Кармышев Павел

„Проблема кодировок“: стечение обстоятельств или стратегический замысел?

«Проблема кодировок»: стечение обстоятельств или стратегический замысел?

В данном материале будет рассказано об одной из наиболее обсуждаемых как среди специалистов в области ИТ, так среди и рядовых пользователей компьютерной техники, тем — о проблеме представления (кодирования) символов естественных языков в машинно-читаемом виде. В кругах ИТ-общественности она получила название «проблемы кодировок».

Эта проблема состоит в том, что для решения задачи кодирования символов естественных языков в машинно-читаемом виде было предложено и принято множество стандартов, в том числе международных, которые несовместимы между собой и противоречат друг другу. В результате, как несложно догадаться, при работе с компьютерной техникой возникают многочисленные проблемы при обработке текстовой информации на ряде языков. Эти проблемы в значительной степени препятствуют и свободному обмену такой информацией, в том числе через сеть Internet.

В современном мире сложилась ситуация, когда положение той или иной страны в мировом сообществе напрямую зависит от того, какое положение она занимает в мировой сфере ИТ. И понятно, что поскольку участие страны в существующей мировой сфере ИТ в огромной степени определяется тем, как в этой сфере реализована поддержка работы с информацией на национальном языке, на котором говорит народ этой страны, «проблема кодировок» является чрезвычайно, даже стратегически, важной, как будет показано ниже.

К сожалению, в подавляющем большинстве материалов на тему «проблемы кодировок» их авторы (как русские, так и зарубежные) погружаются исключительно в одну тему — в описание многочисленных технических «внутренностей» различных стандартов, из-за которых при работе с тем или иным языком возникают проблемы. Если даже они и предлагают свои собственные варианты решения данной проблемы, то делают это, «не видя за деревьями леса» и не поднимая ряда нетехнических вопросов, которые имеют более глобальный характер. В результате ничего не меняется — несовместимые стандарты лишь продолжают множиться, и «проблема кодировок» остаётся нерешённой.

Для того, чтобы на практике приблизиться к решению «проблемы кодировок», нужно иметь представление о том,

• каким образом она возникла;

• кто её создал и продолжает поддерживать;

• кто несёт от неё наибольший ущерб, а кто — выигрывает.

Собственно, рассмотрению этих вопросов и посвящена статья.

***

К началу 1960-х годов мировая сфера производства компьютерной техники контролировалась рядом крупнейших транснациональных корпораций, головные отделения которых располагались, преимущественно, в одной стране — США. И сложилась ситуация, когда каждая корпорация в своих устройствах предлагала свою собственную систему для кодирования символов естественных языков, несовместимую с таковой системой конкурентов. Каждая корпорация таким образом хотела заставить покупателей приобретать исключительно свою «линейку оборудования», в рамках которой совместимость различных устройств была обеспечена.

Подобная ситуация не устраивала покупателей компьютерной техники и шла вразрез с национальными интересами США — ведь буквы английского языка в каждой из указанных систем кодировались по-своему, и это тормозило развитие национальной сферы ИТ в США. Поэтому американскому национальному стандартизирующему органу — ASA (позднее — ANSI) — была поставлена задача решить проблему путём разработки единого государственного стандарта на систему кодирования символов естественных языков в машинно-читаемом виде.

Был организован специальный комитет (X3.4 Committee), для работы в котором были приглашены представители крупнейших корпораций-производителей компьютерной техники. Некоторые согласились принять участие в этой работе, поскольку на тот момент путаница в области систем кодирования достигла такой степени, что, очевидно, стала причинять проблемы уже и им самим. Ведь речь шла уже о том, что из-за использования разных систем кодирования символов стал невозможен обмен информацией даже между двумя компьютерами, произведёнными одной и той же корпорацией, но принадлежащих к разным «линейкам» или семействам.

«У нас существовало более 60 различных систем, использовавшихся для кодирования символов естественных языков в компьютерах. Это было самое настоящее „вавилонское столпотворение“»[1] — констатировал в интервью американскому журналу «ComputerWorld» Боб Бемер (Bob Bemer), с 1956-го по 1962-й годы — работник корпорации IBM и один из главных разработчиков системы ASCII, которая в 1963-м году была принята ANSI в качестве государственного стандарта США на кодирование символов естественных языков в машинно-читаемом виде. При этом принята она была в недоработанном виде; окончательная версия системы ASCII была утверждена в 1968-м году.

Заметим, что корпорация IBM — бесспорный лидер в производстве компьютерной техники в 1960-х — 1970-х гг. — тем не менее без каких-либо последствий для себя нарушала государственный стандарт ASCII на протяжении многих лет после его официального принятия (вплоть до августа 1981-го года, когда она выпустила первые компьютеры серии PC). IBM использовала в своих «мэйнфреймах» System/360, которые впервые поступили в продажу в 1964-м году, свою собственную, несовместимую с ASCII, патентованную систему кодирования символов — EBCDIC, — которая существовала в 57 различных версиях, в том числе «национальных». При этом получить от IBM документацию по версиям EBCDIC было чрезвычайно сложно.

В 1967-м году ISO[2] выпускает рекомендацию ISO 646, которая фактически сделала систему ASCII уже международным стандартом. И это при том, что система ASCII заведомо не удовлетворяла самым очевидным требованиям, предъявляемым к системе кодирования символов, пригодной для международного применения.

Как известно, количество одних только ныне используемых естественных языков, используемых в мире, превышает 2500. Общее количество символов, используемых только в одном из них — японском, к примеру, — превышает 65000.

В системе ASCII же для кодирования каждого символа использовалось 7 бит, а её таблица символов содержала 128 позиций (из которых 32 были отведены под управляющие последовательности, а собственно под символы было отведено, соответственно, 96). Среди этих 96 позиций 52 были уже забронированы за заглавными и строчными буквами английского алфавита, 10 — за арабскими цифрами, прочие — за различными знаками препинания и специальными символами. Для изображения символов и букв «всех прочих» национальных языков, кроме английского, ISO определила в этой таблице «открытые позиции», общим количеством… 10 штук.

Чтобы обеспечить «поддержку» работы с другими языками, кроме английского — не «работу», а именно «поддержку», рассматриваемую ISO, таким образом, как нечто опциональное! — предлагалось использовать технические ухищрения — управляющие последовательности (escape-последовательности). После того, как компьютер встречал в тексте специальную управляющую последовательность, считалось, что произошла смена стандартной таблицы символов, используемой в ASCII, на одну из «дополнительных», содержащую символы того или иного «дополнительного» языка. Таких «дополнительных» таблиц ISO было утверждено в общей сложности более 180!

***

Затем систему кодирования ASCII пересмотрели, и для кодирования каждого символа стали использовать не 7, а 8 бит (этот 8-й бит существовал и ранее, но использовался не для представления данных, а для осуществления контроля чётности). Заметим, что в тексте стандарта ASCII такое «расширение» никак не регламентировано. Это привело к многочисленным проблемам, так как существующее на тот момент ПО работало с ASCII в его оригинальном виде[3].

Объём таблицы символов возрос до 256 позиций. Это позволяло отказаться от использования управляющих последовательностей для обеспечения работы с некоторыми языками, символы которых можно было уместить в появившееся место[4]. ISO выпускает стандарты ISO 2022 и серию стандартов ISO 8859-X (X — цифра от 1 до 15), описывающие, как следует задействовать новую возможность.

Серия стандартов ISO 8859-X по заказу ISO разрабатывалась с середины 1980-х гг. ассоциацией крупнейших европейских производителей компьютерной техники (ECMA, European Computer Manufacturer's Association). В каждом из этих стандартов были определены 15 разных таблиц символов, каждая из которых содержала 256 позиций.

При этом оговаривалось, что первые 128 символов каждой таблицы должны обязательно быть теми же самыми, что в стандартной 128-символьной таблице системы ASCII (и рекомендации ISO 646). Таким образом, в каждой из этих таблиц вновь обеспечивалась неприкосновенность для символов английского языка. Для представления символов других языков отводились остающиеся позиции, во вторых половинах этих 256-символьных таблиц.

Совершенно очевидно, что определённая в ISO 8859-X схема заведомо неприемлема, так как в ней символы разных языков обозначаются одними и теми же двоичными последовательностями, и определить, какую именно таблицу символов использовать для их прочтения — ISO 8859-1 или же, например, ISO 8859-5, — невозможно, если не знать этого заранее.

Однако это — только половина проблемы. Дело в том, что американские корпорации не соблюдали стандарты ISO серии 8859-X. В «национальных» версиях своего программного обеспечения они использовали расширенную до 8 бит систему кодирования ASCII и таблицы символов, содержащие 256 позиций; первые 128 символов в которых соответствовали стандартной 128-символьной таблице 7-битной системы ASCII (то есть вновь английский язык не затронут), а расположение символов национальных языков во второй половине таблицы не соответствовало расположению, определённому ISO в стандартах серии 8859-X[5].

Таким образом возникали ситуации, когда даже для одного и того же языка сосуществовали две, а то и большее количество таблиц символов, несовместимых между собой и без наличия дополнительной информации программно неразличимых.

Возьмём в качестве примера многострадальный русский язык. Для кодирования больших и малых букв русского алфавита используются следующие несовместимые или не полностью совместимые между собой таблицы (и это не полный список; см. http://czyborra.com/charsets/ http://czyborra.com/charsets/cyrillic.html#Unicode):

• ISO использует таблицу «Cyrillic», описанную в стандарте ISO 8859-5;

• корпорации IBM и Microsoft в своих ОС PC DOS и MS DOS использует таблицу CP866. CP866 — это один из представителей целой серии таблиц, используемых для «поддержки национальных языков» различными производителями DOS (CP437, CP850, CP852 и т. д., вплоть до CP874. Интересно, что ISO 8859-5 в этом наборе есть и упоминается как CP915). Очевидно, эта серия таблиц была составлена разработчиками и региональными продавцами компьютерной техники (Microsoft называет её «OEM charsets»), но из приведённых в документации ОС PC DOS 2000 ((tm) of IBM Corp.) данных ясно, что она как-то между прочим и фактически тайком была стандартизирована ISO — в документе ISO 9241-3, описывающем параметры мониторов[6] — «в дополнение» к уже определённой ранее серии стандартов 8859-X;

• корпорация Apple в русскоязычной версии своей ОС Mac OS использует свою таблицу X-Mac-Cyrillic;

• корпорация Microsoft в своих ОС Windows 3.X и Windows 9X использует таблицу CP-1251. CP-1251 — это также представитель целой серии таблиц (CP-125X, где X — от 0 до 8), использованных Microsoft в различных «национальных» версиях Windows. При этом в документации к Windows 3.X Microsoft называет их «ANSI charsets», и вполне возможно, что они действительно были где-то и когда-то стандартизированы ANSI;

• советский (теперь — русский) национальный стандартизирующий орган ГОСТ определяет таблицу КОИ-8 (ГОСТ 19768-74; в этом стандарте определяется также 128-символьная таблица КОИ-7), затем — таблицу, известную как «основная кодировка ГОСТ» (ГОСТ 19768-87). (Впоследствии, правда, ГОСТ принял «альтернативную кодировку», таблица которой соответствовала, за малым исключением, таблице CP866 — только было уже поздно).

***

На практике в аппаратном обеспечении компьютерных систем[7] и в ОС для работы с текстами на разных языках использовались и по сей день используются 8-битная система кодирования символов вкупе с вышеописанными различными таблицами символов, объёмом в 256 позиций каждая. Однако американские компьютерные корпорации IBM и Xerox ещё в первой половине 1980-х начали работу над созданием новой «многоязычной» системы кодирования, в которой для представления символов используются двоичные последовательности длиною в 16 бит, а также единая большая таблица символов объёмом в 65536 позиций.

Впоследствии к этим корпорациям присоединились другие, и был начат проект, названный представителями американской компьютерной индустрии «Unification Code», или Unicode. Причём, дошло до того, что в 1991-м году эти корпорации (в их числе также Adobe, Microsoft и др.) для продвижения Unicode в качестве международного стандарта создали одноимённый транснациональный консорциум[8].

Главной задачей Unicode официально было объявлено сведение существующих в мире символов естественных языков в указанную большую таблицу и обеспечение одновременной и «равноправной» работы с ними. То есть, очевидно, когда количество недовольных «проблемой кодировок» пользователей превысило некоторую «критическую массу», указанные корпорации решили «обнародовать» систему Unicode и представить её как решение данной проблемы, делая намучившимся операторам ПК заманчивое, на первый взгляд, предложение — покупать поддерживающее её ПО.

Однако на самом деле и система Unicode является не окончательным решением проблемы кодирования символов, а лишь паллиативом. Дело в том, что метод кодирования, используемый в оригинальной версии Unicode, не предусматривал использования управляющих последовательностей для переключения между «базовой» и возможными «дополнительными» таблицами символов (как в ISO 646), поэтому максимальное количество символов, которые можно было представить, пользуясь Unicode, равнялось объёму одной-единственной («базовой») таблицы символов, используемой в этой системе — 65536.

А поскольку мы знаем, что в одном только японском языке используется около 65000 символов, можно понять заранее, что метод и таблица символов Unicode на самом деле малы для представления всех символов языков мира.

Таблица символов, используемая в Unicode, устроена следующим образом. Она разбита на 256 рядов. Первые ряды содержат некоторые из старых таблиц символов (объёмом в 128 или 256 позиций каждая), определённых для некоторых языков. Самый первый ряд (под номером 0) представляет из себя таблицу ISO 8859-1 (в свою очередь, она содержит 128 символов из таблицы 7-битной системы ASCII, а также некоторые символы, используемые в языках стран Западной Европы).

Последующие ряды таблицы отведены под некоторые новые символы (например, математические), но преимущественно — под иероглифы. Однако поскольку используемой в Unicode таблицы объёмом в 65536 символов заведомо недостаточно для представления всех иероглифов, используемых в китайском, японском и корейском языках — хотя официально корпорации-разработчики Unicode заявляют об их поддержке как об одной из главных положительных черт своей системы, — иероглифы, которые, по мнению корпораций, «похожи» друг на друга, было решено «унифицировать» — то есть оставить только такое их начертание, которое принято в китайском языке.

В общей сложности в таблице символов системы Unicode (на данный момент, то есть в версии 3.0 — см. ниже) насчитывается около 28000 иероглифов. Как видно, многие иероглифы — в частности те, что в Японии используются для написания имён людей, названий местностей, а также в исторических текстах — вообще были оставлены «за бортом». При этом «похожие» и действительно одинаковые символы европейских языков, например, букв «A», «унификации» подвергнуты не были, поэтому в то же самое время масса места в таблице символов Unicode используется, по сути, впустую.

Как следствие, жители стран Юго-Восточной Азии, за которых американские корпорации пытаются решить, какие символы им «разрешается» использовать в компьютерной технике, а какие — «запрещается», уже в течение нескольких лет борются с системой Unicode. Она совершенно не соответствует самым первоочерёдным требованиям, предъявляемым к ней в этих странах, — вопреки рекламным заявлениям корпораций-членов консорциума.

***

Уместно рассмотреть теперь, какие агрессивные шаги предпринимают корпорации для утверждения Unicode в качестве международного стандарта.

В начале 1990-х в ISO для решения проблемы кодировок рассматривалась другая, более совершенная чем Unicode, система кодирования символов — UCS (Universal Coded Character Set). Объём её таблицы символов составляет примерно 4,3 миллиарда символов (а точнее, 2^32=4294967296). Эта таблица разбита на 65536 «внутренних» таблиц по 65536 символов каждая, и разбивка этих «внутренних» таблиц (256x256 рядов) совпадает с разбивкой таблицы, используемой в системе Unicode. Для переключения между «внутренними» таблица ми в UCS предлагалось использовать управляющие последовательности.

Система UCS была описана в «черновике» ISO DIS-10646.1:1990, подготовленном ISO/IEC JTC1/SC02/WG02. Её поддержали европейские и японские исследователи. Однако американские корпорации UCS не устраивала. А поскольку ISO, как она сама указывает в своих документах, «выпускает только те стандарты, которые нужны рынку», а также потому, что многие нанимаемые ISO «эксперты» — это работники американских компьютерных корпораций, то неудивительно, что вскоре черновик ISO DIS-10646.1:1990 тихо прекратил своё существование.

«Зато» появился — уже в качестве не черновика, а стандарта — документ ISO/IEC 10646 Version 2, позднее названный ISO/IEC 10646-1: 1993. Он был обозначен как «ISO/IEC 10646 Universal Multiple-Octet Coded Character Set (UCS) — Part 1: Architecture and Basic Multilingual Plane», и в качестве его базовой таблицы символов (т. е. первой из «внутренних» 65536-символьных таблиц) была утверждена… правильно, таблица системы Unicode, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Заметим, что по мере изменения и пополнения таблицы символов системы Unicode и выхода новых версий этой системы — а эта работа ведётся постоянно, поскольку изначально система Unicode была представлена в ISO в недоработанном виде — выходят и новые документы ISO. Система Unicode существует в общей сложности в следующих версиях: 1.1 (соответствует стандарту ISO/IEC 10646-1: 1993), 2.0, 2.1 (тот же стандарт ISO/IEC 10646-1: 1993 плюс дополнения: «Amendments» с 1-го по 7-е и «Technical Corrigenda» 1 и 2), 3.0 (стандарт ISO/IEC 10646-1:2000). В начале 2002-го года планируется выход Unicode 3.2, а в 2003-м — Unicode 4.0.

Кстати, работа по «унификации» иероглифов для таблицы символов Unicode сейчас ведётся тоже не консорциумом Unicode, а ISO — специальным комитетом IRG при JTC1/SC02/WG02. И это при том, что в оригинальной версии UCS (в черновике ISO DIS-10646.1:1990) было чётко определено, что «базовая» (первая «внутренняя») таблица вообще не предназначена для иероглифов. При этом работа по «унификации» продолжается до сих пор, хотя в одной из более поздних версий системы Unicode было объявлено, что таблица символов будет расширена до примерно 1000000 позиций (с помощью использования специальных «расширений», которые в первоначальной версии Unicode не планировались — см. выше).

В дополнение к всему уже сказанному об Unicode нужно отметить ещё некоторые обстоятельства. Для того, чтобы сделать её хотя бы частично совместимой с ранее существовавшим ПО (а возможно, и чтобы не тратить денег на серьёзную переделку своего ПО, находящегося в стадии разработки), членами консорциума были разработаны различные методы представления (номеров) символов таблицы Unicode: UTF-8, UTF16, UTF16LE и UTF16BE. Отсюда возникает необходимость в реализации в ПО поддержки каждого из них, что определённо порождает новый виток путаницы. С этим обстоятельством связано, вероятно, большинство проблем, существующих в конкретных реализациях поддержки работы с системой кодирования Unicode в различном ПО.

Отметим, что консорциум Unicode держит «про запас» методы UTF32, UTF32LE, UTF32BE, в которых для кодирования (номера) каждого символа предусматривается использование уже 32-битных последовательностей (что, однако, «автоматически» не означает, что таблица символов будет расширена до 4,3 миллиардов позиций). Однако их применение чрезвычайно расточительно с точки зрения расходования системных ресурсов, и представители Unicode прямо указывают, что в ближайшее время промышленность (читай — корпорации-члены Unicode) не планирует переходить на применение этих методов.

У системы Unicode есть и другие нерешённые проблемы, наличие которых для международного стандарта просто неприлично, но мы не будем на них останавливаться отдельно. Интересующиеся могут ознакомиться с этой информацией на web-сайте проекта TRON[9].

***

Зададимся теперь вопросом: почему же всё-таки не возник единый международный стандарт, в таблице символов которого были бы последовательно занесены символы всех существующих естественных языков[10], притом одинаково удобный для применения во всех странах мира? Почему, напротив, в качестве международных принимались и принимаются заведомо несовершенные стандарты, часто недоработанные, и появилось большое количество несовместимых таблиц символов? Попробуем оценить основные причины.

1. корпорациям-производителям ПО, очевидно, весьма выгодно продавать разные «национальные» версии операционных систем, офисных пакетов и т. д. за отдельные деньги. Так, Microsoft продавала «американскую», «панъевропейскую», «восточно-азиатскую», «ближневосточную» и «тайскую» версии Windows 95, а IBM — стандартную, «арабскую», «израильскую», «японскую», «корейскую», «китайскую» и «тайваньскую» версии PC DOS. Отсюда возникновение несовместимых таблиц символов, содержащих 256 позиций каждая.

Кроме того, как уже говорилось, это, очевидно, позволило корпорациям в дальнейшем нажиться на продажах ПО, соответствующего стандарту Unicode — кому оно было бы нужно, не существуй «проблема кодировок»?! — а также на продаже самогó текста этого стандарта.

2. поскольку «проблема кодировок» теперь не касается английского языка, у ANSI и правительства США не было повода вмешиваться в её решение, как это было в 1963-м.

Более того, «проблема кодировок», не касающаяся английского языка, стратегически выгодна для США. Она обеспечивает лидерство США и его крупнейшего англоязычного партнёра по НАТО — Великобритании (и Австралии) — в сфере ИТ, и отставание других стран, так как «проблема кодировок» препятствует информационному обмену между людьми, работающими с данными не на английском языке.

Особенно это заметно на примере важнейшей сферы ИТ, относящейся к сети Internet:

• использование для представления различных символов различных языков одних и тех же двоичных последовательностей (при этом «угадать», которую из таблиц символов нужно использовать, ПО без дополнительных данных не может) делает их употребление в именах файлов[11] и Internet-ресурсов если не невозможным, то, как минимум, нефункциональным и потому нежелательным. Символам английского языка, напротив, всегда «горит зелёный свет»;

• существование «проблемы кодировок» препятствует навигации по не англоязычным текстовым материалам в сети Internet, так как оно значительно увеличивает требования к вычислительным мощностям и программному обеспечению компьютерных систем, на базе которых строятся поисковые серверы Internet. Кроме того, заметим, что на важнейшей — начальной — стадии развития Internet, когда на серверы выкладывались данные, ни клиентского, ни серверного ПО, которое позволяло бы удовлетворительным образом решить «проблему кодировок», практически не было. Тем, кто не согласен, предлагаю вспомнить, сколько таблиц символов и с каким качеством «понимали» ранние версии, ну, хотя бы www-броузеров Netscape Navigator и Internet Explorer… Поэтому можно с полной ответственностью заявить, что это воспрепятствовало равноправному участию всех стран в построении международного информационного пространства. «Проблема кодировок» не дала шансов вырваться в этой важнейшей области ИТ в лидеры ни одной из не англоязычных стран, так как не позволила своевременно разместить в сети Internet их национальное культурное достояние и обеспечить его общедоступность;

• проявление «проблемы кодировок» в сервисах www, e-mail и news оказало колоссальное влияние не только на поставщиков информации, но и на её конечных потребителей: во-первых, увеличивается общее время пребывания людей в Internet (что выгодно провайдерам, в конечном итоге приносящим доход экономике США), во-вторых, большинство непрофессионалов таким образом вынуждается пользоваться для работы с Internet теми программами, в которых поддерживается наибольшее количество таблиц символов и методов кодирования. Как правило, такое ПО относится к одной из двух категорий — произведённое корпорациями в соответствии с их интересами (вероятно, нет необходимости лишний раз перечислять здесь его, мягко говоря, недостатки) или же предлагаемое за отдельные деньги. ПО, принадлежащее к последней категории, скорее всего, будет загружено нуждающимися из Internet, что вытянет из их карманов ещё больше денег в карманы провайдеров.

Наконец, существование «проблемы кодировок», вкупе с чрезвычайно низким качеством перевода «национальных» версий многочисленных программных продуктов (да и всей относящейся к ИТ терминологии, запутанной даже в оригинальных, преимущественно англоязычных, источниках), а то и полным отсутствием таковых, послужило серьёзным толчком к «англификации» мира.

Получается, что сложившиеся (или всё же кем-то намеренно сложенные?) обстоятельства в сфере ИТ фактически в принудительном порядке заставляют всё больше и больше людей изучать английский язык и даже переходить на использование его алфавита, отказываясь от алфавитов своих национальных языков — вспомните-ка так часто вынужденно используемую в www и e-mail транслитерацию! Ажиотаж вокруг этого уже сейчас активно подогревают некоторые псевдонаучные деятели, ненавязчиво убеждающие, в частности, русскоязычную общественность в том, что «лет через 30–40 она естественным образом перейдёт на использование латиницы»…

Чем это грозит накапливаемому в течение веков национальному информационно-культурному потенциалу, вероятно, не менее очевидно, чем стратегический характер «проблемы кодировок». И то, что направлена она не только на отдельно взятый «великий и могучий» русский язык… Уместно обратить внимание на то, что наибольший вред «проблема кодировок» имеет тенденцию причинять именно государствам с наиболее богатыми культурными традициями, таким как Япония, Китай (Тайвань) и Южная Корея. При этом отметим, что данные государства являются преуспевшими в развитии не только культурной, но и, по совместительству технологической базы. Высокотехнологическая промышленность («hi-tech») в этих странах является единственным реальным конкурентом таковой промышленности США. Не правда ли, интересное совпадение?!

***

В завершение статьи хотелось бы привести несколько фактов без комментариев.

В таблице символов японского национального стандарта JIS X 0208–1990 предусмотрено место не только для иероглифов японского языка, но также для букв греческого алфавита и кириллицы; в то же время аналогичные советско-росийские ГОСТы, как было показано выше, не дают пользоваться не то что японскими, но даже собственными, русскими, буквами. Не менее уместно заметить, что ГОСТ уже много лет как нарушает собственные стандарты, и даже сайт этого ведомства выдаёт страницы с использованием таблицы символов CP-1251[12]

В 1991-м году в Испанию была завезена крупная партия западных компьютеров, на которых использовалась таблица символов, не содержащая одной из букв алфавита национального языка (а именно буквы «N под тильдой»). В результате этого произошёл скандал на государственном уровне: «возмущённые возможностью искажения испанских слов (в том числе и ESPAÑA) парламентарии обязали торговых посредников оплатить стоимость адаптации партии компьютеров, а впредь на таможнях осуществлять „входной контроль“»[13]. Что касается русского ГОСТ'а, в ряде своих вышеперечисленных творений стандартизировал на государственном уровне отсутствие в таблице символов одной из букв национального алфавита (Ё)…

Несмотря на то, что в российских научных кругах имеется ряд интересных предложений по решению «проблемы кодировок»[14], о серьёзной поддержке их на государственном уровне речи не идёт. Подавляющей части русскоязычной широкой общественности эти предложения вообще неизвестны. Какой уж тут разговор о «национальных интересах»?

На этом разрешите окончить статью. Надеюсь, мне удалось предоставить читателям достаточно пищи для размышлений…

Приложение #1. Предыстория «проблемы кодировок»

Первой системой кодирования, в которой для представления символов естественных языков применялись двоичные последовательности (а в современной компьютерной технике используется тот же самый принцип), была система, которую в 1874-м году реализовал француз Ж. Бодо в своём «печатающем телеграфе». Заметим, что в то время телеграф был ничуть не менее передовым изобретением в сфере ИТ, чем в наше время — компьютер.

Система Ж. Бодо широко применялась и в XX веке, до тех пор, пока телеграф как средство связи окончательно не уступил свои позиции телефону. В 1932-м году CCITT (ныне — ITU-T) зарегистрировал её в качестве международного стандарта под названием «International Telegraphic Alphabet № 2», т. е. «Международный алфавит № 2 для телеграфа».

Обратим внимание на следующие немаловажные обстоятельства:

Несмотря на то, что на Земле насчитывается более 2500 естественных языков, система, предложенная Ж. Бодо, обеспечивала работу с буквами только одного языка. Заметим, что это был не французский язык, так как в оригинальной версии системы Ж. Бодо не был предусмотрен ряд букв, используемых во французском языке (например, «É»), и даже не латинский — это был английский язык; как известно, в латинском алфавите, в отличие от английского, нет буквы «W», а в системе Ж. Бодо она была предусмотрена.

Из-за технических ограничений, существовавших в XIX веке, в системе Ж. Бодо был использован метод кодирования, при котором каждый символ представлялся с помощью двоичной последовательности длиною в 5 бит, а в таблице символов было всего 64 позиции (как минимум 4 из которых обязательно приходились на долю управляющих последовательностей). Производство более сложно сконструированных технических устройств, на которых можно было бы реализовать более совершенные методы — для представления большего числа символов, — было невыгодно тогдашней промышленности, так как не позволяло ей удерживать более-менее разумные цены на устройства и снимать сверхприбыли одновременно.

В той версии системы Ж. Бодо, что была стандартизирована CCITT как «Международный алфавит № 2 для телеграфа», 52 из 64-х позиций в таблице символов были зарезервированы под символы английского языка, цифр и знаков препинания. 9 позиций были зарезервированы под управляющие работой «печатающего телеграфа» двоичные последовательности. Таким образом, для представления символов всех прочих языков оставались 3 позиции, наличие которых CCITT посчитал достаточным основанием для названия данной системы кодирования «международной»…

Приложение #2. Международные организации по стандартизации

Существующий миропорядок: наиболее мощные и влиятельные структуры, контролирующие развитие мировой сферы ИТ, а также компьютерной, программной и телекоммуникационной отраслей.

UN (United Nations) — собственно ООН, Организация Объединённых Наций. Создана в США в 1945-м году. Штаб-квартира, как известно, находится в Нью-Йорке.

Безусловно, у ООН имеются положительные заслуги в части правозащитных и некоторых миротворческих инициатив. В числе наиболее существенных, например, Всеобщая декларация прав человека (1948) и программа World Health Organization (WHO, или ВОЗ — дочерняя структура ООН) по искоренению натуральной оспы (1977).

С помощью своих дочерних структур ООН охватывает и регулирует практически все аспекты жизнедеятельности мирового сообщества. Однако в последнее время большая часть наиболее общественно полезных инициатив ООН носит преимущественно декларативный характер.

Что ещё хуже, должный контроль их выполнения на деле фактически не осуществляется. Это касается и миротворческих процессов, и программ по борьбе с голодом и такими заболеваниями, как малярия и туберкулёз, и борьбы с производством наркотиков, и, в особенности, контроля за соблюдением прав человека.

Действия ООН до сих пор не привели и к нахождению какого-либо варианта решения такой глобальной и опаснейшей для человечества проблемы, как перенаселение. В 1970-м году на Земле проживало около 4 миллиардов человек, в 1987-м — уже около 6 миллиардов; и уже сейчас население возросло ещё более чем на миллиард людей. С учётом ограниченности мировых энергетических и продовольственных ресурсов это означает постоянный переход всё большего и большего количества населения ниже черты сколько-нибудь приемлемого уровня жизни. Отсюда и голод, и эпидемии, и войны из-за природных ресурсов.

Но, пожалуй, наиболее очевидным следствием (и доказательством) всего сказанного выше про реальный характер деятельности ООН всё же являются наблюдаемые уже сейчас глобальные нарушения мирового климата.

При этом современные направления реальной активности ООН, как будет продемонстрировано ниже, гораздо чаще совпадают с политические интересами тех государств, которые в большей степени заняты в финансировании этой организации — крупнейших стран, объединённых капиталистическим строем. Поэтому нередко деятельность ООН идёт, мягко говоря, не на пользу большей части мирового сообщества. В СМИ неоднократно сообщалось о прецедентах такого рода.

Среди важнейших дочерних организаций современной ООН, дающих о ней наиболее корректное представление, такие (в том числе печально известные), как:

WTO (World Trade Organization) — ВТО, Всемирная Торговая Организация, штаб-квартира которой расположена в Швейцарии, ответственна за глобализацию мировой экономики; её деятельность вызывает у населения даже капиталистических государств, которые в ней представлены, категорические протесты по поводу нарушения ВТО общечеловеческих прав. К сожалению, до настоящего времени эти протесты не оказывают сколько-нибудь серьёзного действия на ВТО; члены ВТО при этом открыто заявляют, что и впредь будут их игнорировать.

IMF, International Monetary Fund — МВФ, Международный валютный фонд.

World Bank Group — Всемирный банк.

IBRD, International Bank for Reconstruction and Development — МБРР, Международный банк реконструкции и развития.

Три последние организации (штаб-квартиры всех их расположены в США), как известно, ставят экономику различных стран, не входящих в число ведущих мировых капиталистических держав, в финансовую зависимость, предоставляя им кредиты. В России они хорошо известны и ассоциируются с такими представителями, как Джеймс Вулфенсон, Мишель Камдессю, Джордж Сорос (крупнейший биржевой спекулянт). Как и в случае с ВТО, представители мирового сообщества неоднократно подвергали деятельность указанных лиц и организаций резчайшей критике, и вновь — безрезультатно.

Поскольку мировой порядок в известной степени определяется развитием межобщественных информационных связей, неудивительно, что ООН через ряд дочерних организаций принимает активное участие и в захвате контроля над сферой информационных технологий (ИТ). Вот важнейшие из этих структур:

WIPO (World Intellectual Property Organization)

МОИС, Мировая Организация Интеллектуальной Собственности

Печально известная структура (штаб-квартира в Швейцарии), ответственная за лоббирование и установление международных законов и норм, ставящих в привилегированное положение производителей информационных продуктов и обесправливающих их потребителей. Эти нормы очень близки к американскому закону DMCA — Digital Millennium Copyright Act, который прямо препятствует свободному распространению информации и свободе слова. DMCA в действии хорошо известен российской общественности по судебному процессу над Дмитрием Скляровым. На момент написания статьи в WIPO входят представители 177 стран. Официальная пропаганда деятельности WIPO ведётся на английском, французском, испанском, арабском и русском языках.

ITU, International Telecommunication Union

МСЭ, Международный Союз Электросвязи

Подразделяется на три сектора: ITU-R — МСЭ-Р, ответственный за регулирование в области радио- и телевизионной связи, ITU-T — МСЭ-Т, ответственный за стандартизацию телекоммуникационной сферы, а также ITU-D, ответственный за регулирование в области разработки телекоммуникационного оборудования. Среди прочего, ITU отвечает за формирование тарифов на телекоммуникационные услуги.

История формирования ITU:

В 1865-м году в Париже представители 20 наиболее развитых капиталистических держав подписали первое международное соглашение по телеграфу (International Telegraph Convention); ими был основан ITU, International Telegraph Union — Международный союз по телеграфии. При этом особо отмечается, что за прошедшие с тех пор 136 лет цели, которые ставит перед собой ITU, ничуть не изменились[15]. В 1906-м году на организованной им конференции в Берлине были заключены первые международные соглашения по радиосвязи. В 1924-м году было создано подразделение CCIF — Международный консультативный комитет по телефонии, в 1925-м — CCIT — Международный консультативный комитет по телеграфии. В 1927-м в США был создан CCIR — МККР, Международный Консультативный Комитет по Радио. В 1932-м году в Мадриде было подписано общее международное соглашение по стандартизации в вышеуказанных областях (International Telecommunication Convention). В 1947-м году ITU переименовывается в International Telecommunication Union и становится подразделением ООН. Примерно в это же время был основан IFRB, International Frequency Registration Board — Международный совет по регистрации радиочастот, который объявил таблицу распределения радиочастот (Table of Frequency Allocations), составленную ещё в 1912-м году (!), обязательной для международного соблюдения. В 1956-м году подразделения CCIT и CCIF сливаются в одно — CCITT, МККТТ. Наконец, в 1993-м году ITU формируется в своём нынешнем виде. CCIR становится сектором ITU-R, а CCITT — сектором ITU-T.

Организации-члены ITU — это преимущественно крупнейшие американские, западноевропейские и транснациональные корпорации, работающие в сферах производства коммерческих компьютерной техники, программного обеспечения (ПО) и телекоммуникационных средств, а также предоставления телекоммуникационных услуг. Кроме того, членами ITU также являются ISO и IEC (см. ниже). Членами одного только ITU-T (на момент написания статьи их 432) было выпущено порядка 2800 рекомендаций по стандартизации различных областей телекоммуникационной отрасли.

Рабочие группы ITU-T, занимающиеся конкретными категориями вопросов и ведущие разработку и внедрение конкретных стандартов, почему-то называются «учебными группами» — Study Group. В общей сложности их в настоящее время 18.

Членство в ITU — платное.

Уместно рассмотреть национальное деление ITU[16]. Первое, на что обращается внимание при просмотре таблицы — это беспрецедентно большое число представителей США: только официально в ITU их более 150. В это число не входят дочерние филиалы американских корпораций (которые нередко зарегистрированы как представители стран, в которых они работают), а также международные организации со штаб-квартирой в США и/или подавляющим большинством американских представителей. Что же касается, к примеру, России, то она представлена всего четырьмя компаниями, одной из которых является печально известное ОАО «Ростелеком» (второй — ОАО «Коминком», которое своего членства в ITU на своём сайте почему-то не афиширует; третьей — некое «региональное содружество в области коммуникаций», и четвёртой — «Интерспутник»)…

Официальные документы ITU представлены на английском, французском и испанском языках (хотя к «официальным и рабочим языкам ООН» относятся, между прочим, также русский, китайский и арабский).

Помимо указанных выше организаций существует также ряд других крупных транснациональных стандартизирующих групп, которые сами по себе не являются дочерними структурами ООН (но, тем не менее, нередко сотрудничают с ними). Эти группы также принимают непосредственное участие в стандартизации различных областей промышленности, в том числе имеющих непосредственное отношение к сфере ИТ. Наиболее влиятельными из этих групп являются:

ISO, International Organisation for Standardization

МОС, Международная организация по стандартизации

Крупнейшее объединение стандартизирующих организаций различных стран (на момент написания статьи участвующих в работе ISO стран насчитывалось 140). Основана вскоре после становления ООН, в 1947-м году. Штаб-квартира, как и у многих ООНовских дочерних структур, в Швейцарии. На момент написания статьи ISO было утверждено порядка 13000 международных стандартов.

Декларирует себя как некоммерческую (non-profit) и негосударственную организацию. В то же время члены ISO — это национальные стандартизирующие институты различных государств. Именно они вводят в действие формируемые ISO стандарты и обеспечивают в своих государствах контроль за их соблюдением. В числе членов ISO — американский ANSI (American National Standards Institute) и российский ГОСТ Р (Госстандарт).

Управляющий орган ISO — центральный секретариат (CS) — решает вопросы членства в организации и финансируется за счёт взносов представителей стран-членов, при этом размер взноса зависит от объёма ВВП соответствующей страны, а также за счёт продажи текстов стандартов, в том числе относящихся к сфере ИТ. Естественно, это дикость, грубо противоречащая свободе распространения информации и свободному доступу к ней. Кстати, не только ISO, но и его члены, в том числе ANSI и ГОСТ Р, тоже торгуют текстами стандартов.

Однако основное финансирование ISO осуществляется организациями, которые ответственны за разработку и предложение своих стандартов на утверждение. Эти организации, обычно для разработки указанных стандартов нанимают так называемых «экспертов», которые представляют, как правило, интересы «промышленного, технического и бизнес-секторов, и, таким образом, вводят в употребление те стандарты, которые им необходимы». Особо подчёркивается, что «ISO берётся за разработку только тех стандартов, которые нужны рынку».

Действующая часть ISO состоит из, как уже говорилось, центрального секретариата (CS) и 224 технических комитетов (TC; среди них — JTC1, см. ниже), заведующих стандартизацией в разных сферах. TC подразделяются на субкомитеты (SC), а они, в свою очередь, на рабочие группы (WG). Обычно именно рабочие группы занимаются разработкой стандартов в конкретных областях.

При ISO существует комитет COPOLCO (Consumer Policy Comittee), ответственный за защиту прав потребителей и насчитывающий на момент написания статьи «75 членов по всему миру» (кстати, представителя от России среди них нет). Однако защита прав потребителей в области свободы распространения информации с помощью ИТ не входит в число приоритетных направлений его деятельности.

При этом уместно заметить, что членство в COPOLCO осуществляется через национальные стандартизирующие институты, являющиеся членами ISO. А как, вероятно, всем хорошо известно (а если нет, это ещё будет показано ниже), некторые национальные стандартизирующие институты, мягко говоря, не выражают интересов народов стран, которые они формально представляют.

ISO является одним из членов ITU и тесно сотрудничает с WTO. ISO также образует альянс с IEC (см. ниже) и разрабатывает совместно с ней ряд стандартов.

Официальные языки, на которых публикуются международные стандарты ISO — английский и французский. Указано, что поддерживаются и другие, однако, к примеру, русскоязычные тексты среди официальных документов ISO автору не встречались ни разу.

Примечательно, что в числе своих выдающихся своей положительностью для общества достижений PR-отдел ISO предпочитает не упоминать каких-либо глобальных направлений сферы ИТ, а те примеры, что приводятся, мягко говоря, небесспорны. Это касается, например, типоразмеров крепёжных элементов: даже в фенах и чайниках (а тем более в видеомагнитофонах) едва ли не каждая западная компания использует свои собственные «фирменные» винты и гайки, при этом фирменные отвёртки для них могут продаваться по цене, сравнимой со стоимостью ремонтируемого с помощью этой отвёртки устройства… Точно так же, на систему СИ, которой так гордится ISO, американцы, например, не переведены до сих пор и даже в заведомо международной продукции продолжают порой оперировать фунтами и милями.

На этом фоне уместно поставить вопрос и об унифицированной международной системе именования и нумерации текстов стандартов — её, представьте себе, не существует! Интересно, по какому тогда праву ISO берётся наводить порядок в мире, не успев (это за 50-то с лишним лет!) навести порядок, фактически, внутри себя?!

IEC, International Electrotechnical Comission

МЭК, Международная электротехническая комиссия

Транснациональная организация, ответственная за стандартизацию в области электротехнических, электронных и телекоммуникационных средств, в том числе используемых для работы в сфере ИТ. Основана в 1906-м году на основании соглашения, достигнутого в 1904-м году на международном электротехническом конгрессе в США. Штаб-квартира IEC расположена в Швейцарии. Структура IEC аналогична структуре ISO, в работе IEC принимают участие члены, представляющие (на момент написания статьи) 63 государства, при этом право голоса имеют представители около 50 государств.

Одним из главных партнёров IEC является WTO; IEC является главным реализатором программы WTO по преодолению технических барьеров торговле. Из других структур ООН с IEC сотрудничают также Всемирный банк (World Bank Group), Европейский банк реконструкции и развития (EBRD), МВФ (IMF). Очень тесно IEC работает также с ISO, выпуская с ней совместные стандарты.

JTC1, Joint Technical Committee 1

Объединенный технический комитет № 1

Совместное подразделение ISO и IEC, созданное в 1986-м году. В него вошли различные ранее существовавшие раздельно комитеты этих организаций, ведающие различными направлениями, связанными с ИТ. JTC1 финансируется ISO и IEC и отвечает за разработку и выпуск международных стандартов в области ИТ. Принципы деятельности (языки официальных документов, торговля стандартами, плата за членство) соответствуют таковым принципам ISO и IEC, с тем, разве что, отличием, что «в последнее время проводится эксперимент по прямому участию (в обход национальных стандартизирующих организаций) компаний, работающих в сфере ИТ[17], в технических разработках комитета». В JTC1 на данный момент работает порядка 2100 «экспертов».

Подробности о JTC1:

В JTC1 входят 27 национальных стандартизирующих институтов, подавляющее большинство которых представляет наиболее влиятельные капиталистические государства (исключение — Китай). Они представлены в JTC1 в качестве полноправных руководителей и участников процесса разработки стандартов (participating, p-members). Организации, представляющие другие страны (их 38, в т. ч. Россия), формально представлены в JTC1, но не имеют права голоса и действуют только в качестве наблюдателей (observer, o-members). Это касается комитета в целом, но не относится к отдельным структурным подразделениям (SC и WG), где представители указанных 38 стран всё же могут участвовать в работе на правах p-members.

В работе JTC1 и его SC принимают участие некторые TC ISO и IEC, а также организации, сотрудничающие с ISO и IEC: WIPO, ITU и другие дочерние структуры ООН, Всемирная таможенная система, НАТО, ряд крупных организаций, объединяющих преимущественно развитые капиталистические страны и работающих в разных сферах деятельности.

Рабочая часть JTC1 подразделяется в настоящее время на 17 субкомитетов (SC), занимающихся важнейшими, по мнению JTC1, направлениями ИТ (см. таблицы). Многие существовавшие ранее субкомитеты в настоящее время упразднены[18].

Таблица 1. Официальные данные JTC1 об областях работы субкомитетов.

Субкомитет

Область

SC 36

Стандартизация компьютерных систем для сферы образования.

SC 35

Интерфейсы — способы взаимодействия компьютера с человеком.

SC 34

Форматы представления документов в цифровом виде, работа с ними.

SC 32

Управление и обмен данными, представление ресурсов и метаданных в распределённых компьютерных системах, СУБД и др.

SC 31

Средства электронной идентификации товаров и животных, штриховые коды.

SC 29

Форматы представления графических, видео- и звуковых данных, кроме символов естественных языков.

SC 28

Офисное оборудование — сканеры, факсы, принтеры, копировальные аппараты и др.

SC 27

Проблематика безопасности в области ИТ, включая криптографию; вопросы внедрения механизмов безопасности в ПО не рассматриваются.

SC 25

Протоколы для соединения оборудования; сфера телекоммуникаций не рассматривается.

SC 24

Системы обработки и визуализации графики, в т. ч. интерактивной; форматы представления данных в цифровом виде не рассматриваются.

SC 23

Оптические дисковые картриджи для цифровых данных.

SC 22

Языки программирования.

SC 22/WG 20

Интернационализация ИТ, устранение естественно-языковых барьеров в рамках как SC 22, так и всего JTC1 — группа особого статуса.

SC 17

Устройства для идентификации людей, в т. ч. персональные карточки.

SC 11

Гибкие магнитные носители для цифровых данных.

SC 07

ПО — разработка программных продуктов и систем.

SC 06

Телекоммуникации.

SC 02

Представление в цифровом виде символов естественных языков.

Таблица 2. Официальные данные JTC1 (на момент написания статьи) о руководстве субкомитетов.

Субкомитет

Секретариат

Кого представляет президент субкомитета

SC 36

ANSI

Farance, Inc., США (корпорация)

SC 35

AFNOR

Ministry of National Education, Франция

SC 34

ANSI

Y-12 National Security Complex, США

SC 32

US (?)

Environmental Protection Agency PM-218 (EPA), США

SC 31

ANSI

Boston Management & Funding Associates, США

SC 29

JISC

Global Information and Telecommunication Institute, Waseda University, Япония

SC 28

ABNT

Brazilian Stds Committee on IT, Бразилия

SC 27

DIN

Siemens, Germany (крупнейший коммерческий концерн)

SC 25

DIN

Universitat Bremen, Германия

SC 24

BSI

NIMA, США (военное ведомство)

SC 23

JISC

NTT — Intelligent Technology Co. Ltd., Япония (Nippon Telegraph & Telephone)

SC 22

ANSI

нет данных; адрес e-mail кончается на sun.com

SC 22/WG 20

ANSI

Unisys B-203-14, США (подразделение крупнейшей бизнес-корпорации)

SC 17

BSI

APACS Standards Unit, Великобритания

SC 11

ANSI

нет данных; адрес e-mail кончается на worldnet.att.net

SC 07

SCC

Bell Canada (канадское отделение корпорации)

SC 06

KATS

Chung-ang University, Корейская Республика

SC 02

JISC

Institute for the Study of Languages and Cultures of Asia and Africa, Япония

Для того, чтобы составить более правильное представление о работе важнейших SC JTC1, полезно рассмотреть в деталях хотя бы один из них, например, SC 29. В этом SC, занимающемся форматами представления данных, насчитывается в общей сложности 339 членов. Членами считаются:

— национальные стандартизирующие институты:

Участники (28):

Австралия

Бельгия

Бразилия

Канада

Китай

Чешская Республика

Финляндия

Франция

Германия

Индия

Ирландия

Израиль

Италия

Япония

Корейская Республика

Малайзия

Нидерланды

Норвегия

Польша

Португалия

Сингапур

Испания

Швеция

Швейцария

Турция

Великобритания

Украина

США

Наблюдатели (13):

Австрия

Дания

Греция

Гонконг

Венгрия

Индонезия

Новая Зеландия

Румыния

Россия

Словакия

Словения

Южная Африка

Югославия

• несколько родственных комитетов самогО JTC1, несколько TC ISO и ряд SG ITU;

• НАТО;

• IETF (см. ниже);

• консорциумы коммерческих корпораций, связанные с Internet: web3d, W3C (см. ниже);

• объединения организаций, связанные с цифровым теле- и радиовещанием: DVB, ATSC, Европейский вещательный союз, ABU (Азиатско-тихоокеанский вещательный союз), SMPTE (Society of Motion Picture and Television Engineers) и др.;

• WIPO, IFPI (International Federation of the Phonographic Industry — объединение, занимающееся борьбой с бесплатным распространением лицензированной музыкальной продукции);

• Content ID Forum (CIDF), Dublin Core Metadata Initiative (DCMI) и другие объединения, решающие вопросы организации управления данными;

• так называемые «эксперты», нанятые секретариатами национальных стандартизирующих институтов. Желающие выяснить преимущественую организационную принадлежность этих «экспертов» могут сделать это на офийциальном сайте данного SC.

Разработкой важнейших стандартов в SC 29 занимаются 2 рабочие группы: WG01 (стандарты JPEG и JBIG) и WG11 (группа стандартов MPEG). WG01 возглавляется представителем регионального отделения (Hong Kong) американской корпорации Yahoo! WG11 — представителем организации CSELT (Italy). Более полное представление о преимущественной национальной и организационной принадлежности разработчиков стандартов дают следующие данные:

Официальная информация о руководстве WG11:

Направление работ

Кого представляет «эксперт-президент» по этому направлению

MPEG-Requirements

InterTrust Technologies International, США

MPEG-Systems

France Telecom, Germany (один из крупнейших траснациональных телекомов)

MPEG-Description

корпорация IBM, США

MPEG-Video

корпорация Microsoft, США

MPEG-Audio

корпорация AT&T, США

MPEG-SNHC

корпорация Samsung, Корейская Республика

MPEG-Tests

FUB, Италия

MPEG-Implementation

Integrated Systems Laboratory LSI–ISL, Ecole Polytechnique Federale de Lausanne (EPFL), Швейцария

MPEG-Liaison

IMEC — DESICS, Бельгия

Что касается организаций, задающих тон в WG01, то они на сайте рабочей группы не перечислены, однако о них можно судить по e-mail-адресам её лидеров, приведённым для контактов:

Страна

Окончание e-mail представителя страны

Вероятный владелец

Австралия

research.canon.com.au

корпорация Canon

Бельгия

imec.be

Канада

ee.ubc.ca

Китай

cis.pku.edu.cn

образовательное учреждение

Дания

tele.dtu.dk

Финляндия

research.nokia.com

корпорация Nokia

Франция

crf.canon.fr

корпорация Canon

Германия

math.tu-berlin.de

образовательное учреждение

Греция

cti.gr

Израиль

zoran.co.il

Zoran — производитель чипов для компрессии видео

Италия

unica.it

Япония

image.t-kougei.ac.jp

Корея

sait.samsung.co.kr

корпорация Samsung

Нидерланды

natlab.research.philips.com

корпорация Philips

Норвегия

tele.ntnu.no

Сингапур

ntu.edu.sg

образовательное учреждение

Швеция

era.ericsson.se

корпорация Ericsson

Швейцария

epfl.ch

образовательное учреждение

Великобритания

elysium.ltd.uk

коммерческая компания

США

kodak.com

корпорация Kodak

IEEE, Institute of Electrical and Electronics Engineers, Inc.

Институт инженеров по электротехнике и радиоэлектронике

Крупнейшая транснациональная корпорация («IEEE, Inc.»), занимающаяся вопросами стандартизации в области производства различных технических и электронных средств. Штаб-квартира в США. На момент написания статьи насчитывает более чем 365000 членов, представляющих более чем 150 стран. Выпускает примерно треть от всей мировой литературы по инженерным и компьютерным дисциплинам.

История формирования IEEE:

В 1946-м году в США был построен первый компьютер — ENIAC. Тогда же американский Институт электроинженерии (AIEE, American Institute of Electrical Engineers) создаёт Подкомитет по крупномасштабным вычислениям (Large Scale Computing Subcommittee). В 1951-м году Институт радиоинженерии IRE создаёт свой комитет — PGEC (Professional Group on Electronic Computers). В 1963-м году AIEE и IRE сливаются и образуют IEEE. В 1971-м PGEC преобразуется в Компьютерное Сообщество IEEE (IEEE Computer Society, о котором см. ниже).

В числе составляющих костяк IEEE организаций — крупнейшие корпорации, производящие и продающие всевозможное техническое оборудование, в том числе медицинскую, промышленную, бытовую и компьютерную технику, а также компоненты для её изготовления. Даже по структуре перечня организаций на сайте IEEE очевидно, что подавляющее большинство этих организаций представляет одно государство — США.

IEEE разграничивается на 36 технических «сообществ», из которых крупнейшим всегда было (и сейчас является таковым) «компьютерное» — IEEE Computer Society, насчитывающее около 100000 членов. Основная стратегическая задача IEEE Computer Society — стать, ни много ни мало, главным в мире поставщиком технической информации и технических сервисов.

Именно компании, представляющие своих членов в IEEE Computer Society, по сути дела, контролируют развитие тех современных мировых отраслей, где используется сложная микроэлектроника, в том числе — и развитие компьютерной отрасли.

В рамках IEEE Computer Society представлено несколько комитетов, ведающих различными категориями вопросов, связанных с ИТ. Комитеты, в свою очередь, подразделяются на ряд более мелких рабочих групп, рассматривающих конкретные вопросы[19].

IEEE тесно сотрудничает с ANSI и с ISO, осуществляя, среди прочего, функцию «реализации международных стандартов промышленностью». При этом общества IEEE разрабатывают стандарты и самостоятельно — и практически всегда предлагают их тексты на платной основе. Членство в IEEE, разумеется, тоже платное, при этом от размера взноса зависит степень влияния организации на работу корпорации.

Существующий порядок управления глобальной телекоммуникационной сетью

Internet и осуществления контроля её работы и развития.

Практически вся сеть Internet была спланирована и создана силами и средствами:

— Правительства США,

— подразделений Министерства обороны США (DoD, Department of Defence),

— Национального фонда науки США (NSF, National Sciences Foundation),

при участии ряда американских университетов, а также американских и транснациональных корпораций, производящих коммерческие компьютерную технику, ПО для этой техники, а также оборудование для связи и телекоммуникаций.

Проектирование осуществляли представители крупнейших институтов и университетов США (MIT — Massachussets Institute of Technology, USC ISI — University of Southern Carolina's Information Sciences Institute, университет Беркли, Гарвардский университет, Колумбийский университет), на базе ряда из них велись конструкторские работы. Изначально они осуществлялись американской коммерческой компанией BBN (Bolt Beranek and Newman), выполнявшей подряд DARPA (U.S. Defence Department's Advanced Research Projects Agency) — Агентства Министерства обороны США по перспективным проектам. Разрабатываемая сеть тогда называлась ARPANet. В 1969-м году сетью ARPANet были объединены 4 компьютера. Перевод сети на использование протокола TCP/IP произошёл в 1983-м году.

Главный «мозговой узел», обеспечивающий глобальную координацию работы сети Internet — IANA, Internet Assigned Numbers Authority, — основан и располагается на территории США (на технической базе ISI). Деятельность IANA контролируется вышестоящими государственными структурами США: государственной корпорацией ICANN, Internet Corporation on Assignment of Names and Numbers[20] и NTIA, National Telecommunications and Information Administration — Национальным управлением США по телекоммуникациям и информации.

Для координирования работ по внедрению Internet в другие государства в США в середине 1980-х гг. была создана Федеральная комиссия по вычислительным сетям (FNC, Federal Networking Council), в которую входили 18 членов, представляющие NSF, а также американские же Департамент по энергетике (Department of Energy) и Национальные институты здравоохранения (National Institutes of Health). FNC оказывала влияние на деятельность IANA и IETF (см. ниже), а позднее, в 1990-х, была реорганизована.

По контракту с DARPA и сотрудничая в ICANN (с 1998-го года), работают крупнейшие региональные объединения (RIR — Regional Internet Registries), находящиеся в подчинённом относительно IANA положении. RIR ответственны за техническое обеспечение функционирования сети Internet в регионах — за предоставление выделяемых IANA диапазонов IP-адресов, BGP-идентификаторов для роутинга и специальных доменных имён наиболее крупным местным провайдерам и их объединениям[21]. Три ныне существующих RIR — RIPE, ARIN и APNIC[22] — отвечают за европейский, североамериканский и азиатско-тихоокеанский регионы, соответственно. Ожидается создание AFRINIC и LACNIC, ответственных за африканский и латиноамериканский регионы, соответственно.

Техническая стандартизация работы сервисов сети Internet, её развитие, пропаганда[23] и внедрение в общество осуществляются объединением ISOC (Internet SOCiety), сформированным в начале 1990-х годов. Его члены — преимущественно крупнейшие американские, западноевропейские и транснациональные корпорации, работающие в сфере производства компьютерной техники, ПО, и обеспечения телекоммникационных услуг, при участии Министерства обороны США (DoD Defense Information Systems Agency) и корпорации IEEE. Имеет главные представительства в США и Швейцарии, сотрудничает с ISO и ITU.

В рамках ISOC имеется несколько обособленных групп. Важнейшими из них являются:

— IAB (Internet Architecture Board) — обеспечивает руководящие и выборные функции, представляет ISOC в других организациях.

Изначально IAB был создан в США на базе ISI в середине 1980-х годов (и назывался тогда Internet Activities Board). В начале 1990-х IAB, IETF, IESG (см. ниже) и IANA (насколько это позволял её статус) были поглощены ISOC;

— IETF (Internet Engineering Task Force) — разрабатывает и предлагает на утверждение технические рекомендации по стандартизации Internet (RFC, Request For Comments) и готовые стандарты. IETF является официальной Study Group (№ 13) в ITU-T и отвечает там практически за все стандарты, так или иначе касающиеся технического обеспечения Internet.

Изначально группа была IETF основана IAB в 1986-м году;

— IESG (Internet Engineering Steering Group) — руководящая «верхушка» IETF, окончательно решающая судьбу рекомендаций, предложенных рядовыми членами IETF. Избранные IESG RFC попадают в категорию Standards track и становятся окончательными стандартами.

IESG выбирается и контролируется IAB.

Изначально IESG была создана IAB в 1987-м году. На протяжении двух лет её состав не менялся и был представлен двумя членами;

— RFC Editor, отвечает за публикацию RFC и стандартов на специальном информационном сайте.

Несмотря на то, что ISOC декларирует себя как открытую и некоммерческую (non-profit) организацию, членство в ней — платное: для частных лиц — от 5 до 500 $ в год, для организаций — от 1000 до 50000 $ в год, при этом расценки варьируют в зависимости от того, в какой степени член желает влиять на деятельность организации. На момент написания статьи (6 сентября 2001 г.) ISOC заявляет о вхождении в неё порядка 175 организаций и 8600 частных лиц — членов, представляющих более 170 наций, хотя цифры эти вызывают сомнения: примерно за месяц до этого (2 августа) сообщались существенно иные данные: 150 организаций, 6000 частных лиц, 100 наций.

Таким образом, все контролирующие посты ISOC сосредоточены в IAB и в IESG. Поэтому уместно заметить, что в общей сложности за всё время существования группы IESG (с 1987 года и до настоящего времени) в ней работало всего лишь 50 человек. Это, по большей части, представители крупнейших западных (преимущественно американских) институтов и ряда корпораций. Состав IAB в настоящее время насчитывает 17 человек, и про него можно сказать то же самое.

Все RFC и стандарты, касающиеся различных аспектов функционирования сети Internet, пишутся и публикуются исключительно на английском языке. Перевод их на другие языки ISOC не осуществляет и за точность существующих переводов не отвечает.

***

Очевидно, наиболее известным и популярным в настоящее время сервисом сети Internet является WWW, используемая для которого в настоящее время техническая база была разработана, по официальной версии, в 1989–1991 гг. сотрудником CERN (Европейского центра по исследованию элементарных частиц) Тимом Бернерсом-Ли (Tim Berners-Lee). В настоящее время развитие и техническая стандартизация этого сервиса всецело осуществляется консорциумом W3C, основанным Тимом Бернерсом-Ли в 1994 году в США на базе MIT.

W3C объединяет большинство американских и транснациональных корпораций, работающих преимущественно в сферах производства компьютерной техники, ПО, телекоммуникационного оборудования и бытовой техники. Своих представителей в W3C имеют также: ряд американских, западноевропейских и японских университетов, американские фирмы и корпорации, работающие в сфере банковского обслуживания, а также НАТО, NSA (National Security Agency — разведка США) и Министерство обороны США (DoD). Штаб-квартира консорциума расположена в США (на базе MIT), наиболее крупные филиалы — во Франции и Японии (основаны в 1995-м и 1996-м гг.) W3C сотрудничает с рядом других консорциумов, работающих в сфере ИТ, с ISOC, а также с рядом комитетов (TC) ISO.

Членство в W3C — платное, при этом консорциум отдаёт предпочтение сотрудничеству с организациями, как коммерческими, так и некоммерческими. Для первых стоимость членства составляет 50000 $, для вторых — 5000 $ в год, при этом при вступлении деньги берутся за 3 года вперёд. В настоящее время W3C насчитывает около 520 организаций — членов.

W3C просит переводить свои спецификации «всех желающих», но тут же указывает, что эти переводы официальными не признаются. Единственный официальный язык — английский. Естественно, даже если оставить вопрос об оперативности выхода переводов, для полноценного участия неанглоязычных наций в построении свободного информационного сообщества одних только этих спецификаций заведомо недостаточно.

***

До 1995 года доступ к практически подавляющей части Internet осуществлялся через американскую сеть, построенную NSF — NSFNet, по каналам крупнейших американских коммерческих корпораций-провайдеров: UUNet, PSI и Sprint Communications, причём последняя из них отвечала за практически все международные соединения.

В 1997-м году около 80 % от траффика Internet обеспечивалось каналами пяти крупнейших по-прежнему американских коммерческих корпораций-провайдеров, входящих в так называемую группировку Tier-1: MCI (в настоящее время WorldCom), Sprint, UUNet, GTE (купила компанию BBN, выполнявшую в своё время подряд DoD на строительство сети ARPANet) и ANS (новое название NSFNet, проданной американскими госструктурами в 1995-м году коммерческой корпорации America On-Line, AOL). Эти 5 корпораций остаются главными и по сей день.

При этом более мелкие провайдеры, ранее обменивавшиеся Internet-траффиком с этими крупными провадерами бесплатно, теперь стали обязаны платить за подключение к их коммуникациям суммы порядка 250000 $ ежегодно. Это означало полный переход проекта Internet, ранее оплачиваемого преимущественно из федеральных фондов США[24], в коммерческое русло.

При этом, как уже повторялось, главный «мозговой центр», обеспечивающий глобальную координацию функционирования сети Internet (ответственный за техническое обеспечение процедур управления доменными именами в gTLD-зонах, общей координации работы DNS-зон (включая ccTLD), создания новых DNS-зон, выделения диапазонов IP-адресов и ряда других) — IANA — остаётся в полной государственной собственности США[25].

В работе ICANN и другой его дочерней структуры, DNSO (Domain Name Supporting Organization), которая ответственна за разрешение споров о правах на то или иное доменное имя (речь пока идёт, очевидно, только о gTLD-зонах), активное участие принимает печально известная WIPO.

Выводы:

Выводы, к сожалению, далеко не оптимистичны. Проведенный анализ существующего «политического» положения в сфере информационных технологий вынуждает констатировать практически абсолютное лидерство «западных стран» (и в первую очередь США) в оказании влияния на развитие информационных технологий во всем мире. Однако, печальными эти выводы являются, в первую очередь, для России, так как судьба ее в данной сфере (да и во всех других, зависимых от обсуждаемой) видится в крайне неприглядном свете, как и судьба любой индустриально-зависимой третьеразрядной страны (разумеется, если в российскй политике не произойдет соответствующих изменений). Однако, при дальнейшем анализе ситуации на мировом уровне и сопоставлении ее с положениями теории развития систем становится ясно, что деятельность международных концернов, направленная лишь на достижение максимального экономического эффекта, идет во вред не только отдельным странам, но и всему мировому собществу в целом. Обоснован этот вывод тем, что крупейшие мировые корпорации своей политикой пытаются нарушить законы развития технических систем (применимые, в том числе, и к ИТ). У такой попытки нарушить законы развития технических систем есть два возможных последствия:

1. Колоссальные и бессмысленные потери ресурсов (денежных, людских, временнЫх, природных и др.) из-за движения по тупиковому пути развития, но с возвратом к естественному пути (вследствие проявления «реакции системы»);

2. Разрушение системы вследствие достижения «критическй массы» негативного на нее воздействия.

Как можно заметить, оба варианта «стоят друг друга», но первый, все же выглядит более привлекательно.

К огромному сожалению, вышеприведенные выводы не являются чьим-то сугубо личным мнением, а вытекают из положений теории систем и доказаны на практике. (Имеется в виду положение «сумма целей подсистем не всегда совпадает с общей целью системы», вытекающее из так называемого свойства «целостности систем»; в качестве «доказательства на практике» можно привести, хотя бы, проблему защиты окружающей среды и осознание того факта, что отдельным предпринимателям глубоко наплевать, что будет с экологией через 30–40 лет, в отличие от общества в целом). Отсутствие же активной реакции на указанные действия корпораций следует из относительной долговремености проявления результатов таких действий, т. е. результаты «технической и технологической деградации» могут проявиться лишь через несколько десятилетий, но тогда можно будет надеяться лишь на «реакцию системы».

***

Факты для описаний собраны по официальным материалам ООН, ISO, IEC, ITU, корпорации IEEE, объединения ISOC и подчинённых ему структур, корпорации ICANN и подчинённых ей структур, объединений RIR, консорциума W3C, проекта Евросоюза «Diffuse», а также из раздела «Новости» ряда выпусков журнала «Компьютерра».

Notes

1

http://www.bobbemer.com/brandela.htm

2

Об этой и других транснациональных стандартизирующих организациях см. Приложение #2.

3

О. Татарников. «Крестоносцы», 1997 // «Компьютерра», № 189 (стр. 18)

4

Заметим, что свободных позиций там было не так уж и много, так как некоторые были уже зарезервированы за псевдографическими символами. Такие символы необходимы при работе в текстовом «режиме работы» (с позволения сказать — при ближайшем рассмотрении оказывается, что он неполноценен абсолютно в каждом из важнейших аспектов. Например, векторные по своей природе символы представляются там с помощью растровых шаблонов…), первоначально созданным корпорацией IBM в семействе своих видеокарт, применённом в компьютерах PC.

5

Кстати, некоторые из стандартов серии 8859-X, а именно — ISO 8859-1, ISO 8859-4, ISO 8859-6 — позднее, в 1998-м году, были пересмотрены самим ISO.

6

Также в этой связи там упоминается документ немецкого национального стандартизирующего института — DIN — за номером 66234. Между прочим, и DIN, и ANSI и ГОСТ Р являются членами ISO.

7

Имеются в виду, в первую очередь, BIOS материнских плат и видеокарт, в которых определяются начертания символов, используемых в «текстовом видеорежиме», а также матричные принтеры.

8

Официальный сайт консорциума http://www.unicode.org/

9

Web-сайт проекта TRON http://tronweb.super-nova.co.jp/characcodehist.html

10

По данным японских учёных, символы всех известных языков мира, как используемых сейчас, так и ныне «мёртвых», можно уместить в таблицу символов, насчитывающую 2^24 = 16777216 позиций.

11

Эта проблема так или иначе освещена в трудах практически всех русских авторов «компьютерных» книг, включая бестселлеры Левина и Фигурнова, и официально признана (но не решена, заметим…) Microsoft в стандартной документации к ОС Windows 9X — см. например, WINDIR\general.txt, секция «Pan-European: known issues». Существенные проблемы создаёт «проблема кодировок» и во многих других случаях, к примеру, при запароливании архивов (и передаче их между компьютерами, на которых используются разные таблицы символов), если при этом в пароле используются буквы национального языка. Что касается Internet-адресов, то возможность использования в них букв русского (например) языка была «санкционирована» практически только через 10 лет после возникновения сети (см., например, http://www.625-net.ru/news/2001/20010227.htm#1 (реклама РБК))… При этом гарантии качества работы данной «услуги», если не ошибаюсь, не предоставляется, что с учётом сказанного выше (а также того, что далеко не всё ПО для работы с Internet, в том числе провайдерское, способно обеспечить её поддержку) и неудивительно.

12

Прим. ред. — С. Середы: При этом все немного забывают, что в России сейчас, а тем более в СССР ранее, пишут и писали не только на русском, но и на украинском, белорусском, татарском, казахском, молдавском, армянском, грузинском, чеченском, иврите, якутском (саха), литовском, латышском, эстонском и языках многих других национальностей, ныне населяющих СНГ. Можно ли после этого назвать работу ГОСТа в области унификации и стандартизации национальных кодировок хотя бы удовлетворительной? Чем же мы «не вышли», если китайцы и японцы способны решать такие проблемы, а мы — нет!?

13

А. И. Катаев. «Текстовый процессор ЛЕКСИКОН (от Н до С)». Москва, 1992, изд-во «Радио и связь», ISBN 5-256-01060-3.

14

Ю. С. Затуливетер. «Информация и эволюционное моделирование», 2000.

См. http://zvt.hotbox.ru/

15

Интересно, это с какой же эффективностью надо работать, чтобы одни и те же проблемы оставались нерешёнными в течение 130 с лишним лет?!.. Очевидно (см. ниже), принцип работы ITU не отличается от того, что десятилетиями применялся в советских телеателье (которые, как известно, ремонтировали телевизоры так, чтобы через год те снова выходили бы из строя, поэтому телеателье никогда не бедствовали).

16

Держа при этом в уме заявления ООН о том, что одной из главных идей и ценностей этой организации является равноправие наций…

17

Естественно, речь идёт о коммерческих компаниях и корпорациях.

18

Как следствие, «найти концы» — кто конкретно участвовал в создании того или иного важного стандарта, — становится проблематично. Можно предположить, что в этой ситуации есть нечто общее с тихой ликвидацией предприятий-неплательщиков налогов, с той разницей, что в качестве «налогового инспектора» могут выступать потребители, неудовлетворённые качеством изготовленной в соответствии с этими стандартами продукции…

19

В частности, одна из рабочих групп IEEE Computer Society, ответственная за стандартизацию, руководится представителем уже упомянутой здесь одной из крупнейших и старейших американских бизнес-группировок — Unisys, Inc.

20

Основана в 1998-м году, см. ниже.

21

Эти объединения, называемые LIR (Local Internet Registries), собственно, и формируют костяк каждого из RIR.

22

При этом известно, что APNIC, к примеру, создана при открытом спонсировании со стороны крупнейших американских и транснациональных корпораций, занятых в сфере производства компьютерной техники, ПО и телекоммуникационных систем.

23

Заметим, что ещё до создания ISOC её будущие основные организаторы бурно доказывали пользу проекта сети Internet для глобализации мировой экономики и необходимости его поддержки перед печально известной Всемирной Торговой Организацией (WTO, World Trade Organization; тогда она называлась иначе — GATT).

24

По официальным данным, затраты американского NSF на проект NSFNet, начатый в 1986-м и финансируемый из федерального бюджета США, как уже говорилось, по 1995-й год, составили 200000000 $. Созданная в 1998 году в США государственная корпорация ICANN занялась коммерциализацией и системы выделения доменных имён: права на администрирование различных DNS-зон из числа как создаваемых, так и уже существующих (объединяемых понятием gTLD — generic Top-Level Domain names; помимо gTLD, существуют национальные DNS-зоны, или ccTLD — Country-Coded Top-Level Domain names), предоставляются крупнейшим коммерческим компаниям. Так, за администрирование DNS-зон. com, net и. org в настоящее время отвечает американская корпорация VeriSign.

Право на администрирование национальных DNS-зон различных государств по-прежнему принадлежит локальным структурам, базирующимся в своих государствах и представляющих их в IANA.

Официально решение о создании ICANN приписывают NTIA, а реально автором соответствующих документов (т. н. «Green Paper» и «White Paper») был советник президента США по вопросам Internet Айра Мэгэзайнер (Ira Magaziner), которого американская пресса называла «Net Czar» — «Царь Сети».

До ICANN за организационную часть работы по присвоению доменных имён в gTLD-зонах отвечали NSF и нанимаемая им американская же коммерческая корпорация Network Solutions, Inc (NSI). В 1997-м году было объявлено, что NSF не будет продлять договор с NSI, и на на нынешние функции ICANN запретендовала ISOC, создавшая для выполнения этих работ специальный комитет IAHC (Internet Ad Hoc Committee), позднее переименованный в IPOC (Internet Policy Oversight Committee). Он состоял из 9 человек, представлявших уже указанные выше структуры, в том числе IAB, IANA и др. Однако, поскольку составляющие костяк ISOC коммерческие корпорации не принадлежат правительству США, а спонсировать IPOC при этом планировалось из федерального бюджета, правительство США предпочло передать контроль полностью подконтрольной себе структуре — корпорации ICANN.

25

Вплоть до 1998 года техническое осуществление важнейших функций IANA производилось фактически, силами одного человека — Джона Постела (Jonathan Postel), который не только управлял работой IANA, но также был главным редактором всех рекомендаций по стандартизации сети Internet (RFC), выпускаемых IETF. Такое положение многих не устраивало, неоднократно против Постела возбуждались судебные иски; он ушёл из жизни в 1998-м году, в возрасте 55 лет (после неудачной операции на сердце), непосредственно перед подчинением IANA государственной корпорации ICANN.

Content

Кармышев Павел „Проблема кодировок“: стечение обстоятельств или стратегический замысел?

«Проблема кодировок»: стечение обстоятельств или стратегический замысел?

Приложение #1. Предыстория «проблемы кодировок»

Приложение #2. Международные организации по стандартизации

Notes