Ксения Любимова

Дворецкий слишком много знал

Глава 1

Яркая вспышка озарила поселок Летний. Стояла глубокая ночь. И от этого взрыв, раздавшийся следом, показался громче, чем был на самом деле. Казалось, что земля заходила ходуном. Стекла в соседних домах задрожали и жалобно затренькали. В окнах коттеджей стал зажигаться свет. Люди взволнованно переговаривались и выглядывали в окна.

Первая мысль, которая возникала у них в головах, была связана, естественно, с терактом. События различной давности давно научили людей не расслабляться. И поэтому мысль о заложенной бомбе была первой и единственной в эту холодную мартовскую ночь.

Жители домов, которые располагались ближе к опушке леса, увидели, как над последним домом взметнулся язычок пламени и скоро превратился в густой огненный столб, стремительно пожирающий свою добычу. Несмотря на то что было уже очень поздно, многие жители выбежали из своих убежищ, накинув то, что попалось под руку, и потянулись к окраине поселка. Те, кто остался дома, тут же сообщили о происшествии на пункт охраны и теперь с нетерпением ждали продолжения этой истории, с опаской поглядывая в окна.

Наиболее смелые, считающие себя способными противостоять любой силе, посягнувшей на их собственность, подошли вплотную к горящему дому. Несмотря на то что прошло всего несколько минут, дом полыхал так, словно пламя уже бушевало по меньшей мере полчаса. Еще через пять минут огонь, довольно заурчав, оставил свою добычу в покое. Словно дикий зверь, обглодавший добычу, попавшую в его лапы, он оставил голый скелет посреди обнаженной весенней поляны.

Люди смотрели на обугленный остов некогда большого и роскошного дома и тяжело вздыхали, сокрушаясь о горькой судьбе постройки.

– Страсти-то какие! – всплеснула руками полная женщина, живущая через дом. – И как такое могло случиться! У Артемьева стояла современная система пожаротушения! К нему буквально месяц назад приходили мальчики из этой службы, проверяли, все ли в порядке.

– А вы уверены, что это пожар? – хмуро спросил мужчина в тапках на босу ногу и женском плаще, накинутом на теплую пижаму.

– А что же еще? – удивилась она.

– Не знаю, – так же мрачно буркнул он. – Приедут специалисты, пусть разбираются. Но мне бы не хотелось, чтобы это оказалась чья-то работа. Хватит с нас террористов и в общественных местах!

– Вы думаете, это террористы? – широко раскрыв глаза, вмешалась молоденькая девушка, прибежавшая с другого конца поселка.

– Все может быть. И если это окажется так, ноги моей больше не будет в этой деревне!

– Зря вы так! – укоризненно ответила девушка. – У нас очень хорошая охрана. Вряд ли они пропустили бы посторонних. Скорее всего, это неполадки с проводкой или что-то еще…

– Дай-то бог! – пробурчал мужчина и пошлепал обратно.

– Чего волнуется! – пожала плечами женщина, глядя на девчушку. – Мужчины вообще такие паникеры!

– И не говорите! – подхватила она. – Вот помню, один раз мой отец…

Закончить она не успела, так как по поселку, воя сиренами, пронеслись пожарные машины. Со свистом затормозив, они резко развернулись, и из открывшихся дверей повалили пожарные. Уже через минуту шланги были размотаны и в сторону одинокого остова полетели струи воды. Основная масса жителей, прибежавших на огонь, стала расходиться. Осталось лишь несколько зевак, желавших узнать, чем все закончится. Они молча стояли в сторонке, зябко ежась, и провожали взглядами суетившихся пожарных. Девушка постояла еще минут пять и побрела к своему дому.

Самой стойкой оказалась полная женщина. Она достояла до конца, убедилась, что последний уголек сдал свои позиции, и, удовлетворенно кивнув, твердой поступью направилась домой. Пожар был полностью потушен. Опасаться, что огонь перекинется на другие строения, больше не приходилось.

В нескольких километрах от поселка Летний, в Лесной Сказке, Настя Хлопкова открыла глаза. Она лежала в кровати на втором этаже своего небольшого, но уютного особнячка и прислушивалась. Сначала ей показалось, что где-то вдали прогремела гроза. Но по тому, как зазвенели стекла в их доме, она поняла, что происходит что-то более серьезное.

– Неужели землетрясение? – тихо прошептала она себе под нос и снова прислушалась.

Земля слегка подрагивала, но стекла уже почти не звенели.

– Антон, – позвала она мужа и на всякий случай потрясла его за плечо.

– Что случилось? – сонно спросил он и приоткрыл один глаз.

– Не знаю, но явно что-то не то! Чувствуешь, как дрожит земля?

Антон закрыл глаз и повернулся на другой бок.

– Не придумывай! С чего бы ей дрожать?

– Вот и я об этом думаю! Нужно пойти посмотреть…

– Спи, выдумщица! Это наверняка сон. Помнишь, как вчера тебе приснилось, что ты участвуешь в забеге домохозяек на приз зрительских симпатий, и ты меня всего испинала, прежде чем добежала до финиша.

– Так то сон… А это реальность.

Настя снова прислушалась, но снаружи дома все уже было тихо и спокойно. Девушка хотела вылезти из постели и посмотреть в окно, но, высунув ногу из-под одеяла, она ощутила прохладу ночного дома и передумала. Она повернулась к Антону, обняла его и прижалась покрепче.

– Спи уже, – сонным голосом проговорил мужчина. – Завтра рано вставать.

– Зачем? – поинтересовалась Настя, удовлетворенно уткнувшись в подушку.

– Так Маришка приезжает! Или ты забыла?

– Нет, помню, – засыпая, пробормотала она, – наконец-то Мариша нашла время вырваться к нам. Я не просплю…

Через минуту она уже мирно сопела, стянув с мужа почти все одеяло. Он немного покрутился, попробовал отвоевать у жены кусочек теплого одеяла, но, потерпев поражение, уснул, свернувшись калачиком.

Глава 2

– Антон! Ты слышал новость? – врываясь в спальню, закричала Настя.

Сегодня она встала раньше мужа, в восемь часов утра. В это время многие люди уже трудятся в поте лица. Но, по меркам бездетной домохозяйки, в это время самый сладкий сон, а значит, вставать в такую рань – несусветная глупость.

– Откуда? – сонным голосом спросил мужчина, приподнимаясь на подушке. – Или ты думаешь, что я способен видеть во сне? Извините, но вещие сны мне пока не снятся. И слава богу!

– Почему? – заинтересовалась Настя и присела на край кровати.

– Потому что я не хочу постоянно думать о том, что приключится какая-нибудь ерунда, приснившаяся мне благодаря ночной работе моего головного мозга.

– А по-моему, это очень интересно!

– Кому как… Я вообще не представляю, как живут люди, постоянно видящие такие сны. Или те, кто умеет читать мысли. Брр… Представь, что ты полюбил человека и читаешь его мысли, а он только и думает о том, как бы тебя ободрать как липку.

Настя рассмеялась.

– Перестань! По-твоему, все люди в отношениях ищут какую-то выгоду?

– Конечно! – уверенно кивнул Антон. – Причем чаще всего – материальную.

– Так! – страшным голосом произнесла Настя, упирая руки в бока. – И какую же выгоду нашла я, выйдя за тебя замуж?

– Ты, наверное, единственная женщина, которая вышла замуж по любви, – уверил ее Антон и привлек жену к себе.

– Смотри у меня! – погрозила она пальцем и поцеловала мужа в губы.

– Так я знал, кого выбирать!

– Подхалим!

– Ничего подобного! Я всегда говорю только правду!

– Хотела бы я прочитать твои мысли! Хотя бы один разок.

– Я и так могу тебе все рассказать. От тебя у меня нет никаких тайн! – И Антон довольно улыбнулся.

– Надеюсь на это! – кивнула Настя. – Я хоть и не читаю чужие мысли, но тут же узнаю, если у тебя появятся недостойные желания.

– Интересно, какие желания ты считаешь недостойными? – произнес Антон, сделав вид, что страшно этим заинтересован.

– Вот когда они у тебя появятся, тогда и узнаешь! – пообещала она ему.

– Ловлю тебя на слове! Мне очень интересно, как люди угадывают мысли других людей. Расскажешь, как это получается?

– И не мечтай! Если я раскрою все мои секреты, тебе со мной станет неинтересно.

– По-моему, у тебя столько секретов, что я за всю жизнь не смогу их разгадать.

– Тем лучше! Нам с тобой будет о чем потолковать на досуге.

Настя прилегла рядом с мужем и посмотрела на него влюбленными глазами. Все-таки ей здорово повезло со второй половиной! Сколько вокруг неудачных браков! Ее подружки уже в большинстве своем давно развелись! А она счастлива! Как хорошо, что именно Антон встретился на ее пути. А ведь могло получиться так, что она не пошла бы на ту встречу, которая и явилась для нее судьбоносной.

С Антоном ее познакомил папа. Поначалу она сопротивлялась, считая, что отношения по наводке не могут быть крепкими, и носилась от парня к парню в поисках своего счастья. Но чем больше она бегала, тем яснее понимала, что это все не то. Ну, не попадался на ее пути тот, кто сумел бы затронуть ее сердце. И тогда она решила все-таки познакомиться с Антоном: была не была. Ну, разочаруется она еще раз, что с того? Однако все получилось совсем не так. Парень оказался симпатичным, тактичным, с хорошим чувством юмора, и Настя незаметно для себя влюбилась. В общем, спасибо папе.

– Что-то я ударилась в воспоминания, – поймала себя на этой мысли Настя и посмотрела на часы. Через десять минут нужно было выезжать в аэропорт. Прилетала Маришка, которая была ее самой лучшей и самой близкой подругой. После Иры, конечно!

«Вот Маришка – это другое дело! – снова принялась рассуждать девушка. – Подруга никогда не встречалась с парнями только ради того, чтобы найти подходящего. Она всегда ждала своего принца. И наконец дождалась. Того самого сыщика, который распутал дело Иры. Эрика Петрова. Правда, любовь получилась не особо счастливой и какой-то однобокой. Но Марише и так хорошо. А значит, и я тоже счастлива за подругу. Мы не виделись с июля прошлого года, когда и произошло то страшное преступление, а сейчас уже начало апреля. На улице уже почти растаял снег, но по-прежнему стоит холодная погода».

– Так что случилось? – прервал Антон ее мысли. – Ты ворвалась в спальню, словно фурия, а сейчас лежишь и о чем-то мечтаешь.

– Я не мечтаю, я думаю о тебе.

– Обо мне? С чего бы это?

– Я вспоминала, как нас познакомили и как я сопротивлялась, считая тебя недостойным женихом.

– А ты меня таким считала? – с притворным возмущением отозвался Антон.

– Ага! – весело ответила Настя и обняла мужа.

– Вот это поворот! А я-то считал, что ты всегда ко мне искренне относилась!

– Ты ошибался! Я, вообще-то, та еще штучка!

– Жизнь закончена! – трагическим шепотом произнес Антон и воздел руки к небу. – Меня жестоко обманули!

– Такова твоя горькая доля! – в тон ему ответила Настя. – Кстати, помнишь, я разбудила тебя ночью?

– Да, припоминаю, – кивнул парень.

– Я еще тебе сказала, что это землетрясение. Потому что дрожала земля и тряслись стекла.

– Да, да, теперь вспомнил.

– А ты ответил, что мне все это приснилось. Помнишь?

– Помню, помню. Рассказывай, не тяни…

– Так вот, мне это не приснилось! – торжествующе объявила девушка и уставилась на мужа.

– Да? Это интересно. И что же случилось?

– Взорвался дом Артемьева! – после некоторой паузы ответила она.

Антон поперхнулся, и его лицо начало медленно вытягиваться.

– Ты уверена? – чуть погодя спросил он.

– Да! Мне позвонила его племянница, Маргарита, ты ее видел несколько раз, и рассказала эту страшную историю.

– Очуметь! – выдохнул Антон и опустился обратно на кровать.

– Вот и я так думаю! – подхватила Настя.

– И как это случилось?

– Точно не знаю, она рассказала буквально в двух словах.

– А что рассказала-то? – нетерпеливо спросил парень.

– Да ничего особенного… Посреди ночи раздался взрыв, огонь распространился очень быстро, и буквально за десять минут от дома ничего не осталось.

– А от чего это произошло, уже выяснили?

– Пока нет заключения экспертов, но это точно не теракт.

– Теракт? – удивился парень. – А что, разве были такие подозрения?

– Да, у одного из жителей. Он всегда подозревает самое плохое. Один раз он чуть было не попал в такую историю. Ехал в метро, и буквально через минуту после того, как сел в поезд, на станции прогремел взрыв. Он до сих пор удивляется, что ему так повезло, и всего теперь боится.

– Так это точно не теракт?

– Говорят, точно. Да и как бы туда попали террористы? Поселок хорошо охраняется. Да и не тот это объект, который нужно взрывать.

– Артемьев… – медленно протянул Антон и замолчал.

– Что? – заволновалась Настя. – Ты что-то об этом знаешь?

– Нет, но мне это очень подозрительно. Артемьев наш партнер, если можно так сказать. У папы с ним какие-то дела. Но мне он о них не рассказывал. По-моему, это не совсем простой человек. Ты знаешь, сколько у него денег?

– Нет, откуда?

– Много. У него счет в нашем банке. И я тебе скажу, что это очень и очень приличная сумма! А если у него есть счета и в других банках, то он просто богатейший человек России!

– Интересно… Я об этом ничего не знала, хотя с Маргаритой, его племянницей, иногда пересекаемся.

– Знаешь что, – вдруг заявил Антон, – тебе лучше с ней пока не контачить.

– Почему?

– Не нравится мне все это.

– Но почему мне нельзя с ней общаться?

– Я выдал тебе секретную информацию о состоянии дел клиента, и я боюсь, что ты можешь ей проболтаться. А мне бы этого очень не хотелось.

– Я не проболтаюсь! – уверенно заявила Настя. – А если я не буду с ней общаться, то не узнаю никаких подробностей об этом деле.

– Смотри у меня! Если вдруг ляпнешь лишнее, я потом неприятностей не оберусь.

– Антоша! – покачала головой Настя. – Ты же меня знаешь! Когда я болтала о том, о чем ты мне рассказывал по секрету?

– Не знаю, – пожал он плечами, – вроде никогда. Но лучше перестраховаться…

– Я никому ничего не скажу! – твердо пообещала девушка и щелкнула мужа по носу.

– Артемьев… – снова в раздумьях протянул Антон. – Ох, не нравится мне все это! Как бы чего не вышло.

– А что может произойти?

– Не знаю… Может, и ничего… Но у меня какое-то странное предчувствие.

– Не бери в голову. Ты же не экстрасенс. И вещие сны тебе не снятся. Так что вряд ли ты можешь что-то ощущать.

– Скорее всего, ты права. Но мне все равно не по себе.

– Это потому, что у вас есть общие дела и вы в какой-то мере зависите от этого Артемьева.

– Наверное, ты права, – подумав, кивнул Антон.

– Я всегда права, – отозвалась Настя.

– Нужно будет позвонить отцу, – решил Антон и соскочил с кровати. – Я в душ, – сообщил он на ходу и закрыл за собой дверь.

– Что-то я тоже стала сомневаться в этой истории, – протянула Настя, растягиваясь на кровати. – А ведь поначалу она мне показалась самой банальной. Ну, взорвался дом… Как правило, это происходит довольно часто и бывает связано с неправильной эксплуатацией газовых баллонов. А сейчас я уже думаю, что здесь могло быть и что-то другое… Ну, Антон! – погрозила она кулаком в сторону душевой. – Умеешь ты задать работу для мозгов!

Она посмотрела на часы и подскочила как ужаленная.

– Батюшки мои! – закричала она. – Время-то! Маришка уже почти прибыла, я все еще дома!

Настя принялась бегать по комнате, собирая свою одежду. Девушка не любила складывать вещи в шкаф. Как правило, они были развешаны на стульях, висели на туалетном столике и даже находились на торшере, стоявшем в углу комнаты. Не сказать, что она была неряхой, но вешать в шкаф то, что завтра снова нужно будет надевать, считала глупым.

И сейчас она металась по комнате в поисках блузки и юбки, но, как назло, не находила ни того, ни другого.

– Ладно, надену платье, – решила она и открыла шкаф.

Схватив первое попавшееся платье, она быстро влезла в него и понеслась вниз по лестнице. Уже на улице девушка увидела, как над ее головой пролетел большой пассажирский самолет и пошел на посадку. Мариша прилетела, а Насте еще нужно было добраться до аэропорта.

– Ладно, подождет минут двадцать, – решила девушка, выводя машину из гаража. – В конце концов, ничего страшного с ней не случится.

Она аккуратно выехала на улицу и не спеша покатила по городу. Что-что, а правила дорожного движения Настя соблюдала очень строго.

Глава 3

Маришу она увидела сразу, как только вошла в зал прилета. Девушка стояла чуть в стороне и внимательно вглядывалась в лица входящих людей.

– Настена! – взвизгнула она, едва та вошла в помещение.

– Маришка!

Девушки бросились друг к другу и крепко обнялись.

– Наконец-то ты приехала!

– Да, бросила все и приехала!

– Молодец! Мы тебя очень ждали!

Настя оглядела подругу с ног до головы и одобрительно крякнула.

– Умница! Выглядишь на все сто!

– Я старалась!

– Для мужчины, конечно?

– Конечно!

– Надеюсь, не для моего мужа?

– Нужно подумать…

– Я тебе подумаю! – засмеялась Настя. – Как твой Эрик?

– Не знаю. Мы с ним еще не виделись!

– Да? – удивилась подруга. – А ну, поехали, по дороге мне все расскажешь.

Настя подхватила Маришины сумки и направилась к выходу.

– А в этом году ты подготовилась лучше, направляясь в гости, – заметила она, – в прошлый раз при тебе была только одна сумка.

– Так в прошлый раз мне не для кого было наряжаться, – подмигнула ей Мариша.

Настя засунула сумки в багажник и села за руль. Мариша устроилась рядом.

– Расскажи, как там мой будущий крестник? – осведомилась она.

– Отлично! Растет не по дням, а по часам.

– А где сейчас живут Ира с Сергеем?

– Все там же! А где же еще?

– И они не побоялись после всего, что там… произошло? – Мариша споткнулась на последнем слове.

– По-моему, Ирке теперь все по барабану!

– Почему?

– После того, как ее чуть не посадили на много лет за убийство человека, уже ничего не страшно.

– Да я не в этом смысле… Вдруг к ней по ночам приходит призрак Николая?

– Маришка! – укоризненно покачала головой Настя. – Ты же большая девочка! Неужели все еще веришь в такие глупости?

– Для кого глупости, а для кого и нет! Сколько таких историй, когда духи убиенных приходят на место своей смерти.

– Смотри не ляпни этого при Ире! – сказала Настя. – Вдруг она тебя послушает, а ей, между прочим, нужно ребенка кормить.

– А как одно помешает другому? – удивилась Мариша.

– Как, как… Пропадет молоко, и все!

– А разве от этого может пропасть молоко?

– Если Ира воспримет твои россказни всерьез, то может и пропасть.

– Ты же говоришь, что она ничего не боится.

– Того, что может с ней случиться в жизни, – нет. Но ведь это выходит за рамки реального мира…

– А как Ирин папа? Он, наверное, на седьмом небе от счастья…

– Приезжает практически каждый день! Тетешкается с внуком!

– Здорово!

– Здорово, да не очень…

– Почему?

– Теперь мой папочка проедает мне плешь вопросами, когда я подарю ему наследника.

– Ну, до плеши тебе далеко! – рассмеялась Мариша.

– С таким папой ждать недолго! – вздохнула девушка. – Антон и то на меня не наседает. А папа – покоя не дает! Дня не проходит, чтобы он не позвонил и не постонал в трубку: «Настюша, доченька! Как хочется уже с внуками повозиться! Вон Иринка и то отца порадовала…»

Настя въехала в поселок.

– Послушай, а тебе ведь тоже пора обзаводиться потомством. Все-таки не девочка уже. С Эриком тебе, похоже, ничего не светит… – Девушка задумалась. – А давай найдем тебе кого-нибудь, а?

– Настена, не выдумывай! – поморщилась Мариша. – Ты же знаешь, «я другому отдана и буду век ему верна!».

– Ты ненормальная, поверь мне! – заявила Настя, втаскивая сумки в дом. – Может, твой Эрик никогда с тобой не будет! А ты все надеешься и надеешься…

– А что мне остается… – развела она руками. – Только надеждой и живу.

– Сколько времени уже прошло, как вы знакомы?

– Почти два года.

– Два года! И за это время вы виделись всего два раза!

– Ну и что! – отмахнулась Мариша. – Лучше два раза, но качественно, чем каждый день, но хреново. Ты вспомни Иру. Как ей жилось с ее Николашей?

– Ира не пример! – бросилась защищать сестру Настя. – Ты лучше на меня посмотри. Мы с Антоном живем уже несколько лет и абсолютно счастливы.

– Таких, как вы, – немного! А такие случаи, как у Ирины, встречаются на каждом шагу.

– Зато твой – просто пример для подражания! – И Настя фыркнула.

– Я не говорю, что у меня все отлично и безоблачно! – принялась оправдываться Мариша. – Но мне и так хорошо!

– Интересно, а твой папа еще не требует от тебя внуков?

– Нет, он у меня продвинутый! Считает, что люди должны жить в свое удовольствие!

– Тебе легче! – вздохнула Настя и толкнула дверь Маришиной комнаты. – Вот, я поселила тебя в тех же апартаментах, что и в прошлый раз.

– Отлично! Не придется привыкать к новому месту.

– Отгадай, кто будет твоим соседом?

– Даже не могу предположить!

– Тогда будет сюрприз! – улыбнулась подруга и похлопала ее по спине: – Располагайся, а я жду тебя на кухне.

Настя закрыла за собой дверь, и Мариша растянулась на кровати. Она снова в гостях у Насти, и словно не было этих восьми месяцев, которые встали между ней и Эриком. Эрик… Мариша закрыла глаза, и на нее, словно февральский снегопад, обрушились воспоминания.

Мариша могла по пальцам пересчитать те дни, когда они с Эриком были вместе. Их от силы наберется десятка полтора. Но за эти две недели он стал ей самым родным и самым желанным человеком на свете. Хотела бы она, чтобы и Эрик сказал ей то же самое. Но, скорее всего, она никогда этого не дождется. И дело не в самом Эрике – его она смогла бы убедить в своей любви. Дело в его работе. Он никогда ее не бросит, а совмещать работу и любовь вряд ли сможет.

Они расстались восемь месяцев назад, и все это время она только пару раз поговорила с ним по телефону. Эрик работал за границей, по секретному заданию какого-то там правительства. То ли Бельгии, то ли Венгрии… Эрик говорил ей, но она не стала вникать в подробности. Какая разница, в какую страну он уехал, ведь в любом случае он был далеко от нее.

Мысли Мариши переключились в другое русло. Она не просто так приехала к Насте именно в это время. У Эрика заканчивалась командировка, и он буквально не сегодня завтра должен был приехать сюда, чтобы стать крестным маленькому Эрику Мальцеву, сыну Иры и Сергея. Маришка изо всех сил помогала сыщику спасти Иришку от наказания, и та была очень благодарна обоим. Мальчика назвали в честь сыщика и взяли с него обещание стать крестным отцом ребенку. А Маришку попросили быть крестной мамой. Девушка долго ждала, когда настанет этот момент, и вот он уже почти наступил. Совсем скоро она увидит Эрика. Эрик…

Громко зазвонил красный телефон. Мариша вздрогнула и перевела взгляд на аппарат. Вообще-то в комнате их было два. Один – для городской связи, другой – для внутренней. Каким был красный телефон?

– Мариша! Ты там застряла, что ли? – раздался в трубке звонкий голос Насти.

– Нет, уже иду! – ответила она.

– Давай скорее, я уже два раза разогревала обед!

Мариша улыбнулась и вскочила с кровати. Так здорово было снова попасть в этот дом. В прошлый раз она так толком и не погостила у подруги. Сначала они расследовали дело об убийстве Николая, потом уехал Эрик, и Мариша загрустила, хотя и старалась изо всех сил не показывать этого. Ну а потом позвонила Нюрка, другая Маришина подруга и по совместительству помощница по делам турбазы, и отчиталась о некоторых проблемах, возникших не по ее вине. Пришлось Марише срочно собирать вещи и возвращаться домой.

Настя категорически не хотела ее отпускать, но в итоге согласилась, что работа превыше всего, и взяла с Мариши слово, что в следующем году она приедет обязательно и никакие отговорки во внимание приняты не будут.

Мариша, собственно, и не сопротивлялась. Ведь вместе с ней должен приехать Эрик. А ради этого она готова была послать свою турбазу куда подальше, только чтобы вновь увидеть любимого человека.

Мариша, все еще улыбаясь, спустилась по лестнице и завернула на кухню. Настя крутилась у плиты и одновременно помешивала сразу в нескольких кастрюлях.

– Садись скорее, – кивнула она Марише и принялась выставлять на стол тарелки.

– Это все мне? – широко раскрывая глаза, поинтересовалась та.

– А кому же еще? – пожала плечами подруга. – Антон обедает на работе. А я на диете.

– Где ты? – чуть не поперхнулась Мариша.

– На диете, на временной, – спокойно ответила Настя.

– Давно ли?

– Со вчерашнего дня. Я так объелась десертом в нашем любимом ресторане, что пока не могу смотреть ни на какую еду.

– А! А я-то уже напугалась. Думала, ты сошла с ума!

– Не дождетесь! Пока существуют разные вкусности, я буду их поглощать! Правда, сейчас это уже дается сложнее. Возраст, наверное…

– Скорее всего, – с серьезным видом подтвердила Мариша, – старая стала, зубы не жуют, нос не чует.

– Смейся, смейся, а я серьезно! Раньше я без проблем могла проглотить все, что угодно, а сейчас уже чувствую, как еда из ушей лезет.

– Это интересно… – задумчиво произнесла Мариша, облизывая ложку. – Нам нужно изучить этот феномен. Давай ты каждый день будешь кушать самые разные блюда, я стану записывать все твои ощущения.

– Скоро я и без записей буду кушать все подряд! – фыркнула подруга.

– Почему?

– Так Эрик приезжает… Сама знаешь, как он любит хорошо поесть! Придется много готовить и, соответственно, много кушать.

– А когда он приезжает? – затаив дыхание, спросила Мариша.

– Что, интересно? – рассмеялась Настя. – А я тебе пока не скажу, пусть будет сюрприз!

– Настя! Ты хочешь моей смерти?!! Я же с ума сойду от неизвестности! Или ты хочешь, чтобы я приставала к тебе с расспросами?

– Почему бы и нет? Я давно тебя ждала, чтобы пообщаться. Так почему бы и не на эту тему?

– Настя! Если мы с тобой будем общаться на эту тему, то Эрику по приезде придется расследовать уже твое убийство!

– Ладно, уговорила! Не хочется умирать в самый разгар жизни. Тем более я молодая и красивая, а в таком возрасте покидать этот мир вдвойне обидно! Он приедет… – Настя сделала паузу.

– Не томи! – взвыла Мариша.

– Он приедет…

– Ну!

– Он приедет… завтра!

– Завтра? – вдруг растерялась Мариша. – Ты уверена?

– Вполне! Эрик звонил Антону и сказал, что приезжает двадцать пятого марта.

– Завтра! Ой! А я совсем не готова его увидеть!

– Что значит не готова?

– Не знаю. Кажется, у меня начинается мандраж!

– Это нормально! – успокоила ее подруга. – Я, бывает, всего неделю Антона не вижу, когда он в командировку уезжает, и то каждый раз волнуюсь, когда он возвращается.

– Слушай, а где он будет жить? – вдруг поинтересовалась Мариша, проглотив последний кусочек.

– Догадайся с трех раз! – усмехнулась подруга.

– Неужели здесь?

– Именно! Правда, Ирка настаивала, чтобы он жил у нее, но Антон мне передал, что – цитирую слова Эрика: «Если твоя жена и ты, конечно, будете так любезны, я бы с огромным удовольствием остановился у вас. Вы знаете, что я человек корыстный, люблю хорошо покушать, а лучше, чем твоя жена, здесь никто не готовит!»

– Какой нахал! – возмутилась Мариша.

– Ты так считаешь? А мне очень даже лестно!

– И тебя привлекает такая перспектива – целыми днями стоять у плиты?

– Чего не сделаешь ради любимой подруги! – притворно всхлипнула Настя и тут же рассмеялась: – Конечно же, меня это не пугает. Ты знаешь, что я очень люблю готовить!

– Настька, ты классная! – заявила Мариша, запихивая в рот кусок торта.

– Я знаю, – кивнула та.

– Откуда?

– Мне говорят об этом все кому не лень!

Мариша внимательно посмотрела на подругу.

– Все в тебе хорошо, кроме одного.

– Что такое? – насторожилась та.

– Скромностью ты не отличаешься! – выдала Мариша и прыснула.

– А разве это плохо? Иногда приходится очень долго ждать, пока на тебя обратят внимание, а я всегда сама себя выставляю напоказ. В хорошем смысле, конечно! А теперь собирайся!

– Куда?

– Много будешь знать, скоро состаришься!

– Ну, скажи, Настюха, куда ты меня тащишь? – заныла Мариша. – Надеюсь, не знакомить с очередным другом семьи?

– Именно так! Даже, я бы сказала, не с другом, а с родственником.

– Я не хочу! Ты же знаешь, что я все равно ни на кого не смогу посмотреть!

– А это мы еще увидим! Спорим, что этот мужчина произведет на тебя неизгладимое впечатление!

– Спорим! На что?

– Ну, хотя бы на то, что вечером споешь нам в караоке Антошины любимые песни.

– Ты издеваешься?!! Антон слушает исключительно тяжелый рок!

– Ну, не только, – хихикнула Настя, – еще он слушает музыку восьмидесятых – иностранных исполнителей.

– И как ты себе это представляешь? Я по-английски говорила только в институте. И то от моего произношения у преподавателя волосы на голове становились дыбом!

– Какие волосы! – рассмеялась Настя. – У него была лысина.

– Вот видишь! От моего английского он даже облысел!

– Маришка, чего ты волнуешься! Ты все равно считаешь, что ни на одного мужчину не западешь. Так какая тебе разница, какую музыку слушает Антон?

– Это будет не Эрик? – подозрительно глядя на подругу, поинтересовалась Мариша.

– Откуда он возьмется? Он же только завтра приезжает!

– Не знаю, может, ты решила сделать мне сюрприз и сейчас раскручиваешь меня на бесплатный концерт.

– Я тебе клянусь, что это не Эрик, а совершенно другой мужчина! – торжественно произнесла Настя.

– Тогда ладно. Веди, знакомь! Ты же не отстанешь?

– Не отстану!

– Далеко идти-то? – обреченно спросила Мариша и пошла надевать куртку.

– Нет, совсем близко.

Настя накинула пальто, засунула ноги в сапоги и выбежала на улицу.

Глава 4

– Эх, хорошо! – закричала она, пиная последние снежные сугробы. – Скоро весна! Птицы прилетят! Солнышко начнет припекать! Правда, здорово?

– Правда! – кивнула Мариша. – Весной даже жить проще.

– Да? – удивилась та. – Не замечала… Мне всегда жить легко.

– Это потому, что у тебя есть Антон.

– А по-моему, дело не в весне. Если бы Эрик приехал к тебе зимой, тебе и тогда было бы замечательно жить!

– Наверное, ты права, – кивнула Мариша. – Я как-то не рассматривала этот момент в таком аспекте.

– Не кидайся умными словами, женщина не должна выглядеть слишком образованной.

– Почему?

– Чтобы мужчина не комплексовал рядом с ней. Чем проще ты будешь говорить, тем лучше.

– А Эрику нравилось, как мы с ним общались…

– Так то Эрик… Что ты сравниваешь его с остальными мужчинами? С ним и я себя чувствую немного ущербной.

– Ты думаешь, он не такой, как все?

– Можно подумать, ты думаешь по-другому, – фыркнула Настя.

– Так то я! У меня предвзятое мнение, потому что я к нему неравнодушна.

– Не обольщайся, так все женщины думают. После его отъезда прошлым летом ко мне только ленивая не подошла и не спросила, кто этот интересный молодой человек, которого знает все местное начальство.

– А ты что сказала? – спросила Мариша, почувствовав, как у нее заныло сердце.

– Правду.

– Какую?

– Что он твой парень и, вероятно, будущий муж.

– Так тебе и поверили…

– Поверили! Знаешь, как завидовали! Всем было интересно узнать, на какой крючок ты его подцепила.

– Зачем ты наврала? Теперь на меня будут смотреть и думать: вон идет Мариша, которая подцепила знаменитого сыщика. А я не только его не подцепила, но даже не знаю, как он ко мне относится!

– Ничего страшного. Зато приставать не будут, когда он приедет.

– А ты думаешь, они могут это сделать? – заволновалась Мариша.

– А как же! Свято место пусто не бывает!

– Тогда пусть думают. А куда мы идем? – Мариша огляделась по сторонам.

– Догадайся!

– К Ирке, что ли?

– Ага. Заходи, – весело произнесла Настя, распахивая дверь в дом Мальцевых. – Ирка, ты дома?

– Дома! – раздалось со второго этажа. – Проходи, только не ори так громко. Эрька только-только уснул!

– Пошли! – махнула рукой подруга и потопала наверх.

Мариша шла следом за Настей, с интересом оглядываясь по сторонам. В прошлый раз, когда она поднималась по этой лестнице, ей было невыносимо страшно. Сейчас она уже не чувствовала ничего подобного. Видимо, новый дух оказался гораздо сильнее старого. Наверное, ребенок вдохнул в этот дом новую жизнь!

– Маришка! – закричала Ира, встречавшая их на площадке второго этажа, и бросилась ей на шею. – Привет! Как здорово, что ты уже приехала! Почему ты мне ничего не сказала? – укоризненно спросила она, поворачиваясь к сестре.

– Чего ты орешь! – спросила та. – Нам велела молчать, а сама орет!

– Это я от неожиданности.

– Почему не сказала, почему не сказала… – передразнила ее Настя. – Зато получился сюрприз.

– Приятный сюрприз! Мы уже давно ждем тебя и Эрика. А он не приехал?

– Завтра.

– Скорее бы!

– Ты-то чего так волнуешься? Ладно, Маришка… Ее можно понять.

– Так Эрька некрещеный!

– А я думала, ты соскучилась по людям, которые спасли тебя от тюрьмы! – съехидничала Настя.

– И это тоже. Но сначала – Эрька! Маришка, пойдем, я тебе его покажу.

Ира взяла девушку за руку и потащила за собой. Она открыла дверь в детскую и подвела Маришу к кроватке. В ней, раскинув ручки в стороны, сопел мальчуган. Он был совсем крошечным, пухленьким, с темными кудрявыми волосиками.

– Какой маленький! – восхищенно протянула Мариша.

– Какой же он маленький? – удивилась Ира. – Он уже почти большой. Знаешь, как он вырос за три месяца! Мы весим уже семь килограммов! И это в два раза больше того, каким он родился! – с гордостью добавила она и с любовью посмотрела на сына.

– Да ты что! – восхитилась Марина. – Вот уж не думала, что дети рождаются такими крохами. Их и на руки-то страшно брать.

– Поначалу – да. А потом привыкаешь. Мне вот он уже кажется большим, а для тебя – малявка!

– А ты дашь мне его подержать?

– Проснется – дам! – пообещала Ира.

– Ну что, восхищена этим мужчиной? – с усмешкой поинтересовалась Настя.

– Очень! – кивнула Мариша, не переставая любоваться мальчиком.

– А я тебе говорила! И даже поспорила с тобой, что ты им заинтересуешься. Ты проиграла!

– Проиграла, – согласилась девушка.

– Значит, сегодня будешь для нас петь!

– А вот это вряд ли!

– Почему? Уговор дороже денег!

– А ты помнишь этот наш уговор? – хитро посмотрев на подругу, спросила Мариша.

– Помню! Мы договорились, что, если мужчина, с которым я веду тебя знакомить, произведет на тебя впечатление, ты будешь петь нам любимые Антошины песни.

– Ага! Только я тебя переспросила, не Эрик ли это?

– Конечно, это не Эрик! Эрик приедет завтра.

– А кто же это тогда? Или его зовут как-то по-другому?

– Вот черт! – воскликнула Настя и прикусила губу. – Ну, я-то имела в виду твоего Эрика.

– Какая теперь разница, кого ты имела в виду? Было произнесено имя Эрик. А какой – это уже не важно!

– Ну, Маришка! Весь вечер нам поломала!

– Не печалься. Я для вас и просто так спою. Но только те песни, которые нравятся мне.

– Ладно! Устроим сегодня творческий вечер. Самое главное, чтобы Антон к нам не присоединился.

– Почему?

– А ему медведь на ухо наступил в детстве. Если он поет, то все соседи вокруг вешаются.

– А мы ему микрофон не дадим!

– Настя, ты случайно не знаешь, что это за тряска была ночью? – влезла в разговор Ира.

– Знаю! – встрепенулась та. – А ты еще не в курсе?

– Нет. Так что произошло?

– Взорвался дом Артемьева! – торжественно произнесла она.

– Да ты что! – ахнула Ира. – Откуда ты знаешь?

– Так мне Маргарита позвонила с утра.

– А что за взрыв-то? – поинтересовалась Мариша, чувствуя, как в ней просыпается интерес.

– О! Узнаю нашего сыщика, – засмеялась Настя. – Посмотри, как у нее загорелись глаза, едва она услышала о взрыве.

– И что здесь такого! – принялась оправдываться Мариша. – Вы же тоже смакуете эту новость. Кстати, во время взрыва никто не погиб?

– Не знаю… – после небольшой паузы медленно проговорила Настя. – Я считала само собой разумеющимся, что взорвался пустой дом. А на самом деле понятия не имею, был там кто-то или нет.

– А что, если был?

– Тогда это уже не сенсация, а трагедия. Знаешь что, я позвоню Маргарите и все у нее узнаю.

Настя торопливо набрала номер и принялась нетерпеливо постукивать ногой в ожидании ответа. Она простояла с трубкой около уха не меньше двух минут, но ответом ей были только длинные гудки.

– Странно… – удивилась Настя. – Обычно она сразу хватает телефон. Ладно, потом позвоню.

Не успела девушка дать отбой, как ее телефон зазвонил.

– Слушаю, – закричала она в трубку, за что тут же получила от Иры шлепок по одному месту.

– Ну-ка иди кричать в коридор, – зашипела она, выталкивая сестру за дверь.

– Алло! – уже тише сказала Настя, оказавшись за дверью. – Да, звонила. Хотела узнать, как у вас дела.

В трубке раздались невнятные слова, в ответ на которые Настя лишь кивала. Сначала девушка только слушала, затем попыталась что-то сказать, но махнула рукой и дослушала до конца свою собеседницу. Последний раз кивнув, она сказала: «Хорошо» и положила трубку.

– Ну что? – в один голос спросили Ира и Мариша, высовываясь в коридор.

– Ничего хорошего! – мрачно сообщила Настя и уселась на ступеньку лестницы. – Артемьев был в доме во время взрыва.

– Ничего себе! – присвистнула Мариша. – Он был один?

– Наверное, других тел не нашли.

– А это точно Артемьев?

– А кто еще? Вообще-то он там жил. Гости к нему ходили нечасто. Если он и оставлял кого-то ночевать, то это были или Ольга, или Марго.

– Расскажи поподробнее, – попросила Мариша и уселась рядом.

– Да не знаю я подробностей! – отозвалась Настя. – Ритка мне ничего толком не сообщила. Обещала прийти вечером и обо всем рассказать.

– Это было бы неплохо, – задумчиво пробормотала Мариша, – а то даже оттолкнуться не от чего.

– Я тебе оттолкнусь! – показала ей кулак Настя. – Ты для чего приехала? Отдыхать! Значит, этим и будешь заниматься! А разбирательства оставь для полиции.

– Слушай, Настька, а ты Голубева видишь? – не обращая внимания на ее слова, спросила Мариша.

– Вижу иногда.

– И что он? Уже не обижается на Эрика?

– Кто его знает… Сначала он дулся и даже с нами не разговаривал. Потом вроде отошел. Даже в гости как-то приезжал. Правда, не один, а с Сергеем Сергеевичем, своим начальником, – добавила Настя. – Неглупый мужик, этот его начальник. Сразу понял, что у Эрика есть что сказать. Поверил, значит.

– Эрик всегда меня учил: очень часто виновным оказывается не тот, у кого есть мотив и возможность, а совершенно другое лицо, которое находится в стороне от всего этого. Нужно просто уметь чувствовать и видеть! – с необычной для себя горячностью сказала Мариша.

– К сожалению, большинство из нас не стараются вникнуть в суть, – развела руками подруга. – Гораздо проще принять то, что лежит на поверхности.

– Вот именно что большинство! И из-за таких людей наше правосудие во многих случаях совершает ошибки.

– Но что же делать? Ведь таких людей, как Эрик, – единицы. Мало кто умеет видеть так, как он, ощущать так, как он…

– Это точно! – кивнула Мариша. – Если бы он еще умел любить так, как никто другой, цены бы ему не было!

– Ну, ты захотела! Идеальных людей не бывает! У каждого есть недостатки.

– Я уже и не знаю, хочу ли я, чтобы Эрик был таким гением. Лучше бы он был простым мужиком.

Настя покачала головой.

– Нет, Маришка, не лучше. Я думаю, будь он самым обычным, ты бы никогда на него не посмотрела.

– Вот и Нюрка мне то же самое говорит! – с горечью ответила Мариша. – Неужели я такая ненормальная, что не могу влюбиться в обычного мужика?

– Видимо, да. Каждому свое! Кстати, хорошо, что ты такая.

– Почему?

– Будь ты другой, я бы тебя в гости не пригласила!

– Почему???

– А вдруг ты бы положила глаз на моего Антона?

– Настя! Это ты сумасшедшая! По-моему, настоящие подруги мужиков друг у друга не отбивают.

Девушка фыркнула:

– Ты в каком веке живешь? В наши дни и маму родную предадут, если будет за что. А ты говоришь – подругу…

– Неужели все так плохо?

– И даже хуже! – кивнула Настя.

– Я таких не встречала, – пожала плечами Мариша.

– Тебе просто повезло! А я рассказов о дружбе наслушалась столько, что скоро романы писать начну!

– Потому я и ценю нашу с тобой дружбу.

Внезапно раздался громкий детский плач. Девушки вздрогнули и обернулись. Из детской доносились требовательные звуки.

– Тише, тише, мой дорогой, – негромко произнесла Ира, – сейчас мамочка тебя покормит.

Еще несколько минут слышался гневный крик ребенка, и вдруг наступила тишина.

– Почему он замолчал? – нахмурилась Мариша.

– У него обед! – хихикнула Настя. – А когда я ем, я глух и нем!

– А что он ест?

– Супец наворачивает, а на второе картошечку жареную!

– Да? И он все съест? – удивилась Мариша.

Настя покатилась со смеху.

– Обязательно! И еще добавки попросит!

– Я должна это увидеть, – решила Мариша и направилась в детскую.

В большом кожаном кресле удобно расположилась Ира, а у нее на руках, громко чмокая, сопел маленький Эрик. Он закрыл глаза и, отдуваясь, тянул материнское молоко.

– Тьфу ты! – засмеялась Мариша. – Ведь знала, что маленькие дети не едят такую пищу, а все равно тебе поверила.

– Один – один! – заявила Настя и подмигнула Ире. – Как мы ее, а? Ты давай, готовься. Вдруг Эрик тебя попросит о наследнике, а ты понятия не имеешь, с какого бока подходить к детям.

– Не попросит! – уверенно ответила Мариша. – Ты же знаешь, как он относится к детям.

– Маришка, ну можешь ты немного пофантазировать? Представь, что Эрик говорит тебе: «Дорогая, я решил стать отцом. Не подаришь ли ты мне сына?»

– Настя, он так никогда не скажет!

– В жизни не бывает ничего невозможного. Представь, что лет через пять он станет сентиментальным, по-другому взглянет на жизнь и захочет быть как все.

– Не могу себе такого представить.

– С тобой неинтересно! – надулась Настя. – Ты вбила себе в голову, что Эрик такой и никогда не станет другим. Но ведь люди меняются!

– Только не Эрик!

– Опять двадцать пять! То, что он внук своего знаменитого деда, не говорит о том, что он такой же упертый. Если его дед никогда не был женат, это не значит, что и Эрик будет думать так же до конца своей жизни. В конце концов, и у такого упрямца, как его дед, родился сын и даже есть внук.

– Но он об этом ничего не знал, – напомнила ей Мариша.

– Ну и что? Суть-то от этого не меняется! У него есть сын и есть внук. Кстати, я тебе уже однажды говорила, что и ты бы могла родить ребенка, ничего не сообщая об этом мужчине.

– И как ты себе это представляешь? Он не подпускает меня к себе. Мы даже не целовались!

– Так это дело поправимое! Для чего существует медленная музыка, хорошее вино, расслабляющая атмосфера? Да и еще и соседняя комната в придачу!

– Если бы все было так просто…

– Да! Я забыла еще кое-что!

– Что?

– У тебя есть отличная подруга, которая всегда поможет и протянет руку помощи!

– Спасибо, Настена! Но в этом деле я разберусь как-нибудь сама!

– Ага! – фыркнула подруга. – Посмотрю я, как ты сама справишься!

Неожиданно из Настиного кармана раздались звуки природы – пели птицы, шумел ветер, плескались волны…

– Что это? – удивилась Мариша.

– Это такой звонок, – пояснила подруга, – он играет, когда звонят из домика охраны. – Алло! – сказала она в трубку и несколько секунд слушала, о чем ей говорили. – Хорошо, – произнесла она, – пропустите, сейчас я буду дома.

– Кто там? – поинтересовалась Ира.

– Слесарь приехал. Я и забыла, что его вызвала. Мне позвонили с охраны домой, а телефон не отвечает. Тогда позвонили на мобильный. Так что мы пойдем! Встретимся вечером.

Ира закрыла за девушками дверь, и они отправились в обратную дорогу.

– Ты мне ничего не говорила про слесаря, – сказала Мариша.

– Как-то вылетело из головы. Все мысли были заняты только тобой! – пропела она и улыбнулась.

– Надеюсь, ничего серьезного не произошло?

– Да нет, обычный текущий осмотр.

– Я и забыла, как у вас в поселке все серьезно. Просто так не войдешь.

– А ты как думала! Не зря здесь живут все авторитеты нашего города.

– Так уж и все?

– Может, и не все, но многие…

– Надо думать! Обычные люди здесь жить не будут! Цены за проживание наверняка зашкаливают!

– Да, надо сказать, они немаленькие! Но ведь и сервис на высоте! Кстати, тот поселок, в котором взорвался дом Артемьева, построен по принципу нашего.

– Как же тогда мог взорваться дом?

– Наверняка газовые баллоны… А что еще?

– Жутко все это! Жить бы да радоваться, в новом доме, с кучей денег. И вдруг – раз! И все заканчивается.

– Да, ужасная ситуация, – согласилась Настя. – Но, к сожалению, и такое встречается. А мы почти пришли! – добавила она. – Осталось только завернуть за тот дом.

Мариша обогнула коттедж, вышла на дорожку, ведущую к дому Насти, и вдруг застыла как вкопанная. Прямо перед домом стоял новенький джип размером с хороший автобус. Сердце Мариши забилось быстро-быстро, а к горлу подкатил какой-то непонятный комок, разом перекрывший дыхание. Мариша попыталась вздохнуть поглубже, но не смогла и лишь беззащитно оглянулась на подругу.

– Это и есть слесарь? – охрипшим голосом спросила она.

– Вряд ли… – ответила Настя. – У слесарей не хватит денег даже на колесо от такого автомобиля.

– Я тоже так думаю, – кивнула Мариша, пытаясь справиться с волнением. – Тогда где слесарь?

– Я, наверное, перепутала, он должен прийти не сегодня.

Мариша сделала еще пару шагов по направлению к дому, когда дверца машины открылась и оттуда вышел мужчина – в узких синих джинсах, обтягивающей футболке и высоких кожаных ботинках на толстой подошве.

– Девочки, ну где же вы ходите! – спросил он укоризненно, разводя в стороны руки. – Я сижу здесь уже десять минут!

Мужчина сделал им навстречу пару шагов. Мариша почувствовала, как ее голова закружилась, в глазах запрыгали черные мушки, и она поняла, что сейчас потеряет сознание. Последнее, что она увидела, – это красивые черные усы, обрамляющие белоснежную улыбку.

Глава 5

– Маришка, что с тобой? – испуганно спросила Настя, когда девушка открыла глаза.

– Не знаю, а что случилось? – поинтересовалась та и огляделась вокруг.

Она лежала на Настином диване в гостиной, а сама подруга сидела рядом и крепко держала ее за руку.

– Фу! Ну и напугала же ты нас. Шла, шла и вдруг раз – и шлепнулась на землю.

– Да, что-то такое я припоминаю… – Мариша наморщила лоб. – У меня закружилась голова, а потом я отключилась.

– Вот, Настя, я нашел! – послышался мужской голос. – Ты про этот бренди говорила?

Мариша скосила глаза и увидела приближающуюся фигуру Эрика. Он держал в руках бутылку и три бокала.

– Я подумал, что нам всем не помешает расслабиться, – пояснил тот, ставя все на стол. – Разве так можно! – погрозил он Марише пальцем. – Мы с Настей чуть не получили нервный срыв!

– Вы?!! – у Мариши вдруг прорезался голос. – Это вы чуть не получили нервный срыв? Что тогда говорить обо мне? Нет, ну надо же так было поступить! Настя!!! – Она гневно посмотрела на подругу. – Хоть бы предупредила!

– Я же звонил с охраны… – сказал Эрик, переводя взгляд с Насти на Маришу.

– Звонил, – кивнула хозяйка дома. – Только я Маришке об этом не сказала. Подумала, пусть будет сюрприз!

– Ничего себе сюрприз! – взорвалась Мариша. – Я чуть было коньки не отбросила, а ты…

– Не нужно говорить того, чего бы не случилось! – спокойно ответила Настя. – А для нервной системы периодические стрессы очень даже полезны!

– Да, я тоже об этом слышал, – влез Эрик, разливая по бокалам бренди.

– А еще друзья называются… – уже тише сказала Мариша и всхлипнула.

– Что тебе не нравится? – удивилась Настя и сделала небольшой глоток. – Ты сама говорила, что боишься встречи с Эриком, не знаешь, как себя вести. Вот я и решила избавить тебя от глупых мыслей. А если бы я тебя предупредила, ты бы всю дорогу мандражировала. А так все произошло быстро и безболезненно.

Мариша показала подруге кулак и села на диван.

– Ладно, ладно, я вам это припомню! Дайте мне мой бокал. Мне положена двойная доза.

– За что? – удивилась Настя.

– Как за что? У меня, в отличие от вас, был сильный стресс, я даже в обморок упала.

– Это ничего не значит, – с умным видом произнес Эрик. – Твой организм просто отключился, чтобы не использовать энергию для борьбы со стрессом. А мы были вынуждены справляться собственными силами.

– Точно! – поддакнула Настя и сделала еще глоток.

– Я что-то не пойму! – опять заговорил Эрик. – Ты мне рада или нет?

– Рада, – пискнула Мариша и покраснела.

– Так чего же ты нам голову морочишь!

– Я не морочу, я просто не ожидала…

– Маришка! Ты неотразима! – засмеялся Эрик и чмокнул ее в затылок. – Ну что, отошла? Тебе уже лучше?

– Ага! – кивнула она. – Теперь лучше.

– А так? – Эрик сел рядом с ней и обнял ее за плечи.

– А так – совсем хорошо! – улыбнулась она и опустошила свой бокал. – Ну-ка! Налей еще, давайте теперь за встречу. Не все же стресс снимать!

– Надеюсь, ты не пристрастилась к выпивке, пока меня здесь не было?

– Нет, это только сегодня, – уверила его Мариша. – Все-таки неожиданные встречи не всегда оказывают положительное влияние на нервную систему.

– А кстати, а почему ты приехал сегодня? – встряла Настя. – Мы тебя ждали только завтра…

– Хотел сделать вам сюрприз. И вижу, что он удался. А где мой будущий крестник?

– Ты его обязательно увидишь, только вечером, – уверила его Настя.

– А ты сюда в отпуск или опять по делам? – поинтересовалась Мариша, совсем приходя в себя.

– Не поверите! В отпуск! Сейчас я абсолютно ничем не занят. Правда, мне предлагали одно интересное дельце, но я сделал над собой усилие и отказался. Подумал, что когда-то нужно и отдыхать, правда?

– Правда! – воскликнула Мариша. – Хотя, если честно сказать, ты меня удивляешь. Я думала, ты никогда не отказываешься от дел.

– Ты ошибаешься. Если посчитать, сколько раз за время своей работы я отказывался от расследований, то получится… – Эрик задумался и пошевелил губами, – получится четыре раза.

– Это пятый?

– Нет, это как раз четвертый.

Настя широко открыла глаза и покачала головой.

– Ты хочешь сказать, что это только четвертый твой отпуск?

– Ну да, а что?

– А сколько лет ты уже работаешь?

– Ну, если учесть, что мне сейчас сорок один, а работать я начал с восемнадцати, то за двадцать три года я отдыхаю четвертый раз.

– Ты ненормальный! Тебе кто-нибудь говорил об этом?

– Конечно! А ты думала, что первая об этом узнала? Вот и Мариша так же считает. Правда?

– Считаю! – согласилась она. – А что еще думать, если человек почти всегда работает?

– Можно поразмышлять на эту тему, – важно заметил Эрик и развалился на диване. – Я бы решил, что этому человеку невероятно повезло в жизни.

– Почему это? – подозрительно спросила Мариша.

– А как по-другому? Нормальные люди обычно ходят на работу без удовольствия. Может, конечно, и не все, но большинство. Целый день они маются и думают: скорее бы закончился рабочий день. Выходных они ждут как праздника. А про отпуск и говорить нечего. Представляете, какая трагедия наступает для этих людей, когда отпуск заканчивается и нужно снова выходить на работу?

Эрик сделал несколько глотков и закрыл глаза от удовольствия.

– Теперь рассмотрим меня, – через несколько минут добавил он. – Я настолько люблю свою работу, что даже не замечаю, как летит время. Я готов работать и в выходные. А отпуск для меня – это вообще маленькая трагедия! Мне обычно нечем заняться, и я мучаюсь от тоски. Конечно, если подбирается хорошая компания, как, например, ваша, то немного легче.

– Ты ненормальный! – повторила Настя и ушла на кухню за закусками.

– Что, и ужином накормят? – крикнул ей вслед Эрик.

– А как же! – отозвалась она из-за угла. – Я как знала, что ты сегодня приедешь. Полдня простояла у плиты!

Эрик поставил бокал на стол и повернулся к Марише.

– Ну что, вот мы и снова встретились.

– Ага! – кивнула она.

– В этот раз я вел себя хорошо и даже позвонил тебе два раза.

– Честно говоря, я была удивлена.

– Не понимаю почему. Я же обещал тебе, что позвоню.

– А я не поверила.

– Ужас! – Эрик сделал страшные глаза и всплеснул руками. – Плохая девочка! Взрослым нужно верить. Взрослые не обманывают. Разве тебя этому не научили?

– Взрослые, может быть, и не обманывают, – ответила она, – а вот коварные симпатичные мужчины очень даже часто.

– А вот и я! – торжественно объявила Настя, вкатывая в гостиную тележку с едой.

– Очень вовремя! – потер руки Эрик. – Я уже проголодался! Не поверишь, но последние два дня я только и думал что о твоих кулинарных способностях.

– Наверное, тебе просто негде было как следует перекусить.

– И это тоже. Я решил добираться своим ходом, на своем новом автомобильчике, а вдоль дороги, как назло, одни забегаловки!

– Эрик, я вижу, ты неравнодушен к хорошим машинам.

– Это моя слабость! – согласился он. – Еда и машины.

– А как же женщины? Обычно у мужчин есть еще и эта слабость.

– Нет, для меня женщины – это не слабость, это жизненная необходимость.

– В смысле? – не поняла Настя.

– Объясняю! – с важным видом кивнул он. – У каждого человека есть потребности. Одни потребности он удовлетворяет, потому что так распорядилась природа. А ублажение других доставляет ему удовольствие. Например, сон доставляет тебе удовольствие или это просто необходимость?

– Именно для меня? – уточнила Настя.

– Да, для тебя.

– Скорее всего, необходимость, – подумав, ответила девушка. – Не могу сказать, что жажду вечером лечь спать.

– Хорошо! А от чего ты получаешь удовольствие?

– От Антона! – даже не раздумывая, ответила она.

– Вот видишь! Мы во всем разобрались. Все потребности для тебя важны, но удовлетворение ты получаешь разное.

– То есть ты хочешь сказать, – медленно проговорила Настя, – что тебя не интересуют женщины?

– Почему? Интересуют, – невозмутимо ответил Эрик, – но я рассматриваю их как необходимость. Я мужчина, и мне периодически нужна женщина. Вот и все. И если мне предложат выбрать, чего я хочу в данный момент больше всего, то я отвечу: поесть!!!

Настя подвинула к мужчине тарелку и принялась накладывать закуски.

– Ты хочешь сказать, что никогда не был влюблен? – недоверчиво поинтересовалась Настя, быстро взглянув на Маришу.

– Скорее всего, нет, – немного помолчав, ответил Эрик.

– Ты в этом не уверен?

– Я не знаю, что такое любовь. В литературе это чувство трактуется по-разному. Я не нашел какого-то единого мнения на этот счет.

– Я думаю, на этот вопрос не стоит искать ответ в книгах, – тихо сказала Настя.

– Ты думаешь? – удивился Эрик, наслаждаясь крабовым салатом.

– Уверена.

– А как же определить, любовь это или нет?

– Если она к тебе придет, ты не ошибешься…

Эрик с сомнением посмотрел на девушку и покачал головой.

– Не понимаю я этого. Столько всего говорят об этой любви, а единого определения нет. Зачем вообще тогда об этом писать?

– А я знаю, как тебе рассказать, что такое любовь, – вдруг негромко сказала Мариша.

– Да? И как? Мне очень интересно.

– Любовь – это то же самое, что твоя работа. Представь, что ее у тебя нет. Каждый день ты просыпаешься и понимаешь, что сегодня тебе нечем будет заняться. Дело, которое ты любишь сильнее всего, уже тебе не принадлежит. Ты пытаешься отвлечься, но ничего не выходит. Твои мысли заняты только этим. Больше всего на свете ты жаждешь начать новое расследование, окунуться в атмосферу тайны и интриг, но ничего этого нет и, возможно, больше никогда не будет.

– Как ты интересно рассказываешь, – насупив брови, заметил Эрик. – Мне на какое-то мгновение даже расхотелось есть. И как тебе только в голову могло прийти нарисовать для меня такие перспективы! Брр… – И он поежился.

– Давайте сменим тему! – воскликнула Настя. – Какая такая любовь может быть, если у Эрика уже есть любимая женщина! – И она подмигнула Марише.

– Вот видишь, какой он, – шепнула та Насте, когда подруга уселась рядом. – Он не умеет любить и даже не страдает от этого.

– Ну и что! В этом есть свои плюсы! – заявила подруга.

– Интересно, какие?

– У него не было любовного прошлого. Его старые связи не будут тебе надоедать. И не всплывут вдруг неизвестно откуда.

– Насмешила! – язвительно ответила Мариша. – Старые связи надоедать не будут… Но ведь и новые не появятся!

– Кто знает! Раз он любит хотя бы работу, то в принципе человек не потерянный. Просто нужно разжечь в нем это чувство.

– Как?

– Пока не знаю, но я догадываюсь, почему он себя так ведет.

– Почему?

– Думаю, он боится, что что-то к тебе почувствует!

– Глупости! – отмахнулась Мариша.

– А почему нет? Все-таки иногда он спит с женщинами. Почему бы ему не спать и с тобой?

– Не знаю, – пожала плечами Мариша.

– А я тебе отвечу на этот вопрос. Потому что ты значишь для него больше, чем остальные женщины, и он просто боится испытать нечто другое, что привяжет его к тебе.

– Мне хотелось бы в это верить… – задумчиво протянула девушка, обдумывая слова подруги.

– А ты не хоти, ты верь! – посоветовала она. – Я тебе точно говорю! Тебе нужно просто поймать момент, когда он будет в хорошем игривом настроении, и быть настойчивой.

– Ты думаешь?

– Я уверена. Слушай меня, и скоро Эрик будет у тебя в кармане.

– О чем шепчемся? – громко спросил Эрик, потягивая из стакана минеральную воду.

– Да так, – как можно равнодушнее ответила Настя, – о своем, о женском…

– Не знал, что я теперь являюсь темой для женских разговоров.

– А почему ты решил, что мы говорим о тебе? – покраснела Мариша.

– А о ком же? – удивился он. – Обычно говорят шепотом в присутствии другого человека только в одном случае – если обсуждают его. А кроме нас здесь больше никого нет. Значит, я могу сделать однозначный вывод: вы говорили обо мне.

– Ох, и сложно с тобой! – вздохнула Настя.

– Почему сложно? Наоборот, очень легко! Не нужно ничего объяснять, я сразу все понимаю.

– Зато ничего и не скроешь!

– А зачем скрывать? – удивился он. – Разве вы что-то от меня утаиваете?

– Утаишь от тебя, как же… – проворчала Мариша и вдруг улыбнулась. – Правда, за это ты нам и нравишься! Да, Настена?

– Наверное, – кивнула она. – Марише-то уж точно за это!

– А я нравлюсь Марише? – игриво спросил он.

– А разве ты сам этого не знаешь?

– Откуда? – развел он руками, строя на лице гримасу удивления. – Столько времени прошло! Целых восемь месяцев! Может, она давно замуж вышла, а я и не поздравил!

– Не волнуйся, не вышла!

– Странно… Такая девушка, и до сих пор одна. Нужно тебе, Настя, подсуетиться и найти ей достойного жениха!

– А мы сегодня как раз ходили на смотрины, – ответила девушка и хихикнула.

– Да? – Глаза Эрика на мгновение стали холодными. – И чем закончилось знакомство?

– Мариша решила, что жених для нее маловат.

– Ростом, что ли, не вышел?

– И ростом тоже, а вообще, ее смутил возраст.

– Почему? Сейчас модно, когда мужчина гораздо моложе женщины.

– Ну, этот слишком молод.

– И сколько же ему?

– Три.

– Три десятка лет?

– Нет, не десятка.

– Ну не три же года!

– Нет, три месяца.

– А! Это вы говорите о моем будущем крестнике?

– Именно о нем! Маришка, как только его увидела, так сразу потеряла голову!

– Наверное, ее привлекают все, кто носит имя Эрик.

– Возможно! – согласилась Настя. – Я ей посоветовала завести своего собственного мужчину. Тогда его не придется месяцами ждать, переживать, он все время будет рядом с ней.

– И что Мариша, согласилась?

– Пока нет. Маленький Эрик ее немного напугал. Она решила, что не готова сейчас стать матерью.

Мариша, наблюдавшая за детективом, заметила, как его взгляд тут же потеплел после этих слов.

– Ну и правильно! – сказал он. – Зачем связывать себя по рукам и ногам! Гораздо лучше самостоятельно распоряжаться своей жизнью.

– А ты не думал, – вмешалась Мариша, – что если бы твоя бабушка рассуждала так же, то тебя сейчас не было бы на свете?

– Думал, – немного помолчав, ответил Эрик. – И очень благодарен ей за то, что она приняла на себя такое непростое решение. Она – героический человек!

– А ты не считаешь, – спросила Настя, – что просто боишься детей так же, как и Мариша? Это ответственность, и ее нужно нести всю жизнь!

– Возможно… Но я не готов к этому. И вообще, давайте сменим тему!

– Как скажешь, – пожала плечами Настя.

– А можно я переоденусь и приму душ? Я что-то устал после дальней дороги.

– Конечно! Отдохни! Ира придет часов в семь, и Антон приедет к этому времени. Так что не торопись! Мариша покажет тебе твою комнату. – И она подмигнула подруге.

Глава 6

Проводив Эрика до комнаты, Мариша решила немного поваляться на кровати, но неожиданно для себя заснула. Проснулась она от настойчивого стука в дверь.

– Войдите! – крикнула она и потянулась.

– Это я! – Настя засунула голову в комнату и уставилась на подругу. – Ты чего здесь делаешь? Мы тебя там ждем… Я даже два раза звонила по телефону!

– Я заснула, – развела руками Мариша. – Сейчас я иду. А кто пришел?

– Не поверишь! – быстро заговорила Настя, входя в комнату и закрывая за собой дверь. – Пришла Маргарита!

– Какая Маргарита?

– Как какая? Та самая, Зотова. Это дом ее дяди взорвался вчера ночью.

– А зачем она пришла?

– Не знаю… Я ей звонила днем, хотела поинтересоваться, как движется расследование, а она сказала, что расскажет потом. Но я никак не думала, что она приедет сюда. Странно все это!

– А раньше она к вам приезжала?

– Была один раз.

– Это интересно…

– Знаешь, есть у меня одна мысль, – начала Настя и остановилась.

– Какая?

– Тебе она не понравится.

– И все же?

– Я боюсь, что она могла прослышать про Эрика.

– И что?

– И то… – передразнила ее Настя. – Ты сегодня медленно соображаешь! Вдруг она решит попросить его расследовать это дело?

– Думаешь, она здесь именно за этим?

– Не знаю, но все возможно!

– Но ведь Эрик только что приехал! Откуда она узнала об этом?

– Ой! В нашем городе сложно что-то скрыть! Здесь не так много развлечений. Поэтому все новости тут же передаются от одного другому.

– А вдруг она положила на него глаз…

– Все может быть! – серьезно ответила Настя и тут же рассмеялась, увидев погрустневшее лицо подруги. – Эй! Ты расстроилась, что ли? Не грусти! У нее есть бойфренд!

– Точно?

– Точно! Причем она с ума по нему сходит.

– Что, такой замечательный?

– Не знаю, я с ним почти не общалась. Говорят, он художник. У него даже выставка была месяц назад. Но финансово он не обеспечен. Я слышала, что Артемьев, ее дядя, не одобрял этих отношений. Вот парень другой сестры, Ольги, ему очень даже нравился.

– Но Маргарита, естественно, его не слушала?

– Естественно! Кто сейчас слушает представителей старшего поколения? Я только после знакомства с Антоном поняла, что взрослые гораздо мудрее нас. Не все, конечно, но многие.

Девушки вышли в коридор, и Настя постучала в комнату Эрика.

– Войдите, – тут же раздалось из-за двери.

– Эрик, мы пошли вниз, там уже все собрались, если хочешь – пойдем с нами, если нет – отдыхай.

– Как это отдыхай? – возмутился он, выходя из комнаты. – Я, между прочим, приехал интересно проводить время, а не сидеть в комнате!

Настя кивнула и стала спускаться вниз. Мариша с Эриком направились за ней.

В гостиной шел оживленный разговор. Ира беседовала с темноволосой симпатичной девушкой, которая, видимо, и была Маргаритой. Чуть в стороне, на диване, расположились Антон и Сергей. Рядом с Сергеем стояла корзина с ребенком. Тот сладко посапывал, не обращая внимания на гул голосов.

Стоило Насте показаться на лестнице, как голоса смолкли и четыре пары глаз уставились на вновь прибывших. Сама Мариша смотрела сейчас только на одного человека, Маргариту. Взгляд этой девушки был прикован к Эрику. Она внимательно смотрела на мужчину, и в ее глазах читался неподдельный интерес. Пока Эрик спускался, интерес сменился восхищением. Она оглядела его с головы до ног оценивающим взглядом. Видимо, увиденное чрезвычайно понравилось ей, так как она совсем перестала слушать Иру и перенесла все свое внимание только на Эрика.

– Какая нахалка! – прошипела Мариша на ухо Насте.

– Кто? – удивилась та.

– Твоя Маргарита!

– Почему это она моя?

– А чья же еще? Это ведь к тебе она приехала!

– Подожди возмущаться! У Маргариты всегда так. Как увидит нового человека, сразу загорается.

– Что-то на меня она так не смотрит.

– Ты же не мужчина…

– То-то и оно.

– Я вообще не понимаю, почему ты так бузишь! Эрик – очень интересный экземпляр. Сама-то ты на него по-другому смотришь?

– То – я, а это – она.

– Маришка! Ты должна понять, что на Эрика всегда и везде будут смотреть именно так. И ты это либо принимаешь, либо нет. Если нет, значит, это не твой мужчина. Ты не сможешь находиться рядом с ним. Сначала ты начнешь его пилить, потом выносить мозг, затем станешь проверять переписку и все остальное. В итоге он тебя бросит и ты останешься одна.

– Да, ты права! – скисла Мариша. – Я попробую быть терпимее.

– В конце концов, на него уже не один десяток лет смотрят женщины, а он все еще одинок. Это тоже является показателем его характера.

– Я согласна с тобой. Буду учиться не обращать внимания на взгляды чужих женщин.

– Вот и молодец! Я раньше тоже пилила Антона за то, что на него обращают внимание. В итоге мы один раз очень сильно поругались, и я поняла: либо я меняюсь, либо наш брак может на этом закончиться. И я поменялась.

– Ты молодец, ты сильная!

– Дело не в том, сильная ты или нет.

– А в чем?

– Ты должна быть мудрой и даже хитрой. Это наше главное оружие. Поверь мне, что биться головой о стенку – это не самый лучший вариант. Помнишь пословицу: умный в гору не пойдет, умный гору…

– Обойдет! – закончила Мариша. – Все, я начинаю меняться! А ты напоминай мне, если я об этом забуду.

– Договорились! – кивнула девушка и подошла к Маргарите: – Знакомься! Это моя лучшая подруга – Мариша!

– Очень приятно! Марго! – томным голосом произнесла она и повернулась к Эрику: – А кто этот симпатичный мужчина?

– Этот симпатичный мужчина – наш друг. И по совместительству самый талантливый в мире детектив.

– Ну, это ты загнула! Кроме меня, наверняка найдется еще парочка! – И Эрик улыбнулся, словно кот, наевшийся сливок.

– Да ладно тебе скромничать! – покачала головой Настя. – Ты – самый лучший! И не спорь! Окружающим виднее!

– Хорошо, не буду! – развел он руками и ухмыльнулся еще шире.

– Я его сейчас задушу! – прошипела про себя Мариша, и ее руки непроизвольно сжались в кулаки.

– Маришка, пойдем, я налью тебе хорошего вина! – прочирикала Настя и взяла ее под руку. – Что ты делаешь! – сквозь зубы проговорила та, когда они отошли в другой конец комнаты. – У тебя на лице написаны все твои мысли! Я даже могу их тебе озвучить. Ты думала: «Какой он гад! Улыбается чужой бабе, и ему наплевать, что рядом стою я и все это вижу. А она-то хороша! Только увидела мужика и сразу стала пялить на него свои зенки. Я бы ей их с удовольствием сейчас выцарапала!» Так примерно?

– Ага! А что, это так заметно? – разом поникнув, поинтересовалась Мариша.

– Еще как! Я же говорю, на твоем лице все написано.

– А ты видела, как расцвел Эрик, глядя на нее?

– Ты дурочка! Он расцвел от того, что ты на это так среагировала. Ты же знаешь, что ему нравится тебя дразнить. И он этим отлично пользуется. А ты ведешься каждый раз, будто маленькая девочка. Все, давай бери себя в руки!

– А как же Марго? Она так и будет на него смотреть?

– А тебе-то что? Посмотрит и перестанет! Да ладно, не расстраивайся, – добавила она, глядя на огорченное Маришино лицо. – Марго поначалу всегда такая. Ей нужно произвести впечатление. А потом она станет такой, какая она есть. Я думаю, вы с ней подружитесь.

– Хотелось бы надеяться! – проворчала Мариша.

– Я тебя в этом уверяю. Заканчивай хандрить. Пойдем узнаем, зачем она приехала.

Девушки взяли по бокалу с шампанским и вернулись к гостям. Маргарита мило беседовала с Эриком на самые нейтральные темы. Эрик бросил быстрый взгляд на Маришу и тут же снова переключился на Марго.

– Я вообще считаю, – продолжила разговор Маргарита, – что жара прошлого лета неслучайна.

– Да? И что же, по-вашему, произошло? – напустив на себя заинтересованный вид, спросил Эрик.

– Какие-то умники решили поэкспериментировать с природой. Им не интересно жить просто так, обязательно нужно доказывать самим себе, что они сильнее самой стихии! – И Маргарита кивнула.

– Все может быть… – задумчиво протянул Эрик.

– Я вам говорю, что именно так и было! Иначе чем еще это можно объяснить? Ученые говорят, что такой жары не было пятьсот лет. А откуда они это могут знать? Насколько я понимаю, погоду учитывают немногим больше ста лет. Значит, доподлинно неизвестно, была ли на самом деле такая жара на нашей планете и раньше. Моя личная версия, что такого раньше не было. А значит, это дело рук человеческих. Логично я рассуждаю? Логично! – сама себе ответила Маргарита, не дожидаясь ответа собеседника.

– Это все очень интересно! – поддакнул Эрик. – Но меня больше интересуют другие вопросы.

– Какие?

– Преступления! Они гораздо интереснее любых экспериментов! Ибо это работа для мозга!

– А разве эксперименты с природой – это не работа для мозга?

– Работа, но не такая. Все-таки там люди сначала ставят эксперименты и только потом включают мозг. А я сразу завожу свои серые клеточки и с первого до последнего момента не даю им передышки.

– Это, наверное, очень интересно! – с придыханием сказала Марго и подсела поближе к Эрику.

– Ритка, а ты чего приехала? – влезла в разговор Настя, садясь между ней и Эриком. Мариша облегченно вздохнула. – Ты же хотела позвонить!

– Хотела! – кивнула девушка. – Но мне бы столько пришлось рассказывать по телефону, что я решила: лучше все передать при встрече, а то ни один телефон не выдержит такого долгого разговора.

– А уже есть что рассказать?

– Кое-что есть…

– А что случилось? – поинтересовался Эрик.

– Вчера взорвался дом одного человека в соседнем поселке. Это Антошин партнер, Артемьев. А Марго – его племянница. Мне, конечно, было любопытно, что там приключилось, вот я и пыталась узнать подробности этого дела.

– Взорвался дом? – Эрик удивленно приподнял брови. – В коттеджном поселке?

– Точно! – кивнула Настя.

– Это, по меньшей мере, странно, – заметил Эрик, и глаза его загорелись.

– Вот и я так думаю! С чего бы дому взрываться? Хотя, скорее всего, это были газовые баллоны.

– А ваш дядя держал в доме баллоны?

– Да, на всякий случай, – кивнула Маргарита.

– Эрик! Не вздумай интересоваться этим делом больше, чем надо! – строго сказала Настя и погрозила ему пальцем.

– А сколько надо? – невинно хлопая глазами, уточнил он.

– Ровно столько, чтобы быть в курсе событий.

– Именно столько меня и интересует! – заверил ее сыщик.

– Кого ты обманываешь! – воскликнула Настя. – А то я не вижу, как заблестели твои глаза!

– Какой такой блеск?

– Блеск предвкушения интересного дела. Кстати, что-то подобное я уже сегодня наблюдала.

– Да? И у кого же? – удивился Эрик. – У меня появился конкурент?

– Вот он сидит, твой конкурент! – Настя кивнула на Маришу.

– А что, Мариша тоже занимается расследованиями? – раскрыла глаза Маргарита.

– Ага! Только она начинающий детектив.

– Как интересно! – воскликнула девушка, и ее взгляд впервые сфокусировался на Марише. Сначала она просто рассматривала ее, а затем взгляд Марго потеплел, и она сказала:

– Очень приятно познакомиться с девушкой-сыщиком!

Мариша покраснела.

– Какой я сыщик… Так, иногда лезу не в свое дело…

– Да? А я думала, что ты тоже раскрываешь преступления.

– Еще как раскрывает! – влез Эрик. – Правда, под моим руководством. Но результаты показывает неплохие.

– Зачем ты врешь? – зашептала Мариша ему на ухо.

– Почему вру? – тоже шепотом ответил он. – Я всегда говорю только правду.

– Значит, ты работаешь вместе с Эриком? – спросила Марго, и глаза ее загорелись. – Это очень интересно! А как ты с ним познакомилась?

– Это долгая история, – ответил он за Маришу, – расскажите лучше о вашем дяде. Что там случилось? Вы ведь об этом хотели поговорить?

– Ах, да! – Девушка откинулась на спинку дивана и немного обмякла. – Именно об этом. А давай перейдем на «ты». В конце концов, мы почти друзья…

– Хорошо, договорились, – усмехнулся Эрик и краем глаза посмотрел на Маришу.

«Ни за что не буду реагировать!» – решила она и уставилась на Марго с напускным интересом.

– Я начну по порядку, – сказала девушка и уселась поудобнее. В какой-то момент она перестала быть эдакой роковой женщиной, и Мариша с удивлением отметила, что она самая обычная, простая девчонка.

– Начну с того, – начала она, – что Артемьев – мой дядя.

– Артемьев, Анатолий Петрович? – вдруг спросил Эрик. – Речь идет о нем?

– Да, а вы его знаете? – удивилась Марго.

– Слышал… – уклончиво ответил сыщик.

– Так вот, мы узнали его совсем недавно, года три назад. Он брат моей мамы. Моей и Ольги.

– Ольга – твоя сестра? – снова вмешался Эрик.

– Да, младшая. У нас разница – два года. Папа умер, когда мы были совсем маленькие, и мама воспитывала нас одна. Дядя рано ушел из дома и стал вести самостоятельную жизнь. Как-то он связался с не очень удачной компанией, влез в какое-то темное дело и был вынужден уехать из города. Мама отдала ему все свои сбережения, чтобы ему было на что жить первое время. И мы остались на мели. Папы к тому времени уже не было, а работа у мамы была не ахти. Она постоянно волновалась о брате, много рассказывала о нем, ждала известий.

Но время шло, а дядя не писал и не звонил. Мама иногда плакала по ночам, а потом написала в одну передачу, где ищут пропавших родственников, чтобы помогли его найти. Но это ничем не закончилось. Дядя как в воду канул.

Пять лет назад мама попала под машину и умерла, не приходя в сознание. Мы остались одни. Мне тогда исполнилось восемнадцать, а Оле шестнадцать. Было очень тяжело. Мы обе пошли учиться, чтобы получать хотя бы стипендию, и два года еле сводили концы с концами. Хорошо еще, что нам разрешили жить в общежитии, а квартиру мы стали сдавать.

Три года назад в нашу квартиру пришел мужчина. Нам позвонила пара, которая снимала тогда у нас жилье, и передала его координаты. Мы с Ольгой всю голову сломали, кто бы это мог быть.

– А он не сказал своего имени? – уточнил Эрик.

– Нет, он оставил только номер телефона и назвал время, когда можно позвонить. Мы два дня ходили в раздумьях и наконец решились. Каково же было наше удивление, когда мы узнали, что это наш дядя, которого мы давным-давно считали пропавшим без вести. Он очень огорчился, узнав, что мамы уже нет, и произнес фразу типа: «Как жаль, я так виноват перед ней». Мы не стали выяснять, в чем он виноват, решили, что из-за тех денег, которые она ему отдала, а он так и не вернул.

В общем, с тех пор у нас началась совершенно другая жизнь. Дядя купил нам с Олей по квартире, а себе начал строить дом.

– А вы не спрашивали, откуда у него деньги?

– Нет. Да нас это и не интересовало. Самое главное, что мы наконец-то вылезли из нищеты и зажили вполне достойно.

– Дядя вас обеспечивал?

– Да, полностью. Меня он устроил на работу, когда я окончила училище. И все равно продолжал давать деньги. А Ольга вообще ничем не хочет заниматься. Она живет в свое удовольствие, встает в районе обеда, потом салон красоты, тренажерный зал, вечером встречи с друзьями…

– И дядя все это одобрял?

– Вполне. Он говорил, что женщине достаточно удачно выйти замуж, а все остальное – это блажь.

– Значит, твою работу он воспринимал только как прихоть?

– Да, он долго не понимал, зачем мне это нужно, ведь в деньгах я не нуждаюсь.

– А зачем тебе это надо?

– Как же! А чем еще заниматься? Нельзя же вечно бегать по тусовкам и пропадать в тренажерном зале. Мне хочется хоть чуть-чуть чувствовать себя нужной обществу.

– И кем же ты работаешь?

– Я работаю в художественной галерее. Оценщицей.

– И тебе нравится твоя работа?

– Нравится. Я постоянно знакомлюсь с новыми людьми, выезжаю в другие города, если просят произвести оценку на дому. В общем, мне это интересно, я получаю удовольствие от своей работы. Кстати, в галерее я познакомилась со своим молодым человеком!

– Вот как? И кто он?

– Он художник! Самый замечательный портретист! – Маргарита раскраснелась и стала похожа на юную влюбленную девушку. – Его портреты самые лучшие! Они живые, в них есть душа! Об этом многие уже говорят!

Мариша с удивлением заметила, что Марго незаметно для себя стала совсем другой. В ней больше не было напускной вульгарности, небрежности, с которой она вела разговор. Она была похожа на саму любовь. Такая же яркая, страстная, красивая…

«Вот она какая настоящая!» – решила про себя Мариша и вдруг успокоилась. Она поняла, что эта девушка никогда не посягнет на ее Эрика. То, какой она была по приходе сюда, было всего лишь ширмой, своего рода защитой, которая не позволяла пробиться в глубину ее души.

«А ведь она действительно любит того парня, причем довольно сильно!» – снова приятно удивилась Мариша и, расслабившись, опустилась в кресло.

– Ты устраиваешь для него показы? – уточнил Эрик, внимательно глядя на Маргариту.

– Да, а почему бы и нет? Он действительно очень талантливый!

– И сколько он зарабатывает?

Маргарита внезапно покраснела.

– Пока мало. Но чего вы хотите? Он только начинает свою деятельность! Ни один талантливый художник не стал сразу миллионером.

– А многие прославились только после своей смерти! – влезла Настя.

– Надеюсь, он станет известным гораздо раньше! – ответила Марго и недовольно посмотрела на подругу.

– На что же он живет? – удивилась Мариша. – Ведь помимо таланта нужно иметь еще что-то за душой.

– Раньше он работал менеджером в одной компании, но я уговорила его уйти оттуда.

– Почему?

– А когда творить, если ты целый день на работе?

– В общем, ты его содержишь! – констатировала Настя и усмехнулась.

– Какая разница! – огрызнулась Маргарита. – Мы разговариваем о моем дяде, а не обо мне.

– Ладно, не сердись! Рассказывай дальше.

– В общем, дядя построил дом в поселке Летний и полгода назад туда перебрался.

– Он жил один?

– Да, у него никого не было, кроме нас. Мы сначала пытались разузнать побольше о его прошлой жизни, но он сразу сказал: «В мою жизнь не лезьте. Все, что было до вас, – это прошлое, которое осталось у меня за плечами. Живите тем, что есть, и ко мне не приставайте с расспросами. Единственное, что могу вам сказать, – это то, что у меня нет ни жены, ни детей и никогда не будет. Вы мои единственные родственники. И после моей смерти все достанется вам». После этого мы больше не разговаривали на эту тему. Дядя часто звал нас к себе, когда бывал дома, и мы оставались у него ночевать. Несмотря на то что он был сам по себе, он терпеть не мог одиночества.

– И часто вы у него оставались?

– Если он никуда не уезжал, то почти каждый день. А вообще, он постоянно был в разъездах. Ездил по стране, заключал какие-то контракты. Правда, в последние несколько месяцев он стал ездить реже. По-моему, у него появился какой-то партнер. И все дела он стал решать здесь, в этом городе.

Настя незаметно посмотрела на Антона. Она представляла себе, кто был этим партнером. По мере Маргаритиного рассказа у нее сложилось мнение, что Артемьев вел свои дела не очень честно. Но, зная своего свекра, Настя даже представить себе не могла, что тот стал бы иметь дело с таким человеком. Настя покачала головой и решила, что она подумает об этом позже.

– А что со взрывом-то? – спросила она, сгорая от любопытства.

– Я как раз к нему перехожу, – кивнула Марго. – Вчера вечером дядя приехал домой довольно поздно. Сначала он планировал провести ночь в каком-то клубе, но уже там почувствовал себя не очень хорошо и решил уехать домой. Мы к нему в ту ночь не собирались и не знали, что он вернется. Поэтому в доме он был один. Взрыв произошел около трех часов ночи. Весь поселок уже спал. Я до сих пор не знаю, что там случилось.

– А следователи пока не дали своего заключения? – поинтересовался Эрик. – Кстати, кто ведет это дело?

– По-моему, какой-то Воробьев. Или Голубев?

– Голубев? – переспросил Эрик. – Это интересно!

– Сегодня утром, когда я ходила в отдел, мне сказали, что теракт точно исключается. Во-первых, не нашли никаких следов взрывчатки, а во-вторых, охрана совершенно четко говорит, что никого из посторонних в последние сутки в поселке не было.

– Даже электриков или слесарей?

– Никого! На редкость спокойный день.

– А при чем здесь теракт, я что-то не понял? – спросил Эрик, немного обдумав услышанное. – По-моему, такая версия рассматривается в последнюю очередь, если это не общественное место, конечно.

– Да есть там один сумасшедший! Ему вечно чудятся какие-то злодеяния. Он то ли попал когда-то в самую гущу таких событий, то ли был совсем рядом с ними. И теперь боится всего на свете. Он и дом-то купил в этом поселке, чтобы обезопасить себя от всех возможных преступлений.

– Странный человек…

– Не то слово! Именно он сбил всех с толку. Люди, вместо того чтобы спокойно лечь спать, были вынуждены отвечать на вопросы следователей.

– Но ведь им и так бы пришлось отвечать.

– Да, но не посреди ночи!

– И что в итоге решили? Чем объяснили этот взрыв?

– Сказали, с большой вероятностью, взорвались газовые баллоны. Дядя держал их на всякий случай. Когда дом еще только строился, с помощью этих баллонов рабочие готовили себе еду. А когда в поселок подвели газ, он не стал их выкидывать. Сказал, что глупо выбрасывать хорошие вещи.

– Твой дядя был бережливым человеком?

– Еще каким! Несмотря на то что у него было столько денег – можно было полгорода скупить, он ничего не выбрасывал. Говорил, что жизнь длинная и как она повернется завтра – никому не известно!

– Значит, вы с сестрой теперь богатые наследницы? – медленно проговорил Эрик.

– Наверное, – немного поразмышляв, кивнула Марго. – Правда, я об этом пока не думала… Мне очень жаль дядю. – Девушка помолчала. – Я пока еще, видимо, не осознала, что его уже нет. Мне кажется, что он вот-вот позвонит и попросит меня приехать. Нет, я не могу поверить, что его нет в живых! – И она закрыла лицо руками.

– Ты любила дядю? – тихо спросила Настя и обняла Маргариту за плечи.

– Да, очень! Он ведь был единственным нашим родственником! И почему нам так не везет? Сначала папа, потом мама. А когда мы уже и не рассчитывали, что у нас еще кто-то может появиться, – откуда ни возьмись возник дядя. И стал заботиться о нас. Это было настоящее чудо! Не знаю, как Ольга, а я очень его любила. Не за то, что он был богатым, а просто потому, что у каждого человека должен быть родной человек на этом свете, на которого он может положиться, спросить у него совета, да просто доверительно поговорить, не боясь, что над тобой будут смеяться!

– А как дядя относился к твоему парню?

– К Володе? Нормально. Вернее, сначала он ему не очень нравился. Дядя считал его не подходящим для совместной жизни. А потом перестал говорить мне о нем такие вещи. Наверное, решил, что я лучше знаю, чего хочу.

– А если бы ты захотела выйти за него замуж, как дядя отнесся бы к этому?

– Не знаю, – ответила Марго и покраснела.

– Не знаешь или не скажешь? – уточнила Настя.

– Я считаю, что сейчас это уже не важно.

– Я слышала, твой дядя был категорически против вашего брака. Это так?

– Сначала – да. А потом мы перестали говорить на эту тему.

– А почему он был против? – полюбопытствовала Мариша.

– Дядя считал, что Володя не сможет прокормить семью. Его картины почти не продавались, а в этом деле никогда нельзя сказать с уверенностью, когда придет успех. И придет ли он вообще!

– Но ведь у Артемьева было много денег? – не успокаивалась Мариша. – Я думаю, он вполне бы смог содержать не только тебя, но и твоего Володю?

– Мог, но не стал бы этого делать. Дядя считал, что мужчина сам должен нести ответственность за свою семью. Вот Ольгин парень ему очень даже нравился, – с обидой заметила Марго. – Хотя с ним даже поговорить не о чем! Он вечно глупо шутит и смеется над фильмами, где самая крутая шутка – кто громче пукнет.

– А чем он занимается?

– Точно не знаю, кажется, строитель. Мы с Ольгой отдалились после того, как она познакомилась с Женей.

– Его зовут Евгений? – уточнил Эрик.

– Да. Она вечно хвасталась, что ей достался лучший вариант, чем мне. А чем он лучше? Если только тем, что деньги имеет. Но разве это главное в жизни?

– Это не главное, – успокоил ее Эрик. – Но когда хочется кушать, то разговорами вряд ли утолишь голод.

– Согласна! – скисла Маргарита. – Но я думаю, что рано или поздно дядя смирился бы с моим выбором.

– А если нет?

– Ну а если нет, то я и сама смогла бы нас обеспечить. Я очень неплохо зарабатываю!

Эрик внимательно посмотрел на Маргариту и достал из кармана телефон. Он набрал чей-то номер и стал терпеливо ждать ответа. После пятнадцатого гудка телефон наконец-то ожил.

– Приветствую! – громко сказал Эрик и уселся поудобнее. – То есть как это, кто это? – игриво поинтересовался он и закинул ногу на ногу. – Уже не узнаем старых знакомых? Что ж ты, Голубев, не сохранил мой номер? Вот я никогда не теряю свои контакты. Мало ли когда пригодятся… – Эрик немного помолчал. – Ну, наконец-то! А я уже хотел на тебя обидеться! Да, я здесь, в городе. Остановился у Хлопковых. А звоню я вот по какому вопросу. У нас здесь Маргарита Зотова. Племянница Артемьева. Она нам рассказывает о вчерашнем взрыве. Я хотел поинтересоваться, что слышно об этом? Есть уже результаты экспертизы? Нет, я не работаю над этим делом, просто интересуюсь. Да, все в сборе. Подожди, сейчас спрошу. – Эрик прикрыл трубку рукой и спросил: – Настюша, Голубев интересуется, можно ли ему приехать? Он тоже желает обсудить это дело.

– Зови! – разрешила девушка и подмигнула Марише. – Как в старые добрые времена, правда?

– Приезжай! – сказал в трубку Эрик. – Что? Конечно, тебе оставят самый лучший кусочек! Ждем! Ты подумай, какой нахал! – произнес сыщик, положив трубку.

– Что такое? – полюбопытствовала Настя.

– Он спросил, будет ли что-нибудь вкусненькое на ужин!

– Почему же нахал! Очень даже практичный молодой человек.

Последние слова девушки потонули в громком детском крике. Маришка подскочила на диване и оглянулась. Из корзины раздавались требовательные звуки. Антон испуганно смотрел на малыша и потихоньку от него отодвигался. Все повскакивали на ноги и заметались по комнате. Настя пыталась найти хоть какую-то игрушку, Мариша побежала за водой, Марго непонятно зачем притащила плед с соседнего кресла. И даже Эрик растерянно встал с дивана и смотрел на ребенка. Детский рев достиг своего апогея. У Мариши уже заложило уши, а крик все не ослабевал.

Только Ира и Сергей оставались абсолютно спокойными. Ира неторопливо встала, подошла к корзине и вынула малыша. Он, не затихая ни на минуту, продолжал орать.

– Куда пойдешь? – спросил ее Сергей, поднимаясь вслед за женой.

– Сейчас посмотрю, где удобнее… – ответила Ира и огляделась. – Пожалуй, пойду на кухню, там подходящий диван.

– Пойдем, я тебя провожу.

Сергей подхватил корзину, Ира вместе с ребенком направилась следом. Тот продолжал кричать, как будто его резали, но родителям, похоже, не было до этого никакого дела.

– Может, чем-то помочь? – робко спросила Маргарита, закрывая уши руками.

– Нет, зачем? – удивилась Ира.

– Он хорошо себя чувствует? – поинтересовалась Мариша.

– Вполне, – уверил ее Сергей и скрылся за дверью.

Какое-то время из-за двери доносились громкие крики, и вдруг все стихло. Марго убрала руки от головы и осторожно прислушалась.

– Что это было? – наконец спросила она.

– Эрька проснулся! – пояснила Настя.

– А он всегда так просыпается?

– Ага! – улыбнулась она.

– С ним все нормально? – не успокаивалась Маргарита.

– Да все хорошо, не волнуйся. Просто он хочет кушать, вот и кричит.

– Как я испугалась! Вы бы только знали! Я уже подумала невесть что! Хотела вызывать «Скорую помощь».

– Вот и Маришку мы сегодня так же напугали! Она, бедняжка, даже решила отказаться от радости материнства.

– И я тоже очень испугался, – вдруг подал голос Антон. – Почему ты мне не сказала, что он будет так кричать?

– И что бы это изменило? – насмешливо спросила Настя. – Ты бы выставил корзинку в сад?

– Что ты болтаешь глупости! Просто был бы готов к этому. А то так и инфаркт можно схлопотать.

– Вы же все взрослые люди! – укоризненно сказала девушка. – А такое впечатление, что в первый раз видите ребенка!

– Но ведь это так и есть! – пискнула Мариша. – Я, например, уже слышала сегодня, как он кричит, и все равно хотела бежать звать на помощь!

Настя возвела вверх глаза и громко вздохнула.

– Настенька, а может, мы с тобой подождем пока с ребеночком? – робко спросил Антон и заискивающе посмотрел жене в глаза.

– Антон! Ты меня иногда поражаешь!

– А что такого я сказал?

– Ничего! – рявкнула она. – Какой ребеночек? Мы, по-моему, никого не собирались заводить в ближайшее время.

– Я знаю, но спрашиваю не про это время, а про другое.

– Про какое другое?

– Про отдаленное… Может, нам вообще дети не нужны?

– Давай поговорим об этом в другой раз. – Настя бросила на него недовольный взгляд и села на свое место.

Следом за ней все остальные тоже потихоньку успокоились. Мариша пересела поближе к Эрику и удовлетворенно вздохнула. Наконец-то Марго не будет находиться в непосредственной близости от него.

В образовавшейся тишине внезапно раздался голос Эрика:

– Настя, а мне придется держать этого ребенка на руках?

– Когда? – удивилась Настя.

– Во время крещения.

– Наверное, а как по-другому? – пожала она плечами.

– Самому? – в его голосе послышались нотки паники.

– Конечно!

– А можно мне отказаться от этого действа?

– Ты что, с ума сошел?!!

– Я боюсь, что не справлюсь с этой процедурой.

– Все справляются, а ты не справишься!

– Так у других наверняка есть опыт общения с такими детьми!

– Совсем необязательно! Да и потом, ты же будешь не один, а с Маришей.

– Я тоже должна буду брать его на руки? – с ужасом спросила та.

– Да вы что! – рассердилась Настя. – Вы нормальные или нет? Это ребенок! А вы шарахаетесь от него, будто от крокодила какого!

– Лучше бы крокодила дали… Крокодилы хотя бы так не орут… – робко заметила Мариша.

– Зато ты заорешь, когда он тебе отхряпает полруки.

Эрик с Маришей переглянулись. Было видно, что они явно растеряны.

– Ничего! – подбодрила их Настя. – Сейчас Ира принесет малыша и будете тренироваться.

– А может, не надо? – почти шепотом произнес Эрик.

– Надо, Федя, надо! Тяжело в учении, легко в бою!

– Никогда не заведу себе детей! – наклонившись к Эрику, сказала Мариша. – Буду жить одна!

– И правильно! – ответил он и согласно кивнул.

Хлопнула дверь, ведущая на кухню, и в гостиную вошел Сергей с корзинкой в руках. Все тревожно зашевелились.

– Да здесь пусто! – засмеялся он, поставив корзину на пол. Присутствующие расслабились. Но тут же снова напряглись, потому что в комнате появилась Ира с ребенком на руках. Мариша почувствовала, как Эрик сжал ее руку и непроизвольно подался назад.

– Веришь, нет, – шепнул он ей, – но такой ужас я испытываю первый раз в жизни! Я как представлю, что его нужно будет брать на руки, так сразу холодею.

– Не дрейфь! – успокоила его Мариша. – Ты такой не один! Я тоже боюсь!

В хлопотах о ребенке никто и не заметил, как приехал следователь.

– Я звоню, звоню… А мне никто не открывает… – сообщил он. – Хорошо, я догадался толкнуть дверь. А кто это такой хорошенький? – залопотал он, склоняясь над малышом.

– Это наш Эрька! – с гордостью сказала Ирина. – Правда, замечательный?

– Прелесть! – поддакнул Голубев.

Настя хлопнула Маришу по плечу и поманила за собой.

– У меня есть план, – зашептала она. – Серега завтра уезжает в командировку на пять дней, и мы Ирку перевозим сюда.

– Зачем?

– Как зачем? Маришка, иногда ты меня поражаешь! Вроде умная девушка, а задаешь порой глупейшие вопросы. Чтобы Эрик как можно чаще видел малыша! Пусть привыкает.

– А Ира согласится?

– А куда она денется?

– Мне кажется, из этой затеи ничего хорошего не выйдет, – немного подумав, сказала Мариша.

– Почему?

– Это сейчас Эрька такой хороший, а ведь скоро он проголодается. Что тогда будет, а? Мы все с ума сойдем от его крика.

– Не преувеличивай. Не так уж он и орет! И потом, ко всему ведь можно привыкнуть. Ира тоже сначала плакала вместе с ним, а сейчас посмотри на нее, она – сама спокойствие! В общем, начинаем внедрять мой план. Глядишь, к концу отдыха Эрик созреет для отцовства.

Глава 7

После ужина наступило долгожданное спокойствие. Мариша сидела рядом с Эриком и наблюдала за ним из-под прикрытых глаз.

«А может, и в самом деле родить ему ребеночка и зажить единой дружной семьей? – рассуждала она сама с собой. – Почему бы и нет? В конце концов, мне уже пора становиться матерью! А об Эрике и говорить нечего! Ему пора внуков нянчить, а он еще детьми не обзавелся. Конечно, с младенцами много мороки, но это того стоит! И Эрька на самом деле не такой крикливый, как я сначала о нем подумала. Уже прошло почти три часа, а он лежит спокойно, как ангелочек. Чудо! – умилилась Мариша, переведя взгляд на малыша. Она смахнула с глаза слезу. – Все, рожаю! Осталось только убедить в этом Эрика, и вперед! Правильно сказала Настя, ребенок вырастет и будет радовать своих родителей. Не все же ему орать!»

Она закрыла глаза и улыбнулась. В то же мгновение комнату огласил громогласный крик. Мариша замерла и сильно зажмурилась, будто это могло избавить ее от этого звука. Крик нарастал, и девушка закрыла уши. Но даже сквозь плотно прижатые пальцы ей прямо в мозг, словно визгливая дрель, проникал вездесущий, изматывающий громкий крик. Она вскочила на ноги. Окружающие снова бестолково заметались по комнате, предлагая Ире свою помощь. Даже Голубев, самый опытный из всех присутствующих, растерянно смотрел на малыша и глупо хлопал глазами.

Лишь одна Ира оставалась невозмутимой. Она подхватила корзинку, вышла из комнаты и закрыла за собой дверь. Еще несколько минут раздавались сердитые вопли, а затем неожиданно все смолкло.

Мариша выдохнула и опустила вниз руки. О чем она сейчас думала? О ребенке? Какая же она дура! Какой ребенок! Нет, ей и так хорошо! Никаких детей!!! Никогда!!! Все, забыть об этом и больше не возвращаться к этой теме!

Она потихоньку огляделась. Быстрее всех пришла в себя Настя. Видимо, сказывалась некоторая закалка. Следом за ней заулыбался Голубев. И только Эрик по-прежнему стоял, прислушиваясь, посреди комнаты, готовый в любой момент бежать куда глаза глядят. Он заметил Маришин взгляд и растерянно пожал плечами. Она натянуто улыбнулась ему и развела руками.

Через несколько дней им предстояло взять на себя огромную ответственность, став крестными родителями маленького Эрьки. А перед этим необходимо было выдержать долгую церемонию крещения. И от мысли о том, как будет вести себя этот маленький человечек, у обоих опускались руки.

– Ну что, может, обсудим тему, которая всех нас интересует? – раздался бодрый голос Голубева.

– Конечно, – отозвалась Настя, – давайте подвинем это кресло, чтобы было удобно разговаривать.

Эрик быстро развернул кресло, а сам сел на диван, рядом с Маришей, предоставив место на кресле заседательствующему Голубеву.

– Итак, что вы хотели узнать? А может, наоборот, поделиться?

– Нам-то чем делиться? – развела руками Маргарита. – Я вообще ничего не знаю, кроме того, что взорвались баллоны.

– А вы, Эрик?

Тот пожал плечами.

– Я с этим делом никак не связан. И вообще, я на отдыхе. В отпуске!

– По правде говоря, не нужно было мне сегодня приезжать, – продолжил Голубев. – Идет официальное следствие, и я не должен раскрывать служебную информацию.

– А зачем же приехал? – полюбопытствовала Настя.

– Исключительно по моей душевной доброте.

– А я думал, чтобы увериться, все ли идет так, как надо, – встрял Эрик, навесив на себя невозмутимый вид.

– Ничего подобного! В этом деле все ясно и понятно. Даже придраться не к чему!

– Да? А так бывает?

– Бывает! Это у вас сплошные загадки, а мы здесь люди простые, измудряться не привыкли.

– Значит, от нас тебе ничего не надо, – уточнил Эрик.

– Именно так! А с вами я вообще сначала не хотел разговаривать, но моя доброта не позволила мне занять подобную позицию.

– Интересно, отчего такая немилость?

– А как вы хотели после того, как поступили со мной в прошлом году?

– Ага! Значит, все-таки волнуешься! Грызет червячок, что в этом деле может быть что-то не так. Иначе ты бы так и продолжал на меня дуться. Да ладно, не делай обиженный вид! Думаешь, ты один такой, кто жаждет получить мою голову?

– А есть еще желающие? – заинтересовался Голубев.

– Сколько хочешь? Могу даже список дать.

– Это было бы интересно! – совсем ожил следователь.

– Какой ты все-таки мстительный! А я и не ожидал!

– Ладно, считайте, что я вас простил! – благодушно ответил Голубев. – Так что там по поводу взрыва?

– Это мы у вас хотели узнать! – подсказала ему Маргарита, с трепетом выслушав недавнюю перепалку.

– Ах, да! Могу сказать вам, что это точно виноваты баллоны.

– А версия теракта? – влезла Настя.

– О чем вы говорите! Какой теракт в закрытом поселке? Эта идея могла возникнуть в голове только нездорового человека! Конечно же, ничего подобного не было.

– Значит, взорвались баллоны? – уточнила Марго.

– Совершенно верно. Здесь нет никаких сомнений. А ими часто пользовались?

– Вообще не пользовались!

– А зачем же они там находились?

– Остались с того времени, когда рабочие строили дом.

– Мне кажется, их нужно было давно выкинуть. Баллоны были не новые и, видимо, немного пропускали газ.

– Пропускали газ? – встрепенулся Эрик.

– Вот именно, – не удостоив его взглядом, отозвался Голубев.

– А это уже становится интересным! Лежали себе баллоны столько времени, ничего не пропускали, и вдруг на тебе – взорвались.

– А что здесь странного? Я же сказал, что они были не новые. Мало ли где произошла утечка… Я не вижу здесь ничего криминального.

– Не обращай на меня внимания, – кивнул Эрик, поудобнее усаживаясь на диване. – Я сам с собой разговариваю.

– Меня больше удивляет другое, – продолжил Голубев, стрельнув в Эрика глазами.

– Что? – в один голос спросили девушки.

– Баллоны взорвались именно тогда, когда Артемьева не должно было быть дома. Не повезло мужику! Останься он в том клубе, и был бы жив! Да, это судьба!

Эрик хмыкнул. Голубев с подозрением посмотрел на него, но ничего не сказал.

– Вы считаете, что дяде просто не повезло? – спросила Маргарита.

– Да, – кивнул следователь. – От судьбы, как говорится, не уйдешь!

Эрик снова хмыкнул.

– А разве вы не согласны? – не выдержал он.

– Пока не знаю, – пожал плечами сыщик. – Я всегда с подозрением отношусь к таким совпадениям.

– Не вижу в этом никакого криминала, – съязвил Голубев. – А если вы начали подозревать газовые баллоны в совершении преступления, то это ваше дело.

– И все же, на мой взгляд, это очень странное совпадение.

– Да почему? Вот если бы Артемьев собирался оставаться дома, а баллоны взорвались, тогда я мог бы с вами согласиться. Но он должен был быть в другом месте. И домой в эту ночь попал случайно. Значит, говорить о возможном преступлении можно лишь с натяжкой.

– Расскажите-ка нам все, что известно по этому делу, – попросил Эрик и пристально посмотрел на Голубева.

Тот попытался ответить ему тем же взглядом, но смутился и перевел глаза на девушек.

– В общих чертах можно сказать следующее. В этот вечер Артемьев собирался пойти в клуб с молодым человеком Ольги, другой его племянницы. Они договорились встретиться в девять часов вечера в центре города и ехать вместе.

– А при чем здесь Женя? – нахмурилась Маргарита.

– Вы имеете в виду Краснова?

– Да, его, Олиного парня.

– Я так понял, что Евгения интересовало мнение Артемьева по какому-то вопросу, и он попросил его о встрече.

– Ну, Ольга! – Марго сжала кулаки и покраснела.

– Не понял… – нахмурился Голубев.

– Я говорю про свою сестру, Олю. Она меня обскакала, зараза!

– Что вы имеете в виду?

– У нас с Ольгой есть молодые люди, – пояснила Маргарита. – У меня Володя, художник, я уже о нем рассказывала. А у Ольги – Женя, он строитель. Володя дяде не нравится. Вернее, не нравился… – поправилась она. – И Ольга была очень этому рада.

– Почему?

– Потому что ей очень хотелось, чтобы дядя был благосклонен только к ним. Как же! Ведь там замешаны немалые деньги. Ольга, когда узнала, что дядя очень категорично высказался против моего Володи, буквально прыгала от радости. И говорила, что теперь-то дядя точно оставит все свои деньги ей.

– У вас с сестрой плохие отношения? – недоуменно спросил Голубев.

– До последнего времени были очень даже хорошие. Но, видимо, деньги портят людей! Мы одно время жили очень бедно. И очевидно, Оля страшно переживает, что те времена могут вернуться.

– А вы не волнуетесь по этому поводу?

– А чего мне волноваться? – пожала она плечами. – Квартира у меня есть, работа тоже… А что еще нужно?

– Значит, ваш молодой человек Артемьеву не нравился? – уточнил следователь.

– Скажем так, не особо. Но он и не обязан нравиться кому бы то ни было, кроме меня.

– Это правильно!

– Зато Ольга решила по-другому. Ей во что бы то ни стало было нужно, чтобы дядя положительно отнесся к Евгению. Видимо, она и придумала эту встречу, чтобы показать, какой Женя умница!

– Он ведь занимается строительством?

– Да, у него бригада по возведению небольших щитовых домиков.

– И какой совет он хотел получить от Артемьева?

– Откуда же я знаю?! Самой интересно. Ясно одно, на самом деле Женя хотел встретиться с дядей по другой причине.

– По какой?

– Чтобы произвести хорошее впечатление. Можете мне поверить!

– А ваш дядя хорошо разбирался в людях?

Маргарита пожала плечами.

– Не знаю. Должен был разбираться, все-таки бизнес предусматривает такую черту характера.

– Значит, Евгений хотел понравиться вашему дяде… Что ж, я его понимаю. Любому человеку хочется продвинуться в жизни. И чем быстрее это произойдет, тем лучше. Правильно я рассуждаю? – Голубев выжидательно посмотрел на Марго.

– Я так не думаю, – покачала она головой. – Зачем куда-то бежать, кого-то догонять? Нужно просто жить и наслаждаться этой жизнью! Вот и Володя так же думает. Хотя я один раз сказала ему, чтобы он попробовал подружиться с дядей. Но он категорически отказался. Сказал, что не будет танцевать ни под чью дудку.

– Я так понимаю, что вы все-таки хотели склонить дядю на свою сторону? Значит, и вам тоже интересны его деньги…

Маргарита вспыхнула.

– Естественно, что я не питаюсь воздухом и не хожу в обносках. Но мне хотелось, чтобы дядя подружился с Володей по другой причине.

– И по какой же?

– Я очень люблю дядю! Вернее, любила… И мне была неприятна мысль, что у нас возникнет непонимание из-за Володи. Я хотела показать ему, что нам не нужны его деньги, мы и сами в состоянии себя обеспечить. Нам он интересен именно как человек. Понятно вам?

– Да все понятно! Чего ж так нервничать! – Голубев немного отстранился от Марго. – Я вовсе не хотел сказать ничего такого…

– Да? А мне показалось по-другому… Кстати, вы говорили, что дядя должен был встретиться с Женей. Вам известно, как прошла эта встреча?

– Да, мы уже поговорили с Евгением Красновым. События развивались следующим образом. В девять часов Артемьев подъехал к центральному универмагу и забрал Краснова. Они поехали в ночной клуб, в котором заранее забронировали места.

– А что за клуб? – вдруг спросил Эрик.

– «Ночная звезда». Вполне приличное заведение.

– А какова его специализация? Стриптиз?

– Нет, как ни странно, у них другая тематика – бильярд, караоке и тематические вечеринки.

– Интересно…

– Я один раз там побывал. На таких вечеринках заранее объявляется тема вечера. Каждый посетитель приходит в карнавальном костюме. Ну а затем как пойдет. Заранее написанного сценария обычно нет.

– Так, и что дальше?

– Приехали они в этот клуб в начале десятого и планировали остаться там до утра. Сначала должен был состояться разговор, а затем игра в бильярд.

– Ваш дядя любил эту игру? – обратился Голубев к Марго.

– Очень! Он мог играть в бильярд часами. У него дома тоже был бильярдный стол, но мы с Ольгой не увлекались этим занятием, и он предпочитал играть за пределами дома, там, где легко можно найти партнера.

– Вы знали, что в тот вечер ваш дядя планировал поездку в ночной клуб?

– Знала, конечно. Он всегда нас предупреждал, если не ночевал дома.

– И вы удивились, когда узнали, что в доме найден его труп?

– Еще как! Я долго не могла в это поверить! Ну, почему все так глупо получилось? – Марго громко всхлипнула.

Следователь развел руками.

– Я же говорю, судьба.

– А ты, Эрик, что думаешь? – поинтересовалась Настя, до сих пор не участвовавшая в разговоре.

– Пока рано делать выводы, – покачал головой сыщик. – Сначала нужно получить больше информации да посмотреть на останки дома.

– Вы думаете, что сможете найти там что-то новое? – съязвил Голубев. – К сожалению, не получится! Хотя если головешки смогут вам о чем-то рассказать, то милости прошу!

– Голубев! Нельзя же быть таким мстительным! Если я умнее вас, что же в этом обидного? Должен же быть кто-то талантливым и одаренным. И если это не вы, то незачем завидовать другим!

– Вы считаете, что я вам завидую? – фальшиво удивился Голубев. – Да никогда! Чему завидовать-то? Тому, что у вас и минутки спокойной нет? Иногда вы даже поспать толком не можете…

– А ты хорошо спишь?

– Обычно – да!

– Зато кушаешь плохо! Вон какой бледненький…

– Так когда есть-то? – проворчал Голубев. – Сами знаете, как я кручусь весь день…

– Ладно, хватит дуться! Давай заключим перемирие! И потом, в прошлый раз ты сам был виноват. Я говорил тебе, что не все так просто, а ты не слушал.

– Ладно… – будто бы нехотя согласился следователь, – давайте считать, что ничего не было. Хотя вы меня здорово подставили…

Эрик невозмутимо пожал плечами и смахнул с рубашки несуществующую пылинку.

– Смотри, не повторяй былых ошибок!

Глава 8

Утром Мариша проснулась поздно. Время подходило к обеду, а она все никак не могла открыть глаза. Несколько раз забегала Настя, но, увидев, что девушка спит, не будила ее. Наконец Мариша потянулась и нехотя сползла с кровати.

На кухне Мариша обнаружила Эрика, который вместе с Настей пил чай.

– А почему меня не разбудили? – обиженно спросила она.

– А зачем? – удивилась подруга. – Отдыхай! Ты для чего сюда приехала? Чтобы сменить свой образ жизни. Вот и меняй! Спи сколько хочешь, ешь сколько влезет, в общем, наслаждайся! Кстати, сегодня Сережа уехал на пять дней в командировку. А Ира боится оставаться в таком большом доме одна. Надеюсь, ты не будешь против, если она поживет с нами? – И Настя пихнула подругу ногой.

– Конечно, нет! – бодро ответила та, но в ее глазах заколыхался страх.

– Вот и прекрасно! Эрик тоже согласился. Заодно потренируетесь, перед крещением.

– А когда крещение? – уточнил сыщик.

– Послезавтра, если ничего не изменится. Допивайте чай, а я сейчас свежий заварю.

Настя встала из-за стола и захлопотала возле плиты.

– Ты и в самом деле не против, чтобы Ира пожила здесь? – зашептал Эрик, пересев поближе к Марише.

– А ты?

– Даже не знаю, что и ответить! Вообще-то, это Настин дом, и она имеет право звать кого хочет, не спрашивая нашего согласия. Но не мог же я сказать, что против Ириного присутствия.

– Вот и я не смогла, – Мариша уныло посмотрела на Эрика.

– Слушай, а может, снимем номер в гостинице, пока не поздно?

– Один на двоих? – уточнила Мариша.

– Обижаешь… Не бойся, я не буду посягать на твое достоинство! Конечно, номера у нас будут разные.

– А жаль… – задумчиво протянула девушка. – Если бы ты предложил один номер, я бы согласилась.

Эрик фыркнул:

– Так что? Переезжаем?

– Нет, Настя обидится…

– Да, это единственное, что меня останавливает. Что ж, видно, судьба такая, как бы сказал Голубев.

– Слушай, а ты веришь в то, что Артемьев не случайно вернулся домой? Может, и вправду здесь вмешалась судьба?

Эрик долго смотрел на нее оценивающим взглядом и наконец сказал:

– Я бы тебе ответил так. Я верю, что все это не случайно, но судьба здесь совершенно ни при чем!

– Что ты имеешь в виду?

– Попробуй сама догадаться. Ты умная девочка. Тебе бы только научиться выводы делать из того, что ты видишь и слышишь…

Мариша растерялась.

– А я уже поверила в судьбу! Мне кажется, это единственно верное объяснение. Вспомни, ведь Артемьев долгие годы где-то отсутствовал, сколотил себе состояние. А такие деньги честным путем не зарабатывают! Значит, где-то кому-то перешел дорогу, украл, убил… Да мало ли что еще! Может, это возмездие?

Эрик поморщился.

– Маришка! Откуда эти фантазии? Разве ты имеешь сведения о том, как он заработал свои деньги? Ты, не зная фактов, начинаешь насаживать на них свою теорию. Так дела не делают! Сначала нужно все разузнать, а потом уже делать выводы.

– Ты именно так и делаешь?

– У меня все немного по-другому. Мне нет надобности ковыряться во всех этих мелочах. Достаточно общих фактов. Ну и, конечно, нужно поговорить со всеми действующими лицами, составить, так сказать, общее впечатление.

– А почему ты меня по-другому учишь?

– Потому что вы, простые смертные, не в состоянии угнаться за гениями! – торжественно произнес Эрик и застыл в царственной позе.

Мариша изумленно посмотрела на сыщика. Внезапно он не выдержал и расхохотался.

– Видела бы ты сейчас свое лицо! – сквозь смех произнес он и снова запрокинул голову.

Мариша разозлилась. С этим Эриком всегда было непонятно, правду он говорит или шутит. А она, как дурочка, вечно попадается на его провокации.

– Чего веселимся? – спросила Настя, разливая свежий чай.

– Эрик возомнил себя гением и теперь зомбирует меня, желая, чтобы я в это поверила.

– А зачем зомбировать? – удивилась девушка. – Мы и так в это верим!

– Учись, Маришка! Вот как ведут себя настоящие женщины. Они всегда знают, как сделать мужчине приятно! – торжественно воскликнул Эрик и поднял вверх указательный палец.

– Я тоже знаю некоторые приемы! – ехидно заметила Мариша. – Правда, некоторые личности не желают проверить их на себе!

– Не понимаю, о чем ты говоришь! – усмехнулся Эрик. – Или у тебя не настолько хорошо все получается, раз я этого не замечаю?

Мариша не ответила и гордо отвернулась.

– Что вы как дети! – укорила их Настя. – Давно бы нашли общий язык! А вы все пытаетесь задеть друг друга.

– О чем ты говоришь! – изумился Эрик. – Мы с Маришкой прекрасно понимаем друг друга! Я бы даже сказал…

Эрик не успел договорить, как из его кармана раздался громкий телефонный звонок.

– Голубев объявился! – сообщил он, посмотрев на дисплей. – Алло! Слушаю! – бодро прокричал он в трубку. – Завтракаем! Конечно! Мы еще и пообедаем заодно. Ну, а я и не сомневался! Он еще даже чай не пил, – сообщил Эрик девушкам, закрыв трубку рукой.

– Он позвонил, чтобы сказать тебе об этом? – захихикала Настя.

– Сейчас узнаю. А ты чего звонишь? – заговорил он в трубку. – Что? Да… Интересно… Хорошо, скоро приеду. Жди!

Эрик положил трубку и постучал пальцами по столу.

– Что случилось? – в один голос спросили девушки.

– Да там какая-то неразбериха в счетах Артемьева. Кстати, твой Антон должен об этом знать.

– Что за неразбериха? – напряглась Настя.

– Пока не понятно. Якобы накануне своей смерти Артемьев снял все деньги со своего счета, и их дальнейшая судьба неизвестна.

– Как это?

– Вот так! Это очень не похоже на такого человека, как Артемьев. Голубев приглашает меня к себе, разобраться с этим делом. Если я, конечно, не против.

– И ты, конечно же, не против, – съязвила Мариша.

– Как ты догадалась? – притворно удивился Эрик.

– Но ведь ты в отпуске!

– Одно другому не мешает.

– А мне кажется, еще как мешает!

– Маришка! Вот если бы ты поехала в отпуск, не досмотрев свой любимый сериал, а в гостинице, где ты остановилась, был бы телевизор. Неужели ты не до-смотрела бы этот фильм?

– Нет, – проворчала она, – я не люблю сериалы.

Эрик широко улыбнулся.

– Ты меня поняла!

– Тогда я с тобой!

– Что – со мной?

– Поеду с тобой к Голубеву!

– Он тебя не приглашал.

– Ну и что! А я напрошусь!

– Ох, горюшко мое! – едва сдерживая ухмылку, запричитал Эрик. – Ну что ты за девчонка такая! Сериалы не любит, зато хлебом не корми дай влезть в какую-нибудь историю.

– Есть с кого брать пример!

Эрик не успел ответить, как у него снова зазвонил телефон.

– На этот раз твой муж! – хмыкнул он, посмотрев на Настю. – Слушаю! Я уже в курсе, – ответил Эрик, выслушав какую-то длинную тираду. – Да, сейчас еду к Голубеву разбираться. Хорошо, как только будет что-то конкретное, позвоню.

– Что? – выкрикнула Настя, едва Эрик положил трубку.

– Ничего, а почему ты так занервничала? – невозмутимо поинтересовался он.

– Так Антон звонил! А он просто так трезвонить не будет!

– Ничего страшного. Просто его тоже волнует вопрос о состоянии счета Артемьева. Тот действительно снял все свои деньги перед тем, как встретиться с Евгением Красновым, и их судьба теперь неизвестна.

– Ты думаешь, что это Евгений… – начала Настя.

– Нет, там все чисто. Твой свекор отзвонился Артемьеву, после того как тот уехал от него с этой суммой. И Артемьев уверил его, что с деньгами все в порядке. Они в надежном месте. «А получит их тот человек, у кого самая чистая душа». Это я цитирую последние слова Артемьева, – добавил Эрик.

Настя изумленно уставилась на него.

– Он в своем уме? Ты понимаешь что-нибудь?

– Пока нет, но рано или поздно обязательно пойму!

– По-моему, у Артемьева что-то случилось с головой! Разве может человек в здравом уме снять все деньги со счета?

– В нашей жизни бывает все! – уверил ее Эрик.

– А может, он решил заняться благотворительностью? – предположила Мариша и добавила, увидев, как смотрят на нее собеседники: – А что такого? Кто самый чистый душой? Дети. Вот он и решил отдать все им.

– Тогда бы ему не пришлось снимать деньги. Он бы их просто перевел на нужный счет.

– Тогда не знаю.

– Разберемся! – бодро заявил Эрик и поднялся со стула. – Ты со мной или как? – спросил он, бросив взгляд на Маришу.

– С тобой! Ты от меня так просто не избавишься!

– А я? – растерянно спросила Настя.

– А что – ты? – удивился сыщик. – С нами хочешь? Никогда в это не поверю!

– Но ведь сейчас придет Ира с малышом…

– Прекрасно! Тебе не будет скучно!

– А я думала…

– Что?

– Ничего, идите, только не задерживайтесь!

Эрик быстрым шагом направился к выходу.

– Бросаешь меня? – прошипела Настя, хватая подругу за рукав, едва сыщик пропал из вида.

– Почему? Мы скоро приедем!

– А Ирка? Я с ней одна должна сидеть?

– Вообще-то это ты ее пригласила…

– Пригласила! Но для кого? Для вас! Чтобы ребенок вас немного сблизил. А вы сбегаете и бросаете меня на произвол судьбы!

– Мы недолго, Настюша, правда! – заворковала Мариша. – Вот увидишь, мы скоро приедем.

– Только попробуйте задержаться! – Настя показала ей кулак.

– Ни в коем случае! – прокричала на бегу Мариша и выскочила во двор.

Ее сердце билось от радости. Но вовсе не потому, что этот день она проведет с Эриком, хотя и это тоже ее очень радовало. Причиной гораздо большей радости, чем эта, стала возможность избежать встречи с Ирой и ее малышом. Конечно, малыш чудесный, и Ира ей очень нравилась, но еще больше они ей нравились на расстоянии.

Глава 9

Голубев сердито посмотрел на вошедшую пару. Он пытался разобраться в лежащих перед ним бумагах, но, чем больше старался это сделать, тем больше запутывался.

– Хуже моей работы только работа бухгалтера! – проворчал он, вытирая со лба пот. – Как вообще можно разобраться во всех этих цифрах?

– Привет трудящимся! – бодро произнес Эрик, усаживаясь на краешек стола.

– И вам того же! – отозвался следователь, недовольно посмотрев на Маришу. – А вы, барышня, к нам по делу или как?

– Или как! – радостно ответила она и присела на свободный стул.

– По-моему, я вас не приглашал!

– А я сама пришла! Кстати, когда мы перешли на «вы»?

– Только что! Мы находимся в моем кабинете, а здесь положено обращаться друг к другу уважительно!

– Значит, если я назову тебя просто по имени, то это будет нарушением этикета? – уточнил Эрик, растягивая губы в широкой улыбке.

– Что-то вроде того, – по-прежнему хмуро отозвался Голубев.

– И давно у вас такие нововведения?

– Давно. Мы все уже привыкли. Так что по поводу Мариши? – не глядя на девушку, поинтересовался следователь.

– А что с ней? – удивился Эрик. – Она прекрасно выглядит! Я бы даже сказал – цветет и пахнет!

– Вы поняли, что я имею в виду.

– Ты против, чтобы Мариша присутствовала?

– Да! Вернее, я не против самой Мариши, я против посторонних в этом деле.

– Интересно получается! Сначала сам приехал к Хлопковым, растрезвонил об этом деле, а сейчас он, видите ли, против!

– Эрик! Не путайте разные вещи! К вам я приезжал по одному делу, а это – совсем другое. Речь идет о больших деньгах.

– Значит, и меня нельзя привлекать. Я ведь тоже посторонний.

– Вы – другое дело. Вас все знают и доверяют вам. В общем-то, это инициатива Сергея Сергеевича – пригласить вас.

– А сам бы ты меня не позвал?

– Не знаю, трудно сказать… После того раза мне стало сложно работать. Я теперь во всех делах ищу подвох, боюсь ошибиться. Надо мной уже весь отдел смеется. Говорят, что мне пора сценарии для детективов писать, а не преступления расследовать. Уж слишком странные версии мне порой чудятся.

– И что в этом плохого? – удивился Эрик. – Надо мной поначалу тоже смеялись. Но я ни на кого не обращал внимания. Делал потихоньку свое дело. Согласись, что лучше все перепроверить двадцать раз, чем один раз ошибиться.

– Это, конечно, так. Только сомнения все равно меня не покидают.

– Не расстраивайся, рано или поздно это пройдет!

– А над вами правда раньше смеялись? – после небольшой паузы спросил Голубев.

– Правда. Я тогда очень обижался. И только спустя несколько лет понял, что это глупо. Посредственному человеку все равно ничего не докажешь, а умный и сам поймет все, что надо.

Голубев улыбнулся.

– Может быть, вы и правы. Вдруг и я обладаю скрытыми талантами. А остальные мне просто завидуют!

– Молодец! Так держать! – похвалил его Эрик, но в его усах промелькнула усмешка.

– Так Мариша снова хочет участвовать в расследовании? – уже более тепло поинтересовался следователь.

– Очень! – воскликнула она. – Просто мечтаю!

– И что за надобность такая? – покачал он головой. – Будь я на твоем месте, ни за что бы не стал влезать в это дело. Только подумай! Ее кормят, поят, можно спать хоть до вечера, а ей неймется! Ну что тебя сюда привело?!

– Есть один момент! – хмыкнул Эрик.

– И какой же? Излишнее внимание? Я бы хотел, чтобы и мне оказывали столько внимания!

– Нет, здесь есть очень маленький фактор. Я бы даже сказал, крошечный!

– Настя пригласила Иру с малышом на несколько дней погостить, – встряла Мариша.

– Зачем? У них есть свой дом, причем недалеко от вас.

– Сергей уехал в командировку, а она боится оставаться одна.

Голубев вздохнул и посмотрел на Маришу.

– Так все дело в Ире или в ее малыше?

– В малыше… – нехотя ответила Мариша.

– Маришка, ты же девушка! – поучительно произнес он. – Ты должна любить таких крошек, как Эрька! Обычно женщин хлебом не корми, дай повозиться с малышами! А у тебя лишь преступления на уме! Нужно было остаться и помогать Насте и Ире.

– Нет уж! – твердо ответила она. – Вот когда у меня появится свой ребенок, тогда я буду о нем заботиться. А пока – увольте! Такое занятие не для меня!

– Ты же сказала, что никогда не обзаведешься потомством! – ухмыльнулся Эрик.

– Сказала. И в ближайшее время так и будет. А как дальше жизнь повернет – посмотрим.

– Не понимаю я вас, девушка! – покачал головой Голубев. – Даже я мечтаю о потомстве! Вот только завести его пока не с кем. А ты молодая, здоровая и не хочешь детей!

– Так мне не с кем их заводить! – подхватила Мариша. – И то, что я молодая и здоровая, – ничего не значит, для этого дела нужен партнер!

– А разве… – начал Голубев и посмотрел на Эрика.

– На меня смотреть не нужно! – тут же откликнулся сыщик. – Это не моя тема. Дети и я – это две параллельные прямые. Помнишь, что такое параллельные прямые?

– Помню, конечно, я в школе неплохо учился. Только мне кажется, что в нашей жизни и они могут пересечься. Ладно, что я вас учу. Дело ваше! Что хотите, то и делайте! У меня своей головной боли хватает!

– Так мы по этому поводу и прибыли! – отозвался Эрик. – Только не всех нас рады видеть!

– Ладно уж! Чего там! Раз приехали, вникайте в суть проблемы.

– А в чем проблема-то?

– Деньги Артемьева пропали. Позавчера он снял со счета всю сумму, а это весьма внушительная цифра.

– А если конкретнее?

– Если конкретнее, то смотри сам.

Голубев подвинул к Эрику бумаги. Тот пробежал глазами выписки.

– Да, интересная история! Значит, Артемьев работал вместе с Хлопковыми.

– Да, во всяком случае, мы не нашли в других банках ни одного его счета.

– Я смотрю, он даже инвестировал деньги в один совместный проект. За те пять лет, что он сотрудничает с банком, его капитал увеличился в три раза. – Эрик отложил выписки в сторону. – Как я вижу, наличными деньгами он почти не пользовался.

– Да, это так. Все расчеты он осуществлял безналом, а для покупок использовал кредитную карточку.

– Тогда становится вдвойне интересно, зачем ему понадобились все деньги сразу! Их следы так и не нашли?

– Нет! Велика вероятность, что он принес их домой. А дальше сложно сказать, что с ними случилось. Либо они сгорели вместе с домом, либо их унес какой-то человек…

– И тогда взрыв уже не кажется простым совпадением, не так ли?

Голубев вздохнул и смерил сыщика долгим взглядом.

– Вот этого я и боялся! А как хорошо все начиналось… Взрыв бытового газа, что может быть проще?

– Кто мог знать, что Артемьев снял деньги?

– Не знаю, по идее, никто. Он никому ничего не сказал. Во всяком случае, так говорит Хлопков-старший.

– Если за Артемьевым следили, то, скорее всего, денег в доме на момент взрыва уже не было. И тогда этот взрыв был вполне закономерен. Я не верю в то, что он произошел сам по себе. Но возможен и другой вариант. Никто не знал про деньги, и они сгорели в доме. Но и в этом случае взрыв кажется мне весьма подозрительным.

– С вами и мне он начинает казаться таковым. Хотя еще вчера я рассмеялся бы вам в лицо после таких подозрений.

– Согласись, взрыв сам по себе ни о чем не говорит, а вот вкупе с пропажей денег – очень даже о многом.

– Нужно еще раз опросить Краснова, – решил Голубев. – Может, он заметил что-нибудь подозрительное.

– Кстати, Краснов тоже уехал вместе с Артемьевым?

– Нет, он остался в клубе. Сидел в баре, потягивал вино. Затем к нему присоединилась Ольга Зотова. Они играли в бильярд до двух часов ночи.

– А потом?

– А потом поехали домой. А что?

– Рассуждаю, не могли ли они быть замешаны в это дело?

– Считаете, что в первую очередь следует подозревать наследников?

– А кого же еще? Если не ошибаюсь, им было выгодно избавиться от Артемьева. В случае его смерти они могли бы использовать его богатство по своему усмотрению.

– Но ведь тот и так давал им деньги!

– Давал, но, как я понял из рассказа Маргариты, только племянницам и только на необходимые вещи. Их мужей он никогда бы не стал содержать.

– Но тогда гораздо выгоднее избавиться от него было бы Маргарите и ее молодому человеку. Ведь он не нравился ее дяде?

– Разберемся! Сначала нужно узнать, куда пропали деньги. Тебе нужно собрать вместе обеих сестер и их молодых людей и сообщить им о том, что на счету их дяди нет ни копейки. И тогда мы посмотрим, какова будет их реакция.

– А потом?

– А потом будет видно.

– Послушайте! – робко вклинилась в разговор Мариша. – А может, вы мне скажете, сколько денег было на счету у Артемьева, или это секрет?

Мужчины переглянулись.

– Вообще-то уже нет, – неохотно отозвался Голубев. – Все равно мы должны будем озвучить сумму его племянницам. Так что могу тебе сообщить. Но прошу, никому ни слова, пока мы не переговорим с Зотовыми.

– Я зашью себе рот! – поклялась Мариша и вытянулась на стуле в предвкушении информации.

– Конечно, Артемьев был не самый богатый человек в нашей стране… – начал Голубев. – В первую десятку в списке Форбс он не входил, но…

– Да ладно тебе, не тяни! – подбодрил его Эрик. – Конечно, сумма кажется тебе баснословной, но нужно научиться работать с такими цифрами.

– Чуть больше миллиарда долларов, – выпалил следователь и покраснел.

– А ты-то чего краснеешь? – усмехнулся Эрик. – Ты с этими деньгами никак не связан. Вот если бы тебе сообщили, что ты их унаследовал…

– Меня бы тут же разбил инфаркт, – отозвался Голубев и выдохнул.

– А я знаю еще кое-кого, кому грозит такая напасть в ближайшее время!

– И кому же?

– Зотовым и их вторым половинам!

– Это почему?

– Представить себе, каково это – потерять миллиард долларов!

– И правда! – воскликнул следователь. – Они должны будут выказать очень бурную реакцию по этому поводу!

– Особенно те, кто знать не знает, куда делись деньги… – добавил Эрик.

– Ты считаешь, что если кто-то из них замешан в похищении денег, то он не сможет проявить истинное расстройство по поводу их пропажи?

– Вот именно! Если они не виновны, то их огорчение будет очень бурным. А если замешаны, то просто сделают вид, что расстроены. И надеюсь, что мы сможем отличить актерскую игру от истинных чувств!

Через два часа в этом же кабинете людей заметно прибавилось. Две пары – сестры Зотовы со своими вторыми половинами напряженно поглядывали на следователя и с опаской – на Маришу. Маргарита, которая еще вчера довольно приятно общалась с девушкой, сегодня старалась на нее не смотреть. Возможно, она переживала из-за того, что сейчас они были по разные стороны баррикад. А может, просто волновалась по поводу того, как встретят ее любимого Володю.

Мариша еще вчера заметила, что Марго довольно болезненно относится ко всему, что связано с ним. Для нее он был самым лучшим, самым талантливым, самым надежным. И это мнение, к сожалению, никак не совпадало с мнением окружающих. Марише Владимир не показался мужчиной, за которым она была бы как за каменной стеной. Но, с другой стороны, ей было сложно об этом судить – ведь ей самой никогда никто не нравился. За исключением Эрика, конечно. Возможно, в Володе и было что-то привлекательное для женщин, но Марише так и не удалось этого разглядеть. Второй мужчина, Евгений Краснов, был более интересен с женской точки зрения. Хотя тоже не Маришин вариант.

Ольга и Маргарита были очень похожи между собой, что нечасто встречается между родными сестрами. Между ними практически не чувствовалось разницы в возрасте. Обе были худенькие, темноволосые, с темно-зелеными глазами, что тоже являлось несомненной редкостью. Однако если бы спросили Маришино мнение, то она, несомненно, назвала бы Марго более симпатичной. Может, все дело было во взгляде? Вот он действительно отличал сестер друг от друга. У Маргариты взгляд был более томный, романтичный, а Ольгин – гордый, даже немного надменный. Марише было немного не по себе, когда Олины глаза останавливались на ней.

А вот мужчины, которых они себе выбрали, были абсолютно различны и по внешности, и по темпераменту. Владимир – высокий, тонкокостный, болезненный на вид. Это подчеркивалось коротко стриженными светлыми волосами и невыразительными глазами с почти белыми ресницами. Мариша только диву давалась, как Маргарита вообще могла остановить на нем свой взгляд.

Зато второй молодой человек был куда более интересным. Высокий, статный, с красивой спортивной фигурой, которую он наверняка отшлифовал в том же фитнес-зале, что и Ольга. Он тоже оказался светловолосым, но, в отличие от Владимира, цвет его волос был ближе к пшеничному, а красивая стрижка придавала ему эффект золотистого сияния. Глаза карего цвета уверенно смотрели из-под черных густых ресниц. Такое сочетание светлого и темного встречается в природе довольно редко и, естественно, вызывает интерес со стороны окружающих, особенно женщин.

«Если бы не Ольгин дядя, вряд ли Краснов обратил бы на нее внимание», – решила Мариша и снова перевела взгляд на Владимира Курицына.

– Какая смешная фамилия! – прошептала она Эрику и хихикнула.

Тот строго посмотрел на нее и покачал головой.

– Какие мы серьезные! – пробубнила она себе под нос и снова занялась анализом окружающих.

В целом создавалось ощущение легкого волнения со стороны обеих пар. В паре Маргариты и Владимира больше дергался Володя. Он постоянно оглядывался по сторонам и периодически задерживал взгляд на Голубеве. А вот Евгений был абсолютно невозмутим. Он представлял собой совершенное спокойствие, что могло говорить в его пользу. Зато Ольга не могла усидеть на месте. Она все время дергалась, крутилась на стуле и исподтишка поглядывала на сестру. Видимо, что-то не давало ей покоя.

– Ну, что, господа! – начал разговор Голубев. – В деле появились новые факты, и мы должны вам их озвучить.

– Что случилось? – прижав руки к груди, спросила Маргарита.

– Вы все узнаете в свое время, – уверил ее следователь, – но сначала я хотел бы задать несколько вопросов. Во-первых, я хочу знать, не видел ли кто-то из вас господина Артемьева после того, как тот уехал из клуба?

– Нет, – помотал головой Краснов. – Я остался в клубе, а чуть позже ко мне присоединилась Оля.

– Вы, как я понимаю, это подтверждаете? – обратился он к Зотовой-младшей.

– Конечно! – кивнула она. – Мне позвонил Женя и пригласил в клуб. Сказал, что дядя уехал домой и Жене нужна компания для игры в бильярд.

– А вы играете в эту игру?

– Немного. Не так хорошо, как хотелось бы, но потихоньку учусь.

Ольга немного расслабилась, откинулась на спинку стула и положила ногу на ногу.

– Пожалуй, Евгений посмотрел бы на нее и без дяди! – решила Мариша, потихоньку наблюдая за девушкой. В Ольге чувствовалась какая-то внутренняя сила и вместе с тем некая женская слабость, которая так нравится мужчинам.

– Во сколько вы ушли из клуба?

– Около двух или немного позже.

– Вы больше не звонили дяде в этот вечер?

– Нет, мы решили его не беспокоить. Вдруг человек уснул, а мы бы его потревожили.

– Я слышал, вы хотели посоветоваться о чем-то с господином Артемьевым? – обратился Голубев к Краснову.

– Да, у меня есть маленький бизнес по строительству небольших домиков, и мне было интересно его мнение по поводу возможного расширения рынка.

– Ну и как прошел разговор? Удачно?

– Вполне, Анатолий Петрович дал мне пару дельных советов.

– А какие у вас были отношения?

– Что именно вы имеете в виду?

– Кто вы были друг для друга? Друзья, партнеры, будущие родственники…

– Я бы сказал, просто знакомые. Друзьями так просто не становятся, а о родственных отношениях тем более говорить рано.

– Да? А у меня есть информация, что у вас с Ольгой довольно серьезные отношения.

– Серьезные, я не отрицаю. Но вступать в брак мы пока не планировали. Хотели еще присмотреться друг к другу, пожить без всяких обязательств.

– И вас обоих это устраивало?

– Вполне, – ответила за него Ольга Зотова. – Я вообще не хочу серьезных отношений. Во всяком случае пока. Штамп в паспорте ко многому обязывает, а я к этому совсем не готова.

Краснов кинул на нее быстрый взгляд, и Мариша с удивлением заметила, что в нем промелькнуло что-то вроде недовольства вкупе с восторгом. «А он любит ее! – изумленно подумала она. – Вот уж никогда бы не подумала, что мужчина типа Краснова способен на такое».

– Хорошо, – кивнул Голубев, – теперь перейдем к вам. – И он уставился на Маргариту и Владимира: – Вы тоже не общались с дядей в тот день?

– Я же говорила вам об этом! – буквально выкрикнула девушка. – Мы вчера полвечера только об этом и беседовали!

Курицын взял девушку за руку, и она тут же снизила тон.

– Я не видела дядю и не разговаривала с ним. Хотя, если бы я могла предположить, что с ним такое произойдет, я бы обрывала ему телефон каждые полчаса.

– Хорошо! Мы это проверим, – спокойно проговорил Голубев и поднял глаза на Владимира.

– А вы что скажете?

– А что я могу сказать? – пожал тот плечами. – В тот день я не общался с Артемьевым.

– А накануне?

– Накануне у нас был разговор…

– Когда? – вмешалась Марго. – Ты разговаривал с дядей? Почему я об этом ничего не знаю?

– Он просил тебе не говорить. Но так как об этом все равно все узнают, я сообщаю это сейчас.

– И что он хотел? – не давая Голубеву вставить и слова, поинтересовалась Маргарита.

– Он позвал меня якобы для того, чтобы проконсультироваться насчет дизайна каминной комнаты.

– Почему якобы? Ты думаешь, что причина была иной?

– Думаю, да, – кивнул мужчина.

– И что же это за причина? – не успокаивалась она.

– Не могу сказать, – ответил Володя и улыбнулся.

Внезапно Мариша поняла, за что Маргарита полюбила этого мужчину. Улыбка придавала ему совершенно особое очарование, а голос обволакивал и наполнял чувством защищенности.

– А как вы поняли, что причина была иной? – спросил Голубев.

– Это было сразу понятно. Он задавал вопросы, которые не связывались в единую концепцию разговора. И в промежутках он спрашивал меня совершенно о посторонних вещах.

– Например?

– Например, что я знаю о современных дымоходах. Или каков срок службы газовых баллонов…

– Газовых баллонов? – напрягся следователь. – А при чем здесь газовые баллоны?

– Сам не понимаю… – развел он руками. – Или можно ли спрятать чемодан в доме так, чтобы его никто никогда не нашел.

– Стойте! Мне не очень нравятся эти вопросы, – остановил его Голубев.

– Мне самому они не понравились. Но сколько я ни ломал голову, зачем он меня об этом спрашивал, на ум так ничего и не пришло.

– Странно, странно… – протянул следователь и задумчиво посмотрел на мужчину.

Маргарита, заметив этот взгляд, вспыхнула, но Курицын тут же попытался утихомирить ее:

– Марго, в чем дело? Ты плохо себя чувствуешь? Хочешь, я попрошу следователя, чтобы тебя опросили в следующий раз?

– Нет, все в порядке, – немного расслабилась она и с любовью посмотрел на Курицына. – Все хорошо, не волнуйся!

– Просто пансион благородных девиц какой-то! – хихикнула Мариша. – Все друг друга любят и понимают с полуслова.

– А вы когда были у дяди в последний раз? – спросил Голубев у Ольги.

– Дайте подумать… – Она подняла глаза к потолку и принялась что-то там разглядывать. – Три дня назад, – наконец вымолвила она и перевела взгляд на Евгения. – Помнишь, мы ходили на ужин, посвященный какому-то там событию?

– Не какому-то! – вмешалась Марго. – Была година со дня смерти дядиной бабушки, нашей прабабушки, разве ты об этом не знала?

– Знала, – пожала плечами Ольга, – но, вероятно, забыла. Эту бабушку я даже не видела, она умерла еще до нашего рождения.

– Ну и что! Она вырастила и маму, и дядю. Она была для них самым родным человеком!

– Так я не против этого! Чего ты завелась? Просто я говорю о том, что не знала этого человека и не обязана помнить дату ее смерти.

– Вы все вместе приезжали к Артемьеву? – вмешался Голубев.

– Да, все семейные даты, какими бы они ни были, мы отмечаем сообща.

– Ничего подозрительного в тот день вы не заметили?

– Вообще-то заметили, – нехотя ответил Краснов.

– Что именно? – поинтересовался Голубев, а Ольга с тревогой уставилась на парня.

– Мне показалось, что он как-то странно на нас поглядывал…

– Кого вы имеете в виду? Вас с Ольгой?

– Нас всех. В том числе и Марго с Володей.

– Что ты выдумываешь? – сердито отозвалась девушка.

– Почему я выдумываю? Я говорю то, что есть! Он странно на нас смотрел и даже задавал непонятные вопросы.

– Какие вопросы? Кому?

– Мне, например. Анатолий Петрович разговаривал со мной о деревьях, которые можно посадить на участке, и вдруг спросил, за сколько дней можно вручную вскопать его участок. Я поинтересовался, для каких целей копать, ведь чтобы посадить деревья, вовсе не нужно вскапывать все. А он так странно улыбнулся и сказал, что имеет в виду именно то, что сказал – за сколько дней можно вскопать все его двадцать пять соток, причем обязательно вручную. Я пожал плечами и сказал, что неделю это точно займет, если, конечно, не позвать бригаду рабочих.

– А он собирался что-то сажать? – удивился Голубев.

– Вот именно что нет. Мы разговаривали буквально накануне, и он сообщил, что планирует поставить на участке большой бассейн и посадить несколько плодовых деревьев. И все!

– А эти разговоры о чемодане… – встрял Владимир и выжидательно посмотрел на следователя.

– Может, у вашего дяди начались проблемы с головой? – после некоторой паузы спросил Голубев.

– Не говорите ерунды! – гневно крикнула Маргарита. – Дядя был куда рассудительнее всех нас, вместе взятых!

– Давайте закончим уже разговоры о дяде, – вдруг сказала Ольга. – Надеюсь, вы уже поняли, что он был сам себе на уме, а в день его смерти мы с ним не разговаривали. Вы по этому поводу нас хотели видеть?

– А она не дура! – прошептала Мариша Эрику. – Сразу уловила суть дела.

– Даже странно, – отозвался он, – судя по ее виду, никогда не подумаешь, что в ее голове что-то есть.

– Действительно! – отозвался Голубев. – Давайте уже перейдем к делу. Насколько я понимаю, вы, – он обратился к сестрам, – являетесь единственными наследницами вашего дяди. Это так?

– Да, – кивнула Ольга. – А что, возникли какие-то сомнения по этому поводу?

– Нет, никаких сомнений. Я просто хотел узнать, знаете ли вы, какое наследство вам положено?

– Конечно! Его загородный дом и деньги на счете. Правда, дома уже нет, но деньги находятся в банке. У господина Хлопкова.

– И откуда вам так хорошо все это известно?

– Так дядя говорил… – пожала плечами Ольга. – Он никогда не делал из этого секрета.

– А какая сумма денег, вы знаете?

– Нет, вот это нам как раз неизвестно. Но я подозреваю, что очень и очень много.

– А как вы считаете, сколько это может быть?

– Даже не предполагаю. Может, миллионов пятьдесят-шестьдесят…

– Рублей, вы имеете в виду?

– Конечно. А почему вы спрашиваете?

– Хотел узнать, на какое наследство вы рассчитываете.

– Мы пока даже не думаем о наследстве! – с возмущением заметила Маргарита. – Дядя только что умер, а вы задаете нам такие вопросы!

– Ну, рано или поздно эти вопросы все равно возникнут.

– А мне это очень даже интересно! – вмешалась Ольга. – Дяди уже нет, а нам жить дальше… Так сколько нам должно достаться?

Марго злобно стрельнула в нее взглядом, но Ольга даже и бровью не повела.

– Я думаю, для вас это будет сюрпризом! – Голубев замолчал, и четыре пары глаз напряженно уставились на него.

– Ну не томите же! – воскликнула Ольга и снова положила ногу на ногу.

– Конечно, ваш дядя не занимал лидирующих позиций в списке Форбс… – начал Голубев.

– Сколько? – прервала его Ольга, и ее глаза превратились в узкие щелочки.

– Чуть больше миллиарда долларов!

– Сколько? – вытаращила глаза Маргарита.

– Вы ничего не путаете? – нахмурился Володя. – Это очень большая сумма…

Ольга фыркнула:

– Конечно, большая! Особенно для тех, кто больше десяти тысяч рублей в руках-то никогда не держал!

– Оля! – крикнула Марго. – Кто позволил тебе так говорить с Володей!

– А мне не нужно ничьего позволения! Я что хочу, то и говорю.

– Оставь ее, Марго. Я не обиделся.

– Зато обиделась я! Ты сама-то давно ли копейки считала?

– Девочки, не ссорьтесь! – вмешался Евгений. – Я вообще не понимаю, из-за чего сыр-бор! Вы только подумайте, какая это сумма! Даже после того, как вы поделите ее пополам, останется столько, что даже трудно представить!

– Ты прав! – кивнула Ольга. – Не будем ссориться из-за пустяков. Так когда мы сможем вступить в наследство?

– Боюсь, что с этим возникнут проблемы… – кашлянул Голубев.

– Проблемы? – Ольга подняла глаза на следователя. – Что вы имеете в виду?

– Мы сегодня изучали счет господина Артемьева. Так вот, денег на этом счете нет.

Голубев театрально развел руками и во все глаза уставился на молодых людей. Мариша тоже с жадностью поедала их глазами. Ей было невероятно интересно, сможет ли она отличить реальное изумление от поддельного.

Некоторое время девушки просто хлопали глазами, а мужчины хмурили лбы, стараясь осмыслить полученную информацию.

– То есть как это нет? – первой пришла в себя Ольга.

– Так, нет. Ваш дядя в день своей смерти снял всю сумму со счета наличными.

– Наличными?!

– Именно так.

– Вы шутите? – У Краснова прорезался голос. – Это ведь огромная сумма!

– Так об этом и разговор! Что послужило причиной того, что Артемьев так поступил?

– А меня больше интересует, куда делись деньги! – заметила Ольга.

– Тебя, кроме денег, больше ничего и не волнует! – в тон ей ответила Маргарита.

– Можно подумать, тебя деньги не заботят совсем!

– Я бы предпочла, чтобы дядя был жив!

– Мне бы тоже хотелось знать, где деньги, – сказал Голубев и посмотрел на каждого по очереди.

– Так что получается? – вдруг произнесла Ольга. – Если деньги не найдутся, то у нас совсем ничего не останется?

– Как ничего, – язвительно произнесла Марго, – а дом?

– Алексей Анатольевич, кажется? – обратилась Ольга к следователю, перейдя на деловой тон. – Вы обязаны выяснить, куда делись деньги.

– Выясняем, – развел он руками. – Пока начали с вас.

– А мы здесь при чем? Если бы дядя передал их нам, мы бы, конечно, не упустили этого из виду.

– Такую сумму трудно не заметить, – добавил Краснов.

– А вам он ничего не передавал? – спросил Голубев у Маргариты.

– Нет, да и как вы себе это представляете? Для того чтобы передать такую сумму, нужен, по меньшей мере, чемодан!

– Чемодан! – воскликнул Курицын и замер на месте.

– Чемодан… – прошептала Мариша и наклонилась к сыщику. – Эрик, Артемьев спрашивал у Володи что-то насчет чемодана.

– Помню, – отозвался он.

– Анатолий Петрович интересовался, можно ли спрятать в доме чемодан так, чтобы его никто не нашел! – продолжил Курицын и в замешательстве посмотрел на Марго.

Та ответила тяжелым, сумрачным взглядом. На Ольгу и Евгения было жалко смотреть. Она побелела, обмякла и разом превратилась в маленькую обиженную девочку.

– Вы считаете, что деньги могли быть в доме? – заикаясь, произнес Краснов.

– Такая вероятность существует, – кивнул Голубев. – Причем довольно высокая!

– То есть они могли сгореть вместе с домом?

Голубев кивнул.

– Постойте! – выкрикнула Ольга. – Дядя говорил что-то насчет участка. Зачем его было нужно вскапывать? Может, он закопал деньги где-то там?

– Возможно! Если успел, конечно. Прошло всего полдня между тем, как он забрал деньги, и тем, как взорвался дом. Вряд ли бы он успел поработать лопатой.

– Но все-таки такая вероятность существует?

– Существует, – признал Голубев. – Но я бы не стал принимать ее во внимание.

– А нам ничего другого не остается! – с вызовом ответила Ольга. – Я не хочу верить в то, что деньги сгорели! Этого просто не может быть! Завтра же мы пойдем туда и будем искать следы.

– Наши специалисты уже побывали на участке, – сказал Голубев, – и ничего не нашли.

– Они не то искали, – отрезала Ольга. – Они искали следы преступления, а мы будем искать свежевскопанную землю.

– Дело ваше… – пожал плечами следователь. – Только вряд ли вы что-то найдете. Если бы мои ребята наткнулись на нечто подозрительное, я бы об этом знал.

– А Артемьев не мог положить деньги в другой банк? – вдруг подал голос Курицын, и Ольга с надеждой уставилась на него.

– Нет, – покачал головой следователь, – мы проверяли.

Ольга опять поникла. Краснов обнял девушку за плечи, прижал к себе и что-то зашептал на ухо. Она несколько раз кивнула и улыбнулась.

– Я вижу, вы немного успокоились? – поинтересовался Голубев.

– Да, – кивнула Ольга. – Зачем паниковать раньше времени? Сначала убедимся, что денег нигде нет, а потом уже будем нервничать.

– Тридцать миллиардов рублей – это внушительная сумма… – задумчиво протянул следователь и покачал головой, – будет невероятно жаль, если они пропадут.

У Ольги затряслась губа, а Евгений осуждающе посмотрел на Голубева. Тот ответил открытым пронизывающим взглядом, и Краснов опустил глаза.

– Можно мы пойдем? – подала голос Маргарита. – Или вы хотели нам еще что-то сообщить?

– Нет, больше ничего. Я думаю, вам и этого достаточно!

– Вполне! – злобно ответила Ольга и встала. – Мы свободны?

– Пока – да. Если надумаете завтра ехать на участок, дайте нам знать.

– Зачем? – подозрительно спросила она.

– Там опечатаны ворота, мы пришлем кого-нибудь, чтобы вы могли войти.

Ольга смерила следователя тяжелым взглядом и быстро вышла из кабинета. Следом за ней потянулись и остальные.

– Ну, что скажете? – усмехнулся Голубев, когда за последним посетителем закрылась дверь. – Дружная семейка!

– Мне было очень неприятно! – сказала Мариша и поежилась. – Такое впечатление, что деньги для них – самое главное!

– Для тех, у кого их не было совсем, это вполне естественно. Что ж, давайте делиться впечатлениями? Мне бы хотелось сначала послушать вас.

– Мне показалось, – начала Мариша, – что все они были просто поражены, когда узнали, что Артемьев снял со счета все деньги! По-моему, такое сыграть невозможно! Ольга вообще была в бешенстве. Правда, Маргарита оказалась более спокойной, чем можно было ожидать…

– Это как раз соответствует ее отношению к жизни, – подал голос Эрик.

– Вы считаете, что все они искренне удивились тому, что денег на счете нет?

– Уверен!

– Тогда наше дело усложняется. Скорее всего, деньги сгорели вместе с домом, либо их забрал неизвестный нам человек!

– Мне не очень нравится версия с неизвестным человеком. Откуда бы ему взяться? Если бы около Артемьева кружились посторонние люди, кто-то обязательно бы это заметил.

– Мне и самому такая версия не по душе, – признался Голубев. – Значит, деньги сгорели вместе с домом.

– Или закопаны в саду, – добавила Мариша и посмотрела на мужчин.

– Вряд ли…

– Но такая вероятность существует! – продолжала настаивать она. – Хотя бы один процент…

– Один процент, возможно, – согласился Голубев, – но не больше.

– Подведем итоги, – сказал Эрик и встал со стола. – В банке денег нет, племянницам он их тоже не отдавал. Посторонние люди около Артемьева не замечены. Но в версию о том, что деньги сгорели, я тоже не верю. Не такой человек был Артемьев, чтобы просто так профукать эдакую сумму! Они где-то лежат и ждут своего хозяина, я уверен!

– А помните, – вдруг закричала Мариша, – в разговоре прозвучала такая фраза Артемьева: «Мои деньги получит человек с чистой душой!» Мы еще подумали, о чем это он говорит? Так, может, здесь и кроется загадка исчезновения денег?

– Молодец, Мариша! – похвалил ее Эрик. – Я тоже об этом думал. Фраза весьма многообещающая.

– Алексей Анатольевич! – в кабинет просунул голову молодой лейтенант. – Там господина Петрова спрашивает какой-то мужчина. Я сказал ему, что он у вас, но не знаю, разрешите ли вы ему войти.

– А чего он хочет?

– Не знаю, но сказал, разговор очень важный.

– А причину разговора тоже не назвал?

– По-моему, что-то связанное со взрывом.

– Зови! – кивнул Голубев и многозначительно посмотрел на товарищей.

– Вот тебе и незнакомый мужчина! – покачав головой, произнес он. – Кажется, дело потихоньку движется вперед.

– Странно, что он захотел поговорить именно со мной… – задумчиво протянул Эрик.

– Да, это действительно непонятно! Откуда он вас знает? Почему он решил, что именно сейчас вы находитесь здесь?

– Не могу знать, – развел руками сыщик. – Но надеюсь, что долго это тайной не останется!

– Прошу вас. – Дверь открылась, и тот же лейтенант пропустил вперед невысокого коренастого мужчину.

Мариша уставилась на него с нескрываемым интересом. Какая интрига! Только что они говорили о том, что никакого постороннего мужчины в этом деле быть не может, и вот, пожалуйста! Правда, кто он такой? На друга не похож, на партнера тем более… Мужчина был слишком простоват, чтобы вести какие-то дела с Артемьевым.

– Здравствуйте! – поприветствовал его Эрик. – Садитесь, пожалуйста! Вы хотели меня видеть?

– Да, если вы Эрик Петров.

– Это действительно я. Чем могу быть полезен? Вы ведь насчет дела Артемьева, я правильно вас понимаю?

– Да, это так. – Мужчина облизнул губы и посмотрел на следователя, разглядывающего его с откровенным интересом.

– Давайте начнем со знакомства. Как вас зовут?

– Зеленский Андрей Юрьевич, – представился он. – Я дворецкий господина Артемьева.

– Вы – кто? – изумленно спросил Голубев и подался вперед.

– Дворецкий.

– Дворецкий?!

– Да, а что вас так удивляет?

– Насколько я знаю, Артемьев жил один.

– Да, именно так. Я не проживал в особняке. У меня домик на самом краю участка. Я помогал Анатолию Петровичу по хозяйству.

– Чем именно? Уборка, готовка?

– Нет, что вы! Я и готовить-то не умею! Я имею в виду работу во дворе. Убрать мусор, починить забор…

– И давно вы живете вместе с Артемьевым?

– Давно. Я помогал ему еще в те времена, когда он не жил в этом городе. Но эту историю я рассказывать не буду.

– А племянницы знали, что вы помогаете их дяде?

– Конечно! Правда, они старались меня не замечать.

– Так! Видимо, я чего-то не понимаю! – воскликнул Голубев. – Если про вас все знают, почему мне никто об этом не сказал?

– Не знаю, – пожал плечами мужчина. – Хотя о чем говорить-то? Мы не дружили, я в дом не ходил, задушевных разговоров тоже не вели.

– Подождите, но ведь вы должны были быть свидетелем взрыва в доме Артемьева?

– Должен, но не был.

– Вы в ту ночь ночевали в своем домике?

– Да, а где мне еще ночевать?

– И ничего не слышали?

– Нет. Сам удивляюсь почему… Накануне я выпил всего бутылочку пива и тут же заснул. Видимо, очень устал. Весь день таскал кирпичи от дома к воротам. А проснулся только к обеду. Что тоже очень странно. Я никогда не встаю позже семи утра. Привычка, знаете ли…

– А как вы себя чувствовали, когда проснулись? – осторожно спросил Эрик.

– Неважно… Голова болела, словно накануне принял не бутылку пива, а пол-литра водки!

Голубев бросил тревожный взгляд на Эрика.

– А вы ни с кем накануне взрыва не общались? – спросил он, поглаживая подбородок.

«Голубев сильно волнуется, – решила про себя Мариша. – Он всегда трет подбородок, когда нервничает».

– Ни с кем, – покачал головой дворецкий. – Да и когда разговаривать-то? Дел много… Да, честно говоря, у меня и знакомых-то там нет.

– А где вы взяли пиво? – поинтересовался Эрик.

– Как где? В холодильнике, конечно.

– А холодильник где?

– В домике. Где же еще? Не на улице же он стоит…

– В вашем домике? – уточнил сыщик.

– В моем, – терпеливо ответил мужчина, хотя ему уже хотелось сказать пару ласковых слов этим непонятливым полицейским.

– А с племянницами или их молодыми людьми вы в тот день не разговаривали?

– Нет.

– А накануне?

– Нет!

– А почему вы называетесь дворецким, если не живете в доме? – вдруг спросила Мариша.

– Как почему? – удивился мужчина. – Потому что я при дворе. Как же я еще должен называться?

Голубев опешил и растерянно посмотрел на Эрика.

– Вы считаете, что дворецкими называются те люди, которые работают на дворе? – уточнил он.

– Конечно! А вы кого имеете в виду, когда говорите «дворецкий»?

– Того, кто заведует домом! – ответила Мариша.

– Вот уж глупость! При чем здесь тогда двор?

– Ему, наверное, нужно было называться домовой! – хихикнула она.

Эрик предупреждающе посмотрел на нее, и девушка вновь приняла серьезный вид.

– А зачем вы к нам пришли? – спросил Голубев, вытирая со лба пот.

– Я не к вам, а вот к этому господину, – кивнул на Эрика Зеленский.

– Но в данный момент мы находимся в моем кабинете, и я намерен выяснить, зачем вы пришли.

– Тогда я ничего не скажу!

– А вам есть что сказать? – уточнил Эрик. – Может, сначала вы озвучите причину своего прихода? И вообще, откуда вы узнали, что я здесь?

– Меня попросил об этом Анатолий Петрович.

– Кто?!

– Артемьев, мой хозяин.

Мужчины переглянулись, а Мариша и вовсе перестала дышать.

– Когда он вас об этом попросил?

– За день до взрыва.

Мариша выдохнула.

– Значит, у вас был какой-то серьезный разговор?

– Был, но его содержание я должен передать только господину Петрову.

– Уважаемый Андрей Юрьевич! Я, конечно, мог бы выслушать вас наедине, но в любом случае мне придется передать наш разговор Голубеву, – Эрик кивнул на следователя. – Он ведет это дело, и я не стану скрывать от него информацию. Не лучше ли рассказать обо всем сейчас?

– Даже и не знаю… – задумчиво произнес Зеленский. – Анатолий Петрович велел разговаривать только с вами.

– Но ведь тогда он не думал, что его не будет в живых, правда? Поэтому и велел обратиться ко мне. А сейчас другая история.

– Почему же другая? Все та же самая. Он как раз и попросил меня связаться с вами в случае своей смерти.

– Что? – выкрикнул Голубев. – Он подозревал, что может умереть?

– Именно так!

– Но почему?

– Вот это мне неизвестно. Анатолий Петрович вызвал меня к себе несколько дней назад и сказал: «Андрюша! Если со мной что-то случится, иди к Эрику Петрову и расскажи ему об этом. Пусть найдет моего убийцу!»

– Даже так? – Эрик приподнял брови. – Он знал, что с ним может что-то случиться?

– Да.

– И давно это началось?

– Не могу знать. Раньше на эту тему мы с ним не разговаривали.

– Очень интересно… – Эрик побарабанил пальцами по столу. – Значит, Артемьев хотел, чтобы я расследовал дело о его смерти. А почему именно я, он не сказал?

– Говорил что-то вроде того, что вы лучший. И только вы сможете докопаться до сути. Тот, кто хочет его убить, очень хитер и постарается замести следы. Он не надеется на полицию. Особенно после того, как она чуть не посадила Иру Проскурину.

Голубев поморщился, а Мариша хихикнула, краем глаза поглядывая на него. Видимо, следователь до сих пор тяжело переживал это поражение.

– Ему рассказал обо мне Хлопков?

– Да, Сергей Александрович – директор банка, в котором хозяин держал деньги. У меня есть его телефон. Собственно говоря, я ему сегодня позвонил, а он подсказал мне, где вас искать. Так вы возьметесь за это дело? Гонорар для вас оставлен в банке на специальном счете.

Теперь очередь удивляться пришла Эрику.

– Гонорар? Какой предусмотрительный человек! А если бы я отказался?

– Тогда бы вы его не получили, – пожал плечами дворецкий. – У господина Хлопкова строгие инструкции.

– Хорошо, считайте, что я уже взялся за расследование. Что вы должны мне передать?

– Ничего. Только просьбу найти того, кто его убил.

– И все?

– И все!

– Нет, вы явно что-то скрываете! Если у Артемьева были подобные подозрения, то он просто обязан был поделиться своими мыслями.

– Хозяин очень боялся ошибиться, – пояснил Зеленский. – Он не хотел навязывать свою точку зрения. Ему было важно, чтобы вы сами во всем разобрались.

Эрик задумался и посмотрел в окно. Мариша поймала себя на мысли, что она уже целую минуту не дышит, и с шумом выпустила воздух. С ума сойти, как все это интересно! Кто бы мог ожидать, что из обычного взрыва будет вырисовываться такая замечательная история! «Впрочем, ничего замечательного здесь нет, – тут же поправила она себя, – все-таки погиб человек. Но история необыкновенная, это точно!»

– Скажите, пожалуйста, а где чемодан с деньгами? – неожиданно спросил Эрик и пристально посмотрел на Зеленского.

Тот, видимо, не ожидал такого вопроса, потому что немного растерялся и только через несколько мгновений произнес:

– Не знаю.

– Не обманывайте меня. Вы знаете, но не хотите говорить.

Дворецкий немного подумал и произнес:

– Вы правы, я знаю, но не скажу об этом. Во всяком случае, не сейчас.

– Но он у вас? – продолжал допытываться Эрик.

– Не совсем у меня, но я знаю, где он находится.

– А когда вы об этом скажете?

– Когда вы назовете убийцу. Анатолий Петрович велел мне отдать деньги тому, кто не окажется замешанным в историю с его убийством.

– «Человеку с чистой душой», – процитировала Мариша, и Зеленский с удивлением посмотрел на нее.

– Да, хозяин сказал именно так!

– Вот мы и нашли отгадку странной фразы Артемьева, – воскликнул Голубев. – Осталось только узнать, кто он – этот человек.

– А вот это уже ваша задача, – вставая со стула, произнес дворецкий. – Свой долг я выполнил.

– Вы уже уходите?

– Да, я вам все рассказал. Если будут вопросы, вы знаете, где меня найти.

Мужчина, не торопясь, подошел к двери и вышел в коридор.

– Вот тебе и банальная история о взрыве баллонов! – присвистнул Голубев и схватился за голову. – А так все хорошо начиналось!

Мариша уже не в первый раз слышала от Голубева эту фразу и не переставала удивляться, что же в этом хорошего. Взрыв, он и есть взрыв! И какая разница, от чего погиб человек. Ему-то от этого не легче!

– Ну, какие будут мысли? – наконец спросил следователь.

– Зеленский знает больше, чем говорит, – ответил Эрик.

– Почему ты так думаешь?

– Артемьев послал его ко мне, а не в полицию, значит, он кого-то подозревал.

– И кого же? – Мариша чуть не выпрыгнула из джинсов, пытаясь уследить за выражением лица двигающегося по кабинету Эрика.

– Именно это нам и осталось узнать. Что может быть проще? – И он озорно улыбнулся.

Глава 10

Мариша плюхнулась на диван и сладко потянулась. Несмотря на то что почти весь день они провели в кабинете у Голубева, создавалось впечатление, что она работала грузчиком в продуктовом магазине. Таскала мешки с сахарным песком или ящики с тушенкой. Ни больше ни меньше.

«Мне кажется, в прошлый раз было проще, – подумала она и вздохнула. – Хотя я могу так думать потому, что прошлое дело касалось Иры, близкого человека, и я действовала на подъеме. А здесь совершенно посторонний мужчина…»

Мариша обернулась. Эрик только сейчас вошел в дом. Кто-то позвонил ему по телефону, и сыщик добрых десять минут разговаривал на улице, предварительно отправив Маришу в дом.

– Всем добрый вечер, – поздоровался он с Настей, а Антону пожал руку. – Что ж ты, Антоша, молчишь как партизан! – пожурил он его. – А еще друг называется!

– А что случилось? – испуганно спросил парень.

– Как же… Сам просишь разузнать, куда делись деньги, и скрываешь при этом информацию.

– Ты про письмо?

– Про него…

– Так я сам узнал о нем незадолго до того, как отправил его Голубеву.

– Давай рассказывай все, что знаешь по этому поводу.

– Утром отец передал мне конверт и велел связаться с тобой, Эрик. Я, естественно, поинтересовался, что это такое, и он сообщил, что там указания по поводу будущего расследования. Выходит, Артемьев знал, что его жизнь в опасности, да? – И Антон испуганно уставился на сыщика.

– Выходит, так, – развел руками Эрик. – И сколько мне полагается за эти услуги? Вообще-то я и так помог бы Голубеву, – добавил он, – но уж очень интересно, во сколько оценивает расследование собственной смерти один из богатейших людей страны.

– А там ничего не написано?

– Нет, сказано только, что инструкция находится у вас.

– В случае успешного завершения дела вам положено пять миллионов. Рублей, естественно. А в случае провала только один.

– Неплохо! – крякнул Эрик и подкрутил усы.

– Я бы даже сказала, очень неплохо! – встряла Мариша.

– Ну, тобой-то всегда двигал меркантильный интерес! – не преминул он уколоть девушку.

– А ты, как всегда, догадлив! – огрызнулась она.

– Антон, а как на вас скажется эта ситуация с выводом денег Артемьева?

– Пока не знаю. Отец сейчас проводит в банке аудит, считает, сколько у нас свободных средств. Я надеюсь, что мы выкрутимся. Хотя потеря такой суммы больно бьет по кредитоспособности.

– Что ж, будем надеяться, что все обойдется.

– А вы уже узнали, где деньги?

– Примерно.

– Надеюсь, они в надежном месте?

– Хотелось бы в это верить.

– А нельзя ли поговорить с тем человеком, у которого сейчас находится эта сумма, чтобы он положил ее обратно в банк. Естественно, что в любой момент он сможет получить деньги назад.

– Пока вряд ли, – покачал головой Эрик. – Сначала нужно разобраться еще в одном вопросе, а потом уже думать про деньги.

– Но ты не забудешь сказать об этом?

– Антоша, ты меня обижаешь! На память я пока не жалуюсь!

– Эрик! – закричала Настя из другого конца гостиной. – Звонит Маргоша. Кажется, ей нужно с вами поговорить.

– Прямо сейчас?

– Да, видимо, она чем-то расстроена.

– Что ж, зови. Посмотрим, что ей нужно.

Видимо, Маргарита находилась недалеко от поселка Хлопковых, так как через несколько минут позвонили с контрольно-пропускного пункта и поинтересовались, ждут ли здесь сестер Зотовых.

– Странно, они едут вдвоем… – пробормотала Настя, – а мне казалось, что Марго и Ольга не ладят.

– Мне тоже так показалось, – кивнула Мариша.

– Общее горе объединяет! – заметил Эрик, удобно разваливаясь в кресле.

– Ты имеешь в виду смерть их дяди?

– Нет, я имею в виду пропажу денег.

– Эрик, какой ты циничный!

– Я?! Я всего лишь говорю то, что есть на самом деле. Многие люди прикрываются общепринятыми шаблонами. Считается, что кончина близкого человека вызывает горе и сожаление. А на самом деле очень часто бывает наоборот. Смерть вызывает облегчение и даже радость. А если люди еще и зависели от своего близкого морально или материально, то они будут счастливы вдвойне!

– Эрик! Ты говоришь страшные вещи! Неужели ты считаешь, что так бывает?

– Я не считаю, я знаю. Поверь, в моей работе очень часто приходится сталкиваться с такими вещами.

Раздался звонок в дверь, и Мариша с Эриком на время прекратили свой спор.

– Простите нас за вторжение, – раздался с порога голос Маргариты, – но мы просто не в состоянии сидеть и ждать, пока нам преподнесут информацию.

– Да ладно, чего уж там, проходите! – радушно воскликнула Настя и пригласила гостей войти.

Вместе с девушками приехал и Краснов, что очень удивило Маришу. Она считала, что ему не совсем тактично вмешиваться в семейное дело. Когда девушки уселись на диван, а Евгений расположился в кресле, Маргарита начала разговор.

– Мы еще раз извиняемся за наше вторжение, но после того, как мы ушли из полицейского участка, Ольге не давала покоя мысль, что в этом деле не все чисто.

– Что вы имеете в виду? – удивился Эрик.

– Мы долго думали насчет того, что дядя снял все деньги со счета, и решили, что он не мог оставить их в доме. Уж слишком нелепо все получилось.

– Нелепым вы считаете его смерть? – уточнил сыщик.

– И это тоже. Понимаете, дядя был непростым человеком. Каждый свой шаг он рассчитывал с точностью до сантиметра. И просто так взять деньги и оставить их в доме, чтобы в эту же ночь они сгорели, он не мог.

– И что вы предположили?

– Ольга решила, что дядя их куда-то спрятал.

– Куда?

– Не знаем. Мы бы хотели, чтобы вы решили эту загадку.

– Но я и так ее решаю!

– Вы пытаетесь раскрыть не пропажу денег, а расследуете взрыв. А это не одно и то же!

– Но если мы узнаем, что произошло в ту ночь, то сможем понять, куда делись деньги, разве не так?

– Не так! – подала голос Ольга. – Может оказаться, что эти два дела никак не связаны между собой. Вы не переживайте, мы вам хорошо заплатим!

– Похоже, Эрик, у тебя сегодня удачный день! – хихикнула Мариша и тут же замолчала, заметив его сердитый взгляд.

– Так как?

– Я сообщу вам свое решение чуть позже, не сегодня. Хорошо?

– И сколько вы намерены думать? – хмуро спросила Ольга.

– До завтра. Вы ведь собирались покопаться на участке Артемьева?

– Да, мы планировали поехать туда с утра.

– Давайте договоримся так: если завтра вы ничего не найдете, то я попробую отыскать ваши деньги.

– Хорошо! – повеселела девушка.

– И раз уж вы сегодня к нам приехали, позвольте задать вам один вопрос.

– Пожалуйста, – насторожилась она.

– Почему никто не сказал, что вместе с вашим дядей живет помощник, который именует себя дворецким.

– Вы имеете в виду Андрея? – уточнила Маргарита.

– Именно!

– Я как-то и забыла о нем… Он всегда такой незаметный.

– А какой смысл о нем упоминать? – удивилась Ольга. – Он не жил в доме. Только помогал убирать во дворе.

– Но в ночь взрыва он мог что-то видеть. Я не понимаю, почему вы не сообщили об этом в полицию!

Ольга нахмурилась.

– Видите ли, мы считали, что с ним разговаривали. Когда к нам приехал следователь, он сказал, что полицейские поговорили со всеми свидетелями, которые оказались поблизости. Мы и подумали, что Андрея тоже расспросили.

– Нет, с ним-то как раз и не побеседовали. И мне кажется это странным.

– Ничего странного! – подал голос Краснов. – Его домик хоть и находится на участке Артемьева, но стоит за рядом старых раскидистых елей. Поэтому со стороны дома его не видно. Вполне естественно, что ваши следователи его просто не заметили.

– Но почему Зеленский не услышал взрыва? По идее, он первым должен был выбежать из домика.

– Наверное, валялся пьяным, старый дурак!

– Зеленский пил? – удивился Эрик.

– Еще как! Не понимаю, почему Артемьев его держал.

– Откуда ты знаешь, что Андрей пил? – поинтересовалась Маргарита. – Я ни разу не видела его пьяным.

– А ты часто с ним общалась?

– Нет.

– Вот видишь… А мне Анатолий Петрович как-то пожаловался на это. Должны были привезти кирпич, а Зеленский напился и не встретил машину. В итоге Артемьеву пришлось еще раз оплачивать доставку кирпича.

Марго пожала плечами, а Ольга нетерпеливо зашевелилась.

– Ну что мы опять говорим о чем-то не важном! При чем здесь какой-то дворецкий? Есть более насущные проблемы!

– Например, дядины деньги! – усмехнулась Маргоша.

Ольга хмыкнула, но ничего не ответила.

– И часто Зеленский не выполнял своих обязанностей?

– Не знаю… Я так понял, что иногда случалось.

– А почему все-таки Артемьев построил домик для Зеленского, а не поселил его у себя? Мне кажется, это было бы логичнее. Все-таки должность дворецкого предполагает проживание в доме. И потом, ваш дядя не любил оставаться в доме один. А тут был бы живой человек. Пусть не близкий друг, но все же.

– Я могу вам ответить, – сказал Краснов. – Зеленский страшный неряха. В его домике всегда все вверх дном. Постельное белье он не меняет месяцами, а посуда вполне может уживаться на полу вместе с обувью. Поэтому Артемьев и не хотел держать его в доме.

– Странно, что такой человек мог заинтересовать Артемьева. Как помощник, конечно.

– По-моему, у них были общие дела еще до того, как они приехали в город.

– Понятно… Значит, в дом его Артемьев никогда бы не допустил.

– Это точно! Сам Анатолий Петрович был очень чистоплотным человеком. Конечно, со своей загруженностью он не всегда успевал наводить порядок. Я имею в виду мытье полов и все такое прочее. Но одежда и посуда на полу не валялись.

– А почему он не нанял себе домработницу?

– Он терпеть не мог посторонних людей в доме. А кроме того, Маргарита почти каждый день бывала у него и наводила порядок, если было нужно.

Эрик замолчал. В гостиной тоже воцарилась тишина. Каждый думал о своем. Неожиданно за окнами сверкнуло, послышался отдаленный грохот, а пол под ногами тихонько задрожал. Мариша вздрогнула. Снова раздался грохот, а следом еще один. Люди испуганно посмотрели друг на друга и прислушались. Но на этот раз все было тихо.

– Что это было? – подала голос Маргарита. – Неужели еще один взрыв?

– Это было бы слишком! – неуверенно отозвалась Ольга.

Мариша исподтишка оглядела присутствующих. Обе Зотовы явно были напуганы, и даже Краснов чувствовал себя неуверенно.

– Ну, мои дорогие, вы даете! – послышался голос Эрика. – Забыли, что представляет собой гроза? Откуда эти странные мысли о взрыве?

– Так это гроза! – с облегчением выдохнула Марго. – А разве она бывает в конце марта?

– Бывает. Даже в феврале иногда случается.

– Фу! А я-то уже испугалась.

– Но за окном не льет, – сообщила Настя, выглянув на улицу.

– Подождите, часа через два так прольет, мало не покажется, – сказал Краснов, сразу повеселев.

– Откуда ты знаешь? – полюбопытствовала Мариша.

– Так я родился в деревне! А там на метеобюро не надеются. Все больше приметам доверяют.

– А мы приметам не обучены, – сказала Маргарита. – Если интересуемся погодой, звоним в соответствующую службу. У Володи там какой-то знакомый. – Она немного помолчала и пристально посмотрела за окно. – Надо же, а я была уверена, что это взрыв.

– У тебя просто нервы не в порядке! – фыркнула сестра.

– А с чего им быть в порядке? Я только что потеряла дядю.

– А я не потеряла, что ли?

– Видимо, тебя этот факт только радует…

– Если я не выставляю напоказ свои чувства, это не значит, что я не переживаю!

– Твои чувства связаны только с наследством. Вот из-за него ты действительно переживаешь!

– А ты, можно подумать, совсем о нем не думаешь? А чего тогда приехала?

– Девочки! – застонал Краснов. – Опять вы ссоритесь! Хватит уже! Что о вас подумают люди?

– Мне все равно! – заявила Ольга и демонстративно отвернулась от Маргариты.

– Вы же опять остались одни-одинешеньки на этом свете! – продолжал выговаривать Евгений. – Вам нужно держаться вместе, а не рычать друг на друга.

– Я ни на кого не рычу! – огрызнулась Ольга. – Это Ритка все время норовит меня задеть.

– Потому что ты бессердечная, расчетливая особа!

– Вот видите! А я, между прочим, слова ей не сказала!

– Оля! Хватит! Поедем домой. Скоро начнется дождь. Нам нужно успеть до грозы. Не хочется торчать в каком-нибудь подъезде, пережидать дождь.

– Поехали! – кивнула Ольга и встала с дивана. – Ты с нами? – спросила она у сестры.

– Да, подождите меня.

После ухода Зотовых в гостиной несколько минут царило молчание. Каждый был погружен в свои мысли.

– Ребята! – подала голос Настя. – В следующий раз я соберу вас где-нибудь на необитаемом острове. Там, где не будет надоедливых знакомых и загадочных убийств. Просто напасть какая-то! Ладно, в прошлый раз занимались Ириным делом. Она сестра, для нее можно и постараться. А здесь абсолютно посторонний человек! Зачем тратить свой отпуск на этих Зотовых?

– Ты забыла про пять миллионов! – хихикнула Мариша.

– Извините! – съехидничала Настя. – Эту мелочь я как-то не приняла во внимание!

– Вы, девушки, мыслите какими-то стандартами! – подал голос виновник происходящих событий. – Одна считает главным двигателем моих усилий деньги, другая – желание интересно провести время… Но вы забываете еще об одной вещи, которая гораздо важнее всего остального.

– И что же это?

– Высшая справедливость!

Настя с сомнением посмотрела на мужчину.

– Но ты же не Господь Бог! Разве это не его прерогатива?

– Порой он немного опаздывает, – ласково улыбнулся Эрик, – а справедливость ждать не может. Иногда меня посещает мысль: а что, если я и есть тот винтик, который должен исправлять зло, которое творится на нашей земле!

– Ты серьезно так считаешь? – недоверчиво спросила Мариша.

– Конечно! Именно поэтому я никогда не отказываю людям, которые действительно нуждаются в моей помощи.

– А если бы Артемьев не завещал тебе эти пять миллионов, ты бы все равно стал расследовать его смерть?

– Непременно! Я мыслю так: если Господь свел меня с каким-то человеком, то это не просто так! – Эрик кивком подтвердил свои слова и осмотрел присутствующих, словно желая убедиться, поняли ли они его.

Девушки потрясенно молчали, а Антон недоуменно поглядывал на сыщика. Каждый, видимо, считал, что тот немного не в своем уме.

– Значит, ты полагаешь, что все встречи с тобой не случайны? – уточнила Мариша.

– Именно!

– И ты в них видишь особый смысл?

– Конечно!

– А какой смысл в нашей с тобой встрече?

Эрик смерил девушку долгим взглядом, немного подумал и ответил:

– Должны же быть случайности в цепи закономерностей!

– Я тебя убью, Эрик Петров! – взвыла Мариша и кинула в него подушкой.

– Я давно подозревал, что именно об этом ты и мечтаешь! – усмехнулся тот. – Может, поэтому я и держу тебя в поле зрения, чтобы в нужный момент заметить развитие твоих преступных наклонностей!

– Гад! Надменный усатый гад!

– Я тебя тоже люблю, моя девочка! – воскликнул Эрик, уклоняясь от очередной подушки.

– Может, чаю? – прокричала Настя и махнула рукой, видя, что ни тот, ни другая ее не замечают. – Антоша, один ты ведешь себя хорошо! Пойдем, я дам тебе конфетку!

– Я сегодня был послушным мальчиком? – хмыкнул Антон.

– На фоне этих сумасбродов – очень!

– Пойдем! А может, я могу еще на что-то надеяться?

– Пока только на конфетку, – твердо ответила она и увела мужа на кухню.

Минут через десять наступила блаженная тишина. Антон разлил чай, и две пары наслаждались вкуснейшим десертом. От этого грохот, разразившийся за окном, показался гораздо громче, чем был на самом деле.

– Что это? – Мариша, как ужаленная, подскочила на стуле.

– Взрыв! – в одно время с ней воскликнула Настя.

– Да что вас сегодня тянет не в ту сторону? – поморщился Эрик. – Гроза началась!

Девушки подбежали к окну. На улице практически ничего не было видно. Мало того, что уже стемнело, так еще и потоки воды, низвергающиеся с неба, полностью скрыли улицу. Даже деревья, стоящие в паре метров от дома, были не видны.

– Ну и ливень, – протянул Антон, присоединившийся к подругам. – Первый дождь в этом году.

– Какой-то уж он ненормальный! – заметила Мариша.

– Что значит, ненормальный? – удивилась Настя.

– Ненастоящий, что ли…

– Я тебя не понимаю. Самый настоящий дождь. Смотри, как льет!

– Вот об этом и разговор. Льет так, что ничего вокруг не видно. Такая сцена подойдет для фильма ужасов. Помните, в детстве смотрели? Несколько человек забрели в заброшенный дом, прячась от дождя, а обратно вернуться уже не смогли. Оказывается в такой дождь на улицу выходил какой-то маньяк, поджидал путников, которые прятались от него в этом заброшенном доме, и убивал их тяпкой для прополки грядок.

– Мариша! – воскликнул Антон и развел руками. – Что за мысли? Ты же большая девочка, а все вспоминаешь страшные сказки!

– Я всегда себя неуютно чувствую в дождь, – призналась она и поежилась.

– А еще Мариша боялась спать одна! – добавила Настя и подмигнула подруге. – Когда ночью шел дождь, она всегда забиралась в мою кровать и дрожала от страха, пока он не заканчивался.

– Зачем ты плетешь эти глупости! – прошипела Мариша, наклоняясь к подруге. – Какой дождь! Какая кровать!

– Молчи, дурочка! – продолжая улыбаться, ответила та. – Сегодня у тебя будет предлог задержаться в спальне у Эрика. Если, конечно, дождь не закончится!

– Маришка, ты зря боялась! – весело произнес Антон, отходя от окна. – Дождь прошел! Остались одни воспоминания!

– Ну вот! – расстроилась Настя. – А может, скажешь, что тебе всю ночь бывает страшно? Даже если дождь закончился? Типа, ты боишься, что он снова может начаться…

Мариша пристально посмотрела на подругу и вздохнула.

– Как хочешь, – пожала та плечами. – Мое дело предложить!

– А сколько времени? – вдруг спросил Эрик и огляделся в поисках часов.

– Начало одиннадцатого.

– Да? А такое впечатление, что уже полночь. Наверное, это после грозы. Небо заволокло, на улице ничего не видно. Неужели еще будет дождь?

– Наверное, уже не будет, – с сомнением сказала Настя. – И так все затопило! В сад не выйти! А ведь дождь шел от силы минут пять…

– Так всегда и бывает… – с видом знатока заявил Антон. – Чем сильнее ливень, тем меньше он идет! А ты права, – добавил он, выглянув в окно. – Завтра из дома нужно будет выходить в резиновых сапогах.

– А где Ира? – внезапно спросил Эрик. – Она ведь собиралась пожить у вас?

– Собиралась, – кивнула Настя, покосившись на подругу. – Но потом передумала. Сказала, что у нас и так много народа, поэтому она пока поживет дома. Вот если возникнут трудности, то тогда она воспользуется нашим гостеприимством!

– Я так и думал! – усмехнулся Эрик.

– А правда, почему она не приехала? – прошептала Мариша подруге.

– Я же говорю, у нас много народа…

– Настя!

– Я позвонила и попросила ее пока не приходить, – прошептала она в ответ. – Объяснила ситуацию. Вас все равно дома нет, а для меня стараться не нужно!

– Понятно! Решила не тратить свои нервы понапрасну!

– Точно, я стараюсь для лучшей подруги. Скажешь, когда вы перестанете бегать по улицам, вместо того чтобы отдыхать, и я позову Ирку.

– Нет уж! Мы лучше как-нибудь без нее. Вернее, пусть приходит, конечно, но ночевать только дома!

– Ты отличная подруга! – съязвила Настя.

– Ну, прости меня! Я действительно не готова нянчиться с малышами. Тем более с такими крикливыми.

– Ладно, прощаю. К тому же я и сама не готова! – И Настя хихикнула. – Господа отдыхающие, а вы не хотите попеть в караоке? – обратилась она к мужчинам. – Мариша должна исполнить нам несколько песенок из любимого Антошиного репертуара.

– Хотим! – воскликнул Антон и направился к музыкальному центру. – Только музыку сегодня заказываю я!

Глава 11

– Мариша! Маришка, ты слышишь меня?

Девушка с трудом открыла глаза и уставилась на дверь. В дверном проеме торчала Настина голова.

– Проснулась? Молодец! – кивнула она.

– Сколько времени? – пробормотала Мариша.

– Скоро восемь! – радостно сообщила подруга.

– Что-то случилось? – Она тут же проснулась и рывком поднялась на кровати.

– Нет, а с чего ты взяла? – Настя вошла в комнату и села на Маришину кровать.

– Фу! А я уже напугалась. А чего ты проснулась в такую рань? Мы легли только в три часа.

– Не поверишь! Угадай, кто пришел?

– Кто? Надеюсь, не Ира с Эрькой?

– Нет, но лучше бы Ира.

– Ты меня заинтриговала! Учитывая, что я никого здесь не знаю, кроме Зотовых, Голубева и твоей сестры, мне сложно догадаться.

– Наоборот, очень легко! Ты уже всех и назвала.

– Неужели Зотовы?

– Ага! И Голубев вместе с ними!

– Очуметь! Неужели опять что-то случилось?

– Они едут на раскопки! – сообщила Настя. – Голубев уже дал разрешение, теперь дело за Эриком. Он тоже должен поучаствовать.

– А я? – возмутилась Мариша. – Почему про меня никто не вспомнил? Я тоже хочу на раскопки.

– В общем-то, поэтому я пришла. Эрик уже собирается, пьет чай. Зотовы смирно сидят на диване. Даже Ольга сегодня рта не раскрывает.

– Так, а я чего валяюсь? – прокричала Мариша и спрыгнула с кровати. – Я в душ!

– Постой! Расскажи, что вчера было-то!

И Настя направилась вслед за подругой в ванную комнату.

– Вы же вчера вместе ушли спать?

– Вместе! – ответила Мариша, закрывая душевую кабину и включая воду.

– И что было?

– Да ничего не было! Эрик меня даже на порог не пустил!

– А ты не попыталась войти вместе с ним?

– Лучше спроси, он мне дал такую возможность?

– Но ты же должна была увязаться за ним и предпринять ряд мер. Сама знаешь каких…

– Мы поднялись по лестнице, дошли до моей спальни. Он остановился около двери, предупредительно открыл ее, поцеловал меня в макушку и пожелал спокойной ночи. Дальше он взял меня под локоток, аккуратно втолкнул в комнату и закрыл за мной дверь. А выходить и бежать за ним следом мне уже было неудобно.

– Какой гад!

– Вот и я о том же! Усатый гад!

– И что он за мужик такой? Ведь со всеми можно найти общий язык! А с ним никак не получается. Я даже и не знаю, что еще придумать.

– Да не нужно ничего думать. Пусть все идет, как идет. Не будет ничего – значит судьба такая!

– Ты подожди валить все на судьбу! Судьбу мы делаем себе сами. Только ко всему должен быть свой подход. Мы его пока не нашли. Но обязательно найдем! Я что-нибудь придумаю, ты не волнуйся. Самое главное, будь с ним все время рядом.

Мариша выключила душ и закуталась в полотенце.

– Настюш, иди посмотри, они без меня не уехали? Если что – скажи, что я уже бегу. Пусть подождут!

– Хорошо! – вздохнула та. – Вечно ты из меня веревки вьешь. Приехала отдохнуть и снова куда-то убегаешь.

– Так ведь я не одна, а с Эриком. Ты же сама сказала, чтобы я все время была рядом! А как у меня это получится, если он где-то будет бегать? Лучше уж и я с ним.

– А еще лучше, если вы оба побегаете здесь. С одного этажа на другой. Будет больше толку.

Пока Настя читала Марише нотации, та быстро одевалась. Девушка натянула джинсы, симпатичный свитерок, схватила сумку и выбежала в коридор. Настя, продолжая бурчать, направилась за ней.

– Вместо того чтобы бубнить, лучше бы задержала компанию, спешащую на раскопки, – заметила Мариша, перепрыгивая через ступеньку.

– Да куда они денутся! Эрик знает, что ты ему весь мозг вынесешь, если они уедут без тебя.

– Ты думаешь?

– Уверена!

– Но если они уедут…

Мариша выбежала в холл. Вся компания была уже в полной готовности.

– Где ты ходишь? – проворчал Голубев. – Только тебя и ждем!

– Я уже готова!

– Маришка! А позавтракать? – всплеснула руками Настя.

– Некогда! – отозвался следователь. – Я вот даже чашку кофе не успел выпить!

– А ну-ка на кухню!

– Я же говорю – некогда!

– А я никого не спрашиваю! Вперед! Кофе горячий, бутерброды на столе.

– Иди, иди! – усмехнулся Эрик. – Может, хоть Настя научит тебя заправлять с утра свой организм!

Голубев нехотя поплелся на кухню. Мариша бодро порысила вслед за ним. Настя поставила перед ними тарелки, и Голубев заметно оживился, заметив бутерброды с осетриной и балыком.

– Если бы мой завтрак всегда был таким, – сказал он, набив полный рот, – я бы никогда не забывал покушать.

– Тебе жениться надо, тогда ты точно не забудешь позавтракать!

– А у тебя нет симпатичной подружки, которая согласилась бы выйти замуж за такого, как я?

– Кроме Мариши, все пристроены!

– Жаль.

– А чем тебе не нравится Мариша?

– Мне-то она нравится, это я не в ее вкусе!

– Настя! – воскликнула та. – Дай хоть позавтракать спокойно!

– А что делать, если я забочусь о тебе?

– А я, кажется, знаю, что делать! Помнишь, ты говорила, что хочешь заняться чем-то творческим?

– Ну?

– Открой салон брачных услуг. Я думаю, у тебя это получится.

Настя некоторое время смотрела на нее оценивающим взглядом и наконец кивнула.

– А это мысль! Я даже знаю, кто будет моим первым клиентом!

Мариша застонала и отодвинула стул.

– Спасибо! Я наелась.

– Настюша! – Голубев тронул девушку за рукав. – А можно этим клиентом буду я?

Вся компания загрузилась в автомобиль Эрика. Мариша уселась на переднее сиденье, хотя Голубев и пытался доказать, что мужчинам положено ездить впереди.

– Что, не удается ее переубедить? – усмехнулся Эрик. – Это твердый орешек! Тебе он не по зубам!

Мариша улыбнулась.

– Я знаю еще более крепкий орешек. Я бы даже сказала – орешище! Интересно, кто его сможет раскусить?

– О чем это ты? – заинтересовался следователь.

– Да так, о своем, о девичьем…

Голубев, кряхтя и досадуя на Маришу, забрался на заднее сиденье. Он уселся в середину, оглядел своих соседок, и его настроение тут же улучшилось.

– А знаете, – заявил он, – зря я разворчался! Тут, пожалуй, гораздо удобнее!

Маргарита закатила глаза, а Ольга криво усмехнулась.

– Терпите, девочки! – подмигнул он им. – Все равно без меня у вас ничего не получится! Я – официальное лицо, а значит, многое зависит от меня.

– Ох, Голубев! – вздохнул Эрик. – Не стыдно тебе использовать служебное положение?

– Нет! Тем более что такие симпатичные свидетельницы мне попадаются очень редко. Нужно пользоваться случаем, а то вдруг больше ничего подобного не представится!

– Успели вчера до дождя? – поинтересовалась Мариша у Марго, оборачиваясь назад.

– И зачем ты села вперед? – тут же заворчал Голубев. – Гораздо удобнее было бы ехать сзади. И поговорила бы вдосталь!

– Алексей, а ведь ты на машине сюда приехал? – прищурилась девушка.

– Да, и что?

– Может, тебе на ней и поехать? Места много, никто не мешает…

– Все, молчу, – отозвался он и откинулся на спинку сиденья.

– Успели! – кивнула Маргарита. – Оля с Женей закинули меня домой, а сами поехали в тот клуб, в котором Евгений был вместе с дядей в тот вечер.

– А зачем вы туда поехали? – Мариша с удивлением посмотрела на Ольгу.

– Решили разведать, не общался ли дядя с кем-то в этот вечер. Думали, может, найдется человек, который что-то знает…

– Ну, и как успехи?

– Ничего… – Ольга развела руками. – Никто ничего не видел и не слышал. А дождь был вчера славный! – добавила она. – Хлестал так, что стало даже как-то не по себе…

– Вот и у меня вчера было такое же чувство! – подхватила Мариша. – Чего-то нереального… Будто все это происходит не с нами!

– Хорошо, что мы успели доехать до клуба. Если бы дождь застал посреди дороги, то нас наверняка бы смыло!

– А я думаю, как мы сейчас будем что-то искать на дядином участке, – пробормотала Маргарита. – Там наверняка одни лужи и грязь!

– Не получится – значит не получится, отложим на пару дней, – ответила ей сестра. – Но попробовать надо. Вдруг не мы одни такие умные! Кто-нибудь прознает, что дядя спрятал кучу денег, и сам потихоньку все выкопает.

– Это при условии, что деньги действительно там! – добавил Голубев.

– Ой! А что я вспомнила! – вдруг воскликнула Марго.

– Что? – насторожилась Ольга.

– Вчера вечером мне звонила Римма. Дядина соседка. Помнишь ее? Такая полненькая, симпатичная…

– Да, и что?

– Она видела, как какой-то человек выходил из дядиных ворот. И, кажется, в руках у него что-то было.

– Во сколько это произошло? – резко спросила Ольга.

– Сейчас посмотрю. Сама я уже спала и не обратила внимания, сколько было времени.

Маргарита достала сотовый телефон и принялась искать функцию «принятые вызовы».

– Так, вот она, Римма Соколова. Надо же! Она довольно поздно позвонила. В половине двенадцатого.

– Ты рано вчера легла… – заметила Мариша.

– Да, я столько нервничала в последнее время, что буквально свалилась в кровать, едва зашла в квартиру. Риммин звонок меня насилу разбудил. Видите, сегодня я едва о нем вспомнила!

– А ты уверена, что она именно это тебе рассказала? – продолжала хмуриться Ольга.

– Да вроде…

– Так вроде или да?

– Чего ты ко мне пристала? Я точно помню, что она рассказала мне о человеке, который выходил из ворот с сумкой в руке. Может, она еще чего-то добавила, но этого я уже не помню.

– Странно все это…

– Да! Она еще сказала, что позвонит в полицию. Ей не нравится, что по ночам по поселку ходят разные подозрительные личности. Сначала один дом взорвали, а потом и до других добраться могут!

– Ох, не нравится мне все это… – проворчала Ольга. – Вдруг нас кто-то уже опередил!

– Кто? – воскликнула Мариша. – Никто не знал о нашем разговоре. Сначала мы разговаривали в кабинете у Голубева, а там нас никто не мог подслушать. А потом у Насти. Если только ты подозреваешь нас…

– Да вы-то тут при чем! – отмахнулась Ольга. – Естественно, вы здесь ни с какого боку. Видимо, есть человек, которому известно про деньги, и он знает, где они спрятаны. И если это действительно так, то он мог нас опередить.

– И вы в это верите? – фыркнул Голубев.

– В то, что Римма кого-то видела?

– Нет, в то, что Артемьев зарыл деньги в саду?

– Верю, а почему бы и нет? Ведь я исхожу из того, что денег в доме не было.

– Алексей, а позвони-ка в отдел да узнай по поводу ночного звонка, – сказал Эрик, не отрывая взгляда от дороги. – Мне интересно, звонила эта Римма по поводу человека, выходящего из артемьевского дома, или нет?

– Так мы можем спросить об этом у нее самой.

– Спросим, но я хочу знать, действительно ли она позвонила в полицию или только собиралась.

– А какое это имеет значение?

– Самое большое. Это многое расскажет нам о самой девушке. Если звонила, значит, она ответственный человек, на показания которого можно положиться.

– Ты так считаешь?

– Конечно, если бы ей просто что-то показалось, она бы не стала звонить на ночь глядя. А если все же позвонила, значит, она уверена в том, что видела.

– Сейчас узнаю, – кивнул Голубев и набрал номер. – Славик, привет! Я еду к Артемьеву. Да, посмотреть, может, что и найдем. Я тебе звоню вот по какому вопросу. Узнай, пожалуйста, не звонил ли кто вчера вечером, примерно в половине двенадцатого, по поводу мужчины, выходящего из дома Артемьева. Да, я подожду. Или лучше перезвони, если что-то будет.

Голубев положил трубку и уставился в окно. Все молчали. На Маришу эта тишина действовала угнетающе. Ей казалось, что вот-вот должно что-то произойти. И это что-то будет отнюдь не из приятных.

Через несколько минут телефон Голубева зазвонил.

– Слушаю, – ответил он. – Был такой звонок? А почему не сообщили? Ты же знаешь, что это наше дело. Хорошо, хорошо, слушаю…

Некоторое время Голубев молчал, а затем вздохнул и буркнул: «Спасибо, я перезвоню». Бросил трубку на сиденье.

– Ну, никому ничего нельзя поручить! – рявкнул он, напугав Маргариту.

Она вздрогнула и подвинулась ближе к окну.

– Что там? – полюбопытствовал Эрик.

– А как ты думаешь? Девушка звонила, но наши «профессионалы» не обратили на это внимания. Решили, что девушке показалось. Мол, кто может ходить в закрытом поселке, да еще в опечатанный дом!

– А я знаю! – воскликнула Мариша. – Это Зеленский. Он же остался жить в домике. Значит, ему нужно входить и выходить.

– У дворецкого своя калитка, – покачала головой Маргарита. – Он никогда не пользовался главными воротами. Что-то и я начинаю волноваться.

– Нужно срочно поговорить с девушкой! – решительно произнес Голубев. – Может, то, что она видела, и не важно, но что-то подсказывает мне, что за этим кроется гораздо больше, чем мы можем себе представить. Где она живет, Маргарита?

– Справа от дяди. Ее дом последний.

– Мы обязательно к ней зайдем.

– А может, позвонить ей? Уточнить по поводу ночного визита? – робко поинтересовалась Марго.

– Позвони. Заодно спроси, во сколько ей можно нанести визит.

– Хорошо, – Марго набрала телефонный номер. – Странно, – сказала она через некоторое время, – не берет трубку. Может, она на работе?

– А разве Римка работает? – удивилась Ольга.

– Да, в каком-то детском центре.

– А я думала, что она наслаждается жизнью… Зачем ей работать, с таким-то папой?

– Не все рассуждают так, как ты, – ехидно ответила ей сестра. – Удовольствие от жизни можно получать и другими способами, а не только посещая ночные клубы и салоны красоты.

– Мне сегодня даже не хочется с тобой спорить, – лениво отозвалась девушка. – Думай, как хочешь. Но на месте Римки я бы ни минуты не стала работать.

– А чем еще заниматься? Кстати, она помогает больным детям, причем за какую-то символическую зарплату.

– Что ж, свои мозги никому не вставишь…

– А по-моему, очень благородно! – встряла Мариша. – Если бы у меня было много денег, я бы тоже кому-нибудь помогала.

Ольга закатила глаза и отвернулась к окну.

– Тише, – вдруг сказала Маргарита и схватила телефон, – Римма звонит. Алло! Да, звонила. Я хотела узнать по поводу твоего вчерашнего звонка. Понимаешь, я уже спала и не очень запомнила, о чем ты говорила. Да, слушаю… – Некоторое время Марго сидела молча. – А в полиции что сказали? Да? Какие нахалы! Я? Я еду на дядин участок. Да, хотели зайти к тебе. – Маргарита еще немного помолчала. – Хорошо. Вечером так вечером.

– Ну? – хмуро спросил Голубев. – Что она тебе сказала? И кстати, кто – нахалы?

– Римма действительно видела человека, выходящего из дядиного дома с сумкой. Она позвонила по этому поводу в полицию, но там ей сказали, что никому не запрещено ходить ночью по поселку. А когда она сказала, что видела человека, выходящего именно из дома Артемьева, ей посоветовали лечь спать и ничего не придумывать.

– Что, так и сказали?

– Смысл был такой, Римка даже обиделась!

– Ну, я им покажу!

– Кому, нахалам? – хихикнула Мариша.

– Своим сотрудникам! – подчеркнуто вежливо ответил следователь. – И попрошу никого не оскорблять!

– Констатация факта не является оскорблением, – ехидно заметила Ольга.

– А когда к ней можно зайти? – поинтересовался Эрик.

– Она будет дома вечером. Сейчас Римма на работе, как я и думала. Но часам к шести подъедет.

– Что ж, значит, поговорим с ней позже.

Эрик повернул направо и остановился. Прямо перед ними были ворота охраны.

– Маргарита, скажите охранникам по поводу нас пару слов, чтобы не возникло лишних вопросов.

Девушка кивнула и вышла из машины. Голубев увязался за ней. Мариша наблюдала, как они о чем-то беседовали с молодым крепким парнем, затем тот кивнул и открыл ворота.

– Все в порядке, нас будут пропускать в любое время. Пока идет следствие, конечно. Кстати, Краснов и Курицын уже там! Ждут у ворот.

– Да, мы так и договаривались, – кивнула Ольга. – Мы должны были заехать за вами, а они прямо сюда.

Эрик въехал на территорию поселка, Маргарита указывала ему дорогу. Поселок оказался довольно большим, хотя и не таким ухоженным, как тот, в котором жила Настя. В отличие от Лесной Сказки, в Летнем каждый участок был огорожен высоким забором. Видимо, здешние жители не особо доверяли охране, а может, и соседям. На Маришин вкус, она бы тоже обнесла свой участок забором, чтобы не заглядывали все кто ни попадя.

Дом Артемьева оказался в крайнем ряду, около леса, и был предпоследним. За ним располагался только один дом – Риммы Соколовой. У ворот Артемьева скучали двое мужчин, которые крайне оживились, заметив автомобиль Эрика. Мариша обратила внимание, что они не общались между собой и вообще вели себя, словно незнакомые люди. Это показалось ей странным. Если они планируют стать родственниками, то уже сейчас необходимо налаживать общение, даже если их взгляды и интересы абсолютно разные.

Хотя если посмотреть на сестер – Марго и Ольга тоже не особо ладят. Вот разделят наследство и вообще разбегутся в разные стороны. Такое тоже вполне может быть! Странно все это. Все-таки близкие люди. Тем более у них больше никого не осталось!

Зотовы выскочили первыми. Следом за ними, стараясь выглядеть значительно, вышел Голубев. Он раздувался от чувства собственной значимости и не торопясь оглядел место происшествия.

– Давайте уже войдем! – воскликнула Ольга, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

– Сейчас, – кивнул он, продолжая созерцать окрестности.

– Алексей, в самом деле, давайте начнем, – поддержал Зотову Эрик, присоединившийся к компании.

Голубев неторопливо вытащил из кармана ключ и подошел к воротам.

– Так!!! – сурово сказал он и обвел всех взглядом. – Кто сорвал печать?

– А здесь была печать? – заволновалась Ольга. – В каком месте?

– Чуть выше замка, на воротах.

– Я же говорила, что мы можем опоздать!

– Куда опоздать? – нахмурился Краснов.

– Представляешь, сегодня ночью в доме дяди кто-то был!

– Откуда ты знаешь?

– Маргарите звонила Римма, соседка справа, и заявила, что видела, как из соседских ворот кто-то вышел с сумкой в руке. И даже позвонила в полицию!

– А она не заметила, кто это был?

– Не знаю. Полиция не обратила внимания на ее звонок и, естественно, не расспросила. Так что подробности нам неизвестны.

– Но мы обязательно поговорим с ней вечером! – вставил Голубев.

– Нужно обязательно узнать, кто это был! Вдруг этот человек нас опередил? Если удастся установить его личность, мы сможем заставить его все нам вернуть!

– Прошу вас! – Голубев распахнул ворота и театрально распахнул руки.

Зотовы не заставили себя ждать. Они буквально ворвались на участок и остановились только тогда, когда обежали его кругом. Тогда они встали и осмотрелись вокруг. Зрелище было не из приятных.

Постройка дома была закончена совсем недавно. Не прошло и нескольких месяцев. Естественно, что облагораживанием участка никто не занимался. Тем более и время года было неподходящее. Снег только-только сошел и оголил все проблемы ландшафта, которые мирно дремали под сугробами. Еще по осени трактора вспахали гусеницами землю, а экскаваторы превратили ее в буераки. И теперь участок представлял собой довольно унылое зрелище. Повсюду наблюдались горки и впадины, в которых сейчас стояла вода.

– Вчерашний дождь не прошел зря! – воскликнул Голубев. – Во всяком случае, грязевые ванны вам обеспечены.

– И где здесь искать? – раздраженно спросил Краснов.

– Не знаю, – пожал плечами следователь. – Это была ваша версия о закопанных на участке деньгах.

Мариша сделала несколько шагов вперед и остановилась. Она очень пожалела, что не надела резиновые сапоги. У Насти наверняка нашлась бы дежурная пара.

– Да, здесь ловить нечего… – прошептала она Эрику, стоящему рядом. – Такое впечатление, что здесь прошло стадо слонов.

– Оно и прошло! – кивнул он. – После взрыва здесь побывала куча народа, начиная с пожарных и заканчивая дознавателями.

– Сколько следов! Но все какие-то смазанные…

– Неудивительно! Ведь все это было до дождя, когда земля была относительно сухая.

– Посмотри! – Мариша дернула сыщика за рукав. – А вот еще следы! И они более четкие.

– Молодец! – похвалил ее Эрик и тут же нахмурился.

Он долго рассматривал следы, затем прошел немного вперед, вернулся и огляделся по сторонам.

– Алексей, можно тебя на минутку? – позвал он Голубева и осторожно сделал несколько шагов вправо.

Тот кивнул и присоединился к сыщику. Эрик отвел его в сторону и о чем-то заговорил, время от времени показывая руками на землю. Голубев сначала кивал, затем начал хмуриться и наконец позвонил кому-то по телефону.

Мариша все это время стояла в сторонке и наблюдала за процессом. Зотовы по-прежнему стояли на относительно сухом участке и прикидывали, что им следует предпринять. Маргарита пыталась отговорить сестру от глупой затеи начать раскопки, но та упорно не желала ее слушать. Краснов изо всех сил поддерживал свою вторую половину, и лишь Курицын уныло стоял в стороне. Казалось, ему было абсолютно безразлично, найдут Зотовы деньги или нет.

Марише этот мужчина был неприятен. Создавалось такое впечатление, что он всю жизнь хочет просидеть на шее Маргариты. Правда, она не слишком бы возражала, но такая мужская позиция была Марише противна.

Другое дело – Краснов. И хотя это тоже был не ее типаж, но Евгений хотя бы пытался что-то делать. Во всяком случае, у него была своя фирма. Правда, неизвестно, какой доход она приносила. Но ведь дело не столько в доходе, сколько в желании трудиться, чтобы его получить.

Между тем Голубев и Эрик закончили осмотр следов и наблюдали за участниками спора. Те наконец пришли к общему мнению и решили, что Ольга и Евгений обойдут весь участок в поисках свежевскопанной земли, а Маргарита попробует поискать в развалинах дома. Курицыну выделили роль наблюдателя, так как на другое посчитали его неспособным.

Марише надоело мяться на одном месте, и она решила немного пройтись по участку. С того места, где она сейчас стояла, была видна только голая площадка, на которой в будущем планировалось выкопать бассейн. Это было единственное расчищенное место. Часть периметра справа закрывали массивные ели. Такие же деревья росли и в конце участка. Видимо, за ними и стоял домик дворецкого. Мариша хихикнула. Она в первый раз видела человека, который считал, что дворецкий – это тот, кто работает во дворе.

«Кстати, – подумала Мариша, – Краснов был прав, Зеленский любит выпить. Вот где он сейчас? По его собственным словам, он встает в семь часов. Но сейчас уже почти десять, а его нигде не видно. Наверняка отсыпается в своей кровати. Тем более за ним никто не присматривает. Он сам себе хозяин! Правда, надолго ли?»

Мариша прошла немного вперед, обогнула деревья и вскрикнула. Прямо перед ней открылась жуткая картина. Обожженный каменный остов некогда большого и величественного дома чернел неровным рядом уцелевших стен. Вокруг на несколько метров были разбросаны куски бетона и кирпичной кладки. Кое-где попадались остатки домашней утвари. Все было покрыто копотью. Мариша, превозмогая страх, подошла поближе. В руинах дома под грудой кирпичей виднелись вещи, почти не тронутые огнем. Видимо, они находились в шкафах и поэтому не обгорели полностью.

«Если как следует покопаться, то можно много чего обнаружить», – подумала Мариша и присела на корточки. Она осторожно вытягивала разные предметы, пытаясь определить, чем они были раньше. Вытянув очередную тряпку, она неожиданно заинтересовалась блестящей пластмассовой ручкой, торчащей из-под обугленной кастрюли.

– Марго! – крикнула она и помахала девушке рукой.

Та оглянулась и направилась к Марише. Следом за ней устремились Ольга и Краснов.

– Что у тебя тут? – спросил Евгений, опережая Маргариту.

– Мне кажется, это сумка или чемодан… посмотри сам. – И она показала на блестящую ручку.

– Да, похоже, – ответил он, наклоняясь пониже и рассматривая находку.

– Ты думаешь, это деньги? – заволновалась Ольга.

– Не знаю, но очень на это рассчитываю.

Краснов попытался подобраться поближе к ручке, но споткнулся и упал прямо на кучу обгоревшего мусора.

– Осторожно! – крикнула Ольга, но было поздно.

Тот, стеная и охая, лежал прямо на груде обгоревших ножей и вилок и держался за ногу.

– Что случилось? – Ольга взволнованно прыгала на месте и высматривала, как бы ей подойти к Евгению.

– Стой на месте! – проохал он. – Не хватало еще тебе сюда свалиться.

– С тобой все в порядке? – допытывалась она.

– Кажется, я повредил ногу.

– Держись за меня, я помогу тебе встать!

Ольга протянула ему руку, но он лишь поморщился и помотал головой.

– Позови Голубева с Эриком. У них это лучше получится.

Ольга убежала за помощью, а Мариша соображала, чем бы она могла еще помочь. Но думать долго не пришилось. Буквально через минуту подоспели мужчины и одним сильным рывком вытянули Краснова из кучи. Тот, хромая и кривясь от боли, опустился на перевернутое ведро, оказавшееся тут же.

– Что тебя понесло в этот мусор? – поинтересовался Голубев.

– Мне кажется, там чемодан или сумка. Видите ручку? – И Краснов вытянул указательный палец.

– Действительно! – пробормотал следователь. – Что-то похожее на это.

– Сейчас достанем, – пообещал Эрик и куда-то ушел. Вернулся он очень скоро с куском веревки, которую ловко привязал к ручке.

– Давай дернем как следует, – предложил он Голубеву.

Тот не заставил себя долго упрашивать. Он взял свободный конец, встал рядом с Эриком, и на счет – раз, два, три – они с силой дернули за ручку.

Из кучи мусора, противно поскрипывая, медленно вылез большой коричневый чемодан. Обе Зотовы, не сговариваясь, бросились к нему. Краснов остался сидеть на ведре, заинтересованно глядя на находку. Голубев присел над чемоданом, покрутил замки и с громким щелканьем открыл крышку. Все, как по команде, вытянули шеи. Мариша, затаив дыхание, устремила взгляд внутрь. Какое-то время не было слышно ни звука. Даже птицы, казалось, прекратили на время свои пересвисты.

– Пусто!!! – разочарованно воскликнула Маргарита и растерянно посмотрела на сестру.

– Пусто! – подтвердила та.

– Как жаль…

– Чего тебе жаль? Мне кажется, очень хорошо, что в чемодане нет денег.

– Чего же в этом хорошего?

– Теперь мы точно знаем, что деньги не сгорели вместе с домом!

– Ты так считаешь… – с сомнением произнесла Маргарита.

– Ну, конечно!

– А вдруг был еще один чемодан? – влезла Мариша.

Ольга окинула девушку недовольным взглядом.

– Вряд ли… Дядя никуда не ездил, я имею в виду далеко. Зачем ему два чемодана? И одного-то много… У него была сумка на случай командировки. Значит, деньги не сгорели, а все еще где-то здесь. И это меня очень радует!

Мариша не стала разубеждать Ольгу. Хочет верить, что был только один чемодан, пусть верит. Краснов, тихо сидевший на ведре, снова застонал. Мысли Ольги тут же перекинулись на мужчину.

– Ну-ка покажи, что у тебя там? – приказала она.

– Может, пройдем к машине? Там есть йод и бинты. Мало ли что… Как бы заражения не было.

– Пойдем! – кивнула Ольга. – Мариша, поможешь? Ты все равно ничем не занимаешься.

– Конечно! – кивнула она и потрусила следом за парой.

В машине Эрика нашлась довольно неплохая аптечка. И если обычно в автомобилях присутствует просроченный набор, состоящий главным образом из пустых упаковок, то средствам, собранным сыщиком, могла бы позавидовать даже аптека.

– Показывай, что у тебя там, – приказала Ольга, доставая пузырек с перекисью водорода и бинт.

Краснов, стеная и охая, завернул штанину, и перед Маришиным взором предстал широкий порез. Он шел по верхней части бедра и был довольно глубоким.

– Сейчас я обработаю рану, – пообещала Ольга и буквально залила ее раствором.

– Ты что делаешь? – завопил Краснов. – Мне же больно!

– Ничего, потерпишь! Ты мужчина или кто?

– В такие моменты хочется сказать «или кто», – проворчал он.

Оля старательно промыла порез и забинтовала рану.

«Как у нее ловко получилось, – похвалила ее про себя Мариша. – Вата даже не успела пропитаться кровью. А рана действительно жуткая! Наверное, он порезался о железяки, торчащие в куче. Хорошо, что я не полезла! А ведь хотела…»

– Готово! – наконец произнесла Ольга и хлопнула жениха по спине.

– Спасибо! Я всегда боялся таких ран. Ржавые и грязные предметы могут стать причиной серьезных болезней! – серьезно сказал Евгений и аккуратно встал на ноги.

– Мужчины такие паникеры! – фыркнула Ольга. – Чуть получили легкую царапинку – сразу кидаются в панику.

– Ничего себе легкая царапинка! Да у меня чуть ли не полноги распахано!

– Скажи еще, что она у тебя практически отрезана…

– Еще немного и…

– Что? Заканчивай хандрить! Мы сюда не для этого приехали.

Краснов кивнул и похромал обратно на участок. Ольга смотрела ему вслед.

– Я вот иногда думаю, – неожиданно заговорила она, – что было бы с современными мужчинами, очутись они в прошлом трехсот-четырехсотлетней давности. Ведь раньше приходилось драться на дуэлях, получать страшные ранения… Каково это, когда тебя пронзает шпага? Или отрубает руку? Жуткие были времена… Вот тогда действительно мужики были! А сейчас? Так, мямли! И у меня еще не самый плохой вариант!

Мариша пожала плечами. Ей тоже было интересно, как бы повел себя Голубев или тем более Курицын в такой ситуации. Вот в Эрике она ничуть не сомневалась. Тот обожал бы дуэли и драки. И вообще, при образе Эриковых мыслей, ему бы нужно было родиться в прошлом веке, а не в настоящем.

Сегодняшняя реальность иногда пугала Маришу. Конечно, если она начинала ее анализировать. Что сегодня движет людьми? Любовь? Благородство? Сочувствие? Нет! Деньги! Куда ни ткнись, везде одни деньги. Никто руки не подаст, пока не получит мзду. А молодежь? У молодых людей в глазах написано: дай денег! Конечно, не во всем виноваты сами люди. Борьба за существование вынуждает их искать способы зарабатывания. Но при этом все равно нужно оставаться людьми!

Мариша покачала головой. Что-то далеко увели ее сегодняшние мысли. Обычно она начинала думать об этом, если замечала какую-нибудь несправедливость, происходящую на ее глазах. Но сегодня ничего такого не произошло… Или произошло? Кто-то что-то сказал или сделал… Мариша нахмурилась. Определенно, что-то такое было. Но вот что? Что-то царапнуло ее, показалось необычным.

Нет, скорее всего, это навеяно унынием здешнего места. Пепелище всегда навевает тоску.

Мариша вернулась на участок. Краснову было гораздо лучше, потому что он уже не хромал, а довольно ловко передвигался по буеракам. Видимо, они так и не решили, в каком месте будут копать, потому что Ольга с надутым видом стояла в сторонке, а Маргарита раздувалась от чувства собственной правоты. Она с самого начала говорила, что раскопки – это невыполнимое дело. В такое время года, да еще после сильнейшей грозы найти место, где мог бы быть чемодан, не представлялось возможным.

– Ну что, домой? – спросил Голубев, устав бегать по участку. – Сегодня здесь делать нечего. Кстати, и следов от лопаты тоже нет. А это значит, что наш ночной посетитель вряд ли мог что-то отсюда унести. Если вы, конечно, по-прежнему считаете, что деньги закопаны в земле.

– Сейчас, еще немного посмотрим… – откликнулась Ольга.

– А где Зеленский? – спросил Эрик, поглядывая в сторону домика. – Я его сегодня не видел. По-моему, он должен вставать довольно рано. Во всяком случае, он сам об этом упоминал.

– Слушайте его больше! – фыркнул Краснов. – Я же говорил, что он любит выпить.

– А вдруг он выслеживал ночного посетителя? – вмешался Голубев. – А теперь отсыпается после бессонной ночи.

Краснов скроил кислую мину.

– Маришка, сбегай посмотри, чем он занимается, – попросил девушку Голубев, – опросим его и поедем по домам.

Мариша кивнула и стала пробираться к домику дворецкого. Вокруг были лужи и грязь, и девушке пришлось немало попотеть, прежде чем она добралась до другого конца участка. Конечно, можно было бы пойти напролом и вывозиться в грязи, но ей было очень жаль новые кроссовки, купленные буквально на прошлой неделе.

Она взошла на крыльцо, потопала ногами о пол и негромко постучала в дверь. «Если хозяин не спит, – подумала она, – то непременно откликнется».

Однако ответом ей была тишина. Она постучала громче и прислушалась.

– Может, он глуховат? – спросила у себя Мариша и снова постучала.

От сильного стука дверь немного приоткрылась.

– Эй, господин Зеленский! – позвала она, просовывая голову в проем. – Вы здесь?

В домике по-прежнему было тихо. Мариша огляделась. Как и рассказывал Краснов, вокруг царил ужасающий беспорядок. Одежда была кучей навалена на диван, стоящий около входа. На столике – груда грязной посуды. На полу вперемежку с обувью валялись газеты и журналы. Здесь же стояла оконная рама с треснутым стеклом и сломанный стул.

– Жуть! – пробормотала Мариша и заткнула нос. – Еще и воняет чем-то! Как можно жить в таком бардаке! Господин Зеленский! – снова позвала она. – Вас хочет видеть следователь!

«А может, его и нет? – подумала она несколько секунд спустя. – Может, он ушел в магазин, а мы тут его ждем! Да, наверное, так и есть! Я сейчас только загляну в комнату, чтобы убедиться в этом, и пойду назад».

Мариша, перешагивая через груды разных вещей, осторожно направилась вперед. Прихожая, в которой она находилась, заканчивалась небольшим коридорчиком с единственной дверью. Девушка преодолела пару метров за несколько секунд и еще раз постучала. На этот раз в дверь комнаты. Убедившись, что ей никто не отвечает, Мариша толкнула дверь.

В следующее мгновение она почувствовала, как ноги прирастают к полу, язык во рту отказывается шевелиться, а ладони покрываются холодным потом. Марише захотелось убежать из этого места, но она не могла даже двинуться! Следующие мгновения показались ей вечностью. Она пыталась заставить себя двигаться, но безуспешно. А когда ей наконец это удалось, Мариша развернулась и что было духу побежала назад, туда, где были люди.

Девушка бежала по грязи, падала, поднималась и снова падала, спотыкаясь о кочки. Она не видела ни буераков, ни ям, глаза ей застилала пелена ужаса.

Первым ее заметил Голубев и настороженно следил за ее вывертами.

– Что случилось? – заорал он, когда Мариша буквально упала к его ногам.

– Там, там… – задыхаясь, начала она.

– Что?

– Там…

– Ну, говори скорее!

– Там Зеленский! – Мариша ловила ртом воздух, пытаясь отдышаться.

Вокруг нее уже столпились все, кто был на участке.

– Что с ним? Ему плохо?

– Да, очень плохо! – кивнула она, по-прежнему шумно дыша.

– Да говори же скорее!

Эрик махнул рукой и, не дожидаясь Маришиного ответа, помчался к домику.

– Он мертв! – наконец смогла ответить она и вцепилась в Маргаритину руку.

– Ты уверена? – испуганно спросила девушка.

– Да!

– А отчего он умер? Сердце?

Мариша покачала головой.

– Не знаю, но там все в крови.

– В крови?! – Маргарита зажала рукой рот. – Но почему? Его убили?

– Не знаю, – тупо повторила Мариша и опустила голову.

Она вспоминала, как год назад нашла Николая с простреленной головой. Такого страха, как в прошлый раз, она не испытывала никогда. Ей казалось, что не может быть ничего ужаснее того, что с ней тогда произошло. Марише долго снился сон, что она заходит на кухню, а там он – безжизненный, с дыркой в голове. Но оказывается, могло быть хуже. Например, пять минут назад.

Мариша закрыла глаза и сразу увидела картину, представшую перед ней совсем недавно. Грязная захламленная комната. На полу валяются какие-то тряпки, под столом несколькими стопками громоздятся книги. Посреди комнаты лежит большая железная лейка, а на столе красуются два начищенных кирзовых сапога. Чуть дальше, на диване под окном, лежит застывшее тело дворецкого. Его руки безжизненно свисают, а вокруг много-много крови… Ей казалось, что эта кровь везде – и на стекле, и на стенах, и на полу… Много-много крови… Ей чудилось, что вся ее одежда тоже забрызгана кровью!

Мариша опустила глаза и осмотрела кроссовки. Они были покрыты толстым слоем грязи. То же самое можно было сказать и об одежде. И джинсы, и куртка выглядели так, словно она проползла по вонючей жиже пару километров.

– Ну почему это случается именно со мной?! – всхлипнула она. – Почему с Настей не бывает таких казусов?! А потому что она не лезет не в свое дело, – тут же прозвучал ее внутренний голос. – Тебе говорили, что не нужно заниматься расследованиями. А ты все лезешь и лезешь…

Мариша всхлипнула еще раз и кое-как поднялась с земли.

– И как я теперь поеду домой? – растерянно спросила она непонятно у кого.

Народ уже переместился к месту происшествия. Маргоша стояла около домика дворецкого, не решаясь туда войти. Через несколько секунд на пороге появились Ольга и Краснов. Очевидно, их попросили выйти. Или они сами приняли такое решение… Находиться на месте убийства и подготовленному человеку невероятно страшно, а простому обывателю и подавно! Мариша пригляделась. Ольга была бледна, хотя на цвет лица никогда не жаловалась. А Краснов растерян и подавлен. Да, это зрелище не для слабонервных!

Мариша огляделась по сторонам. Где же Курицын? Он оказался там же, где и был до этого. Сидел на груде кирпичей и, казалось, ничем не интересовался, кроме окружающей его природы.

«Трус! – с презрением подумала она. – Я не могу осуждать Марго, она девушка. Но Ольга и то сходила в домик, наверное, опознавала труп. А Курицын боится и шаг сделать. Правду сказала Ольга, перевелись в наш век настоящие мужчины!»

Следом за Красновым на крыльцо вышли Голубев и Эрик. Они были невероятно серьезны и тихонько переговаривались. Голубев вынул телефон и принялся куда-то звонить.

– Наверное, своим! – решила Мариша и побрела искать место, где бы можно было присесть. В нескольких метрах от забора она обнаружила пенек и с облегчением упала на него. Руки и ноги двигались с трудом. Сначала Мариша подумала, что это от пережитого шока, но затем поняла, что грязь начала засыхать и скоро она совсем не сможет разогнуть свои конечности.

– Какая странная грязь! – пробормотала Мариша. – Как будто не грязь, а глина… Хотя глина и есть! – добавила она, присмотревшись повнимательнее. – Ржавого цвета, вязкая, совсем как рассказывали на уроке географии. Марише вдруг вспомнилась школьная учительница, которая любила выводить весь класс на природу и наглядно показывать им рельефы местности и все остальное.

– Мариша, девочка моя! – послышался голос Эрика.

Она подняла глаза.

– На кого ты похожа? Просто чудовище какое-то! Ты себя в зеркало видела?

– Пока нет, но примерно представляю себе, как я выгляжу, – проворчала она.

– Как домой-то добираться будешь?

– В каком смысле? – нахмурилась она.

– В самом прямом! Я тебя в машину не посажу, жаль обивку. Да и ни одно такси тебя не возьмет!

– Я тебе не посажу! – воскликнула она и показала сыщику кулак. – А если совесть все-таки позволит тебе так поступить с бедной измученной девушкой, пойдешь ночевать в гостиницу. Для предателей у нас места нет!

– Фу! – выдохнул он. – Значит, оклемалась! Все в порядке?

– Ах ты! Издеваешься, да?

– Не издеваюсь, а провожу тесты на крепость нервов.

– Ну и как?

– Тесты показали, что все в порядке. Только в машину все равно не посажу! – добавил Эрик и усмехнулся.

– Я в багажнике доеду, – буркнула она. – А будешь сопротивляться – обрежу усы!

– «А не будут брать – отключим газ!» – ответил Эрик фразой из известного фильма. – Значит, так! Сейчас я отвезу тебя домой, ты переоденешься, примешь душ, а потом мы все вместе приедем и поговорим об этом деле. Договорились?

– А мне нельзя остаться с вами? – робко поинтересовалась Мариша.

– Вы только посмотрите на нее! – возмутился Эрик. – Вся грязная, чумазая, с потрепанными нервами, а все туда же! Нет, моя дорогая! Сейчас домой, а позже встретимся и все обговорим.

– Ладно! – проворчала девушка. – Но это только потому, что мне нужно сменить одежду. В противном случае я бы ни за что не уехала!

– Кто бы сомневался! – И Эрик быстрыми шагами направился к машине.

Мариша поплелась за ним. Он открыл багажник, вытащил покрывало и бросил его на заднее сиденье.

– Садись, да смотри аккуратнее. Бежевую кожу не так просто отмыть.

– А что это за покрывало? – полюбопытствовала Мариша.

– Это из набора для пикника.

– А ты ездишь на пикники?

– А как же!

– И с кем?

– С женщинами, конечно! А ты думала с кем?

– С женщинами? – Мариша растерялась.

– Ну, не с мужчинами же! Я на ориентацию не жалуюсь!

Девушка замолчала и надулась. Вот, значит, как! Сам говорит, что ни с кем не состоит в серьезных отношениях, а сам ездит на пикники! И, видимо, часто, раз покрывало всегда лежит у него в багажнике. Предатель! Ее и близко к себе не подпускает, а какую-то кралю вывозит отдыхать!

– Ты что, обиделась? – весело поинтересовался Эрик.

– Нет, – буркнула она.

– Да я же пошутил! Это покрывало всегда лежит в моем багажнике. Мало ли как ситуация повернется. Например, придется подвезти кого-нибудь, такого же грязного, как ты сейчас. У меня еще много чего есть. Набор джентльмена, сухой паек, комплект одежды…

– У тебя шуточки…

– Должен же я тебя как-то подбадривать, чтобы ты отошла после увиденного.

– Хороший же ты выбрал способ!

– Так клин клином вышибают! Слышала такую пословицу?

– А что такое джентльменский набор? – проигнорировав последнее замечание, спросила Мариша.

– О! Это очень интересный набор. Бутылка виски, шампанское, шоколад!

– А это еще зачем?

– А вдруг повезет и придется подвезти симпатичную девушку… Да шучу, шучу, – рассмеялся Эрик, заметив вытянувшееся лицо Мариши. – Никак не привыкнешь к моим шуткам?

– По тебе не поймешь, шутишь ты или говоришь серьезно!

– Шу-чу! Поняла? Кроме тебя у меня нет никаких других женщин. И девушек тоже!

– Значит, никого нет! – хмуро констатировала Мариша.

– А себя ты не считаешь?

– В том смысле, который я вкладываю в словосочетание «есть женщина», не считаю.

– Ну и зря! А вдруг у нас что-нибудь получится!

– Ты серьезно? – недоверчиво посмотрела на него Мариша.

Эрик аж закудахтал от смеха.

– Опять шутишь! – с горечью произнесла она.

– Смотри-ка! А ты начала во мне разбираться! Глядишь, и узнаешь меня всего, от и до. Что я тогда с тобой буду делать?

Мариша поджала губы и отвернулась к окну. Ей не хотелось разговаривать с Эриком. Он все время пытается над ней посмеяться. И что за мужик такой! Интересно, он только с ней такой или вообще? Если со всеми, то становится понятным, почему еще ни одна девушка его не закабалила. Кому понравится, когда над ней все время потешаются?

– Эй! Не дуйся. Я не хотел тебя обидеть! – серьезным тоном произнес Эрик. – Я и в самом деле хочу только одного – чтобы у тебя не случилась шоковая реакция. Так часто бывает после потрясения. Сначала человек ничего не ощущает, а потом испытывает на себе все прелести перенесенного удара.

– Я уже и не знаю, что для меня больший удар – это убийство или твои вечные шуточки!

– С тобой точно все в порядке?

– Точно.

– Хорошо. Мы приехали. Выходи и постарайся не напугать Настю. Ждите нас часа через три-четыре.

– Как скажешь! – вздохнула Мариша и пошла звонить в дверь.

Глава 12

– Батюшки мои! – всплеснула руками Настя. – На кого ты похожа?

– Настя, только не начинай! – скривилась Мариша. – Сначала Эрик издевался, а теперь ты…

– Разве я издеваюсь? Мне просто хочется знать, что произошло.

– Я упала в грязь…

– Что, ни с того ни с сего?

– А… – Мариша махнула рукой. – Мне даже говорить не хочется…

– Что стряслось? – не отставала подруга, поднимаясь следом за Маришей на третий этаж. – Рассказывай, все равно ведь не отстану!

– Кто бы сомневался!

Мариша вошла в комнату, прошла в ванную и принялась осторожно стаскивать с себя одежду.

– Вот что теперь с ней делать? – уныло спросила она, разглядывая испорченные брюки.

– Выкинуть! Что же еще?

– Но они совсем новые!

– Ерунда, купишь еще. Будут абсолютно новые.

– Ладно. В машинке их все равно нельзя стирать?

– С ума сошла! Здесь же сплошная глина! А у меня машинка дорогущая! Да дело даже и не в этом… Она встроенная, и если сломается, придется половину шкафа разбирать.

– Хорошо, выкидывай! Только чтобы я не видела. У меня сердце кровью обливается, когда я что-то выбрасываю.

– Так нельзя! – упрекнула ее Настя. – К вещам привязываться грех. Слышала древнюю мудрость? «Что к себе привязываем, тем себя и связываем».

– А в этом что-то есть… – задумчиво протянула Мариша, включая душ и вставая под горячую струю.

– Конечно, есть! – подхватила Настя. – Древние люди – очень умные! Особенно философы. Условия для жизни у них были не ахти, поэтому на ум приходили разные мудрые вещи.

– Ты считаешь, что бедным живется проще?

– В каком-то смысле – да! Конечно, им сложнее выживать, зато почти нечего терять!

– Интересная мысль!

– В общем, суть моей речи – не привязывайся к вещам, – не стала развивать свою теорию Настя. – Завтра поедем и купим тебе новые джинсы!

– Слушаюсь, товарищ командир!

– Вот так! Такой ты мне больше нравишься! А теперь рассказывай, что у вас там произошло.

Мариша вышла из душа, завернувшись в большое махровое полотенце, и забралась на кровать.

– А что рассказывать-то? – пожала она плечами. – Зеленского убили!

– Кого?

– Дворецкого, того самого, который жил вместе с Артемьевым.

– Ничего себе!

– А я его нашла! Правда, мне везет на такие находки?

– Мариша… Бедняжка моя! Ты сильно перепугалась?

– Посмотри еще раз на мою одежду, и все будет понятно.

– Я все-таки не пойму, почему она у тебя такая грязная.

– Почему, почему… Я вошла в его домик, заглянула в комнату, а он там лежит. На диване, в крови. Сначала я не могла ни дохнуть, ни пошевелиться, а потом как побегу! А нужно сказать, что участок у Артемьева весь в ямах и кочках. Кругом одна грязь и жижа. Так вот, я бежала, не понимая, куда вообще бегу. Сколько раз упала по дороге – не помню. Очнулась только тогда, когда Эрик понесся к домику.

– Так это что получается… – медленно заговорила Настя, – Артемьев погиб не случайно?

– Видимо, так. Скорее всего, взрыв кто-то подстроил, а Зеленский об этом знал.

– Страшно-то как! Но кто мог это сделать?

– Есть одна идея…

– Какая?

– Только ты никому пока не говори.

– Клянусь!

– Вчера дворецкий приходил к Голубеву. Вернее, приходил-то он к Эрику, но в кабинет Голубева, и поведал интересные вещи…

– Ну, рассказывай, не томи!

– Якобы Артемьев подозревал, что его хотят убить, и даже поручил Зеленскому в случае его смерти разыскать Эрика и попросить его найти убийцу.

– Что-то такое я вчера слышала, – кивнула Настя.

– Я считаю, что речь идет о ком-то близком. Поэтому Артемьев и не хотел огласки, – сообщила Мариша.

– Интересная идея, – протянула подруга. – Я бы поставила на партнера по бизнесу. Все-таки общие дела и все прочее.

– Ты считаешь, что Сергей Александрович к этому причастен? – предположила Мариша.

– Антошин папа? – удивилась Настя. – Нет, конечно, я не его имела в виду.

– А кого же?

– Ну, не знаю. Наверняка Артемьев еще с кем-то общался. – Она немного подумала. – Или, например, Зотовы.

– Их тоже можно рассмотреть, – согласилась Мариша. – Правда, они искренне удивились и расстроились, узнав, что денег нет.

– Да, особенно переживает Ольга.

– А Курицын вообще никак не реагирует.

– Ладно, хватит об этом, – решительно заявила Настя. – У меня от этих разговоров уже голова разболелась. Пошли пить чай.

Через три часа джип Эрика резко затормозил перед домом Хлопковых. Из него высыпал все тот же состав, только в более мрачном, чем утром, настроении. Следом за ними подъехала еще одна машина, на этот раз полицейская. К компании присоединились еще два человека.

Мариша, дежурившая у окошка, поспешила открыть дверь. Вся компания дружно прошествовала в дом. Настя, выглянувшая в гостиную, скривилась, но тут же взяла себя в руки. Она недолюбливала Голубева и тем более не обрадовалась паре полицейских, но как гостеприимная хозяйка была вынуждена смириться с ситуацией. Конечно, ей не очень нравилось, что из ее дома устроили штаб, но ради Мариши была готова потерпеть. Подруге так нравилось все это расследование. И особенно то, что оно происходило рука об руку с Эриком.

– Раз, два, три… – начала считать она гостей.

Всего получилось десять человек. Они с Маришей уже пообедали, значит, осталось накормить восемь голодных ртов.

– Садитесь, – крикнула она. – Сначала пообедаем.

– Что-то у меня нет настроения, – вздохнула Маргарита.

– Не хочешь – не надо, – пожала плечами Настя. – Насиловать никого не буду.

– Пожалуй, не хочу! – И Марго опустилась на диван.

– Значит, семеро! – подытожила хозяйка. – Или кто-то еще хочет отказаться?

Все остальные переглянулись друг с другом, но отказываться никто не спешил.

– Хорошо! Мойте руки, а я пока накрою стол.

– Господа, – заговорил Эрик минут через двадцать, когда все было съедено, а на столе наведен порядок. – Мы с вами собрались здесь, чтобы обсудить детали сегодняшнего дела. По идее, мы были бы должны собраться в кабинете у Голубева, но там маловато места для всех. Да и разговаривать в домашней обстановке гораздо удобнее. Кстати, давайте поблагодарим хозяйку этого дома за предоставленные удобства!

И он низко поклонился Насте. Она против своей воли широко улыбнулась и тут же перестала дуться на Эрика и всю остальную компанию.

– Итак! Прошлой ночью был убит Зеленский Андрей Юрьевич. Или дворецкий, как он себя называл. Случайным убийством здесь, естественно, не пахнет. На участок не так просто попасть. Но и не очень сложно, как оказалось. В конце поселка есть небольшие ворота, которыми пользуются местные жители, чтобы попасть на озеро. О них знают только те, кто живет непосредственно на этой линии. Собственно, по их инициативе эти ворота и были сделаны. Дело в том, что если идти к озеру от центрального входа, то нужно делать большой крюк, почти в целый километр. А это неудобно. Зато если выйти из этих ворот, то попадаешь сразу на тропинку, которая ведет напрямую к озеру. Я пока ясно объясняю? – И Эрик оглядел аудиторию.

Ответом ему были активные кивки.

– Тогда продолжим. Поселок молодой, и видеокамеры установлены пока не везде. Около этих ворот их нет. Но еще раз повторю, что, по сути, они там и не нужны. С улицы войти в ворота невозможно, если нет ключа. А замок довольно хитрый. Поэтому прошлой ночью войти в ворота мог только тот, у кого был ключ. Это понятно?

– А через забор нельзя перелезть? – подала голос Мариша.

– Попробуй перелезь! Три метра высоты и колючая проволока по всему периметру. Нет, забор отпадает. Охрана тоже говорит, что никого из посторонних они не зафиксировали. В ту ночь после грозы никто в поселок не приезжал.

– И что это значит? – поинтересовалась Ольга, до этого внимательно слушавшая Эрика.

– Это значит, что на территории участка вашего дяди мог быть только свой. Понятно?

– И вы считаете, что дядя тоже погиб не случайно?

– Да. Для этого у нас есть некоторые основания, – влез Голубев.

– Но ведь экспертиза подтвердила, что взорвался газ!

– Мы еще раз все перепроверим.

– Простите, а что вас заставляет думать, что дядю убили? – осторожно поинтересовалась Ольга.

– Некоторые вновь вскрывшиеся факты.

– А вы не могли бы нам сказать об этом конкретнее?

– Пока нет. Но обязательно расскажу немного позже.

Ольга открыла было рот, посмотрела на сестру, на Краснова и снова закрыла.

– И все же что за факты? – решил уточнить Краснов. – Это как-то связано с Зеленским?

– Несомненно. А как могло быть иначе? Сначала взрыв, потом убийство…

– Не знаю, не знаю… Я вообще не доверяю Зеленскому. Может, это он ответственен за взрыв? Все-таки рядом живет. Что ему мешало подстроить все это?

– Вы забываете, что его самого убили! А значит, он не имеет отношения к взрыву.

– Да, я как-то упустил это из виду. А может, ему кто-то отомстил за смерть Артемьева?

– Кто? Может, вы?

– Нет, мы даже не знали, что этот взрыв не случаен.

– Тогда не говорите глупостей, – не выдержал Голубев.

– Я пытаюсь вам помочь, а вы… – обиделся Краснов.

– Не будем отвлекаться, – постучал пальцами по столу Эрик. – Вы, Евгений, бывали в доме дворецкого?

– Да, заходил несколько раз.

– Тогда давайте сравним нашу информацию. Вспоминайте все, что было в доме Зеленского. Может, что-то пропало.

– А что могло пропасть? Разве у него были ценные вещи?

– Вполне вероятно. Наша задача – уяснить для себя мотив убийства. Сначала отбросим версию ограбления.

– Да что у него красть-то! – воскликнула Ольга. – У Зеленского же и гроша за душой не было! Дядя его полностью содержал!

– Тем не менее, чтобы отбросить эту версию, нам необходимо убедиться, что ничего не пропало.

Ольга недовольно пнула ножку стола, а Краснов принялся разглядывать потолок, желая всем своим видом показать, что все это ему порядком уже надоело. Курицын откровенно зевал и вообще закрыл глаза, очевидно, надеясь, что ему удастся немного вздремнуть. А вот Маргарита подвинулась поближе, чтобы ничего не пропустить. Видимо, ей одной было небезразлично все, что происходило вокруг ее дяди.

– Эрик, – шепнула Мариша, дернув его за рукав. – Мне тоже версия с ограблением кажется странной. У Зеленского действительно ничего не было!

– Ты забыла про деньги, – невозмутимо ответил тот.

– Какие деньги?

– Где чемодан с миллиардом долларов? – вопросом на вопрос ответил сыщик.

– Не знаю, – растерялась девушка.

– Вот и я не знаю. А очень хотелось бы узнать!

– Ты думаешь, он был у Зеленского?

– Это единственный возможный вариант. В доме денег точно не было. Закапывать их Артемьев тоже бы не стал. Остается только одно – отдать их надежному человеку. Зеленский ведь намекнул на это, когда приходил к нам.

– Верно. А я и забыла!

– То-то! А еще хочешь стать сыщиком!

Он обвел присутствующих взглядом и снова заговорил:

– Давайте я еще раз напомню о том, что мы увидели, а вы подумаете, что вас царапнуло.

– Царапнуло? – нахмурилась Ольга.

– Да. Царапнуло, задело. Может, вы считали, что эта вещь должна быть на шкафу, а она оказалась под столом. Примерно так. Понятно?

– Понятно.

– Итак, мы нашли Зеленского на диване около окна. С большой долей уверенности могу сказать, что тело не трогали. А значит, его убили там же.

– Почему вы так решили? – заинтересовалась Марго.

– Если бы тело переносили, остались бы следы. Если вы заметили, крови было очень много. Но никаких следов волочения или того, что тело передвигали, нет. Иначе мы бы обнаружили следы крови и в других местах. В руке у Зеленского был нож. Он тоже в крови, и мы пока не знаем, успел ли дворецкий воспользоваться ножом или нет. Мы нашли несколько четких отпечатков пальцев и следы от сапог. Причем один из них – в луже крови. И последнее. Окно в домике было открыто. Видимо, Зеленский предпочитал спать с обилием свежего воздуха. Но и он сам, и все вещи вокруг были насквозь сырые от дождя. А это значит только одно… – Эрик сделал паузу.

– Что? – шепотом спросила Маргарита.

– Зеленский был убит до того, как начался дождь. Иначе он успел бы закрыть окно. – Сыщик замолчал и оглядел присутствующих. В комнате стояла полнейшая тишина.

– А теперь я прошу всех рассказать о том, что могло бы помочь следствию. Вы были на месте преступления и наверняка заметили то, что могло вас насторожить. Я прошу вас.

– Можно мне сказать? – подняла руку Маргарита.

– Пожалуйста.

– Я никогда не была в том домике. И понятия не имею, что там находилось. А вчера вечером я рано легла спать. Оля с Евгением подбросили меня до дома, я выпила чаю и буквально рухнула в кровать.

– А ваш молодой человек? Он бывал в домике?

– Нет, господин сыщик, – подал голос Курицын. – Я и в большом-то доме был всего один раз.

«Надо же, а он умеет говорить!» – заметила про себя Мариша и хихикнула.

– Значит, вы ни разу не были у Зеленского? – уточнил Эрик.

– Ни разу.

– Жаль, вы тоже не сможете нам помочь…

– Кстати, как и я! – заметила Ольга. – Мне тоже не приходилось бывать в этом домике.

– В общем, повезло одному мне! – усмехнулся Краснов.

– Получается, что так. У него всегда был такой бардак? Или там что-то искали?

– Всегда! Я еще вчера об этом говорил. Именно поэтому он и не жил в большом доме. Артемьев ненавидел беспорядок.

– Значит, проверить версию с ограблением будет очень непросто… – задумчиво произнес Эрик. – Свидетелей того, что могло находиться в его доме и где это лежало, нет.

– Получается так, – развел руками Краснов.

– А я вообще не верю, что дядю убили, – вдруг сказала Маргарита. – По-моему, эти два дела никак не связаны между собой. Баллоны могли взорваться самостоятельно. Тот же Зеленский не проверил вовремя их состояние, вот вам и взрыв. А самого Зеленского мог убить кто угодно. Например, поссорился с соседями, они и треснули его по голове.

– Маловероятно, – покачал головой Голубев. – Очень сомнительно, что Зеленский общался с кем-то из соседей. Там люди занятые, деловые, с простым работягой якшаться не будут.

– Все равно нужно поспрашивать соседей. Вдруг кто-то что-то видел.

– Поспрашиваем, не волнуйтесь.

– Господин следователь, а можно мы уже пойдем? – робко спросила Марго. – Если я сейчас же не рухну в кровать, то упаду прямо здесь.

– Я думаю, нам уже можно заканчивать наше собрание, – ответил Эрик. – Я только попрошу вас сообщить, где вы были в период с двадцати ноль-ноль до начала одиннадцатого.

– А почему именно этот промежуток? – поинтересовался Курицын.

– Все просто. От врача еще нет никаких сведений. Точное время смерти неизвестно. Но предположительно, это период с шести часов вечера до полуночи. В восемь вечера вы еще были у нас. А дождь пошел в двадцать два пятнадцать. Зеленский был убит до дождя, значит, именно этот период нас и интересует.

– Я была дома, спала, – тут же отозвалась Маргарита. – Я вам уже об этом говорила.

– Кто-то может это подтвердить?

– Нет. Я была одна. Или вы считаете, что я могла убить дворецкого? – В глазах Марго появился неподдельный ужас.

– Мы не отвергаем такую версию, – невозмутимо ответил Эрик.

– Да вы что! Вы серьезно считаете, что я могла прийти к Зеленскому и стукнуть его палкой?

– Почему бы и нет? Смотря зачем вам это было нужно.

– Ну, знаете ли! – задохнулась от возмущения девушка. – По-моему, вы не думаете о том, что говорите!

– Почему же? Вполне обычная версия для такой ситуации.

– И зачем же мне было нужно убивать Зеленского? Ну-ка, озвучьте ваши домыслы.

– Ну, например, он мог что-то видеть… Или кого-то. А вы не захотели, чтобы он это озвучил.

– Бред! – на этот раз заговорил Курицын. – Только сумасшедший может заподозрить Маргариту.

– Почему же?

– Да она и мухи не обидит! Марго творит только добро! А вы говорите, убила…

– Заметьте, мы ни разу не обвинили Маргариту в этом убийстве. Мы просто рассматриваем возможности каждого из вас.

– А мне показалось по-другому.

– Это ваши проблемы, что вам кажется. Скажите лучше, где были вы!

– Я занимался картиной. До половины девятого я был в галерее, а потом пошел домой.

– Вы живете отдельно от Маргариты?

– Конечно, ведь мы еще не муж и жена!

– Сегодня это мало кого останавливает.

Курицын вздернул подбородок.

– Я воспитан иначе, чем современная молодежь. Чтобы жить с женщиной, нужно сначала отвести ее в ЗАГС.

– Какие у него классические взгляды на жизнь, – прошептала Мариша Насте.

– А ведь ему не больше двадцати пяти, – задумчиво протянула подруга.

– Интересно, а спать он с ней тоже будет только после ЗАГСа? – захихикала Мариша.

– Не удивлюсь, если это будет так. И что Марго в нем нашла?

– Любовь зла…

– Итак, где вы были с половины девятого до начала одиннадцатого? – повторил свой вопрос Эрик.

– Дома, конечно! Сначала я хотел вместе с Марго куда-нибудь сходить, но она позвонила и сказала, что очень устала и поедет домой. Я не стал настаивать.

– Кто-то может подтвердить, что вы были дома?

– К сожалению, никто. Я рисовал.

– Может, вам кто-то звонил?

Курицын помотал головой.

– Когда я занимаюсь творчеством, то отключаю все телефоны.

– Очень удобная отговорка, – прошептала Мариша.

– Значит, у вас тоже нет алиби!

– При чем здесь алиби? Вы лучше скажите, какой у меня мог быть мотив? Я ведь и не знал этого Зеленского. Так, видел один раз…

– А это уже другой вопрос! Если есть мотив, то мы его обязательно обнаружим. Говорят, вы не ладили с Артемьевым?

– А это здесь при чем? – удивился художник.

– Как при чем? Может быть, он вас оскорбил, а вы не смогли простить ему обиды.

– Детский сад какой-то! – фыркнул Курицын. – Один у другого отнял совок. При чем тогда Зеленский, если мы ссорились с Артемьевым?

– А я уже говорил об этом. Он мог что-то видеть.

– Это все ваши домыслы, и ничего конкретного!

– Подождите, дойдем и до конкретики.

– Когда дойдете, скажите нам об этом! – заявила Маргарита и решительно встала с дивана. – Я больше не намерена выслушивать эти глупости! Если нас никто здесь не держит, то мы пойдем.

– Пожалуйста! – кивнул Эрик. – Все, что мы хотели узнать, мы узнали.

– Пойдем, Володя! – позвала Курицына Маргарита и взяла его за руку. – Не провожайте нас, мы найдем выход! – добавила она и, не оглядываясь, направилась к двери.

– Вы тоже свободны, – кивнул Голубев двоим полицейским. – Пожалуй, сегодня вы уже не понадобитесь.

– А как же мы? – шутливо разволновался Краснов. – Вы забыли спросить у нас, где мы были! А вдруг именно мы огрели старика палкой!

– Женя! – прикрикнула Ольга и сердито посмотрела на жениха. – Сейчас не время для шуток!

– Так где же вы были? – спросил Голубев. – Хотя я и так знаю ответ. После посиделок у Хлопковых вы поехали в клуб. Сначала завезли домой Маргариту, а потом отправились выяснять, не видел ли кто-нибудь что-то подозрительное в день смерти вашего дяди. Так?

– Так. А у вас хорошая память! По-моему, я обронил это мимоходом, а вы запомнили!

– Да, на память я не жалуюсь, – подтвердил Голубев. – Иначе какой бы из меня был работник! Кстати, во сколько вы уехали из клуба?

– В начале двенадцатого.

– Проверим.

– Что, не верите нам?

– Я никому не верю, пока не доказано обратное!

– Правильная позиция! – одобрил Краснов. – Я считаю так же. Кстати, могу подсказать версию для убийства Зеленского.

– Да? Очень интересно. А почему вы молчали раньше?

– А я только что об этом вспомнил.

– Тогда говорите, нам важно знать все.

– Вчера вечером, когда мы от вас уехали, он мне позвонил.

– Куда позвонил? – нахмурился Голубев.

– На мобильный телефон. Куда же еще!

– И часто он вам звонил?

– Бывало. Мы же с Артемьевым были в хороших отношениях, я помогал ему, привозил материалы для дома. А Зеленский должен был их принимать да убирать на место.

– То есть вы не удивились, что он вам позвонил? – уточнил Эрик.

– Нет, это было в порядке вещей.

– И о чем вы говорили?

– Понимаете, разговор получился очень странный. Зеленский говорил мне что-то про вещь, которую он должен кому-то отдать, но не называл никаких имен. Я попытался расспросить его поподробнее, но он сказал, что тот, кому нужно, поймет, о чем разговор. Я поинтересовался, звонил ли он Марго или Курицыну, и он ответил утвердительно. В это время мы подъехали к клубу, и я спросил, можно ли поговорить с ним завтра на эту тему. Он как-то странно усмехнулся и ответил, что я могу попробовать это сделать. Вот и весь разговор.

– И вас он не насторожил?

– Нет. Если честно, то я подумал, что Зеленский пьян, вот и несет всякую чушь. Кстати, когда мы приехали сегодня на участок, я только уверился в своих подозрениях. Ведь обычно он вставал рано.

– А что вы думаете сейчас по поводу этого разговора?

– Даже не знаю, что и думать! Вчера он намекал на какую-то вещь, а сегодня его убили. И этот странный ночной посетитель… А вдруг он не мне одному позвонил и рассказал об этом. И кто-то воспринял это всерьез.

– Постойте! – вдруг воскликнула Ольга. – А он не мог говорить про деньги? Ведь деньги мы так и не нашли. А дядя очень доверял Зеленскому!

Эрик пристально посмотрел на девушку.

– Все может быть!

– Так вы поэтому спрашивали о том, что могло пропасть из дома?

– Вы умная женщина! – сказал Эрик и слегка поклонился Ольге.

– Это очень интересно, – задумчиво пробормотала она. – А это мысль… Осталось только узнать, кто был тот ночной посетитель и что он унес из домика дворецкого.

– А почему вы решили, что он что-то унес?

– Как же? Ведь в его руке была сумка.

– Не факт… Нам это пока неизвестно. Сначала нужно поговорить со свидетельницей.

– А может, деньги все еще в доме? Мы ведь не смотрели внимательно.

– Посмотрим, не волнуйтесь! Сегодня в домик точно никто не войдет. Он под охраной. Так что мы еще раз все хорошенько обыщем. Но сначала – разговор со свидетельницей. Как только что-то прояснится, сразу дам знать.

– Спасибо, – ответила Ольга, продолжая хмуриться.

– Вас что-то беспокоит? – поинтересовался Эрик.

– Беспокоит. Это убийство. Никак не могу понять, зачем убили Зеленского. Если кто-то знал, что он держит большую сумму денег, не проще ли было потихоньку забрать этот чемодан, пока он спит? Особенно если у этого человека были ключи от калитки.

– Пока я не могу ответить на этот вопрос. Будем разбираться.

– А я не согласен с вашими выводами, господин сыщик, – подал голос Краснов.

– С какими именно?

– С тем, что Зеленского убил кто-то свой. Ключ от калитки есть у многих жителей поселка. Вполне вероятно, что кто-то из них мог услышать или увидеть, как Артемьев передал деньги Зеленскому. А дальше дело техники – пришел и забрал.

– А зачем убивать? – вмешалась Ольга.

– Может, он и не хотел убивать. Зеленский рано ложился спать, об этом многие знали. Вполне возможно, что человек пришел в расчете на то, что тот уже спит, но Зеленский проснулся, и визитеру ничего другого не оставалось, кроме как убить его.

– А мы с Настей считаем, что Артемьева могли убить партнеры по бизнесу, – вмешалась Мариша. – И Зеленского тоже, потому что он что-то узнал.

– Вполне приемлемая версия, – невозмутимо кивнул Эрик. – Разберемся.

– Я никак не могу поверить, что Зеленского убили, – пожаловался Краснов. – Вроде сам, своими глазами видел эту ужасную картину, а все равно не верю. Такое впечатление, что я побывал на съемках и все было не по-настоящему. Неужели бывают люди, которые настолько жестоки?

– К сожалению, бывают, – кивнул Эрик. – И нам с Голубевым это известно лучше других.

– И не говорите! Иногда хочется послать все подальше и заняться чем-то простым, даже примитивным, – согласился Голубев.

– Например, поработать грузчиком, – встряла Мариша.

Голубев недовольно покосился на девушку.

– А еще лучше строить дома, – провозгласил Краснов. – На мой взгляд, это самая романтичная профессия!

– Где же здесь романтика? – удивилась Настя.

– Да везде! Для каждого человека что самое главное?

– Любовь? – предположила Мариша.

– Какая любовь? Жилье! Хотя любовь тоже имеет значение. Но в наши дни любовь без жилья вряд ли получится.

– А как же выражение «с милым рай и в шалаше»?

– Какой рай… – презрительно фыркнул Краснов. – Покажите мне хоть одну девушку, которая готова жить на улице с любимым. Уверен, таких сейчас нет.

Мариша обмозговала эту мысль и попыталась прикинуть на себя утверждение парня. Смогла бы она жить с Эриком на улице? Ну, конечно, не в прямом смысле на улице, но и не в шикарных условиях. Хотелось сказать «да», но что-то удерживало ее от такого ответа. Эрик, краем глаза наблюдавший за ней, тихонько усмехнулся, пряча, как всегда, улыбку в усах.

– Вообще, эта мысль не лишена здравого смысла! – ответила Мариша, не заметив усмешки сыщика. – Говорят, быт убивает любовь. Возможно, в этом есть доля правды. И чем сложнее этот быт, тем быстрее он убивает чувства.

– Вот и я о том же говорю! – подхватил Краснов.

– А какие дома вы строите? – заинтересовался Эрик.

– Вам нужен дом? Только свистните, все сделаю в лучшем виде.

– Может, и нужен. Сейчас я как раз пытаюсь решить этот вопрос. А что нужно, чтобы построить дом?

– Вообще-то, много всего. Для начала необходимо приобрести землю.

– Ну, земля, предположим, есть.

– А дальше начинается строительство. Сначала – закладка фундамента, потом возведение стен, прокладка коммуникаций… В самом конце производится отделка помещения.

– А коммуникации вы тоже проводите?

– Да, мы предлагаем весь спектр услуг. Есть фирмы, которые специализируются только на отдельных элементах. Это не очень удобно для покупателя. Приходится бегать по разным фирмам и тратить свое время. Мы предлагаем сразу все.

– Заманчивое предложение… – пробормотал Эрик. – И во сколько обойдется дом?

– Смотря что вы хотите… Из какого материала будет дом, какой площади, какие дополнительные условия вы нам выставите.

– То есть я должен перечислить вам основные требования к моему будущему дому, а вы предоставите примерную смету?

– Именно! И заметьте, еще и предоставлю хорошую скидку!

– Настя, а в вашем поселке продают землю? – обратился Эрик к хозяйке дома.

– Нужно узнать, – задумалась она. – По-моему, все было давно распродано, но вдруг кто-то решил отказаться от своей собственности. Правда, земля здесь очень дорогая, – добавила она смущенно.

– Так это хорошо! Чем дороже собственность, тем выгоднее вложение. А вдруг лет через десять недвижимость станет намного дороже?

– Все может быть! – кивнул Краснов. – Вы предусмотрительный человек. Покупайте землю, а я вам такой дом забабахаю!

– И давно вы занимаетесь строительным делом? – спросил Эрик, разваливаясь в кресле.

– Не очень, лет пять-шесть. Начинал с небольшой бригады, строил дачные домики, а потом стал потихоньку двигаться вперед. Сначала нам заказали небольшой коттедж, потом особнячок… Затем я познакомился с Ольгой, и ее дядя дал мне несколько очень существенных советов.

– А вы что-то оканчивали?

– Вы имеете в виду образование? Нет, не оканчивал. Я деревенский житель, с детства помогал отцу. А в деревне каждый мужик умеет и дом построить, и баню сляпать!

– Однако вы интересный человек! Наверняка и охотник недурной…

– В глаз лисе не попаду, но на лосей и медведей ходил не раз!

– Вот с кем нужно ходить за грибами! – восхитился Эрик. – С вами наверняка не заблудишься!

– Это точно! – хохотнул парень. – Я в лесу ориентируюсь, как у себя дома.

– А вы ночевали в лесу?

– Приходилось.

– Не страшно?

– Первый раз было не по себе, а потом привык. Поначалу пугают разные звуки, только их страшиться не стоит. Это обычная ночная жизнь леса. Дикие звери чаще обходят человека стороной. Кого бояться-то? Если только пьяную компанию, которая невесть что забыла ночью в лесу. Но на моей памяти такого не случалось.

– А я ни разу не ходил в лес, – грустно сказал Эрик. – Не с кем было. Отец постоянно занят был, а мама и бабушка не очень-то и годились для таких походов.

– Ну это вы зря… Многие женщины любят лесную романтику.

– Это если они выросли в деревне. А городские жители плохо представляют себе, что такое поход и с чем его едят. Максимум, на что мы были способны, – это походить по опушке в поисках грибов.

– Мне вас жаль! – искренне расстроился Краснов. – Вы многое потеряли.

– А сколько вещей нужно с собой брать, чтобы пойти в поход?

– Смотря на сколько дней вы идете.

– Ну, хотя бы на два-три дня.

– Я обычно беру палатку или навес, котелок, набор для разжигания костра, удочку, если рядом есть река, и что-нибудь покушать.

– Немного… А что вы делаете, если случается дождь?

– Так палатка на что? В ней и укрываемся. Только я стараюсь в дождь не ходить. Какой смысл сидеть в палатке?

– Как же угадать, будет дождь или нет? Наше метеобюро постоянно ошибается!

– А мне его предсказания не нужны. Я с точностью до получаса могу предсказать дождь. Это Володька почти каждый день названивает в метеослужбу и только после этого выходит из дома.

– Так, может, вам пойти работать в бюро прогнозов? – улыбнулся сыщик.

– Нет уж! Мне нравится мое дело.

Эрик ничего не ответил, лишь задумчиво посмотрел в окно.

– Наверное, в мечтах он уже в походе, – хихикнула Мариша, искоса поглядывая на сыщика. – Какой он все-таки странный человек. Так быстро переключается с одного на другое.

– Расскажите еще раз о вашем разговоре с Зеленским, – неожиданно попросил Эрик, вновь посмотрев на Краснова.

– Так я уже все рассказал… – растерялся тот.

– Я не понимаю, зачем он вам звонил, – покачал головой сыщик. – Хотите, открою вам секрет? Зеленский сказал нам, что деньги у него, но он об этом никому не скажет до поры до времени.

– Это точно, что деньги у него? – наклонившись вперед, осведомилась Ольга.

– Совершенно точно!

– И когда он вам об этом поведал?

– Вчера, когда мы с ним беседовали.

– Он именно так и сказал? – недоверчиво переспросила Ольга.

– Да! – терпеливо ответил Эрик.

– Почему же он не сообщил об этом нам?

– Видимо, у него были свои причины. Но говорить об этом Зеленский не собирался. Это совершенно точно. И сейчас меня очень интересует, почему он изменил свою позицию.

– Он рассказал мне и Курицыну, – уверенно ответил Краснов. – А кому еще – не знаю.

– Во сколько он вам позвонил?

– Сразу после того, как мы от вас уехали.

– И он сказал…

– Он сказал, что у него есть нечто, о чем он скажет только конкретному лицу. А для этого нужно побеседовать с ним. И я договорился на завтра, то есть уже на сегодня. Зеленский добавил, что то же самое он сообщил и Курицыну и после разговора с нами решит, кому передать вещь.

– Вы не подумали, что речь идет о деньгах?

– Нет, я решил, что он пьян. Мне и в голову не могло прийти, что Артемьев оставит деньги у Зеленского. А вообще он оказался неплохим парнем, – вдруг добавил Краснов. – Мог бы и сбежать с такой суммой, а он остался и даже попытался выполнить последнюю волю покойного.

– Да, это характеризует его как порядочного человека, – задумчиво пробормотал сыщик. – И все же я не понимаю, что заставило его передумать и рассказать вам о деньгах.

– А может, он не деньги имел в виду? – засомневалась Ольга.

– А что еще? – воскликнул Краснов. – Какая вещь могла у него быть, которую он мог отдать либо мне, либо Курицыну?

– Но почему вам, а не мне и Марго? – недоуменно спросила Ольга.

– Вот и мне это интересно! – встрял Голубев. – Какая-то загадочная личность! А вам, Эрик, между прочим, положена некая сумма…

Эрик сверкнул на Голубева глазами, и тот оборвал себя на половине фразы.

– О чем это вы? – поинтересовался Краснов.

– Да так… Поспорили мы с господином следователем…

– А… Ну так мы пойдем, если к нам больше нет вопросов?

– Идите! Сегодня вы нам больше не понадобитесь, а завтра, возможно, мы снова встретимся.

– Не забудьте пригласить нас, когда будете обыскивать дом!

– Обязательно!

Краснов встал с дивана, подал руку Ольге, и они, кивнув Марише и Насте, направились к выходу.

– А мне Краснов понравился, – протянула Мариша, когда за парой закрылась дверь. – Сначала я отнеслась к нему с подозрением, а сейчас вижу, что он милейший человек! Не то что Курицын!

– А чем тебя Курицын не устроил? – удивился Голубев.

– Какой-то он скользкий… Ни рыба ни мясо. И что в нем нашла Маргарита – не понимаю.

– А Ольга хваткая девица, – усмехнулась Настя. – Своего не упустит. Даже мужик и тот оказался нормальным, а не прихлебателем, как Володя.

– И что вы к Курицыну привязались? – воскликнул следователь. – Обычный парень. Таких – хоть пруд пруди! Просто он художник, а художники все немного странные!

– Все может быть, – кивнул Эрик, думая о своем.

– Эрик, вы с нами? – Голубев помахал у него перед глазами рукой.

– С вами, с вами. Вот только…

– Что?

– Нет, ничего. Наверное, я ошибся.

– Эрик! А я думала, что ты многое знаешь о походах! – воскликнула Мариша, подсаживаясь поближе к сыщику.

– С чего ты взяла?

– Ну, как же… У тебя в машине имущество на все случаи жизни. И для походов, и для посиделок.

– И для знакомств! – подхватил Эрик. – Ты права, у меня много всего лежит в багажнике, но это не значит, что я этим пользуюсь. Лежит и лежит. Так, на всякий случай…

– А ты действительно хочешь купить землю в этом поселке? – не отставала от него Мариша.

– Какая любопытная! Какая тебе разница?

– Интересно…

– Да, хочу. Мне здесь понравилось. И люди хорошие. Особенно Настя. Буду вечерами напрашиваться в гости и баловать свой желудок разными вкусностями.

– Так ты не шутил? – Настя широко раскрыла глаза.

– А разве такими вещами шутят? Дом – это не повод для шуток.

– А я думала, что у тебя есть дом… – протянула Мариша.

– Есть, и не один, – кивнул сыщик.

– Так зачем тебе еще?

– Пусть будет. Я много езжу по стране. Чем больше домов, тем больше вероятности, что я буду ночевать в приемлемых условиях.

– Эрик, а знаешь, что я придумала! – воскликнула Настя.

– Что? Наверняка задумала какую-нибудь провокацию…

– Ну что ты! Хотя… В общем, так. Ты строишь дом, и мы селим в него Маришу!

– Зачем?!

– Ну, как же! Ты постоянно в разъездах, а за домом должен кто-то присматривать. Чем Мариша не вариант? Поддерживает чистоту в доме, ждет тебя. И я рядом с близкой подругой. Всем хорошо!

– Просто отлично! – фыркнул Эрик.

– Я не согласна, – надув губы, заявила Мариша. – А как же моя турбаза? На кого я ее брошу?

– Нюрка присмотрит. Хотя я вообще не вижу поводов для волнения. Там продашь – здесь купишь. У нас тоже полно заброшенной рухляди. А Антон тебе еще и кредит даст, на развитие!

– Мне надо подумать.

Эрик запрокинул голову и громко расхохотался.

– Ты чего? – недоуменно спросила Настя.

– Я в восторге от вас, девочки! – смеясь, ответил сыщик.

– А что такое?

– Это называется «без меня меня женили»!

– Я не поняла, ты что, против, что ли?

– Я еще ничего не купил и не построил, а вы уже заселяете Маришу в мой будущий дом!

– Но ты же не будешь против, правда?

– Мы поговорим об этом, когда у меня будет дом, хорошо?

– Хорошо, – недовольно буркнула Настя. – Но ты не представляешь, что теряешь!

– Почему же? Еще как представляю! Маришка – прелесть! Ты это имеешь в виду?

– Именно это!

– Так я согласен! Я не спорю с этим! Но дело в том, что дома еще нет!

– Ладно, согласна. Но я завтра же поинтересуюсь, не продается ли какой-нибудь участок, и тогда мы еще раз побеседуем!

– Договорились! – усмехнулся Эрик и поднял руки, словно сдаваясь перед их напором.

– Эрик, а вы поедете к Римме? – вдруг спросил Голубев.

– Конечно!

– А я подумал, что вы забыли…

– Голубев, сколько раз тебе говорить: я никогда ничего не забываю!

– Да понял я, понял! Когда поедем?

– Сколько времени, шесть? Через полчаса можно двигать.

– А домик дворецкого сегодня будете осматривать? – полюбопытствовала Мариша.

– Посмотрим, как получится. Если с Риммой разговор затянется, то завтра. Хотя… В общем, поглядим! А почему ты интересуешься? Неужели тоже собралась ехать?

– Ага!

– Тебе мало сегодняшних приключений?

– Мало!

– Нет, не возьму! А то опять наткнемся на чей-нибудь труп.

– Эрик! Ну, я же не виновата, что так получилось!

– Есть такие люди, которые притягивают негатив. Похоже, ты из таких!

– А вот и неправда! Пока я не встретила тебя, мне не попадался ни один труп.

– Значит, в паре мы с тобой плохо влияем на окружающих. Тогда тем более сиди дома.

– Вот ты какой! А еще друг называется! – Мариша надула губы и отвернулась.

– Ну что с ней делать! – притворно вздохнул Эрик, обращаясь к Голубеву.

– Жениться! – хихикнул тот. – Я бы сделал именно так!

– Ты заразился от девчонок? Или у тебя распух мозг от обилия информации?

– Ни то, ни другое! Просто к жизни я отношусь иначе, чем ты. Хотя многое получается не очень-то и справедливо.

– Что, например?

– Вот ты – не хочешь жениться, но можешь это сделать в любой момент. А я хочу, но нет той единственной, которая готова связать со мной свою судьбу!

– Слишком много философии! – заметил Эрик, широко улыбаясь. – Будь проще, и люди к тебе потянутся.

– Вот и поговорили! – пожал плечами Голубев и обратился к девушкам: – Как с таким вести интеллектуальные беседы?

Мариша прыснула, а Настя откровенно захихикала.

– А ты поменьше с ним общайся, а то, не дай бог, заразишься от нашего сыщика болезнью «старого холостяка».

– Почему старого? – обиделся Эрик.

– Потому что есть «старые девы», а ты, значит, «старый холостяк»! Кстати! – Настя даже подскочила от возбуждения.

– Что опять?

– Я совсем забыла!

– Что придумала на этот раз?

– Завтра же крестины! Ира попросила предупредить, а у меня вылетело из головы!

– Завтра? – в унисон спросили Мариша и Эрик и растерянно посмотрели друг на друга.

– Завтра! В девять утра в местной церкви.

– А на потом никак нельзя перенести?

– Вы с ума сошли? Такие мероприятия не перекладываются со дня на день. Завтра! И без разговоров!

Теперь захихикал Голубев.

– Что, расстроились, мои дорогие? Или тяжела ноша, которую на вас хотят взвалить?

– Нет, все нормально, – кисло ответил Эрик. – Мы люди ответственные, с честью пройдем данное мероприятие.

– Смотрите, не вернитесь домой описанные!

– Мы не настолько боимся маленького Эрьку! – с достоинством ответила Мариша.

Голубев расхохотался.

– Я не то имею в виду. Держите его аккуратнее, а то он на вас написает!

– Алексей! Не подливай масла в огонь. Разве не видишь, что им страшно, раньше они в таких церемониях не участвовали.

– Ничего! Они же надо мной периодически издеваются, почему бы и мне хоть иногда над ними не посмеяться!

– Завтра посмеемся, – хмуро отозвался Эрик и встал с кресла.

– Ты куда? – хором спросили Мариша и Голубев.

– К Римме. Или ты уже забыл на радостях об этом?

– Почему же, помню. А разве полчаса прошло?

– Смотри на часы хоть иногда, а не только скаль зубы.

– Прошло так прошло, – согласно кивнул он. – Пойдемте!

Мариша тут же вскочила вслед за ними.

– А ты куда? – устало спросил Эрик.

– Как куда? С вами!

– Тебе еще не надоело?

– Ни капли! – уверила его девушка.

– Маришка, правда, посиди со мной! – принялась уговаривать ее Настя. – Все бегаешь где-то, а я одна.

– Прости, Настюша, вот закончим это дело, и мы все время будем вместе!

– Закончим! – ухмыльнулся Голубев. – Ты и себя имеешь в виду?

– Конечно! Я же тоже участвую в расследовании. Разве не так?

– Ну, ну! Пойдемте уже, а то человек пришел с работы, устал, еще и мы на ночь глядя припремся!

– Так я готова! Кого еще ждем? – И Мариша невинно раскрыла глаза.

– Ладно, пойдемте. Видимо, я от тебя так и не отделаюсь! – вздохнул сыщик, глядя на Маришу.

– Не отделаешься! – радостно согласилась она.

Настя тяжело вздохнула и спросила:

– Ужин готовить?

– Если только легкий. Совсем чуть-чуть. Ну, рыбки там красненькой, балычка…

Голубев сглотнул и неловко потоптался на месте.

– Можно еще клубничный рулет на десерт. Помнишь, который ты делала позавчера? Очень вкусный!

Голубев похлопал себя по карману, засунул в него руку и нащупал какой-то предмет.

«Наверное, таблетки от изжоги ищет!» – усмехнулась про себя Мариша.

– Приходи и ты, Алексей! – откликнулась Настя, едва сдерживая смех.

«Ох уж эта Мариша! – подумала она про себя. – Голубев скоро жить сюда переберется, если она будет его все время дразнить. И что я, дурочка, вечно его жалею? Хотя почему бы и не пожалеть? Мужик неплохой, только одинокий. А так хочется женской теплоты! Ну и горячий ужин по вечерам…»

Глава 13

В богато обставленном кабинете царила атмосфера смятения и беспокойства. Двое мужчин угрюмо проглядывали бумаги, лежащие перед ними, и периодически хмурились.

– Ну, что скажешь, сын? – наконец спросил старший, оторвавшись от документов.

– Даже не знаю, что и сказать, папа, – кисло отозвался другой. – Похоже, нам придется туго!

– Если не найдется хороший инвестор, то это очевидно. Только кто захочет вкладывать деньги в банк с сомнительными активами?

– Предположим, с активами все в порядке, нельзя говорить так прямолинейно. Мы потеряли огромную сумму денег и были вынуждены покрывать свои обязательства непривычным для нас путем. Но остальная наша деятельность довольно прозрачна, а значит, могут появиться желающие стать нашими партнерами.

– Ну, ну! – горько усмехнулся пожилой мужчина. – Завидую я твоему оптимизму. Откуда бы им взяться? За последние несколько лет таких желающих не нашлось.

– Папа, но ведь всегда нужно верить в лучшее! Нельзя опускать руки! Даже если не найдется партнер, мы как-нибудь выкарабкаемся.

– Как? У нас времени – до конца этого года. Если мы не найдем деньги, то банк придется закрывать.

– Не паникуй! Работа идет своим чередом. Никто ни о чем не догадывается. Денег на текущие операции хватает. К концу года мы их еще приумножим. Так что все нормально.

– Ты, мой мальчик, забываешь о том, что на первое января следующего года наш уставный капитал должен составлять определенную сумму. А если мы не найдем инвестора, то не дотянем до нижней планки, а это означает отзыв лицензии.

– Да понимаю я все! И все же надеюсь на лучшее.

Пожилой мужчина с сочувствием глянул на сына и покачал головой.

– Единственное, что мне не ясно, – продолжил молодой человек, – зачем Артемьеву понадобилось срочно забирать деньги из банка?

– Не знаю. Я уже не раз задавал себе этот вопрос. По-моему, он хотел кому-то что-то доказать.

– Кому?

– Есть человек, с которым Артемьев был тесно связан. Я не знаю подробностей, но этот кто-то – из его прошлой жизни.

– А кто, ты не знаешь?

– Нет, Артемьев один раз обмолвился, что есть человек, которого он знает уже много лет. Однако в последнее время с ним что-то произошло, и это сильно его тревожит.

– Когда он тебе об этом говорил?

– Буквально за пару дней до того, как снять деньги.

– А ты просил Артемьева не делать этой глупости?

– А как ты думаешь? И просил, и уговаривал, чуть ли не на коленях стоял!

– А он что?

– Что, что… Сказал, что если все обойдется, то он вернет деньги назад.

– А если не обойдется?

– Тогда не вернет. Что ты задаешь глупые вопросы!

– Папа, а ты знаешь, что деньги так и не нашли?

– Слышал.

– Скажи, ты тоже не в курсе, где они?

Старший мужчина немного помолчал.

– Не знаю, сын, имею ли я право говорить об этом…

– Мне – имеешь! Я тоже лицо заинтересованное.

– Я не в курсе, где они сейчас, но я знал, куда Артемьев их собирался деть.

– И куда же?

– Обещай, что ты никому об этом не скажешь!

– Обещаю!

– Когда я выдал Артемьеву эту сумму, то, конечно же, поинтересовался, куда он с такими деньжищами поедет. Он усмехнулся и сказал, что недалеко. Я посоветовал ему быть аккуратнее. Многие люди за такие деньги и мать родную могут убить.

– А он что?

– А он ответил, что именно это ему как раз очень интересно! Якобы он всегда мечтал посмотреть, как люди поведут себя, если узнают, что совсем рядом с ними огромные деньги. Я спросил, куда он их денет, и Артемьев сказал, что спрячет у дворецкого.

– А разве можно доверять такую сумму постороннему человеку?

– Я тоже этим поинтересовался. Но он рассмеялся и сказал, что единственный человек, которому он мог бы доверить даже собственную жизнь, – это Зеленский. Тогда я спросил, а как же племянницы? А он ответил, что племянниц он очень любит, но, к сожалению, знает их недостаточно, чтобы доверять им какие-либо секреты.

– Значит, ты знал, что деньги у дворецкого… – медленно произнес младший.

– Знал.

– И ты также знал, что Артемьев их наверняка не отдаст…

– Да, это так.

– Папа, это очень плохо!

– Для кого?

– Для нас! Полиция ищет человека, который убил Зеленского и, вероятно, Артемьева тоже.

– А разве Артемьева убили?

– Полиция считает, что – да. Иначе чем можно объяснить смерть дворецкого?

– Мало ли чем…

– Но если Артемьев погиб в результате несчастного случая, то при чем тогда Зеленский?

Мужчина пожал плечами.

– Была же версия, что взорвались баллоны…

– Была, но в тот момент другие версии и не рассматривались. А сейчас все перепроверят гораздо тщательнее, и если обнаружится, что взрыв был неслучаен, то будут расследовать уже два убийства.

Старший мужчина побарабанил пальцами по столу.

– Папа! Ты действуешь мне на нервы! Не стучи. Скажи лучше, ты не был вчера у Зеленского?

– А что я там забыл? – удивился тот. – Конечно, не был.

– А где же ты тогда был? Я звонил тебе весь вечер.

– По-моему, у меня был сломан телефон.

– Но ты был дома? – продолжал допытываться младший.

– Я не понимаю, что за подозрения! – стал раздражаться старший. – Раз я говорю, что был дома, значит, так и есть!

– Хотелось бы мне в это верить, – проворчал тот.

– А что тебе мешает это сделать?

– Ничего, кроме того факта, что нам срочно нужны деньги.

– Ну, раз ничего, тогда давай закроем эту тему. Езжай домой, тебя ждет жена.

– А ты?

– А я еще поработаю.

Машина Эрика неторопливо ехала по поселку. Все жители, а также посетители поселка соблюдали негласное правило о проезде по территории жилого массива – ехать со скоростью не более тридцати километров в час. В дневное и вечернее время на дорожках катались дети, гуляли жители, и нужно было очень внимательно смотреть по сторонам, чтобы кого-нибудь не зацепить. И даже ночью, когда дороги были абсолютно свободны, водители по привычке ехали медленно.

– Который дом? – поинтересовался Голубев, когда автомобиль почти остановился около участка Артемьева.

– Следующий, – кивнула Марго, которую тоже взяли с собой. – Он как раз выходит на ту калитку, через которую можно попасть на тропинку, ведущую к озеру.

Эрик проехал еще сотню метров и остановил автомобиль. Голубев выскочил первым и подал руку девушкам. Эрик усмехнулся и подмигнул следователю, который тут же покраснел. Маргарита быстрым шагом направилась к воротам подруги. Она нажала на звонок видеодомофона и прислушалась. Где-то вдалеке едва слышно донесся мелодичный перезвон. Однако Римма не спешила открывать дверь. Марго немного подождала и снова нажала на звонок. Опять послышался перезвон, и Маргарита пожала плечами.

– Наверное, она еще не приехала.

– Вообще-то уже начало восьмого, – посмотрев на часы, пробурчал Голубев. – Мы и так приехали позже, чем планировали. Неужели было трудно сказать, что она задержится? Мы бы по-другому спланировали свое время.

– Сейчас я ей позвоню! – И Марго принялась набирать номер.

Через минуту стало понятно, что Римма не собирается отвечать и на телефонный звонок.

– Ваша подруга всегда такая необязательная? – ехидно поинтересовался следователь.

– Бывает… Вообще-то она старается все делать вовремя, но иногда какой-нибудь интересный случай заставляет ее остаться в больнице. И тогда ждать ее бесполезно. Я, таким образом, несколько раз оставалась в дураках. Приходила в парк или в кафе, смотря где мы собирались встретиться, и ждала ее по часу, а то и больше. В лучшем случае она приходила с опозданием, а в худшем – не приходила совсем.

Не успела Марго это сказать, как ее телефон выдал затейливую трель.

– О! Это Римма! – обрадовалась девушка, посмотрев на дисплей. – Эсэмэску прислала. Так и есть! Читаю: «Задерживаюсь в больнице, интересный случай. Как только поеду домой – сообщу».

– Ох уж эти богачи! – проворчал Голубев. – Ничего не могут сделать как следует. Все время приходится под них подстраиваться.

– Зато она занимается благородным делом! – заметил Эрик.

– А чем занимаемся, по-вашему, мы? Цветочки рвем?

– Не ворчи. Нужно входить в положение людей. Тем более таких ответственных, как Римма.

– Где вы увидели ответственность с ее стороны? – фыркнул Голубев.

– А как же ночной звонок в полицию? В наши дни проявляют бдительность только ответственные люди!

Пока они, переговариваясь, стояли у Римминых ворот, из окна дома, стоящего на противоположной стороне улицы, внимательно наблюдал за всем происходящим невысокий худощавый мужчина с седеющей шевелюрой. Он постоянно хмурился и время от времени кусал губы. Ему очень не нравилось внимание полиции к дому Артемьева.

Мужчина поселился в этом доме недавно, главным образом из-за Артемьева. Ему нужно было решить один важный вопрос, который повис в воздухе и долгое время никак не решался. Сначала все шло хорошо, а потом что-то случилось и ситуация вышла из-под контроля. Сперва этот взрыв, потом смерть дворецкого… А главный вопрос так и остался нерешенным – где же все-таки деньги? А теперь еще и полиция… Домик опечатали, и пробраться внутрь и обыскать его еще раз теперь не представляется никакой возможности. Если бы в прошлый вечер ему повезло чуть больше…

– Я предлагаю опросить соседей, – сказал Эрик, подкручивая усы. – Наверняка кто-нибудь что-то видел.

– Я и сам собирался это сделать, – кивнул Голубев, – только завтра. Но раз Риммы дома нет, можно заняться этим сейчас.

– Пошли-ка вон в тот дом… – И Эрик показал в сторону соседского коттеджа.

– Почему именно с него?

– А я уже второй день вижу в его окнах движение. Кто-то очень пристально наблюдает за нами, проявляя недюжинное любопытство. А значит, этот человек наверняка сможет многое нам рассказать.

– Что ж, пойдемте. Вот только Маргариту куда денем? Ей с нами нельзя.

– Я пойду в дом дяди, – тут же сказала она, – вернее, в то, что от него осталось. Посмотрю, что уцелело.

– Только не трогайте печати на домике дворецкого, – предупредил ее следователь.

– Я туда даже не подойду! – успокоила его девушка. – Мне до сих пор жутко от того, что случилось.

– Чего ты беспокоишься, там же твой человек, – удивился Эрик.

– Вообще-то да. Это я так, на всякий случай.

Марго кивнула и неспешно направилась к воротам Артемьева. Голубев проводил ее взглядом и направился вперед по улице. Дверь в заинтересовавшем их доме распахнулась сразу, едва прозвенел звонок домофона. На пороге возникла полная женщина лет сорока пяти. Та самая, которая первой пришла на место пожара после взрыва и тщательно следила за действиями пожарных.

– Добрый вечер! – вежливо поздоровался Голубев, доставая корочки. – Полиция!

– Я так и поняла, – кивнула она, – проходите, пожалуйста.

Она пропустила всю компанию вперед, задержавшись взглядом на Эрике. Мариша только фыркнула. Видимо, она начинала привыкать к пристальному вниманию к персоне Эрика. А может, она не чувствовала опасности со стороны именно этой женщины…

– Вы по поводу вчерашнего убийства? – сразу же спросила она.

– Верно. Мы расследуем смерть Зеленского. А откуда вы знаете, что произошло?

Она пожала плечами.

– В нашем поселке очень трудно что-нибудь скрыть. Несмотря на то что у всех стоят высокие заборы, вести разлетаются со скоростью звука. Например, одна и та же женщина убирается сразу в нескольких домах. Если в одном коттедже произошел скандал, об этом узнают во всех остальных. А помимо этого, есть еще и электрики, и сантехники…

– А жители не держат постоянную прислугу? – проявил любопытство следователь.

– Насколько я знаю, нет. У нас не настолько богатые люди, чтобы тратить деньги на ее содержание.

– Но ведь и не бедные, насколько я понимаю? – Голубев удивленно приподнял брови.

– Не бедные, – согласилась женщина. – Кстати, меня зовут Анна.

– А по отчеству?

– Просто Анна. Так вот, люди у нас не бедные, но и не богатые в том смысле, который придают этому слову. Я точно знаю, что сусальным золотом стены ни у кого не отделаны, и бриллиантовые люстры тоже не висят.

– Откуда вы знаете?

– Так я своего рода старшая по поселку. Когда дома только строились, встал вопрос о выборе человека, который стал бы отвечать за организационные моменты. Вот меня и выбрали. Я ходила по домам и согласовывала вопросы, связанные с электричеством, водопроводом, ну и все подобное.

– А разве этим занимается не специальный орган?

– У кого как, – пожала она плечами. – Мы решили поступить таким образом. В общем, даже после того, как дома были построены и жизнь поселка полностью организовалась, я продолжала решать общественные вопросы. Например, где соорудить площадку для детей.

– Значит, новости распространяются быстро… – задумчиво протянул Голубев. – Что ж, это наводит на определенные мысли. Расскажите о ваших соседях. В каких вы отношениях, с кем дружите, с кем ругаетесь.

– Лично я со всеми в ровных приятельских отношениях. Но сказать, что я с кем-то дружу, – такого нет. Мы общаемся чисто по-соседски. Я так понимаю, что вас интересую не я, а Артемьев?

– В общем, да. Мне можно не спрашивать, как вы догадались?

– Так это единственный возможный вариант. Я вас ничем заинтересовать не могу. А люди говорят, что взрыв в доме Артемьева был не случаен. Якобы все подстроено. Это так?

– Информация пока проверяется, – уклонился от ответа Голубев.

– Значит, так, – удовлетворенно кивнула Анна. – Могу сразу сказать, что Артемьева у нас не очень любили.

– Почему?

– Не знаю… Вероятно, потому, что он не особенно общался с соседями. У нас ведь как принято – если один житель встретит другого, то нужно остановиться и поговорить на общие темы. О погоде, о здоровье, о детях. Несмотря на высокие заборы, мы каждого знаем по имени.

– А Артемьев не хотел ни с кем общаться, правильно я понимаю?

– Точно. Он всегда пробегал прямо домой. Буркнет себе под нос «добрый вечер» и в ворота. Только я с ним и разговаривала. И то только потому, что заходила по общественным вопросам.

– Значит, у вас все были дружески настроены по отношению друг к другу?

– Почему же? Не все. Кто-то конфликтовал между собой. Были и разборки местного масштаба, но все заканчивалось миром.

– А кто живет в соседних домах?

– С краю – Римма. Вы к ней заходили, но не застали дома.

Голубев восхищенно посмотрел на женщину.

– Следом за моим домом живет писатель. Но он не от мира сего. Все время мечтает.

– А напротив?

– Напротив самые обычные семьи. В одном доме инженер. У него жена и двое детей. В другом – врач. Он не женат, но девушек меняет с завидной периодичностью. Чуть наискосок проживает какой-то мужчина. Не знаю, как его зовут, он приехал совсем недавно.

– А говорили, что знаете всех!

– Я имела в виду постоянных жителей. А этот коттедж сдают. За время существования поселка это уже шестой жилец.

– Когда, вы говорите, этот мужчина приехал? – уточнил следователь.

– С месяц назад, наверное. Но он очень тихий. Утром уезжает, вечером приезжает. Я думаю, он здесь по обмену опытом.

– Почему вы так решили?

– Так до него жильцы, которые снимали здесь жилье, тоже были по обмену опытом. У нас здесь неподалеку завод. Там периодически внедряют новые технологии. А кто будет внедрять, если своих специалистов нет? Вот и вызывают таких экспертов. Они поживут какое-то время, а потом уезжают. Через некоторое время снова кто-нибудь приезжает.

– Какая осведомленность! – снова восхитился Голубев.

– Так у Марины из третьего коттеджа муж работает на этом заводе. Она мне и рассказывает.

– А у Артемьева ссоры с соседями были?

– Нет, – подумав, ответила женщина. – Он ни с кем не общался, но и не ругался. Вот его дворецкий – это да! Тот был мастер острого слова. Так завернет порой, что уши в трубочку сворачиваются.

– А по какому поводу он ругался?

– А ему и повода не нужно было. Как что не по его – сразу начинал браниться.

– Значит, Зеленский был вспыльчивым человеком?

– Еще каким! Порой я даже окна закрывала, когда он начинал выяснять отношения.

– Так, может, он с кем-то поссорился, вот его и убили?

– Вы имеете в виду кого-то из наших? Нет, – с сомнением покачала головой Анна. – Все наши жильцы – люди респектабельные. Они могут сказать в ответ какую-нибудь гадость, но не более того.

«Если бы ты только знала, сколько респектабельных людей совершают, прямо скажем, неблаговидные поступки!» – подумал Голубев, разглядывая женщину. Хотя, с другой стороны, он действительно не видел повода бить человека по голове палкой только из-за того, что на него накричали. Конечно, если бы речь шла о каких-нибудь маргиналах, которым легко шарахнуть человека по голове за бутылку водки, он бы ни секунды не сомневался, что и здесь возможно то же самое. Но в поселке жили приличные люди, которые сто раз подумают, прежде чем что-то сделать. Да и возможная связь с взрывом в доме Артемьева не давала ему покоя. Он чувствовал, что здесь есть прямая зависимость.

Если бы только Эрик сказал ему, что он думает по этому поводу! Но сыщик молчал, и все факты складывал в свою кладовую под названием «серые клеточки». Заглянуть в эту кладовую не было никакой возможности. А посмотреть наверняка есть на что! В прошлый раз Голубев совершил большую ошибку, приняв мысли Эрика за полный бред. В этот раз такой ошибки он не совершит. Любую мысль, которая будет высказана сыщиком, он обязательно приметит и возьмет на вооружение.

Похоже, Анна тоже была женщиной не промах. Она все подмечала, запоминала и выдавала в полном объеме. Нужно будет поподробнее расспросить ее о внутренней жизни поселка. Может, и выяснится что-то интересное…

– Анна, – наконец заговорил Голубев, вдоволь проанализировав ситуацию. – Вижу, вы все видите и подмечаете. Можете ли вы с уверенностью сказать, что кто-то из жителей поселка затаил зло на Артемьева и Зеленского? Нас очень интересует ваше мнение!

– Точно – нет! – ни секунды не раздумывая, отозвалась женщина. – Зеленский, конечно, любил покричать, но всерьез его никто не воспринимал. Ну, скажут пару ласковых в ответ, на этом все и заканчивалось. Я считаю, что для убийства нужен более серьезный повод.

Голубев вздохнул. Вот и он так считал. Куда легче было бы обвинить кого-то из местных жителей и спать спокойно. Но вряд ли это удастся. Во-первых, газ взорвался в подвале дома, а внутрь Артемьев никого не пускал, во всяком случае, чужих. Это он уяснил довольно точно. Во-вторых, пропали деньги. Причем не какие-то там сто тысяч рублей, а миллиарды! Ну а в-третьих, Зеленский сам по себе никому не интересен. Значит, все завязано на Артемьеве.

– Что, Голубев, расстроился? Все оказывается сложнее, чем хотелось бы? – насмешливо поинтересовался Эрик, покачивая ногой.

– Откуда вы знаете? – удивился тот, выпадая из раздумий.

– Здесь все ясно как божий день. Сначала ты расспрашивал Анну о местных жителях, а потом задумался и явно расстроился. Значит, ты примерял возможность совершения убийства на кого-то из них. Так?

– Так, – уныло кивнул тот.

– Правильно делаешь, что мыслишь глубже. Местные жители здесь ни при чем.

– Откуда вы знаете?

– Предполагаю. Опираюсь на собственный опыт, так сказать. Хотя ты можешь меня не слушать. В конце концов, не такой уж я и авторитет… – В словах Эрика послышалась откровенная усмешка, и Голубев поспешил опустить глаза.

– Да нет, я прислушаюсь к вашему мнению. Тем более и мне что-то подсказывает, что в этом деле все не так просто, как хотелось бы.

– Молодец! Ты быстро учишься. А говорил, что учеба не для тебя!

– Разве это учеба?

– А что же еще? Самая настоящая наука. На собственном опыте. Что может быть лучше? Конечно, лучше учиться не на своих ошибках. Но зато собственные просчеты запоминаются надолго!

– Я еще могу быть чем-то полезна? – громко спросила Анна, явно раздосадованная тем, что ей перестали уделять внимание.

– А как же! – бодро отозвался Голубев. – Нас интересует вчерашний вечер. Что вы видели, что слышали… Может, есть собственные соображения по поводу этого убийства? Тем более, как мы успели заметить, вы женщина умная и наблюдательная…

– Все, что видела, – расскажу, – кивнула Анна. – Правда, информации немного, но кое-что есть.

– Вот и прекрасно! – обрадовался следователь. – Начинайте!

– Вчерашний день я провела в городе у дочери, – начала женщина. – Она недавно родила, и я езжу помогать ей по хозяйству. Вернулась около шести вечера. На участке Артемьева было относительно тихо. Я имею в виду, что Зеленский молча убирал двор и ни с кем не ругался.

– А вы видите, что происходит на его участке? – перебил ее Голубев.

– Пройдемте со мной, – вместо ответа сказала Анна и поднялась с места.

Она быстро пересекла коридор и поднялась на третий этаж. Женщина открыла дверь в первую же комнату и поманила за собой остальных.

– Это мой кабинет, – сообщила она, обводя рукой пространство. – Здесь я нахожусь большую часть дня. Как видите, стол расположен рядом с окном, поэтому стоит мне только поднять голову, как я вижу все, что находится в пределах моего обзора.

– А чем вы занимаетесь? – не сдержала своего любопытства Мариша.

– Я дизайнер, – не удивилась вопросу Анна. – Дизайнер помещений. Кстати, весьма популярный!

Компания выглянула в окно. Мариша даже поразилась тому, насколько на виду были некоторые жители поселка. Казалось бы, высокие заборы должны надежно прятать все тайны их хозяев, но еще более высокие дома соседей и удачно расположенные окна сводили все эти усилия на нет.

Если перевести взгляд чуть вправо, то открывался довольно удачный обзор артемьевского участка. Мариша без труда разглядела фигурку Марго, копошившуюся около кучи сгоревшего мусора.

– Значит, вчера вы видели Зеленского в шесть вечера, – уточнил Голубев.

– И в шесть, и позже, – кивнула Анна.

– А насколько позже? – Голубев даже вытянул вперед голову, насколько интересен был ему ответ женщины.

– Последний раз я его видела около десяти часов. Он как раз собирал инструменты.

– Около десяти? Это интересно! Это значительно сужает нам диапазон поисков. А можно немного точнее?

– Если точнее, то примерно без пятнадцати десять.

– Без пятнадцати десять… – протянул мужчина. – А в десять часов пятнадцать минут начался дождь… Значит, у нас есть полчаса, в которые преступник мог совершить убийство.

– В начале одиннадцатого к Зеленскому кто-то приходил, – вдруг сказала женщина и выжидательно посмотрела на мужчин.

– Приходил? – резко переспросил Голубев. – Кто?

– Не знаю, – пожала она плечами. – Точно мужчина. Довольно высокий, худощавый, по-моему, темноволосый. Конечно, я могу и ошибаться, было уже довольно темно…

– Это было до дождя или после?

– До дождя. Я еще подумала, вот не повезло бедняге, не успел уйти, как его накрыла эта ужасная гроза!

– А к Зеленскому часто ходили посетители?

– Я бы не сказала… Приходили какие-то люди, но, как правило, это было связано со строительством, и все происходило днем. А чтобы к нему кто-то приходил вечером, такого я и не припомню… Конечно, я не целыми днями пялюсь в окно! – строго произнесла она и оглядела присутствующих. – Вы должны понимать, что у меня много работы! Но если вдруг мне нужна какая-то идея, я могу подолгу глядеть в окно…

– Да, да! Мы вас прекрасно понимаем! – согласно поддакнул Голубев.

– В тот вечер мне нужна была особая идея, и я смотрела в вечернее небо, время от времени переводя взгляд вниз. Может, именно поэтому я и заметила того мужчину…

– Как он был одет, можете описать?

– Только в самых общих чертах. Мне кажется, на нем было все темное. Темная куртка, брюки и сапоги до колена. В то время я почти не удивилась. В нашем поселке в это время года все так ходят. Дорогу толком еще не обустроили, везде грязь. В ботиночках по нашим буеракам не пролезешь.

– Значит, вы решили, что это местный житель?

– А кто еще? – удивилась Анна. – Да и откуда возьмутся посторонние?

– Охрана тщательно следит за посетителями поселка?

– Нет, мы не озабочены такими мерами безопасности! Это не слишком удобно для жителей. Максимум, что делают наши ребята, – это проверяют документы у незнакомых людей. А те, кто уже примелькался, проезжают свободно!

– Тогда получается, что это был кто-то хорошо знакомый с поселком. Мы уже опросили охрану. После грозы никто в поселок не въезжал и не выезжал из него.

– Значит, свой. Я же говорю, меня это не удивляет. Зачем незнакомому человеку пробираться на территорию поселка и убивать Зеленского? Глупость!

И она фыркнула от возмущения. Мариша была полностью согласна с выводами Голубева. Здесь действовал однозначно тот, кто был хорошо знаком и с Артемьевым, и с Зеленским. А таких людей можно было пересчитать по пальцам. Или она ошибается?

– Анна, а что было в руках у этого человека?

– В руках? – удивилась женщина. Она даже слегка нахмурилась, припоминая вчерашний вечер. – Ничего! – наконец сказала она.

– Как ничего? Совсем ничего?

– Совсем ничего. Он шел и размахивал руками.

– Вы это точно помните?

– Совершенно точно!

– Но ведь вам понадобилось какое-то время, чтобы вспомнить это. Вы действительно уверены?

– Я уверена! – отрезала она. – И время мне понадобилось не для того, чтобы вспомнить, было у человека что-то в руках или нет, а чтобы припомнить детали. Этот мужчина шел быстрыми шагами, широко размахивая руками. И руки у него совершенно точно были пустыми.

Голубев бросил быстрый взгляд на Эрика. Тот невозмутимо разглядывал пейзаж за окном и, казалось, даже не слышал последних слов Анны. Мариша нахмурилась. Насколько она помнила, Римма, которая тоже видела мужчину, выходящего с участка Артемьева, узрела в его руках сумку. Так кто же более точен в своих наблюдениях?

– Анна, а вы могли бы пойти с нами и посмотреть домик дворецкого, – вдруг произнес Эрик.

– Конечно! – встрепенулась женщина. – Возможно, я даже смогу вам помочь!

– А вы бывали там раньше?

– Бывала. Чаще всего мне приходилось иметь дело именно с Зеленским. Артемьев оставлял указания по поводу общественных вопросов, а мы с Андреем их обсуждали.

– И каково ваше общее мнение о нем как о хозяине своего домика?

Мариша с любопытством посмотрела на сыщика. Зачем ему эта информация? Или он хочет получше разговорить Анну? Хотя она и так довольно разговорчивая!

– Грязнуля! – презрительно бросила она. – Я понимаю, что он мужчина, но даже мужчины следят за своим жилищем. А у него все было вверх дном! Скажите, а тело уже увезли? – вдруг спросила она и поежилась.

– Да, конечно. Сейчас домик охраняется полицией.

– Хорошо! – успокоилась она. – Когда нужно идти?

– Вы сейчас не заняты?

– Нет, все свои дела я закончила.

– Тогда, если вы не против, пройдемте прямо сейчас.

Анна не заставила себя долго ждать. Она оправила юбку, накинула куртку, машинально поправила волосы и направилась к двери. Несмотря на свою полноту, двигалась она довольно проворно. Мариша едва поспевала за ней, перепрыгивая через ступеньки.

На участке Артемьева все еще было грязно. Даже солнце, весь день светившее довольно ярко, не успело подсушить вязкую жижу. Анна недовольно поджала губы и принялась аккуратно обходить наиболее грязные места. Мариша сделала несколько шагов и остановилась. Какой-то безотчетный страх пригвоздил ее к месту. Девушка с трепетом смотрела в сторону безмятежно стоящего домика и ощущала, как по ее жилам разливается страх. Наверное, Эрик был прав, когда говорил, что ей нужно остаться дома. Она не в состоянии преодолеть эти несколько метров, отделяющие ее от ужасного домика.

– Не бойся! – послышался тихий шепот, и Мариша резко обернулась.

Непонятно, как Эрик оказался сзади нее и сейчас осторожно обнимал ее за плечи.

– Не бойся! – повторил он. – Это то же самое, что и езда на лошади. Если лошадь тебя сбросила, нужно тут же сесть на нее опять, иначе ты можешь больше никогда не приблизиться к этому животному. Страх навсегда поселится внутри тебя.

– Мне кажется, я не смогу этого сделать, – пожаловалась Мариша и уткнулась Эрику в плечо.

– Сможешь! Ты же почти настоящий сыщик! А сыщики ничего не боятся!

– Дай мне руку! – попросила она и вцепилась в ладонь Эрика.

– Пойдем, – кивнул он и настойчиво потянул ее за собой.

С каждым шагом Марише становилось все хуже. В голове уже возникала картинка мертвого тела, распростертого на диване, и кровь! Много-много крови! Мариша даже закрыла глаза и начала спотыкаться.

– Смелее, – снова подбодрил ее Эрик. – Мы уже входим в дом.

Сердце девушки затрепетало, словно бабочка, попавшая в плен. Она снова споткнулась, на этот раз о порог, и от неожиданности открыла глаза. Они находились в той самой комнате, где лежал дворецкий.

Сейчас комната выглядела мирно и безмятежно. Если не считать бурых пятен на полу и диване. Но, потеряв свой цвет, кровь уже не вызывала у Мариши того дикого страха, который она испытала днем. Девушка огляделась. Эрик тихонько кивнул и отпустил ее руку. На первый взгляд все осталось так же, как и в тот момент, когда она вошла в комнату. Те же книги под столом, начищенные сапоги на самом видном месте, груда тарелок, стоящая непонятно почему за дверью, лейка посреди комнаты…

– Фу! – пробормотала Мариша и сморщила нос.

– Я же говорю – жуткий грязнуля! – подала голос Анна, удовлетворенно оглядев комнату.

– Вы не могли бы сказать, все ли вещи на месте, или чего-то не хватает? – поинтересовался Голубев, так же внимательно оглядываясь.

– Вы издеваетесь? – с неким восхищением откликнулась женщина. – Да у него сам черт ногу сломит! Каждый раз, когда я приходила, вещи меняли свое положение. Мне трудно сказать, как выглядела комната в прошлый раз. Могу точно сказать, что эти сапоги не стояли на столе. Их бы я точно заметила. А книги лежали за диваном, а не под столом. Насчет всего остального – ничего сказать не могу. Я же говорю – не мужик, а неряха!

– И все же походите немного по комнате, вдруг что-то заметите.

Анна пожала плечами и принялась обходить помещение. Мариша уже более уверенно посмотрела по сторонам. В дальнем углу комнаты стоял старый шкаф, дверцы которого были наполовину раскрыты. Она осторожно направилась к нему, стараясь обходить сваленные на полу вещи.

В шкафу ничего интересного не обнаружилось. На самом верху – чемодан, который при осмотре оказался пустым. Ниже – одежда. Маришу удивил дорогой выходной костюм, которому, казалось бы, здесь было не место. А в остальном ничего особенного девушка здесь не обнаружила. Пара рубашек, брюки, джинсы, несколько маек… В самом низу лежала спортивная сумка. Уже не новая, но хорошая, одной известной фирмы. Обуви в шкафу Мариша не нашла. Да это было и не удивительно, если учесть, что сапоги стояли прямо на столе. Наоборот, следовало удивиться тому, что одежда висела в шкафу, а не валялась где-нибудь под диваном.

– Ой! – воскликнула Анна и осела на пол.

Мариша обернулась и бросилась к женщине, со стоном потиравшей ногу.

– Что случилось? – в один голос крикнули они с Голубевым.

– Я куда-то провалилась! – со слезами на глазах простонала Анна. – Наверное, я сломала ногу!

Мариша перевела глаза вниз. Нога Анны действительно застряла в дыре. Видимо, пол в этом месте уже прогнил, и Анна неудачно наступила на опасное место.

– Что за дом такой! – продолжала причитать она. – Пройти спокойно и то нельзя!

Эрик помог женщине встать и молча наклонился над дырой.

– Нехорошо так говорить о покойных, – продолжала она, уже сидя на стуле, – но я и раньше Зеленского не уважала, а теперь и подавно не буду! Надо же так запустить жилище!

– Какая интересная дыра! – подал голос Эрик и наклонился еще ниже. – Ну-ка, а если сделать вот так!

Он засунул руку в щель и что-то там дернул. С громким щелчком часть пола, которая прилегала к окну, отодвинулась, открыв довольно большое пространство.

– Ничего себе! – присвистнул Голубев и тоже встал на колени.

Мариша и Анна, ни слова не говоря, приблизились к мужчинам.

– Вот тебе и скромный дворецкий! Да тут такой схрон, что можно спрятать несколько человек. И никто никогда об этом не догадается.

Эрик опустил голову в яму и издал торжествующий возглас.

– Что там? – заволновалась Мариша, а Голубев попытался заглянуть внутрь.

– Вот вам и место, где спрятал деньги Артемьев.

– Откуда вы знаете? – заволновался следователь.

– Тут не надо быть семи пядей во лбу. Вот оно, доказательство.

Эрик высунул руку из ямы и бросил на пол пачку купюр.

– Все, что осталось. Я думаю, здесь около ста тысяч, – сказал он, критически оглядев пачку.

– Но как она туда попала? – вдруг стал заикаться Голубев.

– Как, как… Очень просто. Артемьев сложил сюда деньги и дал Зеленскому определенные указания.

– А где же деньги теперь?

– Вот это интересный вопрос! Наверняка об этом знает тот, кто был вчера в этом домике.

– Осталось только его найти… – задумчиво пробормотала Мариша.

– Именно! – широко улыбнулся Эрик. – А вам, Анна, большое спасибо!

– За что?

– Ну как же! Если бы вы не провалились, мы могли бы и не найти этот тайник. В таком бардаке сложно что-нибудь обнаружить.

– А может, все это и создавалось для отвода глаз? – произнесла Мариша.

– Что – это? – спросил Голубев.

– Этот бардак. Чтобы ни у кого не было желания копаться в этом доме.

Голубев пожал плечами и ничего не ответил.

– И все-таки я не могу понять, как мы смогли обнаружить тайник, – не унималась Мариша.

– Анна провалилась в щель, рядом с крышкой тайника, – пояснил Эрик, возвращая панель на место. – Кто-то, видимо, очень торопился и не успел как следует ее закрепить. Так что все вышло очень удачно!

– Удачнее некуда, – проворчала женщина, потирая ногу.

– Я не имею в виду вас, – уточнил Эрик. – Просто теперь мы сможем быстрее найти преступника.

– Да? – усомнился Голубев. – Что-то я пока не представляю, чем нам это поможет. И очень сомневаюсь, что мы найдем отпечатки пальцев. Скорее всего, убийца далеко не дурак. Если у него хватило ума найти тайник, то об отпечатках пальцев он наверняка позаботился.

– Это вопрос спорный, хотя я тоже думаю, что отпечатков мы не найдем. Но характер преступника потихоньку вырисовывается.

– И какие черты вы уже разглядели? – ехидно поинтересовался Голубев.

– Это человек смелый, решительный, – невозмутимо принялся перечислять сыщик, – умный, любящий риски и при этом умеющий держаться в тени.

– Под такую характеристику можно записать всех наших знакомых.

– Предположим, не всех…

– Ну, многих.

– Возможно. Да! Я думаю, что он должен быть хорошим актером.

– А это еще почему?

– Чтобы носить маску, скрывающую его настоящую личность.

– А почему вы говорите «он»? Вы считаете, что преступник – мужчина?

– Нет, совсем необязательно. Это может оказаться и женщина. Просто слово «он» более приемлемо в таких ситуациях. Он – значит преступник.

– Но я видела именно мужчину! – вмешалась в разговор Анна.

– Или высокую женщину, одетую в мужскую одежду.

– Я не думаю, что это была женщина… – с сомнением произнесла она.

– Когда мы поймаем убийцу, тогда узнаем точно, – подмигнул ей Эрик и улыбнулся.

Анна заулыбалась в ответ и автоматически поправила прическу. Мариша покачала головой.

– Что ж, здесь нам делать больше нечего. Сегодня я имею в виду, – поправился Эрик. – А вас – благодарю за помощь. – И он галантно поклонился Анне.

– Не стоит! – слегка покраснела она. – Всегда рада помочь!

«Рада, как же, – желчно подумала Мариша. – Тебе бы только сплетни собирать да с красивыми мужиками флиртовать!»

Анна быстрым шагом направилась к выходу, а Мариша тут же устыдилась своих мыслей. Очень некрасиво с ее стороны думать о людях плохо. Нормальная женщина. Всегда готова услужить. А то, что она улыбается Эрику, – так это вполне объяснимая реакция. Ему все улыбаются. А ревновать – глупо и бессмысленно. Эрик ей ничего не обещал и, скорее всего, никогда не пообещает. Так что долой из головы черные мысли!

Мужчины попрощались с Анной, и та пошла к своему участку. Голубев вместе с Эриком отошел к воротам, а Мариша застыла посреди участка, обдумывая последние мысли. Около обгоревшего дома по-прежнему возилась Марго.

– Мариша! – услышала она ее голос и обернулась. – Как дела? Что-нибудь выяснили?

– Спроси у Голубева, – отозвалась она, совершенно не зная, что допустимо ей сказать.

– Значит, что-то нашли! – удовлетворенно кивнула Марго и отошла от кучи. – Может, ты мне все-таки скажешь?

– Спроси у Голубева, – повторила Мариша. – Он ответит, если посчитает нужным.

– Случайно не деньги?

– Не знаю!

– Какая ты скрытная! – надулась Марго.

– Я не скрытная. Просто я и в самом деле не знаю, имею ли я право разглашать информацию.

– Из-за чего спор? – поинтересовался Эрик, как всегда подкравшийся совершенно незаметно.

– Что нашли в домике? – прямо поинтересовалась Маргарита.

– Голубев, ты не будешь возражать, если мы скажем госпоже Зотовой, что обнаружили?

– Нет, – пожал тот плечами. – Все равно завтра все узнают.

– Мы нашли тайник, где ваш дядя спрятал деньги.

– Нашли?! – Марго даже задохнулась от возбуждения. – А деньги там были?

– Только одна пачка. Там тысяч сто, наверное, не больше.

– А… остальные?

– Увы, но они исчезли в неизвестном направлении.

– Как жаль! Ольга очень расстроится.

– А вы?

– Мне тоже жаль, что деньги пропали, врать не буду, но я всегда могу заработать себе на жизнь. Так что особой скорби по этому поводу я не испытываю. Вот сестре придется хуже! Она работать не любит!

– Зато молодой человек у нее вполне надежный. Наверняка заработает на хлеб с маслом.

– Вы намекаете на то, что мой Володя ни на что не годится? – сразу вспыхнула Маргарита.

– Помилуйте! – развел руками Эрик. – Я и не думал об этом. Мы говорили исключительно о вашей сестре. Кстати, наберите-ка вашу подругу. Может, она уже вернулась домой?

Маргарита вынула телефон и принялась звонить Римме. К этому времени уже стемнело, и Мариша подумала, что сегодня все визиты становятся уже не вежливыми. Хотя в таком случае, как убийство, скорее всего, правила этикета не действуют.

– Я когда-нибудь выскажу ей все, что о ней думаю! – в сердцах воскликнула Марго, убирая трубку от уха и ставя телефон на громкую связь. Из динамика послышался приятный мелодичный голос: «К сожалению, в данный момент я не могу с вами поболтать. Но если вы позвоните завтра, то я с удовольствием уделю вам несколько минут!»

Голубев сплюнул, а Эрик спокойно произнес:

– Сегодня в любом случае уже не время для разговоров. А завтра, с самого утра, мы отправимся к Римме и все у нее разузнаем.

– С самого утра, говоришь? – переспросил Голубев, и настроение его заметно улучшилось.

– Да, с утра пораньше! Ночь поспишь, а завтра с новыми силами рванешь в бой!

– Ну, шутник! – захихикал он и похлопал сыщика по плечу.

– Не понимаю, что тебя так развеселило.

– Как что! Ваша прекрасная память! Вы, как мне припоминается, никогда ничего не забываете?

– Это так!

– А как же крестины, которые назначены на завтрашнее утро?

– Крестины! – застонал Эрик и беспомощно оглянулся по сторонам.

– Крестины! – широко улыбаясь, подтвердил Голубев.

– У меня совсем вылетело из головы. Маришка, ты слышишь? Нам завтра на крестины.

– Слышу, – кивнула она и добавила: – Ой, мама!

– Крестины – это здорово! – вмешалась в разговор Марго. – Конечно, с Эрькой можно ожидать разных казусов, но с маленькими детьми так часто бывает!

– Спасибо, успокоила! – проворчала Мариша. – Поехали домой, завтра у нас трудный день.

– Голубев, – тихо сказал Эрик, отведя следователя в сторонку. – Оставь еще на день охрану. Мало ли что… А завтра нужно еще раз обыскать домик. Вдруг мы чего-то недоглядели?

– Хорошо, сделаем, – отозвался тот и добавил: – Может, привести еще раз Зотовых и их мужчин? Вдруг совместными усилиями обнаружим что-то важное?

– Попробуй. Да, и еще! Проверь на всякий случай финансовую ситуацию банка Хлопковых. Хоть они и говорят, что этот миллиард, который изъял Артемьев, на их положение никак не повлиял, но ведь все может быть.

– Хорошо! А к Римме поедем вместе?

– Желательно бы. Давай завтра созвонимся.

– Наберите меня, как только все закончится, – попросил Голубев и, не сдержавшись, захихикал.

Примерно в это же время Антон Хлопков с хмурым видом сидел на кухне и ковырял вилкой в тарелке.

– Невкусно? – озабоченно спросила Настя и потрогала лоб мужа.

– Вкусно, – вяло отозвался тот и отложил вилку в сторону.

– Что случилось? – насторожилась девушка и подвинулась поближе к мужчине.

– Ничего, я же говорю…

– Так… – протянула она тоном, не предвещающим ничего хорошего. – Быстро рассказывай все, что есть!

– Настенька, нечего рассказывать, поверь мне!

– И хотелось бы, – усмехнулась она, – да у тебя на лбу написано, что случилось что-то из ряда вон выходящее.

Антон покачал головой и уткнулся носом в тарелку.

– У тебя появилась другая женщина? – грозно спросила Настя и встала в полный рост, нависнув над мужем, словно скала.

– Ты что! – возмущенно воскликнул тот и замахал руками.

– Ну вот! Хоть какие-то эмоции, – удовлетворенно отметила девушка. – Давай рассказывай! Все равно ведь не отстану!

Антон тяжело вздохнул.

– Настя, у нас неприятности.

– Какие именно? Если это не связано с женщиной, то все остальное ерунда!

– Это не связано с женщиной, но поверь мне, что все очень серьезно!

– Все живы?

– Что ты имеешь в виду?

– Никто не умер, я спрашиваю?

– А… ты про это… Нет, все живы. У нас неприятности в банке.

– Что-то связанное с теми деньгами, которые вывел Артемьев?

– Да. Понимаешь, мы не смогли собрать такую сумму наличными. Все-таки это огромные деньги. Поэтому пришлось залезть туда, куда не следовало. Отец надеялся, что Артемьев вернет деньги через день-другой, поэтому не особенно волновался из-за этого. Но деньги пропали, и теперь нам нечем покрывать недостачу.

– Если вы не найдете деньги, банк придется закрывать?

– Боюсь, что да. У нас просто отзовут лицензию.

– А если привлечь инвестора?

– Я думал об этом, но пока никто не спешит вложить в наш банк деньги.

– А когда это нужно сделать?

– До конца года. Если не будет внеплановой квартальной проверки.

– Так время еще есть! Вы обязательно что-нибудь придумаете!

– Это только так кажется. Папа уже близок к панике. Я никогда его таким не видел. А на моем веку работы в банке было всякое…

– Не расстраивайся! – Настя потрепала его по голове. – Я тебя не брошу. И даже буду выдавать тебе сухой паек. Иногда. За хорошее поведение!

– В тебе я не сомневаюсь! – едко заявил Антон и уже другим тоном добавил: – Я беспокоюсь об отце. Как бы не случилось чего.

– Не волнуйся за него. Сергей Александрович сильный и умный. Он обязательно что-нибудь придумает!

Антон снова вздохнул.

– Или тебя еще что-то беспокоит? – Настя заглянула мужу в глаза.

– Беспокоит. Вчера я пытался дозвониться до папы и не смог.

– И что? Почему тебя это волнует?

– Я названивал ему с половины десятого до десяти, а потом плюнул и перестал звонить. Он не брал трубку.

– Мало ли где он был! В конце концов, он взрослый человек!

– Ты не поняла. Вчера в начале одиннадцатого убили Зеленского. И пока неизвестно, кто это сделал.

– Ты думаешь, что это… – Настя широко раскрыла глаза.

– Ничего я не думаю, просто волнуюсь.

– Но твой папа не мог! Он не такой человек!

– Я тоже так считаю.

– И все равно волнуешься?

– Волнуюсь! – кивнул Антон и допил чай.

– Не бойся, у нас есть Эрик. Он никого не даст в обиду.

– Только в том случае, – усмехнулся мужчина, – если этот человек невиновен. Иначе он церемониться не будет.

– Твой отец ни в чем не виноват! – твердо ответила Настя и встала из-за стола. – Запомни это и никогда не забывай. Понятно?

– Понятно! – улыбнулся Антон.

– А теперь сотри с лица следы печали. Скоро приедут наши гости.

В поселке Летний Эрик и остальная компания загрузились в машину. Марго тоже поехала с ними, попросив, чтобы ее высадили где-нибудь поближе к центру. Прошло около двух часов с того момента, как они приехали в поселок для разговора с Риммой.

Эрик развернул машину и неторопливо покатил к выезду. Все это время возле окна коттеджа напротив стоял мужчина и наблюдал за всем происходящим. Он не отошел ни на минуту, пока на территории соседнего участка находились люди. Он удовлетворенно отметил, что в руках людей, вышедших из домика Зеленского, ничего не было, а значит, деньги по-прежнему могли оставаться в доме. Вот только где?

Артемьев говорил, что спрячет их в надежном месте. Только где оно, это надежное место? А может, он врал? Хотел сбить его со следа? Нет, не может этого быть. У них с Артемьевым всегда были очень доверительные отношения. И несмотря на то, что много лет назад Артемьев поступил не совсем правильно, он не держал на него обиды, потому что понимал, что в то время это был единственный выход. Да, обиды не держал, но все помнил. Ничего не забыл. Ни единой мелочи! Он так надеялся все эти годы, что хоть под конец жизни поживет богато, но и тут не повезло. Денег он так и не нашел. Неужели все было зря?

Глава 14

Мариша проснулась от громкого детского крика. Крик был настолько оглушительный, что ей показалось, будто ее голова сейчас взорвется. Мариша положила сверху подушку и изо всех сил прижала ее к ушам. Крик стал чуть тише, но все же проникал в ее сознание и буквально сводил с ума.

Мариша сжала зубы и вдруг вспомнила – сегодня же крестины! Они с Эриком будут крестными мамой и папой этому «очаровательному» ребенку. Мамочка! А что будет, если он так же закричит во время церемонии? Через несколько мгновений крик стих и воцарилась заветная тишина. Мариша убрала подушку с головы и со страхом прислушалась – не повторится ли еще раз этот ужасный крик. Но все было тихо и спокойно. Очевидно, Эрька получил свою порцию еды.

Мариша с сожалением слезла с кровати и направилась в душ. Часы показывали восемь ноль-ноль. Через час начнется таинство крещения, и они с Эриком примут на себя огромную ответственность за маленькое беспомощное существо. Девушку немного пугала эта незнакомая доселе ответственность. Что им предстоит? Каковы будут их задачи? Наверное, периодически нужно будет приезжать и проведывать малыша. Хотя если они будут это делать вместе с Эриком, то она согласна.

Мариша выключила воду, завернулась в пушистое полотенце, подошла к зеркалу и принялась укладывать волосы. Ей хотелось быть очень красивой в честь такого важного события. Минут через пятнадцать она была готова. Девушка натянула брюки, легкий свитер и спустилась вниз.

В гостиной все уже были в сборе. Настя с Антоном накрывали на стол. Ира с ребенком на руках удобно расположилась в кресле. Рядом с ней – Сергей, вернувшийся из командировки рано утром. Эрик в темной рубашке и таких же брюках. Мариша даже подивилась, как же он расстался со своими любимыми джинсами!

– Ну что! Быстренько завтракаем, и вперед! В девять мы должны быть в церкви, – провозгласила Настя и жестом пригласила всех к столу.

Завтрак прошел довольно быстро, в полной тишине. Видимо, сказывалось общее волнение. Даже Ира очень волновалась. Это сильно бросалось в глаза, хотя девушка изо всех сил пыталась это скрывать. Она чаще, чем обычно, поглядывала на сына и постоянно прижимала его к себе. Сергей бросал быстрые взгляды на обоих и слегка бледнел при этом. Даже Эрик был более сосредоточен, чем обычно. На какой-то момент Марише стало смешно оттого, что эти взрослые люди переживают из-за предстоящей церемонии. Но она тут же вспомнила, что самое волнительное предстоит все же ей, и сразу сделалась серьезной.

– В путь! – наконец сказала Ирина, вставая из-за стола.

В церковь они приехали без пяти девять. Регистрация малышей почти закончилась. Эрик с Маришей остались последними в этой череде крестных и крестников.

– Идите, оформляйте Эрьку, – подтолкнула их Ира.

– Куда? Что оформлять? – хором спросили Мариша и Эрик.

– Идите, там вам все скажут.

– Давайте документы на ребенка, – попросила маленькая пухлая женщина, которая занималась оформлением.

Мариша заглянула в пакет, который ей сунула Ира, и обнаружила там свидетельство о рождении.

– Пожалуйста.

Женщина кивнула и принялась что-то писать.

– Как зовут вашего младенца?

– Эрик.

– Эрик… Редкое имя, нужно будет спросить у батюшки, как его записать. Наверное, Эдуард…

Крещение прошло на редкость спокойно. Малыш мирно дремал на Маришиных руках и ни разу не проснулся.

– Не понимаю, чего мы боялись? – в который раз спрашивала Мариша, вернувшись домой. – Он – умничка! Правда, Эрик?

– Правда, – усмехнулся сыщик.

– Значит, говоришь, на тебя произвела большое впечатление процедура крещения? – задумчиво протянула Настя.

– Ага! – кивнула Мариша, облизывая ложку.

– Может, и мне стать у кого-нибудь крестной? Маришка, ты не собираешься в ближайшее время обзавестись младенцем?

– Я?! – та подавилась и закашлялась. – Нет!!! Ты уж присмотри кого-нибудь другого!

– А можно поучаствовать и в другой церемонии, – мечтательно продолжила Настя.

– В какой?

– Например, венчания! Я думаю, это тоже очень волнительно и торжественно!

– А кто будет венчаться? – подозрительно спросила Мариша и искоса поглядела на Эрика.

– Можем сначала мы с Антоном. А потом и ты с кем-нибудь.

– С кем?

– С кем-нибудь! – с нажимом ответила Настя. – Найдем с кем, было бы желание.

– Ну если найдем… Тогда я согласна.

Эрик хмыкнул. Его жутко умиляли попытки девушек намекнуть ему на возможность нечто большего, чем это было на самом деле. Хотя мысль побывать на церемонии венчания он разделял целиком и полностью. Самое главное, чтобы венчание было не его.

– Хорошая идея! – кивнул он. – А я могу пойти свидетелем.

Ответить Марише помешал телефонный звонок. Эрик взял трубку и озорно подмигнул ей. Она надула губы и отвернулась. Вот так всегда! Опять она осталась в дураках. Зря Настя старается. Ничего у нее не выйдет. Эрик крепкий орешек.

– Что ж, дела не ждут! – оптимистично заявил сыщик, засовывая телефон в карман. – Кто со мной?

Мариша тяжело вздохнула и поплелась за курткой.

Голубев уже ждал их на улице. Завидев в машине Маришу, он поднял глаза к небу, но ничего не сказал.

– Есть новости! – с нажимом произнес он и покосился на девушку.

– Выкладывай! – кивнула она.

– Я думаю, пока не стоит… – многозначительно сказал следователь и покосился на Эрика.

– Рассказывай, – махнул тот рукой. – Все равно в этом деле долго хранить секреты не удается. То одни женщины пристают чуть ли не с ножом к горлу, то другие…

– Ну, смотрите! Потом не говорите, что я не предупреждал. А ты, Мариша, держи рот на замке, пока тебе не разрешат его открыть.

– Ты меня обижаешь, Голубев! Я ведь уже почти настоящий следователь! Даже с трупами дело имела…

– Ну, раз так, – желчно заметил следователь, – тогда конечно. В общем, у Хлопковых большие проблемы после того, как Артемьев забрал деньги.

– Я так и думал, – кивнул Эрик.

– Да? Опять логические цепочки?

– Почему же? Вовсе нет. Здесь и логику включать не надо. Если из банка вывести разом такие деньги, то без проблем никак не обойдешься! А откуда пришла информация?

– Есть у меня один человечек… Сказал совершенно определенно, что Сергей Александрович, то бишь папа нашего Антона, два дня подряд и дневал, и ночевал на работе. И при этом чуть ли не волосы на себе рвал!

– Интересно!

– Еще как!

– А вчера вечером он слышал разговор между отцом и сыном. Хлопковыми, я имею в виду.

– Мы тебя поняли, продолжай.

– В общем, отец говорил, если они не найдут инвестора, то банк почти наверняка закроется.

– А почему? – встряла Мариша. – Ведь этот миллиард наверняка был у них не последний?

– Понятно, что не последний. Но там есть свои тонкости. Как я понял, в каждом банке должна быть определенная сумма денег, практически неприкасаемая, уставный капитал, по-моему. Если эта сумма меньше той, которую установил Центральный банк, то у банка могут отозвать лицензию.

– Но почему?

– Банк будет считаться неблагонадежным. Так вот, чтобы выдать этот миллиард Артемьеву, Хлопков-старший залез в эти закрома. И если вдруг сейчас нагрянет проверка, им мало не покажется. Но в любом случае в конце года они должны подтвердить свои активы. Если этого не произойдет, то Хлопковым придется очень туго.

– Интересная информация, – задумчиво протянул Эрик. – Это приводит нас к определенным мыслям…

– Ну, меня-то уж точно приводит! Особенно если учесть, что Хлопков знал, где Артемьев спрятал деньги.

– Знал? – изумленно закричала Мариша.

– Знал, – кивнул Голубев и удовлетворенно уставился на спутников. – Что, не ожидали такого поворота?

– А эту информацию тоже подслушал твой человек? – поинтересовался Эрик.

– Ага! Только не вздумайте сказать об этом Насте или ее мужу. Это сугубо конфиденциально.

Эрик фыркнул.

– Конечно, я имею в виду не вас, – добавил Голубев, – а Маришу! Ведь Настя ее лучшая подруга! Собственно, поэтому я и не хотел говорить об этом при ней.

Мариша растерянно посмотрела на следователя. По идее, она должна была сейчас дать Голубеву обещание, что не проболтается Насте об этом разговоре. Но, с другой стороны, она не может не сказать ей об этом! Отца Антона подозревают в… – Она попыталась было придумать, в чем его подозревают, но на ум ей так ничего и не пришло. «Ладно, какая разница, в чем, – решила она, – самое главное, что за этим что-то кроется!»

– Ну и чего молчим? – поторопил ее Голубев. – Или ты не в состоянии дать такого обещания?

– Конечно, не в состоянии, – фыркнул Эрик. – Они языками чешут быстрее, чем мы думаем!

– Я постараюсь ничего не сказать, – выдавила из себя Мариша. – Хотя считаю, что это не по-товарищески.

– Не по-товарищески парня у подруги уводить, а это называется тайна следствия.

– Ладно, я ничего не скажу.

– Вот это другое дело! – повеселел Голубев. – Тогда с этим все ясно.

– А мне не все понятно, – задумчиво проговорил Эрик. – Как же твой человек умудрился все это услышать?

– Да так… – смутился Голубев, – мимо проходил.

– В банке? В вечернее время? Когда все сотрудники уже ушли по домам?

– Ну да… Он там работает охранником.

– Ох, Голубев, – погрозил ему пальцем Эрик. – Опять ваши запрещенные приемчики? А как же работа головой? Нужно хотя бы иногда напрягать свои серые клеточки!

– Напрягай не напрягай, а быстрый результат – это самый лучший результат!

– Не скажи… Лучший результат – это верный результат! А быстрый и верный – это далеко не одно и то же.

– А что за способы-то? – нетерпеливо спросила Мариша.

– А это ты у Голубева спроси.

– У нас есть свои методы, а на войне все средства хороши!

– Смотри, чтобы об этих средствах не узнал Хлопков! А то он покажет вам… небо в алмазах.

– Может быть, меня кто-то просветит, как наша полиция добивается результатов? – не успокаивалась девушка.

– Да прослушку они ставят, вот и все!

– Эрик, зачем вы об этом сказали?

– Просто не люблю я эти нечестные методы. Одно дело, когда человек стопроцентно виноват, ты в этом уверен и просто ищешь доказательства, и совсем другое – когда в голове у тебя пусто и ты начинаешь таким образом вычислять преступника. Поверь мне, такие методы далеко не всегда приносят результаты. Гораздо выгоднее работать собственной головой!

– Не дают результатов, говоришь? – рассердился Голубев.

– Конечно, не дают! Ну, узнаешь ты разные сплетни, нужные и ненужные. Скорее всего, даже заподозришь кого-нибудь, потому что люди любят делиться друг с другом разными подозрениями. Но это не значит, что ты сделаешь при этом правильные выводы. Чаще бывает наоборот. Многие люди либо недоговаривают, либо придумывают. Редко кто говорит правду. Так какие же выводы можно сделать, если правды ты так и не услышал?

– Вы закончили свою пронзительную речь? – едко осведомился Голубев.

– Закончил.

– И считаете, что ничего полезного я не узнал?

– Почему же, ты узнал массу важных фактов. Только что тебе это дает?

– Мне это дает основание для подозрения Хлопкова-старшего в убийстве.

– Да? И каким же образом? Только потому, что они изъяли деньги не из того источника? Так им гораздо выгоднее, чтобы Зеленский был жив. По крайней мере, они бы могли попытаться уговорить его положить деньги обратно в банк!

– И все-таки я настаиваю на том, что эти, как вы называете, незаконные методы получения информации очень полезны. Особенно в этом деле.

– Что же полезного вы для себя уяснили? То, что у Хлопковых проблемы с деньгами?

– Уже нет! – торжественно сообщил Голубев и широко улыбнулся.

– В смысле «уже нет»?

– Нет проблем!

Эрик нажал на тормоз и оглянулся на следователя. Мариша тоже недоуменно поглядывала на Голубева.

– Объясни, что ты хочешь сказать. Похоже, я чего-то не понял, так есть проблемы или нет?

– А вы напрягите свои серые клеточки, – съязвил следователь.

– Ты хочешь сказать, – медленно начал Эрик, – что вчера проблемы были, а сегодня их уже нет?

– Именно! – еще шире улыбнулся тот.

– Как это? – нахмурилась Мариша. – У них появились деньги?

– Совершенно верно! Вот теперь я вижу, что вы начали соображать. Сегодня у Хлопковых нет никаких проблем. У них есть деньги, и та финансовая дыра, которую они должны были залатать, полностью залатана!

Эрик какое-то время недоверчиво смотрел на Алексея. Тот явно наслаждался своим триумфом. Видеть растерянного сыщика ему еще ни разу не приходилось.

– А где они взяли деньги? – спустя несколько минут поинтересовалась Мариша.

– Хороший вопрос, – кивнул Голубев, – но вот этого я как раз и не знаю.

– А как же твои эффективные методы работы? – не удержался Эрик.

– Ну, мы тоже не боги, – скромно заметил Голубев. – Не все удается узнать. Даже такими способами.

– Значит, у Хлопковых появились деньги, – медленно проговорил Эрик и завел мотор. – Это наводит на размышления…

– А чего тут размышлять? Все и так понятно. Хлопковым нужны были деньги. Они надеялись, что Артемьев вернет их назад. Но он погиб. А у банка возникли большие проблемы. Позавчера убили Зеленского, который знал, где хранятся деньги, а сегодня все проблемы Хлопковых исчерпаны. Возникает естественный вопрос… – Голубев сделал паузу.

– Да, вопрос возникает, – по-прежнему задумчиво сказал Эрик.

– Где Хлопковы взяли деньги? – предположила Мариша.

– Нет, у меня возник другой вопрос…

– Как другой? – опешил Голубев. – Разве может в этой ситуации возникнуть другой вопрос?

– Может, Алексей, может.

– И какой же?

– Почему проблема Хлопковым была решена только сегодня?

– Не вижу связи.

– Ну, как же… Если Хлопков убил Зеленского, чтобы завладеть деньгами, то его проблема должна была решиться вчера, а не сегодня. Почему он ждал целые сутки? Для него даже час промедления мог быть критическим.

Голубев захлопал глазами.

– А может, он не хотел, чтобы его подозревали? – наконец сказал Голубев. – Все-таки было бы очень подозрительно, если бы он вернул деньги в банк сразу. Только вчера у него были проблемы, а сегодня уже все в порядке. Согласитесь, что это выглядело бы подозрительно?

– Не соглашусь. Не забывай, что об их проблемах никто не знал. И не узнал бы, если бы не твой человек. Так что в их интересах было бы побыстрее вернуть деньги в банк! И не ждать целые сутки!

Голубев открыл было рот, но передумал и ничего не сказал.

– Но откуда тогда Хлопковы взяли деньги? – наконец выдавил он.

– А это уже другой вопрос!

– И все-таки я вижу здесь прямую связь. Вчера у банка были проблемы и Хлопков понятия не имел, где найти инвестора, а сегодня у них все прекрасно и банк снова работает, как прежде. Разве не логично, что они убили Зеленского, забрали у него деньги, а потом положили в банк?

– Если так рассуждать, значит, нужно признать, что и Артемьева они убили. Ведь мы увязали между собой эти два убийства, не так ли?

– Увязали, – нехотя кивнул Голубев. – Хотя, может быть, здесь есть что-то такое, что мы проглядели.

– Кстати, результаты экспертизы готовы? Взрыв был неслучаен? А то мы с тобой предполагаем, увязываем, а Артемьев, может, и в самом деле погиб абсолютно случайно! Я готов допустить некое совпадение.

– Неслучаен, – снова кивнул Голубев. – Эксперты практически признали это. Видимо, что-то произошло с вентилем газового баллона…

– Так я и думал… – Эрик задумчиво уставился в окно.

– Опять «так и думал», – шепотом передразнил его Голубев.

Мариша обернулась и с любопытством посмотрела на следователя.

– Что смотришь? – с горечью поинтересовался он. – Та же самая история! В прошлый раз Эрик «так и думал», но ничего не говорил. И сейчас то же самое. Почему бы ему раньше не сказать, о чем он думает, а?

– Методы у него такие! – серьезно ответила Мариша и отвернулась, чтобы не рассмеяться.

Ей было жаль Голубева. Тот всегда смотрелся очень бледненько на фоне Эрика. А когда начинал обижаться, то выглядел мальчишкой-подростком, которого взрослые учат, как себя вести, а он сопротивляется изо всех сил, пытаясь показать, какой он уже взрослый. Ну как над таким не посмеяться! Правда, если она сейчас себе это позволит, то Голубев обидится еще и на нее. И каковы будут последствия – неизвестно. Вдруг он запретит ей участвовать в расследовании?

– Не дуйся, – шепнула она ему. – Ты же знаешь Эрика. Он сам себе на уме. Даже я не знаю о его мыслях и планах.

– Что значит «даже я»? Тебе вообще об этом не положено знать! Ты с нами ездишь только в порядке исключения! Или у вас какие-то особые отношения? – насторожился Голубев.

Мариша прикусила язык. И в самом деле, что значит «даже я»? Кто она ему? Просто подруга! Он ей ничем не обязан и в свои дела не посвящает. Она и не должна ничего знать!

Около ворот артемьевского дома их ждал сюрприз – в виде семейства Зотовых в полном составе.

– Кто их сюда приглашал? – поинтересовался Голубев, с тоской поглядывая в окно.

– Не я! – покачал головой Эрик, и мужчины дружно посмотрели на Маришу.

– Что вы на меня смотрите, я даже не разговаривала с ними!

– Настя… – протянул Эрик. – Кроме нее, больше некому.

– А я-то радовался, что они меня не допекают! – с горечью произнес следователь. – Конечно! Зачем им разговаривать со мной и получать от ворот поворот, когда есть более легкий вариант!

– Не стони! Ты же все равно хотел еще раз осмотреть дом вместе с ними.

– Хотел, но в удобное для меня время!

– Ничего страшного, зато не придется никого ждать. Вот они, на месте, в полном составе.

Мариша обратила внимание, что Курицын опять держался особняком. Какой-то он ненастоящий, – пронеслось у нее в голове. – Будто что-то держит в себе. И никому ни о чем не говорит. Интересно, Марго знает, о чем он думает, или ее он тоже не допускает в свои мысли?

– Ну и как это называется? – закричала Ольга, едва Голубев вышел из машины.

– Тише, тише, не кричите, – отступил он назад.

– То есть как это не кричите? Вы нашли деньги, а мы об этом узнаем в последнюю очередь?

– Ну, допустим, денег мы не нашли. Так… Одну пачку. Мы всего лишь нашли место, где они были спрятаны.

– А разве этого мало, чтобы поставить нас в известность? Вы даже Марго не разрешили осмотреть тайник, хотя она была практически на месте!

– Ольга, успокойтесь! – повысил голос следователь. – Есть некоторые вопросы, касающиеся следствия, которые мы должны выяснить в первую очередь. И только потом информировать заинтересованных лиц.

– И когда же вы собирались нам обо всем сообщить?

– Сегодня и собирались!

– Я вижу! Сами приехали осматривать домик, а нам не сказали ни слова!

– Предположим, мы приехали сюда по другому поводу.

– По какому же?

– Я не обязан перед вами отчитываться! – рассердился Голубев.

– Еще как обязаны! Я наняла господина Петрова, чтобы он нашел мои деньги!

– А что, вас только деньги интересуют?

– Представьте себе – да!!!

– А как же ваш дядя? Вам неинтересно, почему он погиб?

– Почему, почему… дяди уже нет! И денег тоже нет! На что я буду жить? Когда был жив дядя, я всегда могла на него рассчитывать, а теперь что? Ни дяди, ни денег!

– Вы хоть любили своего дядю? – устало спросил Голубев разошедшуюся Ольгу.

– Конечно, любила… – вдруг сникла она. – Вы знаете, как мы жили после смерти мамы? Голодали, ходили в обносках… А тут вдруг дядя! Да он подарил нам сказку! Я до сих пор иногда не верю, что все это случилось с нами! – Ольга всхлипнула.

– Смотри-ка, даже у нее, оказывается, есть сердце! – пробормотала Мариша еле слышно себе под нос.

Но Эрик все равно услышал ее.

– Сердце со встроенным калькулятором, – усмехнулся он.

– Не надо, не ерничай, мне кажется, она сейчас говорит искренне.

– Я тоже так считаю. Но одно другому не мешает.

– Так, господа! – повысил голос Голубев. – Я попрошу вас пока остаться здесь. Мы побеседуем с одной особой, а потом вернемся сюда и все вместе еще раз осмотрим домик. Кстати, Маргарита, вы звонили Римме?

– Звонила. И вчера, и сегодня. Телефон не отвечает. Наверное, батарейка села. Она всегда забывает его зарядить.

– Идемте, – распорядился следователь и направился к Римминому дому.

Шагать было недалеко. Расстояние в пару сотен метров они преодолели за несколько минут. Марго увязалась за ними, настаивая, что Римма ее подруга и она быстрее ее разговорит. Голубев остановился около уже знакомых ворот и нажал на звонок. Как и вчера, ответом им была тишина.

– Она сошла с ума! – рассерженно воскликнула Марго. – Знает же, что должна с вами поговорить, и бегает невесть где! Я сейчас позвоню ей на работу.

– Подождите, – остановил ее Эрик, когда Марго уже принялась набирать телефонный номер.

Он подошел к забору, подпрыгнул и легко подтянулся. Даже под курткой были видны его напрягшиеся бицепсы, и Мариша невольно им залюбовалась.

– У вашей подруги какая машина? – спросил он, оборачиваясь к Марго. – Красная малолитражка?

– Да. Она там?

– Машина на месте.

– Значит, Римка спит. Как всегда, вставила в уши затычки и отрывается после вчерашнего.

– Голубев, сможешь подтянуться? – тихо спросил сыщик, глядя в сторону дома.

– Зачем? Мы с тобой влезем на чужой участок, а потом хозяйка предъявит нам обвинение в незаконном проникновении на чужую территорию.

Эрик махнул рукой, влез на забор и спрыгнул во двор. Через пару минут ворота открылись, и сыщик пригласил их войти.

– Да черт с ней, с этой Риммой, Эрик! – раздраженно сказал Голубев. – Потом поговорим. Лучше пошли отсюда, а то потом проблем не оберешься.

– И все же давай посмотрим внутри, – сыщик настойчиво потянул его за рукав.

– Да не пойду я! – начал возмущаться следователь, но, взглянув на его хмурое лицо, сменил гнев на милость.

– Ладно, но отвечать будете вы! Марго, вы идете с нами. Если ваша подруга испугается, то вы ей все объясните.

– Я думаю, она не испугается, – тихо произнес сыщик, и у Мариши по спине пробежал холодок.

Он быстро подошел к входной двери и нажал на ручку. Дверь тихо открылась.

– Странно, Римка всегда запирала дверь, – немного побледнев, заметила Маргарита.

– Где она обычно бывает, ведите, – приказал сыщик.

Марго с опаской вошла в дом. Мариша, не выдержав, направилась за ними. Ей было немного жутко стоять здесь одной. Не дойдя до двери пары метров, она вдруг услышала жуткий крик Маргариты. Девушка кричала, не переставая, словно заведенная, и, преодолевая страх, Мариша, побежала вперед. Внутренний голос говорил ей: не ходи туда, не надо. А в сознании билась другая мысль – она должна быть там, чтобы поддержать Марго, если ей понадобится ее помощь.

Первое, что увидела Мариша, ворвавшись в комнату, – это Римму с удавкой на шее и Марго, осевшую на пол рядом с ней. Мариша не могла оторвать взгляда от незнакомой ей девушки. Еще вчера она была веселой и жизнерадостной, но сегодня на ее некогда симпатичное лицо было жутко смотреть. Было видно, что девушка сопротивлялась, потому что ковер вокруг был сдвинут, пуфик перевернут, лампа разбита. Мариша сделала над собой усилие и оторвала взгляд от ужасного зрелища. Она бросилась к Маргарите и крепко обняла ее.

– Пойдем сядем на диван, – принялась уговаривать она. – Не нужно здесь находиться.

– Я не хочу! – громко кричала та. – Я хочу поговорить с Риммой! Отпусти меня!

– Не кричи, – ласково говорила ей Мариша, – пойдем в сторонку, я принесу тебе воды!

– Не нужна мне вода. Мне нужна моя подруга! Скажите ей, чтобы она перестала притворяться, мне страшно!

– Голубев, вызывай бригаду и «Скорую», – приказал Эрик, бегло оглядывая помещение.

– Зачем «Скорую»? У нас свои специалисты.

– «Скорую» для Маргариты. Мне кажется, у нее истерика.

Следователь отошел в сторону и принялся терзать телефон. Маргарите становилось все хуже и хуже. Мариша пыталась успокоить ее, но получалось это довольно плохо. Марго брыкалась, вырывалась из Маришиных рук и все еще пыталась подбежать к подруге. У Мариши практически не осталось сил, чтобы удерживать девушку. Внезапно та еще раз сильно дернулась и осела на диван.

– Что с ней? – испуганно закричала Мариша.

– Перенервничала, – сказал Эрик, посмотрев на Марго. – Сейчас врачи приедут и приведут ее в чувство.

– Фу, – выдохнула Мариша и попыталась восстановить дыхание.

После борьбы с Маргаритой у нее сильно стучало сердце, а перед глазами прыгали черные точки. Она упорно старалась не смотреть на мертвую девушку, но глаза то и дело подбирались к распростертому телу.

Только сейчас она задала себе вопрос: а что здесь случилось? Кто задушил Римму? За что? И сама же себе ответила: Римма знала убийцу Зеленского. Она могла его назвать.

Мариша тупо уставилась в стену и принялась двигаться из стороны в сторону, словно маятник. Но кто знал, что она может опознать убийцу? Кто? Кто?? Кто??? Зотовы, Настя и Антон Хлопковы, полицейские, которые приняли вызов, Эрик с Голубевым… Стоп! Она поехала не в ту сторону. Эрик и Голубев здесь однозначно ни при чем. Она тоже не убивала эту девушку… Ну вот, опять! Конечно же, она ее не убивала. Но тогда кто? Выбор у нее невелик. Всего с десяток человек знали о том, что Римма видела человека, выходящего из дома Артемьева. Но тогда почему не убили Анну? Она тоже его видела! Или убийца не знал о том, что за ним наблюдала Анна? А теперь убивать ее уже поздно, она все рассказала.

На улице послышался звук сирены, и Мариша очнулась от своих мыслей. В гостиную быстрыми шагами вошел врач и сразу попятился, увидев тело.

– А мне сказали, что у девушки истерика, – проблеял он, делая еще несколько шагов назад.

Врач был совсем молоденьким парнишкой, и Марише стало его жаль. Наверное, он впервые встречается с таким ужасным зрелищем.

– Подойдите сюда, – махнула она ему рукой.

Он испуганно обошел диван и уставился на Марго, которая по-прежнему не подавала признаков жизни.

– Она в порядке, просто сознание потеряла, – пояснила Мариша, подталкивая врача к дивану.

Тот уже взял себя в руки, открыл свой чемоданчик и достал стетоскоп.

– А вы кто будете? – поинтересовался он, прослушивая Марго. – Нужно бы полицию вызвать.

– Мы и есть полиция, – отозвался Голубев, входя в комнату.

Он достал из кармана корочки и показал их доктору.

– Тогда все в порядке, – успокоился тот. – Мне осмотреть ту, другую девушку или…

– У нас свой специалист, – успокоил его следователь, и врач заметно повеселел.

Он достал нашатырный спирт и поводил им перед носом у Марго.

Она застонала и открыла глаза.

– Где я? – еле слышно спросила она. – У Римки? А где она сама? Я второй день не могу до нее до-звониться.

Марго попыталась встать, но доктор твердой рукой уложил ее обратно на диван.

– Лежите, лежите, вам стало плохо, и вы потеряли сознание. Нужно еще немного отдохнуть. Сейчас я сделаю вам укольчик, и вы будете себя чувствовать гораздо лучше.

– Не надо, я боюсь уколов…

– Не нужно ничего бояться. Закройте глаза и глубоко дышите.

Он ловко поставил ей укол, и Марго расслабилась. Ее дыхание стало ровнее и глубже, девушку перестало знобить, а взгляд стал более спокойным и безмятежным.

Мариша взяла ее за руку и тихонько погладила. Ей было невероятно жаль Марго. Видимо, они были очень близки с Риммой, раз она так отреагировала на ее смерть. Мариша присмотрелась к девушке. На ее лицо стал возвращаться румянец, и врач удовлетворенно кивнул.

– Что ж, раз моя помощь больше никому не нужна, я отбываю! Я напишу вам, какие лекарства дал вашей подруге, если будут вопросы, покажете эту бумагу.

Она кивнула, положила листок в карман и взяла Марго за руку. «Все-таки Маргарита очень хороший человек, – принялась размышлять Мариша. – Она искренняя, открытая и в то же время очень ранимая… Такие чувства, которые продемонстрировала Марго, никогда не сыграешь! Именно поэтому так важно, когда люди ведут себя искренне. Сразу видно, кто из них думает сердцем, а кто – только притворяется».

Мариша нахмурилась. Какие-то мысли, касающиеся искренности и переживаний, царапнули ее и засели в голове неприятным осадком. Или это касалось актерства и игры? Кто-то недавно говорил по поводу хорошего актерского мастерства. Вот только по поводу чего шел этот разговор? О ком шла речь?

Но чем больше Мариша думала, тем меньше она могла что-то вспомнить. Словно какой-то стопор тормозил ее мыслительный процесс.

«Ладно, – решила она, – потом вспомню. Сейчас совершенно не до этого. Нужно смотреть за Маргаритой. Как бы она не наделала глупостей».

Неожиданно раздался громкий звонок, и Мариша вздрогнула. Кто бы это мог быть? Эрик открыл входную дверь, и на пороге возникла Анна.

– Что случилось? – громко спросила она, забегая в гостиную. – Ой! – Она зажала рот рукой и вытаращила глаза. – А я хотела узнать, что с Риммой, все ли в порядке… – совсем тихо произнесла женщина и беспомощно посмотрела по сторонам.

– Как видите, не все, – отозвался Эрик, хмуро разглядывая любопытную соседку. – А откуда вы узнали, что у Риммы проблемы?

– Так я же видела «Скорую», – пробормотала она, пятясь назад. – Вот и пришла посмотреть. Я ведь присматриваю за Риммусей – если это можно так назвать.

– Как это присматриваете?

– Понимаете, ее мать – моя давняя подруга. Когда Римма захотела жить отдельно, причем именно за городом, та прибежала ко мне за советом, что ей предпринять. Родители понимали, что дочка выросла и хочет самостоятельности, но оставить ее «где-то в лесу», как выразилась ее мать, они не могли. Тогда я привезла ее в этот поселок, где уже благополучно жила, и показала ей этот «лес». В общем, отец построил ей здесь дом, а меня попросили за ней приглядывать. На всякий случай. Вот я и присмотрела… И зачем я только привезла ее в этот поселок! – Женщина упала в кресло и громко зарыдала.

– Успокойтесь, – Мариша обняла Анну за плечи и повернула к себе. – Вы ни в чем не виноваты! Вы же не знали, что так получится.

– Виновата! Еще как виновата! И зачем я только уговаривала Аллу! Видимо, материнское сердце что-то чувствовало!

– Анна, и в самом деле, успокойтесь! – строго проговорил подошедший Эрик. – Вы здесь абсолютно ни при чем. А матери просто не хотелось отпускать дочь, вот она и волновалась. Скажите лучше, вы никого не видели вчера или сегодня около ее дома?

– А когда именно произошло это убийство?

– Пока не знаем, ждем эксперта.

– Ничего не видела! Из моих окон Риммин участок не просматривается. Сами видите, он у нее последний. Если кто и видел, то вон из того дома напротив, – и Анна показала рукой через дорогу.

Эрик проводил взглядом ее жест. Это был единственный дом, где следственной группе не открыли дверь. Хотя в доме явно кто-то находился. Эрик ясно видел легкое движение за занавеской.

– А кто, вы говорите, там живет? – Он снова повернулся к Анне.

– Понятия не имею, – пожала она плечами. – Я только знаю, что этот дом сдают. Мужчина какой-то. Может быть, инженер. Послушайте! – Она схватила Эрика за руку. – А вы не могли бы сами сообщить ее родителям? Я не смогу… – Она всхлипнула и уткнулась в ладони.

– Конечно, мы сообщим. Только вы возьмите себя в руки. Сейчас нам всем необходимо быть предельно собранными.

– Кто же ее мог убить? Сначала Зеленский, потом Римма… А может, в поселке завелся маньяк? – И она со страхом посмотрела на сыщика.

– Не говорите глупости, – устало сказал подошедший Голубев. – Маньяки убивают исходя из собственных больных соображений. А здесь явно прослеживается какая-то схема.

– Но Римму-то почему убили? Она не имела никакого отношения к Артемьеву и Зеленскому. Они даже не были близко знакомы. Ведь не из-за того же, что она видела, как кто-то выходил с их участка?

– А что вы об этом знаете? – насторожился Эрик.

– Все, что она рассказывала. Мы встретились вчера утром на пятачке, обсудили последние события. Я рассказала, что видела кого-то на участке Артемьева, только не поняла, кто это был. Римма тут же приняла загадочный вид и сказала, что тоже видела человека. И даже, как ей кажется, узнала его. Она позвонила в полицию, но там от нее отмахнулись. Тогда она позвонила Маргарите Зотовой. Но той, видимо, это тоже было неинтересно. Тогда девушка обиделась и решила, что никому ничего больше не скажет!

– И кто это слышал? – мрачно поинтересовался Голубев, уже примерно зная ответ.

– Да многие… Пятачок – это место возле местного магазина. Те, кто идут в магазин, останавливаются на этом пятачке и обсуждают последние новости.

– А если кто-то не был в магазине и не слушал новостей, – подхватил Эрик, – то их разнесут уборщицы, электрики и прочие. Я правильно понимаю?

– Да, так оно и есть! – растерянно кивнула женщина. – Но какое это имеет отношение к Римме?

– Самое прямое. Кто-то поверил, что она действительно узнала этого человека.

«Дело усложняется! – приуныла Мариша, разглядывая женщину. – Сначала я считала, что людей, знавших о том, что Римма видела ночного посетителя, всего десяток. А теперь, оказывается, их гораздо больше! Ну и кого теперь подозревать?»

Эрик отошел к окну и принялся что-то шепотом объяснять Голубеву. Анна немного успокоилась и изредка косилась на тело Риммы. Мариша наблюдала за женщиной из-под ресниц. Маргарита спала, или, по крайней мере, делала вид, что спит. В доме воцарилось спокойствие. Мариша тоже немного успокоилась и взяла себя в руки. Увы, но роль сыщика часто сопряжена с такими печальными моментами. И ей нужно доказать Эрику, что она вполне годится для этой роли.

Анна по-прежнему сидела тихо. Мариша наблюдала за всеми из своего уголка. Но что это? Лицо Анны вдруг озарила широкая усмешка, и на мгновение ее взгляд стал одновременно и злым, и удовлетворенным. Как у сытого крокодила. Правда, длилось это только миг. Уже через секунду в глазах женщины снова поселилась скорбь.

Мариша уставилась на Анну. Неужели это было на самом деле? Но откуда в женщине такие странные эмоции? Однако сколько Мариша ни вглядывалась в ее лицо, кроме горя и искренней печали, она так ничего и не заметила.

«Неужели мне показалось? – промелькнуло у Мариши в голове. – Все может быть. Освещение здесь не очень. Да, скорее всего, показалось. Анна хорошая, отзывчивая женщина. Какие у нее могут быть причины желать смерти дочери своей подруги? Да никаких! Я уже начинаю видеть то, чего на самом деле нет!»

– Наконец-то! – воскликнул Голубев, завидев полицейские автомобили, и пошел открывать дверь. Уже через минуту от спокойствия не осталось и следа. Судебный врач осматривал тело, несколько человек прочесывали комнату в поисках улик, и каждый из них время от времени украдкой поглядывал на Эрика. А тот, казалось, совсем не обращал на это внимания. Он тихонько переговаривался с Голубевым и давал некоторые указания.

– Маришка, так это правда? – услышала она позади себя сдавленный голос и обернулась.

Маргарита Зотова с трудом поднялась на диване и с ужасом оглядывала комнату.

– Правда, – тихо отозвалась она.

– Но почему? За что?

– Скорее всего, за то, что она видела какого-то человека на участке Артемьева.

– А ведь она звонила мне по этому поводу, – всхлипнула девушка. – Если бы я ее слушала внимательнее, она была бы сейчас жива! А я, видите ли, очень хотела спать! Эгоистка! – И она снова всхлипнула.

– Не вини себя, ты здесь ни при чем. Ведь не ты ее убила, правда?

Маргарита как-то странно поглядела на Маришу и сжала кулаки.

– Это я ее убила. Я! Я!! Я!!! – И девушку снова затрясло.

– Как же ты ее убила, деточка? – мягко спросила подошедшая Анна.

– Я не стала ее слушать, когда она мне звонила. А ведь если бы она назвала мне имя того человека, то…

– То вы могли бы разделить эту участь, – закончила за нее женщина. – Об этом ты не подумала?

Марго подняла на нее глаза. Похоже, такая мысль не приходила ей в голову.

– Вы считаете, что и меня могли бы… – Она не закончила свой вопрос.

– Да, могли бы. А ты и в самом деле не знаешь человека, которого видела Римма?

И снова Марише показалось, что в голосе Анны проскользнули пытливые нотки.

– Откуда? Мы с ней так и не поговорили после ее звонка. Должны были встретиться вчера, но не застали ее дома. А сегодня…

– Не переживай, – Анна обняла Маргариту. – Ты ни в чем не виновата. Как ты могла предусмотреть эту ситуацию? Пусть себя винит тот, у кого поднялась рука на Риммусю!

И вновь Марише послышались неискренние нотки в голосе Анны. А может быть… Мариша даже задохнулась от мысли, пришедшей ей в голову. А вдруг в этом деле замешана Анна? Что, если она никого не видела? И сказала об этом только для того, чтобы отвести от себя подозрения?

Она взглянула в сторону Эрика. Тот беседовал с доктором, который только что закончил осмотр тела Риммы. Она встала с дивана и подошла к мужчинам. Доктор покосился на девушку и вопросительно взглянул на Эрика. Тот едва заметно кивнул, и доктор продолжил прерванный разговор.

– Прошли почти сутки, как ее задушили.

– Вы уверены?

– Практически – да. Конечно, в лаборатории я еще уточню некоторые моменты, но с большой долей уверенности могу сказать, что с момента смерти прошло как минимум двадцать часов.

– Значит, вчера, когда мы к ней приезжали… – начала Мариша, но закончить фразу не смогла. В горле образовался комок, и она еле сдержалась, чтобы не заплакать.

– Да, вчера в шесть вечера она уже была мертва, – закончил за нее врач.

Мариша перевела на Эрика беспомощный взгляд и вдруг ощутила ужасную, нечеловеческую усталость. Да что же это за работа такая! Каждый день какой-нибудь «сюрприз»! Если случится что-нибудь еще – она сойдет с ума!

– Хочешь, я отвезу тебя домой? – поймав ее взгляд, предложил Эрик.

– Нет, не хочу тебя отвлекать. Работай, я подожду.

– Смотри… Ты точно в порядке?

Доктор, ни слова не говоря, взял Маришу за запястье и около минуты держал ее за руку. Затем оттянул веки и заглянул в глаза.

– Пульс немного учащенный, – наконец констатировал он, – но, в общем, состояние удовлетворительное.

– Посиди на диване с Марго, хорошо? – попросил Эрик. – Ей может понадобиться поддержка.

– Хорошо! – кивнула она. – Послушай, я хочу тебе кое-что сказать, – вдруг решилась она.

– Что? – спросил он, отойдя в сторону.

– Мне кажется, Анна говорит неправду. Ты не думаешь, что она могла придумать того мужчину на участке у Артемьева?

– Почему ты так считаешь? – настороженно спросил Эрик, взгляд которого сразу стал жестким и цепким.

– Мне так показалось…

– Что значит показалось? В таких делах одних подозрений мало. Нужны факты.

– У нее такой взгляд…

– Какой такой?

– Не соответствующий тому, что она говорит.

– Поясни.

– Ну, например, она плачет по поводу Риммы и в то же время смотрит как-то хитро, с удовлетворением, что ли… И потом, Римму убили за то, что она видела кого-то, а Анна-то жива!

– Проверим, – кивнул он. – Ты поменьше об этом болтай. Как видишь, человек, совершивший эти убийства, решительный и скорый на расправу. Его ничего не останавливает. Поэтому говори только по существу, хорошо?

– Эрик, мы заканчиваем здесь, – сообщил Голубев, подходя к сыщику. – Ты все осмотрел?

– Да, все. Помоги Маргарите выйти из дома. И Анну не забудь. Кстати, попроси ее никуда не уходить. Мы с ней еще побеседуем.

– Хорошо, – кивнул Голубев и направился раздавать указания.

Мариша подошла к дивану и подала руку Марго.

– Пойдем, нужно отсюда уходить.

– А как же Римма? – Девушка подняла на Маришу заплаканные глаза.

– Ее сейчас увезут, а дом опечатают.

Маргарита с трудом встала с дивана и буквально рухнула на Маришу.

– Прости, у меня закружилась голова.

– Ничего, опирайся на меня, если тебе не очень хорошо.

– Может, пойдем ко мне? – предложила Анна. – Я чайник поставлю. У меня и коньячок есть. Нужно же прийти в себя.

– Спасибо, может немного позже, – твердо ответила Мариша и повела Маргариту к выходу.

Девушка все время оглядывалась и смахивала с глаз слезы. Они вышли во двор вместе со следственной бригадой. Голубев отдал последние указания и хмуро уставился на Маришу.

– Что-то у нас складываются нехорошие традиции, – заметил он, глядя на девушку тяжелым взглядом.

– Что ты имеешь в виду?

– Как только ты едешь с нами – мы обязательно находим труп! Поверь мне, за все годы работы я не встречал разом столько трупов, как за эти несколько дней.

– Ты не преувеличивай, – одернул его Эрик. – И не нужно срываться на Марише. Не она является причиной твоего плохого настроения.

– Есть люди, с которыми постоянно происходят автомобильные аварии. А кто-то всегда вытягивает счастливые билетики. Мариша же – ходячее несчастье. Она притягивает к себе негатив.

Мариша вспыхнула и прикусила губу, чтобы не расплакаться.

– Не слушай его, – зло сказал Эрик и оттеснил Голубева назад. – Когда у него плохое настроение, ему всегда хочется его на ком-то выместить.

– А вдруг это правда? – дрожащим голосом сказала она. – Ведь на самом деле что-то подобное происходит!

– Не говори глупостей, а то сейчас отправлю тебя домой! Взрыв в доме Артемьева произошел, когда тебя еще здесь не было. И человек, который спланировал это дело, считал, что все осталось шито-крыто. Но он ошибся. И теперь ему приходится покрывать свои огрехи. Так что ты здесь абсолютно ни при чем!

– Наверное, ты прав… – немного подумав, кивнула она.

– Конечно, прав! А тебе лучше прекратить влезать в это дело. С завтрашнего дня сиди с Настей дома, а я буду приходить и все-все вам рассказывать!

Мариша сжала зубы.

Ну уж нет! Сидеть дома! Как бы не так! Столько уже пройдено, сколько сделано, и остановиться на полдороге? Нет! Она пойдет до конца.

Очевидно, Эрик понял все, что отразилось на ее лице, потому что он только вздохнул и присоединился к Голубеву, который буквально лопался от злости.

Глава 15

Ольга пинала грязь около домика дворецкого и недовольно хмурилась. Ей хотелось сказать пару ласковых слов этому надутому павлину Голубеву, который уже второй день не может предоставить им доступ в домик. Завидев компанию, она уже открыла было рот, чтобы высказать все, что думает по этому поводу. Однако, посмотрев на Маргаритино лицо, передумала.

– Что случилось? – тревожно спросила она. – Что вы сделали с моей сестрой?

– Марго, дорогая! – Курицын подбежал к девушке и обнял ее.

– Я вас спрашиваю! – повысила голос Ольга и сжала кулаки.

«А я думала, что они только ссорятся, – удивилась Мариша. – Оказывается – нет. Неужели Ольга способна на родственные чувства?

– Римму убили! – слабым голосом ответила Марго, не дожидаясь, пока подойдут мужчины.

– Как убили? Совсем убили? – растерялась Ольга.

– Совсем, у нее все лицо распухло, даже не узнать! – И Маргарита снова расплакалась.

– Дурдом! – сквозь зубы бросила Ольга и топнула ногой. – Сначала дядя, потом Зеленский, теперь еще и Римма. Сколько это будет продолжаться? Я вас спрашиваю! – накинулась она на Голубева. – Вы полицейский или нет? У вас людей убивают, а вам хоть бы хны!

– Мы разберемся, – хмуро ответил тот, отходя подальше от Ольги.

– Оленька, а может, поедем домой? – осторожно спросил Краснов. – Мало ли что еще здесь произойдет! Мне не хотелось бы, чтобы в нашей семье были еще жертвы.

– Надеюсь, что их больше не будет, – отозвался следователь.

– Мы тоже на это надеялись, – язвительно ответил он. – Но, как видите, наши надежды не оправдались! Девушку задушили, а вам хоть бы что!

– Мы принимаем все возможные меры, – повторил Голубев.

– Вы меня извините, но что-то не похоже! Поехали отсюда, Оля!

– Нет, Женя! Мы осмотрим домик! – решительно произнесла она. – Если по нашему участку разгуливают чужие люди и убивают наших соседей, то мы тем более должны все здесь осмотреть. А то завтра может быть поздно. Наша полиция не в состоянии защитить ни нас, ни наши деньги!

«Железная леди!» – подумала Мариша и оглянулась на Голубева.

Тот то краснел, то бледнел. В общем, переливался всеми цветами радуги. Голубев всегда очень переживал, если дело стопорилось и не двигалось дальше. А если оно развивалось по худшему сценарию, то Голубев становился совершенно невыносимым! Вот и сейчас он был готов растереть Ольгу в порошок, но, естественно, не мог себе этого позволить, потому что она была права. Права на все сто процентов. Какой бы она ни была – жесткой, циничной, корыстной, в данной ситуации она была права абсолютно. И это еще больше бесило следователя.

Мариша понимала, что сейчас ему больше всего хотелось отправить их восвояси. Но в то же время он должен был сделать свое дело – осмотреть жилище Зеленского еще раз. Причем осмотреть его вместе с Зотовыми. А значит, ему придется сжать зубы и провести еще по меньшей мере час в их обществе.

– Пойдемте, – буркнул он и отпер домик.

Вся компания осторожно вошла внутрь. С последнего раза здесь ничего не изменилось, только воздух стал спертым, таким, какой всегда бывает в нежилых помещениях.

– Прошу вас, – следователь сделал широкий жест.

Первой в комнату вошла Ольга. Она по-хозяйски оглядела все вокруг, задержалась взглядом на диване и только потом стала разглядывать пол.

– Ну, и где этот тайник? Что-то я ничего не вижу.

– Было бы глупо, если бы он оказался на виду, – мягко проговорил Краснов, беря девушку под руку.

– Да, действительно. Но может, вы нам все-таки его продемонстрируете? – И она поглядела на Эрика.

– Идемте сюда, – кивнул он и подошел к нужной половице. – Вот он, – сказал сыщик, нажимая на панель.

Часть пола отскочила, и все присутствующие вздрогнули от неожиданности. Даже Мариша, которая видела тайник уже второй раз, подивилась хитроумной придумке.

– Значит, здесь… – начала Ольга, но не закончила фразу и наклонилась над отверстием. Она практически засунула голову в дыру, а затем пошарила там рукой.

– Ничего! – наконец произнесла она и выпрямилась.

Эрик кивнул.

– А где те деньги, которые вы нашли?

– В участке, – отозвался Голубев.

– Почему же вы нам их не вернули?

– Во-первых, служебная необходимость, а во-вторых, мы должны убедиться, что это действительно ваши деньги!

– Что значит – ваши? – голосом, не предвещающим ничего хорошего, заговорила Оля. – А чьи же еще? Или вы хотите оставить деньги себе, мотивировав это тем, что нет доказательств того, что деньги наши?

– Что вы несете? – покраснел Голубев. – Вы думаете, о чем вы говорите? Я ведь могу привлечь вас к ответственности за клевету!

– Очень испугали! – фыркнула она. – Сначала дайте отчет своим действиям, а потом привлекайте меня!

– Оленька, успокойся, – встрял Краснов. – Следователь делает свою работу. Он же не виноват, что у него такие инструкции.

– Да неужели! А может быть, это я виновата? Нет уж! Нечего валить с больной головы на здоровую! Верните наши деньги.

– Ольга, завтра мы сверим эти купюры с номерами тех, которые были выданы Артемьеву в банке. И если все совпадет, то вы получите их в свое распоряжение.

Ольга долго сверлила следователя взглядом и наконец нехотя кивнула.

– Так и быть! Подождем еще один день. Но потом я пойду к вашему начальству и буду жаловаться!

– Вы хотели осмотреть домик? – перевел разговор Голубев. – Смотрите, чтобы потом ко мне не было претензий. А то скажете, что я вас и к домику не подпускал.

– Будет нужно – скажу! – заявила Ольга и принялась совать нос во все углы.

Маргарита и мужчины тоже осмотрели дом, но не так тщательно, как она. Хотя Краснов даже простукал стены в поисках еще одного тайника.

– Вообще-то наши люди уже все здесь осмотрели, – сказал Эрик, когда поиски закончились. – Но мало ли что бывает… Мы не нашли, а вы найдете. Но раз и у вас ничего не вышло, можно разъезжаться по домам.

Ольга, даже не сказав «до свидания», первая вышла из дома и быстро пошагала к воротам. Краснов пожал плечами и бросился за ней.

– Вы уж извините сестру, – тихо сказала Марго, – она всегда так себя ведет, когда сильно нервничает.

– Что-то слишком уж затянулось это ее плохое настроение, – съязвил Голубев.

– Так и ситуация еще не решена, – возразила она. – Очень тяжело жить в постоянном стрессе. Оле это никогда не удавалось, тем более – столько дней подряд. Характер такой. – И она развела руками.

– Но вы-то другая, – возразил сыщик.

– Все мы разные, и в этом наша прелесть! – улыбнулась Маргарита и взяла Курицына за руку. – До свидания!

– Удивительная девушка, – пробормотал Голубев ей вслед. – Каждый раз выдает что-то новенькое. Кажется, что я ее уже знаю, и вдруг – на тебе! Очередной сюрприз!

– Да, Марго интересная девушка, – поддакнул Эрик, – жаль только, что она уже занята.

– Она симпатичная. И неглупая вроде. Вот только этот Курицын совершенно не для нее!

– Да ты уже положил на нее глаз!

– И вовсе я ничего не положил! Просто констатирую факт!

– Ну, ну! – усмехнулся Эрик. – Считай, что мы тебе поверили! Что ж, продолжим наше дело. Пойдемте в тот загадочный дом?

– Какой именно?

– Который стоит почти напротив Римминого. Анна сказала, что его сдают и сейчас в нем живет какой-то мужчина. По-видимому, инженер.

– Ты думаешь, он может что-то знать?

– А почему бы и нет?

– Скорее всего, его даже нет дома!

– А я уверен, что есть. Причем в последний раз он точно был там.

– Откуда вы знаете?

– У меня хорошее зрение!

«И завышенная самооценка», – добавил про себя Голубев, а вслух сказал:

– Что ж, пойдемте посмотрим, что из этого получится.

В это же время в машине Евгения Краснова шел разговор между сестрами Зотовыми.

– Оля, ну что ты все время его цепляешь! – тихо выговаривала Ольге Маргарита.

– Потому что он меня раздражает!

– Чем он может тебя раздражать? Он самый обычный полицейский, который выполняет свою работу.

– Этим и раздражает. Его работа мешает нам жить.

– Оленька! Я знаю, что ты любила дядю и тебе очень плохо, оттого что его с нами нет. Но дядю не вернешь, а убийца должен быть наказан!

– Никого он не найдет! – хмуро отозвалась Ольга. – Посмотри на этого напыщенного павлина! Вот Эрик вполне способен довести дело до конца. Но мне кажется, что ему это не очень интересно.

– Ты ошибаешься. Эрик только с виду такой спокойный. Настя рассказывала мне, как он работает. Основную часть времени присматривается и прислушивается, а потом раз – и выдает результат.

– Что-то не похож он на выдающегося детектива. Откуда он вообще взялся? – поинтересовался Краснов.

– Вообще-то он внук знаменитого бельгийского детектива, если ты не знаешь…

– Кого?! – Евгений даже затормозил от неожиданности.

– А разве ты не знал?

– Нет, первый раз слышу.

– И я не знала, – добавила Ольга.

– Я вам говорила, просто вы прослушали!

– Вряд ли мы бы такое забыли.

– Или я не с вами разговаривала?

– Точно не с нами, – кивнула Ольга.

– Но тогда это все меняет! – воскликнул Краснов, возобновляя движение. – Если он такой знаменитый сыщик, значит, он найдет и убийцу, и наши деньги.

– Хотелось бы надеяться! А убийцу Ириного мужа тоже он вычислил?

– Да, – кивнула Марго. – Причем Иру чуть не обвинили в этом преступлении! Кстати, Голубев и вел то дело.

– Вот видишь! – торжествующе воскликнула Ольга. – Я же говорила, что он просто напыщенный павлин!

– Мне до сих пор не верится, что дядю убили, – помолчав, заметила Маргарита.

– А я и сейчас не верю. Кому это было нужно? Дядя жил очень тихо, никому не мешал. Из партнеров по бизнесу у него были только Хлопковы…

– А не могло быть так, что был кто-то еще, а мы об этом не знали?

– Вряд ли, – немного подумав, отозвалась Ольга. – Он же часто рассказывал нам о своих делах. Если бы что-то было, дядя наверняка бы с нами поделился.

Марго помолчала, а потом укоризненно добавила:

– Все-таки зря ты, Ольга, выказала себя эдакой крутой дамой. Теперь все окружающие будут думать, что тебе нужны были от дяди только деньги. Зачем ты так себя повела?

– Чтобы не лезли ко мне со своим сочувствием. Терпеть не могу, когда меня жалеют! Начинаются всякие уси-пуси… А мне нужны конкретные действия! Чем жестче я выгляжу, тем быстрее они будут шевелиться.

– Мне кажется, Голубев и так старается.

– Вот именно, что кажется!

– Голубев умом не блещет. А это преступление не из самых простых.

– Кто бы сомневался! Вот скажи мне, за что убили Зеленского, а?

– Я думаю, из-за денег…

– Вот именно! А кто знал, что деньги у него?

– Не знаю… – растерялась Марго.

– Ты знала?

– Нет.

– И я не знала. Значит, нужно искать того, кто знал.

– И как мы это сделаем?

– Будем думать. Если полиция не в состоянии найти убийцу, то мы сделаем это сами. Эх, если бы Римка была жива…

– Ты думаешь, она видела убийцу?

– Конечно, видела! Иначе зачем она звонила в полицию, а потом тебе?

– Может, она просто видела какого-то человека?

– Просто так людей не убивают, поверь мне!

– Наверное, ты права. Вот и Анна тоже видела кого-то на участке дяди. Но она же жива!

– И Анна видела? А когда? Она не узнала этого человека?

– В день убийства, незадолго до дождя. Она его не узнала. Сказала, что видела только силуэт.

– Это плохо! Возможно, ее показания могли бы нам помочь!

– Чего уж теперь говорить… Самое главное, чтобы больше никого не убили.

– Это точно. Марго, ты уж береги себя, ладно? На Володю особой надежды нет, он всегда занят собой.

– Володя хороший, зря ты так.

– А я и не говорю, что он плохой! Просто он вечно занят, и до тебя ему нет дела. Вот где он сейчас? Сразу после осмотра домика куда-то убежал. Я-то всегда с Женей, он меня защитит, если что. А тебе и надеяться не на кого.

– Ничего со мной не случится!

– Слушай, а может, поживешь пока у нас?

– Ольга! Не говори глупости! Во-первых, ничего со мной не случится, а во-вторых, я не собираюсь вас стеснять.

– Ну, смотри… Маргоша, – вдруг добавила Ольга, – ты звони почаще Насте, ладно?

– Зачем?

– Следи за новостями. Вдруг они выйдут на след денег, а нам ничего не скажут.

– Не говори глупости! Конечно же, нам об этом сообщат!

– Очень важно, чтобы дядины деньги нашлись, ты же понимаешь!

– Да понимаю я все! Кто бы что ни говорил о том, что мы корыстные и все такое… Но деньги – это деньги. К сожалению, современное общество не способно без них обходиться!

– Тебя где высадить?

– Тормозните за поворотом.

– Береги себя, сестренка! Целую тебя!

Глава 16

Голубев в который раз нажимал на звонок интересующего их коттеджа. Дверь открывать не спешили, хотя следователь заметил движение за одним из окон.

– Он точно дома, – тихо сказал Эрик, и следователь кивнул.

– Я заметил. Что будем делать?

Эрик вышел на середину улицы и громко заговорил:

– Эй, господин «как-вас-там-зовут»! Мы знаем, что вы дома! Не понимаю, почему вы не открываете дверь. Мы хотим всего лишь поговорить! Если вы отказываетесь это сделать, мы будем вынуждены искать хозяина коттеджа, выяснять вашу личность, и тогда разговор уже будет другим! Мы даем вам пять минут, чтобы открыть дверь и поговорить с нами.

Эрик замолчал и подошел к воротам. Через две минуты дверь открылась.

– Простите, – произнес мужчина, близоруко щурясь. – Я принимал душ и не сразу услышал, что вы звоните. – И в подтверждение своих слов он потряс влажной головой.

– Спорим, что он только что намочил голову, – шепнула Мариша на ухо Голубеву.

Тот согласно кивнул и вошел в дом. Мариша засеменила за мужчинами.

– Итак, чему обязан вашим визитом?

– В соседнем доме убили девушку. Мы ищем свидетелей этого преступления.

– Убили? – Мужчина подался вперед. – Случайно не ту светленькую, симпатичную?

– Именно ее.

– Какая жалость! – В голосе мужчины прозвучали искренние нотки. – А как это произошло?

– Ее задушили.

– Вот изверги! Уже нашли, кто это сделал?

– Пока нет, но мы ищем. Обходим дома, опрашиваем людей…

– Когда это случилось?

– Вчера около пяти вечера.

– В это время меня не было дома. Эх, как обидно! – Он даже притопнул ногой. – И как такое могло случиться в этом поселке? Сюда ведь не каждый может попасть!

– А вы сами откуда? Почему здесь живете? Ваша соседка сказала, что вы снимаете коттедж!

Мужчина задумался и внимательно посмотрел на Эрика. Почему-то сыщика всегда принимали за старшего, хотя он никак не афишировал свое участие в делах. Мариша рассматривала мужчину. Уже не молодой, повидавший виды человек. Лет пятидесяти пяти – пятидесяти семи… С первого взгляда он казался старше, скорее всего, такое впечатление производили седые волосы. Но если присмотреться, то становилось понятно, что он еще полон сил. Морщин на лице практически не было, и только выражение лица опытного человека выдавало его настоящий возраст.

– Да, снимаю, – наконец ответил он. – А что, это запрещено законом?

– Почему же? Живите, пожалуйста. Это я для порядка интересуюсь. – И Голубев почесал подбородок.

– Я долгое время жил на Севере, – пояснил мужчина, – соскучился по здешнему климату. Родителей уже нет в живых, других родственников тоже. Остановиться мне не у кого, а очень хочется погулять по знакомым местам, сходить на могилки. Вот я и решил арендовать коттедж.

– Но это очень дорого! Почему бы не снять квартиру в городе?

– Это для вас дорого, – усмехнулся мужчина. – А по мне в самый раз. И потом, почему я должен жить в городе, когда здесь хвойный лес, озеро рядом. Благодать!

Голубев покраснел, а Эрик ухмыльнулся.

– Что ж, это ваше право, – наконец заметил следователь. – Значит, по поводу девушки ничего сказать не можете. А может, вы что-то знаете об убийстве Зеленского?

– Что, еще кого-то убили? – схватился за сердце мужчина.

– Да, соседа слева от вас. Или вы не в курсе этого события?

– Нет, да и откуда бы? Я по улицам не хожу, с местными жителями не общаюсь.

– Это там, где совсем недавно взорвался дом.

– Ах, этот участок… Нет, я ничего не знаю. Хотите – верьте, хотите – нет! – И мужчина развел руками.

– Очень жаль, – протянул Голубев и встал, готовый уйти.

– А как вас зовут? – поинтересовался Эрик, прежде чем Голубев подошел к двери.

– Андрей Сергеевич.

– Будьте добры ваш паспорт.

Мужчина замешкался, и Марише показалось, что он немного испугался.

– Паспорт? Я не помню, куда его засунул.

– Ничего, мы подождем, – невозмутимо произнес Эрик и развалился на диване.

Голубев снова опустился на стул.

– Сейчас я поищу, – пообещал мужчина и торопливо вышел из комнаты.

– Вы думаете, что он что-то знает? – тихо спросил Голубев.

– Не знаю, – пожал плечами сыщик. – Но проверить не мешает.

– А мне он показался самым обычным, заурядным человеком.

– Скорее всего, так и есть. Но я проверяю любые зацепки, которые появляются в деле. Таков мой принцип.

– Понимаю, – пробормотал Голубев.

– Простите, что заставил вас ждать, – извинился Андрей Сергеевич, входя в комнату. – Вот мой паспорт.

Эрик взял документ, просмотрел несколько страниц, цепким взглядом «сканировал» его хозяина, а затем бросил взгляд на фотографию.

– Сироткин Андрей Сергеевич. Правильно?

– Да, там же написано.

– Тысяча девятьсот пятьдесят восьмого года рождения.

– Да, это я.

– Что ж, спасибо за помощь, всего хорошего. – И Эрик отдал документ мужчине.

– Да я вроде ничем и не помог.

– Вы с нами побеседовали, а это уже помощь! Если появятся какие-то мысли или, возможно, что-то вспомните, позвоните, пожалуйста! – И Эрик протянул ему визитку.

– Хорошо, если что-то придет голову, обязательно позвоню. Мне очень нравилась эта девушка, – неожиданно добавил он, когда вся группа уже стояла в дверях. – Она была такая молодая и веселая… А я очень ценю молодость. Она у нас одна. Люди, которые покушаются на это богатство, – преступники вдвойне!

– Значит, если убивают человека в возрасте, то это допустимо? – с любопытством осведомился Эрик, останавливаясь на пороге.

– Нет, конечно! Я не это имел в виду! Просто вдвойне обидно, когда уходят молодые. Старые люди уже успели пожить. Они многое повидали. А у молодых еще все впереди… Если я что-то услышу или увижу, касающееся этой девушки, я обязательно позвоню.

– Интересный экземпляр! – присвистнул Голубев, выходя на дорогу. – Значит, молодых ему жаль, а старых нет.

– Он вполне обосновал свою точку зрения, – ответил Эрик.

– А может, это он убил Артемьева и Зеленского? – предположила Мариша. – Решил избавить поселок от уже поживших людей.

– Тогда ему не следовало бы трогать Римму.

– Ну, Римму он мог убить от безысходности. Если она его видела в то время, как он убивал Зеленского, то ему ничего не оставалось, как избавиться и от нее.

– А мне он показался очень искренним человеком, – признался Голубев. – И Римму ему было очень жаль. Это просто бросалось в глаза.

Мариша была согласна со следователем. Сироткин производил впечатление человека простого и искреннего. И по поводу смерти девушки он очень расстроился. Но тут же в ее сознании всплыла фраза: «Он должен быть очень хорошим актером». Где она ее слышала и почему эти слова постоянно вспоминаются ей, когда они опрашивают разных людей.

Точно! Как она может быть такой раззявой! Эрик говорил об этом, когда перечислял качества предполагаемого преступника. В том числе он выделил, что преступник должен быть очень хорошим актером, чтобы не выделяться среди остальных. Почему же ей пришла на ум эта фраза?

Мариша вновь прокрутила в голове разговор с Сироткиным. Что ей показалось не так? Девушка нахмурилась. Единственное, что цепляло ее, – это колебания мужчины перед тем, как принести паспорт. Она перевела вопросительный взгляд на Эрика.

– Многие люди боятся связываться с полицией, – с усмешкой заявил он ей. – Поэтому обычно нервничают, хотя ни в чем не виноваты.

– Откуда ты знаешь, о чем я думала? – вскинулась Мариша.

– Так у тебя все на лице написано! Я не раз тебе об этом говорил!

– И что же ты прочитал?

– Мы вышли из дома Сироткина, обсуждая его поведение. Внезапно ты нахмурилась и принялась что-то бормотать. Значит, тебя что-то зацепило. А так как ты девушка неглупая и наблюдательная, я сразу понял – что.

– И что же это? – язвительно поинтересовался Голубев.

– Нежелание демонстрировать свой паспорт. Естественно, что это могло показаться подозрительным, хотя на самом деле большинство людей стараются не давать свои документы в руки полиции. Если это, конечно, не связано напрямую с каким-то делом.

– Что же в этом страшного?

– Для нас с вами ничего. Но вспомните, сколько сейчас развелось мошенников. Об этом говорят сплошь и рядом! Естественно, люди опасаются. Мало ли кто возьмет их документы?

– Но мы-то не кто попало.

– Откуда ему знать? Он ваши корочки не изучал. Просто посмотрел, и все. А ведь мы вполне могли оказаться проходимцами.

– Не знаю, как оцениваете себя вы, но я точно не похож на проходимца, – проворчал следователь.

– Ты просто себе льстишь, Голубев! – сказал Эрик, а Мариша рассмеялась.

– Опять ваши шуточки! У нас серьезное дело, а вы веселитесь.

– Уж такой я человек! Привыкайте!

– Надеюсь, что до этого не дойдет, – тихо буркнул Голубев, но Эрик все равно услышал.

– Кто знает! – ухмыльнулся он. – Пути господни неисповедимы. А вдруг меня завтра назначат вашим начальником?

– У вас есть какая-то информация об этом? – насторожился следователь.

– Нет, конечно, я просто рассуждаю…

– Тогда ладно, – ответил он и расслабился.

– И как ты, Голубев, столько лет проработал в этой структуре? Ты же наивен, как ребенок!

– Зато вы слишком прожженный тип!

Эрик закинул голову и захохотал.

– Хватит уже! – зашипела Мариша. – Ведете себя оба, как в детском саду.

– Ты права, – тут же согласился сыщик и принял серьезный вид, – это Голубев на меня так влияет.

– Вы оба влияете друг на друга, причем не очень положительно. Лучше скажите, куда мы сейчас идем?

– Нужно зайти к Анне. У меня есть к ней один вопрос.

– А какой? – полюбопытствовала Мариша.

– Попробуем вывести ее на чистую воду, – Эрик сделал страшные глаза и щелкнул Маришу по носу.

– А как?

– Будем действовать наверняка.

– Что вы задумали, Эрик? – заволновался Голубев.

– Марише показалось, что Анна не совсем искренне переживала за Римму, хотя и лила по ней слезы.

– И вы принимаете во внимание домыслы нашей Мариши?

– Почему бы и нет?

– Но это глупо! Подозревать человека только потому, что Марише что-то показалось! Да ей вечно что-то мерещится!

– Предположим, не вечно. Я, по крайней мере, не слышал, чтобы Маришка что-то придумывала.

– А мне Анна показалась разумной и честной женщиной.

– Она мне до сих пор такой кажется, – поддакнул Эрик.

– Тогда я ничего не понимаю. Вы что же, считаете, что она нам солгала?

– Нет, я так не считаю. Наоборот, я уверен, что Анна рассказала нам чистую правду.

– Тогда получается, вы держите меня за дурака?

– Да ты что! Откуда такие мысли?

– Эрик, и правда, – вмешалась Мариша. – Я тоже тебя не понимаю. Зачем тогда выводить Анну на чистую воду, если она говорила правду?

– Потому что мне нравится это делать. Я не люблю неточностей и недоговоренностей. Любая мелочь должна быть на своем месте. А сейчас одного пазла в картинке не хватает.

– Это загадочного взгляда, что ли?

– Именно его! – И Эрик нажал на звонок дома Анны, так как они как раз к нему подошли.

– Ну, ну! Действуй, – пожелал ему Голубев и отвернулся.

– Здравствуйте! Мы снова к вам! – широко улыбнулся Эрик и вошел в дом.

– Прошу вас, – отошла в сторону Анна и жестом пригласила их в гостиную. – У вас есть ко мне вопросы?

– Да, один вопросик.

– Слушаю.

– Почему вы обрадовались Римминой смерти?

– Я?! – Женщина даже задохнулась от возмущения.

– Вы, вы!

– С чего вы взяли? – уже спокойно спросила она, но Марише показалось, что она чуть задержалась с ответом.

– А это часть моей работы – знать и предполагать.

– Но вы не знаете наверняка…

– Считайте, что знаю. Так как? Почему вы радовались смерти девушки?

– А если я не буду отвечать на этот вопрос? – немного подумав, спросила Анна.

– Я все равно обо всем узнаю, только это займет чуть больше времени.

– И влезете в мою жизнь? – криво усмехнулась она.

– Придется, – развел руками сыщик.

– Поверьте, это не имеет никакого отношения к этому делу.

– И все же?

– Мне бы не хотелось об этом говорить.

– Дело ведь не в самой девушке, не правда ли? – мягко заговорил Эрик. – Дело в ее матери?

– Да, а как вы догадались?

– Мне показалось, что Римма не успела вам сделать ничего плохого. Но я помню, как вы рассказывали о том, что ее мать была вашей подругой. Наверное, она вам сделала какую-то подлость?

– Не понимаю, как вы узнали. – Женщина широко раскрыла глаза и с удивлением уставилась на Эрика.

– Считайте, что я экстрасенс, – улыбнулся он.

– Она и в самом деле поступила со мной низко. Увела у меня парня. Мы собирались пожениться, и я уже была беременна. Правда, никому ничего не сказала. Решила, что еще не время. Но она очаровала его, и он ушел, побежал, словно собачка.

– И вы так и не сказали ему, что ждете ребенка? – робко поинтересовалась Мариша.

– Не сказала, – покачала она головой. – А зачем? Насильно мил не будешь. Я не хотела удерживать возле себя человека таким способом.

– И он так об этом и не узнал?

– Нет. Я думаю, Алла так и не поняла, что сделала мне очень больно. Я ушла, не сопротивляясь, и моя подруга сделала вывод, что мне было все равно.

– И тем не менее вы продолжали общаться?

– Да, почему бы и нет? Но ей не повезло. Он ушел от нее через год.

– А к вам он не вернулся?

– Пытался, но зачем мне такой мужчина, который может предать?

– Вы слишком категоричны!

– Возможно, но мне так проще. Он от нее ушел, она снова вышла замуж, родилась Римма. Мне Римма нравилась. Она была хорошей девочкой. Симпатичной, веселой. Мне действительно очень жаль, что она погибла.

– Почему же тогда вы усмехались, глядя на нее? Словно сытый крокодил, – припомнил Эрик слова Мариши.

– Я вдруг подумала, что моя подруга будет чувствовать примерно то же самое, что чувствовала тогда я. Но я тут же прогнала от себя эти мысли, посчитала их недостойными. Ведь предательство и смерть – это совершенно разные вещи.

– Иногда предательство оказывается гораздо страшнее, – тихо заметил Эрик.

– Может быть, но это не мой случай. Я не мстительный человек!

– Хорошо, оставим пока эту тему. Вы вольны чувствовать так, как вам подсказывает ваше сердце. Самое главное, чтобы вам было комфортно в ваших чувствах!

Мариша с удивлением смотрела на Эрика. Она в первый раз слышала его размышления о чувствах и ощущениях. До этого момента ей казалось, что он лишен всяких эмоций. Во всяком случае, он их никогда не показывал на людях. А тут вдруг такие высокие рассуждения…

– Спасибо, что вы меня понимаете, – вдруг всхлипнула Анна. – Сейчас так мало людей, которые способны понять других. Обычно кроме своих потребностей их больше ничего не интересует.

– Меня интересует, – уверил ее Эрик. – Я вообще интересуюсь человеческой сущностью. Это так занимательно! Каждый человек индивидуален, неповторим! Он – истинное творение природы! Так как же можно отмахиваться от его внутреннего мира?

Анна снова всхлипнула.

– Благодарю.

– Не за что! Я таков, какой я есть! А вам больше нечего мне сказать?

– Нет, я рассказала обо всем. Разве что могу добавить, что иногда мы с Зеленским сильно ругались. Но я его не убивала. – И она попыталась улыбнуться.

– А из-за чего вы ругались? И почему вы не сказали нам об этом в прошлый раз?

– Как-то неудобно было. Вернее, даже не так. Я подумала, что это ни к чему. А вдруг вы решите, что я тоже имела мотив для его убийства.

– Если бы все люди, которые ругаются, убивали друг друга, то население нашей страны сократилось бы на миллионы человек! – серьезно сказал Эрик, но в его глазах промелькнула насмешливая искра.

– А ругались мы по банальной причине, – добавила женщина. – Зеленский крайне невнимательно относился к своим обязанностям. Он мог разрешить выгрузить доски прямо на общей дороге или оставить мусор около забора, хотя в нашем поселке это недопустимо. Каждый или сам отвозит мусор к воротам, или выносит к машине, которая проезжает по поселку три раза в неделю.

– Понятно. А вы, значит, заботились о чистоте и опрятности вашего поселка?

– Да, а разве это плохо?

– Это очень похвально! – с жаром заметил сыщик. – Только человек с такой широкой душой, как ваша, способен болеть за общественный порядок.

Анна с сомнением посмотрела на Эрика, но тот сидел с таким искренним видом, что усомниться в его словах было невозможно.

– Я вас очень попрошу, – продолжил он, – если что-то припомнится, сразу позвонить мне!

– Я все рассказала, – принялась оправдываться Анна.

– Я вам верю, – остановил ее Эрик. – Но вы ведь знаете, как иногда бывает: вроде все вспомнили, рассказали, а потом какая-нибудь деталь царапнет вашу память, и сразу припомнится еще что-то.

– Да, так бывает, – сразу успокоилась она. – Я обязательно позвоню, если что-то вспомню. А вы не забудьте позвонить Римминой маме, ладно?

– Хорошо, – улыбнулся Эрик. – Только она все равно к вам придет, чтобы расспросить о дочери.

– Я уеду в город! Не хочу сейчас с ней встречаться. Скажу, что ничего не знала.

– Как знаете… До свидания!

Эрик поклонился, как истинный джентльмен, и направился к двери. Мариша и Голубев спешно последовали за ним.

– А я и не знала, что ты такой чувствительный! – заметила Мариша, едва поспевая за сыщиком.

– С чего ты взяла, что я такой? – удивился он.

– Как же? Разве не ты произнес проникновенную речь перед Анной?

– Речь? Я лишь сказал несколько приятных слов женщине.

– А мы восприняли их как проявление сочувствия и понимания!

– На то и было рассчитано, – усмехнулся он. – Я постоянно твержу вам о том, что понимание человеческой натуры дает огромные преимущества. Только вам что говори, что нет! Как о стенку горох!

– Я не умею льстить, – надулся Голубев.

– А кто говорит о лести? Разве сочувствие – это лесть?

– В какой-то мере – да.

– Ты ошибаешься! Говорить то, что хочет услышать человек, – это не лесть, это мудрость! Я этой мудростью обладаю. А вы все еще сопротивляетесь!

– У меня никогда не получится сказать женщине, что она красивая, если она такой не является. У меня все на лице обычно написано.

– Не понимаю, о чем ты говоришь! Разве бывают некрасивые женщины?

– Конечно, – растерялся Голубев. – А вы так не считаете?

– Нет, ведь каждая женщина красива! Есть недалекие мужчины, которые не способны разглядеть в них эту красоту! Знаешь, почему ты до сих пор не женат?

– Почему?

– Ты не видишь женщин. Ты смотришь на них, но не видишь! Хочешь, я тебя женю через две недели?

– А как? – с сомнением поинтересовался Голубев.

– Очень просто! Я сам найду тебе девушку. Только ты не должен сразу возражать и говорить, что она тебе не нравится. Пусть она будет некрасива. Наша задача будет заключаться в том, чтобы ты разглядел в ней душевную красоту. А как только ты это увидишь, сразу все пойдет по-другому. Не только ты научишься ценить женщин, но и они тебя. Ну как, хочешь попробовать?

– Хочу! – кивнул Голубев.

Мариша тяжело вздохнула и покачала головой. Эрик явно подтрунивал над следователем, но тот этого не замечал. Все слова Эрика он принял за чистую монету и теперь горел желанием научиться понимать женщин.

– Эрик, зачем ты это сделал? – прошипела она, дергая сыщика за рукав.

– Что? – принял он невинный вид.

– Не притворяйся, ты все понимаешь! Зачем ты издеваешься над Голубевым?

– Мариша! За кого ты меня держишь! – делано рассердился он. – Я от чистого сердца хочу помочь другу, а ты… Эх!

– Ага! Рассказывай! Хочет он помочь! Голубев уже губу раскатал. Вон, смотри, идет и мечтает! А ты его обманываешь.

– Мариша, – уже нормальным тоном ответил Эрик, – ты не права. Я никогда никого не обманываю. Если я сказал, что займусь личной жизнью Алексея, значит, так и будет!

– Да? – Мариша даже растерялась. – А я подумала…

– Для начала я найду для него несимпатичную, неказистую девчонку. И пусть он ищет в ней душевную красоту!

– Эрик! – воскликнула Мариша и ткнула сыщика кулаком в бок. – Значит, я была права, ты решил над ним поиздеваться!

– Не поиздеваться, а поучить.

– А о девушке ты подумал? Каково потом будет ей?

– А что такое? – удивился Эрик. – С чего ты взяла, что ей будет плохо. Может, наоборот, хорошо! А вдруг Голубев что-нибудь в ней и разглядит. И всем будет хорошо!

– А если не разглядит?

– Тогда я ему помогу! Какие проблемы?

– Какие проблемы… – передразнила его Мариша. – Ты со своей жизнью не способен разобраться, а хочешь поучаствовать в судьбе других.

– С чего ты взяла, что я не могу разобраться с собой?

– Ну, как же… Ты же до сих пор не женат!

– И о чем это говорит?

– О том, что ты не можешь наладить свою личную жизнь.

– Не могу или не хочу?

– Это одно и то же.

– Э, нет! Это принципиально разные вещи. Посмотри на Голубева. Он очень хочет жениться, но у него нет подходящей кандидатуры. Делаем вывод – он не умеет общаться с женщинами. В противном случае уже пара десятков девушек осаждали бы его квартиру.

– Он мало зарабатывает, – возразила Мариша, поглядывая на следователя. Тот мирно шел в нескольких шагах от них и, казалось, даже не интересовался ими.

– Я тебя умоляю! – закатил глаза сыщик. – Я знаю, по меньшей мере, десяток парней, у которых за душой ни гроша, но женщины тем не менее не дают им прохода.

– Да? И чем же они их берут?

– Попробуй догадаться, – усмехнулся Эрик, – ты же большая девочка!

Мариша покраснела.

– И ты думаешь, что сможешь научить этому Голубева?

– А почему бы и нет?

– Ты уверен, что у тебя это получится?

– Попытка не пытка! Тем более у меня обширный опыт.

– Опыт? – тут же вскинулась Мариша. – С этого места поподробнее, пожалуйста.

– Какая хитрая! Так я тебе и рассказал о моих тайнах.

– Эрик!

– Хотя об одном эпизоде могу поведать.

– Я тебя внимательно слушаю!

– Есть у меня одна девушка. Любит она меня – сил нет никаких! Я ей и так намекаю, и эдак, что у нас ничего не выйдет, но она и слушать ничего не хочет. Любит меня, и все!

– А ты что?

– Ну, она мне нравится в принципе, но не до такой степени, чтобы перейти к серьезным отношениям.

– Она симпатичная?

– Как тебе сказать… Так себе. Ничего особенного.

– И давно она тебя любит?

– Давненько.

– А ты ее знаешь дольше, чем меня?

– Столько же, – ответил Эрик, и в уголках его глаз промелькнули веселые искорки.

Мариша насторожилась. Что-то было не так. Эрик опять над ней смеется.

– А сколько ей лет? – продолжила она допрос.

– Так же, как и тебе.

– Да? – Она задумалась. – Ты случайно не обо мне говоришь? – вдруг осенило ее.

– Наконец-то догадалась, – ухмыльнулся сыщик.

– Значит, я не симпатичная?! – взвыла она и снова ткнула его кулаком.

– Ну, на вкус и цвет… – начал он и рассмеялся.

– Ах, ты!

– Но я сумел разглядеть в тебе внутреннюю красоту! – продолжал смеяться он, защищаясь от Маришиных кулачков.

– Внутреннюю, говоришь?

– Ага! Внутренняя красота намного важнее, не так ли?

– Я тебе покажу внутреннюю красоту!

– Маришка, успокойся, ты меня покалечишь!

– И поделом тебе!

– Вот видишь, ты меня колотишь, значит, я вызываю в тебе эмоции. Поэтому я вполне могу стать инструктором по обаянию женщин.

– Значит, я тебе нравлюсь не до такой степени, чтобы завязать серьезные отношения?

Эрик прибавил шаг, и Мариша едва поспевала, чтобы не отстать от сыщика и при этом давать ему пинков.

– Маришка, ты меня совсем загнала. Я тебя очень ценю, успокойся. Ты же знаешь, что я люблю пошутить!

– Знаю, только порой мне непонятно, где начинаются и заканчиваются твои шутки.

– Разве? По-моему, все очень прозрачно!

– Для кого, для тебя?

– Для всех!

– Эрик, не зли меня! Ты мастер разводить людей на эмоции. И только ты знаешь, когда шутишь, а когда говоришь серьезно.

– Вот видишь, ты это признаешь. Значит, я буду тренировать Голубева. Глядишь, и на свадьбе погуляем!

– Бедный Голубев! Надеюсь, что ты не выберешь ему самую страшную девушку этого города.

– А почему бы и нет? – ухмыльнулся Эрик. – Она тоже имеет право на счастье, разве нет?

Мариша открыла было рот, но не нашла что сказать. «А ведь Эрик прав! – пронеслось у нее в голове. – Каждая девушка хочет быть счастливой. И если у Эрика это получится – честь ему и хвала!»

– Конечно, я прав! – кивнул он. – Я всегда прав, можешь даже не сомневаться!

Глава 17

– Я приглашаю вас в ресторан, – неожиданно произнес Эрик, когда вся компания уселась в машину.

– А есть повод? – удивился Голубев.

– Повод есть. Даже два. В общем, постараемся убить сразу двух зайцев.

– Каких же?

– Первое, что нам нужно сделать, – это опросить служащих клуба-ресторана «Ночная звезда». Может, им что-то бросилось в глаза в ту ночь, когда погиб Артемьев. Твои люди ведь этим не занимались?

– Нет, мы же считали, что взрыв произошел из-за неисправности баллонов.

– А во-вторых, хочу присмотреть тебе девушку.

– Так вы не шутили?

Эрик печально поглазел на следователя, словно на маленького, непонятливого ребенка.

– Запомни, Алексей, такими вещами не шутят! А уж если об этом говорю я, то сомневаться тем более не приходится.

– Мариша, ты, наверное, думаешь, что я сошел с ума? – уныло поинтересовался у девушки Голубев.

– Почему же? Нет. Каждый волен строить свою судьбу сам. Если Эрик сумеет тебе помочь, то это прекрасно!

– Знаешь, – вдруг разоткровенничался Голубев, – меня несколько раз хотели познакомить с девушками, но мне все время казалось, что это стыдно, что ли… Как будто я сам не способен завести знакомство!

– И ничего стыдного здесь нет! – возмутилась Мариша. – Наоборот! У занятого человека всегда возникают трудности со знакомствами.

– Ты так считаешь? – приободрился Голубев.

– Конечно! А как еще знакомиться? Все знакомые девушки уже заняты. Было бы по-другому, ты бы уже был пристроен. На улице – неудобно. На дискотеки ходить – не тот возраст. На сайтах знакомств? Тоже не вариант. Мало ли кто скрывается под личиной красивой дамы…

– Ладно, знакомьте меня. Может, из этого что-нибудь и получится!

Через полчаса их небольшая компания расположилась в ресторане клуба «Ночная звезда». Мариша с интересом огляделась. Судя по обстановке, клуб был дорогой. Да и публика, восседавшая за столиками, отличалась от обычных прохожих, которых можно увидеть на улицах города.

– Как-то мне не по себе, – шепнул Голубев Марише. – Не привык я ходить по таким заведениям. Как ты думаешь, нас отсюда не попросят?

– С чего бы это нас должны попросить?

– Смотри, ко всем подходят официанты, а нас как будто избегают.

– Ерунда, тебе кажется.

Однако некоторые сомнения овладели и Маришей. Они сидели уже минут десять, а на них так никто и не обратил внимания.

– Человек! – негромко позвал Эрик, вытянув вверх руку.

– Минуточку, – вежливо отозвался официант и продолжил заниматься своими делами.

– А здесь не очень хорошо воспитан персонал, – протянул сыщик и прищурился. – Подождите меня здесь.

Он встал из-за стола, подошел к стойке администратора, что-то спросил у него, затем кивнул и направился к выходу из зала. Голубев было дернулся за ним, но Мариша мягко удержала его и покачала головой.

– Ну, куда ты? Словно маленький мальчик! Чего ты трусишь?

– Посмотри, какая публика. А мы даже не одеты как следует. Конечно, нас все игнорируют.

– А было бы лучше, если бы на нас все пялились? – засмеялась Мариша.

– Нет, но какое-то уважение должно быть!

– Не бубни. Сейчас Эрик все уладит.

– Откуда ты знаешь? А может, он и вовсе ушел?

– Ох, Голубев! Вот если бы я не знала, что ты работаешь в полиции, то решила бы, что ты выполняешь роль нянечки в детском саду.

– Это еще почему? – надулся он.

– Потому что ведешь себя так! Расслабься. Вот увидишь, сейчас придет Эрик, и все будет в порядке.

– Знаешь, а я ему иногда завидую. Да, да! Чаще он меня раздражает, но иногда просыпается такое странное чувство… Словом, мне хочется быть таким же, как он.

– А что тебе мешает?

– Образ жизни, наверное. Я почти сорок лет живу вот так – по клубам не хожу, с девушками знакомиться не умею, друзей настоящих и то нет! А когда уделять время друзьям? Работа, работа, сплошная работа…

– Мне кажется, дело не в работе, – задумчиво проговорила Мариша. – Эрик тоже много работает, но он не такой, как ты.

– Да, он другой.

– Тебе нужно поработать над собой. Я могла бы тебе помочь. Для начала нужно обойти все местные заведения и прекратить их бояться. Эрик даст тебе мастер-класс по охмурению девушек. Еще и Настю привлечем.

– А может, без Насти обойдемся?

– Почему?

– Стыдно как-то. Скажет, мужику почти сорок лет, а ведет себя как подросток.

– Не скажет. И потом, она любит такие дела. Кстати, она хочет открыть клуб знакомств. Ты можешь стать там VIP-персоной!

– Так уж и VIP…

– А почему нет? Самое главное – преподнести человека. В плане внешности у тебя все в порядке, а чтобы общаться с девушками, многого не надо. Мы тебя поднатаскаем, и вперед, к новым завоеваниям.

– Договорились. Давайте только не сегодня. Мне нужно морально подготовиться.

Мариша ехидно посмотрела на следователя.

– Струсил?

– Нет, здесь публика не та.

– При чем здесь публика! Если ты понравишься девушке по-настоящему, то ей будет все равно, какого ты происхождения. Может, и лучше, если она будет не бедная. Тогда ей не придется заморачиваться по поводу твоей зарплаты. С бедными девушками сложнее. Им и так непросто живется. Поэтому повесить себе на шею еще одного неимущего она вряд ли решится. Скорее всего, будет ждать своего принца.

– Как все, оказывается, непросто, – покачал головой Голубев.

– Не дрейфь! А вот и Эрик!

В зале и в самом деле появился сыщик. Да не один, а с невысоким человечком, смешно передвигавшим ножками. На нем был потрепанный пиджак и потертые джинсы. Однако даже внешний вид не позволял сказать, что этот человек случайно здесь оказался. И взгляд, и манеры поведения говорили о том, что он может появиться хоть в нижнем белье, и все равно ему никто и слова поперек не посмеет сказать.

Видимо, Голубев тоже сделал аналогичные выводы, потому что разом присмирел и принялся разглядывать зал.

– Учись! – шепнула ему на ухо Мариша. – Ты тоже должен стать таким.

Тот только посмотрел на нее тоскливым взглядом и продолжил обозревать обстановку.

– Добрый день! – поприветствовал их человечек, усаживаясь рядом с Голубевым. – Вы в первый раз у нас?

– Да, – выдавил из себя следователь.

– Вы уж извините наших нерасторопных ребятишек. Василий всего неделю работает, не совсем разобрался в обстановке. А Тимур только постоянных клиентов обслуживает. Вот придете в следующий раз, увидите, как к вам отнесутся. Хотя, если бы я заприметил такую девушку, как вы, – заулыбался он Марише, – то тут же бросил всех клиентов и помчался к вам! Вася! – крикнул он уже совершенно другим голосом.

– Слушаю, Аркадий Всеволодович!

– Почему клиенты до сих пор ждут твоего внимания?

– Извините, исправлюсь! Что желаете?

– Давай, Вася, по высшему разряду, – распорядился человечек, не давая Эрику раскрыть рта.

– Слушаюсь! – И официант исчез из вида.

– А вы, я думаю, мой коллега, – повернулся человечек к Голубеву.

– Коллега, вы говорите? – пробубнил он, спотыкаясь на каждой букве.

– Ну, да. Вы же работаете в полиции? Или я ошибаюсь?

– Не ошибаетесь. А разве вы… – следователь замялся, – тоже оттуда?

– Да, я отработал в органах довольно много времени. А сейчас ушел на покой. Так что вас интересует?

– Нас интересует Артемьев, – ответил Эрик.

– Анатолий? Так он погиб.

– Вот поэтому я им и интересуюсь.

– А что, разве там что-то нечисто?

– Нечисто. Кроме него, убиты еще два человека, и нам кажется, что все дело в Артемьеве. Можете о нем что-нибудь рассказать?

Аркадий потер пальцами лоб.

– А что рассказывать-то? Он часто к нам захаживал. Был постоянным клиентом. Мы общались, но не дружили. Вообще, мне кажется, что он по жизни был человеком недоверчивым. В душу никого не пускал. Знаю, что племянницы были. И племянниц он любил. В последнее время стал появляться в компании молодого человека. Я так понял, что это жених одной из племянниц.

– Как они общались? Дружески или так себе?

– Я бы сказал, что парень ему нравился. Он постоянно о чем-то ему рассказывал, иногда похлопывал по плечу, а тот слушал внимательно, вел себя обходительно.

Аркадий замолчал. Появился Василий с полным подносом и принялся выкладывать закуски. Мариша почувствовала, как рот начал наполняться слюной, и она поняла, как проголодалась. Голубев перестал обозревать зал и переключился исключительно на стол. Последней появилась пузатая бутылка коньяка, и Василий бесшумно удалился.

– Прошу вас, угощайтесь.

Голубев не заставил себя долго упрашивать. Он набросился на еду, словно неделю ничего не ел.

– Как ты отнесся к известию, что дом Артемьева взорвался? – поинтересовался Эрик, наполняя свою тарелку.

– Я был в шоке! – Аркадий приложил руки к груди. – На моей памяти дома никогда не взрывались. Тем более по такому банальному поводу.

– Значит, тебе показалось это странным?

– Вообще-то – да. Но раз полиция не усмотрела ничего криминального в этой истории, то и я не стал полошиться.

– Скажи, ты в тот вечер не заметил ничего странного? Может, Артемьев с кем-то разговаривал… К нему никто не подсаживался? А может, он на кого-то обратил внимание?

– Нет, ничего подозрительного. Весь вечер он провел с молодым человеком. Тем, о котором я вам говорил. Потом ему стало не очень хорошо, и парень пришел к администратору за водой для Артемьева, чтобы запить таблетку.

– А что за таблетка?

– По-моему, от давления. Вообще-то Артемьев собирался остаться на ночь, посмотреть шоу-программу. Но, видимо, давление дало о себе знать, и он уехал раньше.

– А парень?

– Он остался. Хотя я слышал, как он предлагал Артемьеву его проводить, но тот отказался. Сказал, что привык рассчитывать только на себя. Потом к парню приехала артемьевская племянница, и они вместе посмотрели программу.

– Во сколько она закончилась?

– Уже под утро.

– Значит, ничего интересного…

– В тот день – ничего. Но вот парой дней раньше он мне показался каким-то не таким…

– Что значит, не таким? – насторожился Эрик.

– Расстроенный он был. Я бы даже сказал, потерянный.

– А почему, не сообщил?

– Я же говорю, он никого в душу не пускал. Хотя в тот день несколько слов бросил. Правда, я так и не понял, что он хотел сказать.

– Так что сказал-то?

– Он сначала выпил коньяка, граммов сто, что было для него нетипично.

– Почему нетипично? Он не пил?

– Выпивал понемногу. Но всегда в компании. А в тот день решил пригубить в одиночестве. В общем, выпил и принялся выспрашивать меня, знаю ли я, что такое предательство.

– Я ответил, что многое в жизни пережил, в том числе и такую беду. А он сказал, что тогда я его пойму. Есть в его жизни человек, которого он подозревает… не будет говорить в чем. Подозревает, но не уверен. И раздувать это дело ему не хочется, и молчать он не может. Мало ли что… Я пытался узнать, о ком он говорит. Но он закрылся, замахал руками и принялся говорить, что сам во всем виноват. Приблизил человека к себе, обнадежил, а потом… Что потом, он не договорил, но начал бубнить что-то про старые грехи, про то, что получил нечестным путем деньги… В общем, дальше я слушать не стал, подумал, что это пьяный бред. Тем более что он был как будто не в себе.

– И больше ты его таким не видел?

– Нет. В следующий раз, когда он пришел, это был день его гибели.

– И он был вместе с Красновым… – задумчиво пробормотал Эрик. – Кстати, посмотри, это тот молодой человек? – И он достал из кармана несколько фотографий.

Отобрав пару штук, он показал их Аркадию.

– Да, это он, а это племянница. Не знаю, как ее зовут.

– И они были вместе до самого конца шоу в день гибели Артемьева?

– Да, я сам присутствовал в зале, смотрел программу. Поэтому говорю как есть. А что, их подозревают?

– Мы подозреваем всех, кто так или иначе связан с Артемьевым. Но, боюсь, что заинтересованных людей больше, чем мы себе это представляем.

– Что вы имеете в виду, Эрик? – поинтересовался Голубев.

– Я думаю, здесь есть кто-то еще, кого мы не приняли во внимание.

– Кто? Ведь все говорят, что Артемьев ни с кем не общался, кроме узкого круга лиц.

– Мало ли кто что говорит. Ты веришь всему, что тебе говорят?

– Нет…

– Вот то-то и оно! Будем искать! Тем более что преступник уже достаточно наследил. По Артемьеву сейчас выводы делать сложно, а вот с Зеленским дело гораздо прозрачнее.

– А Зеленский – это… – начал Аркадий.

– Это компаньон Артемьева. Его тоже убили. Скажи, а ты здесь каждый вечер?

– Да, это моя работа.

– Ты видел Краснова после того, как погиб Артемьев?

– Краснов – это тот молодой человек?

– Да.

– Видел, конечно. Они почти каждый вечер приходят в клуб.

– Ты имеешь в виду вместе с племянницей?

– Именно.

– А позавчера они тоже были?

– Сейчас соображу. Сегодня у нас выходной, вчера была старая программа, а позавчера выходило новое шоу. Да, они были.

– Ты уверен?

– Уверен. Да, теперь вспоминаю довольно четко. Краснов всегда приходит на новые шоу. В тот день он тоже был вместе с девушкой. Мы сидели почти рядом. Я еще спросил, как движутся дела. Сделаны ли выводы по поводу взрыва? Он мне ответил, что взрыв признали несчастным случаем. Только мы поговорили, как началась гроза. У нас даже свет отключили на несколько минут. Из-за этого пришлось отложить шоу. Хорошо, что наши ребята быстро справились с неполадками, а то бы пришлось отменять программу. А у нас, между прочим, собирается много постоянных клиентов. Специально приезжают посмотреть представление.

– Во сколько вы закончили?

– Программа была короткой. В начале двенадцатого уже закончили. А потом запустили обычное представление.

– Когда ушел Краснов?

– Сразу после шоу.

– То есть в начале двенадцатого?

– Да, они не стали продолжать вечер.

– Вы их видели все то время, пока шла программа?

– Да, мы сидели рядом, я же говорил.

– А Краснов не спрашивал ничего по поводу того вечера, когда погиб Артемьев. Может, интересовался чем-то необычным?

– Да, что-то такое было. Но мне было не до разговоров. Я должен был оценить новую программу. Поэтому я сказал, что поговорим потом, и он успокоился.

– Скажи, а вторую племянницу, Маргариту, ты не встречал?

– А она тоже ходит в мой клуб?

– Понятия не имею!

– Может, и видел, только не знал, что она племянница Артемьева.

Эрик вытащил еще пару фотографий и показал Аркадию.

– Это Маргарита, а это ее парень.

– Нет, при мне они здесь не появлялись, – покачал головой мужчина.

– Ну что ж, здесь все ясно. Спасибо, Аркаша.

– Что ты, какие благодарности! А у тебя прелестная спутница, – вдруг сообщил он.

– Маришка помогает мне в раскрытии преступлений, – ответил Эрик, а глаза его весело заблестели.

– Так уж и помогает… – усомнился Аркадий.

– Ага!

– Никогда не поверю, что такую девушку могут привлекать убийства.

– Но мне и в самом деле очень нравятся детективные дела! – принялась оправдываться Мариша.

– Охотно верю. Только вопрос состоит в том, с кем их распутывать. Вот ты бы стала распутывать их со мной?

Мариша, которая открыла было рот для ответа, поперхнулась и замолчала, не зная, что сказать.

– Не стала бы! – констатировал Аркадий. – Потому что я старый и некрасивый.

– Что вы! – испуганно залепетала девушка. – Конечно, стала бы!

– Вот только не надо обманывать. Кстати, я всегда был против того, чтобы забивать головы девчонок всякой ерундой. Послушай меня, старого бывалого мужика, – Аркадий воззрился на Маришу. – Займись делом, найди себе парня, а об убийствах забудь. Не для тебя все это. Красивые девушки созданы для любви, а не для работы. Тем более такой.

Он встал из-за стола и, махнув на прощание рукой, удалился из зала.

– Вот видишь! – торжествующе сказала Мариша. – Я создана для любви. Даже посторонние об этом говорят!

– Так и я не против, – хмыкнул Эрик. – Постоянно тебе об этом напоминаю. А ты уперлась, как баран, и бегаешь за мной, словно хвостик.

– Ну тебя, – надулась она.

– Откуда ты его знаешь? – поинтересовался Голубев, не обращая внимания на Маришу.

– С чего ты взял, что мы знакомы? – удивился сыщик.

– Как же! Вы общались, словно старые друзья.

– Самое главное, найти общих знакомых. Я позвонил кому следует, и вот уже Аркадий встречает меня с распростертыми объятиями.

– Как у тебя все просто, – проворчал Голубев.

– Так и должно быть, – кивнул сыщик. – Иначе будет очень трудно работать.

Он встал из-за стола и направился к выходу.

– Мы домой? – полюбопытствовала Мариша.

– Вы – может быть. А у меня есть еще одно дело.

– Какое? – в один голос поинтересовались его спутники.

– Я хочу съездить к отцу Антона. Кое-что в этой истории мне не нравится. Хочется разузнать подробности.

– Я же говорил, что там не все чисто! – взвился Голубев, мигом переключаясь на другую тему. – Сам подумай, вчера денег не было, а сегодня уже есть! Как такое могло быть?

– Вот это мы сейчас и узнаем! Поехали.

– А Насте мы ничего не скажем? – осторожно спросила Мариша.

– А при чем здесь Настя? – удивился Эрик.

– Все-таки это ее свекор.

– Ну и что? Разве преступление от этого перестанет быть серьезней? Кто бы он ей ни был, мы все равно отправимся к нему и поговорим.

– Но ведь тогда нужно разговаривать и с Антоном!

– Успеем. Сейчас меня больше волнует его отец.

– А почему только он?

– Потому что Антон в момент убийства Зеленского находился вместе с нами. Если ты помнишь, мы сообща наблюдали грозу!

– Ты подозреваешь Сергея Александровича в убийстве Зеленского?! – Мариша широко раскрыла глаза.

– Я всех подозреваю, – устало вздохнул Эрик.

– Зачем ты сказал об этом Марише? – недовольно проворчал Голубев. – Она же все растрезвонит Насте!

– И ничего я не растрезвоню! – возмутилась девушка. – Ну-ка вспомни, в прошлом году, когда мы с тобой ездили по поводу билета и мне нужно было заехать в одно место по просьбе Эрика, разве я рассказала тебе, зачем мы едем?

– Нет, но ради Эрика ты готова на что угодно.

– Настя и так об этом узнает, – отмахнулся Эрик. – Хлопков-старший после нашего разговора сразу позвонит Антону, а у того тайн от жены нет.

– Правильно! – подхватила Мариша.

– У нас не секретное дело получается, а какой-то открытый доступ. Давайте форум в Интернете организуем! Пусть все обо всем знают! А все вы, Эрик… Я так дела никогда не веду. У меня полная секретность!

– А толку от этой секретности, – фыркнул сыщик. – На мой взгляд, именно в этом деле нужна прозрачность. Только тогда мы получим полную картину.

Хлопков-старший жил в элитном трехэтажном доме. Судя по количеству звонков, в доме проживало всего шесть семей.

– Неплохо устроился! – присвистнул Голубев, когда звонок домофона известил их о том, что дверь открыта. – Мне бы так…

– Какие проблемы? – усмехнулся Эрик. – Открой банк и вперед!

– К сожалению, единственное, что я умею, – это раскрывать преступления. А за это, увы, много не платят.

– Смотря кому, – хмыкнул сыщик.

– Вас в расчет не берем, – тут же отозвался Голубев. – Вы – единственный в своем роде.

Хлопков жил на втором этаже. Их встретила невысокая полная женщина и пригласила войти в квартиру. Голубев немного оробел, увидев вокруг себя мрамор, и даже стал чуть меньше ростом. Мариша, наоборот, с любопытством осматривала все вокруг.

Женщина привела их в большую светлую комнату, которую Мариша определила как гостиную. Хлопков сидел в большом кожаном кресле, таком же белом, под стать окружающей обстановке. Он поднялся навстречу посетителям и предложил им присесть на диван.

Мариша с некоторой опаской опустилась на кожаные подушки. Диваны такого типа могли оказаться довольно коварными. Они были слишком мягкими, и, опустившись на такой диван, можно было в нем утонуть. А это иногда не очень удобно, особенно в гостях.

– Марианна, собери что-нибудь для гостей, – бросил Хлопков женщине, и та торопливо удалилась прочь. – Рад приветствовать вас в своем доме! – поздоровался он с компанией, но руку пожал лишь Эрику. – Чему обязан визитом?

– Сергей Александрович, тема визита у нас все та же. Артемьев и его деньги.

– Так я же все об этом рассказал.

– Вы считаете, что все, а мы думаем по-другому. Где вы взяли деньги для того, чтобы покрыть вашу недостачу?

Хлопков вытаращился на Эрика, словно его огрели мешком по голове.

– Не понял вопроса, – наконец проговорил он и захлопал глазами.

– Я спрашиваю, где вы взяли деньги, чтобы закрыть дыру в вашем уставном капитале.

– Но позвольте… Откуда вы вообще об этом узнали? – Хлопков до сих пор не мог прийти в себя. – Я даже Антону об этом еще не говорил.

– У нас свои методы добывания информации.

– Да, пожалуй… – Мужчина внимательно посмотрел на сыщика. – А если я скажу, что вы ошибаетесь и никакой дыры не было?

– Тогда мы устроим аудиторскую проверку и выясним, не изымались ли в последнее время деньги из определенных фондов.

– Подождите, я не понимаю, зачем вам это нужно. Ведь эти деньги не имеют никакого отношения к смерти Артемьева. Или я чего-то не знаю?

– Сейчас мы говорим не о взрыве в доме Артемьева, а о его деньгах. Конкретнее, нас интересует Зеленский. Он один знал, где лежат деньги. А сейчас их там нет. Вопрос, кто их оттуда унес и куда дел?

– Вы что же, намекаете на то, что это сделал я?

Марише показалось, что изумлению Хлопкова-старшего не было предела.

– Я убил Зеленского и украл деньги?! Да вы в своем уме?

– Тогда как вы объясните тот факт, что еще вчера вы сетовали на то, что у вас нет инвестора, а без него ваше дело – труба. А сегодня в вашем банке полный порядок! Откуда вы взяли недостающую сумму?

– Как откуда? Мы нашли инвестора!

– Несколько лет вы не могли его найти и вдруг – пожалуйста! Появился как по мановению волшебной палочки! Чудеса, да и только.

– Но это и в самом деле так! Разве я виноват, что случаются такие совпадения?

– Не знаю, не знаю… в общем, так. Вы называете мне имя человека, который вложил в вас деньги, а мы решаем, виноваты вы в смерти Зеленского или нет.

– Но… я не могу назвать его имени, – Хлопков даже стал заикаться от такого предложения Эрика. – Мне оно неизвестно!

– Как так? Разве такое возможно?

– Возможно. Я заключил договор с ООО «Василек». Со мной договаривался генеральный директор этой компании, некто Петров. Но кто ее настоящий хозяин, я не в курсе. Я пытался узнать об этом у Петрова, но он так загадочно со мной поговорил, что я так и не понял, кто этот человек.

Эрик уставился на мужчину несколько скептичным взглядом.

– Вы считаете, я поверю в то, что некто вложил в ваш банк огромную сумму денег и пожелал остаться неизвестным? Такое с трудом укладывается в голове.

– Я сам был удивлен, – развел руками Хлопков. – Но я действительно не знаю, кто этот человек. Вообще-то, если вам интересно мое мнение… – Он вдруг замолчал.

– Очень интересно, – подбодрил его Голубев.

– Мне показалось, что этот Петров и сам не в курсе, кто его хозяин.

– Почему вы так решили?

– Не знаю, интуиция, что ли… Вот смотрит он на меня, на вопросы отвечает, а внутри его живет неуверенность, как будто он ответы заучил, а как есть на самом деле – не знает.

– Дайте нам координаты этого Петрова, я сам с ним попробую поговорить. Не нравится мне эта ситуация! Ох, как не нравится!

– Мне и самому она не по душе, – признался Хлопков. – Но другого выхода у меня не было. Или я принимаю это предложение, или остаюсь один на один со своими проблемами.

– А у вас не возникло подозрения, что здесь может быть не все чисто?

– Конечно, я об этом думал. Но с документами все в порядке, я лично проверил. Так что деньги у меня теперь есть, а почему этот загадочный инвестор выбрал именно мой банк – мне все равно. Главное ведь не процесс его измышлений, а результат, не правда ли? – И он искренне улыбнулся.

– Не всегда, – задумчиво протянул Эрик. – Иногда сам процесс приводит к тому, что результат заранее становится провальным.

– Это не мой случай.

– Что ж, время покажет…

– Сергей Александрович, – заговорил Голубев, – мы нашли пачку денег, которые спрятал Артемьев. Вернее, предполагаем, что это они. Чтобы нам окончательно увериться в этом, мы бы хотели сверить номера банкнот.

– Номера банкнот? – удивился Хлопков. – Но вы не сможете этого сделать.

– Почему же?

– Я их не переписывал. Видите ли, сегодня редко этим занимаются. Если только клиент попросит. Артемьев не захотел с этим возиться. Сказал, что это слишком долгая процедура.

– Это на самом деле было бы долго?

– А вы как думаете?! Все-таки миллиард долларов наличными!

– Значит, нет номеров, – сразу сник Голубев. – Жаль… Видимо, придется опираться на логические выводы и считать, что это действительно купюры Артемьева. А то Ольга меня завтра живьем съест.

– Зачем вы так отзываетесь о девушке! – пожурил его Хлопков. – Оля – хорошая и милая девочка. Она никого не способна, как вы выражаетесь, «съесть»!

– Ничего себе милая, – пробурчал следователь. – Легче крокодила назвать милашкой, чем ее.

– Скажите, – полюбопытствовал Эрик, – а какую сумму ваш инвестор вложил в банк?

– Практически столько же, сколько вывел Артемьев.

– Больше или меньше?

– Чуть меньше. Точную сумму не назову. Здесь следует учесть курс валюты, экономическую обстановку…

– Все, все, я понял, дальше можете не углубляться. И последний вопрос. А где вы были позавчера в десять часов вечера?

Хлопков удивленно кашлянул и вытаращил глаза.

– Что вы имеете в виду?

– Вас ведь не было дома? – вкрадчиво поинтересовался Эрик.

– Подождите, если вы намекаете на то, что я… Стоп! Я не буду с вами больше разговаривать. Приезжайте завтра, я вызову своего адвоката!

– Сергей Александрович! Мы ведь вас ни в чем не обвиняем! Я задал самый простой вопрос. А вы почему-то не хотите на него ответить. Или вам есть что скрывать?

– Мне абсолютно нечего скрывать, – отрезал Хлопков. – Просто мне не нравятся ваши намеки.

– А почему, собственно, они должны вам нравиться? – прищурился сыщик. – Между прочим, убиты три человека. И это уже далеко не шутки!

– Как три человека? Кто?

– Вчера нашли задушенной Римму Соколову, соседку Артемьева.

– Задушили?! Но за что?

– Она видела человека, выходящего с участка вашего покойного друга.

– Бред! Этого просто не может быть! – Хлопков задумался. – Если память мне не изменяет, говорили, что дом Артемьева взорвался из-за неполадки с баллонами. Значит, теперь эта версия полностью отпадает?

– Совершенно верно! Понимаете теперь, как нам важно выяснить, где вы были в день убийства Зеленского?

Хлопков потер лоб.

– Мне скрывать, в общем-то, нечего. Я ходил гулять. Телефон забыл дома.

– Ваш сын звонил вам каждые пять минут, но так и не дозвонился.

– Я же говорю, забыл телефон.

– Как вовремя… – начал было говорить Голубев, но тут же захлопнул рот.

– Я так понимаю, что была особая причина, по которой вы оставили дома телефон, не так ли? – мягко заговорил сыщик.

– Эрик сошел с ума, – зашептал Голубев Марише, – он так наступил мне на ногу, что я теперь два дня не смогу ходить!

– Наверное, он не хотел, чтобы ты начал говорить.

– Почему? Это все-таки мое дело!

Мариша фыркнула, но ничего не сказала.

– Да, вы правы, – ответил Хлопков. – Дело в том, что я каждый день хожу гулять в парк. В это же время выходит на прогулку одна дама, с собачкой. Антошиной мамы уже нет, и мне захотелось… ну, вы понимаете… – Хлопков замялся.

– И вы решили завести знакомство.

– Совершенно верно! Я специально не беру телефон. Потому что сразу начнут звонить все кому не лень. А как вы догадались об этом? – не сдержал любопытства банкир.

– Все просто. Ваш телефон – это, по сути, ваша работа. А бросить работу хотя бы на время для вас просто нереально. Однако раз мужчина рискнул расстаться с телефоном, значит, на это есть особая причина. А этой причиной обычно бывает женщина.

Хлопков рассмеялся.

– Здорово вы все подметили. Вы ведь и есть тот знаменитый сыщик?

– Смотря кого вы имеете в виду! – улыбнулся Эрик.

– Ну, вы ведь внук того самого бельгийского детектива?

– Это – да.

– Очень рад знакомству!

Голубев поднял глаза к небу, а Мариша захихикала. Хлопков приподнялся и пожал Эрику руку.

– Тогда, исключительно ради знакомства, вы, может быть, скажете, где были вчера вечером, примерно в шесть часов?

Банкир убрал руку и захлопал глазами.

– А это еще зачем?

– На всякий случай.

Хлопков внимательно посмотрел на сыщика.

– Вероятно, в это время убили ту девушку?

– Вы догадливы.

– Я ехал домой.

– С вами в машине кто-то был?

– Нет, а кто может со мной быть? Антон живет в другой стороне. Сотрудников я не подвожу.

– Во сколько вы ушли с работы?

– Я не могу назвать точное время. Нужно посмотреть на проходной.

– Хотя бы примерно.

– Был шестой час.

– А приехали вы во сколько?

– Домой?

– Да.

– Около семи. Я не смотрел на часы.

– Может быть, ваша домработница вспомнит?

– Вчера она была выходная.

– А разве она не живет в квартире?

– Нет, конечно! Марианна приходит три раза в неделю. Убирается, готовит. Если у меня гости, то я ее вызываю. Правда, я не люблю незваных гостей. Обычно я заранее знаю, когда ко мне придут.

Эрик побарабанил пальцами по столу.

– Сергей Александрович! Вы понимаете, что мы находимся сейчас в непростой ситуации? На время обоих убийств у вас нет алиби.

– Но у меня нет и повода для убийства, – возразил Хлопков.

– К сожалению, повод есть, и весьма существенный. Вы, вероятно, не осознаете, что будут значить открывшиеся факты для следствия. Таинственный инвестор, тайник, о котором вы знали…

– Вы серьезно считаете, что это может повлиять на ход следствия?

– Куда уж серьезнее! И по меньшим уликам людей брали в оборот. Что ж, мы вас оставляем. Я думаю, будет лишним предупреждать вас о том, чтобы вы не покидали город?

– Я и не собирался, – выдавил из себя Хлопков.

– Вот и прекрасно! Думаю, что мы с вами еще встретимся. До свидания.

Хлопков молча кивнул, поднялся с дивана и лично проводил компанию до двери.

– Эрик, – вдруг обратился он к сыщику, когда они уже были на пороге.

– Слушаю вас.

– Вы знаете, а я почти не волнуюсь.

– Почему же?

– Я знаю, что вы всегда докапываетесь до сути. Поэтому мне не страшно. – И он широко улыбнулся.

– Счастливо оставаться, – ответил сыщик, улыбнувшись ему в ответ.

– Он, видите ли, не волнуется! – передразнил его Голубев, оказавшись на улице. – Вот сейчас выпишу ордер на арест, тогда посмотрим, как он заговорит.

– Алексей! – укоризненно произнес Эрик. – Как не стыдно быть таким мстительным! Чем тебя задел господин Хлопков?

– Своей самоуверенностью!

– Это не самоуверенность, – поучительно сказал сыщик, – это уверенность во мне! Чуешь разницу?

– Чую, чую… Только прошло уже несколько дней, а ни одного подозреваемого у меня нет. А мне ведь нужно отчитываться начальству!

– Что ты так переживаешь? У тебя их знаешь сколько еще будет?

Голубев фыркнул.

– А ты не фырчи! Значит, так, для начала проверь Сироткина.

– Какого Сироткина?

– Того, который живет в доме напротив Риммы.

– А… Ты считаешь, он может быть причастен к этому делу?

– Ты проверь, а потом будем рассуждать.

– Хорошо.

– И выясни по поводу телефонного звонка Курицыну. Помнишь, Краснов сказал, что дворецкий в ночь убийства звонил и ему, и Володе?

– Помню.

– Почему-то Владимир отрицает этот факт. Нужно выяснить, был звонок или нет.

– А вдруг Краснов ошибается, и Зеленский звонил только ему? Он ведь тоже об этом звонке знает только со слов дворецкого.

– Вот ты и выяснишь, что было на самом деле. А завтра мы опросим всех действующих лиц и еще раз обобщим все показания.

– Мне сегодня отчитываться нужно.

– Ничего страшного, завтра отчитаешься.

– Легко тебе говорить! Ты сам по себе, а надо мной начальство стоит!

– Считай, что пока я твое начальство.

Голубев замер и несколько минут молча смотрел на Эрика.

– А что, все эти разговоры по поводу того, что ты можешь занять место в нашем отделе, правда?

У Голубева был такой ошарашенный вид, что сыщик расхохотался.

– Алексей, я мог бы ответить тебе фразой из известного фильма: с таким аналитическим умом тебе нужно работать в бюро прогнозов!

– Так да или нет?

– Какие разговоры! Один раз пошутили, а ты тут же принимаешь все всерьез!

– А чего же ты мне голову морочишь?

– Я никогда не буду ни с кем работать! Это можешь запомнить раз и навсегда. Я одиночка. Понятно?

– Понятно. Тогда мне нужно отчитаться начальству.

Эрик закатил глаза и быстро направился к машине.

– Голубев, иногда ты здорово тупишь! – шепнула ему Мариша. – Если Эрик говорит, что можешь пока не отчитываться, значит, можешь не отчитываться.

– Еще одна умная выискалась! Я позвоню, а дальше буду действовать согласно инструкциям.

Мариша плюнула и побежала догонять Эрика. Тот уже сидел в машине, с наслаждением откинувшись на спинку сиденья.

– Как он там? – спросил сыщик у девушки.

– Звонит начальству.

– Исполнитель он хороший, но инициативы ни на грамм! Никогда ему не занять более высокий пост.

– А ведь он на хорошем счету!

– Это и пугает! К сожалению, хорошие кадры сегодня редкость. Причем в любой сфере!

– Особенно не хватает сварщиков и сантехников! – подхватила Мариша.

Эрик ухмыльнулся.

– Это что, крик души?

– Ага! А еще нет хороших врачей. Вернее, они, наверное, есть, но мне почему-то не попадаются!

– А почему ты не работаешь экономистом? – вдруг спросил Эрик. – Насколько я помню, у тебя ведь именно эта специальность?

– Да, эта.

– Так почему не работаешь?

– А зачем? Моих знаний вполне достаточно, чтобы работать на себя. Зачем я буду работать на кого-то?

– Вот! – Эрик поднял вверх указательный палец. – Те, у кого достаточно знаний и умений, предпочтут работать самостоятельно. А работу ищут, как правило, троечники. Откуда же взяться квалифицированным кадрам?

– Может быть, ты и прав… Слушай, Голубев случайно не зазвонился? Он терзает телефон уже десять минут! Ой, все, закончил!

– Ну что! Отчитался? – поинтересовалась она у следователя, едва тот приблизился к машине.

– Мне разрешили повременить с отчетом, – отмахнулся он, словно это было и неважно.

– Мы же тебе говорили… – начала было Мариша.

– Есть более важные новости, – перебил он ее.

– Говори, – приказал Эрик, глядя на напряженное лицо следователя.

Голубев залез на заднее сиденье и выпалил:

– В руке Зеленского нашли записку.

– Что нашли? – переспросил сыщик.

– Записку! Правда, не целую, а кусок. Но кусок довольно приличный. Там был план тайника.

Эрик присвистнул.

– Интересные новости! А почему об этом сообщили только сейчас?

– Наш паренек думал, что в руке ничего нет, и не стал разжимать кулак. Он у нас новенький. Только-только практику закончил. А сегодня пришел Михалыч и дал ему нагоняй! В общем, это еще раз подтверждает нашу версию, что Зеленского убили из-за денег.

– Да, теперь в этом сомнений нет. Правда, я и раньше не сомневался…

– Тем не менее был и другой путь, который мог увести нас в сторону.

– Какой?

– Например, с Анной. Она сама призналась, что часто ругалась с Зеленским.

– Голубев! И ты всерьез посчитал, что это может быть причиной убийства?

– А почему нет? Тем более ты сам ходил к ней домой и выяснял обстоятельства.

– Я всегда выясняю все обстоятельства. Но в данном случае подозревать Анну – глупо.

– А я все равно буду ее подозревать!

– Что ж, дело твое!

«Почему он такой упрямый? – подумала Мариша, с неудовольствием глядя на Голубева. – Знает, что не прав, и все равно спорит! А кого подозреваю я?» Девушка вдруг поняла, что до сих пор никого не рассматривала в роли убийцы. В прошлый раз эту роль она примерила почти на всех. Но сейчас ей было невероятно сложно это сделать. Все известные ей люди не были похожи на злодеев.

Впрочем, и Иван Зарубкин, и Александр Скориков, фигурировавшие в ее прошлых приключениях, были людьми позитивными и открытыми. Так что делать выводы на основании того, «похож» или «не похож», – очень глупо. Единственное, на что она могла рассчитывать, – это попытаться определить, виновен человек, которого подозревают в убийстве, или нет. Эрик говорит, что у нее чутье на невиновность. Сначала она сомневалась в этом, да и Голубев прочитал ей целую лекцию о том, что все это самый настоящий бред. Но два дела, в которых она была уверена в невиновности подозреваемых людей, убедили ее в правильности своих ощущений.

Пока она не была готова озвучить свои мысли, а значит, ее ощущения тоже пока дремали.

«Завтра, – подумала она, – Эрик уже будет готов назвать подозреваемого, и я еще раз проверю правильность своих чувств».

– Голубев, а ты уже прикидывал, кто может быть убийцей? – поинтересовалась Мариша, закончив свои рассуждения.

– Прикидывал, – хмуро отозвался он. – Пока мне на ум приходит только Курицын и какое-то неизвестное лицо.

– Какое именно? – полюбопытствовала девушка.

– Что ты задаешь глупые вопросы! Если бы я знал, то оно стало бы известным.

– Значит, ты принял всерьез мою мысль, что в этом деле есть кто-то еще? – осведомился Эрик, выезжая на дорогу.

– Конечно, я же умею делать выводы из прошлых неудач. На самом деле на участок Артемьева действительно мог пробраться любой человек. Конечно, своим это было сделать гораздо проще, но я не исключаю и тех людей, которые пока от нас скрыты.

– На самом деле совсем посторонних быть не может. Это либо люди из близкого окружения, либо жители поселка. Другого не дано.

– Вы считаете?

– Голубев, включи логику! Про деньги знал только человек, близкий к Артемьеву. В противном случае незачем было бы убивать Зеленского. А раз его убили, и убили из-за денег, значит, это не человек с улицы. Нам осталось только очертить этот круг. В нем и будет наш убийца.

– Как у вас все просто!

– Конечно, просто! А там останется только собрать доказательства.

– Вот! – воскликнул Голубев. – Это и есть самое сложное!

– Ничего подобного! Это самое простое, если знаешь, из кого тебе нужно выбирать.

– Не будем спорить! Давайте сначала определим, кто претендует на роль убийцы, а потом каждый сделает свои выводы.

– Договорились.

– Только не кажется ли вам, что это может затянуться?

– Не кажется. Завтра и определим.

– Завтра? А вы не считаете, что слишком торопитесь?

– Голубев, да ты что! Мы ведь работаем уже три дня. По-моему, достаточно!

– Трех дней?! – Следователь даже поперхнулся. – Да мы никогда в такие сроки не укладываемся. Если, конечно, дела не раскрываются по горячим следам.

– Алексей, но ведь это же простое преступление. Простое в том смысле, что далеко ходить не нужно. У нас есть из кого выбирать. Так раскрой пошире глаза, послушай, что тебе говорят, внимательно осмотри улики, и вперед! Согласись, что для этого много времени не требуется.

– Я понимаю, что вы – гений, – проворчал Голубев, – но ведь не до такой же степени!

Эрик ухмыльнулся, а Мариша испытала непередаваемую гордость. Как будто это она вырастила и выучила такое дарование.

– В общем, завтра определимся с кандидатами на роль убийцы, – как ни в чем не бывало продолжил Эрик, – а потом будем искать тебе девушку. Согласен?

– Вы так говорите, как будто актера в театр подбираете. Как-то все уж очень просто у вас получается.

– Это разве просто? Актера подобрать, милый мой, это очень сложное занятие. Не один день может пройти, пока натолкнешься на интересное личико!

– Давайте поспорим, что завтра мы останемся на том же самом месте!

– С удовольствием! Я говорю, что завтра нам будет из кого выбирать.

– А я считаю, что ничего нового мы не обнаружим. На что спорим?

– На то, что в клубе «Ночная звезда» ты самостоятельно познакомишься с девушкой.

Голубев, который уже было поднял руку для рукопожатия, замялся.

– Что тормозишь? – усмехнулся Эрик. – Или не уверен в своей правоте?

– Почему? Уверен. Просто я не смогу сам подойти к девушке из такого круга.

– Так если ты прав, тебе и не придется подходить!

– Это – да. Хорошо! Спорим!

– Мариша, разбей!

Мариша, удивляясь тому, какими мужчины могут быть глупыми, разбила их рукопожатие.

– Голубев, тебя домой или как? – поинтересовался сыщик.

– Домой. К сожалению, вариант «или как» пока не для меня.

– Ты мог бы пока потренироваться! Глядишь, завтра ты уже профи, и моя помощь тебе не понадобится!

– Смейтесь, смейтесь! Человек вам доверился, а вы над ним издеваетесь!

– Ладно, не обижайся! Мы же любя! – оскалился Эрик и добавил: – Вон твой дом. Встретимся завтра.

Голубев вышел из машины и направился к своему подъезду.

– Посмотри-ка, – вдруг сказал Эрик Марише, – вон на той лавочке сидят неплохие девчонки. Нужно узнать, почему Голубев их не рассматривает в качестве варианта для встреч.

– И как ты это сделаешь?

– Очень просто!

И не успела Мариша ничего сказать, как сыщик вылез из машины и направился к двум девушкам, сидящим на лавочке около большого раскидистого дуба.

– Эй, ты с ума сошел? – заволновалась она. – Кто же так знакомится? Так они и рассказали все незнакомому мужику.

Но Эрик, не обращая внимания на Маришу, быстро шел к своей цели.

– Добрый вечер, девушки! – поздоровался он, выдавая одну из лучших своих улыбок.

– Здравствуйте, – настороженно отозвались они.

– Городская служба социологических опросов, – быстро произнес он и достал из кармана синюю книжечку. – Это моя помощница, – добавил он и показал на Маришу.

Девушки внимательно оглядели Маришу и перевели взгляд на Эрика.

– Вы хотите задать нам вопросы? – спросила худенькая черноволосая девушка и заулыбалась.

– Вы удивительно догадливы! Вас как зовут?

– Светлана.

– А меня Юля, – добавила вторая девица, удивительно похожая на свою подругу.

– Очень приятно. Наши вопросы сегодня посвящены молодым девушкам. А именно проблемам знакомства и общения. Вот вы, например, испытываете такие проблемы?

– Как сказать, – подумав, ответила Юля. – Скорее всего – нет.

– А вы замужем?

– Нет, – покраснела она и бросила на подругу быстрый взгляд.

– Я тоже, – добавила Светлана и с вызовом взглянула на сыщика.

– Прекрасно! – обрадовался тот. – Именно это нас и интересует! Ни для кого не секрет, что найти свою вторую половинку сегодня довольно сложно. Люди разучились общаться. Конечно, появился Интернет, который значительно увеличивает географию общения, но в реальной жизни это все усложняет.

– Мы согласны, – ответила за двоих Юля. – Вот взять нас с сестрой…

«Ах, вот почему они так похожи!» – подумала Мариша и прислонилась к стволу росшего рядом дуба.

– У нас со Светой много подруг. А друзей почти нет. Многие парни сегодня поглощены какими-то виртуальными играми. Им и дела до нас нет. Это я говорю про ровесников, – добавила Юля. – А если взять кого-нибудь постарше, то они или женаты, или заняты своей работой.

– Значит, проблема со знакомством есть?

– Есть, – кивнули девушки.

– А лет вам сколько?

– Мне двадцать пять, Свете двадцать два.

– Вообще-то замуж пора!

– Так мы не против!

– Хорошо. Зайдем с другой стороны. Мы уже опросили нескольких жителей вашего дома. Вот, например, мужчина, который десять минут назад прошел вон в тот подъезд. – И Эрик кивнул в ту сторону, куда удалился Голубев. – Он, оказывается, тоже не женат.

– Мы знаем. Он работает в полиции.

– Серьезный мужчина. Наверное, виртуальными играми не увлекается.

– Точно нет, – кивнула Света.

– Нашу службу интересует вопрос, почему жители одного и того же дома, одинокие, симпатичные, не могут составить пары?

– Не знаем, – пожали плечами девицы.

– Ну, допустим, мужчина слишком занят. Но почему вы не можете стрельнуть глазками, что-нибудь спросить и тем самым завязать разговор?

– Страшно… Он вон какой серьезный. Тем более полицейский.

– Значит, останавливает только это?

– Ну… да.

– То есть внешне он вам нравится, и вы были бы не против с ним познакомиться?

– Конечно, не против. Сегодня мужчины с жизненной позицией – редкость.

– Вы знаете, девушки, вам повезло. Наша служба в этом месяце проводит акцию. Мы не только опрашиваем людей, но и помогаем им познакомиться. Вы не будете против, если завтра я вас представлю друг другу?

Девушки переглянулись.

– Можно, – неуверенно ответила Юля.

– Отлично! Значит, завтра я вам позвоню. Оставьте свои координаты.

Он подал им какой-то бланк, и девчонки написали на нем свои телефоны.

– Спасибо, до завтра!

– А вы думаете, он захочет с нами знакомиться? – уже вслед им закричала Света.

– Почему же нет? Почти каждый одинокий человек мечтает найти свою половинку.

– Значит, одинокие люди мечтают найти свою половинку? – ехидно спросила Мариша, когда Эрик открыл машину.

– Ага, ты же слышала, что я сказал.

– А как же ты?

– А что я?

– По-моему, ты об этом не мечтаешь.

– Маришка, – немного помедлив, произнес Эрик, – ты опять плохо слушаешь. Я сказал не все, а почти все! Чувствуешь разницу?

– Чувствую, – отозвалась она и отвернулась к окну.

Глава 18

Шел уже двенадцатый час, когда Эрик и Мариша приехали домой. Вернее, к Хлопоковым. Сначала они поколесили по городу, затем заехали в кафе поужинать, а потом долго сидели на берегу реки и смотрели на лед, уже начавший подтаивать. Они почти не разговаривали. И от этого было как-то по-особому хорошо.

«Самое большое счастье, – вспомнила Мариша чьи-то слова, – когда двум людям комфортно вместе молчать. Это и правда так», – с удивлением отметила она.

Раньше молчание ее напрягало. Ей казалось, что человеку скучно, неинтересно, тоскливо вместе с ней. Но сейчас все было просто здорово. Они молчали, и от этого молчания исходила какая-то удивительная теплота. Ей хотелось зарыться в снег и лежать так долго-долго, рядом с Эриком. И только когда они почти замерзли, Эрик подал Марише руку и рывком поднял ее с земли.

– Спасибо, что посидела со мной, – сказал он, прерывая молчание. – Мне это было очень нужно.

– Я же говорила, что всегда буду рядом.

– Иногда бывают такие моменты, когда хочется, чтобы рядом был человек… – задумчиво проговорил сыщик. – Просто был, понимаешь? Сидел бок о бок и молчал… Такие минуты выпадают крайне редко, – добавил он, прежде чем Мариша открыла рот.

– А мне было хорошо, – наконец сказала она, больше ничего не дождавшись от Эрика.

– Я знаю. Я это чувствовал. Именно поэтому я и позвал тебя с собой. Замерзла?

Он прижал Маришу к себе и чмокнул в нос.

– Как ты думаешь, Настя волнуется? – Эрик задумчиво смотрел поверх ее головы.

– Нет, наверное. В противном случае она бы уже позвонила.

Мариша достала телефон и включила дисплей.

– Мама моя! – закричала она и сунула телефон Эрику под нос. – Почти тридцать пропущенных вызовов.

– Почему ты отключила телефон?

– Побоялась, что он может помешать нашему разговору с Сергеем Александровичем, а потом забыла его включить.

– Давай звони подруге, а то она с ума уже сходит!

– Вы где ходите? – услышала Мариша недовольный голос Насти, едва успела набрать номер. – Вы знаете, который час? Я же волнуюсь.

– Мы уже едем, – улыбнулась Мариша и посмотрела на Эрика, – сейчас будем.

– Давайте быстрее, я вас жду, – проворчала Настя и отсоединилась.

– По идее, твоя подруга не должна была звонить, – заметил Эрик, садясь в машину.

– Почему? – полюбопытствовала Мариша.

– Ну, как же! Раз нас долго нет, следовательно, мы проводим время вместе. А значит, не надо нам мешать. Или она уже не болеет за твое счастье?

– Дурак! – сказала Мариша, а Эрик в самом лучшем расположении духа направил автомобиль к дому Хлопковых.

Утро для сыщика началось с телефонного звонка Голубева. Эрик долго держал трубку около уха, а потом тяжело вздохнул и сказал:

– Сейчас буду, жди.

Он, не торопясь, принял душ, сделал зарядку и только потом вышел на кухню. Настя вовсю хлопотала по хозяйству, Мариша, видимо, еще спала.

– Настенька, будь добра, сделай что-нибудь перекусить, да я поеду.

– А как же Мариша?

– Пусть спит, я не имею права портить ей отдых. – И он весело хмыкнул.

– Пусть, – кивнула девушка. – В конце концов, побудет немного со мной.

Настя быстро накрыла на стол и села рядом с мужчиной.

– Эрик, – она немного помедлила, – что происходит с Антошиным папой?

– А что с ним происходит?

– Его ведь подозревают в этих убийствах?

– С чего ты взяла?

– Он вчера звонил Антону и долго с ним разговаривал. Антон после этого разговора ходит сам не свой. Он просто в ужасе от всего происходящего.

– Да успокойтесь вы! Пока никто никому не предъявляет обвинения.

– Но ведь это возможно?

– Возможно, скрывать не буду. Тем более что у него есть и мотив, и возможность.

– Какой мотив?

– Спроси у мужа, он лучше меня тебе объяснит.

– Значит, это правда… – Настя напряженно замолчала.

– Что правда?

– То, что у вас есть все основания подозревать Сергея Александровича. А я-то, дура, вчера весь вечер уговаривала Антона, чтобы он не беспокоился. Якобы его отец не может быть ни во что замешан. Оказывается, что-то все-таки есть!

– Есть, но волноваться пока рано. Скажу тебе по секрету, у нас появился еще один подозреваемый.

– Да? И кто он?

– А вот об этом пока умолчу. Я сейчас еду к Голубеву и обо всем как следует разузнаю. Скорее всего, мы будем здесь после обеда. Скажи Маришке, чтобы не обижалась. Большой совет пройдет вместе с ней! – Он подмигнул Насте и быстро ушел.

– Опять дурдом начинается! – тяжело вздохнула девушка и принялась убирать со стола. – Ну, за что мне досталась такая безбашенная подруга! У всех все как у людей, а она даже отдохнуть спокойно не может!

– Чего ворчишь? – раздался веселый голос Мариши. – У тебя с утра плохое настроение?

– Нет, настроение просто отличное! – ехидно ответила подруга. – С чего бы ему быть плохим? Я прекрасно провожу время с тобой!

– Ну, не злись, Настенька! Вот закончится это дурацкое дело, и мы с тобой оторвемся!

– Я боюсь, что оно может закончиться не так радужно, как ты это себе представляешь.

– Что ты имеешь в виду? – осторожно поинтересовалась Мариша.

– Антошиного отца подозревают в этих убийствах. Бред какой-то!

– Откуда ты узнала?

– Антон рассказал. А ты что-то об этом знаешь?

– Знаю. Правда, мне не разрешили тебе говорить. Но раз уж ты все равно располагаешь этими сведениями…

– Располагаю! Что там такого страшного?

– Я тебе расскажу в двух словах, – зашептала она и оглянулась на дверь. – Только бы Эрик не услышал, а то будет называть меня болтушкой.

– Так его нет, он уже уехал.

– Как?! – Мариша вскочила из-за стола. – Куда?

– Сказал, к Голубеву.

– Ну и гад! Знал же, что я хотела поехать с ним!

– Он просил тебе передать, чтобы ты не обижалась. Они приедут после обеда, и вы проведете большое совещание.

– Все равно гад! – уже более спокойно добавила девушка и снова опустилась на стул. – Значит, так…

Мариша довольно быстро обрисовала картину дела и добавила от себя:

– Я не считаю Сергея Александровича виновным. Скорее всего, это просто совпадение.

– Я тоже. Но чего нам ждать от Голубева? Мы ему не указ!

– А на что Эрик?

– Мне показалось, что он не совсем уверен в невиновности Антошиного папы. Во всяком случае, я не услышала от него слов, типа: не волнуйся, Настя, твой свекор ни в чем не виноват! Он заметил только, что мне пока рано волноваться

– Не бери в голову. Эрик никогда ничего не говорит прямо, пока дело не закончено.

У Насти вдруг заблестели глаза.

– А мне наш сыщик кое-что сказал!

– Что? – Мариша даже приподнялась от любопытства.

– У них появился еще один подозреваемый.

– Да ты что! И кто это?

– Не знаю. Эрик велел ждать их с Голубевым после обеда.

– Я не доживу! – заныла Мариша. – Я с ума сойду от ожидания!

– Не сойдешь! А если тебе будет совсем плохо, отправлю тебя нянчиться с Эрькой. С ним точно не соскучишься!

– Нет, уж лучше я с тобой.

Но, несмотря на это, Мариша каждые пять минут смотрела на часы, подбегала к окну, слонялась по дому в поисках какого-нибудь занятия. Однако время ползло, словно сонная черепаха. Настя даже разозлилась на подругу.

– Ты можешь посидеть спокойно? В конце концов, не судьба же человечества решается! Поговори со мной немного.

– Не могу ни о чем думать, – пожаловалась Мариша, уныло глядя на подругу.

– Тогда марш к Эрьке!

– О чем ты хочешь поговорить? – сменила тон девушка. – Может быть, о погоде?

– Я тебе дам, о погоде! О мужиках разговаривать будем!

Но интересная тема так и не была начата. Раздался звонок в дверь, и Мариша рванула с места, словно заправская олимпийская чемпионка.

– Наконец-то! – услышала Настя ее голос в прихожей. – Сейчас я тебе задам!

– Кто же тогда тебе все расскажет, если ты меня сейчас убьешь? – послышался довольный голос Эрика.

– А я Голубева буду пытать.

– Ничего не получится, – ответил следователь. – У меня высокий болевой порог.

– Об этом будешь рассказывать, когда станешь молить о пощаде.

Настя фыркнула и принялась выставлять на поднос тарелки. Ей не всегда было понятно поведение Мариши и тем более мужчин. Сама она могла позволить себе такое дурашливое поведение только с Антоном. И то только после того, как они поженились.

– Совсем как дети, – проворчала она, увозя тележку в гостиную.

За большим столом уже занял свою позицию Эрик, рядом пристроился Голубев. Мариша же расположилась на кресле напротив сыщика и приготовилась внимать его рассказам.

– Кушать подано! – объявила Настя, расставляя тарелки.

– Вот за что я люблю Настюшу, – пропел Эрик, – так это за ее исключительное понимание полезности приема пищи! Ты не жена, а находка, – добавил он, втягивая носом аромат борща.

– Жаль только, что уже занята, – торопливо добавил Голубев и смутился.

– Ты никак не успокоишься? – засмеялся Эрик. – Между прочим, мы с Маришкой подсуетились и практически нашли тебе девушку. Даже двух. Сам выберешь, какая больше понравится.

Голубев вытаращил глаза.

– Ничего себе! Когда успели?

– Пора бы привыкнуть, что я работаю быстро и дела в долгий ящик не откладываю! Ну, об этом потом. Сейчас мы должны определить круг подозреваемых. Давайте разбираться с каждым по порядку.

Мариша уселась поудобнее и во все глаза уставилась на Эрика.

– Итак, подозреваемый номер один. Как ты думаешь, Маришка, кто это?

Девушка пожала плечами.

– Наверное, Хлопков. У него и мотив, и возможность.

– Именно!

– Сергей Александрович совершенно ни при чем, – тут же бросилась в атаку Настя. – Не такой он человек!

– Не такой, говорите? – усмехнулся Голубев. – А у нас есть на него компромат. Как говорится, иголку в стоге сена не утаишь! Вы знаете, что по молодости он был осужден на два года?

– За что? – ошеломленно пробормотала она.

– За попытку убийства. Он чуть не задушил девушку. Конечно, экспертиза признала, что он действовал в состоянии аффекта. Девушка должна была стать его женой, но накануне свадьбы он застал ее в постели со своим другом. Вот и психанул. Правда, друг сумел оторвать его от девицы. Но факт остается фактом.

– Я в это не верю! – прошептала Настя и обхватила себя руками. – А Антон знает?

– Не могу сказать. Лучше спросите у него.

– Вы пока об этом не рассказывайте, хорошо? Мне не хочется расстраивать мужа.

– Если Хлопков окажется невиновным, то мы не будем копаться в этом деле, ну а если он останется единственным подозреваемым, то не обессудьте! – И Голубев развел руками.

– Кто следующий? – Мариша с интересом смотрела на сыщика.

– Дальше идет семейство Зотовых и их молодые люди. Они тоже были заинтересованы в деньгах Артемьева.

– Зотовы? – Настя задумалась. – Не знаю… Мне как-то не верится.

– Верится, не верится… Мы рассматриваем факты, а не на ромашке гадаем.

– Вы говорили, есть еще один подозреваемый…

– Да, тот самый сосед. Сироткин.

– Вы узнали, кто он? – заинтересовалась Мариша.

– Пока нет, – покачал головой Голубев. – Весьма загадочная личность. Одно могу сказать наверняка – он точно не инженер по обмену опытом. Мы связались с руководством завода, и нам однозначно ответили, что сейчас у них весь штат сотрудников укомплектован и работники со стороны им не нужны. Даже по обмену опытом.

– Интересно, что привело его в этот поселок? – протянула Мариша.

– Пока это большой вопрос. Кстати, с хозяином дома пока связаться не удалось.

– Итого у нас с вами шесть подозреваемых, – констатировал Эрик. – Хотя я не исключаю того факта, что кого-то мы могли проглядеть. Итак, четверо из нашего списка получали наследство, Хлопков желал сохранить свой банк. Как видите, причины весьма основательные. Вот если бы удалось узнать, что за личность такая Сироткин, возможно, в этом деле было бы больше ясности.

– Да, с этим не поспоришь… – протянула Мариша. – И как мы будем искать преступника? Я так понимаю, ни одной улики у нас нет. Дом Артемьева сгорел, и больше из него ничего не вытянешь. В жилище Зеленского ничего не нашли, кроме тайника. Та же самая картина в коттедже Риммы. Преступник был в перчатках, что немудрено при такой погоде. На улице конец марта, холодно.

– Молодец, Маришка, – восхитился Эрик. – Как здорово все разложила по полочкам. Да, улик почти нет. Значит, будем действовать методом исключения. Я буду приводить доводы, а вы мне возражайте. Согласны?

Мариша кивнула, а Голубев презрительно скривил губы. Очевидно, такие методы работы его не впечатляли.

– Начнем с Сироткина, – произнес сыщик. – Ему было проще всего совершить эти преступления. Он живет в соседнем доме и мог беспрепятственно попасть на территорию Артемьева. Кроме того, его появление на улице не вызвало бы подозрений. А то, что жители поселка не видели его в период совершения преступления, ни о чем не говорит. Та же вездесущая Анна могла заниматься домашними делами, вместо того чтобы смотреть в окно.

– Я считаю, – встряла Мариша, – что Сироткин очень порядочный человек. Он не мог задушить девушку. Я в этом уверена.

– А мне Сироткин кажется идеальным подозреваемым, – сказал Голубев. – Загадочная личность, наличие возможности. Я, пожалуй, поставил бы на него. Вот только мотив пока остается неясным.

– Перейдем к Хлопкову-старшему, – продолжил Эрик. – Он тоже мог совершить эти убийства. Однако этот человек прежде сто раз подумал бы, чем сделать подобное. Мотив должен быть очень веским. Хотя удержание на плаву бизнеса – довод очень и очень весомый. Что скажете?

– Мне показалось, что Хлопков говорил правду, – твердо ответила Мариша. – Очевидно, действительно появился инвестор, который пожелал остаться неизвестным.

– Голубев, твой человек просмотрел бумаги этого загадочного инвестора? – поинтересовался Эрик, поворачиваясь к следователю.

– Да, все так, как говорил Хлопков. Кстати, это «ООО» зарегистрировано всего месяц назад. Деньги пришли из одного областного банка. Там тоже ничего не знают про хозяина. Все сделки выполняет генеральный директор.

– Это может быть и сам Хлопков, – Эрик задумчиво посмотрел на товарищей: – Как считаете?

– Вряд ли… – с сомнением ответила Мариша.

– Либо это тот самый человек, который устроил взрыв в доме Артемьева. Только этим можно объяснить появление столь важного для банка инвестора. По каким-то причинам человек хотел, чтобы деньги по-прежнему находились в банке Хлопкова. А значит, он давно готовился к совершению этого преступления.

– Если исходить из твоих рассуждений, то мы опять возвращаемся к Сергею Александровичу, – заметил Голубев. – Уж больно странной кажется такая комбинация. Убийце было бы проще оставить деньги в том банке, куда он их изначально положил. Зачем переводить их к Хлопкову?

– Ну, например, чтобы подставить его… – медленно ответил Эрик.

Голубев немного подумал и, не торопясь, кивнул.

– Да, такое тоже могло быть. Правда, немного мудрено, но могло!

– Ну, и перейдем к Зотовым! Давайте еще раз вспомним, во сколько был убит Зеленский.

– Во время грозы, – вставила Мариша. – Около десяти вечера дворецкого видела Анна. В десять пятнадцать началась гроза. За пять минут до этого Анна наблюдала какого-то мужчину на участке Артемьева. А немного позже об этом же хотела сообщить и Римма Соколова. Если учесть, что окно в домике дворецкого было открыто, а он сам и все вокруг было залито дождем, то нетрудно предположить, что Зеленского убили в промежуток между девятью пятьюдесятью и десятью часами десятью минутами.

– Умница! – снова похвалил девушку Эрик. – А мы выяснили, что ни у Сироткина, ни у Хлопкова на это время алиби нет.

– Мы можем вычеркнуть Ольгу и Маргариту Зотовых, а также Краснова, – вставил Голубев.

– Почему?

– Ольга с Евгением были в клубе, это доказано, а Маргарита спала у себя дома.

– И кто это видел?

– Ольга подтверждает, что они завезли сестру домой незадолго до десяти часов, а потом поехали в клуб. Так что Марго физически не успела бы доехать до поселка.

– Тебе только так кажется. При желании и отсутствии пробок это могло оказаться вполне реально.

– Да, но если это была Ольга, то зачем ей звонила Римма? Кроме того, Анна ясно сказала, что видела мужчину.

– Или женщину в мужской одежде, – добавил Эрик. – А про Римму она могла сказать для отвода глаз. Например, узнала, что та звонила в полицию, и придумала историю.

– Хорошо, пусть Маргарита еще побудет в списке подозреваемых. А Ольгу с Красновым вычеркиваем?

– Да, придется. Они были в клубе, и это подтверждает Аркадий.

– Хорошо, но остается Курицын. Что по поводу телефонного звонка?

– На телефонной станции подтвердили, что с телефона Зеленского в районе девяти часов вечера был произведен звонок на мобильный телефон Владимира. Первый раз абонент не ответил, а во второй раз трубку сняли, и разговор длился целых восемь минут!

– Вот так сюрприз! – воскликнула Мариша. – Выходит, Курицын наврал, что отключил телефон и писал картину.

– Выходит так.

– Мне он сразу показался подозрительным! Какой-то скользкий тип…

– Что ж, значит, на подозрении у нас четверо: Сироткин, Хлопков, Маргарита Зотова и Курицын. На кого ставите, господа?

– Я бы исключила Марго, – подумав, ответила Мариша. – Она любила дядю. И убивалась по нему вполне искренне.

– А еще больше она любила деньги! – добавил Голубев и усмехнулся. – Кстати, я бы тоже отмел Маргариту. Почерк какой-то не женский.

– И я оставлю Маргариту в стороне, – согласился Эрик, – хотя и по другой причине. Но об этом потом. А сейчас…

Договорить он не успел, потому что у Голубева зазвонил телефон, и тот, извинившись, отошел в другой конец гостиной. Говорил он недолго. А когда вернулся, на его лице было странное выражение.

– Что? – нетерпеливо поинтересовалась Мариша. – Что-то случилось?

– Случилось. У нас на одного подозреваемого стало меньше.

– И кто этот счастливчик? – улыбнулся Эрик.

– Догадайтесь!

– Наверное, Хлопков!

– Это нечестно! – обиженно воскликнул Голубев. – Как вы догадались?

– Я знал, что у него окажется алиби. Скорее всего, его заметили в парке, я прав?

– Да, причем именно та женщина, ради которой он и приходит в парк каждый вечер. Оперативник показал всем дамам с собачками фотографию Хлопкова, и одна женщина его узнала.

– А это точно было в тот день? – уточнила Мариша.

– И в тот день, и на следующий, и накануне… Хлопков как на работу туда ходит, в одно и то же время.

– Какое облегчение! – выдохнула Настя. – Теперь Антон не будет переживать!

– Теперь по поводу Сироткина. Пара моих людей еще раз обошла поселок Летний.

– Никаких свидетелей не нашли? – поинтересовался Эрик.

– Нет, никто его не видел. А значит, он по-прежнему остается под подозрением.

– Итак, три человека. Кто же из них?

– Вот об этом я вчера и говорил, – нахмурился Голубев. – Даже если мы узнаем, кто убийца, найти улики будет невероятно сложно. Ведь на местах преступления – никаких следов! С чего начнем?

– Излагаю план! – сообщил Эрик, и глаза его весело заблестели. – Сейчас мы едем к Сироткину и еще раз его опрашиваем. Посмотрим, что он нам расскажет сегодня. А потом соберем всех наших подозреваемых на участке Артемьева и проведем эксперимент. Голубев, звони всем потенциальным убийцам, и вели им собраться где-нибудь в районе половины десятого.

– Кажется, я догадалась, что ты хочешь сделать, – медленно проговорила Мариша. – Интересно, что из этого получится?

Глава 19

– Мы еще раз спрашиваем, что связывало вас и Артемьева?

Эрик сидел напротив Сироткина и в третий раз пробовал разговорить мужчину. Тот упрямо молчал и смотрел в окно.

– Что ж, вы сами загоняете себя в угол, – пожал плечами Эрик. – Мне повезло, я все-таки нашел человека, который был с вами знаком. Хотите, я поведаю вам одну интересную историю?

Сироткин равнодушно пожал плечами.

– Ваше дело. Хотите рассказывайте, хотите, нет…

– Я думаю, всем здесь присутствующим это будет любопытно, – кивнул сыщик и на мгновение задумался. – Много лет назад Артемьев уехал из дома на заработки. Долгое время о нем ничего не было слышно, и родные решили, что его уже нет в живых. Однако он был жив и занимался разработкой золотых приисков вдали от цивилизованного мира. Кстати, именно там он и нажил свое состояние. Работал он вместе с Сироткиным, и у них сложилась довольно крепкая мужская дружба. Артемьев не раз спасал товарища от смерти. Был случай, когда тот тонул в реке. Затем его укусила змея. А однажды он чуть не сорвался с утеса.

Сироткин тоже здорово помогал товарищу. Но, сами понимаете, там, где есть золото, появляется масса желающих оторвать кусочек этого пирога. Сложилась довольно острая ситуация, и товарищи были вынуждены уносить ноги. По каким-то причинам убежал только Артемьев, а Сироткин остался. Он долго прятался, прежде чем смог начать спокойную жизнь.

Убегая, Артемьев уносил не только свои деньги, но и деньги товарища. Тот доверил их Анатолию Петровичу, потому что другого выхода у него не было. Таким образом, половина состояния Артемьева – это деньги Сироткина. Как только появилась возможность, он приехал за своей долей. Вот такие пироги!

– А вы быстро работаете, – наконец сказал Сироткин и криво усмехнулся. – В общем, все правильно. Мы действительно работали вместе и накопили приличную сумму денег. Только Артемьеву повезло больше. Ему удалось уехать, а я был вынужден остаться. Лишь теперь у меня появилась возможность вернуться за своими деньгами.

– А Артемьев не захотел их отдавать, так?

– Не так. Он очень обрадовался и даже поселил меня в доме напротив, чтобы нам удобнее было общаться.

– А племянницам он о вас не рассказал?

– Нет, он решил, что им незачем знать о его прошлом. Не все там было гладко.

– Значит, Артемьев согласился отдать вам деньги?

– Конечно, а как иначе? Ведь это мои деньги.

– Вы и в самом деле наивный человек или только притворяетесь?

– А что такое?

– Да ради денег люди друг другу глотки перегрызают!

– Если бы вы пережили то, что пережили мы, вы бы так не говорили, – тихо ответил Сироткин. – Мы были друг другу больше чем друзья, чем братья… Каждый из нас жизнь готов был отдать за другого, это совершенно точно. Я приехал за своей половиной, и Артемьев должен был мне ее приготовить. Фактически я знал, когда он забрал деньги из банка, и ждал его на следующий день.

– А почему не в тот же вечер?

– Он должен был с кем-то встретиться и не хотел откладывать эту встречу. Ну, а ночью его дом взорвался.

– Как вы восприняли это событие?

– Как? А вы сами как считаете? – вдруг вспыхнул Сироткин. – У меня отняли единственного родного человека, а вы спрашиваете, как я это воспринял?!! Хорошо, я скажу! Я поклялся отомстить. Поэтому каждый день я стоял у окна и наблюдал за участком Артемьева. Я хотел вычислить того урода, который убил моего друга.

– А почему вы уверены, что Артемьева убили?

– Я видел много взрывов в своей жизни и знаю, что просто так они не происходят. Анатолий был очень аккуратным человеком, и неисправный баллон в его доме – это нонсенс! Его убили, я это точно знал. Поэтому поклялся найти убийцу.

– Ну и как успехи?

– Сложно сказать… На участке Артемьева постоянно появлялись люди, но в основном это была полиция да племянницы со своими мужчинами.

– Вы знаете его племянниц?

– Да, Толя показывал. В общем, никакого толка от моей слежки не было. Еще и девушку убили, а я все прошляпил.

И Сироткин уронил голову на руки.

– Вы должны нам помочь, – деловито заговорил Эрик. – Сегодня вечером вы пойдете с нами на участок Артемьева и сделаете то, что мы вам велим.

– Хорошо, – кивнул мужчина, – я на все готов, лишь бы найти убийцу Анатолия.

– Ну, и что вы о нем думаете? – поинтересовался Голубев, когда вся компания оказалась на улице.

– Это не он, – покачала головой Мариша. – Он слишком искренен и эмоционален, чтобы оказаться хладнокровным убийцей.

– Посмотрим, – коротко кивнул Эрик. – А сейчас зайдем к Анне и договоримся с ней насчет вечера.

Ровно в двадцать один тридцать Мариша и Эрик сидели в кабинете Анны и внимательно смотрели на участок Артемьева. Сама Анна расположилась тут же и заметно волновалась. Сначала все было тихо, но затем на участке наметилось движение. Мариша прильнула к окну.

– Итак, будьте очень внимательны, – попросил женщину Эрик, и та нетерпеливо кивнула.

Минут через десять через участок торопливо прошел мужчина. Он был в куртке, высоких сапогах и с рюкзаком за плечами. Несмотря на то что уже давно стемнело, несколько фонарей давали вполне приличный свет, и Марише были прекрасно видны все детали происходящего. Анна открыла было рот, но Эрик жестом остановил ее.

– Подождите, не торопитесь, посмотрите сначала остальных.

Женщина завозилась на стуле и чуть ближе придвинулась к окну. На участке показалась еще одна тень, и вскоре второй человек прошел через участок. На этот раз ни в его руках, ни за спиной ничего не было. Он дошел до забора и скрылся из вида. Анна крепко сцепила руки.

– Ну, и третий выход, – объявил Эрик и уставился в окно.

По участку заскользила легкая фигура с сумкой в руках, и Анна недовольно вскрикнула.

– Что такое? – сразу осведомился Эрик.

– Но это не мужчина! – отозвалась Анна. – Это девушка!

– Надо же! Значит, вы и правда сумели отличить мужскую фигуру от женской.

– Я же вам говорила… – женщина с обидой взглянула на сыщика.

– Ну-ну, не обижайтесь, мы должны были проверить. Итак, кто?

– Номер один.

– Вы уверены?

– Абсолютно! И рост тот же, и походка. Вот только рюкзака за спиной не было.

– Ну, этот антураж мы специально повесили, чтобы убедиться, хорошо ли видны детали в это время суток.

– Номер один, это совершенно точно.

– Ну а второй чем не понравился?

– Он слишком старый. И походка у него соответствующая.

– А третья, значит, девушка?

– Девушка, – кивнула Анна, – и вы меня в этом не переубедите.

– А я и не собираюсь! Это действительно была Маргарита.

– Марго? – вскрикнула Мариша. – Но мы ее не подозревали!

– Вы, может быть, и нет! А я подозреваю всех, кто имеет отношение к делу. Подождите, еще один выход, на всякий случай.

Эрик набрал телефонный номер и произнес в трубку:

– Голубев, давай!

По участку прошествовала еще одна фигура. Анна прильнула к окну, но уже через минуту покачала головой.

– Нет, это номер один. Я своего мнения не изменю.

– Хорошо, тогда эксперимент окончен.

– А можно полюбопытствовать, что это было? – решилась задать вопрос Анна, когда Эрик включил в комнате свет.

– Можно. Мы собрали всех подозреваемых в этом деле и попросили их по очереди пройти через участок Артемьева примерно в то же время, когда вы видели подозрительного человека. Было бы логично предположить, что вы узнаете этого человека, если увидите его еще раз.

– Я действительно узнала его. Ведь походку и манеры изменить очень сложно, даже если лица практически не видно.

– На это мы и рассчитывали. Вы человек творческий, а значит, всегда подмечаете детали.

– Скажите, а можно… – Анна немного помолчала, – можно узнать, кто это был?

Эрик покачал головой.

– Чуть позже. Сначала мы сами во всем разберемся. Спасибо за помощь, мы пойдем. Скорее всего, завтра вас вызовут в отдел, чтобы вы подписали свои показания.

– Хорошо, – кивнула женщина.

– Кто это был? – нетерпеливо спросила Мариша, едва они очутились на улице.

– Тебя вряд ли это удивит… – Эрик как-то странно посмотрел на девушку.

– Так кто?

– А сама как думаешь?

– Голубев выпустил четверых. Кто трое – понятно: Сироткин, Курицын и Марго. А четвертый?

– Четвертый Краснов.

– Краснов? Но ведь он был в клубе в то время!

– Ну и что! Все равно я хотел проверить.

– Краснов наверняка шел четвертым, и Анна не признала в нем того мужчины. Значит, это не он.

– Не он, – кивнул Эрик.

– И не Марго. Значит, или Сироткин, или Курицын. Я ставлю на Курицына

– Молодец! Это действительно был Курицын.

– Значит, Владимир и есть тот мужчина, которого Анна видела в день смерти Зеленского?

– Точно!

– А он говорил, что никуда не выходил в тот вечер…

– Мы все о чем-то говорим!

– Мне жалко Марго.

– Почему тебе ее жалко?

– Но она же так любит Володю! И все-таки это очень странно…

– Что именно?

– То, что именно Курицын оказался убийцей!

Эрик долгим испытующим взглядом посмотрел на Маришу.

– А ты не ожидала чего-то подобного?

– И да, и нет… Мне пока еще не верится до конца, но кто еще, если не он?

– Вот именно! – добавил Эрик и прибавил шагу.

– Скажи, а как Голубеву удалось заманить их всех на участок?

– Он наплел им что-то про деньги Артемьева. Якобы он получил важную информацию и ее нужно срочно проверить.

– Странно, что они поверили…

– Может, и не поверили, но деваться им было некуда!

Мариша и Эрик вошли в ворота артемьевского участка. Недалеко от ворот кучкой стояли люди во главе с Голубевым. Он им что-то увлеченно рассказывал, но, увидев сыщика, с облегчением вздохнул.

– Как? – одними губами спросил он. – Получилось?

Эрик кивнул и громко произнес:

– Прошу внимания.

Все лица тут же обратились на сыщика.

– Мы провели небольшой эксперимент, как вы, наверное, уже догадались.

– Конечно, догадались, – кивнул Краснов.

– Мы должны были выявить мужчину, который был около домика Зеленского в ночь убийства. Как вы знаете, соседка Артемьева видела какого-то человека, и наша задача состояла в том, чтобы показать ей всех возможных кандидатов на роль убийцы.

– Эксперимент удался? – тихо спросила Ольга.

– Вполне. Осталось только найти пару улик.

– И вы знаете, где искать?

– Знаю. Сейчас я всех попрошу проехать в участок вместе с Голубевым и подождать там результатов.

Компания недовольно загудела, но направилась к машинам.

Эрик вместе с Голубевым отошел в сторонку.

– Я сейчас вместе с твоими ребятами заеду домой к Курицыну, а ты забавляй компанию до моего приезда. Ордер выписал?

– Да, вот. – И следователь подал Эрику бумагу.

– Все, я помчался.

Мариша, как ни старалась, не смогла уговорить Эрика, чтобы он разрешил ей поехать с ним. Поэтому пришлось залезать в машину Голубева и трястись вместе со всеми в участок.

Через полтора часа, когда все устали и проголодались, наконец-то появился Эрик с большим пакетом в руках и широкой улыбкой во все лицо.

– Ну, что, господа хорошие, заждались?

Ответом ему была тишина. Люди со страхом смотрели на пакет в руках сыщика.

– Интересно, что я приволок? – все так же улыбаясь, поинтересовался Эрик. – Что ж, я покажу.

Он аккуратно достал куртку, всю усеянную какими-то бурыми пятнами, и сапоги в таких же разводах. Пакет опустел, но на дне все еще что-то было.

– А напоследок вот! – и Эрик жестом фокусника вытащил увесистую пачку денег.

– Ничего себе! – присвистнул Краснов. – Где вы это взяли? А это что, кровь? – И он указал на пятна.

– Скорее всего. Экспертиза покажет.

– Господа, – взял слово Голубев, – последний час вы мучились вопросом, кого же из вас узнала соседка. Теперь я вам скажу. Это господин Курицын. В его доме был проведен обыск и найдены эти вещи. Теперь, я надеюсь, ни у кого не возникает сомнений в личности убийцы?

– Да вы что?! В своем уме? – Маргарита вскочила со своего места и набросилась на следователя. – Да Володя весь вечер писал картину!

– И кто это может доказать?

– Какие доказательства! Достаточно его слова!

– А ваш жених, между прочим, говорил также, что он отключал телефон. Однако на телефонной станции сообщили, что он принял один звонок от Зеленского и имел с ним беседу.

– Неправда! – побелевшими губами прошептала Марго.

– Вы хотите сказать, что мы врем? – Эрик прищурился.

– Возможно, вы ошибаетесь! – выкрикнула девушка. – Володя не мог никого убить! Он не такой!

– А давайте спросим вашего жениха. Он уже готов рассказать свою версию произошедшего.

Курицын сидел тихий и абсолютно бесцветный. Куда девались его нарочитая отстраненность и надменность? Губы тряслись, руки были крепко сжаты, глаза широко раскрыты. Ольга и Евгений Краснов отодвинулись от мужчины подальше и с презрением оглядывали его с ног до головы.

– Володя! – Маргарита бросилась к парню. – Скажи, что ты был дома в тот вечер. Не молчи! Почему ты ничего не говоришь?

Курицын торопливо сглотнул и опустил глаза.

– Я был там в тот вечер, – тихо произнес он.

– Что ты такое говоришь! – Марго всплеснула руками.

– Да, я был там, но я никого не убивал, слышите? – Владимир поднял голову и уже с вызовом посмотрел на следователя.

– Говорите, мы вас слушаем, – вкрадчиво произнес Эрик и сел рядом с мужчиной.

– Хорошо, – кивнул тот. – В тот вечер мне действительно позвонил Зеленский. Я еще очень удивился. Мы же практически не общались! Но он стал плести что-то по поводу денег Артемьева и в конце концов сказал, что готов сказать, куда тот спрятал свои деньги, если я приду к нему и отвечу на вопросы.

– Вы не сказали об этом Маргарите?

– Нет, дворецкий просил меня никому об этом не говорить.

– А он не сказал, почему?

– Якобы ему не хотелось втягивать во все это девчонок. Мы договорились, что я приду в десять часов.

– А почему именно в это время?

– Я так понял, что он ждал кого-то еще. Чуть раньше. Так вот, я пришел около десяти, и мы поговорили буквально пару минут. Он сказал, что знает, где находятся деньги, и готов сообщить об этом. Но сначала я должен дать ему гарантии, что ни я, ни Маргарита не желали зла Артемьеву. Меня еще удивила такая формулировка. Откуда вообще у него взялись такие мысли? Конечно же, ни я, ни Марго не хотели ничего плохого для Анатолия Петровича. Марго очень любила дядю. В общем, Зеленский велел мне прийти около полуночи, когда он сделает свои выводы, и либо отдаст мне деньги, либо нет. Ну, я развернулся и ушел.

– И ничего не сказали Маргарите?

– Нет, я подумал, что пока нет ничего конкретного, не стоит ее волновать.

– Значит, именно вас видела Анна в тот вечер?

– Да, меня. Но когда я уходил от Зеленского, тот был еще жив.

– А откуда кровь на вашей одежде?

– Я вернулся к нему через два часа, как мы и договаривались. Света в доме не было, и мне пришлось пробираться на ощупь. Я несколько раз крикнул Зеленскому, чтобы он отозвался, но так ничего и не услышал в ответ. В комнате я стал обшаривать предметы руками и наткнулся на что-то мягкое. В это время из-за туч вышла луна, и я увидел его… – Курицын сглотнул. – Вся голова у Зеленского была разбита, а вокруг была кровь! Я чуть с ума не сошел! Бросился бежать что было мочи. А когда добрался до дома, сбросил с себя одежду и засунул ее под ванну. Там она и осталась.

– С этим понятно. А где вы взяли деньги? Только не говорите, что нашли!

– Я не знаю. – Он растерянно оглядел присутствующих. – Правда, не знаю! У меня их никогда не было.

Эрик долго сверлил Курицына глазами. Голубев тоже что-то обдумывал. В кабинете царила небывалая тишина.

– Вы мне верите? – наконец спросил мужчина. – Я сказал вам чистую правду.

– И хотелось бы поверить, – ответил Голубев, – да не получается. Вас узнала соседка, под вашей ванной обнаружены деньги и окровавленная одежда… Как прикажете это понимать?

– Я не отрицаю, что был там и одежду засунул под ванну, но я не убивал!

Мариша смотрела на Курицына, а в душе у нее бушевали самые разные чувства. Все сложилось, картинка была полной и завершенной, но Мариша не могла поверить, что Курицын убийца. Не могла, и все!

Голубев бросил взгляд на Эрика.

– Можем заканчивать?

– Пожалуй, да, – задумчиво ответил сыщик. – Все это дело и так уже затянулось.

– Значит, мы свободны? – почти весело спросила Ольга.

– Свободны, но не все. Я попрошу задержаться вас, господин Краснов.

– Меня, но почему? Я рассказал все, что знал.

– Боюсь, что не все. Кое-что вы все-таки утаили.

– А это не может подождать до завтра? Я устал и хочу спать.

– Не может. Тем более этой ночью спать вам придется в камере.

– Что вы такое говорите? – Голос Краснова стал жестким, почти металлическим. – Почему я должен слушать этот бред?

– Потому что это вы убили Зеленского и Римму Соколову, а также подстроили взрыв в доме Артемьева.

Глава 20

В кабинете воцарилась звенящая тишина. Люди, которые уже встали с мест и направились к дверям, остановились и замерли. Мариша растерянно переводила взгляд с одного на другого. Новость обрушилась на всех настолько быстро, что ее даже не успели осознать. Первой очнулась Ольга.

– Вы с ума сошли? – зашипела она. – Или у вас мозги от переутомления заклинило? При чем здесь Женя? Мы вообще были в клубе, когда был убит дворецкий.

– Эрик, и в самом деле, может, вы объясните, в чем дело? – вклинился Голубев. – Краснов не мог совершить этого преступления.

– Не мог, говорите? – Эрик усмехнулся и оглядел присутствующих.

Несколько пар глаз пристально смотрели на него. Ольга со злобой, Краснов – нарочито равнодушно, Курицын – с холодком, и лишь глаза Маргариты засветились надеждой.

– Не мог, но совершил, – закончил Эрик. – Если хотите, я могу пояснить. Или подождем до завтра?

– Ну уж нет! – зашипела Ольга. – Говорите сейчас. Еще не хватало, чтобы Женя провел ночь в этом вонючем месте!

– Почему же вонючем? – обиделся Голубев. – Здесь каждый день убираются!

– Помолчите, – бросила она, даже не глядя на следователя. Ее взгляд был прикован только к сыщику.

– Что ж, пожалуйста, – невозмутимо сказал он. – Тогда попрошу всех сесть. Мне понадобится некоторое время.

Присутствующие нехотя расселись по своим местам.

– Итак, я начну с того, что Артемьев был убит. Повторная экспертиза показала, что взрыв был неслучаен. Кран вентиля газового баллона был испорчен намеренно. Следом убили Зеленского, и, естественно, напрашивается вывод, что эти смерти связаны между собой.

Вы еще не знаете, но Зеленский приходил к нам накануне своей гибели и просил расследовать смерть своего хозяина. Он даже намекнул, что Артемьев подозревал конкретного человека в том, что тот может его убить. Имя он не назвал, но дал понять, что это не чужой человек. Я сразу сделал вывод, что это может быть только родственник. Ради чужого человека он не стал бы так стараться. Однако нас смутило то, что своих друзей он тоже мог считать близкими людьми. В итоге из всех подозреваемых каждый мог желать Артемьеву смерти. И все же я сделал ставку на племянниц.

Хозяин клуба «Ночная звезда» сказал нам, что при последнем разговоре с Артемьевым тот упомянул что-то о предательстве и сказал, что не вправе винить человека, если сам когда-то совершил подобный поступок. Я думаю, что он имел в виду Ольгу, говоря о близком человеке. Он сам много лет назад забрал у сестры последние деньги и уехал, перед этим обокрав ее, вынеся из ее дома все ценные вещи.

Маргарита вскрикнула.

– Да, да, ваш дядя обокрал вашу мать, оставив вас ни с чем. Мама ничего вам не рассказывала, видимо, не желая настраивать вас против дяди. Я думаю, он сам мучился от осознания собственного поступка. Поэтому, как только появилась возможность, он вернулся, чтобы искупить свою вину, но было поздно. Его сестра умерла, но остались племянницы. И он взял их под свое крыло.

Я считаю, каким-то образом он узнал, что именно Ольга желает ему смерти, поэтому и вел такие разговоры о предательстве и невозможности разоблачения этого человека.

Маргарита бросила быстрый взгляд на сестру, а та презрительно усмехнулась:

– Все сказали? Мы свободны?

– Пока не все. Конечно же, осуществляли убийства не вы, а Краснов, который предан вам, как собака. Другого сравнения я и придумать не могу. Если хотите, объясню, почему я считаю именно Краснова исполнителем этих преступлений.

– Будьте добры! – язвительно отозвалась Ольга.

– Начнем со взрыва. Технически Краснову было гораздо проще осуществить этот взрыв. Он строитель, а кроме того, сам признался, что имеет дело с коммуникациями и разбирается в них. В том числе и в газовых баллонах. Далее. Мы проверили звонки с телефона Зеленского, и оказалось, что вам он звонил раньше, чем Курицыну. Логично предположить, что и встреча с вами была назначена на более раннее время. В разговоре с вами Зеленский упомянул, что у него есть план тайника с деньгами, но отдаст он его тому, кто докажет свою непричастность к взрыву. Вас это не устраивало, так как план мог попасть в руки к Курицыну. Кстати, Владимир, Зеленский что-то говорил про план? – И Эрик посмотрел на Курицына.

– Что-то такое было, но я не помню точно. В то время я не придал значения его словам.

Эрик кивнул.

– Вернемся к показаниям соседки. Если Курицын убил Зеленского, то должен был забрать деньги. Однако соседка видела его с пустыми руками. Мы провели эксперимент и убедились, что из ее окна прекрасный обзор. Отлично видно, есть у человека что-то в руках или нет.

– А может, он припрятал где-то деньги, чтобы потом за ними вернуться? – высказалась Ольга.

– Зачем? – удивился Эрик. – Если можно было унести деньги сразу, то совершенно незачем было еще раз возвращаться на участок, чтобы быть кем-то замеченным. Мы исходили из предположения, что Анна и Римма видели одного и того же человека. Однако Анна жива, а Римму задушили. Я еще раз прокрутил в голове рассказ о поведении Риммы в тот вечер и сделал интересный вывод. Анна видела мужчину на участке в десять часов с минутами, а Римма позвонила в полицию в половине двенадцатого. Следом за этим она набрала и номер Маргариты. Почему такое расхождение во времени? Сначала я подумал, что Римма какое-то время выжидала, прежде чем сообщить о неизвестном мужчине. Но затем, узнав побольше об этой девушке, я решил, что она человек действия, а значит, позвонила сразу после того, как заметила мужчину. Следовательно, был какой-то человек и в половине двенадцатого!

– И что? – насмешливо спросил Краснов. – Зеленского-то убили в десять!

– Теперь становилось понятно, почему Анна жива, а Римму устранили, – не обращая внимания на Евгения, продолжил Эрик. – Убийце было выгодно, чтобы о Курицыне рассказали в полиции, а о втором визите умолчали. Кстати, вы, Краснов, тоже были в курсе звонка Риммы Маргарите. А о нем знали всего несколько человек, включая нас с Голубевым. Меня также заинтересовал неестественно крепкий сон Марго. Как я понимаю, для вас это нетипично? – обратился он к девушке.

– Нет, – покачала она головой, – обычно я сплю очень чутко.

– А вы ничего не пили в машине Краснова?

– Кажется, чай, – пробормотала девушка. – Мне его предложила Ольга, сказав, что он хорошо бодрит.

Эрик удовлетворенно кивнул.

– Итак, Краснов знал, когда мы собираемся ехать к Римме, приехал к ней раньше нас, и кстати, был в доме в тот момент, когда мы ей звонили.

– Но Римма же прислала эсэмэску! – пробормотала Мариша.

Эрик ласково посмотрел на девушку.

– Это сделал сам Краснов, чтобы мы поскорее ушли. Если как следует подумать, то Курицына Римма вряд ли пустила бы в дом. А вот Краснова знала хорошо. Он часто бывал у Артемьева и вообще общительный человек. По поводу Риммы, думаю, все понятно. Вернемся к Зеленскому. Краснов знал, что Артемьев снял со счета деньги и спрятал их. После звонка дворецкого он долго размышлял и понял, что тот звонил не просто так. При встрече около полуночи ему удалось узнать, что у Зеленского имелся план тайника, и он принял все меры, чтобы узнать, где он. Между мужчинами завязалась драка, и Краснов нанес дворецкому смертельный удар. После этого он открыл тайник, достал деньги, не заметив, что там осталась еще одна пачка, и унес их домой. Рано утром Краснов отвез деньги в один из банков, положил их на имя «ООО» и перевел к Хлопкову. Кстати, именно для того, чтобы подозрение пало на него.

Краснов неожиданно расхохотался.

– И зачем мне это было нужно? Может, вы и это знаете?

– Знаю, – кивнул сыщик. – Вы очень наблюдательный молодой человек и, кроме того, тесно общались с Артемьевым. Вы не могли не заметить, что тот стал общаться с незнакомым мужчиной, живущим в доме напротив. Вы навели справки и узнали, что это бывший компаньон Артемьева. Тогда вам стало интересно, почему встречи проходят тайно и об этом не знают племянницы. Вы поставили жучок, скорее всего, на телефон Анатолия Петровича, и узнали, что Артемьев должен отдать тому половину денег. Об этом, естественно, узнала Ольга и, как девушка крайне жадная, стала думать, как быть дальше. Ей было невероятно жаль этих денег, которые могли достаться ей. Скорее всего, там было что-то еще. Возможно, Сироткин стал уговаривать Артемьева уехать вместе с ним за границу и жить припеваючи, ни о чем не думая, а это значит, что вы могли потерять все деньги.

– Да, мы действительно об этом говорили, – кивнул Сироткин. – И Артемьев серьезно раздумывал над моим предложением.

Эрик кивнул.

– Тогда Ольга придумала план, а Краснов его осуществил. Он подстроил взрыв в доме, рассчитывая, что его примут за несчастный случай. Так и получилось сначала. Парочка на радостях празднует успех. Однако он преждевременен. Денег-то на счету Артемьева нет! Да еще Зеленский со своими намеками… Пришлось Краснову срочно принимать меры.

– Все это очень интересно, – зевнул Краснов, – за исключением одного момента. Во время преступления мы были в клубе.

– В десять часов – да. Но кто сказал, что убийство произошло именно в это время?

– То есть как – кто? – опешил Голубев. – А когда еще? Убийство произошло до дождя, потому что окно было открыто, а все вокруг залито водой.

– На это и был расчет! – усмехнулся Эрик. – Если вы помните, Краснов хвастался тем, что прекрасно предсказывает погоду и может очень точно предсказать дождь. Я думаю, дело было так. Краснов пришел к Зеленскому в девять и узнал про тайник с деньгами. Также он знал, что через час здесь будет Курицын. Примерно в это же время начнется гроза. План в его голове созрел молниеносно. Если он создаст себе алиби на это время, а потом убьет Зеленского и представит дело так, как будто тот был убит до дождя, то он окажется вне подозрений. Знаете, что меня натолкнуло на эту мысль? Лейка, которая валялась посреди комнаты.

– Так у него чего только не валялось, – заметила Мариша, – не комната, а склад!

– Верно, но в комнате было только то, чему и положено в ней быть. Лейке же здесь было не место. Я специально заглянул в сарай. Все огородные принадлежности лежат там. Краснов убил Зеленского, обильно полил все из лейки и открыл окно, создав видимость того, что убийство произошло до дождя.

На несколько минут воцарилось молчание.

– У вас нет доказательств! – вдруг сказал Краснов.

– Вы так считаете? – насмешливо ответил Эрик. – Зеленского нашли с ножом в руке. Вокруг все было в крови. Мы решили, что он не успел воспользоваться ножом. Однако я задал себе вопрос: а что, если все-таки успел? Тогда у одного человека должна быть рана, которую нужно как-то объяснить. И таким человеком являетесь вы! Помните, вы ковырялись в останках сгоревшего дома? Тогда вы поранили ногу, и Ольга обработала вам рану. Заодно прихватила и Маришу, чтобы она стала свидетелем этого. Мариша, однако, обратила внимание, что крови было очень мало, но не сделала нужных выводов. – И Эрик взглянул на девушку.

Мариша закрыла рот рукой и испуганно уставилась на Краснова. До сих пор ей казалось, что это какой-то розыгрыш. Однако сейчас она стала понимать всю серьезность ситуации.

– Мы обязательно покажем вас врачу, а он сделает вывод, может ли ваша рана быть следом от ножа.

– Я и в самом деле обрезался в доме Артемьева, – хрипло отозвался Краснов.

– А еще мы сделаем анализ крови с ножа Зеленского. Интересно, чья кровь там окажется? – мечтательно произнес Эрик.

Краснов вскочил с видом загнанного зверя.

– Вы не сможете ничего доказать!

– Вам этого мало? – удивился Эрик. – Хорошо, вот вам еще. Когда мы вернулись из дома Риммы, никто из нас не сказал, как она была убита. Но вы заметили, что душить молодых девушек – жестоко. Откуда вам было знать, что она задушена?

– Ничего не говори, – хмуро сказала Ольга, дернув Евгения за рубашку. – Сядь!

– Останется последний штрих. Я найду место, где вы регистрировали свое «ООО», и вас обязательно опознают. Кстати, вам нечего рассчитывать на убийство в состоянии аффекта. Вы создали компанию за месяц до убийств, а это значит, что вы к ним готовились.

Ни слова не говоря, Марго сорвалась с места и кинулась на Ольгу. Она схватила ее за волосы и принялась трепать. Непонятно, откуда в хрупкой девушке взялась такая сила.

– Дрянь, дрянь, дрянь! – выкрикивала она, швыряя девушку по кабинету.

Мужчины бросились на помощь и с трудом оторвали Марго от сестры.

– Ты у меня еще узнаешь! – тяжело дыша, пригрозила она Ольге.

Та отвернулась и не сказала ни слова.

– А закончил бы я свое выступление так, – как ни в чем не бывало продолжил Эрик. – Вчера Голубев сказал про Маргариту: она любила своего дядю, но еще больше любила его деньги. Это действительно так, только эти слова относятся к другой сестре.

И он поклонился публике.

На следующий день Мариша, Эрик и Голубев сидели в небольшом кафе на окраине города.

– И все-таки как вы догадались, что это именно Краснов, а не Курицын? – нарушил молчание следователь.

– Все дело в психологии! – наставительно произнес сыщик. – Ну, не мог такой человек, как Курицын, совершить все эти убийства!

– Почему? Мне кажется, любой человек способен на преступление.

– На преступление – да. Но преступление преступлению рознь! Тот, кто может убить, никогда не станет насильником…

– Возможно… – протянул Голубев. – Но почему именно Краснов? Сироткин так хорошо вписывался в эту схему.

– А еще у Курицына был товарищ в бюро прогнозов, – влезла Мариша. – Так что он тоже мог знать про дождь.

– Ты думаешь, я не проверил его звонки? – приподнял брови сыщик. – Ни в тот день, ни накануне Володя не общался с товарищем. Нет, Курицын не та кандидатура.

– И все же почему не Сироткин? – не успокаивался следователь.

– Я с самого начала чувствовал, что это семейное преступление. Не спрашивай, почему. Это опыт плюс ощущения, которыми меня наградил Господь. Я знал, и все! Вот только нужно было решить, кто из них – Краснов или Курицын. Конечно, меня смущало время совершения преступления. В это время Краснов и Ольга были в клубе. Но когда я вспомнил про лейку, валяющуюся посреди комнаты, все встало на свои места.

– Значит, не будь этой лейки, мы бы не смогли привлечь Краснова к ответственности?

– Ну, почему? Что-нибудь придумали бы. Но лейка все упростила.

– Странно, что такой предусмотрительный человек, как Краснов, мог забыть о ней.

– Ничего странного. Он не хотел привлекать к себе внимание. А если бы та же Анна выглянула в окно и увидела человека, идущего с лейкой? Тогда кому-нибудь могла бы прийти в голову мысль, что лейка имеет какое-то значение. А так – валяется лейка посреди комнаты и пусть себе валяется!

– Вы – гений! – восторженно заявил Голубев и пожал сыщику руку.

– Я знаю, – самодовольно ответил тот.

– Вот только кое о чем вы все-таки забыли!

– О чем же?

– О том, что вы хотели познакомить меня с девушкой.

– С чего ты взял, что я забыл? Минут эдак… – он посмотрел на часы, – через десять ты познакомишься с двумя очаровательными сестрами.

– Вы меня пугаете? Надеюсь, их зовут не Ольга с Маргаритой?

– Нет, – рассмеялся Эрик, – это Юля и Света. А вот и они!

В кафе, робея, вошли две симпатичные девушки и растерянно огляделись по сторонам.

– Юля! – закричала Мариша и помахала рукой девушке, вошедшей первой. – Идите сюда!

Они приободрились и более уверенно прошли через зал.

– Знакомьтесь, это Алексей! – представил Эрик Голубева. – Подающий надежды следователь. Прошу любить и жаловать!

– Ну зачем же так торжественно, – смутился Голубев. – Я самый обычный полицейский.

– Не слушайте его. Он только что раскрыл тройное убийство!

– А это не то, где задушили девушку? – робко спросила Света.

– Именно его!

– Ой, как интересно! – хором прошептали сестры. – А вы расскажете нам все подробно?

– Расскажет, – усмехнулся Эрик. – И давайте переходить на «ты». Голубев не любит официальщины!

– Вот и все! – сказал сыщик, когда спустя полчаса они с Маришей вышли из кафе. – Теперь Голубеву будет чем заняться.

– А мы не рано их оставили? Как бы он не наломал дров!

– Мы и так сидели с ними целый час! Сколько можно? Нужно же когда-то начинать самостоятельную жизнь!

– Ты думаешь, у них что-нибудь получится?

– Если не получится, то не по моей вине! Маришка… – Эрик сделал паузу.

– Что?

– Завтра мне нужно уезжать…

– Но ты же собирался погостить еще несколько дней! – От неожиданной новости Мариша остановилась посреди улицы. – Погости еще пару дней, пожалуйста!

– Не могу, правда! Дела зовут, ты же знаешь.

– И когда мы теперь встретимся? – девушка едва сдерживала слезы.

– Скоро.

– Скоро – это через год?

– Нет, гораздо раньше. Я приглашаю тебя погостить к моей бабушке.

– К бабушке? – Мариша мгновенно забыла, что только что собиралась плакать. – А когда?

– Я думаю, через пару месяцев. В конце мая – начале июня. Бабушка уезжает на лето в деревню, вот туда мы с тобой и отправимся! Недельки на две. Согласна?

– Согласна! – заорала Мариша и бросилась Эрику на шею.

Некоторые прохожие недоуменно оглядывались на девушку и качали головой.

– Вот только есть одна проблема… – И Эрик нахмурился.

– Какая? – У Мариши тут же пересохло в горле. Так и есть! Эрик подразнил ее и теперь пойдет на попятную.

– Твоя турбаза. Ты же наверняка не сможешь оставить ее надолго?

– Гад! – закричала девушка, облегченно вздохнув. – Почему тебе так нравится издеваться надо мной? Ты же знаешь, что я ради тебя не только турбазу брошу!

– Ладно, ладно, не злись, – усмехнулся он. – Жди звонка. И не меняй номер телефона!

– Не дождешься! – пообещала ему Мариша и, раскинув руки, побежала по улице.

Content

Ксения Любимова
Дворецкий слишком много знал

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20