Яременко Николай Николаевич

Вся подноготная футбола. АНТИэнциклопедия народной игры (сборник)

Николай Николаевич Яременко

Вся подноготная футбола. АНТИэнциклопедия народной игры

Футбол убьет Россию. Народная игра в рублях, договорняках и взятках

0:1 Пока мяч в центре поля…

Я не сотрудник РФС. Не бывший футболист. Не много кто еще. Я даже не спортивный журналист в общепринятом смысле этого слова. Потому что я не летаю вместе с командами, не пью вместе с владельцами клубов и не подпаиваю теплым летним вечерком бывших футболистов, чтобы они, разомлев, рассказали мне под запись какую-нибудь сенсацию из прошлого или настоящего. Моя позиция – скорее позиция мальчика, подающего мячи. Стою себе у кромки поля. Слушаю, о чем говорят. Анализирую. И делаю выводы.

Может быть, вы скажете, что этого мало для того, чтобы говорить о спорте. Но имеющееся знание помогает мне вот уже четыре года возглавлять главную спортивную радиостанцию страны, увеличивать ее рейтинги, а три последних года – вести каждое утро программу «Теория заговора». Программу, которую слушают, на которую злятся и обижаются, над которой иногда смеются, но назавтра снова включают приемник, настраивают на «Радио Спорт» и слушают.

...

Мы все любим футбол. Мы все хотим, чтобы он становился лучше. И чтобы нам редко было стыдно.

Потому что мы все любим футбол. Мы все хотим, чтобы он становился лучше. И чтобы нам редко было стыдно. А стыдно бывает. Причем чем дальше, тем больше. Почему? Об этом я и попытаюсь поговорить в этой книге.

0:2 Цена победы

Ожидание события очень часто оказывается важнее, чем само событие. Так бывает и в очень близких каждому из нас любовных, бытовых или различных социальных вопросах и во многом другом. Ближайшие семь лет мы будем ждать праздника. Главного футбольного праздника. Наверное, увидеть чемпионат мира на своей земле – счастье, которое случается максимум раз в жизни. Но чемпионат будет длиться месяц. А послевкусие – наверное, несколько месяцев. Предощущение же праздника – все эти семь лет по нарастающей.

Зачем чемпионат нужен рядовому болельщику, объяснять не нужно. Зачем нужен малому бизнесу (если он, конечно, к 2018 году будет существовать), наверное, тоже. А вот зачем узенькой такой прослоечке, но вместе с тем контролирующей немалые потоки, – чиновничеству, – и подавно понятно. Ручейки этих самых потоков уже сейчас не просто нежно журчат, а готовы вот-вот превратиться в полноводные и бурные реки. Хотелось бы, чтобы только не снесли они в пору разлива вместе с собой еще и весь наш футбол. А такая вероятность есть. И об этом мы и попробуем поговорить.

Я, как и очень многие, надолго запомню и дату 2 декабря 2010 года, и те чувства, которые мы испытывали. Мы готовили несколько дней этот эфир – не только определяли, кто будет работать в прямом эфире, а кто быстро обзванивать и выводить в эфир экспертов. Главным оказалось грамотно определить, кто будет работать в швейцарском Цюрихе. Люди, которые умеют не только воспроизвести в эфире официальные пресс-релизы, но и способные узнать то, что узнать в принципе невозможно. Результат голосования мы сообщили еще за четыре минуты до того, как он был оглашен для всего мира. У нас нет рентген-лучей для просвечивания конверта, у нас нет телепатических навыков. Но наши корреспонденты умеют понять по лицам выходящих из зала для голосований членов исполкома ФИФА все, что нужно. У нас потом спрашивали: как, откуда вы узнали, что англичане точно слетели в первом туре, а Россия во втором получила большинство? Мы не сканировали конверты, мы сканировали лица.

Но это была наша локальная победа. Для любого СМИ всегда важно быть на шаг впереди, на шаг удачливее. Мы ее одержали. Иностранные телекомпании наперебой включали репортажи из студии «Радио Спорт» в череду своих сюжетов о радости болельщиков в спортклубах, на улицах (этого как раз не очень почему-то наблюдалось). Но, повторюсь, это была победа нашей станции, которая сейчас приятна, а назавтра забывается.

Радости от победы в гонке за право проведения чемпионата мира-2018 не наблюдалось в стране ни вечером того же дня, ни на следующий день, ни спустя неделю. Кто-то просто угрюмо строчил в Интернете о том, что «опять все распилят», кто-то, постарше, вспоминал, каким позором обернулась Олимпиада-80, и начинал горячо обсуждать, какие новые проблемы стоит ожидать к 2018 году… А кто-то не кричал и не горячился, а уныло принимался калькулировать собственную жизнь на ближайшие годы, справедливо понимая: вырастут налоги, и благополучие тех, кто имеет отношение к глобальному всероссийскому распилу, будем оплачивать мы сами.

После 4 июля 2007 года (даты нашей победы в Гватемале – победы в борьбе за право проведения зимней Олимпиады-2014) в досужих разговорах популярной была тема двух миллиардов. Якобы той суммы, что «занесли» в некую бездонную копилку МОК. Никто этой суммы не видел, никто не пересчитывал. Но все обсуждали. Потому что общество уже сроднилось с идеей, что выиграть что-то в честной борьбе невозможно. Так проще. Финансовым фактором можно многое объяснить. Мол, победили – хорошо, правильно «занесли», договорились. Проиграли – кругом враги, они «занесли» больше, договорились лучше.

Подобные настроения стали отчетливо улавливаться приблизительно во время зимней Олимпиады-2002. Россия тогда стала погрязать в многочисленных допинг-скандалах. Но общество не готово было предать остракизму спортсменов-предателей, спортсменов-подлецов. Тех, кто наплевал на честь страны, забыл о миллионах болельщиков, закачал себе какую-то дрянь и был в итоге пойман за руку. Их страна встречала как героев! Оболганные, мол, но наши! Косо начали поглядывать только в сторону чиновников: мол, при тяжеловесе Виталии Смирнове (прежнем главе национального Олимпийского комитета, которого в угоду новым политическим раскладам поменяли на горнолыжника Тягачева) нас еще побаивались. Он умел стукнуть кулаком по столу, пригрозить чем-то в ответ, короче, умел договориться. А пришли новые – они не умеют. Вот над нашими и издеваются.

...

У нас потом спрашивали: как, откуда вы узнали, что англичане точно слетели в первом туре, а Россия во втором получила большинство?

Мы не сканировали конверты, мы сканировали лица.

Не знаю, была ли в тех рассуждениях доля истины. Спустя год с небольшим дисквалифицировали Егора Титова за бромантан чуть ли не кустарного производства. И, несмотря на многочисленные свидетельства самих спортсменов, что подобная практика обычна на наших просторах, общество опять кричит, что оболгали, обманули, оклеветали.

История повторялась потом много раз: и в олимпийском Турине-2006, где Пылева совершила по местным законам уголовное преступление, и перед Олимпиадой в Пекине, когда сняли целую группу наших еще до выезда в Китай. Но постепенно ореол героев стал блекнуть. И сегодня спортсмены, сидящие на допинге, уже, как минимум, не превозносятся, не получают в глазах общества образ невинно пострадавших.

С получением же права на то или иное спортивное событие общество по-прежнему уверено: дело только в деньгах. Почему-то иных мотивов никто уже не видит. Отличие цюрихской победы-2010 от гватемальской-2007 только в одном: в этот раз никто не называет сумму «заноса». Может, хоть в этом есть положительный симптом?

Но у всего есть, как у медали, две стороны. Спорил с одной коллегой, которая доказывала мне: не важно, чем оказалась Олимпиада-80 в глазах мирового сообщества, главное в том, что в наследство от нее мальчишкам и девчонкам достались в большом количестве спортивные объекты – спорткомплексы, стадионы, залы, бассейны, тренировочные базы. Если оставить за скобками, что все те сооружения морально устарели уже через десяток лет после их возведения, то выглядит это красиво и убедительно. Все проходит, а сооружения, мол, остаются стране надолго. Примерно тот же тезис на все лады склонял наш Заявочный комитет-2018. Словно мантру весь 2010 год нам повторяли: у Англии шансов нет. Почему нет? А потому что у них уже есть все стадионы, аэропорты и отели. Это не вписывается в политику ФИФА. Международная федерация футбола дает развиваться новым для футбола территориям. Поэтому все шансы есть только у нас.

И вот теперь о второй стороне этой медали. Допускаю, что мы построим стадионы мирового уровня. Сколько создадим проблем местным жителям и сколько освоим при этом денег – вопрос отдельный. О стадионах в нашей стране и о том, как они строятся, мы еще поговорим в этой книге. Проблема заключается в другом: дорогой стадион еще и дорого содержать. Чтобы он был безубыточным, его должны сдавать в аренду играющим там командам за куда большие деньги, чем принято сегодня. Можете ли представить себе какую-нибудь – да простят меня калининградские болельщики – «Балтику», которая будет платить по сто с лишним тысяч долларов за право разок сыграть на суперстадионе? Или саранскую «Мордовию»? Или… кто там у нас играет в Екатеринбурге?

В хоккее мы подобный проект уже проходили. К чемпионату мира-2007 был построен Ледовый дворец на Ходынке. Сколько матчей в год проходило на этой арене? Если не считать тот чемпионат мира, то трижды в год играет сборная на декабрьском этапе Евротура. А все остальное время – коммерческие мероприятия. Потому что «отбить» фигурное катание с участием разного рода селебритис реально. А вот хоккей… Нет гарантии, что соберется полный стадион. За исключением разве что нескольких топовых матчей. В итоге опять кто-то сверху стучит кулаком по столу и директивно обязывает владельцев комплекса и руководство клубов найти компромисс. Таким же образом мы будем жить и после 2018 года, когда на свежевыстроенных стадионах будет гулять ветер. Опять будут директивные указания вспомнить о болельщиках.

Ту же историю мы видим чуть ли не ежегодно, когда в начале сезона идет бодание, кто и в каком объеме будет транслировать матчи Премьер-лиги. Руководители футбольных клубов время от времени начинают сравнивать свой чемпионат с зарубежными и приводить примеры, сколько

клубы получают в Европе от телевидения. Объяснять, что востребованность футбола у нас не сравнима с европейской, бессмысленно. Вы можете себе представить болельщиков, которые заполняют весь стадион, заплатив по сотне евро за билет? Или ходят на экскурсии по Сантьяго Бернабеу в Мадриде, оставляя в кассе под 30 евро. Просто за возможность пройтись в подтрибунных помещениях, посмотреть на завоеванные кубки, исторические фотографии, посидеть пару минут в VIP-ложе и на скамейке запасных. Все это не в день игры. И таких людей в день приходят сотни и тысячи.

У нас люди не будут платить телевидению в десятки раз дороже только потому, что так захотели клубы. Поэтому постоянно мы возвращаемся к ситуации, когда сверху всем говорят, что «опять с Мутко что-то намутили», и начинают вручную регулировать, сколько матчей покажут на общедоступном канале, сколько – на платном.

Проблема на самом деле не в этом ручном регулировании, она куда глубже. Мы не можем никак определиться, что такое футбол для нас: бизнес или социальная функция? Потому что мы все время хотим усидеть на двух стульях одновременно. Сначала нам говорят: давайте жить по средствам, давайте условия будут для всех равные, давайте бухгалтерия в клубах будет прозрачная (ну, настолько прозрачная, конечно, какой она у нас может быть, то есть с определенными оговорками). А потом, когда большая часть клубов начинает прогнозируемо загибаться (та часть клубов, что привыкла вечно стоять с протянутой рукой, обкрадывая – видимо, ко взаимному удовольствию – местные администрации), мы говорим: такой регион, с таким количеством болельщиков не должен потерять свой клуб в Премьер-лиге.

...

Допускаю, что мы построим стадионы мирового уровня. Но дорогой стадион еще и дорого содержать.

Так спасают «Крылья Советов», так спасают «Томь», так всеми силами спасали «Амкар», который рвался умереть, но его откачивали, откачивали… Даст ли это толчок к развитию бизнес-составляющей футбола? Конечно нет. Если другие могут не «париться», сводя концы с концами, а просто вечно просить денег и получать их, то зачем тогда жить по правилам мне?

Сколько команд живут по бизнес-правилам? Четыре, пять, может быть, шесть… Всё! А в Премьер-лиге сколько? Сейчас – 16. Сколько в первой лиге? 20. Есть ли у нас уверенность, что если не к повсеместному введению в Европе правил финансового fair play, которое объявлено на 2013–2014 годы, то уж к 2018 году ситуация изменится? Уверенность есть. Уверенность в том, что не изменится ни-че-го.

Но проблема и этим не исчерпывается. Конечно, правильно было бы сократить Премьер-лигу команд до 10, а еще лучше – до восьми. И проводить чемпионат в четыре круга. Не будет команд из тех регионов, где главное – торговля очками и матчами. Будет большая заряженность на борьбу. Но и это не решит главного. Мы не станем от этого автоматически футбольной страной. Мы не будем, как испанцы, покупать билеты на футбол за сотню евро. Мы рассуждаем о том, за 100 или за 300 рублей сидеть за воротами, и предаем остракизму те команды, которые билеты за ворота гонят по 500 рублей. И дело тут вовсе не в соотношении покупательской способности россиянина и европейца. Я еще всерьез поспорю, у кого она выше. Но там есть футбол как философия жизни. А у нас нет. И не знаю, когда будет.

ФИФА не дает чемпионат мира той стране, которая не предоставила финансовые гарантии от правительства. В 2003 году мы затянули с предоставлением именно этих гарантий, и потому чемпионат Европы-2008 «уплыл» в Австрию и Швейцарию. Теперь все сделали в срок, и это было оценено. Но правительственные гарантии – это гарантии денег. За оставшиеся семь лет до чемпионата мира надо выстроить если не с нуля, то, согласимся, практически заново и спортивную, и транспортную, и гостиничную инфраструктуру. Но и это не самое главное. Главное – изменить сознание людей, наш, извините за грубое для многих слово, менталитет. Тут уже никакие правительственные гарантии не помогут.

Йозеф Блатер вскрыл 2 декабря 2010 года конверт с надписью «Российская Федерация», но Россия не стала в тот день автоматически футбольной страной. Можно заплатить деньги и построить стадион. Можно вложиться в аэропорт. С виду будет современно (как новые терминалы в Сочи: вроде похоже на Европу, только в аэропорту, сколько я туда ни прилетал, всегда закрыты все туалеты, потому что в городе нет воды). Наверное, можно где-то изобразить дороги. На время чемпионата их запаса прочности хватит. Но ни за какие деньги не сделаешь Россию футбольной страной.

Нам просто повезло. Давайте признаемся честно. Нам повезло в том, что Россия оказалась в тренде проводимой ФИФА политики давать чемпионат мира тем регионам, где иными способами футбол не развить. 2018-й – Россия, 2022-й – Катар… Если Россия играла на чемпионатах мира, то Катар вообще никогда туда не пробивался. Теперь намекают на Индию в 2026 году, на некий конгломерат стран Юго-Восточной Азии в 2030-м. До развитых стран речь не известно когда дойдет. И дойдет ли вообще на нашем веку. Не исключено, что тенденция эта ошибочная, что очень скоро ФИФА поймет свою ошибку, как поняла и признала после чемпионата 1994 года, проведенного в США, где страна знакомилась с правилами соккера уже по ходу турнира, что вряд ли добавляло самим футболистам удовольствия.

Конечно, эта политика неправильная. Но нам она принесла удачу. Сегодня тренд именно такой. И нам повезло, что нас в кои-то веки не в очередь поставили, а уже ввели в зал ожидания. В обход всякой очереди.

Сочи не стал «матерью городов русских». Спортивной матерью. Да и вряд ли станет в сознании большинства. Когда мы с выездной бригадой «Радио Спорт» приезжали работать на одном из сочинских мероприятий в сентябре 2010 года, я ужаснулся тому, в каком состоянии находится будущая олимпийская столица. И с точки зрения строительства, и с точки зрения пробок (с тех пор я перестал клеветать на московские затруднения движения), и с точки зрения внешнего вида города. Причем с момента получения статуса олимпийской столицы до старта Олимпиады прошло уже больше половины срока. Ощущение, что влево и вправо от дороги надо будет просто вешать гигантскую рекламную сетку чтобы больше ничего не видеть.

Дело еще и в том, что Олимпиада – пусть и более значимое в устоявшейся спортивной иерархии событие, но менее масштабное в сознании большинства, чем чемпионат мира по футболу.

Поверьте радийному менеджеру, который бдительно следит за рейтингами (они суть дело субъективное, но другого количественного критерия оценки качества нашей работы просто не придумано): когда есть футбол, рейтинг всегда выше. Я могу сделать с коллегами гениальный эфир в январе, но он не будет востребован. Просто по одной причине. Потому что нет в стране и в большей части планеты футбола. А в период побед сборной или просто в период чемпионатов мира или Европы – рейтинг зашкаливает.

Но интерес к футболу – это еще не футбольный бум. Три подряд чемпионата проходят в странах БРИКС (ЮАР – Бразилия – Россия). О перспективах двух других (Индии и Китая) мы уже упомянули чуть выше, и эти перспективы вполне реальны. Но Россия лишь формально стоит в этой цепочке «ЮАР – Бразилия – Россия». Потому что стоит она там просто по факту. Но не по духу. В Южной Африке и в Бразилии уже сам выбор в пользу этих стран означал начало растянутого на долгие годы своего рода карнавала. Иногда, как признавались организаторы, он даже мешал их работе, но это уже детали.

У нас все совсем не так. У нас главные государственные телеканалы могут позволить себе непозволительную роскошь, а именно: показать принципиальный матч финальной части чемпионата мира с задержкой в 15–20 минут. Или же совсем вопиющий пример, когда матчи российского чемпионата общедоступные каналы показывают в регионах далеко за полночь. Как это происходит, например, в Екатеринбурге. А это ни мало ни много – один из городов российской заявки. Впрочем, список этих городов – тема особая. И о ней – отдельно.

0:3 Как мы обманывали ФИФА

Согласно существующим правилам (хотя правила, как известно, существуют для того, чтобы их нарушать), каждая из стран-претендентов указывает в Заявочной книге список городов, которые потенциально могут проводить чемпионат. Впоследствии этот список может подсократиться, но не расшириться.

Это нормально. И толкотня, которая тут же начинает наблюдаться, – в наших условиях это нормальный бизнес-процесс. Приглашают представителей власти. Те приезжают и говорят что-то ободряющее. Мол, будет у вас хорошая команда здесь к 2018 году – будет и стадион. Местные СМИ начинают трубить на первых полосах, что первые лица дали высокую оценку перспективам, а руководство региона готовится нагнуть здешний бизнес – пора, мол, поучаствовать в общем деле.

Потом, когда все лакомые куски будут распределены, начнется иная толкотня – рангом пожиже. Каждая из 32 сборных должна иметь, по международному регламенту, выбор из двух тренировочных баз. То есть баз таких должно быть 64. Тут есть кому и за что побороться, не правда ли?

Ясно было с самого начала, что некий отсев произойдет. Пройдет какое-то время – кто-то окажется за бортом. В течение нескольких лет мы наблюдали за тем, как это происходило с украинскими городами, где на чисто математическое количество накладывался еще политический аспект: извечное противопоставление Западная Украина – Восточная Украина. Но уже самое начало 2011 года принесло неожиданный результат: представители еще не до конца сформированного оргкомитета допустили утечку информации, что список будет сокращен в весьма специфических очертаниях. Из него, дескать, исключат Подольск, Екатеринбург и Саранск. Здесь что ни деталь, то вопиющее хамство. Вовсе не по отношению к местным жителям. Думаю, что жители Подольска вряд ли это вообще заметили. Да и тут кроется некоторая неточность: не в самом Подольске нам был обещан стадион, а неподалеку, формально все в том же Подмосковье – на пересечении МКАДа и Симферопольского шоссе. Не очень ясно, зачем строить арену на вечно запруженном МКАДе, к которому еще придется ехать и по вечно стоящей Варшавке (она переходит в Симферопольское шоссе). Но объяснили нам некие неназванные почему-то источники отмену строительства совсем иными обстоятельствами: стадион, дескать, не сможет быть коммерчески привлекательным в последующие после чемпионата мира годы. А как же пресловутая социальная функция футбола?

Те же слова были произнесены и в отношении стадионов в Саранске и в Екатеринбурге. И если еще о Саранске можно всерьез посомневаться (все-таки Мордовия славна легкоатлетическими и какими угодно еще спортивными традициями, но только – пусть не обидятся на меня болельщики местной «Мордовии» – не футбольными), то проведение матчей одной из групп предварительного этапа в Екатеринбурге имело бы серьезный имиджевый прорыв для страны. Россия сразу предстала бы не страной из пары европейских городов с далекими, страшными и непонятными сибирскими просторами. Взгляд европейца или жителя иного континента стал бы куда шире. Это пусть и не Сибирь, но уже Уральский хребет. Это почти полшага в Азию.

Но дело не конкретно в Подмосковье, Саранске или Екатеринбурге. Дело в том, что решение о сокращении списка городов (пусть и опровергнутое ради проформы, но как-то вяловато и спустя чуть ли не три дня, что уже само по себе странновато) принято было не спустя год, два, три, а практически сразу… В декабре объявлена страна – хозяйка чемпионата, а в январе – феврале уже подкорректирован список. То есть ясно, что в декабре – январе никто не проводил никакой аналитической работы, никто не сравнивал финансово-экономические перспективы регионов. Просто эти города фигурировали в заявке «до кучи», для замыливания глаз. Этим городам никто и не планировал дать чемпионат. Их использовали, а потом кинули. Как отработанный материал. Да и опровержение, видимо, было дано только потому, что уж этот «кидок» выглядел совсем откровенным. При этом опровержение было по циничности своей запредельным. Некие неназванные источники во властных структурах заявили, что использование стадионов в Подмосковье, Саранске и Екатеринбурге после чемпионата не выглядит коммерчески привлекательным. Тут много о чем можно было бы порассуждать, но меня задевает один основной тезис: не дело государства рассуждать о коммерческой привлекательности того или иного проекта. Государство должно быть там, где неинтересно работать бизнесу. Это аксиома. Если проект коммерчески интересен, там деньги и без государства найдутся. А закрывать проект, под который государство вроде бы как давало финансовые гарантии – это по меньшей мере некрасиво. Некрасиво и с точки зрения идеологии. Некрасиво и по отношению к жителям этих регионов.

...

Проведение матчей одной из групп предварительного этапа в Екатеринбурге имело бы серьезный имиджевый прорыв для страны.

Рискну предположить, что по мере приближения к 2018 году мы столкнемся еще с немалым количеством коммерчески интересных вопросов, связанных со строительством стадионов, транспортных развязок на подъезде к ним… А ведь сам по себе выбор мест для строительства осуществлялся без анализа сложившихся транспортных потоков, без многих других, необходимых для проектирования моментов. Это на картинках все стадионы стоят в окружении почему-то вековых дубов и березок. На деле нужен не только красивый рисунок.

Мне рассказывали, как определяли место для стадиона в Ростове-на-Дону. Приехала высокая комиссия, посмотрела с верхнего этажа самой высокой гостиницы на город и махнула рукой в сторону излучины Дона, где на левом берегу можно красиво, с псевдоэстетической точки зрения гостей, «вписать» стадион в окружающий ландшафт. Вписать можно действительно красиво. Но есть одно «но», которое не учли высокие гости: большая часть города расположена на правом берегу. И каждый день три имеющихся моста, связывающих левый и правый берега Дона, работают на пределе пропускной возможности. Что случится, если здесь появится стадион на 40 тысяч человек? Готова ли администрация раскошелиться на фактически создание новой транспортной инфраструктуры? Очень большой вопрос.

Когда, кстати, кто-то осторожно поинтересовался, логично ли определять место под строительство стадиона вот так, «на глазок», из окна верхнего этажа гостиницы, знаете, какой последовал ответ? «Так мы ФИФА отсюда же и покажем. Им точно понравится!»

0:4 Как мы строим стадионы

О строительстве стадионов к чемпионату мира-2018 нас точно ждут интересные сюжеты. Строительство наших стадионов – и без того вечная комедия. Или трагикомедия. Как будет угодно. Сколько десятков лет ждал «Спартак» своего стадиона? Сколько будет строиться «Динамо», которое чуть ли не к 2012-му поначалу обещали открыть? На этом фоне затягивание со строительством стадиона ЦСКА на Песчаной не выглядит таким уж долгостроем.

И не надо думать, что факт получения страной права на проведение чемпионата мира подтолкнет к положительному решению всех вопросов и успешному завершению строительной вакханалии. Примеры обратные у нас в истории есть. Чемпионат мира по хоккею-2000 (тот, что мы позорно провалили, оказавшись неожиданно вообще даже вне стадии плей-офф), напомню, должен был проходить не только в одном Санкт-Петербурге. В выигравшей заявке было два города: помимо Питера милый и симпатичный многим Ярославль, где строилась в ту пору «Арена-2000». Стадион вовремя так и не построили. И чемпионат в Ярославле попросту не состоялся. Наспех перенесли все на берега Невы.

...

Строительство наших стадионов – и без того вечная комедия. Или трагикомедия.

Зато как ярко и убедительно с точки зрения финансирования строим мы сегодня! Я уже, если честно, сбился со счета, сколько раз пересматривался проект строительства стадиона «Зенит». И как следствие – менялась смета. Угадаете без подсказок, в какую сторону менялась? Конечно, только росла!

Причем дело не просто в том, что росли аппетиты. Зачем нужно было проводить несколько раз перепроектировку стадиона, который уже строится? Ведь каждый новый проект – это новые затраты. А потом новый монтаж-демонтаж уже построенного. А это еще затраты. Ответ, наверное, очевиден. Эффективность капиталовложений не важна. Напротив, тем, кто имеет отношение к распилу, важно, чтобы эти вложения были максимально неэффективны. Мне непонятно, как стадион на Крестовском может строить 33 миллиарда рублей. Это больше миллиарда долларов! Это немногим меньше, чем все стадионы, построенные к последнему чемпионату мира в ЮАР! Все вместе взятые! Это намного выше, чем лондонский Эмирейтс или парижский Стад де Франс. Дороже на данный момент стоит только реконструкция Уэмбли. К тому же сам по себе тот проект был намного масштабнее, потому и дороже: в него входили чуть ли не снос и возведение заново всего, что находилось на прилегающей территории. Но я не случайно сказал «на данный момент». Спустя всего несколько дней после того, как в прессу попала информация про 33 миллиарда, выяснилось, что и в эту смету рискуют не уложиться: одна только разработка новой документации составила около миллиарда рублей!

Когда я начал изучать вопрос, как получилось, что стоимость строительства по сравнению с первоначальной выросла в разы (!), выяснил удивительные вещи. Изменилось (хотя и не намного) количество мест на трибунах. Изменилась конструкция крыши. Изменился угол наклона трибун. Добавилась концертная функция. Добавился бизнес-центр на несколько тысяч мест в подтрибунных помещениях. Понятно, что аппетиты растут в процессе, по мере приема пищи. Средства осваиваются и кончаются, а значит, нужны новые. Но когда кончились, видимо, уже все более или менее разумные аргументы, начался бред. Одно из обоснований необходимости очередного перепроектирования – необходимость увеличить размеры поля. Объясните, зачем? Или почему это выяснилось уже тогда, когда стадион строится? Не удивлюсь, если новые удорожания смет будут объясняться тем, что вдруг решат увеличить количество туалетов, буфетов…

Иногда я искренне не могу сделать для себя окончательный вывод, когда рассуждаю на тему, почему у нас так нерационально выстроена вся система проектирования и возведения стадионов. Что все-таки в основе основ: повсеместное разгильдяйство, которое и на футбольной жизни отражается, или же злой корыстный умысел? Иногда даже наивно пытаешься обнаружить, раскопать в тех или иных решениях и постановлениях злой и коварный умысел. А потом понимаешь: чтобы был умысел, должна изначально быть хоть какая-то мысль. А с мыслями у нас туго. Ох, как туго…

...

Тем, кто имеет отношение к распилу, важно, чтобы эти вложения были максимально неэффективны.

В Саранске спроектировали стадион, который был в заявке на проведение игр чемпионата мира-2018. Проект рассматривали все, кому положено; он прошел все инстанции, получил, как и принято в таких случаях, все визы и согласования. А когда посмотрели на проект свежим взглядом в марте 2011-го, то вдруг (?!) обнаружили, что стадион зажат между двумя автомобильными трассами, а рядом с ним не предусмотрено вообще ни одного парковочного места! Как это могло получиться? Кто и на основании чего ставил в 2010-м свои визы? Кто будет по новой собирать деньги на новые согласования? Потому что решено, если верить сообщениям из столицы Мордовии, строить на этом месте парковку, а для стадиона подобрать иную площадку.

0:5 Футбольная инфраструктура: печальное настоящее и туманное будущее

Можно сколь угодно долго рассуждать о том, как строительство стадионов по всей стране медленно, но верно приведет к развитию всей футбольной инфраструктуры. Но будет в подобных рассуждениях изрядная доля лукавства.

Российский чемпионат становится для футболистов, а порой и для их владельцев сродни внутренним чемпионатам иных азиатских стран. Деньги на богатую игрушку есть. Свое самолюбие можно потешить. И только. Никакого дополнительного развития. Ничего, кроме восторженных криков: «Боже мой! У нас в тренерах сам Гуллит!» Или: «У нас играет сам чемпион мира Роберто Карлос!» Единственный плюс – это то, что теперь вся страна будет точно знать тренера одной из кавказских команд. И все будут знать хотя бы одного игрока «Анжи».

Футбол – для болельщиков. На игроков любимой команды смотрят снизу вверх, они для болельщика герои, им хочется подражать. Именно поэтому во всем мире владельцы команд устраивают выволочку своим подопечным, если застукают их в баре с кружечкой пива или с рюмашкой чего покрепче. Не потому, что сильно волнуются за этические и моральные качества футболиста, и не потому, что пекутся о соблюдении спортивного режима. А потому, что каждый из футболистов – это часть твоего бизнеса, часть твоей маркетинговой политики и т. п.

Для болельщика счастье встретить футболиста на улице, в торговом центре, у стадиона. Подойти, взять автограф, если повезет – сфотографироваться с ним. Я давно не подросток, но, признаюсь, когда плавал на банкетоходе по Москва-реке во время приема в честь Кубка РЖД, все равно не отказал себе в удовольствии сфотографироваться с Кака и с Луисом Фелиппе Сколлари. Правда, мой молодой коллега Нобель Арустамян, взявший в руки фотоаппарат, в ту пору еще не знал, что нельзя фотографировать против солнца. Так вот – возвращаюсь к своей мысли, – болельщику важно знать, что твой кумир играет в твоем городе, что он где-то рядом.

Что же мы имеем сегодня? Грозненский «Терек» базируется в Кисловодске, а на домашние матчи специально выезжает в Грозный. Но это хотя бы почти один регион. Хоть и с натяжкой. Но махачкалинский «Анжи» целиком перебрался в столичный регион. Владелец клуба Сулейман Керимов не стал уговаривать «звезд» жить в Дагестане. Вся команда живет в Москве, а тренируется в Подмосковье – на базе в Кратове. Команда по прописке махачкалинская, но выходит, что это лишь номинально. На матчи в столицу Дагестана игроки выезжают, получается, примерно пару раз в месяц.

«Кавказ взорвал рынок» – такими громкими заголовками были отмечены последние недели межсезонья-2010/2011. Грозный увидел выставочный матч бразильцев. «Терек» помимо Гуллита на пост рулевого постарался приобрести за 12 миллионов евро у «Андерлехта» полузащитника Мубарака Буссуфа. Потом удивил информацией о том, что вел переговоры с Диего Форланом из Уругвая, но в последний момент что-то не срослось. Про самое громкое приобретение «Анжи» мы уже упомянули выше.

Сможет ли все это дать толчок развитию футбольной инфраструктуры? Вопрос риторический. К тому же многократно разрекламированные сотни полей для детско-юношеских школ в регионах порой оказываются фикцией: бывший глава Росспорта Вячеслав Фетисов недобро рассказывал мне, что нынешний министр Виталий Мутко торжественно «открывает» то, что уже Фетисовым несколько лет назад было «открыто». Я понимаю, что и сам Вячеслав Александрович относится к тем, о ком обыватели зачастую говорят «клейма негде ставить». Великий хоккеист и провалившийся чиновник. Но допускаю, что в этих его словах есть немалая доля правды.

0:6 Кто будет талисманом чемпионата мираа2018?

Вопрос, который кажется сейчас совершенно неактуальным и далеким. Сегодняшние шутки уже забудутся к моменту выбора талисмана где-нибудь в 2015 или 2016 году. Большинство наших слушателей сейчас упражняется в наименованиях типа Мутя и Фурся. Но постоянно возникающий образ – «веселая пила» – вряд ли забудется. Правда, его-то как раз точно не будет. Его точно отсекут волевым путем, как отсекли лидера интернет-опросов Лягушонка Зойч или лидера других видов голосования Деда Мороза во время выборов сочинского талисмана. Но общая идея родилась в народных недрах не случайно. И никуда она не пропадет: веселые и жизнерадостные слова, не подкрепленные ничем. Ну, кроме разве что негаснущего желания освоить и «распилить».

Удачных талисманов давно не случалось.

В нашем же случае можно быть уверенным в том, что у нас очень мала вероятность стопроцентного попадания в точку. Олимпийский Мишка-80, хотя и напоминал своей избыточной слащавостью пошловатые ГДРовские открытки, был все-таки искренней и милой зверюшкой. В том смысле, что рождал какие-то чувства и эмоции. Кто и как создавал для Сочи этот дешевый китайский ширпотреб, вопрос даже не такой значимый. Нелепости сопровождали выборы талисмана на каждом шагу. Спрашивается: зачем так долго раскручивать идею Деда Мороза, если в самый последний момент опомниться, что все права на него будут до Олимпиады принадлежать Международному олимпийскому комитету, а раз так, то и Новый год он олицетворять не сможет? Или что означает регистрация в Роспатенте имени для белого мишки Ведя, если Ведями (то есть ведающими, где мед, – древний эвфемизм, чтобы не называть из соображений безопасности имя животного напрямую) именовали на Руси только бурых медведей? Белые, как известно, мед не едят. Им и не надо ведать, где он. Или уж растиражированный на все лады позорный случай, когда снежного барса назвали леопардом? К тому же леопард – это скорее африканская саванна, а не зимняя Олимпиада. Но и Сочи, справедливости ради надо признать, – влажные субтропики, а не столица зимних видов спорта.

Эти зверюшки не имеют эмоционального начала. Это именно дешевый ширпотреб. Нет прорыва. Почему Зайка? Что сопровождает этот песенный образ? Песенки конца 1960-х, когда зайцы косят трын-траву. К тому же заяц – трусливый грызун. И уже не важно, какую историю ему придумывают. Для спортивных состязаний он точно не годится.

Одно радует. Не выбрали кегли в виде матрешек для символа Паралимпиады. Вот это уж точно надо было бы объяснять инвалидам, старательно пряча глаза.

Мишка-80 был плохой, сусальный, но он был авторский. Там было сочетание идеи и дизайнерского искусства. А сейчас нет персонажей, нет даже знаков. Нет тепла, нет какого-то осмысленного значения. Нет графической идеи. Мы так и живем в парадигме советских матрешек, шапок-ушанок, автомата Калашникова, нефти и газа. Есть ли надежда, что символом чемпионата-2018 будет что-то радикально новое, прорывное? Пока предпосылок к этому нет.

...

Символ должен быть один. Чем больше зверюшек, тем меньше они работают как символ.

Почему не выбрали в итоге симпатичного дельфина на лыжах? Как шутят наши слушатели, его-то и оставили для чемпионата. Потому что олицетворяет нашу сборную: без рук, без ног. Надеюсь, учтут хотя бы, что символ должен быть один. Иначе с точки зрения маркетинга это будет снова провал. Чем больше зверюшек, тем меньше они работают как символ. К тому же этих трех и различить невозможно. Ощущение, что один и тот же компьютерщик быстро в одной и той же программе нарисовал.

Можно и крысенка выбрать. От слова «крысить». Все ближе к вечной теме российской коррупции.

0:7 Договорные отношения

Договорняки существуют, наверное, в любой стране. Потому что опираются на слабость человеческой природы. Любой человек хочет подсознательно двигаться самым простым путем, по пути наименьшего сопротивления. Это аксиома, которую бессмысленно обсуждать. Но вроде бы и точно так же нелепо разглагольствовать на тему, что цивилизованное общество отличается от первобытного. Здесь не отнимают, а зарабатывают. Между тем именно наш футбол погряз, просто уже глубоко утонул в теме договорняков. Причем утонул так, что без радикальных способов решения этой проблемы уже не обойтись.

Конечно, это не чисто российская проблема. Через это проходили многие страны и многие чемпионаты. Самые яркие и хрестоматийные примеры – Франция и Италия. Проблемы марсельского «Олимпика» и туринского «Ювентуса», а также их владельцев навсегда вписаны в мировую историю борьбы с коррупцией. Это вовсе не означает, что никто никогда никому в этих странах больше не предложит (и не предлагает сегодня) денег за определенный результат матча. Но это означает, что каждый ежесекундно помнит: за это можно сесть. Причем без каких-то оговорок, условий. Сел ведь в 1990-е депутат Национального собрания Франции, влиятельный депутат и бизнесмен Бернар Тапи. А его «Олимпик» был лишен не только титула национального чемпиона, но и Кубок чемпионов у него отобрали. Франция не стала делать вид, что это ее внутреннее дело. Она готова была пожертвовать и своим имиджем на международной футбольной арене, и элементарным представительством своих клубов в Европе. Зато она прошла через это и во многом очистилась.

...

Наш футбол погряз, просто уже глубоко утонул в теме договорняков.

Аналогичная история уже нового века с «Ювентусом» на слуху у всех, кто следит за серией А, которую команда вынужденно покинула после громкого коррупционного скандала.

Что же мы имеем сегодня у нас? Не будет преувеличением сказать: полное нежелание решать проблему. Даже обращать внимание на самый факт ее существования. Любая попытка кого-либо из действующих лиц в российском футболе оценить масштаб катастрофы, упомянуть о некоторых очевидных фактах, прямо или косвенно свидетельствующих о договорном характере матча, автоматически ведет к грозным окрикам, санкциям и обвинению в желании «вынести сор из избы».

А какие могут возникнуть мысли у болельщика, когда он видит, что ни Мутко, ни Фурсенко не сделали и не делают ничего, что могло бы излечить нас от этой болезни? Только мысль: значит, их все устраивает. Они сами здесь действующие лица. Или другое: реальные рычаги управления вовсе не у них. И они не пытаются их перехватить у некой мафиозной силы, которая реально контролирует эти финансовые потоки. Похоже, что в этом вопросе всей правды мы все равно никогда не узнаем.

Матч «Терек» (Грозный) – «Крылья Советов» (Самара) – очевидный пример такого бездействия. Мы в принципе привыкли к тому, что матчи в Грозном всегда проходят, мягко говоря, необычно. Современная Чечня – проект политический. «Терек» – часть пропагандистской машины. Если с утра до вечера показывать по телевизору, как в Грозном кладут асфальт на улицах, то зритель автоматически начинает спустя некоторое время уже на подсознательном уровне воспринимать регион как самый спокойный, где уже все проблемы с безопасностью и боевиками давно решены. Раз уж сажают яблоневые сады и кладут асфальт – точно решены. Создается некий информационный фон, из которого не должно ничего выбиваться. В том числе футбольная команда. Поэтому здесь можно жестко разговаривать с судьями в подтрибунных помещениях. Поэтому здесь можно спокойно относиться к тому, что в ворота выигрывающих по ходу матча гостей обязательно поставят сомнительный пенальти (мне приходят сразу на ум матч с ЦСКА в 2009 г. или с «Динамо» в 2010 г., но если постараться, то таких примеров можно привести десятками). Здесь можно много чему просто раз и навсегда перестать удивляться.

Поэтому даже удивительно, как Виталий Мутко – в ту пору еще глава Российского футбольного союза, – утратив, видимо, на время политическое чутье, решился назвать этот матч «странным». Сначала все футбольные чиновники отмахивались от прямых вопросов, говоря, что матч не видели, «еще не посмотрели». Когда скандал вышел далеко за пределы футбольных кабинетов, посмотреть пришлось. Еще не почивший в ту пору в бозе телеканал «Спорт» даже повторил матч спустя пару недель в записи. Без всяких закадровых комментариев. Просто с интер-шумом со стадиона. Девяносто минут настоящего шоу «Вокруг смеха». Или «Смехопанорамы». Или «Комеди клаба». Кому какой жанр ближе. Без разницы. Потому что заканчивалась игра тем, что при счете 2:2 чуть ли не 22 человека на поле были озабочены только одним – вогнать любым способом мяч в ворота гостей. А он упорно туда не шел. Наконец где-то на 87-й минуте угловой все-таки привел к голу. Похоже, смеялся весь стадион.

Прошло два года с того эпизода. Кому-то предъявлены обвинения? Кто-то сел? Или хотя бы кто-то из прежнего или нынешнего руководства РФС заявил, что намерен провести серьезное расследование? Нет даже видимости активной деятельности по этому вопросу. «Крылья Советов» и «Терек» спокойно продолжают играть в премьер-дивизионе. Никто их не снял с «пробега» ни в 2009-м, ни даже годом позже. Сейчас уж точно никто не то чтобы не соберется это сделать, не вспомнит. «Заиграно».

Точно так же, как спокойно продолжают играть в высшем свете «Ростов», «Амкар». Точно также, как вышедшая в премьер-дивизион нижегородская «Волга». Да не обидятся на меня болельщики этих команд, но каждый из этих клубов должен был в принудительном порядке жесточайшим административным решением отправиться в низшие лиги. Чтобы больше никогда никому неповадно было. Но они почему-то по-прежнему играют.

Я – чисто теоретически – еще готов был простить Фурсенко нежелание возвращаться к позорной странице российского футбола – матчу «Терек» – «Крылья Советов». Мне хотелось объяснить себе это так (сверху-то никто ничего объяснять, как выяснилось впоследствии, нам и не собирался): подводится, мол, черта под всем, что было прежде. Не будем, дескать, ворошить прошлое. Начнем работу с чистого листа. Новая команда, новый подход, новые правила…

Потом, наверное, когда сезон-2010, один из самых слабых, скажем прямо – провальных, преподносил вновь неприятные сюрпризы, связанные с договорняками чуть ли не через каждый тур-два, можно было подумать: сейчас надо выиграть право на проведение чемпионата мира, а уже потом придет время очищаться. Выиграли. И что дальше? Кто-то дисквалифицировал команды «Волга», «Нижний Новгород»? Тот футбол, что демонстрировали они, был мерзким, грязным и отвратительным спектаклем. Он был чем угодно. Но только не футболом.

Для тех, кто не так внимательно следит за событиями в первом дивизионе, вкратце напомню суть истории. Еще в первой половине чемпионата всем, кто хотя бы вполглаза следит за событиями на поле и вне его, стали очевидны имеющиеся договоренности: в дивизион выше рангом по итогам года пойдет одна команда от Краснодарского края и одна из Нижнего Новгорода. Кто-то сел за стол и просто определил такую квоту. Все, что происходило дальше, напоминало игру в одни ворота: пара команд с Кубани – собственно «Кубань» и «Краснодар», пара команд из Нижнего – «Нижний Новгород» и «Волга», исправно набирая очки, отсекая любых подкрадывающихся наверх выскочек, делили верхние строчки. Причем те, кто позволил себе внаглую «распилить» вершину турнирной таблицы, четко соблюдали договоренности. И когда ситуация позволяла двум нижегородским командам или обеим кубанским занять обе первые строчки, они аккуратненько от этой перспективы отказывались. Спортивный принцип оказался похоронен окончательно.

Апогея эта история достигла в конце сезона, когда пришло время нижегородскому дерби. Напрасно болельщики «Волги» и «Нижнего Новгорода» писали открытые коллективные письма губернатору, руководителям РФС и в самые разнообразные структуры еще за две недели до игры. Суть писем сводилась к тому, что в обществе гуляют отнюдь не радостные слухи о том, как матч «распишут».

Обычно, когда поднимается такая волна, матч играют все-таки относительно честно. И такие примеры тоже на памяти. Но здесь уж слишком большие деньги, очевидно, стояли на кону. На мнение болельщиков, журналистов, всех, кто следит за футболом во второй по значимости лиге, решили попросту наплевать. «Волгу», чтобы досрочно, за тур до финиша, оформить выход в Премьер-лигу, устраивала победа или ничья. Видимо, договорились красиво на ничью. Чтобы никому обидно не было. Видимо, и занесли все в букмекерские конторы тоже на ничью. В итоге при счете 2:1 в пользу «Волги», когда команда по идее должна была под занавес матча играть на удержание счета, весь коллектив номинальных хозяев был озадачен, как организовать гол в свои ворота. Перед нападающим соперником расступались все оборонительные редуты «Волги», но тот упорно попадал прямо по центру от не успевающего увернуться вратаря, и мяч отскакивал в поле. Апофеозом стал момент, когда после очередного такого отскока защитник не стал завладевать мячом и спокойно выносить его за пределы штрафной, а просто бросился зачем-то в сторону и от мяча, и от ворот. Подоспевший нападающий расстрелял пустой угол. Счет стал 2:2. «Нижний Новгород» сразу же перестал биться, «Волга» успокоилась. Оставшиеся семь минут доиграли без интриги. Очевидно, всех ждало небесприятное посещение кассы.

Мне давно повесившие бутсы на гвоздь футболисты рассказывали, что договорняки играли всегда, но играли их так артистично, что ни одна собака не подкопалась бы, не смогла бы предъявить отсутствия воли, немотивированность на поле и т. п. То ли актеры стали талантом пожиже, то ли на общественное мнение можно уже вообще не обращать абсолютно никакого внимания. Ведь такие деньги сегодня повсюду «заряжены»!

И как отвратительны были последовавшие за этим решающим эпизодом игры комментарии действующих лиц! Сам герой, защитник Полинин, отбежавший от мяча, свалил все на вратаря, который якобы крикнул ему: «Отойди!», имея в виду, что сам подберет мяч. Вратарь эту версию не подтверждает. Тренер утверждает, что игрока ослепил свет от прожекторной мачты. Оправдывал игрока и владелец команды противника. Словесная вакханалия продолжалась долго. Завершилась ничем. «Волга» благополучно вышла в дивизион выше. «Волгу» никто не наказал. Никто не стал устраивать разбирательств. «Волга» до сих пор не дисквалифицирована. У ребят свой бизнес. И руководство РФС отчего-то не хочет ему мешать. Получается, это не личный интерес нижегородцев? Значит, РФС оказался тоже напрямую заинтересован? К сожалению, другие выводы не напрашиваются.

Одновременно с нижегородским скандалом на лентах информационных агентств как-то незаметно для нашей футбольной общественности появилась информация: в Финляндии арестованы шесть футболистов по подозрению в участии в договорных матчах. Ситуация еще развивается, дело только открыто, и суда не было. Но одного подозрения оказалось достаточно, чтобы те, кто совершает постыдное преступление (или пока только подозревается в нем!), оказались за решеткой. Причем есть среди них и иностранные футболисты. Но закон один для всех. Напомню. Речь идет про Финляндию. В России живут иначе.

0:8 Волжские договорняки

О том, как расписывается добрая часть матчей и чуть ли не целых чемпионатов, сказано немало. Глава фонда «Национальная академия футбола», «рука Абрамовича», небезызвестный Сергей Капков даже выводил формулу: 20 процентов матчей в премьер-дивизионе – договорные, а в первой лиге эта цифра доходит до 40 процентов. Когда знаешь в начале сезона-2010, что «Кубань» и «Волга» точно выйдут в премьер-лигу, и когда именно они и выходят, попеременно пропуская вперед друг друга в течение всего чемпионата, сомнения и точно берут. А уж знаменитый матч «Волга» – «Нижний Новгород», сыгранный в смешную ничью со счетом 2:2 за тур до финиша, наверняка еще долго будет в кошмарном сне видеться нижегородским болельщикам. Да и не только им. УЕФА и другие международные структуры присылали даже письменные депеши с просьбой разобраться. Уж больно странный характер носил матч. Уж больно странно обе команды старательно сводили матч к результативной ничьей. Уж больно много было подозрительных ставок на ничейный счет в букмекерских конторах. Но разве кто-то разбирался? Разве кто-то отправил «Волгу» туда, куда она отправилась бы в любом европейском чемпионате – во вторую лигу? Нет, простили всех. Даже не так: вовсе не пожурили, а потом простили – нет. Просто сделали вид, что не заметили. Слишком большие деньги на кону, чтобы что-то менять.

Можно долго рассуждать про стечение обстоятельств, говорить о том, что иные матчи могут только показаться странными, а отсутствие в них спортивной борьбы объясняется просто невысоким профессионализмом участников сомнительного действа. Но с какой целью мы сами создаем ситуации, при которых договорняки расцветают пышным цветом? Речь даже не о том, что не была устроена показательная порка после игры «Терек» – «Крылья Советов» в 2009-м или ростовчан с пермяками в августе 2010-го. В принципе, любой из этих команд уже не место в высшем дивизионе (говорю об этом с полной ответственностью!) – дело в другом: почему странная формула «переходного» чемпионата фактически узаконивает ситуацию, когда с 31 – го тура изрядная доля команд перейдет на чистую торговлю очками и матчами. Ведь если бы команды не делились на две группы (с 1-го по 8-е и с 9-го по 16-е места) или же, разделившись, хотя бы начинали не с набранными очками, а с «нуля», невозможной стала бы ситуация, которая возникнет просто наверняка: обосновавшись на 8-м месте, ничем уже не рискуя, но и не имея шансов зацепиться за еврокубки, команда всегда будет стоять перед соблазном пополнить кассу неспортивным путем. Аналогичным образом мало чем будет рисковать команда, которая начнет недолгий третий круг, к примеру, на девятой строчке: от зоны вылета далеко и можно поработать в тени.

Президент так и не отчисленной из элиты российского футбола нижегородской «Волги» Алексей Гойхман даже, рассказывая по весне о задачах на сезон, пустился в изрядную откровенность:

– Задача-максимум – попасть в восьмерку. Объясню, почему поставлена столь наглая для дебютанта цель. Есть два клуба, которые стоят особняком, – «Зенит» и ЦСКА. Дальше – еще четыре коллектива приблизительно одного уровня: «Спартак», «Динамо», «Локомотив» и «Рубин». В «восьмерке» есть еще два свободных места. И все остальные имеют на них приблизительно одинаковые шансы. Не хочу оказаться даже на девятом месте, поскольку турнир в «нижней восьмерке» выдастся весьма непредсказуемым. Поверьте, решать многое станут привходящие обстоятельства, футбола будет крайне мало. В верхней же группе все более или менее нормально. Если закрепиться наверху, представляете, как приятно будет там играть!

Человек, уже успешно поработавший в условиях, когда «футбола крайне мало», знает, что говорит. Он не скрывает, по сути, главной задачи: оказаться в «восьмерке», чтобы твой баланс, по известным причинам, пополнялся, а не убывал.

Впрочем, уже первый круг показал, что пополнение баланса – дело, актуальное всегда. Матч «Терек» – «Волга» вызвал немало пересуд не столько из-за результата (победа грозненцев со счетом 1:0), сколько из-за характера игры. После того как за 15 минут до конца вратарь волжан уже отработанным в Нижнем Новгороде приемом отскакивания в сторону от мяча пропустил в весьма странной манере выход один на один, «Волга» вообще бросила атаковать. По воротам ударов больше не наносили. Видимо, боялись спугнуть желанные 0:1.

И если бы все ограничилось только этим матчем! Уже в следующем туре «Волга» блистательно пропускала в домашнем матче от «Анжи». Особенно хорош был решающий гол, когда пять защитников внимательно рассматривали, как один и тот же нападающий умудряется дважды подряд (!) нанести удар по воротам, и не двигаются с места.

Договорняк – дело практически недоказуемое. Пока нет аудиозаписей, прослушки и попытки схватить кого-то за руку. Но мы с вами не следственные органы. Мы не в суде. Мы можем сделать выводы просто для себя. Чтобы знать. Чтобы просто потом не верить этим людям. А косвенных признаков хватает. Это и неожиданно выходящий на поле дублирующий состав «Волги», и поведение тренера Омари Тетрадзе, который обычно предельно эмоционален, а на сей раз сидел и спокойно рассматривал, как безвольно играет его команда.

0:9 Спортивный принцип умер. Время жить «по понятиям»

За первый год нахождения нового руководства РФС у руля отечественного футбола сделано немало некрасивых поступков, которые аукаться будут еще очень долго. Главная гнусность – отрицание спортивного принципа в решении различных вопросов. Речь даже не о договорняках и о нежелании решить эту проблему.

История с включением в высший дивизион команды «Краснодар» (с пятой строчки турнирной таблицы) и с включением в первую лигу из второй воронежского «Факела» (аж с 16-й!) окончательно похоронила надежды болельщиков на честность и прозрачность в нашем футболе. Всё решали не спортивные показатели, а деньги, дружба, закулисные договоренности, а в итоге – ощущение, что все мы вляпались во что-то дурно пахнущее.

...

Всё решали не спортивные показатели, а деньги, дружба, закулисные договоренности.

Когда стало ясно, что «Сатурн» и «Амкар» снимаются с очередного первенства, встал вопрос, что делать дальше. Самым логичным вариантом стало бы сокращение числа участников турнира в Премьер-лиге с 16 до 14. Качеству нашего чемпионата это уж точно не помешало бы, как минимум. Но тогда отсекается череда желающих вскочить на подножку уходящего поезда с третьей-четвертой строчки первой лиги, что вроде бы прописано регламентными нормами. Годом ранее умерла команда «Москва», ее место уже в феврале 2010 года заняла владикавказская «Алания». Но подключать сразу две команды «вне конкурса» было бы уже чересчур, сочли футбольные функционеры. И устроили настоящий спектакль! Сохранить «Сатурн» было невозможно: подмосковные власти охладели к некогда любимому детищу. К тому же количество долгов значительно превышало годовой бюджет среднего клуба Премьер-лиги. Поэтому все силы были брошены на спасение «Амкара». Представителя клуба попросили не доставать из портфеля официальное письмо клуба о том, что он снимается с чемпионата. И в итоге была проведена жеребьевка с командой, которой фактически уже не было. Затем эту бумагу не стали принимать из-за неких формальных причин – оформлена, мол, с какими-то нарушениями. В итоге тему замусолили, «Амкару» поменяли руководство, назначили волевым порядком новых спонсоров, пермяков в премьер-дивизионе сохранили.

Но кто занял одно вакантное место «Сатурна»? Не третья команда в таблице, не четвертая – не «КамАЗ», не «Нижний», а пятый по рангу «Краснодар». Причем не важно, что «Нижний Новгород» и не собирался идти наверх (руководство региона сразу же заявило, что два клуба в высшем дивизионе содержать не сможет), – ни у него, ни у «КамАЗа» никто ничего не спросил. Чтобы никто не совершал избыточных телодвижений, была объявлена дата икс – 25 января. Мол, до этого дня ждем решения судьбы «Сатурна» и «Амкара», а потом будем уже определяться, кто и как их заменит. В назначенный же день нам разом объявили: «Амкар» остается, «Сатурн» больше не играет. Нечетное количество команд – 15 – невозможно. Поэтому единственную, дополнительно открывшуюся вакансию занимает «Краснодар».

– Почему именно «Краснодар»? – недоуменно спросили у Сергея Фурсенко удивленные журналисты. – Почему команда с пятого места? Где же спортивный принцип?

– Команда представляет собой более интересный проект с коммерческой точки зрения. – Таков был ответ.

Что означает в данном контексте этот бред? Что такое «интересный с коммерческой точки зрения»? Там что, аукцион был? И почему для определения того, кто сильнее, вообще возникает тема денег? Может, тогда и чемпионаты проводить не стоит? Встретились руководители клубов, померились бюджетами. И всё! «Зенит» – чемпион! Официальный бюджет – под сто миллионов евро, реальный, по слухам, в два с лишним раза выше.

Или Сергей Фурсенко позволил себе оговорочку по Фрейду? Как понять этот «интересный проект»? Заносили лично ему?

«КамАЗ» и «Нижний Новгород» не просились, а «Краснодар» просился активнее. Так говорит Фурсенко. Где, в каком регламенте прописана именно такая причинно-следственная связь?

Но то, что хотя бы облекалось в видимость проделанной работы, анализа заявок потенциальных кандидатов, при решении аналогичного вопроса рангом ниже (кому идти на открывшуюся дополнительную вакансию из второй лиги в первую) вообще не объяснялось разумными доводами. «Торпедо-ЗИЛ» подало было заявку по всем правилам, но команде объяснили: и не пытайтесь, Фурсенко уже других берет.

Владелец зиловцев Мамут в сердцах распустил клуб, снялся с дальнейших соревнований, но никого это не волновало: Сергей Фурсенко просто объявил, что берет в первую лигу воронежский «Факел». То, что команда находилась аж на 16-й позиции (суммарно по второй лиге), его не волновало! Там же тренером его давний друг, еще по совместной работе в питерском «Зените» хороший знакомый – Константин Сергеевич. Но не Станиславский – Сарсания!

Лучше бы Сергей Фурсенко дальше рот и не открывал. Потому что то, что он произнес, вообще было за гранью добра и зла. Он объяснил, что в основе принятого решения – забота о болельщиках. У «Факела» хороший стадион, на матчи будет собираться по 15–20 тысяч человек, да и негоже такому региону быть без своего клуба в первой лиге!

Тут ведь что ни слово – поэма. Как там у Гоголя? «Цицерон с языка слетел»? Если следовать этой логике, то «Спартак» надо вообще распустить – у него же нет своего стадиона. «Динамо» недостойно не то что высшей, но и первой лиги – болельщиков явно меньше приходит даже на иные топовые матчи. Да и незачем Москве столько клубов в «вышке» – не всем регионам место находится. Регионов, к слову сказать, у нас на данный момент 83. А мест в двух высших дивизионах в сумме 38! И как же решить эту дилемму?

...

Почему для определения того, кто сильнее, возникает тема денег?

Может; тогда и чемпионаты проводить не стоит? Встретились руководители клубов, померились бюджетами. И всё!

Когда ты занимаешь «полупроходное» место, но в обход тебя лучшим становится другой… Будет ли у тебя достаточная мотивация снова биться в будущем сезоне? Конечно же нет! Подобная жизнь не по спортивному принципу, а по понятиям элементарно уродует и убивает российский футбол. Но нашей футбольной верхушке это не понять. Потому что они работают не с футболом, а с коммерчески интересными предложениями.

...

Жизнь не по спортивному принципу; а по понятиям элементарно уродует и убивает российский футбол.

Все становится очевидным, если просто вспомнить хорошо известные факты. В президентах у «Краснодара» богатый человек Сергей Галицкий, а в воронежском «Факеле» с недавних пор трудится давнишний друг и сподвижник Сергея Фурсенко упомянутый Сарсания. «Понятий» в нашем футболе все больше, а закона уж и вовсе не сыскать.

Полуторалетний сезон в первой лиге стартовал 4 апреля. Но уже за 52 тура до конца пара лучших большинству была известна – это «Алания» и «Жемчужина-Сочи». Если же у сочинского проекта вновь закончатся деньги, всегда можно будет снова вспомнить про друга Сарсанию. Выручит, подгонет в высшую лигу «Факел», не откажет.

0:10 Кто платит за наш футбол?

О чем бы мы ни рассуждали в связи с российским футболом, о каком бы явлении ни говорили, все приведет нас к традиционной аксиоме: Россия – страна парадоксов. Посудите сами: все меньше времени остается до Олимпиады, мы получили чемпионат мира-2018. Но одновременно с этим спорт находится между жизнью и смертью: несколько лет подряд умирают клубы в высшей и первой лигах.

А по-другому, если команды зависят от государственных корпораций, от бизнесменов, которых власти принуждают раскошелиться, не будет никогда. Потому что если тебя заставляют тратить деньги (причем в такой форме, что их с равной эффективностью можно было бы спустить в туалет), ты будешь делать все, чтобы рано или поздно (а лучше – при первой же возможности) с этой темы «соскочить». Так было с самарскими «Крыльями», так было с «Томью». Главные болельщики страны назначали командам по десятку-другому спонсоров, а те заняли выжидательную позицию: почему я должен платить первым, если есть еще много спонсоров других, кроме меня? В итоге денег ждали по полгода.

Но и это еще не самое трагичное. Когда команды зависят от региональных бюджетов – вообще гасите свет. Почему? Потому что сегодня тратить интересно, а завтра – нет. Так было с чудом спасшимся «Амкаром». Губернатор Пермского края Олег Чиркунов просто объяснил: нет денег. Так в крае не стало за последние годы ни хоккейного «Молота-Прикамья», ни баскетбольного «Урал-Грейта». Не стало бы в один миг и футбольного «Амкара», если бы не целая цепь обстоятельств, которые напрямую к вопросам финансирования отношения не имели.

Еще более печальна история с симпатичной раменской командой. «Сатурн» перестал быть «интересен» в первую очередь не немалой массе болельщиков, так как скатился в нижнюю часть турнирной таблицы. Он перестал быть «интересен» своему главному болельщику, своему главному покровителю. Подмосковный генерал-губернатор Борис Громов в последние год-два не раз выказывал раздражение подмосковными командами. То охладел к «Химкам», возжелав их слить с «Сатурном», сославшись на тяготы финансового кризиса. То решил рубить наотмашь сам «Сатурн». Я знаю из абсолютно достоверных источников, что решение о моментальной ликвидации команды со всеми вытекающими отсюда последствиями было принято Громовым еще в разгар сезона – сразу после унизительного поражения от «Зенита» со счетом 1:6. Сдержался Борис Всеволодович. Взмахнул шашкой, но не рубанул. Оказалось, что лишь видимостью была та сдержанность. По окончании сезона команда все равно снялась с первенства. И выяснилось, что финансирования как раз нет уже очень давно.

Каким образом команда может иметь задолженность лишь перед одним из кредиторов в сумме 808 миллионов рублей? Это не считая еще немалых задолженностей перед игроками. Годовые бюджеты иных клубов Премьер-лиги меньше этой суммы.

Бездарная работа менеджмента огромного количества клубов, помноженная на откровенно лживые обещания, порождает массу долгов перед футболистами и перед неведомыми широкой общественности кредиторами. Более того: как только появляется покупатель, то некогда любимая игрушка в чужие руки все равно не передается. В случае с «Сатурном» было именно так: появился некий прибалтийский бизнесмен Романов, который хотел купить «Сатурн». Ему очень некрасиво отказали. Банкротство – это типичный для наших широт выход из таких щекотливых ситуаций, когда не совсем, мягко говоря, понятно, кто, кому и – самое главное! – почему так много вдруг должен.

Пока ситуация не изменится, пока клубы будут «сосать» деньги из региональных бюджетов, нормального футбола не будет. Потому что футбол – это не отрасль народного хозяйства, как бы этого ни хотелось Сергею Фурсенко. Футбол – это бизнес. А эффективная бизнес-модель у нас реализована лишь в единичных случаях.

В подавляющем большинстве деньги тратятся бесконтрольно, с системой откатов. И все всех устраивает. Еще очень большой вопрос, все ли деньги, указанные в ведомостях, действительно получали сами игроки? Или кто-то был в интересе? Да, сейчас видно, что зарплаты неадекватные. Понятно, что игрок не может получать дополнительно к зарплате еще и еженедельную премию в пять тысяч долларов только за факт выхода на поле. Это уже вообще ни в какие ворота не лезет. Но ведь об этом никто не заикался! Ведь всё ровным счетом устраивало всех! Пока не будет прозрачных бюджетов, не будет понятных бизнес-отношений – не будет и футбола.

Еще немного о деньгах. Премьер-лига с 2011 года сменила титульного спонсора: на смену «Росгосстраху» (последние годы многие болельщики называли весь чемпионат не иначе как «Росгосужас») пришел «Согаз». Таким образом, лига будет откровенно и неприкрыто существовать на деньги компании, связанной со спонсором ее действующего чемпиона – петербургского «Зенита». Прежде «Согаз» и вовсе был дочерней компанией «Газпрома». Когда возникает конфликт интересов: на что больше потратить – на лигу в целом или на свой собственный клуб в частности, вопрос решается очень просто. Свое, известное дело, куда ближе. Ту же историю проходит в хоккее KXJI с единым спонсором – для себя в целом и для питерского СКА в частности.

Зато есть у нас такие статьи расходов, где можно тратить вольготно, легко и непринужденно. Вот, например, в 2011 году планируется потратить на подготовку к чемпионату мира-2018 20 миллионов долларов. Строго говоря, финансирование должно начаться только после принятия специального закона, который в проекте называется «Об организации и проведении чемпионата мира по футболу в 2018 году». А проект оргкомитет должен, по плану, представить к концу года. Какое-то время понадобится на традиционные этапы прохождения закона – парламентские слушания, обсуждения в профильных комитетах и т. п. То есть в лучшем случае – первое полугодие 2012 года. Но деньги мы уже с удовольствием потратим прямо сейчас! Причем ни мало ни много – 20 миллионов долларов! Конечно, для подобных масштабных проектов это даже не маленький ручеек. Это скорее капля в море. Столько же примерно стоил и изначальный бюджет российской заявки. Но это сумма, которая пойдет лишь на одну деятельность оргкомитета. Чай, кофе, газировка, столы, стулья – вот вам и 20 миллионов долларов.

Это как капучино у Гуса Хиддинка. Вроде пил только капучино, а ушли на горячий напиток цифры в ведомостях со многими нулями.

Кусают сейчас наверняка локти лишь те, кто кричал о редких приездах Гуса в Россию. Дик исправно приезжает каждый уикенд. И каждый вояж обходится в сотни тысяч рублей! Во-первых, Дик живет в президентском люксе в «Арарат-Отель-Хайяте». Каждые сутки – 65 тысяч рублей. Уикенд – уже выходит 130 тысяч. Плюс питание, переезды. Плюс бизнес-класс в оба конца. Ясно, что иначе он не прилетит. И при этом Дик умудряется опаздывать на футбол и даже уходить с иных матчей раньше времени!

0:11 Инопланетяне на марше

Мой любимый герой из мира спорта – министр Виталий Мутко – любит долго и пространно рассуждать о сути происходящих вокруг нас явлений. Он страшно любит себя. Не очень понятно, кого любит еще. Поэтому его монологи, как всегда бывает у подобного рода ораторов, пространны и витиеваты. Рассуждая в начале года о том, какую нелегкую ношу несет государство, возрождая спорт во всех его проявлениях, он произнес среди прочего: «Все надо создавать заново. Инопланетяне не прилетят сюда и не будут растить спортсменов. Это долгий, кропотливый процесс».

Суть спича понятна. И, само собой, бесспорна. Потому что нелепо спорить с банальностями. Однако ж тема инопланетян не случайна! Мы не о той команде, что покинула вслед за «Химками» подмосковную карту (игроков «Сатурна» всегда в шутку именовали инопланетянами), – теперь «инопланетянином» стали все чаще звать самого Фурсенко.

Его старший брат – Андрей Фурсенко – успешно гробит российское образование. Методично и жестоко. Несколько лет назад дети стали сдавать письменные экзамены вместо устных, и с той поры, по заверениям преподавателей, перестали внятно формулировать устно. Затем стали ставить крестики по ЕГЭ вместо сочинений, и с тех пор окончательно утратили способность адекватно выражаться письменно. По сравнению со старшим братом, деятельность Сергея Александровича не так страшна: он убивает всего-навсего только одну «отрасль народного хозяйства» – футбол.

Отраслью народного хозяйства футбол назвал не я. Это цитата из самого Фурсенко. Это он до сих пор находится в каких-то словесных клише эпохи развитого социализма и планового хозяйства. Если человек называет футбол отраслью народного хозяйства, ему нечего в современном футболе делать. Потому что футбол стал настоящим футболом только в тех странах, где стал бизнесом. И где живет по бизнес-правилам.

Интервью, которое в декабре 2010 года дал Сергей Фурсенко тележурналисту Владимиру Познеру, было таким неадекватным (желающие вполне могут поискать его, а расшифровка до сих пор живет в Интернете), что наутро в эфире я назвал его «инопланетянином». Спонтанное определение закрепилось в массах. С тех пор многие приходящие в гости на эфир собеседники сами сбиваются на это словечко – «человек, которого вы назвали инопланетянином, знаете еще что учудил?..»

Я не помню ни одного интервью уважаемого футбольного руководителя, ни одного его высказывания, которого не приходилось бы «переводить». Переводить на доступный русский язык. Потому что Фурсенко – человек с другой планеты. Однозначно.

Чего стоит один только его проект «Человек футбольной национальности»! Попытка воспитать толерантность, взаимоуважение, искоренить националистические выходки на трибунах закончилась пустым выхлопом, пшиком, лицемерным словоблудием. И даже шутить на эту тему (мол, если крикнул «Шайбу! Шайбу!», то совершил противоправное националистическое деяние, ведь стал хоккеистом посреди людей футбольной национальности) даже не хочется. Потому что бред не вышучивают. С этим бредом нам придется как-то жить ближайшие годы.

...

Футбол стал настоящим футболом только в тех странах, где стал бизнесом. И где живет по бизнес-правилам.

Стиль новой футбольной власти – на всякий случай всего бояться. Мой коллега по утреннему эфиру на «Радио Спорт» Сергей Данилевич даже шутит по разным поводам примерно так: «Комментариев от главы РФС пока не получено. Очевидно, что Сергей Александрович снова спрятался под диван».

А когда боишься (причем уже не важно, чего именно), ты не способен принять взвешенное, адекватное решение. Как только на каком-нибудь очередном заседании Исполкома Российского футбольного союза рассматривается возможность внесения поправок в регламент, как только разгораются горячие дебаты, Сергей Фурсенко сразу же почему-то смущается и принимает самое бессмысленное решение: оставить все как есть. Так было с невнятностью трактовки, кто такой по нашим футбольным законам легионер. Так было и в том случае, когда обсуждался вопрос о повсеместном нарушении правовых норм при переходе из клуба в клуб молодых футболистов.

Накануне отборочного матча со сборной Армении в марте 2011 года в Ереване популярна была шутка: «Руководство армянской федерации пообещало, что людей в невменяемом состоянии на трибуны допускать не будут. Так что мы рискуем оказаться на матче без поддержки руководства РФС».

...

Стиль новой футбольной власти – на всякий случай всего бояться.

Шутить про неадекватность слов и поступков можно сколько угодно. Сергей Александрович все равно в другой плоскости, ему все как с гуся вода… Но вообще про Фурсенко одно точно можно сказать: он в прекрасной физической форме. Потому что поднимается в свой кабинет в Доме футбола на Таганке без лифта. Кабинет на шестом этаже. На остальные, говорят, ездит на лифте. Но к себе – пешком. Парадокс? Отнюдь нет. Неожиданно усилившая свои позиции в футбольной иерархии астролог Каринэ Сергеевна Гюльазизова обладает невероятной силой влияния на Сергея Александровича. Она нагадала ему злые козни от цифры «шесть». В итоге в лифте на шестой этаж он не ездит. Про Гюльазизову мне рассказывали еще до того, как Фурсенко появился в Российском футбольном союзе. Рассказывали, что в любые времена она имела на него не только определенное влияние. Она была чуть ли не его спичрайтером, имиджмейкером и много еще кем. Ипостасей у Каринэ Сергеевны действительно очень много. Из того, что есть в открытом доступе: она – генеральный директор Центра аналитической психологии «Ось времени», старший научный сотрудник лаборатории развития человека петербургского медицинского центра «Панорама», кандидат биологических наук, автор книг «Психологическая эмиграция» и «За секунду до пробуждения», а также диссертации «Сравнительное изучение смертности от суицида в различных этнических популяциях», разработчик оригинальных социокультурных концепций. Когда у Сергея Александровича поинтересовались, кто такая Каринэ Гюльазизова, с чего вдруг она является – помимо всего прочего! – членом комитета РФС по безопасности и работе с болельщиками, он ответил, немного смутившись:

– Она – специалист в области гуманитарных технологий и общественной связности.

Это не шутка. Именно так – «связности». Она связная. Господина Фурсенко с единым информационным полем Вселенной. С инопланетным разумом. С чем угодно.

Я позволю себе воспроизвести несколько цитат из интервью и радиовыступлений Гюльазизовой. Не будем обсуждать, что они вырваны из контекста, но все равно остаются весьма симптоматичными.

«То, чем я занимаюсь, называется психолог сопровождения».

«Если ты первое лицо, то ты – законодатель стандартов, и ты создаешь правила. К тебе приходят на поклон, а ты говоришь: “Мои правила таковы: ваша прическа будет такой. Хотите вы, не хотите, но я великий, поэтому я вас подстригу вот так…” Или: “Я так обслужу вас в моем ресторане, который является законодателем стандартов”».

«Внушаемых людей значительно больше, чем мы думаем. В общем, каждый человек внушаем, просто нужно знать, где та дверь, через которую зайти. Не бывает невнушаемых. И здесь очень важно нам не возноситься и не заноситься слишком высоко, думая, что принципиальный человек, ответственный человек, устойчивый, точно знающий, где правда, где неправда, где справедливость, а где нет, – такой уж невнушаемый человек».

Она – не просто помощница Фурсенко. Она скорее его наставница. В этом уверены все, кто знает Каринэ Сергеевну. Все, кто видел, в каком состоянии пребывает Сергей Фурсенко, когда находится под ее «опекой». Ее главная задача и призвание – давать оценки тем или иным событиям, а также определять контуры и направления наиболее эффектных и эффективных деяний своего шефа. Журналист Евгений Дзичковский в своей небезызвестной статье «Прогулка по РФС», снятой с сайта «Спорт-экспресса» по звонку из РФС, упоминал о том, как на одном из футбольных мероприятий она появилась с крысиным хвостом в руках. Говорили еще, что она вызывала на медиум-сеансах духи Сергия Радонежского и Андрея Петровича Старостина.

Питерские болельщики до сих пор вспоминают, как на табло «Петровского» во время одного из матчей «Зенита» из святой для каждого фаната стрелки на эмблеме клуба вдруг исчезло само слово «Зенит». Вместо него оттуда стали мультяшно сыпаться словечки: «равенство», «братство», «толерантность» или что-то подобное. Большинство болельщиков, оскорбленных таким специфическим креативом, который они истолковали как исключительное святотатство, до сих пор считают, что идея принадлежит Каринэ Сергеевне.

Более того, как утверждалось в той же статье, тезисы которой никто не стал опровергать, а просто воспользовались в духе старых советских традиций банальным телефонным правом, близкие к РФС люди уверены: имиджмейкер президента РФС была если не автором, то вдохновителем, закоперщиком, модератором знаменитого эпистолярного бреда под наименованием «Кодекс чести».

Похоже, зря мы критикуем Фурсенко. Его просто надо спасать. Как спасают людей от рук тоталитарных сект, от чьего-то дурного влияния. А здесь ситуация именно такая. Фурсенко, как человек слабовольный, дал окружить себя такой «опекой», в которой ему уютно и хорошо. Вот только хорошо ли от этого всем нам?

Сергею Фурсенко очень нравится путешествовать. Об этом говорят и его вечные «оговорочки по Фрейду». Рассуждая о поле в Катаре, он признался: «Такого хорошего газона нигде не видел. А ведь я много с “Зенитом” путешествовал». Он даже не пытается, надув щеки, рассказать о сложных и напряженных переговорах и насыщенных встречами командировках. Нет, он именно путешествует. И не находит нужным это скрыть.

Многие вещи, которые происходят в жизни самого испуганного, самого прячущегося от общественности и самого закомплексованного главы РФС, вызывают искреннее непонимание. В последний день марта 2011 года общественность ждала главу РФС на широко разрекламированное мероприятие, связанное с презентацией проекта ФНЛ – Футбольной национальной лиги, которая пришла на смену ПФЛ в качестве организатора соревнований в первом и втором дивизионах. Проект сомнительный и небесспорный. Суть его изначально была в том, чтобы отодвинуть от футбольного хозяйства ПФЛ с Николаем Толстых во главе. Человеком, который нажил себе много врагов или просто недоброжелателей, но о котором любой скажет одно: честный, принципиальный и последовательный. Именно Николай Толстых в Комиссии по разрешению споров в свое время противился регистрации новых игроков в клубах, которые не расплатились с предыдущими футболистами. Именно он собрал под свои знамена противников поспешного и непродуманного перехода на систему «осень – весна». Чего стоит только число команд, высказавшихся против перехода: в ноябре 2010 года свое недовольство высказали 89 клубов. Именно Николая Толстых Сергей Фурсенко воспринимал как опасного противника. Потому последовательно удалил из значимого комитета, а потом, под надуманным предлогом, вообще внаглую и в грубоватой форме «слил» сотрудничество с ПФЛ как со структурой, наспех соорудив практически мертворожденное дитя – ФНЛ. Толстых так рьяно боролся против перехода, объясняя, что мы удовлетворим лишь интересы пяти-шести топ-клубов, а первую и вторую лигу просто убьем, что Фурсенко решил «убить» его самого. Убили всю организацию под каким-то беспардонно надуманным предлогом – якобы принятый в 1990-е годы устав ПФЛ не соответствует каким-то нормам Минюста. Итак, в ноябре выступил против – в декабре тебя разом не стало. Все очень просто.

Ждали Фурсенко на презентацию ФНЛ, да он не пришел. Мобильный не отвечал. Решили провести без него. Провели скомканно и сумбурно, потому что в процессе мероприятия узнали: Фурсенко вызвали на ковер в Кремль. От такого вызова хорошего, как говорится, не жди. Главные болельщики тоже футбол смотрят, тоже жаждут побед и не внимают нелепым речам про то, что мы на пути к великой цели и вот-вот победы придут.

Через какое-то время появилась из недр РФС информация: да, действительно вызывали, но говорили не о футболе. Тут все стали чуть ли не о кандидатуре преемника гадать. Потому как если не о футболе, то о чем же? О новой должности? Об иной сфере деятельности?

Спустя еще час пришло уточнение: говорили о футболе (нашел в себе силы признаться!), но вызывали не в Кремль, а в Белый дом! Возникает резонный вопрос: его туда что, с завязанными глазами везли?

И в течение последующих дней Фурсенко так и не озвучил, в каком составе была встреча, что в действительности было в повестке дня. Говорят, что он просил дополнительных полномочий для РФС в свете будущих трат навстречу чемпионату мира-2018, но получил жесткое ограничение, где именно его власть заканчивается.

Политика закрытости, сочетающаяся с политикой «выжженной земли» с устранением всех сколько-нибудь серьезных оппонентов, всех тех, кто имеет право на свое аргументированное мнение и не боится выглядеть не серым исполнителем, – эта политика приведет российский футбол к откровенной дыре, к позорной яме. И мы снова будем сидеть у разбитого корыта и горячо дискутировать: а куда пропали наши результаты? Где наша сборная и наши победы? И не будем мы за этими спорами видеть разрушенной системы. Разрушенной только из-за того, что кому-то повезло оседлать футбольного коня, повернуть в нужную сторону все финансовые футбольные ручейки. До того момента, пока они полностью не иссякнут.

«Благодаря» первым лицам российского футбола, принципиальных позиций становится все меньше, профессионалов и вовсе не остается. Ценится умение брать под козырек. Черты сегодняшней футбольной атмосферы – борьба за сытные места, разводки, желание пустить пыль в глаза вместо реальных результатов, ненависть к инакомыслию, торжество серости.

...

Черты сегодняшней футбольной атмосферы– борьба за сытные места, разводки, желание пустить пыль в глаза вместо реальных результатов.

Фурсенко не повезло в том, что он руководит футболом. Если бы он руководил какой-то иной «отраслью народного хозяйства», ему было бы проще. Там было бы определенное преимущество – отсутствие однозначных и неоспоримых критериев результата. Но в футболе есть такие критерии. Нет побед, нет медалей – значит, нет нужды говорить, что рано или поздно сборную «прорвет», о чем г-н Фурсенко так любит рассуждать. С Арменией, видите ли, лишь чудом не получилось выиграть с крупным счетом. Когда же Сергея Александровича попросили дать пояснения, ведь матч закончился нулевой ничьей, ответ был уникален: если бы забили быстро первый гол, то «прорвало» бы. Так и живем в ожидании «прорыва». А результата все нет и нет…

0:12 Мутко или Фурсенко

То, что Мутко и Фурсенко недолюбливают друг друга, – дело известное. И то обстоятельство, что корни их произрастают в равной степени из Питера, и – более того – из одного и того же клуба, вовсе их антагонизму не мешает. Друг о друге за глаза они отзываются так, что и пересказывать не хочется. Да и то, что происходит в публичном поле, иногда выглядит как комические куплеты. Никак не меньше. Многие инициативы Мутко, которые были в итоге реализованы его преемником, автоматически подвергаются критике.

К примеру, история с многострадальным переходом на систему «осень – весна». В течение 2009 года Виталий Мутко несколько раз заикался о том, что переход на общеевропейские рельсы назрел, что хочешь не хочешь, а вливаться в общий график и общий ритм, когда чемпионаты синхронно оканчиваются к маю, придется. В конце года Виталия Леонтьевича «ушли». И о переходе на «осень – весна» заявил уже Сергей Александрович. Сколько гневных отповедей услышало около-футбольное человечество из уст Виталия Мутко в течение 2010-го! И переход поспешный, и решение непродуманное. Он, мол, тоже ставил такие задачи. Но они были стратегическими, к 2015 году он, дескать, планировал только начать об этом думать. А к середине десятилетия должна была созреть вся сопутствующая переходу инфраструктура: и манежи, а базы, и крытые стадионы, и многое другое. Ясно, что инфраструктура у нас не созреет ни к 2015-му, ни к 2018-му (речь не о нескольких проектах, которые усилиями налогоплательщиков, может быть, и осуществятся, пусть даже частично, а о масштабах всей футбольной России), но ведь не об этом пекутся чиновники, когда на первый план выходит банальная ревность!

Когда на первый план выходила борьба за право проведения чемпионата мира-2018, противоречия вроде бы ушли на второй план. Но когда победа оказалась одержана, они просто выплеснулись с лихвой! И главный вопрос – это вопрос о власти, вопрос о деньгах. Вопрос о том, кто будет контролировать немалые финансовые потоки, которые направят в различные регионы навстречу чемпионату мира.

Помните визит Фурсенко в Белый дом в конце марта 2011-го? Неожиданный до такой степени, что многим показалось, будто это была не плановая встреча с премьером, а срочный вызов на ковер к начальству после неубедительных ничьих с Арменией и Катаром? Между тем, как выяснилось чуть позже из неофициальных, но, как водится, хорошо осведомленных источников, главной темой была подготовка к 2018 году. И главное – Фурсенко просил неких дополнительных полномочий. Судя по всему, ему было отказано. А учитывая, что спустя месяц Виталий Мутко, по сути, возглавил комитет «Россия-2018» и было объявлено, что в недрах Министерства спорта возникнет отдельный департамент, который целиком сосредоточится на подготовке к чемпионату, стало понятно любому: в этом усиленном толкании локтями и отпихивании соперника от «кормушки» победу (пусть и не за явным преимуществом) одержал Виталий Леонтьевич.

Пока Фурсенко ответил своему оппоненту объявлением о разработке некой программы «Результат-2018». Мол, именно она поможет решить все футбольные вопросы – от развития инфраструктуры до селекции. И как следствие – обеспечить в 18-м результат. Впрочем, дело не в программах, а в том, кто будет контролировать финансовые потоки. Хотя злые языки уже иронизируют: Фурсенко заранее стелет себе соломку. Мол, объяснить невыполнение опрометчиво данного обещания стать чемпионами мира в 2018-м можно будет тем, что не он и возглавляемое им ведомство «грамотно расходовали средства».

Конечно, всё еще может измениться. До 2018-го много воды утечет. Регламенты и правила поменяются. Но пока впереди более опытные игроки. Мутко в подковерных интригах, похоже, уже научился большему.

Кстати, о регламентах. Нам вроде бы несколько раз говорили, что до 2013-го, по правилам ФИФА, мы должны определиться, кто из стадионов и городов, указанных в Заявочной книге, реально останется в планах и будет готовиться к приему чемпионата, а кто останется за бортом. Но сразу после локальной победы над Фурсенко воодушевленный Виталий Мутко произнес, что решение окончательное мы примем за год-полтора до чемпионата. Мол, будем строить везде. А потом решим, где вписываемся в сроки, где успеваем, а где – нет. Тогда и разберемся. Невооруженным глазом видно, какая это удобная и коррупционноемкая позиция: тратить деньги по большему числу направлений, чем в итоге понадобится. Почва для злоупотреблений просто потрясающая!

Эта тема даже выплыла наружу при первом же заседании наблюдательного совета оргкомитета «Россия-2018». Глава совета вице-премьер Игорь Шувалов призвал как можно быстрее определиться с городами, которые примут матчи первенства:

– Мне кажется, обманывать и питать надежды большого количества городов бессмысленно. Если это будет не 13 городов, а другое количество, то такое решение нужно принять как можно быстрее.

На что Виталий Мутко ушел в изощренное, с культурно-исторической примесью словоблудие:

– Все они (города) представляют культурное, историческое многообразие РФ. А самое главное – эти города сохраняют компактность проведения турниров. ФИФА может пойти по пути сокращения количества городов проведения, однако сегодня мы предлагаем готовить 13 городов.

Зачем, почему, для какой цели – ответов на эти вопросы не прозвучало. Да никто и не спрашивал. Все ведь и так все прекрасно понимали.

0:13 Питер или Москва

Заголовок этой главы ни в коей степени нельзя рассматривать в параллель к заголовку главы предыдущей. И Мутко и Фурсенко – суть выходцы из города на берегах Невы. Они оба приходят на футбол в сине-бело-голубых шарфиках. Немалая часть жизни обоих связана с командой «Зенит». И это уже ничем не перечеркнешь.

Когда мы говорим «Питер или Москва», речь идет сегодня уже даже не о конкуренции, которая отличает соперничество московских и питерских футбольных команд. Хотя я лично уверен, что вовсе не матчи «Спартака» с ЦСКА являются главными и самыми знаковыми во внутрироссийском первенстве, а скорее игры «Зенит» – ЦСКА, как несколько лет назад были матчи «Спартак» – «Зенит».

Конкуренция Москвы и Санкт-Петербурга пронизывает очень многое в российском футболе. Про то, что в сборной России есть фактически две мало-пересекающиеся группировки – «питерские» и «непитерские», сказано немало.

Но теперь развернулась конкуренция и вовсе иная: как распределятся ключевые матчи (а стало быть, читай, доходы) между двумя городами федерального значения в 2018 году. Уже сейчас это то, что терзает умы очень многих из того футбольно-чиновничьего сообщества, которое ответственно за принятие решений.

В конце апреля 2011-го уже нарисовали примерную схему, которая многих знатоков политических пасьянсов удивила: столица примет и матч открытия, и финал, и один из полуфиналов, Питеру же достанется только один из полуфиналов. И то – в интересной модальности: по словам Мутко, «Санкт-Петербургу, возможно, будет отдан один из полуфинальных матчей». Но пока часть публики ухватилась за ключевое слово «возможно», другая принялась иронизировать по поводу инсайда, известного спортивному министру: мол, он-то знает, что к 2018-му столица переедет.

Москва, как несложно догадаться, примет еще и временную штаб-квартиру ФИФА, международные вещательные центры, а также жеребьевку финальной части турнира.

Впрочем, логично предположить, что за оставшиеся до финальной части турнира годы поменяться может что угодно. И никто против постоянных замен ни в списке городов, ни в списке стадионов, ни в списке тренировочных баз, наверное, не будет. Потому что любые изменения – это всегда новые траты. А когда тратятся деньги государственные, у нас никто и никогда против не бывает.

0:14 Главное – правильно встретить: об истоках судейского произвола

Иллюзорно было бы думать, что судейские ошибки, более редкие, но яркие образцы судейского произвола, – явление исключительно российское. Вот только специфика отношения к этой проблеме у нас, как всегда, своеобычная.

Много ли мы знаем примеров, когда за откровенные случаи судейского произвола у нас наказывали? Не отстранением на тур-два, а реальным, ощутимым наказанием? Ведь ставка за игру в нашем футболе у судьи – 90 тысяч рублей. Согласитесь, деньги хорошие. В случае если тебе выставили за игру «двойку», твой заработок снижается вдвое. А вот случаев, когда судью отстраняли от обслуживания матчей Премьер-лиги хотя бы до конца круга или до конца дивизиона, я насчитаю, наверное, за последние годы на пальцах рук.

И ясно, что этими девяноста тысячами рублей доход судьи не ограничивается. Ведь благодаря нашей уродливой системе футбольных взаимоотношений судья – на совершенно законных основаниях! – фигура одновременно и независимая, вершащая правосудие на поле, и зависимая. В первую очередь – от принимающей стороны. Потому что обязанность по встрече, сопровождению, обслуживанию, созданию условий проживания и отдыха судьи полностью на принимающей стороне. Иначе говоря, на хозяевах матча. А раз так, то логика проста: чем лучше организуешь судье досуг, чем больше умаслишь дорогу к нужному результату подарками, тем больше у тебя шансов увидеть потом на табло более приятные для себя цифры. Вот вам и прямая конвертация денег в результаты команды. Правда ведь, куда удобнее, чем годами вкладываться в своих воспитанников?

Есть судьи, которые не берут. По крайней мере, предполагаю о некоторых судьях это. Есть судьи, авторитет которых базируется именно на неподкупности и профессионализме. Хотя, поверьте, длинного списка фамилий здесь привести не получится. По косвенным признакам допускаю (по крайней мере, на данный момент), что к таким относится московский арбитр Алексей Николаев. Не зря именно он включен пока что в лонг-лист тех судей, кто, возможно, вырастет к 2014 году до того уровня, когда ФИФА позволит ему обслуживать матчи на чемпионате мира в Бразилии.

Тот факт, что наших арбитров уже давным-давно нет на мировых и европейских первенствах, – отражение, конечно, различных процессов (в том числе и нашего неумения продвигать свои кандидатуры), но и свидетельство того, что в умах мировой футбольной общественности устоялось мнение: российские судьи насквозь коррумпированы и непрофессиональны. С ними уже никто не хочет иметь дела. На обслуживание матчей еврокубков наши люди в черном еще пробиваются, но к решающим играм в европейской и мировой футбольной иерархии про них не вспоминают уже давно.

...

Чем лучше организуешь судье досуг, чем больше умаслишь дорогу к нужному результату подарками, тем больше у тебя шансов увидеть потом на табло более приятные для себя цифры.

Еще о конвертации денег в результаты через судейский корпус. Нижегородская «Волга», та самая, что после целой серии «странных» матчей скандально ворвалась в Премьер-лигу российского футбольного первенства в минувшем году, начала в межсезонье укрепляться. Но если кто-то подумает, что речь идет лишь об игроках, которые понадобились команде, чтобы выступать в элите российского футбола, то ошибется. Главный тренер «Волги» Омари Тетрадзе по предложению президента клуба Алексея Гойхмана включил в административную группу команды известного арбитра Владимира Бобыка, который уже покончил с судейством.

– Если он умеет хорошо работать на поле (хотя на эту тему есть разные мнения), отчего не сделать вывод, что он будет прекрасным администратором? – интересовались журналисты.

Ответ был предельно прост: никому его административные способности и не важны, важно другое. И Омари Тетрадзе не стал скрывать истинных намерений:

– Правильно встречать и провожать судей тоже надо уметь. Это неотъемлемая часть футбола. Требовался человек, постигший науку гостеприимства на собственном опыте. Уважаемый судья на этом фронте – идеальная кандидатура.

Понятней не скажешь. Цинизм зашкаливает. Главное – правильно встретить судью.

...

В умах мировой футбольной общественности устоялось мнение: российские судьи насквозь коррумпированы и непрофессиональны.

В каждой стране вопрос встречи и приема судьи решается по-разному. Но, как мне рассказывал бывший президент московского «Локомотива» Николай Наумов, главное условие в любой европейской стране: судья до игры вообще не пересекается с представителями команд. И за соблюдением этого правила с различной степенью тщательности следят. У нас же нарушение этого в принципе основного правила узаконено.

На деле это приводит к негативным последствиям. В том числе связанным с самими судьями. Ведь если вдруг кому-то из принимающей стороны показалось, что судья плохо «отрабатывает» или попросту демонстративно отказался от любого «досуга» и подарков, то тогда можно с судьей поговорить жестко. Факты силового вторжения в судейскую комнату не пересчитать. Пальцев не хватит. А истории, когда к судье применялось насилие или, как минимум, случался разговор на повышенных тонах в перерыве матча, тоже всем хорошо известны. В этом смысле печальную славу имеет грозненский «Терек». О том, как его вице-президент, министр спорта неспокойной республики Хайдар Алханов, разговаривает в подтрибунных помещениях с судьями, можно целый эпос слагать. Вот только в стол. Не для публикации. Потому что лексика будет сплошь свойственная образцам заборного творчества. Список судей, которые уже никогда ни при каких обстоятельствах не поедут обслуживать домашние матчи «Терека», растет год от года.

И дело вовсе не в том, что такая позиция всех устраивает. Нет, критика в адрес судей – традиционный фон всех послематчевых заявлений тренеров. Время от времени, когда количество критики в адрес судей превышало уже все разумные пределы, представители клубов брали на себя обязательства по введению моратория на критику. Иногда по полгода выдерживали. Только ситуация ведь все равно не менялась. Судейский беспредел зашкаливал. Когда в начале сезона 2011 года РФС протолкнул под благовидным предлогом некоторые изменения в регламенте, в итоговых документах многие с удивлением обнаружили: теперь не то что критиковать судей, даже подавать жалобу на работу судьи стало нельзя. Правда, смысл жалоб и так был весьма виртуальный: результат-то матча пересмотреть все равно невозможно. Но хотя бы становилось понятно, работа какого арбитра вызывает постоянные нарекания. А так складывается вообще уникальная ситуация: одни и те же люди судей назначают, контролируют и анализируют их работу. Все в своем соку, и без всякого желания вырваться из этого порочного круга.

...

Главное условие в любой европейской стране: судья до игры вообще не пересекается с представителями команд.

И за соблюдением этого правила с различной степенью тщательности следят: У нас же нарушение этого в принципе основного правила узаконено.

Сомневаюсь, что с приглашением в судейский департамент Украины знаменитого лысого красавца Пьера Луиджи Калины ситуация с судейством в украинском чемпионате резко поменяется, но несомненно одно: сам факт приглашения такой суперзвезды мирового судейского корпуса уже свидетельствует о желании что-то менять. У нас же, к сожалению, этого желания не видно вовсе. >

0:15 Они делают черное дело

Когда-то они выходили на поле исключительно в черном. И метафора про черное дело , которое делают люди в черном , была точной и зримой. Цвет формы давно стал намного вариативнее, а претензии к арбитрам не исчезли. Более того: в нашей стране они растут как снежный ком. Туров в чемпионате, когда не было скандалов, связанных с судейством, наберется немного. Пальцев рук уж точно хватит пересчитать. Новый сезон стартовал с запрета на подачу представителями команд жалоб на судейство. Видимо, понимая, что справиться с валом судейских скандалов невозможно, российское футбольное руководство просто решило проблему насколько возможно «замолчать».

Но не дать выплеснуть пар руководству команды после матча – это не означает проблему решить. То, что судьи будут обсуждаться в узком кругу себе подобных без давления со стороны, вовсе не означает исправления ситуации. К чему это приводит, мы увидели после пристрастного отношения к одной из команд арбитра матча «Анжи» – «Ростов» Станислава Сухины. Не то чтобы сомнительный – высосанный из пальца пенальти. Красная карточка ростовчанину за нарушение, которое не то чтоб под вопросом – которое не увидит даже самый пристрастный зритель.

«Ростов» потребовал пожизненной дисквалификации Сухины. И это можно было бы счесть просто за проявление послематчевых эмоций проигравшей команды. Но уж по крайней мере отстранение арбитра до конца круга или до конца чемпионата вряд ли вызвало бы чье-то возмущение. Но судейский департамент озвучил решение: отстранение на два матча. Решение в высшей степени лукавое. Потому что на эти два тура Сухина без работы не останется: он будет обслуживать матчи первого дивизиона. У любого наблюдателя за этой историей возникнет правомерный вопрос: ручейки финансовых «заносов» не останавливаются на судьях, а идут выше? Иначе чем объяснить, что арбитра не наказали, по сути, вообще? Руководитель судейского департамента Будогосский вообще отказался комментировать принятое решение.

Между тем я прекрасно вижу, на каких машинах приезжают судьи к нам на эфир на «Радио Спорт». Явно не на гонорары в 90 тысяч рублей приобретены эти прекрасные авто. Мог бы еще много чего порассказать, приведу лишь цитату из высказываний тренера «Торпедо» Игоря Чугайнова, сказанную в те же дни, что «шалил» на поле Сухина, но по другому поводу (а поводы наши судьи всегда, как известно, предоставят):

– Все судьи ребята симпатичные, с честными глазами. Но когда заканчивают работать, у одного – немаленький особняк, у другого…

Вопрос не в том, брал судья деньги за игру, указывали ли ему сверху на нужный результат или просто начудил, греясь в лучах весеннего солнышка. Есть ведь люди, у кого по весне случаются те или иные… скажем так, чудачества. Да и ошибаются арбитры, чего греха таить, в любой стране и на матчах любого уровня. Вопрос сейчас в другом. Вопрос в том, что подобные факты судейского беспредела могут отвратить футбольную общественность от благого и долгожданного процесса: еще один клуб живет не на деньги регионального бюджета, не ходит с протянутой рукой, а пытается существовать по мировым правилам – на деньги частного капитала. Процесс этот правильный. Нам давно пора перестать относиться к футболу исключительно как к социальной функции. Футбол – это бизнес. И жаль, что переход на бизнес-рельсы сопровождает весьма симпатичную команду шлейфом скандала.

0:16 Листая календарь «полторашки»

Раньше мне очень нравилось посещать церемонию жеребьевки календаря очередного сезона. Это всегда было лишним поводом пообщаться с коллегами-журналистами, перекинуться в неформальной обстановке парой фраз с основными действующими лицами, увидеть шутливый кулак, обращенный в мою сторону от президента РФПЛ Сергея Прядкина или исполнительного директора Сергея Чебана.

Вытягивают шары президенты клубов, приглашенные юмористы, звезды шоу-бизнеса. Сложно выстроенная жеребьевка должна учесть сразу несколько факторов, а именно: невозможность играть двум или трем командам из одного региона в один день, нежелание телевизионщиков показывать игры с участием примерно четверти команд. Год назад «Ростов», «Сибирь», «Терек» и «Томь», которые никогда не обеспечат рейтинг телевизионщикам, даже аккуратно, соблюдая правила политкорректности, назвали «сеяными».

Календарь на то и календарь, чтобы им вечно кто-то был недоволен. Не важно, что

в сумме все сыграют по 15 матчей дома и по 15 в гостях. Все равно половина будет бурчать. Но то, что вылезло на свет божий в 2011 году, оказалось и вовсе за гранью. Церемония на поверку обернулась мыльным пузырем. Потому что потом пришлось переделывать весь календарь в ручном режиме. Но как тогда объяснить такое обстоятельство: жребий вроде бы оказался не слеп, до конца февраля шла гигантская торговля с постоянными переносами матчей, туров, но почему 20 марта и 28 октября игры идут в Томске и Перми. Почему нельзя было составить календарь с учетом климатических условий?

...

Сложно выстроенная жеребьевка должна учесть сразу несколько факторов, а именно: невозможность играть двум или трем командам из одного региона в один день, нежелание телевизионщиков показывать игры с участием примерно четверти команд.

В конце февраля опубликовали календарь «полторашки» (нашего уникального сезона «весна – осень – весна», который затянется практически на полтора года), но даты были указаны только для первых двух и последних двух туров. Объясняя, чем вызваны остальные «дыры», в РФПЛ произнесли некую нелепость: не все еще согласовано с милицией.

В итоге, когда появились все прописанные дни, снова оказалось не все слава богу. Матч «Спартака» и ЦСКА запланировали на 1 мая с учетом возможного выхода одной из команд в полуфинал Лиги Европы. Единственное, о чем забыли: 1 мая милиция точно не даст своего разрешения на игру. Поэтому решили перенести на некую неизвестную резервную дату.

Возникает резонный вопрос: почему, к примеру, в Англии можно составить календарь внутреннего первенства таким образом, чтобы уже ни одна игра не переезжала с места на место по многу раз? А ведь играют в Англии матчей даже побольше.

«Крылья Советов» накануне матча второго тура, намеченного на понедельник, 21 марта обратились через свой сайт и местную печать к руководству трудовых коллективов (какая чудная советская фраза, не так ли?) с просьбой отпустить рабочих со смен раньше времени, чтобы они успели на футбол. Почему-то логичный ход назначить игру просто на воскресенье и не обращаться к трудовым коллективам, в голову никому не пришел.

И уж полная неясность сохранялась до второй половины марта с турниром молодежных команд. Об этом – отдельный разговор.

0:17 Молодежка

Были в нашей футбольной истории годы, когда турнира дублеров не было вовсе. Были периоды, когда основной состав большинства команд активно пополнялся за счет «дубля». Есть случаи, когда взаимопроникновений из одного состава в другой почти не происходит. И переход из «основы» в «дубль» носит воспитательный, политический характер. Как это было у Адвоката в «Зените», когда загулявших футболистов с Аршавиным во главе тренер на время сослал в дублирующий состав. Или у Черчесова в «Спартаке», когда трех футболистов, включая Титова, с не очень внятным объяснением отправили на неопределенное время в «дубль».

Турнир дублирующих составов давно уже переименовался в турнир молодежных составов. Только внимания к этому турниру это переименование не добавило. Болельщики все равно воспринимают членов команды не как профессиональных футболистов, которые через некоторое время будут олицетворять собой любимый клуб, завоевав место в «основе», а как нечто вторичное, незначимое. И даже если тренер в мол одежке показывает результат, толчок к движению наверх ему это не дает. Давыдов в «Зените» приходил тренировать «основу», и каждый раз возвращался обратно в «дубль». Та же история была и со спартаковцем Ледяховым.

Времена, когда наши юношеские и молодежные сборные еще что-то завоевывали на международной арене, а мы потом горько сетовали, что же с этими игроками происходит, когда они переходят во взрослые сборные, прошли. Мы давно ничего серьезного не показываем на уровне молодежных команд. Поражения даже от Фарерских островов, которые раньше и в страшном сне вообразить было невозможно, сегодня никого уже не удивляют.

То, что произошло в марте 2011 года, лишний раз показало, что никому в российском футболе нет дела до проблем молодежных составов. Уже стартовал чемпионат, был сыгран первый тур. И перед самым началом второго тура футбольные власти начали размышлять: а как же нам поступить с турниром молодежных команд? Ведь надо сохранить правило, что дублеры играют накануне основных составов. Сохранить из чисто экономических соображений: организовать два матча в течение двух дней легче, чем их же проводить в разные сроки. Команда летит на выезд двумя составами в одном самолете. Так же добирается и назад. Размещение в отеле вместе. Всем удобно. И с точки зрения организации, и с точки зрения уже банальной привычки.

Но почему-то, только когда начался наш переходный чемпионат «весна – осень – весна» с его сложносочиненной формулой, вдруг вспомнили о молодежных составах? Они же придут в результате двухкруговой борьбы совсем к другим результатам. И их «восьмерки» (с 1-го по 8-е, и с 9-го по 16-е места) сформируются совсем иначе.

...

Мы давно ничего серьезного не показываем на уровне молодежных команд.

Предложенный выход отличался запредельным безумием: сохранить принцип играть накануне основных составов, а на втором этапе чемпионата команды, вне зависимости от набранных очков, разбиваются на те же группы, что и первые составы. То есть турнир терял всякий спортивный принцип. Но то, что очевидно любому обывателю, совсем не очевидно функционерам. Спрашивается, за какие очки сражались бы команды до деления на эти пресловутые «восьмерки» в течение 30 туров?

В итоге понадобились долгие часы споров, чтобы прийти к компромиссу: здесь будут играть не 44 тура, а только 30. Таким образом, турнир пройдет по обычному стандарту «весна – осень».

– Что же молодежные составы будут делать всю первую половину 2012 года?

Увы, на мой вопрос никто не мог ответить. Более того, об этом решили подумать как раз весной 2012 года.

За счет чего все еще умудряется выживать молодежный футбол в России при таком к нему отношении сверху, вообще непонятно.

0:18 Заговор против «Зенита»: когда и как уйдет Спаллетти?

Лучано Спаллетти, тренер питерской команды, уже насквозь пропитался газовым душком невских берегов. Это в принципе обычный этап жизни любого тренера, попадающего в «Зенит». Бесконтрольная трата денег, скупка всего и вся выше реальной рыночной стоимости, возможность, если надо, повыкручивать руки своему начальству (чем активно занимался Дик Адвокат, да и на чем, по сути, погорел) – все это приводит иногда к парадоксальным результатам.

Среди прочего – к поиску вселенского заговора против питерцев. Об этом говорил Петржела, на это кивал Адвокат. Но глубже всех, что называется, копнул сеньор Спаллетти. После поражения «Зенита» по сумме двух матчей в 1/8 финала Лиги Европы от мало кому известного до весенней стадии еврокубков голландского «Твенте» тренер питерской команды заявил такое, чего даже самые оголтелые сторонники теории мирового заговора уж точно не ожидали.

– В Санкт-Петербурге холодно. Сюда никто не хочет ехать играть, – чеканил слова итальянский тренер. – Именно поэтому нам забили гол уже после окончания даже компенсированного времени в игре с «Янг Бойз» и нам пришлось забивать дома на мяч больше. И по той же причине в домашней игре с «Твенте» нас дважды лишили стопроцентного пенальти.

Оставим без оценок историю с пенальти. Ситуация и в самом деле была не однозначная. Но трактовка истоков поражения через мировой заговор против Питера чересчур симптоматична.

Впрочем, будущее самого сеньора Лучано далеко не столь безоблачно, как может многим показаться. С одной стороны, он – тренер самого обеспеченного клуба, первого среди равных и по финансам, и по отношению со стороны футбольных властей. Тренер, которому пророчат рано или поздно стать преемником Дика Адвоката на посту рулевого в сборной России. А с другой… Вспомним обстоятельства прихода Спаллетти. Условие, которое ставил тренер (по крайней мере, среди тех условий, что стали достоянием общественности): он придет в команду, которая играет в Лиге чемпионов. Тащить середнячка итальянскому специалисту не интересно. Давыдов, тренер зенитовской «молодежки», по совместительству исполняющий обязанности тренера основной команды после августовского ухода в 2009 году Дика Адвоката, команду смог вытянуть на третье место. То самое, что в тот год еще давало путевку в главный еврокубковый турнир (после того как в 2011 году в таблице коэффициентов УЕФА нас обошла Португалия, с 2012 года у нас вновь будут выступать в Лиге чемпионов только две команды). Причем вытягивал на третье место клуб, по слухам, не только сам Давыдов, но и многочисленные закулисные договоренности. Именно тогда возник устойчивый разговор о том, что игра последнего тура в 2009 году «Зенит» – «Спартак» носила не совсем спортивный характер. «Спартак» уже гарантировал себе вторую строчку, а «Зениту» якобы помог завоевать третью, отдав игру. Правда это или нет, мы никогда не узнаем. Но пресс-атташе «Спартака» Леонид Трахтенберг меня весьма забавно уверял в том, что я ошибаюсь:

– Я знаю Валеру Карпина тысячу лет. Я еще в Эстонию ездил к нему, когда он там играл. Неужели бы Валера мне не рассказал, если б это был договорняк? Конечно, рассказал бы!..

Оставим эту трактовку без комментариев. Пусть Валерий Георгиевич сам со своим пресс-атташе разбирается. Вернемся к нашему сеньору.

Итак, Спаллетти пришел в «Зенит», который уцепился за Лигу чемпионов. Всеми правдами-неправдами. Когда я говорю о неправдах, вовсе не «Спартак» имею в виду, а позорную страницу 2009 года, когда выяснилось, что Дик Адвокат не умеет считать до семи. В игре «Локомотив» – «Зенит» на поле в составе питерцев оказалось не шесть разрешенных по регламенту, а семь иностранных футболистов. И само собой разумеющееся техническое поражение «Зениту» засчитано не было. Потому что в РФПЛ вдруг вспомнили про некую «презумпцию сознательности» (несомненно, новое слово в юридической мысли). Мол, требования регламента составлены с опорой на то, что никто по своей воле их не нарушает. А если нарушение произошло, то наверняка не по злому умыслу. В итоге «Зенит» простили, но жестко пообещали, что уже со следующего тура наказывать будут любого провинившегося сразу же техническим поражением со счетом 0:3. Именно это очко, неправедно приобретенное питерцами (та игра завершилась со счетом 1:1), и позволило им в итоге обойти «Локомотив» в борьбе за бронзовые медали.

Спаллетти появился в команде в начале 2010 года. Из Лиги чемпионов команда с треском вылетела, проиграв «Осеру», что называется, на ровном месте. Будучи на голову выше французов в домашнем матче, подопечные итальянца с трудом дотянули до 1:0. И безвольно сыграли в гостях, пропустив два безответных мяча. Первые же подступы к футбольной Европе завершились бесславным вылетом на предварительном раунде Лиги чемпионов, а по весне – таким же бесславным 0:3 в гостях от «Твенте» в Лиге Европы.

Не известно, что станет последней каплей терпения газпромовского руководства, но я очень удивлюсь, если Спаллетти задержится в Питере надолго. И самый верный аргумент – это трансферная политика клуба в межсезонье. Кампания «Зенита» оказалась самой скромной. Во-первых, клуб расстался с тремя игроками основы. Во-вторых, с теми, кого можно было бы считать ближайшим резервом. В-третьих, команда вообще никого не купила. Взят в аренду лишь 19-летний чилиец Николас Пе-ньяилильо (еще одна фонетическая «подстава» для питерского комментатора Геннадия Орлова!). Взят в аренду у «Эвертона». Но не того «Эвертона», о котором вы, может быть, подумали. У чилийского «Эвертона».

Газпромовская пиар-машина умеет работать: на сайте клуба Пеньяилильо представлен обаятельным вундеркиндом. Он описан в таких красках, будто это минимум Месси, Марадона или Пеле приехал. Но тогда возникает совершенно резонный вопрос: если это новый футбольный мессия, то почему с ним не заключен полноценный контракт на несколько лет? Почему лишь аренда? Да к тому же лишь на полгода? И если это и в самом деле такой «обаятельный вундеркинд», почему его проглядели селекционеры из Европы? Где скауты из Испании или Италии, которые вдоль и поперек отслеживают все, что происходит на латиноамериканском рынке?

Я решил потратить время и изучить вопрос с Пеньяилильо поподробней. Выяснилось, что «Эвертон» вылетел даже из высшей чилийской лиги (а она по латиноамериканским меркам, мягко говоря, далеко не сильнейшая) в низшую. Взят в аренду чилиец за деньги совсем не маленькие, но в случае с «Зенитом» это уж, как говорится, традиционно оставим без комментариев.

Даже если выяснится, что он и в самом деле уникальный талант, то на адаптацию к питерскому климату, русскому менталитету, языку и традициям понадобится явно больше, чем полгода.

Можно ли поверить, что Спаллетти устраивает ситуация, когда из Питера отпускают Крижанаца, Розину, Канунникова, Соснина? Только в том случае, если даны гарантии будущих, весьма дорогостоящих покупок. Но их ведь так и не сделали. А во время предсезонных сборов в феврале «Зенит» Спаллетти испытал вообще невиданное унижение: играя за Кубок Марбельи с пражской «Спартой», команда не смогла набрать игроков на полноценную заявку Кого-то отозвали на матчи национальных сборных, кто-то отъезжал по личным делам. Но на игру в составе «Зенита» вышли срочно арендованные пять китайских футболистов! И не надо думать, будто игроки никому не известного клуба «Шаньдун Лунен» находились на просмотре в «Зените». Нет, руководство питерцев именно срочно искало, кем закрыть образовавшуюся брешь. Хотели обратиться к пловдивскому «Локомотиву», но в итоге договорились с китайцами. Пять китайцев оптом обошлись, видимо, дешевле. Я еще понимаю, когда китайские статисты-актеры изображают на трибуне стадионов в ЮАР болельщиков команды КНДР. Все равно никто, кроме корейцев и китайцев, не разберется и не отличит. Но выпускать полкоманды просто потому, что у тебя других нет… И где нет?! В самом «Зените»! Это нонсенс, не имеющий аналогов.

А если вспомнить историю «Зенита» еще доадвокатовских времен, то похожие истории уже были. Были они с Властимилом Петржелой. Конечно, китайцев не арендовали на игру-две, но скамейка укорачивалась до абсурда. Чешский тренер поставил задачу вернуть команде лидирующие позиции во внутреннем чемпионате и побороться за Кубок УЕФА. Руководство клуба пообещало точечное усилие, серьезные вложения. А на деле ему купили лишь корейца Хен Йон Мина (был он полузащитником, но Петржеле его выдали за левого защитника – проблемную в ту пору позицию в клубе), неизвестного чеха по фамилии Несвадьба и кучу игроков из «Спортакадемклуба», которым в ту пору руководил Константин Сарсания. Ни один из футболистов не заиграл, и Петржела улетел со слезами на глазах.

...

Газпромовская пиар-машина умеет работать: на сайте клуба Пеньяилильо представлен обаятельным вундеркиндом.

Не повторится ли эта ситуация со Спаллетти? Ведь в «Зените» именно факт покупки или непокупки кого-либо всегда становился предвестником тренерских перемен…

Сарсания привел в «Зенит» Адвоката и уж ему-то купил всех, кого тот просил. Причем переплата была просто многократная. За Данни заплатили 30 миллионов евро, за нереальные деньги покупали Домингеса, Погребняка, Тимощука. За последнего, по слухам, частично расплачивались газом. Уходу Адвоката предшествовала тоже покупка. Менеджмент «Газпрома» уже понимал, что Адвокат выкручивает руки, каждый раз кивая на короткую скамейку запасных. Стало ясно, что рано или поздно он уйдет. И тогда – при действующем тренере! – в команду стали покупать тех, кто в его концепцию не вписывался, те, о ком Адвокат и не просил. Ясно было, что покупки делаются уже под будущего наставника. Адвокат тоже ушел. Тоже со слезами на глазах. Улетал из Питера, как олимпийский Мишка. Трогательно и слезливо.

...

В «Зените» именно факт покупки или непокупки кого-либо всегда становился предвестником тренерских перемен…

Спаллетти пока налево и направо уверяет, что никуда уходить не собирается, что в Питере ему хорошо, что здесь он одержал первую серьезную победу – чемпионство (что правда, то правда: до этого побед у итальянского наставника нигде не было).

– Я остаюсь в «Зените» потому, что доволен своим местом работы. Это великолепный клуб.

Но что думают по этому поводу Миллер, Дюков и прочие? Пока очень похоже, что Спаллетти вполне может ждать сценарий Петржелы и Адвоката. Плюс на это наслаиваются две разномастные и совершенно неожиданные проблемы, о которых в «Зените» предпочитают не распространяться. Первая – это демарш Владимира Быстрова, который плетет активные интриги против Спаллетти. Вторая – вроде бы мелкая, бытовая, но так сильно отравляющая семейную жизнь господина Спаллетти. Его супруга Тамара время от времени натыкается в карманах пальто своего благоверного на многочисленные визитки от сомнительных девушек. И если тут наш сеньор еще может «отвертеться», то откровенные эсэмэски от питерских проституток в его личном мобильном спамом не объяснишь.

0:19 Корпоратив «Газпрома»: нескромные зарплаты

О зарплатах российских футболистов мы знаем совсем немного. Бухгалтерия нашего футбола, строго говоря, дело абсолютно непрозрачное. И очень часто озвученная поначалу сумма (если она, конечно, вообще озвучивается) оказывается на поверку очень далекой от реальности. При назначении Гуса Хиддинка на должность главного тренера нам говорили про тренерскую зарплату размером в 2 миллиона долларов в год. Много раз возникали разговоры о том, что на самом деле цифра эта намного выше, что она чуть ли не 7 миллионов, но чиновники от РФС просили не обращать внимания на сплетни. Между тем, когда выяснилось, что никто не просчитал даже вариант с непопаданием российской сборной на чемпионат мира-2010, когда выяснилось, что надо платить Хиддинку за полгода работы, которой, по сути, и нет и которая, даже если бы и была, то была бы работой в пустоту, раз уж тренера назначат другого, – в результате долгих переговоров сумму в 3,5 миллиона за полгода смогли снизить до 2,5 миллиона. Выходит, что вовсе не два ежегодных миллиона получал Гус, а как раз все семь? Так зачем же нужно было постоянно опровергать эту информацию?

...

Бухгалтерия нашего футбола – дело абсолютно непрозрачное.

Приход Дика Адвоката не добавил прозрачности в финансовые показатели. Единственное, чем нам предложили довольствоваться, – это формула «зарплата Адвоката ниже зарплаты Хиддинка». А насколько ниже? 6,9 вместо 7 миллионов? Или конкретнее: что именно ниже чего именно? Официальная зарплата у Дика ниже реальной у Хиддинка? Или как?

Но бог с ними, с первыми лицами, с самыми дорогими действующими лицами. У нас ведь и заработки футболистов Премьер-лиги отчего-то так же тщательно скрываются. И обнародуются они лишь при банкротствах или каких-то еще скандальных историях. Много мусолила околофутбольная общественность зарплаты, премии и разнообразные бонусы игроков раменского «Сатурна» после того, как стало известно о банкротстве команды, но, как написал один питерский коллега, «на фоне зенитовцев оказавшиеся жертвами футбольных дельцов из Подмосковья “инопланетяне” выглядят представителями среднего класса, попавшими на корпоратив “Газпрома”».

Один авторитетный деловой журнал опубликовал к началу переходного сезона-2011/2012 ориентировочные бюджеты футбольных клубов российской Премьер-лиги. 15 клубов, не углубляясь в детали, в целом с приведенной финансовой оценкой согласились. Категорически воспротивился оценке только «Зенит», настояв, что сумма в 165 миллионов долларов явно завышенная и составляет «всего» около 100 миллионов. Составляла якобы в 2010 году. И такая же якобы заложена и на 2011 год! Я-то слышал от хорошо осведомленных людей, что бюджет «Зенита» на деле около двухсот миллионов. Но суть не в этом. Давайте попробуем посчитать.

Расходная часть бюджета клуба – затраты на трансферы. Я беру только открытые источники и складываю: Александр Кержаков, Данко Лазович, Микаэль Лумб – больше 13 миллионов евро. Чуть позже приобретены Александр Лукович, Бруну Алвеш, Александр Бухаров – это еще 43 миллиона евро. В сумме – больше 56 миллионов.

Теперь смотрим на доходную часть – прибыль от сдачи в аренду Себастьяна Пюйгренье, Сергея Корниленко, Алессандро Розины и того же купленного, но вскоре отправленного в аренду Лумба – 1 миллион 300 тысяч евро. То есть за этим минусом в бюджете – 54 миллиона 700 тысяч евро. Если по курсу пересчитать на доллары, которыми оперирует «Зенит», – под 75 миллионов получится.

Справедливости ради надо сказать, что точные суммы трансферов зенитовским руководством не озвучиваются (быть прозрачным – это в наших футбольных широтах считается дурным тоном). Но отследить можно ту же информацию по зарубежным источникам. «Зенит» может играть в тайны сколько угодно, но, к примеру, в Португалии клубы обязаны не просто уведомлять о сумме сделок, но и регистрировать их в соответствующих контрольных и надзорных органах. Поэтому о том, как продавали и как покупали немолодого уже защитника Бруно Алвеша, хорошо известно любому.

Итак, пока у нас 75 миллионов долларов. Но это только начало. Мы еще не считали зарплаты тренеров и футболистов. Зарплату Спаллетти оценивают в 4 миллиона евро в год. Не исключено, что эта оценка, взятая из итальянской прессы, преувеличена. Но если сюда прибавить немалую часть сотрудников изрядно раздутого тренерского штаба, то уж точно выше шести, а то и всех восьми миллионов долларов будет.

В сумме у нас выходит 81–83 миллиона. Футболисты с их зарплатами нами пока еще не учитывались. Ясно, что зарплаты у топовых игроков и у тех, кто не выходит на поле в «основе», разнятся, но уж точно включают в себя немалое число нулей. Серьезным довеском выглядят премиальные. Про суммы, которые бонусами доплачиваются за победы в отдельных матчах чемпионата, утечек в «Зените» не было. Зато в открытых источниках есть цифры, которые команда получала за победы в кубковых поединках: за победу над мало кому известной командой второго дивизиона «Волга-Тверь» каждый игрок получил по 40 тысяч евро, за успех в полуфинале против «Амкара» – 70 тысяч евро, за победу над слабенькой «Сибирью» – аж 120 тысяч евро. Это на каждого! Повторюсь, на каждого, кто выходил на поле! То есть с учетом всех матчей сезона одни только доплаты потянут на миллионы, если не на десятки миллионов!

То есть за сто с лишним миллионов долларов мы точно наберем. И это еще не включили огромное количество статей расходов, которые не так кричащи с точки зрения цифр, но которых действительно очень много. Это и зарплаты игроков молодежного состава (журналисты раскопали информацию о том, что они выше, чем у игроков «дубля» большинства команд, очень просто: опрашивали жен и подруг «юных дарований»). Это и содержание стадиона «Петровский», который передан клубу в оперативное управление, и содержание базы, а также параллельное строительство новой базы, проведение сборов, перелеты только своими чар-терами, функционирование детско-юношеской академии.

Сюда же добавим организацию предсезонных сборов. Если подавляющее большинство российских команд готовились к переходной «полуторке» в недорогой Турции, то питерцы на сборах не экономили. Сначала пожили в Эмиратах, потом переместились в город миллиардеров – испанскую Марбелью.

Еще надо вспомнить, что в целом в системе «Зенита» трудятся больше двухсот человек. О таком штатном расписании не раз хвастливо напоминал журналистам Лучано Спаллетти. Ясно, что это не двести топ-менеджеров с такими зарплатами, которых кризис явно не коснулся, но и простые охранники, уборщицы, повара с зарплатами отнюдь не высокими. В целом же картина вырисовывается именно такая: сумма явно превышает сто миллионов долларов.

Мы еще не упомянули про разовые расходы. Как, например, организация и проведение праздника в честь победы «Зенита» в Кубке и чемпионате страны. А ведь туда приглашали целую ораву «звезд» и дорогущих ведущих. Не вспомнили мы про непонятные имиджевые проекты «Зенита» типа мало кому понятной истории с организацией школы спортивной журналистики. Как говорят злые языки, там прекрасно учат грамотно писать о клубе.

Доходы клуба подсчитать сложно. Ясно, что у нас на атрибутике, сувенирке и на всем, на чем зарабатывают зарубежные гранды, научатся зарабатывать еще не скоро. Про доход с продаж билетов и абонементов я вообще не говорю. Ясно, что все указанные нами расходы не сильно гасятся выручкой. Поэтому и сумма в сто миллионов, и даже в упоминавшиеся в прессе 165 миллионов долларов в любом случае выглядят явно заниженными.

Есть еще доходы от телетрансляций. Но это газпромовская команда получает от газпромовской же телекомпании. Поэтому кроме как перекладыванием денег из одного бездонного кармана в другой эту транзакцию не назовешь.

«Зенит» не может даже внутри себя договориться. Руководитель пресс-службы клуба Евгений Гусев говорит про 100 миллионов. Экспертную оценку в 165 миллионов для делового журнала «Финанс» дает Федор Погорелов. Это человек, прекрасно осведомленный о положении дел в команде. Хотя бы потому, что он является главным редактором «Радио Зенит».

Мои же источники настойчиво называют сумму в 200 миллионов. И судя по тем тратам, которые команда наверняка сделает пе-

...

Футбол у нас тесно переплетен с политикой.

ред Лигой чемпионов, эта сумма как раз и окажется ближе всего к истине.

Увы, конвертация сверхзатрат в результаты – дело сугубо внутреннее. Особенно если еще подключать административный ресурс. На европейской арене у «Зенита», как видно, пока одна большая и очень глубокая дыра.

Футбол у нас тесно переплетен с политикой. Поэтому в начале сезона ходили упорные слухи о подсказке Миллеру и Дюкову, аккуратно сделанной сверху: поскромнее будьте, не кричите о тратах. Вот и решили быть поскромнее. Хотя бы временно. До выборов.

0:20 Российский чемпионат: бетааверсия от Фурсенко

«Зенит» – уникальная команда. Я не об астрономических бюджетах, не об отдельных правилах, которые для этого клуба существуют, не об особом подходе руководства российского футбола к этому клубу. «Зенит» – команда, которая позволяет нам узнать много нового о нюансах регламента – того документа, который, по идее, является основой основ, главным законом, то есть фактически конституцией российского футбольного первенства.

Ощущение, что Фурсенко запустил некую бета-версию чемпионата. Пока «Зенит» не нарушил правило о лимите на легионеров пару лет назад, мы, в конце концов, и не подозревали, что санкции за нарушение никак не прописаны. В итоге футбольные власти вынуждены были подобные санкции срочно прописывать. Пока не нарушил «Зенит» прописанные регламентные требования в матче с ЦСКА о «доморощенных» игроках, мало кто из нас вообще об этом правиле знал. Теперь вносится новая правка: судья не будет начинать матч до того момента, пока ошибка не устранена. А команде-виновнице будет выставлен счет за издержки. Даже за свет из прожекторов, который бил в сторону зеленого газона лишние минуты. Останется лишь дождаться следующей ошибки, чтобы понять: а прописаны ли санкции в адрес судьи, если он ошибки не заметит и даст стартовый свисток? Если судья просто не заметит нарушения в протоколе? Техническое поражение судье?

Случай на «Петровском» продемонстрировал, мягко говоря, непрофессионализм составителей регламента чемпионата России. А если команда прилетела, допустим, в Томск? И уже там выяснилось, что «доморощенных» в ее составе нет? Ей что, своего воспитанника отдельным рейсом вызывать, если его нет среди ранее прибывших?

О каком дальнейшем развитии футбола, повышении мастерства российских футболистов и популяризации игры в футбол (это слова из пункта 2 упомянутого регламента) может идти речь, если обязательным считается пункт о внесении в протокол, а не выходе на поле «доморощенного» футболиста? Получается, что при нынешних правилах (которые никто глобально менять не собирается) в выигрыше только агенты, которые могут повысить цены на «доморощенных» игроков (кто придумал этот идиотский термин, кстати)? В выигрыше разного рода «жучки» – те, кто манипулируют результатами при заполнении протоколов.

Еще один нюанс, на который не все обратили внимание в этой позорнейшей истории, которая опять заставила относиться к нашему футболу как к чему-то комическому, низкопробному. Можно ли представить себе, чтобы, к примеру, в какой-нибудь Англии иностранный тренер заявил: я знаю, что нарушаю ваш регламент, но я это делаю сознательно. А ведь именно это фактически произнес Лучано Спаллетти… Какой крик на весь мир подняла бы английская пресса! У нас же очень просто можно сказать что угодно, сделать что угодно, зная, что все равно любой штраф будет оплачен. Кстати, в конечном счете – из средств налогоплательщика.

Назначили виноватого. Вроде бы уволили Радимова. Правда, он успел проговориться, что решение о смене рода деятельности было принято еще за три дня до инцидента, что работа начальником ему была не близка, а он как раз только-только получил тренерскую лицензию. Так к чему был весь этот спектакль с поисками якобы виноватого?

Вообще, надо заметить, что есть в «Зените» непыльные, замечательные статусом своим должности, а есть очень рисковые. К последним помимо должности главного тренера относится должность начальника команды. Так, в период царствования в питерской команде пана Властимила уволили с этого поста – причем уволили громко и со скандалом – Юрия Гусакова. Официальная версия: за ошибки и просчеты, которые были допущены при организации сбора в Испании. Якобы команда чересчур долго туда добиралась. Неофициальная, но хорошо известная многим, в том числе хорошо знакомым с Властимилом Петржелой и порядками, царившими в ту пору в «Зените»: на месте проведения сбора не было казино. Поля, базы, другие организационные моменты – все это ерунда по сравнению с возможностью расслабиться за зеленым сукном известному лудоману.

Работал начальником команды Николай Ларионов. Его убрали по требованию Дика Адвоката. Тут опять разошлись официальная и неофициальная версия. Причем разошлись фундаментально. Как известно, Ларионов не внес запись в протокол одной из встреч, на которой настаивал голландец. Версия, которая была озвучена официально: голландец назвал саму должность начальника непонятным ему рудиментом, пережитком советских времен. Учитывая, что спустя несколько дней новый начальник появился (им стал Федор Луннов), официальная версия вновь оказалась ложью. Впрочем, и преемник недолго работал. Надо ли дополнительно говорить, что всех проштрафившихся начальников в «Зените» неплохо трудоустраивают?

0:21 ФК «Кубань» – футбольная Кущевка

Слово «Кущевка» стало нарицательным после осени 2010 года, когда информация о беспределе, который творила организованная преступность в станице Кущевской Краснодарского края, стала достоянием общественности.

Беспредел в футболе – явление, увы, уже ставшее нормой. По отношению к болельщикам. По отношению к игрокам.

Неприятный инцидент произошел после награждения победителей традиционного Кубка легенд, проходившего в начале года в московском дворце «Мега-спорт» на Ходынке. После завершения праздничной церемонии на площадку выбежал болельщик, находившийся, как пишут в таких случаях в милицейских сводках, «в состоянии алкогольного опьянения». Сотрудники службы безопасности практически сразу же поймали и скрутили болельщика, после чего увели его в подтрибунное помещение. Спустя некоторое время болельщик брел к выходу с сильно окровавленным лицом. Кому нужна такая жестокость? Пусть и по отношению к подвыпившему. Увы, в наших широтах прав тот, у кого больше прав. Про то, как правоохранительные органы встречают болельщиков-гостей в иных регионах, вообще умолчим.

...

Беспредел в футболе – явление, увы, уже ставшее нормой.

По отношению к болельщикам.

По отношению к игрокам.

В конце концов, это болельщики. Функционерам от футбола болельщики, как правило, мешают. Правда, иногда если надо, то ими удобно прикрыться. На их мнение, если выгодно, можно сослаться. Но чаще всего болельщик – фактор раздражающий. Но если речь идет не о болельщике, а уже о футболисте?

Признаюсь, о черногорском футболисте Николе Никезиче я мало что слышал. Футбольная общественность услышала о нем только после его видеообращения, где он на внятном русском языке рассказал о том, что происходило в первой половине марта на базе, где тренируется «Кубань». Если вкратце, то суть заявления футболиста сводилась к следующему.

Никезич заключил в марте 2010 года двухлетний контракт с «Кубанью». На поле выходил, результат давал. Но, с точки зрения менеджмента клуба, то, что годилось для первой лиги, уже недостаточно для высшей. И с футболистом решили контракт расторгнуть. Но расторгнуть контракт по инициативе клуба – значит выплатить неустойку, выплатить то, что по-бандитски ты платить совсем не хотел бы. В итоге клуб объявил за год до окончания контракта, что больше в услугах футболиста не нуждается. Правда, разорвать контракт хочет по инициативе самого Никезича. Тот, ясное дело, что-либо подписывать отказался.

Переговоры, долгие, мучительные, с поиском всех устраивающего компромисса – это не для наших футбольных реалий. У нас все проще. Хоть и болезненней. Для одной из сторон.

Сначала футболиста просто отцепили от предсезонных сборов. Из команды официально отчислить его было нельзя. В итоге его не взяли на сборы. Два месяца футболист методично тренировался в одиночестве, нарезая круги по краснодарскому стадиону.

Видя, что Никезич сам уходить не хочет, 7 марта 2011 года тренер команды Николай Хлыстунов предложил футболисту пройти к нему в номер на клубной базе, где неожиданно оставил его с двумя мужчинами весьма крепко сбитой комплекции.

– Будешь подписывать?

– Нет.

Последовал сильный удар по печени.

Второй мужчина снял пиджак, недвусмысленно показав два висящих под ним пистолета в кобуре.

– Будешь подписывать?

Удары следовали один за другим. Никезича избивали и душили двадцать минут, после чего тот подписал все бумаги, элементарно не зная, как спастись.

Было такое на самом деле или нет? Об этой истории мы знаем только со слов самого Никезича. Хотя косвенные улики, что называется, полностью подтверждают эту версию.

И еще один характерный нюанс, характеризующий отношение болельщиков к подобной ситуации. Мы провели в одном из эфиров на «Радио Спорт» голосование с тем, чтобы понять, верят люди в такое или нет. Итог был ошеломляющим: 92 % полностью верят футболисту, и лишь 8 % считают, что это некий агентский заговор с целью получить дополнительные деньги. Когда подавляющее большинство верят в то, что в нашем футболе можно запросто избить футболиста, чтобы вынудить разорвать контракт, комментарии не нужны. Это не иллюстрация геббельсовского «чем нелепее ложь, тем быстрее в нее поверят». Вовсе нет. Это показатель того, что подобные вещи становятся уже обыденностью. Обыденностью и в нашем футболе, да и в нашей жизни вообще. Есть только право сильного. И есть желание, невзирая ни на что, совершить «кидок».

Комментарии остальных действующих лиц отличались изрядной оригинальностью. Президент клуба заявил через пресс-секретаря, что он вообще не в курсе. Тренер Хлыстунов сказал, что в клубе нет двух крепкого телосложения мужчин, и на основании этого можно считать заявления Никезича беспочвенными. Более того, нет у тренера и своей комнаты, своего номера на базе, а значит, некуда было Никезича заводить.

Никезич, кстати, предложил пройти проверку на детекторе лжи вместе с Хлыстуновым. Знаете, каков был ответ тренера? «А я не доверяю электронным приборам»…

И только Сергей Фурсенко вдруг подал голос, сделав уж совсем странное заявление, суть которого сводилась к следующему Мы уже давно (?!) знакомы с обстоятельствами этого дела. «Непонятно, – тут надо цитировать уже дословно, – почему оно всплыло именно сейчас». Сказал Сергей Александрович это на следующей неделе после избиения футболиста. Что в таком случае означает это «уже давно»? С ним что, согласовывались методы разрыва контракта? О чем идет речь? В чем проговаривается главный наш футбольный менеджер? Или у него, как у героя Салтыкова-Щедрина, просто включается в голове какой-то органчик, ведь надо хоть что-то сказать…

Комитет по этике довольно долго решал, что делать с делом Никезича. В итоге принял, по традиции, нелепейшее решение: счесть, что присутствует состав преступления, предусмотренный Уголовным кодексом. А значит, правоохранительные органы должны всенепременно возбудить дело. Было для чего собираться и ломать копья несколько часов…

Справедливости ради скажем, что это далеко не первый случай в российском футболе, когда угрозы физической расправы имели место. Четыре года назад Марко Топич, форвард самарских «Крыльев», покидал клуб и подписывал контракт все с той же «Кубанью» под немалым давлением.

Или вспомним более свежую историю, приключившуюся с камерунским защитником Сержем Бранко, который в октябре 2010 года рассказывал, как отказывался играть договорной матч с ФК «Москва», а Омари Тетрадзе хотел учинить над футболистом расправу, бегая за ним по базе с пистолетом в руке.

Да и с «Кубанью» подобным образом расстался в этом межсезонье не только Никезич, но и серб Сретен Сретенович, который подписал после угроз нелепый документ, по которому должен клубу больше, чем заработает за год в своей новой команде.

Но именно дело Никезича должно было стать своеобразной лакмусовой бумажкой для Комитета по этике: будет проведено справедливое расследование, решатся опустить «Кубань» в дивизион ниже, что в принципе нормами регламента предусмотрено, – значит, есть желание очищать наш футбол. Быстренько найдут виноватых (точнее, назначат виноватых) – значит, все остается по-прежнему.

То, что ничего не меняется, стало ясно уже спустя несколько дней, когда появилась информация, что тренер Хлыстунов и спортивный директор клуба Доронченко отстранены (временно) от работы. Дело получило резонанс отнюдь не всероссийский. Все-таки Никезич обратился и к Платини, и к Блаттеру. Зато теперь Фурсенко может снова включать свой органчик: «виновные найдены», «расследование заканчивается», «мы очищаемся», ну или что придумает его фантазия.

Между тем в стороне как-то остается главное: эта ситуация – чистейшей воды криминал. И истории с декларированием псевдоуспехов российского футбола – лишь фасад, за которым насквозь прогнившие нравы. Почему Комитет по этике решил провести заседание по делу Никезича в закрытом режиме? Это ведь породило больше вопросов, чем ответов. Что именно и от кого на этом обсуждении скрывали? Или там шла неприкрытая торговля?

Строго говоря, Комитет по этике – пока самый громкий провал новых футбольных властей. Наверное, потешаться еще больше можно только над Кодексом чести. Но кодекс – просто декларация. Он абсурден уже хотя бы потому, что к реальной жизни неприменим. А вот Комитет по этике вопросы решать действительно должен. Создававшаяся с такой помпой чуть ли не революционная по своей сути структура на деле вышла не революцией, а пшиком. Допускаю даже, что люди, которые в него вошли, хотят изменить дело к лучшему. Может быть, хочет Александр Мостовой, но он считает возможным участвовать в принятии решений заочно, не выезжая из теплой Испании (и самое главное, что это считают возможным в РФС). Может быть, хочет мой заместитель по «Радио Спорт» Нобель Арустамян, которого мы делегировали в эту структуру с чистым сердцем. Но он – успешный, действующий журналист, и я полагаю, что у него не всегда будет возможность долгими часами принимать участие в бесплодных дискуссиях, которые на выходе оказываются даже без всякого результата. Может быть, хочет изменить дело к лучшему председатель комитета Аллу Дадашевич Алханов. Но он человек занятой, занимающий огромное количество постов и должностей в различных структурах. И любой человек, кто входил к нему в кабинет, знает: перед Алхановым лежит пять мобильных телефонов, каждый из которых звонит не переставая.

Из этого комитета вышел Игорь Понедельник – просто в знак протеста. Протеста против того, что комитет вроде как есть, а решений не принимает. В него с гордо поднятой головой не вошел, будучи приглашенным, Евгений Ловчев (не забыв, правда, главной своей заповеди – пропиарить этот шаг везде, где только возможно).

...

Комитет по этике – пока самый громкий провал новых футбольных властей.

Допускаю, что пройдут годы, и Комитет по этике (конечно, в другом составе и с другим председателем) станет серьезным, грозным оружием. И вызванные на его заседание действующие лица будут трястись как осиновый лист. И то, что происходит сегодня, мы будем вспоминать просто как болезнь роста. Но, глядя на нежелание футбольных «верхов» сделать хоть что-то, на ум приходит только традиционное некрасовское: «Жаль только, жить в эту пору прекрасную, уж не придется ни мне, ни тебе…»

0:22 Карпин

Есть в нашем футбольном мире уникальные процессы. Один из них – это когда команда топового уровня обучает не-тренера быть тренером. В мировой футбольной практике такие вещи происходят, согласимся, нечасто. У нас же такой пример есть. Валерий Карпин учится быть тренером не в какой-нибудь команде из низших лиг, как это обычно происходит, когда даже очень хороший футболист начинает набирать тренерский «жирок», а сразу в «Спартаке». Поначалу это выглядело как вынужденная мера, когда владелец клуба Леонид Федун рассвирепел на назначенного за полгода до этого генерального директора Карпина из-за того, что, выгнав Лаудрупа, чья тренерская судьба в «Спартаке» не сложилась, вынужден еще и немалую неустойку платить. По слухам, Федун просто обязал Карпина самого встать на тренерский мостик: мол, отрабатывай деньги! Но восьмое место Лаудрупа сменилось вторым местом у Карпина. И Валерий Георгиевич подзадержался в статусе дважды начальника – человека, совмещающего должности тренера и гендиректора клуба. Соответствующие тренерские лицензии Карпин оформлял уже, можно сказать, задним числом, в процессе работы в клубе.

– Леонид Арнольдович мне честно сказал о своем главном желании – ни во что не лезть, а просто раз в неделю приходить на футбол и получать удовольствие. – Так говорил Валерий Карпин, сидя в моем кабинете в начале осени 2008 года.

Только-только отгремели наши эфирные войны со «Спартаком», которые наделали немало шума. А по большому счету, были спровоцированы самим спартаковским менеджментом: тогдашний гендиректор клуба Сергей Шавло в ответ на любую критику рвал и метал. Журналистов лишали аккредитаций на матчи, если они расскажут что-то «не так». Игрокам не разрешали давать интервью. Высылали гневные филиппики в ответ на наши эфирные ролики. После серии безголевых матчей в чемпионате и унизительного 1:4, 1:4 в двух матчах от киевского «Динамо» на предварительной стадии Лиги чемпионов у нас звучал в эфире ролик, где плачущий маленький мальчик спрашивал у папы:

– Пап, ну ты же говорил, что «Спартак» – чемпион! А они все проигрывают…

– Да, сынок, и папа иногда ошибается, – со вздохом отвечал отец.

Меня искренне подкупило, что недавно сменивший Шавло Валерий Карпин не стал звонить, не стал посылать своих представителей, а приехал сам. Просто приехал познакомиться и поговорить. Поступок, который делает честь любому человеку. Не выключить приемник, где говорят то, что тебе не нравится. А приехать на разговор. Мы говорили, запершись у меня в кабинете, более часа. И я слышал человека, который и вправду хочет наладить отношения между так называемой «народной командой» и главным спортивным радио страны. Я слышал и при этом никак не мог поверить, что в руководстве одной из основных команд футбольной России появился человек с европейским менталитетом, человек, рассуждающий здраво и только по делу. Он сетовал на то, что игроки плохо читают собственные контракты, обещал, что впишет в индивидуальные контракты футболистов обязанность давать интервью, ходить на эфирные программы и т. п.

– Это ведь часть их работы. Они обязаны работать на популяризацию клуба, если в нем играют. В Испании, к примеру, эта обязанность футболистов не обсуждается даже, – говорил Карпин.

Много о чем мы тогда говорили. Об отношении футболистов к делу, к тренировочному процессу. Жаловался Карпин на Быстрова, который вечно недоволен холодными макаронами в столовой на клубной базе в Тарасовке.

Всего сказанного при той встрече не упомнишь, а о некоторых вещах мы договорились публично не говорить. Повторюсь о главном: меня не просто поразило желание Карпина выстраивать нормальный процесс отношений клуба и журналистов, меня поразил европейский подход, европейский менталитет. Дело ясное, десяток лет, проведенных в Испании, сопряженных не только с игрой, но и с бизнесом, отпечаток наложат на кого хочешь.

...

Наша система все равно исподволь перемалывает и пережевывает все, что не похоже на среднестатистическую массу

Но шло время, и от того европейского облика многое стало улетучиваться. Наша система все равно исподволь перемалывает и пережевывает все, что не похоже на среднестатистическую массу. Карпин теперь, как и его предшественники, обижается на прессу. Он матерится не только у меня в кабинете (а кто из нас не употребит порой непечатное словцо!), но и публично (вспомним знаменитый диалог Карпина и Денисова после матча «Спартак» – «Зенит» в ноябре 2010 года). И мне, честно скажу, немного жаль. Жаль, что очередные мои мечты уловить свежий ветер в футбольных широтах оказались опять только мечтами.

0:23 Полуночница Смородская

Если Виталий Мутко меряет все промежутки времени темой приема пищи (фразы вроде: «Мы работали с завтрака и до самого ужина» стали уже классическими, если речь идет о Виталии Леонтьевиче), то есть действующие лица в нашем футболе, которые выбирают иные меры времени. Ольгу Смородскую мы в эфире величаем не иначе как «полуночница Смородская». У нее своя мера длины: если верить ее интервью, она всегда работает почему-то до полуночи.

Самая экстравагантная женщина в российском футболе вышла на авансцену в августе 2010 года, когда руководство РЖД решило обновить менеджмент в подконтрольном ФК «Локомотив». Про болельщиц «Локо» говорят, что именно у этого клуба наибольшая доля среди фанов – это фанатки в юбках. Словечко «локогерлз» даже закрепилось в околофутбольной мысли. Фразы наподобие: «Под локомотив нужно ложиться красиво. Так считала не только Анна Каренина, но и локогерлз» – стали расхожими уже довольно давно. Теперь во главе «Локо» с его «локогерлз» встала локовумэн.

Опыт спортивного менеджмента она имела немалый. Ее знают, и ей дают хорошие рекомендации по работе, в частности в большом ЦСКА. Но болельщики отчего-то приняли ее в штыки. Так, встреча с поклонниками «Локомотива» сопровождалась изрядной долей негатива и постоянным освистыванием. Ольга Юрьевна – женщина железная. Эдакая Маргарет Тэтчер. Точнее, все-таки теперь – железнодорожная. Она стерпела все и отвечала на любые вопросы. Слава богу, в отличие от Виктора Онопко, не заставляли ее шарф с клубными цветами целовать. Хотя и тут бы не растерялась, думаю. Сделала бы это не с таким затравленно-испуганным видом, какой случился у «дяди Вити».

Взялась за рычаг, за руль – или что там у локомотива имеется? – довольно решительно. Отправила восвояси, обратно в Киев, Юрия Семина, который за полтора года до этого уехал из Киева в Черкизово именно «обратно», к себе домой. Но вернулся в «Локомотив», как выяснилось, не прежним Палычем, который всему в команде вождь и всегда сам себе голова, а нанятым менеджером, о чем при каждом удобном случае прежний президент Николай Наумов ему напоминал.

Когда я узнал все обстоятельства сделки по продаже Билялетдинова в английский клуб «Эвертон», удивился страшно.

– Юрий Павлович на меня обиделся даже, – рассказывал Николай Алексеевич. – Я ведь ему про то, что ведутся переговоры, ни слова не сказал. И когда мы продали Динияра, он пришел ко мне с претензиями: как так? Но я

ему честно ответил: «Юрий Павлович! Мы же договорились с руководством “Эвертона”, что информация до завершения сделки никуда просочиться не должна. Вот я обещание и сдержал!»

Будет ли толк от Красножана, который пришел на смену Семину, сказать сложно. Все-таки Юрий Красножан пока не работал с командами столь высокого уровня. Не знаю, советуется ли с Красножаном Смородская по кандидатурам футболистов, но иногда складывается впечатление, что некоторые решения она принимает строго самостоятельно. Кроме как желанием зачистить команду от остатков всего, что ассоциируется с Семиным, нельзя объяснить ее настойчивое желание расстаться с Александром Алиевым, тем самым футболистом, который своими мастерски исполненными «стандартами» в первом круге чемпионата-2010 не позволил команде скатиться на нижние строчки.

И сколь картинным, сценарным, драматургичным было это расставание! Количество взаимных обвинений просто зашкаливало! Алиев обвинял Смородскую во всех смертных грехах, главным из которых, по его мнению, был грех не продать его в киевское «Динамо». Смородская выдержала паузу, Алиева все-таки не без выгоды «реализовала», а «на дорожку» дала ему напутствие:

– Я бы посоветовала ему больше читать. Не так давно с сожалением узнала, что за свою жизнь он не прочитал ни одной книги. Это прискорбно. Книги учат, расширяют кругозор.

– А с какой книги посоветуете Алиеву начать?

– Пожалуй, я бы посоветовала «Трех мушкетеров» Александра Дюма. Эта книга точно понравится Александру, – сказала Ольга Юрьевна и лукаво улыбнулась.

Что именно она имела в виду, осталось для всех загадкой.

Алиев ответил моментально. Уже наутро газеты цитировали:

– Она явно чего-то недопонимает. Что ж… Женщина в футболе. Мне это трудно понять. Что касается ее совета прочитать «Трех мушкетеров», то сперва надо понять, почему она посоветовала именно эту книгу. Это неспроста, – чеканил Алиев. И тут же добавил, что читать книгу Дюма он все равно не собирается: – Содержание хорошо знаю, потому что смотрел фильм.

И на всякий случай сделал свою, так сказать, ответную рекомендацию Смородской – пересмотреть «Мэри Поппинс, до свидания!» и «Здравствуйте, я ваша тетя!».

0:24 Кто виноват, что гибнут спортсмены?

Футболистам в нашей стране искренне повезло. Они могут два раза в день (иногда и один раз) выходить на двухчасовую тренировку и раз (реже – два) в неделю походить пешком (реже – побегать) по полю. Потом злобно пройти мимо журналистов в микст-зоне, огорчившись на справедливые вопросы и упреки. А потом проверить банковский счет. Сходить в ночной клуб. После ночных шалостей снова обидеться на журналистов и болельщиков. И так по кругу.

Роман Павлюченко, записав интервью на «Радио Спорт», вышел из нашего здания на Большой Татарской, сфотографировался с девушками-ведущими, потом направился к своей припаркованной неподалеку машине немалых размеров. Провинциальный мальчик-стажер, куривший на крылечке, не смог скрыть восторга:

– Ой, какая машина у вас!

– Играйте в футбол, – широко улыбнувшись, ответил Павлюченко. Игрок, приросший к скамейке запасных в своем клубе. И игру демонстрирующий все реже и реже.

Повезло тем футболистам, кто добрался до высот. Если спуститься на несколько ступенек, то ситуация катастрофическая. Вы знаете, сколько получает детский тренер где-нибудь в Подмосковье? От 5 до 7 тысяч рублей. Полагаю, что по стране и того меньше. Признайтесь честно: вы отдадите своего ребенка тренеру, месячная зарплата которого составляет сумму 125–175 евро? Будете ли уверены, что это хорошая секция, спортшкола, что это профессионал, которому можно доверять? А между тем ситуация именно такова. Вот и получаем мы во многих видах спорта уродливые ситуации, когда родители делают на своем ребенке бизнес, не считаясь ни с чем.

Мне прекрасный спортивный врач, человек, которому я доверяю, рассказывал немало историй, от которых глаза на лоб лезут. Вот одна из них. После смерти хоккеиста Алексея Черепанова осенью 2008 года хоккейные власти стали всерьез проверять всех хоккеистов: состояние здоровья в целом, сердце в частности. Сначала проверили всех действующих игроков KXЛ, потом спустились на ступеньку ниже. Не знаю, какие были даны рекомендации. О том, что какой-нибудь талантливый французский футболист заканчивает играть из-за проблем с сердцем, мы узнаем намного чаще, чем ту статистику, которая вроде бы здесь, рядом, под рукой. А почему? Все очень просто.

Приезжает откуда-нибудь из Сибири способный паренек, лет 16 или 17. По всем игровым характеристикам – почти готовый профессиональный хоккеист. Врач осматривает, много раз перепроверяет сам себя и, осторожно подбирая слова, говорит родителям паренька: «Ему играть нельзя. Ему вообще нельзя заниматься спортом. Не берусь утверждать, проблемы с сердцем у него от рождения или же его «сломали» повышенные физические нагрузки… Но одно могу сказать точно: если он не бросит играть прямо сейчас – через полгода, год или максимум два случится то же самое, что произошло с Черепановым».

Как вы думаете, что происходит в кабинете врача в последующую минуту? Не буду предлагать вам разнообразные варианты на выбор, потому что действительность оказывается круче любой придумки: отец начинает нервно орать на врача. Суть текста вкратце сводится к одному тезису: «Доктор, ты не представляешь, на что мы шли последние годы. Мы жили впроголодь, потому что сын должен поехать в Канаду. Он там будет уже через полгода. Там заработает столько, что и сам будет жить достойно, и нам с матерью на старости лет воздастся за все хлопоты и унижения. И врачей на эти деньги наймет, и все, что надо, себе подремонтирует». Дальше уже следуют вариации – предлагают врачу деньги или нет.

Вот такая ситуация. Я могу поставить себя на место этого родителя. И понять, что это в нашей, московской жизни ситуация в последние 20 лет изменилась. Раньше добиться чего-то в мире можно было, только став большим спортсменом или крупным ученым. В исключительных случаях – артистом. Все. Других способов люди не знали. Иначе по миру ты ездить не будешь. Вариант с дипломатической службой не обсуждаю. Сообщество это было весьма герметично, и со стороны попасть туда было невозможно.

В далекой провинции ситуация, наверное, не изменилась до сих пор. И не известно, когда изменится. Но, даже взвесив все это, я не понимаю, как можно ставить на чашу весов не просто здоровье – жизнь собственного ребенка?

Я привел довольно крайний случай. Но ведь торговля собственными детьми становится нормой и на более высоком профессиональном уровне. Я вспоминаю разговор с нашей легендой – Владимиром Маслаченко. Был конец лета – начало осени 2002 года. Мы сидели у него на кухне в «генеральском» доме неподалеку от станции метро «Сокол», говорили о закончившемся недавно чемпионате мира, где наши довольно бесславно «слили» матчи Японии и Бельгии. Обсуждали наших игроков, в том числе конфликт Дмитрия Сычева со своим клубом, который – детали уже стерлись из памяти – не хотел его продавать за границу, а игрок в знак протеста не выходил на поле. И Владимир Никитич довольно жестко прервал мои вопросы о перспективах футболиста: «Мне стыдно за эту ситуацию, за то, что такое вообще возможно. Отец мальчишки просто торгует им. У него есть товар – сын, и он хочет внаглую, по-жлобски просто срубить денег». Кстати, звезда Сычева, как мы хорошо знаем, с тех пор так, по сути, и не взошла.

У меня была одна коллега, которая страшно хотела, чтобы ее единственный любимый ребенок стал футболистом. Вечно мы организовывали ей показы сына известным тренерам. Тем было неловко нам отказать, но, как правило, вердикт был у всех единый: техничный, но не хватает физических кондиций, по полю бегать не сможет. Может, порекомендуете маме отдать его в мини-футбол? Там есть шанс, что на что-то и сгодится…

Мама ходила по редакции и у каждого по очереди спрашивала: есть ли у мини-футбола шанс стать олимпийским видом спорта? Иначе какой смысл вкладываться?

Я примеров могу привести много. Мы говорим про виды спорта – футбол, хоккей, – где есть деньги. Где в высших эшелонах реально что-то получить. На хлеб с маслом. И на безбедное существование за границей. Если же взять практически все остальные виды спорта, то ситуация удручающая. Масштабно и поголовно. Первые лица, наверное, еще что-то умудряются урвать, но спортсмены… Даже если они выступают не на уровне чемпионов областных или районных соревнований, а выше – на самом серьезном уровне – на уровне спортсменов сборной. Мне вспоминается нашумевшая история начала 2010 года с девушкой, занимавшейся стрельбой. Она скончалась после того, как подцепила жуткую болезнь из-за отравления крысиным ядом в мотеле в каком-то заштатном селе Центральной России. Когда начали разбираться, почему сборная жила в совершенно отстойнейшем мотеле для дальнобойщиков, выяснилось: существуют финансовые нормативы, на какую сумму спортсмен сборной должен жить на сборах. Она на тот момент составляла что-то около пятисот рублей. Разумеется, найти приемлемую гостиницу даже вдали от цивилизации на эту сумму практически невозможно. Вот и поселили в мотель.

...

Торговля собственными детьми становится нормой и на более высоком профессиональном уровне.

Но поразило меня в той истории совсем иное. Вскоре после нее я участвовал в ток-шоу одного из телеканалов, где выступал в качестве приглашенного эксперта. Одним из основных спикеров был глава Стрелкового союза России, человек, искренне любящий стрелковый спорт, а кроме того – владелец Новолипецкого металлургического завода, самый богатый россиянин Владимир Лисин. При записи передачи все было стройно и благостно, все рассуждали о судьбах спорта, в том числе весьма медалеемкого: в стрелковом спорте на Олимпиадах разыгрывается аж 15 комплектов медалей! А после записи на мой невинный вопрос о том, ощущает ли самый богатый человек страны (по версии «Forbes» последних лет) личную ответственность за смерть спортсменки, умершей из-за того, что ее унизительно поселили в том отстойнике, господин Лисин просто взорвался: «Да что ко мне все пристали с этой спортсменкой? Ну, мало ли, где она заболела!..» Дальнейшее обсуждение темы стало просто бессмысленным. На место одних униженных встанут другие – в целом ничего не изменится. И никто ни в чем не виноват. Потому что никто особо и не стремится потребовать от виновных честного ответа…

0:25 Куда идет сегодняшний спорт?

Любой адекватный журналист знает правило четырех «С». Четыре составляющих любой работы журналиста. Четыре зацепки для слушателя, зрителя, читателя, любого потребителя информации. Четыре понятия, четыре слова на букву «С»: секс, сенсация, скандал и страх. И не надо делать вид, что это касается только желтых, только работающих на грани фола изданий. Вовсе нет. Способность признаться в этом потребителю (читателю, слушателю, зрителю), да и самому себе может быть различна, но только следование именно этим темам дает медиа то, без чего их существование немыслимо, а именно – рейтинг.

Про сенсацию и скандал говорить особой нужды нет. О том, как они создаются, написаны тонны макулатуры. А вот о двух других словах на «С» скажем особо.

Даже если речь идет о строгом деловом издании, и пишет оно сухо о том, как дорожают товары различных потребительских групп, и читаем мы о том, что докторская колбаса подорожала на 20 %, нам, на генном уровне боящимся голода и холода, пусть очень-очень глубоко, но становится немного страшно. Даже если мы докторскую колбасу не едим уже давно, все равно подсознание работает, желудок испуганно начинает сокращаться.

Не хочется больше читать или слушать про то, что тебя пугает. Хочется обходить эту газету стороной, не хочется больше настраиваться на эту радиочастоту. Но страх – это такой же наркотик. «Соскочить» с него сложно. А скорее всего – невозможно. Не нравится тебе эта станция, ты раздражаешься, ты мысленно ругаешься с ведущими, переключаешься на что-то другое, чтобы спустя какое-то время вновь включиться: «Ну интересно, о чем они там на этот раз врут?»

Сексуальностью же пропитана любая тема в прессе, даже если мы не отдаем себе в этом отчета. Но как это ни покажется кому-то странным, все больше эротизма становится в спортивной журналистике. Потому что все больше сексуальности становится в самом спорте!

Сразу после окончания пекинской Олимпиады функционеры от спорта стали обсуждать, как бы иные виды спорта, спортсмены в которых выглядят довольно блекло, сделать более привлекательными. И один вариант уже придумали. Настольному теннису с точки зрения зрелищности ничего не помогало: ни увеличение размеров шарика, ни сокращение количества очков. Что ни делалось – зрелищности ничего не прибавило. И вот, похоже, нашли причину: одежда несексуальна!

Ну в самом деле: традиционный наряд – это очень свободная майка, заправленная в не менее просторные шорты. Часто во время поединка теннисисты заворачивают рукава маек вверх, что делает фигуру еще более похожей на мешок с картошкой.

...

Все больше эротизма становится в спортивной журналистике. Потому что все больше сексуальности становится в самом спорте!

И вот исполнительный вице-президент Международной федерации настольного тенниса француженка Клод Бержере решается на радикальное: соревнования намного выиграют, если полностью сменить стиль спортивной формы. Аккуратные плавочки и обтягивающие топики, похоже, скоро придут на смену, уж простите за этот каламбур, бесформенной форме.

Чего уж греха таить, признаемся, отчего мы так часто с азартом следим за соревнованиями по женскому пляжному волейболу, хотя с точки зрения спортивной зрелищности он много каким видам уступает. Неужто смотрели бы так же, если бы в песок плюхались за мячом девушки, одетые в безразмерные майки и шорты? Очень сомневаюсь!

Так что не за горами времена, когда играть в пинг-понг будут в стрингах. Надеюсь, до игр на раздевание не дойдет. Все-таки это спорт, а не стрип-клуб. Хотя границы все больше и больше будут стираться.

...

Не за горами времена, когда играть в пинг-понг будут в стрингах.

Ну как еще оценить, например, то, что затеяли организаторы американского Супербоула – матча за право называться сильнейшей командой Северной Америки по американскому футболу В перерыве между таймами там на поле выходят теперь команды девушек и проводят скоротечный поединок между собой. Обмундирование их лишь частично напоминает мужской аналог: они одеты лишь в нижнее белье, наколенные накладки и шлемы с пластиковым стеклом для защиты лица.

Зрителям понравилось. И теперь уже одними перерывами не довольствуются: появилась целая лига – Lingerie Football League – Футбольная лига нижнего белья. Сомневаюсь, что на трибунах всерьез за счетом следить будут.

0:26 Теория завтрака фром май харт

Слушатели, которые с нами не ежедневно или же подключились к «Теории заговора» уже после первой половины 2010 года, время от времени задают ставшим уже традиционным вопрос: откуда в нашем эфире взялась извечная тема завтраков спортивного министра. Те же, кто внимательно следит за околоспортивными перипетиями, прекрасно помнят отчет Счетной палаты сразу после олимпийского фиаско в Ванкувере. Министра спорта Виталия Мутко обвинили тогда в непомерной трате денег на проживание в отеле, и особой строкой шли стенания счетоводов по поводу 97 израсходованных ваучеров на завтраки. Можно долго рассуждать, что это бред несусветный, что съесть 97 завтраков невозможно за две недели просто по определению – ведь это шведский стол, в конце концов! Мы строили шутливые догадки, куда столько ушло, за какими щеками осело, в каких закромах приютилось, устраивали на эту тему шутливые голосования, запускали конкурсы и разгадывали ребусы. Обидеть Виталия Леонтьевича этим мы не пытались. Может, он просто помогал бедным?

Естественно, очень быстро тема была полностью выболтана, изъезжена вдоль и поперек. И, как это часто бывает в эфире, решили больше к ней не возвращаться, чтобы просто не надоесть слушателю с повторяемостью (эфир – вещь именно эфемерная: сегодня это актуально, а через неделю и не вспомнит уже никто). Но нет! Тема так прочно засела, так зацепила слушателя, что практически весь 2010 год прошел просто под знаком темы завтраков. Мы и голодали ежедневно в знак протеста против Мутко с 8 до 9 часов утра (время выхода программы), и шутливый сбор продуктов в помощь министру объявляли.

Причина в том, что сам герой постоянно давал повод для подшучиваний именно на кулинарную тему. Рассказывая о каком-то очередном сложном заседании, вымотавшем членов исполкома ФИФА, Виталий Леонтьевич даже оперировал именно подобными категориями – цитирую по памяти: «Первый день проговорили весь – до самого ужина. И даже на второй день тем для обсуждения осталось: от завтрака и до обеда говорили». Указана не продолжительность заседания в часах, сутках, а именно в приемах пищи. Завтрак, обед, ужин – как реперные точки жизни.

Или уже разошедшаяся на анекдоты история о последнем вечере перед голосованием по выбору страны – хозяйки чемпионата мира-2018. Каждый из членов исполкома ФИФА спускался к ресторану в цюрихском отеле и натыкался на закрытую дверь. «Севен-о-клок!» – комментировал давно уже усевшийся в креслице неподалеку Виталий Леонтьевич, показывая на воображаемые часы на руке. Он оказался единственным, кто заранее – при заселении, очевидно, – интересуется графиком кормежки.

Один из слушателей даже прислал к нам в эфир в ту пору яркую и креативную перепевку:

С чего начинаются завтраки?

С пюре, что давила нам мать,

Чтоб наши прелестные щечечки

И с тыла всем было видать.

С чего начинаются завтраки?

С той песни, что спела пила,

Все зубы свои растерявшая

В нелегком распиле бабла.

А может, они начинаются

С графина, в котором не сок,

В далекой-далекой гостинице,

В Швейцарии, в севен-о-клок.

Но все же они начинаются!

Я искренне этому рад!

Ведь песни когда-то кончаются,

А завтрак всегда фром май харт!

Тем, кто следит за «творчеством» Мутко, не нужно, наверное, пояснять, почему после презентации российской заявки в Цюрихе фраза «фром май харт» стала одной из самых расхожих на долгое время. Выступление министра на доселе неведомом ему иноземном наречии побило многие рекорды просмотров в Интернете.

Всеми этими хорошо известными большинству любителей спорта фактами я предваряю информацию, что страшно люблю с

Мутко завтракать сам. Как только у Виталия Леонтьевича возникает желание устроить общение с руководителями СМИ в формате «деловой завтрак», я сразу же отправляюсь на улицу Казакова.

Мне там искренне нравится все. Не верится, что в трех минутах оттуда Курский вокзал, шумное Садовое кольцо. Приятно пройтись по внутреннему дворику бывшей усадьбы XVIII века вместе с Виталием Леонтьевичем, который красиво будет показывать рукой на окрестные 14 гектаров и любовно так говорить: «Мы тут все переделаем, облагородим. Здесь можно будет въезжать на набережную Яузы, идти вверх по дорожкам…» Рука министра будет красиво описывать полукруг и изображать будущие здешние владения: вот тут пророют каналы, здесь перекинутся через них мостики, а здесь – «как у меня в Лозанне» – на берегу раскинется небольшое кафе. Ой, опять я про завтраки…

Если вернуться в здание, то как аккуратен и изящен только что появившийся в комплексе зданий Минспорта Музей спорта! Кубки, награды – это всегда интересно рядовому болельщику. Правда, как ему попасть в это здание – большой вопрос. Зато сколько интерактива! В одном из залов с потолка на пол проецируется эдакое футбольное поле размером 2x3 метра. Бьешь ногой по виртуальному нарисованному мячику – он, повинуясь чувствительной воле проектора, летит в сторону ворот противника. Я хотел было сразиться с господином министром. Но он как-то неловко «наступил» на мячик, и тот почему-то залетел в его собственные ворота. Увидев загоревшееся «0:1», Виталий Леонтьевич махнул рукой и интерес к игре потерял моментально… Господин министр выигрывать любит. У него психология победителя. К поражениям он сразу же теряет всякий интерес. Точнее, умудряется их переосмыслить по-своему.

Так, рассуждая об итогах года и вспоминая о том, что главы половины федераций были сменены, с позором изгнан после Ванкувера со спортивного Олимпа Леонид Тягачев и лишь министр спорта, вопреки мнению многих (включая самого президента), удержался в своем кресле, Виталий Леонтьевич позволил себе такой пассаж: «Посмотрите, я же весь этот год за них всех отдуваюсь один. Они разбежались, а я продолжаю работать…»

Но самым сильным пассажем одного из последних завтраков был рассказ министра о прозрачности бюджета спортивно-физкультурной отрасли. «Почему рассуждают о каких-то откатах? В будущем году мы серьезно увеличим спортсменам зарплату. А ведь с зарплаты спортсмена ничего не возьмешь…» – почему-то грустно произнес Виталий Леонтьевич.

Деловой завтрак. Уже само по себе название завораживает. Манит и притягивает. С одной стороны, поесть – просто приятно. К тому же длится такой завтрак, как правило, часа полтора-два. А с другой – есть в этом какая-то организованность и приподнятость. Утро, а уже работаем, мол. Дела делаем. Даже если только разговоры разговариваем. Но что поделать, если такая работа… Помнится, пару лет назад перед одним из эфиров у нас на «Радио Спорт» господин Мутко так честно и признавался: «10 % времени работаю, а 90 % приходится ездить, поля открывать, на спортсооружениях ленточки перерезать, с людьми встречаться…» Видимо, следуя этой логике, и завтраки с прессой тоже именно «приходится» проводить.

0:27 Церемония упадка

Под занавес 2010 года побывал на церемонии объявления лучших футболистов года по версии РФС. Не скажу, что чего-то особого жду от подобных мероприятий. Но интересно ведь не просто оценить в целом характер церемонии, а сделать выводы исходя из порой очень значимых деталей: кто пришел, кто – нет; кто с кем и как общался; кого как рассадили. Кстати, последнее – вовсе не шутка. В нашей стране всегда повышенное внимание было к проблемам рассадки. И дело даже не в старых анекдотических историях о том, как вернувшиеся из отпуска члены Политбюро по разложенным на столе именным папкам делали вывод о том, как изменился политический пасьянс, кто стал ближе к генсековскому телу, а кто дальше, – все мы и в относительно недавнем нашем прошлом помним знаменитое ельцинское: «Не так сели…»

Рассуждать о рассадке неинтересно, все настолько банально: Сергей Фурсенко сидел аккурат по центру, в восьмом ряду («Вы

в восьмом ряду, в восьмом ряду», – сразу начал напевать по этому поводу мне в ухо пугачевские строчки мой заместитель по радиостанции и мой сосед по залу Нобель Арустамян). По левую руку от Фурсенко располагалась белокурая супруга, по правую – глава РФПЛ Сергей Прядкин и президент «Зенита» Александр Дюков. Рассуждать о том, что именно газпромовская команда ближе всех к главе РФС, можно и без анализа рассадки: львиную долю призов завоевала именно питерская команда. Впрочем, об этом чуть позже.

Рядом с Дюковым восседала пышногрудая дама, облаченная в бальное платье. Появилась она отчего-то лишь минуте на двадцатой, неторопливо и горделиво прошествовав от дверей к центру зала. Потом еще раза три этот проход воспроизводился вновь и вновь: даме явно было не до того, что происходило на сцене. Она то входила, то выходила, заставляя сотни глаз следить за своим дефиле.

Мы с Нобелем сидели аккурат позади руководства российского футбола. Мой собрат по утреннему эфиру Сергей Данилевич утверждает, что если б я ударил Фурсенко по макушке, то вполне мог бы войти в историю. Но я сдержался.

В течение церемонии на сцену поднимались десятки людей: вручанты и лауреаты или же их представители. Тут-то стало ясно, что предварительно о рассадке как раз мало подумали: любой выходящий на сцену вынужденно поднимал по ходу движения десяток-другой зрителей.

Фуршет был не слишком разнообразен, зато обилен. Хватило всей доброй тысяче собравшихся. Сосед по столу оказался партнером церемонии – его фирма изготавливала статуэтки для нее. Но не это было предметом его гордости.

– Николай, вы не поверите! Все, что завоевывал «Зенит» – Кубок России, Кубок чемпионов России, Кубок УЕФА, Суперкубок, – все не раз чинил именно я! Вот этими вот руками! – И он протягивал мне аккуратные, холеные руки с хорошим маникюром.

– Неужто так часто ломают в «Зените»?

– Вы не поверите! Постоянно ломают…

Что же касается самой церемонии… Не хочу перечислять многочисленные накладки. В конце концов, иногда и не до конца реализованный замысел может быть симпатичнее, чем воплощение. Но уж слишком часто происходили «косяки»: то гостя вызовут на сцену, а его нет, то мальчик выйдет в самом начале пожонглировать мячом, но тот упорно соскакивает с ноги…

А вот Сергей Фурсенко креативит. Говорят, что это именно ему пришло в голову провести итоговое мероприятие-награждение под слоганом «Футбол как искусство». Поэтому каждый из выходящих должен был что-то произнести на тему командной игры как слаженного симфонического действия. Где-то на десятой вариации стало уже подташнивать. Александр Ширвиндт попытался пошутить, что ждет теперь церемонии «Искусство как футбол» и мечтает о том, как Александр Кержаков будет вешать ему за что-нибудь медаль. Но тут же понял, что произнес нелепость: футболу, мол, еще придется подрасти, чтобы соответствовать.

...

Если позоримся не только в игре, но и на подобных церемониях, то о чем вообще можно вести речь?..

Кержаков, кстати, оказался чуть ли не единственным действующим футболистом, кто приехал и сам вышел за своей наградой, демонстрируя ровный, аккуратный и сразивший наповал всю женскую половину аудитории загар. Остальные просто не приехали. За каждого из лауреатов выходили получать статуэтки тренеры, администраторы и другие представители команд. Если в футболе царит такое неуважение к церемонии награждения даже среди самых-самых, то возникает резонный вопрос: а зачем тогда вообще они нужны?

Как определяли лучшего бомбардира, ясно. Чистая математика. Как выяснили, кто из арбитров лучший, тоже, наверное, понятно: видимо, в РФС голосовали. Да и Алексей Николаев, наверное, действительно соответствует этому статусу. Как и лучший вратарь Игорь Акинфеев. А вот почему победил Александр Анюков в номинации «Самый полезный игрок»? Как определить пользу футболиста? Для кого он полезен? Для своей команды? Для сборной? Для футбольной истории? Или что такое «Лучшая команда»? Почему это «Зенит»? По определению, потому что он – чемпион страны? Тогда почему не назвать номинацию просто «Чемпион»? Или же это тот, кто большего добился на международной арене за истекший год, что было бы логичнее? Но в таком случае это точно не «Зенит», а ЦСКА, который впервые вышел в четвертьфинал Лиги чемпионов. Складывается упорное впечатление, что главная задача – поощрить «Зенит» максимальным числом статуэток (все равно, как мы уже знаем, разобьют), а уж какие для этого придумать способы – вопрос второстепенный.

И категорически не правы будут те, кто мне скажет: вот, мол, пригласили человека на праздник, а он вместо благодарности гадости рассказывает. Но что нам мешает честно обсуждать, к примеру, низкий уровень отечественного футбола после посещения игры? Мы ищем истоки неудовлетворительного отношения к своей работе у футболистов, низкой мотивированности. А здесь же ситуация, как в кривом зеркале, просто отражает всю суть футбольного хозяйства: если мы не уважаем сами себя, если позоримся не только в игре, но и на подобных церемониях, то о чем вообще можно вести речь?..

0:28 Почему Анюкова я называю животным?

Чтобы эфир был ярким, он обязательно должен быть немного провокативным. Это закон жанра. И никуда от этого не деться. Аналитические исследования ведущего не будут интересны. Сегодняшний радиоэфир требует ярких образов и динамики.

Но провокация – это не хамство. Если я назвал Денисова в эфире «гаденышем», Быстрова «стажером», а Анюкова «животным», значит, это позиция не эмоциональная, а продуманная. И главное – основанная на реальности.

В газетах августа 2010 года появилась групповая фотография игроков сборной России. Вроде бы обычная протокольная съемка. Такие фото появляются перед каждой игрой. Но когда мы рассматривали в редакции эту фотографию, практически каждый обратил внимание на

то, что питерская четверка футболистов сгруппировалась совершенно отдельно, обособленно от остальных. А также обратили внимание на позу Анюкова. Если все сидели или стояли, что называется, «протокольно», то капитан питерской команды чуть не возлежал по-барски, насмешливо и не очень корректно. Вроде бы мелочь, ерунда. Но иногда глаз фотообъектива выхватывает то, на что в обычной жизни не сразу обратишь внимание. «Он не сидит, он просто развалился, как животное». Такая мелькнула мысль, но я не стал ее озвучивать.

Спустя сутки все-таки озвучил. Причем сделал это в эфире. Потому что то, что вытворял Анюков в первом тайме «товарняка» с Болгарией, человеческим поведением не назовешь. Почему Анюков не появился на поле во втором тайме того скучноватого поединка – об этом чуть ниже. Это будет темой отдельного разговора.

Он столкнулся в собственной штрафной с вратарем Игорем Акинфеевым. Оба не очень грамотно оценили ситуацию, поэтому столкнулись на ровном месте, чем чуть было не создали голевой момент у собственных ворот. Хотя есть правило: если вратарь бежит на мяч, о чем предупреждает криком, игрок дает голкиперу возможность завладеть мячом. Этому даже не учат в детских спортшколах – об этом знают все, просто играя в футбол во дворе еще в младшем школьном возрасте. Анюков не останавливается, а после того, как отходит от столкновения, не подает руки своему партнеру по команде, а просто отмахивается.

...

Если игроки ненавидят друг друга, то о какой командной игре можно говорить?

Затем происходит омерзительная выходка на кромке поля. Анюков срывается на бокового арбитра, когда он фиксирует небесспорный аут в центре поля, – срывается так, будто тот расстроил как минимум голевую атаку в финале чемпионата мира по футболу Знакомый нарколог, посмотрев на эти эпизоды, вынес свой диагноз: эмоциональный срыв на почве алкогольного синдрома.

Я не знаю, пьет Александр или нет. Мне, по большому счету, это не интересно. Для меня главное, чтобы он играл. И давал результат. Но если он позволяет себе такие срывы на арбитра, на партнеров по команде, становится понятно: в команде и близко нет атмосферы взаимопонимания. А если игроки ненавидят друг друга, то о какой командной игре можно говорить?

0:29 Легко ли всегда говорить правду

Закончился первый тайм товарищеского матча Россия – Болгария, который в августе 2010 года проводился в Санкт-Петербурге. Позади было откровенное везение на стартовых минутах, когда единственный (как потом выяснилось – за всю игру!) острый момент у ворот противника завершился голом. Позади была серия неприятных эпизодов с участием Александра Анюкова, часть из которых мы описали выше.

Игроки собираются в раздевалке, где предстоит первый, предварительный разбор полетов, который готовится провести свеженазначенный Дик Адвокат. Точнее, назначен он уже почти полгода назад. Но это его первая игра. И позади первые 45 минут. Как вы думаете, с чего началось общение в раздевалке? С анализа ошибок? С установки на второй тайм? Вы ни за что не догадаетесь.

Анюков, входя в раздевалку, бросает тренеру:

– Коуч, заменяй меня. Не могу играть больше с этими «конями».

Игрок до сих пор не мог отойти от эмоций, вызванных столкновением с Акинфеевым в собственной штрафной площадке. И фраза произносится не публично, не среди болельщиков и журналистов. Если в такой форме в стане сборной принято общаться – это, в конце концов, личное дело игроков сборной. От Анюкова мы уже давно иной стилистики и не ждем.

...

В сборной существует серьезный водораздел между питерскими и непитерскими футболистами.

Но что происходит дальше? Тренер философски понимает, что надо дать остыть игрокам, и пропускает ультимативное требование Анюкова мимо ушей? Или делает питерскому капитану хотя бы внушение? Отнюдь нет! Он действительно сажает Анюкова на скамейку. То есть ультиматум футболиста – достаточное основание для того, чтобы выполнить все его требования?

Сама по себе история эта для меня лишь подтвердила справедливость и без того имеющихся подозрений, что в сборной существует серьезный водораздел между питерскими и непитерскими футболистами. Точно так же еще раз стало понятно, за кем в сборной последнее слово. Отнюдь не тренер ставит финальную точку в спорных ситуациях.

Но уж больно карикатурно выглядел весь этот разговор в раздевалке. Страшно хотелось изложить его уже наутро в прямом радиоэфире. Но не стал, чтобы не подставить тех игроков, кто это мне «слил». Сегодня это уже не новая история, она давно вырвалась наружу, стала достоянием общественности помимо моей воли. Но в тот момент я озвучивать ее не стал. У журналиста тоже есть такие понятия, как реноме и репутация. Если ты честен, если ты работаешь без «подстав», если ты готов работать на грани, но ни в коем случае не за гранью, то ты не скатишься никогда в желтизну, не потеряешь своего лица, не дашь никому повода относиться к тебе как к человеку, для которого нет принципов. Мне верят – потому доверяют информацию, которую, может быть, от других попридержат. И мне, не скрою, очень ценна и важна порой поддержка не только болельщиков, но и известных футболистов, когда они звонят или говорят при встрече: «А ведь вы говорите ровно все так, как есть». Андрей Тихонов, ныне тренер «Спартака», в игроцкую бытность признавался мне:

– Еду, слушаю «Теорию заговора». Даже позвонить хочется иногда, рассказать какую-то историю в подтверждение ваших слов.

В различных вопросах на интернет-конференциях, в звонках в студию часто звучит одна и та же тема: а не страшно ли вам говорить правду? И почему другие не говорят того же, что и вы? Почему другие боятся?

Мое глубочайшее убеждение состоит в том, что самая страшная цензура не та, что насаждается сверху (властями, контролирующими органами или владельцами того или иного медийного бизнеса), а та, что существует внутри тебя самого. Банальная самоцензура. Она опасна тем, что подкрадывается незаметно. Но, проникнув в твою душу, начинает медленно и верно грызть тебя изнутри. Причем спортивные журналисты, как это ни парадоксально, подвержены в нашей стране этой самоцензуре куда сильнее, чем даже журналисты политические. А я, поверьте, знаю, о чем говорю (автор работает одновременно в нескольких радиоформатах: в качестве главного редактора – на «Радио Спорт», на общественно-политической радиостанции «Говорит Москва» и на музыкальном «Главном радио». – Прим. ред.).

Почему спортивная журналистика подвержена такой эрозии? Все довольно тривиально. Очень многие с удовольствием принимают приглашение клуба, сборной, федерации отправиться с ними на выезд, в загранкомандировку или на иной серьезный турнир типа чемпионата мира или чемпионата континента. Кто ж, как говорится, от халявы откажется? И тебе вроде бы не ставят условий: напиши про нас только так или только эдак. Иногда вообще ни о чем не просят впрямую. Но это подразумевается. Если ты раскритикуешь команду и ее результаты в пух и прах, то в следующий раз тебя просто с собой не позовут. Желающие занять вакантное место найдутся.

Я знаю тех, кто пьет с футболистами в полете после матча, но потом в эфире рассказывает о высоком моральном климате, который царит в команде, и о том, что случаи неспортивного поведения ему неизвестны. Я знаю огромное количество талантливых, зубастых, умелых спортивных журналистов, которые искренне верили, что ничуть не наступят на горло собственной песне, если вот только здесь и только тут не расскажут обо всем. Но все в мире взаимосвязано: один факт пересекается с другим, тот – с третьим. И ты начинаешь одергивать себя уже везде и во всем. И на моих глазах, с течением лет, эти прекрасные журналисты, яркие и креативные, постепенно превращались в серую безликую массу. Массу, за которую даже не стыдно. Потому что стыдиться можно только того, что тебе дорого, того, что тебя каким-то образом касается. А от серости лучше держаться подальше.

...

Если ты раскритикуешь команду и ее результаты в пух и прах, то в следующий раз тебя просто с собой не позовут.

По поводу страха. Во-первых, я не озвучиваю в эфире сомнительные «сливы». Я говорю только то, что вижу сам. Делаю выводы и анализирую. Если я вижу, что принято дурацкое решение, я честно говорю о том, что оно дурацкое.

Я никого не называю вором. Потому что вором (равно, как и любым другим преступником) человека может назвать только суд. Но если я вижу в чьих-то действиях некую потенциальную, скажем так, коррупционноемкую составляющую, я именно в таких выражениях и говорю об этом в эфире. И я не кривлю душой.

Да, мне угрожают. Иные звонки и иные эсэмэски в принципе дают повод обратиться в правоохранительные органы. Но много чести будет судиться с теми, кто просто озлоблен. Года полтора назад непонятно кого представляющая организация, именующая себя «Всероссийское объединение болельщиков» и занятая преимущественно распределением «вкусных» билетов на футбольные матчи, назвала меня в специально распространенном пресс-релизе аж «врагом российской сборной». Это было самое начало знаменитой «кальянной истории». «Радио Спорт» эту тему раскрутило, потом ее подхватила печатная пресса и телевидение. Но мы не побоялись рассказать об этом первыми. И что же? Мне теперь испуганно прятать голову в песок? Если сборная не играет только потому, что я ее критикую, я готов бросить ее очернение моментально. Но ведь играть-то все равно не станет.

...

Если сборная не играет только потому, что я ее критикую, я готов бросить ее очернение моментально. Но ведь играть-то все равно не станет.

А сильные мира сего… Они живут в иной плоскости, в иной реальности. У них все хорошо настолько, что на комариные укусы «какой-то прессы» можно не обращать внимания вообще.

0:30 Унылая осеньь2010: как заканчивался последний сезон «весна – осень»

Когда окончательно отлетела последняя листва, установились первые морозцы, производители мячей красного цвета (для удобства игры на снегу) радостно стали потирать руки (родилась даже шутка, что это они пролоббировали переход на систему «осень – весна»). Вплотную подступил финиш российского футбольного первенства-2010.

Финишировали российские чемпионаты последних лет по различным сценариям. Были годы, когда интрига сохранялась вплоть до финиша. Случались и предсказуемые окончания первенств. Но сложно вспомнить сезон, когда иные, очень даже сомнительные предположения, возникающие на старте сезона или по его ходу, не просто реализовывались на сто процентов, но это даже не вызывало никакого внутреннего (что уж говорить про внешний?) протеста.

Про чемпионство «Зенита» почти с самого начала сезона, с первых весенних луж, не говорил разве что ленивый. Парадокс в том, что и по набору исполнителей, и по уровню мотивации эта команда и так превосходит на голову всех остальных участников турнира (кроме разве что – с отдельными оговорками – ЦСКА). Зачем же в иных случаях создавать ей тепличные условия, эдакий режим наибольшего благоприятствования? Наши слушатели даже всерьез предлагали законодательно закрепить за питерской командой первую строчку в чемпионате (вне зависимости от количества набранных очков), чтобы ни у кого не возникало желания дополнительно, неоправданно, без опоры на спортивный принцип ее тянуть наверх. Пусть выходят на поле, пусть играют в свое удовольствие. Они всегда первые, а остальные пускай разыгрывают места со 2-го по 16-е.

Но если команде оказывается режим тепличный ежедневно, ежетурно, то это и будет приводить все чаще к тем обидным оплеухам, которые команда получила, например, прошлым летом от французского «Осера».

Ладно уж первые строчки… Выше строчка – серьезней бизнес. Но у нас и подвал турнирной таблицы вообще не вызывает вопросов. Еще в начале осени я озвучил в эфире инсайдерскую информацию о том, как будет развиваться скандал вокруг договорного матча «Амкара» с «Ростовом». Разбирательств не будет (тут провидцем быть не надо – их у нас никогда не случается), но решено назначить виноватого простыми грубыми методами: решено попросту топить «Амкар». Над нашей прямотой в ту пору смеялись, на нас показывали пальцем, говоря, что это уже математически маловероятно, мол, у самарских «Крыльев» на шесть очков больше, чем у пермяков, но посмотрите на результаты трех осенних месяцев: «Амкару» действительно очки не просто стали даваться с трудом, они и в прямом смысле слова больше почти не давались. И лишь неудачи «Алании» и «Волги» спасли пермяков.

...

Про чемпионство «Зенита» почти с самого начала сезона, с первых весенних луж, не говорил разве что ленивый.

У нас второй год новые футбольные власти. И что мы имеем? Показные пляски вокруг Кодекса чести или созданного, но не работающего Комитета по этике. Декларации о чемпионстве-2018.

Решим ли мы проблему интриги в чемпионате переходом на систему «осень – весна», вопрос скорее риторический. Конечно, лучше сделать что-то и потом об этом жалеть, чем не делать ничего и жалеть, что так ничего и не сделал. Но как это ни парадоксально, любые реформы внутреннего футбольного хозяйства только законсервируют существующие проблемы. Ведь в таком случае любые скандалы можно будет объяснять банальными проблемами роста и снова отмахиваться. Что, мол, пристали со своими «договорняками», со своими квотами, со своим высасыванием из пальца скандалов? Мы же готовимся стать чемпионами в 2018-м! Отойдите, не мешайте работать…

Я никогда не забуду, как кипели в тот день страсти в нашей эфирной студии. Я уже почти сорвал голос, выплеснул все эмоции за время нашего многочасового, без перерывов, глобального информационного канала «Цюрих – Москва», где мы рассказывали о ходе представления заявок и о голосовании членов исполкома ФИФА при выборе страны – хозяйки чемпионата мира-2018. Зеппу Блаттеру пора распечатывать конверт, читать столь желаемую нами надпись «Russia». А он все тянет, тянет. Мы кричим в студии: «Давай, давай! Не тяни! Вскрывай!..» Будто это может ускорить неизменный ритуал… И вот, наконец, долгожданный миг!

Я, скажу честно, хоть человек относительной молодой, все равно не думал, что когда-то при своей жизни увижу главное спортивное первенство планеты (а в моем понимании чемпионат мира по футболу куда круче Олимпиады) у себя дома. Мы вчетвером кричим в студии какие-то слова, мы гордимся за свою страну, которой выписали столь щедрый аванс. И в этот момент мне не так важно, честно или нет, с подарками или без оных. Это все забудется, а чемпионат мира останется навсегда. Я не знаю, где буду в 2018 году, где буду жить и чем буду заниматься. Но это все меркнет по сравнению с той победой, которую мы уже одержали.

...

Любые реформы внутреннего футбольного хозяйства только законсервируют существующие проблемы.

И сколь же сильным было мое удивление (человека, работающего в спортивной журналистике, а значит, привыкшего к изрядной степени цинизма – не из-за собственных взглядов на жизнь, а из-за взглядов тех, с кем доводится общаться), когда уже на следующее утро я стал читать и слышать не просто бравурные комментарии тех, кто к этой победе был причастен. Складывалось ощущение, что они просто приватизировали эту победу. Это не мы добыли победу, а они ее нам обеспечили. Разница существенная, не так ли? Это не выписали нам щедрый АВАНС, а мы УЖЕ ходим в шелках и золоте. Виталий Мутко всерьез рассуждает в интервью печатным изданиям о том, как и что он будет делать в Оргкомитете вплоть до самого 2018 года, как будто ему министерский пост на ближайшие семь лет гарантирован уже сам по себе. Просто по определению гарантирован. То есть не важно, что и как будет происходить, – я тут навеки-вечные.

И не в спортивном министре дело. Это вообще наш чиновничий тренд. А вспомните Сергея Фурсенко, который годом ранее заявил про чемпионство-2018. Ведь в знаменателе всех этихречовок, которые на первый взгляд кому-то покажутся романтическими, одна банальная циничная вещь: я работаю на победу, меня трогать нельзя! Какие такие договорные матчи? Ах, оставьте, я работаю на 2018 год. Какая проблема коррупции? Ну зачем так гадить собственной стране такими измышлениями? Посмотрите, мол, как англичане сами себе нагадили.

...

Лучше иметь чистый футбол, но не получить чемпионат мира, чем иметь такой, как у нас, но получить турнир.

А выходит-то все совсем не так. Выходит, что англичане очень даже молодцы. Ведь лучше иметь чистый футбол, но не получить чемпионат мира, чем иметь такой, как у нас, но получить турнир. А я – искренне говорю! – очень боюсь, что у нас сейчас даже сами разговоры о договорняках окажутся под запретом… Ведь через 8 лет чемпионат мира, и российский футбол должен быть чист. Сделать его чистым реально невозможно, значит, надо сделать чистым с точки зрения видимости!

Про другой вариант: нам дан карт-бланш, у нас уже есть чемпионат-2018, у нас уже есть, как минимум, участие в нем, у нас есть уже очень многое. Так почему бы за эти семь с половиной лет (срок и большой, и вместе с тем ну о-о-очень короткий!) не использовать шанс очистить свой футбол и от коррупции, и от договорной составляющей, и от хамства на трибунах, и от многих других неприглядных сторон. Подчеркну еще раз: нам выписан АВАНС. Это еще не признание, что все проблемы уже решены. Если кто-то по каким-то причинам считал, что вытаскивать грязное белье до голосования неправильно, так как это повредит шансам России на успех, то теперь им уже ничего повредить не может. А вот подойти к чемпионату мира-2018 с весьма специфическим лейблом «здесь играют тотальные договорняки» очень нежелательно. Все это мы и должны в ближайшие годы делать не вопреки, а с оглядкой как раз на мундиаль.

...

Подойти к чемпионату мира-2018 с весьма специфическим лейблом «здесь играют тотальные договорняки» очень нежелательно.

Я думаю, что мы с вами, журналисты с болельщиками, конечно, к этому готовы. Впрочем, готовы ли к этому наши чиновники? Ведь сложно ремонтировать пол, на котором сам же стоишь…

Хотя… хочется смотреть в будущее с оптимизмом. Не всегда получается, но ведь так хочется! Приведу пример из творчества наших слушателей. Они у нас талантливые и креативные. Целое стихотворение строк на 20–30 умудряются прислать на редакционный номер эсэмэской. Под Новый 2011 год пришло:

Любим мы Новый год.

Это с детства, и это не ново.

Он надежду несет,

Как бы ни было нынче хреново.

Мы поднимем бокал

За успехи семьи и отчизны!

И футбол процветал,

И была от него радость в жизни!

Чтобы клубы у нас

Были честны, сильны и богаты,

И Игру никогда

Не поганили матом фанаты.

Чтобы матчам всегда

Доставало борьбы и интриги,

И любая звезда

Чтоб мечтала играть в нашей лиге!

Ах, как годы спешат!

8 лет пролетят очень быстро.

Можно завтраков съесть

Даже больше любого министра!

Пусть в футболе у нас

Все пока что довольно убого,

Мы поедем в Саранск

Посмотреть матч Австралия – Того!

0:31 Порвемся за Россию: Кодекс чести и презервативы от РФС

Когда мы плавно входили в последнее футбольное межсезонье, я искренне переживал, что вновь не будет хватать футбольных тем для ежедневного обсуждения в эфире «Теории заговора». Ну поклевещем, как водится, на позорные нравы, царящие в футбольной верхушке, всерьез обсуждающей, не присоединить ли к Премьер-лиге «Аланию» вопреки всем регламентным процедурам, покалькулируем в очередной раз смету расходов на зенитовский стадион, ну помусолим пару-тройку цитат – и все? Ан нет. Межсезонье вообще забавным оказалось.

Так сказать, насыщенным.

И дело вовсе не в том, что мы вступили в последний сезон перед еврочемпионатом (как-то упускаешь из виду, что сезон такой длинный, что не успеешь оглянуться – и пора ехать в Киев!), а в том, что нынешние футбольные власти и активно имитируют деятельность, и еще активнее «рулят». Рулят потоками, в том числе, очевидно, генерируют новые.

Январское сообщение о договоре между Российским футбольным союзом и ФГУП «Гознак» очень симптоматично. Мы, конечно, постебались в эфире над тем, что государство будет на качественной бумаге печатать деньги для проплаты чемпионства в 2018 году. Но если вчитаться детально!.. Выпускаться будут «медали, монеты, значки с символикой РФС», а также «канцелярские товары, посуда, брелоки, товары для детей, печатная и фармакологическая продукция и многое другое». Мне, конечно, как всегда, интереснее, что там скрывается за этим самым «и многое другое». Ведь черт, как известно, кроется в деталях. Но и представленного списка тоже хватает, чтобы смеяться до вечера!

Ладно там брелоки и сувенирные мячи! Ладно плакатики и календарики! С посудой сложнее. Но и это можно как-то еще объяснить – хотя бы пристрастием нашего спортивного руководства к завтракам (вспомним о Мутко). Тут накреативить можно сколько угодно: чашечки, блюдечки, ложечки.

А вот последний пункт (если не считать «и многое другое») – фармакологическая продукция – совсем непонятно. Зачем? О чем идет речь? О том, что помимо гигантских госкорпораций, которые являются сами по себе государством в государстве с разветвленной системой непрофильных активов, у нас появится еще одно супермощное государство – РФС? Или же в чем это найдет применение? Стоит ждать аптек на стадионах? Таблеток «Допинг от РФС»? Ректальных свечей «Играем на удержание»?

Мы все шутили, что Фурсенко смотрит на все наши проблемы так, как сам призывал год назад: через призму победы в 2018 году Но ведь и призма может запотеть… А таблеточки – что? Закинулся – и все в ином цвете. А может… речь о банальных презервативах. Ведь была же идея перед последним чемпионатом мира организовать на стадионах кабинки здоровья, где можно будет удовлетворить свою страсть (не к футболу). А тут сразу готовы будут презервативы с символикой РФС. И надпись: «Порвемся за Россию!» И прилагать к ним инструкцию с Кодексом чести.

Предлагаю вообще в 2018 году продавать презервативы, как говорится, не очень хорошего качества. Таким образом, у нас родятся новые футболисты из Бразилии, Германии и т. д. Они и будут российскими игроками! Проблема легионеров решена. Ай да Фурсенко!

Наши слушатели шутили, что надо размещать символику на кальянах. Но это дело уже прошлое. Таблетки от сердца «Фром май харт».

0:32 Система «зима – зима»

Это только не выходящий на улицу человек может рассуждать о том, что лучше: система «весна – осень», по которой мы жили с 1937 года (в 1936 году, как известно, было два отдельных чемпионата – весенний и осенний), или придуманная господином Фурсенко «осень – весна». Когда посмотришь на условия, в которых приходится играть поздней осенью или ранней весной на наших футбольных огородах, понимаешь, что системе этой в наших широтах может быть только одно название – «зима – зима».

Я признаюсь, что являюсь скорее западником, чем славянофилом. Глобализация, нравится это кому-то или нет, все равно стирает реальные или надуманные отличия. Я, конечно, не знаю, перейдет ли рано или поздно русский язык на латиницу. Но точно знаю, что система «осень – весна» – явление в целом благотворное. Просто потому, что так играют те, кто задает тон в европейском и мировом футболе. Но это не означает, что в один день мы переходим со старого ритма на новый, и сразу же наступает всеобщее счастье. Приходят европейские стандарты – и мы получаем европейские результаты. Мне очень нравится фраза Колчака о том, что оркестру можно приказать играть Бетховена, но одного приказа будет недостаточно, чтобы оркестр играл хорошо. Здесь нужны не волюнтаристские решения, а долгая и кропотливая работа. Идея Фурсенко о том, что нет времени ждать, пока подтянется футбольная инфраструктура, а лучше сразу вынудить клубы эту инфраструктуру подгонять под изменившиеся правила, рассыпалась прахом в первую же весну новой футбольной жизни.

«Убили» траву на стадионе в Черкизово (корневая система испытала, по словам президента «Локомотива» Ольги Смородской, психологический стресс), напрочь загубили поле в Самаре. Причем складывается устойчивое ощущение, что первый взгляд на поле руководство клубов делает за считаные дни до первого удара по мячу. Руководство РФПЛ идет навстречу, входит в положение дел. В итоге чиновники переносят одну за другой игры «Локо» из Черкизово в Лужники (и это при том, что Черкизово – один из лучших, если не самый лучший стадион в стране с точки зрения соответствия международным параметрам). Переносят «Крыльям Советов» игру первого тура с домашнего стадиона на гостевой, чтобы команда точно подготовила проблемное поле ко второму туру. В итоге в Самару прилетают армейцы, а уже в середине дня игру отменяют. Каждый из действующих лиц несостоявшегося шоу живописал шокирующие подробности: кто в интервью, а кто даже вывешивая ролики, снятые на камеру мобильного телефона. Почему нельзя было элементарно в пору снегопадов накрыть поле пленкой, непонятно. Почему никто не понес в итоге наказания за то, что поле в Самаре, по словам полузащитника ЦСКА Евгения Алдонина, стало напоминать Мальдивские острова: пучки травы возвышались над бескрайними лужами? Как можно следить за полем так, что мяч ни при каком ударе не отскакивает от газона? Вернее, от того, что газоном должно являться. В итоге судья матча Владислав Безбородов не стал дожидаться вечера, а уже в первой половине дня отменил поединок. Грязь, налипающая на мяч, сделала бы спортивный снаряд небезопасным для игроков. Футболистов решили уберечь от травм – и правильно сделали. Но на поле вышли только в день игры? Или накануне, когда ЦСКА и «Крылья» вышли поочередно на тренировку? Зачем нужно было уставших после евро-кубковых поединков игроков сборной гнать в Самару, когда на этой же неделе им предстоял поединок в отборочном цикле чемпионата Европы? Мы умеем создать сами себе патовую ситуацию, из которой потом не знаем, как выйти.

Одного решения жить по европейским стандартам недостаточно для того, чтобы начать жить по ним реально. Надо еще инспектировать поля, стадионы, приглашать зарубежных специалистов. Искать способы решать проблему. Если сейчас словосочетание «весенний футбол» означает вкатывание в сезон, потерю очков из-за погодных условий, которые порой нивелируют преимущество фаворитов над аутсайдерами, то чем обернется понятие «весенний футбол» в следующие годы? Март 2012 года – это не просто очередные колхозные поля, удобренные лужами и похожие, по выражению Василия Березуцкого, на место недавних бомбардировок. Это выход чемпионата на финишную прямую. Это 35-й, 36-й, 37-й туры, когда всего отмерено 44. И мы еще будем не раз сталкиваться с ситуацией, когда капризы погоды реально влияют на распределение мест уже на финише сезона. Подумал ли об этом господин Фурсенко, замышляя непросчитанную, непродуманную реформу?

...

Как можно следить за полем так, что мяч ни при каком ударе не отскакивает от газона? Мы умеем создать сами себе патовую ситуацию, из которой потом не знаем, как выйти.

Если клуб прикладывал титанические усилия, чтобы остаться в Премьер-лиге, а потом элементарно не стал готовить поле к началу сезона, нужен ли этот клуб вообще в высшем дивизионе? Дата встречи была известна заранее, снег пошел тоже не в день игры. Ссылаться в такой ситуации на форс-мажор просто странно.

РФПЛ, понимая, что вся вина лежит только на ней, поспешно выпустила нелепый пресс-релиз, где заявила: ничего страшного не произошло, практика переноса матчей из-за плохих погодных условий есть во всех европейских чемпионатах. Вот только наши футбольные власти позабыли почему-то упомянуть, что даже после обильных снегопадов в Англии или во Франции стадион принимает команды с идеально подготовленным газоном. У нас же иные поля «приходят в себя» к середине лета, не раньше. То есть по новому футбольному летоисчислению, на которое мы с 2012 года переходим, аккурат после окончания чемпионата.

...

Если клуб прикладывал титанические усилия, чтобы остаться в Премьер-лиге, а потом элементарно не стал готовить поле к началу сезона, нужен ли этот клуб вообще в высшем дивизионе?

Мне очень симпатичен исполнительный директор РФПЛ Сергей Чебан. Мы много раз с ним встречались, пытаясь найти точки соприкосновения в различных непростых ситуациях. Человек яркий и креативный. Но тут, рассуждая о самарском инциденте, он превзошел сам себя:

– Седьмого марта наша комиссия проверяла стадион «Металлург». И решение о готовности стадиона принималось с учетом динамики роста травы. Но погода внесла свои коррективы.

То есть решение, если переводить в очередной раз с языка футбольных чиновников на русский, принималось на авось: сейчас поле еще не готово, но за пару недель трава авось подрастет.

Система «зима – зима» – матчи не на поле, покрывшемся коркой из смеси льда и грязи. Ледяная корка, увы, в головах тех, кто принимает решения в нашем футболе.

...

Ледяная корка, увы, в головах тех, кто принимает решения в нашем футболе.

0:33 Ксенофобия в зените: футбол и расизм – кто кого?

Сразу оговорим, что мы говорим только о футболе, а не о политике. Поэтому не будем здесь рассматривать вопрос, насколько фан-движения можно называть фашистскими, националистическими и т. п. Это вопрос социальный, политический, но уж точно не футбольный. И тему Манежной площади, тему перекрытой фанатами в декабре 2010 года Ленинградки тоже сознательно и старательно обойдем стороной.

Но не обойти ведь саму позицию международных футбольных структур – ФИФА, УЕФА, – которые ведут активную пропагандистскую работу под общим лейблом «No rasism». Потому что самые здравые суждения, желание воспитать толерантность, терпимость в болельщиках при определенных обстоятельствах тоже могут становиться предметом спекуляций. Как это было, например, во время заочных и не слишком уж закулисных толканий локтями с англичанами в течение всей второй половины 2010 года, когда английская пресса активно публиковала фотографии с российских футбольных трибун.

Год назад российские футбольные власти еще изображали видимость деятельности. Потому что нам важно было показать, что хоть что-то делается в стране, претендующей на приезд сюда 32 ведущих футбольных держав в 2018 году. В РФС даже опрометчиво пообещали: мы, дескать, отныне намерены наказывать клубы за проявление расизма снятием очков. Вице-президент РФС Сергей Капков подтвердил, что помимо наложения немаленьких штрафов будут снимать по шесть очков.

Но когда случилась безобразная выходка в игре второго тура на матче «Зенит» – «Анжи», неожиданно Фурсенко с горячностью, достойной лучшего применения, стал защищать «Зенит», перекладывая всю вину за протянутый темнокожему Роберту Карлосу банан только на конкретного подонка и снимая любую ответственность с фанатов, с организаторов, с представителей команды.

...

Самые здравые суждения, желание воспитать толерантность, терпимость в болельщиках при определенных обстоятельствах тоже могут становиться предметом спекуляций.

Напомню: в момент подъема флага капитанами команд – Александром Анюковым и Роберто Карлосом (а флагшток расположен непосредственно у сектора, куда приходят по зенитовским абонементам) – с трибуны игрокам протягивали очищенный банан, что прекрасно видно на всех фото– и видеоматериалах.

Алу Алханов, глава Комитета по этике РФС, зачем-то рассказал, что фотографию видел, но достаточных материалов пока не собрал, чтобы сделать оргвыводы. Это, интересно, как перевести на человеческий язык? Что можно было еще увидеть на этой фотографии? Какие еще понадобились материалы?

Или представители питерской команды, которые стали уверять, что в России банан – это не символ расизма, а синоним школьной «двойки». Мол, протягивали банан не Роберто Карлосу, а стоявшему неподалеку Анюкову. Он ведь играет под вторым номером.

Тут уж – и Алханов, и представители «Зенита» – лучше бы вообще не открывали рот. Потому что тема бананов, увы, стала довольно распространенной именно в нашем футболе. Наиболее часто в адрес темнокожих игроков раздается имитация обезьяньего уханья, а иногда в них летят бананы. Тем же бананом болельщики московского «Локомотива» оскорбили нападающего Питера Одемвинги перед его переходом в «Вест Бромвич Альбион». Они вывесили плакат, на котором рядом со словами «Thanks West Brom» был нарисован именно этот фрукт. Так болельщики простились с Одемвинги и поблагодарили английский клуб за то, что он купил афрорусского игрока «Локомотива».

И как же повел себя в ту пору КДК? Низко, мерзко и грязно: футбольным властям рапортов по поводу того баннера не поступало, а значит, Контрольно-дисциплинарный комитет РФС, призванный наказывать клубы за расистские выходки фанатов, вопрос о баннере рассматривать не будет. Может, мы вообще этого баннера не видели? Чего уж тут рассматривать? Мало ли что и кому показалось… В начале сентября тогдашнему генеральному директору РФС, а также по совместительству главе заявочного комитета «Россия-2018» Алексею Сорокину всерьез пришлось отдуваться за публикации в британской прессе о расизме футбольных фанатов в России. Поначалу он в традиционном духе российского чиновничества попросту все отрицал. Правда, 7 октября, представляя в Лондоне заявку России, все же вынужден был под давлением признать: да, проявления расизма имеют место, но это всего лишь «маленькие всплески».

...

Наиболее часто в адрес темнокожих игроков раздается имитация обезьяньего уханья, а иногда в них летят бананы.

Лицемерие на марше. Как можно свалить все на одного хулигана, протягивающего банан? Да, несомненно, он подонок. Его надо публично предъявить общественности. Не ссылаться ни на какие права человека. Он нарушил все возможные этические нормы. И пусть сколько угодно будет рассуждать о том, что банан очистил, чтобы съесть, что протянул из сектора случайно, что все это стечение обстоятельств, – он должен быть навсегда внесен во все черные списки и никогда не должен больше покупать билет на футбол, не говоря уж о том, что его абонемент надо публично изъять и уничтожить. Он должен приходить в свежепереименованный полицейский участок, чтобы сидеть там все 90 минут, когда играет «Зенит» или сборная. И тогда любой другой из идиотов, который захочет кинуть на поле банан или совершить иную расистскую выходку, сто раз подумает, прежде чем это сделать. Не важно, что сегодня нет у нас в стране таких законов, которые запретят человеку ходить на футбол. Такие правила есть, если я не ошибаюсь, только в Англии. Но у нас отсутствие иных законов не мешало иногда проявлять в тех или иных случаях политическую волю и нарушать существующие правила. А проще всего было бы в кратчайшие сроки эти законы просто принять. Неужели кто-то будет против?

Конечно, любую идею можно довести до абсурда. Рассуждения о том, почему банан стал символом расизма, можно продолжить предложением штрафовать за показывание картошки белорусам, лягушек – французам, макарон – итальянцам, бутылки водки и ушанки – русским, сала – украинским футболистам. Но ведь вопрос-то не в этом! Валить все на одного мерзавца и не наказывать клуб – мерзко и подло! Потому что весь стадион весь матч кричит «Скоро

Питер станет белым», потому что фанатский сектор кричит «Зига-Зага», потому что сектор гостей забрасывают зажигалками, монетами и много еще чем, о чем в публичном месте говорить не очень принято. И всем, кто имеет отношение к принятию решений внутри клуба, прекрасно известно, что клуб, имеющий любые трансферные возможности по приобретению футболистов со всей планеты, не рассматривает вопросы о покупке футболистов темнокожих. Может, потому что трибуны не поймут. Хотя нужны ли вам, уважаемые господа из «Газпрома», в таком случае именно такие трибуны? А может, потому, что сами солидарны с этими расистскими речовками?

Команда, которая претендует на ведущие позиции в Европе (задачу выигрывать еврокубки, в том числе Лигу чемпионов, вроде бы никто не снимал), не может себя вести по законам, более свойственным жизни в каменных пещерах. Не покупать игроков с темным цветом кожи только потому, что трибуны раз за разом кричат: «Скоро Питер станет белым!» – именно пещерная дикость. Есть ли хоть один похожий пример в высшем дивизионе? Нет!

Изрядно покопавшись в собственной памяти и порывшись в Интернете, из мировой практики я нашел только два отдаленно схожих примера. Команда HXЛ «Торонто Мэйпл Ливз» очень долгое время не покупала никого из бывшего СССР, потому что президент клуба был убежденным антикоммунистом. А в команде «Атлетик» из Бильбао играют только баски. Но, во-первых, «Атлетик» никогда не претендовал на роль гранда европейского футбола. А во-вторых, если кто-то когда-то оскорблял бы по национальному признаку команду соперника, скандал бы поднялся на всю Испанию.

Питерская команда с помощью бездонных газпромовских финансовых запасов претендует ни мало ни много на роль полпреда российского футбола в мире. Собственно, почему претендует? Искренне себя уже давно таким флагманом мнит. Но это не означает, что руководство РФС (сплошь выходцы из того же «Зенита») должно закрывать глаза на все, что творится вокруг этой команды.

Город Ленинград – символ, который знают во всем мире. Речь не о колыбели трех революций, как нас учили когда-то школьные учебники, не о городе Ленина. Это символ героического противостояния фашизму. Теперь город Санкт-Петербург при полнейшем попустительстве руководства команды, при полном безразличии со стороны владельца и главного спонсора клуба, при абсолютно молчаливом отношении к проблеме со стороны городских властей и при «крышевании» интересов со стороны РФС, город, а точнее, представляющий его клуб стал флагманом расизма и национализма.

Я не заражен мифическим московским патриотизмом, который, с точки зрения многих приехавших в столицу из-за границ МКАДа, есть у всех коренных жителей Москвы и в этот московский патриотизм как составная часть входит якобы нелюбовь к городу на Неве. Нет, мне как раз глубоко симпатичен милый провинциальный город с окраины, город красивый, со своей душой, со своим стилем, город, куда приятно съездить на пару вечеров, а то и на недельку, что я очень часто делал и делаю. Просто если тебе, к примеру, симпатичен человек, это вовсе не означает, что он никогда не будет совершать грязных поступков, ведь так?

Увы, болельщики, пропитанные националистическими настроениями, есть повсюду Но если сейчас не наказать один из клубов, являющихся флагманом расизма, публично, то эта зараза очень скоро распространится повсеместно. А ведь публично от выходки перед самым известным за всю историю футболистом, играющим в России (ну скажите, кто более титулован, чем Роберто Карлос, из всех, кто когда-либо играл у нас? Нет таких!), не открестился в первые же дни и недели (а надо было бы – в первые же часы!) никто. Ни выходец из «Зенита» министр спорта Виталий Мутко, который в принципе должен был бы уже по должности своей среагировать моментально. Ни глава РФС Сергей Фурсенко, ни человек, являющийся по должности главным болельщиком «Зенита», Алексей Миллер. Ни губернатор города Валентина Матвиенко, которая всегда приходит на футбол в сине-бело-голубом шарфе. Никто из них оценки не дал! Никто перед Роберто Карлосом не извинился! У Мутко и Матвиенко, видимо, были дела поважнее. У Миллера аккурат в эти дни сбывались мечты: он был переназначен главой «Газпрома» аж до 2016 года. А как отреагировал Фурсенко, мы уже упомянули: он обрушился с критикой на тех, кто хочет воспользоваться ситуацией и покритиковать «Зенит».

Да, мы все знаем про руководство ФИФА. Мы понимаем, что эта организация насквозь погрязла в коррупции. И очень многие решения вызывают непонимание и неприятие в футбольном мире. Причем допускаю, что погрязла в коррупции куда глубже, чем РФС. Но что точно не отнять у международных футбольных властей – это то, что для них фраза «No rasism» – не просто дань графической моде, не просто лейбл, не просто надпись рядом с рекламными щитами. Для них это отражение ежедневно ведущейся борьбы с проявлениями расизма в футболе. И для них не существует неприкасаемых. В марте 2008 года, когда «Зенит» совершал победную поступь к Кубку УЕФА, после ответной игры в 1/8 финала с «Марселем» команду оштрафовали на 37 тысяч евро: Рональдо Зубар, Андре Айю и Шарль Каборе подвергались постоянным оскорблениям зрителей. Им улюлюкали и бросали бананы. Руководство «Зенита» тогда било себя в грудь и обещало найти виновных в оскорблениях, но так никого и не нашло.

Спустя полтора года, когда в прессе появилась информация, что темнокожий нападающий из итальянского «Интера» Марио Балотелли попал в сферу интересов питерского клуба, во время товарищеского матча между сборными России и Италии на стадионе «Петровский» на фанатской трибуне появился плакат «Balotelli, non ti aspetiamo qui!», что переводится как «Балотелли, мы тебя не ждем!». К болельщикам, как говорится, прислушались.

Проявляют себя раз за разом и хоккейные болельщики в Питере. Бананы бросали на лед, когда, к примеру, во время матча «Всех звезд» на площадке появлялся темнокожий канадский форвард Энсон Картер.

В мире сегодня много агрессии. Не только межнациональной, но и межконфессиональной, социальной, даже бытовой. И это для ФИФА уже достаточный повод, чтобы не дать этой агрессии распространиться еще и на футбол.

...

Если в РФС хотят не отговариваться ничего не значащими фразами про то, что сообщество болельщиков – лишь срез всего нашего общества, а хотят действительно не допустить распространения ксенофобской заразы, надо принимать меры.

Если в РФС хотят не отговариваться ничего не значащими фразами про то, что сообщество болельщиков – лишь срез всего нашего общества, а хотят действительно не допустить распространения ксенофобской заразы, надо принимать меры. Есть еще любимая отговорка у наших руководителей и всех мастей экспертов: это не болельщики, это хулиганы-провокаторы. Почему из-за отдельных хулиганов должны страдать все болельщики? Нельзя, дескать, лишать их возможности увидеть следующие матчи! И в итоге ситуация воспроизводится по кругу раз за разом.

Да, лозунги, отдающие фашистским душком, случаются не только у болельщиков питерской команды. Отмечался «Спартак». Отмечались динамовцы. Про болельщиков «Локо» мы уже упоминали. Подобные эпизоды случались много у кого. Но максимальных, радикальных, чересчур запредельных форм ксенофобия достигла именно у болельщиков «Зенита». Уж извините за тавтологию, именно здесь она в зените. И пока национализм есть в подобной форме именно на берегах Невы, руководству надо начинать медленно, но верно и последовательно воспитывать своих болельщиков. Как? Хотя бы тем, что прикупить пару темнокожих талантов. Но не похоже, что кого-то в РФС или в «Зените» (хотя знак равенства между этими структурами так и просится) волнует такое простое понятие, как репутация. Она ведь, с точки зрения нашего руководства, не конвертируется.

0:34 О торговле сборной

Вопрос, зачем мы ездили в начале февраля в Абу-Даби, вряд ли будет долго волновать болельщиков. Победы и поражения отборочного цикла навстречу Евро-2012 немного подвинут в памяти остроту того невообразимого позора, в котором утопила нас сборная в непонятно кому нужном «товарняке». Но из памяти полностью то событие не сотрется. Не потому, что было больно проигрывать второй матч не самой сильной сборной кряду. А потому, что именно здесь кроется во многом начало тех бед, в которые с большой долей вероятности погрузится российский футбол уже очень скоро. Даже если футбольное руководство страны будет нас убеждать регулярно в обратном. Даже если нам будут говорить, что сборная только-только наигрывает связи, что вот еще чуть-чуть, и случится тот самый прорыв, та самая решающая победа, которой мы все так ждем.

Реальность, увы, совсем иная. Нам надо отвыкать от того, что российская сборная будет проводить матчи с серьезными сборными в товарищеских матчах. Не увидим мы больше здесь Бразилию, Аргентину, Германию. Только если серьезные соперники не выпадут нам в каком-нибудь очередном отборочном цикле. Или уже увидим в далеком 2018 году. В товарищеских матчах их не будет. Потому что Сергей Фурсенко честно всем все объяснил: слабейший платит за приглашение сильнейшему. Мы не будем платить миллион бразильцам. И меньше другим тоже платить мы не хотим. Нам надо было получить 500 тысяч долларов (звучала еще цифра в 400 тысяч, но это, видимо, в евро – как раз примерно то же по курсу и получится) от иранцев, мы согласились с ними сыграть. Вопрос, кому это было нужно, риторический. Игрокам – точно нет. Достаточно было посмотреть на их настрой. Точнее, на отсутствие оного. Тренеру? Да и Адвокат не стал даже приглашать никого для просмотра. По традиции счел, что не время для экспериментов. И по окончании матча признал, что идея играть в феврале – не самая удачная.

...

Нам надо отвыкать от того, что российская сборная будет проводить матчи с серьезными сборными в товарищеских матчах.

Фурсенко, один только Фурсенко радостно пересчитал деньги. И заметил, что февраль – не совсем наш месяц. А какой наш месяц, Сергей Александрович? Если мы будем выбирать в соперники слабые команды, то есть, по сути, будем торговать сборной – давайте уж называть вещи своими именами, – то очень скоро станется так, что сборная деградирует окончательно, что в решающий момент собраться она не сможет. Потому что сборная должна иметь две привычки: во-первых, привычку побеждать, во-вторых, привычку выкладываться всегда и везде на все сто. Увы, одно без другого невозможно. Одно влияет на другое. Расслабляясь, понимая, что отбываем номер, мы проигрываем уже «слабакам». Невозможно выйти обыграть Иран вполноги, если соперник (причем не первым составом даже) вышел сыграть по полной. Мы деградируем. Причем в основе этой деградации будут лежать вовсе не объективные причины – мол, отсутствие конкуренции в составе или что-то еще, а самый банальный финансовый фактор: руководству РФС надо было делать бизнес. И не надо думать, что сидит во главе всей этой футбольной пирамиды некий злодей, а функционеры, футболисты, тренеры должны выполнять роль послушных марионеток. Вовсе нет. Проблема как раз в том, что все устраивает всех, кто имеет к сборной отношение. Каждый в той или иной форме имеет долю от общего пирога. Можно ли представить ситуацию, когда розовощекий капитан сборной России приезжает играть товарищеский матч, зная, что за сам факт выхода на поле он получит 50 ООО евро? Не знаю, правда это или нет. И никто из нас не знает, потому что от нас скрывают то, что в принципе по определению не должно быть тайной за семью печатями. Но разговоры об этом ходят упорно. Так же, как ходили год назад, когда Аршавин приезжал на презентацию российской заявки-2018/2022 в ЮАР и якобы имел за это сумму уже в два раза большую.

Хороший гонорар? Приехать и сделать то, что в принципе должен делать бесплатно любой человек, который считает себя патриотом своей страны? Ведь это твоя страна хочет принять чемпионат мира, ведь это твоя страна хочет принять здесь 32 лучшие мировые футбольные державы и получить с этого немалый доход? Ведь это само собой разумеющиеся вещи. О них даже лишний раз говорить банально. Но не для «маленького члена сборной России», как остроумно пели о нем в свое время, после мариборского провала.

Как только отгремело эмиратское, отнюдь не звонкое эхо, футбольные власти огорошили нас еще одним признанием: 29 марта – аккурат через три дня после отнюдь не товарищеской игры с Арменией – нам играть с Катаром. Мол, хозяин чемпиона-та-2018 сойдется с хозяином-2022. Вывески громкой, как ее ни крути, все равно не получается. Да и не всегда товарищеские встречи будущих хозяев крупных турниров оказываются хороши. Игры Польша – Украина вызывают у меня уныние и сонливость, признаюсь честно. К тому же чего ждать от команды, которая, как и наш предыдущий соперник – Иран, вылетела из недавнего Кубка Азии на стадии одной четвертой? Но деньги есть деньги. Кто ж спорить-то будет?

Торговля сборной – это не только прямое получение денег за сам факт сыгранного матча (хочется надеяться, что не за результат. Хотя… и тут возможны варианты). Есть варианты сложных взаимозачетов, как было в еще одном позорном матче – помните ноябрьский с Бельгией? Впрямую платить за досрочный разрыв Диком Адвокатом контракта с бельгийцами РФС не хотел. Или просто на тот момент еще думал о необходимости как-то сохранять лицо в публичном пространстве. Отдали по-другому. Свозили в Воронеж. Покатали мяч по полю. Позволили два раза закатить себе. Непонятный матч, непонятное отношение как к болельщикам, так и к игрокам соперника (намудрили то с самолетом, то с воронежским автобусом – так что команда появилась на поле чуть ли не перед свистком к началу). И – освоенные не то восемь, не то девять миллионов: на свежий газон, на переоснащенные осветительные мачты и на много что еще. Все довольны. Кроме болельщика. Которому не мачты нужны, а результат. Или хотя бы игра.

...

Глядя же на то, как формируется состав сборной, возникает вопрос, а нет ли торговли и здесь?

Глядя же на то, как формируется состав сборной, возникает вопрос, а нет ли торговли и здесь? Никого ни в чем обвинять не имею права. Да и не собираюсь этого делать. Но отчего так много разговоров о неких странных принципах квотирования, которыми так грешит наш состав? Лихая питерская четверка, а то и пятерка? Одни и те же оборонительные редуты, раз за разом садящиеся в лужу, но все равно исправно выходящие на следующий матч? Все это даже не так странно. Можно сказать, что других у нас нет. Конкуренция, мол, не подросла. Но отчего мы видим на поле тех, кто уже прирос к скамейке запасных в английских клубах? Тех, у кого нет практики игровой вообще? Тех, кто, как Павлюченко, цветком в проруби болтается на поле, не зная, чем бы себя занять. Или, как Жирков, искренне старается, но не выходит. Не знаю, имеет ли это отношение к действительности, но знающие люди не раз мне намекали, что причина их появления в составе сборной проста: в Англии разрешение на работу получают те, кто провел за национальную сборную выше определенного процента матчей. Нет лимита на легионеров в нашем смысле слова, но есть эти пресловутые разрешения. Рано или поздно каждому из наших сборников – сидельцев скамеечных придется контракт продлевать. Или быть проданным куда-то еще и, значит, получать, возможно, новое разрешение на работу. А добрые дяди для ребят постарались. Помогли. И, наверное, не просто так.

Результат один. Ребятам хорошо, руководству хорошо. И только болельщик непонятно зачем сидит у телевизора. Непонятно, во что верит. Непонятно, почему искренне переживает за наших. Вот только нашим наплевать. У них есть дела поважнее. Это бизнес. Отойди, болельщик, не до тебя.

0:35 Армения – Катар: самый бессмысленный маршрут

Необходимость проведения таких товарищеских матчей всегда под большим вопросом. Если всем было непонятно вообще, с какой целью ехать в Эмираты в феврале, то матч с Катаром спустя три дня после отборочного поединка с Арменией вроде бы вопросов вызывал меньше. Ясно, что соперник столь же несерьезный с футбольной точки зрения, что и сборная Ирана. Ясно, что уже сам факт очередного выезда в Азию вновь основан исключительно на коммерческой составляющей. Торговля сборной продолжается. И получает РФС от этой игры даже больше, чем от февральского позорища в Эмиратах. К тому же катарцы даже сами оплачивают и перелет, и пребывание россиян в стране. Если торговать сборной до бесконечности, то скоро придется играть со сборной Фарерских островов, Новой Зеландией, Тринидадом и Тобаго, а потом уже не останется желающих не то что платить за игру с нашими футболистами, а даже тех, кто согласится погонять мяч бесплатно.

Но дело даже не в этом. Есть резервная дата в календаре – 29 марта. Будет к тому моменту сыгран уже матч с Арменией. Почему бы, в конце концов, не съездить погреться из нашей затянувшейся зимы, заодно подзаработав денег? Проблема в том, что из всех заявлений и интервью тренеров, представителей РФС, иных игроков-сборников складывалось одно устойчивое убеждение: они думают о чем угодно, но не о матче с Арменией. Не о матче, который может оказаться решающим с точки зрения финального распределения очков по осени. Не о матче отборочного цикла, когда решается, поедет ли наша сборная, которой мы еще не так давно гордились, а сегодня смотрим на нее с содроганием, – поедет ли она в Киев и Варшаву на Евро-2012. А только о коммерческом поединке. Только о Катаре. Неужели финансовая составляющая настолько перебивает желание биться за очки, сражаться на каждом участке поля в официальном матче?

...

Неужели финансовая составляющая настолько перебивает желание биться за очки, сражаться на каждом участке поля в официальном матче?

Дик Адвокат в течение недели, предшествующей матчу Армения – Россия, оправдывался, что решение об игре с Катаром принимал лично он (видимо, из РФС ему все-таки намекали, что не стоит позволять себе резких высказываний о целесообразности тех или иных матчей сборной, как это было после поездки в Эмираты). Рассуждал о том, что лететь в Катар из Армении близко, поэтому неутомительно – всего-то, мол, два часа. В таком случае с тем же успехом можно было сыграть и с Казахстаном, и с Монголией, и много еще с кем. Фурсенко в свою очередь точно также рассказывал только о грядущей коммерческой, а не отборочной игре. Как будто Армения – это, само собой разумеется, проходной соперник.

Ладно, слова футбольных функционеров. В конце концов, есть мысли тренеров и руководителей РФС, а есть мысли игроков, которые по определению должны всегда думать именно о ближайшем поединке. Правда, высказывания футболистов тоже оптимизма не вселяли. Ведь когда я слышу расслабленное «ничейка нас не устроит», как высказал общее мнение Торбинский, понимаю, что эта «ничейка» в итоге будет нами почитаться за счастье. Но дело, повторюсь, не в словах, а в поступках. И вот тут-то начинается самое непонятное. И самое циничное.

Анюков был дисквалифицирован из-за второй желтой карточки в игре с Македонией. То есть его неучастие в игре сборной даже не вызывает сомнений. Но почему сборная ждет Анюкова (он получил легкую травму руки в игре «Зенита») и едет тренироваться именно с ним? Зачем лишний раз отрабатывать игровые связи на тренировках и двухсторонках с участием человека, который точно не появится на поле?

– Но он же выйдет на поле в Катаре, – отвечают Адвокат и Фурсенко.

И в их взгляде нет даже тени сомнения, какой из матчей важнее. Конечно, коммерческий. Мы готовы не привести одиннадцать человек, которые выйдут играть с Арменией, к идеальному состоянию. Нам важно подготовить сборную ко второй, ничего не решающей игре. Такого цинизма, согласитесь, мы вообще никогда еще не слышали от наших футбольных чиновников.

Мы попали в самую проходную отборочную группу из всех, что доставались нам за многие последние годы. Здесь нет Англии, здесь нет Германии. Мы были в кои-то веки «сеяными», то есть, по логике вещей, имеется в виду, что мы безоговорочно должны выходить в финальную часть европервенства с первого места. Но когда мы смотрим на наших футболистов, тех самых, что играли три года назад в Австрии и Швейцарии, мы ничего, кроме стагнации, уже не наблюдаем.

Ясно, что Дик Адвокат стоит перед дилеммой: звать тех же или звать новых? Звать новых – риск серьезный. Есть вариант не быть отобранными на чемпионат. Звать тех же – тоже риск. Но вдруг получится?

Когда в начале года у Фурсенко спросили, что будет с Адвокатом, если сборная не пройдет сито отборочного турнира, ответ поразил всех, кто присутствовал при этом разговоре:

– Такой вариант мы даже не рассматриваем!

– Но ведь такой вариант не рассматривался и прежним руководством… Но ведь не попали на чемпионат! А потом выяснилось, что даже не подумали о том, как прописать все эти условия непопадания на чемпионат Дику Адвокату.

– Повторю еще раз: такой вариант мы не рассматриваем! Мы попадем на чемпионат Европы!

Тут-то и стало понятно, что Сергей Александрович, как маленький ребенок, когда страшно от какой-то мысли, просто зажмуривается. Я зажмурился – и меня нет. Уже не страшно.

Адвокат мечется, Адвокат в растерянности, которая раз за разом вырывается наружу. За неделю до игры с Арменией он говорит, что новых лидеров в стране не выросло. После того момента, как он работал тренером в «Зените», уровень футбола в России упал или в лучшем случае не вырос. Фраза весьма симптоматичная для Адвоката. Без него ведь нашему футболу никуда. Ведущие игроки уехали в Европу. Те, кто остался, иностранным скаутам неинтересны. Вот застой и наметился.

Спустя несколько дней после произнесения этих слов Адвокат призывает в сборную ряд молодых игроков. Но если не появились игроки сильнее тех, что есть, зачем сборной новички?

На этот вопрос Адвокат не отвечает напрямую. Но логика есть: новых лидеров надо искать. Или даже искусственно создавать. Конечно, лидера на пустом месте не создашь. Но можно создать конкуренцию. Даже искусственно созданная конкуренция поможет всегда. Каждый из нас может привести примеры из любой отрасли в подтверждение моих слов. Я приведу из той отрасли, что знаю вот уже много лет: как только мне кажется, что у меня работает поштучно отобранная, интересная и креативная линейка ведущих эфира, редакторов и новостников, я тут же начинаю искать дополнительно новых людей.

Иначе каждому будет казаться, что он на своем месте вечен. А когда тебя постоянно подпирают сзади, когда дышат в спину, всегда приходится оставаться собранным.

Думаю, что вызов в сборную нескольких футболистов, о ком и не вспоминали в тренерском штабе уже давно, как раз и вызван желанием искусственно насадить конкуренцию, вытравить из игроков желание играть «на расслабоне». Непонятен только выбор Адвоката. Почему не приглашают в сборную Булыкина, забивающего в своем чемпионате игру за игрой? Ясно, что выбор футболиста – прерогатива тренера. Допускаю, что Булыкин в силу тех или иных субъективных причин никак не вписывается в игровую концепцию Адвоката. Хотя для меня аксиома: человек, привыкший забивать, имеющий привычку выигрывать – всегда психологически мотивированнее, всегда более уместен в команде, чем тот, кто уже прирос к скамейке запасных в своей команде.

Почему в сборной оказался Ионов? Он что, после почти трех лет сидения на лавке, перемежавшихся с новыми шансами, которые он раз за разом не использовал и снова садился на лавку, вдруг так пленил Адвоката? Такое ощущение, что он просто применил метод слепого тыка. Или же, с точки зрения приросшего сердцем к Санкт-Петербургу тренера, любой игрок, который стал выходить в основе «Зенита», уже автоматически может гарантировать себе приглашение в сборную? Но ведь сборная – это не «Зенит», ослабленный футболистами других команд…

Игроки не изменились. Не изменились с точки зрения списочного состава. И вместе с тем они все меньше напоминают нам сборную, которая нас так поразила летом 2008 года, которая практически на равных играла в гостевом поединке с Германией осенью того же 2008-го. Извечные слова про «веру в ребят» уже не воспринимаются. Потому что, когда приходит время биться за результат, в вязкой, сложной игре мы по-прежнему выходим с шапкозакидательским настроением. Кто-то пытается организовать ненужные, но внешне эффектные поперечные передачи, кто-то пытается поразить раз за разом не удающимися проходами. А в сумме получаются унылые 0:1 в домашнем поединке от ничего ровным счетом не показавших словаков или безобразные игры с Бельгией, Ираном, вымученная минимальная победа в игре с Македонией, освистанная неуклюжая победа с Андоррой.

Про веру в ребят можно говорить, когда эти ребята показывают и игру, и результат. А тут, как сказал один мой институтский однокашник, мы не в церкви, мы на стадионе. Хочется не верить, а видеть.

Увы, в поединке с Арменией мы ничего не увидели. Ничего из того, что могло бы вызвать гордость за сборную. Увидели только огромное количество брака в передачах, бессмысленные навесы, проигрыш в скоростях. Были фрагменты, когда мы активно атаковали, но вспомним ли мы сейчас, по прошествии некоторого времени, хоть один стопроцентно яркий эпизод? Вряд ли. Зато вспомним Алана Дзагоева, пытавшегося обострять ситуации, но уже к концу первого тайма терявшего мяч постоянно. Или вспомним спавшего почти всю игру Аршавина. И это в игре, где даже обвинить соперника нельзя ни в грубости, ни в провокациях. В игре, когда судья был сверхлояльно настроен по отношению к россиянам. Он простил Денисову откровенную игру рукой неподалеку от собственной штрафной, он показал пару сомнительных угловых в нашу пользу, он в конце концов простил Шишкина, не предъявив ему в середине второго тайма стопроцентный горчичник.

Эти нули на табло, которые еще могут аукнуться в конце сезона в виде недополученных очков, превращающиеся в жирный «неуд» все тому же Дику Адвокату. Я не знаю его установок на игру, поэтому не могу обсуждать, выполнены ли они игроками. Но он точно в очередной (который уже!) раз начудил с заменами. Их необходимость была очевидна любому болельщику уже к концу первого тайма. Но чего ждал тренер до исхода 77-й минуты, когда решился на первую замену? И почему выпустил именно Павла Погребняка? И почему не вместо Аршавина, не вместо Дзагоева, не вместо много кого еще, а вместо Кержакова – того самого, что еще пытался что-то соорудить у ворот соперника. И зачем вышел за пару минут до конца Билялетдинов? Причем вместо Аршавина, который как раз в последние минуты смог нанести пару острых ударов?

Нет концентрации, нет собранности. Иначе чем объяснить, что оказывающийся на 84-й минуте один на один перед вратарем Широков вдруг не может укротить мяч в безобидной ситуации и упускает момент, который мог бы стать решающим? Или традиционное для сегодняшнего Аршавина поведение: соперник вводит мяч из аута, а капитан нашей команды, находящийся именно здесь, способный остро прервать пас от боковой, именно в этот момент начинает зачем-то поправлять бутсы.

Ощущение, что это не у сборной расхлябанность. Это расхлябанность у Адвоката. Я не физиономист, не могу по выражению лица прочитать, что происходит внутри человека. Но когда видишь в отеле накануне игры или утром в день игры испуганного главу РФПЛ Сергея Прядкина, находящегося «на нерве» Сергея Фурсенко, понимаешь, что в их душах творятся смятение и неуверенность. А потом встречаешь Дика Адвоката, веселого, непринужденного, фотографирующегося с российскими туристами, явно отдыхающего… Может, я не прав, может, его способность как раз в том и состоит, чтобы расслабленность сменялась собранностью и сконцентрированностью в нужный момент. Но раз за разом мне начинает казаться, что он в нашей сборной совершает что угодно – хорошее времяпрепровождение, увлекательные командировки, но только не строительство команды на будущее.

У него тоже есть конкуренция. И имя главного конкурента мы знаем. Кандидатура Лучано Спаллетти всплывала уже не раз в связи с разговорами о возможном преемнике Адвоката в сборной. Но «золотой парашют», который наверняка прописан в контракте у Адвоката (Фурсенко, как известно, «своих» никогда не обидит), дает возможность не напрягаться.

Потому что если дело выглядит не так, как я описал, то выходит, что Дик-«наше все»-Адвокат просто любит ролевые игры. Сборная Ирана, по его мнению, была похожа на сборную Армении. И тогда Россия решила притвориться сборной Андорры. При этом изнасилованы были зрители Первого канала. Потом то же повторилось и в мартовском поединке со сборной Катара. Выходит, что Адвокат вообще предпочитает быть в роли униженного?

Для главного тренера сборной это, признаем, так себе увлечение.

...

«Золотой парашют », который наверняка прописан в контракте у Адвоката, дает возможность не напрягаться.

А помните наши иллюзии начала века, когда нам казалось: пригласи тренера из-за рубежа (конечно, не абы кого, а с именем) – и проблемы не то чтобы сразу решатся… Но главный тренер будет фигурой независимой, самостоятельной. Им не получится понукать сверху. Весь срок, отведенный ему по контракту, он будет строить работу команды без одергиваний из РФС или от властей. Оказалось, что все это не более чем иллюзии. Любую фигуру можно взять в оборот. Система с удовольствием и сладострастием заставит любого играть под свою дудку. Хиддинк оказался, наверное, все-таки не таким. Когда Мутко предложил ему подписать контракт снова (а было это аккурат между матчами со Словенией – после московского и перед Марибором), Гус отказался. Адвокат готов играть не по правилам, принятым во всем мире. Зато ему это прекрасно компенсируется. У каждого есть свой выбор.

Нет его только у нас, у болельщиков. Если вы в любой другой стране проголосуете ногами (то есть перестанете ходить на стадион), то футбольные власти вынуждены будут обратить на это внимание. Потому что это бизнес. А бизнес должен быть обращен к потребителю. Как это в маркетинге называется? Клиентоориентированный бизнес. У нас даже если стадион будет пуст, выводов в РФС не сделают.

...

Если вы в любой другой стране проголосуете ногами (то есть перестанете ходить на стадион), то футбольные власти вынуждены будут обратить на это внимание.

Они сделают зато иное: будут сетовать, какие ж у нас неправильные болельщики. Сергей Фурсенко после каждого позорного поединка говорит о болельщиках. С трудом выцепили победу в Македонии – он заявил, что сборная сделала уверенный шаг на пути к финальной части чемпионата, заметив, что болельщики могли бы не критиковать так за сумбур на поле, ведь результат-то есть! Сыграны два ничейных поединка в Армении и Катаре – президент Российского футбольного союза опять не о проблемах в сборной печется, а снова нападает на болельщиков:

– Люди должны гордиться своими футболистами, уважать их, а не подвергать огульной критике!

– Чем именно гордиться, Сергей Александрович? За что уважать?

– Уже за то, что они прошли отбор в сборную, за то, что представляют страну.

Тут уж, что называется, разумному – достаточно. Излишние комментарии не нужны. Фурсенко тоже представляет страну. Только предметом гордости этот факт являться вряд ли может.

Когда-то об Адвокате говорили как о весьма креативном человеке. Это он придумывал новую систему мотивации для своих игроков. Это он поднимал моральный дух футболистов. С этой целью он включал знаменитую песню Тины Тернер «Simply the best» в сборной Кореи, в «Рейнжерс», в ПСВ. В сборной России Адвокату почему-то не до креатива.

0:36 Футбол импотентов

Весна в этом году задержалась с приходом. Шла уже вторая половина апреля, а с неба, затянутого серыми тучами, то и дело срывались то снег, то дождь. В один из таких неласковых весенних дней в офисе Сергея Фурсенко на Таганке раздался телефонный звонок. Главе РФС поступило предложение о проведении очередного товарищеского матча сборной. Изъявила желание 7 июня сыграть сборная Польши. Фурсенко предложение принял. Правда, в последний момент спохватился: «Так мы ведь решили, что ни бесплатно, ни платя кому бы то ни было, больше товарищеские матчи не играем. На сборной мы должны зарабатывать».

Порочная практика уже привела к тому, что сильные сборные больше к нам не приезжают на пресловутые «товарняки». Потому что в мировой практике более слабый всегда платит за товарищеский матч более сильному. Или никто не платит никому, если играют примерно равные по силам.

В итоге РФС заработал, по слухам, по полмиллиона евро за февральский матч с

Ираном и за матч с Катаром в марте. А российская сборная заработала, помимо денег, еще и изрядную порцию негатива от болельщиков. И весна 2011-го надолго останется в памяти не только унылым стартом «полторашки» – полуторалетнего сезона по системе «весна – осень – весна», но и вялыми и неубедительными страницами из жизни главной команды страны. Но вот для футбольных властей немногое изменилось: мы же решили зарабатывать! Нам эмоции и чувства болельщиков не важны! Для нас важно только одно: пресловутое бабло! Мы сюда не футбол поднимать пришли (надо ли кому-то объяснять, что твой уровень поднимается, только если ты играешь с сильными соперниками) – мы пришли делать бизнес!

Польша не сильнее России, но статус хозяина предстоящего чемпионата Европы, в принципе, уравнивает статус команд. Но Фурсенко попросил посредников урегулировать вопрос так, чтобы «хотя бы сто тысяч евро» польская сторона заплатила. Польские представители согласились. И уже дали команду юристам готовить документы: 7 июня, Варшава. Товарищеский матч Польша – Россия.

Но прошло не более получаса. И Фурсенко перезванивает: «Я тут поговорил с Диком. Он говорит, что устал постоянно летать. Давайте не в Варшаве, а в Москве 7-го июня сыграем». Поляки отказались даже вести дальше переговоры. Дело не в том, что с недавних пор тема польских перелетов в Россию имеет, по известным причинам, негативную составляющую. А в том, что так не ведут дела те, кто претендует на серьезный статус в мировом футболе. Дик устал, ему трудно постоянно прилетать в Россию! Мол, шутка ли: работать каждую неделю с субботы по воскресенье, а потом снова улетать на неделю на родину…

Спустя всего несколько дней после того разговора было объявлено, что сборная России все-таки сыграет 7 июня. Но не с Польшей, а с Камеруном. Сергей Фурсенко объяснил, что наш соперник – это «крепкая команда». С этим еще можно было бы согласиться. В конце концов, наша сборная своей игрой доказала, что слабых соперников для нее больше не бывает. Но спустя всего несколько часов Дик Адвокат огорошил почтенную публику неожиданным признанием: у нас, оказывается, был выбор – сыграть со сборной Аргентины или с Камеруном. Выбрали Камерун, потому что в таком случае получилось дать игрокам «лишний день отдыха». Тут комментарии, как говорится, излишни. Неужели лишний день отдыха – это намного более значимый фактор, чем игра с двукратным чемпионом мира, с одной из лучших национальных сборных мира? И «крепкой командой» мы называем ту, чьи золотые времена остались уже позади? Мы когда-то обыгрывали эту команду со счетом 6:1 в финальной части чемпионата мира; эта команда безвольно «слила» все три матча на последнем чемпионате в ЮАР; эти «крепыши» неудачно стартовали в очередном отборочном цикле, а в прошлом континентальном кубке вылетели уже на стадии четвертьфинала.

И почему с Камеруном мы играем в Австрии? Мы пополняем специфическим образом знания игроков о географии? С Ираном играем в Эмиратах, с Камеруном в Австрии… И почему лететь из Питера в Варшаву для Адвоката тяжело, а в Зальцбург – в самый раз? Ясно, что все объясняется только одним обстоятельством – деньгами.

Сколько раз Фурсенко произносил фразы о том, что любой матч сборной за пределами МКАДа – радость для болельщиков всей страны, которые не будут считать себя обделенными большим футбольным праздником. Но никто не трактовал эти слова до такой степени широко: Зальцбург – оно, известное дело, тоже вне пределов МКАДа.

Забавно в свете всего вышеперечисленного выглядела информация от начала мая: сборные Польши и Аргентины решили провести товарищеский матч между собой. Встречаются отверженные россиянами.

Если же говорить серьезно… До какого-то момента я совершенно искренне полагал, что Сергей Фурсенко – убежденный проводник пусть и порочной, неверной политики в российском футболе, но все-таки делающий это не наобум, а жестко и последовательно. Чем дальше, тем больше я убеждаюсь: никакой политики нет, все идет само по себе. И как мы с таким подходом еще умудряемся занимать относительно высокие строчки в мировой табели о рангах, можно объяснить только великой силой инерции: некогда запущенные механизмы пока еще работают. Но это до поры до времени. Да и шестеренки уже постоянно дают сбой: результаты сборной – увы, самое точное тому свидетельство.

Когда у тебя нет серьезных соперников, ты медленно начинаешь деградировать. Это нормальный закон человеческой природы. Тебе кажется, что ты уже по определению обыграешь всех на классе. И этого класса тебе начинает не хватать при встрече с Германией, Аргентиной. И все чаще – со Словенией, Словакией, Бельгией, Ираном, Катаром. Боюсь, этот список будет теперь постоянно пополняться.

Это был фактически последний шанс сыграть против топ-команды. Не относить же к таковым посредственную сборную Сербии, которую Фурсенко со товарищи нарисовали нам в планах на август, или Андорру, Ирландию, Македонию с той же Словакией, оставшиеся на осень.

Вспомнилась одна нашумевшая в Европе история. Полиция долго разбиралась в апреле с игроками «Болоньи»: три футболиста основного состава приклеили к своим автомобилям специальные инвалидные наклейки, которые брали у администратора, имевшего на такие наклейки все легальные права. Такова уж человеческая природа: можно получать десятки тысяч евро еженедельно, но пытаться сэкономить копейки, пользуясь льготами для инвалидов или даже ничего не сэкономить, а просто парковаться ближе на пару десятков метров к универмагу.

Нашим футболистам, впрочем, такие наклейки и не нужны. Каждый болельщик их прекрасно и без наклеек атрибутирует как инвалидов.

Есть, впрочем, еще одна хорошо всем известная автомобильная наклейка – с буквой «У». Впрочем, кем-кем, а учениками в нашем футболе давно не пахнет. Их не просто «что-то не видно» – ближайшего резерва просто нет. Когда смотришь на Францию, Италию, Англию, Испанию, возникает ощущение, что у них есть какой-то особый секрет оптовых поставок талантливого «молодняка». У нас же этого нет и близко. С чем это связано – большой вопрос. Кому-то очень удобной оказалась иная формула, когда уже имеющиеся футболисты с российскими паспортами практически не испытывают конкуренции. А раз так, то автоматически начинают деградировать. Пресловутая система квотирования (не больше шести легионеров и не меньше пяти россиян на поле) приводит к тому, что футболист немотивирован. Но его не подпирают не только сбоку, но и снизу.

И дело вовсе не в том, что страна оскудела юными футбольными талантами. Они есть. Но детско-юношеские школы ведут себя очень странным образом: они фактически вешают на своих талантливых выпускников серьезные ценники. Обращаются в какую-нибудь Футбольную академию имени Юрия Коноплева (очень серьезную, кстати, структуру, деятельность которой подкреплена немалыми деньгами и высокими покровителями) представители клубов с целью приобрести того или иного российского 16-летнего паренька – а им сразу выставляют прайс: вот за этого 300 тысяч евро, за этого – 400–500, а за этого – и все 800 тысяч. И еще не известно, заиграет этот паренек не среди несовершеннолетних ровесников, а уже во взрослой команде, сможет ли раскрыться, сможет ли быстро прогрессировать и закрепиться со временем в «основе». Этого никто не может однозначно сказать о юном 16-летнем таланте. Поэтому клубы предпочтут купить трех малоизвестных бразильцев, чем одного «своего» за те же 800 тысяч евро.

И что, как вы думаете, происходит дальше? Происходит то, что будет непонятно даже рыночному торговцу фруктами. Если товар не берут – надо начинать понемногу снижать цены. Иначе товар испортится и ты не продашь его вовсе. Но владельцы подобных академий так и держат прайс без изменений. В итоге сидит на скамейке паренек в 16 лет, в 17, в 18… а в 19 лет его можно уже выкидывать. Он уже не состоится как игрок. Он уже «порченый» товар. Потому что нельзя владеть иностранным языком, если у тебя нет практики. Нельзя стать футболистом, просидев на скамейке и не выходя на поле. В такой ситуации пробиваются лишь единицы. И со временем эти единицы растворяются в нашем футболе. Потому что опять же нет у них конкуренции.

Кому выгодна такая ситуация? Клубам? Вряд ли. Владельцы команд и тренеры заинтересованы в результатах. А они недостижимы без подбора талантливых игроков. Уж извините за эту банальность… Получается, что только агентам. Тем, кто имеет свой немалый процент со всех этих закулисных сделок.

Агенты давно уже стали одной из основных движущих сил, одним из злых гениев российского футбола. Они уже давно превратились в тот хвост, который виляет собакой. Любой скандал, который так или иначе связан с деятельностью агентов, мгновенно затухает, так и не разгоревшись, если агентам это не выгодно. Несколько газет во второй половине апреля опубликовали «слив», согласно которому немалую часть агентского бизнеса контролируют семейные кланы Константина Сарсании и президента РФПЛ Сергея Прядкина. Контролируют так, что цены на игроков растут запредельно, агенты в шоколаде, но зато реально дорогие футболисты, увы, к нам не едут. В итоге это приводит к перекосу в соотношении цены и качества: цены на футболистов запредельны, а качества игры нет и близко. Так вот, спустя неделю после тех публикаций любой встречавшийся мною в недрах РФС чиновник обязательно пожимал плечами и говорил, что не в курсе тех публикаций. Скандал не то чтобы потух – он даже не разгорелся.

А когда агентам выгодна шумиха, они тут как тут. И многие скандалы, свидетелями которых мы были в последние месяцы и годы, – исключительно их рук дело. Дело Никезича, избитого в краснодарской «Кубани», не получило бы такого развития, если б поленьев в костер не подбрасывали те, кто выполняет у Никезича агентские функции, и те, кто соответственно нажился на этой истории. Дело Александра Куканоса из ФК «КамАЗ» (Набережные Челны), которое и выеденного яйца не стоило (игрок записывал на диктофон разговоры с тренером, который перестал ставить его в состав, и с другими представителями команды, угрожавшими его уволить с выплатой только «белой» зарплаты, указанной в договоре), было раскручено не самим обманутым футболистом, а его агентами. Они звонили по редакциям, публиковали очевидно заказные статьи в прессе, готовы были «сливать» аудиозаписи кому угодно и как угодно.

Я не хочу возводить напраслину и клеветать на агентский бизнес. Он – необходимая часть любого вида спорта. И уж футбола в особенности. Но в условиях нашей страны он выворачивает футбол наизнанку, решает только свои локальные интересы. Поэтому с поисками ответа на вопрос: «Когда же мы увидим молодых российских игроков? Когда же конкуренция будет видна на поле, а не только за кулисами?» – можно не торопиться. Их все равно в ближайшее время никто вам не предложит. Потому что поставлено нынешнее футбольное руководство на свои высокие должности именно агентским лобби.

0:37 Как деградируют и «приезжанты», и «местные»

Газетные публикации про то, как один из кланов контролирует чуть ли не весь агентский бизнес, в результате чего цены на футболистов непомерно, неадекватно задираются до небес, увидевшие свет в апреле, много шума не наделали. У нас к подобным вещам уже настолько привыкли, что половина даже до середины те статьи не дочитала.

Проблема, впрочем, в другом. Вопрос ведь на деле, как стоит? Не почему часть иностранцев сюда никогда не приедет, а почему почти все всё-таки приехавшие в наши широты очень скоро в футбольном смысле начинают деградировать? За последние годы исключением можно считать, наверное, только Данни.

Причем впрямую претензий не предъявишь: вроде бы и на тренировке работают, костьми ложатся, бьются. Но есть одно «но», на которое обращают внимание практически все, кто имеет отношение к тренировочному процессу: до того как прозвучит свисток тренера, дающий старт занятию, они шагу не сделают!

...

Нет желания вгрызаться в мяч на каждом участке поля.

Нет желания биться. Нет желания никому ничего доказывать.

А раз нет всего этого, значит; нет у нас сборной.

Среди наших футболистов есть те, кто реально готов бороться за контракт с большим и серьезным клубом, а значит, за серьезные деньги. Но, как рассказывает тренер Борис Поздняков, потом сразу же играть перестают.

– Они даже бороться за место в составе не собираются, и все тут. Сразу просятся в аренду. А клубы вынуждены держаться за футболистов. Хотя нет, неверно сказал: держатся они не за футболистов, а за их паспорта.

Причина подобной бредовой ситуации хорошо всем известна: порочный лимит на легионеров. Любое квотирование всегда приводит к перекосам, но это уже изживший себя искусственный путь! Одно дело, когда в Россию привозили совсем посредственных иностранцев. Сейчас ситуация иная: у клубов есть деньги, бюджеты тратятся на действительно сильных игроков. В итоге российские футболисты, которых еще и не подпирает молодой резерв (по причинам, которые мы уже описали выше), видят, что место в составе им гарантировано. У них есть всесильный российский паспорт, а больше им и не нужно ничего. Деньги есть, причем деньги большие. Про иных, как про Щенникова, рассказывают, что он пятитысячными купюрами разводит огонь в кальянной. А большего, по молодости лет, ему и не надо. Завтра он снова выйдет на поле. И снова заработает. Когда же отменят лимит, тогда появится дополнительная мотивация. Тогда и имеет шанс окрепнуть, закалиться и действительно подрасти будущее поколение победителей-2018!

0:38 Сборная России: есть ли у нее ближайший резерв?

Каждый очередной матч сборной везде является праздником. Потому что его ждут, его хотят увидеть, его будут обсуждать абсолютно все болельщики несколько дней до и несколько дней после. Это как минимум. Яркую игру будут вспоминать до следующего матча сборной. В случае же с российской сборной для игроков матчи за главную национальную команду превратились в унылую рутину. Необходимость. Куда надо приехать, и не более того.

Я не знаю всех закулисных договоренностей. Но одно знаю точно: Адвокат совершил непоправимую ошибку в самом начале, когда заявил: других игроков у меня нет. Это стало самым ярким и убедительным сигналом для тех, кто в сборной прописался: конкуренции можно не опасаться. А раз нет конкуренции, нет и мотивации. Нет желания вгрызаться в мяч на каждом участке поля. Нет желания биться. Нет желания никому ничего доказывать. А раз нет всего этого, значит, нет у нас сборной. Потому что сборная – это в первую очередь профессиональное отношение к делу.

Сколько угодно можно обсуждать тренера. Но будем справедливы в одном: есть ли реально у Адвоката большой выбор в нашей 142-миллионной (согласно данным последней переписи населения) стране? В каждой команде есть шесть легионеров. Учитывая, что вратарь, как правило, россиянин, то остается на поле еще четыре россиянина. Учитывая, что половина или почти половина команд не особо мотивированы (а иметь мотивированный состав при немотивированной команде по определению невозможно), то четыре надо будет умножить приблизительно на 10. Все. У нас получилось 40 человек. Ну, может быть, 50. Это тот максимум, который есть, тот список, из которого Адвокат может выбирать в России.

В других лигах смотреть бессмысленно. Любого подающего надежды уже давно агенты зацепили бы наверх. Поэтому надеяться на то, что где-то играет яркое дарование и надо лишь внимательно пошерстить низшие лиги, бессмысленно.

Говорить о наших легионерах смысла нет. Они и так все наперечет. В том числе сидящие на лавках. Жирков – на лавке в «Челси», Аршавин – не отыгрывающий полный матч за «Арсенал». Да и там, где выходит на поле, получает после изрядную долю критики. Павлюченко в «Тоттенхеме» и в заявку порой не попадает. Погребняк в «Штутгарте» тоже обделен игровой практикой.

...

Дика Адвоката сравнили с Чичиковым. А ведь точно: так же ездил по стране и собирал мертвые души!

К тому же введение в сборную любого новичка – всегда проблема. Ясно, что талант пробьет себе дорогу. Но готовы ли остальные помогать ему это сделать? Макеев в товарищеской игре с Катаром открывался при каждом удобном моменте. Но часто ли его замечали партнеры? Складывалось впечатление, что чересчур активному новичку на поле просто был объявлен бойкот.

Ситуация не новая. Бывало это в 1980-е годы с игроками киевского «Динамо». Сейчас это случилось с игроками «Зенита» вместе с рядом примкнувших к ним товарищей.

Но дело даже не в этом. В матче с Катаром Адвокат выставил в двух таймах два разных состава. Даже Рыжиков и Малафеев по тайму отыграли. Игра что в оптимальном, что в резервном составе была одинаково унылой. Причем резервисты смотрелись, как это ни парадоксально, даже еще менее мотивированными. Такое ощущение, что Адвокату главное было бросить щенков в воду, чтобы как минимум на ближайший год тему снять: у нас, мол, нет резерва вообще! Забудьте…

Когда в эфире «Радио Спорт» мы попросили слушателей сравнить основных действующих лиц российского футбола с теми или иными литературными персонажами, победила версия, где Дика Адвоката сравнили с Чичиковым. А ведь точно: так же ездил по стране и собирал мертвые души!

0:39 Розовощекий капитан

Начну с бородатого уже анекдота. Спрашивает жена у Аршавина:

– Ты где был?

– Бегал…

– А почему футболка не мокрая?

– А я за сборную России бегал…

Когда Гус Хиддинк появился на посту рулевого российской сборной, он пообещал, что в каждом матче команду будет выводить на поле капитан, которого определит непосредственно он сам за некоторое время (день-два) до игры. Так поначалу и происходило. Капитаны ротировались. Аршавину капитанская повязка вовсе не была гарантирована. Но многое изменилось после Евро-2008. То ли Хиддинк оказался так очарован успехами подопечных на полях Австрии и Швейцарии, то ли в какой-то момент поддался не то чьим-то просьбам сверху, не то манипуляциям со стороны игроков (а видимо, всего было понемногу), но Аршавин на отборочный цикл к чемпионату мира всегда выходил как капитан. И в какой-то момент Андрей Сергеевич стал себя ощущать чуть ли не наставником. Эдаким играющим тренером. Знаю, что во время перерыва матча с Уэльсом (тем, который команда не слишком удачно проводила в Кардиффе в сентябре 2009 года) Хиддинк подзадержался с возвращением в раздевалку, а Аршавин взял в руки магнитную доску с фигурками и начал чуть ли не давать установку на второй тайм. Говорят, что возмущению Хиддинка не было предела. Но потом отошел, и Аршавина простил. Все-таки до победы в той игре дотянули.

Почему игроки всегда будут горой за Андрея Аршавина, объяснять знающему нравы сборной человеку не нужно. Именно он пролоббировал в 2010 году индивидуальный контракт для каждого из игроков. Не берусь судить, знала ли такие примеры история мирового футбола, когда игроки национальной сборной играли за главную команду страны не потому, что они на данный момент оказались лучше других (а значит, и сам вызов в сборную является своего рода бонусом, поощрением), а в соответствии с индивидуальным контрактом. Но в сегодняшней сборной России это явление – факт. И пока что его никто не опроверг.

Аршавин вообще на особом счету у руководства. Любимец у Фурсенко – это, несомненно, Кержаков. Но и всеобщую страсть футбольных «верхов» к Аршавину Фурсенко тоже, само собой, разделяет. И вспомнить, когда Аршавина в последний раз наказывали за нарушение спортивного режима, за элементарно неэтичное и некорректное поведение, уже не так-то просто. Было это когда-то давным-давно в «Зените» у того же Адвоката, когда тренер показывал свой серьезный подход, и под «закручивание гаек» подпал в том числе розовощекий талант. Официальное наказание Аршавину влепил осенью 2007 года УЕФА за его хамский поступок на поле в матче с Андоррой. Внимание всех болельщиков было в тот момент обращено вовсе не к мачту Андорра – Россия, а к проходившей параллельно игре Англия – Хорватия, где хорваты любезно вытаскивали нас в финальную часть. И поэтому напомним: Аршавин исподтишка ударил ногой игрока соперника в абсолютно безобидной ситуации. Объяснить зачем, наверное, и сам бы не смог. Силы всей футбольной элиты России в течение нескольких месяцев после этого были направлены на то, чтобы «скостить» трехматчевую дисквалификацию своей «звезде». Ездили, договаривались, намекали… В итоге вымолили сокращение наказания до двух игр. Сам Аршавин зачем-то дал нелепый комментарий, что можно было бы сократить и до одной. Но это было бы уже слишком. Как бы то ни было, в третьем туре чемпионата Европы Аршавин вышел на поле в матче со Швецией и помог добиться победы со счетом 2:0.

Потом была памятная всем игра с Голландией, после которой вокруг наших футболистов начались ритуальные пляски: эпитеты «талантливые», «умелые», «великие» расточались налево и направо. За час до начала полуфинального матча с Испанией Аршавин подошел к Хиддинку и попросил о коротком разговоре. Хиддинк не смог отказать, но ему и в голову не могло прийти, о чем Аршавин собирается говорить…

– Коуч, у меня вопрос… Меня наверняка после чемпионата пригласят в какой-либо суперклуб. Куда вы посоветуете идти – в «Реал» или «Барселону»?

...

Почему игроки всегда будут горой за Андрея Аршавина, объяснять знающему нравы сборной человеку не нужно.

Именно он пролоббировал в 2010 году индивидуальный контракт для каждого из игроков.

История умалчивает, что именно в тот момент ответил тренер. Известно только, что голландец испытал немалый шок.

Испанцы вынесли наших в одну калитку со счетом 3:0, но капитан во всех последующих интервью упирал не на эту оплеуху (а это и в самом деле небывалый феномен: команда, которая завоевала «бронзу», завершила турнир с отрицательным балансом забитых и пропущенных мячей и – более того! – умудрилась два матча проиграть с крупным счетом), а на свои карьерные перспективы. В принципе на полгода это стало основной темой в российском футбольном хозяйстве: как, куда, на каких условиях уходит Андрей Аршавин. Перипетии хорошо всем памятны, включая отказ Аршавина ехать на сборы с «Зенитом», ультиматумы и многое другое.

Зато во все следующие приезды в Россию Аршавин позволял себе вести себя как угодно. Не скрывал, что он на особом счету. Не скрывал ни в словах, ни в поступках. Сборная проводит тренировку в Питере, готовясь к матчу с Болгарией. Нет одного Аршавина. Объяснение, которым довольствовались журналисты: у Андрея Сергеевича бизнес-дела. Наутро в газетах появилась фотография Аршавина, который в футбольной форме бежит к обменнику с пачкой денег. Это было уже за час до игры.

Перед матчем с Арменией Аршавин снова в центре внимания: он не тренируется с командой – он участвует в презентации детской одежды своей марки «Аршик». У детей, может быть, и будет одежда пользоваться успехом. Но сложно представить взрослого, который на это «купится». По крайней мере, прежний проект Аршавина, когда совместно с крупной компанией была разработана серия летних женских топиков спортивного стиля, провалился.

0:40 Переходы из клуба в клуб: из футбольного – в ночной

Что такое Россия на футбольной карте мира? Вопрос не о том, как бы мы сами себя хотели видеть и настойчиво убеждать себя же в этом, а как она реально представляется мировой футбольной общественности? Это не просто чемпионат, состоящий на 20 % из договорных матчей (говоря про первую лигу, цифру знатоки вопроса поднимают до 40). Это не просто страна, сборная которой лишь раз в пару десятков лет выстреливает (победы на Кубке Европы и четвертое место на чемпионате мира в Англии в 1960-е годы сменились сонными 1970-ми, успехи на Евро-88 и победа на Олимпиаде-88 были последними перед новым успехом на Евро-2008). Это даже не страна, которая примет чемпионат мира-2018.

В первую очередь это страна, где футболистам созданы максимально тепличные условия. Я не об уровне клубной инфраструктуры, не о базах. Тут как раз все далеко не слава богу. Я о том, что возможность хорошо проводить время (при этом зачастую бесконтрольно) здесь зашкаливает. Футболисты – люди молодые. И поэтому если они не попадают в «первый эшелон» мировых звезд, когда за них борются топ-клубы, то они с удовольствием подумывают о том, а не приехать ли в Россию? Иногда откровенно давая понять, что предполагают скорое окончание своей футбольной карьеры, так почему бы не подсобрать себе на «пенсию», как, например, нынешний динамовец Кевин Кураньи.

...

Что такое Россия на футбольной карте мира? В первую очередь это страна, где футболистам созданы максимально тепличные условия.

А уж если уезжают в «сытую» Европу строить карьеру, то порой жалеют об этом. Как Милош Красич, к примеру. В ноябре 2010 года он приезжал в Москву отмечать свой день рождения. Ну в самом деле, куда еще ехать балканскому футболисту, играющему за итальянский «Ювентус», на свой день рождения, как не в российскую столицу? Все-таки воспоминания о том периоде, который Красич провел в ЦСКА, наверное, перебивают любые другие эмоции.

Больше всего Красин жаловался здешним друзьям, что Турин – промышленный городок, где клубов (разумеется, не футбольных, а ночных) раз-два и обчелся. Сходил один раз – узнанный, раздал счастливо автографы, а наутро сразу оказался вызван на ковер к руководству клуба. Мол, знаем, что нарушал режим. Имей в виду, ты больше не в России. В Италии так не принято…

О наших же футболистах, которые, похоже, кроме словосочетания «ночной клуб», других форм досуга и не знают, и говорить не приходится. Историю, приключившуюся в конце марта с полузащитником «Локомотива» Дмитрием Тарасовым, слышали многие. За свои похождения с участницей «Дома-2» Ольгой Бузовой он вынужден был заплатить своему клубу (уже, само собой, футбольному) 30 тысяч евро. Характер «гулянки» в шикарном заведении на берегу Москва-реки был таков, что о нем стало быстро известно. Опустим разговор о моральном облике футболиста (он вроде как женат, но жены на празднике не было, зато стиль отношений с очаровательной блондинкой не оставлял сомнений в том, что они люди друг другу, мягко говоря, не чужие). Главное – в другом. С самого начала сезона «железнодорожник» на поле не выходит из-за травмы колена. А по контракту он не имеет права (это прописано черным по белому) ходить в ночные клубы и другие увеселительные заведения позже определенного часа, если в данный момент лечится от травмы. Клуб тратит немалые деньги на реабилитацию футболиста, и лечение должно проходить в определенном режиме. Но 24-летнего футболиста это мало волновало. Президент клуба отчитала футболиста, оштрафовав на немаленькую сумму. Впрочем, немаленькой она кажется скорее для нас. Заметил ли это Дмитрий Тарасов, которого еще пару лет назад считали восходящей звездой российского футбола, видели среди ближайших резервистов сборной, а сегодня мало кто может сразу сообразить, кто же это такой, – вопрос риторический.

Боюсь, что и для большинства футболистов – вне зависимости от их происхождения – эта «порка» Тарасова не станет показательной. Не только уважать букву подписанных контрактов, но и следовать самому духу профессионального отношения к делу – дело для футболистов, играющих в России, непростое.

Те, кто приезжает сюда, сразу же понимает: можно многое. Ведь вроде бы и наказывают нарушителей, да развращенное сознание вновь и вновь приводит не просто к дисциплинарным «проколам», а к тому, что иначе как хамством и не назовешь.

Яркий пример – игрок казанского «Рубина» Карлос Эдуардо. Есть у него страсть – спортивные машины. Об Эдуардо – чуть ниже. Сейчас же скажем, что машины – это, собственно, страсть многих футболистов. Об Игоре Акинфееве, с его любовью к концептуальным спорткарам, тоже легенды слагают. Ясно, что львиная доля жизни проходит у футболиста в машине: то на базу, то на стадион. Правда, не очень понятно, зачем ему такой спорткар в наших пробках. Да, красиво, да, низкопольно. До такой степени, что однажды застрял на лежачем полицейском при подъезде к армейской базе в Ватутинках. Поговаривали, что Акинфеев нанимал водителя, чтобы никто не видел, что он располагается с девушкой на заднем сиденье. И делал это якобы только с одной целью: девушка стала постоянной, а терять имидж симпатичного молодого человека, по которому «сохнет» половина девушек страны, пишет ему в блогах и специально приходит на стадион, очень не хотелось.

...

Не только уважать букву подписанных контрактов, но и следовать самому духу профессионального отношения к делу – дело для футболистов, играющих в России, непростое.

Игорь Денисов даже покинул раньше времени дневную тренировку на «Петровском» в день матча с Болгарией только ради одной цели: успеть перепарковать свой джип поближе к трибунам. Ему страшно не хотелось ехать после игры со всеми партнерами по команде на одном автобусе.

Так вот, о Карлосе Эдуардо, об этом бразильском красавчике, который так и не может оправиться от травм и выйти на поле уже довольно долгое время. Такова, по крайней мере, была официальная версия из стана команды. До недавнего времени. Потом выяснилось другое. Карлос Эдуардо стал обладателем своей давней мечты – он приобрел «Lamborgini». В Казани и в ее окрестностях гонять на ней негде. Поэтому базируется у него машина в Германии, куда он регулярно наведывается к своему лечащему врачу. Не отпустить к врачу клуб травмированного игрока вроде как не может. Каково же было удивление руководства казанской команды, когда стало известно, что каждый приезд в Германию Карлоса Эдуардо ознаменовывается его лихими гонками по хваленым немецким автобанам, где вообще нет ограничений скоростного режима. Теперь, по слухам, футболисту хотят запретить посещать немецкую клинику и предоставят казанского медика.

0:41 Ничего не помню, ничего не знаю

Роман Павлюченко – парень по-человечески симпатичный, приятный. И даже, как говорят, неплохой спортсмен. Вот только футбол, добавляют попутно, – не совсем его вид спорта.

Если бы не привязанность Гуса Хиддинка к тем, кто в нужный час оказался в нужном месте и помог вытащить сборную на Евро-2008, судьба Романа Павлюченко, возможно, сложилась бы совсем иначе. Его звездный миг – это игра против сборной Англии 17 октября 2007 года. На поле он был не самым заметным, но умело подставленная нога после рикошета вкупе с удачно исполненным пенальти принесли нам тогда такую желанную победу, о которой многие уже и мечтать в том отборочном цикле не могли. Роман Павлюченко вмиг стал любимцем публики. И Хиддинк взял его с собой на Евро после весьма бесцветно проведенного старта сезона Павлюченко в «Спартаке». Брал и выпускал регулярно на замены в следующем отборочном цикле, не обращая внимания на то, что в «Тоттенхэме» Павлюченко прирос к скамейке. Иногда тренерские ожидания Роман оправдывал. Чаще – нет. Но Гус умел быть благодарным. И потому про Рому не забыли.

Павлюченко – человек открытый, простой, искренний. Когда мы снимались с ним в одном из телевизионных ток-шоу, он привел с собой на съемки не только жену, но и родителей.

– Иногда посещают мысли поменять клуб, потому что нельзя без игровой практики, – говорит Павлюченко. – Уже с женой дома поговоришь, что все, надо из Англии уезжать. А потом придешь на стадион, сядешь на скамейку, услышишь, как диктор на стадионе объявляет среди запасных твою фамилию, услышишь после этого рев трибун и гром аплодисментов, и вечером жене говоришь: «Нет, давай еще попробуем, еще останемся». – Он прекрасный семьянин. Чувствуется, что заботливый отец. Рассказывает, как переживает за свою дочку. Очень не хочет, чтобы ей пришлось возвращаться в Россию. – Все-таки в Лондоне с безопасностью совершенно иначе обстоят дела.

Впрочем, иногда информация, просачивающаяся в прессу по поводу Павлюченко, все-таки поражает. Один из мартовских номеров «Daily Mail» вложил в уста нашего героя следующую фразу: «Однажды после игры против “Слована” я очень сильно напился и даже заблудился. Другим игрокам пришлось искать меня. Накануне моей свадьбы я пил так, что чуть не упал с балкона отеля. То же самое было после рождения моей дочери». Вот вам и семьянин…

Впечатление у многих поклонников осталось странное. Павлюченко спустя несколько дней бросился оправдываться: ни с кем из журналистов этого издания он вообще не контактировал.

Это, конечно, еще ничего не объясняет. Потому что английская пресса часто имеет в своей традиции публиковать в качестве прямой речи героя компиляцию из его цитат, прежних высказываний, оценок и т. п.

– Ничего подобного кому-нибудь рассказать я просто не мог, потому что ничего подобного никогда не происходило и не могло произойти, – горячится Роман Павлюченко в интервью «Спорт-экспрессу» спустя четыре дня после разгоревшегося скандала. – Да и вообще, у меня что, совсем мозгов нет, чтобы выставлять себя в таком непотребном свете? Полная ерунда!

Да, британская пресса известна своей склонностью к утрированию тех или иных фактов, к преувеличениям… Но взять и выдумать то, что вообще никогда не произносилось, – дело подсудное. Я, в отличие от журналистов упомянутой спортивной газеты, не поленился покопаться в их же (!) архивах и нашел, что именно эти слова Роман произносил в номере от 30 марта 2007 года.

– Кто ваши друзья? И с кем можете напиться? – интересуется журналист.

– Выпить, посидеть могу, напиться – редко…

– Редкий русский не напивался до беспамятства.

– Это правда, я тоже напивался. Самый тяжелый случай был накануне свадьбы. Так перебрал, что чуть с балкона не упал от радости. Что-то похожее было, когда в прошлом году родилась дочка. После игры со «Слованом» накачался спиртным и потерялся, меня все искали.

Ведь практически слово в слово! Выходит, все-таки иногда «накачивается» так, что потом и вспомнить не может не только отдельных фактов биографии, но и даже того, кому, когда и о чем говорил.

Одно радует: ленивый «СуперПав» (так именуют Павлюченко болельщики в Лондоне) не стал сразу же подавать в суд на «Daily Mail». Вышла бы очевидная неловкость.

0:42 Их будущее: что ждет наших футболистов после футбола?

Идти работать в Думу после завершения спортивной карьеры – счастливый удел многих спортсменов. Гимнастки (Хоркина и Кабаева), хоккеисты (Третьяк и Фетисов), борцы и боксеры (Карелин, Валуев) в этом преуспели. Из свежефутбольных примеров можно вспомнить сенаторскую карьеру Дмитрия Аленичева, ознаменовавшуюся скандальным ДТП бывшего футболиста, где он объяснял свое поведение другим участникам ДТП тем, что он – высокий государственный муж и ему «надо ехать». Или начало депутатской карьеры на Алтае Алексея Смертина, который вроде бы пока нигде не запятнан. Хотя, может, все объясняется тем, что это далекий Алтай.

Сегодня действующие футболисты, сколько бы им ни было лет, даже если до заката футбольной карьеры им остается еще ой как далеко, о своем постфутбольном будущем думают. Некоторые из них даже нанимают не как Вячеслав Малофеев, целую пресс-службу, а своих специалистов по пиару. Задача большинства этих специалистов, впрочем, не собственно пиар-деятельность, а отслеживание той неблаговидной информации, которая иногда просачивается в прессу и которая может нанести урон имиджу футболиста. Если же сомнительный ролик оказывается в Интернете, то подозрительно быстро оттуда удаляется.

Есть подобный договор у Александра Кержакова, который всерьез подумывает о политической карьере в будущем. Есть соответствующий договор и у Игоря Акинфеева. О планах Игоря на будущее мы не знаем. Зато знаем, как он опасается любого негатива о себе. Как только в прессе готова была появиться информация, что это именно Игорь Акинфеев доводил до Дика Адвоката мнение игроков сборной об их отрицательном отношении к возможной натурализации Велитона, пришли пиарщики и «договорились». Информация не стала достоянием общественности в тот момент, потому что впереди было принципиальное дерби – ЦСКА – «Спартак». И Акинфеев всерьез боялся противоправных действий со стороны спартаковских фанов.

Наверное, только Сычев подумывает о карьере в шоу-бизнесе. Ну в самом деле, куда еще идти человеку, который прожигает свою жизнь в увеселительных клубах? У более серьезных футболистов и планы на жизнь куда более серьезные.

Времена изменились. И если раньше футболист окунался с завершением карьеры в неизвестность, то сегодня за будущее наших «звезд» можно не беспокоиться. Кто-то займет заведомо проходное место по партийным спискам на выборах в парламент, кто-то будет заниматься бизнесом. Вот только почему-то футбол у тех, кто не был уверен в своем будущем, был более искренним. Вот такой вот парадокс.

0:43 Дайте Валере поработать

Когда мы вступали в переходный сезон (не известный доселе формат «весна – осень – весна», который с легкой руки ведущих «Радио Спорт» очень многие в стране, иронизируя по поводу нашего климата, стали именовать не иначе как «зима – зима»), было очевидно, что череда тренерских отставок будет, как минимум, не меньшей, а скорее всего куда более активной, чем в любой из предыдущих сезонов. Прогнозов, кто уйдет первым, было предостаточно. Но, как всегда, ни один из них не оправдался. В итоге между пятым и шестым турами было объявлено сразу о двух отставках – Карпина и Божовича. Отставках двух весьма знаковых тренеров. Тренеров двух популярных команд, которые уже на долгое время (одни – на десятилетие, а другие – так и вовсе на 35 лет) отучившие своих болельщиков от радости чемпионства.

Не сказать, впрочем, что в обоих случаях ситуация выглядит до конца прозрачной и понятной для болельщиков. В случае с Миодрагом Божовичем отставка была, конечно, предрешена: уж слишком унылые и нестабильные результаты показывало «Динамо» на протяжении всего неполного года работы черногорского специалиста. Тут-то сразу и вспомнили, что за десять лет Божович работал в десяти клубах. И нигде больше чем на год не задерживался! Его «подобрали» в апреле 2010-го только по принципу «чтоб другим не достался». Оказался свободный специалист на рынке – надо брать. Чем он лучше отправленного на отдых Андрея Кобелева, так никто и не объяснил.

Видимо, понятия «лучше», «эффективнее» и подобные им не могут исчерпывающим образом объяснять ситуацию. Главное – «выгоднее». Причем не динамовцам. А какому-то конкретному динамовцу. Выяснилось, что Божович получал зарплату в 2,5 миллионов. Разумеется, не рублей. Вторая по уровню зарплата в премьер-лиге. Немногим выше – только у тренера «Зенита» Лучано Спаллетти. Но и уровень тренерский, уровень команды, а главное – результаты, различны в корне! Для меня очевидно, что в команде, принадлежащей одному из самых крупных банков, не идиоты работают, которые любят швыряться деньгами налево-направо. Ясно, что Миодраг не получал всей этой суммы. Потому что так просто не бывает! Если бы так было, то находились бы деньги и на нужных игроков, и много на что еще!

Спустя всего несколько дней, ведя переговоры с наставником немецкого «Вольфсбурга» Феликсом Магатом (человеком, наверное, слабо себе представляющим, что такое откаты, «доляны» и т. п.), «Динамо» предлагало ему 3 миллиона евро (уровень специалистов, даже при первом приближении, несоразмерим: Магат выигрывал бундеслигу с двумя различными командами!), а тот просил 4. В итоге (как поговаривают!) сошлись на специфическом компромиссе: мы даем 4, как просит, но объясняем, что на дорогие покупки пусть не рассчитывает. Не известно, сколько немец проработал бы в таких условиях, когда надо гонять гламурного Кокорина, а не футболистов европейского уровня. Но все это лишний раз показывает, что, когда нет серьезного личного интереса, «взрослые дяди» деньгами не разбрасываются.

Божович уходил из «Динамо» не в один миг. Речь не о сборе чемоданов на базе. Речь о том, что когда он пригласил всю команду на прощальную «проставу» (желание вполне понятное и, кроме того, показывающее, что черногорец вполне уже проникся нашим менталитетом) – никто не пришел. Вообще ни один игрок! Даже Самедов и прочие футболисты из бывшего ФК «Москва», которые пришли в «Динамо» только благодаря Божовичу, не пришли. А ведь это был четверг, а следующая игра со «Спартаком» из Нальчика – только в понедельник! То есть сослаться на нужды тренировочно-подготовительного процесса уж точно не получалось…

«Динамо» увязло в сложных внутрикомандных отношениях. Да и в тренерской чехарде тоже. Уже второй год подряд тренер сменяется по ходу сезона, а значит, в текущем сезоне уже сложно ставить высокие задачи: нужно время, чтобы новый человек вошел в курс дела, наладил связи с игроками. Еще сезон без результатов. Сезон, вычеркнутый из жизни болельщика. Вычеркнутый из футбольной жизни – и без того недлинной – игроков.

С Карпиным все намного фантасмагорич-ней. Историю прихода Валерия Георгиевича на тренерский пост помнят все, кто хотя бы чуть-чуть следит за кадровыми перестановками в российском футболе. Такое впечатление, что для владельца «Спартака» Леонида Федуна главное – это вопрос недвижимости, вопрос собственности. Кусочек земли (и немалый!) под строящимся стадионом – это не просто место на карте столицы. И это не просто будущий стадион, который, даст бог, когда-нибудь да появится. Объяснять, что такое несколько десятков или сотен гектаров в Москве, наверное, не нужно никому. В конце концов, не с продажи билетов на футбол ведь собирается жить ВТБ, который несколько лет назад бился не столько за возможность реконструировать стадион «Динамо», сколько за будущую лакомую коммерческую недвижимость в Петровском парке, расположенном, можно считать, практически в центре города.

Для Федуна быть владельцем «Спартака» – удовольствие, но и нагрузка. В связи с этим он не готов тратиться на очень дорогие приобретения. Ему неприятно, если кричат с трибун какие-то гадости лично про него. Ему неприятно, когда вывешивают баннеры типа «На “Лукойле” не заправляюсь!» Поэтому иногда он готов пойти навстречу болельщикам, как это было летом-осенью 2008-го, когда фактически по требованию общественности он отправил в отставку и тренера красно-белых Станислава Черчесова, и заодно генерального директора Сергея Шавло. И если кто-то скажет, что главной причины опалы двух спартаковцев стали неудовлетворительные результаты, то можно привести простое сравнение: по весне-2011 результаты были куда как ужаснее, но распевок с трибун «Вале-е-ерий Карпин!», по сути, оказалось достаточным, чтобы после серии нелепых телодвижений с отставкой и временным оставлением в должности оставить в команде Карпина. Так часто звучало в течение нескольких месяцев от экспертов разных мастей «Дайте Валере поработать!», что иначе кроме как Валера-дайтепоработать-Карпин его уже и называть не получается. Мало кто мог себе позволить учиться быть тренером не где-нибудь во второй, потом в первой лиге, не в молодежке, а сразу в гранд-команде. Представьте себе такое, например, в Англии. Это невозможно. В наших же условиях, в нашем футболе возможно все.

Тренер может выйти к болельщикам и в грубой, нецензурной форме, с использованием обилия непечатного мата, обсуждать своих игроков и игроков соперника. И ничего этому тренеру не будет. Тренеру, который сам когда-то обращался к болельщикам с просьбой не материться на трибунах. Но заседания Комитета по этике на эту тему даже не инициировалось. А владельцы команды даже не подумают его наказать: ведь что для них главное? То, что гендиректор отрабатывает тренерский контракт Микаэля Лаудруппа. Новых денег никому платить не надо. И это, похоже, главное и определяющее. Контракт отработал – теперь можно уже и кого-то подыскать.

Увы, в российских условиях можно долго выбирать между Магатом и Клинсманом, но в итоге на полгода в команде окажется Силкин или Кобел ев. Можно всерьез рассматривать Раньери или Ван Галла. А вернется опять Карпин. Потому что реальность такова: те, кто едут сюда играть (и тренировать), – едут за деньгами. И очень быстро деградируют.

А те, кто хотят играть по-настоящему и завоевывать тренерскую славу по-настоящему, здесь не смогут играть. И славу себе уж точно не завоюют. Поэтому Магат не меняет два с половиной миллиона евро (с немалыми немецкими налогами) ни на три, ни на четыре миллиона (с налогами, которые в России, как известно, куда как меньшие).

Когда Карпин снова окажется в «Сельте» (или куда его еще сватают сейчас в Испанию?), возможно, мы и узнаем со временем какие-то пикантные подробности о буднях в «Спартаке». А может, и не узнаем. Смотря как уйдет. «Сливают» подробности, как правило, те, кто ушел плохо, кто обижен. И поэтому на эмоциях, может быть потом жалея об этом, но такие люди говорят много правды. Не обходя острых углов. Такой правдой поделился теперь уже бывший тренер спартаковских защитников Борис Поздняков. И даже там, где экс-тренер обошел углы, многого додумывать не приходится. Сказанного и так достаточно, чтобы понять, что за бардак внутри команды сложился.

– Иностранцы! Нарыв! И он сейчас в «Спартаке» вскрылся. Не понимаю, почему футболисты, играющие в России, не учат наш язык. Это президентам и генеральным директорам на заметку: сколько можно себя не уважать? У нас к легионерам отношение как в советские времена к иностранным делегациям – подобострастное. Коллектив не может сплотиться. Когда у команды дела идут нормально, то проблема незаметна. Но стоит случиться неудаче, как нарыв вскрывается, начинаются капризы, недопонимание между футболистами. В любой команде есть те, кто на рояле играет, и те, кто его таскает. Так вот «пианисты» должны уважать «грузчиков», а не насмехаться и не пенять, что те какой-то особенный пас отдать не могут. Но трения все равно случаются, а бороться с подобными явлениями должны сами футболисты, в своем узком кругу, тренерский штаб в такие дела лезть не должен. Однако откровенный разговор через переводчика, который является штатным сотрудником клуба, невозможен.

Вот тут-то и произносит Поздняков ключевое:

– Футболисты, может, и хотят чего-то сказать друг другу, но ведь переводчик каждое слово может донести руководству.

То, что Борис Поздняков произносит аккуратно, тщательно подбирая, взвешивая слова, не укрывает главного: в команде царит атмосфера, отнюдь не способствующая результату. В команде царит 37-й год. Стучать и доносить. Не доверять друг другу. Бояться, что твое слово, твоя позиция станет известна где-то наверху. А значит – атмосфера страха, атмосфера боязни.

Болельщики могут месяцами спорить, какой из тренеров должен прийти на смену Карпину: с некой спартаковской идеологией или со стороны. Но нет уже никаких традиций, как нет уже никакой мифической идеологии. Есть то, что делает сегодняшний российский футбол в высшей степени неприглядным.

0:44 И снова о бананах на трибуне

Проблема поведения фанатов на трибунах становится все острее. Расистские выкрики на трибунах, бесчинства питерских болельщиков на улицах (достаточно вспомнить историю с чемпионством «Зенита», закончившуюся нападением на милицию), многочисленные выходки, за которые в цивилизованных странах сажают или как минимум лишают на долгие годы (если не пожизненно) возможности посещать футбольные матчи.

Когда мне было 8 лет, папа впервые меня взял на футбол. Зрелище произвело столь сильное впечатление, что я стал проситься вновь и вновь, и в итоге посещать многие годы чуть ли не все домашние матчи любимой команды. И в ту пору визит на футбол для многих был именно таким, семейным делом. Это и возможность посмотреть на большую игру, с эффектом сопричастности, и возможность лишние часы провести фактически в кругу семьи.

В сегодняшней России я не знаю, смогу ли когда-нибудь в ближайшие годы повести детей на футбол. Я не уверен, не прилетит ли из соседнего сектора бутылка, не попадем ли мы «под раздачу» ошалевшего от безнаказанности омоновца, которому просто захочется размяться с дубинкой, не сомнут ли нас с равным успехом то ли на входе, то ли на выходе. Но самое главное – я не хочу, чтобы дети слышали тексты, которые в течение двух часов распеваются на трибунах, чтобы видели, что кидать бананы или произносить расистские речовки в адрес темнокожих футболистов – это дело будничное и нормальное.

Потому что если это не нормально – на это должны реагировать. За это должны наказывать. Если бороться с этим в силу каких-то причин не могли себе позволить предшественники нынешнего руководства РФС, то была надежда, что имеющее гигантский карт-бланш нынешнее руководство будет хотя бы что-то делать. Увы. Если в 2010-м Сергей Фурсенко хотя бы открывал рот на эту тему (в самом деле, надо же было хоть что-то изобразить во время продвижения российской заявки), то в 2011-м позволил себе пооткровенничать: ни он лично, ни РФС заниматься этой проблемой не будут.

– Команды должны сами воспитывать своих фанатов. Работу с болельщиками клубы должны вести самостоятельно.

Каким именно образом, г-н Фурсенко не пояснил, хотя финансовый знаменатель его речей понять ой как просто: за каждый факт мата на трибунах – штраф (но не с болельщиков, которых задержали, а с команды, которая, в общем-то ни при чем), за расистские выкрики – опять штраф. Руководство клуба психует, но платить обязано. С точки зрения бухгалтерии клуба это все равно выходят копейки, микроскопические доли процента от всего бюджета. А руководству российского футбола – только радость: и денег прибыло, и отвечать опять же ни за что не нужно.

Футбол в 3D-скандалах: Dураки, Dеньги, Dоговорняки

0:1 Заговор против российского футбола

Чемпионат мира – 2018 пройдет в России. И чем ближе он будет, тем чаще руководству Российского футбольного союза придется говорить о том, что мы смотрим на все через призму нашей будущей победы на грядущем мировом форуме (излюбленная формула главы РФС Сергея Фурсенко). Почему? Многочисленные проблемы, которые возникают и требуют решения, надо будет как-то объяснять, а провалы, которые, увы, становятся повседневными, – оправдывать. Не оправдываться, а именно оправдывать. Самое удобное – оправдывать тем, что все это необходимый этап подготовки к ЧМ-2018. Вот наступит 2018-й – тогда-то все и увидят нашу силу.

Футбольная власть сама выписала себе индульгенцию: все, что будет происходить в ближайшие годы, – судейские скандалы, вскрывающиеся многочисленные факты коррупции и административного произвола, постоянные «договорняки», видимые уже невооруженным глазом, – это мелкие огрехи. Они не заслуживают особого внимания. У нас есть цель – победа. Не важно, что в 2018-м мы можем ее и не добиться. Ну пожурят Фурсенко и его окружение, ну отправят на какую-нибудь не столь заметную, но все равно сытную должность (мало ли их было в его биографии!), а мы останемся сидеть у разбитого корыта. С полным отсутствием футбола, игр и побед.

В этой книге я не столько пытаюсь дать свое понимание причин сложившейся ситуации (причины и без меня очевидны и всем понятны), сколько стараюсь описать то, что порой происходит за кулисами, то, что не всегда видно рядовому болельщику. В течение четырех лет я руководил главным и, по сути, единственным спортивным радио страны. Достаточно много общался с тренерами, агентами, игроками – теми, кто принимает решения. И полагаю, что имею право не только высказывать свое частное мнение, но и делиться той информацией, которой владею.

0:2 Навстречу будущим победам

Первое, что пообещал Сергей Фурсенко в момент избрания его главой РФС, – это победа сборной России на чемпионате мира в 2018 году Нынешний тренер сборной Швейцарии, знаменитый в прошлом футболист Оттмар Хитцфельд, комментируя это высказывание, заявил довольно жестко и безапелляционно: гарантировать победу в 2018-м может только тот человек, который крепко связан с подпольными тотализаторами и пресловутой мафией. Не будем кусать клеветника. Ну, сказал не подумав. У нас многие отрасли экономики похожи на подпольные казино – и что с того? Да и футбол наш сродни рулетке: уровень мастерства игроков порой оказывается столь низок, что футболист, похоже, временами сам не уверен, куда полетит мяч. Как в рулетке. Как повезет.

С чем мы придем к пока еще очень далекому первенству (если, конечно, не потеряем его где-то по дороге), рассуждать рано. Одно можно прогнозировать точно: в ближайшие годы нас ждет увлекательная борьба не на футбольном поле, а в тиши кабинетов – подковерное и, может быть, весьма активное толкание локтями за право принять чемпионат в том или ином городе. Ведь список городов из заявочной книги и городов, реально принимающих чемпионат, – не всегда одно и то же. Развернется и менее заметная невооруженному глазу, но при этом столь же активная борьба за право разместить у себя одну из шестидесяти четырех тренировочных баз (их должно быть вдвое больше, чем приехавших в гости сборных). Ведь это всё деньги, и немалые. Вкладывать свое – дело непопулярное (ну, по крайней мере, вплоть до того момента, пока сверху прозрачно не намекнут либо директивно не укажут). Куда приятней прикрыться красивыми словами о том, как государству важно поддерживать спорт, и протянуть руку за помощью аккурат в сторону государства.

Для ряда региональных лидеров в самом факте приглашения к себе матчей чемпионата мира содержится политическая подоплека. Рамзан Кадыров уже успел напугать мировое сообщество заявлением о возможности провести игру-другую в Грозном, но потом его аккуратно и осторожно «поправили». Затем глава Дагестана Магомедсалам Магомедов, заручившись поддержкой полпреда президента на Северном Кавказе Александра Хлопонина, высказал предположение о возможности проведения нескольких игр чемпионата в Махачкале или Дербенте. Выбор последнего города объясняется очень просто: это родной город Сулеймана Керимова, основного спонсора местной команды «Анжи».

Забывают подобные инициаторы об одном – о безопасности. Тема эта не закрыта на немалой части упомянутых территорий.

Право проведения чемпионата мира – 2018 добыто в напряженной борьбе, в том числе благодаря имиджевым потерям. Про финансовые – нам никто всей правды не расскажет… Так зачем давать кому-то повод говорить, что Россия не сможет обеспечить безопасность участников турнира?

По регламентным правилам ФИФА, окончательный список городов, принимающих турнир, должен быть определен в 2013 году. Но ведь наши чиновники уже отличились, когда пообещали строить все шестнадцать стадионов, а за год-два до чемпионата понять, везде ли успевают в срок, и тогда, возможно, список подсократить. Дело вкусное: на шестнадцать стадионов можно потратить куда больше, чем на двенадцать или тринадцать…

Особенно иной раз умиляет изрядная откровенность тех или иных жителей спортивного Олимпа. Министр спорта Виталий Мутко, тот самый, кто отдельным устным распоряжением годом ранее запретил в своем министерстве «откаты и закаты», вышел на сей раз в массы с новым обещанием: гарантирую, говорит, что распилов не будет.

Мне вообще нравятся подобные заявления. Это похоже на ситуацию, в которой глава МВД издал бы циркуляр с требованием от всех подчиненных с такого-то дня строго опираться в работе с гражданами на действующее законодательство и конституцию. То есть выходит, до появления этого приказа подобный ход вещей точно был невозможен! Или если глава ГИБДД время от времени будет призывать гаишников не брать с водителей взятки. Выходит, до призыва брать было можно? И почему тогда этот призыв повторяется вновь и вновь? Значит, на него все равно не реагируют?

Мне нравится и традиционная для современного чиновничества фраза «распилов не будет». Если это заявление транслировать по телевизору, надо бы в этом месте еще закадровый смех включать. Я не знаю, каким будет талисман чемпионата мира – 2018 (наверное, все-таки что-то посимпатичнее, чем похожие на китайский ширпотреб сочинские зверюшки), но немалая часть слушателей «Радио Спорт» мне постоянно названивает в эфир с требованием придумать альтернативный талисман – «веселую пилу».

– Стоимость стадиона должна быть не более 10 миллиардов рублей. Одно посадочное место должно стоить 5,5 тысячи евро, – говорит министр Мутко. – На сегодня стоимость спортивной футбольной инфраструктуры в районе 105 миллиардов рублей… Распила не будет!..

Я не знаю, откуда взялась цифра в 5,5 тысячи евро за одно кресло. Мне известно, что во время последнего чемпионата мира в ЮАР все стадионы, вместе взятые, стоили 1,5 миллиарда долларов (это около 45 миллиардов рублей) – значительно меньше, чем у нас: наверное, на жаре цемент легче схватывается.

Мне скажут, что столько же (или даже чуть больше – 1,1 миллиарда фунтов стерлингов) стоила реконструкция легендарного «Уэмбли». Но сравнение опять будет неудачным: в эту сумму фактически вошли снос и реконструкция чуть ли не двух соседних кварталов. В озвученную же Виталием Мутко сумму инфраструктура не входит – только сами стадионы. Без дорог, вокзалов, аэропортов… что там еще обычно возводится?.. «Русские дома»?

Итак, мы имеем 105 миллиардов рублей. В любые валюты можете для сравнения перевести сами. Все равно в любой валюте по затратам мы готовы победить всех представителей мирового прогрессивного человечества. Наши сметы растут быстрее, чем чужие дети. Вспомним хотя бы, как в разы выросла смета на новый «зенитовский» стадион в Санкт-Петербурге. Сначала решили, что в подтрибунных помещениях не хватает мест под бизнес-центры, потом просто решили увеличить число посадочных мест на трибуне, а затем и размеры поля расширить. Каждое новое решение оборачивалось крайне затратным перепроектированием. Не удивлюсь, если решат увеличить еще число ресторанов, буфетов, туалетных помещений.

Не так давно встретилась мне еще одна причина. Дэрмуд Кроули, старший вице-президент компании IMG, отвечающей за повышение окупаемости многих мировых стадионов, признал, что одно из перепроектирований было сделано «из-за проблем с дизайном – с коммерческой точки зрения». Что это означает, остается только догадываться. Цвет стен в VIP-ложах влияет на желание приходить туда снова?

– Клуб с нами согласился, – говорит Кроули, – приостановил строительство и внес определенные поправки в проект. Сумму назвать не могу – конфиденциальная информация.

На сей раз господин министр Мутко обещал не повторять «газпромовских» ошибок, то есть не перепроектировать ни одного проекта. Взять всё и посчитать один раз. Чтобы смета не росла. Это, конечно, очень здорово и многообещающе. Вот только так не у нас бывает. Хочется, подобно Станиславскому, воскликнуть: «Не верю!» Да и озвученная цифра у меня, как говорится, не «бьется». Если каждый стадион стоит по «десятке» (меньше не выйдет, так как вместимость стадиона должна быть минимум сорок тысяч зрителей – меньше сегодняшние регламентные нормы ФИФА уже не позволяют), то у нас выходит десять с половиной стадионов. А их должно быть двенадцать или тринадцать.

Тут, правда, на память приходит то обстоятельство, что пять стадионов в том или ином виде уже строятся, на указанные деньги не претендуя. «Спартак» строит стадион целиком на частные деньги. «Динамо» точно также привлекает частные инвестиции. Строительство в Санкт-Петербурге должно скоро выйти на финишную прямую. Плюс еще строительство в Сочи, которое идет по программе Олимпиады-2014, и возведение стадиона в Казани, заложенное в программу финансирования Универсиады-2013. То есть выходит, что деньги нужны на

8 стадионов. И это мы еще не заложили частные инвестиции, которые нам так щедро обещают. Не инвесторы, правда, обещают, а чиновники. Но тем не менее – откуда 105 миллиардов? Или мы уже заложили тридцатипроцентное увеличение сметы? Опыт строительства стадиона для «Зенита» – прекрасная иллюстрация того, как смета может вырасти в разы.

И думать, что нужно будет тратиться на скрепки и прочую канцелярку, не приходится. Для этих целей существует как раз специальный, так называемый операционный бюджет. Он определяется ФИФА, ей же и тратится. В этом «распиле» участвуют другие.

Предоставив право на проведение мирового первенства в 2010 году Южной Африке, ФИФА не скрывала, что во многом преследовала политические причины. Конечно, красивые слова, произносимые как мантра, были озвучены и в этот раз: Международная футбольная федерация, мол, выступает за развитие инфраструктуры не только в ведущих футбольных странах, но и во всех уголках земного шара. Но ясно, что без политики не обошлось. Потом в течение нескольких лет судьба мирового первенства висела на волоске: устроители безбожно выбивались из графика строительства стадионов, проблемы безопасности гостей так и не были решены… Тема переноса мундиаля, к примеру, в Бразилию, всерьез озвучивалась и в 2008 году, и даже всего за год до старта, в 2009-м. Мировое сообщество почертыхалось, подсчитало убытки от сворованного имущества в отелях и разбитых или украденных камер на улицах, и вроде как чемпионат пережило.

Пережить Евро-2012 – задача, которая еще впереди. И решение которой не столь очевидно. Если с польскими городами вопросов преимущественно не возникало, то украинская половина чемпионата будет для еврочиновников от футбола головной болью, наверное, до финального свистка в последнем матче. Со строительством стадионов здесь случилась еще большая беда, чем в ЮАР. Про дороги, вокзалы и аэропорты лучше и не вспоминать. Вряд ли организаторам приятно было услышать очень жесткие, но искренние слова президента УЕФА Мишеля Платини:

– Союз европейских футбольных ассоциаций, возможно, допустил ошибку, доверив право провести чемпионат Европы 2012 года Украине. Буду волноваться (за организацию Евро-2012. – Прим. ред.) до финала! Но что мы можем сделать? Мы уже предоставили им такое право. Возможно, это было ошибкой… Впрочем, надеюсь, что люди, приехав в Украину, прекрасно проведут время. И в отличие от чемпионата мира в ЮАР, там будет теплая и праздничная атмосфера.

Когда глава УЕФА произносит такие слова про допущенную ошибку, у любого руки опустятся. Признаюсь, очень не хотелось бы такие чувства испытывать в 2015 году, в 2016-м, 2017-м… Ты ждал этого чемпионата, уже сроднился с мыслью, что он пройдет в твоей стране, а из-за воровства, неспособности чиновников хотя бы элементарно выполнить собственные обещания, судьба праздника – твоего праздника! – будет висеть на волоске.

Но вся логика чиновничьих действий, характер мыслей, набор поступков и решений российского футбольного руководства, увы, показывают только одно: именно так, по всей вероятности, и будет. Трудиться на будущее (не говорить о будущих победах, а именно работать на них) не получается. Минувшие полтора-два года в российском футболе стали слабейшими за последнее десятилетие. Коррупция, проевшая футбольное хозяйство насквозь, замалчивание судейских скандалов, полная неспособность хотя бы в общих чертах определиться, в каком направлении двигаться в работе с болельщиками, плюс ко всему этому набор громких и абсолютно бессмысленных, если не сказать – бредовых, заявлений. Все это не позволяет с оптимизмом смотреть в наше футбольное будущее. Не позволяет быть уверенным в судьбе чемпионата-2018.

Число негативных явлений растет, но руководство РФС лишь создает многочисленные опереточные комитеты, комиссии и советы, которые пока не отметились серьезными, революционными (а без таковых уже не обойтись) решениями. Борьбы с растущим комом проблем нет – Фурсенко лишь обвиняет прессу да болельщиков (то есть, по сути, те два социальных института, которые еще способны сказать ему правду). Наши судьи увязли в коррупции – нас просят не относиться с излишней подозрительностью друг к другу. Число команд, играющих «странные» матчи, растет – нас просят смотреть футбол и получать от него удовольствие. Мы, мол, без вас разберемся. Скандалы, связанные с болельщиками на трибунах, уже невозможно спрятать – нас просят «не нагнетать».

Нашему футболу скандалы не к лицу. Особенно в свете предстоящего чемпионата мира. Сначала еще можно было думать, что это в чьем-то воспаленном воображении рисуются апокалиптичные картины, как злобные враги из зарубежья отбирают у нас честно купленный… сорри, завоеванный в честной борьбе чемпионат-2018. Но сейчас об этой проблеме говорят уже очень многие футбольные специалисты. Владимир Перетурин уверяет меня, что любой вариант, при котором у нас отберут мундиаль, будет для России благом, иначе все это закончится гигантским позором. А депутат Госдумы Валерий Драганов пусть и более осторожен в высказываниях (при этом он прекрасно осведомлен обо всем, что происходит в футбольном хозяйстве, так как годы работы в исполкоме РФС даром не проходят), но он тоже говорит, что определенные риски потерять право на проведение чемпионата надо все-таки принимать во внимание.

В этой книге я пытаюсь не столько рассказать о механизмах функционирования нашего футбольного хозяйства, сколько делюсь информацией о людях, которые эти механизмы запускают либо – тут уж как кому повезло – внутри этих механизмов работают. Как ни крути, а у нас персонифицированы политика, экономика, вообще все сферы жизни. Футбол живет по тем же законам. Поэтому действующим лицам придется посвятить немалую часть книги.

...

Коррупция, проевшая футбольное хозяйство насквозь, замалчивание судейских скандалов, полная неспособность хотя бы в общих чертах определиться, в каком направлении двигаться в работе с болельщиками, плюс ко всему этому набор громких и абсолютно бессмысленных, если не сказать – бредовых, заявлений. Все эго не позволяет с оптимизмом смотреть в наше футбольное будущее. Не позволяет быть уверенным в судьбе чемпионата-2018.

0:3 Маленький генерал

Хотя у каждого клуба есть хозяин (или группа хозяев, о чем мы еще поговорим в соответствующей главе), который назначает главного тренера команды, для большинства болельщиков именно тренер является значимой фигурой, к которой приковано все внимание. Также и для болельщиков сборной главной персоной является, конечно, не глава РФС, хотя формально выше него никого нет, а назначенный им на должность тренера Дик Адвокат.

Адвокат – человек небанальный, отметившийся не одним скандалом еще в пору работы в питерском «Зените». Может быть, любители громких скандалов во время нового этапа работы Дика в стране остались ни с чем, но тот без пищи для размышлений поклонников футбола все равно не оставляет. Он раз за разом удивляет болельщиков обнародованием списочного состава приглашенных на каждый очередной сбор футболистов сборной. Не в том смысле, разумеется, удивляет, что приглашает все новых и новых футболистов, нет. Общим местом уже стало всем хорошо известное обстоятельство: Дик Адвокат привязан к одним и тем же игрокам. Или, как сформулировал Роман Павлюченко, у Адвоката есть свои любимчики.

Конечно, не Павлюченко рассуждать о любимчиках. Если бы он не ходил в любимчиках у предшественника Адвоката, Гуса Хиддинка, про него бы вообще мало кто вспоминал. Но суть в целом передана точно: Адвокат в экспериментирование не пускается. Причем ряд высказываний Маленького генерала вполне мог бы претендовать на попадание в хит-парады любого ранга. Комментируя список игроков, вызванных на игры с Арменией и Камеруном, голландец первым делом отрезал: «Булыкина не будет – и точка!» Видимо, уже так поднадоели журналисты с однообразными вопросами про забивающего больше двух десятков мячей за сезон Дмитрия Булыкина, что главный тренер сборной считает нужным не озвучить список вызванных, а сразу отмести все поднадоевшие вопросы.

Большой вопрос, высок ли уровень голландского чемпионата, реально ли эти два десятка мячей за сезон чего-то стоят, но в российской сборной не так много игроков, имеющих не только привычку побеждать, но и привычку забивать. А это дорогого стоит. Особенно для нашей сборной, которая своей игрой и своими результатами показала, что слабых соперников для нее уже не осталось. Мы даже с откровенными аутсайдерами бьемся на равных.

Между тем раз за разом Адвокат вызывает в сборную тех, кто остается без игровой практики. Зачем в марте звали в сборную Анюкова, если ему не светило даже выйти на поле в игре с Арменией из-за дисквалификации? Видимо, для руководства наших сборников куда важнее был коммерческий матч с Катаром спустя три дня, куда Анюков уже попадал. Удивил голландец и в мае, когда пригласил в команду Игоря Сем-шова. Динамовца дисквалифицировали на пять игр – он не сдержался и высказал в адрес арбитра все, что думает. Но Адвокат тут же поддержал Игоря, заявив, что «тот меня никогда не подводил, поэтому обязательно получит вызов в национальную команду». В итоге на матч с Арменией Семшов вышел, но обратили на него внимание болельщики, пожалуй, лишь когда он покидал поле в середине второго тайма.

Аналогичная история с Динияром Билялетдиновым. Уже через пять минут после выхода на замену российский полузащитник «Эвертона» умудрился осуществить жестокий подкат под Джеймса Моррисона, за что получил дисквалификацию даже не только на остаток текущего сезона, но и на первые игры следующего. Но в сборную вызвали и его тоже.

Можно сколь угодно долго рассуждать о необходимости веры тренера в костяк команды, в своих игроков, но ведь главное – результаты. А после вымученной победы над Македонией в октябре 2010-го и до неубедительного выигрыша у Армении в июне 2011-го был перерыв в восемь месяцев. Были игры, но результаты их – лишь поражения и ничьи. Те самые поражения и ничьи, которые лишали нас рейтинговых очков, а вместе с этим отбирали у нашей команды возможность участвовать в жеребьевке к чемпионату мира – 2014 в первой корзине, то есть гарантированно не получая в соперники грандов типа Германии, Англии, Испании, Италии.

А значит, еще не известно, сколько эти восемь месяцев будут аукаться в ближайшие годы.

0:4 Коррупция на марше: дело Григорьева

После истории с «делом Григорьева» команде «Ростов» уже сложновато откреститься от имиджа нечистого на руку клуба. Если про матч 19-го тура сезона-2010 с пермским «Амкаром», когда команда откровенно слила игру (пропустив мяч уже в первом тайме, ростовчане не сделали ни одного усилия, чтобы отквитать его, в результате та игра пополнила немалую череду «странных матчей» чемпионата России), уже начали подзабывать, то следующая история запомнилась всем. И надолго.

Махинации с переходом молодых игроков московского «Спартака» Максима Григорьева и Дмитрия Маляки в «Ростов» были исполнены с неподражаемым цинизмом. Если бы Фурсенко временами вспоминал бы про свой Кодекс чести, принятый с такой помпой годом ранее, то уж точно весь «Ростов» в полном составе во главе с тогдашним тренером Олегом Протасовым вмиг стал бы нерукопожатным. Спартаковцы перешли в команду «Митос» из Новочеркасска. Формально это можно было сделать, так как во втором дивизионе (а «Митос» именно оттуда) трансферное окно закрывалось позже, чем в премьер-лиге. Но спустя некоторое время игроки всплыли как отданные в аренду уже в «Ростове», где всплыть в эти сроки было уже юридически невозможно. Но доблестные представители отечественной футбольной бюрократии фактически пошли на подлог (наверное, не просто так), оформив этих футболистов задним числом.

На это, наверное, не обратили бы внимания, если бы Григорьев не забил под занавес игры мяч «Локомотиву». И принципиальный президент «железнодорожников» Ольга Смородская заявила о решимости идти до конца, в том числе до арбитражного спортивного суда в Лозанне.

Ситуация проста и однозначна. Читаем регламент проведения чемпионата, статью 12: «Первый регистрационный период устанавливается с 26 января по 10 марта (до 24:00 по московскому времени) 2011 года. Второй регистрационный период устанавливается с 01 по 31 августа 2011 года». На официальном же сайте РФПЛ и во всех документах указано, что игроки заявлены за «Ростов» 1 апреля! Ничего себе шуточка!

В той истории «Ростов» не только обскакал «Локомотив», но и финансово обокрал «Спартак». По утверждению Валерия Карпина, если бы «Ростов» напрямую покупал игроков у «Спартака», стоимость футболистов была бы втрое выше. Желание сэкономить всегда понятно, но разве это повод попирать футбольные законы?

Владелец «Спартака» Леонид Федун был куда жестче в формулировках:

– Так называемое «дело Григорьева и Маляки» – яркий пример коррупции. Все это не красит наш футбол и создает крайне негативные предпосылки.

Самую оригинальную трактовку этого беспредела предложил глава РФС Сергей Фурсенко:

– Наша позиция состоит в том, чтобы молодые футболисты получали игровую практику. Поэтому считаю, что заявка произведена в соответствии с законодательством.

В соответствии или не в соответствии – с этим, как говорится, суд разберется. Но причинно-следственные связи в голове у Сергея Александровича, конечно, потрясающие! Нужна игровая практика, мол… А раз нужно им играть, то и закон мы нарушим! Если пассажиру ну очень надо ехать на поезде, но билета у него нет, пустят ли его без билета? Конечно же нет! Но у Фурсенко своя логика. Ему же ехать-то надо!

0:5 Операция «Чемпионатт2018»: зачистка территории

Меня всегда пугает словечко «зачистка». Как для любого человека, чье становление в журналистике пришлось на 90-е годы, это уже привычка: слово «зачистка» употреблялось исключительно в контексте военных сводок из Чечни. Поэтому всякий раз вздрагиваю, когда слышу какой-нибудь грозный окрик ЧОПовца по окончании праздника в сквере или парке: «Просьба идти на выход, начинается зачистка территории!» Как-то неуютно, когда «зачищают».

Как только появился проект закона, разработанный, судя по всему, совместными усилиями чиновников Минспорта и Минэкономразвития, грустно иронизирующие журналисты тут же окрестили его «Законом о футбольной зачистке». Скандалов, связанных с расчисткой под Сочи олимпийских земель, хватило всем. А местные жители еще долго будут с дрожью вспоминать об олимпийской стройке. Но это только один регион, один маленький уголок! Можно предположить, сколько скандалов нас ждет в связи с мировым футбольным первенством! Ведь по максимуму это шестнадцать стадионов, тринадцать регионов! Страшно даже подумать, чем это может обернуться… Оргкомитет «Россия-2018», отвечающий за подготовку к чемпионату мира по футболу, получит практически безграничные полномочия. В том числе право изымать землю под спортивные и инфраструктурные стройки. Масштаб таких строек – а это не просто стадионы, но и дороги (как автомобильные, так и современные скоростные железнодорожные), вокзалы, аэропорты и много что еще – предполагает изъятия почти по всей стране.

Конечно, до того момента, когда закон будет принят (а Виталий Мутко обещает попробовать успеть даже до конца 2011 года, но это маловероятно из-за декабрьских перевыборов депутатского корпуса), в проекте возможно появление тех или иных корректировок и поправок, но главное наверняка останется без изменений: решения о том, какие участки и находящуюся на них недвижимость граждан изымать, будут приниматься всего-навсего на основании соответствующего заявления оргкомитета.

Если участок находится в государственной или городской собственности и был предоставлен гражданам или компаниям в постоянное пользование или в аренду, то органы власти прекращают эти права и изымают участок под строительство, следует из проекта закона. Алгоритм простой: принято решение об изъятии (естественно, у себя в кабинете, кулуарно); после этого в течение двух дней со дня принятия администрация региона направляет гражданам или компаниям уведомление о расторжении договора аренды или безвозмездного пользования. Съехать надо в течение пяти дней. То есть если ты живешь в неприватизированной квартире и на твой кусочек земли положил глаз очередной футбольный дядя – пять дней на сборы! А размер убытков, понесенных тобою, определят без тебя.

Если земельный участок находится в частной собственности, права граждан, конечно, защищены лучше. Но участок или дом, расположенный на нем, все равно будут изъяты. Рыночную стоимость определит нанятый администрацией оценщик. О поисках компромиссов с собственниками, о переговорах по определению справедливой цены речи даже не идет. Вам предложат список земельных участков и недвижимости (список составляет федеральное правительство по согласованию с Росимуществом, а предлагаются объекты администрациями регионов и городов), которые будут предоставлены взамен изъятых. Отдельно оговаривается, что судебное разбирательство не является препятствием для принятия решения об изъятии.

Чтобы не повторился позорный «бутовский вариант», сделано символическое послабление: чтобы жителям частного сектора не пришлось менять привычный уклад жизни и переезжать в городские квартиры, будет предложено два списка – первый с квартирами, а второй с участками и домами. Впрочем, не все получат равнозначные площади: проект закона предусматривает, что за «лишние» метры будут доплачивать граждане, за «недостачу» – власти.

Что мы будем иметь на выходе, пока точно не знает и не предскажет никто. Кроме того, уже известно о серьезных разногласиях между Министерством экономического развития и Министерством спорта. В пояснительной записке к законопроекту чиновники Минэкономразвития в общем-то справедливо отмечают: неясно, сколько денег понадобится из бюджета уже после завершения строительства спортивных объектов. Ведь построить и содержать – это две разные статьи бюджета. В Минспорттуризма возражают на все эти записки и замечания одним банальным тезисом: нам еще с ФИФА все согласовать надо.

...

Что мы будем иметь на выходе, пока точно не знает и не предскажет никто. Кроме того, уже известно о серьезных разногласиях между Министерством экономического развития и Министерством спорта.

Ясно, что ждет нас даже не «новый Сочи», как уже окрестили проблему «расчистки футбольных полей» многие эксперты. Нас ждет много подобных проблем. В каждом футбольном регионе – свой круг вопросов, которые будут требовать и своего законодательного регулирования, и просто человеческого отношения к людям. А вот получится ли это реализовать – уже не от футбольных чиновников зависит.

0:6 Строительные маршруты 2014–2018–2024: Сочи – чемпионат мира – Питер?

Впрочем, за «новым Сочи» могут последовать и другие увлекательные спортивно-строительные приключения. Складывается впечатление, что чиновники иногда теряют восприятие реальности. Они находятся в ином мире. У них все хорошо. Любое их желание, любой каприз, любая прихоть могут легко осуществиться. И то, что это выглядит со стороны иногда просто смешно, их заботит мало. Они великие. А тот, кто их не понимает, – ну, чего ж на такого обижаться? Сам виноват, что не понимает!

Сначала мне показалось, что это либо шутка, либо какая-то ошибка, либо чьи-то фантазии вслух: Санкт-Петербург собирается выставить свою кандидатуру на право проведения летних

Олимпийских игр в 20-е годы. Что за бред? После сочинских Игр-2014, вокруг которых существуют политические да и какие угодно еще риски, после чемпионата мира-2018, который еще неизвестно, какие катаклизмы вызовет в экономике да и в обществе, выставляться на третий масштабный общемировой форум? Но никто больше слова «бред» не произнес. Небольшая пауза – и потом ленты информационных агентств стали публиковать комментарии довольно высокопоставленных лиц с одной превалирующей интонацией: всеобщий «одобрямс» без малейшей тени сомнения, даже без элементарного анализа, выдержит ли это наша страна.

Отвлеченно рассуждая, каждый из подобных турниров – это политическая удача страны и, как правило, удача экономическая. Не говоря уже о многочисленных нюансах, положительно влияющих на общество. Так, многие малоизвестные уголки планеты становятся популярными горнолыжными курортами после проведения там зимних Олимпиад. Но можно ли всерьез представить, что все человечество после 2014 года будет выбирать между Австрией, Францией и… извините, Сочи? А уж ждать увеличения туристических потоков в Санкт-Петербург – извините, очень сильно сомневаюсь… Любоваться осыпающимися фасадами?

То, что мы способны принимать крупные турниры, крупные соревнования, любые крупные международные форумы, – в этом никто не сомневается. Вот только в итоге остаются нам, похоже, лишь политические дивиденды. Мы приняли финал Лиги чемпионов в 2008 году. Никто не подрался, все живы, все довольны – только Москва несколько дней стояла на ушах, сбив жизнь горожан с привычного ритма. А в столичных аэропортах творился форменный бардак. Про позорную страницу в истории мирового спорта и мировой политики под названием Олимпиада-80 и вспоминать не хочется. Да и история эта из прошлого – хочется верить – совершенно другой страны.

В любом государстве открыта информация, сколько потрачено на чемпионат мира, на Олимпиаду – и сколько заработано. У нас этого не было. Да и не будет: вряд ли кто-то может рассчитывать на точные и объективные цифры впоследствии. А раз так, то возникают очень большие подозрения (если не сказать больше), что подобные турниры – это деньги, элементарно вынутые из нашего кармана.

Понятно желание потратить очередную порцию денег на презентацию заявки, на дорогие зарубежные командировки. Очень хорошо помню, как несколько лет назад, во время представления заявки Москвы на Олимпиаду-2012 (а в успех того мероприятия, как известно, вообще мало кто изначально верил), один из членов заявочного комитета рассказывал мне, что «шансов нет, но покататься всегда приятно».

Но теперь, очевидно, счастье от контроля над многочисленными финансовыми потоками приводит уже к сущностным изменениям в работе головного мозга. Чиновники рассуждают не о шансах победить, а выбирают, на какой именно год выставиться. Потому что в победе никто не сомневается. Один из руководителей Спорткомитета в прежней горадминистрации даже разоткровенничался так, что мало не покажется:

– Ориентировались на 2016 год. Но тогда Россия подала заявку на Олимпиаду-2014, и эта заявка была избрана МОК, так что прежний вариант отпал. Что касается 2020 года, то по нему тоже есть вопросы. Вес России в олимпийском движении в последнее время существенно увеличился, так что это возможно. За последние годы страна получила огромное количество крупных соревнований. Скорее всего, все-таки выдвигаться нужно на 2024 год. Конечно, это будет благо для города. Мы сумеем кардинальным образом модернизировать нашу учебно-тренировочную, материальную базы.

...

Но теперь, очевидно, счастье от контроля над многочисленными финансовыми потоками приводит уже к сущностным изменениям в работе головного мозга. Чиновники рассуждают не о шансах победить, а выбирают; на какой именно год выставиться.

В подобных заявлениях сквозит такое ощущение, будто конкурентов у Питера, если он выставится, в мире просто не будет по определению. Разве что только внутри страны. Показательна следующая сентенция от улетевшего куда-то под облака спортчиновника:

– Если Петербург выставит свою кандидатуру, то шансов у Казани, конечно, меньше. И это при всем том, что Татарстан сделал огромный шаг вперед в плане развития спортивной инфраструктуры благодаря Всемирной универсиаде. На сегодня Казань лучше готова к масштабным спортивным мероприятиям. Но если речь пойдет о 2020 и 2024 годах, то мы, конечно, успеем наверстать…

Тут мне почему-то вспомнился разговор Чичикова с Маниловым. Помните, когда помещик делал эдак рукой и мечтательно говорил про мост, который надо поставить над рекой, и там крестьяне торговать будут. И наступит счастье…

Еще круче выступила Светлана Журова. Годы, проведенные в Думе (не в думах о России, а в Госдуме), всерьез подкорректировали мировосприятие нашей в прошлом любимицы, олимпийской чемпионки. Она комментирует это событие так, будто Жак Роге или какой другой олимпийский функционер вскрыл соответствующий конверт, а в нем написано – «Санкт-Петербург».

– Всегда верила в это! Еще во время своей речи, когда в Питере проходила эстафета передачи олимпийского огня, я сказала, что Игры непременно в скором времени состоятся в нашем великом городе, он этого достоин! Тут ведь все важно. Все возведенные к соревнованиям спортсооружения останутся людям.

Насчет «останутся людям», тут, конечно, уважаемая вице-спикер сильно погорячилась. Даже в сочинском проекте имеются несколько объектов, которые планируется демонтировать после Олимпиады. Вопрос: кому в данном случае они были нужны? Каким людям они останутся?

– Совершенно очевидно, – продолжает Светлана Журова, – что Олимпиада если пройдет, то в Петербурге и Ленинградской области.

Видимо, если она пройдет где-то еще, то мы это Олимпиадой уже считать не будем?

– Вряд ли стоит рассчитывать на получение Игр до 2024 года, ведь мы уже имеем Сочи-2014, футбольный чемпионат мира, хоккейный… Меня олимпийская перспектива радует вдвойне. Была бы счастлива представлять Олимпийскую заявку России.

Вот! Это уже ключевые слова! Не «улетела» все-таки! Готова «поучаствовать»…

0:7 О плохих танцорах

Лучано Спаллетти своим приездом в Россию привнес изрядное количество новых штрихов. Штрихов итальянского розлива – чувственных, эмоциональных. Так, как он, объяснять причины неудачной игры больше никто не может. Оправдывая медленную игру «Зенита» в ряде стартовых матчей, он говорил про небывалый холод. Поясняя еще более медленную игру подопечных в 7-м туре, в гостевом матче против «Краснодара», синьор Спаллетти сослался на «перемену температуры – здесь значительно теплее». А самое главное – на высокую траву. Дескать, кубанская трава мало того что не по-футбольному высокая (на экране телевизора этого, впрочем, заметить было невозможно), так еще и обладает некоторыми характеристиками, которые «замедляют игру «Зенита»!

Еще один эмоциональный «топ-менеджер» – президент «Локомотива» Ольга Смородская. Про траву она поначалу сезона тоже немало высказывалась: сначала о том, как корневая система прошлогодней травы испытала серьезный шок из-за плохого ухода, а потом – как любуется из окна своего кабинета в Черкизове на новую, свежевысеянную голландскую траву Разве что ленивый в ту пору не прошелся шуточками-прибауточками на эту тему

Но в моем личном хит-параде эмоций намного выше стоит другой перл от Ольги Юрьевны: «Я не могу сдержаться от визитов в раздевалку Всех целую, обнимаю, поздравляю. Восхищаюсь. У меня с командой очень эмоциональное общение. С чем бы я сравнила «Локомотив»? С боевым снарядом, выпущенным в цель…»

Оставив в стороне откровенный фрейдизм последнего тезиса, обратим внимание на результаты «Локо»: очень часто команда выигрывает в гостях, а дома довольствуется скромными результатами. Если принять во внимание, что на выездные матчи президент «Локо» с командой, по ее собственному признанию, не ездит, легко сделать вывод, почему команда дома за победу не бьется: видимо, объятия Ольги Юрьевны не всем по душе.

0:8 Российские деньги в европейском футболе

Избыток нефтедолларов в нашей стране рано или поздно привел бы к приходу российского капитала в Европу Случившееся в начале века появление Романа Абрамовича в «Челси» было лишь первой ласточкой. Но к настоящему моменту этот пример остается единственным крупным и успешным. Доля Алишера Усманова в «Арсенале» так и не стала серьезной – к контрольному пакету его и не пустили.

Но идет в Европу массовым потоком шеренга бизнесменов рангом пониже. Менее известных. Но заточенных на футбол. Если детальнее разбираться, тут, правда, не все так уж понятно, на что именно заточенных. То ли на скорое извлечение прибыли. То ли на самопиар. То ли на вывод за рубеж баснословных средств. Этого мы пока не знаем. Увидим со временем. Кто-то наверняка прогорит. Кто-то, возможно, выстрелит. Хотя в большинстве случаев для российских инвесторов главное – не результат. Для них это просто дорогая игрушка.

Юрий Кораблин, ставший в начале года президентом итальянского футбольного клуба «Венеция» (он – и доверенное лицо ряда неназываемых инвесторов, и сам частный инвестор), рассказывал, как проходила покупка клуба:

– Прибыв в Италию в декабре 2010-го, я совершенно неожиданно открыл для себя множество интересных вещей. Выяснилось, что сегодня в Италии можно купить клуб из любой серии – А, В, Cl, С2. Причем за достаточно небольшие деньги, по сравнению с Англией, Шотландией, Германией, я уж не говорю о России.

«Венеция» – клуб с более чем столетней историей. Ярких взлетов у него не было, но для горожан своя команда – предмет гордости. Ведь как рассуждают представители нации, влюбленной в футбол, при этом проживающие вдали от футбольных столиц? У нас, мол, есть не только деревушка с гондольерами, не только промышленный центр, но и своя футбольная команда. Хоть и из дивизиона D.

– История клуба последних лет похожа на многие подобные истории, – рассказывает Юрий Кораблин. – Кто-то из бывших владельцев сидит в тюрьме, кто-то участвует в других проектах. Разворовали много, конечно, но меньше, чем в «Сатурне».

Вообще знаменательно, что российские реалии являются уже много где и много в чем своеобразной точкой отсчета, индикатором для сравнений: воруют больше, чем в России, или меньше, стоит дороже, чем в России, или дешевле…

Но вопрос в другом. Многие зарубежные футбольные сообщества – очень закрытые конгломерации. Не всем удается хорошо прижиться. Время покажет, все ли оказываются способны на это. Деньги не всегда оказываются единственным и решающим фактором.

Руководство швейцарского «Ксамакса» из города Нефшателя под занавес сезона 2010/2011 сообщило о покупке клуба чеченским бизнесменом Булатом Чагаевым. Чагаев пообещал хорошо мотивировать и подготовить новую для себя команду (до этого он был вице-президентом грозненского «Терека») – «с тем, чтобы добиться успеха в Европе». Дальше следовала непонятная для среднестатистического европейского любителя футбола обнадеженность грядущими успехами мало кому известного клуба в Лиге чемпионов.

Первое же приобретение, анонсированное предпринимателем, не состоялось: на роль тренера Чагаев пригласил Марадону, который почти год (со времени фиаско на чемпионате мира в ЮАР) был без тренерской практики. Но знаменитый аргентинец выбрал клуб из Эмиратов – «Аль-Васл». Было ли предложение «перебито» деньгами или повлияли другие факторы, остается лишь гадать. Даже там, где наш бизнес вступает в мир прозрачных бухгалтерий, эта самая прозрачность сделок и самих предложений по сделкам мигом улетучивается.

Приход Чагаева в Швейцарию ознаменовался серией скандалов местного характера. Жители Невшателя вышли на пикеты против покупки клуба чеченским бизнесменом. Они назвали сделку «опасной и аморальной», намекая на сомнительное происхождение состояния россиянина. По большому счету не очень понятно, зачем покупать маленький клуб из маленького города? Ведь сразу же возникает тема возможной «прачечной».

...

Вообще знаменательно, что российские реалии являются уже много где и много в чем своеобразной точкой отсчета, индикатором для сравнений: воруют больше, чем в России, или меньше, стоит дороже, чем в России, или дешевле…

Сам Чагаев не оправдывался, а только подливал масла в огонь. Человек, допрашивавшийся в начале 90-х по нашумевшему делу о «чеченских авизо», заявил, что денег у него столько, что он не в силах их сосчитать, поэтому уже и не вспомнит, за какую сумму «Ксамакс» был им куплен.

Когда-то благополучная футбольная Европа пыталась чуть ли не объявить бойкот Абрамовичу: мол, сейчас всех скупит и обрушит рынок. Всех не скупил, с рынком ничего не случилось, а про тот несостоявшийся бойкот уж никто и не вспомнит. Будет так и в Швейцарии (деньги нужны всем, что местные власти городка откровенно признали), будет много где еще. Кто кого победит: заставит ли жизнь играть новых владельцев по местным правилам или наши умудрятся все-таки привнести правила свои – покажет время.

Но пока правила мы привносим с собой весьма специфичные. Не успели улечься страсти вокруг самого факта покупки Чагаевым швейцарского «Ксамакса», как разгорелся новый скандал: чеченский бизнесмен предложил переименовать клуб в «Вайнах». То, что клубу уже почти сто лет и за все эти годы он вообще ни разу не переименовывался, нового владельца совершенно не смущает:

– Как новый владелец, я вправе произвести переименование, – коротко и ясно объясняет Чагаев. – Термин «вайнах» будет мне напоминать о чеченских корнях.

«Вайнах» в переводе с чеченского означает «наш народ». Но для жителей Швейцарии клуб, который принадлежит чеченцу, и чеченский клуб – это ведь не одно и то же. К тому же все сто предшествующих лет они воспринимали команду именно как свою. Надо понимать самосознание местных жителей. Швейцария даже во время мировых войн сохраняла нейтралитет. И потому подобные переименования воспринимаются не иначе как грубое вмешательство в привычный уклад. И это не просто консервативное нежелание что-то менять в своей жизни: просто название команды – часть самоидентификации.

Еще больше местную общественность возмутило появление у клуба нового логотипа – с традиционным чеченским орнаментом. Все-таки стоило хотя бы посоветоваться со специалистами и уточнить, чем личный герб отличается от логотипа местного клуба.

В течение всего летнего периода из Невшателя поступали новости о разрыве очередных спонсоров с командой «Ксамакс». Сам Чагаев очень лаконично прокомментировал эти проблемы: «Клуб серьезно перестраивает свою работу и готов работать с серьезными спонсорами». Видимо, часовая марка Tissot или «Группа Е» (один из крупнейших поставщиков электроэнергии в Швейцарии) – это так, мелочовка…

Когда Руд Гуллит, как и ожидалось, был отправлен в отставку с поста главного тренера грозненского «Терека», для него на следующий же день нашлось место – в «Ксамаксе». Швейцарскому клубу, похоже, просто уготовили судьбу фарм-клуба «Терека». Впрочем, от такого понижения Гуллит в итоге все-таки отказался. И даже информация о мирном и цивилизованном урегулировании конфликта на поверку оказалась ложной: очень быстро стало известно, что Гуллит нанял адвокатов, которые еще должны будут побороться за причитающуюся ему неустойку.

0:9 По стопам Остапа Бендера: о новом центре мирового футбола

Не всегда, впрочем, деньги из России тратятся на покупку клубов или на приобретение – втридорога! – не самых великих игроков. Есть еще пропагандистские, популистские акции. Те, кто внимательно следит не только за собственно футболом, но и за событиями вокруг него, еще долго будут вспоминать пару весенних матчей в Грозном. Оба были окрашены в запредельно пафосные тона. И оба сопровождались изрядным числом скандалов.

На 8 марта была обещана бразильская сборная. Правда, вместо разрекламированных звезд первой величины, таких как Кака, Роналдо и Роналдиньо, приехали ветераны. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что это вовсе не действующая команда бразильцев, а чемпионы мира из состава 1994 и 2002 годов. Да и то далеко не все. Особенно циничной наблюдатели назвали подмену обещанного Роналдо на никому не известного Роналдао.

Но и этого для закручивания гаек в работающей на всю мощь пропагандистской машине было достаточно. Потом, правда, участники той игры то тут то там стали раздавать скандальные интервью. Выяснилось, что и сыграть их просили «шутейно», не в полную силу, и о том, что матч пройдет не просто в России, а именно в Чечне, многим из них сказали только после подписания документов или же вовсе незадолго до вылета в Грозный.

Бразилец Раи на своем официальном сайте потом живописал военную атмосферу, царящую в Чечне, испуганных людей, живущих в регионе, где слышать не слышали, что такое права человека.

– Я сделал глупый поступок, поехав туда играть, – рвал на себе волосы Раи. – Из этой поездки я вынес два важных урока: буду пристальнее следить за политическими процессами в России и Чечне и впредь стану бдительнее.

Со вторым матчем вышло уже даже не так: скандалы посыпались еще задолго до его начала, как только стали совершаться первые шаги по организации встречи. Вице-президент «Терека», министр спорта неспокойной республики Хайдар Алханов в начале апреля заявил, что на День Победы,

9 Мая, в Грозный приедут то ли «Барселона», то ли «Манчестер Сити», то ли «Ювентус». Прозвучало это так, будто все три клуба теоретически готовы приехать, осталось только самому чеченскому руководству выбрать, с кем же именно сразиться на майские. Как только эта информация стала достоянием общественности, начали раздаваться испуганные голоса из стана поименованных команд: у всех на майские даты матчи были расписаны. Кому играть в еврокубках, кому – в домашних чемпионатах и кубках. Даже дубль в далекую Чечню не пошлешь. Более того – выяснилось, что никто к руководству этих команд даже не обращался. Видимо, организаторы матча не учли, что в Европе вопросы решаются несколько иначе, чем в их регионе. Конечно, деньги решают многое. Но не всё.

Чуть позже стало известно, что вновь решено сыграть матч ветеранов. На сей раз не ограничиваться одними лишь бразильцами, а составить «Сборную звезд мирового футбола». Диего Марадона, Луиш Фигу, Фабьен Бартез, Кристиан Вьери – их звездность никем оспариваться не будет. Правда, снова не обошлось без скандалов. Тот же Хайдар Алханов заявил, что переговоры о приезде на стадион ведутся с главами ФИФА и УЕФА – Зеппом Блаттером и Мишелем Платини, а с Зинедином Зиданом и вовсе все уже практически решено. Если первые лица международных футбольных организаций вполне могут позволить себе не реагировать на недостоверную информацию о том, что они где-то якобы будут присутствовать, то Зидан ответил практически моментально, назвав все это наглой ложью.

– Я не получал никакого приглашения из Чечни, и совершенно очевидно, что нет, меня там не будет, тем более моя занятость в «Реале» никоим образом не позволяет мне там быть, – заявил чемпион мира 1998 года. Напомним, что у Зизу сейчас непростая должность в королевском клубе: будучи советником, он, по сути, является неким связующим звеном между президентом клуба Фло-рентино Пересом и командой.

Матч опять был задуман как пропагандистская акция: его приурочили к открытию свежеотстроенного стадиона-тридцатитысячника. Игре предшествовало красочное открытие. Обещали Энрике Иглесиаса, во что уже изначально мало кто верил: он с трудом согласился в апреле спеть в Москве. Но местная публика была рада и песням приехавших ветеранов поп-сцены: под Тото Кутуньо и С.С.Catch лихо отплясывали лезгинку. Завершалось все действо салютом, намного, как уверяют очевидцы, превзошедшим по красочности салют в честь Праздника Победы в Москве. Неясно только, почему фейерверк прошел под гимн Лиги чемпионов. Но здесь это ровным счетом никого не смущало. По длительности мероприятие превосходило церемонии открытия или закрытия Олимпийских игр, поэтому матч начался уже за полночь.

Над пиаром принимающая сторона поработала: неудачный опыт предыдущего провалившегося футбольного действа учли. Поэтому все футболисты повторяли друг за другом чуть ли не дословно одну и ту же заученную фразу: они приехали, дескать, не за длинным рублем, а из любви к футбольному искусству. Выяснить, досталось ли каждому по 215 тысяч евро, как в марте, или сумма была иной, до начала игры так и не удалось. Осталось довольствоваться лишь фразой пресс-секретаря чеченского президента Альви Каюмова: «Ни одна копейка из бюджетных средств на организацию этого мероприятия не потрачена».

Впрочем, тут уместно вспомнить историю с декларированием главами регионов своих доходов. Когда в свое время выяснилось, что в личной собственности у Кадырова имеется только трехкомнатная квартира площадью 36 кв. м в центре Грозного, глава Счетной палаты Сергей Степашин иронично произнес, что комментировать декларацию о доходах Кадырова бессмысленно: у него, мол, в собственности вся республика.

Страшно испугался, кстати, на открытии стадиона глава РФС Сергей Фурсенко. Неизвестно, приехал ли он на тех же условиях, что и футболисты, или бескорыстно. Знающие люди говорят, что ехал охотно. И вот в один из кульминационных моментов руководитель российского футбола выходит к микрофону, чтобы произнести дежурную речь. А стадион заходится в крике: «Аллах акбар!» Кричит тридцатитысячная толпа. Кричит предельно эмоционально. Не знаю, как бы я повел себя в этой ситуации. Ощущение, мягко говоря, непривычное. А Фурсенко действительно испугался. Мы и до этого знали, что он не блестящий оратор. Но он все-таки должен вести себя как публичный человек. То есть не сбиваться, когда аудитория заходится в экстазе. Но он смог произнести лишь только два тезиса: что сборная России – чемпион мира и что теперь Грозный становится центром мирового футбола. Напомнило немного Остапа Бендера с его убежденностью в том, что Нью-Васюки – это шахматный центр человечества. Впрочем, одновременно Фурсенко походил и на Кису Воробьянинова, когда тот опасается, что побьют.

В числе многочисленных конфузов встречи – форма команд. По чьему-то поразительному недомыслию обе они вышли играть в белом. Команде Марадоны пришлось надеть оранжевые манишки, отчего сборная «звезд» стала походить на хорошо откормленных дворников в спецодежде.

Вернемся к матчу. Было запланировано два тайма по тридцать минут. Первый закончили на двадцать третьей минуте. Говорят, судья увел команды на перерыв по личной просьбе Кадырова. Пересказывать ход игры бессмысленно. Команда «Кавказ» выиграла со счетом 5:2. Перед Кадыровым послушно расступались оборонительные редуты противника, но он в этот раз скромничал, на пенальти не напрашивался и ушел с поля без забитого гола. Даже когда уходящий с поля полпред президента в Северо-Кавказском федеральном округе Александр Хлопонин отдал Кадырову капитанскую повязку, тот скромно не стал принимать ее, а передал Ринату Дасаеву.

Скандалы не прекратились и после матча, а количество их росло как снежный ком. Выяснилось, что Ален Богосян, помощник главного тренера сборной Франции Лорана Блана, покинул расположение своей команды без ведома Федерации футбола Франции. Причина была столь весомой, что даже пристрастная французская пресса не стала критиковать Богосяна: за игру в Грозном каждый из футболистов получил в подарок часы с бриллиантами, цена которых доходила до 70 тысяч евро, плюс неназываемое денежное вознаграждение. Тут уж не поспоришь с предматчевыми интервью участников: приехали точно не за длинным рублем. За длинным евро.

Швейцарская пресса в нашумевшем материале «Грозный: матч, который мешает» долго смаковала фотографии футболистов, которые получили в подарок от высокопоставленных чеченских деятелей швейцарские часы класса «люкс» с бриллиантами, а эксперты по часовому маркетингу назвали подобные подарки звездам футбола катастрофической рекламой для часовой отрасли в целом.

...

В числе многочисленных конфузов встречи – форма команд-По чьему-то поразительному недомыслию обе они вышли играть в белом. Команде Марадоны пришлось надеть оранжевые манишки, отчего сборная «звезд» стала походить на хорошо откормленных дворников в спецодежде.

– Вряд ли эти часы были куплены Кадыровым на так называемом сером рынке, ему это не нужно, – предположил специалист из Швейцарии Грегори Понс. – Это катастрофа, потому что швейцарские часы будут в очередной раз ассоциироваться с клиентами, уровень личной этики которых находится на нулевой отметке (то есть с футболистами), и с диктатором, мало внимания обращающим на общечеловеческие моральные нормы.

0:10 Дрессированная обезьянка Гуллит?

Скандалов в неспокойном регионе хватает. Если сама по себе сегодняшняя Чечня – проект политический, то грозненский «Терек» – проект политический втройне. Хоть и базируется клуб в Кисловодске, приезжая в республику лишь на домашние матчи. Такие громкие приобретения межсезонья, которые делал зимой «Терек», мог позволить себе лишь обладатель огромного количества свободных денег. Бросали на стол переговоров все что угодно. Любые ресурсы. Но главным приобретением стали не игроки, а тренер. Приглашение Руда Гуллита на пост наставника «Терека» явилось, вне всякого сомнения, сильным пиар-ходом. И пусть до этого Гуллит особой тренерской славы не снискал, но его имя легендарное, уже само по себе знаковое и востребованное.

Однако мало кто мог предположить в ту пору, что грядущий «развод» между чеченскими властями и голландцем забрезжит так скоро. Многие обратили внимание, что Гуллита странным образом не оказалось на открытии стадиона 11 мая. Это было лишь проявлением того глубинного противоречия, что уже бушевало в руководстве клуба. Гуллит, по слухам, далеко не сразу обратил внимание на то, что не он определяет стартовый состав на игру. Просто в первые семь туров он совпадал с тем, который предполагал Рамзан Кадыров. А в восьмом туре Гуллит, к своему удивлению, обнаружил, что на поле вышли не те, кого он указывал в предматчевой заявке. Точнее, заявка его оказалась лишь черновиком. Только в этот момент до Гуллита стало доходить, что его роль в Чечне – не больше, чем у дрессированной обезьянки. (Просьба не искать в заголовке этой главы никакого расистского подтекста – речь идет исключительно о той роли, которую в Грозном отвели дважды обладателю Лиги чемпионов и провальному тренеру.)

Не хочу, чтобы сложилось убеждение, будто подобная практика свойственна лишь грозненскому «Тереку» и российскому футболу вообще. В наших реалиях возможно всякое. Недавно назначенный президентом Башкирии Рустэм Хамитов пообещал сам сформировать из уфимской молодежи одну из пятерок для «Салавата Юлаева». Это дело ответственное и политически важное. Передоверить такое каким-то специалистам от спорта нельзя!

Когда Гуллит осознал свое положение, стало ясно: счет пошел уже не на месяцы – максимум на недели. Собственно, так в итоге и произошло. Несчастливым для голландского гастролера стал 13-й тур. Уже в середине июня нарисовалась очередная громкая отставка.

«Тереку» с тренерами совсем не везет. Да, есть многие плюсы – это не только деньги, но и амбициозные цели, подкрепленные реальными возможностями. А главное – побед у команды еще нет. А значит, есть возможность начать эту победную летопись и вписать свое имя в историю. Но серьезные минусы могут перевесить. Условно назовем их спецификой, связанной с местными традициями. Гуллит ее не учел. Он даже никого не учил жить по-европейски. Он просто изучал местные нравы, чему-то поражался, чему-то удивлялся, а потом рассказывал всю правду в интервью своим соотечественникам. То есть, по общепринятым нормам, ничего предосудительного в общем-то не делал. Но, с точки зрения руководства чеченского клуба, уже этим нанес клубу оскорбление. Оставим этот национальный колорит без комментариев.

В том футболе, который называют северокавказским (хотя, конечно, такого направления в футболе нет и быть не может), случаются обидные проколы. Когда Мубарак Буссуфа отказался идти играть за «Терек», вице-президент клуба Хайдар Алханов сразу же смешал его с грязью: захотел, мол, четырех телохранителей, нам такой не нужен! И то, что это оказалось впоследствии ложью, никого не смутило.

В «Анжи» сватали Дженнаро Гаттузо, тридцатитрехлетнего полузащитника «Милана», чемпиона мира. Контракт Гаттузо с «Миланом» заканчивается в 2012 году. Вряд ли миланцы захотят его продлевать – возраст у игрока солидный. Очевидно, что представители «Анжи» именно на это и рассчитывали. Мол, никуда не денется. Гендиректор махачкалинского клуба Герман Чистяков кричал в интервью: «Посмотрите, он же стопроцентный дагестанец. Горец! Боец!» Но после того как Гаттузо отказался, славословия в один миг прекратились. Он уже не горец и не боец.

Можно еще про Диего Форлана вспомнить, лучшего игрока чемпионата мира – 2010, победителя последнего Кубка Америки. Хайдар Алханов каждый раз грозится показать свой телефон, где у него хранится памятная эсэмэска, в которой Форлан обещает приехать в Грозный. Правда, так ни разу никому и не показал.

– Мы сами прервали с ним переговоры, – отрезает Алханов. – Он слишком много загнул. Был бы ему 21 год – другой разговор…

А чем в таком случае приглянулся Роберто Карлос? Ему как-никак тридцать восемь стукнуло…

Но история с Рудом Гуллитом все-таки самый болезненный прокол. Это ведь не банальная повесть на тему «не подошел команде, не дал результата – уволили». Это имиджевый прокол. Причем для обоих – и для «Терека», и для Гуллита.

То Гуллит расскажет, что в Грозном не страшно: бывал, дескать, в местах еще хуже. То заявляет, что друзей в Грозный точно не позвал бы: тут не выпьешь, да и какое удовольствие пить, когда на каждом углу видишь не барные стойки, а автоматы Калашникова?

Гуллита выбирал лично Рамзан Кадыров. Он ведь, по уверению окружения, никогда не ошибается… Словом, шлейф остался.

А Гуллит имиджево потерял многое. Он, конечно, уже два года без работы сидел. И потому на переезд в Грозный согласился практически моментально. Но его работа в «Тереке», его комментарии после работы – все это снижает число команд, готовых пересечься с ним в дальнейшем.

– Нужно смотреть на эту сумасшедшую историю с чувством юмора, – посоветовал своим критикам Гуллит в интервью голландской газете.

...

В том футболе, который называют северокавказским, случаются обидные проколы. Когда Мубарак Буссуфа отказался идти играть за «Терек», вице-президент клуба Хайдар Алханов сразу же смешал его с грязью.

Но в Голландии он и так уже давно мишень для насмешек! Просто идеальная мишень! Газеты теперь с чувством юмора подбирают Гуллиту новые места работы: то напишут, что президент Сирии Башар Асад «сходит с ума по Руду», то лидера Зимбабве Роберта Мугабе вспомнят. Но самое интересное имя в списке потенциальных работодателей предложило издание «Фолкекрант»: «Если бы Гуллит принял предложение лидера Северной Кореи Ким Чен Ира, то жил бы вместе с игроками в одном концлагере. Но получил бы отдельную казарму и дополнительную порцию угля!»

0:11 Иностранцев в России не ждите

Об активном приходе российского капитала в зарубежные футбольные клубы мы сказали немало. А вот обратного процесса не наблюдается: никто из иностранных предпринимателей сюда не спешит. Бывают, конечно, намеки на возможные покупки, но так в области намеков они и остаются. Приезжал в начале 2011-го в Россию литовский бизнесмен Владимир Романов. Поговаривали, что хотел купить тонущий раменский «Сатурн». Ознакомившись с делами подмосковного клуба, пришел в ужас и передумал. Заявлял, что подыщет что-то другое, да достойных предложений не встретил. Так и осталось непонятным: то ли и вправду хотел клуб прикупить, то ли прощупывал почву под какие-то отдаленные проекты, попутно капитализируя свое имя, то есть попросту занимаясь самопиаром.

Но всерьез рассчитывать на то, что вдруг сюда придет зарубежный капитал, – это из области фантастики. Как можно покупать что-то абсолютно непрозрачное, да к тому же совсем неокупаемое? Если в кинотеатр на фильмы определенного режиссера перестанет ходить зритель, то что сделают продюсеры? Правильно, рано или поздно перестанут давать деньги на новые проекты. Если на трибуны стадионов перестает ходить болельщик (а то, что посещаемость нашего футбола постоянно снижается, – факт медицинский), то и деньги сюда не потекут.

...

Но всерьез рассчитывать на то, что вдруг сюда придет зарубежный капитал, – это из области фантастики.

Как можно покупать что-то абсолютно непрозрачное, да к тому же совсем неокупаемое?

Как бы ни именовалась форма собственности наших клубов (от обилия ЗАО и ОАО в глазах рябит, но об этом мы поговорим в отдельной главе), увы, главное открытие для большинства потенциальных покупателей заключается в том, что все это в большинстве случаев не бизнес-проекты, а социальные. А это мало кого привлечет. Войти в бизнес, а потом ходить по губернаторским кабинетам с протянутой рукой – такого ведения бизнеса иноземцы не понимают.

0:12 Не растет смородина около депо…

Когда чемпионат-«полторашка» (единственное в истории полуторагодичное соревнование) прошел свою первую четверть, грянул громкий скандал. Пересказывать обстоятельства увольнения Юрия Красножана из стана железнодорожников не буду. Да и не знает никто всех подробностей. Кроме разве что самого тренера (хотя и он утверждает, что не до конца в курсе), президента клуба Ольги Смородской да членов совета директоров «Локомотива».

Можно сколь угодно долго говорить, что Смородская – человек вспыльчивый, что просто рубанула сплеча. Можно даже прислушиваться к конспирологическим теориям, что она «замутила» эту историю против Красножана, чтобы отвести угрозу от себя самой. Можно – как сторонники разнообразных теорий заговора – считать ее агентом влияния Британии, которая не может успокоиться после поражения в борьбе за право принять чемпионат мира – 2018. Но это уже будет сродни идее, что у Ольги Юрьевны внутреннее органическое неприятие, просто идиосинкразия на имя Юрий. Ведь она за недолгое время уволила уже Юрия Семина, Юрия Белоуса, Юрия Красножана… Но те, кто знает госпожу Смородскую, утверждают: она пусть и вспыльчива, но решения принимает только хорошо подумав. В конце концов, она не случайный человек в менеджменте. Достаточно не полениться и изучить ее биографию.

Она многого добивалась. Причем и в тех видах деятельности, где добиваются успеха своим трудом, а не связями. В двенадцать лет она стала чемпионкой Москвы по лыжным гонкам. Школу окончила с золотой медалью, два вуза (экономический факультет в Плехановском университете, а потом и в МГУ) – с красными дипломами. В 90-е она была заместителем главы Департамента строительства в московском правительстве, а позже – уже главой одного из департаментов. В 2000-е работала заместителем генерального директора в «Интерросе», вице-президентом ОНЭКСИМбанка, Внешторгбанка. О ее работе в «большом ЦСКА» с 2002 по 2006 год уже слагают легенды. Курируя сразу 30 (!) видов спорта, Смородская снискала славу человека чрезвычайно деятельного. Реконструировала Дворец спортивных единоборств, спортивный интернат, сменила покрытие в легкоатлетическом манеже… Перечислять список всего сделанного – не хватит и целой главы. Ее обвиняют в том, что на все ключевые посты ставит своих ближайших родственников? Но в наших экономических условиях, когда разворовывается все и вся, человек, который приходит навести порядок, должен кому-то доверять, на кого-то опираться. Мужа, который на тот момент трудился в крупной нефтяной компании, Ольга Юрьевна просто уговорила бросить работу и стать у нее директором… плавательного бассейна! Кстати, мужа тоже зовут Юрий, так что не правы будут те, кто обвиняет президента «Локо» в ненависти к этому имени. Кстати, и нового тренера, которого Ольга Смородская пригласила на смену Красножану, зовут Жозе. А Жозе – это и есть Юрий.

Поэтому когда по личному приглашению главы ОАО «РЖД» Владимира Якунина она оказалась в 2010 году в руководстве «Локомотива», вопросов в ее компетентности ни у кого не возникло. Ну, может быть, кроме болельщиков, которые чуть ли не с первого дня приняли Ольгу Юрьевну «в штыки»: вывешивали баннеры типа «Баба на корабле – к несчастью», освистывали во время предсезонных встреч с представителями фан-клубов и т. п. Но Ольга Юрьевна – леди железная. Железнодорожная.

Когда случилась история с Красножаном, один из слушателей даже прислал весьма креативное творение:

Вроде не уродина,

Но футбол ей по…

Не растет смородина

Около депо.

Красножан ей вроде бы

Не по нраву. Что ж,

Вырубим смородину

И засеем рожь.

Эх, гудки печальные,

Траурный мотив…

Сгинул окончательно

Наш «Локомотив».

Семина творение,

Вы ж стальной народ!

Сварите варенье

И опять – вперед!

Все это выглядит забавно, но над всеми подобными виршами, коих немало родилось в ту пору, довлеет одна и та же убежденность авторов: Смородская – человек чуждый, рано или поздно сварят в компоте и ее. Но жизнь показала: подобного специалиста просто так не вырубишь, не сваришь. Стальные рельсы железных дорог пройдут через любые буераки.

Поговаривают, что за два дня до матча «Локомотив» – «Анжи» Баковку посетил тренер сборной Александр Бородюк. Он сообщил Юрию Красножану, что в этой игре наставник национальной сборной Дик Адвокат намерен обратить особое внимание на действия Владислава Игнатьева и Тараса Бурлака – двух потенциальных кандидатов в сборную. Можно только догадываться, каково было удивление голландца, когда он не обнаружил их фамилий в стартовом протоколе. И ладно бы это был выбор тренера, обусловленный какими-то объективными обстоятельствами. Но Игнатьев начинал в основе все (!) предыдущие матчи, а Бурлак с начала сезона не вышел в основе только в двух.

Имеет ли эта история какое-то отношение к увольнению Красножана, неизвестно. Да и как Адвокат отнесся к этой ситуации, мне, честно говоря, не важно. В конце концов, у любого тренера есть вышестоящее начальство. И не важно, компетентно оно или нет (Юрий Семин любил рассказывать про советы, которые Смородская давала игрокам: «Играйте в нападении пошире, а в обороне поуже», впрочем, не секрет, что Юрий Павлович в своем отношении к президенту «Локо» пристрастен). Важно, что именно начальство принимает решение о будущем тренера. В любом случае президенту клуба виднее, чем кому бы то ни было, оставить такого наставника у руля команды или указать ему на дверь.

В поддержку Красножана выступили футбольные фанаты. Они, в конце концов, имеют право поддаваться эмоциям. Но в один голос в поддержку тренера выступили и разнообразные футбольные специалисты. Я не о Фурсенко, который заявил, что «самого талантливого мастера в России надо обязательно пристроить в хорошую команду». В конце концов, компетентность самого господина Фурсенко вызывает вопросы. Я о тех многочисленных «экспертах», которые набросились на Смородскую так, что перешли все грани приличия. Слово «неадекватная» было преобладающим. Но в чем заключается ее неадекватность? Она уволила Семина за нарушение субординации – а за это нельзя не увольнять, игр в демократию в бизнес-процессах быть не должно. Она, как рассказывают обиженные, разгрузила в клубе изрядно раздутую зарплатную ведомость. В досмородские времена там работало чуть ли не триста администраторов.

В конце концов, Красножан ей не по наследству достался – это она сама, она лично наняла на работу одного из самых многообещающих тренеров. Скажем больше – не просто наняла, а настояла на его кандидатуре. Не знаю, как ситуация развивалась на самом деле, но думаю, что во многом именно поэтому Смородская не смогла простить тренеру закулисных игр.

Признаем за Ольгой Смородской главное: президент «Локомотива» сделала то, что на протяжении многих лет боялись сделать руководители клубов – мужчины. Ведь про пресловутые «договорняки» говорили все. Причем доходило до анекдотических ситуаций: время от времени тренеры и руководители клубов заполняли опросные листы с двумя вопросами: «Есть ли в нашем чемпионате договорные матчи?» (представители всех шестнадцати команд отвечают «да») и «Участвовала ли ваша команда в подобных матчах?» (все шестнадцать ответов – «нет»). Ну не смешно ли?

Сколько раз громкие заявления делал Леонид Федун? И многое ли доводил до конца? Сколько раз замахивался динамовец Сергей Степашин, но в последний момент, замахнувшись, бить передумывал? А Смородская если и не довела дело до финала, то бить уж точно не раздумала.

Причем жесткую и последовательную позицию она занимает не только когда речь идет о работе на отечественных просторах. Надо было видеть ход переговоров по покупке нападающего «Леванте» Фелипе Кайседо. Игрока купили, но что это была за пьеса! Ольга Юрьевна очень быстро обвинила испанский клуб в «непрофессионализме и неадекватности»:

– Руководство клуба оказалось очень плохо знакомо с регламентирующими документами ФИФА, поскольку настаивало на тех вещах, которые по регламенту делать запрещено. В итоге нам пришлось все им разъяснять, предоставлять по каждому нашему факту юридические подтверждения, чтобы подписать соответствующий закону контракт.

...

Признаем за Ольгой Смородской главное: президент «Локомотива» сделала то, что на протяжении многих лет боялись сделать руководители клубов – мужчины. Ведь про пресловутые «договорняки» говорили все.

И многое ли доводили до конца? А Смородская если и не довела дело до финала, то бить уж точно не раздумала.

Многих ли вы назовете переговорщиков с российской стороны, кто так последовательно отстаивал бы свою позицию, свои интересы, не «прогибаясь» перед зарубежными коллегами?

Пойдет ли она дальше, в целом против системы – большой вопрос. Воспринимать ее как возможную альтернативу Сергею Фурсенко сложно. Это представители разных олигархических кланов: Фурсенко – братьев Ковальчуков, Смородская – Якунина. Если она дойдет до конца, то возможно многое. Но не от нее одной все зависит. Она ведь тоже не Дон-Кихот, а менеджер, ориентированный на результат. Но теперь другие кланы будут делать всё, чтобы «Локомотив» затрясло, чтобы как раз желаемого результата не случилось. А может, намотают на ус, что с железнодорожной леди связываться не стоит. Прошли те времена, когда на поле против «Локо» можно было выпускать лишнего легионера, лишая команду, как выяснится по итогам сезона, бронзовой медали. Или еще каким-либо образом жертвовать регламентными нормами ради специфическим образом понимаемой целесообразности.

0:13 Тренерская чехарда

Частые отставки тренеров уже никого не удивляют. Не берусь судить обо всех странах в целом, но только в российских футбольных реалиях смена тренеров может происходить настолько стремительно. Конечно, не каждый год происходят отставки после первого тура (а в наших условиях и подобное случалось), но количество тренерских уходов в первом круге сезона 2011–2012 тянуло на сериал с немалым количеством серий. Сами судите: уже после тринадцатого тура отставок было семь! А всего до летнего перерыва – восемь. То есть без тренеров осталась ровно половина команд высшего дивизиона!

Весной 2011-го, готовя к печати свою книгу «Футбол убьет Россию», я не очень представлял себе до конца все особенности издательского процесса. Пишешь, условно говоря, в марте-апреле-мае, а читают тебя не раньше июня-июля. Поэтому многие вещи надо предугадать (что в принципе невозможно) либо писать о том, что в любом случае не утратит актуальности спустя месяцы.

До того момента верхом моей прозорливости являлась статья об итогах чемпионата мира – 2010, написанная для одного толстого глянцевого журнала. Номер выходил в июле, а сдать статью нужно было в мае. На мой недоуменный вопрос, как же писать об итогах чемпионата мира, который еще и не стартовал, издатель пожал плечами: «Ну, напишите как-нибудь, номер-то уже сдавать!..» Слава богу, в последний момент фразу о том, что чемпионов мира в истории футбола было всего семь, я зачем-то в последний момент вычеркнул. И как угадал! История в том году пополнилась восьмым чемпионом – Испанией.

Но невозможно писать о футболе, не затрагивая вообще тренерскую тему. Я страшно переживал, что оставил в первой книге главу о том, как и при каких обстоятельствах будет уходить из «Зенита» Спаллетти – вдруг его отправят на отдых раньше выхода тиража в свет? Однако их отношения с руководством «Газпрома» неожиданно наладились. Думал о нескольких главах, посвященных Карпину, но и его в исключительной манере отправили сначала в отставку, потом вернули, прибавив к должности приставочку «и. о.», а потом оставили на тренерской позиции, откинув этот обидный префикс.

Зато ушли другие. Причем широкими шеренгами! Первым «попросили» со своего поста Божевича, вторым, как я уже говорил, «ушли» и снова вернули Карпина, потом покинул донской край Олег Протасов.

Четвертый – Красножан – тема отдельная. Сколько ни напиши, сколько ни гадай, всей правды мы никогда не узнаем.

Об отставке номер пять, которая была фактически анонсирована еще до матча между «Тереком» и «Амкаром» 14 июня, я рассказал в одной из предыдущих глав. Гуллит даже не выглядел расстроенным, когда на последней минуте грозненский игрок срезал мяч в свои же ворота, забив, таким образом, единственный гол в матче. Он поначалу даже и не собирался ехать обратно в Грозный, но пришлось.

Отставка номер шесть случилась уже следующим утром. Омари Тетрадзе неожиданно для многих покинул «Волгу». После успешного старта (три победы в четырех первых турах, в том числе по-крупному, 3:0, над «Динамо») команда начала стремительно сползать вниз, переживая очень странные поражения. В седьмом туре, в гостевом поединке с «Тереком» вратарь нижегородцев Илья Абаев чуть ли не отпрыгнул в сторону при выходе один на один с нападающим хозяев. И при счете 0:1 команда вообще бросила атаковать, чтобы, наверное, не спугнуть столь желанное минимальное отставание. Желания отыгрываться не было вовсе. В следующем, восьмом туре случилось и вовсе странное противостояние с «Анжи», где все усилия команды во втором тайме были направлены только на два гола в собственные ворота.

Матч «Амкар» – «Волга» был отмечен уже не только привычно безвольным поведением на поле нижегородских футболистов, но и громкими заявлениями в адрес собственных подопечных со стороны Омари Тетрадзе:

– Что могу сказать по игре? Это самая худшая наша игра… Игроки не хотели победить. Складывалось такое ощущение. Мы будем от таких игроков избавляться… Поэтому и в раздевалке я сказал ребятам, что мы будем очищать команду. Если в тонне яблок окажется одно гнилое, со временем все яблоки сгниют.

Команду действительно очистили. Причем моментально – от самого Тетрадзе.

Число отставок шло к рекордному значению стремительными темпами. О седьмой отставке стало известно в тот же день. Менее заметно ушел Владимир Эштреков из нальчикского «Спартака».

Если одни видят в чемпионате небывалой длины небывалое число странных матчей (хотя владелец «Спартака» Леонид Федун и произнес загадочное: «В этом сезоне нет массовых покупок матчей»), то другие главной особенностью текущего первенства называют странные тренерские отставки. Ведь не только отставка Красножана, но и многие другие увольнения тренеров вызывают скорее вопросы, чем дают ответы.

Тетрадзе после отставки признал: о том, что он будет снят с должности – вне зависимости от результата игры в Краснодаре, – его проинформировали еще до игры. Согласимся: если бы команда поменяла своего тренера во время безвольной серии проигрываемых матчей, это еще было бы понято околофутбольной общественностью. Но этот самый «обвинительный приговор» тренеру был вынесен после весьма убедительной победы над самарскими «Крыльями». Если даже не по счету (4:2), то уж по игре точно убедительной!

Омари Михайлович явно знает больше, чем может сказать. Он ведь не вскипел, не возмутился. Да и привык к таким поворотам. Годом ранее его отправили на отдых после первого же тура, когда возглавляемый им тогда «Анжи» сыграл вничью со «Спартаком» из Нальчика. Целый год биться и рваться в высший дивизион, чтобы после одной игры добровольно из него уйти?

Кстати, поражения от «Анжи» стали недоброй приметой для тренеров. Протасов, Красножан, Тетрадзе, Эштреков… Многим вспомнилось в этом контексте заявление Сергея Фурсенко: «Мы сделаем все, чтобы не было не то что странных матчей, а даже подозрений на эту тему. Причем в самое ближайшее время. Я вам это обещаю». Обещание сдержал. Все, кто имел отношение к странным матчам, к футболу вообще очень быстро отношение иметь перестали.

Одна из главных причин череды отставок главных тренеров команд премьер-лиги – не открывшиеся вдруг факты, как в случае с Красножаном, а непрофессиональная работа спортивного менеджмента клубов. Разве кто-то у нас подбирает специалистов на конкурентной основе? Какие существуют критерии, по которым оценивается мастерство и знание дела потенциальным наставником клуба? Гонят из команды одного, потому что вдруг на рынке освободился вполне себе ничего другой? Как это было, к примеру, в московском «Динамо» образца 2010 года, когда Андрей Кобелев был отправлен в отставку, похоже, только по одной причине: остался без работы неплохо пропиаренный Миодраг Божович. Чтобы он не достался кому другому, уволили Кобелева, взяли Божовича. Но результаты-то от этого автоматически не выросли.

Если есть у менеджмента неразборчивость в игроках, то почему в случае с тренерами должно получиться иначе? Все это, разумеется, и приводит довольно быстро к тому, что возлагавшиеся на тренеров надежды не сбываются, задачи не решаются. Самый простой путь – назначить нового и снова возложить надежды. А потом много раз воспроизвести эту ситуацию.

Нет терпения у менеджмента клубов. Хотят результата сразу. Но поставить хорошего тренера и не дать ему хороших игроков – откуда результату взяться?

Если же посмотреть на эту ситуацию шире, то беда многих наших клубов в том, что у них отсутствует сколько-нибудь выработанная клубная философия. Они плохо себе представляют, что и как им необходимо делать. В итоге и тренера выбирают исходя не из его профессиональных качеств, а только по звучности имени – так получается? Ведь о том, что из Гуллита тренера не получилось, стало известно еще лет десять назад…

...

Нет терпения у менеджмента клубов. Хотят результата сразу. Но поставить хорошего тренера и не дать ему хороших игроков – откуда результату взяться?

0:14 Большие деньги большого футбола

Беда сегодняшнего футбола заключается и в том, что в нем крутятся большие деньги. Слишком большие. Конечно, любая вещь и любая услуга стоят ровно столько, сколько за них готовы заплатить и почем их готовы продать. Поэтому сетовать на то, что Аршавин получает запредельные суммы, работая по два-три часа в день на тренировках и проходя один-два раза в неделю пешком по полю, – нелепо. У него есть свои работодатели, с которыми он разберется. Но ведь большие деньги – это не только непомерно высокие зарплаты, но и те финансовые потоки, к которым так и тянется рука у ответственных за принятие решений по серьезным футбольным вопросам. Речь даже не о чиновничьих «распилах» и «откатах» – про это только ленивый не поговорил. Речь даже не о договорных матчах, которых в нашем футболе столько, что об этом не одну книгу можно написать.

Иногда футбольные действующие лица забавно оговариваются. Товарищеская встреча питерского «Зенита» с мюнхенской «Баварией» 18 мая на «Петровском» и без того вызывала немало иронических замечаний о том, что надо рано или поздно возвращать долги за якобы неспортивный характер поединка трехлетней давности в полуфинале Кубка УЕФА, когда «Зенит» неожиданно для многих переиграл «Баварию» со счетом 4:0. Подозрений в «договорняке» тогда хватало, и были даже желающие начать разбирательства с последующими судебными преследованиями.

Но все эти разговоры вокруг матча 18 мая, который «Зенит» проиграл со счетом 2:4, так и остались бы досужими разговорами, если бы не «оговорочка по Фрейду» исполняющего обязанности главного тренера «Баварии» Андреаса Йонкера. Он поведал, почему игрокам мюнхенского клуба было запрещено даже выходить из отеля во вторник вечером накануне пресловутого «товарняка».

– Эта игра была завязана на большие деньги, – вдруг выпалил Йонкер. Подумав, что сказал что-то чересчур откровенное, начал выкручиваться: – Мы приехали сюда из интереса наших спонсоров…

Какие спонсоры, которые спустя четыре дня после окончания состязаний в бундеслиге, в которых «Бавария» рассталась с чемпионским званием, всерьез будут пытаться заработать на выезде «дубля» в далекий Санкт-Петербург, который остался в памяти мюнхенцев окрашенным отнюдь не в радостные тона? Рассуждать об этом бессмысленно.

– Больше двадцати тысяч зрителей пришло на стадион, и мы не могли обмануть их ожидания, – продолжал тренер. Комментировать этот пассаж также не имеет смысла: «Бавария» привыкла к куда большей посещаемости своих матчей.

Было еще много чего сказано: и о том, что это матч-бенефис Тимощука, и о подготовке к отборочным матчам Евро-2012, которые пройдут в июне, и многое другое. Но главное – «игра завязана на больших деньгах» – ничем не замылишь, ничем не перечеркнешь.

Такие «оговорочки», случайные, а то и осознанные, – основа сегодняшней футбольной жизни. Британская пресса составила в мае 2011-го своеобразный рейтинг благотворительности – попытались подсчитать, кто из меценатов оказывает наибольшее воздействие на прогресс в футболе. Алишер Усманов, обладатель доли в двадцать семь процентов акций в лондонском «Арсенале», вошел в пятерку лидеров. И весьма забавен был комментарий английской газеты: благодаря его меценатству Россия добилась права принимать чемпионат мира – 2018. Какова здесь причинно-следственная связь, понять сложно. Хотя самое простое объяснение – «проплатили» – так и просится.

0:15 Благополучные договорняки

Футбола без договорных матчей не бывает. Это банальность. Или аксиома – как вам больше нравится… Потому что договорняков не бывает, наверное, только во дворе. А там, где крутятся деньги, всегда возникает желание их заработать. Побольше. И не напрягаясь. Вся жизнь человека – это попытка двигаться по пути наименьшего сопротивления.

Украсть легче, чем честно заработать. Но красть нельзя. Если же судья или следователь не посадит вора, какие у нас мысли возникнут? Правильно, преступник поделился украденным. Ну, или в крайнем случае те, кто его не «закрыл», профнепригодны.

Почему же такая профнепригодность (будем пока считать так, в соучастии обвинять не станем) процветает в нашем футболе? Почему в Грузии ловят и сажают? В Финляндии ловят и сажают. В Греции ловят и сажают. Не нравится вам перечень не самых футбольных держав? Хорошо, вспомним про Францию, Италию… Много еще про что можно вспомнить.

Про знаменитое итальянское расследование пятилетней давности «Кальчополи-2» болельщики уже начали забывать, а между тем отправившийся тогда в серию В туринский «Ювентус» до сих пор не может оправиться после скандала с договорняками. Но в Италии, хотя про «моджи-гейт» (по имени главного фигуранта этого антикоррупционного дела – генерального директора туринского «Ювентуса» Лучано Моджи) еще помнят, все равно бушуют новые скандалы. И снова замешаны клубы серии А, фигурируют такие именитые футболисты, как Кристиан Вьери, Франческо Тотти, Джузеппе Синьории, Даниэле де Росси. Впрочем, итальянские правоохранительные органы уверены, что теперь коррупцией пронизаны все дивизионы итальянского футбола.

Кстати, и 2006 год постоянно эхом отзывается в сегодняшних итальянских футбольных делах. Все тот же Моджи инициировал продолжение скандала. Напомним, что «моджигейт» начался с того, что в итальянских газетах появились расшифровки телефонных переговоров руководителя «Ювентуса» с верхушкой судейского корпуса. Именно на основании тех записей и был вынесен вердикт о виновности туринцев, на матчи которых назначались «нужные» рефери.

Кроме «Ювентуса» в ходе скандала пострадали «Лацио», «Милан» и «Реджина». Их оставили в серии А, но начинали чемпионат они с дефицитом очков. Чемпионом же был объявлен «Интер», якобы к скандалам не причастный. И вот спустя уже четыре с лишним года после завершения той, как выясняется, лишь первой части скандала отстраненный от футбольной деятельности синьор Моджи решил доказать, что «Интер» тоже нечист на руку. Знатоки итальянского футбола уверяют, что отношения между «Ювентусом» и «Интером» напоминают те, что в российской футбольной реальности существуют между «Зенитом» и «Спартаком». Ну а в советские времена, наверное, были между болельщиками «Спартака» и «Динамо». В Турине есть даже фанатская группировка, которая объединяет не столько болельщиков «старой синьоры», а «антиинтеристов». Они будут счастливы даже восьмому месту собственной команды. При одном условии: «Интер» должен остаться на девятой строчке.

В итоге Луиджи Моджи, вооружившись поддержкой квалифицированных адвокатов, решил применить оружие, от которого пострадал ранее. Во время нового судебного разбирательства отслушали 170 тысяч звонков и обнаружили «нужные» – те, что льют воду на его мельницу. Паоло Бергамо, руководитель судейского корпуса итальянского футбола, беседует на тех пленках с руководителями «Интера». Моджи доказывал, что теперь надо лишить звания чемпиона Италии-2006 и «Интер». Причем он требовал не вернуть чемпионство «Ювентусу», а передать его финишировавшей третьей «Роме». Но олимпийскую головоломку, когда можно годами двигаться с четвертого на третье место, а потом на второе, а то и на первое (по мере выхода новых результатов по допинг-анализам), здесь провернуть не удастся. Понимая, что в той или иной степени могут оказаться повязанными все (ну, или почти все), суд принял решение больше к пересмотру итогов турнира не возвращаться.

И слава богу! А то бы сторонники многочисленных теорий заговора увидели бы в этом решении козни «Газпрома». Ведь «Рому» тренировал в ту пору не кто иной, как сам Лучано Спаллетти!

Еще один плюс в подобном решении суда: никто не будет искать пленки, на которых Спаллетти ведет переговоры с судьями. Удивительно только то, что наводить порядок в нашем коррумпированном футбольном хозяйстве, в том числе в его судейском корпусе, позвали именно итальянца (о первых шагах Роберто Розетти мы еще поговорим в этой книге).

Череда скандалов в течение 2011 года гремела по всему футбольному миру. В Германии сел на пять с половиной лет хорват Анте Сапина. Вина – организация «странных матчей» (прекрасный термин от Мутко!). Осужден на тот же срок и другой местный «делец» Марио Чрвтак. Доказан факт 47 сомнительных матчей за шесть лет. Чрвтак даже «знал» заранее некоторые результаты еврокубков. В частности, матч группового этапа Лиги чемпионов – 2010 между итальянской «Фиорентиной» и венгерским «Дебреценом» (4:3). Но попались не на этом, а уже «на мелочах» – на попытке подкупа украинского арбитра Олега Орехова, который – ну кто бы мог подумать такое об арбитре! – оказался честным человеком, отказал Сапине и сообщил куда следует. Разразился скандал, и ниточки много куда и много к кому потянулись. Выяснилось, что эти граждане организовывали договорные матчи в Германии, Венгрии, Турции, Словении, Бельгии и даже Канаде.

В Греции на излете июля дисциплинарный комитет местной футбольной суперлиги принял официальное решение об изгнании во второй дивизион клубов «Олимпиакос» (Волос) и «Кавала» из-за их участия в договорных матчах в ходе прошлого сезона. Плюс штраф и пожизненное отстранение от любой деятельности, связанной с футболом, целого ряда персон, включая президентов клубов.

Лихорадит и Азию. В Китае футбольных коррупционеров уже «закрыли» столько, что пришлось для них даже специальную исправительную колонию организовывать. В этом «футбольном лагере» коротают дни теперь даже некогда всемогущий глава всемогущей китайской футбольной федерации Юн Нань и его ближайшие сподвижники – вице-президенты китайского футбола Ян Иминь и Чжан Дзаньцань. «Руководят» они по-прежнему, только в подчиненных уже не футбольные функционеры, тренеры, агенты и футболисты, а аж двести футбольных сокамерников!

Про корейский футбол и не будем вспоминать: итог расследований – две смерти. Один из подозреваемых футболистов повесился, оставив записку, в которой он во всем сознался. Заместитель министра спорта Республики Кореи Пак Сон Гю даже выдвинул идею закрыть вообще К-League – элитную корейскую лигу. Для начала обошлись отменой главного выставочного матча сезона – «Матча всех звезд». А пока идут пятнадцать уголовных дел, в которых, по различным данным, «засветились» от сорока шести до семидесяти футболистов. И это не считая владельцев клубов, сотрудников тотализаторов и всевозможных букмекерских контор.

Даже великий бразильский футбол и тот, как выясняется, отнюдь не чист на руку. Несколько лет назад местный судья Эдисон ди Карвалью признался следствию, что получал взятки от клубов, букмекеров и просто неких влиятельных бизнесменов за обеспечение необходимого результата. В итоге Верховный трибунал спортивного правосудия Бразилии (нам о такой конторе приходится только мечтать!) вынес беспрецедентное решение – переиграть сразу одиннадцать матчей первенства страны! Более того, вход на эти матчи для болельщиков должен быть бесплатным! Ведь болельщик, купивший билет, – это, по сути, потребитель, оплативший услугу. А услуга (то есть честный и бескомпромиссный футбол) оказана не была. Поэтому, вне зависимости от того, сел или нет тот или иной футбольный или околофутбольный деятель, болельщик свой «товар» все-таки должен получить.

История с турецким футболом образца 2011 года так вообще оказалась страшно похожа на мыльную оперу. Точнее, не на оперу даже – там слезы по экрану несколько серий подряд размазывают. Скорее, на увлекательный экшн. С элементами детектива.

Практически каждую неделю ленты информагентств приносили сведения о новой порции арестованных по целой куче дел, связанных с договорными матчами. Среди арестованных – несколько руководителей не только клубов второго порядка (типа «Сивасспора» и «Эскизехирспора»), но и грандов – «Фенер-бахче», «Трабзонспора». Президент «Фенербахче» Азиз Йылдырым из-за проблем с сердцем был доставлен в больницу. Я старательно в течение июня – июля подсчитывал число арестованных. Когда оно перевалило далеко за полсотни (а это не только футболисты и администраторы, но и непосредственные руководители клубов), со счета уже сбился. Обыски чуть ли не ежедневно проводились в штаб-квартирах ведущих клубов. Тут все как полагается: выемки документов, полиция с собаками, перекрытые улицы.

А если вспомнить еще не забытую мартовскую акцию полиции, когда взяли под стражу пятьдесят пять человек (среди них также хватало известных всей стране футболистов и тренеров), то масштаб окажется просто пугающим. К середине лета в Турции пожизненно отстраненных от любой деятельности, связанной с футболом, насчитывались уже десятки – тренеры, футболисты и менеджеры. Даже старт очередного первенства перенесли с 5 августа на 9 сентября. Правосудие важнее внутриотраслевых интересов. Даже если эта отрасль – вид спорта номер один.

Турция, та самая, которая далеко не суперфут-больная страна, нашла в себе силы очиститься от криминала в футболе. Нет, пока не очиститься даже, а только попытаться. Но разве этого мало? Ведь у нас и этого желания не видно.

Более того, почему-то именно в тот момент, когда в Турции, что называется, все горит, наши клубы начинают «подписывать» именно тех футболистов, которые запятнаны по самое горлышко. Зачем «Спартак» срочно купил у «Фенербахче» двадцатичетырехлетнего нигерийского форварда Эммануэля Эменике? Человек уже отсидел несколько дней, был не раз с пристрастием допрошен, а потом объявился в красно-белом клубе.

– Мне жаль покидать «Фенербахче», но последние события в турецком футболе повлияли на мое решение сменить обстановку, – прокомментировал перепуганный футболист. Из руководства «Спартака» с комментариями к прессе никто не вышел.

Имидж уже ничто? Или человек, умеющий играть договорняки, как раз в России будет востребован больше, чем в пытающейся очиститься Турции? Так выходит!

Послушаешь высказывания наших действующих лиц – складывается впечатление, что только в России все хорошо. Годами футболисты рассказывают, как идет эта торговля. И годами чиновники от футбола говорят, что у нас нет договорняков. «Кубань» играла договорной матч с «Сатурном», о чем рассказал в 2009 году Вадим Евсеев. О матчах «Терек» – «Крылья Советов» или «Ростов» – «Амкар» даже говорить в тысячный раз не хочется.

В июле бывший президент ФК «Москва» Игорь Дмитриев намекнул, что матч горожан с «Амкаром» в 2009 году был сдан. Ладно, нет уже «Москвы». Но «Амкар» продолжает благополучно играть в элите российского футбола. Кто-то обратил внимание на публикацию? Кто-то допросил Дмитриева, откуда у него такая информация? Кто-то начал хотя бы предварительно очерчивать круг подозреваемых?

После матча «Локомотив» – «Анжи» при весьма загадочных обстоятельствах

увольняется тренер железнодорожников, но Сергей Фурсенко называет это «внутренним делом клубов» и отказывается даже инициировать расследование! Мутко сам назвал матч грозненцев и самарцев «странным», но расследования не было и там! Сергей Степашин, не только главный аудитор страны, но и не последний человек в российском футболе, откровенно говорит о наличии данной проблемы в нашей стране – и что дальше происходит? А ничего! УЕФА шлет в страну десятки писем о матчах, подпадающих под подозрение – и опять ничего…

– Думаю, что у нас действительно благополучная ситуация по сравнению с другими странами, – это я цитирую почетного президента РФС Вячеслава Колоскова. – УЕФА объявила во всеуслышание, что у них создан комитет раннего предупреждения, в который входят сотрудники правоохранительных органов и специалисты в области футбола. Они занимаются отслеживанием странных матчей.

На резонный вопрос, почему Россия не включена УЕФА в список тех государств, которые борются с негативными явлениями в футболе, ответ был просто потрясающим:

– Если РФС действительно заинтересован в помощи, то мог бы обратиться в УЕФА. Но с учетом того, что у нас эти проблемы отсутствуют либо носят единичный характер, то, возможно, и нет необходимости в помощи данного комитета.

Дальнейшие вопросы кажутся просто бессмысленными.

Не знаю, прав ли глава Национального фонда футбола, верный друг и сподвижник Романа Абрамовича Сергей Капков, когда говорит, что двадцать процентов матчей в высшем дивизионе и сорок процентов матчей в первой лиге – договорные. Я не знаю, как это подсчитывалось. Может быть, и поменьше. Но явно не так, чтобы ситуация подпадала под определение «единичный характер».

В любом случае делать вид, что вообще нет проблемы договорняков, уже невозможно. Обвинять, как Сергей Фурсенко, болельщиков, что им уже везде мерещится нечестная игра, и убеждать, что надо, дескать, просто любить футбол и никого ни в чем не подозревать, – дело вообще последнее. Это как освистанный театральный или кинорежиссер, обращаясь к зрителям, объясняет им, что они неправильно понимают искусство.

В итоге глава РФС пустился в авантюру по созданию специального комитета по договорнякам. Все бы ничего, но с самого начала не были понятны полномочия его членов. Тем более что это не некая самостоятельная, а главное – независимая единица, а лишь очередное подразделение внутри другой комиссии. Официально это называется «экспертный совет по выявлению договорных матчей в футбольных соревнованиях, проводимых под эгидой РФС». Создали этот совет при Комитете по этике. То есть чтобы решение совета обрело некую неопровержимую силу, должны сработать сразу несколько допущений: во-первых, решение совета должен утвердить комитет по этике. А решение комитета по этике должны еще поддержать товарищи сверху. Ситуаций обратных у нас хватает: достаточно вспомнить, как здравое решение наказать всех причастных к нашумевшему «делу Никезича», которое быстро окрестили на Кубани «футбольной Кущевкой», было быстро отменено Апелляционным комитетом РФС. И не важно, что Комитет по этике обсуждал проблему чуть ли не месяц, вызывая все заинтересованные стороны и изучая множество документов, а апелляционная инстанция потратила на вопрос несколько минут – старший сказал «низ-зя!», вот и все обсуждение.

...

Послушаешь высказывания наших действующих лиц – складывается впечатление, что только в России все хорошо. Годами футболисты рассказывают; как идет эта торговля. И годами чиновники от футбола говорят; что у нас нет договорняков.

Допускаю, что и тут будет раз за разом возникать аналогичная история. Экспертный совет будет принимать принципиальное решение и выносить свой вердикт: такой-то матч носил договорной характер. Затем это будет подтверждать или не подтверждать Комитет по этике. Затем есть еще вариант с опровержением или подтверждением вердикта апелляционным комитетом. И так далее.

Вот она, пресловутая вертикаль футбольной власти. В итоге все внимание будет сосредоточено на жарких спорах внутри нового института (их даже обещали сделать открытыми для прессы: клятвенно обещаю обязательно сходить лично, как только он начнет функционировать), а затем, по мере забалтывания вопроса в других, вышестоящих инстанциях, градус напряжения станет спадать. О деле Никезича были наслышаны многие, а информация о том, что простили абсолютно всех, кто был причастен к разрыву контракта и расставанию футболиста с ФК «Кубань» через удары по печени, как-то прошла мимо большинства.

Я больше чем уверен, что создание экспертного совета по договорнякам – прекрасный хитроумный ход Сергея Фурсенко. Будет где пошуметь, где выпустить пар. А «взрослые дяди» сами разберутся, какое впоследствии принять решение. Не сомневаюсь, что дальше громких заявлений внутри этого совета дело не пойдет. Буду рад ошибиться, но вся логика решений, рождающихся в недрах РФС, подталкивает именно к этому выводу. Да и название дано соответствующее: не комитет, не комиссия, не департамент, а просто экспертный совет. То есть вроде как эксперты дадут свое заключение, но на то они и эксперты, что могут и ошибаться. А будут «ошибаться» каждый раз – мы «укрепим» этот совет другими, более «правильными» экспертами. Хотя и сейчас состав совета вызывает много вопросов: почему нельзя обойтись, например, без депутатов Госдумы – той самой, что давно превратилась, по меткому выражению политологов, в протокольный отдел Администрации президента? Некие референты правового управления Госдумы – неужели они самые что ни на есть продвинутые футбольные специалисты? Или у депутатов особый нюх на коррупцию?

В качестве председателя совета была предложена кандидатура вроде бы уважаемого и независимого человека – Анзора Кавазашвили. Впрочем ясно, что дело не в персоналиях, а в полномочиях, которыми будет располагать комиссия.

Но вот тут-то далеко не все ясно. Тумана привнесло заявление пресс-службы самого Российского футбольного союза. Цитирую дословно: «Появление данного органа позволит устранить возможные противоречия в полномочиях КДК и комитета по этике». Оказывается, вовсе не для борьбы с пресловутыми договорняками создается новая структура, а для некоего «устранения возможных противоречий». Это, конечно, звучит не так убедительно, как главный перл сезона – про «допущенные упущения в работе» (совет директоров ФК «Локомотив» с объяснением причин отставки Юрия Красножана), но все равно очень «достойно».

И словно в подтверждение догадок о том, что новая структура замышляется вовсе не для реальной борьбы с договорняками и никто не собирается наделять ее серьезными полномочиями, тут же на свет Божий был явлен официальный комментарий от ответственного секретаря Комитета по этике РФС Андрея Стукалова: «Совет не будет являться самостоятельной единицей, а включит в себя группу специалистов футбола, к которым планируется обращаться, в случае надобности, по тем или иным вопросам». Понятно? Надо будет – вас спросят. А не сочтут нужным – не обессудьте. Не для того вас созывали.

Даже из членов этого экспертного совета многие скептически отреагировали на нововведение. И Ловчев, и Хусаинов вошли в комиссию (первый – на правах консультанта), как признались сами, скорее из уважения к Кавазашвили, а вот сам процесс доказательства отсутствия спортивной борьбы для них остался непонятен.

...

Создание экспертного совета по договорнякам – прекрасный хитроумный ход Сергея Фурсенко. Будет где пошуметь, где выпустить пар. А «взрослые дяди» сами разберутся, какое впоследствии принять решение.

Сам Кавазашвили, похоже, пока не берет в голову нелепости, связанные со статусом совета. При разрешении спорных вопросов он обещает полагаться в первую очередь на опыт:

– Если игрок до перерыва играет совершенно нормально, а во втором тайме начинает допускать непостижимые ошибки, то от глаз экспертов эта разительная перемена не скроется. То же касается и вопросов судейской предвзятости. Фиксироваться «странные» действия будут в процессе просмотра записи матча с первой до последней минуты.

Но упускается из виду один простой момент: для полной доказательной базы мнения уважаемых экспертов будет недостаточно.

И недостаточно – это еще мягко говоря. Ну посмотрит десяток экспертов матч. Шестеро решат, что он «странный», четверо с ними не согласятся. Может быть, даже опубликуют «особое мнение». И что? У одного один взгляд, у другого – иной. Нужно ведь что? Нужно располагать как минимум аудиозаписями. А санкцию на «прослушку» можно получить где? Правильно! Только в компетентных органах. Ведь нужно не столько обсуждать договорные матчи, а раскрывать их. А существует ли уверенность, что у этих самых «органов» есть на то политическая воля?

Сергей Степашин утверждает, что между следственными органами и РФС наверняка существует некое «джентльменское соглашение». В чем оно заключается, правда, никто нам не сообщил. Да и подобным термином, если мне не изменяют мои филологические познания, как правило, именуются негласные пакты о ненападении, а вовсе не о сотрудничестве.

– Я не очень-то верю, что сейчас можно эффективно бороться с договорняками и коррупцией в нашем футболе, – полагает бывший игрок сборной СССР Валерий Маслов. – Есть такое понятие в юриспруденции – допустимость доказательств. Это значит, что нельзя вести «прослушку» телефонных переговоров или слежку без соответствующего разрешения и без возбуждения уголовного дела. Иначе это не будет считаться доказательством в суде. Да и вообще это нарушение закона. Любой хороший адвокат такое дело развалит. Я так говорю, поскольку не раз общался на данную тему с сыщиками. Для возбуждения уголовного дела нужны веские основания… А разговор о том, что мне показалось, мол, что матч был договорным, – не в счет.

Хорошо, с договорными матчами сложно. А с судьями? Если судья уходит после матча со стадиона с сумкой денег? И это не доказательство! Он может заявить, что знакомый Иван Иванов просто отдал ему долг. И как ловить этих нечистоплотных людей?..

Спустя всего две недели после появления экспертного совета формально его пришлось распустить. Забыли свериться с собственным регламентом, чтобы выяснить: внутри одних структур запрещено создавать другие. Проще говоря, внутри комиссии не может работать подкомиссия. Глава РФС объявил, что экспертный совет станет экспертной комиссией и будет теперь подчиняться непосредственно ему. Но появилась ли у кого-то хоть на секунду капля уверенности, что полномочия нового комитета получили от этого хотя бы приблизительные очертания?

Впрочем, мои источники уверяют, что главная интрига всех этих смешных и непонятных для стороннего наблюдателя пертурбаций заключается в одном: глава Комитета по этике Аллу Алханов уже взвыл от необходимости трудиться бок о бок с Анзором Кавазашвили, и прославленного в прошлом вратаря просто вывели в отдельную структуру. А так как нельзя быть членом двух органов одновременно, Кавазашвили вынудили написать заявление о выходе из состава Комитета по этике.

...

В состав комиссии глава РФС готов включить кого угодно – и следователей, и менеджеров. Забывает он упомянуть только о тех, кто искренне любит футбол, кто разбирается в нем.

Сергей Фурсенко и здесь проявил себя настоящим Цицероном Александровичем. Он опять вроде бы и прокомментировал ситуацию, а вроде как и нет:

– У нас работа и сейчас уже идет. Мне бы не хотелось говорить о ней достаточно подробно, чтобы не создавать ненужную шумиху, которая может навредить делу Фурсенко сторонится любых ситуаций, в которых есть намек на публичные обсуждения. Его задача – решать любой вопрос только в тиши кабинетов. Вот почему он так бился именно за закрытую работу новоиспеченного органа:

– Если создавать дискуссионный клуб, то нужно включать туда как можно больше народа. В том числе журналистов, чтобы все это выливалось во всенародное обсуждение.

А огласка – это то, что меньше всего нравится подобным чиновникам. Как и другой небезызвестный питерец, который произнес в свое время сакраментальное «парламент – не место для дискуссий», Сергей Фурсенко полагает, что обсуждать открыто футбольную проблематику может кто угодно, но только не общество, да и, как следует из его спича, не члены создаваемых комитетов:

– Нужны профессионалы в следственной и оперативной областях, которые могли бы обеспечить контакт с правоохранительными органами, дознавателями и прокуратурой. Кроме того, необходимы менеджеры, способные выстроить всю работу правильным образом. Вот такой состав. И конечно, вся эта деятельность не должна быть чересчур публичной и открытой. Иначе вместо расследования получим балаган.

Один знакомый психотерапевт объяснил мне постоянную боязнь публичности социальными комплексами, полученными когда-то в глубоком детстве. Желание уйти от огласки в любых вопросах, причем с постоянным объяснением этой позиции, – признак серьезного расстройства. Но наша задача – не лечение главы РФС. Нам все-таки в ближайшие годы с ним жить. Поэтому надо просто привыкать.

Что мне абсолютно не понравилось в комментариях Сергея Фурсенко, так это позиция, с которой он говорит. Он недвусмысленно выдает себя просто с головой, показывая, на чьей он стороне:

– Заподозрить мало – надо еще доказать.

Я страшно боюсь обвинений в тенденциозности. И в своей журналистской работе всегда следую старому и никем не отменявшемуся правилу: при описании любой ситуации надо постараться дать как минимум две точки зрения. И в тот июльский день, когда я прочитал в «Спорт-экспрессе» эту фразу Сергея Александровича, я одернул себя: ну, может, мне просто показалось, что для него главное – не поиск истины, не наказание коррупционеров? Он словно сидит, издеваясь, перед следователем и произносит:

«Ну, что? Доказать слабо?» Но коллеги из самых разных изданий, встречавшиеся мне в тот же или в последующие дни, – все как один спрашивали то же самое: «Нам показалось?»

Но есть еще один характерный нюанс, о котором хочется сказать отдельно: в состав комиссии глава РФС готов включить кого угодно – и следователей, и менеджеров. Забывает он упомянуть только о тех, кто искренне любит футбол, кто разбирается в нем. Я не о ком-то конкретно – не о бывших игроках или нынешних тренерах. Просто о тех, для кого футбол не просто вид спорта номер один, а часть жизни. Впрочем, это уже тема для отдельного разговора, которому стоит посвятить всю следующую главу.

016 Футбольная Россия без футбольных профессионалов

Проблема сегодняшнего руководства Российского футбольного союза заключается в том, что там нет человека, искренне любящего футбол, искренне им интересующегося, разбирающегося в нюансах этого вида спорта. Практически каждый из поставленных на разные участки Сергеем Фурсенко руководителей оказывается там не потому, что является профессионалом в данной области, а потому что, с точки зрения управленца (причем не самого умелого) Фурсенко, за каждым из этих людей стоит опыт, статус и т. п. Но ведь эти опыт и статус совсем не футбольные.

На посту главы Комитета РФС по этике, с созданием которого многие связывали немало надежд (как выяснилось, иллюзорных), оказался человек, который футбол, по-моему, и вовсе не смотрит. Аллу Алханов. В его кабинете одновременно разрываются пять мобильных телефонов. Он решает (или ему кажется, что решает) вопросы государственной важности. В довесок – вопросы футбольные. Времени посмотреть игру у него не бывает. Он звонит младшим товарищам по комитету, с тем чтобы просто узнать, что в какой из игр произошло. Иногда просто чисто информативно уточняет счет!

Бывает, забавно проговаривается. Объясняя, почему спустя полторы недели нет никаких решений по странному матчу «Волга» – «Анжи» (во втором тайме игроки «Волги» откровенно «сливали» матч), он так и выдал: «Не было поручения». То есть орган, который для того и создан, чтобы в том числе инициировать расследование тех или иных позорных ситуаций, ждет от кого-то некоего «поручения».

Круче, конечно, получается, только у самого Фурсенко. В иных случаях диву даешься: ну зачем этот человек вообще соглашается на интервью? Неужели ему приятно выглядеть идиотом? Отвечая на тот же самый вопрос про матч «Волги» с «Анжи», он вдруг выдал перпендикулярное:

– Вопрос находится в стадии разбирательства. Но я убежден, что судьи ангажированы не были.

При чем тут судьи? При чем тут их ангажированность? Или человек не способен отличить матч «Ростов» – «Анжи», где сомнений в коррумпированности Станислава Сухины не возникает у любого внимательного зрителя, от матча, о котором идет речь? И что он имеет в виду, когда говорит казенное «в стадии разбирательства»? Разбирательство – это значит, он уже позвонил Алханову, а тот собирается позвонить куда-то еще?

Вообще незнание футбольного предмета у главы РФС зашкаливает. Словечко «инопланетянин», прикрепившееся к нему в первый год работы в футбольной сфере, оправдывается все чаще. Вот Сергей Фурсенко рассуждает о том, как посещал в Мюнхене знаменитую «Альянс-арену»:

– Провел там часов пять. Посмотрел игру, потом сидел в специальной комнате вместе с Толей Тимощуком. Обычно после матча в ней собираются футболисты…

Ну неужели никто не объяснил Сергею Фурсенко, что есть такое понятие, как раздевалка?

Причем не правы будут те, кто заподозрит руководителя в том, что, когда дело касается личного интереса, ситуация в корне меняется. Нет, он и в таких случаях ведет себя как нашкодивший школьник.

Поговаривают, что когда в начале 2010-го решался вопрос о тренере сборной, когда уже были поставлены подписи, когда юристы РФС и многочисленные посредники уже везли к Роберто Манчини печати, чтобы оставить оттиск на свежеподготовленных документах, вдруг тот же Фурсенко их одернул:

– Не подписывать! Стоп варианту с Манчини!

На недоуменные вопросы, которые последовали от почтенной публики, посвященной уже в суть переговоров, Фурсенко ответил коротко:

– Это Миллер и Мутко против. Они согласны на Дика Адвоката. И Дик Адвокат согласен.

Со временем выяснилось, что ни Миллер, ни Мутко вообще не были в курсе. Да и не их поля эта проблема. Миллер высоко, а противоречить Виталию Леонтьевичу Фурсенко и сам бы рад. Но не мог же он рассказать всем правду. Ту, на которую все чаще прозрачно намекают знающие люди: в зарплате у Адвоката якобы есть «доля» (ну, или «откат», как вам больше нравится) самого Фурсенко. А Манчини – человек неподконтрольный. Он теми же семью миллионами евро делиться бы не подумал. Он в такие игры не играет. Правда это или нет, нам все равно никто никогда не расскажет. Но так по-детски сослаться на взрослых… Ясно, что у Миллера никто переспрашивать не будет. Да и знает ли глава «Газпрома», кто такой Манчини?..

0:17 Креатив от главы РФС

Иногда мои оппоненты пытаются защищать Фурсенко от несправедливых, как им кажется, нападок. Приводят в качестве главного один аргумент: он все-таки креативный человек, он все-таки хоть что-то пытается придумать. Но это скорее шлейф от многочисленных интервью, которые Сергей Александрович раздает прессе. Если ты не видел какой-то фильм, но много слышал о нем пересказы друзей или проглядывал рецензии в прессе, у тебя рано или поздно сложится и свое мнение о фильме. Даже если, повторюсь, ты его не видел. Это законы восприятия. Так и здесь: результата нет, побед нет, еще много чего нет. И действительно ли Фурсенко способен придумать что-то яркое, креативное – мы не знаем. Но когда тебе про это постоянно говорят, вроде бы начинаешь верить.

Конец 2010 года и первую половину 2011-го нам рассказывали, что у Сергея Александровича сформировался некий план, который якобы особым, нестандартным и революционным путем приведет нас к победе в 2018 году Про бредовые программы типа «Человек футбольной национальности» рассуждать не очень хочется. Потому что бред – это то, что поддается разве что клиническому анализу специалистов. А вот так сильно разрекламированную главой РФС программу «Результат-2018» я прочитал. И зря. Последние сомнения в том, что у руля российского футбола собрались некомпетентные шарлатаны, отпали.

Расчет Фурсенко понятен: чтобы прийти к победе, должен быть некий план, хотя бы перечень шагов, как к этой победе двигаться. И если на каждом углу кричать, что у тебя эта программа есть, то сложится впечатление, что ты ведешь некую реальную работу. А выполнена она или нет, станет понятно только в 2018-м. Но до момента провала можно так хорошо погреть руки!

В столь широко разрекламированной программе «Результат-2018» нет, по сути, ничего, кроме декларации грядущего чемпионства. Нет самого важного, того, что должно являться необходимым условием осуществления любого плана и любых деклараций – механизма реализации. Нет алгоритма. В этом и заключается главная беда нынешнего руководства российского футбола: можно наговорить кучу самих собой разумеющихся очевидностей, но без продуманных путей решения они так банальностями и останутся.

Чтобы не быть голословным, я позволю себе процитировать отрывок из этого самого «Результата-2018»: «В комплексе мероприятий, направленных на подготовку сборной-2018 как сборной-победителя, должно быть обеспечено создание такого смыслового и информационного пространства, в котором будет возникать и крепнуть победный дух наших футболистов, формироваться их профессиональная ответственность и ответственность перед страной». Одним из принципов такой системной работы называется соответствие «идеологии и философии победителя». Воплощением же «идеологии и философии победителя» должны, как утверждает Фурсенко или какой-то неведомый автор этого небывалого словоблудия, стать все: и нынешние сборники, и будущие, и все специалисты, и даже журналисты. С одной стороны, очень удобно не обращать внимания на критику: ах, ты критикуешь, значит, ты не соответствуешь нашей идеологии победителя, чего с тобой говорить… А с другой – это так напоминает советские варианты планирования с его пятилетками, подкрепленными идеологическими штампами.

Мы смеялись над бессмысленным Кодексом чести. Почти год про него никто не вспоминал. Но видимо, этот год был потрачен окружением Фурсенко на выпекание нового шедевра – Хартии честной игры. Если «кодекс» я еще прочитал, то «хартию» даже не стал искать. Потому что при таком подходе нас ждут впереди «Декларация спортивной борьбы», «Заявление о футбольной честности», «Меморандум», «Билль», «Коммюнике»… В конце июля газеты сообщили о том, что в недрах РФС готовится некая «Инструкция». Всего-то – инструкция? Видимо, креатив стал иссякать…

Самое забавное заключается в том, что всего семь лет назад документ под названием «Хартия честной игры» клубы уже подписывали. Уже и в 2004 году коэффициент нелепости подобного действа был очевиден каждому. Сейчас он будет уже втройне очевиден. В договорных матчах, которые, разумеется, никуда не делись, замешаны клубы, которые под этим документом уже ставили свои подписи. Ну, не беда, поставят подписи и под Хартией-2.

...

Раньше, чем Сергей Александрович, на политическом небосклоне засветился его старший брат-министр образования и науки Андрей Фурсенко. Один «креативил» по поводу единого госэкзамена, второй «креативит» на спортивную тематику. Теперь, судя по всему «креативят» сообща.

Раньше, чем Сергей Александрович, на политическом небосклоне засветился его старший брат – министр образования и науки Андрей Фурсенко. Один «креативил» по поводу единого госэкзамена, второй «креативит» на спортивную тематику. Теперь, судя по всему, «креативят» сообща. Чем еще объяснить (ну, кроме разве что перегревом от летней жары) решение ввести для школьников в качестве третьего урока физкультуры в неделю занятия бадминтоном? Объяснение феноменальное: во-первых, это дешево (неужто ракетка, волан и сетка стоят дешевле простого футбольного мячика?), а во-вторых… Нет, это надо процитировать:

– Этот вид спорта будет способствовать естественной тренировке глазных мышц у школьников. Вы видели когда-нибудь бадминтонистов в очках?

Крыть нечем. Кроме того, что я не видел никого в очках ни на футбольном поле, ни на боксерском ринге…

0:18 Некомпетентность в квадрате

Появление новых департаментов и комитетов в рамках разрастающейся структуры РФС объясняется вовсе не желанием прикрыть те проблемные зоны, до которых прежде руки не доходили, а дать поработать «своим».

Так лишился своего поста главный тренер женской сборной России Игорь Шалимов. Его, человека, известного в отечественном футболе, одного из немногих поигравших в серьезных европейских клубах, три года проработавшего на своем не самом, может быть, заметном, но принципиальном посту, перевели заместителем к спортивному директору РФС Николаю Писареву только потому, что его место приглянулось Вере Паув. Тут, конечно, надо вести речь не о том, что она когда-то в палеолите была голландской футболисткой, а о том, что она жена технического директора РФС Берта ван Лингена – верного сподвижника Адвоката и Фурсенко.

И если деятельность именитого арбитра Роберто Розетти или советника главы РФС Хосе Марии Гарсии Аранды оценивать рано (просто отработали уж очень мало), то с Берта ван Лингена и Веры Паув за результаты (а точнее, за их отсутствие) спросить пора. Мало того, что результатов нет. Ни у кого из специалистов нет уверенности, что они рано или поздно появятся. Даже обычно осторожный в высказываниях Вячеслав Колосков позволил себе весьма резкий комментарий:

– У меня не сложилось впечатления, что они на голову выше российских специалистов. Я этих фамилий не слышал в качестве специалистов, которых бы признавали в Европе, хотя, долгие годы возглавляя комитет УЕФА, прекрасно знаю технического директора УЕФА… Но эти фамилии там не были на слуху. Это особенно касается женского футбола, передовые специалисты по которому есть в Германии, Норвегии…

Нет в РФС как такового пресс-секретаря, то есть того человека, к которому любой представитель пишущей, говорящей или снимающей журналистской братии мог бы обратиться с вопросом, запросом или еще чем. Сомневаюсь, что он Российскому футбольному союзу не нужен. Им просто еще не объяснил никто, что такой человек действительно должен быть. Есть, конечно, отдельная структура под названием «Департамент по информационной политике РФС», но это, согласитесь, несколько иное.

А уж какое количество «ляпов» выходит из-под пера неведомых составителей пресс-релизов и разнообразных писем! Чего стоит умилительное письмо-обращение ко всем СМИ, разосланное перед 1/16 финала Кубка России (первой из стадий, где играют серьезные клубы). Там содержалась просьба в связи с появлением титульного спонсора называть турнир «Pirelli – Кубок России по футболу». Для меня кубок как был кубком страны, который проводится с 1936 года, так таковым и остался. Не важно, звался он Кубком СССР или Кубком России. Это все равно кубок страны – второй по значимости турнир. А уж каких приставок к нему за последние годы только не прибавлялось, и что теперь? Так и с чемпионатом: на смену «Росгосстрах – чемпионату России» (который болельщики, намекая на качество футбола, иначе кроме как «Росгосужас – чемпионат…» и не называли) пришел «Согаз – чемпионат…». Для меня отсчет новой истории не начался. Один спонсор позволил себе высказать финансовые претензии – подогнали сразу другого, более покладистого.

Но не об этом речь. Ссылка, размещенная на сайте РФС, вела на новость о том, что у Кубка появился титульный спонсор: с 1/16 просьба турнир именовать… «Bridgestone – Кубок России». То ли не могли вспомнить ничего, кроме того, что это кто-то, связанный с производством шин, то ли произошла утечка раньше времени и один потенциальный спонсор на повороте обогнал другого… Когда я попросил сотрудников редакции связаться с представителями РФС, чтобы все-таки разобраться, что же именно произошло, на том конце провода лишь протянули:

– Да, ну что ж поделать, вот такие у нас пиарщики…

Иногда свежесозданные комитеты, как показывает практика, начинают дублировать и перекрывать функции уже существующих. Так, появление Комитета по этике привело к тому, что очень часто ни он, ни Контрольно-дисциплинарный комитет (КДК) не приступают к рассмотрению тех или иных происшествий, пока им не распишут, в чьем ведении будет находиться та или иная проблема. Количество подразделений растет, бюрократия существенно увеличивается, а результат, само собой, страдает.

Ряд высказываний главы Комитета по этике Аллу Алханова вызывают закономерный вопрос: зачем вообще нужен был этот орган, который вместо определяемых его регламентом функций берется за дела, с которыми раньше вполне успешно и оперативно разбирался КДК? При этом за одни дела берется, а за другие – нет.

Комитет по этике в конце 2010 года несколько недель (!) разбирался в абсолютно пустячном деле. Такие дела можно и нужно урегулировать сразу же после выхода действующих лиц из раздевалки. Речь идет о хамском поведении Игоря Денисова после матча «Спартак» – «Зенит», когда питерский футболист не смог сдержать эмоции и «выстрелил» мячом в сторону тренерской скамейки москвичей, а потом вступил в нецензурную перепалку с Валерием Карпиным. Пока разбирались, Денисов успел сыграть в принципиальном матче с ЦСКА и в игре против «Ростова», которая стала для питерцев «золотой». Только после этого он был отправлен отбывать дисквалификацию, которая, по сути, свелась к неучастию в уже ничего не значащих матчах.

При этом Денисов и Карпин пострадали только потому, что оказались не совсем в подходящем для словесной дуэли месте – у кромки поля. Если бы они сделали всего несколько шагов в подтрибунные помещения, то вообще ушли бы от ответственности. Как это произошло, к примеру, во время кубкового матча между Гаджи Гаджиевым и Лучано Спаллетти.

Тут стоит процитировать Аллу Дадашевича дословно:

– Я слышал о том, что в Грозном что-то произошло, но у нас нет никаких заявлений и фактов. Если заявления поступят, то будем рассматривать эпизод с точки зрения этических норм. Одно дело, когда подобные вещи происходят на самом поле, а другое – под трибунами. Нам нужны свидетельства, документы, материалы…

О каких, интересно, материалах идет речь? Гаджиев свою трактовку уже изложил в нескольких интервью, Спаллетти заявлений писать не собирается, о чем уже уведомил всех. Да и в соответствии с регламентом Комитет как раз сам может инициировать и проводить расследования. И предварительные заявления не нужны. Это не суд, которому, по правилам, нужны исковые заявления.

Бывают и совершенно позорные, просто постыдные вещи. Комитет по этике чуть ли не месяц решал вопрос о наказании ФК «Кубань» по нашумевшему делу Никезича. Не стоившая выеденного яйца и очевидная с самого начала ситуация, из-за которой команду прозвали «футбольной Кущевкой», почему-то месяц рассматривалась под лупой. Но в итоге было принято решение очевидное и бесспорное: наказать и клуб в целом, и тех представителей команды персонально, кто имел отношение и к нарушениям трудового права, и к элементарной уголовщине – избиениям футболиста. Причем в резолютивной части наказание было назначено, на мой взгляд, сверхлояльное: клуб оштрафован всего на два миллиона рублей, а гендиректор Сурен Мкртчян – на один миллион. Тренера Николая Хлыстунова отстранили от должности до конца 2011 года, а спортивного директора Сергея Доронченко – до конца сезона, то есть до мая 2012-го. И всё. Никаких запретов на профессию. Никаких серьезных наказаний. Впрочем то, что сделано, – это уже немало. Такого прежде не бывало – любой криминал внутри клуба спокойно сходил всем с рук. Появилась надежда, что это первая ласточка, что все действующие лица нашего расшатанного футбольного хозяйства получили четкий сигнал: вот так себя вести нельзя, такое больше замалчиваться не будет. И это не только первая ласточка – это первый шаг. В том смысле, что дальше будут подключаться прокуратура, следственные органы. Дальше будут уже не временные снятия с должностей, а реальные сроки.

Но то, что случилось потом, спустя всего каких-то пару-тройку недель, удивило даже видавших виды старожилов футбольной верхушки. Тремя строками в прессе прошла информация о решении Апелляционного комитета РФС. Заседание длилось лишь несколько минут. По слухам. Приходится опираться именно на слухи, потому что на заседание вообще никого не пригласили. Даже членов Комитета по этике – с тем, чтобы они пояснили свою позицию. Не было никого, кроме представителей «Кубани» с их жалобой на решение Комитета по этике. Все решения по штрафам и другим наказаниям были отменены. Оставили лишь ничего не значащий штраф с самого клуба. Но для футбольной команды премьер-дивизиона два миллиона рублей – это копейки.

И никаких комментариев не последовало. Сигнал футбольному обществу дан однозначный: творите беспредел дальше. Главное – умейте договариваться с высшими эшелонами. А что подумают про вас болельщики – да кому это важно? У нас бизнес. Тут уж не до каких-то болельщиков!

Между тем действительно серьезными вещами, теми вопросами, в которых замешаны чьи-то значительные финансовые интересы, все эти комитеты не занимаются. Хотя именно это прописано и даже предписано им регламентом, на который они по поводу и без повода так любят ссылаться. Комитет по этике, согласно статье 9, должен следить за тем, чтобы «субъекты футбола воздерживались от прямого или косвенного участия в лотереях, а также в деятельности букмекерских контор и тотализаторов, связанных с проведением футбольных матчей». Но разве занимался этим когда-нибудь Комитет по этике? Эти функции в свое время вынуждена была брать на себя ПФЛ во главе с вечным борцом за справедливость Николаем Толстых. Но именно это, похоже, господина Фурсенко и взбесило: он о бнаружил некое несоответствие Устава Профессиональной футбольной лиги действующему законодательству и срочно договор с ПФЛ в одностороннем порядке разорвал.

К такому поведению со стороны руководства РФС давно уже привыкать не приходится. Как только что-то или кто-то выходит за рамки всеобщего «одобрямса», его обязательно «подкорректируют». Как подправили в середине лета регламент Комитета по этике, всерьез ограничив его права. Так из одной из статей регламента был исключен пункт, позволяющий самостоятельно инициировать расследования и открывать дисциплинарные дела. Обставлено это было с потрясающим цинизмом: объяснили, что это, дескать, необходимо для приведения свода правил в соответствие с некими международными нормами. Можно подумать, что кто-то в ФИФА или УЕФА возмущался избыточной самостоятельностью этого виртуального образования под названием «Комитет по этике»?

...

Сигнал футбольному обществу дон однозначный: творите беспредел дальше.

Главное – умейте договариваться с высшими эшелонами.

А что подумают про вас болельщики – да кому это важно?

У нас бизнес.

Тут уж не до каких-то болельщиков!

– Будем развивать и совершенствовать работу РФС, в том числе Комитета по этике, – говорит Сергей Фурсенко. – За время его работы было несколько существенных ошибок, повторения не хотелось бы.

Это, интересно, вообще о чем? Что сделал Комитет по этике, чтобы говорить о его ошибках? А единственное справедливое решение в виде наказания представителей ФК «Кубань» по нашумевшему делу Никезича, которое потом было отменено вышестоящей инстанцией? Выходит, именно это и есть «существенная ошибка»? Вам еще не стыдно, Сергей Александрович? Жаль, что Вы не офицер. Офицеры в таких ситуациях уже стреляются…

Но я в этом месте позволю себе еще одну цитату из речи главы РФС по поводу Комитета по этике. Потому что если до этого момента я кого-то еще не убедил в неадекватности решений и поступков главы РФС, то после очередного демагогического перла вопросов ни у кого уже остаться не должно:

– Дело серьезное, в этом органе не может быть людей, ангажированных с какой-либо стороны. Важна полная независимость. Поэтому… – Внимание! Все следим за «ловкостью рук»! – Поэтому, возможно, Комитет по этике будет избираться на конференции РФС.

То есть те, чья деятельность, по сути, должна проверяться на соответствие этическим нормам, сами изберут членов Комитета по этике. И конечно, никакой ангажированности, никакой зависимости… Просто скверный анекдот.

Еще один пример вопиющей некомпетентности – работа так называемых «делегатов РФПЛ». Если возникают у лиги какие-то вопросы по тому или иному матчу, если надо рассмотреть вопрос о дисциплинарном наказании команды, стадиона и т. п., то в первую очередь обращаются именно к письменному отчету делегата. Не к высказываниям прессы или болельщиков, а изначально – к отчету делегата. В конце концов, мало ли что кому показалось, а делегат – это некий объективный источник информации, к тому же сидящий у лиги на зарплате.

Но видимо, последнее обстоятельство как раз мешает объективности. На матче «Динамо» – «Зенит» на трибуне питерских болельщиков девяносто минут распевали и скандировали такую похабщину, что ее даже отдаленно процитировать не могу. Но делегат Борис Пронин ничего в протоколе не отразил. Говорит, разобрал только одну кричалку: «Футбол для фанатов, а не для мусоров!» Но зачем, мол, ее фиксировать – ее и так кричат на каждом матче. А похабщины не разобрал, так как – цитирую – «на стадионе в Химках плохая акустика». Причем сидящие в полуметре от делегата журналисты (ложа прессы и место делегата расположены рядом) слышали всё дословно.

Скандал разразился, как несложно догадаться, немалый. Специально собранная в РФПЛ по сему поводу очередная рабочая группа вынесла гениальный вердикт. Нет, пересказывать это нельзя. Я процитирую президента РФПЛ Сергея Прядкина:

– По итогам разбирательств дали рекомендации выбирать места, с которых все видно и слышно.

Да, был еще один довесочек к тому наказанию: Пронина отстранили от обслуживания матчей. На месяц. Но не думайте, что это слишком сурово. Получилось ровно на тот самый месяц, когда в чемпионате наступает летний перерыв: с двадцатых чисел июня по двадцатые числа июля. Впечатляет суровость? Даже не смешно. Была бы пауза вдвое дольше – наказали бы, наверное, в два раза серьезней.

0:19 Беспредел на трибунах

Одним из первых заявлений свеженазначенного главы Российского футбольного союза Сергея Фурсенко было обещание способствовать возвращению доброй традиции прежних времен – семейных походов на футбол. Идея прекрасная, спорить с ней вообще бессмысленно. Но одних заявлений недостаточно. А в этом случае недостаточно тем более. Потому что никто не поведет своего ребенка на фанатскую трибуну. Потому что там жгут файеры и потому что там бесчинствует ОМОН. Потому что там кричат матерные кричалки. Потому что там просто небезопасно.

И никто ничего не делает для того, чтобы исправить ситуацию. Выписывают различные суммы штрафов (как правило – десятки тысяч рублей, реже – сотни тысяч) клубам. Мол, именно клубам надо работать с болельщиками. Клубы разводят руками. Послушно платят штрафы, потому что не заплатить нельзя. И тоже ничего не делают. Что могут реально сделать клубы? Написать в программке обращение к фанатам?

Дать объявление на электронном табло? Объявить по стадиону? Смешно! Гендиректор «Спартака» Валерий Карпин горько иронизировал: если в Большой театр придут хулиганы с пиротехникой и начнут устраивать файер-шоу во время спектакля, будут ли за это отвечать артисты? Конечно, нет. Тогда почему в футболе действуют совсем другие правила?

С проблемами бесчинств болельщиков сталкивались в разных странах. Решение вопроса везде имело различные нюансы, но в целом все сводилось к последовательному проявлению политической воли: не заигрывать с хулиганами, не симулировать поиски компромисса. Принятые на государственном уровне законы о болельщиках, запреты на выезд за рубеж тем, кто хотя бы раз «засветился», жесткое следование заведенному алгоритму: именные билеты на секторе, а значит, продажа билетов по паспортам. Те же, кто разок-другой похулиганил, обязаны во время матча приходить отмечаться в полиции. И попробуй сходи вместо этого «поболеть». Мало потом не покажется. Условные наказания вполне могут превратиться в общественные работы или реальные сроки.

На каком-то этапе болельщики стали не просто неуправляемой силой – десятки смертельных случаев привели общество в состояние шока. Бельгийский финал Кубка чемпионов в 1985 году между «Ливерпулем» и «Ювентусом», когда погибли девяносто шесть человек, навсегда стал серьезным водоразделом между эпохой, когда подвыпивший хулиган держал в страхе всех вокруг, и временем, когда все власти (и футбольные, и политические) сообща долго и мучительно, на протяжении нескольких лет, но самое главное – последовательно, принялись решать и решили проблему. Для этого понадобилось сделать то, во что никто поверить изначально не мог: английские клубы на несколько лет были отсечены от еврокубков и всех международных соревнований, а с хулиганами полиция стала работать так, что спустя годы английские болельщики стали эталоном порядка и спокойствия. Достаточно вспомнить финал Лиги чемпионов 2008 года, когда в Москву приезжали «Манчестер Юнайтед» и «Челси». Ни одного столкновения, ни одной серьезной стычки, ни одного пьяного дебоша.

Московская милиция, конечно, в 2008-м записала это в плюс себе. И напрасно. Потому что каждую неделю на матчах внутрироссийского чемпионата происходит масса такого, от чего волосы дыбом встают. И становится ясно: дело не столько в правоохранителях, сколько в фанатах, в укоренившемся в мозгу европейского болельщика за пару с лишним десятков лет понимании, как можно и как нельзя вести себя на футболе. Иначе – всё, иначе – тюрьма. «Пошалили» сербские болельщики в Генуе осенью 2010 года – в итоге зачинщики реально сели. В следующий раз потенциальный хулиган тысячу раз подумает: стоит ли «шалость» нескольких лет отсидки или как минимум десятка «невыездных» лет.

У меня иногда складывается впечатление, что наши власти начнут что-то делать в этом направлении только тогда, когда на трибунах действительно случится трагедия. Не пара окровавленных или переломанных носов, не сотня задержанных, сфотографированных, запротоколированных и потом отпущенных восвояси фанов, а именно трагедия.

Не хочется кликушествовать, но ведь к этому все идет. Бесчинства все серьезней и серьезней, а псевдоболельщиков по-прежнему разве что по головке не гладят. История с самарским матчем «Крылья Советов» – «Спартак», увы, становится еще одной позорной страницей российского футбола. Беспорядки на трибунах были таковы, что судья прервал игру на тридцать девятой минуте и еще минут десять раздумывал, стоит ли вообще ее продолжать. Тут даже не хочется выяснять, кто прав, кто нет, кто первый начал, а кто ответил на агрессию еще большей агрессией. Виноваты все – и те идиоты со стороны организаторов, кто раздавал при входе газировку от спонсоров (закон нашего футбольного жанра: если есть в руке бутылка – она обязательно полетит либо на поле, либо в соседний сектор), и полиция, которая никак не могла решить, стоит ли вмешиваться. И конечно, пара тысяч молодого хулиганья.

Ясно было после случившегося, что уж несколько матчей «Спартак» точно вынужден будет провести без болельщиков, а стадион «Металлург», который раз за разом с начала чемпионата оказывается неспособным обеспечить порядок на поле или порядок на трибунах, дисквалифицируют как минимум до середины сезона.

Но наши красавцы из Контрольно-дисциплинарного комитета РФС, которым иногда нужна не одна неделя, чтобы разобраться в ситуациях, не предполагающих никаких разночтений, вдруг отреагировали практически моментально: уже через пару дней вынесли очередной бредовый вердикт. И какой! Опять штрафы. 530 тысяч – «Спартаку» и совсем копеечный – «Крыльям». И сколь циничен был глава КДК Владимир Катков, когда пояснил эту нелепость еще более нелепым аргументом:

– К «Спартаку» не были применены более жесткие санкции, поскольку это первый подобный случай для «Спартака».

Это как понимать? Первый – в каком смысле? Когда орудуют не тысяча человек, а две? Или когда крушат две тысячи кресел на стадионе после артиллеристских залпов бутылками с минералкой? Или когда бесчинствуют в Самаре? Или первый при северном ветре? Как это можно было назвать «первым подобным случаем»? Люди, которые должны бить во все колокола, требовать срочной разработки и скорейшего принятия адекватного закона о болельщиках, выписывают штрафы и прячутся за нелепейшими аргументами. Это значит, что каждый из хулиганов в следующий раз снова имеет право крушить, громить и бить. Выходит так? Когда прольется кровь, когда на российских стадионах начнут гибнуть люди – это будет на вашей совести, эта кровь будет на ваших руках, Владимир Катков, Сергей Фурсенко и многие другие трусливые функционеры, которые умеют лишь рассуждать о том, что футбол – это семейный праздник.

Видимо, понимая, что уж совсем бред сморозил, Владимир Катков хмурил брови и чеканил:

– И вообще, мы знаем, что болельщики «Спартака» прибыли на матч из девятнадцати регионов.

Тут уж, как говорится, сдайся, враг, замри и ляг! Мы, мол, все про вас знаем. Знаем, сколько вас и откуда вы. И что? Нельзя приезжать из регионов? Или как-то централизованнее, сгруппированнее надо быть, товарищи? Или что? Факт прибытия из именно такого числа регионов что-то объясняет?

Спустя неделю повторились беспорядки уже на питерском стадионе во время матча «Зенит» – «Спартак». Оголтелые отморозки умудрились стрелять из ракетниц не только куда-то вверх или в зону за воротами, как это, увы, часто происходит. Нет! Как показала впоследствии видеозапись, стреляли еще и строго по соседним секторам. Итог: у одного из зрителей ожог первой степени, из-за чего ему пришлось даже покинуть стадион, не дожидаясь окончания матча; другой выстрел угодил в девушку-фотографа. Почему не вычислен подонок, который стрелял? А разговоры о необходимости введения практики тотального видеоконтроля за трибунами уже набили оскомину. Почему болельщика на подходе к стадиону встречают три кордона полиции, которые тотально проверяют сумки и карманы, но петарды и хлопушки все равно оказываются в фан-секторе? Почему не наказывают работников стадиона, которые проносят эти петарды за деньги? Или солдатиков, которые накануне проверяют каждое из кресел, а на деле (за те же деньги) приклеивают скотчем весь этот фейерверк снизу к днищу сидений?

Чем же закончился тот беспредел в матче одиннадцатого тура с «Зенитом»? По сути, условным, ничего не значащим наказанием. Контрольно-дисциплинарный комитет полторы недели не мог определиться, как же поступить, и даже не стал рассматривать дело в общем потоке: мол, нужно время, чтобы принять взвешенное решение. Ну в самом деле, обсуждение, на десять или двадцать тысяч штрафовать тренера за выход за пределы технической зоны, наверное, сильно отвлекает. Но и вынесенное после полутора недель решение революционностью не отличалось. Помимо денежного штрафа, выписано: «один матч без болельщиков условно». Это что такое – матч без болельщиков условно? У нас есть условные болельщики? Или их условное отсутствие? Условные стадионы, условные матчи, условные игроки и в целом условный чемпионат.

При этом само собой разумеющееся превращение условного наказания в реальное в том случае, если правонарушения повторяются, в российской футбольной действительности не работает. Спустя неделю бесчинства болельщиков повторились уже на матче с «Локомотивом». Тут уже и Карпин признал, что стоит готовиться к матчу без зрителей. Но условное наказание так условным и осталось. Псевдоюристы из РФС и РФПЛ тему матча без болельщиков отказываются даже обсуждать. А автора этой книги глава КДК Катков даже назвал «идиотом, который развел истерию».

– Какой идиот развел истерию вокруг этого матча? – если верить «Спорт-экспрессу», Катков начал свою речь именно так. – Это какой-то танец с бубнами. На основании чего мы должны наказывать «Спартак» матчем без зрителей?.. В поединке с питерцами спартаковские болельщики допустили нарушение общественного порядка. Но где вы увидели нарушение общественного порядка в столичном дерби? Здесь речь идет только о применении пиротехнических изделий… Никакого нарушения общественного порядка не было.

Надо перевести? Чтобы всем было понятно: если летит с трибун самый настоящий огонь – это не нарушение общественного порядка. Это нормально! Понимаете? Я приду на футбол и уйду оттуда, потеряв здоровье, – и это нормально! А если кто-то считает, что так быть не должно, что на футбол мы ради футбола ходим, а не ради файер-шоу, то он – идиот! И разводит истерию… Так, господин Катков?

Впрочем, дело ведь не в том, сколь суровым будет наказание. А в том, что везде, всегда и во всем нужно быть последовательным. Матч без зрителей – не цель, которой добиваются «идиоты». В конце концов, это некий вариант пресловутой советской «уравниловки». Ведь всех болельщиков тем самым причесывают под одну гребенку…

Важно, чтобы любое наказание достигало цели. Мы сажаем в тюрьму преступника, чтобы общество не тяготилось его присутствием. Но мы же не сажаем весь многоквартирный дом или микрорайон, где этот злоумышленник проживает, ведь так? Если идиот бросает окурок или пустую пачку в окно машины, мы же не закрываем потом для движения всю улицу? Закрытие стадиона на один-два матча не решит проблемы. Но «закрытие» того одного мерзавца, который вздумал испортить всем праздник, решит. Потому что другие в следующий раз тысячу раз подумают, перед тем как прийти на стадион с ракетницей или петардой.

Если штрафы не решают проблему, то почему с упорством, достойным лучшего применения, мы эти штрафы раз за разом выписываем? Для нас главное – это пополнение кассы? Или все-таки наведение порядка?

Но для псевдоюристов из РФС главенствует один принцип: какая разница, куда катится российский футбол, наша главная задача – намертво вцепиться в регламент и ни в коем случае не смотреть при этом по сторонам…

Потому и продолжают называть законную озабоченность происходящим истерией, а озабоченных решением всех этих проблем – просто идиотами…

...

Если штрафы не решают проблему, то почему с упорством, достойным лучшего применения, мы эти штрафы раз за разом выписываем?

Для нас главное – это пополнение кассы? Или все-таки наведение порядка?

0:20 Болельщики в законе

О необходимости принять специальный закон о болельщиках говорится давно. Он называется длинно и официозно-казенно. Но для простоты все его зовут именно так – «Закон о болельщиках». Но вот те, кто его вроде как разрабатывает, согласовывает и пишет, почему-то не спешат поделиться хоть какими-то наработками. Складывается впечатление, что о работе больше говорят, чем реально что-то делают.

В итоге вакуум сразу заполняется. Фанатская среда тут же начинает жить какими-то домыслами, выступать с открытыми письмами и демонстративно покидать стадион – это, в принципе, уже показывает, что к среде болельщиков такие люди никакого отношения не имеют.

Анализировать эти выступления мне недосуг. Потому что авторов неведомого закона обвиняют в том, что те копируют англо-итальянское законодательство, а это-де неправильно, учитывая «разницу в менталитете».

Интересно, откуда это известно, что у англичан с итальянцами менталитет одинаковый?

«Закон в том виде, в котором существует сейчас, – написано в одном из писем болельщиков, – убьет атмосферу на стадионах». Если честно, я не понимаю, о какой атмосфере идет речь. Есть ли сегодня на стадионах та самая атмосфера, которой надо особо дорожить? Чем дорожить? Незаполненными трибунами? Выходками отморозков? Ракетницами и петардами?

По большому счету, даже если закон о болельщиках и появится, в одночасье ничего не поменяется. Ведь есть совершенно очевидные регламентные нормы, но, когда кому-то надо, их как бы не замечают. То про семь легионеров на поле забудут, то про абсолютно беспредельное «дело Григорьева» замолчат, то про стопроцентные договорняки и рассуждать не захотят. Поэтому даже если и будет когда-нибудь принят этот закон, не верится, что что-то изменится.

И похоже, само «вбрасывание» в дискуссионное поле информации о таком законопроекте попахивало на провокацию. Тут же взбудоражились радикальные фанаты. Тут же – хотя ничего и не произошло, кроме позорных покиданий сектора во втором тайме, – оговорили, что это и не закон о болельщиках вовсе, а поправки в закон об охране общественного порядка, к разработке которого РФС и РФПЛ отношения никакого не имеют. И так далее, и тому подобное. Ощущение, что в предвыборном году власть, изрядно напуганная в декабре 2010-го Манежной площадью, решила не злить никого. Даже радикальных хулиганов. Для которых визит на футбол – на самом деле не для удовольствия от игры вовсе, а ради той атмосферы беспредела.

Я абсолютно убежден, что, каким бы ни был закон и даже как бы он ни применялся, на трибунах не перестанут уже ругаться матом и прикладываться к горлышку заботливо припасенной бутылочки, фляжечки или в чем там сейчас алкоголь проносят… Я видел дядечку, у которого под подкладку куртки были вшиты резиновые грелки. Обнаружить их просто невозможно. Они и не звенят, и сквозь набитые газетами карманы не прощупываются. В конце концов, именно это и есть наша своеобразная площадная культура. Другой у нас нет. И победить ее способен вовсе не закон. А знаете – что? Прайс, ценник… Так, кстати, много где произошло. Это и есть политика отсекания маргиналов.

Тем фанатам, что бесчинствуют на трибунах, никто и ничего не должен. С алкоголиками не советуются о времени продажи водки в ларьках. С ожидающими смертной казни не советуются по поводу того, казнить их или нет. Здесь надо просто раз и навсегда проявить политическую волю. Но этого, увы, пока не предвидится.

Для того чтобы хоть что-то сделать, надо прежде всего решиться на серьезный шаг. А этого нет. Потому что трусость – основа основ нашей футбольной бюрократии.

Когда подмосковная «Истра» в невероятной борьбе завоевала право сыграть в 1/16 финала Кубка России аж с самим московским «Спартаком», радости местных болельщиков не было предела. И пусть на стадионе «Поле-во» всего две или три тысячи мест, городок

полторы недели жил предощущением праздника, ожиданием. Ну когда еще, при каких еще обстоятельствах команда, имя которой страна узнала едва ли не впервые, сыграет пусть и с обескровленным, ослабленным, «уже не тем», но все-таки с самим «Спартаком»? Но, посовещавшись с полицией, футбольные власти приняли решение: мало ли чего можно ожидать от приезжих спартаковских болельщиков, давайте вообще запретим в Истре играть. Резервный стадион «Новые Химки» тоже три тысячи вмещает? Значит, мы и резервный запретим!

Для многих экспертов (я уже не говорю о рядовых болельщиках) именно в этот момент стали окончательно очевидны два обстоятельства. Первое: Кубок России – жанр, который уже умер (варианты типа «больной скорее жив, чем мертв» уже не рассматриваются). Турниром это язык не поворачивается назвать. Хотя бы из-за отношения «грандов» к розыгрышу этого вроде бы второго по значимости в стране титула. Сколько раз мы были свидетелями ситуации, когда представители премьер-лиги, вступающие в турнир с этапа 1/16 финала, везут на матч Кубка, мягко говоря, дублирующий состав? Если команда, которой до этапа еврокубка надо фактически сделать пять победных шагов (а иногда и четыре, а то и всего три, как было в 2011-м у владикавказской «Алании», когда «Сатурн» снялся, а выхода в финал оказалось вполне достаточным для выхода «в Европу»), не стремится в Кубке играть и выигрывать, о каком серьезном отношении к Кубку России вообще можно говорить? Не показывает подавляющее число игр Кубка общедоступное телевидение – значит, Кубок большинству не нужен, так?

И второе обстоятельство: Сергей Фурсенко безбожно врет. Он не лукавит, он вовсе не недопонимает, как мне иногда пытаются объяснить люди из его ближайшего окружения. И уж точно к нему неприменима формула «искренне хотел, но заблуждался» или «пытался, но не получилось»… Нет, он именно врет. Если вы спросите у Сергея Александровича, зачем стране нужен Кубок в его нынешнем виде, он ничтоже сумняшеся ответит, что Кубок – это единственная возможность для малоизвестных команд, команд из маленьких городов, из футбольной «глуши» встретиться с «грандами».

И что же мы получаем на выходе? Для команды «Истра» из второго дивизиона, для команды, у которой нет даже своей билетной программы, потому что вход на местный стадион бесплатный (!), приезд в город московского «Спартака» мог бы стать событием года. Не победа над «Спартаком» (иллюзий здесь никто не строил), а именно приезд «Спартака» в гости.

Жители Ногинска, которые понимают, что их команда в элиту в обозримом будущем не войдет, до сих пор вспоминают о подобных событиях, произошедших в 90-е. Более свеж пример команды «Горняк» из крошечного городка Учалы, в котором всех жителей меньше, чем мест на черкизовском «Локомотиве»: после того как команда сенсационно обыграла железнодорожников в 2010 году, обезумевший город просто стоял на ушах. Здесь жили футболом, дышали футболом. Разве что бразильский карнавал не устраивали: не очень это в горняцких традициях. Но о той победе над неоднократным участником еврокубков запомнят теперь местные жители навсегда!

...

Сергей Фурсенко безбожно врет.

Он не лукавит; он вовсе не недопонимает, как мне иногда пытаются объяснить люди из его ближайшего окружения. И уж точно к нему неприменима формула «искренне хотел, но заблуждался» или «пытался, но не получилось»…

Нет; он именно врет.

Болельщикам «Спартака», численность которых так напугала подмосковную полицию, по большому счету все равно куда ехать поддерживать своих. Минимум пять тысяч точно приедет. И не важно, будет ли это Ногинск, Химки или Истра. А вот для провинциального городка приезд красно-белых точно стал бы событием года. Но праздника город лишили. В душу горожанам плюнули! И если вам после этого кто-то когда-то будет рассказывать о том, как важно развивать футбол по всей стране, в любой глубинке, не верьте этому человеку. А лучше прямо в лицо скажите: с врунишками не разговариваю!

Ведь для таких людей развитие футбола важно только с точки зрения возможностей очередного «распила».

Почему в начале года стадион прошел лицензирование и был допущен к приему матчей, а в середине года вдруг перестал соответствовать? А если руководство областного ГУВД вдруг обнаружило, что лицензирование стадион прошел по подложным документам, то почему никто не сел за подлог? Ни тот, кто эти документы представил, ни тот ответственный чиновник, кто подмахнул (видимо, тоже не просто так) все бумаги…

В принципе, для меня не так важно, кто виноват в том, что очередной городок лишен футбольного праздника. Беспечное ли руководство клуба, которое якобы поленилось подготовить стадион, или чересчур трусливые (не нравится – выберем другую формулировку: чересчур бдительные) органы правопорядка. Ведь в проигрыше остался именно футбол. Футбольный болельщик. Никто не бросился ему помогать. Никто не захотел поддержать «маленький футбол». Так что грош цена всем словам про заботу о болельщиках.

Да, есть проблемы с болельщиками, но нет желания эти проблемы решать. Легче все взять и запретить… Президент «Истры» Юрий Воротнин в знак протеста просто пригрозил снять команду с розыгрыша Кубка:

– Мы стремились к этому матчу, положили на это много сил, а нас лишают мечты. С правоохранительными органами существовали устные договоренности о проведении матча здесь в случае устранения замечаний. И замечания устраняются. Но за пять дней до игры подписан протокол о невозможности проведения матча… Сотрудникам правоохранительных органов так и надо сказать: из-за страха перед болельщиками «Спартака» матч в Истре проводиться не будет.

И что стояло за первоначальной рекомендацией властей перенести матч в Химки, где в этот день и так играют «Химки» – «Зенит»? Провоцирование столкновений между спартаковцами и питерцами? Зачем это нужно? Или без кровопролития закон о болельщиках никак не продвинуть? Но вопрос-то не в условном законе. Или в условно исполняемом законе. Необходимо четко разграничить, за что отвечает клуб, за что отвечает дирекция стадиона, за что отвечает РФПЛ, за что – правоохранители. А пока в законодательстве хаос, который никто не стремится преодолеть, будут раз за разом возникать серьезные инциденты. Каждая сторона будет до бесконечности перекладывать ответственность и вину на других – полиция на клуб, клуб на болельщиков, болельщики на полицию и так далее до бесконечности…

Надеяться же на то, что виртуальная организация под названием «Всероссийское объединение болельщиков», прирученная властями, будет с болельщиками работать, вообще нелепо. Президент этого самого ВОБ Александр Шпрыгин интересен Фурсенко исключительно в двух ипостасях: как еще один послушный голос в исполкоме РФС и умелый продавец билетов по неким самоназначенным «квотам». Когда к матчам сборной был реальный интерес, ВОБ еще был нужен при этих сомнительных финансовых схемах. Но и тогда умудрился подставить «старших» (скандал с перепродажей втридорога билетов на домашний матч с Германией в 2009 году и позорнейший провокативный баннер про «Родину-мать» на стадионе). Сейчас же даже с этой функцией ВОБ неинтересен: вряд ли на матчи сборной в ближайшие годы будет такой же ажиотажный спрос. На сентябрьских матчах национальной сборной мы увидели далеко не стопроцентную посещаемость: руководству РФС пришлось вообще загонять на стадион бесплатно (!) студентов. Да и на маленьком питерском стадионе в теплую июньскую погоду тоже удивительным образом не все места умудрились заполнить.

...

Да, есть проблемы с болельщиками, но нет желания эти проблемы решать. Легче все взять и запретить…

К сожалению, нашему обществу не удается объединиться под какими лозунгами, кроме националистических. Но то, что случилось в декабре 2010-го на Манежной площади, – и есть проявление гражданского общества. Нравится это кому-то или нет, но вряд ли кто-то будет спорить с тем, что футбольные фанаты сейчас едва ли не единственное в стране сообщество, способное в короткий срок объединиться и выйти на улицу. Умело направляемая националистами, фанатская масса может сдедать многое. Включая применение физической силы. Поэтому с ней власти предпочитают не связываться. Временами даже заискивают и заигрывают. А раз будут заигрывать (обращенное к фанатским объединениям приглашение Центризбиркома поучаствовать в работе участковых избирательных комиссий – из этого разряда), то порядка на стадионах ждать не приходится. Власть в предвыборный год легко понять: буйный фанат на стадионе куда безопасней, чем тот же элемент на Манежной площади.

0:21 Электрошоковая терапия

В чем болельщиков можно понять и в чем согласиться с ними, так это в том, что зачастую их выходки оказываются спровоцированными. Причем не фанатами противостоящей команды, а самими служащими правопорядка. Уже несколько лет идут разговоры о том, что милиции/полиции не должно быть на наших стадионах, что «погоны» должны быть заменены по западному образцу стюардами, да только дальше разговоров никто и не думает идти.

Между тем в ряде регионов у омоновца, которого зачем-то вызвали на стадион, любой приехавший за тридевять земель поболеть за своих болельщик уже изначально вызывает что-то вроде агрессии. Так и тянется рука встретить прямо на вокзале, прогнать стройными рядами к стадиону, там устроить шмон при входе, поразмять руки во время матча, помариновать пару часов после игры на трибуне, чтобы болельщик точно не успел на обратный поезд… Это уж, извините за банальность, наш менталитет. Если ты разносишь чай по вагону, то ты не прислуга, разносящая чай. Нет! Ты – начальник чая! Если ты открываешь дверь в подъезд, то ты не прислуга у двери. Ты – начальник подъезда! И так везде, так во всем. Если у тебя есть хоть на ноготок власти, то эту власть ты обязательно употребишь и этой властью обязательно воспользуешься. Чего уж тут говорить про нижегородского омоновца, который ударил электрошокером питерского футболиста Данко Лазовича! Игрок после победного матча с «Волгой» побежал к фанатской трибуне, чтобы бросить футболку болельщикам, а в результате получил ожог первой степени и подозрение на термическую травму. О чем думал идиот с электрошокером? Он не может отличить фаната от футболиста, бегущего с поля? Или он до такой степени упивается своей властью? Есть у меня электрошокер – я вас всех повергну в шок…

Худшей рекламы для российского чемпионата и придумать невозможно. Теперь во всем мире будут кричать не только о бананах, летящих с трибун, но и о злобных омоновцах, бьющих футболистов электрошокерами. И кто после этого будет рваться в Россию?

Я ни в коем случае не хочу оправдать болельщиков, которые вырывают пластиковые кресла, бросаются ими на поле или в сторону полиции. Я никогда этого не оправдаю и не приму. Но кто сказал, что провоцировать болельщика, излишне прессовать его – это рациональный путь? Зачем нужны три кордона при входе на стадион? Почему отбирают бумажные носовые платки со словами: «Это ж салфетки, вы будете их поджигать»? Почему у родителя с ребенком отбирают маленький пакетик сока и яблоко – дескать, папа вместе с пятилетним сыном превратят это в метательные аппараты? Все равно петарды рвутся, все равно ракетницы стреляют, все равно бесчинства творятся. Этим можно добиться только одного: папа в следующий раз точно не поведет ребенка на такое шоу. А отморозки будут щекотать себе нервы и трибуну все равно заполнят.

Мы этого хотим?

...

Теперь во всем мире будут кричать не только о бананах, летящих с трибун, но и о злобных омоновцах, бьющих футболистов электрошокерами. И кто после этого будет рваться в Россию?

Сам Лазович прокомментировал скандальный инцидент совершенно бесконфликтно. Он даже попытался в чем-то оправдать раздухарившегося полицейского: мол, омоновец его просто не узнал и принял за болельщика.

Но вот в том-то вопрос и заключается: а если это не дорогостоящий легионер, не один из лучших бомбардиров нашего чемпионата? Если это болельщик – неважно, какой именно команды, – его можно электрошокером? Почему вообще полиция на футболе вооружена чем-то, кроме дубинок? Электрошокер, согласимся, – средство очень грозное. А если бы под руку полицейскому попался не Лазович, а простой болела, то мы бы и обсуждать этого не стали?

Но с формальной точки зрения у нас есть презумпция невиновности, и пришедший на стадион человек обладает всеми правами и свободами. Зачем на него с электрошокером? Болельщик, выходит, уже изначально виноват в том, что пришел на футбол. От него заранее ждут проблем. И превентивно готовы эти проблемы создать ему сами.

Спустя месяц с небольшим всех просто сразило наповал окончательно вынесенное решение по затянувшейся проверке. У следственного комитета по Нижегородской области было достаточно времени, чтобы расследовать все обстоятельства этого, как принято теперь говорить, резонансного дела, но вкратце вывод был сделан такой: никто к сербскому форварду «Зенита» Лазовичу электрошокер не применял. Никто не смог идентифицировать полицейского, использовавшего против футболиста электрошокер. А раз так, значит, никакого электрошокера и не было!

Все видели этот момент на ролике в Ютьюбе? Вам показалось! Все читали медицинское заключение? Врачам пригрезилось. И никто из чиновников РФС, РФПЛ не бросился на поддержку футболиста и его клуба! Сигнал обществом получен крайне опасный. Вас имеют право обработать электрошокером или чем угодно, а потом все равно скажут, что ничего не было! И не найдете вы правды. Как не находите очень часто, когда вас, к примеру, оскорбляет и материт гаишник. Не находите, потому что у большинства из нас нет возможности бороться с системой. Как не найдете ее и в футболе. Потому что имеющаяся здесь система – система футбольной власти – предельно труслива и цинична. Она беспокоится только о себе, о том, чтобы лишний раз не вступить ни с кем в конфликт. Потому что футбол сам по себе (в том числе здоровье футболистов, благополучие болельщиков) футбольное руководство не интересует вовсе.

Исполнительный директор РФПЛ Сергей Чебан так и вовсе сообщил, что в «деле Лазовича» с правовой точки зрения виноват исключительно сам футболист «Зенита»:

– Если вы через турникет в метро прыгнете, как оценят ваши действия? А то, что человек преодолел несколько заграждений?

Тут комментарии излишни. Объяснять какие-либо факты спортивной жизни через бытовые реалии можно только тогда, когда тебе в принципе сказать нечего. Тогда давайте боксерам лепить административные дела за нанесение тяжких телесных повреждений, совершенное с особой жестокостью. А если Василий Березуцкий бьет упавшего соперника ногой по голове, как это было в летнем кубковом матче, так вообще надо «паять» уголовку с последующей отсидкой?

В действиях Лазовича усмотрели даже провоцирование массовых беспорядков, но великодушно наказывать не стали.

– Да это мягкое решение! – иронически прокомментировал развитие конфликта одноклубник Лазовича Роман Широков. – Лазовичу надо было пятнадцать суток дать! Он начал дебоширить, провоцировать всех, а там незащищенный омоновец стоял, у него электрошокер случайно в руках оказался, он им в Лазовича просто так ткнул, просто на место ему указал: «А то что это ты тут дебоширишь и провоцируешь болельщиков, а?!»

Под шумок директор нижегородского стадиона «Локомотив» Александр Уголков решил вставить свои пять копеек:

– Фанаты файерами прожгли гидроизоляцию. А под трибунами находятся трансформаторы. Они влияют на работу осветительных мачт. Если, не дай бог, вода побежит и трансформаторы зальет, то будет короткое замыкание и весь свет вырубит. И всё. Кто разрешит тогда играть?

Жаль, быстро мысль у директора свернула. А я уже, пока это слушал, был готов узнать о прямой причинно-следственной связи между ожогом Лазовича с работой поврежденных трансформаторов.

Можно выдумывать какие угодно версии о том, что нам все это показалось, что никто Лазовича не трогал. Для меня очевидно во всей истории одно: теперь Данко Лазович, подбегая к фанатскому сектору после гола или после окончания матча, как-то испуганно озирается: нет ли кого рядом? То есть условный рефлекс сформировался. Значит, точно – электрошокер был. И никто меня не убедит в обратном.

Впрочем, мы увлеклись Лазовичем и всей этой историей, закончившейся юридическим словоблудием. Все сказанное в этой и двух предыдущих главах, посвященных проблеме болельщиков, разбивается об одну так и не решенную проблему: власть никак не может определиться, что делать с болелами. Так и мечутся из крайности в крайность, то потакая им, то действуя по отношению к ним чересчур жестко.

А итог один, и он статистически печален: на футбол ходить перестают. Накручивают себя «специалисты по обеспечению безопасности» заранее, готовятся исключительно к злобным визитерам и устраивают порой уже на входе жесточайший досмотр: могут и по лицу дать,

...

Можно выдумывать какие угодно версии о том, что нам все это показалось, что никто Лазовича не трогал. Для меня очевидно во всей истории одно: теперь Данко Лазович, подбегая к фанатскому сектору после гола или после окончания матча, как-то испуганно озирается: нет ли кого рядом?

и по почкам. Но ведь самим болельщикам в массе своей конфликты тоже не нужны. В итоге рано или поздно мы рискуем прийти к ситуации, когда число проверяющих и охраняющих будет выше, чем количество посетителей стадионов. Зачем ходить на такой футбол, болельщик ответа для себя найти не сможет.

Тот же директор нижегородского стадиона «Локомотив» Александр Уголков произнес сакраментальное:

– Доказать что-то будет сложно. Конкретного лица, которое можно было бы оштрафовать, нет. Хотя я уверен, что только битие определяет сознание. Да-а, именно битие.

О том, что фанаты стали серьезной силой, которая способна самоорганизовываться, мы уже сказали выше. При этом куда более печальным выглядит то, что и футбольные власти, и власти политические последовательно продолжают терять контроль над настроениями в фанатской среде. Достаточно было в конце мая болельщикам ЦСКА заявить о бойкоте выездных матчей с участием команд с Северного Кавказа, как это удалось не только реализовать (на одном из матчей было замечено лишь двадцать армейских болельщиков), но и обратить на этот факт всеобщее внимание. Более того, к призыву фанатов вроде бы конкурирующей команды присоединились спартаковские болельщики. «Из года в год при посещении выездных игр на Кавказе болельщики сталкиваются с прямой опасностью для своих жизни и здоровья, – говорится в обращении движения «Фратрия». – Неоднократно, помимо традиционных «камнепадов», фиксировались случаи применения холодного и огнестрельного оружия в отношении фанатов, приехавших в данный регион».

Причем претензии предъявляются не только к тому, как негостеприимно встречают «болел из Москвы» на Кавказе: «Результаты игр с участием кавказских команд из тура в тур вызывают сомнения не только у простых любителей футбола, но и у честных тренеров, журналистов и владельцев футбольных клубов. Все это происходит на фоне неприкрытого умалчивания или постоянного «сглаживания» ситуации со стороны футбольных функционеров, которые создают особые условия пребывания для команд из вышеназванного региона в первенствах России по футболу. Мы регулярно слышим заявления о якобы равном отношении ко всем «детям большой футбольной семьи» в России, но одних «детей» бросают на произвол судьбы, а других полностью содержат и всячески возвышают…»

Стадион «Локомотив» в Нижнем принял два матча с ЦСКА и «Спартаком» в июле спокойно: полиция словно отворачивалась от болельщиков, а выбежавшего в конце первого тайма хулигана даже не ломала и не крутила, а спокойно ждала, пока он поцелует вратаря Диканя и самостоятельно покинет поле, чтобы потом в подтрибунной тиши выписать ему штраф в 500 рублей. Директор РФПЛ по безопасности Александр Мейтин даже увлекся, рассказывая о превосходной организации матча: мол, пустили всех болельщиков без проблем, даже тех, у кого билетов не было.

Зато в тот же день, 24 июля, когда «Спартак» выезжал на «Волгу», полиция резвилась с электрошокерами в другом городе – в Махачкале. Традиционный «камнепад» сменился резвыми наскоками в сектор болельщиков «Зенита» – как со стороны болельщиков «Анжи», которые использовали в качестве метательных орудий еще и оторванные пластиковые кресла, так и со стороны полиции, почему-то во втором тайме решившей «победить» непонравившиеся баннеры, висевшие там с самого начала игры. Дубинками и электрошокерами работали так, что врачу гостей пришлось срочно отправиться на сектор и оказывать первую медицинскую помощь. Согласимся, явление нечастое. Били дубинками по головам, что делать категорически запрещено. Помимо разбитых голов, в сомнительном активе полицейских – сломанная рука одного из активных «болел». Сектор весь был залит кровью, что можно увидеть по многочисленным фото– и видеосвидетельствам, выложенным в тот же день в Интернете.

Не хочу никого обвинять или оправдывать. Для меня важно, что оба раза пострадали «зенитовцы». То, что питерские болельщики болеть не умеют, – факт, лично для меня не требующий дополнительной аргументации. Но разве и этого матча не достаточно для того, чтобы хоть кто-то наверху прекратил демагогию и наконец признал: в обеспечении безопасности на стадионах надо что-то менять. Неужели не надоело смотреть фотографии или видеосюжеты с очередными «зачистками» секторов так называемыми правоохранительными органами?

Представители «Анжи» говорят, что их спровоцировал флаг с нацистской символикой. Впрочем, не стоило бы им эту тему поднимать. Ведь как минимум дважды – на стадионах в Москве и Химках – фанаты из Дагестана вывешивали в секторе флаг Ичкерии. Почему тогда на этот факт бойцы ОМОНа не реагируют? Точнее, почему нет команды на это соответствующим образом реагировать? Или же почему не реагируют на освистывание российского гимна?

В футболе националистические настроения резко обострились в начале 2010 года, когда в высшем дивизионе оказалось уже четыре команды из северокавказского региона. То есть четверть от всех участников премьер-лиги. И сколько ни обвиняй московских «ультрас» в разжигании межнациональной розни, тем не менее вряд ли кто-то будет спорить с тем, что выезды в Нальчик, Махачкалу или Владикавказ – это настоящий экстрим для каждого болельщика. Любое действие по замирению сторон этими сторонами начинает восприниматься в штыки: поехал Фурсенко в очередной раз в Грозный или в Махачкалу – все радикальные фанаты обратят внимание на «очередной перекос в сторону Кавказа». В свою очередь, фан-движения «Анжи» и других клубов пишут челобитные письма в ФИФА и УЕФА с просьбой повлиять на руководство РФС, которое не обращает внимания на проявления расизма.

Всем понятно: что-то делать надо. Но вряд ли ситуацию, которая достигла уже точки кипения, можно быстро вернуть в нормальное русло. Чрезмерно жесткий ответ правоохранителей – путь тупиковый. Он вызывает лишь ответную агрессию. А значит, рано или поздно это закончится жертвами на стадионах. Есть одна старая и хорошо проверенная форма контакта со средой болельщиков – встречаться и убеждать. Не получится с первого раза. Точно не получится! Значит – встречаться и убеждать во второй, в третий… Но этого желания не наблюдается. Да, это не так-то просто. Легче взять и обвинить тех же болельщиков в провокациях.

Вместо этого просто накапливается негативная агрессия: клубов против болельщиков-отморозков, фанатов против полиции, клубов против клубов… Почему-то в голову никому не приходит просто взять за образец одну из ведущих европейских футбольных лиг. Или берут, но откидывают то, что кажется факультативным. А между тем черт, как известно, кроется в деталях. К примеру, в европейской практике существуют такие понятия, как брифинг и дебрифинг. Это две встречи – до матча и после матча – всех основных действующих лиц, имеющих отношение к организации встречи. Посидели, обсудили: что хорошо, что плохо, что получилось, что нет… Возможно, часть вопросов сняли сразу же, недопонимание ушло.

У нас же этого нет. И ситуация иногда загоняется в такие дебри, в такой тупик, откуда потом никто не знает, как выйти. Если бы по итогам матча «Волга» – «Зенит» представители питерского и нижегородского клуба сели за стол просто поговорить, не исключено, что и часть послематчевого напряжения со взаимными обвинениями и претензиями удалось бы погасить в зародыше. Вместо э того все разъезжаются, дают шапкозакидательские интервью, суть которых сводится к взаимному моральному изничтожению друг друга, а потом представители команд не знают, как будут в глаза друг другу смотреть при очередной встрече через полгода.

До сих пор не прописана обязанность клубов иметь в штате человека, ответственного за работу с болельщиками и наделенного при этом определенными полномочиями. Причем не номинального, пишущего бюрократические отчеты, а реального, способного встречаться, общаться, убеждать. Кто-то говорит, что руки не дошли, кто-то утверждает, что должна быть проявлена политическая воля. Для меня в данном случае очевидно одно: без этих шагов наш футбол, уже стремительно деградирующий, обречен на исчезновение в ближайшее время. Маргинализация уже произошла. Теперь стоит задача не потерять футбол вообще.

0:22 На трибунах становится тише…

Речь не о реве трибун – с этим-то как раз все в порядке. Один слушатель мне, правда, прислал подробное письмо, в котором рассказал (причем довольно красочно и аргументированно), чем «рев» трибун в 40—50-е годы отличался от нынешнего. Если кратко, тот был связан с игрой, с тем, что именно в данный момент происходило на поле. Нынешний – нет.

Но разговор не об этом. «На трибунах становится тише…» – не только строчка из памятной всей стране олимпийской песенки. Это печальный тренд, по которому следует наш футбол. Посещаемость снижается столь стремительными темпами, что нужно уже даже не бить во все колокола – это точно не поможет. Нужно искать какие-то нестандартные меры и делать решительные шаги.

Знаю, что тех, для кого футбол – это все-таки бизнес, а не «распил», ситуация действительно волнует. И они готовы даже встречаться порой чуть ли не с «заклятыми друзьями», чтобы искать варианты выхода из кризиса. Евгений Гиннер тайно встречается с Александром Дюковым, чтобы обсудить устрашающую проблему: падает выручка! У «Спартака» за последнее время она, говорят, упала чуть ли не вдвое. У ЦСКА и «Зенита» тоже падает стремительными темпами. Представители «Зенита» рассказывали мне, что клуб уже не знает, чем привлечь поклонников футбола: посещаемость падает даже в городе на Неве, в котором лозунг «Один город – одна команда» при всей его спорности объединял очень многих. Подумывали чуть ли не о снижении стоимости билетов, но это опасный путь: он чреват не только имиджевыми потерями, но и привлечением на трибуны дополнительных маргинальных слоев, от которых клуб, напротив, был бы рад избавиться.

...

Если владельцы противоборствующих клубов понимают; что надо вырабатывать некую общую стратегию, иначе через два-три-четыре года у нас футбола не будет вообще – это симптом знаковый.

Ясно, что на подобных встречах владельцы клубов бухгалтерию друг перед другом не раскрывают – о многих вещах говорят предельно обтекаемо.

Так, Гиннер иногда говорит Дюкову, что все трансферы ЦСКА «отбивает» и даже зарабатывает на них (покупает футболиста недорогим – в команде он растет и становится дороже – клуб продает его, получая прибыль). После этого Дюков нервно строит всех подчиненных с требованием срочно наладить подобную же систему. И страшно удивляется, что одномоментно такая система почему-то не выстраивается. Но дело не в этом – это так, к слову. Если владельцы противоборствующих клубов понимают, что надо вырабатывать некую общую стратегию, иначе через два-три-четыре года у нас футбола не будет вообще – это симптом знаковый. С одной стороны, страшно, что нашему футболу осталось так мало времени. До 2018 года точно не дотянем. А с другой, все-таки если есть общее понимание проблемы, общее понимание необратимости одного большого надвигающегося кризиса – надежда есть.

0:23 Инструктор Фурсенко

О чем же идет речь в пресловутой «инструкции» – инструкции по проведению соревнований и поведению болельщиков?

– Всегда, когда организовывается какое-либо мероприятие, надо знать правила игры, – объясняет Сергей Фурсенко. И в этом отношении с ним не поспоришь. – Там должно быть написано, какой баннер проносить можно, а какой нельзя. Что делать можно, а что нельзя.

Это все очень складно звучит. Но непонятно только, как это видят власти РФС. Всего на свете не пропишешь – это аксиома. Как вы, например, будете бороться с матом на трибунах? Вы напишете все слова, которые запрещены? (Мне очень хочется увидеть этот список опубликованным!) И что потом?

Ради чего принимать бумагу, за которой не видно реального механизма? Почему эту «инструкцию» считать прогрессом?

– Прогресс уже в том, что у нас теперь есть документ, – заявляет Сергей Фурсенко. —

Подготовленный документ не носит характера закона с целью уголовного преследования.

К чему тогда все это бумаготворчество, спрашивается? Поставить себе очередную галочку – «работа проведена»?

По словам Фурсенко, главное – уметь четко разделять болельщиков и хулиганов. Нет, слава богу, в инструкции не предполагается прописывать отличительные признаки тех и других, чтобы полицейский, глядя попеременно то на фаната, то на инструкцию, отсортировал его – к тем или к другим. Сергей Александрович вообще собирается эту функцию возложить на самих болельщиков. Как именно? Не очень понятно.

– У нас инерционная система, особенно когда у страха глаза велики. Еще поезд со спартаковскими болельщиками не тронулся из Москвы, а в регионе уже все боятся, что произойдет. Чем больше боишься, тем больше и происходит. Надо открыть объятия, и тогда все будет нормально. Без болельщиков футбол невозможен, это очевидно. Надо просто отделить фанатов от хулиганов. Хулиганы есть везде: и на улице, и в подъезде – где угодно. В том числе и на стадионе. Вот и надо отделить конструктивную часть от неконструктивной. Хулиганство болельщики в свой среде могут искоренить легко… Вот когда мы убедим тех ребят, с которыми мы общаемся, что они должны это сделать, тогда все будет нормально.

Что ж, спасение утопающих – дело рук самих утопающих…

0:24 Финансовый fairrplay: где угодно, но не в России?

Идея финансового fair-play давно витала в умах европейских футбольных чиновников. Но главным ее проповедником стал пару лет назад глава УЕФА Мишель Платини. Вкратце идея выглядит очень просто и красиво: доходы клуба должны быть выше, чем расходы. Если расходов больше, то команда не допускается до участия в европейских клубных кубковых турнирах – до Лиги чемпионов и Лиги Европы. Общий замысел понятен: приостановить безумную и порой ничем, кроме банковских кредитов, не подкрепленную гонку зарплат футболистов и безумных расходов клубов. Речь идет не о педагогическом желании господина Платини учить бизнесменов тратить свои деньги, а о проблеме выживаемости футбола как такового. Ведь в один прекрасный день все это может закончиться страшным финансовым коллапсом и гигантским кризисом, когда от футбола лишь рожки да ножки останутся – даже сетку с ворот унесут.

Сначала «часом икс» был объявлен 2013 год. Потом стали говорить про 2014-й. Но вопрос не в том, сколько будут эту дату отодвигать. Принципиальное решение принято, а остальное уже детали: надо привыкать жить по средствам.

Как это будет происходить у нас, понять сложновато. Мало того что бухгалтерия даже успешных клубов закрыта. Что происходит в клубах, представляющих «болото» российского футбола, живущих на подачки (весьма щедрые) от местных бюджетов, вообще не разберется никто, сам черт ногу сломит.

Да и вроде бы перспективные проекты, ни от кого не зависящие, нашедшие источники финансирования в лице состоятельных хозяев, рискуют кануть в небытие без всякого прихода финансового fair-play. Достаточно вспомнить пример с возрожденной с такой помпой и умершей довольно быстро сочинской «Жемчужиной». Причем на старте сезона-2011 сочинцы воспринимались всем футбольным сообществом чуть ли не как клуб «договорившийся» (или «расписавший»). Мол, с одного из проходных мест идет в конце сезона наверх «Алания», а с другого – «Жемчужина». Но уже к концу весны – началу лета стали очевидны многочисленные проблемы, неожиданно свалившиеся на клуб. Проблемы, разумеется, финансовые. Если с финансами хорошо, то других проблем у нас не бывает.

Информация о том, что игрокам не выплачивают зарплату, что они отказываются в знак протеста выходить на тренировки, то и дело появлялась на различных сайтах. То она опровергалась руководством команды, то не опровергалась, и тогда разрешить ситуацию решил глава ФНЛ Игорь Ефремов. Долгое время проблемы «Жемчужины» всерьез не воспринимались. Большинство искренне было уверено, что это проект политический. А значит, в условиях нашей страны на провал точно не обреченный. Вытянут, спасут, результаты сделают, суммы нарисуют. Но очень скоро стало ясно: команда, в свое время отказавшаяся от Дэвида Бэкхема, будет вынуждена отказаться и от большого футбола.

...

Бухгалтерия доже успешных клубов закрыта. Что происходит в клубах, представляющих «болото» российского футбола, живущих на подачки (весьма щедрые) от местных бюджетов, вообще не разберется никто, сам черт ногу сломит.

Конечно, насколько футбол первой лиги можно всерьез именовать большим – вопрос дискуссионный. Когда владикавказская «Алания» принимала в июле дома всего-навсего казахстанский «Актобе», уровень российской первой лиги и высшей казахской оказался слабо сопоставим: весь первый тайм «Алания» больше походила на мальчиков для битья. Мы увидели, чертыхаясь, подлинный дворовый футбол.

Конечно, неправильно было бы видеть ситуацию следующим образом: мол, в сытой

и благополучной Европе клубы готовы перейти на новые финансовые правила игры, а вот в России, несмотря на обилие «шальных денег», расходуются эти средства неправильно, и потому показать положительную бухгалтерию большинство клубов вряд ли сможет. Конечно, все не так однозначно. Есть проблемы на Западе, есть в Восточной Европе. Хотя ясно, что все-таки не в Англии или Германии будут главные проблемы.

Одна из немногих румынских команд, которая нам хорошо известна, – чемпион страны 2009 года, неоднократный участник еврокубков ФК «Униря» была летом отстранена от всех внутренних турниров национальной федерацией футбола. Причина – невыполнение командой финансовых обязательств перед футболистами и сотрудниками клуба, а также не-предоставление экономических гарантий на следующий сезон. Что последнее означает, утверждать не берусь. Но ясно, что это уже некий свой, румынский план финансового оздоровления, эдакий локальный fair-play.

– Рад, что мы близки к завершению многолетней истории с принятием финансового fair-play, который, между прочим, очень трудно было «провести» через Евросоюз с его весьма строгими законодательными ограничениями, – заявил еще один давний сторонник этой идеи, председатель совета директоров «Баварии» Карл-Хайнц Румменигге. – Брюссель несколько лет назад моментально заблокировал обсуждавшийся тогда «потолок» зарплат в европейском футболе. И это сделало невозможным повторение опыта профессиональных лиг США. На лимит легионеров по системе «6+5» Евросоюз также наложил безоговорочное вето. Но финансовый fair-play принял.

Нет еще согласия относительно системы наказаний, что как раз важнее всего. Но если компромисс будет найден как раз вокруг предлагавшейся Мишелем Платини схемы в виде неучастия клуба в евро-кубках, то это будет уже хорошим первым шагом. Ведь если клуб знает, что пути в Европу нет, это означает тупиковый путь развития. Все равно придется перестраиваться. Увы, конечно, наше «болото» процесс самоочищения от введения любых планов не запустит. Но лучше начать двигаться в правильном направлении, чем ограничиваться только разговорами.

0:25 Заговор против наших стадионов?

Один мой приятель, довольно талантливый врач, человек яркий и креативный, способный постоянно искать и находить какие-то новые и нестандартные шаги, оказался несколько лет назад в мире большого спорта. Знаете, что было его главным открытием? Никто ничего не делает, только воруют. «Я, – рассказывает он, – прихожу в какой-нибудь очередной кабинет, делюсь идеей: как быстрее брать кровь на анализ, как качественней этот анализ проводить. И вижу, как у человека, что по ту сторону стола, счетчик в голове включился: как на этом обогатиться. Если способ легко обогатиться найден – идея будет реализована. Если пространства для воровства нет – я со своими идеями только помешаю». Мой приятель недоумевает, за счет какой инерционной силы наш спорт еще существует. Ведь ничем иным, кроме личного обогащения и заботы о всестороннем совершенствовании технологии «распила», спортивная бюрократия не занята.

Пока российская футбольная бюрократия оттачивает свое мастерство на полях битвы за свой заработок, футбол тоже продолжает развиваться по инерции. Но мы теряем не только в уровне чемпионата и уровне игры – мы теряем свои позиции в международных структурах, позиции, некогда казавшиеся крепкими и незыблемыми. Один характерный пример: когда пришлось подключать тяжелую артиллерию в борьбе за право проведения чемпионата мира – 2018, о ком вспомнили? О давно забытом экс-главе РФС Вячеславе Колоскове. Сняли всех навешанных на него собак и снова призвали почетного президента РФС к борьбе: без его старых дружеских связей в ФИФА, как оказалось, обойтись невозможно.

Формальный и неформальный статус в международных футбольных структурах – не пустой звук, не возможность получать в будущем от ФИФА персональную пенсию (хотя она, как признается тот же Колосков, весьма немаленькая). Это возможность отстаивать позицию своей сборной, своих клубов при возникновении тех или иных неоднозначных или попросту конфликтных ситуаций. А такие ситуации раз за разом происходят.

И вот тут-то наши чиновники встают перед дилеммой: защищать свои клубы или защищать свое место. Умелые манипуляторы наверняка умеют делать оба дела одновременно. Не зря почти три десятка лет продержался на самом верху Вячеслав Колосков. У Сергея Фурсенко все происходит в более плоском варианте. Возникает, к примеру, раз за разом проблема соответствия наших стадионов сертификационным стандартам УЕФА и ФИФА, как возникла она в нынешнем сезоне у владикавказской «Алании», – логично, что надо вникнуть в проблему и попытаться помочь. «Алания», как и любой другой российский клуб, – это ведь «свои», они точно так же, как «Зенит», «Спартак», ЦСКА, борются за общие очки в таблице коэффициентов УЕФА. И это не некая виртуальная таблица – именно по ней и определяется, сколько команд будет представлять страну год спустя на европейской арене. Пропустили вперед в прошлом сезоне Португалию – теперь у нас не три, а лишь две команды в Лиге чемпионов, и ценность «бронзы» чемпионата, как следствие, неуклонно снижается.

Претензии комиссаров УЕФА к российским стадионам – дело традиционное. Любому видно невооруженным глазом, что такое стадион в Европе и что такое стадион в России. Даже не сталкивающемуся с финансовыми трудностями «Зениту» приходилось срочно расширять в свое время пресс-ложи и vip-сектор: они не соответствовали даже минимальным европейским стандартам.

«Алания» пробилась, как «Сибирь» годом ранее, в Лигу Европы с черного входа – как финалист Кубка России. Интерес ко второму по значимости турниру традиционно низкий, гранды зачастую выставляют вторые составы, потому «выскочек» хватает. Случай с «Аланией» вообще феноменальный: команда завершила все три своих матча на пути к финалу со счетом 0:0, каждый раз выигрывая в серии послематчевых пенальти. Единственный мяч с игры был забит лишь в проигранном (1:2) московским армейцам финале.

Ясно, что требования к стадионам в первой и второй лигах у нас минимальные. Достаточно вспомнить описанную выше историю с подмосковной «Истрой», когда стадион проходил лицензирование, как уверяет ГУВД, по фиктивным документам: представили бумаги с одной арены, а получили разрешение на другую. Ясно, что комиссары УЕФА нашли во Владикавказе какие-то недостатки по инфраструктуре, по обеспечению безопасности, еще по каким-то неизвестным нам вопросам. И более того – не получили в срок обещанной информации об устранении этих недостатков.

...

Претензии комиссаров УЕФА к российским стадионам – дело традиционное. Любому видно невооруженным глазом, что такое стадион в Европе и что такое стадион в России.

Но Фурсенко не торопится на защиту нашего клуба, не бросается на амбразуру решать вопросы и биться за своих. Он через губу начинает произносить в адрес «Алании» нелепые нравоучительные тексты: «Не нужно поднимать вопрос об апелляциях. Понимаете, у нас все всегда пытаются жаловаться… Не нужно выносить этот вопрос в какую-то скандальную сферу… РФС эту работу контролирует… Надо работать…»

При этом никто изначально не обратил внимания на то, что в качестве комиссара УЕФА, проверяющего готовность стадиона, приехал тот самый Кеннет Скотт, который уже побывал в России в 2001 году и добился отмены одного из матчей. Помните ту нашумевшую в свое время историю? Махачкалинский «Анжи» завоевал право играть в Кубке УЕФА, но приехал работавший в ту пору офицером по безопасности клуба «Рейнджере» Скотт и живописал потом в Европе в страшных красках ситуацию в Дагестане: припомнил близость региона к неспокойной Чечне, рассказал о том, что чуть ли не на каждой улице обязательно стреляют. В итоге он добился того, чего мало кто добивался: вместо двух поединков провели один. Ясно, что не в Дагестане.

О том, что науськивал своего подчиненного Скотта в ту пору не кто иной, как Дик Адвокат, возглавлявший шотландский «Рейнджере», мы как-то стыдливо забываем. Ну, мол, изменились времена, изменилась ситуация, Адвокат сегодня работает по нашу сторону баррикад. Но что нам Скотт? Почему, едва узнав о назначении Скотта, мы не начали бить в колокола, не стали, памятуя о его опасливом отношении к кавказскому региону, пытаться уже превентивно ситуацию переломить? Я даже не о банальных девках, банях, шубах и прочих подарках, которые в таких случаях всегда есть в арсенале, – есть и куда более законные методы.

Но нет! Мы почему-то дожидаемся очередного отрицательного вердикта и то начинаем, как Валерий Газзаев, сетовать на плохую работу почты (мол, фотографии о том, как мы устраняем недостатки, наверное, еще не дошли до УЕФА) и эмоционально утверждать, что «видали в Европе арены и похуже» (наверное, про «Сантьяго Бернабеу» говорит Валерий Георгиевич), то принимаемся, как Сергей Фурсенко, читать нелепейшие нравоучения.

Слава богу, после вымученного, выстраданного, уже третьего визита инспекторов во Владикавказ, всего за три дня до матча, положительное для «Алании» и ее болельщиков решение было принято. Но заслуги Сергея Фурсенко в этом точно не было.

Между тем ситуация абсолютно не нова. Особенно для российского футбола. Ведь политическая отмена матча в Махачкале в 2001 году – далеко не единственный эпизод. Был и «Текстильщик» из Камышина в 1994 году, который играл на таком допотопном стадионе, что высоких проверяющих из Европы не убедили ни свежепоставленные мачты с прожекторами, ни электронное табло, которое в глубинке в ту пору было чем-то революционно-инновационным. Правда, ответная игра с клубом «Бекешчаба» на еще более убогом венгерском стадиончике проведена была, что и вызвало к жизни вопросы не о заговоре против российского футбола, а о том, что есть менеджеры, которые умеют решать проблемные вопросы, а есть те, которые не умеют.

Словом, подобные истории возникали в новое время. И почему мы раз за разом наступаем на те же грабли, не очень понятно. Я же вернусь к позиции Фурсенко. Он все-таки отстаивает позицию «своих». Но кто эти «свои»? Не те клубы, чьи интересы, по идее, глава РФС должен отстаивать. Он защищает (помимо, конечно, своих личных интересов) интересы европейской футбольной бюрократии. Он хочет быть «своим» именно для них. Тут главный вопрос не в том, хочешь ты или не хочешь с кем-то ссориться, а в том, как ты сам лично себя позиционируешь. Фурсенко оказался в серой чиновничьей массе, а не в российском футболе. Да, по большому счету, иначе получиться и не могло. Ждать, что этот человек будет готов биться за российский футбол и всячески его поддерживать, укреплять, не стоит. Иллюзии, если у кого и были, рассеялись, думается, окончательно.

0:26 Большой футбол в маленьких городах

В нашей стране спорт так и не стал массовым бизнес-явлением. Есть считаное число предпринимателей, которые содержат профессиональные клубы. Значительно большее число – функционеры, которые тянут деньги из региональных бюджетов. Точно так же не появилась развитая спортивная инфраструктура: есть в Москве несколько спортивных магазинов, фитнес-залов, по области – горнолыжные склоны. В регионах этого на порядок меньше.

Это не досужие умозаключения. Когда «Радио Спорт» начало в 2007 году вещать не только на Москву и область, но и на немалую часть страны, мы столкнулись с тем, что практически все региональные партнеры очень скоро взмолились: у нас спорт никому не нужен, на нем не заработаешь, давайте лучше просто музыку! И это еще задолго до пресловутого финансового кризиса, на который все кому ни лень ссылаются при каждом удобном случае!

Футбольный праздник, которым должен стать чемпионат мира в 2018 году, – будет ли он таковым для Екатеринбурга, Саранска, Сочи? Конечно нет. Ну, задерут цены в гостиницах и ресторанах на пару-тройку недель – и всего делов. В карнавал жизнь в регионах не превратится. Чтобы устроить футбольный карнавал, надо искренне этого праздника желать. А у нас его желают разве что в столице. Из других городов, может быть, только в Санкт-Петербурге.

Почему не понимает этого руководство РФС, раз за разом пытающееся приучить российские регионы к большому футболу? Финал Кубка России с 2010 года решили играть в провинции. Сначала – в Ростове, теперь – в Ярославле. Когда смотришь на полупустые трибуны стадиона «Шинник», на ум приходит только одно слово: «Позор». Двадцатитысячник, который обещают к 2018 году превратить в сорокатысячник, на главной кубковой игре был заполнен немногим более половины. Присутствовали тысяч двенадцать. И это на матче, в котором разыгрывается один из двух (ну, или трех, если приплюсовывать сюда ничего не значащий, выставочный Суперкубок) внутрироссийских титулов!

Оговорюсь, что Ярославль – это в принципе далеко не худший вариант. Три часа езды от Москвы, красивый и уютный город, стадион в самом центре. А если добавить к этому прекрасную погоду, которая пришла к тому моменту наконец в центральный регион, то вполне можно было бы предположить больший интерес. Если бы не два «но». Первое – это жадность организаторов, которые решили задрать цены на билеты. Самые дешевые на этом морально устаревшем и неудобном стадионе стоили от 600 рублей. А второе – нелепое время начала матча. Как, спрашивается, рассчитывать на приезд болельщиков из Москвы, если игра начинается в 19 часов в воскресный день? Я и сам бы съездил – хоть на поезде, хоть на машине, благо в Ярославле был столько раз, что дорогу наизусть знаю. Но как представлю себе путь по ночной трассе назад, когда ранним утром надо на работу в эфир (а поездов по окончании матча я в расписании и вовсе не обнаружил), всякое желание куда-то ехать отпадает.

О ком думали футбольные чиновники, назначая матч на вечер воскресенья? Если это финал Кубка, ради которого командам и так переносят матчи очередного тура, то почему не выбрать вечер субботы, чтобы болельщики еще на ночь подзадержались в местных отелях и тем самым оставили в городе столь необходимые ему финансовые ресурсы, или разумное с точки зрения транспортной доступности более раннее воскресное время? Ссылаться на испепеляющую жару, которая могла бы препятствовать игре в 14 или в 16 часов, бессмысленно – сезон высоких температур в ту пору еще не наступил… Видимо, думают Фурсенко и Ко исключительно о собственном удобстве. Удобно лично им – значит, будут играть тогда, когда начальник сказал. Ну и попутно озвучат свой несусветный бред про развитие футбола в регионах. Насколько это нужно самим регионам, мы майским воскресным вечером убедились сами.

0:27 Отрывной календарь чемпионата

Научиться составлять календарь раз и навсегда, чтобы не перекраивать его потом по многу раз – задача для российского футбольного руководства, похоже, нерешаемая. Я даже не о переносах из-за неготовности поля в силу погодных условий (такое, пусть и не так часто, случается не только в России). Сколько раз сетка перекраивается по банальной причине: просто забыли о том, что та или иная команда еще играет в еврокубках. Представить себе такое в любой другой стране затруднительно.

В начале мая было принято решение просто умилительное по своей сути. Особенно если вчитаться в мотивировочную часть. Матч «Зенит» – «Спартак» перенесен с 30 на 29 мая. Решено дать дополнительный день отдыха игрокам «Зенита», выступающим за сборную. Желание разумное и убедительное. Хотя тот факт, что сборная играет 4 июня, был известен еще в начале 2010 (!) года, а календарь составлялся в феврале 2011-го. Почему об этом позабыли или почему лишь про «Зенит» вдруг вспомнили, одному богу известно.

Самое забавное, что просьбу в РФПЛ о переносе игры «Зенита» подавал сам Фурсенко. Надо ли говорить, что вопрос долго не обсуждался. Просит «сам» Фурсенко – матч переносится, считай, автоматически.

Видимо, чтобы не возникло разговоров о неравенстве условий, о двойной бухгалтерии и т. п., спустя день-другой решили перенести с 30 мая еще и матч «Локомотива» с «Анжи». Тот самый, вокруг которого потом будет сломано столько копий.

Но это все переносы или из-за чьей-то забывчивости, или – хочется думать – из-за внезапно возникшего желания сделать кому-то доброе дело, например, из-за заботы о сборной. Увы, есть еще упомянутые погодные условия, которые вкупе с безалаберностью организаторов тоже вносят коррективы в календарь.

Самарские «Крылья Советов», которые в свое время только благодаря административному ресурсу удержались в футбольной элите, не удосужились подготовить поле к матчу второго тура с ЦСКА. Собственно, подготовить-то поле они должны были еще к первому туру. Но там вовремя пришел на помощь соперник, который предложил «махнуться кругами»: в первом и во втором круге изменить очередность, кто гость, а кто хозяин поля.

В итоге судья еще утром, увидев поле, принял решение матч не проводить: грунт был травмоопасен для футболистов. Грязь, налипая на мяч, превращала бы его в смертоубийственное орудие. Матч перенесли. С марта на

25 мая. Но ЦСКА ведь на игру прилетел, в отель поселился. Ясно, что потрачена была немаленькая сумма. И это не те риски, которые, по определению, берет на себя любой участник турнира. Здесь налицо разгильдяйство хозяев, которые не подготовили поле. Когда ЦСКА логичным образом потребовал финансовую компенсацию со стороны «Крыльев», знаете, какой был ответ? «С РФС мы договорились, что никакой компенсации ЦСКА платить не будем». Комментарии излишни.

0:28 «Выпавший» Анюков, «гламурный» Сычев, «уставший» Ааршавин…

Игра «Зенита» с самого начала сезона не заладилась. Вроде и шла команда сплошь на верхних строчках турнирной таблицы. Но в отрыв не уходила, да и пропускала вперед себя то «Анжи», то «Локомотив», то ЦСКА, то много кого еще. Проблема даже не в отсутствии мотивации, не в связях между отдельными игроками на поле, а в том, что очень многие стали смотреться бледной тенью самих себя прежних. Об Александре Бухарове как игроке техничном, скоростном, способном обыграть полкоманды соперника, уже никто не вспоминает. Бухаров «зенитовского» разлива совсем не похож на себя же версии «рубиновой».

Александр Анюков стал позволять себе то, что большая часть экспертов характеризует убийственным термином «фантастический непрофессионализм». В игре с «Рубином» капитана питерской команды наказали «горчичником» за… кольцо на пальце! Это не просто забывчивость, это не просто расхлябанность, хотя и им не может быть прощения. Просто беспредельное, вопиющее хамство! Ведь это аксиома для спортсменов: любое украшение на пальце может нанести травму сопернику. Так себе не позволяют играть даже во второй лиге. А в команде чемпионов, выходит, можно все.

Нет сомнений, что на особом положении Анюков не только в «Зените», но и в российской сборной. Иначе чем еще объяснить, что раз за разом он тренируется, как это принято называть, «по индивидуальной программе». Одно дело, когда индивидуальная программа носит втягивающий характер и предлагается тренерским штабом футболисту травмированному. Но это не случай Анюкова. Перед сбором к июньскому матчу с Арменией в сборной тренировались по индивидуальной программе два человека – Кержаков и Анюков. С первым вопросов нет – он залечивал колено, но стремился помочь команде. Увы, травма оказалась серьезной, и спортсмен так и не смог выйти на поле. А вот второй ничего не залечивал. Слухи о том, что от Анюкова разит перегаром, которые позволила себе желтая пресса, Адвокат не стал опровергать или как-то комментировать, а произнес лишь туманное и расплывчатое: «Анюков переведен в работу по индивидуальному графику, потому что выпал из общего игрового ритма». Как перевести эту абракадабру с голландского? Или на каком это языке?

...

В игре с «Рубином» капитана питерской команды наказали «горчичником» за … кольцо на пальце! Это не просто забывчивость, это не просто расхлябанность, хотя и им не может быть прощения.

Просто беспредельное, вопиющее хамство!

Что есть игровой ритм в данном контексте? Что означает выпасть из него? Остается только гадать. И верить желтой прессе, которая на все лады расписывала празднование дня рождения беременной девушки Анюкова, на которой к тому моменту он все никак не мог жениться. При этом день рождения пришелся аккурат на 3 июня – день накануне принципиального матча с Арменией. И именно этим обстоятельством объяснялось то, что Анюков неоднократно просил Адвоката отпустить его из сборной.

Верить этому или нет, мы не знаем. Но ведь никто иной версии даже не попытался предложить… Ясно одно: такое возможно только при особом, чуть ли не всепрощающем отношении к тебе и тренеров, и футбольных функционеров. Можно ли представить себе ситуацию, когда капитан сборной позволяет себе раз за разом чуть ли не ползать по полю, но получать только подбадривающие оценки.

Аршавина не было заметно вообще ни одной минуты во время июньского матча с Арменией. Но что, как вы думаете, произнес по итогам игры Фурсенко?

– Думаю, Андрюша просто смертельно устал. Он сыграл за сезон столько матчей, сколько не играл никогда в жизни, – больше шестидесяти. При том что английская лига подразумевает совершенно другой, атлетический футбол. У него усталость. И физическая, и моральная. Нам надо поддержать капитана нашей сборной. Думаю, он сейчас немного отдохнет – и все будет в порядке. Несмотря на усталость, он едет с нами в Зальцбург, и это можно только поприветствовать.

О том, как Андрюша съездил в Зальцбург, мы узнаем в следующей главе. Это стало еще одной позорной страницей в отношениях бессовестного и нагловатого «капитана» с его партнерами по команде, тренерской бригадой и болельщиками. Но в процитированном бреде от главного футбольного человека я тоже не могу уловить хотя бы ноток уважения к болельщикам. Почему мы должны поддерживать человека, который своим отношением к делу просто плюет нам в душу? И почему нас должны интересовать в качестве оправдания его шестьдесят матчей в Англии? Это, дружочек, твоя работа, ты за это деньги (очень даже приличные!) получаешь. А если прибыл в сборную, то будь добр выкладываться, невзирая на английскую усталость. Потому что это правило: игра за сборную – это игра особая, стоящая в особом ряду. Иначе в сборную тебя брать не должны вовсе. И никакие прежние заслуги в расчет приниматься не должны.

За какие заслуги в сборную время от времени призывают Сычева, мне, например, непонятно вовсе. Или это такая специальная квота – от «Локомотива»? Главная беда очень многих – застой в футболе, который произошел из-за «гламура». Участие во всевозможных телешоу, открытие собственного ресторана Rosso&Bianco Cafe – у Дмитрия Сычева все хорошо. Но если это мешает активной футбольной деятельности? Глядя на игру Сычева, вывод можно сделать только один: мешает, да еще как! Кстати, поговаривают, что Сычев поначалу даже скрывал от многих название ресторана, боясь, что его вдруг обвинят в симпатиях к красно-белым. Жаль, что не опасается он одного: как бы его не обвинили в отсутствии симпатии к собственной сборной, за которую он призван играть. Но такое ему, похоже, и в голову не приходит.

0:29 Сбродная

Перед июньским отборочным матчем с Арменией число скандалов с участием сборной росло в какой-то геометрической прогрессии. Непонятен был странный график, предложенный Диком Адвокатом: в понедельник все прилетают в Москву (в том числе изрядная доля питерцев, игравших днем ранее дома), со вторника по четверг тренируются в Москве на стадионе имени Стрельцова на Восточной улице. И только накануне субботней игры выходят на поле «Петровского». Кому нужны избыточные перелеты? И почему нельзя, если уж в силу тех или иных причин решили играть в Санкт-Петербурге, провести всю неделю на берегах Невы? Когда у Адвоката спросили об этом напрямую, ответ сразил своей непосредственностью:

– Просто в Питере нет хорошей базы…

Неужто торпедовская поляна лучше стадиона, на котором играет чемпион? Неужто в Питере нельзя подобрать для двух десятков игроков приличную гостиницу? И это говорит человек, который в Санкт-Петербурге провел не один год!

Директор стадиона «Петровский» даже вынужден был оправдываться: поле в принципе в пригодном состоянии. Но тут же зачем-то оговорился и попросил не слишком «убивать» его во время субботней игры. Ведь в воскресенье газону предстоит особое испытание: тренировка сборной перед вылетом в Зальцбург. Это понятно: с точки зрения сегодняшних футбольных руководителей, любая коммерческая игра куда как важнее обязательной, официальной.

В итоге в сборную, которая все меньше начинает напоминать единый коллектив, сплоченный организм, начинают вливать свежие силы по очень странному алгоритму. Накануне официального матча (вслед за которым идет пресловутый коммерческий «товарняк») в команду призываются те, кто явно выйдет только во второй игре. Зачем наигрывать на тренировках почти неделю новые связи, вводить новичков, когда в ключевой игре они не выйдут? Или матч отборочного цикла уже воспринимается как банальный «обязон», а главное – спустя три дня «бабла срубить»?

Но и это еще полбеды. Вопрос в том, как вызывают в сборную тех, кого принято именовать «ближайший резерв»? Уже в день сбора Адвокат дополняет список Рязанцевым и Шешуковым. Чем проявил себя спартаковец Шешуков в провальном матче с «Зенитом» (0:3) – вообще большой вопрос. Чем он так сразил сердце Адвоката? Или все дело в тех самых разговорах, что постоянно сотрясают неравнодушные сердца болельщиков и журналистов, – о том, что местами в сборной якобы приторговывают, чтобы «капитализировать» тех или иных игроков?

Ни Рязанцев в свои двадцать пять, ни тем более двадцативосьмилетний Шешуков на потенциальных «молодых» уже никак не тянут. Зачем они понадобились, если никто и не думал их ставить в «основу» в игре с Арменией? И уж совсем комичным выглядит приглашение на один день Тараса Бурлака. Юный «железнодорожник», хотя и получает сплошь комплиментарные отзывы от специалистов, даже если и является потенциальным «сборником», не может вызываться в команду в подобной форме. Похоже, что позвали просто того, кто оказался поблизости.

Дик Адвокат прокомментировал этот странный вызов следующим образом: в команде оказался двадцать один человек. И невозможно было провести нормальную «двусторонку» – полноценный поединок одиннадцать на одиннадцать. Так и представляю себе эту картину: тренер выстраивает вызванных сборников в шеренгу. Заставляет рассчитаться на «первый-второй». И нервно кричит: почему, дескать, нечетное количество, почему поровну не поделишь?

Вечером Тарас Бурлак был отправлен восвояси. Что произошло? Не подошел во время просмотра? Скорее, другое. Очередной случай ударной работы агентского лобби. Очередному клиенту повысили капитализацию. Теперь относительно недорогого футболиста можно будет продавать как игрока, вызывавшегося в сборную. Торговля местами в главной команде страны идет полным ходом.

Непонятно, почему в арсенале у Дика отсутствует такое понятие, как расширенный состав сборной. Это нормальное для любого тренера понятие. Кто-то называет двадцать восемь – тридцать человек, кто-то больше. Этот список может в течение года варьироваться, видоизменяться, увеличиваться или, в зависимости от ситуации, уменьшаться. Но сам факт попадания в этот лонг-лист уже является для футболистов прекрасным стимулом расти дальше. Потому что лонг-лист рано или поздно превратится в шорт-лист – список выходящих на поле в стартовом составе. У нас же подобная практика является чем-то из ряда вон выходящим. На каждую игру тренерский штаб вызывает одних и тех же. Оглашение списка в мае (который не отличался, по большей части, ни от мартовского, ни от февральского и т. д.) сопровождалось только одним замечанием от господина Адвоката: «Булыкина нет – и точка!»

Когда в июле Адвокат объявляет, что среди прочих зовет в сборную Дмитрия Торбинского, журналисты и эксперты просто разводят руками: «Так ведь он не попадает даже в основной состав своей команды!» Но у Адвоката и на это готов ответ:

– Политику «Локомотива» и других клубов я не обсуждаю!

В таком случае, объясните мне, недалекому: в чем смысл приездов Адвоката каждую неделю на матчи клубов? Он видит, что Торбинский сидит на скамейке, и уже из этого делает вывод о его функциональной готовности? Или он видит, что все остальные играют еще хуже? Так пусть уж Торбинский: он все-таки не так устает.

Выход на поле раз за разом тех, кто когда-то был любимчиками публики, при их нынешней, в целом неубедительной игре приводит в итоге к ожидаемому следствию: любовь болельщиков проходит. Когда сборная приезжала в августе 2010-го в Питер, куда из-за пожаров, подступавших к столице, был перенесен товарищеский матч со сборной Болгарии, команду встречали толпы фанатов на вокзале. Прилет в северную столицу за пару дней до июньской встречи с Арменией был отмечен одной съемочной группой и десятком фанатов. У автобуса, отъезжавшего на игру от отеля на набережной Мойки, ликовало человек тридцать. Да и то большинство, судя по всему, пришли не специально, а просто, гуляя по центральной части города, обратили внимание на красивый автобус с надписью «Сборная России по футболу» и решили остаться на несколько минут, чтобы посмотреть на тех, чьи лица знакомы по телерепортажам.

Во время тренировки в Москве Аршавин излучал улыбки в адрес девушек с фотоаппаратами, но никто и не думал фоткаться с ним.

– Вот вы, такой красавчик, можно сфотографироваться с вами? – визжали девушки, показывая куда-то в сторону Дика Адвоката.

Тренер уже готов был растянуть улыбку и изобразить «чиз», но девушки виновато улыбались:

– Нет, извините, не с вами, а вон с тем, он такой хорошенький. – И показывали в сторону переводчика.

С упомянутым Бурлаком вообще странная история приключилась. Отправленный восвояси, он спустя уже несколько дней вдруг призван был под знамена сборной вновь – перед матчем с Камеруном и даже вышел отыграть на второй тайм. Что стоит за этими шараханиями тренерского штаба из стороны в сторону? Понять невозможно.

В день питерской игры с Арменией мне удалось прорваться хитроумными путями через несколько слоев охраны в отель, где базировалась наша сборная – в «Кемпинский Мойка». Сергей Фурсенко, увидев меня, сразу же вспомнил о каком-то срочном деле и быстро ретировался из гостиничного лобби. Мне удалось перекинуться лишь несколькими словами с Диком Адвокатом, после чего рядом возникла служба безопасности сборной. Представьте на секундочку: у сборной есть своя собственная служба безопасности! Не секьюрити из отеля, не служба безопасности РФС, а еще своя отдельная служба! Мне тихо произнесли на ухо (а можно сказать, и грозно шепнули): «Тренер не любит, когда в отеле находятся журналисты».

Это право тренера определять, в какой обстановке и в каком режиме живет и готовится к ответственным играм его команда. У нас были и те, кто просто неделями запирал сборную на базе и не разрешал даже с женами видеться. Обсуждать это бессмысленно. Но в этой истории интересно другое. Есть требования режима, а есть страх. Сборная готовилась на следующий день улетать в Австрию на коммерческий матч. По крайней мере, так было объявлено. Но когда вечером итоговый счет на табло показывал оптимистичное (по результату, а не по игре, как мы все хорошо помним) «3:1», объявили: раз достигнут положительный итог, сборной даются полноценные полтора дня на отдых, и улетать будут уже не в воскресенье, а только во вторник, непосредственно в день игры.

Объяснение было дано нелепейшее: мол, когда наши слишком долго находятся за границей, они чересчур расслабляются. Но истинная суть видна невооруженным глазом: ожидали не победы, а вполне возможной ничьей или даже поражения. И готовились спрятать и себя, и сборников подальше от критики. Отсидеться в Австрии пару-тройку дней. Атам, глядишь, и ситуация рассосется. Победа же оказалась столь неожиданной для самого руководства, что решили спешно переиграть распорядок ближайших дней и даже на радостях отпустить некоторых на сутки домой.

На следующий день после унылого «товарняка» с Камеруном (того, где болельщики освистывали в конце матча сборную и кричали с трибун «Позор!») общались мы по телефону с Сергеем Фурсенко:

– Довольны ли финансовыми итогами матча Камерун – Россия?

– Абсолютно!

Не получил я еще в тот момент информации, что заработали мы, по слухам, на той игре двадцать тысяч евро. Всего двадцать тысяч! Ради них игроков сборной выдернули из чемпионата, который уже набрал обороты. Ради них нагибали игроков, ради них придумывали кучу унизительных оправданий…

– Сергей Александрович, а почему не сыгран был этот матч где-нибудь в российской провинции? Ведь Ростов или Краснодар были бы счастливы принять такую игру. И уж на стадион пришло бы точно намного больше трех тысяч, как на «Рэд Булл Арену»…

– У нас не было выбора.

О чем это? Какого выбора? Чью волю вы, хочется спросить, исполняете? Не вы ли как глава РФС, то есть самый главный человек в футболе страны, этот выбор делаете? Или вы тем самым посылаете обществу месседж: «Ребята, я тут ни при чем»?

Те, кто видели матч с Камеруном по телевизору, конечно, обратили внимание, чья реклама услаждала наш взгляд все девяносто минут игры с рекламных бортиков (ясно, что матч взгляд услаждать не мог никоим образом). Реклама водочных брендов! Не они ли просто купили для себя эту возможность покрутиться полтора часа в наших телевизорах в вечерний прайм-тайм? Давать водочную рекламу на нашем телевидении законодательно запрещено. Но бегущую строку на рекламных

...

Где еще вы видели сборную, в которой у игроков есть личные контракты? Где главное – не осознание факта, что ты – лучший, что ты защищаешь цвета флага, надеваешь футболку сборной, что таких, как ты, из его сорока миллионов чуть больше десятка?

бортах зарубежных стадионов не спрятать. Поэтому платишь сборной двадцать тысяч евро плюс арендуешь стадион. И всё! Остальное – чистая прибыль! Но сборной-то, сборной зачем давать себя так использовать? Знаток всех закулисных договоренностей Вячеслав Колосков, поговаривают, искренне удивлялся: как можно соглашаться выступать за такую сумму?

А уж про болельщиков Российский футбольный союз не вспоминает:

– Зачем обращать на крики «Позор!» внимание? Это был коммерческий матч, – когда касается дело коммерции, Сергей Фурсенко принципиален. И не до болельщика ему уже.

Я, конечно, далек от мысли, что за двадцать тысяч играть нельзя, а за четыреста – пятьсот тысяч (как это было в начале года с Ираном и Катаром) можно. Дело абсолютно не в деньгах. Главное – иметь сильных соперников, чтобы не деградировать. Но нашему футбольному руководству оказалось проще решать вопросы именно так, именно цинично переведя все в денежную плоскость. Где еще вы видели сборную, в которой у игроков есть личные контракты? Где главное – не осознание факта, что ты – лучший, что ты защищаешь цвета флага, надеваешь футболку сборной, что таких, как ты, из ста сорока миллионов чуть больше десятка? Нет, у нас по-другому У нас едут даже в сборную играть за деньги. Аршавин, по имеющейся информации, получал по сорок – пятьдесят тысяч за сам факт выхода на поле в Эмиратах и Катаре. Может быть, эта информация не верна. Но почему-то ни РФС, ни сам Аршавин так и не поспешили до сих пор ее опровергнуть. Прозрачность доходов и расходов в российском футболе – тема, уже набившая оскомину. Но Фурсенко не спешит ситуацию менять. Да и не поменяет, к чему эти досужие сетования?..

Впрочем, вернемся к Аршавину. Узнав, что за матч с Камеруном гонорара уже не полагается, Аршавин просто выдвинул Адвокату ультиматум: или получаю гонорар, или не еду вовсе. А чему тут удивляться? Розовощекий капитан не скрывал в конце мая, вернувшись из Англии в Питер: он приехал именно в отпуск. Так и рассказывал о своих планах: встретиться с друзьями, отметить свое тридцатилетие, провести несколько встреч по бизнесу… Ах, да, еще в футбол сыграть…

Адвокат в кои-то веки проявил принципиальность: Аршавину не удалось его «прогнуть». В Зальцбург поехал как миленький. И так и просидел на скамейке все девяносто минут. Отметился только единожды, когда вышел с каменным выражением на лице получать кожаные штаны традиционного тирольского крестьянина. Такой подарок всегда преподносят здешним vip-гостям. Из «наших» такой дарили в 2008-м Гусу Хиддинку.

0:30 Ценовые накрутки

Разговоры о поездке сборной в Австрию для игры с Камеруном велись недолго. Как говорили древние латиняне, sapienti sat – разумному достаточно. Каждый сделал для себя соответствующие выводы. Кто-то вспомнил о шопинге в Вене, кто-то (как мы в предыдущей главе) о коммерческой рекламе водочной продукции в обход закона, а кто-то предложил иную, вполне жизнеспособную версию.

Бывший коммерческий директор РФС Петр Макаренко рассказывал, что проводить подобные «товарняки» можно безболезненно и внутри страны:

– Начать надо с того, что договариваться о выгодном товарищеском матче со стоящим соперником нужно сильно заранее. Например, у сборной Германии весь этот двухлетний цикл был расписан еще до его начала. В авральном же режиме Камерун – это еще хороший вариант. Но зачем нужно было играть в гостях, мне не очень понятно. Спортивного смысла это действительно не имело, Камеруну так или иначе нужно было лететь на игру в Европу. Поэтому, как мне кажется, можно было безболезненно пригласить его к нам. Впрочем, всех подробностей переговоров я не знаю, поэтому выводов делать не стану единственное, что скажу: в мою бытность коммерческим директором РФС мы никогда к услугам матч-агентов не прибегали, решая все вопросы напрямую.

Похоже, загвоздка действительно как раз в этом. При Фурсенко количество людей, без которых в принципе можно было бы обойтись, растет значительными темпами. Когда рядом с тобой стоят некомпетентные люди, им приходится окружать себя толстым слоем советников, заместителей, партнеров, агентов и т. п. Ясно, что агенты работают не «за-бесплатно», от этого стоимость любой услуги повышается многократно.

Надо ли было платить Камеруну в случае его приглашения в Россию? Петр Макаренко утверждает, что нет:

– Платят только командам уровня Бразилии или Испании (мы, в частности, платили лишь дважды – тем же бразильцам и аргентинцам). В остальных случаях все телевизионные и рекламные права принадлежат хозяевам, гости получают только бесплатный телесигнал на свою страну. Да, им обеспечиваются отель, питание и транспорт, но даже перелет сюда не входит, он оплачивается гостями самостоятельно (как, кстати, было и в зальцбургском случае). То бишь расходы хозяев здесь – это суммы порядка двадцати – двадцати пяти тысяч долларов. Плюс они, естественно, платят за аренду стадиона. Это еще шестьдесят – семьдесят тысяч. Доходы же на порядок больше. Если мы даже возьмем не самый большой стадион и посещаемость по минимуму, то, как показывает практика, меньше восьми-девяти миллионов рублей от продажи билетов не получим.

В этой калькуляции, конечно, не учтены еще рекламные и телевизионные права. Но вряд ли телевизионщики за матч с Камеруном много заплатят. Следует простой вывод: стадион в Австрии был пуст – любой стадион в России был бы заполнен. Пусть не на все сто процентов. Но уж точно был бы заполнен куда серьезней, чем в Зальцбурге. Зачем руководство РФС отказывается в таком случае от гарантированной прибыли? Да еще и привлекает матч-агентов, которые тоже обойдутся в определенную сумму? Как говорится, меня терзают смутные подозрения.

Впрочем, об этом можно говорить сколь угодно долго. «Накрутки», о которых речь идет в заголовке к этой главе, заключаются в другом. Часто приходится слышать: ну как так выходит, что любой футболист, приезжающий играть в Россию, априори стоит дороже, чем он же в Европе? Как получается, что и россиянин стоит больше? Ссылаться до бесконечности на проблемы, создаваемые лимитом на легионеров, нельзя. Да и не может лимит так воздействовать на стоимость. Повлияет он скорей на мотивированность футболистов. Но не на их трансферные цены.

Мне очень понравились «секреты мастерства», которыми делился известный футбольный агент Владимир Абрамов в интервью «Советскому спорту». Признаюсь честно, лично я обычно опасаюсь приглашать в эфир агентов. Любое умело сказанное агентами слово автоматически повышает капитализацию того или иного футболиста, а то и делает представителей клубов более сговорчивыми. Поверьте, знаю такие примеры. Поэтому использовать эфир для решения собственных коммерческих вопросов я агентам не даю.

Но ведь иногда они могут так пуститься в откровенность, что только и успевай записывать!

Человек, имеющий более чем двадцатилетний стаж работы агентом, человек, через руки которого прошло около полутора сотен футбольных контрактов, может рассказать многое.

Итак, как определяются зарплаты футболистов? Оставив в стороне отвлеченные рассуждения о том, что любая вещь, товар, услуга стоят столько, за сколько их готовы продать и за сколько их готовы купить, выясним для начала, от какой печки вообще пляшут на переговорах по цене:

– Это торг. Никакой отправной точки, никакого коэффициента не существует. Сумма вырабатывается исходя из того, что может заплатить клуб и чего хотят футболист и его агент. Все обсуждает агент. Я обычно собираю свежую информацию о клубе, прежде чем приехать. Приезжаю и говорю: «У меня есть великолепный футболист Иванов, здорово отыгравший прошлый сезон. Я слышал, вы заинтересованы в нем». Мне отвечают: «Да, он нравится нашему тренеру, он один из кандидатов. Что вы хотите получить?» – «Хочу, чтобы у него была годовая зарплата миллион евро чистыми (налоги – ваша проблема) и подъемные в размере ста тысяч».

Размер подъемных, как поясняют агенты, прикидывается «на глазок».

А вот цены на футболистов определяет все-таки рынок, но рынок предельно специфический. Это мягко говоря. Если не сказать как есть – криминальный.

– Глупо, к примеру, просить за Иванова миллион, – продолжает откровенничать Абрамов, – когда другой агент мне скажет: «Ты дурак, что ли? Этот клуб за такого футболиста может заплатить три миллиона. Ты чего цену ломаешь? Ты нам весь рынок сломаешь, у тебя могут быть проблемы».

Но и это не самое любопытное в торговле игроками. Любопытен сам ход переговоров с владельцами клубов:

– Они говорят: «Миллион евро – проблем нет. Два? Ну ладно, давайте два». И я понимаю: раз я начал с миллиона, а они более или менее легко согласились на два, значит, я плохой агент, я не собрал информацию. Ни в коем случае нельзя идти в клуб неподготовленным. Надо все знать. Например, что сейчас в цене опорные полузащитники. Или нападающие. Вообще нападающие всегда всем нужны – они самые дорогие. Особенно сборники. Агенты всеми силами пытаются сделать так, чтобы их подопечный был заигран за сборную – хоть молодежную, хоть олимпийскую. И уж, конечно, за главную. Даже если его просто пригласили на сбор. Значит, что тот же тренер сборной обратил на него внимание. Это резко повышает и рейтинг, и цену игрока.

А вот переговоры с представителями клубов могут развиваться по разным сценариям.

– У нас сейчас в футбольные руководители пришло много людей непонятно откуда, – признает агент. – Раньше придешь в «Торпедо» – там Юрий Золотов, который руководил клубом лет пятнадцать. Придешь в «Спартак» – а там неувядающий Николай Петрович Старостин. В «Динамо» придешь, знаешь, что будешь иметь дело с Николаем Толстых. А сейчас приходишь в клуб, а там молодые ребята лет по двадцать восемь – тридцать сидят, которые не знают, что было в футболе пять лет назад. К примеру, крупная компания приобрела этот клуб.

Они прислали на разные должности своих родственников или друзей, ранее к футболу отношения не имевших. У нас более половины клубов имеют таких людей. Они опасаются за свое место. Эти люди, к примеру, хотели бы купить моего Иванова, но им нужно сослаться на чье-то авторитетное мнение о футболисте, так как их личное мнение для совета директоров нулевое. И вот они составляют на игрока, как любит говорить Костя Сарсания, бизнес-план, в котором описывают игрока от «А» до «Я». Тут и возраст, и объем мышечной массы, и что он нетравматичный, и игровые достоинства… И как серьезнейший козырь – на него обратил внимание сам Хиддинк. То есть игрок на подходе к сборной. И если он у нас заиграет и будет заигран за сборную, то его цена будет не три, а десять миллионов. Совет директоров кумекает и постановляет: предложение разумное, давайте попробуем поторговаться: дадим два – два с половиной миллиона, если не получится, то соглашаемся на три. Но пока совет директоров собирался, ко мне уже подошли, к примеру, из «Зенита»: «Вы что, хотите Иванова за три отдать? Нам он тоже нужен, мы даем четыре миллиона». Я говорю: «Да мы вроде бы порядочные люди и уже договорились». Они: «Не беспокойтесь, вот пять!» Тут уж я: «Это уже серьезный разговор. Пять – не три. Давайте поговорим, мы еще подписи не поставили». И сообщаю в клуб, что приостанавливаю переговоры, у нас есть более достойное предложение. В клубе всполошились: «Подождите! О чем речь?» – «Нам предлагают в полтора раза больше». Они: «Дайте нам один день и свое слово, что, если мы повторим их сумму, Иванов останется у нас».

Срочно собирается совет директоров, потому что три миллиона согласованы, а пять – нет. И принимается решение – дать. А ведь я пришел просить за Иванова миллион. И вот примерно так по каждому футболисту идет торг-работа.

Иначе говоря, цена на футболиста путем подобного торга (сорри, путем подобной работы) выросла в несколько раз. А мы еще удивляемся: откуда такой перекос в зарплатах наших футболистов «здесь» и европейских футболистов «там»?

Живет агент со сделок, которые осуществлены с его клиентами. Иногда – с зарплаты футболиста. Тут уж кто как договорился. На этом и возникают порой серьезные скандалы. Агентов футболиста Никезича, выбитого в прямом смысле слова из ФК «Кубань», подозревали в том, что это именно они раздули скандал, чтобы получить дополнительный доход (в отступных тоже была заложена их доля). В июле усилиями думских депутатов начал разгораться новый скандал: был отправлен депутатский запрос на имя генпрокурора Юрия Чайки с просьбой разобраться «в фактах нарушения генеральным секретарем Профессионального союза футболистов и тренеров Николаем Грамматиковым российского законодательства, выражавшегося, в частности, в вымогательстве денежных средств у футболистов».

Поводом для депутатского запроса стали высказывания целого ряда футболистов, включая звезд российской премьер-лиги. Полузащитник Александр Самедов утверждает, что профсоюзник предлагал ему «полюбовно расстаться за сто двадцать тысяч евро». Грамматиков выполняет параллельно профсоюзной еще и агентскую деятельность.
И когда футболист собрался перейти к другому агенту, Грамматиков предложил решить вопрос финансово.

...

Цена на футболиста путем торга выростает в несколько раз.

А мы еще удивляемся: откуда такой перекос в зарплатах наших футболистов «здесь» и европейских футболистов «там»?

Футболистов рангом ниже, которые попались на эту удочку, еще больше. Игрок нижегородской «Волги» Александр Яшин обратился в комитет по этике: в свое время при переходе из «Сатурна» в «Шинник» агент потребовал с него помимо официальных выплат еще и отдавать 10 процентов от контракта.

Все эти нюансы, разумеется, влияют и на рост футбольных зарплат. Внутри каждой цифры предусмотрен, получается, еще много чей интерес.

Но дело не только в несоразмерности зарплат в России и в Европе. Есть все-таки полтора-два десятка клубов, с которыми нам никак не тягаться – ни по зарплатам, ни по мастерству. Топ-игрок из «Реала» не перейдет в «Спартак» или «Локомотив». Из «Динамо» или ЦСКА никого в основу «Барсы» не поставят.

Дело еще в том, что соотношение гарантированной зарплаты и премиальных выплат-бонусов разнится кардинально.

– Во Франции после рядовой победы платили весьма скромно, – рассказывает бывший нападающий сборной России Александр Панов. Он знает, о чем говорит: играл после российских клубов в «Сент-Этьене», а потом в швейцарской «Лозанне». – Хватало на бензин и телефон – такого порядка были суммы. Премировали же главным образом по итогам сезона – если, конечно, команда выступала успешно. В России премиальные должны быть как минимум сопоставимы с зарплатой, чтобы на поле была битва, а не сон. Если человек гарантированно имеет два-три миллиона евро в год, да еще клуб за него и налоги платит, за что ему биться? В Европе у игроков совсем другой менталитет. Живы понятия «честь клуба», «ответственность перед болельщиками». Зрители не поймут, если футболисты будут играть вполсилы, а к зрителям в Европе принято прислушиваться. Не стал бы исключать, что владельцы зарубежных клубов специально не стремятся премировать игроков в каждом матче, чтобы не умертвить клубный патриотизм и не свести все стимулы к деньгам.

Думаю, что про клубный патриотизм большая часть наших игроков максимум «что-то слышала». Понятие пустое и неконвертируемое. Иначе не приходилось бы постоянно слушать истории, которые европейскому футболисту покажутся бредовыми (ну, по крайней мере, до той поры, пока он не начал сам играть в нашем клубе). Приходит, дескать, «зенитовское» клубное руководство в раздевалку к футболистам и говорит перед принципиальным матчем:

– Будет каждому из вас за победу в этой игре по десять тысяч евро!

Но печальны лица игроков. Нет на них тени радости. Поднимает руководству цифру:

– Вы правы, игра принципиальная. Уже обсудили этот вопрос и исключительно в этом исключительном случае… готовы поднять цену… – тут во взгляде игроков уже появляется огонек, – до двадцати тысяч евро!

Продолжение этого диалога каждый в своем воображении может дорисовывать, лишь подставляя цифру, на которой в итоге остановятся. Прозрачности в бухгалтерии наших клубов нет, поэтому полной правды мы все равно не узнаем. Но проблема не в том, знаем мы это или нет (большая часть и без подобного знания спокойно спит), а в том, что даже легионеры начинают ощущать себя не частью команды, скрепленной общими целями, а шабашниками-индивидуалистами. А это уже проблема, с которой быстро не справиться.

«Зенит» уже пришел сегодня к столь незавидному положению дел, что даже сотрудники клуба признаются: мы получили абсолютно неуправляемую команду. Они едят, как «Челси», а отдача – в четыре раза меньше.

Тут, думается, проскальзывает излишняя любовь к «своим». Не в четыре раза, а значительно меньше. При этом про игроков «Челси» вряд ли кто-то скажет, что они абсолютно неуправляемые.

Бывший полузащитник «Спартака» Алекс не мог понять:

– Люди получают на руки такие деньги, но отрабатывать их категорически не хотят! Были в команде такие люди. Мы часто разговаривали об этом с Карпиным. Вместо того чтобы думать о футболе, некоторые смотрят на часы, чтобы поскорее вырваться на дискотеку, покупают дорогущие машины, гуляют с девочками. Отдыхать можно, но работа не должна быть в конце списка.

Увы, если даже при таком отношении к работе на тебя все равно льется золотой дождь из звонких монет, зачем стараться-то?

0:31 Сборная-2: «недосборники» или версия light?

Летнее затишье оказалось мнимым. Не разъехались по далеким краям и весям футбольные чиновники. Не все коммерческие вопросы остались решенными до конца. А ведь именно коммерческая привлекательность того или иного проекта, как не раз уже оговаривался Сергей Фурсенко, является определяющей. Так было и с поднятым аж с пятого места первой лиги в высший дивизион «Краснодаром» («Мы сочли это предложение более интересным с коммерческой точки зрения», – проговорился тогда глава РФС. То есть спортивный принцип отменен окончательно!). Так случилось теперь и при объявлении нового сомнительного проекта – создания второй национальной сборной.

Помимо общих слов о том, что вторая сборная – это «ближайший резерв», что это подготовка футболистов в психологическом плане для решения важных задач, Сергей

Александрович произнес главное: матчи второй сборной будут коммерчески привлекательными.

Правда, наспех созданный проект оказался финансово проблемным практически с самого начала. По щелчку пальцев спонсоры не сбежались, деньги на «сборную Б» заложены в бюджете, разумеется, не были. Пришлось срочно брать новые кредиты.

Практика вторых сборных существовала в советские времена. Помню даже конфузные матчи в 80-х, когда вторая выигрывала неожиданно у первой. Было даже странное образование как «Сборная клубов СССР». Но чаще функцию второй выполняла олимпийская сборная. Там существовали ограничения по возрасту, а стало быть, это был действительно ближайший резерв.

Но какой вторая сборная будет сегодня? С кем ей играть? Откуда брать спарринг-партнеров? Играть со сборной Буркина-Фасо, сборной Островов Зеленого Мыса или Аргентиной-5? Ведь такая команда нужна не только для того, чтобы облегчить жизнь Дику Адвокату (не будет мотаться по сомнительным матчам чемпионата, а по щелчку пальцев будут ему подгонять пару-тройку игроков, символизирующих «молодую кровь»), а именно для того, чтобы как можно больше играть. Ведь как раз в матчах, а не в интервью проверяется уровень готовности и возможности футболистов.

Первая же попытка организовать матчи обернулась фарсом. Даже общая для всей Европы дата в календаре – 10 августа – не принесла возможности договориться хоть с кем-то из соперников. В итоге в роли спарринг-партнера выступила «мол одежка».

...

Своей игрой наши давным-давно показали всему миру, что слабых соперников для нас больше не осталось, но не между Люксембургом и Лихтенштейном же выбирать?

Во время второго сбора – с 29 августа по 6 сентября – тоже провал. Звали Черногорию, но та не хотела рисковать игроками, которые в кои-то веки получили шанс побороться за место на чемпионате Европы. В итоге взяли белорусских олимпийцев.

– По следующему сбору – с 3 по 11 октября – у нас есть шесть – семь сборных, – говорит Юрий Красножан. И начинает перечислять: – Люксембург, Лихтенштейн, Эстония, Исландия…

Ясно, что своей игрой наши давным-давно показали всему миру, что слабых соперников для нас больше не осталось, но не между Люксембургом и Лихтенштейном же выбирать?

Не очень понятно, откуда будут брать футболистов на эту «сборную Б». Как известно, у нас и на первую-то не очень набирается.

– В нашем списке есть ребята из первого дивизиона, присматриваемся и ко второму, – признается Красножан.

А часть игроков, которым звонил Красножан, честно признавалась: они всерьез полагали, что это не более чем шутка. Мало кто знал, что такой проект вообще существует.

Если бы вторая сборная имела ограничения по возрасту, проект еще выглядел бы логичным. Тогда он мог бы восприниматься как некая теплица по взращиванию талантов и их подгонке под первую сборную. Но раз этого ограничения нет, то естественно предположить, что ряд выпадающих из основного состава первой будет автоматически оказываться во второй. Выходит, вторая сборная – это пенсионный фонд первой сборной. Как ни играй, а безбедная старость тебе обеспечена.

Или вслед за условными наказаниями стадионов, клубов и болельщиков у нас появилась условная сборная? Или это клон, как многочисленные составы «Ласкового мая» или «Миража», которые создавались специально для «чеса» по стране?

И возможна ли между ними конкуренция? Риторический вопрос, впрочем. Выходить им играть друг против друга наверняка не придется. Ведь не будет же Аршавин, играющий в четверть ноги против Катара, играть хотя бы вполноги против своих же. Его вообще на поле не выгонишь. И вторая сборная, выходит, вовсе не переход к рыночной экономике и конкуренции: кто больше заработает, откатит и выиграет в «товарняках», тот и поедет на еврочемпионат?

А может, все куда как банальнее? Ведь именно Сергей Фурсенко первым вступился за отставленного Ольгой Смородской Красножана. Именно он пообещал не бросать тренера в беде. Может, при всей фантасмагоричности подобной мысли, Красножан не продавал матчи, а просто выполнял указания, поступающие из РФС? В РФС зарабатывали деньги, а Красножана отблагодарили. Создали под него вторую сборную. Сборную легального возврата странных долгов.

Вообще, прекрасная мысль… Сборная в благодарность. Надо бы третью заранее готовить. А то, говорят, у Спаллетти зреет конфликт с «газпромовским» руководством. Надо же будет пристроить итальянца. Четвертую – для Божевича. Пятую – само собой, Карпину. «Дайте Валере поработать»… И так до бесконечности.

В конце концов, есть в появлении второй сборной положительный момент. Над первой плакать хочется – так, может, хоть над второй посмеемся?

И еще один факт, на который почему-то никто не обратил внимания. Для каждого тренера есть один очень простой критерий для определения качества работы, для определения, справился со своими обязанностями или нет. Это не отношения с руководством, не какие-то привходящие факторы (хотя в наших условиях именно они порой и главенствуют), а результат. Вышла сборная из отборочной группы – значит, Адвокат справился. Низкое место у клуба – повод гнать тренера. Все очень просто. А по каким критериям оценивать работу тренера во второй с борной? По каким турнирам? Прекрасное теплое местечко. А можно еще и в клуб какой-нибудь параллельно податься. Ведь продашь себя клубу сразу подороже: ты, как ни крути, уже тренер сборной! Недаром одно из первых решений Фурсенко – разрешить Красножану совмещение постов. Без комментариев.

Глава РФС сказал, что появление второй сборной – это завершение процесса выстраивания вертикали. Увы, если вообразить третью сборную, то к вертикали добавится горизонталь. Крест на нашем футболе.

Но один вопрос меня все-таки всерьез волнует: как будут называть сборников-2? Недосбор-ник – это звучит гордо?

Сначала нам пару недель намекали на то, что ведутся переговоры с несколькими потенциальными участниками матчей против второй сборной. Когда Сергей Фурсенко объявил, что вторая сборная свой первый матч проведет с молодежной сборной России, даже сил посмеяться уже не было. Нас за откровенных идиотов держат? Да и время выбрано такое, что снова попахивает пресловутым «чесом»: матч назначили на тот же день, когда первая сборная играла с командой Сербии. С той только разницей, что матч первой игрался в Черкизове, а матч второй – в Нижнем Новгороде. Зная о любви местного ОМОНа к электрошокерам, всерьез думать о том, что на нижегородский футбол потянется кто-то из других регионов, не приходилось. Ну а когда Сергей Фурсенко объявил о том, что отныне сборная-2 всегда будет играть в провинции (на всякий случай уточнил: «Не в Москве и не в Санкт-Петербурге», – чтобы никто случайно город на Неве не отнес к провинциальным), все сомнения отпали: руководству РФС как раз и не нужно повышенное внимание к новоиспеченному продукту.

Кто пойдет смотреть матч с неизвестными большинству болельщиков игроками в будний день, да еще в девять вечера? Для чего назначено именно это время? Адвокат все равно смотреть прямую трансляцию не стал бы: у него в этот момент своя игра только-только подошла к концу.

– Адвокат будет смотреть матч в записи, – прокомментировал Фурсенко. – Но говорить о том, что просмотр матчей второй сборной будет входить в обязанности Адвоката, нельзя. Это скорее зависит от его желания.

...

Если человек давно уже не может заинтересовать первую сборную, нужен ли он будет во второй – большой вопрос.

Если человек давно уже не может заинтересовать первую сборную, нужен ли он будет во второй – большой вопрос. Марат Измайлов из португальского «Спортинга» просто рвется, по собственному утверждению, в эту «недосборную». Но есть ли смысл его брать, если вторая – это по определению резерв первой? Я бы не брал уже исходя из его откровений: я, дескать, вообще люблю футбол. Мне все равно, что за вторую сборную сыграть, что на пляже на песке…

Да и не в Измайлове дело. И не в вечно упоминаемом в связи с невызовом в первую сборную Дмитрии Булыкине. Тут с десяток подобных персонажей наберется.

Все это могло быть просто разговорами ни о чем и пустым сотрясанием воздуха. Но даже самые пристрастные и ангажированные злопыхатели не могли представить того кошмара, который будет называться «список вызванных во вторую сборную». От недоумения в адрес половины персонажей типа «Кто эти люди?» до вопросов по поводу ряда хорошо знакомых имен: «А этот-то зачем здесь?» Зачем вызван вратарь Рыжиков из «Рубина»? Ему за тридцать, на «молодую кровь» он никак не тянет.

Вместе с тем сомнений в его профессионализме нет ни у кого. И если дай бог не случится никаких неожиданностей и неприятных травм, то ни у кого нет сомнений, что список вызванных на Евро-2012 (если мы туда, конечно, попадем) вратарей будет выглядеть так: Игорь Акинфеев, Вячеслав Малафеев, Сергей Рыжиков. Так зачем дергать вратаря лишний раз? Проверяйте тогда уж Шунина и Песьякова. Или кого-то еще.

В один и тот же день – 26 июля – были опубликованы составы сборной Адвоката (девятнадцать человек, вызванных на товарищеский матч со сборной Сербии), сборной Красножана и молодежной сборной. Адвокат высказался в том духе, что вторая сборная его мало интересует – источником пополнения может быть разве что «молодежка», так что вторая получается вроде как и не вторая вовсе, а третья. В итоге становится непонятно, по какому принципу Юрий Красножан собирается свою сборную набирать. Ясно, что «право первой ночи» у Адвоката. Но все походит и на то, что «право второй ночи» у Писарева – тренера молодежной сборной. А вот то, что не подошло ни одному, ни другому, достается Красножану. Но тогда чем объяснить непопадание ни в один из списков Самедова, который к середине чемпионата показал своей игрой и своим отношением к делу, что он – один из лучших полузащитников? Так долго «дербанили» игроков по трем сборным, что кого-то реально позабыли?

И как тренировать непонятную команду, перед которой стоят никому не понятные задачи?

Еще один вопрос, о котором почему-то забывают: как отнесутся владельцы клубов к перспективе отпускать в это мертворожденное новообразование немалую часть игроков из своего состава? Не отпустить на сбор в национальную команду нельзя – это правило. Но почему надо отпускать во вторую команду? Почему «Рубин» должен отпускать того же Рыжикова, у которого наступает горячая пора еврокубков со своим клубом? Как будет решаться этот вопрос?

Юрий Красножан заключил договор с РФС на три с половиной года, но что-то подсказывает мне, что «сборная-2» вряд ли проживет весь этот срок.

0:32 Вызовем «элитных»…

Тема спортивной медицины была практически забыта в 90-е годы. В первое десятилетие нового века, когда мы «посыпались» уже в подавляющем большинстве видов спорта, она звучала по-особому: перестали мы развивать разработки допинг-направлений, вот нас и ловят на кустарном бромантане, а поглядите, дескать, на достижения китайских атлетов. Выигрывают, мол, за счет современных медицинских разработок, пока наши в этой «химии» отстают. Я, как и подавляющее большинство читателей, не являюсь специалистом по допинг-технологиям. Поэтому не считаю себя вправе рассуждать об этом со знанием дела. Могу лишь констатировать два тезиса, которые мало связаны друг с другом, но с которыми никто, наверное, не поспорит.

Первое. Если еще лет десять назад российских спортсменов, дисквалифицированных за употребление допинга, в нашей стране встречали чуть ли не как героев, оболганных иноземными врагами – спортивными функционерами, обижались при этом на наших горе-чиновников, «не отстоявших», «не спасших», «не защитивших», то теперь ситуация меняется. Принимать допинг – стыдно, позорно. Сидеть на допинге – преступление. И сегодня уже не водили бы Егора Титова по всем ток-шоу в течение полугодовой дисквалификации. Конечно, он не сидел бы где-то тихо, спрятавшись от справедливого гнева болельщиков, но уж точно в ореоле геройской славы по телеканалам не шествовал бы.

И второе. Знаете, какой первый вопрос задает любой двенадцати-тринадцатилетний мальчишка, учащийся какой-нибудь спортшколы, на встрече со знаменитым спортсменом? «Какие препараты вы принимаете?» И если спортсмен начинает рассказывать про какие-нибудь витаминные комплексы, «звезду» сразу поправляют: «Да мы ж не про витамины… Для результата, чтобы бегать, как вы, что принимать надо?»

Не знаю, повторяю, что у нас с допингом и соответствующей прикладной фармакологией. Но то, что создаются реально «продвинутые» медицинские лаборатории, это факт. Может быть, сдвинется хотя бы в этом направлении дело с мертвой точки. Правда, назвали этот новый профильный медицинский центр как-то специфично – «мультидисциплинарная лаборатория для обследования и диагностики элитных спортсменов». Что такое «элитный спортсмен»? Звучит как классификация «девушек по вызову»: любители, профессионалы, элитные… Видимо, те, кто придумывали название, не только к спорту отношение имеют.

Не буду перечислять огромное количество суперсовременного высокотехнологичного оборудования, которым напичкана эта лаборатория. Понравилось другое: в эпоху когда уровень подготовки спортсменов в различных дисциплинах значительно вырос, когда счет идет на доли секунды, каждая деталь может оказаться на вес золота. И именно этими деталями здесь занимаются. Какое это, спросите, имеет отношение к футболу? А вот какое. Играет молодой футболист, к примеру, на левом фланге. Вроде бы атлетичен, быстр, но есть одна деталька: не скажешь про него, что хорошо видит поле. Обследуют его, анализируют и детализируют – и ставят диагноз: отсутствие периферийного зрения справа. Если человек хорошо играет обеими ногами, то рекомендация тренеру: переводить футболиста с левого на правый фланг. Заодно и на трибуны отвлекаться не будет.

Если поиронизировать на эту тему дальше, то можно вычленить из общего потока «элитных» тех, у кого отсутствует способность слышать шум трибун и реагировать на потоки ругани со стороны болельщиков, отсутствует способность оказываться в положении «вне игры» и т. д. Если же говорить серьезно, то именно это, возможно, со временем поможет не только в борьбе за медали на международных соревнованиях. Уже на заре карьеры будущего спортсмена можно будет правильно сориентировать его самого и родителей: «У вас прекрасный мальчик, но футбол – не его вид спорта. Куда больших успехов он добьется там-то и там-то». Рома Павлюченко – добрый парень, хороший спортсмен, но футбол – не его вид спорта. Эх, если бы вовремя ему подсказали… И точно так же в каком-нибудь бассейне или на корте безуспешно сражается тот, кто вполне мог бы стать со временем чемпионом мира по футболу.

0:33 Бесконтрольно-дисциплинарный…

Василий Березуцкий, рассказывая об инциденте, случившемся во время матча ЦСКА – «Анжи», живописал посылание тренером гостей Гаджи Гаджиевым армейца Павла Мамаева, как он выразился, «на три буквы». Думать, что седовласый, интеллигентно выглядящий тренер употребляет матерные выражения, не хочется. Поэтому, наверное, послал… в РФС за объяснениями.

Среди трехбуквенных сокращений, которые вызывают резкое неприятие болельщика – не только РФС, но еще и различные составные части этой футбольной империи. В том числе мастера по штампованию нелепых решений – представители КДК. Контрольно-дисциплинарный комитет, призванный выносить решения по различным нарушениям регламентных норм, превратил наш футбол в посмешище.

В любом наказании заключена обязательно педагогическая составляющая. Любое наказание – это не только кара провинившегося. Это еще и показательная акция для всех других. В итоге, если наказание за очевидное нарушение отсутствует или выглядит просто по-издевательски несерьезным, оно перестает выполнять свою функцию, а напротив, приводит к прямо противоположным результатам: если это можно одному, значит, можно и другому. В итоге политика КДК фактически не борется с футбольным беспределом, а только провоцирует новые случаи одобряемого сверху беззакония.

В двенадцатом туре российского футбольного первенства тренер «Зенита» Лучанно Спаллетти позволил себе акт вопиющего неуважения к арбитру, болельщикам и телезрителям, которые следили за игрой питерцев с «Динамо» в Химках. Будучи недовольным количеством времени, которое добавил арбитр встречи Игорь Егоров (а гол в ворота «Зенита» был забит уже на пятой добавленной минуте, что, впрочем, полностью оправдывалось немалым количеством остановок во втором тайме), сеньор Спаллетти устремился на поле за судьей и долго ему высказывал свое недовольство, не стесняясь в выражениях. Более того, спустя пару минут во время послематчевого флеш-интервью для телевизионной трансляции итальянский тренер отказался анализировать игру и обогатил телеэфир отборными непристойностями. Слава богу, по-итальянски. Так что далеко не все поняли. Потом махнул рукой и устремился в раздевалку.

О том, как относятся к своим послематчевым интервью тренеры и футболисты, сказано слов немало. Но бегать по полю за судьей и угрожать ему в столь эмоциональной, экспрессивной форме – это поведение, которое в любой стране серьезно карается. Я всерьез обсуждал после

той игры, на сколько матчей будет дисквалифицирован Спаллетти, сколько игр будет находиться вне технической зоны, где-то на трибуне. Но даже при всей циничности обычно выпекаемых решений КДК я не мог предположить, сколь безобразным и хамским будет решение по Спаллетти: его вообще не дисквалифицировали ни на один матч. И еще выписали штраф в тридцать тысяч рублей. Тренеру, потерявшему все представления о приличии и получающему миллионы евро в год, выписали штраф в тридцать тысяч рублей!

Если тебе не понравилось обслуживание в ресторане, то ты вправе не оставить чаевые. Но глупо вместо пятисот или тысячи рублей оставить пять. Или три рубля. Ты сам будешь выглядеть по-идиотски.

Штраф должен быть соразмерным правонарушению. Штраф – это месседж обществу: так не делают, так не поступают. В противном случае тебя ждут неприятности в таком-то размере. Но штраф размером в тридцать тысяч рублей за вопиющее хамство – это хамство еще большее. Это плевок в адрес тех, кто хочет жить цивилизованно. И играть в нормальный футбол.

Владимир Катков, глава Контрольно-дисциплинарного комитета РФС, похоже, вообще оторвался от реальности, если позволил себе комментарий следующего содержания: «КДК строго предупреждает Спаллетти, что в следующий раз наказание будет серьезней».

То есть это как? В следующий раз – тридцать пять тысяч? Или сразу сорок?

Причем КДК не собрался сразу на следующий день, не начал разбираться по горячим следам. Стало ясно, что в итоге простят. Надо ли удивляться тому, что уже в следующем туре ситуация повторилась. Только теперь за тем же Егоровым бегал по полю Валерий Карпин. С той лишь разницей, что еще и, как записано в послематчевом протоколе, «трогал арбитра руками». Ясно, что и Карпина спустя неделю наказали на те же тридцать тысяч. А по-иному уже и нельзя было. Прайс на «прессинг» арбитра уже сформировался. А раз прайс столь бюджетный, то ждите новых подобных случаев. И сколько бы вы потом ни говорили о жесткой реакции, о том, что вот теперь-то мы навалимся всем футбольным миром, чтобы решить какую-нибудь очередную проблему, верить не будет никто.

...

Штраф размером в тридцать тысяч рублей за вопиющее хамство – это хамство еще большее.

Это плевок в адрес тех, кто хочет жить цивилизованно. И играть в нормальный футбол.

Ну какой толк от того, что Фурсенко кричал, как мы жестко накажем самарские «Крылья» после июньского инцидента с бананом? Ведь наказали на ту же самую сумму, что в марте наказали за другой «банановый» инцидент питерский «Зенит». «Зенит» тогда заплатил триста тысяч рублей штрафа, «Крылья» – триста тридцать тысяч. Очевидно, с поправкой на инфляцию. Просто смешно.

Вообще высказывание Сергея Фурсенко о «банановом деле» стоит процитировать отдельно:

– Будем крайне жестко это карать. Роберто Карлос – величайший футболист, который приехал в Россию, чтобы поднимать уровень чемпионата и интерес к игре. Он был совершенно бессовестным образом оскорблен. Не можем терпеть такого отношения, такую расистскую выходку. Наказание будет максимально жестким. Причем постараемся найти и человека, который это устроил. Найдем и скажем общественности и его фамилию, и то, чем он занимается.

У меня по поводу этого высказывания возникает с десяток вопросов. Озвучу главный: а если бы это был не Роберто Карлос, а другой темнокожий футболист? Если бы оскорбили не чемпиона мира, а того, кто играет хуже, того, кто не «поднимает уровень чемпионата»?

Трусость, элементарная боязнь обидеть кого бы то ни было – отличительная черта сегодняшнего футбольного руководства. Наказать «великих» нельзя, а наказать других за те же проступки – получается, что тоже нельзя, потому как обвинят в двойной бухгалтерии. Вот и не случается серьезных наказаний вообще ни за что.

И каким же позором обернулось окончание банановой истории! Никто никого, как выяснилось, не искал. Пресс-служба Самарского ГУВД призналась: а зачем искать, если все равно наказывать будет не за что? Так что опять господин Фурсенко оказался «гражданином соврамши».

Признаюсь честно, без всякой иронии: мне очень нравится исполнительный директор РФПЛ Сергей Чебан. Я не знаю, что он за человек и какой он профессионал, но мне нравится, как он остроумно и легко «решает вопросы».

Придет, пошутит и вроде как половины проблемы уже нет. Но банановый вопрос пришелся ему не по зубам:

– Этот человек, когда мы его найдем, будет очень серьезно наказан. Больше на футбольное поле он точно не попадет… Конечно, мы не собираемся отменять поставку бананов в страну…

Может, это тоже шутка, но она тут же была растиражирована в СМИ и в Интернете – «РФПЛ не собирается запрещать поставку бананов в Россию».

Но запретить, если не в Россию, то на стадион – удалось. Курьезом закончился первый круг в первом дивизионе. На матче «Сибири» и «Енисея» в Новосибирске задержали зрителя, у которого при досмотре обнаружили банан. Это и в самом деле не покушение на бананометание, а курьез, так как темнокожих футболистов нет ни в той, ни в другой команде. Но теперь банан в сумке – уже преступление. И потому человека заставили писать объяснительную.

Впрочем, банановая тема наверняка любого болельщика уже изрядно утомила. Вернемся к нашим героям.

Тренер «Анжи» Арсен Акаев выбегает на поле и бьет Алексея Березуцкого. Представьте себе на секундочку: тренер выбегает на поле и лупит игрока команды-противника! Что случилось бы в любой уважающей себя футбольной державе? Акаев был бы пожизненно отстранен от футбола. Допускаю, что уже не футбольные органы еще и дело бы возбудили, но чем это закончилось бы, утверждать не возьмусь. Но в чисто футбольной юриспруденции дисквалификация была бы очевидна. Хорошо, пусть не пожизненная, но уж длительная – это само собой. Акаева же наказали всего на четыре матча! И даже ни копейки штрафа!

Чего теперь стесняться-то? Не идет игра по тому сценарию, как тебе хотелось бы, – выбегай на поле и бей противника. Тебе все равно за это ничего не будет! Ровным счетом ни-че-го. И даже удалив тренера с поля, ему великодушно разрешили постоять до конца игры у скамеечки. Резервный арбитр Сергей Кузнецов, находившийся рядом, сделал вид, что просто не заметил стоящего рядом Акаева. Традиционное правило про удаление в подтрибунные помещения любого получившего красную карточку почему-то осталось на сей раз подзабытым.

А главный тренер «Анжи» Гаджи Гаджиев может позволить себе вмешиваться в обычную потасовку на поле (обычную и не выходящую за рамки пары желтых карточек игрокам – до того момента, пока он сам в нее не вмешался). Не просто вмешиваться, а оскорблять игроков (то, с чего мы начали эту главу): Павла Мамаева посылать «на три буквы», а Василия Березуцкого называть «проституткой». Более того: именно поведение Гаджи Гаджиева фактически спровоцировало беспорядки на трибунах. После того как он появился на поле, с трибун, на которых располагались болельщики махачкалинской команды, полетели на поле выломанные пластиковые кресла, бутылки и прочая небезопасная «мелочь». И Гаджи Муслимовичу вообще не присудили за это никакого наказания! Потому что в стане неприкасаемых с этого сезона стало ровно на одну команду больше.

0:34 Дело Прядкина

Еще одна позорная страница в истории отечественного футбола из тех, что приключилась в самом продолжительном российском футбольном сезоне – это, несомненно, так называемое дело Прядкина. Напомню в нескольких словах, в чем суть вопроса. По весне вышло в свет серьезное журналистское расследование, проведенное репортерами авторитетного немецкого издания Der Spiegel при участии репортеров «Новой газеты». Журналисты обратили внимание на деятельность весьма любопытной компании, работающей на трансферном рынке больше десяти лет, – GirRus GmbH. У этой компании два хорошо известных учредителя. Первый – это Константин Сарсания, который работал спортивным директором в «Зените», а потом в «Динамо», был советником главы РФС, а на деле являлся тем самым серым кардиналом, который и поставил на футбольное царство нынешнего главу веселого футбольного хозяйства Сергея Фурсенко. Второй – глава РФПЛ Сергей Прядкин. Тот самый, кто не имеет права – тут вариативности толкований и быть не может – заниматься агентской деятельностью. Потому что это нарушает регламент ФИФА по агентской деятельности и подпадает под статью 4 (называется она «Конфликт интересов») регламента РФС.

В статье 5 пункте 2 регламента по этике говорится о том, что персональной заинтересованностью при конфликте интересов признается получение любых возможных преимуществ для самого официального лица, его семьи, родственников, друзей и знакомых. Попутно вспомним, что и родной брат господина Прядкина – Андрей Прядкин – ведет агентскую деятельность.

Как бы ни доказывали Прядкин и Сарсания, что они уже не занимаются агентской деятельностью, их фамилии и прочие данные фигурируют в выписке из торгового реестра за 11 апреля 2011 года.

Клиентами этой фирмы являются Кевин Кураньи, Павел Погребняк, Роман Шишкин. Упоминалась немалая группа футболистов «Зенита», которых Сарсания пристроил в пору работы в Питере. Лицензия на агентскую деятельность оформлена не на саму компанию, а на физическое лицо – мало кому известного сотрудника компании Томаса Цорна. Один маленький нюанс: Цорн – фамилия гражданской жены Сергея Прядкина, уроженки Казахстана, осевшей в 90-е годы в Германии.

Детали той публикации пересказывать не буду. Любой желающий легко отыщет статью в Интернете, включая богатый иллюстративный ряд: фотографии и небезынтересные сканы документов.

Тут забавно другое: вся бюрократическая машина российского футбола сначала делала вид, что ничего не произошло (мало ли, кому и что пригрезилось), а когда молчать стало уже невозможно, чиновники стали работать на обеление господина Прядкина. Сначала глава Комитета по этике Аллу Алханов упорно отказывался принимать дело к рассмотрению. Газетных публикаций для наших чиновников, как водится, недостаточно. А формальным поводом для рассмотрения дела поэтому пришлось считать не собственное желание разобраться, а обращение объединения болельщиков из Новосибирска. Глава комитета усомнился в подлинности подписей некоторых болельщиков. В этот момент пришлось одернуть себя: не на заседании ли Центризбиркома я вдруг оказался?

И лишь спустя несколько месяцев произвели так называемую «всестороннюю проверку». Вывод сделан по ее результатам просто потрясающий: Прядкин не просто не виноват, нет! Его надо спасать от несправедливых наветов. Процитирую: «Комитет по этике видит свою задачу не только в том, чтобы наказывать виновных за те или иные правонарушения, но и защищать представителей субъектов футбола, если этого требует ситуация». Оставим в стороне громкий статус Прядкина как «субъекта футбола». Переведем это на язык жизненных ситуаций. Представьте себе, что вы пошли в суд искать справедливости. Скажем, какой-то чиновник не выполняет своих обязательств, да к тому же еще и подворовывает. Вы подаете исковое заявление, а суд выносит решение защитить якобы несправедливо оболганного вами труженика высокого кабинета от вас же. Согласимся, полный бред.

Более того, Алханов вообще отказался представлять на суд общественности собранные в результате «всесторонней проверки» материалы по делу Прядкина. Таким образом, комитет, созданный как раз для того, чтобы разбираться с подобными вещами, грудью встает на защиту «своих». Политика прекрасная и убедительная. Если РФС удастся продолжать ее дальше, то все будет выглядеть по любому из направлений просто прекрасно. После создания экспертной комиссии по выявлению договорных матчей и судейских нарушений, все случаи странных матчей и судейского беспредела получат справедливую защиту от недобрых критиков. Да и вообще: любую критику в адрес РФС, РФПЛ, а также их руководителей можно будет считать агрессивным нападением на «субъектов футбола» и принимать беспрецедентные меры по их защите.

Как осуществляются подобные проверки, понять несложно. Логично, что комитет должен запросить от «Локомотива», «Амкара», «Томи», «Зенита» и «Динамо» оригиналы всех договоров (трансферных, агентских и любых других, имеющих отношение к делу). Речь о договорах, которые касаются футболистов, упомянутых даже не в газетной публикации, а хотя бы на самом сайте GirRus. Может быть, посмотреть, кому перечислялись проценты, кому выплачивались комиссионные. Три первых клуба такие документы прислали, а вот «Зенит» и «Динамо» (в которых Сарсания работал) такие документы представить отказались. Ну отказались и отказались – видимо, так подумали в комитете РФС по этике. Не беспокоить же уважаемых грандов вторичным нытьем. Таким образом, ситуация с трансферами Кураньи и Епуряну, относящиеся к «Динамо», а также Погребняка и Кержакова, связанные с «Зенитом», остались вообще вне поля зрения. А ведь речь не о жесте доброй воли, который делают или не делают клубы в своем желании сотрудничать. Регламент комитета по этике впрямую говорит о том, что за непредставление этих документов на клубы можно наложить штрафы. Но сделать это членам комитета по этике оказалось страшно и боязно. Легче соврать и не выполнить свои прямые обязанности, чем обидеть великих.

...

После создания экспертной комиссии любую критику в адрес РФС, РФПЛ, а также их руководителей можно будет считать агрессивным нападением на «субъектов футбола» и принимать беспрецедентные меры по их защите.

Можно было хотя бы опросить руководителей клубов, которые возглавляли эти команды в ту пору, о которой идет речь (с 2006 по 2010 год). Не опросили ни Исаева, ни Карпина, ни Чупракова, ни Наумова. Не опросили и сидевшего в этот момент в соседнем кабинете Фурсенко. А ведь именно он руководил «Зенитом» и, более того, – курировал трансферную политику в клубе.

После этого гигантского скандала Сергей Прядкин не только не покинул своего поста – напротив, через свое ближайшее окружение он фактически потребовал от клубов написать открытые письма в его поддержку.

Между тем проблема куда как шире, чем просто конфликт интересов. Как раз за тот период, что Сергей Прядкин возглавлял комиссию по агентской деятельности, обнаружены многочисленные финансовые нарушения, связанные с агентами.

– Деньги выводились из клубов в обход действующего регламента по агентской деятельности, – рассказывает генсек профсоюза футболистов и тренеров Николай Грамматиков. – Сейчас есть документы по организации, зарегистрированной в оффшорной юрисдикции, а также по сомнительным российским компаниям, которые не значатся в реестре футбольных агентств. То есть некоторые люди в нашем футболе выводят деньги не просто из своих клубов – из российского футбола.

Но и тут, как всегда, ярче всех проявил себя Сергей Фурсенко. Он до вынесения решения ничего не комментировал, прикрываясь традиционной бюрократической уловкой, что не хочет своей позицией влиять на ход расследования. А когда решение было обнародовано, он вдруг заявил:

– Подозревать можно все что угодно… Но решение уже есть, и комментировать его с моей стороны не совсем этично.

Это, спрашивается, как? А в каких ситуациях тогда вообще ждать комментариев от главы РФС?

Ясно, что его тяготит необходимость отвечать на какие-то вопросы назойливых журналистов. Но если уж ты выходишь это делать, можно хотя бы выучить что-то кроме шаблонных и бессмысленных фраз?

И еще очень красиво глава РФС прокомментировал конфликт интересов, который возник в связи с тем, что Сергей Прядкин одновременно выполнял функции руководителя премьер-лиги и осуществлял агентскую деятельность:

– Никакого конфликта интересов нет, он абсолютно надуман. В этом меня убеждает довольно долгая совместная работа с Прядкиным.

Получается так: мне этот человек нужен – значит, меня не интересует, нарушал он закон или нет.

0:35 Акционеры всех мастей. О хозяевах нашего футбола

Вопрос «Нужен ли футбольному клубу хозяин?» не предполагает различных вариантов ответа. Собственно, без хозяина не двигается никакое дело. Но наша футбольная реальность к банальному тезису о том, что не все могут быть богатыми и процветающими, добавляет еще один: равные условия – это миф.

В юридическом плане разнообразие форм собственности – давно уже реальность. Шесть акционерных обществ (одно ЗАО и пять ОАО), два НП, одно АНО, одно муниципальное учреждение, одна общественная организация и один частный клуб. Но главное, конечно, это не организационно-правовые формы (они не более чем формальность), а лица, группы лиц, учреждения или корпорации, стоящие за той или иной командой. Одним словом – хозяева команд, хозяева нашего футбола.

По большому счету ситуация с 90-х годов, когда у клуба могло быть только три варианта финансового развития (ходить с протянутой рукой к обладминистрации, уповать на благосклонность меценатов или акционироваться в надежде обрести финансовую независимость), не сильно изменилась. С чисто формальной точки зрения разнообразия в формах управления стало больше, но это не более чем видимость. Многим пришлось изменить организационно-правовые формы, но суть осталась прежней.

Если нарисовать диаграмму, то наибольший удельный вес все равно будут иметь местные администрации. А если прибавить к премьер-лиге первый дивизион, то картина окажется еще более удручающей. Конечно, крупный капитал (как частный, так и государственный) стал проявлять за последний десяток лет куда больший интерес к футболу, но тенденция не переломлена. Как только возникают проблемы, выкручиваться приходится местным властям. Если они не хотят выкручиваться сами, то по той или иной схеме возникает алгоритм со слезными письмами болельщиков на самый федеральный верх с просьбой найти вариант не лишать «важный регион» (а у нас, извините, есть регионы неважные?) вида спорта номер один. В ряде случаев письмо остается без ответа, в ряде случаев раз за разом следует «да».

Негосударственный статус клуба вовсе не означает, что клуб вдруг нашел способ жить без помощи администрации. Иллюзия! Чаще всего это означает одно: мэр или губернатор, обладая немалым административным ресурсом, просто призывает под знамена футбольной команды местную бизнес-элиту. Он намекает предпринимателям, каждому из которых в принципе может что-либо предъявить, или занимается увещеваниями: ребята, надо помочь команде, раскошельтесь на своих. Ребята не хотят, сопротивляются, но благополучие бизнеса дороже. Поэтому платят. А особо активные даже получают некие преференции от областной или городской администрации.

Интересная политическая составляющая: в те времена, когда губернаторы были выбираемы, им приходилось чуть чаще, чем сейчас, держать нос по ветру. В том смысле, что улавливать не только ветра, дующие из Москвы, но и ветра от местного электората. Есть в регионе футбольная команда – значит, губернатор будет ее поддерживать. Иначе бросишь ее на произвол судьбы – а вдруг на выборах мужики придут да и скажут «нет!» Сейчас всенародно губернаторов не выбирают – футболу в регионах автоматически становится тяжелее.

Не раз приходилось сталкиваться с крайне распространенным заблуждением, что клубу, который сидит на бюджетных деньгах, тяжелее, потому что эти деньги он якобы может тратить только на развитие инфраструктуры, но не на покупку игроков, не на баснословные зарплаты футболистов. Это не совсем так. Если регион не дотационный, средствами казны он может распоряжаться достаточно вольно. Единственное муниципальное учреждение в премьер-лиге – казанский «Рубин» – наглядное тому подтверждение. Тут даже присутствует относительная прозрачность. Всё ну прямо как в советские времена: утверждают годовой бюджет – работают. Бывают, конечно, и случаи, когда деньги вдруг нужны сверх плана – тогда берут кредиты в банках. Так случилось, например, в 2009 году, когда новый чемпион готовился впервые в своей истории к лигочемпионским стартам. Желание не ударить в европейскую грязь лицом было столь велико, что команда взяла в долг двадцать миллионов долларов. Правда, обстоятельства той выдачи кредита, как рассказывают хорошо информированные люди, были просто феноменальны. Знаете, подо что у нас иногда кредиты футбольным командам выдают? Что выступает в качестве залога? Ни за что даже не догадаетесь! В качестве залога выступают действующие контракты приобретаемых футболистов! Могу поиронизировать, конечно, по поводу безграничной веры в менеджмент клуба, а могу и просто пофантазировать: что случилось бы, если б кредит не вернули и пришлось бы вспомнить о залоге?

В нашей донельзя политизированной экономической и любой хозяйственной деятельности все, что касается футбола, предельно персонифицировано. Любит губернатор футбол – есть шанс, что футбол будет жить. Глава региона равнодушен к игре или же вдруг начинает испытывать политические или иные трудности – футбол могут отрезать от «кормушки» первым. «Крылья Советов» спасают год за годом, та же судьба у «Томи». Вечные проблемы у пермского «Амкара», у «Ростова». Уходит с футбольной карты Подмосковье, потеряв чуть ли не в один день симпатичный раменский «Сатурн». В принципе любой клуб, живущий на деньги регионального бюджета, обречен. Губернаторский футбол, конечно, проживет еще не один год. Но нет никаких сомнений в том, что с точки зрения бизнеса – это футбол вчерашнего дня, футбол отживающий свой, пусть и долгий, но заканчивающийся век.

...

В нашей донельзя политизированной экономической и любой хозяйственной деятельности все, что касается футбола, предельно персонифицировано. Любит губернатор футбол – есть шанс, что футбол будет жить.

Больше надежд на благополучие у тех, кто неожиданно находит благосклонность «частника». Влачил махачкалинский «Анжи» не самое радостное существование. Конечно, не на хлеб и воду зарабатывал, но не до жиру клубу из Дагестана было. Изменилось все на рубеже 2010–2011 годов, когда из рук республиканского бюджета клуб перешел к бизнесмену Сулейману Керимову.

Этого факта для большинства досужих наблюдателей оказалось вполне достаточно, чтобы заговорить о персональных хозяевах клубов как о панацее от всех бед. Вспоминают еще и владельца сети магазинов «Магнит» бизнесмена Сергея Галицкого с его ФК «Краснодар». Вот только краснодарская команда результатами в сезоне 2011/2012 совсем не блещет, временами играет в непонятные игры, как, например, в четвертьфинале Кубка, когда команда на игру с московским «Спартаком» вдруг выставляет, по сути, дублирующий состав.

Казавшаяся на старте многообещающим и перспективным проектом сочинская «Жемчужина» бизнесмена Якушева оказалась «пшиком»: сам Якушев почти на старте сезона 2011/2012 от проекта взял да и отказался. А можно вспомнить и сам «Спартак», у которого вроде как тоже есть хозяин – Леонид Федун. Да только результаты у некогда прославленного чемпиона при нынешнем хозяине всем хорошо известны. Создается устойчивое впечатление, что для Федуна главное – это рано или поздно, получив все положенные разрешения, построить спартаковский стадион в Тушине. Немалый кусочек земли с гигантским объемом недвижимости (ясно, что сегодняшний стадион включает в себя не только поле с трибунами, а огромное количество сопутствующей инфраструктуры: магазины, бизнесцентры, офисные помещения в подтрибунных и смежных помещениях) – это и есть предмет основных вожделений спартаковского хозяина. А команда лишь сопутствующее бремя, которое приходится нести. Да, Леонид Федун действительно, любит футбол, но… как бы это сказать корректнее?., денег ему страшно жалко. Не удивлюсь, если после постройки стадиона у команды появится иной владелец. Впрочем, зная наши темпы строительства, дело это весьма отдаленного будущего.

Но продолжим о хозяевах-«частниках». Не упомянули мы еще о ЦСКА, который известен широкой аудитории только одним акционером – Евгением Гинером и намеками на еще целую группу владельцев, которых Гинер представляет. Не стоит забывать про «Кубань» Олега Мкртчяна (там тоже много владельцев, но доподлинно известно, что у украинского бизнесмена, гендиректора корпорации «Индустриальный союз Донбасса» господина Мкртчяна – около 75 процентов акций).

Как девушка не может быть наполовину беременной, невозможно быть и частным наполовину Но именно половину от требуемой для содержания «Амкара» суммы дает лично новый президент клуба Геннадий Шилов.

Теоретически к разряду клубов, у которых есть конкретные хозяева, можно отнести еще и нальчикский «Спартак». Вроде бы он финансируется из президентского фонда Кабардино-Балкарской республики, но на деле деньги идут от фирмы, полноправным владельцем которой был до прихода к власти президент Арсен Каноков, а ныне записанной на его супругу.

Так что часто все эти ЗАО и ОАО не отражают подлинной структуры собственности в клубе. Акционерные общества таковыми являются исключительно на бумаге. Иногда есть какие-то открытые данные, но названия компаний никому ни о чем не говорят. В подавляющем большинстве случаев мы не знаем, кому и что принадлежит, существуют ли эти акции на самом деле, какова их номинальная и реальная стоимость, продаются ли они. Я уже не говорю о том, что на свободном рынке все эти акции не торгуются. На IPO наши клубы не выходят.

Есть ситуации, когда с собственниками не до конца все понятно. Речь не о прозрачности списка конечных бенефициаров. Была в нашей недавней истории очень показательная история с самарскими «Крыльями Советов». Команда уже собралась в очередной раз идти ко дну, по указанию сверху ее бросились спасать всем миром… И вот тут-то выяснилось, что разобраться до конца, чья же она, невозможно.

А раз так, то как спасать? Как элементарно разобраться, кто, кому, на каких условиях дает деньги и за что именно должен?

Но осуждать за это наши клубы бессмысленно. В конце концов, если российское законодательство не столь строго и допускает непрозрачность бюджетов и списков акционеров в разных отраслях экономики и промышленности, почему вдруг футбол должен выходить из тумана первым?

Стоит отдельно упомянуть еще об одном принципиальном собственнике – банковских структурах. Самый яркий пример – ВТБ. Многие подозревают ВТБ исключительно в меркантильности. Мол, получив права на «Динамо», банк приобрел и право на Петровский парк. А это вкусный (ох, какой многогектарный!) кусочек будущей коммерческой (а может, и жилой) недвижимости практически в самом центре Москвы… И, подобно случаю с Федуном, в отдаленном будущем, где-то после 2016 года (дай бог, чтобы это вообще случилось до чемпионата мира – 2018), мы узнаем, насколько искренен был банк в борьбе за возрождение «Динамо». По крайней мере, первые шаги (пока только словесные) меня лично удручают: в 2009 году из недр нового динамовского руководства прозвучала идея переименовать стадион «Динамо» в «ВТБ-Арену». Банки приходят и уходят, а футбольные бренды нарабатывались долгими десятилетиями. Как вычеркнуть из памяти народной не клуб (он болельщиков в последние пару десятков лет только терял), а именно стадион? «Но упрямо едет прямо на «Динамо» вся Москва, позабыв о дожде»… Как это стереть? Или михалковское «В разговор вмешалась мама: эти ноги – у “Динамо”?» Легко распоряжаться брендом могут только те, кто его не ценит. Или те, кто не стремится развивать его и капитализировать дальше.

Руководитель наблюдательного совета динамовцев, по совместительству – глава Счетной палаты Сергей Степашин рассказывает:

– В Питере строят только стадион, а у нас – целый комплекс. Сравнивать Крестовский остров с тем, что появится в Петровском парке, даже некорректно. Тут откроются аттракционы, концертные залы, рестораны, бассейны, хоккейный дворец, отели… Проект оценивается в полтора миллиарда долларов.

Разговор о том, какая модель управления для нашего футбола представляется идеальной, мне лично сегодня кажется беспредметным. Потому как обсуждать аксиомы вообще-то бессмысленно. Ясно, что альтернатив акционированию нет. Но тогда уточняющий вопрос: идеальная модель – для кого именно? Для менеджера, работающего в клубе, идеальная модель – государственная. Так ведь воровать легче. Поэтому большинство клубов так и продолжают оставаться государственными и лежат тяжким финансовым бременем на местных бюджетах.

Обычно тут же произносят контраргумент: практически весь наш футбол – предприятие убыточное. Где же на всех найти бизнесменов, добровольно жертвующих заработанное? Этот вопрос в корне неверный. И так рассуждают как раз те, для кого бюджет – это исключительно внимание к расходным статьям, а не к способам заработать. Есть, в конце концов, зарубежный опыт. И разговоры, что мы в очередной раз должны пойти своим путем, неуместны.

А способы заработать тоже всем хорошо известны. За несколько последних футбольных десятилетий они сложились везде в разных соотношениях, но их общий список практически неизменен.

Самый главный и самый «вкусный» – продажа телевизионных и коммерческих прав. Президенты наших клубов тоже время от времени вспоминают об этом и начинают говорить, что телевидение им должно якобы намного больше, чем в реальности платит. Но у телевизионщиков есть, в конце концов, один объективный и простой критерий – рейтинги трансляций. «Ваш футбол немногие хотят смотреть» – так отвечают телевизионщики. И они абсолютно правы. Повышайте качество игры, тем самым повышайте качество продукта. Тогда его и будут покупать за приличные деньги. На мой взгляд, и сегодняшние суммы – это явная переплата.

Еще один существенный источник пополнения клубного бюджета – сбор от продажи билетов и абонементов. Конечно, всеобщей национальной болезнью, как в Испании или в Англии, футбол у нас не стал. Да и неизвестно, станет ли когда-нибудь. По крайней мере, в ряде европейских стран пойти на футбол за сто евро болельщик не считает для себя зазорным. За сто евро он покупает себе праздник – его предощущение, два часа спектакля и настоящее послевкусие. А у нас весь Саранск, добившись выхода уже в решающие стадии российского Кубка, клянет руководство местного стадиона за то, что оно повышает стоимость билетов с пятидесяти до ста рублей! И мы собираемся там проводить матчи чемпионата мира? Всерьез рассчитываем, что в город придет праздник?

Но планомерная работа с болельщиками, работа по обеспечению безопасности на трибунах, возвращение традиций семейного похода на футбол – все это не вмиг, не сразу, но рано или поздно привлечет болельщиков на стадион. Пока соотношение числа купивших абонементы и покупающих билеты на каждый из матчей у нас далеко не в пользу первых. Если бы удалось и эту категорию всерьез расширить, то у клуба появились бы уже немалые деньги на старте сезона, а значит – возможность планировать и эффективно распоряжаться деньгами.

...

Планомерная работа с болельщиками, работа по обеспечению безопасности на трибунах, возвращение традиций семейного похода на футбол – все это не вмиг; не сразу; но рано или поздно привлечет болельщиков на стадион.

Еще один источник, на котором существует мировое футбольное хозяйство и почти не живут наши клубы – собственная хозяйственная деятельность. Напрашивающийся пример – продажа футбольной атрибутики. Каждый шарфик, каждый сувенирный мячик, каждая футболка с фамилией кумира, каждый флажок с атрибутикой клуба – все это ведь тоже идет в копилку клуба.

Люди из питерского «Зенита» мне рассказывали о том, как смогли переломить годами складывавшуюся у болельщиков тенденцию ходить на матчи любимой команды в единожды и навсегда приобретенном шарфике. В итоге сегодня «Зенит» – лидер по продаже футболок. А по негласному правилу, существующему в околоспортивном мире у рекламщиков, сколько футболок продал – столько денег и получил. Продал на пять миллионов – вот тебе пять дополнительных миллионов в кассу клуба. Ведь каждый человек, надевший майку, превращается в ходячий рекламный транспарант, где изображены логотипы и названия фирм-спонсоров.

Это те киты, на которых держится футбол в мире. Конечно, никто не отменяет самих спонсоров, рекламные контракты. Это сами собой разумеющиеся вещи. Но упомянутые составляющие – основа основ. Главное, как в любой отрасли, – грамотная организация производства. А вот с этим у нас есть проблема.

– Среди нынешних менеджеров много примитивных людей, – признавался в интервью одному из спортивных журналов бывший генеральный директор ФК «Динамо», а ныне председатель Апелляционного комитета РФС по лицензированию клубов, профессор экономики Анатолий Воробьев. – Они не могут реально модернизировать какие-то вещи, привнести что-то новое в управленческие технологии. Обратите внимание, какой парадокс: в начале 90-х в футболе работало много людей, которые искренне его любили, но были совершенными профанами в экономике, управлении. Теперь маятник качнулся в другую сторону. Появились люди, которые неплохо соображают в бизнесе, но совершенно не понимают футбола, его особых внутренних законов.

Правда, выход Воробьев предлагает типично советский:

– Я бы провел переаттестацию в менеджерском звене. Не только в клубах, но и в РФС, в лигах. По тому же принципу, как проходит лицензирование, например, агентов… Если провести переаттестацию, это помогло бы очиститься от тех, кто себя скомпрометировал, и позволило бы на конкурсной основе привлечь новых людей.

Идея, согласимся, абсурдная донельзя. Потому что если кому-то придет в голову ее осуществить, то уже изначально будет заложена серьезная коррупционная составляющая. Как милиционеров в полицейских переаттестовывали, помните? Озвучили негласно прайс. Хочешь стать полицейским – оплачиваешь… К тому же задумаемся на секундочку: а кто, собственно, эту переаттестацию будет проводить? Сергей Фурсенко? Не смешно… Его некомпетентное окружение? Увольте…

0:35 Итальянский куратор российского судейского беспредела

Футбольная власть устами главы РФС Сергея Фурсенко уже два года подряд делает громкие заявления, что вот теперь-то с судейством стало лучше, чем прежде. Оставим подобные заявления на совести произносящих этот бред. Слава богу, глаза есть у каждого из нас, и любой способен самостоятельно сделать вывод, что меняется к лучшему в нашем футболе, а что – нет.

Наших арбитров практически не приглашают судить серьезные матчи в еврокубках, а про визиты на первенства мира и континента судьи из России уже давно позабыли. И это как раз и является главным критерием, главной оценкой.

Есть небольшая группа арбитров, которых почему-то считают незаменимыми. Баскаков, Безбородов, Егоров. У части из них не всё в порядке с физической подготовкой. Достаточно просто посмотреть на Егорова. А нет сил «летать» по полю – значит, не окажешься рядом с борьбой, с проблемной зоной, не увидишь нарушения, неправильно оценишь ситуацию. У другой части – проблемы уже не с физикой, а извините, с психикой. Если надо судить несколько матчей подряд, причем матчей серьезных – не все с этой психологической нагрузкой справляются.

Не так много осталось в судейском корпусе тех, о ком, как в советские времена, можно было говорить: это не просто судья – это личность.

Приглашение итальянца Розетти вообще показало неспособность руководства РФС выстраивать грамотную структуру управления. Вроде бы именитый специалист, вроде бы личность. Правда, пикего звездной судейской карьеры – уже в прошлом. Но нельзя даже близко сравнивать его полномочия с полномочиями того же Коллины на Украине. Во главе судейского корпуса должен стоять диктатор. У нас же есть Розетти, есть советник Фурсенко испанец Гарсия Аранда, есть Будогосский, есть Зуев, есть еще и номинально числящийся Чуб. И все в той или иной степени за судейский корпус отвечают.

Бывший глава судейского корпуса Сергей Хусаинов в июне дает откровенное интервью, где подробно объясняет, почему Станислав Сухина брал деньги за матч «Анжи» – «Ростов». И нет никаких расследований! Нет никакого шума! Хусаинов рассказывает, что матч «Анжи» – «Волга» носил договорной характер. И опять нет вообще никакой реакции! Словно с откровенным признанием выступил мальчик во дворе, или обиженный игрок, или пытающийся снискать себе случайной славы начинающий журналист. Нет! Это говорит человек, который, что называется, «в теме», человек, который сам в том же интервью признается, что тоже брал, и объясняет суть коррупционных взаимоотношений – при назначении судей на матчи, при работе на конкретных поединках и т. д.

...

Не так много осталось в судейском корпусе тех, о ком, как в советские времена, можно было говорить: это не просто судья – это личность.

Приведу небольшой фрагмент интервью, который дал Сергей Хусаинов моим коллегам Алексею Шевченко и Александру Лютикову:

– Судья знает, когда матч договорной?

– Безусловно. Я был невольным участником договорных матчей.

– Вы заранее это знали?

– Ну как. Первый признак: нет коммерческих предложений судье. Тебе не предлагает ни одна из сторон – о-па, может быть, что игра без судей.

Вот как, оказывается, все просто.

Глава РФС Сергей Фурсенко вообще избегает детальных разговоров о проблемах судейства. Когда в начале июля была созвана пресс-конференция, посвященная назначению на пост руководителя департамента судейства и инспектирования РФС Роберто Розетти, многие устремились в отель «Балчуг-Кемпински» именно в надежде услышать от Сергея Фурсенко некие откровения. Все-таки мало когда руководство РФС по проблемам судейства высказывалось. А тут ясно, что без этой темы будет не обойтись.

Сергей Александрович смог выкрутиться. Начал с разговора о структуре судейского департамента. Когда перешел к изложению главных целей российского судейского корпуса, в зале начали откровенно зевать. Способность господина Фурсенко с умным видом излагать азбучные истины хорошо известна:

– Наши молодые арбитры в будущем должны завоевать право обслуживания матчей ведущих международных турниров.

Ну, в самом деле, как с этим поспоришь?

– Главная же задача… – тут Фурсенко сделал паузу, обвел взглядом зал, словно именно сейчас-то и будет произнесено то, ради чего все собрались, – сделать так, чтобы судейство в нашей стране было беспристрастным и профессиональным.

Да, было из-за чего собирать десятки журналистов… Сам герой дня Розетти так вообще не приготовил никаких откровений. Видимо, ему как-то неловко было вслед за Фурсенко повторять аксиомы о том, кто такой судья, зачем он нужен и каким ему нужно стремиться стать. Поэтому он просто рассуждал о величии страны, где ему предстоит работать. Слово «важно» он употребил двадцать четыре раза. Важны в России оказались политика, экономика, футбол, чемпионат мира – 2018, судейство, российский чемпионат, необходимость работать, знание правил судьями.

– Важно преодолеть недоверие друг к другу, – перпендикулярно резюмировал «важные» заявления Розетти Сергей Фурсенко.

Если же оставить в стороне лицедейство основных действующих лиц российского футбола, то картина вырисовывается не слишком уж радужная. После весьма специфического судейства нашими арбитрами матчей на мировых футбольных чемпионатах и после ряда громких судейских скандалов во внутрироссийских соревнованиях наших практически не приглашают судить серьезные матчи. А это – как раз показатель истинного уровня российского футбола. По мнению футбольных чиновников, не может быть хорошего футбола в стране, где плохие судьи, или же, напротив, неоткуда появиться хорошим судьям, если сам футбол деградирует.

Приглашение Роберто Розетти – это еще и возможность обратить внимание мирового судейского корпуса на коллег из России. Вопрос только в том, насколько этот ход будет эффективным и действительно ли принесет свои плоды.

Наших арбитров давно уже нет даже в расширенных списках на обслуживание матчей чемпионатов мира и Европы. Евро-2012 пройдет без российских арбитров, под вопросом и чемпионат мира – 2014. На матчи еврокубков и на некоторые игры отборочного цикла наших в принципе зовут, но не слишком часто, далеко не многих, да и признаемся честно: далеко не на топовые поединки. На хорошем счету в Европе Алексей Николаев (думаю, что на сегодня он самый перспективный арбитр), Владислав Безбородов, Сергей Карасев. Из молодых выделяют еще Виталия Мешкова.

Насколько Розетти и Гарсия будут лоббировать интересы российских арбитров, покажет время. Но первое решение, которое вышло из-под пера Роберто Розетти, оригинальностью и особыми изысками не отличалось. Он решил не объявлять судьям заранее, в каком из туров в предстоящий месяц им придется судить матчи, а всех держать в неведении. Каждый вторник будут объявляться восемь бригад на восемь ближайших матчей. Что изменится с таким подходом (кроме того что судья не сможет планировать свою жизнь на ближайшие четыре недели), сказать сложно. Если уж хочет клуб нащупать неформальные связи с тем или иным арбитром, ему все равно для этого останется тот же срок – со вторника и до уикенда. Решиться на практикуемую во многих странах систему назначения арбитров через слепой жребий Розетти не решился. И неясно, зачем ему в помощники, по определению арбитров, на матчи приставили Юрия Баскакова и Леонида Калошина. Они что, именно ему подсказывать будут? Или они в курсе некоторых годами сложившихся нюансов, этих самых связей и того, о чем вслух говорить не принято?

...

После весьма специфического судейства нашими арбитрами матчей на мировых футбольных чемпионатах и после ряда громких судейских скандалов во внутрироссийских соревнованиях наших практически не приглашают судить серьезные матчи.

В ряде стран судейство стали понемногу доверять арбитрам-женщинам. Мол, их «купить» сложнее. Да и хамить арбитру в юбке игрок не будет. Не стал бы отстаивать правоту подобного взгляда. Соглашусь скорее с главным тренером донецкого «Шахтера».

– Я бы не доверял судейство женщинам, – говорит Мирча Луческу. – Они слишком сентиментальны. Из-за сантиментов они начинают ошибаться.

Когда смотришь, как общается Роберто Карлос с арбитром (например, в эпизоде после единственного пропущенного махачкалинцами гола в матче с «Зенитом»), как убедительна его жестикуляция и мимика (даже если ничего не понимаешь из произносимых им слов), веришь: судила бы женщина, так вообще расцеловались бы. И футбол бы закончился.

Эх, было бы о чем судачить в спорт-барах да на лавочках у подъезда… Пока же все решения о судьях носят больше отрывочный, непоследовательный характер. Не проглядывает системность в подходе – это в большей степени решения, когда нужно учесть и обеспечить чьи-то интересы. А там, где интересов вроде как и нет, вообще сквозит растерянность и непонимание, что же именно делать. Арбитр Алексей Матюнин был обвинен в некорректном отношении к футболисту тверской «Волги» Альберту Гаджибекову: якобы он сказал футболисту, апеллировавшему к арбитру с просьбой показать «горчишник» сопернику: «А ты, черножопый, вообще молчи!» Суд был скорым. Практически без долгих разбирательств. Арбитра отстранили на год от обслуживания любых матчей.

С одной стороны, любую националистическую заразу надо выкорчевывать с корнем. Вряд ли это может требовать долгих обсуждений. Но как писал один иностранный общественный деятель, назвать кого-нибудь расистом, даже если это грязная клевета, – очень удобная тактика: «она либо парализует противника, либо бросает на него подозрение и лишает его доверия». Похоже, такая тактика становится расхожей у нас сегодня. Генеральный директор тверской «Волги», недовольный действиями арбитра, угрожал ему после игры. А когда запись об этом появилась в протоколе и соответствующем рапорте, спустя сутки решил разыграть националистическую карту.

Спустя несколько дней решение комитета по этике об отстранении Матюнина было отменено. Но возникает в таком случае огромное количество вопросов: если все-таки признали правоту арбитра, то почему угрожавший ему, да еще и оклеветавший его директор наказан на символические десять тысяч рублей? Почему комитет изначально не удосужился хотя бы заслушать все стороны? Спустя несколько дней комитет по этике собрался вновь и подтвердил свое решение, хотя новых доказательств вроде как и не собрал…

0:36 ФИФА: Прозрачность не грозит

Надежды на то, что на проделки Фурсенко и его окружения обратит внимание кто-то из политического руководства страны, нет по большому счету никакой. Глава РФС – не министр, чтобы его использовали как разменную монету и демонстративно увольняли в предвыборный период. Да и футбол занимает в умах россиян куда меньшее место, чем медицина, образование, пенсии и многое другое.

Но нет и надежды на мировое футбольное сообщество.

Проблема мирового футбольного закулисья – гигантская. Речь даже не столько о коррупционных схемах, сколько о способе решения вопросов: здесь разбираются не по регламенту, а по понятиям. Сложно требовать от наших футбольных функционеров кристальной честности, если их всегда прикроют еще и из международной футбольной организации.

Никто не продумал до конца и не сформулировал тот список проблем, с которыми столкнется наш футбол из-за стремительного перехода на систему «осень – весна». Одна из проблем, о которой вспомнили уже после сделанного скоропалительного шага, – что делать с трансферными окнами. Их ведь может быть, по существующим правилам, только два: одно – перед стартом сезона, другое – по ходу сезона. Если переходный чемпионат занимает по времени не год, а полтора, то кто-то обязательно пострадает. Одни не стали делать те или иные покупки в начале 2011-го, чтобы, вкатившись в сезон, понять, кем можно усилиться в августе (а август, как правило, приносит на международном трансферном рынке куда более интересные переходы, чем январь); другие же держат в голове именно январское окно 2012 года, когда можно будет усилиться перед решающими матчами Лиги чемпионов и Лиги Европы. В любом случае кто-то пострадает. Причем с этим еще можно было бы смириться, если бы о переходе стало известно за год-два или три. Каждый из клубов был бы готов к этому заранее и внес бы коррективы в свою закупочную политику. Но проблема возникла уже по ходу дела.

Но тут на помощь пришла ФИФА и лично наш друг Йозеф Блаттер. Накануне Дня Победы глава ФИФА был с рабочим визитом в Москве, где прозрачно намекнул: конечно, есть правила для всех, но «ввиду исключительных обстоятельств» можно ввести дополнительное третье окно: «Ничего не могу обещать, но скоро состоится заседание органа, который решает подобные вопросы, и я лично буду ходатайствовать о том, чтобы у России было три трансферных окна». Намек был правильно понят, и письмо об исключении для России пришло в РФС чуть ли не спустя несколько дней. Когда Блаттера напрямую спросили о причинах столь индивидуального подхода, главный футбольный человек планеты ответил: «Россия – это особый случай».

...

Проблема ФИФА в том, что она погрязла в бюрократии.

Неспособность руководства организации признать необходимость серьезной децентрализации и приводит к тому, что многие сами собой разумеющиеся изменения в правилах обсуждаются годами.

За последний год Блаттер стал едва ли не лучшим другом российского футбола. Тут и выигрыш российской заявки в борьбе за право принять мировой чемпионат. И ответный шаг России – безоговорочная поддержка Блаттера на скандальных перевыборах в июне главы ФИФА. Перевыборы были осуществлены в лучших традициях российской политики: единственный реальный оппонент, всерьез обвинявший Блаттера в коррупционных схемах, катарец Мохаммед бен Хамам, сам был обвинен в коррупции и снят «с пробега». В итоге голосование стало безальтернативным. Конкуренции Блаттер не терпит.

И если в начале года ФИФА уже официально отказала России в третьем трансферном окне, то после всего сделанного лично для Блаттера ФИФА нашла возможным вновь вернуться к вопросу, который не имел множества толкований, и все-таки его перетолковать.

Проблема ФИФА в том, что она погрязла в бюрократии. Неспособность руководства организации признать необходимость серьезной децентрализации и приводит к тому, что многие сами собой разумеющиеся (вовсе не революционные) изменения в правилах обсуждаются годами. Самый яркий пример – введение видеоповторов. Никто не требует просматривать каждый спорный эпизод. Но много ли бывает споров по поводу взятия ворот? Иногда и на десятки матчей ни одного подобного эпизода не наберется… О чем спорить-то? Но Блаттер просто намертво стоит на своем.

Блаттера обвиняют не столько в странной победе России в борьбе за право проведения чемпионата мира – 2018, сколько в другом – победе Катара в борьбе за следующее первенство. Победа страны, которая вообще никогда не участвовала в финальной части чемпионатов мира, над такими фаворитами в борьбе за первенство-2022, как США и Австралия, смутила многих. Но, увы, сложно придумать более непрозрачную структуру, чем ФИФА в ее сегодняшнем состоянии. Остается только питать надежды, что ситуация изменится после 1 июня 2015 года, когда швейцарца сменит кто-то другой. Блаттер клятвенно обещал, что на пятый срок он выбираться точно не будет. В запущенную в период перевыборов «утку» о некой негласной договоренности, что в 2013-м Блаттера якобы под каким-то пока нам не известным предлогом сменит глава УЕФА Мишель Платини, не верится. Тем более что и сам Платини эту информацию уже давно опроверг.

ФИФА погрязла в коррупции. И спорить с этим уже никто и не собирается. Нигериец Эймос Адаму и глава Конфедерации футбола Океании Рейналд Темария, продававшие свои голоса на выборах в 2010 году, были отстранены еще в октябре прошлого года. Вслед за ними полетели еще несколько высокопоставленных голов. Парагваец Николас Лeoc продавал голос за рыцарское звание (видимо, все остальное у него уже есть), члены исполкома ФИФА Исса Хаяту и Жак Анума, по свидетельству британских парламентариев, просто брали деньги. Вице-президент Джек Уорнер просил денег на строительство образовательного центра в Тринидаде и Тобаго, а потом снова просил денег – якобы для покупки прав на телетрансляцию на территорию Гаити. Но комитет по этике ФИФА, объявивший было о начале расследования, быстро ситуацию спустил на тормозах. Все, что просочилось наружу, – информация о том, что наличные некоторым представителям заносились в коричневых конвертах. Почему коричневых, так никто и не объяснил. Но дело в другом: Международная футбольная организация просто замела все обвинения под ковер.

Но выгнать несколько чиновников и перестроить систему в целом – это далеко не одно и то же. Тем более что все ниточки тянутся к самому Блаттеру. Комитет по этике МОК объявил о начале расследования в отношении бывшего президента ФИФА Жоао Авеланжа. Журналистам удалось раскопать, что в 1997 году бразилец получил взятку размером в миллион долларов от компании ISL – бывшего партнера ФИФА. Причем пресса приводит доказательства, что Блаттер прекрасно знал о взятке, но хранил молчание.

Не брезговал нечистоплотными поступками Блаттер и в других ситуациях. Власти Швейцарии расследуют финансовые отношения главы ФИФА с Мьянмой. В прошлом году при финансовой поддержке ФИФА местная федерация начала строительство футбольного стадиона. Возглавляет Федерацию футбола Мьянмы некто Макс Мьянмар по кличке Зау Зау. Все бы ничего, но в отношении этого Мьянмара продолжают действовать санкции Европейского союза. Зау Зау близок к военной хунте, которая захватила в Мьянме власть в 1989 году, поэтому европейцам запрещены всякие финансовые контакты с любыми компаниями, которые принадлежат этому господину. Мало того, что ФИФА проигнорировало запрет, – в марте 2011-го Блаттер вообще демонстративно посетил Мьянму, где встречался и с пресловутым Зау Зау, и с членами хунты.

Чуть позже Блаттер посетил Зимбабве, где встретился с другим мировым отщепенцем – одиозным Робертом Мугабе. Евросоюз оказывает политическое давление на Зимбабве после тамошних реформ, приведших к криминальному переделу всего, что связано с фермерскими хозяйствами. Очевидно, что ничего иного в Зимбабве и нет. Международный валютный фонд в ответ приостановил любую экономическую помощь этой стране. Но Блаттер все равно поехал к диктатору, что позволило европейской прессе напрямую сравнить Блаттера с Мугабе: оба безальтернативны и оба, мол, деспоты.

Так что прозрачность ФИФА пока не грозит. Все основные действующие игроки довольны. Кроме разве что англичан. Но это их основной тренд на много ближайших лет. Наверняка на туманном Альбионе посмеиваются над нашим бородатым анекдотом-загадкой: «Родился в Англии, вырос в Бразилии, а умрет в России…» Если уж Россия футбол не убьет к 2018 году, то в Катаре спустя четыре года его добьют точно.

0:37 На пути к футболу будущего или к другому виду спорта?

Современный спорт требует от спортсменов совсем иных физических кондиций, чем еще несколько десятилетий назад. Это касается не только индивидуальных видов, но и игровых. Если еще лет пятнадцать-двадцать назад наши хоккеисты, прилетая в Канаду, рассказывали, что иные звезды могли и покурить в уголочке раздевалки в перерыве между периодами, то сейчас такого не встретишь. Отношение к собственному здоровью как к необходимой и, пожалуй, самой значимой составной части профессии если и не поменялось радикально, то все равно изменилось всерьез: игрока с сигареткой уже, как говорят, не встретишь.

Ветераны московского «Динамо» рассказывали мне и про Яшина, который мог пропустить пятьдесят, а то и сто граммов в перерыве между таймами, и про многих других игроков той поры, когда подобное вполне можно было себе позволить. Не скажу, что сегодня подобного нет. Конечно, есть. Зырянов может уходить в загул на сколько угодно времени. Он все равно уверяет, что баня и физические упражнения приведут его в норму довольно быстро. Мол, организм мощный и быстро очищающийся от всякого алкоголя. Да и что это я вдруг про Зырянова? Видеоролики, живописующие веселые похождения многих наших футболистов, каждый из нас мог в немалых количествах смаковать в Интернете. Но общей тенденции это вовсе не отменяет: футбол и нездоровый образ жизни совместимы всё меньше.

Но меняются не только требования, которые современный спорт предъявляет к спортсменам. Меняется сам спорт. Причем изменения эти происходят то постепенно, малозаметно для глаза, то радикально, меняя саму суть игры.

Когда-то, в 80-е годы, казалось, что правило с шестиметровой линией и трехочковыми бросками сделает баскетбол совершенно иной игрой. Но ничего страшного, как показала жизнь, не произошло. Это другой баскетбол, но это баскетбол. Так случилось и с изменением принципа начисления очков в волейболе. Так произошло в хоккее, когда отказались от паузы и смены ворот в середине третьего периода.

Футбол часть нововведений спокойно переварил. Присматривались с годик к англичанам, перешедшим эксперимента ради на победные три очка вместо двух, недоумевали, зачем это, если команды в итоге расположились на тех же местах, что и было бы при прежней двухочковой системе. А потом перешли на новую систему, уже и забыв, что когда-то было по-другому.

Часть же изменений оказалась отвергнута самой жизнью, как правило «золотого гола», а спустя некоторое время – и пришедшее ему навстречу правило гола «серебряного».

Но на смену изменениям приходят не только многочисленные разговоры о тех или иных изменениях правил, что называется, по мелочам. Изменения правила офсайда, дополнительная дисквалификация за сознательно полученный «горчишник», даже лоббируемое Мишелем Платини введение неких оранжевых карточек – удалений не до конца матча, а на определенное время. И даже технология автоматической фиксации взятия ворот, которую обещают начать тестировать уже менее чем через год (при этом опять подопытным кроликом обещает стать Англия: уж слишком сильны переживания из-за судейской ошибки с незасчитанным голом во время последнего чемпионата мира, когда в матче Англия – Германия арбитр не отреагировал на мяч, опустившийся за линией ворот)… Все это не так сильно изменит любимую нами игру. Революция может прийти оттуда, откуда и не ждешь. Йозеф Блаттер предложил в 2022 году попробовать эксперимент – играть не два тайма по 45 минут, а три по 30. Казалось бы, ну какая в принципе разница, сущая мелочь… Да и объясняет ее глава ФИФА исключительно заботой о здоровье игроков, которым придется через десяток лет просто обугливаться на палящем солнце катарского чемпионата мира, где в июне плюс сорок в тени – обычное явление.

Но именно переход на большее число таймов, продолжительность каждого из которых становится меньше, может привести к тому, что мы получим совсем иной футбол. Очень не похожий на сегодняшний.

Ведь лишний тайм и лишний перерыв – не просто появление дополнительного времени на отдых. Сегодняшняя стратегия на первый тайм и скорректированная с учетом результатов первого тайма на второй – все это может претерпеть изменения, повторюсь, радикальные. Три тайма – это другой ритм, другое распределение усилий и энергозатрат футболистов. И если сам по себе трехчастный футбол еще не станет другим футболом, то шагом в совершенно определенном направлении станет точно. Не уверен, что мы рано или поздно придем к девяти таймам по десять минут. Но то, каким мы сегодняшний футбол знаем и любим, уже может уйти безвозвратно. Как ушли, к примеру, в прошлое классические шахматы с их сорока ходами в течение пяти часов и откладыванием партии на сорок первом ходу на завтра. Древняя игра погналась за зрелищностью и что-то точно упустила.

Допускаю, что в предельно циничном футбольном мире речь идет все-таки не столько о здоровье игроков, сколько о банальной коммерческой выгоде. Лишний перерыв – дополнительная возможность продать спиртное (или чем там будут торговать к 2022-му году) в подтрибунных помещениях, дополнительная возможность принять ставки в букмекерских конторах – словом, сплошь дополнительные поводы для извлечения прибыли. Я уж не говорю о дополнительных рекламных блоках в телетрансляциях.

Так что запоминайте футбол в его сегодняшнем обличье. Возможно, дети наши и внуки будут смотреть совсем другую игру.

...

Переход на большее число таймов, продолжительность каждого из которых становится меньше, может привести к тому; что мы получим совсем иной футбол. Очень не похожий на сегодняшний.

Возможно, иными будут и турниры, к которым мы вроде бы так привыкли. Известно, что революция, которая подспудно зреет у ведущих европейских клубов пока только в умах, рано или поздно вырвется наружу Нынешняя система управления футболом не устраивает Ассоциацию европейских клубов и ее босса Карла-Хайнца Румменигге.

Поясним сначала, о чем идет речь и что это за организация, не слишком часто о себе пока еще заявляющая. В 2000 году была создана G14, объединившая несколько ведущих клубов Европы (вскоре она превратилась в G18). Предводимая президентом «Реала» Флорентино Пересом, группа не просто намекала на возможность отколоться от ФИФА и УЕФА – она фактически ставила ультиматум международным футбольным организациям. Причем ультиматум завершился полной и безоговорочной победой клубов: они требовали платить деньги за участие их игроков не только сборным, не только национальным федерациям, а в том числе – и самим клубам. Ведь, в конце концов, игроки – собственность клубов, они вкладываются в них, они рискуют своими деньгами. А ФИФА и УЕФА лишь обязывают клубы отпускать игроков для официальных матчей сборных – и все. В итоге ФИФА и УЕФА дрогнули. И уступили. Цели были достигнуты, G18 распустилась.

Но, почувствовав, что это успех, что клубы – уже серьезная сила, с которой не просто считаются, но еще и платят, команды решили закрепить достигнутое. Тогда-то, в 2008 году, и появилась Ассоциация европейских клубов. Сегодня в ней сто девяносто один европейский клуб. От России – ЦСКА, «Спартак», «Локомотив», «Зенит» и «Рубин». УЕФА относится к этой организации вовсе не как к декорации, а реально советуется по многим ключевым вопросам управления клубным футболом. И более того – был подписан специальный «Меморандум о взаимодействии», согласно которому клубы обязуются не выходить из системы еврокубков. Договор заключался сроком на шесть лет. Поэтому не за горами уже его финишная прямая. В 2014 году действие меморандума заканчивается. И клубы всерьез намекают на то, что они вполне могут начать жить и вовсе без УЕФА и ФИФА, создав свои собственные органы управления.

В чем причина? А все очень просто. Опять камнем преткновения становятся финансовые противоречия между сборными и клубными командами. Во-первых, ФИФА всерьез собирается расширять календарь сборных (это и расширение отборочных турниров, и увеличение числа товарищеских, в том числе специальных, «выставочных» игр). Им придется играть чаще, соответственно – клубам чаще отпускать игроков в распоряжение сборных. У любого игрока есть физический предел. Он не может играть значительно больше матчей. Футболист из успешного английского клуба, который играет в еврокубках и в своей сборной, не может сыграть восемьдесят шесть матчей в году (а именно столько ему пришлось бы сыграть в результате продвигаемой реформы). Значит, клуб, который вложился в игрока, будет получать отдачу меньшую. Опять возникают противоречия.

Чтобы было понятно на пальцах: в нечетный год (когда нет чемпионатов мира и Европы) европейские сборные могут сыграть максимум тринадцать матчей. В четный – больше, если команде повезет выйти в решающую стадию. Согласно расчетам главы УЕФА Мишеля Платини, его коллег с других континентов, а также генсека ФИФА Жерома Вальке, в нечетный год календарь может вырасти уже в ближайшее время до семнадцати матчей. Пустячок? А вовсе нет! Четыре дополнительных матча – это и новые сборы, и новые паузы в национальных чемпионатах со специально организованными для этого «окнами» в календаре, и, увы, новые травмы и потери.

Основа футбола, его кровеносная система – это, конечно, не ФИФА и УЕФА, не сборные и уж точно не национальные федерации. Но клубы не допущены к принятию ключевых решений. В исполкомах международных футбольных организаций права голоса у них нет. То есть они не влияют на правила игры, на принятие решений, где проводить крупные международные турниры, на судейскую, агентскую и прочую футбольную политику.

И самый вкусный кусочек, который сильно укусить пока никак клубам не удается, – это телеправа. Это сладкое для любого понимающего человека слово! Именно телеправа, а не билетная и сувенирная выручка – главный источник доходов на крупных футбольных турнирах. И если на права на показ чемпионатов мира, которые стабильно принадлежат только ФИФА, никто вроде бы пока всерьез не покушается, то права на трансляции чемпионатов Европы и особенно евро-кубковых матчей, которыми распоряжается УЕФА, подвергаются постоянному оспариванию. Клубы считают, что имеют больше прав на эти деньги, чем чиновничьи организации, которые самостоятельно аккумулируют все доходы, а потом, по итогам сезона, их распределяют.

Если отколоться от УЕФА и создать свою собственную лигу, то можно ведь вообще не делиться прибылью с УЕФА! Всем рулить самостоятельно – соблазн немалый. Поэтому не исключаю, что очень скоро вопрос об этом встанет весьма серьезно.

Утверждать, что подписавшие с российской стороны документ о создании Ассоциации клубы последуют вслед за «Баварией», «Миланом», «Реалом», «Барселоной», «Порту», не берусь. Скорее всего, они к этому не готовы. Наш клубок проблем куда более прозаичный.

0:38 Завершая «полторашку», мечтая о грядущих победах…

Конечно, хотелось бы после той доли критики, которая была явлена в нескольких главах этой книги, поставить незадолго до финала красивый восклицательный знак. Дескать, несмотря ни на что, есть еще шанс, есть еще надежда… Но, увы… Очередной чемпионат – очередные разочарования. Причем на сей раз не год, а целых полтора года разочарований.

ЦСКА, ну и, наверное, с некоторой натяжкой «Динамо» образца первого круга – команды, добившиеся некоторого прогресса. Плюс «Анжи». Но странно было бы ожидать иного, тем более что «Анжи» уходящего чемпионата – совсем иная команда, чем годом ранее: иной собственник, иные бюджеты, даже иная инфраструктура.

А вот армейцы и динамовцы этого добились именно за счет внутренних резервов.

Большинство же команд – губительная трясина, топкое болото. Есть те, кто, как водится, разочаровал. Но нет тех, кто прыгнул бы выше головы. Зачем выходят они играть раз за разом, если мучают – и себя, и своих болельщиков? Да, на трибуны ходят все меньше. Но ведь ходят! Все еще продолжают ходить… Потому что в стране, где на подавляющей территории другим массовым видом досуга, кроме футбола, является только водка, футболом люди по-настоящему болеют. Если в деревне нет хорошей водки – пьют страшное «палево». Если нет хорошего футбола – довольствуются тем, какой есть. Да, наши люди больны футболом. Но и наш футбол глубоко болен. Переход на нелепую для нашего климата систему «осень – весна» его автоматически не вылечит. Как бы искренне этого ни хотелось нашим футбольным функционерам.

Введение переходных матчей (при общей несомненной пользе от них) тоже не меняет психологии большинства команд. Если годом ранее большинству было все равно, какое именно место занять – 8-е или 14-е, то теперь все то же самое, но ограничивается этот диапазон не 14-м, а 12-м местом. И по-другому не будет, как ни меняй формулу проведения турнира. Потому что дело не в формуле, а в деньгах. В отношении к источнику своего дохода. Потому что клубу на болельщиков наплевать. Он не от них зависит, а от бюджетных денег, которые приятно только разве что освоить. Для менеджеров – попилить, а для футболистов – получить премиальные.

Дело даже не в конкретных результатах и занимаемых в таблице строчках. Ясно, что пряников сладких, как пел Булат Окуджава, никогда не хватает на всех. Не всем и медали по плечу. Проблема в другом. Уровень футбола удручает. Это касается не только пресловутого «болота», но и уровня тех команд, которые не стеснены в средствах, которые могут приглашать сюда «звездных» игроков. Многие из приобретений честно отрабатывают свои деньги, но разве это их вина, что они попали в деградирующий турнир? Наш чемпионат уже превращается в блеклое подобие катарского, куда футболисты едут только для того, чтобы подзаработать на финише карьеры. В расцвете сил и лет мировые величины сюда не едут. А часть весьма неплохо стартовавших молодых россиян быстро растворились в общей безлико-серой массе. Сборная нуждается в свежей крови, но ее нет. И взять негде.

Уходящая «полторашка» подарила нам больше неспортивных понятий, чем когда бы то ни было. Про электрошокеры, бананы и странные тренерские отставки уже и говорить не хочется. Первый из более или менее удавшихся месяцев – лишь июнь. Все-таки выросла трава, все-таки сборная продолжила оставаться среди лидеров своей отборочной группы, да и московские дерби весьма кстати пришлись. Но удался июнь скорее на фоне трех первых провальных месяцев, когда ощущение уже стопроцентной, полнейшей безнадежности не покидало любителей футбола. А теперь вспомним, что в России, наверное, в последний раз играют в футбол в июне. В 2012-м июнь, по определению, невозможен в графике из-за чемпионата Европы. А будет ли он с 2013 года, памятуя о неизбежности перехода на систему «осень – весна», еще большой вопрос.

И теперь давайте признаемся себе честно: настоящий футбол будет начинаться только тогда, когда придется завершать сезон.

Послевкусие в виде ощущения «ах, как жалко, что все кончилось» будет год за годом нас обманывать и не давать понять, что будущего у нашего футбола нет.

С этого полуторного сезона по телевидению начали транслировать матчи первого дивизиона. Конечно, плюсов новосозданной (а по сути – переименованной) лиге это добавляет. Оказалось, что большинство матчей низшей лиги ничем не хуже многих элитных, но вряд ли это комплимент для ФНЛ. Слишком уж убого смотрится то самое пресловутое «болото».

К тому же жизнь показывает, что большинство футболистов «болотных» команд прекрасно себя чувствует и в первом дивизионе. Спросите почему? Дело вовсе не в отсутствии желания играть рангом выше, а в банальной системе премиальных. Новосибирская «Сибирь», завоевавшая в 2009 году право играть в высшем дивизионе, рвала всех, потому что, по слухам, премиальные у команды были максимальными. Но не было на лицах игроков радости от первой строчки в турнирной таблице: они понимали, что даже близко не будет подобного же количества побед в премьер-лиге, а значит, заработки резко сократятся. Надо ли удивляться тому, что «Сибирь» при первой же возможности покинула премьер-дивизион?

Вывод прост: все это приводит к тому, что матчей, где приходится выкладываться полностью, у нас становится все меньше. Именно это и приводит к деградации лидеров. В результате – замкнутый круг. Конечно, огромные суммы, которые вкладываются в заграничных звезд и тренеров, делают хорошую рекламу премьер-лиге. Но даже если мы возьмем политические (или имиджевые – можно соревноваться в назывании как угодно) проекты типа «Терека» или «Анжи», то этим командам так и не удалось избавиться от главного и самого печального шлейфа – имиджа команд, раз за разом играющих «странные матчи».

...

Уходящая «полторашка» подарила нам больше неспортивных понятий, чем когда бы то ни было.

Никому не хочется клеветать на сборную. Никому не хочется взять и вылить ушат помоев на ведущих игроков и тренеров. Мы все мечтаем о победах. И нам всем хочется, как в ту июньскую ночь 2008 года, после матча Россия – Голландия, брать в руки флаг и часами ездить по улицам, ликовать, обниматься с незнакомыми людьми и проникаться тем самым чувством патриотизма, про который так много с высоких трибун говорят политики, но ничего для этого не делают. А выйдут на поле одиннадцать человек, отдадутся игре один раз, второй – и миллионы людей по всей стране уже счастливы.

Но эти редкие моменты всеобщего счастья, к сожалению, случаются не благодаря нашим футбольным руководителям и не благодаря настрою игроков, а скорее даже вопреки. Об этом, собственно, и написана эта книга. Об этом боль подавляющего большинства болельщиков. Тех, кто искренне переживает. Потому что все равно без футбола мы не можем.

И мне очень хочется написать следующую книгу уже не с апокалипсическим названием наподобие «Футбол убьет Россию», а все-таки проникнутую оптимизмом и верой. Я этого искренне хочу. Но с каждым годом, с каждым месяцем, с каждым туром российского чемпионата и почти с каждой игрой отборочного цикла надежд на это становится меньше.

0:39 Про трудоголика Карпина

Мало кому судьба дарит такой шанс: учиться становиться тренером не на команде из какой-нибудь первой или второй лиги, не на молодежном составе, а сразу на одном из фаворитов первенства. А «Спартак» – даже в разобранном, демотивированном состоянии – все равно всегда в числе претендентов на высшие строчки. В силу разных обстоятельств, в силу специфического менеджмента в красно-белом клубе Карпину судьба такой шанс дала. Почему он не воспользовался им в полной мере? Тут причин, на мой взгляд (а я в данном случае выскажу все-таки свою субъективную оценку), несколько. Но главная кроется в том, что Карпин, трудоголик по натуре, готов хвататься за что угодно, а лучше – за все сразу. А неспособность понять, что для тебя первично, что вторично, в итоге просто распыляет твои усилия. Выхлопа много, результата – меньше.

Многие из журналистов видели, как Карпин сам носит с помощниками ворота на тренировках. Ничего страшного и из ряда вон выходящего в самом этом факте вовсе нет.

Но это – как раз символ, как раз проявление того порядка вещей, что сложился в клубе. Карпин с весны 2009 года – и главный тренер, и генеральный директор. Он готов хвататься за любые большие и маленькие проблемы в клубе. В итоге у «Спартака» нет все эти годы толком ни директора, ни тренера. Карпин берется за решение всех вопросов (включая порой даже распределение vip-билетов на «вкусные» матчи) – в итоге многие вопросы до конца не доводятся.

Не секрет, что директора команд иногда созваниваются. Ну, мало ли какие вопросы возникают вне поля. Карпину из других клубов звонят не так часто, Карпин иногда звонит. За советом, за консультацией, за какой-то помощью. Помнится, отменили Акинфееву ошибочно данную желтую карточку. Отменили уже не на поле, а после соответствующих разбирательств. Была такая история, которая уже, наверное, позабылась сегодня – в самом деле, мало ли у нас несправедливых «горчичников»? Проходит пара дней, Карпин звонит директору ЦСКА Бабаеву с вопросом:

– Слушай, Ром, а с кем и как вы договаривались? Через кого заходили?

– Валер, ни через кого… Официально все было, ты же ведь сам за это голосовал на общем собрании…

– Да? Тогда извини…

Это обычная для Карпина история. Удержать в голове абсолютно все дела команды Валерий Георгиевич не может. Но делегировать кому-то часть полномочий решиться не может.

Апофеозом стало заявление Карпина после позорного матча Лиги Европы «Спартак» – «Легия», когда москвичи умудрились проиграть полякам 2:3, ведя по ходу игры 2:0:

– Валерий Георгиевич! Что стало причиной поражения?

– Команде не хватает тренерского авторитета…

– Кто виноват?

– Я.

– В чем конкретно?

– Во всем!

– Теперь вы собираетесь подавать в отставку?

– Мне в отставку подавать некогда.

То есть дел у Валерия Георгиевича невпроворот. Нет даже времени сесть и ручкой на бумаге написать заявление. Шутить, что тренер Карпин будет писать на имя гендиректора Карпина, уже не хочется.

Хотя бы потому, что Валерий Карпин искренне переживает за положение дел в клубе. Нет вещей, на которые он смотрит сквозь пальцы. Нет дел, которые делает спустя рукава. Но у всего есть свой физический ресурс.

Иногда, впрочем, кажется, что иные поступки – следствие личной усталости. После игры с «Легией» Карпин решил наказать команду: запер на базе вплоть до игры с ЦСКА. Какой толк в подобном поступке? Какой смысл? Чего хотел тренер тем самым добиться?

Вообще, это очень «советская» тема – запирать футболистов на базе. Подобная практика была обычной разве что во времена Лобановского, когда на базу не допускались даже жены. Строгий аскетизм. Ни жен, ни интервью, ничего! Главное – не отвлекаться от матча. Казалось, подобные приемы (весьма сомнительные, как мы знаем, с точки зрения результата) остались в далеком прошлом. Ан нет.

Расскажу попутно еще одну историю «в тему». Мне вспоминается 2005 год, когда

пока что еще не слишком в ту пору знакомый нам Гус Хиддинк тренировал сборную Австралии. Команда преодолела сито отборочного турнира зоны «Океания», но эта зона в самом сложном положении – у нее даже не одно проходное место в финальной части чемпионата мира, а одно «полупроходное». То есть победитель встречается с пятым местом от Южной Америки. Пятым из десяти латиноамериканских участников оказался Уругвай. И в первом стыковом матче – домашнем – австралийцы выступили не слишком удачно. Что сделал после этого Гус Хиддинк? Он не стал устраивать разборы полетов, не стал читать нотации о значимости ответного поединка. Он просто сказал своим футболистам:

– Рассуждать о шансах я не хочу. Несколько дней есть. Отдохните, расслабьтесь. Проведите время со своими семьями, с женами. А потом будем играть.

Я не знаю, какую моральную и психологическую поддержку получили игроки от своих семей, от своих близких в те дни. Но они вышли на поле в Уругвае так, словно шанса сыграть снова у них уже не будет никогда. И они победили. И они поехали на чемпионат мира-2006 в Германию, где даже вышли из группы, чего уж от Австралии точно никто никогда не ожидал. Сборная стала настоящим открытием чемпионата.

Я это рассказываю не к тому вовсе, чтобы призвать всех всегда после поражений распускать по домам ради психологической «подпитки» от близких. Это не будет всегда и беспрекословно работать. Но запереть команду на базе в наказание – это, на мой взгляд, абсолютное проявление беспомощности. Разболтанные гайки уже накрепко не закручиваются – резьба срывается. Так и в случае с Карпиным в «Спартаке». Метод кнута не работает. Пить-гулять с командой в клубах (не футбольных, разумеется), а потом выступать в роли строгой классной дамы – нелепость, согласитесь.

Во время летних сборов «Спартак» проигрывал свои контрольные матчи каким-то малоизвестным командам. Причем, проигрывал за счет каких-то нелепых ошибок в обороне отдельных игроков. В частности, раз за разом ошибался новоприобретенный Родри. Один из прикомандированных к команде журналистов уточняет у представителя тренерского штаба, что это за футболист, по вине которого в ворота красно-белых влетают мячи один за другим. Родри. Записывает в блокнот: «Родри».

Вечером в холле отеля корреспондент берет интервью у Карпина. Осторожно уточняет:

– Зачем в команде игрок, который ошибается при каждом касании мяча?

– У нас нет таких игроков.

– Но ведь все голы забиты по вине Родри?

– Кто Вам сказал это?

– Люди из Вашего же тренерского штаба…

Перепрыгнули на другие темы, интервью плавно

потекло дальше. Но ситуация получила неожиданное развитие наутро. Карпин отыскал журналиста в столовой:

– Можно тебя на секунду?

Вывел его на улицу, где шеренгой выстроены все (!) представители тренерского штаба:

– Покажи, кто тебе это сказал?..

Как говорится, без комментариев.

У каждого человека своя собственная картина мира. Иногда она очень искривленная, иногда просто примитивная. Обсуждать ее или осуждать – дело нелепое и никому не нужное. Иногда люди с делением всех жизненных реалий только на «черное» и «белое» могут немалого добиться. Но вот как раз в случае с Карпиным его, тренерская картина мира становится именно такой, очень уж плоскостной. Все, что не вписывается, все, что противоречит желаемому – плод козней тайных или явных недоброжелателей. Иногда Карпин в этом аспекте всерьез переходит грань. Его рассказ после матча с «Зенитом» в 26-м туре о падении на газон травмированного вратаря соперников Вячеслава Малафеева – как раз из этой оперы:

– Когда увидел, что после столкновения с Веллитоном Малафеев упал, я просто засмеялся в голос. Захохотал…

Вот так. То есть человек еще не знает, получил ли травму голкипер сборной, чем закончилось столкновение (может быть, и невольное), но уже веселится. «Захохотал»… В его восприятии любой, кто коснется Веллитона и упадет, смешон по определению…

0:40 Грозный футбол

Когда международные футбольные структуры отказываются положительно решать вопрос о сертифицировании наших стадионов, о допуске их к еврокубковым матчам (главным камнем преткновения в спорах с футбольными чиновниками становится, как правило, вопрос безопасности), наши футбольные действующие лица нервно пожимают плечами, традиционно намекая на существование некого заговора против российских клубов. Дополняется это, как правило, бравурными заявлениями, что у нас построена в Грозном лучшая в Европе футбольная арена, а к 2018 году, когда в Россию придет чемпионат мира, игры можно будет проводить чуть ли не в Махачкале или Дербенте. О проблемах с безопасностью, мол, могут говорить только те, кто здесь не бывал. Строить потемкинские деревни – это у нас в крови. Что именно скрывается за пышными фасадами, мало кого волнует. Оставим эти громкие высказывания на совести людей, которые знают, что такое самопиар, что такое осваивание денег, но гнушаются реальной работы. В конце концов, каждый из болельщиков, выезжающих на матчи в некоторые города кавказского региона, прекрасно знает, что на деле представляет из себя безопасность в Нальчике, Махачкале, Владикавказе…

Впрочем, оставим и это за скобками. В конце концов, болельщик может быть пристрастен. Хотя какая уж тут пристрастность, если автобус в Махачкале забрасывают камнями. Под каким углом зрения ни смотри на эту ситуацию, факт остается фактом: с безопасностью на Кавказе для болельщиков дела складываются явно не очень.

Но то, что произошло на грозненском стадионе в пятницу, 4 ноября, не просто не вписывается в какие-то элементарные нормы и рамки приличия – это вообще ставит на многие годы жирный крест на любые надежды получить цивилизованный футбол в этом регионе.

За двадцать минут до конца матча молодежных команд «Терек» – «Краснодар», при счете 0:3 в пользу гостей, арбитр показывает красную карточку игроку гостей, только что отметившемуся дублем, Спартаку Гогниеву. Матча и конкретно этого эпизода я пока не видел, поэтому утверждать, что там произошло, не берусь. Говорят, игрок не согласился с решением арбитра, толкнул его локтем, отказывался сразу покинуть поле. В любом случае, что бы там ни произошло, это все находится в компетенции контрольно-дисциплинарного комитета РФС – разобраться, запросить видео, посмотреть и добавить к дисквалификации игрока еще несколько матчей. В любом случае это игровой эпизод. Он, если хотите, находится в области футбольной юриспруденции.

Однако на поле выбегают местные болельщики. При полном попустительстве местных стражей порядка они начинают крушить все, что попадается на пути, избивать и Гогниева, и других футболистов «Краснодара». Арбитр принимает решение матч не доигрывать и уводит команды в подтрибунные помещения. Но и там продолжается форменный беспредел. Как свидетельствуют многочисленные источники, полицейские в течение 15 минут избивали Гогниева дубинками, сломали ему несколько ребер, грудную клетку, повредили легкое, о чем уже есть медицинское освидетельствование, зафиксировавшее факт травм и многочисленных гематом, вызванных побоями.

Ясно, что замолчать подобный произвол не получится. И ясно, что стадион будет дисквалифицирован на какой-то срок. В любом случае по вине хозяев матч не был доигран, значит, и техническое «0:3» присудят. Только толку-то? Что-то реально изменится? Кто-то перестанет кормить нас сказками про наступивший футбольный рай на Кавказе и ни с чем не сравнимый уровень безопасности? Если уж ее нельзя обеспечить для игрока, то что говорить о болельщиках…

Вопрос, разумеется, риторический.

Команда час сидит в раздевалке после игры, потому что боится выйти. Команда летит самолетом до Ростова, а там пересаживается в автобус, чтобы доехать до Краснодара, потому что ехать по Чечне на автобусе не решается. Нам нужен такой футбол? Нам нужна такая безопасность? Когда на трибунах будет литься кровь, поздно будет что-то решать.

Я был самым убежденным противником бойкота болельщиками выездных матчей на Кавказ, против деления нашего общероссийского чемпионата на региональные турниры, но, видимо, без этого уже не обойтись. В конце концов, нет же единого чемпионата Бразилии, а есть чемпионаты штатов. Но никто не скажет, что это ставит под угрозу будущее бразильского футбола.

Благодарности

Наталье, самой любимой и терпеливой, и всей моей семье, с благодарностью за все.

Спасибо вице-губернатору Санкт-Петербурга Василию Николаевичу Кичеджи за поддержку.

Спасибо Ирине Поляковой, Вячеславу Дубовицкому, Павлу Гусеву, Айдеру Муждабаеву, Алексею Лебедеву, Александру Гаврилову.

Коллегам-журналистам, а также слушателям «Радио Спорт», читателям моих книг и статей – с благодарностью.

Иллюстрации

Самый волнительный миг российского футбола. Отсутствие побед в крупных турнирах компенсируется ожиданием будущей победы – на чемпионате мира-2018. Президент ФИФА Йозеф Блаттер 2 декабря 2010 года вскрывает конверт с именем страны-хозяйки чемпионата

Довольным главу Российского футбольного союза Сергея Фурсенко можно увидеть не так часто. Особенно если в этот момент рядом находятся раздражающие его журналисты. Очевидно, что этот момент – редкое исключение

Красивой игры сборной он не привил, но пока необходимый результат обеспечил. Маленький генерал российского футбола Дик Адвокат и вечно находящийся в тени «серый кардинал» – его неизменный помощник Берт ванн Линген

Несмотря на многочисленные обвинения в тайных занятиях агентской деятельностью, президенту РФПЛ Сергею Прядкину волноваться не за что: «крыша» у него серьезная. Дружбы с Сергеем Фурсенко достаточно для того, чтобы за теплое место и за свой бизнес не переживать

Валерий Газзаев всегда готов вспомнить игроцкое прошлое

Кому-то может показаться, что бывший глава РФС Вячеслав Колосков постарел, отошел от дел… Но это иллюзия: когда надо наладить закулисные связи с сильными мира сего в международных структурах, о Вячеславе Ивановиче сразу же вспоминают

Один из самых изысканных франтов питерского футбольного пространства – тренер «Зенита» Лучано Спаллетти

Добрые отношения у Александра Анюкова складываются только с партнерами по «Зениту»

Юрий Красножан ушел из «Локомотива» с непонятной формулировкой «за допущенные упущения в работе», но футбольные власти о нем не забыли: специально под него тут же создали непонятный проект второй сборной России

Выход первого издания книги «Футбол убьет Россию» взорвал весь спортивный мир.

Братья Кпичко с книгой Николая Яременко

Омари Тетрадзе – тренер, покидающий клубы при загадочных обстоятельствах. Он ушел из «Анжи» после первого же тура. Уволился из «Волги» сразу после озвученного им же решения разобраться с футболистами, играющими странные матчи

Он всегда в центре внимания: то в связи с вечным желанием спортивных функционеров выдать ему российский паспорт, то в связи с многочисленными стыками с вратарями. Веллитон, лидер спартаковских атак

Женщинам он, говорят, нравится. Харизматичен, темпераментен. Журналисты пока понять не могут, зачем Роберто Розетти приехал в Россию. Внешне в судейском корпусе не изменилось ровным счетом ничего

Редкий случай. Валерий Карпин не говорит, что судьи судили предвзято, что игроки играли плохо. Гендиректор и тренер в одном лице доволен!

Человек-твиттераст Роман Широков на поле в отборочном цикле боролся. Напряженный момент в матче с командой-открытием-2011 – сборной Армении

Не каждый мяч слушается вратаря номер один Игоря Акинфеева

Дмитрий Булыкин готов выходить на замену и за сборную. Но Дик Адвокат его не позовет никогда, сколько бы мячей тот ни забивал за свой клуб. Как рассказывают знающие люди, между ними произошло «нечто личное»

Aлy Алханов в течение года возглавлял одно из самых бессмысленных образований нового РФС – комитет по этике. Кроме нескольких ничтожных скандалов, ничем больше эта работа не ознаменовалась

Когда-то Станислав Сухина считался одним из самых перспективных и талантливых арбитров. Сегодня ему не так просто отмыться от постоянных обвинений в коррупции

Андрей Аршавин все реже выходит на поле в своем «Арсенале». Да и когда появляется в основе, убедительной игры не показывает. Пик карьеры розовощекого капитана российской сборной остался в прошлом

Главный агент российского футбола Константин Сарсания. Не получилось у него ни с «Химками», ни с «Факелом», но на плаву он остается всегда

В матче со «звездами» играли только Рамзан Кадыров и Диего Марадона. Ну как не подарить праздник первому лицу неспокойной республики? Остальные действующие лица на поле почти не двигались

Трезвый взгляд Николая Толстых. Один из самых активных оппозиционеров курсу Фурсенко был грубо выброшен на футбольную обочину

В «Спартаке» долго перебирали колоду вратарей. Наконец, выпал козырь – Андрей Дикань

Первые шаги по чеченской земле. Пребывание звезды мирового футбола Руда Гуллита в России начиналось красиво и многообещающе. Но в марте никто не мог предположить, что уже в апреле – мае стороны будут искать пути скорейшего расставания

Павлюченко в сборную все еще приглашают, хотя, по сути, он более или менее качественно сыграл только один матч – со сборной Армении. В целом же его будущее в сборной под большим вопросом

Главная леди российского футбола – Ольга Смородская

Когда-то многообещающий молодой футболист, Алан Дзагоев сегодня стал лишь «одним из»…

Полузащитник московского «Динамо» Александр Самедов провёл в 2011-м яркий сезон, но почти до самого конца года Дик Адвокат его не замечал

2011 год стал во многом годом Малафеева. Потеряв супругу в страшной автокатастрофе, он смог продолжить играть, не сломался психологически, а в сборной все четыре матча отстоял «на ноль»

«Болотный футбол» – не просто метафоричное обозначение качества российского футбола. Стадион в Самаре раз за разом походит на настоящее болото. И никто не собирается ситуацию исправлять

Если вас хотят послать в российском футболе «на три буквы», то вариантов много: РФС, ФНЛ… Но самый изощренный адрес – это КДК Глава Контрольно-дисциплинарного комитета Владимир Катков. Почти каждое решение, выходящее из-под его пера, обречено на взрыв эмоций со стороны тренеров и болельщиков

Content

Яременко Николай Николаевич Вся подноготная футбола. АНТИэнциклопедия народной игры (сборник)

Николай Николаевич Яременко Вся подноготная футбола. АНТИэнциклопедия народной игры

Футбол убьет Россию. Народная игра в рублях, договорняках и взятках

0:1 Пока мяч в центре поля…

0:2 Цена победы

0:3 Как мы обманывали ФИФА

0:4 Как мы строим стадионы

0:5 Футбольная инфраструктура: печальное настоящее и туманное будущее

0:6 Кто будет талисманом чемпионата мираа2018?

0:7 Договорные отношения

0:8 Волжские договорняки

0:9 Спортивный принцип умер. Время жить «по понятиям»

0:10 Кто платит за наш футбол?

0:11 Инопланетяне на марше

0:12 Мутко или Фурсенко

0:13 Питер или Москва

0:14 Главное – правильно встретить: об истоках судейского произвола

0:15 Они делают черное дело

0:16 Листая календарь «полторашки»

0:17 Молодежка

0:18 Заговор против «Зенита»: когда и как уйдет Спаллетти?

0:19 Корпоратив «Газпрома»: нескромные зарплаты

0:20 Российский чемпионат: бетааверсия от Фурсенко

0:21 ФК «Кубань» – футбольная Кущевка

0:22 Карпин

0:23 Полуночница Смородская

0:24 Кто виноват, что гибнут спортсмены?

0:25 Куда идет сегодняшний спорт?

0:26 Теория завтрака фром май харт

0:27 Церемония упадка

0:28 Почему Анюкова я называю животным?

0:29 Легко ли всегда говорить правду

0:30 Унылая осеньь2010: как заканчивался последний сезон «весна – осень»

0:31 Порвемся за Россию: Кодекс чести и презервативы от РФС

0:32 Система «зима – зима»

0:33 Ксенофобия в зените: футбол и расизм – кто кого?

0:34 О торговле сборной

0:35 Армения – Катар: самый бессмысленный маршрут

0:36 Футбол импотентов

0:37 Как деградируют и «приезжанты», и «местные»

0:38 Сборная России: есть ли у нее ближайший резерв?

0:39 Розовощекий капитан

0:40 Переходы из клуба в клуб: из футбольного – в ночной

0:41 Ничего не помню, ничего не знаю

0:42 Их будущее: что ждет наших футболистов после футбола?

0:43 Дайте Валере поработать

0:44 И снова о бананах на трибуне

Футбол в 3D-скандалах: Dураки, Dеньги, Dоговорняки

0:1 Заговор против российского футбола

0:2 Навстречу будущим победам

0:3 Маленький генерал

0:4 Коррупция на марше: дело Григорьева

0:5 Операция «Чемпионатт2018»: зачистка территории

0:6 Строительные маршруты 2014–2018–2024: Сочи – чемпионат мира – Питер?

0:7 О плохих танцорах

0:8 Российские деньги в европейском футболе

0:9 По стопам Остапа Бендера: о новом центре мирового футбола

0:10 Дрессированная обезьянка Гуллит?

0:11 Иностранцев в России не ждите

0:12 Не растет смородина около депо…

0:13 Тренерская чехарда

0:14 Большие деньги большого футбола

0:15 Благополучные договорняки

016 Футбольная Россия без футбольных профессионалов

0:17 Креатив от главы РФС

0:18 Некомпетентность в квадрате

0:19 Беспредел на трибунах

0:20 Болельщики в законе

0:21 Электрошоковая терапия

0:22 На трибунах становится тише…

0:23 Инструктор Фурсенко

0:24 Финансовый fairrplay: где угодно, но не в России?

0:25 Заговор против наших стадионов?

0:26 Большой футбол в маленьких городах

0:27 Отрывной календарь чемпионата

0:28 «Выпавший» Анюков, «гламурный» Сычев, «уставший» Ааршавин…

0:29 Сбродная

0:30 Ценовые накрутки

0:31 Сборная-2: «недосборники» или версия light?

0:32 Вызовем «элитных»…

0:33 Бесконтрольно-дисциплинарный…

0:34 Дело Прядкина

0:35 Акционеры всех мастей. О хозяевах нашего футбола

0:35 Итальянский куратор российского судейского беспредела

0:36 ФИФА: Прозрачность не грозит

0:37 На пути к футболу будущего или к другому виду спорта?

0:38 Завершая «полторашку», мечтая о грядущих победах…

0:39 Про трудоголика Карпина

0:40 Грозный футбол

Благодарности

Иллюстрации