Кипарисова Елена

Прах Феникса

Что ждет тебя после смерти?

Лишь в одном можно быть уверенным,

что смерти предшествует рождение!

За рождением следует смерть.

И все это неизбежно.

А значит, не стоит печалиться.

Пролог

'Жить значит мыслить' - однажды отметил Цицерон. Разве можно с этим поспорить? Мы все мечтаем о бессмертии. Мы все мечтаем победить смерть. Но что если Она не является прямой противоположностью жизни? Что если за гранью нас ждет нечто большее? Нечто, отчего наше прошлое существование покажется только игрой, жалким подобием? Будем ли мы счастливы? Победив смерть, чего мы добьемся? Второго шанса? А может только очередную судьбу, которая принесет лишь новые проблемы? Жизнь после смерти... А стоит ли она того?

- Больше мне не звони! - кричала я в трубку, даже не волнуясь, что шум разбудит домочадцев. Сейчас меня действительно мало что волновало, кроме очередной ссоры с Димой. - Я разве неясно изъясняюсь? Чертов бабник. Не хочу больше слышать твой мерзкий голос.

- Милая, давай ты успокоишься, - раздраженно отвечал парень. - Ты сейчас ни в себе, а когда завтра мы увидимся, то сможем поговорить как разумные люди.

- Засунь свой разум знаешь куда. Нужно было думать до того, как облизывать Жанну у меня на глазах!

- Ты все не так поняла...

- О, неужели, - прошипела я. - И то, как ты мял ее грудь мне тоже привиделось? Думаешь, мне стоит сходить к окулисту?

На другом конце стояла тишина. Ну, наконец-то ему нечего было сказать. А я уж подумала, что этот разговор никогда не закончится.

- Мы обсудим все завтра, когда ты отойдешь, - спокойно произнес Дима.

- Нет. Мы не будем говорить ни завтра, ни послезавтра. Никогда. Ты совсем дебил или только притворяешься? Сегодня День Всех Влюбленных. Я как идиотка готовилась к нему неделю, чтобы тебе угодить, а что ты? Не мог подождать до завтра? Нужно было уложить эту крашенную стерву именно сегодня? Прямо на столе? У меня на глазах?

- Ничего не было.

- Не звони мне больше, - из последних сил произнесла я. - И лучше не попадайся мне на глаза. Иначе за твое здоровье я не отвечаю. Сначала оторву тебе голову, а потом засуну в одно очень тесное место. И скажу, что так и было.

Я сбросила вызов, а после телефон со всей силы полетел в противоположную стену. Удар и он разлетелся десятком осколков. Ну, вот теперь из-за этого бабника я лишилась своего родного сотового. Что за день.

Не в силах больше сдерживать эмоции, я разрыдалась. Мне стало невероятно жалко себя, глупую дурочку, которой парень изменил прямо в День Святого Валентина. Какая ирония. Два года жизни коту под хвост. А я еще строила на него какие-то планы. Как же мерзко было на душе. Об меня словно сначала вытерли ноги, затем помыли пол, а под конец кинули в унитаз освежиться.

Хотелось стереть этот день из памяти, а лучше вычеркнуть Диму из своей жизни без права возвращения. Как в компьютере: удалить и очистить корзину. Если бы я знала все раньше... Хотя нет. Все бесполезно. Я поступила бы точно также. Идиотка. Как только мне не удалось заметить тот момент, когда из нормального адекватного человека я превратилась в одну из этих эмоциональных девиц, рыдающих из-за разрыва с парнем. Нужно собраться.

Нехотя я встала с кровати и вытерла слезы тыльной стороной ладони. Никто не должен видеть минуты моей слабости. Это слишком большая роскошь.

- Да пошел он к черту, - вслух произнесла я, закрываясь в ванной. - Я тебе еще устрою 'сладкую жизнь'. Ты будешь молить о пощаде. А твоя шлюшка взвоет. Вы еще не знаете, с кем связались.

В зеркало на меня смотрела девушка с заплывшими от слез глазами и красным распухшим лицом. Я никогда не видела себя такой. Слабой, сломленной, беззащитной. Что он только со мной сделал. Холодная вода слегка привела меня в чувство, но горький комок так и застрял в груди, ожидая подходящего момента, чтобы вновь довести меня до слез. Нет, сегодня я хочу просто уснуть. Без сновидений и не просыпаясь в холодном поту.

В шкафчике за зеркалом маме всегда хранила снотворное, только раньше мне не приходилось прибегать к столь радикальным мерам. Сегодня особый случай. День моего падения. Да здравствует День Всех Влюбленных!

Я высыпала на ладонь две белые капсулы. Этой дозы будет достаточно, чтобы не проснуться до самого утра и не слышать, как ругаются родители, по дороге на работу угрожаю друг другу разводом. А завтра можно будет начать новую жизнь. С чистого листа.

Забравшись в постель, я блаженно закрыла глаза. Главное не вспоминать об увиденном сегодня. Об этом изменнике и его новой пассии. О том, как он обнимал ее. Как она стонала под ним. Черт, черт, черт.

До того момента как сон наконец победил, перед глазами как в замедленной съемке всплывали эти отвратительные картины снова и снова. Воспаленное сознание. Я была рада сну. Глубокому, тягучему и вязкому словно смола, сковавшему меня и убедившему забыться.

Глава 1

Над головой поблескивало ночное небо. Я даже залюбовалась им. Звезды мерцали, складываясь в неповторимые узоры. Жаль, о созвездиях мне известно совсем немного. Нужно было слушать на уроках астрономии. Но стоп. Почему я здесь?

Тело казалось таким слабым, что подниматься совсем не хотелось. Я не чувствовала холода, честно говоря, я ничего не чувствовала. Сон? Мне с трудом удалось повернуть голову в бок. Мир перед глазами расплывался. Конечно, я же без линз. Только расплывчатые очертания, приглушенные темными красками ночи. Скорее всего, это кошмар. Многое говорило в пользу такой версии: плохая видимость, скованность в движениях, царящий вокруг сумрак. Нужно скорее проснуться. Ни о такой ночи я мечтала, поглощая снотворное.

Текли минуты, но ничего не происходило. Постепенно стали возвращаться звуки - шелест и непонятные шорохи. Надо мной гулял ветер, вот только я не чувствовала его на своей коже. Что за черт.

Я глубоко вздохнула и закашлялась. Грудную клетку сдавило словно тисками, отчего каждый глоток воздуха отдавался болью в сердце. Это не правильно. Сны не бывают столь реалистичными. Но разве действительность бывает такой?

Тело все еще казалось чужим. Оно словно онемело и никак не могло вернуться в форму. Я пошевелила рукой. Та послушалась, хоть и напоминала скорее плеть. Сон. Такое бывает, когда чувствительность возвращается постепенно.

Дурацкий сон. Я нашла в себе силы слегка приподняться. На мне было длинное белое платье из шифона, скрывающее тело полностью. Несколько слоев делали юбку невероятно пышной, так, что ноги путались в ней. Наряд вполне мог бы стать свадебным, если бы момент оказался более подходящим.

Кругом было пустынно. Я огляделась по сторонам, стараясь уловить хоть какое-то движение. Ничего. Только ветви деревьев двигались синхронно, словно переплетенные в одно большое полотно. Слишком зловеще.

Я не могла поверить своим глазам. Насколько хватало взгляда, простирались низкие каменные плиты, разбавленные высокими статуями и скупыми крестами. Кладбище. Самый странный сон в моей жизни. Мне никогда не снилось ничего подобного.

По коже пробежал холодок, принесший с собой мелкую дрожь. Память молчала. Голова казалось невероятно тяжелой, а мысли ползали как улитки. Такое бывает после ужасного похмелья, но я не помнила, чтобы пила.

Таблетки. Снотворное. Они вполне могли вызвать галлюцинации, даже такие реалистичные. Кладбище, могилы... Господи, что твориться у меня в голове. После такого всего одна дорога - к психиатру.

Мне с трудом удалось подняться на ноги. Перед глазами все кружилось и пришлось ухватиться за ближайший камень, чтобы вновь не оказаться на земле. Это было сродни тому, как подняться на Эверест. Я тяжело дышала, а боль в груди становилась нестерпимой. Что-то медленно наросло внутри, готовясь разорвать меня.

Я опустила взгляд вниз, увидев, что ступни в белых балетках увязли в рыхлой земле, пачкаясь все сильнее. Края платья уже не были столь девственно-чистыми как раньше. Длинный шлейф лежал под ногами, оплетаясь вокруг огромной змеей.

Только позже мое внимание переключилось на глубокую черную яму рядом. У ее края стоял раскрытый гроб. То, что я в первые минуты приняло за свое ложе, оказалось ничем иным как деревянным гробом! Черт! Я лежала в гробу! К горлу подступила тошнота, а ноги подкосились. Мне пришлось еще сильнее вцепиться в плиту, царапая ее ногтями.

Всего лишь дурной сон... словно мантру повторяла я вновь и вновь, пытаясь убедить себя что этот кошмар мне только сниться. Иного варианта и быть не могло.

Мне никак не удавалось собраться с мыслями. Я схватилась за голову, пытаясь вернуться к реальности, но перед глазами было все тоже мрачное кладбище. Ничего не менялось. Сколько же может продолжаться сон?

Ноги подкосились, и я не смогла удержаться, привалившись плечом к камню. Гладкий отполированный мрамор оказался очень надежным, полностью приняв тяжесть моего тела.

Мне нужно было отдышаться. Я пошевелила пальцами на руке, ногти на которых кто-то аккуратно остриг. Они казались невероятно бледными в лунном свете. Чувствительность к ним так и не вернулась. Мне хотелось кричать от бессилия. Почему все так? Что со мной произошло. Только позже я поняла, что капли, катящиеся по щекам и падающие вниз на темную землю, были моими слезами. Пустыми, бессознательными. Я совсем не любила плакать.

Почему этот сон не отпускает меня? Страшно. Но разве я не должна была уже проснуться? Чувствовалась необходимость действовать, иначе это обещало превратиться в бесконечный кошмар.

Я осторожно коснулась руки, но ничего не почувствовала. Даже когда пальцы судорожно сжали кожу, ничего не произошло. Сон. Только сон. Но мне поскорее стоило проснуться. Вокруг поднялся ветер, белым облаком взметнув вверх мое платье, на несколько секунд скрыв меня от посторонних глаз. Миг и все успокоилось.

Мне удалось встать на колени, оперевшись о землю обеими руками. Мир пошатнулся, но вскоре вернулся в норму. Скосив глаза в сторону, я наконец сосредоточилась на сером гладком камне, что так верно служил мне опорой. Обычная могильная плита. Эпитафия едва была различима при столь слабом свете. Мне пришлось приблизиться к ней почти вплотную, чтобы разобрать блеклые ровные строчки.

Диана Мережкова

1988-2011

Почившая здесь красота пришла

Других существ на свет настолько краше,

Что смерть, с кем естество враждует наше

Для дружбы с ним, ей жизнь оборвала.

Мне пришлось снова и снова перечитать написанное, но сознание отказывалось принимать это. Моя могила. Я сидела на краю глубокого провала, в котором должно было покоиться мое тело.

Кладбище. Могильная плита. Эпитафия. Страшный сон.

Я отшатнулась, практически упав на спину. Мне хотелось проснуться как можно скорее. Оборвать этот сон, но ничего не выходило. Мне удавалось контролировать происходящее. Казалось, стало даже темнее, и тени резко надвинулись на меня, прижимая к самой земле.

Слезы лились рекой, а глубоко в груди зародился крик. Где конец этому кошмару? Я пыталась встать на ноги, но они совсем не слушались. Мне пришлось ползти, сдирая руки в кровь, пачкаясь в грязи. Но конца не было видно.

Мне кажется, что я пыталась кричать, но на свет не появилось ни звука. Тишина. У меня больше не было голоса. Добравшись до ближайшей ограды, я схватилась обеими руками за чугунные прутья и подтянулась. В итоге мне удалось встать на ноги и шаткой походкой двинуться вперед. Меня кидало из стороны в сторону, так, что приходилось держаться за надгробия, чтобы вновь не оказаться беспомощно распростертой на земле.

Я не разбирала дороги. Главное было не останавливаться, потому что силы были на исходе. Каждый шаг мне приходилось делать через силу. Я мечтала, чтобы этот кошмар оставил меня. Сама атмосфера давила на нервы, уговаривая сдаться. Но мне не хотелось проигрывать. Вот только кому, я так и не понимала.

Впереди замелькал яркий огонек, перепрыгивающий с одной могилы на другую. Луч фонаря. Он казался таким призрачным в царившем мраке. Луч надежды. Мне хотелось верить в спасение.

Почти инстинктивно я направилась туда, где играл бледный шар света. Мир начал исчезать, ослепленный огромными желтыми кругами. Мне пришлось остановиться, потому что сознание начало таять, готовое в любую секунду оставить меня одну в темноте.

Кто-то был совсем рядом. Я могла слышать его спокойный размеренные шаги, тихое бормотание, тяжелый вдох, когда он затягивался сигаретой. Окно света было так близко, что почти подходя ко мне вплотную. Наконец луч медленно скользнул по мне, а потом, задрожав, ушел в сторону. Высокая фигура застыла.

Я боялась пошевелиться, хватаясь за грубый мрамор высокой статуи ангела. Любое движение мне было не под силу. Еще шаг и я не смогла бы удержаться на ногах. Но мне никто не собирался помогать. Очень медленно человек передо мной стал пятиться назад, не говоря ни слова. Из последних сил я протянула к нему руку, но он не остановился. Резко развернувшись, фигура исчезла среди могил.

Мне хотелось закричать, позвать на помощь, но голоса не было. Только жалкий хрип, проглоченный порывом ветра. Я вновь осталась одна в своем кошмаре. Потерянная и сломленная. У меня больше не было сил бороться. Ноги подкосились, и я очень медленно сползла на землю, царапая спину о холодный мрамор памятника.

Вот и все. Это конец. Мне не выбраться из этого сна. У меня же совсем не осталось сил.

Я закрыла глаза, признавая свое поражение. Самое время было проснуться, но до меня все также доносился отчаянный шум ветра, легкий шелест листвы над головой и что-то еще... темное, древнее, облюбовавшее это место для своего дома. Я действительно была на кладбище, но так и не поняла, кто играет со мной столь страшную шутку. Человек? Или все-таки сознание?

- Вот ты где, - голос вырвал меня из бездны забвения, но все, что я могла сделать, так это медленно открыть глаза.

Тени стали обретать очертания, но детали так и не проступили. Все кругом оказалось столь же размытым и нечетким, как я и успела запомнить. Но теперь что-то изменилось. Высокая фигура скрывала от меня лунный диск, нависнув надо мной и погружая во тьму, поглощая любой проблеск света. Одна большая мрачная тень.

Я не могла говорить, не могло пошевелиться. Мне оставалось только смотреть на него, надеясь, что пытке придет конец. Но фигура рядом тоже молчала. Это был не тот человек, обыскивающий кладбище с фонарем. В этот чувствовалась какая-то неуловимая сила и... опасность. Вероятно, это оказалось только начало моего кошмарного сна.

- А ты шустрая, - зловеще расхохотался он. - У меня такое впервые. Только пошел за машиной, а тебя и след простыл. Не хорошо оставлять место своего погребения.

Мне удалось моргнуть, убирая вновь набежавшие слезы, скопившиеся в уголках глаз. Я была совершенно беспомощна перед мужчиной, и он не показался мне спасителем, скорее палачом, пришедшем закончить начатое.

В голове крутилось так много вопросов, но ни один из них не мог пробиться на свободу. Мне оставалось только ждать, пряча свой страх глубоко внутри.

Незнакомец заметил, что я никак не реагирую на его слова и, подойдя ближе, присел рядом со мной на корточки. Наконец я могла разглядеть его. Бледная кожа, казалось, светилась изнутри, когда лунный свет падал на нее. Бледное, но довольно юное лицо цепляло взгляд, не позволяя оторваться. Но длинные, по плечи, прямые черные волосы падали непослушными прядями, почти полностью скрывая его. Резкие черты лица делали мужчину серьезным и сосредоточенным. В нем не было и капли мягкости, только живая холодная ярость. Темные в сумерках глаза смотрели сосредоточенно, будто видели насквозь. Темная густая бровь медленно поползла вверх, а потом мужчина улыбнулся, показав маленькую ямочку на щеке, которая совсем не вязалась с мрачным образом, который я уже успела нарисовать в своем сознании.

- Ну что, малышка, пойдем домой?

Дом. Я так хотела вновь оказаться рядом с родителями, подальше от этих зловещих могил. Но разве он мог знать, где мой дом?

Незнакомец все с тем же любопытством разглядывал меня оценивающим взглядом, слегка кривя губы. Его рука с длинными пальцами, скрытая черной кожаной байкерской перчаткой, взметнулась вверх и осторожно поправила волосы у моего лица, случайно задев щеку. Его прикосновение было похоже на разряд тока, прошедший сквозь меня и затихший в земле.

- Ты такая грустная, - медленно протянул он, растягивая буквы. Голос завораживал своей мелодичностью. - А где же море радости? Твоя новая жизнь уже стучится в твою дверь, а я первый, кто поздравит тебя с этим.

Я все еще молчала, ожидая, что он будет делать дальше. Мне хотелось понять, вникнуть в смысл этих слов, но он ускользал, оставляя меня ни с чем.

- А почему мы молчим? - продолжил незнакомец, демонстративно наклонив голову в сторону, словно разговаривал с маленьким ребенком. - Мы чем-то недовольны? Ну что ты, совсем не нужно плакать. Мы же все-таки не на похоронах, - он засмеялся своей шутке, и, помедлив, поправил мое платье, которое успело превратиться в обычную грязную тряпку.

- Не хочешь со мной общаться? А ведь это не я разгуливал по кладбищу и пугал местного сторожа, а ты дорогуша. Все могло закончиться куда как хуже. Решила поиграть в зомби? Что ж, поздравляю, тебе это удалось, - казалось, его совсем не заботило, что я не отвечаю.

С каждой секундой мне становилось все сложнее удерживать себя, чтобы не потерять сознание. Даже его слова сейчас были гулкими и тихими, словно доносились из глубоко колодца.

- Ну же, Диана, - мужчина схватил меня за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза. Теперь они не казались столь темными как раньше. Нас разделяло всего несколько сантиметров и мне удалось уловить бежево-медовые искры в его радужке. - Обычно девушки реагируют на меня иначе. Что же с тобой не так. Неужели так очарована? Как ты себя чувствуешь?

Я лишь моргнула, почти поддавшись темноте, что тянула меня из этого кошмара. Совсем ослабев, мое тело покачнулось и медленно стало клониться к земле. Единственное, что спасло меня от падения, был незнакомец, резко перехвативший меня за талию и прижавший к себе.

- Вот черт, - возмутился он, слегка приподнимая меня и прощупывая пульс. - Только мы встретились и с тобой уже такие проблемы. Ну почему мне так не везет. Чувствую, с тобой я еще намучаюсь. Припомни мои слова. Ненавижу свою работу.

Его рука грубо касалась моей кожи, переходя от шеи и ниже. От каждого прикосновения шел электрический удар, выводящий меня из транса. Я откинула голову назад, обмякнув в его объятьях. Дышать уже не удавалось. Мои легкие окаменели, из горла вырывались только жалкие всхлипы. По щекам ручьями лились слезы. В голове билась лишь одна мысль - Это конец...

- Ну почему ты не дождалась меня? Теперь довольна? - причитал мужчина, укладывая меня на землю. - Какого черта тебе приспичило прогуляться? Не могла спокойно улежать в своем уютном маленьком гробике? Тебя же могли увидеть! Пардон, тебя и так увидели. А ты хоть знаешь, сколько времени я потратил, выкапывая тебя? Дерьмо. Ты усложняешь мне жизнь, девочка. Я как идиот бегал по кладбище, разыскивая твое тело. Думал, его уже кто-то стащил. А ты оказывается у нас сама не промах.

Он посмотрел мне в глаза, проверяя зрачки.

- Тебе обязательно нужно было довести себя до такого? Как же меня достала эта жизнь.

Мужчина снял кожаную куртку и укрыл меня ею. Но мне не стало теплее. Даже в таком бессознательном состояние я не могла не оценить его мускулистый торс, обтянутый простой светлой футболкой. Незнакомец навис надо мной, и на его руках выступили вены, а шея напряглась.

- Придется прибегнуть к крайним мерам, золотко, - он улыбнулся и достал из-за пояса маленький кортик, сверкнувший от бледной луны. Не медля, мужчина занес его над моей грудью, и прежде чем я успела остановить его, вонзил клинок в самое сердце.

Мир потускнел и начал кружиться. Я не чувствовала той боли, которой ожидала, но что-то холодное раздирало мое сердце, которое замерло в ужасе.

Почти в ту же секунду он вынул нож и отбросил его в сторону. Белое платье было порвано на груди, но я не видела крови, которая должна литься рекой при такой ране. Лишь разорванные края ткани стали слегка темнее. Но мне все еще не суждено было умереть. Я забывала, что это всего-навсего сон, из которого не было выхода.

Незнакомец поднес свою руку к губам, а через секунду опустил, удерживая над моей грудью. Тонкая багряная полоса спускалась по его запястью и ладони, тяжелыми каплями падая на мою рану. Кровь. Я бы закричала, если смогла, но лишь спокойно лежала, наблюдая за умиротворенным лицом мужчины, пока он следил, как заполняется прорез в моей груди.

Почему я до сих пор в сознании? Сколько будет продолжаться этот кошмар?

Мужчина был красив и в тоже время зловещ. Тонкие черты лица можно было назвать даже аристократическими, но сильное тело выдавало в нем бойца. Как долго он будет мучить меня? В какую игру он играет?

Как ни странно, но я почувствовала тепло, растекающееся от самого сердца дальше по венам. Словно жизнь снова наполняла меня. Я встретила его кровь как долгожданное лекарство.

- Ну что, малышка? Вижу тебе лучше, - наконец заговорил незнакомец. - Цени мою щедрость, ведь я не всегда столь добр. Но ты мне чем-то приглянулась. Хотя нет. Здесь совсем другое. Пройди твое возрождение не так, мне пришлось бы отвечать за это своей головой. Ты с первого дня решила подставить меня? Учти, у нас впереди еще очень много времени, чтобы узнать друг друга получше.

Мне нечего было ответить, и я не думала, что вообще смогу вновь говорить. Я слышала его голос, но слова казались пустым звуком, странной мелодией, удерживающей меня в сознании. Мы были все на том же кладбище, но что-то кардинально изменилось. Страха больше не было. Существовали только он и я, и ничего вокруг. Странное притяжение. Все постороннее исчезло, стирая из памяти пережитый кошмар.

Мужчина посмотрел мне в глаза и улыбнулся. Легко и мягко.

- Ты голодна, крошка. Придется потратить на тебя немало времени, а еще больше... крови, - он сделал паузы, ожидая моей реакции, но ее не последовало. Я была словно одурманена, не видя ничего кроме его лица, наполовину скрытого черными прядями волос. Даже когда он поднес свою окровавленную руку к моим губам, мне не хотелось сопротивляться. Тонкий багряный ручеек проскользнул в мой рот и его вкус заставил меня зажмуриться. Это было как взрыв, от которого мое тело предательски задрожало. Терпкая словно вино, его кровь сводила с ума, заставляя меня желать большего. Я делала осторожные, но жадные глотки, а перед глазами плясали алые круги, уносящие меня все дальше и дальше от происходящего. Только дурной сон. Странный кошмар. Наконец настала темнота.

Глава 2

- Проснулась, принцесса?

Я полулежала на удобном мягком сиденье. Машина слабо урчала, мчась вперед и разрезая густую темноту яркими фарами. Мой незнакомец куда-то вез меня. А я то уже надеялась проснуться дома в теплой кровати. Увы, моей мечте не суждено было сбыться. Кошмар продолжался и даже набирал обороты.

- Ты вообще умеешь разговаривать? - продолжил мужчина, вжимая педаль газа в пол. - Ты не подумай, я в восторге от молчуний, но мы как-то должны общаться. Я должен быть уверен, что ты меня вообще понимаешь. Ну, так как?

Мне не хотелось ему отвечать. Это был уже не сон. Я прекрасно ощущала скорость, с которой мы неслись по магистрали, от нее даже закладывало уши. Кресло слегка вибрировало подо мной, расслабляя еще сильнее.

Руки незнакомца крепко сжимали руль, в повороты он входил резко, отчаянно. От этого меня кидала из стороны в сторону, относя то к окну, то навстречу моему похитителю. Тот не обращал на это внимание, полностью сосредоточившись на дороге. Но можно было заметить, что краем глаза он все равно следил за мной.

Нужно было бежать. Моя рука почти кинулась к ручке двери, но выпрыгивать на ходу было дурацкой идеей. Скорость была огромной, почти космической. От череды уличных огней вдоль дороги зарябило в глазах, а к горлу подступила тошнота. Я разобьюсь насмерть, если выброшусь из машины. Глупая смерть. Он не получит от меня такого подарка.

- Кто ты? - наконец решилась спросить я.

- О чудо, она заговорила, - рассмеялся мужчина, бросив на меня хитрый взгляд. - А главное, какой важный вопрос. Разве не стоило задать его до того, как лакать мою драгоценную кровь?

- Это сон...

- Нет. Ты должна была уже выспаться за такое-то время. Я думал ты в конце вообще не очнешься, моя принцесса.

- О чем вы? - мне не хотелось продолжать эту игру. - Я хочу домой. Остановите машину.

- Мы и едем домой, - мягко ответил незнакомец. - Расслабься. Мы почти на месте.

- Куда? - мы явно были уже за пределами города, а это означало, что ничего хорошего из нашего путешествия выйти не могло.

- Увидишь. Тебе понравится.

- Выпустите меня, я же ничего вам не сделала. Мои родители не смогут заплатить выкуп, у нас нет таких денег.

- Мне не нужны твои деньги.

- Тогда что?

- Ты сама, - резко бросил мужчина и на секунду оторвал свой взгляд от дороги, желая увидеть мою реакции. - Страшно?

Скачок адреналина выбил меня из колеи, отключив чувство самосохранения. И как только незнакомец отвернулся, я дернула ручку двери на себя. Та распахнулась, потянув меня за собой. Сильный поток ветра ударил в лицо, плотный как каменная стена, совсем забрав дыхание. Асфальт был так близко, что я уже приготовилась к смерти, но машина вильнула, и что-то с нечеловеческой силой схватило меня, втянув обратно в салон автомобиля.

- Ты совсем идиотка? - орал мужчина, удерживая меня одной рукой, а другой, пытаясь направить автомобиль к обочине. - Ну почему мне так везет на припадочных.

Машина замерла, а он все не отпускал меня. Я видела, как потемнел его взгляд, сосредоточенный на приборной панели. Незнакомец делал все, чтобы не смотреть на меня, сдерживая кипящую внутри ярость. Мне оставалось только ждать, надеясь, что похититель не убьет меня прямо сейчас. Я закрыла в страхе глаза, прислушиваясь к его прерывистому дыханию.

- Закрой дверь, - холодно произнес мужчина, усиливая захват на моей руке. - Сейчас же.

Я послушалась, сделав так, как он потребовал. Громкий щелчок и в салоне вновь повисла тишина. Еще один и все двери в машине оказались заперты. В воздухе словно чувствовалась гроза, затишье перед настоящей бурей. Но моим ожиданиям к счастью не суждено было оправдаться.

- А сейчас пристегнись и будь умницей.

Мои руки дрожали, но мне все же удалось найти ремень и притянуть его к себе. Только когда с этим было покончено, незнакомец отпустил меня и глубоко вздохнул. Похоже, самый страшный момент миновал, и я еще поживу.

Он вновь завел машину и сразу же набрал прежнюю скорость. Мир опять превратился в один расплывчатый туннель, ведущий меня в неизвестное.

- Еще один такой сюрприз, и остаток пути проведешь в багажнике, связанная по рукам и ногам, - спокойно произнес мужчина, будто мы разговаривали о погоде, а не моем похищение. - И не надейся, что я шучу.

Он помолчал.

- Я не слышу твоего ответа.

- Все понятно, - пришлось мне ответить, а в голове уже крутился очередной план побега. Оставаться рядом с похитителем совсем не хотелось.

Мужчина слегка сбросил скорость, и я успела заметить, что мы въезжаем в какой-то закрытый поселок, совсем мне неизвестный. Дела были плохи, чего и следовало ожидать. Разве я рассчитывала на шикарный замок? На этом мои мысли прервались, возглас удивления застрял в горле.

Мы подъехали к высокому особняку, занимавшему все пространство до самого леса. Пять этажей уходили ввысь и терялись в ночном небе. Лишь в одном окне мерцал слабый свет, вероятно от свечи. Остальная часть дома была мертва.

В предрассветных сумерках угадывались только его очертания: резкие грани крыши, остроконечные башни, одна выше другой, с тонкими шпилями и даже тяжелая лепка на окнах. Песочно-серый, он совсем бы потерялся в пространстве, если бы не багряная в сумерках крыша. Сказочный замок. В таком обычно долго и счастливо живут король с королевой, а не чудовища. Вполне возможно, что я ошибалась, но времени выяснять это просто не было. Что-то мне подсказывало, что лишь однажды войдя, мне не суждено будет вернуться.

Я не слышала, чтобы в окрестностях города стояло что-то подобное, а значит, он успел довольно далеко увезти меня от дома. Ночь подходила к концу, мы пробыли в пути не меньше трех-четырех часов, а, учитывая скорость, с которой гнал мой похититель, это мог быть другой конец страны.

Меня захлестнуло отчаяние, вот только время для этого оказалось совсем неподходящим. Вопрос о моей жизни еще никогда не стоял так остро, а ждать когда незнакомец примет за меня решенье, не было хорошей идеей.

- Выходи, - проговорил он, уже открывая дверцу с моей стороны.

Я отстегнула ремень безопасности и встала рядом с ним. Голова закружилась, и мужчина подхватил меня за талию, удерживая от падения. Вновь эта слабость.

- Вот мы и приехали, малышка. Ты, я погляжу, совсем расклеилась. Может понести тебя на руках, солнце?

Мне пришлось отказаться. Это не входило в мои планы. Сейчас мне могли понадобиться все силы и вся удача, которыми наделил меня сам Бог. Я боялась, что этого могло оказаться мало. Оставалось лишь дождаться подходящего момента. Он не заставил себя ждать.

Как только мужчина немного расслабился и убрал руку с моей талии, я сделала шаг вперед и резко ударила его локтем в солнечное сплетение. Сила оказалась достаточной, что выбить его из равновесия. Незнакомец пошатнулся от неожиданности и стал падать на землю. Не дожидаясь окончания этой сцены, я кинулась вперед, туда, где мелькала плотная крона деревьев. Оставалось лишь надеться, что этой форы мне хватит, чтобы спрятаться в лесу. Но я ошиблась.

Ноги после длительной поездки до сих пор оставались словно ватные, а тело непомерно тяжелым. Это походило на сон, когда, даже прилагая нечеловеческие усилия, убежать от преследователя не удается.

Меня тянуло к земле, а расстояние до ближайших деревьев так и не сокращалось. Я не хотела проигрывать, но уже понимала, что мужчине не составит труда догнать меня. Все было напрасным.

Не заметив на своем пути булыжник, я споткнулась и упала на землю. В ту же минуту незнакомец настиг меня, железной хваткой поймав за щиколотку и потянув назад. Я хрипло закричала, пытаясь ударить его свободной ногой, но он ловко перехватил и ее. Резко дернув, мужчина перевернул меня на спину, неожиданно оказавшись сверху. Вот и все. Конец.

Наши лица разделяло каких-то пять сантиметров. Я чувствовала на своей коже его горящее дыхание, а карие глаза смотрели на меня с дикой яростью. Он всем телом вжимался в меня, совсем не позволяя сделать глубокий вздох. Теперь я прекрасно понимала, что совсем недооценила его. Незнакомец был огромен. Высокий рост, развитая, даже в определенном смысле чересчур, мускулатура. Было глупо надеться, что мне удастся его победить. Я оказалась в плену, из которого не было пути назад. Его власть надо мной была практически безграничной. Настал момент это признать.

- Разве мы не обсуждали это с тобой, дите, - запыхавшись, проговорил мой преследователь мрачным голосом. - Или ты не приняла мои угрозы всерьез? Весьма непроницательно с твоей стороны. Но ты большая девочка и знаешь, что за свои ошибки приходится расплачиваться, порой очень жестоко. Ты готова к этому?

- Нет, - честно ответила я, пытаясь увернуться от его пристального взгляда. - Просто отпустите меня.

- Ты смеешь мне указывать?

- Я никому ничего не скажу. Просто отпустите меня, и мы все забудем, словно ничего и не было.

- Сожалею, - усмехнулся он, почти нежно проводя пальцем по моей скуле. - Назад пути нет, так что давай вести себя как взрослые люди. Бежать некуда, кричать бесполезно, бороться тебе не хватит сил. Я понятно объясняю?

- Что вам нужно?

- От тебя? Довольно многое. Чтобы ты была хорошей девочкой и не совершала больше глупостей, слушалась меня во всем, ценила и даже боготворила. Поверь, я этого заслуживаю.

- Мне нечего вам дать, - прошептала я, боясь пошевелиться. - Не убивайте меня, пожалуйста.

- Боюсь, с этим ты немного опоздала, - усмехнулся незнакомец, вновь продемонстрировав ямочку на щеке.

- О чем вы?

- Так ты еще не догадалась? Тяжелый случай. Не люблю такие ситуации. Обычно мои подопечные сами складывают события в логическую цепочку. Что, по-твоему, произошло на кладбище?

- Я не знаю, - пришлось признать мне. Воспоминания были туманными и обрывчатыми, словно плохая запись на кассете. Я практически ничего не помнила. - Ты похитил меня. Зачем? Мои родители ничего не смогут дать в выкуп.

- Забудь о деньгах. Почему ты оказалась на кладбище, солнце?

- Это бред. Всего лишь кошмар, - я закрыла глаза, шепотом повторяя это вновь и вновь. - Доза оказалась слишком большой, вот и все. Я скоро проснусь.

- Переборщила с наркотиками? После такого не просыпаются, крошка. Тогда как твой скромный мозг объяснит гроб и персональную могилу?

- Сон.

- Лучше скажи, как тебе моя кровь? Ты никак не могла насытиться.

Воспоминания нахлынули неожиданным приливом. Он проткнул мое сердце! Кровь багряной лентой спускающаяся по его запястью. А еще холод, сковавший все тело. Ведь так не могло быть

Я опустила взгляд на свою грудь, заметив, что платье порвано, а края потемнели. Ведь случившееся не могло оказаться правдой. Человек не способен жить с колотой раной в груди.

- Рана затянулась, - ответил мужчина, заметив ужас в моих глазах. - Не зря же я потратил на тебя столько своей крови.

- Мне это только снится, - это все, во что я верила. Кладбище, незнакомец, кровь, готический замок. Все было лишь плодом моей больной фантазии. У меня не нашлось других вариантов. Но пугало то, что сон до сих пор не заканчивался. - Это ад?

Мой похититель громко рассмеялся, слегка отклонившись от меня назад. Это было одновременно и дьявольски и завораживающе. Он вызывал у меня двояко чувство, но страх все равно побеждал.

- Самая мудрая идея за всю ночь. Ты почти попала в точку. Самый настоящий ад. Я тоже это замечал. Но думаю, с тобой мне станет веселее. В преисподней нам будет уютно рядышком друг с другом. Вот увидишь.

- Пожалуйста, не нужно... - но договорить мне не удалось, он прервал меня поцелуем, к которому я не была готова. Слишком резкий, слишком страстный, слишком напористый. Все в нем казалось слишком. Но во мне не нашлось сил, сопротивляться ему.

- Теперь ты будешь послушной девочкой? - спросил он, наконец оторвавшись от меня и облизнув нижнюю губу. - Или повторить?

Я не могла ничего ответить. Все мысли разом покинули голову, все страхи на секунду улеглись. Каким-то образом ему удалось побороть мое желание сопротивляться. Легкость наполнило тело и мне совсем не хотелось шевелиться.

Удостоверившись, что я уже никуда не убегу, мужчина встал на ноги и подал мне руку, требуя, поступить точно также. Ему пришлось почти силой поднимать меня с земли. Платье окончательно испачкалось, в волосах запутались сухие травы и комки грязи. Попытка побега того не стоила.

Он спокойно взял меня за руку и медленным шагом пошел к особняку. Мне не хотелось сопротивляться, лишь послушно следовать за ним. Мир вокруг словно стал ватным, расплываясь каждый раз, как я пыталась рассмотреть его лучше. Этот мужчина стал единственным, кто оставался столь же реальным, как и раньше.

Соображала ли я хоть что-то в тот миг? Скорее всего, нет. Словно марионетка, а он умело дергал за ниточки, управляя каждым моим движением.

Я не заметила, как мы уже оказались внутри. Широкий коридор вел в невероятных размеров гостиную с высоким потолком. Мы прошли мимо, сразу направившись к лестнице, уходящей на несколько этажей вверх. Яркие светильники в форме звезд на стенах слабо освещали нам дорогу.

Пролет за пролетом. Половицы скрипели под ногами, подчеркивая каждый наш шаг. Я начала отставать, но мужчина еще крепче подхватил меня под локоть и потянул вперед. Наконец мы остановились. На подоконнике ближайшего окна между этажами сидел мрачного вида парень. Короткие черные волосы грязными прядями падали ему на глаза, пряча лицо. Его тонкие пальцы медленно перебирали струны гитары.

Заметив нас, он лишь слегка вскинул голову, а потом вновь вернулся к своему занятию. Наверное, мне показалось, но на его губах заиграла улыбка.

- Удачный улов? - спросил парень, обращаясь к моему похитителю.

- Заткнись, - бросил тот, и потянул меня еще на один пролет вверх.

Мы пошли по длинному широкому коридору. Ярко-красный ковер под ногами, невероятно резал глаза, а бордовые стены с мелким рисунком словно надвигались на меня, пытаясь раздавить.

Мужчина замер возле очередной двери, и распахнув ее, бесцеремонно втолкнул меня внутрь. Поначалу меня встретила темнота, но чуть позже вспыхнул свет. Мы находились в спальне, обставленной изыскано и со вкусом. В такой комнате могла ужиться целая семья, при этом, совсем не стесняя друг друга.

- Теперь это твой дом, - сухо бросил незнакомец, толкнув меня, отчего я упала на кровать, размерам которой могла позавидовать и сама королева.

За миг что-то внутри меня изменилось. Оцепенение спало, освободив меня из-под власти мужчины. Понимание происходящего принесло только страх и сомнения.

- Зачем вы похитили меня?

Он не ответил, лишь потерев висок, словно очень устал от всего этого, и повернулся ко мне спиной.

- Что вы от меня хотите? - задала я очередной вопрос, почти срываясь на крик.

- Малышка, ты начинаешь мне действовать на нервы. Твое болезненное желание сбежать от меня, приводит в легкое замешательство. Разве не я вытащил тебя из могилы? Разве не я забрал тебя с кладбища? А шикарность своих апартаментов ты успела оценить? Неужели думаешь, что тот маленький гробик был бы уютнее?

- Вы сумасшедший, - почти плача прошептала я. - Пожалуйста, отпустите меня. Я никому не расскажу, только умоляю, дайте мне уйти. Родители будут меня искать, и тогда...

- Тогда что? - мужчина подошел ко мне быстрым шагом и вздернул с кровати. - Больше ничего не будет. Забудь о прошлой жизни. Ее больше нет. Никто не станет тебя искать. Мертвые не удостоены такой чести. Так что смирись и успокойся. Теперь я для тебя Бог.

Он крепко держал меня за запястья, но мне удалось вырваться, отступая от него к стене. Незнакомец знал, что я решу бежать, поэтому перекрывал выход своим большим телом.

- Вы просто больной человек, вам нужна помощь. Не совершайте ошибок.

Мужчина глубоко вздохнул и двумя широкими шагами приблизился ко мне вплотную, прижимая к стене. В его глазах чувствовалось явное раздражение. Он тяжело дышал, и с каждым вздохом я даже сквозь ткань платья чувствовала, как его мускулистый торс касается моей кожи. По телу прокатилась волна непонятного жара.

- Я устал от тебя, солнце. И мне надоело щадить твои девичьи чувства, - незнакомец схватил меня за плечи и потянул к высокому зеркалу в тяжелой деревянной раме.

Мы оба отражались в нем: я впереди в своем грязном свадебном платье, а он выглядывал из-за моего плеча, возвышаясь почти на две головы. Белое и черное. Добро и зло.

- Хочешь знать правду? - зловеще прошептал мужчина мне на ухо, наблюдая за моим отражением.

- Нет, - нервно сглотнула я, уже понимая, что такой ответ его не устроит.

-Поздно.

Он медленно поднял руки к моим плечам и схватил тонкую ткань платья. Я не сумела уловить движение, но тишину разорвал громкий треск. Мой наряд разошелся по швам, белыми лохмотьями падая на пол. Сердце замерло в страхе, и я закрыла от ужаса глаза, не в силах посмотреть в зеркало.

- Открой глаза, - почти нежно произнес мужчина.

- Нет.

- Сейчас же.

Что-то в его интонации, дьявольски зловещее, убедило не противиться ему. Очень медленно я распахнула глаза, но так и не решившись посмотреть в зеркало. Оказаться перед ним обнаженной было так унизительно, что мне хотелось провалиться сквозь землю. Страх не давал мне покоя. Что бы ни ждало меня впереди, не стоило надеяться, что мир станет лучше.

- В зеркало, - уже зло произнес незнакомец.

Я тяжело вздохнула и наконец встретилась взглядом со своим отражением. Дыхание перехватило, а к горлу вновь подступила тошнота. Меня шокировала не моя нагота, об этом я забыла практически разу. В тот миг поразило совсем другое. Бледная кожа была далеко не идеальна. Красноватые шрамы шли от самого груди вдоль всего тела.

- Что это? - спросила я, когда обрела способность говорить. - У меня никогда не было шрамов.

- Доктор оставил их, - спокойно ответил мужчина, нежно касаясь покрасневшей кожи. - Патологоанатом. Слышала про такого?

Где-то в глубоко в горле родился приглушенный всхлип. Только после его слов я заметила, что шрамы соединяются в форме буквы 'Y', а тонкая полоса там, где сердце, казалась немного свежее. Так это был не сон? Он действительно ударил меня ножом в грудь? Такого не может быть.

- Не правда...

- Правда. Но не бойся, я успел остановить его вовремя, до того как он мог сильно тебе навредить. Не хочешь меня за это отблагодарить? Цени, как я о тебе забочусь, малышка. Я просто твой ангел хранитель.

- Чушь.

Он хитро улыбнулся и, отвернувшись, стащил с кровати пастельных цветов покрывало и накинул мне на плечи, скрывая шрамы.

- Теперь отдыхай.

Но как только он отошел в сторону, мои колени подогнулись, и я медленно опустилась на пол, кутаясь в колючую ткань.

- Черт, - раздалось над самым моим ухом. - Детка, все не так плохо. Ну и пусть сердце не бьется, но ты же жива. Да и я рядом.

Ему не удавалось меня успокоить. Мысли метались в голове, но сознание не успевало за ним. Почему кошмар никак не прекращается? Разве я могла быть мертва? Откуда эти шрамы? Как мне проснуться?

Я не заметила, как мужчина поднял меня на руки и уложил в кровать, отобрав грубую ткань и заботливо укутав в теплое одеяло.

Мне хотелось заплакать, но слез почему-то не было. Только пустота. Ни одной эмоции. Я все еще верила в то, что сумею выбраться из этого кошмара.

- А теперь спи, - надо мной возникло уже знакомое лицо. - Завтра мы обо всем поговорим. Сейчас ты не способна воспринимать новую информацию.

Заглянув в его карие глаза, я совсем потерялась, уплывая все дальше и дальше. В голове звучал его спокойный голос: Спи, спи, спи...

Глава 3

Сны были беспорядочны и хаотичны. Казалось, что на самом деле я и не засыпала вовсе. Очертания комнаты проступали сквозь болезненные видения, путая, где реальность, а где лишь игра сознания.

Мне хотелось прекратить все это, но что-то удерживало меня внутри, словно в огромном мыльном пузыре, играющим на свету разноцветными бликами. Я не помнила самого сна, но уже от этого становилось по-настоящему страшно. Странное чувство неизвестного, которое пугает даже сильнее, чем качественный фильм ужасов.

Бесконечная ночь, заполненная нескончаемым кошмаром. Настоящий ад, где кто-то решил уничтожить меня на корню, сломить волю и уничтожить желание сопротивляться.

Даже яркий солнечный свет ни сразу разбудил меня. Сначала появилась маленькая точка света, которая постепенно становилась все больше и больше, пока не стала напоминать огромный тоннель, пульсирующий, словно живой организм. Это оказался выход.

Никто не удосужился задернуть штору на окне, и теперь предательское солнце слепило глаза, проникая даже сквозь одеяло, которым я укрылась с головой. Пульсирующая боль в затылке еще какое-то время удерживала меня все в том же положении, приказывая не шевелиться и притворяться спящей.

Что произошло вчера и, черт возьми, сколько я выпила, заслужив такое ужасное похмелье? Амнезия была в данном случае не самым страшным. Головная боль, чрезмерная чувствительность к яркому свету, а еще невероятная жажда. Сколько раз я уже заикалась не брать в рот ни капли спиртного, чтобы потом целый день не чувствовать себя бесполезным куском мяса.

Я все-таки пошевелилась, вызвав тем самым прилив резкой боли, пронзившей от головы до кончиков пальцев. Это выбило из моих легких приглушенный стон. Утро начиналось отвратительно.

Немного помедлив и собравшись с силами, я перевернулась на спину, открывая глаза и пытаясь сосредоточить хоть на чем-то взгляд. Комната расплывалась, не позволяя различить даже отдельных черт окружающего пространства. Меня спасало лишь то, что в тот миг я лежала, а не пыталась принять вертикальное положение.

Неожиданно подступившая тошнота исчезла так же внезапно, как и появилась, унося с собой и все остальные симптомы. Зрение вернулось в норму, и я обнаружила себя в дорого обставленной спальне: вульгарные ярко-персиковые обои с экзотическими цветами, потолок, напоминающий звездное небо и массивная мебель из темного дерева, перегруженная деталями. Я определенно была вне дома. Да и друзей столь богатых у меня не наблюдалось.

Шелковые простыни подо мной были прохладными, совсем не нагревшись от моего тела. Следующая мысль заставила буквально подскочить в кровати. Прикоснувшись к своей груди, я не ощутила на ней одежды, лишь обнаженную кожу. Теперь стоило волноваться по-настоящему. Со мной такого еще ни разу не случалось, но что-то всегда бывает впервые.

Я приподнялась на локтях, осматривая пространство комнаты. Ее можно было бы назвать стерильно-чистой, если бы не грязно-серые следы на светлом ковре с толстым ворсом, которые шли от двери к кровати. Рядом, бесформенной кучей, лежала тряпка, бывшая в свои лучшие времена белоснежно-белой. Больше ничего. Ни одна деталь не цепляла взгляд.

В комнате не было ни моих вещей, ни каких-либо других мелочей, указывающих, что в ней вообще кто-то живет. Можно было только сказать, что это действительно кто-то невероятно богатый.

Через силу я все-таки смогла сесть, а потом и сползти с кровати, которая показалась мне невероятно широкой для одного человека. Мне удалось трижды обернуть одеяло вокруг груди, превратив его во вполне сносное платье.

Ступни ощутили невероятную мягкость ковра, когда я прошла к зеркалу. Вот только мне совсем не понравилось отражение, которое выступило вперед, словно дразня меня. Кожа казалась невероятно бледной, даже желтоватые солнечные лучи не спасали ситуацию. Кое-где ее покрывали темно-серые разводы, но я не могла вспомнить, когда успела испачкаться в земле. Волосы, словно птичье гнездо, совсем потеряли цвет, и из шоколадно-каштановых стали скорее грязно-коричневыми.

Сначала я решила, что мне померещилось, но, приблизив лицо практически вплотную к зеркалу, увидела, что цвет глаз действительно изменился. Наверное, от бурной ночи и чрезмерной выпивки лопнули сосуды. Но, даже учитывая такую возможность, мне все равно не доводилось видеть столь странных глаз. Это пугало. Вся роговица была красной, только зрачки вместо черных стали розовато-белыми. Мертвый взгляд.

Я пыталась сдержать, всхлип после увиденного. Ведь все можно было исправить? Странным было даже не это, а то, что зрение, несомненно, улучшилось. Раньше без очков я едва различала предметы на расстоянии вытянутой руки, а сейчас каждая деталь проступала ясно как никогда. Вряд ли травма могла вызвать такое. Быть может линзы? Я осторожно оттянула веко и коснулась глаза. Но палец не ощутил никаких посторонних предметов, даже моих обычных линз, которые я практически не снимала. Что за черт.

Опустив взгляд ниже, чтобы не видеть этих кошмарных изменений, я похолодела. Там, где золотая ткань одеяла не прикрывала мою кожу, выступали грубые розоватые рубцы, шедшие симметрично к плечам. Дрожащими руками я стала медленно разматывать плотную ткань, упавшую в конце бесполезной тряпкой рядом. Теперь воспоминания начали возвращаться. Туман медленно стал рассеиваться, преподнося мне ужасную действительность.

Я вспомнила все. Кладбище, странного мужчину, свое похищение, дорогу к замку, эту комнату и... шрамы. Даже то, что сказал незнакомец. Он оставил их на мне. Маньяк, пытающий девушек лишь для своего удовольствия. Нужно было найти выход, пока не случилось чего похуже. Но силы разом покинули меня. Оцепенение вернулось.

Застыв перед зеркалом, я с ужасом смотрела на безобразные шрамы, располосовавшие мое тело. Оставался вопрос, как раны смогли так быстро зарубцеваться, но это на тот момент волновало меня меньше всего. Они изуродовали меня! Он изуродовал меня!

- Оу, мне стоило постучаться? - голос был насмешлив, но этого оказалось достаточно, чтобы вывести меня из ступора.

Я резко обернулась, встретившись с взглядом золотисто-карих глаз. Мужчина стоял, как ни в чем не бывало, рассматривая меня с ног до головы. Мне не удалось заметить, как он появился в комнате, словно был здесь всегда.

- Шрамы хорошо зарастают, - продолжил мой похититель, делая шаг навстречу. - Хороший признак.

Но я не стала дожидаться его дальнейших действий, попытавшись поднять с пола одеяло и натянуть его на себя, но запуталась в тяжелой ткани, падая на колени. На минуту в комнате повисла тишина. Мужчина не шевелился, лениво спрятав руки в карманах черных брюк.

Я вздрогнула, кутаясь в золотую ткань и прячась от его пронзительно взгляда, но казалось, он увидел и сквозь нее.

- Можешь не прятаться, - улыбнулся незнакомец, проходя вперед и усаживаясь на кровать за моей спиной. - Я все уже видел, и скажу честно, довольно подробно. Кстати, если тебе интересно мне не нравятся худышки. Хоть грудь у тебя и ничего, но набрать веса не помешало бы. И эти кубики на животе. Разве ты не знаешь, что их полагается иметь только мужчинам?

Мне не хотелось ему отвечать, и я еще сильнее завернулась в одеяло, подтянув ноги к самому подбородку. Когда-нибудь это должно было закончиться, но мужчина, похоже, считал иначе.

- Но мне нравится твой рост. Люблю таких миниатюрных, беззащитных, испуганных, - он сильнее наклонился вперед, оперевшись локтями на колени. - Ты опять не настроена разговаривать?

- Кто ты? - тихо спросилась я, так и не решившись повернуться к нему.

- Эндж. Тебе стало легче от этой информации.

- Нет.

- Я твой наставник, учитель, если так понятнее.

- Ты чертов маньяк, похитивший меня, - мне пришлось сдерживать крик, потому что я боялась разозлить его. - Что ты со мной сделал?

- Что, мы начали с того же на чем и закончили? А я то рассчитывал, что ты проспишься и изменишь свой тон. Настоятельно рекомендую. Мое терпение тоже не железное. Будь благоразумной.

И не надейся, мысленно решила я. Живой ты меня точно не получишь.

- Проголодалась? Я принес завтрак, - в его голосе чувствовалась усмешка. Мужчина издевался надо мной.

Я нервно осмотрела комнату, но так и не заметила в ней перемен. Он определенно пришел ко мне с пустыми руками.

- Тогда где же он? - задала я самый логичный вопрос.

- Перед тобой, - Эндж расхохотался, разведя руки в стороны. - Мне показалось, этой ночью я был для тебя достаточно аппетитным.

Я не хотела это слушать, и, стараясь не запутаться в одеяле, отодвинулась от него к стене, там, где стояло зеркало. Теперь мы оказались лицом к лицу. Мои воспоминания не подвели меня. Он был точь-в-точь таким же, каким я его и запомнила. Идеально прямые черные волосы обрамляли волевое лицо. Мужчина смотрел не мигая, приковав мой взгляд к своему. От солнечного света, падающего из окна, его глаза казались практически желтыми, как у кошки. Притягательный, хищный. Даже на таком расстоянии я чувствовала исходящую от него опасность. Это был не тот парень, которого приводят домой знакомиться с родителями. Сейчас на нем была свободная черная футболка с изображением красного дракона, объятого пламенем, узкие кожаные брюки и запомнившаяся мне байкерская перчатка. Все говорило о том, что у меня большие проблемы.

- Так и будем молчать? Ты уже насмотрелась на меня, или мне продефилировать по комнате? Поверь, со спины я еще шикарней.

В ответ на его слова я только поморщилась, не веря в то, что он действительно это говорит. Эндж выглядел так, словно ничего и не произошло, а перед ним ни его жертва, старая знакомая.

- Я буду звать тебя молчуньей. Обычно моих подопечных не заткнешь. Бесконечные расспросы, обвинения, бессмысленные крики. Ты - другая. Пока не понял, нравится мне это или нет. Так ты не хочешь задать мне парочку вопрос? Я как раз расположен к небольшому интервью.

- Ты убьешь мен? - мрачно спросила я, взглянув ему в глаза и не веря, что они могут принадлежать негодяю. Как же обманчива внешность.

Он усмехнулся и в раздумьях коснулся своей брови пальцем.

- Мне думалось, мы уже это выяснили: ты и так уже мертва.

- Я не мертва. Я дышу, я мыслю, я двигаюсь...

- Кожа холодная, движения замедлены, сердце не бьется, - продолжил мужчина за меня. - Прислушайся к себе, разве ты что-нибудь чувствуешь? Тепло солнца? Сквозняк, протянувшийся по полу? Может быть боль?

Ничего. Мне ничего не удавалось почувствовать. Я медленно потянулась к запястью и попыталась нащупать пульс. Бежали секунды, но так и ни одного удара не проступило под пальцами. Тишина.

- Попробуй яремную вену. Может в этот раз получится, - для него это была только игра.

Мне не хотелось слушаться его, но рука сама прошлась по шее и нащупала жилку. Вновь ничего.

- Убедилась?

- Чушь, - ответила ему я. - Ты что-то вколол мне. Не надейся, что я тебе поверю. Я жива. Не думай, что тебе сойдет с рук мое похищение. Родители уже ищут меня

- Твои родители мертвы.

В комнате повисла тишина, пока его фраза завладевала моим сознанием. Отчаяние. Вот, что это принесло мне.

- Ты лжешь, - прошептала я, сдерживая в глубине души крик. - Зачем тебе это? Зачем тебе я? Мне не нужны эти игры.

- Все уже давно решили за тебя, - тяжело вздохнул Эндж, заправляя длинную прядь волос за ухо. - Ничего не изменишь. Твоей жизни пришел конец, у тебя ничего не осталось кроме как могилки с примитивной эпитафией. Довольно убого, не считаешь?

- Не лги мне.

- Разве ты сама не видела?

- Зачем ты изуродовал меня? Что с моими глазами?

- Все пройдет, - нараспев произнес он, поднимаясь с кровати и потягиваясь. - Но нужно быть послушной девочкой и хорошо питаться.

Шаги Энджа отдавались в моих ушах, когда он подошел практически вплотную и присел рядом, медленно касаясь золотистой ткани, в которую я замоталась.

- Так, будем дружить?

Я постаралась сосредоточиться на нем, ловя каждое его движение. Мне нужно было бежать, а не ждать, что взбредет ему в голову на этот раз. Этот человек мог причинить мне настоящую боль.

Эндж протянул ко мне руку, ожидая, когда я возьму ее. Его карие глаза сосредоточились на мне, в них играли дьявольские огоньки, лишая меня воли. Он не оставлял мне выбора.

Я вложила свою ладонь в его, почувствовав, как по телу снова пробежал разряд, точно как и раньше. Его прикосновения сводили меня с ума, но мне не удавалось понять причины.

Мужчина встал, потянув меня за собой, и я подчинилась. Именно текущего момента мне стоило дожидаться все это время. Как только он отвернулся, я дернула его руку на себя, выворачивая до упора, пока не услышала хруст. Эндж поморщился, медленно поворачиваясь ко мне и глядя на свое неестественно приподнявшееся плечо. Мне удалось выбить сустав. Не дожидаясь его реакции, я ударила его в пах и, оттолкнув в сторону, кинулась прочь из комнаты, краем глаза заметив, как мужчина повалился набок.

Одеяло мешало бежать, путаясь под ногами. Все мои попытки хоть как-то приподнять его оказались бесполезны. Мне не хватало времени. Когда впереди показалась лестница, я услышала резкий стук - дверь моей комнаты распахнулась, ударившись о стену. Эндж был по-настоящему зол, а до желанного выхода мне предстояло преодолеть несколько этажей. Оставался единственный шанс - спрятаться в самом доме.

Сбежав на один пролет ниже, я застыла как в копанная - на том же самом подоконнике сидел вчерашний парень, все также играя на гитаре. Он резко вскинул голову, смерив меня удивленным взглядом, но ничего не сказал и даже не пошевелился. Кажется, ему было все равно. Позади уже слышалось приближение моего преследователя. Я не стала раздумывать, а кинулась мимо странного парня, преодолевая очередной пролет.

Спускаться по лестнице было невероятно тяжело, и мне даже захотелось скинуть тяжелую ткань, сковавшую мои движения, но бежать обнаженной хотелось еще меньше. Вместо этого я свернула направо, оказавшись в освещенном коридоре, практически идентичному тому, что я только что покинула. Только стены были темно-сиреневыми, отливая в черный. Мне нужно было укрытие, хотя бы на первое время, пока Эндж не устанет искать меня, но где оно? Каждая дверь выглядела точь-в-точь как предыдущая, превращаясь в бесконечный лабиринт.

Наконец, в самом конце коридора показался проход, который наверняка служил здесь черным ходом, я кинулась по грязным ступеням, надеясь, что сумею запутать преследователя. Время было на вес золота, а Эндж уж точно знал этот замок гораздо лучше меня. Вполне возможно, что он просто играл со мной в 'кошки-мышки', наслаждаясь каждым мгновением.

Я вновь свернула в полумрак коридора, прижимаясь к стенам, так как тень здесь была плотнее, скрывая меня почти полностью. Этот этаж освещала только пара скромных люстр под потолком, окрашивая все не в желтый, как обычно, а красноватый цвет. Настоящая преисподняя.

Продвигаясь вперед, я не заметила тяжелый металлический канделябр, прикрепленный к стене. Тот пошатнулся, когда мое плечо задело хрупкую конструкцию, и стал падать, словно в замедленной съемке. Дыхание замерло, будто это могло заглушить шум, готовый привлечь ко мне внимание. Меня спасла хорошая реакция. Руки сами потянулись вперед, перехватывая канделябр до того, как он коснулся пола. Лишь одна свечка практически бесшумно упала на ковер.

Еще пару секунд я стояла застыв, прислушиваясь к тишине. Ничего не изменилось, а значит, моя неуклюжесть осталась незамеченной. Радовало одно - Энджу понадобиться много времени, чтобы оббежать все этажи в моих поисках, а значит, у меня был шанс.

Я опустила взгляд на злосчастный подсвечник, казавшийся в моей руке непомерной тяжестью. А он вполне мог сойти за оружие, особенно остроконечные металлические листья, служившие декором. К тому же выбирать мне не приходилось.

Крепче охватив рукоять, я вышла к лестнице, осторожно осмотрев пролеты. Никого. Возможно, мой преследователь на другом этаже или уже добрался до черного хода. В любом случае медлить не стоило, и я решительно вышла из тени, на цыпочках спуская по лестнице, и надеясь, что достигну первого этажа раньше моего похитителя.

Оставался один этаж, когда за спиной раздался шорох, мгновенно настороживший меня. За мной определенно кто-то шел. Я глубоко вздохнула, сосредоточившись на тяжелом канделябре и, резко развернувшись, нанесла удар. Он достиг своей цели. Мужчина пошатнулся, отступая на одну ступень вверх, но не упал. Я спустилась ниже и, используя подсвечник как нож, вонзила его прямо в сердце Энджу. Металлические лепестки вошли на всю длину, разрезав плоть словно масло.

Преследователь замер, с непониманием разглядывая канделябр, торчащий из его груди, а затем поднял полный злобы взгляд на меня. Ждать дольше не имело смысла. Я развернулась и бросилась вперед, ощущая, что мужчина каким-то чудом все еще следует за мной. Неожиданно мое одеяло за что-то зацепилось, резко отбрасывая меня назад. Рука вцепилась в перила, но мне так и не удалось удержать равновесие. Ноги подкосились, и я полетела вниз, чувствуя удар о каждую ступеньку.

Боли не было, но хруст костей так и стоял в ушах. Лестница показалась мне бесконечной, пока я не достигла первого этажа. Странное бессилие охватило меня, мне не удавалось пошевелиться. Я чувствовала, что тело лежит в странной позе: правая рука вывихнута, а шея неестественно повернута в сторону выхода. Рядом лежало одеяло, запутавшееся вокруг моих ног. Теперь точно конец.

Но смерть не приходила. Вместо этого я услышала тяжелые шаги - Эндж обошел вокруг и присел рядом на корточки. Он с неприязнью откинул волосы с моего лица и потрогал шею.

- Довольна, красавица? Теперь будем играть только по моим правилам. Надеюсь, ты уже поняла, что этап нежностей закончился? Моя любимая футболка порвана, так что извини, если я буду вести себя как первоклассный негодяй. Не люблю, когда меня протыкают светильниками. А теперь будь умницей, хотя, ты и так будешь. Теперь точно будешь.

Он наклонился надо мной, завораживая взглядом светло-карих глаз. Мне не хотелось знать, что будет дальше. Он не оставил мне шансов. Все было кончено. Я с радостью сдалась темноте.

Сознание возвращалось постепенно - сначала слух, затем я стала ощущать тяжесть собственного тела, а в конце даже смогла открыть глаза. В комнате царил полумрак, но мне не стоило труда узнать ее очертания. Эндж вернул меня обратно. Я лежала на той же самой кровати, но что-то было неправильно. Мне не удавалось пошевелиться. Подняв взгляд вверх, я заметила блестящие браслеты на запястьях. Он приковал меня.

Боли не было. Я вновь пошевелила руками, повертела головой, но не нашла переломов или других травм. Неужели мне все это приснилось? Но воспоминания были столь ясными. Падение отпечаталось у меня в голове, и я могла прокручивать его вновь и вновь, ощущая каждый удар. Мне что-то вкололи, какой-то наркотик, а может, я просто сходила с ума. Все мои вопросы оставались без ответов.

- Очнулась? - Эндж стоял рядом с кроватью, хотя раньше я его там не видела. Безумие. Он просто сводил меня с ума. - Надеюсь, оковы не жмут? Обычно никто не жалуется, но вдруг.

- Отпусти меня, - простонала я, отчаянно пытаясь освободиться, но все было бессмысленно. - Я ничего не сделала.

- Неужели? - усмехнулся он, присаживаясь рядом на кровать и поправляя серебристую атласную простынь, которая укрывала меня только наполовину, полностью обнажая грудь. Мне это совсем не понравилось. - У меня еще никогда не было столь яростных подопечных. Тебе удалось побить меня вчера, сегодня, а потом еще и проткнуть гребанным канделябром. Не то чтобы мне было больно, но моя футболка, - мужчина указал на свою одежду, которая была порвана на груди. - Ты ее погубила, солнышка. А я ее очень и очень любил, так, как никогда не полюблю тебя. Что же она тебе такого сделала? Не любишь трикотаж? Даже не хочу слышать твоих оправданий, правда, я не отказался бы от извинений. Так как?

- Не дождешься, - зло бросила я, дергая тяжелые цепи, удерживающие меня в кровати.

- Тогда может, расскажешь, откуда такие познания в боевых искусствах?

- Пять лет айкидо.

- Неплохо. Мне стоило об этом знать, - рассмеялся он. - А тебе стоило знать, что все эти штучки на мне не работают. Тебе придется учиться всему заново.

- Просто отпусти меня, - страх уже прошел, осталась лишь неотвратимость. Я старалась сосредоточиться на своей ярости, которая медленно разрасталась в груди. Только она одна могла помочь мне выбраться отсюда живой.

- Я не настолько глуп, чтобы вновь давать тебе свободу. Так будет безопасней и для меня и для тебя. Увы, мы можем пока только причинять друг другу боль, ломая кости и оставляя синяки. Придется долго работать над этим, пока ты не научишься ценить то, что тебе досталось в подарок.

- Оковы слишком тугие.

- Не ври, - тут же прервал меня Эндж, наклоняясь вперед и опираясь на руки, по обе стороны от моей головы. - Больше никаких фокусов Диана. Только ты и я. Нам предстоит очень долгий разговор, обо всем: о твоем прошлом, будущем, настоящем. И ты все выслушаешь. От начала и до конца. Понятно.

Я осторожно кивнула, пытаясь не смотреть ему в глаза, понимая, что это моя слабость. Мужчина ухмыльнулся, проводя рукой по моему голому животу, вызывая этим дрожь во всем теле.

- Но сначала нам нужно залечь твои раны. Эти шрамы начинают раздражать меня. Думаю, без них ты станешь только лучше. Да и сломанная шея тебе не идет.

Мне ничего не оставалось, как наблюдать - Эндж выпрямляется и снимает порванную футболку, обнажая идеальный торс. На правой лопатке алела татуировка, изображавшая птицу-Феникса, крылья которой были чистым пламенем, ниже шли черные иероглифы, которые мне не удавалось разобрать.

Мужчина отбросил футболку в сторону и повернулся ко мне. Ему определенно нравилась моя реакция. Он наслаждался произведенным эффектом, позволяя рассмотреть его во всех деталях.

- Вижу, тебе нравится то, что ты увидела. Всем нравится. А теперь обещанный завтрак, - в его руке появился острый кинжал. - Из запястья или шеи? Что предпочитаешь?

Глава 4

Я замерла, пытаясь понять, шутит он или нет. Неужели мужчина действительно предлагал мне выпить его крови? Кинжал пугающе сверкнул, притягивая мягкий свет, исходящий от люстры. Слишком жутко, чтобы оказаться реальностью. А теперь я была еще и беспомощна. Оковы, казалось, охватили запястья и щиколотки еще туже, практически до боли. Но сейчас мне не стоило жаловаться, особенно когда высокая темная фигура застыла надо мной, занеся над головой острый нож. Страх заставил меня лежать тихо и больше не пререкаться. Теперь все было в его власти, даже моя жизнь. Был ли у меня хоть какой-то шанс сбежать от этого маньяка? Надежда таяла каждую секунду.

- Так что выбираешь? - Эндж ухмылялся, заметив ужас в моих глазах. Ему нравилось контролировать ситуацию. - Хочешь, я сделаю выбор за тебя? Думаю, тебе больше понравиться пить из шеи. Кровь там не такая терпкая, для настоящих гурманов.

Дернувшись в испуге, я только сильнее натянула широкие браслеты. Это не укрылось от его взгляда.

- Ты напоминаешь мне Бэмби - маленький олененок, потерявший свою маму. Мне нравится роль злого и беспощадного охотника. Согласись, в этом я ас. Но не волнуйся девочка, сезон охоты на тебя еще не открыт.

- Тогда что это? - устало произнесла я, звякнув цепями.

- Меры предосторожности, - ответил мужчина, повертев в руках кинжал. - Даже маленьких хомячков всегда держат в клетке. А ты слишком шустрый хомячок. Ненавижу этих мелких грызунов, а ты?

- У меня был мышонок, - зачем-то призналась я, вспомнив песочно-серую длинную шерстку зверька.

- А у меня живет леопард, - улыбнулся Эндж, показавшись мне в тот миг обычным смешливым парнем. - Его зовут Гарс. Будешь хорошо себя вести, я тебя с ним познакомлю. Но вернемся к нашей дилемме - шея или запястье?

- Я не голодна.

- Не лги мне. Я даже отсюда слышу, как урчит твой пустой желудок, - мужчина наклонился ко мне, осторожно коснувшись моего живота, отчего мышцы пресса резко сжались, послав электрический разряд по всему телу. - Давай уже покончим с напускной скромностью. Мне нужно тебя покормить и я это сделаю.

- Нет, - почти закричала я, когда он навис надо мной, прижимая кинжал к своей шее. - Не нужно.

- Что еще? - уже раздраженно спросил Эндж, лишь слегка скосив на меня взгляд.

- Может, поговорим? - заикаясь, предложила я, готовая сделать что угодно, прежде чем он попытается влить в мое горло свою кровь. От одной мысли об этом, возвращалась предательская тошнота.

- Теперь ты хочешь поговорить, - тяжело вздохнул, мужчина, убирая нож и усаживаясь в моих ногах. - Прекрасно. А нельзя этого было сделать до того момента, как прикончить меня светильником?

Эндж выжидательно посмотрел на меня, требуя ответа, но я молчала, не в силах оторвать взгляд от острого клинка, который все еще покоился в его руке. Он мог пустить его в ход в любой момент. Удастся ли мне его заболтать?

- Расскажи мне все.

- Ладно, малышка, пока ты прикована к кровати, думаю, мы можем кое-что обсудить. С чего-то же нужно начинать. Давай с самой простой мысли - ты мертва.

Мне стоило огромных усилий, чтобы не поморщиться от его слов. Но с маньяками лучше не спорить. Мне нужно было заслужить его доверие, только так я могла избавиться от оков.

- Хорошо.

- Нет, - почти зло сказал мужчина, - ты не поняла. Ты - мертва. По-настоящему, а не в моих извращенных фантазиях. Твой труп лежал на холодном столе из блестящего металла, а дядя-доктор пытался покромсать тебя скальпелем. Хочешь, я зачитаю заключение патологоанатома?

- Нет.

- Значит, ты мне не веришь, - печально протянул Эндж, рассматривая меня как рождественский подарок. - Что именно тебя не убедило? Может то, как ты пролетела несколько пролетов вниз и осталась жива, хотя твоя шея до сих пор поворачивается на сто восемьдесят градусов?

Я нервно сглотнула. Он говорил таким серьезным тоном, что это звучало почти правдоподобно, хотя на самом деле мужчина пытался внушить мне совершенный бред. Мне не стоило рассказывать, что такое смерть. Я видела ее ни раз. Печальные родственники, похоронная процессия, зеркала, занавешенные черной тканью. Никто не возвращался. Наверное, в этом и был главный плюс. Мертвые не ходят, не разговаривают, не чувствуют. А я была жива. Вот только как еще долго? Надежда, что мне удастся оставить этот дом позади, практически испарилась.

- Что еще? - сухо спросила я, мысленно молясь, чтобы мужчина отошел от меня хотя бы на пару шагов. Его присутствие давило на меня почти физически, сбивая дыхание.

- Мы еще не закончили с первым утверждением. Ты должна мне поверить.

- Я верю.

- Нет, не веришь, - печально ухмыльнулся Эндж, медленно опускаясь поперек кровати, придавливая своей широкой спиной мои ноги. - Ты упрямая штучка, но никто не верит в такое сразу. Ну, кроме тех, конечно, чье тело скорее похоже на кусок мяса. Тебе в этом случае очень повезло. Удачная смерть.

- И как же я умерла? - мне не удалось скрыть сарказма в голосе.

- Отравление угарным газом. Ты просто заснула и не проснулась. Повезло, что огонь так и не добрался до тебя. Просто чудо. Тебе очень повезло. Приятная смерть.

- А бывают неприятные?

- Конечно, - со знанием дела произнес он, потянувшись и положив руки под голову. - Все остальные. А у тебя никаких мучений. Но есть существенный минус - ты не помнишь, как умирала. Вот поэтому мы так много времени теряем именно на этом моменте. Может, уже перейдем к делу?

- Пожалуйста, оставь меня в покое, - неожиданно взмолилась я, увидев, как Эндж вновь встает и подходит ко мне вплотную. Но он лишь с улыбкой наблюдал за моими нелепыми попытками вырваться из оков.

- Ты уже израсходовала свою дозу покоя. Забудь об этом. Поверь, пока что тебе не будет больно. Я об этом позабочусь, малышка. Но тебе придется поесть, прежде чем мы продолжим.

Я металась на кровати, а Эндж лишь спокойно стоял рядом, ожидая когда мне наконец надоест. Но его терпение закончилось раньше. Резко он опустился на кровать, приблизив свое лицо к моему почти вплотную. Не ожидав такого напора, я замерла, попавшись в плен его глаз. Мужчина смотрел, не мигая, вновь взяв под контроль мою волю. Тело разом онемело, обратившись в камень. Но я чувствовала, жар, исходивший от его кожи и то, как длинные темные пряди волос касались моих скул. Который раз ему удалось справиться со мной. Меня охватило отчаяние. Как бороться с тем, что намного сильнее тебя и может усмирить одним лишь взглядом. Эндж не был человеком. Быть может это действительно мой персональный ад?

- Замри, - прошептал он, лишь слегка разомкнув губы. - Не сопротивляйся мне.

Мне не удавалось пошевелиться, лишь наблюдая, как мужчина поднес указательный палец к своему рту и резко оцарапал его об удлинившийся и заострившийся клык. Я увидела капельку крови, выступившую на коже. Что-то внутри меня перевернулось. Дыхание стало чаще, а горло сдавила невероятная жажда. Не в силах оторвать взгляда, я следила за Энджем, который специально дразнил меня, показывая, как алая кровь стекает тонким ручейком по пальцу. Он осторожно очертил им мои губы, оставив на них прохладный влажный след. На секунду я даже перестала дышать, оглушенная своим голодом. Мне не хотелось сопротивляться. Язык инстинктивно прошелся по губам, собирая драгоценные капли. Это было лучше, чем все, что мне когда-либо доводилось пробовать. Я застонала от удовольствия, желая большего. Жажда стала в несколько крат сильнее, лишая последнего рассудка. Не было ничего, кроме невыносимого желания попробовать еще.

Мужчина кивнул, нежно погладив меня по щеке.

- Вот видишь, не так уж и плохо. Не нужно было так долго мучить себя голодом.

Я потянулась вперед не в силах больше ждать. Меня больше не существовало, только дикая жажда прикоснуться к Энджу, вновь ощутив на языке вкус его крови. Это была уже не я. Что-то совсем другое. Темное. Чужое.

Мужчина привстал на коленях и поднес кинжал к основанию шею. Неуловимое движение и тонкая красная линия рассекла его идеальную кожу. Он наклонился вперед, чтобы несколько капель упали в мой приоткрытый рот. Горячая, терпкая, кровь ввергла меня на новый уровень безумия.

Эндж лег сверху, придавив меня своим телом, а его шея была совсем рядом с моими губами. Не дожидаясь приглашения, я прильнула к ране, делая большие жадные глотки. Этому чувству не было равных. Дыхание сбилось, а сердце готово было вырваться из груди. Я словно летала, освободившись от ненавистных оков и оторвавшись от кровати. Мир кружился перед глазами, поэтому мне пришлось закрыть глаза, сосредоточившись только на невероятном вкусе тягучего напитка, делавшего меня все более живой. Мне хотелось сильнее притянуть мужчину к себе, но каждая попытка сопровождалась только позвякиванием цепей.

Не знаю сколько прошло времени, для меня его просто не существовало, но вдруг Эндж приподнялся на локтях и отклонился от меня. Я с непониманием наблюдала как его рана затягивается, не оставляя даже еле заметного шрама. Такого не могло быть. Всего лишь игры сознания. Я больше не могла верить своим глазам.

- Так лучше? - тихо спросил он, но я не могла отдышаться, до сих пор ощущая аромат его крови. Что со мной стало. - Знаю, что да, но ты просто могла бы сказать 'спасибо'. От тебя не убудет. Нет? Ну, ладно. Твоим воспитанием мы займемся позже.

Мне все еще не удавалось пошевелиться, но я чувствовала, как по венам разливается нечто обжигающее, наполняя меня силой. Наконец-то в мое тело вернулось тепло, теперь превратившееся в живой жар.

Эндж недовольно потер шею, словно она затекла, а затем вновь повернулся ко мне.

- Ты обходишься мне слишком дорого, малышка. Разве можно так истощать мужчину? - он рассмеялся, похлопав меня по ноге. - Ну а теперь мы можем поговорить.

- Освободи меня. Они слишком тугие, - как можно ласковее произнесла я, когда разум начал возвращаться, прогоняя наваждение. - Или хотя бы чуточку ослабь.

Мужчина было потянулся к моим оковам, но неожиданно замер. Его губы растянулись в полуулыбке, демонстрируя заманчивую ямочку на щеке.

- В другой раз, крошка. Я знаю тебя, теперь знаю. Следующая травма будет для меня довольно болезненной, и хотелось бы ее избежать. Скажи спасибо, что я передумал использовать кляп, хотя порой тебе его весьма не достает. Так что придержи свой язычок. На чем же мы остановились... - он поднялся с кровати и прошел по комнате, чтобы поднести к моей кровати высокий стул с тяжелыми литыми металлическими подлокотниками. - Смерть, точно. Так ты все еще не веришь, что умерла?

Я промолчала, силясь освободить руку из широкого металлического браслета. Что еще ему было от меня нужно? Сколько продлиться это безумие?

- По твоему молчанию могу понять, что твой ответ - нет. Что ж, вполне оправданно, - Эндж удобно устроился в кресле, так и не удосужившись накинуть что-нибудь на обнаженный торс, который мешал мне сосредоточиться. - Что мешает тебе поверить в свою смерть?

- То, что я все еще жива.

- Разве ты не веришь, что после смерти существует жизнь?

- Я в аду? Но за что?

- Не было причин? В десять лет ты украла игрушку у подруги, в пятнадцать издевалась над мальчиком, который был слабее тебя, да еще и страстно влюблен в тебя, а буквально год назад чуть не довела свою подругу до самоубийства. Разве этого недостаточно?

- Отпусти меня.

- Нет.

- Я ничего не сделала, - взмолилась я, пытаясь найти хоть капли сострадания на его лице, но встречалась лишь с холодной безразличностью.

- Ты умерла, этого достаточно. Я лучше расскажу, как это было. Четырнадцатое февраля - чудесный день. Думаю, ты переборщила со снотворным. Такие девочки как ты помешаны на всей этой фигне о вечной любви. Что, он не ответил взаимностью? Предал? Можешь не рассказывать, ненавижу мелодрамы. Ты спала так крепко, что не почувствовала запаха гари. Все из-за проводки в подъезде этажом ниже. Пожарные приехали вовремя и подумали, что обошлось без жертв, но вот только для тебя и твоей семьи было слишком поздно. Легкая смерть. Ни боли, ни страха.

- Этого не было, - замотала я головой, поражаясь, как мужчина мог узнать о снотворном, только если не следил за мной. - Ты похитил меня. Зачем вся эта ложь? Чего ты хочешь добиться? Почему не убил меня сразу? Это такая игра, верно? Тогда может, объяснишь мне правила?

- Разве в обычной жизни есть правила? - задумчиво произнес он. - Только мы сами выбираем, каким условиям следовать, сами строим себе ограничения. Теперь их нет - ты свободна, - Эндж замер, заметив блеск моих наручников. - Ну, почти свободна. Уверяю, как только мы найдем общий язык, и ты прекратишь попытки убить меня, я освобожу тебя. Но мы никак не можем сдвинуться с мертвой точки. У тебя какие-то проблемы со смертью?

- Нет, если ты оставишь меня в живых.

- Забавно, - усмехнулся он, устало склонив голову. - Я не смогу тебя убить, даже если вдруг захочу. Никто не сможет. Теперь ты бессмертна, как и я.

От внезапно накатившей усталости я закрыла глаза. Больше не было страха, не было агрессии, только безразличие. Мне хотелось, чтобы это скорее закончилось. Все, что говорил Эндж, казалось абсурдом, да это и было абсурдом. Но ему не удастся свести с ума и меня. Всегда оставался шанс сбежать.

- Фома Неверующий, - сухо бросил мужчина. - Мне надоело разговаривать со стеной. Что мне сделать, чтобы ты поверила мне?

- Я поверю, если только увижу все своими глазами, - это показалось мне выходом из этой темницы.

- Ты видела свою могилу.

- Я ничего не помню.

- Ты видела, как заживают раны. Твои. Мои. Падение с лестницы ничему тебя не научило?

- Ты же не думаешь, что я этому поверю? - усмехнулась я, все это воспринималось как игра, и я забывала, что все вокруг было настоящим, реальным. Мой тюремщик был рядом и мог причинить мне настоящую боль. И он не упустил случая подтвердить это.

- Тогда может мне вновь сбросить тебя со ступеней? Или предпочитаешь свой любимый подсвечник? - но, увидев ужас в моих глазах, Эндж смягчился. - Давай лучше будем дружить. Что ты хочешь увидеть в доказательство?

- Как ты выпрыгнешь из окна, - зло сказала я, забывая, что он может сначала выкинуть из него меня.

- Очень остроумно. А если серьёзно? Может, поможет твоя могила? Или опустевшая квартира?

- Да, - не раздумывая, ответила я, не веря, что он действительно предлагал мне возможность вернуться домой. - Это, возможно, убедит меня быстрее, чем твои слова.

- Ну, конечно же, - мужчина лениво потянулся в кресле, - но если ты надеешься сбежать от меня, то, увы - я найду тебя и на краю света. Не советую проверять мои способности. Это может плохо закончиться.

Но, поднявшись из кресла, Эндж медленно двинулся к двери, совершенно меня игнорируя.

- Эй, - довольно громко позвала его я. - Освободи меня. Мы же договорились.

- Нет, милая, - бросил он мне через плечо. - Я обещал тебе продемонстрировать факты, но даже не заикался, что дам тебе свободу действий. Потерпи, я скоро вернусь.

Мне оставалось лишь смотреть, как за ним захлопнулась дверь. Минуты текли невероятно медленно, а все мои попытки разжать хоть одно звено прочной цепи, в несколько раз обмотавшей спинку кровати, так ни к чему и не приводили. Сомнения разрывали меня на части. Происходящее казалось дурным сном, но даже кошмары однажды должны были заканчиваться. Я попыталась подумать об этом, как о чем-то реальном, но разум отказывался принимать такую действительность. Эндж был маньяком, похитившим меня и накачавшим какими-то препаратами, вызывающими галлюцинации. Я догадывалась о правилах игры, мне оставалось лишь выждать нужный момент. Оказаться за пределами этого замка - все, что было необходимо. Спасение маячило так близко, что мне не верилось, что совсем скоро я увижу дом. И мне было плевать, какие козыри хранил в своих рукавах Эндж. Я собиралась обыграть его.

Мужчина вернулся спустя полчаса, когда мне уже показалось, что я проведу в этих оковах вечность. Его торс прикрывала очередная простая футболка, на этот раз безо всяких рисунков и надписей, но неизменно мрачная - темно-серая. Сверху он накинул простую темную куртку с огромными карманами на груди, украшенными металлическими заклепками. В руках мужчины я сразу заметила ворох одежды и высокие сапоги на шпильке.

- Не соскучилась? - он кинул вещи на кровать рядом со мной и, достав маленький серебряный ключ, подошел к изголовью кровати. - Без фокусов. Выкинешь очередной трюк, брошу тебя в темницу. Поверь мне, в этом замке есть все, даже огромные плотоядные крысы, и они жаждут с тобой познакомиться. Сейчас я освобожу тебя, а ты, молча и без капризов, оденешься в то, что мне с таким трудом удалось достать. Понятно? Молча.

Не став спорить, я кивнула, не поверив, когда тугие металлические браслеты упали с моих щиколоток, а потом и запястий. Еще никогда мне не доводилось чувствовать себя столь свободной и всесильной.

Эндж какое-то время стоял надо мной, наблюдая, как я потираю затёкшие руки, которые совсем потеряли чувствительность. Но, удостоверившись, что у меня нет желания вновь бросаться в атаку, он отошел на пару шагов.

- Одевайся, - сухо бросил мужчина, указывая на темную ткань на кровати. - И повторяю, без очередной попытки убежать. Мне не до игр.

Запястья ныли, но кожа уже не была красной, светлея прямо на глазах. Я ожидала, что наручники натерли практически до крови, учитывая мои отчаянные попытки освободиться. Но ран не было. Опустив взгляд ниже, я не сразу поняла, что исчезли и мои шрамы. Кожа на ключицах оказалась идеально гладкой, как и живот. Неужели мне все показалось? Как ему удалось обмануть меня?

- Шрамов не было? - задумчиво произнесла я, обращаясь к Энджу, который так и не соизволил отвернуться.

- Были. Теперь их нет.

- Почему?

- Регенерация. Способность еще в зачаточном состояние, но несколько кормлений и ты вообще забудешь что такое шрамы. Привыкай. А теперь одевайся, мне надоело ждать тебя. Я могу и передумать. Пошевеливайся, малышка.

Оставив все вопросы на потом, я потянулась к одежде. Эндж принес узкие темные джинсы, которые были мне велики на пару размеров, отчего штанины пришлось довольно сильно подкатать, а на талии мне совсем бы не помешал ремень. Но свитер оказался еще хуже, смотревшийся как огромное бесформенное платье, длиной ниже колена. Единственный плюс был в том, что этот наряд скрывал меня с ног до головы от ищущего взгляда похитителя, и я наконец-то почувствовала себя в безопасности. Внутри совсем медленно росла надежда, придавая мне сил.

Пока я боролась с высокими сапогами, которые по счастью оказались моего размера, Эндж в два шага приблизился ко мне и в мгновение ока защелкнул браслет наручников на моем запястье. Еще один щелчок и второй конец уже охватил его руку. Теперь мы были связаны.

- Зачем это? - тихо спросила я, рассматривая, как играет свет на блестящей поверхности.

- Чтобы ты вновь не пыталась упасть с лестницы, - ответил он, поправляя браслет на широком запястье. - Не забывай, я не идиот, чтобы вновь дать тебе свободу передвижения. Мы, как влюбленная парочка, смеясь и улыбаясь друг другу, съездим в город, а потом также вернемся обратно. Да, солнышко?

- Да, - зачем-то закивала я, после чего он резко потянул меня вперед, поднимая с кровати.

- Пошли, крошка. Веди себя прилично и не смей меня позорить на людях. Я этого очень не люблю.

Я чувствовала себя безвольной марионеткой, которую жестокий хозяин дергал за веревочки. Эндж совсем не считался со мной, быстро двигаясь через знакомый мне коридор. Мне пришлось держаться за перила, чтобы вновь не полететь с лестницы, потому что мужчина даже не удосужился сбавить темп, почти бегом спускаясь вниз. На этот раз все пролеты были пусты. Мы никого не встретили на своем пути. Замок казался все таким же пустынным, и даже тот странный парень сейчас не играл на гитаре возле окна.

На улице уже начало темнеть и мне так и не удалось увидеть особняк при свете дня, который все также выглядел устрашающе. Лес вдалеке казался сказочным, но не тем, где обитают веселые лесные зверюшки, скорее мрачным и зловещим - идеальным местом для чудовищ. Не удивительно, что Эндж был одним из них. Территория казалось необитаемой, словно после воздействия радиации: мертвые крючковатые деревья, замерзшая пустынная земля и никого вокруг. Меня бы здесь никогда не нашли, но почему ни один человек не замечал огромный средневековый замок, словно в фильме о Короле Артуре. А может, все просто держались в стороне, зная, что здесь нет ничего, кроме зла.

Мы подошли к внушительных размеров джипу, словно подготовленному специально для нас. Я так и не смогла вспомнить, на чем же он привез меня сюда с кладбища. Память молчала.

- Залезай, - сказал Эндж, подведя меня к пассажирскому сидению.

Мне пришлось перелезть на пассажирское, что вышло очень неуклюже. Но мужчина терпеливо ждал, только ухмыляясь моим попыткам передраться через коробку передач, не задев при этом рычаг.

- Умница, - улыбнулся он, усаживаясь и захлопывая дверь. - Ты очень грациозна, солнышко.

Машина рванула с места, оставляя мрачный замок позади, совсем сравнявшийся с вечерним беззвездным небом.

Я смотрела себе под ноги, изредка бросая взгляд на дорогу. Солнце уже село, а Эндж так и не включил фары. Для меня оставалось загадкой, как он ориентировался в таком сумраке. Было ужасно неудобно все время держать руку на весу, особенно когда мужчина делал резкие повороты, неприятно дергая наручники.

- Не хочешь узнать, сколько нам еще ехать? - наконец нарушил молчание Эндж, даже не посмотрев на меня.

- И сколько? - безразлично спросила я, хотя в голове крутились совсем другие мысли. Мне следовало решить, как сбежать, и где мужчина спрятал ключ от наручников.

- Немного. Обдумываешь план побега?

Я промолчала, даже не удивившись, что он почти читал мои мысли. После всего случившегося это волновало меня меньше всего.

- Зачем вся эта игра? - мне хотелось знать ответ на один единственный вопрос. - Что в конце?

- Милая, если бы у меня был шанс не выкапывать тебя в час ночи из могилы глубиной в два метра, я бы лучше провел эту ночь дома у телевизора, ну или где-нибудь еще, но это же не для детских ушек. Ты - обуза. Запомни это.

- Тогда отпусти меня.

- Куда? Тебе некуда идти. Ты и так напугала сторожа, можешь почитать местную желтую прессу и обязательно найдешь бесподобную статью о трупе невесты. Ты и правда выглядела жутко. Кто подбирал тебе платье?

Пока он дожидался моего ответа, в салоне автомобиля вновь повисла тишина. Мужчина провоцировал меня, а я совсем не хотела развлекать его в дороге.

- Может, расскажешь мне что-нибудь о себе? - предпринял очередную попытку завести разговор Эндж. - Нет? Ну, тогда я попытаюсь угадать. Ты напоминаешь мне маленького мышонка, который боится попасть в большой и опасный мир. Ты окончила школу на одни пятерки, потому что очень хотела, чтобы родители городились тобой, поступила в престижный университет на востребованную специальность, причем руководствовалась именно мнением мамочки и папочки, а не своим желанием. Преподаватели от тебя просто без ума, но вот одногруппники не понимают твоего усердия. А ты же просто хочешь получить хорошее образование, найти прибыльную работу и завести семью с кучей милых детишек. Я угадал?

Нет. Не угадал. Тот идеал, что описал Эндж, был совсем другим человек, но никак не я. Эту девушку видели окружающие, которые были плохо со мной знакомы. Но разве сейчас был сеанс психоанализа? Очень глупо открываться перед незнакомцем, который решил поиграть в Бога.

- Выбирай, с чего начнем: кладбище или твой дом?

- Дом, - тут же ответила я, не раздумывая. Меня даже затрясло от непреодолимого желания оказаться там, где я провела всю свою недолгую жизнь. Дом. Неужели он и правда отвезет меня домой?

- Как предсказуемо, - фыркнул Эндж, прибавляя скорости. - Ты бы заработала лишний плюсик в моем личном списке, выбери кладбище, но, увы. Ты падаешь все ниже и ниже. И как только мы с тобой уживемся, - последняя фраза была совсем тихой, но мне удалось ее расслышать. Но даже это не смутило меня, ведь мы ехали домой.

Вскоре я начала узнавать очертания улиц в желтовато-оранжевом свете фонарей. Мне было легко представить, что ничего не случилось, а я лишь поймала попутку и теперь возвращаюсь домой после очередной встречи с друзьями. Так бывало ни раз и этот маршрут мне удалось запомнить наизусть, каждую мелочь.

Улицы были спокойны. Мне не удалось разглядеть прохожих, а значит, звать на помощь было бесполезно. Эндж знал что делать. Ночью у нас было меньше всего шансов быть замеченными. Пока он вырвался на несколько шагов вперед.

Когда мы вывернули в знакомый дворик, я чуть не закричала от радости. Все это было родным, близким, столь необходимым в эту минуту. Мне еще никогда не приходилось так радоваться возвращению домой. Но это было так. Небольшая аллея с высокими деревьями, несколько лавочек, на которых так любили сидеть старушки и широкая клумба, оставленная дожидаться лета. Он действительно привез меня к моему дому. Так в чем был смысл.

Эндж заглушил мотор, достав ключи из зажигания.

- Ну что, малышка готова? Это будет непросто.

Я кивнула в нетерпении. Только бы выбраться из машины. Спасение было так близко, что страх упустить этот шанс вызывал болезненное головокружение. Я не хотела возвращаться обратно. Мне страшно было осознавать это, но смерть и то казалась мне привлекательней, чем бессилие в стенах древнего замка.

Мужчина вышел из машины и подождал, пока я выберусь за ним. Он крепко обхватил мою руку, переплетая наши пальцы, а затем спрятал в карман своего длинного черного плаща. Теперь никто не мог заметить наручники.

Мы довольно быстро пошли к нужному подъезду. Домофон как всегда не работал и Эндж скользнул в темный проем, потянув меня за собой. Нас окружила тишина, заставив меня поежиться. Это казалось странным, даже безумным. Что я делаю здесь с этим мужчиной? Вернее, что он хотел сделать со мной? Ведь мы так близко. Еще пара этажей и я окажусь дома, где меня ждут родители. Но на самом деле все оказалось не так.

Дойдя до четвертого этажа, я заметила, что побеленные стены покрыты гарью, а в воздухе еще витал запах недавнего пожара. И чем выше мы поднимались, тем заметнее становились ущерб, причиненный огнем. Следующий этаж выглядел ужасающе, так чаще всего и изображают ад: стены облупились, а темные разводы напоминали дьявольские языки пламени, пожирающие лестничный пролет, двери в квартиры, пусть и металлические, еле держались на петлях, словно вынесли ядерную войну, под ногами хрустели стекла единственного окна на этом этаже, угольно-черные, как специально покрытые краской.

Эндж оказался прав, проводка под самым потолком тянулась темной змеей и уходила к зияющему провалу в стене, что когда-то был счетчиком. Пожар не пощадил ничего, но он так и не сумел пробраться в квартиры.

Мною овладел необъяснимый страх, каждый шаг давался с трудом, и я почти была готова сдаться. Что-то внутри подсказывало, что мужчина ведет меня не к родителям, а претворяет в жизнь только ему одному известный план.

Еще пара ступеней и мы оказались на седьмом этаже, который не так сильно пострадал от этого бедствия. Только слегка задымленные стены портили не столь давний ремонт. Эндж уверенно потянул меня к квартире с номером 53 и замер, ожидая моей реакции.

Меня поразило не то, что он знал, где именно я живу, а то, что дверь оказалась опечатана: широкие полоски белой ленты как три огромных засова перекрывали темно-синий проем. На таком расстоянии мне с трудом удавалось разглядеть сбивчивые черные строчки и блеклые печати. Я не могла понять, что произошло.

Мужчина подошел вплотную и резко сдернул куски ленты, повисшие теперь рваными лохмотьями.

- Ну что малышка, ты готова узнать правду? - он медленно перевел взгляд на меня и улыбнулся, но в свете слабой лампы это скорее напоминало оскал. Хищный, голодный.

Мне не нужно было ничего показывать, я и так знала, что за этой дверью моих родителей больше нет.

Глава 5

- Теперь ты сомневаешься? - прошептал Эндж мне на ухо и слегка подтолкнул к наглухо закрытой двери.

Этот шаг дался мне с трудом, ноги словно приросли к бетонным плитам. Теперь лестничная площадка уже не казалось столь знакомой и родной. Быть может, он играл с моим сознанием, меняя окружающую нас действительность? Свет словно стал тусклее, а по стенам угольно-черными тенями расползлись отголоски недавнего пожара. Запах гари ударил в нос.

Я зажмурилась, прогоняя видение: плотная завеса сизого дыма, фигуры людей, мечущиеся в панике и живое пламя, извивающееся как огромная змея. Оно послушно исчезло, оставляя после себя лишь звенящую тишину.

Пять, четыре, три, два, один... Когда я досчитала, дыхание выровнялось и мне хватило сил вновь открыть глаза. По телу немедленно прошла дрожь, словно электрический удар, отбрасывая меня на шаг назад, прямо в руки Энджа.

Дверь в мою квартиру теперь была открыта и зияла черным пятном в слабом свечении одинокой лампочки. Когда только он успел это сделать и откуда у него ключ? Но в это мгновение мне стоило задавать совсем другие вопросы. Ведь даже на таком расстоянии я чувствовала холод, не просто морозный воздух, а нечто большее, потустороннее. Дыхание смерти. Это было схоже с тем, как стоять на краю могилы и смотреть в бездонную пустоту, которая вскоре послужит кому-то приютом.

- У нас мало времени, - тут же бросил мой спутник и силой потянул меня к дверному проему.

Я последовала за ним, но лишь когда браслет наручников с силой впился в кожу, а рука вытянулась так, что плечо начало болеть. Всего один шаг и меня поглотила темнота. Эндж не стал включать свет.

Тишина. Совсем не та, что бывает во время затянувшегося молчания. В квартире она была безоговорочной. Казалось, даже если закричать, звук пропадет в пустых комнатах, спрятавшись и притаившись. Она была многословной. Проникая под самую кожу ледяным дыханием, тишина приносила с собой страх, рассказывая, что эти стены пережили настоящую трагедию. Ее отголоски все еще бродили где-то совсем рядом. И я верила. Слова Энджа казались пустотой, но темнота вкупе с гробовым молчанием смогли убедить меня. Произошло нечто страшное, то, отчего мне стоило бежать.

Глаза практически сразу привыкли к царившему вокруг мраку, возвращая к жизни знакомые очертания дома. Мы все также стояли в коридоре, совершенно неподвижно, будто ожидая чего-то. Но квартира молчала, приглашая сделать еще несколько шагов вперед.

Я вздрогнула от неожиданного накатившего озноба и, не обращая внимания на прикованного ко мне мужчину, прошла в сторону зала. Кругом царил беспорядок. Настоящий ураган пронесся по привычным комнатам. Вещи валялись на полу, словно кто-то специально сбросил их там, показывая мне, как мало они теперь значат.

Разруха, ничего не уцелело. Весь хрусталь, так ревностно оберегаемый мамой, превратился в кучку битого стекла, делая из дорогого ковра с густым ворсом минное поле. Родительская одежда наравне с обычными тряпками валялась там же, став совершенно бесполезной, и лишь усугубляя плачевное состояние гостиной.

- Они что-то искали, - с непонимание произнесла я, скорее обращаясь в пустоту, чем, ожидая ответа от Энджа.

- Как и все мы, - ответил он совсем тихо, держать от меня на приличном расстоянии, насколько позволяли наручники. - Они искали ответы, но так ничего и не нашли.

Я прошла дальше, остановившись у двери в спальню родителей. Она легко поддалась, слегка скрипнув и открыв мрачные стены, что еще совсем недавно казались мне насыщенно-яркими. Кровать оказалась не заправлена. Наоборот, кто-то специально раскидал подушки и одеяло по разным углам, сметя все с прикроватного столика. Но я все еще помнила, как мирно спали родители в мой последний день здесь, их размеренное дыхание и ленивые движения в полудреме. В тот миг ничего не поднялось в груди, чтобы предупредить о том, что совсем скоро жизнь превратиться в ад.

Теперь вокруг царил лишь хаос. Чего-то не хватало. Я с ужасом осознала, что несмотря на беспорядок и оставленные вещи, этим стенам не хватало... жизни. Словно хозяева никогда не вернуться сюда, чтобы вернуть квартире первоначальный вид. Мне пришлось закрыть глаза, загоняя мысли глубоко в подсознание, где они казались лишь плодом больной фантазии.

- Нам пора, - холодный голос казался частью темноты, не более. Так легко было претвориться, что ничего не случилось. Можно было включить свет и навести порядок, а потом сделать вид, что все в порядке. Принять душ и вернуться в свою уютную кровать, дожидаясь возвращения родителей. Но все не было столь просто, так ведь?

- Я хочу увидеть свою комнату. - Эндж не стал возражать, позволив мне делать то, что я считаю нужным, следую за мной огромной тенью.

Яркий фонарь, освещающий территорию частной школы, расположившейся через дорогу на пригорке, светил прямиком в окно, превращая ночь в день. Обычно я задергивала плотные шторы, но сейчас, в этом искусственном свете, комната казалась чужой. Тот же самый беспорядок: разбросанные вещи, потемневшие обои, светлый ковер под ногами, на котором отпечатались грязные следы многочисленных ног. Все это словно уже не принадлежало мне. Оскверненное чужим присутствием.

Я подошла к кровати и коснулась скомканной простыни. Холодные. Сколько они пустовали без меня?

- Оставь это. Не стоит держаться за прошлое. Теперь у тебя новая жизнь, которую ты сможешь заполнить как пожелаешь.

- Но мои вещи... - зачем-то упиралась я.

- Они больше не твои, - произнес Эндж и подошел ко мне вплотную. Я почувствовала, как его грудь прижалась к моей спине. Шею обожгло горячее дыхание. - У тебя будут другие. У тебя будет все, что пожелаешь, но нам нужно уходить. Нельзя, чтобы тебя заметили.

- Мои родители... - голос срывался на хрип. Я не могла продолжить, но мужчина понял все и так.

- У тебя больше нет ни родных, ни близких. Только будущее. Только я.

Его слова словно нож вонзились в сердце. Нет, больше нет... Ноги подогнулись, и я медленно опустилась на пол, положив голову на мягкую кровать. Все стало неважным. Мне хотелось остаться здесь навсегда несмотря ни на что. Весь ужас последних дней нахлынул тяжелой волной, заставив задыхаться. Я почти не дышала.

Матрас рядом прогнулся под тяжестью мужчины, когда он присел на краю, ослабляя браслет наручников. Эндж молчал и просто ждал, когда я пошевелюсь. Но этого не происходило. Мне даже не верилось, что тишина может быть столь громкой, словно кто-то включил ее на полную. Я слышала только раздражающее жужжание, мешающее сосредоточиться. Но на чем? Голова отказывалась работать, игнорируя происходящее. О чем твердил мой палач? Где находились мои родители? Как моя спокойная размеренная жизнь превратилась в бесконечный кошмар? Текли минуты, но ответ так и не приходил. Тело обмякло, разом лишившись сил, а голова резко отяжелела, делая меня совершенно беспомощной. Бесполезной. Я не знала, что делать дальше. Столько сил, чтобы оказаться дома, но так ничего и не получив в итоге, кроме очередных загадок.

- Идем, - коротко бросил Эндж и потянул меня за собой. Ему пришлось остановиться, так как я не смогла подняться на ноги, волочась за ним на коленях. - Черт, не стоило тебя вообще сюда приводить. Ошибка за ошибкой.

Секунда и я почувствовала, как он взял меня под руки и прислонил к стене, всматриваясь в мои глаза.

- Нам нужно уходить, так что, либо ты следуешь за мной на своих двоих, либо я понесу тебя на руках, чего мне естественно не хотелось бы.

- Я пойду, - пришлось кивнуть мне, избегая его пристального взгляда.

- Умница.

Мы уходили из квартиры как воры, скользя неприметными тенями вдоль стен. Я старалась не задумываться, что оставляю позади: это была уже не моя квартира, уничтоженная кем-то или чем-то. Ее стены теперь казались чужими, и я не чувствовала дома. Странно, видимо именно люди вдыхали жизнь в пустые вещи, которая пропадала с их уходом. Мне пришлось смириться с тем, что комнаты остались мертвы, даже не откликнувшись на мое присутствие.

Лестничная площадка встретила нас все тем же тусклым мерцанием и сонным спокойствием. Эндж осторожно прикрыл дверь, и со стороны она выглядела запертой, хотя завтра утром все бы заметили, что кто-то сорвал печати.

Мои соседи спали, даже не представляя что происходит снаружи. Никто не знал о моей трагедии. Пока не знал. Но мне казалось необходимым это исправить.

Мы спустились на один этаж вниз, когда я поняла, что ждать больше не имеет смысла. С каждым шагом спасение становилось все сомнительней, а таинственный замок почти готов был стать моим вечным пристанищем.

Я схватилась за цепь наручников и дернула назад, выводя Энджа из равновесия. Он недовольно хмыкнул, но устоял, поворачиваясь ко мне с недовольным взглядом.

- Детка, ты опять? - Договорить он не успел, потому что я пронзительно закричала, это разорвало тишину, прозвучав даже громче, чем кто-либо из нас ожидал.

Мужчина дернулся ко мне, но так и не сумел поймать, когда я стала подниматься по ступеням, уворачиваясь от его цепких рук. Наконец ему удалось схватить мое запястье, резко потянув на себя. Бесполезно было упираться, потому что Эндж оказался гораздо сильнее меня, а сейчас, под страхом разоблачения превратился в настоящее чудовище. Он почти рычал, когда придавил меня к стене, пытаясь закрыть мне рот своей широкой ладонью.

- Пожар, - истерически вскричала я, выскальзывая из его хватки и пытаясь ударить коленом в пах, но мужчина уже знал мои приемы наизусть. - Пожар...

Эндж схватил меня за плечи, и буквально впечатал в стену, отчего к ногам полетела штукатурка, а затылок пронзила резкая боль. Мой крик оборвался, но я уже чувствовала, что подъезд внезапно ожил. Тут и там слышались шорохи, щелчки открывающихся замков. Этот раунд был за мной.

Мужчина хватил меня за горло, сдавив его до боли. В карих глазах поселилась чернота, а черты идеально лица заострились, отчего он стал похож на хищника. Дикое животное, а я была его жертвой.

- Ты за это еще ответишь, - процедил он сквозь зубы и, отстранившись, потянул за собой вниз, мимо дверей, из-за которых доносилась какая-то возня.

Как я не сопротивлялась, все было бесполезно. Раньше Эндж просто играл со мной, а сейчас показал свое истинное обличье - дьявола во плоти. Теперь он был по-настоящему зол. Металлический браслет прорезал кожу до крови, когда я из последних сил хваталась за перила, чтобы замедлить наш спуск. Но мужчина даже не замечал моих усилий. Мне даже показалось, что в один момент он просто оторвет мне руку или опять столкнет с лестницы, чтобы скорее скрыться от возможных свидетелей.

Дыхание сбилось и мне уже не удавалось закричать, но на первом этаже я успела уловить, как открывается тяжелая металлическая дверь и выглядывает заспанная женщина - наша соседка, ни раз заходившая к маме с очередной порцией сплетен. Всего пара секунд, но наши взгляды встретились. Я ощутила ее удивление, и даже ужас. Сомнений не было - она успела меня рассмотреть. А это уже была маленькая победа. Даже если мне не удастся сбежать, соседка непременно расскажет всем, что видела ранним утром в подъезде собственного дома.

Мой палач обезумел, силой заталкивая меня в машину и нервно оглядываясь, когда в окнах, до этого непроницаемо-темных, стал загораться свет. Двор ожил, наполнившись отдаленными голосами. Когда автомобиль сорвался с места, я заметила людей, выглядывающих на улицу и впустивших в свои квартиры морозный воздух. Они тревожно провожали нас взглядами, а мне оставалось надеяться, что бдительные соседи запомнили номер машины, в такой спешке покинувшей тихий дворик.

- Совсем страх потеряла? - орал Эндж, на полной скорости входя в крутой поворот. - Или я плохо объяснил возможные последствия?

- Они все видели и запомнили номер твоей машины, - рассмеялась я, не веря что наконец-то обыграла своего похитителя. - Они выйдут на тебя. Лучше отпусти меня сейчас, и я ничего никому не расскажу.

Мы отъехали довольно далеко, но я до сих пор ощущала некую эйфорию после случившегося. Пусть это было и временно, но страх отступил, уступив место надежде на лучшее. Теперь стало понятно, что мужчина не столь неуязвим. У меня все еще был шанс сбежать.

- Не смеши меня.

- Я серьезно. Лучше отпусти меня, и никто ничего не узнает. Я не помню дороги в замок и обещаю, что не объявлю тебя в розыск. Мне это не нужно. Я просто хочу домой. К родным.

Эндж расхохотался, даже не удосужившись посмотреть на меня.

- Не хочу тебя расстраивать, но никто не станет искать мертвых.

- Они видели нас, - неустанно спорила я, заметив, как на востоке заалело небо - совсем скоро рассвет. - Да и квартира вскрыта. Не нужно быть гением, чтобы связать эти вещи. Соседи узнали меня.

- Милая глупая девочка, - с сочувствием в голосе начал Эндж, - ты правда думаешь, что я повел бы тебя туда, зная насколько это опасно? Твои выходки лишь разозлили меня, но никак не напугали. И я понял только одно - тебя лучше держать на привязи.

Мне было плевать. Даже его пламенная речь не смогла развенчать мою уверенность. Я отчетливо помнила взгляд нашей соседки, когда она увидела меня. Лишь пар секунд, но так много успело промелькнуть между нами. Женщина все поняла, а благодаря ее болтливому языка отпадали всяки сомнения - никто не оставит мои поиски.

- Меня найдут.

Мужчина стукнул кулаком по рулю, сжав губы в тонкую линию.

- Господи, детка, ты меня нервируешь. Мне надоело играть с тобой в барби. Хочешь домой? Увидеть родителей? Знаешь, я не против. - Он резко развернул машин и даже прибавил скорость, благо дороги все еще были пусты.

- Ты отвезешь меня к родителям? - не совсем поняла я.

- Да.

- Почему?

- Разве ты этого не хочешь? - искренне удивился Эндж.

- А когда ты делал то, что хочется мне?

- Значит, поездка в эту Богом забытую квартиру не считается? - усмехнулся мужчина, устало потерев висок. - Милая, я к тебе со всей душой, а ты все пытаешься заехать мне коленом... в общем ты меня поняла. Кто тебя воспитывал?

- И это говорит тот, кто похитил меня, приковав цепями к кровати? - возмутилась я, пытаясь отдернуть правую руку, которая приходилось держать навесу, пока Эндж вел машину.

- Вот только не говори, что тебе это не понравилось. И если уж говорить о личных претензиях, то включи в общий список, сколько ты у меня выпила крови, пиявка. Чувствую себя передвижным донорским центром.

- Куда мы едем? - Мы явно двигались от центральных улиц в пригород. Сначала пропали многоэтажки, а вскоре машина съехала на проселочную дорогу, теряющуюся среди редких ветвистых деревьев. Необъяснимое чувство дежа вю стало лишь сильнее, как только скрылись последние признаки цивилизации. - Здесь же никто не живет.

- Но это не значит, что никто не нашел здесь свое последнее пристанище.

Кладбище. Зловещие силуэты надгробий выступали сквозь сетку переплетенных голых ветвей. Машина остановилась у чугунной ограды.

- Мы на месте, - радостно произнес Эндж, повернувшись ко мне.

- Это кладбище...

- Как наблюдательно. Высшее образование пошло тебе на пользу. Выходи.

- Нет, - уперлась я, вцепившись свободной рукой в сиденье. У меня не было никаких сомнений, что это тоже самое кладбище. Там, где я впервые встретила этого мужчину. Мы вернулись к самому начало, но это не казалось мне добрым знаком. Возможно, он решил со всем покончить - похоронить все улики, оборвать ниточки ведущие к нему. Странно было осознавать свою вину в случившемся. Я подняла шум в надежде сбежать, а в итоге получила прямую дорогу на кладбище.

- Это не просьба, а приказ. Когда ты уже поймешь своей скромной головкой, что мне плевать на твое мнение. Либо ты играешь по моим правилам, либо я заставлю тебя это сделать.

Эндж вышел из машины, силой потянув меня за собой, полностью подавляя сопротивление. Солнце медленно поднимало из-за горизонта, и мужчине наверняка хотелось скорее со всем покончить. Я не могла уже оттянуть неизбежное, оно надвигалось неотвратимой лавиной, с минуты на минуту готовой смять меня и пригвоздить к земле. Бесславный финал.

- Прости, что я так поступила, - пришлось пойти мне на попятную, пока он уверенно шел между низеньких оград, натягивая наручники до предела. - Мы можем все забыть и начать сначала. Они не видели твою машину. Тебе не о чем беспокоиться. Давай уедем отсюда. Сейчас же.

- Просто помолчи, - кинул мужчина через плечо, идя напролом, и даже не замечая, как под ногами проседают заброшенные могилы. Он точно знал свой путь, безошибочно ориентируясь в совершенно однотипных на вид кусках мрамора. Восход не делал их светлее. Черноту, зависшую над низиной, отданной под кладбище, ничем нельзя было скрасить, даже теплыми солнечными лучами, только-только расползавшимися по земле.

Шаг за шагом мы только глубже углублялись в лабиринты могил. Я заметила, что захоронения становились все дороже и современней: деревянные кресты встречались все реже, их заменили огромные памятники, скорее напоминавшие настоящие произведения искусства, величиной с горы. Кто-то действительно не скупился, провожая своих близких в последний путь. Мне даже было страшно подумать, сколько могла стоять памятная стена высотой с одноэтажный дом, на которой изображались небольшие миниатюры из жизни молодой женщины. Жутко и в тоже время завораживающе.

Наконец Эндж остановился, притянув меня ближе, и подтолкнув к свежей могиле, засыпанной словно наспех.

- Читай, - тон его голоса не терпел пререканий. - Ничего знакомого?

Я присела на корточки, чтобы различить надпись в полумраке, но так и осталась в том же положении, опираясь одной рукой о холодную твердую землю.

На надгробии не было фотографии, но это и не было необходимо, чтобы узнать, кому она принадлежала. Я уже бывала здесь совсем недавно и ситуация повторялась - кладбище, сумерки, знакомая могила. Моя могила.

Голова закружилась, на несколько секунд почва ушла из-под ног и мне пришлось упасть на колени, чтобы полностью не растянуться на земле. Снова и снова я перечитывала надписи. Диана Мережкова, 1988-2011. Совпадение? Сейчас мне не удавалось притвориться, что это лишь иллюзия, плод моего воспаленного мозга. Чтобы убедиться, я провела указательным пальцем по отполированному камню. По руке медленно прокатился ледяной холод, добравшийся до самого сердца. Зачем он привел меня сюда? Чтобы убедить в том, что здесь похоронили именно меня? Или похоронят?

- Рядом, - разнесся надо мной голос мужчины, который стоял совсем близко, так, что ткань брюк касалась моей руки. Слишком близко.

Сначала я не понимала, к чему он клонит, но взгляд непроизвольно скользнул по соседним могилам, расположенным почти впритык. Сердце замерло, отказываясь биться дальше, а крик так и замер в горле, крадя остатки дыхания. Это были надгробия моих родителей: Анна Сергеевна Мережкова (1958-2011), Александр Петрович Мережков (1955-2011). Так просто не могло быть. Нелепое совпадение, на котором решил сыграть мой похититель.

- За что ты так со мной? - тихо прошептала я, чувствуя, как голос пропадает совсем.

- Иначе бы ты не поверила мне.

- Я и так не верю. Зачем тебе это?

- Что на этот раз? - раздраженно спросил Эндж, дернув серебряный браслет. - Разве тебе не знакомы эти надгробия?

- Здесь нет фотографий. Ты продумал все заранее, но я не понимаю зачем, - мне пришлось перейти на хрип, отчаянно борясь, чтобы голос совсем не покинул меня.

- Хочешь, чтобы я раскопал могилы и продемонстрировал все наглядно? - Ситуация явно его забавляла.

От одной мысли об этом вернулась уже ставшая привычной тошнота. Я отшатнулась от могильных камней, словно меня ударило током, и упала на спину. Мне хотелось одного - бежать, но ноги словно приросли к земле, застряв в ней, как в зыбучих песках.

Эндж помедлил, а потом подхватил меня и поставил рядом с собой, придерживая за талию, чтобы я вновь не оказалась у его ног. Он был совершенно спокоен и даже не дрожал от холода в отличие от меня, хотя на нем была лишь легкая короткая куртка. Мужчина ждал, пока я насмотрюсь на глухие серые камни, хотя прекрасно понимал, что с меня достаточно.

Я полностью повисла на Эндже, даже не пытаясь что-то предпринять. Силы разом покинули мое тело, а мысли сплелись в один тугой клубок. Пожар в подъезде, опечатанная квартира, три могилы... Ко всему этому мне пришлось прибавить чудом заживающие раны и исчезнувшие шрамы, а также кровь, которой мужчина насильно поил меня. Было ли этому хоть какое-то логическое объяснение, способное не взорвать мой мозг и оставить Землю все также крутиться вокруг своей оси? Мне действительно стоило его найти. Прямо сейчас.

Но ответ не была смерть. Я даже не рассматривала ее как вариант. Только что тогда?

- Меня всегда удивляла современная технология захоронения. Раньше людей хоронили на поверхности, да еще и привязывали к руке веревку от колокольчика, на случай пробуждения, то сейчас гроб еще и засыпают огромными булыжниками. Вот оно осознание ценности человеческой оболочки. Я думал, что сойду с ума, пока откопаю тебя.

Мой взгляд упал на рыхлую землю у надгробия с моим именем. Я все еще помнила зияющую пустоту и открытый гроб на ее краю. Воспоминания были расплывчатыми, но от этого не становились менее реальными. Неужели я действительно проснулась на кладбище?

- Слово "кладбище" происходит от греческого, означая "место отдохновения". Так ты хорошо отдохнула? Ты знала, что человеческая душа весит всего 21 грамм? Только подумай, практически невесома, а столько шума. Все религии врут. Что бы все они сказали, если сразу знали, что там ничего нет?

- Ничего? - зачем-то повторила я, но, скорее всего, чтобы убедиться, что все еще в сознании и могу говорить.

- Ничего о чем стоило бы слагать легенды, - спокойно ответил Эндж, еще сильнее прижав меня к себе. В этом движении было что-то покровительственное, но в тоже время, приносящее невероятный покой. - Теперь ты готова уйти?

- Куда? - Слова давались мне с большим трудом.

- В свой новый дом. Там нет ничего страшного. По крайней мере, в сравнении с твоим прошлым.

- Ты освободишь меня? - Я попыталась поднять руку, но лишь слегка звякнула цепью. Металл стал невероятно тяжелым, словно к браслету подвесили груз.

- Конечно.

Я ощутила, как Эндж наклонился к моему уху, поцеловав шею очень нежно, едва ощутимо. Его длинные пряди защекотали плечо. Мысли улетучились, оставив меня в тишине. Я больше ни в чем не была уверенна.

- Пойдем, - прошептал он, обдав обнаженную кожу горячим дыханием. - Нам все нужно обсудить.

Обратный путь до машины я помнила лишь урывками. Он оказался намного короче, а может так чувствовалось из-за редких солнечных лучей, наконец добравшихся до кладбища. Длинные густые утренние тени не красили это место, но царившая недавно темнота была еще хуже. Мы выбрали не лучшее место для прогулок.

Как только за Энджем закрылась дверца, а двигатель призывно заурчал, мужчина похлопал по карманам куртки и брюк, а потом достал небольшой ключик, за одно движение отстегнув наручники, и бросив их на заднее сиденье.

- Лучше пристегнись, - ободрительно произнес он, выруливая между широкими стволами корявых деревьев, неизвестно как выросших при такой нехватке дневного света. - Мы слишком задержались. Чтобы вернуться вовремя придется гнать на полной. Надеюсь, тебя не укачивает.

Он так и не дождался моего ответа, потому что я не была настроена на разговор. Рука наконец-то была свободна, но бежать уже не хотелось. На меня напала странная апатия, совершенно вырвав из реальности. Я прокручивала как заезженную пластинку события прошедших дней, но так и не могла найти в них никакого смысла. Глупо было продолжать верить в бесконечный ночной кошмар, да и наркотики теперь казались неудачным вариантом. Все происходило на самом деле, но что это для меня значило?

Эндж не пытался заговорить, лишь изредка бросая в мою сторону тревожные взгляды. Ему действительно стоило сосредоточиться именно на дороге, потому как скорость была космической, а на дорогах уже встречались машины. Но мужчину это словно не волновало, и он с легкостью шел на обгон, провожаемый звуками клаксонов. Удивительно, что за весь путь нас никто даже не попытался остановить, но в тот момент меня это не сильно волновало. Все потеряло смысл, и Эндж об этом знал. Он победил, лишив меня всякого желания к борьбе. Я даже не могла понять с чем или с кем бороться. Мир пошатнулся и рухнул к моим ногам.

Все попытки разложить события по полочкам тут же терпели крах. Я точно знала, что в подъезде моего дома был пожар, а квартира сильно задымлена и теперь опечатана. Дальше начиналось безумие, а во главе всего стоял Эндж - человек, принесший кошмар в мою размеренную жизнь.

- Ты пугаешь меня, детка, - сказал он, подъезжая к особняку и паркуясь у главного входа. Я и не заметила, как мы добрались обратно, в темный мрачный замок, непонятно откуда взявшийся посреди леса. - Твое молчание гораздо страшнее, чем твои нелепые попытки прикончить меня. Боюсь подумать, что за мыслишки роятся в твоей чудной головке.

В салоне повисла тишина. Эндж тяжело вздохнул и вышел из машины, обойдя ее кругом и открыв дверцу с моей стороны. По привычке он крепко вцепился в мое плечо, боясь, что я снова попытаюсь бежать, но, заметив мой отсутствующий взгляд, ослабил хватку и, поддерживая лишь за талию, повел меня к дому.

В алых лучах утреннего солнца каменные стены не выглядели столь удручающе как раньше. Казалось удивительным, что подобный замок уцелел в такой близости от современной цивилизации. Я нехотя бросила взгляд на последние этажи, но так и не сумела сориентироваться, где находится моя комната. Вполне возможно, что окна выходили на густой лес, а не во двор. Впрочем, мне было даже все равно, просто хотелось хоть чем-то занять мысли, лишь бы не думать о кладбище и могилах, вырытых словно специально для меня и родителей.

Как только мы вошли, я услышала еле различимый шепот телевизора - в гостиной кто-то находился. Замок мгновенно потерял свое немое очарование.

- Ты задержался, - звонкий девичий голос разнесся под высокими сводами потолка. - Я волновалась.

Эндж остановился, будто раздумывая отвечать или нет, но потом повернулся на голос, так и не выпустив меня из объятий.

В дверном проеме стояла высокая девушка моего возраста. Узкие черные джинсы подчеркивали стройные ноги, казавшиеся бесконечными. Точеное, практически модельное лицо обрамляла копна густых светлых волос, лежавших в беспорядке крупными кудрями, но это придавало ей лишь особый шарм. Ее холодные голубые глаза прошлись по мне, а губы недовольно скривились, как от неприятного запаха.

- А, ты с этой, - недовольно протянула она, поморщив носик. - Мог бы позвонить.

- Не было времени, - ответил мужчина и, не дожидаясь дальнейших расспросов, потянул меня к лестнице, провожаемый ледяным взглядом девушки.

Между четвертым и пятым этажом привычно сидел молодой парень, лениво мучавший струны гитары. Как только мы поравнялись с ним, он хитро улыбнулся и смирил нас смеющимся взглядом бледно-зеленых глаз.

- Твой гарем все растет, - в голосе чувствовался явный сарказм. - Скоро ты их просто не прокормишь.

- Разве я тебе уже не говорил? - накинулся на него Эндж. - Заткнись.

Мы быстро прошли мимо, а мужчина все продолжал что-то бубнить себе под нос, пока не закончился коридор. Сложившаяся ситуация его точно раздражала.

Он почти втолкнул меня в ставшую уже моей комнату и, пробормотав 'Жди здесь', захлопнул дверь и закрыл ее на ключ. Я вновь осталась одна.

Отсутствие изменений в обстановке лишний раз напомнили мне, что это клетка, а не королевские апартаменты, и отсюда нет выхода. От мысли, что остаток жизни я проведу именно здесь, тело отозвалось неясной болью. Каждый мускул в теле напрягся, а затем резко расслабился.

Пройдясь по комнате, я упала на кровать, спрятавшись лицом в подушку. Несколько минут тишины, и сознание начало ускользать, оставляя меня один на один с болезненными воспоминаниями. Мне оставалось лишь смериться.

Глава 6

- Доброе утро, принцесса. - Голос раздался над самым ухом, заставив меня резко подскочить, сквозь остатки сна, пытаясь уловить источник шума.

Рядом, с дьявольской улыбкой, сидел Эндж, наблюдая за моей растерянностью. Надежда, что я проснусь дома в своей уютной кровати, разбилась вдребезги, лишь встретившись с этими медово-карими смеющимися глазами. В них не было зла или агрессии, но мне не стоило расслабляться, думая, что мой палач стал добрее. Эта была лишь иллюзия с целью заставить меня ослабить оборону. Каждый из нас знал, кто в этой комнате хищник, а кто жертва.

- Оу, ты такая милая, когда раздражена, - продолжил он, не обращая внимания на мой недовольный вид. - Я бы попросил прощения, что разбудил, но не буду. Еще подумаешь, что я с тобой заигрываю. А мы же этого не хотим?

Я потерла глаза ладонью, но мир так и не стал ярче. Слабость, оставшаяся после сна никак не проходила. Это ощущалось как жар во всем теле при высокой температуре, только можно было не сомневаться, что это чувство не снимет таблетка аспирина.

Эндж, казалось, был доволен моим состоянием, расслабленно оперевшись на кровать и теребя ткань моего свитера. Я не заметила ни опасных клинков в его руках, ни других орудий пыток, а поэтому покачнулась и вновь вернулась в горизонтальное положение, ничего не ответив на его сарказм.

Сил на очередной побег у меня не было, как в принципе не предоставлялось и возможности, поэтому единственной целью, ставшей в моем списке на первых местах, оказалось остаться в живых, хотя бы еще на несколько часов. Мне не стоило поддаваться на провокации, ровно, как и не стоило нервировать его, а единственным желанием было побыть в тишине, притворившись, что в комнате я совершенно одна. Но у Энджа нашлись свои планы на мой счет.

- Знаешь, в моем присутствии девушки не засыпают, по крайней мере, не первых часа три. Ты уверенна, что хочешь предаться именно сну? Есть вещи куда как более интересные.

Я закрыла глаза и отвернулась от мужчины, попытавшись не вслушиваться в его монолог. От неприкрытого самолюбования становилось так противно, что мне хотелось накрыть голову подушкой, лишь бы не слышать всю эту грязь.

На пару минут в комнате воцарилась долгожданная тишина, и я было подумала, что мои мечты сбылись, но неожиданно что-то горячее коснулось моего плеча. Толстый свитер был все еще на мне, но даже сквозь плотную вязку я чувствовала легкие поглаживания, словно проникшие прямо под кожу. Мне стоило огромных усилий не шевелиться, зная, что Эндж только играет со мной, стараясь вывести из равновесия. Ему почти это удалось. Прикосновения вызывали во мне двоякие чувства. Я старалась помнить, что это мужчина, похитивший меня и заперший в комнате старинного замка, но никак не могла соотнести его зловещий образ с нежностью, которая сквозила в этих движениях. Он прекрасно знал, что делать и как разбить стену моего безразличия, а мне все сложнее становилось лежать без движения. Но мой бойкот казался оправданным. Ведь что еще можно было предпринять, оказавшись в плену? Выжидать. А я пока не собиралась менять тактику.

- Опять игра в молчунью, - разочарованно протянул Эндж, зачем-то поправляя мои волосы, в беспорядке лежащие на подушке. - Ты так предсказуема. Но мне плевать. Так даже лучше. Когда еще мне попадутся такие чуткие девушки, готовые в любой момент меня выслушать. Диана, ты уверенна, что ничего не хочешь мне сказать? Может, какие-то вопросы зародились в твоей милой головке? Нет?

Моего ответа не последовало, но кровать рядом со мной прогнулась под тяжестью мужского тела, и я ощутила его легкое дыхание у своего уха.

- Тогда приступим, - прошептал он, фривольно положив свою руку мне на талию. - Будем считать это сеансом психоанализа. С чего бы начать... наверное с того, что меня просто достала эта работа. Я уже более сотни лет не посвящал новых членов, а тут подарок от Оракулов. Это всегда такой стресс. Сначала убедись, чтобы тело не сильно пострадало, потом выжди всю церемонию погребения, а в конце еще и выкопай гроб. Мне, к слову, не понравились твои похороны: так вяло и скомкано, словно закапывали хомячка. Твои друзья не проронили ни слезинки, ну не считая этого мальчика-колокольчика. Он устроил настоящее шоу плакальщицы. Такая мерзость.

Я напряглась, осмыслив его последние слова, и Эндж почувствовал это, замолчав и прислушиваясь к моему резко участившемуся пульсу. При упоминании Димы, сердце сошло с ума, отбивая бешеный ритм. Откуда мужчина знал о нем? И так ли сложно было разузнать о моей жизни?

- О, твое бедное сердечко откликается даже на просто упоминание об этом смазливом юноше. Ты что действительно что-то к нему чувствуешь? - искренне удивился Эндж. - Он тебе не пара. Зачем тебе столь слабое существо? Ты ведь так и не простила его за предательство?

Это был скорее риторический вопрос, но я не могла представить, сколько времени безумец следил за мной, чтобы быть во всех подробностях моей жизни. Впрочем, не удивительно, он был со мной вечером 14 февраля, когда и похитил, а значит, стал свидетелем той отвратительной сцены между мной, Димой и его крашеной мымрой. Теперь Эндж мог с легкостью играть на моих чувствах.

- Все равно молчишь, - продолжил он, не шевелясь, как и я. - Может, тогда послушаешь про похороны своих родителей? Их в отличие от тебя действительно оплакивали.

Я дернулась как от удара, но продолжала молчать. Он знал как причинить мне настоящую боль, внешне оставаясь даже заботливым. Его рука до сих пор касалась моей поясницы, и к своему ужасу я осознавала, что это прикосновение не было мне противно. От этого становилось только тяжелее.

- Прости, - почти искренне произнес Эндж. - Это было грубо и не достойно уст настоящего джентльмена. Может, если бы ты не пыталась меня убить, я был бы с тобой гораздо добрее. Поверь, я душа компании. Но на чем мы остановились? Ты в курсе, что новых учеников не появлялось почти двести лет? Тебя можно считать даже в какой-то мере уникальной, конечно, если бы не твоя патологическая глупость. Хотя, я тоже хорош. Потащить тебя на место трагедии и поверить, что ты не попытаешься бежать. Мне искренне обидно, что ты так поступаешь. Разве я монстр? Да твой Дима рядом со мной и не валялся. Увалень. Молчишь? Ладно, идем дальше. Тебе нравиться твоя комната? Существует легенда, что ее прежняя хозяйка выпала вот из того окна, когда пыталась выбраться из заточения, на которое ее обрек отец, чтобы разлучить девушку с возлюбленным низкого происхождения. Но не думаю, что что-нибудь скажет фамилия Сазерленд. Вы потерянное поколение. Что еще можно сказать о людях, которые пишут в сообщениях 'чмоки-чмоки'? Тараканы и то разумней.

Его пламенную речь прервал довольно громкий стук в дверь, прозвучавший в тишине огромной комнаты как выстрелы. Мужчина вздрогнул и, тяжело вздохнув, поднялся с кровати. Я слышала легкий шорох его шагов и звук открывающейся двери.

- Тебе жизнь надоела, насекомое, - резко выкрикнул Эндж. Ответ на эти слова остался для меня за кадром. Как я не прислушивалась, звуки словно блокировались, так и не проникая в помещение.

- Малышка, я на минуту, - раздался над самым ухом голос мужчины. - Причины личностного характера, мне совершенно неподвластные. Не скучай.

Захлопнулась дверь, и все замерло. Я наконец-то могла расслабиться. В присутствие Энджа чувствовалось дыхание самой смерти, словно все возможные несчастья собрались именно над моей головой. Даже в эти минуты покоя, мне не удавалось унять мелкую дрожь, которая непременно появлялась, когда мой палач находился рядом слишком долго. Я была слишком уязвима перед ними и боялась признаться в этом.

- Я знаю, что ты притворяешься.

Словно голос с другого света. Я забыла о своем бойкоте и подскочила на кровати, нервно озираясь. Рядом с кроватью стоял тот загадочный мальчик, что никогда не выпускал из рук гитару, только я не слышала, как ему удалось проникнуть в комнату. Он действительно напоминал призрака. Чересчур бледная кожа казалась почти прозрачной на фоне угольно-черных волос, чуть темнее, чем у Энджа, они лежали беспорядочными прядями, падая на глаза, но даже так, эти бледно-зеленые глаза, в несколько раз светлее летней травы, сияли как драгоценные камни. Весь его облик был потусторонним, а мрачная одежда только подчеркивала это. Черные рваные джинсы и футболка с логотипом группы 'Король и Шут' на несколько размеров больше, только подчеркивали невероятную худобу парня. Если бы не блеск в глазах, его спокойно можно было принять за мертвеца, только этот еще и недурно играл на гитаре.

- Я Некромант, - представился он, лишь слегка разомкнув губы.- Ты вероятно Ди?

- Диана. - Я совсем позабыла, что собиралась не обращать внимания на происходящее вокруг, когда этот неожиданный гость совсем лишил меня былой осторожности. В нем чувствовалась какая-то странная магия, вызывающая мгновенную симпатию, несмотря на его пугающий вид.

- Я так и сказал, - ответил он, бросив на кровать весьма потрепанную газету.- Почитай. Третья страница, раздел 'Происшествия'. И да, Эндж - свинья, так что крепись. Просто не поддавайся на его уловки и пройдешь через это без особых потерь. Хотя, видя в каком он раздражении находится последний день, могу только снять перед тобой шляпой. Когда начну их носить, именно так и поступлю.

Парень развернулся и также тихо вышел, прикрыв за собой дверь. А я все еще сидела замерев, прокручивая в памяти наш разговор, хотя говорил в основном он. Мое совсем некстати вставленное слово, казалось абсолютной глупостью.

- Некромант, - тихо повторила я, потянувшись к оставленной им газете. - Кто дал ему такую кличку... Дом психов.

Местный выпуск весьма популярной в городе прессы сообщал о событиях прошедших дней. Я вначале без интереса просмотрела первую страницу, морщась от совершенно бездарных заголовков, но перелистнув тонкий, словно калька лист, застыла, вчитываясь в каждую строчку.

В небольшой заметке безо всяких фотографий рассказывалось, что в ночь на 15 февраля в подъезде одного из жилых домов произошел пожар. Меня удивило даже не то, что в издании давался мой адрес, ведь я видела последствия от огня своими глазами, а то, что Эндж вновь оказался прав - трагедия насчитывала три жертвы. Семья задохнулась от угарного газа в собственной квартире. Стоило ли мне называть фамилии погибших? Ни к чему. Моя семья была официально мертва. Ровно, как и я сама.

- Без истерик. - Голос Энджа, полный злобы, прокатился по коридору и дошел до дверей моей комнаты. Не знаю зачем, но я тщательно свернула газету, а затем спрятала под подушку, вернувшись в свое первоначальное положение, только еще сильнее спрятав лицо в подушку. Буквально через несколько секунд хлопнула дверь, и мужчина почти прыгнул на кровать рядом со мной.

- Ты без меня не уснула? - Его рука скользнула под мой свитер, и я шевельнулась, в жалкой попытке сбросить его ладонь. - На то, что ты подскажешь мне, на чем я остановился, рассчитывать не стоит, так? Милая, твоя глупая забастовка ни к чему не приведет. Когда вернется голод, ты приползешь ко мне на коленях, слезно умоляя поделиться хоть капелькой живительной влаги. Все вы меркантильные стервы, медленно, по капле вытягиваете из мужчины жизнь. И чем вас только не устраивают свободные отношения? Это что, заложено у вас где-то на генном уровне, захомутать ни в чем неповинного парня? Кстати, если уж зашла речь, то та невероятная блондинка с бесконечными ногами - Калипсо. Не переходи ей дорогу, она - тебе не ровня. Бедная девочка и так не в большом восторге, что теперь в этом замке появилась еще одна принцесса. А тот безумный гот - Некромант. Его уж точно сторонись. Парень помешан на мертвых. Некрофилия конечно незаразна, но рисковать не стоит.

Я вспомнила странного гостя. Так значит, Эндж не знал, что тот был здесь. Любопытные отношения, только почему я всегда в центре событий. Так кто из них друг, кто враг? Глупо. Здесь не существовало друзей.

- Как ты уже поняла, - многообещающе проговорил мужчина, - я в этом шикарном особняке единственный адекватный человек. И лучше со мной не спорить. Ты станешь идеальным дополнением этого дурдома. Ну же, солнце, поговори со мной. Мой голос конечно божественен, но говорить с пустотой весьма утомительно.

Он не долго дожидался ответа, а силой перевернул меня на спину, придавив широкой ладонью к матрасу. Эндж недовольно закусил губу, всматриваясь в мое лицо, а я не могла отвести глаз от столь правильных черт лица. Как только подобная внешность доставалась самым ужасным на свете маньякам. Какая растрата. Впрочем, ничего удивительного, даже яркие тропические цветы порой скрывают под броскими лепестками хищническую натуру.

- Будем дружить? - рассмеялся мой палач, сверкнув идеальной белозубой улыбкой. - Это мое последнее предложение.

- Я устала. - Его взгляд мгновенно стал тяжелым и глубоким, карий цвет потемнел, уходя в красное дерево. Эндж о чем-то раздумывал, а потом спокойно откинулся на спину, бездумно уставившись в потолок.

- Я тоже, - тяжело вздохнул он, заложив руки за голову. - Тогда давай разъясним все вопросы: дверь заперта, мы на пятом этаже, убить меня тебе не удастся. А теперь, пожалуй, можно и вздремнуть. За эту ночь ты вынесла мне весь мозг, девочка. И прошу, не храпи. Да, и никаких домогательств, а то у меня голова болит.

Мужчина лениво повернулся на бок и приобнял меня за талию, прижавшись вплотную. Я попыталась отодвинуться, но тот мгновенно сдавил меня сильнее, словно непослушного котенка. А после еще и зарылся лицом в мои волосы, но ровно через секунду отстранился.

- Душ - вон та розовая дверь, - сказал он, поморщившись, и почти столкнул меня с кровати. - Кстати, я предпочитаю фруктовые ароматы.

Я постояла посреди комнаты, наблюдая, как выровнялось дыхание Энджа, а поза стала еще расслабленной. Почему только внутри не чувствовалось прежней ненависти к нему? Быть может дело в том, что моя версия о похищении трещала по швам, и я все больше верила в теорию, предложенную этим сумасшедшим. Газетная статья стала последней каплей, окончательно пошатнув мою веру в благополучный исход всей этой истории. Что-то внутри подсказывало, что однажды придется поверить и в настоящие безумства.

Удостоверившись, что мужчина крепко спит, я прошла к входной двери и повернула ручку. Заперто, как и обещал мой надзиратель. Тяжелые ставни окон хоть и были открыты, но высота оказалась головокружительной. Ни один человек не смог бы выжить после такого падения, и даже хватаясь за весьма внушительные выступы у каждого окна, я вряд ли смогла бы продвинуться больше метра - стоило заняться скалолазанием гораздо раньше.

Я тяжело вздохнула и прошла в ванную, которая поразила своей роскошью. Позолоченная сантехника показались ужасно вульгарными, а светлая плитка на стенах наверняка стоила целое состояние.

Закрывшись на замок и подперев на всякий случай дверь корзиной для белья, я наконец-то сняла с себя безобразные вещи и встала перед зеркалом. К моему счастью, цвет глаз практически вернулся в норму, только белки оставались слегка розоватыми, но я уже видела свою родную темно-карюю радужку. Шрамы так и не вернулись, словно в тот момент были всего лишь нарисованы на теле. Сейчас кожа казалась ровной и гладкой, правда от прошлогоднего загара, все еще державшегося на коже, теперь не осталось и следа, отчего худоба становилась еще более явной. Не было и синяков, которые просто были обязаны остаться после падения с лестницы. Но это ни то, из-за чего действительно стоило расстраиваться.

Горячий душ пришелся как нельзя кстати. Я чувствовала эти обжигающие струи и забывала обо всех несчастьях, свалившихся на мою голову. Ход мыслей замедлялся, и они уже не витали в голове в полном беспорядке. Неожиданно что-то щелкнуло, расставив все по местам. А что если Эндж действительно говорил правду? Сколько можно отрицать очевидное? Могилы, опечатанная квартира, заметка в газете, и то, что я не могла навредить ни себе, ни ему. Зная его возможности, оставалось лишь удивляться, отчего он оставил меня в живых. Возможно, это просто не входило в его планы, и стоило пересмотреть свои взгляды на произошедшее.

Я выключила воду и вышла из душа. Нельзя же было поверить ему на слово? Как всегда любил повторять мой отец - 'Истина в сомнении'. Мне пришлось перерыть все вокруг: полки за зеркалом, шкафчики, встроенные под раковиной, но я находила лишь неимоверное количество средств по уходу за телом и банные принадлежности, пока взгляд не натолкнулся на маникюрный наборчик. Между острой пилочкой и небольшими ножницами я выбрала последнее, проверив их на своих волосах. Тонкая прядь упала на пол, срезанная заточенным лезвием.

Встав перед зеркалом, я долго рассматривала находку. Совсем миниатюрные, чтобы причинить серьезный вред, но достаточно острые для проверки моей неуязвимости. Мне пришлось побороть внезапно вспыхнувший страх. Оказалось, что причинить себе боль намного сложнее, чем выглядело на первый взгляд. Я поднесла лезвие к шее, но почти сразу же убрала. Совсем не хотелось умереть по глупости от кровопотери, поэтому вариант перерезать вены на руке тоже отпадал. Мне не удавалось даже сделать маленький надрез на пальце. Я снова и снова подносила ножницы к руке, но не могла даже шевельнуться. Не просить же Энджа помочь мне?

Я закрыла глаза и, представив, что от этого зависит моя жизнь, с силой опустила острие в центр своей открытой ладони. Мне пришлось закусить губу до крови, но даже это не помогло сдержать стон боли. Рука словно вспыхнула, пронзенная раскаленным прутом. Я посмотрела на рану и медленно вынула ножницы. Лезвие прошло насквозь. Кровь залила белоснежный кафель, напоминая алый водопад, собиравшийся на полу в небольшие лужицы. Я и не могла подумать, что ее будет так много. В нос ударил запах ржавчины, а перед глазами поплыли яркие круги. Мне не хватало только упасть в обморок. Черт.

- Твою мать, детка, - вскричал Эндж, непонятно как проникший сюда через закрытую дверь. Он кинул на пол махровое полотенце, которое вмиг окрасилось в яркий красный цвет. - Тебе точно нужно держать на привязи.

Мужчина присел рядом со мной и взял мою окровавленную ладонь в свои руки. Боль исчезла, оставив после себя только чувство тепла, начинающееся в центре и растекающееся по самый локоть медленными волнами. Я с ужасом заметила, как кровь начала густеть, приобретая сначала бордовый, а потом почти черный цвет, закупоривая сквозную рану. Через минуту пропало даже жжение.

Эндж дотянулся еще до одного полотенца и протер мою руку. Ладонь была цела, словно ничего и не было. Но кафель в багряных разводах говорил об обратном. Каким-то непостижимым образом края раны затянулись, не оставив после себя и шрама. Чудо? Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

- И что ты хотела этим доказать? - почти прокричал он мне на ухо. - Кафель будешь оттирать сама. Как ты меня бесишь своими тупыми выходками. А слабо было перерезать ими шею, а? Может, было бы даже забавнее. Никогда не видела кровавого фонтана? Невероятное зрелище.

Я не ответила, рассматривая свою ладонь с обеих сторон. Ничего. Разве такое возможно?

- Почему так? - Мне с трудом удалось сформулировать этот вопрос, но он все равно звучал довольно глупо. А что вообще положено говорить в подобных ситуациях?

- Мы вроде бы уже обсуждали это. Ты бессмертна.

- Так не бывает.

- Увы, бывает. Но если ты как-то еще можешь объяснить ускоренную регенерацию, то я весь во внимании. Кстати, тебе не холодно?

Только сейчас я заметила, что до сих пор сижу совершенно обнаженной, а капельки воды кое-где еще не высохли, искрясь на коже. От стыда к лицу прилила кровь, сделав меня похожей на помидор. Я потянулась к ярко-розовому полотенцу, висящему на ручке двери, и обмоталась им в несколько раз, прячась от любопытного взгляда Энджа. Он уже ни раз видел меня без одежды, но я никак не могла перебороть себя, каждый раз смущаясь, как школьница. Наверное, стоило уже привыкать к его неизменному присутствию в моей жизни.

- Но такого никогда не было. Я дважды ломала руку, у меня было сотрясение, и даже легкие порезы не заживали мгновенно, - начала рассуждать я, но ничего не складывалось. - Это все ты.

- Конечно же, я, - усмехнулся мужчина, загораживая дверной проем. - Меня зовут Эндж, мы вроде бы уже знакомы. Накинь пока халат, потом найдем тебе что-нибудь прикрыться, а то ты напоминаешь скелет для анатомических исследований. Это нужно прятать.

Он вышел, а я последовала его совету и надела легкий шелковый халат японской расцветки. Его слова должны были меня задеть, но за это время что-то внутри умерло, и его сарказм совершенно не достигал цели. Разве стоило обращать внимание на чье-то мнение, когда мир перевернулся с ног на голову?

Слегка пригладив влажные волосы, я вышла из ванной, увидев, что Эндж все еще в комнате, листает газету, которую недавно принес Некромант.

- Откуда это? - недовольно спросил он, бросая ее обратно на кровать.

- Не знаю.

- Кто тебе ее принес?

- Она уже был здесь. - Почему-то мне не хотелось рассказывать о визите парня, но сильнее всего было желание позлить своего надзирателя, пусть это и воздастся мне в будущем.

- Как скажешь, крошка. Если ты считаешь, что из четырех находящихся в этом замке не вычислить нужного болвана, то ошибаешься. Я покажу этому дохлому червяку, как вмешиваться в мою работу.

- Стой, - крикнула я, когда заметила, что мужчина кинулся к двери, в приступе гнева сжав кулаки. - Ты ничего не объяснил.

- А теперь тебе нужны объяснения, - обратил он на меня свою ярость. - Может, стоило обсудить это, а не кромсать себя ножницами?

- Тебе-то какое дело?

- Итальянская плитка не потерпит твоей плебейской крови.

- Урод, - непроизвольно вырвалось у меня, но забрать слово назад уже не представляло возможным.

- О, девочка, ты специально выводишь меня из себя. Лучше помолчи и слушай. Обучение начнется на неделе. С остальными познакомишься завтра. А до этого момента можешь отдыхать.

- Какое обучение? То, как быть бессмертным? - Из горла вырвался нервный смешок.

- Ты из рода Фениксов - древних бессмертных. Смерть для нас возрождение. Срок твоей человеческой жизни истек, когда сердце отсчитало свой последний удар. Теперь ты бессмертна и тебе многому придется научиться. - Это прозвучало как заученное определение. Сколько же раз он повторял одно и тоже?

- И это все? - Мне не удалось скрыть своего негодования. Все, что мне стоило знать, уместилась в четыре жалких предложения?

- А что ты ожидала? Лекцию на пару часов? Я что похож на профессора? Старик займется тобой, это в мои обязанности не входит.

- А ты тогда кто? - задала я самый логичный вопрос.

- Твой наставник, - ответил он как само собой разумеющееся. - Разве ты еще не поняла? Я здесь чтобы обучать тебя и наставлять. - Не удержавшись, Эндж рассмеялся собственным словам. - Господи, какой пафос! В общем, я царь и Бог!

Я медленно опустилась на кровать, уставившись в одну точку, лишь бы не видеть его веселья. Мне нужны были совсем другие объяснения, а не фантастический роман о псевдо-бессметных.

- Фениксы, - повторила я и усмехнулась. - Они же возрождались из огня.

- В каждом мифе есть своя доля правды. Тема возрождения вообще довольно популярна в древней мифологии разных стран. Факт в одном - теперь ты одна из нас и назад дороги нет. Ладно, оставим эту душещипательную тему до завтра. Уже полдень и вообще-то у нас это считается сонным часом, ну как в детских садиках, знаешь, - улыбнулся мужчина. - Так что сладких снов. Я тоже хочу отдохнуть. А то чувствую себя отцом младенца, который не дает мне выспаться как следует. Лучше не строй из себя грудничка, ненавижу это в девушках.

На выходе он обернулся.

- И действительно лучше ляг спать. Только попробуй бежать, и остаток вечности проведешь на цепи. Ты же знаешь, что я не шучу. Я вообще люблю эту фишку со связыванием.

Эндж вышел, хлопнула дверь, в замке повернулся ключ. Даже роскошная комната могла превратиться в тюрьму. Теперь я это понимала.

Глава 7

Я почти не спала, только бездумно смотрела в потолок, вспоминая слова Энджа. Страх за свою жизнь больше меня не тревожил, но волнение так и не проходило. Меня пугала окружающая обстановка. Все было чужое, дикое, угрожающее. Я слишком привыкла жить в безопасности, зная все наперед, а теперь, оказавшись совершенно новом мире, была беспомощна.

Сначала мне хотелось бежать, но слишком быстро пришло понимание, что укрыться больше негде. Ни дома, ни родных, ни близких. Куда податься мертвецу? Мое место было рядом с моими родителями. И почему я только не умерла вместе с ними? Это было бы справедливо. Мысль, что их больше нет, разрывала мне сердце, но я и отдаленно не могла передать это чувство потери. Даже самая ужасная физическая боль не способна сотворить такого. Как пропасть, разрастающаяся в груди, как сотни острых мечей, вонзенных в сердце, как черная дыра, поглощающая все живое. Я кричала от переполнявшего меня ужаса, слезы стали привычными, но легче не становилось. Перед глазами стояли глухие могилы - все, что осталось от моей прежней жизни.

Почему именно я? Что будет дальше? Как мне повернуть время вспять и все исправить? Сотни вопросов не позволяли мне заснуть, становясь все настойчивее, как только я закрывала глаза.

Мне нравилось лежать без движения, притворяясь мертвой. В этом было что-то правильное, естественное. Быть может я все еще верила, что ситуация измениться, вернется к норме, но мне пришлось загнать эти мечты глубоко внутрь, ни в коем случае не показывая остальным, особенно Энджу. Вся боль и страх, вся уязвимость теперь прятались от посторонних глаз, считаясь непозволительной слабостью. Я выбрала безразличие.

Мой надзиратель, как и обещал, ворвался в комнату с заходом солнца. Включив яркий свет, он недовольно посмотрел на мою безжизненную фигуру и уже по привычке сел рядом.

- А я то надеялся на радушный прием. Как глупо. Взамен же меня снова встречает труп. Гениально. Я принес тебе кое-что из одежды. Калипсо оказалась весьма щедра. - Эндж бросил на кровать большой подарочный пакет, который до этого держал в руках.

Я не обратила на это внимание. Плясать под его дудочку совсем не хотелось.

- Тебя уже ждут, так что бегом вставай и одевайся. - В голосе мелькнули командирские нотки. Ему не нравилась наша игра.

- Хочешь, чтобы я применил силу? - буквально через минуту спросил он, когда моей реакции вновь не последовало. - Откуда такая тяга к насилию, а, крошка? Какие-то сокровенные эротические фантазии? Идея полного подчинения мужчине?

Поморщившись от его грязных идей, я все-таки шевельнулась и поднялась, притянув к себе пакет с одеждой. В эту минуту Эндж увидел мою слабость и теперь прекрасно знал, за какие ниточки дергать, чтобы я всегда оставалась его послушной куклой. Но мне было плевать. Терпеть его прикосновения, даже для того, чтобы что-то доказать, совсем не было желания. По крайней мере, не сейчас.

Щедрость Калипсо не знала границ, а точнее девушка не знала такого понятия как 'щедрость'. Одежда напоминала бесформенные тряпки, которыми можно было лишь протирать полы. Не думаю, что та шикарная блондинка, встретившая нас в гостиной, могла вообще прикасаться к подобному тряпью. Режущие глаз расцветки, большие размеры, совершенно безвкусные фасоны. Не нужно быть гением, чтобы понять ее неприязнь ко мне. И почему только враги появляются без всякого нашего на то желания и ведома, тогда как друзей приходиться искать всю жизнь? Одного недоброжелателя я уже получила.

- Можешь идти голой, я не против, - тут же сказал Эндж, заметив недовольное выражение на моем лице. - Я никогда не понимал этой привязанности к вещам. Тебе придется пока поносить это, а если будешь послушной девочкой, мы купим тебе что-нибудь приличное.

- Выйди, - резко бросила я, даже не взглянув на мужчину. - Мне нужно переодеться.

- Может тебе помочь? - усмехнулся он, слегка покачиваясь на носках и скрестив руки на груди.

- Лучше бы одолжил свою рубашку, - пробормотала я себе под нос, раскладывая на постели совершенно отвратительные вещи. На Эндже сегодня была черная классическая рубашка навыпуск, застегнутая только на несколько пуговиц, с закатанными рукавами. И это человек, который не понимал смысла в моде. Лжец.

- Как скажешь, детка. - Мужчина тут же начал обнажаться, очень медленно расстегивая пуговицы. Вскоре на мои колени мягко легла его рубашка. - Я жду снаружи, так что поторопись.

Я не могла пошевелиться, рассматривая столь щедрый подарок. Ткань была мягкой и все еще теплой на ощупь. Более того, от нее исходил невероятный аромат дорого парфюма, которым пользовался Эндж. Мне стоило отложить ее в сторону и впредь быть более осторожной в своих желаниях, но рука сама тянулась к вещи. Я так желала его ненавидеть за все случившееся, но внутри зародился лишь странный трепет. Мне не хотелось думать об этом.

Его рубашка превратилась в довольно милое платье чуть выше колена. Калипсо щедро снабдила меня нижним бельем, а под ворохом тряпья я обнаружила сносный ремень-веревку, чтобы подвязать наряд на бедрах. Но мне пришлось вернуться к вчерашней обуви, хотя и эти сапоги пришлись к месту. В дополнение ко всему я заплела волосы в две косы 'рыбий хвост' и слегка их растрепала.

Эндж нетерпеливо постучал в дверь, и мне пришлось закончить со сборами. Наверное, стоило меньше думать о внешнем виду и мыслить уже о вечном и великом, но старые привычки не искоренить. Отсутствие макияжа до сих пор казалось недопустимым. Но, улыбнувшись своему отражению, я смело открыла дверь. Глаза мужчины слегка расширились, но он довольно скоро справился с собой, сделав вид, что ему абсолютно все равно. Подобными вещами его было не удивить.

- Только постирай ее, перед тем как вернуть мне, - прокомментировал Эндж, недовольно глядя на мою одежду, а сам, так и не удосужившись прикрыть свой обнаженный торс. - Это моя любимая рубашка. Будь с ней осторожна, и стирай только вручную.

Он тут же взял меня за руку и повел вниз, сменяя один этаж другим, и совершенно не обращая внимания на то, что я старалась замедлить его шаг. Как ни странно, меня не удивляла его бесцеремонность, более того, я уже начала воспринимать ее как неотъемлемую часть личности Энджа. Это была его победа.

Мы оказались в подвале, а я постаралась не думать, на сколько метров мы ушли под землю. Слои грунта давили на психику, словно с каждым шагом меня погребали все глубже и глубже. Ужасное чувство.

Длинный коридор никак не заканчивался. Мы шли все дальше и дальше, сопровождаемые только светом горящих факелов. 'Подземелье драконов', я даже не понимала, кто может обитать в этих катакомбах. Очередное зло?

- Будь с ним мила, - неожиданно разорвал тишину Эндж, бросив на меня мимолетный взгляд. - Хотя кому я это говорю? Просто не пытайся его убить, как меня. Увы, он не столь понимающий как я. Так что будь с ним поаккуратней. Не хочу, чтобы на тебя жаловались.

- Ты о ком?

- Линел - наш вездесущий старец,- расхохотался он. - Воспринимай его как дедушку, которого у тебя нет.

- Эндж. - Раздался по коридору громогласный голос. - Ты мил как собственно и всегда.

Перед нами возник мужчина в возрасте около шестидесяти, хотя его внешний вид не выдавал в нем старика, скорее истинного джентльмена, идеального во всем. Строгий костюм в тонкую белую полоску и накрахмаленная голубая рубашка говорили сами за себя - этот человек не потерпит своеволия. И как только Эндж мог называть его старцем?! Я даже не видела седины в его идеально уложенных волосах.

- Пропустим приветствия, - ответил ему мужчина и подтолкнул меня вперед, сам отступая вглубь мрачного коридора. - Она теперь в твоем распоряжении. Вернусь через пару часов. И будь с ней осторожен. Девочка - редкая штучка. Не давай ей ничего колюще-режущего. Я уже на этом обжегся.

- Не преувеличивай, мой мальчик, - пробормотал Линел, потирая подбородок. - Ты просто ничего не смыслишь в педагогии. Да ты вообще ни в чем не смыслишь, если дело не касается драки.

- Мы перешли к оскорблениям? - тут же настороженно замер мой наставник.

- Ну что ты, мы все еще на стадии 'холодной войны'. Я сообщу заранее, если решу перейти к решительным действиям.

- Как любезно с твоей стороны. - Эндж изобразил самую фальшивую улыбку на свете, а затем, кивнув мне, пошел в обратном направлении. А я с открытым ртом наблюдала, как играют тени от факелов на его широкой спине. Что он со мной делает?

- Прошу. - Мужчина отошел в сторону, пропуская меня вперед. - Надеюсь, мы с пользой проведем это время, в отличие от этого варвара.

За тяжелой дубовой дверью располагалась небольшая коморка, освещенная лишь свечами. Обстановка отдавала средневековьем: простой, слегка потрепанный временем, стол, низкие табуреты и высокие, до самого потолка, шкафы, заставленные бесчисленными книгами. 'Убежище затворника', - пронеслось в моих мыслях.

- Не подумай, что я книжный червь, - усмехнулся Линел, закрывая за нами дверь. - Скорее я жертва ностальгии. Если бы ты только знала, сколько времени я провел под землей в замкнутом пространстве. Теперь не могу спокойно работать без моих родных катакомб. Не пугайся, если тебя это смущает, можем перейти в более современное помещение.

- Все в порядке, - задумчиво произнесла я, рассматривая странную обстановку. - Так, кто вы?

- А что на этот счет сказал Эндж?

- Ничего жизнеутверждающего.

- Кто бы сомневался. Я - Хранитель. Вся информация, существующая в этом мире в памяти других людей, доступна именно мне.

- Что-то вроде Интернета? - усмехнулась я, так и не решаясь присесть на грубый табурет.

- Да, - рассмеялся он, - но во вселенском масштабе. Я - своеобразный справочник. Мое сознание способно уместить безграничный объем информации.

Я задумалась, опять вспомнив про компьютер и карты памяти. Человек, знающий все, почему меня это не особо удивляло?

- Так, почему я здесь?

- Ты должна пройти обучение, и первый этап - доскональное знание истории.

- Ненавижу гуманитарные науки.

- Я не профессор, чтобы мучить тебя новыми данными. Это уже в твоей крови. Но разве у тебя не возникли ко мне вопросы?

Мне пришлось признать, что в чем-то он был прав. Жаль только, что первым мне на пути встретился Эндж, а не он. Многих унижений удалось бы избежать.

- Полностью с тобой согласен, - резко бросил Линел, усаживаясь за свой стол. - Я давно борюсь за то, чтобы его сняли с должности Наставника. Его методы, как бы помягче выразиться, весьма непрофессиональны.

Он что, читал мои мысли?

- И да - я довольно неплох телепатии, - улыбнулся мужчина, расстегивая полы своего пиджака. - У каждого из нас свои способности, и это очередная причина, почему я предпочитаю уединение массовым сборам. Но давай все по порядку. У тебя ведь есть вопросы?

- Я мертва? - Это звучало так глупо и бессмысленно, что мне с трудом удалось сдержать смех.

- Все относительно в этом мире. Сейчас ты жива, но в тот момент твое сердце остановилось. Так что да, для окружающих ты мертва.

- А мои родители?

Линел видимо услышал боль в моем голосе, поэтому немного повременил с ответом.

- Все однажды покидают этот мир, но только избранным удается вернуться обратно. И на мой взгляд, в смерти нет ничего плохого. Многие из нас в душе мечтают о ней, ведь это гораздо проще, чем бессмертие.

- Но почему они не вернулись? - спросила я, пытаясь сдержать слезы. Слишком больно было признаться самой себе, что их больше нет рядом со мной.

- Фениксы - довольно редки в современном мире. Это подобно редкому гену, проявляющемуся у детей, вне зависимости от того, кем являются его родители. Это не наследственное. Лишь только у двух бессмертных может со стопроцентной точностью может родиться Феникс, но и в этом случае, все признаки появятся только после биологической смерти внешней оболочки.

- Тогда в чем смысл?

Мужчина отклонился, запустив пальцы в свои светлые волосы.

- Давай, я расскажу тебе предысторию. Без нее довольно тяжело понять суть происходящего. Это основа основ бытия. Знай, что первоначально все люди были бессмертными.

- Вы об Адаме и Еве? - тут же перебила я, надеясь, что мне не придется слушать подобные бездоказательные вещи.

- Нет, дитя, религия здесь ни причем. Это лишь опиум для народа, очередной наркотик, чтобы у них не возникало лишних вопросов, а жизнь казалась сносной. Хотя любая легенда имеет под собой факты. И если ты не станешь перебивать меня, мы, возможно, разберемся в этом.

Я смущенно потупи глаза, и как можно удобней устроилась перед ним.

- Это что, рубашка Энджа? - Его слова заставили меня вспыхнуть. - Не отвечай. Не хочу даже слышать об этом. Просто последующий раз не афишируй ваши отношения столь явно. Есть люди, которым это может совсем не понравиться.

Мне не удалось сказать ничего в оправдание, когда Линел продолжил.

- Так вот, в самом начале все люди были бессмертны. И когда я говорю 'начало', я имею в виду тот этап, когда ничего еще не существовало, а именно нашего привычного мира. Более того, вселенная не имела границ. Никаких. Представь абсолютное пространство, и сотри все видимые и невидимые черты. Ни столкновения света и тени, ни грани между днем и ночью, ни разграничений между мирами. Можно продолжать бесконечно, но факт в том, что все жили в едином пространстве, совершенно бесконечном.

- Между мирами? - не поняла я.

- Ах, да, ты же современное поколение, верящее в торжество науки. Слышала когда-нибудь про параллельные миры?

- Смотрела однажды сериал. - Мне вспомнился многосерийный фильм об ученых, создавших пульт, способный отпирать порталы в другие миры. Вот только изобретение сыграло с ними злую шутку, приговорив путешествовать, пока они вновь случайно не наткнуться на свою параллель. Жаль, я не помнила его названия.

- Пусть будет так, - махнул рукой мужчина. - Существует бесчисленное множество миров, и они располагаются бок о бок друг с другом. Порой одна реальность находится внутри другой, но суть не в этом. Раньше они были одним целым, как и существа, обитающие в них.

- Существа?

- Ты прекратишь перебивать меня или нет, - почти зло поинтересовался Линел, смерив меня взглядом угольно-черных глаз. - В начале мы были единой расой. И поистине это оказалось волшебное время. Никаких конфликтов или непонимания. Лишь мир и вселенское счастье. Но как ты понимаешь, ничто не вечно, и однажды появились те, кто решил подняться выше, чем нас расположила природа. Среди бессмертных образовался Союз, поставивший себе целью поработить других, подчинив себе вселенную. Начались войны, даже вы, люди, поразились бы их жестокости. Как по твоему можно убить бессмертного? Никак. В ход шло все, но чаще всего пленение. Мир погрузился во тьму. Тогда нам пришлось объединиться, чтобы прекратить распри. Самые сильные бессмертные отдали свои силы, чтобы возвести границы, разделившие реальности и закупорив их словно бутылки с прокисшим вином. Никто больше не мог путешествовать по параллелям. С тех пор каждый мир зажил своей жизнью. Но мы просчитались, оставшись здесь. В этой грани вселенной не было достаточных возможностей для возвращения к нашему идеалистическому существованию. И совсем скоро раса стала вырождаться. Бессмертные появлялись все реже, сначала через поколение, а потом и вовсе счет пошел на столетия. Как продолжается и сейчас. Наш род до сих пор существует, но природа контролирует численность, видимо решив, что, проживая не больше века, люди причинят ей меньше вреда.

- А что стало с остальными?

- Расы разобщились, став непримиримыми врагами, вот только границы способны удержать их в пределах своей реальности, исключая возможность новых катастроф.

- Они тоже потеряли свое бессмертие? - не удержалась я от вопроса.

- Возможно. Никто не может сказать точно, ведь связи с ними практически нет. Но нужно помнить об особенности каждого из миров. Не существует двух одинаковых, поэтому нет и двух одинаковых рас бессмертных. Например, существа, запертые под землей, приспособились к суровым условиям жизни рядом с земным ядром, но и сами стали далеко не милыми и пушистыми.

- Демоны?

- Можно и так сказать, но дитя, не стоит каждый раз упоминать Библию. Там конечно есть интересные вещи, но она далека от нашей реальности. Да, подземный мир сродни вашему аду - каменные глыбы, огонь, озлобленные существа - не самая лучшая реальность. Это единственный мир, который способен влиять на нас, но об этом позже. Вернемся к нашей лекции.

- А что стало с теми, кто хотел развязать войны?

- Они до сих пор здесь, рядом с нами. Бесконечное противостояние добра и зла. Теперь их цель открыть порталы, а наша не позволить им этого.

- Но что плохого в том, чтобы вернуться к миру без границ? - не поняла я, поменяв позу и облокотившись на стол. - Вы же сами сказали, что было довольно хорошо.

- В начале, милая, только в начале. Прошлое ушло безвозвратно. Мир изменился, мы изменились. Существа запертые в своей реальности только озлобились, пронеся через тысячелетия желание отомстить нам. Тем более, все люди вокруг нас - наши потомки и мы не можем подвергать их такой опасности. Битву бессмертных им не пережить.

- Это конечно мило,- ответила я после минутного молчания, - но звучит довольно посредственно. Такую историю не взяли бы и в качестве сценария для фильма. Звучит немного...любительски.

- Ничего другого я и не ожидал, - усмехнулся Линел, вставая из-за стола. - Вам всегда нужны доказательства.

Мужчина прошел к стеллажу из темного дерева и достал несколько книг, каждая величиной с небольшой чемодан. И как только ему удавалось держать их на весу с такой легкостью.

- Это тебе для домашнего чтения.

Я притянула к себе внушительную стопку и открыла самую верхнюю книгу. Она явно была выполнена не на бумаге, пальцы ощущали невероятную гладкость, что напоминало обработанную кожу.

- Но она не на русском. - Черные надписи были красивыми, но мне не удавалось узнать в них ни один известный миру язык.

- Конечно, это мертвый язык. Им пользуются только бессмертные, - ответил Линел, а, заметив мой недовольный вил, добавил: - А никто и не обещал, что будет просто.

- Вы предлагаете мне его выучить? - не поверила я. - А потом еще и прочитать эту кипу?

- Все проще. Забудь о человеческих рамках - ты больше не человек. Многие знания переходят с кровью наших наставников. В том числе и такая база как способность к языкам. Кирлсир - твой родной, так что это у тебя в крови.

К своему удивлению, я заметила, что некоторые слова действительно кажутся мне знакомыми, стоило лишь взглянуть на них вновь.

- А кровь - это обязательно? - Мне не хотелось показывать свое отвращение, но скрыть его не удавалось.

- Тебе нужно прийти в форму, - спокойно ответил мужчина, словно говорил об обыденных вещах. - Тело было мертво несколько суток, поэтому нужен толчок, чтобы запустить его вновь и конечно же поднять на новый уровень. Лишь позже тебе удастся обходиться без этого.

- Так замены не существует?

- Нет. Только кровь - мать всего живого. Если бессмертный сильно пострадал, то и ему приходится прибегнуть к этому. Она ускоряет регенерацию, заменяя нам и воду и еду. Если у тебя проблемы с гемофобией, то придется потерпеть.

- Сколько?

- Все зависит от тебя самой. Каждый ученик индивидуален. Твой наставник сам должен понять тот момент, когда придет время.

- Время для чего? - чем больше Линел говорил, тем больше вопросов возникало. И этому не было видно конца.

- Не все сразу, иначе нам не о чем будет говорить во время других встреч, - добродушно ответил мужчина. - Пока об этом рано. Два дня слишком мало, чтобы что-то прогнозировать. Ты только начинаешь свой путь, и мы все поможем тебе в этом.

'Особенно Эндж', промелькнуло в моих мыслях, что не скрылось от Линела.

- Не будь к нему столь сурова. Я не согласен с его методами, но он никогда не причинит тебе зла. Парень многое пережил, что пошатнуло его веру в наше дело. Думаю, приток новой крови никому из нас не помешает. Пусть этот дикарь и не прыгает от восторга от обязанности обучить тебя, но ему придется примириться. Он всего себя отдает работе.

- Мне казалось, вы не особо дружны? - осторожно начала я, опасаясь, что перешла допустимую грань.

- У нас разные взгляды на жизнь, но мы... терпим друг друга. Так поступают настоящие джентльмены.

- Какие речи, - протянул Эндж, входя в комнату, - может, имеет смысл придумать новую фишку?

- Отрастить волосы как дама легкого поведения? - Стычки между этими двумя вероятно не были большой редкостью, но я все равно чувствовала себя неуютно, словно подглядывала в замочную скважину.

- По крайней мере, я не веду жизнь крысы, запершись в подземелье, - ответил мой наставник, поравнявшись со столом. - Я все время боюсь, что ты сойдешь с ума. Точнее я все надеюсь на это, чтобы наконец освободить наш подвал от старого крота и устроить здесь бильярдную.

- Ты, наверное, забыл, что такое сарказм, - вскинул бровь Линел. - Твои высказывания должны быть смешны еще кому-то кроме тебя. К сожалению, ты довольно далек от понятия юмора. Учился на примере современных бестолковых программ?

- Заткнись старик, - не сдержался он, подхватив меня под локоть и сдернув со стула. - Можешь вновь зарываться в свои книги, а если у меня будет хорошее настроение, то я спущусь и подкину тебе пару взрослых журналчиков.

Я не успела ничего сказать Линелу, как Эндж уже тащил меня по низкому коридору, обратно к свету. Мы поднялись и вышли в холл, где нас уже поджидали оставшиеся обитатели дома - Калипсо и Некромант. Девушка делала вид, что не замечает меня, поправляя макияж в миниатюрном зеркальце, украшенном разноцветными камнями. Парень же был дружелюбен.

- Привет, Ди, - кривовато ухмыльнулся он, даже не пошевелившись. - Я - Некромант.

Мне хотелось ответить ему 'я знаю', но тот бросил недовольный взгляд на моего надзирателя, и я решила промолчать. Это была лишь наша тайна.

- А эта богиня - Калипсо, - официально представил мне девушку Эндж. Та в свою очередь посмотрела на меня и застыла. Я почти видела как перекосилось ее лицо, став к тому же еще и бледно-зеленоватым. В голубых глазах проснулся дьявольский огонь.

- Даже так, - протянула она, рассматривая мой наряд. Все кусочки мозаики сложились - ей не понравилось то, что я надела рубашку Энджа. Вот о чем твердил Линел. Быть может, они встречались, а он так спокойно отдал мне свою одежду. Радовало лишь одно - сейчас мужчина хотя бы не красовался с обнаженным торсом.

Он просто играл с нами, решив настроить друг против друга, а я попалась на его удочку. Более того, сделала это с радостью. Но в этом была вина и Калипсо - не стоило скупиться с одеждой. Так что, мы были квиты. Правда, кто скажет об этом девушке, которая отчаянно пыталась испепелить меня взглядом?

Помедлив, я посмотрела на Энджа и уловила улыбку в его взгляде. Этот мерзавец просто наслаждался ситуацией.

- Ну, раз уж все знакомы, можете расходиться. Мероприятие окончено, - сказал мой наставник, хлопнув в ладоши. - Прошу меня извинить, но мне нужно уединиться со своей подопечной.

Без дальнейших объяснений, он повел меня наверх, даже не оборачиваясь. Уже преодолев один лестничный пролет, я посмотрела в холл и заметила, что Калипсо все еще там. Она подняла руку с зеркальцем и сжала кулак. Его осколки медленно посыпались на пол. Это была явная угроза. Оставалось радоваться, что Эндж всегда запирал меня в комнате на ключ, что исключало возможность однажды проснуться с лысой головой или без бровей и ресниц.

- Ты думаешь это смешно? - спросила я мужчину, когда мы поднялись на пятый этаж здания.

- О чем ты? - удивился он, выглядя ангельски невинным.

- Ты знаешь. Зачем было все это шоу?

- Не понимаю, к чему ты клонишь, крошка, но будь всегда наготове - здесь нет друзей. Ни я, ни старик Линел, ни тем более Калипсо, которая, не раздумывая, превратит твою жизнь в ад, ступи ты на ее территорию, а уж о Некроманте разговор вообще не стоит - он может общаться только с мертвецами.

- А мы тогда кто? - усмехнулась я.

- Не иронизируй, детка, тебе это не идет. Если ты почувствовала свою безнаказанность, то спешу тебя расстроить - наказать тебя я все-таки могу. Я, конечно, не ношу кожаных ремней, - он указал на пояс брюк, - но всегда найду один, чтобы отшлепать тебя как следует.

На этот раз Эндж не повел меня по уже привычному коридору, а выбрал узкую лестницу справа, что вела еще выше, вероятно, на чердак.

- Куда мы? - начала упираться я.

- Я тебе не сказал? - фальшиво ужаснулся мужчина, обернувшись ко мне. - Ты знакома еще не со всеми. Тебе предстоит узнать еще об одном обитателе этого бедлама. Правда она уже давно знает о тебе все.

Глава 8

Металлическая лестница шаталась и скрипела под нашими ногами, создавалось впечатление, что в следующий миг мы рухнем вниз, отчего я только сильнее вцепилась в перила.

Эндж замер у тяжелой двери из потемневшего дерева с коваными узорами как в средневековых фильмах. Этот замок не переставал меня удивлять, но я почти смирилась, что можно забыть о таком понятие как 'нормальное'.

Мужчина постучал и, не дожидаясь ответа, открыл дверь, пропуская меня вперед, как истинный джентльмен. Мне хотелось подколоть его насчет этого, но одного взгляда на открывшуюся мне обстановку хватило, что все мигом вылетело из головы. Я попала в комнату маленькой принцессы, не хватало только белого пони с приклеенным к голове рогом. Все было оформлено в розовых тонах - обои, мебель, занавески. Тут и там валялись мягкие игрушки, в основном медведи, а столики и трюмо украшали высокие куклы в аристократических нарядах. Единственное окно было занавешено плотной тканью, расшитой золотыми звездами, а свет дарили лишь немногочисленные светильники в форме диснеевских персонажей.

Я попыталась сосчитать коллекцию игрушек, но быстро сбилась со счета. Такому ассортименту мог позавидовать и любой магазин. В глаза сразу бросалось, что многие вещи в этой комнате были эксклюзивны.

- Лили, - позвал Эндж, прикрывая за собой дверь. - Мы пришли.

С минуту никто не отвечал, а потом нам навстречу вышла маленькая девочка в розовом летящем платьице с красивой диадемой на голове. Ей было не больше семи. Тугие золотистые локоны падали на плечи, крошечные щечки казались даже слишком румяными, ясные зеленые глаза смотрели без особого любопытства.

Малышка сделала пару шагов нам навстречу и остановилась, разгладив крошечными ручками свое великолепное платье.

- Это Диана, - продолжил мужчина, подтолкнув меня вперед, - но ты все и так знаешь. А это наше сокровище - Лили. И мне плевать подружитесь вы или нет.

Девочка присела в реверансе, а я только и сумела выговорить 'привет', пока осматривала необычный чердак. По тем скромным знаниям, что у меня были насчет проектировки особняка, я догадалась, что мы находимся в одной из башен. Как поэтично. Принцесса, заточенная на чердаке и охраняемая злым драконом. Интересно, они держали ее здесь насильно?

- Лили - наша личная провидица. Она предсказала нам твое появление.

- Хочешь, я прочитаю тебе то видение? - тут же оживилась малышка.

- Она не хочет, - натянуто произнес Эндж, но Лили уже было не остановить.

Она пробежала куда-то вглубь комнату и через минуту вернулась с небольшим альбомом. Я издалека видела, что одну страницу разворота занимал детский рисунок мелками, а на второй ровным почерком чернело стихотворение.

- Я сначала не поверила, что это правда. Нам так давно не попадались Фениксы, - ее голос был по-детски задорным, а на губах игра улыбка. - Слушай:

Огонь - черта, завеса - дым, его один удар.

Из сна уходит нитью жизнь. Теперь она одна.

И боль потерь, и гнев как нож, расставят по местам.

Так выбор ляжет против всех, не исцелить тех ран.

Но слово будет не за ней, последний шаг за ним,

Убийца-друг и близкий враг...

- Хватит. - Я так и не поняла, что так разозлило моего наставника. Он кинулся к девочке и вырвал из ее рук альбом, а затем отбросил в сторону широкой кровати с розовым балдахином. - Нам это не интересно. Оставь свое выступление для детсадовского утренника, если о ну тебя конечно будет.

К моему удивлению, Лили не обиделась, видимо успела привыкнуть к неожиданным вспышкам гнева мужчины, только надула губы и легонько ударила его по ноге маленькой ручкой, когда тот проходил мимо.

- У тебя здесь здорово, - решила я сгладить ситуацию, вновь окидывая взглядом необычную комнату.

- Эндж помогал мне с оформлением, - призналась Лили, слегка засмущавшись.

- Правда? Я всегда подозревала его тайную страсть к розовому.

- Не зли меня детка, - тут же отозвался тот рядом со мной, показав этим, что не намерен шутить.

- И он дарит мне новую игрушку каждый мой День Рождения, - не обратила на его недовольство ровно никакого внимания девочка.

Мне с трудом удалось скрыть нервный смешок. Каждый День Рождения? Господи, сколько же ей тогда лет? Я пересчитала игрушки. Больше сотни? Гораздо больше.

- Знакомство окончено, - вмешался в мои размышления Эндж. - Прощаемся, господа.

Лили даже не стала с ним спорить, а лишь снова присела в реверансе, приподняв полы своего милого платьица, и показав розовые балетки, расшитые цветами. Девочка улыбнулась на прощание и скрылась из виду, затерявшись в бесчисленных игрушках, которые порой были даже больше ее самой.

Без лишних церемоний мужчина схватил меня за плечо и практически силой вытолкнул из комнаты. Мы оказались перед покосившейся лестницей ведущей вниз, но я затормозила, пропуская его вперед.

- После тебя. Ничего личного, но не хочу, чтобы ты снова столкнул меня с лестницы, милый.

Казалось, ему понравился сарказм в моем голосе. Эндж плотоядно ухмыльнулся, но начал спускаться первым, а потом замер на нужном этаже, дожидаясь меня. Когда я поравнялась с ним, он вновь схватился меня за запястье, как провинившегося ребенка и повел к моей комнате.

- Я поняла, ты здесь что-то вроде конвоира, а они твои заключенные. Верно?

- Верно, малышка. Но только если ты думаешь, что я чертов извращенец и держу в плену эту маленькую девочку, то разочарую тебя. Внешность обманчива. Лили гораздо старше меня.

- В каком смысле?

- В прямом, солнце. Бессмертные не меняются. Знаешь, мы как насекомые, застывшие в янтаре, остаемся в том состояние, в котором нас застала смерть. Лили осталась шестилетним ребенком.

- Но почему тогда она ведет себя как маленькая принцесса? Все эти игрушки, рисунки...

- У каждого из нас есть свои маленькие слабости, - на полном серьезе сказал Эндж, заглянув в мои глаза. В них я увидела какую-то грусть, совсем несвойственную этому брутальному мужчине. - Нет ничего плохого в том, что мы иногда им поддаемся. Со временем сама поймешь. А теперь можешь идти спать. Располагайся, я к тебе позже присоединюсь.

- Без самодеятельности, - прошипела я, выдергивая свою руку из его хватки и потирая запястье. - Только попробуй проделать что-нибудь подобное.

- Попробую, - зловеще пообещал он, скрестив руки на груди.

У меня не нашлось что ответить. Я сжала кулаки, но промолчала, и, развернувшись, направилась в сторону своей комнаты. Как только остальные терпели его пошлости? Мои нервы были не железными.

- Диана, - окликнул меня он уже у двери. - Тебе принести еще парочку моих рубашек?

- Лучше купи мне нормальную одежду, - зло сказала я, понимая, что иначе с ним общаться не представляется возможным. - Эти рубашки после тебя только в мусорное ведро выкинуть.

Дверь громко хлопнула за моей спиной, и я прислонилась к ней, закрыв глаза и пытаясь успокоить дыхание. Мне надоело, что тело так реагирует на Энджа, на его грубость, самовлюбленность, солдатские замашки. Ненависть к нему стала перманентной, но скорее походила на зависимость. Но ведь я действительно от него зависела, и прекрасно понимала, что с каждым днем все будет становиться только хуже.

На кровати лежало несколько пыльных книг, которые сегодня дал мне Линел. Кирлсир до сих пор казался мне полной тарабарщиной, неужели я когда-нибудь выучу все эти завитушки и значки? Но точно не сегодня - мне еще ни разу в жизни не доводилось выполнять домашнюю работу в срок.

Я перетащила макулатуру на стол и расправила постель. День и ночь смешались в одно, но мне было безразлично. Главным стало не акцентировать внимание на происходящем, тогда мысли о прошлом практически не тревожили меня. Общение с Энджем так выматывало, что воспоминания о родителях совсем меня покинули. А теперь, когда количество умалишенных в этом замке увеличилось, я перестала волноваться о том, что однажды они вернуться. Все превратилось в одно бесконечное безумие.

Я мечтала заснуть, чтобы отгородиться от всего. Но, даже закрывая глаза, могла думать только о бессмертных и подобных странностях, рассказанных мне Линелом в той мрачной коморке. Так много информации, так много событий. Мой наставник даже не пытался облегчить мне жизнь. Я еще сильнее укуталась в одеяло, и слишком поздно вспомнила, что никак не забаррикадировала дверь. Теперь любой мог зайти и сделать свое грязное дело. И в эту минуту я даже не знала, кого именно имела в виду - Энджа или Калипсо. Но сил встать и хотя бы подставить к дверной ручке стул уже не было. Я медленно засыпала, разрушаемая воспоминаниями прошедшего дня. Лекция Линела, встреча с обитателями замка, безумная комната Лили, и, конечно же, мой наставник. Казалось, что его запах впитался в мои волосы, пока я носила ту темную рубашку. Было приятно, но мне не хотелось в этом признаваться. Моим выбором оказалась ненависть к нему и скрытое призрение. Но как бы хотелось узнать, что именно кроется за маской его грубости. Боюсь, мне могло это не понравиться.

Что-то касалось моего лица, горячее и влажное. Я все еще цеплялась за сон, но он постепенно ускользал от меня, оставляя один на один с действительностью. Кто-то настойчиво пытался меня разбудить. Нет, так не пойдет. Я застонала и перевернулась на другой бок, взмахнув рукой, чтобы прогнать своего мучителя. Кожа ощутила что-то мягкое и теплое. Над самым ухом послушалось громкое урчание. Сон тут же остался позади. Я распахнула глаза и повернула голову в сторону, откуда доносился странный звук. Что за черт? Прямо перед собой я увидела морду... леопарда. Его длинные усы практически касались моих щек, а холодный нос обнюхивал шею.

Я вскрикнула и отшатнулась, практически кубарем скатившись с кровати. Ноги запутались в одеяле, и мне никак не удавалось отползти подальше. Огромная кошка забралась всеми четырьмя лапами на мою кровать и с каким-то недоумением посматривала на мои жалкие попытки спастись от хищника. Я застыла, надеясь, что мой пятнистый гость окажется смирным, наблюдая за его медленными грациозными движениями. В комнате все также царил полумрак, но шкура зверя буквально светилась изнутри, необычный мех, и если бы не жуткий страх, мне хватило бы мужества оценить красоту леопарда. Тот в свою очередь, не отрываясь, наблюдал за мной, а затем зарычал, показав острые клыки.

Мне пришлось еще сильнее вжаться в угол и зажмуриться, мечтая, что смерть окажется достаточно быстрой и бесполезной. Через секунду горячее дыхание коснулась моего лица, а шершавый язык прошелся по скуле. Сердце замерло, но я сдержала крик, рвущийся из горла. Неожиданно до моего сознания донесся смех, нет, не приглушенное хихиканье, а настоящий гогот. Эндж. Кто еще мог так надо мной издеваться? Риторический вопрос.

Я приоткрыла правый глаз и посмотрела в сторону. В глубоком кресле, обтянутом белой кожей, восседал мой наставник, закинув ногу на ногу. Ситуация его явно забавляла, он просто наслаждался происходящим. Черт, это же был его домашний леопард, которым этот самовлюбленный садист так мне хвастался. Надеюсь, я не играла роль закуски.

- Ты редкостная скотина. - Мне удавалось с трудом говорить, потому что дикая кошка все еще не отходила от меня, тычась мордой в мое лицо. - Убери от меня это животное.

- Ну, детка, ты же ему так понравилась. Гарс любит молоденьких, а ты просто в его вкусе.

- Какого черта ты вообще делаешь в моей комнате? - уже громче спросила я, надеясь, что его домашний котик не начнет вгрызаться мне в шею.

- О, уже твоя комната. Солнце, тебя слишком много в моей жизни. Ты оккупировала эту комнату, отняла мою рубашку, хлещешь галлонами мою кровь. Ты - дорогая штучка. В том плане, что дорого мне обходишься.

- И поэтому ты решил натравить на меня своего леопарда?

- Нет, что ты, - усмехнулся мужчина, потирая подбородок. - Реши я от тебя избавится, выбрал бы менее кровавый способ - ковер слишком дорогой. Мы с Гарсом просто прогуливались и зашли пожелать тебе 'доброго утра'!

- Как мила с вашей стороны, а теперь отзови этот комок пятнистого меха.

Кошка замерла, а потом лизнула меня от плеча до самого уха, оставив горячий след на коже. Как же мне не нравилось быть закуской.

- Гарс, ко мне. - Голос Энджа был мягок, словно он разговаривал с возлюбленной. Глупо, этот мужлан никого не любил.

Я наконец вздохнула спокойно, когда хищник фыркнул, а потом отошел от меня, разлегшись прямо в ногах своего хозяина. Тело затекло от застывшей позы, но это было самой наименьшей проблемой из всех. Теперь у меня не было личного пространства, а хомячка Флафи, прожившего со мной пару лет, заменил домашний леопард Гарс, который обычно входил без стука. Но вот только Эндж был куда как хуже.

Только поднявшись на ноги, я заметила, что стою перед ним в нижнем белье, причем не самом лучшем, которое щедро подкинула мне Калипсо. У меня до сих пор не было личных вещей, и когда я вообще перестану позориться перед ним? Разве всего случившегося мало?

Эндж заметил, в какой спешке я накинула на плечи одеяло, и мрачно ухмыльнулся, а после слегка закусил нижнюю губу.

- Кстати, мы пришли не с пустыми руками, - заметил он, резко вскинув бровь. Только сейчас я заметила несколько пакетов, стоявших рядом с его креслом. Он купил мне одежду? - Надеюсь, с размером я не прогадал, брал специально для худых вешалок и тонких жердей.

- Ты очень мил, - с сарказмом ответила я. Неужели мне могло прийти в голову, что наставник действительно решил обо мне позаботиться. Как только можно быть такой наивной?

- И нечто особенное лично от меня. - Я заметила дьявольский блеск в глазах Энджа, когда в его руках появилась небольшая коробка. Он опустил ее вниз, а леопард послушно взял в свою пасть. - Передай ей, Гарс.

Кот прошел ко мне и терпеливо ждал, пока я приму подарок, а затем, словно поклонившись, вернулся к мужчине.

- Открой, - потребовал он, поглаживая питомца по голове. - Я очень старался, выбирая.

Коробка оказалась легкой, так что вариант с бомбой, я отмела тут же. Какую еще гадость решил сделать Эндж? На самом дне лежала тонкая яркая ткань. Ничего не подозревая, я потянула за край и вытащила на свет... нижнее белье. Хотя скорее просто небольшие лоскутки на тонких веревочках. Оно оказалось столь откровенным, что мои щеки запылали. Я не знала, как поступить - отбросить его в сторону или спокойно положить обратно. Черную сетку украшала красная тесьма и миниатюрные бантики. Комплект дополнял пояс с чулками и коротенькая, скорее декоративная алая юбочка. Ужас. И как он только мог мне такое подарить?!

- Вижу, тебе понравилось, - заметил Эндж мою реакцию - Люблю, когда сексуальность граничит с распущенностью. Может, примеришь?

Мои руки затряслись от гнева и испытанного унижения. Хотелось кинуться на него с кулаками, но, готова поспорить, это бы его только повеселило. В этом и заключался его план - позлить меня. Черт, и как же хорошо ему это удавалось, настоящий ас.

- Спасибо, - как робот произнесла я, как можно спокойнее пряча тряпочки в коробку. - Не стоило утруждать себя, а то в магазине женского нижнего белья тебя могли неправильно понять.

- Не волнуйся за мою честь, я там постоянный клиент. Увы, современные девушки совсем не понимают, что нужно мужчинам, их всему приходится учить. Надеюсь, ты любишь эксперименты?

- Да, - уверенно ответила я, наконец справивший с собой и взглянув на него. - Ты не мог бы ради эксперимента покинуть мою комнату и забрать с собой Пушистика?

- Детка, ты заговоришь иначе, когда проголодаешься. Но теперь я могу поставить свое условие - не наденешь мой подарок, не получишь ни капли моей драгоценной крови.

- Лучше загнусь с голода.

- Посмотрим.

Эндж грациозно поднялся из кресла и, окинув меня на прощание хищным взглядом как у Гарса, вышел из комнаты, услужливо прикрыв за собой дверь. Я растерянно смотрела на открытую коробку и чувствовала, как гнев накатывает новой волной. Что за извращенец?!

Со злости я столкнула коробку на пол, рассчитывая, что она навсегда там и пропадет. Гадость, да как он только смел так со мной обращаться? Возможно, на его Калипсо такие штучки и действовали, но не на меня. Это война. Пусть мне ее и не суждено было выиграть, но скоротать вечность она могла и помочь.

Стараясь не думать о болезненных воспоминаниях, так и ждущих момента напомнить о себе, я добралась до пакетов, оставленных Энджем. Стоило признать, что там находились неплохие вещи: пара джинсов, черные и голубые, коктейльные платьица ярких расцветок и куча разных топов и туник. Он даже позаботился об обуви. Неужели мужчина страдал раздвоением личности? Как такая сволочь, рожденная пакостить людям, могла порой быть заботливым и чутким парнем? Нелепость.

Переодеться и привести себя в порядок удалось в относительной тишине. Эндж больше не пытался нарушить мои границы, только снизу доносились плавные мелодии гитары. Наверное, Некромант. Несмотря на все гадости, сказанные моим наставником насчет этого гота, я не ощущала к нему неприязни. Мне нравилось то, что он упорно противостоял Энджу, живя на своей волне и не обращая внимания на других. А даже в этом дурдоме мне нужны были друзья, или хотя бы товарищи, которым можно было выговориться после очередной выходки моего конвоира.

Я старалась не шуметь, когда открыла дверь и высунула голову в коридор. Никого. Мне даже удалось остаться незамеченной, проходя по этому широкому коридору. Некромант не обратил внимания, когда я спустилась на один пролет вниз и присела рядом с ним на краешек подоконника.

Мелодия была мрачной и депрессивной, как раз подстать моему настроению. Я словно чувствовала запах смерти, сквозивший в каждом аккорде. Безысходность.

- Не обращай внимания на его поступки, - неожиданно произнес парень, не отрываясь от своего занятия. - Он ждет эмоций, реакции. Не поддавайся ему. Будь безразличной, это злит его особенно сильно.

- Трудно оставаться невозмутимой, когда просыпаешься в постели с леопардом, - расстроено протянула я.- Теперь боюсь засыпать.

- Гарс - самое милое существо в этом доме, он даже муху не обидит. Энджу приходится кормить его овощами и фруктами, так как тот отказывается от мяса. Так что его стоит бояться меньше всего. Сосредоточься на его хозяине.

- Боюсь, это он на мне сосредоточился.

- Бессмертные скучают в своей вечности. Последним учеником Энджа была Калипсо, а с ней не так уж весело, она всегда поддается. Так что ты для него лакомый кусочек. Молодая, упорная, самодостаточная. Не хочу тебе льстить, но, похоже, он нашел себе достойного соперника.

- Так что мне делать, чтобы пережить еще один день в этом бедламе? - поинтересовалась я, взглянув за окно и отметив про себя, что уже стемнело.

- Будь холодной. Эндж привык, что весь женский пол от него без ума, так что дави на самое больное место, - улыбнулся Некромант, словно вспомнив что-то смешное. - Он сорвется раньше.

- От какого имени произошло Эндж? - захотелось узнать мне. - От Энджела?

Парень долго не мог отсмеяться от моего заявления, даже отложив в сторону гитару.

- Ну, ты даешь. Ангел? Да, уймись. Его полное имя Энджей.

- И что это означает?

- Без понятия, но в моем личном словаре, что-то между 'редкостная скотина' и 'самовлюбленная тварь'.

- Ты просто читаешь мои мысли, - расслабилась я, осознавая, что с Энджем не ладила ни я одна. - А заменить наставника нельзя?

- По-твоему это что, бракованный товар? Нет, конечно. Их вообще не так уж и много, так что тебе еще повезло, после того как мы потеряли Принца, нас поставили в режим жесткой экономии.

- Принца?

- Прошлый участник нашей команды. Кстати, нам очень повезло, что ты так быстро нашлась. Нас вообще хотели расформировывать.

- Как потеряли? Бессмертный и погиб? - не совсем понимала я. - Мы можем погибнуть?

- Нет, но нас могут сбросить в иное измерении. И вообще, что ты ко мне пристала, спрашивай все у Линела, он у нас вместо библиотеки.

- Ты давно умер?

- Я всегда был мертвым, - спокойно ответил парень, вновь берясь за гитару. - Для меня ничего не изменилось.

Я молчала, прислушиваясь к мерному звучанию струн. Все мы были мертвы с момента своего рождения. Запрограммированы на смерть с первым вздохом. Обречены.

- Ты скучаешь по родным? - спросил Некромант, словно почувствовав мою грусть.

- Да. Я бы все отдала, чтобы оказаться сейчас с ними.

- Со временем это пройдет.

- Но я не хочу, не желаю их терять, ни единого воспоминания.

- Не потеряешь, - уверенно ответил парень, вновь замерев над струнами. - Даже если захочешь, не забудешь.

- Как мило, - по лестнице поднималась Калипсо. - Философские рассуждения двух насекомых. Смотрите, не перетрудите свои извилины.

- Окстись, Аксинья! - спокойно произнес Некромант.

- Заткнись полудохлый недоумок!

Я что-то пропустила? Почему ее так это разозлило? В глазах девушки мелькнул металлический блеск, а тонкие пальцы с длинными красными ногтями впились в перила.

- Аксинья? - неуверенно протянула я, а потом рассмеялась. - Не удивительно, что ты сменила имя.

- Меняй, не меняй, но на могилке то все значится: 'Белых Аксинья Марковна, дочь, сестра, доярка'.

Не стоило парню так шутить, в те секунды я действительно испугалась за свою жизнь. Лицо девушки приобрело багряный оттенок, губы скривились, на шее выступила пульсирующая жилка. Она словно кошка занесла руку с длинными ногтями и нацелилась почему-то на меня. Я все равно не успела бы увернуться, а Некромант даже и не пытался убежать, лишь ухмылялся, искоса поглядывая на светловолосую фурию.

Удара так и не последовало. В последнюю секунду кто-то перехватил ее руку, заодно придерживая за тонкую талию. Эндж, как же без него. Мужчина зло посмотрел на нас с парнем, а потом страстно поцеловал Калипсо в шею, отчего она тут же обмякла в его руках. Какая же гадость.

- Милый, ты слышал, что он сказал? Этот кладбищенский червь!

- Тише, тише, - успокаивал ее мой наставник, прижимая к себе и целуя в губы. - Успокойся. Давай пустим твой гнев в иное русло.

Меня замутило от таких нескромных разговоров, а, взглянув на мрачного гитариста, я поняла, что ни одна страдаю от этого. Тот скривился, словно съел целый лимон. Мне не хотелось смотреть в сторону влюбленной парочку, но, почувствовав на себе пристальный взгляд, инстинктивно обернулась. Эндж не сводил своих холодных глаз, притом, что в ту же минуту целовал Калипсо, спрятавшую лицо в изгибе его шеи. Очередная игра. Он что хотел вызвать во мне ревность? Ошибка - я собиралась следовать совету Некроманта. Холодная и неприступная.

- Я, пожалуй, не буду вам мешать и спущусь в Линелу. - Мне не составило труда изобразить на лице презрительную усмешку.

- А я, пожалуй, навещу туалет. Ваши лобзания напомнили мне о несвежем бургере, что я съел на завтрак, - вторил мне гот. - Если кому буду нужен, стучите, а лучше не стучите, я все равно буду очень занят.

Мы с ним определенно подружимся. Обменявшись взглядами, мы синхронно двинулись по своим делам - он вверх, а я вниз. Краем глаза мне удалось заметить, как Калипсо отстранилась от Энджа, слегка морщив носик, словно от неприятного запаха, когда тот, разомкнул свои объятья, совершенно потеряв к ней интерес.

Глава 9

Дорога в подземную коморку Линела удручала. Я рассчитывала, что во второй раз впечатление от низких потолков и влажных стен будет лучше, но ошиблась. Вряд ли к такому вообще можно привыкнуть.

Приходилось идти практически на ощупь, так как глаза никак не могли привыкнуть к полумраку, благо коридор не разветвлялся, иначе это могло стать моей последней прогулкой. Ни единого звука не проникало с поверхности, так что можно было понять, почему Линел предпочитал сырое подземелье - никакой связи с внешним миром, а значит никаких отзвуков ссор, которые так меня сейчас мучили. Может тоже стоит перебраться несколькими этажами ниже? Или потребовать себе башенку как у Лили?

Как ни странно, хозяин катакомб стоял в дверном проеме, явно поджидая меня. Идеально уложенные волосы, длинный пиджак с металлическими пуговицами - я попала в другое временное измерение.

- Ты захватила с собой учебники, что я вчера дал тебе? - с порога спросил он.

- Нет, а стоило? Они же весят целую тонну.

- Проходи, к слову, книги измеряются не в килограммах, а в ценности знаний, заложенных в них.

Комната встретила меня странным запредельным уютом. Простота обстановки начинала мне нравиться, вкупе с тишиной и покоем. Здесь можно было наконец расслабиться, не ожидая каждую секунду подвоха от Энджа.

- Кто такой Принц? - Мне совсем не хотелось начинать с банальной лекции.

- От кого услышала? - спросил Линел, усаживаясь напротив меня. - В целом не важно. Понимаешь, бессмертных расселяют группами. Их не может быть меньше шести человек. Рановато пока вникать в закон сохранения и обмена энергии, но это помогает нам не так зависеть от крови. Шесть - идеальное число, считающееся священным во многих культурах. Только так нам удается поддержать равновесную систему, дающую максимальный результат. В общем, поймешь сама, когда станешь полноправным бессмертным.

- Полноправным?

- Когда сможешь не только забирать, но и отдавать. Пока ты только полумертвая, которой нужен постоянный приток новой крови.

- Отличное сравнение, - мрачно сказала я, поморщившись. А он умел поднять настроение. - Так что случилось с Принцем?

- Мы потеряли его во время последней вылазки. Другие открыли портал, скинув его в иное измерение.

- Какое.

- То, что ниже нас.

- В ад?

- Пусть будет ад. А почему тебя это так интересует?

- Просто меня смущает само понятие 'бессмертия'. Так мы можем умереть?

- Нет, увы. Принц до сих пор жив и будет жить в той параллели, пока что-нибудь не изменится. Теперь ты займешь его место. Я честное слово удивлен, что Эндж так быстро отыскал тебя, а то нам пришлось бы еще долго ждать, пока твои силы активировались. Пойми, твоя человеческая смерть конечно трагедия, но она оказалась очень вовремя.

- Закроем эту тему, - устало произнесла я, потирая глаза. - Давайте лучше перейдем к скучным лекциям как вчера.

- Правда? А я-то считал, что рассказываю довольно увлекательно.

- Простите, просто утро не задалось, - пришлось признаться мне. - Так что это была за вылазка?

- Я думал для этого будет другое время, но раз ты спросила... - Линел нахмурился, удобнее располагаясь в кресле, словно разговор предстоял длинный. - Я уже рассказывал тебе про иные миры и то, что Другие хотят вновь разбить установленные границы. С неделю назад Оракулы предсказали, что враги приступили к выполнению нового плана, но не смогли увидеть, за какой именно мир они взялись. Эндж, Принц и Калипсо с Некромантом отправились на разведку, но вернулись не в полном составе.

- Так все настолько серьезно? - ужаснулась я, даже не представляя что попала в историю похлещи Звездных Войн. - Вы воюете?

- Разве не об этом мы с тобой разговаривали вчера? - удивлено вскинул бровь мужчина. - Борьба не прекращается ни на секунду.

- Тогда зачем вам я? Вряд ли мои познания в самообороне вам хоть чем-то помогут.

- Отнюдь. В этой войне важен каждый. И еще такой момент, обычно каждый бессмертный развивает свои уникальные способности. Например, мои возможности в хранении и обработке информации.

- Что-то вроде супергероев? - с интересом спросила я, уже представляя, как научусь телепортироваться или перемещать вещи силой мысли. Мечты сбываются? - А что смогу делать я?

- Может и ничего, - ответил Линел задумчиво. - Это не обязательное дополнение к бессмертию. Лили предвидит будущее, Некромант оживляет мертвецов, но все это пришло к ним с первым стуком сердца. Ты пока нас ничем не удивила.

- Так что, я, по-вашему, отсталая? - Моему возмущению не было предела. Черт, да меня даже в школе не называли тупицей!

- Нет, я это к тому, что твои способности не будут столь явными, но они в любом случае могут еще проявиться.

- А что могут остальные?

- Калипсо может обездвиживать одним прикосновением, а Эндж... он весьма талантлив. В этом мире есть сильные и слабые. Кто-то руководит, а кто-то подчиняется.

- Тогда зачем нужны слабые? - Мысль пришла слишком быстро. - Чтобы кормиться? Как доноры крови, если сильные пострадают? Какая гадость.

- Не утрируй. Все это сугубо добровольное. Эндж же не имеет ничего против, когда восстанавливает тебя. Твое смятение понятно, но это не то, что нам стоит сейчас обсуждать. Как насчет скучной лекции на тему бессмертных?

- Вы мне еще не все рассказали?

- Прошлая лекция была вводной. Тебе предстоит еще заучить наш Кодекс. Эндж проведет тренировки, чтобы ты смогла постоять за себя, если вдруг никого не окажется рядом. А уже позже, когда ты выучишь кирлсир, мы заучим парочку Таинств.

- Это столь необходимо? - расстроено протянула я, в надежде, что меня все-таки оставят в покое. - Я мертва, что вам еще от меня нужно?

- Твоя поддержка. Не думай, что это только наша битва, теперь ты одна из нас и больше не можешь оставаться в стороне. Все мы Войны.

- Класс. - Как мне надоели эти нотации. После смерти я ожидала покоя, а получила одну головную боль.

- Можешь идти. - Линел махнул на меня рукой и погрузился в бумаги, которыми был завален весь стол.

- И это все? Мы даже и полчаса не проговорили. Чем мне теперь себя занять?

- Дорогая, учи уроки, как бы банально это не звучало. Или ты думаешь, что я отдал тебе эти книги, чтобы подпирать двери?

Я только усмехнулась, учиться не входило в мои планы. Теперь-то меня никто не заставит зубрить и преклоняться перед преподавателями. Время слепого подчинения прошло. Смерть меняет правила игры.

- Как скажете.

Мужчина больше не обратил на меня внимания, даже когда я вышла за двери. Что мешало мне сейчас же уйти, нет, не в свою комнату, а подальше от этого замка Дракулы? Что держало меня здесь? Ничего.

Я поднялась из мрачного подземелья и остановилась на распутье - подняться в комнату или все-таки прогуляться по окрестностям. Но только меня потянуло в сторону к выходу, как из гостиной послушался приглушенный шепот. Я замерла, понимая, что мне не пройти незамеченной, если в комнате кто-то есть. Что за заговор?

Мне прошлось подкрасться к дверному проему на цыпочках, прислушиваясь к еле различимым вздохам и шорохам. Господи, пусть это будет только телевизор, который кто-то забыл выключить. Но неожиданно тишину разорвал женский стон. Вот черт! Стоило развернуться и незаметно пробраться в свою комнату, но я не умела отступать. Тем более, когда еще мне представится такой шанс, когда буквально все обитатели этого дома заняты своим делами?

Я хотела лишь мельком заглянуть в гостиную, но так и застыла. Моим глазам предстала слишком откровенная сцена - Калипсо в одном кружевном нижнем белье цвета слоновой кости и Эндж с обнаженным торсом. Они стояли ко мне боком, освещаемые только оранжевым светом, исходящим от камина. Если бы не отвращение от увиденного, я возможно бы оценила высокое качество постановки, достойное любого эротического фильма. Но, увы. Мне хотелось отвернуться, вот только тело застыло, не двигаясь с места. Руки Энджа заскользили по телу девушки, когда он развернулся, не отрываясь от ее губ. Секунда и его прикрытые глаза распахнули, тут же поймав мой взгляд. В них мелькнула дьявольская усмешка. Меня буквально откинуло назад невидимой силой. Я прижалась к стене, рядом с дверью, переводя дыхание. Меня заметили! Какой стыд. А мне еще не верилось, что можно опозориться сильнее. Оказывается, всегда бывает хуже. Я упала на самое дно. Вот только специально ли это спланировал Эндж или меня просто стоило окрестить невезучей? Черт возьми, их не учили закрывать двери? И что теперь я должна была сделать? Уж точно не вернуться в свою комнату. Как бы не была отвратительна ситуация, но вряд ли мой наставник стал бы отвлекаться от столь важного занятия ради меня. Лучшего времени для побега и придумать нельзя.

'Только попробуй пройти через эту дверь, и остаток вечности проведешь прикованной к кровати'. Голос был столь отчетливым, словно прозвучал над самым ухом. Но это пронеслось только в моей голове. Я вздрогнула и даже перестала дышать. Эндж обладал телепатией! Еще один мой промах.

'Чтобы я слышал, как ты сейчас встала и направилась в свою комнату. Немедленно!' Мне удалось уловить стальные нотки. Это был приказ. Ему снова удалось меня обыграть, да еще и поставить в неловкое положение. Урод! Недоумок! Да, и мне было плевать, что в данный момент он слышит мои мысли. Приятным стал тот факт, что мне даже не нужно было напрягать голосовые связки, чтобы Эндж узнал обо всем лично. Явное преимущество.

Стыд прошел, сдав эстафету злости. Я даже топнула от негодования ногой как маленький обиженный ребенок.

'Без истерик', пронесся в моей голове совершенно спокойный голос наставника. Да что б он... Додумывать мне не хотелось. Я плюнула на все и почти бегом понеслась наверх в свою комнату. Никто не встретился мне на пути.

Мне удалось закрыть дверь только на хлипкий замок, который можно было вскрыть обычной проволокой. Немного подумав, я все-таки подтащила резной деревянный стул и подперла им ручку. Так по-детски, но как еще заслужить здесь право на уединение?

Когда со всем было покончено, сил сдерживаться больше не было. Я повалилась на кровать и, спрятав лицо в подушку, разрыдалась. Все вернулось на круги своя. Мне было так жаль себя, что сердце разрывалось на части. Странно, раньше я считала, что сумела смириться со своей смертью, но дело было в другом. Одиночество. Болезненное, мучительное, разрушающее изнутри. Мой мир исчез, вот только ничего не появилось взамен. Эндж, поставивший цель превратить меня в половую тряпку у своих ног или Калипсо, его уменьшенная копия? Не в силах мне помочь был и затворник Линел, да и крошка Лили. Все они, включая Некроманта, помешались каждый на своих безумствах. А я хотела жить прошлым. Мама, отец, подруги, даже Дима... как бы больно мне не было в прошлом, сейчас стало во сто крат хуже.

Последней каплей стали рассказы Линела о моей судьбе. Даже после смерти, жизнь не принадлежала мне. Что за проклятье? Это заставило задуматься, а мы хоть когда-нибудь живем для себя? Двадцать два года прошли впустую - вот, что случается, когда откладываешь все на потом. Окончу школу, и начнется настоящая жизнь, получу диплом, стану по-настоящему самостоятельной. Бред, все полный бред. Вот так я дотерпела до уютного гробика на местном кладбище. Вечность - именно ее стоило бояться по-настоящему. Только не в компании этих умалишенных. Стоило что-то менять, иначе совсем скоро я могла превратиться в одну из них - ходячим трупом, коротающим свой век в четырех стенах.

Меня разбудил настойчивый стук в дверь, который постепенно превращался в попытки выломать хлипкое дерево. Я потянулась, но не сделала ни единой попытки подняться и открыть.

- Отвалите. - Мой голос стал хриплым после сна, но незваный гость услышал, потому что прекратил свои попытки. Какой послушный.

- Буууу, - раздалось над самым ухом. Я вскрикнула и попыталась подняться с кровати, но что-то упорно удерживало меня.

'Снова решила поиграть?' Нельзя было не узнать Энджа.

- Оставь меня в покое, - простонала я, прекращая любое сопротивление и ожидая, что это ослабит его интерес к пыткам.

- Вставай, детка, мы пойдем на прогулку. Ты же любишь свежий воздух? - Мне не понравились эти слащавые нотки.

- Я никуда с тобой не пойду.

- Ну почему только со мной. Идут все. Вся наша радушная компания.

Это заявление я даже не удостоила личного комментария. Может это был очередной шанс сбежать? Мне понадобилась доля секунды, чтобы вспомнить о голосе в моей голове. Я замерла и посмотрела на Энджа через щелочку в одеяле. Он был как всегда величественен и спокоен словно гора. Слышал или нет?

'У тебя петрушка между зубов застряла' - мысленно отчиталась я. Ноль эмоций. Неужели это работает как-то по-другому?

- Ты - телепат? - Сегодня моя тактичность ушла в бессрочный отпуск.

Эндж рассмеялся, отчего показалась его коронная ямочка на щеке. Ну почему только отпетые негодяи обладают такой внешностью?

- Боишься, что подслушаю твои глупые мыслишки? О, солнышко, не думаю, что мне удалось бы различить что-то кроме ветра в твоей головке.

- Это значит, нет?

- Я не могу слышать то, что исходит от вас, но могу транслировать свои, используя вашу волну. Доходчиво объясняю?

- Вполне, - сквозь зубы произнесла я. - Это значит, что ты можешь войти без спроса не только в мою комнату, но и в мою голову. Восторг.

- Я рад, что ты так считаешь. Некоторым кажется, что я и без этого занимаю слишком много пространства.

- Какие глупцы, - передразнила его я. - Куда мы на этот раз едем? В городе появилось новое кладбище?

- Одевайся, собираемся внизу.

Это напоминало мне лагерную жизнь, Эндж бы стал прекрасным вожатым - садист и деспот высочайшего уровня. Мне почти виделось, как мы выстроимся подвое и ровным шагом пойдем в столовую, выкрикивая ненавистные речевки.

Я не стала торопиться, основательно приняв душ, потратив немало времени на выбор одежды и макияж. Любой шанс его позлить должен был быть использован. Но в итоге за мной пришел не этот мужлан, а его домашний кот. Гарс осторожно заглянул в комнату, приоткрыв дверь мордой. Я улыбнулась и подошла к нему, погладив мягкую гладкую шерсть. Леопард заурчал и улегся у моих ног, перекатившись на бок и предлагая перейти к животу. Как только можно было бояться этого малыша?

- Может, погладишь меня? - раздался над головой голос Энджа. - Я тоже урчу, когда мне приятно.

- Да, но ты не умеешь вилять хвостом, - ответила ему я, поднимаясь навстречу.

- Это не станет помехой в наших отношениях, - парировал он. - Так почему ты так долго?

- У меня впереди целая вечность.

- Возможно, но вот трупы имеют свойство разлагаться.

Мне оставалось только надеяться, что последняя фраза оказалась шуткой. Я молилась об этом.

Калипсо и Некромант дожидались нас в холле. Девушка смерила меня презрительным взглядом и демонстративно откинула назад копну золотых волос. Что тут говорить, мне никогда не подняться до ее уровня. В своих обтягивающих кожаных брюках, белом топе и черной короткой курточке она смотрелась отчаянно, в хорошем смысле этого слова. Не удивительно, что Эндж выбрал ее для... Мне пришлось приостановить ход своих мыслей.

- Идем, - кивнул мой наставник, но двинулся не к выходу, а в противоположное крыло особняка, в котором я еще ни разу не бывала.

- Зачем ты взял с собой эту обузу? - довольно громко сказала Калипсо, поравнявшись с мужчиной, тогда как мы с готом шли немного позади.

Эндж ничего не ответил, а, когда девушка взяла его под руку, резко дернулся, освобождаясь. Теперь он был примером полной сосредоточенности и собранности. Даже я притихла, пока мы шли по бесконечным коридорам, которые постепенно стали уходить под наклон, понимая, что сейчас не самый лучший момент для наших противоречий. Мужчина не был настроен на игры, с кем бы то ни было.

В итоге Калипсо обернулась ко мне и легким движением провела ребром ладони по горлу - вот и прямое объявление войны. И из-за чего? Неотесанного мужлана, превращающего мою жизнь в ад? Я умела выбирать друзей.

Каменные стены сменились низкими сводами грунта - мы определенно уходили все глубже под землю. Меня не интересовал вопрос, кто зажигает здесь факелы, меня волновало другое - почему они встречались на нашем пути все реже? Через пару сотню метров мы и вовсе погрузились в непроглядную темноту. Мне пришлось быть особенно осторожной, чтобы не натолкнуть на Калипсо, идущую чуть впереди, это могло лишь усугубить нашу неприязнь друг к другу.

Свет вспыхнул неожиданно, и я с открытым ртом наблюдала, что мы уже находимся в коридоре, выложенном белой керамической плиткой. Лампы над головой мигали, издавая неприятный металлический звук, разбавляемый только стуком наших каблуков по полу. Неужели мы все еще находились в нашем замке?

Впереди замаячила металлическая дверь. Без промедления Эндж толкнул ее, пропуская нас навстречу яркому дневному свету, отражавшемуся от тонкого слоя снега, что выпал совсем недавно. Каким-то образом мы оказались практически в самом центре города. Хотя, стоило ли удивляться?

Мужчина замер рядом со мной и помог натянуть на голову капюшон куртки, видимо боясь, что меня кто-нибудь узнает. Я решила пока послушаться, надеясь, что будет более удачный шанс затеряться в толпе. Эндж в это время схватил меня под локоть и потащил к ближайшей многоэтажке, ничем не отличавшейся от остальных. К моему сожалению, улицы были практически пусты, а те редкие прохожие, что быстрым шагом проходили мимо, даже не обращали на нашу странную компанию никакого внимания.

Я редко бывала в этой части города и с трудом понимала, как отсюда добрать до моего родного дома, но Эндж вряд ли вообще допускал возможность моего побега, поскольку его хватка становилась все слабее.

На двери нужного нам подъезда стоял домофон, но и это не остановило моего наставника, он просто потянул за ручку и замок щелкнул, словно давно был сломан. Внутри царила тишина, и наши шаги гулко отдавались от облупившихся стен. Мужчина предупреждающе взглянул на меня, как бы говоря 'только попробуй что-то выкинуть' и потянул меня вверх. Я лишь услышала, как раздраженно вздохнула за моей спиной Калипсо.

Эндж остановился на четвертом этаже возле открытой нараспашку двери. Нам была видна лишь часть коридора, но даже этот участок оказался завален разными вещами, словно по квартире прокатился ураган. Я затормозила, не желая видеть остальное, но мужчина сильно толкнул меня вперед, практически впихнув в незнакомую квартиру.

- Ну и разруху они здесь устроили, - раздраженно произнес он, поддевая носком ботинка хрустальную вазу, со звоном откатившуюся в сторону. - Нужно было прийти раньше, пока они не уничтожили все улики. Чертовы людишки.

Поначалу мне показалось, что в квартире никого нет, только жуткий беспорядок, но, дойдя до одной из комнат, я поняла поспешность своих выводов. В спальне, исполненной в нежно-персиковых тонах, на полу лежала женщина в расписном синем халате. Я не видела ее лица, лишь спину, но скрюченная поза и неестественно вывихнутая нога, не обещали ничего хорошего. Мне пришлось превратиться в статую, чтобы не кинуться к незнакомке, чтобы помочь ей, женщина уже была мертва, Эндж явно пришел сюда не в гости.

Мужчина внимательно посмотрел на меня, а потом отпустил, позволив отодвинуться на пару шагов от тела, а сам подошел ближе. Калипсо и Некромант последовали его примеру.

- Умерла между часа назад. Смерть не была естественной, - задумчиво произнес гот, лишь слегка прикоснувшись к неизвестной.

- Какой умный, - передразнила его девушка, скривившись от отвращения. - Ты на ее лицо взгляни, да она словно Дьявола увидела. Прямо как в фильме 'Звонок'.

- Зеркало не разбилось, - отметил мой конвоир, - Уже плюс. Некромант, проследи, когда ее отправят в морг и опроси.

- Вы что собираетесь разговаривать с трупом? - не удержалась я от вопроса. - Она же мертва.

- А Некромант, по-твоему, что, радугу из пальцев выдувает? - не удержалась от колкости блондинка.

Меня замутило от появившихся образов. Я когда-нибудь вообще перестану удивляться этому безумному миру? Они с таким интересом наклонились над телом бедной женщины, что мне пришлось отвернуться. Нет, я определенно была к этому не готова. Мертвецы никак не вызывали во мне такого оживления.

Никто не заметил, когда я тихо выбралась из квартиры на лестничную площадку, облокотившись на подоконник у грязного окна, через которую едва просматривался вид на улицу. Куда вообще подевались люди? Почему женщину так и оставили лежать, скрючившись на полу у зеркала? Такой же беспорядок я видела у себя в квартире, а значит, здесь наверняка побывала полиция. Тогда где они сейчас? Зачем этим сумасшедшим вообще тело несчастной женщины? И неужели Некромант действительно вернет ее к жизни? Но в качестве кого? Зомби?

Вопросы так и сменяли друг друга в голове, пока я бездумно смотрела на проезжающие мимо машины. Вдруг взгляд остановился на ярко-зеленой афише. Сердце почему-то учащенно забилось. Черт, это было кафе, в котором мы обычно коротали время с Димой, дожидаясь лекций в университете. Он привозил меня сюда практически каждый день. Мне порой казалось, что парень просто живет в нем.

Я заглянула в приоткрытую дверь и отметила про себя, что Эндж и его команда до сих пор заняты. Это действительно много для них значило, раз он совсем позабыл о моей страсти к побегу. Увы, это только его ошибка.

Спуская вниз, я до конца не понимала, зачем это делаю. Отчаянная попытка вернуть прошлую жизнь? Нет, скорее очередной шанс убедиться, что все давно кончено. Путь на улицу не занял много времени. Я остановилась на прилично расстояние от кафе, не решаясь подойти ближе. Оставалось лишь перейти дорогу, но мне не хватало сил. Когда к зданию подъехала знакомая ярко-желтая легковушка, все показалось лишь больной фантазией. Но как только из нее вышел Дима, я готова была закричать от радости. Он был здесь! Практически рядом со мной! Мне пришлось подавить в себе желание броситься ему на шею - мертвецам следовало быть осторожнее в своих поступках. Я просто стояла и наблюдала, как Дима обходит свою машину и направляется к нашему кафе. Уже у самого входа он остановился, словно почувствовал мой взгляд. Дыхание замерло, а каждый мускул в теле напрягся в ожидании. Наконец парень начал медленно поворачиваться, осматривая улицу. Я с замиранием сердца ждала момента, когда наши взгляды встретятся. Но Дима не заметил меня, словно я и вовсе не существовала. А может, так и было? Разочарование разнеслось по телу горячей волной. Я готова была уже окликнуть его, когда парень будто что-то понял и вновь посмотрел на меня. Мир остановился. В его глазах я успела заметить так много - и потрясение, и радость, и даже нотки ужаса, но главное боль. Его лицо казалось осунувшимся и даже болезненным. Возможно, что он скучал именно по мне?

Я успела уловить, что Дима сделал шаг мне навстречу, когда кто-то схватил меня за талию и потянул в ближайшую подворотню.

- Отпусти, - забилась я в железной хватке нападавшего, думаю, что вновь попалась Энджу, но руки, удерживающие меня, были несоизмеримо огромными. Мне не удавалось разглядеть лица мужчины, но на его запястье проступала черная татуировка в виде замысловатого браслета. Кажется, все была куда как хуже.

Я еще сильнее закричала и заехала нападавшему каблуком в каленую чашечку. Тот отпустил меня, но скорее от неожиданности, чем от силы удара, оттолкнув в сторону кирпичной стены. Боли не было, но, обернувшись, я попыталась сдержать крик ужаса. Передо мной стоял настоящий гигант, что рядом с ним даже Эндж мог показаться лилипутом. Лицо, словно высеченное из камня, изуродованное с левой стороны, отчего кожа там напоминала уменьшенную копию лунных кратеров. Тонкие губы, узкие прорези глаз - именно таких называют людьми криминальной наружности.

Мужчина явно не был настроен дружески. Загородив своей широкой спиной выход, он заставил меня пятиться все дальше в узкий переулок, где меня никто и никогда не услышит.

- Кто вы? - Мне нужно было потянуть время, в надежде, что мой наставник все-таки заметит мое отсутствие и будет достаточно ответственен, чтобы отправиться на поиски. Хотя кого я обманывала - рассчитывать можно было только на себя.

Громила не ответил, походя скорее на робота, чем на человека - ни единой эмоции не проскользнуло на его лице.

Я стала осматривать мусор, попадавшийся мне на глаза, пока не заметила небольшую свалку деревянных досок, которую кто-то так и не донес до ближайшей мусорки. Мне хватило пары секунд, чтобы добежать и схватить ближайшую деревяшку. Но она хоть и выглядела устрашающе, оказалась совсем легкой в моих руках.

- Не подходи. - Наверное, мне пора было уже не бояться смерти, но старые привычки неискоренимы. Я совсем не хотела узнавать, что именно нужно этому орангутангу. - Ну, как знаешь.

Замах был достаточно сильным, но в итоге только разозлил моего соперника. Доска врезалась в его плечо и рассыпалась на мелкие щепки. Мужчина зарычал как зверь и сделал один огромный шаг мне навстречу, схватив за горло и оторвав меня от земли. Я захрипела, вцепившись в его руку. Все было бесполезно, сознание постепенно ускользало от меня, словно кто-то вытягивал жизненную энергию. Я царапалась, пыталась дотянуться до его лица, брыкалась, но становилась все слабее. Через секунду хватка на моей шее неожиданно ослабла. Мои ноги коснулись земли, но больше не могли выдержать веса всего тела. Я рухнула на землю. Перед глазами поплыли темные круги, и прежде чем сознание совершенно покинуло меня, мне померещилось лицо молодого парня, обрамленное почти божественным светом. После была темнота.

Глава 10

Я никак не могла проснуться, сознание просто отказывалось уходить из приятной дремы и возвращаться в суровую действительность. Мне никак не удавалось выбраться на поверхность, словно тонуть в трясине - движения замедляются, и постепенно ты перестаешь чувствовать свои конечности, руки и ноги оказываются окончательно скованными. Я хотела закричать, но тело совершенно не поддавалось ни на какие уговоры, оставаясь чужим.

Постепенно посторонние звуки стали вторгаться в мой сон. Нервные шаги по полу, видимо выложенному плиткой, судя по четким отзвукам, шорох ткани, звон металлических предметов. Но это никак не складывалось в единую картинку.

Я тихо ожидала, когда вернется чувствительность, но горько пожалела о своем желании. Первое, что появилось - боль, размеренное жжение в области груди, будто кто-то решил развести там небольшой костер и периодически подкидывал в него новые бревна. Кто-то пытался унять этот жар, но тот пропадал лишь на несколько секунд, а потом возвращался с новой силой. Значило ли это, что я все еще была жива? Но у меня никак не получалось понять, хорошо это или плохо.

Наконец мне удалось открыть глаза, но дымка так и не рассеялась, словно странные видения загораживали всю видимость, путая, где реальность, а где сон. Прямо в лицо светила яркая лампа, только усиливая боль в висках. Я зажмурилась, и попыталась отвернуться от ненавистного прожектора. Что-то холодное тут же коснулось моей шеи, принося мимолетное успокоение. Мне не удавалось поднять голову достаточно высоко, поэтому я увидела только черные джинсы и в тон им рубашку.

- Диана? - Я узнала голос Энджа, возможно мне только хотелось в это верить, но в нем проскользнуло беспокойство.

Прохладные пальцы вновь прошлись по шее, словно пытаясь нащупать пульс, затем скользнули по скуле и приподняли веки, проверяя реакцию зрачков. Я застонала, пытаясь увернуться от его осмотра, но движения оказались какими-то заторможенными и неуклюжими.

- Как себя чувствуешь?

Я с непониманием уставилась в его медно-карие глаза, обдумывая, в каких фразах ему описать мое плачевное состояние, но мысли путались. Наверное, у меня был жар, потому что тело пылало, а во рту стало невероятно сухо, хуже, чем в пустыне. Я хотела пить, но это не походило на обычную жажду. Мне нужен был Эндж, и плевать, как это выглядело со стороны. Все рамки, сдерживающие меня до этого, исчезли, уступив место темному голоду, полностью взявшему меня под контроль. Я больше не находила себя в этом теле, оно обрело свою собственную жизнь, поставив себе одну единственную цель - унять ноющую боль внутри, утихомирить это ужасное жжение под кожей.

Похоже, мужчина уловил это в моем взгляде, после чего нахмурился, взял со стола тонкий скальпель и сделал надрез на своей шее. Как только алые капли коснулись моих губ, сознание исчезло совсем. Внутри проснулся дикий зверь, который был очень голоден, и его не волновало ничего вокруг, кроме тонкого надреза на идеальной коже мужчины.

Я вцепилась в широкие плечи Энджа и притянула его ближе, припав к кровоточащей ране на шее. Не было ни стыда, ни смущения, только непонятная эйфория, как и раньше. Ко мне возвращалась сама жизнь. Ноздри щекотал пряный запах, исходящий от кожи моего наставника, но особенно от его черных как обсидиан волос, наверняка сейчас смешавшихся с моими. Я наслаждалась каждой минутой, пытаясь продлить удовольствие, но осознание приходило так же быстро, как и утраченная мною сила. В конце концов, игнорировать мысль стало невозможным. Я вновь это сделала! Снова! Я опять пила его кровь! Черт, сейчас было даже хуже - мне это невероятно нравилось. Сколько раз я повторяла себе, что больше никогда не прикоснусь к нему, но моя потребность в нем казалось очевидной. И он прекрасно это понимал. Эндж знал, что, несмотря на всю мою ненависть к нему, голод всегда возьмет верх. Рано или поздно. Я была полностью в его власти. Разочарование, словно резкий порыв ветра, выбило из меня дыхание, оставив задыхаться и корчиться в странном кресле, похожем на стоматологическое.

Эндж отстранился и с любопытством посмотрел на меня, словно желая прочитать мои чувства лишь по одному взгляду. Я стиснула зубы и сжала руки в кулаки, пытаясь выдержать его взгляд. Сердцебиение до сих пор не успокоилось, кожа казалась слишком чувствительной, помня вес крепкого тела и жар, исходивший от него. Во рту оставался его вкус, напоминая о моей мимолетной слабости.

Мужчине, очевидно, нравилась моя растерянность. Он многозначительно хмыкнул, подходя еще ближе и нависая надо мной. Мне оставалось только догадываться, как я выглядела в эту минуту: спутавшиеся волосы, раскрасневшееся лицо, затравленный взгляд. Он упивался каждой секундой моей беспомощности.

- Ну а теперь, когда ты сыта, лежи смирно и молчи. Мне многое нужно тебе сказать, - очень четко и отрывисто произнес Эндж, сверля меня своим пронзительным взглядом. - С самой первой каплей моею крови твое сердце начало биться. Я дал тебе право на жизнь, на нормальную жизнь.

- Это не нормальная жизнь! - вскричала я, но его рука резко легла на мое горло и слегка сдавила, не до боли, но достаточно, чтобы я захрипела.

- Я сказал молчать. - Тон голоса изменился, став почти ледяным, вызывая дрожь в позвоночнике. - Не думай, что я шучу с тобой. Это время прошло. Я долго, очень долго терпел, наблюдая, как ты расходуешь впустую мои силы. Сначала вытягиваешь их из меня, а потом выкидываешь очередную глупость. Увы, мое терпение не безгранично. Я тот одержимый псих, что не гнушается бить девушек. И во мне нет ни капли святого. Сильные мира сего не страдают подобным изъяном. Ты - ничто. Пустышка. Думаешь, кого-то волнует, что станет с тобой? Ты в любом случае останешься жива, вот только мне надоело с тобой нянчиться. По-хорошему ты не понимаешь.

- Эндж, - раздался откуда-то сверху громкий голос, прокатившийся по голым стенам замкнутого пространства разрушительной волной.

Мой наставник резко обернулся, и я проследила за его взглядом. Совсем рядом в дверном проеме стоял высокий мужчина в простом бежевом свитере и серых брюках со стрелкой. Его можно было принять за среднестатистического представителя мужского пола, если бы не золотистые, словно полуденное солнце, волосы, ниспадающие крупными кудрями на плечи. Казалось, что от них исходил настоящий жар. Что-то шевельнулось на задворках моей памяти. В голове проснулись странные образы, отдаваясь звенящей болью в висках. Ангел... тот, что спас меня. Спас...

- На меня напали? - Я даже не заметила, как произнесла это вслух. В комнате на какое-то время повисла тишина, и все внимание вмиг переключилось на меня. Оба мужчины смотрели с недоумением, пока Эндж не расхохотался.

- Я же говорил, она у меня догадливая. И, тем не менее, иногда бывает такой редкостной... дурой!

Мне пришлось промолчать, учитывая, что теплая рука мужчины до сих пор сдавливала мое горло, хотя уже и не так сильно.

- А теперь оставь меня и мою непутевую ученицу наедине. Нам предстоит очень интимный разговор, а если хочешь остаться, то помоги и подержи ее руки, пока я не закончу.

- Что? - Хватка на шее усилилась, приказывая молчать. Кровь прилила к лицу, и я отчаянно захрипела, царапая ногтями загорелую кожу его предплечья. В ушах нарастал гул.

- Хватит, - вступился за меня незнакомец, подходя и отталкивая Энджа в сторону как надоедливого домашнего питомца. - Она все же девушка, так что прояви уважение.

- Она? Девушка? - возмутился мужчина, все же отпуская мое горло и отступая на шаг назад. - Она - стерва, испоганившая всю мою жизнь! Ты хоть знаешь, сколько раз она пыталась меня убить? Как по мне, так лучше давай закапаем ее обратно.

Мне стоило возмутиться, но на сердце до сих пор царило умиротворение, несмотря на все произошедшее. Его кровь - промелькнуло в голове. Мир стал ярче, звуки яснее, а душевная боль, сопровождавшая мен двадцать четыре часа в сутки, отступила. Как наркотик. Как я могла глотать эту дрянь? Боже, да еще и получать от этого удовольствие.

'Ничего не окончено, крошка. Ты в моей власти, так что теперь готовься к роли рабыни'. Взгляд наставника прожег меня насквозь, ясно донося смысл сказанного. Игры закончились.

Я с надеждой посмотрела на незнакомца, он улыбнулся в ответ, так тепло и дружелюбно, что даже гнев Энджа показался простой забавой. В мужчине было что-то такое, отчего сердце начинало биться быстрее, а мир терял свою значимость. Он выглядел... нормальным. Без кожи и цепей, что так любил мой наставник, без болезненного взгляда, как у Некроманта, без высокомерия, которым страдали многие в этом доме. В нем проскальзывало что-то родное, обещающее защищать и оберегать.

- Друг, будь разумен. Девушка ни в чем не виновата. Это ты оставил ее без присмотра, прекрасно зная, что Они могут быть где-то рядом.

- Она сбежала, - сухо произнес Эндж, кривя губы. - И я не удивлюсь, если она сама бросилась в лапы этого неандертальца.

- Значит такой ты наставник, что твоя подопечная может вот так разгуливать по улицам города, совершенно незащищенная. - Мне понравился этот нравоучительный тон. Впервые кто-то разговаривал с ним на равных, и даже слегка пренебрежительно.

- О, не беспокойся Энки, теперь я обзаведусь ошейником и поводком. Гарс даже одолжит ей свои, он не жадный.

- Меня всегда удивляла твоя ненормальная страсть к садизму. Это что-то личное? Детская травма? Ты случайно животных не мучил подростком?

- Заткнись, любитель пастельных тонов. Обзаведись сначала своей ученицей, а потом решай, что с ней делать.

- А добровольно перейти нельзя? - подала я голос, зная, что этот вопрос может мне дорого стоить. Хотя, что изменится? Ошейник уже был мне обеспечен, не нацепит же он на меня намордник.

- В общем... - начал блондин, но так и не успел ответить.

- Нет! - резко бросил мой наставник. - Ты моя навеки, солнышко. Мне как раз не хватало еще одного домашнего животного, абсолютно бесполезного, но забавного.

- Эндж. - Было заметно, что гостю надоели его грубые шутки, а в этом мнении мы с ним были едины. - Не старайся казаться еще большим негодяем, чем ты есть на само деле. Здесь нет публики, чтобы аплодировать твоим актерским талантам.

- Заткнись! - Эндж дернулся навстречу блондину, но передумал, лишь сжав кулики и нахмурив брови. Мне даже показалось, что я слышала его рычание. Он бросил на меня испепеляющий взгляд, а потом резко развернулся и, не оборачиваясь, вышел из комнаты. Мы остались наедине.

- Я - Энки, - наконец представился мужчина, тепло улыбаясь мне. - Прости за эту сцену. Мой друг порой бывает невыносим, но не принимай его слова близко к сердцу. Подобные эмоции лишь поверхностны.

- Меня зовут Диана. Ты тоже... - мне так и не удалось сформулировать предложение, но блондин понял все и без этого.

- Бессмертный? Да. Как и ты. Так, тебе лучше? Я боялся, что все может обернуться хуже. Ты сильная, Эндж говорил правду.

- Он говорил обо мне?

- Конечно, - рассмеялся Энки, словно это само собой разумелось. - Не беспокойся об этом. Тебе следует отдохнуть. Рана оказалась довольно серьезной.

- Что это было? - Мои воспоминания о нашем походе в город словно подчистили ластиком. Лишь белые пятна там, где должно было прятаться заветное 'вчера'. - Кто на меня напал?

- Тебе не стоило находиться на улице, тем более, совсем одной, - нахмурился Энки, смотря мне прямо в глаза. И я только сейчас заметила необычный цвет его радужки - даже не синий, а скорее сиренево-черный, словно аметист. Заметив мой любопытный взгляд, мужчина моргнул, а затем отвернулся, явно чувствуя смущение. - Тот громила вертелся рядом, а, почувствовав, что ты еще не завершила переход, решил попытать счастье. Эндж идиот, что отпустил тебя одну.

- Они были заняты в квартире... - Перед глазами возникла ясная сцена - трое склоняются над распростертым телом женщины. Ну почему плохие воспоминания всегда всплывают первыми? А может, у меня просто не было 'хороших' моментов, чтобы воскрешать их в памяти. - Кто убил ту женщину?

Мне показалось, что блондин вздрогнул. Секунду помедлив, он все-таки посмотрел на меня, а потом тяжело вздохнул, признавая свое поражение. Энки подтянул к себе небольшой металлический табурет и уселся прямо напротив.

- Её никто не убивал, Диана, - устало произнес он, сцепляя руки в замок у себя на коленях. - Все немного сложнее. Она лишь невинная жертва, оказавшаяся ни в то время, ни в том месте.

- Её убил тот же, кто напал на меня?

- Нет. Ее убил барьер между мирами. Он словно решетка под высоким напряжением. Ей просто не повезло.

- Просто не повезло? - поморщилась я. Он с такой легкостью произнес это, словно речь шла о раздавленном таракане, а не молодой женщине. - Ты шутишь?

- Я знаю, как это звучит, но когда живешь столетиями, многое утрачивает прежний смысл. Мне искренне жаль человека, и мы за нее отомстим, если ты этого хочешь. Но не более того.

Я понимала, что мир изменился, и мне стоило приспосабливаться, но как можно привыкнуть к смерти? К ее неизменному присутствию у тебя за спиной? К холодному дыханию, вызывающему нервную дрожь?

Энки заметил, что своими мыслями я уже не здесь, и заботливо коснулся моей руки своею. Жар разлился по всему телу, словно температура в комнате сразу подскочила на несколько градусов. Но это было совсем не то болезненное чувство, что вызывал во мне Эндж, в этом было больше нежность и... заботы.

- Ни о чем не волнуйся. Этому кожаному мальчику не стоило сразу бросать тебя в самое пекло.

Мне понадобилась минута, чтобы понять кого он имел в виду. Уголки губ медленно поползли вверх, а напряжение покинуло тело. Неужели не все бессмертные самовлюбленные снобы, так и ждущие момента, чтобы показать свое иллюзорное превосходство надо мной?

- Так что там все-таки произошло? - наконец спросила я, даже не делая попыток убрать руку из его мягкой ладони.

- Другие уже давно пытаются сорвать границу между нами и миром в Отражении. На данный момент это самая удачная их попытка, - нехотя ответил мужчина, погладив большим пальцем мою кисть, там, где бился пульс. - Понимаешь, то, что ты каждый день видишь в зеркале лишь иллюзия, обман, способный одурачить простых смертных, но не нас. Представь что стало бы с тобой, окажись ты запертой в стеклянной банке, из века в век наблюдая, как остальные живут, а ты лишь существуешь, пытаясь подражать им.

- Наши отражения - это люди? - мой голос дрогнул от страшной догадки.

- Люди? - почему-то засмеялся Энки, откинув светлые волосы чуть назад. - Нет. Когда-то они ими конечно были, но теперь нет. Они похожи на них, даже слишком похожи. Отражения знают нас даже лучше нас самих, вот почему Другие решили начать именно с этого барьера. Впустить этих монстров в наш мир означает подписать смертный приговор всем людям. Не выживет никто.

- Но зачем им это? В чем виновато человечество?

- Ни к чему искать причины. Единственное, что важно - не допустить этого вновь. Тебе пока не стоит об этом беспокоиться. Пройдет много времени, прежде чем новичку разрешат работать вместе с нами.

Мне вновь показалось, что все происходит только в моем сне, там, где правда и ложь тесно переплетаются в один бесконечный ночной кошмар. Я встряхнула головой, пытаясь прогнать наваждение, но пелена так и не пала. Мужчина все также сидел рядом, осторожно касаясь моей руки, и выжидательно смотрел, словно чего-то ожидая. Но мне не удавалось понять чего именно. Я сомневалась, что вообще стоит продолжать разговор о призрачных мирах и чудовищах, обитающих за зеркалами. Слишком безумным это казалось.

- Так почему погибла эта женщина? - спустя минуту мне пришлось нарушить тишину.

- Демоны попытались прорваться наружу, а она находилась рядом. Граница прочная, но когда удар концентрируется, предугадать последствия нельзя. Кое-где барьер тоньше, но мы до сих пор думаем, что волноваться об этом не стоит.

- Не стоит? - мне захотелось кричать от бессилия. - Сколькие еще умрут?

- Ты должна понять, что наш мир постоянно сталкивается со злом, пришедшим извне, - немного заученно произнес Энки, - этого не избежать. Но мы здесь именно для того, чтобы свести эти жертвы к минимуму.

Мужчина до сих пор оставался спокоен - в глазах читалась теплая грусть, на губах играл еле уловимая ухмылка. Я попыталась представить на его месте Энджа, но быстро поняла, что эти двое были как день и ночь. С этими яркими золотыми кудрями Энки походил на ангела, в то время как моему наставнику не хватало лишь пары рогов и копыт для полной убедительности.

- Твои ожоги затянулись, - неожиданно заметил мужчина, опустив свой взгляд ниже. - Кровь Энджа действительно сильна.

Я непонятно почему смутилась, стянув рукой края расходящейся футболки. На груди оказалась прожженная дыра, размером с бейсбольный мячик, которая раньше не бросалась в глаза. В памяти тут же возник тот момент, когда обезображенный мужчина прижал меня к стене. В груди закололо, как напоминание о прошлой боли.

- Как он это сделал? - Понимание, что в мире есть кто-то способный сотворить подобное, по-настоящему пугала.

- У каждого из нас свои способности.

- А у Энджа какие?

- Невероятное обаяние и безупречный вкус.

Мы с Энки одновременно обернулись к выходу. Мой наставник стоял, облокотившись о дверной косяк, скрестив руки на груди. Вся его поза выражала такое пренебрежение, что я почувствовала себя букашкой, над которой занесен огромный ботинок. Да, он умел появиться вовремя.

- Ну, так что, голубки, - хищно улыбнулся мужчина, - достаточно близко пообщались в мое отсутствие? И да, мне очень жаль, что я прервал ваше уединение.

- Ну что ты, - передразнил его Энки, поднимаясь со стула ему навстречу, - ты нам совсем не помешал. Твоя тактичность вне всяких похвал.

- Хочешь увести у меня подопечную?

- Думаю, она бы с удовольствием и сама ушла от тебя, - язвительно ответил блондин, зачем-то загораживая меня от Энджа. - Может тебе пора меняться?

- Быть может через пару столетий и я приду к такому выводу, а пока принимай тем засранцем, какой я есть.

К комнате повисла тишина. Мужчины в упор смотрели друг на друга, а в воздухи чувствовалось явное напряжение. Я по очереди переводила взгляд с одного из них на другого, ожидая непонятно чего. Драки? Да, мне серьезно не терпелось посмотреть, как Энки хоть разок ударит зазнавшегося брюнета. Но текли минуты, а ничего не происходили. Они застыли, словно статую посреди комнаты. И я уже начала сомневаться, что они вообще когда-нибудь оживут. Видимо, это было лишь пустой тратой времени.

Мне стоило больших трудов подняться и прочно встать на ноги. В груди всколыхнулась огненная волна, на пару секунд заставившая усомниться в своих силах. Я глубоко вздохнула и сделала вид, что совсем не чувствую боли. До двери оставалось лишь несколько шагов, когда комната неожиданно ожила. Эндж резко обернулся и бесцеремонно схватил меня за руку, дернув на себя. Мне с трудом удалось устоять на ногах, главным образом благодаря тому, что другой бессмертный шагнул мне навстречу и подхватил под локоть.

- Куда ты собралась, детка? Я тебя никуда не отпускал, - мужчина был напряжен, его нервная дрожь передавалась даже мне. Я не знала, что именно его так разозлило, мое поведение или все-таки присутствие Энки.

Мне не хотелось сейчас спорить с ним, да и слов совсем не находилось. Сил хватало только на то, чтобы стоять прямо и сохранять спокойное выражение лица, хотя хотелось плакать от внутренней пустоты и беспомощности. Я медленно перевела взгляд на блондина, ища поддержки. Он едва заметно кивнул мне и сделал шаг вперед, отгораживая от наставника.

Эндж приглушенно зарычал, но все-таки отпустил меня, полностью сосредоточившись на бессмертном. Но как не велико было мое желание досмотреть эту битву до конца, разум понимал, что лучше всего в этом момент оказаться где-нибудь подальше, там, куда не долетят ее осколки.

Пара секунд и я уже вышла в коридор, оставив мужчин разбираться между собой. Но этаж оказался мне совсем незнаком. Вместо привычных вульгарных обоев стены были покрыты серебристой краской, отдавая легким футуризмом. Как на корабле пришельцев, только в моем случае все обстояло гораздо хуже. И, конечно же, никаких определительных знаков.

Я решила идти влево и вниз, в надежде, что логово Линела всегда будет оставаться там, где и должно быть - в недрах старинного замка. Путь казался бесконечным, учитывая мои мелкие шажки, казавшиеся каплей в бескрайнем море. Мне приходилось держаться за стены, отдававшие в тело холодными иглами, достающими до самого сердца. Я морщилась, но упорно шла вперед. Лестница за лестницей, пролет за пролетом.

Казалось, что мне пришлось спуститься в самый ад, пройдя все девять кругов, когда последний спуск напомнил дьявольскую пещеру, говорившую о неизбежной встрече с самим драконом. Больше не было ярких канделябров и замысловатых обоев, только серые потертые стены и мертвый холод, проникающий в самую душу.

Я давно удивлялась, как мужчина мог проводить под землей столько времени, но сейчас все встало на свои места. Мертвая тишина, царившая в лабиринте, обещала покой. Свободу от внешних суждений и обид, независимость от коварных планов неприятелей. Мне еще никогда не доводилось ощущать это так ясно. Впервые я спускалась вниз с какой-то целью, словно что-то тянуло меня все глубже и глубже, как зыбучие пески.

К моему удивлению дверь в покои Линела была слегка приоткрыта, словно ожидая именно меня. Прямо перед дверью что-то заставило меня замереть. Я так уверенно шла к нему, а именно теперь волной обрушилось понимание - я бежала от одного чужака к другому. Неужели где-то можно было найти понимание?

- Можешь зайти. - Голос звучал безразлично, но в тоже время настоятельно.

Пара секунд на раздумье, и я, закусив нижнюю губу, шагнула в бледный ореол дрожащих свечей. Мужчина как всегда сидел за своим столом, окруженный стопками бесчисленных бумаг. Он даже не поднял свой взгляд, чтобы поприветствовать меня. Хотя, ожидала ли я подобного жеста? Определенно нет.

Я прошла по уже знакомой комнате и села напротив него, ожидая хоть какого-нибудь знака, что Линел все-таки заметил меня.

Прошла пара бесконечных минут, пока он наконец отложил свои слегка пожелтевшие листы и взглянул на меня своими светло-серыми как гранит глазами.

- Так, что привело тебя сюда? - удивленно вскинул бровь мужчина.

- Мне нужны ответы, - уверенно ответила я, встречая его взгляд.

- И ты уверенна, что я могу их тебе предоставить?

- Если не вы, то кто?

- Логично.

Глава 11

- Это очень длинная история, но ты же не хочешь тратить свое время? - Мужчина медленно расхаживал по комнате, что-то выискивая среди полок с книгами.

- Просто расскажи мне. Ты же знаешь все. - Последняя фраза была скорее очевидной лестью, но, тем не менее, это подействовало.

- Возможно, мне не следовало бы рассказывать тебе об этом, так как ты еще не полноправный член команды, но пожалуй, этот момент мы можем исключить. Только не перебивай меня, я быстро сбиваюсь. Сказываются века отшельничества.

Я только кивнула, поудобней устроившись в кресле и скрестив руки на груди, чтобы скрыть порванную футболку. Но Линел не обратил внимания, полностью сосредоточившись на странном свитке, взятом откуда-то с дальней полки и существенно пострадавшем от времени.

- Зазеркалье не первый мир, созданный нами. Эта грань стала одной из последних, возведенных бессмертными. Возможно, именно поэтому Другие решили разрушить ее первой. Кто-то говорит, что этот барьер наиболее слаб, потому что на него уже не осталось сил. Я не знаю правды. Бессмертные, запертые в нем, стали лишь отражениями, безвольными марионетками, обязанными повторять всю нашу жизнь снова и снова.

- Но почему? - Мне никак не удавалось принять такую правду, слишком безумной она казалась на первый взгляд.

- Там не ничего. Пустота. Только безликое стекло и бесконечность. Увы, мы не знали на что обрекаем наших братьев. Наших сил не хватило, чтобы окончательно закрыть портал, поэтому они были вынуждены наблюдать за нами. Тени реальных людей, отголоски настоящей жизни. Но зло не в этом. А в той правде, что они хранят с собой. Зеркала запоминают все, фиксируют словно камеры. Мы не знаем и половины, но они могут рассказать гораздо больше, чем нам стоит видеть.

- Что вы имеете в виду?

- Отражающие поверхности есть везде. Люди, сами того не зная, окружили себя ими, словно поклоняясь этой тонкой глади. Сложи все воедино и посмотри, какие из наших тайн останутся нераскрытыми, - многозначительно отметил мужчина.

Я замерла, представив, что каждое наше отражение не важно зеркало или просто поверхность воды становится окном, в которое наблюдают те, кому не дано испытать того же на себе. Стоит ли винить в этом манию преследования?

- И что теперь? - Мне так и не удавалось понять происходящее в полной мере.

- Они хотят справедливость, да и в чем их винить? Разве бы ты не хотела хоть раз узнать каково это испытать дуновения ветра на своем лице, жар солнца или тепло прикосновения? Это превратилось в манию, дикую потребность стать тем, кем ты никогда не являлся.

- Но как умерла та женщина?

- Она увидела то, что не следовало бы знать. - Взгляд Линела не изменился, словно он говорил о повседневных вещах, но мне почему-то стало холоднее. - Правда ранит нас гораздо сильнее, чем ты думаешь. Люди слабые существа, живущие только тогда, когда все укладывается в ограниченные ими рамки. Отражения показали ей то, что обычное сердце не смогло выдержать - прошлое, настоящее, будущее... Не важно. Она сдалась этим видениям. Но ее жертвы было не достаточно, чтобы разрушить барьер. К счастью.

- Жертвы? - Это походило на древние времена, когда агнца приносили богам, но получали в ответ лишь молчание.

- Ну, ты, я надеюсь, знаешь, что ни одна смерть не проходит незаметной для этого мира. И чем она страшнее и несправедливее, тем сильнее ее отклик. Это как круги на воде от брошенного камня. Чем он больше, тем заметнее отголоски. Человек силен в своей смерти, но как видишь недостаточно. Барьеры ставили бессмертные, отдавая свою вечную жизнь во славу мира, а это неравная цена. Кто скажет, сколько людей должно погибнуть, чтобы стать причиной рухнувших преград?

- Но вы говорили про жертву, - прервала его я. - Разве это не значит принять свою смерть добровольно?

- Чистое сердце, гораздо сильнее того, что омрачено страхом надвигающейся смерти, - заметил Линел. - Так и было во времена Великой войны. Каждая граница - это бессмертный, пожертвовавший собой, а порой и не один. Сейчас они не могут найти подобных глупцов. - По комнате прокатился глухой смех. - Другие решили попробовать человеческие жизни, но это пока не приносит результата. Смертный, соприкасаясь с барьером, умирает, но энергия его смерти весьма слаба.

- И что теперь? - Я все еще помнила тело бедной женщины, брошенное перед зеркалом. Такова была моя реальность.

- Они должны остановить это. - Ученый поднял взгляд в потолок, словно видя там Энджа и его команду. - Подобные попытки случались всегда, вот только нас было больше. Пока не разрушена граница, у нас есть шанс. Большее тебе знать не обязательно. Ну, по крайне мере пока.

- А смерть Принца? - Имя всплыло в памяти автоматически. - Он погиб из-за них?

Лицо мужчины неожиданно потемнело, выражая странную отчужденность. Он не смотрел на меня, словно перед его глазами пролетали картины из прошлого. Наконец затворник заговорил:

- Я устал, так что продолжим позже. Тебе тоже стоит прийти в себя, да и порванная футболка не делает большой чести. Встретимся завтра. Можешь идти.

- Но мы не закончили! - возмутилась я, даже не пытаясь подняться. - Я хочу знать о них все! Особенно о том громиле.

- Об этом можешь спросить меня.

Я вздрогнула от неожиданности и бросила взгляд в сторону двери. Не знаю, как ему удавалось появляться незаметно, но Эндж преспокойно стоял в дверях, и к моему глубочайшему сожалению, совсем не пострадавший от рук Энки. Возможно, мне следовало скрывать это разочарование тщательнее.

- Ты не рада меня видеть? - расхохотался мужчина, слегка потерев свою шею широкой ладонью. - Нет ничего слаще, чем видеть в твоих глазах ненависть и тщательно скрываемый ужас.

- Ты себе льстишь, - устало заметила я.

- Жизнь тебя ничему не учит, так ведь? Ты как землеройка, у которой полностью отсутствует кратковременная память, и она может снова и снова получать удары электричества, но упорно идти напролом. Никого не напоминает?

- Ты прерываешь наше занятие, - раздраженно вступился Линел, напрягшись в его присутствии.

- Ты сам сказал, что вы уже закончили. Так что я хочу забрать свою подопечную и заняться с ней чем-то более увлекательным.

Я вздрогнула от этих слов, но попыталась не показать виду. Человек странное существо. Мы привыкаем ко всему - к боли, унижениям, даже постоянному страху. Можем удивиться раз или два, а потом делаем вид, что нам это наскучило. Я слишком устала казаться удивленной или напуганной, хотя, наверное, до сих пор делала это по привычке.

- Веди себя разумно, Эндж. Мы все устали от твоих выходок, сынок.

- Тогда лучше отвернись. - Мой наставник резко шагнул в комнату и одним движением поднял меня со стула. Я даже не пыталась сопротивляться, понимая, что это только сильнее разозлит его. Мне удалось лишь на секунду бросить прощальный взгляд на Линела перед тем, как выйти из комнаты, но мужчина уже вновь погрузился в свои документы.

Мы шли молча, а я едва поспевала за его размашистым шагом. Оставалось только догадываться, что мне уготовил Эндж на этот раз. Но я не понимала причин его ярости, вряд ли она могла так вспыхнуть из-за того, что меня чуть не убили. Мужчина не был склонен к сантиментам.

Я боялась даже подумать, сколько в этом замке коридоров. Удивительно, что мужчине всегда удавалось находить верную дорогу. Было понятно лишь одно - он не собирается проводить меня до моей комнаты - мы почти не поднимались вверх, лишь бесконечно шли вперед, казалось, двигаясь по кругу.

Наконец Эндж замедлил свой шаг. Вокруг оказались лишь темные, словно обгоревшие, обои и два небольших светильника в конце коридора, обрамлявшие неярким светом высокую тяжелую дверь без каких-либо отличительных знаков. От царившей вокруг тишины звенело в ушах. Я была уверенна, мои крики здесь никто не услышит, а даже если и услышит, не станет обращать внимания. Обитатели этого дома привыкли к подобным ситуациям.

Прямо перед дверью мужчина замер, а затем, немного подумав, все-таки отпустил мою руку, но его сосредоточенный взгляд говорил о том, что реши я бежать, пощады не будет. Мне пришлось послушаться и терпеливо ждать, пока он отпирал замок. Пронзительный скрип открываемой двери заставил меня вздрогнуть - так могли звучать лишь камера пыток или карцер. Хотя, особой разницы я в этом не видела.

Ни о чем не предупреждая, Эндж с силой втолкнул меня внутрь, навстречу непроглядной темноте. Я выставила вперед руки, чтобы ни на что не натолкнуться, но ладони нащупали лишь пустоту и ничего больше. Секунда и я уже лежала на полу, больно ударив коленку.

В помещении неожиданно вспыхнул яркий механический свет, совершенно меня ослепив. До слуха донесся гулкий звук шагов - мужчина прошел мимо меня куда-то вглубь зала.

Прошло несколько минут, прежде чем мне удалось разглядеть место, где я нахожусь. Оно показалось вначале пустынной и безликой, только позже глазам удалось поймать очертания немногочисленной мебели. От гладких металлических стен веяло холодом, а мутные зеркала, занимавшие половину пространства, передавали лишь размытые образы, бесконечно извивающиеся в непонятной агонии. В конце зала в ряд располагались спортивные тренажеры, как в лучшем фитнесс-центре, а одну из стен занимали турник, кольца и пара боксерских груш - одна маленькая, а другая почти с меня размером. Наставник стоял в центре комнаты на матах, широко расставив ноги и скрестив руки на груди. Его взгляд светился жестокостью, обещанием боли.

- Я не занимаюсь спортом, - как бы невзначай заметила я, поднимаясь на ноги и потирая ушибленную ногу - я не долетела до спасительных матов меньше метра.

- Разве я о чем-то спрашивал? - зло усмехнулся мужчина.

- Извини, но я даже на уроках физкультуры всегда сидела на скамейке запасных. Не люблю бегать.

- Важно от кого убегать и ты совсем скоро это поймешь.

- Мне нужен отдых. - Это скорее походило на мольбу, но мне пора было уже привыкнуть, что Эндж не способен на милосердие.

- Я не Энки, милая, и не стану с тобой нянчиться. Думаю тебе уже пора столкнуться с реальностью.

Я горько усмехнулась в ответ на его слова. А разве ни этим мне приходилось заниматься изо дня в день с момента... моей смерти? Оставалось лишь удивляться, как новая жизнь может становиться все хуже и хуже.

- Ты не имеешь права. - К сожалению, это прозвучало как вопрос, и Эндж уловил мои сомнения.

- Не забывай, что ты - моя. Если я говорю тренировка, значит, ты киваешь и делаешь все, что тебе прикажут.

Спорить было бесполезно, но после визита солнечного блондина, что-то внутри сомневалось в безграничной власти наставника. Оказалось зря.

Мужчина задумчиво потер бровь кончиком пальца и хищно улыбнувшись, не спеша направился ко мне. Мне с большим трудом удалось сохранить былое безразличие, когда, подойдя практически вплотную, он сосредоточил на мне взгляд своих карих глаз, в затем, подняв руку, легонько прикоснулся к моей груди, в самый центр солнечного сплетения. Это принесло с собой адскую боль, словно раскаленный прут пронзил тело, дойдя до самого сердца. Я закричала, на глазах выступили слезы, свет на секунду совсем померк. Мне не удалось устоять на ногах. Все вокруг пошатнулось, и в следующую секунду я уже лежала на полу. Снова.

Жжение в груди никак не успокаивалась, заставляя меня извиваться как змею. Все это время мужчина стоял надо мной, со спокойным видом наблюдая за моими мучениями. Текли минуты, и мой крик перерос в хрип, я просто больше не могла переносить этого.

Эндж дождался, когда моя агония утихнет, и только потом подошел ближе и присел на корточки, одним легким движением убирая волосы с моего лица.

- Теперь ты понимаешь, о чем я? Никого не волнуют твои желания. Существует только один вопрос - как много боли ты готова вынести?

- Хватит, - задыхаясь, произнесла я, пытаясь отползти от него, но у меня ничего не получилось.

- Мне нравятся твои мольбы, но мое ледяное сердце им не пронять. Мы будем продолжать до тех пор, пока ты не поймешь, что твоей сказочной страны с белыми единорогами и радугами во все небо больше нет. Есть я и боль. Больше ничего.

- Я все понимаю.

- Нет. Понимала, не вела бы себя как идиотка, и убрала бы наконец свою голову с плахи.

Я смотрела на него, надеясь, что мужчина шутит, но его лицо оставалось серьезным. Он вновь поднял руку и потянулся ко мне, остановив ее всего лишь в паре сантиметров от груди.

- Продолжим?

В ответ я упрямо покачала головой, не слишком надеюсь на положительный исход. На этот раз боль вспыхнула в плече, будто кто-то медленно вгонял в него тонкое сверло. Мне пришлось крепко уцепить зубы, но крик все равно вырвался наружу, прокатившись по стенам и практически оглушив меня.

Я стала упираться пятками в пол, пытаясь увернуться, чтобы хоть как-то уменьшить боль, но только усилила ее. На секунду она достигла своего пика, а затем пошла на убыль, оставляя после себя судорогу в плече.

- Хочешь что-нибудь сказать? - Из-за слез, навернувшихся на глазах, лицо Энджа совсем расплылось, но я явно чувствовала его хищную полуулыбку. - Я могу продолжать до самого утра. Согласна?

- Нет. - Слово далось мне с трудом, потому что я никак не могла вспомнить, как нужно дышать. - Хватит.

- Слова, слова... Мне нужно нечто большее. Ты дашь мне это?

С минуту мужчина дожидался моего ответа, но голос пропал, а каждое, даже еле уловимое, движение превращалось в пытку. Он тяжело вздохнул и вновь, словно нехотя, потянулся ко мне.

Что-то внутри сломалось. Наверное, я дошла до своего предела, когда четкая до этого граница между добром и злом стирается напрочь, оставляя в душе только животные инстинкты. Мне было плевать, что будет дальше, хотелось одного - выжить! Время словно замедлилось, а мир вокруг стал четче. Боль отошла на второй план, уступив место ярости. Она вспыхнула так неожиданно, словно мое место занял совсем другой человек. Темная сторона.

Я дернулась в сторону и резко вскинула ногу, целясь Энджу в голову, но тот легко блокировал удар, и, схватив за лодыжку, удержал меня на месте.

- Не засчитывается, - произнес он и отпустил мою ногу. - У тебя ещё две попытки, потом будет переход хода. Играем.

Мужчина резко поднялся и отошел к центру зала, с интересом ожидая моих действий. Я все-таки смогла подняться и медленно последовала за ним, но держась на прилично расстоянии, дающем мне возможность маневра. Хотя могло ли это помочь против двухметрового натренированного бойца? Надежда была не велика.

Я хотела просто уйти, оставить весь этот кошмар позади. Желание было столь велико, что другие мысли отсутствовали. Мне не удавалось придумать никакого плана действий, только двигаться по кругу, медленно приближаясь к спасительной двери. Но Эндж прекрасно знал каждый мой шаг, а поэтому первым делом отгородил меня от выхода из зала. Он терпеливо ждал моей атаки, а я искала хоть что-то, способное послужить оружием, но кругом не находилось ничего стоящего.

- Милая, у нас впереди конечно целая вечность, но ты не могла бы поспешить. Мое тело не любит простаивать впустую.

- Просто отпусти, - с замиранием сердца прошептала я, уже ни на что не рассчитывая.

- Заслужи.

Когда тебе не оставляют выбора, мир теряет свои привычные цвета, выцветая только до черного и красного. Я не хотела играть по его правилам, но сейчас, все было проще, когда решение принимает кто-то другое. В тот момент мне не удалось понять, что сегодня состоялся мой первый проигрыш - Эндж победил, заставив пойти против себя самой.

Я еще раз осмотрелась вокруг, но взгляд остановился лишь на зеркальной стене, которая, словно издеваясь надо мной, дублировала нашу с мужчиной борьбу. Меня не учили играть по правилам, наверное, именно это и давало мне сил стоять здесь перед ним с гордо поднятой головой, а не молить о пощаде, ползая на коленях.

Рядом со мной лежали гантели для тренировок, я взяла самую маленькую из них, хотя и она весила не меньше пяти килограмм. Эндж засмеялся, видимо рассчитывая увидеть мою жалкую попытку попасть ею в его голову. Но я любила удивлять, да и с целкостью у меня оказалось довольно плохо, а, помня о феноменальной реакции наставника, было абсолютной глупостью рассчитывать на удачу. Все следовало сделать наверняка.

Я отошла к центру комнаты и, замахнувшись, бросила гантелю в сторону зеркал. Через секунду по комнате разнесся оглушительный звон - на пол посыпались блестящие осколки. В этом было нечто завораживающее, словно сноп искр, уничтоживший целый зеркальный мир.

Не дожидаясь реакции мужчины, я схватила самый большой осколок, напоминавший длинный острый клинок. Его край врезался в кожу, оставив глубокий след на ладони, но боль сейчас была не главным. Странно, но теперь она тревожила меня все меньше и меньше. Захватив зеркало чуть поменьше в другую руку, я направилась к наставнику, слегка пригнувшись для атаки.

Эндж напрягся, сдвинувшись с места и включаясь в мой танец из отступлений и пробных атак. Мы кружились по комнате, пытаясь обнаружить слабые места друг друга. Никто не решался нанести удар первым. Но это должна была быть я. Призы достаются тем, кто умеет рисковать и тем, кому нечего терять.

Обманный выпад вперед отвлек внимание мужчины, который видимо, не слишком рассчитывал на мой успех, а поэтому и не прикладывал особых усилий, чтобы остановить меня. Еще один взмах и острое стекло задело его руку, распоров кожу практически от плеча до запястья. Мужчина дернулся в сторону и с непониманием посмотрел на алую кровь, стекающую на светлые маты.

- Ладно, это я, пожалуй, смогу засчитать. Неплохая попытка, - сказав это, Эндж рассмеялся, все так же держа руку вытянутой, показывая мне, как рана затягивается. Через несколько секунд от нее не осталось и следа, а я чуть не закричала от отчаяния.

Какой смысл был в этой борьбе, когда бессмертие кардинально меняло правила игры. Можно было до самого утра размахивать осколками, вот только я выдохнусь гораздо быстрее, чем на наставнике появиться хоть одна серьезная рана. Он знал об этом и просто-напросто выматывал меня.

- Ты так слаба. Какой идиот решил, что ты достойна стать одной из нас.

Я потеряла контроль над ситуацией, ярость затуманила сознание, сделав меня уязвимой. Стоило подождать, отступить на время, пока Эндж вновь не потеряет бдительность, но мне не хотелось терять время. Я кинулась на него, занеся стекло высоко над головой. Мужчина вмиг перехватил мою руку и вывернул ее мне за спину, крепко прижав к себе. Свободной ладонью он коснулся моей шеи. Одно движение и я закричала от боли, но невыносимое жжение в горле заставило меня замолчать. Второй осколок выскользнул из руки, но в тот момент это волновало меня меньше всего.

- Спешка наш злейший враг, ведь впереди вечность. - Мужчина еще крепче сжал мое запястье, а потом, резко вывернув, медленно стал приближать его к груди. Мне оставалось лишь наблюдать, как острие неумолимо движется к моему сердцу. Я не могла этого остановить. Из-за острой боли силы покинули мое тело, к тому же Эндж был в сто раз сильнее, особенно сейчас, когда видел мое бессилие.

- Тебе страшно? - Его зловещий шепот заставил моё сердце забиться быстрее, хотя я думала, что такое просто невозможно. Казалось, оно сейчас разорвется в груди.

Не услышав ответа, мужчина с силой вонзил осколок в мою грудь, совсем рядом с сердцем. В глазах потемнело, а уши заложило от низкого гула. В тот миг прекратилось все - невыносимая боль в горле, пульсация в занятье. Мир исчез, растворившись в непонятно откуда взявшемся тумане. Мои ноги подкосились, и я рухнула на маты, больше не удерживаемая Энджем.

Сердце остановилось, но почти тут же возобновило свой ритм, будто не понимая, что игра окончилась нашим провалом. Вот только смерть забыла обо мне, решив оставить на растерзание непобедимому войну.

Текли минуты, но ничего не менялось, я все еще находилась в спортзале, бездумно уставившись в светлый потолок. Звук легких шагов, раздавшийся совсем рядом, отвлек меня. Эндж стоял практически вплотную ко мне, не сводя своего взгляда с распростертого перед ним тела.

- В реальной схватке никто не даст тебе времени прийти в себя, так что лучше сама поднимайся, мне надоело все время тебя подталкивать.

Я подавила подступившую в горлу тошноту и попыталась перевернуться на бок. Первое же движение заставило меня застонать: мышцы свело судорогой, а вздох так и застрял в горле, не успев добраться до легких. Двигаться - было плохо идеей, но теперь не имело смысла сожалеть о проделанном. Я только крепче стиснула зубы и, оперевшись на руки, которые до сих пор дрожали, присела на корточки. Голова закружилась, но мне удалось удержать свое тело вертикально. Эндж обошел меня вокруг, словно пытаясь решить, как бы побольнее ударить на этот раз.

- Я и не рассчитывал, что ты окажешься сильнее. Просто груша для битья. Думаю, нам стоит сделать такие тренировки традицией. Это так сближает, верно?

Зрение постепенно восстанавливалось, пробиваясь сквозь серую пелену. Первое, что бросилось мне в глаза - осколок зеркала, который я выронила ранее. Он лежал всего в метре от меня, поблескивая в искусственном свете. Это вернуло мои мысли к тому, что застрял в моей груди. Стекло торчало лишь на пару сантиметров, а выжженная футболка теперь еще и обагрилась кровью. От увиденного на глазах выступили слезы. Это было так страшно - футуристично, но в тоже время реально. Любой другой на моем месте уже оказался бы мертв, но я думала, дышала, двигалась...

Мне нужно было оружие, но вытащить осколок из груди не представлялось возможным. Пугала сама мысль прикоснуться к нему, когда он так глубоко засел в теле. В моем теле. Поэтому я двинулась чуть в сторону, словно хотела отползти от мужчины подальше. Он был столь увлечен своими планами на мой счет, что даже не обратил внимания, что его жертва подобралась слишком близко к оружию.

- В какую игру ты хочешь сыграть? - До заветной цели оставалась всего пара десятков сантиметров.

- Не надоело проигрывать? - Я повернулась к нему спиной, чтобы он не увидел моих действий.

- Даже интересно, сколько пройдет времени, прежде чем ты мне надоешь? - Мимолетное движение и осколок уже покоится в моей ладони. Его прохлада добавила мне уверенности.

- Так, какой твой следующий ход? Молить о пощаде? Ползать у меня в ногах?

- Почти, - усмехнулась я и собрала оставшиеся силы, сосредоточившись на злости, бьющейся внутри. Шаг и Эндж оказался за моей спиной, наклонившись вперед, почти к самому уху. Он рассчитывал, что уже выиграл, но мне совсем не хотелось признавать поражения.

Я выждала, а потом резко развернулась и со всей силы вонзила острый осколок в его ступню до самого конца. Мужчина замер и посмотрел на меня. В его глазах читалась лишь усмешка, а не растерянность. Для него это была всего лишь игра, а для меня реальная жизнь. Со злости я ударила его ногой в коленную чашечку, услышав резкий хруст - кость была сломана. Эндж наконец пошатнулся и повалился на землю, схватившись за место травмы. Это был мой шанс, вероятно, всего несколько секунд, но этого должно было хватить, чтобы добраться до двери.

Я попыталась подняться, но быстро поняла, что раны гораздо серьезнее, чем мне хотелось думать. Мир вокруг кружился, то расплываясь, то набирая четкость. В голове стоял гул, мешавший сосредоточиться на чем-либо. Тело совсем не слушалось, словно живя собственной жизнью и нам с ним было не по пути. Но самое страшное заключалось в том, что позабытая на время боль возвращалась вновь и теперь была сильна как никогда. Хотелось свернуться на полу, сжаться в клубок и отгородиться от всего. Но время играло против меня - мужчина уже приходил в себя.

Мне пришлось ползти, оставляя за собой кровавый след на девственно чистых матах. Я почти добралась, почти коснулась заветной двери, но за секунду до этого тяжелая мрачная тень преградила мне дорогу. Эндж. Теперь это действительно был финал. Увы, у меня изначально не было шансов на победу.

Он наклонился и, не раздумывая, коснулся указательным пальцем моего виска. Вспышка. Казалось, голова сейчас взорвется, а потом пришла спасительная темнота.

В моей комнате кто-то был. Чей-то силуэт скользил из одного угла в другой, но темнота не позволяла мне разглядеть лучше. Искра за искрой, как при цепной реакции, вокруг вспыхнули пять свечей, заполнив пространство мягким светом. Человек подошел к моей кровати, и я вздрогнула от нехорошего предчувствия. Рядом стоял мой наставник, раскладывая на тумбочке различные бутыльки и мешочки. Мне оставалось лишь грезить о смерти.

Глава 12

- Очнулась? - Мужчина держался совершенно спокойно, словно его особо не интересовало происходящее. - Постарайся не двигаться, пока я не приведу тебя в порядок.

Я еще сильнее вжалась в кровать, хватаясь за край одеяла и пытаясь натянуть его еще выше, до самого подбородка. Заметив мои действия, Эндж нахмурился, но ничего не сказал, полностью сосредоточившись на звоне своих склянок.

Мне хотелось закрыть глаза и притвориться, что рядом никого нет, но его присутствие в этой комнате было слишком явным. Даже закрыв уши, я наверняка бы слышала его размеренное дыхание. Наставник занимал все свободное пространство, буквально крадя драгоценный кислород.

- Придется потерпеть, будет немного больно.

Я с ужасом посмотрела на него, высчитывая каковы мои шансы добраться до двери целой и невредимой. Ноль. Если меня чему и научила тренировка, так это тому, что бежать от Энджа бесполезно.

- Я обработаю рану. - Его голос была даже... мягок?!

- Ты что? - мне не удалось удержаться от вопроса, потому что меньше всего я ожидала услышать именно это.

- Давай пока без сарказма, - тяжело вздохнул мужчина и посмотрел мне в глаза. - Я виноват, что ты в таком состояние, так что мне же это и исправлять.

- С каких пор ты такой заботливый? - Я надеялась, что общечеловеческий принцип - лежачего не бьют - знаком и бессмертным.

- Заботливый? Нет. Я просто научился прибирать за собой.

Мне не терпелось высказать ему все, что накопилось у меня внутри - боль, ярость, отчаяние - но говорить совсем не хотелось. Вместо этого на глазах выступили слезы. Я старалась не плакать, отчаянно надеясь вновь взять под контроль свои эмоции. Он не должен был видеть моей слабости. Но Энджу и не нужно было, он чувствовал меня и так, все эмоции, как бы я не пыталась похоронить их глубоко внутри.

- Возможно..., - мужчина замолчал, обернувшись и посмотрев на дверь, убедившись, что нас не подслушивают. - Вероятно... в общем, мне не стоило так обращаться с тобой. Я слегка вспылил. - Последнюю фразу он произнес почти шепотом, словно стыдясь собственных слов.

- Тогда зачем? - простонала я, в бессилии закрывая глаза. - Зачем все это? Чего ты хотел добиться?

- Ты так и не поняла? И как я должен объяснить тебе? Ты не слышишь меня, ведь даже не пытаешься, верно? - С каждым словом его тон становился все яростнее. В глазах пробивался медный блеск, и это не были блики мерцающих свечей. - Сколько раз я просил тебя быть осторожней? Что в этом непонятного? Нет, ты постоянно силишься сбежать, будто там, за этими стенами, тебя ждет нечто лучшее. Спешу разочаровать, малышка, лучше уже не будет. Тот громила, что чуть не прикончил тебя, только верхушка айсберга. Знаешь, сколько их бродит рядом, так и ждущих возможности заполучить бессмертную душу? Ты в безопасности только рядом со мной. Я могу тебя защитить, это моя работа.

- И поэтому пытался убить в спортивном зале? - Мой голос сорвался, и я закашляла.

- Черт возьми, ты меня вообще слушаешь? - закричал Эндж, стукнув кулаком по столу, отчего бутыльки зашатались и с грохотом попадали на пол. - Неужели в твоей головке нет ни грамма серого вещества.

Я замолчала, стараясь слиться с белыми простынями, в надежде, что наставник меня не заметить. Еще одного боя один на один мне пережить бы не удалось. Да, и, пожалуй, стоило держать свои мысли при себе, а не злить мужчину снова и снова, до тех пор, пока на мне не останется ни одного живого места.

- Так сложно понять, что теперь цениться только сила и умение выживать? Ничего не осталось от твоей примитивной реальности. Если у кого-то будет шанс всадить тебе нож в спину, он это сделает. Не задумываясь. Немного отличается от того, к чему ты привыкла, солнце? - Мне пришлось смиренно кивнуть. - Никто не станет делать тебе поблажек. Бессмертные успели позабыть о благородстве. Никто не станет тебя защищать.

- А ты?

- Я буду, - на губах мужчины заиграла улыбка, и в ней не было былого превосходства. - Я хочу, чтобы ты наконец начала бороться за свою жизнь, а не стояла в стороне, ожидая что кто-то сделает это за тебя.

- Но мне не нужна такая жизнь. - И это было чистой правдой. Я до сих пор сожалела, что не погибла вместе с родными, особенно когда каждое мое пробуждение сулило лишь новые неприятности.

- Никого это не интересует, - развел руками Эндж, возвращаясь к лекарствам. - Но не думай, что бессмертным проще. Нет, мы должны быть в несколько раз осторожнее. Ведь людей просто ждет смерть, а нас - вечные мучения. Существенная разница, не находишь? Твое тело может претерпеть изменения, но сердце будет все равно биться, а разум останется чист и ясен. Это может стать настоящей клеткой. Не хочешь, чтобы я о тебе заботился, так, по крайней мере, будь готова сама себе защитить. Кстати, сегодня ты мне многое доказала.

- Что именно? - Я никак не могла понять, куда он клонит.

- Ты воин, хоть и сама пока этого не осознаешь. Ты билась как львица, - мужчина повернулся ко мне, лениво вглядываясь в глаза, а затем опуская взгляд все ниже. - Я поражен. Столько страсти, огня. Ты хочешь жить, а значит, мы сдвинулись с мертвой точки. Так что хватит строить из себя недотрогу. Ты борешься за жизнь, а я собираюсь помочь тебе в этом и больше никаких игр. Идет?

- Да, - согласилась я, не видя иного варианта. - Но только можно завязать с попытками убить меня?

- Аналогично, малышка, - рассмеялся Эндж, подходя вплотную к моей кровати и резко откидывая в сторону одеяло, отчего меня тут же накрыло волной прохладного воздуха. - Хочешь нормально к себе отношения, веди себя разумно, хотя для тебя это, наверное, слишком. Просто постарайся не влипать в неприятности. Держись меня, а в остальном мы что-нибудь придумаем. А теперь самое приятное - лежи и не двигайся. Не хочу, чтобы на твоем тщедушном тельце оставались шрамы.

Мужчина взял со стола тонкий марлевый лоскут и смочил его какой-то бирюзовой жидкостью, а затем медленно поднес к моему лицу и легонько прикоснулся к виску. Я поморщилась от боли и закрыла глаза, но ничего не сказала. Жжение постепенно проходило, превращаясь лишь в еле заметную пульсацию. Эндж, похоже, всего лишь дезинфицировал мои раны.

Когда я разлепила веки, он, не отрываясь, смотрел на меня, наблюдая за моей реакцией. Черты его лица смягчились, и передо мной возник неизвестный ранее человек - без яростного блеска в глазах, без хищной усмешки, коснувшейся губ. Как бы мне хотелось, чтобы этот незнакомец оказался правдой, а не очередной уловкой, намеренной ослабить мою защиту. Увы, я все равно не могла верить своему наставнику, особенно после того, что он со мной сделал. И пусть бессмертный оправдывал себя тем, что действовал лишь в моих интересах, но его обещание защитить казалось пустым звуком. Я могла рассчитывать только на себя. Но наше перемирие играло на руку нам обоим, поэтому мне совсем не хотелось нарушать и так столь хрупкое равновесие.

Эндж, не спрашивая меня, коснулся моей футболки обеими руками, разрывая ее на две части и оставляя в светлом кружевном лифчике, который ранее был нежно-бежевым, а сейчас был испачкан багряными пятнами запекшейся крови. Слишком поздно я попыталась его остановить - плохая реакция. Краска залила мое лицо, а сердце ускорило привычный ритм. Он видел меня голой и не единожды, но каждый раз оказываясь с ним так близко, мне не удавалось справиться со своими эмоциями.

- Так значит, мой комплект тебе не приглянулся, - задумчиво протянул мужчина, касаясь пальцем кромки бюстгальтера, но я резко отбросила его руку. - Ладно, ладно. Будем играть по правилам. Пока...

Мне пришлось крепко стиснуть зубу, когда Эндж провел тканью по моему плечу, которое сильно пострадало в борьбе. Жар разлился по всей руке, а потом резко сменился холодом. Я вздрогнула, чего не мог не заметить мужчина.

- Больно?

- Нет, - соврала я, избегая его взгляда.

'Врешь', - раздалось в моей голове. - 'Хотя эти мученические нотки в твоем голосе весьма соблазнительны'.

- Мой разум не бесплатный вещательный канал. Прекратить влезать в ми мысли.

- Почему я должен это сделать?

- Потому что я прошу тебя об этом, - не нашлась я, что ему ответить.

После этого в комнате повисла тишина. Эндж, в абсолютном молчании, вновь смочил тряпку в растворе.

- Ну а теперь действительно будет больно.

Я не успела ничего сказать, как он приложил влажный лоскут к моей груди, где совсем недавно торчал осколок стекла. Вся пережитая до этого боль показалась мне пустяком, детскими игрушками. Раскаленную лаву вливали мне в грудную клетку, обжигая легкие, превращая сердце в пепел. Кричать было бесполезно. Я вцепилась в кровать, сжимая простыни в кулаках, и упершись пятками в матрас, но никак не могла уменьшить агонию. Спина сама собой выгнулась над постелью, но Эндж удерживал меня свободной рукой, снова возвращая на прежнее место.

Не знаю, сколько это продолжалось, время потеряло былое значение. Я корчилась, сминая под собой простыни, но так и не позволила сорваться ни единому звуку с моих губ.

- Тише, тише. - Что-то прохладное коснулось моего лба, а затем скользнуло по щеке. - Еще недолго, скоро все успокоиться.

Я замерла, но скорее от неожиданности. Мужчина пытался успокоить меня? Он знал слова утешения? В его невероятных глазах сейчас читалась только грусть, совершенно ему не свойственная и не подходящая этим суровым чертам лица. Словно застигнутый врасплох, Эндж вздрогнул и резко отвернулся, пряча лицо в густой тени комнаты. Но этот момент почему-то запал мне в душу. Я вновь и вновь проигрывала его в своей голове, силясь понять, кого видела на месте своего наставника и вернется ли он вновь.

- Я смажу рану мазью, а потом перевяжу.

- Там дыра сантиметров в десять, может все-таки стоит придумать что-нибудь посерьезнее? - Он бы мне еще горчичники и клизму предложил. Наученная горьким опытом я не озвучила свои мысли.

- Ты мне не веришь, крошка? - изобразил обиду в голосе Эндж. - А я так о тебе забочусь. Это почти оскорбительно.

Мне не хотелось продолжать этот спор, учитывая, что мужчина все рано останется в выигрыше. Я молча наблюдала, как он осторожно смазывает края раны прохладной мазью, которая как клей стягивала их воедино. Его движения успокаивали, и мне с трудом удавалось скрыть насколько это приятно. Электричество, возникшее между нами при первой встрече, не исчезло и до сих пор, хотя я прикладывала все силы, чтобы избавиться от этой слабости.

Эндж взял марлевую повязку и с помощью пары тонких клейких лент закрепил ее на моей груди, словно белую заплатку. Закончив с этим, он начал методично собирать принесенные лекарства, большая часть из которых так и не понадобилась.

- Самое время сказать 'спасибо', - усмехнулся мужчина, повернувшись ко мне и скрестив руки на груди. - Ну же, это не сложно. Каких-то семь букв. Попробуй.

- Спасибо что обработал мои раны, предварительно нанеся их мне. Может длиннее, но зато достоверней, - зло сказала я, прикрываясь одеялом.

- Детка, полегче. Мы же все обсудили. Я вспылил, но и ты не божий одуванчик. Мне пришлось вправлять сломанную кость. И да, ты убила мои любимые ботинки. В отличие от меня, их кожа не срастается. Но я же не жалуюсь, так как это делаешь ты. Поэтому давай без нытья. Мы уже взрослые люди. Взрослые и мертвые. А теперь отдыхай. Завтра все обсудим.

Мужчина внимательно посмотрел на меня, но так ничего и не добавив, шагнул в сторону двери. Взявшись за ручку, он обернулся, и в комнате неожиданно погасли все свечи.

- Не хочешь, чтобы я побыл с тобой, оберегая от кошмаров? - раздался в темноте заговорщицкий полушепот.

- Ты мой самый страшный кошмар, так что нет. - Я даже сама заметила, как предательски дрогнул мой голос.

- Ты мне льстишь. - За этой фразой последовал звук закрываемой двери. Я наконец-то осталась одна.

Сон не шел, хотя от усталости мне даже не удавалось сдвинуться с места, чтобы устроиться поудобнее. Разум никак не могу успокоиться, воспроизводя события прошедших дней. Это напоминало просмотренный на ночь фильм, вот только мне пришлось испытать каждую сцену на себе. Я действительно старалась, чтобы принять действительности как она есть, но что-то противилось, отвергая очевидное. Мир в зазеркалье и наши зловещие отражения казались безумием. Но мертвая женщина доказывала обратное - мои дела обстояли многим хуже, чем мне хотелось думать. Но в тот день случило что-то хорошее, нечто ускользнувшее от моей памяти. Дима. Я видела его перед нападением. Но радовало не это, а то, что и он успел заметить меня. Хорошо это или плохо? В других бы обстоятельствах я бы прокляла этого парня, особенно после того как он предал меня, бросил в День Всех Влюбленных, но теперь, после смерти родителей, Дима стал самой явной ниточкой, связывающей меня с прошлой жизнью. Мне оставалось только надеяться, что он до сих пор помнил, скорбел, сожалел о случившемся. Я хотела видеть его раскаяние, слышать просьбы о прощении, чувствовать свое превосходство. Тем более это был отличный способ насолить Энджу, доказать что он не прав и прошлая жизнь не окончена. Я жаждала вернуться туда, чего бы мне это не стоило.

Стук в дверь отвлек меня от размышлений. Не дожидаясь моего ответа, незваный гость приоткрыл дверь и юркой тенью проскользнул в комнату.

- Кто здесь? - произнесла я в темноту, слегка приподнимаясь на локтях, но тут же падая обратно на простыни, почувствовав, как тело начинает неметь.

- Некромант, - раздалось в ответ над самым ухом. - Надеялся, что ты не спишь.

- Зажги свечи, темнота меня пугает.

Послышался шорох, и меньше чем через минуту вспыхнули слабые огоньки, лишь слегка разгоняя мрак. Парень стоял рядом с моей кроватью, низко опустив голову, так, что черные волосы полностью скрывали его лицо. Не знай я его, такого визитера стоило бы испугаться. Выглядел он словно сама смерть.

- Хотел убедиться, что ты в порядке, - сказал он ровным голосом, даже не сдвинувшись с места.

- Может, стоило сделать это раньше? - Мне нужно было на кого-то злиться. Увы, Некромант попался мне первым.

- Я все равно ничего бы не смог сделать.

- Ты боишься его?

- Нет, просто мы пытаемся сосуществовать на одной территории. Он не лезет в мои дела, я - в его. Иначе мы бы уже давно разнесли это место, не оставив камня на камне. К тому же ты его подопечная, а значит...

- Собственность? - перебила его я.

- Думай, как хочешь. Ладно, все может выглядит так, что Эндж полоумный придурок, черт, вообще-то так оно есть, но степень его безумия слегка преувеличена.

- И что это значит?

- Порой он бывает вменяемее, чем пытается казаться.

- Он всадил мне стекло в грудь! - почти закричала я, не в силах больше сдерживаться. - Этого недостаточно? Что этот псих еще должен сделать со мной, чтобы хоть кто-то поставил его на место?

- Тут нечто большее, Ди. Он - псих, тема закрыта. Но это слишком просто. Так не бывает. Все мы безумны, но у каждого из нас свои на то причины. Знаешь, Эндж как с цепи сорвался, как ты здесь появилась.

- Ну конечно, - расхохоталась я в голос, наблюдая за немой мрачной фигурой, - вини во всем меня. Гениальная идея.

- Ди, вы друг друга стоите, - как-то сурово произнес Некромант, слегка подняв подбородок и взглянув на меня. - Думаешь, я не слышал, какие ты ему закатывала сцены? Про твой побег, шоу, когда он привез тебя в твой прежний дом, даже про подсвечник. Уверен, с ним еще никто не был так... резок. Так что в чем-то виновата и ты сама.

- Так что мне сделать, чтобы избавить себя от будущих ошибок? - Голос прозвучал скептически. Теперь я сомневалась во всем.

- Аксинья всегда была с ним шелковой, так что Эндж быстро потерял к ней интерес. Покладистость не его фишка.

- Потерял интерес? Ну-ну. - Теперь мне уже точно не приходилось скрывать свой скептицизм. - Видела я недавно, как он охладел к ней. До сих пор от этой сцены подташнивает.

- О, прекрати, - наконец сдвинулся с места парень, - это не в счет. Он - мужчина, какой-никакой, а ты попробуй отыскать в этой глуши женщину. Для него с этой Златовлаской как вымыть руки - привычная процедура.

- И откуда такие познания?

- Я хоть и мертвее вас, зато наблюдательный. Жить в одном доме сущее проклятье. Пойми Ди, нас очень мало. В этом городе каждый бессмертный знает друг друга. Да и вечность не помогает хранить тайны. Я довольно долго знаю Энджа, случай с тобой нетипичен. Калипсо чуть ли не в ногах у него валялась, хотя нет, валялась, - рассмеялся Некромант, будто вспомнив что-то действительно смешное. - Она полная идиотка и до сих пор боготворит его. Поэтому ему интересно с тобой.

- Не считаешь, что ломать меня, а потом склеивать не лучшая идея? - Общаться с ним было легко, словно с родным братом, которого у меня никогда не было. После стольких испытаний даже не верилось, что я могу говорить то, что думаю, не боясь за это получить очередной удар в грудь.

- Мы говорим об Эндже. Ты что, ожидала букеты роз и коробки конфет в яркой обертке? Его бросает в крайности, так что будь с ним поосторожней, не стоит злить его лишний раз. Зачем тебе вообще нужно было уходить от нас? Зачем выходить из квартиры?

- Просто... просто... - Мне не хотелось рассказывать ему о Диме, решив сделать из этого большой секрет. - Я не привыкла кому-то подчиняться. Просто решила провериться, тяжело было находиться там, рядом с ней...

Некромант помолчал, внимательно меня разглядывая, а потом понимающе кивнул.

- Ладно, сделаем вид, что я тебе поверил. Мне лично плевать на твои заскоки, просто потом не удивляйся, опять пострадав от руки Энджа. Я знаю, что ты хочешь ему насолить, но хоть делай это с умом. - В коридоре раздался непонятный шум, и парень замер, прислушиваясь. - А теперь я ретируюсь. Отдыхай. И да, Энки теперь станем частым гостем. Это будет настоящее шоу.

Последнюю фразу я так и не поняла, но когда решила расспросить подробнее, парня уже не было в комнате. Звуки, доносящиеся из коридора, становились все ближе, в один миг погасли все свечи, вновь оставив меня в темноте.

Мне удалось разобрать легкие шаги, а потом поворот дверной ручки. В комнату проник слабый луч свет, почти дотянувшийся до моей кровати, но что-то остановило его на полпути. Незваный гость так и не решился войти, оставаясь в коридоре. Я замерла, вся обратившись в слух.

- Куда-то собрался? - Голос Энджа можно было узнать из тысячи.

- В чем-то проблема? - Энки как всегда оставался совершенно спокоен.

- Думаю, ты ошибся комнатой.

- Я так не считаю. С каких пор ты работаешь сторожем?

- Просто проходи мимо. - Мой наставник явно держался из последних сил, и, судя по голосу, готовый в любой момент наброситься на бессмертного.

- Я хочу поговорить с ней.

- А я этого не хочу. Она отдыхает.

- Что ты с ней сделал? - Блондин не собирался так просто уходить, не получив ответы.

- Не твое дело, блондинчик. Просто проходи мимо, если не хочешь, чтобы я поработал над твоим смазливым личиком.

- Как грубо, - в голосе Энки чувствовалась усмешка. - Ты не в себе, друг. Знаешь, она не игрушка, чтобы ставить над ней свои безумные эксперименты. Передай ее кому-нибудь другому. Так будет лучше. Для нее. Для тебя. Для всех.

- Если мне будут нужны твои советы... хотя кого я обманываю, они мне не понадобятся. Иди, надень колпачок для сна и отдохни.

- Я спас ее.

- Нелепая случайность.

- Они бы забрали ее, Эндж. Ты знаешь, чем бы это закончилось. Она еще не определилась, а ты словно специально толкаешь ее на другую сторону. Совсем сошел с ума? О чем ты вообще думаешь? Она нужна нам.

- Хватит читать нотации! - Наставник не на шутку разозлился. - Она не первая для меня...

- Не сравнивай ее с остальными. Я собираюсь обсудить это в Храме.

- Только посмей. - Голос походил скорее на шипение змеи. В эту секунду я отлично представляла себе лицо Энджа: нахмуренные брови, губы, сжатые в тонкую линию, и глаза, горящие внутренним безумием.

- Мне плевать на твои чувства. Я думаю только о ней. Они не одобрят твои методы.

- Исчезни, а то я за себя не ручаюсь.

В коридоре повисла тишина, а потом раздался звук удаляющихся шагов - Энки решил послушаться совета. Секунда и дверь в мою комнату плотно закрыли. Как я не прислушивалась, мне так и не удалось понять, ушел Эндж или нет. В какой-то момент стало уже все равно. Усталость обрушилась тяжелой лавиной, совершенно погребя меня под собой. Я больше не могла и не хотела сопротивляться сну. Последней мыслью, пронесшейся в моей голове, было: 'Надеюсь, завтра все будет лучше'. Увы, я в это мало верила.

Глава 13

- Ты должна поесть.

Передо мной стоял небольшой серебряный поднос. Энки принес мне утром фруктовый салат, яичницу с беконом и чашку зеленого чая. Я с отвращением смотрела на еду, даже не представляя, как буду впихивать это в себя.

- Я серьезно. - Мужчина сидел на краю кровати и испытывающе смотрел на меня. - Тебе станет лучше.

Не то чтобы я плохо себя чувствовала, наоборот, новый день принес долгожданное облегчение. Боль в груди меня больше не беспокоила, хотя пока совсем не хотелось трогать повязку, наложенную вчера Энжем. Ничего, кроме этого, не напоминало о случившемся в спортзале. Способность к регенерации действительно оказалось полезной вещью, особенно когда твой наставник неуправляемый садист.

Я все-таки взялась за чай, подумав, что это наименьшее из зол. Думать об остальном завтраке совсем не хотелось.

- Я знаю, что ты делала на улице. - Энки говорил на полном серьезе. Мне так и не удалось уловить ни намека на шутку, хоть я на это и рассчитывала.

- О чем ты? - Фарфоровая чашка дрогнула в моих руках, слегка расплескав чай на одеяло.

- О том парне через дорогу. Я заметил, как вы смотрели друг на друга. Кто-то из прошлой жизни?

Я не знала что ответить, совершенно застигнутая врасплох. Страшнее было лишь услышать этот вопрос из уст Энджа. Хотя, все становилось лишь вопросом времени.

- Можешь мне рассказать. Это останется лишь между нами, Диана.

- Он еще не знает? - удивилась я такому подарку.

- И не узнает, можешь быть спокойна насчет этого.

- Почему?

Энки долго молчал, рассматривая ковер под ногами, о чем-то размышляя. Когда он наконец поднял на меня свой взгляд, его лицо было все таким же непроницаемо-спокойным.

- Я не Эндж. Такой ответ тебя устроит?

- Вполне, - подумав, кивнула я, искренне надеясь, что это правда. - Я случайно встретила его. Даже не уверенна, что он меня узнал...

- Узнал, - усмехнулся мужчина, продемонстрировав свою ангельскую улыбку. - В этот нет сомнений. Так кто он?

- Друг. - Этот ответ показался наиболее правильным. - Это плохо? Ну, то, что он меня заметил? Никто не поверит ему...

- Не важно, все в порядке. Серьезно. Я понимаю, что порой довольно тяжело отказаться от прошлой жизни, особенно когда чувства еще слишком сильны. Ты любишь его?

- Нет, - слишком поспешно ответила я, пожалев об этом. - Не знаю, скорее всего, нет. Просто не ожидала встретить его там, тем более после всего случившегося. Эндж правда не знает?

- Ему ни к чему, - просто сказал мужчина, слегка подвигая поднос в мою сторону, как напоминание, что я совсем забыла про завтрак. - Мы же не хотим его злить. Мы с этим разберемся, но позже.

- А где Эндж? - Почему-то только сейчас я заметила его отсутствие. Было даже странно чувствовать себя в безопасности, находясь в этом старинном замке. Присутствие Энки казалось столь необходимым, что мне не хотелось даже думать, что наступит с его уходом.

- Его вызвали по делам, и боюсь, он вернется не в лучшем расположении духа.

Дверь в комнату распахнулась с такой силой, что с шумом ударилась о стену. Я вздрогнула, увидев на пороге своего наставника. Блондин был прав, хоть и сам не представлял всей ярости бессмертного. Мне с трудом удавалось узнать в нем знакомые черты. Он больше походил на зверя: дикий блеск в глазах, напряженные мускулы, тело буквально готовое к прыжку.

Я замерла на кровати, натягивая повыше одеяло, словно это могло меня спасти. Но Энки даже не шевельнулся, лишь бросив мимолетный взгляд на вошедшего.

- С возвращением. - На эту фразу наставник только зарычал как животное, сделав один широкий шаг в нашу сторону. - Как все прошло?

- Какого черта, Энки? Ты записался в мазохисты? Никак не можешь дождаться, когда я размажу тебя по стенке?

- Успокойся, друг...

- Ты мне не друг. Думаешь, я спущу тебе это с рук. Ты сейчас же поднимаешь свою задницу и объясняешь им что ошибся.

- Нет, Эндж. Ты не справляешься. Я просто сказал, что тебе не помешала бы помощь. Лучше я, чем кто-то другой.

Наставник оказался прямо перед Энки и вздернул его с кровати, схватив за бежевый свитер. Блондин не стал сопротивляться, а лишь смотрел на него, не моргая.

- Ты заставил их усомниться во мне! Я не справляюсь со своей подопечной? Да знаешь, сколько их у меня было? Не одна и не две. Я лучше тебя понимаю что и как должно быть. Так что не вмешивайся.

- Сколькие из них попадались в лапы к Другим? Ну же, память подводить. Похоже, ты теряешь сноровку.

Такого Эндж стерпеть не мог. Он тяжело задышал, а потом отбросил Энки на кровать, и тот ощутимо приземлился на мои ноги.

- Лучше помолчи и выметайся из ее комнаты.

- Я имею такое же право находиться здесь, как и ты.

- Нет, - оборвал его брюнет. - Я - ее наставник, а ты гребанный предатель, которому недорога его собственная жизнь.

Энки поднялся на ноги и посмотрел на меня.

- Меня назначали проконтролировать твое обучение и поведение Энджа при этом. Любое несоответствие установленным правилам может стать причиной для его отстранения.

Я смотрела на него, не веря своим ушам. Неужели все могло измениться? Мир отчего-то решил стать ко мне добрее?

- И не мечтай, - прокричал брюнет, делая шаг вперед, но сдерживаясь от очередного яростного порыва. - А теперь выметайся. Мы еще поговорим об этом.

Мужчины молча смотрели друг на друга. Энки отвел взгляд первым, кивнул мне на прощание и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

Напряжение все еще чувствовалось в воздухе. Я видела, как Эндж пытается справиться с собой. Постепенно его дыхание выровнялось и он смог наконец повернуться ко мне. Взгляд был настороженно-суровым.

- Ну что, доигралась детка? Тебе не стояло ему жаловаться.

- Я этого не делала, - почти шепотом возразила я, понимая, что теперь весь его гнев предназначался мне одной. - Не впутывай меня в ваши разборки.

- Наши разборки? - рассмеялся мужчина, усаживаясь на кровать рядом со мной. - Ты, принцесса, в центре всего. Тебе наверняка льстит такое внимание?

- Я просто хочу, чтобы меня оставили в покое. Хочу стать невидимкой.

- Это вряд ли, - развел руками Эндж. - Чтобы ею стать, придется вести себя соответствующе, а не испытывать мое терпение раз за разом. Мне плевать, что решили выше. Я - твой наставник и никто этого не изменит. Так что не обольщайся.

- Я поняла.

- Умница. Одевайся и спускайся к Линелу. Старик зачем-то хочет тебя видеть. И без фокусов.

Раны меня больше не беспокоили. На груди даже не осталось шрама, словно ничего и не было. Я уже начинала привыкать к такому, правда испытывать свои способности в очередной раз очень не хотелось.

Мне не потребовалось много времени, чтобы привести себя в порядок. Сказывались годы вечного цейтнота - я всегда опаздывала в университет, даже ставя будильник раньше обычного. Поэтому прическа и макияж занимали у меня не больше десяти минут, причем это еще считалось не абсолютной спешкой. Сейчас все эти навыки я с удовольствием бы обменяла на что-нибудь действительно полезное - черный пояс по боевым искусствам, познания в спортивном ориентировании, да мало ли. К сожалению, за двадцать лет своей жизни я так и не успела научиться ничему стоящему. Хотя, будь у меня в запасе еще двадцать, ситуация вряд ли бы изменилась. Я была совершенно бесполезна, как в жизни, так и в смерти.

За дверью меня поджидал очередной сюрприз - в коридоре, облокотившись на стену и скрестив руки на груди, стояла Калипсо. По ее лицу явно чувствовалось, что предстоящий разговор и ей не доставляет особого удовольствия. Как всегда девушка выглядела вне всяких похвал: обтягивающие кожаные брюки, простая светлая майка, подчеркивающая точеную фигуру, и короткое серебряное болеро. Даже не хотелось думать, во сколько мог обойтись весь этот наряд, дополненный высокими сапогами-ботфортами на шпильке и кожаными браслетами.

- Надеюсь, ты ухватишься за свой шанс, - сказала она, тряхнув идеальными светлыми волосами. - Уверенна, у тебя все получится, и ты будешь счастлива где-нибудь еще.

- О чем ты? - напряглась я, готовая в любую минуту дать ей отпор.

- О том, что Энджа готовы сместить с должности, а тебе предоставить другого наставника. Согласна, он порой бывает грубоват, так что ради твоей же безопасно, не задерживайся здесь.

- С каких пор ты думаешь о моей безопасности?

- Смешно, - расплылась в улыбке Калипсо, при этом ее глаза все равно отливали льдом. - Хочешь поговорить начистоту? Эндж мой, а я совсем не люблю, когда что-то стоит у меня на пути. Поверь, так будет лучше для всех нас, особенно для тебя.

- Я сама решу, что для меня лучше. - Мне не нравилось, когда кто-то указывает мне что делать, пусть это были и разумные советы.

- Я предупредила, - сквозь зубы прошипела она, подходя вплотную и смотря на меня сверху вниз. - Хватит строить из себя недотрогу. Лучше исчезни, иначе я позабочусь, чтобы твоя жизнь стала еще больше похожа на ад. Энджем делиться не стану.

Ощутимо толкнув меня в плечо, так, что пришлось даже отступить на шаг, чтобы сохранить равновесие, Калипсо прошла мимо. Я еще недолго посмотрела ей в след, и лишь убедившись, что она ушла далеко вперед, последовала за ней, спускаясь к Линелу.

На пути в подземелье мне больше никто не встретился. Замок словно вымер, чему нельзя было не радоваться. Мужчина привычно сидел за своим столом, путаясь в бумагах. Одинокая лампа в центре отбрасывала глубокие тени по периметру. От этого мне толком не удавалось разглядеть, где заканчивается комната, казавшаяся сейчас бесконечной.

- Очередной урок? - спросила я, чтобы привлечь к себе внимание.

- И тебе добрый день. Присаживайся. Я решил, что нас вчера нагло прервали, и мы не успели всего обсудить. С какой скоростью затягиваются твои раны?

- Не знаю, сутки? - Я имела весьма отдаленные представления, сколько пролежала в беспамятстве. - Достаточно быстро.

- Хороший показатель. Значит, заберешь сегодня книги. В тебе должно быть достаточно крови Энджа, чтобы запустить процесс. Как насчет странностей? Голосов, снов, иных способностей?

- Ничего. - В голосе чувствовалось слишком большое разочарование. - Это значит, что я бездарь? У меня не будет никаких способностей?

- Это должно тебя волновать меньше всего, - резко бросил Линел, отрываясь от своих документов. - И как я понимаю терпение не твой конек?

- Так что случилось между Энджем и Энки? - Пусть это не относилось к нашим занятиям напрямую, но мне не терпелось узнать все до мельчайших подробностей.

- Тебе лучше знать, хотя мало какие сплетни доходят до моих сводов. Такое порой происходит, когда наставник не находит общего языка с ученицей. Правда, на веку нашего безумца такого не случалось. Его агрессию можно понять, еще никто не пытался усомниться в его власти. Не знаю, что нашло на Энки.

- Так меня теперь передадут кому-то другому?

- Сомневаюсь, - лениво произнес он, потирая переносицу, - менять кровь довольно опасно, тем более, сейчас. Думаю, назначит Энки контролирующим самый разумный шаг. Все будет зависеть от дальнейших событий. Но знаешь, с тобой действительно очень много проблем.

Я поморщилась на его слова, но не стала спорить дальше. Все действительно выглядело так, словно целый мир оказался настроен против меня. А повышенное внимание к моей персоне, казалось, переходило все мыслимые и немыслимые границы. Я слишком устала от всего этого, но изменить ситуацию не могла.

- Мне стоит знать что-то еще?

- Немыслимое количество, - усмехнулся мужчина, - но надеюсь, ты наконец перейдешь на домашнее обучение, а мы будем обсуждать только непонятные моменты. Кирлсир не так уж и сложен.

- А что будет потом? - Этот вопрос волновал меня с самого начала, даже больше, этот вопрос волновал меня всю жизнь и не оставил после смерти. Только теперь все стало серьезней - счет шел уже не на года и даже не на десятилетия.

- Дальше? Все как и всегда - жизнь продолжается. Ты пройдешь обучение, попрактикуешься в нашей команде, а потом тебя определят дальше, туда, где твои силы пригодятся.

- Кто определит?

- С этого и нужно было начинать наш разговор. Ты, наверное, уже слышала про Храм. Это собор, находящийся между мирами, в каждом из них и одновременно нигде. В нем находится прибежище Провидцев. Они просматривают нити реальность, определяя наши действия. Можно сказать именно они пишут будущее.

- Они такие же, как и мы? - слегка настороженно спросила я, не представляя как должны выглядеть существа, определяющие наши судьбы.

- Ну, ты же видела нашу Лили, конечно, ей далеко до них, но если бы она больше тренировалась и отказалась от прежней жизни, через пару столетий смогла бы к ним приблизиться, - начал размышлять мужчина. - Провидцы старейшие из бессмертных, поэтому ты бы не увидела в них ничего человеческого. Они ведут отшельнический образ жизни, отстраненный от реальности и видя ее только в своих видениях. Знаю, звучит довольно странно, но ты привыкнешь к нашей действительности. Мы больше не можем полагаться на случай, приходиться контролировать каждый шаг, чтобы не допустить новой войны. Это имеет смысл, согласна?

- Пожалуй. - На самом деле мне не нравилась сама мысль, что кто-то может знать все, решая какой дорогой мне идти. - А как насчет свободы выбора?

- Я и не думал, что ты поймешь, - натянуто протянул Линел, глядя на меня с сочувствием. - В тебе еще слишком много от человека - до сих пор думаешь, что мир крутиться вокруг тебя. Есть нечто большее, чем твои желания. Наша жизнь - работа. Ты здесь, чтобы удержать миры в равновесии, защитить смертных. Этого мало? Хотя да, довольно странно, когда в твоем существовании появляется смысл.

- А если я не хочу заниматься этим?

- Если ты не с нами, то против нас, так что думаю, прежде чем что-то сделать или сказать. У тебя еще есть время, так что учись. Мы здесь, чтобы помочь тебе принять то, чем ты стала. Это не день и не два. Нам некуда торопиться, просто не суди обо всем раньше времени. Терпение - добродетель.

Я кивнула, почему-то почувствовав себя пристыженной. Мне действительно стоило держать язык за зубами.

- Возьмешь эту книгу к своей коллекции, - после долгой паузы сказал отшельник, указав на огромный том, лежащий на полу рядом со столом. - И настоятельно прошу начать обучение.

Мне совсем не понравилась перспектива провести остаток вечности, изучая старинные монографии. Черт, да эта книга наверняка весила целую тонну. Я приблизилась к ней, и присев коснулась кожаного переплета рукой. Ладонь словно пронзили сотни маленьких иголок. Старинное издание. Размером она оказалась даже огромней Большой Советской Энциклопедии, не думаю, что имело бы хоть какой-то смысл тащить ее в свою комнату.

- Может, я буду приходить почаще, и читать ее здесь? - я с надеждой посмотрела на мужчину.

- Вряд ли, - сухо отозвался он, оставаясь совершенно непреклонным. - Давай лучше сведем наши встречи к минимуму. Тем более, она не такая уж и тяжелая, а бессмертные сильнее обычных людей. Можешь проверить.

Это не означало, что я этого хотела, но мужчина ясно дал понять, что наш с ним разговор окончен. Удивительно, насколько тактично он всегда это проделывал. Мне ничего не оставалось, как подчиниться.

Я тяжело вздохнула и попыталась взять на руки книгу, отметив про себя, что какой-то умник сделал ее уголки металлическими, что только прибавило ей веса. В итоге на моих руках оказалось больше десяти килограммов, которые просто-напросто притянули меня к земле.

- Черт, - прохрипела я, перетаскивая учебник на стул и пытаясь отдышаться. - Может все-таки существует краткий пересказ сего великолепия?

- До свидания Диана и удачи. - Больше Линел на меня уже не смотрел.

Я немного повозилась, пытаясь поудобней перехватить книгу и каким-то чудом закинув ее на плечо, шатаясь, двинулась к выходу. Мне пришлось проявить чудеса ловкости, чтобы открыть дверь, при этом, не выронив учебник.

- Кстати, - неожиданно ожил мужчина, сурово взглянув на меня, - насчет всей этой суматохи. Прежде чем выбирать, подумай. Хочешь избавиться от Энджа, ладно, но это не значит, что другой наставник будет лучше. Сейчас не лучшее время наживать себе врагов, тем более таких могущественных. Решай проблемы, а не беги от них. Энки хочет как лучше, но он и сам не понимает во что ввязался. Будь умнее. По крайней мере, Эндж сможет тебя защитить.

Слушая его, я даже позабыла о тяжелой ноше в своих руках. Закончив с советами, Линел вновь потерял ко мне интерес, теперь уже окончательно. Мне оставалось лишь кивнуть, хотя этого даже никто не заметил, и выйти из комнаты, навстречу прохладной темноте. Книга мешала идти, казалось, что коридор бесконечен, а я движусь словно улитка. Уже через пару метров руки начали непомерно болеть, а позвоночник готов был переломиться в любую секунду. Мне пришлось взять перерыв, прислонившись к земляному своду. Самым разумным было бросить книгу здесь, но не хотелось злить еще и отшельника, который обязательно обнаружит учебник, пусть и не сразу, учитывая, что он все равно нечасто покидал свое убежище. Следовало дотащить это раритетное издание хотя бы до первого этажа, а там вполне мог найтись добрый самаритянин, сильнее и упорнее меня. Я сразу подумала о Некроманте. Пусть он и не тянул на атлета, но вдвоем мы вполне могли поднять книгу на несколько лестничных пролетов.

Мне пришлось опираться о стену, перекладывая на нее часть веса, чтобы преодолеть еще пару метров. Ни один кросс не давался мне с таким трудом. Я вся вспотела, борясь с окончательно сбившимся дыханием. Дорога оказалась бесконечной, еще пара шагов и силы покинули меня окончательно.

- Помочь? - Прямо напротив меня стоял Энки, удивленно рассматривая мой груз. - Могла дождаться меня у Линела, не стоило мучить себя. Пусть раны и затянулись, но рисковать все же не следует.

- Я не подумала. - Глупости, такие мысли приходили мне в голову, вот только первым мог прийти Эндж, а значит, не было бы никакой пощады. - Поможешь донести до комнаты?

- Да, но сначала нам нужно поговорить. Наедине, - многозначительно добавил он, забирая книгу из моих рук и потянув меня куда-то вперед. - Я знаю одно места, где нас не услышат.

Мы еще немного прошли по привычному мне коридору, а потом неожиданно свернули в темноту. Я никогда не замечала здесь проема - он был надежно сокрыт плотными тенями. Новый проход ничем не отличался от предыдущего, вот только уходил куда-то еще глубже под землю.

Энки не сбавлял шаг, пока мы не зашли в тупик - дорогу нам преграждала стена из зеленовато-серого камня, выложенная полукругом. Потолок здесь оказался совсем низким, так, что мужчине пришлось пригнуться, чтобы подойти к ней.

- Куда мы? - Мой вопрос так и остался без ответа, когда бессмертный неожиданно шагнул в сторону стены и беспрепятственно прошел сквозь нее, словно она была лишь иллюзией. Я не успела запротестовать, как он потянул меня за собой, прямо на мрачные камни. В последнюю минуту мне удалось выставить вперед руку, но ладонь ощутила лишь легкий порыв ветра и странные вибрации, как волны на воде.

Инстинктивно закрыв глаза, я шагнула вперед, проходя сквозь стену. Ледяной холод проник под кожу, дыхание замерло в груди, но все успокоилось также быстро, как и возникло. Мое тело не превратилось в лепешку, столкнувшись с камнем. Ничего.

- Можешь отпустить мою руку, - с усмешкой произнес Энки. - Мы на месте.

Я открыла глаза и увидела, что мы уже далеко не в темных лабиринтах Линела. Мир вокруг изменился, потеряв свои былые границы. Голубоватое свечение вокруг нас напоминало северное сияние, уходя куда-то ввысь. Меня пугало то, что вокруг не существовало границ - ни стен, ни потолка, даже пол оказался прозрачным.

- Где мы? - спросила я, не в силах оторваться от невероятного зрелища. Воздух вокруг вибрировал, заставляя сердце биться чаще.

- Между мирами. В замке есть несколько подобных комнат, словно карманы среди реальностей. Главное, что это надежный способ скрыться от вездесущих глаз Энджа. Здесь нет времени, так что можешь не бояться, что наше отсутствие заметят.

- Не подумай, что я жалуюсь, но здесь как-то неуютно. Меня пугает это место. Это точно безопасно?

- Да, - рассмеялся мужчина, беря меня за вторую руку, чтобы я не волновалась. - Ты привыкнешь со временем и даже полюбишь подобные шансы уединиться. Я просто хотел поговорить с тобой, пока есть время.

- О чем?

- О том парне у дома убитой. Мы не успели все обсудить.

- Нечего обсуждать, - тут же смутилась я, желая как можно скорее закончить этот разговор.

- Есть, - немного строго возразил Энки. - Ты хочешь его увидеть? Пойми, мы не решим проблему, если ты станешь все отрицать, а потом тайком сбегать к нему. Тебе не нужно скрываться от меня. Я - не Эндж. Я - другой.

- Какое тебе вообще до этого дело? - засомневалась я, заглядывая в его ясные глаза. - Я больше не сбегу. Так лучше?

- Диана, будем откровенны друг с другом. Я видел, как вы смотрели друг на друга, и почувствовал вашу связь. Все серьезнее, чем ты хочешь представить. Так, ты до сих пор любишь его?

- Он предал меня. - Мне не хотелось рассказывать, но что-то в бессмертном действовало как эликсир правды. Он смотрел в мои глаза с таким пониманием, что я забылась, надеясь лишь на одно - утешение. - В любом другом случае я бы избегала его, но сейчас... ничего не осталось, только он.

- Так чего ты хочешь? Неужели снова встречаться с ним? Не думаю.

- Хочу знать, что он страдает. - Это вырвалось само собой, я даже не думала об этом в таком ключе. - Хочу, чтобы он понял, к чему все это привело.

- Я рад, что мы все прояснили, - кивнул мужчина. - Это большой шаг вперед. Я помогу тебе, но с этих пор у тебя больше не будет от меня секретов. Идет?

- Ты серьезно?

- Похоже, что я шучу? Нет, Диана. Я действительно хочу помочь. Эндж не понимает, что только закрыв все двери в прошлую жизнь, мы можем двигаться вперед. Я и ты решим вместе как правильно поступить. А пока, будь приветлива со своим наставником, и мы все преодолеем. Хорошо?

Я кивнула, почувствовав себя слабой и беззащитной как никогда. Энки притянул меня к себе и осторожно обнял, поглаживая по спине. Не знаю, сколько мы так простояли, но мне не хотелось уходить, вечно наслаждаясь теплом его тела.

- Тебе лучше? - прошептал мне на ухо бессмертный.

- Да, спасибо. Нам пора уходить?

- Я выйду первым и прослежу, чтобы Энджа не было поблизости, а ты немного подожди и следуй за мной. Запомнила дорогу?

- Да.

Бессмертный улыбнулся мне, отстраняясь. На прощание он коснулся моего плеча, а затем шагнул в пустоту, исчезая в синеватом мареве.

Я какое-то время постояла в тишине, а потом последовала за ним, посчитав, что время вышло.

Глава 14

Меня встретила темнота, отчего пришлось идти наощупь. Впереди послушались голоса, но было уже слишком поздно, чтобы отступать.

К своему ужасу я без труда узнала голос Энджа и Энки. Они о чем-то усиленно спорили, не обращая ни на что внимания. Вот теперь мне действительно стоило бояться. Прятаться было негде, меня заметят при любом раскладе.

Я вжалась в стену, рядом с проемом, отчаянно успокаивая свое дыхание. Но казалось, что стук моего сердца слышен даже на поверхности. Тень скрывала меня, но наставник в любой момент мог обернуться, заметив мой наблюдательный пункт. Возвращаться не имело смысл - в кромешной темноте можно было наделать еще больше шума. Мне оставалось лишь затаить дыхание и слиться со стеной, ловя каждое слово, долетающее до моего убежища.

- Оставь свои уловки для более удачного случая. - Голос Энджа не терпел возражения. - Где она?

- Отдыхает. - Энки казался невозмутимым. - Почему ты так на ней помешан? Я обо всем позабочусь.

- Ты? Не смеши. Она и так создает много проблем, тебе с ней не справиться. Так что лучше скажи сейчас, пока с ней ничего не произошло.

- Она в безопасности.

- Где?

- Дай ей отдохнуть. Достаточно уже того, что ты с ней сотворил. Позволь ей передохнуть. Эндж, она не игрушка.

- Да ты что? Может, узнал что-то еще, после столь тесного общения? Уясни, она - моя. И мне плевать, что ты мой единственный друг в этом богом забытом месте. Просто уйди с дороги.

- Почему тебя это столь беспокоит? Когда она захочет, то найдет тебя. А теперь пойдем наверх.

Наверное, Эндж что-то почувствовал, потому что резко замолчал. Какое-то время до меня не доносилось ни звука, только их размеренное дыхание. Я знала, что хожу по краю. Даже двух метров не разделяло нас с наставником. Близко. Слишком близко.

Слегка выглянув из-за угла на пару секунд, я успела разглядеть две мужские фигуры, стоящие друг напротив друга. Пусть они и были на первый взгляд спокойны, но на самом деле между ними происходила настоящая битва. Мне хотелось оказаться как можно дальше от этого места.

Эндж шевельнулся, словно не в силах больше стоять в тишине. От этого по моей спине пробежала волна дрожи, а ладони наоборот вспотели. Быть пойманной с поличным означало смертный приговор, учитывая, в каком состояние находился наставник после всей этой перепалки.

- Как знаешь, Энки, - прошептал бессмертный и развернулся, собираясь уходить из подземных лабиринтов.

Я замерла, надеясь, что тень вокруг меня сумеет сделать из меня невидимку. Мне почти удалось слиться с прохладной стеной. Даже сердце замедлило свой ритм, чтобы не выдать себя Энджу.

Проходя мимо проема, где я пыталась укрыться, он на мгновение замешкался, прислушиваясь. Мужчина только искоса бросил на меня взгляд, но внутри все сжалось, практически до боли. К горлу подступила тошнота, и я в отчаяние зажмурилась, лишь бы не видеть собственного провала.

Но ничего не произошло. Будто сквозь шум океана до меня донеслись шаркающие шаги, а затем вновь все утихло.

- Диана? - послышался голос Энки.

Я открыла глаза и встретилась с удивленным взглядом бессмертного, который постепенно смягчился, вновь став добродушным. Мужчина стоял практически вплотную, рассматривая меня с головы до ног, словно видя впервые.

- Пронесло, - наконец выдохнула я, чувствуя, как расслабляется каждый мускул в теле. - Он почти поймал меня.

- Да, - задумчиво согласился блондин, оглядываясь назад и убеждаясь, что Эндж действительно ушел. - Нужно быть осторожнее.

- Меня до сих пор трясет. - Мышцы действительно никак не могли вернуться в форму. Странно, но я едва стояла на ногах после пережитого страха.

- Идти сможешь?

- Да, только не спеша. Что мне теперь ему сказать насчет того, где я была?

- Ничего. Он не будет расспрашивать. Увы, но наш Эндж не умеет признавать поражения. Не беспокойся о нем, ведь теперь я всегда буду рядом. - Мужчина ободряюще коснулся моего плеча и, поддерживая, повел наверх.

Все мои страхи натолкнуться на наставника оказались напрасны. Он словно провалился сквозь землю. Зная его, я могла только предположить, что бессмертный готовит для меня очередное испытание.

Зайдя в комнату, Энки плотно закрыл за нами дверь и бросил тяжелый том на мою кровать. Та прогнулась под его тяжестью, но только мелодично скрипнула.

- Пока отдыхай, ближе к вечеру я зайду за тобой. Немного прогуляемся.

- А Эндж? - удивилась я, имея в виду, что он наверняка будет против подобных отлучек.

- Прости, но он с нами не пойдет, - рассмеялся бессмертный, демонстрируя свою белозубую улыбку на миллион. - Будем решать проблемы по мере их поступления.

- Он разозлиться...

- Это никому не интересно. Ты же хочешь выбраться из этих стен?

Он знал, чем задеть мой интерес. Вид средневекового замка наскучил настолько, что казалось, каменные своды душили меня, отнимая последние силы. Я была похоронена заживо.

- Я буду готова.

- Увидимся, - кивнул бессмертный и оставил меня одну, тихо покинув комнату.

На всякий случай я подошла к двери, в надежде найти замок или щеколду, но этот фокус работал только снаружи. А значит, неожиданного визита Энджа вряд ли удастся избежать. От этой мысли спать совсем расхотелось.

Я прошлась по комнате, но, от нечего делать, уселась на кровать, притянув к себе книгу Линела. Кожаный переплет приятно лег в руки. Как ни странно, мне не удалось обнаружить заглавия, только чистая темно-коричневая обложка, немного пострадавшая от времени.

Я открыла книгу, ничуть не удивившись пожелтевшим страницам и мелким черным каллиграфическим строчкам, расположенным ровно как по линейке. Почерк менялся, что означало - у издания существовал ни один автор. Линел знал толк в старинных вещах.

К слову, он был прав. Некоторые слова кирлсира казались знакомыми, и даже странный наклон в левую сторону вкупе со щедрым количеством завитков, не портил общего впечатления. Мне удалось разобрать 'смерть', 'прах', 'сила', 'путь'. Но как только я пыталась сложить их в предложения голова начинала болеть так, будто готовая в любую секунду взорваться. Это оказалось сложнее, чем мне виделось. Хотя, прикладывать особые усилия к этому и не хотелось.

Я откинулась на кровать, ощутив спиной мягкую дрожь высокого матраса. Он словно вытягивал из меня негативные эмоции. Все проблемы потеряли прежнюю остроту, став незначительными. Мне нравилось просто вслушиваться в размеренный ход часов на тумбочке, смешавшийся с практически мертвой тишиной, царящей в особняке. Я повернулась, но задела книгу, оцарапав ногу о ее металлический угол.

- Черт! - Больно не было, но делить постель с древней реликвией казалось не лучшей идеей. Разозлившись, я с силой спихнула книгу с кровати и та с ужасающим грохотом упала на пол. Это превосходила даже звуки праздничного салюта, но мне было уже плевать.

Хотелось скорее уснуть, чтобы не мучиться в ожидании вечера. Даже не верилось, что совсем скоро я увижу Диму. Главное, что мне даже не удавалось придумать, что следует сделать с такой невероятной свободой. Когда еще выпадет такой шанс?

Видения того, как пройдет наша встреча, полностью захватили меня. Я не могла предугадать, как поведет себя Дима, увидев меня живой. Более того, даже мои желания менялись каждую минуту. Мне то хотелось напугать его, то заставить молить о пощаде, иногда чуть ли не простить.

Это так увлекло, что я даже не заметила, как задремала. Неясный шорох быстро вырвал меня из этого состояния, оставив беспомощно оглядываться по сторонам.

- Устала? - Рядом на кровать лежал Эндж, существенно потеснив меня. Удивительно, что я не сразу заметила, как прогнулся матрас под его огромным телом.

- Обязательно было меня будить?

- Не я виноват, что ты так чутко спишь.

Я потянулась, стараясь незаметно отодвинуться от бессмертного, но в итоге чуть не упала с кровати. Мужчина вовремя подхватил меня правой рукой, притянув к себе практически вплотную. Если бы не сонный покой до сих пор сковывающий тело, мне бы хватило сил оттолкнуть его. Но я наоборот замерла в его объятьях, нежась в коконе обжигающего тепла. В этом было что-то неправильное, но в тоже время необходимое.

Радовало то, что сейчас он не пытался меня убить или как-то унизить. Только осторожное прикосновение, почти что исцеляющее. Я научилась ценить подобные мгновения, боясь разрушить установившийся покой.

- Что тебе снилось? - его дыхание коснулось моей шеи, вызвав приятную дрожь.

- Ничего. - Мне с трудом удавалось лежать без движения. Это походило на игры с диким хищником, когда не знаешь, откусит он тебе руку или встанет на задние лапки, виляя хвостом.

- А ко мне уже давно приходит один и тот же сон. Хочешь, расскажу?

Я почувствовала, как его губы двинулись от моей скулы к подбородку, легко, едва касаясь кожи. Эндж обхватил меня еще сильнее, с силой сдавив талию, когда другая его рука стала поглаживать мои волосы. Мое тело начало расслабляться, когда разум практически кричал об опасности.

- Думаю, это слишком личное, - осторожно прошептала я, стараясь, чтобы мужчина не заметил волнения в моем голосе.

- Не бывает 'слишком личного', - усмехнулся он, продолжая испытывать меня.

Его губы двинулись ниже, замерев на жилке, что бьется на шее. Я ощутила, как его язык закружился по коже, лишая меня остатков самообладания.

В груди словно разрастался пожар, и мне все сильнее хотелось прикоснуться к нему, ощутив под пальцами тугие мышцы. Эндж знал что делать, а я поддавалась. Даже когда его рука скользнула по моему животу, замерев чуть ниже пупка, вынуждая дернуться под горячими пальцами.

Мужчина потянул меня, опрокидывая на спину, а сам - нависая на вытянутых руках, так, что наши тела уже не соприкасались. Увидев его довольную ухмылку, я закрыла глаза, словно это меня уже не волновало. Мне казалось, что вот-вот Эндж сдавит мое горло твердой хваткой, выпытывая, где я пропадала до этого времени. Но ничего подобного не происходило, только его тяжело дыхание у моего уха. Внезапное легкое прикосновение к моим губам заставило меня замереть, впитывая его словно губка. Поцелуй был нежным и осторожным, совершенно несвойственный бессмертному. Я даже усомнилась что происходящее реально. Тело-предатель ответила на его призыв, спина выгнулась, поднимая мою грудь навстречу его твердому торсу. Прикосновения стали слегка агрессивнее, его язык полностью завладел моим ртом, не давая толком вздохнуть. Жар под кожей казался невыносимым, а одежда слишком тесной, словно меньше на несколько размеров. Пугало совсем другое - мне не хотелось сопротивляться. Только не этой ласке, обещающей невероятное наслаждение.

- Еще? - спросил мужчина, слегка отстранившись.

- Достаточно, - ответила я, с придыханием, возвращая контроль над собственным телом.

- Уверенна?

Мне пришлось кивнуть, потому что все мысли в голове куда-то разом пропали. Эту игру действительно стоило прекращать, так как я становилась все уязвимее, размышляя, как далеко все могло бы зайти. Увы, этот путь был изначально провальным.

Эндж помолчал, а затем медленно провел тыльной стороной ладони по моей скуле, ниже к груди и дальше вдоль тела, замерев на внутренней стороне бедра. Даже сквозь джинсы я чувствовала тепло его руки. Мне не удавалось игнорировать дрожь, что рождало его прикосновение. Даже ненависть, до этого момента не покидавшая мое сердце, почему-то отступила на второй план, пропуская нечеловеческую, почти животную жажду. Даже к Диме я не испытывала ничего подобного. Возможно, в этом и был смысл. Пусть и не долго, но к парню я испытывала истинные чувства, когда же наставник сводил меня с ума какой-то сверхъестественной силой.

- Будешь сожалеть, - прошептал мужчина, потершись носом о мое плечо. Не будь рядом со мной бессердечный воин, я бы поверила в истинность проявляемых им чувств. Но это была лишь очередная попытка унизить меня.

- Я в любом случае буду сожалеть, как бы не поступила. Зачем тебе все это? Сложно оставить меня в покое хотя бы на полчаса? Развлекайся лучше с Калипсо. - Последняя фраза вырвалась сама собой, что стало моим очередным провалом.

- Ревнуешь? Как мило. - Эндж расплылся в самодовольной улыбке, убрав прядь волос с моего лба. - Мне понравилась твоя реакция, когда ты появилась в гостиной.

- Не льсти себе. От такого зрелища у любого наступит паралич, просто в следующий раз закрывайте двери. Уединение не такая уж плохая вещь.

- Говори что хочешь, я же прекрасно чувствую, с какой скоростью бежит кровь по твоим жилам. Оглушительный стук сердца, румянец на щеках. Тело выдает тебя, милая. Так может, наконец поможем друг другу?

- Да, - согласно кивнула я, - помоги мне и дай выспаться. Одной на этой огромной кровати.

Эндж рассмеялся, потерев мою нижнюю губу большим пальцем, а потом легко поцеловав. Сейчас он был таким беззаботным и... юным. Все это время я чувствовала в нем мужчину, несущего на своих плечах груз не одного прожитого века, а теперь бессмертным казался все лишь молодым человек не старше двадцати семи, свободным и беззаботным. Отличная игра.

- Боишься?

- Скорее опасаюсь. Мама предупреждала, что мужчины в коже и цепях не лучший выбор для приличной девушки.

- Приличной? - изобразил удивление наставник. - Наши маски порой бывают настолько нелепы. Но наше время еще настанет. И да, я не против скрасить твою вечность.

Больше он ничего не сказал, только еще раз поцеловал меня, коснувшись губами щеки, а потом поднялся с кровати и еще раз посмотрел на меня, теперь сверху вниз. Эндж о чем-то сосредоточенно думал, а между его бровей залегла глубокая морщина. Даже сквозь полумрак комнаты я видела, насколько он напряжен.

- Тебе не уйти от меня, Диана. Как бы быстро ты не бежала, я всегда на несколько шагов впереди. Мы связаны, и гораздо крепче, чем тебе бы хотелось. Так что привыкай.

Я слушала, как за мужчиной захлопнулась дверь, а шаги стали отдаляться по коридору. Как бы с ним не начинали, все заканчивалось одинаково - моей болью. Он обижал меня раз за разом, не важно, осмысленно или нет. Вполне возможно, Эндж просто не умел жить иначе. Теперь это стало для меня большой проблемой.

Энки держался совершенно спокойно, словно мы и не замыслили ничего плохого. Все равно, я нервничала за нас обоих. Коленки дрожали так, что мне и в голову не приходило подняться с кровати, только молча сидеть и наблюдать за действиями бессмертного. Тот в свою очередь медленно перемещался по комнате, собирая в небольшой черный рюкзак необходимые вещи. Я же прислушивалась к звукам в коридоре, ожидая, что вот-вот ворвется Эндж, застав нас с поличным.

- Может все-таки не стоит? - Мне с трудом удалось узнать свой голос. Он еще никогда не звучал столь жалобно. - Или повременим?

- Собирайся, - Энки кивнул в мою сторону, затягивая рюкзак и ставя его возле своих ног. - И лучше быстрее, потом будет сложнее передвигаться.

- А Эндж?

Мужчина тяжело вздохнул и на пару секунду прикрыл глаза, словно собираясь с мыслями.

- Диана, - наконец начал он, - я понимаю, что наставник многое значит для тебя...

- Нет, - перебила его я, - просто боюсь его гнева. Ты же даже не подумаешь за меня вступиться.

- Считаешь, что сидеть и бояться лучше? Я обещаю, что не позволю ему вновь проделать с тобой подобное.

Мне хотелось ему верить, но что-то внутри не могло полностью довериться этим словам. Я сама настолько запуталась в происходящем, что уже не могла сопротивляться, позволяя себе плыть по течению, надеясь, что курс выбран правильно.

- И что мы будем там делать?

- Решим, но только не здесь. Сначала нужно выбраться из замка. Я не люблю планировать заранее, доверяю только своим чувствам. В нужный момент они подскажут что делать. Съездим, а там ты сама решишь, стоит ли что-то предпринимать.

Этот вариант мне понравился гораздо больше. Я наконец поднялась с кровати и привела себя в порядок, заодно натянув пуховую куртку - за окном стояла февральская ночь. Мы собирались навестить Диму.

За весь путь из моей комнаты до дорогой спортивной машины Энки нам встретился только Некромант, привычно игравший на гитаре между этажами. Но он даже не поднял головы, когда мы прошли мимо, хотя я была уверенна, что он все заметил и запомнил, оставляя информацию при себе.

На этот раз я даже не расспрашивала, где мой наставник и почему он так безрассудно оставил меня одну. В памяти еще была свежа наша последняя встреча, так что мне вряд ли бы удалось взглянуть ему в глаза и не покраснеть. Но и игнорировать страх было абсолютно бесполезно. Внутри нарастала тревога, понимание, что мы делаем что-то противозаконное, тайком покидая особняк и направляясь навстречу моей прошлой жизни. Однажды за все это придется расплачиваться, отчего становилось еще неспокойнее.

Я смогла немного расслабиться только когда оказалась в машине, и Энки завел мотор, медленно выруливая с подъездной дорожки. Фары не были включены, так что не стоило волноваться, что нас кто-то заметит. Автомобиль шел в полной темноте, но я привыкла, что мир теперь устроен иначе. Удивительно, но зрение также менялось и мне даже удавалось различать общие очертания лесной полосы, огораживающей дорогу с обеих сторон. Высокие скрюченные деревья выглядели зловеще, словно наступая на нас, пытаясь удержать. Несмотря на февраль, снег мелькал лишь небольшими светлыми пятнами на черной земле, напоминая дыры, разъевшие цельное полотно. Все выглядело знакомо, но в тоже время иначе. Двадцать две зимы, но ни одна не было похожа на эту. Непонятная грусть сдавила сердце, и мне пришлось отвернуться от окна, сосредоточившись на приборной панели, мерцающей в темноте синеватым светом. Слезы сейчас были ни к чему.

- Почему мы не воспользовались порталом? - спросила я, устав от тишины.

- Я предпочитаю действовать по старинке, нам некуда торопиться. Это удел Энджа - строить из себя вечно занятого. Он просто не может обойтись без этих фокусов с перемещением. - Мужчина улыбнулся своим мыслям, но заметив мой любопытный взгляд, тут же вновь стал серьезным.

- Вы с ним друзья?

- Друзья? Наверное. Хотя, нет. Это нечто другое. Мы довольно долго... - бессмертный замялся, - вместе. Бок о бок. Он не раз выручал меня, а я его. Это совершенно другая связь, не хуже и не лучше.

Я смутилась, услышав с какой теплотой Энки говорит о моем наставнике. Наблюдая за их общением, нельзя было о таком и подумать. Им отлично удавалось скрывать свои братские чувства.

- Тогда почему ты идешь против него? - удивилась я. - Почему не поддерживаешь?

- У всего своя причина и цель, - загадочно ответил мужчина. - Тем более, я считаю, что помогаю ему. И тебе. Где живет тот парень?

- За городом. У его семьи небольшой дом в дачном поселке в нескольких километрах к северу.

- Я знаю, где это, - кивнул мужчина, вдавив педаль газа до упора. - Мы быстро доберемся.

- Там охрана, - решила я пойти на попятную. - К тому же все уже спят. Ты уверен, что это хорошая идея?

- Не бойся, Диана. Я не заставляю тебя делать то, чего ты сама не хочешь. Но иногда мы рабы ситуации, вынужденные метаться, пытаясь найти выход. Порой он не столь очевиден как вход. Мы должны попробовать все, чтобы освободиться. Подожди и увидишь, куда это приведет тебя.

- Плыть по течению? А вдруг впереди водопад?

- Воспринимай это как аттракцион, - рассмеялся Энки, бросив на меня мимолетный взгляд. - Ты бывала в аквапарке?

- Однажды, - задумчиво ответила я, тоже улыбаясь. - Прошлым летом довелось прокатиться пару раз. А ты?

- Нет, когда я был смертным, подобные развлечения не практиковались. Но однажды я спускался по бурному течению на самодельном плоту. Кстати, в финале там тоже был водопад.

- И чем все закончилось?

- Как видишь плачевно, - усмехнулся мужчина. - Хотя до болезненного приземления на камни было весело. Мы почти на месте

Я и не заметила, как мы свернули на асфальтированную дорогу, освещенную вдоль одинокими фонарями. Мы определенно приближались к дачному поселку - вдалеке уже показались верхушки новостроек класса люкс. Они появились здесь недавно, и каменные многоэтажки с разноцветными крышами и немного диковатой отделкой казались совершенно неуместными среди живописного леса. Даже сейчас, в конце зимы, слегка припорошенные снегом, дома не смотрелись лучше, словно им и вовсе здесь было не место.

Как и предполагалось, проезд оказался огорожен шлагбаумом, а сторож вряд ли бы не заметил нас, тем более на такой 'скромной' машине. Поэтому Энки оставил ее за деревьями, съехав с дороги в чащу. Дальше предстояло пробираться пешком.

Мужчина взял меня руку и медленно повел вдоль высокого забора, оградившего поселок от остального мира. Я молча подчинялась, все равно не поимая, что он хочет найти, ведь стена казалась идеально гладкой и прочной на вид. Наконец он замер, притягивая меня к себе и показывая куда-то в темноту. Сначала моим глазам не удавалось различить ничего кроме ровного светлого камня, пока в нем не проступили едва различимые тени - кто-то очень удачно замаскировал небольшую калитку, почти незаметную на общем фоне.

- Как тебе удалось? - спросила я, до этого уже подумывая, что нам придется перелезать через ограждение.

- Люди предсказуемы, они всегда оставляют для себя запасной вариант. Главное иметь терпение.

Мужчина коснулся ладонью прохладного камня, и какое-то время водил ею по тонким границам, будто совершая какой-то магический ритуал. К моему удивлению буквально через минуту в ночной тишине раздался глухой щелчок, и дверца поддалась в нашу сторону. Мужчина победоносно улыбнулся и отворил ее на полную, открывая небольшой проем, едва доходивший мне до плеч.

- Прошу.

Я нагнулась, проскальзывая внутрь и осматриваясь. Кругом царила абсолютная тишина - весь поселок спал. Ни в одном из домов не горел свет и даже не слышался лай собак. Позади раздался шорох - Энки уже стоял рядом со мной, предварительно прикрыв за собой калитку.

- А он не из бедных, - присвистнул он, оглядывая обустроенную территорию.

- Это еще мягко сказано, - подтвердила я, теперь не понимая, что могла делать среди богатеньких деток, которые так и не соизволили принять меня в свое общество. - У них даже беде отделано кристаллами сваровски.

- Ничто так не говорит о благосостоянии людей как наличие беде, - рассмеялся бессмертный. - Какой дом нам нужен?

- Тот, что справа, с красной крышей, в стиле 'я не знаю, куда деть свои деньги'. - До этого момента я дважды бывала в нем. Последний раз на этот Новый Год, отмечая его большой компанией, в основном состоящей из богатеньких снобов - друзей Димы. Закончилось все тем, что я обиженная пошла пешком до города в босоножках и легкой куртке. Не знаю, куда бы мне удалось дойти и удалось ли вообще, если бы не мой однокурсник, здраво подумавший, что потом отыскивать меня в сугробах будет куда как затратней по времени. А впервые... я постаралась отогнать нахлынувшие воспоминания, но так и не смогла. День Святого Валентина, чуть больше года назад Дима устроил мне настоящий праздник со свечами и дорогим шампанским. Глупо было не влюбиться в сказочного принца, пообещавшего раскрасить мою серую жизнь во все цвета радуги.

Как все же меняются люди. Год назад он дарил мне розы и нашептывал нежные слова, а в последнюю нашу встречу обнимал другую, найдя себе новое развлечение. Наверное, мне стоило предвидеть это. Только полная идиотка могла не заметить, что парень охладел к ней. И только круглая дура - поверить, что все наладиться. К сожалению, я проявила себя сразу в обеих ипостасях. Теперь, прячась у раскидистого дерева рядом с трехэтажным домом, мне так хотелось знать верный ответ, предвидеть, что повлечет в будущем любое мое действие.

- Ты готова? - спустя несколько минут молчания спросил Энки, нежно поглаживая мое плечо.

- Не знаю.

Черные окна взирали на нас неприветливо, предупреждая, что никто внутри не ждет незваных гостей. Я мысленно представила себе Диму, мирно спящего в своей кровати и наверняка уже позабывшего, что у него совсем недавно умерла девушка. Черт, он был виноват, что я так рано вернулась домой, что я выпила снотворное, что я не почувствовала дыма. Моя смерть и смерть моих родителей отчасти была и на его совести. Неужели парень рассчитывал, что все сойдет ему с рук? Я так не думаю.

- Зайдем внутрь. Его спальня на третьем этаже.

Бессмертный кивнул мне и, притянув ближе, повел к главному входу.

Глава 15

Энки какое-то время стоял перед тяжелой металлической дверью, раскрашенной под серый мрамор. Его глаза были закрыты, а губы шевелились, словно он что-то нашептывал. Я стояла позади и с каждой секундой моя уверенность таяла на глазах. Мы вламывались в чужой дом, к тому же его жильцы мирно спали в своих кроватях.

- Там должна быть сигнализация, - произнесла я, но слишком поздно, бессмертный коснулся дверной ручки и повернул ее. Слава Богу, никаких сигналов тревоги так и не разнеслось по округе, но внутри оказалась еще одна дверь, на этот раз деревянная.

- Слушай, это знак. Ничего не вышло, давай просто уйдем. - Мне было стыдно за свой неожиданный приступ паники, но разум только и пытался уберечь нас обоих от очередной ошибки, жаль, пути назад уже не было.

Мужчина лишь спокойно посмотрел на меня, улыбнувшись, а потом продолжил свои манипуляции с замком. Через минуту все было кончено. Дверь с противным скрипом отворилась, впустив нас в темноту прихожей.

Я шагнула внутрь вслед за Энки, прислушиваясь к тишине, так и ожидая, что наверху раздадутся шорохи и голоса. Но ничего не происходило. Никто не проснулся, в доме не вспыхнул свет, на нас не накинулись с оружием и бейсбольными битами.

- Хочешь, чтобы я пошел с тобой? - В темноте мне едва удавалось различить его фигуру, но присутствие бессмертного успокаивало, делая меня чуточку смелее.

- Нет, я сама. Просто посмотрю и вернусь.

- Будь осторожней и не шуми. Я пока прогуляюсь и осмотрю этот сказочный замок.

Я кивнула и почти наощупь пошла к лестнице, ведущей наверх. Мне удалось достаточно хорошо запомнить планировку дома, и теперь даже в ночной темноте не составляло большого труда подняться на третий этаж и найти нужную дверь - вторую слева. Она была слегка приоткрыта, пропуская в темный холл желтоватый луч ночника. Я улыбнулась увиденному. Дима боялся. Каждая ночь превращалась для него в сущий кошмар. Он не выносил темноты, засыпая только в блеклом свете лампы, всегда оставляя дверь чуть приоткрытой. Мне так и не довелось расспросить его о детских страхах. Монстры, чудовища, призраки... кто знает, что мерещилось парню в глубоких тенях. Вот только его самый худший кошмар уже стоял за дверью, собираясь с силами, чтобы войти. И я больше не хотела отступать.

Дверь качнулась в сторону, открывая моему взгляду просторную комнату, в ней было светло как днем. Блеск полной луны, заглядывающей в спальню, и слабое мерцание лампы давали достаточно света, чтобы устроиться загорать. Дима лежал на широкой кровати, запутавшись в темно-красных простынях. Я не видела его лица из-за того, что он прикрывал его рукой, как бы ища островок темноты в этом ярком царстве. Не удивительно, никто бы не сумел заснуть в таких условиях.

Я старалась двигаться как можно тише, осматриваясь по сторонам, но, так и не замечая никаких изменений с моего последнего визита сюда. Магнитола и громадные колонки в пол стены, напротив плазменный телевизор не меньшего размера, гитара в углу, которой к слову он никогда не пользовался. Типичная комната 'золотого' мальчика - только самые дорогие и первоклассные вещи, существующие в полном беспорядке.

Подойдя к его кровати, я прислушалась к размеренному дыханию парня и тиканью часов на стене. Все выражало собой покой и умиротворение. Дима лежал неподвижно, только обнаженная грудь вздымалась в такт его вдохам, и почему только он никогда не признавал пижамы?

Мой взгляд неожиданно коснулся прикроватной тумбочки. Помимо стакана воды и сотового телефона слайдера последней модели там стояла двойная деревянная рамка с декорированным красным сердцем в правом углу. Рука сама потянулась к ней. Мне пришлось поднести ее к самому лицу, так как глаза отказывались верить увиденному. На первой фотографии был мой портрет, снимок, сделанный прошлым летом на море. Глядя на матовый отпечаток, я практически чувствовала тяжелый влажный воздух, слышала шум прибоя и ощущала, как ветер легко касается моих волос. Один из лучших дней в моей жизни, заставший, вмороженный в скромную рамку. Вторая фотография чуть меньше и расположенная в левом верхнем углу запечатлела нас с Димой в наш последний Новый Год. Фокус был размыт, но даже так чувствовалось, что мы счастливы в объятьях друг друга. Мне хотелось верить, что чувства, проявившиеся на снимки, были искренними, хотя сейчас, оглядываясь назад, я не могла сказать точно даже за себя.

Это было странно. Зачем ему мои фотографии у изголовья кровати? Я ожидала увидеть что угодно, но не это. Взгляд, описав круг по комнате, вернулся к Диме, который сейчас мирно спал ни о чем не подозревая, в груди болезненно защемило от этой картины. В ней было нечто неправильное. Меня в какой-то мере даже успокаивала мысль, что между нами все кончено. Разногласия, непонимание, предательство, измена, моя смерть... Что еще добавить к этой цепочке событий? Уж точно не раскаяние и прощение. Парни не хранят фотографии своих мертвых брошенных подружек, или я мало что понимала в этой жизни.

Дима казался таким беззащитным на этой широкой кровати, окруженный угрюмыми тенями, которые не могли подобраться к нему слишком близко. Скучал ли он по мне? Сожалел ли о случившемся? Я осторожно вернула рамку на ее прежнее место, но, столкнувшись с отполированной поверхностью столешницы, она негромко стукнула. Еле слышимый звук, но в общей тишине комнаты он походил на выстрел. Парень недовольно шевельнулся, отняв руку от лица. Я дернулась в сторону, испугавшись, что он проснулся, но глаза Димы были все также закрыты. Его губы шевелились, словно парень что-то говорил, но до меня не долетало ни звука. Он был немым.

Я наклонилась чуточку ближе, но все равно ничего не слышала. Почему-то это стало для меня крайне важным, смыслом жизни. Его лицо находилось всего в нескольких сантиметрах от моего - так близко, но все же непреодолимо далеко. На какую-то секунду мне все же показалось, что мир вернулся в прежнее русло. Я и мой парень, обычная жизнь современной молодежи - учеба, встречи, вечеринки, клубы. Мне не хватало этого. Вот только поздно было сожалеть, следовало просто забыть о прошлом, о Диме, о нас. Где-то в глубине души разрасталась печаль, становившаяся все сильнее, ярче.

Странно, в этот дом я зашла с полной уверенностью, что ненавижу его хозяина, сжигаемая жаждой месть, желая добиться расплаты. Но сейчас, гладя на Диму, мне хотелось совершенно другого. Я нуждалась в его понимании и сочувствии. После всего пережитого с Энджем, измена любимого человека не казалась такой уж болезненной, тем более, сейчас, когда парень был так близко. Теплый, родной. Разве остался кто-то ближе? Даже Энки не смог бы его заменить.

- Диана. - Шепот был таким тихим, что мне сначала показалось, что это лишь шелест, доносящийся с улицы.

Я посмотрела на Диму, встретившись его удивленным взглядом. Он больше не спал. Его глаза были слегка прикрыты, словно ему никак не удавалось избавить от сна, но, без сомнения, парень видел меня, узнавал, но... не боялся.

- Да, - так же тихо ответила ему я, стараясь не делать резких движений.

- Ложись спать. - Его голос был хриплым и немного уставшим, но все же таким родным.

В моей голове тут же вспыхнули воспоминания, как я допоздна засиживалась за компьютером, пытаясь написать курсовую в сжатые сроки. Дима всегда засыпал раньше, словно впадал в спячку и совершенно не реагировал на происходящее вокруг. Только иногда он просыпался среди ночи и, видя меня погруженной в учебу, вставал, чтобы уложить спать. Я оставляла все дела на утро, тая в его крепких объятьях. Но это казалось было так давно, что скорее напоминала кадр из очередной молодежной мелодрамы.

Парень думал, что все еще спит, воспринимая меня как часть своей ночной фантазии. Он глубоко вздохнул и зашевелился на кровати, устраиваясь поудобнее. Его глаза вновь были закрыты, а из тела ушло все напряжение. Дима ничего не понял, и мой план мести трещал по швам. Хотя, неужели я хотела быть замеченной?

- Ты скучаешь? - Слова вырвались сами собой, прорезав тишину как острым ножом. Увы, мне не удалось вовремя замолчать. - Сожалеешь?

- Уже поздно, - неразборчиво ответил парень, поворачиваясь на бок и сложив ладони под щеку. - Завтра.

Я не стала его больше расспрашивать, только дождалась, пока его дыхание выровняется, а затем провела рукой по его волосам. Ночью из каштановых они превращались в черные, отливая серебром в свете луны. Он не заслуживал боли. Эта мысль буквально пронзила меня, заставив замереть на месте. Дима не виноват в моей смерти, никто не виноват. Живые должны идти дальше, а мертвые... оставаться в земле.

Мне следовала развернуться и покинуть этот дом, оставив все в прошлом. Как бы я не хваталась за прежнюю жизнь, она ускользала от меня, развеиваясь в ночном воздухе. Энки оказался прав, когда говорил следовать своим чувствам. Они многое мне открыли. Душа не хотела мести, только покоя.

Я наклонилась к Диме и на прощание поцеловала его в щеку. Злость ушла, сменившись печалью. Прощания мне никогда не удавались. Но это должно было стать последним.

Уже оказавшись в дверях, я услышала еле различимые шорохи. Неожиданно в комнате вспыхнул свет. Мне пришлось зажмуриться от слепящих бликов, когда сердце учащенно забилось, а дыхание замерло в груди. Неужели меня поймали?

- Диана, - Голос звучал так неуверенно, что мне с трудом верилось, что это сказал Дима.

Я развернулась к его кровати, зачем-то все также задерживая дыхание. Парень приподнялся на локтях, потирая глаза и осматривая комнату. Его взгляд скользнул по мне, но прошел мимо, словно меня и вовсе здесь не было. Он озирался по сторонам, пытаясь уловить чье-то присутствие, но ничего не замечал. Я стала для него невидимкой.

- Я чувствую тебя, - прошептал Дима, в его глазах все равно плескался страх. - Ты здесь. Дай мне шанс.

Шаг за шагом я отступала к двери. Он не видел меня! Неужели все истории о бессмертных лишь жалкая выдумка, а меня смело можно было вписать в ряды бестелесных духов? Что за черт. Они обманули меня? Но зачем? Я бросила прощальный взгляд на парня, он закрыл лицо руками и согнулся пополам, слегка покачиваясь под свой собственный ритм. Мне больше нечего было здесь делать, стоило уйти как можно скорее. Раз и навсегда.

Я проскользнула в коридор, не спеша, продвигаясь вперед, дальше от облака света, исходящего из комнаты Димы. Кто знает, через какое время он вновь уснет, и уснет ли вообще. Эта ночь и так казалась бесконечной.

В остальном на этаже царил сонный покой. Свет нигде больше не горел. Я шла медленно, рассматривая каждую деталь, стараясь запечатлеть в памяти любую мелочь. Мое внимание привлекло высокое зеркало у самой лестницы, показывающее меня в полный рост. Старинная рама из черненного металла змеей оплетала стекло, эффектно и зловеще. В этом доме, несмотря на его относительную молодость, хватало раритетных вещей, передававшихся в семье из поколения в поколение. Но не это захватило мое внимание, а то, что показывало мне отражение.

На первый взгляд все казалось совершенно нормальным, моя фигура в узких джинсах и теплой куртке, едва различимая в царившем на этаже сумраке, но только позже я поняла, в чем дело. Отражение не повторяло моих движений! Оно застыло мрачной статуей и неотрывно наблюдало, как я приближаюсь.

Сердце в страхе защемило, но останавливаться было слишком поздно. Мне оставалось лишь подходить все ближе, надеясь, что все это лишь неудачная игра света. Но надежда таяла с каждым шагом. В конце я остановилась, оценивая девушку в зеркале - она была так похожа на меня, но в тоже время что-то в ней казалось чуждым. То ли совершенно ледяные безразличные в глазах, то ли жестокая ухмылка, искривившая губы. Мир в Зазеркалье. Сейчас я увидела его воочию.

Текли минуту, а мне было страшно пошевелиться. За эту неделю совершенно ясным стало одно - чтобы это ни оказалось, но оно может убить. По ту сторону глади меня ждали только враги. Я пошевелилась, подняв руку и отведя в сторону, но отражение лишь покачало головой, а потом протянула свою ладонь мне навстречу, будто прося подойти ближе. Мне хотелось узнать, что же ей нужно, но разум подсказывал держаться подальше. Очередные проблемы были ни к чему, за прошедшую неделю мне хватило их сполна.

- Диана? - Энки стоял пролетом ниже, удивленно глядя на меня. Его рука, лежащая на деревянных перилах, была сильно сжата, словно он боролся с собой.

Когда мой взгляд вернулся к зеркалу, его поверхность на несколько секунд пошла рябью, а потом все исчезло. Отражение изменилось, став привычным, повторяющим за мной каждое движение.

- Уходим, - сказал мужчина, чтобы привлечь мое внимание. - Достаточно уже того, что мальчик проснулся. Скоро рассвет.

Я не стала сопротивляться, слишком удивленная произошедшим. Мы в полном молчании покинули дом и, пройдя территорию деревни, вернулись к машине, все также ожидавшей нас в пролеске. Никто не заметил нас и не попытался остановить. Мы были словно призраки, скитавшиеся без цели по миру живых.

- Он не увидел меня, - наконец произнесла я, когда Энки уже выруливал на главную магистраль. - Дима. Он включил свет, но смотрел сквозь. Что не так? Вы соврали мне, ведь так? Я на самом деле мертва. Ты ради этого тащил меня в этот проклятый дом?

- Ты не призрак, - рассмеялся бессмертный, но смех получился слишком вымученным. - Дело не в этом. В тот раз, в подземелье, я думал, что мне показалось. Эндж не заметил тебя, хотя нужно было быть слепым. Ты исчезла на несколько секунд.

- Исчезла?

- Так он точно тебя не увидел? Это могло бы создать проблемы.

- Что значит исчезла? - уже более настойчиво повторила я вопрос.

- Думаю, проявляются твои способности. Природа дает нам те силы, что наиболее необходимы в тот, либо иной этап жизни. Ты же хотела быть невидимкой?

Я даже не стала отвечать, все и так стало понятно. Черт, конечно же, мне хотелось спрятаться. От Энджа, Линела, Калипсо, от всего мира. Но неужели такое было возможным?

- Я могу становиться невидимой? Как в комиксах? Но тогда почему сама того не ощущаю? Ведь ничего не меняется. Дима просто смотрел сквозь.

- Уверенна, что ничего? - вскинул бровь Энки, на миг отрывая свой взгляд от дороги. - Учащенное сердцебиение, внезапный холод или головокружение. Неужели ничего?

Мне пришлось подумать, прежде чем ответить. Оба раза мне было страшно - сердце теряло прежний ритм, дыхание покидало тело. Энки был прав, в такие секунды мир переворачивался с ног на голову, вот только я списывала все на нервы. Но разве такое возможно? Невидимка? Что за глупость. Легче было поверить в пропащую душу, не нашедшую после смерти покоя, чем в то, что у меня наконец-то проявились способности.

- Так ты шутишь? Нет никакого логического объяснения, почему человек может стать невидимым.

- А что вообще логично? - философски спросил бессмертный. - Ты или я уже не вписываемся в рамки человеческого мира. Но кто знает, что на самом деле нормально? Что для мира естественно? Смерть? Нет. Мир привык к другому, к нам. Обычные люди не умеют использовать энергию, витающую в воздухе, а мы - можем, преобразуя ее в нечто иное. Представь, любой бессмертный принимает это электричество, расходуя часть на поддержание жизни, а часть - трансформируя, но каждый по-своему, как уникальный передатчик. Довольно часто это происходит под давлением ситуации. Тебе было необходимо спрятаться, так что это вполне закономерно. Даже слишком закономерно.

- То есть, теперь я могу в любой момент стать невидимой? - За сомнением пришла эйфория. Кто не мечтал в детстве о сверхспособностях? Но вот кто действительно получал такой подарок от судьбы?

- Любой? Не думаю, - улыбнулся Энки. Свет от ярких фонарей вдоль дороги, бросал желтоватые блики на его лицо, играя искрами в волосах. - Но после тренировок, возможно. Я помогу тебе развить способности.

- А какие у тебя?

Казалось, мужчина задумывался, сильнее сжав руки на руле. Я видела в выражение его лица сомнение, словно это была страшная тайна.

- У меня их несколько, как, к примеру, и у Энджа. На будущее, это дурной тон спрашивать у бессмертных об этом. Но раз уж я знаю о твоей, то будем честны. Одна из моих способностей - эмпатия. Я способен чувствовать эмоции людей, их настроение.

- Любопытно, - протянула я, размышляя, насколько это полезная вещь. Ненамного. Мне бы совсем не хотелось стать заложницей человеческих чувств, когда даже справиться со своими порой становиться сложно.

- И предвосхищая последующие вопросы, бессмертные не говорят на эти темы и тем более не обсуждают с другими. Так что наши способности и знания о них, должны держаться втайне. Никому ни слова. Да, Диана?

Я кивнула ему вместо ответа. Еще одна наша тайна. Одной больше, одной меньше. Становилось все сложнее играть сразу в нескольких лигах, а шансы разоблачения росли с каждой минутой.

- Даже Энджу?

- Особенно Энджу, - подчеркнул Энки. - Он не умеет адекватно воспринимать подобную информацию. Я постараюсь сократить долю его участия в твоем обучении.

- И ты считаешь, тебе это удастся? - Я слабо себе представляла наставника, спокойно отступающего от своих обязанностей. Только не он, абсолютно не способный иначе удовлетворять свои садистские наклонности.

- Вопрос о превышении им своих полномочий уже давно витает в воздухе. Так что никто не удивлен.

- Он не позволит тебе.

- Посмотрим. - Бессмертный сосредоточился на дороге, показывая, что эта тема отныне закрыта для обсуждения.

Какое-то время я тоже молчала, размышляя о Диме и его хрипловатом голосе, когда он уговаривал меня лечь спать. Тоска заполнила сердце, отчего на глазах навернулись слезы. Это вполне можно было считать прощанием, вот только вспомнит ли он на утро или нет о моем визите? Спасла ли меня невидимость от непоправимой ошибки? Мне действительно хотелось поговорить с ним, но возможно, так было даже лучше, учитывая, что я могла услышать не то, что ожидала. Но на душе не стало легче. Непонятная тревога мучила меня все сильнее, мешая сосредоточиться. Что-то было не так. Что-то еще. Мой взгляд упал на зеркало заднего вида, провожающее череду огней, вдоль широкой дороги. Мое отражение. С ним было что-то нет так.

- Энки, насколько опасен мир по ту сторону зеркала?

Вопрос казался невинным, но мужчина заметно напрягся и даже бросил на меня встревоженный взгляд.

- Довольно таки, - осторожно ответил он.

- Это не ответ.

- Диана, а что ты хочешь услышать? Ты же видела, что стало с последней женщиной.

- Такое может случиться и со мной? - По спине пробежал мороз от одной мысли, что мое отражение могло стать последним, чтобы я видела.

- Ты бессмертна, - слегка раздраженно заметил он, наконец сворачивая с автомагистрали на проселочную дорогу. - Нет, тебе подобное не грозит. Почему ты спрашиваешь? Тебе уж точно нечего бояться. Это они бояться сталкиваться с нами. Обычно.

- Я видела что-то в зеркале, в коридоре, когда уже возвращалась к тебе.

В салоне автомобиля повисла тишина. Мне уже показалось, что он не услышал вопроса, когда Энки тяжело вздохнул и, сбросив скорость, свернул на обочину, выключив двигатель.

Я сцепила руки на коленях, мысленно готовясь к серьезному разговору, но взгляд бессмертного был спокоен, как и всегда. Он придвинулся ко мне ближе и положил теплую ладонь на мое бедро.

- Расскажи мне. Что бы ты ни видела. Я должен знать.

- Это было странно, - мне было неприятно вспоминать о произошедшем. - Как в фильме ужасов. Мое отражение жило своей собственной жизнью.

- Зеркало тебе что-нибудь показало? - Его глаза неожиданно потемнели, словно из них в одно мгновение ушли все искры. - Прошлое, будущее?

- Они и на это способны? - искренне удивилась я, но, заметив, как Энки поджал губы, продолжила. - Там была я, только какая-то... иная. Девушка просто смотрела на меня, а потом подозвала ближе к зеркалу. Мне не хотелось идти, и тогда ты позвал меня.

- То есть, ты ничего не видела?

- А отражение-убийца не считается?

- Поверь, они подкидывают картинки и куда как пострашнее. Обычно они не являются бессмертным. Мы заперли их, - задумчиво произнес он, отводя глаза, - и они прекрасно знают, что досрочного освобождения не последует.

- Так все-таки, что это значило? Зачем я была ей нужна?

- Не знаю, - пожалуй, слишком поспешно ответил мужчина, поглаживая меня по ноге. - Ты новенькая в этом деле, так что тебе могло показаться.

- Мне не показалось. - Этот разговор начал раздражать. Во мне закипало негодование, ведь я ясно видела, что Энки просто уходит от ответа. Он что-то знал и не собирался со мной делиться. - Что, они решили убить меня? Ведь моей силы бы хватило разрушить границы между мирами, так? И Другие охотились за мной ради этого? Чтобы принести в жертву?

- О, Господи, нет. Диана, что ты себе навыдумывала?

- А есть варианты? - чуть не плача спросила я. - Все ведь сходится. Я - жертва! Ты это от меня скрываешь?

- Нет, - сухо бросил бессмертный, и резко развернулся ко мне, охватив мои плечи широкими ладонями. - Ты сейчас говоришь полную чушь. Никто не собирается принести тебя в жертву. Скажем так, это практически невозможно. Вернее, это в принципе невозможно. Ты все равно вернешься к жизни.

- Тогда в чем смысл?

- Не знаю, но обещаю, что мы разберемся. Главное - тебе нечего бояться. И на этом пока закроем тему. Я оговорю это с Провидцами, а там мы решим, что делать. Но на всякий случай держись пока подальше от зеркал и реже оставайся одна.

- Это не похоже на ситуацию 'все в порядке'. Если это так, то зачем вышеперечисленные меры? - засомневалась я, пытаясь поймать взгляд Энки, но тот смотрел в сторону.

- Это стандартно для всех новичков. Лига бессмертных давно не пополнялась, так что Эндж видимо позабыл об этом. Мы здесь, чтобы облегчить тебе переход в новую жизнь.

- Не заметно. - Слова вырвались сами собой, и хоть они походили скорее на едва различимый шепот, но в тишине салона, когда молчал даже двигатель машины, мужчина все прекрасно расслышал.

- Не говори так, Диана. Эндж больше и пальцем тебя н тронет, теперь за ним неустанно наблюдают.

- Ты ему расскажешь? Про отражения?

- Мне придется, но не волнуйся. Мы еще вернемся к этому, а теперь домой. Думаю, нас потеряли. Да и тебе пора отдохнуть.

Глава 16

В гостиной оживленно спорили два голоса. Первый явно принадлежал Энки, и к моему удивлению он звучал словно у нашкодившего ребенка, а второй - совершенно незнакомый. Но как только мы поравнялись с дверью, разговоры стихли. Я уже хотела быстро прошмыгнуть в свою комнату, когда Энки схватил меня за руки и суровым взглядом дал понять, что лучше остаться.

- А вот и наша Диана! - В дверном проеме стоял невысокий мужчина средних лет. Короткий по-военному ежик пепельно-седых волос и небольшой пивной живот весьма невыгодно отличали его от молодых и сильный бессмертных в комнате. - Премного наслышан.

Он ступил вперед, рассматривая меня с ног до головы. Я почувствовала себя товаром на полке в супермаркете, но молча ждала, что же будет дальше. Что-то в его манерах подсказывало, что этот человек не привык к отказам. Даже Энки с Энджем держались в стороне, опустив взгляды в пол.

- Жаль, что ты не парень. - Я удивленно вскинула бровь на эту фразу. - Вы девушки не большие помощники в этой борьбе. Слишком эмоциональны, слишком безответственны. Плохие войны.

- Я обучу ее, - прервал его речь мой наставник. - Она быстро учиться.

- Ты сделал уже достаточно. Меня не устраивает тот факт, что мой ученик вызвал такие бурные обсуждения наверху. Ты никогда не думал о последствиях, Эндж. Но если ты не размышляешь о будущем, его у тебя не будет.

- Оно всегда будет при мне, - ответил ему мужчина, зловеще усмехаясь. - Это наш дар, оно же проклятье.

- Очень глубокомысленно. - Незнакомец наконец отвернулся от бессмертного и вновь переключил внимание на меня. - Меня зовут Феб, девочка. Будем знакомы.

Я кивнула ему, пожав протянутую руку. Он оказался гораздо сильнее, чем казался на первый взгляд. Моя ладонь протестующе хрустнула от такого крепкого рукопожатия, но окружающие, казалось, этого и не заметили.

- Я представлял тебя иначе, хотя все вы современные девушки сейчас одинаковые, словно клоны. Ничего, скоро ты станешь собой.

- Диана, можешь идти. Отдохни, как следует. - Энки ободряюще улыбнулся мне, игнорируя тяжелый взгляд Феба, который будто не верил, что кто-то здесь кроме него мог отдавать приказы. Только сейчас я заметила необычный цвет его глаз: один карий, другой - голубой. Это придавало его суровому облику приятную мягкость.

Мне не нужно было говорить дважды. Я последний раз окинула комнату взглядом, заметив, как потемнело от злости лицо Энджа, а потом направилась к лестнице, стараясь не бежать, чтобы они не восприняли это как бегство.

Только когда дверь моей комнаты была плотно закрыта, мне удалось наконец перевести дыхание. Хотелось спрятаться под кроватью, чтобы никто из бессмертных не нашел меня.

Феб со своими военными замашками пугал меня не так сильно, как возможно следовало бы. Но вот гнев Энджа, который светился в его глазах, был куда как хуже. Он не простит мне этого. Ни дружбы с Энки, ни ночной прогулки без его ведома. И стоило ли удивляться, что способность становиться невидимой проявилась в первую очередь? Сейчас я мечтала исчезнуть.

Странно, но комната стала для меня практически родной. В ней не было ничего от прошлой жизни, но, к моему ужасу, мне все реже и реже вспоминались черно-белые виниловые обои в крупных цветах, светлая, но непрактична мебель и тяжелые мрачные шторы, которые помогали прятаться от посторонних глаз, когда мир слишком резал глаза. Незаметно, но в тоже время неумолимо, эти картинки стирались из моей памяти, уходя на второй план. Я теряла саму себя. Виной тому была новая жизнь, отобравшая все до последнего.

Когда сознание занимают первоочередные проблемы - что происходит, как выжить - времени на воспоминания просто не остается. Даже родители больше не являлись мне во снах. Хотелось плакать от бессилия, но слез, казалось, больше не осталась. В крови до сих пор бурлил адреналин, не позволяя расслабиться.

Я посмотрела на кровать, не находя в себе никакого желания вздремнуть. Все-таки трудно было отрицать изменения, происходящие в моем теле. Усталость теперь совсем редко посещала меня, словно тело могло совсем обходиться без сна. Это стало скорее привычкой, чем жесткой необходимостью. А сейчас я была слишком взволнована, чтобы поддаться подобной слабости.

Мое внимание сосредоточилось на напольном зеркале в раме из светлого дерева. Столько раз ловить взгляд своего отражения, но не понимать, к чему это может привести.

Я подошла ближе, так, что видела себя в полный рост. Разве что-то изменилось? Возможно, кожа стала бледнее, ведь я полжизни проводила на пляже, не отягощая свою кожу различными защитными кремами, а волосы, наоборот, темнее - все реже в них проскальзывали золотистые искры. Никаких шрамов, никаких рубцов - это не могло не радовать.

Отражение выглядело спокойным, совсем не таким как в доме Димы. Я помнила предупреждение Энки держаться от зеркал подальше, но любопытство было моим злейшим врагом. Но ничего не происходило: поверхность не покрылась рябью, девушка в зеркале никак не изменилась.

Я закрыла глаза, пытаясь вернуть те чувства, что переполняли мое сердце в комнате Димы и в подземелье, когда меня чуть не поймал Эндж. Научиться контролировать способности стоило прямо сейчас.

Что же там было? Тревога, страх? Может отчаяние? Или смиренность судьбе? Эти чувства бились в моей груди, пытаясь занять главенствующие позиции, но никак не складывались в единую картинку. Я задержала дыхание, напрягла все мышцы, стараясь выкинуть все мысли из головы. Стоило только найти нужный рычаг. Это было во мне.

Десять, одиннадцать, двенадцать... Я приоткрыла один глаз, но в зеркале все еще отражалась моя фигура. Видимо, эта штука работала как-то иначе.

- Страдаешь нарциссизмом, девочка? - Наставник появился за моей спиной так неожиданно, что я вскрикнула, прикрывая рот рукой.

- Как ты... - мне хотелось сказать 'вошел', но вопрос отпал сам собой, достаточно было вспомнить о том, что этому мужчине не были знакомы понятия о хороших манерах.

- Заметила что-то интересное? - Его взгляд буравил меня в гладком отражении, темный, зловещий.

- Где моя серьга? - Это был самый разумный ответ из всех. Мне не хотелось и близко подходить к теме об увиденном в зеркале или моих внезапно раскрывшихся способностях.

- Тот мерзкий синий камень у тебя в носу? Он тебе ни к чему. Это только уродует твое нежное личико.

- Это сапфир. - Рассказывать о том, что этот гвоздик был дорог мне как память, потому что оказался последним подарком Димы, не имело смысла.

- Довольно низкого качества, - в отвращении поджал губы мужчина. - Тот, кто вручил тебе его, редкостный жмот.

- Мне он нужен.

- Ладно, - неожиданно смягчился Эндж, подходя ко мне вплотную, касаясь широкой грудью моей спины, и медленно проводя своими ладонями по моим плечам, вверх и вниз, - я подумаю на этот счет. Правда, если будешь себя хорошо вести.

- А я веду себя плохо? - К моему глубочайшему сожалению, это мало походило на вопрос.

- Хорошие девочки ведут себя иначе. Например, не гуляют по ночам с незнакомцами.

- Энки - не незнакомец.

- Правда? - удивленно вскинул бровь бессмертный. - И как же тесно вы успели пообщаться?

- Не понимаю о чем ты. - Вырываться из его объятий было невозможно, и мне оставалось только смиренно ждать конца очередной пытки.

- Конечно, понимаешь. - Он наклонился, пряча лицо в изгибе моей шеи. Чувствительной кожи коснулось горячее дыхание. - Ищешь утешения на стороне?

- Это плохо? - Я старалась держать голос спокойным, игнорируя дрожь в позвоночнике. Его близость сводила меня с ума вне зависимости от моего желания или голоса разума.

- Кто-то может назвать это предательством.

- А чем ты занимался в мое отсутствие? Только не говорили, что скучал. Не думаю, что ты вообще способен на подобные эмоции.

- Правильно думаешь. - Его губы двинулись вверх по моей скуле, а руки крепче обхватили плечи, чтобы я уже никуда не смогла убежать. - Ты доставляешь мне столько проблем, что времени на подобные глупости не остается.

- Феб - твой наставник? - Мне показалось хорошей идеей перевести разговор в другое русло. Но я тут же почувствовала, как его губы замерли у моего уха, а потом коснулись мочки.

- Энки тебя покормил?

- Нет.

- Что, он пока не готов делиться своей кровью? - Эндж засмеялся, опаляя мою кожу своим дыханием. - Поэтому ты так покорна сегодня?

- Нет, - резко ответила я, пытаясь увернуться, когда он попытался прикусить мою шею, - если бы ты ослабил свой захват, наше общение стало бы чуточку приятнее, если это вообще возможно. И да, я не голодна.

- Лучше подумай хорошенько на этот счет, у меня не часто появляется желание кормить таких пиявок.

- Очень любезно с твоей стороны, - поморщилась я, стискивая зубы. - Но как-нибудь перебьюсь.

- Как знаешь, - улыбнулся бессмертный, медленно, по-животному проводя языком по моей шее, оставляя на ней прохладный след. - Так даже лучше, весь в предвкушение, когда ты приползешь ко мне, корчась от голода.

- Лучше умру.

- Ты не умрешь, - расхохотался он, хватая мои волосы в кулак и оттягивая на себя, заставляя таким образом наклонить голову назад. - Не в мою смену.

В дверь постучали, и Эндж, немного подумав, все же отпустил меня, оттолкнув от себя на пару шагов. Без приглашения в комнату вошел Энки, настороженно вглядываясь в наши лица.

- Феб ждет тебя внизу, и в следующий раз не сбегай как безалаберный хулиган. Это его очень раздражает.

Я заметила, как руки Энджа сжались в кулаки, а на шеи заиграли желваки. Он с шумом выпустил воздух из легких, а потом уверенным шагом двинулся на блондина.

- Будь поосторожнее в своих словах и выражениях, - прошипел бессмертный, хватая Энки за бежевый свитер и притягивая к себе. - Ты мне друг, но это не значит, что я не смогу впечатать тебя в стену, так скажем по-братски.

Наставник бросил на меня прощальный взгляд, а потом, громко топая, вышел из комнаты. Мы с Энки еще долго слышали звуки его шагов по коридору.

- Ты вовремя, - улыбнулась я, наконец-то имея возможность расслабиться.

- Ты ему что-нибудь рассказала о нашей вылазке?

- Я похожа на самоубийцу? Если мое тело не выглядит как один большой синяк, и я все еще могу двигаться, значит, он ничего не знает.

- Уберем зеркала, на всякий случай.

Энки прошел по комнате и отвернул большое зеркало у окна гладью к стене, по дороге обдумывая, что можно сделать с остальными.

- Стой-стой-стой, - возмутилась я, хватая его за руку. - Но мне нужно хотя бы одно: привести себя в порядок, одеться, причесаться, да мало ли...

- Ты серьезно? - неожиданно замер мужчина, посмотрев на меня как на умалишенную. - Безопасность - это главное! А ты думаешь в такой ситуации о внешнем виде?

- Ты сказал, мне ничего не угрожает.

- Лишь дураки во всем уверенны, Диана. Ты только начинаешь свой путь, и я не собираюсь подвергать тебя какой бы то ни было опасности. Если нужно избавиться от зеркал, мы это сделаем.

- Эндж заметит, - тихо произнесла я, обессиленно падая на кровать.

- Я обсужу это с ним. Не думаю, что он станет протестовать. - Энки развернулся и направился в ванную, снимая небольшое зеркало над раковиной.

- Феб тоже будет здесь жить? - Мне хотелось надеяться на отрицательный ответ, чем больше бессмертных находилось в особняке, тем меньше шансов оставалось на то, что меня оставят в покое.

- Он воспитал Энджа и ставит своим долгом проведывать состоявшихся учеников. Обычно, он не появляется чаще, чем раз в пару десятилетий, но ты заинтересовала его. Думаю, он останется на какое-то время. Феб любит контролировать ситуацию, новая бессмертная - серьезное событие. - Он обернулся и, заметив мой недовольный взгляд, продолжил. - Да не волнуйся ты так. Он хоть и выглядит зловеще, на самом деле вполне адекватный человек. Так что не знаю, откуда Эндж нахватался своих садистских замашек. Хотя, все ужасы кроются в нашем прошлом.

- Что будет дальше?

- О чем ты?

- Со мной, с моей жизнью.

- Я буду тренировать тебя, - улыбнулся мужчина, словно не мог дождаться минуты, когда мы начнем наше обучение. - Все будет хорошо. А остальные в это время займутся Другими.

- А Эндж? - Я никак не могла перестать думать о нем. Более того, мне никак не удавалось поверить, что пытки закончились, и наставник так спокойно отдаст меня под опеку другого. Наш последний разговор только подтверждал мои сомнения.

- Забудь о нем, - отмахнулся Энки. - У него сейчас достаточно проблем. Да и Феб не даст ему спуску. Теперь отдыхай, через пару часов я зайду за тобой. Думаю, Провидцы разрешат нам съездить в мои скромные апартаменты. Отдыхай.

- Слушай, Энки, а можно мне компьютер? - Мой жалобный тон не смог убедить бессмертного.

- Пока нет. Прости, Диана, но это невозможно. В особняке в принципе нет ни телефонных, ни другого рода сетей. Они нам не нужны.

- А сотовый телефон?

- Тем более, - рассмеялся он в ответ. - Мы можем общаться на расстоянии, так что современные средства связи бесполезны. К тому же они не работают сквозь пространственную материю. А тебе они так ни к чему. Прости.

Мужчина напоследок осмотрел комнату, убедившись, что не осталось никаких отражающих поверхностей, а затем, улыбнувшись, вышел из комнаты.

Я проснулась будто от толчка. Всего доли секунды и сон сняло как рукой, не оставив ни следа от былого покоя. Сердце стучало так, что удары отдавались в висках, вызывая легкую мигрень. Тело била ощутимая дрожь, буквально подбрасывая меня с кровати.

Что-то неизвестное тянуло вперед, прочь из комнаты. Я поднялась на ноги, прислушалась. В коридоре царила привычная тишина, но сейчас она была совершенно иной, словно создана искусственно, чтобы запутать меня.

Это происходило как во сне, даже мир стал каким-то туманным, а очертания предметов расплывчатыми. Я не могла сопротивляться, крадясь, как ищейка по следу, открыв дверь и ступив в полумрак коридора.

Ничто не шевельнулось в голове, ни одного предостережения. Шаг за шагом мне казалось, что цель становилась все ближе. Звон в ушах усиливался, переходя от слабой вибрации до звука, ощутимого даже кожей.

Мне пришлось спуститься ниже на один этаж, именно там зов становился практически невыносимым, оглушая меня, делая беспомощной. Грудь охватили крепкие тиски, мешая дышать, сердце подскочило, а затем замедлило свой ход, словно призывая быть тише.

Двери в коридоре были плотно закрыты, все, кроме одной. В самом его конце по правую сторону мерцал тонкий луч света, освещая толстый ворс темного ковра под моими ногами. Я только сильнее прижалась к стене, практически сживаясь с ровной прохладной поверхностью.

С каждым шагом голоса, доносящиеся из комнаты, становились все четче, хоть и напоминали скорее белый шум, в котором было невозможно разобрать отдельных слов. Даже оказавшись лишь в паре сантиметров от открытой двери, я слышала с большим трудом, словно невидимая стена огораживала говоривших.

Мне с трудом удалось выровнять дыхание, а потом медленно опуститься на корточки и заглянуть в узкую щель, шириной не более трех сантиметров. Несмотря на то, что комнату освещал лишь камин и несколько свечей, я незамедлительно узнала эти две высокие слаженные фигуры. Эндж и Энки. Они стояли друг напротив друга, яростно жестикулируя, чуть ли не набрасываясь друг на друга с кулаками.

Эта была какая-то магия, но мне пришлось приложить усилия, чтобы уловить фразы, которыми они обменивались. Что-то отражало их, рассеивало в воздухе еще до того, как они достигали моего уха. Только полная концентрация хоть как-то решала эту проблему.

- Ты совсем спятил? - Энки говорил так яростно, что я почти чувствовала его внутреннюю боль. - Как ты мог? Как? За что?

- Иного пути просто не было. Ты же знаешь, Только насильственная смерть подходит нам, - голос моего наставника звучал спокойно, но во всей его позе чувствовалась напряженность.

- Ты - монстр! Думаешь, такому есть хоть какое-то оправдание? Нет, Эндж. Его нет. Ты перешел черту, раз и навсегда.

- Не смеши меня, такой метод давно практикуется среди бессмертных. Мы не могли ждать. Это - крайний случай и крайние меры.

- И что теперь? Ты хоть догадывается о последствиях? Еще никогда Другие не были так близки к достижению своей цели. И все благодаря тебе.

- Не вини во всем меня, Энки. Мы с тобой в одной яме. Все началось с гибели Принца, а теперь уже поздно отступать.

- Все эти века у них не было ни единого шанса разрушить границу, а сегодня ты сам подсказал им как это сделать. Гениально, мой друг.

- У них все равно ничего не получиться, - потер виски Эндж, на пару секунд отвлекаясь на огонь, полыхающий в камине. - Мы знаем, к чему готовиться. Предупрежден - значит вооружен. Все по справедливости.

- Здесь нет никакой справедливости! - вскричал блондин, поворачиваясь к бессмертному спиной и меряя шагами комнату. - Ты просто спятил!

- Даже если и так. Ты собираешься бросить меня? Предать? После всего пережитого? Ну же, Энки, давай, зачем тебе друг!

- Не начинай, Эндж, - уже тише произнес мужчина, опуская взгляд в пол, словно за один миг потеряв все свои силы. - Ты же знаешь, что в этом мире для меня нет никого дороже тебя. Но что ты творишь? Сколько еще твоих выходок мне придется прикрывать? Всему есть предел! То, что ты сделал, чудовищно.

- Я сам чудовище, - спокойно ответил тот, скрестив руки на груди и горделиво вскинув голову. - Ты не знал меня другим. Так что изменилось сейчас?

- То, что твоя ошибка будет стоить жизни миллионам людей. Ты возьмешь на себя ответственность за это?

- Нет.

- А за ту отдельную череду смертей?

- Да, но сейчас это совсем не то, о чем можно говорить. - Эндж замолчал, словно размышляя над своими словами. - Что ты собираешься делать?

- Ничего, - почти шепотом ответил Энки, будто бы стыдясь этого слова. - Но только потому, что последствия станут только хуже. Но ты должен пообещать, что сделаешь все, чтобы выполнить свою миссию. Все, что станет необходимым.

- Ты знаешь, что я никогда не отступлю. Все мои поступки совершенны во имя одной цели.

- Вот только ты не видишь деревьев за лесом, Эндж. Слишком многие страдают от твоей эгоистичной природы. Ты - хороший воин, но это не то, за что могут ценить человека.

- Мы не люди, Энки. Не забывай об этом. Мы здесь, чтобы воевать, а не зарабатывать плюсы в репутацию. Очнись, в нашем мире цениться только сила и умение выживать, как бы это иронично не звучала. Бессмертие требует особой осторожности.

- Осторожности, но не бесчеловечности, - Энки устало вздохнул, словно признавая бесполезность их спора. - Я - твой друг, но ты теряешь человеческий облик. Прости, но мне тяжело принять тебя таким.

- И что это значит?

- Только то, что если мне придется пойти против тебя, я это сделаю, несмотря ни на что. Время слепого доверия прошло. Я прозрел.

- Как скажешь, друг, - благосклонно кивнул Эндж. - Но мы все равно по одну сторону баррикад.

Я резко отстранилась от двери, вновь вжавшись в стены, заметив, что фигуры замерли друг напротив друга. В комнате повисла тишина, а значит, мне стоило уносить ноги, пока они не заметили моего присутствия. Но было поздно. Звуки шагов по паркетному полу неумолимо приближались. Я вскочила на ноги, чуть не упав, и кинулась к черному ходу, прячась за тяжелой портьерой у окна, так как никак не успевала добежать куда-то еще. Они наверняка меня видели! Пусть даже лишь мелькнувшей тенью, но и этого было предостаточно.

Мужчины вышли из комнаты и становились в коридоре, всего в паре метров от меня. Я замерла, обращаясь в статую и слепо надеясь, что ткань шторы больше не движется, а очертаний моей фигуру не видно из-за общего сумрака.

- Феб скоро уедет, - почти гневно произнес Эндж, продолжая старый спор.

- Когда уедет, тогда и поговорим, а пока Диана побудет со мной.

- Да у тебя никогда не было учениц. Ты вообще не знаешь, что с ними делать.

- Ну, по крайней мере, не то, что ты вытворяешь с бедными девушками.

- Тебе бы стоило попробовать, - смягчился мой наставник. - Хоть раз.

До меня донесся звук удаляющихся шагов и я наконец смогла вздохнуть свободно, вдыхая неприятный запах затхлости и гниения, исходящий от ткани. Мышцы расслабились, вызывая неприятное покалывание в теле из-за статичной позы. Но передо мной стояла еще одна проблема - пробраться обратно в свою комнату, и сделать то раньше, чем Энки или Энджу вздумается проведать меня.

Со всех ног я кинулась вверх по лестнице черного хода, рассчитывая, что смогу добежать быстрее и вернуться никем не замеченной. Но стоило чаще устраивать пробежки. Мое тело было в отвратительной форме, таким образом, когда нужное число пролетов было преодолено, сердце выпрыгивало из груди, а дыхание выбивалось рваными толчками.

Я почти ввалилась на нужный этаж, но тут же замерла, согнувшись пополам от усталости, и пытаясь восстановить дыхание, упорно игнорирую тошноту, подкатившую к горлу. Когда, через пару секунд, мне удалось вернуться в вертикальное положение, глаза отказались верить увиденному. Рядом с дверью в мою комнату стоял Некромант, с явным интересом разглядывая мою запыхавшуюся фигуру. Неожиданно он оглянулся, встряхнув черными волосами, а потом быстро замахал руками, показывая, что кто-то поднимается.

Мне не нужно было других указаний. Я кинулась в свою комнату, закрыв за собой дверь, и с разбегу запрыгнула на кровать, прячась под одеялом. Видимо, и на этот раз пронесло. Очередное чудесное спасение.

Глава 17

Энки казался гораздо серьезнее, чем обычно. Его светлые глаза словно помутнели, потеряв прежний блеск, губы сжались в тонкую линию, а между бровями залегла морщинка - он о чем-то сосредоточенно размышлял. Даже поза мужчины была закрытой - руки скрещены на груди, ноги на ширине плеч, голова слегка наклонена вперед, в нашу сторону.

Мы с Некромантом молча сидели на краю кровати, ожидая дальнейших приказаний. Сейчас особенно не хотелось злить бессмертного, ведь я уж точно никогда не видела его в плохом расположении духа. Стоило ли мне узнать причину? Было ли дело в их с Энджем споре или в том, что он догадался о моем незримом присутствии. Даже если и так, это бы только облегчило мою задачу - узнать правду. Мне мало что удалось понять из их разговора, и это наоборот только породило новые вопросы. Я даже не могла толком сосредоточиться на том, что происходит здесь и сейчас, полностью погруженная в мысли о наставнике. Что такого непоправимого он совершил? Как поставил мир живых на порог полного уничтожения? Хотя, кто бы сомневался в этом, учитывая его неожиданные вспышки гнева и желание крушить все вокруг. Вот только почему последнее время именно я попадалась ему под руку? Злой рок? Моя собственная глупость?

- Постарайтесь собраться за полчаса, - сухо сказал Энки, тихо хлопнув в ладоши, словно подгоняя нас. - Встречаемся у моей машины.

Некромант так и не пошевелился, пока мужчина не покинул мою комнату. Затем он вздрогнул и взъерошил рукой темные волосы, делая их еще более растрепанными.

- Я бы лучше остался здесь, ну зачем нам ехать к этому блондину? - возмутился парень, вскакивая с кровати, отчего она начал раскачиваться. - Что на него нашло...

- Он просто хочет нас потренировать. Что в этом плохого? - попыталась я защитить Энки. - Мне лично все равно, просто хочу выбраться отсюда хоть на пару часов.

- За этими стенами нет ничего хорошего, лучше дома в своей норе. Тем более, это странно. Эндж и близко его не подпускал к своим подопечным, а тут такая благожелательность. Меня бесят их вечные заморочки.

- Ты хорошо их знаешь? - Мне хотелось узнать побольше об их странной дружбе, тем более Некромант не собирался уходить, немного отстраненно наблюдая, как я кидаю в рюкзак вещи: расческа, кое-что из косметики, сменная одежда и еще пара необходимых мелочей на всякий случай.

- Последние столетия, - без интереса ответил парень, застыв мрачной фигурой посреди комнаты. - И да, они всегда были такими. Не пытайся сравнивать их с обычными людьми. Отношения, помеченные значком бесконечность, имеют ряд отличительных особенностей. Так что списывай все странности именно на это.

- Так они... дружны? - Мне никак не удавалось подобрать правильное слово тому, что происходило между двумя бессмертными.

- Они оба хорошие войны, оба в этом деле немало лет. Эндж - любит подчинять себе окружающих и брать контроль над ситуацией в свои руки, Энки же всегда готов беспрекословно подчиниться ему, доверяя даже больше, чем самому себе. Один - опасный шизофреник с замашками серийного маньяка, другой - апатичный меланхолик, без каких-либо явных стремлений... по крайне мере, до этого момента. В общем, злой и добрый полицейский - два сапога пара.

- Противоположности сходятся, - задумчиво произнесла я, останавливаясь у зеркала и приводя в порядок волосы.

- Например, как ты и Эндж. - Некромант ухмыльнулся мне в отражении, но эмоции почти тут же исчезли с его лица, словно их и не было вовсе. Передо мной вновь стоял мрачного вида парень, своей чрезмерной бледностью и глубокими иссиня-черными кругами под глазами, залегшими под глазами, скорее напоминающий труп.

- Что? - Я так и замерла с расческой, запутавшейся в волосах. - С чего такие выводы?

- Увидимся внизу. - Он отсалютовал рукой и быстро ретировался, так и оставив меня в замешательстве.

Его слова до сих пор звучали в моей голове. Глупости. Он просто пошутил, причем весьма неудачно. Мы с наставником ни в коем случае не могли быть ярким примером притяжения противоположностей, скорей уж хищник и его жертва, как удав и пушистый кролик. И я собирались отрицать до последнего, что между мной и Энджем не было ничего, кроме неприязни. Очень и очень сильной. Если бы не Энки, кто знает, чтобы этот безумец сотворил со мной.

Громкий стук в дверь прервал мои размышления. Подумав, что это, скорее всего, вернулся Некромант, я с улыбкой распахнула ее, но так и застыла на пороге. В коридоре стоял Эндж, возвышаясь надо мной черной грозовой тучей.

- Да ты рада меня видеть, - рассмеялся он, наступая, пока не вошел в комнату и не закрыл за нами дверь.

Мне пришлось пятиться назад, надеясь, что если наставник и пришел с плохими намерениями, то Энки все равно хватиться меня раньше, и отправиться на мои поиски, если не найдем рядом с машиной через десять минут.

- Тебе показалось, но мне все равно пора уходить.

- Придется задержаться. - Мужчина полностью загораживал собой выход, и только сейчас я заметила, что он держит одну руку за спиной. Обычно так поступают парни, пряча там букет для любимой, но, зная характер бессмертного, следовало ожидать огромный тесак как в 'Психо'. - У меня для тебя сюрприз.

Я поморщилась от этой фразы. Последний 'подарок' Энджа, в виде вульгарных кружев, пылился под кроватью. И что на этот раз?

- Закрой глаза, - притворно ласково произнес мужчина, подходя еще ближе.

- И не мечтай. Предпочитаю видеть твою очередную пакость, а не только ощущать ее на себе.

- О, милая, пакости? Что за предрассудки. Я сама невинность. И что плохого, если наставник хочет сделать подарок своей подопечной? Искренний подарок.

- В честь чего это? - поинтересовалась я, не веря ни единому его слову.

- Вообще-то я обещал тебе, и обычно держу слово. А теперь будь хорошей девочкой и закрой глаза.

Я тяжело вздохнула, но подчинилась, при этом напрягшись всем телом и все-таки ожидая очередных неприятностей. Но ничего подобного не произошло. Ни звука, ни движения, ни прикосновения.

- Открывай. - Я послушалась его и отшатнулась, увидев прямо перед своим лицом что-то яркое и большое. В своих руках Эндж держал золотой гвоздик, увенчанный крупным насыщенно-розовым камнем, размером с небольшую горошину. Ограненный столь искусно, он сверкал в свете электрических ламп как настоящее сокровище.

- Что это? - с придыханием спросила я, не в силах оторвать взгляд от драгоценности. Это не шло ни в какое сравнение с моим маленьким сапфиром.

- Пеззоттаит, - с легкой улыбкой ответил Эндж, очевидно довольный произведенным эффектом. Его карие глаза мягко светились, оживляя мрачную внешность, и делая его чуть более... живым. - Не думаю, что ты о нем что-то слышала, но так и быть, я просвещу тебя, что это самый редкий драгоценный камень на нашей планете. Его открыли с десятилетие назад. Ну что? Чувствуешь разницу с тем жалким сапфиром?

Та сережка была дорога мне как память, но эта словно зачаровала меня. Настоящее произведение искусства.

- И ты даришь это мне? - я прокашлялась, но голос все равно звучал хрипловато и вымученно.

- А на что это похоже? - Начал понемногу раздражаться мужчина, покручивая гвоздик между указательным и большим пальцем. - И скажем так, это - безвозмездно. Кроме моей крови, бегущей в твоих венах, должно быть что-то еще, подтверждающее нашу связь. От наставника подопечной.

- Спасибо, - растерянно протянула я, подняв руку, чтобы забрать подарок, но мужчина тут же отступил, пряча серьгу.

- Не так быстро. Есть одно маленькое условие.

Все теплые чувства, только начавшие появляться в моей груди, мигом испарились. Неужели я могла подумать, что Эндж делает что-то просто так? Идиотка.

- Какое?

- Я сам хочу проколоть ее.

- Мне пора, Эндж, - угрюмо ответила я, пытаясь обойти его. Настроение и так посещавшее меня редко в последнее время, теперь и вовсе покинуло. Ну почему этот красивый статный мужчина не мог обходиться без садизма? Но с меня было достаточно, к его сожалению, с болью мы были не дружны.

- Тебе не будет больно. - Он схватил меня под локоть, удерживая возле себя. - Обещаю.

- Да неужели? - Мой голос буквально вибрировал от сарказма.

- Ты бессмертна и боишься вставить сережку? Уши ты тоже прокалывала с обезболивающим?

- Нет, но тому человеку я доверяла. Тебе же все равно - умру я от болевого шока или нет.

- Это не так, - зловеще усмехнулся он, сверкая белозубой улыбкой. - Если с тобой что-то случиться, мне не выдадут премию. Материальный контроль, знаешь ли, один из самых действенных. Но дело сейчас не в этом. Я хочу извиниться. - Мой суровый наставник и извиниться? Мне казалось, он не знает подобного слова или оно у него под жестоким табу. - Прими этот подарок, я хочу доказать, что не причиню тебе зла. Больше нет. Всего один шанс. Позволь вставить сережку.

Я заколебалась, осознавая, что пирсинг в носу не самая страшная вещь на свете. В свое время обезболивающее мне не понадобилось, ровно, как и нашатырь, так как сознание меня не покидала. Разве мог Эндж превратить столь невинную процедуру в пытку? И стал ли бы вообще это делать?

- Хорошо. - Слова вырвались еще до того, как я успела осознать, что говорю.

Мужчина улыбнулся, на секунду прикрыв глаза, словно наслаждаясь моментом моего подчинения. Обратной дороги уже не было.

- Сядь в кресло. Устраивайся поудобнее, - кивнул он в сторону окна. - Не бойся.

Но я боялась. Даже податливая кожа, прогнувшаяся под моим весом, не позволяла полностью расслабиться. Каким-то образом, под взглядом Энджа даже удобная мебель превращалась в стоматологическое кресло.

Бессмертный навис надо мной, облокотившись руками на покатые мягкие спинки, поравняв свое лицо с моим. В его глазах читалось предвкушение, когда я даже не пыталась скрыть страх. Мой разум кричал, командуя оттолкнуть его и бежать прочь, но тело отказывалось подчиняться.

- Закрой глаза. - Его шепот буквально вводил в транс, делая из меня безвольную куклу. Увы, иммунитет к подобным фокусам никак не вырабатывался. Я была слаба перед ним, как и всегда. Физически, но и... эмоционально тоже. Слишком стыдно было признаваться, но мне хотелось подчиниться. Расслабиться в его руках и узнать, что будет дальше. Русская рулетка. Это чувство, словно ходишь по краю, насмехаясь над самой судьбой. Как бы то ни было, каждому из нас нужен адреналин, заставляющий сердце биться быстрее, чувство опасности, подтверждающее, что мы все еще живы и дышим. Кто-то водит автомобиль на предельной скорости, кто-то спасается экстремальными вилами спорта, а я находила это все в своем наставнике. Глупо, безрассудно, смертельно опасно. Но мне нужно было хоть чем-то раскрасить эту серую вечность.

- Закрой, - более настойчиво повторил он, слегка коснувшись моей щеки кончиком носа. - Так будет лучше.

Он был так близко, что я чувствовала тяжелый мускусный аромат, исходящий от него, смешавшийся со слегка солоноватым ночным воздухом. Веки отяжелели, отрезая от внешнего мира. Темнота позволила мне сосредоточиться на остальных чувствах. Мужчина какое-то время наблюдал за мной, и я чувствовала его дыхание на своей коже. Затем он осторожно провел пальцем, очерчивая мою скулу. Я замерла, стараясь не извиваться под его прикосновением. Но пытка не заканчивалась. Эндж очень нежно поглаживал мою кожу - задевая губы, спускаясь к шее, путаясь в волосах. Постепенно мучавшее меня ожидание боли начало идти на убыль, уступая место чему-то другому, более сильному, почти невыносимому трепету внутри груди. Этим он и воспользовался. Когда я благополучно позабыла саму причину нашего уединения и полностью расслабилась в уютном кресле, Эндж резко вонзил гвоздик, как раз в правое крыло носа, там, где совсем недавно затянулся прокол. Мне пришлось закусить нижнюю губу, чтобы не закричать от резкой боли. Но она была не столь сильна, как я ожидала до этого. Неожиданная вспышка и все утихло так же внезапно.

Как только мужчина отстранился, убедившись, что сережка держится надежно, мне удалось распахнуть глаза. Яркий свет неприятно слепил, словно я провела несколько дней в подземелье. Эндж смотрел на меня с нескрываемым любопытством, довольный своей работой.

Моя рука сама потянулась вверх, нащупывая гвоздик. Боли больше не было, только легкий дискомфорт, оттого, что я успела отвыкнуть от этого элемента своего имиджа.

- Спасибо. - Мне не терпелось увидеть сережку в зеркале, но мужчина не предпринимал никаких попыток отстраниться, да и не было такой роскоши в моей комнате - Энки убрал все до одного.

- Не за что, - ответил он, не отрывая от меня своего глубокого взгляда. - Беру свои слова обратно, тебе это даже идет.

Его взгляд упал на мои губы и уже больше не отрывался от них. Я как зачарованная всматривалась в его лицо, совершенно не замечая, как текут минуты. Притяжение между нами становилось все сильнее, почти не позволяя его игнорировать. Эндж начал приближаться ко мне, медленно, испытывающе, замерев буквально в сантиметре от моих губ. Я должна была сделать последний шаг сама, он оставил за мной право выбора. Но это было слишком сложно - бороться между разумом и чувствами. Ни то, ни другое не хотело сдаваться. Мне не удавалось решиться, признать очередное поражение. Вот только его близость пьянила, делая послушной как никогда.

- Нам пора.

При этих словах мы с наставником отскочили друг от друга, словно от разряда тока. В дверях стоял Энки, всем видом показывая, что происходящее ему очень не нравится. Мне даже показалось, что в его глазах полыхала ревность, но, скорее всего, это было лишь мое воображение. Бессмертный никогда не показывал, что между нами есть нечто большее, чем дружба.

Я закусила губу и потупила взор, наверняка еще и покраснев от стыда. Создавалось впечатление, что нас поймал директор школы, пока мы прятались и обнимались в кладовке. Блондин сейчас вполне подходил для роли строго руководителя. Но вот Энджа вся эта ситуация позабавила. Он улыбнулся и поправил свои идеально прямые волосы, убирая темные пряди с лица.

- Прости друг, - усмехнулся он, - мы слегка увлеклись.

- Я заметил, - с неприкрытым отвращением ответил ему бессмертный, совершенно не двигаясь. - Диана, пойдем.

- Смори, поаккуратней с моей подопечной. Будешь отвечать за каждую царапину. Я отдаю ее тебе в идеальном состоянии.

- Мои тренировки не подразумевают членовредительства, в отличие от твоих.

- А ну да, точно. Это только моя фишка. - С этими словами Эндж театрально раскланялся нам и вышел из комнаты, задев при этом блондина плечом, но тот не шевельнулся.

- Идем. Некромант заждался.

Я думала, что Энки зол и тут же выскажет мне, что ожидал от моей персоны более пристойного поведения, но весь негатив мужчины тут же испарился с уходом наставника. Его некогда суровое лицо неожиданно озарила мягкая улыбка. Мне ничего не оставалось, как улыбнуться в ответ. Как же я была благодарна ему за такое своевременное появление. Именно это уберегло меня от непоправимой ошибки.

Энки почему-то никому не позволил сесть на переднее сидение, тем самым, прервав наш только начавший разгораться спор. Мы с парнем расположились на задних местах, молчаливо глядя каждый в свое окно.

Когда автомобиль уже отъехал от особняка, я наконец рискнула поднять глаза в сторону зеркала заднего вида, пытаясь найти подходящий ракурс, чтобы рассмотреть вернувшийся пирсинг. Гвоздик смотрелся аккуратно, приглушенно сверкая даже в полумраке машины. Мне так его недоставало. За пару лет я настолько привыкла к украшению в носу, что только теперь начинала чувствовать себя прежней.

- Отличное украшение, - нарушил тишину Некромант, все еще всматриваясь куда-то в темноту.

- Спасибо, - ответила я, рефлекторно касаясь гвоздика пальцем, словно проверяя, что он все еще на месте. - А у тебя есть пирсинг?

- Нет, только татуировки.

- И что на них? - Мне хотелось хоть как-то скрасить время в поездке, раз Энки не обращал на нас ровным счетом никакого внимания.

- Уроборос, - почти шепотом сказал Некромант - Знаешь, что это означает?

Я отрицательно покачала головой.

- Змея, хватающая себя за собственный хвост - символ возрождения, бесконечности цикла жизни и смерти.

- Так, ты действительно можешь возвращать к жизни? - поразилась я, всматривалась в невзрачного парня, который обладал таким поразительным даром.

- Это немного не то, что ты себе воображаешь, - разочарованно признался парень. - Это как дать мертвецу небольшой заряд энергии, помогающий поддержать хоть какое-то подобие жизни. Основные инстинкты и последние воспоминания - больше ничего.

- Так они такие же, как в фильмах Роба Зомби?

- Нет, во-первых, им не нужны наши мозги, а во-вторых, я не оживляю настолько разложившиеся тела.

- Так было и с той женщиной, которая умерла у зеркала?

- Да. Она рассказала, что увидела в отражении. Не поверишь, но ее родной отец пытался убить ее в младенчестве, а мать, защищая свое дитя, прикончила нерадивого супруга. Каждый тщательно хранимый нами секрет сокращает нашу жизнь на один день, пока очередная тайна не переполняет чашу, делая нас безумными или мертвыми, - серьезно произнес он, бросая на меня тяжелый взгляд сквозь длинную неопрятную челку.

- Это ужасно, но разве от подобного можно умереть? - удивилась я, не понимая, как правда может остановить полное жизни сердце.

- Смотря, в каком виде тебе преподнесут истину. Более того, не все люди настолько отважны, чтобы принять ее без сопротивления. Как только мы начинаем сопротивляться, бороться с фактами, они тут же оборачиваются против нас самих, разрушая изнутри. Отражения умеют преподнести правду, когда мы слабы ее принять.

- Мы почти приехали, - наконец подал голос Энки, не отрывая сосредоточенного взгляда от дороги.

Машина действительно свернула с главной магистрали и направлялась какими-то плохо разъезженным тропам через лес - то спускаясь, то вновь идя на подъем. Иногда мне казалось, что низкая посадка автомобиля приведет к тому, что мы засядем в очередной рытвине, но малышка с легкостью преодолевала их, практически не сбавляя скорости. Бессмертный ее не щадил.

Мы проехали еще несколько километров, пока между высокими деревьями не показался двухэтажный дом, гораздо скромнее, чем наш, но тоже достаточно величественный. Серые гладкие стены, крыша на несколько тонов темнее, теряющаяся в вечернем небе, никаких башенок и флигелей. Классическая простота на грани с невзрачностью. Хотя именно это я и ожидала увидеть, зная хозяина дома - это полностью отражало Энки, не любившего выделяться.

Бессмертный загнал машину в гараж, вежливо попросив нас выйти. Светлое просторное помещение, как и следовало ожидать, не было заставлено коллекцией шикарных автомобилей, я даже не обнаружила здесь мотоцикла - бессмертный жил по минимуму потребностей, не поддаваясь своим слабостям.

Мы прошли через боковую дверь, и попали прямо в кухню, уютную, но размером с кладовку. Гостиная же поразила чистым пространством - огромное помещение было занято лишь самой необходимой мебелью: диван, пара кресел, журнальный столик, даже телевизор был привинчен подальше от пола, не занимая места. Меня приятно удивило убранство помещения - бежевые драпированные шторы, выполненные под мелкую сетку, абстрактные картины и даже встроенный в стену аквариум с голубоватой подсветкой, в котором плавали разноцветные экзотические рыбы. Вокруг царила атмосфера покоя и умиротворения - в этом был весь Энки.

- Тренировочный зал внизу. Спускайтесь. - Бессмертный подтолкнул нас к лестнице, спускающейся в подвал.

Весь подземный этаж был занят под спортзал, который не уступал в размерах тому, в котором меня совсем недавно мучал Эндж. Пространство оказалось условно разделено на несколько зон: в одной располагались тренажеры, как в фитнес-центре, другую занимал татами, площадью с небольшую комнату, также там были обычные маты, канаты, а также прочая дребедень как на школьных уроках физкультуры.

- Я отдохну на скамейке запасных, - проговорил себе под нос Некромант и направился в самый затемненный угол зала, не дождавшись ответа Энки. Но тот ничего и не сказал, словно парня и вовсе с нами не было.

- Пойдем. Разуйся и садись на татами, - сказал он, подходя к белым матам, опускаясь на колени и кланяясь, перед тем, как ступить на них.

Мне тут же вспомнились годы айкидо, когда молодой и обаятельный преподаватель пытался добиться от меня дисциплины, а я ненавидела повторять заученные движения снова и снова, стремясь скорее перейти к настоящим тренировкам.

Я села на колени в центре зала, напротив Энки и выжидательно на него посмотрела. По правде говоря, сейчас я бы с удовольствием отсиделась вместе с Некромантом, а не занималась бы всякой ерундой вроде пробежки и отжиманий.

- Мы начнем с дыхательной гимнастики, - ответил на мой невысказанный вопрос мужчина. - Научишься этому, сможешь контролировать свои способности.

Я оглянулась на мрачного парня, который отдыхал хоть и далеко от нас, но все равно мог все услышать.

- Не волнуйся о нем. Некроманту нет дела ни до тебя, ни до меня, ровным счетом ни до кого. Все, что он видит, остается только при нем. Теперь закрой глаза и сосредоточься своем дыхание. Пусть оно будет ровным и размеренным.

Энки взял мою ладонь в свою и под этим теплом я расслабилась, подчиняясь ему. Общую тишину нарушал лишь назойливый гул работающих под потолком ламп. Вдох, выдох. Мысли успокоились, позволив мне несколько минут тишины. Дыхание становилось глубже, унося мое сознание куда-то дальше.

- Делай вздохи короче, резче. Заставь свое сердце биться быстрее. - Я почувствовала горячее прикосновение к своей груди - Энки положил свою руку там, где чувствовалось биение. - Еще быстрее, словно за тобой кто-то гонится. Чувствуешь, как оно ускоряет свой ритм? Доведи его до предела.

Я старалась, как могла, ощущая как голова начинает кружиться и темноту прорывают яркие вспышки, постепенно уходящие обратно в никуда. Сердце билось на грани возможного.

- А теперь еще пара коротких вдохов и резко задержи дыхание. Сейчас!

Последний глубокий вздох и я перестала дышать, словно погрузилась под воду.

- Пусть воздух сосредоточиться здесь. - Он надавил чуть выше сердца. - Почувствуй, как он собирается в этом месте в один большой ком. Сосредоточься на нем. Представь, как он становится холоднее, постепенно остывает, расходясь дальше, по телу, вместе с кровью, разбегаясь по венам.

Я действительно почувствовала, как кожа охлаждается, прямо в груди разрастался снежный ком, замедляющий биение сердце.

- Запомни это чувство - оно ключ к твоим способностям. А теперь открой глаза и посмотри на себя.

Запас воздуха в легких был на исходе. Я сделала, как он просил, опустив взгляд на свою грудь, и ахнула. Там, где Энки держал свою руку, не было ничего - начиная от сердца и до самых плеч мое тело просвечивалось насквозь. Мужчина касался пустоты. Мне удалось стать невидимой, правда частично. Не в силах больше терпеть, я сделала глубокий вздох. Но как только дыхание вернулось в норму, все ушло - грудь вновь стала видимой.

- Невероятно, - только и смогла выдавить из себя я.

- Я рад, что тебе понравилось, - улыбнулся Энки, отнимая свою руку от моей груди и поглаживая по плечу. - У тебя отлично получается. Теперь понимаешь насколько важно правильно дышать? Физическая нагрузка совершенно другое, бесполезное, особенно когда ты можешь становиться невидимой. Это гораздо полезнее.

Я улыбнулась ему в ответ, наблюдая, как мягко сверкают его глаза в искусственном освещении. Как он мог быть так добр и заботлив со мной, при этом, не требуя ничего взамен?

- Ребятки, - раздался позади голос Некроманта, - не хочу вас прерывать, но Эндж требует, чтобы ты срочно выезжал. Там новые проблемы.

- Собирайтесь, - резко бросил бессмертный, вскакивая на ноги и мгновенно обращаясь из милого парня в сурового сосредоточенного война.

- Он не сказал, что и мы там нужны, - запротестовал парень. - Ты иди, нам с Ди и тут неплохо. Надеюсь у тебя полный холодильник, хотя мы можем заказать пиццу...

- Ну уж нет. Я не могу оставить вас одних, и Диану я тебе не доверю. Бегом.

Нам пришлось подчиниться. И пока мы медленно поднимались из зала и шли к машине, Энки что-то обсуждал по телефону с моим наставником. Мне удалось услышать немногое, но еще меньше понять. Ясно стало одно - зеркало отняло еще одну жизнь.

Глава 18

Машина летела по ночным дорогам с немыслимой скоростью. Мне пришлось пристегнуться, потому что каждый поворот превращался в смертельную петлю, и мое тело кидало из стороны в сторону.

- Куда мы так спешим? - лениво поинтересовался Некромант, тоже чувствующий себя неуютно на заднем сиденье. - Кто хотел уже умер.

- Не смешно, - коротко бросил Энки. - Просто помолчи, пока мы не доберемся до места. Твои загробные шуточки годятся не на все случаи жизни. Сейчас они не уместны.

- Извините, если задел вашу тонкую душевную самоорганизацию. - Я легонько ударила его локтем в плечо - с сарказмом точно стоило повременить.

Бессмертный гнал на такой скорости, что мне даже не удавалось разглядеть картину за окном - все слилось в один неясный поток. Но мы точно двигались в сторону города. Минут через десять появились первые кирпичные здания, с каждым километром становясь все больше и надежней. Мужчина сбавил газ, что означало, мы приближались к пункту назначения. Эта часть города была мне мало знакома, считаясь почти окраиной, спальным районом, расположенным слишком далеко от центра.

Машина остановилась у полуразрушенного двухэтажного дома, скорее напоминающего барак. Стекла были не во всех окнах, кое-где заменяясь обычными фанерными досками, обшивка совсем прогнила, отваливая от стен огромными лоскутами. Неужели здесь вообще кто-то живет?

- Бедняки самая уязвимая мишень, - усмехнулся Некромант, выходя из автомобиля и осматривая здание. - И бесполезная. Они в отчаяние, раз взялись за такие случаи.

- Держитесь за мной, Другие могут быть где-то рядом. - Энки уверенной походкой направился в дом, иногда оглядываясь и проверяя, следуем ли мы за ним.

Внутри обстановку оказалась ни чем не лучше. Обшарпанные коридоры, мусор под ногами, паутина в углах у самого потолка. Казалось, здание разваливалось на глазах, и вот-вот нам на голову посыплется штукатурка, когда оно решит погрести нас под своими обломками.

Мы прошли в небольшую комнату, разделенные на несколько зон душевыми шторками, подвешенными на бельевых веревках, где нас уже ждали Эндж и Калипсо. Девушка без стеснения липла к бессмертному, прильнув к его плечу и что-то шепча на ухо. С нашим появлением она скорчила гримасу, словно почувствовала неприятный запах, и отстранилась.

- Мы опоздали, - вместо приветствия сказал мой наставник и кивнул в сторону темно-лиловой шторы, огораживающей еще одну небольшую комнатку.

Энки вздрогнул, услышав это, а потом прошел в указанном направлении, резко отдернув занавеску. Мне пришлось зажать рот рукой, чтобы не закричать. Всего в нескольких метрах от нас на полу лежал мужчина, лет за сорок. Седые волосы давно не расчесывались, застыв грязным колтуном. Одетый в потертую белую майку и семейные трусы, он неловко согнулся, прислонившись к спинке кровати прямо напротив осколка зеркала, не обрамленного ни в какую раму и стоящего прямо на полу. Его голова оказалась наклонена вперед настолько, что подбородок касался груди, отчего было невозможно разглядеть его лица. Не скажу, что это меня сильно расстроило. Человек был мертв, а я не питала к трупам ничего, помимо леденящего душу ужаса.

Но Энки, казалось, это не смущало. Он подошел ближе и присел на карточки перед безвольным телом, пытаясь нащупать пульс на запястье и шеи. Я видела, как он тут же поник, склонив голову и опустив плечи. Видимо, бессмертный рассчитывал на другой результат.

- Как можно было опоздать? - взвился блондин, поднимаясь на ноги и оборачиваясь к Энджу.

- Лили увидела это слишком поздно. Нам не хватило каких-то пять минут, - развел руками мой наставник. - Мы торопились, но нашли только это. Возрадуемся, что зеркало все еще устояло.

- Нечему радоваться. Следующий раз может стать последним. Мне надоело плестись позади.

- Ни тебе одному, - возмутился Эндж. - Думаешь, мне приятно ездить от трупа к трупу, когда Другие прячутся по своим норам? Я воин, а не патологоанатом!

- Кто-нибудь из смертных уже знает о случившемся? - прервал их Некромант, окидывая комнату мрачным взглядом.

- Нет, - ответила ему Калипсо. - Здесь настоящее болото, кто мог уже съехал, остались только пьяницы и наркоманы, а они чихать хотели друг на друга. Да и полиция сюда вряд ли будет рваться.

- Я оживлю его? - спросил парень у старших бессмертных, которые все еще буравили друг друга взглядом.

- Давай, только особо не увлекайся. Выясни, были ли здесь Другие, а потом уходим, - ответил Эндж, скрестив руки на груди. - Нам тут больше нечего делать. В комнате никаких следов присутствия кого-то из посторонних.

Некромант подошел к мертвому мужчине, я же в свою очередь старалась отойти подальше, прячась за широкую спину Энки, чем заслужила неодобрительный взгляд наставника. Но в тот момент меня это не волновало, главное было оказаться подальше от зомби, которое, судя по многочисленным фильмам, были ужасно агрессивными.

Парень подошел вплотную к мужчине и опустил ладонь на его затылок, наклонив голову так, что длинная челка бросала на лицо глубокую тень. Медленно потекли бесконечные минуты. Никто не шевелился, словно время в этой комнате остановилось. Но в воздухе повисло непонятное напряжение, такое, что послало дрожь вниз по позвоночнику. Даже волосы на руках стали электризоваться. С ужасом я наблюдала, как морщинистая рука трупа дернулась как под током, сдвинувшись на пару сантиметров. Позже дрожь охватило все тело, заставляя мужчину биться в судорогах.

Энки заметил страх в моих глазах и подошел ближе, положив руки на мое плечо, слегка сжимая, чтобы я могла ощутить его присутствие и поддержку. В это время труп поднял голову. Его мутные белесые глаза уставились в никуда, оставаясь совершенно неподвижными.

Некромант отстранил на шаг, словно оценивая свою работу, а потом заговорил на неизвестном мне языке, определенно обращаясь к зомби, тот же начал раскачиваться вперед и назад, что-то шептать себе под нос. Мне не удавалось разобрать ни слова, это вообще не походило на нормальную человеческую речь, скорее на неясное бормотание, прерываемое всхлипами и вскриками.

Я наблюдала, как мертвое тело двигалось и говорило, это вызвало волну отвращения, меня спасло лишь то, что мой желудок был пуст. Но мне все равно пришлось отвернуться, чтобы не травмировать свою психику, хотя заснуть в ближайшие месяцы после увиденного вряд ли вообще удастся. Все фильмы ужасов были лишь жалкой пародией, не передававшей и жалкой доли того, что происходило в нескольких метрах от нашей скромной компании. Удивляло то, что даже притом, что на теле мужчины не было видно ран, и он еще не начал разлагаться, сама фигура мертвеца, приведенная в движение какой-то неведомой силой, была настолько ужасающей, что мне хотелось бежать без оглядки.

В комнате повисла тишина, прерываемая лишь глухим стуком спинки кровати и стену, когда труп неуклюже раскачивался.

- Кончай с ним. - Донесся до меня голос наставника. - И побыстрее.

- Не командуй, - ответил Некромант, прежде чем вновь заговорить на чужом мне языке.

Я отстранилась от Энки и, не оборачиваясь, прошла к окну, которое было настолько грязным, что едва пропускало свет, исходящий от уличных фонарей. За спиной вновь донеслось приглушенное бормотание, а мой взгляд пытался пробиться сквозь серые разводы и сосредоточиться на чем-нибудь за пределами этой убогой комнаты.

За окном было какое-то движение, и я наблюдала, как высокая фигура приближается все ближе и ближе, целенаправленно идя мне навстречу. Слишком странно. Черная тень заняла весь проем, замерев буквально в метре от меня. Стекло не позволяло разглядеть незнакомца, но я уже хотела обратить на него внимание остальных бессмертных, когда силуэт наклонился и подышал на стекло, а затем нарисовал на этом небольшом участке сердце. Мое дыхание замерло, когда рядом с ним появилось второе, поменьше и чуть выше, пересекающееся с первым. Дима. На наш первый День Влюбленных он подарил мне именно такой кулон, означавший нашу любовь - два сердца. Через несколько секунд ладонь стерла изображение, а в щель между оконной рамой и стеной протиснулся листок бумаги, свернутый в несколько раз до размеров спичечного коробка.

Я перехватила белый клочок и зажала в ладони. Фигура отступила, а потом метнулась в сторону, скрываясь из виду.

- Что там? - Голос Эндж раздался почти над самым ухом. Я резко развернулась, и только потом поняла, что он обращался не ко мне, а к Некроманту.

Никто не заметил произошедшего, ни разу не обернувшись в мою сторону, лишь завороженно наблюдая за мертвым мужчиной, который больше не шевелился, только изредка вздрагивал.

- Других здесь не было. Никто не приходил, - ответил Некромант, вновь касаясь мертвеца. Тот замер, выпрямившись по струнке, и через секунду обмяк. - Не знаю, по какому принципу они выбирают жертв. Этот прикончил своего сына в пьяном угаре, к тому же не скажу, что смерть особо пошатнула границу. Он был слаб душой. Бессмысленное убийство. Может, они ошиблись?

- Они никогда не ошибаются, - задумчиво произнес Энки, посмотрев на часы. - Нам лучше уходить. Скоро совсем рассветет, и в этот момент нам лучше быть где-нибудь подальше.

- Просто так уйти? - возмутилась молчавшая до этого Калипсо. - Так ничего и не выяснив? Какого черта мы тогда вообще сюда приперлись? Посмотреть на эту мертвую тушу?

- Помолчи, - резко бросил Эндж. - Твоего мнения не спрашивали. Энки осмотришь территорию?

- Да, - ответил блондин, - но не думаю, что это поможет. У них есть план, а мы о нем не знаем. Бессмысленно было убивать этого несчастного. Мы не видим очевидного. Они не просто так выбирают жертв.

- Просто хватит просиживать свои задницы. Ищи следы Других. Нам нужен хотя бы один бессмертный. Поймаем его - узнаем, что они задумали. Пора уже переходит в нападение. - Мой наставник как всегда был сама тактичность.

- Все на выход, - проигнорировал заявление друга блондин. - Как обычно, не оставляем следов.

Все медленно потянулись к выходу, а я старалась не думать о том, что мы так и оставляем тело мужчины здесь, брошенное, не нужное никому. Когда его обнаружат? И обнаружат ли вообще? Эндж подтолкнул меня вперед, так и не позволив бросить прощальный взгляд на комнату.

Я последовала за Энки к его машине, когда наставник перехватил мою руку и с силой дернул на себя. Если бы не его широкая спина, мое тело бы уже распласталось на земле.

- Куда это ты? Портал всего в нескольких домах отсюда. - Мне пришлось еще сильнее сжать в руке злополучный листок бумаги, чтобы он случайно не выпал. Мой взгляд переместился к Энки, но тот только кивнул.

- Иди с ним. Я подъеду через несколько минут.

- С каких пор ты отдаешь приказы моей подопечной?

- Это не приказ, Эндж. Знаешь, в этом мире есть и другие формы отношений помимо 'подчинения'.

- Это ты так думаешь, друг, - рассмеялся от, подхватывая меня под локоть и почти силой уводя в сторону.

Я озиралась, пытаясь увидеть знакомую фигуру среди голых деревьев, но рядом не было ни души. Глупо, часы показывали только пять утра, так что Дима никоим образом не мог оказаться здесь, в такой глуши, да еще и так рано.

Мы добрались до ближайшей многоэтажки. Некромант толкнул дверь подвала, а потом скрылся в непроглядной черноте. За ним последовала Калипсо, смерив меня напоследок презрительным взглядом. Эндж подхватил меня за талию и как тряпичную куклу спустил по лестнице, не давая идти самой.

Путь вперед освещал лишь отблеск фонаря, который держал Некромант, идущий впереди всех. Казалось, мы затерялись в этом лабиринте. Я еще сильнее прижалась к Энджу, боясь увидеть под ногами крысу или паука - подвальные помещения были для меня страшным сном.

Низкие потолки заставляли наставника пригибаться, отчего меня зажимало в его руках как в тисках, что не скрашивало и так появившееся чувство удушья от недостатка кислорода под землей.

Когда я уже хотела возмутиться, что мне не нравится такое обращение, коридор наконец закончился и мы очутились у подножия лестницы, которая по моим воспоминаниям уже находилась в особняке. Ровно через двадцать пять ступеней мы оказались на поверхности, поднявшись в холл.

Некромант выключил фонарь, вытирая грязные подошвы своих громоздких ботинок о красный ковер на полу. На лице Калипсо отразилось отвращение, когда она заметила это.

- Ты редкостная свинья, - заявила девушка высоким слегка визгливым голосом.

- Тебе лучше знать, - в тон ей ответил парень. - Это ты у нас как деревенщина тесно с ними общалась. По вечерам встречались в одной грязной луже?

- Угомонитесь, - прервал их Эндж, наконец позволяя мне отстраниться. Я с облегчением вздохнула, потирая затекшие бока - от такой хватки вполне могли появиться гематомы. - Все в гостиную. А ты Калипсо принеси мне кофе.

Девушка так и застыла с открытым ртом, видимо желая что-то сказать, но не находя слов. Ее глаза зло сверкнули, но она сумела справиться с собой и изобразить на лице подобие улыбки.

- Хорошо.

Мы остались втроем, и я чувствовала себя уязвимой, пока рядом не было Энки. Некромант считался не лучшим защитником от моего сурового наставника, особенно сейчас, усевшись возле камина и уставившись в какую-то потертую тетрадь, совершенно отрешившись от внешнего мира.

Я выбрала уютное кресло поближе к парню и уселась в него, греясь в теплых волнах, исходящих от пламени. Но Эндж не обращал на нас ровным счетом никакого внимания. Он мерил широкими шагами комнату, периодически поглядывая на часы. Наконец хлопнула входная дверь.

- Ты бы еще на велосипеде сюда добирался, - бросил мой наставник, как только Энки появился в гостиной. За ним шел Феб.

- Успокойся, сынок. У каждого свои слабости. Тем более с порталами тоже стоит быть аккуратнее. Они нам не принадлежат.

- Ты здесь чтобы читать нотации? - усмехнулся Эндж. - У нас что, нет других, более важных тем для разговора?

- О, да, - ответил ему мужчина. - Давай поговорим о том, что даже после предсказания Лили вы все равно потеряли человека.

- Не велика потеря. Он то и на человека особо не подходил. Это ничего не значит. Такой смертью они и на йоту не сдвинулись с места.

- И что, мне тебя по головке за это погладить? - Феб недовольно посмотрел на своего ученика. - Ваше бездействие приведет к тому, что они победят.

- Нам нужно обсудить, как действовать дальше, - вмешался Энки, стараясь предотвратить разгорающийся спор. - Давайте успокоимся. Феб, как я уже тебе говорил, мы в отстающих. Есть какие-нибудь идеи?

- Провидцы молчат. Если бы что-то назревало, они бы предупредили нас.

- Ты так им веришь? - обратился к мужчине мой наставник. - Лили и то сегодня была не на высоте. Может пора подумать своей головой? Взгляните на их жертв, да такими темпами они вечность будут подрывать границу. Значит дело в другом.

- И? - поинтересовался Феб, потирая подбородок в раздумье.

- Нужно отловить одного из них. - В комнату вошла Калипсо с чашкой кофе в руках. Я улыбнулась ее несчастному виду, пока она исполняла роль прислуги, осторожно опуская кружку на журнальный столик перед мужчиной. Эндж кивнул ей, но даже не поблагодарил. - Нужно пойти на них, а не дожидаться очередной жертвы.

- Мы не можем действовать без решения Провидцев, - отрезал самый старший из бессмертных.

- У нас нет времени на это.

- Время есть всегда.

- Эндж, согласись, без помощи Провидцем мы не найдем Других. Нужна хоть какая-то наводка. Они не оставляют следов.

Мой наставник замолчал, усаживаясь на диван и закидывая руку на широкую спинку. Его взгляд яростно сверкал, но ему приходилось сдерживаться. Он молчал так долго, не решаясь признать правоту Энки, что мне показалось, он не заговорит уже никогда.

- Вы, - он посмотрел на нас с Некромантом и Калипсо, - выйдите из комнаты. Ваше присутствие больше не требуется. Теперь это взрослый разговор, а детское время вышло.

Парень вскочил даже в некоторой радостью, а вот блондинка поджала свои пухлые губы, прежде чем медленно и покачивая бедрами прошествовать между мужчинами. Я почти пулей вылетела вслед за Некромантом и на той же скорости поднялась в свою комнату. Слава Богу, что эта ночь закончилась.

Небо за окном оставалось мрачно-серым, из-за чего мне пришлось включить в комнате свет, который резкой вспышкой разорвал сумрак вокруг. Только так на душе стало немного спокойнее.

Я подперла дверь массивным креслом, что стояло неподалеку, и удобно в нем устроилась, в надежде, что этого будет достаточно, если кто-то решит войти без предупреждения. Мои губы пересохли от напряжения, и мне пришлось облизать их, ощутив при этом на языке неприятную горечь.

Вытянув руку, я разжала ладонь. На ней мирно покоился клочок бумаги, напоминавший неудавшееся оригами. Пальцы аккуратно разворачивали листок, когда мои мысли были далеко за пределами этой комнаты. Память никак не отпускала маленькую обшарпанную комнату, где на грязном полу лежала безвольная кукла, бывшая когда-то человеком, который ходил, разговаривал, стремился к чему-то. Всего миг, чтобы оборвать жизнь. Один взгляд в зеркало.

На белом листке черной шариковой ручкой было выведено всего несколько фраз, но я с первых букв узнала ровный каллиграфический почерк Димы. Только он тратил время на такие огромные завитки практически в каждом слове.

'Я знал, что ты жива. Я верил. Я приду за тобой, и мы вновь будем вместе'.

Мне пришлось подавить разочарованный вздох. А чего я ожидала? Что хотела увидеть? Значит там, за окном, действительно стоял Дима, но что в итоге это меняло? Ровным счетом ничего. Бывший возлюбленный никак не мог исправить моего положения. А, учитывая его пацифизм, против Энджа он не устоял бы и пары секунд. Нет, мне определенно не хотелось, чтобы Дима приходил за мной. Привет, милый, я, конечно, пролежала какое-то время в гробу, после того как меня пытались вскрыть, но сейчас все в полном прядке - я бессмертна. Отличное начало разговора.

Но пугало кое-что другое. Узнай наставник, что мой парень собирается вмешаться в процесс его обучения, меня как минимум заперли бы вместе с Линелом в подземелье, чтобы я уже никогда не увидела дневного света. Достанется даже Энки, который отвел меня попрощаться с прошлым. Увы, прошлое со мной расставаться не желало.

Черт. Черт. Черт. Я что проклята? С каких пор все неприятности решили, что без них мне живется слишком скучно. Теперь к головной боли прибавились и мысли о Диме, который мог наделать глупостей, считая, что поступает правильно. Удивительно, что раньше мне казалось, нет ничего сложного в том, чтобы вернуться к прежней жизни, достаточно лишь избавиться от Энджа. Но за последние дни я поняла, что он лишь верхушка айсберга. Есть более страшные вещи и существа, жаждущие уничтожить меня, от которых не было спасения. Если бы только Дима знал, во что собирается ввязаться. Радовало лишь, что найти меня здесь ему в любом случае не удастся, а гулять я выходила под присмотром и то не часто. Сегодняшняя встреча могла быть только чистой случайностью

Поднявшись из кресла и подтолкнув его на прежнее место, я вернула комнате первозданный вид. Неожиданно на меня навалилась невероятная усталость, разом лишив всяких желаний, кроме как оказаться в кровати. Мягкая кровать затягивала, окутывая шелковыми простынями. Я даже не нашла в себе сил раздеться, так и упав в грязной уличной одежде. Казалось, температура тела резко подскочила, а кожа начала плавиться. У меня был жар. Неужели бессмертные болеют?

Раскинувшись на кровати, я надеялась, что это лишь легкое переутомление, которое пройдет, как только мне удастся хоть немного поспать. Но то, что завладевало моим сознанием совсем не походило на сон. Слух, как и обоняние, обострились, вызывая только болезненные образы в голове, в то время как кожа стала столь чувствительной, что я ощущала даже движение воздуха вокруг. С моих губ сорвался стон. Глаза уже почти ничего не видели, лишь мутные яркие круги, а за ними неясные тени. Боль в голове становилась невыносимой. Я буквально чувствовала, как что-то раздирает голову на части. Сердце билось как сумасшедшее, в горле пересохло, но сил подняться уже не было. Мне оставалось лишь извиваться на постели, путаясь в липкой от пота одежде.

Неожиданно что-то холодное коснулось моего лба, убирая мокрые пряди волос. Я открыла глаза, но увидела лишь неясную фигуру, размытую до неузнаваемости. Прикосновение принесло временный покой, освобождение от оков невыносимого жара, который почти сразу вернулся, заставив меня выгнуться дугой над кроватью.

Я закрыла глаза, надеясь так уйти от боли, но она лишь усилилась, стягивая мои мышцы до предела. Тот, кто был рядом, коснулся моей шеи, послав нервную дрожь вдоль по позвоночнику.

Одежда мешала, только раздражая и так чувствительную кожу, поэтому я была рада, когда чьи-то крепкие руки стянули с меня сначала ветровку, зачтем обтягивающую футболку. Следом исчезли джины, хоть пуговица на поясе поддалась и не сразу. Воздух наконец подступил к телу, больше не сдерживаемый синтетическими тканями. Но лучше всего были осторожные движения прохладной руки по моей воспаленной коже. Шея плечи, грудь, обтянутая тонким кружевным лифчиком, живот, бедра. Я замерла под этими прикосновениями, боясь, что они прекратятся.

Позже к рукам присоединились губы, сначала лишь осторожно касаясь, а потом все более настойчиво. Это не спасало от жара, но делал его иным, словно меняя полярность. Мне нравилось то, что происходило. Казалось, именно в этом и нуждалось мое тело. Оно отвечало так яростно и требовательно, что совершенно не слушалось рассудка.

На миг ласки прекратились, и я издала разочарованный стон, потянувшись вперед, пытаясь нащупать сильные, но в тоже время нежные руки. Резко меня толкнули обратно на кровать, а затем, охватив запястья, закинули их за мою голову, к спинке кровати. Я ощутила, как сверху на меня опустилось что-то тяжелое и твердое - мужское тело.

Секунда, и моих губ коснулось нечто теплое, медленно стекая на язык. Кровь. Уже ничего не понимая, я облизнула сладкую жидкость и потянулась, чтобы заполучить еще. Мужчина наклонился, так, что мне удалось дотянуться до его шеи, из которой медленно хлынул алый поток. С каждым разом его вкус становился все ярче, незабываемее. Вот, в чем я так нуждалась.

Словно на заднем плане, как фон к основному действию, мужские руки продолжали исследовать мое тело - поглаживая вершинки грудей, спускаясь к бедрам и приподнимая ягодицы. В каком-то непонятном мне танце они достигли бретелек бюстгальтера, стаскивая их с моих плеч, освобождая наконец от ненужного клочка ткани.

Я все пила, не в силах насытиться, когда ощутила нежное прикосновение к внутренней стороне бедер. Пальцы уверенно скользнули под резинку мои трусиков, стаскивая их до колен, а потом и вовсе избавляясь от них. Но не было никакого стеснения, лишь размеренный жар в груди, сменивший болезненные симптомы лихорадки, мучавшие меня до этого.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем мне удалось оторваться от кровоточащей ранки. Я методично облизывала ее края, чувствуя языком, как она затягивается. Давление на мое тело увеличилось, словно пытаясь удержать на месте, но мне никуда и не хотелось уходить.

Я дернулась, чтобы освободить руки, а затем прикоснулась ими к идеальному мужскому телу, прослеживая литые упругие мышцы. Легкий шепот достиг моего слуха, но мне не удавалось разобрать слов, лишь глубокий чувственный голос.

На секунду мужчина отстранился, но лишь для того, чтобы впиться в мои губы жарким поцелуем, стирая с них оставшиеся капли своей крови. Этот терпкий вкус придал ему особенную сладость, совершенно затуманивая мой разум. Я застонала, разрывая поцелуй и выгибаясь под сильным мужским телом. Его широкие ладони коснулись моих бедер, разводя ноги в сторону, открывая для себя. Горячий поцелуй коснулся шеи, скользя к груди и захватывая твердый сосок. Тело начало жить собственной жизнью, требуя более серьезных прикосновений - руки прижимали его к себе все ближе, ногти впивались в широкие плечи, бедра приподнимались навстречу мужчине.

Он в свое время перешел ко второму соску, легонько пощипывая пальцами первый. Жар внутри стал невыносимым, разрывая грудь, отчего дыхание вырывалось рваными толчками, словно кислород в комнате нагрелся, как и мое тело.

Я запустила руку в его густые волосы, почувствовав их шелковистую мягкость. Секунда и мужчина перехватил мои запястья, вновь удерживая их над головой. Вторая его рука прошлась по моей шее, наматывая на кулак длинные пряди, а потом, резко дернув сторону, заставляя откинуть голову назад.

Что-то твердое и горячее коснулось моего бедра и я наконец открыла глаза. Зрение вернулось, хоть и было до сих пор расфокусированным. Передо мной были огненно-карие глаза Энджа, в них светилось настоящее безумие, словно предо мной был не человек, а животное. На его лице заиграла хищная улыбка, когда я вновь ощутила прикосновение, но уже там, где жаждала больше всего. Мой стон был заглушен его поцелуем, требовательным, властным. Он начал ласкать мой язык своим, при этом медленно двигаясь вдоль моего тела, дразня, соблазняя. В ответ я только сильнее раздвинула ноги, не в силах больше ждать.

Эндж отстранился и заглянул в мои глаза, за секунду до того как войти резким толчком. Мне не удалось сдержать крика - боль смешалась с наслаждением. Давление внутри было таким сильным, что дыхание замерло в груди, пока мужчина не прекратил свое движение, полностью меня заполнив.

- Смотри на меня. - Его голос походил на звериный рык, только усиливающий мое возбуждение. - В глаза.

Мне пришлось подчиниться, хотя поддерживать зрительный контакт стало невыносимо сложно - он начал медленно отступать, выходя практически полностью, а потом резко врываясь внутрь, обхватив меня за талию.

Ничто не сдерживало этого мужчину. Он словно был одержим. Движения стали все напористее, и мне пришлось вцепиться в его плечи, чтобы удержаться на месте, вторя каждому толчку приглушенным вскриком.

Темп становился все быстрее, а его действия теряли свой прежний контроль. Мне казалось, что даже кровать двигалась под нами, ударяясь о стену. Внутренние мышцы стали сжиматься, стягиваясь в жесткий узел, охватывая его невероятную длину все сильнее.

Эндж вжимался в мое тело, покусывая шею, полностью овладевая, заставляя подчиняться. Стук сердца в ушах заглушал все посторонние звуки, и мне казалось, что я сойду с ума. Неожиданно он подхватил меня и перевернул на живот, вновь глубоко входя внутрь одним резким толчком. Это было больше, чем я могла вынести.

Тело задрожало, когда напряжение покинуло его. Я громко застонала, почувствовав, как сжимаются внутренние мышцы. Но Эндж продолжал проникать в меня, даже не сбавляя темпа. Еще несколько толчков и он схватил меня за волосы, притягивая к себе. Я почувствовала спиной его широкую грудь, когда он зарычал, освобождаясь внутри меня, покусывая мою шею, грубо пощипывая соски. В ответ мое тело вновь задрожало и мне пришлось сдерживать очередной стон, но он все равно вырвался наружу.

Обессиленные мы упали на кровать. Я ощутила на себе тяжесть и жар мужского тела, прежде чем погрузиться в глубокий сон.

Глава 19

Я повернулась во сне, почувствовав, как болезненно заныло тело. Черт, что такое. Сон медленно покидал мой разум, а ему на смену медленно приходило осознание. Прошлая ночь была действительно длинной. О чем я вообще думала? Ответ был прост - я вообще не думала.

Мне не хотелось просыпаться, словно это могло спасти от позднего раскаяния. Ужас, омерзение, стыд, желание - все эти чувства чередой прошли сквозь мое сердце, оставляя его совершенно опустошенным. Я осторожно открыла глаза. Комната встретила меня привычным полумраком. За тяжелыми шторами уже давно наступил день, хотя солнце видимо пряталось за тучами, не пытаясь пробиться сквозь плотную ткань.

Я прислушалась, но вокруг царила идеальная тишина - ни шороха, ни шелеста дыхания. Может, мне все лишь приснилось? Невероятно реалистичный эротический сон. Набравшись смелости, я повернулась на спину, окидывая комнату беглым взглядом. Все надежды о моей богатой фантазии рассыпались прахом. Простынь и одеяло были скомканы настолько, что походили на кучку тряпья. Кое-где ткань даже была порвана, свисая неприглядными лохмотьями. Моя одежда оказалась разбросана по полу в абсолютном хаосе, словно здесь прошелся небольшой торнадо. Торнадо. Если бы. Все, каждая деталь, выдавало недавнее присутствие Энджа. Но сейчас его не было рядом. Вторая половина кровати рядом со мной пустовала. Я с облегчением вздохнула. Даже не хотелось представлять, какого было бы мое пробуждение в крепких объятиях наставника. По спине пробежал холодок, заставивший меня вздрогнуть. Во что я впуталась? Мне не удалось сдержать разочарованного стона. Хотелось провалиться сквозь землю. То, что мы вытворяли, лежа в этой самой кровати, могло стать основой для пары новых дополнительных глав к Камасутре. Черт. И я в этом участвовала? Зачем?!

Я осмотрела свое тело, главное преимущество бессмертных состояло в том, что даже после достаточно агрессивных любовных ласков, на коже не оставалось ни следа - она была идеально чистой. Мне пришлось провести по ней рукой, чтобы проверить, что это не обман.

Одевшись и расчесавшись без зеркал на ощупь, я постаралась привести комнату в порядок, убирая следы своего вышедшего из-под контроля ненасытного либидо. Через полчаса все оказалось на своих местах, словно ничего и не было, не считая моего ущемленного самолюбия. Теперь мне особенно не хотелось сталкиваться с Энджем. Я даже не представляла, как после всего случившегося посмотрю ему в глаза, лучше уж выколоть свои.

Наконец дело дошло до уборки кровати. Покрывало оставалось только выкинуть, потому что даже аккуратно сшив его можно было получить только лоскутное одеяльце. Мое внимание привлек листок бумаги на кровати, уголок которого был придавлен объемной подушкой. Сердце болезненно кольнуло от нехорошего предчувствия. Было бы слишком глупо считать, что Эндж оставил мне любовное послание в стихах.

Присев на край кровати, я взяла в руки записку и, не надеясь ни на что хорошее, начала читать.

'С пробуждением, солнышко. Очень жаль, что не смог присутствовать при столь эпохальном событии, но у нас срочные дела. Ты сыта, удовлетворена (чем я не сомневаюсь), так что как-нибудь выдержишь без меня пару часов, хоть и будешь очень скучать.

Ах да, дверь заперта. Так что располагайся поудобнее и дожидайся меня, желательнее в кровати и голой. Может тебе повезет и этой ночью'.

Мне хотелось закричать от досады. После прочтения на душе остался неприятный осадок, словно об меня вытерли ноги, окончательно втоптав в грязь. Но чего я ожидала от Энджа? Признаний в любви или нежных слов о нашей прошлой ночи? Нет, не тот случай. Он использовал меня, а я была настолько глупа и безвольна, что позволила ему это сделать. В итоге у меня был лучший секс в жизни, но о котором лучше было забыть. К тому же, наставник окончательно прировнял меня к личной кукле, служащей лишь для удовлетворения своих низменных потребностей - о нормальной жизни можно было позабыть навсегда.

Я подошла к двери и подергала ручку. Заперто. Эндж снова сделал это - закрыл меня в четырех стенах. Радовало лишь то, что на этот раз мои запястья не были закованы в наручники. Со злости я ударила кулаком по светлому дереву. Жалкое ничтожество!

Комната превратилась в западню, из которой не было выхода. Ни телевизора, ни компьютера, ничего. Здесь можно было сойти с ума. Я еще раз окинула взглядом пространство, не зная чем себя занять. Взгляд упал на громоздкие книги, которые мне не так давно вручил Линел. Изоляция определенно не могла привести ни к чему хорошему.

Я тяжело вздохнула, но все равно взялась за одно из старинных изданий, то, что выглядело полегче, и перетащила на кровать. Скоротать время мне было больше нечем.

Тяжелые выцветшие страницы приятно шуршали, словно приветствовали мое стремление к знаниям. Я смотрела на черные чернила и боялась даже представить, сколько веков повидала эта книга. Теперь она больше не казалась мне такой чужой, строчки постепенно обретали смысл, как картинка, изображение на которой проступает лишь если ты сосредоточишься на ней как следует. Кровь Энджа выполнила свою задачу, подарив способность читать на кирслире, если бы все в жизни давалось так просто, даже английский в свое время потрепал мне нервы.

'ЕДИНАЯ МАТЕРИЯ' - значилось на первой странице, что вызвало у меня вдох разочарования. Определенно это были не комиксы. Я пролистывала безликие страницы, исписанные от начала и до конца, в надежде, что хоть что-то зацепит мой глаз. Только спустя треть книги мне встретилась первая картинка. На ней схематически был изображен человек, окруженный разноцветными кругами, символизирующими ауры. Самая насыщенная из них, ярко-красная располагалась у сердца, а остальные расходились от неё, становясь все бледнее.

'Недаром многие смертные ставят сердце - самую сильную мышцу в теле - во главе человеческого существа. Для них - оно всего лишь насос, разносящий кровь по всему организму, но для бессмертных - источник энергии, дарующий право на новое существование. Древние считали, что именно там сосредоточена душа. Теперь такая информация лишь пережиток прошлого, но нет смысла отрицать, что наше сердце и душевные переживания, создают должный поток, из которого мы можем подпитывать наше бессмертие'.

- Глупость, - поморщилась я, переворачивая страницу. Это напоминало древний трактат о черной магии, и мне почти верилось, что вот-вот появиться какое-нибудь заклинание, требующее в составе зелья палец с ноги мертвеца или лапку саранчи.

Следующая картинка изображала человека, лежащего на каменном постаменте. Над ним нависал темный силуэт, закутанный с ног до головы в рясу, с занесенным над страдальцем кинжалом. Жертвоприношение? Во что я ввязалась?

'Бессмертие - редкий дар, честь, оказанная лишь избранным, но сила не сможет пробудиться без души. Энергия покидает тело с последним вздохом, полностью рассеиваясь уже на третий день. Человек, сердце которого остановилось в покое, погибший своей смертью, не сможет удержать душу в теле. Только ужасная смерть, оставившая память в сердцах и запечатленная в веках, даст достаточно причин, чтобы остаться. Лишь убиенный в силах восстать вновь'.

Я покачала головой, вникая в прочитанные строчки. Неужели все это было серьезно? Линел действительно хотел, чтобы я это знала? Мою смерть можно было считать насильственной? Умереть во сне - не самый худший вариант из всех. Черт, а чтобы они делали, не произойди этого пожара? Мирно ходили кругами, пока меня не зацепит шальная пуля?

Не найдя ни единого ответа, я резко захлопнула книгу, чем вызвала облако пыли, повисшее на несколько секунд в воздухе. Отсюда определенно стоило выбираться. С каких пор желания Энджа стали для меня хоть что-то значить? Уж явно не после того, как мы переспали.

Подергав ручку и попытавшись пару раз выломать дверь, я поняла, что значительно проигрываю в силе этому куску дерева. Следовало подключить к этой задаче ещё и голову, о чем можно было подумать и раньше. В комнате не оказалось ничего полезного, хотя разве кто-то обещал мне 'набор юного взломщика'? Я прошла в ванную, открывая все ящики и полочки, что попадались мне под руку. Через пятнадцать минут итог был не велик - булавка, щипчики и длинный тонкий гвоздь, слегка погнутый на конце. Вспомнив все фильмы о домушниках, мне показалось неплохой идеей захватить еще и тонкую проволочную вешалку, болтающуюся в шкафу без дела. Потратив немало времени на то, чтобы соорудить из этого барахла различные крючки и спирали, я взялась за дело, вспомнив, как в далеком детстве сумела вскрыть маленький замочек на личном дневнике, когда потеряла к нему ключ. Что в этом сложного?

Увы, кто-то, а взломщик во мне явно не умер. Я возилась с замком, пробуя все новые комбинации и углы проникновения, пытаясь подцепить невидимый язычок, разбить его, хоть как-то повредить, но тот стоял намертво. Воодушевление довольно быстро сменилось отчаянием, тихо нашептывающим на ухо, что все попытки бесполезны. Я уже была готова сдаться, покорившись судьбе, когда до меня донесся еле слышимый щелчок. Секунду и замок поддался, словно кто-то открыл его снаружи. Дверь медленно распахнулась, но в коридоре никого не было. Мне удалось взломать эту осточертевшую клетку - путь стал свободен.

В нерешительности я замерла на пороге. И что дальше? Бежать, как и мечтала раньше? Нет. Это слово было таким четким, когда прозвучало в голове, что мне показалось, эта мысль принадлежит кому-то другому. Но Энджа рядом не было, кроме того, он не оказался бы столь краток, проникнув в мою голову. Мне действительно не хотелось бежать, и это было лишь мое решение. Удивительно, что только наши отношения с наставником стали налаживаться, а мое тело не ломило от боли, как я готова была все забыть и простить ему жестокие унижения. Идиотка - другого определения мне подобрать не удалось. Вот только здесь был еще и Энки, который не простить, узнав о моем побеге. Мир снаружи всегда оставался опаснее, чем то, что ожидало меня в этих надежных стенах. Это наставнику удалось вбить в мою голову без проблем.

Посчитав, что грех не воспользоваться такой возможностью, я все-таки вышла из комнаты, медленно продвигаясь по коридору и прислушиваясь к каждому постороннему шороху, все еще ожидая, что бессмертный соврал мне, поджидая за очередным углом. Но кругом царила идеальная тишина. Они словно оставили меня совсем одну, забыли здесь.

В гостиной царил совершенный порядок, будто вчера здесь и не проходило собрание бессмертных. Для меня так и оставалось загадкой кто здесь занимается уборкой. Неужели бедняжка Аксинья.

Оставалось только выбрать, куда идти дальше - вверх или вниз. Подземелья облюбовал недружелюбный Линел, а вот чердак - малышка Лили. Я выбрала первый вариант, потому что девчушка, если честно, немного меня пугала, почти как в фильме Омен, когда понимаешь, что твои силы не идут ни в какое сравнение со способностями крошечного существа. Увы, я была слишком впечатлительна и падка до фильмов ужасов.

Дверь в комнату Линела как всегда была слегка приоткрыта, выпуская облако тусклого света мне навстречу, но при этом до моего слуха не доносилось ни звука, словно внутри никого не было. Я остановилась в паре шагов, заглянув в открывшуюся щель, и увидев, как мужчина склонился над рабочим столом, закрыв лаза и что-то нашептывая одними губами.

- Можешь войти, - неожиданно сказал Линел, совершенно не отрываясь от своего занятия.

- Я слишком шумела? - поинтересовалась я, подходя к нему довольно неуклюже, чувствуя себя провинившимся питомцем, поджавшим хвост и прячущимся по углам. Как много он знал о том, что происходило в моей комнате несколько часов назад?

- Проведя так много времени отшельником, теперь я чувствую любое присутствие, нарушающее мое уединение.

- Прости.

- Ничего, - тут же ответил он, наконец открыв глаза и посмотрев на меня слегка помутневшим взглядом. - Твое обучение входит в мои обязанности, так что ты можешь приходить сюда в любое время.

- Ты никогда не спишь? - удивилась я, подумав, что до этого момента мне удавалось избежать неловких ситуаций, когда затворник встретил бы меня в пижаме и ночном колпаке.

- Поживешь с мое и поймешь, что тратить время на подобные глупости не стоит. Хотя, ты вроде как уже это усвоила.

Мои щеки вспыхнули, сравнявшись по цвету с пожарной машиной. Надежда, что Линел ничего не знает о нас с Энджем, все еще теплившаяся в моей груди до этой секунды, растаяла словно дым. Неужели все вокруг были в курсе? Возможно, мне стоило заранее разузнать насколько тонкие стены в моей комнате. Могло ли быть еще унизительней? О, да, когда вернуться все остальные, вот это будет настоящее шоу.

- И куда они ушли? - нервно сглотнула я, потирая шею, а в душе надеясь, что бессмертные не вернуться никогда.

- Провидцы одобрили план Энджа, что крайне удивительно. Должны скоро вернуться, когда поймают 'языка'. Ты пришла только за этим?

- Нет.

- Очень надеюсь, что ты взялась за ум и книги, что я отдал тебе. Уверен, что кирслир уже не проблема.

- Я взялась за одну, но она абсурдна. Вы хоть сами ее читали? - У меня в голове до сих пор не укладывался весь этот бред про энергию, идущую от сердца.

- Так, по крайней мере, ты действительно открывала одну из них, но мне хотелось бы более подробного отчета, - мрачно произнес отшельник, откидываясь в своем глубоком кресле.

- Вы серьезно рассчитываете, что я поверю в эти рассуждения об энергетических потоках? Мое сердце не билось, так как оно могло поддерживать во мне жизнь?

- А оно этого и не делало - ты была мертва. Усвой, что центр нашего организма не мозг или солнечное сплетение, или даже половые органы. Вся жизнь идет от сердца, наши чувства, эмоции - воспринимай их как дополнительный источник энергии.

- Но если пронзить сердце? Остановить его? - спросила я, завороженно наблюдая, как мужчина вертит в руках тяжелую металлическую ручку с остроконечным стержнем.

- Физическая смерть нам не страшна, - усмехнулся он мне в ответ. - Единственное что опасно - отсутствие чувственных переживаний, но достичь подобного невозможно, потому что мы сами ответственны за это. А пока есть энергия, ты можешь восстановиться. Замкнутый круг. Твой мозг был уже мертв, но энергии в сердце хватило, чтобы вернуть жизнь.

- А что насчет души? Это скорее из области религии. Пусть ученые и пытались доказать, что она даже имеет свой вес, но все это довольно спорно.

- Смотря, что понимать под понятием души, - не согласился Линел. - Аура, энергетическая оболочка - названий много, но смысл один, это тот материал, что склеивает твою физическую оболочку и чувственную составляющую. Наша прожитая жизнь - эмоции, память, боль - отпечатываются на нем, делая уникальным. Неужели ты считаешь, что все это уходит бесследно? Любой энергии нужен выход.

- Тогда в чем разница между насильственной и ненасильственной смертью? - спросила я, чувствуя, как холодеют пальцы от одной только мысли о подобном. - Результат то один и тот же.

- Нет, это не так. Давай поговорим на твоем языке. Представь себе компьютер, зависший во время выполнения какой-то конкретной операции, и тот, что выключили, как положено. Первый будет зациклен, замкнут в себе, вынужденный существовать и дальше, в надежде выполнить операцию, тогда как второй совершенно не активен, так как выполнил поставленные перед ним задачи. Тоже самое и с людьми. У каждого из них свой путь, а, прерывая их, мы заставляем застыть энергию во времени.

- Как призраки? - с иронией поинтересовалась я, пытаясь смириться, что мы действительно разговариваем о серьезных вещах.

- Энергия смерти, привязанная к тем либо иным местам или вещам. Да. Но она постепенно все равно исчезает, без следа. Если дело, конечно, касается смертных. Наша же энергия гораздо сильнее и действует целенаправленно.

- Душа не может покинуть тело?

- При насильственной смерти - да, - кивнул Линел, но чувствовалось, что этот разговор ему не приятен. - Она замыкается и идет на восстановление клеточной ткани.

- А если нет?

- Уходит обратно в космос, в ожидании более подходящего момента для возрождения. Хотя, я бы особо на это не рассчитывал. Современная статистика практически не оставляет шанса на мирную смерть в старческом возрасте.

- Так, моя смерть была насильственной? - Сочетание слов 'моя' и 'смерть' болезненно резанули слух.

- А тебе так не показалось? - спокойно поинтересовался мужчина, заметно напрягшись. - Не знаю всех подробностей, но душевная травма, а затем удушье сделали свое дело. Кто знает, может, в какую-то секунду ты все-таки проснулась, но не смогла выбраться. Обычно память стирает такие моменты.

Мы оба замолчали. Не знаю, о чем думал затворник, но мои мысли вернулись к страшным воспоминаниям кладбища и надгробий с моим именем и менами моей семьи. Неужели это случилось совсем недавно? Как быстро люди адаптируются к новым условиям, и я не исключение. Были страх, боль потери, слезы, отрицание происходящего, желание борьбы, затем отчаяние и полное смирение. Так молниеносно, что почти не запоминалось. И вот я здесь.

- Тебе предстоит многому научиться, - привлек мое внимание Линел. - Пока ты ужасно невежественна. Как только прекратишь отрицать все новое, мы сможем продвинуться дальше. Я дал тебе эти книги не для того, чтобы пролистнуть их и выбросить. Люди веками пытались постичь суть природы, смысл жизнь. Тебе даруется такой шанс, так что не упусти его.

- А что, если бы я не умерла? Ведь шанс что в подъезде вспыхнет пожар один на миллион.

- Но так случилось. Хватит цепляться за свою смерть, там уже ничего не исправить. Мы все мертвы, так что не считай себя особенной. - Его глаза заледенели, вызвав легкую дрожь в моем теле, словно я заглянула в адскую бездну. - Теперь иди, не думаю, что Эндж оставил тебе свободу передвижения. Будет не слишком приятно, если он обнаружит тебя здесь. Избавь меня от его присутствия и необоснованных претензий.

Мне нечего было ему возразить, только слабо кивнуть, вставая, и выйти не оглядываясь. Но на душе все также бушевала буря, чувства разрывали меня на части, не позволяя даже разобраться, в чем причина этих неясных тревог. Разговор с Линелом только усугубил мои душевные переживания. С каждым новым днем, с каждым совершенным или же несовершенным поступком я все равно увязала в этом сильнее, как погружаясь под водой, когда дневной свет становится лишь неярким бликом над головой, а потом исчезая и вовсе. Мысли путались, а возможность справится со всем этим становилась все призрачнее. Я не находила выхода.

Воспоминания о моей смерти не отпускали, врезаясь под кожу, захватывая разум. От них не было спасения. Я почти добралась до комнаты, когда вспомнила о Лили и ее стихотворение. Предсказание моего появления, моей гибели. Мне нужно было прочитать его, ведь на самом деле это все, что осталось от моей жизни - ода одной бессмысленной смерти.

Мои колени почему-то подрагивали, пока я поднималась на чердак. Этот путь казался еще сложнее, чем добраться до Линела, проследовав бесконечными лабиринтами. Мне так и не удавалось понять причину этого страха, ведь девочка была самым милым созданием, которое я когда-либо видела. Возможно, дело обстояло в ее способностях, наверное, не просто общаться с тем, кто знает все наперед - каждый твой шаг.

Меня встретила все та же кованная средневековая дверь, за которой могла скрываться только темница, в которой томилась прекрасная принцесса, возможно, это и было правдой.

Я постучала, но мне никто не ответил. Может, девочка пошла вместе с остальными бессмертными или просто занята своими делами - в этом доме никто не любил, когда нарушали его личное пространство. И что же делать? Я заколебалась, уже собираясь вернуть назад, когда из-за двери донесся тоненький детский голос.

- Заходи, только аккуратно, не споткнись о мои игрушки.

Комната встретила меня все тем же сказочным уютом, в чем-то даже слепящим своими яркими красками в убранстве. Сначала мне даже не удалось найти Лили среди всех этих плюшевых монстров, которые порой оказывались одного роста со мной, что уж говорить о девчушке, которая едва доходила мне до пояса. Неужели ее не пугала эта страна великанов?

- Привет, - голос донесся откуда-то справа. Я обернулась, заметив маленькую принцессу в нежно-голубом платье из тафты, за ее спиной виднелись крылышки феи в тон наряду.

- Привет. - Мне не удалось сдержать улыбки при виде этой малышки. Она была настолько очаровательной, что хотел схватить ее в объятья и уже не отпускать. - Я тебе не помешала?

- Нет, - улыбнулась предсказательница, - я знала, что ты придешь. Хочешь прочитать мое стихотворение? Эндж был очень груб, когда запретил мне продолжить, но не нужно его в этом винить, ему тоже трудно.

Я в сомнение закусила нижнюю губу, но промолчала - зачем спорить с ребенком? Хотя какой она ребенок? Эта мысль отрезвила меня. Передо мной стояла не маленькая шестилетняя девочка, а бессмертная, которая прошла через века, и видела то, что не удавалось никому.

- Так, можно мне взглянуть на него? - Я ясно слышала, как потеплел мой голос - так обычно разговаривают с маленькими детьми - но ничего не могла с собой поделать. Но Лили казалось это не обидело.

- Конечно. Можешь взять его. - Она, подпрыгивая, побежала по комнате, взмахивая по пути блестящей палочкой, увенчанной большой звездой.

Через минуту она уже стояла передо мной, протягивая небольшой листок бумаги, оформленный в рамочку из красных роз. Я так и стояла посреди комнаты, боясь пошевелиться и нарушить странный порядок в ее комнате, скорее напоминавший хаос. Девочка улыбнулась и склонилась в реверансе, когда предсказание оказалось в моих руках. Я не удержалась, пробежавшись глазами по слегка корявым строчкам.

Огонь - черта, завеса - дым, его один удар.

Из сна уходит нитью жизнь. Теперь она одна.

И боль потерь, и гнев как нож, расставят по местам.

Так выбор ляжет против всех, не исцелить тех ран.

Но слово будет не за ней, последний шаг за ним,

Убийца-друг и близкий враг как падший Нифелим.

И правды нет, кругом лишь ложь, что сдержит на краю?

Так тьма и свет последний ход. Кто выиграет войну?

- О чем оно? - удивленно спросила я, вчитываясь, но видя лишь неплохую рифму.

- О тебе, конечно, я же говорила, - надула губки Лили, беря в руки большую барби в пляжном наряде и поглаживая ее светлые волосы. - Просто иногда я слышу странные вещи, а стихи помогают ослабить этот шум.

- Ну, 'огонь' и 'дым' я понять могу, но 'удар'... Это какая-то метафора? А 'близкий враг' - это Эндж? Дело в том, что мы не ладим?

- Вы ладите, - как-то загадочно усмехнулась девочка. - У меня есть еще одно для тебя. Я написала его только что. Только прочти его уже в своей комнате, пусть это будет сюрприз. Тебе должно понравиться, я вложила в это стихотворение всю свою душу.

Предсказательница протанцевала по комнате и, наклонившись над детским стоиком из светлого дерева, вырвала еще один листок из своей огромной тетради. Она быстренько свернула его конвертиком и передала мне, не забыв присесть в реверансе. Я улыбнулась ей, принимая подарок.

У меня оставалось еще куча вопросов по предыдущему пророчеству, но, заглянув в большие искренние глаза ребенка, так и не решилась их задать. Что-то внутри подсказывало, что она и не ответит. Лили просто записывала то, что приходило ей в голову, совсем не размышляя насколько это важно для других.

- Спасибо, - кивнула я, еще раз оглядывая чердак, превращенный в сказочную страну. - Скажи, Эндж действительно помогал тебе оформить комнату и подарил все эти игрушки?

- Да, - безразлично кивнула она, словно это не имело никакого значения. - Он - хороший, вот увидишь, только порой ошибается.

Странно описание для моего наставника, но я решила не спорить, подумав, что несмотря на возраст, в душе Лили оставалась все тем же наивным ребенком.

- Спасибо. Можно мне взять оба предсказания с собой?

- Бери. Будешь уходить, не хлопай дверью. - Девочка послала мне воздушный поцелуй и скрылась среди игрушек. Как и все остальные, она не нуждалась в чьей-либо компании.

Я постояла еще немного для приличия, а потом вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь. Путь обратно в мою комнату не занял много времени, хотя металлическая лестница так раскачалась под моими ногами, что мне пришлось ухватиться за тонкие перила как за спасательный круг.

Закрыв за собой дверь, я лениво заметила, что замок вряд ли удастся починить и нам с наставником предстоял серьезный разговор, хотя вопрос сломанного имущества должен был волновать меня меньше всего. Мои инструменты так и валялись на полу, но убирать их сейчас совсем не хотелось.

Я прошла до кровати и раскрыла новое предсказание Лили. На розоватом листке с красными цветами и пахнущем как жвачка по-детски схематично было изображено небольшое окошко, а дальше шел текст.

Кто ждет, однажды все случится, найдет дорогу, кто искал.

И сквозь стекло морозным утром увидишь то, что не мечтал.

Пусть странник странен и потерян, ведомый ложной чистотой.

Курок взведен, отчет запущен, потери мчатся чередой.

Открой ему - узнаешь правду, но впустишь в сердце темноту.

И где ответ и где спасенье, один лишь шаг начнет войну.

Я усмехнулась прочитанному. У девочки определенно был талант, но в чем смысл? И стоило ли вообще искать его в этом стихотворении? Пугало лишь то, что речь здесь вновь шла о войне, а если Лили отдала этот листок мне, то я имела к ней непосредственное отношение. Так кто - Другие, или те, что скрываются в Зазеркалье? Почему Линел до сих пор ничего не рассказал при наших встречах ни о тех, ни о других.

- Странник, - тихо произнесла я, рассматривая нарисованное окошко. - И кто это?

Мой взгляд скользнул выше. Как давно не отдергивались шторы? Вечный полумрак и отблески светильников становились мне все роднее. Подойдя ближе, я коснулась тяжелой портьеры, а затем резко отдернула ее в сторону. За окном оказался непримечательный пейзаж - голые деревья, черная земля, лишь изредка припорошенная подтаявшим снегом. Совсем скоро должна была прийти весна, оживив это гиблое место. На сердце вернулась привычная грусть - мои родители уже никогда не увидят, как вновь расцветет природа, а я буду наблюдать это вновь и вновь, однажды потеряв всякий счет сменам времен года.

Неожиданно что-то мелькнуло среди деревьев. Темный силуэт уверенно шел к замку. Пасмурное небо полностью скрывало вечернее солнце, делая все вокруг безликим и серым. Мне не удавалось разглядеть непрошеного гостя, но что-то в походке казалось знакомым, то, как он слегка прихрамывал на правую ногу. Еще пара метров и мое сердце забилось как сумасшедшее. Странник, нашедший дорогу. Дима.

Глава 20

Парень подошел ближе, а потом остановился, осматривая особняк. Я узнала это темно-серое пальто с поднятым воротом, практически полностью скрывающим лицо от морозного февральского ветра. Не было сомнений, что бывший парень нашел меня.

Сначала пришло чувство удовлетворения, гордости за то, что кто-то до сих пор думал и волновался о мертвой девчонке. Но оно слишком быстро сменилось паникой и отчаянием, накрывшим меня с головой. Что, черт возьми, он делал? Самоубийца. Как Дима вообще попал сюда, ведь замок был надежно скрыт от посторонних глаз.

- Черт, черт, черт, - не сдержалась я, мечась по комнате, как загнанный зверь. - Что делать?

Как назло все мысли разом покинули голову, словно крысы, сбежавшие с тонущего корабля. Парень явно не дружил с головой, раз решил в одиночку взять особняк штурмом. Да, но определенно был везуч, раз Энджа и остальных не оказалось дома. Но надолго ли?

Я метнулась к окну, размышляя как поступить. Дима все так же стоял в сотне метров, буквально сканируя здание взглядом. Можно было сделать вид, что никого нет дома. Даже если парень сумеет проникнуть в особняк, в чем я точно сомневалась, найти меня, обыскав все этажи, ему вряд ли удалось бы. Но, даже учитывая все произошедшее между нами, совсем не хотелось отдавать его на растерзание наставнику. Увы, Дима восстанавливался не так быстро как я теперь.

Выйти? Очередная глупость. И что сказать? Не ищи меня, лучше принеси цветы на могилку?

- А это вариант, - рассмеялась я, почти истерически. Решение сложных задач не было моим коньком.

Парень точно знал, что я жива, а раз пришел сюда, то уже вряд ли сомневался где именно меня искать. Откуда? Это уже совершенно другой вопрос. Единственная ошибка - Дима и не представлял, что мою темницу охраняет злой и могущественный дракон. С Энджем шутки были плохи. Я должна была уберечь парня, пусть в некоторые моменты он этого и не заслуживал. Но не стоило падать до его уровня. Тем более, узнай наставник о моем визите в прошлую жизнь, потери могли быть куда как серьезнее.

Я схватила свою ветровку и как ошалевшая бросилась вниз, перепрыгивая сразу через три ступеньки. Даже отперев и распахнув входную дверь, у меня не нашлось времени усомниться в своем решении.

Дима так стоял напротив дома, застыв на границе, где голая земля перетекала в мрачный лес. Я заметила, как он вздрогнул, увидев меня, бегущую ему навстречу, а потом неуверенно шагнул вперед. Видимо парень рассчитывал, что бывшая девушка тут же кинется ему на шею, слегка разведя руки в стороны, но мне не хватило на это смелости. Я застыла в нескольких шагах от него, рассматривая знакомые черты, вглядываясь в грустные глаза, и не зная, что сказать.

- Диана. - Его голос дрожал, смешавшись с порывами морозного ветра, который буквально сбивал меня с ног.

- Зачем ты здесь? - почти прошипела я, обходя его по кругу, и не позволяя приближаться. - Уходи.

- Я пришел за тобой, - искренне ответил парень, протягивая вперед руку, словно желая коснуться меня. - Я же обещал.

- Плохая идея. Просто уходи. Тебе здесь не место. Забудь, что вообще видел меня живой.

- Нет, - он упрямо покачал головой, - пойдем со мной. Ну, давай же, нужно поторопиться.

- Я никуда с тобой не пойду. - Мой голос звучал уверенно и даже в чем-то жестоко. - А если ты в ближайшее время не уберешься отсюда и не забудешь дорогу к этому дому, можешь проститься со своей жизнью.

- Нет, мне не жить, если ты не пойдешь со мной.

- О чем ты? - не поняла я.

- Прости, - произнес Дима, опустив голову, будто в раскаянии. - Но у меня нет выбора, и поверь, так будет лучше, особенно чем то, что происходит с тобой сейчас.

Неожиданно он начал действовать слишком быстро, агрессивно, как никогда не поступал до этого момента. Я не успела среагировать, как Дима сократил между нами расстояние, схватил меня за руки и потянул к лесу. Мой взгляд в отчаяние метнулся в сторону замка - никто не заметил происходящего, а значит, помощи ждать не следовало.

Я стала упираться еще сильнее, когда парень, дотянув меня до кромки леса, остановился, переводя дыхание.

- Что это значит? - меня слегка трясло, отчего голос срывался. Дима никогда не вел себя так.

- Мы должны идти. Они тебя обманывают, я же хочу спасти тебя. - Он говорил уверенно, но в его глазах читался испуг.

За секунду что-то изменилось - пропали все звуки, и даже ветер словно обходил нас стороной. Я огляделась вокруг, заметив, как рядом оживают тени. Нам навстречу выступили трое высоких мужчин, одетых во все черное. К моему ужасу одним из них оказался громила с обезображенным лицом, что чуть не убил меня в переулке.

Мне хотелось бежать, но ноги приросли к земле, превратив меня в безвольную куклу. Я посмотрела на Диму, но тот стоял рядом, с покорностью наблюдая за происходящим. Нет, неужели он снова предал меня, сдал врагам?

- Зачем? - мой голос звучал еле слышно, но парень вздрогнул в ответ, пожав плечами.

- Они помогут тебе. Так будет лучше.

- Ни черта ты не знаешь. - Мне хотелось разрыдаться от бессилия. Другие подходили все ближе, совершенно не спеша, понимая, что я уже никуда не убегу. - Надеюсь, ты получишь свою гребанную конфетку за очередное предательство.

- Не говори так, Диана. Это все только для тебя. Ты еще поймешь.

Громила поравнялся со мной, ухмыляясь своей кривоватой улыбкой, из-за травмы скорее напоминающей оскал, отчего мое сердце учащенно забилось, но я старалась держаться достойно, скрывая свой страх. Как же мне хотелось, чтобы Эндж сейчас был рядом, он сумел бы справиться с этой ситуацией.

- Орк, - голос донесся откуда-то справа и вперед выступил мужчина, ростом под два метра. Длинные каштановые волосы были собраны на затылке в хвост, открывая суровое, но в тоже время привлекательное лицо. Темно-карие, почти черные глаза смотрели на меня с легким прищуром. - Отойди от нее.

Громила поморщился, но отступил, уступив дорогу бессмертному.

- Я - Хорс, а раз мне известно твое имя, с приветствиями можно покончить. У тебя два варианта - либо ты идешь с нами по доброй воле, и я разрешу тебе прокатиться на переднем сидении, либо нам придется применить силу, в этом случае будешь ютиться в багажнике.

В ответ я только поморщилась, буравя его взглядом. Нет, сдаваться просто так мне не хотелось. Вот только оцепенение так и не проходило, становясь все сильнее, отчего уже не удавалось даже повернуть голову.

- Это похоже на отрицательный ответ, - расстроенно протянул брюнет. - Очень жаль, но это твой выбор. Увидимся позже.

Мужчина наклонился ко мне, заглянув в глаза, и мир вокруг потускнел. Я провалилась в темноту, из которой не существовало выхода.

Сознание вернулось так же быстро, как и пропало, словно кто-то щелкнул переключателем, включив свет. Я пошевелилась, почувствовав под собой мягкую кровать и шелковые простыни. Почти как в моей комнате, но все равно что-то было не так. Обстановка вокруг оказалась не знакомой, в ней встречались те же старинные аристократически элементы, но убранство казалось чересчур мрачным, давящим на психику. Черно-бордовые бархатные шторы, стены на несколько тонов темнее, высокий потолок, выполненный под звездное небо, мебель из темного дерева.

- С пробуждением. - Хорс стоял на достаточном от меня расстоянии, словно показывая, что мне нечего бояться. Хотя я в этом сомневалась. - Как самочувствие?

- Что вам от меня нужно?

- Помощь.

- Не похоже, - засомневалась я, поднявшись на кровати и подтянув ноги под себя. - Похищение - не лучший способ начать знакомство.

Успокаивало лишь тот факт, что он действительно не пытался причинить мне вреда, в отличие от Энджа, который в наше первое знакомство вообще приковал меня к кровати.

- Ты не пожелала пойти добровольно, Диана. Нам пришлось принять меры.

- Подключить моего бывшего парня, чтобы выманить меня из дома. Гениальный план.

- Но он сработал, - слегка пожал плечами бессмертный. - Паренек слишком глуп, да и чувство его вины перед тобой сыграло нам на руки. Знаешь, любые средства хороши, когда речь идет о победе. Так, ты готова сотрудничать?

- Нет, - тут же ответила я, отодвигаясь еще на пару сантиметров в сторону от мужчины, рассчитывая, что это может дать мне время для маневра в случае, если ему надоест играть в доброго полицейского. - Вы - зло.

- Зло? - рассмеялся брюнет, поправляя прядь волос, выбившуюся из затянутого конского хвоста. - Это они так тебе сказали? Эндж и его компания недомерков? А если я скажу, что они тебе врали. В нашем мире нет добра и зла, лишь разные цели и средства их достижения. Но ты можешь выбрать, какую сторону принять.

- Я уже выбрала.

- Нет, тебе ее навязали. Пока твое обращение не произошло полностью, есть варианты. Ты еще не совсем бессмертна, так что можешь решить, откуда черпать силы.

- И что за варианты?

- Старик Линел не удосужился тебе объяснить, верно? - Мужчина наконец пошевелился, двинувшись чуть в сторону и усевшись на небольшой стул напротив трюмо с высоким зеркалом. - Упущение с его стороны. Неужели он не рассказывал тебе об энергетических потоках?

Я скривилась, чувствуя себя словно на экзамене, который так и не выучила.

- Линел говорил, что вся энергия идет от сердца.

- Как вариант, да. - Мне не нравилась его самоуверенность. Еще никогда я не чувствовала себя столь уязвимой и дело было не в его физическом превосходстве, а знаниях, которые были мне недоступны. - Но энергию можно черпать не только из своего сердца, для этих целей всегда есть другие.

- Ты - энергетический вампир? - Почему-то это заявление показалось мне невероятно забавным. Разве что-то еще могло побить этот рейтинг абсурдности?

- Звучит весьма примитивно, - усмехнулся бессмертный, - но направление мысли верное. До того как ты пройдешь полное обращение, когда твоя человеческая кровь полностью иссякнет, заменившись кровью Феникса, и ты перестанешь быть смертной, у тебя есть шанс выбрать свой путь. С ними и остаться кормом для более старших бессмертных, или же с нами - став полноценным членом команды.

- Так в чем подвох? - спросила я, не веря ни единому его слову. Возможно, дело состояло в эффекте первичного восприятия, когда человеку считает более правдивой ту информацию, что получил в самом начале. Что бы это ни было, но в слова Другого, который по всем определениям считался врагом, мне совсем не хотелось верить. Оставалось лишь тянуть время в надежде что кто-то придет мне на помощь или ситуация измениться настолько, что мой побег войдет в ряд осуществимых.

- Подвоха нет, - ответил мне Хорс, чуть склонив голову на бок. - Я просто хочу, чтобы ты приняла правильный выбор. А для этого тебе нужно увидеть всю картинку, а не только верхушку айсберга.

- Вы хотите выпустить тех чудовищ, что скрываются в Зазеркалье. Не думаю, что это меня устраивает.

- И почему же, позволь поинтересоваться?

- Они убьют всех смертных! - Это казалось столь очевидным, что я не могла понять, как он этого не видел.

- И какое тебе до них дело? - Бессмертный удивленно вскинул бровь, что придало его лицу дьявольское выражение. - Кого ты жалеешь? Семью? Нет, они мертвы. Друзей? А были ли у тебя друзья? В таком случае, какое тебе дело до незнакомцев? Ты уже не одна из них.

Я уже хотела с ним поспорить, но так не нашла что ответить. Господи, но в его словах был свой смысл. В этом мире не осталось ничего, за что стоило бы сражаться. Нас с самого детства учили о понятиях морали - сострадание, милосердие, самопожертвование - но что на самом деле из этого ценно. Мы все боялись Высшего Суда, который оценит нашу земную жизнь, но что делать таким как я, бессмертным? За что бороться?

- А теперь подумай обо всех тех наших братьях, запертых за стеклом, - продолжал мужчина. - Кто заслуживает подобной участи?

- Это не повод кого-то убивать, - огрызнулась я, хоть это и не прозвучало убедительно.

- Цель оправдывает средства. Тем более, разве это наша вина? Их убьют собственные тайны и секреты. Что плохого в том, чтобы вернуться к истокам? Миру без границ. Твои дружки посчитали, что это будет забавно - возвести преграды, раскидав нас по всем пространствам, обрекая на вечные муки.

- Вы начали войну, - запротестовала я, уже с трудом разбираясь, где правда, а где ложь.

- А что ты о ней знаешь? Они рассказали тебе об идеалах, которые мы пытались отстоять? О жертвах, которые принесли? Нет, они подали истории так, что вышли героями, а мы жалкими ничтожествами, решившими все уничтожить. Хотя именно они заперли своих братьев и сестер там, где не было ничего, кроме хаоса.

- И что вы от меня хотите? - Этот разговор начинал меня утомлять, заходя уже на второй круг. Я не могла принять подобной правды, но также и не понимала, зачем ему лгать.

- Я же сказал - помощи. Ты та, кого мы искали.

- Тогда почему так долго? Зачем было столько выжидать? Что вам мешало опередить Энджа?

- Личные убеждения, - слегка улыбнулся Хорс, демонстрируя идеально ровные белые зубы. - К тому же, все во власти судьбы, и мы с тобой тоже. Поверь, что не делается, делается к лучшему. Нам с тобой еще предстоит свершить многое.

- А если я откажусь?

- Это твой выбор, - слишком спокойно проговорил бессмертный, хотя я не могла уловить в его голосе ложь, они слишком хорошо ее скрывал. - Нет, так нет. Но боюсь после того, что ты узнаешь, пути назад не будет. К Энджу ты точно не вернешься.

- И что это означает? - Его загадки были болезненными, как кусочки льда, нашедшие свой приют в моем сердце, уговаривая его работать все медленнее.

- Увидишь, для этого еще будет время, но не сейчас. Мы все устали.

- Эндж будет меня искать. - Мне хотелось, чтобы это прозвучало как утверждение, но голос дрогнул, и фраза скатилась скорее до вопроса.

- Не думаю, что он в этом преуспеет, - рассмеялся Хорс, так искренне, словно услышал смешной анекдот. - Мы на несколько шагов впереди. Обмануть их Провидцев было так просто, что в подобные моменты и вовсе усомнишься в рациональности их мироустройства. Ты знала, что эти бездари не могут видеть твою судьбу, потому что ты до сих числишься в мире мертвых - вот преимущества переходного периода, уже не смертная, но еще и не Феникс. А раз все наши планы связаны с тобой, то и они сокрыты от сознания Провидцев. И ты до сих пор хочешь остаться с ними? В Лиге Отстающих?

- Что с Димой? - Не то чтобы это особо меня волновало, но мне хотелось лично свернуть ему шею, а не оставлять такое удовольствие другим. Этот трус заслуживал страшной и медленной смерти.

- Он в полном порядке, - заверил бессмертный. - Отдыхает в номере люкс. Прости, что нам пришлось пасть так низко, но он показался нам идеальным материалом - тщедушным мальцом, занимающимся самобичеванием. Он выполнил свою функцию, так что больше нам не нужен.

- Убьете его? - Этот факт практически не волновал меня, и я не могла понять, когда успела потерять душу.

- Если ты этого хочешь. - Мне пришлось отрицательно покачать головой в ответ - еще не время.

Бессмертный поднялся и уверенной походкой прошествовал к двери, остановившись и обернувшись только в самом проеме.

- Отдыхай, а завтра мы обсудим происходящее более подробно. Твой ненаглядный в соседней комнате - можешь прогуляться. Еду принесут примерно через час. И не пытайся бежать, если снова не желаешь встретиться с Орком.

Я поверила его угрозам. За этим напускным спокойствием скрывался настоящий зверь, хуже, чем Эндж. Всегда находилась рыбка покрупнее, но вот как ей постоянно удавалось находить меня - риторический вопрос.

Дверь за ним аккуратно закрылась и я наконец в изнеможении упала на кровать. Этот разговор совершенно вымотал меня, а все чувства работали на таком пределе, что сводили с ума, делая бесполезной. Страх вернулся, накатив огромной волной. Только чего я боялась? Смерти - она мне недоступна, боли - Эндж уже забрал все, что только мог. Неизвестности. Впереди зияла пустота, которую мне нечем было заполнить. Только-только моя жизнь начала обретать какой-то смысл и правила, как все снова вернулось к нулю, сравняв меня с землей.

Страшно было чувствовать себя марионеткой в руках очередного кукловода и не знать к чему он тебя ведет. Наверное, к краю, чтобы сбросить в пропасть. Одна клетка сменилась другой. Комната действительно не слишком отличалась от моей прежней, лишь темнее и театральней, словно вовсе неприспособленной для жизни. Я встала и подошла к окну, но не увидела ровным счетом ничего - лишь густую темноту, облепившую толстое стекло. И дело было вовсе не в том, что солнце зашло, не думаю, что здесь вообще существовало солнце или любой другой источник света и тепла. Мы находились не в моем мире, и мне совсем не хотелось открыть окно и проверить свою догадку. Тьма по ту сторону окна казалось живой и более того - разумной, как дикое животное в засаде. Я задернула штору и отошла подальше. И после этого они боялись моего побега? Куда? К тому же надежда, что в Эндже взыграют инстинкты наставника, поклявшегося защищать своего подопечного, и он все-таки найдет меня, рассыпалась в прах. Другие знали толк в прятках.

Не найдя ничего интересного в своей комнате, я вышла в коридор, который напомнил гостиничный - с множеством одинаковых пронумерованных дверей, идущих по обе стороны. Мой номер располагалась в самом конце, рядом со стеной, украшенной разноцветной плиткой, которая складывалась в абстрактный рисунок. Ни окна, ни черного хода. Единственная лестница маячила вдалеке, с противоположной стороны. Настенные бра светили так ярко, что она казалась лишь миражом, искрящимся по тот берег бесконечного коридора.

Я толкнула соседнюю дверь, и она с легкостью поддалась. Комната, что мне открылась, ничем не отличалась от моей, за исключением легкой перестановки в мебели. На широкой кровати без сознания лежал Дима, его голова была откинута в сторону, отчего мне не удавалось разглядеть лицо парня. Мне оставалось лишь надеяться, что Хорс не шутил, сказав, что оставит его в живых.

Осторожно я подошла ближе, осматривая его, но не замечая никаких повреждений, даже ссадин или царапин. Ну, ничего, после разговора со мной, он таким целеньким не будет. Как только этому идиоту удавалось портить мне скромную жизнь даже сейчас, когда официально мои косточки покоились в земле? Я схватила ближайшую подушку и со всей силы ударила по его плечу. Дима дернулся и подскочил, пытаясь уклониться от следующего удара, который был нацелен уже в его голову, а потом и вовсе соскочил с кровати, споткнувшись и с грохотом падая на пол. Меня не остановило и это, что-то внутри сломалось, выпустив наружу всю ту обиду, что накопилась в моей душе. Я обезумела, снова и снова опуская на него подушку, искренне радуясь в душе, что под руки мне не попал топор.

- Диана... что... что... успокойся! - Парень резко вскочил, отбегая в противоположный угол комнаты, и вытягивая руку мне навстречу.

- Успокоиться? - Мой голос сорвался до крика, но сейчас было не то время, чтобы сдерживать эмоции. - Ты хоть понимаешь, во что меня втянул?

- Это ты меня втянула, - покачал он головой. - Кто они? Я просто хотел вытащить тебя. Спасти.

- Спас? - язвительно спросила я, наконец отбрасывая подушку в сторону. - Доволен?

- Они обещали отпустить нас. Сказали, что там ты в плену, и что тебя мучают. Я хотел как лучше. Хоть раз поступить правильно.

Злость исчезла, ушла также быстро, как и появилась, словно яростно нахлынувшая на берег волна, за миг вновь растворившаяся в океане. Я не умела так долго хранить обиду, вспыхивая и тут же остывая, чем Дима и пользовался. Кто знает, не случись того ужасного пожара, мы могли бы и помириться - сейчас эти проблемы казались сущими глупостями капризных детей, которым нечем было заняться.

- Ты думал только о себе. - Мне больше не хотелось воевать, просто забыть об этом, оставив наконец все разногласия в прошлом. - Это гребанное чувство вины разрывало тебя изнутри, и ты решил поиграть в благородного мальчика, но вот Рембо из тебя не вышло.

- Не говори так, Диана, - запротестовал парень, заметно расслабившись и понимая, что ударов больше не последует. - Я много думал о тебе, а когда ты появилась в моей комнате, то понял, что ты не можешь найти успокоение и винишь меня в своей смерти.

- Я никого не виню. И да, это было прощание. Я просто хотела помахать прошлому ручкой. А ты решил испоганить мою загробную жизнь!

- Почему ты так говоришь? Моя Диана никогда бы так не сказала.

- Так быть может я уже не твоя? - Эта было самой здравой мыслью за весь наш разговор. - Свою Диану ты обманул и унизил. После такого порой не выживают.

- Неужели ты не получила моей записки? - В ответ на это я лишь удивленно вскинула бровь. Диме пришлось продолжить. - они обещали тебе ее передать, сказали, что ты будешь рада такой весточки.

Вот это сюрприз. Он даже не удосужился передать мне этот клочок бумаги лично! Тень, что я видела, не была моим бывшим парнем, а лишь очередным розыгрышем Других. Как я могла на это попасться?

- Бывали записки и романтичней. - Во мне все кипело, требуя выхода. Новое разочарование стало последней каплей.

- Ты изменилась. - Казалось, сей факт его действительно пугал.

- Я тебя по-настоящему удивлю, - почти безумного улыбнулась я ему в ответ, - но так обычно происходит с мертвецами. Пробуждение в гробу никак не способствует повышению самооценки.

- Так ты действительно погибла? - Изумление и шок на его идеальном мальчишеском лице смотрелись почти комично. - Я считал, что это какое-то прикрытие, потому что никто ничего не объяснял - ни милиция, ни врачи. Даже моему отцу мало удалось узнать, только, что произошел пожар.

- А чего ты ожидал? Экскурсию в морг?

- Да хватит уже, - поморщился Дима, - я просто хотел знать, что произошло на самом деле. Вас похоронили так быстро и в закрытых гробах...

- Потому что это не фееричное шоу с аншлагом, - обозлилась я.

- Я приходил к тебе на могилу, приносил цветы. - Мне показалось, что он сейчас заплачет, но остановить себя уже не могла.

- И чего ты ждешь после этого? Аплодисментов?

- Прости, - тихо произнес парень и отвернулся.

Я замолчала, осознав, как далеко зашла. Дима, конечно, был редкостным идиотом, но и сам пережил немало и отчасти по моей вине. Мы были в одной лодке, знать бы еще в какую сторону плыть.

- Ты выглядывал в окно? - Мне хотелось хоть как-то сгладить ситуацию, ведь этот странный мальчишка был самым родным человеком, предпринявшим хоть какие-то попытки по моему спасению, пусть и столь неудачные.

- Нет, а что там? - оживился парень, подходя темным портьерам. Занавеска распахнулась, открыв все тоже мутное стекло, за которым маячила чернота. - Что это за...?

- Не знаю, - ответила я, пожав плечами. Если честно, подобные штучки мало меня пугали. - Но нам придется потрудиться, чтобы выбраться отсюда.

- Может все-таки стоит подождать? Они же не причинили нам никакого вреда. Ты что, хочешь вернуться обратно?

- Клетка клетке рознь. - Я и правда не знала, как собираюсь поступить, но остаться на ужин уж точно в мои планы не входило. - Сначала выберемся, а потом подумаем, куда пойти. Тебе придется подождать здесь, пока я осмотрю здание.

- Нет, - неожиданно уперся парень, подходя ко мне практически вплотную. - Я пойду с тобой.

Я только покачала головой, размышляя как бы объяснить ему, что он станет только обузой. Не было времени читать ему лекцию о том, что из нас двоих только мне как бессмертной не стоило бояться ранений, или о том, что он точно не сможет стать невидимым. Более того, я собиралась искать не обычные двери, а портал, через который нас сюда доставили.

- Ты помнишь, как мы здесь очутились? - Дима задумался на мой вопрос, словно что-то вспоминая.

- Нет, я отключился. - Удивительно, если бы ответ оказался другим.

- Жди здесь, а я прогуляюсь. - Не знаю, откуда во мне взялась эта смелость. Возможно, тренировки Энджа были не столь уж и бесполезными.

- Я с тобой. - Его горячая рука обхватила мое запястье. Я вспомнила как еще совсем недавно таяла от подобного прикосновения, но сейчас не чувствовала ровным счетом ничего. Смерть сделала меня взрослее, а Дима остался на том же уровне мальчика, рассчитывающего, что все проблемы решаться сами собой. Я же на это больше не надеялась.

- Не волнуйся, я вернусь за тобой, если что-то обнаружу. Лучше прикрой меня, вдруг они решат нас проверить.

Я почти физически ощущало его сомнения, но в итоге поняла, что люди не меняются.

- Хорошо, только быстрее.

Мне пришлось просто кинуть, чтобы скрыть разочарование, скрывшееся под маской безразличия. Как я раньше не замечала его трусости и очевидной слабости? Быть может потому, что сама недавно была точно такой же. Но не теперь.

Я вышла в коридор, прикрыв за собой дверь его комнаты. Светильник чуть впереди часто замигал, делая обстановку пугающе призрачной, как в лучших фильмах ужасов. Но сердце замирало не от этого, а от невыносимой тишины, звенящей в ушах. Мне не нужно было подтверждения, чтобы понять - вокруг не было ни души.

Беспрепятственно, я прошла мимо закрытых дверей, выглядевших так, словно вот-вот одна из них откроется и появится любовная парочка, одетая в костюмы прошлого века. Здесь все дышало ретро - мрачные обои, замысловатые светильники, резной потолок. Вниз вела витиеватая лестница, шедшая по кругу, с позолоченными перилами и уложенная красным ковром. Наши комнаты находились на втором этаже, а под самым потолком пятого прямо по центру вниз спускалась огромная хрустальная люстра, высотой в несколько пролетов. Такая роскошь поражала, но я не могло позволить себе отвлечься.

С моего места было видно только просторный холл, уходящий вправо. Если кто-то и был в этом доме, то он наверняка скрывался именно там. Я постаралась выровнять дыхание, так, как меня учил Энки, почти готовая стать невидимой. Вот и все, начиналось самое интересное.

Глава 21

Сердце привычно ускорило свой ритм, а затем замерло, успокаиваясь до едва различимого стука. Я начала спускаться, надеясь, что маскировка сработала, но не находила никакой отражающей поверхности, чтобы убедиться в этом.

Мои ноги достигли первого этажа, утонув в кремовом ковре с длинным ворсом. Вокруг ничего не изменилось - меня все еще не заметили. Я стала медленно продвигаться вперед, осматриваясь, но так и не понимая, что искать. Мой взгляд привлекло высокое витражное окно, изображавшее ярко-алые бутоны роз, опутанные зеленым плющом. За ним не было света, только непроглядная чернота, отрезавшая путь к отступлению. Мы находились там, откуда было не так то просто выбраться. Властвовавший вокруг слепящий свет, столь явно контрастировал с темнотой снаружи, что я почти не верила в происходящее. Но несмотря насколько сильно работали лампы, казалось, открой дверь и ночь поглотит все без остатка.

Мне не хотелось рисковать. Я была почти уверенная, что где-то здесь существовал иной выход, такой же, каким в свое время меня вел Эндж. Он наверняка находился где-то в подвале, хотя мой вывод мог оказаться лишь поспешным обобщением, вот только осмотреть все этажи за короткий срок мне все равно бы не удалось. Тогда вариант остался лишь один - выход там, где стража, а впереди действительно кто-то был.

Я остановилась, скользнув за тяжелую портьеру, и перевела дыхание. К сожалению даже при всем желании мне не удавалось держать концентрацию больше минуту. Но уже не было времени тренироваться. Успокаивало то, что фокус работал, так как даже моя тень становилась прозрачней, хоть и не исчезала совсем. С этим следовало быть поаккуратней. Я сделал пару глубоких вдохов, и снова постаралась вернуться к невидимке. Этот трюк дался мне немного труднее, чем в первый раз. Сердце словно предчувствовало опасность, тревожно вздрагивая, пытаясь уговорить меня вернуться назад. Но это было слишком просто.

На цыпочках, но довольно быстро, учитывая что 'шапка-невидимка' в любую минуту могла потерять свою силу, я проскользнула в просторный зал, который, судя по размерам, спокойно мог служить бальным. Несколько столиков, в самом конце помещения, почти скрытых в полумраке, огромный камин и пара диванчиков, рядом с ним. Мой взгляд медленно скользил вокруг, пока не натолкнулся на мрачную сгорбленную фигуру, застывшую напротив колыхающегося огня. Я замерла, не зная, что дальше делать. Орк не пошевелился, и мне показалось, что он и вовсе не живой, лишь только его спина подрагивала в такт редким вздохам.

Слева от него зиял черный проем двери, очерченный позолоченной аркой. Идеальнее места чтобы спрятать портал найти было просто нельзя. Иначе что охранял этот безобразный громила?

Мое сердце на долю секунды дало сбой, но мне каким-то чудом удалось удержать себя в рамках. Я старалась двигаться плавно, почти сливаясь со стенами, чтобы стать лишь игрой теней на светлых обоях. Но это было просто, пока Орк находился ко мне спиной, когда выдать мог только звук или любой шорох, теперь же все обстояло сложнее. Заветный проем располагался в каких-то шагах пяти, но страх превращал их в километры. Всего пара метров, но теперь громила мог легко заметить мое передвижение - мелькнувшую рядом угольно-серую тень. Я молилась, чтобы удача была на моей стороне, только это могло спасти меня от очередного провала.

Оставаться невидимой становилось все сложнее, наверное поэтому мои нервы сдались раньше. Всего на секунду впустив в сердце страх, я уже не сумела взять над ним контроль. Оставалось всего два варианта - продвигаться как можно медленнее и плавно, либо быстро и резко, как молния. Удивительно, что мне больше приглянулся второй вариант.

Я резко метнулась мимо Орка, не думая ни о чем - ни о том, что могу создать слишком много шума, ни о том, что с легкостью выдам себя. Ровно две секунды и меня укрыла спасительная темнота. Лишь убедившись, что тень окружила меня со всех сторон, я перевела дыхание, чувствуя в голове невыносимый стук, отчего перед глазами стали расцветать разноцветные кляксы. Пол под ногами слегка пошатнулся, на несколько мгновений поменявшись местами с потолком. Я лишь сильнее сжала кулаки, стараясь не упасть и как можно скорее прийти в норму, что давалось с огромным трудом. Посторонние звуки заглушал стук сердца, глаза так и не могли адаптироваться к темноте, а движения замедлились, словно под водой. Заметь меня этот великан и реши напасть, то не встретил бы никакого сопротивления. В тот момент я была просто на него не способна, потому что никогда раньше не оставалось невидимкой так долго. Меня всю трясло, как после тяжелых физических нагрузок, когда мышцы нервно подрагивают, потому что из них выжали все до последней капли. Это далось тяжелее, чем выглядело на первый взгляд.

Я пошатнулась в сторону, дальше от проема, боясь, что Орк может появиться в любую минуту. Но ничего не происходило. Первое, что удалось расслышать - размеренный треск огня в камине, за ним была лишь тишина. Мне хотелось даже мельком выглянуть из-за угла, проверив там ли бессмертный, но здравый смысл еще не полностью покинул мое сознание. Стоило научиться принимать подарки судьбы, тем более они были столь редки в моей жизни. Возможно, в любой другой ситуации я бы усомнилась, как громила, задачею которого было охранять выход, пропустил свою беглянку, но у меня просто не оставалось на это времени.

Немного передохнув, я стала шаг за шагом продвигаться вперед. К моему удивлению, глаза так и не адаптировались к царившему здесь сумраку, что пугало, почти также сильно, как и близость опасного бессмертного. Мне пришлось продвигаться наощупь, прослеживая кончиками пальцев прохладную стену, которая через пару шагов из идеально гладкой стала шероховатой, напоминая каменную кладку. Мое сердце учащенно забилось. Вот оно - выход. По моей памяти портал должен был выглядеть именно так, вот только куда он вел?

Я прошла еще около метра и остановилась. Что-то неприятное шевельнулось в груди. Дима. Можно ли было оставить его среди этих монстров, а самой преспокойно уйти? Это казалось так низко и не по-человечески. Хотя, что во мне осталось от человека? Вопрос состоял в другом - стоило рисковать всем из-за бывшего парня, который предал меня, да и в целом был не самым лучшим выбором для наивных девушек. Определенно нет. Сегодня я узнала достаточно, чтобы с уверенность заявить, что больше не хочу его видеть. Но в груди снова начал расползаться морозный холодок. Диана, которую я когда-то знала, никогда бы так не поступила, не бросила человека в беде. Каким бы идиотом он не являлся. Той Дианы больше нет - услужливо подсказал мне внутренний голос. Кто-то должен был сдаться - совесть или здравый смысл.

Я еще раз обернулась назад, туда, где расплывалось желтовато-оранжевое пятно света. Там меня ждал не только Дима, но еще и Орк, плюс вся команда Других, которые не показались при первой встрече особо дружелюбными. Не было времени думать. Следовало притвориться, что я направляюсь за помощью, а потом вернусь за бывшим парнем, но обман не помог - мой побег оставался побегом, а предательство - предательством.

Стоило наконец подумать о себе, забыв на время обо всех моральных бреднях и муках совести - это была уже не игра. Я лишь надеялась, что Другие сохранят Диме жизнь, посчитав, что мне захочется вернуться за ним. Хотелось, чтобы это оказалось именно так.

Отключив сознание, и больше не слушая настойчивые голоса в своей голове, я побежала вперед, почти чувствуя запах свободы. Она была настолько близка. Постепенно темнота начинала рассеиваться, теряя свою плотность и становясь практически прозрачной. Казалось, размеренное голубоватое свечение растворяет ее без остатка. Свет шел от закрытой двери из темного дерева, обитого металлическим орнаментом, пробиваясь сквозь узкие щели.

Портал обычно выглядел не так, и коридор вполне мог привести меня к очередной комнате без времени и пространства, как однажды показывал Энки. Я остановилась, вновь оценивая свои шансы на побег. Что скрывалось за этой дверью? Было там спасение или очередной кошмар? Существовал лишь один способ узнать об этом.

Створки оказались даже легче, чем показались со стороны, мне пришлось лишь легонько толкнуть их, чтобы они резко распахнулись, с шумом ударившись о стены. Все пространство небольшой комнаты было наполнено все тем же небесным мерцанием - под самым потолком, теряясь под мрачными сводами, парили маленькие искры, напоминая летающих светлячков. Свет от них казался приглушенным, но ему все равно удавалось разбавлять темноту, властвующую вокруг.

Я шагнула вперед, стараясь осмотреться. Зал представлял собой идеальный круг. Высота комнаты значительно превышала диаметр, отчего создавалось впечатление, что меня поместили в огромный цилиндр. Звуки моих шагов по полу, выложенному мраморной плиткой, гулко отдавались от стен, растворяясь где-то высоко. Стены на первый взгляд казались идеально гладкими, пока я не поняла в чем причина. Они были полностью зеркальными. От самого пола до потолка. Мне едва удалось подавить застрявший в горле крик. Я хотела выбраться отсюда, но только завела себя в еще большую опасность. Хватило секунды, чтобы понять - нужно бежать отсюда, и как можно быстрее. Вновь столкнуться со своим зловещим отражением мне хотелось меньше всего.

Я резко развернулась, но так и застыла в нескольких шагах от двери. Что-то загораживало проход - высокая темная фигура. Мне не составило труда узнать в ней Орка, даже полумрак не мог скрыть его обезображенного лица. Он шагнул вперед, когда я отшатнулась еще дальше, вглубь комнату. Бессмертный хрипловато рассмеялся, слегка пригнувшись, словно готовясь к атаке. Вот теперь мне стояло по-настоящему волноваться.

- Уйди с дороги. - Глупо было рассчитывать, что на этого громилу подействуют угрозы, но других фокусов у меня в рукаве не было. В таком замкнутом пространстве даже невидимость не смогла бы меня спасти, к тому же мой организм оказался настолько истощен после прошлых попыток, что этот вариант отметался сразу.

Орк лишь оскалился, а потом отступил в сторону, освобождая проход для Хорса. Тот вошел в комнату модельной походкой - каштановые волосы в беспорядке рассыпались по плечам, полы длинного плаща из тонкой кожи слегка трепетали при ходьбе. Если бы не его суровое лицо, мужчину можно было назвать красивым, но пока в его красоте сквозила демоническая жестокость.

- Диана, вижу, тебе не терпится, - усмехнулся он, посмотрев на меня с непонятным сочувствием. - А я так рассчитывал, то успею поужинать. Может, все-таки составишь мне компанию, прежде чем бросаться в самый омут?

Я молчала, не зная, что сказать. Страх превратил меня в немую, а присутствие зеркал просто сводило с ума. Неужели бессмертный предлагал простой ужин, а не пытался растерзать, как это делал Эндж.

- Ну, так как? - повторил вопрос Хорс. - Соглашайся. Свечи, романтическая музыка, три смены блюд, отличное вино. Тебе понравится.

Мне не осталось ничего, как кивнуть. Внутри билось единственное желание - оказаться как можно дальше от этой зеркальной клетки. К тому же от голода мой желудок сжался буквально до размера теннисного меча.

Мужчина кивнул и протянул мне свою руку, терпеливо дожидаясь, когда я вложу в нее свою. Мои ноги не слушались, и мне пришлось приложить все усилия, чтобы походка казалась уверенной. Каждый шаг превратился в настоящее испытание. Хорс подхватил меня под локоть и повел обратно по темноту коридору, напоследок едва уловимо кивнув Орку.

Мы прошли через гостиную с камином, мимо винтовой лестницы, направляясь совершенно в противоположное крыло здания. Нас встретила уютная столовая, тонущая в мягких отблесках многочисленных свечей. Огромный стол, как в фильмах о богачах был накрыт на две персоны. Откуда-то доносились плавные звуки скрипки.

Хорс подвел меня к стулу с высокой резной спинкой и отодвинул его, приглашая присесть. В этом жесте было столько галантности, что мои щеки от смущения залил легкий румянец, хоть я и старалась отстраниться от происходящего и не забывать, что нахожусь не на курорте.

- Надеюсь, ты голодна, - произнес бессмертный, усаживаясь за противоположный конец стола. Между нами было не меньше трех метров. - Местный повар не знает меры в своих кулинарных творениях, так что забудь про свою диету.

В ответ я лишь криво усмехнулась, даже не пытаясь изобразить на лице радость предвкушения. Его напускная доброта была мне противна.

- Ну что ты, Диана. Отчего такое мрачное выражение. Неужели скучаешь по этому садисту Энджу?

- Нет, - коротко ответила я, стараясь не смотреть ему в глаза, а сосредоточиться на постоянно меняющемся пламени свечи.

- Уверен и он по тебе не скучает. Не думаю, что этот червь на такое способен.

- Неужели вы не ладите? - Мой вопрос прозвучал настолько язвительно, насколько это вообще было возможно. - Мне показалось у вас много общего.

- Например? - слегка настороженно спросил Хорс.

- Любовь к готическому стилю. Так кто кого скопировал? - Я заметила, как на лице бессмертного отразилось отвращение, но почти тут же пропало.

В комнате появился мужчина во фраке и с подносом в руке. Он поставил перед нами небольшие, но глубокие тарелки, до краев заполненные светло-бежевым кремовым супом. Когда официант наклонился, мне удалось разглядеть его глаза - совершенно пустые, лишенные сознания. От неожиданности я дернулась в сторону, отчего чуть не упала со стула. Хорс только усмехнулся, жестом отсылая мужчину из комнаты.

- Поверь, у нас с ним нет ничего общего. Никто бы не захотел походить на это чудовище.

- А ты не чудовище?

- Все мы звери, только каждый со своей определенной степенью жестокости. Поверь, мы с тобой, в отличие от него, не только выглядим как люди, но и являемся ими до сих пор. - Мужчина замолчал, пробуя суп.

Не ему было рассказывать мне о жестокости Энджа, только этого сумасшедшего я, по крайней мере, знала, уже испытав на себе все его темные намерения. Но кем был этот мрачный незнакомец, сидящий прямо передо мной? Что скрывалось за холодной безразличной маской, чарующей, но в тоже время отталкивающей.

- Кстати, - оживился мужчина, слегка сощурив глаза, - если ты искала проход, то он был у тебя под самым носом - дверь напротив твоего номера. Сама судьба тянет тебя к зеркалам.

Я помрачнела, услышав это. Вот так рушатся надежды - тихо и не заметно для посторонних глаз. Все мое геройство оказалось напрасным, хотя требовалось всего лишь включить логику и здравый смысл, проверив этаж, прежде чем спускаться и маячить перед Орком.

- Я был уверен, что вы туда не заглянете. Почему люди любят все так усложнять? Единственное, чего тебе не хватает, так это умения видеть. Это могло бы спасти от множества ошибок в будущем. Думаю, мы сможем это исправить.

- Когда я смогу уйти? - Мой вопрос заставил Хорса вздрогнуть, но он тут же взял свои эмоции под контроль.

- Утром ты сможешь решить - уйти с нами или выбрать свою дорогу.

Я поморщилась, не скрывая своего скептицизма по поводу его слов. Последнее время мне слишком многое обещали, и вот к чему это привело. Какому лжецу стоило верить?

- И многое измениться за несколько оставшихся до рассвета часов?

- Все, Диана, - ответил бессмертный, посмотрев так серьезно, что мне стало нехорошо и пришлось отказаться от любых попыток впихнуть в себя принесенный суп. - Мир уже никогда не станет прежним...

Его прервал громкий шум, донесшийся из главного холла - оглушительный треск и звон разбиваемого стекла. Хорс резко дернулся, словно по одним лишь звукам определил, что происходит за прочными стенами. В комнату ворвался третий бессмертный, имени которого я не знала. Он выглядел встревоженным, на щеке виднелся свежий порез, который практически тут же затянулся.

Никто не сказал ни слова, мужчины лишь молча смотрели друг на друга в течение нескольких секунд, затем незнакомец кивнул, тряхнув светлыми волосами, и в несколько шагов подошел ко мне. Я тут же попыталась увернуться, соскочив со стула, но бессмертных перехватил мою руку, резко дернув к себе.

Хорс медленно поднялся. На его лице отражался гнев, такой яростный, что мое сердце пропустило удар. Внутри поднялся ледяной холод, почти болезненно скрутив внутренности в тугой узел. Я чувствовала себя маленьким пушистым кроликом, к которому приближался огромный голодный удав. Взгляд бессмертного не мигал, проникая в самую душу. Ужин при свечах подошел к концу.

Я предприняла очередную попытку вырваться, но пальцы, словно когти, еще сильнее впились в тонкую кожу, пуская нитевидные красные ручейки крови. Мне пришлось стиснуть зубы, чтобы не закричать во весь голос. Хорс поравнялся со мной, возвышаясь, словно мраморная статуя. Я отвела взгляд, остановив его на быстрой игре пламени, борющемся с сильным потоком ветра, вырвавшемся из слегка приоткрытой двери.

- В глаза, - голос мужчины был совершенно бесцветным, звеня в моих ушах. - Смотри в глаза.

Когда я не ответила, Хорс охватил мой подбородок своей ледяной рукой, заставив поднять голову и встретиться с его суровым взглядом. Что-то стало затягивать меня все глубже, разрушая барьеры, заглядывая в самую суть. Бессмертный вторгся в мое сознание словно хозяин, перебирая мои воспоминания, просматривая их и отбрасывая в сторону, как бесполезный мусор. Наконец он нашел то, что искал. Перед глазами всплыла размытая картинка - лицо Энджа нависшее передо мной, его обнаженный торс с бриллиантовыми капельками пота на нем, мои тонкие пальцы, впившиеся в загорелую кожу, черные спутавшиеся пряди, падающие на мое лицо.

Хорс вздрогнул, а затем скривил губы, словно не видел ничего омерзительнее, отступая в сторону и отпуская мое лицо. В голове нарастал пронзительный гул, сменяясь пульсирующей болью, казалось, что кто-то решил просверлить мой череп на живую.

- Я слишком хорошо о тебе подумал, - заговорил наконец бессмертный, не отрывая от меня взгляда. - А ты все та же глупая озабоченная девчонка, раздвинувшая ноги при первой же возможности. И что вас все тянет на этот огромный кусок дерьма?

- Я предупреждал, - напомнил о себе мужчина, удерживающий меня на месте, словно тряпичную куклу. - Она привела его сюда. Они слишком тесно связаны. Нужно было предвидеть, что и эта станет очередной подстилкой...

- Мне плевать, - резко вскричал Хорс, сжимая руки в кулаки. - Эндж спит со всем, что движется. Поздно пререкаться. Он уже здесь, так что действуем по плану. Мы все равно на несколько шагов впереди. Все это лишь ускорит события, изменить уже ничего нельзя. Отведи ее, а я займусь ими.

Секунда и меня потащили вперед, мимо накрытого стола, прямиком к черному арочному проему. Я оглянулась, заметив, как Хорс исчезает там, откуда мы пришли, направляясь в самый эпицентр драки.

Бессмертный тащил меня узкими коридорами, настолько быстро, что мне даже не удавалось разглядеть их интерьер, слегка затуманенный полумраком. Шум драки становился все глуше, встречаясь все с новыми и новыми стенами. Мы быстро удалялись. Я попыталась затормозить, упираясь в пол и скользя по гладкому паласу, но мужчина не обратил на это никакого внимания, только увеличивая темп, отчего мне пришлось практически бежать за ним, чтобы не остаться без руки, которую он сжимал в грубой хватке. Там, позади, оставался Эндж и остальные, когда меня уводили все дальше и дальше. Ситуация снова менялась не в мою сторону. Но как я могла это исправить? Нужно было действовать прямо сейчас, потому что от спасения меня отделял всего один бессмертный, выглядевший со стороны довольно хило.

Я вновь попыталась затормозить, чем заработала вывих плеча, но, борясь с болью, успела ухватить небольшую фарфоровую вазу с китайскими мотивами, оказавшейся на деле довольно тяжелой. Бессмертный этого не заметил, что и сыграло мне на руку. Хватило нескольких долей секунд, чтобы привести свой план в действие. Я размахнулась и опустила настоящее произведение искусства на голову ничего не подозревающего мужчины. Ваза не разбилась, лишь издав жалобный металлический звон - теперь можно было понять ее запредельный вес, в моих руках оказался не фарфор. Мой похититель замер, резко развернувшись. Его глаза засверкали диким раздражением, но он не собирался терять сознание. Я вскинула руку и еще раз опустила китайское чудо на его череп, на этот раз, попав прямо по лицу. Голова мужчины дернулась, и он отступил. Мне хватило пары мгновений его растерянности, чтобы ударить бессмертного в пах и еще раз размахнуться вазой, теперь уже обеими руками. Удар оказался сильным, заставив того рухнуть на пол.

Я не стала мешкать, отбросив свое оружие в сторону, и кинулась обратно по коридору. Поворот следовал за поворотом, узкие проходы походили один на другой, сливаясь в бесконечный лабиринт. Мне не удалось запомнить дорогу, поэтому оставалось надеяться только на свою удачу, но выхода впереди так и не маячило. Я замерла на секунду, переводя дыхание и пытаясь решить куда повернуть - направо и налево. Создавалось впечатление, что побег был бесполезен - ничего не менялось, словно застыв в какой-то ужасной временной петле.

- Не трать мои нервы, они и так на пределе.

Я оглянулась, увидев бессмертного в метрах трех от меня. Его высокий худощавый силуэт оставался неподвижным, почти теряясь в сумраке коридора, отчего заметной оставалась лишь его светлая шевелюра. Мужчина знал, что мои жалкие попытки бесполезны и поэтому не торопился, играя со мной. Но сдаваться было рано.

У меня еще был шанс выбраться. Я резко сорвалась с места, совершенно не разбирая дороги. Но что-то пошло не так. Пол под ногами пошатнулся, темно-синяя ковровая дорожка под ногами ожила, резко заскользив назад, навстречу бессмертному, словно эскалатор, идущий в обратную сторону. Мне не удалось сохранить равновесия, и я рухнула на пол, неудачно приземлившись на вывихнутую руку.

Мужчина неторопливо подошел ко мне, затем схватил за шиворот кофты и потащил дальше, словно мешок картошки. Казалось, что я бежала несколько долгих мучительный минут, но на месте мы оказались всего через пару поворотов, упершись в дверь, которую мне уже доводилось сегодня видеть. Дверь, ведущую в зеркальную комнату. Мы просто обошли отель, чтобы не натолкнуться на Энджа. Все дороги вели именно сюда. Только сейчас до меня дошел весь ужас происходящего, но я начала сопротивляться слишком поздно.

Бессмертный открыл комнату и одним движением втолкнул меня внутрь, плотно закрыв дверь за моей спиной. Вокруг повисла зловещая тишина, нарушаемая лишь звуком отдаляющихся шагов, под конец совсем затихших. Полумрак не давал разглядеть то, что отражалось в зеркалах, но я и не хотела ничего видеть, отвернувшись и забарабанив кулаками в дверь. Никто не ответил. Они привели свой план в действие, но как далеко был Эндж?

Неожиданно комната словно ожила. Звон, похожий на хрустальный, стал отражаться от зеркал, словно заманивая меня, привлекая внимание. Я оглянулась, замечая, что одно из стекол напротив стало светлее, наполняясь прежним голубоватым свечением. В нем клубился густой туман, пытаясь принять какие-то очертания. Это завораживало настолько, что все тревоги отошли на второй план, заставляя забыть, что держит меня здесь. Я могла только наблюдать за игрой мерцающих огоньков, потянувшись к зеркалу, как мотылек к жаркому пламени. Все потеряло свой прежний смысл.

Глава 22

Голубые огоньки заполнили собой всю гладкую поверхность зеркала, заставив его светиться пугающим искусственным светом. Я подобралась еще ближе к зловещему сиянию, когда потусторонние светлячки вспорхнули, закружившись по комнате, развевая царившей в ней сумрак. Мне пришлось высоко поднять голову, чтобы уловить их хаотичное движение. Они поднимались все выше и выше, пока не застыли под потолком. Мой взгляд вернулся к зеркалу, которое все еще было покрыто дымкой, теперь собравшейся небольшими облаками.

Поверхность начало светлеть, а туман обретать черты, складываясь в неясную расплывчатую картинку. Мне пришлось придвинуться еще ближе, чтобы хоть что-то разглядеть. Сначала была только чернота и размытое движение. Высокая тень скользила вперед, ее перемещения казались столь плавными, что почти не ощущались. Постепенно гладь стала светлеть, словно кто-то прибавил контрастности. Стало ясно, что там, по ту сторону зеркала стояла глубокая ночь. Темная фигура поднималась по узкой лестнице, едва не задевая деревянные перила. Впереди неприветливо мигала тусклая лампочка, открывая изрисованные разноцветными аэрозолями стены, потрескавшуюся штукатурку и грязный кафель на полу. Мне удалось разглядеть широкие мускулистые плечи, и уверенную мужскую поступь.

Тень замерла на границе со светом, словно боясь переступить черту. Лампочка моргнула в последний раз и погасла, окрасив и так убогую обстановку в приглушенный серый цвет. Мрачная фигура двинулась дальше, замерев у металлической двери. Щелчок пальцев и та распахнулась, медленно, еле слышно скользнув в сторону. Мужчина прошел внутрь, на секунду замерев в небольшой заваленной вещами прихожей, освещенной лишь светом уличного фонаря, падающего из окна кухни. Он к чему-то прислушался, а потом смело шагнул дальше.

Я прикоснулась к зеркалу дрожащей рукой, отчего оно пошло рябью. Этот интерьер был мне знаком. Слишком знаком. Кто-то вторгся в мою квартиру. Я узнала папин пуховик и наши с мамой шубы, висевшие на крючках гардеробной, несколько пар обуви, разбросанной в углу. Так выглядел мой дом еще месяц назад. Это не могло оказаться будущим или настоящим. Теперь все в этой квартире выглядело иначе.

Мужчина немного помедлил, рассматривая закрытые двери, ведущие в спальни, а потом повернул вправо, также незаметно проскользнув в мою комнату. Шторы как всегда были задернуты, не пропуская лунный свет. Незнакомец прошелся вокруг широкой кровати, разглядывая спящую на ней девушку. Он наклонился вперед, а потом двинулся к окну, одергивая тяжелую ткань в сторону и впуская в скромную комнатку серебристые безжалостные лучи. Я лежала, запутавшись в теплое одеяло, словно в кокон, обняв подушку как любимого плюшевого медведя.

Так странно было наблюдать за собой, всматриваться в умиротворенное выражение лица, полностью покоренное сном, видеть, как тревожно подрагивают ресницы. Мужчина обернулся, и я ясно увидела Энджа. Его взгляд был по холодному расчетлив, движения осторожны и выверены. Он вернулся к моей кровати и безразлично провел кончиками пальцем по моей щеке. Это заставило меня вздрогнуть и повернуться на спину, слегка отбросив тяжелое одеяло в сторону. Наставник замер, долго разглядывая мое худощавое тело в тонкой шелковой маечке, затем отбросил полы кожаного плаща и в его правой руке блеснул острым лезвием короткий ножик.

Внутри меня все похолодело, страх, сковавший тело, не позволял отвернуться, вынуждая наблюдать, как высокая фигура Энджа нависает над моим распростертым телом, медленно, как-то даже играючи, занося кинжал над головой. Его свободная рука накрыла мой рот и в это мгновение я проснулась, глаза, полные ужаса, распахнулись, но после глубокого сна никак не могли сосредоточиться на происходящем. В следующую секунду кортик со всей силы вонзился в мою грудь по самую рукоять. Девушка, которая просто не могла быть мною, жалобно всхлипнула, а потом обмякла. Ее пустой взгляд продолжал смотреть на убийцу, но уже ничего не видел.

Я сгорбилась, наблюдая за происходящим. Крик так и застрял в горле, слишком запоздавший, чтобы что-то изменить. Мои руки сжались в кулаки, а тело затряслось так, что казалось сейчас развалиться на части. Но зеркало не позволяло отвернуться, притягивая мой взгляд словно магнитом.

В это время Эндж вытащил кинжал, обагрившийся в моей крови, и брезгливо вытер его о свой черный плащ. Затем наклонился и поцеловал меня в лоб, свободной рукой закрывая мои остекленевшие глаза. Будто что-то вспомнив, мужчина замер возле моего уха и до меня донеслись едва различимые слова: 'Увидимся принцесса'.

Эндж резко выпрямился и вышел из комнаты, оставив при этом дверь открытой. Я с ужасом наблюдала, как он входит в спальню моих родителей, мирно уснувших в своей кровати. Они даже не проснулись, когда мужчина подошел к ним вплотную, даже не пошевелились когда он навис над ними, поочередно прикоснувшись указательным пальцем к их вискам.

Комната словно умерла, потонув в непроницаемой тишине. Эндж напоследок обошел нашу скромную квартиру, удостоверившись, что больше никого нет, и все окна плотно закрыты, и неторопливо вышел на лестничную площадку. Дверь за его спиной послушно прикрылась.

Мне оставалось лишь наблюдать, как мужчина спокойно спускается вниз, а за ним, словно шлейфом, следует густой сероватый дым, быстро заполняя пространство подъезда. Вскоре вся картинка скрылась в непроницаемой дымке, а зеркало потемнело, став практически черным.

Я чувствовала, как сердце учащенно забилось, удары были настолько сильными, что грудная клетка не могла сдержать их. Боль внутри казалось такой яростной и всепоглощающей, заставляя меня согнуться пополам, в желании хоть как-то уменьшить страдание. Слезы наконец прорвали мое выстроившееся за последние недели безразличие, стекая по лицу горячими ручейками, меняя очертания комнаты, лишая их резкости.

Звенящий гул в ушах только нарастал, смешавшись с тяжелыми ударами сердца, которое словно зажали в тугие тиски, стягивая все сильнее и сильнее. Я уже не могла сделать вдох, отчаянно хватая ртом воздух, но, чувствуя, что он полностью лишен кислорода. Колени подогнулись, мое тело рухнуло на прохладный пол, словно притяжение возросло в несколько раз, не позволяя больше оторваться от земли. Хотелось кричать, но голос пропал. Я больше не могла видеть ничего кроме назойливых картинок, что показало мне зеркало, не могла слышать, кроме как звук ударных молотков, пронзающий виски. Все мое тело билось в агонии, заполненное болью до самых краев.

Сердце отсчитало свой последний удар и замерло. Секунда и все прекратилось - боль, страх, отчаяние. Наступила звенящая тишина. Мир исчез, я исчезла. Наверное, так выглядит смерть. Ничего кроме пустоты и покоя. Но она не захотела меня забрать. Я почти чувствовала ее сочувствующий взгляд и печальную улыбку, когда женщина в черном саване развернулась, уходя навсегда.

Тишина стала рваться, пропуская посторонние звуки. Сердце возобновило свой ритм, словно в него вставили новые батарейки. Я открыла глаза, фокусируя свой взгляд на каменном полу, ощущая его прохладу под своими пальцами. Мир постепенно возвращался ко мне, так настойчиво, что не позволял игнорировать действительность.

Голубые светлячки все также порхали надо мной, лишь опустившись немного ниже, чуть ли не касаясь моей кожи. Я приподнялась, прижав руку к своей груди. Боль исчезла, оставив после себя лишь напряженную пустоту. Голова была совершенно ясной, не пропуская к себе ни панику, ни тревогу. Что-то изменилось. Я изменилась. Правда отрезвила, а смерть стала долгожданной пощечиной, необходимой, чтобы привести меня в чувство.

Дверь в помещение дрогнула как под тараном. Еще удар и дерево кое-где треснуло, сдавая свои позиции. Я постаралась отползти немного подальше, ожидая еще одного напора, который бы разнес древесину в щепки. Но его не последовало. С минуту стояла полная тишина, когда дверь вдруг распахнулась сама, впуская Хорса, за которым по пятам следовал Орк, вытирая грязным рукавом куртки свое окровавленное лицо.

Мужчины замерли на пороге, внимательно изучая меня, но я отвела взгляд, не позволяя им прочитать в глазах все мои чувства. Хорс прошел вперед, громко стуча каблуками ботинок по плиткам, остановившись прямо напротив.

- Посмотри на меня. - Его голос стал мягким и успокаивающим, лишенным каких-либо командных ноток.

Я вскинула свой взгляд ему навстречу, в ответ бессмертный улыбнулся, отчего его лицо разгладилось, позабыв прошлую жестокость.

- Все хорошо, Диана. Теперь все кончено. - Бессмертный неотрывно смотрел на меня, протянув свою руку, чтобы помочь мне подняться.

Из коридора донесся звук борьбы. Орк заметно напрягся, развернувшись к выходу, готовый атаковать. Вокруг повисла выжидательная тишина, которая, казалось, затянулась настолько, что не выдерживали нервы. Наконец до нас донесся еле различимый шорох, и что-то круглое выкатилось из темноты проема, остановившись только у ног громилы. Я присмотрелась, а потом резко дернулась в сторону, на полу лежала отрубленная голова блондина, что запер меня в этой зеркальной тюрьме. Его глаза до сих пор моргали, а рот открывался, словно пытаясь что-то сказать.

Орк зарычал, оттолкнув ее от себя одним ударом ноги, словно играя в футбол. В комнату вошел Эндж, злобно скалясь и не сводя глаз с безобразного бессмертного. Они походили на двух хищников, кружащихся друг против друга и выискивая слабые места противника. Через пару мгновения за спиной моего наставника возникли Феб и Энки, держащиеся гораздо спокойнее. Они обвели комнату взглядом и замерли, увидев меня на полу. Мужчины быстро переглянулись и сосредоточились на Хорсе, решив окружить его, обойдя с двух сторон.

- Господа, - взмахнул руками тот, отчего оба бессмертных отлетели на метр назад, но все-таки устояли на ногах. - Оставим драку на потом. Мы с вами присутствуем при эпохальном событии. Столько веков борьбы и наконец это свершилось. Вы так упорно боролись за удержание границ, тогда как сами стали причиной их развала. Наверное, печально.

Все вокруг замерли в ответ на его слова. По лицам моих недавних друзей проскользнул нескрываемый ужас. Они переводили взгляд с меня и на почерневшее зеркало, не веря в происходящее.

Я ничего не могла понять, способная думать лишь о том, что мой убийца находится в этой комнате, все еще безнаказанный за содеянное. Ярость билась внутри такими обезумевшими волнами, походя на безжалостное цунами. Она собиралась разрушить меня до основания, пока пыталась найти выход наружу.

Но звонкий треск, разнесшийся под сводами помещения, заставил меня отвлечься от нестерпимого желания мести. Зеркало за моей спиной начало выгибаться, распуская по своей гладкой поверхности сотни тонких паутинок, которые становились все четче и глубже.

- Наша милая девчушка пала жертвой вашего невежества, - продолжил Хорс, положив свою тяжелую горячую руку на мое плечо. Я вздрогнула, но не отстранилась. - Не смертная, но еще и не Феникс. Сколько человеческой боли и бессмертной энергии в одном ключе. Всего одна смерть и граница в руинах. Смерть бессмертной - какой каламбур. Эндж, скажи, это обидно проигрывать лучшим? Своими руками нарушить равновесие?

Лицо моего наставника потемнело от злости, он старался держать себя в руках, но его губы сжались в тонкую линию, глаза прищурились, а на скулах заходили желваки. Мужчина стоял на грани, готовый наброситься на любого без разбору, поддавшись своим эмоциям.

- Да здравствует ваше безрассудство и ограниченность, - захохотал Хорс, даже зааплодировав от восторга. - Все было предрешено изначально, и вы стали лишь крысами в нашем лабиринте. И отдельная благодарность тебе, Эндж. Без твоих наклонностей серийного маньяка, мне бы ничего не удалось. Мы празднуем победу, а вы готовьтесь принять поражение.

Треск стал оглушительным, полностью заполнив собой небольшую комнату. В воздухе повисла вибрация, которая ощущалась даже физически. Зеркала вокруг задрожали, создавая вместе зловещую мелодию, от которой похолодело внутри. Граница пала. Черное зеркало вздрогнуло в последний раз и посыпалось на пол сотнями мелких осколков.

Наш мир вокруг замер в ожидании гостей. Хорс и Орк, в отличие от остальных, смотрели с предвкушением, словно дети в канун Рождества, я же разделяла ужас, что застыл на лицах Энки и Феба. Эндж хранил безразличие, в его правильных чертах читалась запредельная жестокость. Взгляд наставника скользнул по мне и тут же вернулся к черноте разрушенного зеркала.

Отражения присутствующих в уцелевших гладях ожили и, больше не слушая своих хозяев, двинулись по кругу гладких стен. Первым в голубоватый круг света выступил Энки, следом шел Феб. Они тут же направились к своим зеркальным копиям, их лица исказились, превратившись в ужасающие маски чудовищ, которыми глупые родители пугают непослушных детишек. Бессмертные напряглись, но не отступили, готовясь принять на себя удар.

Я оглянулась, заметив, как рядом с Хорсом и Орком останавливаются их двойники, потирая руки в предвкушении расплаты. Мое отражение и Энджа появились последними, прямиком направляясь к моему наставнику. Девушка на секунду обернулась, бросив на меня сочувственный взгляд, а потом сосредоточилась на бессмертном, изогнув губы в хищной ухмылке.

Хорс наклонился ко мне, легонько потрепав по плечу, чтобы привлечь мое внимание.

- Теперь твой черед. - Прямо передо мной на каменном полу из ниоткуда возник длинный острый клинок с позолоченной рукоятью, в центре которой сверкал бесчисленными гранями кроваво-красный камень. - Ты знаешь, что с ним делать.

Я проследила за его взглядом, увидев, как Эндж отступает к стене, прикрывая свою спину, когда отражения надвигались на него, делая пробные выпады, чтобы разрушить его концентрацию. Да, мне не нужного было ничего объяснять. Чтобы сейчас не произошло в этой комнате, значение имело совсем другое. Мой убийца стоял так близко, что я могла видеть глубокую морщинку, залегшую между его бровей, когда он пытался решить, как справиться с нападавшими. Теперь моей целью была месть.

Меня отвлек звон разбитого стекла. Феб склонился над своим отражением, которое теперь стояло перед ним на коленях. Еще один удар рукоятью клинка и голова двойника треснула, рассыпавшись стеклянными осколками. Энки последовал примеру бессмертного, с ноги ударив нападавшего. Тот дернулся и повалился на пол, разбиваясь о каменную плитку, словно хрустальная ваза.

- Эндж, они еще слишком слабы. Разбей их. - Блондин наблюдал, как его друг пытается схватить отражения, но те, увидев судьбу своих собратьев, стали умнее, изворачиваясь и пытаясь ранить его в ответ.

Стекло под ногами зазвенело, собираясь от вибрации в небольшие кучки, склеиваясь обратно. Бессмертные чертыхнулись и начали ногами раскидывать осколки, не позволяя отражениям вернуться в прежнюю форму.

Я поднялась на ноги, потянув за собой тонкий меч, который на удивление оказался легким и удобно лег в руку. В это время Эндж в несколько шагов достиг двойников, столкнув их друг с другом, отчего пол усыпала мелкая прозрачная крошка и два сломанных манекена рухнули на пол.

Мужчина разбросал осколки ногами и поднял на меня взгляд, скользнув сначала по клинку, а после вернувшись к моему лицу. Он нахмурился, но не дрогнул, спокойно наблюдая за моим приближением.

- Я не буду сопротивляться, - наконец произнес наставник, когда я остановилась всего в нескольких шагах от него.

- Мне это и не нужно. - Мой голос остался холоден и спокоен, хотя внутри бушевала буря. - Твои подачки ни к чему. Ты просто получишь то, что заслуживаешь.

- Ты имеешь право злиться. - На долю секунды мне показалось, что в его глазах проскользнула горечь, но Эндж не был способен на сожаление. - У меня не было выбора.

- У тебя сейчас нет выбора, а тогда он был.

- Мы потеряли Принца, нам нужен был новый бессмертный. Мне жаль, что им оказалась ты, но время уходило, и мы не могли ждать. Я был вынужден так поступить. Но посмотри, сейчас ты здесь, ничего не изменилось.

- Мои родители мертвы из-за тебя. Ты истребил всю мою семью, словно скот. - Слезы подступили к глазам, но мне пришлось сдержаться. Я успею выплакаться, когда его голова слетит с плеч и покатиться по холодному полу. - Мы не скот.

- Я знаю, - кивнул мужчина, терпеливо ожидая, когда я нанесу свой удар. - Хочешь, нападай. Я не стану сопротивляться, выпусти свою боль.

- Мне не нужно твое гребанное разрешение, - процедила я сквозь зубы. - Ты чудовище, убийца. Мы не заслуживали смерти. Только не так.

- Прости. - Это прозвучало почти искренне, но слова больше не могли меня тронуть.

- Диана, стой. - Голос Энки заставил обернуться через плечо. Бессмертный примирительно поднял руки, пытаясь успокоить меня. Я только ухмыльнулась ему, он знал об этом, но молчал. До последнего оставаясь на стороне убийцы.

- Ты прикрывал его. Я слышала ваш разговор. - Блондин вздрогнул от моих слов и помрачнел. Его лицо резко осунулось, а в глазах померкли былые искры.

- Ничего уже не исправить. Просто будь милосердной к нему. Сейчас у нас есть проблемы и серьезней.

- У вас может быть, - рассмеялась я.

Эндж отвлекся, и мне не составило труда, резко развернувшись, опустить клинок на его плечо. Но мужчина быстро среагировал, отклоняясь в сторону. Лезвие задело его руку, разрезав ткани до самой кости. Бессмертный поморщился, но ничего не сказал.

Я вновь занесла меч, прекрасно понимая, что наставник больше не пошевелиться - он закрыл глаза и выпрямился, превратившись в немую статую, игрушку для битья. Оставался всего один удар, один шаг, чтобы выпустить мою ярость и успокоить душевную боль. Но моя рука дрогнула, клинок выскочил из твердой хватки, словно кто-то выдернул его у меня, когда рукоять больно оцарапала ладонь. Острое лезвие зазвенело по полу и успокоилось.

- Достаточно, - Феб выступил вперед, обводя присутствующих тяжелым взглядом. - Займитесь ими.

Энки и Эндж кивнули, направившись к Орку и Хорсу. Я попыталась вновь добраться до меча, когда резкий порыв ветра сбил меня с ног и отбросил в сторону, буквально впечатав в зеркальную стену. Та дрогнула, но не треснула.

Феб покачал головой, увидев мой удивленный взгляд, а потом подошел к черному проему, входу в Зазеркалье, и достал из-за пояса небольшой серебряный кортик. Я посмотрела в сторону, поймав мгновение, когда Энки с размаху попал кулаком в челюсть громилы, тогда как мой наставник явно проигрывал Хорсу в рукопашной. Драки пугали меня как и любую девушку, но эта походила больше на странный танец, который завораживал своей дикой красотой.

Я не знала за кого болею, в глубине души желая, чтобы в пылу битвы они поубивали друг друга. Но никто из них не мог умереть, мне оставалось лишь с наслаждением наблюдать, как Эндж сносит очередные удары, как кровоточит его разбитая губа, а на лице расцветают лиловые синяки. Раны заживали так же быстро, как и появлялись, но бессмертных казалось это не волновало. Они получали удовольствие от подобного боксирования.

Неожиданно что-то изменилось. Зеркала вновь пришли в движение, завибрировав. Все замерли, озираясь по сторонам. Я тут же отскочила от стен, скользнув ближе к центру комнаты. Мужчины прекратили драку, с каким-то неприкрытым ужасом глядя в сторону Феба. Мне пришлось проследить за их взглядами.

Бессмертный все также стоял возле портала, держа в руках нож, но теперь его лезвие не сверкало в голубоватом мерцании. Оно обагрилось в крови. Крупные красные капли падали к его ногам, темные ручейки стекали по его запястьям, окрасив кисти рук так, словно мужчина надел перчатки.

- Надеюсь, ты извлек урок, мой ученик, - спокойно проговорил Феб, поигрывая кинжалом. - Жестокость несет за собой только новую жестокость. Смерть не может породить жизнь. Я дарую тебе второй шанс, не смейте его упускать. Я верю, что ты можешь быть другим.

Мужчина медленно поднял руку с ножом к своему горлу и, закрыв глаза, резко полоснул им по коже. Ярко красная полоса рассекла шею, выпуская ленивый водопад крови, мгновенно окрасивший светлую футболку бессмертного.

Звон достиг своего пика, заставив нас зажать уши ладонями, но даже это не спасало от невыносимой трели. Тело Феба задрожало как под током, а затем его неожиданно втянуло внутри. Все разбитые зеркала послушно двинулись следом. Отражения сопротивлялись, но их неумолимо затягивало в темноту проема. Черные осколки остались последними. Они медленно становились на свои места, закрывая портал, кусочек за кусочком, словно кто-то включил перемотку назад.

Как только последний осколок занял свое место, трещины разгладились как под действием невидимого утюга. Звон резко оборвался. Никто не двигался, пытаясь осознать произошедшее. Первым пришел в себя Хорс.

- Жертва принесена, - поморщился он, отступая в сторону и проводя рукой по идеально гладкому зеркалу, которое мгновенно просветлело, отразив застывшие за его спиной три немые фигуры. - Портал закрыт. Да будет так. Твой наставник вновь спас твою шкуру, Эндж.

- Заткнись, - коротко бросил мужчина ему в ответ.

- Раз шоу окончено, мы уходим. - Орк кивнул, подходя к Хорсу, когда тот выжидательно посмотрел на меня. - Диана, я обещал тебе выбор. Так что ты решила?

Я замерла, прислушиваясь к своему бешено бьющемуся сердцу. Мой взгляд упал на Энки и Энджа, когда желудок неприятно скрутило. Нет, я не могла вернуться назад, не после всего произошедшего. Всепрощающие времена прошли. Мой убийца заслуживал смерти, которая не могла его забирать. Теперь мы были по разные стороны баррикад.

- Диана, одумайся, - неожиданно заговорил Энки, выступив вперед и закрыв собой замешкавшегося Энджа. - Не совершай глупости. Чтобы не произошло в прошлом, это там и останется. Не поддавайся своей ярости, она приведет тебя к пропасти. Мы сможем все исправить. Поверь, я тебя не оставлю.

- Ты уже меня оставил, решив прикрывать моего убийцу, - коротко проговорила я, вкладывая свою хрупкую ладонь в протянутую руку Хорса и поднимаясь. - Стоило подумать об этом раньше.

Никто нас не остановил, когда мы спокойно покинули зеркальную комнату и двинулись по бесчисленным коридорам. Внутри стояла только пустота, огромная бездна, в которой исчезали все мои чувства и эмоции. Я не стала мучать себя глупыми размышлениями о правильности своего выбора, просто отсчитывая каждый шаг, совпадавший с размеренными ударами сердца. Мне нужна была передышка, чтобы прийти в себя. Вокруг существовало одно лишь зло, оставалось лишь выбрать наиболее подходящее. Я решила сменить команду.

Мы сидели за длинным обеденным столом, накрытым белой скатертью и украшенным корзинками живых цветов. Кругом тревожно бились свечи, создавая вокруг нас мягкий желтоватый кокон света. Хорс сидел напротив, улыбаясь мне своей ослепительной фальшивой улыбкой.

- Как тебе отбивная? - спросил он, потягивая из бокала густое красное вино.

- Как всегда чудесна. - Я тоже улыбнулась ему, стараясь не выдать своего раздражения.

- Великолепно. Завтра мы обсудим наши планы. Уверен, тебе они понравятся.

- Мне понравится любой план, в котором Эндж умирает долгой и мучительной смерть.

- Месть - это искусство, и я научу тебя получать от нее настоящее удовольствие.

Мы вновь улыбнулись друг другу, пряча за этими масками свои истинные чувства. Каждый думал о своем, рассчитывая на свою вседозволенность и глупость собеседника. Каждый играл, считая, что идет впереди другого. Каждый врал. Я вновь отпила глоток терпкого вина и откинула волосы назад. Кто-то должен был остаться позади. Очередная партия только началась, и мне не хотелось больше проигрывать. Теперь, зная правила игры, я не собиралась вновь становится жертвой. Бессмертие давало свои преимущества - у меня впереди была целая вечность.

Content

Кипарисова Елена Прах Феникса

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22