Горланова Нина

Нина Горланова в Журнальном зале 2012- ЖЖ апрель- август 2012

Friday, May 17th, 2013

Нина Горланова в Журнальном зале 2012- ЖЖ апрель - август 2012

Журнальный зал | Новый Мир, 2012 N6

Горланова Нина Викторовна и Букур Вячеслав Иванович родились в Пермской области. Закончили Пермский университет. Прозаики, эссеисты; печатались в журналах “Новый мир”, “Знамя”, “Октябрь” и др. Живут в Перми.

Средь хода жизни зимне-скрипучего… короче, в Фиалохолмске начали цикл радиопередач “Семь чудаков нашего края”.

В селе Ручейки проживал один такой — кукольник Петр Федорович Фролов, он же Петрофан.

— Это островок невинного света! — выскользнула из внедорожника журналистка Карина Бедуин (три кости, обтянутые хорошенькой физиономией, а не оторваться!).

Уста ее почти лобызали серебристый диктофон.

— У него счастливые глаза, как у композитора Журбина! Его зеленые варежки — как листики весенние…

На самом деле эти “счастливые глаза” кукольника уже полгода передают только один процент света в мозг.

— Как же так, а где впечатления для спектаклей берете?

— А что во сне приснится, то и впечатление…

С Кариной приехал из Фиалохолмска режиссер кукольного театра Лев Воробьев. Сам! Выбрался из джипа и поправил волчий малахай, подаренный казахскими кукловодами. Он хотел понять, как это в наши дни, в XXI веке, по селам ходит кукольник. Неужели наступает новое средневековье?

— Я не поверил своим глазам, — говорил он в пути, — когда прочитал в Сети: на табуретке все представление! Петрофан играет на гармони, поет про злободневное, а куклы на табуретке как бы сами пляшут. И вот погнало меня любопытство за сто верст — в Ручейки.

Не верьте ни одному его слову!

На самом деле в капустнике на юбилее театра он играл черта, после чего заснул и трое суток не мог проснуться… уж думали, что в коме. Позвонили знакомому батюшке, а тот спрашивал: крещен ли режиссер. Никто не знал, даже жена — завлит театра.

Вдруг Лев очнулся в палате интенсивной терапии, как ни в чем не бывало пощелкал длинным полированным ногтем мизинца, выкрашенным в стальной цвет. И говорит медсестре:

— Спасибо. У вас дети-внуки есть? Сказки они любят? А кукол? На всех контрамарки выдадут в кассе… Игорь, ты что здесь делаешь?

— Бог и черт боролись за твою душу, — сказал отец Игорь, бывший саксофонист, а еще ранее — бывший хирург, который, уходя из профессии, заявил: “Довольно я пролил крови”.

Внешность Льва Воробьева сочетала в себе и льва и воробья: на темени хохолок, а взглянет — чистый царь зверей. В общем, режиссеристый весь. Впрочем, мог представиться: “Президент общества дураков”. И раскланивался.

В кукольном театре все поголовно отращивали ногти на мизинцах. Чем-то грело их такое подражание Пушкину.

Так вот: поехал Лев к кукольнику — после трех суток тех, без сознания когда лежал…

Между тем народ в магазине собрался. Петрофан сел на одну табуретку, другую поставил перед собой. Снял зеленые варежки и черные валенки, заиграл и запел:

Приходится пить

То, что в колодце,

Приходится петь

То, что поется…

Кукла вышла по прорезям в центр табуретки, поклонилась и сказала голосом Петрофана, но не обычным, а очищенным от годов:

Не для меня блестит алмаз,

Не для меня кафе открыли,

Не для меня бабло нарыли,

И бренды тоже не для нас.

Куклы другие выскользнули на “сцену”, стукались лбами, зрители хохотали.

Когда терпенью край,

Играй, душа, играй:

Как будто все о’кей!

Спокойно чай попей

Иль книжку почитай.

Играй, душа, играй:

Как будто близко рай…

Петрофан отложил гармошку и растопырил пальцы на правой руке. Правнук с серьгой в ухе надел на его пальцы куклу в виде условного животного: четыре лапы, хвост и человеческая голова.

Лев Воробьев оторвался от видеокамеры (снимал все для архива театра) и шепнул Карине:

— Это наш древний образ! Был в русских сказках зверь Китоврас…

Тут изнутри истории древнегреческая рука протерла изрядный такой портал, и кто-то звучно сказал:

— Вообще-то, это наше все, а не ваше. Наш кентавр.

Вдруг на краю табуретки оказалась красавица Заря, расшитая пестрым бисером. Она заманчиво водила огромными глазами, ну и доигралась: Китоврас ее похитил! Он имел на нее свои виды:

Щас я ей овладею,

Пущу в ход все, что имею...

Но герой Урал тут как тут:

Вот тебе в глаз,

Китоврас,

Это раз!

Щас слетит голова —

Это два!

Китоврас, пораженный дубиной, слетает с руки кукловода и скрывается в бездне его кармана. А Краса Заря дальше ходила по всему миру табуретки и раздавала прибавку к пенсии. Ну тут герой Урал после всех подвигов выпил, крякнул и упал за край табуреточного мира. Путем всея земли.

Мужики громко вопрошали воздух: не пора ли им тоже принять? И посматривали на приезжих со значением.

— Поставлю, — благородно-кратко пообещал Лев. — Но давайте досмотрим. Маэстро, просим вас.

Заря в это время безмятежно завершала:

— Старичье, которое ничье, получит бесплатный проезд на сто верст.

Вошел в магазин Пашка — колом рубашка и сразу закричал:

— Да зачем вы смотрите эту хреновину! Все устарело! Вы что тут — первобытные?

— Почему же ты ходишь сюда? — спросила продавщица и задвигала глазами не хуже Красы Зари.

— Да кто-то должен вас уму-разуму учить!

Тут чьи-то губы подышали на пространство-время, опять протерли портал и сказали приезжим про Пашку: работать не умеет — ему лишь бы прислюнявлено было…

Петрофан запел, завершая:

В старости ночи

Становятся длиннее,

А в беде — хочешь не хочешь,

Становишься стройнее.

У меня давно старость

И давно беда.

Но любви самая малость

Прибывает только тогда.

И натянул на длинные кисти свои зеленые варежки, которые как листья весенние.

“Как будто у него пахали на лице, — торопливо писала Карина. — А когда он заплакал, завершая спектакль, борозды на лице заполнились сверкающей влагой”.

Правнук Петрофана закутал табуретку вместе с куклами в лоскутное одеяло… “Под Пауля Клее, — записала Карина, — все в треугольниках”.

Лев, двигая царственными брылами, сделал продавщице дневную выручку. Сгребли водку-тушенку с прилавка и пошли все к Петрофану.

Правнук нес цветастую торбу с реквизитом. Закатное солнце на миг поселилось в его серьге, затем — в серьгах Карины, огляделось — в чем бы еще поработать, и зажгло окна домов.

Рядом бежала еще собачка в шкуре на два размера больше. Ее звали Наволочка.

Пришли, врезали.

С полатей доносился сладковатый запах душицы, а на полу младший правнук Петрофана собирал сложный пазл.

— Что это у тебя? — спросила Карина.

— Сеятель.

Старший правнук подвинул Петрофану тушенку и пошептался с ним, затем в двух словах рассказал о плане спасения его глаз:

— Мама пазл этот — Ван Гога — прислала. Она в Голландии — нянчит буржуйского ребенка… операцию оплатить.

Старик Сергеич, который в этой компании играл роль Щукаря, высыпал:

— И поздней осенью бабочке хочется жить.

— Мы вам поможем, Петр Федорович, — сказал Лев. — Для того и приехали. Я вхожу в состав благотворительного общества “Жизнь — Игра”, помогаем пожилым артистам.

— Из какой вы семьи? — Карина протянула кукольнику серебристую коробочку диктофона.

— Ну… рассказывалась семейная история. Отец у красных был мобилизован писарем в контору… Пришли белые и послали за ним. Он сказал: “Им я нужен, пусть сами ко мне и идут”. Офицер прибежал, кипит — шашку наголо, и вдруг вышла бабушка. Сейчас вы будете смеяться — она была дворянка. Увидев ее, офицер спрятал шашку и сказал: “Как мы все огрубели с этой гражданской войной!”

В это время народ уже пытался от пития перейти к пению. Получалось мимо нот, но почему-то хотелось слушать.

В лунном сиянии снег серебрится,

Вдоль по дороженьке троечка мчится…

— Учились ли вы кукольному делу, Петр Федорович?

— В детстве… у нас ссыльный один вел кружок, говорил: “Ты пересели часть себя в перчаточную куклу. И она должна двигаться поперек жизни”.

— И что — выступали тогда?

— Ходили по сельским школам с марионетками, была еще одна тростевая кукла… А какие он умел показывать фокусы, ел горящую паклю!

— Лексей Лексеич, — вспомнил имя учителя старик Сергеич, который не без выгоды был здесь за Щукаря, и уронил в себя маленькую стопку — за упокой.

— Да вот Сергеич был тоже в этом кружке.

— Но он не стал кукольником. А вы стали! Как это случилось?

— Я пришел из армии — учитель уже умер. И мне был сон, что хожу и куклами развлекаю детей. Проснулся, подумал: какая глупость — не до кукол, надо жениться.

— Но вы все же стали кукольником…

— Это сначала всю жизнь проработал учителем труда… И вот вещий сон увидел…

— Тот же самый?

— Почти. В двухтысячном году, в феврале. Голос говорит: “У куклы нет мимики, вся сила ее в маске — подними правую руку” (я во сне поднимаю), “иди” (я иду)… Возьмите вот мои записи, там ход моих жизненных мыслей. Берите, я слепой, мне уже они ни к чему… Дистанция еще одолела… то есть дистония…

Записи из амбарной книги.

“Немножко жив. Надеюсь снова подняться до кукол”…

“Сосед по палате все пел: „Девушки-голубушки, у вас четыре губушки…” Замутило меня. Но он все время под капельницей с температурой, ничего ему не говорю”.

“Если не справлюсь с рулением самим собой, вылечу в кювет существования”.

“В реанимации лежу, а мозг-то все слышит. Хирург сказал: к утру умрет. А мой мозг: хрен я вам умру!”

…Последние записи в амбарной книге были помечены осенним числом: пятое сентября:

“Вчера попал под ливень, реки текли по дорогам, а вечером начались судороги на ногах. Хожу — дергаюсь. Вот так будет дергаться Петрушка, когда убегает от Мента.

Устал. Зато чувство жизни”.

И вдруг Лев Воробьев себя обнаружил таким: стоит над поющим “Снился мне сад в подвенечном уборе” народом и говорит:

— Я понимаю, я все понимаю, вам весь этот юмор животный на экране надоел, и начинается что-то вроде самозарождения искусства в лице маэстро Фролова.

Дочь Петрофана подала на завтрак морковь, тушенную в сметане. Это была жилистая северная морковь, которая возросла, наливаясь соками, навстречу всем непогодам. Долго тушилась эта морковь, но все еще оставалась стойкой, как орех.

Дочь покачала головой и сказала:

— Ты весь высох. Гербарий!

И глаза заволокло влагой — об отце.

Когда она вышла поить корову, Петр Федорович протер сухие глаза:

— Чужие дети растут быстро, а свои не вырастают никогда… Она вся в мать — раньше я видел — коралловая помада, какие-то сравнения всегда… в молодости фразы изо рта жены казались мне вышивками…

— А зять ваш?

— Он воевал в Афгане, приехал в отпуск по ранению, никому не говорит, куда ранили. Из военкомата, однако, просочилась информация: нож в задницу моджахед ему сунул… рубил дрова и наклонился, а то бы в спину. Смеялись: покажи, герой, афганскую рану! А потом его убили там… поехали на охоту, говорят, на бронетранспортере, горючка кончилась… пока по рации вызвали, пока ждали… “духи” их на куски порезали…

Петрофан устал и усмолк. Лев вложил ему в руку горючее — полсотни грамм.

— А ваша жена?

— Наталиша умерла. Но не буду говорить — как будто оса в сердце жалит. И из-за угла подмигивает тоска. И тогда я взялся за кукол.

— А вы говорили: учитель приснился.

— В тот момент и приснился.

Карина наконец-то приготовила вопрос момента истины, который вскрывает человека, как консервную банку:

— Петр Федорович! Значит, хорошо, что Сталин ссылал? Вы у ссыльного научились кукольному ремеслу.

Кукольник понурился. Он понимал: бесконечная глупость часто проделывает туннели в будущее, в апокалипсис, и оттуда сыплются черные вопросы.

Глина древнего лица его треснула морщинами ответа:

— Готов отдать это счастье кукольной игры, только чтобы палача Сталина никогда не было.

Захорошевший Лев Воробьев поплыл улыбкой:

— Восьмидесятилетнее сверкание! — он повернулся к Карине: — Помните, как Ахматова назвала Жданова? Кровавая кукла палача!

Карина (она была за рулем) решительно сказала:

— Ну давайте собираться.

После операции Петр Федорович несколько дней гостил у Льва Воробьева и даже побывал в кукольном театре на “Кандиде”. Счастливые глаза Петрофана, так долго находившиеся в разлуке с реальностью, заново открывали ее, полную красоты лиц.

Потом он слушал передачу Карины о себе, о куклах, об успешной операции на оба глаза.

Радиослушатели дозванивались и указывали:

— Это нетипичная история, зачем вы нам ее рассказываете!

— Только нетипичные истории движут миром, — отвечал гость передачи отец Игорь, настоятель храма Георгия Победоносца.

В день отъезда Петра Федоровича налетели журналисты городских газет. Ах, ох, прямо так вот с куклами вы ездите по селам, а сколько берете за представление, ах, ох, неужели правда, что символическую плату? В наше время и с куклами?!

— Ну почему вы удивляетесь моим куклам? Посмотрите, вон мужики идут, выпили, руки болтаются, как у тростевых кукол…

Source URL: http://magazines.russ.ru/novyi_mi/2012/6/g7-pr.html

* * *

Журнальный зал | Знамя, 2012 N10

Об авторах | Горланова Нина Викторовна и Букур Вячеслав Иванович родились в Пермской области. Закончили Пермский университет. Прозаики, эссеисты; печатались в журналах “Новый мир”, “Знамя”, “Октябрь” и др. Переведены на чешский, шведский, французский, китайский и другие языки. Живут в Перми.

Нина Горланова, Вячеслав Букур

Алекс

рассказ

Еще на окне в баре был такой яркий цветок, что казалось: кусок пространства прожжен.

Алекс после все понял: у человека с десятью лицами уже была полная информация о нем.

Десятилицый являлся Алексу в разных вариантах. В первый раз он был почти хомячок, у которого в защечных мешках — кажется — сокровенно светятся бриллианты. Потом, когда вышли, его вид скатился до акулы бизнеса. Через неделю у него оказалось лицо, принюхивающееся к миру.

Месяц спустя он приплыл манящей походкой чуть ли не с подмазанными глазами… и наконец, через полгода Алекс вообще не узнал его, пока тот не заговорил: подошел такой помятый неудачник, словно им что-то очень долго протирали.

А в последний раз оказался с мелированным ирокезом, и, кажется, дыша марихуаной.

Потом еще он померещился в толпе: с бородой-когтями, по три когтя на щеку.

Также у него случались разные голоса — от рыка до мурлыканья… Однажды голос был не голос, а — медная валторна! Это он говорил про охоту с гончими на лося:

— Сука моя порезала лапу… где она этот острый камешек выкопала… рылась, дура.

Алекс в первой жизни был настройщиком пианино. В этот день, перед встречей с десятилицым, он в одном доме раскрыл пианино — мышата побежали в разные стороны. Там оказалось гнездо мышиной мамаши. А со вторым пианино сначала была тупиковая ситуация. Ливень, холод, заныл зуб… И еще хозяйка говорит:

— Дочь забыла оставить деньги… Извините. Нечем заплатить.

Поразительно! Что за люди! Вот уж неудачный день — так до конца!

Но профессиональное любопытство взяло вверх, и Алекс со вздохом раскрыл инструмент.

Престарелая дама удалилась готовить чай, громко обещая прилить апельсинового ликера. А он начал выдирать паутину — из-под нее устало посмотрел на него изобретатель громоотвода Франклин! Стодолларовые купюры были кое-где потрачены молью. Но они вполне годились. Ему очень хотелось их взять: как раз нужно было расплачиваться с сиделкой жены. Но все же отдал хозяйке, а потом поменял три струны (за это отдельная плата!) и сделал огромный глоток чая с ликером.

— Просто апельсиновая роща, — просипел он. — Будто в детство попал.

Она заплатила ему долларами в пересчете на двести евро и немного сверху. На этом основании он и зашел в бар с цветком-ожогом, оправдывая себя: закажу горячее пиво с корицей, полечусь от надвигающейся простуды.

Когда-то он сказал жене:

— Деньги — лучшая роль второго плана. Не главное в жизни… но среди второстепенного — на первом месте.

Анна тогда рассказала, что в десять лет не мечтала иметь миллионные миллионы, а хотела зимой работать в трамвайном депо — стекла вагонов руками… согревать, чтобы лед растопился, и людям можно было в окна смотреть. Мать ей говорила: “Да, я знаю: ты мечтаешь простудиться, лежать в больнице и ждать, чтобы много людей пришло тебя благодарить: ведь ты протаяла им такие горизонты в окнах! А потом они все стали бы твоими друзьями. И все вы такие благородные, хорошие! И только недобрая мать, угрюмая от недосыпа, должна думать, где брать средства на лечение!”

— А у тебя, Алекс, какая у тебя была мечта?

Он не сразу ответил, воображая протаявшие трамвайные окна в их общем городе детства.

— Я мечтал стать ловцом жемчуга, — наконец спохватился он и засвистел модулированно из оперы “Искатели жемчуга”.

Но вот Анна заболела, и оказалось: нужна сиделка, а лучше две. Да еще сделать бы ремонт — от балкона дует так, что сдувает с ног. Деньги уверенно вышли на первый план, на главную роль! Он даже обратился к племяннице. В свое время, когда старший брат с женой попали в ДТП, Алекс и Анна много лет помогали им, а племянницу вообще на три года забрали к себе жить. Анна тогда открыла небольшую танцшколу, и, в общем-то, хватало.

Теперь племянница — бронзовый призер по женскому боксу, выпустила книжку “Женственность и самооборона”… Она минут пять молчала: ставя брови торчком, затем опуская их к сломанному носу, показывая, что нужно еще сделать пластическую операцию, а дело это непредсказуемое… наконец отказала.

Алекс хотел закричать ИЗ ВСЕГО СЕБЯ: “Ты плакала, узнав о смерти слона в зоопарке! Но Анну тебе не жаль! Она похудела, вся уже как циркуль!” Но промолчал. Ведь отец ее — старший брат Алекса — тоже был не из щедрых. “Миллион миллиард бережет” — любимая его поговорка…

В баре из зеркальной двери на него посмотрел человек, похожий на ребенка, которому хочется дать конфет. Неужели это я?! В конце концов на лице будет четко написано: дайте мне денег!

И вспомнил старую историю. Однажды его вызвали настраивать пианино три женщины: бабушка, мать и дочь. Когда он раскрыл инструмент — сразу стало видно, что лет тридцать не настраивали.

— Что здесь за шкатулка? — крикнул он.

Все три поколения прибежали, подняли резную крышечку: кольца, браслеты, сережки, много бриллиантов.

— Так вот где старый козел прятал все! — закричала бабушка.

О, если бы быть прорицателем! Уговорил бы эту шкатулочку, наплевал бы на честность! Хватило бы сейчас на сиделок!

В своей жизни он взял тайком только один раз. И это был скелет крысы. Не хотел молодой девушке его показывать. А то получился бы намек: как у вас все запущено. Завернул хрупкие кости в бумагу, чтобы тайком выбросить. Эта девушка была Анна…

Он ей сказал, как обычно:

— Не трогайте инструмент в течение часа. Пусть подсохнет все.

А она забыла наказ, сразу села играть Малера. Он с лестницы как закричит: “Я же просил!” Выглянула и виновато пригласила его на чашку какао… Анна тогда получила небольшое наследство от дяди: вот этот домик, вместе с пианино и каким-то антикварным буфетом. Сейчас-то он знает, какой это был буфет. Его ампирные веночки с перламутровыми вставками оплатили сиделку на первые полгода болезни Анны.

А гипсовую Венеру, у которой была прабабушка из Милоса, никто не покупал, и она по-прежнему стоит возле крыльца, вся в пыльных язвах.

И тут-то к нему подсел “хомячок” с какими-то мерцающими миллионами в защечных мешках:

— Первые седые волосы у меня появились, когда разоружал горящий самолет, — сказал он и медленно погрузил верхнюю губу в прихотливую пивную пену.— А от моего друга, механика, вообще ничего не осталось. Весь боезапас как громыхнет!

Алекс же сидел в своей горящей жизни. Он должен вынести из этого пожара Анну, у которой теперь один глаз все еще светит надеждой, а в другом — ночь тоски. Врач уже намекал, что можно стволовые клетки выделить и размножить… но цена неподъемная.

У “хомячка” сделалось подчеркнуто доброе лицо.

— Разумеется, вы знаете, рядом с каким забором вы пьете этот “Будвайзер”?

Алекс верил, что спасение придет, и наконец судьба посылает ему шанс! Он закивал, помогая случаю:

— Да, да.

На самом деле он понятия не имел и не интересовался, что за такой забор появился рядом с баром год назад, какая там начинка у кукурузины многоэтажной. Но ради спасения жены он готов стать человеком с двойным дном. Ведь экономический кризис проделал в ее страховке огромные дыры.

Буду попутно и родину защищать, прикинул Алекс: буду хитрить, сведения искажать, потом сдамся нашим, когда Анне будет легче. Не расстреляют же меня.

“Хомячок” сказал, что пойдет отлить, и вдруг вернулся уже в “аляске”. При этом лицо его стало лицом акулы бизнеса. Предложил прогуляться. Гонимый предчувствием шанса, Алекс шел и слушал своего Мефисто:

— Нужно просто считать, сколько фур выезжает за сутки. В основном изделия вывозят ночами…

Молнией пронеслось: преуменьшу количество фур, которые выезжают, — подумают, что у нас маловато защиты, и нападут… тут-то мы и покажем им!.. Или наоборот — лучше преувеличивать? Когда мы защищены чрезмерно — никто не нападет!

— Вы будете не один считать. Найдите помощников — можно до десяти. В деньгах ограничения не будет.

Алекс возразил:

— Десять — мало! На сутки нужно три человека, а еще они должны отсыпаться и работать — для пенсии, для медстраховки… И сами понимаете — выходные нужны! Ну и отпуска.

Признаки акулы смягчились и поплыли с лица спутника.

— Зовите меня Майком, — сказал он. — Фамилии ваших помощников я не спрошу, но клички мне сообщайте. Ни с ними, ни со мной — ни слова по мобильнику!

Они свернули за угол. Майк протянул ключи:

— Вот тут мы купили помещение якобы под мастерскую. Там есть бронированный ящичек, а в ящичке — деньги на первое время, для вас и помощников. В следующий раз увидимся через неделю в это же время в привокзальном ресторане. Тогда обсудим тонкости нашего банковского расчета. Скорее всего, вы станете наследником неизвестного богатого родственника, с чем я вас заранее поздравляю.

— А другие — у них тоже объявится целая толпа усопших родственников?

— Через неделю, все через неделю. Обычно открываем подставные фирмы… Да, бинокль лежит там на столе.

Тут Алекс вспомнил недавний сериал:

— Ярлычки с одежды нам спороть?

Акула еще больше смягчилась:

— В компьютерную эру это… бесполезно. Просто старайтесь не попасть никуда в виде хладного тела.

“Предупрежден — значит, вооружен”, — подумал Алекс фразой из сериала. Но все-таки холодок пробежал от копчика до лысины.

Они попрощались.

— Ну вот, — сказал Алекс облупленной Венере (с тех пор как жена заболела, он вел с ней ежевечерние беседы). — Говорят, существует шестьсот видов женских слез. Я их все разом отменяю. Вместо этого — терапия стволовыми клетками и две сиделки. И ремонт!

Хорошо, что мама этого не видит, подумал он. Она скончалась два года тому назад. А если видит, то все поймет.

Мама как-то сказала, что любовь уменьшает ужасы прогресса. Что она помогает сохранить трепет жизни драгоценный. Счастлив тот, кто хоть одного человека сделал счастливым…

Но теперь все изменилось. Любовь превращается для Алекса в опасное колдовство. Да, он жить не может без Анны. Но ради этого придется подчиняться оборотню Майку… Можно ли перехитрить оборотня? Об этом фольклор умалчивает.

На другой день он надел отглаженный пиджак, что означало чуть ли не смокинг, и сказал жене:

— Иду в театр на встречу с одним пианистом — хочет отремонтировать антикварный инструмент.

На самом деле он пришел на склад и взял все купюры — новенькие, как бы тоже в смокингах.

Через день он положил Анну в медицинский центр. Она с удивлением смотрела на мужа: откуда деньги? Но все же не возражала, а только качала головой, как китайский божок…

Ну а он на сутки засел с биноклем у окна напротив многоэтажной кукурузины. Подсчитал грузовики, прибавил еще тридцать процентов, сжег бумажку с цифрами… Чувствовал себя отвратительно, как в сериале.

Через неделю он с вальяжной усталостью доложил Майку, что уже завербовал одного, кличка Рыжеусый. И представил цифры за двое суток. Он следил напряженно за своим куратором, как за учителем у доски, стараясь узнать по его лицу: насколько безнаказанно можно раздуть ответ?

Алекс подозревал, что завод еще и сам маскируется, выпуская пустые фуры и таким образом преувеличивая мощь страны…

К своему счастью, по лицевому дисплею Майка было видно, что пока прокатывает.

Через год и месяц Анна почти уже выздоравливала, покинула коляску и ходила с костыльком. Но кольцо обручальное у нее было все еще на мизинце — отеки пока не сошли.

Алекс рапортовал Майку, что завербовано девять информаторов. Больше всего сил было потрачено, чтобы придумать каждому бесплотному духу убедительную кличку. Алекс похудел, плохо спал, ворочаясь, бормотал:

— Рыба? Землеройка? Раптор? Богомол? Прыгун?

Причем однажды Майк его спросил:

— Вы случайно не стали двойным агентом?

— Нет! Почему такие подозрения?

— Ведете себя, как будто на крючке: часто подавлены и, кажется, иногда врете!

“Пора сдаваться” — пронеслось в голове Алекса.

Однажды вечером, выпроводив рабочих, которые закончили ремонт балкона, он задремал в кресле… И услышал, как уходя, один рабочий говорит другому:

— Слышал, со спутника проверили этого. Количество не совпадает.

Молодой плотник вынул гвоздик изо рта и удивленно поднял брови:

— Разве спутник может ночью разглядеть эти фуры?

Мудро закурив, старший ответил:

— Существует уже такое — улавливают тепловое излучение от двигателя.

Алекс резко катапультировался в явь. Сидя на кровати, подышал, успокаивая бубнящее сердце. Ни в какую.

Сон был настолько реальный! Только что у декоративного граната, который рос в их доме, во сне не три, а два гранатика болтались…

Начали сниться сны шпиона, подумал он. Но спутник не может ничего ночью увидеть! А вдруг? Наука так быстро идет вперед.

А, вот в чем дело! В последнюю встречу с Майком в кафе Алексу показалось: бармен с лицом умного пуделя что-то заподозрил…

А однажды ночью, завывая сиреной, что-то испугало Алекса и Анну. Они вскочили, но оказалось, что новый китайский пылесос сам включился и стал работать. И снова мысли были про то, что пора идти с повинной… Кажется, пора. А то вон прочел: ребята из “Моссада” вогнали пулю в мозг ученого, который хотел построить стратосферную пушку в одной авторитарной стране…

Пытался разглядеть фольгу над кабинами машин: может — есть все-таки экраны? И ночью спутнику их не увидеть!

Но все равно он устал оглядываться и лгать про завербованных людей…

Написал на всякий случай прощальное письмо жене. Положил в “Фауста”, который был тоже из дядиной библиотеки.

Очередную встречу Майк назначил в лесу.

— Приходите в семь утра и с корзинкой — якобы мы по грибы. А то вы все время бледнеете при виде меня… на людях.

В лесу их обнял прекрасный денек, тут и там уже подсвеченный желтеющими листьями. Но, когда выходили из леса, унося с собой шар лесного запаха, дорогу преградили полицейские. Алекс попытался мгновенно отключиться от страха: вообразил в руке пульт, который вырубает все плохое. Но полицейские просто осмотрели и обнюхали каждый гриб в корзинках, сверяясь со своим справочником. Не все грибы оказались доброкачественными — кое-что было выброшено. И их с миром отпустили. У ног полицейских слабо светились кучи бледных поганок.

Иду сдаваться! Все! Завтра же. А вдруг… родина скажет: молодец, продолжай эту игру? Дезинформируй врагов, а нужные цифры мы будем тебе подсказывать и нужные суммы платить.

Но родина, умница, поступила как надо. Только скрыла, что Алекс сам сдался:

— В общем так. В СМИ пройдет якобы утечка, что это мы вас доблестно разоблачили. Фамилию даем и фотографию! В разных таблоидах — разные фотографии. Это вас спасет от мести тех, кто стоит за Майком.

— Но если фотографии будут… то вы Майка уже не найдете! Он скроется навсегда.

— А гарантий нет в любом случае, что схватим его. Зато (добродушное подмигивание) — если мы раскроем хотя бы одного — получим и ордена, и внеочередные звания.

Да, так и есть: каждый любит родину согласно своему бизнес-плану… Как говаривал отец Алекса: человек человеку — инопланетянин, друг друга-то не можем понять, зачем нам еще искать непонятный разум в космосе…

Но вдруг случилась неувязка, и прокурор потребовал двадцать лет! “Так не говорил Заратустра”, стучало в мозгу Алекса. Однако быстро начали упирать на сотрудничество с родной контрразведкой и в конце концов дали два года условно.

Жизнь приятно заскользила у Алекса между пальцами, как шелк.

Утечки опять же были грамотные: появились его портреты в четырех таблоидах. Пришел вежливый запрос из Голливуда с намеками на будущие блага: не хотите ли дать некоторые детали нашему сценаристу? Да хочу, с удовольствием, но через двадцать лет.

На горизонте вдруг появилась и родная племянница Алекса:

— Вот деньги привезла. У вас долги за адвоката?

Каждая часть тела у нее словно возведена на пьедестал. Она протянула им чек, подергивая свежерассеченной бровью:

— Чтоб все у вас было хорошо и ноги в тепле!

Письмо жене, заготовленное ранее, он хотел уничтожить. Но в Гёте его не оказалось. Неужели положил в Шекспира? Перетряс все тома стратфордского гения — по нулям.

— Что ты ищешь? — спросила Анна.

— Да так, пустяк.

— Может, какое-нибудь письмо?

15 января 2012 г.

Пермь

Source URL: http://magazines.russ.ru/znamia/2012/10/g7-pr.html

* * *

о теории всего и обо всем

ngorlanova April 8th, 2012

Вчера были дорогие наши друзья Танечка и Игорь. И пять часов застолья пролетели, как один миг!!!

- Это не коньяк, а трактат. (Слава о «Черном аисте»)

Славе на юбилей они подарили книгу Стивена Хокинга, и там есть «Теория всего».

Полушутливо говорю:

- Неужели наконец-то я найду ответы на последние вопросы?!

И. А. не дожил – он мечтал, что встретит книгу, в которой будут все ответы (как я мечтала встретить человека, у которого все ответы, а Р.С. мечтала на одной из конференция услышать доклад со всеми ответами…).

Игорь приехал из командировки в Германию (бывш. ГДР).

- Там всюду ветряки, бывший советский аэродром сплошь покрыт солнечными батареями.

О чистоте:

- Мой ноутбук долго лежал на столе, но на него не осела ни одна пылинка...

Меня (Н.Г.) как ударом поразило, что в Германии соблюдаются все «права» кур на нормальную жизнь! Чтобы на птицефермах содержались они не скученно и корма были натуральные. Яйца пахнут зерном… так часто я часто пишу в картинах курочек и петухов – теперь сердце мое за них порадовалось! Да, так.

Таня:

- Сорокин писал, что после капитализма будет не социализм или коммунизм, а новый феодализм.

- Он будет иметь информационный характер. Поделят объемы памяти, будут жить на эту ренту (Слава).

- Я бы был в таком феодализме герцогом информации… (Игорь, мечтательно-коньячно)

Я:

- Игорь, расскажи нам еще про поездку.

- Кабаны заходят на улицы города. И косули.

- Им по мобильнику позвонили, прямо в зоопарк: «Тут туристы, выходите срочно, оплата сверхурочно!» (Слава)

(Когда-то в Москве меня спрашивали: «Наверно, у вас в Перми медведи по улицам гуляют?»)

- Нет, все правда, наша переводчица в один из дней не могла на работу выйти: дом окружили кабаны. Она в панике позвонила в полицию. А там посоветовали: «Вы их не кормите, они и уйдут». Она извещает начальство: не могу выйти на работу - кабаны осадили, не могу выйти из дома…

- Вот уже и новый феодализм: кабаны осадили…

- Первого апреля узнали про первоапрельские шутки немцев – часто они связаны обычно с выделительной сферой. То смажут сиденье унитаза жидким мылом, то затянут его весь прозрачной пленкой…

Танечка сняла новые мои картины на цифру. Я подарила им тропическую рыбу и ангела, спасающего раненого гусенка.

Позавчера были Олечка и Хаким. Я заговорила с Олей о стихах Решетова и сожгла кастрюлю…

Еще о Решетове. Звонил С.: он давал интервью. Первый вопрос журналистки:

- Правда, что Решетова жена задушила?

Перепутали с Рубцовым?

Source URL: http://ngorlanova.livejournal.com/129357.html

* * *

чтобы были силы жить

9 апреля, 2012

http://magazines.russ.ru/znamia/2010/8/b45.html

Прочла в «Знамени» Владимира Березина:

«Первое вино, что я пил, был восхитительный напиток “Золотая осень”. …Так вот, мы набрали восемьдесят копеек, взяли несколько пустых бутылок и в результате сложной счетной операции стали владельцами зеленого сосуда. Отошли в лесополосу и выпили. Один мой товарищ … очень переживал, что его поведение может не одобрить бабушка. Он держал себя в руках и даже попал ключом в замочную скважину. На пороге стояла бабушка. Он показал ей проездной на метро и вошел в дом». (ужасно я смеялась… хотя стыдно… на Страстной… но юноша хотел как лучше - НГ).

из моего письма: «родились у нас лучшие слова - это в сказке.

- добро ведь передается от человека к человеку по воздуху"…

- Только из графоманов получаются писатели. (Слава)

Идет навстречу человек, лицо доброе, но сразу видно, что это алкогольная доброта. Сошлись ближе – пахнуло водкой.

- Напишем ли мы книгу для детей? (Я)

- Толстой не написал.

- А «Волки, волки»?

- Это обработка народного.

Вывеска на магазине: «Пожалуйста, кактусы».

Шаов вчера пел:

- Но был бы у Чехова автомобиль –

Поворотник бы Чехов включал.

Чехов остается для всех человеком! Милый наш родной АП!

Курицы-красавицы словно сознают, что они красавицы, и выступают с видом манекенщиц на подиуме (на канале «Загородная жизнь»).

Блоку был демонизм близок. После гибели «Титаника» он восторгался: «Жив еще океан!» (по-моему, это ужасно)

…прервалась: написала 2 Ахматовых, три рыбы и три букета. Все неплохо, но не ужасает прекрасностью…

Встала и работаю с 4 утра… давление.

…написала рыбу и двух бабочек с глазами на крыльях – для Анечки. Одна очень удалась, но… боюсь, что краски впитаются, картон не грунтованный. И тогда будет блекло. Но можно загрунтовать будет тогда обратную сторону и повторить там б-ку… или другую написать…

Скоро будут 153 рыбы (на выставку «153 рыбы»)… столько Петр поймал, когда Христос воскрес.

Вчера слушали в «Академии» Аверина. Слава:

- Личность – это волны, а архетип – океан.

Я:

- Архетипы-то да, но я лично ни разу не припомнила что-нибудь из времени до моего рождения.

Слава:

- А мне мерещились перед сном лет до 6 замки, пейзажи лесистые необычайной красоты, маленькие человечки…

Птицы пели, как Шуберт в исполнении Артура Рубинштейна (играл вчера на канале «Хистори»). Гений, говорил: любите жизнь без всяких условий.

Слава пришел из поликлиники:

- Сегодня 12 апреля, День космонавтики.

- А я абсолютно не помню это число, для меня космос – это хаос и ужас.

Слава:

- Так ты давно уже в космосе вместе с нашей Землей.

- Русский космизм не коснулся меня своим крылом.

- Чижевский! Циолковский! Вернадский! Все сюда!

Прочла в интернете, что в Белоруссии Андрея Санникова выпустили!!! Мы молились за него. Господи, благодарю Тебя!!! Горячо-горячо благодарю!!!

Сосед заболел - кричит страшно! Мы уже собрались вызывать скорую… Ради Пасхи Христовой. Но он вышел на кухню – кажется, был краткий приступ сердечный….

… прервалась: написала рыбку и бабочку (на обратной стороне первой бабочки). Еще добавлю потом глазки на крыльях.

Слава:

- В третьем классе, когда читал, я стал видеть отвлеченные понятия в виде фигур силы.

- Например, «счастье» как ты видел?

- Улыбка на весь земной шар и поле хорошего настроения во всем мире.

Звонила Олечка Роленгоф. Ее сын (4 лет) говорит:

- Есть наскальная живопись, а есть намашинная.

А вчера, когда мы шли к А. на Пасхальный завтрак, видели надомную живопись. На трансформаторной будке – портрет Гоголя; правую щеку лижут языки пламени (наверное, отсветы от сжигаемых МД). На стене – наклейка: фигуры в обратном порядке – от человека к обезьяне и надпись: «Сегодня с друзьями пьешь-веселишься, завтра в животное ты превратишься!»

совесть к Пасхе она из пустоты возрождается…

Подруга прислала анекдот: кто пережил три месяца зимы, тому четвертый бесплатно.

Звонил Сеня:

- Геологизмы я убираю – расшифровываю…

Звонила Б.Ю. – пригласила на юбилей. Но… мне трудно подняться на ее пятый этаж!

Слава говорит:

- если не выходить из дому, то о чем писать… ты должна выходить!

Да, надо выходить. И наша нужность – это и есть главное. Просто сейчас мне трудно… я говорю ему:

- ты на мою могилу придешь и начнешь: «Если никуда из могилы не выходить, то о чем говорить-думать»…

увидела у vekagan в verses ***

Улитки наши узнают своих хозяев

Нина Горланова

…лишь в ракушках витых хтонические слитки

из вечности ползут как многоточий нить

и кажется пока нас узнают улитки

ещё дано слова в строку соединить

Вчера написала двух рыб и два букета.

Была Олечка. Она привезла много картона грунтованного! Я подарила ей «Христа среди лилий» и два натюрморта. А Лене – котика (на обратной стороне петух).

На яндексе сегодня прочла о моей прозе:

Общее направление: “Я не собираюсь делать вам красиво!” Та же Нина Горланова не скупится на подробности веселого пермского житья, вечного провинциального диссидентства при отсутствии границ окружающего безобразия, ибо если Москва в России подобна лягушке в луже, то Пермь, не отличая себя от прочего пространства, не чует страны в ее конечных берегах. Отсюда – типично горлановскос ощущение: то, что происходит здесь и со мной, происходит со всеми и везде.

http://freesoch.com/sochineniya-po-avtoram/petrushevskaya-ls...

(но все не так! В Перми нет йода в воде, т.е. щитовидка сбой дает и жители гипертимы, поэтому больше чудаков… у меня каждый герой рассказа – уникален, таких в стране нет больше. - НГ)…

"действительно ситуация слишком тяжелая"...

читать дальше

http://roizman.livejournal.com/

Слава говорит:

Пора писать картину: Ангел спасаем наркомана – выбивает шприц из его рук

НН в 6 утра выехала из дома, чтобы доехать до работы и ни с кем не столкнуться (первый день водит). За ней следовала «Газель». НН остановилась у своего офиса, «Газель» тоже. Водитель вышел, НН срочно заблокировала двери машины. Мужчина говорит: «Откройте». – «Нет!!!» - «Как проехать на Компрос?» Тогда она открыла и объяснила.

Была Мариночка:

- У меня окна кухни на восток, утром пить кофе – счастье!

Звонила Люся. Говорю ей, что спускаться по лестнице колени не дают. Она:

- У нас соседка спускается спиной вперед.

с утра написала св.Антония, проповедующего рыбам. Слава: дальше пусть проповедует птицам. Рядом с Антонием лев в очках, оба проповедуют, а птицы расселись рядами, как студенты. Сбоку – цапля на длинных ногах, на ней еще какая-то птичка сидит. А на горизонте еще кто-то подлетает.

…прервалась: написала автопортрет с глазом на плече (глаз у художника в руке, в плече)…

Не смогла остановиться. Посмотрела в 9 или 10-й раз фильм о Вангоге на хистори… и написала подсолнухи в акварельном духе (нежно-зеленые листья, ваза тоже с нежно розовыми узорами) – это что-то чудесное, выше меня, моих возможностей! Впервые такое!

Вечером начала антибиотики… лето еще только начинается, то есть жара… а я уже в панике… голова болит сутками и невыносимо… отекаю…

ездили на ДР внука, Слава написал поздравительные стихи:

Есть во Вселенной черны дыры,

Но тут они нам ни к чему,

И с Ниной мы, как Мойдодыры,

Ворвемся к внуку своему… (и тд. Да, без черных дыр он никуда! Русский космизм навсегда!)

Вчера Светлана Крючкова читала «Культуре» Самойлова. Очень хорошо. Я впервые услышала стихотворение о маленьком цензоре в Германии. Он сошел с ума и стал вымарывать ложь и оставлять правду. Слава:

- Очень оптимистично: человека никогда невозможно запрограммировать до конца, он лучше погибнет.

- Странный сюжет. Где его взял Самойлов?- спросила я.

- Это был советский цензор.

Слава видел странный сон. Он врач в Древнем Риме… в тоге, идет по городу после землетрясения. Кругом развалины, запах тления от погибших, везде слухи, что идут варвары пограбить. Одному Слава оказал помощь – нога раздавлена. Видит: идет кто-то из первых христиан в лохмотьях и кричит: «Это гнев Господа на вас за то, что убиваете людей на гладиаторских боях!» На носилках несут слоновью ногу: на слона обрушилась крыша…

Позавчера была «Линия жизни» Сергея Газарова. Настолько талантлив, остроумен, что опять поверилось в Россию.

"ОКНО" № 9 (12)

Нина Горланова (Пермь)

яичница в целлофане:

белые хризантемы

с желтенькими сердцами

детеныши воробьев

на подоконнике

подарок от июля

с красным веером

танцует девушка

расцвела моя герань

снова удочерила девочку,

и была счастлива

но проснулась

Владимир Герцик (Москва)

белая вспышка

последняя бабочка

в летящей листве

в заросшем пруду

всхлипнула и сомкнулась

бледная ряска

лезвием света

отрезаны деревья

от темной воды

безлиственное

дерево в ореоле

желтых сережек

нигде не читал,

как они выживают

бабочки в грозе?

уходят тучи...

осветились  деревья

на том берегу

на белом песке

стремительные тени

тяжелых стрекоз

в призрачном небе

бледная дыра луны

над сонной рекой

плавают льдины...

первая утка чистит

перья на ветру

краснеющие

листья желтого клена

волна тумана

Ольга Логош (Санкт-Петербург)

сняв шляпку

летает

желудь

обняла дерево

и смеется

девочка в Летнем саду

кривляются дети

вместо цветов

пробегают лучи по асфальту

длиннохвостые сосны

на камнях

мокнет чайный вьюнок

Иван Кротов (Краснодарский край)

этой ночью

зов осеннего ветра

в шорохе трав

места сражений

поникшие травы

в каплях росы

кошка умерла,

а коты продолжают

ходить к нашей двери

роса на траве

зонтики белых цветов

между сосен

Елена Галиновская (Москва)

иду по дороге

так близко небо

что же держит меня

донесу ли

этот ветра порыв

до листа бумаги

солнце в дорожной пыли

прощальное слово

скрипит на зубах

тронув качели

ветер затих в саду

нет новостей

Source URL: http://okno.webs.com/No9/haiku.htm

* * *

Глашаngorlanova30 апреля, 2012

Она уже привыкла к столице, своей программе и даже - камину с драконятами на чугунной решетке… но продолжала в свободные вечера собирать друзей–квнщиков. Любанчик и Верунчик приходят раньше, чем их мужья, нарежут салаты, затем уже вся компания в шесть человек поднимает тосты за родной уральский город и его знаменитую реку, а потом молодые женщины как набрякнут розовыми лицами над тарелками да как затянут печально о любви:

- Одинокая певчая птица

Целый день мне поет о тебе…

Откинутся вдруг на стульях и дальше:

- Ночью тоже поё-о-от о тебе.

После перейдут на диван и новую песню… не выбирая… какую кто-то начал…

- В жаркой комнате ты танцевала,

Он глазами тебя целовал…

Ну, потом, как в песнях водится, другая его увела… грустно, а общем!

Голоса у подруг разные: один – словно все понимает, другой - не голос, а искусственный мед, приторно сладкий, но он тоже нужен песне – для фона. Свой голос Глаша про себя называла «итальянским», но местами проступала в нем ржавчина как будто… ее на канале звали «Глаша с гротескным лицом».

После пятой-шестой песни у них начинали проступать слезы. И эта влага, зачерпнутая из некоего общего озера народной горечи, неожиданно придавали силы. Такого не давала даже любимая работа, семья или новые московские дружбы.

Однажды – года через четыре уже – вшестером поехали на Урал с концертами и в родном городе устроили вечер встречи с прежней командой КВН. Говорили о митингах, о подвигах, о славе…

И вот Глаша вкрадчиво вплела:

- Мне тебя называть бы надо песней соловьи-и-ною…

Любанчик и Верунчик подхватили… А когда песня закончилась (словно птица летела-летела и села), Соболь (Соболенко) иронично поднял одну бровь:

- Вы на голоса поете? Когда же репетировали? У вас же каждый день выход в эфир!

- А бывают свободные вечера – поем у Глаши. Плачем потом…

- Вы чё! Плачут они! У вас же все есть: Москва, мужья, дети! А главное: талант!

Он не знал, что талант невыносим. В смысле – талант сатирика. И нужно где-то черпать силы…

- Понимаешь, Соболь, нужно ведь где-то черпать… в песнях вот…

- Сидят в платиновых браслетах - поют печальные песни! И плачут! И плачут, - Соболь выпил и закусил…

- Так мы же ощущаем себя внутри песни – ее героинями…

- А когда закончили, то вспомнили, что все у вас есть… и от счастья плачете?

Ну как ему все объяснить – красавцу со стеклянными глазами?

30 апреля 2012

Вот живешь, очень любишь Гамлета, много о нем думаешь...

И вдруг - как гром среди ясного неба - в 64 года: абсолютно новое объяснение пьесы!

Оказывается, для Шекспира Гамлет – олицетворение истинной католической веры, а король – англиканства (безумия - с точки зрения тайных католиков).

Кто был прототипом Полония, современники отлично понимали.

Офелия – символ компромисса между католиками и англиканцами. Он трагичен, потому что разрушает душу, и Офелия гибнет. (Видела по History).

Я же понимала пьесу в духе Просвещения: настоящий гуманист долго раздумывает, мстить – не мстить. И когда мстить, и как? Не какой-то, чай, Портос.

А на самом деле Шекспира мучительно волновало противостояние истинной веры и ереси.

Слава:

- Нам говорят: почему у вас так много современных бытовых конфликтов в рассказах, писать нужно о вечном! Но нет, нужно, как Шекспир, писать только о том, что мучает и волнует. А вечные смыслы образуются как-то сами, волшебным образом.

звонил Сеня. Я говорю:

- Они хотят, чтоб я на видео дала интервью, но я уже … как говорила Ахматова в моем возрасте: пора кончать сниматься.

- Быть некрасивым знаменито…

Вчера была Миланочка с прекрасным пирогом и коровьим маслом (натуральным), которое привезла из области. Я отдарилась картиной «Яблочное затмение».

Она съездила в Рим. Я спросила: В Сикстинской капелле сохранили ли трещину между Адамом и Творцом? Да, сказала она (Эта трещина, словно молния, истекает из перста Вседержителя).

Милана сняла мои новые картиночки на цифру.

…Прервалась: написала 3 рыбок-арекинов. Одну на обратной стороне птицы-сирин…

взлетающий шаг мужа (вы уже поняли, что я перечитываю Набокова?!)…

Видели программу о мистификации Павла Вяземского: якобы у Лермонтова была любовница-француженка, которая оставила записки об этом бурном романе (издала «Academia»). Слава:

- После смерти напишут, что Горланова была любовницей Фолкнера.

- А про тебя – что был любовником Франсуазы Саган.

- Большой стиль Улановой: в каждом движении – по империи .

Сегодня невероятной красы жемчужное небо. Но написать его не под силу: техники не хватает.

Дома так плохо, что хочется повесить на стену фотографию Будрайтиса, мелькнувшую по ТВ. Он такое спокойствие излучает!

Но зато в нашем дворе расцвела мать-и-мачеха! еще расцвела так робко, полураскрыв свои желтые клювики… сердце мое полураскрылось тоже – навстречу мать-и-мачехе, навстречу жизни… которая всегда мать и мачеха, понимает и не…

встала в 5 часов… прочла с утра статью Ситникова «Пермская катастрофа на улицах города». Когда Колчаковцы пришли в 1918 году, белый террор стал ответом красному… расстреливали без суда и в сорокаградусный мороз догола раздевали пермяков на улице, чтоб отобрать одежду - уже не понять, которые были более жестоки…

не дай Бог, снова все это грянет!

Крики раненых из 18-го года ... да, они все еще стучатся в мое сердце!…

молюсь св. Сергию Радонежскому, чтоб демократические реформы прошли мирно.

Сборник с этой статьей вчера принесла ангел наш Наташа Найденова из Пушкинки.

Она принесла еще 4 новые книги по западной современной философии – это заготовленные подарки к юбилею Славы (не состоявшемуся).

Я отдарилась картинами: коровой, котиком на спинке гитары, рыбами, ангелами, букетом в виде петуха, львом - исполненным очей, Ахматовой и тп. Наташа еще спросила, нет ли на досках. Было 2: портрет Пикассо и Славы, я тоже отдала.

Наташа еще привезла юбилейные репродукции с моих картин: на обратной стороне – цитаты из «Романа воспитания»:

- Что вы, холерики, знаете о вечности! Это мы, меланхолики, с вечностью накоротке… (и тп).

Увы, мои тревоги оказались обоснованными… вчера так и не состоялся митинг в столице на Болотной - я в шоке - более 400 человек задержали, в прямом эфире мы все видели по Дождю… сколько ребер сломано, а рук-ног…

А днем вчера мы были приглашены к нашим дорогим друзьям на обед (еще до митинга).

- Кто там? – спросил Сережа из домофона.

- Полномочный посол Шамбалы. (Слава)

- Вы, наверное, убежденный вегетарианец, а для них у нас ничего нет…

Заговорили о Дне Победы. Я по ТВ узнала, что розыском и захоронением останков солдат ВОВ занимаются только общественные организации!

- а государство где?

Дальше подали кальвадос и пошла кальвадизация всей компании:

- Ремаркес – это Сумов (фамилия изменена), он подражает и Ремарку, и Маркесу.

Лиля:

- Психологи называют максимантами тех, кто хочет максимально потреблять. В конце концов эти люди впадают в глубочайшую депрессию, потому что все потребить невозможно. И психологи советуют максимантам для исцеления как раз себя ограничивать в потреблении.

Слава:

- Они на коленке открыли христианство и радуются. А о вреде тотального потребления еще Христос говорил.

Юлия Александровна удивленно:

- Как? Ведь 2тыс. лет назад большого потребления не было.

- Христос сказал: зачем человеку весь мир, если он душе своей повредит.

Сережа:

- На обедах у Ротшильдов фрукты не подают в вазах, а слуги обносят гостей деревьями горшках, а гости срывают с веток апельсины и мандарины. И вдруг одна из Ротшильдов стала помогать гениальному джазмену-афроамериканцу, устраивала ему менеджеров, лечила от наркомании и т.п.

Когда мы пришли домой, на митинге в Москве полиция уже страдали безоружные люди!

Я беспрерывно крестила экран (канал «Дождь»), но…

И всю ночь видела во сне демонстрацию, задержания…

Проснулась: в голове опять океанический шум волн…

Мой дед дошел до Берлина (Михаил Кондратьевич Федосеев).

Вчера рассказала внукам о нем. Затем попросила их написать сочинения о победе в ВОВ.

Восьмилетний В. захотел, чтоб я нарисовала карту и показала, где был открыт второй фронт. Я говорю:

- Отгадаете с трех раз: ЧТО англичане вторым авиарейсом доставили в окопы?

- Медикаменты, - уверенно ответил С.

- Да, в том числе – бормашины!

- Чтобы ими рыть окопы? – предположил А. (9 лет).

Долго мы со Славой сдерживали смех…

- Бормашины - лечить - солдат не должен мучиться еще и зубной болью…

Затем мальчики в другой комнате играли в войну, слышались крики:

- Под видом пьяных русских идем на Берлин!

- Все! Гитлер уже застрелился!

- Он сначала отравился!

- Дал жене яд и сам повесился!

В общем, отравился, застрелился и в конце концов повесился…

После взятия Берлина («под видом пьяных русских»)… я достала из морозильника мороженное и угостила мальчиков.

- Слава, зачем ты так пересолил!

- Это я под видом пьяных русских…

Ночью начала антибиотики…

Были у Г. Они купили семгу - Че Гевара на упаковке.

- Че рекламирует товар капиталистический… видимо, для него это часть посмертных мучений…

Вчера были Б. с фруктами и овощами.

Л. говорит:

- Если что, то я занята! (ей 3 года).

Приезжали девочки с журфака – снимали меня для фильма о Б. П. Ему я послала лучшую рыбу-арлекина, девочки взяли Ахматову, ангела, цветущую ветку яблони и т.п.

«Дышать» - название для моих мемуаров.

Расцвели яблони. Тут просится какое-то сравнение, но… уж ладно, пусть дальше так цветут.

Вчера пыталась в собесе отдать реквизиты (мы завели пенсионные карты). Очередь не двигалась, ноги отекли, и я ушла. Шла, уже не замечая яблонь несравненных.

Сегодня пошли со Славой с утра, пожертвовав частью рассказа и двумя-тремя картинами. Очередь не двигалась. Я перечитывала в десятый раз письма Пушкина к жене, а Слава – в двадцатый? - Ольгу Фрейденберг «Миф и л-ра древности».

Пушкин нетерпеливо вел себя в карантине и в Болдине, и это на меня действовало… Слава:

- Успокойся. Поднимется давление. Заболит голова.

И продолжал спокойно перечитывать кузину Пастернака. Она давно ему открыла глаза: за последние 10тыс. лет ничего не изменилось, все исходит из мифа и умирает в мифе.

- Тебе Оля говорит: все из мифа, терпи?

- Так нетерпение тоже из мифа…

- понимаю – трикстер…

Придя домой, мы свалились в изнеможении и жадно посмотрели детектив про Мэйсона, чтоб забыться и отвлечься. Слава комментировал:

- Маленького роста жокей так любил лошадей что, женился на огромной блондинке…

Затем мы все же сели работать. Я к чаю пожарила 2 ломтика батона. Говорю:

- Хочется еще, но печень ведь обратится ко мне с укором… и этот укор трудно вынести…

- Хоть одно беспорядко ты видел на Чистых? (Эхо)

Вчера Косте подарила букет на черном (на обратной стороне – автопортрет в полосатом свитере). Говорит:

- Как 3D!

Написала «Ветку цветущей яблони», «Дом-лицо» и «Рыбу-арлекина». Загрунтовала под «Я и Сарс».

Антон вчера возил Славу на рынок, купил ему босоножки, очень хорошие из натуральной кожи. Спасибо!

Слушали по «Культуре» лекцию о «МиМ». Слава считает:

- «внутренний роман» Мастера наведен Воландом. Вспоминаются слова Блока: меня измучил этот женственный призрак (якобы о Христе).

А я думаю, что в советское время Булгаков дал свою версию Евангелия, чтобы люди не забыли Иисуса. Я – атеистка – впервые слова «каждому по вере» узнала из романа. И чувство величия происшедшего я там пережила.

Видели по History передачу о том, что искусство помогло человеческому виду выжить во время последнего похолодания!!!

Племена наши - хомо сапиенс - еще ранее обменивались фигурками тотемов и других символических предметов. Например, палеолитические Венеры являлись символами андрогинов (низ – женское лоно, а верх – мужской символ). Т.е. мифы в сгущенном виде воплощали всю историю рода и мира.

Во время похолодание эти роды могли объединить усилия для выживания на основе общей идеологии. А у неандертальцев не находят никаких фигурок, тотемов и т.п. И они не пережили похолодание… Слава искусству!

Слава предполагает, что без похолодания сапиенс придумал бы, как приручать неандертальцев и делать их домашними животными. Но, возможно, история наша была бы гораздо хуже.

- У него было оружие массового поражение: каждой женщине, которую он возжелал, говорил, что давно (с детства, с 16 лет) видит ее во сне. Действовало безотказно.

Осы нас преследуют. Нынче огромные и очень умные. Боимся, что опять наоткладывают яиц в переплетах книг. Но только заговорим, что нужно открыть широко окно, чтобы их выпустить – прячутся.

Вчера занималась справками. За это время по решению суда закрыли в Москве «Окупай-Абай». В домоуправлении в очереди старики с лыжными палками вместо тростей. Неужели Россия будет и дальше жить – с лыжными палками...

Смотрели про «Горе от ума» - у Игоря Волгина. Очень интересно! Оказывается, игра Софьи на флейте означала, что она чуть ли не Шурочка Азарова, ведь на флейте играли только мужчины. Но не сказали, что Чацкий сначала был «Чаадский» - от Чаадаева. Не сказали, что ничего не было странного в обличениях на балах: так вели себя декабристы на балах же.

Видели иностранный фильм о Достоевском. Очень все смешно. Ф.М. похож на разбойника- атлета с большой дороги, как минимум на Рогожина. У него кабинет размером с дворец, окна венецианские, Анна Григорьевна – это гремучая смесь Мэрилин и Греты Гарбо. Расстрельная команда почему-то в ослепительно-прекрасных шлемах… Но, возможно, для иностранцев такими же безумными выглядят наши фильмы об их жизни.

Вынесен приговор мошеннице, укравшей у больной девочки более миллиона рублей.

- Доброе начало положено, пора переходить от мелких мошенников к тем, кто украл у детей миллиарды (Слава).

Мой сон. Иду вечером по Ленина, мне нужно посмотреть какое-то знаковый фильм, о котором все говорят. Но уже закрылся на ремонт этот кинотеатр. Встречаю Запу, он говорит: «Я знаю, где посмотреть». Мы идем по каким-то буеракам… В конце концов заблудились. Тут просыпаюсь, так и не посмотрев фильм. (улица заскочила из сюжета Славы: Ленин хочет прорваться из ада, чтобы снова сделать революцию. Но не смог набрать критическую массу гордецов – всего только одного не хватило. Он отказывается примкнуть)…

написала двух Ахматовых и рыбу-арлекина (на обложках). Вчера – тоже двух АА и двух арлекинов. Эти рыбы уже не получаются, Слава говорит:

- ягода сошла, но было бы гораздо хуже, если бы бесконечно получалось; тогда бы ты писала всю жизнь одно и то же.

Расцвела сирень, но не пеной, а как-то обглодано. Видели и черемуху: не белое кипение, а редкие белые вспышки. Видимо, насекомые от активного солнца бешено размножаются и все пожирают.

Объявление: «Студент! Перестань сидеть на шее у родителей! Есть подработка».

Анекдот. Два больных встречаются в коридоре поликлиники.

- Ну как здоровье?

- Все хуже и хуже.

- Может, врача сменишь?

- Нет-нет, я за стабильность!

Написала вазу с фруктами и цветами (на обратной стороне автопортрета в чалме). Больше нет ни одной незаписанной поверхности…

За завтраком:

- Мне не очень нравится Чацкий, но только такие неприятные люди замечают общественные недостатки.

- А как же любовь? Ведь без любви – говорят – никакая критика не приносит пользы.

- Если бы мы больше помнили о любви, то и Чацких у нас было бы меньше.

Сосед принес букет сирени! С утра крыл нас самыми ужасными словами, а красоты хочется… может, если б не хотелось красоты, то слова его были б еще хуже?

Слава сейчас пошел в храм. я попросила поставить свечу Николаю-Угоднику и Сергию Радонежскому - чтоб не было гражданской войны. Но Слава сказал. что поставит святым новомученикам России - мол, они молятся об этом...

смотрели «Линию жизни» с Леонидом Десятниковым. Некоторые фрагменты его музыки настолько потрясли, что до сих пор поют в голове.

А я перешла с одних антибиотиков на другие - с докси на нолицин

Загрунтовала полку из шифоньера (нет сил, хочется писать картиночки) и еще с десяток папок.

Читая ленту: « Твиттер @камень в лесу ежедневно выдает одно единственное сообщение – «сегодня ничего не произошло». Это русский твиттер, на него подписано 9 тыс. человек». – Слава: « Я так понимаю подписчиков! Так хочется, чтоб ничего плохого не происходило! Еще и еще раз хочется читать эту короткую фразу!»

А между тем… в Париже: (скопировала у мбутов) Новый президент Франции отказался жить во дворце и снял трехкомнатную квартиру на верхнем этаже многоквартирного дома.

Французики, что взять, бездуховность, ноль величия.

в Перми три погоды: «Грязь. Грязь засохла. Грязь замёрзла».

Вчера пришел вызов Славе на третью операцию - к 25 июня в Курган… Ему обещают плацкарт оплатить. А мне где взять?

…прервалась: хотела вазу чешскую написать, но испортила… написала бархатцы, сияющие во все стороны… вот так бы родина моя расцвела… после того, как станет свободной!

За завтраком - разговор об Умберто Эко. Я:

- Вчера в «Открытом произведении» вдруг ясно поняла второй закон термодинамики. Чайник вскипел – часть воздуха вокруг нагрелась, и не вся энергия пошла на нагрев воды. Почему нам в школе просто не объясняли, а разговаривали с нами нечеловеческим, «научным» языком? Еще бы Умберто объяснил мне, что такое электричество. Почему электроны движутся в электрическом поле?

- А почему из слов у тебя получаются рассказы, ты понимаешь?

- Нет.

- Вот и успокойся.

- Правда, один доктор наук мне сказал, что подобное незнание украшает женщину до 70 лет.

- А дальше ей что делать?

Видела во сне, что Оля – племянница Пастернака. (Оля вчера приходила за «Коровой»). Она меня, якобы, пригласила в гости. За столом – Б.Л., все такой же моложавый. Я ему дарю книгу новую о нем – якобы он ее еще не видел; а он мне – целую стопку своих сборников…

Вчера в передаче про композитора и философа Мартынова показали картину 12 или 14 века из Италии: Богородица в голубом платье с мелкими белыми цветочками лежит и любуется на спеленутого Младенца. Ниже – зеленая трава, а выше – ясли, где бык и осел. Еще – Вифлеемская звезда в виде метеорита или кометы; а волхвы где-то на заднем фоне подходят.

Сегодня я встала в 6 часов и написала такое Рождество на обратной стороне «Бегства в Египет»: это единственная у меня незаписанная плоскость.

Конечно, рожковое дерево слишком красно (у меня нет белил), а комета слишком низко… но все же я рада, что написала! Попрошу кого-то снять на цифру и еще кого-то – повесить для вас в ЖЖ.

- Поэт в России больше не поэт (слышала по ТВ – не знаю, что страшнее… может предыдущее: «поэт в Чернушке меньше, чем поэт»? или оба хуже?)

Прочла на ленте, что в Екате открылся музей наивного ис-ва! Как всегда, они впереди нас! И пользователей интернета у них больше, и прививок от гриппа!

Пока мой музей здесь:

http://ngorlanova.narod.ru/galereya.htm

вчера написала 11 картин акрилом. .. написала пейзаж закатный на оранжевом, пейзаж закатный еще раз на оранжевом с рыбами в небе, петухом на заборе, букетики на светлом ( для Агнии)… Написала я 2 яблочных затмения Марине, загрунтовала для церкви закатный фон, сирень с глазом, корову и тп

мы с Мариной заходили в «Эскиз». Она купила мне три картона, а я 8. Она купила мне также акриловые краски. И такое вдохновение закипело!

Подруга Марины – пластический хирург. Ходит по улицам и представляет всех встречных после операции. Говорит:

- Город был бы моложе, город был бы приятнее.

внук весь в меня - волнует его проблема электричества!

- Если носок шерстяной трется о ногу, то получается электричество!

- И мозоль? – спросил дед Слава.

- Да, один раз я долго терпел, и большая мозоль получилась!

- А если еще дольше, то…

Вчера ездила к Наби и Оле - давно обещала учить Хакимку писать картины… мы написали с ним рыбку и автопортрет Хакимкин, и очень удачно – возле буквально их дома оказался развал – старик, похожий на автопортрет Рембранта, продавал 2 рамки – по 50 рублей каждая! Он сказал, что в магазине они по 150 рублей! Однако я помню, что они по 400 рублей… На картоне из этих рамок мы и писали!

когда обсуждали фон для портрета

я сказала: фон делает короля

Хаким спросил:

- весь город - это фон? (ему 5 лет)

на обратном пути я прошла мимо заброшенных мичуринских садов -

там луга как будто - я нарвала полевой букет (напишу натюрморт), видела стрекозу и бабочку лимонницу (самочку)

в общем, все было словно возвращением в Сарс, в детство, как это у Пастернака:

«день стал странно стародавен»

Сегодня пошла к Лидочке. Тоже давно обещала учить ее писать картины. Ей всего 3 года, поэтому мы написали только одну рыбку. Дети все одарены! Я бы могла обучать детей так триста сразу… но мое опальное положение не позволяет предложить городу сие… а впрочем, оно и к лучшему – зачем городу триста горлановых?

В нашей части Компроса скосили газоны, пахнет душистым сеном… снова, как в Сарсу, как в детстве на покосе… и я как раз несла свою «Корову», чтоб писать на обратной стороне (больше нет картона). Так они встретились: две части целого - корова и сено. Детство мое снова терлось о щеку…

Она гениально говорила о творчестве:

- Это умеют делать только еще моллюски… когда песчинка попадет внутрь раковины – это больно, ее нужно превратить в жемчужину…

Я сказала Славе:

- Почему волчок добрый в «Сказке сказок»? Я не понимаю…

- Это попытка приручить страшный мир… Слишком страшная была жизнь. Если у Людмилы Стефановны почти всех в 37-м арестовали, и она бродяжничала…

С. рассказал потрясающую историю: ехал в трамвае - вошла старушка, и он уступил место,

она сразу начала, как с другом:

- Что в городе делается! Одни киргизы!

Мол: на рынке работала - ее уволили, взяли киргиза. Пошла в поликлинику - там тоже киргизы, у них по 12 детей... электрика пошла вызвать, у него фамилия киргизская (привел, но я забыла, типа - Джоу...)

- Что же делается! Где русские? Только мы с вами остались!

- Я - киргиз, - говорит С.

- Да? А и верно! Наш бы ни за что не уступил мне место! Мне 74 года, и вам столько же, наверное... наш бы не уступил...

Внука к зубному водили... там дети 2-3 лет, один мальчик 3 лет - явно холерик -

за полчаса упал с лестницы, упал с турникета и просто еще один раз не вписался в поворот коридора - ударился головой, повредил руку и тп Но это еще не все - самое трудное - девочка 2 лет (она тоже в очереди)… так вот - как он заплачет , стукнувшись, упав и пр- она его жалеет и обнимает (так крепко, что душит практически)… как сказал наш внук:

- Любвеобильная девочка!

- И так с ним будет всю жизнь - женщины с объятиями... они же жалеют мужчин... (я)

модель общества как на ладони

(мне всех жалко)

написала 2 букета, 3 рыб золотых на голубом фоне (обычно я пишу рыб на зеленом) и пейзаж с озером – на обратной стороне закатного зимнего пейзажа. . . прервалась: написала яичницу.

Мариночка выбрала 1 яблочное затмение, пейзаж «3 богатыря» и сирень с глазом. Подсолнухи еще сохнут для нее (лимонный там не акрил, а масло).

В аптеке. Старичок:

- Куда ушла эта девушка-фармацевт? (Речь четкая, сам похож на сухую треску, далеко за 80, но спина прямая.)

Кто-то:

- Должна же она перекусить.

- Нет, она пошла встречать любовника.

Дама из очереди:

- А вы что, завидуете?

- (Вздохнув) Да, да, остается только завидовать. (Вдруг с вызовом) А при Сталине было лучше.

Молодой человек шепотом:

- При Сталине вставал, а сейчас ни в какую…

Вчера звонила Люся. В субботу ехала с кладбища и попался ей на Борчанинова злосчастный «бешеный трамвай». Несколько иномарок и автобус – чуть ли не в щепки, 8 пострадавших; к счастью, никто не погиб. Якобы тормоза отказали.

= Кто напишет работу «Фрейдизм как Эдипов комплекс»? Отец сильно подавлял Зигмунда, и он сочинил эту теорию (Слава).

с внуками - пересказала им Шагреневую кожу, они написали изложение по ней…после обсуждали притчу Бальзака, мальчики сказали: «идет не на пользу бесплатный сыр»… какой-то р-з про это вокруг меня ходит кругами, но еще не ясен.

Сон: Россия внутри меня и она распалась, условно говоря: печень – это Пермь, сердце – столица (бывшая), селезенка – Сибирь и тп. Между частями – белые пятна. Я вижу все это словно в виде карты. Во сне думаю: ну, немного места между частями… можно перепрыгивать и добираться до мамы в Калитве…

Картины еще удается пристраивать, и спасибо. Лене предложила 2 двусторонних (из полок шкафа). На одной 2 рыбки, а на обр. ст. букет. Другая с коровинскими розами, а на обр. ст. бархатцы.

Пархоменко по Эху сказал, что практически у нас чрезвычайное положение в стране. Господи, помоги нашей бедной родине!!! Пусть Россия станет свободной, но без крови!!!

Что спина плоха, я даже радовалась – это отвлекало от печальных мыслей… и вдруг хорошее лицо у человека – на Фэйсбуке – в друзья захотел кто-то (фамилию не запомнила), и сразу жить захотелось! Точнее: не сразу, а минут через 15 я подумала: в чем дело – почему стало веселее на сердце? А, это же хорошее лицо! Есть еще в мире хорошие лица!

На яндексе пародия Жени Минина:

Краски есть – пишу картины,

Красок нет – пишу стихи

И шепчу: для бедной Нины

Все занятья неплохи...

Нина Горланова

Евгений Минин (Пародия на стихи Нины Горловановой:)

ОБНЕКРАШЕНОЕ

Есть крупа – варганю кашу,

Кура есть – варю бульон,

Молоко – пьем простоквашу,

И в сырую – шампиньон!

И на радость мне, поэту,

Если вдруг съестного нет,

Объявляю всем диету

И сбегаю в Интернет.

И тогда горланят дети,

К папочке бегут опять:

Тятя-тятя, эти сети

Утащили нашу мать!!

Трудно выбрасывать книги. Кафку, например, мы в свое время выменяли на 4 тартусских сборника - их выписывали по 2 экземпляра на фамилию Славы и на мою… и, кажется, добавили что-то масскультовое… зарубежный детектив, что ли… а теперь выбросить… но выбросила… Анненского все же хочу Оле предложить… за него Виталий в свое время меня в лагерь хотел отправить… я не дала почитать (потому что в тот день купила только – дорого, а Виталий сказал: «Ну, мать, ты умрешь а лагере!»)…

Только остается терпение… права Нина Зречная: в ис-ве главное не талант, а терпение, в жизни то же… я же знаю: чем дальше в веру, тем больше спрос…

С. рассказала вчера такую историю:

- Во всех фиалках, «декабристах», кактусах выросла помидорная рассада. Прополка не помогает – она снова растет.

- Поняла: это мальчики делают эксперименты и сажают помидорные семечки. У нас такое было. Еще цыплят выводили на батарее, помню…

- Нет, мальчики этим не увлекаются… Только сегодня я поняла, что черепаха оставляет изредка экскременты, и я ими удобряю цветы. А ест она и исключительно помидоры.

Медея вчера рассказала, когда ехали в нашу сторону:

- В 60 лет Эмма заболела: сахар, аритмия, артрит. Тогда она занялась зимней рыбалкой, и все болезни отступили. Купила ватные штаны, уже вторую зиму сидит на Каме.

Медея:

- В Троицкую субботу все поехали на кладбище, а у меня это не сформировано. Я родилась в 45-м году в поселке, который был образован на болоте из сосланных молдаван, западных украинцев и прибалтов. Когда лет через десять люди стали там умирать, хоронить в болоте нельзя было, возили в Чермоз: летом через речку на лодке, зимой – по льду.

- Ты давно не была в поселке своего детства?

- Недавно. Волки по улицам ходят, детей взрослые провожают в школу с ружьями.

От Катечки пришла посылка с прекрасными вещами. Спасибо, мой ангел!!!

Видела возле галереи телефонную будку, уже и саму-то похожую на НЛО, да еще и оформленную в виде пасти рыбы.

8 июня - в пятницу - в 5 я в Горьковке выступаю. Приходите!!!

Картиночек много для подарков вам написала - в основном из серии «рыбы-арлекины», но, конечно, и Ахматова, и натюрморты есть…

Вчера смотрели «Игру в бисер» про Венедикта Ерофеева. Волгин спросил в конце: что бы стало с героем, если бы он доехал до Петушков и завязал с алкоголем? Я сказала:

- Он бы стал злым.

Слава:

- Злым Розановым.

я давно написала:

Я столько лет жалела пьяниц,

я их кормила, чем могла…

на них какой-то даже глянец

я в мемуарах навела…

и вдруг устала… (пропускаю здесь)

И Ерофеев Веня

мне до фени.

Слава:

- Этот роман не про алкоголь, это мениппея, измененное сознание в ней нужно для путешествий между мирами.

Сеня:

- Он купил 12 томов Ницше.

Я сначала хотела оправдать бедного Фридриха (написавшего: «Бог умер») и сказала:

- Все у него от сифилиса. Раньше плохо лечили эту болезнь.

И тут же спохватилась: Лев Толстой ничем таким не болел, а заявлял, что Бог никогда на земле и не жил.

Сеня:

- Ты видела, ландыши расцвели. Моя мама любила ландыши. Чайковский любил.

- Слава вчера их видел на клумбе среди сорняков говорит: красавцы, но металлический блеск серебра. Вот так добрый человек вынужден среди злых казаться неуязвимым…

Слава по «Культуре» учил итальянский, а я разговаривала с Сеней целый час, и в окне чешуя облаков шла наклонно в зенит. Часовое счастье.

Прервалась: написала 2 Ахматовых, трех рыбок и букет…

(Читая ленту) Стихи Марины Бородицкой:

Мне Пушкин обещал, что день веселья

Настанет. Он сказал: "Товарищ, верь!"

И верили ему в лесах тамбовских

Все волки, на скрипучей Колыме -

Невольники, толпой во тьму влекомы...

Мне тоже Пушкин никогда не врал.

Вот только нужно запастись терпеньем,

И грифельными досками, и мелом,

И книжками, в которых есть картинки,

И книжками, в которых нет картинок, -

Чтоб дети на обломках самовластья

Хоть что-нибудь сумели написать.

Вчера шла за укропом (Слава решил делать плов) – была я очень несчастная… пыталась Справедливая Россия 400 поправок внести, но… а солнышко сияло, бабочки-боярышницы порхали – откуда они, ведь это южные красавицы! Еще акация желтая цвела и благоухала, шиповник тоже розовел, и я думала: как всегда - мне не до радостей лета.

И тут я запнулась о камень… и поняла:это знак!

надо все же ценить и лето, и цветы… пришла домой, а все звонили и поздравляли с днем рождения АС. Надя Гашева сказала:

- у Пушкина на столе лежал камень, о который запнулась Керн...

я говорю:

- надо было мне взять на стол тот камень, о который я запнулась!

Чтоб помнить о лете, о цветах, не унывать каждую минуту...

Вчера умер Рэй Бредбери. Мы его любим. Он даже не фантаст, а сказочник.

А Лем его не любил, даже странно.

Вчера по «Эху» сказали, что Касперский выступил в Израиле с лекцией: его лаборатория обнаружила страшнейший вирус, с которым справиться невозможно. «Возможно, мир станет не таким, каким мы знали его до сих пор», - сказал он.

Вчера звонила я Миле Х. - приглашала ее на свое завтрашнее выступление. Но она сделала операцию… Говорит:

- Нам с мужем не удается накопить на похороны.

- Аналогично.

О внуке 9 лет: залез на дерево и не мог слезть. Потом каким-то образом смог и говорит:

- Я дал обет, что если слезу, то буду ходить в туалет, не включая свет.

И две недели придерживался обета.

- Ты весь в бабушку Нину: она до сих пор не носит украшения, дав обет 30 лет назад.

Вчера на Фейсбуке брокеры записали меня в свою группу. МЕНЯ!!! В БРОКЕРЫ! Кафка нервно курит где-то…

Слава:

- Скажи спасибо: они верят в тебя, что ты можешь быть брокером.

Я свое:

- У меня настройки ужасные в ФБ - теперь полчаса нужно выходить из этого сообщества.

- Так ты не выходи, становись себе брокером.

Наблюдала вчера «зорбо». Похож на огромный прозрачный одуванчик, в нем людей прикрепляет с помощью особых ремней – и пошел кувыркаться с горы! У Босха мы давно видели эти огромные прозрачные сфероиды с людьми внутри («Сад радостей земных»). То ли он предсказал, то ли у него взяли. Слава:

- Так это мы в детстве на коленке изобрели: катались внутри тракторных ребристых покрышек.

- Надеюсь, никто не планирует скатиться в этом «зорбо» с Джомолунгмы.

Слышала реплику о чудесах русского языка. Слова на ходу могут менять пол: тень, но тенёк.

Ирочка Машинская из США написала о дне рождения Пушкина:

На книж ярмарке в НЙ пели... happy birthday, A.S. весьма проникновенно…

С утра написала святого Антония, проповедующего рыбам – в обратной пермспективе (опечатка хороша – для газеты местной в заголовок бы!!!), но совсем нет белой, желтой, поэтому не очень…

Вчера выступала в Горьковке, в рамках фестиваля «Белые ночи». Надела «золотой» пиджак от Сонечки Чандлер… К моему удивлению, был полный зал, особенно много школьников - слушали, затем со мной фотографировались все вместе, а я не догадалась попросить, чтобы прислали мне фотографии!

Была на встрече Наташа Найденова из Пушкинки – она подарила прекрасный двухтомник Нины Федоровны Авериной о Перми.

Я у Н.Ф. работала на первом курсе в газете «Пермский университет». Она давно живет в Австралии, но работает над книгами о Перми! Может, Россия все же не пропадет, если Австралия не заслоняет ее?..

Все 40 картиночек я раздарила – до одной… спина уже не держала, и я приехала домой на такси.

У нас была Леночка, мы ей подарили 2 книги и две картиночки: «Пейзаж с церковью» (на обратной стороне – «Мировое древо») и «Пейзаж с озером» (На обратной стороне «Зимнего заката»). Она сказала, что кому-то из ее друзей нужна моя картина.

Одна библиотекарша рассказала, что они переплели наш «Роман воспитания» из «Нового мира», но его трудно носить в сумочке – большой формат. И в транспорте не почитаешь. Я ей сказала, что он вышел в издательстве «Сова» под неудачным названием «Чужая душа».

Вопросы были такие:

- Что Вам дает ЖЖ?

- Так книги выходят не каждый год, а рассказы можно помещать на ленту хоть каждый день.

- Ваше любимое место в Перми?

- Университет: он дал мне образование, друзей, мужа, квартиру, сюжеты.

- Хотелось ли Вам когда-нибудь уехать из Перми?

- Когда звали в Москву – мне не хотелось – из-за плодородных событий и сюжетов на родине.

Внучка 2 лет спросила у брата 9 лет:

- Почему меня на этой фотографии нет?

- Тебя еще не было.

- А где я была?

- В яйцеклетке у папы. (Видимо, имел в виду семенники).

- (Интеллигентно) я не поняла, повтори еще, пожалуйста.

- В яйцеклетке!!! – свирепо заорал брат.

- Вот теперь я поняла, поняла.

(ну, поняла, что была где-то у папы, то есть все равно в семье)…

МОЛЮСЬ, чтоб марш миллионов прошел спокойно!!!

видели прекрасный фильм о Фрейде и принцессе греческой и датской Марии Бонапарт. Слава:

- то, что Фрейд хороший человек, не объясняется психоанализом.

Из фильма: злодеи иногда делают добрые дела: Муссолини послал телеграмму в защиту Фрейда.

Вчера были Д., М., И., Н. Принесли белорусский пластырь для моей спины и другие магниты...

- пластырь со змеиным ядом?

- ну не с ядом же из слюны главного белорусса...

Начали мы новую пьесу.

Вчера Слава ушел в храм, а я написала рыбку, но желтой и белой нет, поэтому не очень.

Слава:

- Наша революция 17 года - побочное следствие Серебряного века, эпохи модерна, желания переустроить все стороны жизни..

Я звонила Ванде. Она говорит: был последний звонок, выпускники жутко матерились - не удержалась и сказала:

- Ведь в начале было Слово, зачем вам эта игра на понижение.

- Какова жизнь, таковы и слова, - оветили они, но смущенно.

- Нет, все наоборот.

Видели в свадьбу: 8 машин в цветах, в лентах, все гудят, кричат, им с тротуаров машут. Один высунулся в люк на крыше , машет бутылкой шампанского, глаза блестят утвердительно: верным делом занимаемся! Я заплакала оттого, что Россия продолжает жить, свадьбы играть - несмотря на все усилия правительства.

Вчера в тысячный раз посмотрели «Механическое пианино». Не могли оторваться, хотя играют Михалков, Калягин, Табаков. Я:

- Но как же происходит это превращение?

- Да¸ тезис о соотношении гения и злодейства колеблется (Слава).

- Как у Хемингуэя старик и мальчик играют в ужин, так и сейчас состояние подлинности у нас… колеблется.

- Никто не может подлинность у нас отнять. Ап. Павел сказал: ничто не может разлучить нас с Господом.

вчера были дети, внуки и Миланочка. Принесли много подарков! Спасибо!

внучка, ей скоро 3, вся в деда Славу. Она придумала играть в другой язык и говорит с матерью: бума-пама... и все под. Мама ей еще решила отвечать: тили-пили и тп. Наверное, внучку стоит начать учить настоящему иностранному?

В гастрономе. Женщина лет 56-57 выбрала чекушечку и маленький кусок колбаски. У нее 100р., а касса насчитала 115.

- Так уберите что-нибудь, - говорит кассирша.

- Что тут убрать? – растерялась пенсионерка. – Что тут можно убрать!

(В самом деле: что тут можно убрать - выпивка и закуска созданы друг для друга).

Молодой человек, который стоял за ней, доплатил 15р.

Миланочка сняла на мобильник новые картины. Я подарила ей «Яичницу» и «Семью рыб».

Фильм «Проснись и пой» у Славы в отрочестве называли по-разному: «Проспись и пей», «Очнись и вой», «Ложись и дай»… Бахтин прав: карнавализация на каждом шагу.

Вчера по «Культуре» дали вечер Ширвиндта. Настолько он остроумен, блестящ, что Слава воскликнул:

- На золоте сидим! Как богата Россия талантами!

Кто предупрежден – вооружен. По ТВ сообщили. Две девушки пошли в лес. Одну насмерть зажалили шершни, другую не тронули. Оказалось: у первой были духи с феромоном, а для шершней это сигнал опасности.

Слава вчера узнал меня на улице! Впервые за 38 лет!

Правда, слегка неуверенно, смущенно улыбнулся… Но процентов на 70 точно опознал…

Он сейчас начал учить итальянский. Вчера на почте встретили Лилечку и спросили у нее про учебник. Она обещала. Слава вечером сходил за ним и после все счастливо шептал что-то на итальянском… я иногда ему завидую: вот есть у человека всегда под рукой радость жизни – изучение языка! А ведь их так много! Хватит ему еще надолго!

Сеня:

- Самое главное: я спас божью коровку.

- Как ты ее спас?

- Она тонула в бочке и только слабо дергала крылышками.

Слава:

- На иврите божья коровка – парат Моше рабэйну – «корова учителя нашего Моисея».

В магазине (в нашем доме) повесили плакатик: не огорчайся и не злись, а лучше щедро улыбнись и т.д. Почему-то мне стало вдруг хорошо, вспомнились строки Мандельштама: «Чур! Не просить, не жаловаться, цыц!»

О картинах. Упорно записываю, куда дарю, кому… вдруг когда-то каталог издадут? Лучшую сирень выбрала Соня (в синих тонах). Там от букета свет исходит корявыми веточками такими, словно с усилием исходит…

видела фильм про балерину из Питера Аллу Осипенко. Ей около 80, она все еще прекрасно танцует, снимается в кино и тп.

Говорит просто, умно. Истории потрясают.

Дядя коммунист, сидел в «Крестах» при царе. А дед ее был очень богат и дал огромную взятку, чтобы ему устроили побег. На границе вдруг дядя… забыл, под какой он сейчас фамилией, то есть свою «легенду». Его обратно доставили в «Кресты». Так начальник тюрьмы привез деду деньги за побег. Но дед не взял: «Вы свое дело сделали, а дальше - судьба».

Эти родственники-революционеры приготовили балерине трудную судьбу.

Серж Лифарь наградил ее в Париже – на гастролях - орденом и очень звал остаться. И хотя она не приняла его предложение, из Мариинки пришлось уйти.

Два ее знаменитых партнера – Нуриев и Барышников – сбежали из СССР, а еще один ее партнер и муж (Джон М. ) – заболел. Она сейчас его навещает в Доме ветеранов сцены, и он только одно ей твердит: «Помни, за нами следит КГБ».

Непобедимый страх сломал жизнь великому человеку…

Когда бы грек увидел наши игры…

фильм еще дальше раздвинул рамки моих представлений о богатстве России. В моем сознании мир наших талантов становится все шире, и каждый из них – тоже безграничный мир.

Не должна пропасть такая страна. Вчера шла с рынка и видела: в соседнем с нами доме открыли частную балетную школу для детей… значит, каждый день страна частным образом все же строится…

Внук, который весь в меня (ему 9 лет, но уже дает обеты и пр., хотя не знает, что я их даю) вчера вечером неожиданно приехал. Он должен был выйти на Стахановской - встретиться с мамой, чтоб купить новые кроссовки. Но… задумался, потом очнулся - уже «Мильчакова»… А денег на запас не взял. Вот и вышел на «Чкалова»…

Я хотела накормить его ужином, но он ничего не тронул, голову понурил и говорит:

- Памяти-то нету!

Сердце мое чуть не разорвалось.

И я стала рассказывать историю из книги «Физики шутят», как жена готовила профессора к переезду. Но это не помогло, тогда она отправила дочь встретить папу – на остановку автобуса. Он подошел «Девочка, ты не знаешь, куда сегодня переехала семья профессора такого-то? - Папа, я пришла тебя встретить…»

- Та что, если хочешь проезжать остановку – сначала стань знаменитым профессором. Пока не стал – спрашивай кондуктора. Я сама спрашиваю.

По пути, под видом светской беседы, я плела педагогические сети: у меня было трудное детство, строгий папа из детдома, но молодые клетки ребенка на своем уровне верят, что все будет прекрасно. Выйду замуж, никогда не буду строга с детьми и т.д.

Дело в том, что я все время стараюсь внукам привить свой оптимизм.

Прощаясь, он сказал наш пароль:

- Бабушка, быть может, после нашей встречи…

А я сразу - отклик:

- У нас дела пойдут на лад.

Включила ТВ - оттуда мужской голос:

- Женщины для чего нужны? Чтобы жизнь мужику не казалась медом.

А если мы будем так говорить о мужчинах?

С тех пор, как Адам пытался переложить вину на Еву, ничего не изменилось…

Вчера видела новую рыбу по Культуре. Сказали – с внешним скелетом. Очень хочется такую написать

не спала две ночи... Магнитная буря. Спина и колени…

Наденька, которая была вчера вечером, тоже говорила, что не спала…

Вчера на канале «Время» Вероника Долина рассказывала, как она на похороны Ельцина припарковала машину во дворе посольства (где-то возле Арбата). Пошли ей навстречу ради Ельцина. В это время показывали хорошие фотографии БН - с уральской его улыбкой. И я вдруг остро вспомнила, как долго мы его любили и готовы были идти с ним на все трудности. А он это все предал… ради денег.

Потом Эдита Пьеха в старом фильма так стильно соблазняла советского ученого, что, наверно, многие зрители-мужчины в этот момент думали: ах, почему я не советский ученый?

Вчера возле почты расцвел иван-чай. Давно я не писала иван-чай. А ведь это один из моих любимых мотивов.

…прервалась: сходила на почту и получила от Кирочки Жзл о Хармсе! Давно мечтала!! И еще другие прекрасные книги пришли в этой же посылочке! Спасибо!!!

В нашем дворе щелкает соловей, листве и небу брат.

А во двое Шоринского дома расцвели два куста роз!

Встретила я Таню Н.. То есть она меня узнала и подошла. Сияет:

- Две коровы отелились! (держат на даче).

Диалектика. Я из хозяйства рвалась в городскую жизнь. Чтоб читать-думать, а городские красавицы ринулись в деревенские хлопоты – им это в радость. И все счастливы.

Так долго я искала ЖЗЛ о Хармсе! И вот получила от Кирочки! Вчера проглотила. Страшные допросы… пришлось имитировать сумасшест вие… жуткая гибель (от голода). Все это я, конечно, давно знала, но пройдя его жизнь с рождения до этого ужаса, сразу раненым сердцем взмолилась о спасении души раба Божия Даниила и теперь продолжаю о нем молиться… видит ли он оттуда, как мы любим большинство его наследия?

Собачку Хармса звали: Бранденбургский концерт.

Всю ночь не спала. Давление снять не могла… только к 8 утра сняла…

О силе литературы!

На яндексе набрала свою фамилию – выпала анкета вдовца-красавца 35 лет, который ищет жену. У него 3 змеи дома, в сексе (цитирую) любит красоту белья… и вдруг ответ на вопрос «любимые авторы» - Нина Горланова. Но у меня в рассказах ни змей, ни белья… Слава говорит: ты разбаловалась, тебе каких читателей подать? не придирайся – любит человек тебя читать и спасибо! Да, он уравнял литературу со змеями… но не затмили три змеи Горланову, значит литература что-то значит! Он сидит у террариума и говорит: простите меня, я сейчас почитаю…

Молимся за дорогого Ройзмана.

Еще друзья полегли по больницам...

Слава, глядя в окно:

- Привкус осени.

- ЮнкерШмидт, честное слово!..

С утра я написала яичницу, три букета и мировое древо (на обратной стороне иван-чая, который написала вчера неудачно).

Позавчера достала полку из шкафа. На ней написала цветущую яблоню, а с обратной стороны – кубистические, полные страсти и силы подсолнухи.

«Ближе к телу» - магазин нижнего белья (не выдумано).

Вчера была Таня Запольских. Звонок мобильника у нее – из «Лебединого» из Чайковского. Пустяк, а приятно!

И всю ночь снился Бродский, который принес четыре рекомендации в СРП для Запы. Говорю Осе: «Ваши стихи я знала еще во время застоя. А ваши портреты я подарила Седаковой, дома у меня нету».

Была Марина, забрала свои подсолнухи.

Иногда себя не узнаю: Слава с внуком пришел к ЖЭКу, но я внука в упор не видела. Видимо, постинсультное что-то. На следующий день рука онемела, глаз левый заболел. Но мексидол и волшебные китайские капли , привезенные дорогими Андрейчиковыми, помогли.

В ЖЗЛ написано, что Хармса доносом погубила женщина, которую Ахматова считала своей подругой и на ее смерть написала стихи. Гении не распознают стукачей. Пушкин – Сабаньскую, Горький – Муру, Эйнштейн – Коненкову, Фрейд – Эйтингона…

- Впрочем, об это давно сказало Евангелие, что сыны века сего мудрее в своем роде, чем сыны света. (Слава).

Говорю Агнии:

- Прочла, что таракан – символ обериутов. Теперь, если встречу тараканов…

- То скажешь им: дорогие мои обериуты!

Кондитерская фабрика решила назвать конфеты в честь журнала «Ёж». Рекламу заказали Олейникову. Он думал недолго:

Утром, съев конфету «Ёж»,

В восемь вечера помрешь.

Слава готов часами смотреть раскопки по «Хистори», и я много лет с ним вместе смотрела. Я ведь люблю Египет еще с 5 класса. Но произошло перенасыщение. смотрю свои каналы, а Слава:

- «Египтвою», - говорит жена…

Лина пишет: книга ее о Цветаевой вышла в Израиле! Это чудесно!!!

Вчера дозвонилась Сене, сказала ему, по просьбе Лины, о выходе ее книги. Сеня прочел мне два прекрасных стихотворения Введенского. Одно про сестер Светло, Помело и Татьяну, а другое, где «рыданье дребезжит». И Пастернака (из цикла «Зимнее утро»). Он гениально читает!

- Сегодня в интернете читала у Седаковой, что хороших стихов всегда только горстка. Я с Олей не согласна: у Мандельштама все шедевры.

Сеня:

- последние стихи у О. Э. нельзя расшифровать.

Вечером перечитываю «Стихи о неизвестном солдате»... да, - кое-что темно.

Сеня о Решетове: у него почти одни шедевры.

Сеня о «Моцарте и Сальери»:

- Гений живет и работает в Универсуме, поэтому Моцарт может с удовольствием слушать бродячего музыканта…

Слава:

- Да! Гений, как божество, с одинаковой любовью взирает на всех.

Сеня:

- Живет на земле – и счастлив.

С внуком Сеня ходил на слет франкофонов. Там всем подарили книгу французского мыслителя на русском языке (О понимании категории времени у китайцев).

- Дима попросил у меня эту книгу, я ему подарил и сказал: «Потом ты мне расскажешь, что там китайцы понимают о времени».

Я:

- Сеня! Когда он тебе перескажет, ты мне расскажи про понимание китайцев…

- Нет, я тебе расскажу про мое понимание Диминова понимания французского мыслителя, написавшего про китайское понимание времени.

- Когда она работала геологом в Афгане – еще до войны, - у каждого водителя-афганца на плече сидел розовый скворец. Они легко приручаются и начинают говорить.

И вмиг я представила, что была какая-то красота жизни, розовые скворцы эти… и наш застой, о котором многие сейчас мечтают, все порушил. Слава:

- Напиши картину «Водитель-афганец с розовым скворцом на плече».

У Славы в палате мужики хвалили застой и вообще Советскую власть.

- Да, захватили Молдавию, но сколько там построили дорог, здравоохранение с нуля наладили.

Слава:

- Представьте, что к вас сейчас придут просвещенные завоеватели, дороги построят, вас вылечат. Но ваших детей сошлют в шахты и в тайгу, и запретят навсегда с ними даже переписку.

На пять минут все в палате согласились, но через пять минут снова начинали мечтать о застое.

Ройзман снова начал принимать наркоманов на лечение! Пишет в своем ЖЖ: родители приводят детей, отказать невозможно.

Это великий человек!!!

Другому давно бы надоело или испугался бы. Господи, помоги Евгению!!!

Вчера была Миланочка с Божественными пирогами, как всегда! Я отдарилась картинами: натюрморт с вишнями на картоне грунтованном и много Ахматовых, рыб и букетов на обложках. Это - дарить клубу матерей…

Поедая ее пирог с яблоками, воздушный такой, Слава начал фугу:

- Написала бы ты. Нина, картину: инопланетяне, зеленые, с воронками ушей, сажают какие-то причудливы растения, и изо рта у одного пузырь: «И на Земле будут баблони цвести!»

Я:

- На них бабло будет расти? А на Марсе вряд ли будут яблони цвести.В песне красиво звучит, но...

- Будут. На одних даже самых лучших консервах много лет не протянешь.

- Так что и пироги будут с баблоками (Милана).

Миланочка сняла на мобильник мои новые картиночки. Большое спасибо!

Я ей говорю:

- Ты была в командировке… Никто так и не согласился взять Анненского, и пришлось его выбросить.

- Лучше бы ты отдала его тогда Кальпиди, Нина! (Слава).

Только теперь я поняла, что прав был он, Виталий! Он достоин Анненского, а я не стою его…

- я прошла путь от претерпевания насмешек над моими стихами до... того, что стала я парировать словами Ольги Седаковой (все пути пройдены, и если появится новый поэт, то это будут снова совсем простые стихи, но с сильнейшим излучением тепла)... Таня Бек считала, что я пишу, как Ксения Некрасова, но я все же так не считаю (хотя КС очень высоко ставлю!).

Слишкм мы образованы, чтоб нас сравнивать с Ксенией... ее природный дар - может - еще и выше,

но так уж есть.

Вчера из США пришел сборник «Связь времен-3» . Там мое небольшое эссе про письма Иваска.

Над архивами:

Утром нашла забытый рассказ «”Егерь” Володя». Надо его оцифровать.

- Не диссертацией единой жив человек…

Это я нашла еще 2 стр. записей с банкета Юли Даниленко, защитившей диссертацию по моей прозе. Но разобрать смогла только 4 слова… вот почерк…

вижу, как ласточки за окном стригут синее небо. По-моему, это не стрижи – те жирнее.

- Невероятная нежность к миру в сердце рождается от ласточек! В первое лето они в Перми, кажется…

Слава:

- Красота – это чрезмерный подарок Господа. Мир мог бы и без красоты существовать, но ее подарил Он нам из любви.

Вчера нашла самый первый роман, который считала потерянным! До чего радует порой разбор архивов…

смотрели переделку «Идиота» с Ф.Бондарчуком и И.Охлобыстиным. Сначала казалось, что это пародия на современное клиповое сознание, и мы с оттенком одобрения смотрели. Потом все свелось к каннибализму. Парфен и князь едят жареную ногу Настасьи Филипповны, а мы остаемся с вопросом: зачем превращать классика в Сорокина?

Боюсь, что в следующем фильме будут есть ногу (отрезанную) Анатоля Курагина (хотя он сам жив)…

Он нес букет цветами вниз. Слава:

- Если это трактовать по-фрейдистски…

Видели по «Эксплореру» жемчужного верблюда: невероятной красы глаза. Слава:

- Хочется перед ним почтительно склониться.

…прервалась : расписала зеленую керамическую кружку – для В.

У меня только 2 цвета акрила: белый и голубой. Поэтому я белым сделала белок рыбки, а саму рыбку голубую, зрачок тоже голубой. Получилось - в духе серебряного века, конечно, но и в моем духе тоже… Слава:

- Глаз голодает - нужны красные пятна.

- Ничего. Минимализм...

- Хоть имя дико...

Друзья, несколько дней (или недель - зависит не от нас) интернета не будет. Но все равно мы появимся!

Вчера были Влад Воробьев и Танечка Нецветаева. Она принесла мед. Я отдарилась своей лучшей рыбкой-арлекином (на обратной стороне закатный пейзаж с двумя рыбами в небе).

Владу отдала – для подарков – много картиночек. У него идея нового интернет-ТВ - проекта. Он большой молодец. Пермь должна его на руках носить…

Н. звонила - сказала, что у нее желание устроить мою выставку.

Вчера расписала два стула. Слава:

- Таинственные значки! Пусть вот этот красный будет Стул авторской силы, - налил стакан сухого вина и за это «резко выпил»…

Сегодня с утра написала букет, бабочку и 2 рыбок.

Нина Горланова, Вячеслав Букур

Рассказы на голоса

Геополитический принтер

День был трижды хорош.

Во-первых, хмельной сосед не стучал к нам и не кричал: «Я вас разбомблю!»

Во-вторых, врач-травматолог, которую две недели вызывали, твердо обещала прийти.

А в-третьих, ММ., ТТ и ПП, сговорившись по интернету, решили купить нам лазерный принтер. И вот деньги пришли из Нетании (а из Парижа и Москвы еще ранее).

Мы разнежено готовились к приходу врача: к фиалкам обратились с просьбой расцвести, по стенам набили гвозди в изысканном беспорядке и повесили картины, то есть рыб, ангелов и те же самые цветы.

- Нина, а в красной раме что за динозавр в очках?

- Не сметь! Это Бродский!

И тут влетает фотомодель с дымчато-виноградной кожей. Посмотрела на картины – и у нее сразу запотел пушок над верхней губой.

- Вячеслав Иванович, когда вы прооперированы? Почему в карточке нет копии выписки?

- В регистратуре нам не сказали, чтоб мы сделали копию.

- Я в регистратуре не работаю. Эти претензии не ко мне.

- Дело в том, что мы тоже там не работаем.

- Вдруг врач-фотомодель так начала красиво, значительно пресмыкать шеей.

- Тогда почему вы не оставили оригинал? – спросила она.

- Он нам нужен, без него в самолет не сядешь. Ведь титановый сустав – это металл.

- Вы что, на самолетах собираетесь летать? – нежно засмеялась фотомодель травматолог.

Она кидала вокруг краткие взгляды, как будто мелко клевала: как это без штор и без люстры летать? Она еще раз нежно засмеялась, а мы заспорили: да, представьте себе, собираемся летать: пен-клуб вот приглашает в Израиль, мы мечтаем ко гробу Господню…

- Как некрасиво вы себя ведете, - удивилась травматолог.

- Нет, вы некрасиво.

- Нет, вы.

- Нет, вы!

Она посмотрела на часы и скороговоркой сказала:

- Принимайте твердые сыры: в них кальций, чай подкисляйте лимоном, и мед. Ходите строго на костылях.

Как всегда после визита врача, мы окончательно разболелись. Лежали и смотрели на фиалки, а фиалочки рады бы помочь, да у них нет ни идей, ни денег – один только фиолетовый мохнатый взгляд.

Вечером пришла младшая дочь – она весь день искала работу. Устала, думала, родители поддержат, а они тут разлеглись.

- Что случилось? Папа, ты же утром был на ногах, в поисках носков бормотал: «Выходите, если вы мужчины»!

И принялись мы рассказывать ей про врача все в лицах:

-Она вся - эрос до космоса…

- И думает: зачем такие живут.

- Ну, мама, ну ты сама говорила, что врачи мало получают, поэтому тянут энергию с пациентов.

Мы замолчали. Тогда Агния решила порадовать нас письмами от друзей и открыла электронную почту.

- Вас так все любят!

- Неужели выдвинули на премию?

- Какая премия! Лучше! Опять пришло предложение купить яхт-клуб!

- О, яхт-клуб - мечта всей жизни!

Сначала врач, потом эти спамы. Конечно, правда так и полезла из нас, все сжигая.

- Напишу сейчас же всем, что не собираюсь я покупать этот принтер!

- Лучше диван купить.

- А ты, Слава, только о диване и думаешь!

- А ты носишься тут всю жизнь, не даешь мыслям собраться!

Тут судьба послала нам Р.В. с пачкой листовок и пачкой печенья. Как всегда, мы обманулись его человекоподобием и усадили пить чай. Мы знали, что он обижен на весь мир, как всякий революционер, но откуда они все, профессиональные разрушители, берут каменные лица, которые надевают на свою обиду?

Поев его печенья, мы вынуждены были его послушать. А он говорил:

- Наш антиглобалистский комитет приглашает вас на пикет. Сколько нас эта Америка может иметь.

Ну, мы доели это прекрасное рассыпчатое печенье с прослойкой ежевичного варенья, а потом ответили:

- Мы сами себя каждый день губим. Где ты видишь Америку? К нам приходила травматолог и вдребезги разнесла все наши мысли и чувства и сидит теперь в наших головах и точит, точит, все превращая в труху.

Вдруг камень лица Р.В. размягчился, порозовел от счастья, что он может нас просветить:

- Ведь тот факт, что врачи мало получают и злобствуют, также обусловлен геополитическим влиянием США. Им нужно, чтобы Россия вымерла…

От этого головоломного выверта мы пришли в себя, как от нашатыря:

- Ленин дурак, и вы все такие же.

И даже не нужно было указывать на дверь, Р.В сам убежал, еще более закаменев лицом.

Затем пришла соседка, укоряя, что кто-то украл лампочку на площадке. Мы молча ждали ее ухода.

- Вы что, стыдитесь своей бедности? – оживилась соседка. – Ведь это горды-ыня.

Наша соседка всегда говорила правильно, но почему-то после ее ухода хотелось лезть на стенку.

- Зато мы с тобой лучше всех, верно?

После этого мы два часа смеялись.

После этого зять два раза подвозил свое вишневое вино, но его не хватало на разгорание любви внутри. Но чтобы стать добрее, нам хватило.

А ведь кто добрый, тот может и соврать. Напишем, что купили принтер! Зачем огорчать друзей. Вот узнать бы, что такое они пьют, что всегда всех любят, в том числе и нас уже много лет

- Давай все-таки бросим монету: врать – не врать?

- Нет, монета - это какое-то недоверие к дружбе. Друзья – они ведь все поймут.

- Зачем же врать? Правда, только правда! Там от Мишиного вина что-то осталось?

Приехала средняя дочь Даша и стала увещевать нас: сколько можно лежать, вы ведь еще не в лагере, ничего уж такого страшного не случилось!

- Случилось! Мы оба на пенсии, люстры нет…

- Так спустимся и в соседнем доме все купим! Там сейчас семь магазинов.

- Нет, уже восемь.

И мы встали, взяли принтерные деньги... Да как начали покупать мед, твердые сыры, постельное белье, люстры, шторы…

Когда пришли домой, Даша открыла электронную почту и сказала:

- Тут вам банкеты предлагают – на 400 человек.

- Маловато будет.

Октябрь 2005 г.

*** Моя страна Эроссия

Рассказ на голоса

О ком сейчас пойдет речь? Мы здесь ее называем Петровская.

Вячеслав. Позвали нас больше чем в Москву – в Переделкино. Воды там не было, пахло в нижнем регистре…

Нина. Но зато был необыкновенный доклад Фотины «Гендер и культура». Он такое сильное впечатление произвел, что я забыла суть его.

В. А меня ты не забыла?

Н. Ну что ты говоришь!

В. Значит, я все еще слабое впечатление произвожу.

Н. Когда шли к Пастернаку, то жались к заборам, потому что новые русские летели в своих потусторонних машинах. Вот вам и Переделкино! Но храм поверженный – всё храм…

В. Известный культуролог – назовем его Ночевым – шел и кланялся деревьям.

- Смотрю на корни, - шептал он, - склоняюсь. Смотрю на вершины – возношу лицо к небу. Это моя родина – Эроссия!

- Давайте не будем, - откликалась Девушка с мослом из Челябинска. – Мы куда шествуем! Вдумайтесь – к Борису Леонидовичу.

(Ночев развернулся и ушел готовить выступление. Уж слишком горячо его просили выступить, он был тронут).

В. Икарус-гармошка, поворачивая, ударил по луже так ловко, что брызги грязи попали мне прямо в губы. Не выше, ни ниже. Это был поцелуй самой Весны!

Н. Петровской с нами еще не было. Но мы предвкушали вымечтанную встречу. Так, размечтавшись о встрече, я нечаянно села в гостиной на место Пастернака, экскурсовод три раза сказала: «Вот он – показав на аравийский профиль на стене – на этом самом месте, где вы сидите, говорит тост за великую русскую литературу, после получения Нобелевской премии…»

В. Экскурсовод была подобрана как раз такая, в духе любимых женщин Бориса Леонидовича, - пышная. С нею могла соперничать только Лифчик - автор «Записок на комбинашке».

Н. Прожив за два часа жизнь Пастернака, все были истощены, хоть и бодры. Не шутка – жизнь гения, хоть и в фрагментах, через себя пропустить! Побежали-поползли в столовую. Поели, и довольство разлилось по всем организмам, украшая их. Последние силы всегда оказываются предпоследними! А почему с нами до сих пор нет Петровской - когда же грянет встреча? Фотина (между нами Фотка) сказала, что скоро. А кто-то из мужчин добавил:

- Да что вы все спрашиваете про Петровскую? Еще наплачетесь от нее!

У нас переняло дух:

- Плакать от веющего свежего ветра? Да ее «Три бабушки в голубом» в годы застоя… О москвичи! Когда вы отучитесь поедом есть друг друга!

В. На другой день, умывшись минералкой из бутылки и придя на завтрак, узнаем, что утром будет Ночев, а в четыре часа – психодрама. То есть Петровская приближалась.

Ночев резко вздрогнул, согрел нас всех проснувшимся взором, раскинул в стороны экстатические кости свои и сказал громовым голосом:

- Равенство полов – это, конечно, хорошо. Но женщины перестали рожать, трепетно формируя свою личность. Человечество теряет энергию! Раньше фаллос твердо смотрел в будущее, потому что бесконечная цепь поколений открывалась перед ним!

Н. Его слушали разнообразно. Москвичи смотрели на Ночева с лицом гордости: это наш переделкинский чудак, ни у кого такого нет.

В. Членкор Ночев применял ухватки ослабевшего мачо: он резко выпрямлялся и окидывал феминисток таким взором: «Упади передо мной! Чего тебе мучиться!» И на мгновение он верил, что все вот-вот повалятся в волшебную груду, а потом не торопясь в ней ройся и выбирай себе.

Н. Да Лифчик могла бы одна всю груду заменить. Потом спохватывалась и накладывала сеть хмурости на свое свежее лицо: я ведь сюда пришла для умных отправлений.

В. У Девушки же с мослом во всем облике чувствовалось, что она в укромном уголке иногда себя жует тайком. Других же использует в качестве специй! А здесь, взбодрившись от чрезмерной остроты и терпкости Ночева, она взяла тон львиного рыка:

- У вас ни одной новой мысли! Фаллоцентризм!

Н. Между тем Переделкино, умащиваясь солнечными кварталами посреди мохнатого леса, довольно шумело. Ему, видевшему самоубийства, аресты и предательства, все протекающее в нем сейчас казалось очень нормальным. Милые, продолжайте, журчите речами!

Все разом почуяли веяние гения места, что выразились в виде необыкновенного аппетита. Пообедав, разбрелись по номерам – набраться сил перед психодрамой.

В. Там десятым планом в каждой комнате был даже и альков, так что в мучительно-сладкую послеобеденную дрему проникали призраки каких-то мушкетеров и королев.

Н. После чего - помятые торопливым сном, но довольные - сползлись мы вокруг стола на психодраму. Тут Петровская и образовалась, стряхивая остатки стремительных пролетов. Вся свежая, вся в бежевом! Ну, в бежево-голубом слегка. Свои шестьдесят четыре она подавала как сорок четыре, и так оно и было.

- Ничего себе бабушка в голубом, - завистливо сказала я.

- Мы тоже не стареем, а только все четче проявляемся, - стал оправдываться ты.

В. Из бежевой-голубой красоты неожиданно раздался голос какой-то едкой кислоты:

- Пациенты! Все сядем поближе! Я не должна напрасно связки напрягать. – Руки у нее жесткие – даже на взгляд.

Н. Этот ее голос и жесты сразу воссоздали во мне образ Ядвиги - из университета – человека с трудной судьбой, которая хотела, чтобы все вокруг разделили с нею все трудности.

В. Помню, излагала она тяжелую судьбу «г» фрикативного в южнорусских говорах, написала на доске греческую «гамму», а потом как запустит тряпкой прямо в рот студенту со второго ряда: «Что вы зеваете! Смотрите сюда!»

Н. Так вот оно, наше трудное счастье – эта встреча!

В. В общем, у нас была драма еще до психодрамы. Как только мы увидели Петровскую, похожую на Ядвигу…

Н. Все послушно пересели и стали обдумывать вопрос Петровской: «С кем человек может разговаривать, когда он один?» Посыпалось:

- С телевизором.

- С супом.

- С умершими близкими.

- С иными мирами.

Последнее сказала Лена из Вологды. И тут же увесисто огребла от Петровской:

- Вам нужно к психиатру, а у нас здесь – психодрама.

Лена не смутилась:

- А фантасты пишут про иные миры.

В. Бежать, бежать, трусливо думали мы. Но есть же терпеливые, мужественные люди. Попали в капкан – достойно себя ведут, не обгрызают лапу. Вот Лена начала лепить иную психическую сущность:

- Ты поужинал?.. Ну, пиджак снимай. Я с краешку лягу. В общем, так: сверху я худенькая, а внизу я в теле. Что, ты этого не любишь? Пусть будет наоборот. Что значит – неумелая? Да, все когда-то в первый раз. Почему-почему – деньги нужны, вот и почему. Слушай, я кладу трубку, и ты больше по этому номеру никогда не звони, понял? Что мне эти вонючие деньги? (Пауза) Ну вот что: минут через пятнадцать перезвони. Может, я успокоюсь и приду в себя.

- Это уже лучше, - прохладно сказала Петровская. – Но вы ничем не подчеркнули, что телефонный секс потребляют только мужики. Насколько женщины выше мужчин!

Н. Время изменило свой ход. Раньше время – это был неслышный ветерок, который подталкивает тебя в спину. А тут вдруг ледяной поток, который сносит все живое!

В. Напротив нас сидела Арина Пацевич, она показывала соседке рисунки своего сына, а нас звала своим взглядом и мыком своим: «Давай улетим, то есть удерем отсюда к чертовой матери!»

Н. Мы согнулись, скорчились, показывая собравшимся всем видом: душою мы с вами, но сейчас нам срочно нужно по делам… А если есть такой волшебный подарок, как вода в трубе, то и помыться перед отвальной.

В. Арина удивленно проводила нас завистливым взглядом: «Я не могу уйти, я отвечаю здесь за все, а вы что - не знали, что все гении такие, как Петровская?»

Н. Где мы? И где та волшебница, что тешила нас весь конец прошлого тысячелетия своими рассказами? Может, эта в бежевом держит ту волшебницу в коморке и кормит сухарями: сухарь – рассказ, сухарь – рассказ.

В. И собаки переделкинские набежали, участвуя в нашей жалости к затворнице, стали подвывать, провожая от одного корпуса к другому. А мы замкнулись в телефонную будку и стали кричать в потную трубку московским друзьям:

- Таня! Сережа! Ужас! Приезжайте! Пропадаем! Отвальная начнется в шесть. Машина на ходу? Значит, успеете!

Н. Мимо нас, освеживших в очередной раз свою кожу минералкой, возвращался с пробежки Ночев. Мощно дыша. Мы поделились с ним недоумением о психодраме.

На отвальной все спешили сказать хорошие слова.

В. И только Девушка с мослом свое: «Букур, зачем ты говорил про орешник, когда мы шли к Пастернаку! Всегда ты все не к месту… орешник – орешник…». Но это она уже просто так – надо же израсходовать боеприпасы до конца.

Н. А что ты говорил про орешник?

В. Что раньше видели орешник и думали: орешник. А сейчас видим орешник и думаем: Тарковский.

Н. На отвальной метрессы-психодрамессы не было.

В. И мы жадно и нетехнично выпивали, чтобы навсегда забыть психодраму. Но все вздрогнули, когда дверь банкетного зала открылась. Однако это вошли вызвоненные наши друзья Таня и Сережа.

Н. Арина Пацевич кинулась тебе навстречу своими голыми красивыми плечами:

- Вот ты где, наш общий муж! Букур, пойдем, и эту свою жену прихвати. Сейчас будем дегустировать новый психококтейль «Три бабушки в голубом».

Ингредиенты: вино «Медвежья кровь», водка, минералка, и все это смешивается рукой Лены из Вологды, потому что эту руку жала Петровская. И что особенно удивительно, все лица так же комкались после приема напитка, как после встречи с кумиром русской литературы.

В. Дегустация коктейля «Три бабушки в голубом» стала переломным моментом: монолит сборища стал растрескиваться по кружкам. Фотка призывала всех собрать со столов оставшееся, и мы зашуршали пакетами, мечтая допить, доесть и доболтать по номерам. Нас, вместе с Таней и Сережей, увлекла за собой Таня Ж. Мы уже полюбили ее голос и ее гитару, похожие на чай с диковатыми травами...

Н. …горчащими, целебными… И тут распахнулись банкетные двери, и в самый центр общения – изнеженный, беззащитный – ворвалась бронзовой походкой Петровская.

В. Подрагивая породистой статью, она вскричала:

- Как хорошо, что я успела!

Н. Фотина затрясла меня за руки и катастрофическим шепотом: « Нина, тост! Скорее тост!»

В. Это вроде как капитан, который наслаждается ромом, а потом как заорет:

- Рифы! Налетим!! Спасите!!!

Петровская повела вокруг цепким угрюмым взглядом психодраматурга: вовремя ли я пришла, у всех ли растворились в вине и в водке все мои острые справедливости в ваш адрес.

Н. Но при первых словах тоста глина угрюмства треснула и стала обваливаться неправильными кусками.

В. Ты сказала про солнце что-то…

Н. Не что-то, а вот что: «Меня упрекали… такие умные люди, что многое у меня написано под Петровскую. Но она была наше солнце многие годы, и невозможно жить под солнцем юга и не загореть. Я предлагаю тост за наше солнце!»

В. Тут Девушка с мослом зашептала, одновременно пиля локтем твое ребро: «Стерва! Ну и стерва ты! Перехватила мой тост! Я про это хотела сказать!»

Н. Дальше последовало от Петровской такое аллаверды: «Сегодня я сдавала в «Библиоглобус» пять пачек своих пьес и одну пачку стихов моего друга поэта Ч. Мои-то взяли, а тоненький сборник Ч. завернули, сказали – он не стоит. Я была поражена: оказывается, продавцам нужно, чтобы книжка стояла. В буквальном смысле – на прилавке. Так выпьем же за то, чтобы у нас у всех все стояло!»

Н. Петровская поставила жесткой рукой недопитый бокал, и эта крюковатая рука преобразилась пластилиново в сторону, грудь поднялась и песня полилась. Голос у нее оказался мощный, на грани истошности, но четко отслеживающий границу и ни разу ее не перешедший.

Сиреневый туман над нами проплывает,

Над тамбуром горит прощальная звезда.

Кондуктор не спешит, кондуктор понимает,

Что с девушкою я прощаюсь навсегда.

В. Я тоже вместе со всеми вкрапил свой неотесанный бас, и, плывя в песне, вспомнил арабов. Я им в мединституте русский прививал, в том числе и с помощью этой песни. Но для пылких арабов многие русские слова были очень длинными, и они незаметно заменяли. Получалось все гораздо трагичнее:

А доктор не спешит, а доктор понимает…

Н. Дальше последовали хореические песнопения, и Девушка с мослом пустилась в пляс.

В. И мы увидели, что она – не Девушка с мослом, а просто сама Древняя Греция.

Н. И я тебя обняла.

В. Это я тебя обнял.

Н. А Сережа – Таню. А Ночев приобнял наше нынешнее солнце - Петровскую.

В. Никаких не было компаний, а только все люди.

Н. Вот тут-то ты и заорал, подумав, что ты дома, что ли: «Вы являете собой разные типы женской красоты! А я сейчас изображу разные типы мужской красоты!» Сначала ты вышел на полусогнутых с хищным перекосом рта. Потом жадно потянулся скрюченными пальцами к лифчику Лифчика.

В. А когда Арина Пацевич повела своими невинными свежими плечами, Ночев упал перед ней на донкихотские колени и то ли поцеловал край ее платья, то ли шептал: «Женщина-деревце, женщина – недра плодородные». Потом рывком вскочил и заухал как леший:

Феминиста полюбила,

Феминисту отдалась.

Ощущенье получила,

Будто грантом разжилась!

Н. И тут - все сметающий взрыв одобрения. Лена из Вологды бросилась к Ночеву с лобызаниями и с шалью – вся в варварских серебряных розах – и закрыла ею его и себя.

В. Будто удалилась с членкором за волшебные кулисы.

Н. Художник с глиняной книгой, сияя терпко-горчичной красой, выступил под лучи всеобщего внимания: каким-то чудом он соорудил из трех кресел трон для Петровской.

В. Но через секунду она себя свергла с него, схватила наших блаженно полуобморочных Таню с Сережей, еще и волхвованием руки создав из всех два отряда.

Н. Первый отряд грозно двинулся: «А мы просо сеяли, сеяли».

В. Художник с глиняной книгой со счастливым лицом стал врастать в ряды супротивного отряда: «А мы просо вытопчем-вытопчем!»

Н. И все включились в древние сельхоззаботы, выражаемые притопами, горделивой статью. Таня Ж. сбегала за гитарой, но зря: сторожиха окончательным голосом протрубила: «Закрываю! Одиннадцать часов!»

В. Я пошел провожать Ночева на его дачу. Членкор после выпивки стал хрупок и трепетен - непредсказуемо клонился в разные стороны. Но тут же бодро продолжал искать различия между российским и американским мирочувствованиями. Я подхватывал то его самого, то его мысли. Хорошо было! И приблизился забор их дачи. Ночев сказал:

- Дальше меня не провожайте. Я должен сам огрести свои семейные радости. Да, вот так: их разбеганье, и слиянье, и поединок роковой.

Он скрылся за дверью, а я еще постоял и послушал: вроде криков не было. Пойду спасать жену от Петровской. Захожу – а вы уже целуетесь. Видимо, уже не спасти!

Н. Я сказала ей: «Счастлива была с вами познакомиться». И она сияла ответным счастьем. Но это не означало, что если бы она встретила нас с утра, ей бы не захотелось нас улучшать сильными талантливыми словами, вроде тех, что были раньше: диагноз, пациент.

В. Но назавтра пространство между нами с помощью поезда начинает расти и расти. И вот мы в Перми! И нас не достать!

Н. А сейчас я сяду и напишу письмо, что доехали и с какими приключениями.

В. Зачем ты хочешь огорчить Ночева?

Н. Нет, это я Тане Ж. Ночеву я так быстро не могу, надо подумать.

В. Ну да, ему ведь надо писать про мать сыру землю и про Эроссию…

***

Нина Горланова

КТО ТАК ДЕЛАЕТ!

Жили-были два соседа: человек и антисемит.

Последний был главным редактором одного журнала, а фамилия его заканчивалась на «ко». И фамилия его жены была на «их», и дети были русоволосые, голубоглазые, про них гости говорили:

- Приятно взглянуть на чисто славянского ребенка!

Сосед-человек пришел сюда не в гости, а за делом:

- Дай мне пьесы Володина.

- У меня нет. А зачем? Ведь Володин - еврей.

- А почему ты Шагала повесил? Он кто, по-твоему, русский или француз?

Ляля сидела в кресле и жадно впитывала все эти разговоры. И главный редактор решил поставить-таки соседа на место:

- У меня гостья, а ты... В литературе должно быть что-то светлое! А то таких мерзавцев я через себя каждый день пропускаю…

Ляля видела, что сосед как бы русский: глаза зеленые, морда широкая, волосы пшеничные. Она с удовольствием мысленно оглядела себя - пышную блондинку с серыми глазами. В то же время она чувствовала, как шеф ее напряжен против своего соседа, поэтому обрадовалась, когда тот ушел. Потом она взяла «свою» рукопись и попрощалась.

- Сын заболел, вот и пришлось просить вас, - оправдывался главный редактор. – Владельцу холдинга нравится эта пьеса… хочет в театры разослать.

- Да постараюсь сегодня сделать.

Дома Ляля показала мужу рукопись: мол, шеф просил как можно скорее. Толик скис - они вечером собирались в гости.

- Ну и сходим в гости. Я быстро напишу рецензию. А чего напрягаться-то - одноактная комедия.

- Ну, это ведь надо препарировать, - ныл Толик, листая рукопись и зачитывая реплики из нее: «Но об этом никто не знает, значит, этого как бы не было! Ремарка: в зале несколько минут запах малинового варенья (варят прямо на сцене)».

Толик потрогал свои почки и махнул рукой. Ляля знала, что даже запах малинового варенья не мог он переносить из-за болезни почек, а уж само варенье даже и не попробовал никогда.

Она села читать пьесу.

Странная это была вещь.

Один друг позвал другого на поминки. Отсюда и название: «Годины». И хотя никто из близких не умер, но… «он мне все равно нужен для одного дела. Пойду».

Пришел, а там стол накрыт, запах малинового варенья, и такая встреча:

- Я не мог тебя не позвать на эти поминки, ведь год назад умерла твоя душа.

А друг-то уже привык к странностям своего однокашника, да и очень он был ему нужен. Решил сидеть... Главным действующим лицом была душа, то умирающая, то воскресающая; автор писал, что ее роль должна играть девушка, запеленатая широкой белой лентой, как на древнерусских иконах.

Эти иконы сбили Лялю - она стала искать что-то славянофильское, но пьеса оказалась типичным перевертышем, когда плохой в конце оказывается хорошим и наоборот, прием, выдающий автора-новичка.

Ляля выписала несколько цитат, потом приняла позу кучера и расслабилась - нужно отдохнуть перед работой.

Она задремала, и во сне пьеса представилась ей как кусок загустевшего воздуха. Вот так и только так можно взять его в руки, а по-другому уже нельзя - промахнешься! И с одной стороны на самом деле оно больше, чем с другой, притом синее. С той же стороны, где оно меньше, пахнет мылом. И сказать-то больше нечего...

Она проснулась. Ах, все эти символы!..

И вдруг она вчиталась в фамилию автора. Феликс Смирин!

Вот, значит, что: еврейские штучки. Сразу стало понятно содержание пьесы, ее издевательский характерный, между прочим юмор.

Ее проверяют? Ее, Лялю?

Нужно… разгромную рецензию.

Ляля напечатала первую фразу: «Эстетические категории определяются из соотношения идеала и действительности. Комическое предполагает...»

Про себя она в это время думала так: «Я совсем не против евреев, но нужно процентаж соблюдать». Эти слова она слышала недавно на дне рождения шефа. Еще тогда его сын получил три телеграммы-молнии! Ужасно интересный вечер получился. Сын Игорь был подработчиком, тоже рецензировал, на одну еврейскую пьесу он так разозлился, что посоветовал автору рукопись сжечь. И вот с интервалом в час стали приносить телеграммы.

«Рукописи не горят» - была первая.

Вторая оказалась длинной: «Рукописи сжег, жду дальнейших указаний насчет Рабле, Боккаччо и прочей нецензурщины». Наконец принесли третью: «Рукописи сжег, лежу в психушке - вышли денег на лечение». Гости тогда очень веселились, но Ляля решила сейчас, что она на «Годины» напишет неуязвимо… чтобы никаких потом телеграмм.

И тут позвонила Лидочка Воронова - очень кстати. Ляля ей рассказала про пьесу, про автора, и Лидочка, как всегда, начала тараторить на эту тему. Для нее лично, для Лидочки, разницы не существует: она общается с евреями и неевреями, но теоретически первые были запрограммированы но полноту творческой личности, только вот у них нет сердца Христова, то есть той юродивости, которая есть у русских, нет у них этого отдавания последней рубашки...

Ляля прервала ее:

- Фантазия у них есть, но они ее не туда напрягают...

Но Лидочку непросто было остановить. Она продолжала:

- Нужно у них учиться, и их учить! Учиться - личностному раскрытию, а учить - вот этой сердечности, жертвенности.

Толик подошел и спросил шепотом:

- Она опять о чем-то интеллектуевом?

Он Лидочку недолюбливал: всего на год раньше их приехала в Москву, а уже так закрепилась здесь, такие завела знакомства, что им трудно было рассчитывать на подобное даже через пять лет жизни здесь. Он сказал:

- Еще год назад приходила к нам, а теперь лишь звонит. Скоро все связи прервутся. Мы же не вращаемся там, где она...

Ляля считала, что и там, где вращаются они, есть немало полезных людей, и она считала их интересными. И даже хорошо, что они в разных кругах! Ляля могла пересказывать то, что слышала от Лидочки, в своем окружении - у нее были удивительные воспроизводящие способности.

- Препарировала? спросил Толик.

- Сейчас, Лидочкины слова некоторые… вставлю, и все.

Они вышли пораньше, и Ляля успела забежать в редакцию, чтобы отдать секретарю свою рецензию. Та быстро сунула ее в стол, где прикрепила к какому-то конверту. И на нем-то, на этом порванном конверте Ляля вдруг увидела свой... свой адрес! Пермский, конечно. Бывший свой.

- Отчим! Под псевдонимом прислал!..

Молниеносно сообразила: «Писать новую уважительную рецензию два дня работы, а завтра как раз обещала шефу... А! Пусть будет, как есть. Во-первых, отчим все равно не узнает, что я узнала. А во-вторых, он ведь на самом деле еврей - вот пусть и получит».

- Анекдот знаете? - спросила секретарша - Идет дракончик и плачет. «Что ты плачешь, где твоя мама-то?» - «Съел. Очень кушать хотелось». - «Ну, а папа-то хоть жив?» «Нет. Съел его». «Так бабушку-то с дедушкой хоть пожалел?» - «Нет, съел их. Кушать хотел». - «Кто же есть-то у тебя? Старшие братья или сестры?» - «Нет никого, съел я их». - «Так как же ты живешь теперь?!» - «А вот так и живу - сирото-о-о-й...»

Ляля дернула руку к конверту, чтобы взять обратно рецензию, но спохватилась: два дня лишней работы!

- Чернота, - сказала Ляля про анекдот, а про себя подумала: «Как жаль, что мы, рецензенты, не пишем под псевдонимом».

Она была напряжена против отчима давно. Он с двенадцати лет таскал ее по театрам, заставлял ходить в студию, читать «Фауста» в разных переводах.

Вечно он писал свои сценки и рассылал их по редакциям! Собирал студенческий жаргон, когда Ляля поступила в университет, всех ее гостей замучивал глупыми вопросами о жизни, записывал все реплики на маленькие бумажки, которые совал в конверты, кульки и старые материны сумочки. Количество таких накоплений росло. Ляля говорила друзьям, что в старости у отчима и матрац и наволочка будут набиты такими бумажками, он их ночами иной раз будет описывать. А по утрам доставать и просушивать, распространяя на всю квартиру творческий запах мочи, ругая сына за рваную клеенку и прочее... Да, у Ляли был единоутробный брат: сын матери и отчима. Он на двенадцать лет моложе Ляли. Теперь там его таскают по театрам и тычут в «Фауста».

Ляля вспомнила, как в последние годы в Перми отчим ее особенно раздражал. Все казалось неприятным: как он ест, выбирая рыбные кости прямо на стол, как сплевывает в унитаз, не смывая плевок, а в нем всегда сгустки крови, а мать еще его защищает:

- В Перми у всех плохая печень, вот и сосуды проницаемые!

Когда у Ляли в первый раз в слюне показались прожилки крови, да и Толику хотелось жить в Москве, мать сразу подсуетилась, словно давно мечтала разделить их с отчимом. Как раз нашлись знакомые. Этот самый главный редактор, который сейчас опекал Лялю, был женат на маминой однокурснице, и в Перми были ее родители, старики, не очень-то пышущие здоровьем, поскольку всю жизнь прожили именно в Перми, где такая вода, и все это оказалось на пользу Ляле. Ведь за ними нужен уход, и мать Ляли все взяла на себя. Даже уколы, бывало, сама им ставила - она была известнейшим врачом.

Все делалось для того, чтобы Ляля поступила в аспирантуру, но пока удалось только устроиться в журнал. Значит, отчим не перестал писать свои «сценки», только теперь посылает их под псевдонимом!..

Ляля не хотела говорить об этом Толику, поэтому вышла с деловым видом и взяла мужа под руку.

Когда они пришли, все уже вакховали.

Ляля села напротив толстяка-холостяка Миши Лапина, которого она еще год назад выбрала муляжом-тренажером, и с тех пор обкатывала на нем приемы своего кокетства: то ноги переставляла, то крылышки на сарафане поправляла, то руки вдруг захотела умастить персиковым кремом - помогала хозяйке посуду унести и вымыть перед горячим. И вот кожа показалось - будто бы - суховатой. Ляля красиво умащивала перед Мишей свои руки кремом. И холостяк не устоял.

- Чтоб сподручнее пошшочины ставить? - спросил он взволнованным голосом, якобы шутливо передразнивая пермский говор.

- Ну что ты, кому пошшочины? - Ляля быстро погладила его по руке.

Миша разволновался, стал ходить возле Ляли кругами.

А Толик потом удивлялся, откуда в Ляле неистощимые запасы женственности: уж вроде он их истреблял, расхищал, а они все не уменьшились. Он не знал, что Ляля отрабатывала их на тренажере, как - впрочем - и некоторые высказывания.

- Писала рецензию на одного Феликса, - сказала она Мише. - Сколько их в науке и искусстве. Надо бы процентаж ввести!

- Ну и кто выиграет? - ответил Миша, явно думая о другом. - Мы и так отстали от Америки, куда уж дальше-то. У Петра Первого и то был Шафиров - приближенный еврей.

- Не слыхала.

- Ну вот, Шафирова не знаешь, а еще антисемитка! Я на вас вообще удивляюсь. Вот стоит твой Толик и листает Фолкнера, а бедный Уильям всю жизнь боролся против расизма. При этом Толик - славянофил, но думает: он-то уж понимает Фолкнера как никто другой.

Возникло напряжение. Ляля поняла: Миша раздражен против нее, потому что она водит его за нос своим кокетством, она быстро думала, как его умаслить - с москвичами она не должна ссориться ни в коем случае. В конце концов, наплевать ей на все национальности, если удалось пристроиться к национальности под гордым названием «москвич». И она вспомнила про мечту Миши о черепе собаки и с кавказским радушием предложила:

- А мы-то тебе череп собаки приготовили подарить! Уже в коридор выставили, к порогу. Но забыли взять.

Миша как-то странно замолчал. Словно говоря: «А мой череп никому не пообещаете?» Потом кивнул. Пошел к столу и стал с жадностью холостяка поедать конфеты. У Ляли с Толиком не было детей, но пятилетнее замужество отбило у Ляли охоту к таким юношеским удовольствиям, как конфеты. Столько все время забот, жизненно важных. Всегда нужно думать, что говорить. Это москвичи могут что угодно высказывать - а ей-то нужно еще как следует закрепиться здесь. Ляля себя пожалела...

Получив разгромную рецензию, отчим, наверное, побежал к жене. То есть Лялиной матери. Ляля так и представляла, как он кричал:

- Кого мы воспитали! Что она пишет! Намеки на...

А мама, всегда выражавшаяся со свойственной медикам грубостью, конечно, скажет:

- Как! Наша Ляля, зачатая в сессию, учившаяся на отлично, стала такой дурой!

- При чем тут «зачатая в сессию»! - закричит отчим. - Она попала из грязи в связи, вот и результат.

Но так или не так проходил весь этот разговор, мать позвонила Ляле поздно вечером и сразу начала кричать:

- Ляля, что ты написала папочке! «Герои не отражают национальных черт русского народа: нет жертвенности. Нет юродивости, отдавания последней рубашки». На что ты намекаешь?

- Мама, о чем ты говоришь? спросила Ляля.

- О твоей рецензии.

- Никакой рецензии ему я не писала, - стояла на своем Ляля.

- Ну, он под псевдонимом... посылал.

- Мама, кто же так делает! Если он под псевдонимом, то хотя бы позвонили мне, предупредили: мол, если попадет, то... А так я не знаю, просто... Кто так делает-то!

- Так... Но даже если не нам: зачем так писать, такими словами.

- Мама, это дело служивое: я тут не виновата, нужно, - отвечала Ляля, уже придумавшая, как отвечать.

И разговор перешел на своеобразие Перми – новый министр культуры такое придумал и т.п.

- Я думаю, как вас сюда перевезти, мама - ты ведь знаешь! Да, должна пещись о вас, об ваших нуждах. Почто ты меня упрекаешь?

Так шутить - с использованием старинного произношения - Ляля научилась здесь.

Сокращено 31 мая 2012

Source URL: http://7iskusstv.com/2012/Nomer6/Gorlanova1.php

* * *

Оля вертит в руках свадебную фотографию: на кладбище подаем нищим.

- Нина, Слава! Вы хотели, как Блоки, нищим подавать… а у Блоков ведь было Шахматово.

Слава:

- у меня тоже есть свое имение. Только Нине я не говорю, что у меня есть Шахматово.

- Так Блок регулярно уезжал от Любы в Шахматово

- Так и я – картошку чищу и регулярно уезжаю внутрь себя, в свое внутреннее Шахматово.

Во «Флориде» за июль мой р-з «27 место» - спасибо Саше Росину!

На яндексе: «Случайно наткнулась на книгу "Линия обрыва любви" .Автор -Н. Горланова. На обложке значилось : "Лучшая современная женская проза". Заранее поморщилась.Лучшая ?.. Женская? Как-то напрягает. Но... зря я так подумала. В конце концов мне понравилось.

blogs.mail.ru/community/knigi

Об эмиграции – трогательное ( прочла – в комментах к июльскому номеру «7 искусств»):

.... о смерти Брежнева объявили часов в 10 утра 10 ноября 1982 года, а никак не после обеда, когда вы изволили почитывать "Осень патриарха". С утра играли исключительно "Лебединое озеро", никаких там Альбинони.

Отклик на статью: Соня Тучинская. В Переулке Ильича

Мой коммент (НГ): уехали, но помнят, в КАКОЙ ЧАС ДНЯ объявили о смерти Брежнева (через 30 лет!), и какая МУЗЫКА шла… А мы остались и уже не помним часа и музыки…

Л.К. Чуковская на знакомство с женой знакомого литератора: Какая разоблачающая вещь - жена)

я (НГ) не согласна! Пушкину не нужна была другшая жена (второй Пушкин зачем)… И Пастернаку… чтоб написать то гениальное, что они написали, нужны были именно эти жены… Как считал Толстой: у его сына были все достоинства, необходимые писателю, но нет тех недостатков, которые тоже необходимы… жены гениев, может, и являются «разоблачительными», но то, что они разоблачили в авторе – это НУЖНО ему, и – значит – нам, раз мы любим их произведения!

Слава сейчас некоторые фразы повторяет по-итальянски.

Вчера мы хотели поехать навестить Игоря. Был чудесный вечер. Раечка предложила мне кагор домашнего приготовления. Волшебство его в том, что будто бы организм ждал этого вкуса всю жизнь и рад ему безмерно.

Игорь хочет написать роман и даже приготовил ручку для этого. Когда Рая ее взяла, чтобы записать нам телефон умельца по стиральным машинам, он одернул ее:

- Дай сюда! Это ручка для романа.

Внучка Игоря в 10мес любит, когда дед напевает ей марши. Она радостно подпевает. Мы решили: быть ей министром обороны.

Такси на обратный путь все-таки пришло. У водителя был очень раскованный стиль вождения, на грани агрессии. Мне показалось, что один раз мы чуть не попали под грузовик, а дугой раз - под автобус. Наверное, он какой-нибудь гонщик, подрабатывающий извозом. Я не выдержала, протянула ему 200р и попросила довезти нас живыми. А Слава, выпив армянского коньяку, вообще ничего не понял.

На заднем стекле машины написано: «Зря читаешь. Следи за дорогой». На другой машине: «Не уверен – не угоняй!»

Тост Игоря:

- За то, чтобы я выздоровел и вы смогли заказывать блюда заранее.

Но стол и так был хорош.

Теща попросила Игоря держать ноги барану, когда его режут. Игорь, трепеща, согласился, но, когда теща вышла, выпрыгнул в окно и пошел с независимым видом, якобы гуляя вдоль речки и нюхая цветочки. Это в моей жизни еще новый Подколесин (первый новый Подколесин выпрягнул в окно обкома - якобы чтоб не подписывать письмо против Пастернака, а потом оказалось, что подписал и других заствлял...)

Внучка Игоря неохотно ест протертую брокколи, так Рая ее кормит под частушку:

- Мы сидели у окошка,

Акали да окали.

И пока мы окали,

Съели блюдце брокколи.

Внук наш рассказал две страшилки (привез из лагеря). Первая. Однажды командора довели дети, он пошел в лес и повесился. Теперь каждый месяц в ночь со второго на третье в лагере появляется Черный Командор и душит одного-двух детей. И внук дальше рассказывает, что их командор завернулся в темный пододеяльник и заглянул в комнату девочек. До этого целый мальчики говорили им, что вот, придет Черный Командор, который отомстит за свою смерть… Визгу было!

Вторая страшилка. Если в туалете на стене нарисовать ступеньки мылом, то в полночь по ним начнет спускаться призрачная фигура. Это Пиковая дама. Тут нужно успеть стереть последнюю ступеньку, иначе Пиковая дама успееет тебя задушить. А если успеешь стереть, тогда раздастся звук падения тела, страшный вопль и хруст костей. Тогда Пиковая дама тебе будет подчиняться и задушит кого захочешь

Слава:

- Можно написать работу «Реализация юнговских архетипов в детском фольклоре». Тут есть и Лес, и Дева, и Старик, и Тень…

Вчера были наши дорогие друзья Лиля и Сережа, Таня и Игорь.

Мой тост:

- За то, чтобы демократические перемены в России прошли бескровно!

Во время разговора о детских страшилках Слава рассказал, как они пугали девушек в интернате: заворачивались в простыни в ясную лунную ночь и стояли перед окнами.

Сережа:

- Мы с Пашкой, котрый сейчас полковник в отставке, тоже пугали девушек. Подстерегали их в темном тамбуре и набрасывали на лицо марлю. После этого в тамбуре ввернули лампочку.

Тост Славы:

- За то, чтобы не архетипы правили нами, а мы – архетипами!

- Толстой вообще отрицал божественную сущность Христа, так его в тюрьму не сажали.

- Что касается возраста, то с каждым днем все мы ближе к смыслам мировым. Вот только недавно узнали что на территории Финляндии и Польши весь 19век действовал Кодекс Наполеона.

Я спросила , какие прогнозы. Игорь:

- Надежды, связанные с концом света, оказались сильно преувеличенными.

Я снова об Олейникове: мучает меня его судьба; от белых сбежал, а любимые красные не пощадили. Лиля:

- Окуджава поет нечто такое: Враг во врага может промахнуться, а свой в своего всегда попадет.

- Если доценту приносят цветы на экзамен, он говорит: «Я их не пью» (Таня).

Вечером заболела. Начала антибиотик (нолицин)…

Слава мрачно острит, но это лучше, чем если бы он был просто мрачен. Я:

- Пишу важное письмо, ты пока помолчи.

- Предлагаю проект эпитафии: Ниночка, я уже замолчал.

Г. весь в тиграх (татуировки). Я спросила, что они делают.

- Разрывают плечо, разрывают ногу. Не мазохизм, а оберег: мнимая опасность предотвращает настоящую.

сломалась стиральная машина. А ведь немецкая.

- Не надо было стирать «Мифом», - сказала Д.

В общем, пришли к выводу, что фашисты против нашего «Мифа» слабоваты.

Сон. Я на Марсе помогаю принимать роды у марсианки. А рожает оно – марсиано. А помогаю я - марсиаНИНА. Роженица, как большая лягушка зеленая, лежит на спине. Живот большой, зеленый. Кто-то мне говорит: здесь нет притяжения, поэтому нужно сильно давить на живот. Я стала давить, и она родила, без криков, без боли.

В.:

- Зелень – это к долларам.

На антресоль не заглядывали 25 лет, как положили туда ванну, в которой купали Агнию. Оттуда стали выпадать советские вещи: уродливые туфли, страшные портфели, жуткие сарафаны. Мы этим всем пользовались и не комплексовали. Но теперь-то видно, что это нельзя было носить. Сейчас вещи прекрасны. Мы ехали к Ивакиным в течение часа и любовались, как одеты пермяки: разнообразно и изысканно, особенно девушки.

Видели цикл фильмов про неандертальцев. Славина фуга: они были биомашинами для кроманьонцев. Потом случилась война, биологическая цивилизация пришла в упадок. Неандертальцы, лишившись регулярного «техосмотра», вымерли.

Мой вопрос:

- Почему раскопки ничего этого не показывают?

- Останки биокультуры похожи на природные. Типа, от биокомпьютера остались две щепки и три кости…

27-е место - Florida Russian Magazine

Работа над ошибками

Нина Горланова

Составляла я план автобиографического романа. Ну, под цифрами: бабушки-дедушки, родители, братья, школьные друзья. Учителя. Директор школы Иван Никифорович Пашуков: «Горланова, у вас от мельничи до котельничи три километра, от котельничи до мельничи пять!» Мои первые стихи, как пыльца на крыльях бабочки, быстро облетели. Первая любовь. «Я опоздал на десять минут — скажи, когда я смогу вернуть тебе эти десять минут в пятикратном размере?!»

Мучительно выбирала, куда поступить! Подруги все шли на мехмат, а я физику вообще не понимала! До сих пор удивляюсь, как по твердому проводнику они ползут, эти электроны, не кончаются. Суть электричества — загадка для меня и сейчас. «И это украшает женщину до преклонных лет», — сказал мне недавно один доцент-физик (а суть электричества так и не объяснил).

Поступила на филфак. Комина любила Бахтина, и народно-смеховая культура тоннами записывалась мною (всю жизнь я веду записные книжки). До сих пор встречаю в своем архиве: «Она по фамилии Лебеденко, но ее зовут все Лебляденко».

Университетские друзья. Мне навсегда врезались в память слова Юзефовича на третьем курсе: «С женщинами я завязал — буду любить тебя, Ларку, Катю». То есть мы не женщины! Такое было время. Шестидесятые! Приведу один случай, который наглядно выражает суть этих лет. Моя знакомая поехала в город Горький на свою свадьбу. На вокзале она остановилась покурить, к ней подошла компания юношей. Поговорили. Все сходилось: одни и те же песни любили, одних и тех же поэтов. Она их пригласила на свадьбу. Когда они пришли, родители жениха спросили: «Это одноклассники или однокурсники?» — «На вокзале познакомились». Все. Свадьба была отменена! Поколению родителей уже было этого не понять!..

Диссертация. Работа над Акчиоским словарем. Замужество. «Букуры берут не нападением, а осадой». Дети. Их сентенции: «Так мне кошек жалко, так жалко! — А что, почему? — Они не едят клубнику!» Слава сочинял сказки. «Наша мама вставила золотой зуб. Если разбойник нападет, она ослепит его своим золотым зубом, он глаза закроет, а мама за это время убежит!»

Приемная дочь. Она стоила мне десятерых! А когда Наташа ушла от нас к богатой тетке, говорила: «Они водку пьют ящиками». Это мы-то! Абстиненты тогда! Когда Наташа вернулась к нам соседкой в свою комнату из детдома и спросила, как жили, я ответила: «Как мы пили водку ящиками, так и продолжаем». — «Да вы перенедопили»…

Книги. Для меня много значили они! В юности прочитанная «Охранная грамота» Пастернака определила мое отношение к браку. «Движение, ведущее к зачатию, есть самое чистое в мире». Фраза из моего письма, кажется, Шуре Певневой: «Одной грудью кормлю дочь, а другой — Кафку читаю»…

В 1978 году я начала писать прозу. Бросила диссертацию, готовую, одобренную. Сначала я публиковалась в «Урале». Редактор дописывал за меня главы, потом в пермском издательстве редактор выбрасывал из рассказов сны (фрейдизм же — в советское время это было запрещено все). И концы рассказов выбрасывали. И названия меняли (тут есть реплика Володи Киршина: «А тебе вставляли в каждое предложение по подлежащему? Нет. То-то! А мне вставляли.»). Hу и конечно: всю народно-смеховую культуру вычеркивали. «От смеха она просто легла на него» — на полях рукою редактора: «Убрать! Эротика!»

Стукачи, сумасшедшие и алкоголики в нашем доме: это пункты семнадцатый, восемнадцатый и девятнадцатый… Коммуналка. Кошки. Соседи. Вечеринки по сорок человек — их украшение: Лина Кертман. Она все старалась понять через русскую литературу. Даже когда на нашей серебряной свадьбе гениальный поэт К. устроил драку, Лина вопрошала: «А Есенин мог бы так себя вести?» Он только так себя и вел, но кому от этого легче! И все же мне было легче oт слов подруги…

Мои отношения с читателями-поклонниками. То мешок картошки привезут, то кролика. Я об этом напечатала рассказ, так Курицын высмеял. «Дима Бавильский, почему ты принес Нине одну бутылку шампанского? Неужели не мог еще и коробку конфет купить? Наташа Шолохова, почему ты купила Нине один килограмм пельменей — неужели не могла два!» Смех смехом, но поклонники часто доводили меня до слез. Входят и сразу: «Когда вы сделаете ремонт?!» Слава: «В понедельник в девять утра не поздно будет, нет?»

Невестка, внук. Вера в Бога с 1986 года! Операция… Живопись моя (пальцем по шестнадцать картин в день, потому что не могу остановиться, если пошли рыбки, то рыбку за рыбкой, кошки, то кошку за кошкой и т. п.). Говорю: «Будет ли у меня когда-нибудь своя галерея? — «Будет, — отвечает муж. — Тебя туда будут привозить на коляске…:

Студенты, пишущие дипломные работы по моей прозе. Это за чаем я сказала сыну: «Знакомься — если б я была Ахматова, то это были бы Ося Бродский и Толя Найман». Но поскольку я не Ахматова, то и это …не Ося и не Толя. Потому что мои студенты, уходя, говорят: «С вами так интересно разговаривать!» Если б Ося или Толя сказали хоть раз Ахматовой, что с нею интересно разговаривать!.. Она бы спустила их с лестницы. Само собой, что с писателем интересно разговаривать, об этом даже разговаривать неинтересно…

Старость. После последнего моего выступления по телевидению подруга сказала: «Можешь больше не красться. Старый забор сколько ни крась — это все равно старый забор!»

Черные ботинки в зеленой траве,

Кому-то вы долго служили,

И вот стали совсем не нужны,

как я!

Но дождик прошел,

и выполз червь дождевой —

Прислонился, как родной.

Цвета ноги человека…

Стихи снова пришли ко мне, пишу их в горестные минуты.

Свобода. Соавторство. Юмор: «А пенсионные бананы сколько стоят?» — как спросил один старичок на рынке (про уцененные бананы). Юмор помогает сохранить собственное достоинство, поэтому я так его усердно записываю.

Так, юмор я перенесу в тот пункт, где «проза». Кое-что еще объединила. Получилось двадцать пять. Слишком мифом отдают такие цифры. Про что я еще забыла? Про болезнь «Ах депрессия моя, ты депрессия, что ни сделала бы я, мне не весело». И как я с нею борюсь.

Оставив двадцать шесть пунктов, я включила радио «Свобода». Передавали эссе о деньгах Эпштейна! И тут я подумала: о наших ли? Я и цветов некоторых не знаю… а, да это же крупные купюры, которых я в руках не держала, вот оно что! Бедность. Все свое ношу с собой. И это будет двадцать седьмой пункт. На двадцать седьмом месте будет глава о деньгах в романе – мне не везет в этом … как-то… И вдруг меня осенило: ну, если деньги у меня в голове не на втором, не двадцатом даже месте, а на двадцать седьмом, отчего же будет мне с ними везти? Ибо сие двадцать седьмое место — оно же последнее.

Утка

Помните старинную русскую песню: «Старушку привезли в больницу – она решила долго жить»? Сначала все так и было. Ее привезли на «скорой», ввели в палату, показали кровать и утку под ней: «Вот, матушка, в нее будешь ходить в туалет». Я, конечно, готова мимоходом опортретить бабушку, но лучше это сделать вам самим, читатель.

Ночью вся больница проснулась: по грохоту поняли, что по коридору идет сверхъестественное существо и переступает железными ногами. За кем или за чем? За наркотиками! Нынче, значит, так нападают наркоманы?..

Но оказалось, что это наша бабушка, двигая обутой в железо ногой, шла в туалет. Она всю жизнь гордилась, что четко выполняла указания начальства.

Дочь рассказала эту историю про бабушку своей подруги, а потом смотрит выжидающе – тестирует нас на юмор. Ну, мы отсмеялись, исправно пройдя тестирование.

Особенно согрело нас, что это происшествие не завершилось, как мы ждали, ни захватом заложников, ни стрельбой рэкетиров, ни налетом наркоманов, террористов-сатанистов-патриотов-борцов-за-счастье-всех-на-свете и прочих белогорячечников.

- А за границей эту историю бы не поняли: у них утки, наверно, пластмассовые или вообще надувные. Никакого грохота, даже если бы американская Салли девяностолетняя задумала надеть на ноги.

Семейство воодушевилось, словно и впрямь кто-то мог в ближайшее время поехать за границу и там поведать про Россию.

- Раньше мы не могли выехать, потому что был железный занавес. А теперь – потому что денег нет, – заугрюмел муж.

- Россия расцветет лет через десять, у всех будут деньги, и у нас в том числе! – остервенело-оптимистично ответила я.

Так в микрообъеме воспроизвелись неразрывные качества русского сознания: эсхатологизм и утопизм.

- Вы вставите утку в рассказ или нет? – с холодным расчетом в глазах спросила дочь. – Это ведь такой эпизод классный, а пока дайте мне авансом некоторое количество этих приятных бумажек на плащ!

- А зачем писать? – я пожала плечами. – Через десять лет Россия будет в зените расцвета, утки будут бесшумные, как на Западе…

- С компьютером, – добавил муж.

- В общем, юмор этот будет непонятен. Для суетливой сиюминутности, что ли, творить.

Дочь была не против, чтоб Россия расцвела, но сейчас она была кровно заинтересована доказать противоположное. А гости, поспешно расхватав суковатое дубье мнений и доказательств, разбились на два отряда и столкнулись, круша хрупкие конструкции силлогизмов друг у друга.

- Блинство какое! – Подружка одной из дочерей потрясла возмущенно соплями. – Из-за этой инфляции каждый год надо без конца игру «Менеджер» переделывать. На фишке написано: «Ваш богатый дедушка умер и оставил вам десять тысяч наследства». А это уже бедность сейчас.

- Дети, идите гулять, я хочу что-то сказать… – Ополченец одного из отрядов стал соблазнять детей преимуществами лета, солнца, тополиного теплого снега и душистого городского смога.

Но дети не сдавались. Младшая десятилетняя дочь тоже, как одинокий Чингачгук, бросилась в свару:

- А нам задавали… к расцвету России готовят…чтоб каждый дома сочинил рекламу ненужной вещи! Я сломанный будильник рекламировала: во-первых, он два раза в день показывает точное время; во вторых, он же тренирует чувство времени. А если вы захотите его отремонтировать, то закалите себе волю в процессе… хождения по мастерским.

Сверхсложный вокабулярий дочери объяснялся просто: отцовские генки в хромосомках.

- Так если ненужные вещи рекламировать, никогда ничто не зацветет. Что и требовалось доказать! – воскликнул муж.

- Дети, идите гулять!

Сын выступил в защиту расцвета и сделал несколько выпадов. Приведем здесь один пример:

- Па, ты представляешь, нет, как мы жили без киосков?! То-то, уже не представляешь.

- Дети, вот вам на сникерсы, идите в киоски! – Гость сунул им несколько приятных розовых бумажек, и дети схлынули, а он продолжил: – Так вот! Жена… мм… соседа заставила его пойти к иглоукалывателю, на 25-го Октября китаец один обосновал кабинет. Чтобы от курения отлишить. И тот долго выбирал иголки, а потом как воткнет под колено. Сосед думает: избавился, слава Богу! Пришел он домой, и тут же – к жене. Оказывается, у него в восемь с четвертью раз потенция повысилась. А когда устал, то откинулся и закурил. Если так все пойдет, то не будет никакого расцвета, зато рожать начнут опять…

- И все так у нас, – подхватила Ленушка. – Впервые за много десятков лет мы не закупали в этом году зерно за рубежом. И узнаешь об этом из скромного интервью Юлиана Панича. Нет бы нашим властям трубить об этом из каждого телевизора, а там только все об успехах МММ. Народ как оценит эти власти? А если не оценит, то никакого расцвета и не будет.

- Нужно узнать про зерно, не утка ли это. – Мой муж упорно не желал расставаться с любимым эсхатологизмом.

Х Х Х

Судя по возрасту младшей – было написано в 1994 –м… Какова я была – оптимистка на двести процентов! Эх… кто вспомнит бешеную младость…

Нина Горланова

Пермь

Tags: Нина Горланова, Работа над ошибками

Source URL: http://www.florida-rus.com/2012/07/27-e-mesto

* * *

Прощание с Матернойngorlanova5 июля, 2012

Нина Горланова

Прощание с Матерной

Возлюбленные мои! Мы уехали от матерного соседа по кухне! Чайник вскипел, сейчас заварю чай и расскажу все подробно.

Воздуха-то здесь, воздуха! Поезда тенькают: ого-го - к нам приехал, к нам приехал…

Липы цветут, цветут. Здесь все они имеют свое лицо. Одна – узкая – похожа на саблю стеклянную, из которой зять наливает коньяк гостям… мы уже видели два малинника.

Кальпиди спросил в письме: «Куда уезжаете: в Пуэрто-Рико»?

«В Пуэрто-липо», - ответили мы.

На Липовую гору.

В коммуналке мы были рабы. Теперь рабы не мы.

Софья (старшая дочь) спросила:

- Как спали без соседа?

- Очень его недостает - всю ночь ворочались…

- Надо было на магнитофон записать соседа и включать, чтоб убаюкивал…

Звонила нашему дорогому другу Ваксману:

- Сеня, ты скучаешь по старой квартире?

- Иногда езжу туда - окна выходили на трансформаторную будку. И там сохранилась надпись: «Цой навеки с нами». «На веки» - раздельно! «Снами» – слитно.

- Наша старая квартира тоже навеки с нами. Как там было много Флоренского и Гумилева! Целый вечер Флоренского – Слава делал доклад, как сейчас помню! А на юбилей Гумилева Оля приготовила африканское блюдо!

В то же время ночью нам выстрелили в окно – пуля от травматического оружия так и осталась между стеклами в стеклопакете…

Там родились младшие дети: Даша и Агния. И приемную дочь мы взяли тоже в коммуналку. Недавно я ее видела у дантиста. Она меня демонстративно не узнала. А я ее узнала по жестокости неузнавания.

Здесь Слава выучил иврит! Антон говорил:

- Папа поехал на курсы повышения другого языка.

Внуки появились. Саша в шесть лет сказал о моей картине:

- Рыбка синяя, потому что морем покрылась.

В гости приходил Решетов, приезжали: Кушнер, Вера Павлова, Алехин, Гачев, Абаева, Ванеева, Наташа Горбаневская, Басинский, Алешковский, Павлов Олег, Алеша Варламов, недавно был сам Кабаков!

Сосед нас в это время обзывал падлами, проститутками…

- Нищеёбы, - кричал он (а наш комп был недоволен, подсказывал исправление: «нищее бы»).

Году так в 80-м пригласили на гуся большую компанию: Лину Кертман с мужем, Бубновых, Пирожниковых, Виниченок… Тут приносят, посреди всеобщего гусиного блаженства, заказное письмо из журнала «Москва»: «Сожгите все рукописи».

- Редактор хотел тебе добра, Нина! Он боялся: с тобой что-нибудь случится.

Таня Тихоновец забрала у меня это письмо и, по-доброму завывая, прочла его заново.

- Добрее читай, Таня! – кричали ей. – Еще добрее!

Гости сползлись под столом и боялись умереть… уровень всяческих жидкостей, изменяющих сознание, резко понизился… Если бы рецензенты знали, как они украшали нашу жизнь!

Когда принимали в 81-м году редакцию «Урала», нам казалось: ангелы слетели с поднебесья – настолько высоко тогда воспринимали «Урал». И не зря Слава целый день снова потратил на гуся с яблоками. Отведав его, мой редактор Юрий Бриль дал самый важный совет в моей жизни! Он сказал:

- А ты посылай рассказ «Старики» в московские журналы!

- Так все равно не напечатают.

- Но пусть они знают, что такие рассказы пишутся! Что не для всех Ленин – икона.

Так я стала посылать. Мне отвечали: «Рассказ очень понравился, но нам даже в голову не приходит показать его начальству. Шлем посылку с тушенкой, гречкой».

Потом, когда началась перестройка, мне все журналы написали: пришли рассказ «Старики». Так столица начала меня печатать.

А когда через 25 лет – мы принимали Костырко и Бутова из «Нового мира», уже не думали, что это ангелы, казалось, мы на равных.

Здесь у нас были гениальная кошка Мирза, которая на колени к стукачам никогда не садилась! Но ее съели бомжи…

Вынесла на мусорку по ул. Чкалова последние ненужные книги и долго стояла, прощаясь с ахматовской лебедой и горлановским цикорием. Думала: в картине увековечу ввсе это: цикории и лебеду! И вот этот стул – один цикорий пророс сквозь проломленный стул…

Но здесь – на Липовой - на мусорке… тоже лебеда и тоже цикорий!

Может, нам все это снится? Никуда мы не переехали?

Но нет, там напротив окна была надпись на стене «Гошан – лох», а здесь: «Туся, выходи за меня замуж!»

Епископ Беркли потоптался в своем углу и отправился восвояси. Все-таки мы переехали!

Чайная ложечка звякает о китайскую чашку с драконятами, умильно гляжу на уток, плавающих в озере. Уточка:

- Кря-кря, живете вы не зря!

Пришли в гости друзья, а у нас стола нет. Но табуретка послужила. Подняли тост за перезагрузку нашей жизни.

Саша Росин пишет: «через две недели, когда сильно соскучитесь, купите букет и навестите соседа».

Слава:

- А вдруг он не согласится встретиться с нами?! О ужас!

Слава на проспекте встретился с Робертом (фотохудожником). Тот отрастил ницшеанские усы, закрывающие губы. Поэтому Слава забыл его имя, перебирал, как его назвать: Редрик? Рогволод? Роальд? Ричард? Не мог вспомнить. Слава Богу, удержался и никак не назвал. А Р. тоже не остался в долгу: забыл, что у Славы оперирован сустав:

- Ты что это с тростью?

Слава начал рассказывать, и тот, как в первый раз, живо и сочувственно реагировал. Хотя виделись и после первой операции, и после второй.

Это была встреча титанов.

Слава:

- орел – он орел во все стороны. С орлом жена наплачется.

У него друг-геолог рассказывал:

- Вели мы съемку на Кубе. Подходит к нам Фидель Кастро…

- Вели мы съемку в Афгане. Подходит Бабрак Кармаль…

- Вели мы съемку в Китае…

Сын:

- Наверно, подошел Мао Цзэдун?

- Нет! – торжествуя, вскрикнул отец. – Подошел Дэн Сяопин!

Вышел покурить, сын его сказал:

- Хороший батя человек, только у него пунктик… по всему земному шару он вел съемку и встречал всю элиту Земли.

Ездили на день рождения Ш.

- Арбуз-селедка. Что-то я не то делаю, снова арбуз-селедка…

- Из этого цикла хрен выберешься. Лучше бери в руки рюмку…

- да, это единственно-единственно правильная рюмка.

Намеки кукольника

Нину Горланову и Вячеслава Букура — пермскую супружескую чету, совместно пишущую прозу, можно назвать правофланговыми ряда толстых литературных журналов столицы и зарубежья.

А недавно в шестом номере журнала «Новый мир» вышло их очередное творение — «Кукольник». Как всегда, эта публикация наполнена мягким юмором и узнаваемыми пермскими аллюзиями.

Вот какими штрихами набросан портрет режиссёра кукольного театра Льва Воробьёва, отправившегося в деревню Ручейки, дабы познакомиться со здешним кукольником Петрофаном: «Внешность Льва Воробьёва сочетала в себе и льва, и воробья: на темени хохолок, а взглянет — чистый царь зверей. В общем, режиссёристый весь. Впрочем, мог представиться: „Президент общества дураков“. И раскланивался». Далее дана краткая характеристика самого храма искусств: «В кукольном театре все поголовно отращивали ногти на мизинцах. Чем-то грело их такое подражание Пушкину».

Рассказ Горлановой и Букура, на первый взгляд, непритязательный, но, если прочитать его внимательно, наталкиваешься на далеко идущие выводы авторов...

Юрий БЕЛИКОВ

http://zwezda.perm.ru/newspaper/?pub=8263

Наш комментарий:

Но мы не пишем о Перми! Мы пишем после суда только про город Фиалохомск!!! Это совершенно другая реальность! Мы ее создаем заново, честное слово!

Дети бывают каждый вечер - снова и снова говорим о трагедии на Кубани.

- Самая страшная смерть – в воде…

А я сама тонула 2 раза и знаю… жить в России – рвать сердце…

Молюсь, отчаиваюсь, снова уповаю…

и в то же время стараюсь работать, кого можно – согреть своими рассказами, картинами…

Вчера был день святых апостолов Петра и Павла. Им горячо молилась.

Был Сережа, Была Ася, была Наденька. Со всеми об этом же…

Ездила заказать молебен за Наташу, видела девочку с кроликом на руках. Кролик невиданной красоты: шоколадного цвета, глаз – как у Натальи Бондарчук в «Солярисе», ошейник сложный малиновый с металлическими висюльками. Кролик глянул – и будто заглянул внутрь моей души. Вот бы написать…

Заказала молебен, звоню Наташе: перевод ушел! А у нее голос уже хороший. Не то, что позавчера: умираю, это конец. Вот так святой Александр Свирский помогает из рая!

смотрели по «Культуре» про черные дыры. Я не поняла, почему они иногда испускают свет, хотя сами не светлы. Но мистически это совпадает с Евангелием: свет светит во тьме, и тьма не объемлет его.

Вчера видела растяжку «Пермский свет». Хорошее название для рассказа, а то и романа.

Дочь читает «Луну и грош» Моэма. Я сказала, что для меня жизнь Гогена всегда была сложна для принятия. Картины его прекрасны. Это да. Но… ведь человек выше искусства. Бросить семью ради ис-ва… я бы это не сочла хорошим… Но такие, как Гоген, уже относятся к искусству, как к наркотику. Но оно в этом не виновато. Как сказал Парацельс, все – яд и всё – лекарство.

Когда-то Киршин спрашивал: является ли ис-во наркотиком. Для нас – нет. Но вот для Гогена – является…

Говорю:

- В Фейсбуке приглашают на концерт в Париж 16 июля.

Слава:

- Не успеем. Если сейчас выйдем и пойдем пешком, не дойдем к сроку. Почему так поздно известили?

- А если написать:"марсиане, кончайте воровать!" Тоже оштрафуют за клевету?

(Слышала в автобусе)

Вот прочла в Фейсбуке:

у Gregory Margovsky

"... родилась дочь Юленька. 3 килограмма 300 грамм! Я присутствовал при родах, даже отчасти асистировал. Имя врача Рафик Мансур, он египтянин... И вот что я хочу по этому поводу сказать. Если мужчина к какому-то возрасту не осознает, что женщины вокруг нас - это и есть дарованное нам Всевышним подлинное сокровище, то скорее всего он безнадежный подонок".

Говорю мужу: хорошо сказано, но как же так получается, что мы - сокровища - для мужчин...

- А для кого? Для барбосов, что ли? - ответил муж.

Вчера был град с голубиное яйцо. Все побило, цикорий полег. А с утра смотрим: встал наш цикорий! Его не так просто победить! Слава:

- Пусть наши рассказы, как синие цветы цикория, так же будут стойки и цветут несмотря на все бури…

- Это уже тост. За это надо выпить.

«Идет дождь. Липы отцвели». Мы теперь живем на окраине и в электронной переписке – в теме – пишем не спеша: «Пел соловей – поезда заслушались», «Воробьи замолчали: принят закон о клевете». «Кукушка всю ночь ковала нам годы». И кукушка, и соловей – на самом деле, такая у нас сейчас жизнь – с птицами. Как это у Мандельштама: и иволги в лесу, и гласных долгота…

Вчера навестила Люсечку. В подземном переходе на рынке раскинулись в корзине пять котят. И дремлют. А рядом, в маленькой корзиночке, какая-то хризантема бело-черная с глазами. Я смотрела-смотрела и все-таки решила, что это кролик – еще дитя совсем. Спросила:

- Это кролик?

- Да.

Я бы замерла еще на полчаса, но Люся звонила, ждала.

Наши дети шутили:

- Язвените! Проверочное слово – язва.

Это я вчера долго извинялась, нарезав укропу и петрушки в тарелку с малиной.

- он в папки с юности собирает вырезки о Флоренском, о Мёрчисоне др. Когда еще никто не знал о Флоренском, у него уже набралась большая папка.

( Вот и провинция, вот и Пермь).

Спина сегодня сказала человеческим голосом: «Хватит деде» (хватит тебе – так говорит двухлетний внук, когда дед делает вид, что похищает его машинки). Вчера еще я могла ходить, а сегоднЯ лишь диктую Славе, лежа на диване. Но рассказ новый написали (вчерне).

А для вас я только вот скопировала вчера с ленты.

Чей-то сын пяти лет:

- Мама, я все-таки буду космонавтом. Жена скажет: «Пылесось. Вынеси мусор. Сходи в магазин». А я не могу – я в космосе!

На гугле встретила:

Нина Горланова, писательница: (это Киршин записал за нами по телефону ответы на вопрос, является ли ис=во наркотиком)

– Ни в коем случае! Ведь наркотики приносят вред. А Слово – это Бог, и как это может быть наркотиком? А то, что она приносит удовольствие – так и молитва приносит удовольствие, и рождение детей приносит удовольствие. Так что литература приносит хорошее удовольствие, полезное людям. Примерно я совпадаю с Толстым, что талант – это особое физическое состояние человека, и к нему добавляется твое решение – следовать ему или пойти наперекор и стать, например, спортсменом. Я не пошла наперекор. И так же читатель: вот он лежит, читает, получает удовольствие – ну и что? Это тоже не наркотическое удовольствие, это помощь в преодолении страха смерти, в желании понять мир. Не случайно человечество ни одного дня не жило без искусства, люди жили без хлеба, без мира… Ведь животные не работают, они не духовные: волки разорвали зайца – съели, заяц нашел капусту – сгрыз. А духовное существо, человек, не может, не задумываясь о высоком, работать, и даже простой крестьянин, который пашет, имеет свою схему мира, своего Бога, свои слова, которые ему помогают, и свою песню, чтобы спеть на свадьбе, – это уже искусство. Нет, нет, искусство – это так высоко, и так важно. Нет, ну есть любители подросткового кайфа в книжках, но, в принципе, это проходит потом.

Вячеслав Букур, писатель:

– Я к этому высказыванию отношусь резко отрицательно. Распространенность его не означает, что оно верно. Для меня литература никогда не служила средством заволакивания действительности. Она меня приближала к пониманию действительности. А понимание – это не балдеж, понимание – это напряжение, это гамма переживаний, но в любом случае те ощущения, которые я испытываю, когда пишу, или когда воспринимаю, их нельзя описывать в терминах кайфа. Как относиться к людям, для которых литература – наркотик? Держаться от них подальше, и все.

В Перми… пикеты против фестиваля «Пилорпама» - хотят, чтоб забыли про сталинизм… Господи!

был день Сергия Радонежского. А я не рано узнала… хотя бы сегодня напишу: святый отче Сергие, моли Бога о России!!!!!!!!!!!!!

Я стала впадать в тоску, а Слава говорит:

- Все не так трагично. Есть подспудные процессы. Откуда взялись тысячи добровольцев, которые поехали в Крымск? А ведь казалось бы: они выросли во время, когда им твердили: заботься только о своем собственном успехе, ты этого достоин, жалость унижает и т.п.

Может быть, дело в том, что нет красок. Записная книжка, в которую пишу от руки, полнится набросками натюрмортов, а картона-красок нет и не предвидится.

Но рассказы идут. Спасибо. Спине полегче…

Разбирала архивы и встретила хокку Сени:

Одинокий сверчок.

И другой одинокий сверчок.

Да не так уж они одиноки.

- А. В. говорит: Гоголев, Гоголев (видимо, про Гоголя).

Еще из архивов: 22 нояб. 98.

Вчера убили Галину Старовойтову, мою любимицу, умницу, красавицу. Снилось: ее помощник окутался зеленой оболочкой в форме морской звезды и тем спасся. (В жизни он выжил).

- Передай сыну, что Пушкин женился во фраке Нащокина.

Вчера с утра чем-то отравилась. Думала, что умираю. Ехать в б-цу не было возможности, потому что во всем городе не было воды…

Сегодня с утра ухала сова за окном. Я с детства не слышала этого… У нас считалась в поселке, что не к добру…

И точно: включили воду, сразу потекли 2 трубы в ванной и кран на кухне. А счетчики же…

Вчера 500 руб. улетело на энтерофурил.

Слава:

– наоборот – «прилетело» (в том смысле, что вернули мне жизнь)…

Вчера звонил Сеня: гусеницы боярышниц съели весь урожай…

( Гусеница и гусь, скорее всего, не однокоренные. «Гусано» по-испански червяк).

Сеня ехал мимо Чкалова и. глядя на наш старый дом, вспомнил стихи Олега Чухонцева: «Во сне я мимо школы проходил, и выдержать не в силах - разрыдался».

Он прочел мне 3 рассказа Мелихана и один не помню кого. Все очень хорошие… и вспомнил, как в детстве в гостях у друга он ел с ним из одной тарелки, обнявшись: Сеня правой рукой, а друг – левой.

Слава видел на заборе: «Улыбнись, прохожий, солнечной улыбкой!» Внизу – комментарий пессимиста черными четкими буквами: «Пи-дит». ЖЖ был всегда, только на заборе.

Над архивами

24 июля 2000

- он забыл диссертацию в Москве у кузена. Еще у него не было телефона. Дал телеграмму: «Забыл диссертацию. Телеграфируй, на месте ли». Пришел ответ: «Диссертация потеряна. Пиши другую». Все поняли, что не потеряна, иначе бы не стал шутить.

Слава:

-Такие люди создают атмосферу умственного выживания, как деревья дают кислород.

Н.:

- Декарт считал: хорошо прожил тот, кто прожил незаметно.

- Жизнь Декарта не удалась. Прожил очень заметно.

Нина Горланова

Кто она

Книги замечательной пермской писательницы переведены на многие языки, сама она получила I премию Международного конкурса женской прозы, специальную награду американских университетов, премию Бажова. Ее прозу печатают в литературных «толстяках», о писательнице был даже снят фильм «Горланова, или Дом со всеми неудобствами». В последнее время она все чаще работает в соавторстве с мужем, Вячеславом Букуром.

О чем пишет

Ключ к прозе Горлановой – искренность и живое дыхание реальности. Ее рассказы часто похожи на дневниковые записи, и отчасти так оно и есть. Герои путешествуют из одного произведения в другое, а об их чувствах (и своих тоже) писательница повествует с предельной откровенностью. Друзья, дети, соседи, коллеги-писатели – от взгляда автора никто не ускользнет!

Последние достижения

Повесть «Тургенев, сын Ахматовой», написанная в соавторстве с В. Букуром, вышла в издательстве «Рипол-классик».

Факт Нина Горланова – еще и самобытная художница, работает в жанре «наивной живописи».http://www.cosmo.ru/your_career/career/1173305/?utm_medium=twitter&utm_source=twitterfeed

Писала рассказ… Очки долго держала в руке, они у мня плюсовые. И бумага задымилась. Долго вился дымок.

Почерком Славы: «Молитва, когда творится, возвращает нас в неповрежденное состояние, когда человек видит время как одно настоящее, или вечность».

Толя Краев:

- Нина, я еще несколько минут посмотрю, как ты прекрасно стираешь, и пойду.

Написано: «Берд. наз. пол акт провинциальным».

- То ли Бердяев, то ли Бердичевский?

- получается, что Господа называют провинциалом. Первая Его заповедь была: плодитесь и размножайтесь. (Слава)

В автобусе к девочкам повернулся мужчина:

- Хотите, покажу обезьянку?

И показал лицом. Нереализованные творческие способности мучают, томят человека.

Стихи Славы на презентацию книг моей и Сережи Андрейчикова

Эти книги – две заплатки

На холстине бытия.

В них светлы макушки, пятки.

Ах, о чем же это я…

Эти книги собирают

На себя красы росу,

Мысли в темечко долбают,

Ах, чего же я несу!

Стукнем, брякнем стаканами –

Вот и вакханалия.

Славим авторов меж нами!!!

Подпись:

Ваш каналия.

Саша Росин просил пару фраз о прочитанном.

Славе понравилась книга Лема "Фиаско". В отрыве от Бога неизбежно поражение гуманистической идеи (Лем пришел к этому, хотя сам был атеистом).

НА ЯНДЕКСЕ УВИДЕЛА:

1. school19perm.ucoz.ru/__-2-.pptx

Каковы же особенности прозы Нины Горлановой? Превалирование стиля над сюжетом…

school19perm.ucoz.ru›__-2-.pptx

(мои комментарии: ну НЕТ у меня превалирования!)

Еще из интернета:

Талант Горлановой бесспорен,

Кто читает – тот доволен.

Сборник – лучше не бывает,

А «Букериада» - восхищает!

24.05.2012 http://www.Labirint.ru/reviews/goods/69356/

Смотрела «Дзядко 3» и плакала. Не знала, что их тоже избили 6 мая. Журналистов тоже избивали.

НАД АРХИВАМИ:

01 июля 99

Это я, Господи! Так трудно восстановить силы. Господи, ты видишь нас? Сегодня ввели очередной налог на вмененную прибыль. Цены опять пойдут вверх.

Слава:

- Как это Христос в теле вознесся? Значит, Троица стала уже другая?

- Христос ведь предвечный. Значит, он всегда был и в Троице, и в теле, и вознесшись (я).

Таня учила меня думать в депрессии: это состояние проходит. Слава:

- Еще Соломон Премудрый знал это. У него на кольце была надпись: «Все проходит. И это пройдет».

Снова не спала… Сыпались откуда-то на меня хокку.

Гениальное хокку

Давно написано:

Воздух, земля, вода.

Гениальнее, может,

Другое хокку:

Муж, жена и ребенок.

Бессонница пишет

Свое хокку:

Десять, двадцать, тридцать.

Жизнь, разумеется,

Тоже хокку:

Родился, пожил – и в рай.

И получается:

Все есть хокку –

Листья, ствол и корни.

Муза сегодня

Пришла в кимоно.

Хокку диктует.

Муж послал меня

На три буквы.

Вот так хокку!..

Комсомольская правда14:31Адвокат Pussy Riot: «Их не кормят и не дают спать. Это пытки»

Участница панк-группы Pussy Riot Мария Алехина, обвиняемая в хулиганстве из-за скандальной акции в храме Христа Спасителя, во вторник попросила суд предоставить ей время для сна, еды и подготовки к процессу. …Это пытки", - сказала адвокат группы Виолетта Волкова.

в каком же году мы оказались?

Перепостила у Ройзманаngorlanova1 августа, 2012

Звонит чиновник один:

- Женя, помощь нужна. Парень закалывается, не к кому обратиться - возьмите к себе! Сдохнет ведь!

Ох ты красавец, - думаю. Не ты ли только что давал строгие комментарии про "методы Фонда", увещевал публично и обличал? И вот на тебе!

- Ладно, - говорю, - везите.

(и я заплакала)

Агния вернулась из Крестного Хода… и мое здоровье стало немного улучшаться… но все еще на доксициклине.

навестил Сеня с женой

Я:

- У нас есть хороший коньяк – Славе подарили. Давайте поднимем тост…

Сеня:

- Без коньяка жизнь нелегка, а с коньяком – жизнь кувырком. Говорил Светлов.

Далее – долгий, слишком долгий разговор о коньяке, который так и не выпили. Видимо, возраст – это долгие разговоры о коньяке вместо самого коньяка… Жалкое зрелище с точки зрения завзятого питуха.

Я:

- Умер Евгений Пастернак.

Сеня:

- Да, Дудлик умер.

- Так родители его звали? (Я)

- Нет, Ольга Фрейденберг так в письмах его называла.

- При жизни Жени Пастернак казался ближе.

Слава:

- А Пушкин до сих пор нам близок.

Сеня:

- Меня в юности поразила фраза Паустовского: вымытое крыльцо пахло весной.

Я:

- Когда я в 9 классе увидела, как Ваня Распутин с отчимом ремонтирует крыльцо, я страстно хотела там гвозди подавать. И поняла: любовь – это вместе ремонтировать крыльцо…

Вчера мы пригласили наших друзей: Славу Запольских с женой. Ведь коньяк транслировал из холодильника: гостей, гостей!

Коньяка не хватило, и вынырнул для мужской половины из забытых запасов «Градус», а для Тани – кагор. Я подала жареные красноголовики. Запа:

- У Осоргина есть грибы-плясуны.

- Грибы жизни нашей. (Слава мой).

- Хорошее название для эссе (я).

- У родителей Осоргина где-то здесь дача была.

- Ну, за грибы! В эпифеноменальном смысле.

- Ты феномен или ноумен?

- Не працы бендзы кололацы.

Затем мужская половина встала в тупик: что же это за пеласги жили до греков в Элладе? Плюнули, провозгласили:

- Ну, за пеласгов!

И резко выпили.

- Ну, если дело дошло до этрусков и иже с ними, пора переходить на чай.

Мыслители же со слезами уверяли меня, что водка – не коньяк, много не выпьешь, и отвоевали еще пару тостов.

- На случай гражданской войны мы приготовили молитву от грызунов. (Я)

- Нина, ты вроде не пила…

- А дьявол имеет креативные силы?

- Только для создания иллюзий и морока.

- Он от двух ЖЖ потерял пароли, две электронных почты у него почему-то не работают. А звонит мне и говорит, что безумно хочет пообщаться с Горлановой и Букуром.

- Пить меньше надо (я).

Таня:

- Мой муж вчера не ел, целый день за компьютером. А потом проходит ночь…

- Понял он: поесть не прочь. (Слава)

- Похоже на Агнию Барто (Запа).

- Предлагаю тост за эпифеноменальную Агнию Барто, которою пропитано все!

- Ты прочел «Критику чистого разума»?

- Я пытался.

- Сколько раз?

- пять.

- А я шесть.

И Запа быстро набросал эпизод ухронии, что русские во время Екатерины II завоевали Пруссию, и Канта секут на площади, а братья Орловы на рысаках приговаривают:

- А не критикуй чистый разум.

- Зэки достали журнал с портретом Пугачевой. «Как она хорошо выглядит!» - Ну так, во-первых, она всю жизнь на воле, а во-вторых, ест тушенку, повидло, пряники.

Слава:

- Предлагаю тост: за то, чтобы писать на уровне этого анекдота – кратко и сильно.

- На меня прямо в подъезде, где я мирно курил у окна, напали два свидетеля Иеговы: «Верите ли вы, что Библию написал сам Господь?» - «А покажите, где об этом в Библии написано».

- Я бы на их месте выкрутился: Бог настолько скромен, что ему не нужен пиар.

- Ну ты даешь, Букураго.

- А я выпил, и как у Булгакова: податель сего не податель, а просто шантрапа.

- В окопе под обстрелом все верят, а мы находимся в окопе. (Слава)

- А как же с точки зрения античности?.. (шел к теме гармонии?).

- Античность ничего не значит с точки зрения Христа. После Христа наступил последний акт драмы, и неважно, сколько он продлится.

- Если бы мы не уверовали в 86 году, мы давно бы погибли. Какие были испытания: смерть внука, авария сына, операции Славы, мой суд и инсульт.

Слава:

- После первой операции мена привезли с давлением 40 на ноль, и я впервые почувствовал, что не я живу, а меня живут.

Начну с хорошего: мастер настроил нам интернет за 500р. Правда, говорил, что «висту» надо сменить, это изначально ущербная программа. Но нужно от 1,5 до 2тыс. р. за смену программного обеспечения. Но сейчас дом будет собирать на адвоката…

Слава с утра поехал заказать молебен о спасении…

Не спала 2 ночи. Наш дом треснул.

Говорят: счастье равно единице, деленной на зависть; если зависти - нуль, то счастье стремится к бесконечности. У меня не было раньше зависти… а сейчас завидую тем, кто накопил на случай беды средства на новую квартиру… и может спастись от ужасов…

Правда, в пятницу на пару часов светлое ощущение осталось от «Особого мнения» с Димой Быковым. Хотя этот оптимизм беспочвенный, но и он дал вздохнуть, принять ванну, приготовить кабачки…

ездили к Д.

Солдатиков заводных, подаренных нами, мальчики искупали в ванне, и те, конечно, уже распались…

- Хотели сделать из них морских пехотинцев, - сказал Слава.

На обратном пути мы видели на бетонном заборе: «Господь наш Иисус Христос умер за тебя».

да, за нас, за всех...

спасибо, что напомнили!

всегда бы помнить об этом, каждую минуту... и тогда можно дышать

Проснулась я от пения петуха часа в 4. Слава тоже его слышал.

И вдруг я оценила: это очень красивое пение! До-ре-ми-фа! Конечно, не соловей, но тоже по сердцу. А в детстве я не ставила ни в грош петушиное раннее пение! Теперь, когда я петухов пишу в картинах, отношение совсем иное к ним… личное…

Вот еще хочу написать картину, как я в малиннике встретила медведя…

Пошла на кухню выпить нормодипин – там бабочка-крапивница запуталась в тюле – я ее долго и осторожно ловила, потом выпустила в предрассветную – словно тоже тюлевую - свежесть.

И тут собака залаяла – требовательно. Лаяла без передышки часов до девяти. Мне было так ее жаль – вдруг от голода мучается? Но помню, что с такими мыслями я вынесла на Чкалова собаке кусочек колбасы, и она залаяла с еще большей силой…

Вчера видели из окна огромного кота – что-то булгаковское. Красавец бело-черный. Я долго любовалась …

Неужели я стала любить фауну больше, чем братьев по разуму?

Но все-таки они заслуживают…

в чем-то милосерднее – на самом деле… и уж точно не устраивают сауны в подвалах жилых домов… не губят фундамет…

Вчера была Миланочка с изумительными пирогами. Я отдарилась автопортретом с кроликом.

Потом Андрейчиковы завезли листья салата и зелень. Спасибо, друзья!!!

Вчера позвонила Н. Говорит, что Лена сейчас в Испании и она в восторге от частной корриды. Я:

- Разве тебе быка не жаль?

- А разве ты говядину не ешь?

- Еда – это одно, а для забавы нечего убивать живые существа.

- Но если у испанцев это в менталитете?

- А у древних римлян в менталитете были гладиаторские бои…

- Да Нина, ты не представляешь, что этих быков воспитывают, как убийц! А ты их жалеешь.

- А кто их воспитывает, не люди, что ли? Значит, надо прекратить такое воспитание.

- Коррида - источник мужества.

- Да уж… Мужественные испанцы терпели 50 лет Франко…

Хокку из ночи:

С походкой лисицы

Морковная осень

Пахнет зимой…

вчера была Людмила Александровна Грузберг –мой ангел - принесла на новоселье чайный сервиз со смещенным центром (в духе Лисицкого), чисто белый (хочу расписать его: рыбками и осьминогами). Я отдарилась кремом «черный жемчуг».

Вчера с утра Антон занес флешку на 16 гигов и мясо. Спасибо!!!

Польский поэт Болек выпускает наволочки с напечатанными на них стихами. Это хорошая пропаганда поэзии. Слава говорит, что мои хокку прекрасно бы выглядели на простынях.

Дмитрий Быков на сайте компании "Афиша" - после обвинительного приговора Pussy Riot.

"Обвинительный приговор - это трагедия для России..."

да, согласна, трагедия...

Вчера, в Преображение, мы причастились. Отец Игорь в проповеди призывал всех нас «преобразить нашу жизнь, серенькую и унылую, в радостную, полную веры и добрых дел»…

Я горячо молилась за Россию, чтобы не было гражданской войны.

Храм – единственное место, где исчезает 2 тысячи лет, и ты с Христом… буквально рядом… «С кем можно глубже и полнее всю чаше нежности испить».

Потом было освящение плодов земных. Это так кинематографично. Св.вода сначала летела вверх, а потом падала на яблоки, виноград, персики. Хочется написать такую картину, чтобы святая вода сияла.

Еще в храме стояло около 10 прекрасных букетов. Тоже хочется их написать, но пока картона нет. Мысленно пишу.

видели по ХИСТОРИ подробный фильм-реконструкцию про Оппенгеймера. Там поразили слова из Бхагавадгиты: прошлые добрые дела защищают тебя сейчас от несчастий.

В интернете, кстати: Зализняк читал недавно вводную лекцию по санскриту. В Бхагавадгите «ватара» - ветер. В русском этот гласный переднего ряда перешел в Е, а в украинском – в И.

Но самая главная радость для наших сердец – на лекцию о санскрите пришло огромное количество первокурсников, которые уже самостоятельно начали изучать санскрит.

Когда я познакомилась со Славой, он тоже пытался учить санскрит. Смирин нам на свадьбу подарил учебник с надписью «Внедрим санскрит в семейный быт». Потом мы его сдали… в трудное время.

С Ш. говорили о выходных.

- Поехали отмечать день свадьбы – на шашлыки… Но такой ливень грянул!

- Ливень – это что… а у нас на серебряной свадьбе гениальный поэт К. устроил пьяную драку! Лина еще у всех в это время спрашивала: «Интересно, Есенин мог бы себя так вести?!»

- Ну ты же знаешь: поэт в России больше, чем поэт! Он и хулиган, и скоморох.

Вчера вечером неведомая сила толкнула меня вынести мусор. Уже в 11 часов – темнота была полная! Огурец горький попал в салат, есть невозможно… и он стал издавать кислый запах. Спускаюсь – горят 5 почтовых ящиков, и на полу горит скрученная тряпка, которой, видимо, поджигали. Я принялась стучать во все двери и умолять: «Откройте! Пожар! Дайте воды!» Вышел один юноша и залил стаканом воды.

… прервалась: написала «Освящение плодов земных» - на обратной стороне доисторической рыбы. Отец Игорь похож, фрукты ярки и манят, но святая вода… была сначала светящейся, Слава посмотрел: нет капелек… стала я капли писать и все испортила. Еще 6 раз переписывала… становилось все унылее… я уж знаю, что минимализм – это мое… но все равно сбиваюсь на реализм… и только все записываю… увы…

Но остановиться не смогла и написала еще петуха и 2 букета. Все неплохо. Навыбирала много картиночек с одной стороны. Теперь с другой могу написать еще что-то…

Виктор Каган уже не в первый раз написал мне, что китайцы говорят: прекрасное - на расстоянии вытянутой руки… я вчера думала, что у меня нет ничего на таком расстоянии... но потом меня осенило: Муза ! Она всегда тут и даже ближе!

нам чиновница не выдала документы. Эта красавица сказала без объяснений, чтобы мы приходили завтра. Для этого не было никакой причины, но сил бороться нет.

На меня благотворно действует мемуар Аксенова: чиновница (тоже, наверное, красавица, она была афро-американка), не хотела давать ему гражданство. Он уже и своему другу - президенту США - жаловался, но тот объяснил, что по не имеет права вмешиваться.

По всему городу висят прекрасные плакаты: «Читайте детям!» там Ирина Хакамада и Татьяна Лазарева сфотографированы с книгами, с детьми.

А по РенТВ прошла передача, что читать бумажные издания вредно: в книгах клещи и т.п. Долго показывали через микроскоп жутких крокозябр среди букв. Завтра, наверно, покажут передачу, внушающую: смертельно вредно ходить в оперу и музей - там грибки в стенах и клопы в креслах? А интернет закроют, исходя из заботы о психическом здоровье нации?

Внук 9 лет после научной передачи произвел опыт: вложил книгу в книгу – листик в листик. Сила трения такова, что книги невозможно было разъединить. Я Славе говорю:

- Боюсь, что мои книги загублены в этом эксперименте.

Слава:

- Радуйся, что они пригодились!

Вчера я сидела с Лидочкой. Показала, как моя бабушка делала из полотенца куклу, то есть сворачивала валиком и надевала косыночку, а потом ей требовалось полотенце, она разворачивала куклу, вытирала руки полотенцем и говорила мне: «Повесь на крючок, пусть сохнет». Лидочка играла со мной в «полотенце-куклу» раз сто.

Вчера был В. Очень волнуется за Гарри Каспарова. Мы тоже волнуемся и молимся за Г.К.

Гарри Каспарова оправдали!!! Вчера Пархоменко рассказал по Эху! Слава Богу, что есть много видео, что судья внимательно посмотрела!

«Ничего, голубка Эвридика, что у нас тяжелая зима». А у нас тяжелая также и осень, и весна, ну и август… то бишь лето… (У Осипа Эмильича «холодная» зима, но я с юности говорю иначе… так перепечатала в 1971 году - из герчиковского американского двухтомника, который тоже был машинописью).

Славе сегодня приснилось, что мы удочерили 2 девочек: чеченочку Мирьям 10 лет и татарочку Чалпан 6 лет. У Мирьям погибли родители во время войны, а у Чалпан заболела мама…

В твиттере прочла: « Наша кошка нассала на акварель Нины Горлановой. cherepanov_alex

Но как вспомню, как Алеша помогал во время суда надо мной… так уж думаю: пусть кошка… ладно…

Я –конечно - всегда была против главного направления современного ис-ва: назад, к бессмысленному воспеванию экскрементов… ну так получила! На мое ис-во хоть кошка да помочилась…

О Мандельштаме. Что делать с восторгами от его строк?! Сегодня искала кое-что, а глаза сами наткнулись на:

У костра мы греемся от скуки,

Может быть, века пройдут,

И блаженных жен родные руки

Легкий пепел соберут.

(и захотелось, чтоб мой пепел кто-то собрал… т ак после строк Толстой про Моисея: «ветер раздувал его рвань одежд»… хотелось рвань одежд…А Надя и пепел не собрала… в нашей стороне так… но она сделала бОльшее – собрала его стихи и издала!).

Видели по ТВ, как папарацци преследуют кого-то. Они похожи на хищных животных. Слава сказал:

- Хорошо, что мы не знамениты, а то бы я сошел с ума.

- А среди них и умные есть.

- Не больше, чем хороших врачей среди врачей, хороших учителей среди учителей…

- Слушай, а в сумме-то получается, что много хороших в стране! Сложи журналистов с врачами, с учителями, с летчиками хорошими, слесарями да писателями…

в Перми вырос подсолнух с 21 «шляпой». Это большое дерево со множеством ветвей и цветов. Какой-то супер-Ван Гог! Слава:

- Напиши картину "Под сенью подсолнуха": под этим развесистым подсолнухом сидит пара: он в строгом черном костюме играет на флейте, а она обнаженная, но в подвенечной фате.

С утра дописала «Освящение земных плодов». Добавила свечей и низ иконы «Св.Георгий поражает змия». Слава:

- При богатом воображении можно это распознать.

По «Дом кино» в десятый раз пересмотрели «Дядю Ваню» со Смоктуновским. Наконец стали видны и нюансы. Когда Астров уезжает на фабрику, он проезжает мимо обгоревшего одинокого дерева… сам одинокий…

Слава:

- Профессор – сплошная воля без таланта, а дядя Ваня – талант без воли.

Антон сфотографировал «Освящение плодов земных» и «Автопортрет с кроликом». Жду, когда пришлет. Тогда вывешу для вас.

Жаргон медиков: терапевтов зовут писателями.

- В поликлинике предлагают место писателя.

- Кого?

- Ну, терапевта.

Заходила Марфа (имя изменено). Заранее позвонила она: нужна моя рыбка. Не виделись мы лет десять. Ей 55 лет - на лице паника: ох, уходит моя красота, вот-вот уйдет! Я говорю: да ты все еще хороша (чистая правда). Ее приемные дети – знаменитые журналисты в Питере. Купили ей виллу на Кипре. Одета она так: простой верх (свитерок) и сложный низ (юбка с неравномерными складками; кажется, тронь – и они опадут, обнажая все ). Я подумала: по части низа у нее много сложностей было в жизни… после спохватилась: сложности по части верха или низа – не так уж и важно. Важнее, что она вырастила 2 приемных детей.

Сколько добра я видела от учителей! Это «хрущевское» добро, оттепельное. Люди были так рады, что не будут наказывать за добро! Владимир (?) Шалевич, литератор, отучал меня от заикания и отучил! Мы с ним пели стихи. Завуч Сержантова Евгения Николаевна меня бесплатно репетировала к поступлению в вуз. И я поступила. А Анфиса Дмитриевна Малухина так до конца ее жизни присылала мне каждый сентябрь мешок картошки и корзину с вареньями-соленьями.

http://magazines.russ.ru/continent/2010/144/po9.html

плакала, ходила полежать в ванне, чтобы успокоиться

всем советую прочесть, подумать, пережить нашу историю

New subscriptions: BBC - Magazine, Libération. Subscribe today at

sendtoreader.com/subscriptions

!

Fri, May 17th, 2013, via SendToReader

Content

Горланова Нина Нина Горланова в Журнальном зале 2012- ЖЖ апрель- август 2012