Штейман Борис Евгеньевич

Курьер Джо

Борис ШТЕЙМАН

КУРЬЕР ДЖО

Иерархия… Вроде бы все понятно, но уточнить не помешает. Открываю энциклопедический словарь. Кстати, очень полезная вещь. Так, а вот и то, что нужно. От греческого иерос - священный, и архе - власть. Расположение частей или элементов целого в порядке от высшего к низшему. Умно, ничего не скажешь! Как говорится, не отнять и не прибавить!

Последнее время фишка упорно не идет. Похоже, началась черная полоса. А главное, эти проклятые анализы... Знающие люди советуют в таких ситуациях не суетиться, а затаиться и переждать. Так и делаю. Ложусь на диван. Отворачиваюсь к стене. Натягиваю одеяло и принимаю позу эмбриона. От коврика на стене пахнет пылью. Надо не забыть его, как следует, пропылесосить…

- А это что? – интересуется кассирша.

- Масло.

- Надо говорить!

- Чего говорить?! Это не в вашем куплено! - заявляю категорично, но без нажима.

- Мария Петровна! Не хочет платить! - неожиданно сильно начинает орать кассирша.

- Как не хочет?! – немедленно подплывает и угрожающе басит Мария Петровна.

- Говорит, не в нашем куплено!

Мария Петровна встряхивает бутылочку с подсолнечным маслом, мелкие пузырьки бегут со дна.

- Надо платить! – безапелляционно изрекает она.

- Вам же русским языком сказано! Не в вашем! Вы что, не понимаете?! - кричу в бешенстве и жалею, что женщин в общественных местах бить не положено.

- Ах, так! Ну, погоди! - угрожает Мария Петровна. - Пошли!

Подходим к прилавку.

- Этот брал у тебя масло? - спрашивает она раздатчицу.

- Не припомню... - мнется маслораздатчица.

Торговые твари! Все заодно!

- Идите к администрации! Разбирайтесь! – после недолгих колебаний решает Мария Петровна.

- Ну, вы еще заплатите! За такое самоуправство! Премией заплатите! - угрожаю напоследок.

- Напуга-а-ал! Сам заплатишь, еще, как заплатишь! Привыкли на дурака! - кричит она вдогонку.

Иду внутрь, куда обычно нельзя. Контейнеры, мешки. Выхожу во внутренний двор, снуют грузчики, въезжают-выезжают грузовики с продовольствием. Ворота открыты. Солнце светит, небо голубое. Благодать! Выхожу на свободу. В результате - бесплатно вынес все, что набрал и за что хотел заплатить! Но сомнения, нет уверенности... Достаточно ли света было в торговом зале? Да и финальный проход, пожалуй, был неубедителен... Лучше было бы справа выходить. Точно, лучше. Да и зритель вряд ли прочувствовал до конца весь трагизм ситуации... Неясно. Да еще вдобавок: "Не верю!.."- несется эхо по двору. "Ну и на здоровье! - кричу в ответ. - Да, пошли вы все!.."

Весеннее солнышко пригревает. Гусеница, волнообразно изгибаясь, движется вверх по изогнутой спинке бульварной скамейки. Когда остается какой-то пустяк до вершины, она срывается вниз, но вскоре делает очередную попытку. Она ничуть не обескуражена падением. Видимо, у нее крепкие нервы и стальная воля. Или же она безмерно глупа.

- Чтобы продуктивно обслуживать какую-нибудь идею, всегда должен быть переизбыток желающих! - многозначительно изрекает Малыш. - В этом трагикомедия человеческой истории. Кстати, о птичках! Твои губы похожи на хорошо надутые велосипедные камеры!

- Не фига себе сравненьице! Такого мне еще никто не говорил. Это комплимент или как?

- Считай, что комплимент.

- Тогда, спасибо, - отзывается Семенова и прижимается своими тугими губами-камерами к его плотной гладкой щеке. - У кого больше шансов, у демократов или республиканцев?

- Ты же знаешь, я не интересуюсь выборами... И те, и другие стремятся обслужить идею успеха и получить доступ к вожделенному телу власти.

- Пашке, конечно, далеко до тебя... - вздыхает томно Семенова. - Мы можем пойти к тебе. Твои старики деликатные, не станут рваться в комнату... На всякий случай можно накинуть крючок. У тебя на двери замечательный доисторический крючок. Пашкина мамаша как-то ворвалась со своими пирожками! Хотя бы постучала!

- Простой народ дурно воспитан... - задумчиво отзывается Малыш, вынимает из кармана складную лупу, мгновенно хватает гусеницу и начинает ее рассматривать. - Не исключено, что она нас подслушивает! Погляди! - приглашает он Семенову.- Видишь, сразу спрятала свои антенны! - Он осторожно возвращает гусеницу на гребень скамейки.

- А что обслуживаешь ты? - интересуется Семенова.

- Как и все... Идею генерального кода... - объясняет он. - И это грустно...

- Ты такой умный, Малыш! С тобой интересно!

- Ладно, потопали ко мне! Я хочу не меньше твоего!

Они встают и, обнявшись, неуклюже пытаются идти в ногу. Уже почти у самого дома Малыш, споткнувшись, падает на газон. Семенова начинает громко хохотать.

- Перестань, Семен! - сдержавшись, приказывает он. - Ну, что тут смешного?! Человек упал. А ты ржешь! Не будь балдой!

Заснуть не удается. Так, какая-то полудрема. Вспоминается всякая ерунда. Решаю освободить мочевой пузырь. На всякий случай. А потом и вовсе выхожу из дома. Как обычно, побеждает дурная голова, которая ногам покоя не дает.

Неподалеку от дома в кустах лежит огромная породистая собака. Спит. По внешнему виду, бездомная. Грязная свалявшаяся шерсть. Впалые бока. Видимо, потерялась. Пытаюсь ее разбудить. Хорошо, к ошейнику, превосходный, кстати, ошейник, привязана бельевая веревка. Кто-то, видимо, уже хотел приватизировать собачку, но не проявил должной настойчивости. Пес подниматься не хочет. Смотрит мутными глазами. Тяну за веревку. С трудом встает и, шатаясь, бредет за мной. Щеки уныло висят. Печальные глаза в красных прожилках. Капает слюна. Дышит хрипло. Но все равно, видно, настоящий аристократ!

Сразу же, буквально, падает в прихожей. Даю ему вчерашние котлеты. Не ест. Дышит по-прежнему тяжело. Ставлю около него миску с водой и иду во двор покурить.

Только усаживаюсь на скамейку, как в окне на третьем этаже возникает Вася, будто только и ждал, когда я выйду. Приветственно машу ему рукой. Вскоре и сам появляется.

- Курим? - интересуется он и крепко жмет мне руку.

Он бросает и поэтому все время стреляет у меня. Будто у меня они забесплатно появляются.

- Ладно, уж, дай сигаретку! - говорит, будто делает мне величайшее одолжение, и добавляет: - Ты что, себе собаку завел?

- Куплю тебе в следующий раз пачку, чтоб не стрелял! - Не люблю бесцеремонных людей с их вопросами. Все-то им надо знать! Захотел бы, уж, наверное, сам бы рассказал.

- Вот из-за таких, как ты, все и развалилось! Это я тебе целый блок куплю, совок несчастный! "Кент"! "Пел-мел" куплю! Тоже мне! Еще и попрекает! Совок несчастный! - Вася обижается и гордо уходит.

Зачем я притащил домой эту больную псину? Не понимаю. Помню, в детстве хотел щенка. А кто в детстве не хочет собаку! Просто, какое-то помутнение рассудка! Лежал бы себе под, одеялом, и все было бы нормально. Так нет! Собака даже воду пить не стала. Придется везти ее в ветлечебницу. Хорошо, имеется поблизости.

Еле затаскиваю эту громадину в автобус. Пассажиры проявляют некоторое неудовольствие. Ну, да, наплевать. Мне с ними детей не крестить!

К ветеринару очередь огромная. Кошки, собаки, попугаи, хомяки и даже одна белая холеная коза, которую в результате не приняли. Для коз, оказывается, другое учреждение имеется. Наконец до нас черед дошел. Ветеринар, мужик довольно противный, смотрит на меня с любопытством.

- Вы зачем дохлую псину притащили? – интересуется он.

- Как дохлую? - не понимаю я.

- А так... Вы что, сами не видите?

Смотрю, действительно не дышит. Хорошо, что не успел к ней по-настоящему привязаться.

- Чем-то болела? - надо уж уточнить, раз приперся.

- Осматривать? - спрашивает ветеринар.

- А что делать, раз привез!

Открывает он ей пасть.

- От старости!

- От старости?

- От нее! Двадцать с лишним лет! Или около того! Это по-нашему - сто! Долгожитель! Так что не расстраивайтесь. С вас тысяча ре! За осмотр!

- Тысяча?! Это, позвольте узнать, за что? – не могу я скрыть своего изумления.

- Я вам уже сказал, за осмотр!

Отсчитываю купюры. Но настроение портится сильно. Не люблю, когда дурят вот так, в наглую.

- Только не вздумайте ее здесь оставлять! Штраф - три тысячи! – предупреждает ветеринар.

- Еще как, вздумаю! И штраф ваш тьфу, а не штраф! Непременно оставлю! – не остаюсь я в долгу.

- Тогда - штраф!

У ветеринара многолетняя закалка. Его так просто не проймешь. Но пытаюсь:

- Паразиты! Только бы деньги вымогать! Козу, и ту лечить не может! Специалист хреновый!

- Хулиган! Проваливай! Пока в ментовку не угодил! - наигрывает возмущение ветеринар. На самом деле ему все до фонаря.

Теперь еще придется, и хоронить бедолагу. А спина болит. Натаскался с собакой, вот и прихватило. А может, уже началось... Надо искать коробку. Обошел все ларьки у метро, пока не нашел то, что нужно. Большая, плотная, из-под сигарет. Запаковал аристократа в коробку. Единственное утешение, что от старости. Сижу, жду темноты. Включил телевизор. Надо же как-то скоротать время. Повезло. Показывают интересный фильм. Стреляют и прочее. Потом главный герой кого-то трахал, но без энтузиазма. Незаметно для себя заснул. Просыпаюсь - на дворе темно. Устраиваю коробку на тележку, крайне удобная вещь. Прихватываю с балкона лопату.

Уже на выходе на улицу, в дверях сталкиваюсь с этой парочкой. Редких идиотов. Он живет этажом ниже. Она выше него, настоящая дылда. Изображает топ-модель. У него на голове гребень из волос, изображает панка. Расцепиться они не могут. Уж такая у них любовь! Видят же, человек с грузом. Естественно, застреваем в дверях. Ни туда, ни сюда! Такое желание дать им хорошего пинка! Просто, дальше некуда! Но нельзя! Еще дети, мать их! Наконец расходимся.

- Совки совсем озверели! Все время что-то продают, покупают! Даже по ночам! – говорит Семенова.

- Не заслуживает внимания! - цедит в ответ Малыш.

Этим дебилам лишь бы трахаться с утра до вечера да музыку на полную катушку врубать... Выбираю позади дома в кустах подходящее местечко и начинаю копать. Повезло, земля оказалась мягкой.

- Собаку хороните? - слышу женский голос.

"Тьфу, бнять!" - от неожиданности пугаюсь и роняю лопату. Из соседнего подъезда мадам. Муж такой тихий, всегда здоровается. А эта, неугомонная, все время бегает да физкультурой занимается.

- Поздновато для пробежки! - говорю весьма доброжелательно. Есть люди, которые в каждой бочке затычки. Она в спортивном костюме, а сама от горшка два вершка.

- А я вас недооценивала... - задумчиво продолжает дамочка. - А вы человек непростой, можно сказать, вещь в себе. Вы, конечно, Канта не читали?

- Канта, конечно, не читал. Но собираюсь, - стараясь не заводиться, отвечаю спокойно.

- К вам, кажется, ходит одна... особа? Она на пенсии?

- Нет, она еще не на пенсии, - отвечаю максимально вежливо, так как сила на ее стороне. Хотя вопросик, безусловно, требует совершенно другого ответа. Но если она брякнет про собаку, могут образоваться большие неприятности. Хорошего бы ей пинка дать под одно место.

- Я неплохая бабенка? А? - интересуется она победоносно и поворачивается, давая возможность оглядеть себя со всех сторон.

Мне кажется, что у нее поехала крыша.

- Ты готов прямо сейчас? Я хочу сейчас! - категорично заявляет она и начинает стаскивать с себя спортивный костюм.

Проклятые взбалмошные психопатки! Всегда норовят, чтобы все под их дудку плясали!

- У вас замечательный муж, такой скромный, всегда первый здоровается... Да и вообще лучше отложить, вдруг из дома кто увидит! - пытаюсь мягко отговорить дамочку и спустить это неожиданное предложение на тормозах.

- Отложить на потом? - хохочет она. - Глупенький! Мне надо сейчас! Потом и без тебя как-нибудь управлюсь.

- Сейчас? Ваш муж... - мямлю я. - Он всегда первый здор...

- Ах, так! - Она быстро одевается. - Ну, ты еще пожалеешь, жалкий совок! - и бежит дальше вокруг дома.

М-да, разозлилась... Продолжаю копать и чувствую, что действительно пожалею. Можно сказать, уже начинаю жалеть. Надо было ее уважить, а с другой стороны, обычный наглый напор. Делаю механически еще несколько движений лопатой и соображаю, что надо поменять место. Аккуратно закапываю пустую коробку и волоку бедную животину в противоположный угол двора. И там снова принимаюсь за работу...

На следующий день вечером выхожу во двор. Люблю сумерки. Особенно процесс перехода от света к тьме. Вася включил свет. Он экономит и освещает жилище в числе последних. Подъезжает "БМВ". Из него выходит, не знаю, как ее зовут, живет в последнем подъезде. Я всегда ей любуюсь, роскошнейшая женщина. Роста с меня, не ниже, волосы, ноги... все остальное... да что там говорить! Все шикарно! Я ее рассматриваю как... произведение искусства! Так, чтоб представления разные, как мы с ней и так далее, такого нет, хотя некоторые мужики так себя мысленно и ведут. Я же понимаю, что это невозможно и поэтому не занимаюсь этими глупыми фантазиями. Она смотрит по сторонам, будто кого-то ищет, и идет к столику, за которым я сижу. "Видимо, хочет узнать, который, час", - приходит мне в голову нелепое предположение. За ней из авто выходит ее приятель, амбал с короткой стрижкой, настоящий комод, такому убить раз плюнуть! Терпеть не могу эту публику!

- Привет, старина! - говорит она дружелюбно.

- Точное время - восемь часов двенадцать минут! - говорю голосом телефонного автоответчика.

- Ну, вы даете! Класс! Мне Линда про вас все рассказала, - улыбается приветливо своим сумасшедшим ртом.

- Линда? - не понимаю я.

- Линда! Физкультурница! Мы с ней живем на одной лестничной площадке! Она мне все рассказала!

- Что все? - уточняю я.

- Что все? - не понимает она. - Ладно, неважно. Вы смелый человек! Я уважаю смелых людей!

- Вы, простите, кем работаете? - интересуюсь я. Вопрос, конечно, глупый. Но, чтобы выбрать правильную линию разгово¬ра, необходимо обладать кое-какой информацией, а профессия говорит о многом, о социальном положении, например.

- Я - менеджер в отделе продаж. Парфюмы разные, косметика, инофирма... Про образование интересуетесь? – ехидно спрашивает она, отворачивается и кричит своему вышибале: - Джо! Подожди меня у подъезда!

- Да, было бы неплохо, если не секрет!

- Высшее, экономическое! Два года назад закончила! Специалист по строительству! Стажировка за границей, в Париже. Работаю, увы, не по специальности, - смеется.

- Вы шикарная женщина. Это совершенно честно! Не комплимент! - говорю я. - Когда не ладится, ну, фишка совсем не идет, надо принять позу эмбриона, под одеяло и носом к стенке!

- А вы занятный... Все вокруг только про бабло долдонят. Духовности – ноль!.. А если вдвоем принять эту позу... ну, как бы два эмбриона... - задумчиво произносит она. – Я, пожалуй, вас навещу, попозже, принесу яблок! Пока! - поворачивается и, отходя, бормочет: - Какой, однако, любопытный совок... - и кричит повелительно: - Джо! Поезжай! У меня изменились планы!

Вижу, что Джо недоволен и готов двинуть ее по роже, но не смеет. Я же не понимаю, с чего это я стал пользоваться таким бешеным успехом и когда она хочет зайти, сегодня, завтра? Или когда? Или это все розыгрыш? Не понимаю. Но на всякий случай надо двигать домой, немного прибраться, подмести пол и прочее. Выходит Вася.

- На, держи! - достает пачку "Мальборо". - Сегодня дымим мои! - Он горд неимоверно.

- Это ты зря! Ты же бросил! - говорю в ответ, но сигареты беру. Если вдруг все же зайдет менеджер, хотя вряд ли конечно, надо будет пустить пыль в глаза! А точнее дым!

- Чего это к тебе Анька подходила? - интересуется Вася. - Я в окно видел!

- Забыла, который час.

- А-а, - говорит он. - Что-то долго выясняла.

Видно, что не верит. Но мне все равно.

- Ладно, Вась, пойду! Макароны надо варить на ужин, - закругляюсь я. - Давай!

- Давай! - прощается Василий. - А может по чуть-чуть?

Видимо, крепко любопытствует, иначе бы не предложил. Скряга, каких мало! С деньгами у всех туго. Но он - натуральнейший Плюшкин, каких свет не видывал!

- В следующий раз, Вась! А сейчас не могу!

Дома беспорядок. Как раз сегодня должна Валентина прийти. Надо давать отбой. Вдруг это не шутка, и менеджер заявится. Конечно, Валентина мне не жена, но внутри что-то скребет, когда набираю ее номер.

- Валь! Сегодня что-то не получается! Голова чего-то вдруг разболелась!

- Что случилось? Давление? - В ее голосе слышу искреннее беспокойство. Муж у нее пьет, и мы уже с ней лет пять. Человек она замечательный! Сын взрослый, живет отдельно, своя семья, но тоже попивает, видать, в батюшку.

- Да ничего серьезного. Просто, наверное, не выспался.

Валентина молчит.

- Молоденькую завел? - наконец выдавливает она.

- Да не сходи с ума! Откуда ей взяться?! Я что, похож на такого? - чувствую, получается не очень натурально.

- Все вы, мужики... не похожи... Паразиты! - неожиданно заканчивает разговор Валентина.

"Ничего страшного... - успокаиваю себя. - Это она сгоряча. Настроилась уже, а тут отбой! Любому будет обидно... Но все же неприятно. Валька - хорошая баба и хороший человек. Такую найти нелегко". Быстро навожу порядок. И ставлю варить макароны. Придет, не придет, а поужинать надо.

Звонок в дверь. Открываю. Настоящий сюрприз! Джо собственной персоной!

- Слушай! Ты чего, не понимаешь?! Не дергайся, бнять, когда с тобой говорят!

- Я не дергаюсь, у меня макароны горят, - объясняю ему свою нервозность.

У меня для таких гостей припасен баллончик от вредных насекомых, аэрозольный. И потом, конечно, у меня на них накипело. И по телевизору, и в газетах, ну никто с ними справиться не может. Брызгаю ему в лицо. Вреда большого не принесет. А дверь закрыть успеваю. Разумеется, для такого бугая моя дверь - ничто! Слышу рев, мат, потом грохот, похоже, упал, и тишина. В глазок ничего не видно. Может быть, хитрит, пытается меня выманить наружу... Набрасываю цепочку, приоткрываю чуть-чуть дверь, лежит голубь, не шевелится. Неужели притворяется? Вроде бы нет. Выхожу осторожно. Похоже, поскользнулся и ударился головой. Ого! Так и есть! Виском саданулся о ступеньку! Проверяю на шее пульс. Так всегда в кино делают. Не бьется… Ну и дела! Ухожу к себе. От греха подальше. Надо срочно обдумать ситуацию. Снова звонок. В глазок никого не видно. Звонок повторяется. После некоторого колебания решаюсь. Резко открываю дверь и прыскаю из баллончика. Это Анна, менеджер. Она сильно вопит:

- Ты что?! Сука! Дурак! Идиот! Умираю!

Сразу видно, что с высшим образованием. Тащу ее в ванную. Промываю глаза.

- Мне плохо, - тихо шепчет она. - Я умираю... Паралитический?

- Да нет... от тараканов!

Она сразу приходит в себя.

- Ты мне всю косметику нарушил! Балбес! Гадина! - заявляет обидчиво. - Не смотри на меня! Гадина!

Быстро восстанавливает утраченное.

- Это ты так Джо приложил? - В глазах любопытство.

- Он сам... Поскользнулся и упал! Стукнулся и, кажется, готов! - стараюсь доступно объяснить происшедшее. - Был до этого чем-то недоволен!

- Чем?

- А кто ж его теперь знает?!

Мне кажется, что если б не анализы, то я бы вел себя во всей этой истории как-то иначе.

- А был такой крутой, дальше некуда... - Менеджер задумчиво морщит гладкий лобик. - А в результате крутым оказался никому неизвестный совок… Как в кино… Что-то меня знобит. Надо выпить и под одеяло... Поза эмбриона? Это ты верно заметил. Это, пожалуй, то, что надо!

Достаю бутылку водки, хотел немного с Валюшкой расслабиться, но жизнь вносит свои коррективы. И это нормально. На то она и жизнь. Иначе было бы неинтересно...

Выпивка снимает напряжение. Достаю сигареты.

- Почему не "Беломор"? - ехидно интересуется она. – Твоя водка - настоящее говно! Только понос заработаешь! Самую дешевую выбирал? Крохоборствуешь? Но стресс сняла, что есть, то есть ... – задумчиво говорит Анюта.

- Дорогая, дешевая – это все интеллигентские глупости! Главное, чтобы хорошо воздействовала на организм, - возражаю я.

- Под одеяло, пожалуй, рановато, - продолжает она рассуждать. – Легко можем обрести под ним вечный покой. Надо с Джо решать!

- Для начала оттащим его этажом ниже, - предлагаю я. - А потом будем думать.

Мы выходим и без особого труда стаскиваем эту громадину на этаж вниз. Прислоняем к стене. Придаю ему естественную позу, будто устал и сел посидеть. Пусть теперь соседи голову ломают, что с ним делать. А то привыкли по ночам музыку на полную катушку врубать. Ну, ничего, теперь им не до музыки будет. На цыпочках поднимаемся обратно и тихонечко захлопываем дверь.

- Вот теперь можно и под одеяло... - говорю робко, оглядывая внимательно менеджера, и в который раз убеждаюсь, какая превосходная она все же девица. Прямо, не верится в подобное везение. Мираж рассеется, и... Ладно, давайте-ка, сударь, без пессимизма!

- Знаешь, а я ведь не знала, как от него избавиться! Надоел ужасно. А откажешь, пристрелит или по кругу пустит! Кстати, у него же полно баксов! Пошли быстро! Ну, мы и дураки!

- Я не буду! - отказываюсь я. - Еще не хватает мародерством заниматься!

- Ладно, чистоплюй! Подстрахуешь и все! - соглашается менеджер.

Выходим, а он уже опять на старом месте.

- Это неприятно... - говорит Анюта. - Не поленились наверх тащить, вниз-то было бы логичнее. Нехорошо это... Она достает из кармана Джо пачку долларов.

- Здесь две штуки! Пополам! Не возражай, а то уйду! Жаль, костюм будет тебе великоват, а то видок у тебя, прямо скажем! А вот туфли, кажется, твоего размера.

- Меня по ним сразу определят! Я не сумасшедший! - заявляю решительно и для убедительности повторяю: - И не мародер!

- А у тебя голова варит, - мимоходом замечает Анюта. - "Пушку" возьми, бельгийский браунинг! - Она извлекает из наплечной кобуры покойника пистолет, и протягивает мне. - А то нас обоих... определят, как ты выражаешься!

Я беру пистолет, и мы затаскиваем Джо в квартиру. Главное, чтобы соседи не заметили. Вроде, пронесло, тишина.

- Нам надо его спустить в машину! И куда-нибудь отвезти! Они его хватятся только завтра. Весь дом на уши поставят и выйдут на тебя!.. Я имею в виду, на нас! - поправляется она.

Это мне нравится. Не люблю, когда бабы командуют! Хотя рассуждает она очень здраво, тут ничего не скажешь. Не зря стажировалась за границей.

- Ты машину водишь? – интересуется она.

- Вожу. В армии немного шоферил, правда, было это сто лет назад. Потом на "Москвиче" немного поездил, пока тот не сгнил, В общем, кое-какой опыт имеется.

- С "БМВ"-ешкой справишься? - смотрит оценивающе. - Ладно, подскажу, если что! Давай, кобуру у него отстегнем, она тебе пригодится!

Достаю у него из кармашка запасную обойму. И подгоняю под себя наплечную кобуру.

Дружно вздрагиваем от звонка в дверь. Быстро оттаскиваем Джо в комнату. Снова нетерпеливый звонок. Выхожу в прихожую. Привычно смотрю в глазок. Какие-то люди. Не разберешь! Неужели уже пронюхали?! Взвожу затвор. Открывать или нет? Снова смотрю в глазок. Кажется, дружки покойного. Нет, все же не они. Решаю открывать, и в последний момент соображаю надеть пиджак.

Две бабы и мужик.

- Я ваш техник-смотритель! - заявляет агрессивно одна. - Поступил сигнал! На территории нашего РЭУ вы закопали собаку! Знаете, что за это полагается?!

- Собаку?! - притворно удивляюсь я.

- Трупный яд попадет в водопровод и?! Вы подумали о последствиях? Вы подумали или нет?! - без труда заводится вторая. - Нет, скажите, вы думаете чем-нибудь или нет?!

- Что случилось, дорогой? - неожиданно из комнаты в трусиках и короткой маечке выходит менеджер.

У баб и молчаливого мужика отвисают челюсти.

- Сам не понимаю! Собака, водопровод! Ничего не понимаю! Бред какой-то! - полный ложного недоумения восклицаю я. – Может, выгнать их к такой-то матери? - размышляю вслух.

- Пойдемте с нами! - уже менее уверенно говорит техник-смотритель.

- Сходи, дорогой! Только не задерживайся! А то я уже настроилась. Ты же видишь, что это за публика! Не отстанут!

Место во дворе уже отмечено палкой с красной тряпицей. Мужик, поплевав на ладони, начинает сноровисто копать, у него отличная титановая лопата, и быстро наталкивается на картонную коробку. На лицах баб злобное ликование. Мужик открывает коробку. Пусто!..

- Ну, ладно! Продолжайте свои раскопки, может, и найдете что-нибудь ценное. Главное, не отступайте от намеченной цели! А я пошел! Бессовестные! И как только не стыдно людей от дела отрывать! - укоряю я представителей власти.

- Но был же сигнал?! - слышу растерянный голос техника-смотрителя.

- Ну что? Нашли? - любопытствует менеджер.

- Нашли... Уши от доисторического осла! - и уточняю: - Пустую коробчонку!

- Ладно, проехали! Надо незаметно вытащить Джо! Твои предложения!

- Какие тут предложения? Пошел искать очередную подходящую коробку. Нужна из-под холодильника. Здоровый бугай твой Джо! Нам вдвоем не справиться... - сомневаюсь я.

Все беды от женщин. Ну, зачем, спрашивается, мне все это было надо? Можно, конечно, Васю попросить помочь, но чем меньше народа в курсе, тем лучше. Наконец около помойки нахожу то, что нужно. Большая, от холодильника фирмы "Бош". Люди живут в свое удовольствие. Покупают хорошие вещи. И им не надо выносить в коробке Джо...

Коробку нести крайне неудобно. Открываю дверь в квартиру. Очередной сюрприз! Валентина!

- Ты что вообразил?! Ты умный или нет?! Ты ей что, нужен? "Потом расскажу!" – передразнивает она. - Мне твои рассказы не нужны! Заболеешь, кто тебе стакан воды подаст? А? Ты об этом подумал?! - горячится она.

Чувствую, что она права, И еще очень привлекательна. Очень! Несмотря на возраст. В литературе много пишут, что женская сексуальность резко возрастает к сорока годам и далее. И это чистая правда!

- Я в ее годы была лучше! - неожиданно заявляет Валентина Григорьевна, приосанившись.

- Вы напрасно накатываете! У нас с вашим приятелем чисто товарищеские отношения! - пытается успокоить ее Анна. - Мы товарищи по работе. И больше ничего!

Менеджер, видимо, уже смекнула, что Валюша сможет нам помочь погрузить Джо в машину. Валентина обладает большой физической силой... от природы.

- По работе? - усмехается Валентина Григорьевна. - А может, по постели?

- Постель, товарищ, та же работа! Отстаете от жизни, товарищ! – парирует Анюта.

Валентина отворачивается, смекнув, что на этом поле может запросто проиграть.

- Ты понимаешь, Валь! Я же тебе говорил про собаку! Помнишь?

Я легко входил. Настраивался, буквально, за секунду! Там не было нудных мелочей. Не надо было умываться, чистить зубы, завязывать шнурки да просто забивать голову всякой ерундой. "Удивительная органика!" - часто повторял худрук нашей студии. Потом народный театр. Бац! Армия, и закрутилось, завертелось... На сцене важно другое. Интонация. Мина. Я тоже сначала не понимал, про какую мину идет речь. Потом худрук разъяснил. Та, которая на лице. И пройти необходимо строго по маршруту. Большое значение имеют костюм, свет и тому подобное... Но выбиваются в люди единицы! Так что, не о чем жалеть… Конечно, в типографии все по-другому... А, ладно, ерунда все это! Что было, то прошло… Экология эта, чертова! Пока всех не переморят, не успокоятся! И меня, единственного и неповторимого туда же...

- Про собаку? – не может скрыть изумления Валентина и, увидев бутылку на столе, понимающе качает головой.

Я вспоминаю, что про собаку ей ничего не говорил. Захожу в комнату, где лежит Джо. Снимаю с него ботинки. Меряю. Чуть велики. Это ничего. Главное, что не малы. После дембеля купил как-то в комке, по случаю. На ранту. Темно-вишневые. Итальянские. Как радовался! Подошве хоть бы что! Верх раньше развалился. Вот пиджак этого бугая оказывается несколько мешковат.

Возвращаюсь к дамам. Замечаю одобрительный взгляд менеджера:

- Сейчас на пару размеров больше, то, что надо!

- Ладно! Счастливо оставаться! - заявляет Валентина Григорьевна.

- Погоди, Валь! Поможешь ящик стащить! И не забивай себе голову! Мы с ней товарищи... по несчастью! - пытаюсь ее остановить.

- Противно слушать! Всю эту ложь! – отзывается она неуверенно.

- Ладно, не будем! - предлагаю я. - Тут парень один упал. Убился. Можно сказать, несчастный случай! В общем, его надо в коробку. И побыстрее на воздух! В машину! Это ее дружок! - киваю в сторону менеджера.

- Пусть она его и тащит! – логично рассуждает Валентина.

- Верно, - подтверждаю я. - Но ей одной не справиться. А лежит он у меня... В маленькой комнате.

Валентина осторожно туда заглядывает.

- Это ты его? – уточняет шепотом.

- Сам...

- Нет, это ты! Я всегда чувствовала, что ты... тот еще фрукт, - неуверенно говорит Валентина. - Сам... Ладно, пусть будет сам. Ты хоть понимаешь, с кем связался? – интересуется с сочувствием. - Зачем пиджак-то его надел? Совсем рехнулся?

Менеджер с безучастным видом наливает себе немного водки и закуривает сигарету.

- Ты с ней спал?! - полуутвердительно произносит Валентина.

- Ну, опять ты за свое! Нет, пока ничего еще не было! Кстати, - неожиданно мне в голову приходит гениальная мысль. - Мы могли бы втроем... А?

- Фу! Грязь... - неуверенно отвечает Валентина Григорьевна.

- А меня вы спросили? Секс революционеры! – смеется менеджер. - Ладно, ладно, шучу! Я - за! Молодежь ведь такая распущенная!

Чувствуется, что мое предложение всех заинтересовало. Напряжение немного спадает. На сцене все плотно следует одно за другим. Выскакиваешь из нудного тягучего серого, где за завтраком следует обед, за обедом - ужин, за ужином - старость… За секунду проходят века! Даже погибель и та не та... !

- Нужны плетки, наручники! И прочее секс-снаряжение! Гулять, так гулять! – увлеченно произносит менеджер.

- Ишь, разошлась! Распутная! Привыкли там у себя! – обрывает ее Валентина, но видно, что и у нее заработало воображение.

- Не надо сориться! - предлагаю я. - Пойду, посмотрю, какая обстановка на дворе.

За столиком сидит Вася.

- Ты чего-то припозднился! – говорю я, достаю пачку "Примы", из старых еще запасов, и предлагаю ему закурить.

- Я же бросил! Но от "Примы" не откажусь, умели раньше делать, не то, что сейчас. - Он берет сигарету. - Макароны приготовил? Тут к тебе твоя прошла, злая, даже не поздоровалась!

"Тебе, что, делать, нечего? - еле удерживаюсь я. - Пинкертон хренов! Просто шагу нельзя сделать, все под контролем! Может, он видел, как я нес коробку?"

- Народ шикует... Дорогие телевизоры, стиральные машины покупает, - начинаю я издалека проверку.

- А холодильники! - неожиданно воодушевляется Вася. - Видел, кто-то коробку выбросил! Из-под "Боша"! Такой не меньше штуки стоит! В баксах естественно! На помойке валяется! Пойдем, глянем!

Идем к помойке.

- Кто-то уже приватизировал, - разочарованно говорит Вася. - Как я, дурак, сам не догадался ее забрать!

- Ну и зачем она тебе?

- Да мало ли зачем! Сначала вроде и не нужна! А потом - раз и пригодилась! В хозяйстве все сгодится, не сразу, так потом! Сколько в нее сложить-то всего можно!

- Чего всего?

- Да мало ли, чего!

- Небось, не было никакой коробки, - предполагаю я.

- Что я врать буду? - обижается он.

"Вроде не видел... – решаю я. - А может и хитрит. С него станется…"

- Ты спать не идешь? - интересуюсь я.

- Да уж пора.... Может, по чуть-чуть... на сон грядущий?

Что-то он заладил про "чуть-чуть"? Подозрительно...

- Нет, устал, пойду! Да и Валька еще обидится!

- Ну, ты и подкаблучник! - напоследок припечатывает меня Вася.

Джо идеально помещается в коробку. Меня же одолевают сексуальные фантазии. Придется покупать новую тахту. На этой и вдвоем-то узко. А втроем, то и говорить не о чем. Новые расходы, а где деньги взять... Совсем вылетели из головы доллары этого рэкетира Джо.

- Все мечтаешь?! – возвращает меня к действительности Валентина. - Заносите свой конец, уроды!

Она непринужденно держит один край коробки, мы же с менеджером кряхтим вдвоем у второго. Мне же нужно проявлять особую осторожность из-за радикулита. Уже бывало после подъема тяжестей. Тогда все, сливай воду!

Приспосабливаем ящик на тележку. Пару лет назад приобрел, по случаю. На двух хороших колесах, прочная! Второй раз уже выручает. Выкатываем, стараясь не шуметь на лестничную площадку. Я с коробкой спускаюсь в лифте, а девчонки идут пешком.

В дверях на выходе опять сталкиваюсь с этой парочкой идиотов. Сопляк смотрит на меня исподлобья. Снова застреваем. Ну, не могут ни на секунду расстаться. Просто, безумная любовь. Не иначе. И ведь видят же, человек с грузом. Пропустить, конечно, ума не хватает! Все-таки следовало бы им дать обоим по шеям! Наконец, слава богу, удается разойтись!

- Уже на холодильники перешел! – комментирует Семенова. - Крутеет не по дням, а по часам!

- Люмпен! – констатирует Малыш. - Сейчас пришло их историческое время! Торжествуют!

Еле сдерживаюсь. Нельзя связываться, нельзя! И так плохо, что видели с коробкой! Как назло!

Хорошо, что темно и фонари не горят. С трудом загружаем коробку в багажник, который оказывается неожиданно вместительным. Даже еще немного места остается. А по виду не скажешь! Вот что значит, иномарка! Спасибо Валентине Григорьевне, иначе бы не справились!

Только успеваю захлопнуть крышку багажника, и на тебе! Вездесущая Линда, ночной забег! Демонстрирует, непонятно только кому, свои прелести в коротких шортах и футболке с большим вырезом. Надеется, видимо, кого-нибудь все же закадрить. Какая неугомонная бабенка! Бедный муж!

- Привет! - бросает она Анюте, нарочито не замечая нас с Валентиной.

- О! Линда! Как ты кстати! - оживленно отвечает ей менеджер. Горят адским любопытством глазки Линды. Чувствует она, что опять ей повезло на ночную добычу. - Мы тут организуем семью... ну по шведскому сценарию, ты понимаешь? Может, присоединишься к нам со своим кандидатом наук? А?

Линда выразительно смотрит на меня.

- Ты не представляешь, как он жалеет о том случае! Весь извелся, что упустил такой шанс! - точно играет менеджер, переключая внимание Линды.

- А где твой? - интересуется Линда, но уже как бы по привычке.

- Сейчас спустится.

- Заманчиво, конечно... Ладно, побегу, надо все обдумать! Очень заманчиво, очень... – говорит Линда и быстро исчезает в темноте.

- Кажется, пронесло, - высказывает предположение Анна. - Но ее тоже будут трясти.

- Я им не завидую, - замечаю я и отхожу немного в сторону с Валентиной Григорьевной.

- Я тебе очень благодарен! Очень! Ты меня сильно выручила! Видишь, как все получилось! На тебя можно положиться! Ты не представляешь, как я это все ценю. А сейчас поезжай домой! Тебе незачем рисковать. Если что, ну спросят чего, ничего не знаешь! Мы его в лесу выгрузим...

Я крепко ее целую. Опасность придает поцелую особую остроту.

- Как там в типографии? Все в ажуре? Никанор не ленится без меня? - интересуюсь по привычке.

- Как в аптеке! Не волнуйся!

- И выбрось из головы! Ничего у меня с ней не было! - пытаюсь успокоить ее напоследок.

- Мне-то что! - вяло отзывается Валюша.

- Ну, скоро вы там? Молодожены! – торопит нас из машины менеджер.

- Сейчас, сейчас! - отвечаю я ей и снова обращаюсь к Валентине Григорьевне. - Вот еще что! Купи себе хорошее белье! Французское! - достаю стодолларовую купюру и протягиваю ей.

- Я тебе не какая-нибудь... там... - слабо возмущается Валя, кивая в сторону менеджера, берет бумажку и засовывает ее в лифчик.

Такая аккуратность мне нравится. Видно, что человек знает цену деньгам.

- И присматривай тахту, широкую, в пределах шестисот баксов. Ну, пока! - глажу ее ласково по мощному заду.

Сажусь в тачку. Оглядываюсь. Вижу, Валька идет к метро. Целую менеджера. Получается также хорошо. Та в ответ смеется. Кажется, втроем нам будет неплохо... Анна объясняет, как управлять этой хреновиной. Не зажигая габаритных огней, с трудом выезжаю на дорогу.

- За город не поедем, бензин на нуле, - говорит менеджер, тыкая пальцем в индикатор на передней панели. - В парке выгрузим.

Вальку отпускать было нельзя! Надорвемся и все дела! Начинаю потихоньку осваивать аппарат. Машинка, конечно, классная, нет слов! Неожиданно, как из-под земли вырастает гаишник. Машет своей палкой.

- Документы в пиджаке. Там двадцать баксов. Такса! – успевает сказать Анюта.

- Нарушаем? - любезно осведомляется гаишник. - Ездим, как хотим, а не как положено?

- Не как хотим, и не как положено, а как получается, - честно признаюсь я.

- Это что-то новенькое! – берет документы, смотрит, обнаруживает двадцатник. - Стареем на глазах! – комментирует фотографию Джо на правах, возвращает документы, козыряет. - Счастливой дороги и будьте повнимательнее!

В парке темень, хоть глаз выколи. Чуть не надорвались, выгружая покойного. Еще раз с грустью вспоминаю Валюшу.

- Надо бы закопать! Лопату не взяли!

- Ладно... обойдется! Не руками же копать! - резонно возражает менеджер. - Закопают те, кто найдет. Тут днем полно народу шляется.

Н-да, молодежь прагматичнее нас, уходящих. Все же это было нехорошо. С захоронениями меня последнее время преследуют неудачи. Крепко обхватываю менеджера. Рука проникает сквозь густую шапку волос. Касается затылка. Оттягивает назад голову. Менеджер прерывисто дышит. Язык влажно щекочет шею. От нее исходит приятный волнующий запах. Она медленно опускается вниз.

- Сама... Дай... Сама... - хрипло шепчет.

Чувствую ее руки и губы. Устраиваемся на ящике. Чуть не сваливаемся в горячке...

Неслышно работает движок. Держу ровно шестьдесят. Только не хватает, чтобы за превышение скорости тормознули.

- Джо - курьер. Его мало кто знает... Хозяин, казначей да еще пара... шестерок, - объясняет Анна.

- Курьер? - не совсем понимаю. - Это что, его должность?

- Ладно, тебе притворяться! Прикольщик хренов! - смеется она. - Бабки он перевозит... - поправляется: - Перевозил! Большие бабки! Так что, его будут искать... Сильно будут искать!

- Пусть ищут! Это их проблемы! Нам-то что! - дразню менеджера.

- Не придуривайся! Они же на нас выйдут!

- Если выйдут, объясним! Товарищ поскользнулся. Кафель все же, а не что-нибудь там! Ну и упал, значит! Неудачно. Вот и делайте выводы! Курьер! Тоже мне, фигура! Уж курьером-то я спокойно смогу, а возможно и выше! Спецкурьером! По особо важным делишкам! - назидательно поднимаю вверх указательный палец и чуть не врезаюсь в фонарный столб.

Торможу около кинотеатра. Светится реклама фильма под названием "Хроникер".

- Давай заглянем! - предлагаю менеджеру. - Подумаем о жизни! Сейчас самое время, а то можем не успеть, да и народу, наверняка, никого.

- Ты что, с ума сошел? Или может, спятил? Надо нору искать, на дно ложиться! А он - кино! Нет слов! - Но чувствуется, что идея ей нравится. - И потом я уже все это в записи отсмотрела!

Зал почти пуст. Пытаюсь расслабиться. Кладу руку на дивную коленку Анны. Она тихонечко кусает меня за ухо. Главный герой все время с камерой. Снимает все подряд. Его отовсюду гонят. А ему все нипочем. То он бежит, пригибаясь, где-то в районе боевых действий. То его камера подсматривает любовные сцены. А вот она в метро. В больнице. В крематории. Слезы переживания. Старость. Сам стареет. Старый пес. Все с камерой! Несбыточная мечта - отснять собственные похороны. Один. Ни жены, ни детей. Беседует с молодым парнишкой. Тот мечтает стать хроникером. Сидят за бутылкой. Старик вспоминает. В финале молодой везет его на каталке и снимает, снимает.

Уборщица, маленькая толстенькая старушка, только что провела влажную уборку фойе. Выходящие оставляют мокрые следы. Старушка, подперев дряблую щечку, молча, смотрит. Прошу зрителей вернуться в зал. Те не расположены. Двое мужиков крепкого телосложения идут напролом. Достаю пистолет. Все успокаиваются и возвращаются на свои места. Прошу старушку снова протереть пол, даю ей шоколадку. Зрителей выпускаю из второго выхода. Их проход по мокрому полу получается более выразительным.

Выходим из кинотеатра. Садимся в машину. Неожиданно около нас резко тормозит черный внедорожник с подозрительного вида публикой. Из него выходит парнишка в спортивном костюме. Стучит по-хозяйски костяшками пальцев по стеклу. Похоже, кто-то из зрителей успел настучать, а может, старушка-уборщица. Сейчас все подрабатывают. Вижу, как задрожал менеджер. Опускаю боковое стекло.

- Где Джо? - интересуется молодой человек.

- Здравствуйте! - хоть так пытаюсь учить вежливости. Чуть помедлив, отвечаю: - Теперь я - Джо.

- Ты? - Он смеется, показывая большие белые зубы.

Молодой, поэтому и с зубами еще все нормально, хотя бывает, что с детства с ними проблемы.

- Тогда я - Япончик! - Он поворачивает голову, хочет поделиться смешным со своими, которые там, в тачке.

Упираю ствол ему в щеку. Смеха как не бывало.

- Я - Джо! Повтори! - говорю спокойно, равнодушно, как обычно произносят это в кино.

- Я - Джо! - покорно повторяет тот.

- Да не ты! Дурья башка! А я! - брезгливо пытаюсь втолковать ему эту простую истину.

- Ты - Джо! Теперь я вижу, что ты действительно Джо! - твердит он заискивающе уже от себя.

- Молодец! Понятливый! А теперь ступай! - отпускаю его восвояси, а сам резко беру с места.

- Ну, ты... даешь! - выдыхает менеджер. - Ты, действитель¬но, ничего себе! Но учти, это не конец, это только начало!

- Тебя высадить?

- Ты думаешь, он меня не запомнил? Нет уж, защищай, родимый… Джо!

- Как видишь, я свое слово держу! - устало говорит Малыш. Он мудр, чуть утомлен и всеведущ. Всегда. Во всем. Ему нравится такая роль. - Труп в парке обнаружат завтра. Какого-нибудь бомжа. Послезавтра твоя фотография появится в газетах. Конечно, твои бывшие друзья так просто не поверят и начнут свою проверку.

- Это уж точно! - зябко ежится Джо.

- Утечки не будет, не волнуйся! Все знают только ты, я и Сергеич. И всем троим нет никакого резона... Ну, чего воду в ступе толочь, и так все ясно! Замену тебе подобрали, что надо! - смеется. - Даже не ожидали... В общем, все о'кей! Сергеич себе берет триста, нам по двести!

- По двести? - переспрашивает Джо. - Договаривались же, поровну!

- Да, старичок! По двести! У Сергеича непредвиденные расходы. Мебель нужна новая в новый дом! Шутка, шутка! Надо перестраховаться. Ребята из соседнего отдела стали проявлять нездоровый интерес. Понимаю, что туманно, но уж поверь на слово, сделай милость!

Хочется Джо размазать Малыша по стене. Но слишком большая это роскошь... на данный момент. Может, как-нибудь потом...

- Кстати, о птичках! Тебе присвоили майора! - торжественно извещает Малыш.

"Майора!.. - чуть не захохотал Джо. - Ну, уж уважили, так уважили! Совсем меня за дурака держат! А может, что и к лучшему..."

- Тебе надо снова в нору! Когда все уляжется, я тебе дам знать. Все будет о'кей! Я все просчитал! - успокаивает Малыш.

"Просчитал! Дразнит, сучара!" - констатирует Джо, но не понимает, зачем это нужно Малышу. А тот проверяет, ему надо точно знать, какой запас прочности у Джо. Именно такие крепкие парни иногда резко ломаются, в раз! А Джо уже несколько лет, как внедрен. Нарушается процесс самоидентификации, железная крыша и то едет. Вот и на майора дал ожидаемую реакцию.

- Давай на посошок! Коньячку! - предлагает Малыш. Не дожидаясь ответа, разливает. - И выбрось из головы! Я своих не подставляю!

- Здравствуй, здравствуй! Проходи! Значит, это ты и есть Джо?! - полувопросительно, доброжелательно произносит человек, очень похожий на мужа Линды-физкультурницы. Вот и поздоровался первым. Неужели он? С другой стороны, сразу на "ты"... Мало ли на свете похожих людей!

- Да, - отвечаю односложно. Чем меньше говоришь в таких случаях, тем лучше.

- Ты - так ты! Ты не думай, мне все равно! Абсолютно все равно! Никаких предубеждений! Никаких! Только тогда за тобой должок! Пол-лимончика! Последний груз не дошел... Да что я тебе говорю, ты же в курсе, раз ты - Джо! - заканчивает равнодушно, жестко.

- В курсе... Таких же... из-под ксерокса? - уточняю так, на всякий случай.

- Многие знания, многие печали, - усмехаясь, говорит он и продолжает укоризненно: - Обижаете, господин Джо! На ксероксе такие не получаются! И идут они один к двум, - задумывается. - Ладно, к трем! Я не какой-нибудь там жмот! Так что получается сто шестьдесят шесть и шесть в периоде. Мы же не кровопийцы! Через три дня! А сначала отвезешь этот! - выталкивает ногой из-под стола обшарпанный кейсик. - Билеты, документы, все там... до Лондона или до Женевы? Не помню! В общем, все как обычно! Раз ты теперь курьер, то и объяснять не надо! Не надо? - проскальзывает улыбка. - Не надо!

Беру чемоданчик и иду к дверям.

- Не забудь! Сто шестьдесят шесть - через три дня! - напутствует напоследок. - А ты вроде ничего... Жаль, если не выкрутишься! И шесть в периоде!

"Это мне тебя жаль..." - думаю, выходя. Получаю у охраны свой браунинг. Вкладываю его в кобуру. И чувствую себя сразу повеселей. "Хорошие фальшивые бабки такой же товар, как и все остальное... Маршрут... То ли Лондон, то ли нет. В общем, все как обычно, а там видно будет..." - прихожу к мудрому решению.

Главное - выбрать правильный маршрут. В кейсе два одинаковых комплекта билетов. Один в Лондон, другой в Женеву. После недолгих колебаний выбираю Лондон!

Номер, безусловно, шикарный! И вид из окна потрясающий! На Темзу! Только успеваю расположиться, принять ванну, как стук в дверь. Задвигаю чемоданчик быстренько ногой под диван. Достаю пистолет и встаю сбоку от входной двери.

- Плиз! - предлагаю войти.

Медленно поворачивается ручка. И входит... Линда-физкультурница! Сюрприз, так сюрприз!

- Привет! - говорит она. - Пробегала по набережной, дай, думаю, загляну!

Она в спортивном костюме и видно, немного вспотела. Раба своих привычек, бегает везде, куда ее нелегкая заносит.

- Так и знала, что ты в Лондон потащишься! Все курьеры в первый раз всегда его выбирают. А по мне, так в Женеве куда интересней! Но тут уж курьерская загадочная душа! Обязательно Лондон им подавай! - ерничает Линда.

Надо было бы стукнуть ее по башке пистолетом, чтобы не совала везде свой нос. Но теперь уже поздно. Раньше сошло бы, как непредумышленное...

- Чемоданчик с бабками под диван затолкал? Правильно...

"Значит тот тип все-таки ее муж... - анализирую ситуацию. - И возможно, что и она не на последних ролях в этой криминальной драме, если не на первых... Проследили до аэропорта. Может быть, даже летели одним рейсом. Хотя в самолете я ее что-то не приметил".

- Ты понял, наконец, что я бабенка, что надо?

- Понял, - искренне соглашаюсь я. - Давно понял! Еще тогда понял!

- А понял, что меня в тебе так сильно привлекает?

Опять она за свое! Ну, просто заклинило ее на этом деле!

- Нет, это мне, уважаемая Линда, совершенно непонятно!

- Меня неотвратимо тянет на обреченных мужиков! В них что-то такое есть, а что, я и сама не пойму, только чувствую это! - у нее трепещут крылья носа, и темнеют от вожделения глаза.

- Думаете, с баксами провалюсь? - интересуюсь слегка снисходительно, а сам гляжу на себя в зеркало, пытаюсь понять, где сидит во мне эта самая безнадега.

- Да причем тут деньги?! - удивляется она моей непонятливости и начинает раздеваться. - Если ты снова начнешь канючить, то тебе не поздоровится! - предупреждает она мрачновато. - Я готова на все! Вплоть до насилия! Это тебе не во дворе дурочку валять! А с бабками не бери в голову! Основоположник малость ошибся. Не деньги - товар - деньги, а деньги - деньги и - еще раз деньги! Дошло?

- Дошло... смутно начинаю осваивать смысл всей этой затеи. - Анализы? - негромко проверяю ее.

- Расслабься... - шепчет она. - Это я выбрала тебя на роль курьера Джо... Ты подходил по всем параметрам... - Она неожиданно толкает меня в грудь, и я падаю на кровать. Она ведет себя, как хищный зверь. - Я выбрала тебя, я, я... И не ошиблась... Хотя некоторые умники были против. Но я никогда не ошибалась. Ни с одним курьером Джо!

Упираться бессмысленно, и я подчиняюсь стихии...

- Ну и стоило столько сопротивляться неизбежному? - облизывая губы, мурлычет Линда, требуя новых сексуальных проявлений.

- Не стоило! - патетически восклицаю, причем совершенно искренне. Она исключительный мастер своего дела, но откуда она все знает? Это не совсем понятно.

- В последнее время появилось много любителей поиграть в центре поля! - неожиданно Линда переходит на футбольную терминологию и испытующе смотрит мне в глаза.

- А в центре только вы, уважаемая Линда! - почтительно утверждаю я.

- Нет, дорогой Джо! Не я... Мы все! - смеется она. - Мы все на главных ролях в этом изумительном эпизоде! Неплохо сказано, а?

Мне хочется расположить ее в непристойной позе на ковре. Конечно, на чучеле леопарда было бы значительно эффектней, и по-другому причесать ее рыжие волосы. Да и соски грудей должны выглядеть поконтрастнее.

-Что-то не так? - с беспокойством интересуется она.

- Чуть-чуть... - в таких вещах я не могу лукавить. - У тебя не найдется случайно мягкой кисточки?

- Какой кисточки? - недоумевает Линда. - Я же на пробежке!

Я доволен ее смятением.

- Надо подретушировать некоторые детали... - отвечаю туманно.

Малыш недоволен. Он всегда недоволен, когда ситуация развивается не так, как он задумал. Опять не удалось выйти на главного. Снова придется довольствоваться скромным процентом. А хочется взять все в свои руки. Ох, как хочется! Надоело быть на вторых ролях. Ну да, ничего, подождем. Он умеет ждать. Теперь надо все нормально разыграть перед этим придурком Джо.

- Ты что не знал, что бабки гнилые? - брезгливо спрашивает он у Джо. - Все время возил, возил и не знал? В общем, тебе придется вернуться... на прежнее место работы! Легенда уже отработана. Был в беспамятстве после аварии, лежал в больнице. Вернешься с деньгами. Так что все будет о'кей! Сергеич в курсе!

Джо не возражает. Ему трудно. Он отвык от некрасивой жизни, да и к риску привык. Уже не может без адреналина. Поэтому он рад такому повороту. Конечно, он все знал про деньги. Он не дурак. Но показывать ничего нельзя. Наоборот. Он хмурится, он недоволен. Он сжимает кулаки. И играет желваками.

- Все будет о'кей! Я же сказал! - успокаивает его Малыш, хотя ни на йоту не верит Джо и подозревает, что тот все это устроил специально. На оклад майора не проживешь. А доля растает, как дым, если ее не лелеять должным образом. - Система связи старая!

Он кладет руку на плечо Джо и думает, что в каком-нибудь центре стратегических исследований при каком-нибудь там Гарварде или на худой конец Принстоне он, Малыш, был бы также уместен, как и здесь, на родине. А Джо расслабляет плечо и думает, а не голубой ли Малыш? И кто такой этот Сергеич, которого никто не видел. Поговаривают, что он то ли бывший генерал, то ли работал резидентом-нелегалом. А может быть этих Сергеичей несколько? Ему хочется захохотать от такого предположения, но он только выдавливает:

- Да... Обкакались...

- Обкакались? - переспрашивает Малыш. Вот теперь он уверен, что этот сукин сын Джо что-то знает, но что и в каких объемах? Впрочем, на данный момент это и не очень-то важно...

Телефонный звонок выводит меня из состояния глубокого раздумья, почти медитации. С трудом встаю с дивана. Совсем стал плох, слаб, немощен, стар... Да, стар, черт побери! И это не смешно!

- Сергей Сергеич? - довольный девичий голосок. - Это Семенова из лаборатории. А повторный-то анализ - все о'кей! Да, да, Сергей Сергеич! Это наши паразитки все перепутали! Но я им уже врезала, Сергей Сергеич! Вы уж извините, бога ради!

Опускаю трубку. Ну, порадовала Семенова! Нет слов! А то я, старый дурень, не знаю, какие у меня анализы! Чувствую себя с каждым мгновением все лучше и лучше! Бодр, как никогда! Значит, Малыш возвращает фигуры на исходные рубежи! Да, молодежи сейчас палец в рот не клади! Не хватает одной маленькой детальки. Спускаюсь во двор. Вася за столиком, на рабочем месте.

- Ну что, в шахматишки? Или по маленькой, для тонуса?

- Нет, - говорю. - Чего-то неохота!

- Чего, со здоровьем что?

- А с чего это ты решил? - интересуюсь и вижу его мгновенную растерянность.

- Да не видно тебя было. Вот и подумал, уж не приболел ли? - быстро исправляет он промах.

- Все нормально! Ладно, давай по маленькой!

Вася достает и сноровисто разливает.

- Ну, за нас! Чтоб живы были и не хворали!

- Да, - соглашаюсь. - Это основное!

Выпиваем. И закусываем конфеткой.

- Ладно, бывай! - говорю.

- А может еще? - предлагает он.

- Да нет, хватит. Спасибо! В следующий раз я!

- Да будет считать!

А сам ведь считает. Я точно знаю.

Поднимаюсь к себе. И вдруг до меня доходит. Набираю номер.

- Слушай, Вась! - говорю. - Ну, как, все нормально?

- Да, все о'кей! А чего? - слышу некоторое недоумение в ответе.

- Все хотел спросить, тебя как по батюшке-то?

- Сергеич, а как еще?

- Ладно, извини за беспокойство, Сергеич! - говорю и вешаю трубку.

Ну, теперь, кажется, все! Проверка закончена! Линда с супругом - абсолютно надежная пара. Работают с огоньком! Внедренный агент - человек Васи. Тоже без неожиданностей. Линда с супругом не знают поставщика! А главное, что мы, ветераны госбезопасности и молодежь - вместе, в одном доме, делаем одно общее и нужное для страны дело!

За всей этой суетой чуть не забыл дать барбосу свежей воды! Он доверчиво кладет свою огромную морду мне на колени. А потом с шумом начинает лакать воду. Надо же, чуть не похоронил такого красавца! Следовало бы проучить этого дурака ветеринара! Должна Валентина подъехать. Привезти из типографии очередную порцию "зелени". Она думает, что мы печатаем одни буклеты, визитки и прочую разную ерунду. Ну и хорошо. Не хочется ее подставлять. Интересно, сколько Никанор успел наштамповать...

Ложусь на диван. Отворачиваюсь к стене. Натягиваю одеяло и принимаю позу эмбриона. От коврика на стене пахнет пылью. Давненько не вытряхивал... Последнее время фишка упорно не идет. И еще анализы... Разное в голову лезет, надо затаиться, переждать. Телефонный звонок. Нет покоя.

- Я к тебе собираюсь! - говорит Валентина.

- Знаю.

- Ничего не изменилось?

- Не понял!

- Ладно, ничего! Показалось, выезжаю!

Подхожу к окну. БМВ-ешка подъезжает. Выходит шикарная девица в сопровождении амбала. Кажется, она живет в шестом подъезде. Вася за столиком сидит. Выйти что ли? Дурная голова ногам покоя не дает! Иду в туалет. И снова ложусь. Валька - замечательная баба! И хороший друг! Если что... со стаканом воды не подведет... Надо немного поспать до ее прихода. Устраиваюсь поудобнее. Что-то твердое мешает под подушкой. Что еще, черт возьми! Просовываю руку. Ребристая металлическая поверхность. Браунинг... бельгийский...

Content

Штейман Борис Евгеньевич Курьер Джо

Борис ШТЕЙМАН КУРЬЕР ДЖО