Ширли Джамп

Ключи к мечте

Глава 1

Молли Хантер добрых тридцать секунд смотрела на плоскую длинную палочку, не веря своим глазам. Две розовые полоски!

Она положила тест на край ванны, снова взяла и уставилась на розовые полоски.

Не может быть! Просто не может…

Снова накатила тошнота: мол, попробуй теперь не согласиться! В последнее время Молли частенько просыпалась, чувствуя себя уставшей, да и с желудком появились проблемы. Однако же трое ее учеников свалились с гриппом, несмотря на жаркую погоду! Молли решила, что наверняка заразилась от них. И даже не подумала о…

О боже! Та ночь в Лас‑Вегасе…

Два месяца назад. Неужели прошло столько времени? Как она ухитрилась ничего не заметить?

Легко. Сейчас Молли была одна — ни парня, ни мужа. Вероятность забеременеть близка к нулю. Только вот один шанс на миллион выпадает в девяти случаях из десяти.

Девушка тут же вспомнила тот вечер в баре и привлекательного темноволосого мужчину с пронзительными голубыми глазами. И его имя.

Линк.

— Обойдемся без фамилий, — сказал он.

— И без обязательств, — подтвердила она.

— Только сегодняшняя ночь, — подытожил он.

Одна безумная, жаркая, страстная ночь, когда Молли Хантер, привыкшая продумывать каждый шаг, отбросила всякую осторожность и передала бразды правления разгоревшемуся желанию.

С той самой ночи девушка пыталась забыть своего случайного любовника и даже начала считать, что ей это удается. Ночь с Линком была просто небольшим приключением. Уходя от него утром, Молли твердо решила, что потрясающий секс ни к чему не обязывает. Пусть все так и остается. По крайней мере, она обзавелась интересными воспоминаниями.

В конце концов, на долю учительницы начальных классов выпадает немного приключений. Молли была во всех отношениях сдержанной женщиной.

Правда, как выяснилось, не всегда…

Она отправилась в Лас‑Вегас с одной‑единственной целью: помочь своей подруге, Джейн Кэвендиш, забыть об ужасном расставании с ее женихом, Ричем Стриклендом. Четыре подружки — Молли, Джейн, Алекс Лоуэлл и Серина Уоррен — решили устроить своеобразный девичник, посвященный маникюру, мартини и приятным воспоминаниям.

Так прошел первый день отдыха. Однако ко второму вечеру подружки осмелели и решили на время разбежаться в поисках приключений. И кое для кого это обернулось небольшими проблемами. А для Молли лично — огромными неприятностями.

Девушка яростно потрясла тестом. Ничего не изменилось.

«Ты беременна!» — дружелюбно подсказывали две розовые полосочки.

«Да, и совершенно не готова к этому!» — огрызался запаниковавший разум.

О боже! Что же ей теперь делать?

— Молли!

В небольшом одноэтажном коттедже, каких в Сан‑Диего тысячи, раздался жизнерадостный голос миссис Хантер. Молли поспешно схватила тест на беременность и упаковку от него и поспешила затолкать их в ведро, замаскировав улику бумажными платками. Выйдя из ванной, девушка потуже завязала пояс белого махрового халата и прошла на кухню. Роки, гладкошерстный терьер, преданно трусил рядом с хозяйкой, помахивая коротким хвостиком.

— Привет, мам. Почему так рано?

Девушка насыпала в металлическую миску немного корма для собак, стараясь не встречаться с вопросительным взглядом матери. Молли надеялась, что не начнет краснеть. Хоть бы Джейн проснулась сегодня попозже… Отвечать на вопросы своей временной соседки и по совместительству лучшей подруги сейчас было бы сложно.

Господи, неужели это и в самом деле случилось?! Как можно поступать так легкомысленно?..

— Рано? — Синтия Хантер удивленно посмотрела на свою дочь. — Молли, уже четверть девятого.

Та замерла.

— Уже так поздно? — Она поспешно поставила миску на пол. Роки с жадностью набросился на сухарики, радостно виляя хвостом. — Мне пора бежать!

— Но, Молли, я думала, мы сможем немного посидеть и поболтать… Вчера закончились экзамены в твоей летней школе. Неужели у тебя нет времени, чтобы…

— Прости, но нет!

Молли вылетела из кухни и направилась в спальню.

Она слишком много времени провела в ванной, рассматривая этот дурацкий тест! Можно подумать, от ее взгляда вторая полоска исчезла бы как по волшебству! Небрежно бросив халат на не заправленную вопреки обыкновению кровать, девушка распахнула дверцы гардероба и вытащила первый попавшийся наряд. Серые шелковые слаксы, длинная сиреневая туника с короткими рукавами и черные туфли на небольшом каблучке.

В дверь постучали.

— Молли, солнышко, будешь завтракать? Могу приготовить омлет…

Одна мысль об этом заставила желудок девушки взбунтоваться.

— Нет, мам, спасибо, — с усилием произнесла она.

Молли натянула на себя тунику, застегнула брюки и поспешно надела туфли. Несколько раз махнула щеткой по волосам и чуть‑чуть подкрасилась. Все, она готова!

По крайней мере, на первый взгляд.

Она вышла из спальни, мысленно вспоминая список дел на сегодня. На педсовет вроде бы приносить ничего не нужно, но ей нравилось быть готовой ко всему… Значит, следует взять папку с предложениями по улучшению расписания. Пошел слух, что в «Вашингтон элементари скул» планируются сокращения. Молли совершенно не хотелось остаться без работы.

Погруженная в раздумья, она завернула за угол и столкнулась с Джейн:

— Ох, прости!

Та только рассмеялась:

— Не беда. Я смотрю, ты куда‑то торопишься. Педсовет? Нервничаешь? Ты сама на себя не похожа.

Они вдвоем направились в гостиную, и Молли ощутила себя мухой под микроскопом — теперь на нее пристально смотрели родная мать и лучшая подруга. Что ей делать? Сказать или сохранить тайну?

Молчать в тряпочку. Она и сама пока ни в чем не уверена.

— Да нет… — Молли вздохнула. — Да.

— Все пройдет замечательно! — понимающе улыбнулась Синтия.

— Дело не в этом, мам. — Молли подошла к письменному столу в гостиной и, взяв папку с нужными материалами, запихнула ее в коричневую кожаную сумку. — Бюджет есть бюджет. Если в этом году выделят те же средства на второй класс, у меня будет работа. Если нет…

— Все обойдется, я уверена, — отозвалась ее мать.

Джейн согласно кивнула.

Молли надеялась, что они правы. Ей очень нравилось работать в «Вашингтон элементари скул». Каждую осень она встречала новеньких первоклашек… Девушка не могла даже представить себя на другом месте. Ее жизнь была связана с этой школой уже много лет. Молли всегда любила порядок и размеренность в жизни.

Но если так, почему ей пришло в голову удариться в приключения тем вечером? Зачем было вести себя, словно она не Молли Хантер, а какая‑то незнакомка?

Возможно, она искала способ заполнить некую пустоту в своей душе… Девушка поспешно отогнала эту мысль. Та ночь была просто глупостью! Заполнять нечего, потому что ее жизнь и душа находятся в полном порядке.

Она и оказалась‑то в Вегасе только потому, что было необходимо поддержать Джейн, которой пришлось несладко. Вот и все.

— Ты какая‑то бледненькая, — участливо заметила Синтия, шагнув вперед и положив ладонь на лоб дочери. — Действительно, на себя не похожа. Я слышала, сейчас ходит вирус летнего гриппа. Может, ты его подцепила?

О да, кое‑что она точно подцепила…

— Ты и вправду выглядишь поникшей, — поддакнула Джейн.

— Просто устала. — Нет, ни за что она не расскажет им об этом злосчастном тесте — по крайней мере, пока не сходит к врачу. Тесты часто врут.

«А как же два месяца? — ехидно шепнул ее внутренний голос. — Или ты забыла все основы анатомии?»

Мать поджала губы:

— Если хочешь знать мое мнение, то ты совсем себя забросила после того, как вы с Дугом решили… расстаться.

— Мама, мы не расстались, мы развелись! — напомнила Молли, выпуская Роки в огороженный садик на заднем дворе.

Джейн заваривала себе кофе, не вмешиваясь в зарождающийся спор.

— Но я все равно считаю, что вы могли бы…

— Нет, не могли бы!

Синтия поджала губы и промолчала.

Молли глубоко вздохнула, но настаивать на своем не стала. По мнению матери, Дуглас Виндхем не мог совершить ни единой ошибки. Она считала его идеальным зятем.

Проблема имелась только одна — у него с Молли не было ничего общего. А теперь…

Девушка отмахнулась от воспоминаний, твердо решив не думать о бывшем муже. Нужно позвонить доктору и записаться на прием сегодня же. Тогда она узнает наверняка, что совершила величайшую ошибку в своей жизни. Она, Молли Хантер, помешанная на правильности и порядке…

— Молли, и все‑таки мне кажется…

— Вам налить кофе, миссис Хантер? — услужливо вставила Джейн.

Молли одарила подругу благодарной улыбкой.

Роки начал скрестись во внутреннюю дверь, и хозяйка впустила песика в дом, а затем выудила его любимую игрушку из‑под холодильника. Схватив сумочку со стола в коридоре, она вытряхнула почти все содержимое в поисках солнцезащитных очков.

— Мне очень жаль, что не могу поболтать с тобой, мам. Я хотела пораньше приехать на педсовет.

— Что ж, по крайней мере, Роки рад меня видеть. — Синтия наклонилась и потрепала Роки по спине. Его хвостик снова заходил ходуном.

Молли направилась к входной двери, открыла ее и подождала, пока мать выйдет на крыльцо.

— Я позвоню тебе после совещания. Обещаю.

— А ты ничего не забыла?

Девушка покосилась на свою сумку, потом на Роки, который умиротворенно глодал игрушечную косточку.

— Вроде бы нет…

— А ключи? — Синтия указала на столик. — Боже правый, Молли, ты и впрямь сегодня сама не своя! С тобой все в порядке?

— Все в порядке. — Если не считать возможной проблемы с ребенком…

— Ты выглядишь изможденной.

— Мам, сейчас никто уже так не говорит, — с укором произнесла Молли, вернувшись в дом за ключами. — И я в полном порядке, — добавила она, снова выходя на крыльцо. — Честно.

— Джейн, — произнесла Синтия, повернувшись к другой девушке, выглянувшей в коридор, — тебе не кажется, что Молли выглядит изможденной?

Джейн понимающе улыбнулась подруге:

— Возможно, она немного бледна… Думаю, Молли просто слишком занята в последнее время.

— Спасибо, — одними губами произнесла Молли.

Ее охватило чувство вины. Она не сказала ни Джейн, ни остальным своим подругам о том, что случилось во время их каникул в Вегасе. Молли просто не знала, как им объяснить, что на нее нашло. В двадцать восемь лет ей следовало бы думать головой, а не другим местом. Но той ночью…

Впрочем, той ночью она вообще не была в состоянии думать.

Девушка снова вспомнила о двух розовых полосках. Если результаты теста верны, очень скоро ей придется объясниться с подругами.

Синтия пожала плечами:

— Как скажешь…

Джейн вручила Молли маленькую кружку кофе с завинченной крышкой:

— Держи! Это поможет тебе взбодриться.

— Спасибо, — усмехнулась Молли. Вряд ли кофеин положительно скажется на ее самочувствии, но все равно она была признательна подруге за заботу.

— Чашка кофе — последнее, чем я могу тебе отплатить за то, что так долго терпишь меня.

— Отнюдь, — улыбнулась Молли. — Из тебя вышла потрясающая соседка. Я рада, что ты живешь со мной.

Она сказала правду. С тех пор как Джейн Кэвендиш переехала в ее дом, каждый день был наполнен весельем. Молли казалось: Джейн, до сих пор не оправившаяся от разрыва с женихом, тоже втайне рада, что живет не одна.

Молли сочувствовала Джейн всем сердцем. Она прекрасно знала, каково это — когда все мечты о счастье разбиваются в одно мгновение…

Вот тогда три подруги и решили увезти Джейн в Лас‑Вегас. Это помогло бы ей забыть о предательстве жениха. Все четверо решили провести два безумных, незабываемых дня, устроить своего рода девичник — магазины, смех, радость и потрясающие воспоминания…

Однако девушки получили куда больше. Алекс в итоге осталась в Вегасе, чтобы помочь Уайатту Маккендриксу в управлении отелем. В конце концов она влюбилась в своего неотразимого босса. Серина, выскочившая замуж за Джонаса Бенджамина, тоже не вернулась в Сан‑Диего и, как ни странно, до сих пор не развелась, хотя избегала разговоров о своей семейной жизни с известным политиком.

Молли отчаянно скучала по своим подругам. Связь приходилось держать с помощью Интернета и телефона.

Джейн быстро обняла Молли и пожелала ей удачи на педсовете.

— Может, вечером закажем пиццу и возьмем напрокат пару фильмов? — предложила она.

— Звучит потрясающе! — Кроме пиццы, одна мысль о которой пришлась желудку не по нутру.

Когда Джейн ушла, Молли открыла дверь, ожидая, что мать выйдет первой. Но Синтия была очень упряма.

— Мам, мне правда нужно на совещание.

Та улыбнулась:

— Если хочешь, я могу позвонить Дугласу…

— Не нужно ему звонить!

— Молли, честное слово, мне кажется, ты с ним слишком сурова. Неужели вы не можете просто все обговорить?

Что обговорить? Они развелись два года назад, а ее мать по‑прежнему считает, что можно все исправить в два счета! Синтия никак не желала понимать: между бывшими супругами выросла настоящая стена. Даже их взгляды на совместное будущее не совпадали.

Какой же Молли была наивной, выходя замуж! Ее покорило невероятное обаяние Дугласа, его умение подмечать малейшие детали, способность превращать ее загруженную заботами жизнь в простую и приятную. Поначалу было совсем не сложно уступить мужу лидерство, позволить ему принимать решения. Но потом — увы, слишком поздно! — Молли осознала, что у него не было ни малейшего намерения изменять своим привычкам. Мужчина, жизнь которого подчиняется строгим правилам и расписана до мелочей, не захочет иметь детей. А ей так этого хотелось…

Если она когда‑нибудь снова решит выйти замуж — а этот шаг сродни покорению Эвереста, — то тщательно все обдумает. Возможно, подождет несколько месяцев. Словом, будет умнее. И никогда не позволит себе снова увлечься неподходящим мужчиной.

— Дуг очень переживает, знаешь ли, — продолжала Синтия. — Я просто хочу, чтобы ты была так же счастлива, как мы с твоим отцом когда‑то… — Глаза женщины затуманились при воспоминании о покойном муже.

— Я и так счастлива, мам.

— В одиночестве? — Синтия покачала головой. — Разве такое возможно?

Молли осознала, что навязчивая идея матери выдать дочь замуж родилась не столько из‑за развода дочери, сколько из‑за собственной утраты. Отец девушки погиб полтора года назад…

— Тебе лучше отвлечься, мам. Вступи в клуб игроков в бридж, о котором ты мне рассказывала. Или присоединись к книгочеям.

Синтия кивнула:

— В этом месяце они читают «Грозовой перевал».

— Ты же любишь сестер Бронте! — обрадовалась дочка.

— И все‑таки, ты действительно хорошо себя чувствуешь? — отозвалась Синтия, возвращаясь к привычной роли матери‑наседки. — Если хочешь, я могу остаться дома.

Желудок Молли отказывался успокаиваться. При одной мысли о том, что сейчас придется лезть в машину, становилось плохо, но она не собиралась делиться этим с матерью.

— Иди лучше на встречу членов клуба. Со мной все в порядке, мам. Я тебе позвоню попозже. — Она поцеловала мать в щеку, вдыхая знакомый и такой родной запах. — Обещаю.

Молли поспешно забралась в машину прежде, чем Синтия успела еще что‑то сказать. Помахав матери, девушка направилась на работу.

Восемь пятнадцать. Через полтора часа педсовет наконец закончится, и она окажется в кабинете доктора Картер. День только начался, а Молли готова была поклясться, что прошел целый год.

— Я знаю, чего хочу. Вовсе не этого! — Линкольн Кертис подтолкнул папку с эскизами в сторону архитекторов, сидевших напротив.

Трое мужчин в похожих голубых рубашках с красными галстуками. Можно подумать, условием работы в «Кинг акитекче» было ношение одинаковых костюмов… Уже одно это объясняло, почему Линкольн ненавидел дизайнеров. Никакого вдохновения — что в одежде, что в образе мыслей.

— Сэр, мы можем сделать новый…

— С меня хватит! И с вас тоже. — Линкольн встал. — Спасибо за то, что уделили проекту время. — Он стремительно вышел из конференц‑зала.

За ним последовал Коннер Полсон, финансовый директор «Кертис системс» — компании, специализирующейся в области защиты баз данных, которую Линкольн основал вместе со своим братом двенадцать лет назад. Всего за один год они сумели превратить скромную фирму в предприятие, обеспечивавшее системой «Фортуна» около пятисот компаний. Линкольн стал генеральным директором компании, а его младший брат Маркус — вице‑президентом.

Теперь «Кертис системс» превратилась в огромную корпорацию, о которой они всегда мечтали, — идеальную во всех отношениях. Если не считать пустой офис по соседству с его собственным…

— Архитекторы предложили тебе именно тот вариант, который ты описывал, — заметил Коннер, нагнав Линкольна на полпути к его офису. — Что изменилось с последнего совещания в прошлом квартале?

— Ничего!

— Шутишь? В последнее время ты сам на себя не похож.

Линкольн замер на месте:

— Что ты хочешь этим сказать?

— Только не надо снова петь старую песню: «Ничего не происходит, все в полном порядке». Не забывай, ты говоришь со мной, Линк. Мы знакомы с первого класса. И с тобой явно не все в порядке.

— И что это значит?

Коннер вздохнул:

— Слушай, я не стал бы поднимать эту тему, если бы не был твоим лучшим другом. Много лет ты…

— Да? — холодно произнес Линкольн.

— Ты тяжело переживал смерть своего брата. Как и все мы. Я тебя не виню. Если бы на твоем месте был я…

— Нам обязательно говорить об этом?

— Я просто хотел сказать, что ты уже давно ведешь себя как робот. Работаешь как сумасшедший. Если не считать того короткого отпуска три года назад…

— Я думал, мы решили не говорить на эту тему!

— Но ведь после этого… — Коннер замолчал, с сочувствием глядя на друга. — Ты ведь после того отпуска снова взялся за старое. Никто не винит тебя, разумеется, но…

— Перестань, — предупредил Линкольн.

Коннер был его лучшим другом, но даже с ним Линк не собирался обсуждать то, что произошло три года назад.

Коннер вздохнул и сменил тему:

— В последнее время… не знаю, у тебя появился новый подход. Довольно интересный, должен отметить. Например, та идея, которую ты выдвинул пару месяцев назад, об этой детской программе…

— Которую ты и остальные начальники зарезали на корню, если мне не изменяет память, — вставил Линк. — И были правы. Не стоит давать волю своей фантазии и начинать проекты, которые не принесут компании прибыли.

На мгновение он подумал: «Возможно, мне удастся вернуть что‑то, утерянное давным‑давно…»

— Послушай, возможно, когда‑нибудь мы выпустим эту детскую программу. Но, честно говоря, не представляю, как ты выкроишь для нее время сейчас. Не согласен? — Коннер похлопал друга по плечу. — Ты и так работаешь по двадцать четыре часа в сутки. Не говоря уже о…

— О чем?

— Было бы неплохо для разнообразия выбраться из мира совещаний и регламентов. Но я не уверен, что дети и игры — твой конек.

— Потому что я не умею веселиться? — закончил Линк, прекрасно понимая, каких слов избегает Коннер.

— Скажем так. Если я буду искать человека, способного устроить разнузданную вечеринку, твое имя в списке будет далеко не на первом месте, — усмехнулся тот. — Но приглашение я бы тебе отправил.

Линк рассмеялся. Если бы Коннер только знал, с каким успехом его друг недавно забыл о привычном «мире совещаний и регламентов»!

Образ Молли стоял у него перед глазами до сих пор. Линк помнил, как ласково она улыбалась, лежа с ним на бледно‑бежевых простынях роскошной постели в люксе «Белладжио»… Ее темные волосы рассыпались по плечам, зеленые глаза расширились и заблестели, гибкое тело притягивало взор…

На одну ночь он стал другим человеком.

— Что вообще заставило тебя выдвинуть ту идею? — спросил Коннер. — Откуда ни возьмись…

Они оказались в стеклянном коридоре, соединявшем две одинаковые башни «Кертис системс». Отсюда открывался прекрасный вид на центр Лас‑Вегаса. По обе стороны — бесконечная радуга движения.

— Честно говоря, я обдумывал этот проект уже несколько лет.

Ложь. Но сказать правду — значит разодрать раны, которые едва успели затянуться.

…Два месяца назад, взглянув на календарь, Линк осознал, что это день рождения его брата. Маркусу исполнилось бы тридцать…

А Линк за все эти годы ни на йоту не приблизился к тому, чтобы закончить программу, давшую начало «Кертис системс». Воплотить их общую с Маркусом мечту.

Линк несколько часов просидел в пустой квартире, вспоминая свои ошибки. И наконец, измученный чувством вины, решил немного расслабиться в одном из многочисленных баров Лас‑Вегаса.

А в итоге переспал с женщиной, которую практически не знал…

— Есть еще кое‑что, — произнес Коннер. — И ты об этом умалчиваешь.

Линк выдержал вопросительный взгляд друга и признался:

— Я встретил кое‑кого.

На лице Коннера отразилось мимолетное удивление.

— Вот и замечательно! Ты слишком долго был один. Кто она? И почему ты не привел эту девушку с собой на благотворительный ужин на прошлой неделе? Ты что, прячешь ее в своей квартире?

— Я не знаю, где она. Не знаю даже ее фамилии. И больше ничего рассказывать не намерен.

Одной ночи с Молли было вполне достаточно. Последнее, что сейчас нужно Линку, — это серьезные отношения. Во‑первых, они отвлекут его от работы, а во‑вторых, появятся ожидания, которые неизменно зарождают роман с женщиной. На все уйдут силы и время, которые сейчас нужно уделить компании.

Коннер замер на полушаге и схватил друга за руку:

— У тебя была интрижка на одну ночь? У тебя?!

— Это была не просто интрижка. Это… — Линкольн пытался подобрать слова, чтобы описать то, что произошло два месяца назад.

Опьяняющее обаяние таинственной незнакомки. Как она сумела заставить его забыть о том, кто он такой. Обо всех поставленных границах и о взваленной на плечи ноше. О чувстве вины, о сожалениях, об империи «Кертис».

На протяжении одной ночи Линкольн мог просто быть самим собой.

— Это гораздо больше, — закончил он. — Но я уже вернулся в реальность.

Эти два месяца Линк отчаянно пытался забыть Молли, с головой погрузившись в работу. Он взялся за развитие перспективных направлений, заставляя служащих создавать новые системы или улучшать старые.

Но несмотря на это, часть его упорно возвращалась к той ночи…

— Ночь закончилась, все в прошлом. — Сказанные им слова укрепили его решимость.

— Если все действительно в прошлом, — вкрадчиво произнес Коннер, — то почему ты не можешь выбросить ее из головы?

— Давно выбросил, — нахмурился Линк.

Коннер рассмеялся:

— Ага, как же!

Линкольн задумчиво оглядел простиравшиеся на многие километры крыши ярко освещенных зданий и обширные просторы за пределами города. Лас‑Вегас стоял посреди пустыни, расцветая, как дикая роза между непримечательных камней. Точно так же та ночь стояла особняком в череде воспоминаний. Волшебная ночь была отклонением от нормы. Пусть им и останется.

Линкольн Кертис привык к простой и понятной жизни. Только так можно было сохранять контроль над происходящим. Удержать себя от бесплодных размышлений об обещаниях, данных много лет назад. Нарушенных обещаниях.

Линк взглянул на своего друга:

— Это в прошлом, Коннер. Теперь я вновь сосредоточен на будущем. И оно связано с нашим делом.

Глава 2

Молли сидела в машине и плакала.

Работы нет. Мужа нет. И нет ни малейшей возможности быстро обзавестись ни первым, ни вторым.

У нее скоро будет ребенок.

Если бы она сама сочиняла сценарий для этого дня, то худшего окончания не придумала бы. За два часа весь ее мир перевернулся с ног на голову.

«Не хватает финансов… грядут сокращения… это сложное решение… нам очень жаль… желаем вам удачи…»

Лица руководителей школы до сих пор стояли у нее перед глазами. Эти люди уволили ее, пообещав, что, если улучшится финансовая ситуация, они немедленно возьмут ее на работу… Следующей осенью.

После этого ужасного совещания она направилась к своему гинекологу, думая, что сейчас услышит лекцию о том, как часто тесты бывают неточными. Вместо этого доктор Картер с широкой улыбкой заявила:

— У меня замечательная новость, Молли. Вы беременны!

И тогда она начала плакать. Ревела все время, пока доктор Картер прописывала ей витамины и назначала дату следующего осмотра. Ревела и всю дорогу домой.

О боже. Что ей теперь делать?

Молли казалось, что это страшный сон. Слова «Вы беременны!» до сих пор эхом отдавались в ушах.

Беременна…

И теперь она сидела в машине, припаркованной у собственного крыльца, вытирая слезы.

Во‑первых, ей нужна работа. Необходимо выплачивать кредит. Несмотря на то, что Джейн регулярно отдавала деньги за жилье, без зарплаты учительницы очень скоро будет нечем платить по счетам. Не говоря уже о необходимости следить за своим здоровьем. Плюс через семь месяцев Молли придется каким‑то образом предоставить малышу все необходимое.

Малышу.

Это слово снова поразило ее. Она никак не могла поверить, что это случилось.

Малыш.

Именно о нем она столько лет мечтала, выйдя замуж за Дуга, который быстро дал ей понять, что дети в его планах на жизнь не значатся. Это было началом их разрыва.

Что ж, теперь ее мечта сбылась. Проблема заключалась в том, что Молли осталась одна и, похоже, без средств к существованию. Вот только как она, такая спокойная и рассудительная, могла оказаться в подобном положении?

Да, у судьбы, оказывается, черный юмор.

Молли вздохнула и потянулась за следующим бумажным платочком.

Отец ее ребенка. Нужно каким‑то образом отыскать его и сообщить новость.

Как бы отреагировал Линк? Откуда она знает? Молли затруднялась ответить, как бы он себя повел, пролив утренний кофе, что уж говорить о ребенке?..

Господи, что же она натворила?!

Как бы то ни было, нужно выяснить, кто отец малыша. Вдруг у нее возникнут проблемы со здоровьем? Вдруг однажды ребенок спросит о папе?

Она вернулась к воспоминаниям о той безумной, головокружительной ночи. Интересно, Линк хоть иногда думал о ней и о возможных последствиях их временного помешательства?

Разумеется, у красивого, богатого мужчины, живущего в Лас‑Вегасе, должны быть десятки женщин. Молли, скорее всего, просто пополнила собой длинный список любовниц на одну ночь.

А может, и нет…

Она не имела ни малейшего представления о том, каким человеком был Линк, потому что они оба решили ничего не говорить о себе. Ничего, что могло бы связать их.

Хотела ли Молли увидеть его снова? Хотела ли взглянуть в лицо своей самой большой ошибке? Ни за что! Но ведь существует слово «надо».

И, наконец, есть еще одно решение.

Нужно как можно дольше хранить свой секрет — до тех пор, пока все не прояснится. Молли прекрасно представляла себе реакцию матери — та тут же бросится звонить Дугу и умолять его вернуться к бывшей жене. Синтии все равно, будет ли дочь счастлива с этим человеком и нужны ли ему дети. Особенно чужие.

Нет, об этом никому рассказывать нельзя. До тех пор, пока не останется другого выбора.

Молли выбралась из машины и направилась к дому. Роки приветствовал ее с обычным энтузиазмом, пытаясь лизнуть в лицо, громко лая и прыгая. Она выпустила его погулять, а затем прошла в гостиную. Джейн была на работе. Слава богу.

Проходя мимо своего стола в углу гостиной, девушка посмотрела на монитор компьютера. Ее взгляд задержался на стопке дисков, лежавших неподалеку.

Программное обеспечение.

Линк.

Та ночь в баре.

Нет, безумная идея! Совершенно нелепая. Это может привести к очередной трагедии, особенно если Линк скажет, что не помнит разговора о новых программах, которые его компания должна скоро выпустить. С другой стороны, разве эта идея может быть глупее той, из‑за которой Молли оказалась в таком отчаянном положении?

Сухой воздух Лас‑Вегаса заставил девушку закашляться, стоило ей выйти из такси. Августовская жара давила на плечи, как тяжелое одеяло.

— Вы уверены, что не ошиблись? — спросила она водителя.

Пожилой мужчина, сидевший за рулем, жестом указал на две абсолютно одинаковые башни, соединенные стеклянным коридором. Здание действительно производило сильное впечатление — ровные углы, сталь и стекло в равных пропорциях. Удивительный контраст с яркими витринами и рекламными щитами.

— «Кертис системс», мэм. Мимо не проедешь.

Молли поблагодарила водителя, расплатилась, а затем шагнула вперед, чувствуя себя Дюймовочкой рядом с этим тридцатиэтажным комплексом. Оказавшись наконец у цели, она почувствовала, что страх сковывает ее, не давая двинуться с места.

Нет, зря она это затеяла. Нужно вернуться домой. Придумать новый план.

Молли никак не ожидала, что Линк, которого она не так давно встретила в баре, окажется этим Линком.

Обратившись к Интернету за помощью, она обнаружила, что в Лас‑Вегасе есть две компании, в которых числится сотрудник по имени Линк. Первая давно закрылась — Молли обнаружила на ее сайте лишь объявление о продаже. Оставалась только «Кертис системс».

Поисковая система выдала десятки ссылок на самые разные сайты, содержащие одну и ту же историю: как скромная семейная фирма за смешные сроки превратилась в огромную корпорацию. Молли подняла глаза на здание. Да уж, вот он — успех! И если верить информации, почерпнутой из Интернета, Линк не просто здесь работал. Он был генеральным директором.

И снова девушке захотелось трусливо развернуться и убраться обратно, в Сан‑Диего. Но, коснувшись живота и вспомнив о зародившейся в ней новой жизни, Молли поняла, что не поддастся искушению. И вовсе не из‑за работы.

Это нужно ради ее малыша.

Прошло всего два дня с того злополучного утра, а она уже называла ребенка своим. Представляла себе малыша, бегающего по маленькому домику на Галл‑Вью‑Лейн. И начала с нетерпением ждать его появления на свет.

Через огромные стеклянные двери непрерывно проходили потоки людей. Молли внезапно поняла, что выглядит глупо, стоя на тротуаре и пялясь на небоскреб. Что ж, по крайней мере, утренняя тошнота наконец‑то сдала позиции. Она вошла в здание, огляделась и направилась к регистрационной стойке.

Дружелюбная молодая женщина положила трубку и улыбнулась новой посетительнице:

— Доброе утро. Я могу вам помочь?

— Я бы хотела поговорить с Линком… — Молли замолчала, а затем поправилась: — Линкольном Кертисом.

— У вас назначена встреча?

— Нет.

Дружелюбие испарилось без следа.

— Мне очень жаль, мисс, но мистер Кертис — очень занятой человек. Без назначения встречи… — Она развела руками.

Назначение?!

И как, скажите на милость, ей добиться этой встречи? Сказать: «Привет, пару месяцев назад мы с тобой познакомились в баре, переспали, а теперь мне очень надо с тобой переговорить? Не уделишь мне пару минут?»

Возможно, он даже не помнит о той ночи. Это было бы ужасно…

— Я говорила с мистером Кертисом несколько месяцев назад о получении работы в его компании, — произнесла Молли и мило улыбнулась. В конце концов, она не солгала — они действительно общались, и Линк мимоходом даже упомянул о том, что в его компании могло найтись для нее место. Правда, девушка сомневалась, что он говорил серьезно. — Мистер Кертис сказал, что, если снова окажусь в Лас‑Вегасе, мне стоит заглянуть.

Блондинка скептически подняла бровь:

— Так и сказал?

Молли кивнула и улыбнулась.

Секретарша снова оглядела посетительницу с головы до ног. Можно было подумать, что ее глаза — детекторы лжи.

— Значит, он вас ожидает?

Вообще‑то нет…

— Да, полагаю, что так.

Блондинка снова окинула Молли взглядом, повернулась к компьютеру и набрала что‑то на клавиатуре.

— По расписанию у мистера Кертиса только что закончилось совещание. У него есть ровно шесть минут до начала следующего, а потом он будет занят до конца дня.

— Вы уверены? У него нет даже пятнадцати свободных минут?

Секретарша рассмеялась:

— Видимо, вы плохо знаете мистера Кертиса. У него редко бывает время на обеденный перерыв. — Выражение ее лица заметно смягчилось. — Я не должна этого говорить, но если вы направитесь сейчас в его офис на двенадцатом этаже, то успеете встретиться с ним до начала следующей встречи. Если нет, спросите Трейси, его секретаря. Она назначит вам встречу в удобное для него время.

Молли молилась о том, чтобы ей не пришлось прождать несколько дней. Тратить деньги на отель сейчас было непозволительной роскошью.

— Большое спасибо, — произнесла она и направилась к лифту.

Сначала ее шаги ложились легко, а душу переполняло чувство триумфа. Но когда дверцы лифта открылись и Молли вышла в коридор, она осознала, что собирается сделать.

И кого вот‑вот увидит.

Лифт с тихим жужжанием поехал вверх. Молли ощутила, как с новой силой накатила дурнота. Что, если Линк ее не узнает? Или скажет, что пошутил насчет работы? Или вообще окажется, что он давно и счастливо женат?

Или еще хуже — просто укажет ей на дверь?

Девушка протянула было руку, чтобы нажать другую кнопку, но тут же одумалась. Необходимо рассказать ему о ребенке — просто потому, что это будет правильно.

К тому же тогда удастся удовлетворить собственное любопытство и узнать наконец кого же она встретила той ночью. Правда, они договорились больше не поддерживать никаких отношений…

Лифт, вздрогнув, остановился, дверцы разъехались в стороны. Молли сделала глубокий вдох и храбро шагнула вперед. Она помедлила в коридоре. Куда теперь? Направо? Налево? Нужно было спросить у той девушки в приемной…

— Молли?!

Голос, глубокий, низкий, обволакивающий, заставил ее вздрогнуть от обрушившихся воспоминаний. Как она сидела в баре, пьянея не от нетронутого напитка, стоявшего на столе, а от разговора, от взглядов сидящего рядом мужчины.

Молли обернулась. Линк!

Он стоял в коридоре возле роскошной деревянной двери с табличкой «Конференц‑зал». На второго мужчину Молли почти не обратила внимания. Она видела только Линка в явно сшитом на заказ темно‑синем костюме, который на другом мужчине казался бы только дорогим и элегантным. Но ее случайному любовнику он придавал ауру властности.

— Что ты здесь делаешь?! — потрясенно спросил Линк.

Сейчас или никогда!

— Ищу тебя.

На лице Линка отразилось удивление. Мужчина, стоявший рядом, переводил любопытный взгляд с Молли на Линка и обратно. Едва уловимым жестом глава «Кертис системс» отпустил своего коллегу, который ухмыльнулся, сказал что‑то про совещание и удалился.

— Зачем? — спросил Линк, сделав шаг вперед и понизив голос. — Я думал, мы договорились не встречаться больше.

При первом же звуке этого бесстрастного голоса тайные надежды на встречу в духе голливудских фильмов рассыпались в прах. Молли невольно положила руку на живот и поняла, что не может прямо сейчас рассказать Линку о беременности.

— Вообще‑то ты сам предложил мне отыскать тебя, если я еще окажусь в Лас‑Вегасе. Так что я здесь.

— Я… — Линк помедлил, и в это мгновение Молли невольно запаниковала, решив, что совершила ошибку. — Да, но я не думал, что ты решишь поймать меня на слове.

Она проделала такой путь, думая, что сможет вновь войти в его жизнь, устроиться на работу, рассказать о ребенке и в процессе общения узнать своего любовника получше…

Какая глупость! Слезы, ставшие постоянным спутником молодой женщины после визита к врачу, снова собрались в уголках глаз, но Молли решительно поборола желание заплакать.

Ее охватило неудержимое желание позаботиться о своем малыше. Для этого нужна работа. Прямо сейчас! В конце концов, Линка никто за язык не тянул.

— Я, конечно, понимаю, что свалилась как снег на голову, — произнесла Молли, желая только одного: как можно быстрее убраться отсюда, не давая воли слезам. — Судя по всему, я выбрала не самое удачное время. Может, мы сумеем встретиться на следующей неделе и поговорить?

— Есть что‑то насчет той ночи, о чем мне необходимо узнать? — шепотом спросил он.

Вот он — шанс сказать правду. Но Молли не смогла…

До сих пор реакция Линка меньше всего походила на радость от встречи. Он говорил почти раздраженно. Конечно, на романтические объятия и поцелуи вряд ли можно было рассчитывать, но все же этот холодный прием задел девушку. Беременность выбила ее из колеи, а тут еще и Линк ведет себя так, словно она — муха, угодившая в его суп.

Нет уж, хватит с нее встрясок! Последнее место, где ей бы хотелось делиться подобными новостями, — коридор в офисе компании. Нужно подождать и дать Линку возможность оправиться от потрясения.

— Нет, — наконец произнесла Молли. — Я просто решила поймать тебя на слове. Ты говорил о работе…

— Работе?!

Черт! Теперь он определенно смутился. Надо было остаться в Сан‑Диего. Однако Молли продолжила щебетать, словно так можно было исправить эту неловкую ситуацию:

— Помнишь, ты рассказывал мне о тех разработках программ для детей, которые вы планировали выпустить? — Внезапно ей показалось, что в коридоре слишком тесно, а сожаления давят на плечи, как тяжелые камни. — Но я вижу, что выбрала не самое удачное время. — О боже, теперь она еще и повторяется! — Думаю, мне следует…

— Нет, нет. — Он потянулся было к ней, но так и не дотронулся. — Было бы лучше поговорить в более… спокойном месте, — произнес Линк. — Ты уже обедала?

Да что же это такое? Почему все пытаются ее накормить? Желудок Молли по‑прежнему неодобрительно отреагировал на упоминания о пище, а волнение только усугубило ее положение. Но девушка покорно покачала головой, радуясь уже тому, что можно будет избежать любопытных взглядов сотрудников, уже начавших выглядывать из своих кабинетов.

— Нет, еще нет.

Линк подошел к ней и прикоснулся к ее спине — совсем легонько, однако этого хватило, чтобы Молли охватило пламя. Вновь вторглись непрошеные воспоминания о том, как он впервые подал ей руку…

Как они танцевали, прижимаясь друг к другу, а затем неохотно отодвигались, не осмеливаясь пойти на сближение. Затем она не глядя потянулась к бокалу… и прикоснулась к теплым длинным пальцам. В ней мгновенно вспыхнула искра, превратившаяся в настоящий пожар. Она пропала в тот же миг, оказавшись в плену его притягательности…

То же самое Молли пережила и сейчас — несмотря на яркий солнечный свет, многочисленных сотрудников и официальную обстановку.

Они молча спустились на первый этаж на лифте вместе с десятком незнакомых людей, затем вышли в холл и наконец на улицу. Линк убрал руку, и Молли ощутила разочарование. И тут же отбросила это чувство. В конце концов, она приехала не для того, чтобы возобновлять отношения с Линкольном Кертисом.

Молли решила, что поработает здесь пару месяцев, подкопит денег и узнает Линка получше — ради ребенка. Затем скажет ему о своей беременности и вернется в Сан‑Диего.

Вот и все.

Она не совершит ошибку, связавшись с мужчиной, который не разделяет ее представлений о счастье.

Линк поднял руку, и через мгновение рядом с ними остановился черный лимузин, из которого поспешно вышел водитель и открыл дверцу. Линк жестом пропустил Молли вперед и сел рядом — достаточно близко, чтобы она ощущала жар его тела, но вместе с тем не прикасаясь.

— У тебя личный водитель? — спросила она. — Впечатляет.

И вновь стала очень явной разница между Линкольном и тем Линком, которого она встретила. Мужчина, сидевший рядом с ней в баре… Был ли он настоящим? Кто этот Линкольн Кертис? Неужели это и впрямь надменный, чопорный, богатый глава корпорации, а не обычный веселый парень, который очаровал ее два месяца назад?

Что он сам увидел в ней? Почему не стал рассказывать правду о своей жизни? Возможно, слишком многие, услышав слово «миллионер», видели в нем не человека, а огромный денежный знак?

— Не спеши радоваться, — произнес он. — Это вынужденная мера. Помогает экономить время.

— Неужели ты сам водишь настолько медленнее? — пошутила она.

— Нет, просто я могу продолжать работать, пока Саул за рулем, — серьезно ответил Линк, указывая на ноутбук, стоящий на небольшом столике по левую руку от него, рядом с телефоном и маленьким телевизором.

Да, дело здесь не только в дорогом костюме и личном водителе. Линкольн даже держал себя совсем по‑другому, словно тяжкое бремя ответственности лежало на его плечах.

Когда машина тронулась с места, Молли бросила взгляд на возвышающиеся здания «Кертис системс».

Что ж, возможно, так оно и есть. Выходит, она неверно оценила его той ночью?..

Нет, дело не в этом. Тогда Линк действительно вел себя по‑другому. Оставался только один вопрос: почему?

— Я думала, у тебя сегодня важное совещание, — произнесла она. — Девушка в приемной сказала, что ты будешь занят до вечера. Честно, я не буду возражать, если ты назначишь другой день для нашей встречи.

— У меня действительно сегодня важное совещание и весь день загружен. — Он утомленно вздохнул, а затем окинул Молли взглядом, словно до сих пор не мог поверить, что она оказалась в его компании. — Но не каждый день приходят… нежданные гости.

— Какое интересное название для… — Молли собиралась сказать «наших отношений», но вовремя спохватилась. — Сложившейся ситуации.

— Ты застала меня врасплох. Никак не ожидал, что увижу тебя снова.

Наконец она уловила в его интонациях знакомые нотки. В одно мгновение у нее перед глазами встал совсем иной образ — рубашка в узкую полоску расстегнута, рукава закатаны… И поцелуй, который воспламенил ее тело…

Молли никогда не чувствовала ничего подобного. Он не спешил, медленно лаская ее губы своими и легонько поглаживая ладонью по подбородку, словно и впрямь был…

— Как ты нашла меня? — спросил Линк.

— А, это было не так уж трудно. — Молли с трудом сосредоточилась на разговоре. — В Вегасе немного компьютерных компаний, в которых есть сотрудник по имени Линк — по крайней мере, если верить интернетовскому поисковику. Правда, я не знала, что ты владелец «Кертис системс». Я подумала… — Она замолчала.

— Что я простой служащий? — На его губах мелькнула улыбка.

Зазвонил телефон, прервав его на полуслове. Линк вздохнул, взглянул на номер, извинился и взял трубку.

Она слушала, как он спорит с кем‑то об архитектурном дизайне. Закончив разговор, мужчина повернулся было к гостье, но телефон тут же зазвонил снова. Линк вздохнул и, взглянув на Молли, уточнил:

— Ты не против, если я разберусь с делами перед обедом? Это займет не больше минуты, обещаю.

— Ничуть. Я понимаю.

Ответив на звонок, Линк набрал еще несколько номеров. Молли, слушая краем уха, поняла, что он отменяет запланированные встречи, передавая свои полномочия другим сотрудникам компании.

Линк не терял ни единой секунды. Он включил ноутбук, одновременно управляясь и с компьютером, и с телефоном. Мужчина успел продиктовать несколько списков поручений, принять с десяток важных решений, просмотреть отчеты и счета, и все это совершенно спокойно, не испытывая ни дискомфорта, ни усталости.

Какой поразительный контраст с ее собственным простым мирком! Молли всего‑то обучала пятилетних детишек названиям цветов и цифрам, в то время как Линк заключал сделки на миллионы долларов. Наконец он отложил телефон и закрыл ноутбук.

— Извини, — произнес он.

— Нельзя перестать быть генеральным директором и все такое? — понимающе кивнула Молли.

— Что‑то в этом роде. — Линк убрал телефон в чехол на поясе.

В тот же миг лимузин остановился у итальянского ресторана с яркой вывеской и несколькими столиками под навесом. Линк вышел из машины и предложил руку Молли.

Когда их пальцы соприкоснулись, Молли почувствовала знакомое покалывание. Впрочем, Линк быстро отпустил ее. Потому что почувствовал то же самое? Или просто проявил вежливость?

Молли решила не задавать глупых вопросов. У нее была цель. Кроме того, разве она не выучила урок, преподанный Дугом? Долгие отношения не для нее. Последнее, что сейчас нужно, — это роман с еще одним мужчиной, не разделявшим ее представления о будущем. Вряд ли этот трудоголик захочет осесть в Сан‑Диего с учительницей младших классов и младенцем.

Через пару минут они уже сидели в укромном уголке в глубине зала.

— Хочешь вина? — спросил Линк.

— Э… нет, спасибо. Я лучше выпью воды. — Молли поерзала на стуле. — Еще слишком рано.

— Ты права, — отозвался Линк.

Он больше ни разу не упомянул о вине, и, по всей видимости, не догадался об истинной причине отказа. Вскоре им принесли теплые хлебные палочки с чесноком, а затем официант оставил их наедине.

Молли очень хотелось, чтобы тошнота поскорее прошла, и, слава богу, после хлеба ей стало чуточку легче. Однако она не была уверена, что сможет нормально поесть.

— А почему именно сейчас? — спросил Линк. — Почему ты решила отыскать меня только через два месяца?

Она залилась краской. Неужели догадался? Может, беременность отразилась на ее лице? Или кто‑то сказал ему?

Она отогнала эти мысли, смахивавшие на паранойю. Вопрос вполне логичен.

Можно было сказать правду. Сказать, что думала о его глазах и ласках много‑много раз с той самой ночи?

Но это бы означало, что она хочет отношений. А они ей не нужны, особенно если учесть, что ее чувства отнюдь не взаимны.

— Я приехала не затем, чтобы что‑то воскрешать, — сообщила Молли, решив, что лучше всего сразу прояснить ситуацию. — Я приехала потому, что меня очень заинтересовали программы, о которых ты упомянул.

Линк откинулся на спинку диванчика:

— Ты так хорошо это запомнила?

— Сама идея очень интересная. Программа интерактивная, дает детям стимул учиться и вместе с тем приоткрывает двери в огромный мир. С одной стороны, она привлекает интерес к компьютерной сфере, с другой — заставляет задуматься о природе и природных процессах.

По большому счету, сейчас повторялся их первый разговор, вызвавший поначалу искорку интереса, а затем переросшую в пламя. Они начали с обсуждения дней рождений, это и привело к беседе о работе. Молли пожаловалась, что нынешние дети очень непослушны и не хотят ничего знать об окружающем их мире. Линк в ответ упомянул о программах для детей, которыми занималась его компания. Молли не успела опомниться, как оказалась опутана невидимыми сетями соблазна.

Он с таким энтузиазмом рассказывал ей о разработке программного обеспечения, словно говорил о своей личной жизни. Этот настрой оказался весьма заразительным.

— Дело в том, что… та программа — это всего лишь идея, — произнес Линк. — Вообще‑то моя компания не занимается подобными вещами. Мы специализируемся на обеспечении безопасности баз данных для больших корпораций, помогаем предотвратить мошеннические операции, хакерские взломы и прочие инциденты. Другие программы… это просто мечта.

— А той ночью ты говорил довольно‑таки уверенно.

— Я… — Линк помолчал немного. — Давным‑давно я думал, что хочу заниматься именно этим. Производить обучающие программы. Но заработать таким образом деньги практически невозможно… Управляя бизнесом, приходится быть практичным. Я предложил своей команде разработчиков заняться чем‑то подобным, но они отвергли эту идею.

Отвергли? Значит, никто не будет разрабатывать?..

А Молли проделала такой долгий путь… Нужно было продумать план получше. Значит, она неправильно поняла Линка той ночью. Молли думала, что он всерьез намерен взяться за разработку обучающих программ, — тогда учительница начальных классов станет превосходным консультантом. Она помогла бы воплотить его план и вместе с тем узнала бы получше отца своего ребенка…

Молли все свои силы вложила в этот план и не подумала о том, что будет некуда отступать.

— Значит, ты не собираешься этим заниматься?

— С радостью возьмусь — когда‑нибудь. — Его взгляд устремился в неведомые дали, и Линк замолчал. Опомнившись, он повернулся к Молли и спросил: — А что?

Когда‑нибудь? Ей нужна работа сейчас!

Она притворилась, что погружена в изучение меню:

— Да так, без особой причины. Просто… ты говорил с таким энтузиазмом… словно владел компанией, занимающейся подобными разработками. Приехав в Вегас, я изрядно удивилась, узнав, что вы занимаетесь системами безопасности баз данных.

Он вздохнул и отодвинул меню:

— Когда‑то давным‑давно… — Линк умолк.

— Что — давным‑давно?

Вернулся официант и принял заказ. Молли так и не удалось толком рассмотреть меню, поэтому она заказала одно из фирменных блюд. Линк, очевидно, часто бывавший здесь, выбрал цыпленка и пасту по‑итальянски.

— Ты начал о чем‑то рассказывать до того, как нас прервали, — напомнила Молли. — О чем?

Линк снял зеленый колпачок с салфетки, сложил ее в треугольник и развернул:

— Ты знаешь, что это?

— Нет, — со смехом отозвалась Молли.

— Для ребенка это шляпа, лодка, елка. Возможности безграничны. — Он положил зеленый конус на солонку. — В детстве все, что я видел, превращалось для меня во что‑то другое. Родители часто жаловались, что я погружен в себя и не обращаю никакого внимания на окружающий мир.

— Могу поспорить, ты много читал!

— Все книги, попадавшие мне в руки, — со смешком признал Линк. — Я настоящий книжный червь. До сих пор.

— Я тоже, — усмехнулась девушка. — Очень люблю книги.

— Значит, у нас есть что‑то общее?

— Похоже на то.

Она чувствовала, как между ними протягивается незримая нить, связывающая их воедино, — совсем как той ночью…

— Ну, продолжай рассказ.

— Мои родители со временем устали видеть меня вечно уткнувшимся в книжку и отправили в детский лагерь. На два долгих месяца. Мой брат тоже по ехал, но он‑то там себя чувствовал как рыба в воде.

— А ты — нет?

Линк фыркнул:

— Боже правый, нет, конечно! Мне потребовалось семь из восьми недель, чтобы приспособиться. Однажды вожатый обратил внимание на то, что я читаю, и вовлек меня в один из проектов. Кажется, мы должны были сделать коллаж о жизни в лагере — для следующей смены. — Его глаза на мгновение озарились теплом.

— Похоже, тебе там все‑таки понравилось.

Линк сделал большой глоток и кивнул:

— Верно. Это была блестящая идея. Мне пришлось выбраться из палатки, собрать кучу информации, иначе я бы не смог вернуться к своим любимым книжкам. В процессе я обнаружил, что мне и так неплохо.

— Значит, вот как появилась идея обучающих программ?

— В основном. Мой брат… Он был более изобретательным и любил приключения. Принимал каждый брошенный вызов. Для него этот проект с программой был чем‑то вроде способа снова и снова возвращаться в тот лагерь, и… — Линк замолчал и, кашлянув, продолжил: — В общем, это ему пришло в голову совместить чтение книжки с сидением за компьютером. Разумеется, в те дни игры были далеки от нынешних, а мы были всего лишь детьми. Но эта первая идея в итоге заставила нас начать работать вместе, основать компанию. Мы собирались специализироваться на подобных программах, но… — Линк покрутил в пальцах зеленый зонтик с соломинки для коктейля.

— Что случилось?

— Исследование рынка, которое я лично провел, показало, что денег на этом не заработаешь. Поэтому мы занялись более выгодной идеей, — он смял зонтик.

Практичный человек. Нужно радоваться — в конце концов, это решение подсказывал здравый смысл, который должен импонировать ей. Но Молли ощутила разочарование.

А чего она ожидала? Той же безумной спонтанности, которую Линк продемонстрировал в их незабываемую ночь?

— Ты когда‑нибудь жалел об этом решении?

— Нет, я сделал так, как было нужно компании. Так лучше для людей, вложивших в нее свои деньги. Для тех, кто поверил в нее с самого начала.

Линк говорил очень убедительно, но Молли безошибочно распознала нотку сожаления.

— Но ведь теперь, когда у компании такой статус, — улыбнулась она, — и все мечты осуществились, кроме самых ранних… Я хочу сказать, ты же босс. Вы с братом могли бы начать строить скворечники и торговать обручами, если именно этого хотите. Кто может вас остановить?

На его лице отразилось напряжение.

— Я не принимаю подобных решений.

— Спонтанных? — Молли иронично изогнула бровь.

Их взгляды встретились, и в этот миг двое снова почувствовали странную связь.

Та ночь…

Та потрясающая, восхитительная, страстная, безумная ночь…

— Скажем так: обычно я не принимаю спонтанных решений, — уточнил Линк, и в его голубых глазах на мгновение вспыхнул свет. — В бизнесе решения основываются на исследованиях, цифрах, финансовых проектах.

— Так же неинтересно!

Он обдумал эти слова.

— Это и не должно быть интересным. Такова жизнь. Ты ведь уже видела, я очень занятой человек. Если не считать той ночи, можно сказать, я живу в офисе, принимая скучные решения.

Если и есть утверждения, прямо‑таки кричащие: «Я — не семейный человек!» — то это точно из их числа.

— В общем, дело не в моих желаниях, — продолжал между тем Линк. — Это вопрос актуальных решений. Все члены моей команды единогласно заявили, что данная линия станет напрасной тратой ресурсов компании.

Судя по всему, его решение было окончательным. Придется найти другой способ обеспечить достойное детство малышу. Что касается того, чтобы узнать получше его отца…

Перед отъездом она поставит Линка в известность о своей беременности и предоставит ему возможность решать, хочет он участвовать в жизни ребенка или нет.

Мысль о том, что он может отвернуться от малыша, причинила неожиданно сильную боль. Теперь ей хотелось только одного — вернуться домой и начать зализывать раны. Она совершила страшную ошибку, поэтому необходимо собраться с силами и справиться с горой свалившихся ей на плечи проблем.

Она схватила сумочку и скользнула к краю углового диванчика:

— Прости, что отняла у тебя столько времени. Я думала… — Она вздохнула. — Мне казалось, ты — другой человек.

Она поднялась и шагнула в сторону, но Линк поспешно схватил девушку за руку:

— Постой! Не уходи.

Она замерла, но так и не обернулась.

— Почему ты здесь, Молли?

Он произнес ее имя тем самым хрипловатым, чувственным голосом. Только это заставило девушку наконец посмотреть на него:

— Я же говорила. Спросить о работе.

— А разве ты не учительница?

— Меня сократили.

— Значит, вот почему ты решила разыскать меня… Мы обсудили эту программу, а потом сразу же перешли… — он широко улыбнулся, — к другим вещам.

О да! И погрузились в поцелуи и прикосновения на несколько часов. Для слов не осталось места.

Молли отбросила эти мысли.

«Не отступай от плана, Молли. Будь умнее. Хватит делать глупости».

Девушка вновь села на краешек диванчика:

— Когда ты рассказывал мне о своей задумке, я видела живого человека, преисполненного энтузиазма. Я хотела стать частью этого дела. Не говоря уже о том, что эта разработка заставит детей наконец выйти на улицу, ощутить себя частью природы вместо того, чтобы сидеть безвылазно у экрана компьютера.

Он пристально посмотрел на нее:

— Я действительно показался тебе другим человеком?

Молли кивнула.

Он на мгновение отвел взгляд. Молли не удалось угадать, о чем думает ее собеседник. Однако когда Линк вновь повернулся, в его голубых глазах мерцал тот же огонек, который привлек ее в ту ночь, когда они познакомились. Молли невольно ощутила трепет.

— Если бы мы действительно это сделали… понадобились бы люди, способные все схватывать на лету. И многое знающие о детях.

В ее душе затеплилась надежда.

— Скажем, бывших учительниц?

Он улыбнулся:

— В особенности бывших учительниц.

Молли сделала глубокий вдох и озвучила мысль, с которой села на самолет до Вегаса:

— Именно за этим я и приехала сюда, Линк. Предложить тебе свои услуги.

Глава 3

Молли… работает на него?

«Какая безумная идея», — невольно подумал Линк, когда оба принялись за еду, и у него появилась возможность немного поразмыслить.

В конце концов, между ними была лишь одна ночь — потрясающая, поразительная ночь. Которая должна была навсегда остаться в прошлом.

Однако, проснувшись на следующее утро в ее объятиях, Линк всерьез задумался, не стоит ли сделать еще один шаг? Попросить Молли задержаться на неделю, на месяц или хотя бы встретиться еще раз. Его заинтересовала эта хорошенькая учительница, которая, казалось, с радостью бросилась навстречу приключениям — хотя бы на несколько часов.

А затем зазвонил телефон, и Линка вновь затянула привычная рутина. Он вернулся в мир, где Линкольн Кертис должен быть здравомыслящим, ответственным человеком. Единственным разумным выбором в такой ситуации казалось уйти прямо сейчас, оставив Молли нежиться в постели. Вернуться в привычный мир, где нет никаких отношений кроме деловых.

Разве он не понял, еще живя с Барбарой, что семейная жизнь — не для него? А Молли была из тех женщин, которые хотят выйти замуж…

Поэтому утром они решили пойти каждый своей дорогой, словно ничего не было. Эта ночь останется в их памяти как удивительное любовное приключение. Линк был этому рад. Разумеется, он вспоминал о Молли.

Но зачем она приехала? Линк нутром чуял, что Молли что‑то скрывает от него.

Наблюдая за ней, он видел в глазах лишь открытость и честность. Перед ним сидела женщина, искренне заинтересованная в его идее, той самой, которую лучшие финансовые консультанты отвергли как нерентабельную.

Все эти годы Линк откладывал реализацию своей мечты на потом. И вот теперь Молли сидела напротив, предлагая возможность воплотить старую идею в жизнь.

Она сказала, что увидела живого человека, преисполненного энтузиазма. Сколько прошло времени с тех пор, как он сам чувствовал себя так? Да, он каждый день приходил на работу, которую любил, но энергия давно куда‑то пропала.

Впрочем, не так уж и давно. Линк даже мог назвать точную дату.

Когда он потерял единственного человека, ради которого стоило приходить на работу. Встречи с которым каждый день приносили радость. Вместе с ним он когда‑то основал компанию и думал, что они всегда будут рядом. Но с того страшного дня вся жизнь Линка сосредоточилась вокруг бизнеса, однако работа была уже не той.

А потом появилась Молли Хантер…

По телу пробежала странная дрожь. Для человека, который все время жил по расписанию, новизна была равносильна обретению свободы. И Линк вновь ощутил ее…

Той ночью с Молли…

Опасное чувство. К нему так легко пристраститься… Нужно забыть о нем — и о той мечте, которую так хотелось осуществить.

— Ты действительно готова перевернуть свою жизнь с ног на голову? — спросил Линк.

Молли кивнула:

— Я дошла до грани, за которой… — она помолчала, — любой будет готов к глобальным переменам.

А он сам?

Эта девушка вызвала в нем перемены, когда Линк меньше всего их ожидал. Она неожиданно ворвалась в его жизнь… С намерением остаться?

Правда, в роли подчиненной, а не подружки.

С другой стороны, разве это не идеальные условия? Только сегодня утром Линк говорил с Коннером о том, что у него нет времени на отношения с женщинами. Однажды он уже остался ни с чем, обменяв встречи и дела на призрачную свободу. И нарушил единственное обещание — позаботиться о своем брате. И Маркус заплатил за его небрежность своей жизнью.

Нет, не стоит повторять ту ночь. Возможно, когда Линк соберет совет директоров и поручит ему вести дела компании… Один минус — к этому времени Линк превратится в одинокого старика. С другой стороны, лучше так, чем оставить жену и двоих детей…

Компания была и останется его главной ценностью. Пусть менеджеры и дальше ходят счастливые и довольные. Кто‑то должен стоять у руля, и это он, Линкольн.

Но…

Молли воскресила вкус мечты, разделенной когда‑то его братом. Линк действительно хотел этого — не ради себя, ради Маркуса.

Линк вспомнил о своем расписании, о безжалостном ритме жизни.

И внезапно его осенило. Есть решение, способное подарить ему лучшее из обоих миров: Молли займется тестированием новой продукции!

Конечно, это не то же самое, что завести свою семью, но лучше, чем ничего. Своего рода наследие, которым он будет гордиться.

«Этого будет достаточно», — твердо сказал себе Линк и отодвинул тарелку в сторону.

— У меня действительно есть предварительная программа, позволяющая начать работу, — осторожно сообщил Линк. — Мы разработали ее много лет назад… — Он помолчал немного. — Если ты захочешь поработать со мной и разработчиками, предоставить необходимую информацию и материал, думаю, в следующем году можно будет сделать пробный выпуск.

От неожиданности Молли проглотила непрожеванный кусок:

— Как ты думаешь, сколько времени на это уйдет? На работу с разработчиками?

— Максимум пара месяцев. Мои ребята работают очень оперативно. К тому же, как я уже говорил, имеются предварительные разработки.

— Отлично! Мне нужно удержаться на плаву до тех пор, пока не начнется следующий учебный год. Я уже отправила свое резюме в несколько школ, уверена, к сентябрю появится вакансия. Я не пытаюсь сменить профессию, просто… — она развела руками, — нужно заняться чем‑то до тех пор, пока не найду работу. Если тебя это устраивает, полагаю, нашу пару создал Бог. — Еще не договорив, Молли покраснела. То ли от двусмысленности сказанного, то ли…

Линк вновь почувствовал — от него что‑то скрывают.

Может, она по‑прежнему испытывает к нему какие‑то чувства? Если так, придется дать Молли понять, что он не имеет ни малейшего желания строить какие‑то отношения с ней или с любой другой женщиной. В его жизни нет места для романа.

— Меня это устраивает, — сообщил Линк. — Ты уверена, что тебе это подходит?

— В противном случае меня бы здесь не было.

— Я имел в виду… — Линк склонился ближе, глядя в глаза женщине, с которой провел неповторимую ночь, — ты уверена, что сможешь нормально работать со мной несколько недель?

А был ли в этом уверен он сам?

Восторженный визг Александры Лоуэлл был слышен на другом конце роскошного, просторного холла отеля «Маккендрикс».

— Молли! — Она заключила подругу в крепкие объятия, словно и не было этих двух месяцев разлуки. — Как я рада!

Та со смехом отстранилась:

— Я тоже очень рада тебя видеть. Без вас с Сериной Сан‑Диего потерял свою прелесть.

Алекс указала на небольшой диванчик, и девушки присели рядышком.

— Могу поспорить, там стало слишком тихо, — со смешком отозвалась Александра.

— Скучно. Мы с Джейн по‑прежнему регулярно ходим в чайную, но, по большей части просто гадаем, чем вы заняты. — Молли усмехнулась. — Мы вчетвером там здорово веселились, верно?

Они частенько ходили в «Викторианскую чайную», одно из самых популярных кафе Сан‑Диего.

— Да, мы знатно проводили время, — согласилась ее подруга. — Так что привело тебя в Вегас? Кроме желания повидать нас с Сериной, разумеется. — В небесно‑голубых глазах Алекс мелькнули смешинки.

Молли была уверена, что никогда не видела подругу такой счастливой.

— Семейная жизнь идет тебе на пользу.

— Мне на пользу идет Уайатт, — улыбнулась Алекс. — Он замечательный! Никогда не думала, что встречу человека, который… — Она покачала головой, улыбнувшись. — Это удивительно. Когда он смотрит на меня, я чувствую себя любимой. Не нужно ничего говорить, хватает взгляда.

Молли охватила невольная зависть. Подумать только, а она считала, что счастлива… Бывший муж никогда не смотрел на нее — и, говоря откровенно, не брал на себя труд действительно узнать свою жену, понять ее желания и мечты. А теперь ей нужно беспокоиться не только о себе…

Тогда почему Молли внезапно так захотелось поменяться местами с Алекс и ощутить мимолетное дуновение этого пьянящего счастья?

Разумеется, ее подруге очень повезло выйти замуж за Уайатта Маккендрикса, владельца отеля «Маккендрикс». Кто бы мог подумать? После их безумных выходных два месяца назад Алекс ведь задержалась здесь лишь для одного — поработать… А в результате обрела любовь всей своей жизни. Теперь они с Уайаттом вместе управляли отелем — и, по всей видимости, дела шли просто прекрасно.

— Я очень рада за тебя, — искренне произнесла Молли. — Ты заслуживаешь счастья.

— Как и ты, — отозвалась Алекс. — Один неудачный брак еще не значит, что в следующий раз повторится то же самое.

Молли совершенно не хотелось обсуждать свою личную жизнь — точнее, ее отсутствие. Особенно сразу после обеда с Линком. Не говоря уже о том, что здесь, в холле отеля, все напоминало об их первой встрече…

По крайней мере, теперь у нее есть работа. Осталось набраться смелости и рассказать Линку о ребенке…

— В любом случае мне сейчас не до того, чтобы крутить романы, — вздохнула Молли. — Я буду слишком занята новой работой.

— Новой? А как же детишки в твоей школе?

— Меня сократили. Поэтому я нашла место в Вегасе. Поработаю здесь — до тех пор, пока не вернусь к преподавательской деятельности в Сан‑Диего. Я приехала сюда на несколько недель.

Алекс моргнула:

— Ты перевернула всю свою жизнь ради временной работы в Вегасе? Ты?!

— А что тут такого? Так многие поступают.

— Но не ты! — Алекс похлопала подругу по руке. — Ты из тех людей, которые не совершают необдуманных поступков!

На мгновение Молли испытала сильнейшее искушение рассказать Алекс о том, как ее благообразная и консервативная подруга совершила очень необдуманный поступок…

— Ты права, — вместо этого произнесла она. — Можешь считать, я сделала первый шаг на пути к новой жизни.

Только вот мудро ли она поступила? Уезжая из Сан‑Диего, Молли была уверена, что ее план безупречен. Но теперь у нее появились сомнения. Скоро Линк узнает, что его случайная любовница беременна…

Боже, вдруг он захочет на ней жениться?!

И закончится это очередным неудачным браком с мужчиной, совершенно чужим для нее, сделавшим предложение из жалости или чувства вины…

Нет уж, спасибо! Она и сама прекрасно разберется. Нужно будет сразу сказать об этом Линку.

Алекс ухмыльнулась:

— Ну и хорошо! Я просто счастлива вновь увидеться с тобой. Нам с Сериной очень не хватало тебя и Джейн. Будем теперь собираться каждый день на обед и ужин!

Молли рассмеялась:

— Обещаю, так и будет. Звони мне в любое время. А сейчас я отправляюсь в «Хамильтон тауэрс» — устраиваться и разбирать вещи.

Алекс изогнула бровь:

— «Хамильтон тауэрс»? Неслабо для временного пристанища!

— Линк покрывает все расходы за счет моего жалованья. — Молли тут же густо покраснела. — Я хотела сказать — мистер Кертис.

— Линк? — Алекс широко ухмыльнулась. — Вот это да! Уже называешь босса по имени?

Боже правый, по всей видимости, беременность действительно повлияла на ее память! Молли ведь никому не рассказывала о том мужчине, с которым познакомилась в баре, и точно была не готова сделать это сейчас.

— Мы… мы раньше встречались. Довольно давно. И когда он упомянул о том, что им срочно нужен человек для помощи в разработке обучающих программ, я решила попробовать себя в новом деле.

Вполне разумное объяснение. Молли не смогла заставить себя рассказать подруге о беременности. Не сейчас. Она сделает это, если придет к согласию с самой собой.

А для этого нужно решить еще один вопрос.

Линкольн Кертис.

Глава 4

Следующим утром Коннер вошел в кабинет Линка.

— Ты спятил? — вопросил он. — Но мне это помешательство определенно нравится!

Линк поднял глаза от стопки документов, которая, казалось, росла с каждым часом.

— И что это должно значить?

— Я услышал об этом новом проекте. — Коннер опустился на один из стульев. — Значит, ты все‑таки решил дать ему зеленый свет?

Линк кивнул:

— Можешь называть это приказом генерального директора. Я решил пересмотреть решение нашей команды.

Коннер рассмеялся:

— Давно пора!

Линк удивленно изогнул бровь:

— Что?

— Давно пора сделать нечто такое, что не вписывается в твое расписание. Боже правый, Линк, ты слишком долго просидел в своей раковине! — Коннер широко усмехнулся. — Я видел, какую шикарную женщину ты назначил руководителем проекта. Даже не пытайся оправдываться, будто у тебя не было личных мотивов.

— Я… — начал было Линк, но тут же замолчал. Он не испытывал ни малейшего желания обсуждать свою личную жизнь с Коннером, иначе у друга появится превратное представление об их отношениях с Молли. — Да, я попросил ее заняться этим проектом вместо меня. Только и всего.

В этом решении он укрепился вчера вечером, когда отвез Молли в «Хамильтон тауэрс», а потом попросил Саула сделать круг по Вегасу и вернуться к тому же зданию. Он испытывал сильное искушение войти, отыскать ее номер и продолжить то, что они начали два месяца тому назад. Пригласить Молли к себе и узнать, не исчезло ли то потрясающее притяжение, существовавшее между ними раньше…

В том, как она улыбалась, как зеленые глаза загорались весельем, а темные волосы то и дело спадали на лицо, было что‑то особенное. Все в этой женщине искушало Линка заключить ее в объятия, вновь насладиться прикосновениями к нежной шелковистой коже…

Он ушел из ресторана, желая ее больше, чем в тот памятный вечер. Они сидели так близко — в нескольких сантиметрах друг от друга. Он слишком хорошо ощущал легкий цветочный аромат духов, жар, исходящий от ее тела… Когда девушка вышла из машины, ему потребовалась вся сила воли, чтобы не последовать за ней.

Он заставил Саула кружить по городу до тех пор, пока не почувствовал, что желание начинает потихоньку угасать, — точнее, сменяться другими чувствами. Тогда Линк отправился домой, проигнорировав искушение забежать в ее квартиру на десятом этаже.

— Ты и впрямь спятил, — между тем произнес Коннер. — Если бы я был на твоем месте и знал, что эта женщина живет в одном доме со мной…

— Ты же знаешь, сколько у меня дел! — отозвался Линк, прервав друга. — Необходимо доработать проект с филиалом на Восточном побережье, в следующем году планируется выпуск новой программы, не говоря уже о…

— А если я и дальше буду молчать, ты придумаешь еще с десяток причин, чтобы не сходить на одно‑единственное свидание. Ты вообще обратил на эту женщину внимание? Остаться к ней равнодушным может только покойник. Почему бы не сводить ее в ресторан? — Коннер припечатал кулаком стопку бумаг на столе Линка. — Разумеется, я здесь не главный и не могу знать, что у тебя на уме. Но я знаю, что далеко не каждый день в нашей компании появляются такие женщины.

Это верно. И одна мысль о том, что теперь он каждый день будет видеть Молли Хантер, вдыхать аромат ее духов и слышать заливистый смех, воскресила угасшее было желание.

— Я уже попросил Роя проследить за работой. У него есть опыт в этой области…

— Да, только не хватает страсти. Линк, этот проект — твое детище! Ты мечтал о нем много лет.

— Я буду следить за процессом, — пообещал Линк. — Только… разве не ты говорил, что у меня и без того дел навалом?

— Да, но я говорил это до того, как увидел тебя с Молли, — усмехнулся Коннер. — Можешь уверять меня, будто она тебя не интересует, но у тебя все на лице написано.

Линк холодно взглянул на друга:

— Мне нужно возвращаться к работе.

Коннер отступил и поднял руки:

— Пожалуйста! Но ты упускаешь замечательную возможность обрести то, что есть у всех остальных.

Взгляд Линка уже опустился на кипу бумаг, но цифры почему‑то расплывались перед глазами.

— И что же это?

— Жизнь. — Сказав это, Коннер вышел из кабинета.

Линк погрузился в мир цифр и расчетов, заверяя себя, что будет гораздо лучше поискать утешение в них. Чтобы убедиться в этом, потребовалась сущая малость — один взгляд в сторону пустого смежного кабинета. Вот почему нужно остаться за этим столом, а не бегать по коридорам, как озабоченный подросток, разыскивая женщину, заставившую его забыть о размеренной, упорядоченной жизни на одну потрясающую ночь.

«Работай, — велел себе Линк. — Не думай о Молли. Будь умнее. Сосредоточься».

Линк продержался до десяти часов. А затем наконец перестал притворяться, что работает. Он не мог сосредоточиться с той самой минуты, как секретарша сообщила о приходе Молли. Вздохнув, мужчина направился к лифту. Он только проверит, как продвигается работа. Вот и все. Тогда можно будет вернуться к бумагам.

Спустившись на шестой этаж и добравшись до двери с табличкой «Центр разработок», он вошел не сразу, а с минуту потоптался на пороге. Молли стояла у письменного стола и смотрела на Роя, одного из лучших графических дизайнеров компании. Джером, другой разработчик, сидел за компьютером. Они оба что‑то набирали на клавиатуре.

Вот Молли рассмеялась в ответ на какое‑то замечание Роя — заливисто, звонко, словно разлив по комнате солнечный свет, — и Линк поймал себя на том, что улыбается, гадая, какая шутка могла вызвать такую реакцию. В то же время он ощутил всплеск какого‑то незнакомого чувства. Линк отказывался верить, что на мгновение его охватила… ревность?

— Как продвигается работа?

Молли вздрогнула:

— Линк!

Его пульс ускорился, стоило короткому имени сорваться с ее губ. Это плохо — очень, очень плохо. Он пришел сюда всего лишь для того, чтобы узнать, как продвигается работа. Забежал, задал пару вопросов — и ушел.

А вместо этого начал искать взглядом свободный стул. Желательно рядом с Молли.

Рой обернулся к боссу.

— Все идет прекрасно, мистер Кертис, — произнес он. — Мы неплохо продвигаемся. Поскольку вы уже набросали примерный дизайн, Молли сейчас помогает нам подбирать подходящие модули. Думаю, через несколько дней будет готова пробная модель. Разумеется, всего лишь набросок.

Линк кивнул. Рой снова повернулся к компьютеру. Линк прекрасно понимал, что теперь с чистой совестью может уйти.

Молли помахала ему рукой:

— Не хочешь подойти посмотреть?

Большего и не потребовалось. Вместо того чтобы чинно направиться к двери, Линк подошел к женщине и указал на лежащий на столе блокнот:

— Судя по всему, ты смогла разобрать мои каракули?

Молли рассмеялась:

— Уж если я понимаю, что пишут дети в первом классе, — а подход у них, скажем так, на редкость творческий, — то и твой почерк разберу.

Линк усмехнулся:

— Ты сравниваешь меня с первоклассником?

Она вернула улыбку — и в душе Линка воскресло полузабытое чувство, которое, как он считал, было давно похоронено.

— По крайней мере, почерк такой же.

Рой кашлянул:

— Эй, Джером, кажется, пора прерваться на чашечку кофе, как считаешь?

Тот пробурчал в ответ что‑то неразборчивое и продолжил с бешеной скоростью печатать. Рой дотянулся до него и хлопнул по плечу:

— Кофе, приятель!

Джером поднял глаза. Посмотрел на Роя, а потом перевел взгляд на Линка и Молли:

— А, кофе… Да, конечно, с радостью.

Подоплека всей этой сцены была крупным шрифтом написана на лбу у обоих. Дизайнеры поспешили выйти из комнаты, оставив Линка и Молли наедине.

Девушка погрузилась в изучение записей своего нового босса и даже не заметила, как молодые люди вышли. Она присела на краешек стола, отчего яркая юбка немного задралась, открыв колени. На Молли были туфли на низком каблуке и блузка с коротким рукавом и неглубоким вырезом. В общем и целом наряд консервативный, однако Линк, помнивший, какое тело скрывается под ним, нашел его весьма интригующим.

«Лучше не думать о той ночи…»

— Итак, — произнес он, заставив себя перевести взгляд на экран компьютера, — в каком направлении вы решили двигаться?

Молли отложила блокнот:

— Видишь ли, моим ученикам очень нравится открывать что‑то новое. Их интересует то, что нужно поискать, а потом уже изучить. Поэтому мы обдумывали игры, в которых нужно было бы отыскать животное — классический вариант, смотри! — С этими словами девушка указала на экран. На рабочем столе были открыты несколько окон. — Как только они обнаруживают, скажем, коалу, то автоматически переходят на следующий уровень, где их ждет интересная игра, рассказывающая больше об этих животных.

— Отличная идея, — кивнул Линк. — Награда за успех в первой игре плюс обучающая вторая.

— Ага. Как будто наградили мороженым за то, что нашел банку с печеньем.

Линк рассмеялся:

— Отличный вариант! Надо будет использовать эту фразу в рекламе. — Он опустился на стул рядом с Молли и уловил запах ее духов. В голове вновь завертелись воспоминания о том, как он целовал нежную шею, упиваясь этим ароматом…

«Вот и сосредоточился…»

Она подвинулась ближе:

— Расскажи мне чуть больше о том, какой ты хочешь видеть эту программу.

Он попытался ответить хоть что‑нибудь, однако видел только одно — их сплетенные тела на постели…

— Линк?

«Сосредоточься на деле. На цифрах».

— Э, думаю, мне бы хотелось видеть программу, которая привлечет значительное число пользователей в возрасте от четырех до семи лет, — произнес он. — Плюс учеников младших классов. Нечто такое, что сможет удовлетворить любопытство детей и в придачу…

— Я имела в виду, твои личные взгляды.

— Личные? — не понял Линк.

Молли кивнула и склонилась к нему:

— Расскажи мне еще что‑нибудь, почему этот проект для тебя так важен. Я бы очень хотела, чтобы получившаяся программа отражала это.

Она просила его о другом.

«Брось все свои дела и стань частью этого, — казалось, говорили ее глаза. — Перестань постоянно сидеть в своем замкнутом мирке».

Но именно такого поворота событий Линк пытался избежать. Он давно не покидал привычный и уютный мир цифр и дат. С тех пор как закончился роман с Барбарой. Тогда Линк наивно полагал, что нужно открывать сердце другому человеку…

И вскоре выяснил, что жестоко ошибался.

Если бы Молли задала вопрос о маркетинговых проектах, потенциальных выгодах, рекламных кампаниях, ответить было бы очень и очень легко. Но погружаться в воспоминания о своем детстве… Тогда они окажутся в опасной близости к серьезным отношениям.

— Программа вовсе не должна касаться моих детских воспоминаний, Молли. Она будет посвящена огромному миру вокруг. Жучки, деревья, камни. — Линк взмахнул рукой. — Всему, что может заинтересовать детей младшего возраста. Целью нашей работы, как ты поняла из предыдущей беседы, является быстрое обучение детей чтению и умению ориентироваться в мире. Получившаяся программа должна заставить их слезть со стула и погрузиться в изучение природы. Именно за этим я пригласил тебя сюда, ты эксперт в этой области. Плюс у тебя есть мои заметки. Этого должно хватить.

— Но это же твой проект, Линк! Чтобы все получилось как следует, мне нужно… — Молли замолчала и начала заново: — Нам нужно твое участие. — Она подхватила блокнот и быстро пролистала несколько страниц. — Например, здесь ты рассказываешь об игре, в которую играл когда‑то с братом. Идея очень интересная, и стоит внести ее в наши разработки. Как же она называлась‑то… — Молли нетерпеливо пробежала глазами страницу. — Что‑то связанное с животными…

— Водяные змеи.

На Линка нахлынули воспоминания. Они с Маркусом играли во дворе — один держал шланг, а второй пытался обогнать поток воды. Иногда в забаву втягивались соседские мальчишки, и до заката лужайка превращалась в скользкий грязевой каток.

В последний раз они играли в эту игру во дворе дома Маркуса — с ним самим и его двумя детьми. Линк до сих пор слышал смех Анны и Дэниела, видел удивление на их лицах, когда вода обдавала ноги брызгами.

Через неделю детям было не до смеха…

По его вине.

— Замечательно! — отозвалась Молли. — Думаю, можно будет создать нечто подобное. Скажем, заменить воду мячом или еще чем‑то… Мне бы очень хотелось больше узнать о правилах, чтобы…

— У меня сейчас нет на это времени, — оборвал ее Линк. — Мне нужно работать.

— Я и не прошу тебя засесть здесь на несколько часов, — улыбнулась она. — Просто покопайся в памяти пару минут.

Внезапно ему показалось, что в комнате воцарился удушливый зной, а стены нависают над ним…

Линк вскочил со стула:

— Ты куда лучше знаешь, что будет интересно детям этого возраста. А мне пора на совещание.

С которым с тем же успехом мог бы справиться Коннер. Которое можно отменить одним‑единственным звонком. Которое очень хотелось отменить, лишь бы увидеть, как Молли улыбается…

Но она постоянно дергала за струны, которые Линк предпочел бы оставить в покое.

Молли тоже поднялась, и расстояние между ними сократилось до нескольких сантиметров.

— Я так легко тебя не отпущу.

— Что? — Линк недоверчиво изогнул бровь.

— Ты нанял меня, чтобы вести этот проект. И в качестве его руководителя я… — Она сделала глубокий вдох и выпрямилась. — Я приказываю тебе принять в нем участие.

* * *

Что она задумала? Неожиданная бравада Молли удивила Линка и сбила с толку. Он привык приказывать другим — и разучился выполнять чужие команды.

Я генеральный директор, Молли, и этот номер не пройдет. Не забывай, кто подписывает чеки.

— А я не могу двигаться дальше без помощи автора. — Она развела руками. — Похоже, мы в тупике, мистер Кертис.

По телу Линка словно пробежал разряд. Тысячи людей называли его так каждый день, однако из уст Молли это обращение походило… на флирт?

«Уходи, — велел ему внутренний голос. — Возвращайся к работе. Не следует приближаться к ней. К женщине, которая заслуживает того, чего ты дать не можешь и не должен».

Линк видел только ее глаза, улыбку, пухлые, чувственные губы…

— Видимо, ты права.

— Что же нам делать?

О, он прекрасно знал, чего хочет сам. Он хотел продолжить то, что началось два месяца назад. Снова поцеловать Молли, отвезти к себе домой и несколько дней подряд не выпускать из своих объятий.

До тех пор, пока не исчезнет притяжение, вспыхивающее в нем каждый раз, когда она приближается.

Жажда невозможного. Желание обрести все то, что было у его брата…

Он протянул руку и пропустил между пальцев шелковистый темный локон. Ее губы приоткрылись, и его охватило страстное желание прижаться к ним ртом.

Боже, он хотел ее!

В этот миг в кармане завибрировал сотовый телефон, возвращая обоих в реальность. Какого черта он здесь делает? Его ждут в другом месте. Нужно снова стать разумным, ответственным человеком. Перестать мыслить иррационально и желать невозможного.

Линк с усилием сделал шаг назад.

— К сожалению, у меня нет времени помогать тебе. Рой достаточно хорошо знает меня, — произнес он. — Именно поэтому я сделал его ответственным графическим дизайнером в этом проекте. Уверен, с его помощью ты сумеешь довести программу до ума.

С этими словами он развернулся и ушел.

Ближе к вечеру Молли направлялась к лифту, говоря себе, что ей нужно возвращаться в «Хамильтон тауэрс». Работа на сегодня закончена, все уже ушли домой. Кроме Линка.

Она знала это потому, что пять минут назад получила от него сообщение. Вежливое, исключительно по делу. Если бы у нее была хоть капля здравого смысла, она бы оставила все как есть.

Только вот…

Сегодня в его глазах Молли прочла странное чувство. Оно напоминало о той ночи, которую они провели вместе…

Не говоря уже о том, что между ними теперь существовала особая связь. Молли невольно погладила живот. Нужно было рассказать Линку о своей беременности. Возможно, если она застанет его одного, то сможет это сделать?

Дверцы лифта открылись на этаже, где находились кабинеты руководства. Молли вышла в безлюдный коридор. Горело лишь несколько ламп, и их слабый свет создавал слишком интимную атмосферу. Она почему‑то снова вспомнила о том, что больше здесь никого нет — если не считать десятка охранников, сидящих у своих мониторов.

В прошлый раз, оказавшись в подобной обстановке, они в итоге заснули в одной постели. «Что ж, на сей раз это не повторится», — пообещала себе Молли, уверенно пошла направо, свернула за угол и… едва не врезалась в Линка.

В его голубых глазах вспыхнуло удивление.

— Молли? Ты до сих пор здесь?

— Засиделась. Как и ты, — улыбнулась она.

— Много успели за день?

Она кивнула:

— Джером и Рой — настоящие профессионалы. Их способность воплощать в жизнь мои идеи просто поражает: несколько щелчков мышки — и готово! Кстати, мы и название придумали: «Понемножку обо всем».

— Мне нравится, — кивнул Линк.

Молли охватило ликование.

— Замечательно!

Ох, как плохо… Она не должна так радоваться тому, что Линк одобряет ее деятельность. Нужно сосредоточиться на своей цели — познакомиться с ним поближе и при первом же удобном случае рассказать о последствиях их совместной ночи.

— Завтра, когда начнешь работать над модулем для…

— О нет, я не хочу сейчас говорить о работе, — вставила она. — Я хотела кое о чем тебя попросить.

— Валяй, — настороженно произнес Линк, на всякий случай делая шаг назад.

Быстро, чтобы не передумать, Молли выпалила вопрос, волновавший ее с той самой ночи:

— А почему только одна ночь? Я имею в виду… Не знаю, как ты, а я не из тех, кто предпочитает необременительный секс без обязательств. Та ночь была чем‑то вроде…

— Помрачения рассудка?..

— Да. Именно.

Он сделал шаг вперед:

— Для меня тоже! — Их взгляды встретились. — Но серьезные отношения — не моя стихия, Молли.

— Почему?

Он вздохнул:

— Это еще один сложный вопрос.

Из Линка было не так легко вытащить честный ответ. Да и чего она ожидала? Что стоит ей выйти из лифта, и Линкольн Кертис поспешит положить свое сердце к ее ногам?

В желудке заурчало. Молли начало подташнивать. Она пропустила обед, потому что плохо себя чувствовала, и собиралась попозже перекусить крекерами, но совсем забыла об этом. И теперь мстительно накатила тошнота.

— Вообще‑то сегодня я говорила серьезно, — произнесла она, пытаясь не обращать внимания на неприятные ощущения в желудке. — Насчет того, что мне бы хотелось узнать тебя получше…

Его губы на мгновение изогнулись в улыбке.

— Решительности тебе не занимать.

— Обычно нет. Я просто… — Она отчаянно пыталась подобрать слова, чтобы верно описать эту новую Молли, женщину, пытавшуюся перехватить инициативу, потому что на кону внезапно оказалось нечто большее, чем ее жизнь.

— Просто что? — уточнил Линк, не дождавшись продолжения.

Желудок совсем взбунтовался. Боже правый… Ее сейчас стошнит.

— Молли, все в порядке? Ты как‑то побледнела…

— Я… — Она с трудом сделала глубокий вдох. — Все хорошо. Честно.

Нет, не таким способом она надеялась сообщить Линку о ребенке…

Он протянул к ней руку, на его лице было написано искреннее беспокойство. Однако прежде, чем он успел прикоснуться к девушке, та пробормотала что‑то насчет опоздания…

И помчалась прочь по коридору, успев сбежать как раз вовремя. Еще чуть‑чуть — и она бы сообщила о своей беременности худшим способом из всех возможных.

Глава 5

Молли уныло гоняла по тарелке куски цыпленка и собирала горку из ризотто. Она сидела вместе с Алекс и Сериной Бенджамин в ресторане «Спаркл», расположенном на верхнем этаже отеля «Маккендрикс». Ее второй подруге пришлось едва ли не на коленях упрашивать своего мужа, Джонаса, отпустить ее с некоего приема, чтобы она могла посидеть со старыми друзьями. Молли знала, что должна прыгать от радости, но, увы, у нее не хватало на это сил.

— Что происходит, Молли? — мягко поинтересовалась Алекс. — Тебя сегодня нельзя назвать душой компании.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — с искренним беспокойством добавила Серина. — Ты не съела ни крошки.

Молли положила вилку и отодвинула тарелку:

— Нет. Да. — Она вздохнула. — Может быть.

Алекс и Серина расхохотались, взглянув друг на друга.

— «Нет. Да. Может быть», — передразнила ее миссис Маккендрикс. — Ничего и все сразу. Ты что, заболела?

— Нет. Да. — Молли снова вздохнула. — Я хочу сказать, нет, я не больна. Просто…

— Это и впрямь странный ответ, — согласилась Серина. — Насколько мне известно, есть лишь одна ситуация, когда женщина чувствует себя плохо, но ее это ничуть не беспокоит. Если она беременна… — Серина неожиданно замолчала, пристально глядя на Молли.

Та с трудом сглотнула. Слабая улыбка мелькнула на губах.

— Молли? — подозрительно покосилась на нее Алекс. — Ты же не беременна… Или?..

Молли слабо кивнула:

— Я совсем недавно узнала об этом.

Алекс с Сериной радостно вскрикнули и так крепко сжали подругу в объятиях, что ей стало трудно дышать.

— Два месяца? — переспросила Алекс, когда страсти несколько улеглись. — Не могу поверить! Но как это произошло? Я хочу сказать… — И тут до нее дошло. — Два месяца назад мы были здесь. В Вегасе…

Молли снова виновато кивнула. Она должна была все им рассказать. В конце концов, это ее лучшие подруги. Вскоре беременность будет заметна всем и каждому, неизбежно посыплются вопросы. Лучше дать ответы сейчас. Господи, как она скажет матери, что забеременела после интрижки на одну ночь?! Но, по крайней мере, лучшим и самым близким подругам можно рассказать правду. Они были с ней, они поймут.

Молли сделала глубокий вдох и пустилась в путаные объяснения:

— Помните наш второй вечер, когда мы решили, что отдохнем по отдельности?

Серина кивнула:

— Мы с тобой отправились в один из баров в отеле «Белладжио», но потом ты сказала, что у тебя болит голова. Я думала, ты вернешься в нашу комнату…

— Верно. И я действительно так и собиралась поступить. Только вот по дороге к выходу я заглянула в другой бар — тот самый, с роялем. Подумала, может, выпью бокальчик вина и мне станет лучше. — Молли залилась румянцем. — А потом познакомилась с одним человеком…

Рассказывая об этом, она словно заново переживала тот вечер. Приглушенный свет, мягкий джаз, льющийся из колонок… Она уже собиралась уходить, когда Линк опустился на сиденье — и все резко изменилось.

— Один мужчина сел рядом со мной, заказал мне бурбон… Он был очень, очень красив, но меня заинтриговало не это.

— А что тогда? — Серина подалась вперед.

— Глаза, — призналась Молли. — Когда я взглянула на него, он… — Она замолчала, подбирая слова. — Он казался потерянным.

Алекс тоже отложила в сторону прибор и отодвинула тарелку. Подруги, казалось, забыли о еде.

— В том смысле, что без навигатора не вышел бы или…

— Как будто он пытался найти самого себя. — И Молли его прекрасно понимала. Чего стоил только тот год, когда она поняла, что, выйдя замуж, совершила самую большую ошибку в своей жизни… А потом были еще эти два года после развода, проведенные в поисках утраченной опоры. Тогда Молли тоже отчаянно пыталась понять, кто она и чего хочет от жизни. — Поэтому я заговорила с ним…

— Ты сама заговорила с ним? — переспросила Алекс, не веря собственным ушам. — Ты?! Женщина, которая по дороге в Вегас прочла нам суровую лекцию о том, что с незнакомцами заговаривать нельзя?

Молли рассмеялась:

— Может, дело в алкоголе? Или атмосфера Вегаса подействовала. Или же то, что случилось с Джейн, — в конце концов ее помолвка расстроилась самым ужасным образом… Словом, мне показалось — нужно ловить момент. Я представилась, сказала, что работаю учительницей в одном славном городе, а сюда приехала с друзьями на выходные.

— А как вы перешли от этого к… более интересной части? — спросила Серина, указав на живот Молли.

— Мы обнаружили, что у нас много общего. В общем, нас потянуло друг к другу. Как магнитом.

Она по‑прежнему чувствовала желание, которое вспыхнуло тогда. Помнила, как перехватило дыхание, когда Линк впервые поцеловал ее. Воспоминания были на удивление точными и ясными.

— И ты решила взять быка за рога и переспать с незнакомцем? — уточнила Алекс, вырвав подругу из мира грез. — Это совершенно на тебя не похоже, Молли.

— Я знаю. Думаю, именно это и заставило меня поддаться искушению. Все произошло слишком быстро. Мы разговаривали, а в следующую минуту уже держались за руки и целовались. Я сама не поняла, как мы оказались в номере наверху. Я хотела… — Она вздохнула, устремив невидящий взгляд на вечерний Лас‑Вегас и не замечая ни неоновых реклам, ни бесконечного моря магазинов, баров и казино. Вместо них она видела себя той ночью — раскованную, независимую, непредсказуемую, а не ту привычную, строгую Молли, у которой за плечами был развод. — Я хотела узнать, что произойдет, если поддаться порыву. Всего один раз.

— И как все прошло? — спросила Серина с дьявольской усмешкой.

— Просто чудесно, — вздохнула Молли.

Потрясающе. Невероятно. В словаре прилагательных не хватит, чтобы описать тот вечер. Он заставил ее почувствовать себя единственной женщиной во Вселенной.

— Ну и где этот мистер Чудесный? Он знает о ребенке?

— Он здесь, в Вегасе. — Правда, уже не такой чудесный, как раньше, но об этом Молли предпочла умолчать. Иначе она наверняка расплачется. — И нет, пока не знает. Я ему расскажу. Скоро.

Алекс откинулась на спинку стула и подозрительно посмотрела на Молли:

— Мне кажется, ты чего‑то недоговариваешь. И, похоже, это важно. Что произошло, когда ты приехала в Вегас и воссоединилась с этим потрясающим сексуальным мачо из бара?

— Да ничего не произошло. Когда мы встретились вновь, он… оказался совсем другим. — Молли покрутила в руках бокал. Аппетит исчез окончательно, сменившись горьким чувством разочарования. Она представляла себе совершенно другую встречу. — Мне нужно немного времени, чтобы понять, как быть дальше.

— Я понимаю. — Серина покрутила на пальце обручальное кольцо, и Молли неожиданно стало очень интересно, как складываются отношения между ее подругой и Джонасом.

Пока Молли предавалась утехам с Линком, Серина вышла замуж за Джонаса, совершенного незнакомца, в одной из местных часовен любви. При этом она согласилась не расторгать брак и помочь мужу в предвыборной гонке за должность мэра Лас‑Вегаса. Может, не так все и плохо? Хотя Серина не казалась такой счастливой, как Алекс.

Молли очень хотелось расспросить подругу, однако та тут же оживилась и произнесла:

— Я думаю, родить ребенка — это замечательно, каким бы ни был его отец! Уверена, ты найдешь подходящий момент сообщить ему об этом, Молли. И, возможно, все изменится. — Она крепко обняла подругу. — Как бы то ни было, ребенок — это благословение свыше! Так что, думаю, такое событие нужно отпраздновать шоколадным тортом!

Они заказали десерт и выпили чаю за будущего малыша.

Впервые с того момента, как она увидела на тесте две розовые полосочки, Молли ощутила облегчение. Вот почему нужны друзья — они рядом, когда тебе плохо, и всегда помогут увидеть светлую сторону жизни.

Линк ушел пораньше с делового ужина, сославшись на головную боль, и попросил Саула отвезти его домой. Он попросту не мог сосредоточиться на делах с тех пор, как вышел вчера из Центра разработок. Линк даже специально задержался на работе, набрасываясь на бумаги, устраивая одно совещание за другим. Но ничего не помогало.

Каждый раз, глядя на документы, отвечая на письма, поднимая трубку, он видел лицо Молли, слышал ее голос, чувствовал запах духов.

А вчера ночью она еще и вторглась в его сны. Разум вновь и вновь проигрывал ту ночь, когда они познакомились, — начиная с момента, как их руки впервые встретились, и заканчивая страстными поцелуями. И Линка каждый раз неумолимо охватывало острое желание…

За первым поцелуем последовал второй, третий, четвертый. Жар, полыхавший в них обоих, разгорался все сильнее и сильнее, пока наконец не захватил полностью. Они одновременно выдохнули: «Нужно найти комнату». И через несколько мгновений, стоило Линку вытащить кредитку, они оказались в номере в «Белладжио».

На элегантную обстановку прекрасного гостиничного номера никто из них не обратил внимания. Они торопились сбросить обувь, одежду, белье — кидая все это на пол кое‑как, в полном беспорядке. И наконец, прижав девушку к себе, Линк стал медлить, наслаждаясь вкусом шелковистой кожи, осыпая ее поцелуями, желая сделать эту ночь незабываемой.

Для них обоих.

Судя по тому, как эти воспоминания мучили его, он явно достиг своей цели. А то и перевыполнил план.

Молли. Он знал, что этого делать не следует, но очень хотел увидеть ее снова.

Машина остановилась у здания «Хамильтон тауэрс» следом за такси. Линк был дома — конечно, если так можно назвать роскошный пентхаус, в котором он почти не бывал. Он фактически жил на работе. Предстояла очередная одинокая ночь за бокалом бурбона и многочисленными отчетами. Затем несколько часов сна — и опять работа. Линк поблагодарил Саула и выбрался из машины. В тот же миг открылась дверца такси…

И из нее вышла Молли, словно его мысли неожиданно материализовались. На ней было черное платье до колен, подчеркивавшее все изгибы потрясающей фигуры. Вновь воскресло желание, которое Линк напрасно пытался игнорировать.

С того дня, как эта женщина вернулась в Вегас, он притворялся, будто ее появление в его жизни ничего не изменило. На самом деле Линк лгал самому себе. Изменилось все.

— Привет, Линк, — произнесла девушка, обернувшись.

— Похоже, мы закончили ужин одновременно. — Он чуть не спросил, как прошел ее вечер — точнее, с кем она его провела?

Молли закуталась в шаль:

— Боже правый, оказывается, после заката в Вегасе прохладно.

— Держи. — Он скинул пиджак и набросил его на плечи девушки, убрав руки чуть позже, чем требовалось.

— Спасибо, — улыбнулась она. — Так гораздо теплее.

А ему стало и вовсе жарко, правда, одежда была тут ни при чем. Он уже не сможет относиться к этому костюму так же спокойно, как раньше. Роскошная фигура Молли неожиданно преобразила его строгий пиджак, и это зрелище будет нелегко забыть…

Линк направился вместе с ней к зданию. Он придержал дверь, оттеснив швейцара. У лифта первым нажал на кнопку вызова. Нужно было оставить ее здесь, пойти своей дорогой, чтобы ничто не нарушило привычного течения вечера. Теперь Молли — всего лишь его служащая.

И больше ничего.

Именно этого он хотел, уверяя себя, что большего и не нужно. Только…

Та зияющая дыра, которую Линк впервые ощутил в душе два месяца назад, снова разверзлась. Ему очень хотелось принять то, что могла предложить Молли. Игривость, веселье, радость жизни, возможность побыть кем‑то другим. Сбросить ношу, которая давно уже тянула его вниз.

Еще одна ночь? Всего одна…

Линк повернулся, прислонившись спиной к дверцам лифта.

— У меня есть безумная идея. Не хочешь сегодня… узнать нечто новое?

Молли ухмыльнулась — эту кривую улыбку он помнил еще по их знакомству, и желание с новой силой вспыхнуло в его душе.

— Нечто новое? Что именно ты предлагаешь?

— Увидеть Вегас, который остается скрытым от большинства. Места, куда туристы редко попадают.

Молли помедлила, пристально глядя на Линка:

— Ладно, я готова.

— Вот и хорошо.

Они вышли из отеля, и мужчина тут же поймал такси, так как уже отпустил Саула.

— Сначала немного прокатимся по городу, — он дал водителю четкие указания, а затем откинулся на спинку заднего сиденья. Рядом с Молли.

Прожив в Вегасе большую часть жизни, Линк видел ночной город тысячи раз. Однако он никогда не смотрел на него глазами Молли. Солнце уже село, на улицы прокралась тьма, замерцали, оживившись, неоновые огни.

— Красиво, правда? — спросила она, когда они двинулись по улицам.

— Да, по‑своему.

— Я хочу сказать, вечером город обычно сереет, но огни здесь просто божественны.

«Как и ты», — хотел сказать Линк, но промолчал.

— Остановите здесь, — попросил он. — И дождитесь нас, пожалуйста.

Он вышел из машины и подал руку девушке. Они оказались на улице, полной казино, отелей и магазинов, помещенных под один гигантский навес.

— Потрясающе, — произнесла Молли оглядываясь.

Линк повернулся вместе с ней, позволяя себе ощутить такое же удивление. Чувство оказалось новым, неизведанным, слаще любого десерта. В его жизни оно появлялось так редко…

Линку внезапно захотелось заключить ее в объятия и поцеловать, однако вместо этого он начал вспоминать все, что ему было известно.

— Это Фремон‑стрит, одна из самых известных улиц в Вегасе. Навес покрывает дорогу почти на четверть километра. Над тобой двенадцать с половиной миллионов светодиодных ламп…

Молли прижала палец к губам Линка, заставив его замолчать:

— Линк, честно, я люблю узнавать что‑то новое, но давай пока просто полюбуемся.

Он открыл рот, чтобы ответить, но вместо этого едва не поцеловал ее палец:

— Да, конечно.

Они остановились, глядя на калейдоскоп мультфильмов и видео на навесе, которые менялись каждые несколько минут, охватывая широчайший спектр — от пейзажей до галактических сражений. Линк обнаружил, что смеется вместе с ней, наслаждаясь зрелищем. Через какое‑то время они неспешно пошли по магазинам.

Молли взяла в руки часы в форме пары гигантских игральных костей:

— То, что тебе нужно, Линк.

— Вот как? — усмехнулся тот.

— О да. — Она покрутила часы вправо и влево с удивительно серьезным выражением лица, хотя Линк видел, что Молли едва сдерживает смех. — То, что нужно современному директору огромной корпорации, чтобы все успевать.

Вскоре они вышли из магазина с пакетом, в котором покоились дурацкие часы.

— А теперь нужно приобрести что‑нибудь типично лас‑вегасское для тебя.

Молли ухмыльнулась:

— И что это будет?

Он притворился, что потянулся за сверкающим в темноте бокалом для мартини, но схватил вместо него игрушечного медвежонка со светящимся логотипом ближайшего отеля.

— Например, это. — Линк с усмешкой поводил медвежонком у нее перед носом. — А что, он теплый, мягкий, можно тискать. Замечательный сувенир!

Молли знала, что Линк просто хотел пошутить, что он не знал скрытого смысла. Но перед глазами тут же встал образ: вот он кладет этого самого медвежонка в колыбельку рядом с их ребенком…

Девушка отвернулась:

— О да, замечательная идея!

— Он тебе не нравится?

— Конечно, нравится, что ты! — Но восторг был наигранным, и они оба это поняли.

— Может, тогда возьмем очки Элвиса? — предложил Линк, поднимая следующий сувенир и улыбаясь Молли.

Она произнесла какую‑то вымученную шутку и направилась дальше.

Они вышли из магазина и направились к такси.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — произнес Линк. — Ты как‑то побледнела.

— Все в порядке, — солгала Молли.

— Хочешь увидеть еще кое‑что? Нечто особенное.

— Конечно.

Все что угодно, лишь бы убраться подальше от медвежонка и всего с ним связанного!

Линкольн Кертис должен был быть умнее. В конце концов, он уже выяснил однажды, что долгие любовные отношения — не его стихия. А ведь едва не пошел к алтарю! Даже какое‑то время надеялся стать отцом, осуществив американскую мечту о просторном доме в пригороде и троих, а то и пятерых детишках.

А потом погиб Маркус, и вся его жизнь рассыпалась на части…

Линк осознал, что его место — за письменным столом.

Только вот глядя в зеленые глаза Молли, он забывал о том, почему принял такое решение. Он вновь оказывался в том баре, и часть его, — которую он уже похоронил, — оживала, утверждая, что он тоже заслуживает счастья, хотя бы ненадолго.

Но эта часть забыла о наследии, оставленном прошлым. Об обещании, данном родителям, брату, затем его семье. Линк поклялся себе, что все исправит. И вряд ли этому поспособствуют серьезные отношения с женщиной.

— Где мы? — спросила Молли, когда такси припарковалось у обочины.

— Это заведение моего приятеля Гарри. Он открыл его пару лет назад. Не самое типичное для Вегаса местечко, и я подумал, что тебе, возможно, понравится. — Линк указал на вывеску над ярко‑голубой дверью, и Молли прочла в свете фонарей: «Подводные приключения у Гарри. Потрясает до глубины души».

— Подводные приключения? — с опаской спросила Молли. — Надеюсь, мы не будем нырять с аквалангом?

— Нет, ничего такого, — рассмеялся Линк. — Просто куча самых разных рыб. И забавный хозяин.

— Так это аквариум?

Линк пожал плечами:

— Вроде того. У Гарри необычное чувство юмора, и оно отразилось на этом местечке. Думаю, тебе понравится.

Молли улыбнулась, в очередной раз удивившись. Из всех мест, куда серьезный мужчина может сводить женщину, нечто подобное вряд ли пришло бы в голову кому‑то другому. Линкольн Кертис в очередной раз сумел ее поразить. Однако прежде, чем Молли успела задать следующий вопрос, Линк повел ее внутрь к стеклянной будке, которую украшали дюжины нарисованных подводных животных.

— Гарри, есть местечко еще для двоих?

Пожилой человек за прилавком поднял глаза от груды мелочи и широко ухмыльнулся:

— Линк! Давно не виделись! Я уже начал думать, что не удастся похвастать тигровыми акулами, которых привезли совсем недавно!

Линк рассмеялся:

— Я был немного занят, Гарри.

— Сплошные предлоги!

— Это не предлог, это работа, — усмехнулся Линк. — Кто‑то должен стоять у руля.

— Однажды ты доживешь до моих лет и горько пожалеешь, что тратил на свою работу столько времени, — покачал головой старик. — Как бы то ни было, ты наконец здесь, да еще и с красивой леди. Давайте наслаждаться вечером! — Он вышел из кабинки. — Ну, проходите. Я непременно покажу вам своих потрясающих акул. Они еще совсем малыши, но, когда подрастут, станут настоящими звездами!

Линк и Молли поблагодарили Гарри и прошли по длинному темному коридору, который в самом конце освещался голубыми лампами. Они словно очутились под водой. Повсюду толпились посетители, многие с детьми, весело болтая о чем‑то. Стены были украшены вырезанными из светящегося материала рыбами, над которыми висели забавные реплики, почти как в комиксах. Молли слышала, как малыши, смеясь, наперебой повторяют эти шутки. Кресла и лавки в виде морских коньков и китов, пластиковые угри, освещавшие комнату, огромные раковины с брошюрами и рекламками. Все сделано с любовью, вниманием и юмором.

Молли здесь очень понравилось. А ведь она еще даже не видела аквариума.

— А почему здесь так много детей? Уже поздно.

— В Вегасе жизнь кипит двадцать четыре часа в сутки. Здесь есть самые разные развлечения. И пока один из родителей гуляет с детьми, его дражайшая половина проигрывает состояние в казино.

— Разумно, — кивнула Молли.

Освещенный коридор вел в большую комнату со стеклянными стенами, отчего у посетителей создавалось ощущение, словно они оказались в огромном аквариуме. В высоту помещение было не меньше трех этажей. С одной стороны в центре огромного аквариума расположился пиратский корабль, на сундуках с сокровищами сидели улыбающиеся скелеты. То тут, то там виднелись их собратья по несчастью, машущие посетителям или болтающиеся в рыболовных сетях.

Это место понравилось бы любому ребенку. Сюда Молли с радостью привела бы своих учеников.

— Потрясающе! — выдохнула она.

— Я же говорил тебе, — ухмыльнулся Линк. — Гарри очень трепетно относится к своим рыбкам.

Молли медленно повернулась, любуясь размеренными, плавными движениями огромных морских черепах, стайками серебристых рыбешек, угрем, который светился в темноте, забившись в угол на дне аквариума. Водный мир находился в постоянном движении.

Дети радостно метались по залу, подскакивая то к одному аквариуму, то к другому, чтобы показать мамам замечательную голубую рыбку или полюбоваться той желтенькой. Повсюду слышался смех.

Молли невольно прижала руку к животу, переведя взгляд с рыб на людей.

Приведет ли она однажды своего ребенка в такое местечко? Будет ли показывать ему или ей ленивых морских черепах, объяснять, почему скат с такой легкостью разрезает воду?

Она покосилась на Линка, который задержался, глядя на огромную черепаху, величаво проплывающую мимо. Может, он думал о том же?

— Замечательное место для детей, — осторожно произнесла она.

— Возможно. Я сюда никогда с ними не приходил.

— Думаю, лучше всего смотреть на все глазами ребенка. — Молли указала на радостных детей вокруг. — Смотри, как им интересно! Гарри определенно обустраивал свой аквариум для них.

Ответом послужило неопределенное хмыканье.

Молли попыталась прочесть чувства Линка по его лицу. Безуспешно.

— Представляю, с каким удовольствием я бы привела своего ребенка сюда, — произнесла она, надеясь, что это заявление наконец развяжет Линку язык.

— Да, я с легкостью могу представить тебя с ребенком, — произнес он.

И все. Ни слова о себе. Молли захотелось взять огромные клещи, чтобы наконец вытянуть из него нужные ей ответы, но она подозревала, что это не под силу никому.

И все‑таки нужно заставить Линкольна Кертиса открыться. В конце концов, она приехала, чтобы познакомиться с ним.

Поблизости маленькая девочка пыталась и так, и эдак извернуться, чтобы подойти к аквариуму поменьше, но перед ней стояли дети постарше. Молли наклонилась, улыбнувшись крохе:

— Может, встанешь передо мной, солнышко?

Девочка озорно ухмыльнулась:

— Спасибо.

Молли прошла немного вперед, приблизившись к самому стеклу, а затем присела на корточки.

— Видишь то создание? — спросила она, указывая на рыбку, покрытую желтыми и коричневыми полосками. — Это полосатая рыба‑еж. Ты знаешь, что она может выпить много воды и раздуться, как шарик?

— Правда?!

Молли покосилась на Линка, гадая, захочет ли он присоединиться? Однако мужчина держался поодаль. Он не любит детей? Или решил, что она и сама прекрасно справляется?

— Да. Так они отпугивают других животных. Когда они надуваются, вон те маленькие шипы становятся большими, острыми и страшными. Так рыбка говорит: «Лучше со мной не связывайся».

Девочка захихикала:

— Мне кажется, она будет выглядеть глупо, если раздуется.

— Мне тоже так кажется. Многие животные делают глупости. Поэтому нам так интересно учиться. — Молли отступила, пропуская вперед маму девочки, которая вела за руку карапуза и везла перед собой коляску.

— Спасибо большое, что дали Анне рассмотреть рыбок, — произнесла женщина. — Она обожает аквариум.

— Я тоже, — произнесла Молли, улыбнувшись девочке. — Удачного отдыха!

— Спасибо! — Анна вцепилась в мамину руку и застрекотала, взахлеб рассказывая о том, что только что узнала.

Линк одобрительно усмехнулся:

— Ты здорово управляешься с детьми!

— Спасибо. Мне нравятся, когда они учатся чему‑то новому. А еще лучше, если им интересно.

— Будем надеяться, наша программа пробудит в них интерес к окружающему миру.

И снова о работе. Правда, возможно, эта знакомая улочка приведет к новым неожиданностям?..

— Думаю, так и будет. Дети обожают учиться, играя. Программа построена так, что они непременно захотят узнать еще больше. — Они двинулись дальше мимо светящихся в темноте медуз, плавающих в воде, на фоне их тел кажущейся черной. — Можно было бы включить в игру рассказы о зоопарках и таких вот аквариумах. Чтобы им захотелось пойти туда и применить новые знания.

— Прекрасная идея. — В голубых глазах на мгновение промелькнуло восхищение. — Вот поэтому я тебя и нанял. Ты знаешь этот рынок, знаешь, как заинтересовать детей. С другой стороны, ты ведь с ними работаешь. Я‑то не знаю даже, о чем с ребятишками разговаривать.

— Это легко, — рассмеялась девушка. — Не нужно быть гением. Просто найди тему, которая их интересует — рыба, спорт, еда, — и сделай какое‑нибудь замечание. Они сами подхватят.

Линк покачал головой:

— Не забывай, ты говоришь с человеком, который проводит все свое время, общаясь с программными кодами и серьезными людьми в костюмах. Вряд ли бизнес заинтересует пятилетних карапузов.

— Но ты ведь тоже был когда‑то таким карапузом, верно? И наверняка общался с ними? Может, с племянниками?

— Да. — Он указал на дверь в другом конце зала. — Посмотрим на тигровых акул?

Линкольн Кертис снова отгородился от нее, хотя Молли так и не поняла почему. Последовав за ним в следующее помещение, она снова попробовала разговорить его:

— У тебя большая семья?

— Нет.

И все? Она ожидала развернутого ответа. Молли надеялась завязать таким образом разговор, а не прервать его. В конце концов, она ведь спрашивает не номер его страховки! Подобными сведениями люди спокойно делятся каждый день. Нет, она так просто от него не отстанет.

— А у тебя есть брат или сестра? Я единственный ребенок, но всегда мечтала о родной сестре.

— Гарри уверял, что новая выставка тигровых акул — это что‑то, — произнес Линк. — К тому же там, наверное, не так шумно. Пойдем посмотрим. — Он разочарованно вздохнул, когда большая группа детей с воплями и топотом пронеслась в том же направлении. — Я не очень‑то люблю такие… сборища. — Линк взял девушку за руку и, лавируя между родителями и детьми, двинулся прочь.

— Могу поспорить, это резко отличается от того, к чему ты привык на работе, — произнесла Молли. — Но можешь мне поверить, стоит подольше пообщаться с детьми, как без них становится скучно. Привыкаешь к шуму, беспорядку, бьющей во все стороны энергии.

«Ты мог бы привыкнуть к нашему ребенку, если бы попытался. Ты полюбил бы его, я уверена в этом…»

— Ну, этого я не планирую.

Его слова обрушились на Молли ледяным водопадом, и она споткнулась на ровном месте.

«Не планирую».

Значит, он не хочет детей? Вообще? Или только пока?

Что бы Линк сказал, узнав, что она носит его ребенка? Что тоже хочет малыша? Или просто ушел бы прочь?

Пальцы нервно погладили пока еще плоский живот, и Молли решила, что пока не готова узнать ответ.

Они вышли из главного помещения в комнату поменьше, где царил полумрак. Здесь был подсвечен лишь один большой аквариум.

Очевидно, на личные темы с Линком поговорить не удастся. То ли потому, что они стояли в центре толпы, то ли, что более вероятно, он не хотел рассказывать о себе. Это означало бы начало долгих отношений, а Линк еще два месяца назад дал понять, что не хочет их.

И все же… Зачем Линку было приводить ее сюда, если она его совершенно не интересует? Фактически у них состоялось свидание…

— Самое интересное в тигровых акулах, — произнесла Молли, подойдя к аквариуму, — то, что они не охотятся. Просто плавают парами мимо косяков, двигаясь в противоположном направлении и широко разевая рот. Добыча сама плывет прямо им в зубы. — Она улыбнулась Линку. — Никакой работы, сплошное удовольствие.

— Неужели эти рыбы не видят опасности?

Она коснулась стекла кончиками пальцев:

— Рыбы просто следуют за лидером, даже если тот плывет прямиком акуле в пасть.

Линк рассмеялся:

— Прямо как в бизнесе!

Она наблюдала за акулами, размышляя о мире, в котором жил Линк. Почему одна мысль о детях вызывает у него отторжение? Может, проблема заключается в его прошлом?

— Да, этот мир здорово отличается от детского сада или начальной школы.

— Теперь ты по уши увязла в сфере купли‑продажи, — произнес Линк. — Ты, кстати, так и не рассказала мне, почему ушла из мира маленьких детишек и оказалась в мире бизнеса. С тем же успехом ты могла бы остаться в Сан‑Диего, устроиться в другую школу, а не мчаться сюда.

— Я планирую вернуться к преподаванию в следующем семестре. Мне показалось, что было бы неплохо попробовать себя в чем‑нибудь еще, — осторожно произнесла Молли, старательно избегая правды. — А твое предложение меня и впрямь заинтересовало.

Он помолчал, пристально глядя на нее:

— Я рассказывал об этой программе десятку людей, и почти все сказали, что я спятил. Что это напрасная трата ресурсов и времени компании.

Молли пожала плечами:

— Я не очень сильна в цифрах, но мне кажется, программа, поощряющая желание учиться, не может быть напрасной тратой. Возьмем хоть аквариум Гарри. Возможно, это не самое прибыльное дело в Вегасе. Но что ты здесь видишь? Дети рады, им интересно, у них восторг в глазах. Они учатся. И Гарри очень любит свое дело. Это тоже своего рода прибыль, только ее нельзя вписать в счета.

Линк долго молчал, наблюдая за девушкой. Под пристальным взглядом голубых глаз ей стало не по себе — возникло ощущение, что он способен прочитать в ее душе любые секреты. Затем из колонок раздался голос Гарри, объявившего о закрытии аквариума, и напряжение, воцарившееся между ними, наконец исчезло.

Дети и их родители направились к выходу.

— Здесь учатся чему‑то новому не только дети, — тихо произнес Линк.

Они остались одни, и в аквариуме воцарилась тишина, которую нарушало только бульканье воздуха в воде. Голубые отсветы играли на лице мужчины, превратив его в таинственного героя подводных сказок.

— А кто еще, по‑твоему? — Ей не хватило воздуха, чтобы ровно произнести эту короткую фразу.

Линк сделал шаг вперед, сократив расстояние между ними:

— Зачем ты на самом деле приехала в Вегас, Молли Хантер?

Она повернулась к нему, смело взглянула в глаза. Открыла рот, собираясь сказать правду. Снова закрыла его, не в силах произнести ни слова.

— Потому, что у нас осталось незаконченное дело? — тихим низким голосом спросил мужчина. Он протянул руку, зажал между пальцами темный локон и отпустил его. — Мне так кажется. А тебе?

Молли кивнула, зачарованная, опьяненная, попавшая под власть его чар.

Кажется, ей так и не удалось забыть его.

Она обманывала себя, думая, что очарование той ночи осталось в прошлом. Сотни — нет, тысячи раз! — Молли рисовала себе Линка, представляла, как он снова целует ее, вспоминала, как его руки скользили по ее телу…

Дыхание сбилось, сердце заколотилось. Молли беспомощно ждала, глядя ему в глаза. Предвкушая. Томясь. Желая его.

Он медленно склонил голову, приближаясь к ее губам. Перед глазами Молли промелькнули картинки будущего. Линкольн Кертис поцелует ее — и она снова поддастся притяжению.

И совершит самую большую ошибку в своей жизни.

Во второй раз.

Глава 6

Молли попятилась:

— Думаю, мне пора домой.

Их губы так и не встретились. Линк не успел поцеловать ее.

Более красноречиво выразить отсутствие интереса эта женщина не могла. На мгновение Линку показалось, что он ей интересен. Очевидно, он ошибся…

— Разумеется. Нам обоим завтра предстоит долгий день.

Нужно было радоваться, что Молли сумела вовремя остановиться. Тогда почему его охватило такое острое разочарование?

— Ну, что вы думаете о моих новых детках? — спросил Гарри, подойдя к молодым людям. Густые белоснежные волосы его стояли торчком, словно от удара током, а синие глаза искрились энтузиазмом и радостью. — Красивые, правда? Я думаю, к осени нужно будет добавить еще рыбу‑молот. И устроить целую выставку, посвященную акулам.

— Мне очень понравился ваш аквариум, Гарри, — произнесла Молли, явно обрадовавшись появлению хозяина. — Здесь здорово. Можно прекрасно отдохнуть с детьми. Теперь я понимаю, почему их здесь так много!

— Благодарю вас, мисс. Я хотел сделать так, чтобы мои маленькие гости стали моей семьей. Своих‑то детей у меня, к сожалению, нет. — По лицу старика пробежала тень. — Об этом я больше всего сожалею. Долго ждал, чтобы жениться — слишком занят был. Правда, этот парень мне всегда нравился. — Гарри махнул рукой в сторону Линка. — Он и его братец. — Я помню день, когда ты получил свой первый набор начинающего химика. Чуть не взорвал все дома в округе.

— Если мне не изменяет память, ты лично купил мне его на день рождения, — произнес Линк. — Всячески поощрял мою страсть к разрушениям.

Гарри рассмеялся:

— Стоило Линку и Маркусу что‑то затеять, как тут же сыпались неприятности. Линк, подозреваю, всегда был мозгом преступной банды. — Гарри подмигнул. — Вы, парни, в детстве многих заставляли улыбнуться. Славные были деньки…

— Да, но это все в прошлом, — произнес Линк. — Я уже староват для наборов начинающих химиков.

Лицо Гарри смягчилось, и он похлопал молодого человека по плечу:

— Мне тоже не хватает твоих родителей, Линк. Они гордились бы тобой, если бы дожили до этого дня.

Линк сомневался, что Гарри сказал бы то же самое, знай он причину смерти Маркуса. Как Линк в последнюю минуту подвел своего брата, не смог его защитить и уберечь, как должен был.

Ему захотелось как можно быстрее уйти отсюда.

— Да, спасибо, Гарри. В том числе за то, что впустил нас сегодня. Я непременно вернусь, чтобы посмотреть на твои новые приобретения. Обещаю.

— Ловлю на слове. Мне тебя недостает. И не забудь прихватить свою даму, — произнес Гарри ухмыльнувшись. — И если у тебя есть мозги, друг мой, ты непременно наведешь порядок в личной жизни.

— Спасибо за совет, но мне нужно управлять компанией.

— Компания может развиваться и без тебя…

— В отличие от моей жизни. Знаю, знаю.

Гарри покачал головой, пробормотал себе под нос что‑то об упрямых ослах, а затем попрощался с молодыми людьми.

Линк вновь легонько коснулся спины девушки, провожая ее к выходу. Но она осталась напряженной, неподатливой. Как будто он рассердил ее.

Тем, что попытался поцеловать? Или что‑то не то сказал?

Ему очень хотелось задать этот вопрос, однако Линк твердо велел себе не поднимать запретную тему. Иначе они окажутся там, где все началось. И ему вновь захочется того, чего у него никогда не будет.

Семьи.

Сегодня их беседа все время так или иначе шла о детях. Когда девушка произнесла, что хотела бы привести сюда своего ребенка, его охватили сразу два чувства.

Беспокойство и зависть.

Беспокойство, вызванное мыслью о том, что она хочет их ребенка. А Линк давно решил, что это не для него.

Следом за беспокойством пришла зависть. Что когда‑нибудь Молли это сделает — придет сюда с другим мужчиной. И с ребенком от другого мужчины! Эта мысль Линку совершенно не понравилась.

Нет. Нельзя завидовать тому, чего у него никогда не будет. Лучше придерживаться привычного ритма жизни, заниматься тем, что у него действительно получается, чем вновь потерпеть поражение…

Нельзя, чтобы от него зависели те, кто его любит.

Линк поймал такси, и они уселись на заднем сиденье.

— Послушай, то, что там произошло… — начал было он.

— Не думай об этом, — отмахнулась Молли. — Мы же не хотим снова совершить ошибку?

Значит, для нее та ночь была всего лишь ошибкой?..

Машина мчалась по ярким, оживленным улицам города.

Линк вспоминал Маркуса и тот день, когда ему пришлось отправиться к жене брата и рассказать ей, что любимый муж и отец ее детей скончался.

Потому что Линка не было рядом, чтобы позаботиться о нем.

Он в это время наслаждался незаслуженным отпуском и был слишком пьян, чтобы поднять трубку, когда поступил первый звонок от Маркуса. Слишком много порций бурбона плескалось в мозгу, поэтому Линк так и не выполнил единственную просьбу брата — принять участие в совещании по телефону, чтобы Маркус мог сходить к врачу.

«Я что‑то плохо себя чувствую, Линк. Да‑да, я уже слышу, как ты меня распекаешь. — Маркус коротко рассмеялся. — Но без тебя я, каюсь, забыл о лекарствах, увлекся проектом. А сегодня… — Он помолчал, судя по всему, пережидая приступ боли. — Мне что‑то не по себе. — Брат выругался — наверное, снова сдавило грудь. — В общем, сделай мне одолжение, возьми это совещание на себя, хорошо? А потом можешь отдыхать дальше».

Но Линк не принял телефонный звонок. Он проснулся часом позже и услышал это сообщение. Было слишком поздно…

Машина остановилась перед «Хамильтон тауэрс». Линк вышел и придержал дверцу для Молли. Девушка скользнула мимо, и он вновь ощутил аромат ее духов. Укрепившаяся было решимость оставить все как есть рассыпалась прахом.

— Спасибо. Мне очень понравился аквариум.

— Не за что.

Они вместе вошли в здание и вскоре оказались там же, откуда начали свою прогулку, — у лифта.

У Линка теперь было два варианта — или отправить Молли одну в ее номер, или же пригласить к себе в пентхаус.

Линк даже не намекнул на то, что они могли бы отправиться к нему. Он нажал кнопку, и дверцы тут же открылись. Уже в лифте мужчина повернулся к Молли:

— Кстати, я не считаю, что та ночь была ошибкой.

Она удивленно приоткрыла рот:

— Не… не считаешь?

— Мне понравилось целовать тебя. Это было потрясающе. Чудесно. Я бы сделал то же самое не раздумывая, если бы…

— Если бы что?

— Если бы моя жизнь была хоть немного другой.

— И что это значит?

— Я не из тех, кто способен остепениться.

— А кто сказал, что я из таких? Или ты просто решил, что уже знаешь обо мне все? — Молли нахмурилась и скрестила руки на груди, прислонившись к стенке кабины. — Что с ним случилось?

— С кем?..

— С мальчиком, который едва не взорвал все дома по соседству, получив набор начинающего химика. Потому что этот Линк… — Молли оттолкнулась от стенки и несильно дернула мужчину за галстук смелым, резким движением. — Этот Линк поглощен только работой. У него нет времени на игры.

— Почему же, иногда я играю, — низким голосом, больше похожим на тихое рычание, произнес он.

Сейчас Линку больше всего на свете хотелось поцеловать Молли, заключить в объятия и повторить ту незабываемую ночь. Он знал, что будет чувствовать. Помнил, какая у нее гладкая, нежная кожа, как Молли постанывает от удовольствия…

— Вот и хорошо, — произнесла она, таинственно улыбнувшись. — Потому что очень скоро я поймаю тебя на слове.

Дверцы лифта открылись, и Молли выскользнула в коридор, оставив его в недоумении. Линк проводил ее взглядом и уже через несколько мгновений оказался на верхнем этаже, в своих апартаментах. В полном одиночестве.

Молли лениво листала страницы «Воспоминаний для вашего ребенка». Этот журнал она купила в книжном магазине и только теперь поняла, что может заполнить очень немногие графы. Она знала почти все о компании Линкольна Кертиса. Указала еще кое‑что — цвет глаз, волос, рост. Но страницы с пометками «Ранние воспоминания», «Любимая еда», «Мечты о будущем» оставались девственно чистыми.

Вчера ей удалось мельком взглянуть на настоящего Линка, но наваждение быстро схлынуло, словно он не желал открываться ни перед кем.

Молли провела в Вегасе уже несколько дней, работа над программой успела здорово продвинуться, но…

С Линком по‑прежнему никаких успехов, если не считать крохотных обрывков важных сведений, которые она успела получить вчера. Молли разочарованно вздохнула, думая о страницах, которые нужно заполнить. Как ей узнать получше отца своего ребенка?

Нужно заставить Линка довериться ей. Осталось только понять, как это сделать, не показавшись при этом хищницей, желающей заполучить его.

Потому что это ее не интересовало. Ни капли!

Ну, почти…

Молли убрала журнал в сумку, а затем вытащила зеркальце. Взгляд невольно задержался на губах, которые Линк чуть было не поцеловал вчера…

Она сама его остановила.

Пальцы прижались на мгновение к губам, а перед глазами замелькали воспоминания о том, как Линк целовал ее два месяца назад. Первое же прикосновение языка — и она утратила способность соображать. Как ей хотелось вновь испытать это упоительное чувство…

Что будет, если опять перейти черту? Она снова ступит на тропу безумия. Молли знала, что не может этого себе позволить.

Теперь в ее жизни есть новый смысл, и строить отношения с Линкольном Кертисом — непозволительная роскошь. Вчера он ясно дал понять, что его не интересует семейная жизнь и воспитание детишек. Ему вообще до детей нет никакого дела.

«Но если так, — подумала Молли, убирая зеркальце и направляясь к Центру разработок, — то зачем вообще вкладывать деньги в создание программы для детей?» Линкольн Кертис оставался для нее загадкой, человеком, который каждый день представал перед ней в новом свете.

— Доброе утро, — поздоровалась она с Роем. — Ты рано.

— Люблю посидеть в тишине. Через пару часов здесь начнется настоящий ад. Иногда даже трудно сосредоточиться. — Рой поставил чашку с кофе на стол и сел за компьютер. — Мы вчера прекрасно поработали. Джерома сегодня не будет, так что я подумал…

— Сегодня мне бы хотелось весь день поработать с Линком, — произнесла Молли.

Эта идея пришла ей в голову только что. Почему она не подумала об этом раньше?

— С мистером Кертисом?!

— В конце концов, это ведь его идея. Думаю, ему нужно внести свой вклад.

— Ну ладно, желаю удачи, — с сомнением произнес молодой человек. — Ты видела его расписание?

— Угу.

— Ты ведь знаешь, что он живет от одного совещания до другого? Не хочу никого обижать, но я проработал здесь шесть лет и ни разу не видел, чтобы мистер Кертис хоть раз ушел вечером с работы пораньше, чтобы поиграть в свой любимый гольф. Поэтому мы все здесь чувствуем себя виноватыми, когда приходится брать больничный из‑за гриппа или простуды.

Но Линк потратил пару часов, чтобы показать ей город… Значит, его все‑таки можно уговорить? Нужно лишь вновь пробудить в нем жажду приключений.

Молли начало казаться, что это единственный способ разговорить его.

— Это мы еще посмотрим! — Девушка схватила сумочку, вышла из комнаты и поднялась на лифте на двенадцатый этаж.

Она делает это только ради ребенка. Не потому, что ей любопытно. Не потому, что при одном взгляде на него ее сердце сбивается с ритма. Не потому, что она по‑прежнему испытывает притяжение к Линку, с которым познакомилась в тот вечер, — раскованному, сексуальному, обаятельному…

Еще было довольно рано — около семи тридцати, — поэтому большинство офисов пустовали. Даже секретарши Линка не было на месте. Зато в его кабинете горел свет — что, впрочем, Молли не удивило.

Она направилась было к двери с его именем, но по дороге на другой двери заметила табличку «Маркус Кертис, вице‑президент».

Брат Линка, о котором вчера упоминал Гарри? Разумеется.

Молли подумала о журнале. Кто лучше младшего брата сможет рассказать ей о Линке? Наверняка Маркус более разговорчив и охотно поделится интересными сведениями. Она подошла к двери и решительно постучала.

Тишина.

Молли снова постучала, и раздался тихий ответ. Ей послышалось: «Войдите».

У окна спиной к ней стоял мужчина.

— Мистер Кертис? Меня зовут Молли Хантер. Я работаю на Линкольна…

Мужчина обернулся:

— Какого черта ты здесь делаешь?

— Линк?! — Молли замерла. Может, она ошиблась дверью? — Извини. Я искала твоего брата и…

— Его здесь нет. — Линк подошел к ней, излучая ярость. — Что тебе нужно от моего брата?

— Я… — Молли замолчала. Что сказать? Разумеется, не правду. Она посмотрела на пустой стол, смутившись и ничего не понимая. Где Маркус? Почему здесь Линк? И почему так злится? — Я хотела расспросить его о программе. Он ведь тоже ездил в тот летний лагерь, и я подумала…

— Ты не думала, Молли. И не потрудилась расспросить кого‑нибудь. Просто вломилась сюда. — Его голос звучал резко и сурово. — Мой брат мертв, так что он не может ответить на твои вопросы. И на мои тоже.

С этими словами Линк прошел мимо Молли в свой кабинет и захлопнул дверь.

Сцена вышла не слишком дипломатичной. Он набросился на Молли, хотя ее вины в произошедшем не было.

В конце концов, на двери Маркуса не висела табличка со словом «Покойный». Офис выглядел точно так же, как при жизни его брата. Как будто Маркус в любой день мог войти с широкой ухмылкой в «Кертис системс» и занять свое место за столом.

Линк перевел взгляд на фотографию брата, висящую на стене. Знакомая усмешка, широкая, озорная, говорившая: «Черт с ними, со всеми скучными делами, жить нужно сегодняшним днем!» Он так и делал, посвящая большую часть своего времени различным удовольствиям.

И куда это привело Маркуса?

Линк покачал головой, отгоняя эти мысли. Затем поднялся из‑за стола и отправился на поиски Молли.

Он нашел ее в коридоре, около Центра разработок.

— Молли…

Девушка обернулась. На ее лице причудливо смешались гнев, боль, разочарование. Да, он вел себя как настоящий мерзавец.

— Прошу прощения. Я просто не ожидал, что кто‑то может войти в кабинет моего брата. Просто… — Линк вздохнул. — Его смерть была тяжелым ударом.

— Мне очень жаль, Линк. — Молли смягчилась и шагнула к мужчине, легонько коснувшись его руки. — Даже представить не могу, как тяжело потерять человека, которого так сильно любишь. Судя по словам Гарри, Маркус был удивительным человеком.

Боль свила гнездо в груди, и Линк с трудом сглотнул появившийся в горле ком. В ее глазах он прочел незаданный вопрос: «Что с ним случилось?»

Нет. Он не станет рассказывать. Не сейчас. Может, никогда.

Линк отвел взгляд:

— Я просто заглянул сюда, чтобы извиниться. Не буду тебя задерживать. Рой наверняка заждался…

Молли покачала головой:

— Вообще‑то я сказала ему, что планирую провести день с тобой.

— Со мной? — тупо переспросил Линк.

— Ты играешь в невидимку с тех самых пор, как мы начали работу. Конечно, твой блокнот нам очень помог, но нужны собственные слова и мысли. Это же твоя мечта, Линк! Нельзя просто вручить ключи к ней посторонним людям и ожидать, что они ее выполнят.

Она хотела, чтобы он тоже принял участие в работе? Но ведь он еще неделю назад дал ясно понять, что не собирается этого делать!

— Я могу заглянуть к вам в течение дня и предложить что‑нибудь еще…

«И все. Не проси большего…»

Но Молли его мыслей прочесть не могла:

— Не‑а, мало…

— Мало?

— Я кое‑что поняла, работая учителем. Лучше всего дети учатся, если есть наглядный пример. В этом деле я твой ученик. Покажи мне.

— Показать? — О чем это она? — Что? Когда? Как?!

— Просто, прямо сейчас, все! — Молли рассмеялась. Этот звук походил на серебристый перезвон весеннего дождя. — Возьми выходной, Линк, и пойдем со мной.

Линк в недоумении уставился на нее. Сказанное дальним эхом отдавалось в его сознании.

— Взять выходной?!

— Ты будешь повторять каждое мое слово? Да, выходной! Никакой работы до завтрашнего утра. Не говори мне, что ты никогда этого не делал.

— Честно говоря, не припомню, когда в последний раз позволял себе…

Ложь! Все он помнил. Три года назад, в апреле. Он последовал совету Маркуса и уехал на неделю. А через два дня…

Через два дня ему пришлось сообщить ужасную весть жене Маркуса.

Линк покачал головой:

— Молли…

— Компания не развалится на части, если ты на день покинешь ее стены. Я в этом уверена.

Что эта женщина замыслила? Зачем постоянно пытается заставить его сделать то, чего лучше всего избегать? Неужели она не понимает, что дело не просто в неожиданном выходном?

Сделав это, он окажется на пороге ее мира. Мира обычных людей, которые живут в домах с плетеным забором, с детишками и собаками. Которые могут отложить все дела и снять комнату в отеле с незнакомкой. Представить, что влюблены в нее, вообразить, будто у них может быть будущее…

Молли склонила голову набок и одарила его широкой улыбкой:

— Что скажешь, Линкольн Кертис? Не хочешь прогулять?

Ему отчаянно хотелось отказаться, он знал, что так и следует поступить. Вмешалась логика, подсказывая, что будет глупо перекраивать все свое расписание… Но затем Линк посмотрел в глубокие зеленые глаза, в которых плясали озорные искорки. Он словно снова оказался в том баре с женщиной, которая видела в нем просто Линка, а не Линкольна Кертиса.

Той ночью он ощутил вкус свободы.

Прогулять. Она просила его прогулять. На время простить самого себя и наслаждаться жизнью вместе с красивой женщиной.

— Да, — произнес Линк прежде, чем здравый смысл успел вмешаться и остановить его.

Глава 7

Озеро Мид, расстилающееся перед ними на двести километров, ярко блестело на солнце. Лодки и байдарки усеивали голубую воду, а на каменистом берегу обосновались купающиеся и загорающие люди. Поодаль стеной стояла дамба Хувер, удерживающая многие тысячи литров воды. Озеро опоясывали большие валуны красноватых оттенков.

— Как красиво! — выдохнула Молли. — Просто потрясающе! Я выбрала это место, пролистав брошюру, но даже не представляла, какое оно удивительное!

— Я здесь не был уже давным‑давно. Родители когда‑то брали нас сюда почти каждые выходные, — произнес Линк. — Я уже и забыл об этой красоте.

Но он говорил не об озере. О Молли. А она даже не подозревала об этом.

Солнечный свет расплескался по темно‑каштановым прядям, осенив их золотистым мерцанием. На лице — ласковая улыбка, словно счастье поселилось в ее душе. Сегодня на девушке были яркая юбка с крупными цветами и простая белая майка — в простом наряде она казалась моложе своих лет, и Линк, стоя рядом с Молли в строгом костюме, почувствовал себя безнадежно старым и закостеневшим.

— Ну же, — произнесла девушка, протягивая руку. — Пойдем к воде.

Линк с сомнением посмотрел на нее, затем на озеро:

— Я одет не самым подходящим образом.

Молли усмехнулась:

— Тогда раздевайся!

Она сбросила туфли на низком каблуке и отпихнула их в сторону. Босые ноги тут же утонули в песке, на виду остались только ногти, покрытые красным лаком. Затем девушка, подбоченившись, выразительно посмотрела на дорогие ботинки Линка. Он помедлил, и она снова заразительно рассмеялась:

— Да, Линк, разувайся! Рукава тоже закатай — не знаю, правда, сколько этот костюм стоит, но, думаю, ты переживешь. Пройдемся по пляжу. Обещаю, ты, возможно, промокнешь, но не растаешь.

Он решил возразить, сказать, что может поведать ей все о своих приключениях и без этой прогулки. Однако в душе Линка росло то же безумное чувство, которое два месяца назад заставило его познакомиться с одной красивой незнакомкой в баре…

И Линкольн Кертис, мультимиллионер, генеральный директор и совладелец одной из крупнейших компаний мира, скинул дорогие итальянские ботинки, бросил их на песок, снял пиджак и закатал рукава дорогой рубашки. А затем направился следом за девушкой к воде.

Утки совершенно не боялись людей, то и дело ныряя в голубую прозрачную воду. Все казалось таким обыкновенным и при этом так отличалось от привычной Линку обстановки, что он чувствовал себя пришельцем с другой планеты.

Песок под ногами оказался влажным и прохладным. Ветерок обдувал лицо, солнце согревало спину и ноги. Он уже забыл, до чего приятно просто находиться на природе.

Линк взял Молли за руку, и это казалось таким естественным, словно они всегда были вместе. Ему хотелось большего, он мечтал припасть к ее губам, прижать девушку к себе…

— Расскажи мне, что может заставить ребенка захотеть узнать больше о месте вроде этого. Точнее, ребенка, которым когда‑то был ты.

— В смысле, что может заставить его отложить книжки — в моем случае отчеты и конференции — и отправиться на пляж копаться в грязи?

— Ага.

— Не знаю. — Линк покосился на голубую воду, словно пытался отыскать ответ в глубинах озера. — Иногда, когда целыми днями сидишь за стеклянными стенами офиса, забываешь, на что похож реальный мир. Каково чувствовать тепло солнца на лице, песок под ногами… просто быть.

— Но ты же богат! — нахмурилась Молли. — Уверена, ты часто отдыхаешь в экзотических странах, в роскошных отелях с отдельными пляжами. Где куда больше песка, чем здесь.

Он фыркнул:

— Деньги не всегда приносят свободу.

Молли склонила голову набок, пристально глядя на Линка.

Он отпустил ее и схватил один из камешков, усеивающих берег. Подбросив его на ладони, мужчина повернулся к Молли:

— Видишь эти красивые камни в воде? — Он указал на разноцветные обломки, радужной полосой опоясывающие озеро. — Они все появились еще в палеозойскую или мезозойскую эру. Постоянно перемещались — из‑за движения тектонических плит глубоко под нами. Отсюда такая странная форма. Камень, который я держу в руке, мог когда‑то лежать под лапами динозавров.

Молли подняла еще один:

— Это интересно.

— Я смотрю на эти камни и думаю о том, сколько они уже пролежали здесь, на одном и том же месте. Ребенком я читал книги о камнях. Собственно, так и узнал историю вот этих. Такой же был на картинке в книге, которую мне подарили на восьмилетие. Я даже коллекцию камней собрал — отец много путешествовал и из каждого города привозил мне по камешку.

— А почему именно камни?

— Они стабильны. Не меняются, если только на них не воздействует какая‑то действительно страшная сила природы.

— Не меняются, как и ты?

— Я?! — рассмеялся Линк. — У меня дела не настолько плохи.

Молли сделала несколько шагов вдоль кромки воды. Волны ласкали ее босые ноги.

— Я плохо тебя знаю, — произнесла она, — но не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы сообразить: в реальной жизни ты расслаблен примерно так же, как кирпич.

Он собирался поговорить с ней о чудесах геологических образований, удивительном труде матери‑природы, но эта фраза поставила его в тупик.

— В реальной жизни?

Она помедлила:

— Та ночь в баре не показалась мне частью наших настоящих жизней. А тебе?

В изумрудных глазах было слишком много вопросов, на которые он даже себе никогда не отвечал.

— Будучи руководителем крупной компании, приходится справляться со стрессом. Но если я не кажусь расслабленным, это ничего не значит.

— Но той ночью ты был таким…

— Это было временным помрачением рассудка, — произнес Линк, надеясь, что она оценит шутку. — Вернемся к программе. Думаю, что‑то вроде этих камешков сможет заинтересовать детей. Им нравятся штуки, связанные с динозаврами. — Линк бросил камень в песок. — В детстве я читал о геологии все, что мне только попадалось. Потом папа привез домой кучу камней, и я внезапно взял в руки то, что было нарисовано на страницах. Все прочитанные слова внезапно стали настоящими. Именно этого я хочу: чтобы дети пользовались программой, которая только подогреет их любопытство…

— А затем они сбросят ботинки и пойдут по песку? — закончила Молли.

— Именно. Необходимо сделать программу интерактивной, чтобы некоторые задания заставляли детей выйти из дома, применить полученные знания в реальном мире.

— Чтобы они начали взаимодействовать с природой?

— Верно. Мало просто пощелкать мышкой, читая про камни древних эпох, — нужно пойти и найти их. — Линк развернулся и направился к камням на берегу. — Ты узнала то, что хотела? Мне пора возвращаться в офис.

— Это не твоя стихия, верно? — рассмеялась Молли и подошла к их вещам. Вручив Линку его пиджак и ботинки, она взяла свои туфли, а затем повела его за руку к парковке. — Я не позволю тебе вернуться в офис к работе. Считай, что я тебя похитила. На целый день.

Эта улыбка, то, как она неожиданно перехватила лидерство, заставили Линка ощутить прилив возбуждения. На протяжении многих лет он был боссом, главой фирмы, человеком, который отдает приказы. И вот Молли неожиданно превратила его в подчиненного, не слушая его возражений…

Это опьяняло.

Линк усмехнулся и последовал за девушкой к машине:

— Куда мы едем?

— А это мне решать, — подмигнула она, и Линкольн Кертис, всегда живущий по расписанию, ненадолго передал контроль Линку.

Молли Хантер не узнавала себя.

Дело было не в футболке «Я люблю Неваду», которую она приобрела и сразу же надела, и не в новых ярко‑розовых шлепанцах, сменивших туфли. Она словно стала новым человеком, потащившим Линкольна Кертиса на другую сторону пляжа в магазин и заставившим его купить другую одежду.

Кем была эта новая женщина? И почему в присутствии Линка она становилась такой необузданной?

В какой‑то миг Молли перестала пытаться выкачать из него сведения о личной жизни и просто стала той женщиной, которой была в ту ночь. Нужно было только соблюдать осторожность, чтобы не сойти с тропы. Это могло привести к неприятностям — и к еще одной ошибке.

— Я похож на туриста, — пожаловался Линк, выйдя к Молли.

Он сменил деловой костюм на шорты цвета хаки, светло‑голубую футболку с логотипом озера Мид на кармане и пару мягких кроссовок.

Девушка рассмеялась:

— В этом и соль. Мне нравится этот стиль. Тебе идет.

Линк с сомнением оглядел себя:

— Ты так считаешь?

— Не то чтобы мне не нравились твои костюмы, но теперь ты больше похож… на мужчину, которого я встретила.

Она что, действительно это сказала?

Молли не намеревалась говорить ничего подобного. Наверное, она слишком много думает об их первой ночи…

А потом они взяли напрокат лодку. Капитан судна кивнул пассажирам и завел мотор. Тот взревел, а затем послушно забулькал. Линк и Молли уселись на обитую плюшем белую скамью у кормы. Через несколько секунд они сорвались с места — лодка помчалась по огромному озеру. Желудок несколько возмутился от такой бесцеремонности, но Молли украдкой сгрызла несколько крекеров, которые приобрела в магазинчике, и ей полегчало.

— Не слишком питательный обед, — заметил Линк.

— Я… плотно позавтракала. — Последнее, что ей сейчас нужно, — объяснять ему, почему ее тошнит. Но Линка, похоже, этот ответ полностью устроил.

— Знаешь, у меня ведь тоже есть лодка. Точнее, яхта. Но я на ней ни разу не был. Купил пару лет назад с самыми лучшими намерениями, которым, видно, не суждено осуществиться.

— Она что, просто так торчит в воде?

— Стоит в сухом доке. Ждет, пока я выкрою время.

— Обожаю воду, — призналась Молли. — Всегда мечтала о собственной лодке. Не говоря уже о яхте. Но на зарплату учителя себе подобной роскоши не купить.

— Может, когда‑нибудь я предложу тебе прокатиться на моей.

— Это было бы очень мило.

Лодка остановилась на середине озера, и капитан бросил якорь, а затем выключил двигатель.

— Может, хотите порыбачить? Денек сегодня что надо. — Он поднялся и снял со стойки две длинные удочки. — У меня внизу есть и наживка.

Линк взял удочки и вручил одну из них Молли, а капитан тем временем вытащил откуда‑то из трюма прохладительные напитки и коробку с наживкой.

— Думаю, стоит попробовать все, согласна?

— Целиком и полностью, — усмехнулась Молли. — В конце концов, мы же проводим эксперимент.

Он улыбнулся в ответ:

— Вечно с тобой так — на уме одна работа.

— Боже правый! Линкольн Кертис, ты что, пошутил насчет работы?

Он рассмеялся:

— Похоже на то. Ты пробуждаешь во мне все худшее.

— А может, лучшее? — Молли широко ухмыльнулась и сообразила, что она… флиртует!

Она сама не заметила, как необходимость узнать получше отца ее ребенка превратилась в отчаянное желание сблизиться с Линком. С тем Линком, которого она встретила в баре.

Линк одарил девушку озорной ухмылкой, внезапно превратившись в незнакомца из бара. Молли охватил жар. Удочка выпала из ослабевших пальцев.

Линк подошел, чтобы поднять ее и снова вручить девушке, однако тут лодку качнуло на волнах, и он на миг утратил равновесие. Они врезались друг в друга, и мужчина крепко обхватил Молли за талию, пытаясь удержаться на ногах и не дать ей упасть.

— Извини, — произнес он, забыв разжать объятия.

— Ничего страшного. Это все… — Слова путались, мысли исчезли. — Вода. Или лодка.

— А может, и нет.

Между ними в воздухе разлился жар, зазвучали обольстительные шепотки желания. Молли открыла было рот, собираясь сказать что‑нибудь остроумное, лишь бы ослабить напряжение, но на ум ничего не пришло.

Она и дышать‑то не могла, не то что думать. В мире существовал только Линк, его твердое, сильное тело и пронзительные голубые глаза.

Как будто они в последний раз целовались всего несколько минут назад. И занимались любовью.

Линк ласково коснулся ее подбородка.

— Молли, Молли, — хрипло произнес он. — Что ты со мной делаешь?

Дыхание перехватило. Сердце забилось как бешеное.

А затем он поцеловал ее. И теперь лодка была совершенно ни при чем.

Глава 8

Поцелуй походил на прекрасную симфонию. Каждое прикосновение, каждое мгновение превращалось в ноту. Ее нежные губы разжигали в нем пожар. Но Линк хотел большего — он желал обладать ею. Пальцы запутались в темных шелковистых кудрях…

Боже, как он соскучился по ней! По пряному вкусу губ — словно кофе с молоком. По тихим вздохам и стонам. По прекрасному женственному телу. И по тому, как она с первым же прикосновением заставляла его забыть обо всем, приоткрывая дверь надежде на счастье.

Она отстранилась, раскрасневшаяся, улыбающаяся. Глаза, потемневшие от страсти, стали бездонными.

— Это было… невероятно!

— Согласен.

— И все усложнило. — Молли подалась назад, и между их телами скользнул поток прохладного воздуха. — Линк, мы работаем вместе. И больше ничего.

Он провел пальцем по щеке девушки. Здравый смысл утверждал, что она поступила правильно, но Линк не желал его слушать.

— А что, если дело не только в работе?

Что он делает?! В его жизни нет места серьезным отношениям!

И все же с их знакомства Линку то и дело приходило в голову, что было бы здорово получить такую женщину, как Молли. На одну ночь. Или надолго.

Невозможно. Нельзя. Только не с женщиной, у которой на лбу написано, что она хочет мужа, детей, дом с забором…

Линкольн Кертис не способен ей все это дать.

«Позаботься о своем брате, Линкольн. Следи за ним. У него слишком слабое здоровье. Кто‑то должен о нем заботиться».

И предсмертные слова Маркуса: «Позаботься о моей семье. Теперь у них есть только ты».

— Ты хочешь, чтобы мы… встречались?

Нужно сказать «нет». Однако один взгляд взволнованных зеленых глаз — и Линк открыл рот, чтобы ответить…

— Ну вот и наживка, — произнес капитан, поставив на палубу белый пластиковый контейнер. В крышке были проделаны дырочки. — Черви. Здоровые, жирные, сочные.

— Здорово, — отозвался Линк, подумав про себя, что эта фраза — лучший способ спугнуть романтический настрой.

— Рыбы их обожают, — продолжал между тем капитан, даже не подозревая, что прервал судьбоносный разговор. — Если вам вдруг от этой процедуры не по себе, я сам могу насадить их на крючки. — Он широко усмехнулся, продемонстрировав отсутствие нескольких зубов.

Молли позеленела при одном взгляде на наживку. Она попятилась, стискивая удочку, а затем отвернулась, стараясь не смотреть на процедуру.

Все намеки на сексуальность и соблазн исчезли.

— В рыбалке главное — терпение, — произнес капитан, любовно нанизывая извивающегося червя на крючок. Он отдал удочку Молли. — Хороший улов того стоит. Молодежь отчего‑то уверена, что стоит забросить удочку, как из воды тут же выпрыгнет рыба. В жизни так не бывает, — хохотнул он.

Линк закинул крючок в воду, пока капитан распространялся о прелестях рыбалки, заполняя неловкие паузы.

Встав рядом с Молли и стараясь не обращать внимания на болтовню капитана, Линк вспомнил вечер в аквариуме. Молли общалась с той девочкой, как будто это было проще простого…

Молли неожиданно охнула:

— Кажется, клюет! — Ярко‑желтый поплавок скрылся под водой. Девушка начала лихорадочно крутить катушку, подтягивая добычу к лодке, но неожиданно леска ослабла. — Ой, ушла…

— И такое бывает, — утешил ее капитан. — Как ни старайся, срывается с крючка. Ничего, сейчас насадим следующего, авось повезет.

Молли отвернулась, пока капитан нанизывал очередного червяка, и снова забросила удочку. Они еще некоторое время караулили поплавки, но без особого успеха. Пригревало августовское солнце, стало жарко.

— Кажется, с меня рыбалки хватит, — наконец заявила Молли. Прислонив удочку к борту, она усмехнулась. — Не хочешь окунуться?

— Ты собираешься плавать? — удивился Линк, а затем попытался вспомнить, когда сам плавал в последний раз, и ему это не удалось. — Хочешь за один день взять от жизни все?

— О да, все! — озорно подмигнула Молли.

По телу жидким огнем прокатилось желание. Ее улыбка сводила Линка с ума.

— Ну же, Линк! Если уж взял выходной, изволь отдыхать как положено! — Молли вновь удивила его, перехватив бразды правления. — Ты ведь умеешь плавать? Или этот крайне полезный навык стоит по соседству с твоей яхтой?

— Нет, — рассмеялся Линк. — Может, я немного проржавел, но ко дну вряд ли пойду.

— Хорошо. Хотя я умею оказывать первую помощь, — усмехнулась она.

Линку показалось, что температура подскочила еще на несколько градусов.

— В таком случае, возможно, стоит ненадолго уйти под воду. Чтобы ты могла немного потренироваться.

— Доверишь мне свою жизнь? — рассмеялась Молли. — Смело!

— В этом весь я — люблю экстрим, — с серьезным видом произнес Линк, и они оба громко расхохотались.

Он не мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал такую же легкость и подъем. Неужели все будет именно так, если он решится впустить в свою жизнь эту женщину?

— Пойду надену купальник, пока не испеклась заживо. Встретимся на палубе?

— Непременно.

Молли ушла переодеваться. Капитан, устроившись поудобнее в своем кресле, приготовился вздремнуть, предоставив пассажирам развлекаться в свое удовольствие.

Раздались тихие шаги, и Линк обернулся…

О боже!

Он с трудом сглотнул. Напомнил себе, что нужно дышать.

Молли стояла на палубе в темно‑синем раздельном купальнике, который прекрасно сидел на ее роскошной фигуре, подчеркивая пышную грудь и открывая нежную персиковую кожу на животе. Казалось, Молли чувствовала себя некомфортно — она поспешила прикрыть живот рукой. Купальник не был откровенным, идеально сочетая скромность с соблазнительностью, вызывая острое желание увидеть то, что скрыто тканью…

— Ты потрясающе выглядишь, — выговорил Линк. — Ослепительно.

— Э… Спасибо, — смутилась она. По‑прежнему прикрывая рукой живот, она повернулась к Линку боком. Он заметил, что Молли немного поправилась, совсем чуть‑чуть — появился небольшой животик. Интересно, это ее так смущает?

— Я буду готов через тридцать секунд, — пообещал Линк. — Хотя нет, управлюсь за десять.

Он бросился вниз, поспешно сбросил футболку и шорты, нацепил плавки и метнулся обратно.

— И впрямь быстро, — рассмеялась Молли.

— У меня был стимул.

Линку до боли захотелось снова заключить ее в объятия, ощутить тепло податливого тела…

Но готовы ли они к этому? Готов ли он сам?

Молли уже встала на небольшую платформу, крепившуюся к корме. Она оглянулась и легко нырнула в воду, исчезнув на мгновение в синей глубине.

Линк тоже спрыгнул. Жар испарился мгновенно, стоило ему погрузиться в прохладную воду. Он вынырнул неподалеку от девушки, которая, усмехнувшись, поплыла рядом с ним. По ее лицу сбегали крохотные капли, задерживаясь на соблазнительных губах.

— А ты была права. Это куда лучше рыбалки.

— Еще бы! Неужели даже лучше работы?

— Определенно, — рассмеялся Линк.

Он вспомнил долгие дни, проведенные в офисе. Будни, выходные. С утра до позднего вечера. А в это время его служащие отправлялись на озера, реки, в путешествия. Отдыхали, словом. На протяжении многих дней Линк не замечал даже рассветов и закатов, уезжая и возвращаясь затемно.

Ему не хватало этого чувства свободы?

Но ведь были причины так поступать. Линк вспомнил слова Гарри и задумался.

Может, и он однажды будет оглядываться на свою жизнь с сожалением, потому что упустил в ней самое интересное?

Сегодня он четко понял, чему именно в его жизни не было места. И дело не только в озере. Наконец‑то его день не расписан по минутам, Линк свободен. Он даже ни разу не вспомнил об оставленном в машине сотовом телефоне.

— Нужно прогуливать почаще, а не раз в жизни, мистер Все‑по‑плану, — ухмыльнулась Молли, обрызгав Линка. — Называется — зарядиться энергией. Сейчас это очень модно, — усмехнулась она.

Она определенно с ним флиртует! Более того, он отвечает тем же. И наслаждается этим…

Когда он в последний раз заигрывал с женщиной? Всерьез, как сейчас?

Ответ нашелся почти сразу. Два месяца назад. С той же самой женщиной. А до того… Даже нечего вспомнить. Еще один верный признак, что он слишком много времени проводит за своим письменным столом. Может, ему и не нужны постоянные отношения, но быть постоянно в одиночестве…

— Нужно будет внести этот пункт в свое расписание.

— Так нельзя, глупый. Будет уже совсем не весело. Нужно просто… — она подплыла поближе, и Линк залюбовался солнечными искорками в ярко‑зеленых глазах, — это делать.

Делать! О да, именно этого ему сейчас очень хотелось. И думал он отнюдь не об отдыхе.

Искушение снова поцеловать Молли стало невыносимым. Линк подался было вперед, но она игриво отстранилась.

— Кто же тогда будет управлять компанией?

— У тебя куча служащих. Дай им спокойно заняться своим делом.

— Не могу. Если учесть, что кое‑кто из них увиливает от работы вместе со мной. — Два сильных гребка — и он снова оказался рядом с ней.

— Тоже верно. Возможно, тогда стоит воспользоваться удобствами собственного дома. В «Хамильтон тауэрс» совершенно потрясающий бассейн. Я пока не успела там искупаться, но выглядит многообещающе.

— В «Хамильтон тауэрс» есть бассейн? — Линк попытался вспомнить, выходил ли он когда‑нибудь во внутренний двор и бывал ли хоть где‑то кроме холла и своих апартаментов. Видимо, нет, поскольку — какая неожиданность! — он все время был на работе.

Молли звонко расхохоталась:

— Ты не обратил внимания на бассейн?! Он шикарен, обрамлен пальмами и огромными валунами, как маленькая лагуна. Очень соблазнительно.

Слово «соблазнительно», по мнению Линка, должно было относиться отнюдь не к бассейну. Его взгляд снова задержался на нежных губах, изогнутых в усмешке, и вернулось жаркое, опаляющее желание…

Линк понял, что больше не может сопротивляться неизбежному, и притянул девушку за талию к себе. Ее глаза удивленно расширились, и она беззвучно охнула. Они лениво бултыхали ногами в воде, с каждым движением касаясь друг друга, и этот неспешный танец приносил отчетливые воспоминания о той сумасшедшей ночи.

Желание расплавленным золотом текло по венам. Линк крепче обнял девушку. Хотелось совсем иного, куда большего. Сейчас он мог думать только об одном — как замечательно было бы сейчас оказаться в «Белладжио» вместе с Молли, чтобы впереди была еще целая ночь…

— Думаю, это тоже довольно соблазнительно, — произнес Линк. — Как по‑твоему?

— Да, — выдохнула Молли.

— И, наверное, именно этого нам делать не следует.

— Да, это могло бы привести к… осложнениям.

— Давай все усложним, Молли, — хрипло произнес Линк. Все мысли о том, чего делать не следует, все страхи вылетели у него из головы.

И Линк снова поцеловал девушку.

В какой‑то момент все благие намерения были забыты. Молли казалось, будто она знала, на что идет, подбивая Линка взять выходной. Думала, что поехать с ним на озеро Мид в поисках приключений — хорошая идея.

Вместо этого что‑то странное приключилось с ее сердцем. Такого пункта в плане не значилось. Но Линк снова поцеловал ее, и она обнаружила, что не может вспомнить, в чем ее план заключался.

Плеск воды странным образом обострял охватившую их страсть, которая незаметно перешла на новый уровень. Молли всем телом прижималась к Линку, но ей хотелось большего — чтобы они вновь перенеслись в ту первую жаркую ночь.

Она хотела его. И тогда, и сейчас.

Их языки встретились и завели страстный танец, добавляя дров в и без того яркое пламя желания.

Крепкая рука легла на грудь девушки, поглаживая чувствительный сосок через ткань купальника. Она изогнулась, мечтая о большем — чтобы Линк прямо сейчас утолил охватившую их обоих жажду. Его пальцы проникли под ткань, лаская грудь. Молли застонала, крепко прижимаясь лоном к явному свидетельству его собственной страсти. Здравый смысл улетучился.

Пробормотав ее имя, Линк отстранился. Молли поняла, что влюбляется в него — неудержимо и глупо влюбляется.

— Боже, Молли, что мы делаем? — хрипло спросил он.

В этот миг девушка поняла, что ей так и не удалось забыть, какой потрясающей была их единственная ночь. Линк заставил ее чувствовать себя самой красивой женщиной на земле, лаская ее тело, покрывая его поцелуями, приближая миг блаженства.

— Не знаю, — прошептала она, прижавшись лицом к изгибу его шеи, пытаясь погасить полыхающий во всем теле жар, усмирить бешено колотящееся сердце.

А ведь она приехала в Вегас с твердым намерением вернуться в одиночестве в Сан‑Диего. Но каждая минута, проведенная в обществе Линкольна Кертиса, заставляла ее влюбляться в него…

Стоит сказать ему, что она носит его ребенка, как Линк тут же отвернется от нее. Он ясно дал понять, что не хочет становиться отцом.

Ему не нужны дети. Даже тот, что уже зачат.

Ребенок. Главное — это ее ребенок!

Реальность нахлынула сокрушительной волной, вырвав ее из пелены страсти.

— Прости, — произнесла она. — Я не могу так.

Молли высвободилась из объятий Линка и поплыла к лодке. Взобравшись на платформу, она выпрямилась, подставляя тело жарким солнечным лучам. Через секунду Линк уже оказался рядом:

— В чем дело? Я что‑то не то сказал?

— Нет. Просто… я вспомнила, что должна кое‑куда пойти.

Ложь ей категорически не давалась. Молли отвернулась, чтобы Линк не заметил обмана, и взобралась на борт лодки.

Мужчина двинулся следом и промокнул лицо и руки полотенцем.

— Ты должна кое‑куда пойти? Сейчас?

Молли кивнула, стараясь не смотреть на него. Она начала сушить волосы полотенцем, заодно скрыв пока еще почти незаметный животик. Нужно было думать головой, выбирая купальник. Как ее угораздило взять раздельный?!

Молли заметила, как Линк смотрел на нее. Заметил ли он, что она прибавила в весе?

— У меня в Вегасе есть подруги, и я совсем забыла, что собиралась встретиться с одной из них сегодня. Мы договорились вместе поужинать. Прости, но отдых придется прервать.

Ей показалось, что в его глазах мелькнуло разочарование.

— Полагаю, это к лучшему, — холодно бросил он. — Я должен быть в офисе, — продолжил он. — Наверное, меня уже ищут по всем моргам.

— Вернулся в реальность, да?

— Как всегда. Иногда удается сбежать из нее на минутку, но в конце концов… — Линк замолчал и перевел взгляд на волны озера Мид. — Я не перестаю быть боссом. Сначала бизнес…

— А потом личная жизнь, — закончила Молли.

Об этом девизе ей не следовало забывать.

Глава 9

Молли прижалась к Линку, поглаживая его горячую мускулистую грудь, удовлетворенная, счастливая. Он поцеловал ее в макушку, а затем игриво скользнул рукой по спине.

Он хотел ее. Снова.

Польщенная, она улыбнулась. Кто мог предположить, что этот человек, — которого она почти не знает, — способен пробуждать в ней такие удивительные чувства? Что он способен заставить ее ощущать себя красивой и желанной?

Линк снова страстно поцеловал ее, и Молли знала, что за этим последует. Они снова будут медленно, неторопливо заниматься любовью, как и в прошлый раз. Той ночью они оба не сомкнули глаз — и Молли не хотелось спать.

Звонок. Что‑то звонит. Что?

Вздрогнув, Молли проснулась и села. Где она? Явно не в постели в «Белладжио»…

Боже правый! Она заснула на столе в Центре разработок!

Однако звон не стихал, и Молли снова огляделась, а потом сообразила, что исходит он от ее компьютера.

Джейн! Она забыла позвонить Джейн! Они болтали почти каждый день, и Молли с нетерпением ждала каждого следующего разговора, чтобы не потерять связь с домом и своей подругой. Она поспешно приняла звонок и поправила волосы перед веб‑камерой, надеясь, что в глазах ее подруга не заметит мечтательной поволоки.

Наконец на экране появилось лицо Джейн.

— Привет, как я рада тебя видеть! — поздоровалась Молли.

— А я — тебя. Как ты себя чувствуешь?

— Нормально. Устала немного.

Несколько дней назад Молли рассказала Джейн о своей беременности. Как Алекс и Серина, Джейн пришла в восторг от этой новости, однако начала беспокоиться за свою подругу.

Молли сидела в кресле в офисе, радуясь, что Рой ушел пораньше и она осталась одна. Прошло уже два часа с тех пор, как она вернулась с озера, и все это время она старательно избегала Линка.

— Как идут дела с отцом ребенка? — спросила Джейн. Изображение на экране дернулось, так как ее подруга сидела на диване с ноутбуком на коленях и Роки постоянно тыкал ее под локоть.

Молли вздохнула:

— Сложно.

Неужели она действительно думала, что сможет работать на Линка — на мужчину, с которым провела столь незабываемую ночь? Надеялась таким образом получить сведения о его прошлом и личной жизни?

Нужно было поступить по‑другому — прямо с порога заявить ему о беременности и посмотреть, что получится.

— Он уже знает о ребенке? — спросила Джейн.

Роки забавно навострил уши.

Молли покачала головой:

— Я пока не смогла сказать ему.

— Давно пора это сделать. Нельзя оставлять такие новости на потом. В любом случае через пару месяцев он все поймет.

— Я знаю, но… — Молли снова вздохнула. — Я боюсь того, что он может сделать, если рассказать ему.

Джейн рассмеялась:

— Нечто совершенно ужасное? Например, женится на тебе, избави бог?

— Да.

Молли прекрасно представляла себе такой вариант развития событий.

Линк может пойти на это из чистого благородства. И она снова окажется замужем за человеком, который является ее полной противоположностью. Может, их с Линком и тянет друг к другу, но они оба стремятся к разным вещам.

Молли мечтала о браке как у ее родителей, проживших вместе больше тридцати счастливых лет. Они любили друг друга, и это было понятно по каждому слову, каждому жесту.

— Или еще хуже, — продолжила Молли. — Возможно, он не хочет ребенка.

— Ты не узнаешь этого, пока не поговоришь с ним.

Молли побарабанила пальцами по столу. Она и сама это понимала. И все равно продолжала откладывать неизбежное. Рано или поздно придется ему рассказать. Он заслуживает того, чтобы знать об этом. Если Линк не захочет малыша… Что ж, он многое потеряет.

По крайней мере, Молли хоть что‑то сделает как надо.

— Я знаю. Мне нужно время…. Лучше расскажи, как у вас дела. Ты следишь за моим садом? Как Роки?

— С садом… э… все в порядке, — произнесла Джейн. — Из меня садовод тот еще, правда, но пока все растения живы. — Девушки рассмеялись. — Роки тоже неплохо, но скучает по тебе — каждый день сидит у двери. Все время ждет, что ты вот‑вот придешь.

— Роки, я скоро вернусь, обещаю! Попроси тетю Джейн дать тебе какую‑нибудь вкусняшку.

Песик с энтузиазмом гавкнул. Джейн почесала Роки за ушами, и он довольно заворчал.

— Кстати, совсем забыла. Тут тебе пришло какое‑то приглашение. Мне открыть его? Вдруг что‑то важное?

— Конечно. — Молли наблюдала за тем, как Джейн осторожно открывает толстый конверт персикового цвета. Внутри лежала карточка.

Джейн охнула:

— Э… Молли, я, пожалуй, просто выброшу это.

— Почему? Что там?

— Лучше тебе этого не знать.

— Да ладно, давай рассказывай!

Джейн помедлила, вздохнула и повернула карточку к экрану. Молли не сразу поняла, что изображено на ней, а потом…

В животе что‑то сжалось. Нет, он не мог. Не стал бы.

Но доказательство было прямо перед ее носом. Черно‑белое и очень весомое.

Доктор Дуглас Виндхем женится на Лизе Дженкинс через две недели!

Эта новость потрясла Молли. Но еще сильнее ее поразило то, что на руках Лиза держала… румяного младенца.

Джейн опустила фотографию и сочувственно улыбнулась:

— Вот мерзавец… Ты ведь тоже это понимаешь? Мало того, что он тебя бросил, так теперь еще и на свадьбу приглашает!

— Поверить не могу. — Молли покачала головой. — Он ведь говорил, что не хочет детей!

— Может, и сейчас не хочет. Молли, тебе куда лучше без него.

— Тут я с тобой согласна. — Она знала, что не врет. Дуг даже не подумал, что может причинить ей боль своим приглашением на свадьбу. — Просто не ожидала, что он передумает. — Приглашение — и фото Дуга с ребенком. Сначала он разрушил ее мечты о браке, а потом воплотил их с другой женщиной.

А она вот‑вот родит ребенка, о котором так мечтала…

Одна.

Если бы только Линк был…

Слезы обожгли глаза, но Молли не дала им упасть. Вместо этого она сменила тему, начав расспрашивать Джейн о работе. Они поболтали еще полчаса, как могут только друзья — ни о чем и обо всем сразу. Джейн спрашивала, где Молли собирается поставить кроватку, в какой цвет покрасит детскую. Прощаясь с подругой, она вновь ощутила уверенность в завтрашнем дне. Хорошо иметь друзей, которые всегда поддержат, что бы ни случилось.

— Мне пора бежать. Обещай рассказать ему.

— Обещаю, — покорно кивнула Молли.

— Что бы ни случилось, ты знаешь, что я, Алекс и Серина всегда будем рядом. И мы все вместе пойдем выбирать одежку для малыша.

Молли рассмеялась и попрощалась с подругой, а затем снова положила руку на живот. В ней росла новая жизнь, пока еще совсем крохотная, но вскоре она заявит о себе.

— Привет, малыш, — прошептала Молли и ощутила странную ниточку связи между собой и маленьким человечком, с которым ей еще не скоро предстояло познакомиться. — Я расскажу о тебе твоему папе. Надеюсь, он будет так же рад твоему появлению, как и я.

Линк сумел проработать целых два часа, прилагая огромные усилия.

Все это время перед глазами снова и снова проигрывался день, проведенный с Молли. Покинув салон, она направилась отнюдь не к дверям, ведущим на парковку, где стояла взятая ею напрокат машина.

Вместо этого Молли исчезла в недрах здания «Кертис системс», скорее всего направившись в Центр разработок. Очевидно, она пыталась избежать его.

Оставался лишь один вопрос — почему?

Этот день, по мнению Линка, был замечательным. Когда она предложила прогулять работу и сбежать на озеро Мид, поначалу Линк решил, что она спятила. Думал, что чувство вины за неожиданный прогул не оставит его в покое ни на секунду.

Вышло наоборот. Он вернулся в офис посвежевшим, отдохнувшим и мог бы хорошо поработать, если бы его не отвлекал образ Молли в купальнике и постоянные мысли о том, как хорошо было бы еще раз поцеловать ее…

Может, она была права? Наверное, нужно иногда позволять себе немного расслабиться.

Но тут взгляд Линка упал на фотографию. Маркус с женой и двумя детьми. Нет, он ошибался. Его место здесь — нужно обеспечивать оставшихся без отца детей его брата.

Сдержать обещание.

А не заводить интрижку с женщиной, которая хочет семью и троих‑пятерых детишек. В пригородном доме.

Но почему он никак не может выбросить Молли из головы?

В офис заглянул Коннер:

— Эй, Линк, ты еще здесь? Я думал, ты взял выходной.

— Все верно, я уже вернулся. Ты же меня знаешь. — Линк принужденно рассмеялся. Смешок словно оцарапал горло.

— Это я уже понял. — Коннер показал боссу папку. — У меня тут проекты бюджета на следующий год. Хотел оставить на столе, но раз уж ты здесь, возможно, обсудим? Если у тебя есть время — в пять совещание.

Еще одно совещание. Факты и цифры. В любой другой день это было бы в порядке вещей. Но сегодня, несмотря на прилив энергии, Линку было все равно, сколько он сумеет поработать. Кое‑что очень важное осталось незаконченным, и пока он не разберется с этой проблемой, не сможет сосредоточиться на деле.

Коннер вошел в кабинет, ожидая, что Линк согласится, и протянул было папку боссу. Но тот легонько оттолкнул ее.

— Знаешь, я, наверное, сегодня уйду пораньше, — произнес Линк. — У меня осталось… еще одно незаконченное дело. Перенеси совещание на завтра. Пусть все пораньше вернутся домой, поужинают с семьями.

У Коннера брови взвились вверх.

— Уйти пораньше? Я не думал, что в твоем словаре есть это словосочетание.

— Его нет, — усмехнулся Линк. — Мне просто нужно кое‑что сделать. Поверь, я не превращаюсь в бездельника. Завтра все пойдет своим чередом.

— А я‑то понадеялся, что ты наконец немного изменился. Неисправимый оптимист. — Коннер снова ухмыльнулся и направился к выходу. — Перенесем. И выберись наконец из темницы. Тебе не помешает развлечься.

Как только Коннер ушел, Линк выключил компьютер и направился к лифту. И нажал на цифру шесть вместо единицы.

Выйдя на шестом этаже, Линк направился прямиком к Центру разработок. Скорее всего, Молли там нет.

Может, она действительно направилась на ужин с подругой? Но Линк не мог уйти не зная наверняка.

Дверь оказалась открыта. Молли паковала сумку, собираясь уходить. Он мог с легкостью отправиться вниз, не задавая никаких вопросов, но…

— Молли?

Она удивленно обернулась и выронила сумку, рассыпав содержимое. Она поспешно наклонилась, собирая свои вещи, но Линк успел заметить журнал, лежавший сверху. Он подошел, поднял его и замер.

«Воспоминания для вашего ребенка». Журнал в яркой обложке.

Для ребенка? Зачем ей это? В подарок подруге?

Молли выхватила журнал у него из рук и запихнула в сумку:

— Спасибо.

Линк заново проанализировал сегодняшний день.

Вспомнил, как Молли позеленела при виде наживки. Она явно поправилась, особенно живот. Этот журнал. И та ночь — безумная, опьяняющая, когда они оба действовали слишком быстро и безрассудно…

— Ты беременна? — тупо спросил он, даже не попытавшись подобрать более удачную формулировку.

— Я… — Ее глаза расширились, румянец залил щеки.

Другого ответа Линк не стал дожидаться.

— И когда ты собиралась рассказать мне об этом?

— Скоро, поверь мне. Я просто… никак не могла выбрать подходящий момент.

— Ребенок мой?

Молли отпрянула, словно Линк ее ударил:

— Разумеется. Или ты думаешь, я постоянно занимаюсь сексом с незнакомцами?

— Я не это имел в виду, Молли. Мало ли… вдруг у тебя дома постоянный партнер. Если я правильно помню, мы мало говорили о подобных моментах.

Молли принялась собирать остальные вещи. Он наклонился, чтобы помочь, и коснулся ее руки. Она отпрянула:

— У меня давно ни с кем не было отношений.

— О…

Это могло означать только одно. Она носит его ребенка.

— Да, этого затруднения я не предвидел.

Молли фыркнула:

— Это ребенок, Линк. А не затруднение.

— Я не готов завести семью. Честно говоря, в моих планах на жизнь этого пункта вообще не было.

Он видел, как в ее глазах поселилось разочарование, почувствовал внезапно появившуюся стену между ними. Но что оставалось делать? Лгать? Или признаться, что на долю секунды он вообразил себе семью, представив, каково было бы взять на руки своего кроху?

Но затем Линк вспомнил, что ему нельзя быть родителем. Из него вышел никудышный старший брат…

— Я ни о чем тебя не прошу, — произнесла Молли.

— Но я должен сделать некоторые вещи, — произнес Линк. — Как отец.

— Например?

Линк подумал о самом очевидном, потянувшись за чековой книжкой и ручкой.

— Тебе понадобятся деньги. На памперсы, кроватку и…

— Ты что, пытаешься от меня откупиться?! — Молли чуть не сорвалась на крик.

— Вовсе нет. Я лишь хочу дать тебе средства…

— И тем самым избавиться от проблемы? От «затруднения»! — практически выплюнула Молли, покачала головой и направилась к двери. — Мне казалось, я успела узнать тебя, Линк. Какая ошибка!

С этими словами она ушла. Громко хлопнула дверь, не оставляя ни малейших сомнений: Молли не хотела иметь с ним ничего общего.

Проклятье!

Обернувшись, Линк заметил, что Молли забыла сумку. Он подхватил ее, и журнал «Воспоминания для вашего ребенка» снова упал на пол. Линк начал пролистывать издание.

В нем требовалось от руки записывать ответы на заданные вопросы. Через несколько страниц он обнаружил раздел под названием «О твоем папочке».

«Имя отца: Линкольн Кертис.

Дата рождения:???

Цвет глаз: голубой.

Цвет волос: темный.

Должность: генеральный директор.

Где познакомились твои родители: за бокалом вина в Лас‑Вегасе».

Линк снова вспомнил ту ночь в «Белладжио», неистовую страсть, связавшую их так, что в первый раз они занялись любовью…

Не приняв мер предосторожности.

Это было глупо, да.

Линк пролистал журнал. В нем было полно пустых страниц с заглавиями вроде «Где вырос твой папа», «Его самое счастливое воспоминание», «Имена, которыми он хотел тебя назвать».

В середине раздела он нашел еще несколько заполненных пунктов — судя по всему, эту информацию Молли почерпнула из разговора с Гарри. Пустые страницы свидетельствовали о том, что Линк ничего не смог ей дать.

Он не открыл ей своего сердца. Только чековую книжку.

Линк вздохнул и убрал сумку на место. Сунув журнал в карман, он выключил свет и вышел из кабинета.

Глава 10

Молли проснулась затемно. Утренняя тошнота наконец начала проходить, и, съев несколько крекеров и запив их имбирной газировкой, она почувствовала себя вполне неплохо — физически. Но эмоционально…

Чего она ожидала? Что Линк раскроет ей объятия и предложит жить вместе долго и счастливо с ребенком?

Да. Где‑то в глубине души Молли надеялась на это. Даже рациональная и осторожная часть ее сознания не ожидала, что он попробует откупиться деньгами.

Молли выпрямилась, не желая поддаваться наплыву эмоций. Все прекрасно, просто прекрасно — она справится. Нужно будет так и сказать. Подумаешь, он не подхватил ее на руки и не закружил по комнате…

Этого и следовало ожидать. Не надо было держать свою беременность в секрете. А теперь Молли не желала признаваться даже себе самой, что чувствует глубокое разочарование.

Она вспомнила своего отца, который учил ее кататься на велосипеде, строить скворечник, играть в баскетбол. Девушке очень хотелось, чтобы ее ребенок не был лишен этих радостей. Возможно, Линк разделяет ее мнение?

Она поговорит с ним. Возможно, он просто был потрясен новостью и не знал, что делать…

Молли оделась и вышла из комнаты. Вместо того чтобы отправиться в приемную, она нажала на кнопку с буквой «П» — пентхаус. Про себя она так и эдак проговаривала возможные аргументы, но стоило девушке выйти из лифта, как все слова вылетели у нее из головы.

Линк стоял посреди своей просторной квартиры в одних пижамных штанах. Он обладал прекрасным телом, мускулистым и стройным. Несмотря на благие намерения, Молли почувствовала, как ее охватывает неумолимое желание, растекаясь жаром по венам. Она вдруг вспомнила, как они лениво плескались и страстно целовались в воде вчера…

Боже, как она хотела его!

«Соберись, Молли», — велела она себе.

— Молли? — удивился Линк. — Что ты здесь делаешь в такую рань?

— Я хотела поговорить с тобой. Наедине.

Линк пригласил девушку войти. Оказавшись наконец в его квартире, Молли была потрясена…

Все здесь было совершенно не похоже на Линкольна Кертиса.

Она ожидала увидеть обстановку, похожую на офисы «Кертис системс». А вместо этого обнаружила уютное, теплое гнездышко — мягкая мебель карамельного оттенка, плюш, белоснежные пушистые ковры, картины…

Много картин. Рамы всех видов и стилей — над диваном, над полками, над камином, вдоль длинной стены…

— У тебя чудесная квартира, — произнесла Молли, окинув взглядом кухню, уютную столовую, гостиную.

Мебель была весьма разнообразной — от темных буфетов богатого вишневого оттенка до современных стульев, обитых кожей. — Ни за что бы не подумала, что ты живешь… так.

— Спасибо. Большую часть мебели я унаследовал после смерти родителей десять лет назад. Должен признаться, я нанимал дизайнера. Мои таланты в этой области очень ограниченны.

Молли улыбнулась:

— Ну, не знаю, не знаю…

Ну вот, пожалуйста — она снова с ним флиртует!

Молли вспомнила приснившийся ей вчера сон, а затем — как они целовались в воде. Как ей было хорошо…

— Может, кофе?

— Что?.. — Молли с трудом оторвалась от разглядывания его широкой груди и попыталась осмыслить вопрос.

— Кофе хочешь?

— Нет, спасибо. — Молли провела рукой по спинке обитого кожей дивана. В конце концов, нельзя стоять тут весь день, восхищаясь его квартирой. Она пришла сюда не просто так. — Почему ты вообще связался со мной в ту ночь? — спросила Молли. — В Вегасе тысячи женщин. Почему я?

Почему он предпочел учительницу из Сан‑Диего, когда мог выбрать любую женщину из высшего света?

Линк жестом пригласил девушку пройти на балкон, где под навесом стояли два плетеных кресла и столик.

— Ответ прост. Потому что ты не похожа ни на одну из тех женщин, которых я встречал в Вегасе. Правда, их было не так уж много…

На душе стало немного теплее.

— Что ты имеешь в виду? — уточнила она.

— Я редко встречаюсь с женщинами, как ты уже, должно быть, поняла. Работа не позволяет. К тому же большинство их видит во мне… Линкольна Кертиса, а не Линка.

— То есть владельца огромной корпорации, а не человека.

— Той ночью я специально оделся попроще. Я не хотел быть боссом — или даже бизнесменом. Я просто хотел… побыть собой.

— Мне знакомо это чувство, — улыбнулась Молли.

— Неужели?

Она вздохнула. Если она хочет, чтобы Линк доверился ей, возможно, следует подать ему пример?

— Я была замужем за врачом. Наш брак оказался недолгим. Мой бывший муж — очень правильный человек. Он жил по расписанию и ожидал того же от меня. Я даже не понимала, что задыхаюсь, пока не развелась. Как будто, сняв кольцо, я неожиданно снова стала самой собой.

— Не могу даже представить тебя замужем за подобным человеком.

— Поначалу он казался мне идеальным спутником жизни. Думаю, стоит привлекательному мужчине улыбнуться, как женщины моментально забывают о его многочисленных недостатках. В любом случае это позади. Второй такой ошибки я не совершу.

Он посмотрел Молли в глаза. Понял ли Линк, что она хотела этим сказать? Понял ли, что она не собирается влюбляться в него? Что ей нужен Линк, а не Линкольн Кертис?

Но он был уже вне зоны доступа. На Молли снова нахлынуло разочарование.

— Я знаю, что ты имеешь в виду. Однажды я сам чуть не женился.

— Правда?

— Но из меня бы примерный муж не получился, поэтому я разорвал помолвку. Она заслуживала лучшего. Встретив тебя, я словно попал в другой мир. Наш разговор был таким обычным, нормальным. Тебя совершенно не интересовало трио.

— Трио?

— Ну да, знаешь, как в собеседовании при приеме на работу, когда все начинается с имени, возраста и рода деятельности. Большинство женщин интересовались только этим. Может, они всего лишь хотели убедиться, что я смогу заплатить за ужин… — Линк надтреснуто рассмеялся.

Молли невольно ощутила сочувствие:

— А ты… — Она склонила голову, вспомнив начало разговора, и смутилась. — Я же спросила, какой был лучший день рождения в твоей жизни.

— Это было так неожиданно! И я рассказал тебе…

— О том дне, когда тебе исполнилось семь. Когда ты получил свой первый двухколесный велосипед. — Как Молли ругала себя впоследствии, что не сумела придумать тему поумнее!

— Ага, и первый перелом, — рассмеялся Линк. — Хорошенькое начало новой жизни.

Она лишь пожала плечами:

— Я пользуюсь подобным приемом в классе, чтобы помочь детям побыстрее познакомиться.

— Это работает.

Молли прикусила губу и задала еще один важный вопрос, который уже очень давно терзал ее:

— Скажи, тот человек, которого я встретила в баре, был настоящим Линком?

Тем, кто мог жить как все — с женой и ребенком. Молли не стала ничего добавлять, боясь, что Линк снова вытащит свою чековую книжку и опять разобьет ей сердце.

Он уставился в окно — на пустыню за городом:

— Это не имеет значения. Я не могу быть тем человеком, даже если бы хотел.

— И что это значит? Ты не можешь жить обычной жизнью?

— Мне не следует этого делать. У меня бы ничего не получилось.

Молли вздохнула. В самом деле, чего она ожидала?

— Мне… мне пора. Не хочу, чтобы из‑за меня ты опаздывал.

«И еще меньше хочу перед тобой разреветься. Не хочу, чтобы ты знал, как бы мне хотелось услышать совсем другие слова».

Она уже дошла до дверей, когда неожиданно раздался голос Линка:

— Дело не в том, что я не хочу того, что есть у всех, Молли. Или что не хочу быть отцом. Я просто не могу!

Молли застыла и повернулась к Линку:

— Нужно всего лишь попытаться.

— Пытался. И это закончилось трагедией. — Мужчина вздохнул. — Я подвел единственного человека, которого должен был оберегать.

Молли даже представить себе не могла, чтобы властный, целеустремленный Линк кого‑то подвел.

— Кого?

Он снова устремил взгляд на пустыню. Молли уже решила, что Линк не собирается отвечать.

— Кого? — повторила она.

— Моего брата.

— Маркуса?

Он кивнул и тяжело вздохнул:

— Я обещал заботиться о нем, всегда быть рядом. И нарушил слово. — Он повернулся к Молли. В глазах Линка плескались боль, горе, сожаление. — Меня не оказалось рядом, когда я был нужен. Поэтому я не могу обещать, что не подведу еще кого‑то.

— Линк…

— Не надо, Молли! Если тебе нужны деньги, или дом, или машина — только скажи. Но не проси меня быть частью жизни этого ребенка.

Боль и разочарование поднялись в ее душе сокрушительной волной. Бессмысленно было приходить сюда.

— Я приехала в Вегас только для того, чтобы познакомиться с тобой получше — на случай, если у ребенка возникнут вопросы. Мне нужно было заполнить кое‑какие страницы в том журнале. Я вернусь в Сан‑Диего и буду воспитывать малыша сама. Я и не ждала, что ты захочешь жениться на мне и стать частью нашей жизни.

— Ты не хочешь, чтобы я был частью твоей жизни — или жизни ребенка?

— Я не ожидаю этого, — поправила Молли. Все‑таки хотеть и ожидать — разные вещи. — Ты сразу дал понять — тебя это не привлекает.

Но ее глупый разум почему‑то вцепился в идиллическую картину их возможной семьи: она, Линк и малыш стоят возле рождественской елки и широко улыбаются…

Какая нелепость!

— Я не пытаюсь сделать тебе больно, Молли.

— Ты не мне делаешь больно, а себе. И нашему ребенку. Нравится тебе это или нет, но он появится на свет через семь месяцев. И ты пропустишь нечто совершенно необыкновенное в этот день. — Она отвернулась было, но затем снова шагнула к нему: — Знаешь, человек, которого я встретила в баре, рискнул бы. Он не позволил бы страху забрать у себя величайший дар жизни.

Линк вздохнул:

— Ты ведь уже знаешь, что я намерен позаботиться и о тебе, и о ребенке. Не стоит об этом беспокоиться.

Но Молли покачала головой:

— Деньги мне не нужны, Линк. Дело не в них.

— Я же не могу поселиться в пригороде, обнести домик плетеным забором и завести собаку! Я не из таких.

— Однажды этот ребенок — наш ребенок, твой ребенок — вырастет и спросит меня… — Молли замолчала и прерывисто вздохнула, боясь, что голос подведет ее: — «Мама, где мой папочка? Почему его здесь нет? Я ему не нужен?» Скажи, Линк, что мне ответить?

Он повернулся к ней, прислонившись спиной к перилам.

— Правду. Что такой человек, как я, не должен воспитывать детей. У меня хорошо получается быть директором, Молли. С людьми же… — Он замолчал, но нашел в себе силы продолжить: — Я не из тех, на кого следует возлагать надежды.

Молли окончательно сдалась.

— Я буду периодически присылать тебе фотографии, — произнесла она, из последних сил сдерживая слезы. Им можно будет дать волю позже. — Тогда ты хотя бы будешь знать, как выглядит твой ребенок. Что у нас все хорошо. Но я… я не буду ждать ничего другого.

Молли ушла, чувствуя, как с каждым шагом разбивается сердце. Линк, которого она встретила, все‑таки оказался ненастоящим.

* * *

Он еще долго стоял на балконе, а затем вернулся в квартиру и стал рассматривать фотографии, которые стояли повсюду.

Наконец, заняв свое место за столом из красного дерева, Линк вернулся к работе. Но продержался очень недолго.

Сдавшись, он позвонил своему водителю:

— Подгони машину к подъезду, Саул. Я должен кое с кем повидаться.

Программа близилась к завершению с удивительной скоростью. Отсутствие Джерома не мешало, поскольку у Роя обнаружилась удивительная способность превращать идеи Молли в программные коды, и к середине дня они уже завершили первый набросок обучающей игры. Девушка даже не сомневалась, что результат соответствует ожиданиям Линка.

— Выглядит просто здорово! — произнесла Молли. — Думаю, дети будут в восторге.

— На следующей неделе проведем тестирование, поищем недостатки и недоработки в этой версии, — произнес Рой. — Затем займемся документацией, все подготовим и сдадим наше детище специалистам из маркетингового отдела. Учтем их замечания, поправим…

— Вот ты этим и займись, — произнесла Молли, наконец приняв решение. У нее не осталось выбора. Больше нет причин оставаться в Вегасе. Линк выразил свои чувства весьма красноречиво. — Мне нужно вернуться в Сан‑Диего.

Рой уставился на девушку:

— В Сан‑Диего? Почему?

— Это ведь была только временная работа. Вообще‑то я учительница начальных классов. — Молли попыталась улыбнуться. — Не думаю, что эта работа для меня.

— Но… но ведь у тебя замечательно получилось!

— Это твоя заслуга, — возразила она, указав на компьютер. — Ты ведь создал программу.

Рой расхохотался:

— Молли, я всего лишь пишу код. Я как механик, который собирает двигатель. Но машине нужна еще притягательная оболочка, которая привлечет покупателей. И тут на сцену вышла ты. Ведь это ты предлагала идеи для проекта. Я лишь перевел их на язык компьютера.

Его похвала согрела Молли душу. Все эти годы, работая учителем, она, несмотря на получаемое от своей профессии удовлетворение, не внесла ничего своего, ничего не создала. Если эта программа действительно станет реальностью и тысячи детей начнут играть в «Понемножку обо всем», Молли будет согревать мысль о том, что она тоже приложила руку к ее созданию. Как здорово будет наблюдать за тем, как малыш наслаждается интересной игрой, и знать, что в этом есть и ее заслуга!

Молли раньше даже мысли не допускала о том, что может найти другую работу — да еще и заниматься ей с таким удовольствием. Жаль прощаться с этим чудесным ощущением.

Молли бросила взгляд на монитор, и ее затопило чувство потери. Возможно, однажды она увидит эту программу в магазинах или даже в школе. Этого будет вполне достаточно.

Она не могла больше работать с Линком бок о бок.

— Спасибо, Рой. Большое спасибо. — Она поднялась и взяла сумку. — Мне было очень приятно работать с тобой.

— Так ты что, в самом деле уезжаешь? А как же мистер Кертис?

— Он найдет кого‑нибудь еще. Многие способны справиться с этой работой.

Рой откинулся на спинку стула:

— Возможно, это не мое дело, но я неплохо знаю мистера Кертиса. Он… изменился с тех пор, как ты приехала. Стал счастливее. Даже взял выходной — до сих пор не могу взять в толк, как ты его уговорила. Все сотрудники считают, что он слишком много работает. Но ты ведь знаешь, это мистер Кертис.

— Знаю, — отозвалась Молли. Слишком хорошо…

— Я не собираюсь давать советы, но если у тебя есть возможность остаться… — Рой пожал плечами. — Было бы неплохо и дальше видеть, как босс улыбается.

Молли кивнула, но не стала ничего обещать. Она не может остаться здесь, надеясь, что свершится невозможное.

Она возвращается домой — чтобы в одиночку воспитывать ребенка.

Поэтому Молли попрощалась с Роем и вышла из кабинета.

Она шагнула в лифт, обрадовавшись тому, что там пусто, прислонилась к стене и позволила себе заплакать. Через несколько часов она снова окажется в Сан‑Диего. В своем уютном маленьком домике. И оставит Линкольна Кертиса в прошлом.

Во второй раз.

Глава 11

Линк сидел на низком белом диване, думая, что ждал слишком долго, чтобы прийти сюда. Потому что так было проще.

— Вот, держи! — Рене Кертис поставила перед ним стакан лимонада, а затем села в кресло напротив. — Дети скоро вернутся. Они у моей соседки Дженни, плавают в ее бассейне. — Женщина рассмеялась. — Каким бы замечательным ни был наш бассейн, соседский всегда интереснее.

— Как они?

Рене перевела взгляд на окно:

— Дети в порядке. Со временем становится легче — и вместе с тем тяжелее. Если ты понимаешь, что я имею в виду.

Линк сделал глоток лимонада — не потому, что хотелось пить, а чтобы чем‑то себя занять. За три года, прошедших со дня смерти брата, он старался не говорить об этом с его женой. Присылал ей чеки. Открытки на день рождения. Подарки на Рождество. Но сам старался не приезжать. Дело было не в том, что он не любил вдову Маркуса и двоих племянников, просто Линку было больно встречаться с ними. Легче всего было продолжать избегать их.

— А как именно становится легче? — спросил он Рене. Ему самому легче не стало.

— Дети привыкли, что отца здесь нет. Начали жить дальше. Через некоторое время перестаешь думать о потере каждые пять минут. А затем становится тяжелее, потому что однажды вспоминаешь, и… И снова больно…

Чувство вины придавливало Линка к земле.

— Прости меня, Рене, — произнес он, думая, что мог бы повторить эти слова тысячу раз — и все равно этого будет мало. — Мне очень, очень жаль.

— Линк, ты вовсе не должен…

— Я должен был быть здесь в тот день. — Он вздохнул, а затем подошел к окну. Неподалеку поблескивал бассейн соседей, но его племянника и племянницы видно не было. Зато до него доносились их радостные крики. — Если бы я не уехал, он бы вовремя позаботился обо всем, принял лекарство…

— Маркус был взрослым человеком и сам принимал решения.

— Я должен был присматривать за ним. Я обещал им. Обещал… — Его голос сорвался, и Линк стиснул пальцами оконную раму.

— Ты ни в чем не виноват.

Мужчина упрямо покачал головой. Он знал правду.

— Маркус сказал, чтобы я не беспокоился, обещал, что будет принимать лекарство. Но я должен был… Из‑за того, что меня здесь не было…

— Ты ведь не мог контролировать его двадцать четыре часа в сутки. Маркус был взрослым человеком. Он даже… — Рене замолчала ненадолго. — Он даже не сказал мне.

Линк повернулся к жене своего брата и коснулся ее руки:

— Он не хотел, чтобы ты волновалась.

— Какой муж будет скрывать от своей жены, что у него проблемы с сердцем?

— Который не хочет, чтобы она считала его слабым. Маркус ненавидел свою болезнь. Он никому об этом не говорил.

— Мне очень жаль, что он так решил. — В ее глазах появились слезы. — Ты не должен был отвечать за него, Линк.

Мужчина отвернулся, не желая принимать прощение. Жившего в его душе чувства вины хватило бы на десятерых.

— Если бы я…

— Если бы то, если бы это… У него все равно мог произойти сердечный приступ. В любой момент. — Рене подошла к Линку и положила руку ему на плечо: — Маркус обожал свою работу. И свою жизнь.

Линк молча кивнул. Его беззаботный брат всегда жил настоящим.

— Сердце не выдержало вовсе не из‑за работы. Просто… пришло его время. Доктор сказал…

Линк резко обернулся:

— Мне плевать, что сказал доктор! Если бы я был рядом, то заставил бы Маркуса принимать эти чертовы таблетки! И отправил бы его к врачу при первых же признаках боли. Я должен был заботиться о нем. И не позаботился…

Рене нежно погладила Линка по щеке:

— Ты сделал все, что мог. И ты прекрасно знаешь, что Маркус сказал бы то же самое. Зачем изводить себя тем, что уже не изменить?

Хлопнула входная дверь, и дом наполнился детскими криками:

— Мам, можно мы и в нашем бассейне искупаемся?

В комнату вбежали две маленькие копии Маркуса.

Анна и Дэниел. Дети замерли на пороге. Анна, младшая, недоуменно склонила голову, а Дэниел широко ухмыльнулся:

— Привет, дядя Линк.

— Привет, Дэниел, Анна.

Восьмилетний мальчик был поразительно похож на своего отца. Он обладал точно такой же кривой ухмылкой, волосы вечно торчали в разные стороны, как у Маркуса.

— Я вам кое‑что принес, — произнес Линк и вручил детям по пакету с игрушками, которые приобрел по дороге.

Он понятия не имел, какие могут понравиться детям, поэтому попросил продавщицу помочь.

Слава богу, игрушки пришлись ко двору. Дэниел пришел в восторг от машины с пультом управления, а Анна радостно прижала к груди куклу. Линк счел, что для парня, который ровным счетом ничего не знает о детях, он неплохо справился с задачей.

На мгновение он вновь подумал о Молли. О ребенке, который рос в ней. Он невольно спросил себя, каково было бы увидеть свои черты на лице малыша? Который будет радоваться неожиданным подаркам и мчаться к нему с широко раскрытыми объятиями…

Линк поспешно отбросил эти размышления. Он уже сделал выбор.

Дети поблагодарили его и отправились во двор играть.

— Спасибо, Линк, — произнесла Рене.

— Это меньшее, что я могу сделать, — произнес он. — Вам хватает денег?

— У нас все хорошо, Линк. Я пытаюсь донести это до тебя уже несколько лет. Не нужно беспокоиться о деньгах, у нас их предостаточно. Честное слово. Я работаю, к тому же мы получили страховку.

— Это меньшее, что я могу сделать, — повторил он.

Рене собрала обертки и пакеты и положила их на журнальный столик. Вздохнув, она вновь опустилась в кресло.

— Линк, перестань привозить дорогие подарки. Не нужно посылать деньги. — Он начал протестовать, и Рене подняла руку: — Единственное, что нужно нам с детьми, — это ты сам. В жизни детей не хватает мужчины, который бы их любил, который бы отвечал на все вопросы.

— Рене, я не умею общаться с детьми. Мне не следует…

— Следует. Дети просто хотят видеться со своим дядей. Они не ждут, что ты превратишься в клоуна и будешь развлекать их. Ты помогал нам финансово, и я признательна тебе, но…

Рене замолчала, и Линк понял, что она хотела сказать. Он подвел своих племянника и племянницу.

— Я хотел бы быть с ними, но… — Как объяснить ей, что каждый раз, глядя на детей, он невольно вспоминает их отца? И понимает, что во всем виноват он сам?

— Хватит придумывать отговорки, Линк. Я думаю, для них и для тебя самого лучше всего было бы проводить вместе немного времени. Ничто не способно исцелить разбитое сердце лучше, чем семья. И, по‑моему, ты нуждаешься в этом больше всех нас.

Молли была дома уже неделю. Она потратила кучу времени, занимаясь всякой ерундой — перекладывая вещи в ящиках и шкафах, занимаясь садом, гуляя с Роки каждый день. Доктор советовала больше ходить во второй триместр. Иногда она брала с собой еще Дьюка, песика соседки, — пожилая миссис Уиткомб уже не могла долго гулять с ним.

Молли удалось найти неплохую работу — она должна была начать преподавать в следующем месяце. Обычно в конце каникул Молли уже начинала знакомиться с учениками, планировать занятия, разрабатывать забавные задания…

Но в этом году почему‑то ей было не до того.

Джейн делала все, что в ее силах, пытаясь развеселить подругу. Они ужинали вместе, ходили по магазинам, даже отправились как‑то в салон красоты. Молли надеялась, что это поможет ей развеяться.

Не помогло.

Молли регулярно общалась по телефону с Алекс и Сериной, уверяя их, что все в полном порядке, и отмалчиваясь в ответ на все вопросы, связанные с Линком.

Первый триместр остался позади вместе с утренней тошнотой. Врач заверила Молли, что все идет прекрасно. Ребенок родится в марте. Лучшее, что можно сделать, — подготовиться к появлению малыша.

Однажды она забежала в магазин детских вещей и начала присматриваться к кроваткам, одеяльцам и горам мягких игрушек. Вместе с ней покупки делали супружеские пары, то и дело обмениваясь поцелуями…

И Молли почувствовала себя еще более одинокой. Рука невольно легла на пока еще небольшой животик. «Малыш, малыш, — подумала она. — Как бы мне хотелось, чтобы твой папа был сейчас здесь».

Но он далеко. И она ничего не может изменить.

Молли повернулась, собираясь уходить, и увидела Джейн:

— Что ты здесь делаешь?

— Утром ты упомянула о том, что пойдешь смотреть мебель для малыша. Я просто не могла оставить тебя одну, — усмехнулась та. — Вместе ведь веселее!

— Как я рада, что ты здесь! — Молли смахнула с глаз непрошеные слезинки.

— Даже не вздумай! — погрозила пальцем Джейн. — Нам полагается веселиться! Пойдем выбирать кроватку. Ты справишься, Молли, как всегда! — Подруга обняла ее, и они направились в другой отдел.

* * *

— И долго ты еще собираешься строить из себя идиота?

Линк поднял взгляд на Коннера, который стоял посреди его кабинета, скрестив руки на груди.

— Что, прости?

— Тебе плохо. Ты здесь. Она там. Садись на самолет и отправляйся к ней.

Линк вздохнул:

— Все не так просто, Коннер.

— А разве жизнь бывает простой? Думаешь, у нас с женой всю дорогу были безоблачные отношения? Проблем хватало, можешь мне поверить. Без этого никуда. — Коннер подошел к столу Линка и опустился в кресло.

Линк покосился на часы в виде игральных костей, стоявшие неподалеку. Они очень странно выглядели в элегантном офисе. Воспоминание о том дне, когда он забыл обо всем и просто веселился. С Молли…

Она не отвечала на звонки и электронные письма. Наверное, возненавидела его.

Он не мог ее упрекать.

— К слову о Молли, ты видел новую игру? — спросил Линк.

После того как Молли ушла, он перестал принимать участие в проекте и подписал программу на реализацию, даже не взглянув на нее.

Коннер закатил глаза, но согласился сменить тему. Они поговорили немного о планах запуска программы.

— Вот пытаюсь подыскать дату выпуска. — Линк пролистал календарь. — Было бы здорово успеть к началу второго полугодия. Можно предложить школьникам специальные условия…

— Я не о программе. И не буду обсуждать ее с тобой, пока ты сам не взглянешь на нее. Думаю, работа Молли произведет на тебя впечатление.

— Я занят!

— Теперь ты лжешь самому себе. — Коннер покачал головой. — Знаешь, я было подумал, что ты наконец изменился. И даже обрадовался. Если кто и заслуживает нормальной жизни и счастья, то это ты.

Он бросил диск на стол Линка и вышел из кабинета. Серебристая поверхность игриво сияла всеми цветами радуги. Словно подбивая его проверить, прав ли Коннер?

Изменился ли он на самом деле? Или же останется Линкольном до конца своих дней?

Глава 12

Роки рвался с поводка, стремясь побыстрее попасть домой. На город опускались сумерки. Молли вдохнула чистый морской воздух. Ей нравился Сан‑Диего. Здесь у нее друзья, дом, работа. Здесь ее жизнь…

Только здесь нет мужчины, о котором она думала почти все время со дня приезда домой. Но Молли твердо сказала себе, что ей и так хорошо.

Хотя разбитое сердце не склеишь.

Каким‑то образом Молли сделала то, чего поклялась не делать, — влюбилась в Линка.

Вернувшись домой, она гадала, думает ли он о ней и о ребенке хоть иногда? Его письма и звонки ответили на ее вопрос утвердительно. Но он думал о них не так, как ей бы того хотелось.

Молли не обращала внимания даже на цветы и открытки. Потому что Линк так и не написал тех слов, которые ей хотелось бы услышать: «Я хочу, чтобы у нас была настоящая семья».

Если он не скажет этого, она не желает иметь с ним ничего общего! Будет жить дальше вдвоем с малышом.

И тут она узрела нечто, выбивавшееся из привычного вида улицы перед ее домом.

Черный лимузин, стоявший у тротуара перед ее домом. И ее мать, беседующая с Линкольном Кертисом!

Молли замерла на месте. Роки продолжал радостно рвать поводок.

Линк здесь?! Разговаривает с матерью?

В груди вспыхнула радость, но Молли безжалостно подавила ее. Линка могли привести сюда тысячи разных дел. Возможно, он хотел обсудить с ней финансовые вопросы, связанные с рождением ребенка, или попросить ее продолжить работу. Возможно, он приехал потому, что забеспокоился, не получив ни одного ответа на свои сообщения. Шансы же на то, что он пытается стать частью ее жизни, близки к нулю.

Она двинулась дальше и через пару минут добралась до дома. Линк и ее мать были так увлечены беседой, что даже не заметили появления девушки.

— Так у вас своя компания? — как раз спрашивала Синтия, широко улыбаясь.

О нет, только не это! Ее мать оседлала любимого конька. Видимо, Молли предстояло выслушать впоследствии, какой Линк замечательный и как он ей подходит. И объяснять матери, что ему не нужна семья, бессмысленно.

Интересно, Линк сказал ей, что является отцом будущего ребенка? Молли сообщила матери только то, что забеременела от мужчины, с которым некоторое время встречалась. Зная Синтию, можно было быть уверенной: она разыскала бы Линка на другом конце света и притащила бы за руку к алтарю.

— Да, мэм. Я владелец компьютерной компании, — улыбнулся мужчина. — В Лас‑Вегасе.

— Но это же так далеко! У вас нет филиала здесь, в Калифорнии?

— Нет, но… — Линк обернулся. Увидев Молли, он улыбнулся еще шире. — Молли.

Мягкость, с которой он произнес ее имя, заставила девушку вздрогнуть. Она даже не понимала, как сильно соскучилась по Линку.

— Линк? Что привело тебя в Сан‑Диего?

— Он приехал к тебе. — Синтия склонилась к уху дочери и шепнула: — Пригласи его на ужин. Мужчины обожают, когда женщина готовит.

— Мама!

Синтия погладила дочь по щеке:

— Знаю, я лезу не в свое дело и иногда совершаю ошибки. Но я всего лишь желаю тебе счастья.

— Я знаю.

— Он очень милый.

— Мама…

— И он мне нравится куда больше Дугласа. — Синтия бросила взгляд на Линка. — Этот мужчина… сохранит семью.

Молли торопливо обняла мать одной рукой:

— Спасибо за совет. Но больше не надо.

Ее мать вздохнула:

— Ладно. В любом случае я ухожу — скоро начнется собрание членов книжного клуба.

— Книжного клуба?

— Я последовала твоему совету и присоединилась к ним. И встретила там потрясающего человека. — Глаза Синтии игриво блеснули. — Правда, он не поклонник сестер Бронте, но, думаю, мне удастся его переубедить. — Она подхватила сумочку и накинула ремешок на плечо. Только сейчас девушка заметила, что Синтия надела платье, туфли на каблуке и подкрасилась — впервые за последние полтора года. — Мне пора бежать. — Ее мать торопливо забралась в свою машину и уехала.

Молли тут же повернулась к Линку:

— Прошу прощения. Она бывает…

— Самой обычной мамой, — рассмеялся Линк. — Ничего страшного.

— Может, зайдешь? А то вдруг все мои родственники решат одарить меня советами…

— Это было бы неплохо.

Линк последовал за ней в дом. Молли перестала строить предположения. Прочесть что‑либо по его лицу было невозможно.

— Уверена, ты привык видеть другую обстановку, — произнесла Молли, сразу же почувствовав разницу между ее крохотным домиком и огромной квартирой Линка.

— Мне нравится твой дом. Он похож на тебя. Очень уютный. — Он указал на фотографии, единственное напоминание о счастливых временах. — Это твои родители?

Молли кивнула:

— Мой отец умер полтора года назад. Он был удивительным человеком. Двадцать лет работал пожарным, а потом начал преподавать историю в средней школе.

Линк повернулся к девушке:

— Поэтому ты стала учительницей?

— Да. Это замечательная профессия, хотя в ней есть свои минусы. Приятно видеть, как каждый день дети узнают что‑то новое. — Молли решила умолчать о том, что ей очень понравилось работать и в его фирме. Вдруг он предложит ей вернуться?

— Тебе понравилось работать в моей компании? — спросил мужчина, словно прочитав ее мысли.

— Да.

— Тогда почему…

— Не хочешь лимонада? Или чаю со льдом?

— Пожалуй, предпочту чай, спасибо, — произнес Линк. — И жду ответа на свой вопрос.

Молли направилась в кухню. Линк последовал за ней и уселся за маленьким столом у окна, за которым виднелся цветущий сад.

Она достала из холодильника чай, разлила его по бокалам и бросила несколько кубиков льда.

— С лимоном?

— Да, спасибо.

Еще несколько секунд Молли нарезала аккуратные ломтики лимона, которые опустила в бокал Линка. Наконец стало ясно, что избегать ответа дальше нельзя. Поставив перед мужчиной бокал, Молли села напротив.

— Я видел эту программу.

— О. — Так вот зачем он здесь! Потому что ему не понравилась ее работа. — Мне очень жаль, если…

— Она просто великолепна! Это куда лучше того, что я надеялся получить. — Линк наклонился, доверительно глядя на девушку. — Ты словно прочла мои мысли.

— Я прочла твои записи, — напомнила Молли.

— Нет, ты вышла за рамки моих записей. Как тебе это удалось?

— Я просто… делала свою работу. Для этого ты меня и нанял.

Роки вошел в кухню, принюхиваясь к незнакомцу. Линк усмехнулся и почесал песика за ухом. Тот удовлетворенно фыркнул и привалился к ноге мужчины теплым боком, оставив на дорогих брюках шерсть.

Линку, казалось, было все равно.

— Ты взяла за основу идею и превратила ее в нечто потрясающее. Твои задумки… — Он покачал головой. — Мне очень понравилось, например, что, поиграв за кузнечика, детям необходимо поймать живых насекомых, исследовать их и, введя правильные ответы, продвинуться на следующий уровень. Ты сумела связать мир техники и природу.

— Я всего лишь следовала твоим указаниям.

— Нет, ты сделала гораздо больше, — улыбнулся Линк. — Это просто потрясающе! Наша программа открыла для «Кертис системс» совершенно новое направление.

— Я рада. — Молли поднялась, не в силах больше смотреть на Линка и с трудом сдерживая слезы.

Как всегда, в его голове только бизнес…

— Так ты приехал поблагодарить меня? — спросила она.

— Да. И… и кое‑что объяснить.

В следующий миг Линк уже стоял за ее спиной, дразня запахом своего одеколона. Молли боялась оборачиваться. Ей казалось, он с легкостью прочтет все ее мысли.

И поймет, что она в него влюбилась.

Линк осторожно заставил ее повернуться:

— Возможно, ты поймешь, почему я принимал такие решения, если я кое‑что тебе расскажу.

— Хорошо, — кивнула Молли.

По крайней мере, она должна выслушать Линка. Тогда будет легче забыть его. И посвятить себя ребенку.

— Мой брат Маркус родился с пороком сердца. Еще младенцем он перенес операцию, но доктора сказали, что могут быть осложнения. Он должен был соблюдать осторожность и принимать лекарства. — Линк вздохнул. — Но мой брат был не из таких. Настоящий сорвиголова — любитель лазить по деревьям и кататься на лыжах. Ему хотелось радоваться жизни, а не трястись над своим здоровьем. Он говорил, что родители и так достаточно за него беспокоятся, чтобы заниматься этим самому. Все время забывал принимать лекарства — а может, специально их не пил. Мне кажется, он ненавидел свою болезнь, считал ее слабостью.

— Могу поспорить, родители здорово за него переживали, — произнесла Молли, уже начавшая чувствовать себя матерью.

Он мрачно кивнул:

— Постоянно. Когда мы еще жили вместе, мама следила за тем, чтобы он пил лекарства и ходил к врачу. — Линк умолк. — Затем наши родители попали в автокатастрофу. — Он покачал головой и отвернулся к окну, глядя на сад. — Они не выжили. Отец умер на месте, мама — позже в больнице.

Молли погладила Линка по спине, пытаясь этим жестом передать свое сочувствие.

— Наверное, это было ужасно. Я помню, как плохо было мне, когда умер мой отец. А я ведь была старше.

— Тогда мне было восемнадцать, Маркусу — шестнадцать. Последнее, что сказала мне мать: «Позаботься о своем брате. Приглядывай за ним вместо нас». Я так и поступал. Когда Маркус завел семью, все подумали, что он наконец остепенится. Но нет, он продолжал кататься на лыжах. Забывал про таблетки. И не раз оказывался в больнице. Мы договорились: я остаюсь главным, отвечаю за его лекарства и больницу, а он может притвориться, что живет как все. Маркус даже жене не рассказал о своей болезни. — Линк вздохнул. — Но я об этом не знал.

Вот теперь поведение Линка обретало смысл.

— Нельзя во всем винить себя. Всякое в жизни случается…

Он резко развернулся:

— Мне можно и нужно во всем винить себя. Хочешь узнать, где был я, когда у брата отказало сердце? Напивался в баре. Думал, что веселюсь и отдыхаю.

— У тебя был отпуск. Иногда нужно расслабиться.

— Я должен был позаботиться о своем брате, Молли, а не…

— Не что?

— А не сидеть в баре, думая, что брат может разок позаботиться о себе сам.

Эти слова вырвались хриплым шепотом. Линк, казалось, съежился, как будто последняя струна, удерживавшая его, лопнула.

— Ты не должен винить в этом себя, Линк. У всех…

— Нет, Молли, должен. И я виню во всем себя. Какой брат может так поступить?

— Каждый, кто хочет жить своей жизнью и заслуживает этого, — произнесла Молли, жалея, что не может собрать воедино осколки его сердца и склеить их. — Твои родители не хотели бы, чтобы ты забросил собственную жизнь. И Маркус тоже бы этого не хотел.

— Я должен был быть рядом. Должен был…

Молли крепко обняла его:

— Ты сделал все, что мог, Линк!

— Он звонил мне. А я не ответил… Потому что не хотел работать. Я хотел отдохнуть.

— Это не эгоизм, Линк, это человеческая природа. Ты всегда отвечаешь за все сразу. Иногда нужно пожить и своей жизнью.

Линк покачал головой. В уголках голубых глаз собрались слезы. Молли снова и снова повторяла, что он ни в чем не виноват, что это не грех.

Наконец он замер, пытаясь свыкнуться с мыслью о том, что не сделал ничего плохого.

— Если бы я ответил на звонок, то, возможно…

— Возможно. А возможно, никакой разницы бы не было. Неужели ты думаешь, что твой брат хотел бы, чтобы ты до конца своих дней изводил себя этим?

Линк тяжело вздохнул:

— Нет.

Однако Молли поняла, что ее утешение не имеет никакого значения. Он все равно считал, что должен расплачиваться за преступление, которого не совершал.

— Помнишь, что ты рассказывал мне о камнях на озере Мид? — спросила она.

— О камнях? А они тут при чем?

— Ты сказал, что они не меняются. Остаются все теми же, год за годом. Они не двигаются, никуда не ходят, не растут. Ты похож на них, Линк. Ты не двигался и не рос на протяжении всех этих лет со дня смерти брата. Если не считать той ночи в баре, когда мы познакомились. Тогда ты ненадолго стал тем человеком, каким мог бы быть, если б перестал стоять на месте.

— Молли, ты не понимаешь…

— Я все понимаю, Линк. Тебе просто нужно перестать быть камнем. Позволить себе жить. — Она провела ладонью по его щеке. — Хватит расплачиваться за преступление, которого ты не совершал.

— И что? Стать отцом? Молли, ты даже не представляешь, как сильно я этого хочу! Но что, если… — Он посмотрел на ее живот. — Что, если я повторю ошибку? Вдруг наш ребенок родится нездоровым?

— А если нет? Какие могут быть гарантии, Линк? Родителям остается только делать все, что в их силах.

— Как ты?

Молли кивнула, чувствуя, как слезы начинают обжигать глаза:

— Я пытаюсь.

— Тогда почему ты уехала?

Она вздохнула и отвернулась:

— А зачем мне было оставаться? Чтобы стать еще одной строчкой в твоем расписании? Нет, Линк. Мне нужно все. Семья. Муж. Рождество с елкой и подарками.

— Для человека, который хочет всего, ты прекрасно ухитрилась избежать начала серьезных отношений.

— Что ты имеешь в виду? Я пыталась достучаться до тебя…

— Ты не сказала мне правды до тех пор, пока не осталось другого выбора.

Молли сжала бокал с чаем:

— Потому что это не та новость, которую принято выпаливать с порога. К тому же ты сразу дал мне понять, что не из тех, кто заводит семью.

— Ты пыталась заставить меня раскрыться, а сама даже не собиралась ответить тем же.

— Почему же, я…

Молли замолчала, сообразив, что и правда вела себя очень сдержанно. Думая при этом, как умно поступает, оберегая свое сердце.

Линк покачал головой:

— Мы очень похожи. Верно? Оба хотим всего, но боимся попробовать.

— Может, это и так, Линк, но у меня теперь нет выбора. — Она посмотрела ему в глаза. — Ты можешь уйти и закопаться в своих кодах и счетах, если хочешь, но я останусь здесь. И рожу нашего ребенка.

* * *

Линк долго сидел в машине, а затем наконец открыл дверцу и вышел, бросив:

— Я скоро вернусь.

Он дошел до песчаной полосы пляжа, нагнулся, сбросил дорогие ботинки, засунул в них носки и, зажав обувь под мышкой, двинулся вперед. Ноги утонули в белом песке, и Линку показалось, что он снова у озера Мид.

Он брел по пляжу около получаса, наблюдая за играющими детьми. Пока наконец не прояснилось в голове и он не принял единственно возможное решение.

Найти хорошее место. Забытый стул с зонтиком вполне подойдет.

Линк сел, вынул ручку…

И наконец оставил прошлое позади.

— Он прав, — произнесла Молли, думая о том, что Линк сказал перед уходом. — И меня это бесит.

Алекс и Серина, сидевшие рядом за компьютером, рассмеялись.

— Так найди его и сообщи об этом, — предложила Алекс.

— А вдруг будет еще хуже? Что, если я опять совершу ошибку?

— Знаешь ли, когда влюбляешься, приходится иногда прыгать в пропасть с завязанными глазами. Иногда приземляешься благополучно, иногда нет. Но когда все получается, — Алекс мечтательно улыбнулась, — то это просто чудесно.

«Можно получить свое счастье, — неожиданно поняла Молли. — Все, что требуется, — довериться мужчине. Впустить его в свое сердце».

— Ты заслуживаешь счастья, — произнесла Серина. — И собственного прекрасного принца.

— Спасибо, девочки, — улыбнулась Молли. — Каждый раз, когда я разговариваю с вами или Джейн, мне становится лучше.

— Потому что мы говорим разумные вещи. По крайней мере, тебе.

Молли тоже рассмеялась. Они еще какое‑то время поболтали, а затем попрощались. Она откинулась на спинку стула, обдумывая слова Алекс.

Рискнуть. Поверить Линку — и себе.

Сможет ли она сделать это?

Раздался звонок в дверь. Роки вскочил и начал лаять — он искренне считал себя сторожевым псом, способным напугать кого угодно. Молли погладила питомца по голове и подошла к двери.

На пороге снова стоял Линк.

— Я думала, ты вернулся в Вегас.

— Не могу, — усмехнулся он.

— Почему?

— Все, чего я хочу, — здесь. В Сан‑Диего.

Сердце бешено забилось от радости. Но ведь она уже слышала это — всего пару часов назад…

— Здесь?..

— Я ходил на пляж. Долго гулял. Думаю, мне так и не удалось вытряхнуть песок из ботинок.

Молли расхохоталась:

— Ты? Гулял по пляжу?

— Кажется, кто‑то использовал слово «прогуливать».

— Точно.

Линк протянул руку и коснулся упавшего на лицо Молли локона. Он бережно заправил прядь волос ей за ухо.

— Ты была права. Слишком долго мной управляло чувство вины.

— Я рада это слышать. — Молли отчаянно хотелось отойти.

Линк пришел попрощаться, она знала это. И понимала, что во второй раз не выдержит…

Он отвел руку, а затем вытащил что‑то из кармана:

— Я заполнил его, пока был здесь. Для тебя. И для ребенка.

Он вручил ей журнал «Воспоминания для вашего ребенка». Молли открыла его и нашла страницы, заполненные убористым почерком Линка. Здесь было все, начиная с его любимого цвета и заканчивая самым счастливым воспоминанием.

— Ты все‑таки это сделал! — Каждая страница рассказывала о нем что‑то новое. Молли погладила свежие надписи.

— Правда, кое‑чего все равно не хватает.

— Чего? Ты ведь вписал все, что мог. Никак не могу прийти в себя от удивления…

— Не хватает твоих рассказов. Ты ведь и сама не заполнила многие страницы.

Девушка удивленно подняла на него глаза.

А ведь Линк прав! Все это время она думала только об отце ребенка и совсем забыла о страничках для матери.

— И когда ты это сделаешь, я хотел бы прочитать твои ответы, — произнес Линк. — Я хочу знать о тебе абсолютно все, Молли Хантер. Какую ты любишь яичницу? Спишь справа или слева на кровати? Любишь мелодрамы или триллеры?

Что такое он говорит?

— Ты… Но почему?!

Он ухмыльнулся:

— Потому что хочу открыть филиал в Сан‑Диего, и мне нужно быть уверенным: я делаю это не зря.

Открыть здесь филиал?

Он погладил ее по щеке, пробежавшись большим пальцем по нижней губе.

— Я хочу быть уверенным, что знаю все о женщине, на которой хочу жениться.

Молли моргнула:

— Жениться? Ты сказал, что хочешь на мне жениться?

— Я люблю тебя, Молли. Люблю с той самой ночи в баре. Мне нравится потрясающая смесь дерзости и нежности, которая есть в тебе, и даже то, как ты иногда начинаешь мною командовать. — Он рассмеялся.

— Ты… Правда? Но… — Молли лишилась способности здраво мыслить.

— Чем больше страниц я заполнял, тем больше понимал, что мне нужны новые воспоминания. О тебе. О нашем ребенке. Я не хочу через несколько лет оглянуться на свою жизнь и увидеть пустые страницы. На прошлой неделе я много времени провел со своими племянником и племянницей и понял, что хочу быть рядом со своим ребенком.

Она стояла на месте как громом пораженная.

— Ты была права, — продолжил Линк. — Я был как те камни на озере. Ты заставила меня измениться. И, честно говоря, давно пора. Выходи за меня замуж, Молли. Давай станем настоящей семьей.

В сердце вспыхнула бурная, ошеломляющая радость. Он любит ее? Хочет на ней жениться?

— Линк… я не знаю, что сказать…

— Тогда просто скажи «да». — Он поцеловал ее в щеку, потом в губы. — Я слишком много лет заполнял пустоты в сердце работой, а все, что требовалось, — это посмотреть на тебя.

Ее сердце растаяло. Молли крепко прижалась к нему:

— Я тоже очень тебя люблю… и — да, я выйду за тебя замуж!

Линк широко улыбнулся — и счастье озарило светом голубые глаза. Он нежно положил руку на маленький животик своей невесты.

— Тогда, похоже, нам необходимо найти ручку.

— Ручку? Зачем это?

— Потому что в книжке есть еще одна страница — под названием «Когда твои родители полюбили друг друга». — Он поцеловал Молли страстно и нежно, а затем снова отстранился. — Думаю, этот момент настал.

Молли улыбнулась Линку. Не Линкольну Кертису, но Линку, с которым она познакомилась и которого полюбила.

— И что мы напишем? Что провели бурную ночь в Лас‑Вегасе, а потом поняли — нам так просто друг от друга не отделаться?

— Нет. Напишем правду. Что однажды папа встретил маму и влюбился, только не понял этого, пока она однажды не похитила его.

Молли прижалась к Линку, крепко обняв его за шею.

— Странно, — задумчиво произнесла она, — но со мной произошло то же самое.

Content

Ширли Джамп
Ключи к мечте

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12