Мирра Блайт

Мир неги и страстей

1

Шхуна стояла в открытом море недалеко от Багамских островов. Было раннее утро. Солнце пекло немилосердно, но морской воздух пьянил, как вино. Корабль находился в плавании уже несколько недель, и команда, особенно мужская ее часть, забыла, что такое верхняя одежда. Кожа у всех отливала бронзой, лица порядком огрубели от морского ветра и жгучего солнца, но цель, ради которой они здесь находились, все еще оставалась недосягаемой. Правда, всех заражали уверенность и энтузиазм капитана, и его команда готова была трудиться с утра до вечера. Трудиться и нырять, ибо результат их работы зависел от глубоководных погружений.

Как всегда, утром Брюс проверял сети. Именно его голос, веселый и полный изумления, явился первым звуком в это утро, который услышал капитан Рок Трелин, стоящий у кормы шхуны. Капитан Трелин, высокий, худощавый, жилистый, с прекрасно развитой мускулатурой, был отменным пловцом, ныряльщиком и моряком. Его мужественное лицо с выступающими скулами, прямым носом, чувственным ртом и пронзительно-синими глазами показалось бы слишком утонченным, если бы не густой загар и изрядно отросшие волосы, черные как вороново крыло.

— Капитан! — снова услышал он голос Брюса Уилби, первого своего помощника в этом и в других путешествиях, лучшего друга как на борту корабля, так и на суше.

Впрочем, вся его небольшая команда была дружной и сплоченной. Он и Брюс окончили университет в Майами, стали морскими биологами и с тех пор никогда не расставались. Высокий и стройный, с выгоревшими на солнце светлыми волосами и красивыми миндалевидными глазами, Брюс за эти несколько недель тоже оброс, как и Рок.

Вся команда «Кристл Ли», а именно так называлась шхуна, сбежалась к сетям, взбудораженная криками Брюса. Рядом с ним стояла его сестра Конни, отличный корабельный кок и умелый ныряльщик, миловидная молодая женщина со светлыми, как у брата, волосами и огромными глазами. Оторвался от своих гидролокационных приборов Питер Кастро, полукубинец-полуамериканец, темнокожий, зеленоглазый и низкорослый по сравнению с остальными членами команды. Здесь же находились Джо и Марина Тобаго, муж и жена, уроженцы Багамских островов, незаменимые пловцы, лучшие из всех, кого только встречал Рок. Если по вечерам выпадало свободное время, Рок устраивал соревнование с Джо. Случалось, он побеждал, но чаще проигрывал, и тогда Джо шутил — стареет, мол, кэп, теряет форму. Это всегда подстегивало Рока, он опережал Джо в следующем заплыве, небрежно роняя, что форма его как всегда превосходна. И это действительно было так!

Изумлению команды не было предела: в сетях, которые Брюс вытянул на палубу, барахталось какое-то существо. Вся команда разом подалась назад. Что это? Морская русалка? Еще неизвестное науке животное?

Рок, как и все остальные, застыл как громом пораженный, взирая на то, что вытащили сети из океанских глубин.

Женщина! О господи, неужели это опять она?!

Рок отступил назад, переместившись к первой ступеньке трапа, ведущего к рулевой рубке, чтобы исчезнуть из ее поля зрения, и кивком подал знак Брюсу. Тот удивленно вздернул бровь, не понимая. Тогда Рок махнул рукой, приказав освободить пленницу из сетей.

Пожав плечами, Брюс дал команду приподнять сети, в которых запуталась женщина. Стоя возле рулевой рубки, Рок не спускал с нее пристального взгляда.

Он тихо присвистнул — она совсем не изменилась.

Женщина приподнялась и встала на колени, она оказалась довольно стройной, гибкой и… возбуждающей. С ее волос капала вода, мокрыми прядями они свисали ей на лицо, и разобрать, какого они оттенка, сейчас было невозможно. Но это не имело значения. Он знал: когда волосы высохнут, они станут напоминать солнечные лучи. Такие же золотые и ослепительно сверкающие. Как и прежде, для него эта женщина являлась самым редкостным, самым изящным созданием на свете. А она вдруг подняла голову и в упор посмотрела на Брюса. О боже! Какое совершенство — маленький прямой нос, губы цвета алых лепестков розы, резко очерченные на фоне белоснежной, впрочем, нет, чуть загорелой кожи.

Огромные, широко распахнутые глаза, длинные ресницы — Рок сразу же узнал эти глаза. Поражал их цвет — чистый аквамарин, который мог успешно соперничать с прославленными водами Карибского моря.

Року были хорошо знакомы молнии в ее глазах. Но это уже в прошлом. Сейчас гневный взгляд ее глаз был устремлен на Брюса. Видимо, она приняла его за главную персону на корабле.

Женщина смотрела на него с вызовом.

— Сэр! Вас нужно арестовать и посадить под замок! Как вы осмелились?!

Брюс в изумлении отшатнулся. Видимо, и на него подействовала ее красота. Бедный Брюс! Однако он уже смекнул, что Рок знает эту женщину. За несколько минут он сумел сложить два и два.

— Леди! Но вы же сами угодили в наши сети, — возразил Брюс.

— Совершенно справедливо, и я до сих пор не могу выпутаться из них!

Брюс шагнул было к груде сетей, чтобы помочь незнакомке освободиться из кучи веревок. Но гордая незнакомка с негодованием оттолкнула его руку, продолжая упорную борьбу в одиночку. Вот она поднялась во весь рост, и сердце Рока сладко заныло. Нет, она по-прежнему чертовски хороша! Закрытый черный купальник лишь подчеркивал совершенство ее форм. Она была изысканна даже в купальнике — длинные точеные ноги, осиная талия, развитые бедра, совершенной формы упругая грудь…

Само совершенство!

Скрестив руки на груди, Рок из своего укрытия наблюдал за ней и за Брюсом. Он был почти уверен, что, хотя от ее красоты и разбилось множество мужских сердец, ей это совершенно безразлично. Однако к чему забивать себе голову дурацкими предположениями! У него и так достаточно хлопот с его последним рискованным предприятием.

Да, эта женщина была его болью, его бедой. Какого черта она вновь оказалась на его пути! А вдруг ее подослали шпионить? Разнюхать его замыслы и планы?

И все же он не мог отвести глаз от божественных линий ее фигуры, а мозг, казалось, разрывался от охвативших его подозрений. Она идеальная… совершенно идеальная приманка! Такая же зазывно-ошеломительная, как и маленькая серебристая рыбка-наживка, которая извивается на крючке, приманивая крупных рыб…

Брюс, словно окаменев, завороженно смотрел на нее. Глаза его чуть не вылезли из орбит. Рок вдруг почувствовал желание спуститься с трапа и ткнуть дружка в бок. Впрочем, совершенно ни к чему, чтобы она его увидела. И он подавил в себе укол ревности.

— С ума сойти! — вскричала она в сильном раздражении, ярость так и полыхала в ее глазах. — Господи, да что же это! Как вы посмели? Как могли это допустить?

Наконец к Брюсу вернулся дар речи.

— Леди, какие у вас к нам претензии? Да и вообще, каким образом вы залезли в наши сети? Мы находимся довольно далеко от берега. Эти места совершенно не предназначены для любителей спортивного плавания. Мы…

— Тот вид рыбной ловли, который вы ведете, ежегодно влечет за собой гибель сотен и сотен морских животных.

— Никогда за всю свою жизнь я не выловил ни одною животного, — поспешил оправдаться Брюс.

— Но вы же поймали меня! — воскликнула она. — А я примерно такого же размера, как и небольшой дельфин.

Боже! Так она корчит из себя защитницу животных, чье сердце истекает кровью за братьев наших меньших? Но где кроется истинная причина ее появления здесь?

Рок терялся в догадках.

Не может быть, чтобы она так пеклась о дельфинах. Насколько он ее знал, она никогда не состояла в числе членов организации «Гринпис». Нет, скорее всего она проникла на борт «Кристл Ли» с какой-то иной целью. Интересно что она замышляет?..

Брюс бросил взгляд поверх ее головы в сторону рулевой рубки, где притаился Рок. Потом пожал плечами и внезапно улыбнулся. Интересно, вычислил ли его друг, кем является эта прекрасная русалка?

— Мэм, если у вас какая-то проблема, то придется объясняться с нашим капитаном.

Она недоуменно уставилась на него.

— Так вы — не капитан? — Брюс отрицательно покачал головой. — Тогда отведите меня к нему, и немедленно!

— Не думаю, что он готов немедленно принять вас. Может быть, вы не против чашечки кофе или стакана лимонада. А может быть, холодного пивка?

— Я не хочу пить. Благодарю. Мне нужно перекинуться парой слов с капитаном и вернуться в цивилизованный мир.

— А вы считаете нас дикарями, мисс? — хмыкнула Конни.

Женщина сердито взглянула на нее.

— Но мне действительно надо поговорить с капитаном, — холодно повторила она, но тут же одарила окружающих своей чарующей улыбкой, почувствовав, что перегнула палку. — Мне, правда, очень жаль. Я так испугалась, и если была с вами груба, то простите меня. Резкие слова я приберегу для вашего капитана, у меня к нему большие претензии!..

Она, поди, и не догадывается, сколько их накопилось у меня, подумал Рок. Кажется, пора занять место в своей каюте.

Уходя, он еще слышал продолжение разговора на палубе.

— Проходите, мисс. — Марина Тобаго бережно коснулась загорелой рукой плеча неожиданной гостьи. — Я готовлю прекрасный кофе, лучший на суше и на море. Сами увидите. Вам сразу же станет гораздо лучше…

Марина повела ее на камбуз мимо центральных жилых отсеков. Слава богу! Гидролокационное и специальное оборудование находится на нижней палубе. Так что Мелинда не сумеет сунуть свой нос в то, чем они занимаются.

Рок вошел в капитанскую каюту, сел за старинное корабельное бюро, приобретенное по случаю почти за бесценок. Каким образом она оказалась здесь? Совершенно ясно, что ее появление не случайно.

Рок вдруг почувствовал, как сердце его сжалось. Сколько они уже не виделись? Почти три года, а она совсем не изменилась. А он? Порой ему казалось, что из-за Мелинды он состарился на добрый десяток лет.

Рок машинально потянулся к нижнему ящику бюро, где хранилась заветная бутылка особого карибского рома. Не часто открывал он ее в последнее время. Но сегодня особый случай. Поставив бутылку на столешницу бюро, он потянулся за рюмкой, но передумал и сделал большой глоток прямо из горлышка. Уф-ф… Ну и жжет! Его опалило горячей волной, которая согрела сердце и растворила горечь воспоминаний.

Послышался торопливый стук в дверь. Глаза у Брюса горели от возбуждения.

— Я догадался! — воскликнул он. — Это она! Правда? Миссис Мелинда Трелин, в девичестве Давенпорт. Твоя бывшая супруга. Как я сразу не понял! Ну конечно же, я никогда не видел ее в купальнике. Извини, что я такой тугодум!

Рок покачал головой.

— Брюс, ты вовсе не тугодум. Я почти наступил на сети, пока не догадался, что это она.

Брюс восхищенно присвистнул:

— Господи, но какая она красивая!

Поежившись, Рок кивнул в ответ.

— Ты, Брюс, смотри в оба. Эта милашка чертовски опасна и коварна. Не забывай: перед тобой дочь самого Давенпорта, твердая, как камень, хитрая и чертовски упрямая.

— Ну ты наговорил! Звучит как сказка про салемскую ведьму, — рассмеялся Брюс.

— И все же будь настороже.

— Хочешь побыстрее от нее отделаться? — поинтересовался Брюс.

Рок наклонился вперед, хитро прищурившись.

— Ну вот еще! — цинично процедил он сквозь зубы. — Она хотела попасть на борт моего корабля? Ну что ж, пусть пока здесь и остается.

Брюс нахмурился.

— А не будет ли это выглядеть как похищение?

— Она сама пробралась на мой корабль.

— Как, мы же случайно вытянули ее из моря в сетях!

— Неужели ты не понял, что она с умыслом проникла на наше судно?

— Слушай, Рок! Ты говоришь о ней таким тоном, словно терпеть ее не можешь.

— Она для меня как напасть, как отрава! — Рок невесело покачал головой.

— Кстати, а ты официально развелся с ней? — спросил Брюс.

Рок вздрогнул. По правде говоря, он ничего не предпринимал. Он рассчитывал, что она сама проявит инициативу и затеет необходимую юридическую процедуру. А ее папаша непременно проследит за этим. Ведь Рок почти всегда в море, ему некогда заниматься тяжбами. По крайней мере он не получил пока никаких соответствующих бумаг и документов. Какая нелепая история, черт возьми!

— Вот будет номер, а? — улыбнулся Рок, думая о своем.

— О чем ты?

Рок ухмыльнулся.

— О том, что наша гостья-самозванка вполне может оказаться моей законной женой.

Лицо Брюса озарила улыбка.

— Прекрасно! Это сильно нас выручит, если нам предъявят обвинение в ее похищении.

На Рока вдруг накатили воспоминания о его краткой и бурной женитьбе. Ссоры, стычки, перемежающиеся занятиями любовью. Как она была восхитительна в постели! Но потом… Нет, боже упаси!

Рок тяжело вздохнул и сделал еще один большой глоток доброго карибского рома.

— Ну, так где же наша леди? — шутливо спросил он, стряхнув с себя оцепенение. — Капитан готов к встрече.

Брюс отсалютовал и торопливо выскочил за дверь.

Минут через пять перед взором Рока предстала Мелинда.

Мелли…

Конни одолжила ей свою одежду — белые свободно сидящие на бедрах брюки из хлопка и нежно-розовую блузку с короткими рукавами и длинными шнурками-завязками.

Волосы ее, подсохнув, как расплавленное золото стекали с плеч. Никакого макияжа, но Мелинда и не нуждалась в нем.

Она вошла в каюту и глубоко вздохнула, готовясь излить на капитана весь свой гнев. Но едва она показалась в дверях, как Рок приподнялся и, не дав ей заговорить, с язвительной улыбкой выпалил заранее приготовленное приветствие:

— Бог ты мой! Мисс Давенпорт! Чем обязан такому неожиданному удовольствию лицезреть вас на моем корабле?

Из нее словно выпустили весь воздух. При виде мужа ее зеленовато-аквамариновые глаза стали огромными как блюдца.

Но была ли она так удивлена, как пыталась изобразить? Рок счел ее удивление явно наигранным.

— Так это ты? — произнесла она наконец.

Черные брови Рока чуть приподнялись.

— Да, я! Рок Трелин собственной персоной. Вы меня еще помните? Как любезно с вашей стороны!

Ему показалось, что губы ее задрожали. Если она играет, то очень талантливо.

— Заходите, заходите, мисс Давенпорт! Или вы все еще миссис Трелин? — произнес он, изучающе глядя на нее.

Лицо у нее стало белее снега, и он мгновенно все понял. Она не подавала на развод. Вероятно, она ждет, что именно он, Рок Трелин, предпримет первый шаг.

Ну это уже чересчур!

Рок не выдержал и засмеялся хрипловатым смехом, гулко разнесшимся по каюте.

— Так вы еще являетесь моей законной супругой? Потрясающий сюрприз! Почти такой же удивительный, как и ваше появление из морской пучины. Стало быть, вы не бывшая моя жена, а настоящая?

— А ты — не рыбак! — резко выпалила она, обретя наконец дыхание.

— И то правда. — Его смех поутих, а в голосе появилась настороженность. Он положил руки на столешницу бюро, наклонился вперед и сухо спросил: — Ладно, шутки в сторону! Признавайся, как ты попала на мое судно, Мелинда?

— Из-за твоей вопиющей небрежности, капитан, меня поймали в сети, как дельфина.

— Глупости!

— Черт бы тебя побрал!

Она шагнула вперед, готовая наброситься на него с кулаками, и вдруг замерла, осознав, насколько это опасно для нее. Еще один шаг навстречу, и он поймет, что она желает его так же, как и в первые дни их супружества. Он, наверное, и так заметил, как дрожит ее голос, как вздымается грудь… Нет, она должна устоять!

Мелинда вскинула голову, стараясь казаться гордой и вызывающей.

— Вижу, ты… Вижу, вы не намерены верить ни единому моему слову, что бы я ни сказала.

— Почему? Я готов выслушать твои объяснения. — Он откинулся в кресле, стараясь сохранять хладнокровие, но на самом деле волновался, как мальчик. — Ну, рассказывай, на какие ты пошла ухищрения, чтобы попасть на мою посудину!

— Я оказалась в сетях…

— Нет, Мелинда, не ври! Тебя скорее всего подкинули в наши сети.

— Как, ты мне не веришь?

— Да, не верю. Я считаю, что ты совершенно сознательно в них залезла.

— Ты действительно так считаешь? — воскликнула она, задохнувшись от возмущения.

— Хорошо. Предположим, ты случайно наткнулась на мою посудину.

— Какое сейчас это имеет значение?! — закричала она. — Высади меня в каком-нибудь порту! Немедленно. И прекрати этот допрос.

Он улыбнулся так мило, как только умел:

— В мои планы пока не входит заход в порт.

— Придется их изменить!

Рок встал, обошел вокруг старинного бюро и молча остановился перед ней. Его улыбка стала еще шире.

— Я здесь капитан, мисс… миссис Трелин. И то, что я приказываю, беспрекословно выполняется.

Он прошел мимо нее, направляясь к двери.

— Ты не смеешь держать меня пленницей на своем корабле.

— Пленницей? — воскликнул он, резко оборачиваясь. — Ну нет! Ты заблуждаешься. Пожалуйста, думай о себе не как о пленнице, а как о моей дорогой гостье!

— Негодяй! — крикнула она ему вслед.

Прикрыв дверь снаружи, Рок постоял так некоторое время, не трогаясь с места. Неожиданно лукавая улыбка заиграла на его губах. Он резко распахнул дверь и произнес:

— Поскольку мы все еще являемся законными супругами, я приветствую тебя на борту моей шхуны и предлагаю разделить со мной капитанскую каюту. Уверен, что это будет лучшим способом выведать у меня ту информацию, которая тебя интересует. Тебя ждет столько интересных открытий!

За время совместной жизни Рок хорошо изучил повадки Мелинды, поэтому нисколько не удивился, когда в него полетела початая бутылка прекрасного карибского рома.

К счастью, реакция у него была отменная. Захлопнув дверь, Рок услышал, как об нее грохнулась бутылка. И снова улыбнулся: бутылка-то не разбилась! Но улыбка сразу погасла. Эта женщина опять вывела его из равновесия! Словно щупальца гигантского спрута плотно сомкнулись вокруг его сердца.

А ведь были времена, когда он называл ее земным ангелом, когда каждое мгновение, проведенное с ней, казалось счастьем. Глаза ее горели страстью, золотистые пряди волос запутывались в его пальцах, длинные стройные ноги сплетались с его ногами, когда они вдвоем лежали под звездами на палубе, чувствуя, как дыбится под ними море…

Неужели это было наяву?..

Увы, даже став его женой, она в первую очередь оставалась дочерью Давенпорта. И проникла сюда, чтобы шпионить в его пользу, — в этом Рок не сомневался.

Ничего страшного. Он найдет способ помешать ей вернуться к своему папаше с информацией. Он как можно дольше будет держать Мелинду на корабле! По крайней мере, до тех пор, пока не застолбит заявку на открытие.

Но до этого пока далеко.

Мелинда… На борту его корабля? Лицезреть ее каждый день? Бр-р… Пытка!

Рок заскрежетал зубами. Ну что ж, он повернет дело так, что это станет пыткой для обоих!

2

Мелинда рухнула на стул у старинного корабельного бюро, почувствовав, что ее всю трясет. Пытаясь унять дрожь, она сцепила пальцы рук. Значит, она угодила на его корабль! Еще при погружении у нее мелькнуло смутное подозрение, но она не ожидала, что оно станет реальностью.

Слабо застонав, она заплакала, уронив голову на столешницу бюро. Но если честно, она мечтала попасть на его корабль! Даже в роли шпиона. О, если бы вернуть прошлое… Она так благодарна Року за все.

Не потому ли ты здесь? — насмешливо спросила она себя. И не влюблена ли в него по-прежнему? К тому же они не разведены. Но ее волновало не это. Господи, как он на нее посмотрел! Словно на палубу к нему швырнули сеть с акулой!

А на какой прием она рассчитывала? Что он встретит ее с распростертыми объятиями? После всего, что она натворила?

Но ведь он сам ушел от нее… Правда, после той ссоры, когда она заняла сторону папы. Она выступила против Рока, против собственного мужа! Потом Джонатан Давенпорт признал свою вину и то, что был несправедлив к зятю.

Все это было так давно…

Но не для нее. До сих пор ей не удавалось убедить себя, что все прошло. Да, она была наивна, глупа, вспыхивала по пустякам, особенно когда он, как ей казалось, наговаривал на папу. Следовали взаимные упреки, после всего — его объятия и уверенность, что он понимает ее, что все у них наладится. Как остро она все помнит — и семейные бури, и любовные утехи. И то, как он ее бросил, уехав в то утро. Она еще долго надеялась, что он вернется. Однако с той поры они больше не встречались.

В первый миг на его корабле ей показалось, что Рок не изменился. Но только в первый миг. Теперь она точно знала, что это не так. Он стал на три года взрослее, мудрее, решительнее, увереннее в себе. Чувствуется, что у него есть цель. Он ведет поисковые работы, это совершенно ясно. Папа всегда говорил, что если кто и найдет «Контессу Марию», то это Рок Трелин.

Джонатан Давенпорт и сам искал затонувший корабль, но он был не из тех, кто делится своими планами. Интересно, как продвигаются у Рока поиски испанского галеона? Эрик мимоходом натолкнул ее на эту мысль однажды ночью, в маленьком ресторанчике в Ки-Уэсте.

— Без сомнения, — разглагольствовал он, — Трелин уже начал охоту. Он всегда утверждал, что «Контесса Мария» ушла под воду между Флоридой и Багамами, хотя историки настаивают на том, что затонула она недалеко от побережья Кубы. Наверняка Рок получил новые доказательства, которые заставляют его плясать от радости. Держу пари, что сию минуту он уже рыщет на одном из мнимых рыболовецких суденышек по морю, гоняясь за мечтой своего сердца. О, если бы оказаться хоть мухой на его корабле! Кстати, Мелинда, ты могла бы порасспросить бывшего муженька про его задумки.

Эрик улыбнулся ей одной из своих ленивых полуулыбок, которыми он очень ловко пользовался.

Она признавала, Эрик — весьма привлекательный мужчина, загорелый высокий блондин, гибкий, мускулистый. Он работал с ее отцом, делился с ней своими неудачами и победами и… накачивался пивом. Она пыталась полюбить его, даже бегала к нему на свидания, но все же старалась соблюдать дистанцию. Они ходили на танцы, порой целовались, но она как-то умудрялась избегать физической близости с ним, сохраняя и его дружбу, и легкий флирт. Почему она держала Эрика на расстоянии, она и сама не знала. А точнее, не признавалась даже самой себе. Ей нужен был только Рок. Никто не мог его заменить. Понимание пришло с болью в сердце в течение долгих одиноких ночей — с той поры, как Рок ее бросил. Она не могла раньше даже представить, какая пытка лежать без сна и вспоминать, мучаясь, его сильное тело, его шепот и дыхание, и возбуждение от легких прикосновений, и волшебство поцелуев, и просто сладостное чувство от того, что засыпаешь и просыпаешься в его нежных и крепких объятиях.

Мелинда попыталась успокоиться, но пальцы ее предательски дрожали. Он всегда так страстно отдавался своим увлечениям, любил море, подводное плавание, охоту, приключения…

Однажды случилось так, что и ее он полюбил. Но она потеряла эту любовь. То, что она оказалась на его корабле, это ошибка, которую нужно поскорее исправить. Пока не поздно. Сознавать, что он так близко, еще тяжелее, чем быть вдали от него. Когда-то он любил ее преданно и нежно, но теперь, похоже, только презирает, причем так же яростно, как и любил когда-то. У нее нет оснований грезить о будущем. Рока уже не вернешь. Все ушло. Остался лишь взгляд, тот взгляд, каким он окинул ее сегодня. Словно она была ядовитой муреной.

Мелинда беспокойно оглядела каюту. Неужели он запер ее здесь? Он ведь сказал, что не намерен идти в порт. Что же он собирается с ней делать? Может быть, ждет, чтобы она ходила за ним по пятам и умоляла о прощении? Нет, этого никогда не будет. Гордость она еще не утратила.

Дрожь не проходила. Господи, она же его теперь совсем не знает! А вдруг он спит с той миленькой блондинкой, которую она видела на палубе?

Так что же делать?

Ждать? Да, остается только ждать. В конце концов, ему придется сюда вернуться. Обязательно придется.

— Значит, у нас на борту Мелинда Трелин!

Брюс покачал головой. Он стоял у левого борта, когда, хлопнув дверью, из капитанской каюты вышел Рок.

Рок вздохнул, пристально глядя на своего помощника. Лучше утаить внезапное смятение, вызванное появлением Мелинды на корабле. Впрочем, Брюс его лучший друг.

— Да, и она до сих пор является моей женой.

— Правда? — Брови Брюса поползли вверх.

Рок пожал плечами.

— Похоже, она еще не развелась со мной.

— Ну, вдвоем вы наверняка сможете уладить формальности. Когда войдем в порт Майами, обратитесь к адвокату.

— Хорошо, — согласился Рок.

Он подошел к поручню, обхватил пальцами полированное дерево и долго смотрел на морскую гладь. Нужно идти в порт и избавиться от ее присутствия на судне. Шестидесяти футов «Кристл Ли» явно недостаточно для них двоих, им тесно на борту.

— Должно быть, она шпионит в пользу своего папаши, — высказал догадку Брюс.

— Возможно.

— Тогда нам нужно побыстрее избавиться от нее.

Рок облокотился о поручень спиной, скрестив руки на груди.

— Она же ведь хотела попасть на борт моего корабля. Вот мы и подержим ее немножко… — задумчиво произнес он.

— Ты — капитан, тебе и решать, — кивнул Брюс.

— Точно.

— Но ведь она дочь Давенпорта!

— Это так. Но она — на моем судне. И, как это ни странно, мы с ней женаты.

— Ты хочешь сказать, что вы все еще…

— Я еще не все, — прервал он его нетерпеливо. — Я не поплыву ни в какой порт. Завтра у нас по графику погружение. И мы его проведем.

Из-за угла возникла Конни и озабоченно посмотрела на обоих мужчин.

— Так вы знаете эту русалку?

— Знаем ли мы ее? — хмыкнул Брюс. — Насквозь.

— Это моя бывшая жена, — пояснил Рок.

— Ну, не совсем уж бывшая, — вмешался Брюс, обеспокоенно покачав головой.

— Вы опять поженились? — брякнула Конни растерянно.

Брюс бросил на нее укоризненный взгляд.

— Конни, не будь тупицей! Он и не разводился с ней, а она с ним. Эти двое никогда не задерживаются на берегу надолго, им едва хватает времени прочитать газеты или просмотреть корреспонденцию. Просто оба решили, что другой подаст на развод.

— Дочка Давенпорта! — присвистнул Питер, неожиданно появившийся на палубе. — Да она шпионит за нами! Должна шпионить!

— Надо избавиться от нее, — решительно заявила Конни.

— А он не хочет, — похоронным голосом пожаловался Брюс.

— Но она ведь явно пробралась сюда, чтобы выведать, где мы ведем поиски. Она вернется к отцу, все ему выложит, и они будут искать «Контессу Марию» там же, где и мы. — На гладком лбу Конни появилась морщинка.

— Не позволяйте ей прогуливаться с вами по палубе, — предупредил Питер.

Рок раздраженно вздохнул.

— Она и не пригласит меня на прогулку. И ей вряд ли удастся что-либо сообщить своему папаше, потому что я ее не выпущу из каюты. Пока не зарегистрирую заявку.

У Конни перехватило дыхание.

— Разве можно удерживать ее так долго? Не будет ли это расценено как похищение?

— Она попала к нам на борт по собственной воле, не так ли? — возразил Рок.

— Да. Но, строго говоря, мы вытащили ее из моря нашей рыболовной сетью, — напомнил Брюс.

Неожиданно до них донесся запах подгоревшей пищи.

— Обед! — охнула Конни. — Господи, Марина ведь просила меня присмотреть за жареной картошкой! — Она вихрем помчалась по палубе на камбуз.

— Судя по запаху, обед давно готов. Пошли! А как быть… с твоей женой? — замялся Брюс.

— Она ведь не заперта. Если голодна, сама сумеет найти дорогу в столовую.

— Но она так же просто может найти дорогу и в запретные помещения.

— Ей это не удастся, пока мы все настороже.

— Что, будем бодрствовать и по ночам?

— Я лично присмотрю, чтобы она не ходила туда, куда не следует, — решительно заявил Рок.

— Ого, — пробормотал Брюс.

— Никаких «ого», — усталым голосом произнес Рок. — Я не спущу с нее глаз.

— Будь начеку. Но помни, что и огненный коралл выглядит хрупким и прекрасным, а дотронься до него — и получишь чертовски сильный ожог.

— Брюс, я давно расстался с этой женщиной! Так что, повторяю, со мной все будет в норме, — безразличным тоном сказал Брюс.

Сказал и не удержался от воспоминаний о тех муках, которые испытал тогда из-за разрыва с женой. Только гордость помешала ему вернуться к ней. А должен был просто на руках унести ее с собой. Однако сейчас ему уже никакими силами не перетянуть ее от отца.

Брюс испытующе взглянул на Рока и ухмыльнулся.

— М-да, я бы не смог сохранять спокойствие, если бы такая красотка очутилась в моей каюте. Так бы всю ночь напролет и… — Он внезапно умолк, так как Питер ткнул его под ребро.

— Эй-эй, полегче! Она все-таки его бывшая жена, а не твоя.

— И не бывшая, я знаю, — с грустью сказал Брюс.

Рок раздраженно произнес:

— Да, пока — не бывшая. Но это поправимо. Пойдемте-ка лучше обедать.

— Без нее? Неужели мы будем морить нашу гостью голодом? — невесело пошутил Брюс. — Смею предположить, что через несколько минут она покинет каюту и начнет рыскать по всему кораблю в поисках информации.

— Трудновато шпионить по-крупному, если вся команда настороже, не так ли?

Брюс пожал плечами.

— Пошли обедать!

В столовой, расположенной по левому борту, Рок уселся во главе огромного, занимавшего половину всего помещения, и почувствовал, что Марина Тобаго, ставя перед каждым глубокие тарелки с картофелем и тушеными овощами и мелкие — с жаренным на гриле окунем, с любопытством косится на него своими темными наивными глазами. Он улыбнулся ей, но ничего не сказал. Питер проскользнул на свое обычное место, Конни поставила салатницу на стол и тоже села. Брюс занял место напротив Рока, рядом с Брюсом устроился Джо Тобаго.

— Эй, капитан Рок, друг мой! — Его багамский напевный акцент звучал мелодично и приятно. — Так что же мы скажем, если русалка из морской пучины заговорит с нами?

Это было уже чересчур. Рок захохотал.

— Не знаю, Джо. Если она снизойдет до расспросов о погоде, поговорите о погоде. Если пожелает узнать, как готовят морского окуня, пусть Марина без стеснения расскажет об этом. Но если она захочет получить какую-нибудь информацию о нашем судне или станет задавать вопросы о поисках «Контессы Марии», посоветуйте обратиться ко мне. А вдруг ей взбредет в голову помочь вымыть посуду? Доставьте ей и это удовольствие.

Марина хихикнула.

— Дочка Давенпорта снизойдет до мытья грязных тарелок?

— В супружестве она проявила себя хорошей хозяйкой. — Голос Рока прозвучал мягче, чем ему хотелось.

Да, нужно отдать ей должное: Мелинда действительно была хороша во всем. Она любила море, рифы, любила плавать в маске, ей нравилось нырять и гоняться за призрачными сокровищами. Она ловко управлялась с парусной и моторной лодками, обожала ловить рыбу. Отец ее воспитал в строгости, и хотя со стариной Давенпортом у него бывали разногласия, многое в этом человеке восхищало Рока. Давенпорт, начисто лишенный предвзятости по отношению к людям, судил о них только по способностям. И предъявлял к себе те же требования, что и к остальным членам команды. Кому он не давал никаких поблажек, так это своей дочери, Мелинде! Во многом она повторила отца: как и он, она любила приключения, ее влекло и притягивало к себе все новое, необычное. Она с упоением пробовала новые блюда и с не меньшим упоением пускалась на поиски морских сокровищ. И так же очертя голову нырнула в его, Рока, сети.

Он пожал плечами, по-прежнему стараясь скрыть свои истинные чувства.

— Она знает что делает. А будет задавать вопросы — постарайтесь ее чем-нибудь занять или отвлечь.

— И все-таки завтра мы идем на погружение? — с тревогой спросила Конни. — Мы ведь пока еще ничего не обнаружили, кроме той старой немецкой посудины времен второй мировой войны, которая дала нам всплеск на гидролокаторе. Мелинда попробует разузнать, где проходят поиски, и если мы что-нибудь найдем… — Голос Конни упал, а спустя минуту она добавила: — Да уж, ее папаша ловок на руку, в прошлый раз не постеснялся присвоить вашу находку!

— Я уже говорил, мы не дадим ей улизнуть, пока не зарегистрируем нашу заявку, — напомнил Рок.

— Будем держать ее на привязи? Рано или поздно нам придется зайти в какой-нибудь порт, чтобы пополнить запасы продовольствия.

— Я за этим прослежу, — успокоил он Марину.

За столом воцарилось молчание.

— Кто завтра идет на погружение? — спросил Питер.

— Марина и Джо останутся на борту, подежурят Конни и Брюс, остальные пойдут на погружение. Надеюсь, нас ждет награда за наши праведные труды.

— Ты по-прежнему убежден, что мы ищем в нужном месте? — спросил Джо.

— Более чем когда-либо.

— Рок, — мягко продолжил Джо, наклонившись вперед с куском рыбы, наколотым на вилку, — я доверяю твоему чутью. Но почему до сих пор мы так ничего и не нашли, хотя у нас и самое современное гидролокационное оборудование?

Пожав плечами, Рок потянулся через весь стол, чтобы налить охлажденного чая. Он чуть было не взял бокал пива, запотевшего, со льда, но вовремя спохватился, вспомнив, что хлебнул добрую порцию рома. Голова у него должна быть ясная, чтобы ночью безошибочно ориентироваться в океане.

— «Контесса Мария» затонула здесь. Все мои находки доказывают, что моряки, попавшие в шторм, заплыли к северу гораздо дальше, чем пишут историки. А теперь, когда обнаружены письма одного моряка к его сестре, выяснилось, что в момент кораблекрушения судно находилось гораздо севернее. В этом письме все так и сказано. У меня предчувствие, — и оно возникло с первой же минуты, когда я случайно услышал про «Контессу Марию», — что надо искать именно здесь. Затонувший корабль находится всего в десяти милях от нашего местонахождения. Клянусь, я отыщу «Контессу»!

— И все в мире клянутся ее отыскать, благо письмо моряка всем доступно, — охладил его пыл Брюс.

— Как и нашей… гостье, — ехидно добавила Конни.

Рок улыбнулся Марине, которая села рядом с мужем.

— Если она все-таки спросит, как готовить морского окуня, расскажи ей. О'кей? Это восхитительное блюдо, Марина!

— Спасибо, капитан! А если я попрошу ее помочь мне с посудой? Что скажете?

— Я-то не возражаю. Безбилетные пассажиры обязаны трудиться — это общее правило.

— Но она не пришла обедать, — уточнила Конни. — Как же мы заставим ее мыть посуду?

— Да, проблема, — согласился Рок. — Ладно, подождем, пока она не заскочит перекусить, а тогда уж набросимся на нее с посудой. Согласны?

— Увидим. — Марина потянулась через стол и постучала пальцем по его тарелке. — Если все так вкусно, как вы говорите, тогда ешьте.

— Слушаюсь, мэм! — Рок насадил большой кусок окуня на вилку, прожевал, проглотил и улыбнулся: — Ем, как видишь!

Он быстро расправился с рыбой, поговорил о погружении, пока ел салат, затем положил на тарелку немного картофеля, который подгорел, когда в суматохе Конни забыла о нем. Выпив стакан охлажденного чая, Рок поблагодарил Марину за превосходный обед и поставил свои тарелки на небольшую стойку рядом с маленькой раковиной и посудомойкой.

На обед Мелинда так и не явилась. Не припрятала ли она что-нибудь съедобное в потайном карманчике своего купальника? А может, ее страшила встреча с его командой?

Нет, Мелинда не из трусливых.

Не значит ли это, что она просто не готова к новой встрече с ним? Или ждет особого приглашения? Или думает, что он попросит прощения за свои неприличные манеры и недостойный прием, оказанный ей на корабле? Ждет, когда он попросит ее оказать им честь присутствовать на обеде?

Во всяком случае, ситуация тупиковая.

Гордость уже довела его до разрыва. Гордость — чертовски большая роскошь. Не надо придавать ей такого значения. И раньше он не просил Мелинду что-то сделать. И сейчас не будет просить! Он как дурак умолял ее поехать с ним. Она либо не поверила тому, что он уезжает, либо…

Либо он ей абсолютно безразличен.

Рок облокотился о поручень, глядя в наступающую ночь. Солнце почти село, море казалось таинственным, пугающим. Прохладный воздух освежал лицо. На горизонте фантастическими полосами золотого и красновато-ржавого разлился закат. Они бросили якорь. Корабль мягко покачивался на волнах. Наступила потрясающе чарующая ночь.

Такая же потрясающая, как и тогда, когда Рок Трелин впервые увидел Мелинду. После работы на Давенпорта у него выдался свободный месяц, и он с Брюсом и Конни трудились на себя, — они только что закончили подъем затонувшей яхты во Флоридском проливе. Тогда вдруг и пришло послание мистера Давенпорта: тот готов начать поиски заново, и если бы Рок прибыл на встречу с ним в Ларго, Давенпорт был бы ему чрезвычайно признателен. Приглашение участвовать в поисковой экспедиции Давенпорта звучало для Рока заманчиво. От Давенпорта он всегда узнавал что-нибудь новое.

В Ларго к нему подошел Джинкс Смит, повар Давенпорта, выполняющий по совместительству его мелкие поручения, и на шлюпке доставил его к боссу.

Корабль Давенпорта стоял на якоре вблизи порта. Поднимаясь на борт, Рок не подозревал, что познакомится с дочерью босса и это перевернет всю его жизнь. Он был в линялых укороченных джинсах и поношенных сандалиях, все его снаряжение было свалено кучей рядом с ним. Из капитанской каюты вышел Давенпорт, крепко пожал ему руку и сообщил, что в ближайшие месяцы они вместе будут вести поисковые работы.

Тут-то он впервые и увидел Мелинду. Темным силуэтом выделялась она на фоне горящего пожаром красного горизонта. Рок застыл на месте, изумленный. Почти бесплотной тенью, с чувственной грацией двигалась она к отцу, чтобы обнять его. И сразу же перестала быть тенью и никогда потом тенью не была. Ее фигурку плотно облегал купальный костюм из двух полосок — узкого лифчика и тугих трусиков-бикини. Он и сейчас еще помнит цвет ее купальника — переливающийся голубовато-зеленый аквамарин, как и ее глаза.

Она только что ныряла, подумал он тогда. Ее волосы все еще были влажными, высохли лишь несколько прядей, свободно струящихся на ветру и вбирающих нежные прикосновения умирающего солнца.

И она так доверительно прижималась к отцу…

Неосознанная ревность сразу же уколола его в сердце. Тогда Рок еще не знал, кем она ему доводится. Джонатану Давенпорту в том году исполнился сорок один год. Рок знал, что у босса есть дочь, но никогда прежде ее не видел и предположил, что Мелинда — последнее увлечение старины Давенпорта. Как сумел заполучить он столь юное, соблазнительное и элегантное создание?

Но ситуация нежданно разрешилась: освободившись от объятий, Джонатан представил их друг другу.

— Рок, познакомься — моя дочь Мелинда. Теперь она работает на корабле вместе со мной. Мелли, это Рок Трелин, моя правая рука. Вы наверняка поладите.

Она стояла перед ним — огромные голубовато-зеленые глаза поблескивали, волосы на фоне огненного вечернего заката напоминали расплавленное золото.

Он никогда не смущался в присутствии прекрасных представительниц противоположного пола, воображая, что в его двадцать восемь лет и с его-то опытом голова у него кругом не пойдет. Любовные похождения отступали на задний план перед притягательной магией океана. Но все это было до встречи с дочерью Давенпорта, похожей на морскую русалку.

Мелинда одарила его взглядом принцессы. Когда аквамариновые глаза встретились с его глазами, в них мелькнул вызов. Она протянула ему изящную загорелую руку и легко сжала его ладонь.

— Здравствуйте, мистер Трелин.

Голос звучал равнодушно и ровно. Она повернулась спиной к отцу, явно раздраженная тем, что они не одни.

— Я не знала, что ты занят, папа. Пойду приму душ. Мы можем поговорить позднее, когда ты закончишь дела.

Если бы она влепила ему оплеуху, то и тогда не смогла бы красноречивее выразить свои чувства. Сейчас, если все обмозговать, он отлично понимал, что у него так и чесались руки от желания хорошо вмазать ей пониже спины. Однако он сохранил хладнокровие, зато разгневанный Давенпорт вынужден был извиниться перед Роком:

— Недавно погибла в автомобильной катастрофе моя бывшая жена, ее мать. Конечно, это не оправдывает поведения дочери… — Он пожал плечами. — В последние годы Мелинда проводила со мной много времени. Ты сам увидишь, какой она феноменальный ныряльщик. Она только что окончила колледж и будет теперь работать со мной. Я очень рад этому.

Ладно. Лучше всего с самого начала держаться в стороне от этой морской сирены. Для него она — просто самка. Это будет легко: она едва снисходит до разговора с ним. Так он думал до того дня, пока они не встали на якорь на Ямайке. Рок сошел на берег в элегантном костюме, при галстуке. Он встретил на пляже старого университетского друга, и они договорились о холостяцкой вылазке… Так что до утра Рок не появился на корабле. Когда он вернулся, Мелинда помогала Джинксу подавать завтрак. Предназначенные Року вареные яйца аккуратно приземлились ему на колени.

— Мне очень жаль! — извинилась она.

Бессовестная ложь.

Он вскочил — сваренные вкрутую горячие яйца обожгли кожу.

— Позвольте вам помочь.

И она обдала Рока ледяной водой из кувшина.

Тут обычное хладнокровие изменило ему. Рок схватил Мелинду за плечи и совершенно откровенно высказал все, что о ней думает: она избалованная маленькая негодяйка, и, если ей взбредет в голову хоть раз вытворить нечто подобное, он лично позаботится о ее воспитании.

Лицо молодой женщины стало пунцовым, она вырвалась из его цепких рук и исчезла.

Джинкс все это видел, но, вероятно, так и не доложил об инциденте Давенпорту. Не пожаловалась отцу и Мелинда.

А двумя днями позже они снова сцепились. Мелинда пошла на глубоководное погружение. Приплыв к затонувшему кораблю, она пробыла под водой слишком долго. Члены команды были заняты тем, что сосредоточенно изучали морскую карту, но Рок, помимо своей воли, думал о ныряльщице, высчитав, что в ее баллонах сжатого воздуха осталось минут на тридцать, не больше.

И он не выдержал — быстро спустился под воду и обнаружил, что она пытается высвободить золотую цепочку из-под искореженного куска металла. Он поймал ее руку, и она повернулась к нему, изумленная и рассерженная. Рок ткнул пальцем в наручные часы, но она в ярости ускользнула от него.

Тут-то запас сжатого воздуха в ее баллонах и закончился. Она начала делать судорожные телодвижения, пока он насильно не заставил ее взять часть воздуха из своих баллонов. Когда она успокоилась, он вывел ее на поверхность.

Да… Она даже не соизволила поблагодарить его, не скрывала своей досады, говоря, что, если бы ее оставили в покое, она сумела бы вынырнуть самостоятельно.

Ему хотелось придушить ее прямо в океане. Но он заставил себя отплыть прочь, снова промолчал и продолжал работать на ее отца…

Через день они вошли в порт Бинини и поселились в отеле при казино. Рок взял ключ у стойки и отправился в свой номер, чтобы распаковать вещи и освежиться. Но едва он стал раскладывать бритвенные принадлежности в ванной комнате, как обнаружил, что душевая кабина занята. Неожиданно из нее вышла Мелинда. Влажные волосы слегка вились вокруг ее красивого нахального личика. Его глаза задержались не только на лице, взгляд скользнул вниз… И он ощутил натяжение в паху, которое всегда вызывала в нем красивая женщина. Черт бы ее побрал! Она — ведьма! Он не мог понять, в чем ее притягательная сила. И заставил себя в упор смотреть на нее.

Она схватила полотенце.

— Как вы смеете?!

— В чем дело, дорогая? Я, кажется, нахожусь в своем номере!

— Номер этот мой. Убирайтесь! Я вам не верю! Почему вы тут торчите? Боже мой, вы это подстроили нарочно!

— Бросьте, принцесса! Точно так же я мог бы ворваться сюда на встречу с барракудой!

Рок повернулся и направился в спальню, чувствуя, как каждый мускул его тела дрожит от напряжения и… неудовлетворенности.

И вдруг он услышал свое имя, произнесенное нежным голосом.

— Рок!

Он обернулся. Завернутая в огромное белое махровое полотенце, она пристально смотрела на него своими прекрасными глазами.

— Я… Мне очень жаль. Я всегда была врединой по отношению к тебе, с самого начала, как ты появился у нас. Но я исправлюсь. Приношу тебе свои извинения. Это все из-за папы. Ты так сблизился с ним, а мне он нужен сейчас, и я… — Последовала долгая пауза, с минуту она молча чему-то улыбалась. — Я ревновала папу к тебе.

Внутри — он чувствовал это — снова все стянулось тугим узлом. Она была такая прекрасная, беззащитная… и гладкая, как шелк. И тут он неожиданно понял, что попал в беду. Надо бы ему оставаться там, где стоял, сказать, что принимает ее извинения, сожалеет о несчастье с ее мамой, и побыстрее убраться.

А он, заметив вдруг слезы у нее на глазах, решил, что просто обязан ее утешить. И заключил ее в свои объятия. И услышал свой мягкий голос:

— Мне жаль, что так произошло с твоей мамой. Конечно, ты вела себя со мной ужасно. Но и я не нахожу достаточно извинений за свое поведение.

Она улыбнулась. Его рука сама собой оказалась на ее талии, и как-то случилось, что он привлек Мелинду к себе, посадил на колени, а она уткнулась лицом ему в плечо.

— Твой отец рассказал все о твоей потере.

— Так уж и все? — шепотом спросила она. — Рассказал, что мама была пьяна и что авария случилась по ее вине?

— Нет, — пробормотал он.

Ее боль, казалось, проходила через него.

— Я пыталась помочь ей, — горестно прошептала она, — много лет пыталась. Но она все пила и пила. Должно быть, я все-таки мало времени проводила с ней. Я — плохая дочь…

— Эй, эй! Прекрати, Мелинда, твоей вины здесь нет. Естественно, тебя печалит ее смерть, но ты должна помнить, что алкоголизм — болезнь…

Ее глаза, беззащитные и доверчивые, встретились с его глазами. Она снова негромко всхлипнула, и он обнаружил, что целует слезы, текущие по ее щекам.

— Все в порядке! Ну что ты! Успокойся!

Ее руки крепко обняли его за шею, и полотенце медленно поползло вниз. А он был только в плавках и сандалиях, ее горячее тело прижалось к нему. Обнаженная грудь словно орудие пытки прикоснулось к его груди, и соски, такие твердые и такие искусительные, оказались совсем рядом. Его губы нашли ее губы, и она страстно вернула ему поцелуй.

Он потерял контроль над собой. Полотенце упало на пол, и они, вытянувшись, уже лежали поверх роскошного стеганого покрывала на широкой кровати.

Казалось, она понимает, что он делает, отвечая поцелуем на поцелуй, проводя дрожащими пальцами по его плечам и спине. Его поцелуи становились все жарче, находя то нежную шелковистую кожу шеи, то груди, такие раздражающе манящие. Она, выгибаясь, прижалась к нему, мягкая, податливая, сладостная, желанная!

Он был зачарован женщиной, которую держал в объятиях. Тубы и язык снова и снова блуждали по ее телу, и он все больше жаждал интимной близости, прикосновения ее пальцев становились все более эротичными, вскрики — влекущими, а теплота желанного тела — нестерпимой. Она стонала, с ее губ слетало его имя… Он мог бы утонуть в ней гораздо быстрее, чем в океане. Запах ее душистых волос приводил его в неистовство. Но он не торопился, хотел, чтобы и она желала его с той же яростной силой, как и он. И ему чудилось, что так оно и есть.

Он не брал ее, пока мог устоять перед этим вихрем вскриков и стонов. И когда взял, то был потрясен остротой наслаждения, которое она подарила ему. Конечно, она догадывалась, что будет ощущать и нечто невероятно сладкое, и очень болезненное. Но она тянулась к нему, стиснув зубы, и он шептал ей что-то, нежно целуя и лаская ее. Через мгновение она снова была с ним, боль утихла, и опять вспыхнул огонь страсти, такой яростный…

Рок чувствовал себя так, будто никогда прежде не занимался любовью. Все было легким, летуче-взрывным, потрясающим. И таким сладостным. Но как только жар в его теле начал остывать, он готов был умереть от стыда. Дочь Давенпорта! Которую он так упорно избегал. Дубина!

Он желал ее с самого первого мгновения, когда она столь изящно и грациозно вошла в его жизнь. Но почему она не предупредила, не намекнула?.. Когда восторг и возбуждение прошли, вдруг разозлилась и она, заявив, чтобы он не слишком-то задирал нос.

— Ты мне ничем не обязан, — заверила она его, пытаясь натянуть на себя покрывало.

Она могла быть чертовски высокомерной, когда хотела.

— Дело не в том, кто кому и чем обязан, — огрызнулся он тоже зло, — дело в том…

А в чем было дело, он и сам не знал.

— Можешь не опасаться моего отца!

— Я что, мальчик?

Она тяжело вздохнула и отвернулась.

— Я знала, что хочу тебя, поэтому и вела себя отвратительно. В ту ночь, которую ты провел на берегу, я так ревновала. Вот почему…

— Договаривай.

— Вот почему уронила горячие яйца тебе на колени. И ледяной водичкой облила по той же причине. Я не хотела, чтобы ты был с другой женщиной.

Заинтригованный и польщенный, он начал смеяться. В ту же секунду она снова очутилась в его объятиях. И волшебство снова повторилось, более сильное и страстное. Она не хотела ничего говорить отцу, но к концу недели ложь, молчание стали беспокоить Рока. И он заявил: или все, или ничего. Он любил ее и думал, что и она любит его. Они должны пожениться.

Она не стала спорить с ним, только улыбалась, и ее прекрасные глаза завораживали его. За всю жизнь он ни с кем не был так счастлив…

Но все меняется.

Рок стоял, облокотившись о поручень. Солнце закатилось. На небе стали появляться звезды. Все краски дня исчезли, остался лишь слабый звездный свет. Так было тогда, так и теперь, напомнил он самому себе.

На корабле все затихло — ни звона посуды, ни шагов, ни разговоров. Стой он здесь, у поручня, хоть целую вечность, команда не нарушила бы его одиночества. Все ушли спать, догадался он. Оставили его наедине с мыслями. И что же теперь ему делать, удачливому парню? Он оставил Мелинду в своей каюте. Там чертовски мягкая постель. Она, наверное, давно спит.

От этой мысли зачастил пульс, и Рок едва слышно застонал. Да, чертовски хорошая постель. Иногда он забывал их столкновения, но только не ночи, проведенные с Мелиндой. Он навсегда запомнил дурманящую шелковистость ее кожи, запах блестящих золотистых волос, изгибы ее тела, упругость ягодиц.

Х-м, удачливый парень! И до чего он теперь докатился! Оставил бывшую жену в собственной удобной каюте, где она, вероятно, сладко спит, а сам неприкаянно бродит по палубе и страдает.

Но она не спала. Дверь его каюты с легким скрипом приоткрылась, потом распахнулась. На пороге стояла Мелинда. Несколько долгих мгновений она была неподвижна, затем проскользнула на палубу и снова прислушалась.

Никого! Прекрасная морская фея с довольным видом направилась к трапу, ведущему в жилой отсек. Медленно, очень медленно он последовал за ней. Неужели она проголодалась и сделает налет на камбуз, когда вся команда отдыхает?

Но нет. Маленькая ведьма двинулась к трапу; спускающемуся на нижнюю палубу. Туда, где находится гидролокационное оборудование.

Он молча крался за ней по пятам. Остановившись перед гидролокатором, она наклонилась, разглядывая экран. Он стоял сзади, едва не касаясь ее. Похоже, у нее перехватило дыхание, и она бросилась бежать. Инстинктивно. Он кинулся вдогонку, поймал ее у трапа и потянул вниз.

Она потеряла равновесие. Он тоже не устоял на ногах. И оба грохнулись на палубу.

3

Она упала раньше него и сильно ударилась, а он растянулся сверху. На фоне зеленоватого света, излучаемого гидролокатором, ее глаза сверкнули бешенством. В этот момент он мог бы почувствовать приязнь и симпатию к ней, если бы она не шпионила!

— Ну, разве это не романтично? — спросил он вкрадчиво.

— Романтично?! Ты чуть не переломал мне все кости!

— Сочувствую. Твои кости были бы целехоньки, если бы оставались там, где им положено быть.

— Может быть, ты позволишь мне встать?

Он чувствовал знакомую влекущую теплоту, улавливая каждое движение этого упоительного тела. Даже испытывая желание придушить ее, больше всего ему хотелось сорвать с нее нехитрую одежду и заняться любовью здесь, купаясь в призрачном звездном свете.

— Шпионов вешали регулярно на протяжении всех веков, как ты знаешь, — вместо этого сказал он вежливо и поучительно. — Пытали, а уж затем вешали. Или, может быть, расстреливали…

— Я не шпионка!

— Ты просто хотела определить курс моего судна.

Дрожа от возмущения, она уперлась руками ему в грудь, но Рок не шелохнулся.

— Я могу тебя и ударить!

— Я знаю, — спокойно ответил он. — Быть предупрежденным заранее — значит быть вооруженным.

Он чуть сдвинулся, все еще полулежа на ней.

— Рок…

— Мелинда…

Она глубоко вздохнула, пытаясь унять раздражение.

— Ты шпионила, Мелинда.

— Меня поймали ваши сети.

— Ты специально заплыла в них. Похоже, ты точно знала, где я веду поиски «Контессы Марии». А если бы это был не мой корабль, могу представить, как бы ты заигрывала со всеми капитанами встречных судов, расточая им милые улыбки и строя простодушные невинные глазки. Ты бы приложила старания, чтобы разнюхать все о поисковых работах, ведущихся в этих водах, и тут же выложила бы новости своему папочке. Конечно же, так…

Ему пришлось прервать свою тираду. Неожиданно резкое движение ее ладони — и он почувствовал мгновенную боль на щеке.

Глаза его загорелись яростным огнем.

— Давенпорт, должно быть, попал в затруднительное положение, — промолвил он вкрадчиво, — если бросил тебя посреди океана, надеясь, что ты попадешь в рыбацкие сети и так проникнешь на мой корабль.

Она вновь подняла руку, но он предотвратил удар. Ему показалось, что в аквамариновых глазах предательски блеснули слезы, однако ответила она совершенно спокойно:

— При чем тут отец?! Он не позволил бы мне заплыть в твои дурацкие сети. Это была моя идея.

— Какая идея? Шпионить за мной? Предупреждаю, Мелинда, это мое судно! А ты безбилетная пассажирка и к тому же вражеский лазутчик.

— Я не шпионка.

— А что же ты здесь делала, внизу?

— Искала радиопередатчик.

— Чтобы сказать папочке, что ты в порядке?

Она сделала вид, что не слышит его вопрос.

— Может, ты позволишь мне подняться наверх?

Он мгновенно прикинул ситуацию. Праведный гнев не защищал его, против этой чертовки он оказался бессилен. Рок был слишком близко к ней, мускулы у него затвердели, кровь закипала, а где-то внутри рос и стягивался тугой узел желания. Она не должна этого почувствовать.

Рок поспешно вскочил на ноги и протянул ей руку. Она стала подниматься, но он нетерпеливо схватил ее за запястье и поставил на ноги. Он не рассуждал, хорошо ли это или плохо. Разделяющие их двенадцать дюймов оказались слишком малым расстоянием. Неожиданно он с еще большей остротой ощутил тепло и запах ее тела.

А ведь это мыло и пудра Конни, подумал Рок. Интересно, одни и те же запахи по-разному воспринимаются на теле разных женщин. Он мог бы поклясться, что мыло и пудра — Мелинды.

— Так могу я воспользоваться радио? — спросила она.

— Нет. Я сам свяжусь по радио с твоим отцом и дам о тебе знать.

— Рок, если ты только позволишь мне самой поговорить…

— Я же сказал, что сделаю это сам.

— Но я не была на папином судне, — спокойно уточнила она.

Он уже достиг первой ступени трапа и остановился, уловив в ее голосе нотку отчаяния. И нотку искренности.

— Ладно. Кто же тогда выбросил тебя за борт посреди океана? Кто знал, что тебя подберут и все будет в порядке?

Он видел: она колеблется с ответом.

— А важно ли это? — Голос звучал мягко и ровно. — Если бы ты только разрешил мне воспользоваться радиопередатчиком…

— Ни в коем случае, — отрезал он. — Так на чьем судне ты была? — Рок сошел с трапа и встал напротив нее.

— Не твоего ума…

— Кто он?

— Эрик Лонгфорд, — вдруг выпалила она.

— Лонгфорд?!

Его окатила жаркая волна гнева.

Эрик Лонгфорд, высокий загорелый пляжный бездельник… У него не имелось и двух извилин, зато был талант в нужное время попадать в нужное место и к нужным людям, что обеспечивало ему безбедную жизнь. Рок нутром чувствовал — этот тип опасен, он способен замутить воду даже в полный штиль. Неплохой ныряльщик, Эрик почему-то не контролировал ни время погружения, ни запас сжатого воздуха в баллонах. И абсолютно пренебрежительно относился к хрупким коралловым рифам вокруг Флориды и Багамских островов, бросая якорь где попало. Вдобавок ко всему Эрик был отчаянным бабником и явно положил глаз на Мелинду. Видно, у нее не хватило здравого смысла не связываться с таким типом.

— Эрик Лонгфорд!..

Ярость душила Рока. Неужели Лонгфорд уже побывал в постели у его бывшей женушки? Нет, не бывшей, а настоящей жены! Он готов убить этого человека.

Должно быть, она прочитала его мысли — и отшатнулась.

— Это совсем не то, что ты думаешь, — начала она.

— Откуда тебе знать, что я думаю? — сквозь зубы процедил он.

— Ну, какое это имеет значение, — неожиданно обронила она. — Ведь ты же бросил меня.

— Нет, леди, я вас не бросал. Вы предпочли мне другого мужчину, случилось так, что это был ваш отец. А теперь, здрасьте, появился еще и Лонгфорд!

— Ты плаваешь по морям и океанам уже три года, не выказав ни малейшего интереса к моей жизни. — Высокая, прямая, с гордой королевской осанкой, она в упор разглядывала его. — Сам ты не желаешь делиться своими амурными похождениями, а теперь держишь меня пленницей на борту… Мог бы и не отказывать мне в малом, разрешив воспользоваться твоим радиопередатчиком.

Его рука непроизвольно сжалась в кулак, он чертыхнулся, отвернулся от Мелинды и стукнул кулаком по стенке.

— Ладно, попробуем связаться с Лонгфордом, — решил он. — Этот осел бросил тебя посреди океана, чтобы ты заползла в сети другого мужчины. Передай, что тебе это удалось.

— Я уже говорила тебе, — в ее голосе проскользнули умоляющие нотки, — это была моя идея.

— Возможно, я чего-то недопонимаю, но твой отец никогда бы не выкинул подобную штуку.

— Рок, пожалуйста…

— А твой отец — тоже в открытом море? — раздраженно спросил он.

— Я не…

— Черт побери, он тоже где-то здесь, поблизости?

Она отвернулась, глядя на экран гидролокатора.

— Думаю, что да.

— Чудненько. Тогда мы свяжемся по радио с твоим отцом, а он, если пожелает, может вызвать Лонгфорда.

И он потянул ее за собой наверх, к жилому отсеку, где Мелинда как-то сразу стала серьезной. Возможно, она уловила восхитительный аромат обеда, который все еще витал в воздухе? Наверняка она голодная.

В рубку Мелинда забралась так быстро, как только могла, осознавая, что за спиной у нее рассерженный мужчина. Он присоединился к ней минуту спустя и, заняв капитанское место, взял микрофон радиопередатчика, включил его, нашел свою частоту и дал опознавательные сигналы «Кристл Ли».

— Как называется судно твоего отца? Я слышал, он только что приобрел новую посудину.

Она хранила молчание.

— Мелинда…

Она вздохнула.

— Полагаю, что сейчас он на «Тайгер Лили». Если бы ты позволил мне самой связаться с папой…

— Ни за что!

Он еще раз передал позывные и принял позывные «Тайгер Лили». Несколько минут спустя из динамика послышался удивленный голос Давенпорта:

— Рок?

— Да, хочу вам сообщить, мистер Давенпорт, что у меня на борту есть кое-что, принадлежащее лично вам. Прием.

Какое-то время стояла тишина. Потом ровный голос спросил:

— Мелинда? Она у тебя? Прием.

— Да. Она побудет некоторое время здесь. С ней все в порядке. Прием.

Рок почувствовал вздох облегчения.

— Так она с тобой? Прием.

— Да! Прием.

Странно. Он думал, что отец Мелинды прямо сейчас приплывет на моторке за дочерью, хотя уже ночь и путь неблизкий. Однако в голосе Давенпорта звучало явное облегчение.

— Мелинда одна? Прием.

— Да. Прием.

Рок откинулся в кресле и внимательно посмотрел на Мелинду. Прямая, спокойная, вздернув подбородок, она в упор смотрела на него.

И вдруг он понял нечто такое, что заставило его улыбнуться: Давенпорт ненавидел Лонгфорда почти так же сильно, как и он сам. Ее папаша совсем не расстроился, узнав, что Мелинда очутилась на борту его судна — лишь бы она была не с Лонгфордом. Хотелось бы знать, что ее связывает с этим типом? Но зачем это ему теперь? И все-таки — пусть подтвердит, что ее отношения с этим типом самого невинного свойства.

— Мелинда, заклинаю тебя… — неожиданно зазвучал голос Давенпорта.

И если бы Рок не был так зол, возможно, он нашел бы, что всплеск отцовских чувств у его бывшего наставника несколько забавен, как забавно и то, что Мелинда, торопливо схватив микрофон, успела прокричать:

— Я уже взрослая, папочка! Не учи меня жить!

Рок не выдержал и улыбнулся.

— Прием, — сказал он.

— Что? Что? — переспросила она.

— Это ведь радиосвязь, Мелинда, ты должна бы знать, что сначала говорят «прием».

— Прием, — покорно сказала она.

По-прежнему стояла тишина. Но вдруг через какой-то треск и шум пробился голос Давенпорта, чувствовалось, его что-то развеселило.

— Эй, Рок! Ты охотишься за ней? Прием.

— За кем? Прием.

— Как это — за кем? За «Контессой». Прием.

— Ерунда. Обыкновенная морская прогулка. Прием.

— Ладно, удачи тебе. До встречи. Позаботься, пожалуйста, о Мелинде. Ради меня. Прием.

Рок положил микрофон в гнездо и бросил укоризненный взгляд на Мелинду. Что же. По крайней мере, голос Давенпорта звучал не слишком озабоченно.

— Вы позволите напомнить, что уже поздний час?

Высокомерно вздернув подбородок, Мелинда грациозно покинула рубку. А он остался сидеть в широком капитанском кресле. Интересно, куда это она направилась?

— Подожди-ка. — Он вскочил с места и успел крепко сжать ее запястье. — Я тебя еще не простил. — Быстрым движением он втянул ее обратно в рубку, так что она, крутанувшись, очутилась между его колен.

— То есть как? — спросила она с вызовом.

— Я тебе не доверяю. Мы спустимся по трапу вдвоем.

Она попыталась освободиться, но попытка оказалась неудачной.

— Я не уйду далеко. Сам видишь.

Он отпустил руку Мелинды и легонько оттолкнул ее от себя.

— Я уже знаю, что у тебя на корабле есть гидролокационное оборудование и что ты ищешь «Контессу Марию»! — закричала она в раздражении. — Но если бы даже я не попала сюда и ничего не увидела, то могла бы все вычислить! Ты всегда говорил, что «Контесса Мария» затонула в здешних водах. Вспомнил? Ну, что я такого сделала?

— Хочешь знать? Проникла на борт чужого судна и намеревалась передать информацию своему папаше!

— Что ты себе позволяешь? — яростно выкрикнула она.

— Возможно, теперь ты сама занимаешься морским бизнесом?

Рок пожал плечами: он хорошо знал Мелинду. С ней следовало держать ухо востро. А он и был бдителен. Но, может быть, ему хотелось, чтобы она вихрем влетела в его объятия?

И она влетела, как вихрь, яростно размахивая кулаками. Она молотила его по груди, но все кончилось быстро: ее кости едва не хрустнули, когда он сжал ее. Блестящие от возбуждения, гневные глаза встретились со спокойным взглядом Рока. Даже не пошевелив пальцем, Мелинда могла сильно навредить ему. А он был неимоверно счастлив, что держит ее в своих объятиях, снова чувствует ее тело.

— Я ни на кого не работаю! — зло выкрикнула она. — Если бы ты не был такой огромной тупой обезьяной…

— Ты бы вколотила эту истину мне прямо в печенку, — шутливо закончил он.

И вздрогнул от неожиданной страстности в ее голосе.

— Да! Да! Я бы сделала это! Но мне не справиться с такой гориллой! Я бы оценила, если бы…

— Лонгфорд?! — взревел Рок.

— Какая тебе разница?! — раздраженно закричала она. — Ты покинул меня! Ты сам ушел из наших вод…

— Совсем не так. Черт бы тебя побрал, Мелинда!

— Ты бросил меня!

— Нет! Это ты бросила меня!

— С чего ты взял?

— Ты просто оставила меня ради другого. География океана тут ни при чем.

Мелинда дернулась с такой силой, что он отпустил ее. Она стояла спиной к нему, ее волосы стекали золотистым потоком, отражая лунный свет.

— Правда, уже очень поздно, — сказала она.

Он с поклоном указал ей на трап:

— Прошу. После вас, мэм.

Голос его звучал достаточно горько.

Она резко повернулась и вышла, высоко неся голову.

— Ты не спустишь меня с трапа? — холодно поинтересовалась она.

— Пока нет. Но когда обнаружу какой-нибудь криминал, то выброшу тебя за борт акулам. Хотя сомневаюсь, что ты им нужна. Акулы не едят себе подобных.

— Вот как? Скорее вы сами попадете к ним, капитан Трелин! Как знать! Ведь иногда и акулы впадают в неистовство, пожирая друг друга.

— Уверен, вы отлично знаете, как это бывает.

Он пристально взглянул на нее и неожиданно почувствовал себя виноватым. Где его вежливость? Что он несет? Неужели это все из-за этого дурака Лонгфорда? Нет, просто у него не хватает духу поставить ее на место.

— Ты права. Уже поздно. Заключаем перемирие на остаток ночи? — Она взглянула на него с подозрением. — Я серьезно. — Рок вздохнул. — Приношу свои извинения. Я не столкну тебя с трапа и не скормлю акулам. Боюсь, у них может быть несварение желудка. Нет, нет, шучу! Честное слово! Я верну тебя отцу или Лонгфорду в той же прекрасной форме, в какой ты прибыла на мое судно.

— Рок, если ты…

— Успокойся, Мелинда. Я просто шучу и пытаюсь таким образом снять напряжение. Я ведь не думал, что встречусь с тобой, так что не рассчитывай на великосветское обхождение. Давай отдохнем, завтра все будет выглядеть не так мрачно.

Она глянула на него и начала спускаться вниз по трапу. Он последовал за ней. Она прошла мимо камбуза, направляясь к его капитанской каюте. Он не отставал от нее ни на шаг. Мелинда первой вошла в каюту и попыталась быстро захлопнуть дверь, но он успел вставить ногу в щель.

— Ты ведь сказал, что я могу располагаться в твоей каюте?

— Что правда, то правда.

С силой придерживая дверь, Рок скользнул в каюту. Она отшатнулась и чуть не упала на его старинное корабельное бюро.

— Если ты думаешь, что можешь запросто…

— Мелинда, иди спать.

— Должно быть, ты шутишь?

— Насчет чего? — Он с любопытством уставился на нее.

— Ты тоже будешь спать здесь?

— Да, здесь, — легко согласился он.

Она закусила губу, изумленно захлопав ресницами, затем повернулась и спокойно направилась к его кровати, широкой и очень удобной.

— Но ведь на твоей шхуне так много места, — неожиданно подала она голос.

— Я обещал команде присмотреть за тобой.

— А куда, интересно, я могу деться?

— Ты можешь подобраться к гидролокатору, например, к картам и схемам…

— Я просто…

— Искала радиопередатчик.

— Мне нужно было знать, где находится твое судно. А если бы я пошла…

— Я бы запер тебя в каюте, — мягко уточнил он.

— Но я не…

— Хорошо. Тогда нам обоим стоит хоть немного поспать. Спокойной ночи, Мелинда.

Элегантная, соблазнительная красотка развалилась на его кровати — всего лишь на расстоянии вытянутой руки. И все еще была… его женой… которую он по-прежнему любил.

А ему достался жесткий стул. Но он будет спать!

4

В какой-то момент он действительно уснул. Иначе отчего бы все тело так затекло? Шея болела, спина ныла.

А на его кровати Мелинда спала сладким сном, вытянувшись во весь рост. Видение в белом, с золотистым ореолом волос обеими руками обняло его подушки, нежилось на его удобном матрасе, сделанном на заказ, потому что корабль был его домом, где он дневал и ночевал.

Чертыхнувшись, Рок встал со стула, нечаянно стукнулся коленом, задев стенку бюро, снова выругался и злобно уставился на Мелинду. Она даже не пошевельнулась. Бормоча что-то под нос, он вышел на палубу, едва не столкнувшись с Конни, направляющейся на камбуз.

— Доброе утро, — приветливо сказала Конни и чуть отступила назад. — Похоже, не такое уж оно и доброе для вас, капитан? Я уже приготовила кофе.

— Кофе? Это заманчиво! — тут же откликнулся он и прошел мимо нее к левому борту.

— Но куда же вы? — удивленно крикнула она ему вслед.

— Окунуться!

— В такую рань? Солнце едва взошло. Еще холодно.

— Все равно.

Солоноватая вода, приятная и прохладная в этот утренний час, ласкала тело. Он глубоко нырнул, а через несколько секунд сделал твердый гребок и всплыл на поверхность. Сильно работая руками, он плыл к кораблю, ощущая, как привычные движения снимают болезненную напряженность в мышцах.

Вся его жизнь до сих пор текла по нормальному руслу. По крайней мере, он спокойно спал по ночам. А теперь эта нахалка беспардонно завладела его постелью и вынудила провести ночь скрючившись, терпя муки ада. Он был разбит и зол, мог обидеть первого попавшегося человека. И еще ему чертовски захотелось броситься в свою каюту, схватить спящую красавицу и швырнуть ее за борт, чтобы и у нее было «доброе утреннее пробуждение»…

Он доплыл до кормового трапа, расположенного всего в двенадцати футах от задней переборки его капитанской каюты, и обнаружил, что Конни уже ждет его на палубе с чашкой черного кофе, над которой поднимался ароматный парок.

— Ну, — заговорила девушка мягко, — мы подумали, что вам здорово повезло прошлой ночью… — Она поймала его взгляд и торопливо добавила: — Ладно. Я хотела сказать, у вас состоялось примирение. Но вы кажетесь таким раздраженным… — Она замолчала и стала смотреть на морскую гладь. — Сегодня прекрасный денек для погружения!

— Денек и в самом деле прекрасный для тех, кто выспался. — Рок легко коснулся рукой ее плеча. — Кажется, ты сказала, что завтрак готов? Может, отправимся в столовую, пока он съедобен?

— Съедобен? Сочный бекон? А как же! — Конни торопливо шла впереди. Рок вразвалку следовал за ней. — Возможно, завтрак скрасит вам неудачное утро?

— Все равно оно потеряно!

Мелинде почудилось, что Рок смотрит на нее через иллюминатор. Она мгновенно задернула шторку. Сердце бешено колотилось в груди, потом словно отяжелело и упало куда-то вниз. Этих двоих явно что-то связывает. Они почти прижались друг к другу… Конни так нежно протянула ему чашку с кофе. Он погладил ей руку, когда брал чашку… так ласково говорил с ней. Их головы почти соприкасались…

Мелинда пыталась подавить внезапно нахлынувшие рыдания. А чего, собственно, она ждала спустя три года? Однажды он уже был ее, но она его потеряла. И снова он ускользнул от нее, как солнечный луч. От этой мысли на глаза навернулись слезы. Ладно. Она не желает больше томиться в его каюте. Может, он не запер дверь снаружи на какой-нибудь железный засов? И тут ее ноздри затрепетали от божественного запаха бекона, а желудок судорожно сжался, и она вспомнила, как давно ела в последний раз.

Мелинда быстро натянула одежду Конни, взяла на полочке щетку для волос Рока, причесалась. Вспомнила про зубную щетку, стала рыться в его ящиках, пока не нашла то, что искала. Чистя зубы, она придирчиво оглядела себя в зеркале: круги под глазами, взгляд какой-то испуганный и потерянный. Мелинда надменно вздернула подбородок. Так-то лучше. Немного лучше.

Она глубоко вздохнула и решительно направилась к двери. Настало время сойтись лицом к лицу с недругами!

Завтрак был на столе — большое блюдо с ломтиками бекона и колбасы, сдобные булочки, свежеподжаренные тосты, блинчики и яичница, приправленная перцем и помидорами. Однако Рок занимался не завтраком, а морскими картами. Добрый их десяток лежал рядом на столе. Водя пальцем по карте, он прослеживал курс корабля, следуя от теперешнего его местонахождения во Флоридском проливе, мимо Андроса в Багамском архипелаге и далее к группе мелких островков.

— Взгляните-ка сюда, — негромко сказал он, быстрым движением свертывая одну карту и раскладывая на столе перед членами экспедиции другую, более подробную, с указанием всех островов, населенных или необитаемых, а также окружающих их рифов. Особо были отмечены рифы, выступающие над поверхностью моря и очень опасные для мореплавателей. — «Контесса Мария» здесь, вон за тем рифом. Придется чуть расчистить место, где я собираюсь вести поиски. Джо, — обратился он к Тобаго и вдруг оборвал себя на полуслове.

Грациозная, гибкая, Мелинда вошла в столовую, неся с собой запах свежести и аромат целого сада благоуханных роз. Ее прекрасное лицо сияло чистотой, золотистые волосы, словно львиная грива, покрывали плечи.

Наконец-то гостья соблаговолила предстать перед ними! Она хорошо над собой поработала…

Поначалу Мелинда притворилась, будто не замечает Рока.

— Доброе утро! — весело обратилась она к Конни. Затем бегло оглядела остальных членов команды. Улыбка не сходила с ее лица. Она протянула руку Брюсу. — Предполагаю, вы знаете, кто я? Мы встретились при таких странных обстоятельствах, что я считаю своим долгом представиться. Я — Мелинда Давенпорт.

— А разве не миссис Трелин? — вкрадчиво спросила Конни.

Лицо Мелинды полыхнуло румянцем, стало нежным, как лепестки алой розы, и еще более очаровательным.

— Я не совсем в этом уверена, — промурлыкала она, одарив Конни улыбкой. А потом снова принялась за Брюса: — Вы ведь брат Конни? Брюс? Она рассказывала мне о вас вечером, когда принесла одежду. А вы кто? — вежливо повернулась она к Марине и Джо.

Лицо ее снова озарила милая улыбка.

Члены экспедиции подумают, что он, Рок, или совершенный негодяй, или колоссальный дурак, если не может поладить с такой женщиной. Все они словно попали под ее гипноз. Пора кончать этот спектакль!

И Рок представил остальных:

— Это Джо Тобаго и его жена Марина, а довершает мою команду Питер. А теперь, если ты не возражаешь…

— Я умираю с голоду, — прервала его Мелинда с той же мягкой улыбкой. — Здесь восхитительно пахнет…

Марина кивнула, а Брюс вскочил со стула.

— Присаживайтесь! Я принесу вам кофе.

— Как мило! Благодарю вас. Позвольте, я сама налью. Вижу, кофейник подогревается на плите?

Она взяла чашку с полки, подошла к плите и налила себе кофе. Возвращаясь к столу, не преминула бросить беглый взгляд на корабельную карту. Рок стиснул зубы и в сердцах свернул ее в рулон.

— Извините, — проворковала она. — Я совсем забыла о ваших страшных секретах.

— Ты — шпионка, — осадил ее Рок.

— Скорее пленница, — поправила она его небрежно. — А разве пленных на корабле не кормят?

— Их сажают на хлеб и воду, — буркнул Рок.

— Пожалуйста, садитесь. — Марина бросила на Рока укоризненный взгляд. — Вы, наверное, ужасно проголодались. Берите тарелку и располагайтесь поудобнее.

— Спасибо, — поблагодарила она Марину.

Рок бросил на Мелинду изумленный взгляд. Ей здесь так же уютно, как и в его каюте ночью. А он из-за нее терпел адские муки на проклятом жестком стуле. Рок в упор уставился на Мелинду, которая поглядывала на него с невинным видом.

— Ты выглядишь отдохнувшей.

— У вас удобная каюта.

— Вижу, и душ успела принять.

— Напор воды в вашей душевой просто великолепен, — ответила она вежливо. — Извините, я воспользовалась вашей зубной щеткой. В ящичке под раковиной их целая коллекция!

Рок так стремительно вскочил, что едва не столкнулся с Мариной и чуть было не опрокинул кофейник.

— Брюс, пора. Поднимаем якорь и в путь.

— Слушаюсь, капитан! — одобрительно отозвался Брюс.

— Так мы сегодня идем на погружение? И куда направляемся?

Аквамариновые глаза Мелинды широко распахнулись, и она с простодушным видом оглядела столовую. Всех хватил удар: и Брюса, и Питера, и Джо. Но каким-то непостижимым образом ей удалось завоевать симпатию женщин. Рок даже подумал, что одна из них может выдать его секрет, сообщив, где собирается он искать затонувшую «Контессу Марию».

А ведь казалось, все женщины на корабле преданы его делу.

В столовой воцарилась тишина. Рок с улыбкой наклонился к Мелинде.

— Пленным лазутчикам не принято указывать курс судна.

Брюс толкнул его в бок и шепнул:

— Трелин! Она все же миссис Трелин!

— Я совсем не уверен, что она продолжает носить мою фамилию! — воскликнул он насмешливо.

Мелинда посмотрела на него с укоризной. Рок поднялся и спешно покинул каюту. Она рванулась за ним следом.

— Рок!

Он задержался на ступеньке трапа, ведущего на верхнюю палубу, и оглянулся.

— Что нужно? — нетерпеливо спросил он.

— Позволь мне участвовать в погружении.

— Ты, должно быть, спятила?

Она взмахнула рукой.

— А что мне прикажешь делать? — спросила она, и в голосе ее зазвенело отчаяние. — Здесь я твоя пленница. Куда я отправлюсь с информацией, даже если она у меня будет? Кому смогу ее передать?

— На судне есть радио, — заметил он.

— Но мне нельзя пользоваться им.

— Я же не всегда буду на борту.

— А твоя команда?

— Мелинда, они ведь не знают о твоей безграничной преданности папочке, это я имел удовольствие с ней столкнуться, — напомнил он ей негромко.

Вся его команда разом качнулась вперед, пытаясь услышать, что он говорит.

— Ты же знаешь, что мой папа…

— Правильно. Но за борт посреди океана тебя выбросил Лонгфорд. Он оказался даже хуже твоего папочки.

Рок решительно повернулся, боясь, что она снова остановит его.

— Рок…

— Лучше вымой посуду! — отчеканил он раздраженно.

Мелинда ошеломленно уставилась на него, пальцы ее непроизвольно сомкнулись в кулак, но она сумела высокомерно вздернуть подбородок. Правда, глаза ее выдали — в них блеснула-таки предательская влага. Неужели он ей не безразличен? Он ведь видел эти слезы и раньше.

Она отвернулась.

Он тоже отвернулся. И, почти не видя, куда ступает, заторопился по трапу на верхнюю палубу. Там двинулся к якорной лебедке и машинально включил ее, глядя, как она потянула вверх тяжелый якорь.

Брюс был уже рядом.

— Займись подъемом якоря. — Рок поднялся на мостик и из рулевой рубки принялся обозревать горизонт.

На прошлой неделе он все тщательно выверил и точно знал, где намерен вести поисковые работы. Однако, как лисица, заметал следы и каждую ночь, чтобы не вызывать подозрений у тех, кто следил за ним, менял якорные стоянки. Подальше от заветного места. И все же его обнаружили. Ведь Мелинда проникла на борт его судна! Но пока никто точно не знал, где он наметил глубоководные изыскания. К счастью, не знал!

Брюс крикнул, что якорь поднят, и Рок щелчком включил рубильник мотора. Какое-то время дал ему поработать вхолостую, затем положил руки на большой деревянный штурвал и взял курс на Багамский архипелаг. Он шел к одному из пустынных островов, к предательски опасному рифу, о который разбилось столько кораблей, плывущих сюда в поисках богатств Нового Света.

«Кристл Ли», прочное, устойчивое, быстроходное судно, резво бежало по волнам. Рок сразу почувствовал, как свежий утренний воздух обдувает лицо и треплет волосы. Солнце всходило, день обещал быть жарким. Тем отраднее был поток соленого ветра, освежающего и прочищающего мозги после тягостной ночи.

Рок отключил мотор и приказал Брюсу бросать якорь. Они находились от рифа на расстоянии добрых пятидесяти футов. Поспешив из рулевой рубки на нижнюю палубу, Рок обнаружил там Мелинду — она стояла, одетая в свой черный купальный костюм, и похоже, ждала команды на погружение.

— Брюс, ты проверил баллоны? — спросил он друга, не сводя с нее глаз.

— Мы с Джо проверили и перепроверили.

Снаряжение Рока уже лежало на палубе.

Джо Тобаго, который оставался на борту, потянулся за баллонами и маской Рока и помог ему облачиться в гидрокостюм. Конни и Брюс помогали друг другу. Марина поправляла снаряжение на Питере. Рок кивком поблагодарил Джо и взял из его рук ласты. И снова взглянул на Мелинду, которая сверлила его взглядом.

— Ты не пойдешь на погружение, — грубо ответил он на ее немой вопрос.

— Но ведь…

— Уходи.

— Не говори, что я опять должна отправиться к проклятой посуде! Я уже всю ее перемыла! Можешь спросить у Марины, — сообщила она негодующим тоном.

— Все равно ты не пойдешь с нами.

— Ты не можешь запретить мне!

Он взглянул поверх ее головы на Джо.

— Если заметишь чужое судно, запри ее где-нибудь. Возможно, Лонгфорд попытается вытащить ее из передряги.

— Рок, у тебя нет права…

— У меня есть все права!

Он не стал дожидаться ее ответа, уселся на борт, перекувырнулся спиной вниз. В воде поправил маску и загубник шланга, подающего сжатый воздух. Уже через несколько секунд его сопровождал лишь мерный убаюкивающий звук регулятора воздуха. Он уходил все глубже и глубже в море. Сомкнувшиеся над ним голубовато-зеленые воды дарили ощущение прохлады и спокойствия, сразу сняв напряжение в мышцах.

О господи, как чудесно! Здесь совершенно иной мир и иные законы… Здесь человек становится почти невесомым, тишина и покой укрывают его от жестокой земной жизни.

Рок уже подплыл к опасному рифу, к самой его высокой оконечности, и вдруг различил какое-то движение рядом. Кто-то плыл поблизости…

Небольшой дельфин? Нет, женщина!

Мелинда! Конечно, без баллонов. Ни Джо, ни Марина его не предали. Без маски и ласт, в простом купальнике, надеющаяся лишь на свои фантастические способности к глубоководному нырянию и умению задерживать дыхание под водой.

Она плыла ниже его, золотистые волосы окружали ее. Такая гибкая, грациозная, похожая на рыбину или причудливое морское создание… Нет, скорее, на русалку, одну из дочерей Нептуна. У нее не было соперников в голубовато-зеленых морских водах.

Черт бы ее побрал.

Рок резко устремился вниз, пытаясь плыть следом за ней. Она проскользнула мимо рифов, заплыла на другую сторону — туда, где был остов затонувшего корабля времен второй мировой войны. Но когда он начал ее преследовать, она исчезла, спряталась внутри проржавевшего корабельного корпуса.

«Мелинда!» — хотел он прокричать ее имя и чуть не захлебнулся. Ругнувшись про себя — какой же идиот кричит в воде? — он в ярости продолжил преследование.

5

Рок проскользнул за ней в проржавевший корпус затонувшего судна через дверь, косо висевшую на петлях. Солнечный свет, струившийся сквозь голубовато-зеленые воды океана, казался здесь легкой пеленой. Рок проплыл через палубные помещения и достиг места разлома в поврежденном и проржавевшем корпусе корабля, который, затонув, развалился надвое. Пролом был заполнен песком и хаотически разросшимися морскими водорослями, хрупкими кораллами, экзотическими цветами и мелкими морскими существами. Остов прогнившего корабля свалился за край шельфа.

Мелинда мелькнула за выступом, который был на двадцать футов ниже. Рок поймал ее на полпути вниз. Она в ярости уставилась на него, пытаясь освободиться.

Как долго она держит дыхание! Это было жутковато и почти сверхъестественно!

Он заставил ее взять в рот конец своего загубника. Вобрав в легкие большой запас сжатого воздуха, она попыталась освободиться из его цепких рук, но Рок крепко держал ее. Он ткнул пальцем вверх, решив, что вытолкнет ее на поверхность океана, хочет она того или нет.

От его резкого толчка они оба стрелой понеслись вверх. Ноги его скользили в морской воде по ее ногам. Рока потрясло то эротическое воздействие, которое он пережил, ощутив ее сопротивление здесь, в глубине океана. Она была такая обольстительная даже сейчас, когда ему хотелось свернуть ей шею… Когда они вынырнули на поверхность, он выплюнул загубник.

— Ты думаешь, что…

— А я не ныряла. Я просто плавала, — ответила она раздраженно.

— То, что ты делаешь, опасно. Ты сама знаешь.

На мгновение она умолкла, прикрыв глаза. Да, она знала, как рискованно плавать под корпусом старой проржавевшей посудины — она могла угодить в западню, если бы кусок ржавого металла преградил ей обратный путь.

Открыв глаза, Мелинда в упор посмотрела на Рока.

— Но и то, что ты делаешь, тоже опасно.

— У меня есть баллоны со сжатым воздухом.

— Все равно нельзя одному. Тебя должен кто-то страховать.

— Я взял бы кого-нибудь с собой, если бы не был вынужден постоянно следить за тобой.

— Если ты от меня не отцепишься, то утопишь нас обоих.

— Ага! — воскликнул он, но не ослабил пальцы. — Понимаю! Ты не шпионишь за мной. Ты просто решила загонять меня до смерти длинными заплывами. Чтобы у твоего отца и Лонгфорда было время добраться сюда на своих кораблях и присвоить мою находку.

— Это ты меня загоняешь! Если бы ты только позволил помочь тебе! Ведь я хорошая ныряльщица.

— Из воды! — приказал он, давая ей толчок по направлению к кораблю.

— Не ты правишь океаном! — закричала она, шлепая руками по воде.

Он ринулся к ней. Она снова поплыла, легко ускользая прочь, и только благодаря мощному рывку Року удалось догнать ее на полпути между местом всплытия и бортом «Кристл Ли».

— Я же сказал — из воды!

— А я сказала, что океан — свободная территория.

— Но не тогда, когда ты на моем судне.

— Сейчас я не на твоем судне, сейчас я в открытом море.

— Если ты не перестанешь пререкаться, я тебя вытащу из воды и…

— Громкие слова! Ты не осмелишься.

— Еще как осмелюсь! Тебе следовало бы это знать.

— Вопрос остается открытым.

— Это что, вызов, мисс Давенпорт?

Она вырвалась из его цепких рук, собираясь нырнуть, однако Рок схватил ее за плечо и мощными гребками поплыл к «Кристл Ли». Мелинда боролась и извивалась, как сильная рыба, пойманная на удочку. Но Рок все же плыл с ней к борту. Джо и Марина с палубы обеспокоенно наблюдали за происходящим. Мелинда легко забралась на палубу и тут же исчезла в капитанской каюте, торопливо кивнув всем.

Рок карабкался по трапу медленнее из-за тяжелого снаряжения.

Прекрасно. Итак, она — опять в его каюте. Что ж, уединение им не помешает. Он сорвал маску с лица, глубоко дыша и стараясь держать себя в руках. На поверхности моря показалась Конни.

— Мы поднимаемся, — закричала она. — Ничего не нашли! Ни единой вещички! Просто искупались, и все!

— Ничего не нашли, — выдавил с отвращением Брюс.

— Там ничего нет, — пожал плечами Питер.

— Зато мы наткнулись на несколько черепов, — вмешалась Конни. Она слегка вздрогнула: — Жутковато. Я еще не встречала в море черепа и скелеты тех, кто жил до нас… Но ни единого предмета с этой проклятущей «Контессы»!

— В самом деле? — мягко спросила Мелинда, вернувшись на палубу. — Кажется, мне повезло больше. Возможно, это с затонувшего немецкого судна… Но более вероятно, что старинная вещичка…

Каким-то скользящим движением Мелинда извлекла откуда-то сбоку, из-под купальника, что-то длинное, покрытое плотной коркой песка. Видно, найденный предмет был надежно зажат эластичной резинкой под купальником. Рок быстро пересек палубу. Она протянула ему этот предмет, вопросительно подняв бровь и очаровательно улыбаясь.

— Что это? — крикнула Конни.

— По-моему, предмет столовой сервировки, — заявила Мелинда, все еще не отрывая глаз от лица Рока. Он не спешил брать предмет из рук Мелинды и не произнес ни слова. Кончилось тем, что она почти насильно сунула находку ему в руку.

Оливковая ветвь мира? — удивился он про себя. Черт возьми! Она была там, на глубине, без всяких баллонов, а он, как идиот, преследовал ее и выгнал на поверхность… Он ей мешал! Мелинда, единственная из них, оказалась самой везучей и обнаружила нечто, возможно, имеющее отношение к «Контессе Марии».

— Рок?

Мелинда произнесла его имя очень мягко, вопросительно. Он не был уверен, что другие услышали ее.

Наконец находка — длинный предмет, покрытый плотной коркой песка и водорослями, — была у него в руках. Рока охватило предчувствие. Она права! Это не с немецкого судна! Рок взвесил предмет на ладони, ощущая его тяжесть, объясняемую не только плотной коркой песка. Интуиция подсказывала, что «Контесса Мария» где-то совсем рядом, а находка Мелинды — с этого призрачного, затерянного в океанской глубине испанского галеона.

— Ты запомнила место, где подобрала его?

Она неопределенно пожала плечами.

— Не знаю. Придется снова нырнуть. Места я не запомнила. В тот момент мне показалось, что сзади акула. Но когда я обернулась, то увидела тебя. Я нервничала и, естественно, все забыла.

— Естественно, — повторил он холодно, потом развернулся и заспешил по ступенькам трапа на нижнюю палубу, промчался мимо камбуза, торопливо проскочил вниз через второй пролет трапа и рванул дверь каюты-лаборатории.

Расстелив на столе кусок полотна и положив на него находку, он взял в руки деревянный молоточек и принялся тщательно и осторожно отбивать приросшую корку спрессованного песка.

Работа требовала самообладания и немалого терпения. Ему это хорошо удавалось, пока он вдруг не понял, что в лаборатории он уже не один. Вся команда столпилась у него за спиной — и Брюс, и Конни, и Питер, и Марина с Джо, и… Мелинда. Места для всех не хватало, они жарко дышали капитану в затылок.

— Послушайте, отступите, мне нечем дышать. Я все покажу немедленно, в ту же минуту, как только сам что-нибудь пойму.

Джо, самый мудрый и уравновешенный из команды, кивнул головой.

— Да, он прав. Жена! Идем! Позагораем на солнышке. А?

Марина сразу же вышла. Джо вопросительно посмотрел на Конни. С несчастным видом та удалилась следом за ним. Ушел и Питер. Правда, он, не удержавшись, обронил, выходя:

— Если я буду нужен, позови.

Брюс последовал за ушедшими.

Осталась одна Мелинда.

Рок в упор посмотрел на нее.

— Ведь это я нашла эту штуковину, — сказала Мелинда мягко.

— Однако ты была в моей поисковой экспедиции, — напомнил он.

— Как и ты был в поисковой группе папы, — парировала она.

— Нет! Я не просто был в его поисковой группе. И если бы он решился сказать тебе правду, ты бы все поняла. А пока поверь мне на слово. Впрочем, слишком поздно. Ты предпочитаешь мне не верить, не оставаться со мной в одной лодке. Но обещаю: если эта штуковина окажется с «Контессы», я сделаю для тебя такое, чего твой папочка не сделал для меня. И тебе воздам должное — за погружение со мной!

Сказал — и в тот же миг почувствовал раскаяние. Мелинда стояла рядом, не шелохнувшись. Она сильно побледнела, длинные ресницы прикрыли ее аквамариновые глаза, на нежной шее запульсировала жилка. Рок отметил и это, и многое другое. Мелинда все еще была в черном купальнике, который смотрелся на ней вызывающе эротично. Он окинул беглым взглядом ее удивительное тело, вспомнил, как бесконечно долго томился, глядя на ее губы, поймал себя на мысли, что хотел бы забыть прошлое, забыть «Контессу Марию», то, что на корабле есть люди, забыть себя самого и забыться с ней…

— Мне не нужно твое одобрение, это моя находка, — ответила она со спокойным достоинством. — Я нашла этот предмет и хотела бы знать, представляет он ценность или нет?

Рок снова обратился к плотной корке, пальцы его дрожали от волнения.

— Мелинда! Предоставь мне на несколько минут свободу действий. Нужно хотя бы снять верхний слой. Позже ты вернешься, и мы вместе займемся очисткой предмета.

Она опустила голову, кивнула и вышла. А он неотрывно следил за каждым ее движением, когда она подымалась по трапу на верхнюю палубу.

Ее спина, ее бедра, ее ноги…

Пальцы у него все еще дрожали, он чувствовал себя как натянутая струна. Как бы он хотел свернуть ей шею!

Однако он желал и другого.

Необходимо убрать Мелинду с судна. На миг он закрыл глаза, вытянул пальцы, стараясь успокоиться. Теперь он снова работал медленно, осторожно. Наконец с коркой было покончено. Настала очередь очищающего раствора. Рок окунул в раствор тряпочку и бережно протер предмет — он заблестел так, как блестит хорошее серебро высокой пробы.

Это была ложка старинной работы и определенно испанского происхождения.

С «Контессы Марии»?!

Схватив лупу, он впился глазами в рисунок узора, затем бережно положил ложку на разложенное полотно. На полке у него хранилась копия описи судового груза «Контессы Марии», он торопливо пролистал ее.

Вот оно! На борту «Контессы Марии» было 88 серебряных ложек, украшенных гербом в виде короны. Рок перевел взгляд на ложку Мелинды и даже вздрогнул. Он так близок к открытию! Так близок к «Контессе»! Она где-то здесь, совсем рядом…

Схватив ложку, он бросился к трапу, ведущему на камбуз. Хотел крикнуть, позвать команду — и неожиданно увидел всех, застывших в ожидании, словно марионетки.

— Бог ты мой! Кажется, это след! — выпалил Рок.

Все разом вскочили. Рок протянул им ложку.

— Я проверил корабельную декларацию-опись груза «Контессы». Похоже на подлинный Мак-Кой.

Конни испустила дикий вопль радости и поцеловала Брюса в щеку, Марина чуть не задушила Джо в объятиях, а Питер рванулся к Року и стал трясти его руку.

Только Мелинда оставалась спокойной, ее аквамариновые глаза смотрели на Рока не мигая.

— Так ты нашел ее? — первым опомнился Питер. — Нашел «Контессу»? В точности там, где и говорил? Правда?

— Правда, — каким-то глухим голосом отозвался Рок, прошел вперед и положил ложку на стол перед Мелиндой. — На самом деле ложку нашла Мелинда. Мои поздравления, мисс Давенпорт!

Оставив ложку на столе, капитан вышел из камбуза. Он хотел выбраться на открытую палубу, где легкий бриз так приятно треплет волосы и охлаждает лицо. Рок подошел к левому борту и уперся руками о поручень. Ему бы полагалось сейчас впасть в эйфорию… Не из-за того, что эта ложка с «Контессы» — веское доказательство его правоты. Он и не сомневался, что испанский галеон затонул именно здесь. Серебряная ложка была чертовски хорошим знаком, означавшим, что затонувшее судно не разграблено.

Так почему же он стоит здесь, вцепившись в поручень так, что у него на руках вздулись вены? Рок взглянул на свои пальцы и выпустил поручень. Может, душ поможет ему расслабиться?

И он двинулся к каюте. В душевой кабине он включил сначала холодную, потом горячую воду, намылил голову и подумал, что неплохо бы на берегу сходить к парикмахеру.

Неожиданно он услышал какой-то шум, неясный из-за льющейся воды. Кто-то открыл дверь каюты. Рок замер.

— Какого черта? Кто там?

Тишина.

— Какого черта?

— Это я, — тихо отозвалась Мелинда.

— Проклятье!

— Ты же сам настаивал, чтобы твоя каюта стала моей тюрьмой.

— Что, что?!

Он услышал ее слова, но они показались ему бессмысленными. Приблизившись к стеклянной перегородке и глянув поверх нее, он увидел Мелинду, которая с несчастным видом стояла посреди каюты.

— Я сказала, ты сам настаивал, чтобы твоя каюта стала моей тюрьмой, — повторила она. — Извини, если помешала тебе принимать душ. Я не знала, что вы здесь, капитан!

Она отсалютовала, словно хотела уйти, но почему-то медлила. А ведь Мелинда всегда была такой решительной…

— Я выйду через минуту, — сказал Рок.

Неожиданно дверь каюты резко распахнулась, и влетела Конни.

— Пикник! Все на пикник! Это дело надо отметить! Остров Тиадроп всего лишь в двадцати минутах хода от нас. Что скажете, капитан? Ой!!!

Господи, благослови Конни! Когда она взволнована, она ничего не видит. И сейчас всю свою длинную тираду она выпалила, не замечая, что Рок принимает душ, а Мелинда стоит рядом.

— Ой-ой! Я не знала… Извините… Я…

— Конни, черт побери! Тебе не в чем извиняться, — раздраженно пробурчал Рок.

— Я не хотела… Ты, должно быть, в бешенстве? — продолжала она, переводя взгляд с Рока на Мелинду.

— Ничуть!

— Тогда почему ты кричишь? — требовательно спросила Конни.

— Я не кричу.

— Нет, ты кричишь, — вмешалась Мелинда, высокомерно пожав плечами.

Рок закрыл лицо руками и негромко простонал.

— Убирайтесь! Обе! Конни, я не кричу. А твоя идея с пикником просто как манна небесная. Что может быть лучше мяса, зажаренного на решетке! Действуй! — И обернулся к Мелинде: — Душевая кабина и моя каюта будут в твоем распоряжении ровно через десять минут. А пока — вон отсюда!

Конни мгновенно исчезла. Мелинда не двинулась с места, в упор глядя на Рока сверкающими от гнева глазами.

— Ты напугал бедную девушку до полусмерти.

— Она вовсе не из пугливых. И отлично знает мой нрав.

— Серьезно?

Возможно ли такое? Неужели она ревнует? Трудно поверить. У нее по-королевски неприступный вид — подбородок вздернут, глаза горят, волосы разметались великолепной золотой гривой. А в какой вызывающей позе она стоит! Ну что же, почему бы ей так не вести себя? Кажется, он никогда не выполнял своих угроз. Только однажды…

— Конни достаточно хорошо знает мой характер и быстро убирается, когда я прошу!

— Ах, да. Вы же — Великий Капитан. «Все вон! Живо, живо! Шевелитесь! Не то будете болтаться на рее!»

— Вали отсюда! — разозлился он.

Она изогнула бровь. Вода в душевой стала нестерпимо горячей.

— Если ты не уберешься через тридцать секунд, я тебя ошпарю, — пригрозил он.

— Ты не имеешь права кричать на людей и угрожать им только потому, что ты в плохом настроении. Не можешь простить, что это я обнаружила доказательство того, что ты ищешь?

— Осталось десять секунд!..

— Рок, я серьезно говорю тебе…

Он настежь распахнул дверь душевой кабины, и клубы пара ворвались в каюту. Глаза ее расширились от изумления.

— Подожди минуту… — начала она.

— Ваше время истекло, — отчеканил он.

Ну да. Она наверняка разглядела его. Голого. Может быть, это пробудило в ней воспоминания? Только какие?

Она повернулась, чтобы сбежать, но было слишком поздно. Ведь он предупреждал ее!

Сильные руки резко развернули ее и подняли вверх. Она издала вопль, но Рок успел зажать ей рот.

А она легонькая, мелькнуло в его сознании. Это при ее-то росте, да с ее мускулами. Определенно она показалась ему невесомой, когда он поднял ее. Пряди мягких золотистых волос прилипли к его обнаженной спине и плечам, щекотали ягодицы, ее пальцы вонзились ему в голое тело.

Он негромко застонал. Прикосновение к ней было таким болезненным и так возбудило его — уже возбужденного. И она это почувствовала и тоже затрепетала от прикосновения к его телу. Это была ошибка!

Торопливо войдя в душевую кабину, он быстро опустил ее на пол, под бьющие струи воды. Волосы, намокнув, плотно облепили ее лицо. Она судорожно хватала воздух, пытаясь успокоиться, ее руки все еще лежали на его плечах.

— Ах ты негодяй!

— Ты сама говорила, что хочешь принять душ, — сказал он спокойно, снимая ее руки со своих плеч.

Затем стремительно развернулся и хлопнул дверью душевой. Надо было вытереться. Он схватил полотенце и начал яростно растираться, сдерживая раздражение. Он был в бешенстве из-за того, что она с ним вытворяет.

В шортах и рубашке ему стало легче. Одежда служила ему броней или чем-то в этом роде. Он снова взял себя в руки, пересек каюту и распахнул дверь душевой.

Мелинда, очевидно, посчитала, что он ушел. Ее черный купальник с манящими вырезами на спине и на бедрах свисал с перегородки душевой, сама она стояла под потоком воды с губкой в руках. Стеклянная панель душевой, слегка запотевшая от пара, не могла скрыть очарования гибкого тела, похожего на совершенную статую. Гладкая, как мрамор, спина, точеные бедра, манящая округлость ягодиц и стройные длинные ноги.

Она обернулась, их глаза встретились.

— Что такое?.. — начала было она.

— Я подумал, тебе потребуется полотенце! — И бросил свое махровое полотенце на перегородку. — Мойся! Не буду тебе мешать. — Его рука была на дверной ручке. Он намеревался выйти, но остановился. — Что, несколько фунтов прибавила?

Клевета! Она ничего не прибавила!

— Что тебе? — спросила она строгим голосом.

— Да ничего.

— Тогда уходи.

Он ухмыльнулся.

— Уже ухожу.

Она повернулась к кранам и выключила воду.

Он собирался уйти. На самом деле собирался. Был уверен, что уйдет. Однако ноги не подчинялись ему, а руки сами собой потянулись к ней. Рок обнял Мелинду и прижал к груди. Он слышал громкие удары ее сердца, мучительно-болезненно ощущал полноту ее грудей и волнующее прикосновение сосков. И это было пыткой.

Она чувствовала, что возбуждает его. Ее прекрасные глаза наполнились тревогой, а голос — она хотела бы, чтобы он звучал сурово, — срывался.

— Рок, какого черта ты тут делаешь?

Какого черта он тут делал?..

— Я еще не поблагодарил тебя за ложку, которую ты мне отдала.

Рок чувствовал, что просто умирает от желания. Он коснулся рукой ее подбородка, затем вдруг прижался губами к ее устам и стал покрывать их поцелуями, сначала нежно, мягко, а затем все крепче, настойчивее.

Возглас протеста так и не успел сорваться с ее губ. Она извивалась в его объятиях, и скольжение прохладных грудей по его груди доводило его до исступления. Ее пальцы замерли на его плечах. И вся она замерла, крепко прижавшись к нему. Сердце гулко стучало.

— Какого черта ты это делаешь?

Этот жестоко-мучительный вопрос он и сам себе задавал. Он так страстно желал дотронуться до нее и дотронулся, пробудив внутри себя весь пламень ада. Проклятье… Прервав поцелуй, он встретил ее горящий взгляд.

— Благодарю тебя, — выдавил он. — Благодарю…

— Черт бы тебя побрал, Рок Трелин! Убирайся!

— Мисс Давенпорт! Я уже ухожу!

Вслепую, на ощупь, сделал шаг в сторону от душевой кабины. И на сей раз ушел — из душевой, из каюты, бормоча, что впредь всегда будет запирать дверь.

6

Долгое время Мелинда стояла под душем, пытаясь унять мелкую дрожь. Черт бы его побрал! Она ведь знала, что произойдет, если Рок прикоснется к ней. И все равно пыталась убедить себя, что проникла на судно, чтобы исправить ошибку отца. Но она не могла не признаться себе, что по-прежнему страстно любит Рока. Какая глупость! Пустая трата сил и времени! Впредь следует быть осторожной. Она не должна гоняться за ним по всему океану, бросая вызов судьбе. Иначе на ее долю снова выпадет одна лишь боль.

Все повторится вновь. Он снова доказал, как легко может бросить ее. Доказал уже дважды — тогда и сейчас. А она любит его по-прежнему. Господи, помоги ей. Он все еще думает, что она шпионка. Может, не следовало подбирать ту ложку? Это лишь разозлило его, ведь он не поверит, что она старалась ради него, ради его открытия.

Мелинда потянулась за полотенцем, брошенным Роком на стеклянную перегородку. Его полотенце! Его запах! А как он ее поцеловал! Только Рок умеет так целовать — как бы всем телом. Она всегда долго чувствовала тот сладостный огонь, который пожаром перетекал от него к ней, сметая ее сопротивление.

Мелинда закусила губу, осознав, что ее все еще трясет. Да, Рок был ее большой жизненной проблемой, но, как оказалось, на этот момент не единственной. Оставалась еще одежда и… Конни. Не успела она о ней подумать, как в дверях каюты возникла эта симпатичная блондинка с карими глазами.

— Спасибо, что пришла. Я как раз рассматривала свой скудный гардероб и впервые поняла женщин, говорящих, что им совсем нечего надеть…

— Ты же не могла прихватить с собой чемодан с вещами, когда решила попасть в рыбацкие сети. А?

Мелинда внимательно взглянула на Конни, пытаясь понять, не было ли в ее вопросе скрытой неприязни. Однако в глазах молодой женщины она заметила лишь искорку любопытства, которое позабавило ее.

— Конечно, не могла, — согласилась она.

Конни положила на постель Рока целую гору одежды.

— Принесла тебе вещичек, тут кое-что от Марины. И учти: у нас на камбузе есть стиральная машина и сушилка. Марина охотно тебе поможет, она просила передать это. Если хочешь, конечно.

— Благодарю, — мягко сказала Мелинда.

Брошенные Конни вещи валялись поверх покрывала. Сердце у Мелинды гулко застучало, когда она приблизилась к кровати Рока. Была ли у них связь, у этой женщины и ее мужа? Если бы между Роком и Конни что-нибудь было, вряд ли бы она вела себя так естественно с неожиданно свалившейся бог весть откуда женой, которая спала в его постели и в его каюте.

— Могу я задать тебе личный вопрос? — спросила вдруг Конни, чуть поколебавшись.

— Спрашивай что хочешь. Другое дело — получишь ли ответ, — пожала плечами Мелинда.

Конни ухмыльнулась.

— Ты следишь за нами? Скажи по-честному, что ты забыла в наших сетях?

Мелинда заколебалась.

— У меня возникло подозрение, что ваш корабль замаскирован под рыбацкое судно, а на самом деле он поисковый и охотится за «Контессой Марией».

— Так ты все же шпионила!

Мелинда покачала головой.

— Нет. На самом деле я мечтаю помочь Року отыскать сокровища на затонувшем галеоне. Веришь ты мне или нет, но я хочу, чтобы открытие принадлежало ему. Клянусь, я ни на кого не работаю.

— Даже на своего отца?

Мелинда усмехнулась.

— Ты его не знаешь, Конни. Ему не надо, чтобы кто-то таскал для него каштаны из огня. Он не впервые ведет поисковые работы. Кроме того, я полагаю, папа тоже хочет, чтобы Рок первым зарегистрировал заявку. Возможно, мы оба виноваты перед Роком…

Конни исподтишка наблюдала за Мелиндой.

— Ладно, — сказала она после долгой паузы. — Я верю тебе. — Она повернулась, намереваясь уйти, но остановилась в дверном проеме: — Одевайся побыстрее. Мы поплывем на шлюпке на остров, как только Рок подведет «Кристл Ли» к берегу. Сегодня у нас пикник!

И Конни плотно прикрыла за собой дверь каюты.

Мелинда выбрала короткую клетчатую блузку и голубые шорты. Уже застегивая последнюю пуговичку на блузке, она почувствовала, что корабль замедляет ход.

Оставалось привести в порядок волосы. Минутку поколебавшись, она взяла щетку Рока и решительно пустила ее в ход, остро почувствовав свою причастность к нему. Зеркало отразило ее посвежевшее лицо и огромные сияющие глаза.

Не выгляди беспомощной! Не будь уязвимой! Все думают, что дочь Давенпорта — непотопляемая и твердолобая. Что ж, хорошо. Пусть думают. Она и вправду закована в броню, но не в железную, а в броню своей гордости. К сожалению, в ней оказалась брешь, да и вообще немало уязвимых мест.

Она ощутила толчок. Вероятно, Рок отдал команду бросить якорь. До нее донесся крик Конни, которая просила забрать сумки на берег. Мелинда заторопилась, полная решимости помочь ей. В конце концов, у всех сегодня отдых.

Стоял прекрасный вечер. Шлюпка причалила к необитаемому острову, когда солнце опускалось в море, рассеивая золотые и красноватые блики по всей голубизне неба и зеленоватой водной глади.

Рок, босой, как и вся его команда, прыгнул в воду, помогая вытянуть шлюпку на берег. Питер последовал за ним, ухватив сразу несколько сумок с провизией. Остальные тоже не бездельничали. Рок с раздражением заметил, что Мелинда отлично вписывается в его команду.

Общими усилиями шлюпку вытащили на песчаную косу и принялись выбирать место для костра. Мелинда хлопотала больше всех. Опираясь руками и коленями о землю, вдвоем с Мариной она отгребла песок и готовила место для древесного угля, привезенного с корабля.

Рок почувствовал, как вновь подпадает под ее чары. Еще это ее одеяние! Ее следовало обрядить в какое-нибудь тряпье или в мешок из-под картофеля! Нет, и мешок не скроет ее прелестей, но все-таки мешок есть мешок, а не ладно сидящие на ней короткие голубые шорты и прелестная блузка-болеро в голубовато-белую клеточку, едва прикрывающая ее голый живот. Конечно, недавно он видел Мелинду вообще в чем мать родила, и все же…

От досады он скрипнул зубами.

Бывшая жена, нет, настоящая — они ведь не разведены, — определенно внесла сумятицу и разлад в его душу. Сейчас Брюс что-то говорил ей, а она улыбалась. Бедный парень готов был проглотить собственный язык, только бы угодить этой нахалке, только бы она улыбалась!

Рок начал нервно расхаживать по песчаной косе. Потом остановился, вошел по щиколотку в воду и сделал вид, что любуется закатом. Сколько провел он вечеров, похожих на этот, с Мелиндой, вечеров с красновато-золотистыми закатами и прохладным песком на берегу бескрайнего моря.

Прежде над ним властны были лишь чары моря, и он никогда не думал, что встретит женщину, чье очарование окажется сильнее. Когда он уже уверился, что проживет жизнь одиноким, то познакомился с дочерью Давенпорта, которая плавала как рыба и выглядела как ангел.

Конечно, у Мелинды тогда был слишком решительный характер, как, впрочем, и сейчас. Они часто ссорились. Ведь она бывала такой отчаянной и безрассудной, ему не раз приходилось спасать ее в море, когда она в одиночку уходила на глубоководное погружение. И тогда они оба вопили и спорили, но обычно он одерживал верх, потому что всегда бывал прав. Но его тогда переполняла нежность к ней, и по ночам дневной гнев оборачивался страстью, еще более пылкой после размолвок.

Так оно и шло. Пока они не начали гоняться за затонувшей «Инфантой Беатрис». По легенде, «Инфанта Беатрис» отплыла в Новый Свет из Испании и затонула у северных берегов Кубы. Однако ходили слухи, что, если и удастся ее обнаружить, вряд ли поисковая экспедиция добудет сокровища: «Инфанта Беатрис» затонула на мелководье, и, вероятно, ее груз давным-давно разграбили.

Рок прочитал об «Инфанте Беатрис» все, что сумел найти, и был просто околдован мыслью о драгоценностях на борту галеона. Он не раз беседовал с Джонатаном Давенпортом, но не сумел уговорить его организовать поисковую экспедицию.

Пришлось обходиться собственными силами.

Не ценность несметных сокровищ на корабле и не возможность быстро разбогатеть влекли Рока — его манили сами поиски. Ему хотелось сделать то, что не могут другие. Как настоящему охотнику, азарт доставлял ему высшее наслаждение.

И так случилось, что, исследуя дно вместе с Давенпортом, он обнаружил дамский сундучок-шкатулку, покрытый плотной коркой песка и сросшихся растений и битком набитый идеально сохранившимися старинными золотыми монетами.

Рок едва успел очистить первые монеты, как узнал, что Давенпорт созвал пресс-конференцию и уже зарегистрировал под своей фамилией заявку на открытие «Инфанты Беатрис». А когда Рок начал протестовать, Давенпорт сказал, что поисковое судно принадлежит ему, значит, и открытие тоже его. Черт бы побрал этого Давенпорта! Словно не было других одиночных, изнурительных погружений и самостоятельных поисков Рока. Давенпорт заявил, что нанял Рока для водолазных работ…

Рок не смирился и не простил Давенпорта. Не простил он и ту, что ожидала его в каюте. Мелинда тоже злится, предположил он. Но только не на отца, а на него. Раньше она настаивала, что открытие принадлежит отцу, поскольку «Инфанту» они нашли, плавая на его судне…

Он должен был тогда это предвидеть! Она была его женой, но прежде всего — дочерью Давенпорта! Четко выговаривая слова, он предложил ей принять решение — или она уезжает с ним утром, или остается с папочкой. Она побледнела, услышав это, но по тому, как гордо распрямились ее плечи, он понял: она готова продолжать спор до бесконечности, требуя, чтобы он помирился с отцом. Он же спорить больше не хотел.

В ту ночь Рок не сомкнул глаз. На рассвете упаковал лишь необходимые вещи, оставив большую часть своего снаряжения на корабле. Мелинда еще спала. Он присел на край постели, и ему казалось, что вместе с ней он теряет частичку самого себя — своего тела, своего сердца, своей души…

Она медленно пробуждалась.

— Ты едешь со мной? — спросил он.

— Я… не могу покинуть отца. — Ее заспанные глаза смотрели на него с испугом.

Вот и все.

Он отвернулся и направился к двери.

— Никогда! Никогда не возвращайся! — закричала она яростно.

Он обернулся.

— Если все же ты решишь выбрать меня, а не отца, я буду рад.

— Ты серьезно уезжаешь? Так просто? После всего, что папа для тебя сделал?

— Да.

— Я тебя ненавижу, — прошипела она.

Нижняя губа ее дрожала, простыня сползла с плеч. Глаза подозрительно блестели. От ярости? От слез?

Он отшвырнул свою дорожную сумку и очутился рядом с ней. Крепко обнял. Кулачки Мелинды яростно колотили его по спине и плечам.

— Ненавижу-ненавижу-ненавижу! — выкрикивала она.

Однако не вырывалась из его объятий, не уклонялась от поцелуев и ласковых прикосновений. Прижимая к себе ее нежное гибкое тело, он говорил себе, что на свете есть и другие женщины… Хотя и не представлял, что сможет уйти навсегда. И не ушел, но только в то утро. И страсть, и ярость вернулись — и были исчерпаны. И снова тот же разговор.

— Не могу поверить, что ты меня бросишь…

— Не тебя. Я ухожу от твоего отца.

— Ты хочешь сказать, что…

— Мелинда, я повторяю это уже не в первый раз. Я уезжаю. Бросаю работу у твоего отца. Но ты здесь ни при чем. Если захочешь остаться с отцом, значит, ты бросаешь меня.

Он повернулся к ней спиной, спокойно и сосредоточенно одеваясь. Он ни разу не обернулся — ему это было просто необходимо.

— Я ненавижу тебя!

Ее слова опалили его словно пламенем.

— Мелинда!

— Если уходишь, то уходи! Убирайся! Быстрее!

Он снова потянулся к ней, но она отодвинулась так стремительно, словно хотела вдавиться в стенку.

— Уходи… — зло прошипела она.

И он ушел. И все же, пока Рок спускался по трапу на палубу, он молил бога, чтобы она выбежала за ним, остановила его. Пусть бы она вопила, кипела от гнева и возмущения, пусть бы не оставляла за ним право выбора. Лишь бы уговорила его остаться…

Но Мелинда не побежала за ним.

Два дня спустя судно ее отца вышло в открытое море. Мелинда была на борту.

С той поры Рок больше ее не видел, но, конечно, слышал о ней. Она сделала несколько собственных открытий и каждый раз при этом упоминала фамилию отца. Журналисты любили Давенпорта и его красавицу-дочь. Все восхищались несравненной морской русалкой…

Когда Рок оторвался от воспоминаний и вернулся от прошлого к настоящему, солнце уже почти село.

Его команда разложила большой костер на песчаной косе, и желтые языки пламени соперничали с красноватыми закатными красками. Рок нахмурился, глядя поверх костра.

Джо установил гриль над пылающими углями в песчаной яме, Конни и Марина клали на решетку кусочки разделанной рыбы и цыплят. Питер взбалтывал какое-то варево в кастрюльке, пристроенной на краешке гриля. Брюс растянулся на полотенце с банкой пива в руках. Он покровительственно наблюдал за остальными.

Мелинды нигде не было. Рок подошел к костру.

— Где она? — спросил он мрачно, сведя брови над переносицей. Ему вдруг стало тревожно и даже страшно.

Брюс вздрогнул от неожиданности, уловив беспокойство в голосе капитана. И вся команда разом повернулась, пристально глядя на него.

— Пошла прогуляться по острову, — сказал Брюс. — Ей здесь просто некуда деться, Рок. Она ни с кем не может отсюда связаться и что-нибудь сообщить о нас.

— Дело не в том. Эта идиотка может полезть в воду, — мрачно произнес Рок. — В каком направлении она ушла?

Брюс махнул рукой налево, в сторону песчаной косы.

— Море здесь спокойное, большого течения нет, а бухточка на той стороне хорошо защищена, — успокоила капитана Марина.

Он кивком поблагодарил ее, повернулся и широкими шагами направился к песчаной косе. Красноватые полосы на небе отступали перед темно-серой пеленой по-южному быстрой ночи.

Его команда просто не знала Мелинду. Именно из-за непредсказуемости ее поступков чаще всего они ссорились. Других она поучала не плавать и не нырять в одиночку себе же казалась неуязвимой. И всякий раз, когда бывала расстроена, Мелинда шла к морю. А ночью ныряльщиков подстерегает так много опасностей… Это совсем не то, что дневное погружение. В эти воды заплывают макасы, лимонные и голубые акулы, рыбы-молоты, опасные прожорливые хищники.

Рок ускорил шаг, потом побежал.

Ее нигде не было видно. С гребня песчаной дюны он увидел тихую бухточку, защищенную кустарником и песчаными дюнами. Сумерки густели, и чертовски быстро!

Черт бы ее побрал! — мысленно выругался он, страх сжал его сердце. Он взглянул на небо, внезапно взорвавшееся лунным всплеском. Большая круглая луна озарила сумерки, сменившие уходящий день, и неожиданно спряталась за плывущую темную тучу.

Наконец-то он увидел ее.

Мелинда сидела на берегу и смотрела на море. Печальная и одинокая… Подбородок, как всегда, гордо вздернут. Такой она была и в последнюю ночь их прощания, уже одинокой, решив выдержать противостояние с ним, своим мужем.

И, как тогда, он страстно желал ее.

Нет, вовсе не так. В эти минуты он желал ее более неистово, чем в ту прощальную ночь… Глупец! Он думал, что все оставил позади.

Рок опомнился, когда обнаружил, что молчаливо спускается с дюны. Он остановился за спиной Мелинды. Легкий бриз чуть шевелил золотистые волосы, блузка едва прикрывала обнаженные плечи. Одной рукой он невольно коснулся их, другой приподнял копну тяжелых волос. Он приник губами к изгибу шеи и жадно вдыхал запах ее тела. Она словно окаменела.

Вероятно, сейчас она повернется и влепит ему оплеуху…

Но она не поворачивалась.

Его губы изменили маршрут, он уловил легкую дрожь, пробежавшую по ее телу и усилившую его любовное томление.

— Рок, — мягко пробормотала она, отодвигаясь.

— Нет. — Он не хотел слушать ее протесты.

Пальцы Рока нашли эластичные завязки на блузке и потянули вниз, обнажив груди. Он осторожно взял их в свои шершавые ладони и стал нежно ласкать соски. Она тихо постанывала, когда он медленно и сладостно проводил ладонями по ее гладкой шелковистой коже. Словно не ладонями, а какими-то таинственными эротическими щетками. Потом он спустил блузку пониже, нащупал ремешок на ее голубоватых шортах, нашел пуговку, расстегнул молнию-застежку. Сильная и нежная рука скользнула вниз по ее животу, ниже, ниже, и вот уже чуткие пальцы коснулись мягкого золотистого треугольника…

Она слегка вскрикнула. Он прижал ее спину к себе, покрывая поцелуями мочки ушей и шею.

— Не отталкивай меня… — прошептал он осипшим от возбуждения голосом, ощущая, как дрожит ее тело, как растет его желание, как внутри все полыхает огнем.

— А если нас увидят?

— Они не придут сюда, не бойся, — прошептал Рок.

Она замолчала. Он отбросил ее блузку, стянул с нее шорты и трусики и швырнул их на песок. Мелинда замерла, переступая босыми ногами. Лунное сияние серебрило ее плечи.

Она медленно повернулась и оказалась в его объятиях.

— Это ошибка… — начала она серьезно. В ее потемневших глазах сверкнуло смятение и… желание. — Мы…

— Это я наделал массу ошибок и глупостей, — прервал он ее.

И опять потянулся к ней, крепко обнимая сильными руками и осторожно укладывая на прохладный песок. Его руки обвились вокруг ее талии, он целовал ее страстно, нежно, будто пробуя губы Мелинды на вкус и настойчиво подпитывая пламя страсти в обоих. Ее дыхание участилось, груди соблазнительно поднимались и опускались, неправдоподобно прекрасные в призрачном лунном озарении.

— А потом ты снова бросишь меня? — мягко упрекнула она.

— Нет, — сказал он чуть хрипловато, не сводя с нее глаз.

— Может быть, мне сделать это первой? — предложила она негромко.

— Помолчи, прошу тебя!..

И снова его губы страстно прижались к ее губам.

7

Конечно, она сразу услышала его шаги по песку и почувствовала, что он стоит у нее за спиной. Стоит, ждет, размышляет.

О чем? О том, что она вернулась в его жизнь? Что нарочно запуталась в рыбацких сетях, чтобы проникнуть на судно и шпионить за ним?

Хотя вряд ли сейчас он думает об этом. Сейчас другое. Она чувствовала, как разгорается в нем страсть, и уже знала: здесь спорить они не будут. И ждала, замерев, как мышка. Внутренний голос предупреждал — не доверяй Року! Но она так мучительно долго ждала его…

Когда руки Рока упоительно нежно дотронулись до ее тела, когда жадные губы прижались к ее затылку, потом коснулись шеи, бесконечно нежно и пронзительно, она словно пробудилась от долгого сна. Неужели все эти три года она ждала этого человека?

Да, ждала.

Странно, но чистый песок, белый, как сахар, вдруг показался ей холодным. Неожиданно в лунном свете она встретила его синий взгляд. Глаза Рока — страстные и решительные, как он сам, горящие желанием. Ее зазнобило. Песок холодил, остывал воздух, но тело вдруг охватило огнем. Казалось, он бесконечно долго целовал ее, ждущую, готовую застонать, млеющую от его ласк. Вдруг его губы оторвались от нее. Мелинда еще сильнее ощутила прохладу песка и услышала, как прибой шуршит по песчаной косе. Она открыла глаза, увидела луну и удивилась на миг. Неужели он снова ушел от нее? Неужели он так ожесточен и разгневан? Слезы боли и обиды неожиданно навернулись на глаза.

Затем ничего: ни боли, ни опустошенности, ни томления. Одна пустота и тут же обжигающее открытие: он просто отошел, чтобы раздеться! Рок здесь, с ней. С теплом его тела, с сильными Руками к ней возвращалась жизнь.

— Черт побери, как давно это было… — прошептал он хрипловато. — Как давно…

Мелинда могла бы шепнуть в ответ: «Прошла вечность…»

Но она молчала, не осмеливаясь вспугнуть свое счастье словами. И лишь закрыла глаза, с наслаждением ощущая всем телом тяжесть мужской груди, мощь его ног, уверенную крепость плоти.

Она увидела, что он застыл над ней в ожидании, ловя ее взгляд и… Как внезапное потрясение — он проник в нее. С ее губ сорвался блаженный стон, остановивший его, но тут она впилась пальцами в его плечи, изогнулась, прижимаясь к этому сильному телу, беря, желая, давая… Иных чувств для нее не существовало, кроме одного — любить и быть любимой.

Память ей отказала, не было никаких сравнений с прошлым. Только вихрь объятий, только его дьявольская сила, только всепоглощающая нежность… Чистый экстаз! Плоть торжествовала, рождая трепетный, опаляющий огонь, волшебное обволакивающее тепло, оно словно перетекало из него и спиралью расходилось во всем ее существе.

Казалось, он делал все сразу — целовал губы и грудь, и не прерывал танца любовного движения, приближая чудо его завершения. Руки жадно обвились вокруг ее упругих ягодиц, прижали к себе, посылая толчки все глубже и глубже. Тела их блестели от пота, от жара опаляющей обоих страсти. Мелинда затаила дыхание, закрыла глаза, наслаждаясь всей полнотой его прикосновений, а когда открыла их, то наткнулась на его лихорадочно блестевший взгляд, увидела вздувшиеся на шее вены, бугры мышц на предплечьях. Настойчивые губы снова впились в ее рот: он весь напрягся и проник в нее так глубоко, что на миг ей почудилось, будто она вот-вот умрет. Но нахлынули нежность и истома, они пронзили все ее тело, потом нечто необузданное, горячее наконец-то изверглось на нее. Несколько долгих мгновений, почти в полузабытьи, она сжимала Рока в объятиях и вдруг вздрогнула от последнего порыва.

Она ощутила прохладу песка — тепло его тела, обволакивающее ее, исчезло.

Какое-то время он тяжело дышал, потом привстал, сел, обхватив колени руками, и невидяще уставился на темную полосу прибоя.

— Проклятье! — проговорил он негромко.

Она закусила губу.

Господи, после трех лет воздержания это упоительно-восхитительное свидание… А он только и мог сказать «проклятье»?

Мелинда встала и потянулась за одеждой. Он бросил ей клетчатую блузку и скомандовал:

— Одевайся!

Подхватив блузку, она с яростью уставилась на него. От злости на ресницах выступили слезы.

— Я и сама догадалась, что пора одеваться, — прошипела она. — А ты — самый большой грубиян, с которыми я когда-либо…

Она выронила блузку на песок — так грубо притянул он ее к себе.

Обнаженные, они стояли, залитые лунным сиянием. Ей было неуютно от того, что он смотрел на нее не отрываясь.

— Так я — самый большой грубиян из тех, с которыми ты когда-либо… что? — резко спросил он. — С которыми ты спала? Не так ли? Представляю, Эрик, конечно, вел себя гораздо вежливее и когда лежал у тебя под боком, и когда швырнул тебя в океан, чтобы ты разведала, где я ищу «Контессу».

— Что?! — задохнулась Мелинда, не веря услышанному.

Она вывернулась из его рук с такой силой, которая удивила даже его, и размахнулась, чтобы нанести удар. Но он был начеку, перехватил ее запястье и притянул к себе. Все же она успела сильно шлепнуть его свободной рукой по груди, упорно борясь и бросаясь на него всем телом.

— Маленькая ведьма! — выкрикнул он яростно, пытаясь поймать ее занесенную для нового удара руку. Рок отступил назад и, споткнувшись о камень, упал.

И они вдвоем покатились по песчаной косе.

Мелинда попыталась встать. Но он уже сидел на ней верхом.

— Не прикасайся ко мне!

— Мелинда…

— Я сказала — не смей! — На ее глаза снова навернулись слезы, но она во что бы то ни стало хотела скрыть это от него.

— Черт побери, Мелинда! Я хотел бы верить тебе.

— Я не дам и ломаной монеты за твои слова! Убирайся! Оставь меня в покое!

Но он и не думал оставлять ее, удобно сидя сверху.

— Не хочешь ли рассказать про свои отношения с дружком? — запальчиво потребовал он.

— Нет, не хочу! — зло ответила она. — Ты решил, что… Ладно, у меня нет никакого желания хоть что-то говорить тебе!

Продолжая сидеть на ней, он скрестил руки на груди. Она попыталась вырваться, но не тут-то было.

— В любую минуту я могу закричать или выцарапать тебе глаза. Потом я…

— Лонгфорд?.. — прервал он ее невозмутимо.

— Я могу сломать тебе пару ребер. А если и это не поможет, я укушу тебя!

Он приподнял бровь.

— И в какое же место?

— Ах, ты… — Она снова размахнулась, но он перехватил ее руку, наклоняясь над ней. — Я ведь и вправду займусь членовредительством, — пробормотала она сквозь стиснутые зубы.

— Ты мне уже навредила три года назад, — напомнил он.

— Ты сам ушел.

— А ты отказалась уехать со мной.

Она закрыла глаза.

— Ровно через тридцать секунд я выцарапаю тебе глаза.

Он наклонился еще ниже. Ей стало щекотно от волос, росших у него на груди.

— У тебя нет ни одного шанса, — заверил он ее.

— Пожалуйста, отодвинься, — процедила она сквозь зубы.

— Я хочу все знать о Лонгфорде.

— И ты поверишь, если я расскажу? — требовательно спросила она.

Он откинулся назад, разглядывая ее. Легкая дрожь сотрясала ее тело. Как все странно. Три года они прожили врозь, почти сутки вдвоем, а сейчас, обнаженные, лежат на песке и спорят… Обнаженные? Ладно, с этим все в порядке.

А говорит он явно что-то не то.

— Смотри на меня, — попросил он. — Смотри мне прямо в глаза, и я поверю всему, что ты мне расскажешь.

Она колебалась. В конце концов, ее жизнь — это ее жизнь. Конечно, ей не хотелось, чтобы он снова получил власть над ней. И потом, в этом она была уверена, прошедшие годы не были для него праведными, не то что она, которая блюла себя…

А он преисполнен решимости, неумолим, страстен даже в попытке все узнать про нее…

— Между Эриком Лонгфордом и мной никогда ничего не было, — отчеканила она, не отрывая глаз от его лица. — Иногда мы ужинали вдвоем в ресторане, провели несколько совместных погружений, беседовали…

Он не шелохнулся: смотрел на нее не отрываясь и, казалось, не верил ни одному ее слову.

— В самом деле?

— Я ведь тебя предупреждала…

— Извини.

— А теперь не соблаговолишь ли…

— Сию минуту…

— Что?

— А как насчет оскорблений?

— Каких оскорблений?! — выкрикнула она в отчаянии.

— Что я — самый грубый мужчина из тех, с которыми ты спала?

Гнев захлестнул ее.

— Ты — самый тупой из всех, с кем я встречалась! — завопила она. — Никогда я не произносила этого слова «спала». А ты даже не удосужился меня выслушать. Ты — самый грубый из мужчин, которых я когда-либо встречала в своей жизни! Слышишь? Встречала!

Казалось, ее гнев нисколько его не беспокоил. Он продолжал спокойно держать ее запястье.

— Так с кем же ты все-таки встречалась? — настойчиво спросил он.

— Не твое дело. Если ты не…

— Кто он?! — рявкнул Рок.

— Отпусти меня!

— Сначала ответь.

— Еще две секунды, и я позову на помощь.

Он пожал плечами.

— Кричи. Никто не придет сюда. У меня преданная команда. Говори, кто он?

Мелинда устала бороться. Ее тело вжалось в плотный песок, она ощущала, как возбуждающе-интимно бедра Рока касаются ее бедер. Прохладный воздух приятно овевал ее обнаженное тело, и она почувствовала, как предательски напрягаются ее соски…

— Никто, — произнесла она.

— Как это никто?

— Никто, — повторила она зло. — Может быть, теперь соблаговолишь…

— Ты хочешь сказать, что ты не… Ни с одним мужчиной? Не встречалась серьезно? За все эти годы?!

— Если тебя интересует, спала ли я с кем-нибудь за эти годы, мой ответ — нет. Ведь мы приехали на пикник, черт бы тебя побрал, а не на вечер интимных исповедей! Соблаговолишь ты наконец…

Приподнявшись, Рок галантно подал ей руку и потянул на себя. Встав, она попыталась обойти его и забрать одежду. Однако он не отпустил ее.

— А что же ты делала в открытом море с Лонгфордом?

— Ходила на глубоководное погружение.

— И он тебя бросил на глубине? В затруднительной ситуации, когда ты угодила в сети?

Она вздохнула.

— Да. Я полагала, что «Кристл Ли» — твое судно. В любом случае, оно выглядело как поисковый корабль, а не как рыболовное судно.

— А если бы это оказался корабль контрабандистов? Если бы он перевозил наркотики? Принадлежал кому-нибудь, кто не постеснялся бы перерезать тебе глотку, если бы ты узнала лишнее?

— Я сама могу позаботиться о себе!

— Ах так! Ныряй и дальше в чужие рыбацкие сети. Три года врозь не прибавили тебе ума.

— А тебе не улучшили манеры.

— Твое безрассудство…

— Не твоя забота!

— На самом деле — моя, — возразил он мягко и выпустил ее руку. В его взгляде застыло холодное раздражение. — Пока ты — моя жена, ведь мы еще женаты, не так ли?

— Пусть это тебя не тревожит.

— Но это меня беспокоит. — Он обвел таким взглядом ее обнаженное тело, что лицо Мелинды стало пунцовым. — Пожалуй, пора одеваться. Моя команда в любую минуту может нагрянуть сюда.

— Неужели они станут следить за Великим Предводителем, если у них создалось впечатление, что он ищет уединения? — насмешливо спросила она.

Он пожал плечами.

— Судя по тому, сколько прошло времени, они могли вообразить, что нас сожрали акулы. Ладно, одевайся, а то ненароком кто-нибудь заявится сюда.

Она отвернулась, подобрала с земли одежду, натянула на себя. На него она не смотрела. А когда взглянула, он был уже в шортах. И шагал той же тропой, по какой пришел к морю. Не дожидаясь ее, Рок крикнул:

— Я уверен, пикник в разгаре. Поторапливайся!

— Мне хотелось бы прежде окунуться, — возразила она и отвернулась.

Все-таки она забыла, что и бегает и плавает он чуть ли не со скоростью звука. У нее перехватило дыхание — так крепко сжал он ее в своих объятиях.

— Никакого одиночного плавания по ночам! Ты! Маленькая идиотка! Проклятье! Упрямее и безрассуднее я никого не встречал среди представительниц прекрасного пола, с которыми…

— Переспал, — ехидно докончила она вместо него.

Секунду он помолчал, потом губы его изогнулись в ленивой улыбке.

— С которыми встречался, — поправил он ее.

И пошел вдоль песчаной косы. Он нес Мелинду на руках. Она позволила ему это — ей было приятно. Очень приятно! Взглянув на него, Мелинда неожиданно решилась:

— И с кем же ты спал эти три года? — спросила она нарочито невозмутимым тоном.

Он посмотрел на нее сверху вниз, и в глазах его запрыгали чертики.

— Не твое дело, — ответил он, хитро улыбнувшись.

Она напряглась.

— Ах ты, образина! Волосатый сын морского змия! — закричала она гневно, молотя его кулаками в грудь.

— Эй-эй! — Рок поймал ее за руку, когда она хотела вырваться и убежать.

Мелинда стояла перед ним, сердито уперев руки в бока.

— Ты влез мне в душу, заставил рассказать, как я жила эти три года, и теперь утверждаешь, что твоя жизнь — не мое дело?

Он провел рукой по волосам, некоторое время молча размышляя, затем пожал плечами.

— Ты мне надоела.

Это все, что она услышала в ответ, и увидела, что он уходит. Она побежала за ним.

— Рок! Ах, ты негод… — Но тут его палец коснулся ее губ.

Голос Рока прозвучал чуть хрипловато:

— Вот что скажу тебе — я не спал ни с одной женщиной, похожей на тебя. Никогда! Идемте же, мисс… Давенпорт!

Она торопливо отвернулась, ошеломленная его признанием, чувствуя себя на грани истерики. Куда проще с ним, когда он требователен, разгневан, даже груб!

Мелинда шла чуть впереди него и первая увидела команду Рока. Джо, Питер и Брюс смотрели в том направлении, откуда они показались.

Мелинду охватило чувство вины. Они все обеспокоены и, конечно, теряются в догадках, куда запропастились капитан и пленница. Стоит ли их искать или дать им время выяснить отношения?

Конни перестала подбрасывать в костер ветви. Трое мужчин разом отвели глаза.

— Как тут замечательно пахнет! — воскликнула Мелинда чуть дрожащим голосом.

Бог мой, как у нее горят щеки! Неужели друзья ее мужа догадались, чем они с Роком занимались?

Оказывается, Рок стоял у нее за спиной, а она и не подозревала, так что почти подпрыгнула от испуга, когда он внезапно заговорил:

— Неужели вы не начинали ужинать? Конни, у тебя есть холодное пивко для меня?

— Конечно, есть, капитан, — живо откликнулась Конни. — Мы… гм-гм… вас ждали. Рыба получилась умопомрачительная! И у Марины есть еще кое-что. Сейчас расстелем скатерть и все разложим.

Рок одобрительно кивнул головой, принимая банку пива из рук Конни.

— Цыпленок — отличное блюдо.

— И я люблю цыпленка, — поддакнула Мелинда.

— У нас всего полно, — спокойно сказала Марина, в глазах ее не было и искорки любопытства.

— Я умираю с голоду, — заверила Мелинда, стараясь придать своему голосу естественность.

— Лови-ка! — крикнул Рок, бросая Мелинде банку пива.

Она ловко поймала ее, удивляясь про себя, что же он понарассказал этим людям о ней! Конечно, они знали, что она — его жена и дочь Давенпорта, но держались с ней настороженно и подозрительно.

Пикник удался на славу, ночь была прекрасной. Все лежали, умиротворенные, возле полыхающего костра. Оранжевые языки пламени взвивались на фоне сгустившихся сумерек.

Рок сидел напротив Мелинды.

Она вполуха слушала россказни Брюса о корабле-призраке, кочующем по Атлантике. И вдруг почувствовала какую-то внутреннюю дрожь. Как можно сохранять спокойствие, когда совсем недавно они с Роком занимались любовью на песчаной косе и он снова обвинял ее во всех смертных грехах?! Когда опять чуть не бросил ее и, главное, заставил рассказать ему почти все…

Какая она глупая!

О, она все еще кожей чувствует его прикосновения, даже закрыв глаза. А в зареве огня видит отливающие медным блеском плечи, сверкающие глаза, видит, как Рок то и дело украдкой бросает на нее вопрошающие взгляды. Она рассказала ему правду, а он, похоже, не поверил.

— Сколько времени? Не пора ли ложиться спать?

— Да, уже поздно, — поддержала ее Марина, поднимаясь и собирая посуду.

Остальные молча стали помогать ей. Мелинда начала складывать столовые приборы, Рок и Питер загасили костер. Все было уложено и перенесено в шлюпку.

Добравшись до «Кристл Ли», они дружно пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись.

Мелинда вышла на палубу. Она услышала голос Рока, обсуждавшего завтрашнее глубоководное погружение с Питером и Брюсом. Ей совсем не хотелось их видеть, и она тихонько проскользнула в капитанскую каюту, разделась и встала под душ, смывая прилипший к телу песок. Когда она вышла из душевой кабины, каюта все еще была пуста. Чуть помедлив, Мелинда выключила свет и растянулась на капитанской кровати, слушая частые удары собственного сердца.

Через несколько минут дверь тихо открылась, пропустив лунный свет и Рока. Плечи его матово блестели, а лицо было скрыто тенью. И его мысли были скрыты — для нее.

Рок прикрыл дверь, двигаясь мягко и тихо, подобно ночному коту. У нее перехватило дыхание, когда она почувствовала, что он стоит рядом с ней.

— Спишь? — спросил он негромко.

Она покачала головой и подумала — вряд ли он увидел это в темноте.

— Нет.

— Ты ждала меня?

— Я… Я принимала душ. Ну, знаешь, песок…

— Гм… Песок? Мне тоже принять душ?

Она положила руку на грудь, чтобы унять стук сердца.

— Ты спрашиваешь моего совета?

— Так я должен или не должен принимать душ?

Внезапно она улыбнулась.

— Тебе виднее.

— Ага. Значит, мне здесь не рады?

Она перекатилась подальше к стене, похлопала ладонью рядом с собой.

— Напротив, — сказала она нежно. — Тебе здесь очень и очень рады. С песком или без песка…

Это были ее последние слова, сказанные в ту ночь. Потому что через несколько секунд он уже занял освободившееся место — горячий и целеустремленный.

8

На следующий день Рок отправился на погружение в то же место, понимая, что и Мелинду тянет туда, ведь у них был реальный «ключ» к «Контессе Марии» — находка Мелинды.

Она плыла впереди него, двигаясь с потрясающей легкостью и грацией в чарующем, хотя и жутковатом подводном мире. Коралловый шельф слева дал приют бесчисленным колониям океанских существ. Огромные медлительные морские окуни — пара их весила не менее четырехсот фунтов — уставились на пловцов круглыми стеклянными глазами. Прозрачное водное пространство было усеяно яркими оранжево-белыми анемонами, рыбки-клоуны, не больше кончиков пальцев, сновали и мельтешили между волнистыми щупальцами анемонов.

Неожиданно Рок почувствовал волнующее присутствие чего-то громадного, скрытого в глубинах океанских вод.

Он замер. Опыт подсказывал ему, что это не акула.

Мелинда тоже замерла, наблюдая, выжидая. Наконец громадина объявилась. Рок ухмыльнулся.

Им нанес визит дельфин! Он плыл прямо на Мелинду. Рок увидел, как под маской удивленно расширились ее глаза. Она подала знак Року, а затем протянула руку к животному. Совершенно как маленький щенок или котенок, дельфин изъявил желание, чтобы ему почесали спину. Рука Мелинды мягко поглаживала дельфина — от шеи до живота. Дельфин изогнулся дугой и вдруг мягко поднырнул под нее.

Рок обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как дельфин оказался рядом с ним, разглядывая его любопытными темными глазами. Рок удивился: уж не удрал ли этот дельфин из какого-нибудь дельфинария или частного исследовательского центра? Возможно, он сумел ускользнуть оттуда и найти дорогу в океан. Дельфин не просто проявлял дружелюбие, он явно старался войти в контакт с людьми.

Рок тоже протянул руку и дотронулся до гладкой кожи. Животное напоминало повадками ласковую кошку, которая любит свернуться клубком на коленях хозяйки или хозяина, сидящих перед горящим камином, и ждет, чтобы почесали за ушками.

Мелинда, очарованная доверчивостью животного подплыла к дельфину и снова легонько провела рукой по его спине. Рок подал ей сигнал двигаться дальше. Интересно, как поведет себя дельфин?

Он поплыл за людьми.

Рок и Мелинда обогнули корпус затонувшего судна времен второй мировой войны, потом проникли через призрачные дверные проемы и проскользнули над кусками металлической обшивки, опутанной морскими водорослями и кораллами.

Любопытный дельфин неотступно следовал за ними.

Потрясающее погружение! Правда, пока оно ничего им не дало. Глянув на часы, Рок понял, что пора подниматься на поверхность. Он догнал Мелинду и постучал по циферблату, показывая, что их время истекает. Казалось, она удивилась и сделала такое движение, словно намеревалась плыть дальше. Он покачал головой. Она кивнула в ответ, и оба стали подниматься к кораблю. Друг-дельфин не отставал от них.

— Ну как? — с тревогой спросил Брюс, помогая им снять баллоны и маски.

— Это было замечательно! — воскликнула Мелинда возбужденно.

— Вы что-нибудь нашли! — нетерпеливо спросил Брюс.

— А как же! Дельфина! — счастливым голосом ответила Мелинда и, как бы подтверждая, кивнула головой.

Брюс непонимающе уставился на Рока.

— А-а… дельфина, — упавшим голосом проговорил он.

— Это было потрясающе, — повторила Мелинда.

Брюс взглянул на нее изумленно: что за чушь она порет?

— Послушай, Мелинда, в этих водах полно дельфинов. Ты что, не видела их раньше?

Она уселась на скамейку, выжимая пряди мокрых волос и тряся головой.

— Брюс, такого дельфина я в жизни не видела. Скажи ему, Рок!

Губы Рока расплылись в улыбке.

— Я полагаю, наш друг из океанских глубин не впервые контактирует с человеком. Может, он из дельфинария или принадлежит какому-нибудь частному исследователю. — Он… — Рок выдержал долгую паузу, глядя на Мелинду, а затем усмехнулся: — Да, дельфин, конечно, потрясающий!

В это мгновение Джо и Марина, тоже участвовавшие в погружении, показались из воды и поднялись по трапу.

— Бог ты мой! Мы никогда не видали такой рыбки! — воскликнул Джо, взобравшись на борт. — Дельфин, наверное, решил, что он мой пудель.

Мелинда рассмеялась, уставившись сверкающими глазами на Брюса.

— Вот видишь! — бросила она укоризненно.

Вся команда собралась на корме корабля, слушая рассказы про странного дельфина.

— Мне бы так хотелось увидеть его! — воскликнула Конни.

— Вероятно, он плавает где-то поблизости, — заметил Брюс.

— А может быть, и нет? — забеспокоилась заинтригованная Конни.

— Скорее всего, он уже уплыл в открытое море, — вмешался Рок.

— Давайте я посмотрю, — решительно предложила Мелинда.

Она встала, готовясь нырнуть прямо с борта корабля. Рок одернул себя — у него нет никакого права останавливать ее. Она без ласт, маски, баллонов. Но разве такой ныряльщице они нужды для того, что она задумала? Если дельфин поблизости, они будут играть на волнах.

Мелинда взглянула на него, и легкая улыбка тронула ее губы. Она как бы приглашала его взглядом. Он пожал плечами, но все же решил присоединиться к ней. Их пальцы переплелись, и оба прыгнули с кормы одновременно, быстро погружаясь в освежающие волны.

А он уже был там. Дельфин-друг, словно найденный ими талисман счастья, ждал их, будто знал, что они еще вернутся поиграть в морские игры. Мелинда ухватилась за плавник и вскочила ему на спину. Морское животное рвануло прочь от корабля, но так же молниеносно вернуло ее на то же место.

Мелинда счастливо смеялась, глядя на Рока, мигавшего от соленой воды.

— Конни! Спускайся! Он здесь! — закричала Мелинда.

— Брюс, пожалуйста, давай поплывем, посмотрим на него. Я умираю от любопытства.

Брюс что-то проворчал, но принес баллоны для погружения — себе и сестре.

Рок крикнул Мелинде, которая плыла от него футах в десяти:

— О'кей, госпожа Давенпорт! Может быть, позволите другим поиграть с вашим морским зверем?

Она поколебалась мгновение и с сожалением отпустила своего нового друга. Такое послушание! Забавно! А ведь Мелинда пробыла с ним всего три дня! И невероятная ночь, вновь связавшая их… Она вела себя как ангел.

— Почему ты на меня так смотришь? — спросила она требовательно.

— Пытаюсь угадать, что ты еще выкинешь, — ответил он честно.

Что-то мелькнуло в ее глазах. Она молча поплыла к судну, легко взобралась наверх — в этот миг Конни в полном облачении для подводного плавания прыжком назад вошла в воду.

Рок последовал за Мелиндой. Когда он взобрался на борт, та уже исчезла. Джо и Марина все еще сидели на корме, обсуждая необычное поведение дельфина. Рок поймал взгляд Джо и понял: тот уловил озабоченность капитана и знает ее причину — куда испарилась Мелинда?

— Она объявила, что продрогла, босс! — Глаза Джо иронически сверкнули. — Сказала, что ей надо принять горячий душ и выпить чашечку кофе, это ее согреет.

Рок кивнул.

Уж не заболела ли она? Ну и дела! Только этого не хватало. Ведь все было так хорошо. Ну почему? Мгновенная боль пронзила грудь. Он не любил признаваться в своих опасениях. Но какие могут быть опасения, когда Мелинда была на борту и проводила с ним все дни?

И все ночи. Временами он даже забывал, что жена выбрала отца, а не своего мужа. Да, но все-таки зачем она оказалась у него на борту. Ведь она прыгнула в океан с корабля Эрика Лонгфорда и оставалась при этом покорной дочерью Джонатана Давенпорта…

Как она удивилась, узнав, что все еще состоит в законном браке с ним. И эти их ночи… Его настороженность пропадала, стоило хоть секунду провести с ней. Не могла же она по ночам спать с ним, днем участвовать в поисковых работах, а потом в удобный момент передавать сведения по рации — отцу и Лонгфорду? Ну что же! Будущее покажет. И если он причиняет ей боль своими подозрениями, она этого заслуживает.

Рок вдруг осознал, что Джо и Марина с изумлением смотрят на него, и сердито нахмурился.

— Знаешь что, — негромко заговорил Джо, — Давай высадимся на берег и дадим себе небольшую передышку. А?

— Это еще зачем?

— Необходимо пополнить припасы, — вмешалась Марина. — У нас на исходе кофе, сахар и почти не осталось моющих средств.

— И с топливом плоховато, — добавил Джо.

— Ночь в Нассау не повредит, — рассудительно сказала Марина, — а скорее, даже поправит настроение. Ужин в ресторане и…

— …Танцы, — оживился Джо.

Рок махнул рукой.

— Мы же на пороге открытия… — начал он нерешительно.

— И с каждым днем впадаем во все большую нервозность, — спокойно заметил Джо. — Сейчас мы в нужном месте. Ответ у нас перед глазами, но пока мы не в силах его найти. Может, надо закрыть глаза, передохнуть, а потом снова их открыть?

Рок хотел запротестовать, но махнул рукой, обдумывая слова Джо. Может быть, его друг прав. Возможно, ответ у них перед глазами, но они его не видят. Почему бы им не отвлечься?

— Хорошо, — произнес он задумчиво. — Отсюда до Нассау два часа ходу. Поплывем туда с ночевкой. Завтра в десять утра снимемся с якоря. Ты, Марина, походишь по магазинам и немного развлечешься.

— Времени достаточно, — улыбнулась та.

— Я думаю… — снова заговорил Рок и вдруг замолчал.

— О чем? — спросил Джо.

Рок нетерпеливо мотнул головой.

— Мелинда!

Черт побери, он не даст ей шанса встретиться на берегу с отцом и пойти на поиски «Контессы» с папочкой! Или, того хуже, с Лонгфордом!

— Полагаю, мне тоже не помешает чашка кофе.

Он встал и направился к трапу, ведущему на камбуз. Мелинды там не было. Рок налил из кофейника в чашку черной обжигающей жидкости и отхлебнул большой глоток, размышляя, что же произойдет, когда он достигнет Нью-Провиденса, причалит в порту Нассау и позволит своей жене наконец-то добраться до телефона.

И позвонить всем, кому она захочет…

Выйдя на палубу, Рок почти бегом преодолел пятнадцать футов до своей каюты и широко распахнул дверь.

Мелинда сидела на кровати в белом махровом халате и сушила полотенцем волосы. От нее исходил запах чистоты, прекрасного мыла и шампуня, глаза ее лукаво смеялись. Она бросила на него насмешливый взгляд, когда он так внезапно появился в каюте, и затем украдкой стала наблюдать за его движениями. Рок увидел: она отодвинулась в дальний угол кровати и облокотилась о стенку.

— В чем дело? — спросила она с ноткой раздражения в голосе.

— А ты что тут делаешь? — не менее грубо отозвался он.

Она зло прищурилась, а когда подняла глаза, в них сверкали молнии.

— Пришла переспать с тобой, чтобы выведать твои страшные тайны, — отчеканила она. Рок наклонился, схватил ее за запястье и притянул к себе так резко, что щетка для волос выпала из ее рук. Мелинда не сопротивлялась, не проронила ни звука, однако высокомерно вздернула подбородок. — А что, неужели ты ждал другого ответа?

— Я ждал правды! — заорал он и от досады скрипнул зубами, осознав, что кричит слишком громко.

Она резко выдернула руку, высвобождаясь из его цепких пальцев, встала и прошла в другой конец каюты, как бы подчеркивая, что предпочитает держаться от него подальше.

— Тебе не важно, что я скажу, — проговорила она.

— Я полагаю все же, что важно. Какое бы будущее ни сулили нам дни, проведенные вдвоем на моем судне… они многого стоят. Впрочем, не говори ничего. Я и так все читаю по твоему лицу.

— Я пробралась сюда заполучить информацию для папы и Эрика.

Ее слова прозвучали холодно, невозмутимо, сдержанно. И ему это нравилось — гнев делал ее привлекательной и желанной и как бы укреплял их связь, а страсть оборачивалась чем-то большим, чем просто страстью. Хотя ее слова задели его, он промолчал.

Слова казались правдивыми.

Он пересек каюту, вплотную подошел к Мелинде и открыл было рот, чтобы сказать, что он о ней думает. О, если бы от нее не пахло так восхитительно, если бы он не желал ее так мучительно и так долго, если бы не знал, что махровый халат наброшен прямо на голое тело, если бы он не вкусил плоти этой женщины, обольстительной и ошеломляющей…

— Нет… — прошептала она, внезапно отшатнувшись.

На глазах у нее блеснули слезы, и это удивило его — ведь она держалась с ним так холодно.

— Нет?! — с сомнением переспросил он.

Она отрицательно качнула головой.

— О, я знаю силу твоего взгляда… — потерянно шепнула она, ресницы ее опустились, а загорелые щеки вспыхнули румянцем. — Я не…

— Что «не»?..

Она вновь качнула головой.

— Ты не имеешь права так поступать, — лихорадочно заговорила она. — Не можешь обвинять меня во всех смертных грехах, а потом делать вид, что этого не было, когда ты хочешь…

— …Заняться любовью, — докончил он грубовато. Ему хотелось и оттолкнуть ее от себя, и схватить, крепко сжав в объятиях, и… — Черт бы тебя побрал… — тихо чертыхнулся он. — Мелинда, я ничего не могу с этим поделать! Чего ты хочешь теперь от меня? Ты сама выбрала другого мужчину.

— Моего папу…

— Папу или нет — не имеет значения. Ты — моя жена!

Она замолчала.

Каким-то образом Рок сумел взять себя в руки.

— Что ж, — вымолвил он негромко. — Мяч на твоей стороне поля, мисс Давенпорт. Мы проведем эту ночь в Нассау.

Она обернулась, изумленно глядя на него.

— Что?

— Мы проведем эту ночь в Нассау, — повторил он спокойно. — Не вздумай исчезать и разыскивать отца или Лонгфорда. Где бы ты ни скрывалась, я найду тебя и сломаю шею!

— По какому праву?

— Ты — все еще моя жена, понятно?

Она пересекла каюту, прошла мимо него, решительно направляясь к двери. Он схватил ее за руку.

— Пусти меня! — потребовала Мелинда в бешенстве.

— И не подумаю.

— Я не останусь больше на твоем судне.

— Тебя сюда никто не звал, Мелинда!

Пытаясь выдернуть руку, она метнулась в сторону от него. Ей хотелось заплакать.

— Капитан Трелин, не приходило ли вам в голову, что мир не может быть только черным или только белым? Допускаю, что отец ошибался. Допускаю, что он не спешил сказать мне правду.

— Он просто солгал.

— Ладно, черт побери! Может быть, и солгал. Может быть, он не прав, но это не такой уж и большой грех! И то, как он поступил с тобой, не сделало его опасным злодеем!

— Зачем ты это говоришь?

— Может быть, и я была не права. И вы оба были не правы. Но и твое поведение тоже оставляет желать лучшего. Ты просто зашел в каюту и потребовал от меня, чтобы я выбирала между тобой и отцом…

— Он был не прав.

— Но он все же мой отец.

Пальцы Рока с такой силой сжали ее руку, что он удивился, почему она не закричала от боли. Опомнившись, капитан заставил себя ослабить хватку.

— Так почему же ты здесь? — настойчиво потребовал он объяснений.

— Потому что мы с папой оба были не правы! — закричала она раздраженно, безуспешно пытаясь высвободить руку. Она гордо откинула голову назад, а глаза вновь запылали голубовато-зеленым огнем. — Во всем случившемся… — У нее перехватило дыхание, — я считала себя виноватой, я — твоя должница и решила помочь тебе первым зарегистрировать заявку. Я хотела, чтобы именно ты нашел «Контессу Марию».

Во время этого монолога Мелинда пыталась унять дрожь, ее трясло — от страсти и ярости. Из последних сил она старалась держаться гордо и надменно, распрямив плечи. Но все уплывало куда-то под напором его жадного мужского желания добраться до ее голых плеч, проскользнуть рукой под махровый халат и сбросить его на пол. Пальцы Рока подрагивали, он скрипнул зубами.

— Так вот, госпожа Давенпорт, когда мой корабль войдет в порт Нассау, вы останетесь со мной? Как моя жена? В моих апартаментах в отеле?

— Да. Я — твоя жена, — отчеканила она. — А ты даже не снисходишь до моего имени. Всегда только «госпожа Давенпорт».

Пораженный, Рок отшатнулся от нее. Госпожой Давенпорт он стал называть ее только на борту корабля. Возможно, сработала защитная реакция, необходимость возвести стену между собой и ею? А сейчас?

Сейчас его удивило, что она заметила это. И, кажется, разозлилась не на шутку. Глаза так и сверкают от злости.

— Хорошо, миссис Трелин, — исправился он. — Когда мой корабль войдет в порт Нассау, пожелаете ли вы разделить со мной апартаменты в отеле? Примете ли приглашение на ужин и танцы? Или при первой же возможности покинете меня? — Она захлопала ресницами. — Мелинда! Я жду ответа.

Ее глаза натолкнулись на его ждущий взгляд.

— Да! — прошипела она.

— Да — что? — осипшим голосом потребовал он уточнений.

— Я остаюсь с тобой! — выкрикнула она зло. Нижняя губа ее подрагивала. — Я уже говорила тебе, что я здесь, только чтобы удостовериться, что ты первым зарегистрируешь открытие «Контессы» и что…

Голос ее сорвался. Но это уже не имело значения. Его палец потянулся к подрагивающей нижней губе, и Рок словно зачарованный уставился на лицо Мелинды.

Его еще раздирали сомнения, но искушение оказалось сильнее, и вот уже его руки скользнули под махровый халат, гладя точеные голые плечи, наслаждаясь гладкой кожей. Он отшвырнул халат на пол, и Мелинда очутилась в его объятиях.

На какой-то миг ее тело протестующе напряглось, но только на миг. Взлетев, ее руки обвились вокруг крепкой шеи, он пропустил сквозь пальцы еще влажные пряди золотистых волос, и скоро он уже сжимал ее в объятиях.

Она с упоением прижалась к нему, ее твердые ярко-вишневые соски прижимались к его груди, поросшей курчавой темной порослью, даря ощущение восторга.

Он громко застонал, целуя Мелинду и с упоением вбирая ее запах, упругость очаровательной женской плоти, ощущая горячую волну желания, накатившую на нее.

Вдруг ее губы оторвались от его рта, пальцы нежно провели по могучим плечам. Неожиданно она стала покрывать частыми поцелуями его грудь, опускаясь все ниже и ниже. И вот уже ее пальцы ухватились за эластичный ободок его трусов, медленно стягивая их вниз. Он мгновенно переступил через трусы и отшвырнул их в сторону.

Она упала перед ним на колени, и у него, как от удара молнии, перехватило дыхание, когда она сжала в руках его восставшую плоть.

Мир для него словно взорвался.

Или что-то вспыхнуло внутри него?..

Он наклонился, рывком поднял Мелинду с пола, и его губы не отрывались от ее губ, пока он нес ее к постели. Пульс забился, казалось, в тысячу раз быстрее нормального, отдаваясь в голове и сердце. Жадные губы переместились на чувствительную тонкую вену на ее шее… Их глаза встретились.

— Я… — шепнула она и замолчала.

— Да? — спросил он хрипло.

Она закрыла глаза.

— Я хочу тебя… — Он еле расслышал эти слова.

— Что ж, миссис Трелин, вы получили меня — заверил он ее чуть хрипловатым от волнения голосом.

Он был ее… только ее…

Рок жадно разглядывал стройное, гибкое, чертовски совершенное тело. Горячие ладони накрыли ее груди, как бы замкнув их в круг, он наклонился, трепетным языком прикоснулся к ее соскам, лаская их. Пальцы Мелинды погрузились в волосы Рока, потом она стала гладить его по спине, задыхаясь от возбуждения.

Он нежно провел рукой по низу ее живота, удивившись его белизне рядом с бронзовым загаром своей кожи, прижался губами к ее губам, покружил языком, затем осторожно коснулся золотистого треугольника между бедрами. Потом приподнялся, плавно раздвинул ее бедра, и его колени оказались между ними. Рок снова наклонился над ней, гладя ее, касаясь пленительного тела, изнемогая от испепеляющего желания.

Она содрогалась под ним, жадно хватала ртом воздух, судорожно вскрикивала.

Он вновь приподнялся над ней, обхватывая ее тело руками, сжимая в объятиях, погружаясь все глубже и глубже в ее плоть, пока она, вздрогнув, не затихла. И все это время он, не переставая, шептал ее имя.

Минули часы, минуты, мгновения? Он не знал, какими единицами времени это выразить. Казалось, мир сотрясался вместе с той, которая лихорадочно дрожала в его объятиях. Потом они оба как бы снова опустились на землю. Легкий морской бриз обдувал их разгоряченные тела. Он все еще держал ее в объятиях. Оба молчали. Вдруг он заметил, что она, не отрываясь, смотрит на панельную обшивку потолка. Он нежно погладил ее по щеке. Она повернулась к нему. Ее глаза были влажными от слез.

— В чем дело? — спросил он обеспокоенно. — Она покачала головой. — Мелинда?

— Я…

— Что?

Ее припухшие губы шевельнулись. Она снова покачала головой, часто-часто моргая.

— Клянусь, — шепнула она, — я помогу тебе с открытием «Контессы»!

Он молча обнял ее, погладил по волосам и внезапно ощутил, что корабль покачнулся.

— Что случилось? — спросила она нежно.

— Порядок. Но если мы собираемся попасть в Нассау сегодня вечером, пора бы отчаливать.

Он встал. Она рывком схватила подушку и, прижав ее к груди, озабоченно уставилась на Рока.

— Но почему мы плывем в Нассау?

— Марине нужно пополнить запасы провизии. К тому же все настаивают на передышке, уверяют, что надо отойти от леса, иначе дерева не отыскать.

Мелинда понимающе кивнула — объяснений ей больше не потребовалось.

— Приму душ, — сказал он.

Она снова кивнула головой.

Внезапно он понял, что надо скорее попасть в Нассау. Там их ждут шикарные апартаменты в отеле — на всю ночь! Роскошный ужин с танцами и ночь любви. В апартаментах — кондиционер и бутылка охлажденного шампанского…

— Рок! — крикнула она ему вслед.

Он выдержал паузу и обернулся.

Она привстала на постели.

— Я сказала тебе правду. Только правду. Я хочу, чтобы ты первым зарегистрировал заявку.

Он вернулся к постели, нежно поцеловал ее в золотистую макушку и заглянул в глаза, еще затуманенные страстью.

— А ты знаешь, чего я хочу? — спросил он вкрадчиво.

Она затрясла головой.

— Я очень хочу, чтобы сегодня вечером ты была миссис Трелин, — сообщил он торжественно.

Она испытующе посмотрела на него.

— Хорошо, — ответила она небрежно. — Ты опять поймал меня в сети.

Оба засмеялись. Он заставил себя повернуться, отойти от постели и на сей раз сумел достичь Душевой кабины.

В конце концов, впереди целая ночь…

9

Когда Мелинда девочкой впервые попала в порт Нассау, столицу Багамских островов, она сразу почувствовала любовь к этому городу. Ее влекла магия морских приключений. Отец брал ее с собой на многие острова Багамского архипелага, и на плотно населенные, и на необитаемые. Она полюбила спокойные лазурные воды и мягкий, напевный говор местных жителей. Она полюбила яростно сияющее солнце, волшебство пляжей и завораживающее очарование коралловых рифов. И порой ей приходило в голову, что острова — лучшее место на земле.

Прибытие в Нассау всегда было великолепным. Гигантские океанские лайнеры подолгу стояли на якоре, пока их пассажиры развлекались на берегу, катаясь на роскошных автомобилях по побережью, бродя по местным экзотическим лавочкам, посещая исторические форты или сидя в маленьких уютных ресторанчиках за чашкой чая. В центре города немало старинных зданий колониальных времен, окрашенных в приглушенные, мягкие тона, манили морского путешественника сойти на берег.

Город-порт особенно любили американские туристы, ценившие комфорт и упрощенный таможенный досмотр.

Рок взял с собой на берег Мелинду и всех, кроме Джо Тобаго, которого оставил на вахте. В порту надо было зарезервировать номера в отеле, привести кое-какие дела в порядок, поставить на ночную стоянку «Кристл Ли», пополнить запасы провизии и топлива. И всем этим занимался сам Рок.

Марина, которой нужно было навестить родственников и еще пройтись по магазинам, попросила Мелинду, Брюса и Конни, чтобы они поселились в отеле, какой сами выберут, и сообщили об этом Джо, а она с мужем придет вечером на ужин.

— Давайте немного пройдемся по городу, — предложила Конни еще в порту.

— Хорошо, — мгновенно согласилась Мелинда.

— А как насчет того, чтобы я отправился в отель добывать номера, пока вы будете гулять по городу? — предложил Брюс.

Конни усмехнулась и согласно кивнула.

Женщины неторопливо побрели мимо уличных торговцев, расположивших свой товар прямо на земле, мимо шикарных магазинов с просторными залами, прохладным от кондиционеров воздухом, с богатым выбором дорогих вещей.

В одном из магазинов Мелинда выбрала флакон духов, чуть взболтнула его и принюхалась.

— Какой чудесный запах! Что это такое?

— Я думаю, что-то местное, — сказала Конни.

— Духи «Цветок страсти», — прочла название Мелинда. — Здесь не только духи, это целый набор.

— Ух, ты! Пахнет классно! — подтвердила Конни.

Мелинда поставила флакон на место.

— Я просто глазею на витрины, — сказала она.

— Но почему… Я знаю, у тебя нет с собой денег. Но есть у меня.

— Конни, я не стану занимать у тебя деньги.

— У меня есть и кредитная карточка твоего мужа.

Брови Мелинды взметнулись вверх.

Пожав плечами, Конни поспешила объяснить:

— Мы все ею пользуемся. Он — необыкновенный человек. С ним интересно работать, и он очень щедрый — каждому из команды предоставляет кредит и находки делит по справедливости, а еще оплачивает все расходы по экспедиции. Но мы не злоупотребляем этими привилегиями. Понимаешь? Духи прекрасные, ты должна купить весь этот набор. Позволь мне воспользоваться «кредиткой»?

— Нет.

— Но он твой муж.

Мелинда упрямо затрясла головой.

— Конни, честно говоря, мы оба не знали, что еще не разведены. И это нельзя не принимать в расчет.

Конни внезапно ухмыльнулась.

— Хорошо, но ты ведь снова с ним спишь? Не так ли? — напрямую спросила она, не столько задавая вопрос, сколько утверждая.

Смешно, но Мелинда чуть не расхохоталась, лицо ее вспыхнуло. Она поспешно огляделась вокруг: не подслушивает ли их кто-нибудь?

— Конни…

— Положись на меня! Он бы не стал возражать.

Эту женщину нельзя было остановить. Набор был куплен, как и трусики-бикини, которые чудесно подходили Мелинде, — их Конни углядела в соседнем магазине, как и купальник: не может же Мелинда обходиться одним купальным костюмом. Но тут Мелинда была непреклонна: она немедленно расплатится с Конни, как только у нее появятся собственные деньги.

— Рок на самом деле платит нам очень хорошо…

— Как и мой папа, — заверила ее Мелинда.

Около часа они провели как настоящие туристки, не пропуская ни одного магазина, ни одной лавчонки, повсюду заглядывая, все рассматривая.

Наконец они повернули к отелю.

Брюс встретил их в холле. Он уже устроился в своем номере, принял душ, побрился и ждал Мелинду и Конни, чтобы отдать им ключи от гостиничных номеров, а самому отправиться на прохладную террасу с кондиционерами и пропустить там рюмочку. Конни пообещала, что скоро они составят ему компанию.

Брюс безразлично пожал плечами.

— Не забудьте, на восемь вечера у нас заказан столик в Черепаховом зале, — напомнил он дамам.

Мелинда и Конни направились к лифту. Конни вышла на втором этаже, а Мелинду лифт доставил на седьмой, самый высокий в отеле. Она задумалась над выбором Рока. Он любил старинные вещи и вообще атмосферу старины, а это был роскошный ультрасовременный отель…

Когда Мелинда повернула ключ в замочной скважине и вошла в апартаменты, она замерла, закусив губу. И сразу поняла его выбор.

Спальня была роскошной. Из огромных окон открывался вид на порт, на красивые старинные особняки и на всю ту суету и сутолоку, что придают прелесть портовой жизни. Дверь слева вела в просторную ванную комнату, а королевских размеров роскошное ложе располагалось справа от окон. На стене слева висели картины. У дальней стены стоял бар, набитый бутылками с красочными этикетками, напротив двуспального ложа были установлены телевизор с большим экраном и видеосистема.

— Да… — пробормотала она тихо, швырнула в угол дорожную туристическую сумку с покупками и направилась в ванную комнату, где прежде всего прочитала инструкции — чем и как пользоваться. Ванна-бассейн притягивала, искушала, и Мелинда сдалась. Отрегулировав уровень воды и температуру, она опустила на дно несколько кубиков пенообразующего вещества из набора «Цветок страсти». Только она решила раздеться и погрузиться в ванну, как раздался негромкий стук в дверь.

Открыв дверь, Мелинда увидела посыльного с большой коробкой в руке.

— Кажется, вы ошиблись, — сказала она.

— Нет, мэм. Ваш муж прислал. Там его визитная карточка.

— Ох… — пробормотала она.

А где был сам Рок? Что он еще задумал? Она ощутила знакомую дрожь в теле. О, какими неповторимыми бывают некоторые моменты в жизни… Какими совершенными, просто невероятными…

И вдруг снова вспомнила его глаза, недоверчивые и подозрительные. И свое недоумение и обиду из-за его сомнений. Снова ее сердце будет сжиматься от нестерпимой боли, от страха, что уже никогда он не будет доверять ей.

— Мне очень жаль, но у меня нет ни цента наличных, — сказала она посыльному. — Если вы назовете мне свое имя…

— Благодарю, леди. Обо мне уже позаботились, — заверил он ее, широко улыбаясь. — Надеюсь, подарок вас обрадует.

Она взглянула на коробку, потом подошла к роскошному ложу, положила ее и разрезала бечевку, сгорая от нетерпения.

Какое платье! Тончайший экзотический шелк, сияющий переливами бирюзового и изумрудного, с короткой юбкой-колоколом на мягкой подкладке! В коробке лежала упаковка шелковых трусиков и пара открытых белых туфелек. Она вынула из коробки визитную карточку: «Платье — размер 7, туфли — размер 8. Надеюсь, память меня не подвела. Я очень волнуюсь. Сегодня вечером миссис Трелин должна быть неотразимой. Подарок — от всего сердца. До скорой встречи. Рок».

Мелинда с нежностью коснулась пальцами прохладного шелка. Дивное платье!

У него всегда был отменный вкус.

— От всего сердца, — повторила она вслух. — Как ты думаешь, к чему бы это? — спросила она, обращаясь к платью. — Я ведь гоняюсь за ним не ради одного вечера. Я гоняюсь за ним ради всей жизни…

Мелькнула было мысль — прилично ли получать от мужчины такой шикарный подарок? Но тут она вовремя вспомнила, что этот мужчина — ее законный муж. А если Рок по-прежнему ее любит?

Мелинда тяжело вздохнула и задумалась над тем, хочет ли она отношений, постоянно омраченных его подозрительностью? Спросила себя и сразу же погрузилась в пучину тоскливого одиночества. И вообще — существует ли путь в прошлое? Тем не менее был же сегодняшний полдень…

Нет, все еще может быть. Возможно, у нее есть шанс. Ведь в полдень она так усердно не замечала его колкостей и так старательно избегала роковых слов «я тебя люблю», с трудом сдерживая себя. Она знала — надо ждать. Терпеливо ждать, пока не развеются все его подозрения, пока он вновь не научится ей доверять и, может быть, снова полюбит ее.

Она опустилась на роскошное ложе, чувствуя себя какой-то потерянной. Потом взглянула на ванну-бассейн, заполненную водой и благоухающую «Цветком страсти», и сбросила одежду.

Вода была довольно горячая. Мелинда поежилась, чувствуя, как ее обволакивает душистый пар. Постепенно тело привыкло, и она расслабилась, растянулась в ванне, закрыв глаза и наслаждаясь этим немыслимым комфортом. Понежившись. Мелинда открыла глаза и стала разглядывать ванну-бассейн. Она была внушительных размеров, овальная, облицованная красивой керамической плиткой, с бронзовыми полочками для мыла и шампуня, с крючками для полотенец и халатов.

Господи, не допусти, чтобы я его подвела, подумала она внезапно и снова вспомнила ту ночь. Как она тогда была уверена, что он не бросит ее!

Отец признался через несколько недель, что был не совсем прав, и просил позвонить Року. Но она хотела только одного — скрыть ото всех происшедшее. Только сегодня она сказала Року правду.

Наслаждаясь приятной истомой, Мелинда вдруг услышала, как в замке поворачивается ключ. Дверь открылась и вновь захлопнулась. Это был Рок.

Он вошел в номер, окидывая его беглым взглядом. Джинсы в обтяжку, клетчатая фланелевая рубашка с коричневыми манжетами, густые, чуть длинноватые волосы зачесаны на косой пробор… Мелинду охватила внутренняя дрожь, а с ней и болезненное томление.

О, как она его любит!.. И как хочет…

— Нравится? — спросил он, швыряя спортивную сумку на королевски просторное ложе, приоткрыв дверь в ванную.

— Просто здорово!

Мелинда положила руки на кафельную кромку ванны-бассейна, и вокруг нее всколыхнулось целое море пенистых пузырьков. Рок подошел к огромным окнам, любуясь видом города, темнеющего под закатным солнцем и уже подсвеченного неоновыми огнями.

— Благодарю за платье, — крикнула она.

Он снова заглянул к ней. Мелинда вздрогнула, подумав, как ей нравится все в нем — и упрямый подбородок, и волосы цвета воронова крыла, и синева глаз, и сильные широкие плечи.

— Тебе нравится? — Он с улыбкой смотрел на нее.

По привычке она хотела сказать что-нибудь дерзкое, но сдержалась и только кивнула головой.

Неожиданно он начал расстегивать пуговицы на рубашке, но оставил это занятие и стянул ее через голову, потом сбросил сандалии, дернул молнию на джинсах, снял трусы, переступил через них и подошел к ванне-бассейну. Она закусила нижнюю губу, пытаясь унять волну охватившей ее страсти. На его теле, бронзовом от загара, белела лишь небольшая полоска, обычно скрытая плавками. Безупречное тело — ни дюйма жира, мышцы рельефно выделяются даже на плоском животе.

Она быстро опустила ресницы, опасаясь его взгляда и одновременно страстно желая, чтобы он стоял так подольше.

Он уже желал ее…

Но Мелинда-то желала большего: ей необходимо было убедиться, что он любит ее, любит так же сильно, как и она его. Любовь? Как внушить ему это чувство? Слишком многое пролегло между ними.

Когда он погрузился в ванну-бассейн, на ее губах промелькнула легкая улыбка.

— Платье чудесное! — услышала она свой осипший от волнения голос. — Благодарю. Сейчас у меня нет наличных, но я верну деньги, как только смогу.

— Сейчас ты — член моего экипажа, и я плачу тебе зарплату. Поэтому мне ты ничего не должна.

Он вздрогнул, попав в струю горячей воды, и переместился под другую струю. Она заметила, как помягчело его лицо, как он расслабился, и услышала его восторженное «ах».

— Что ж, поживем — увидим, — обронила тихо Мелинда.

Рок закрыл глаза, умиротворенно положив голову на керамическую облицовку ванны-бассейна, потом встрепенулся.

— Ты испробовала все устройства в этой ванне?

— Нет. Я просто тихонечко лежу и млею.

Он ухмыльнулся и снова откинулся назад.

— Перспектива, определенно, заманчивая.

Она кивнула головой.

Вдруг он принюхался:

— А в чем это я тут купаюсь?

— В «Цветке страсти», — усмехнулась Мелинда.

Он простонал.

— Тебе не нравится? — встревоженно спросила она. — А Конни решила, что это будет здорово. И еще она утверждает, что как член команды я могу воспользоваться твоей кредитной карточкой.

Некоторое время он молчал, потом ухмылка на его лице стала шире.

— Мне нравится эта пена на тебе.

— Ты всегда оплачиваешь пенящиеся средства для всей команды?

— Зависит от члена команды.

Она хотела встать, но поскользнулась и шлепнулась на скользкое дно.

— Насколько я могу судить, ты — единственная, кому куплено такое пахучее средство.

Мелинда уставилась на него, ощутив, как его нога подбирается к ее бедру. Их глаза встретились, он улыбнулся, и во взгляде его мелькнуло что-то хищное.

Она ощутила, что его нога, скользя по ее бедру, приближается к паху.

— Рок!.. — прошептала она.

— Нам ничего другого не остается, как только заняться здесь любовью, — сказал он, прижимаясь к ней в водовороте водяных струй. — В конце концов, мы оба попали в ловушку «Цветка страсти».

Она успела рассмеяться, пока это позволили ей его губы, ожегшие ее поцелуем. Тяжесть тела Рока вдруг обдала ее таким же ласкающим теплом, какое давала нега плещущих струй, ее смешливость сменилась восторгом, любовная жажда утолялась сладостным наслаждением…

Казалось, прошла вечность. Уже сумерки вползли в их роскошный номер, а она лежала, потрясенная и успокоенная, в безопасном укрытии его объятий. И внезапно услышала его вздох.

— Я просил Брюса заказать ужин на восемь часов, — прошептал он с сожалением. — Полагаю, мне надо ополоснуться под душем, чтобы смыть пузырьки страсти до встречи с моей командой. Не так ли, мисс Давен… пардон, миссис Трелин?

Мелинда почувствовала, как от слез защипало глаза, и только кивнула, надеясь, что он не заметит блеска ее глаз.

Рок направился в ванную комнату. Она подождала несколько минут, затем проскользнула к нему под душ, держа в руке «Цветок страсти», хотя он уже взял с полки гостиничное мыло. Рок с любопытством уставился на нее.

Она пожала плечами.

— Что, душ однажды уже сработал? — с озорством спросила она и сразу очутилась в его объятиях.

— Мелинда, запах, действительно, приятный, он возбуждает, завораживает. Но знаешь что?

— Что?

— Тебе он ни капельки не нужен.

И его губы нежно коснулись ее лба.

Так почему же, господи, они так долго были в разлуке?

Она отодвинулась от него, все еще возбужденная, но уже успокаиваясь.

— Ужин в восемь часов.

— Да, в восемь, — откликнулся он, поворачиваясь под тугими струями воды…

Мелинда умело и с наслаждением пустила в ход всю косметику из набора «Цветок страсти», натянула новые шелковые трусики, облачилась в новое платье и обула легкие туфельки.

Когда появился закутанный в махровое полотенце Рок, она уже расчесывала перед зеркалом волосы.

— Уфф… — выдохнул он негромко.

Она кокетливо покружилась перед ним, демонстрируя свой наряд.

— У тебя всегда был великолепный вкус!

— Почему бы тебе не спуститься первой, пока я не впаду в искушение вообще не одеваться? Держу пари, что Конни с нетерпением ждет твоего прихода.

— Я подожду тебя, — заупрямилась Мелинда.

— Нет уж! Окажи любезность, убирайся!

Она улыбнулась, чувствуя, что ей не хочется уходить. До самых дверей она ощущала на себе его взгляд. Велико было желание остановиться, повернуться и закричать: «Я люблю тебя!» Но она сдержалась, снова подумав, что еще не время.

В Черепаховом зале найти заказанный столик оказалось совсем просто — там уже собрались все. Брюс был красив и вальяжен в элегантном белом костюме, алый наряд Конни, должно быть, воплощал грезы какого-то модельера, супруги Тобаго прекрасно смотрелись: он в ладно скроенном бежевом костюме, она — в чем-то полыхающе-красном.

— Иди к нам! — крикнула ей Марина через весь зал, как только Мелинда показалась в дверях ресторана.

Их столик украшали чудесные тропические цветы. Оказывается, Конни уже заказала ей коктейль. Мелинда не знала, что это за напиток — в бокале плавают вишни, дольки ананаса и апельсина. Она попробовала. Коктейль был не слишком сладкий и очень приятный на вкус.

В зале играл оркестр. Прохладная ночь казалась легкой, невесомой.

— Фирменное блюдо у них — бифштекс из черепахи, — попыталась перекричать музыку Конни.

Мелинда состроила гримаску.

— Я его уже пробовала. Не скажу, что это мое любимое блюдо. Да и черепах жалко.

— А как насчет коров? Ты когда-нибудь видела животных с такими ласковыми глазами? — жестким голосом спросила Конни.

Мелинда рассмеялась.

— Я стараюсь не думать об этом, — призналась она честно.

В ресторане появился Рок: легкий голубоватый спортивный пиджак, рубашка в полоску, темно-серые брюки. И без галстука. И хотя все эти вещи были только что вынуты из дорожной сумки, каким-то чудом он умудрялся выглядеть в них весьма элегантным.

Он выдвинул стул, чтобы сесть рядом с Мелиндой.

— Вы еще ничего не заказали?

Мелинда качнула головой.

— Может быть, филе дельфина? — предложила она.

— Нет, лучше уж рыбу или моллюсков, но не мясо друга, с которым мы познакомились в море. Кстати, кое-что я о нем разузнал.

Ее брови удивленно вздернулись.

— Его зовут Хэмбон. Местные жители полагают, что он жил в дельфинарии. Он всегда заводит игры с ныряльщиками и подводными охотниками, которые болтаются на островах.

— Может быть, он привяжется к нам? — спросила Конни.

— И принесет нам удачу, — добавила Марина.

— Возможно, — сказал Рок.

Мелинда почувствовала, как пальцы Рока скользнули по ее бедру. Он взял ее бокал, отпил глоток и скривился.

— Что это ты пьешь?

— Я в напитках не разбираюсь.

Рок ухмыльнулся. Официант уже стоял рядом. Рок заказал себе и Мелинде блюдо из осьминогов и пиво, остальные взяли суп из черепахи.

Разговор вновь вернулся к дельфину и поискам. Рука Рока не покидала колена Мелинды. Он предложил присутствующим поблагодарить Мелинду за серебряную ложку: не будь этой находки, всех одолевали бы сомнения, что они гоняются за призрачным кораблем. Синие глаза Рока, казалось, смотрели в самое сердце Мелинды.

Ночь обещала быть восхитительной.

Ужин подходил к концу. Все заказали кофе какого-то экзотического приготовления. Звучала тихая музыка. Пары танцевали. Услышав медленную томительную мелодию, Рок встал и галантно протянул руку Мелинде. Она скользнула в круг для танцев. Рок обнял ее, и она трепетно прижалась к его груди. Он нежно погладил ее волосы.

— Какая приятная ночь, — пробормотал Рок.

— Божественная, — шепнула она, уткнувшись в его пиджак.

И тут она вдруг почувствовала, что он хочет ее, хочет безумно.

Неожиданно кто-то хлопнул Рока по плечу.

— Извините, не могу ли я пригласить на танец вашу даму, Трелин? Похоже, вы танцуете с моей подругой?

Мелинду мгновенно обдало холодом, руки ее стали противно липкими от пота. Она догадалась, кто это, еще до того, как подняла голову. Эрик Лонгфорд.

Он был почти такой же высокий и крупный, как Рок, такой же широкоплечий, хорошо сложенный, с развитой мускулатурой. Только в отличие от Рока Эрик был светловолосый, с глазами светлыми, почти прозрачными. Над верхней губой у него красовалась узенькая щеточка рыжеватых усиков.

Бесспорно — видный, красивый мужчина. Но не Рок! — словно выкрикнуло ее сердце. Мелинду охватила паника, когда она увидела ледяные глаза Рока, в упор уставившиеся на Эрика.

— Лонгфорд! — выдохнул он вкрадчиво. По-прежнему играла музыка. Рок мрачно глядел на Эрика. — Подумать только! Что на этой земле могло заставить нас встретиться? Чего ради ты притащился сюда и что вообще тут делаешь?

— Пришел потанцевать, — нагло заявил Эрик, кладя руку на плечо Мелинды. Та попыталась высвободиться, но у него была железная хватка. Внезапно рука Рока опустилась на второе ее плечо. — Трелин! Я остановил ваш танец, чтобы пригласить свою даму…

— А я не позволю тебе с ней танцевать, — ледяным тоном оборвал его Рок.

В воздухе запахло дракой. Однако не это испугало Мелинду. Зная Рока, она могла представить ход его мыслей. Конечно, он решил, что она сговорилась с Эриком и передала ему, где ее можно найти.

Но это неправда!

— Трелин! Мелинда и я…

— Лонгфорд! Ты не понимаешь по-английски? Могу объяснить иначе.

Теперь один ухватил Мелинду за левую руку, другой — за правую. И оба тянули ее в разные стороны.

Вот наказание за ее легкомыслие! И это на виду у всех, в центре зала!

— Эрик, — заговорила она, полная решимости предотвратить столкновение мужчин. Как показать Року, что она ни с кем не связана? Но черт бы его побрал! Как быстро Рок снова засомневался в ней! — Остановитесь! — попыталась она их образумить, яростно отбиваясь от обоих.

И вдруг рядом раздался суровый мужской голос:

— Джентльмены! Не соблаговолите ли убрать руки от моей дочери?

Отец! О боже!

Мелинда торопливо обернулась: теперь ее руки получили свободу. Да, это был отец, высокий, красивый, представительный. Бронзовый загар скрывал его возраст, аквамариновые глаза были ясными, как у дочери, а светлые волосы выгорели до платинового цвета.

— Папочка! — выдохнула она.

— Ну, конечно, папочка! А кто же еще? — негромко проворчал Рок.

— Ну и приветствие после долгой разлуки, Трелин! — с раздражением сказал Джонатан.

— Не кажется ли вам, что мы устроили здесь целый спектакль, — заметила Мелинда.

— Тогда пошли танцевать, — нагло предложил Эрик, снова беря ее за руку, — а они пусть улаживают свои старые разногласия.

— Эрик, если бы ты просто…

— Черт побери, Лонгфорд! — разозлился Джонатан. — Убери руки от моей дочери!

— Вот это правильно! — выразил свое одобрение Рок.

Он с силой потянул Мелинду на себя и обнял за плечи.

— А теперь, Трелин… — заговорил было Джонатан Давенпорт.

— А теперь — более ничего! — прорычал Рок. — Уберите руки от моей жены и убирайтесь оба! — скомандовал он.

Никто не успел произнести ни слова, как Рок решительно покинул круг для танцев и так же решительно увлек за собой Мелинду.

10

Рок с трудом преодолел искушение врезать Лонгфорду кулаком по физиономии. Возможно, ситуацию изменило неожиданное появление Джонатана Давенпорта: Рок не справился бы с обоими.

И, уж конечно, он не мог наподдать Мелинде, хотя руки у него так и чесались сделать это. И все случилось именно тогда, когда он уже начинал верить ей.

— Ради бога, Рок, что ты делаешь? — упираясь, вырывалась Мелинда.

Что он делает? Он и сам не знал! Уволок ее с танцев, протащил мимо столика, где сидела ошеломленная команда, и теперь тянет через холл к лифту. М-да…

— В жизни не встречала такого грубияна, — надулась Мелинда.

В холле было полным-полно людей, и, хотя она понизила голос, все равно в нем отчетливо проступала ярость.

— Я — грубиян? — переспросил он. — Хорошо еще, что не драчун!

— Там был мой папа… — начала она.

— Ну да. Снова папа. Кстати, что он здесь делает?

— Он тоже проводит подводные работы, как и ты. Забыл? Он был в этих водах, когда мы связались с ним по рации. Что же особенного, если мы встретились в Нассау?

— Удобная позиция.

Она судорожно глотнула воздух, и глаза ее сузились.

— По-твоему, я втихаря вызвала его сюда? Вспомни, ты сам запретил мне пользоваться радиопередатчиком.

— Ты делала на моем корабле все, что хотела, с первого дня пребывания на борту. Ты обольстила и мой экипаж, и меня.

Рок привалился к задней стенке кабины, когда лифт пошел вверх. Пальцы его словно приросли к ее пальцам — так крепко держал он Мелинду за руку.

Она стояла очень прямая и разгневанная.

— Если ты полагаешь, что я намерена делить с тобой твои роскошные апартаменты после того, что ты натворил, ты просто спятил.

— А если ты полагаешь, что после всего можешь вернуться к отцу или к Лонгфорду, ты тоже просто спятила.

— Я не вызывала сюда папу. Можешь сам его спросить.

Лифт остановился на их этаже. Рок пересек холл, порылся в кармане, ища ключ, и только в номере выпустил ее руку.

Как она все обтяпала! Появилась ненароком из глубины, случайно запутавшись в его сетях, честно призналась, что была на одном из кораблей Лонгфорда, завоевала его, Рока, даже ходила с ним на погружение, нашла на глубине ложку с испанского галеона, а затем участвовала в его поисковой экспедиции и ничего не обнаружила… А теперь они все втроем здесь, в отеле.

— Тебе придется остаться со мной, — заявил он тоном, не терпящим возражений.

— Вот еще! Не смей мне приказывать!

— Конечно, ты ведь ни в чем не виновата и беспокоишься, чтобы я первым зарегистрировал заявку на «Контессу».

— Нет, ты невыносим!

— Но ты же сама обещала остаться здесь.

Рок широким жестом обвел комнату, в которой совсем недавно они пережили драгоценные мгновения любовного забытья.

— Это твое, — сказал он спокойно, указывая на роскошную постель. — Я привык к жесткой палубе. Возьму только подушку и покрывало.

— Ты не понял! — воскликнула она. — Я не хочу находиться рядом с человеком, плохо думающим обо мне.

— Ты никуда не уйдешь отсюда!

— Хорошо, капитан Трелин! — отчеканила Мелинда холодным и звонким голосом.

— Вот и прекрасно! Я сам закончу поисковые работы. Но ты должна держаться подальше от меня. Ясно?

А как ему держаться на расстоянии от нее? Когда он готов был отказаться от чертовой охоты за «Контессой», лишь бы обладать Мелиндой до конца жизни.

Внезапно зазвонил телефон. Мелинда подскочила от неожиданности и уставилась на аппарат. Но не двинулась с места. Телефон продолжал трезвонить.

— Я не собираюсь поднимать трубку, а то еще выдам твои самые сокровенные секреты! — воскликнула она ехидно.

— Я не жду звонка. Это наверняка твой папочка или милый друг Лонгфорд.

Она не шелохнулась, пришлось ему пересечь гостиную и снять трубку.

— Что надо?

— Обычно принято здороваться, — вежливо заметил Джонатан Давенпорт.

— Хорошо, что вам нужно? Надеюсь, эта фраза устраивает вас больше? Но, кажется, я сам знаю, что вы хотите. Переговорить с дочерью. Жаль, что она не может с вами сейчас разговаривать.

— Почему я не могу с ней поговорить? Она связана и лежит у тебя в номере с кляпом во Рту? Ладно, ладно, я пошутил. Такое обращение с женщинами не в твоем стиле. Просто я хотел удостовериться, что с ней все в порядке.

— Она великолепно себя чувствует, можете не беспокоиться.

— Почему бы нам не встретиться вдвоем и не пропустить по стаканчику? — предложил Джонатан. — Возможно, ты позволишь поговорить с тобой с глазу на глаз? И дать мне возможность извиниться?

Рок ошеломленно уставился на Мелинду, которая была похожа на разъяренную кошку. Неужели старина Давенпорт всерьез собирается извиняться перед ним?

— Угу.

— Слева от главного холла есть маленький бар. Жду тебя там, — сказал Давенпорт.

Рок положил телефонную трубку, не спуская глаз с Мелинды. Затем взмахнул рукой.

— Мне надо идти.

— Что ты собираешься делать? — требовательно спросила она, сорвавшись с места и идя вслед за ним к двери. Глаза у нее были встревоженные.

— Не бойся, я не затею потасовку с твоим папочкой. Тебя волнует мой боевой настрой? — Она молчала, упрямо глядя на него. — Я скоро вернусь, — успокоил он ее.

Рок повернулся и широкими шагами вышел из комнаты, но, закрыв дверь, почти обессиленно привалился к ней. Ждал он довольно долго, гадая, не последует ли она за ним?

Но Мелинда не вышла.

Он легко нашел маленький бар. Джонатан Давенпорт устроился на высоком табурете у стойки, а рядом с ним сидела… Конни. И оба они были потрясающе привлекательной парой, подтянутые, светловолосые, загорелые. Джонатан смотрелся чертовски здорово. Бронзовое от загара, мужественное, словно высеченное из камня лицо. Конни восхищенно смотрела на него и охотно смеялась над историями, которые он рассказывал. Ее карие бархатистые глаза сияли. Алое вечернее платье удачно оттеняло светлую головку, красноватым отблеском освещало темную глубину ее глаз.

Рок нахмурился. А что, собственно, Конни делает с этим мужчиной? И куда провалился Брюс?

При чем тут Брюс? Он ведь брат, а не… напомнил себе Рок. И не нужно на всех срывать свое дурное настроение.

Рок пересек бар и сел на высокий табурет рядом с Джонатаном. Карие глаза Конни широко раскрылись от изумления.

— Рок? Догадываюсь, вам есть о чем потолковать наедине. Пойду пока пройдусь по холлу.

Прежде чем они успели возразить, она соскользнула с табурета и исчезла.

Рок заказал себе выпивку и стал медленно потягивать виски, неотрывно глядя на старого друга и наставника. А тот выглядел довольным и безмятежным.

— Милая девушка… — легкомысленно обронил Джонатан.

— Немного молода для вас, — прокомментировал Рок.

— Возможно. — Джонатан пожал плечами. — Однако я полагаю, что общие интересы и биологическая совместимость способны преодолеть разницу в возрасте.

— Слабая надежда! — Рок поднял бокал, приветствуя Джонатана.

Джонатан рассмеялся, нисколько не обидевшись. Держа бокал с пивом и пристально разглядывая янтарную жидкость, он спросил:

— Так что, ты ее связал и засунул кляп в рот?

— А что, хотите пойти и проверить? — вместо ответа спросил Рок.

Джонатан пожал плечами и поднял глаза на Рока.

— Это зависит от некоторых обстоятельств, — спокойно сказал он.

— От каких?

— А правда, что моя дочь — все еще твоя жена? — тоже ответил он вопросом на вопрос.

Настала очередь Рока пожать плечами.

— Да, я с ней так и не развелся. И если она не подала документы на развод, то она — моя жена.

Джонатан кивнул головой.

— Ладно, тогда… — пробормотал он и замолчал.

— Что тогда?

— Тогда я не помчусь наверх спасать ее. Это касается только вас двоих.

Рок отхлебнул добрый глоток неразбавленного виски из бокала.

— Вы знаете, что она находилась на одном из суденышек Лонгфорда, перед тем, как прыгнуть в мои сети?

Року показалось, что Давенпорт поморщился.

— Да, она не лишена безрассудства.

— Она была не с вами? — упорствовал Рок.

— Конечно, не со мной! — возмутился Давенпорт. — Я бы никогда не позволил ей выкинуть подобный фортель, и она хорошо это знала. Видно, моя дочь здорово вскружила голову Лонгфорду… — Тут он замолчал, осознав, что сейчас должен чувствовать Рок. И снова пожал плечами. — Утром мы были в Майами, когда ты связался со мною по рации. Они ушли в море на одни сутки.

— Отдаю вам должное, Джонатан! Вы тратите больше усилий, чтобы оправдать ее поведение, чем она сама.

— Что ж, она не предполагала, что ей придется объяснять тебе свое поведение. Может быть, она поняла это теперь? Ведь вы давно не виделись.

— Это был ее выбор.

Джонатан согласно кивнул головой. Его глаза какое-то время были опущены вниз.

— Ее выбор и мой ошибка. — Он пристально взглянул на Рока. — Я был не прав. Находка принадлежала тебе, и первенство открытия тоже было твоим. Вероятно, я разозлился, что ты оказался прав, опрокинув все мои доводы. Я никак не мог с этим смириться. Теперь поздно исправлять ошибки. Чертовски поздно — для меня, но не для Мелинды.

Рок почувствовал, как гулко колотится у него сердце.

— Что вы хотите этим сказать?

— Ладно. Ты просил ее сделать выбор. Но и сейчас — выбор за ней. Все ведь закончилось тем, что она очутилась на судне? Точно?

— Но приплыла она с одного из судов Лонгфорда, — упорствовал Рок.

— Подумай сам. Она всегда привлекала Лонгфорда, но никогда не давала ему повода для ухаживаний. Просто была вежлива с ним. Я не лгу тебе, и ты это знаешь — ведь мы провели вместе Достаточно долгое время. Она и сейчас любезна с ним, и только. Вот и все.

— Почему вы все это мне говорите?

— Потому что моя дочь, связанная по рукам и ногам, находится в твоем номере, — бодро пошутил Джонатан.

Рок откинулся назад, чувствуя, как его губы невольно растягиваются в улыбке, а виски благодатным теплом разливается по телу, вытесняя внутренний холод.

— Знаешь, а ведь она очутилась в довольно скверной ситуации, — неожиданно сказал Джонатан.

— То есть?

— Ты поставил ее перед выбором: родной отец или любимый мужчина.

— Она предпочла отца.

— Ладно. В те времена я был всем для нее. И, честно признаюсь, делал все, чтобы переманить ее на свою сторону.

— А теперь? — спросил Рок.

— А теперь? — тихо повторил он, допил пиво и задумчиво посмотрел на Рока. — Ладно. Сейчас я почувствовал облегчение, что она с тобой, а не с Лонгфордом.

— Но снова будете склонять ее на свою сторону?

Джонатан отрицательно качнул головой.

— И не подумаю. Я хорошо усвоил урок. Никого больше переманивать не буду.

— И все же?

— Черт побери, разве она была не на твоей шхуне? Разве сейчас она не в твоем номере.

— Связанная и с кляпом во рту, — шутливо напомнил Рок.

Джонатан улыбнулся.

— Просто я даю тебе понять, что один старый толстокожий кладоискатель здорово ошибся. Мне жаль, что все так вышло. Я приношу свои извинения и надеюсь, что ты отыщешь свою «Контессу Марию». До меня дошли слухи, что ты на верном пути.

— Тогда-то она и наладит с вами связь? — без обиняков спросил Рок.

— Нет, — покачал головой Давенпорт. — Про то, что моя дочь нашла ложку с затонувшего галеона, сообщил мне член твоей команды.

— Конни?! Мелинда действительно нашла ложку с «Контессы».

— Моя дочь — отличный ныряльщик, я не знаю лучшего специалиста по глубоководному погружению. Она в этом плане настоящее сокровище!

Рок привстал с табурета.

Три года — долгий срок. Давенпорт сильно изменился, и к лучшему. Да и Мелинда — тоже. И сам он стал другим…

— Спасибо за звонок! — поблагодарил Рок, дружески обняв Давенпорта за плечи.

Давенпорт ухмыльнулся и кивнул:

— Большой тебе удачи!

— Удачи с сокровищем или с твоей дочерью?

— Если ты еще не понял, что она и есть твое настоящее сокровище, то ты просто бродишь в потемках, мой мальчик!

Рок рассмеялся.

— Мне это по сердцу, Джонатан. Спокойной ночи!

Рок покинул бар, торопясь в свой роскошный гостиничный номер, к белоснежным простыням и… к своей жене.

Только бы она простила его.

Ему привиделось ужасное зрелище — одинокое роскошное ложе как ледяная пещера для заблудившегося неандертальца. Нет, только не это! Должно быть, она еще сердится, может, даже не захочет его простить? Но в любом случае не так уж трудно принести извинения — он только что получил отличный урок от своего тестя.

Внезапно кто-то хлопнул его по плечу.

Эрик Лонгфорд! Высокий пляжный красавчик. Лицо искажено отвратительной гримасой.

— У тебя железные нервы, Трелин! — проскрипел он злобно.

— Мне не о чем с тобой разговаривать, Лонгфорд! — спокойно ответил Рок. И вдруг увидел, что Лонгфорд не один — позади него стояла Мелинда.

Сердце Рока екнуло, внутри будто что-то оборвалось.

— Иди проветрись, Лонгфорд, — сказал Рок и, отвернувшись, добавил: — А Мелинда может идти куда ей заблагорассудится.

И он направился к лифту.

— Ни за что на свете, Трелин! — Рука Лонгфорда тяжело опустилась на плечо Рока. Он успел вовремя уклониться от летящего справа кулака Эрика.

— Черт побери, Лонгфорд! Уймись! — попытался образумить он подвыпившего парня.

Однако Эрик замахнулся снова.

Это было слишком. Рок, распрямившись, сделал выпад и врезал Эрику кулаком в челюсть. Огромный блондин рухнул навзничь, как подрубленный.

— Рок…

Мелинда упала на колени рядом с Лонгфордом.

— Рок, вовсе не таким способом…

— Пошли отсюда.

Он решительно рванул ее за руку и помог встать. Вокруг них начала собираться толпа любопытных. К счастью, кое-кто видел, что затеял драку Эрик. Рок даже не потрудился поднять свою жертву. Он увлек Мелинду к лифту и втолкнул в кабину. Здесь они были одни, и Мелинда набросилась на Рока.

— Не было никакой необходимости нокаутировать его! Что за манера таким способом решать проблемы.

— Он первым на меня набросился!

— Ты…

— Он два раза пытался ударить меня. А ты-то с ним что делала?

— Что?! Я специально спустилась вниз, чтобы проинформировать его о наших дальнейших действиях и сообщить о месте, где я нашла ложку с галеона.

— В самом деле?

В глазах ее сверкнул дикий огонь, она замахнулась, но он ловко перехватил обе ее руки и прижал Мелинду к себе.

— Ты тоже хочешь драться? А все-таки, что ты делала в его компании?

— Я встретила его случайно! — воскликнула она, пытаясь вырваться из его объятий.

Дверь лифта открылась. Левой рукой он крепко прижимал Мелинду к себе, пока правой рылся в кармане, ища ключ.

— Так что же вас связывает? — повторил он вопрос, вводя ее в апартаменты.

— Я не обязана отчитываться перед тобой. Ты ведешь себя безобразно! — Рок вплотную приблизился к ней, Мелинда отпрянула от него, словно решив защищаться. — Держись от меня подальше. Я знаю, что говорю, — отчеканила она.

Однако он теснил ее все дальше, а она пятилась и пятилась, пока не очутилась у огромной ванны-бассейна с гидромассажем.

— У тебя нет никаких прав!

— А я не требую, я спрашиваю, — покладисто уточнил он, не переставая наступать на нее. — Так что ты забыла в баре? — спросил он снова, притянув ее к себе.

— Мне позвонила Конни и сказала, что ты там с папой! — яростно выкрикнула Мелинда. — Я спустилась вниз, чтобы убедиться, что у вас все в порядке. Ясно?

Она готова была заплакать.

Он поцеловал ее, подхватил на руки и широкими шагами двинулся к кровати. Они упали на королевское ложе, погрузившись в его блаженную мягкость.

— Рок, ты не можешь… Так нечестно! Несправедливо! Так… — Ее руки уперлись ему в грудь.

— Прости меня, — пробормотал он.

— Что?!

Прекрасные, влажные от слез глаза широко распахнулись.

Господи, как он мог так долго жить без нее? Рок нежно ее поцеловал, поймал руки, поднес их к своим губам.

— Прости меня, — повторял он, целуя каждый ее палец.

— Но тебя снова будут мучить подозрения…

— Попытаюсь избавиться от них. Я уже почти преодолел чувство утраты, как вдруг ты снова вернулась в мою жизнь, Знаешь, у меня не очень-то светские манеры, но все же я джентльмен.

— Но тогда твоих извинений недостаточно, — бросила она ему вызов.

— Мелинда, черт побери, я тебя люблю! — закричал он. — Неужели этого недостаточно?

Она умолкла. Ни звука, ни вздоха. Потом вдруг обронила:

— О мой бог…

— А как ты?

Ее руки обвились вокруг шеи Рока, губы коснулись его губ, сначала легко, затем она стала целовать его горячо и страстно. А позже, гораздо позже, она вкрадчиво шепнула:

— Рок?

— Да?

— Я…

Она поднялась над ним, золотистые волосы разметались, глаза сверкали, словно драгоценные камни.

— Я люблю тебя, — шепнула она. — И никогда не переставала любить. Я пыталась, старалась забыть, но у меня ничего не получалось…

Давенпорт оказался прав. Он, Рок, не прекратит поиски «Контессы Марии». Но свое сокровище он уже нашел. Осталось лишь одно — не утратить его снова.

11

Только с наступлением сумерек корабль Рока покинул порт Нассаду.

Мелинда не знала, о чем беседовали Джонатан и Рок, и даже не видела отца, но почему-то была уверена, что он наверняка доволен ходом событий. В противном случае отец разгромил бы весь отель. Они с Роком во многом похожи: защищая слабых, оба подчас ведут себя совершенно одинаково.

Рок был все еще поглощен поисками «Контессы Марии», хотя темп поисковых работ сильно замедлился. Команда увлекалась ранними завтраками, ланчами и ужинами. Вечерами Рок и Мелинда подолгу прогуливались по палубе, любуясь звездами. По привычке они просыпались на рассвете, но не вставали. И вся команда «Кристл Ли» расслабилась.

Существовал ли еще между ними барьер? Рок никогда не говорил об их совместном будущем. Сохранял он дистанцию и в деловых отношениях, несмотря на их близость. Мелинда была его женой, делила с ним постель и… глубоководные погружения. Но что дальше? Она не знала, что ждет их обоих, когда они найдут или не найдут «Контессу».

Как-то вечером команда ввалилась на камбуз гурьбой, ребята с шумом стали открывать банки с пивом и содовой. Все делали вид, что помогают Марине готовить, а на самом деле лишь путались у нее под ногами.

— Мелинда! — позвала Марина. — Нарежь немного свежих овощей для салата. Не возражаешь?

— Нет, только скажи, как нарезать? Квадратиками, длинными ломтиками? — бодро отозвалась Мелинда.

Занимаясь морковью, она выглянула в иллюминатор и увидела, что Рок стоит рядом с Питером и что-то разглядывает в бинокль. Мелинда прищурилась, пытаясь хоть что-то разглядеть через иллюминатор камбуза. Ей почудилось, что в ночной темноте блеснул огонек.

Мелинда разложила овощи на большом блюде, а затем вместе с Конни и Брюсом принялась накрывать на стол. Джо Тобаго делал пометки на корабельной карте, по которой они ориентировались при глубоководных погружениях.

Мелинда направилась к выходу, пообещав Марине скоро вернуться. На палубе ее охватил озноб от прохладного воздуха. Она подошла к Питеру и Року, которые о чем-то тихо шептались, но сразу же замолчали, когда Мелинда приблизилась к ним.

У Рока напряглись скулы — верный признак того, что он очень раздражен, хотя и хранит молчание.

— Что случилось? — спросила она.

— Еще одно судно, — ответил он коротко.

Ей не понравился его тон, в котором проскальзывала какая-то странная нервозность. Вдруг ей стало совсем холодно — она приняла мгновенное решение: обороняться! Рок не имел никакого права так обращаться с ней. Совсем никакого.

— Странно! — заметила она ледяным тоном. — Климат здесь весьма умеренный. Кому это вздумалось прогуливаться по холоду?

Сарказм в ее голосе не остался незамеченным Роком, который бросил на нее беглый, словно предупреждающий взгляд.

— Корабль довольно далеко от нас, — сказал Питер. — Ночью плохо видно, сейчас он как пятнышко на горизонте. Поглядим, где он будет утром.

— Да, — согласился Рок и что-то добавил Питеру по-испански.

Мелинда скрипнула зубами — еще недавно от нее ничего не скрывали. И снова она виновата в его глазах. Видимо, Рок решил, что она забралась в радиорубку, как только представился удобный случай, и вызвала отца и Эрика.

Она отпрянула от Рока — ей нечего было сказать в свое оправдание. Отворачиваясь, она поймала на себе сочувствующий взгляд Питера — он явно был на ее стороне.

Что ж! Никто ей не нужен. И она не виновата.

Мелинда заспешила к трапу.

— Постой! — бросил резко Рок. — Я бы хотел перекинуться с тобой парой слов!

— Попозже, — произнесла она холодно. — Если, конечно, ты не возражаешь. Я замерзла и хочу принять горячий душ перед ужином.

В капитанской каюте, порывшись в одном из нижних ящиков бюро-комода, где лежала целая груда одежды и всего, что ей одолжили здесь, на корабле, она схватила полотенце и швырнула его на перегородку душевой кабины.

Горячая вода приятно нежила тело. Она подставила лицо под водяной каскад и чуть не вскрикнула от неожиданности, когда кто-то резко отдернул занавеску душевой. Конечно, это был Рок. Злые глаза сужены, взгляд жесткий.

— Почему ты вдруг ушла?

— Но ведь там корабль в открытом море. Да-да, это я его вызвала.

— Ты серьезно? Полагаю, это судно твоего отца.

Она шумно вобрала воздух в легкие и еще усерднее потянула занавеску душевой.

— Ты же встречался с папой! — зло напомнила она. — Забыл? Л мне ты запретил вести с ним разговоры.

— Но вы — близкие родственники, — парировал он.

Мелинда чертыхнулась, когда он, в одних плавках, влез под душ, таща и ее за собой.

— Рок! Я предупреждаю…

Вода струилась у них по лицам, когда он притянул ее к себе, обнял, а затем горячо поцеловал. Его руки возбуждающе скользнули по ее телу, омываемому потоком воды, он схватил ее за ягодицы и прижал к себе.

— Ты не можешь обвинять меня, а потом…

— А я тебя ни в чем не обвиняю, — заявил он осипшим от возбуждения голосом.

Что-то шлепнулось на пол, и Мелинда поняла, что это его мокрые плавки.

Она снова очутилась в его объятиях.

— Ты сказал…

— Я только предположил, что это судно твоего отца, — твердо заверил он, и его кобальтовые глаза с яростью уставились на нее.

Восхитительно приятные струи каскадом омывали их тела. Рок прислонил ее спиной к стене, прижавшись к ее губам в требовательном поцелуе. У нее перехватило дыхание. Мелинда хотела возобновить спор, но сразу забыла, о чем они спорили.

Внезапно руки Рока оказались на ее бедрах, и он уже поднимал ее, побуждая, чтобы она ногами обхватила его тело. Почувствовав легкое головокружение, она мгновенно повиновалась его настойчивой плоти.

Мелинда издала легкий стон, почувствовав в себе быстрые, доводящие до исступления толчки. Они превратились в неистовый вихрь, и одно из движений взорвалось в ней неожиданным потрясающим наслаждением… Затем она почувствовала, как его объятия ослабли, и тогда вновь ощутила бьющие тугие струи воды. Колени ее дрожали, но это не имело значения. Рок вынес ее из душевой на руках, обернув махровым полотенцем и нежно прижимая к себе.

Спустя секунду он взглянул на часы.

— Черт побери, — пробормотал он негромко.

Она уткнулась лицом в его грудь. Когда подняла глаза, то встретилась с глазами, в которых светилась легкая насмешка.

— Полагаю, мы опоздали на ужин.

Мелинда схватила его за руку, посмотрела на циферблат часов и простонала, не веря, что она покинула камбуз час назад.

— Видимо, ты сам наделен особым даром всюду опаздывать и меня заставляешь…

— Не понял?

— Ты оттащил меня от тарелки с мясом в Нассау, — напомнила она, торопливо вытираясь полотенцем и пытаясь обойти Рока.

— Но мы тогда не ели, а танцевали. Забыла? И ты собиралась упорхнуть на танец с Лонгфордом.

Она стиснула зубы.

— Я не собиралась ни с кем танцевать!

И она поспешила в глубь каюты, намереваясь одеться. Даже не потрудившись прикрыть наготу, он растянулся на кровати, пристально наблюдая за ней.

— Я все думаю, какого черта был там… — начал он размышлять вслух.

Мелинда бросила на него беглый взгляд.

— Я ведь тебе говорила…

— А я вовсе тебя и не обвиняю.

— Но каждый раз у тебя чертики прыгают в глазах!

— Просто я люблю смотреть на тебя, — успокоил он ее.

Мелинда натянула джинсы, потом просторную блузу с длинными рукавами.

— Не будешь ли ты столь любезен и не пойдешь ли со мной на ужин? Что подумает твоя команда, если мы оба разом исчезнем?

— Ой-ой, — сказал Рок небрежно, — подумают, что мы занимаемся сексом в моей каюте.

— Черт бы тебя побрал, Рок!

Он засмеялся, соскочил с кровати, положил руки ей на плечи и поцеловал.

— Сейчас буду готов, — заверил он ее.

Она кивнула, но почему-то ей не внушал доверия его взгляд. Что бы он ни говорил, все равно между ними не исчезал невидимый барьер. А ведь она так многим рисковала, открыто показывая свою сердечную привязанность.

На следующее утро Мелинда проснулась раньше Рока, быстро оделась и ушла на камбуз. Там еще никого не было. Она сварила кофе и принялась готовить завтрак. Бекон уже поджарился до хрустящей корочки, и она взбила яйца, залив ими горку сладкого перца и грибов. Зевая, вошла Марина.

— Разбудите капитана, только поосторожнее, и предложите ему кофе, — посоветовала она.

Мелинда ухмыльнулась, собираясь выйти из камбуза с подносом.

— Мелинда! — неожиданно позвала ее Марина, и она остановилась на пороге.

Марина с серьезным видом разглядывала ее.

— Хочу сказать, что вы — настоящее сокровище. Сети принесли нам удачу, вытянув вас со дна моря.

— Благодарю, — сказала Мелинда негромко и смутилась. Комплимент Марины был ей приятен.

Когда Мелинда прикрыла за собой дверь в капитанскую каюту, ей вспомнилось другое утро, когда Конни подала чашку кофе Року. Как она тогда ревновала! Это было совсем недавно. А теперь Конни оказалась настоящим другом. Сейчас она сама подаст ему кофе и поцелует в любимые глаза.

Рок уже проснулся и удобно расположился на подушках, скромно натянув на себя покрывало. Ждал и улыбался, как король, зная, что ему сейчас подадут кофе.

— Благодарю. — Он потянулся за чашкой и усадил ее рядом на край постели. — Мне нравится такая жена. Кофе в постель — просто роскошь!

— Тебе и раньше было неплохо, — чопорно напомнила ему Мелинда, поджав губы. — Тогда кофе тебе подавала Конни.

— Но не в постель.

— Думаю, она бы и в постель принесла, если бы ты пожелал.

— Возможно.

— Сейчас вылью тебе кофе на голову!

Он рассмеялся и предложил ей глоток кофе. Она отпила из его чашки.

— Ах ты ревнивая глупышка!

— Запомни: я — не ревнивая и не так уж глупа.

— Но для меня ты — глупышка. А быть чуточку ревнивой — совсем неплохо.

— Льстит твоему самолюбию?

Рок серьезно кивнул и спросил:

— А как с твоим самолюбием в таком случае? — Она нахмурилась. — Лонгфорд! С каким наслаждением я бы вмазал этому типу! — Рок протянул руку и нежно погладил ее золотистые волосы. — Если бы он хоть раз дотронулся до тебя…

— Что тогда?

Он показал кулак, и у нее потеплело на душе. Это было приятно.

— Завтрак готов. Пора вставать, дорогой.

— А я уже встал, — произнес он с невинным видом.

Она тут же вскочила с постели.

— Я не могу больше пропускать завтраки и ужины, а то и впрямь превращусь в худышку, — рассмеялась она.

— Я скоро приду, — пообещал он, отбрасывая покрывало. Мелинда не отрывала от него взгляда. — Ты пойдешь со мной утром на поиски?

— Да.

— Хорошо.

Спустя полтора часа все занялись делом. Питер устроился в рулевой рубке с биноклем: на горизонте не было ни одного судна. Казалось, их корабль единственный между голубизной безоблачного неба и безмятежностью морской стихии.

Первыми в воду нырнули Брюс и Конни. Мелинда и Рок последовали за ними через несколько минут. Они быстро подплыли к краю подводного обрыва, который высился прямо над старым затопленным судном. Вокруг них водили хоровод яркие рыбки-клоуны, а па небольшом расстоянии колыхались жутковатые розовые медузы.

Какой-то предмет, почти занесенный песком, привлек Рока, и он поплыл к нему, автоматически прислушиваясь к звуку регулятора дыхания и поглядывая на воздушные пузырьки.

Неожиданно он почувствовал какое-то движение рядом и, повернувшись, увидел за спиной дельфина Хэмбона. Понаблюдав за дельфином, Рок приблизился к одной из мачт корабля, затонувшего от мины. Хэмбон, поднырнув, оказался рядом с ним. Секунду спустя Рок увидел, что Мелинда играет с животным, гладит дельфина, хватает его за плавники, ныряет.

Рок вновь перевел взгляд, ища заинтересовавший его предмет. Где же он?

Он поискал глазами Мелинду и заметил, что она плывет у сохранившейся части носа корабля. Потом она исчезла из поля зрения, следуя, как ему показалось, за дельфином. Року это не понравилось, и он устремился в ее сторону.

Она была там и уже направлялась к нему, крепко держа в руках небольшой сундучок, оплетенный мягкими зелеными водорослями. Каким чудом она разглядела его в зеленой морской воде? Сундучок размером и формой напоминал дамскую шкатулку для драгоценностей, какой в стародавние времена пользовались знатные дамы.

Рок кивнул Мелинде, и оба они поплыли вверх. Вынырнув, Рок снял маску и крикнул. Мгновенно появился Джо, чтобы помочь им подняться на борт. Он принял из ее рук сундучок-шкатулку, пока она карабкалась по трапу и сбрасывала свое подводное снаряжение.

— О, это уже кое-что!

— Кое-что? Похоже, — согласился Рок, забирая у Джо шкатулку. Он мягко постучал по дугообразной крышке и взглянул на Мелинду. — Думаю, она бронзовая.

Рок принес нож и вставил его под крышку сундучка. За его спиной замерли в ожидании Мелинда, Марина и Джо. Питер на палубе что-то кричал Брюсу и Конни, вышедшим на поверхность. Вероятно, торопил их подняться на борт.

С резким щелчком шкатулка открылась. Внутри не было ни капли воды, ни единого следа влажных водорослей, облепивших крышку. Блеск драгоценных камней потряс всех. Сундучок доверху был наполнен кольцами, серьгами, брошами, золотыми цепочками.

— О боже! — выдохнула Мелинда.

Глаза Рока встретились с ее глазами.

— Вот это находка! — воскликнул он негромко, изумленно покачав головой. — И как тебе удается такое?

— А как тебе самому удается отыскивать на дне океана затонувшие корабли? — ответила Мелинда с озорной улыбкой.

— Теперь надо заглянуть в судовую опись грузов «Контессы Марии», — сказал он. — Но я и так уверен, что сегодня мы сделали невероятное открытие.

— Тогда можно зарегистрировать нашу заявку!

— Хотелось бы поточнее определить местонахождение корабля, — ответил Рок уклончиво. — Но главное сделано. Думаю, через день-два все у нас будет готово.

— Эй, как там дела внизу? — крикнул с верхней палубы Брюс.

— Иди сюда, сам увидишь, — ответил Рок.

Внезапно прямо над ними возникла голова Питера.

— А вы, — начал он голосом, не сулившим ничего хорошего, — не хотите ли посмотреть на линию горизонта?

Рок взглянул на Мелинду.

Она тревожно переводила взгляд с Рока на Питера.

— И что там? — спросил капитан Питера. — Чужое судно?

— И не одно, а два. И оба приближаются к нам. Идут быстро, очень быстро.

12

На якоре стояли два чужих судна. Одно — с юга, второе — с севера.

Когда Рок подошел к поручням своего «Кристл Ли». Питер подал ему бинокль.

Мелинда заметила, как он весь напрягся, переведя бинокль на север, а затем будто окаменел, переместив взгляд на юг.

Мелинде бинокль не требовался. Она и так узнала чужаков. На севере стояло новое папино судно, на юге — хорошо оборудованный поисковый корабль Эрика Лонгфорда.

Проклятье какое-то! Теперь ей не оправдаться.

— Вот так компания! — легкомысленно прокомментировал Питер.

— Это уже не имеет значения. — Брюс застыл рядом с Роком. — Мы ведь нашли на глубине ложку и сундучок-шкатулку. Теперь самое время причалить к берегу, оформить документы и как следует подготовиться к подъемным работам.

Рок опустил бинокль и жестом указал на водную гладь.

— Они уже проводят погружение с корабля Лонгфорда, — мрачно сказал он, — а мы даже не определили местонахождение «Контессы». Просто потрясающе, как точно — после стольких недель нашего напряженного труда — Давенпорт и Лонгфорд вышли на нас. Ну и ну!

Рок не смотрел на Мелинду — ему это было не нужно. В его голосе звучали раздражение и досада. И говорил он холодно и саркастически.

В какой-то момент в голове Мелинды мелькнула мысль: Какого черта! Неужели папа замышляет что-то нехорошее? Неожиданно она почувствовала, как ее всю трясет. Дрожь начиналась где-то внизу и поднималась вверх, до самого сердца, словно сжимая его леденящими пальцами. Она ничего не могла изменить. И не могла смириться. Бороться с Роком она не собирается и не будет умолять его, чтобы он поверил ей. Остается одно — удалиться.

— Нас вызывают на связь по рации! — внезапно крикнула Конни, торопливо поднимаясь к рулевой рубке.

Рок быстро последовал за ней.

Мелинда стояла поодаль на нижней палубе и не могла слышать их разговора. Через пять минут Рок спустился вниз. Глаза потемнели от ярости, в них сверкали молнии. Сначала он замер у поручней, разглядывая корабль Лонгфорда, затем вдруг развернулся и в упор посмотрел на Мелинду.

— Лонгфорд передал послание для тебя. Говорит, что теперь будет стоять на якоре здесь, и предлагает тебе плыть к нему. — Рок был воплощением ледяной вежливости.

Мелинда почувствовала, как кровь отхлынула у нее от лица, и высокомерно вздернула подбородок.

— Никогда… — Она покачала головой.

— Только один знал о нашей стоянке. Другой просто проследовал за ним. Возможно, ты ничего и не передавала Лонгфорду, а просто вызвала сюда дорогого папочку.

— Рок! — выдохнула Конни.

— Капитан… — начал Питер.

— Это касается только нас двоих, — отрезал Рок. — Черт бы вас всех побрал, неужели вы думаете, что я все это время не хотел ей верить? Да ей стоит только щелкнуть пальцами, и я, как щенок, опять у нее на поводке. На всех семи морях только этому чертову созданию удалось-таки меня сломить.

Конечно, он был сильно разгневан, но, кроме ярости, в голосе его проскользнуло и нечто иное. Может быть, отзвук душевной боли? Но теперь все пропало. Вероятно, он чувствует себя так, словно ему в спину предательски воткнули нож. И все же она не заслуживает такого отношения с его стороны.

— Ну что же, так уж обстоят дела, — заговорил он неожиданно мягким голосом. — Тебе нечего мне сказать? — обратился вдруг Рок к Мелинде.

Она сделала навстречу ему несколько шагов, боясь, что сердце вот-вот разорвется на мелкие кусочки от боли, и остановилась.

— Нет! — ответила Мелинда резко, с достоинством выдерживая его взгляд.

— Бог мой, — прошептал он совсем тихо, — так ты признаешься?

Это было выше ее сил. Забыв, что она решила покинуть судно, сохраняя спокойствие, она отвесила ему увесистую оплеуху. Удар был так силен, что Мелинда почувствовала боль.

На сей раз, вихрем мелькнула мысль, подобралась целая аудитория свидетелей, наблюдающих, как гибнут наши отношения. Теперь все они убедились, насколько справедливы все ее прозвища — Железная Дева и Морская Ведьма. С этим уже ничего не поделаешь. Не помогут ей и слезы, которые, словно кислота, жгли глаза.

Рок поднес ладонь к вмиг побагровевшей щеке. Однако этого она уже не видела, ибо не смела даже взглянуть в его сторону. Она вообще не хотела никого и ничего видеть.

Повернувшись, Мелинда подошла к краю палубы, прыгнула через борт и нырнула. Она погрузилась довольно глубоко и проплыла приличное расстояние под водой, а когда вышла на поверхность, то первое, что услышала, был крик Рока:

— Мелинда, не делай этого! Мелинда, вернись!

Мелинда обернулась. Рок уже перевесился через поручень, а затем прыгнул в море, намереваясь плыть следом. Она перевела взгляд на судно отца. Ей показалось, что оно стало удаляться.

Она поплыла вперед, делая сильные гребки и стремительно скользя по воде. Мелинда превосходила Рока в нырянии и умении держать воздух в легких, но, как ни странно, он быстро догнал ее. Его руки обвили ее талию, и она удивленно смотрела на него, ничего не понимая. Неожиданно его рука вцепилась ей в плечо, и Мелинда почувствовала, что он тащит ее к своему судну. Она извивалась, молотила по его спине кулаками. Такое сопротивление утопило бы кого угодно, но не Рока. Он удерживал ее, задыхающуюся, хватающую воздух широко открытым ртом, кипящую от ярости. Рок победил — она обмякла в его жестких объятиях. Мелинда даже не представляла, что может быть такой несчастной. Какая это была мука — ощущать его прикосновения и знать, что он никогда не поймет ее, не будет ей доверять. Все еще любя мужа, она хотела его покинуть.

На трапе «Кристл Ли» он подтолкнул ее вперед, и Мелинда не оставалось ничего другого, как подчиниться. Их ждала Конни, держа наготове махровое полотенце. Ее милое лицо было встревожено.

Мелинда попыталась пройти мимо Рока, но он схватил ее за руку.

— Там два чужих судна! Скажи мне, какого дьявола они здесь делают?

В его голосе звучала ненависть, впрочем, и его хватка была безжалостной. Он держал ее, словно в клещах, в то же время его пальцы дрожали от злости.

— Иди к черту! — выкрикнула она.

— Прекратите! — внезапно завопила Конни и закусила нижнюю губу, глаза у нее стали совсем несчастными. — Это я сделала! Рок, это моя вина!

— О, Конни! Не надо! — тихо промолвила Мелинда.

— Конни… — начал было Рок.

— Вы оба просто не понимаете… — заговорила она торопливо, робко переводя взгляд с Мелинды на Рока, и покачала головой. — Ты знаешь, ту ночь я провела с Джонатаном Давенпортом. И в баре, когда ты зашел туда, и потом… позже… — Тут голос ее совсем затих.

У Мелинды округлились глаза. Конни и отец?

— Рок, он все делает, чтобы помочь тебе. Ему не нужна «Контесса». А здесь он, чтобы убедиться, что с вами обоими все в порядке. Естественно, он беспокоится о дочери и готов оказать вам помощь, если понадобится. Извини, Рок! Я не хотела… Я доставила тебе столько неприятностей.

Рок мотнул головой и ослабил хватку.

— Все нормально, Конни. Нас с Давенпортом обоих провели.

— Эй, на борту!

Все разом повернулись и посмотрели на нос судна, где Джонатан Давенпорт уже швартовал свою шлюпку. Он был в шортах, босой, с обнаженной грудью, покрытой бронзовым загаром, взлохмаченные волосы падали на лоб.

Мелинда нахмурилась, увидев отца. И вдруг поняла — он же невероятно красив и еще молод. Может, такой и нужен Конни? А Конни — та девушка, которая нужна папе?

Только бы пережить эти ужасные мгновения…

Джонатан, поднявшись на палубу, пристально смотрел на Рока и Мелинду.

— На этот раз она чуть уступила тебе по плаванию, — бесстрастно заметил он. — Или у меня галлюцинации? Мне показалось, вас выручил дельфин, плавающий поблизости.

— Да, мне немного помогли, — улыбнулся Рок.

— Так как дела, котеночек? — мягко спросил Давенпорт дочь.

— Хорош котеночек, — хмыкнул Рок, поглядев на Мелинду. — Котеночек! Настоящая барракуда!

Она стукнула его по ноге. Он поморщился.

— Отлично, папочка! — ответила она отцу.

Ему бы заниматься своими делами, а он готов выделывать трюки, лишь бы ей помочь. Мелинда чуть не задохнулась от внезапной нежности к отцу, ей захотелось прижаться к нему так, как она делала это в детстве.

— Вот и хорошо, — сказал ровным голосом Джонатан. — Я не намерен врываться в вашу жизнь, но считаю своим долгом сообщить, что водолазы Эрика пошли на погружение. Нет ли у вас чего-нибудь такого, что можно было бы представить в качестве доказательства, регистрируя заявку? — обратился он к Року.

— Мелинда нашла на глубине пару штучек, но пока я точно не определил, где находится «Контесса».

— А разве радар не показывает?.. — начал было Джонатан.

— Радар показывает лишь корпус затонувшего корабля времен второй мировой войны.

— В таком случае у меня идея, — продолжал Джонатан. — Я забираю к себе на борт Мелинду и одного-двух твоих водолазов. Давайте сделаем вид, будто я вернулся, чтобы спасти дочь из твоих лап. А ты тем временем причалишь в порту и первым зарегистрируешь заявку на свое открытие. Мелинда будет заниматься с тобой поисками, ведь ты разрешишь? Вы ведь напали на след «Контессы», она где-то у вас под носом…

— Не думаю, что Мелинда согласится мне помогать, — невозмутимо отозвался Рок.

— Тем не менее лучше спросить это у нее самой, — ледяным тоном опровергла Мелинда его утверждение. — Твоя жена просто умирает от желания зарегистрировать заявку. Она не пожалела бы двух коренных зубов, чтобы найти этот чертов галеон и добыть сокров…

— Мелли, — торопливо прервал ее отец, — у нас мало времени.

— Я не хочу, чтобы она этим занималась, — решительно заявил Рок, — мне это не по душе.

— Почему ты все решаешь за меня?

— Потому, что ты моя жена!

— Я не буду…

— Извините, мы покинем вас ненадолго, — обратился Рок к своей команде.

Раздраженно вздохнув, он схватил Мелинду за талию и прыгнул с нею за борт. Тяжесть сплетенных тел мгновенно потянула обоих в глубину, но Рок сделал сильный рывок, и оба резко вышли на поверхность моря.

Разбрызгивая воду вокруг себя, Мелинда яростно отбивалась от Рока.

— Черт бы тебя побрал! — кричала она. — Сегодня ты второй раз чуть не утопил меня! Ну, что еще?..

— Это единственный способ остаться с тобой наедине.

— Поэтому ты пытаешься утопить меня со второй попытки?

— Я не собираюсь губить тебя. Просто хотел использовать пару минут, чтобы поплавать с тобой наедине…

— Издеваешься? Какая у тебя богатая фантазия, дорогой. Я упрашивала, я умоляла, я разыгрывала из себя идиотку, была честна с тобой…

— Ага! Честна! С того мгновения, как выползла из рыбацких сетей на мое судно. Так, что ли?

Она сделала вид, будто не замечает его иронии.

— Это ты не слушаешь меня с той самой минуты, как я попала на твою шхуну. Что бы я ни говорила, ты все подвергаешь сомнению!

— Я пытался объяснить, что сожалею о случившемся.

— Но это ничего не меняет!

— Черт побери, Мелинда! Ты ошибаешься, я допускаю ошибки, но…

— Проклятье, в последнее время у тебя их намного больше, чем у меня!

— Да! — сразу согласился он. — Я натворил неимоверно много глупостей!

— Я перехожу на папино судно и продолжу поиски этой призрачной «Контессы». И тогда…

— …И тогда ты поговоришь со мной или я откажусь от дурацких поисков прямо сейчас. И пускай ими займется Эрик Лонгфорд.

Заметив ярость в его глазах, Мелинда поняла: он это сделает. Она испуганно захлопала длинными, мокрыми ресницами. Может быть, он прав? Может быть, пора наконец забыть прошлое?

— Хорошо, — сказала она мягко. — Найдем «Контессу» и поговорим. — Рок поднял руку над водой — в знак молчаливого согласия. — Я доплыву и одна. Благодарю за сопровождение.

— Я знаю, — не стал он возражать, однако поймал ее за руку и сделал несколько таких мощных толчков ногами, что они тут же очутились у носового трапа «Кристл Ли».

— Что-то я не понимаю, — начал Джонатан Давенпорт, наклоняясь и помогая дочери подняться на борт. Его взгляд остановился на Роке. — Ты перерыл горы архивных документов, потратил месяцы на поиски «Контессы». Ты на грани открытия! «Контесса» где-то под вашими ногами, а вы тратите время на споры.

— А мы вовсе и не спорим, — мирно заявил Рок.

— Мы просто обсуждаем детали, — процедила сквозь зубы Мелинда.

— И что же?

— Рок идет на «Кристл Ли» в порт, а я продолжу поиски с тобой, папа.

— Отлично, — бодро прогудел Джонатан. — Тогда за дело! Эрик уже спустил своих водолазов на глубину.

— Рок! Мы с Брюсом тоже собираемся идти на погружение, — торопливо объявила Конни. Она все еще выглядела расстроенной и виноватой, в голосе ее слышалась мольба о прощении.

— Хорошо, Конни! Все отлично, — раздраженно вздохнул Рок.

— Рок… — не успокаивалась она.

— Конни, пошли! — скомандовала Мелинда.

Ей пришлось стиснуть зубы, сдерживая слезы и неистовое желание пробежать разделяющие их с Роком несколько футов и прижаться к его бронзовой от загара груди. Не сейчас. Только не сейчас. Пока еще так болит душа…

Она заставила себя отвернуться от Рока, но все равно ощущала на себе его страстный взгляд, когда по трапу спускалась вниз, к шлюпке отца. За ней шла Конни, потом Брюс. Последним забрался в шлюпку Джонатан и поднял весла над водой.

— Баллоны! — воскликнула вдруг Мелинда.

— Не стоит беспокоиться, я все устрою, — успокоил ее отец.

— Мелинда, — неожиданно заговорила Конни. — Извини… Мне очень жаль…

— Никто ни перед кем не должен извиняться. Все хорошо, что хорошо кончается. А мы пока не завершили это дело, — вмешался Джонатан.

— Завершим, ведь «Контесса» где-то под нами, — подключился к разговору Брюс.

Весла ударили по воде. И это был единственный звук, который они слышали, пока плыли к судну Джонатана. На корме их уже ждал Джинкс с баллонами для глубоководного погружения. Он помог всем подняться на палубу.

В этот момент Мелинда внезапно подумала, что ее отец на редкость самоуверенный человек. Она слегка улыбнулась своему открытию, но тут же ее пронзило какое-то странное чувство жалости, когда высокий, угловатый и, как всегда, галантный с ней Джинкс, приветствуя ее, легонько прижал к себе и сразу же отпустил. Потом ее перехватил Джонатан, она оказалась в его объятиях и услышала свой шепот:

— Он не поверил мне, папочка…

Джонатан коснулся рукой ее подбородка, и в его глазах, так похожих на ее собственные, Мелинда прочитала решимость и нежность.

— Он просто немного неотесан, Мелли. Рок думал, что его душевные раны зарубцевались, а они все еще кровоточат. Но ничего, со временем это пройдет.

— Откуда ты знаешь?

— Он любит тебя.

Не найдя ответа, она растерянно улыбнулась и обратилась к Джинксу:

— А где мои любимые ласты? Они, надеюсь, целы? И помоги приладить баллоны.

— Да, Мелли. Сейчас принесу.

Полностью готовая к спуску, Мелинда присела на борт, ожидая Конни и Брюса. Глаза ее не отрывались от линии горизонта. Ведь шхуна Рока в любую секунду могла исчезнуть в морской дали.

Неожиданно ее смутные размышления приняли четкую форму: если она обнаружит «Контессу Марию», то преподнесет ее Року, как праздничный пирог на блюде.

— С регулятором неполадки, — услышала она голос Джинкса, осматривавшего баллоны Конни.

— Так достань другой, — распорядился Джонатан.

Мелинда улыбнулась, глядя на отца.

Безопасность всегда была его пунктиком. Как и Рок, он часто сердился на дочь за ее безрассудство. Вот и сейчас она вдруг начала проявлять признаки нетерпения. Ей показалось, что сборы длятся непозволительно долго.

— Ну, скоро вы там!

— Мелинда, Рок не любит, когда ты одна идешь на погружение, — попытался остановить ее Брюс. Подошел Джинкс с баллонами.

— Ты будешь со мной уже через несколько минут, — успокоила она Брюса, прилаживая снаряжение.

— Мелинда! — крикнул отец.

Однако было уже поздно. Мелинда прыгнула через борг и стрелой нырнула в море. Сквозь толщу воды проникали лучи полуденного солнца, радужно расцвечивая подводный мир между коралловыми рифами. Мелинда отчетливо видела край шельфа в свою цель — остов судна, затонувшего во вторую мировую. Сундучок-шкатулку она обнаружила именно здесь.

Мелинда поплыла дальше, изучая края шельфа, и наткнулась на какой-то металлический стержень, торчащий из корпуса корабля. Она ухватилась за него и потянула на себя.

Стержень не шелохнулся. Она вновь взялась на него и он наконец поддался, но на один дюйм, не больше. Стиснув зубы, она потянула его изо всех сил.

Неожиданно стержень оказался у нее в руке, и она отбросила его назад. Взметнулся и закружился песок, поднялась муть, какая-то небольшая часть судна отломилась и, медленно кувыркаясь, покатилась по склону шельфа.

Сердце Мелинды стучало как молот, когда она пыталась удержаться в водовороте. Увидев, что из песка торчит то ли доска, то ли кусок дерева, она ухватилась за него.

Постепенно взбаламученная вода стала успокаиваться, песок оседал на дно. Охваченная какой-то внутренней дрожью, она пристальнее вгляделась в этот кусок дерева. Дальше виднелся какой-то деревянный предмет, по виду древний.

Внезапно Мелинда чуть не захлебнулась от радости. Она наткнулась на деревянную фигуру, похожую на те, что обычно возвышались на носу старинных кораблей. Время и вода истончили, размыли черты лица, но можно было различить глаза и распущенные длинные волнистые волосы. Это была искусно вырезанная из ценного дерева фигура носовой корабельной сирены.

Сердце Мелинды забилось от радости.

Она нашла то, что искала. «Контесса Мария»!

Неожиданно солнце над ней померкло. Нахмурившись, она взглянула наверх. Какое-то судно загораживало солнечный свет.

О нет… Не только судно, по крайней мере, не оно одно. Что-то случилось там, наверху. Пока трудно понять. Песок еще не осел, вода была взбаламученная, темная, какая-то странная…

Вода была красной!

У Мелинды перехватило дыхание, когда она поняла, что творится наверху. Прямо у нее над головой стояло судно, и кто-то бросал вниз окровавленные внутренности рыбы, сливал кровавую жижу, чтобы… приманить акул.

Пока Мелинда осознавала, что происходит, акулы уже появились. Мелинде стало страшно. Никогда прежде она так близко не сталкивалась с акулами. Она нечасто опускалась на дно в водах, где водились большие белые акулы, их она практически ни разу не видела. Другое дело лимонные, голубые и тигровые акулы, и даже рыба-молот — их она нередко встречала на глубине. Случалось, они проявляли интерес к ее особе, но тогда кто-нибудь из команды быстро отпугивал их специальным разрядником.

Чаще всего акулы нападали на людей, перепутав пловца со своей естественной пищей. По этой причине случались неприятности у любителей серфинга Северной Калифорнии. Сквозь толщу вод акулы видели снизу, как двигались, шлепая по воде рядом с досками, руки и ноги пловцов, и принимали их за морских львов, свою заманчивую деликатесную еду.

Акул Мелинда раньше не боялась, теперь же она испугалась не на шутку. Морские хищницы были футах в сорока пяти от нее. Их становилось все больше и больше, маленьких, футов шесть в длину, и побольше.

И вся эта стая металась, била хвостами, неистово сновала в водной толще, гонялась друг за другом, угрожающе открывая пасти.

Мелинда с ужасом взирала на акулью карусель. Одна из них проплыла вниз, затем неожиданно рывком метнулась вверх, туда, где плавали окровавленные куски и внутренности рыбы.

Мелинда прижалась к корпусу испанского галеона, который она наконец-то нашла.

По-видимому, Эрик тоже его обнаружил или был уверен, что обязательно найдет его здесь.

Боже! Мелинда отказывалась верить, что человек, которого она считала своим другом, способен на то, чтобы убить ее.

Она была беззащитна против акульей стаи, абсолютно беззащитна. А вода с каждой секундой багровела.

Глазами, полными ужаса, Мелинда следила за происходящим, стараясь побороть приступ дикого отчаяния, с которым уже не могла справиться. Позднее она могла вспомнить только одно — безудержное желание оказаться на судне Рока. В те страшные мгновения она словно вновь видела перед собой ласковый огонь его глаз, ощущала теплоту сильного тела.

Она убежала от мужа, она не простила его. Теперь может быть уже слишком поздно. Рок вернется сюда, обнаружит остов своей «Контессы» — с этим полный порядок. Однако он обнаружит и… бренные останки своей жены, правда, если от нее что-то останется.

Только бы продержаться! Только бы дождаться кого-нибудь! Она взглянула на циферблат наручных часов, чтобы понять, сколько сжатого воздуха осталось еще в баллонах. И вдруг что-то толкнуло Мелинду в спину с огромной силой…

13

Удивительно, как быстро все меняется в этом мире.

Рок крутил лебедку, поднимая якорь, а на душе его было тягостно — на сей раз он ушел от Мелинды окончательно. Однажды он уже оставлял ее, уверенный в своей правоте. Уверен ли он в этом сейчас? А если ошибся? Впрочем, и это ничего не меняет. Вряд ли он сможет легко пережить потерю любимой во второй раз. Внезапно Рок увидел, что Джонатан отчаянно машет ему рукой.

— Эй, капитан, — кричал Питер. — Святая Мария, только взгляните на воду!

Рок посмотрел вниз — на воде расширялся круг крови.

Сердце его оборвалось, в горле застрял ком.

И тут Рок увидел, что корабль Эрика Лонгфорда начинает набирать скорость. Расстояние между ними быстро увеличивалось.

Рока охватила паника. На миг в голове мелькнула страшная мысль — какой-то ныряльщик, попав под лопасти корабельного винта, разорван на куски, и это его кровь расплывается по воде.

Но кто? Брюс? Конни?

Мелинда?! О господи!

Вдруг Рок скорее осознал, чем увидел, что судно Джонатана движется в его сторону с опасной скоростью. Еще немного — и суда столкнутся. Но Джонатан успел заглушить двигатель, и в наступившей тишине Рок расслышал его крик:

— Негодяй! Мерзкий негодяй!!!

— Бог мой, что происходит? — выкрикнул Рок.

— Этот идиот, должно быть, что-то разнюхал. Вероятно, он попытается первым застолбить заявку на открытие. Взгляни на кровавую водицу! А там, на глубине, Мелинда!

Сердце Рока тяжелым молотом бухало в груди. Секунду назад он подумал, что может потерять Мелинду. И это оказалось правдой…

Уравновешенный и четкий Джинкс, другим его Рок и не помнил, спокойно готовил снаряжение для глубоководного погружения. Мельком взглянув на тестя, Рок увидел, что Джонатан готов броситься в море без баллонов и маски, — в таком он был отчаянии.

— Подождите! — крикнул Рок.

— Некогда ждать! Запаса сжатого воздуха у нее осталось ненадолго. Мне необходимо…

— Убери свою посудину подальше от лужи крови. Я иду к ней!

— И я…

— Черт побери, Джонатан, вы же знаете, что я лучше вас плаваю и быстрее помогу ей.

— Но она — моя дочь!

— Эй, друзья! — прервал их Джо Тобаго. — Кто ныряет первым, должен подготовиться. Там целая стая голубых акул и парочка лимонных. Мерзкие твари! Мистер Давенпорт, если вы развернете свое судно, я смогу подвести «Кристл Ли» прямо к середине акульего водоворота и пристрелить парочку-другую, чтобы отвлечь их от капитана Рока. Как вы считаете? А?

— Джонатан, это самый надежный способ! — крикнул Рок.

Питер уже подготовил для него баллоны, ласты и маску, проверил регулятор дыхания и принес специальный пояс с грузом для глубоководного погружения. В поясе были отделения для двух ножей. Питер захватил еще парочку противоакульих разрядников длиною в шесть футов.

За все годы Рок пользовался ими всего дважды. Его никогда не влекла охота на акул, теперь же он молил бога, чтобы ему удалось перестрелять всю стаю. Он торопливо натянул костюм для подводного плавания, краем уха слыша слова Питера, что сжатого воздуха в баллонах хватит ровно на час.

— Если найдешь Мелинду, поделись с ней… — Питер запнулся, чуть не добавив: «Если только она жива…»

Ну, если он не отыщет ее живой, ему вряд ли нужно возвращаться. Он это твердо знал. Без нее для него нет будущего!

— Я пошел за борт! — крикнул Рок Джонатану. — Уводите свое судно, как договорились.

— Помоги тебе бог! — прокричал в ответ Джонатан.

Рок поднял руку, успокаивая его, присел на борт «Кристл Ли» и прыжком назад опрокинулся в море, перевернутый весом баллонов со сжатым воздухом.

Он стал быстро погружаться в некогда лазурное море на десять, двадцать, тридцать футов… Наконец он оказался в устойчивом положении. Теперь можно перейти на свободное падение, не опасаясь перепадов давления, — меньше всего нужна ему сейчас кессонная болезнь. Перегруженный снаряжением, он чуть замедлил спуск в океанские глубины.

Очевидно, Питер уже начал действовать. Одна из голубых акул, пораженная его пулей, уплывая, уводила за собой всю неистовую стаю — прочь от Рока, прочь от края обрыва, куда опустилась Мелинда.

Какой-то миг Рок зачарованно и даже благоговейно следил за этим акульим вихрем. Помимо рыбьих потрохов с корабля Лонгфорда бросили за борт и приманку покрупнее — приличного размера обезглавленных тунцов и морских окуней…

Прожорливая стая набросилась на подстреленную голубую акулу, на окровавленные куски рыбы.

Рок с трудом отвел взгляд от этого вихря над своей головой. Акулы! Сколько их? Двадцать? Тридцать? Пока, слава богу, они сновали вокруг разбросанного корма и подстреленного собрата, обглодав его — живого! — за считанные секунды. На Рока они пока не обращали внимания.

Рок перевел взгляд вниз, туда, где Мелинда обнаружила сундучок-шкатулку. Здесь она могла продолжить поиски испанского галеона. Он стремительно нырнул, а затем метнулся в сторону — большая лимонная акула, тычась рылом, пыталась поймать его в поле своего зрения. Гладкая, элегантно-длинная, блестящая, она уклонилась от Рока, а потом внезапно развернулась собираясь броситься на него.

Рок ударил ее электрическим разрядом.

Лимонную акулу пронзила дрожь, и она мгновенно скрылась.

Рок повернул к краю обрыва, помня, что у него должна быть пара глаз и на затылке. Перед его взором все еще стояла голубая акула, разорванная своими же собратьями.

Где же Мелинда?

Рок достиг шельфа и повернул в сторону кроваво-красного пятна, внушая себе, что лихорадочное акулье мельтешение осталось у него над головой. Вторая акула задергалась вдруг в неистовых судорогах — Питер пристрелил и эту тварь, стараясь увести стаю от шельфа.

Рок сделал бросок вниз — перед ним замаячил шельф. Он понял, что слева от него — обрыв. Там морские воды умеренной температуры, и их часто навещают рыбы-молоты, макасы, хотя их вблизи не видно. Но большие белые акулы раньше сюда никогда не заплывали.

Надо взять себя в руки и найти Мелинду. Стремительно проплывая вдоль края шельфа, он с изумлением заметил, что над ним поднимается какая-то деревянная стена. Он проскользнул вдоль нее, уверенный, что раньше ее тут не было. Он не раз посещал это место.

Рок наткнулся на пластину, позеленевшую от морской воды, облепленную какими-то наростами и поросшую водорослями. Он провел рукой по пластине и обнаружил выпуклые буквы: «тесса». Господи, да это же его призрачный корабль!

Вот только нашел он его слишком поздно. Видимо, и люди Эрика Лонгфорда побывали здесь. И Мелинда.

Рок стрелой промчался вдоль остова корабля, тут же потеряв интерес к находке. Главное — Мелинда! Его охватила паника, когда он понял, что в верхних слоях скапливается все больше и больше акул, хотя Питер и старается увести их в сторону.

Проплывая мимо деревянной носовой части разбитого корабля, он различил перед собой вытянутую деревянную руку — явно корабельная фигура. Напрягая силы, Рок устремился к руке.

Неожиданно он натолкнулся на что-то возле корпуса корабля.

О чудо! Его жена!

Мелинда чуть не завопила от страха. Она видела стаю, видела, как по лазурно-синим водам растекалось кровавое пятно, и вероятно, приняла Рока за акулу.

Считается, что в подводном мире царит тишина, но Року показалось, что он услышал легкий вскрик Мелинды. Ему ужасно хотелось снять загубник и закричать: «Это я! Будь осторожна! Будь осторожна»!

Ее глаза были расширены от ужаса. Черт побери, он и сам был в смятении, однако при виде его Мелинде стало легче. Она обхватила Рока руками и прижалась к нему. Рок обнял ее, понимая, что она — жива, что есть еще надежда на спасение, хотя над головами у них творят свое дикое пиршество хищники, прибывшие из подводных глубин на эту кровавую вакханалию.

И вдруг Рок понял, что у Мелинды почти кончился сжатый воздух.

Он показал, чтобы она подхватила его загубник, а затем жестами попытался объяснить, что следует плыть в северном направлении, к кораблю ее отца.

Мелинда с серьезным видом кивнула. Неужели поняла?

Рок протянул ей электрический разрядник и вернул свой загубник. Он был уже на пределе, чуть не глотнул морской водички.

Твоим баллонам — крышка, нужно пополнить запас воздуха, попытался он объяснить ей жестами. Мелинда снова кивнула. Она это понимала. Рок снова сунул ей в рот свой загубник, заставляя сделать глубокий вдох, затем кивнул в сторону остова «Контессы Марии». Мелинда согласно качнула головой.

Осторожно, медленно они поплыли вдоль корпуса галеона. Неожиданно Рок заметил голубую акулу, не слишком крупную, до семи футов длиной. Она подплыла очень близко, завороженная кровавой приманкой. Рок успел ткнуть ее разрядником. Вздрогнув, голубая акула мгновенно уплыла прочь. Это была совсем небольшая акула, прикинул Рок, однако даже у самой маленькой голубой акулы несколько рядов фантастически острых зубов. Достаточно одного укуса…

Даже капли крови приманили бы сюда сотню акул, не то что эти куски. Лучше об этом не думать, хорошо бы вспомнить тех исследователей, которые, изучая их повадки, специально выступали в роли приманки. Случалось, в опасной близости к акулам погружались группы кинооператоров, и все обходилось благодаря смекалке и хладнокровию. Не терять головы — вот что необходимо им сейчас.

Оба медленно продвигались вдоль корпуса затонувшего галеона. Странно, подумал Рок, столько всего произошло за такой короткий отрезок времени. Наконец-то они нашли «Контессу Марию», и теперь затонувший галеон укрывает их от кровавого пиршества, затеянного акулами прямо у них над головами.

Корабль был довольно длинным и основательно разрушенным. Фактически от него остался только разбитый корпус, который случайно накрыло судно, затонувшее от взрыва в войну. Два корабля — две жертвы моря.

Но они с Мелиндой не могут, не должны погибнуть!

Рок всматривался в толщу воды, пытаясь хоть что-то разглядеть. Если не отрывать глаз, то наверняка можно различить очертания корабля Давенпорта. Но доплывут ли они туда, если покинут свое убежище под корпусом «Контессы Марии»?

Рок заставил Мелинду глотнуть побольше воздуха, затем показал на корабль отца. Она кивнула. Он поднял противоакулий разрядник, и она снова кивнула. Они так часто ходили вдвоем на погружение, что и теперь составляли хорошую команду. Спина к спине — Мелинда и Рок стали двигаться в северном направлении.

Любопытствующая маленькая лимонная акула подплыла слишком близко, пощекотав им нервы. Рок ткнул в ее сторону разрядником. Акула чуть подалась в сторону, но не покинула их.

Секунду спустя и другая акула, осмелев, закружила неподалеку от них. Эта принадлежала к семейству больших голубых акул. Потом подплыла еще одна голубая хищница. И еще одна лимонная. Все они начали сновать вокруг мужчины и женщины, то отплывая, то приближаясь к ним.

Вдвоем им не остановить эту стаю, не поможет и разрядник!

Кажется, Мелинда угадала его мысли. Она повернулась к нему, глотнула воздуха из его баллона, выпустила загубник изо рта и в кольце морских хищниц, обхватив Рока руками, поцеловала его.

Прощальный поцелуй…

В тот миг Рок почувствовал вдруг какой-то толчок. Он ожидал, что острые хищные зубы вот-вот вонзятся в него и начнут рвать на куски, но надеялся вытолкнуть на поверхность Мелинду, когда морское чудовище схватит его. Однако он ничего не почувствовал.

Рок слышал немало историй про акул и знал, что укушенный ныряльщик сразу не ощущает боли. Глянув вниз, он приготовился к тому, что у него уже нет половины ноги или даже обеих ног. Но с его ногами ничего не случилось. И акулья стая почему-то стремительно отступала. Странно! И это в самый разгар неистового кровавого пиршества. Оказалось, появился Хэмбон!

Настроен он был по-боевому. То медленно кружась, то мчась стрелой, оттесняя и отталкивая акул, дельфин отгонял их так стремительно, что казалось, будто они шлепаются вниз и проваливаются в глубину.

Отогнав акул, Хэмбон подплыл к людям. Рок уцепился за плавник дельфина, Мелинда ухватилась за Рока. Словно по волшебству, Хэмбон молниеносно помчал их по морским водам. И чудилось, что он точно знал: людей надо доставить на северную сторону.

Оставив за собой кроваво-красное месиво, в десяти фугах от корабля Джонатана Рок отпустил плавник дельфина. Через секунду оба ныряльщика вышли на поверхность.

— Слава богу! — тут же услышали они крик.

Рок выплюнул загубник изо рта и взглянул наверх. У борта корабля стоял встревоженный Джонатан и торопливо протягивал вниз руки, чтобы помочь дочери подняться на палубу.

— Мелинда!

— Папочка! — выкрикнула она в ответ, но не спешила хвататься за протянутую руку. Сорвав маску с лица, она пристально посмотрела на Рока. — Хэмбон! — воскликнула Мелинда и снова нырнула в море.

Дельфин вернулся, проплыл возле нее, подставив спину. Она нежно провела по ней рукой, благодаря за спасение.

Рок тоже потянулся к дельфину, ласково погладил его по скользкому боку и заглянул в его умные глаза, пытаясь мысленно передать ему слова признательности. Затем сжал в ладони запястье жены, и они вновь появились на поверхности моря.

Джонатан ждал их. Он потянулся вниз и обхватил дочь. Брюс и Конни стояли рядом, готовые помочь Року. Через считанные секунды он и Мелинда — уже без снаряжения, завернутые в теплые махровые простыни — держали в руках чашки с дымящимся кофе.

— Благодарение господу, вы живы! — У Джонатана дрожал голос от волнения.

— Меня спас Рок, — произнесла Мелинда, с очаровательной улыбкой взглянув на мужа.

— Благодарить надо в первую очередь дельфина, — поправил он жену, тоже улыбаясь.

— Благодарение — всем! — радостно воскликнул Джонатан. — Ты не пострадала? — обернулся он к дочери.

— Папочка, со мною все в порядке. Я сразу поверила, что все будет хорошо, едва лишь увидела Рока!

Внезапно Мелинда нахмурилась и встала. Махровая простыня соскользнула с ее плеча. Отдавая чашку Брюсу, она в сердцах бросила:

— Рок! Ты потерял столько времени, чтобы спасти меня, а тот идиот, который чуть не погубил нас обоих, наверняка собирается зарегистрировать заявку на твою «Контессу»!

Рок тоже сунул свою чашку в руки Брюса и заключил Мелинду в объятия. Приподняв ее подбородок, он спокойно заверил ее:

— Плевать мне на «Контессу»! Как-то твой отец поделился со мной одной истиной, которую я хорошо усвоил. Он сказал, что я могу вечно искать морские сокровища, но важно не это. Самое главное сокровище я уже нашел… Мелинда, если ты простишь подозрительного негодяя, каким я был, клянусь, что никогда не забуду: я добыл единственное сокровище, какое только может быть у мужчины, — жену.

На корабле воцарилась глубокая тишина.

Угасающее золотисто-оранжевое солнце пронизывало своими лучами небо и море.

— Бог мой! Рок! Это было так прекрасно! — заговорила вдруг Мелинда.

— А не могли бы мы попробовать все сначала? — мягко спросил Рок.

— Да… — прошептала она. — О да…

Рок поцеловал ее и не отрывался от нее так долго, что Джонатан решил вмешаться.

— Что же, вы — прекрасная пара, но вынужден бросить несколько крохотных льдинок на ваш брачный торт.

— Что такое, Джонатан? — Рок, все еще обнимая Мелинду, с испугом обернулся к тестю.

— «Контесса Мария» зарегистрирована на твое имя, мой мальчик.

Рок разинул рот от удивления.

— Джонатан, даже если мы попытаемся убедить власти, что Эрик пошел на преднамеренное убийство, чтобы первому застолбить заявку, нам придется ухлопать уйму времени на поиски доказательств. А через час-другой и следа не останется на месте происшествия.

Джонатан самодовольно улыбнулся, устраиваясь на поручне.

— Когда этот грязный подонок появится в порту, он обнаружит, что на открытие «Контессы Марии» заявка уже подана.

— Ты подал заявку? — У Мелинды перехватило дыхание.

— И да и нет.

— Вы снова обошли меня, — сказал Рок, но в его словах не было злобы.

— Да, я подал заявку по всем правилам. Но подал ее от твоего имени. Мне просто повезло в тот день. Когда моя дочь покинула меня и убедила того негодяя выбросить ее с его корабля за борт — прямо посреди океана, я тоже подобрал на глубине несколько серебряных вещичек… — Он пожал плечами. — Конечно, я не обнаружил затонувший галеон, хотя знал, что он здесь. Однако я подал заявку в качестве члена твоей команды.

Рок ошарашенно уставился на тестя и всплеснул руками.

— Но если вы знали, где затонувшее судно, то…

— Я был во многом не прав. Полагаю, что и ты вел себя по-идиотски в тот последний вечер. Признаю, я тоже. И во многих отношениях… — добавил он негромко.

— Ну, Джонатан…

— Рок, никаких «ну». Находка — твоя. С самого начала. И ты должен взять меня в свою поисковую экспедицию. По-моему, это справедливо.

Рок насторожился. Мелинда почувствовала это даже на расстоянии.

— Не знаю, что и сказать, Джонатан, думать — это одно, а найти — совсем другое.

Но тут Джонатан протянул руку зятю.

— У меня такое чувство, что мы снова работаем вместе, сынок.

— Вы научили меня многому, и это…

— И ты преподал мне чертовски полезный урок. Как считаете, капитан Трелин?

Мелинде хотелось завыть от горя — Рок не шел ни на какие уступки. Он был таким гордецом!

Внезапно она поняла, ощутила — в нем что-то изменилось. Рок расслабился и протянул руку ее отцу.

— По рукам? — негромко спросил Джонатан.

— По рукам! — согласился Рок.

— О! — Мелинда бросилась целовать мужа, потом отца, Брюса, Конни, Джинкса.

В это время «Кристл Ли» подплыла к судну Джонатана. Все решили организовать праздник на борту у Рока. Даже несговорчивый Джинкс перебрался на борт «Кристл Ли».

Уже через несколько секунд вся его команда знала о заявке на «Контессу», и теперь не имело значения, что делал Эрик.

Вскоре хлопнула пробка от первой бутылки шампанского. Все стали поздравлять и целовать друг друга.

И тут Рок объявил, что им с Мелиндой нужно принять душ и переодеться. Все согласно кивнули и подняли тост за их здоровье. Мелинде почудилось, что глаза ее отца сверкнули как-то по-особенному, но времени убедиться в этом у нее не оставалось — Рок подталкивал ее к своей каюте, дверь которой тут же захлопнулась, и она без промедления очутилась в объятиях и ощутила неистовый жар дыхания мужа.

— Господи… — прошептал он. — Как же я испугался. В какую-то минуту мне показалось, что это конец, я потерял тебя навсегда.

— Ты приплыл за мной, пробился через это кровавое месиво и стаю акул…

Неожиданно Рок отстранился от нее.

— Означает ли это, что ты остаешься моей женой?

Она счастливо вздохнула. Прекрасные глаза не отрываясь смотрели на любимого.

— Я буду с тобой всю жизнь. Ведь ты не бросишь меня снова?

— Никогда! Все будет, как я сказал, — заявил он чуть осипшим голосом. — Я нашел свой клад.

— О Рок… — простонала она, когда он подхватил ее на руки и понес к капитанской кровати. — Как это прекрасно!

— Ты — драгоценнее любого морского сокровища. — Говоря это, он нежно освободил ее от той немногой одежды, которая на ней была. Черный купальник с треугольным вырезом спланировал на пол капитанской каюты. — Простишь ли ты меня? — Рок поцеловал ее загорелое плечо.

— Мой бог! Конечно!

— Тогда у меня есть все, что я когда-либо желал!

Она обвила руками его шею, впитывая его поцелуи, такие эротичные, сладостные… Какое счастье! Они остались живы, они принадлежат друг другу!

— Рок, ведь мы обещали, что вернемся…

Он хрипло рассмеялся.

— Твой отец не ждет нас так скоро.

— А остальные?

— Полагаю, они догадались, что мы делаем в капитанской каюте — предаемся страстной любви.

— И…

— И… — он коснулся пальцем ее губ, мешая ей договорить, — мы в точности подтвердим их подозрения. Есть возражения?

— М-м-м…

Эпилог

— Как здесь чудесно! — Мелинда с восхищением смотрела на танцующие белые барашки волн.

Небо обложили штормовые тучи, было ветрено. Погода испугала людей, мало кто решился прийти на смотр-парад китов в порт Плимут. Но не Рок и Мелинда. Они не замечали ненастья.

Минуло немало времени с тех пор, как они подняли сокровища с «Контессы Марии». Это были замечательные дни. Мелинда считала их лучшей порой своей жизни. Они втроем работали рука об руку — Рок, отец, она.

Мелинда никогда не думала, что можно быть такой счастливой! Рок был полон решимости отправиться в далекое путешествие, чтобы отметить пятилетний юбилей их семейной жизни, и с энтузиазмом обдумал все детали этого праздничного события, хотя три года из прошедших пяти лет они провели врозь.

Задумав нечто необычное, Рок решил захватить несколько недель прохладной осени в Новой Англии, на Северо-Восточном побережье. Но с морем они не хотели расставаться и отправились на смотр-парад китов, полагая, что большие горбатые киты состоят в родстве с незабываемым их другом — дельфином Хэмбоном.

— Вон, вон! Смотрите, какой фонтан! — закричал кто-то, и все кинулись к барьеру — полюбоваться редким зрелищем. Кит-горбач выпрыгнул из воды и нырнул обратно.

Рок повернулся к Мелинде:

— Ты еще не читала письмо Конни?

Мелинда отрицательно покачала головой.

Было так интересно наблюдать за китами, что она совершенно забыла о письме. Вынув послание из кожаной сумочки, Мелинда надорвала конверт. Рок внимательно следил за ней.

— И что там?

— О господи! Как они могли?! — взорвалась Мелинда.

— Так что? — спокойно переспросил Рок.

В глазах Мелинды светились и гнев, и усмешка.

— Они сбежали, чтобы тайно обвенчаться, Конни и… мой папа.

— Что же, вряд ли стоит удивляться, — философски заметил Рок. — Между ними что-то происходило довольно давно.

— Я знаю. Но почему они сбежали и тайно обвенчались? Могли бы прислать нам приглашение на свадьбу.

— Про твоего отца и в шутку не скажешь, что он весенний цыпленок, — защитил тестя Рок.

— И все-таки. Мы могли бы там поприсутствовать? Ой! — Мелинда издала вопль, перевернув листок.

— Что там еще?

Теперь она захихикала.

— М-да… Им было просто необходимо тайное венчание. Рок, у меня будет сестричка или братик…

— Сестричка или братик?

— У них будет ребенок. Конни беременна.

Рок откинулся назад и расхохотался.

— Вот это да!

Мелинда продолжала задумчиво разглядывать письмо.

— Представляешь, Конни стала твоей тещей, — с улыбкой сказала она мужу.

— Возможно.

— Но тогда мой папа будет дедушкой нашего ребенка, а Конни — моей мачехой и его бабушкой. Хотела бы я знать, а наш…

— Наш?.. — у Рока от волнения пропал дар речи.

Мелинда в упор взглянула на него и вдруг улыбнулась.

— Да, наш ребенок. Я с тобой еще не обсуждала…

Рок не мог отвести от нее взгляд.

Мелинда вздохнула.

— Вот что случается, когда теряешь голову от любви к собственному мужу.

— Что, на самом деле?.. — Он все еще не верил.

Она смущенно кивнула.

Рок огреб ее в охапку и расцеловал.

— Вон, вон! Смотри туда! Опять фонтан!

Но они уже не обратили на это никакого внимания. Рок целовал Мелинду в глаза, в нос, в щеки, в губы.

— Хотела бы я знать, кто будет? Мальчик или девочка? — воспользовавшись секундным перерывом, спросила она.

— Это не имеет никакого значения. Лишь бы родился.

Мелинда удивленно вскинула брови.

— В любом случае, это будет наше сокровище, — сказал он, счастливо улыбаясь. — Сокровище, которым нас одарило море.

Content

Мирра Блайт
Мир неги и страстей

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

Эпилог