробирался к служебной стоянке, выдала данные по обладательнице писклявого голоса. Виктория Семеновна Трушина, тридцать четыре года, разведена. Имеет десятилетнюю дочь и живет в однокомнатной квартире на окраине Москвы.

А вот по офису писклявой и дочери генерала данных было совсем мало.

Фирма «Нигма-М» занималась всем понемногу, начиная от купли-продажи туалетных принадлежностей до обучения детей правилам дорожного движения, гласила справка из налоговой инспекции. Но сто двадцать человек списочного состава наводили на известные размышления.

Тем более десять миллионов годового оборота говорили о том, что не так все просто с фирмой. Да и само ее местоположение не предвещало ничего хорошего. Сам офис находился на территории военного склада, и дальше дело не шло. В базе данных ГРУ было просто написано:

«Военный склад обслуживает московский отряд дальней авиации, которая подчиняется непосредственно заместителю министра. Данные по списочному составу и дислокации филиалов отсутствуют. Адрес склада: Зиминская, 28».

Борис осторожно выехал со стоянки и, ориентируясь по навигатору, за час доехал до ворот склада.

Дорога вдоль высокого бетонного забора с правой стороны и длинного трехэтажного дома слева почти километр вела от улицы Генерала Орлова.

Пока Борис ехал по улице, не попалось ни встречного, ни попутного автомобиля.

«Странно! Почему здесь не ездят?» – задал себе риторический вопрос Борис, сворачивая на большую охраняемую автостоянку, на которой находилось не меньше сотни легковых автомобилей.

Охранник, одетый в камуфляжную форму, выставив вперед приличный живот, вразвалочку подошел к автомобилю Бориса, остановившемуся около шлагбаума.

– Здесь разрешено останавливаться только машинам фирмы «Нигма» и военного склада! – внушительно сказал охранник, вертя в руках резиновый «демократизатор» с электрошокером на конце.

– А с таким удостоверением вы разрешите поставить автомобиль? – спросил Борис, демонстрируя удостоверение ФСБ.

– Слишком ты молодой для такой ксивы! – задумчиво сказал охранник, вынимая из кармана мобильный телефон.

– Я посижу в машине и подожду! – уверенно сказал Борис, пряча удостоверение в карман.

– Не положено! – сказал охранник, быстро набирая номер телефона.

Будь Борис во Владивостоке, стало бы понятно, как поступить, но в Москве адрес главной конторы Федеральной службы безопасности был неизвестен, и Борис решился на блеф.

– Тебе повестку на завтра выписать или на сегодня? – спросил Борис, вынимая из кармана ручку.

– Это зона Министерства обороны! – пошел на попятную охранник.

– Не ищи приключений на свою голову! – посоветовал Борис, включая первую скорость.

Охранник вытащил из нагрудного кармана черный брелок.

Шлагбаум пошел вверх, и Борис въехал на стоянку.

Справа от прохода обнаружилось свободное место, куда Борис и поставил автомобиль, капотом к будке. В нее и ретировался охранник.

Через два автомобиля обнаружился «Фиат» дочери генерала, а вот «Пежо» Виктории стоял в третьем от прохода ряду, рядом с большим черным «Понтиаком», забрызганным грязью по самую крышу.

«Значит, доченька генерала или на фирме, или просто оставила здесь свой автомобиль!» – понял Борис, смотря, как на стоянке появился первый посетитель.

Импозантный мужик лет сорока в черном костюме быстро прошел к серому «Ягуару» и, остановившись перед ним, вынул брелок с ключами.

Внимательно осмотрев стоянку, мужик скользнул нарочито равнодушным взглядом по ряду, в котором стояла «Субару» Бориса, и, медленно открыв переднюю дверцу, еще раз глянул направо.

Теперь взгляд у мужика был настолько пронзительным, что Борис порадовался своей сплошной тонировке стекол.

Борис вынул из внутреннего кармана куртки фотографию Виктории и, еще раз изучив остроносенькое лицо женщины, постарался накрепко отложить его в памяти.

Лицо объекта с первого взгляда совершенно не отложилось в памяти Бориса.

На стоянке появился второй посетитель – пухленькая девушка в обтягивающих лосинах, и Борис невольно засмотрелся на девушку, чуть не пропустив интересное событие.

Из глубины стоянки выскочил «уазик» и, проехав двадцать метров, остановился, перегородив выезд «Субару».

«Вот это попал! Как теперь проследить за востроносенькой?» – опечалился Борис.

– Не боись, парень! Тебя страхуют! – сказал из динамика машины незнакомый мужской голос.

К «Пежо» подошла худая высокая женщина со злым, обиженным лицом и, открыв дверцу, с трудом уселась за руль.

Слева к шлагбауму подкатил милицейский «Форд», и из него не торопясь вылез толстенный сержант.

Встав перед открытым шлагбаумом, сержант ткнул жезлом в выезжающий «Пежо» и жестом остановил его.

С другой стороны автомобиля вышел толстый лейтенант и жестом приказал убрать «УАЗ» с дороги.

Водитель, молодой парень в бейсболке с длинным козырьком, извиняюще развел руками.

Жезл совершил указательное движение, приказывая водителю выйти из автомобиля.

Из «Ягуара» выскочил мужик в костюме и бросился к гаишнику.

В руке у мужика оказалось бордовое удостоверение, которым он ткнул в лицо толстого сержанта, что, впрочем, не произвело на того особого впечатления.

Толстяк хрюкнул и, ни слова не говоря, пошел к своему автомобилю.

Борис заметил, что толстяк сунул права Виктории в нагрудный карман куртки.

Из задней двери милицейского автомобиля высунулась рука и властно махнула.

Лейтенант, подойдя к «уазику», требовательно протянул руку, куда после некоторой заминки была вложена пачка документов.

Забрав их, он, ткнув жезлом в противоположную сторону дороги, быстро направился к своему автомобилю.

«Уазик» моментально завелся и задом стал сдавать в конец площадки.

Лейтенант тем временем дошел до своего автомобиля, сел в него, и, моментально сдав назад, патрульная машина укатила.

Мужик в костюме кинулся к своему «Ягуару», и тот буквально сорвался с места.

Одной рукой управляя машиной, второй рукой мужик прижимал телефон к уху.

– За вами погоня! Мужик на «Ягуаре»! Говорит по телефону! – сказал негромко Борис.

– Видим! Мужик предъявил ксиву контрразведки! Сейчас пробиваем, настоящая ли ксива!

– Держи свою селедку! Она без прав поехала! – напомнил молодой голос с пассажирского места.

– Вас понял! – моментально откликнулся Борис, трогаясь с места.

Пропустив вперед четыре автомобиля, Борис неторопливо ехал по узкой дороге.

Справа, на обочине, стоял «Ягуар» с оторванным передним бампером, а в метре от него мотоцикл «Урал» с коляской.

«Какой же движок должен быть у «Урала», чтобы обогнать «Ягуар»?» – подумал Борис, чуть прибавляя скорость.

Затянутый в кожу мотоциклист сидел на заднем сиденье и курил, а рядом с ним стоял мужик и яростно размахивал руками.

Держась за «Пежо» в сорока метрах, Борис внимательно смотрел по сторонам, ожидая еще какой-нибудь каверзы.

«Пежо» сделал правый поворот и, выскочив на магистральную дорогу, резко прибавил скорость, быстро перестроившись во второй ряд.

Резко вильнув задом, перед Борисом пристроился черный «Мицубиси», настойчиво оттесняя «Субару» на обочину.

«Так дело не пойдет! Такими темпами можно и «Пежо» потерять!» – решил Борис, увеличивая скорость и резко беря вправо.

Кроссовер Бориса имел клиренс значительно больше, чем у «Мицубиси», и, прямо по обочине легко обойдя легковушку, начал догонять «Пежо», который ушел уже на сто метров вперед.

Снова выведя автомобиль на дорогу, Борис перестроился во второй ряд и прибавил скорость.

Сзади возмущенно засигналила «Тойота», которой пришлось притормозить.

Проехав километров тридцать, Борис заметил, что весь поток машин начал притормаживать.

На расширившейся разделительной полосе стояла милицейская машина. На капоте ее был установлен радар.

Из машины вышел давнишний толстяк и, подойдя к дороге, начал останавливать машины, властно махая жезлом.

Борис притормозил сразу за «Фордом» и, неторопливо выйдя из машины, шагнул к женщине, которая, размахивая руками, кричала на лейтенанта:

– Ваш сержант забрал у меня права и уехал! Что мне было делать?

– Никаких прав я у вас не брал! Я проверил у вас права и отдал вам в руки! – ответил сержант, ловко сунув права Виктории в карман Бориса.

Остановившись возле Бориса, сержант сделал вид, что рассматривает его права.

– Я документы на «уазик» кинул к тебе в машину! – скороговоркой шепнул сержант, делая испуганное лицо.

– Я тебе гляделки вырву, козел толстый! – рванулась к сержанту Виктория, вытянув вперед тощие руки.

Подставленная нога лейтенанта заставила женщину споткнуться и полететь вперед.

У самой земли Борис подхватил женщину, которая, несмотря на свой худосочный вид, оказалась довольно тяжелой.

«Килограммов восемьдесят у дамы наверняка есть!» – прикинул Борис, ставя женщину на ноги.

– Вы настоящий мужчина! – с придыханием сказала Виктория, томно взглянув на Бориса.

С противоположной стороны дороги, подрезав две машины, на полосу выскочили два черных джипа и с визгом затормозили около милицейского «Форда», в котором уже сидели три милиционера. Взяв его в клещи, джипы одновременно распахнули дверцы, и из них высыпали бойцы в черных масках.

Борис с интересом смотрел, как производится захват автомобиля на московских улицах. Секунда – и стволы автоматов направлены на автомобиль гаишников. Еще секунда, и четыре бойца, подскочив к автомобилю, рванули одновременно за ручки дверей.

Борис ожидал, что двери распахнутся, но не тут-то было. Дверцы остались на своих местах, и только в руках одного нападавшего оказалась оторванная ручка.

Рявкнула сирена гаишной машины, и всполохи мигалки осветили дорогу.

– Внимание! Совершается вооруженное нападение на автомобиль ГИБДД! – рявкнул громоподобный голос.

Автомобили с обеих сторон начали притормаживать. Водители вовсю таращились на происходящее.

Вооруженные люди остановились, развернулись кругом и заскочили в свои джипы.

Пара секунд, и, взревев сиренами, отчего движение на дороге разом встало, джипы рванули на правую сторону дороги и исчезли.

Милицейский «Форд», проехав вперед, остановился.

– Мадам! Вам не кажется, что пора сваливать? – спросил Борис, подталкивая Викторию к своей машине. – Быстро садитесь за руль, и поехали! Я поведу ваш автомобиль! Вы первая выезжайте! – приказал Борис, бросаясь к «Пежо».

В нерешительности Викторию обвинить было нельзя!

«Субару» рванул с места, как будто за ним гналась по меньшей мере пара чертей.

Борис не отставал, отметив, что двигатель «Пежо» довольно приемистый.

Через два километра «Субару» замигал правым поворотником и стал перебираться во второй ряд.

Минута, и «Субару» припарковался около стеклянного сооружения, на котором было написано: «Кафе «Салом».

Борис объехал свой автомобиль и поставил «Пежо» так, что его не было видно с дороги.

– Давайте выпьем кофе и спокойно поговорим! – устало сказала Виктория, первой направляясь в сторону входной двери.

В кафе негромко играла гитара и горел неяркий свет.

– Два кофе! – попросил Борис, присаживаясь за деревянный стол.

– Принесите салат без майонеза и какую-нибудь рыбу! – попросила женщина, закидывая ногу на ногу.

Официант, кивнув головой, быстро ушел, оставив Бориса наедине с женщиной.

– Что тебе надо, мальчик, от меня? – устало спросила женщина, и Борис только сейчас разглядел сетку морщин в уголке глаз и нездоровую кожу на лице.

– Я испытываю к вам самые искренние чувства! Жалко, если такая обаятельная дама сгребет кучу неприятностей из-за совершенно чужой женщины! – с пафосом сказал Борис, открывая бутылку минеральной воды.

– Мальчик! Ла-ла не надо! Ты еще вспомни про гражданский долг, честь женщины и прочие непроходящие ценности! – зло сказала женщина, отбирая у Бориса бутылку с водой.

– Я хотел бы задать вам несколько вопросов по поводу Полины Сергеевны Климовой, старшего менеджера вашей фирмы, – жестко сказал Борис, придвигая к себе принесенный кофе.

– И для того чтобы узнать, куда делась Полинка, затеяна вся эта катавасия с ГИБДД? – презрительно спросила Виктория, начиная есть принесенную рыбу.

– Пока вам надо вернуть права, которые забрал сержант! – напомнил Борис, только сейчас обнаруживший, что у него с самого раннего утра во рту не было ни крошки.

Борис поднял вверх правую руку, подзывая официанта.

– У вас такая аппетитная рыба, что я не мог не соблазниться! – громко сказал Борис, невольно сглатывая слюну.

– Вам принести рыбу? – спросил беззвучно возникший справа официант.

– Двойную порцию! – попросил Борис, отпивая еще глоток воды.

– Почему я должна хранить чужие секреты? Полина мне не родственница и даже не подруга! Мы просто работаем вместе! – мстительно улыбнувшись, сказала Виктория.

Назвать женщину Викой у Бориса язык не поворачивался.

Изобразив на лице исключительное внимание, Борис принялся быстро есть жареную скумбрию, только что принесенную официантом.

– Полина женщина скрытная и ничего никому не рассказывает! Конечно, не надо языком молоть, имея такого папочку, как генерал ГРУ! – сделав эффектную паузу, продолжала Виктория.

В этом Борис был с собеседницей полностью согласен и поэтому просто пару раз кивнул головой. Говорить с полным ртом было довольно опасно, да и не стоило перекрывать фонтан красноречия, бивший из Виктории.

– Полина последнее время начала хвостом крутить с племянником генерального директора – молодым парнишечкой, только год назад окончившим институт! Вся контора об этом говорит! Они остаются на работе и запираются в кабинете! Это аморально и безнравственно! – громко сказала раскрасневшаяся Виктория, бросая на Бориса красноречивый взгляд, который ясно показывал, что дама, сидящая напротив, сама не прочь заняться аморалкой со старшим лейтенантом!

– Я с вами полностью согласен! Вы абсолютно другой человек! – громко сказал Борис, прикидывая, как долго будет длиться преамбула к основному разговору.

– Гриня – так зовут этого доморощенного донжуана, сучит ножками и упирается ручками ради своей избранницы, но против генерала ГРУ не попрешь! Хотя Сергей Степанович – наш генеральный директор – в контрразведке тоже не последний человек, но генерал-майор ГРУ намного тяжелее! – завистливо сказала собеседница, нарочито испуганно посмотрела по сторонам и прикрыла рот ладошкой, показывая, что жалеет о сказанном.

Борис вынул из кармана эфэсбэшное удостоверение прикрытия и, не раскрывая, показал Виктории.

– Ну, слава богу! Наконец-то у Полинки начались настоящие неприятности! – радостно сказала Виктория, забирая из рук Бориса удостоверение.

Раскрыв удостоверение, она коротко взглянула на него и тут же отдала обратно.

– Меня зовут Вика!

– Очень приятно! Но мне хочется услышать продолжение этой истории! – попросил Борис, отпивая глоток кофе.

– Эта стерва выписала себе командировку и укатила на озеро Селигер вместе с сыном и Гриней на неделю! – завистливо сказала Виктория.

«Ура! Задание выполнено! Можно докладывать генералу!» – радостно закричал про себя Борис.

– Как мне найти Полину? – спросил Борис, вынимая завибрировавший мобильный телефон. На экране высветился номер Викинга.

– Я приехал в Москву! Сейчас схожу с трапа самолета в Чкаловске, – сказал голос напарника.

– Жди на выходе! Скоро буду! – приказал Борис, выключая телефон.

– Только с моей помощью вы найдете Полину! – жестко сказала Виктория, одним глотком допивая остывший кофе.

– Сейчас встретим моего друга, который только что прилетел, и поедем на Селигер за Полиной! – быстро сказал Борис, поднимая правую руку вверх.

Официант моментально возник возле столика.

Рассчитавшись, Борис вытащил из кармана удостоверение прикрытия и приказал:

– Я оставляю около кафе автомобиль! Вы, вернее, ваше кафе, отвечаете за его сохранность!

– У нас нет возможности охранять ваш автомобиль! – попробовал возразить официант.

Рядом со столиком моментально нарисовался громила охранник и бармен.

– Это не автомобиль, а вещественное доказательство! Вам же не нужны неприятности с нашей конторой? – спросил Борис, постукивая удостоверением по столу.

Все время, пока Борис вел переговоры с обслуживающим персоналом кафе, Виктория хранила молчание.

– Перегоните машину под окна кухни! – предложил бармен, вытирая салфеткой потный лоб.

– Возьмите ключи и сами перегоните! Только ничего не трогайте внутри! Оденьте перчатки, чтобы не оставить лишних отпечатков пальцев! – приказал Борис, кидая ключи от «Пежо» бармену.

Едва бармен с сопровождающими лицами пошли на выход, Виктория спросила:

– Почему вы так уверены, что я покажу вам убежище Полины?

– На это существует три причины: вы так «любите» Полину, что с удовольствием сделаете ей любую пакость – первая причина, – начал рассказывать Борис, пропуская Викторию впереди себя.

– Допустим, вы правы, хотя я ничего плохого про Полину не говорила! – попробовала возразить Виктория, усаживаясь рядом с Борисом в «Субару».

– Я только рассказал о первой причине, и вы уже заинтересовались. Услышав про вторую и третью, вы наверняка согласитесь, – весело сказал Борис, трогая с места.

– Чувствую, что сегодня мне спать не придется. Тогда вношу первое дельное предложение. Звоните своему другу, и пусть он хватает такси и едет на Ленинградку. Пока вы доедете туда, пройдет не меньше полутора часов, а за это время ваш друг как раз доберется до Белорусского вокзала, – предложила Виктория, вынимая из сумочки пачку сигарет.

Глава 5

– Вторая причина, по которой вы будете мне помогать, заключается в вашем желании поскорее получить свои водительские права, которые у вас забрал сержант. Без моей помощи вы очень долго будете их искать, а уж получить назад – совсем неразрешимая проблема! – насмешливо сказал Борис, подъезжая к ярко освещенному киоску, возле которого стоял Викинг в морской форме с погонами капитан-лейтенанта.

«Форму надо немедленно поменять на гражданскую одежду!» – решил Борис, останавливаясь рядом с комком.

– С прибытием, дружище! – поздоровался Борис, высовывая из открытого окна правую руку.

– Ты, как всегда, появляешься вовремя! – ответил Викинг, открывая заднюю дверцу автомобиля.

– Долго ждал? – спросил Борис, трогая с места.

– Одиннадцать минут, – односложно ответил Викинг, откидывая голову назад.

– Ехать нам часов пять, поэтому еще выспишься! – успокоил Борис, прибавляя скорость.

Через двадцать минут езды справа показался стеклянный двухэтажный магазин.

Остановившись, Борис предложил:

– Сходи купи себе и мне гражданскую одежду!

– Слушаюсь, мой господин! – с иронией сказал Викинг, легко выскакивая из автомобиля.

– Но вы не рассказали о третьей причине, почему я должна помогать вам? – спросила Виктория, глядя вправо от Бориса.

– Вы самое главное знайте, что такая причина есть, и довольно весомая, – отмахнулся Борис и, повернувшись лицом к женщине, попросил: – Расскажите мне о доме отдыха, в который мы едем?

– Особенно рассказывать нечего. Я была там всего один раз. Наш генеральный купил прогоревший санаторий на острове Хачин, до которого пятнадцать километров надо плыть водой.

– Идти, моряки не говорят плыть – это дурной вкус! – заметил Викинг с заднего сиденья.

– Ты прямо реактивный! – оценил Борис скорость покупок Викинга.

– Пусть дама расскажет о месте, куда мы направляемся, – попросил Викинг, непонятно каким образом оказавшийся в автомобиле с покупками.

– Нам ехать больше трехсот километров до озера Селигер.

– Пожалуйста, сначала историческую справку! – попросил Викинг, не торопясь, снимая с себя форму.

– Первые упоминания об этом уникальном реликтовом озере встречаются в русских летописях тринадцатого и четырнадцатого веков. Тогда озеро называли Серегер. Это сейчас озеро используется для отдыха и рыбной ловли, а в старые времена оно являлось весьма важным транспортным коридором Новгородской земли.

Свое название озеро получило от древних финнов, которые прежде здесь жили. С древнефинского название переводится как «озеро на волоке» или «прозрачное озеро», – нараспев рассказывала Виктория.

– И какова же прозрачность воды? – задал вопрос с заднего сиденья Викинг.

– Экскурсовод говорила, что под водой видно на пять метров! – только успела сказать Виктория, как Борис и Викинг дружно рассмеялись.

– Чему вы смеетесь? – недоуменно спросила Виктория, поворачиваясь назад.

– Обычно в морях видно на десять-пятнадцать метров, а в Саргассовом море видимость достигает шестидесяти метров! – смеясь, сказал Викинг.

– Не может такого быть! – не поверила Виктория.

– Самая чистая вода у нас, в России, на озере Байкал. Там прозрачность достигает семидесяти метров! – продолжая смеяться, выдал Борис.

– Откуда вы, ребята, это знаете? – удивилась Виктория.

– Мы вместе с Борисом занимаемся дайвингом. Даже в заливе Петра Великого прозрачность воды достигает пятнадцати метров! – просветил Викинг.

– Тогда я, ребята, дальше буду рассказывать про Селигер! – предложила Виктория, закуривая сигарету.

Борис моментально открыл со своей стороны окно, а Викинг передвинулся в левую сторону.

– Странные вы ребята: спиртное не пьете, не курите, может, и женщин не любите? – ехидно спросила Виктория, выкидывая за окно окурок сигареты.

– Женщин мы не только любим, но и уважаем! Только вы обещали нам рассказать про Селигер, а вместо этого нас подначиваете! – с нажимом на последних словах сказал Викинг.

Обиженно хмыкнув, Виктория продолжила свой рассказ:

– Озеро Селигер очень большое! Его площадь больше двухсот пятидесяти квадратных километров! Да и островов на Селигере почти двести! Но самый крупный Хачин, на котором и расположена наша база отдыха!

– Еще сто километров, и мы приедем в Осташков! – сказал Борис, ловко обгоняя огромную фуру.

– Самое интересное, что на острове существуют свои внутренние озера! – возвестил Викинг с заднего сиденья.

– Озер на острове тринадцать, и все они расположены цепочкой с севера на юг! Одни озера соединяются друг с другом, а другие с самим озером Селигер! – не осталась в долгу Виктория.

– Хватит экскурсов в историю! Давайте послушаем музыку! – предложил Борис, кидая взгляд назад.

Викинг, пару минут назад задававший вопросы, привалившись к левой дверце, спал.

Глава 6

В дом отдыха они прибыли в одиннадцать часов вечера.

Виктория куда-то убежала и буквально через пять минут принесла два ключа.

– Наши номера рядом! Если захотите прийти в гости – милости просим! – сказала она в лоб, вручая Борису ключ от английского замка со здоровенной деревянной грушей, на которой была выжжена цифра двадцать один.

– Это все замечательно, но в каком номере живет Полина? – спросил Борис, которого начала раздражать прилипчивая Виктория, явно отдававшая предпочтение Викингу.

Ни как женщина, ни как человек Виктория Бориса не привлекала, но было немного обидно, тем более что он первым познакомился с ней.

– Полина со своим другом находится в двадцать пятом номере! – чуть обиженно сказала Виктория, видя, что Викинг совершенно не обращает на нее внимания.

– Я сильно устал после перелета и хочу спать! – заявил Викинг, решительно направляясь по коридору.

Проходя мимо двадцать пятого номера, Викинг резко остановился.

Дверь номера широко распахнулась, и из нее, весь в слезах, выскочил маленький мальчик.

Борис, широко расставив руки, поймал мальчишку, кинув сумку с вещами на пол.

– Чем больше плачешь – тем меньше писаешь! – вынес вердикт Борис, прижимая мальчишку к себе.

– Откуда ты знаешь? – спросил мальчишка, разом перестав плакать.

– Я немного волшебник и привык помогать маленьким детям! – гордо сказал Борис, внимательно смотря на мальчишку.

«Вроде похож пацан на объект поиска! Рост тот же, возраст и правая рука краской измазана!» – с ходу прокачал ситуацию Борис.

– Волшебников на самом деле не бывает! Они только в мультиках и сказках бывают! – авторитетно заявил мальчишка.

– Привет, Вика! Как ты здесь оказалась? – спросила выглянувшая из двери миловидная женщина в одних белых трусиках.

Окинув Бориса и Викинга внимательным взглядом, женщина облизала полные губы остреньким язычком и сделала шаг назад.

Особого смущения на лице молодой женщины Борис не заметил.

«Рога у твоего мужа не только большие, но и ветвистые!» – оценил поведение женщины Борис.

– Пойдем к нам в гости, я тебе что-то интересное покажу! – пообещал Викинг, беря мальчишку за правую руку.

– Вы, дяденька, не педофил? – сразу взял быка за рога мальчишка.

– Обижаешь, парень! Я морской офицер, который питается только маленькими акуленками, а мальчишек не ест! – ответил Викинг, протягивая мальчишке офицерское удостоверение.

– Что такое капитан-лейтенант? – спросил мальчишка, мельком взглянув внутрь.

«Вот это внимательность! С одного взгляда вычленил странность!» – восхитился Борис, смотря, как Викинг, обняв мальчишку за плечи, ведет его к своему номеру.

Неторопливо направляясь вслед за Викингом, Борис услышал сзади торопливый шепоток:

– Давай раскручивай мужичков на выпивку! Мой нажрался как свинья и храпит! Даже ребенка разбудил! Я через двадцать минут приду! – быстро сказала Полина.

«Если мы хотим разговорить ребенка насчет диска, то у нас только двадцать минут времени!» – понял Борис, ускоряя шаг.

Викинг с мальчишкой уже сидели на кровати в номере и рассматривали маленький ноутбук, вытащенный из сумки капитан-лейтенанта.

– А почему у тебя рука краской испачкана? – спросил Борис, с ходу ввязываясь в разговор.

– На занятиях по рисованию дали какую-то несмывающуюся краску! – отмахнулся Димка, водя пальцем по квадратику курсора, следя, как стрелка ползет вниз по названиям программ на английском языке.

– Ты по-английски читаешь, парень? – удивился Борис, внимательно смотря на мальчишку.

– Да что там за язык! Одни названия программ! – быстро сказал Димка, два раза стукнув пальцем по площадке курсора.

Экран заполнили строчки английского текста.

– Ты слышал про «Пигмалион-шесть»? – небрежно спросил Борис, внутренне замирая, как перед прыжком в воду.

– Программа дрянь! Я ее на акулий зуб поменял! – не поднимая головы от экрана, быстро сказал мальчишка.

– Дай посмотреть зуб! – неожиданно встрял в разговор Викинг.

Мальчишка сунул руку в карман, вытащил зуб на длинной цепочке и подал Викингу.

– Это не акула-людоед! Обычная белая акула! – вынес заключение Викинг, внимательно рассматривая зуб.

– Вовка сказал, что отец привез зуб с Красного моря! – плаксиво сказал Димка.

– У Вовки фамилия есть? – небрежно спросил Борис, забирая у Викинга зуб.

– Краснощекин Вовка! – заплакал Димка.

– Держи настоящие зубы акулы-людоеда и перестань плакать! – весело сказал Викинг, вкладывая в маленькую ручку два треугольных зуба.

– Откуда они у вас? – последовал моментальный вопрос сразу переставшего плакать Димки.

– В Индийском океане водятся огромные акулы-людоеды, которые охотятся за мирными купальщиками, – начал рассказывать Викинг, но Борис не слушал, выскакивая в туалет.

– Товарищ генерал! Диск находится у Краснощекова Владимира, который занимается в одной изостудии с вашим внуком! – на одном дыхании доложил Борис.

– Твой напарник прибыл? – спросил генерал.

– Так точно. Он уже принял участие в операции! – ответил Борис.

– Где вы находитесь? – неожиданно спросил генерал.

– На острове Хачин, который… – начал подробно рассказывать Борис, но генерал оборвал:

– Не надо объяснять! Я знаю, где находится остров! Ждите на месте, я позвоню!

Глава 7

Едва вертолет оторвался от земли, как генерал начал инструктировать:

– Краснощекин Валентин Владимирович – радист сухогруза «Андрей Миронов», порт приписки Новороссийск, водоизмещение сто двадцать тысяч тонн. Груз – ткацкое оборудование для строящейся фабрики. Корабль три часа назад захватили сомалийские пираты.

Радист только успел вступить на палубу своего корабля, как связь прервалась. Информацию передал старпом. Катер, на котором пришел радист, тоже захвачен. Ваша задача – найти этого радиста и забрать у него диск! Даже если для этого вам придется взорвать сухогруз и перестрелять всех пиратов Сомали, претензий к вам никто иметь не будет. Вам дается полный карт-бланш!

– Разрешите вопрос, товарищ генерал? – спросил Борис, приподнимаясь со своего кресла.

– Все вопросы по документам, финансированию и материальному обеспечению – к моему помощнику полковнику Иванову! – отрезал генерал, отворачиваясь к окну.

Плотный невысокий мужчина подошел к креслам, где сидели Борис с Викингом, и махнул рукой, приглашая следовать за собой.

Вертолет в это время резко пошел вниз.

Приземлившись на автостоянке, вертолет выключил двигатель и замер, качнувшись на колесах.

Генерал неторопливо встал и прошествовал к выходу.

Борис в иллюминатор увидел, как генерал открыл дверцу черного джипа с владимирскими номерами.

– Минут через двадцать взлетим. Тридцать минут лета – вы пересядете на транспортный борт, который доставит вас в аэропорт Эмбакаси, а вот дальше вас должны доставить в Сомали местные аборигены из национальной службы разведки и безопасности.

– Эмбакаси в Найроби? Там есть рабочий поселок с таким же названием? – спросил Викинг, демонстрируя неплохие познания в географии.

– Вы летите в Кению, так как прямого сообщения с Сомали у нас нет.

– Кто нас будет встречать в Найроби? – спросил Борис, которому очень не нравилось, как развивается операция.

– С вами полетит Фил Ресмбарейр, сотрудник оперативного управления, который сопровождает груз.

– Можно узнать, что за груз полетит с нами? – спросил Борис.

– Задаешь много лишних вопросов, старший лейтенант! – попробовал оборвать Бориса полковник.

– Если нас возьмут в Кении с наркотиками, то остаток дней мы рискуем провести в тюрьме! И это в лучшем случае! В худшем нас просто расстреляют! – выдвинул предположение Борис.

– Никому в голову не придет возить наркотики из России в Африку! – парировал полковник.

Вот это Борису сразу не понравилось.

Викинг, в знак того, что понял, прикрыл глаза.

Мотор вертолета чихнул и ровно заработал, что лопасти начали вращаться.

– Документы, деньги вам передаст в самолете Фил! – громко крикнул полковник и откинулся на спинку кресла, показывая, что разговор закончен.

Вертолет сильнее задрожал и круто пошел вверх.

Двадцать минут полета – и внизу показался военный аэродром.

Ровные ряды «МиГов» стояли с обеих сторон взлетно-посадочной полосы, дальше Борис углядел с десяток транспортных самолетов, а вот две «Черные акулы» на краю аэропорта говорили о сложных и разнообразных задачах, стоящих перед данным авиационным соединением.

Сделав правый поворот, вертушка резко пошла на снижение. Едва вертолет приземлился, как полковник первым встал и пошел на выход. Подхватив свои сумки, Борис и Викинг поспешили следом.

Едва они отошли от вертолета на двадцать метров, как моторы вертушки взревели.

Борис внимательно смотрел на «Ан-12», в который дюжие ребята в военной форме грузили аккуратные брезентовые тюки. Для крепости они были крест-накрест перетянуты металлической лентой.

Полковник, вытащив мобильный телефон, что-то коротко спросил. Услышав ответ, скорчил недовольную физиономию и направился к металлическому трапу, спущенному на землю.

Борису с Викингом ничего не оставалось делать, как подниматься в самолет следом.

– Пока будем ждать Фила, я немного расскажу про обстановку в Кении! – предложил полковник, усаживаясь на боковое сиденье.

Приняв молчание своих слушателей за согласие, полковник начал рассказывать:

– Система спецслужб Кении довольно разветвленная.

Самая мощная организация – Министерство по делам провинциальной администрации и национальной безопасности. Немного меньше – другая контора – национальная служба разведки и безопасности. Есть еще и отдел общих служб. Наш Фил – сотрудник НСРБ.

Английское присутствие и владычество, несмотря на то что Кения свободное государство, осталось до сих пор.

Например, Брюс Маккензи в середине семидесятых годов прошлого столетия был единственным белым в правительстве Кении.

Брюс Маккензи – бывший офицер британских ВВС – обосновался в Кении в качестве фермера. На самом деле Брюс являлся резидентом МИ-6. По нашим данным, Маккензи может вполне претендовать на роль второго Лоуренса Аравийского.

Когда в семьдесят шестом году палестинские террористы захватили аэробус «Эр Франс» с пассажирами на борту, именно Маккензи договорился с кенийцами о предоставлении израильскому спецназу базы для подготовки к операции по освобождению заложников.

За пять лет до этой операции к власти в Уганде пришел Иди Амин – самый жестокий диктатор Африки.

Именно Маккензи сумел убедить английское правительство поддержать Амина и продавать ему оружие.

По иронии судьбы именно по приказу Амина Маккензи был убит! – поднял вверх указательный палец полковник.

– Хотите, я расскажу, как это произошло? – спросил неожиданно подошедший худощавый негр в золотых очках. На нем была военная форма, но без знаков различия.

– Сразу после успешного рейда израильтян в Энтеббе Маккензи в составе торгового представительства прилетел в Уганду с целью сгладить пилюлю, подложенную Моссадом.

К несчастью для Маккензи, Амин знал о роли последнего в освобождении заложников.

В конце встречи диктатор подарил британцу голову антилопы, как водится у африканских правителей. Когда самолет Маккензи приземлился в Найроби, голова взорвалась.

Маккензи погиб, но самое интересное, что взрывное устройство было изготовлено офицером ЦРУ Френком Терпилом.

Сначала Френк сбежал из ЦРУ на Кубу, а потом перебрался в Африку, продавая свои знания и умения по взрывотехнике многим африканским правителям, в том числе и Амину! – по-русски рассказывал негр, полностью овладев вниманием Бориса и Викинга.

– В прошлом веке спецслужбы Старого и Нового Света чувствовали себя в Кении и Сомали, как у себя дома.

Основная причина – действие «Аль-Каиды». В тысяча девятьсот девяносто восьмом году боевики этой знаменитой организации совершили террористический акт против посольства Соединенных Штатов Америки в Найроби! Вы, конечно, помните этот знаменитый теракт?

Штаты не остались равнодушными к наглому взрыву и объявили тотальную войну по всему миру против боевиков Бен Ладена.

Американцы, французы, немцы, англичане, израильтяне и даже австралийцы, не говоря о разведке Кении и ЮАР, превратили Кению в международную базу не только для борьбы с мировым терроризмом, но и по отслеживанию ситуации в Сомали, где работать много сложнее.

– Вы лучше расскажите о ситуации в Сомали. Мы же туда направляемся, – попросил Викинг.

Борис тем временем заметил, что погрузка закончилась, а полковник тихо испарился, пока Фил вешал лапшу на уши пассажирам самолета.

– Без проблем, парни! – легко согласился негр, вынимая из сумки три комплекта лингафонов.

Самолет тем временем включил двигатели и начал их прогревать.

Погоняв двигатели минут пять, самолет тронулся с места. Короткая остановка, и летательный аппарат начал разбег.

Борис заметил, что ни справа, ни слева не было видно ни одного стоящего самолета.

«Какой же длины должна быть взлетно-посадочная полоса? Какой-то странный аэродром!» – задал себе вопрос Борис, на всякий случай прилаживая лингафон и наушники. Шум от моторов сразу стал меньше.

– Официальное название страны – Сомалийская Демократическая Республика. Обычно государство называют сокращенно Сомали. Еще у страны есть старое название: Африканский Рог. Официально существует только Сомалийская Демократическая Республика. На самом деле страна разделена на несколько непризнанных государств.

– Что за государства и с чем их едят? – спросил до сих пор молчавший Викинг.

– Официальная Сомали контролирует только южную половину страны, где ведутся постоянные бои с радикальной группировкой «Союз исламских судов». На северо-востоке, на острие Африканского Рога, организовалось государство Путленд, на северо-западе имеется никем не признанное государство Сомалиленд.

В Сомалиленде живет примерно половина населения, в Путленде одна четверть, остальные – на юге возле столицы Могадишо, – в телеграфном духе рассказывал негр.

– Кто сейчас рулит государствами? – спросил дотошный Викинг.

– С две тысячи четвертого года в Могадишо сидит официально избранный парламентом президент Абдуллахи Юсуф Ахмед вместе с премьер-министром Нур Хасан Хусейном, – махнул рукой негр, вытирая большим клетчатым платком потное лицо.

Борис с Викингом понимающе переглянулись. Негр явно сильно нервничал.

– Я знаю, что в Сомали вот уже второе десятилетие идет гражданская война. Кто против кого воюет? – внимательно смотря на Фила, спросил Викинг, кивая на нагрудный карман.

Борис сразу понял и, наклонившись, подсоединил зажим портативного диктофона к кабелю лингафона.

Теперь все разговоры записывались на диктофон, позволяя впоследствии еще раз прослушать полученную информацию.

– Сейчас в стране идет широкомасштабная гражданская война, в которой принимают участие как местные исламисты, так и войска Эфиопии и даже американцы. Кенийские войска иногда присутствуют на территории Сомали, так же как войска Уганды и Эфиопии, но участия в боевых действиях не принимают, – уклончиво ответил Фил, снова вытирая лицо платком.

«Лететь до Найроби долго, дорогой коллега, а вопросов у нас к тебе много!» – про себя подумал Борис, внимательно прислушиваясь к ответам Фила.

– Как вы считаете, из-за чего начался весь этот бардак у вас в стране? – спросил Борис, решив тоже принять участие в разговоре.

– Я хочу процитировать одного из идеологов терроризма, Абу Азам аль-Ансари, который назвал Африку «неразработанной золотой жилой» для «Аль Каиды». Крайняя бедность, стихийные катаклизмы и конфликты, межрасовая и клановая неприязнь позволяют пересекать любые межгосударственные границы. И если в регионе требуется оружие, то его обязательно привезут! И в Сомали везут оружие из США, Китая, Израиля и, конечно, России, прошу прощения за выпад в вашу сторону! Но все знают, что советское стрелковое оружие самое лучшее! У меня у самого есть старый автомат Калашникова, который со мной вот уже двадцать лет! – восторженно сказал Фил.

– Не отвлекайся от прежней темы! – попросил Викинг.

– Для работы террористам нужны определенные условия, которыми обладают такие страны как Египет, Судан, Эритрея, Марокко, Ливия, Чад и, конечно, Сомали.

В таких странах легко найти и пособников, и места укрытия террористам за небольшие деньги! Работы у местного населения практически нет, так как в Сомали нет промышленности, а сельское хозяйство разорено бесконечными войнами, – снова ушел от конкретного ответа Фил.

– Больше точности в ответах на вопросы, коллега! – еще раз напомнил Борис.

– Есть такой пролив Баб-эль-Мандеб, что в переводе с арабского означает «врата слез», который соединяет Красное море с Индийским океаном. В этом очень удобном со стратегической точки зрения месте находится крошечное государство Джибути. Оно граничит и с мусульманскими странами Сомали и Эритреей, и с христианской Эфиопией. Ежедневно через пролив Баб-эль-Мандеб провозят почти три с половиной миллиона баррелей нефти, и почти двадцать тысяч судов в год проходят здесь! Пропустить такое количество судов местные жители просто не могут! Хочешь или не хочешь – станешь пиратом! Другой-то работы нет!

Последние пять лет именно Джибути является основным объектом борьбы с международным терроризмом. Сейчас на бывшей французской военной базе, размещенной рядом с аэропортом, находятся больше двух тысяч морских пехотинцев, которые занимаются антитеррористической деятельностью.

– Вы хотите сказать, что нам придется в ходе операции столкнуться с другими специальными группами? – спросил Викинг и тут же добавил: – Ну ты, Студент, меня и втравил!

– Мы все попали в такую задницу, что и говорить не хочется! – устало сказал негр, вынимая из сумки папку.

– Теперь я понимаю, во что вляпался! – протянул Борис.

– Держитесь дядюшки Фила, и все будет, как у бога за пазухой! – попробовал успокоить Фил, протягивая две потертые пластиковые карточки.

– Канадские картоны! – с ходу определил Викинг, забирая обе карточки себе.

– Отношение у нас в стране к белым сейчас негативное, а канадцы еще не успели здесь насвинячить! – успокоил Фил, вынимая пачку сигарет.

– Каков твой интерес в этой операции? – спросил Борис, решив напрямую попробовать узнать у черного друга его непосредственную задачу.

– Вы выполняете свое задание, а я свое.

«С нашим заданием все ясно, а вот что с твоим?» – сам себя спросил Борис.

– Что ты знаешь о нашем задании? – быстро спросил Викинг, придвигаясь к негру.

– Вам надо спасти трех русских из команды от пиратов! – быстро ответил негр.

– Просвети нас насчет своего задания, – попросил Борис, внимательно смотря на негра, который снова начал потеть, несмотря на прохладу внутри самолета.

– Вы своих спасаете, а я своих должен вывести, – выдал после минутного молчания Фил.

– Надо сначала найти, где пираты держат корабль, – предложил Викинг, вынимая из сумки бутылку дагестанского коньяка «Лезгинка».

– Пираты держат судно в маленькой бухте около старых судоремонтных мастерских. Сейчас там вовсю клепают новые катера и ремонтируют старые.

На месте бывшей рыбацкой деревушки вырос довольно приличный поселок городского типа Ассум, где есть даже электрический свет и посадочная полоса, на которую садятся легкие самолеты типа «Цесны» или вашего «Ан-2»! – взяв из рук Викинга пластмассовый стаканчик со коньяком, выдал Фил.

– Я про такой поселок не слыхал, хотя карту побережья внимательно изучил, – задумчиво сказал Викинг, вертя в руках свою тару с коньяком.

– А почему старшему лейтенанту не наливаешь? – спросил Фил, одним махом опрокинув в себя емкость с коньяком.

– Студент молодой еще. Нечего на него драгоценную жидкость переводить! – отрезал Викинг, отпивая половину своей порции.

Распив половину бутылки, Фил с Викингом стали вспоминать свою молодость, и только тут, постоянно подливая негру, Борис узнал, что тому уже сорок пять лет.

– Я имею звание капитана первого ранга, командую отрядом морских диверсантов, а мне говорят, что я должен подчиняться каким-то сухопутным крысам! Какому-то старшему лейтенанту, который не то что под воду, но и в море-то не ходил! – ткнул пальцем в Бориса Фил.

– Сколько человек вы возьмете с собой на задание? – спросил Борис, с трудом ставя свою челюсть обратно на место.

«Это же надо встретиться с боевым пловцом Кении! И не просто боевым пловцом, но и командиром группы!» – промелькнула быстрая мысль в голове у Бориса.

– Кто тебя учил ходить под водой? – спросил Викинг, глазами показывая Борису на бутылку.

На правах собутыльника Викинг начал говорить Филу «ты».

Быстро разлив остатки коньяка по стаканчикам, Борис только сейчас заметил, что самолет пошел на посадку.

– Я учился в Союзе в группе морских диверсантов! Знаешь, какие у нас парни были? Звери – не люди! Нас специально тренировали в теплой воде! – рассказывал Фил, размахивая руками.

Самолет, тем временем совершив посадку, долго бежал по полосе и наконец, свернув вправо, остановился.

Открылась дверь в пилотскую кабину, и из нее вышел коренастый майор в летной форме, с кожаной папкой под мышкой.

Покосившись на теплую компанию, майор открыл дверь и только собрался выходить, как Борис, вскочив, бросился к нему.

Викинг с Филом, не обращая внимания на вскочившего Бориса, продолжали о чем-то живо говорить. Причем говорил в основном Фил, а Викинг поддакивал и подливал своему собеседнику из второй бутылки коньяка, которая появилась на импровизированном столе.

– Майор! Вас не затруднит взять еще пару пузырей с закуской? – попросил Борис, протягивая пилоту две тысячерублевые купюры левой рукой, а правой доставая удостоверение прикрытия.

Пилот, мгновенно оценив ситуацию, скользнул по Борису цепким взглядом и согласно кивнул головой.

– Можно три пузыря, если денег хватит! – негромко вдогонку сказал Борис.

Вернувшись к собеседникам, Борис налил себе на донышко стаканчика коньяка и стал внимательно слушать:

– Нас привезли на побережье Каспийского моря и два года учили плавать под водой! – рассказывал их неожиданный попутчик.

Борис с Викингом снова переглянулись, но ничего говорить не стали. Рядом с ними сидел еще один выпускник специальной школы водолазов-разведчиков.

– Чему могут научить какие-то иранцы? – презрительно спросил Викинг, снова подливая коньяк собеседнику.

– Какие иранцы? Школа находилась недалеко от острова Песчаный[1]!

Сначала нас учили плавать в бассейне, потом на Солянке и только затем пускали под воду в море! – гордо сказал новоявленный силз[2], лихо опрокидывая стаканчик с коньяком.

К самолету тем временем подъехал пузатый заправщик, и молодой парень в камуфляжной форме, заглянув в открытый проем, удивленно спросил:

– Що це таке?

Викинг не растерялся и, налив стаканчик, махнул рукой парню, приглашающе протянул тару вперед.

Новый персонаж с погонами сержанта не заставил себя упрашивать.

Быстро заскочив внутрь, хлопнул стаканчик и, сказав: «Добре горилка!» – испарился.

Самолет качнулся, насос заправщика заработал.

– Похоже, мы на Украине сели! – только успел сказать Викинг, как в дверях показался майор с пакетом, в котором призывно позвякивала стеклянная тара.

– Через тридцать минут взлетаем! – сказал майор, отдавая пакет.

Из пилотской кабины вышел маленький капитан и пошел к открытому проему.

– Отдай негру, пусть попробует нашей горилки и сала! – сказал возникший в проеме сержант, протягивая еще один пластиковый пакет.

– Хорошо ребята устроились! – завистливо сказал капитан, отдавая пакет вставшему со своего места Викингу.

Буратино! Потри длинный носик,

Не кричи и не вой на судьбу.

Буратино Мальвину не бросил,

В детство прыгнуть опять я хочу.

Буратино! Седлай Артемона

И покрепче узду не забудь.

А Пьеро, пусть он рядом несется

И глядит на Мальвину свою, —

неожиданно сказал Борис и глазами приказал капитану ретироваться в сторону пилотской кабины.

– Стишки у тебя какие-то непонятные. Одно слово – молодежь! – бросил на ходу капитан, направляясь в пилотскую кабину.

– Уметь надо, товарищ капитан! – отозвался Борис, заглядывая в пакет.

Там обнаружился приличный шмат розового сала с чесноком, полуторалитровая стекляная бутыль с жидкостью бордово-красного цвета, кулек с помидорами и половина буханки черного хлеба.

– Как приятно пахнет! – потянул носом еще один высокий худой капитан, закрывая дверь.

– Присоединяйтесь, товарищ капитан! – радушно сказал Фил, вынимая из кармана бутылку водки «Столичная».

– Нет, ты посмотри, что делается! Где такую редкость достал, Фил? – спросил возникший справа майор.

На взгляд Бориса, водка была как водка и особых восторгов не могла вызвать.

Майор, правильно определив реакцию Бориса и Викинга, уселся рядом с Филом, которого, похоже, знали все, и, взяв в руки бутылку, любовно ее погладил и принялся рассказывать:

– До перестройки, устроенной нам господином Меченым, в таких бутылках и с такой наклейкой продавали водку, которую граждане Союза Советских Социалистических Республик получали по талонам в магазинах. Тогда не было понятий поддельная водка, и вся винно-водочная продукция изготавливалась на государственных заводах. Ею просто невозможно было отравиться! – поднял руку вверх майор.

Викинг сноровисто расставил стаканчики на кожаном чемодане, заменяющем стол, и майор, царственно махнув рукой, отпустил капитана, который, тяжело вздохнув, скрылся в пилотской кабине.

– Времена были замечательные! Служба катилась как по маслу! Никаких тебе государственных границ на территории Союза! Лети куда хочешь и через три года получи квартиру! – с ностальгической ноткой воскликнул майор, ловко откручивая пробку с водочной бутылки.

Заработали моторы самолета, и говорить стало нельзя.

Викинг залихватски хлопнул стаканчик водки.

Борис последовал примеру, но особого удовольствия не ощутил. Водка, как обычно, обожгла горло и упала в желудок.

Борис закусил кусочком тонко нарезанного сала с черным хлебом и зажмурил глаза от удовольствия.

– Вы как хотите, мужики, а я забираю оставшийся кусок себе! Мои бойцы должны хоть раз в жизни попробовать настоящего украинского сала! – громко сказал Фил, складывая сало в пакет.

Взамен Фил положил на чемодан пятикилограммовую жестяную коробку с датской ветчиной.

– Ну, будем, мужики! – поднял второй стаканчик майор.

Викинг тем временем, открыв банку с ветчиной, выложил из нее кусок консервированной свинины килограмма на полтора, быстро нарезал толстыми кусками и разложил на пластиковом пакете.

Самолет выехал на взлетную полосу и начал разбег.

– Помнишь, Виктор, как в прошлый раз нас обстреляли? – неожиданно спросил Фил, показывая, что он хорошо знает майора.

– Ничего особенного. На войне как на войне! – махнул рукой майор.

– Мы тогда с тобой тоже вмазали, и ты пошел низко-низко над саванной, – напомнил Фил.

– Так сложнее сбить самолет, и с радаров менее заметно! – отмахнулся майор, выпивая еще один стаканчик.

– Ты летун – тебе виднее! – не остался в долгу негр.

Из пилотской кабины выглянул еще один летчик в коричневой кожаной куртке и махнул рукой.

– Без меня не обойдутся! – Сняв лингафон, майор кинул его Борису и, косолапя, направился в пилотскую кабину.

– Давайте, мужики, немного поспим! Нам еще лететь долго, а я за последние два дня спал всего три часа! – неожиданно предложил Викинг, откидываясь на спинку скамейки.

– Предложение принимается! – быстро согласился Фил и моментально захрапел.

– Как же ты будешь спать на задании? – пожалел Борис негра, принимаясь за приборку.

Глава 8

Проснувшись во время очередной стоянки, Борис заметил теплую компанию, сидевшую за импровизированным столом.

Викинг и Фил с красными лицами что-то яростно доказывали друг другу, в то время как майор грустно сидел, уставившись в одну точку на переборке.

Поправив лингафон, Борис надел сползшие наушники и, налив себе минеральной воды, прислушался к разговору, вернее, монологу Фила:

– Советская подготовка боевых пловцов самая лучшая! Я приехал в отряд боевых пловцов, совершенно не умея плавать! И так было практически со всем спецконтингентом! Меня месяц в бассейне натаскивали держаться на воде, затем еще полгода плавать с ластами и только потом начали учить работать с аквалангами.

– Что за спецконтингент, который учили плавать на советской военной базе? – спросил Борис, отхлебывая глоток минеральной воды.

– Ребята были из Конго, Бангладеш, Индии и еще каких-то стран с черным населением. По-моему, были даже бойцы из Судана и Эфиопии, хотя зачем им силз, ума не приложу? – отозвался негр, не учуявший скрытой иронии.

– Наверное, раков ловить на своих внутренних озерах! – с ходу выдал Борис, начавший играть роль этакого простофили, который задает глупые вопросы.

– С раками был очень интересный случай на Кара-Ада, недалеко от Бекдаша, – начал рассказывать негр.

– История началась с такой же пьянки на берегу еще одного Аллахом забытого туркменского поселка Гасан-Кули. Мы проводили там погружения, и неделю штормило, так что нам пришлось коротать время на берегу. Я, как представитель спецконтингента, тем более негр, был главной достопримечательностью, и меня активно учили пить русскую водку.

На одном из таких сборищ появились иранские пограничники, которые тоже были не прочь промочить горло. Когда выпьешь, то языковой барьер исчезает, и мы с иранским капитаном лихо болтали про жизнь. Капитан и рассказал, что иранская подводная лодка заходила на рейд Красноводского морского порта.

Мое дело маленькое, и утром я доложил об этом эпизоде командиру отряда, который был с нами на корабле.

Вот тут-то и началось!

Нас срочно бросили обследовать подводные части островов в районе поселка Бекдаш!

«Есть от чего зашевелиться! Больших подводных лодок на Каспии тогда не было, а у малых и сейчас запас хода ерундовый, а двадцать лет назад тем более! Значит, заходила не только мини-субмарина, но и корабль-матка, который погранцы прохлопали!» – пронеслась быстрая мысль в голове у Бориса, который с еще большим вниманием слушал Фила, который пел как курский соловей, захлебываясь потоком собственных слов:

– Большой остров Кара-Ада был единственным местом, где можно было оборудовать подводную базу для отстоя лодки-малютки.

Задача была поставлена сложная: проверить подводную часть острова Кара-Ада и район побережья на север, до мыса Суз. Вот там-то и нашли огромное количество раков, которых каждый день и ели. К концу трехмесячного похода мы на них спокойно смотреть не могли!

Там даже видели одного инопланетянина! – не успокоился на достигнутом Фил, выпивая еще один стаканчик с самогоном, услужливо протянутый майором.

– Не верю я в инопланетян! – теперь сыграл роль скептика Викинг.

– В прошлом году на пляже в Лиму[3], вечером, начальник спасательной станции видел трехметрового зеленого человека.

Когда начальник станции его окликнул, то гигант бросился бежать с такой скоростью, что за ним не угнался бы и человек на мотоцикле.

Добежав до лодки типа каноэ, гигант в нее прыгнул и усиленно погреб двухлопастным веслом, направляясь в сторону небольшого островка Боэ. Эрик прыгнул в катер и попытался догнать инопланетянина, но ничего сделать не смог! Представляешь, катер с мощным мотором не смог догнать какого-то гребца!

У нас там как раз были пробные погружения, и мы решили сходить на этот островок. Какая разница, где погружаться? Тем более что вода там более прозрачная.

– И вот на подходе к острову на северо-востоке увидели яркую зеленую точку, которая приближалась к нам с огромной скоростью. У нас у всех моментально заболела голова, и стало тошнить! Представляете: профессиональных моряков стало укачивать!

Да так сильно, что рулевой потерял сознание!

Зеленая точка приблизилась к нашему катеру кабельтов на сорок, свернула к северу и исчезла.

Катушка магнитного компаса крутилась как сумасшедшая, а вот гирокомпас показывал нормальное направление.

И голова сразу у всех прошла, и даже рулевой очнулся, – рассказал Фил и потянулся снова за бутылкой.

– Два месяца назад, когда мы шли в Кению, я видел ночью зеленую точку, которая справа обошла мой борт, как будто мы стояли на месте. И тоже все приборы, кроме гирокомпаса, забарахлили. Моторы пришлось отключить! Движки прямо с ума сошли, такие обороты набрали! Вручную пришлось топливо перекрывать! Хорошо, что мы шли высоко и не зацепились за воду. Но вышли мы из пике в пятидесяти метрах над океаном! – громко сказал майор, направляясь к пилотской кабине.

– Как вы думаете нас переправить из Найроби в Сомали? – спросил Викинг, возвращая Фила на грешную землю.

– У нас есть заказ от Сомалийского правительства на проведение водолазных работ около городка Ассум для поднятия затонувшей яхты. Сколько мы будем поднимать эту яхту, зависит только от нас, но заказ проплачен, и надо его выполнять!

Ваш захваченный сухогруз находится в небольшой бухте в десяти милях севернее городка Ассум. За него пираты потребовали выкуп в три миллиона долларов, – заплетающимся языком сказал Фил и, откинув голову назад, захрапел.

– Ну вот, теперь мы наконец определились с местоположением судна! – сказал Викинг, сдергивая с головы Фила наушники.

– Ни оборудования, ни денег на проведение операции нам не дали. Как выполнить задачу в чужом государстве при таком материальном обеспечении? – спросил Борис, постукивая ногтями по практически пустой бутылке с самогоном.

– В паспортах есть пластиковые карточки, – сказал Викинг, доставая папку, переданную Филом.

– Надо получить наличные деньги по пластиковым карточкам в Кении, скорее всего, в Сомали банкоматы не работают, – заметил Борис, вертя в руках именную пластиковую карту.

– Ты веришь Филу? – спросил Викинг, убирая свой паспорт в нагрудный карман рубашки.

– У нас выхода сейчас нет, а тут абориген с некоторыми корнями в России предлагает помощь! – задумчиво сказал Борис, следуя примеру своего товарища.

– Через два часа самолет приземлится в Найроби! – громко сказал на ухо Борису незаметно подошедший майор.

– Значит, надо собираться на выход! – сказал Викинг, засовывая руку в карман своей дорожной сумки.

– У тебя есть хоть какие-нибудь инструкции по нашей работе? – спросил Борис, принимая из рук Викинга зеленую таблетку.

– И инструкции, и оборудование, и кое-какие связи в стране нашего предполагаемого пребывания! – уверенно сказал Викинг, засовывая в рот сразу две таблетки.

– Почему ты дал мне одну таблетку, а себе взял две? – спросил Борис, внимательно смотря на спящего Фила.

– Нам не нужны лишние приключения на таможне из-за алкогольного выхлопа! – сказал Викинг, отрывая от облатки с лекарством одну таблетку.

– Давай посмотрим свои паспорта, – предложил Борис, открывая свой канадский паспорт.

– В них кенийская и сомалийская визы есть! – махнул рукой Викинг, убирая упаковку лекарств в сумку.

– Ты только забыл, что Сомали разделена на несколько отдельных государств, а призна€ют ли в других частях страны сомалийскую визу, – заметил Борис.

– Сегодня ночью надо съездить в Найроби, повидаться с одним человеком. Он может и с деньгами помочь, и с оборудованием! – только сказал Викинг, как в нагрудном кармане Фила зазвонил телефон.

Натренированным движением Фил выхватил из кармана телефон и прижал к правому уху.

Прозвучали две короткие фразы на странном языке, и дальше Фил внимательно слушал, все больше мрачнея. От давешней веселости негра не осталось и следа.

К концу короткого разговора перед ними сидел страшно уставший человек почти пятидесяти лет.

– Что случилось, Фил? – спросил Борис, надевая на голову негра наушники.

– Большие неприятности произошли сегодня днем с моими ребятами, – начал рассказывать Фил, хлебнув прямо из горлышка бутылки украинскую самогонку. – У меня на берегу день назад начали работать трое парней. Сами понимаете, с бухты-барахты такие операции не проводятся, и мой шеф, пока я летал в Россию, начал действовать. Послал в поселок Ассум сначала двух моих парней, а через день – еще одного бойца с другой легендой.

Двое первых бойцов исчезли, а третьего сильно избили, и сейчас он находится в больнице города Хурук. Шеф укатил в Уганду, и сейчас некому дать команду на дальнейшие действия, – устало сказал Фил, сминая себе лицо левой рукой.

– В порту есть аэротакси, на котором можно улететь в Сомали? – спросил Борис, понимая, что все идет не по плану.

– У меня есть приятель, который владеет двумя старыми советскими самолетами и за деньги отвезет вас хоть на край света, – быстро сказал Фил.

– Звони своему приятелю и заказывай на завтра самолет! Возьмешь с собой человек пять бойцов вместе с водолазным оборудованием, и полетим в больницу в твоему бойцу! – приказал Борис.

– Я не могу так сразу уехать. У меня много дел, и потом я военный человек, а вы гражданские парни. У диких гусей[4] свои порядки, а у нас на флоте свои! – жестко сказал Фил.

– Твой приятель говорит по-английски? – снова спросил Борис, чувствуя, что самолет начинает снижаться.

– Он боран[5], говорящий на языке оромо[6], – попробовал пойти на попятную Фил.

– Раз он пилот, то должен говорить по-английски! Набирай номер, я сам с ним поговорю! – вступил в разговор Викинг.

– Я не могу вот так сразу звонить Нанди! – снова попробовал отказаться Фил.

– Но показать номер вы же можете? Я даже не буду ссылаться на вас! – повысил голос Борис.

– Смотрите, вам решать! – нехотя согласился Фил, вынимая свой телефон.

Набрав десятизначный номер, Борис услышал молодой голос, который вместо привычного «алло» сразу спросил:

– Кому я понадобился ночью?

– Человеку, который хочет срочно попасть в маленький городок на побережье Сомали! – быстро выпалил Борис, с трепетом ожидая ответа.

– Деньги у вас есть? – последовал конкретный вопрос.

– Сколько надо денег? – быстро спросил Борис.

– Если лететь до Могадишо, то пятьсот долларов с человека, – не очень уверенно сказал молодой голос.

– Предлагаю, Нанди, тысячу долларов за поездку в Ассум или Хурук! – сказал Борис.

– Разница между этими городками всего сто пятьдесят километров. У вас документы в порядке? – поинтересовался Нанди, которому по голосу было не больше двадцати пяти лет… – Тогда завтра в пять часов утра я буду вас ждать на третьей частной стоянке в Эмбакаси[7]. Деньги я хочу получить при посадке полностью! – поставил он последнее условие.

– Пятьдесят процентов при посадке и остальные деньги после прилета на место! – не остался в долгу Борис.

– Можно у вас достать мотоцикл и перевезти его на самолете? – неожиданно спросил Викинг, выхватывая из рук Бориса мобильный телефон.

Что сказал Нанди, Борис не услышал, но при виде удовлетворенного лица Викинга понял, что ответ был положительным.

Самолет в это время пошел на посадку. Через пять минут моторы выключились и наступила тишина.

– Вам надо пройти таможню, и только потом вы сможете попасть в город! – предупредил Фил.

– А как же вы попадете в город? – спросил Борис, беря в правую руку свою сумку.

– Сейчас подойдет военный грузовик, и мои парни переложат весь груз на него! – вставая со своего места, сказал Фил.

– А как же пограничный и таможенный контроль? – спросил Борис.

– Если поедете с нами, то таможенный и пограничный контроль упростится до невозможности! – успел сказать Фил, прежде чем послышались два коротких удара в дверь.

– Вот и таможня пожаловала! – сказал появившийся худой капитан, открывая дверь в самолете.

Вошел невысокий пузатый негр в военной форме и, встав в проходе, внимательно посмотрел на Бориса и Викинга, стоявших перед ним.

Фил вышел вперед и сказал длинную фразу на языке, который Борис не понял.

Пузатый негр согласно кивнул головой.

– Быстро давайте ваши паспорта! – приказал Фил, протягивая вперед левую руку. В правой у Фила была кожаная папка.

Передав пограничнику паспорта и кожаную папку, Фил произнес еще одну короткую фразу.

Таможенник коротко ответил и быстро пошел на выход.

Рокот мощного мотора показал, что обещанный грузовик прибыл.

– Нас все равно без документов не выпустят из аэропорта, поэтому предлагаю помочь с разгрузкой! Лишние две пары рук тебе сейчас пригодятся! – сказал Борис, ставя свою сумку на сиденье.

Выглянув из самолета, Борис увидел кузов пустого тентованного грузовика, в котором, прислоненный к кабине, стоял небольшой мотоцикл.

– Дашь погонять мотоцикл? – по-русски спросил Борис, ставя сумку на пол.

Короткая фраза – и мотоцикл прислонен к боковой стенке грузовика.

Организовав в цепочку шесть человек крепких ребят с Борисом и Викингом в начале, за сорок минут ударной работы перетащили все тюки в кузов грузовика.

Как по мановению волшебной палочки, около самолета появился пузатый негр и, протянув документы, предупредил:

– В Сомали будьте осторожны. Если станет совсем плохо, перебирайтесь в Джибути. Передадите привет от Нинкуру Жозе Крузу, и все будет хорошо!

– Кто такой Жозе? – спросил Викинг, засовывая паспорт себе в карман.

– Начальник таможни Джибути и мой родственник! – сказал пузатый негр и, сунув папку Филу, быстро пошел прочь.

– Куда вы собрались на ночь глядя? В городе не стоит вечером ходить одиноким белым! – попробовал отговорить Фил.

– Бог не выдаст – свинья не съест! – русской поговоркой ответил Борис.

– За КПП мы вас высадим, и езжайте куда вам хочется! – закончил разговор Фил, скорчив жалостливую физиономию.

– Мы можем заплатить вам за это транспортное средство! – сделал неожиданное предложение Викинг.

– Натурой рассчитаетесь! – хохотнул Фил, приглашающе махнув рукой.

Борис с Викингом не стали возражать, а, закинув сумки в кузов грузовика, легко заскочили внутрь.

Двадцать минут тряски, и автомобиль замер на обочине. Еще минута, и Борис с Викингом, стоя около мотоцикла, выслушивали последние наставления Фила:

– Через три, максимум четыре дня к поселку Ассум придет океанский катер с моими бойцами и водолазным оборудованием. Вот мой телефон. Если будут проблемы – звоните!

– Спасибо большое! – сказал Борис, усаживаясь на мотоцикл сзади Викинга.

Едва грузовик отъехал, как Викинг заглушил двигатель мотоцикла.

– Нам надо определиться, куда ехать в этом чужом городе. С мотоциклеткой ты здорово придумал! – сказал Викинг, вынимая из сумки навигатор.

– Хорошо ты подготовился к путешествию! – оценил Борис электронный аппарат, вынутый из сумки.

– Нам надо проехать в центр города, до Каниата-авеню, двадцать три. Через две улицы от нее находятся дорогие магазины пакистанских и индийских торговцев. Там же множество мелких предприятий по изготовлению ширпотреба выходцев из стран Азии.

Живет там таджик Музаффар, который держит сервис и автомойку. Прекрасная крыша для долговременной явки! – сказал Викинг, снова включая двигатель мотоцикла. – Сейчас проскочим рабочий поселок Эмбакаси и рванем в центр города! – обнадежил он, трогая с места.

Через десять минут езды Борис тронул Викинга за плечо.

Водитель послушно свернул к обочине возле одноэтажного дома под красной жестяной крышей.

– Мы на этой мотоциклетке как голый мужик на арене цирка. Очень уж мы заметны! – громко сказал Борис, спрыгивая на землю.

– Ты правильно считаешь, но что делать? – спросил Викинг, выключая двигатель.

– Сейчас организуем транспорт! – пообещал Борис, чуть приподняв правую руку с отогнутым вверх большим пальцем перед грузовой «Тойотой» белого цвета.

– Отвезите на Мвита-авеню! – попросил Викинг, рукой показывая на мотоцикл.

– Первый раз вижу белого человека на мотоцикле! – широко улыбнувшись, сказал негр, мигом выскакивая на обочину.

Объединенными усилиями мотоцикл погрузили в кузов, а Борис и Викинг с комфортом устроились на переднем сиденье рядом с водителем.

– Вы недавно приехали в Найроби? – спросил разговорчивый негр.

– Так сильно заметно? – спросил Борис, смотря по сторонам.

– Вы очень белые! У нас кожа быстро темнеет под жарким солнцем! – заметил наблюдательный негр и неожиданно предложил: – Хотите, я вам расскажу про столицу Кении?

– С удовольствием послушаем! – вежливо ответил Викинг, кладя на переднюю панель купюру в пять долларов.

– Город Найроби назван по имени одноименной речушки, что на языке масаев означает «холодная вода». В одна тысяча восемьсот девяносто девятом году англичане заложили форт. Столицей Кении Найроби стал в 1903 году, когда в него из Момбасы переехало правительство. В Найроби находятся крупнейшие банки Африки, которые вершат судьбы многих африканских стран.

Когда в шестидесятых годах прошлого столетия начался туристский бум, то в городе были построены такие огромные здания, как конференц-зал – самый крупный в Африке, – кивком головы показал водитель.

– Сколько же этажей в этом здании? – спросил Борис, провожая глазами огромный цилиндр.

– Высота здания тридцать этажей, а рядом знаменитый отель «Хилтон» и здание муниципалитета.

– Куда ведет эта дорога? – спросил Викинг, видя, что грузовик свернул влево.

– Дорога ведет в Момбасу, а дальше расположен стадион «Ухуру» – один из самых больших в Африке.

«Что ни сооружение в Найроби – то самое большое!» – сам себе сказал Борис. Еще десять минут езды, и «Тойота» остановилась перед большими железными воротами, из которых выезжал длинный автомобиль.

Худой как щепка черноволосый мужик, одетый в белую рубашку и джинсы, вышел из небольшой железной калитки и, скрестив руки на груди, стал смотреть, как трое людей сгружали мотоцикл.

– Плохо работает двигатель мотоцикла, уважаемый! – по-английски сказал Викинг, делая пальцами какое-то странное движение.

– Сегодня некогда – все механики ушли домой! – лениво ответил на корявом английском языке Музаффар, внимательно смотря на Бориса.

– Вы разрешите закатить мотоцикл на станцию? Не оставлять же его на улице? – спросил Борис, отдавая негру из «Тойоты» пятьдесят долларов.

– Десять долларов! – сквозь зубы сказал Музаффар, отворачиваясь к Викингу. Отдав сумку Викингу, Борис взял мотоцикл за руль и, поймав предупреждающий взгляд своего товарища, остановился.

Дождавшись, пока «Тойота» отъедет, Борис выжал сцепление и покатил мотоцикл внутрь станции.

Едва «Тойота» скрылась, как Музаффар предложил Викингу:

– Заходите, дорогой! Ужин готов!

На крыше станции Бориса и Викинга ждал накрытый стол, на котором стояло большое блюдо с желтым пловом и крупно нарезанными помидорами по краям.

– С прибытием, дорогие гости! – по-русски сказал Музаффар, поднимая пиалу с чем-то коричневым.

В пиале оказался коньяк, глоток которого обжег горло.

– У нас утром самолет в Сомали! – сразу сказал Борис, едва поставив пиалу на стол.

– Сначала покушайте, а потом дела! – попросил Музаффар, беря пальцами плов.

На удивленный взгляд Бориса хозяин пояснил:

– У меня на родине плов всегда едят руками!

– Есть руками – это целое искусство, которое культивируется на Востоке тысячелетиями! – выдал Викинг, в свою очередь беря четырьмя пальцами ароматное кушанье.

– Приятно, когда люди знают обычаи нашей многострадальной родины! – печально сказал Музаффар, наливая из чайника коричневую жидкость.

– Почему коньяк вы наливаете из чайника? – спросил Борис, беря руками кусочек мяса, которое прямо таяло во рту.

– Этому есть вполне логичное объяснение. Хотя я живу в Кении, но я все равно мусульманин, которому запрещено пить не только спиртное, но и сок перебродивших ягод. Но вы мои гости, которые любят алкоголь, и долг хозяина уважить гостя. Это преамбула! Вы меня попросили объяснить, почему я налил коньяк в чайник? Все очень просто. Много лет тому назад, когда я учился в институте и собирал хлопок, мои преподаватели сидели за общим столом и пили коньяк из чайников. Все студенты это видели, но делали вид, что не замечают. Внешние приличия должны быть соблюдены! – закончил краткий экскурс в историю Музаффар, наливая еще коньяка.

– Плов вы сварили изумительный! – сказал Викинг, вытирая губы салфеткой.

– Теперь поговорим о делах наших скорбных! – сказал Борис, следуя примеру Викинга.

– Желание гостя – закон для хозяина! – согласился Музаффар, наливая в новую пиалу зеленого чаю.

– Налейте мне тоже чаю, пожалуйста! – попросил Борис, внимательно наблюдая за хозяином.

– Завтра утром я дам вам человека, который отвезет вас до аэропорта. Один человек, знающий местные языки, полетит вместе с вами. Три акваланга для вас приготовлены, и их погрузят в самолет. Деньги для вас тоже есть и немного специального снаряжения. Все так быстро пошло, что у меня не было возможности подготовиться основательней. Вам присвоили второй приоритет, и все, что положено, я вам выдам! – сказал Музаффар, вытирая лицо правой рукой.

– Вы можете дать нам немного сомалийских денег? Не думаю, что очень разумно рисоваться в бедной стране с пачками долларов? – спросил Борис.

– Выдам я вам сомалийские шиллинги! Только грины там лучше идут! – отозвался Музаффар.

– Расскажи хоть немного о стране Сомали, в которой нам предстоит работать! – попросил Борис, отхлебывая глоток чаю.

– С большим удовольствием! – мгновенно отозвался Музаффар и, налив всем участникам застолья чаю, принялся рассказывать:

– По профессии я историк, но вот пришлось переквалифицироваться в автомеханики, о чем, кстати, совершенно не жалею, – бодро сказал Музаффар, по ошибке наливая себе в чай коньяк.

«А может, и не по ошибке? Кто их, загадочных восточных людей, поймет?» – подумал Борис, про себя ухмыляясь.

– Какой институт вы кончали в Союзе? – неожиданно спросил Викинг, откидываясь на спинку стула.

– Московский ИЯ[8] – восточный факультет! – гордо сказал Музаффар и погладил обеими руками свою бороду.

«Теперь понятно, откуда у тебя растут грувские ушки!» – сразу оценил высшее учебное заведение Борис.

– Я никогда не слышал про такой вуз! – прикинулся шлангом Викинг, вызывая хозяина на откровенность.

Но Музаффар не поддался на грубую уловку напарника и, как все восточные люди, предпочел перевести разговор на менее скользкую тему:

– В тот день, как будут свидетельствовать против вас их языки, их руки и их ноги, о том, что они сделали[9], – процитировал Музаффар, снова вытирая руки о бороду.

Викинг выжидательно посмотрел на Музаффара, который не спеша отпил чаю с коньяком и начал рассказывать:

– Сомали – одна из старейших стран мира, расположена на полуострове Сомали, на берегах Аденского залива и Индийского океана. Жители страны ведут в основном кочевой образ жизни, разводя верблюдов, овец и коз на безводных равнинах, которые занимают большую часть территории страны.

В южных районах Сомали, в долинах рек Джубы и Веби-Шебели, выращивают бананы, цитрусы и сахарный тростник. В одна тысяча восемьсот восемьдесят четвертом году север страны захватила Англия, а в начале двадцатого века юг страны – Италия.

В середине двадцатого века произошло объединение страны. Но после засух в семидесятых годах и войны с Эфиопией в стране наступила еще большая разруха, которая привела к введению в страну войск ООН, которое, правда, ни к чему путному не привело, и бардак в стране продолжается.

– Это все понятно и без исторических экскурсов! Вы лучше про природу расскажите! – прервал лектора Викинг, но не тут-то было.

Музаффар уже закусил удила, вываливая на друзей кучи информации:

– Вдоль юго-восточного побережья протянулась неширокая приморская низменность с песчаными береговыми дюнами, остальная часть страны – равнинное плато высотой до полутора тысяч метров. Наиболее высокая часть – север, где имеются настоящие горы почти до двух с половиной тысяч метров! Конечно, это не сравнится с Памиром, но для Сомали очень высоко!

– Какие животные встречаются в Сомали? – спросил Викинг, поняв, что хозяину надо задавать точные вопросы.

– В саваннах живут антилопы, зебры, буйволы, жирафы, львы, леопарды. В долинах рек – слоны и носороги, редко бегемоты, а в лесах обезьяны, – заплетающимся языком сказал Музаффар.

– Все! Давайте спать! У нас сегодня был тяжелый день! – предложил Викинг, вставая со стула.

– Утро вечера мудренее! – тоже поднявшись, сказал хозяин дома.

Глава 9

Едва микроавтобус подъехал к старенькому «Ан-2», как Борис обнаружил возле аэроплана знакомого таможенника и молодого спортивного парня весьма смуглой, но не совсем негритянской наружности.

– Парень метис! Держись с ним поосторожней! – мимоходом предупредил Музаффар, раскрывая объятия при виде толстого таможенника.

Отойдя в сторону, Музаффар и таможенник о чем-то негромко заговорили, энергично размахивая руками, в то время как Борис, Викинг и метис таскали ящики с оборудованием в самолет.

– Куда вы берете столько аквалангов? – спросил Метис, как про себя назвал молодого парня Борис.

– Это не акваланги, а ребризеры, – поправил Викинг, стоя на лестнице, ведущей в самолет.

– Какая, к дьяволу, разница? Оба работают по одному принципу! – махнул рукой Метис, начиная подниматься по трапу.

– Эй, белый! Давай документы! В Сомали обязательно нужна кенийская виза! – крикнул таможенник, прерывая разговор с Музаффаром. На лице таможенника было такое обиженное выражение, что Борис невольно улыбнулся.

Он не успел протянуть документы, как рядом с таможенником затормозила белая малолитражка.

Какой марки она была, Борис определить не смог. Никакой эмблемы и названия автомобиля ни сзади, ни спереди не имелось. Таможенник с трудом втиснулся в игрушечный автомобиль и укатил.

Дождавшись, пока Викинг с метисом поднялись в самолет, Музаффар, подойдя к Борису, начал говорить:

– Ты ни Филу, ни его людям не верь. Фил, наверное, всю дорогу рассказывал, как учился в Союзе и как любит русских людей?

– Было такое, – подтвердил Борис догадку таджика.

– Фил за последние два года провалил шесть операций, и на эту у него последняя надежда! Странно ведет себя Фил – командир кенийских боевых пловцов! Если не сказать больше! Но не пойман – не вор! Пока! – чуть повысив голос, сказал Музаффар.

– Как же после таких «успехов» на службе он остался командиром группы боевых пловцов? – удивился Борис, выделив слово «успехов».

– У Фила дядя заместитель министра обороны! Дальше тебе объяснить нужно? – спросил Музаффар.

– Ну и что я должен делать? – спросил Борис.

– Выполнять задание и быть в два раза осторожнее, чем обычно! – предупредил Музаффар, забирая у высунувшегося из автомобильчика пузатого таможенника большой коричневый конверт.

Взвесив его в руке, передал Борису, который, не торопясь, начал подниматься в «дедушку советского самолетостроения».

Самолет, совершив короткий разбег, оторвался от земли. И только теперь Борис увидел, что в хвосте фюзеляжа стоят два мотоцикла. Один трехколесный, с большим кузовом, на котором вполне могла уместиться вся гора груза, принайтованного в середине прохода между скамейками, а второй двухколесный, на котором они приехали к Музаффару.

– Зачем вам столько груза? – спросил Метис, вертя в руках мобильный телефон.

– А почему ты не взял ни оборудования, ни оружия? – спросил Викинг, обращаясь к Метису.

– От наших парней осталась куча оборудования и оружия в тайнике. Зачем везти с собой, если можно найти на месте? – махнул рукой Метис, доставая из кармана плоскую фляжку с коричневой жидкостью.

Хорошо приложившись к бутылке, Метис, откинув голову назад, закрыл глаза.

Буквально через минуту он сполз на скамейку, удовлетворенно хрюкнув, улегся на нее и сразу же захрапел, изредка взвизгивая, как спящая собака.

Новый персонаж сразу стал Борису неприятен, да и Викингу тоже, о чем сказала брезгливо оттопыренная нижняя губа напарника.

Из кабины выглянул молодой негр в одних шортах, ткнув пальцем в Бориса, мотнул головой в сторону кабины.

Встав со своего места, Борис пошел туда.

В кабине сидели два человека. Едва он вошел, как с места второго пилота встал жирный негр, у которого над бедрами висело целых три годовых кольца, налегая одно на другое.

«Такого живота я никогда не видел!» – оценил Борис телосложение второго пилота. Надев на себя наушники, он приспособил лингафон и взглянул вниз.

Однообразная желто-зеленая поверхность была видна внизу. Редкие островки зелени создавали причудливый орнамент, но не радовали взгляд.

– Тут в любом месте можно сесть на твоей стрекозе, Нанди! – начал разговор Борис, провожая взглядом с десяток мирно пасущихся антилоп.

– Это рифтовая зона, и таких участков у нас много, – флегматично отозвался первый пилот, чуть поднимая самолет вверх.

Это Борис понял по изменившемуся давлению. Сейчас самолет шел на высоте километра, и антилопы даже не подняли головы, услышав шум самолетного двигателя.

– Я думал, что Кения – вечнозеленая страна, где бродят огромные стада животных, за которыми бегут белые охотники с ружьями наперевес! – выдал Борис, внимательно смотря назад.

– Это мнение пресыщенных белых туристов, для которых и созданы все эти отели, парки и сафари, хотя сейчас их уже меньше. На самом деле три четверти страны – засушливые районы, совершенно непригодные для сельского хозяйства. Даже реки у нас несудоходны! – темпераментно воскликнул Нанди, закладывая глубокий вираж над речкой.

Борису пришлось схватиться двумя руками за штурвал, чтобы его не выбросило из кресла.

Никакого воздействия на полет его судорожное действие не произвело, из чего Борис сделал вывод, что второй штурвал отключен.

Вдоль течения реки видны были пороги и перекаты, по которым пенилась вода, показывая, что течение в речке быстрое. Борис передернул плечами, представив, как «приятно» погружаться в такой воде.

– Видишь, сколько здесь препятствий для судоходства. Строить плотины очень дорого, и наше правительство занято другими проблемами, которые окупятся быстрее, – со злостью сказал Нанди, поднимая самолет еще выше.

Краем глаза Борис заметил, как второй пилот с кислой миной снова усаживается на приставное сиденье.

– Но ведь на территории Кении находится большое озеро Рудольф! – показал свои познания в географии Борис.

– Озеро Рудольф – это сказка! – темпераментно воскликнул пилот и еще выше поднял самолет.

Внизу показался горный массив, на котором росли высокие деревья.

В отличие от русской тайги в этом лесу не было подлеска.

«С точки зрения пешего туриста идти по такому лесу – одно удовольствие, но вот спрятаться здесь от воздушного наблюдения довольно проблематично. С вертушки моментально увидят и пристрелят!» – оценил Борис проплывающий снизу ландшафт с точки зрения спецназовца.

– По-местному озеро Рудольф называют Баса-Норок – темная вода. Оно занимает узкий каньон шириной пятьдесят километров, а длиной двести пятьдесят.

Соленость воды в озере постоянно повышается, а вот Виктория – это пресное озеро! Сесть на берегу озера Рудольф практически невозможно! – темпераментно сказал пилот, снова направляя самолет вниз.

– Ты лучше расскажи, каким маршрутом ты нас доставишь на место! – попросил Борис, рассматривая черные скалы, только у подножия покрытые редким кустарником.

– Мы идем на Момбасу. Рядом с ним есть небольшой рифовый островок, где мы обычно заправляемся топливом! У этого самолетика не очень большой радиус полета! – сказал пилот.

Бориса сразу насторожило слово «обычно», небрежно произнесенное пилотом.

«Значит, при посадке на островке надо быть предельно осторожным и обязательно предупредить Викинга об оговорке летуна!» – решил Борис, а пилот тем временем рассказывал про реку, над которой они пролетали:

– Это наша крупнейшая река Тана длиной почти восемьсот километров. Она начинается в горах Абердэр и пересекает предгорья, образуя серию водопадов.

– Мой отец возил на эти водопады туристов, а вот мне не пришлось! Сейчас там смотреть нечего! Все испортили! – с сожалением сказал пилот.

– Выходит, ты пилот уже во втором поколении! – с деланым восторгом сказал Борис, заметив на горизонте береговую линию.

Самолет ушел влево, и через пять минут на горизонте показался небольшой рифовый островок, поперек которого шла бетонная дорога. Самолет начал снижаться.

На правой оконечности острова были видны три серебристые цистерны. Самолет приземлился на три точки и быстро покатил к ним.

Остановившись в конце полосы, самолет развернулся, и только тут пилот заглушил мотор.

– Теперь, дорогой пассажир, надо рассчитаться за полет! – предложил пилот, снимая с головы наушники.

– Сколько с меня? – спросил Борис, сунув руку в карман.

– Десять тысяч долларов! – предложил пилот, вынимая из кармана пистолет.

Второй пилот, тоже вооружившись коротким автоматом, внимательно смотрел на Бориса.

– Почему так много? Договаривались же на меньшую сумму! – спросил Борис, вынимая пачку долларов.

Глаза пилота жадно блеснули.

– Давай всю пачку! – приказал второй пилот, протягивая пухлую руку.

– Тебе же сказано, только половину! – лениво сказал незаметно вошедший Викинг, нанося короткий удар ребром ладони толстяку.

Второй пилот моментально склонил голову и свалился с приставного сиденья.

Подхватив автомат, Викинг отсоединил рожок и лениво посмотрел на пилота, который начал поднимать пистолет.

– Не стоит! – качнул головой Викинг, делая быстрое движение.

Автоматный рожок вылетел из правой руки и впечатался в лоб пилоту.

Выронив пистолет, пилот откинулся на спинку кресла, и в этот момент в кабину заскочил Метис с коротким карабином, на котором красовался оптический прицел.

– Все понятно! – быстро сказал Метис, подскакивая к толстяку.

Два движения – и большие пальцы толстяка украсили китайские наручники.

Короткое движение – и моток толстого скотча летит в Бориса.

– Ты же пьяный был? – спросил Борис, приматывая руки пилота к подлокотникам кресла.

– Что будем делать? – непринужденно спросил Викинг, ставя рожок на свое законное место.

– Первым делом надо заправить самолет! – сообщил Метис, вынимая из-за спины небольшой арбалет, размером всего в мужской локоть.

Два движения пластиковым рычагом – и арбалет взведен.

Из-за цистерны вышли два коренастых негра с автоматами на плече и вразвалочку направились к самолету.

Дверь открылась, и в проеме на секунду появился Метис. Проорав короткую фразу, Метис выставил в проем свой игрушечный арбалет и тут же спрятался.

Негры моментально вскинулись, автоматы оказались у бедра. Седой негр прокричал в ответ что-то непонятное и издевательски засмеялся.

– Что ты ему сказал? – спросил Борис, держа на мушке коренастого негра.

Второй негр начал незаметно смещаться влево, держа на прицеле открытую дверь самолета.

– Предупредил, что если нас не заправят, то я взорву цистерны с бензином! – негромко перевел Метис.

– Стой на месте! – по-английски крикнул Викинг из кабины в открытую форточку.

Второй негр вздрогнул, дернулся автомат в сторону форточки, и сразу прозвучал выстрел.

Негр моментально упал на землю и громко завыл на одной ноте.

На колене у раненого негра расплылось красное пятно.

Отбросив автомат в сторону, негр катался по земле, обхватив колено двумя руками.

В этот момент Метис снова выкрикнул короткую фразу и, высунув арбалет в дверь, нажал на курок.

Едва стрела сорвалась с направляющей, как Метис моментально вставил новую стрелу в арбалет.

В двухстах метрах от острова поднялся высокий столб воды, и буквально сразу по ушам ударил грохот взрыва.

Коренастый негр упал на землю и закрыл голову руками.

Из-за резервуара выскочили три вооруженных негра и бросились к самолету. Коротко простучала автоматная очередь, и два негра упали, а третий, по-заячьи заверещав, бросился обратно.

Метис, сунув арбалет и карабин Викингу, выскочил из самолета.

Короткий удар по шее – и седой негр обмяк. Взвалив его на плечи, Метис одним скачком оказался внутри самолета.

Тело седого негра два раза вздрогнуло. Из спины пленного взметнулись два фонтанчика крови.

– Зря тащил черномазого! – констатировал Метис, скидывая свою ношу на пол самолета.

– Почему зря? Не только ты такой умный и быстрый! – произнес Борис, втыкая в плечо раненого седого негра шприц-тюбик.

– Минут пять для допроса у тебя есть, – сказал Викинг, выглядывая из пилотской кабины.

Не показывая вида, что слышал, Метис вытащил нож и, приблизив острие к правому глазу седого, спросил по-английски:

– Сколько человек на острове?

Седой отрицательно качнул головой, показывая, что он не будет говорить.

Короткий укол в правую бровь заставил раненого негра громко завопить.

– Вопрос повторить или выколоть глаз? – спросил Метис, снова поднося острие ножа к правому глазу.

Раненый сделал резкое движение правой рукой, пытаясь отодвинуть лезвие, и два пальца упали на грудь сидящего на полу негра.

Коротко взвизгнув, седой негр начал говорить:

– На острове десять вооруженных человек. У нас приказ Ахмед-паши не выпускать вас с острова.

– Что вы знаете про людей, летящих на самолете? – спросил Метис, демонстрируя хорошие навыки ведения допроса.

– Два белых и один метис летят на самолете! – чуть тише сказал раненый.

– Известно ли вам, куда летит самолет? – задал новый вопрос Метис.

– Куда-то на побережье Сомали! – последовал вялый ответ. Видно было, что силы у раненого убывали с каждой секундой.

– Кто главный на острове? – спросил Метис, легонько кольнув раненого острием ножа в щеку.

– Киндар! – еще тише сказал раненый.

– Как с ним связаться? – быстро спросил Борис, понимая, что еще немного, и раненый больше не скажет ни слова.

Левой рукой раненый до половины вынул из нагрудного кармана переносную радиостанцию «Кенвуд». Голова его свесилась на грудь, и изо рта густым потоком хлынула кровь.

Вытащив радиостанцию из кармана, Борис увидел, что на передней панели горит зеленый огонек.

Все время разговора радиостанция была включена.

– Здравствуйте, Киндар! – сказал Борис в микрофон.

– Зачем вы убили моих людей? – не отвечая на приветствие, спросил густой голос.

– Нам ничего не надо, кроме бензина. Как только вы нас заправите, мы тотчас улетим с острова.

– Никакого бензина вы не получите! Мы вычислим, куда вы полетите, и достанем вас в любой точке Африки! – отрезал густой голос.

– Я думаю, что данную заправочную станцию и самолетную полосу создали не только для заправки одного нашего самолета? Деньги, которые в нее вложили, надо возвращать, а Ахмед-паша не похвалит вас и ваших родственников за уничтожение аэродрома? – небрежно спросил Борис.

– Давайте быстрее заправляйтесь и улетайте! – нехотя согласился густоголосый.

– Без фокусов! Нам ничего не стоит сбросить сверху гранату на цистерны с горючим в случае каких-то отклонений от договоренностей! – жестко сказал Борис.

– О’кей! – согласился Киндар, если, конечно, это был он. Секунд через двадцать из-за цистерны выскочил худенький негр с длинным черным шлангом, на котором ярко блестел медный наконечник.

– Смотри внимательно за заправкой, а я заскочу в кабину! – скомандовал Борис, круто разворачиваясь на месте.

Подскочив к пилоту, Борис быстро обрезал скотч на подлокотниках, которыми были примотаны руки.

– Быстро смотри, как идет заправка самолета! Если заметишь какие-то отклонения, обязательно крикни! – приказал Борис, надевая желтый пластиковый браслет на правую руку пилота.

– Что это такое? – спросил пилот, с трудом вставая с кресла.

– Ты сейчас проверишь, как идет заправка топливом. Чтобы у тебя не возникло желания сбежать от нас, как ты пытался нас предать, я тебе надел на руку браслет со взрывчаткой! Стоит тебе отойти от самолета на десять метров, как браслет взорвется, и ты останешься без руки! – предупредил Борис, отступая в сторону.

– Мне из кабины можно посмотреть на заправку! – сказал пилот, сунув руку себе под ноги.

Борис внутренне напрягся, но говорить ничего не стал.

На свет появилось круглое зеркальце на длинном прутке, которое пилот выдвинул в форточку.

– Все идет нормально! – оценил качество заправки пилот, нервно подергивая головой. Щелкнув тумблером, он пальцем показал на загоревшийся циферблат.

– Видите, как идет наполнение топливных баков? – спросил дрожащим тоном Нанди.

– Дай зеркало! – предложил Борис, бесцеремонно забирая импровизированный перископ.

Высунув зеркало в окно, Борис внимательно осмотрел самолет с левой стороны, но ничего подозрительного не увидел.

– Зачем ты нас предал? Мы тебе заплатили мало денег? – спросил Борис, устраиваясь на подлокотнике кресла второго пилота.

– Вы не очень обычные пассажиры. Белые люди сейчас не летают в Сомали! – туманно ответил пилот, плаксиво сморщив лицо.

– С нами же был местный парень и нас привели к тебе уважаемые люди? – в свою очередь удивился Борис, вспомнив Музаффара и таможенника.

– Кто такой владелец авторемонтной мастерской? – презрительно спросил пилот и сам же начал отвечать: – Мелкий человек, и даже не местный! Ахмед-паша в отличие от него и таможенника – очень серьезный человек, и чтобы работать по Сомали, надо поддерживать с ним очень хорошие отношения, выполняя все его указания!

– Ты хочешь сказать, что посадил самолет на этом пиратском островке по личному указанию самого Ахмед-паши? – спросил Борис, по примеру пилота скорчив презрительную гримасу.

– У Ахмед-паши много людей, и ему не обязательно напрямую связываться со мной! – устало сказал пилот, откидывая голову назад.

– Когда ты узнал, что надо посадить самолет на этом островке? – спросил Борис, только сейчас понимая, что доверять в этой стране нельзя никому.

– Как только вы заказали самолет, я сразу позвонил своему человеку в Найроби, и он через час перезвонил мне. Человек приказал сажать самолет на островке. Ты думаешь, легко посадить самолет на такой короткой полосе? – снова спросил пилот, напряженно морща лоб.

– Ты меньше думай, а быстрее отвечай – здоровее будешь! – посоветовал Борис.

В пилотскую кабину заглянул Метис и громко сказал:

– Можно лететь! Заправщик дал отмашку!

– Надо внимательно смотреть за приборами! – назидательно сказал Борис, присаживаясь на приставное кресло.

Пилот защелкал тумблерами, начиная предполетную подготовку.

– Ты только не делай фокусов с воздушной акробатикой! – предупредил Борис, смотря, как пилот застегивает на себе привязные ремни.

Сам Борис тоже последовал примеру пилота, пересев в кресло второго пилота.

– Почему? – крикнул пилот, включая двигатель, который, надо отдать ему должное, работал как часы.

– Мой черный товарищ умеет управлять самолетом! – рявкнул Борис, понятия не имея о способностях Метиса.

Самолет еще раз взревел двигателем и начал быстро разгоняться.

Взлетев, самолет сделал короткий правый поворот на сто восемьдесят градусов и снова прошел над островком.

Борис не видел, как Метис, выставив в открытую дверь арбалет, выстрелил в емкость с горючим.

Раздался взрыв, и над островком взметнулся огромный столб пламени.

– Зачем ты это сделал? – спросил Викинг, крикнув в ухо Метису, который закрывал после выстрела самолетную дверь.

– А зачем нам лишние свидетели? – в свою очередь удивился Метис.

Глава 10

– Ты кому-нибудь говорил, куда собираешься лететь? – через два часа полета спросил Борис по внутренней самолетной связи первого пилота.

– Сказал, что лечу в Сомали, но точного места не назвал! – после секундной задержки уверенно сказал пилот.

Борис не очень поверил своему собеседнику и поэтому решил подстраховаться. Встав со своего места, он положил лингафон на кресло.

Как раз в это время в кабину заглянул Викинг, которому Борис, показав два пальца, махнул рукой, приказывая позвать Метиса.

– Пусть свяжется с диспетчером и назовет другое место посадки! Я не понимаю местного языка, а ты абориген – тебе и карты в руки! – крикнул Борис на ухо Метису, пересаживаясь на приставное сиденье.

Самолет ровно шел вдоль береговой линии, держась в двадцати кабельтовых от берега.

За все время полета Борис видел только две деревушки на побережье, но и те, похоже, были давно заброшены. Цилиндрические хижины стояли без крыш, и ни одного живого существа сверху не наблюдалось.

Метис сел на место второго пилота, надел лингафон и заговорил, что-то втолковывая пилоту, который, отвечая собеседнику, шевелил губами, опасливо посматривая на Бориса.

Переговоры проходили довольно бурно. Пару раз пилот вскидывал руки вверх, гримасничал, но в конце концов все-таки согласился.

Борис внимательно смотрел вниз, отмечая рифовые барьеры, проходы между ними и бухты, в которых можно оказалось спрятать сухогруз.

Мест на побережье было достаточно для того, чтобы спрятать не только сухогруз, но и целый флот приличного государства.

Борис заметил американский эсминец, французский сторожевик и даже кенийский буксир, который, не торопясь, уходил от берега.

Флаг размером с простыню красовался на флагштоке буксира. Переведя взгляд дальше в море, Борис обнаружил три моторные лодки, которые направлялись к буксиру. Рандеву у них намечалось милях в десяти от берега.

«Все у берегов Сомали очень сложно и напряженно!» – подумал Борис, переводя взгляд на первого пилота.

Нанди активно шевелил губами, зато Метис молча слушал, не отрывая взгляда от оратора.

Наконец пилот кончил говорить, и в этот момент пилот-толстяк стал извиваться как червяк и орать, как будто его резали.

Метис выдернул штекер лингафона из гнезда, вскочил и бросился к растерянно сидящему Борису, закричав:

– У пилота сердечный приступ! Надо вколоть сердечное!

– Нет проблем! – согласился возникший в пилотской кабине Викинг.

Вынув из кармана шорт полевую спецназовскую аптечку, напарник выдернул из нее шприц-тюбик и, прижав толстяка к полу, воткнул в бедро иглу.

Секунд тридцать не прошло, как лекарство начало действовать.

Толстяк перестал дергаться и, откинув голову направо, ровно задышал. Затем второй пилот повернулся на правый бок и, закрыв глаза, заснул, смешно шевеля губами.

– Твой коллега пару часов поспит и встанет совсем здоровым! – громко пообещал Викинг, убирая аптечку в карман.

Качнув крыльями, самолет полетел дальше, чуть приблизившись к берегу.

Сдернув лингафон с головы пилота, Метис ткнул пальцем, приглашая Викинга занять свое место, а сам пошел на выход.

– Не верю я пилоту! Совсем не верю! – громко сказал Метис, швыряя лингафон на пол.

– В чем ты сомневаешься? – спросил Борис, придвигаясь ближе к Метису.

– Он сделал все, как ты говорил: соединился с диспетчером и сообщил, что мы летим в Хобуо, но собственной задницей чувствую, что летун готовит гадость! – горячо сказал Метис.

– Твое предложение? – спросил Борис.

– Проскакиваем Хобуо и садимся на побережье. Два мотоцикла у нас есть и часов через пять мы будем в городке, где лечится мой друг. Дай только мне добраться до врагов! – со злостью сказал Метис.

– Что за задание было у твоих друзей? – небрежно спросил Борис, почти уверенный, что Метис не ответит.

– Ребята проводили разведку! – махнул рукой Метис, вынимая из кармана телефон.

Пара тычков пальцем – и на экранчике вспыхнула карта побережья.

Внимательно присмотревшись, Борис внес предложение:

– Давай на этой дороге сядем! Она нас выведет прямо к поселку Ассум. Если нас и ждут, то только в больнице, у твоего избитого друга. Давай не будем ничего выдумывать, а просто скажем, что мы дайверы, которые хотят понырять в Индийском океане. Документы у нас в порядке, а прилетели мы для организации дайв-сафари. Если все пройдет успешно, то почему бы не открыть в поселке клуб экстремалов?

– Ты с Филом случайно не сговорился? – спросил Метис, подозрительно смотря на Бориса.

– При чем тут твой шеф? – спросил Борис, присаживаясь на сиденье.

– Фил мне не шеф, а скорее наоборот! Мой заместитель предложил открыть в поселке дайв-клуб для канадцев и американцев и даже нашел поддержку в лице старосты поселка! – сказал Метис, прилепляя под сиденьем небольшой цилиндрик.

– Тогда не делаем лишних телодвижений и летим прямо в поселок, тем более что до него всего километров пятьдесят! – предложил Борис, стараясь не зацикливаться на цилиндрике под сиденьем.

– Тем более что второму пилоту нужна квалифицированная медицинская помощь! Значит, летим в Хурук! – сказал Метис и отправился в пилотскую кабину.

Буквально через десять минут самолет начал снижаться.

Борис уселся на сиденье и пристегнул себя к переборке привязными ремнями.

Еще пара минут, и самолет, скакнув на кочке, покатился по дороге, быстро теряя скорость.

Высадка и выгрузка багажа заняла тридцать минут.

– Давай мы отвезем второго пилота в больницу! – предложил Метис, кивая на свободный кузов трехколесного байка, в котором были уложены матрас, три сумки, гора оборудования и еще оставалось прилично места.

– Нет! В Найроби больницы лучше! – отрицательно покачал головой первый пилот, стоя в дверном проеме.

– Ты постарайся не болтать, куда нас отвез! Для твоего здоровья и семьи намного полезнее молчание! НЗИС[10] очень не любит, когда ее обманывают! – пригрозил напоследок Метис.

Первый пилот кивнул головой в знак согласия и, закрыв дверь, скрылся внутри самолета.

Взревев двигателем, самолет начал разгоняться по дороге и легко поднялся в воздух.

Вопреки ожиданиям Бориса самолет не стал разворачиваться, а полетел в глубь материка.

– Не туда ты полетел, братец кролик! – сказал Метис, вытягивая правую руку с зажатым в кулаке брелком вперед.

– Не успел я рассчитаться с пилотом за полет! – вспомнил Борис.

– Деньги ему больше не понадобятся! – беззаботно махнул рукой Метис.

Самолет начал набирать высоту и буквально через минуту почти исчез из виду.

Сверкнула яркая вспышка, и донесся грохот взрыва.

– Хороший свидетель – мертвый свидетель! – оценил случившееся Метис, помогая укладывать в кузов трехколесника ящики с оборудованием.

Борис про себя решил:

«Лучше к Метису не поворачиваться спиной!»

Глава 11

Хурук оказался небольшим городком, затерянным в пустынной саванне. Одноэтажные домишки, собранные из листов жести, пластика и фанеры, стояли вдоль дороги. Правда, над каждым домиком виднелась спутниковая телевизионная антенна, на одних небольшая, а над другими – до полутора метров в диаметре.

Проехав двести метров, кавалькада, спугнув десяток тощих жилистых кур, въехала на площадь, где высился двухэтажный дом, над которым гордо реял выцветший флаг Сомали.

И только справа, за третьим рядом пустых деревянных прилавков, высилось трехэтажное здание, на фронтоне которого была огромная надпись по-русски: «Больница», выложенная из красного кирпича.

Больше всего Бориса поразила железная крыша с ярко блестевшими на солнце водостоками.

– Узнаю родимых советских строителей! – по-русски сказал Викинг, спрыгивая с трехколесника сзади Метиса.

– Что это такое? – спросил Метис, дотрагиваясь до водосточной трубы рукой.

– Водосток. По нему дождевая вода стекает на землю! – пояснил Борис, прислоняя свой мотоцикл к стене белокаменного здания.

– Дождей в этой части Африканского Рога почти не бывает! – удивленно сказал Метис, качая головой.

Из обшарпанных дверей больницы выскочила негритянка и тут же попыталась скрыться обратно, но не тут-то было.

Борис поймал ее за руку и быстро по-английски спросил:

– У вас лежит избитый парень?

Негритянка, которой на вид было не больше двадцати лет, дернулась, заверещала, как будто Борис начал ее резать тупой пилой.

На визг девушки из дверей выглянул здоровенный негр с советским «АК» на груди.

Метис вышел вперед и что-то спросил. Визг девушки мгновенно прекратился, а на лице охранника появилась улыбка.

Короткий обмен словами, и Метис первым пошел в здание, сунув по пути охраннику пять долларов.

После чего тот шагнул из двери и, широко расставив ноги, встал справа от прохода.

– Джил на третьем этаже! – через плечо кинул Метис, проскакивая дверной проем.

– В какой палате лежит Джил? – спросил Борис, протягивая охраннику еще пять долларов.

– В триста четвертой! – быстро сказал тот, ловко пряча купюру в карман брюк.

Борис и Викинг бросились внутрь здания. Лестница на третий этаж оказалась, как ей и положено, в конце коридора. Один пролет, второй, третий, четвертый.

Триста четвертая палата нашлась второй слева. На открытых дверях с внутренней стороны висела цифра «2».

После короткой прихожей с умывальником и закрытой дверью друзья попали в комнату, в которой на кровати около окна лежал весь замотанный в окровавленные бинты негр.

Около головы раненого стоял Метис с растерянным выражением лица.

– Иди, ищи врача, а мы попробуем помочь твоему приятелю! – предложил Викинг, придвигая к кровати тумбочку.

Выложив на нее спецназовскую аптечку, Викинг приложил два пальца к шее негра и удовлетворенно хмыкнул.

– Что тебя так обрадовало? – спросил Борис по-русски.

– Пульс ровный, хорошего наполнения и совсем не частит, – ответил Викинг, внимательно осматривая раненого.

– Мне надо сейчас поговорить с раненым! – сказал Метис, проталкивая вперед знакомую негритянку в зеленом халате.

– Пациент сейчас без сознания. Я ничем не могу вам помочь! – резко сказала негритянка.

– Вы врач или медицинская сестра? – спросил Викинг, прикрывая аптечку носовым платком.

– Какая вам разница? Больной без сознания, и мы делаем все возможное для его выздоровления! – резко ответила девушка, не поворачивая головы. Все внимание девушка адресовала Метису, полностью игнорируя Бориса и Викинга.

– Какое медикаментозное лечение вы проводите больному? – спросил Викинг, задирая рукав синей застиранной рубашки у раненого.

Ни одного следа инъекций на локтевом сгибе не было видно.

Даже Борису, далекому от медицины, было ясно, что никаких процедур с помощью игл раненому не делали.

– Даем таблетки, делаем инъекции, ставим капельницу, проводим другие лечебные процедуры! – быстро ответила девушка, уставясь в открытое окно.

– Госпожа врач! Хотите научиться летать? – неожиданно спросил Борис, крепко беря девушку за руку.

– Я закричу, и сразу прибежит полиция! Вас, белые выродки, посадят в тюрьму! – быстро сказала девушка, делая тщетную попытку освободиться.

– Но тебе будет все равно! Знаешь, как больно падать с третьего этажа? – неожиданно вступил в разговор Метис.

– Ты, полукровка, рот закрой! Тебе места нет ни среди черных, ни белых! – отрезала девушка, упираясь ногой в стенку около окна.

– Дергаться не надо, солнышко! – ласково попросил Борис, упирая ствол пистолета в довольно приличную задницу, обтянутую зеленым халатом.

Такое положение ствола не дает возможности пленнику не то что провести контрприем, но и даже изменить положение тела.

Борис специально применил этот нестандартный прием в надежде на ответную реакцию девушки, которая неминуемо должна была последовать.

Но реакции не было.

У Бориса похолодело на сердце: перед ним был профессионал! Только очень тренированный человек может стоять в таком положении!

Растерянность Бориса длилась не больше секунды.

Удар кулаком в основание черепа – и девушка беззвучно рухнула на пол.

Направив пистолет на раненого, Борис приказал:

– На счет два – стреляю!

Тот моментально ожил и, сев на кровати, потряс головой.

– Сними бинты с головы! – приказал Борис, ткнув раненого в голову стволом пистолета.

Раненый одним рывком сдернул с головы окровавленные бинты, и перед глазами Бориса предстал широкоскулый негр с двумя золотыми кольцами в нижней губе.

Выкаченные глаза негра ярко блестели, а губы подергивались.

– Где Джил? – подскочил Метис к сидящему на кровати негру.

– Я не знаю! Мне приказали полежать на кровати и замотали бинтами! – громко закричал негр, вжимаясь в угол комнаты.

Громко хлопнула соседняя дверь, и затопали тяжелые шаги.

Метис моментально сдернул с плеча автомат и сделал шаг в сторону.

В палату медленно боком вошел огромный пузатый негр.

Подняв голову под потолок, негр презрительно посмотрел на присутствующих и пробасил на приличном английском:

– После первого же выстрела сюда ворвутся солдаты службы безопасности президента!

– А после такого удара? – спросил Метис, металлическим прикладом автомата ударив негра по правой почке.

Борис еле успел принять на плечо тело падающего негра, которого развернул и медленно прислонил к стенке.

Вдвоем с Метисом они аккуратно положили громадную тушу негра на пол.

– Что вы наделали? – запричитала лжемедсестра, ломая руки в показном отчаянии.

– Пытаемся найти выход из создавшегося положения! – сказал Метис, надевая на шею толстяка желтый ошейник. Шея была настолько огромной, что концы пришлось связать проволокой.

– Теперь толстяк превратился в огромную бомбу, которую разминировать может только… – успел сказать Викинг, как в комнату просочился худой как щепка негр с пронзительными светлыми глазами и с ходу продолжил:

– Отставить мучить несчастного чернокожего, капитан первого ранга Джеймс Патрик!

– Представляю вам начальника охраны банка «Нейшл Кеник» Филиппа Кергуса, – церемонно поклонился Метис, не опуская автомата.

– Давайте поговорим как цивилизованные люди! – предложил Филипп, делая приглашающий жест рукой.

– Только без фокусов, коллега! – попросил Метис, вынимая из кармана сотовый телефон.

Минуту потыкав пальцем в клавиши, Метис, вернее капитан первого ранга, удовлетворенно хмыкнул. За эту минуту раненый снова натянул на голову бинты и улегся на кровать.

Медсестра тоже выскользнула из палаты, а четверо здоровых негров, взяв толстяка за руки и за ноги, кряхтя от натуги, понесли из палаты.

Пройдя за Филиппом в конец коридора, все трое оказались в обычной палате, посередине которой стоял стол, уставленный бутылками с водой и открытыми армейскими пайками в жестяной упаковке.

Ни слова не говоря, Борис с Викингом уселись на смятую койку у правой стены и внимательно уставились на Филиппа, который, подойдя к столу, налил себе в пластиковый стакан прозрачной воды.

– Не могу привыкнуть к местной сомалийской воде! – громко сказал Филипп, залпом осушая стакан.

– Где мой человек? – спросил Метис, по примеру Филиппа наливая себе стакан воды.

– В Сомали идет война, и неизбежны жертвы. Люди Ахмед-паши убили твоего напарника и утопили яхту, которая нам нужна так же, как и тебе, – сказал Филипп, снова отпивая глоток воды.

– А где еще два бойца? – спросил Метис, впиваясь взглядом в Филиппа.

– Я про них ничего не знаю! – быстро ответил Филипп, вынимая пачку «Кента».

– Мы по твоей просьбе послали двух военных водолазов, которые пропали. Третий боец убит. Не слишком ли большие потери для простого поднятия яхты? – зло спросил Метис, по примеру своего собеседника вынимая пачку сигарет.

За все время полета Борис первый раз увидел, что Метис курит.

Филипп состроил сочувственное лицо, в котором было столько же сострадания, как в морде крокодила, который ест свою жертву.

– Что мне прикажешь сейчас делать? – спросил Метис, делая первую затяжку.

– Выполнять задание! Как только вы поднимете яхту, лично ты получишь бонус в пятьсот тысяч долларов! Правление банка поручило мне передать эти деньги тебе или открыть на эту сумму счет у нас в банке! – сказал Филипп, в две затяжки докуривая сигарету.

– Что случилось с моим напарником? – спросил Метис.

– На него напали неизвестные люди и избили металлическими трубами. Парень, не приходя в сознание, скончался, – быстро ответил Филипп, закуривая новую сигарету.

– Можно взглянуть на труп? – спросил Метис, делая незаметный взмах рукой, приглашая Бориса и Викинга следовать за собой.

– Что это за люди? – спросил Филипп, презрительно скривив губы.

– Аквалангисты из Канады. Друзья Фила, – коротко ответил, вставая с койки, Метис.

– Друзья Фила – мои друзья! – широко улыбнулся начальник охраны банка.

Борису улыбка негра показалась несколько натянутой, но комментировать сейчас было не очень удобно, и Борис оставил свое мнение при себе.

Судя по кривой усмешке на губах Викинга, мнение напарника, которого Борис втянул в не очень красивую историю, совпадало с его собственным.

«Гаденькая история! Как бы из нее унести ноги живыми! Тут пахнет таким керосином, вернее такой тухлятиной, что хоть святых выноси!» – сам себе сказал Борис, ободряюще улыбнувшись напарнику.

Метис, подойдя к Филиппу, о чем-то яростно говорил, живо жестикулируя руками.

Мало того, что не было ничего слышно, так они разговаривали на какой-то тарабарщине, судя по отдельным громким словам.

– Ты извини, что я тебя подрядил на эту канитель! – негромко сказал Борис, снова садясь на кровать.

– Не бери в голову! – беззаботно махнул рукой Викинг, присаживаясь рядом.

– Не хочется мне смотреть на избитый труп тюленя! Прямо с души воротит! – сказал Борис, рассматривая саванну за окном.

– Давай я тебе лучше расскажу про Сомали. Перелет был длинный, и от делать нечего я покопался в Интернете. Много интересного нашел, – неожиданно сказал Викинг и продолжил, не дожидаясь реакции Бориса:

– Сомалийцы выделяют четыре сезона года, как, впрочем, и все люди на земле. Весенний сезон называется «гу» и длится с апреля по июль. Это главный сезон дождей. В это время все реки разливаются, принося с собой плодородный ил, который служит природным удобрением, – начал рассказывать Викинг.

– Какой ты умный! Когда только успел познакомиться с географией страны? – язвительно спросил Борис.

– Ты не язви, а слушай, неуч водоплавающий! – одернул Викинг, видя, что Метис и Филипп продолжают яростно спорить, и продолжил свой рассказ: – Летний сезон, по-местному – «хагай», продолжается с июля по сентябрь. Во время его на всей территории Сомали, кроме юго-запада, весьма сухо. Скажи спасибо, что сейчас осень, а то летом ты бы сварился тут заживо!

– Не стращай! Я был в Туркмении летом, и ничего – выжил, а там тоже жарко! – огрызнулся Борис.

– Территория побережья Аденского залива – одно из самых жарких мест в мире! Температура достигает пятидесяти градусов Цельсия. Вся растительность выгорает, и поэтому сомалийцы называют этот район – «губан», то есть «выжженный».

– А как сейчас называется период? – спросил Борис, видя, что спор начинает утихать.

– Октябрь, ноябрь, декабрь на местном языке – «дер», второй период дождей, – начал рассказывать Викинг, но Борис перебил его:

– А как зимние месяцы обозвали?

– Зима называется «джилял», – успел сказать Викинг, прежде чем Метис махнул рукой, приглашая идти за собой.

Глава 12

Морг, как и положено, находился в подвале здания. Отперев металлическую дверь на первом этаже, четыре человека во главе с толстым белым мужиком в зеленом халате спустились на два стандартных пролета и оказались в большой комнате, покрытой белым кафелем.

На большом столе, обитом белым оцинкованным железом, лежал здоровенный негр с разбитым лицом и разможженными конечностями.

Ноги в коленях выглядели сплющенными до толщины ладони, а локти еще тоньше. Глаза человека были выжжены, а на месте гениталий зияла сплошная рана.

От такого зрелища даже привычный Викинг замотал головой, а Борис отошел к стенке, стараясь подавить приступ тошноты.

– Ты хочешь, Филипп, сказать, что его просто избили? – спросил Метис, откидывая кучерявые волосы со лба трупа. Лоб его был с двух сторон испещрен черными точками.

– Я застал уже труп и ничего не могу сказать! Я хотел отправить тело парня в Могадишо, но мне не разрешили, – быстро сказал Филипп, смотря в некогда белую кафельную стену.

– Парня пытали электротоком! Такие отметины бывают только после таких пыток. Он ведь ничего не знал толком! Только начал служить! Что я скажу его матери? – устало сказал Метис.

– Банк выделит сто тысяч долларов семьям погибших! – пообещал Филипп, брезгливо кривя губы.

– Нехорошо, конечно, над покойником говорить о деньгах, но позвольте спросить, уважаемый банкир, сколько мы получим за подъем яхты? Одно дело – просто нырнуть в теплое море, и совсем другой расклад, когда имеешь шанс оказаться вот в таком состоянии? – спросил Борис, впервые в упор посмотрев на начальника охраны.

– Мне надо переговорить с руководством банка, – замялся Филипп, разводя руками.

– Вы говорите, но пока мы не получим аванса, в воду не пойдем! – отрезал Борис, поворачиваясь к выходу.

При этом он неловко махнул рукой, и простыня с лежавшего на соседнем столе покойника свалилась на пол. Перед Борисом предстало тело еще одного негра.

Живот был вспорот в трех местах и, приглядевшись, Борис понял, что его так удивило: разрезы были сделаны в разное время!

«Мужика тоже пытали! Вон и черные точки на ногах и руках!» – понял Борис, внутренне содрогаясь от омерзения.

Нельзя сказать, что Борис вырос неженкой или имел слабую нервную систему, но то, что сделали с этим несчастным человеком, было просто гнусно! Ему медленно резали живот и зашивали его проволокой! Потом снова резали и снова зашивали! Видны были поржавевшие стежки и даже кусочки застрявшей в коже проволоки.

– Этот мертвец откуда? – небрежно спросил Борис, скорчив брезгливую физиономию.

Метис в это время, отойдя в сторону, о чем-то живо беседовал с Филиппом.

– Нашли на окраине города! – скорчив гадливую физиономию, ответил врач. Быстро подойдя к столу, он накинул зеленую простыню на обезображенное тело и повернулся к Борису с просветленным лицом.

– Покойники у вас странные! – протянул Борис, сдергивая со следующего трупа простыню.

Огромный могучий негр с хорошо развитой мускулатурой лежал на столе. Никаких видимых повреждений на теле атлетически сложенного человека не было видно.

«Похоже, парень занимался плаванием, и довольно серьезно!» – отметил Борис, поворачиваясь к врачу.

– Почему я должен отвечать на твои вопросы, белая собака? – взвизгнул негромко врач, загораживая труп своим телом.

«А кричишь-то ты шепотом!» – моментально отметил Борис, делая шаг вправо.

– Джеймс! Глянь на этого покойника! – громко сказал Борис, отмечая, как сразу изменился в лице врач.

– Отойди в сторону! – приказал Метис, возникая перед врачом.

– Вы не имеете права находиться в морге! Это территория Сомали! Я буду жаловаться на вас в полицию! – тонко заблеял врач.

– Какие золотые слова! – восхитился Викинг, возникая рядом с врачом.

– Вы… – успел сказать врач и отлетел вправо, сбитый ловким движением бедра Викинга.

С трудом сохранив равновесие, он схватился рукой за стол с очередным трупом и громко заорал:

– Охрана! Врача убивают!

– Если будешь так орать, то наверняка убьют! – пообещал Филипп, демонстративно прочищая ухо пальцем.

– Дверь в подвал толстая и железная! Звукоизоляция двери децибел шестьдесят, и для того чтобы тебя услышали, кричать надо, как атомоход в тумане! – с иронией сказал Борис, хорошо помнящий институтский курс акустики.

– Вы так считаете? – испуганно спросил врач.

– Сейчас ты так испугаешься, что выпрыгнешь из штанов! А когда я буду рвать тебе зубы через задницу, то ты выпрыгнешь из собственной кожи! – пообещал Метис, щелкая невесть откуда взявшимися пассатижами.

– Я все сделаю, только не надо рвать мне зубы! – громко заорал врач, падая на колени перед Метисом.

– Откуда к тебе попал Шебели? – негромко спросил Метис, еще раз щелкая пассатижами вблизи мужской гордости врача.

– Я не знаю никакого Шебели! – воскликнул врач, снова падая на колени перед Метисом и для убедительности сложив перед грудью руки.

– Вот он лежит, голый и бездыханный, совсем мертвый! – театрально сказал Метис, ткнув пальцем в атлетичного негра.

– Этого человека привезли люди Нияз-ходжи. Когда его доставили, он был еще жив, но умер у нас в больнице. На все воля Аллаха!

– Что с ним случилось? – деловито спросил Метис, сунув к себе в карман пассатижи.

– Не могу понять! На теле этого негра не было никаких повреждений, но буквально через три часа парень дернулся и умер, – пояснил врач, постепенно приходя в себя.

– Невропатолог смотрел Шебели? – спросил Борис, отмечая скрюченные руки.

– Откуда в нашей больнице невропатолог? У нас только дерматовенеролог и терапевт! – сказал врач, при последнем слове гордо выпятив вперед грудь.

– В какой одежде привезли пациента? – спросил Борис, у которого начали рождаться смутные подозрения по поводу болезни лежавшего перед ним негра.

«Очень похоже на тяжелую форму кессонной болезни или отравления угарным газом. Такое бывает при засасывании компрессором выхлопа двигателя!» – поставил для себя диагноз Борис, но вслух ничего говорить не стал.

– Поехали ко мне в офис! Хватит на покойников смотреть! – неожиданно предложил Филипп.

– Где находится ваш офис? – спросил Борис в спину идущего впереди Метиса.

– В городке Ассум имеется отделение «Нейшл Кеник», которым я руковожу! – не оборачиваясь, кинул на ходу Филипп.

«Все понятно. Пираты требуют выкуп и говорят номер разового счета где-нибудь на Багамских или Каймановых островах, а потом через банковские трансферы вы перегоняете деньги на свой банк, беря за это свой процент. И вам хорошо, и пиратам! Наличку можно перевозить и морем, и по воздуху! Скорее всего, на яхте доставляли крупную сумму наличных денег или банковские векселя!» – прикинул Борис, идя по коридору странной больницы, в которой не было никаких медикаментов и никто не собирался лечить пациентов. По крайней мере ни одного нормального пациента Борис не видел.

– Вы поедете на мотоциклах следом! – сказал Метис, усаживаясь в белый джип следом за Филиппом.

Глава 13

Городок Ассум выгодно отличался от всего виденного в Сомали. Двух-трехэтажные коттеджи из белого камня высились с обеих сторон широкой улицы, вымощенной шестиметровыми бетонными плитами.

Викинг, едущий впереди Бориса, от удивления затряс головой, украшенной темными очками.

Борис тоже пораженно смотрел на зеленые лужайки и бассейны с голубой водой, в которых плескались черные и белые детишки. Приличных объемов черные матроны, сидя на раскладных креслах, внимательно смотрели за чадами, не обращая внимания на шикарный джип, в котором ехал банкир и Метис.

У трехэтажной виллы из розового туфа Борис обнаружил настоящий теннисный корт, на котором стоящий у сетки молодой белый в одних шортах ловко отбивал удары двух чернокожих девиц лет по тринадцати. На девицах были коротенькие белые юбочки и топики, чуть прикрывавшие остренькие грудки.

Справа показалось деревянное здание, на котором красовалась надпись: «Салун «Черный буйвол».

Джип остановился возле деревянных дверей питейного заведения.

Борис увидел, как из машины вышел Филипп и быстро направился в салун. Толкнув деревянные дверцы, он стремительно шагнул внутрь.

– Парни! Сейчас вы встретитесь с работодателем! Прошу вас, ведите себя очень вежливо и корректно! Ахмеду ничего не стоит отправить всех нас на свидание с Всевышним! – быстро сказал Метис, подойдя к остановившемуся мотоциклу Бориса. Ни он, ни Викинг не успели ответить, как Метис первым устремился в салун.

Толкнув дверцы, Борис чуть притормозил перед вторыми, высокими стеклянными дверями, находящимися в метре от деревянных створок, полностью имитировавших киношные салунные двери Дикого американского Запада.

Прозрачные стеклянные двери с легким шорохом разошлись перед ним, открывая вход в новый, современный мир. Холодный кондиционированный воздух обдал все тело, заставив Бориса невольно передернуть плечами.

– Входите, молодой человек, и шагайте направо! – предложил Филипп.

Внутри салуна было практически темно. Борис почувствовал, как мужские руки быстро пробежали по телу, не оставив без внимания даже щиколотки.

Другая мужская рука, от которой пахнуло миррой, взяла его за правую руку и повела в глубь зала.

Чуть подсвеченная синим светом барная стойка, за которой стоял седой негр, осталась слева, и вот уже Бориса придавили за плечи, приглашая садиться.

– Вам виски, водки, джина? – предложил спокойный голос по-английски. Лица говорившего Борис не увидел. Слабый свет, падающий от бра с зеленым плафоном, бил в глаза, оставляя в тени лицо говорившего.

– Если нам предстоит работать под водой, то лучше со спиртным не связываться! – ответил Борис, откидываясь на спинку стула.

– Времени у нас очень мало, так что предлагаю обсудить сейчас все детали операции! – нетерпеливо сказал баритон.

Окончания некоторых слов голос произносил невнятно и немного путался во временах.

– Я готов обговорить условия нашей работы! – быстро согласился Борис, наливая себе в высокий стакан французской минеральной воды из двухлитрового баллона.

– Надо поднять яхту с морского дна! – резко сказал голос.

– Подъем судов – дорогое и очень опасное дело, особенно в этих водах! – начал плести кружева разговора Борис, когда Викинг негромко кашлянул, показывая, что ему есть что сказать.

– Помолчите, молодой человек! – резко оборвал голос Викинга.

Но Викинг продолжил, не обращая внимания на предупреждение:

– Я больше не скажу ни слова, но наше оборудование надо убрать в тень! Баллоны с воздухом могут взорваться при такой высокой температуре!

Голос раздраженно сказал короткую фразу на местном языке.

Борис почувствовал, как за столом начинает нагнетаться напряженность.

– Меньше эмоций и больше дела! – предложил Борис, снова вступая в разговор.

– Вы поднимаете яхту, и я плачу вам по сто тысяч долларов наличными! – предложил голос, чуть кашлянув.

– Зайдите в Нет и посмотрите расценки на подводно-спасательные работы! – предложил Борис, наливая минералки сначала себе, а потом и Викингу.

– Вам не кажется, что в вашем положении не стоит торговаться! – предупредил голос, в котором слышалась неприкрытая злоба.

– На какой глубине лежит яхта? – спросил Борис, переводя разговор на сугубо деловые рельсы.

– Шестьдесят семь метров! – быстро сказал голос, наливая себе из чайника какой-то напиток с резким приторным запахом.

– Это уже глубоководные погружения! На них цена совсем другая! Подъем судов с такой глубины стоит на порядок дороже! Это уже технический дайвинг! – с ходу ухватился за предложенную информацию Борис, демонстрируя неприкрытую алчность.

На улице громко хлопнуло.

Все сразу вскочили из-за стола.

Только Борис, Викинг и Метис остались сидеть.

Борис заметил, что Метис потягивает из высокого стакана темную жидкость.

Опять прозвучала короткая фраза на местном языке. Сразу затопали тяжелые шаги за спиной.

Еще один возглас, и Метис сорвался с места, как будто его ошпарили.

«Плохо, когда не знаешь местного языка!» – сам себе сказал Борис, но и без перевода было ясно, что их напарника направили на улицу для квалифицированного осмотра места происшествия.

Вернулся большой негр и, нагнувшись к темному пятну, из которого виднелись только руки, что-то негромко зашептал.

– Можете говорить спокойно! Мы не знаем сомалийского языка! – попробовал повести разговор за собой Борис.

– Не надо навязывать свою волю хозяевам! – неожиданно попросил голос, в котором слышались металлические нотки.

– Мы все понимаем, но денег хочется больше! – внес ясность в разговор Борис.

Появился Метис и с ходу сказал две фразы на том же языке.

– Предлагаю съездить на экскурсию в саванну. Тут недалеко расположены галерейные леса, и вам, белым людям, будет интересно посмотреть на нашу экзотику! – неожиданно пригласил голос, вставая из-за стола.

Борис внимательно посмотрел на невысокого плотного мужика лет пятидесяти.

Какой масти мужик, определить в темноте было нельзя, тем более что подскочивший здоровенный негр набросил ему на голову накидку темного цвета.

В проход мужик вышел с головой закутанной темной тканью.

Единственное, что Борис точно знал: мужик не был чистокровным негром. «Таких тонких губ у негров не бывает!» – это Борис знал точно.

Больше всего мужик смахивал на марокканца или креола, но сейчас даже глаза мужика были закрыты большими каплевидными очками с очень темными стеклами.

Вот только правая рука со старческими пятнами на тыльной стороне ладони привлекла внимание Бориса.

«Мужику далеко за шестьдесят!» – прикинул он, садясь на заднее сиденье большого защитного цвета «Лендровера».

Едва автомобиль выехал за пределы поселка и свернул направо, как хорошая дорога кончилась. Вернее, осталась только одна колея, которая шла вдоль береговой линии.

Бориса и Викинга, сидевшего на заднем сиденье, болтало из стороны в сторону.

– Такое ощущение, что нас засунули в вибростол и испытывают с максимальной амплитудой! – выдал Викинг, перехватывая стойку над головой.

– А говорят, в России плохие дороги! По-моему, здесь дороги, вернее направления, хуже! – отозвался Борис, вставая со своего места.

– Шеф учился в России на боевого пловца! – гордо сказал Метис, тоже вставая на ноги.

– А ты где учился? – небрежно спросил Борис.

– Есть такой городок на побережье Атлантики Чарлз-Сити.

– Это по сто сорок шестому шоссе, если свернуть направо между Филстауном и Мейвеллом? – уточнил Борис.

– Не шоссе, а федеральная дорога! Похоже, ты там бывал? – поправил Метис с вопросительными интонациями.

– Маленький городишко, в котором едва наберется двадцать тысяч человек жителей. Там еще есть на выезде большой отель «Флайт». Для чего построили десятиэтажный отель в таком маленьком городке, я до сих пор не могу понять? – удивленно спросил Борис.

– Несмотря на то что ты как канадец бывал в городке, знать о том, что находится за колючей проволокой, наверняка не можешь! – гордо сказал Метис.

– Неужели ты знаешь, что находится за колючей проволокой? – подначил Борис.

– Там находится станция наведения межконтинентальных ракет и база подготовки боевых пловцов! – быстро сказал Метис, лязгнув зубами на ухабе.

– Не может быть! – удивленно сказал Борис, внимательно смотря на дорогу.

Дорога петляла между дюнами, спускалась в лощины, но обещанных лесов до самого горизонта видно не было. Прямо на пути появились огромные ямы, которые внедорожник осторожно объезжал то справа, то слева, значительно снизив скорость.

Только четыре баобаба да кусты колючки попались на выжженной саванне вместо обещанных лесов.

Один раз встретился пастух, сидящий на самом солнцепеке; он лениво проводил взглядом мощный автомобиль, совершенно не обращая внимания на коз, которые разбрелись по саванне в поисках скудного корма.

– Этот отель используется как общежитие для боевых пловцов, которые находятся на территории США и за рубежом! Я сам там жил и видел парней из ЮАР, Мозамбика и Мадагаскара! – гордо сказал Метис, радостно улыбаясь.

«Что-то ты, парень, разболтался! Ди-Ай-Ди[11] может достать тебя и в твоей суверенной Кении!» – про себя одернул Борис разговорчивого собеседника, но Метис продолжал вываливать на Бориса ворох информации:

– На базе прекрасно оборудованные мастерские и склады, в которых хранится бинарный газ еще со времен холодной войны.

– Ты так спокойно об этом говоришь? – совершенно искренне удивился Борис, ища в рассказе Метиса подвох.

– Не дергайся, парень! Я же выдаю американские военные тайны, а не кенийские. Моя совесть совершенно спокойна! – сказал Метис, приблизив свое лицо к Борису.

Стойкий запах виски шибанул изо рта, и Борис понял причину откровенности своего собеседника.

– Что это за строения? – спросил Борис, кивком головы указав на три высоких конуса справа от так называемой дороги.

– Не обращай внимания! Это термитники. Они здесь самые высокие в мире. Высота их может достигать семи метров, – небрежно ответил Метис, поворачивая голову налево.

На широком плато, покрытом рассохшейся глиной, стояло два десятка небольших юрт.

Это Борис их так назвал про себя. На самом деле ни один уважающий себя чукча и тем более казах ни за что не стал бы жить в таком низком жилище.

Юрты были высотой всего полтора – два метра и диаметром метра четыре.

– Это акалы – местные жилища пастухов! – сказал Метис.

Борис заметил, что акалы были окружены живой оградой из кактусов и колючих акаций с выделенными внутри загонами для скота, в которых бродило с десяток тощих животных.

Дальше простирался громадный пляж, старая полуразрушенная мечеть с голубым куполом и совсем развалившийся длинный мол, протянувшийся до первой полосы рифов.

Небольшое стадо верблюдов уныло стояло на берегу, равнодушно посматривая на рыбацкие лодки, вытащенные на берег.

Половина лодок с частично выбитыми досками бортов больше походила на скелеты животных и уже совсем не годилась для плавания по морю.

Едва автомобиль остановился перед самым большим шатром, как полог откинулся, и на свет появился высокий черный старик в белых штанах и такой же рубахе, полы которой спускались почти до икр.

Старик приветственно помахал рукой и пошел направо.

Вся компания во главе с водителем двинулась за ним, обходя лежащих верблюдов и копающихся в пыли длинноногих цыплят.

На больших, беспорядочно расставленных деревянных распорках висели плоские куски мяса, которое вялилось на солнце.

За шатром, в тени, отбрасываемой этим невысоким сооружением, сидели на желтой кошме пятеро людей, одетых в такие лохмотья, которые только с некоторой натяжкой можно было назвать одеждой.

А вот оружие за спинами у четырех мужиков было серьезное и довольно ухоженное.

У правой ноги коренастого здоровяка стояла старинная винтовка Мосина, снабженная снайперским прицелом, укутанным в очень приличную замшу.

Пятая, высокая женщина, закутанная в длинный кусок ярко-синего материала, просто сидела на пятках и с отсутствующим выражением смотрела на море.

Едва Борис уселся на кошму, как из-за шатра выскочили две девчонки, одетые тоже в один кусок материи, при котором правое плечо было обнажено, а левое закрыто.

Девчонки вдвоем несли здоровенную алюминиевую тарелку, на которой лежали куски курицы, еще какие-то белые кусочки и рис, политый ярко-красным соусом.

– Попробуйте настоящую пищу кочевников! – предложил закутанный мужик из бара, наливая себе чай из маленького синего чайника.

– Курицу я знаю, а что это за беловатые кусочки? – спросил Борис, внимательно рассматривая наколотый на вилку кусочек.

– Все нормально. Не бойтесь, не отравитесь! Это курятина, приготовленная с сушеной рыбой, – сказал мужик из бара и опустил вниз закутанную голову.

Особого восторга Борис не испытал, но есть было можно. Правда, сушеная рыба вкусом напоминала подошву от ботинок, но поднатужившись, Борис сумел разжевать и проглотить кусочек.

– Вы очень заботитесь о своем здоровье, молодой человек! Обычно люди начинают так следить за собой к пятидесяти годам! – осуждающе заметил закутанный мужик.

– Здоровье человеку дается один раз на всю жизнь! И надо беречь его смолоду! Особенно здоровье подводника! Вы знаете, что подводникам нельзя употреблять в пищу бобовые? – неожиданно спросил Борис, отмечая, что Викинг ест только курицу.

– Наши водолазы не только едят все, но и пьют и курят! – возразил закутанный.

– Некоторые люди бросаются на стреляющий пулемет голой грудью! Это не говорит о том, что все должны так делать! – внес свой вклад в разговор Борис.

– Как вы относитесь к людям, которые захватывают корабли? – неожиданно спросил закутанный.

«Ответ простой – не нравятся мне такие люди! Неизвестно, как отреагирует собеседник на такой ответ! Скажешь, что нравятся, – обвинят в лицедействе!» – прикинул Борис и промолчал. Внимание его привлекла неподвижно сидящая девушка, которая только что появилась за импровизированным дастарханом.

Длинное лицо темного цвета, хорошо очерченные полноватые губы и стройная фигура в военной форме резко отличалась от одетых в рванье мужчин.

Закутанный внимательно посмотрел на Бориса, явно предлагая ответить на заданный вопрос.

– Я слишком мало нахожусь в стране, чтобы иметь право судить о людях, живущих здесь! – дипломатично сказал Борис.

– В западных газетах народ Сомали мешают с грязью! Эфиопские войска наводят порядок в стране! Теперь еще западные страны получили карт-бланш на проведение военных операций не только на море, но и на суше! Что делать бедной стране, в которой нет никакой промышленности и полезных ископаемых? – разглагольствовал закутанный, махая правой рукой перед самым лицом Бориса.

– Почему девушка ничего не ест? – неожиданно спросил Борис, которому порядком надоели пустые сентенции закутанного.

– У кочевников женщина не считается человеком! Обычно они доедают за мужчинами! Едят, что останется! – отмахнулся закутанный, наливая себе чай.

– Вы кофе хотите? – неожиданно спросила девушка, вставая со своего места.

Английский язык у девушки был очень правильный, с хорошими оборотами и дифтонгами. Так обычно говорят иностранцы, которые учатся в привилегированных учебных заведениях Англии.

Инструктора, которые ставили Борису язык, обращали внимание именно на эти мелочи и дифтонги.

– Из ваших прелестных рук я готов выпить даже цианистый калий! – высокопарно ответил Борис, отмечая стройные бедра и осиную талию, перетянутую широким кожаным ремнем.

– У нас есть только кураре и сильные туземные яды! – улыбнулась девушка и пошла за шатер.

Короткое движение рукой, и туземцы, поднявшись на ноги, не торопясь направились вслед за девушкой.

– Теперь, когда мы одни, я могу рассказать о задании, – начал разговор укутанный.

– Вы уже сказали о том, что надо поднять яхту. Пока мы не опустимся на дно и не увидим, что случилось с яхтой, я ничего не смогу вам сказать о возможности подъема судна! На подъем яхты может потребоваться неделя, а может, и месяц работы! Иногда на подъем судов тратятся годы! – жестко сказал Борис.

Викинг и Метис синхронно кивали головами, сейчас сильно смахивая на китайских болванчиков.

– Черт с яхтой! Пусть она лежит на дне океана, но мне очень нужен груз! За подъем груза я готов заплатить один, нет, два миллиона долларов! – громко сказал укутанный и потер подбородок сквозь материю.

Жест был настолько европейским, что Борис теперь был на сто процентов уверен – перед ним или европеец, или человек, очень долгое время живший в Европе. В этом его убедили жесты, повадки и легкий акцент укутанного мужчины.

– На каждого по два миллиона долларов? – задал вопрос Борис, глупо улыбаясь и радостно потирая руки.

– На всех троих! – жестко ответил укутанный.

Хотя больше не было сказано ни одного слова, Борис понял, что шутки кончились.

– Место, где затонула яхта, точно определено? – таким же жестким тоном спросил Борис, понимая, что надо брать все нити разговора в свои руки.

– Рыбаки с берега видели! – теперь уже не очень уверенно ответил закутанный.

– Значит, точно место не определено, а известен только квадрат, в котором затонула яхта, – задумчиво сказал Борис, принимая из рук девушки маленькую чашечку с горячим кофе.

– В море курсирует французский корабль береговой охраны и английский эсминец! – выдавил из себя укутанный.

– Вот и вся сказка про белого бычка! – протянул до сих пор молчавший Викинг.

– При чем тут бычки? – взвился укутанный.

– Это такая канадская поговорка! Мой товарищ хочет сказать, что положение усложняется в несколько раз. Эсминец наверняка оборудован гидролокаторами, которые засекут водолазов. Пара глубинных бомб, и от нас останутся одни гидрокостюмы! – протянул Борис, лихорадочно начиная соображать, что надо делать в такой ситуации.

Никогда еще ни одному боевому пловцу не приходилось работать водолазом под прикрытием пиратов!

– Вы незаметно ныряете с берега и прочесываете местность! – радостно сказал укутанный.

– В море прочесывают дно, а не местность! – не преминул сказать Борис.

– Вам не приходилось, уважаемый господин, искать зеленого ежика в густом лесу? – снова влез в разговор Викинг.

– У нас в стране очень мало лесов! – отрезал укутанный, не сводя глаз с Бориса.

– Мой напарник любит говорить аллегориями. Видимость в густом лесу не превышает трех-пяти метров. Для того чтобы найти там ежика, надо потратить уйму времени и задействовать огромное количество людей. А если лес густой, а ежик зеленый, то количество людей, необходимых для поиска, как и времени, увеличивается многократно!

– Прежде чем говорить об оплате, которая нам очень нравится, – последовал короткий кивок Бориса в сторону закутанного мужика, – сегодня вечером мы совершим первое погружение! Вам придется подогнать в зону работы три-четыре судна и поставить их там на якорь.

– У нас нет такого количества свободных судов! – мгновенно отозвался укутанный.

– Вы считаете, что на военных кораблях служат глухие и слепые? – неожиданно спросил Викинг, ставя кофейную чашку на край низкого столика.

– При чем тут слепые и глухие? – громко закричал укутанный.

– Вы считаете, что на военных кораблях не заинтересуются, что делает одинокая лодка, выходя в море?

На каждом корабле, помимо систем кругового наблюдения, существует служба наблюдателей, которые постоянно смотрят на берег, тем более после того, как на вас ополчился весь мир! Военные моряки обязательно заинтересуются, что делает одинокая лодка в море! А на кораблях могут и водолазы найтись, которым будет очень любопытно, чем занимаются белые люди под водой! Да еще под прикрытием пиратских лодок! – иллюстрировал свою мысль Викинг.

– Что же нам делать? – спросил укутанный, привстав на кошме.

– Сколько у вас сейчас захваченных судов в плену? – быстро спросил Борис.

– Три судна. Русский сухогруз «Андрей Миронов», индийский пароход «Лейла» и либерийский танкер «Гранд Блоу», – недоуменно ответил закутанный.

– Гоните эти суда на акваторию, где затонула ваша яхта, и ставьте их треугольником! Мы с этих судов будем погружаться и обследовать дно! – внес предложение Борис.

– Три судна и нас трое водолазов, мы быстро найдем яхту! – вступил в разговор Метис.

«Ловкий ты парень, Джеймс Патрик! Вот только водолаз из тебя слабый! Качество обучения подводников у американцев совсем не высокое, если парень допускает такие проколы[12]!» – подумал Борис, слушая, как распинается Метис.

– Мы с напарником будем работать с одного судна! С какого именно, определим по ходу работы. Но поставить на рейде надо обязательно три судна. Со стороны борта, обращенного в сторону берега, должен быть спущен парадный трап.

– Почему именно парадный трап? – взвился укутанный.

– Спускаться на воду проще и легче с парадного трапа, а тем более подниматься снова на борт, когда на тебе акваланг, весящий более двадцати килограммов, и еще куча оборудования, – пояснил Викинг.

– Мне не нужен парадный трап! Меня могут опустить с борта с помощью кран-балки и так же поднять на судно! – гордо сказал Метис, вставая на ноги.

– Отставить, господин водолаз! Пару раз поработаете кран-балкой и сразу привлечете внимание наблюдателей с кораблей! – резко сказал Борис.

– Да кому нужны эти старые коробки! – презрительно проговорил Метис, снова садясь на кошму.

Сидеть по-турецки за низеньким столиком в течение полутора часов для европейского человека занятие довольно неудобное, и Борис тоже встал на ноги.

– Расскажите, как затонула яхта? – попросил Борис, нависая над сидевшим закутанным.

Был ли это сам Ахмед-паша или нет, Борис не знал. Но то, что груз на яхте для закутанного был очень важен, говорила сумма вознаграждения.

– Вы сами видели, как утонула яхта? – спросил Борис, делая приседание.

– Зачем вы приседаете? – недоуменно спросил укутанный, не отвечая на первый вопрос, который сильно интересовал Бориса.

– Ноги затекли, и надо разогнать кровь. Ведь сегодня придется идти под воду, – сказал Борис, вопросительно уставясь на закутанного.

– Я сам не видел, но мне рассказывали очевидцы, что яхта затонула в пяти или семи кабельтовых от берега, – небрежно ответил закутанный.

– Меня не устраивает такой разбег в показаниях. Я хочу сам переговорить с очевидцами! Еще мне нужна подробная карта побережья и пара человек из команды яхты! – жестко сказал Борис.

За столом повисла напряженная тишина.

– Давно никто не разговаривал со мной таким тоном! – с угрозой сказал закутанный.

– Нам надо быстрее поднять груз, а не состязаться в вежливости! – сказал Борис.

– Почему вы так торопитесь? – подозрительно спросил укутанный, потерев сквозь материю подбородок.

– Хочу быстрее получить свои деньги и убраться в более цивилизованные страны, где их приятно тратить. Тем более что хотелось бы получить аванс, – попробовал еще раз показать свою алчность Борис.

– Меня ваши мотивы устраивают! – сказал укутанный и, быстро встав на ноги, пошел к автомобилю.

Минута, и мощный мотор рыкнул.

Над шатром встало облачко пыли, показывая, что автомобиль уехал, оставив всю компанию в пустыне.

Глава 14

– Что будем делать? – недоуменно спросил Метис, озадаченный положением, в которое они попали.

– Ляжем спать! – ответил Борис, перенося столик с остатками обеда на песок.

– Есть более приятное занятие для настоящего мужчины, чем спать! – сказала неожиданно появившаяся девушка с литровой бутылкой виски.

– Вопрос очень интересный! – оживился Викинг, радостно потирая руки.

Метис живо вскочил на ноги. Подскочив к столу, уютно угнездившемуся на песке, поднял его и водрузил в центре кошмы.

Девушка в это время глазами показала на белый шатер, стоящий справа.

Борис легко скользнул туда, решив покориться событиям, которые начали разворачиваться со скоростью реактивного самолета.

Прекрасная Ниоми, заскочив в шатер, скинула свою военную форму со сноровкой бывалого солдата, только что прошедшего переподготовку под руководством злобного сержанта.

Борис не стал отставать от прекрасной кочевницы и тоже за десяток секунд разоблачился.

Пара поз, которые показала Ниоми, были Борису неизвестны, но в свою очередь он тоже не представил себя полным дилетантом в любовных играх.

Через час, попивая из термоса холодный зеленый чай, Ниоми спросила, проводя пальцем по голой груди Бориса:

– Как тебя угораздило забраться в наши края, блондинчик?

– Фатальное стечение обстоятельств привело меня к вашим прекрасным ножкам! Злой рок в образе Ахмед-паши бросил меня в этом богом забытом месте, о чем я, правда, нисколько не жалею, – начал плести кружева разговора Борис, отмечая громкий голос Викинга.

Он и Метис о чем-то с жаром рассказывали друг другу.

– Ближе к телу, блондинчик! Ты водолаз, который должен поднять груз с яхты. Ты хоть знаешь, что это за груз? – спросила прекрасная Ниоми, надевая белые кружевные трусики.

Борис демонстративно тяжело вздохнул, обводя долгим взглядом крутые бедра Ниоми, скрытые полупрозрачной материей. Правда, от такого белья девушка стала еще привлекательней!

– Что-то весьма ценное, за что мне с приятелем обещана приличная сумма денег, – небрежно махнул рукой Борис, по примеру Ниоми начиная одеваться.

– Какой же ты в сущности мальчишка, блондинчик! – запустила девушка правую руку в волосы Бориса.

– Сколько тебе лет? – спросил он, внимательно всматриваясь в лицо Ниоми, на котором не было ни морщинки.

– Четырнадцать, – ответила смуглянка, натягивая брюки.

– У меня никогда не было такой молодой любовницы! – восхищенно сказал Борис, проводя рукой по полным грудям Ниоми.

– Это в Европе девушек можно трахать только с шестнадцати лет, а на Востоке они взрослеют рано! – самодовольно ответила девушка, надевая рубашку.

Лифчика она не носила.

– У тебя очень нежная кожа на груди, и ты ее поцарапаешь грубой солдатской тканью! – сказал, садясь по-турецки, Борис. Находиться в низеньком шатре по-другому было нельзя.

– Неужели я тебя так сильно интересую, что ты не хочешь узнать, какой груз везла яхта?

Видимо, секс с Борисом ее не больно-то вдохновил, что прямо-таки и читалось на лице Ниоми.

«Плохо, что я не могу читать мысли, которые мечутся в этой хорошенькой головке!» – подумал Борис, выпрямляя спину.

– Я испытываю к тебе такую сильную страсть, что начисто забыл о товарищах, яхте и о ее грузе! Что может вести обычная прогулочная яхта на своем борту?

– Много чего может везти яхта, начиная от синтетических наркотиков до неграненых алмазов! – громко сказала Ниоми и тут же прикрыла рот ладошкой.

– Не надо громко говорить! Даже в пустыне у шатра бывают уши! – назидательно сказал Борис.

– Ты мне сейчас напоминаешь преподавателя колледжа! – тут же откликнулась смуглянка, обидчиво надув губки.

За толстой стеной шатра слышались громкие возгласы двух крепко подвыпивших собутыльников.

– Ты меня уважаешь, силз? – громко спрашивал Викинг в духе лучших русских застольных разговоров.

– Конечно, уважаю, парень! Ты мой самый лучший друг! Только обидно: я Ахмед-паше про вас все рассказал, а он мне всего полтора миллиона баксов обещал, и только после подъема яхты! – откликнулся Метис, продолжая накачиваться спиртным.

– Ахмеду можно верить? – спросил Викинг, пьяно икнув.

Борису показалось, что Викинг больше придуривается, чем пьян на самом деле.

– Слово Ахмед-паши крепче дамасской стали! Но почему Ниоми ушла с твоим другом? Я так ее хотел! – заплакал Метис, непривычный к таким обильным алкогольным возлияниям.

– Метис такой противный! От него всегда пивом пахнет и виски! – прошептала Ниоми, оказывается, тоже внимательно слушавшая громкий разговор собутыльников.

– Так что за груз лежит на яхте? – спросил Борис.

– На яхте лежит пятьдесят миллионов долларов! – тихо произнесла Ниоми.

– Откуда такие сведения? – шепотом спросил Борис.

– Филипп сказал! Ему должны были привезти наличные деньги для расчетов с пиратами. Это выкуп за захваченные корабли!

Все теперь разложилось по полочкам, и банк «Нейшл Кеник» занял свое место в головоломке. «Бабки безналичкой перегоняют на счет банка «Нейшл Кеник» за освобождение судов. Там обналичивают безнал и уже «чистые» деньги привозят в Сомали».

– Значит, банк «Нейшл Кеник» работает помойкой[13]! – вслух, но шепотом сказал Борис, по-прежнему прижимая к себе девушку.

Метис скороговоркой заговорил на местном языке, запинаясь и спотыкаясь на отдельных словах.

Девушка приложила палец к губам Бориса, предлагая ему помолчать.

Буквально через минуту Метис громко захрапел.

«Хорош спецназовец! Храпит, как пароход в тумане! С таким не то что в разведку, на задание ходить опасно!» – подумал Борис.

– Ты знаешь, что сказал сейчас Метис? – спросила девушка, касаясь пухлыми губами уха Бориса.

– Я говорю только по-английски, а сомалийского языка не знаю! – негромко ответил Борис.

– Деньги спрятаны под полом во втором кубрике яхты. Там кодовый замок, зашифрованный годом рождения Метиса. Замок механический, но надо очень быстро забирать кэш[14]. Ровно через минуту люк автоматически захлопнется и надо снова набирать номер, – на одном дыхании сказала девушка и сильно поцеловала Бориса, прижавшись к нему всем телом.

И все началось по новой. Одежда полетела в угол, а тела сплелись в жаркие объятия.

«Какая-то нимфоманка мне попалась! В четырнадцать лет такой темперамент!» – воскликнул про себя Борис, немного лукавя.

– Ты мне очень нравишься! Люблю блондинов! – шепнула Ниоми, кусая мочку уха.

«На что только не приходится идти ради выполнения воинского долга! Как тяжела доля морского спецназовца!» – громко кричал про себя Борис, тем не менее активно принимая участие в сексуальном допросе источника ценной информации.

Нельзя сказать, чтобы Борис сильно сопротивлялся. Так, пару секунд, не более.

Глава 15

– Дэнис показал мне место, где спрятали оборудование для каких-то специальных работ! – сказала Ниоми, вынимая из кармашка на стенке шатра пачку сигарет.

– Ты можешь показать это место? – тут же спросил Борис, в подтверждение забирая в рот левый сосок груди девушки.

– Ты очень сильный мужчина! Я с тобой кончила десять раз! Белые не могут так трахаться! – томно вздохнула девушка, гладя Бориса по голове.

Правая рука Бориса начала смещаться с живота пониже.

– Подожди немного! Дай мне отдохнуть! – попросила Ниоми, прикуривая сигарету. По шатру поплыл сладковатый дымок марихуаны.

– Как прикажешь, моя королева! – согласился Борис, по-хозяйски кладя руку на пышное бедро девушки.

– Хочешь курнуть? – спросила Ниоми, протягивая Борису сигарету.

– Мне нельзя! Курение вызывает кашель! Изо рта выпадет загубник, и я захлебнусь! Ты будешь по мне сильно плакать! – отказался Борис, как ему казалось, вполне аргументированно.

Глаза Ниоми в полутьме шатра ярко заблестели.

– Дэнис много курил! Он и коньяк пил! – заплетающимся языком сказала Ниоми, доставая из еще одного кармана шатра плоскую бутылочку с коньяком.

Сделав хороший глоток, девушка протянула емкость Борису, который, набрав в рот коньяка, ждал, пока девушка отвернется.

«Мой предшественник был шустрым и смелым парнем! Идти под воду обкуренным и поддатым – полный нонсенс!» – оценил Борис действия еще одного силз из группы Фила.

Уставившись в сторону прикрытого пологом выхода, девушка продолжала рассказ, в драматических моментах пуская слезу:

– Дэнис с напарником нашли под водой водолазное оборудование морских дельфинов и перепрятали его. Когда они второй раз пошли к тайнику, то назад не пришли… Как мне хочется пойти с вами под воду! – неожиданно на просительной ноте закончила пускать слезу Ниоми.

– Странное желание для девушки! – протянул Борис, внимательно смотря на свою обнаженную собеседницу.

– Мне Дэнис такой прекрасный нож подарил! – мотая головой, сказала Ниоми, засовывая руку еще в один карман.

На свет появился малый водолазный нож с пилкой на обратной стороне лезвия.

Действуя скорее по наитию, чем согласно правилам, написанным высоколобыми составителями инструкций по работе с агентами, Борис спросил:

– А ножны к нему есть?

– Ножны странные и крепятся на плечо! Как такой ножик можно носить? – пьяно улыбаясь, сказала Ниоми, засовывая руку в карман шатра.

Первым на свет появилась черная пластмассовая коробочка размером с две пачки сигарет, а за ней уже сбруя наплечных ножен.

У Бориса екнуло сердце:

«Девушка держит в руках профессиональный американский подводный навигатор!»

Стоимость такого навигатора составляет почти сто тысяч долларов, и иметь такую игрушку было давней мечтой Бориса. Но самое главное, почему у него загорелись глаза: навигатор имел приличную память и хранил в себе все перемещения хозяина вне зависимости от его желания.

В отряде только у командира был такой навигатор, и остальные бойцы с завистью поглядывали на пластмассовую коробочку в руках капитана первого ранга.

– Пожалуй, я выпью коньячка с тобой еще! Все равно сегодня нырять не придется! – вслух решил Борис, прилаживая себе на плечо ножны.

– Как много ты знаешь! Расскажи об этом ноже! – попросила девушка, делая приличный глоток коньяка.

– Нож может спасти вам жизнь при нападении опасных животных и просто для работ под водой. Ножи изготавливаются обычно из нержавеющей стали и в редких случаях из бериллиевой бронзы. Иногда их делают с антибликовым напылением, покрывая лезвие специальным покрытием.

– Как ты интересно рассказываешь! – пьяно сказала девушка, закуривая новую сигарету с марихуаной.

«Не буду тебе рассказывать, почему ножи у боевых пловцов тусклые!» – сам себе сказал Борис, передвигаясь к карману, в котором лежал навигатор.

Конечно, попросить девушку подарить дорогую коробочку было можно, но Борис не мог себе этого позволить, чувствуя подспудно, что эта игрушка очень пригодится им в поисках яхты.

Девушка не могла знать, что такое подводный навигатор, но оставлять такую вещь в шатре кочевников было безумием, которое Борис готовился исправить, тем временем продолжая рассказывать о водолазных ножах. Борис говорил монотонно и ровно, что действовало усыпляющее не только на организм девушки, подвергнутый воздействию алкоголя и марихуаны, но и на совершенно трезвого Бориса:

– Такой нож должен свободно перерезать синтетические и растительные канаты и при этом легко извлекаться из ножен одной рукой, – рассказывал Борис, быстро засовывая пальцы в карман шатра.

Девушка, положив ладошку под голову, мирно спала.

Проведя рукой по стенке шатра, Борис обнаружил еще четыре набитых кармана.

Ниоми, отвернувшись к стене, неожиданно громко засопела и заворочалась, передергивая кожей спины.

«Носовая перегородка, лапонька, у тебя искривлена. Под воду глубоко тебе нельзя погружаться! Можно навсегда там остаться!» – оценил Борис физическое состояние девушки, еще раз засовывая руку в карман на стенке шатра. Продолговатая плоская пластиковая двухцветная коробочка, размером с половину сигареты и чуть ее толще, оказалась в ладони Бориса.

Поднеся ее к глазам – в шатре было довольно сумрачно, – Борис с трудом прочитал мелкий шрифт.

«Флешка на шестнадцать гигабайт! Серьезная игрушка!» – оценил Борис находку.

В следующем кармане нашелся британский паспорт на имя Ниоми Винштейн.

«Тебе, значит, шестнадцать лет, девушка, а не четырнадцать! – определил Борис, вынимая из него студенческий билет Кембриджского колледжа и британский паспорт.

Викинг, заглянув в шатер, поманил Бориса пальцем.

Увидев лежащую на боку обнаженную девушку, вытянул вперед руку с отогнутым вверх большим пальцем.

Борис не мог сдержать довольную улыбку.

«Все-таки приятно, когда хвалят красивую девушку, только что выскользнувшую из твоих объятий!» – самодовольно подумал Борис, выуживая из соседнего кармана спутниковый телефон.

Теперь уже Викинг расплылся в радостной улыбке.

Короткое движение пальцами, и телефон, как и подводный навигатор, перекочевал в руки напарника. Встав на колени, Борис пополз на выход.

Указательный палец Викинга, приставленный к виску, ясно показал, что с мыслительными способностями у старшего лейтенанта явно не все в порядке. Викинг укоризненно покачал головой и ткнул пальцем вправо.

Борис моментально протянул руку, доставая скинутую второпях одежду.

Щурясь от яркого солнца, он оглядел окрестности лагеря кочевников.

Кроме двух ребятишек, которым было лет по пять, самозабвенно играющих в пыли у ног флегматично стоящего двугорбого верблюда, в лагере никого не было видно.

– Прибежал какой-то пацан, что-то проорал на своем тарабарском наречии, и все население попрыгало на верблюдов и свалило в сторону юго-запада! – по-русски просветил Викинг ситуацию.

– А где наш прикрепленный кенийский дружбан? – тоже по-русски спросил Борис, внимательно осматривая окрестности.

– Совершенно пить не умеют кенийские силз! – вынес вердикт Викинг, кивая в сторону ближайшего шатра, откуда доносился заливистый храп.

– Охота тебе тащить его было? – спросил Борис, направляясь за напарником.

– Оставишь на солнце, хватит парня солнечный удар – придется искать нового переводчика, – пояснил Викинг свой альтруизм.

Больше он ничего не стал говорить, а быстро пошел вперед, предлагая Борису следовать за собой.

В ста метрах от лагеря обнаружилась приличная лощина с кустами и даже небольшим ручейком, протекающим по ее дну. Ручеек был крошечный, не толще руки взрослого человека, и, пробежав всего пару метров, оканчивал свое существование в небольшом пруду размером с ванну в хрущевке. Судя по обилию козьего помета вокруг и хорошо утоптанной тропке, пруд активно использовался как водопой для скота.

Устроившись в тени густого куста, Викинг включил навигатор и стал внимательно всматриваться в экран.

Борис, пристроившись справа, вполглаза смотрел за напарником, слушая его рассказ:

– Одного парня из команды Фила в больничке ты видел, а вот второго так до сих пор и не нашли.

– Был третий, которого звали Дэнис, а может, и четвертый. Правду ведь тут никто не рассказывает, оставляя хоть маленькую, но толику информации на потом для своей страховки! – вставил Борис, но, увидев недовольную гримасу на лице напарника, замолчал и поднял вверх руки, ладонями вперед.

– Метис к погружениям имеет очень далекое отношение, – продолжил Викинг, но был снова прерван.

– А как же рассказы о его героическом прошлом и обучении в Штатах? – спросил Борис, смотря, как на экране проявляется сеть красных прерывистых линий.

– Метис прошел обучение не у морских котиков, а у зеленых беретов, в то время как его ребята обучались у силз, – пояснил Викинг, нажимая стилосом на маленькую сенсорную панель внизу навигатора.

На экране осталась одна красная линия, которая сначала ушла вправо, а потом круто свернула к берегу.

– Похоже, нашему другу чего-то дали в море, и он потащил их в точку, а потом пошел на берег.

– Искать его надо на берегу! – вынес решение Борис, смотря на экран, который снова покрыла густая сеть красных линий.

– Что-то ребята искали в этой точке! Больно часто они сюда ныряли! – задумчиво сказал Борис, ногтем указательного пальца касаясь экрана.

– Ребята выполняли задачу по подъему груза с золотого галеона, маскируясь спасением людей с пиратского судна! – небрежно махнул рукой Викинг, продолжая внимательно всматриваться в экран навигатора.

– На яхте везли в местное отделение кенийского банка пятьдесят миллионов долларов. Что это за деньги, Ниоми мне не сказала, но навигатор и флешка остались от боевого пловца, который исчез. Расскажи мне о золоте испанцев, ты же не зря поил Метиса, – попросил Борис.

– Если о банковских деньгах знает ограниченное число людей, то о золоте Счастливой Армады написаны сотни томов, да и люди за ним охотятся уже несколько веков. Организовал Армаду Филипп Второй, в то время властвовавший над половиной Европы, в Америках, Азии и Африке. Флотилия насчитывала почти сто пятьдесят судов. Буря разметала несколько галеонов, и один из них, попав на рифы, затонул у берегов Африканского Рога. Это рассказал Метис в порыве откровенности.

– Насколько мне известно, из Мексики испанцы возили в основном серебро, но может быть, и золото.

– В знак нерушимой дружбы Метис подарил мне серебряный реал, – сказал Викинг, протягивая Борису монету, на которой с одной стороны ясно читалась буква «Р»[15] и корона в двойной дуговой надписи, на другой стороне – вычурный герб.

– Подаришь своей жене! – взвесив в ладони тяжелую монету, сказал Борис.

– Ребята подняли и отправили в отряд более тысячи монет, но потом оставили только двух парней, которые потихоньку возились, создавая видимость работы. Почему это произошло, Метис не стал говорить, да я особо и не настаивал, стараясь его сдерживать с алкоголем! Хоть и плохой, но все-таки водолаз! – рассказывал Викинг, продолжая колдовать над навигатором.

– Куда наш Метис рвался? – спросил Борис, смотря, как по экрану бегут колонки цифр.

– Рвался набить тебе морду и оторвать от жарких объятий Ниоми, – пояснил Викинг, поворачивая навигатор вправо и влево. Колонки цифр быстро менялись.

– Ты правильно сделал, что не пустил его к нам! Ни к чему хорошему это привести не могло, а навигатор и кое-какие сведения от девушки я бы не получил, – с нажимом на последних словах сказал Борис.

– Поделись секретами, которые ты добыл в поте лица и тела, используя свое мужское достоинство! – попросил Викинг, выключая навигатор.

– Девочка учится на втором курсе в Кембридже и имеет британский картон, а сейчас я пойду, проверю ближайшие кустики, а ты пока можешь позвонить любимой жене, – предложил, вставая со своего места, Борис, поймав второй жадный взгляд Викинга на спутниковый телефон.

Викинг о чем-то невнятно гундел своей жене, доказывая, какой он хороший и как он ее любит, когда невнятный гул заставил Бориса напрячь слух.

К лагерю кочевников шла тяжелая машина, у которой был пробит глушитель.

– Кончай болтать! К нам едут гости! – быстро сказал Борис, направляясь в сторону лагеря.

– Труба зовет, родная! Больше не могу говорить! – прервал разговор Викинг.

Судя по его радостному виду, появление чужой машины оказалось как нельзя кстати.

Борис бросился в лагерь кочевников, понимая, что основные события сейчас развернутся там.

Вытащив вдвоем из шатра Метиса, который оказался довольно тяжелым, бегом понесли его за ближайший камень, справедливо рассудив, что на самом солнцепеке искать притаившегося беглеца не будут. И тут Бориса как по темечку ударили! Ниоми была в точно таком же положении, как и Метис!

Зеленый армейский «Хаммер» выскочил на площадку перед шатрами и резко остановился.

Задние дверцы внедорожника распахнулись, и из них посыпались вооруженные люди, одетые в рваную военную форму.

Маленький мальчишка, выскочивший из-за заднего колеса внедорожника, получив в лоб прикладом автомата, отлетел на метр, упал на спину и задергал ногами.

«Серьезные ребята! Такие шутить не будут!» – прикинул Борис, перемещаясь вправо, за крайний шатер.

Черный детина, заскочивший в первый шатер, начал выкидывать в проем вещи наружу.

На улицу полетели коврики, подушки и медный поднос.

Краем глаза Борис заметил, как Викинг переместился к последнему шатру с другой стороны лагеря.

Сухо треснул выстрел, и вышедшая из потертого шатра старушка тонко зывыла, обхватив руками правую ногу.

Высокий худой негр с зеленой банданой на голове повернулся в сторону упавшей на землю бабки.

Прозвучала короткая команда на незнакомом, ничуть не похожем на сомалийский, языке.

Ближайший к бабке негр сделал быстрое движение правой рукой. Тяжелый штык-нож по самую рукоятку вошел в грудь старушки, откинув ее навзничь.

Викинг тем временем проскользнул в шатер к Ниоми, оставаясь не замеченным всеми, кроме Бориса.

Песок заскрипел справа, и Борис вжался в землю, кляня себя за то, что заранее не замаскировался.

Не дойдя полутора метров до куста тамариска, за которым притаился Борис, негр вытащил из чехла саперную лопатку и, опустившись на одно колено, начал быстро копать.

«Вот теперь самое время напасть! Парень сильно увлечен работой!» – решил Борис, отползая вправо.

Бросок, удар ребром ладони по горлу, и негр с лопаткой улегся на песок, совершенно не интересуясь окружающим.

Автомат, пистолет и саперная лопатка перекочевали к новому хозяину.

Борис, прижав свой указательный палец ниже уха негра, убедился, что тот жив. Сердце негра хотя и медленно, но билось.

Связав руки и ноги широким скотчем, позаимствованным у негра в поясной сумке, Борис, увидев, как дрогнули ресницы пленника, наклеив полоску на рот, спросил:

– Если ты понимаешь по-английски, я тебе задам несколько вопросов. Закрой правый глаз в случае согласия говорить! Если не хочешь или не понимаешь, то я тебя просто зарежу! – спокойно сказал Борис, чуть прижав острие ножа напротив сердца негра, тем временем продолжая наблюдать боковым зрением за шатром, в котором сейчас находились Викинг и Ниоми.

Нападавшие тем временем продолжали планомерно прочесывать шатры, пристреливая всех найденных людей.

На площади уже лежали три старика, одна старуха, а в самой середине высилась внушительная куча найденных вещей.

Борис с удивлением увидел две спутниковые тарелки, ножную швейную машинку и даже пару лыж, невесть каким образом попавших в этот бесснежный край, где и зимы-то не было никогда.

Справа выскочил высокий худой подросток, лет десяти от роду, с коротким автоматом и с ходу начал стрелять по грабителям.

Три передних человека упали как подкошенные, а вот негр в бандане не растерялся. Качнувшись вправо, прямо с бедра срезал подростка короткой, всего в два выстрела, очередью.

Из шатра Ниоми раздались две короткие очереди, и негр в бандане вскинулся, выронил автомат и ничком упал на землю.

Викинг, а это мог быть только он, начал стрелять короткими очередями влево.

Борис направил автомат вправо и срезал второго номера у пулемета, который развернулся в сторону Викинга.

Первая же очередь из тяжелого пулемета срезала верх шатра Ниоми и прошлась по двум стоящим рядом жилищам.

Громкий винтовочный выстрел сразу прервал пулеметную очередь.

У пулеметчика разлетелась голова, и, задрав ствол в небо, пулемет перестал стрелять.

Из-за последнего шатра выскочили два вооруженных негра и зигзагами бросились к шатру Ниоми.

Короткая очередь Бориса срезала левого негра, а громкий винтовочный выстрел заставил выронить автомат второго.

Борис посчитал лежащих на песке бандитов, напавших на становище кочевников. Лежащих на песке оказалось восемь человек.

– Должен быть еще один бандит! – по-русски крикнул Викинг, не высовываясь из шатра.

– У меня один пленный живой! – тут же отозвался Борис на языке родных осин.

– Тогда все в наличии! Тащи своего пленного сюда! – крикнул Викинг, перекатываясь в соседний шатер.

Борис посмотрел на пленного и не поверил своим глазам. Изо рта пленного вытекала черная кровь. Прижав два пальца к шее бандита, Борис не обнаружил биения сердца.

– Мой пленный копыта отбросил! – крикнул Борис, внимательно смотря на трупы нападавших.

Из крайнего шатра осторожно выглянул мальчишка с коротким карабином в руках.

«Английский «Манлихер» с магазином на десять патронов! Эксклюзивное оружие!» – определил Борис, на всякий случай сместившись на полметра вправо.

– Как это случилось? – по-русски крикнул голос, смутно похожий на Викинга.

Борис невольно вздрогнул, но решил пока не отвечать, а переместиться под маленький густой кустик тамариска.

Выставив автомат вперед, Борис стал внимательно просматривать пейзаж, расстилавшийся перед ним, и невольно потряс головой.

На площади лежало только шесть трупов нападавших!

Одного трупа не хватало!

– Одного жмурика нет! – крикнул Борис, метнувшись назад.

Буквально секунду спустя колыхнулся куст тамариска, за которым только что лежал Борис.

«Из бесшумки бьет, ирод!» – определил Борис, прикидывая траекторию выстрела.

По прикидкам выходило, что оживший жмурик засел около внедорожника.

Автоматная очередь прошла по борту внедорожника, вызвав веселый звон отскочивших пуль.

Длинная фигура метнулась из-за заднего колеса, но Борис был настороже.

Два одиночных выстрела, и длинный нескладный парень в одних шортах, пробежав два шага, ткнулся лицом в песок.

– Хорошая работа! Жалко, что нет ни одного живого нападавшего! – весело сказал Метис, появляясь на середине площади.

– Что предпримем? – спросил Борис по-английски.

– Надо быстрее отсюда сматываться! Кочевники не будут разбираться, кто прав, а кто нет, – прирежут всех! – скомандовал Метис, усаживаясь за руль внедорожника.

Метис сразу включил заглохший двигатель и был готов тронуться, когда Борис сорвался с места.

– Подожди минуту! – на бегу крикнул он, бросаясь в сторону родника.

– Я забрал навигатор! Это наш прибор! – успел громко сказать Метис, желая остановить Бориса.

Викинг наклонился вперед с заднего сиденья внедорожника, перехватил горло Метиса локтем левой руки и приказал:

– Передай навигатор назад! Прибор нам тоже пригодится!

– Вы не имеете права так делать! Оборудование – собственность Вооруженных сил Кении! – прохрипел Метис, тщетно пытаясь освободиться.

– Сейчас навигатор – военная добыча! Воровать нехорошо! Тем более у своих боевых товарищей! – назидательно сказал Викинг, сильнее сжимая руку, лежащую на горле Метиса.

– Я отдам! Только отпусти! – просипел Метис, передавая назад коробочку навигатора.

– Спасибо большое! – вежливо сказал Викинг, для острастки ткнув стволом пистолета в основание черепа Метиса.

Метис покрутил головой вправо-влево, проверяя целость шейных позвонков.

Борис возник около автомобиля, как чертик из бутылки.

Еще пара секунд, и Борис вытащил из шатра голую девушку, из всей одежды на которой был золотой браслет на правой ноге.

– Азартный ты человек, Парамоша! – констатировал Борис, взваливая на правое плечо бесчувственное тело Ниоми.

– Ты так и повезешь девушку раздетой? – спросил Викинг, продолжая сидеть на заднем сиденье внедорожника.

– Как прикажешь, босс! – согласился Борис, сгружая Ниоми на заднее сиденье открытого джипа.

– Может, мы ее трахнем, пока девушка в таком состоянии? – спросил Викинг, погладив Ниоми по грудям.

– Лев падаль не ест! – гордо сказал Метис, не поворачивая головы.

– Ну а я парень не гордый! – громко сказал Викинг, усаживая ничего не соображающую Ниоми у правого борта открытого автомобиля.

Борис тем временем собирал в сумку разбросанную по всему шатру одежду девушки.

Кинув в сумку документы Ниоми, Борис добавил три пластиковые банковские карточки и толстую пачку английских фунтов стерлингов.

– Быстрей! – рявкнул Викинг, и мотор внедорожника взревел на повышенных оборотах.

Борис моментально выскочил из шатра, прихватив на всякий случай моток нейлонового троса, висевшего на стене.

– Это ты молодец, что захватил такую прекрасную веревку! – по-английски похвалил Викинг, с ходу отрезая двухметровый кусок троса.

Метис, тронувший автомобиль с места, тряхнул головой, как от зубной боли.

Бориса тоже передернуло, но вслух он ничего говорить не стал:

«Назвать трос веревкой может только сухопутная крыса! Почему Викинг так сделал?» – подумал Борис, смотря, как Викинг приматывает девушку к сиденью.

Глава 16

Через полтора часа Метис привез своих пассажиров в аккуратный поселок, тянущийся от самого океана в пустыню двумя ровными улицами. Поселили Бориса с Викингом в опрятном двухэтажном домике на берегу океана.

Несмотря на кажущуюся беззаботность, Борис все время ощущал навязчивое внимание со стороны обслуживающего персонала. То садовник начинает водить граблями по чистому песку, стоило только Борису выйти на берег. То охранник начинал протирать и без того блестевший «Лендровер», стоящий перед домом, едва русский выбирался из комнаты подышать свежим воздухом.

Метис же сразу исчез, как только трофейный автомобиль въехал в городок.

На место Метиса моментально уселся угрюмый негр, который за все время поездки не произнес ни слова.

Единственное радовало, что Ниоми, которая бессовестно проспала все два часа дороги, приютилась в соседней комнате.

Борис начал испытывать к девушке какую-то нежность и вместе с тем ответственность за ее дальнейшую судьбу. Ведь с ее помощью они серьезно приблизились к решению своей задачи.

– Господин просит вас пройти в холл! – предложил садовник.

– Слушаюсь! – по-военному четко сказал Борис, отмечая, что захваченные суда уже стоят в пятнадцати-двадцати кабельтовых от берега. Тренированный взгляд моряка моментально отметил российский сухогруз, который стоял дальше всех в море.

«Пока мне не везет! Но хоть российский корабль увидели!» – направляясь в дом, оценил положение Борис.

В большом холле на первом этаже уже сидели закутанный до самых глаз мужик, Метис и Викинг.

Едва Борис зашел, как закутанный сразу начал говорить:

– Мне рассказали, что вы, молодой человек, готовы приступить к поискам яхты и у вас имеется подводный навигатор, где обозначено место, в котором затонула яхта. Навигатор является собственностью кенийских силз, и его необходимо вернуть! Мы поставили суда на рейде, как вы просили. Вы будете работать внизу, а сверху мои люди будут изображать кипучую деятельность, занимаясь рыбной ловлей!

– Как мы будем передвигаться под водой? – задал вопрос Борис.

– Будете ползать по дну и искать яхту! – отрезал закутанный Ахмед-паша.

«Его инкогнито полностью раскрыто, так зачем этот ненужный маскарад?» – сам себя спросил Борис, наливая в стакан минеральной воды.

– Вы не ответили на мой вопрос! – снова бросил Ахмед-паша с металлическими нотками в голосе.

– Плавая в ластах, мы будем искать вашу яхту до второго пришествия Христа! – ляпнул Борис и тут же мысленно схватил себя за язык.

«Какого черта я упомянул Христа? Язык мой – враг мой!» – мысленно стукнул себя кулаком по лбу Борис.

– Простим вам некоторые просчеты в речи! Прежде всего дело! У вас есть предложения? – раздраженно спросил Ахмед-паша, больше не требуя ответа на свой непонятно какой вопрос.

– Обычно мы проводим такие работы, используя гидролокаторы, магнитометры и, конечно, подводные буксировщики. С помощью такой аппаратуры более вероятно определить, где затонула яхта, и быстро доплыть до нее! – попробовал объяснить ситуацию Борис.

– Мне сказали, что за два дня вполне реально найти затонувшую яхту! – резко сказал Ахмед-паша, кивком указав на Метиса, который за все время разговора не проронил ни слова.

– Особенно если пить с утра и до вечера! – не удержался от шпильки в адрес кенийского боевого пловца Борис.

– На вас напали и чуть не убили! Пришлось героически защищать свою жизнь! Тем более что Джеймс Патрик сегодня спас мою дочь! – патетически сказал Ахмед-паша.

– Какой герой идет с нами рядом! Как он велик и могуч! – воскликнул Викинг, вынимая из кармана пистолет.

– Что вы хотите сделать? – воскликнул Ахмед-паша.

Два охранника выскочили из-за портьер и закрыли своими телами Ахмед-пашу.

– Это не нападение! – покачал головой Викинг, протягивая пистолет рукояткой вперед Метису.

– Для чего вы даете оружие моему будущему зятю? – спросил Ахмед-паша, легким движением руки убирая охранников.

– Пусть Патрик покажет свое умение стрелять! – предложил Викинг, кивая на тарелку, висящую на стене.

– Покажи этим водолазам, как ты умеешь стрелять! – приказал Ахмед-паша, закуривая длинную черную сигарету.

Взяв пистолет левой дрожащей рукой, Метис попытался перехватить рукоятку правой, но ничего не получилось.

Оружие с грохотом упало на деревянный пол.

– Я сейчас плохо себя чувствую и не могу держать пистолет в руках! – воскликнул Метис, тряся головой, как припадочный. Вены на его лбу вздулись, и изо рта пошла пена.

Короткая фраза Ахмед-паши, и охранники, моментально появившиеся в помещении, подхватив Метиса под локти, уволокли из комнаты.

– Давайте вернемся к нашей яхте! – предложил Ахмед-паша, закуривая новую сигарету.

– Поискового подводного оборудования у вас нет и, как я понимаю, в ближайшем будущем не предвидится! – начал говорить Борис, вставая со своего места.

– Я увеличу ваш бонус до двух миллионов долларов на каждого! – громко сказал Ахмед-паша, делая глубокую затяжку.

– Погнали! И никого не ждем! – радостно сказал Борис и, не давая никому вставить ни слова, продолжил:

– Сейчас мне нужна подробная карта побережья и свидетели, которые видели, как и где затонула яхта. Переводчиком может выступить ваша дочь! Как только мы определим примерный район гибели яхты, так и начнем работать! Погружаться будем за механическим транспортным средством! – закончил Борис свой короткий монолог.

– Начинайте работать! Люди сейчас придут! – идя к двери, приказал Ахмед-паша.

Глава 17

Три часа опроса аборигенов, и исчерченная линиями карта лежала на столе. Над ней склонились Викинг, Борис, Ахмед-паша.

– Вот примерный район, в котором затонула яхта! Мы определили его по показаниям очевидцев – рыбаков, которые с берега наблюдали за тем, как затонула яхта! – бодро сказал Викинг, очерчивая пальцем пятно площадью километров двадцать пять.

– Почему такая большая площадь поиска? – озабоченно спросил Ахмед-паша.

– Погрешность в показаниях представленных свидетелей дала такой большой разброс! – пояснил Викинг, и тут же Борис принялся объяснять задачу, которую предстоит выполнить их помощникам наверху:

– Идет моторная лодка со скоростью три-четыре узла. К лодке тросом должна быть привязана метровая доска, за которую я держусь.

– Почему так медленно плывет лодка? – спросил Ахмед-паша.

– Выше нельзя скорость держать! Маску с лица сорвет! А без нее видимость под водой ограничится тремя метрами! – пояснил Борис, прикидывая, как подвести главного пирата к мысли, что базироваться они должны на кораблях, стоящих на рейде.

Но дело решилось само собой.

– Начнете работать с индийской «Лейлы»! Она ближе всех стоит к берегу! Прочешете акваторию вокруг нее и перейдете на либерийский танкер «Гранд Блоу». Последним будет российский пароход «Андрей Миронов», – приказал, вставая со стула, Ахмед-паша.

«Вот всегда так! Закон подлости в действии! Бутерброд должен упасть обязательно маслом вниз! Русский корабль оставили на закуску! Но нет худа без добра!» – решил, вставая, Борис.

– Сейчас вас двоих отправят на «Лейлу», и вы сразу начнете работать! – уже стоя в дверях, сказал Ахмед-паша, чуть приоткрыв нижнюю часть лица.

Остроконечная, наполовину седая бородка, на секунду выглянув на свет, показала, что предводитель – мужчина лет пятидесяти и хорошо развит физически.

Двигался мужик легко и свободно – ни скрипа суставов, ни характерного старческого кряхтения Борис не услышал.

– Только нужен темный тональный крем! – в спину выходящему Ахмед-паше сказал Борис.

– Зачем он необходим? – не оборачиваясь, спросил главный пират.

– С нашими светлыми лицами мы будем видны, как чернильное пятно на белоснежной робе архиепископа! Надо наши физиономии немного зачернить! Только Метис в нашей команде немного похож на аборигена! – пояснил Борис.

– Джеймс минимум на три дня выбыл из строя! Наширялся героином как последний босяк, и теперь ему меняют кровь! – махнул рукой Ахмед-паша.

«Это вторая хорошая новость за сегодняшний день!» – радостно подумал Борис, потирая руки.

Едва главный пират вышел, как Викинг громко сказал по-русски:

– Как приятно больше не видеть эту наглую черную рожу!

– Ты по-русски меньше болтай! Наши парни тут много лет работали! Наверняка остались люди, которые если не понимают по-русски, то определить, на каком языке мы с тобой говорим, смогут легко! – одернул Борис.

В комнату вошла Ниоми и протянула Борису черную косметичку, презрительно посмотрев на Викинга.

– Девушка меня совсем на дух не переносит! – снова по-русски заметил Викинг.

– Говори по-английски, я не понял, что ты сказал! – попросил Борис, сделав свирепое лицо.

– Как прикажешь, босс! – легко согласился Викинг, отходя в темный угол.

– Солнце мое! Зачерни нам лица! У тебя больше опыта раскрашивать физиономии. Появляться в лодке с такой белой рожей, как у моего приятеля, – вызывать лишние вопросы у наблюдателей с военных кораблей, – попросил Борис, просительно улыбаясь.

– Как мне не хочется раскрашивать морду вора, который забрал вещи моего друга! – зло сказала Ниоми, но косметичку взяла из рук Бориса.

– И вытащил тебя из шатра под пулями бандитов, не забыв захватить документы и одежду. Одежды на тебе, в то время когда мой напарник тащил тебя на себе, рискуя жизнью, не было ни грамма! – жестко сказал Борис, умолчав о том, что сам первым начал экспроприацию ценностей из шатра Ниоми.

– Я не знала! Прошу прощения! Извините меня! Я больше не буду ругаться! – покаянно сказала Ниоми, раскрывая косметичку.

Вытащив из нее коробочку с красками, быстро стала наносить коричневый тон на лицо Викинга, сидевшего на полу.

Еще пять минут – и слой краски был наложен на лицо Бориса.

Едва Викинг попытался встать с пола, как Ниоми остановила:

– Подожди немного! Надо нарисовать вам, помимо лица, еще и губы! – предложила Ниоми, блестящим цилиндриком проводя по губам Викинга.

Борису Ниоми только чуть провела по губам темной губной помадой.

Борис во все глаза смотрел на Викинга, который после рук девушки сильно смахивал на негра. Нельзя сказать, что приятеля легко было принять за стопроцентного негра, но метров с двадцати, если сильно не приглядываться, можно было ошибиться.

Быстро стемнело, как происходит в жарких странах.

– Всем спать! Подъем в три часа утра! – приказал вошедший в комнату Ахмед-паша.

– Я не хочу спать! – капризно сказала Ниоми.

– С тобой у меня будет отдельный разговор! – зловеще пообещал Ахмед-паша, повернувшись к дочери.

– Мы с удовольствием ляжем спать! Для первого дня пребывания на африканской земле приключений достаточно! – громко сказал Борис.

Глава 18

– Вставайте, господин! Завтрак готов! – потрясли Бориса за правое плечо.

– Сейчас! – по-русски откликнулся Борис, не в силах вырваться из объятий Морфея.

Проглотив по чашке обжигающего кофе, овсянку и по два тоста, Борис с Викингом откинулись на спинки стульев и одновременно рассмеялись.

– Быть в Африке и есть овсянку! Кому расскажи – на смех подымут! – сказал Борис, а Викинг только успел кивнуть головой.

– Лодка готова! Можно отплывать! – вежливо сказал вошедший квадратный охранник.

Едва Борис с Викингом вышли из дома, как сразу обратили внимание на большое облако на юго-западе.

Солнце еще только взошло, и легкий бриз слегка шевелил занавески на окнах.

Взяться такому облаку в пустыне было просто неоткуда.

«Вроде танковая рота идет!» – успел подумать Борис, как заметил чумазого негритенка на мопеде, с шиком затормозившего около входной двери.

Не рваные шорты, зеленая пятнистая майка на худом теле негритенка и даже не новенький песчаного цвета итальянский мокик поразили Бориса. На шее негритенка болтался современный цифровой бинокль, дающий шестидесятикратное увеличение!

Оттолкнув Бориса, негритенок стремглав бросился в дом.

Туча пыли стала ближе и разделилась на четыре отдельных столба, которые охватывали поселок с юго-запада.

– Быстро на берег! – приказал Ахмед-паша, выскочив из двери.

Следом вылетели два здоровенных негра, которые бегом тащили висевшего как куль Метиса.

С окраины поселка послышались автоматные очереди.

Ниоми, в одних шортах, надевая на ходу короткую майку, выскочила из дома и стремглав бросилась влево, махнув рукой. Борис не стал задавать лишних вопросов и побежал вслед за девушкой.

На втором этаже разлетелось стекло, и из разбитого окна высунулось пулеметное дуло с пламегасителем на конце. Длинная очередь раздалась сверху.

«Еще один Чапаев местного разлива!» – оценил Борис изобретательность пиратов, которые отсекли пулеметным огнем нападавших.

Что это были именно вооруженные автоматическим оружием нападавшие, Борис определил не глядя.

Стреляли на окраине поселка из четырех автоматов.

«Патронов не жалеют!» – успел на бегу установить Борис, когда грохнула сначала одна граната, а потом на противоположной стороне поселка вторая.

– Серьезно за Ахмед-пашу взялись! – крикнул на бегу Викинг.

Лодка стояла в тридцати метрах от берега.

Седые метровые волны с шипением накатывались на берег.

Охранники, таща на плечах Метиса, уже забрели по пояс в воду и медленно шли по направлению к лодке.

На пляж выскочили еще два негра и, кинув Борису и Викингу по бронежилету, упали на песок, направив в сторону дома короткие израильские «узи».

Взрыв – и над домом взметнулся большой столб черного дыма. Пулемет, до этого беспрерывно стрелявший, замолк.

«Серьезные ребята напали на поселок!» – оценил Борис создавшееся положение, натягивая бронежилет четвертого класса защиты. Об этом говорил вес бронежилета и прощупывавшиеся под сукном титановые пластины.

Охранники тем временем, закинув тело Метиса в лодку, хлопнули Ниоми по мягкому месту и неторопливо пошли обратно, вынимая по дороге большие пистолеты из поясных кобур.

Борис и Викинг уже были в десяти метрах от лодки, когда на берег выскочили пятеро кочевников и, потрясая оружием, что-то громко закричали.

– Мужики явно требуют нашей крови! – заметил, переваливаясь через борт лодки, Викинг.

Борис не стал отвечать, а быстрее побежал, кляня про себя охранников, напяливших на него бронежилет.

Кочевники, поняв, что беглецы возвращаться на берег не желают, начали стрелять.

Две пули ударили в плечи. Присев, Борис оказался под водой и, только миновав под днищем лодки опасное пространство, высунул правую руку из-под воды. Его моментально выдернули наверх.

Стоящие на берегу кочевники дружно завыли.

Негр, сидевший на корме, крутанул ручку румпеля, и лодка рванула вперед.

Борис чуть привстал с банки, и сразу же тупой удар в правую лопатку швырнул его на пол лодки.

Негр, сидящий на корме, вскинулся и начал заваливаться вправо. Лодка моментально сбросила ход и пошла влево.

Борис переполз на корму и, оттолкнув тело убитого негра, схватил ручку румпеля.

На берегу два негра устанавливали пулемет на треноге.

«Жить нам осталось пару минут! Одна хорошая очередь из пулемета, и от нашей лодки останутся одни щепки!» – решил Борис, до отказа поворачивая ручку газа.

Лодка начала набирать обороты, поднимая нос.

Пулеметчики, наконец, приладили треногу и теперь присобачивали металлический патронный короб.

– Акваланги в лодке? – спросил Борис, прикидывая, что от берега они отошли метров на двести пятьдесят.

Викинг правильно понял вопрос Бориса и начал расшвыривать прикрытую брезентом кучу оборудования, сложенную на первой банке лодки.

Пара минут – акваланг надет на Ниоми и Викинга.

Немного подумав, Викинг вытащил акваланг и начал прилаживать его на Метиса.

Махнув рукой, Борис подозвал к себе Ниоми:

– Как только лодка начнет тонуть, не дергайся. Сразу засовывай загубник акваланга себе в рот и сиди смирно. Когда лодка затонет, на поверхность не всплывай, держись за нами!

На берегу тем временем за пулемет встал маленький кочевник и начал стрелять.

Справа от пулеметчика четверо кочевников, зайдя в воду по пояс, приворачивали к корме деревянной лодки подвесной мотор красного цвета.

Справа от лодки-беглянки поднялись метровые столбики воды. Правый поворот, левый, еще один маневр, и плавсредство встало бортом к волне, зачерпнув ведра три воды. Лодка скакала по волнам, все больше удаляясь от берега.

Длинная очередь пошла слева и неминуемо должна была пересечь курс лодки, которая уже удалилась от берега метров на пятьсот.

Резкий поворот вправо, и лодка на секунду стала бортом к волне.

Верхушка ее обрушилась на лодку, до половины залив ее водой. Мотор моментально стал работать с перебоями.

Лодка сразу потеряла ход, заполнилась водой, зато пулеметная очередь прошла впереди и не зацепила их.

Викинг и Ниоми, как заведенные, вычерпывали воду из лодки, которая теперь тащилась как черепаха, с трудом взбираясь на волны.

Борис дернулся вправо, заметив, как из продырявленного пулей капота подвесного мотора начало выбиваться шипящее масло.

Викинг вычерпывал ведром, а Ниоми ковшиком на длинной ручке. Еще одна пуля пробила борт лодки, выбив из него кусок доски размером с ладонь. В пролом моментально стала захлестывать вода.

Мотор неожиданно заревел, и лодка понеслась вперед, задрав нос.

Метис встал на второй банке во весь рост и, широко раскинув руки, заорал.

От громкого крика даже у Бориса, который сидел у мотора, заболели уши.

До шхуны «Лейла», на которую надо было попасть, оставалось не больше километра.

Еще одна пуля, попав в двигатель, выбила из него шипящую струю масла, и Борису пришлось откинуться назад, чтобы не попасть под нее.

Внутри мотора заскрежетало, и через минуту двигатель заглох. Сразу же стал слышен еще один мотор, который на больших оборотах приближался сзади.

– Скинь буй и отметь на навигаторе место, где затонет лодка! – приказал Борис, надевая акваланг.

Лодка, лишенная хода, быстро погружалась.

Теперь вода в ней уже стояла до колена.

Кинув взгляд, Борис обнаружил, что у борта плавает лицом вниз Метис, половина шеи у которого отсутствовала. Кровь, пульсируя, била из шеи Джеймса, окрашивая воду в красный цвет.

На секунду, когда лодка взобралась на гребень волны, стала видна зеленая надувная, метрах в двухстах сзади. Деревянная посудина пока стояла на берегу. На ее корме возились два человека.

Лодка опустилась в ложбину между волнами, и преследователи исчезли из вида.

«Хорошо хоть у одной лодки не завелся мотор!» – промелькнула у Бориса быстрая мысль. Руки в это время сами собой застегивали брассовый ремень и надевали ласты.

Мотор надувной лодки, на которой плыли преследователи, зазвучал рядом, но самого плавсредства видно не было.

– Сиди тихо, как мышка, и держись за камень на дне! – ткнув в девушку пальцем правой руки, приказал Борис, надевая на лицо маску.

Лодка качнулась с носа на корму и ушла под воду тихо и спокойно, как приличная субмарина.

Как только Борис оказался в воде, все волнения моментально отошли на задний план.

Любопытная кефаль, размером с приличный поднос, ткнулась в маску Бориса и тотчас отплыла в сторону. Внизу были рассыпаны огненные кораллы, между которыми колыхались стебли анемоны. Уловив водные колебания, анемоны медленно втянули щупальцы внутрь мешка и поползли вправо.

«Боишься – значит, уважаешь!» – подумал Борис, стараясь не коснуться обнаженным телом щупалец.

Над самым дном легко скользил скат-лимм, помахивая длинным хвостом.

«Этого самому надо бояться!» – оценил Борис опасного противника, всплывая на три метра вверх.

Небольшая белоперая акула выскочила справа и устремилась к Борису.

«Нечего тебе, подруга, тут делать!» – махнул Борис рукой на любопытную рыбу.

Лодка благополучно достигла дна и упала на правый борт. Куча оборудования рассыпалась по небольшим камням.

Внимание Бориса привлек металлический цилиндр, длиной чуть больше метра, выкрашенный в серый цвет; если бы Борис не зафиксировал момент высыпания груза, то вполне вероятно, что он бы скрылся в водорослях, которые облепляли гряду булыжников по правому борту лодки. Камни по левому борту были совершенно голыми, зловещего черного цвета.

«С камнями разберемся позже! Сейчас надо решить проблему с настырными кочевниками, которые совершенно нюх потеряли! Браться преследовать морских дьяволов в их родной среде! Абсолютный нонсенс!» – решил Борис, неторопливо всплывая.

Викинг, держа Ниоми за руку, аккуратно транспортировал ее на дно, выполняя приказание Бориса.

Труп Метиса плавал на поверхности в полуметре от правого борта резиновой лодки.

«Наглые вы ребята, кочевники!» – оценил Борис преследователей, наматывая на винт двухметровый кусок троса.

Теперь лодка никак не могла уйти с этого места.

Два человека, наклонив резиновую лодку, вцепились в труп Метиса, собираясь втащить его на борт.

Стремительные тени метнулись слева от Бориса и напали на руки людей из лодки.

Секунды не прошло, как три барракуды, вильнув хвостами, ушли вниз, унося в пасти три черных руки, откушенные по локоть.

«Страшные дела!» – успел подумать Борис, как взревел двигатель резиновой лодки.

Бешено завертелся вал, но винт оставался неподвижным.

«Запорют движок – придется добираться вплавь!» – с сожалением подумал Борис, всплывая под двигателем.

Кто-то умный наверху сообразил, что от холостой работы движка толку не будет, и выключил двигатель.

Длинная черная рука полезла в воду, пытаясь на ощупь определить, что случилось с подвесным мотором.

Ухватив за кисть, Борис резко дернул любопытного.

Негр, громко вопя, свалился в воду и тут же был подхвачен всплывшим Викингом, который моментально утащил его на пять метров вниз, откуда негр начал всплывать, хватая себя за разрезанный от паха до ребер живот.

«Сейчас его приятели заорут от ужаса!» – прикинул Борис, всплывая в пяти метрах от лодки.

Два негра сидели на носу, бережно баюкая оставшиеся куски рук, замотанные окровавленными тряпками.

Один негр с оторванной рукой лежал на носу лодки, свесив культю, из которой кровь хлестала в воду.

«Так же нельзя! Все акулы океана соберутся здесь! На нас тоже могут напасть!» – мысленно пристыдил Борис настырных кочевников, вообразивших себя настоящими моряками.

Еще два негра наклонились над правым бортом, напряженно всматриваясь в толщу воды, откуда, мотая рукой, всплывал их товарищ с разрезанным животом.

Стремительная серая тень взметнулась из-под воды.

Огромная пасть акулы в долю секунды схватила двух наклонившихся негров. Короткое движение зубов – и в лодке остались только половинки тел негров, стоящих на коленях. Из перерезанных туловищ фонтаном била кровь.

Грациозно изогнувшись, огромная белая акула начала стремительно погружаться вниз, мимоходом прихватив уже почти всплывшего негра с разрезанным животом.

«Только этой хищницы нам не хватало для полного счастья!» – про себя крикнул Борис, внимательно следя за парой приближающихся белых акул, которые нацелились на труп Метиса, плавающего на поверхности в пяти метрах от правого борта резиновой лодки.

Мужское тело в акваланге взметнулось из-под воды – и удар ногами выбил двух негров на носу лодки в воду.

Белые хищницы, моментально разделившись, схватили по негру и ушли в глубину.

Заскочив в резиновую лодку, Борис скомандовал:

– Нырни за Ниоми и тащи ее сюда!

– Мне самая тяжелая работа всегда достается! – огрызнулся Викинг, вставляя в рот загубник акваланга.

– Мне надо починить двигатель и почистить на борту! – ответил Борис, снимая с себя акваланг.

– Слушаюсь, босс! – согласился Викинг, надевая на ноги ласты, которые уже успел снять.

– Не забудь буксировщик! Он откатился на северо-запад в кусты ламинарии! – напомнил Борис, вынимая подвесной двигатель из воды.

Глава 19

Буквально через пять минут на борт плюхнулся буксировщик, а следом, подтолкнутая мощной рукой, внутри резиновой лодки оказалась Ниоми в акваланге.

Выплюнув загубник, Ниоми возмущенно завопила:

– Мало того что ты чуть не ухлопал меня в стане кочевников, так теперь я почти час сидела на дне моря, а вокруг плавали страшные акулы!

– Не бери в голову, кисонька! Все хорошо кончилось, и мы плывем на индийское судно, где тебя напоят горячим чаем! – успокоил Борис, нажимая кнопку стартера.

Мотор сразу заработал. Дав двигателю прогреться, Борис включил скорость и плавно тронул лодку с места.

Тарахтение старого движка раздалось справа.

Борис увеличивал скорость, подпрыгивая на больших волнах.

«Кочевники на лодке не должны сразу определить, что в резинке мы, а не их собратья!» – успокоил себя Борис, до отказа поворачивая ручку румпеля.

Пароход, покрытый облупившейся краской, начал вырастать справа по борту.

Металлические буквы на нем показывали, что это действительно индийский пароход, да и в середине был спущен, как и обещано, парадный трап.

Едва Борис довернул налево, стараясь точно выйти на трап, как люди, столпившиеся на верхней палубе, заорали и замахали руками.

Две автоматные очереди прозвучали сзади. Пули ударились в борт парохода, который загудел, как большой колокол.

Оглянувшись, Борис увидел уже две рыбацкие лодки, которые шли за ними одна за другой.

Борис резко повернул влево и пошел в полуметре от корпуса парохода. Едва лодка обогнула корму, как стал виден длинный хобот кран-балки. С него свешивались до самой воды тросы с крюками на конце.

Быстро прицепив их к проушинам резиновой лодки, Викинг выразительно махнул рукой.

Загудел мотор тельфера, и лодка, крутясь вокруг оси, поднялась в воздух.

С кормы высунулись два усатых негра, вооруженные автоматами, и внимательно уставились вниз.

Минута – и лодка мягко приземлилась на палубе.

Снизу громко заорали сразу с десяток голосов.

– Кочевники требуют нашей выдачи! – тусклым голосом перевела Ниоми.

– Как они мне надоели! – рявкнул Борис, выскакивая из лодки.

Секунда – и за борт полетели две гранаты.

Глухо грохнули два взрыва, подняв столбы воды.

Крики кочевников моментально прекратились.

– Вы никого не видели! Мы были у вас на борту, до того как приплыли кочевники к кораблю! – громко сказал Борис худому, с автоматом через плечо негру в черной бандане, который медленно подошел к резиновой лодке, где неподвижно сидели Ниоми с Викингом.

– Конечно, мы ничего не видели! – на довольно приличном английском моментально ответил негр.

– Быстро отбери у всех без исключения мобильные телефоны! Это касается как заложников, так и команды! – приказал Борис, направляясь к резиновой лодке. Пират в бандане моментально исчез.

Военный катер с американским флагом на корме остановился в восьми кабельтовых от «Лейлы» по левому борту.

– Посмотри, что янки там делают? – попросил Борис, осматривая грязную, заставленную старыми автомобилями железную палубу.

Огромный старый «Бьюик» с облупившейся крышей, стоящий в третьем ряду, сразу привлек внимание Бориса. Выскользнув из лодки, он неторопливо прошел к автомобилю.

Дверца американской машины легко открылась, но изнутри пахнуло таким жаром, что впору было тушить мясо.

Борис просунул руку к приборной доске и повернул ключ. Мотор заработал, а указатель топлива показал, что топливный бак полон.

Одно движение руки – и кондиционер автомобиля включен.

Дойдя до резиновой лодки, Борис посоветовал:

– Минут через десять перебирайтесь в салон «Бьюика». Я включил там кондиционер. А то сваритесь на солнце, дорогие соратники, и кто тогда будет лезть под воду?

– Как прикажешь, босс! – легко согласился Викинг, помогая Ниоми встать с деревянной банки в резиновой лодке.

Прибежал пират в бандане, и, кинув на Ниоми жадный взгляд, вывалил прямо в лодку кучу разноцветных мобильных телефонов.

– Нам не нужно, чтобы гяуры раньше времени узнали о нас! Нет греха на тех, которые уверовали и творили благие дела![16] – сказал Борис, проведя обеими руками по воображаемой бороде.

Пират в бандане негромко пробормотал по-русски:

– Откуда этот крашеный белый знает изречения Аллаха?

Борис про себя замотал головой, вспоминая, что советское присутствие на этом месте было почти сорок лет назад, и вполне могли остаться люди, говорящие по-русски.

Демонстрировать свое знание русского языка Борис не стал, а наоборот, сделал глупое лицо и широко открыл глаза, внимательно всматриваясь в лицо главного пирата на индийском пароходе.

Негру на вид было немного за пятьдесят лет.

По местным меркам, пират являлся практически стариком, но двигался уверенно и легко. Нехилые мышцы на плечах да сбитые костяшки пальцев говорили о том, что накачаны бицепсы отнюдь не маханием мотыгой.

«Мужик рукопашник и давно занимается спортом!» – оценил Борис пирата в бандане, который и не думал представляться. Впрочем, как и сам Борис.

– Сейчас я уйду под воду! Организуй, чтобы на палубе никого не было! – попросил Борис, смотря на редуктор своего акваланга, который показывал сто пятьдесят атмосфер.

«Часа на полтора воздуха хватит!» – прикинул он, складывая в поясную сумку подводный навигатор, протянутый Викингом.

– Откуда господин будет погружаться? – спросил пират, почесав голову под банданой.

– С парадного трапа, который вы сбросите с левого борта! – сказал Борис, суя в руки пирата буксировщик и акваланг Ниоми, посчитав, что объем легких у девушки меньше, чем у Викинга, и, следовательно, воздуха в нем должно остаться больше.

– Как вы все это один потащите? – с притворным ужасом спросил пират, наблюдая, как Борис надевает на себя акваланг.

– Под водой все оборудование весит мало! – отмахнулся Борис и, поймав неодобрительный взгляд пирата, брошенный на автомобиль с работающим двигателем, пояснил:

– Жить мы будем в автомобиле! Я думаю, задержимся на вашем судне не больше чем на сутки.

– Мне все равно, но заложники тоже хотят бывать на палубе! – попробовал возразить пират.

– Сутки посидят взаперти! Ничего с ними не случится! – отрезал Борис, обратив внимание на сидящего на самом солнцепеке пирата с выпученными глазами. Слюна текла из уголков рта и капала на палубу.

– Что с твоим парнем? – спросил Борис.

– Наелся травки и занимается охотой или любовью в садах Эдема! – небрежно ответил пират, стоя на предпоследней перекладине парадного трапа.

– И много у тебя таких парней в команде? – спросил Борис, надевая второй акваланг на грудь.

– Практически вся команда. До обеда парни еще держатся, а потом лежат трупами. Приходится держать тревожную группу и самому постоянно проверять посты! – махнул рукой начальник пиратской команды.

– На всех кораблях такое положение дел с командой? – задал вопрос Борис, принимая подводный буксировщик, поданный с борта Викингом.

– Примерно такое, но мы постоянно меняем охрану, разбавляя ее свежими людьми, так что пока случаев побега заложников не было, – сказал пират, выразительно мотнув головой за борт.

«Значит, будут!» – про себя пообещал Борис, уходя под воду.

Глава 20

Вода всегда действовала на Бориса успокаивающе. Он медленно погружался, внимательно смотря по сторонам.

На глубине тридцати пяти метров наконец показалось дно. «Прозрачность воды десять-двенадцать метров! Освещенность дна пятнадцать люкс! Ничего страшного! Человек может видеть и при намного меньшем освещении!» – определил Борис, понимая, что работать ему осталось сегодня максимум часа два-три, да и то если хватит воздуха в баллонах аквалангов.

Определив курс, Борис пристроил навигатор на ручке буксировщика и поплыл вперед, начав прочесывать намеченный квадрат.

«Странное дело! Вода в семьсот раз плотнее воздуха, а как комфортно чувствует себя в ней человек!» – пронеслась быстрая мысль.

Из двух высоких актиний выскочила стайка пестро раскрашенных рыб-клоунов и бросилась на Бориса с явно враждебными намерениями.

«Вот тоже еще один пример симбиоза! Этим ярким рыбкам жгучие щупальца актинии не приносят вреда, но попробуй схватиться за них рукой – сразу получишь ожог! Но рыбки красивые!» – отметил Борис, всплывая на пару метров.

Проплыв двадцать кабельтовых, которые отметились на навигаторе полоской длиной всего в пять сантиметров, Борис повернул на девяносто градусов, проплыл двадцать метров и снова развернулся.

«Странное дело! Мужик в бандане настоящий пират, а я нахожу в нем привлекательные черты и даже сочувствую по поводу его команды наркоманов!» – текли ленивые мысли, в то время как буксировщик нес Бориса в двух метрах от дна.

Через два часа монотонной работы Борис услышал звук мощного двигателя.

Большой морской катер проскочил над головой и через двадцать метров выключил двигатель.

Борис на всякий случай перестал дышать, сделав глубокий вдох.

Подплыв под днище катера, Борис увидел, как с левого борта опустился металлический трап.

«Мне еще только боевых пловцов здесь не хватало!» – тоскливо подумал Борис, выпуская из рук второй акваланг.

Буксировщик пока остался в руках у Бориса.

Сначала на трапе показались ноги, затянутые в камуфляжный зеленый гидрокостюм, а потом правая рука, в которой были зажаты ласты.

«Что-то стало холодать, пора гидрокостюмчик снять!» – передергивая плечами, переиначил он про себя известный афоризм алкашей[17].

Все-таки два с половиной часа под водой.

Работа на глубине – занятие для очень тренированных пловцов! Особенно когда из всей одежды на тебе плавки и акваланг. Даже в тропиках вода для двухчасового купания холодноватая!

Мужик тем временем споро надел ласты и с шумом плюхнулся в воду спиной, окружив себя кучей пузырьков. Силз отплыл от катера на пять метров и, резко заработав ластами, ушел на северо-запад.

«Посмотрим, куда ты направляешься!» – подумал Борис, собираясь бросить на дно буксировщик и плыть в ластах за боевым пловцом, как с правого и левого борта спинами вперед упали еще два силз.

Что это именно силз – было понятно! По подводному пистолету на боках, да и ножи на правой ноге говорили сами о себе.

«Тоскливо мне! Ой, как тоскливо! Два вооруженных силз на одного меня – это чересчур!» – решил Борис, выпуская из легких весь воздух.

Он медленно начал погружаться, и в это время тюлени поплыли следом за первым, не обращая внимания на катер, который сбросил с правого борта якорь.

Едва тюлени скрылись с глаз, как Борис осторожно вдохнул воздух и начал медленно подниматься на поверхность, внимательно смотря на катер.

С левого борта его свесился белый мужик и резко застучал по металлической обшивке.

Разглядеть, чем именно стучал матрос, Борис не сумел, но железка была с локоть величиной. Глухой звук разнесся далеко вокруг.

«Короткие частые удары! Сигнал возвращения! У меня есть пара минут до того, как тюлени вернутся на борт!» – понял Борис, сбрасывая акваланг и сразу же начиная всплывать на поверхность.

Десяток секунд, и Борис ухватился за нижнюю ступеньку трапа.

Взяв ласты в зубы, Борис начал осторожно, но быстро подниматься на борт катера.

– Как быстро ты вернулся, Джек! – успел сказать коренастый парень, высунувший голову из каюты в середине катера.

Короткий удар ребром ладони по кадыку коренастого был выполнен мастерски.

Удивленно взглянув на Бориса, матрос ткнулся лицом в ступени трапа, ведущего в каюту.

«Сколько, интересно, человек экипажа на катере?» – задал себе вопрос Борис, заскакивая внутрь маленькой каютки, больше смахивающей на собачью будку.

Две койки, столик и три комплекта американской военной формы лежали аккуратно сложенные на правой койке.

– Ты чего разлегся на трапе, Дик? – спросил грубый мужской голос по-английски с сильным южным акцентом.

Стакан толстого стекла полетел в лоб худощавого негра, одетого в камуфляжный гидрокостюм.

Хрюкнув, негр повалился на правый бок и не стал задавать больше вопросов.

«Сейчас должен подняться на борт второй тюлень! Они пошли парой!» – вспомнил Борис, рыбкой вылетая наверх.

Борис едва успел добежать к шторм-трапу, как над бортом появилась голова еще одного негра, украшенная маской.

Схватив голову локтевым захватом, Борис резко крутанул ее.

«Чем сильнее противник сопротивляется, тем резче надо дергать! Противник сам сломает себе шею, напрягая мышцы!» – вспомнил Борис наставление инструктора по защите и нападению без оружия.

Резко хрустнули позвонки. Втащив на борт труп боевого пловца, Борис первым делом засунул руку под капюшон гидрокостюма. На мощной шее негра яремная вена не билась.

«Переусердствовал я с этим негром!» – пожурил себя Борис, снимая с тюленя пояс с подводными револьверами.

Вытащив из каюты второго негра в гидрокостюме, Борис привязал его к фальшборту левого борта и занялся матросом, который первым попался под руку на катере.

Пара минут работы – и привязанный за правую ногу, матрос уютно устроился у правого борта.

Крохотная рубка площадью два с половиной квадратных метра была тем не менее оснащена всем необходимым. Гидролокатор, спутниковый телефон и даже переносной магнитометр были надежно принайтованы на левой переборке возле штурманского столика, на котором лежал большой ноутбук.

И гидролокатор, и магнитометр были выполнены в герметичных корпусах. Приборы оказались просто прикреплены зажимами на переборке. Снять их со своего места можно было за пару секунд.

Борис взял телефон спутниковой связи и, выйдя на палубу, набрал московский телефон генерал-майора:

– Добрый день, сэр Серый! – вежливо по-английски сказал Борис, не выпуская из поля зрения привязанных к фальшборту пленников, для чего приходилось вертеть головой.

Матрос пока лежал без сознания, а вот силз начал оживать: у него задрожали веки, но лицо негра было абсолютно спокойным, только с рассеченного стаканом лба стекала густая кровь, превращая лицо в ритуальную маску.

«Не надо мешать разговору с начальством!» – пожурил Борис коллегу и, сделав скользящий шаг, нанес короткий удар по шее ребром ладони на пару сантиметров ниже правого уха.

Лицо негра расслабилось, и голова упала на грудь.

– Как ваши дела? – нейтрально спросил генерал-майор.

– Есть некоторые сложности, которые попробуем решить на месте. Клиент должен быть на коробке, на которую я планирую попасть дня через три, – доложил Борис.

– Говори спокойно, эта линия защищена от прослушивания! – обрадовал генерал-майор.

– Докладывать пока собственно нечего. Прибыли на место, связались с вашим человеком, который сделал все, что мог. Сейчас начинаем работать! – сказал Борис, не понимая, чего хочет генерал-майор.

– При необходимости можешь позвонить по телефону два тринадцать семьдесят пять двадцать, и тебя моментально соединят с командиром эсминца, который получит сегодня же соответствующий приказ взять вас на борт.

При разговоре с капитаном корабля сошлешься на меня! Мы с ним в Северодвинске служили вместе на «Зорком»! На борту корабля две вертушки, которые готовы вылететь в любое время дня и ночи. Пилоты очень опытные и вывезут тебя и документы с половины территории страны! Радиус действия у вертушек почти тысяча километров! – сказал генерал-майор и отключился.

Кинув взгляд на часы, Борис обнаружил, что прошло уже сорок минут, как он находится на борту катера. Сняв с трупа гидрокостюм, Борис сполоснул его за бортом и надел на себя, сразу почувствовав себя бодрей и уверенней.

Привязав к руке трупа металлический лом, висевший на стене рубки рядом с топором и огнетушителем, Борис выбросил мертвого тюленя за борт.

– Зря ты это сделал! – негромко сказал силз, с усмешкой подняв голову.

– Надо было подождать, пока вы меня убьете? – спросил Борис, снова надевая на себя пояс с револьверами для подводной стрельбы.

– Ты хоть знаешь, белая обезьяна, как таким оружием пользоваться? – громко спросил силз и резко дернулся, как бы пытаясь порвать конец, которым был привязан к фальшборту.

При этом негр громко застонал, чуть скосив взгляд в сторону трапа, спущенного за борт.

Борис не стал больше спрашивать, а резко упал на палубу, при этом ухитрившись бросить нож в высунувшегося до половины туловища тюленя в гидрокостюме с зелеными камуфляжными пятнами.

Тяжелый водолазный нож точно вошел в шею до самой рукоятки, перерезав левый высоконапорный шланг акваланга.

Мужик дернулся и упал лицом вниз. Воздух громко зашипел, выходя из перерезанного шланга.

– Воздух надо беречь! – громко сказал Борис, хватая за компенсатор плавучести мужика, из шеи которого фонтаном била кровь.

Рывок – и мужик уже в агонии дергается на палубе.

Первым делом Борис закрыл воздушный вентиль военного ребризера[18], который был на мужике, и сноровисто стал его раздевать, не обращая внимания на агонию.

Надо было быстрее отогнать катер от точки встречи с тюленями.

Борис совершенно не сомневался, что хозяева катера – американские моряки вкупе с силз захотят примерно наказать захватчиков, вне зависимости от флага, под которым они плавали.

Еще два револьвера для подводной стрельбы вместе с запасными обоймами легли на палубу.

Борис надел на себя компенсатор плавучести[19], не забывая поглядывать на привязанного к фальшборту боевого пловца.

Сняв гидрокостюм с трупа, Борис сполоснул его за бортом и, положив на палубу, подошел к последнему оставшемуся в живых силз.

– Ты сам расскажешь о своем задании или тебе помочь? – спросил Борис, выразительно показав на глаза лезвием ножа.

Предел болевой чувствительности есть у каждого человека, и если позволяет время, то можно заставить индивидуума рассказать все, что он знает.

Это Борис прекрасно понимал. Не строил иллюзий по своему поводу и привязанный силз. Об этом говорили крупные капли пота на лице негра.

– Я буду говорить только один на один! – сразу сказал негр, глазами показывая на матроса, лежавшего без сознания у противоположного фальшборта.

– Сначала один общий вопрос. Для проверки желания сотрудничать. Ответишь правдиво – будем работать! И соответственно – жить! – предложил Борис, спокойно смотря на негра.

– Давай свой вопрос, белая вошь! – оскалясь сказал негр.

– Не надо меня оскорблять, чернокожий! Почему в работе участвуют только негры? – спокойно спросил Борис.

– Специфика операции! – быстро ответил негр, глазами указывая на матроса.

– Я не могу убивать безоружных людей! – сказал Борис, беспомощно разведя руками.

– Дай мне нож и развяжи правую руку! Я сам его убью! – предложил негр, прямо смотря Борису в глаза.

– Ты можешь спокойно говорить, ведь матрос без сознания! – сказал Борис, подходя к силз на два метра.

Подходить ближе к боевому пловцу, даже если он хорошо связан, не рекомендовалось.

Борис сам знал несколько приемов, которые позволяли вывести из строя противника, даже если ты связан по рукам и ногам.

– Ты, парень, еще молодой и сам не знаешь, с чем тебе придется столкнуться. Лишние знания очень опасны для молодого организма! – успел сказать силз, как матрос кинулся на Бориса с коротеньким крисом[20].

Шаг в сторону, рука перехвачена, и колено Бориса на противоходе впечаталось в правый бок матроса. Раздался громкий хруст переломанных ребер.

– Готов Френк! Да будет ему на небе место в раю! – громко сказал негр и, оттолкнувшись ногами, горлом ударился от трос леерного ограждения.

– Теперь он ничего не скажет! – по-русски произнес Викинг, неожиданно появившись на палубе катера.

– Почему он себя убил? – в легкой прострации спросил Борис, ничуть не удивляясь появлению напарника.

– Посмотри на лицо тюленя! – предложил Викинг, разрезая на негре трос, которым тот был связан.

– При чем тут лицо? – спросил Борис, присаживаясь прямо на палубу. Ноги после пережитого волнения совсем не держали.

– Двойка тебе за фейс-контроль! Мужику за сорок лет, а он под воду ходит! – махнул рукой Викинг, снимая с негра гидрокостюм.

– Ну и что ты хочешь этим сказать? – Борис взглянул на мускулистый торс негра, на котором были видны три старых пулевых ранения.

– Силз был в больших чинах, или это очень серьезный человек, который шел под воду с определенным заданием! – наставительно сказал Викинг, ткнув в пулевое ранение на правом плече[21].

– Надо отогнать катер ближе к нашим кораблям и затопить. Это будет страховкой для экфильтрации. Если не понадобится, то пусть катер лежит на дне. А если будет необходимость, то мы быстро поднимем катер и пойдем на нем в море! – распорядился Борис, идя в рубку.

Глава 21

– Командир у нас хреновый, несмотря на то что новый! – пропел Викинг, облокотясь на левый борт.

– Каплей! Меньше слов! Ликвидировать бардак на палубе! Упаковать снаряжение! – приказал Борис, включая двигатель катера.

– Подожди минуту, кэп! – попросил Викинг, перегибаясь через левый фальшборт.

Ловко работая руками, Викинг вытянул на борт буксировщик и переносной магнитометр.

– Думаю, что магнитометр нам не понадобится! На борту есть лучше приборы! – сказал Борис, начиная движение.

– Вот так всегда! Инициатива наказуема, – не мог не оставить за собой последнее слово Викинг.

Оставшееся время до полной темноты катер утюжил акваторию между тремя кораблями, поставленными пиратами по просьбе Бориса.

Борис вел катер, а Викинг наносил на листе бумаги курс и аномалии, показанные приборами.

– Вот здесь одно и здесь два скопления металла! – постучал ногтем указательного пальца Викинг по штурманскому столику, на котором лежал лист бумаги, весь исчерченный прерывистыми линиями.

– Мог и не трудиться, на компьютере все лучше изображено! – съехидничал Борис, возвращаясь в рубку.

Включив ноутбук, Борис вызвал карту района и показал, как вычерчена схема похода катера и отмечены магнитные аномалии.

– Ты себе кажешься таким умным, крутым командиром, подчиненные у которого, лохи и бездари, могут только пить виски? – спросил Викинг, выталкивая Бориса из рубки.

– А разве не так? – самодовольно спросил Борис, прикидывая, что завтра обследует две магнитные аномалии, и можно переходить к непосредственному подъему денег с яхты. Одна из обнаруженных металлических аномалий своими размерами здорово напоминала яхту.

– Сейчас я тебя огорчу до невозможности, мой юный самонадеянный командир! – пообещал Викинг, ткнув пальцем на восток.

Борис моментально разглядел, что кораблей, от которых он утром отошел, стало не три, а четыре.

Четвертый корабль, покрашенный шаровой краской, стоял за русским.

– Эсминец штатовский по нашу душу пришел? – спросил Борис, складывая ноутбук в пластиковый мешок.

Викинг, не отставая, снимал с переборок приборы.

– Особо не дергайся. Ребята из Штатов мужики законопослушные и лезть на рожон не будут. Сначала начнут вызывать нас по рации, – успел сказать Викинг, как рация дальней связи, висевшая на левой переборке, громко заверещала.

– Сейчас стемнеет, и мы спокойно под водой доберемся до наших индусов! – пообещал Борис, подтаскивая все трофейное оборудование к трапу.

– Пока светло, я открою кингстоны, и мы спокойно уйдем под водой, – сказал Викинг, скользнув в машинное отделение.

Захлюпала вода, и катер начал погружаться на ровном киле.

Едва катер опустился на дно, как Борис всплыл с палубы и начал навешивать на себя оборудование и снаряжение, добытое у своих заклятых друзей.

Взявшись за ручки буксировщика, Борис дождался, пока Викинг схватит его за щиколотки, и начал движение.

Глава 22

– Водолазы сидят на индийском корабле! Надо захватить их сегодня ночью! – сказал одноглазый негр, перебирая нефритовые четки левой рукой.

– Вы же видели, уважаемый Нияз-ходжа, как легко эти гяуры справились с кочевниками! – сказал толстый лысый негр, сидящий напротив одноглазого.

– Тебе, Миррахим, только бы деньги считать, а не в бой идти! Каждый мой воин стоит пяти неверных! Я дам тебе пятьдесят человек личной гвардии! Мои люди прошли обучение по программе зеленых беретов в Пакистане и легко справятся с двумя десятками необученных и обкуренных пиратов! – махнул рукой одноглазый.

– Как прикажешь, ходжа! Твое слово закон для нас! – с трудом поклонился толстяк.

– В три часа ночи, когда часовые хотят спать, вы на веслах подойдете к индийскому кораблю и вырежете всех. Только водолазы и девушка мне нужны живыми! Должно быть три водолаза, а на корабль прибыли только двое и девушка! – жестко сказал одноглазый, погладив аккуратную седую бородку.

– Как мы найдем этих белых водолазов? Они для меня все на одно лицо! На корабле полно заложников, и все они белые! – попробовал возразить толстяк.

– Водолазы должны поднять груз с яхты! По сравнению с этим грузом, наши жизни – все равно что песчинка под ногами верблюда! Действовать надо быстро и осторожно! Водолазы облюбовали себе большую американскую машину. Они включили в ней кондиционер и спят в комфорте! – закончил разговор одноглазый, вставая на ноги.

Глава 23

Всплыв в полной темноте возле трапа индийского судна, Борис вынул изо рта загубник и негромко сказал:

– Это мы! Рыбы пришли на ужин!

– Долго вы купались, я уже начала волноваться! – сказала Ниоми.

– Все прошло нормально! Мы определились с поиском яхты! – сказал Борис, протягивая наверх запасной акваланг.

Пять минут работы, и весь груз поднят на палубу индийского судна.

Негр в бандане, подойдя к Борису, озабоченно сказал:

– Что-то у меня на душе неспокойно! Все мои парни обкурились гашиша и спят! Откуда мои парни взяли гашиш? Все время жевали кат, а сегодня накурились марихуаны! Дежурить некому! Вы не могли бы постоять на вахте часа четыре?

– Мы пойдем в воду в три тридцать – четыре часа ночи. Как только начнет светать, мы уходим. С часа до трех мы посторожим вашу коробку! – пообещал Борис, внимательно смотря по сторонам.

Ни одного человека, кроме их четверых, на палубе не было видно.

– Давайте все сложим в резиновую лодку, а утром вы нас опустите на воду вместе с лодкой! – предложил Викинг, снимая с себя гидрокостюм.

– Я не смогу этого сейчас сделать. Надо заводить мотор-генератор, а мои матросы все спят, – извинился негр.

– А если использовать пленников? Они лучше знают свой корабль! – внес предложение Борис.

– Ахмед-паша этого не разрешает делать! – попробовал возразить негр.

– Мы выполняем задание Ахмед-паши, и нам все можно! – жестко сказал Викинг.

– Мы прикуем пленника к бамперу автомобиля, а после того, как работа будет выполнена, ты отведешь его в кубрик. Возвратимся сегодня мы на другой корабль! – вежливо пообещал Борис, прикидывая про себя, что таким же образом, имитируя кипучую деятельность, вполне реально вывезти радиста с русского корабля.

Если лицо пирата в бандане при первых словах Бориса просветлело, то при окончании фразы просто засветилось, как свежевымытый прожектор.

Если негр не запрыгал по палубе от радости, то только потому, что не захотел ронять своего достоинства перед белыми людьми.

«Все понятно и без слов! Тебе такие опасные гости на борту судна абсолютно не нужны!» – отметил про себя Борис, начиная перетаскивать оборудование в резиновую лодку.

Пират в бандане после этих слов моментально исчез, чтобы через три минуты вновь появиться, но уже не одному.

Высокий худой мужик, одетый в одни только шорты, выйдя на палубу, первым делом остановился и глубоко вздохнул с выражением блаженства на своем одутловатом лице.

– Быстрее иди к автомобилю! – подтолкнул пленника в спину стволом автомата пират в бандане.

Подведя к заднему бамперу «Бьюика» вновь прибывшего белого, негр прицепил наручниками правую руку худого человека и быстро ушел, предложив Борису самому разбираться с пленником.

– Ты сможешь на тельфере спустить лодку за борт? – спросил Борис, предоставив Викингу и Ниоми возможность поработать грузчиками.

– Попить дайте! – попросил худой, усаживаясь на палубу.

Вытащив из салона автомобиля литровую бутыль с минеральной водой, Борис кинул ее худому, который ловко ее поймал левой свободной рукой.

Дождавшись, пока пленник выпьет половину бутыли, Борис, подойдя к прикованному, отобрал бутыль.

Поймав обиженный взгляд пленника, Борис вопросительно посмотрел на прикованного белого человека, ожидая ответа на свой вопрос.

– Надо запитать резервную сеть в рубке от аккумуляторной батареи, и тогда вполне реально опустить резинку за борт! – сквозь зубы ответил пленник, бросая жадный взгляд на кобуру с подводным револьвером, который в это время укладывал в лодку Викинг.

– Долго этим нужно заниматься? – не разгибаясь, спросил Викинг.

– Часа хватит! – вставая с палубы, отозвался прикованный к бамперу пленник.

– Сходи и подключи электропитание кран-балки! – предложил Викингу Борис, открывая наручники кусочком проволоки.

Едва Викинг с пленником ушли, как Борис начал снимать с себя гидрокостюм, который ему порядком надоел.

– У Дэниса был точно такой же костюм! – протянула девушка, усаживаясь на вторую банку в лодке.

– Такие гидрокостюмы можно купить в любом магазине, который торгует принадлежностями для дайвинга и подводной охоты, – ответил Борис, надевая шорты.

«Лучше бы снять плавки и надеть шорты на голое тело, но как-то неудобно!» – сам себе сказал Борис, смотря, как девушка вынимает сигарету из пачки.

Следом появилась и зажигалка.

– Но если человек останется на поверхности воды в таком зеленом с пятнами гидрокостюме, то его заметить будет очень трудно! – сказала девушка, начиная поднимать руку с зажигалкой.

– Вот спасательные комплекты моряков, особенно в холодных морях, делают яркого цвета, а гидрокостюмы выполняют диаметрально противоположную задачу! – заметил Борис, одним движением выдергивая сигарету изо рта девушки.

– Я даже отцу не позволяю так себя вести с собой! – возмутилась девушка и сморщила лицо, готовясь заплакать.

– Огонек сигареты можно увидеть в такую темную ночь за пять миль. Ты уверена, что на военных кораблях не найдется снайпера, который захочет подстрелить освещенного пирата? – устало спросил Борис и уселся на поплавок резиновой лодки.

– Таких винтовок, которые стреляют на восемь километров, нет! – уверенно ответила девушка, доставая из пачки еще одну сигарету.

– Я для примера сказал про пять миль. Корабль или лодка ночью может подойти на более близкое расстояние! – уверенно заявил Борис.

– Но мне хочется курить! – капризно сказала девушка и даже топнула ножкой.

– Завтра тебе вместе с нами предстоит идти под воду. При курении раздражаются бронхи, и человек начинает кашлять! – начал рассказывать Борис, внимательно посматривая по сторонам.

– Да знаю я все это! Утром после хорошей попойки голова трещит и кашляешь, как туберкулезник! – выпалила девушка и испуганно прикрыла ладошкой рот.

– Испугалась, подруга? – удовлетворенно спросил Борис, прикрывая глаза.

Сейчас именно в эту паузу Борис внимательно прислушивался. Глаза ночью могут и обмануть, особенно не вооруженные инфракрасными очками, а вот уши служат намного лучше. Слышен был плеск волн, слабый рокот включенного мотора автомобиля и тихий разговор.

Девушка выскользнула из лодки и скользящим шагом метнулась на ют, откуда доносился негромкий разговор, вернее, монолог одного человека.

Борис тоже вскочил из лодки и, подойдя к автомобилю, осторожно открыл переднюю дверцу.

Протянув руку, Борис включил приемник.

На палубе зазвучала негромкая музыка в стиле кантри.

«Так девочку будет не так слышно!» – решил Борис, усаживаясь на переднее сиденье автомобиля, в котором было прохладно.

Глаза Бориса сами собой закрылись, и он провалился в глубокий, как обморок, сон.

Борис не видел, как пришел Викинг вместе с пленником и первым делом остановил Ниоми, которая хотела разбудить Бориса:

– Не трогай его! Парень он молодой и сегодня хорошо поработал. Боссу надо дать отдохнуть!

При этом Викинг бросил алчный взгляд на Ниоми.

Заметила ли девушка этот взгляд Викинга, неизвестно, но говорить ничего не стала.

Викинг тяжело вздохнул и пошел пристегивать пленника к заднему бамперу автомобиля.

– Пристегни лучше спереди! Тогда не надо будет дышать выхлопными газами! – попросил пленник.

– Ты абсолютно прав, товарищ по несчастью! – сказал Викинг и тут же мысленно схватил себя за язык: «Какого черта я ставлю себя на одну доску с пленником! Разве можно быть таким неосмотрительным? Голову мне надо оторвать за такие слова!»

Тем более что пленник начал развивать предложенную тему:

– Какой же ты пленник? Свободно передвигаешься по кораблю, уходишь под воду, а вот сейчас собираетесь свободно отплыть с нашего захваченного пиратами корабля!

Если бы взгляды могли метать молнии, а Ниоми хоть чуточку была пироманом, то после взгляда девушки от капитан-лейтенанта осталась бы кучка дымящегося пепла.

Девушка быстро разорвала вакуумную упаковку сосисок, достала из кармашка в шортах пластиковый флакончик размером с фалангу пальца и осторожно капнула по одной капле темной жидкости на две сосиски.

Жидкость моментально впиталась в продукт.

Завернув крышку флакончика, девушка хищно усмехнулась.

– Вам надо поесть! Извините, что у нас консервированные продукты, но мы здесь не дома, и приходится есть то, что привезли с берега! – мило улыбнувшись, сказала девушка.

– Почему только ему дала поесть? – капризно сказал Викинг, попытавшись хлопнуть девушку по бедрам.

– Сам возьми! Не маленький! Будешь приставать – скажу боссу! – пообещала девушка, ловко уворачиваясь от ладони Викинга.

Испуганно съежившись, пленник запихал в рот целую сосиску и быстро заработал челюстями.

Следом моментально последовала вторая сосиска.

Уже поднося ко рту третью сосиску, пленник вскинулся, и, привалившись плечом к переднему бамперу, замер, широко открыв рот.

– Ты все еще настаиваешь, чтобы я тебя покормила? – спросила Ниоми, открывая заднюю дверь автомобиля.

– Проще оттрахать тигра, чем спать с тобой в одной машине! – оценил ситуацию Викинг.

– Пока меня не гладят против шерсти, я нежная и ласковая, как домашняя кошечка. Но как только на меня начинают давить, я превращаюсь в дикую пантеру, которая защищает своих детенышей! Запомни это, белый! То, что можно твоему боссу, не позволено больше никому! На первый раз просто говорю! На второй раз я тебе отрежу яйца! Как ты объяснишь своей жене отсутствие мужских принадлежностей? – спросила Ниоми, мило улыбнувшись.

– Откуда ты знаешь, что у меня есть жена? – удивленно спросил Викинг, прямо ошарашенный информацией, которую вывалила на него девушка.

– И жена есть, и ребенок, у которого странное имя Сашья, и я даже то знаю, что жена твоя беременна и у нее будет двойня. Мальчик и девочка! – мечтательно закончила Ниоми.

– Этого не может быть! – уверенно сказал Викинг.

– Держи, белый, подарок своей жене! – негромко сказала Ниоми, кидая Викингу серый камешек.

Викинг ловко поймал камень.

– Что это такое? – спросил Викинг, ощупывая камень пальцами.

– Алмаз карат на двадцать! – небрежно сказала Ниоми, проскальзывая внутрь автомобиля.

Викинг не стал больше ничего говорить и проскочил во вторую открытую дверцу внутрь автомобиля.

– Ты сделала мне прямо царский подарок! – задумчиво сказал Викинг, катая камешек между пальцами.

– Ты имеешь шанс полностью со мной рассчитаться еще до наступления рассвета! – предложила Ниоми, поворачиваясь к Викингу. – Нам надо как можно быстрее уходить с этого корабля. Местный чиф продал вас Нияз-ходже! В три часа ночи люди Нияз-ходжи поднимутся на корабль и возьмут вас в плен! – сказала Ниоми, прижав руки к груди.

– Мы тут при чем? – недоуменно спросил Викинг, прикидывая дальнейшие варианты развития событий.

– Все дело в деньгах, которые хранятся на яхте! Пятьдесят миллионов долларов кого хочешь заставят съесть ежа вместе с колючками! – жестко сказала девушка.

– Какой твой интерес во всей этой операции? – перейдя на сугубо деловой тон, спросил Викинг.

– Мне надоела эта нищая страна и бесконечные войны, перемежающиеся с разборками внутри кланов. Имея десять-двадцать миллионов долларов, можно легко купить себе новые документы, открыть собственное дело и спокойно жить, наслаждаясь всеми достижениями западной цивилизации! Если меня поймают люди Нияз-ходжи, то в лучшем случае, самом благоприятном, чему я не верю, зная отношение этого фанатика к моему отцу, меня продадут в гарем к какому-нибудь царьку на другом конце Африки! – выпалила девушка на одном дыхании.

– А в худшем случае? – спросил неожиданно повернувшийся с переднего сиденья Борис.

– В худшем меня будут продавать на день-два бедуинским племенам! – закрыла девушка лицо обеими руками.

Борису, правда, показалось, что она сделала это несколько театрально, но перспектива действительно была не самая блестящая.

«Быть в течение суток игрушкой в руках сотни-полутора сексуально озабоченных мужчин – занятие малоприятное!» – передернул про себя плечами Борис.

– Ты предлагаешь кинуть своего папочку и забрать все деньги себе? – напрямик спросил Борис.

– Деньги застрахованы через Ллойд, и папочка все равно ничего не теряет! Через полгода страховщики, обнаружив, что на яхте нет денег, выплатят страховку, которая с лихвой покроет сумму потерь! Мы будем с деньгами, и папочка тоже не нищий! Я не прошу всю сумму, а только двадцать миллионов долларов! На вас двоих получается по пятнадцать миллионов каждому! Вы представляете, какая это огромная сумма?

С такими деньгами вы до конца дней можете заниматься своим любимым дайвингом на Каймановых или Багамских островах! – негромко сказала девушка.

– Остановка за малым: найти яхту, достать деньги и благополучно положить их в надежный банк, до которого еще надо доплыть! – с иронией сказал Борис, не забывая поглядывать по сторонам.

– Кончайте разговоры! Сейчас придет шеф-пират и начнет распределять время вахты! Уже половина второго ночи! – напомнил Викинг.

Едва пират в бандане приблизился к передней дверце, рядом с которой сидел Борис, как тот резко толкнул дверцу.

Удар в лоб массивной дверцы сразу поверг пирата в бандане в состояние рауха.

Дернув головой, пират отлетел к фальшборту и, ударившись о стойку затылком, надолго затих.

Выскочив из автомобиля, Борис первым делом приложил ладонь к шее негра в бандане.

Сердце негра хотя и медленно, но билось.

– Что с электриком? – спросил Борис, с неудовольствием отметив, что молодая луна как прожектором освещает море.

«При такой освещенности наша лодка будет видна как бревно в глазу!» – про себя сказал Борис, цепляя фалы к проушинам лодки.

Викинг, выскочив на палубу, стал помогать Борису, негромко пояснив:

– Я ляпнул электрику, что считаю себя тоже пленником, а он начал развивать тему, да так громко, что услышала твоя пассия, которая помогла ему покинуть бренный мир!

– От берега отчалили шесть лодок! – сказала Ниоми, выходя из машины.

В руках у девушки Борис заметил маленький цифровой бинокль.

– Ты сможешь сам спустить лодку на воду? – спросил Борис, скидывая с себя прямо на капот одежду.

– Мы подключили кран-балку к электрической линии и запустили умформер[22]! – отрапортовал Викинг, тоже скидывая с себя одежду.

Пока Борис вытаскивал гидрокостюм, Викинг закинул через фальшборт ведро с привязанным за дужку тросом.

– Что вы делаете, парни? Надо быстрее бежать! – громко сказала Ниоми.

– Посмотри в багажнике машины кусок мыла или стиральный порошок! – приказал Борис, выливая на себя ведро забортной воды.

Надо отдать должное девушке. Мусульманское воспитание, где безоговорочное подчинение женщины мужчине, впитанное с молоком матери, еще не совсем было выбито из сознания Ниоми европейским развитием в Англии.

Девушка гордо вздернула носик и, покачивая бедрами, пошла к багажнику автомобиля. Она открыла один, второй, третий багажник. И только в четвертом нашла кусок серого мыла.

Викинг в это время выкладывал рядом с резиновой лодкой гидрокостюмы, ласты и маски.

Взяв из рук девушки кусок мыла, Борис, опрокинув на себя ведро забортной воды, стал быстро намыливать себя найденным куском мыла.

– Зачем ты это делаешь? – спросила девушка, с удивлением смотря на Бориса.

– Держи штанины, женщина! – приказал Борис, усаживаясь на палубу.

И снова мусульманское воспитание взяло верх!

«Какие молодцы родители девушки! Как здорово воспитали дочь! Вот бы мне такую жену!» – восхитился про себя Борис, ловко втискивая ноги в штанины нижней части гидрокостюма.

– Мне тоже предстоит надеть эту резину? – спросила девушка, с гримасой отвращения передергивая плечами.

– Если не хочешь стать ужином, пардон, завтраком акулы, то наденешь! – сказал Борис, натягивая, на скользкое тело куртку.

Застегнув брассовый клапан[23], Борис прислушался.

Стали слышны комариные звуки нескольких лодочных моторов.

– Давай, девушка, надевай гидрокостюм! – предложил Викинг, уже облачившись в свою резиновую одежду.

– Как прикажешь, мой господин! – покорно согласилась Ниоми, передергивая плечами под льющейся из ведра водой.

Глава 24

– Вы залазьте в лодку, а я буду вас опускать! – приказал Борис, беря в руки пульт управления кран-балкой.

Легкое нажатие на первую кнопку – и ничего! Мотор не включился. Кран-балка была бесполезным украшением на палубе!

«Черт бы побрал эту кровожадную девчонку! Угробила единственного электрика на судне!» – мысленно высказал свое мнение Борис, добавив про себя пятерку нецензурных выражений, которыми так славится военно-морской флот.

– Похоже, мы приехали! Тельфер не работает! – негромко сказал Борис, кидая взгляд назад.

В двадцати кабельтовых, растянувшись полукругом, к кораблю неслись лодки, с каждым мгновением увеличиваясь в размерах. Они походили на стаю гончих псов, которые загоняют крупного зверя.

«Если тельфер не включится, мы имеем шанс попасть в руки к новым хозяевам!» – подумал Борис, нажимая сразу две кнопки на пульте управления.

Мотор тельфера загудел, и неожиданно стало темно.

Борис поднял голову и заметил, что на луну наползла огромная туча.

– Темнота – друг молодежи! – весело сказал Борис, нажимая кнопку подъема.

Лодка оторвалась от палубы и поплыла по воздуху вслед за Борисом, который, подняв ее на полтора метра, вел к левому борту.

Полторы минуты – и снизу донесся голос Викинга: «Майна!»

– Отцепи концы и заводи двигатель! – приказал Борис, внимательно прислушиваясь к многоголосому реву лодочных двигателей.

– Вира! – громко крикнул Викинг снизу – и Борис нажал кнопки.

Снова загудел электродвигатель, и в рев лодочных моторов вплелись едва слышные выстрелы.

Неожиданно проглянула луна, и Борис быстро пересчитал лодки, которые подошли на десяток кабельтовых.

Лодки теперь сломали строй и кружились на одном месте, почему-то прекратив движение к индийскому кораблю.

Борис крепко зажмурился и снова открыл глаза.

Вместо шести лодок по морю кружилось всего четыре.

Крайняя правая лодка неожиданно ярко вспыхнула и погасла. Борис ясно различил силуэты трех вспыхнувших людей – двух на юте и одного на баке.

«Вакуумная граната! В лодке не могло быть трех человек! Значит, остальные сгорели заживо сразу!» – прикинул Борис, смотря, как оставшиеся на плаву лодки повернули и помчались к индийскому кораблю.

«Теперь русский морской дьявол может спокойно прыгнуть за борт!» – решил Борис, пропихивая шеф-пирата под перекладиной фальшборта.

И только когда раздался плеск воды, Борис прыгнул за борт.

– Зачем ты скинул мужика за борт? – спросил Викинг, помогая Борису залезть в резиновую лодку.

– Нам не нужны лишние свидетели того, что мы были на борту корабля! – ответил Борис, усаживаясь рядом с Ниоми.

– Ты босс, тебе лучше не перечить! – согласился Викинг, включая скорость на подвесном моторе.

Лодка ходко пошла вперед, задирая нос.

– Куда править, чиф? – спросил Викинг, наклоняясь вперед.

– Рули на русский корабль! Он дальше всех стоит в море! – приказал Борис, обнимая Ниоми за плечи.

– Мне страшно! Кругом одна смерть! Оказывается, человеческая жизнь не стоит и шиллинга! – негромко сказала девушка.

«Пой, ласточка, пой! Только что ты недрогнувшей рукой отравила мужика, а сейчас поешь мне жалостливые песни!» – про себя нашел аргумент Борис, вслух не сказав ничего.

Обхватив Бориса за талию, девушка прижалась к нему сильнее и, дотронувшись губами до уха, быстро заговорила:

– Почему бы тебе не жениться на мне? Я молода, хороша собой, и у меня могущественные родственники, а объединив наши капиталы, мы сможем очень многое!

– Как ты думаешь провезти через границу такую кучу денег? – деловито спросил Борис, старательно делая вид, что деньги его интересуют больше всего.

– Пятьдесят миллионов долларов – это примерно пятьдесят плотно набитых кейсов! – попробовал остудить пыл девушки Борис.

– В Джибути есть маленький филиал швейцарского банка «Баноки и сыновья», где клерком служит мой родственник. Через него с управляющим банком было оговорено, что деньги можно положить на счет в этом банке и везти через границу только пластиковые карты! – с горящими глазами сказала девушка.

– Конечно, так и поступим! – пообещал Борис, про себя добавив:

«Очередной лохотрон! Все деньги лежат в банке, где заправляют твои родственники! Банк закрывается, и деньги пропадают! Русского человека на такой мякине не проведешь! У нас такие кидки проходили только двадцать лет назад!»

– Справа по борту русский корабль! – громко сказал Викинг, сбрасывая скорость.

– Все переговоры с нашими людьми я беру на себя! – уверенно сказала девушка, отодвигаясь от Бориса.

Едва лодка подошла к левому борту судна, как девушка встала на ноги и, держась за голову Бориса, громко закричала.

Борис заметил, что вдоль левого борта судна стоят люди и руками указывают в сторону берега. С борта судна моментально ответили, и пираты засуетились.

Буквально через минуту с борта был сброшен трап, по которому довольно ловко полезла девушка, повелительно махнув рукой.

– Девочка предлагает забрать все деньги с яхты себе! – негромко сказал Борис, привязывая лодку к трапу.

– Мне нравится эта мысль! Куплю себе виллу на Багамах или Сейшелах и заживу как кум королю! Какие там девочки! Тоненькие, стройненькие и дочерна загорелые! – мечтательно сказал Викинг и передернул плечами.

– Страшно брать такую сумму? – спросил Борис, поглядывая наверх.

До палубы было метров семь. Полоса ватерлинии шла на высоте два с половиной метра от поверхности воды.

– Коробка практически пустая, видишь, где находится ватерлиния? – сказал Викинг, кидая взгляд вверх.

– Мне тоже страшно! Таких бесхозных денег не бывает! Правильнее сказать, что бесхозных денег вообще не бывает! Но самое важное и серьезное в этой ситуации, что эти деньги внесли как выкуп за освобождение людей, кораблей и грузов. Если деньги не попадут к пиратам, то люди и корабли так и останутся в плену!

– Пираты с помощью моей пассии решают свои проблемы, а мы рискуем оказаться крайними! – быстро сказал Борис, кидая взгляд наверх.

На корабле никто и не думал обращать внимание на лодку, гомоня во весь голос на сомалийском языке.

– Пошли на борт! Надо хоть немного поспать перед погружением, – предложил Викинг.

– Не вижу никакого смысла! Лучше поспать в лодке, а не кормить вшей на этом корыте! – громко сказал по-английски Борис.

Тотчас раздался глухой взрыв, и индийский корабль, с которого они только что благополучно сбежали, взорвался.

С правого борта поднялся высокий столб воды.

Корабль качнулся на левый борт, десяток секунд постоял таким образом и резко завалился на правый борт.

По наклоненной палубе, вскидывая руки, метались матросы, сыпались в воду установленные на палубе автомобили, а на юте начался пожар.

– Узнаю силз! Под водой подойти к кораблю, установить пару мин – и вот тебе результат: коробка пошла ко дну! – устало сказал Викинг, укладываясь вдоль левого борта.

– На индийском корабле была установлена большая диверсионная мина! – произнес Борис, следуя примеру своего напарника.

Глава 25

Едва начало сереть небо, как Борис скомандовал:

– Рота! Подъем!

– Рота в количестве одного человека начинает водные процедуры! – вяло ответил Викинг, зачерпывая ладонью воду за бортом.

– Нам надо побывать на российском корабле и найти радиста! Это основное наше задание! – напомнил Борис, посматривая по сторонам.

Ни одного человека на корабле, кроме них, не было видно. Борта российского корабля тоже выглядели пустынными.

– Сейчас никто с нами разговаривать не будет! Все, включая и пленников, спят! Надо найти повод пообщаться с пленниками! – напомнил Викинг, переходя к мотору.

Усевшись на правый поплавок, он дернул шнур кик-стартера. Мотор завелся с первого рывка.

С палубы «Андрея Миронова» свесилась черная физиономия с красной полосой на лбу и спросила по-английски:

– Куда пошли?

– Работать! – коротко ответил Борис и сразу же отвернулся, смотря на экран навигатора.

Едва лодка отошла от трапа, как Борис скомандовал:

– Право руля!

– Слушаюсь, босс! – громко согласился Викинг, прибавляя обороты двигателя.

Голова пирата с полосой исчезла, зато вместо нее на юте высунулся длинный ствол американского пулемета и ненавязчиво уставился раструбом пламегасителя на лодку.

– Я как-то неудобно себя чувствую под дулом крупнокалиберного пулемета, – заметил Борис, не поднимая головы от навигатора.

– Это с непривычки, студент. Лет через пять будешь спокойно пить кофе даже под дулом зенитки! – флегматично ответил Викинг, чуть увеличивая скорость.

Пройдя две мили, лодка остановилась. Борис сбросил с носа металлическую чушку, которая заменяла якорь, и начал надевать на себя ребризер.

Через пару минут все оборудование было надето. Борис легко скользнул за борт.

Едва он ушел под воду, как сразу же все волнения отошли на задний план. Вода нежно обняла тело, разом смыв все тревоги. Десять метров, двадцать, тридцать.

Стало темно.

Яркий свет фонаря пробил черноту, выхватив из темноты плывущую ниже двухметровую белую акулу.

Хищница, изогнувшись как вопросительный знак, щелкнула зубами и, мотнув головой, выказала полное неприятие искусственного света.

Секунда – и хищница исчезла из глаз.

«Избавь нас, Господи, от друзей, а от врагов я и сам избавлюсь!» – решил Борис, направляясь за Викингом, который неторопливо работал ластами в метре впереди.

На глубине пятидесяти пяти метров появился железный остов корабля, весь увешанный сетями, похожими на паутину.

«Зацепов очень много. Сети висят в три-четыре слоя. Значит, судно лежит довольно давно. От деревянной обшивки ничего не осталось!» – оценил Борис найденное судно.

Викинг не стал приближаться к судну, а проплыл над ним на высоте трех метров. От донного течения сети колыхались, как бахрома на больших медузах.

Викинг сильнее заработал ластами, начиная всплывать.

«Только непонятно, почему шпангоуты остались целыми?» – задал себе вопрос Борис, устремляясь вслед за напарником.

Всплыв, Викинг увидел рядом с резиновой лодкой еще одну деревянную, в которой сидела Ниоми.

Кроме нее в деревянной лодке находилось еще четверо вооруженных негров, но девушка сразу бросалась в глаза, как жемчужное зерно в рассыпанном угле.

«Девочка не выспалась!» – отметил Борис, переваливаясь через низкий борт лодки.

На противоположный борт навалился наполовину высунувшийся из воды Викинг, уравновешивая утлое суденышко.

– Вы нашли яхту? – азартно заорала девушка, подпрыгивая на банке.

От резких движений упитанного тела Ниоми лодка закачалось.

Жирный негр, державшийся за борт резиновой лодки, отпустил руки, и деревянную лодку начало относить вправо.

Здоровенный негр, сидящий на носу, приподнялся со своего места и стал выговаривать девушке, махая правой рукой.

Все остальные негры, вцепившись в борта, выравнивали лодку, слушая своего предводителя с открытыми ртами.

Девушка гордо вскинула голову и ответила что-то резкое и смешное.

Негры засмеялись и синхронно закачали головами. Лодку начало разворачивать бортом к волне, но сидящие в ней этого не замечали, продолжая смеяться.

Здоровенный негр с выпученными глазами хватал ртом воздух, не в силах сказать ни слова.

Викинг, тем временем перевалившись через борт, уселся на банку и, внимательно наблюдая за соседями, которым смешинка попала в рот, снимал с себя ребризер.

– Эй, моряки! Большая волна идет! – по-английски крикнул Борис, цепляясь за мотор лодки.

Викинг, прижав ногой снятый ребризер, двумя руками вцепился в закрепленную банку, приготовился к волне.

Волна высотой метров шесть шла со стороны моря.

Гребень волны, нависая над темно-серой массой воды, весь пенился, кипя, как будто его подогревали.

– Подними якорь! – крикнул Борис и понял, что его приказ запоздал.

Выхватив нож, Борис полоснул по тросу, и, как оказалось, вовремя.

Резиновую лодку, как щепку, подняло наверх, и с гребня волны Борис увидел, что второе судно лежит на боку, а вокруг плавают разбитые лодки и люди.

«Андрею Миронову» повезло больше.

Русское судно как ни в чем не бывало делало правый поворот, готовясь прийти на помощь своему товарищу по несчастью.

Уже скользя вниз по волне, в двадцати метрах от себя Борис заметил перевернутую лодку, рядом с которой чернели три головы.

Приглядевшись, Борис обнаружил, что около левой головы веером расплываются распущенные волосы.

– Надо плыть за Ниоми! – крикнул Борис, дергая за кик-стартер.

– Посмотри назад! – предложил Викинг, рукой показывая направление.

В ста метрах от них на поверхности воды плавали два человека в камуфляжных гидрокостюмах.

– Сначала надо вытащить Ниоми, а потом уже плыть к нашим заклятым друзьям! – решил Борис, увеличивая скорость лодки.

– Шевелись, шеф! Сзади вторая волна идет! – громко сказал Викинг, привязывая два ребризера к первой банке.

Негр схватил Ниоми за волосы правой рукой, левой наносил удары по лицу.

«Будем надеяться, что драться в воде противник девушки не умеет!» – успокоил сам себя Борис, до отказа поворачивая ручку газа.

Резиновая лодка, подняв нос, неслась к месту избиения девушки.

Удар левым поплавком лодки отбросил негра в сторону.

И тут же Ниоми, выдернутая сильной рукой Викинга, оказалась внутри лодки.

Два негра, плавающие в воде, со скоростью хороших спринтеров рванули к резиновой лодке. Борис, сбросив газ, поджидая негров, развернув лодку перпендикулярно набегающей волне.

Вторая волна была выше первой на пару метров.

Борис, довернув лодку направо градусов на десять, немного задержался на гребне и легко заскользил по наклонной поверхности волны, взбираясь наверх.

Уже с вершины волны Борис обнаружил, что в отличие от первой эта волна более пологая и со скоростью курьерского поезда несется к берегу.

На пути следования волны обнаружился корабль с водолазным вымпелом, стоящий в пятнадцати кабельтовых, и катер, который шел носом к волне.

Две рыбачьи лодки, стоящие на якоре, практически не имели шансов спастись, да и находились в них люди или нет, Борис не успел разглядеть, внимательно рассматривая военных моряков в катере.

Наличие двух индивидуумов в пятнистых гидрокостюмах на катере, имеющих на груди ребризеры, особой радости не принесло, а только навело на не очень приятные размышления:

«Похоже, американские тюлени взялись за нас всерьез! Все, конечно, логично, но нам от этого не легче! Простить гибель своих товарищей силз не хотят! Поэтому надо быстрей заканчивать операцию!»

Волна, отнеся резиновую лодку на пару миль к берегу, перевернула американский катер и выбросила вместе с телами силз на берег.

«Так вам и надо! Нечего плавать в сомалийских территориальных водах!» – позлорадствовал про себя Борис, бросая взгляд на навигатор.

Сейчас лодка находилась как раз над второй магнитной аномалией.

– У тебя нет второго якоря? – спросил Борис, кидая взгляд на Викинга.

Викинг, разложив Ниоми на дне лодки, снял с нее всю верхнюю часть одежды и старательно делал искусственное дыхание, двумя руками давя груди девушки.

– В Греции все есть! – сказал Викинг, на секунду отвлекаясь от своего занятия.

Сунув руку вперед, выудил из-под груды оборудования еще один металлический грузовой пояс и швырнул его за борт.

Булькнув, пояс скрылся под водой, разматывая за собой синий капроновый трос.

– Шорты с плавками спусти на бедра! Девочке дышать легче будет! – снова прикладывая бинокль к глазам, посоветовал Борис.

– Слушаю и повинуюсь, мой господин! – отозвался Викинг, стягивая с девушки нижнюю половину одежды.

На берегу около выброшенного волной американского катера появились с десяток оборванных аборигенов, которые принялись за разборку добычи, которую принесло море.

Буквально через пару минут вещи из катера были перегружены в подсобные транспортные средства, как то: тележки, велосипеды и мокики, среди которых Борис с удивлением узнал свой трехколесный мотоцикл.

Гидрокостюмы с силз были сняты, а сами тела выброшены в море.

Звонкий звук пощечины и последовавшие за ним рвотные звуки моментально вывели Бориса из созерцания процесса грабежа американского катера.

Перевалившись через правый борт и выставив на всеобщее обозрение прекрасную, практически голую попу (шорты с тоненькими трусиками на девушке были спущены на десять сантиметров ниже ягодиц), Ниоми громко отдавала дань Нептуну[24].

Викинг с виноватым видом потирал правую, горевшую багрянцем щеку.

«Хорошо, что Ниоми не кашляет[25]!» – отметил Борис, вертя пальцем у виска.

Викинг с довольной улыбкой развел руками.

Ниоми повернулась лицом и только открыла рот, готовясь выпалить гневную тираду, как Борис жестко сказал:

– Хватит базара! Как только мы выйдем из-под воды, можешь еще раз дать своему обидчику по морде! Только не забудь, что он тебя не только вытащил из воды, но и спас от смерти – откачав! Ты была почти мертвая! Шорты и трусы я приказал спустить, чтобы живот лучше дышал! – быстро сказал Борис, надевая ребризер.

Викинг, уже надев ребризер, натягивал ласты с обиженной мордой, демонстрируя крайнюю обиду.

– Извини, Вик, я не знала! – мило улыбнулась Ниоми и, подскочив к сидящему Викингу, чмокнула его в небритую щеку.

От такого жеста Викинг опешил.

– Ты очень красивая и сексуальная девушка! – сказал Викинг и спиной вниз упал за борт, не забыв прихватить с собой буксировщик.

– Больше он не будет к тебе приставать! – пообещал Борис, кидая взгляд на берег.

Аборигены, подогнав к катеру автомобильный кран, уже грузили американский трофей на трейлер. Остальные мелкие транспортные средства исчезли.

– Здорово работают твои родственники! – восхитился Борис, надевая на ноги ласты.

– Не оставляй меня одну! – попросила Ниоми, умоляюще сложив руки на груди.

– Давай надевай акваланг! – неожиданно для себя решил Борис, выдергивая еще один гидрокостюм.

Девушка моментально скинула с себя шорты и, оставшись в одних спущенных на бедрах плавках, зачерпнула кружкой воду.

Вылив на ноги кружку воды, подтянула плавки и быстро надела на мокрое тело штаны от гидрокостюма.

– Какая резина противная и холодная! – протянула девушка, выливая на себя вторую кружку воды.

Быстро надела куртку, потом акваланг и требовательно протянула руку.

Хмыкнув про себя, Борис протянул девушке грузовой пояс.

Сняв три груза, Ниоми быстро надела пояс на себя и животом упала на правый поплавок, готовясь спуститься на воду.

«Весьма грамотно! Девочка явно не первый раз ныряет с резиновой лодки!» – отметил про себя Борис, ловя сзади за ремень свою прекрасную спутницу.

– Ты не торопись! Сейчас я надену акваланг и пойдем под воду вместе! – предложил Борис, поправляя ребризер.

– Какой ты противный! – протянула девушка, лежа на поплавке.

– Воздуха у тебя в баллонах мало, так что особо не дергайся! Будешь плавать на глубине пятнадцать-двадцать метров и сверху наблюдать за нашей работой! – приказал Борис, надевая на ноги ласты.

– Я хочу на яхту! – капризно сказала Ниоми и дернула правой ногой в ласте.

«Капризная девочка! В детстве папочку-пирата наверняка изводила своими заскоками!» – оценил Борис поведение девушки.

– Мне так хочется! – заболтала девушка ногами в ластах.

– Или ты делаешь, как я говорю, или оставайся сидеть в лодке одна! – жестко сказал Борис, открывая вентиль своего баллона.

– Я буду хорошей! – пообещала Ниоми и, прежде чем засунуть загубник в рот, добавила:

– Пятнадцатого апреля семьдесят первого года!

Едва вода сомкнулась над головой, как Борис увидел Викинга, который неподвижно висел на глубине семи метров. Ни одного пузырька воздуха не вырывалось из ребризера напарника.

Стайка мелких рыбок свободно плавала над головой морского дьявола, обманутая его неподвижностью.

«Молодец Викинг! Умеет регулировать плавучесть!» – мысленно похвалил Борис напарника, подплывая спереди.

Знаками приказав сделать остановку на глубине двадцати метров, обплыл напарника и схватил его за щиколотки. Викинг сразу включил буксировщик и начал движение.

Ниоми, ухватившись за щиколотки Бориса, моментально пристроилась сзади.

Викинг, пристроив навигатор на буксировщике, неторопливо двигался вперед, постепенно погружаясь на глубину.

На глубине двадцати метров Викинг остановился и кинул вниз металлический шар на капроновом шнуре. Желтый с черными полосами поплавок метнулся вверх и застыл, не дойдя пяти метров до поверхности.

Ниоми отцепилась от Бориса и начала колдовать со своим грузовым поясом. Буквально через минуту девушка неподвижно застыла в толще воды, чуть шевеля ластами. Пузырьки воздуха мелкими порциями вырывались из легочного автомата акваланга и, расширяясь, улетали наверх.

Викинг в знак своего восхищения вытянул правую руку вперед с отогнутым большим пальцем.

Борис не стал комментировать достижение девушки, а, перегнувшись в поясе, пошел вниз.

Стало темнеть, и метров через десять Викинг включил фонарь. Желтое пятно электрического света показало конусообразный риф, весь поросший длинными водорослями, которые отклонялись вправо, как женские волосы под сильным ветром. А вот на рядом стоящем рифе, который был чуть пониже, водоросли нормально тянулись вверх.

Зато между ними килем вверх обнаружилась белая яхта, у которой в днище виднелась весьма приличная круглая пробоина.

Листы обшивки были вогнуты внутрь, что говорило о наружном взрыве.

«Без тюленей тут не обошлось!» – отметил Борис, плывя к корме.

Винт был весь обмотан сетью и походил на дремучую косматую бороду вокзального бомжа, левая прядь которого была отогнута почти под прямым углом.

Мысленно пририсовав к бороде физиономию, Борис получил лицо человека, которого обдувает с одной стороны сильный ветер.

Медная пластина, на которой ярко блестела надпись «Глория», лежала в двух метрах от кормы. На ней привольно устроился метровый осьминог, поблескивая широко открытыми глазами.

Особого испуга осьминог при виде двух людей не показал, а только передвинулся на середину пластины, разом закрыв надпись.

«Надо было спросить главного пирата, как называется яхта!» – мысленно постучал себя по голове Борис.

Викинг тем временем, проскользнув между леерным ограждением, скрылся из глаз, поднырнув под палубу и оставив Бориса практически в полной темноте.

Решив не испытывать судьбу, Борис тоже последовал под палубу, но слева от винта, как раз туда, где проходило сильное течение.

Ощупав руками леер, Борис прислонился к вертикальной стойке спиной и приготовился к долгому ожиданию.

Ждать в спецназе учат специально, и эту науку Борис использовал, немного модернизировав, приучив себя заниматься во время ожидания аутотренингом, не забывая при этом полностью контролировать окружающую обстановку.

В Борисе, казалось, поселялись два разных человека. Один полностью расслаблялся, погружаясь в нирвану, а второй зорко смотрел за окружающей обстановкой, ловя каждый звук и каждый люкс[26].

Приучив себя во время сидения в засадах внимательно смотреть и слушать, Борис тем не менее всегда вспоминал самые приятные эпизоды своей не такой и длинной жизни. И конечно, девушек.

«Жениться, когда ты только начал разменивать третий десяток лет, рано! А вот мимолетные романы, ни к чему не обязывающие встречи – это самое то, что доктор прописал!» – лениво размышлял Борис, и тут что-то большое прижалось к нему с левой стороны.

«Спокойно, Боря, спокойно! Хищная рыба уже давно оторвала бы тебе голову! Это не несет в себе угрозу!» – успокоил себя Борис, в глубине души кляня опрометчивого самыми последними словами за то, что залез под палубу перевернутого кверху килем судна.

Дергаться сейчас, особенно после того, как течение изменило направление, было нельзя! Да и не просто нельзя, а смертельно опасно! Часть нитей сетей, намотанных на винт, касалась Бориса, который, увлекшись мечтаниями, прозевал изменение течения.

Сильный удар слева заставил заскрипеть корпус яхты.

«Беда не приходит одна!» – сам себе сказал Борис, пытаясь отодвинуться вправо и выплыть на чистую воду. Рука наткнулась на металлическую поверхность.

Пальцы начали мерзнуть. «Все нормально, парень! Этого не может быть! Температура воды в Индийском океане больше двадцати градусов Цельсия! Это просто нервы!» – успокоил себя Борис, понимая, что плыть под палубой затонувшей яхты в абсолютной темноте – полное безумие. Гораздо более приятный способ самоубийства – просто вскрыть себе вены или перекрыть воздух в баллоне ребризера.

Осторожно протянув руку влево, Борис кончиками пальцев начал ощупывать первое препятствие.

«Похоже на резину! Это что за ерунда?» – сам себя спросил Борис, когда пальцы нащупали металл.

Быстрая как молния мысль ударила в голову, словно кузнечный молот: «Это же кожух ребризера!»

Дальше все пошло как по маслу. Движение руки вниз, и Борис нащупал капроновый пояс. Боковое движение, и пальцы нащупали ножны, в которых торчала ручка ножа.

«С другой стороны должны быть приспособления и оружие!» – понял Борис, протягивая руку дальше.

«Как ты можешь в полной темноте не бояться покойников?» – неожиданно спросил внутренний голос.

«Мертвые не могут укусить! Бояться надо живых!» – быстро ответил Борис, нащупывая на поясе водолаза пристегнутый цилиндр в чехле.

«Нормальный водолаз-глубоководник должен иметь фонарь!» – взмолился Борис, отстегивая карабин крепления ножа.

Пристегнув цилиндр к собственному поясу, двумя руками Борис осторожно отстегнул верхний клапан и начал нежно ощупывать пластмассовый корпус.

С торца корпус имел выпуклость, на которую Борис, глубоко вздохнув, и нажал, широко открыв глаза.

Желтое пятно появилось в районе пояса, с правой стороны.

«Жить стало легче! Жить стало веселей!» – сам себе сказал Борис, вынимая из чехла фонарь.

Свет моментально все поставил на свои места.

Справа Бориса подпирала туша неизвестного водолаза, одетого в черный гидрокостюм, а слева высился черный металлический борт.

Что это именно металл, говорили потеки ржавчины, а вот какой величины судно, Борис пока не знал.

Отстегнув манометр ребризера так неожиданно появившегося водолаза, Борис увидел, что его баллон практически пуст.

«Спасибо за фонарь, добрый человек! Пусть всегда тебе будет спокойно спать!» – сказал последнее слово Борис, снимая с водолаза кобуру с подводным револьвером.

Проплыв под палубой, Борис увидел, что крышка люка, ведущего внутрь судна, захлопнулась.

Отодвинув защелку, Борис открыл люк и сразу зажмурил глаза. В лицо ему ударил мощный луч света.

Викинг тронул Бориса за плечо и потянул вправо.

Глава 26

Ниоми около троса не было. Ухватившись за щиколотки Викинга, Борис внимательно смотрел по сторонам. Девушки нигде не было видно.

Пять минут хода, и напарники увидели дно резиновой лодки, у правого борта которой пришвартовались две деревянные лодки.

«Ты справа заходишь! Я – слева!» – жестами скомандовал Борис, начиная движение.

Викинг, прицепив буксировщик к тросу якоря резиновой лодки, всплыл около ее кормы, предоставив Борису самому найти себе место.

Высокий борт деревянной просмоленной лодки скрывал боевого пловца от посторонних глаз, тем более что лодки сильно качались под свежим бризом, дувшим с берега.

Хотя при том шуме, доносившемся из лодок, можно было пришвартоваться на торпедном катере, и то бы участники дискуссии, развернувшейся в лодках, не услышали бы. Три человека с одной и четверо со второй лодки яростно орали на Ниоми.

Девушка сидела в гидрокостюме, облокотившись о левый баллон резиновой лодочки, и время от времени отпускала язвительные замечания, от которых мужчины в лодках ярились еще больше. Судя по накалу страстей, спор продолжался довольно долго, и конца ему не было видно.

Борис заметил среди спорщиков двух кочевников, но не стал заострять на этом внимания, внимательно всматриваясь в худого, украшенного зеленой чалмой[27] одноглазого негра, с отрешенным видом сидевшего на корме. Ходжа смотрел на море и задумчиво перебирал четки, старательно делая вид, что все происходящее его совершенно не касается.

Борис высунул левую руку вверх и знаками показал, что две лодки на плаву – это много.

«Надо уменьшить на одно количество незваных плавсредств!» – решил Борис, знаками спросив совета у напарника. Викинг понятливо поднял вверх один палец.

Страсти между тем на поверхности моря накалялись.

Коренастый негр в живописных шортах, располосованных на ленты наподобие женской юбочки, при том, что торс оставался обнаженным, выставляя напоказ нехилые грудные мышцы, воздев правую руку вверх, широко шагнул вперед с явным намерением перейти в резиновую лодку.

Что предлагал Коренастый, с яростью глядя на Ниоми, было понятно и без перевода, но активные действия пока не входили в планы Ходжи.

Короткая фраза, брошенная Ходжой, сразу остудила горячего спорщика, и тот, яростно замотав головой, вернулся на свое место. Пара обиженных взглядов не произвела на Ходжу никакого влияния.

Со второй лодки худой негр с безобразным шрамом во всю правую щеку, одетый не менее живописно, чем первый (прямо на голое тело была надета армейская разгрузка, украшенная цветастой вышивкой), вскочил на юте и заверещал, при этом стуча себя во впалую грудь кулаком.

Зрелище было настолько комичным, что Борис невольно ухмыльнулся.

«Вылитая обезьяна из зоопарка!» – прокомментировал про себя выступление худого негра Борис. И зря.

Верещание худосочного негра произвело взрывное действие. Все негры в лодках вскочили на ноги и наперебой загомонили, размахивая руками. Ходжа тоже встал и резко сказал две короткие фразы.

Худосочный в ответ разразился целой речью, результатом которой был новый взрыв криков.

В руках троих негров появилось огнестрельное оружие, направленное в сторону Ниоми.

«Столько мужиков нападают на беззащитную девушку!» – мысленно осудил Борис митингующих негров, прикидывая, что можно сделать, чтобы немного остудить страсти.

Ходжа молча уселся на место, и в руках у него снова появились четки.

Худой негр поднял вверх укороченный автомат, выпрямился во весь рост и неожиданно по-заячьи заверещал, подпрыгнув на банке.

Три пирата и два кочевника нагнулись и стали лихорадочно вычерпывать воду.

«Теперь вы отстанете от девушки и займетесь спасением собственных жизней!» – злорадно подумал Борис, не выпуская из поля зрения худого негра.

Негр, вычерпывая воду, продолжал зло посматривать на Ниоми, которая с невозмутимым видом продолжала сидеть в резиновой лодке.

Викинг высунул руку из-за лодки Ходжи и жестом показал, что Борису пора показаться пиратам.

«Значит, у напарника есть план!» – успел подумать Борис, как Худой снова заверещал, направляя автомат в сторону девушки.

– Кончайте кричать! – громко сказал Борис, высовываясь из-за поплавка резиновой лодки.

Все моментально притихли, наблюдая, как Борис нарочито неуклюже переваливается через поплавок к Ниоми.

Девушка встала на колени и помогла Борису перебраться к себе.

Коротко вскрикнув, худой негр нелепо взмахнул руками и свалился в воду.

«Молодец Викинг! Нечего настраивать толпу против красивых девушек!» – мысленно похвалил Борис напарника, который так и не появился из-под воды.

Зато негры в лодке, из которой только что выпал негр, загомонили и стали перелезать во вторую лодку, не заботясь о своем товарище, свалившемся в воду.

– Нам надо обсудить один важный вопрос! – сказал Ходжа, с брезгливой миной наблюдая за суетящимися неграми.

– Всегда готов поговорить с умным человеком! – согласился Борис, снимая с себя ребризер.

С одной стороны, металлическая штуковина на груди являлась хорошей защитой от пуль, а с другой стороны, надо было чем-то заниматься, отвлекая пиратов на себя.

Трос, на котором держался якорь лодки, сильно задергался.

«Надо было сначала прикончить худого негра, а потом привязывать к тросу! Садист ты, батенька!» – пожурил про себя напарника Борис, соответственно вслух ничего не сказав.

– Вы не ответили на мое предложение, молодой человек! – немного раздраженно напомнил Ходжа о своем существовании.

Якорный трос перестал дергаться, сообщая о том, что говорливый негр отправился общаться со своими предками.

– Переходите к нам в лодку! Там и поговорим! – предложил Борис, протягивая через поплавок правую руку.

Ходжа кинул на пиратов испытующий взгляд и начал неторопливо подниматься.

Крепыш подскочил к Ходже, о чем-то негромко заговорил. Минуту послушав, Ходжа презрительно скривил губы, тихо ответил.

Боковым зрением Борис увидел, как из уключин правого борта выскочило весло и упало в воду.

Лодка как по мановению волшебной палочки стала отходить от резинки. Вот расстояние между ними стало метр, вот полтора.

Снова два раза дернулся якорный трос.

«Привязал теперь и весло к якорному тросу! Не трос, а гирлянда из ненужных предметов!» – промелькнула быстрая мысль в голове у Бориса.

– Я весь внимание! – сказал Борис, усаживаясь на левый поплавок.

Ходжа уселся на правый поплавок и молча смотрел на Бориса черными навыкате глазами.

«Наверняка Викинг догадался намотать на винт кусок сети или троса! Не завидую я пиратам, которые оказались на таком расстоянии от берега без двигателя! С одним веслом далеко не уплывешь!» – злорадно подумал Борис, наблюдая, как пираты, собравшиеся возле крепыша, что-то горячо обсуждают.

– Я хочу сделать вам интересное предложение! – торжественно сказал Ходжа, бросая взгляд на Ниоми, которая, привалившись спиной к правому поплавку, спала. Или делала вид, что спит.

– С удовольствием вас послушаю! – сказал Борис, смотря на пиратов, которые пришли к какому-то решению.

Только сейчас обнаружив, что до резиновой лодки больше пятидесяти метров, пираты снова начали совещаться, тыкая в воду руками.

Начал подниматься ветер, который уносил пиратскую лодку все дальше от берега.

Резиновая лодка заплясала на волнах, как норовистый конь, который пытается сбросить неугодного седока.

Борис встал на ноги, пытаясь обнаружить пиратскую лодку, но у него ничего не получилось.

Вокруг были только волны.

Стало быстро сереть.

– Я предлагаю вам половину денег с яхты! – негромко сказал Ходжа, наклоняясь к Борису. Он прямо впился в собеседника единственным глазом.

Ответить Борис не успел.

– Надвигается песчаная буря! Надо срочно плыть на корабль! – озабоченно сказала Ниоми, оглядываясь по сторонам.

– Буря будет сильная! Но почему так рано? Сейчас не время бурь? – озабоченно спросил Ходжа.

«Поле зрения у тебя сужено, родной. Как страус вертишь головой!» – позлорадничал про себя Борис.

– Заводи мотор! – громко приказал Викинг, переваливаясь через борт.

Борис дернул кик-стартер, а Ниоми без всякого напоминания начала вынимать якорь, аккуратно сматывая трос в бухту.

Неожиданно опустилась серая мгла, и задул сильный ветер, несший из пустыни мелкий песок, который больно сек щеки. Видимость снизилась до трех метров. В глаза начал попадать песок.

Борис зажмурился и, чуть приоткрыв глаза, скомандовал:

– Всем одеть маски!

– У меня нет маски! Я ничего не вижу! Мы все погибнем и не найдем корабль! – неожиданно подал голос Ходжа, смотря на Ниоми, которая, надев на лицо водолазную маску, вытаскивала из-под нее волосы.

– А как же ваши люди? – невинно спросил Викинг, заматывая по примеру девушки нижнюю часть лица куском ткани.

– Все в руках Аллаха! – набожно сказал Ходжа, ловко наматывая на лицо сдернутую с головы чалму, оставляя для глаз только узкие щелочки.

– Тебе ткани много! – рявкнул Викинг, одним движением ножа отхватывая полтора метра зеленой ткани.

Что сказал про себя Ходжа, заглушил вой ветра, а выражения лица, замотанного зеленой тканью, было не разглядеть.

Быстро замотав рот, Борис склонился над навигатором, который показывал, что их несет на северо-запад.

Включив скорость, Борис осторожно повел утлое плавсредство по пунктирной линии на экране дисплея.

Несмотря на свою неказистость, резиновая лодка хорошо держала накат, легко взбиралась на большие волны, с которых ветер срывал барашки пены.

«Волнение больше пяти баллов», – определил Борис, снова выруливая на курс после очередного маневра.

Ловко лавируя между волнами, Борис за десять минут довел лодку до «Андрея Миронова», с которого были спущены четыре якоря, но все равно судно мотало из стороны в сторону.

С кормы судна были стравлены тали с крюками, которые болтались над самой водой с амплитудой больше метра.

– Вырубай движок! – крикнул Викинг, хватая сразу два крюка.

Засунув крюки в проушины на борту лодки, Викинг поймал еще один, мимоходом дернув за ногу девушку, которая попыталась принять посильное участие в строповке лодки, встав на ноги.

Лодку мотал не только ветер, который поднял песчаную бурю, но и отбойные волны от борта корабля.

Четвертый крюк поймал Борис и с маху вставил в последнюю проушину.

– Крепче держитесь за лодку! Выкинет за борт – погибнете! – крикнул Борис, выключая двигатель.

Тросы натянулись, и лодка медленно поползла вверх. Ее начало раскачивать из стороны в сторону.

– Бросай якорь за борт! – приказал Борис, поднимая мотор.

Дождавшись, пока лодка окажется над палубой, Викинг выбросил за борт якорь и тут же перекинул трос на корму.

Два белых моряка аккуратно вели лодку, то отпуская трос якоря, то, наоборот, натягивая его. Третий моряк с пультом кран-балки стоял возле рубки и опускал лодку.

Как только трос попал в руки опытных моряков швартовной команды, сразу рыскание лодки из стороны в сторону прекратилось. Минуты не прошло, как лодка опустилась на палубу в районе высокой кормы.

– Быстро вниз! Идет усиление шторма до восьми баллов! – крикнул широкоплечий матрос по-английски с таким рязанским акцентом, что было понятно, что попали к своим.

– Надо принайтовать лодку! Это наша кормилица! – крикнул в ответ Борис, глядя, как высокий матрос, пригнувшись, тащит Ниоми к правому подветренному борту.

На Ходжа никто не обращал внимания.

Борис с Викингом увязывали груз, а два матроса принайтовывали лодку к палубе. Пара минут, и работа была закончена.

Пригнувшись, Борис пробежал пять метров и сел на палубу, уперевшись спиной в стену рубки.

Викинг не стал ничего говорить, а просто выдернул Ходжу из лодки и потащил за собой.

Еще минута, и вся компания по короткому трапу спустилась в ярко освещенный коридор внутри судна.

Борис и Викинг в изнеможении уселись на нижнюю ступеньку трапа.

Как только Ходжа затащили внутрь, он сразу встал на ноги, поднял голову и приказал:

– Отведите меня к Мусаилу!

Корабль в это время резко переложило на левый борт, а потом на правый.

Ходжа не удержался на ногах и чувствительно приложился головой к ручке двери.

От удара Ходжа начал сползать вниз, и тут же корабль снова переложило.

Ходжу оторвало от переборки и кинуло к трапу, снова ударило многострадальной головой о металлический поручень.

– Надо вести себя скромнее! – по-русски сказал первый матрос, с испугом глядя на Ходжу.

– Кто это такой? – по-английски спросил Викинг, не делая попыток встать с трапа.

– Ходжа – правая рука Ахмед-паши. Он очень жестокий человек – сам расстрелял при нас двух заложников, – сказал низкий матрос, стоя напротив сидящих на трапе морских дьяволов.

– Сбегай к врачу и скажи, что Ходжа ударился головой о трап! – устало сказал Борис, которому сегодняшний день принес столько тревог.

– Лучше сразу позвонить Ахмед-паше и доложить о несчастном случае с его человеком! – сказал второй высокий худой матрос, кивая на обитую железом дверь.

– Это радиорубка? – спросил, вставая со своего места Борис.

– Да, рубка, и я радист этого судна! – устало сказал матрос, которому по виду было лет сорок.

– Так просто можно зайти в радиорубку и позвонить? – недоверчиво спросил Викинг, вставая со своего места. Пришлось Борису тоже вставать.

– Нам звонить некуда, кроме дома и Ахмед-паши, с которым у нас постоянная связь. Пираты в технике совершенно не соображают, поэтому приходится поддерживать механизмы в рабочем состоянии самим! – сказал радист, отпирая дверь своим ключом.

Маленькая, не больше десяти квадратных метров каюта была обита перфорированным металлическим листом, а по всему периметру шел стол, на котором громоздилась всевозможная аппаратура.

Чего только тут не было! И три гидролокатора, и два магнитометра, и даже мощный эхолот, не говоря уже о двух радиостанциях, одна из которых и весело мигала зеленым глазком на передней панели.

Едва радист уселся в компьютерное кресло с высокой спинкой, как дверь рывком открылась, и в нее заглянул широкомордый негр в бейсболке козырьком назад.

– Мусаил приказал связаться с Ахмедом и сказать, что с его дочерью все в порядке! – невнятно буркнул широкомордый, требовательно посмотрев на Бориса.

– Надо оказать медицинскую помощь Ходже! – мотнул головой Борис, усаживаясь во второе компьютерное кресло рядом с радистом.

Скривившись, как от зубной боли, широкомордый исчез, махнув рукой второму матросу, который, просочившись в радиорубку, жался в правом углу каюты.

– У тебя компьютерные игры есть? – небрежно спросил Борис, бесцеремонно включая компьютер.

– Черви, паук, солитер, только они на русском языке, – ответил радист, с любопытством смотря на Бориса, который, открыв меню, делано-бессмысленно таращился в него.

– Нам бы что-нибудь посерьезнее! – попросил Викинг, становясь сзади кресла Бориса.

– Есть одна игра, но только она плохо открывается! – махнул головой радист, глазами показав на выдвижной ящик справа от Бориса.

Выдвинув ящик стола, Борис увидел кучу лазерных дисков и стал их перебирать.

«По закону пакости нужный диск должен найтись в самом низу стопки!» – сам себе сказал Борис, откидываясь на спинку кресла. Ногами Борис упирался в переборку, стараясь не вывалиться из кресла от качки судна.

Судно весьма прилично мотало из стороны в сторону.

– Альфа вызывает Сигму! – громко сказал радист, наклонившись к передней панели радиостанции.

– Сигма слушает! – сразу же ответил усталый голос Ахмед-паши.

– Мы подняли на борт двух белых, вашу дочь и Ходжу.

– Я хочу поговорить с молодым белым! – приказал Ахмед-паша.

Радист вытащил из гнезда на передней панели радиостанции микрофон на длинном шнуре и протянул Борису.

Как раз в этот момент он обнаружил коробочку с диском, на которой было написано «Пигмалион-6».

– Вас просят выйти на связь! – громко сказал радист, толкая Бориса микрофоном в плечо.

– Вас слушают! – нейтральным тоном сказал Борис, глазами показывая Викингу на открытый ящик стола.

Неловко облокотившись на стол, Викинг ловко выудил коробочку с дискетой из стола и мгновенно переправил ее в свою поясную сумку.

Наконец-то Борис вздохнул с облегчением.

– Что с грузом? – спросил Ахмед-паша.

– Ничего не могу сказать определенного. Мы нашли яхту, но то это судно или нет, я не могу сказать. Внутренний осмотр судна проводил мой напарник, а потом на нас напали люди Ходжи и началась буря. Поговорить с напарником у меня не было времени! – доложил истинную правду Борис.

– Это же основное задание! Меня интересует только груз! – закричал Ахмед-паша отбросив всякую конспирацию.

– Меня груз тоже интересует! – не остался в долгу Борис.

– Послезавтра приезжает команда водолазов из Кении. Если вы не успеете поднять груз, то приз достанется им! – закончил разговор собеседник.

– Какое название имеет яхта? Из чего она сделана? – спросил Борис, осененный внезапной догадкой.

– Яхта пластиковая, черного цвета, водоизмещение сто двадцать тонн, зовут «Линда»! – быстро сказал Ахмед-паша и отключился.

Глава 27

– Вы имеете представление о погружениях с аквалангом? – спросил Борис, осененный неожиданной мыслью, передавая радисту микрофон.

Викинг в это время сосредоточенно рылся в дискетах.

– Пару раз нырял в Красном море с инструктором, – недоуменно ответил радист.

– Очень интересное кино! – протянул Борис, вставая из-за стола.

Взявшись руками за спинку кресла радиста, развернул кресло к себе лицом и медленно стал говорить:

– Я предлагаю тебе опуститься под воду вместе с нами! Нам как раз нужен человек, который поможет при спуске! Что ты скажешь на это предложение? – закончил вопросом Борис, потерев указательным пальцем о большой, в международном жесте.

– Конечно, я согласен! На корабле такая скука! Это хоть какое-то развлечение! – в один миг отреагировал радист.

– Особо никуда не соваться! Всю работу выполняем мы с напарником, а ты только будешь поднимать груз на поверхность!

Викинг моментально уселся в освободившееся кресло и начал работать. Он вынул из поясной сумки диск, на котором было написано: «Пигмаллион-6», и вставил в гнездо компьютера.

Охранник, сидевший в углу радиорубки, выскочил и стремглав бросился по коридору.

Ровно через минуту программа загрузилась и потребовала пароль.

– Взял у ребенка игру, а она какая-то бракованная! – сказал радист, обращаясь непосредственно к Борису.

– Есть очень интересный вариант для тебя! – задумчиво сказал Борис, кивая на дверь.

Радист все понял без слов. Выскочив из-за стола, специалист по радио подскочил к двери и повернул на два оборота.

– Если я все правильно рассчитал, то яхта, которую мы ищем, находится в квадрате семь-двенадцать! – задумчиво сказал Борис, подключая навигатор к компьютеру.

Викинг, не теряя времени даром, переписывал игру на чистый компьютерный диск и одновременно на флэшку.

Как только Борис подключил навигатор, Викинг моментально свернул окно, где шла перезапись диска, и вызвал карту акватории.

На экране компьютера вспыхнула карта, скопированная с навигатора.

– У меня есть лучше карта морского дна! Она намного подробнее! – радостно сказал радист, щелкая тумблером гидролокатора.

Снова на экране появилась карта морского дна, на которой был обозначен не только рельеф дна, но и пять кораблей, лежащих на дне.

– Здорово у тебя получилось! Такую карту составил! Все как на ладони! – по-русски восхитился Борис.

Викинг, ни слова не говоря, защелкал клавиатурой. Экран компьютера разделился на две части. Справа появилась уменьшенная копия карты радиста, а слева – карта с навигатора.

Радист прямо засветился от похвалы.

Викинг сделал страшные глаза и, гримасничая, показывал, что Борис совершает ошибку, говоря на русском языке.

– Вот эти рэки[28] мы исследовали! На них ничего нет. Но как ты составил эту карту? – спросил Борис, только теперь понимая, какой классный специалист радист.

– Я состыковал данные магнитометра, эхолота и гидролокатора и получил свою карту. Но у вас тоже получились прекрасные данные! – не остался в долгу радист.

Подкрутив верньер гидролокатора, радист внимательно всмотрелся в свою карту и задумчиво произнес:

– Вот этого рэка два дня назад не было! Очень маленькое судно лежит на дне.

– Это американский катер, который мы специально затопили. Коробка неплохая, но нечего ей болтаться на нашем рейде! При необходимости его очень просто поднять на поверхность! У катера приличный запас хода! Если повезет, то можно на нем далеко уйти! – сказал Борис, испытующе смотря на радиста.

– Если ее поднять, то дойти на нем до Джибути – шесть-семь часов хода! – задумчиво сказал радист.

– Нужны баллоны со сжатым воздухом, заряженный аккумулятор ампер на сто и часа два работы под водой, – дополнил план Викинг.

– Прежде надо найти яхту, которая недавно затонула! Пока у нас ничего не получилось! – махнул рукой Борис.

– Чего ее искать? Вот она! Лежит на глубине сорока восьми метров в пятнадцати кабельтовых от нашего корабля! – быстро сказал радист, постучав ногтем по экрану.

– Сколько русских на судне? – быстро спросил Борис.

– Четыре человека! – с загоревшимися глазами сказал радист.

– По судовой роли на судне только трое русских! – выразил сомнение Викинг.

– Вольдемар по паспорту эстонец, а на самом деле он русский – Володя! После развала Союза Володя принял эстонское подданство и сейчас ходит на судах как эстонец! Он у нас штатный водолаз, – горячо сказал радист, умоляюще глядя на Бориса.

– Утро вечера мудренее! Сейчас спать, а утром с первыми лучами солнца пойдем на яхту! – закончил разговор Борис.

– Вам надо переодеться! – сказал радист, отпирая дверь радиорубки.

– Мы полностью с вами согласны! – едва успел ответить Викинг, как в дверях появилась Ниоми в сопровождении двух пиратов.

В руках у пиратов было два комплекта робы[29].

– Пойдемте переоденемся во все сухое. Как вспомню эту резину, кожа прямо чешется! – сказала Ниоми и, развернувшись, быстро пошла прочь.

Дойдя до конца коридора, спустились по длинному трапу и снова оказались в коридоре. Около одной из дверей пират в длинных шортах и белой рубашке засунул ключ в замочную скважину и начал поворачивать его по часовой стрелке.

Заскрежетав, ключ остановился, повернувшись всего на четверть оборота.

Пират, выпучив глаза, недоуменно посмотрел на свои руки.

– Дай-ка я попробую открыть дверь! – предложил Викинг, отстраняя пирата от такого сложного механизма.

Покрутив ключ в замочной скважине, Викинг осторожно начал его проворачивать. Замок громко щелкнул, показывая, что язычок вышел из пазов.

Толкнув дверь вперед, Викинг гордо произнес:

– Замки, как и женщины, требуют нежного обращения!

Первой в каюту заскочила Ниоми и сразу же принялась командовать:

– Ужин принесите сюда!

– Мусаил ждет всех в кают-компании! – напомнил матрос, оставаясь в коридоре.

– Подождите за дверью, пока мы переоденемся и примем душ! – приказал Борис, начиная снимать куртку гидрокостюма.

Викинг начал помогать в этом непростом деле.

– Вроде военные гидрокостюмы, а резина тонкая! – пожаловался он, аккуратно скатывая оболочку со спины Бориса.

Борис тоже принял активное участие в снятии гидрокостюма Викинга.

Ниоми выскочила за дверь, лишь только Борис начал разоблачаться.

Буквально через минуту они стояли в одних плавках в середине каюты.

– Рассказывай, что увидел на яхте! – приказал Борис, открывая душевую кабину, совмещенную с гальюном. На полочке обнаружился шампунь, начатое мыло, зубная щетка и ополовиненный тюбик с зубной пастой.

Включив воду, Борис вылил на себя немного ароматной жидкости и с наслаждением начал мыться.

– Это не та яхта! Судно маленькое, и на нем сложно спрятать такую огромную сумму денег. Причем только одна каюта! – на одном дыхании сказал Викинг, стоя в дверном проеме.

– Нам пора убираться из этого богом забытого места, тем более что основное задание мы выполнили! – решил Борис, выходя из душевой.

– Жалко деньги! Никогда не было у меня такой перспективы! Заработать за сутки работы два миллиона долларов! – жалобно сказал Викинг, протискиваясь в душевую.

– Мне себя еще жальче! Мне бы тоже лимон баксов не помешал! – согласился Борис, вытираясь полотенцем, висевшим на стуле.

– Давай все-таки найдем эту яхту! Очень мне хочется денежку! На лимон баксов так много можно купить! – взмолился Викинг, высовывая голову из-под струй воды.

– Есть у меня пара мыслей по этому поводу, коллега! – обнадежил Борис, надевая на себя матросскую одежду.

– Ты прямо льешь лечебный бальзам на мою израненную душу, босс! – разом повеселевшим голосом сказал Викинг, выскакивая из душа.

– Со всем, что предложит здешний предводитель пиратов, соглашаемся! Конечно, в известных пределах! – жестко сказал Борис, усаживаясь на единственный стул.

Быстро одевшись, Викинг пригладил мокрые волосы и вопросительно взглянул на Бориса, продолжавшего неподвижно сидеть на стуле.

– Единственное условие! Твою красотку на судно не брать! – сказал Викинг, берясь за ручку двери.

– Сам не понимаю, зачем я ее с собой потащил! Это, конечно, было правильное решение, но почему я так сделал – ума не приложу! – вставая, сказал Борис.

– С точки зрения человеколюбия я могу объяснить твое поведение, а вот дальше теряюсь в догадках! – не отставал Викинг.

– Отставить разговоры! Нас ждет ужин и пираты! – оборвал Борис, первым выходя в коридор.

Кают-компания находилась в конце коридора. За торцом длинного стола сидел толстый негр с вывернутыми губами и абсолютно седыми волосами.

Едва Борис с Викингом вошли, как негр кончил изрекать своему худому как щепка соплеменнику, сидящему справа, и уставился на вновь вошедших тяжелым взглядом исподлобья.

Слева от главного пирата сидела «скромная» Ниоми и с беззаботным видом смотрела в иллюминатор.

Толстый негр изрек какую-то тарабарскую фразу, которую никто не удосужился перевести, и снова обратился к своему соседу, не обращая внимания на вновь прибывших.

Борис, кивнув толстому негру в знак приветствия и не спрашивая разрешения[30], уселся за стол.

Прошло пять минут, во время которых толстяк продолжал увлеченно беседовать с соседом, совсем не замечая остальных людей.

– Завтра, как только рассветет, мы снова пойдем на погружение! Так приказал Ахмед-паша! Извините, мы очень устали и нам надо отдохнуть перед работой! – вставая из-за стола, громко сказал Борис.

– Здесь выполняют только мои приказания! – моментально ответил толстяк.

– Под воду вы с нами пойдете? – спросил Борис, снова присаживаясь за стол.

– Я дам вам корабельного водолаза и катер! На вашей лодочке вы долго будете искать яхту! – отрезал толстяк, махнув правой рукой.

В кают-компанию худой белый внес большое блюдо с жареным мясом.

Ни вилок, ни столовых приборов на столе не было видно.

Дождавшись, когда толстяк первым взял большой кусок мяса, Борис и Викинг тоже принялись за еду.

И только тогда Борис понял, как он проголодался.

Ниоми по-прежнему сидела за столом, отрешенно смотря в темный иллюминатор.

– Что случилось с двумя лодками, которые приплыли к вам с берега? – спросил толстяк, кидая обглоданную кость на стол.

– Одна лодка дала течь и затонула на наших глазах, а вторую отнесло ветром от нашей резинки. Люди из второй лодки перебрались в первую. Со второй лодки мы только успели снять Ходжу, и ее унесло в море порывом ветра. Что с ней потом случилось, я не знаю. Налетела буря, и ничего не стало видно, – спокойно ответил Борис, продолжая неторопливо есть.

– Как вы в условиях плохой видимости смогли найти наше судно? – спросил толстяк.

– Нам просто повезло! – коротко сказал Борис, снова вставая из-за стола.

– Нельзя вставать, пока капитан не разрешит! – назидательно сказал толстяк, не делая, однако, попыток задержать Бориса.

– Я сугубо гражданский человек и не знаю всех корабельных обычаев! Прошу меня простить! Спасибо за прекрасный ужин! – сказал Борис и, уже дойдя до двери, обернулся и спросил: – Можно мы завтра возьмем с собой радиста? Он, оказывается, имеет опыт погружений под воду. Нам лишний человек под водой будет весьма полезен! Еще нам надо десяток больших баллонов со сжатым воздухом!

– Берите, мне не жалко! У нас заложников много! Больше, чем баллонов! – царственно сказал толстяк, принимаясь за очередной кусок мяса.

Глава 28

Надевая гидрокостюм в каюте, Борис спросил Викинга:

– Даст Мусаил радиста или нет?

– Понятия не имею! Пираты – твои друзья, а не мои! – моментально ответил Викинг, пристегивая к правой ноге «Атак»[31].

– Ехидный ты мужик, каплей! Я тебе, можно сказать, по знакомству устроил протеже к генералу, организовал увлекательную поездку в экзотическую страну, а ты платишь мне черной неблагодарностью! – попробовал перевести разговор на шутливые рельсы Борис.

– Ты, Студент, особо нос не задирай, а лучше подумай, как нам отжать обещанные баксы! – предложил Викинг.

– Если мы найдем яхту, то берем свои баксы и рвем к затопленному катеру. Надеяться на благородство пиратов нам не стоит. За такие деньги не то что нас с тобой, роту положить могут! – сказал Борис.

– Всегда, когда дело доходит до дележа добычи, начинаются пиратские разборки. И в этот момент, когда идет стрельба и ушлые ребята-пираты грызут друг другу глотки, умные мальчики спокойно уходят, без лишнего шума, – заметил Викинг, складывая диск в свою поясную сумку.

– Лучше это сделать ночью! – не остался в долгу Борис, следуя примеру коллеги и складывая копию диска в поясную сумку.

– Значит, надо тянуть время до вечера, а потом уходить! – согласился Викинг, открывая дверь каюты.

На пороге стояла Ниоми, одетая в пятнистый гидрокостюм.

– Пойди на палубу и распорядись, чтобы нам погрузили в катер десяток баллонов с воздухом! – вместо приветствия приказал Борис.

Зло сверкнув глазами, девушка развернулась и быстро пошла по коридору.

Наскоро выпив по кружке горячего чая и съев по куску холодного мяса, которое вынесли прямо на палубу, Борис приказал:

– Заверните еще мяса в бумагу и дайте штук пять мешков. Резиновых или из плотного брезента.

– Зачем вам мешки? – спросил толстяк, стоя у трапа, который вел на большой катер, пришвартованный у правого борта судна.

– Груз привяжем к мешку, в который закачаем воздух внизу из баллонов. Расширяясь, воздух сам вытащит груз на поверхность. Штатный водолаз, радист, и вот этот парень, – ткнул Борис пальцем во вчерашнего матроса, – будут сопровождать груз до поверхности воды.

– Мои люди будут складировать груз на катере! – быстро сказал толстяк, забираясь по трапу в катер.

«Только тебя мне не хватало на судне!» – про себя сказал Борис, желая толстяку побыстрее оказаться в аду.

С толстяком на катер спустились еще шесть вооруженных автоматами пиратов.

– Ниоми мы возьмем с собой? – спросил Борис, глядя на толстяка невинными глазами.

– Девушка плохо себя чувствует и решила остаться на судне! Женщина на корабле – к несчастью! – неожиданно привел старую морскую пословицу толстяк.

– Как прикажете, господин! – склонил голову в поклоне Борис, жестом подзывая к себе радиста и матроса.

Легкая гримаса неудовольствия мелькнула на лице толстяка.

– Перекиньте на катер нашу резиновую лодку! – попросил Борис, обращаясь к толстяку.

Важно кивнув головой, толстяк негромко сказал по-английски:

– Грузите резиновую лодку на катер!

Матрос и радист моментально зацепили талями резиновую лодку. Подняв над палубой, радист перенес ее на катер и аккуратно положил на корму.

Два русских матроса бросились по трапу вниз крепить резиновую лодку.

Только после этого Борис негромко спросил радиста, повернувшись спиной к катеру:

– Где четвертый русский?

– Спрятался в резиновой лодке! – еле шевеля губами, ответил радист.

Четыре с половиной часа ушло на бестолковую беготню по палубе судна.

Все это время судовой катер стоял у парадного трапа. И только после обеда толстяк спустился на катер.

Подождав еще тридцать минут, Борис и Викинг покинули борт русского корабля.

– Зачем вам резиновая лодка? – спросил толстяк, едва Борис ступил на палубу катера.

– У нас там сложено много специального оборудования, которое может понадобиться при работе под водой! – ответил Борис, направляясь к рубке. Сейчас следовало проложить курс катеру к предполагаемому рэку.

– Тебе там нечего делать! – резко сказал толстяк, выставляя вперед руку ладонью вперед.

– Как прикажешь, господин! – легко согласился Борис, останавливаясь на палубе катера.

Все равно надо было ждать вечера.

– Марш в кубрик! И носу не показывайте, пока не дойдем до места! – приказал толстяк, махая рукой.

– Вы разрешите взять гидрокостюмы для наших помощников из лодки? – спросил Борис, останавливаясь перед трапом, ведущим внутрь катера.

– Тебе сейчас они не нужны! – отрезал толстяк, и Бориса очень чувствительно подтолкнули в спину стволом автомата.

Мотор катера заработал, и корпус судна ощутимо задрожал.

Короткий, в пять ступенек, трап – и Борис оказался в маленькой, не больше пяти квадратных метров, каютке, в которой оказались помимо Бориса с Викингом еще три человека. Опущенные с двух сторон койки делали каютку еще меньше.

– Сколько на катере народу? – по-русски спросил Борис, усаживаясь на правую койку рядом с радистом.

– Шесть человек охраны, Мусаил и два человека команды катера, – успел ответить радист, перед тем как катер взревел двигателем и отошел от корабля.

Волны сразу начали подбрасывать суденышко, ударяя в правый борт.

– Куда это мы идем? – недоуменно спросил Викинг, всматриваясь в экран навигатора.

– Ничего не понимаю! Катер идет в открытое море! Там же ни одного рэка нет! – встревожился Борис, забирая у коллеги навигатор.

– Все равно мы ничего сделать не сможем! – махнул рукой Викинг, укладываясь на койку.

Час катер шел в открытое море и только потом сбросил ход.

– Сейчас нам определят задачу! – вставая с койки, сказал Викинг, протирая глаза.

Загремела цепь, показывая, что с катера сбросили якорь.

– Тянем время! В любом случае до вечера мы не должны вернуться на корабль! – скомандовал Борис, садясь на койке.

– Эй, водолазы! Выходите! Для вас есть работа! – громко сказал толстяк и противно рассмеялся.

Следом последовала короткая фраза на его тарабарском языке. Охранники обидно засмеялись.

– Я буду медленно выходить. Позвони своему другану, который спрятался в резиновой лодке, и пусть приготовится к драке. Как только мы начнем – пусть валит одного-двух охранников! Если команды не будет – пусть сидит смирно! – приказал Борис, неторопливо начиная подниматься по трапу.

Засов заскрежетал, и дверь распахнулась. Борис остановился на середине трапа, давая глазам привыкнуть к свету.

– Давай быстрее, выходи! Времени мало! – громко заорал толстяк. Мусаил надсаживался так, как будто находился на баке авианосца, а Борис сидел на юте.

Солнце стояло в зените, и море блестело под прямыми лучами, как расплавленное серебро.

Шторм утих, и невысокие волны, которые гнал легкий бриз, лизали борта катера, который развернулся носом к берегу.

По поверхности моря плавали полупрозрачные сине-зеленые медузы, колыхая капюшонами.

«Нырять в таком супе будет тяжко!» – подумал Борис, внимательно всматриваясь за борт.

– Что вас так заинтересовало? – спросил Мусаил, подходя к Борису.

– Очень много медуз! Нырять в такой воде очень опасно! – озабоченно выдал Борис, рассматривая полуметровый оранжевый буй, неожиданно всплывший в десяти метрах от кормы катера.

– На вас надеты толстые резиновые гидрокостюмы, которые защищают вас не только от холодной воды, но и от острых зубов животных! – весьма темпераментно воскликнул Мусаил, брезгливо опуская нижнюю губу.

– У нас остается открытым лицо, шея и кисти рук, которые подвержены наружному воздействию! – вступил в разговор Викинг, садясь на поплавок резиновой лодки.

– Надо срочно погружаться, а то время поджимает! – снова начал гнуть свою линию Мусаил.

– Можно погружаться, только отойдя от катера метров на двести-триста! Там есть окна в сплошном ковре медуз! – решительно сказал Викинг, хлопая рукой по поплавку резиновой лодки.

– Мы сами отвезем вас до окна в медузах! – пообещал толстяк, ткнув пальцем в якорную цепь, и проорал команду по-сомалийски.

Двое охранников кинулись на нос выполнять команду, а четверо остались около толстяка, продолжая равномерно двигать челюстями.

Бестолково пометавшись, широкоплечий негр виновато развел руками и произнес длинную фразу на каком-то языке.

– Поднять якорь! – по-английски скомандовал толстяк.

Из рубки выскочил худенький белый и тут же скрылся внутри.

Заработал электродвигатель, и якорная цепь начала скрываться в клюзе.

Буквально через десять секунд катер стало разворачивать бортом к волне.

«Якорь оторвался от дна!» – определил Борис, смотря, как Викинг незаметно перемещается к рубке, возле которой стоял толстяк с четырьмя телохранителями.

– Право на борт! – приказал толстяк.

Ничего не происходило. Двигатель катера не включался. Толстяк рванул дверь рубки на себя.

В этот момент заработал двигатель катера и толстяк разразился английскими ругательствами, самое страшное из которых было: «Проклятый дурак! Обгадившийся опоссум!»

«Совершенно бездарно ругается! Нет в нем широты и образности русского мата!» – оценил Борис словарный понос сомалийского пирата.

– Аккумуляторы старые! Мощности не хватает сразу завести двигатель! – пояснил худой белый моторист, не высовываясь из рубки.

Катер качнуло от набежавшей волны, и два охранника покатились по палубе.

Борис поймал одного из них и, дернув за воротник рубахи поставил на ноги.

Автомат свалился с плеча пирата и улетел за борт.

Викинг поймал второго пирата за голову и только собрался ее свернуть, как Борис отрицательно покачал головой.

Викинг сотворил постную рожу и, чуть подправив тело охранника, заставил того лбом впечататься в угол рубки.

Охранник мешком упал на палубу и не делал больше попыток подняться на ноги.

Катер тронулся и, медленно развернувшись носом к волнам, начал движение.

– Право руля! Правь на чистое место! – громко завопил толстяк.

От диких криков у Бориса зазвенело в ушах.

«Децибел на сто двадцать орет! Практически порог болевого ощущения!» – вспомнил Борис лекцию по акустике.

Катер взял вправо и вышел на чистую воду.

– Стоп машина! Отдать якорь! – скомандовал толстяк, подпрыгивая на месте от нетерпения.

Взмах рукой – и все охранники переместились на корму. Еще один жест – и все пленники подошли к охранникам.

– На какой глубине лежит яхта, я не знаю, – начал говорить толстяк.

– Длина якорной цепи пятьдесят шесть метров! – высунувшись из рубки, сказал моторист.

«Странное дело! Мусаил не одернул его! Надо внимательно присмотреться к мотористу катера! Одежда у него старая, а сам мужик очень уверенно держится!» – отметил про себя Борис, но вслух ничего не стал говорить, изобразив на лице напряженное внимание.

– Груз во втором кубрике! Код набора – пятнадцать семьдесят один ноль четыре! – быстро сказал Мусаил и воровато оглянулся по сторонам.

– Почему яхта не отразилась на локаторе? – спросил Борис, надевая ребризер.

– Яхта целиком пластиковая! – гордо ответил Мусаил, как будто это была целиком его заслуга.

– Двигатель тоже пластмассовый? – спросил Викинг, загораживая собой худенького тощего мужичка, лежащего под брезентом.

– Мотор сделан из немагнитных материалов и покрыт специальным составом, который не дает отражений на локаторе! – поделился сведениями Мусаил.

– Пойдем под воду втроем! – жестко сказал Борис, выуживая из кучи оборудования гидрокостюм.

Викинг ткнул пальцем в радиста, который моментально сделал шаг вперед.

– Возьмите с собой под воду штатного водолаза! – предложил Мусаил, смотря на Бориса, который прилаживал на пояс кобуру с револьвером.

– Я таких больших револьверов никогда не видел! – удивился Мусаил.

– Это специальный подводный револьвер, который стреляет не пулями, а гвоздями. В водной среде гвозди лучше выдерживают направление, – пояснил Борис, передавая радисту гидрокостюм.

Тот отошел к носу и быстро стал надевать штаны от гидрокостюма на сухую.

«При снятии гидрокостюма тебя ждут неописуемые впечатления![32] Хотя чего стоит даже болезненная эпиляция по сравнению с собственной жизнью!» – пожалел радиста Борис, передавая ребризер.

Радист, в секунды одевший куртку гидрокостюма, схватил ребризер и стал неловко надевать его, бросая быстрые взгляды на Бориса.

– Зачем вы взяли с собой столько людей? – презрительно спросил толстяк.

– На всякий случай! – ответил Борис, жестом подзывая к себе корабельного водолаза.

Коренастый невысокий мужик с аскетическим лицом неторопливо подошел к Борису.

– Страхуешь своего коллегу! Как только дойдем до яхты, привяжем конец к ней скользящим узлом и будем по нему подавать груз! – приказал Борис.

Викинг, шлепая ластами по палубе, передал водолазу бухту троса.

– Почему вы берете под воду радиста, а не штатного корабельного водолаза? – подозрительно спросил толстяк.

– Самый опытный водолаз должен стоять на страховке! Если что-то случится с одним из нас, мастер-водолаз квалифицированно придет на помощь! – пояснил Борис, надевая маску.

Водолаз подошел к радисту и, обхватив его руками, обвил тросом и ловко, одной рукой, завязал сложный узел.

– Если что-то под водой случится, дернешь за конец, и узел распустится, а ты всплывешь на поверхность! – пояснил водолаз, поправляя на радисте грузовой пояс.

– Что ты ему сказал? Говори только по-английски! – снова заорал Мусаил, подскакивая к радисту.

– Пояснил, как работать со страховочным концом! – спокойно сказал водолаз по-английски, подталкивая радиста к трапу.

– Пошли! Время не ждет! – громко объявил Викинг, спиной вперед падая в воду.

Борис заметил, что в руках напарник держал запасной баллон и буксировщик.

– Скиньте в воду пять мешков! – попросил Борис, отвлекая внимание на себя.

Водолаз, тем временем спустив по трапу радиста, подавал ему ласты.

– Минут через пять начинайте движение к бую! – приказал Борис, опускаясь под воду. И сразу все встало на свои места.

Викинг вместе с радистом обнаружился на глубине пятнадцати метров.

Увидев Бориса, Викинг сразу начал медленно двигаться, выставив буксировщик впереди себя. Радист, схватив Викинга за щиколотки, устроился сзади.

Пара движений ластами, и Борис примкнул к ним, ухватившись за ноги радиста.

Викинг увеличил скорость буксировщика, уходя глубже. Буквально через десяток секунд сплошной ковер из полупрозрачных медуз скрыл солнце.

Стайка барракуд легко догнала троих людей и закрутила вокруг них стремительный хоровод.

У радиста затряслись ноги.

«Не показывай вида, что ты боишься! Это молодые барракуды-сфирены! Они не нападают на людей!»[33] – взмолился про себя Борис, мысленно попытавшись объяснить радисту поведение рыб.

Викинг, не обращая внимания на нахальных рыб, продолжал двигаться по прямой.

Желторотая мурена, выскочившая из щели в рифах, скромно нырнула в щель, не обратив на троицу ныряльщиков никакого внимания. Судя по тому, что барракуды не отстали от людей, хищницы прекрасно знали, что с этой рыбкой связываться не стоит.

Стайка красных рыб-удильщиков выскочила из-за рифов, и барракуды, моментально бросив людей, накинулись на более легкую добычу.

Борис удивленно потряс головой. Три рыбы-удильщика были не красными, а пятнистыми, причем одна ярко-зеленой[34].

Викинг увеличил скорость, и через минуту внизу, на чистом песке появилась лежащая на правом боку черная яхта.

Четко были видны открытые кингстоны.

Борис отцепился от лодыжек радиста, который, несмотря на короткое время знакомства, стал его сильно раздражать.

«Что ты хочешь от совершенно неподготовленного человека? То, что радист испугался барракуд, вполне естественно. Радист не проходил специальной подготовки боевого пловца, и откуда ему знать, что стая молодых барракуд не опасна? Не судите, и не судимы будете!» – про себя сказал Борис, доныривая до дна около железной чушки, от которой наверх тянулся трос.

Конец, который тащил на себе радист, встал вертикально, и Борис понял, что катер находится наверху, рядом с буем.

Яхта была тридцати метров в длину. Два медных винта, замотанные в обрывки сетей, показали, по какой причине судно потеряло ход.

«Классно работают пираты! Второе судно теряет ход из-за сетей, которые намотаны на винт! Очень похоже на действия тюленей!» – отметил Борис, направляясь вслед за Викингом, который плыл над фальшбортом опрокинутой на бок яхты.

Люк на палубе по правому борту был широко открыт.

Викинг, включив мощный электрический фонарь, скользнул в проход, который вел внутрь яхты.

Радист моментально рванул следом за ним. Борис еле успел поймать за правый ласт шустрого радиста. Подтянув упирающегося к себе, Борис отрицательно покачал головой, показывая место у борта.

Три коротких удара о корпус яхты заставили Бориса плыть следом за напарником.

В конце коридора, у левой переборки, которая сейчас стала потолком, висел Викинг и сильно махал руками.

Он весьма смахивал на приставшую к липучке муху. Борис невольно улыбнулся. И тут же шарахнулся вправо.

По левой стороне коридора неторопливо плыл огромный хейлинус[35], длиной больше трех метров.

Надменно повернув в сторону Бориса шишковатую голову, раскрашенная в желто-голубые цвета огромная рыбина медленно поплыла к выходу, не обращая внимания на людей.

Небольшой и мясистый рот, толстые подвижные губы рыбы, казалось, скривились в презрительной усмешке.

«Какая же ты вкусная на сковородке! Какое из тебя хе[36] прекрасное получится!» – с сожалением подумал Борис, подплывая к напарнику.

Полоса пластиковой обшивки, отошедшая от своего законного места, пронзила гидрокостюм в районе шеи и капроновый ремень ребризера.

Сейчас Викинг напоминал бабочку, прикрепленную в альбомном листе гербария булавкой.

Ни дотянуться самостоятельно до полосы, ни снять ребризер Викинг не смог.

«В затопленных кораблях надо быть предельно осторожными! Если нет напарника, лучше на рэки не лазать!» – сам себе напомнил Борис, вспоминая водолаза, которому контейнер придавил воздушный шланг.

Пять часов несчастного бедолагу вытаскивали из трюма.

Полоса пластика, пропоровшая гидрокостюм и ремень, оказалась острой, как бритва. Конец ее был размочален, так что самостоятельно освободиться у Викинга не осталось никаких шансов.

Ободряюще сжав плечо напарника, Борис приступил к работе.

Вытащив нож, попробовал одолеть пластик тыльной стороной лезвия, где была пилка.

Но через минуту от этого плана пришлось отказаться. Слишком близко от шеи находилась полоса пластика. Да и Викинг болтался в коридоре.

«Надо подумать!» – сам себе сказал Борис, отплывая от Викинга на метр. Тот махнул правой рукой, приглашая напарника к себе.

Едва Борис подплыл, как раздался треск. Еще один лист пластиковой обшивки выскочил из пазов и ощутимо ударил по плечу Викинга.

Двумя руками Викинг показал, как он отдирает обшивку, и Борис сразу начал действовать.

Схватив Викинга за шею, уперся ногами в переборку и начал медленно отжимать напарника, пальцами проверяя, не коснется ли острый край полосы шеи, постепенно сгибая пластик.

Резкий щелчок – и полоска пластика оторвалась от листа.

Борис почувствовал, что ему не хватает воздуха. Короткий взгляд на манометр. «Сто сорок атмосфер. Пока воздуха хватает! В чем же дело?» – подумал Борис и сразу же покачал головой. Всю операцию он сделал на задержке дыхания.

«Все время, пока я работал, ни разу не вдохнул! Так можно совсем дышать разучиться!» – подумал Борис, делая медленный вдох. Воздух показался изумительно вкусным!

Взявшись руками за пластик, Викинг рванул, и большой кусок оказался у него в руках.

Перед ними была дверца металлического сейфа из белого металла.

Квадратная пластина с цифрами оказалась непонятно почему в левом нижнем углу дверцы. Борис не стал медлить и быстро набрал названные Мусаилом шесть цифр.

Ничего не происходило. Борис дернул дверцу за ручку, но безрезультатно. Сейф незыблемо стоял на своем месте.

Викинг, отодвинув Бориса от дверцы, быстро набрал цифры, но в обратном порядке. Дверца легко поддалась, открыв свое чрево, наполненное пластиковыми кирпичами с деньгами.

Выкинув десяток длинных кирпичей из сейфа, Борис оттолкнул Викинга, который ринулся ему помогать.

С лязгом, весьма смахивающим на работу гильотины, дверца захлопнулась.

Викинг покачал головой, и, вытянув вперед правую руку с отогнутым назад большим пальцем, сунул ее под нос, правда, закрытый маской, Борису.

Кивнув головой, тот начал складывать денежные кирпичи, обклеенные лейблами американского банка, в мешок. Он оказался полон. Викинг, схватив мешок, поплыл с ним на выход.

«Правильное решение! Надо дать сейфу отдохнуть!» – оценил Борис поведение напарника.

Буквально через минуту вернулся Викинг и тронул плавающего перед сейфом Бориса за плечо. Тот поднял правую руку ладонью вверх[37].

Вытащив из-за спины мешок, Борис раздвинул горловину и жестом предложил Викингу начать работать с сейфом.

Еще один набор цифр, и снова Борис выкидывает из нутра сейфа брикеты с деньгами, считая про себя:

«Раз и, два и, три и, четыре и…» На счет «пять» дверца сейфа снова захлопнулась.

«Интервал снижается!» – отметил Борис, снова набирая комбинацию на сейфовом замке.

Теперь сейф закрылся через четыре секунды.

Отложив четыре миллиона долларов, Борис отодвинул мешок к потолку, который сейчас выполнял роль переборки.

Когда Викинг схватил второй мешок с деньгами, Борис отрицательно покачал головой.

Еще раз открыв сейф, Борис выкинул еще пачки и снова заметил, что время открытия сейфа еще уменьшилось, составляя три секунды.

Викинг, набив деньгами мешок, поплыл наверх.

Час работы – и все пачки вытащены из сейфа.

…Разложив деньги по мешкам, Борис ухватил Викинга за руку, едва только тот взял первую пару мешков.

«Делай, как я!» – жестом скомандовал Борис, подняв два мешка с деньгами.

Викинг развел руками, но, подхватив два мешка, поплыл следом.

Борис на палубе привязывал мешки с деньгами к длинному тросу, разложенному на палубе яхты.

Десять минут работы – и все мешки с деньгами привязаны к тросу.

Через тридцать минут пловцы поднялись до десяти метров и остановились для декомпрессии.

Слой медуз стал тонким. Через него просвечивало солнце.

Около катера виднелось еще одно судно, чуть меньше катера.

Взяв трос с привязанными к нему мешками, Борис с Викингом поплыли вверх.

Всплыв под днищем катера с «Андрея Миронова», привязали к килю мешки с деньгами, и только после этого Викинг с радистом всплыли у трапа катера.

Борис, посчитав, что все внимание пиратов будет обращено к всплывшим водолазам, юркнул под килем и вынырнул с противоположной стороны.

Схватившись за выступающий брус, Борис, подтянувшись на руках, выглянул наружу.

На палубе катера стоял закутанный Ахмед-паша и внимательно смотрел на поднимавшихся по трапу Викинга и радиста.

Физиономия у радиста, который поднял маску на лоб, была растерянной.

«Радист быстро расколется! У него нет специальной подготовки!» – понял Борис, внимательно смотря на палубу.

На палубе, кроме Ахмед-паши и трех человек охраны, никого не было.

– Где остальные деньги? – закричал Ахмед-паша, едва Викинг ступил на палубу катера.

– Деньги в воде! – спокойно ответил Викинг, ступая на палубу.

Больше Борис не стал слушать, аккуратно уходя под воду.

Отвязав трос с мешками от катера, Борис оставил только свой мешок с четырьмя миллионами долларов. Остальной груз привязал к тросу буя на глубине десяти метров и только после этого всплыл около трапа.

– Что за шум, а драки нет? – спросил он, легко поднимаясь по трапу.

– Где деньги, шакалья отрыжка? – снова заорал Ахмед-паша, подскакивая к Борису.

Быстрое движение – и левой рукой Борис перехватил горло закутанного Ахмед-паши и отскочил к борту катера, отметив, что на кран-балке висят кверху ногами Викинг и радист.

Вытащив нож из плечевых ножен, Борис приставил его к шее Ахмед-паши и, чуть прижав острие, проколол кожу, дав почувствовать, как кровь потекла вниз.

– Ты не уйдешь живым! – прошипел Ахмед-паша.

– Тебе будет все равно! Мертвым ни деньги, ни слава не нужны! – флегматично ответил Борис, кивая головой в сторону висящих людей.

Охранники сразу поняли кивок Бориса и начали опускать Викинга и радиста на палубу.

– Все на нос! – скомандовал Борис, накидывая трос на шею Ахмед-паши.

Два движения – и трос привязан к борту. Еще три секунды – и руки Ахмед-паши связаны впереди.

Борис, кинув взгляд на часы, отметил, что уже семнадцать часов.

«Спокойный, как слон, этот предводитель пиратов! У него в рукаве есть какие-то козыри! Надо перехватывать инициативу!» – решил про себя Борис, мгновенным движением полоснув ножом по связанным рукам Викинга.

– Оружие на палубу! – скомандовал Борис, не отводя внимательного взгляда от охранников, которые стояли на носу, о чем-то негромко переговариваясь друг с другом.

Кинув злой взгляд на своего предводителя, правый охранник, не торопясь, начал снимать с плеча автомат.

Левый охранник вскинул автомат, и тут из кобуры на правом боку Бориса выскочил револьвер, моментально прозвучало два выстрела.

Левый и серединный охранники, получив по стреле в лоб, были отброшены к борту.

Ударившись спинами об невысокий фальшборт на носу катера, охранники полетели в воду.

– Ложись на палубу! – скомандовал Викинг, подскакивая к единственному живому охраннику.

Чуть замешкавшийся охранник получил ногой в живот и упал на палубу, прижав руки к животу.

– Давай договоримся! – предложил Ахмед-паша, вертя головой.

– Без проблем! – ответил Борис, отмечая на палубе бурые потеки, сильно смахивающие на кровь.

– Вы отдаете себе отчет, какая в руках у вас оказалась сумма? – спросил Ахмед-паша, пристально всматриваясь в лицо Бориса.

– Мы выполнили все обязательства по договору! Нашли яхту, подняли груз, и в этот момент начались сложности! – попробовал объяснить свою позицию Борис.

– Что такое обязательства по сравнению с суммой в пятьдесят миллионов? – громко сказал Ахмед-паша.

– Куда делись остальные заложники? – неожиданно спросил Викинг, вылезая из люка.

– Я отправил заложников обратно на корабль! – отмахнулся Ахмед-паша.

– А куда делся Мусаил? – тоже внес свою лепту в разговор Борис.

– Вернулся на свой корабль! – небрежно сказал Ахмед-паша, впиваясь взглядом в Бориса.

«Хочется, конечно, верить, что Ахмед-паша говорит правду, но факты упрямая вещь! Хотя убивать заложников сейчас, когда выкуп заплачен, а вокруг столько военных кораблей, смысла нет!» – попробовал оценить слова предводителя пиратов Борис.

– Они действительно отправили заложников на корабль, а Мусаила с охранниками убили! – на ломаном английском закричал выскочивший из-под брезента худой мужик.

– Вот видите, как нехорошо врать! – попробовал Борис пристыдить Ахмед-пашу.

– Не лезьте в наши внутренние дела! – жестко сказал Ахмед-паша, показывая рукой вправо.

Штук пять деревянных лодок отходили от берега.

– Деньги мы все достали, но отдадим их только через три часа! – поставил условие Борис, понимая, что только такая приманка может спасти им жизнь.

Благородные пираты, которые держат слово чести, встречаются только в авантюрных романах, а в жизни все намного проще и страшнее.

– Почему вы не хотите отдать сейчас все деньги? – удивленно спросил Ахмед-паша.

– Я, конечно, молодой парень, а по сравнению с вами совсем мальчишка, – начал плести кружево разговора Борис, пальцем ткнув в рубку и на спрятавшегося заложника.

Викинг, как всегда моментально, понял приказ Бориса. Взяв заложника за руку, отвел его на нос катера и стал что-то объяснять, кивая на рубку.

Борис тем временем продолжал неторопливо рассуждать, расхаживая перед связанным предводителем пиратов:

– Как только я передам вам все деньги, то наши жизни не будут стоить и цента! Вы уже столько нас обманывали, что я не могу вам верить, тем более когда сумма такая огромная! – с нажимом на последние слова сказал Борис и замолчал.

– Мы с вами договорились о работе и огромной плате за нее! Как вы можете не верить мне! – тоже с пафосом ответил Ахмед-паша и попробовал выпрямиться.

– Работу мы выполнили, но деньги вы получите только после того, как мы спокойно уйдем из ваших территориальных вод! И отзовите ваших головорезов, которые могут начать стрелять! Вы сейчас должны пылинки с нас сдувать! Вернее, с меня! Я один знаю, где спрятаны оставшиеся деньги! – жестко сказал Борис.

Сделав шаг вперед, Борис перерезал трос, которым был привязан Ахмед-паша к борту.

– Я хочу вам верить и не могу! – простонал предводитель пиратов, растирая шею.

– Мы подняли половину денег и передали вашему человеку, который точно указал место, где затонула яхта. Яхта не была взорвана, а просто затоплена. И ваш человек точно знал, где затонула немагнитная яхта! Я ничего не хочу сказать ни плохого, ни хорошего про вашего человека с «Андрея Миронова», но Мусаил очень точно вывел нас на яхту, несмотря на медуз, которые покрыли всю поверхность моря.

Мы погружались не прямо над яхтой, а метрах в двухстах от нее, но катер второй раз точно вышел на рэк с затонувшей яхтой! – гнул свою линию Борис, смотря на пять полных пиратов лодок, которые стояли в двадцати метрах от катеров.

– Сейчас это не имеет никакого значения! Мне нужны мои деньги! – заорал Ахмед-паша, потрясая кулаком перед самым носом Бориса.

– Как только мы отойдем отсюда на шесть миль, ты сразу получишь их, – резко сказал Борис, махнув рукой.

Мотор катера начал работать.

– Хочется тебе верить, парень! Если меня обманешь, то твоя смерть будет страшной! – пригрозил Ахмед-паша, вытирая пот тыльной стороной руки.

– Я даже могу сказать вам, почему я не забираю себе эти деньги! – предложил Борис, облокачиваясь на борт катера рядом с Ахмед-пашой.

– У тебя должна быть очень веская причина, по которой я тебе должен поверить! – сказал собеседник.

– Эти деньги – выкуп за людей, которых вы захватили в плен! Я просто не могу забрать деньги, так как я из-за своей жадности обреку десятки людей остаться в плену или погибнуть! Это большой грех! – с вызовом сказал Борис.

– Хочется тебе верить, но не могу! – засомневался собеседник.

– Есть еще причины, по которым я могу взять только то, что оговорено нашим соглашением. Пятьдесят миллионов – это не моя сумма. Мало того что из-за таких денег меня найдут даже в Антарктиде, но я не смогу справиться с такой суммой. Она слишком большая! – попробовал объяснить Борис.

– Вот теперь я начинаю тебе верить! Если я не понимаю людей, то отношусь к ним настороженно! Раз ты взял деньги, и не просто деньги, а огромную сумму, то должен обязательно выполнить свою сторону соглашения! – сказал Ахмед-паша.

– Мы полностью очистили сейф яхты и сложили деньги в мешки. Передав первую часть суммы, я решил подстраховаться и привязал оставшиеся деньги под днищем катера. Когда мои товарищи взошли на борт катера, то вы их сразу начали пытать. Я незамедлительно понял, что не стоит отдавать вам сразу все деньги, и, отвязав, перепрятал их на другой катер.

– Стоп машина! – громко скомандовал Ахмед-паша, махая руками.

Лодки с пиратами, идущие в кильватере, прибавили скорость и стали обходить катер с обеих сторон.

– Быстро назад! Две лодки остаются с нами, остальные обратно! Деньги спрятаны во втором катере! – громко закричал Ахмед-паша.

– Шеф останется с нами! Мы подстрахуемся! – ответил Викинг, подскакивая к Ахмед-паше.

Пара секунд – и талию пирата опоясал широкий брезентовый пояс, в котором было множество карманов, из которых торчали белые цилиндры.

– Это пояс шахидов! Взрыватель у меня в руках! Одно нажатие на кнопку – и мы все взлетим на воздух! – возвестил Викинг, демонстрируя пластмассовую коробочку с большой красной кнопкой.

– Что вы делаете? Меня же разорвет! – завопил Ахмед-паша.

Лодки остановились в пятидесяти метрах от катера.

Вооруженные люди зло смотрели на белых людей.

Затем развернувшись, все лодки ринулись в сторону оставленного катера.

– У нас есть десять минут для того, чтобы свалить с катера! – негромко сказал Борис.

– Я отвлеку пиратов, а ты разберись с лодками! – не разжимая губ, сказал Викинг.

– Работаем! – скомандовал Борис, передвигаясь в сторону правого борта.

Викинг неожиданно выхватил нож и, подскочив к Ахмед-паше, замахнулся на него.

Пираты в оставшихся лодках взвыли.

Викинг упал на палубу, отбросив нож в сторону.

Прозвучали две автоматные очереди, которые прошли поверх головы Ахмед-паши.

Борис не слышал выстрелов.

В то время пока Викинг отвлекал пиратов, Борис скользнул за борт, сумев уйти из поля зрения пиратов.

Вытащить штифт из крепления винта первой лодки было делом минуты. Еще минута – и вторая лодка лишилась хода.

Пронырнув до своего катера, Борис одним движением выскочил на палубу и скомандовал:

– Полный вперед!

Найденыш включил двигатель, и катер рванул вперед.

На лодках начали заводить моторы.

– Не обращай внимания! Я снял штифты на винтах! – громко сказал Борис, кидая взгляд в сторону ушедших лодок.

Сгрудившись возле оставленного катера, пираты на лодках вовсю обыскивали судно.

– Ничего ваши пираты не найдут! Деньги в другом месте! – громко сказал Борис, подойдя к Ахмед-паше.

– Что вы со мной делаете? Вы почти убили меня! Да и не только меня, но и экипажи пяти судов! – громко закричал Ахмед-паша.

– Через час-полтора я скажу вам, где спрятаны деньги! – пообещал Борис, смотря, как Викинг встал рядом с рулевым, держа в руках навигатор.

Глава 29

– Мы на месте! – по-русски сказал Викинг, повернувшись вправо.

– Баллоны за борт! Всем надеть акваланги! – приказал Борис, внимательно смотря на главного пирата.

– Вы меня не обманете? Вы скажете, где деньги? – умоляюще спросил Ахмед-паша, глядя, как за борт падают баллоны с воздухом.

– Вы сможете сами убедиться в моей порядочности! – пообещал Борис, выволакивая из кубрика две сумки.

Уже сидя на борту, он сказал:

– Все деньги привязаны к бую над яхтой!

– Не может быть! – совсем по-старушечьи всплеснул руками Ахмед-паша.

– Вытащите деньги и проверите! – бросил Борис, уходя под воду.

Около катера плавал Викинг, ожесточенно жестикулируя руками.

Найденыш с радистом затаскивали баллоны внутрь катера, а Викинг, бросив свое бесцельное жестикулирование, закрывал кингстоны.

Через два часа, открыв вентили баллонов и закрыв люки, все участники отплыли в сторону.

Минут пять ничего не происходило.

Катер вздрогнул, повернулся налево и оторвался от дна.

Минуты не прошло, как катер, окруженный пузырьками воздуха, исчез наверху, разматывая за собой тонкий линь.

Викинг, ткнув себя в грудь большим пальцем, показал, что это его работа – привязать тросом катер к якорю.

«Прекрасный специалист Викинг! Обо всем подумал! За время всплытия катер унесло бы кабельтов на десять самое малое!» – понял Борис, начиная всплывать.

Двадцать минут декомпрессионной остановки Борис внимательно прислушивался.

Шума мотора не было слышно.

«Значит, пираты ушли! Мой расчет оказался верным!» – решил Борис, толкая Викинга вверх.

Викинг, схватившись за конец, привязанный к катеру, неторопливо начал подниматься, подсвечивая фонарем радисту и Найденышу.

Поднявшись последним на борт катера, Борис первым делом посмотрел на экран навигатора. До Аденского залива было чуть меньше ста миль.

– Мотор в порядке! Разрешите заводить, кэп? – спросил Викинг, высовываясь из моторного отделения.

– Врубай движок! – скомандовал Борис, толкая Найденыша к штурвалу.

– Как у вас все просто! – восхитился Найденыш, щелкая тумблером.

Два раза чихнув, заработал двигатель, показывая, что пребывание в морской воде мотору нисколько не повредило.

– Что с топливом, матрос? – спросил Борис, снимая с себя ребризер.

– Топлива полный бак, кэп! – радостно ответил Найденыш, включая скорость.

– Курс двести сорок шесть! – приказал Борис, сравнивая компас с навигатором.

Мотор прибавил обороты, и катер рванул вперед.

– Надо взять чуть левее, нас сносит к юго-западу холодное течение! – заметил Викинг, усаживаясь справа от Бориса.

– Рулевой! Пять градусов вправо! – скомандовал Борис, откидываясь на спинку сиденья.

– Кэп! Расскажи, куда мы идем? – попросил радист, оборачиваясь назад.

– Идем мы в государство Джибути, где пираты нас не достанут, – начал рассказывать Борис. Рулевой заметил:

– Я сыт по горло этими черномазыми! Пять дней в каюте с одноразовым питанием! У меня от риса уже глаза стали как у китайцев!

– Нормально с нами обращались! Не били, кормили более-менее и даже раз в день выводили на прогулку на палубу! – вступился за пиратов радист.

– Тебе хорошо было в плену! Ты сидел у себя в радиорубке один и две ночи даже там ночевал! Интересно, откуда у тебя такая любовь к пиратам? – зло спросил Найденыш, с силой стукнув кулаком по штурвалу.

Катер моментально отозвался, рыскнув вправо.

– Отставить разговоры, рулевой! Четче держи курс! – прикрикнул Борис.

– Хотите, я вам расскажу про Джибути? – неожиданно предложил Викинг, поворачиваясь к Борису.

– Ты у нас средоточие мудрости и знаний! – отреагировал Борис, кинув злой взгляд на рулевого.

Сейчас не хватало еще ссоры в их команде.

Викинг прекрасно просек ситуацию и поэтому начал рассказывать:

– Джибути довольно дикий островок Африки. Государство очень маленькое, с населением чуть больше полумиллиона человек, почти девяносто процентов которого живут в городе с одноименным названием.

Граничит Джибути на юге и западе с Эфиопией, на севере с Эритреей, на юго-востоке с Сомали.

С конца девятнадцатого века Джибути была французской колонией под довольно нелепым названием: Французский Берег Сомали.

– Сейчас же Джибути независимое государство, – показал свою образованность Найденыш.

– Независимость Джибути получила в семьдесят седьмом году прошлого столетия! Правда, под французским протекторатом! Даже сейчас, когда Джибути независимое государство, в городе расквартирована тысяча бойцов Иностранного легиона, не считая трех тысяч еще каких-то военных, которые обслуживают военные базы! – не остался в долгу Викинг.

– Расскажите о самом городе! – попросил радист, отодвигаясь от рулевого.

– Столица Джибути делится на две неравные части. В шести километрах от города расположен один из самых крупных в Африке международный аэропорт…

Рулевой снова перебил рассказчика, задав неожиданный вопрос:

– А куда вы дели деньги, которые подняли с затонувшей яхты? Пираты из-за них чуть не передрались! Черные кричали, что вы подняли двадцать пять миллионов долларов! И это только половина денег!

– Нельзя считать чужие деньги! – с осуждением заметил Борис.

– Надо было пару лимонов затырить! Всем бы хватило на черный день! – с порицанием заметил рулевой.

– И что ты с такими деньгами делать будешь? – спросил Борис, взглянув на экран навигатора. Несмотря на болтовню, рулевой вел катер, как по ниточке.

– Мы за пару штук баксов месяцами в море горбатимся! А вы только нырнули – и сразу четыре мешка денег загребли! – выкрикнул рулевой и стукнул двумя руками по румпелю.

Катер резко повело в сторону.

– Ты языком мели, а за курсом следи! – напомнил Борис, кидая взгляд на навигатор.

– Расскажите лучше про Джибути! – попросил радист, сняв напряжение разговора.

– Сама столица делится на две части. Морской порт на полуостровах Маоабут и Херон и торговые, жилые и деловые кварталы. На берегу океана стоит самое экзотичное здание столицы – президентский дворец, построенный в неомавританском стиле. Все остальные здания построены в колониальном стиле.

Викинг сотворил виноватую улыбку в ответ на недоуменный взгляд Бориса.

– Хотите, я расскажу главную беду Джибути, а потом главную достопримечательность страны, за которой сюда едут люди со всего мира? – перехватил инициативу разговора Борис… – Дело в том, что на территории страны не растет практически ничего! Даже широко распространенные бананы попадают в страну из Эфиопии и Сомали! Те же растения, которые вырастают, не успевают созревать! Все только что проклюнувшиеся ростки поедают козы!

Но еще большую беду для страны составляют пластиковые пакеты!

Местные жители привыкли все ненужное бросать прямо себе под ноги, и можете себе представить, что творится в городе, где не очень много уборщиков!

Если когда-нибудь, через тысячу лет, в Джибути будут проходить археологические раскопки, то исследователи обнаружат целый слой из пластиковых пакетов, который покажет начало демократического строя!

– Еще один бич страны – кат! Это наркотические листья, которые свободно продаются пачками на местном рынке. У этого наркотика есть интересная особенность: листья тонизируют человека в течение получаса, после чего надо или жевать новую порцию, или человек впадает в отупение часов так на семь-восемь.

Понятно, что человек в таком состоянии практически работать не может! Они ходят, как сонные мухи… – снова начал рассказывать Викинг.

– Я видел наркош на захваченных кораблях! Там остается один вахтенный, а все остальные лежат в отрубе! – громко сказал рулевой, прервав рассказ.

Кинув взгляд на навигатор, Борис обнаружил, что катер пересек территориальные воды Республики Джибути.

– Нам осталось примерно час-полтора хода, и мы прибудем на место… Вам двоим придется подождать нас на катере. Если полиция вас застукает, то скажете, что бежали из пиратского плена. Попросите полицию связаться с российским консульством. Парни из консульского отдела приедут и вам помогут. Ребята они простые и отзывчивые.

Ежели вас никто не засечет, то мы приедем днем и решим вопрос с вашим возвращением на родину! – спокойно сказал Борис, думая, что сейчас рулевой и радист с энтузиазмом примут такое развитие событий.

– Ты, Валек, как знаешь, а я не согласен! Я тоже хочу получить свою долю денег! Я рисковал своей шкурой, сидя под брезентом, рассказал, как люди Ахмед-паши убили атамана пиратов с «Миронова»! А вы не хотите со мной поделиться деньгами, которые своровали у пиратов! – громко сказал рулевой, закладывая правый вираж.

Викинг немедленно ткнул его стволом огромного револьвера в шею.

– Держи курс, парень! Если начнешь выступать, то ничего не стоит выкинуть тебя за борт! Или просто пристрелить? – задумчиво спросил Викинг.

– Мужики! Так же нельзя! Вы же русские люди! – громко завопил радист, хватаясь рукой за ствол револьвера.

– Кто тебе сказал, что мы русские? – натурально удивился Борис, отодвигаясь влево и давая Викингу больше простора для действий.

– Вы же сами сказали, что знаете моего сына! Знаете, где я живу! – попробовал возмутиться радист.

– Мы можем быть как русскими бандитами, так и эмигрантами, которые приехали в Россию! – попробовал внести сумятицу в головы двух спасенных матросов Борис.

– Я же говорил тебе, что это шпионы! Они убьют нас, как только мы дойдем до берега! – снова завопил рулевой.

– Ты мне надоел! Если не прекратишь орать, то я выбью твои зубы! – негромко сказал Викинг, ощутимо стукнув рукояткой револьвера по макушке рулевого.

– По-моему, проще всего их убить, а трупы скинуть в воду! – небрежно предложил Борис, почесывая стволом револьвера свою щеку.

– Мужики! Я пошутил! Больше не скажу ни одного слова! Никаких денег мне не надо! – завопил Найденыш, увеличивая скорость катера.

Слева начало вставать зарево огней большого города.

– Возьми десять градусов правее! Снизить скорость! – скомандовал Борис.

Надо отдать должное рулевому. Без дополнительных понуканий он выполнил приказ и замолчал.

Глава 30

Катер ткнулся носом в пологий берег и остановился.

– По прямой до города шесть километров! Думаю, к началу рабочего дня мы вернемся за вами на автомобиле! – сказал Борис, снимая гидрокостюм.

– Даже чуть меньше! – заметил Викинг, вертя в руках навигатор.

– Я не могу столько времени ждать! Вы обязаны взять меня с собой! – громко сказал Найденыш, тоже начиная снимать с себя гидрокостюм.

– Тебе придется сидеть в катере в трусах! Лучше не снимать гидрокостюм! Можешь замерзнуть и заболеть! – предупредил Викинг, сидя на плотно набитой сумке.

– Вы сейчас уйдете и просто бросите нас на берегу! – снова начал канючить Найденыш.

– Ты предлагаешь отдать тебе половину своей одежды? – спросил Борис, занимая место Викинга на сумке.

– Вы хотите унести все наши деньги с собой! – снова взвизгнул Найденыш, выхватывая из-за спины длинный нож.

Удар Викинга по сонной артерии заставил бедолагу минут на пять потерять сознание.

– Держи пять штук баксов! За эти деньги ты сможешь долететь до России. У нас нет времени выяснять с твоим коллегой, что мы везем в сумках. Это не ваше дело! – жестко сказал Борис, вешая на плечо сумку.

Викинг подхватил вторую сумку, и напарники быстро направились от моря.

Через сто метров обнаружилась хорошо укатанная грунтовая дорога.

– Город в той стороне! – успел сказать Викинг, когда справа показалась светящаяся точка.

– Большое длинное, что такое? – спросил Борис, пытаясь разглядеть транспортное средство с одной низко посаженной фарой.

Выйдя вперед, он опустил вниз правую руку с отогнутым большим пальцем.

Сильный свет фары осветил стоящих на обочине двух рослых мужчин.

Из остановившегося «Шевроле» высунулась здоровенная белая рожа и спросила по-французски:

– Куда вас подбросить, парни?

– К отелю! – попросил Борис, не конкретизируя, какой отель нужен.

– Садитесь, парни! Как вы здесь очутились? – спросил верзила, распахивая переднюю дверцу.

Борис сел спереди, а Викинг сзади, кинув сумки рядом с собой.

– Местный черномазый обещал устроить на пляже пикник с девочками, но продинамил! – туманно объяснил Борис, откидываясь на спинку сиденья.

– Черные все такие! – согласился верзила, упираясь в потолок автомобиля.

Рванув с места, водитель тряхнул головой и скривился, как будто выпил стакан уксуса.

– Хотелось экзотики, но не срослось! – беззаботно махнул рукой Борис, рассматривая пустынную местность, проносящуюся за окном.

Справа показалось ярко освещенное кафе под полотняным навесом.

– Давайте перекусим! – предложил сзади Викинг.

– Здесь неплохой тартар[38]! – согласился верзила, притормаживая у трех пластиковых столиков, за одним из которых сидели два негра.

– Три тартара! – по-французски рявкнул верзила, едва машина остановилась рядом с темно-зеленым «Доджем».

С трудом выбравшись из автомобиля, возила направился к ближайшему столику, пошатываясь из стороны в сторону.

– Тебя, парень, штормит! – заметил Викинг, выбираясь с заднего сиденья.

– Вы, парни, еще не знаете, как умеют пить офицеры Иностранного легиона! – громко сказал по-английски верзила, тяжело плюхаясь на металлический стул, жалобно заскрипевший под его тяжестью.

– Гарсон! Бутылку виски! – приказал Борис, присаживаясь напротив верзилы.

– Спорим на двести баксов, что вы не выпьете стакан виски за один раз? – предложил верзила, наливая в стакан, который моментально появился перед ним, темно-коричневую жидкость.

– «Гордон» пятилетней выдержки? – с сомнением спросил Борис, беря в руку бутылку темного стекла.

– Мне контрафакт не подадут! – успокоил верзила, одним махом опрокидывая в себя стакан, который в его огромной руке был совсем не виден.

– Можно я сначала съем кусочек мяса? – спросил Викинг отделяя приличный кусок от огромного шмата дымящегося мяса.

– Есть можно! – вынес вердикт Викинг, прожевав мясо. – Только мало соли и специй! – добавил он, наливая себе полный стакан виски.

– Я сейчас покажу фокус, который ты никогда не видел! – пообещал Викинг.

Взяв зубами стакан, медленно выцедил в себя его содержимое и аккуратно поставил тару на место.

Борис, в это время набирающий номер телефона таможенника в аэропорту, мысленно покачал головой.

– Ты выиграл! Такого я никогда не видел! – склонил голову верзила, доставая из кармана две стодолларовые купюры.

Викинг, забрав деньги, принялся за мясо, обмакивая его в соус.

– Мне дал телефон ваш родственник из Кении! – негромко сказал Борис, выйдя из-за стола.

– Сколько денег? – спросил таможенник, не тратя время на разговоры.

– Много. Надо положить их на три карточки, – ответил Борис, гадая, откуда ему известно про деньги.

– Двадцать процентов! – сразу поставил условие незнакомый абонент.

– Пятнадцать! – попробовал поторговаться Борис.

– Семнадцать! – выставил новое условие таможенник. – Где вы находитесь?

– Придорожное кафе «Бербер»! – пояснил Борис, поднимая голову на вывеску.

– Через двадцать минут я буду у вас! – пообещал таможенник, и в трубке послышались короткие гудки.

Только сейчас Борис посмотрел на стол, на котором стояла еще одна бутылка «Гордона», в которой не хватало половины содержимого.

Викинг пошел в загул! – оценил Борис поведение напарника, но, поймав его трезвый взгляд, изменил мнение.

Верзила уже начал петь, игнорируя окружающих. Минута – и в руках верзилы оказалась гитара, которую тот, любовно погладив по деке, принялся настраивать.

Огромные руки верзилы, легко погладив деку, пробежали по струнам, и гитара зазвучала. В унисон с густым басом:

Когда, закрыв глаза, я, в душный вечер лета,

Вдыхаю аромат твоих нагих грудей,

Я вижу пред собой прибрежия морей,

Залитых яркостью однообразной света;

Ленивый остров, где природой всем даны

Деревья странные с мясистыми плодами;

Мужчин, с могучими и стройными телами,

И женщин, чьи глаза беспечностью полны.

За острым запахом скользя к счастливым странам,

Я вижу порт, что полн и мачт, и парусов,

Еще измученных борьбою с океаном,

И тамариндовых дыхание лесов,

Что входит в грудь мою, плывя к воде с откосов,

Мешается в душе с напевами матросов[39].

Странно было слышать в этом богом забытом месте слова великого француза о море, о прелестных женщинах.

Запыленный «Лендровер» беззвучно подкатил к кафе, и из него вышел пузатый мужик, сильно смахивающий на кенийского таможенника.

Тот же разрез глаз, такие же брови, и даже выражение лица походило на далекого родственника. Вот только кенийский родич был повыше и лет на десять старше.

Оглядев редких посетителей кафе, таможенник остановился взглядом на Борисе и повел глазами вправо.

Делано нехотя поднявшись, Борис подошел к только что приехавшей машине и встал рядом с таможенником.

– Вы Студент? – спросил таможенник, не разжимая губ.

– Вы… – начал Борис и остановился.

– Я Эдгар! Мне вас описал дядя, – немедленно среагировал таможенник на заминку.

– Мне вас тоже описали! – негромко ответил Борис, не отрывая взгляда от певца.

– Сколько у вас денег? – спросил таможенник, кивая головой.

– Примерно четыре миллиона, – ответил Борис, только сейчас осознав, какие огромные деньги открыто лежат в двух сумках в незапертом автомобиле совершенно неизвестного человека.

– Вы хотите перевезти эти деньги к себе на родину? – спросил таможенник, облизывая толстые губы.

– Везти такую кучу денег чревато для собственного организма! – протянул Борис, ожидая продолжения разговора.

Задняя дверца автомобиля открылась, и из нее выглянул толстый негр в сером костюме.

Толстяк махнул рукой, приглашая Бориса внутрь внедорожника.

Таможенник в это время вынул из кармана сотовый телефон и начал по нему говорить, отрывисто бросая незнакомые слова.

Пожав плечами, Борис неторопливо направился к внедорожнику.

Едва Борис залез внутрь, как толстяк начал разговор:

– Я слышал, что у вас есть большая сумма наличных денег, с которой вы хотите уехать из страны! Я правильно информирован? – спросил толстяк, вытирая пот, обильно струящийся по лицу.

– Желательно перечислить всю сумму на пластиковые карточки. Три-четыре пластиковые карты «Виза», «Мастер карт». Пластиковые карты черного цвета не так сильно оттягивают карманы и не вызывают лишних вопросов при пересечении границ, – небрежно сказал Борис.

– Тридцать процентов от суммы наличных денег будет стоить такая операция! – быстро сказал толстяк, снова вытирая потное лицо.

– Обычно банки берут пять процентов за скорость таких операций! – начал торговаться Борис, помня, что он находится на Востоке, где всегда продавец вдвое завышает цену.

– Сейчас ночь и банки закрыты! – попробовал объяснить толстяк, но Борис властно прервал его:

– За такие деньги любой банк можно не то что открыть – взломать любой сейф!

– Вами очень интересуются серьезные люди из соседней страны! – привел новый довод толстяк.

– Я сам решу вопросы с этими серьезными людьми! – отрезал Борис.

– Двадцать процентов, и только после телефонного разговора! – внес новое предложение толстяк, протягивая мобильный телефон, инкрустированный золотом и драгоценными камнями.

– Вам надо только нажать ввод! – предложил обильно потеющий толстяк.

Борис взял телефон и, открыв дверь, вышел из машины.

После первого же гудка в трубке послышался знакомый голос Ахмед-паши:

– Вы слишком много денег взяли за свою работу!

– Как и договаривались – четыре… – успел сказать Борис, как Ахмед-паша прервал его:

– Не надо лишних слов по открытой связи!

«Какой ты умный и грамотный! Сейчас я тебя уем!» – сам себе пообещал Борис, кашлянув в трубку.

Ахмед-паша моментально замолчал.

– Мы потратили в два раза больше времени на работу, и нас три раза могли убить! Нам просто сказочно повезло, что ушли живыми после выполненной работы! – жестко сказал Борис, подпустив металла в голос.

– Вы берете себе один и сейчас же улетаете из страны на моем гидросамолете! Он довезет вас до побережья любой страны, которая находится в радиусе шестисот миль от того места, где вы находитесь.

– Вы нам обещали по два за работу! – попытался воззвать Борис к порядочности пирата.

– Обстоятельства изменились, и вы взяли пять с половиной! Это нечестно! – привел новый аргумент Ахмед-паша.

– У нас еще не было времени пересчитать мешки. На катере находились посторонние люди! – попытался объяснить ситуацию Борис.

– Эти люди уже плывут на свой корабль! – отрезал Ахмед-паша.

– Семь футов под килем! – напутствовал Борис своих соотечественников, которые в данный период времени его совсем не интересовали.

– Ваши предложения? Мне нельзя долго говорить по телефону! – нетерпеливо сказал Ахмед-паша.

– Три мы перечисляем на карточку и оставляем ее в камере хранения аэропорта. Взамен вы перегоняете русский корабль «Андрей Миронов» со всем экипажем и грузом в Кению.

Как только средства массовой информации раструбят на весь мир о вашем альтруистском поступке, я вам перезваниваю и говорю пин-код и номер ячейки! Вы будете очень заинтересованы в нашей жизни и здоровье! Самолет, на котором мы полетим, может взорваться по дороге, карточка с нашими деньгами – быть заблокирована или потеряться. В море и в воздухе столько случайностей! – ханжески добавил Борис, прижимая трубку к уху.

– Три с половиной, и я гарантирую вам долгую и безбедную жизнь! – весело сказал Ахмед-паша.

– Три двадцать пять, и вы даете команду вашему пилоту! – немного сбил цену Борис.

– О’кей! Вахид отвезет вас к гидросамолету! – согласился Ахмед-паша.

Борис махнул рукой Викингу, который распивал с верзилой уже третью бутылку, вовсю горланя французские песни.

У Викинга оказался приятный баритон, которым он подпевал своему собутыльнику.

Увидев отмашку Бориса, Викинг начал вставать, но верзила, положив правую руку на плечи своего собутыльника, наклонился к нему.

Неожиданная мысль пришла в голову Борису:

«Надо взять верзилу с собой! Лишний человек при перевозке денег не будет помехой!»

Подойдя к столу, за которым сидели собутыльники, Борис положил на него триста долларов и громко приказал:

– Гарсон! Еще одну бутылку «Гордона» с собой!

– Банкет продолжается? – спросил верзила, тряхнув головой.

– Сейчас мы заедем в банк и аэропорт, а потом закатимся к девочкам! – пообещал Борис, кивнув Викингу на автомобиль верзилы.

Викинг с трудом встал и, пошатываясь, направился к автомобилю, на котором они приехали.

«Набрался ты от души, напарник!» – сам себе сказал Борис, но, поймав совершенно трезвый взгляд Викинга, сразу изменил свое мнение.

– Поедем в банк на моей машине! – с трудом вставая, сказал верзила.

– У твоей машины жесткая подвеска! Да и ты сильно пьяный! С тобой страшно садиться за руль! Хочу на «Лендровере»! – капризно сказал Викинг, вытаскивая из автомобиля две сумки.

– Как захочешь, друг! – согласился верзила и, шатаясь, встал, опираясь на стол.

«Лендровер», в который уселась компания, рванул с места и быстро помчался по грунтовой дороге. Километров через пять автомобиль выскочил на широкую асфальтированную дорогу, по которой нескончаемой чередой шли грузовые автомобили.

– Дорога в Эфиопию! – гордо сказал толстяк, подрезая огромную фуру, которая недовольно рявкнула мощным сигналом.

– По ней идет все снабжение страны! – пояснил таможенник, оборачиваясь назад.

По обеим сторонам дороги тянулись разноцветные скалы. На повороте за ними стала видна огромная, ровная как стол белая пустошь, исчерченная черными следами во всех направлениях.

– Какая-то странная местность! – протянул Викинг, отодвигая от себя верзилу.

Прислонившись к левой дверце, верзила захрапел.

«Как-то странно ведут себя толстяк и таможенник! Ни одного слова в отношении верзилы! Как будто нашего спутника нет в автомобиле! – отметил про себя Борис, любуясь красными, белыми, желтыми и даже зелеными скалами, ясно видимыми в мощном свете фар несущихся в обе стороны грузовиков.

– Это высохшие соляные озера. У нас есть уникальное озеро Ассаль, вода в котором в несколько раз солонее воды знаменитого израильского Мертвого моря!

– Удивительная страна! – выдал реплику Викинг.

Таможенник гордо улыбнулся, как будто это была целиком его заслуга.

– А что за черные следы на поверхности высохшего озера? – спросил Викинг.

– Французы устраивают на озере гонки на буерах! – обернувшись, пояснил таможенник, покосившись на сладко спавшего верзилу.

Начались двух-трехэтажные дома, выполненные в старом колониальном стиле. Разноцветная штукатурка стен домов, да и чахлые газоны совсем не оживляли мрачного пейзажа, который проносился за окном.

Глава 31

Банк, куда толстяк привез Бориса с компанией, оказался большим двухэтажным кирпичным зданием, окруженным зеленым газоном.

Справа от высокой стеклянной двери висела вывеска, на которой сверкала медная надпись: «Банк Континенталь».

– Пусть ваш друг поспит в машине! – предложил толстяк, останавливаясь в пяти метрах перед банком.

Моментально из дверей выскочил здоровенный охранник в черной форме и с поклоном открыл дверь.

«Это охранник или швейцар? – сам себя спросил Борис, смотря с какой сноровкой мужик открывает дверь, и только надпись «Security» на груди убедила в том, что в это ночное время швейцар отдыхает.

Моментально зажегся свет, который осветил зал. За стойками с бодрым видом сидели три черные девушки.

Царственно кивнув трем склонившимся в поклоне охранникам в синей форме, толстяк прошествовал через зал и, открыв своим ключом дверь, пошел по длинному коридору.

Около четвертой двери толстяк снова открыл дверь своим ключом и вслед за охранником вошел.

Борис с Викингом шагнули следом и оказались в небольшой приемной. Возле стола с персональным компьютером стояли три кожаных кресла. В одном из них сидел таможенник.

Кивнув Викингу, который тащил две сумки, на крайнее кресло, Борис уселся рядом с таможенником и сразу же вскочил.

– Сделайте нам на ближайший рейс два билета, – попросил он, включая ксерокс, стоящий на столе.

Викинг без слов вынул из кармана сумки заграничные канадские паспорта.

Пара минут работы – и две ксерокопии паспортов вручены таможеннику.

На вопросительный взгляд служителя границы Борис сунул руку в сумку и, достав пригоршню стодолларовых купюр, вручил таможеннику, который быстро рассовал их по карманам.

– Есть два хороших британских картона. Прошу всего двадцать тысяч долларов! – сделал неожиданное предложение таможенник.

Борис кивнул, и на свет появилась еще пригоршня американских денежных знаков.

Таможенник уселся за стол секретаря, включил компьютер, сканер и начал работать. Черные пальцы быстро замелькали на клавиатуре.

Десять минут работы, и таможенник удовлетворенно вздохнул, откинувшись на спинку кресла.

– Картоны будут готовы сегодня к вечеру! – бодро сказал он.

Две пригоршни долларов высыпались перед таможенником на стол.

– Одна за работу, вторая за содействие! – пояснил Викинг.

Таможенник благодарно кивнул и быстро застучал по клавишам компьютера.

Борис подошел и, развернув к себе монитор, прочел:

«Будьте очень осторожны! Наш хозяин может легко обмануть!»

Борис кивнул, и еще одна пригоршня долларов очутилась перед таможенником, который снова застучал по клавишам:

«Я подстрахую, да и капитан Блэр очень не любит, когда обижают его друзей!»

«Значит, француза, который нас подобрал, зовут капитан Блэр! Интересно, кто он такой?» – подумал Борис, дав себе слово при случае спросить таможенника о французе.

– Зайдите в кабинет! – сказал голос толстяка из угла.

Борис вышел на середину приемной и кивком позвал с собой таможенника, карманы которого оттопыривались от только что полученных долларов.

Кабинет тоже был небольшой, но в нем сейчас помимо толстяка сидели четверо охранников.

«Сейчас будет серьезный разговор! Деньги в очередной раз у нас попробуют отнять!» – весело подумал Борис.

– Сумки на пол! Сами лицом к стене! – скомандовал квадратный охранник, выходя на середину кабинета.

Толстяк, радостно улыбаясь, потирал над совершенно пустым столом пухлые руки.

– Как прикажете, господин! – согласился Борис, дисциплинированно начиная движение к стене.

– Одну минуточку, парни! – уже у стены сказал Викинг, поворачивая ладонь на сто восемьдесят градусов.

В ней, приклеенная скотчем, виднелась черная коробочка с мигающей красной лампочкой.

– Брось ее немедленно! – громко закричал квадратный охранник.

– Не могу! Если я отпущу палец, то сразу же взорвется три кило пластида! По полтора килограмма взрывчатки «С-22» в каждой сумке! – спокойно ответил Викинг, не поворачивая головы.

– Парень не шутит! Это профи! Такой отпустит кнопку – от банка не останется даже щебенки! – сказал охранник и осторожно пошел к выходу.

– У вас есть обязательства охранять меня! – заблеял толстяк, посерев на глазах.

– Мы в игры со взрывчаткой не играем! – бросил охранник, берясь за ручку двери.

– Вы не можете меня оставить один на один с этими бандитами! – завизжал толстяк, тряся головой, как припадочный.

– Я обязан защищать ваш банк от бандитов и грабителей, а не от профессионалов с килограммами взрывчатки! Я бы еще рискнул выступить против этих парней, но связываться с Иностранным легионом я не хочу! Капитан Блэр сам стоит целой роты командос! – пояснил охранник свою позицию.

– Капитан пьян, как свинья! – завизжал толстяк.

Дверь кабинета распахнулась, в нее ввалился капитан Блэр.

Первый охранник, оказавшийся на пути, отлетел в сторону, как воздушный шарик и, вляпавшись в стену, сполз по ней, оставляя темный след.

Остальные охранники отпрыгнули в стороны, как зайцы, увидевшие возникшего перед ними волка.

– Пойдем выпьем! – предложил Блэр, хватая Викинга за руку.

– Возьми в шкафу бутылку «Мартеля» и отнеси в приемную! – попросил толстяк, запинаясь после каждого слова, протянув правую руку в сторону таможенника.

Охранники тем временем, подхватив своего незадачливого коллегу, скрылись в неприметной двери, бесшумно открывшейся в противоположной стене.

– Что мне теперь делать? – запричитал толстяк, хватаясь за голову.

– Выложить на стол свои кредитные карточки! – предложил Борис, подходя к столу.

На стол легли три квадрата: «Мастер карт», «Виза» и черная карточка без названия.

На черной пластиковой карточке был выбит только номер, шедший поперек поля. Ни имени владельца, ни названия банка на нем.

– Пожалуйста, назовите ПИН-коды карточек! – предложил Борис, подвигая к себе портативное считывающее устройство.

Толстяк написал три ПИН-кода на маленьком бумажном листе и пододвинул Борису.

– Теперь позовите девочек, которые быстро умеют считать деньги, и пусть принесут переносной банкомат! – скомандовал Борис, постукивая карточками по столу.

Глава 32

– Вот видите, как все прекрасно! Мы вам отдали пять с половиной миллионов долларов, а взамен получили всего три кусочка пластика! – весело сказал Борис, укладывая пластиковые карточки в карман рубашки.

В кабинет заскочил Викинг и, увидев вставшего Бориса, предупредил:

– Только не надо делать никаких фокусов с блокировкой карточек! Все переговоры записаны на магнитофон и уже отправлены на мой почтовый адрес.

– Если вы опубликуете эту запись, то мне проще повеситься! – взмолился толстяк, протягивая руку за мобильным телефоном, который Викинг демонстративно держал в правой руке.

– Не надо плакать, девочка! За час вы заработали почти половину миллиона долларов! За такие деньги пираты вырежут не только вас, но и всех ваших родственников! Честность в банковском деле нужна, как воздух! Особенно, когда работаешь с пиратами! – насмешливо сказал Борис, выходя из кабинета.

– Вы же обещали двадцать процентов от суммы! – попытался отжать еще половину миллиона толстяк.

– Если все пройдет нормально, то обязательно еще процентов пять подкинем на бедность, амиго! – пообещал Викинг, подхватывая со стола лист с банковскими реквизитами Континентал-банка, а заодно и флешку, которую банкир невзначай выложил на стол.

Бетонное здание аэропорта стояло на асфальтированной площади, по которой, несмотря на ранний час, сновала толпа аборигенов.

Женщины, одетые в однотонные, иногда с геометрическими рисунками куски ткани, оставлявшие оголенным одно плечо. Мужчины, большей частью в джинсах и майках, переходили с места на место, о чем-то негромко переговариваясь.

Борис не успел толком разглядеть народ, как автомобиль остановился перед входом в аэропорт.

Таможенник быстро провел Бориса с Викингом мимо сонных полицейских, которые только мельком взглянули на документы и расступились, пропустив спецназовцев внутрь здания.

Огромные жидкокристаллические экраны показывали две программы: «Эль-Джазиро» и «Евро-ньюс», а вот расписания полетов нигде не было видно.

Пассажиров, правда, тоже оказалось мало, но две семейки, дети которых носились по залу, шум издавали изрядный.

По европейской программе девушка-диктор объявила:

– Русское судно «Андрей Миронов» отпущено сомалийскими пиратами без выкупа. Судно снялось с якоря и направляется в Кению.

«Значит, пират не обманул – отпустил судно!» – понял Борис, окидывая взглядом длинные стойки, возле которых толпился народ.

Таможенник тронул Бориса за руку, головой показывая направление движения.

В дальнем конце стойки сидела одинокая девушка. Едва таможенник дошел до нее, как девушка улыбнулась.

– Куда идет ближайший борт? – спросил Борис, протягивая свой и Викинга паспорта.

– Вам все равно, куда лететь, добрый господин? – спросила девушка, не сводя с таможенника взгляда.

– Аддис-Абеба или Найроби, – неуверенно протянул Борис.

– Через два часа есть транзитный французский борт на Мадагаскар на котором вами забронировано два места! «Боинг» ходит раз в месяц, но сегодня прилетит! – произнесла девушка, посмотрев на компьютер.

– Давайте билеты до Мадагаскара! – попросил Борис, протянув кредитную карту.

– Извините, господин! У нас не работает связь с банками! – сказала кассирша.

– Давайте билет за наличные деньги! – предложил Борис, вытаскивая пачку долларов.

– Вам надо сейчас идти на посадку! – предложила кассирша, протягивая отпечатанные на принтере билеты.

– Спасибо! – поблагодарил Борис, окидывая зал цепким взглядом.

На глаза попалась реклама компании «Делл»:

«Посетите самые экзотические места мира с нашей компанией! У нас самые низкие цены и самый лучший комфорт!» – гласил двухметровый плакат, на котором обнаженная таитянка гладила огромного крокодила.

«Сожрет крокодил красотку!» – пожалел Борис красавицу, снова поворачиваясь к кассиру.

– Где находится офис компании «Делл»? – спросил Борис.

– На площади, справа от здания аэропорта! – быстро ответила девушка, убирая от уха мобильный телефон.

Теперь план дальнейших действий полностью сложился в голове у Бориса, и он начал действовать.

– Мне надо положить в автоматическую камеру хранения посылку! – сказал Борис, всматриваясь в лицо таможенника.

Воздев очи вверх, таможенник напряженно всматривался в потолок, пытаясь найти на нем ответ.

– Проходите на посадку! Я подойду к вам в зоне таможенного контроля! – предложил таможенник, заходя за стойку.

– Какой посадочный терминал? – спросил вдогонку Борис.

– Шестой терминал на втором этаже! – кинул таможенник.

– Туалет в этом здании есть? – неожиданно спросил Викинг, вешая сумку на плечо.

– На первом этаже, справа от входа! – зло сказал таможенник и ушел в лабиринт за стойкой.

– Надо сбросить оружие и еще кое-что! – сказал Викинг, шумно втягивая носом воздух.

– Ты простыл? – подозрительно спросил Борис, идя вслед за Викингом, который уверенно шел вперед.

– Местные аборигены страшно аккуратные, и поэтому гальюн должен благоухать на половину аэропорта! – пояснил Викинг, дергая обшарпанную дверь, из которой пахнуло таким амбре, что Борис затряс головой.

Скомканные газеты, банановая кожура и неистребимый запах людских экскрементов.

Внимание Бориса сразу привлек железный воздуховод, тянущийся справа.

Протянув вверх руку, Борис засунул ее в воздуховод и тут же вытащил.

Вся рука была в ржавчине.

– Вот сюда мы и спрячем карточки! – сообщил Борис, заворачивая две пластиковые карточки в газету, испачканную чем-то желтым.

От куска газеты тянуло прогорклой рыбой.

– Чище бумагу не мог найти? – сварливо спросил Викинг, пряча за унитаз автомат.

– Ты лучше сумки проверяй! Не хватает еще на контроле засветиться! – не остался в долгу Борис, вынимая сотовый телефон, реквизированный у толстяка.

Ахмед-паша взял телефонную трубку после второго гудка.

– Водолазы приветствуют вас! – сказал Борис, едва узнав своего абонента.

– Корабль прошел половину расстояния до Кении! – быстро проговорил Ахмед-паша.

– Карточки спрятаны в городе, деньги на них лежат! – живо сказал Борис.

– В аэропорту автоматические камеры хранения закрыты! – выдал Ахмед-паша.

– В городе полно мест, где можно спрятать две карточки! – не остался в долгу Борис.

– Идите на базар. Там найдете торговца коврами Хикмата, и он отвезет вас к гидросамолету! – наконец сказал Ахмед-паша ту фразу, которую Борис так долго ждал.

– Пусть Валентин Владимирович мне позвонит! – попросил Борис, прислушиваясь к голосу диктора, который громогласно объявил:

– Заканчивается регистрация пассажиров на рейс Париж – Мадагаскар.

– У нас в сумках все чисто! – объявил Викинг, вкладывая коробочку с диском в задний карман джинсов.

– С этими деньгами совсем забыл про основное задание! – сказал Борис, тоже убирая диск в задний карман брюк.

Пройдя регистрацию, Борис с Викингом двадцать минут простояли в отстойнике.

– Мы можем пройти в офис компании «Делл»? – спросил Борис высокого охранника, вертя на пальце жетон от сданной сумки.

– Правилами запрещено покидать зону ожидания! – не очень уверенно сказал охранник.

Двадцатидолларовая купюра заставила охранника сделать шаг в сторону, освобождая проход.

– Смотри, сколько здесь свободных помещений! – заметил Викинг, идя рядом с Борисом по длинной площадке на втором этаже.

– Ты, как всегда, прав, мой старший товарищ! – согласился Борис, смотря на застекленные двери, большинство из которых было закрашено краской или заклеено красочными плакатами.

– Такой огромный аэропорт, и так мало рейсов! – с сожалением сказал Викинг, выходя на лестницу.

Глава 33

Едва Борис с Викингом вышли на площадь, как к ним моментально подскочил вертлявый парнишка.

– Куда вас отвезти, месье? – спросил парнишка на скверном французском.

– Давай на рынок, парень! – приказал Борис, направляясь к концу площади и стараясь сразу нырнуть в гущу народа.

Из «Лендровера», тряся головой, вылазил капитан Блэр.

Викинг, моментально прокачав ситуацию, нагнулся и ринулся следом.

– Месье! Машина у меня с другой стороны! – закричал вслед парнишка.

– Подгони к газетному киоску свою лайбу! – бросил на ходу Борис, расталкивая трех негров с выпученными глазами, вставших на его пути.

– Ты здорово отличаешься от местных белых! Надо ходить спокойно, с достоинством, а лучше ездить на шикарном авто! – быстро сказал согнувшийся в три погибели Викинг.

– Шевели мослами, каплей! Капитан Блэр нас ищет! – одернул товарища Борис, проскальзывая за газетный киоск.

– Садитесь, месье? – предложил, высовываясь из окна старого «Опеля» парнишка.

– Довезешь нас до рынка и там подождешь! – приказал Борис, ныряя вслед за Викингом на заднее сиденье.

Зазвонил мобильный телефон.

Борис прижал к уху телефонную трубку.

– Здравствуйте, господин водолаз! – сказал по-русски голос радиста.

– Кто дал вам мой номер телефона? – быстро спросил Борис, откидываясь на спинку автомобиля.

Автомобиль в это время выехал на широкую дорогу и прибавил скорость.

– Капитан корабля вызвал меня в рубку и дал мобильный телефон! – недоуменно сказал радист.

– Передай трубку капитану корабля! – приказал Борис, замечая, как автомобиль свернул направо в узкую улицу, застроенную с обеих сторон двух-трехэтажными домами.

У некоторых домов были большие навесы, которые перекрывали улицу, делая ее наподобие тоннеля.

– Капитан Власов вас слушает! – услышал Борис густой голос уверенного в себе человека.

– Прошу прощения, господин капитан! Мне надо задать вам несколько вопросов. Пусть вас не смущают они, но ответить обязательно надо! От этого зависит, дойдете вы до Кении или нет! – искательно сказал Борис.

– Я так устал от общения с пиратами, что готов ответить на сотню вопросов! Хотя не понимаю, что могут сделать пираты в территориальных водах Кении? – раздраженно ответил капитан.

– Назовите мне фамилию, имя и отчество вашего радиста! – попросил Борис.

– Краснощекин Валентин Владимирович, – быстро, без малейшей паузы ответил капитан корабля.

– Когда радист прибыл на корабль? – снова задал вопрос Борис, у которого немного отлегло от сердца, тем более что разговор шел на русском языке.

Организовать такую подставу так быстро пираты просто не могли!

– Пять дней назад Валентин прибыл на корабль и буквально на следующий день, вернее через день, пираты напали на наш корабль. Освободили нас тоже очень странно! Ночью подняли всю команду и приказали убираться! Через три часа привезли двух людей: радиста и одного матроса.

Пиратская лодка догнала нас в открытом море, и с нее пересадили матросов! – недоуменно сказал капитан.

– Вы здорово помогли мне, а еще больше себе! Спасибо большое, товарищ капитан! Семь футов под килем! – радостно сказал Борис, отключая телефон.

Набрав номер Ахмед-паши, Борис быстро сказал:

– Пока вы все обещания четко выполняете! Как только я сяду в самолет, то сразу вам позвоню и сообщу точные координаты места, где спрятаны пластиковые карты! – быстро сказал Борис и отключился.

Автомобиль подъехал к грунтовой площадке, где и остановился.

На площадке стояло только три автомобиля. Из зеленого фургона «Мерседеса» выгружали ящики с фантой.

– Я хочу купить хороший ковер! – сразу сказал Борис, протягивая парнишке двадцать долларов.

– Тут нельзя стоять посторонним автомобилям! – задергался парень, пряча деньги в нагрудный карман майки.

Из большой палатки вышел здоровенный негр и, похлопывая кулаком правой руки по ладони левой, медленно направился к автомобилю.

Парнишка задергался еще больше.

Видно было, что парень смертельно боится здоровяка.

– Сколько будет стоить на час оставить здесь наш автомобиль? – спросил Борис, высовывая голову в окно.

– Пятьдесят долларов! – презрительно сказал здоровяк, выпятив вперед тяжелый подбородок.

– Возьмите, пожалуйста! – протянул купюру, открыв дверь, Викинг.

– Только один час машина может стоять здесь! – напомнил здоровяк, забирая деньги.

– Нам надо купить один очень хороший ковер! – сказал, стоя возле автомобиля, Борис.

– Ковровый ряд здесь недалеко! – обрадованно воскликнул водитель, выскакивая из своей машины.

– Веди нас, родственник Ивана Сусанина, в ковровый ряд! – весело сказал Викинг, пропуская водителя вперед.

Базар, как все восточные рынки, поражал своим великолепием. Горой лежали помидоры, огурцы, больше похожие на небольшие мачете, гроздьями висели огромные связки бананов и какие-то пучки листьев.

– Это знаменитый кат? – спросил Борис, останавливаясь перед мальчишкой-негром, за которым на дощатом прилавке лежали связки темно-зеленых листьев.

– Наркотик кат у нас в стране запрещен! – отмахнулся водитель, сворачивая направо.

Ряды, где продавали одежду, были побогаче.

Появились не только прилавки, но и навесы, под которыми разложили товары со всего света. Китайская продукция, турецкая, японская и даже российская были представлены во всей красе.

– Богатые люди имеют навесы, не только прилавки. А вот сейчас мы попадем в ковровый ряд! – сказал водитель, но Борис остановился около длинного прилавка, на котором лежали комплекты одежды самых различных цветов – от нежно-пастельного до ярко-красного цвета.

Рубашки и штаны были украшены простенькими геометрическими рисунками в виде окружностей, квадратов или просто черточек.

Купив два комплекта одежды, Борис сложил их в полиэтиленовый пакет и направился за водителем, который нетерпеливо топтался у прилавка с африканскими масками, за которым открывался широкий проход.

Сразу за поворотом стоял большой белый шатер, весь увешанный коврами. Даже на дороге лежал яркий пушистый ковер, по которому быстро шли люди.

– Какие у вас красивые ковры! – восхитился Борис, нежно проведя рукой по мягкому ворсу ковра с геометрическими фигурами. – Сколько стоит такой необычный ковер? – спросил Борис, прикидывая, как будет смотреться коврик в его владивостокской квартире.

– Полторы тысячи долларов! – моментально по-английски сказал выскочивший из шатра низенький крепыш.

На правой стороне груди его был приколот глянцевый листок бумаги с надписью: «Хикмат».

«Неужели мне с первой попытки повезло?» – радостно подумал Борис, проводя обеими руками по ворсу понравившегося ему ковра.

– По чашечке кофе, месье? – предложил крепыш, откидывая полог шатра.

Моментально справа от входа возник огромный, в одной майке негр и пристально посмотрел на Викинга, скользнув по Борису острым взглядом. Мышцы так и перекатывались под атласной кожей негра.

– Ты подожди нас, парень! Сейчас купим ковер и поедем обратно! – мимоходом пообещал Борис, хлопнув водителя по плечу.

Парнишка затравленно смотрел на второго амбала, который появился из-за шатра.

Заходя следом за крепышом в шатер, Борис сразу обратил внимание на огромный сундук, стоящий справа от входа.

Обитый цветной жестью сундук мог вместить не только Бориса с Викингом, но и двоих амбалов, статуями застывших около входа.

– Вам паша звонил? – спросил Борис.

– Давайте попьем кофе и спокойно поговорим! – предложил крепыш, снимая с груди прикрепленный листок.

– Рейс Париж – Мадагаскар задерживается из-за неявки двух пассажиров. В багаже отсутствующих пассажиров найдено два килограмма наркотиков! Пассажиры исчезли из зала аэропорта за десять минут до начала посадки! За информацию о местонахождении двух белых пассажиров полиция выплатит десять тысяч долларов! – неожиданно сказала по-английски девушка, появившаяся на экране телевизора.

После этого на экране телевизора появились фотографии Бориса и Викинга.

До этого на экране миловидная девушка исполняла танец живота.

На низком столике появился поднос с кофейником, из носика которого вился ароматный дымок, и три чашки.

Крепыш моментально переменился в лице.

– Я не знаю, что делать! Вас ищут по всему городу! – пробормотал хозяин шатра, вынимая мобильный телефон.

Борис тоже вынул телефон и нажал кнопку вызова.

Ахмед-паша ответил моментально.

– Нас ищут в городе. Объявлен федеральный розыск! Если через час я не отзвоню своему человеку, то он перепрячет карточки, и тогда денег вы не получите! – вместо приветствия сказал Борис.

– Где вы находитесь? – спросил Ахмед-паша с дрожью в голосе.

– В шатре у Хикмата! Только что пришли, и буквально минуту назад диктор объявил о розыске! – ответил Борис, подпустив трагизма в голос.

– Передай Хикмату телефон! – приказал Ахмед-паша.

Бурный разговор шел в течение двух минут.

Отдав телефон Борису, крепыш сказал длинную фразу.

Стоящий у двери амбал попробовал возразить.

Прозвучала еще одна фраза.

В шатре появились еще два здоровенных негра, как две капли воды похожих на стоящих у входа.

Работа закипела. Из сундука начали вынимать ковры и складывать их прямо на пол.

– Отправьте водителя обратно! – посоветовал Борис, наливая себе чашечку кофе с кардамоном.

– По-моему, лучше подержать водителя на рынке часа четыре! – не согласился Викинг, вынимая две купюры по сто долларов.

– Мудрое решение! – согласился крепыш, забирая деньги.

– Киньте в сундук ковер с геометрическими рисунками! – попросил Борис громилу негра, отсчитывая полторы тысячи долларов.

Сидеть в сундуке, который несут четыре мужика было не очень удобно.

– Если бы наши носильщики умели ходить в ногу! – шепотом сказал Викинг, прислоняясь спиной к стенке сундука.

– Скажи спасибо, что я купил ковер, который постелили на дно! – отозвался Борис, упираясь ногами в противоположную стенку сундука.

Десять минут тряски – и сундук погрузили в микроавтобус.

Послышались мягкие хлопки по сундуку.

– Наваливают сверху ковры! – высказал предположение Викинг.

– Надо было взять кислородный баллон! – помечтал Борис.

– А еще лучше пару ребризеров! Тогда можно часов пятнадцать сидеть в этом сундуке! – съязвил Викинг.

Автомобиль включил двигатель и покатился по дороге.

Мотало автомобиль из стороны в сторону и немилосердно трясло минут тридцать. За это время автомобиль два раза съезжал с грунтовой дороги на асфальтную.

Автомобиль остановился, и задняя дверь фургона открылась.

Грубый голос, явно привыкший командовать, пророкотал длинную фразу.

Второй голос начал отвечать, глотая гласные.

«Похоже, полиция остановила фургон!» – понял Борис, внутренне напрягаясь.

Пять минут задержки, и автомобиль тронулся.

– Полиция везде любит брать на лапу! – прокоментировал остановку Викинг.

– Поменьше болтай. Надо экономить кислород! – заметил Борис, чувствуя, что воздух становится тяжелым.

Фургон сделал правый поворот и поехал по дороге, кренясь на левую сторону.

Еще десять минут, и автомобиль наклонился вперед.

– Спускаемся к морю! – выдал Викинг.

Автомобиль остановился, и из него начали выгружать ковры.

Свежий воздух проник в щели сундука, и Борис только сейчас понял, каким спертым воздухом они дышали. Сильные руки выдернули сундук и бросили на землю.

Борис больно стукнулся головой о крышку сундука.

– Вылезайте, парни! Мы на побережье залива Таджура! – громко сказал крепыш, откидывая крышку сундука.

Прямо к берегу был пришвартован небольшой гидросамолет, покрашенный в зеленый цвет.

– Давайте пластиковые карты! – приказал крепыш, демонстративно поглаживая мини-«узи».

– У нас остались только две карточки, остальные мы спрятали в городе! – сказал Борис, виновато разведя руками.

– Раздевайтесь! – приказал крепыш, поднимая ствол автомата.

– Ахмед-паша приказал отправить нас на самолете! – попробовал напомнить Борис.

– Здесь я решаю, что вы должны делать! – гордо сказал крепыш, кивнув головой.

Амбал моментально подскочил к Борису и ударил в солнечное сплетение.

Борис молча упал на землю и скорчился, прижав руки к животу.

Два амбала, подскочив к лежащему Борису, мигом сдернули с него всю одежду.

Вывернув карманы, амбалы высыпали на песок все, что нашли.

На песок упали две пластиковые карточки, пачка долларов и коробочка с диском.

Кучерявый амбал, схватив диск, громко засмеялся, засовывая диск к себе в карман.

– Я сам разденусь! Только не бейте меня, – закричал Викинг, сдергивая с себя рубашку.

Внимание всех снова обратилось к крепышу, который пересчитывал пачку долларовых купюр, перетянутых желтой резинкой.

– Один момент, господа! – громко сказал Викинг, поднимая правую руку.

– Что ты кричишь, белая собака? – презрительно спросил крепыш, поднимая голову.

– У меня в руках оборонительная граната с вынутой чекой. Стоит мне разжать пальцы, как все живое в радиусе двухсот метров умрет! – спокойно сказал Викинг, стоя в одних трусах.

– Если хотите увидеть серого негра, то суньте ему под нос гранату с вынутой чекой! Я, честно говоря, испугался! На финише провалить задание! – сказал Борис, наклоняясь к Викингу, сидящему у окна маленького, всего на троих пассажиров, гидросамолета.

Викинг, наклонившись к пилоту, приказал:

– Пролети над фургоном!

Гидросамолет заложив левый вираж, снова стал выходить на сушу.

Викинг, высунув руку в открытое окно, выпустил гранату.

Мотор самолета сразу заработал громче. Задрав нос, гидроплан стал карабкаться вверх.

На месте фургона взметнулся взрыв, а сама машина опрокинулась на бок.

– Три человека лежат, а один ползет. Зачем ты это сделал? – спросил Борис, всматриваясь в лицо напарника.

– Свидетели – всегда источники лишней информации! – пояснил Викинг.

– Может, ты и прав! – согласился Борис, набирая номер, продиктованный генерал-майором.

– Соедините меня с командиром корабля! – по-русски приказал Борис молодому парню, который ответил по телефону.

– Как о вас доложить? – моментально спросил парень.

– С кэпом хочет говорить сослуживец! – представился Борис.

Два щелчка, и сразу же в трубке послышался густой голос:

– Вас слушают!

– Вам передает привет человек, с которым вы служили на «Зорком»! – выпалил Борис.

– Где вы находитесь? – спросил кэп.

– Понятия не имею! Мы в воздухе! Но если скажете, где вы, то пойдем к вам! – ответил Борис.

– Двадцать градусов вправо! Через десять минут вы нас увидите! – быстро ответил кэп.

– Что мы должны делать? – спросил Борис.

– В десяти кабельтовых от корабля будет катер с двумя флагами на корме! – раздраженно сказал кэп.

– О’кей, капитан! – согласился Борис, отключая телефон.

– Двадцать градусов правее! – скомандовал он пилоту, снова набирая номер Ахмед-паши.

– Карточки находятся в вентиляционном воздуховоде! Часа через два перезвоню и скажу ПИН-коды! – сказал Борис и отключился.

– Зачем ты отдаешь карточки пиратам? – спросил Викинг, откидываясь на спинку сиденья.

– Ахмед-паша сделал, что обещал, надо держать данное слово! У нас еще есть карточки банкира из Джибути! – ответил Борис, разглядев прямо по курсу эсминец с Андреевским флагом на флагштоке.

– Давай снижайся и садись возле катера! – приказал Борис пилоту, разглядев впереди катер с двумя флагами на корме.

Саратов – Москва – Астрахань.

Декабрь – февраль, 2009.

Примечания

1

См. книгу В. Пашица «Подводный спецназ России».

2

Аббревиатура английских слов: море, воздух, суша. Слово похоже на английское, обозначающее морского тюленя. Морских спецназовцев США, Англии так и зовут – тюлени, отбрасывая слово морской. Силз обозначает, что морской спецназовец одинаково уверенно действует в трех стихиях: на море, суше и в воздухе. (Прим. автора.)

3

Небольшой городок на северном побережье Кении.

4

Сленговое название наемников. (Прим. автора.)

5

Народность кушистской группы, составляют примерно 5 % населения Кении. (Прим. автора.)

6

Языки одной из сомалийских групп огаден и т. п. (Прим. автора.)

7

Восточный район Найроби, заселенный беднотой.

8

Специальное высшее учебное заведение, готовит военных переводчиков. (Прим. автора.)

9

Коран. Сура 24 «Свет», адат 24.

10

National Security Intelligence Service (NSIC) – национальная служба разведки и безопасности. (Прим. автора.)

11

Военная разведка США. (Прим. автора.)

12

Подводники, в том числе и боевые пловцы, стараются не ходить под воду поодиночке. Особенно это касается разведки или поисковых операций. Погружаться в незнакомой акватории смертельно опасно. Обычно на задания боевые пловцы ходят двойками и тройками. При подготовке их особое внимание уделяют подбору напарников. Такая методика применяется во всех флотах мира. (Прим. автора.)

13

Сленговое выражение. Означает банк, который занимается отмывкой денег и переводом их в наличные средства. (Прим. автора.)

14

Наличные деньги. Американскмй сленг. (Прим. автора.)

15

Король Педро Первый, живший и правивший в середине четырнадцатого века, чеканил эту монету, которая служила денежной единицей во многих странах и после его смерти. Вес монеты 3,24 грамма чистого серебра. (Прим. автора.)

16

Сура 5, адат 94.

17

Что-то стало холодать, не пора ли нам поддать! – так звучит знаменитый афоризм пьяниц. (Прим. автора.)

18

Ребризер – специальный акваланг, с которым ходят под водой боевые пловцы. В отличие от обычного акваланга ребризеры, как военные, так и гражданские, не выделяют пузырьков отработанного воздуха. Военные ребризеры являются аппаратами специального назначения и позволяют погружаться до трехсот метров и находиться под водой до 12–13 часов! (Прим. автора.)

19

Buoyancy compensator – предназначен для регулирования плавучести путем изменения объема воздуха, находящегося между двумя стенками компенсатора, и как следствие регулирования плавучести самого подводного пловца. В случае аварийной ситуации компенсатор плавучести может служить как своеобразным лифтом для поднятия пловца на поверхность, так и своеобразным спасательным жилетом. (Прим. автора.)

20

Малайский кинжал. Имеет волнистое лезвие и часто покрывается смертельным ядом. (Прим. автора.)

21

Викинг имел в виду, что обычно боевые пловцы не имеют резко выделенных национальных черт во внешности и особых отметин на теле, типа татуировок, шрамов. По методам лечения, наложения швов грамотный врач может определить национальность боевого пловца. По тем же самым признакам отбирается оборудование и оружие. Только российские боевые пловцы имеют на вооружении автоматы. Все другие силз вооружены ружьями, револьверами и иногда излометами. (Прим автора.)

22

Устройство, которое преобразует постоянный ток в переменный. (Прим. автора.)

23

Клапан на куртке гидрокостюма, который проходит между ног пловца, не давая куртке задраться и оголить поясницу. По аналогии с этим существует и брассовый ремень, который не дает тыльной части акваланга всплыть. (Прим. автора.)

24

Девушку, попросту говоря, рвало. Борис, как молодой моряк, не может обойтись без цветистых морских аллегорий. (Комментарий автора.)

25

Кашель происходит при попадании в легкие воды, что может привести к отеку легких. (Прим. автора.)

26

Единица измерения освещенности. Человеческий глаз может видеть при освещенности 0,5 люкса. (Прим. автора.)

27

Зеленая чалма показывает, что ее обладатель совершил паломничество в Мекку и является ходжой. (Прим. автора.)

28

Сленговое название затонувшего корабля. Обозначает не только сам затонувший корабль, но и место, где он затонул. (Прим. автора.)

29

Тип рабочей морской одежды. Включает в себя брюки, тельник и верхнюю рубашку, так называемую голландку. Одежда делается из парусины. (Прим. автора.)

30

По правилам этикета, принятого на кораблях, принято спрашивать разрешение у капитана корабля. (Прим. автора.)

31

Специальный нож, стоит на вооружении у «морских котиков». (Прим. автора.)

32

При снятии на сухую одетого гидрокостюма, который очень плотно прилегает к телу пловца, наблюдается насильственный эффект вырывания волос со всего тела. Процедура очень неприятная и болезненная. Автор делится собственным опытом.

33

Молодые барракуды практически не агрессивны по отношению к ныряльщикам. Взрослые барракуды никогда не держатся стаями – это сугубо одинокие хищники. Они приближаются к ныряльщикам, влекомые только юношеским любопытством, а не охотничьим инстинктом или желанием напасть. Но метровые рыбы с полными острейших зубов пастями – зрелище не для слабонервных. Взрослая барракуда может достигать двух с половиной метров. (Прим. автора.)

34

Так как они имеют круглое тело, то, находясь рядом с красной губкой, становятся похожими на красную губку, на пестром коралле – на коралл. Так как перекрашивание удильщиков идет медленно, то и появляются такие разноцветные рыбы. Рыбы-удильщики – подлинные мастера мимикрии. (Прим. автора.)

35

Рыба более известна под именем рыба-наполеон. Название рыбе из семейства губанов дано из-за большого шишкообразного нароста на голове, похожего на треуголку Наполеона. Рыба медленно и важно плавает, полностью оправдывая свое имя. Особое строение губ и рта позволяет рыбе всасывать добычу, которую она находит в расщелинах кораллов. (Прим. автора.)

36

Национальная корейская еда. Приготавливается из рыбы, сваренной в уксусе. (Прим автора.)

37

Сигнал означает «Внимание».

38

Национальное блюдо из молотого мяса. (Прим. автора.)

39

Шарль Бодлер «Экзотический аромат». Перевод В. Брюсова.

Content

Анатолий Сарычев
Бешеный корсар

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Примечания